Book: Странники.



Вместо пролога

Тихо звенели колокольчики…

Пурпурный закат охватил полнеба, слизывая голубую вышину языками солнечного пожара. От золотого сияния, затопившего долину, слепило глаза. Там был город. Там была жизнь. Другая. Там царили размеренность и покой, скрытые даже в ежедневной суматохе.

Вэльтарет… Золотые купола белокаменного Храма, ажурные переплетения стальных оград, стройные Дозорные Башни, высокие дома под золотой черепицей. Воздух — смесь благовоний и пыли, незаметной коренным горожанам. Тенистые скверики с одомашненными цветами и прихотливыми деревьями…

Золотой Город! Сейчас он действительно был золотым, напоённый лучами закатного солнца. Он играл, звенел всеми колоколами своих башен торжественный гимн Вечности и Соразмерности…

А там, позади, в густом вольном лесу, на оставленном навеки пути, где нет Вечности, где всегда что-то новое ждёт за каждым кустом, стволом, камнем, на последней дороге Свободы и Воли, там, провожая, тихо звенели колокольчики…


Их было двое, стоявших на кромке миров. Он и Она. Оба чем-то неуловимо похожие и в то же время очень разные.

У него волосы цвета пшеничных колосьев, медовые глаза с зелёной крапиной, прикрытые выгоревшими ресницами, обветренное лицо Странника южных равнин, телосложение воина, побывавшего во многих передрягах.

Она — невысокая, гибкая, тоненькая, с кошачьими движениями. Тёмные волосы сбегают по спине до бёдер. Глаза тёмно-зелёные, слегка раскосые, с длинными чёрными ресницами. Личико бледное, светлое, без загара. Сразу видно — жительница лесов, и тоже Странница.

Она закуталась в плащ, словно ей было холодно, и спросила:

— Ты уверен?

Спросила, наверное, в сотый раз, без надежды, что услышит иной ответ кроме:

— Конечно.

Он вздохнул и проговорил:

— Это ненадолго. Я увижу её и вернусь. Обязательно вернусь, сестрёнка.

Она отвернулась и закусила губу: «Из Вэля не возвращаются, брат. Вэль не отпустит того, кто сам к нему пришёл», но вслух сказала:

— Я буду ждать тебя на Пути.

— Если я понадоблюсь, просто позовите! — крикнул он, сбегая с холма. — Я всегда приду к вам!

— Нет, брат, — она накинула капюшон и шагнула в лес. — Для нас ты уже потерян.

В небе раздался удар грома, и крупный дождь, похожий на слёзы, взбил пыль на дороге, стирая следы и пряча девушку за отвесной стеной.

Глава 1

— Ах ты, свинёнок! Чума тебя побери! — ругался толстый трактирщик на своего помощника. Парень прятался от летевших в него ложек и вилок, прикрываясь столом.

— Ну папа, — жалобно протянул он, уворачиваясь от миски, полетевшей в него. — Всего-то на пару часиков ушёл, а ты сразу в крик.

— Пара часиков?!! — отец взъярился ещё больше. — За твою «пару часиков» я разориться могу! Я не должен разрываться, пытаясь прокормить семью.

Он ухватил со стойки очередную миску, но сын бросился на него и зажал руки отца за спиной.

— А ну, пусти! — зарычал разгневанный трактирщик, тщетно пытаясь вырваться. Цепкие и сильные руки юноши крепко держали его. Не без мрачной довольности трактирщик это понял и уже менее угрюмо бросил:

— Да отпусти же! Ну и руки, как клещи, — он потёр локти. — Научил на свою голову. И где тебя носило? Опять с этим прохвостом Яртом якшался? Ат-та нэриль деранориттэ Вэль-хиа! Не доведёт он тебя до добра…

— Да хватит тебе, — сын опустился на табурет. — Нормальный парень. Мы ходили к Границе, слушали рог над горами. Он уже третий раз поёт.

— Рог? — трактирщик встревожился. — За Границей?

— Угу, — парень жевал хлеб. — Уже третий день подряд.

Отец тяжело сгорбился, глянул в зеркальную стенку, вздохнул и медленно побрёл в другую комнату.

— Я тебе скоро задам трёпку хорошую, — из тёмного угла выскользнула миниатюрная сухонькая женщина, погрозив парню кулаком. — Посмотри, до чего отца довёл!

Она скользнула за трактирщиком.

— А чего я сделал-то? — недоумённо проговорил парень.

— Хэй, Инри, проблемы? — поинтересовался весёлый голос от дверей. Инри обернулся. Ярт.

Друг зашёл в трактир и сел на подоконник:

— Что случилось? Твой отец орал так, что весь Вэльтарет трясся, — он оглядел помещение и приподнял бровь. — Ого! Вастрадская битва домашнего масштаба?

— Помоги прибраться лучше, — буркнул Инри, вытаскивая метлу и швабру. Ярт встал и стал собирать миски.

