home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава двадцатая

— Будем полностью обследовать «хонду»? — спросила Кэт, кивнул на идущий впереди эвакуатор.

— Сейчас главное — найти нити, тянущиеся к Радеку, так что наскоро осмотрим ее и оставим в Инглвуде на стоянке. Срочной необходимости искать улики нет. Со временем поручим криминалистам выяснить, не в ней ли перевозили Бертока. Однако я бы удивился, если б такой человек, как Радек, водил машину с подобным грузом.

— Значит, считается, что этой легкой разведки не было.

— Тебя клонит в дремоту, — проникновенно сказал Вэйл. — Твои веки отяжелели.

Они обогнули Управление полиции Инглвуда, и водитель эвакуатора указал им место на стоянке с надписью «Для гостей». Потом задним ходом въехал в большой гараж и там отцепил «хонду». Вэйл достал из багажника лом и вместе с Кэт зашел в гараж.

— Вам нужно еще что-нибудь? — спросил водитель.

— Можешь открыть для нас дверцу? — Вэйл показал лом: — Не хочу пускать его в ход без необходимости.

— С этими новыми моделями дело обстоит непросто, но я попробую. Наш механик сделал приспособление специально для нажимных кнопок.

— Если он откроет дверцу, «холлиген» тебе не понадобится, — заметила Кэт. — Внутри есть открыватель багажника.

Водитель взял с верстака тонкий стальной прут, к которому было аккуратно приварено несколько острых выступов. Вставив прут между стеклом и дверцей, он стал просовывать его в салон, меняя направление кончика, пока тот не оказался над кнопкой замка. Затем осторожно потянул прут на себя, и замок, щелкнув, открылся.

Надев латексные перчатки, Вэйл осторожно открыл бардачок, не садясь на водительское место, и ощутил легкий запах освежителя воздуха.

— Чувствуешь, как пахнет бензином?

— Мы в гараже.

— Нет, источник определенно в машине.

— Это важно?

— Не знаю.

— Видимо, да. Поискать отпечатки пальцев снаружи? — спросила Кэт.

— Нет-нет. Подожди немного.

— Что-то неладно?

— Минутку.

Обойдя машину, Вэйл открыл пассажирскую дверцу. Коврик на полу хранил следы недавней чистки, как и коврики перед задним сиденьем.

— Машина чище, чем новая.

— В этом есть что-то необычное? Я думаю, многие бывшие заключенные помешаны на чистоте из-за жизни в тесном пространстве.

Вэйл, ничего не ответив, снова обошел «хонду» и наклонился над водительским сиденьем. Посветив фонариком на места, где невозможно не оставить отпечатков пальцев, он сказал:

— Ни единого отпечатка. Помешан он на чистоте или нет, машина тщательно вычищена.

— Что это означает?

— Радек хотел, чтобы мы ее нашли.

— Ну и что из этого? Здесь нет ничего, ведущего к нему или к убийствам.

— И тем не менее он поставил машину прямо перед своим домом.

— А мы ее обнаружили. Обыщем и, если ничего не окажется, уедем. Открой багажник. — Кэт взглянула на свои руки. — У меня порвались перчатки. Пойду возьму другие.

Вэйл потянул рычаг, и послышался негромкий щелчок открывшейся крышки багажника.

С этой машиной что-то неладно. На протяжении этого дела все старательно планировалось и выполнялось. Зачем оставлять угнанную машину перед своим домом, тем более что Вэйл ее уже видел?

Кэт вернулась в гараж, натягивая новые перчатки, и подошла к Вэйлу.

— О-о, не можешь открыть?

— Я открыл, — рассеянно произнес он.

Кэт посмотрела на багажник и, отстранив Вэйла, потянула рычаг. Щелчка не последовало, и она снова оглянулась.

— Мой открывается гораздо шире.

Она обошла машину и взялась за крышку багажника.

— Не трогай! — крикнул Вэйл.

