home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



24

Обед, принесенный надзирателем, был более чем скудным. Побросав с порога запаянные в полиэтилен для дольшей сохранности лепешки и пластиковую бутылку с питьевой водой, он замкнул дверь и удалился доигрывать в кости.

— Обслуживание здесь желает лучшего, — проворчал Васильев, разрывая ногтями тонкую пленку. — Отношение скотское.

— А ты потребуй книгу жалоб и предложений, — подал ему шутовской совет Борисов. — Глядишь, засуетятся перед тобой охраннички, «заведующего» пригласят.

— От них, пожалуй, дождешься…

Сухая лепешка была пресной на вкус и отдавала затхлостью, как будто прежде чем скормить ее заложникам, годами хранили в сыром подвале. Отломив от нее кусок, Родригес остальное передал профессору. Полковник не был слишком разборчив в еде, как и многие его соотечественники, десятилетиями жившие в кольце экономической блокады, но плесневелая лепешка и ему не лезла в горло, между тем как силы нужно было восполнять. Заставив себя доесть кусок, он забрал у Васильева воду и долго пил, будто пытался смыть из глотки мерзкий горчащий привкус.

— Экономить надо воду, — Борисов чуть не вырвал у него бутылку. — Больше на сегодня не дадут. Да и сортира у нас нет, а охране плевать, если тебе приспичило. Могут и вообще ни разу не вывести.

— Что они, не люди? — повернулся профессор.

— Нет, Витя, — покачал головой бородач, — людей в этом сброде я не заметил.

Через какое-то время после «обеда», что определить было весьма затруднительно, в замке загремел ключ. Бронированная дверь издала печальный скрип, в проеме боком показался и исчез надзиратель. В камеру, опираясь на стальной косяк, заглянул уже знакомый читателю наемник Мигель.

— Эй, полковник! — отыскав Родригеса, гаркнул он. — Собирайся.

Марко с недоумением посмотрел товарищей и начал подниматься.

— Да пошевеливайся ты!..

— Куда вы забираете его? — вскочил с пола профессор.

— Не твое собачье дело! — огрызнулся Мигель.

Вытолкав заложника вон, он снял из-за пояса наручники, затянул их до отказа на запястьях полковника.

— И не советую дергаться. Наручники английские. Слыхал о таких?

— Слыхал, — ответил Родригес, еще недавно совсем сам подбивавший генерала Хювальда пойти на затраты и закупить для оперативных подразделений эти хитрые буржуазные наручники, имеющие свойство защелкиваться на новые и новые зубцы при попытках освободиться. Сопротивления хватало ненадолго, злодей ползал на коленях, умоляя ослабить их хоть чуть-чуть.

— Тогда пошли, — и он подтолкнул Родригеса на выход из подземной тюрьмы.

Мигель вывел его на круглую площадку, где несколько часов назад заложников встречал Крафт, и откуда вела на верхний этаж винтовая лестница. Миновав ее, они вошли в коридор с низко нависшим потолком, где идти приходилось, согнув голову. Неровные стены и извилистость хода наводили полковника на мысль о природном происхождении пещеры, где веками океанская вода, влага и сквозняк делали свое разрушительное для карста дело, вымывая не просто подземные переходы и галереи, но и целые залы. Нашедшим пещеру наркодельцам она досталась вроде как в подарок, который оставалось только оборудовать под завод.

Коридор рукавом поворачивал влево. За поворотом, возле приоткрытой двери, на табурете караулил молодой парень в униформе и черном берете, держа на коленях автомат Калашникова. Он лениво повернул лицо, и увидев за спиной полковника идущего Мигеля, слетел с табурета. На лице его отразилось смятение; излишне суетясь, он вытянулся во фрунт, не спуская с Мигеля испуганных глаз. Проходя мимо него, полковник покосился в помещение, скрывавшееся за дверью. Там светили синие, точно в операционной, светильники; вокруг длинного стола — дальнего его конца Родригес не увидел, — работали люди в белых халатах и шапочках. И еще, что сразу бросилось ему в глаза — респираторы, которыми были закрыты их лица.

