home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



5

Департамент строительства занимал огромное здание в девять этажей. Приемная Величко на пятом этаже была забита народом. Ни одна из двух секретарш, холодно отвечавших по телефону, не удостоила меня взглядом и не предложила присесть, что, впрочем, прозвучало бы издевкой, поскольку все посадочные места были заняты. Я оглядел чиновничьи бесцветные лица ожидавших, и мои сомнения в словах Быка только окрепли. Как-то он слишком явно сюда не вписывался.

Опасаясь того, что стал жертвой розыгрыша, я нерешительно двинулся к кабинету Величко, но тут же услышал за своей спиной предостерегающий змеиный шепот:

— Куда вы? Туда нельзя! У него посетители! Это меня подхлестнуло.

— Я по тому же вопросу, — туманно ответил я и вошел прежде, чем меня успели остановить.

Величко, грузный, черноглазый, малоподвижный украинец с мясистым грубоватым лицом, восседал в глубине, за своим столом. По дорогому двубортному пиджаку темно-синего цвета и галстуку от Бриони вы сразу понимали, что он следил за собой и знал толк в одежде.

Напротив него на краешке кресла нетерпеливо крутился Бык, что-то оживленно объяснявший ему и тыкавший пальцем в лежавшие перед ним мятые бумаги. На Быке был его неизменный франтовской полосатый костюм, так не вязавшийся с его дурашливой, смешливой физиономией, и, разумеется, черные лаковые туфли.

У самого входа, на стульях, рядышком смирно сидели двое здоровых парней, габаритами и привлекательностью напоминавшие циклопов-близнецов. По внешности я бы принял их за братву, но одеты они были не по-бандитски: в черные пиджаки, лопавшиеся на спине, и белые рубашки с одноцветными галстуками. Где и с какой целью откопал их Бык, оставалось только гадать.

Возможно, конечно, Величко и ждал Быка с нетерпением, но заключить это по выражению его лица было невозможно. Уставясь куда-то вниз, Степан Тарасович с брезгливой гримасой барабанил пальцами по крышке стола и, казалось, не понимал ни слова из того, что втолковывал ему Бык. Похоже, он закипал.

— Здравствуйте! — громко сказал я, не зная, как себя вести. — Надеюсь, не очень помешал?

— Я занят! — крикнул Величко, не поднимая на меня глаз. — Позже!

В отличие от него, Бык оглянулся и расплылся в улыбке.

— Проходи, братан, присаживайся, — жизнерадостно приветствовал он меня. — Мы щас по-быстрому все решим.

И вновь повернувшись к Величко, небрежно пояснил:

— Да это не к тебе. Это ко мне. Ты не менжуйся.

Он дружески потрепал по лежавшей на столе пухлой руке вице-губернатора и продолжил как ни в чем не бывало: — Значит, расклад получается такой...

Но оторопевший Величко не дал ему закончить.

— Как, то есть, к вам? — отдергивая руку и багровея от гнева, взревел он. — Я что-то не понял! Вы в моем кабинете кому-то встречи назначаете?

— Да ты не отвлекайся, — успокоил его Бык. — Ты следи за базаром-то. А то опять не догонишь.

— Вы почему мне тыкаете?! — набирал обороты Величко.

— А ты мне тоже тыкай, — предложил Бык демократично.

— Вы вообще кто такой?! — взорвался Величко. — Вы по какому вопросу здесь находитесь? Вы как смеете здесь распоряжаться? Мне сказали, что будет директор автозавода по строительству! С заместителем. По вопросу выделения подрядов. А вы с какой-то ерундой влезаете в мое расписание... С какими-то, понимаешь, посторонними!

Он мотнул головой в сторону сидящих у двери мордоворотов. Его возмущение оставило циклопов равнодушными. Один из них в это время зевал, не прикрывая рта. Другой сидел неподвижно.

— Вот я тебе и говорю, вникни в суть, — ласково прервал его Бык. — Фирма наша эту дорогу под Долгопрудной еще в июле закончила. Так? Все сделала, че надо. Так? — он ткнул пальцем в свои мятые бумаги. — Гляди в акты приемки. Да че ты на пацанов-то вытаращился? На них ниче не написано. Ты сюда гляди! Подписи есть. Печать есть. Все откаты твоим людям наши коммерсы отдали. А ты до сих пор не рассчитался. Мы че, по-твоему, за свои бобы должны попадать?

— Какая дорога?! — в голос заорал Величко. — Какие откаты? Вы в своем уме? Убирайтесь немедленно!

Бык вздохнул.