Инри с некоторой завистью смотрел на друга, на его гибкие движения и стройную фигуру. Сам-то он был скорее похож на отца: полноватый, неловкий, хотя и сильный. И имя ему дали под стать: Медвежонок — Инайрэнни. А в мечтах он был во всём лучше Ярта: сильный, смелый, гордый, красивый, и ему принадлежали все красавицы Вэля, да и не только Вэля, наверное. Как жаль, что времена Древних миновали, и битв больше не было. Прославиться стало трудно, да Инри и сам знал, что даже если бы случилось какое сражение, ни мать, ни отец не отпустили бы меньшого отпрыска на поиски славы.

Инри вздохнул и усерднее заработал метлой. Мечты мечтами, а за грязь в помещении мать всыплет покрепче отца. Мать он боялся.

Закончив с уборкой, Инри развалился на скамье. Ярт сел рядом.

— Пойдём завтра к заводи, — вдруг предложил он.

— Не, — Инри лениво мотнул головой. — Что нам там делать? Опять за русалками подглядывать? Вот если бы у них ноги были, а так…

— Предложи что-нибудь поинтереснее, — Ярт чертил полукруг носком сапога.

— Не знаю, — Инри рывком поднялся и шлёпнулся с узкой скамейки на пол. Ярт улыбнулся уголком рта, глядя, как парень, охая, поднимается.

На улице раздался топот копыт, затем быстрые шаги по каменным ступеням, и распахнулась входная дверь. Ребята дружно повернули головы… и оба, как по команде, поднялись.

В дверях стояла девушка, какой они не видели во всём Вэле. Невысокая, волосы рассыпались по плащу, сбегая до колен, под дугами чёрных бровей лихорадочно блестят тёмные глаза, опушённые чёрными ресницами. Тёмная дорожная одежда ещё больше подчёркивает бледность кожи.

Ярт, и тот язык проглотил, что уж об Инри говорить. А она вдруг уставилась на него, словно призрака увидела, шагнула и, схватив его за плечи, жадно спросила:

— Как тебя зовут, мальчик?

— Инри, — смущённо пробормотал он, — Инайрэнни…

— Найрэ… Наконец-то, — она скинула плащ на стол, оперлась рукой о стенку и… медленно сползла на пол.

— Что с вами? — Ярт моментально оказался на коленях и осторожно приподнял девушку.

— Она без сознания, — Инри открыл дверь в другую половину. — Папа! Скорее иди сюда!

— Что ещё? — трактирщик показался в дверях и угрюмо посмотрел на сына.

— Тут человеку плохо, господин Нэррэ, — Ярт уложил девушку на лавку и встал рядом.

Трактирщик подошёл к нему и на мгновение замер, изумлённо глядя на гостью:

— Фэльмарэ…

Он резко опустился на пол и положил ладони на лоб девушки:

— Фэль, вернись…

Веки Фэльмарэ дрогнули. Она открыла глаза, проморгалась и тихо спросила:

— Где я?

— Вэльтарет, гостиница «Золотой лист», — ответила жена трактирщика, глядевшая на неё с явной неприязнью.

— Фэль, сестрёнка, — Нэррэ встряхнул её, — Как же я рад тебя видеть.

— Сестра? — Инри недоумённо посмотрел на не менее изумлённого Ярта. — Но откуда?

— Найрэ, — Фэль грустно улыбнулась, глядя на трактирщика. — А ты совсем не изменился.

— Ага, конечно! — усмехнулся тот. — Не лги мне, сестра. Я ужасно растолстел и постарел за это время.

— Спорим, ты до сих пор любишь сладкое, которое делает Терти, — Фэль потянулась к сумке и достала свёрток. — У меня даже что-то осталось с дороги.

— О боги Вэля! Фэль, я тебя обожаю, — Найрэ-Нэррэ сжал её в объятьях так, что она охнула. — Как она поживает?

— Тебя не забыла, — Фэль потирала плечо. — Медведем был, медведем и остался.

— Как остальные? — трактирщик развернул сверток и заурчал от удовольствия, проглотив пирожное и пробурчав с набитым ртом. — Подсушено немножко.

— Давай обо всём завтра, — девушка устало присела. — Я два дня загоняла Грайсера, чтобы приехать сюда вовремя.

— Какой я дурень! — Найрэ спрятал свёрток в карман фартука и, подхватив её плащ и сумку, сунул их сыну. — Отнеси в угловую.

Сам же он осторожно поднял девушку. Она шагнула, но со стоном припала на правую ногу:

— Дрэит Нэртэ!

— Нога? — Найрэ тихо выругался. — Давай, я тебя отнесу.

— Не надо, я дойду сама, — она попыталась шагнуть, но трактирщик её не пустил:

— Ещё чего!

