home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



* * *

Новые следы, незамеченные минувшей ночью, они обнаружили под высоченным папортниковым растением, растопырившим свои зеленые, с подсохшими серыми кончиками, перьевидные листья. Опустившись на одно колено, Санчес измерил ладонью глубину следа.

— Здесь ее, видимо, чем-то оглушили и понесли на себе.

— С чего ты решил? — спросил Васильев.

— Замечаешь, насколько вдавлен он в землю. А размер не сильно большой, где-то сороковой или сорок первый.

— А может он просто толстый, этот наш неизвестный друг? — подал мысль Борисов, с интересом следивший за манипуляциями кубинца.

— Вряд ли… Тс-с…

Санчес приложил к губам указательный палец и замер, глядя куда-то вперед. Васильев застыл, боясь издать лишний звук, смотрел туда же, куда и он, и ничего, кроме сплошного зеленого фона кустарников, травы и деревьев не различал.

Но тут произошло то, чего никто из них не ожидал. Зашевелились растения, и к ногам Санчеса шариком выкатился пегий комок. С тонким визгом он вскинул лапы на могучую грудь кубинца и облизал горячим языком все лицо.

— Билли! — соблюдая конспирацию, приглушенно обрадовался Борисов. — Ты откуда взялся?

Собачонка, чья шерсть от каких-то репьев и колючек сбилась в сплошные колтуны, села на задние лапки, поблескивая умными бусинками глаз.

— Где же тебя носило, бродяга? — Васильев провел ладонью по его тельцу, и пес болезненно взвизгнул, едва он коснулся бока.

Отдернув руку, точно его ударило током, Васильев распрямился.

— Досталось, похоже, ему…

— За Глорию заступился, — сказал Борисов. — Слышал же я, как он заливался. Пинка, видно, изрядного схлопотал.

— А может… — ласкал собаку Санчес, — ты знаешь, где она?

Мысль, высказанная Санчесом показалась столь фантастической, что сначала ее не восприняли всерьез.

— Да ну, ребята, — пробормотал Борисов. — Это ж вам не овчарка, чтобы по следу бегать. Бесполезно.

— А это мы сейчас проверим, — загорелся идеей Санчес. — Кто знает, на что способна эта псина.

Он вновь опустился к собаке, та слабо вильнула хвостом.

— Билли? Ты знаешь, где Глория?

Болонка активнее завиляла задом, глядя прямо в глаза кубинцу, будто пыталась постичь, чего от нее хотят.

— Да говорю вам, бесполезно!

— Глория… Где Глория?..

Поднявшись, как в цирке, на задние лапки, и поджав к грудке передние, собака тявкнула.

— Да ну, ре…

Призывно залаяв, Билли нырнул в траву и понесся так шустро, словно на самом деле, не хуже дрессированной розыскной собаки унюхал след чужаков. Отбежав на несколько метров, повернул кудлатую мордочку, проверяя, поверили ему люди и следуют ли за ним, опять тявкнул и побежал дальше уже не останавливаясь.

— Ребята, это же глупо! — еще противился позади Борисов, но видя, что его не слушают, с печальным вздохом человека, идущего против своих принципов и заведомо совершающего ошибку, поплелся за напарниками.

Быстрый их шаг постепенно перешел в бег, а бежать по пересеченной местности, когда ноги постоянно запинаются за лианы или выпирающий из земли корень, совсем не то, что совершать пробежку в тихом спальном квартиле по асфальтовой дорожке, где за препятствия сойдут разве что бордюры. Борисов иногда по утрам, если позволяло настроение, занимался бегом, но несерьезно, и тому причиной была многолетняя пагубная привычка курить трубку, с которой он никак не желал расставаться. На пробежке он едва осиливал трехкилометровый крюк, давился после кашлем, решая со следующего дня категорично бросить курить, о чем, впрочем, вскорости забывал.

Теперь же, когда пот в буквальном смысле заливал глаза, и боль скалывала левый бок, когда по лицу все время хлестали ветки, и в перекошенный от нехватки воздуха рот нагло лезла мошкара, он проклинал все на свете и все его желания сводились к одному — немного передохнуть. Но желание его, пульсирующей жилкой бьющееся в черепной коробке, оставалось несбыточным. Болонка неустанно мчалась где-то впереди, и ее уже не было видно в буйной растительности; за ней поспевал Санчес и, кажется, совсем не уставал. Да и что ему будет, этому комку мускулов, непонятно как затесавшемуся в инженеры. Ему рекорды на подиуме ставить, демонстрируя накаченные рельефные мышцы перед объективами видеокамер, бороться за какое-нибудь там звание, вроде Мистера — Вселенная. В России таких на грошовое инженерное жалование не заманишь, они либо подаются в «юридические агентства», выжимая одним своим видом долги с недобросовестных партнеров, либо бандитствуют, что, впрочем, одно и тоже.

Васильев пыхтел немногим позади Санчеса и, судя по нему, был еще в форме.

Не заметив под ногами хитро подставленного природой сука, Борисов зацепился и с размаха полетел на мягкую землю. Он зарылся в нее едва ли не носом, как только не поранился тесаком; поднялся, бранясь. Колени его были перепачканы и саднили, — сбил, как пятилетний мальчишка, — и ныла ступня. Подвывая от боли, он помассировал ее, осторожно поднялся, проверяя, не вывихнул ли чего или, не дай боже, сломал. Прихрамывая, сделал пару пробных шагов.

«Нет, — облегченно подумал он, — вроде все нормально…»

Пока он поднимался да разнимал суставы, Санчес с Васильевым скрылись из виду.

— Ээй-й… — срывающимся голосом дал он о себе знать, но до слуха донесся только отдаленный треск кустов. Они бросили его, бросили, бросили, бросили…

Поминая в душе напарничков последними словами, он заковылял по пробитой ими тропе, что выделялась задетыми в беге и покачивающимися еще ветками. Ступня еще подминалась, но он старался отвлечься от боли, разве что подумал о Санчесе, который был прав, отказав Морозову. Если он, Борисов, уже начал сдавать, тот, на шестом десятке, и вовсе стал бы обузой.

— Ты где потерялся?! — неожиданно, напугав, объявился перед ним Васильев, который и не выглядел уставшим. Увидев грязные колени Борисова, предложил с участием:

— Если хочешь, давай передохнем.

Соломинка была протянута, и в его было силах решить — хвататься за нее или нет.

— Не путайся под ногами, — прохрипел Борисов пересохшей глоткой, отстраняя его с пути. — Вы точно не сбились со следа?

Васильев покрутил головой, и этого было достаточно.

— Тогда вперед, — облизнул он потрескавшиеся губы и, поджав локти, побежал трусцой.


предыдущая глава | Искатели приключений | * * *