home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава тринадцатая

Когда Вэйл и Кэт вошли в техотдел, Том Демик разговаривал по телефону и жестом указал на лежавший перед ним блокнот. На листе был записан телефонный номер.

— Да, Тони, спасибо. — Демик записал адрес. — В пятницу, и на этот раз я покупаю… Ладно, но выпивка за мной.

Он положил трубку и вырвал из блокнота лист.

— На телефон Бертока звонили из Западного Голливуда, из прачечной самообслуживания, это меньше чем в миле от туннеля.

— Надеюсь, это он, — сказал Вэйл. — Не домашним адрес, конечно, но даст нам отправной пункт.

— Мне с вами поехать? — спросил Демик.

— Спасибо, Том, мы сами, — ответил Вэйл. — Можешь раздобыть для нас все исходящие звонки по телефону этой прачечной за последние две недели?

— Не проблема, но их, наверно, будет много. Раздобуду к тому времени, когда туда приедете.

— Можно сохранить это между нами троими? — спросил Вэйл.

— Между троими? — переспросил Демик. — Между прочим, один из нас — второй заместитель директора. От кого нам держать это в секрете?

— Ладно, давай хранить этот секрет между нами двоими.


Когда они сели в машину, Кэт сказала:

— Надеюсь, это была шутка и ты не думаешь, что я когда-нибудь тебя выдам, правда?

— Я просто помню о твоей карьере. Нужно быть дурой, чтобы забыть об этом.

— В таком случае я дура.

— Сейчас мы находимся в вакууме, действуем без вреда для себя. Директор понимает, что мы делаем кое- что не совсем законное, и говорит: действуйте во благо обществу. Нарушение правил становится благородным, даже героичным, поэтому при любом раскладе ты на моей стороне. Ну а если предстанешь перед федеральным Большим жюри и присяжные спросят о противозаконных поступках? Не думай, что они будут озабочены общественным благом. Начнешь давать ложные показания, рискуя подвергнуться судебному преследованию? — Кэт промолчала, и Вэйл продолжил: — Ты не дура.

— Я все равно на твоей стороне.

— Знаю, но глупо находиться только на моей стороне. Так что в недалеком будущем мне, возможно, придется делать кое-что одному.

Кэт смотрела прямо перед собой.

— Ты всегда так себя ведешь?

— Как?

— Сближаешься с людьми, а потом обращаешься с ними так, будто на них не стоит тратить время.

— К сожалению, эта тактика действует уже не столь хорошо, как прежде.

— Мне не смешно.

Вэйл притормозил у обочины.

— Вот этот адрес.

Кэт не ответила, и он заговорил:

— Разве не является одним из моих достоинств способность нарушать правила так, чтобы никто об этом не знал и любой человек мог присягнуть на целой стопе Библий? Нельзя иметь дело только с хорошим и ничего не ведать о плохом, потому что плохое и хорошее обычно неразделимы.

— Ладно-ладно. Похоже, ты так и рвешься отгородиться ото всех громадной стеной, а под «всеми» я имею в виду себя.

Он засмеялся.

— Ты слишком высокого мнения обо мне. Я не белый рыцарь. Делаю то, что могу, потому что патологически желаю свести все счеты и притом решительно. Взять этих двух грабителей банка. Я обезоружил их почти без эмоций, но выбросил обоих в окна, чтобы сквитаться. Они грозились застрелить бедную старушку и заслужили подобное обращение. Так что да, у меня есть проблемы.

— То есть ты винишь своего отца.

— Только за то, что он меня подтолкнул. Дальше я действую сам. И, пожалуй, мне это нравится.

— И по этой причине никому не доверяешь?

— Послушай, отныне я стараюсь доверять тебе безгранично.

Кэт понимала, как нелегко далась ему эта уступка, как вообще нелегки уступки для Стива Вэйла.

— А я постараюсь не выдавать тебя федеральному Большому жюри.

Они вылезли из машины и вошли в прачечную. Там никого не было. Единственный звук шел от одной из сушилок, где белье крутилось в барабане и о металл то и дело щелкала пуговица. Возле откидного стола на стене висели два платных телефона. Вэйл проверил номера и указал на правый.

— Бертоку звонили с этого.

Потом шагнул назад и огляделся. Кэт присела на один из привинченных к полу пластиковых стульев. Вэйл снова посмотрел на вращающуюся сушилку и спросил:

— Когда, по словам Демика, был сделан звонок?

