home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



1

— Четыреста километров по прямой. Скоростная трасса до сих пор существует.

— Знаю. Не успокаивай меня. Со мной все нормально.

На прощание им дали двадцать минут, но не все могли воспользоваться разрешением полковника.

Треть рейдеров успела потерять всех близких и друзей, поэтому идти им было некуда. Сергей же не колебался. Лика дежурила в составе охраны Административного Сектора, и как раз на посту он ее и нашел. Командир смены не возражал, когда Сергей увел ее подальше от посторонних глаз.

Лика молчала, просто шла за ним, позволяя вести себя за руку. Убежище они нашли на пустой площадке Верхнего Уровня.

Когда-то здесь была прогулочная зона, магазинчики по периметру и даже ночной клуб. Маленький кусок обустроенного мира с поверхности. Сейчас тут горел лишь помигивающий свет, а все двери были закрыты. Витрины погашены. Стекла в тусклом сиянии диодов казались покрытыми грязью.

И тишина, жадно поглощающая звуки.

От нее у Сергея мурашки бежали по коже. Было стойкое ощущение, что все происходящее нереально.

Рейдеры остановили выбор на первой попавшейся скамейке. Чувствуя себя подростками на свидании, сели и долго молчали, избегая смотреть друг другу в глаза.

— Если бы я мог с тобой поменяться… — сказал Сергей.

Лика резко схватила его за руку. Он повернул голову через правое плечо, натолкнувшись на сердитый взгляд.

— Я представляла себе, как мы будем прощаться, и, прошу, не нужно банальностей!

Сергей не в силах был смотреть в ее глаза и, отвернувшись снова, схватился за голову. На нем уже сидела боевая броня, оставалось надеть шлем, чтобы окончательно превратиться в рейдера. Поставить точку.

Однако именно это, а не слова, что рвались из самого сердца, казалось ему глупым. Разве искренность и любовь могут быть банальными? Впрочем, наверное, да. Он ведет себя как мальчишка. Лика права, когда говорила, что ему надо давно повзрослеть.

Но ведь они расстаются навсегда. Неужели Лика не понимает?

— Меня не взяли бы — они знают, что я беременна. — Пауза. — А так — наверное, были бы шансы. Но я все знаю. Никого не виню. Не скрою, мне хочется наружу… Если умирать, то лучше с оружием в руках, чем на койке, исходя кровью и крича. Сергей, я слышала, что происходит в Госпитале.

— Лика!

— Ладно. Если тебе так больно… — Пауза. — Я давно все обдумала, Сергей. Если все пройдет удачно, у нас будет семья.

— Будет. Мы вернемся и привезем лекарство!

Лика заметила, что его плечи трясутся. Она положила руку ему на спину, чувствуя кончиками пальцем шершавую поверхность сегментов брони.

Затем прикоснулась к его волосам на затылке и задумчиво погладила.

— Оптимист… А есть люди, которые не болеют, — заметила Лика. — Говорят, их уже больше дюжины. Вирус их почему-то не берет. Смешно, да? Кто знает, может быть, я одна из них.

— Может быть, — бесцветным голосом ответил рейдер.

И дальше — молчание.

Они не знали, что сказать. Честно пытались придумать нужные слова, но даже Лике, куда более хладнокровной, это не удавалось. Перед рейдами всегда есть дежурный ритуал — то уходит она, то он. Объятия, простой поцелуй, пожелание удачи. Но никогда на них так не давила неизвестность. Ни разу страх смерти не был столь сильным и обезоруживающим. Сергей чувствовал, что сходит с ума. Он сопротивлялся, но, очевидно, проигрывал сражение с подползающим ужасом.

Куда легче уходить, зная, что дома все нормально, что есть куда вернуться и увидеть — тут все по-прежнему. И — невозможно — когда смерть рядом и способна убить любого в любой момент. Любимую женщину. Нерожденного ребенка.

— Пора, герой! — Лика хлопнула его по плечу. Сергей вздрогнул. — Четыреста туда, четыреста обратно. В сущности, ерунда. Легкая поездочка.

Сергей кивнул. На инструктаже рейдерам объяснили, что и как. В направлении Перми Бастион еще ни разу не посылал экспедиций. Территория, которую исследовали раньше, ограничивалась юго-востоком, югом и частично западным направлением. Ехать же теперь предстояло по неизвестной земле, ориентируясь на данные устаревших карт. Встретить там можно было что угодно. Кого угодно. Скоростная трасса могла сохраниться целиком, могла частично или вовсе, как во многих местах, превратиться в сплошное крошево. "Чернуха" давно зарекомендовала себя в качестве отличного средства уничтожать бетонные покрытия.

