home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



4

Прошли десять километров, и Генрих запросил пощады.

Бедняга крепился изо всех сил, однако последние сто метров преодолел вихляющей походкой, спотыкаясь и едва не падая.

Сергей понял, что это край. Сегодня Буланов больше не ходок.

— Привал, — сказал он, после чего, уже не сдерживаемый ничем, ученый повалился на потрескавшийся бетон.

Звук был такой, словно упала тяжелая статуя, наряженная в пластмассу. Ученый замер, лежа на боку и тяжело дыша через рот, как старый пес, пробежавший последнюю дистанцию в своей жизни.

"Так мы далеко не уйдем", — подумал с досадой Сергей.

Впрочем, он не сильно удивился. Генрих не проходил курс выживания солдата Службы Безопасности.

Рейдер занялся выбором места для привала и ночевки. Ему самому это было в новинку, ведь последний раз он пережидал ночь во время курса тренировок на местности много лет назад. С той поры, если и приходилось ждать рассвета вне Бастиона, то спал рейдер внутри броненосца или на опорном пункте, защищенным охранным периметром и пулеметами. С чего прикажете начать?

Сергей вооружился биноклем и осмотрел местность по обеим сторонам от трассы. Справа лес был почти целиком поражен плесенью. Слева — едва-едва. Кроме того, лес этот рос на скальных основаниях, куда за многие века нанесло достаточно плодородного слоя. Были места, где торчали и голые скалы, обтесанные ветром и дождями до состояния громадной серой гальки. Издали скальные выходы напоминали слоеные торты.

Что ж, плесневелый лес так и так отпадает. Остаются скалы. Их зараза почти не тронула, и хвойные гиганты выглядели довольно мирно и на мутантов не походили. Где-нибудь в скалах должна быть расщелинка для двух человек. Выход можно заблокировать охранной сигналкой, чтобы ни одна любопытная тварь не пролезла, не говоря уже о вечно голодных. Главное, учили молодых рейдеров инструктора, это всегда иметь надежный тыл.

Сергей подошел к Буланову.

— Как себя чувствуете? Встать можете?

Ученый криво улыбнулся.

— Вечный антагонизм, — прохрипел он. — Если развиваешь ум, страдает тело, если развиваешь тело, страдает ум… А ты ведь даже не запыхался, брат солдат. Вот что значит подготовка.

Сергей помог ученому сесть. Тот сплюнул.

— Те скалы выглядят многообещающе, — сказал он.

— Как?

— Многообещающе.

Рейдер рассмеялся.

— Неужели ученых готовят для того, чтобы они так выражались?

— О! Мы обладаем и другими навыками. Например, ориентироваться по звездам, определять время…

— Это и я могу, — ответил Сергей. — Ладно, идемте.

— Сам!

Генрих повернулся, толкнулся ногами от бетона и встал, с шутливым вызовом глядя на рейдера.

— Неплохо, — кивнул тот, — еще месяца два тренировок, пять-шесть марш-бросков в полной экипировке — будете не хуже меня.

— Боюсь, что хуже. Разницу в возрасте никуда не денешь.

Они шли, точнее, рейдер шел, а ученый ковылял. Рейдер держал наготове оружие и сверялся с показаниями сканера. Тот фиксировал лишь маленькую летучую живность, которая беспрестанно носилась над верхушками сосен.

— Это птицы? — спросил Сергей, указав рукой.

Генрих взял бинокль.

— Да. Птицы. Немутировавшие. Самые обыкновенные. Только… не знаю, какие, я не спец.

— Опасные?

— Не-ет. Никогда и не были. Это типичные обитатели здешних лесов еще до Метеорита.

— Как же они смогли выжить?

— Есть много, друг Горацио, на свете, что и не снилось нашим мудрецам… — сказал ученый. — Цитата из Шекспира, хотя не поручусь за ее правильность.