— Спишь?! — накинулся на парнишку Мигель, и тот, виновато захлопав ресницами, кинулся исправлять перед начальством оплошность и закрывать дверь.

Спешность его была уже запоздалой, и полковник увидел то, чего видеть ему не следовало. Впрочем, удивлением это назвать было нельзя, что-то подобное он и предполагал. Только теперь, когда его догадки обрели реальную основу, обрывалась тонкая ниточка, связывающая его с жизнью, ибо ясно и непосвященному, — синдикат не потерпит лишних свидетелей. От этих мыслей ему сделалось тошно, и вовсе не потому, что он боялся за свою жизнь, с которой в любой момент мог распрощаться. Он знал, на что шел и сам выбрал свою работу. А вот люди те, что сидят сейчас в камере и которых он не сумел уберечь, они-то причем?..

Коридор, который все никак не кончался, таил в себе не одно помещение, подобное химической лаборатории. Слух полковника уловил механический шум работающей где-то за стеной машины. Разгадка источника шума не заставила себя ждать. Мигель притормозил его, а из открывшегося хода впереди, которой полковник сразу не заприметил, один за другим вышли четверо или пятеро работяг в синих комбинезонах, неся полиэтиленовые упаковки, набитые банками кофе. Их сопровождал автоматчик. Пропустив грузчиков, Мигель велел Родригесу идти дальше.

Мозг полковника безостановочно работал. «При чем здесь кофе, да еще в таких количествах? Болванам, что работают на базе, по душе больше виски или текиловая водка. А шум конвейера за стеной? А головорез-провожатый?..»

Совершив очередной поворот, коридор закончился тупиком в виде врезанной в скалу мощной двери с кодовым замком. Поставив пленника к стене, дабы тот ненароком не подсмотрел комбинацию цифр, Мигель нажал нужные кнопки… Внутри открывался тамбур метра на три, где светил под стеклянным колпаком фонарь, а в углу перед следующей и также бронированной дверью, висела крохотная видеокамера. Звякнув звонком, наемник отошел так, чтобы попасть в фокус, осклабился и помахал ей ладонью.

Сработал электрический замок и дверь слегка отошла. Мигель пропустил полковника вперед, вводя в комнату. От обилия яркого до рези, белого света стало больно глазам. Сощурившись, Родригес несколько секунд привыкал, и уже тогда, когда туманная поволока перед ним разошлась, увидел Крафта. Этот господин сидел на кожаном диване, облокотившись на тугую подушку, с высоким хрустальным бокалом с темном жидкостью, в которой плавали кубики льда.

— Освободи ему руки, — приказал он наемнику.

Мигель, сохраняя независимое лицо, повиновался ему, хотя было заметно, что покорность давалась ему через силу.

— Пошел… Понадобишься, я тебя вызову, — сделал ему пальчиками Крафт, выпроваживая из кабинета. — Как вам у меня нравится? — спросил он полковника, оставшись наедине.

Родригес понятия не имел, в каких условиях жил обслуживающий персонал этого спрятанного в недрах скал комбината по производству наркотиков, но то, что мистер Крафт устроился очень даже ничего, сомневаться не приходилось. Надо заметить, что логово его ничем не отличалось от фешенебельных апартаментов: отштукатуренные белоснежные стены, подвесной потолок с вращающимся вентилятором, создававшем подобие дуновения ветра и прохлады, гобелены. Сбоку от дивана, на котором восседал с бокалом Крафт, зеленела, росшая в кадушке, карликовая пальма. В углу громко тикали напольные часы в благородном корпусе орехового дерева. В противоположном углу раскинул листья куст с подвядшими головками белых цветов. Без луча солнца, которыми не проникнуть сквозь толщу скал, без доступа свежего воздуха кустарник имел жалкий вид, опавшие цветочные лепестки лежали в кадке с землей и на ковровом покрытии. Рабочий стол находился возле самых дверей, над ним висели телевизионные, отключенные, мониторы. Раскрытый ноутбук, подцепленный к проводам, лежал на его краю. Дополнял обстановку книжный стеллаж, забитый до отказа толстыми томами литературы.

— Присаживайтесь, — Крафт качнул бокалом на кресло напротив себя. — Выпьете чего-нибудь?