Кэт отдернула руку, словно металл был раскален докрасна. Такой тревоги в его голосе она не слышала ни разу. Он увлек ее прочь от машины.

— В чем дело?

— Как высоко обычно поднимается эта крышка?

— От шести до восьми дюймов.

— Стой здесь. — Вэйл вернулся и посветил в дюймовый просвет между крышкой и корпусом машины. — Внутри ничего не видно.

— В чем дело? — повторила она.

— Возможно, ни в чем.

— Ты чего-то опасаешься.

— Просто, имея дело с этими людьми, не хочу ничего принимать на веру.

— Думаешь, багажник может быть заминирован?

— Не знаю. Возможно, крышка не поднимается выше из-за неисправности.

— У меня есть визитная карточка сержанта лос-анджелесской полиции из группы по обнаружению и обезвреживанию взрывных устройств, я познакомилась с ним после туннельной доставки. Могу позвонить.

— Сперва я хотел бы убедиться.

— Спинка заднего сиденья опускается. Можно заглянуть в багажник таким образом. Просто потяни ее вверх.

Вэйл сжал ее руку.

— Знаю, ты захочешь устроить мне сцену, но все- таки выйди из гаража.

— Что ты собираешься делать?

— Выяснить, что в багажнике.

— Не нужно. Давай позвоню сержанту.

— Если есть хоть малейшая вероятность, что кто-то пострадает, они должны взорвать все в отведенном месте.

— Что в этом плохого?

— Обычно ничего, но улики, которые могут быть в багажнике, исчезнут, и, честно говоря, я ничего не понимаю. Теперь, пожалуйста, иди.

— Стив, мне больше всего хочется повернуться и убежать со всех ног, но если ты собираешься это сделать, я останусь.

Вэйл, все еще держа ее руку, заглянул ей в глаза.

— Я остаюсь.

— Знаешь, это мне платят за глупости.

Кэт нервозно засмеялась.

— И размер зарплаты соответственный.

— Неопровержимый довод. — Кэт осталась стоять у задней дверцы, а он осторожно встал коленями на сиденье. — Готова?

— Действуй, — прошептала она.

Вэйл мрачно посмотрел на нее и ощупал спинку кресла. Убедившись, что там нет ничего постороннего, плавно потянул ее вверх и опустил. Затем посветил фонариком в багажник.

— Ну что? — спросила Кэт.

Вэйл медленно вылез из машины и за руку вывел ее из гаража.

— Что там?

— Много бензина и какое-то непонятное устройство. Давай звони сержанту.

Они сели в свою машину, и Кэт, закончив телефонный разговор, спросила Вэйла:

— Как ты догадался о багажнике?

— Все выглядело совершенно нелогичным. Зачем оставлять угнанную машину по известному адресу и вместе с тем удалять из нее все улики? И тут мне пришло на ум, что Радек использовал ее как сигнал об опасности. Если он попал в зону нашего внимания, то искать его мы будем первым делом по адресу в водительских правах. Но Радек об этом не узнает, если не случится нечто заслуживающее внимания прессы — взрыв, пожар или что там должно вызвать это устройство в багажнике. Поэтому, когда крышка не поднялась полностью, сомнений уже не осталось.

Вэйл включил радио ФБР. Все сообщения касались групп, работавших по ордерам на обыск Пандерена. Похоже, заместитель директора и начальник отделения находились в его квартире. Судя по довольным голосам агентов, дела шли хорошо. Потом в эфире прозвучал приказ Хилдебранда:

— Центральная, позвоните федеральному прокурору и сообщите, что мы нашли спортивную сумку, наполненную стодолларовыми купюрами в банковской упаковке. И в них есть отверстия от гвоздей. Сейчас мы сверяем номера. Нам требуется санкция на арест этого субъекта.

Кэт взглянула на Вэйла:

— Может, Пандерен быть причастен?

— Странно, что обнаруживаются только проколотые купюры. Не знаю, какая там сумма, но два миллиона в спортивную сумку не уложишь.