— Нэррэ, — его окликнула забытая всеми его жена. Она в упор смотрела на него.

— Мэргэли, — он смутился.

— Инри, Ярт, отведите леди в комнату, — приказным тоном сказала Мэргэ, — а у тебя, дорогой, посетители есть.

— Да, конечно, — промямлил Найрэ.

Фэль негромко вздохнула, слушая этот разговор. Вдруг её подхватили сильные руки, и она увидела рядом ярко-изумрудные глаза Ярта, показавшиеся ей до боли знакомыми.

— Зачем? — попыталась было воспротивиться девушка.

— Вам нужно поберечь ногу, леди, — он осторожно пошёл к лестнице. Инри, завистливо глянув на друга, потопал следом.

Фэль обхватила юношу за шею, благодарно поглядев на него. Ярту захотелось отвести взгляд от её лица, чтобы скрыться от пронизывающего взгляда, но он мужественно сдержал себя и дерзко смотрел в её лучистые глаза. Фэль хмыкнула, чуть приподняв брови:

— Ила оннэрил нохто! Сильный мальчик.

— Спасибо, — невозмутимо улыбнулся Ярт.

— Не за что, — она склонила голову на его плечо. Длинные волосы скользнули по его оголённым рукам, и Ярта пробила лёгкая дрожь. Определённо, такой девушки он ещё не встречал. На миг он задумался, а сколько ей лет, если она — сестра Нэррэ, следовательно, тётка Инри, который и младше его всего на два года?

Фэль прикрыла глаза и спросила:

— Скоро я окажусь на месте?

— Через пару мгновений, — Инри открыл комнату и пропустил друга вперёд. Ярт опустил девушку на кровать и встал на колени, помогая ей снять сапоги.

— Благодарю, — она откинулась на подушки.

— Вам принести ужин… тётя? — Инри слегка запнулся. Это слово он никак не мог отнести к гостье. Она почувствовала это и, коснувшись его руки, сказала:

— Называй меня Фэль, так удобнее. От слова «тётя» я чувствую себя старушкой.

Инри просветлел лицом и кивнул:

— Хорошо, Фэль. Так вам принести ужин?

— Нет, благодарю. Лучше принеси-ка мне чистого холста и чашку тёплой воды.

— Сейчас, — он бегом бросился выполнять её пожелание.

Спустившись в кухню, он услышал негромкий разговор родителей:

— Мэргэ, это всего на пару дней…

— Нет! Эта девчонка уберётся завтра же. Я не желаю её видеть в нашем доме. Она тебе не родственница…

— Ты не понимаешь. Фэль мне сестра по духу. Мы с ней кровь вместе смешивали. Если бы не ты, я до сих пор был бы Странником и бродил бы вместе с ней.

— Ну и убирайся на свой Путь, — Мэргэ с грохотом передвинула кастрюлю. — Полсотни лет назад я имела глупость полюбить тебя и спасти от этой кошки и вечного скитания. А теперь ты хочешь всё бросить из-за того, что какая-то профурсетка примчалась в Вэльтарет, а перед этим в горах играл какой-то Рог. Я сделала тебя нормальным уважаемым человеком, подарила тебе с дюжину детей и лучшие годы своей жизни. А она? Что она тебе дала? Мне, да и тебе, осталось ещё в лучшем случае полжизни, а эта… Да ты посмотри, посмотри! Она же совсем не изменилась, только волосы длиннее задницы стали.

— Не смей так говорить о Фэль! — в голосе отца зазвучал металл. — Ты её совсем не знаешь. За тридцать лет совместных брожений я узнал её достаточно хорошо, чтобы…

Инри отупело уставился в стенку, пытаясь осознать услышанное: «Фэль мне не тётка, по крайней мере, не родная. Это ещё объяснимо, но вот… Пятьдесят лет папа женат на маме, если он до этого ещё и тридцать лет бродяжил с Фэль, и при этом они могли самостоятельно передвигаться, то им как минимум под девяносто. Да быть этого не может!.. Если только они не…». Он мотнул головой, а Мэргэ, повысив голос, продолжала:

— Что значит «достаточно хорошо»? Достаточно хорошо узнать женщину можно, лишь создав с ней семью. А ты большее, что мог сделать, так это просто с ней спать. Уверена, что так же «хорошо» её знает половина бродяг на этом вашем Пути! Или у вас ещё и ребёночек где-то имеется? А?

Этот монолог склочной и ревнивой стервы прервала звонкая пощёчина:

— Так будет всякий раз, когда я услышу подобное о моей сестре, — спокойно предупредил Нэррэ, без тени раскаяния глядя на плачущую жену, и с горечью добавил. — Подумать только, что ту жизнь я променял на это. Тьфу! — он сплюнул на пол и тут увидел сына. — Чего тебе?

— Фэль попросила чашку тёплой воды…

— И чистый холст, — закончил трактирщик, пошел в кладовую и вынес моток бинтов. — Отнеси ей и скажи, что я ещё зайду.