Полковник от выпивки отказался, но в кресло сел, оценив все прелести дорогой мебели. Кожаная подушка мягко осела под ним.

— Догадывайтесь, о чем речь пойдет? — спросил Крафт и отставил недопитый бокал на прозрачный, на декоративных бронзовых ножках, столик. Вытащив сигарету из початой пачки «Мальборо», пододвинул пачку к гостю. — Курите?

Родригес вновь ответил отказом, изучая вблизи Крафта. Безвылазная жизнь в подземелье не могла не наложить на него своего отпечатка. Он был сухощав и болезненно бледен, карие глаза воспаленно поблескивали. Зажав сигарету между желтыми от никотина пальцами, он поднес огонек инкрустированной драгоценными камнями зажигалки, глубоко затянулся и выпустил струю в потолок.

— Если вы, полковник, — отведя руку с дымящейся сигаретой, чтобы дым не лез в глаза, продолжал он, — считаете меня за главного злодея, — Крафт при этих словах усмехнулся кончиками губ, — то вы глубоко заблуждаетесь. Я всего лишь управляющий, один из винтиков хорошо отлаженного механизма. Хотя, не без определенного веса, потому что без этого винтика сломается вся машина, какой бы идеальной она не казалась. Я обычный менеджер, коммерсант, делаю свою работу и получаю за нее неплохие деньги.

— А кровь вам по ночам не снится? — едко поинтересовался Родригес.

Крафт кисло искривил лицо.

— Да полно вам, — махнул он сигаретой, — демагогию разводить. Бизнес есть бизнес. И мой не многим отличается от вашего. Ведь смотря с какого ракурса посмотреть, может быть именно я и даю вам работу?

— Мне кажется, мы говорим ни о чем!

— Как знать, как знать, — возразил управляющий, постукивая сигареткой о край пепельницы. — Вы когда-нибудь смотрели, полковник, Крестного отца? Нет? Как же, веяния загнивающего в разврате капитала… А зря, мировая классика, между прочим. Так вот, есть в том фильме одна крылатая фраза, часто применимая в жизни. Скажите, полковник, вам часто делали предложения, от которых вы могли отказаться?

Родригес в упор смотрел в бледное, обтянутое землистой нездоровой кожей лицо Крафта, оставляя его вопрос без ответа.

— Что же вы молчите, полковник? Или вы думаете, как не поступиться с совестью? Пустые умственные упражнения. У вас, в отличие от меня, нет иного выхода, как не согласиться на сотрудничество. На взаимовыгодное для обеих сторон, заметьте.

— То есть, работать на вас?

— А что в этом страшного? Конечно, как честный полицейский вы поспешите немедленно отказаться, рвать на себе рубашку, убеждать в своей исключительной честности. Охотно верю, не утруждайтесь!.. Только перед нем, как дать ответ, все хорошенько взвесьте. А я вам постараюсь помочь сделать правильный выбор.

Раздавив окурок о дно пепельницы, мистер Крафт залпом допил из бокала и слегка поморщился.

— Какие у вас перспективы… Первая, умереть безвестным героем. Труп ваш скорее всего не найдут, я накормлю им акул, благо, что их здесь кишмя кишит. Начальство не узнает о ваших последних днях и о мужестве, с которым вы отказывались от сотрудничества с нами. Представляю безутешную вдову, почетный караул у вашего гроба, в котором будете лежать не вы, а всего лишь капсула с морской водой. Ваше имя выбьют на скрижалях Комитета, поклянутся никогда не забыть… и забудут на следующий день. Вдова через год-два оправится и снова выйдет замуж. Все, что от вас остается потомкам — могильная плита с надписью: «Здесь покоится прах полковника Родригеса, героически павшего в бескомпромиссной борьбе с организованной преступностью». Печальный хепиэнд, и только. Но это одна сторона медали. Не забывайте, что кроме вас у меня есть и другие заложники. И церемониться в случае вашего упрямства я не буду. Для начала я отдам девок своим парням, пусть натешатся, одичали без женской ласки. Не знаю, вынесут шлюхи всех или нет, ночто поделать? Остальных я просто расстреляю. Конечно, вас хватятся, а когда найдут мертвые тела, разразится грандиознейший скандал. Какие после него сложатся отношения у Фиделя с Россией, я уж извините, не знаю.