Они дошли до леса и начали подъем по склону, поросшему травой. Деревья стояли негусто. Некоторые были с белой корой, напоминающей тонкую полупрозрачную бумагу.

— Березы, — поясни Генрих, заметив, что рейдер удивленно разглядывает странные деревья. — Тут смешанный лес, довольно распространенный на данной тер…

Сергей, не желавший слушать наукообразных объяснений, зашагал вверх.

Склон поднимался градусов на тридцать пять и был усеян старой хвоей. Плесень — коричневая — встречалась и здесь, крошечными островками. Заметить ее было не так-то легко, произрастала она вместе со мхами и лишайниками, облепившими серые камни. Следуя привычке, рейдер обходил заразу, не рискуя даже наступать на нее. Ему до сих пор не верилось, что никакого влияния на организм она не оказывает.

Сергей слышал, как пыхтит умник за его спиной, и продолжал подъем. В лесу запах был насыщенным и пряным. Земля дышала, испарения из ее глубин рождали в уме рейдера странные фантомные образы. Старые инстинкты просыпались и пробовали себя в деле. Многие поколения предков Сергея жили на поверхности, имели связь с землей и для них это было нормально. Для него — нет. Понадобится время, чтобы привыкнуть и перестать во всем видеть угрозу.

Взобравшись на вершину холма, заваленную серыми камнями, почти скрытыми под слоем мха, Сергей остановился. Потом влез на один из камней. Вид отсюда открывался фантастический. Дорога вдалеке. Лес, простирающийся до горизонта на юго-западе. Широкое куполообразное небо, по которому носятся птицы. Солнце кокетливо прячется за тучку.

Сергей поспешно спрыгнул с камня.

— Я бы пообедал, — сказал Буланов, стоящий неподалеку. В его руке была березовая ветка, которую он с то нюхал, то рассматривал, как невиданную музейную диковинку.

Сергей, почему-то злясь на него, ничего не ответил и двинулся дальше, к потрескавшейся скальной массе, от которой его отделяла неглубокая ложбина. Генрих побрел следом, глядя по ноги, словно мальчика, тащившийся за отцом на лесной прогулке. То и дело он пинал камни, попавшиеся на пути. Те кувыркались, летели вниз, сталкиваясь друг с другом.

Продолжалось это до тех пор, пока рейдер не потребовал прекратить.

— Тут никого нет, — сказал Генрих, чтобы нарочно вывести Сергея из себя.

— Уверены? Сканер щупает только в пределах двадцати метров. А потом? В таких лесах, между прочим, "монашки" встречаются, с "циркачами" за компанию.

— Знаю, иногда охотятся вместе, — отозвался, взбираясь по склону, Буланов. — Симбиоз…

Казалось, путешествие начало доставлять умнику удовольствие. Ну натуральный турист, вылезший отдохнуть на природу. Если, конечно, не обращаться внимания на его окровавленную башку.

— Сидите здесь, — велел рейдер. — Вот прямо на этом камне. И не шевелитесь. Я должен обследовать тут все. Без лишнего шума. Поняли?

— Да.

— Я тут главный.

— Да, конечно…

— Вы будете главным, когда мы придем в Пермь.

— Конечно. — Генрих широко и криво улыбался. Сергей внимательно разглядывал его, чтобы убедиться, что умник не свихнулся. Всякое бывает. Особенно с неподготовленными и с ушибленной головой.

— Ладно.

Лужин исчез за поворотом, скинул рюкзак, чтобы не мешал, и положил его в расщелину. После этого полез обследовать скалу. Нужно было найти место, достаточно высокое и с трех сторон закрытое. Если предстоит выдержать атаку какого-нибудь голодного аборигена, то лучше иметь в руках побольше козырей. Кто знает, какая живность в этом лесу обитает? А туман? Он прошел через эти земли однажды, значит, может пройти еще раз.