Инри торопливо кивнул, налил воды и со всех ног бросился к Фэль.


Девушка в это время перебирала содержимое сумки, откладывая какие-то остро пахнущие мешочки, склянки, плотно закрытые ладанки. Оглядев ворох этого добра, она половину смахнула в сумку.

— Что это будет? — спросил любопытный Ярт.

— Мазь, — она откинула мешающие ей волосы за спину и досадливо поморщилась. — Надо же было мне ленту потерять.

— Держи, — Ярт протянул ей полоску кожи, до этого стягивавшую его непокорные волосы в хвост.

— У вас в Вэле все такие добрые? — усмехнулась она. — Если да, то я, пожалуй, останусь.

— А разве ты собираешься уехать? — он настороженно напрягся.

— Когда это мы перешли на «ты»? — вопросом на вопрос ответила она.

— Когда мне надоело выкать, — усмехнулся Ярт. — Есть возражения?

— Я, конечно, знала, что симпатичные парни поголовно нахалы… — она не закончила, осёкшись на полуслове, потому что вдруг возникло ощущение, что ему она это уже говорила. Фэль напрягла память, пытаясь вспомнить, когда она могла видеть его, но ничего не приходило на ум. И хотя весь его вид вызывал в ней какие-то ассоциации, ничего конкретного она вспомнить не могла. Девушка вздохнула, отведя взгляд от его лица, и стала закатывать штанину.

На ноге лиловел здоровенный синяк, и обозначилась заметная опухоль.

— М-да! Вчерашняя стычка мне даром не прошла, — глубокомысленно заметила она и осторожно ощупала ногу. — Ну, слава Деве Ночи и всем её духам! Завтра сойдёт.

Инри поставил чашку с водой на столик и положил рядом холст:

— Отец сказал, что ещё зайдёт, когда посетителей поубавится. Ваш приезд вызвал переполох. Народ валом валит.

— А как Грайсер? — Фэль бросала в воду растёртые травы, кусочки смолы, какой-то бальзам.

— Ваш конь? Отец отвёл его на конюшню. Там за ним хорошо присмотрят, — Инри смотрел на прекрасное лицо девушки и думал о подслушанном разговоре.

— Вот! Поучись хорошим манерам, — Фэль кивнула на Инри, и Ярт покраснел. Друг удивлённо перевёл взгляд с Фэль на Ярта и спросил:

— А в чём дело? Он уже приставал?

— Слава всем богам, ума хватило этого не делать, — Фэль задорно подмигнула племяннику. — А что, он, обычно, сразу пристаёт?

— Уж поверьте, стараюсь сразу, — Ярт прищурился. — Обычно получается удачно.

— Тогда запомни, мальчик, — в её голосе не осталось и тени улыбки; он зазвучал холодно и жёстко. — Я тебе — не обычно. И советую со мной в эти игры не играть. Плакать будешь.

— Уж как-нибудь не заплачу, — Ярт стиснул зубы и отвернулся к окну.

Инри ликовал: «Молодец, Фэль! Отшила нашего красавчика! Больше не будет нарываться».

— Да, Инри, мать очень злится, что я приехала? — вдруг спросила девушка и поглядела на него так, что мурашки по спине поползли. Взгляд был поистине нечеловеческий, и у Инри язык соврать не повернулся:

— Очень! Она отцу настоящий скандал закатила.

— Я знаю, — Фэль хмыкнула и перетянула лодыжку холстом. — Ну вот, порядок. А матери передай, что через день-два я уеду.

— Уже?! — у Инри было такое растерянное выражение лица, что Фэль не смогла сдержать улыбки.

— Да. Уже. Дорога не ждёт, — девушка откинулась на подушку, а затем добавила. — Я не хочу участи твоего отца. А теперь идите, мне необходимо поспать.

Она устало прикрыла глаза и глубоко вздохнула.

— Идём, — Инри открыл дверь, и ребята вышли из комнаты.


Ярт возвращался домой в противоречивых чувствах. Спокойствие и размеренность жизни Вэля, которые он постоянно стремился нарушать, теперь были нарушены для него. Он брёл по людным улицам, не видя ничего вокруг. Перед глазами стоял только образ Фэль. Ярт не хотел себе признаваться, но он просто потерялся при виде этой девушки. Все его дежурные фразочки, наигранная раскованность были слабой попыткой скрыть свою растерянность, но она словно глядела в самую душу, за эти маски, и это его злило. Парень напрочь забыл, что сегодня их с Инри ждали в кабачке на Подградной, что он обещал придти на свидание к трём первым красавицам их округа. Ему было глубоко наплевать на это. Тем более что Инри точно не пойдёт, наверняка будет ходить на цыпочках под дверью Фэль, ожидая любого знака, что ей что-нибудь нужно.