Родригес сжал кулаки, испытывая жгучее желание наброситься на этого синюшного ублюдка и задавить его собственными руками. Но он подавил в себе этот порыв, прекрасно понимая, что охрана за дверями только и ждет сигнала от Крафта, чтобы начать расправу.

— Даже и не думайте, — спокойным тоном изрек Крафт, следя за его реакцией. — Мои молодцы скрутят вас в бараний рог. И потом, вы же умный человек, полковник. Отбросьте, к черту, свои эмоции! Я же не собираюсь предлагать взамен ничего сверхъестественного! Все, что от вас требуется, сообщать о намечающихся операциях против наших структур. Мы от себя готовы сливать информацию о конкурентах, сдавать мелких, отслуживших свое перекупщиков. Сажайте, сколько душе угодно. И нам хорошо, и у вас показатели вверх полезут. Через годик-полтора займете место старика Хювальда. Ему давно пора на покой. А там и того выше, сделаете карьеру. Сколько вам в месяц Фидель платит? Баксов сто, двести? Разве это деньги для настоящего мужчины?!

— И во сколько вы оцениваете мою сговорчивость? — гоняя по скулам бугры, задал вопрос Родригес, принимая чужие правила игры.

— Раз в пятьдесят дороже! — купившись на уступчивость собеседника, оживился Крафт. — Мы откроем счет в любом банке мира, на который только укажете. Довольно скоро на нем набежит приличная сумма, имея которую, вам нечего будет делать на Кубе. Соединенные Штаты, Европа — выбирайте любую страну на жительство. С деньгами везде не пропадете. Подумайте, наконец, о своих детях, пусть еще не рожденных. Заключив с нами союз, вы будете работать не на меня, нет — на них!.. на их будущее! Решайтесь, полковник!

Лицо Крафта неприятно раскраснелось, не то от возбуждения, не то от выпитого. Сузив зрачки, он ждал от полковника ответа.

— А что будет с моими спутниками?

— О чем вы думаете, господин Родригес? — с горячностью вскричал Крафт. — Какое вам дело до судьбы об этих никчменных людишек? О них ли речь?

— Предлагаете выкупить собственную свободу такой ценой?

— Это уж как вам угодно. Я бизнесмен, я сделал вам деловое предложение. Дело ваше, принять его или нет. Только имейте в виду, я предлагаю только раз и второго шанса у вас не будет.

— Ну что же, — развел руками полковник, — выходит, не судьба. Предложение оказалось для меня неприемлемым.

Сделав свой выбор и получив моральное облегчение, полковник поднялся из кресла, полагая, что вслед за этим Крафт вызовет охрану и его уведут обратно в камеру. Но управляющий не спешил и сидел в прежней позе, снизу вверх глядя на несговорчивого пленника. Он не привык к отказам, но этот полковник с его ослиным упрямством отчего-то, кроме легкого раздражения, вызвал в нем потаенное чувство человеческого уважения.

«Сильный игрок», — подумал в мыслях Крафт, но вслух сказал другое:

— На что вы надеетесь, полковник? На своих легавых? Глупо! Высадись на остров хоть целый десант, им не взять нас. Не верите? Идемте со мной.

Он вывел Родригеса в коридор, по которому слонялся скучающий Мигель.

— Для начала небольшая экскурсия. Я думаю, вам будет небезынтересно посмотреть, как мы здесь устроились.

Первым пунктом их посещений стал производственный цех, охраняемый парнем в черном берете. Предоставив полковнику время осмотреться, Крафт отстранил от стола работника в респираторе, насыпавшего прозрачной лопаткой белый порошок в пакет, лежавший на чаше электронных весов.

— Знаете, что это? — повернулся он к «экскурсанту», забрав с весов пакет.

Родригес зацепил краем мизинца пыльцу, понюхал. Затем, точно желая окончательно удостовериться, лизнул порошок.

— Героин, — он сплюнул на пол.

