home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



* * *

— Упустили! — всплеснул руками Максим, выбежав следом из терминала.

Белый лимузин был уже вдалеке, возле синего знака-указателя, и, мигая поворотниками, готовился выехать на оживленную магистраль.

Колесников со спортивной сумкой на плече и ноутбуком, без тени волнения, стоял на тротуаре, глазея по сторонам.

Но машин поблизости больше не было, если не брать в расчет стоявшего на противоположной стороне площади драндулета, как две капли воды похожего на советский горбатый «Запорожец». Впрочем, несмотря на всю затрапезность модели, помятую крышу этого автомобильного динозавра украшал щиток: «TAXI».

Отжав тугую стеклянную дверь, бурча ругательства, из здания выбрался не солоно хлебавший таксист. Швырнув мимо мусорницы смятую пачку, он прикурил сигарету и уставился на Колесникова. Чутье профессионала подсказывало ему — эти два европейца и есть его потенциальные клиенты. Пыхнув несколько глубоких затяжек, он щелчком пальца отстрелил недокуренную сигарету. Вспоминая все свои познания в языках и безобразно смешивая английские наречия с испанским, он взял Михаила за локоть и потянул к дороге.

— Да чего тебе надо?! — не понимая ни слова из его тарабарщины, обозлился Колесников и оторвал с локтя его цепкие пальцы.

Таксист же ни под каким соусом не желал упускать добычу. Дело таким образом шло к международному скандалу.

Даже Максим, знакомый с испанским, не сразу уразумел, чего плетет кубинец, а когда до него, наконец, дошел подлинный смысл…

— Едем, — шагая к машине, бросил он напарнику.

Обоим еще не доводилось путешествовать в таком ископаемом автомобиле. Колесников, с его почти двухметровым ростом, с трудом умостился рядом с таксистом, колени упирались чуть ли не в грудь. Максим влез на заднее сиденье, где было гораздо комфортнее, хлопнул дверью, но закрыть ее было непросто.

Водитель обернулся, тыча пальцем в замок, посоветовал приложить больше сил. После могучего шлепка, от которого драндулет каким-то чудом не развалился на запасные части, дверца с горем пополам встала на место.

— Куда? — кумекая, что пассажир сзади в немного понимает его, обернулся таксист.

Максим вопросительно посмотрел на Колесникова.

— Вперед, — тот кивнул на дорогу.

Божья коровка закашлялась, выдохнула струю черного дыма и затарахтела как испорченный холодильник. Ржаво застонала коробка передач. Недовольно выругавшись, извозчик воткнул кулису, машина дернулась рывком и поехала.

— А быстрее вы можете? — постучал по плечу водителя Максим. — Тайм, время…

Динозавр утробно заурчал, стрелка на спидометре нехотя поползла вверх.

Раскрыв компьютер, Колесников застучал клавишами. Максим заглянул через его плечо. На мониторе вновь возникла карта Гаваны, но, чему Максим поразился больше, на той же прямой, изображавшей дорогу, по которой ехали и они, немногим впереди двигалась красная точка.

— Эй, френд, — поманил таксиста Колесников, отвлекая от дороги. — Видишь? — ткнул в передвигающуюся точку. — Следуй за ней.

Максим дословно перевел и еще раз напомнил насчет скорости. Кубинец восторженно покосился на монитор и заверил, что никуда те от них не денутся.

— Маячок? — удивлялся Максим, следя за красной ползущей отметкой. — Но как?..

— Помнишь «Шереметьево», таможня?.. У босса там свой человек.

Шоссе, ведущее в кубинскую столицу, пролегало вдоль побережья. За бетонным бордюром открывался захватывающий дух вид на голубую бухту, на прибой, где цвет воды менялся, казалось, ежесекундно. Он был то нежноголубого оттенка, то в нем начинали преобладать зеленые тона, то вода вдруг темнела, точно перед штормом. Умиротворенные волны лениво нахлестывали на торчавший из воды обломок скалы, обдавая ее брызгами и пенясь. За каменной глыбой виднелись далекие причалы, яхты и катера на приколе, над шапкой девственной растительности возвышалось многоэтажное здание, а вокруг рассыпаны строения поменьше. Крутя обломанную рукоятку, Максим опустил запыленное стекло, лицо обдало свежестью пахнущего морем ветра, затрепыхались волосы.