И сам мегаполис. Пермь была больше Екатеринбурга по площади и, соответственно, потенциально содержала в своих недрах немало сюрпризов. О них рейдеры могли пока только гадать. Вооружившись до зубов и нагрузившись аппаратурой, бастионцы старались максимально подготовиться к неприятностям. В том, что они будут, никто не сомневался. Четыреста километров при определенных условиях могли превратиться в четыре тысячи.

Сергей успел подумать обо всем этом и сжал кулаки в перчатках.

— Пора. — Лика не говорила, шептала. Она заставила его встать и прижалась к нему, а Сергей проклинал скафандр за то, что тот забрал у него возможность почувствовать это объятие. Вероятно, последнее. — Даже если мы больше… ты понял… Я буду помнить.

Теперь никакие слова не казались банальными, но Сергей понял, что поздно что-либо говорить. Он поцеловал жену в губы, стараясь максимально продлить контакт, и… потом уже осознал, что бежит по коридору, держа в одной руке винтовку, а в другой шлем.

Прошлая жизнь как-то разом осталась позади. Превратилась лишь в тысячи часов ничего не значащей видеосъемки.

Лика не окликнула его. Он не знал, где она и где он сам, пока не спустился по металлической лестнице главного терминала.

Реальность снова включилась — на полную мощность. Звуки стали осмысленнее, действия получили свою логику.

Сергей озадаченно моргнул, озираясь, и все понял. Лика вернулась на свой пост и, вероятно, думает, что произошло. Может быть, подобно ему, взвешивает и анализирует: достаточно ли, правильно ли…

Сергей повесил штурмовку на плечо и зашагал по направлению к стоящим в ряд броненосцам.

Думать, мучиться от угрызений совести — не самый лучший вариант.

Провожающие, те, кто был жив и в состоянии прийти и просто понаблюдать за отправкой каравана, столпились на платформе у стены. Им рекомендовали не подходить близко. Усталый дежурный стоял на разделительной линии и следил за порядком.

Сергей подошел к машине с номером четыре на бронированном борту. В толпе он видел детей, женщин, стариков. Их глаза стали просто кругами, в них был страх и больше ничего. Никто не плакал и не кричал, и именно поэтому Сергею сделалось жутко. Ему показалось, что те, кто молчит, наверняка уже потеряли всякую надежду.

Кто-то небрежно-шутливо съездил его по плечу.

— А, ты здесь! Жив, значит! — Игорь вырос рядом с Сергеем, полностью экипированный, и уставился на него шестью электронными глазами.

— Жив…

Тон рейдера был веселым, почти жизнерадостным, что вовсе не соответствовало моменту. Но именно благодаря ему Сергей вдруг ощутил себя немного лучше. Словно часть груза сняли с его сердца и выбросили. Игорь был просто волшебник.

— Загружаемся, пока Мих не взбесился, — сказал рейдер, хватаясь за металлическую скобу слева от дверного проема. — Наш славный полковник мастак слюной брызгать, не находишь?

Шуточка была не ахти, но Сергей улыбнулся. Шлем он надел, загерметизировал и влез в закрытый кузов броненосца. В его памяти четко оттиснулись лица провождающих, их страх и отчаяние.

Рейдеры четвертого броненосца заняли свои места. Десять душ. Им еле хватало места, а все остальное пространство машины было забито под завязку боеприпасами, ящиками с пайками, приборами, которые взяли с собой ученые и распределили по машинам. И это не считая одиннадцатого по счету броненосца, приспособленного специально для перевозки грузов. Тот был нафарширован особым содержимым сверх меры.

Сергей не понимал, для чего все это. Лишняя тяжесть не помогает двигаться быстро, верно? А как раз быстрота — самое главное в этом рейде.

С другой стороны — неизведанные территории. Бастионцы продвигались и больше, чем на пять сотен километров, но не в этом направлении. Говорили, что в стороне подсектора Пермь, по соседству с заброшенным космопортом, выросли непроходимые леса. Никто их, разумеется, не видел, но слухи есть слухи, и как они рождаются, отследить невозможно. Но именно эти мифические леса беспокоили командование. Объезжать их — долго, ломиться напролом — опасно. Рейдеры болтали, что Генрих Буланов, в конце концов, поддержал идею лобовой атаки. Умник, а не дурак. Для бойцов это значило, что придется хорошенько поработать. Именно для атаки лесных массивов и было взято тяжелое вооружение. Предстоит немало жаркой работенки.