— Вот моя награда за работу с тобой, — сказала Кэт. — Они нашли деньги, мы нашли бомбу.

— Хороший я партнер? — улыбнулся ей Вэйл.


Сержант Майк Хеннинг из группы по обнаружению и обезвреживанию взрывных устройств лос-анджелесской полиции снял шлем и утер пот со лба. Как и многие в Лос-Анджелесе, он любил свою работу, словно востребованный киноактер. С темными мягкими волосами, зачесанными назад, и тонкими усиками он походил на фигуру с афиши в стиле ар-деко тридцатых годов.

— Обезврежено, — сообщил он Кэт и Вэйлу.

— Значит, то была бомба, — сказала она.

Он расстегнул застежки-липучки защитного костюма.

— Да, адская машина. Только без взрывчатки. Скорее огнемет, чем бомба. Ничего подобного я не видел. Тот, кто его сделал, хотел чьей-то смерти, притом такой, что вызвала бы сенсацию. Если бы вы распахнули багажник — чтобы взглянуть на неполадку, — то сгорели бы заживо. Пойдемте покажу.

Теперь крышка багажника была открыта полностью. Хеннинг снова вытер лоб.

— Огнемет сделан из емкости с бензином, баллона со сжатым воздухом и воспламенителей. Все это собрано в дьявольскую систему, чертовски смертоносную, да еще и с мучениями. Кто-то очень не любит правоохранителей. — Хеннинг взглянул на Вэйла: — Полагаю, это сделали твои друзья из туннеля.

— Судя по сходству конструкции?

— Судя по смертоносности. Собравшие это устройство стремятся убивать людей с особой жестокостью. Хотелось бы мне показать вам, как серьезно настроены эти изверги, но это слишком опасно. — Хеннинг склонился над багажником. — Это устройство, сработав, полностью ликвидируется — причинив вред, уничтожает все улики.

— Как же оно срабатывает? — спросила Кэт.

— Видите десятигаллоновую емкость с жидкостью На дне багажника? Похоже, она сделана из какого-то полимера. Обычно их используют как дополнительные топливные баки, большей частью на лодках. Они стойкие, непробиваемые, размещаются где угодно. — Хеннинг указал на шесть пластиковых пробок, расположенных на равном расстоянии вдоль ближайшей стороны емкости. — Сейчас бензин оказывает на них минимальное давление, и они остаются на месте, не давая ему вылиться. А вот через это отверстие с укрепляющей его металлической пластиной в емкость заливается горючее. После ее заполнения с помощью муфты к ней подсоединяют привинченный сзади баллон со сжатым воздухом. Как видите, у баллона патрубок быстрого выпуска и рукоятка. Проволока соединяет ее с крышкой багажника. Если открыть крышку наполовину, весь сжатый воздух поступит в емкость, вытолкнет пробки и бензин брызнет прямо на крышку багажника, изгиб которой направит его на человека, стоящего позади машины.

Хеннинг восхищенно покачал головой.

— Ударив в крышку, горючее откроет ее полностью, заставив воспламенители с обеих сторон заискрить.

Вэйл узнал эти воспламенители, похожие на предохранительную чеку с металлическим колпачком на конце. Ими пользовались сварщики.

— То есть сперва человека обдаст горючим, через долю секунды оно вспыхнет, и мишень мгновенно превратится в факел. — Хеннинг указал на емкость: — Здесь пролилось немного горючего. Видимо, поэтому, Стив, ты уловил запах. Это не просто бензин, это напалм. Он липкий. Я никогда не верил в злых гениев, но вот вам доказательство.

— Напалм? Мы можем проследить его происхождение? — спросила Кэт.

— Скорее всего он кустарный. Просто в бензине растворяется обычный пенополистирол. Он используется с шестидесятых годов, но липнет не хуже клея.

— Теперь можно обыскивать машину? — поинтересовался Вэйл.