Судя по дорожному указателю до Гаваны оставалось восемь километров. Машин сделалось больше, они то и дело обгоняли горбатый драндулет Таксисту это не нравилось, он жал на газ, выжимая из старичка последние силы. Но куда тому было угнаться за современными европейскими авто. Те только пролетали мимо да гудели, требуя «пенсионера» прижаться к обочине и путаться под колесами. Подобное пренебрежение выводило водителя из себя, высунувшись в боковое окно, он кричал вслед уносившимся вдаль авто, показывал средний палец. Правда от таких ухищрений колымага не ехала быстрее, скорость была не выше шестидесяти километров в час, а красная точка, которую они безуспешно преследовали, безнадежно оторвалась и была уже на солидном удалении. Это обстоятельство угнетало погонщика динозавра, он уже нервничал, косясь на монитор, а Максим сзади давился смехом — кому рассказать, не поверят.

На светофоре, что висел над трассой, зажегся красный. Динозавр нехотя замедлил бег и зафырчал выхлопной трубой, готовый по первому желтому сигналу молодецки скакнуть вперед. С левого края затормозил красавец БМВ. Владелец, везший из аэропорта туристок, позволил себе посмеяться над допотопным трахомой, а еще больше над остолопами, что наняли его. Обе дурнушки-туристки, опустив стекла, восторженно щелкали фотоаппаратами.

Нервы у таксиста лопнули. Откинув дверь, он выскочил на дорогу, обежал БМВ и, наклонившись к обладателю, разразился проклятиями. Он эмоционально бил ребром ладони по ладони, брызгал слюной, кивал на горбатого кормильца, что-то доказывая. Тем временем светофор переменился, водитель покрутил пальцем у виска и газанул. Таксист едва успел отскочить.

Бормоча под нос, он полез за баранку…

Маячок, исправно посылающий сигнал из засунутой в багажник лимузина сумки Васильевых, давно точкой замер на месте и никуда больше не двигался. Колесников увеличил масштаб изображения, и без того уже предвидя, что ученые добрались до гостиницы.

— Двигай сюда, — показал он таксисту и отключил компьютер.

Они въехали в город. Максим чуть не свернул шею, разглядывая улицы. Дома утопали в тропической, сочной зелени, всюду разбиты цветники, рос диковинный, выше человеческого роста папоротник и пальмы, чьи широкие лапы покачивал вечерний, дувший с побережья, бриз. Солнце уже наполовину скрылось за горизонтом, и на океанских волнах переливалась золотая, искрящаяся дорожка.

Таксист, проезжая площадь, показал на чей-то памятник.

— Чего он говорит? — обернул голову Колесников.

— Говорит, что эта площадь носит гордое имя Революции, а памятник воздвигнут ихнему национальному герою — революционеру…

— Че Геваре, что ли?

— Да нет, доктор Че — кубинский патриот шестидесятых годов. А то Хосе Марти, борец за независимость прошлого века.

В центре города проспект запрудили велосипедисты, таксист поминутно жал на клаксон, отгоняя от колес самых шустрых. Регулировщик в белой каске засвистел ему и погрозил жезлом.

К гостинице, шестиэтажному зданию в паре кварталов от побережья, они подъехали, изрядно намучившись в пробках. Пристроив машину к обочине, таксист посмотрел на Колесникова и помусолил пальцы, что выглядело красноречивее любых слов.

— Сколько ему дать? — спросил Михаил.

— А я почем знаю их расценки? Дай сотню.

Со вздохом Скупого рыцаря Колесников полез в сумку, достал портмоне, а из него стодолларовую купюру.

Водитель повертел бумажку, пожулькал, сложив вдвое, надменную физиономию американского президента, и воткнул взгляд в Колесникова.

— Чего ему надо?..

Скоропалительная речь, которую в следующее мгновение выдал кубинец, изобиловала истеричными выкриками и угрозами. Суть ее дошла до Максима не сразу — ярый сторонник революции обвинял иностранцев во всех смертных грехах, а главное в том, что его пытаются купить на грязные деньги американских капиталистов. И он молчать не будет, он немедленно вызовет полицию, и пусть те разбираются, что они за птицы, с какой целью прибыли на Остров Свободы и за кем здесь следят.

