home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



5

Всю дорогу к гостинице Храповицкий болтал по телефону со своим гаремом. Учитывая, что все диалоги были совершенно однотипными — начинались с вопроса «Что делаешь?» и заканчивались обещаниями позвонить позже, — он вполне мог бы оборудовать машину специальной связью и проводить со своими женщинами селекторные совещания. Это избавило бы его от необходимости по три раза повторять одно и то же.

В перерывах он отворачивался к окну и, откидывая голову на сиденье, морщился и постанывал. Мне казалось, что он настраивается на серьезный и неприятный разговор со мной, который он откладывает ввиду более важных дел. Меня подмывало попросить его не тратить сил на воспитательную работу, поскольку я все равно уже все решил. Но объявить ему об этом я хотел после визита к Вихрову, чтобы уж покончить со всем разом.

На этот раз конторка администраторши пустовала. Ее самой нигде не было видно, так что не представлялось возможным узнать о том, проснулся ли наш московский гость или все еще пребывает в объятиях дам и Морфея. Мы поднялись на второй этаж. Ключ торчал с наружной стороны, голосов из номера не доносилось. Храповицкий постучал в дверь, ответа не последовало. Стараясь не производить лишнего шума, мы вошли.

В спальне стоял удушливый запах перегара. Вихров спал с краю, на боку, высунув из-под одеяла короткую волосатую ногу, и похрапывал. Рот его был приоткрыт, губы безвольно висели. В середине, тоже на боку, повернувшись к нему спиной, спала Ольга. Зато с другого края широкой кровати, разбросавшись и сбив вниз одеяло, лежала вчерашняя администраторша. Ее достойная кисти Ренуара и восхищения Виктора фигура была почти полностью открыта. Лицо спящей выражало умиротворение и полную гармонию с мирозданием.

Мы с Храповицким переглянулись, потрясенные.

— Упади! — шепотом ахнул Храповицкий. И прибавил, все еще под впечатлением: — В рот меня не целовать!

Я нисколько не сомневался, что если бы он утром, с похмелья обнаружил себя в постели с двумя толстухами, он бы тут же умер от антиэстетическаго шока. Взяв себя в руки, он принял почти официальный вид и деликатно кашлянул.

Ольга рывком вскинула голову.

— Ой, мальчишки! — обрадовалась она. — Вы уже здесь? Ныряйте к нам! Вместе веселее.

Она подмигнула. У Храповицкого опять пропал дар речи. Он беспомощно посмотрел на меня.

— В другой раз, — пообещал я. — У нас сегодня неприемный день.

Администраторша открыла глаза, взвизгнула и в ужасе уставилась на нас. Потом зажмурилась, заметалась по кровати, подхватила одеяло и накрылась им с головой, издав приглушенный стон и оставив на наше обозрение лишь пухлый бок и бедро. Вихров заворчал и завозился.

— Что такое? — забормотал он спросонья. — Это кто? Это вы? Что, уже вставать? Который час?

— Половина двенадцатого, — ответил Храповицкий.

— Мать его за уши! — выругался Вихров. — Это сколько же по московскому времени получается? Часов восемь? Меньше? Блин! Ну ничего не соображаю! Можно, я еще часок подрыхну?

— Ой, мне же домой надо! — всполошилась Ольга. — Меня сестра убьет! Я ее с ребенком оставила, а ей на работу!

Она выскочила из-под одеяла и перемахнула через кутавшуюся администраторшу, при этом наступив на нее ногой. Но администраторша была так испугана, что даже не пикнула. Не смущаясь нашим присутствием, Ольга голая забегала по спальне, собирая свои разбросанные вещи.

— Да мы легли-то часа три назад, — торопливо объясняла она нам, словно оправдываясь. — Всю ночь пили. Я думала, люди столько не пьют. Только слоны.

— Ты чего, дура, разоралась? — недовольно пробормотал Вихров, не открывая глаз. — Ты еще песню спой. Тоже мне Кривоносова!

Она уже надела платье и, держа в руках колготки, оглянулась на него, вдруг, что-то вспомнив, принялась лихорадочно рыться в сумочке. Нашла фломастер, сняла с него колпачок и подскочила к Вихрову.

— Вань, Вань! — затормошила она его.

— Ну, чего тебе? — прорычал Вихров, поворачиваясь в ее сторону.

Она сунула ему в руку фломастер.

— Автограф оставь, — попросила она. — Ты же у нас все-таки знаменитость.

И повернувшись к нему спиной, наклонилась, бесцеремонно задрала подол и подставила голый зад.

— Вот шалава безбашенная! — усмехнулся Вихров и что-то черкнул на ее ягодице. — В Москву тебя с собой заберу! Хоть повеселимся на пару.

Мы с Храповицким двинулись к выходу.

— Мальчишки, не уходите! Меня домой подбросьте! — крикнула нам вслед Ольга.

Мы дождались ее в коридоре. Она выбежала одетая и ненакрашенная. Один сапог даже не успела застегнуть.

— Меня довезут, да? — затараторила она, пряча в сумку еще тысячу долларов, которую я ей выдал в качестве премии. — Спасибо, Андрюшечка, вечно ты меня выручаешь! Дай поцелую. Хочешь, в ротик возьму? Да не шарахайся, это я прикалываюсь. Ну, звони, если что. Мне, между прочим, Ванька понравился. Люблю, грешница, толстых мужиков. Прям болезнь какая-то. Только храпит, скотина, прямо в ухо.

— Как ты эту-то уломала? Администраторшу-то? — не утерпел Храповицкий. — Она же вчера такая была, что не подступиться.

— Ой, да все из себя поначалу порядочных строят! — озорно блеснула цыганскими глазами Ольга. — Ваня-то заснул. Девчонки сидел и-с и дел и, а потом говорят: может, мы поедем? Я уж не стала их задерживать. Деньги раздала. А сама осталась. Ты не беспокойся, Андрюшечка, я все по-честному разделила, что ты мне вчера дал. Они очень довольны, все тебя благодарили...

Я не стал спорить, хотя нисколько не сомневался, что она врала. Вряд ли ее невостребованным товаркам удалось отщипнуть больше, чем по пятьдесят долларов на такси.

— А потом Ваня-то и проснулся, — продолжала она. — Часа уж три было. Или четыре. Ну, мы с ним посидели, выпили. Я ему говорю: давай эту тетку снизу пригласим за компанию, чисто просто выпить. Как человек с человеком. Все равно она там одна сидит. А он уж и не помнит, какую тетку. Ну, я спустилась, уломала ее. Сначала просто общались, слово за слово. А потом, смотрю, он ее в спальню ведет. Я подождала там сколько надо. А потом к ним сама залезла. Эта девчонка сначала зажималась, а потом нормально. Ну что, я побежала, да?


предыдущая глава | Жажда смерти | cледующая глава