И вдруг Ярт понял, что он просто ревнует! Первый раз в жизни по-настоящему ревнует! И к кому? К Инри. Особенно сейчас, когда Инри сообщил, что Фэль для его отца — названая сестра.

Ярт так глубоко ушёл в себя, что едва не пропустил свой дом. Он задумчиво поднялся на крыльцо и открыл дверь:

— Мама, я пришёл!

Из кухни появилась высокая стройная женщина, потрясающе красивая. У неё было юное свежее лицо с большими, приподнятыми к вискам глазами того же ярко-изумрудного цвета, что и у сына, обрамлённое уложенной вокруг головы косой золотисто-рыжего цвета.

— Опять что-нибудь натворил? — она внимательно глядела на озабоченного сына. — Что случилось?

— Ничего, — Ярт стянул сапоги и босиком пошёл по натёртому полу. Ему нравилось ощущать прикосновение тёплого дерева к ступням, оно успокаивало.

— Проголодался, наверное? — мать улыбнулась и потрепала его по голове. — Идём, на столе ужин стоит.

Он молча направился на кухню. Мать недоумённо пожала плечами и пошла следом.

Ярт лениво ковырял вилкой в тарелке и задумчиво глядел в никуда. Он размышлял над тем, что ему рассказал Инри. Фэль около девяноста лет. Какая чушь! Она же выглядит моложе их. А впрочем, это в Вэле нет Эльфов, а Фэль не из Вэльтарета. И отсюда следует логическое продолжение — она Эльф. Тогда понятно, почему у неё такой взгляд. Из раздумий его вывел голос матери.

Хэйла заметила, что с её сыном что-то стряслось. Обычно он, приходя, точнее врываясь в дом, ставил всё с ног на уши, требовал ужин и, съев всё за минуту-другую, куда-нибудь снова исчезал. А сейчас… Не похоже было, что он куда-то торопится, сидит, как будто его лимонами закормили, и молчит. Она взяла его за руку и тихо спросила:

— Сынок, с тобой всё хорошо?

— А? Что? — он вернулся из себя и вопросительно посмотрел на мать.

— Я спрашиваю, что с тобой? — она тревожно смотрела на сына.

— Ничего, — он склонился над тарелкой.

— Точно? — Хэйла пыталась заглянуть в его глаза.

— Мам, скажи честно, я красивый? — вдруг спросил Ярт, поднимая голову и пытливо вглядываясь в её лицо. Хэйла мягко улыбнулась:

— А что? Алиетта и Нэритэ тебе этого ещё не доказали? Ты у меня самый красивый во всём Вэле.

— Нет, это не то. Алиетта и Нэритэ — это две дурочки, хотя и самые симпатичные. А вот красив ли я настолько, чтобы понравиться взрослой женщине вроде тебя?

Хэйла растерянно посмотрела в ждущие ответа глаза сына и проговорила:

— И кто же она? Я её знаю?

— Она не из Вэля, мама. Это тётка Инри, — Ярта вдруг прорвало. — Я не могу забыть её с первого момента, как увидел. Не могу. Её глаза, её волосы, её руки… Это просто кошмар какой-то!

Он говорил и говорил, захлёбываясь словами, как водой, не замечая ничего вокруг, выплёскивая всё, что накипело. Хэйла слушала. Она уже не пыталась разобрать словесный поток, внутри неё стремительно сплетался образ, который описывал Ярт. Что-то смутно знакомое… Мать мысленно потянулась к его душе, пытаясь увидеть почётче. И Ярт, словно помогая ей, проговорил:

— А знаешь, она так молода, что трудно поверить в то, что ей около девяноста лет. Она не старше меня выглядит… Это Эльфийка, мама.

Хэйла отпрянула и ошарашено уставилась на сына:

— Кто?

— Эльфийка! — Ярт горько усмехнулся. — Теперь ты понимаешь, почему я так мучаюсь? На что ей, бессмертной, жалкий человеческий отпрыск.

Хэйла вздрогнула, словно её ударили, и отвернулась:

— И что с того, что ты человек? Ты бы предпочёл быть Эльфом?

— Да, — Ярт с жаром схватил её за руки. — Я хотел бы жить вечно и быть рядом с ней. О, если бы я только был Эльфом, я смог бы попытаться завоевать её, доказать ей, что достоин быть рядом с ней.

— Думаю, тебе надо отдохнуть, — Хэйла положила ладонь на его голову, и у сына сонно моргнули глаза:

— Да, ты права, мама. Я пойду спать, я устал.

Он склонил голову и побрёл наверх. Хэйла села на стул и уронила голову на руки:

— Если бы ты только знал, сынок. Если бы знал…

Она поднялась и пошла к нему. Ярт уже лежал в кровати, изучая потолок.

— Пришла пожелать тебе спокойного сна, — Хэйла села на край кровати.

