home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



III


– Машины! – рявкнул Дурной Билл. Он частенько говорил так резко. – Они терпеть их не могут. Хотя должен признаться, что не очень-то их за это осуждаю. Я и сам ненавижу эти грязные, шумные, грохочущие штуковины. Скажи-ка, не заметил ты в этих краях чего-нибудь странного с машинами?

Подумав немного, я ответил:

– Как-то хреново тут с машинами. Не очень-то их много.

– Именно! – Билл торжествовал. – В других районах Бэрроуз-хилла – сколько угодно, хоть пруд пруди. Всюду стоят. Особенно по ночам, когда народ тусуется в пабах или телик смотрит. А здесь? На Барчингтон, Ларчиз и еще нескольких улицах по соседству ты ни одной не найдешь!

– Ну неправда, – возразил я. – Например, вот на этой самой улице прямо сейчас припаркованы две машины. Выгляни в окно – сам увидишь.

– Чушь собачья! – отрезал Билл.

– Прости, не понял?

– Чушь собачья! – повторил он. – Это не машины. Так, старые ржавые ведра с гайками. Колеса без дисков и все остальное – ты сам посмотри. Эти колымаги тут уже лет двадцать – тридцать ползают. Тонкие к ним привыкли. А вот новые, большие, блестящие им очень не нравятся. Так что если припаркуешь здесь на ночь машину – жди беды.

– Беды?

Но тут я уже вполне осознанно прикидывался дурачком: на сей раз я прекрасно понимал, о чем речь. Я видел все своими глазами: стоило кому-нибудь оставить тут на ночь блестящую новенькую машинку, как наутро у нее оказывались проколоты шины, стекла разбиты, а фары расколоты.

Выражение лица меня выдало.

– Значит, понимаешь, о чем я. Отлично. Послушай, что я тебе расскажу. Пару лет назад сюда частенько наведывался один типчик из города. Он, видишь ли, положил глаз на барменшу из "Железной дороги", и она крутила им как могла. А чувак был шикарный. Тусовщик и вообще восходящая звезда. И тачка у него была соответствующая – шикарная. Пуленепробиваемые стекла, бронированный кузов, даже фары с бронещитками. Не машина, а прямо танк хренов. Только… – Тут Билл вздохнул.

– Он оставлял ее здесь, так я понимаю?

Билл кивнул:

– Беда в том, что его невозможно было напугать. Понимаешь, о чем я? Есть люди, которых можно напугать; есть такие, которых пугать не стоит; а некоторых просто нельзя пугать. Этого парня пугать было нельзя. Как и тонких, к сожалению.

– И что же произошло?

– Когда они прокололи ему шины, он набросал им кирпичей в окна. И он, кстати, понимал, что делает. Ведь кирпичи кидал именно в окна тонкого дома. Потом как-то ночью он припарковался на углу Барчингтон. На другое утро оказалось, что ему в машине просверлили дыры – по всему кузову. После этого он пропадал где-то примерно с неделю. А когда вернулся… да уж, должно быть, у парня совсем мозгов не было.

– Так что же он сделал?

– Он бросил им в окна какую-то штуковину, которая взорвалась! Чертовски сильно бабахнуло! Ты видел полуразрушенный тонкий дом на углу Барчингтон? Один остов остался. Это его рук дело! И на сей раз он тоже просек, откуда ветер дует. Ведь не случайно же парень взорвал именно тонкий дом! Если внутри в тот момент кто-то был, то уж точно не выжил. И это стало последней каплей.

– Они разделались с ним?

– Не с ним. С машиной! Однажды вечером парень припарковал ее, прогулялся до "Железной дороги", после закрытия проводил свою подружку домой, а наутро…

– Они ее разгромили? Машину то есть?

– Разгромили?! Да уж это точно. Они ее сложили!

– Что сделали?

– Сложили! – выкрикнул Билл. – Они умеют. Получилось по полметра в длину, в ширину и в высоту. Такой вот металлический кубик. И никаких осколков стекла или пластика, никаких видимых швов. Все сложено чистенько-аккуратненько. Просто полуметровый куб.

– То есть они под пресс ее положили? – продолжал я подыскивать рациональное объяснение.