Сергей втиснулся на свое место, между Игорем и Максом Ложкиным.

Рейдеры казались безжизненными куклами, которых просто усадили на полку. Когда броненосец заурчал движком, по его корпусу прошла дрожь. Фигуры слегка дернулись, оживились, начали крутить головами.

— Парни, мы отправляемся. Едем согласно порядковому номеру — четвертыми. — Сержант Збигнев — и его неумолимый рок затащил на эту вечеринку! — говорил спокойным голосом. Будто это обычный рейд в ближнюю, вдоль и поперек исследованную зону. Ничего особенного, братцы! Всего лишь туда и обратно. — Мысленно пожелайте удачи своим. И вперед!

— Пошел ты, — пробормотал слева от Сергея Игорь.

У многих здесь больше не было "своих".

Сергей подумал о Лике и быстро отмел все эти мысли. Он заставил себя сосредоточиться на другом. Выезд на поверхность всегда был волнующим событием. Словно из тюрьмы освобождаешься — все кругом кажется новым, необычным. У Сергея еще не замылился глаз настолько, чтобы не замечать, как хорош мир.

Рейдер повернул голову к узкой амбразуре, забранной толстым стеклом, и увидел, как мимо борта проползают стены закрученного спиралью широкого туннеля. Фары броненосцев резали тьму, пропахшую ржавчиной и пылью. Эхо от работы двигателей сливалось в тревожащий нервы гул — точно гроза приближалась, выкатываясь из-за горных вершин.

Выезжали через центральный вход. Так было быстрее, потому что дорога через десять километров соединялась с одной из трасс. Трасса под номером шесть вела в Екатеринбург и с нее можно было попасть на скоростную, которая стремилась на северо-запад. Известный ее участок был относительно свободен, и командование планировало двигаться по нему на максимальной скорости. Обо всех этих деталях Сергей думал отвлеченно. Ему нравилось просто наблюдать.

Поднявшись на высоту семидесяти метров по дороге-спирали, караван из броненосцев приостановился перед громадными воротами.

Вздрогнув и породив адский грохот, те начали разъезжаться в стороны. Хлынул яркий солнечный свет. Сергею показалось, хотя такого быть не могло, что пахнуло землей и травой. Рейдеры взялись за разговоры. Кто-то подключил внешние камеры, и голограмма повисла в воздухе между двумя рядами сидящих.

Сергей предпочитал амбразуру. Когда открылись ворота, караван двинулся наружу. Первая, вторая, третья, четвертая машины. Всего одиннадцать, готовых дать отпор чему угодно и дать по затылку без предупреждения, если понадобится. Сергей подумал об их огневой мощи, но почему-то это его не успокоило. Вирус не возьмешь на мушку и не пугнешь гранатой. Ему наплевать — пусть даже у каждого рейдера будет хоть по нейтронной бомбе в кармане.

Громадные грузовики, тянувшие когда-то фуры с оборудованием и припасами, все толпились у центрального входа в Бастион. Сергей никогда видел их, и взгляд так и тянулся к ржавым остовам, испытавшим на себе разрушительное влияние времени и плесени.

От покрышек давно ничего не осталось, стекла вылетели, краска слезла. Тенты фур превратились в грязные обрывки, качающиеся на ветру. Плесень тут давно умерла, оставив после себя только серый слой липкой пыли, но и ее ветер постепенно выдувал отсюда. Природа активно занималась чисткой.

На каменистых склонах по обеим сторонам дороги буйно разросся высокий кустарник, названия которого Сергей не знал. Цвет листвы в любое время года у него был буровато-зеленым. Явный мутант. В окрестностях Бастиона подобно растительности появилось в последние годы очень много. Сергей сам видел, как густые гибридные леса подступают к мегаполису с юго-востока. Наверное, недалек тот день, когда они поглотят Екатеринбург и начнут медленно перерабатывать его, чтобы сравнять с землей и истребить саму память о людях.

Сергей воображал себе Землю через тысячу лет. Новый мир, похожий на тот, что был миллиарды лет назад. Дикий. Без признаков цивилизации. Давно поглотивший даже самых стойких борцов за человеческое выживание.

Может быть, Смирнов и прав, а может, и нет. Может, он просто неточно трактовал тенденции.

Не Новая Эволюция ждет людей, а полное исчезновение. Планета получила шанс избавиться из убивающих ее организмов и теперь-то проследит, чтобы хомо сапиенс больше не возродился.

