home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



27

Он нажал кнопку звонка рядом с фамилией ДЬЮИ и при свете лампочки над дверью ждал, что в репродукторе раздастся ее голос или она сразу откроет дверь. Она, конечно, должна догадаться, кто это пришел. Терри еще раз нажал кнопку, подождал, потом отошел на тротуар и взглянул вверх на окна. Но тут вспомнил, что ее окна выходят на поле для гольфа. Тогда у нее он вышел на балкон и смотрел на пустое пространство, которое в той стране, откуда он приехал, все сплошь засеяли бы кукурузой. Ему еще подумалось, сколько земли пропадает даром. Он обошел кругом трехэтажное здание и увидел ее балкон. В квартире горел свет. Запрокинув голову, он крикнул: «Дебби!» В окне этажом ниже тоже загорелся свет. Он снова позвал ее и увидел силуэт за балконной дверью. «Это я!» Она увидела его наконец. Терри помахал рукой и побежал к подъезду, чтобы нажать кнопку. И все равно дверь открылась не сразу. Что она там делает? Дверь с жужжанием закрылась за ним, и он пошел пешком по лестнице к квартире 202.

На ней было розовое кимоно, которого он прежде не видел. Она улыбнулась ему, но как-то устало. А глаза не выразили ровным счетом ничего.

— Разве ты не самая счастливая девушка во всем городе?

— Я была в ванной, — сказала она и повернулась к нему спиной со словами: — Я думала, ты сначала позвонишь.

— Что случилось? Он приставал к тебе?

— Ничего похожего. Выпить хочешь?

Он прошел следом за ней на кухню.

— Так мы празднуем или как? Зачем он велел тебе остаться?

Дебби достала из холодильника поднос со льдом и с хрустом отколола кубики. На столе стояли ее бутылка водки и «Джонни Уолкер», с тех самых пор, как он впервые остался у нее на ночь. Рядом лежала ее сумка.

— Он о многом меня расспрашивал, — сказала она. — Он считает, что может мне помочь.

— Помочь в чем?

— Утвердиться на эстраде. Он даже мог бы устроить меня к Лено.

— Ну да, они же оба итальянцы.

— Он сказал, что у него есть связи.

— С тобой все в порядке?

— Я просто очень устала, — ответила Дебби и через стол подтолкнула к нему его бокал.

— Расскажи, что все-таки случилось.

— Он разорвал чек.

Вот так так! Терри взял бокал.

— Что ты хочешь этим сказать?

— То и хочу сказать. Взял и разорвал его пополам.

— Шутишь?

— А потом еще раз пополам. Вот это я и хочу сказать, когда говорю, что он разорвал чек.

— Тот самый, который он протягивает мне на фотографии?

— Тот самый.

— Но он сказал: все в порядке. Он дал нам слово.

— Терри, этот тип — грязный гангстер.

— Может быть, ты чем-то его разозлила?

— Он спросил, кто мой любимый комик, и я сказала — Ричард Прайер. А его любимый комик — Ред Скелтон.

— Значит, вы с ним не слишком поладили?

— А когда он сказал, что может мне помочь, я ответила: «Чем? Напишете за меня монолог?»

— Правда? Ты так прямо и сказала могучему мафиозному боссу? «Чем? Напишете за меня монолог?» — Терри замолчал, ему вспомнился один комический монолог, он мысленно его перефразировал: «Ты знаешь, как это делается, Тони. Берешь в руки ручку и…»

— Мысль, может, и неплохая — насчет монолога, — только несвоевременная. Что он ответил? — спросил Терри.

Подражая низкому и глухому голосу Тони, Дебби ответила:

— «Ты любишь рисковать, да, куколка?» Впрочем, «куколка» он не говорил, сказал только про риск.

— И вот ты рискнула, но риск не оправдался.

— Мне показалось, что ему это как раз понравилось.

— Тогда почему он порвал чек?

— Видимо, он с самого начала не думал отдавать его нам. Он очень практичный. Спросил, хочу ли я что-нибудь выпить. Я ответила: только если вы тоже будете. И он сказал: я не буду, значит, и вы ничего не получите. Он грубоват, но, в общем, интересный человек..

— Ты снова с ним увидишься?

— Нет! Конечно же нет. С чего ты взял?

— Ты назвала его интересным.

— Я имела в виду его манеру говорить. Я сразу подумала, что могла бы использовать для себя кое-что.

Тони взял бокал, взглянул на его содержимое и залпом выпил большую часть.

— Что ты сказала, когда он разорвал чек?

— Что этого следовало ожидать.

— Разве ты не удивилась?

— Удивилась! Но сказала так.

— А он что ответил?