Поиски заняли минут тридцать. За это время Сергей еще больше упрел. Открыв диагностическое окошко компьютера, управляющего скафандром, рейдер увидел безрадостную картину. Большая часть систем либо отказала, либо скоро откажет. Батарея была повреждена и потеряла большую часть энергии. Обогрев и вентиляция дышали на ладан. Запустив аварийный режим, Сергей попытался отключить некритические узлы, но добился лишь того, что компьютер накрылся. Все. Броня стала совершенно обычным доспехом. Единственная польза теперь от нее — защита от механических воздействий.

Сергей мысленно выругался. Он встал с камня, на котором сидел и, обернувшись, увидел расщелину в скале, достаточно широкую и высокую, чтобы пройти человеку. Одному. Это имело немалое значение в случае, если придется держать оборону. К тому же от небольшого уступа перед "входом" вниз шел довольно крутой склон высотой метров пятнадцать. Заканчивался он внизу влажно поблескивающим заболоченным участком, наполовину заросшим кустарником. С боков подобраться к убежищу было еще сложнее. Особенно, если удастся установить сигнализацию.

Сергей провел рукой по лицу, стирая пот, и отогнал назойливых насекомых. Теперь, когда голову не прикрывал шлем, гнус атаковал постоянно. У рейдера все щеки и лоб покрылись красными зудящими точками, уже успевшими порядком вывести его из себя.

Сергей взобрался на уступ, проверил его на прочность, и сделал шаг в сторону входа в пещеру. Штурмовку он держал навскидку, зажег подствольный фонарик. Вошел. Интуиция рейдера не подвела — пещерка оказалась на самом высшем уровне. Сухая, хотя со щелью в потолке (словно нарочно, чтобы вытягивать дым), просторная, в самый раз для четырех человек вместе с багажом. На полу было немножко хвои, мелких веточек. В углу лежало нечто, похожее на старое птичье гнездо, давным-давно брошенное за ненадобностью. И никакой плесени.

"Слишком все хорошо, — подумал Сергей, выходя из мрака на солнце. — Жди беды".

Генрих, нарушивший приказ, появился из-за большого валуна.

— Сюда, — сказал рейдер. — Устраивайтесь. Переночуем здесь, рано утром отправимся в путь.

Умник осмотрелся, оценивая диспозицию со своей точки зрения, и хотел что-то сказать, но его прервали. Высокий продолжительный рев прокатился по лесу, рассыпаясь мозаичным эхом между деревьями, и замер неподалеку от скал. Сергей вскинул винтовку, Буланов, на секунду потерял равновесие, вцепившись в выступ камня. Обоих на пару мгновений поразил столбняк. Оба ждали продолжения. Но лес делал вид, что ничего не случилось. Птички, замершие было в ветвях, снова завели свои песни.

— Так, — первым сказал Генрих. — Здешний хозяин сообщил нам о своем существовании. — Ученый вскарабкался выше и утвердился на уступе возле рейдера. — Честно говоря, я не горю желанием знакомиться с ним.

Сергей не ответил, разглядывая лес через прицел штурмовки.

— Что это за тварь?

— Я хотел у тебя спросить, брат солдат.

Рейдер опустил оружие.

— Думал, обойдется без этого. Входите. Вечереет. Не думаю, что нам стоит мозолить глаза… этим.

Генрих снял рюкзак и первым вошел внутрь. Сергей слышал его удовлетворенный возглас.

— Нам понадобится костер, да? — Голова умника высунулась из щели. — Командир!

— Знаю. — Сергей как раз обдумывал, где взять дрова. До крика был один вариант — спуститься в лес и наломать побольше веток и набрать валежника. Но сейчас… Надо рассмотреть другие. Для начала поползать по скалам. Произвести разведочку чуть дальше, там, где склон массива шел в восточном направлении и на котором, кажется, росло немало молодых сосенок.

Генрих сообразил, о чем думает солдат, и сказал:

— Я тут похозяйничаю. — И исчез внутри, где сразу зажглась лампа.