— Не думаю, что смогу сегодня уснуть спокойно, — Ярт положил голову ей на колени и вздохнул. — Если вообще смогу.

— Как её зовут? — поинтересовалась Хэйла, поглаживая его по голове.

— У неё чудесное имя, как тёплый ветерок, несущий аромат неземных цветов, как пламя костра, танцующее на этом лёгком ветерке, — Ярт задумчиво смотрел в никуда.

— Ты становишься поэтом, — Хэйла улыбнулась и спросила. — Так как зовут твой ветер?

— Фэльмарэ, — он нерешительно улыбнулся. — Фэль… Что с тобой, мама?

— Н…ничего, — пробормотала мать. — Спи. Да хранит тебя Золотая луна. Засыпай, милый, — она поцеловала его в лоб и тихо вышла, осторожно прикрыв за собой дверь. Ярт пожал плечами и закрыл глаза. И снова увидел Фэльмарэ.

Хэйла убрала со стола и опустилась в своё любимое, уютное кресло перед камином. Глядя на огонь, она негромко разговаривала с ним:

— О пламя! Ты свободно. Мне бы быть тобой и не решать эти проблемы. О, фэль! Эллэр-ано ро антаир ар соиф фантро.

Пламя в камине взметнулось вверх, и женщина кивнула:

— Я знаю, что он уйдёт. Я сама посодействую этому. Он должен покинуть Вэль, и я знаю, к кому идти за помощью.

Пламя качнулось. Хэйла встала и снова пошла к сыну. У него царила тишина. Мать улыбнулась: «Спит!»

Она приоткрыла дверь и вошла в комнату. Ярт спал, нервно ворочаясь во сне с боку на бок. Бледное лицо было залито лихорадочным румянцем, лоб покрыт испариной. Губы еле слышно шептали что-то. Её ухо различило лишь одно слово: Фэль.

Мать присела на край кровати, положила ладони ему на лоб и грудь и замерла, напряжённо вслушиваясь в неровное дыхание.

Горячий лоб Ярта стал потихоньку остывать, лицо делалось всё спокойнее, дыхание выровнялось. Парень вздохнул и отвернулся к стене в спокойном сне. Хэйла улыбнулась, поцеловала его в затылок, поправила съехавшее одеяло и неслышно выскользнула из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь.

Спустившись, она закуталась в плащ и шагнула в ночь…


Фэль открыла глаза, почувствовав неясную тревогу, словно её кто-то звал. Кто-то из прошлого.

В комнате стояла полутьма, ведь на улице была глухая ночь. Рядом на столике едва теплился огонёчек свечи, вернее того, что от неё осталось. Всё было тихо, но, прислушавшись, Фэль усмехнулась:

— Инри…

Она уже хотела окликнуть его, но тут смутно ощутила чьё-то лёгкое дыхание. Девушка приподнялась и услышала:

— Ты проснулась, Фэльмарэ?

Фэль вздрогнула от неожиданности. Она мгновенно узнала этот голос, хотя он и изменился. Честно говоря, меньше всего она ожидала услышать его здесь:

— Хэйлирэн? Откуда?

— Ты ещё помнишь меня? — в голосе зазвучали удивлённые интонации.

— Ну конечно. Разве можно забыть одну из лучших подруг? — Фэль села, и рядом с ней опустилась фигура в длинном тёмном плаще.

Фэль вспомнила молоденькую девчушку, с которой они вместе учились, вместе играли и вместе таскали волшебные яблоки Друидов в садах Храма под самым носом у Хранителей, за что им неоднократно влетало. Хэйла откинула с лица капюшон и проговорила:

— Ты почти не изменилась, Фэль.

— А ты… — Фэль поражённо смотрела на неё. — О, Хэйли, ты так повзрослела! А ведь в нашу последнюю встречу была совсем девчонкой.

Хэйла усмехнулась:

— Проснись, Фэль. Время идёт даже для бессмертных. Посчитай, сколько времени прошло с нашего расставания.

— Много, много! — засмеялась Фэль. — Мне на Пути был не заметен бег времени.

— Ты была на Пути? — Хэйла удивлённо вскинула брови.

— Да, болталась туда-сюда, — Фэль хмыкнула. — Я же ушла от Друидов потому, что меня позвал Путь. Зато моя сестричка закончила обучение и получила свой знак.

— Она всегда была усидчивой, — Хэйла усмехнулась. — Не в пример нам.

— Эт-то точно, — Фэль негромко засмеялась.

— А я ушла потом и из Академии, — Хэйла поглядела на огонь. — Тоже не получила знака.

— Да, много всего произошло, — Фэль отсмеялась и посмотрела на неё. — Но что с тобой случилось? Ты сейчас выглядишь старше меня.

— Ну, во-первых, вспомни, где мы. Это же Вэльтарет, — Хэйла вздохнула и загадочно добавила. — Мужчины взрослеют в битве, женщины — в материнстве.