— Все верно, — согласился Крафт и вернул пакетик работнику. Тот стрельнул настороженными глазами по Родригесу и вернулся к рабочему месту.

— Только это не простой героин… Любой наркотик, — рассказывал он полковнику уже в коридоре, — оказывает влияние на центральную нервную систему человека и на головной мозг. А точнее на те его участки, которые отвечают за поведение человека. Некоторые ученые-медики, которые, не в пример вам, поняли всю выгодность нашего сотрудничества, разработали ряд специальных добавок.

— С помощью которых вы можете зомбировать человека?

— Скорее программировать его поведение, — поправил мистер Крафт. — К примеру сейчас я исполняю заказ Компании для одного африканского государства, где треть населения сидит на игле. Наш товар выгодно покупать, он дешев и доступен. Серьезных конкурентов там нет, но нормально работать мешает Министерство безопасности. Тамошний министр, как и вы, питает иллюзию отвадить народ от наркотиков, не понимая того, что спрос рождает предложение, что мы даем людям то, чего они жаждут. И чего не дадим им мы, более дешево и качественно, завтра дадут другие… Уровень преступности в стране высок, даже в столице среди бела дня на улицах за кошелек оторвут голову. Так вот, наш героин, который вы, полковник, имели неосторожность пробовать за зуб, влияет на ту часть человеческого мозга, что отвечает за агрессивность. Теперь представьте выплеснувшуюся на улицы агрессию в масштабах целой страны. Честнягу-министра, не сумевшего совладать с массовым разгулом преступности, выгонят в отставку…

— А на его месте окажется нужный вам человек.

— Вы снова абсолютно правы, полковник. Пока наши добавки находятся в стадии доработки, но перед ними громадные возможности. Что министры? Мы сможем свергать неудобные нам правительства и назначать нужные, мы в состоянии расшатать обстановку в любой стране и довести ее до войны.

— Но зачем?

— Сразу видать, что вы не деловой человек, — отвечал ему Крафт. — Представьте, что залежи алмазов в той же Нигерии так велики, что страна просто обречена на богатство и процветание. Разработку их ведут не местные аборигены, а иностранные компании, чьи акции на финансовом рынке высоколиквидны. Ухудшение внутренней обстановки, нестабильность, переворот или маленькая, но кровавая война заставят разработчиков бросить все и убраться из страны.

— Акции упадут в цене, вы скупите контрольный пакет.

— Да! — торжественно вещал Крафт. — Мы получаем фактически за бесценок неисчислимые богатства, а отсюда контроль над целой страной!.. Да что говорить, когда в перспективе… — он задохнулся от охватившего волнения и восторга, будто перед ним и впрямь открылись все горизонты с видом в недалекое будущее, когда мир будет лежать в пыли у ног его и Компании. Сладкий золотой туман застил перед ним, возбужденные глаза его пылали сумасшедшим огнем, чего не укрылось от бдительного взгляда полковника.

«Да он же псих! — со всей ясностью открылось Родригесу. — Свихнулся со своими наполеоновскими планами в этой могиле».

— Теперь вы видите, какую непростительную глупость совершаете, отказываясь от сотрудничества?! — сгорая от внутреннего жара, воскликнул Крафт.

— Вижу, — ответил коротко полковник, чего уж больше.

В следующем помещении, куда привел его Крафт, была расфасовочная. Автоматизированная машина, чей шум Родригес слышал по пути к управляющему, гнала по транспортеру жестяные банки, на дне которых лежали запаянные пакетики героина, засыпала кофейным порошком и, уже на выходе процесса, закатывала их крышками. Стена возле входа была заставлена готовыми к транспортировке упаковками, по восемь банок в каждой. Мистер Крафт снял с движущейся резиновой полосы закатанную банку кофе, потряс ей, передал полковнику.

— Ну и как? — спросил он не без самодовольства.

Сработано было на совесть, не придерешься. Родригес держал в руках обычную двухсотграммовую банку известнейшего в мире кофе, какими заполонены полки в продовольственных магазинах и супермаркетах, и ничем не мог отличить от настоящей: ни весом, ни цветом, ни рисунком, — абсолютно ничем. Крафт вынул из кармана плоский ключ и поддел им крышечку. Под ней, как и положено, была натянута сталистая фольга.