"Что ж, за дровами, так за дровами…", — подумал Сергей, тщательно изучив лес при помощи бинокля.

Источник крика определить было трудно, но что-то подсказывало рейдеру, что тварь, которая его издала, находилась где-то на юге. Может быть, на расстоянии метров трехсот. Обращалась ли она к ним, двоим чужакам, вторгшимся в ее владения, или просто прочищала горло? Судя по силе звука, монстр был не такой уж и маленький. И вряд ли травоядный. До сих пор не открыто ни одного мутанта, который бы питался растительной пищей. Почему-то всем им подавай мясо, предпочтительнее человеческое.

Выждав еще пару минут — не появится ли здешний заводила, рейдер пошел по скальному гребню. Для нарезки топлива он использовал вибронож, который без труда справлялся даже с деревцами диаметром в десять сантиметров. На склонах растительности было немало, поэтому, сделав две ходки, Сергей сумел натаскать в пещеру достаточно дровишек для приличного костерка. Буланов уже колдовал внутри, сетуя на отсутствие воды.

— Неплохо бы сварганить похлебку, — сказал он. — Но и концентраты подойдут.

Вода, впрочем, была — в составе саморазогревающихся пакетов. Содержимое четырех из них рейдер и ученый выдавили в миску, добавили соус, накрошили хлеба, испеченного с добавлением "желтухи", и съели.

После ужина сразу потянуло в сон, но Сергей не поддался соблазну. У него была еще работа. Оставив Генриха ковыряться палкой в уютно потрескивающем костерке, дым от которого уходил через щель в потолке, рейдер вышел наружу.

Солнце закатывалось, небо расчистилось, обещая звездное небо. Птицы беззаботно кружили над лесом. Ну, если они ведут себя спокойно, значит, опасности нет. И все-таки Лужин предпочитал не рисковать. Он уже давно прикинул, где установит сигнализацию и минное заграждение. Мина будет направленного действия, с пультом — сначала запросит команду, потом взорвется, если разрешат. Сигналка лазерная, незаметная, увязана со сканером. Обнаружив нечто движущееся, а главное, большое, в радиусе двадцати метров, проинформирует хозяина. Рейдер надеялся, что этих мер хватит, чтобы подготовиться к отражению атаки.

"Атаки… ты, братец, настоящий параноик…" — думал рейдер, пристраивая взрывчатку в расщелине у подножия крутого склона. Одна мина здесь, другая на расстоянии десяти метров.

Забравшись выше, Сергей поставил сигналку, после чего вернулся на уступ и сел.

Усталость наваливалась, не падала, как снег на голову, а именно наваливалась громадной мягкой подушкой, грозящей задушить. Мышцы ныли, однако самая сильная боль поселилась в суставах — коленном, голеностопном. Словно их вытягивали на дыбе, постепенно увеличивая усилие. Наконец, Сергей не выдержал, снял поножи и ботинки и принялся массировать ноги.

— У меня то же самое, — сказал Генрих, выходя из пещерки и пристраиваясь рядом. — Растем.

Сергей смерил его таким взглядом, что любой другой бы тут же стушевался, но ученый лишь увеличил ширину своей дурацкой улыбки.

— Помните, в детстве? Во время фазы "вытяжки", как ее называют? Особые коктейли, сыворотки, чтобы ускорить рост будущих эсбэшников. Было так же, да?

Сергей с неохотой кивнул.

— У меня были судороги в ногах.

— Верно. Это последствия слишком быстрого роста.

— Так это что же… Я стану великаном, что ли?

Генрих пожал плечами.

— Мы изменяемся. Учитывая темпы… результат мы увидим достаточно скоро. Если, конечно, не погибнем.

— А те, которые остались в Бастионе?

— Наверняка и они тоже. Мы все подхватили этот вирус, я думаю. Однако одни умерли от него, другие заболели, но на первой же стадии справились с ним и выздоровели, а мы… мы с тобой, брат солдат, даже не чихнули.