— Вот конченый! — пожаловался он мне. — Не, ну, в натуре, вот как с этими беспредельщиками разговаривать?

Он снова повернулся к Величко.

— Ты меня слушай, — терпеливо, как маленькому, принялся объяснять Бык. — Я тебе по новой говорю. В пятый раз. На русском языке. Нам чужого не надо. Ты нам наше отдай. У тебя голова или жбан с этими, как ее... с галушками? Наша фирма...

— Вон! — взревел Величко. — Вон! Я милицию вызову!

Он было потянулся к одному из стоявших на его столе телефонных аппаратов, но Бык его опередил. Схватив трубку, он коротким быстрым движением врезал ею Величко полбу. Трубка разлетелась на куски. Величко вскрикнул и схватился руками за голову.

— Ой! — воскликнул Бык, участливо наклоняясь над Величко. — Ты не ушибся?

Я невольно вскочил с места.

— Да ты-то хоть не кипишись! — недовольно проворчал Бык. — Вот развели здесь канитель! Бегают, орут!

— Бандит! — простонал Величко, зажимая лоб и раскачиваясь в кресле из стороны в сторону. Между его пальцами показалась кровь. — Рэкетир окаянный!

— Да ты бандитов не видел! — оскорбленно отозвался Бык. — Я с тобой по-культурному, между прочим, тру. И никакой я тебе не рэкетир. Я ж тебя петухом не обзываю. Ты дальше слушай...

— Я не буду слушать, — хрипел Величко. — Я не стану ничего подписывать!

— Опять ты свое заладил! — с досадой заметил Бык. — Откуда ты такой тупорылый взялся на мою голову?

Он обернулся к своим спутникам.

— Илюха, ну ты че расселся? Видал, он же не вкуривает. В натуре отморозок.

Один из циклопов кряхтя поднялся со стула и протопал по кабинету в сторону Величко, с заметным облегчением срывая с себя на ходу галстук и засовывая его в карман. Его час пробил. Другой последовал его примеру.

— Запускать, что ль? — осведомился он, чуть оживляясь.

— А че, глядеть, что ль, на него! — саркастически отозвался Бык.

— А человеку че скажем? — поинтересовался Илюха.

— Не вышло, скажем! — отрезал Бык. — Врать же не будем!

Вероятно, они говорили про Ильича, которого даже за глаза называли только «человеком». Парализованный ужасом Величко прислушивался к их диалогу. Глаза его расширились. Бандиты подхватили его под руки и без всякого почтения рванули из кресла.

— Только не здесь, — деловито распоряжался Бык. — А то он еще базар поднимет. В ихнем предбаннике слыхать будет.

Один из парней рывком распахнул дверь в комнату отдыха, и Величко поволокли внутрь. Тот наконец опомнился.

— На помощь! — заорал он, вырываясь. Из разбитого лба по искаженному ужасом лицу стекала кровь. — Убивают! Бандиты убивают!

— Да заткнись ты, — угрюмо сказал Илюха, ударяя его по шее ребром ладони. — Че ты, падла, прям мне в ухо верещишь!

Величко сразу обмяк и затих в их руках. Таща его как мешок, они исчезли в комнате отдыха. Следом оттуда раздался грохот, как будто крушили мебель.

— Ты погоди чуток, — попросил меня Бык, подмигивая мне своими шалыми светлыми глазами. — Мы махом.

Он нырнул следом за ними и хотел закрыть за собой дверь, но я ему не дал. Кинувшись следом, я едва не сбил его с ног. Бык схватил меня за плечи и притиснул к стене.

Комната отдыха была уже в беспорядке, произведенным, по-видимому, грузным вице-губернаторским телом, пока его волокли по полу. В углу лежал перевернутый журнальный стол, на полу валялась упавшая ваза для фруктов. На ковре осталось несколько раздавленных башмаками яблок.

— Тихо, тихо, — приговаривал Бык, не выпуская меня из железных объятий. — Охолонь, братан. Все нормально. У тя своя работа, у пацанов — своя. Ниче ему не будет.

Между тем бандиты уже успели распахнуть окно над диваном и, стоя на коленях на диване, начали постепенно стравлять Величко через подоконник. Через минуту он уже свисал из окна пятого этажа вниз головой. Мордовороты крепко держали его за ноги.

Честно говоря, я не верил, что они сбросят его вниз, но от Быка можно было ожидать чего угодно. В любом случае оставаться сторонним наблюдателем я не собирался. Борясь с Быком, я слышал разноголосый шум улицы, грохот трамвая и отчаянные вопли вице-губернатора.