— Ни одна таможня не докопается, — хмыкнул он. — Каково?

Родригес не разделял его удовольствия и, пока следовал по коридору в компании управляющего и сопровождавшего их Мигеля, думал, как бежать с острова. Он знал теперь слишком много, чтобы остаться в живых. Скорее всего, Крафт оттого и водил его по своим владениям, что куражился напоследок, уже вынеся ему приговор. А как бы ему хотелось очутиться на свободе, да еще с теми знаниями, что здесь получил. Но пока план побега ему на ум не приходил.

Тем временем его привели в святая святых, в так называемый пункт контроля, а попросту — в заставленную всевозможным техническим оборудованием комнату, откуда обеспечивалась безопасность базы. Перед мониторами, за пультом, следя за показаниями, сидел оператор. Обернувшись на шаги, он хотел было встать перед Крафтом, но тот махнул ему, сиди! — и подвел полковника к экрану радиолокатора, по зеленому круглому полю которого вращалась светящаяся нить.

— Очень эффективная вещь, — прояснял управляющий. — Мы в состоянии отслеживать перемещение любых воздушных целей в радиусе сорока километров. Возможно вам, полковник, радиус действия покажется невелик, но нам — по за глаза. Эта штуковина способна контролировать одновременно несколько объектов, будь то гражданские или военные самолеты. А теперь гляньте вот сюда, — ткнув в видеомонитор, на котором застыла картинка скалы и открывавшееся с нее обзор на безграничные просторы океана, Крафт сделал знак оператору, а тот защелкал тумблерами какого-то прибора.

Родригес не верил самому себе — «скала»… открывалась, оказавшись отлично закамуфлированной крышкой пусковой установки, а из недр настоящего камня поднималась стальная станина с островерхой крылатой ракетой.

— Недешево обошлась, — с гордостью рассказывал Крафт. Правда за опт нам сделали скидку. Узнаете модификацию, полковник? Советского образца, да и произведена не в Китае, а в бывшей союзной республике. На Кубе ведь тоже стоят такие, верно? Хорошее оружие, точность попадания — сто процентов из ста. Пока нам не доводилось ракеты использовать, но ведь в жизни все как в театре: если в первом акте на стене висит ружье, в последнем оно обязательно выстрелит.

Оператор по его команде забегал пальцами по кнопкам, возвращая ракету в исходное положение.

— Как вы теперь понимаете, ни одно воздушное судно без моего позволение не может даже близко приблизиться к острову. Но это еще не все. Я читаю на вашем лице мысли о кораблях береговой охраны. Тоже абсурдная затея. Демонстрировать не буду, но поверьте на слово — вокруг острова установлены минные поля и при малейшей опасности я дам команду их поднять в боевое положение.

— Блеф! — промолвил пораженный оснащенностью базы Родригес. — Вы же должны отдавать себе отчет, что в любом долго не продержитесь. Одну, две, десять атак отобьете, а что дальше?..

— Дальше? — по-звериному оскалил зубы мистер Крафт. — Вы за меня не переживайте. Сперва в дело вступят мои парни. Не смотрите, что они на вид мерзавцы, — каждый отлично владеет оружием, и каждый вперед умрет, чем допустит сюда легавых. Им придется основательно потрудиться, прежде чем добраться до нас.

— Вы больной человек!.. — глядя в глаза Крафту, сказал полковник. — И все равно, говорил он с крепнувшей уверенностью в голосе, как бы вы не окопались, как бы не обставились головорезами, вам не уйти от возмездия.

Крафт неестественно расхохотался, приблизил свои губы к уху Родригеса и тихо, чтобы не услышали за пультом, зашептал:

— Уйду. Но только вы о том уже не узнаете. Ни вы, ни ваши друзья.

— Мигель! — отойдя от полковника, крикнул он. — Волоки сюда русскую! Да побыстрее, я уже устал сегодня ждать.