— Только дайте мне сфотографировать это устройство. Потом я обрежу натяжные проводки, и оно станет совершенно безопасным.

Хеннинг достал камеру из своего чемоданчика и начал делать снимки.

Покончив с этим, он обрезал маленькими кусачками остатки трех проводков, тянувшихся от внутренней стороны крышки багажника к двум воспламенителям и баллону со сжатым воздухом.

Пока Вэйл и Кэт обыскивали машину, Хеннинг наблюдал за ними. Вэйл подозревал, что интересует его в основном Кэт. Наверно, ради этого он и приехал. Вэйл украдкой взглянул на Кэт, перелезавшую с переднего сиденья на заднее. Она выпрямилась и поймала его взгляд.

— Нашел что-нибудь?

Он, чуть смутившись, поправил перчатки.

— Пока нет.

— Что же мы имеем?

Вэйл поднял баллон со сжатым воздухом и перевернул кверху дном.

— Здесь есть пластинка с серийным номером. Изготовитель находится в Миннесоте.

— Я знаю там заместителя начальника отделения. Мы вместе были в инспекторской группе. Думаю, достаточно будет телефонного звонка. Мы здесь закончили?

— Я закончил. Позвони, а я попрошу разрешения оставить машину.

Кэт подошла к Хеннингу:

— Спасибо, Майк, ты спас положение.

— Звони в любое время.

— Пошли, провожу тебя до машины, — сказала она. — Об этом не нужно упоминать в рапорте, ладно?

— Не лучше-ли обойтись вообще без рапорта?

Вэйл видел, как она взяла его под руку и они направились к выходу из гаража.

— Это не создаст тебе проблем?

Вэйл снова занялся баллоном со сжатым воздухом. Они не нашли в багажнике никаких отпечатков, волосков, ниточек или пятен крови. Но серийный номер? Даже если бы это смертоносное устройство сработало, выбитые на металлической пластинке цифры скорее всего сохранились бы. Что, если вымогатели снова пытаются пустить агентов по ложному пути, может быть, столь же смертоносному? Даже если и так, значения это не имело; им с Кэт оставалось только следовать в указанном направлении.

Кэт вернулась, и Вэйл удивленно взглянул на нее.

— А что? — сказала она. — Он славный парень.

Вэйл улыбнулся.

— И очень похож на героя «Мальтийского сокола».

— Это плохо?

— Дай припомнить: в конце фильма женщину арестовывают за убийство одного из детективов. Значит, мои шансы пятьдесят на пятьдесят. Насколько я понимаю, в наши дни нельзя и желать лучшего. — Вэйл списал с баллона серийный номер и фамилию изготовителя. — Пожалуйста, позвони своему другу в Миннеаполис.

— Хорошо, только…

— Что?

— Как думаешь, не пора ли сообщить Колкрику о наших находках? Взять агентов и начать поиски Ра-

дека.

— Повторяю: сейчас лучшая возможность распутать это дело — одновременно вести два расследования: одно в направлении, выбранном Радеком, другое в том, о котором он не знает.

— Насколько ты в этом уверен? — спросила Кэт.

— Насколько нужно быть уверенным?

— Чтобы остаться в здравом уме? Полностью.

— В таком случае, агент Бэннон, вы в серьезной опасности.


— Дон, очевидно, вы не слышали, но Эдгара Гувера уже нет. ФБР больше не заправляет делами. Ваше агентство подчиняется министерству юстиции, не наоборот.

Дел Андервуд занимал должность федерального прокурора в Лос-Анджелесе. Этот сорокапятилетний, атлетически сложенный человек был заметным исключением среди ведущих сидячий образ жизни юристов. Он носил очки в тонкой оправе, популярные в семидесятых, словно пытался вернуть свой былой образ. Поправив их, Дел подался вперед и положил локти на стол, показывая, что готов к назревавшей, судя по выражению лица Колкрика, схватке.