– Да нет. Просто сложили.

– Это невозможно!

– Для них – нет! Я ж говорю, они умеют.

– И что сделал парень?

– Сделал? Как же. Он посмотрел на все это и подумал: "А что если бы я в тот момент сидел в этой чертовой штуке? Что он сделал? То же самое, что я бы сделал на его месте, и что ты бы сделал. Он уехал. И больше мы его не видели.

Бутылка опустела. Мы перешли к пиву. Сделав изрядный глоток, я предложил:

– Если хочешь, оставайся ночевать. Ляжешь на полу. Я тебе одеяло дам.

– Спасибо, – ответил Дурной Билл. – Спасибо, но – нет. Допьем пиво, и я пойду. Я бы тут ни за какие коврижки не остался. К тому же у меня дома тоже припрятана бутылочка.

– Ах ты, хитрый старый хрыч!

– А ты тупой недоносок! – беззлобно отозвался он.

Двадцать минут спустя я закрыл за ним дверь, а затем подошел к окну. Я взглянул на Билла и на улицу, всю серебряную в лунном свете.

Билл стоял у калитки (у того места, где она должна была быть), слегка пошатываясь, и махал мне рукой, прощаясь и благодаря за выпивку. Затем он шагнул на улицу и двинулся прочь.

Все было тихо: ни звука, ни движения. Стояла одна из тех ночей, когда даже листья на деревьях не колышутся. Все будто застыло, хотя было совсем не холодно. Я проводил Дурного Билла взглядом: выворачивал шею до тех пор, пока он не скрылся из виду, как вдруг…

На другой стороне дороги я обнаружил сразу три фонарных столба – вместо привычных двух! Левый столб был на месте, и самый правый тоже, но вот средний?! Я никогда его прежде не видел. Я протер усталые глаза, вдохнул поглубже, снова протер глаза. Столбов опять только два!

Ну вот, нажрался как свинья – напился в стельку – и напугался до чертиков!

Посмеиваясь, я отошел от окна, выключил свет и поплелся в спальню. Старый дурак сумел-таки меня зацепить! И я действительно почти поверил. А теперь еще спьяну в глазах двоится или что-то вроде того. Хорошо еще, фонарные столбы мерещатся, а не розовые слоны! Или тонкие человечки! И со смехом я лег в постель.

…Зато наутро мне было не до смеха.

По крайней мере после того, как его нашли. Старину Дурного Билла из Бэрроуз-хилла. А меня пригласили на опознание.

"Они умеют" – так он говорил. Об их странной способности складывать разные вещи. И вот – господи! – они сложили его. Получился полуметровый куб. А в нем ребра, кости, кожа и мышцы – словом, все. И, сами понимаете, все целехонько, нигде не сломано, только сложено. Ни крови, ни внутренностей, никакой мерзости. И от этого еще гаже. Оттого, что ничего такого нет.

Они бросили его в мусорный бак на другом конце улицы. Когда двое местных подростков его нашли, они никак не могли понять, что это такое, пока не обнаружили лицо на одной из граней куба. Впрочем, не буду вдаваться в подробности…

Разумеется, я съехал оттуда при первой же возможности и полагаю, вы не станете меня за это осуждать. С тех пор я много размышлял о том, что случилось. Точнее, я только об этом и думал.

Считаю, что старина Билл был прав. По крайней мере, надеюсь. Я о том, что он мне говорил раньше, когда я почти не слушал. О том, что эти ребята, тонкие, последние в своем роде и что они выбрали Бэрроуз-хилл как последнее пристанище, где можно скоротать свои дни и тихонько уйти. Как эдакое кладбище слонов.

По крайней мере там, где я живу теперь, нет ни тонких людей, ни тонких домов. Вандалов полно и машин несметное число, но зато ничего необычного.

Есть фонарные столбы. И конечно, столбы телефонные. Сколько угодно. Но меня они уже не пугают.

Видите ли, я точно знаю, сколько на моей улице фонарных столбов. И я точно знаю, где они расположены – каждый из них. И помоги боже тому человеку, который посмеет поставить еще один столб, не предупредив меня об этом!


предыдущая глава | Монстры - антология | cледующая глава