home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



1

Когда я окончательно перестаю понимать, для чего я существую, я обычно утешаю себя тем, что мне все-таки повезло больше, чем некоторым другим. Например, я не родился женой провинциального чиновника. А наверное, мог бы. Или подругой уральского бизнесмена. Потому что тогда в моем бытии было бы еще меньше смысла, чем сейчас.

Жены и подруги состоятельных людей предназначены для светской жизни. А ее-то как назло в провинции нет. Губернаторский бал случается раз в году. А корпоративные вечеринки в счет не идут. Там всегда существует опасность нарядиться лучше, чем жена начальника, и создать ненужные проблемы себе и мужу. А наряжаться хуже жены начальника и вовсе глупо.

Грандиозный праздник, устраиваемый нашим холдингом, явился настоящим подарком для истомившейся губернской общественности, во всяком случае, для ее лучшей половины. Съезжаться в филармонию начали за час до назначенного времени, чтобы иметь возможность дефилировать по фойе, демонстрируя то, что в русской глубинке называется вечерними туалетами. И в чем, по моему отсталому мнению, пора запретить посещать даже «тошниловки» Плохиша. Разумеется, при том условии, что в намерения дамы не входит быть похожей на вокзальную проститутку.

Гости прибывали непрерывно — нарядные, возбужденные и радостные. Слышались оживленные голоса и громкие приветствия, перемежаемые поцелуями. У входа стояли телевизионщики с камерами, вселяя в прибывающих надежду, что их покажут в новостях и светской хронике. Длинноногие девушки из нашего театра в мини-юбках разносили подносы с напитками и картинно улыбались. Оркестр играл вальсы.

Сам по себе конкурс красавиц интересовал губернский народ лишь потому, что первые места на нем обычно получали чьи-то любовницы. Как правило, либо Храповицкого, либо Лисецкого. А поскольку и тот и другой свои связи на стороне старались не афишировать, это был единственный шанс увидеть их девушек во всей красе. Да еще полуголыми. Здесь было на что посмотреть и что потом обсудить. Бомонд предвкушал.

Ажиотаж не в последнюю очередь подогревался нашей войной с налоговой полицией, широко освещаемой в местной прессе. Ее исхода ждали с нетерпением. Разумеется, каждый в глубине души был бы счастлив увидеть наше дружное руководство за решеткой. Слезы богатых — услада русского сердца.

Но в случае нашей победы губернская общественность была вполне готова довольствоваться зрелищным срыванием погон с генерала Лихачева. Покушение на Сырцова, которого все считали нашим ставленником в лагере Кулакова, добавляло событиям привкус опасной тайны, тем более пикантной, что самим гостям, в отличие от нас, ничего не грозило.

Слух о прибытии на наш праздник Вихрова будоражил чиновничьи умы всю последнюю неделю. Но тут нашу элиту поджидало разочарование. Сам Вихров так и не приехал. Вместо него прибыл Иван, шумный и жизнерадостный, которого мы с Храповицким встретили утром в аэропорту, после чего разместили в лучшем номере лучшей из наших гостиниц и все вместе поехали обедать в «Мираж».

Часам к трем нам стало ясно, что Иван Вихров считает для себя оскорбительным покидать ресторан, не уничтожив все находившиеся там запасы спиртного. И Храповицкий, проявив не свойственное ему милосердие, отпустил меня домой переодеваться, попутно возложив на меня обязанности по встрече гостей. А сам остался ублажать Вихрова.

Итак, Вася, Виктор и я стояли в глубине холла и расшаркивались с приглашенными, своим видом изображая любезность и радушие. Вася был в удлиненном белом смокинге и выглядел чрезвычайно импозантно. Он даже целовал дамам руки, щекотал их надушенной бородкой, покашливал и томно закатывал глаза. Я от души надеялся, что Храповицкий, которого Вася копировал в одежде, тоже притащится в белом смокинге, и они с Васей будут ходить в обнимку, как братья-близнецы. Или как подгулявшие официанты.

Виктор был в черном костюме с зауженными книзу брюками и в лакированных туфлях. С непривычки он то и дело застегивал и расстегивал пуговицы на пиджаке, подтягивал галстук, краснел и пытался улыбаться. Выходило это у него довольно зверски. Я надел обычный черный смокинг и бабочку. Короче, смотрелись мы хотя и несколько разностильно, но все же лучше, чем три богатыря с жуткого лубка Васнецова.

Между прочим, все трое мы были с парами. Рядом с Васей заученно улыбалась и перебирала ногами Ольга в очень коротком ярко-красном платье в обтяжку, без рукавов, но с высоким горлом. Возле Виктора крутилась пухлая миленькая Анжелика в черном костюме с длинной юбкой, счастливая оттого, что сегодня она единственная из трех его жен была удостоена чести представительствовать. Обе, разумеется, были увешаны драгоценностями.

Что до меня, то я галантно поддерживал под руку Настю, доставленную сюда моей охраной. Точнее, крепко сжимал ее локоть, чтобы она не убежала. Она уже несколько раз порывалась это сделать, но я в последнюю минуту ухитрялся ее поймать и строго на нее пошипеть, грозя приставить к ней персонального охранника. Она ненадолго затихала. Ее длинноногая фигура, если приглядеться, была, пожалуй, даже недурна. Но детское подвижное лицо непрерывно гримасничало, как у школьницы на скучной торжественной линейке.


предыдущая глава | Жажда смерти | cледующая глава