— Речь не о превосходстве, — заговорил Колкрик. — Это дело национального масштаба, требующее усилий агентов ФБР от Атлантического океана до Тихого. У нас убиты два сотрудника, и мы собираемся арестовать третьего как соучастника. Мы вложили в расследование гораздо больше, чем федеральная прокуратура. И директор считает, что если арест Пандерена будет воспринят как общенародная новость, это не столь сильно ударит по престижу ФБР.

— Если вас беспокоит престиж, следовало своевременно увольнять таких, как Пандерен.

— Меня серьезно беспокоит, когда политические назначенцы начинают критиковать всех остальных.

— Как это понять? — повысил голос Андервуд.

— Ну ведь вы же федеральный прокурор лишь потому, что в Белом доме находится ваша партия. Если это изменится на следующих выборах, вы перейдете в какую-нибудь юридическую фирму с большим окладом, а мы здесь по-прежнему будем противодействовать вашим узковедомственным интересам.

— А все потому, что мы не даем вам присвоить заслугу?

— Мы распутали это дело.

— А нам нужно вести его в суде, поддерживать обвинение со всеми вашими ошибками?

— Кто, на ваш взгляд, ближе к министру юстиции, вы или директор ФБР?

— Давайте позвоним министру, пусть он решает.

— Отлично. Звоните, а я свяжусь с директором.

Марк Хилдебранд долго молчал, уважая позиции обоих, но наконец решил, что пора вмешаться, и спокойно заговорил:

— Прошу прощения. Не стоит звонить боссам и заставлять их усомниться в вашей профпригодности. Компромисс — наилучший выход для всех. Я понимаю обоих, поскольку Дон мой начальник, но с вами, Дел, мы работаем чаще. Что скажете? Устроим пресс-конференцию в прокуратуре. Дел может произнести вступительное слово, например: «Федеральный прокурор Лос-Анджелеса сегодня объявляет об аресте…» Потом Дон, как человек из Вашингтона, изложит подробности, сделав пресс-конференцию более или менее общегосударственной: расскажет, как ФБР от побережья до побережья работало по разоблачению одного из своих, пошедшего по кривой дорожке. Таким образом, пресс-конференция будет местной для федеральной прокуратуры и национальной — для ФБР.

Колкрик взглянул на начальника отделения, удивляя его дипломатичности. Потом посмотрел на федерального прокурора, пытаясь понять, согласится ли тот. Андервуд скрестил руки на груди и откинулся на спинку кресла в притворном раздумье.

— Пожалуй, меня это устроит, — первым произнес заместитель директора.

Андервуд выдержал еще несколько секунд, прежде чем сказать:

— Меня тоже. Сколько улик вы собираетесь раскрыть?

— Я знаю, Дел, что вы будете поддерживать обвинение, поэтому не вижу необходимости раскрывать подробности.

— Я разговаривал с главным обвинителем. Поскольку ствол пистолета и свидетельство о рождении, ведущие к Пандерену, являются косвенными уликами, ему потребуется еще кое-что, чтобы добиться смертного приговора.

— Кроме этого, мы нашли в его квартире пятнадцать тысяч долларов. Серийные номера совпадают с купюрами из трехмиллионной доставки.

— Обвинитель это знает. Но деньги также не являются явной уликой. Как, по-вашему, поведет себя Пандерен? Заключит сделку, чтобы избежать смертного приговора?

— Мы с ним говорили об этом. Сначала он все отрицал, даже предложил проверить его на полиграфе, но когда ему пригрозили смертным приговором, потребовал адвоката.

— Вы ищете деньги? Это расставило бы все точки над i, и необходимость в сделке отпала сама собой.

— Мы только этим и занимаемся. Марк отправил всех свободных агентов проследить жизнь Пандерена.

Как только мы узнаем что-то, узнаете и вы, поскольку нам еще потребуются ордера на обыск.

— Справедливо.

— Увидимся сегодня на пресс-конференции, — поднялся Колкрик.


* * * | Каменщик | Глава двадцать первая