— Почти два часа назад.

— Сушилка загружена под завязку, и, судя по звуку, там все высохло. Может, владелец белья был здесь в это время. Давай подождем.

Кэт кивнула, и он сел.

Минуты через две сушилка, щелкнув, остановилась, и словно по этому сигналу вошла женщина лет шестидесяти. Проходя мимо Вэйла, она подозрительно на него взглянула.

— Прошу прощения, — сказал Вэйл, поднимаясь. Достал удостоверение, раскрыл и показал ей.

— ФБР? Я стираю белье, а не отмываю деньги.

— Вы остроумны, — улыбнулся Вэйл.

В молодости женщина явно была привлекательна. Глаза ее лукаво сверкали. Судя по акценту, она родилась на Миссисипиг но по какую сторону, понять было нелегко.

— Вам нравятся женщины нестрогих правил, агент Вэйл?

— Какому мужчине не…

— Анна.

Он повернулся к Кэт:

— У тебя есть фотография?

Та протянула ему снимок Бертока для удостоверения и улыбнулась женщине.

— Привет, я Кэт Бэннон.

— Тоже из ФБР?

— Собственно говоря, она мой босс, — сообщил Вэйл.

Женщина вгляделась в лицо Кэт.

— У вас хорошая внешность. Фотогеничная. Для камеры в самый раз. Такая кожа просто сияет на пленке. Даже шрам не испортит картину. — Она подалась к Кэт и сказала громким шепотом, чтобы слышал Вэйл: — Ваш помощник отлично выглядит. Надеюсь, вы пользуетесь своим положением.

Она лукаво взглянула на Вэйла, явно стараясь его шокировать.

— К сожалению, не пользуется, — прошептал в ответ Вэйл и показал ей фотографию Бертока. — Анна, вы не видели сегодня здесь этого человека?

— Просите моей помощи? Может, мне воспользоваться своим преимуществом?

— Такая привлекательная женщина, почту за честь.

— Вы не похожи на блюстителя порядка. — Она взяла фотографию и подняла к свету. — Я все еще слишком тщеславна, чтобы носить очки. Тут один названивал по телефону, но был замаскирован, как Юнабомбер[7]: темные очки, бейсболка, фуфайка с капюшоном, надетым поверх кепки и затянутым так, что волос не видно.

— Высокий ли он, какого примерно возраста?

— Я достаточно долго живу на свете, чтобы понимать — если человек одет таким образом, лучше наблюдать за его действиями, чем пытаться определить размеры. У него было что-то на уме, и мне хотелось убедиться, что не я. Особенно когда он попросил разменять деньги.

— Сколько ему потребовалось? — спросила Кэт.

— Судя по всему, много. Он звонил по межгороду. Сперва показал стодолларовую купюру, и я подумала, он хочет увидеть, сколько денег у меня в кошельке. Только с купюрой было неладно. Она выглядела рваной.

— Как рваной? — уточнил Вэйл.

— Не знаю, не по краям, посередине.

— Словно отверстия были проколоты?

— Гвозди, — прошептала Кэт.

Женщина непонимающе на нее взглянула.

— Да, это были отверстия, но купюра, видимо, фальшивая — он сказал, что возьмет за нее двадцать долларов, чтобы положить их в автомат для размена денег, — указала она на большой серебристый ящик, висящий на стене в другом конце прачечной. — Тут-то я и поняла, что он жулик.

— Вы сказали, он звонил?

— Да. Сунул свою сотню в автомат, и машина, видимо, приняла ее за двадцатку, потому что выдала четвертаков примерно на двадцать долларов.

— Потом он стал звонить?

— Да.

— Вы что-то слышали?

— Нет, он бормотал, отвернувшись к стене.

— Сколько он сделал звонков?

— Я перестала обращать внимание. Не знаю, может, два или три.

— Долго это продолжалось?

— Не долго. Думаю, меньше минуты, — ответила женщина.

— Потом он ушел?

— Да.

— Уехал в машине?

В ее глазах снова вспыхнуло лукавство.

— Да.

— Анна, маленькая озорница, вы что-то знаете.

— Точно, — подтвердила она. — Сделайте мне свое лучшее предложение.

— Моя вечная благодарность.

Она положила в корзину последнюю вещь.