Фэль резко вскинула голову и с облегчением проговорила:

— Так вот почему глаза были знакомые! Ярт твой сын? — Хэйла кивнула, а девушка хитро усмехнулась. — Ты его избаловала! Он просто невозможный нахал! И кстати, а когда ты успела выйти замуж? И за кого?

Хэйла склонила голову. С минуту она молчала, а потом выдавила:

— Я не замужем.

— То есть как? — Фэль недоумённо смотрела на неё.

— Отец Ярта погиб, — Хэйла вздохнула. — И я пришла в Вэль. Здесь и родился Ярт. Одиночка.

— Теперь ясно, почему его так зовут, — Фэль тихо коснулась её руки.

— А ты всё ещё одна, — Хэйла повернула голову и посмотрела в её глаза, — и даже не любила ни разу.

— Я жду, — Фэль улыбнулась. — Ты по-прежнему видишь души и читаешь в сердцах?

— Да, — Хэйла пожала плечами. — Это же врождённый дар. Я не могу видеть только сердце своего сына. Странно, да? Хотя это у него от отца. Его сердца я тоже никогда не могла прочесть.

— И кто же его отец? — поинтересовалась Фэль.

— Я…не могу сказать, — Хэйла отвела взгляд. Фэль посмотрела на неё, вспомнила Ярта и тихо ойкнула:

— Дева Ночи! Не может быть! — она видела перед собой парня, вспоминала его роскошные чёрные волосы, смуглую кожу, сильное атлетичное тело, не похожее на внешний вид Дневных Эльфов, каких она знала, даже Странников. Таких, как он, Фэль видела всего несколько раз. Седьмое племя. Внезапно она поняла, кого ей напомнил Ярт.

— Хэйли, его отец… это Лайнэ, да?

— Да, он, — Хэйла вспыхнула под внимательным взглядом Фэль. — Только не говори мне, что я сошла с ума. Я полюбила его с первого взгляда. Ну, со второго так точно. Что за дело мне было до вражды наших семей? Он взял меня в жёны, и мы сбежали. Ярт похож на него, да?

— Почти полностью, — Фэль улыбнулась. — Но глаза у него от тебя.

— Я хотела попросить тебя, — Хэйла запнулась, — хотела попросить, возьми его с собой на Путь.

— Что? — девушка отшатнулась. — Твоего сына на Путь? Хэйли, ты с ума сошла! Ты не представляешь, как опасно на Пути. А сейчас… Нет, нет, не проси.

— Фэль, поверь мне, — подруга умоляюще смотрела на неё, — В Вэльтарете ему во сто раз опаснее!

— Почему? — девушка чувствовала, что Хэйла говорит правду.

— В Вэле живут те, чей жизненный путь оборван. Он перетирает всех под одну мерку: либо все становятся покорны Вэлю, либо непокорного сминают, — Хэйла помолчала. — Мой путь закончен. Я чувствую, что скоро умру.

— Но мы бессмертны! — Фэль усмехнулась с тревогой в глазах.

— Ты забыла, что нам говорили в Храме, — Хэйла покачала головой. — На мне клеймо изгоя Вэля. Меня здесь тихо ненавидят, и город сминает меня. Ты же тоже чувствуешь эту пыль Вечности. Она забивает всё моё существо. Я отдала все силы своему сыну. Он вырос здесь таким, каким бы вырос и в нашем Лесу. Но это истощило меня. Пока я растила его, это давало мне силы бороться с городом, но теперь он вырос. И я хочу, чтобы он ушёл отсюда, так как без меня его сотрут. Он слишком свободен для Вэльтарета. Он не человек.

— Это я и так поняла, — усмехнулась Фэль.

— Моё пламя угасает, и даже ты не поможешь мне, Фэль. Ничто в мире уже не спасёт меня.

— Вот ещё, глупости! — возмутилась девушка. — Уверена, что в Лесу ты бы быстро пришла в себя. Может…

— Нет, я не поеду с вами, — Хэйла предупредила вопрос, готовый сорваться с её губ. — Мой путь окончен. Я останусь в Вэле. А Ярт… Увези его, Фэль. В память о нашей дружбе. Ты себе не представляешь, что значит — быть изгоем в Вэле, особенно если есть дар читать души. А у моего мальчика вся жизнь впереди.

— Не продолжай, — Фэль порывисто обняла её. — Я хорошо помню, что нам говорили про Вэльтарет. К тому же, если твой сын в отца, то из него может выйти отличный Странник.

Хэйла покачала головой:

— Уходите. Скорее. Иначе и ты останешься заложницей Вэля. Город вас не отпустит.

— Я уйду через день, — Фэль нахмурилась. — Улажу кое-какие дела. Но с чего ты взяла, что Ярт пойдёт со мной?