Она закрыла глаза и снова их открыла.

— Терри, я страшно устала, я хотела бы лечь.

— Хочешь, чтобы я остался?

Она глотнула своей водки.

— Если ты сам хочешь.

— Скажи, что он ответил?

— Он переспросил: следовало ожидать? Я сказала что-то о том, как он делает деньги, не прямо, конечно, я не назвала его в глаза мошенником, а он ответил… — Она запнулась. — Он ответил: «Вы ничего не знаете о моих делах. И никто не знает». Потому что он предпочитает оставаться в тени, он, мол, не показушник. Он сравнил себя с тем парнем, который раньше играл за «Дельфинов», с Ларри Чонка, который сказал, веди он себя так — я решила, что мне это может пригодиться: как ведут себя профессиональные благодетели… — веди он себя так, тот, другой парень дал бы ему по мозгам.

— Хови Лонг?

— Да, этот самый. Я представила парня в форме, который лупит другого, в шлеме, по голове и вскрикивает: «Черт, моя бедная рука!»

— Мне тоже что-то такое представилось, — заметил Терри. — Значит, все было устроено только ради того, чтобы он смог с тобой поговорить?

— В общем, ничего не вышло. Если ты остаешься, Терри, давай уже ляжем.

— Но ему пришлось взять на себя труд…

— Я больше ничего не знаю. Пойдем, Терри, займемся делом. — Дебби вышла из кухни. Она словно хотела сказать — давай побыстрее с этим покончим. Наверное, она действительно имела это в виду. Он вспомнил их утренний разговор в спальне Фрэна и Мэри Пэт о том, надо ли поменять простыни, Дебби тогда сказала: нет, они только поспят в постели, а трахаться могут в любом другом месте. Он вспомнил это сейчас, и не потому, что его шокировала ее грубость, но… Эта реплика показывала, что она думает о занятиях любовью — мол, заниматься этим можно где угодно, все равно как ночной бабочке ублажить клиента…

Терри налил себе еще бокал, сделал глоток и пошел с ним в спальню. Там Дебби сняла кимоно, которого он раньше не видел, и посмотрела на часы, стоявшие на тумбочке. На ней были белые трусики с маленьким розовым бантиком сбоку. Потом она стянула их с себя, и Терри увидел, что ему лучше приготовиться. Она прошла через прихожую в ванную, и он проводил ее взглядом. Она пробыла там всего несколько минут и, выйдя из ванной и выключив свет, застала его уже лежащим в кровати.

— Я приняла секонал. Мне хочется поскорее обо всем забыть и выспаться. — Она погасила лампу и легла.

— Тогда, может быть, отложим на потом?

— Не беспокойся, я готова, если ты тоже готов. — Она потянулась к нему, коснулась его руками. — Да и ты готов. — И они приступили к поцелуям, прикосновениям и поиску подходящих поз. Потом двинулись по проторенному пути, и перед глазами Терри вдруг поплыли картины Африки: подернутые дымкой холмы и чайные плантации, глинобитные хижины, летучие мыши, пикирующие в сумерках с эвкалиптов. Все это имело целью помочь ему не сбиться с проторенного пути. Но стоило ему увидеть Африку и дымчатое небо, как у него в голове сформировался вопрос: «Если Тони разорвал чек, зачем ему нужно, чтобы я вернулся назад?»

Дебби спросила:

— Что-то не так?

— Ничего. Все хорошо. Все замечательно.

Так и было. Когда они кончили, Дебби потянулась за клинексом и заснула, а Терри лежал и смотрел в потолок.

Почему Тони не хочет, чтобы он остался?

Терри ничем не мог ему навредить. Он не собирался разоблачать его, доказывать, что снимок — фальшивка. Нет, Тони делает это для нее. Убирает его с ее пути, а не со своего.

Ведь это были даже не его деньги. Почему не позволить себе широкий жест? Разорвать один чек и тут же выписать второй и помахать им перед малышкой Дебби. Он потянулся за бокалом, допил его и взглянул на спящую Дебби. Она мерно дышала. Ее носик тихо посвистывал. Он разорвал чек на ее глазах. Она сказала, что должна была догадаться. И что он не любитель демонстраций. Но разорвать чек — разве это не демонстрация? Это часть спектакля. Зачем нужно было утруждать себя с самого начала? Она понравилась ему, и он решил произвести на нее впечатление. И сделал ей предложение, как это бывает в кино, и она его приняла. И это предложение сделано только ей одной, и она не хотела больше встречаться с ним, с Терри, хотела поскорее лечь в постель и спрятаться там.