Караван проехал уже километров семь, когда по внутренней связи послышался голос Збигнева:

— Впереди грозовой фронт, движется в нашу сторону. Командование приказывает переть дальше.

Эсбэшники не отреагировали. Приказ есть приказ. Обычно грозы в этом регионе сильные, со шквалистым ветром до девяноста метров в секунду. На открытой местности есть опасность, что он перевернет броненосец и потому на время непогоды рейд всегда искал укрытие. Но раз сейчас важно время, никто терять полчаса не собирался.

— Нарочно, — проворчал Игорь. — Чуешь, парень? Словно какая-то зараза не хочет, чтобы мы ехали.

— Ерунда.

— Ничего подобного. Ни разу не замечал, как, бывает, себя странно природа ведет?

Сергей навострил уши.

Когда Корнеев начинает болтать, всегда интересно, хотя иной раз и полный бред несет.

— А про розовый туман не слыхали?

— Сказки, — отозвался один из бойцов. — Я десять лет в рейдах, а ничего не видел.

— Как повезет. Я видел. Три года тому. У заброшенной распределительной энергостанции возле Исети. Мы искали запчасти для генераторов, но два дня не могли попасть на территорию из-за тумана.

— Ну да, а никто, кроме тебя об этом не рассказывает! — сказал тот же рейдер.

— Это потому, что парни, с которыми я был там, уже мертвы. Кто-то погиб, а двое умерли позавчера, в Бастионе, — ответил Игорь, глазом не моргнув. — Так что свидетелей нет. Мы были в разведке. Подошли к главным воротам, смотрим, пелена со стороны станции идет. Туман. Купол и токоприемники, гад, скрыл и ползет. Мы, значит, деру, а потом смотрим, он остановился. У самых ворот. Стеной. Мол, не пущу. Туман тот — живой и в нем что-то есть. Появляется невесть откуда и пропадает так же внезапно, вроде бы шутит, но эти шутки… в общем, не хотел бы я оказаться внутри. Иногда, если долго наблюдать, видно, как тени внутри тумана движутся, словно что-то подбирается близко к самому краю, желая посмотреть, что снаружи. — Коренев помолчал, убедившись, что байка подействовала. — Мы два дня паслись возле станции. Командир собирался уже отдать приказ сваливать, но туман вдруг исчез. Вот так разом. Жуткое дело, парни. На территорию все-таки вошли, готовые деру дать в случае чего. А там все разворочено, стальные фермы токоприемников погнуты, словно громадными руками, чуть в косицы их не заплели. Стены в некоторых местах снесены. Кругом какая-то гадость, слизь. Кто-то там знатно порезвился, надо полагать. Но фокус в том, что мы ничего не слышали, хотя были рядом. Вот тебе и туман.

Рейдеры молча переваривали услышанное. Не возражали. Игоря невозможно было подловить на вранье. Если он и придумывал, то ловко обрубал все концы.

— Причем же тут гроза? — спросил Сергей.

— А кто его знает? Почему вот сразу, как только мы выехали? Нехорошее предчувствие у меня.

Сергей улыбнулся. Всегда находится такой — особо чувствительный скептик. Кошки у него на душе скребут, и он обязательно об этом заявит во всеуслышание, придавая происходящему еще несколько градусов таинственности.

Впрочем, тему быстро оставили. Не всякий рейдер на памяти Сергея обладал таким богатым воображением, как Игорь, и еще меньше находилось спорщиков. Настоящий эсбэшник не должен быть болтуном — так гласило неписанное правило.

Да и потом, разве они все знают об этом мире? Нет. Практически ничего. Даже умники из Научного Корпуса весьма осторожны в оценках угроз. Так почему бы, теоретически, не существовать аномальному розовому туману? Или разумной грозе, которая стремится всеми силами помешать каравану в его миссии?

Сергей посмотрел в амбразуру. Словно бы бросая вызов стихии, броненосцы наступали прямо на грозовой фронт. Эфир потрескивал помехами. Сливаясь в нестройную музыку, шипение и потрескивание напоминало радиопереговоры каких-то существ.

Небо на западе почти целиком затянуло низкими тучами, имевшими чернильный оттенок. Сергей заметил вдалеке синеватые всполохи. Где-то там уже били молнии, разнося по взбесившейся атмосфере заряды в миллионы вольт.

— Говорят, в середине лета здесь почти всегда такие грозы, — заметил Игорь, словно все только и ждали его комментария. — Проверим…


предыдущая глава | Плесень | cледующая глава