home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



1

Как только мы оказались в зале, я тут же рассказал Храповицкому о нашем с Васей открытии. Он выслушал меня и хлопнул себя по коленке.

— Так я и знал, что этот клоун придуривается! — сердито буркнул Храповицкий. — Шут гороховый! Опять сухим из воды вышел. И главное — меня ухитрился подставить! Ведь все же купились, все поголовно! Егорка когда уходил, волком на меня смотрел. Спорить могу, он сегодня не заснет, пока этикетки на наших подарках не проверит. Ну пройдоха!

— Зря ты, конечно, так на него наехал, — заметил Виктор. — Видишь, как он выкрутился.

— Да бросьте вы, — вмешался неунывающий Вихров, к которому вернулось прекрасное расположение духа. — Прессовать его, конечно, не стоило, но сейчас-то что переживать?! Тем более что долго этот ваш умник в области не просидит. Или я ничего не понимаю в таких делах, или его уберут при первой же возможности. Ты лучше насчет сегодняшней вечеринки думай, — пихнул он в бок Храповицкого. — Андрюха, сколько нам девок соберешь?

— На всех хватит, — успокоил я.

— А может, Лисецкого с собой прихватим? — предложил Вихров. — Он, похоже, насчет баб не промах!

— Он сегодня семейный, — попытался улыбнуться в ответ Храповицкий.

Но у него не очень получилось. Все-таки он был заметно расстроен.

Между тем конкурс продолжался. Участницы уже успели появиться в купальниках, пробудив мимолетные ассоциации с изображением человеческих скелетов в учебниках анатомии. Потом они вышли в вечерних платьях, и наконец на сцене осталось только шесть девушек, среди которых своим неудержимым натиском выделялась Мышонок. Если не за красоту, то за волю к победе она, несомненно, заслуживала награды.

Теперь ведущий задавал девушкам коварные вопросы, отвечать на которые они должны были экспромтом. Предположительно. И остроумно. Тоже предположительно. Однако, поскольку наличие в них остроумия представлялось маловероятным, к этому поединку интеллектов их готовили не меньше двух недель, заставляя заучивать свои короткие реплики наизусть. По сценарию, очередь Мышонка была последней. Ее тянули на победу, и, по убеждению творческой группы, готовившей праздник, последнюю шутку зрители запоминали лучше.

— У вас есть заветная мечта? — улыбаясь, обратился ведущий к Мышонку.

Я не помню, что именно должна была представить Мышонок в качестве своей заветной мечты. Может быть, она желала стать летучим Мышонком, чтобы голландская полиция не могла поймать ее после мелких краж в магазинах. Но, так или иначе, ее ответа в сценарии не было.

— Да! — воскликнула Мышонок с преувеличенным энтузиазмом. — Я хочу выйти замуж за любимого человека!

На лице артиста отразилось мгновенное замешательство. Теперь ему нужно было выходить из положения, дабы придать диалогу шутливость. Преодолев неловкость, он подмигнул зрителям и подхватил:

— Я полагаю, что любимый вами человек находится здесь, в этом зале?

А вот к этому вполне предсказуемому развитию диалога Мышонок не была готова. Девчонка задергалась. Сказать «да» было опасно ввиду возможного развития этой темы. Сказав «нет», она могла разозлить губернатора.

Мышонок судорожно сглотнула. С первого ряда мне было видно, как ее косые глаза испуганно разбежались в стороны. Наверное, она уже горько жалела о проявленной инициативе.

— Да, — все-таки выдавила из себя Машенька, переступив с ноги на ногу. — Он здесь. И очень за меня сейчас переживает.

— Но это же здорово! — ободряюще подхватил ведущий. — А сейчас я попрошу встать того счастливца, которого любит наша прекрасная дама!

Разумеется, никто не поднялся. Зрители переглядывались в поисках избранника.

— Молодой человек! — взывал ведущий в зал. — Ну что же вы? Девушка ждет!

По тому, как Мышонок втянула голову в плечи, зрителям было заметно, что если девица чего-то и ждала, то только нагоняя.