— И?

— Наверное, те, кто воспринял вирус без каких-либо последствий, будут мутировать быстрее. Но это лишь догадка. Я не биолог и не врач, к сожалению. — Генрих внимательно изучал профиль рейдера. Сергей смотрел в небо. — У меня тоже семья, — добавил он, — я понимаю, что у тебя на уме.

— Если бы сохранилась рация, мы бы связались с Бастионом. Я бы узнал. Моя жена беременна. Она служила в другом подразделении… и, думаю, ее не пустили в экспедицию именно из-за ее положения. Будто в убежище безопаснее!

— Как знать, — заметил умник. — Из всего каравана только мы и выжили.

— Зря все это… Нет ни белой плесени, ни Острова. Я не верю. Я не знаю, зачем мы идем. Раньше все было ясно… — сказал Сергей, растирая ноги. — Теперь — ничего. Эти типы, может, они по-настоящему все это замутили — Метеорит, эксперименты… Ну, допустим. Для чего? Столько народу уничтожить!

— Не увидим сами — будем только догадки строить, — отозвался Буланов. — Пожалуй, надо поспать. С ног валюсь. Кстати, не желаешь обезболивающего? Этого добра у нас много.

— Нет.

— Не уснешь.

— Не усну. — Сергей не хотел ползти в пещеру, а устроился на уступе, подложив рюкзак под голову.

Хорошо было лежать под легким ветерком и смотреть на небо. Оно гасло, выцветало, готовясь встретить тьму, горизонт был серо-оранжевым. Солнце провалилось в него довольно давно, и лимит света уже исчерпался.

Рейдер ненадолго погрузился в дрему — ноги, если лежать без движения, не так доставали. А когда очнулся, увидел над собой звезды. Самые настоящие. Раньше в рейдах ему удавалось наблюдать их только дважды и то мельком, через визоры и стекло амбразуры.

Зрелище потрясало и захватывало дух. Звезды зажигались на темнеющем небе. Некоторые, появившись крошечными светящимися точками, потом разгорались, словно костры. Рейдер чувствовал, как горячая дрожь пробирает его до костей. Не страх — восторг, детский восторг, напоминающий громадную приливную волну. Если накатит — только держись.

Млечный путь. Сергей видел его лишь на картинках. Рваная звездная полоса протянулась по небу, похожая на растрепанную прядь волос. А на ее фоне — падающие метеоры-росчерки.

Сергей потер нос, думая обо всех тех, кто родился и умер в Бастионе, так и не увидев этой красоты над дикими, уже забывшими о существовании человека землями.

В носу щипало, а в глазах скапливалась влага. Сергей не плакал с десяти лет, но сейчас даже не стыдился. Все равно никто не видит. Генрих вон дрыхнет, подражая своим храпом какому-то монстру.

Глубоко вздохнув, рейдер сел и тут же в испуге замер, машинально потянувшись за штурмовкой. Краем глаза он заметил огни над лесом. Два желтых, один алый. Они медленно двигались с запада на восток. Расстояние рейдер мог определить лишь примерно. Где-то метров двести, хотя… Одних огней было мало для точного заключения.

Взяв винтовку, Сергей положил ее перед собой и схватился за бинокль. Приставил его к глазам, переведя в инфракрасный режим.

— Быть не может, — прошептал рейдер через пару секунд. — Просто не может!

— Чего не может? — Генрих моментально выкатился из пещеры на четвереньках и сел рядом. Поглядел на него. — Ух ты-ы… А это? — Умник указал на блуждающие огни.

Мрачный рейдер передал ему бинокль.

Генрих тоже выразился эмоционально, но весьма и весьма неприлично, что повергло Сергея в шок. Он впервые услышал от этого чистоплюя непарламентские выражения.

— Ну? И что скажете? — спросил рейдер.

Буланов молчал. Его челюсть отвисла.


предыдущая глава | Плесень | cледующая глава