— Отнесите мое белье к машине, и я скажу вам кое- что о его отъезде.

Вэйл согласно кивнул.

— Он уехал в зеленой «тойоте» или «хонде», я не могу их различить. Как уже сказала, я поняла, что человек он нечестный, и наблюдала за ним в окно. Проехав квартал, он свернул к тому мотелю.

— Анна, вы нам очень помогли. Давайте провожу вас до машины.

Она церемонно взяла его под руку и сказала:

— Этот костюм хорошо на вас смотрится, но знаете, что подошло бы больше вам?

— И что же это?

— Струи моего душа. — Она оглянулась на Кэт: — Извини, куколка, кто смел, тот и съел.

Когда Вэйл вернулся в прачечную, Кэт спросила:

— Записал ее телефон?

— Ну… возможно, я возьму выходной, пока мы находимся здесь.

— Ох уж эти строители, — произнесла она с деланным отвращением. — Я связалась с Демиком. Он высылает группу криминалистов. Ты знаешь, что это означает.

— А как по-твоему?

Кэт удивило, чтб полученную информацию можно истолковать по-разному.

— Если у Бертока купюры, поврежденные во время доставки трех миллионов, он имеет непосредственное отношение к «Пентад».

— Вероятно, — сказал Вэйл.

— Вероятно? Ты хоть в чем-нибудь бываешь уверен?

— Зачем спешить с предположениями? Давай займемся поисками этого типа.


В мотеле «Конкистадор» номера сдавали по часовой таксе. На двух этажах их было примерно тридцать — сорок. Мотель имел U-образную форму с автостоянками прямо перед номерами. Светящееся табло рекламировало особые недельные таксы с бесплатными фильмами для взрослых. Кэт у окна прачечной ждала криминалистов, а Вэйл отправился в мотель.

На противоположной стороне улицы стояла не видимая из окна прачечной зеленая «тойота», водитель которой наблюдал за Вэйлом. Проверив обойму «глока», он вогнал ее в рукоятку и дослал патрон в патронник. Надвинув на глаза козырек, он погляделся в зеркало, про- веряя, можно ли узнать его в темных очках, кепке и фуфайке с поднятым капюшоном. Его серые глаза были усталыми, но ясными и светились предвкушением.


Вэйл решительно вошел в прачечную.

— Надо ехать.

— Что стряслось?

— Они скрылись.

— Они?

— Тот, кого мы ищем, и его напарница. Управляющий не знает ее, но уверен, что она проститутка.

— Он опознал Бертока на фотографии?

— Сказал, что не видел его. Номер снимала она.

— Телефонные звонки?

— Не было. Но управляющий записал номер его машины в регистрационной карте.

— Будем ждать криминалистов?

— Сторожить это место не нужно. Им надо только извлечь эту стодолларовую купюру и поискать отпечатки пальцев. Судя по тому, как этот человек прятал лицо, вряд ли он их оставил, а купюру никто не сможет извлечь, пока не придет владелец и не откроет разменный автомат.

Они быстро пошли к машине. Вэйл дал Кэт листок бумаги, она набрала номер отделения ФБР и попросила соединить ее с радиоцентром.

Через несколько минут Кэт сообщила:

— Машина зарегистрирована в местном агентстве проката. Я позвоню туда.

Поговорив со служащими, она отключила телефон и сказала:

— Эту машину взял Алан Нефтон, проживающий по адресу Лос-Анджелес, Спринг-стрит, две тысячи семьсот один. Марка машины «тойота-камри». — Кэт ввела данные в навигационную систему автомобиля.

Вэйл достал карту и нашел нужный адрес.

— Это недалеко, — сказал он.

Кэт снова позвонила радиооператору.

— Проверьте водительские права Алана Нефтона.

Вэйл тронулся с места. Через несколько минут Кэт выключила телефон и повернулась к нему:

— На файле нет никаких сведений об Алане Нефтоне. Что ж, будем надеяться, что адрес не окажется тоже липовым.

Кэт смотрела на экран навигатора, но Вэйл, уже нашедший этот адрес на карте, не обращался к ней и, только подъехав к нужному месту, сказал:

— Должно быть, это тот домик с решетками на окнах и двери.

— Он выглядит заброшенным, — заметила Кэт.

— Наверное, потому что стоит между двумя пустующими предприятиями.