— Гони еще полтинник! — потребовал Максим и, вырвав у возмущенного Колесникова банкноту, всучил ее разбушевавшемуся таксисту.

Они вылезли из машины. Продолжая костерить чужаков, шоферюга запрятал доллары под сиденье, обдал выхлопными газами и с треском укатил.

Огорошенный Колесников до сих пор ничего не брал в толк.

— Да за такие бабки!.. всю Москву на десять кругов объедешь. Вот рвач! Ты зачем под руку полез, хватило ему бы и сотни.

— Скупой платит дважды, — напомнил Максим известную поговорку. — У них здесь песо в ходу. А мы с баксами лезем!.. Ты не забывай, что не дома, а Куба — последний социалистический лагерь на земном шарике, вдобавок ко всему, не в ладах со Штатами. Скажи еще спасибо, не сдал в комитет защиты революции — аналог нашего НКВД. Там разговор короткий.

— Дурдом, — пробурчал Колесников, все еще сожалея о деньгах. — Ну и на кой мы сюда прикатили?.. Время-то сколько уже? Как будем в свою гостиницу добираться?!

— Подожди, может договоримся здесь переночевать.

В холле гостиницы под высокими потолками бил фонтан, журчавшая вода каскадами низвергалась в отделанный белым мрамором бассейн, с расставленными скамейками вокруг. На скамье, забросив ногу на ногу, сидел мужчина, закрывшись газетой.

Мраморный пол сиял чистотой, возле стойки администратора росло в кадке пышное, раскидистое деревцо, на чьих ветках бутонами распустились крупные розовые цветы. Максим подал в окошечко паспорта. Администратор, симпатичная загорелая женщина со стянутыми на затылке в пучок волосами, не стала их даже смотреть и отодвинула наманикюренными пальчиками назад.

— К сожалению, мест нет.

— Как же так… Мы же заплатим… Назовите любую сумму!.. Нам хватит маленькой комнатки.

— Ничем не могу помочь! — добрых традициях застоя отрезала она, не взирая, что перед ней иностранцы.

— Подождите!.. Неужели совсем ничего?.. Ну, хотите, — он понизил голос и заглянул в под стекло, — мы сверх счета оплатим?

— Не морочьте мне голову. Курортный сезон в самом разгаре, гостиница переполнена туристами, а свободные номера, если и были до сегодняшнего дня для делегаций, то под бронью, и теперь уже заняты. Вашими же соотечественниками. Рада помочь, но нечем.

Максим отвалился от стойки, подошел к приятелю.

— Не срастается. Говорит, мест нет…

— Ну и… — вспыхнул Колесников. — Унижаться перед ней… Пошли отсюда. Надо тачку ловить.

В наступивших сумерках улица точно вымерла.

— Чертова страна! — выйдя посередь пустой дороги, в сердцах выпалил Миша. — Ну где?.. На чем мы отсюда выберемся?! Ни одной машины. Твою мать!..

— Да не кричи ты так… — зашикал, озираясь вокруг, Макс. — Какой-нибудь придурок полицию вызовет.

— Плевать! — продолжал буйствовать Колесников. — Я им в глаза выскажу все, как есть. Чертов образчик соцреализма!..

Дверь отеля отворилась. Сворачивая газету, вниз спускался мужчина из холла.

— У вас проблемы? — негромко, по-английски окликнул он.

— Да! — раздраженно обернулся Колесников. — Классно у вас здесь гостей принимают.

— У вас проблемы с жильем?

— Как раз наоборот. Гостиница есть, а вот как туда выбраться… — Он развел руками.

— Так вам машина нужна? Можем сговориться.

— Сколько? — спросил Макс.

— Недорого, — доверительно продолжал мужчина. — По пятьдесят долларов с носа.

— Сколько?!

— Я не навязываюсь… Если хотите, найдите дешевле. Но уже ночь, а на улицах у нас неспокойно. Всякое случается…

— Мы согласны, — помедлив, ответил Максим.

Мужчина ничего другого и не ожидал.

— Тогда по рукам! Только денежки будьте добры вперед.


предыдущая глава | Искатели приключений | * * *