— Убийцы! — кричал Величко. — Помогите, люди! Милиция!

— Его с концами или как? — поинтересовался один из палачей, не оборачиваясь.

— Ты что, обалдел? — взвился я. — Не вздумай!

— На помощь! — надрывался Величко. — Сюда! Мне же нельзя так! У меня давление!

— Да кидай его, в натуре, — поморщился Бык. — Че канителиться-то. Стоп! Внизу там никого не зашибем? А то, прикинь, такой тушман кому-нибудь на хребет грохнется! Вот вам нате, из-под кровати!

— Нет там никого, — хрипло доложил Илюха. Он с трудом удерживал ношу. — Только «мерседес» твой.

— Где? — взревел Бык. — Тама?

Отпустив меня, он метнулся к окну, заглянул вниз и вдруг отпрянул пораженный.

— Стой! — набросился он на мордоворотов, уже, казалось, готовых выполнить его приказ. — В натуре мой!

Оказавшись на свободе, я прыгал позади бандитов, не зная, как протолкнуться из-за их непробиваемых спин к Величко. Я боялся неосторожным движением ухудшить и без того опасное положение вице-губернатора.

Бык, свесившись из окна, орал кому-то на улице:

— Ты, дубина стоеросовая! Отгони тачку! Мне с кого потом за ремонт получать? Ты че, не видишь, мы клиента запускаем?!

Видимо, это добило несчастного Величко.

— Я подпишу! Я подпишу! — взмолился он. — Я все сделаю!

— Да на хрен ты теперь нужен со своей подписью! — раздраженно цыкнул на него Бык. — Боров! Чуть «мерседес» мне не угробил! Хоть бы вещь уважал, если людей не уважаешь! Мне его с Германии гнали. Первый раз в жизни честную тачку взял. А ты, козел, своей гнилой тыквой мне ее пробить норовишь!

— Слышь, ты долго возиться будешь! — вновь заорал он вниз. — Он те, че, блин, маятник, что ли? Как его, сука? Фуко! Он те, сука, не Фуко! Целый день висеть так должен?!

— Я сегодня подпишу, — срываясь на рыдания, захлебывался Величко. — Я же вам помочь могу! Не бросайте! Вас же в тюрьму посадят! Ребята! Ну, пожалуйста!

— А может, правда, его не того? — подал голос Илюха. — Он вроде понял, че почем.

— Щас прям! — фыркнул рассерженный Бык.

— Да опомнись ты! — крикнул я. Бык поскреб в затылке.

— Вот не люблю я так! — признался он. — То одно, то другое. Решили запускать, так уж надо одной линии держаться!

— Ребята, прошу вас! — с новой силой, тоненьким, не похожим на свой голосом завел Величко, согретый слабым лучом надежды.

Бык вздохнул.

— Ну ладно, — наконец решил он. — Тащи назад его, пацаны!

Назад Величко шел значительно хуже. Живот задевал за подоконник и мешал ему преодолеть карниз. Втаскивавшие его в кабинет бандиты покраснели от натуги и надсадно пыхтели.

— Юрок, помоги! — прохрипел один из них Быку. — Ща, в натуре, уроним. Тяжелый больно!

Бык приблизился, неловко подхватил Величко за ремень, и общими усилиями они заволокли вице-губернатора внутрь. Ударившись о подоконник плечом и ухом, он приземлился на диван. Илюха по инерции отлетел к противоположной стене. Другой бандит хоть и с трудом, но удержался на ногах.

— Ты бы худел, что ли! — переводя дыхание, заметил Бык, обращаясь к Величко. — Слава Богу, не зашибли.

Бандиты вытирали пот с багровых физиономий. Величко бесформенным тюком лежал на диване, уронив одну ногу и закрыв лицо руками. Пиджак на нем задрался и перекрутился. Еще недавно безупречная рубашка была порвана и перемазана грязью и ржавчиной с подоконника. Его жирные массивные плечи вздрагивали. Он плакал.

Бык вернулся в кабинет Величко, взял с его письменного стола ручку, присел рядом с ним на корточки и, разложив на полу свои мятые бумаги, легонько похлопал того по затылку.

— Давай-давай, — подбодрил он. — Пиши: «Срочно к оплате».

Величко, отворачиваясь и пряча лицо, не глядя послушно поставил свою подпись. Бык прочитал, шевеля губами, и удовлетворенно кивнул.

— И че ты понтовался? — укоризненно проговорил он, поднимаясь. — Я ж к тебе с нормальным разговором приехал.

Раздавленный Величко лишь всхлипывал.


предыдущая глава | Жажда смерти | cледующая глава