Производственные здания подавляли своими размерами маленький жилой дом. Выцветшие черные буквы на стене одного из них гласили: «Мукомольная компания Стэблера. Осн. в 1883 г.». Другое походило на автомобильное кладбище, скрытое за восьмифутовым забором.

— Возможно, именно это ему и требовалось.

— И нет нужды беспокоиться о соседях, сующих нос в его дела.

— Погляди, нет ли машины. Я буду ехать с обычной скоростью. Поскольку дом на моей стороне, я не стану на него смотреть, чтобы не привлекать внимания. Поэтому тебе придется запоминать все окна и двери.

Вэйл выставил локоть в окошко и, глядя прямо перед собой, медленно тронулся с места.

Кэт старательно смотрела вперед.

— Так, на западной стороне одно зарешеченное окно. С фасада зарешеченная дверь, по обе ее стороны зарешеченные окна. На восточной стороне окно близко к фасаду, но без решетки.

— Остается только задняя стена, — сказал Вэйл. — Нужно посмотреть на нее.

Отъехав от дома полтора квартала, Вэйл стал искать разворот и увидел зеленую «камри», ехавшую навстречу.

— Ага, вот и он. Не смотри на машину.

Боковым зрением Вэйл увидел пристальный взгляд водителя. Он подался к Кэт, резко повернул ее лицо в сторону и, не дожидаясь реакции, пояснил:

— Прошу прощения, но он нас разглядывал.

В зеркало заднего вида Вэйл видел, как «тойота» остановилась перед тем домом. Он свернул в первый попавшийся проезд и поставил машину так, чтобы ее не было видно.

— Это он! — воскликнула Кэт, когда водитель вышел из «тойоты».

— Ты его узнала?

— Нет, он слишком далеко, но на нем наряд Юнабомбера, в котором его видела женщина в прачечной.

Вэйл проследил, как человек вошел в дом.

— Так, пошли.

— Пошли? Не думаешь, что это дело спецназа?

— Видишь ту решетку на парадной двери?

— И что?

— Она не закрыта полностью.

— Что из этого?

Вэйл задним ходом выехал обратно на улицу.

— Видимо, он не запер дверь, потому что собирается сразу же уехать. У нас нет выбора. Когда подъедем, иди вдоль восточной стены. Будь осторожна, проходя мимо окна. — Теперь он видел дом во всех подробностях. — В стороне стоит большой мусоросборник, за ним можно укрыться и наблюдать за восточной и задней сторонами. Я пойду в дверь.

— А как окно с запада?

— Там же решетка, помнишь? Он не сможет оттуда вылезти.

— Хорошо. Если я правильно понимаю.

— Все будет отлично. Только непременно укройся. Возьми сотовый телефон. Как только окажешься на месте, вызывай подкрепление.

Кэт достала свой пистолет и убедилась, что в патроннике есть патрон. Вэйл быстро свернул в подъездную аллею и выскочил из машины раньше Кэт. Она пригибаясь побежала к мусоросборнику. В задней части дома была всего одна дверь, тоже забранная решеткой.

Дав Кэт несколько секунд, чтобы занять удобную позицию, Вэйл распахнул парадную дверь. Внутри было темно, и он знал, что представляет собой прекрасную мишень, если водитель «камри» вздумает стрелять. Вытащив свой «глок», он ринулся в глубь дома. Помещение осветила вспышка. Вэйл услышал, как две пули вошли в стену позади него, и успел увидеть темную фигуру, стоявшую в дверном проеме.

Снова стало темно. Дверь захлопнулась, лязгнул массивный засов. Прижимаясь к стене, Вэйл продолжил движение. Под ногой скрипнула половица. Один за другим раздались три выстрела, пули пробили створ. Вэйл с силой ударил ногой над ручкой, но безрезультатно. Ему приходилось выбивать немало дверей, и эта была основательно забаррикадирована и ударом ноги ее не открыть. Двигаясь вдоль стены, он вышел в парадную дверь.

— Кэт!

— Да, — откликнулась она.

— У тебя все хорошо?

— Отлично. Как ты?

— Он забаррикадировался.

— Полиция и наши люди выехали.

— Стой на месте. Выбраться он не сможет.

Вдали завыли сирены. Когда они стали громче, Вэйл услышал приглушенный звук выстрела. И понял, что он означает.


Глава двенадцатая | Каменщик | Глава четырнадцатая