«Хочешь, чтобы я остался?» — «Если только ты сам хочешь». Что еще она могла сказать? Что у нее разболелась голова? Она думала, что он сперва позвонит. Она едва скрывала досаду. И она не хотела ничего ему рассказывать, но потом, желая, чтобы он поверил в ее искренность и честность, сказала больше, чем собиралась.

И она ничего не спросила о его отъезде.

Они разговаривали об этом как раз перед тем, как войти к Тони. Он сказал: они хотят убедиться, что он уедет назад. Но теперь она и думать об этом забыла. А если не забыла, то не собиралась об этом заговаривать. Он так и так уедет и никогда не узнает, что она получила от Тони.

На ней было кимоно, которое он никогда не видел, и в нем она выглядела как-то по-другому. Или она и правда изменилась, и розовое кимоно с малиновой отделкой тут ни при чем. Ему не верилось, что она была в ванной, когда он звонил в дверь. Не верилось именно потому, что она сказала, что была в ванной. Стоит только представить… Вот ей звонят в дверь, хотя она никого не ждет. Звонок повторяется. Она хочет затаиться. Но тут слышит, как он зовет ее, и выглядывает в окно — это ошибка, но она спохватывается слишком поздно. Она понимает, что он увидел ее, и, если он сейчас зайдет, ей надо спрятать то, что дал Тони, подальше с глаз. Если только это уже не спрятано. Он снова звонит и ждет, чтобы она его впустила. За это время она прячет то, что получила от Тони. «Я думала, ты сначала позвонишь…» Она не слишком обрадовалась ему! Это было совсем не похоже на его возлюбленную, маленькую интриганку, бывшую заключенную и артистку, его подружку последних… да, пяти дней.

Разве любовь не восхитительна?

Она уснула, чтобы все поскорее кончилось, чтобы то, как она поступила с ним, не тяготило ее. Он нравился ей. Терри верил в это. Но нравится ли он ей настолько, чтобы она могла ему доверять?

Она сказала, что была в ванной, когда он позвонил…

Может быть, она пошла туда после того, как он позвонил?

Она пошла в ванную за секоналом и когда вышла, то погасила свет. В их первую ночь здесь она оставила свет включенным, так что, занимаясь любовью, они хорошо видели друг друга.

Терри пристально смотрел в потолок.

Значит, она спрятала там…

Она считает вас, доктор Данн, достаточно наивным, чтобы ей поверить.

Куда она обычно прячет то, что хочет спрятать?

Когда-то она сказала тебе что-то такое…

Терри еще посмотрел в потолок.

Послушал ее ровное дыхание.

И выскользнул из кровати…


Дебби проснулась с тяжелой головой, но сразу же все вспомнила и повернула голову на подушке, чтобы посмотреть, здесь ли еще Терри. Его не было. Она села и взглянула на часы. Двадцать пять минут десятого. Ей захотелось почистить зубы, чтобы избавиться от неприятного привкуса во рту. Но сначала она решила позвонить. Как и следовало ожидать, трубку сняла Мэри Пэт.

— Привет, это Дебби. Как Терри, благополучно улетел?

— За ним заехали, если вы об этом. Их было двое.

— Они неопасны, — проговорила Дебби. — Я хочу сказать, что волноваться в самом деле не о чем. Я не знаю, что он вам рассказал… — И она замолчала, ожидая, что скажет Мэри Пэт.

Мэри Пэт ответила:

— Терри был спокоен, поэтому мы тоже не беспокоимся.

— Да? — переспросила Дебби. — Ну тогда хорошо. Приятно было побеседовать с вами.

По пути в ванную она пыталась представить, в каком состоянии духа Терри улетел в Африку. Когда она вошла в ванную, первое, что ей бросилось в глаза, были рулоны туалетной бумаги: девять штук, составленные в ряд на полочке для косметики. Пакет, в котором они лежали, валялся на полу. Это зрелище потрясло ее так, что чистка зубов сразу отодвинулась на второй план.

Значит, он ей не поверил! Ее дружок и деловой партнер не поверил ей ни на грош. Он обыскивал ванную, сам точно не зная, что ищет. А искал он здесь потому, что она рассказала ему, как то же самое делал когда-то Рэнди!

Но она ничего не прятала в ванной. Она вообще нигде ничего не прятала. Когда раздался звонок в дверь, она только подумала об этом в панике. Но тут же пришла мысль: зачем? Ведь это же Терри. С какой стати он будет шарить по ее квартире?

И она оставила чек в сумочке, на кухне. Дебби прошла на кухню. На стойке все так же лежала сумочка, куда вчера она убрала чек, вложенный в простой белый конверт…

Только сейчас его там не было.


предыдущая глава | Деньги - не проблема | cледующая глава