Исполнительный наемник загромыхал по залу ботинками. Пройдя к японской рации, укрепленной сверху пульта, Крафт переставлял каналы. Цифры, стремительно сменяясь, бежали на табло. Пискнув, рация зафиксировала частоту, на которой работали подразделения береговой охраны Кубы.

— Берите, — протянул он тангетку на извилистом шнуру полковнику. — Ну!..

Родригес взял черную коробочку микрофона и зло уставился на Крафта.

— А теперь вызывай своих. Скажи им, чтобы связались с Броуди и к завтрашнему дню отправили сюда яхту.

— С какой стати?

— Не твое дело! — нервничал управляющий. — Будут задавать лишние вопросы, ври, придумывай что-нибудь, чтобы тебе поверили.

— Да иди ты!.. — выругался полковник, которого игра в кошки-мышки уже достала, и положил тангетку на пульт.

Крафт сузил глаза, и теряя самообладание, закусив нижнюю губу, влепил ему зуботычину. Полковник дернул головой и больно прикусил себе язык.

— Не рыпайся! — выскочил из-за пульта оператор, прикрыв удовлетворенно потирающего кулак управляющего, и выхватил из кобуры пистолет.

Курок был взведен, заметил полковник, и он без труда завладел бы пистолетом — а дальше, как повезет! — не услышь за собой возню и женский вскрик. Он обернулся. В проходе стоял Мигель, держа за волосы перед собой выгибающуюся Ирину.

— Вызывай своих, — повторил Крафт, вручая полковнику тангетку. — И думай, прежде чем говорить. Одно неверное слово, и она умрет.

Мигель воспринял слова шефа буквально, свободной рукой достал из кармана куртки капроновую удавку и с ловкостью профессионала набросил ее на шею жертве.

— Не вынуждай меня делать ей больно, — с угрозой сказал Крафт, срывая с себя остатки маски добропорядочности. — Мигель!..

Коренастый латинец с гнусной ухмылкой патологического убийцы натянул удавку. Ира задергалась, силясь освободиться от мужской хватки, царапая ногтями за горло.

— Прекратите, — испытывая боль за девушку, попросил Крафта полковник, — я сделаю все, что вы скажете.

— Давно бы пора стать сговорчивым.

Рацию сделали погромче, в динамиках зашипело от эфирных помех. Отжав кнопку передачи, Родригес запросил позывной. Ему отозвались почти сразу.

— «Остров», я «Гавана»… Слушаю, слушаю вас!..

Радиосвязь была на удивление чистой и устойчивой, словно остров и материк не разделяли сотни морских миль, а офицер-пограничник, вышедший с ними на связь, находился в непосредственной близости.

— Свяжитесь с представителем географического общества. Передайте, что у нас возникли проблемы, требуется немедленная эвакуация. Пусть срочно отправят за нами «Полярную звезду». Как приняли меня?

— Принял нормально, — ответила Большая земля. — Что-то серьезное?

Полковник глянул на беззвучно плачущую, стоявшую на коленях девушку, на зверскую рожу Мигеля, намотавшего на волосатые кулаки концы удавки. Оператор все еще держал его на мушке, поддерживая уставшую от напряжения руку другой; Крафт переминал свои желтые от никотина пальцы, делая полковнику круглые глаза, давая понять, что его не ждет ничего хорошего, попробуй своевольничать.

— Да, — ответ рыбьей костью застрял в его горле.

— Поясните подробнее.

— Некогда, — мрачный как туча, соврал Родригес. — Генератор сломан, и батарея рации садится. По этой причине не могли раньше связаться. Нужна эвакуация….

Крафт махнул ему ладонью, пора было заканчивать.

— Вас понял! Все передам. «Остров»…

Что хотел спросить еще связист так и осталось неизвестным, потому что на острове рацию с последними словами полковника отключили. В колонках снова сердито зашипело.

— Вот и ладненько, — вымолвил Крафт, отбирая у полковника тангетку. — Вы мне оказали добрую услугу…

— Сочтемся, — исподлобья, двусмысленно ответил Родригес.

Щека управляющего нервно дернулась.

— Они мне больше не нужны, — проговорил он, тяжело осаживаясь на вертящееся кресло за пультом. — В камеру обоих…


* * * | Искатели приключений | * * *