Артисту, прибывшему из столицы утренним рейсом, позволительно было не знать подробности местных страстей. Но некоторые из тех, кто присутствовал на вечере, слышали сплетни о связи губернатора и Мышонка. Тем более что и сама Маша, и ее активная родительница старались изо всех сил, чтобы сделать эту историю общественным достоянием.

Я невольно бросил взгляд на Лисецкого. Он сидел, вдавившись в кресло и глядя куда-то перед собой остекленевшими глазами.

— Молодой человек! — вновь провозгласил ведущий, уже с некоторым раздражением в голосе. — Вы же, надеюсь, не стыдитесь своих чувств?

Мышонок подскочила как ошпаренная.

— Он не может! — отчаянно воскликнул он, пытаясь замять допущенную оплошность. — Ему нельзя!

— Почему? — поднял брови ведущий, прежде чем успел сообразить, что лучше было обойтись без этого вопроса.

— Он женат! — выпалил Мышонок. — У него семья! По залу прокатился ропот. Сидевшие в креслах жены почувствовали угрозу своему семейному благополучию, исходящую от тщедушного, но агрессивного создания. И сочли своим долгом выразить возмущение. Ведущий совсем потерялся.

И вдруг откуда-то из партера раздались громкие одиночные хлопки. Это мать Мышонка, не смущенная реакцией окружающих, выражала одобрение мужеству дочери. Мышонка это взбодрило.

— Но он все равно женится на мне! — звонко выкрикнула Маша. — Я всегда добиваюсь того, чего хочу!

— Вот дает, шалава! — громко заметил Вихров. В наступившей тишине его слова услышали в партере и встретили сочувственным смехом.

Участницы заторопились за кулисы. Мышонок, с пылающим лицом, вызывающе вышагивала последней, вскинув голову и плотно поджав губы.

Наше совещание относительно присуждения победы много времени не заняло. Администратор собрал у нас папки и удалился за кулисы. Затем финалисток вновь вывели для объявления итогов.

Сначала, как водится, провозгласили победительниц конкурсов зрительских и прочих симпатий, потом двух вице-мисс. Зал бурно аплодировал, кто-то кричал «браво!». Девушки плакали, смеялись сквозь слезы, принимали цветы и поздравления. Очередь дошла до главного приза.

— Абсолютной королевой красоты, по единодушному мнению жюри, — торжественно начал ведущий, — стала... — Он хотел выдержать необходимую в таких случаях интригующую паузу, но у него не получилось. Мышонок, не дожидаясь, пока прозвучит ее имя, рванулась вперед.

На сей раз ожидаемых оваций не последовало. Послышались вялые недружные аплодисменты. Публика, разумеется, хлопала, но как-то без симпатии, словно по обязанности.

Венчать королеву короной вызвали губернатора. Лисецкий полез на сцену, насупленный и сосредоточенный. Он выглядел не по-праздничному и бросал быстрые вороватые взгляды по сторонам. По-видимому, он уже успел накоротке поскандалить с женой и понимал, что самое неприятное ждет его впереди, когда он вернется домой.

Корона была слишком мала для пышной прически Мышонка, что, собственно, случается на каждом конкурсе. Фотографируясь, победительницы обычно придерживают ее рукой. Но «королева» нашла иной выход. Подхватив падающую корону, она водрузила ее на голову губернатора. Лисецкий сначала отпрянул в сторону, потом поборол себя и растянул губы в напряженной улыбке.

— Идет мне это украшение? — с натугой выдавил он, обращаясь к залу за поддержкой.

— На короля похоже! — раздался громкий и льстивый женский голос из первых рядов. Кажется, это была Тор-чилина, пресс-секретарь губернатора.

— Мой король! — взвизгнула счастливая Маша и обняла Лисецкого за плечи.

Губернатор стоял, прижав руки по швам. Мышонок, возвышаясь над ним на каблуках, бросила ликующий взгляд в камеры, а затем перевела его в партер, там, где были кресла губернаторского семейства. Следом за ней туда посмотрел и весь зал. Выражения лица Елены я не видел. Я не решился повернуться.


предыдущая глава | Жажда смерти | cледующая глава