— Он влюблён в тебя, — Хэйла хихикнула, поглядев на тоскливое выражение лица девушки. — Ты его просто околдовала. Хотя это как раз и не удивительно. Что отец, что сынок. Он за тобой и на край земли пойдёт, только помани.

— Надеюсь, я не прибью его раньше, чем он до этого края доберётся, — хмыкнула Фэль. — С ним, по-моему, просто невозможно нормально разговаривать. Извини, но он у тебя нахал!

— Ты из него поэта сделала. «Её имя — тёплый ветерок, несущий аромат неземных цветов; пламя костра, танцующее на этом лёгком ветерке», — процитировала Хэйла.

— О! — Фэль приподняла бровь. — Такого я о себе ещё не слышала.

— Ещё услышишь, — Хэйла улыбнулась. — Так ты возьмёшь его с собой? Ради меня.

— Конечно возьму, — девушка кивнула. — И постараюсь сберечь.

— Спасибо, — Хэйла успокоено вздохнула. — Ты сняла груз с моей души. Я пойду, пока он не встал.

— Ты его очень любишь, — тихо сказала Фэль.

— Он всё, что у меня осталось. Он — последний из них, — Хэйла склонила голову. — Полное имя Ярта — Лайнэрэн Нэртэ. Яртом он себя сам назвал. Надо заметить, точно. Да. Ещё, Фэль. Он ничего не знает о своём роде и происхождении. И он уверен, что он — человек. Я так и не решилась рассказать ему правду в этом городе.

— М-да, подкинула ты мне задачку, — Фэль покачала головой. — Я возьму его с собой и отведу в Ваинэль. К твоей семье. А там посмотрим. Если он может стать Странником, поручу его твоему брату.

— Спасибо, подружка, — Хэйла обняла её и открыла дверь. — Передавай привет моим. Особенно братцу. Я по нему очень соскучилась. Ну, я, пожалуй, пойду.

Фэль вышла вместе с ней и увидела спящего Инри.

— Что с ним? — недоумённо спросила она.

— Так, небольшой фокус, — Хэйла коснулась его лба ладонью. — Через полчасика проснётся… Если захочет.

— Вижу, Академия даром не прошла, — Фэль усмехнулась. — Да благословит тебя Дева Ночи.

— Да пребудет с тобой её Сила, — откликнулась Хэйла, накидывая капюшон и исчезая в темноте коридора.

— Ох, и весёленький меня ждёт путь, — покачала головой Фэль, подумав о Ярте, посмотрела на Инри и шагнула в комнату. Через мгновение она подложила ему под голову подушку и укрыла покрывалом. А затем снова забралась в постель и моментально уснула.


Проснулась она, когда комнату заливало золотое сияние Вэльтарета. Потянувшись, Фэль встала и негромко позвала:

— Инри.

— Да, Фэль, — в дверь моментально просунулась рыжая макушка.

— Ты так и спал под дверью всю ночь? — с улыбкой спросила девушка.

Инри покраснел:

— А вдруг что-нибудь потребовалось бы? Спасибо за подушку и покрывало, — он занёс их в комнату.

— Ты завтракал? — Фэль убрала кровать и села.

— Нет ещё, — Инри помотал головой.

— Тогда сообрази нам что-нибудь поесть, — улыбнулась она. — Я надеюсь, ты не откажешься составить мне компанию?

— Здесь или внизу? — поинтересовался парень.

— Не думаю, что твоя мать горит желанием меня лицезреть, — Фэль подмигнула ему.

— Тогда я сейчас приду, — радостный Инри со всех ног помчался к отцу на кухню, грозя разбить свою голову о лестницу.

Фэль покачала головой, глядя ему вслед, и прошлась по комнате. Нога не беспокоила, и она уверовала, что завтра сможет тронуться в путь. Однако, вспомнив ночную встречу с Хэйлой, она несколько сникла. Ей совсем не улыбалось несколько недель кряду возиться с этим несносным мальчишкой. Хотя если он будет каждый день выдавать по такому комплименту, то она, пожалуй, сможет вынести его общество.

Девушка подошла к окну и поглядела на город. Вэльтарет был, несомненно, прекрасен в эти мгновения юного дня. Прекрасны были его золочёные крыши, белый камень стен, ажурные узоры лёгких мостиков и оград. Но какой мёртвой и правильной была эта красота. Фэль вздрогнула при мысли, что ей бы, как Хэйле, пришлось провести здесь остаток Пути.

За этим её и застал Инри, принёсший поднос с едой.

— Ой, это что, всё надо съесть? — ужаснулась Фэль, глядя на кучу еды, и хмыкнула. — Похоже, твой отец думает, что я ем столько же, сколько и он. Ладно, ставь на стол.

Они уселись и принялись за завтрак. Фэль, прожевав омлет, взяла яблоко и уселась на кровать. Инри удивлённо уставился на неё:

— Вы всё?!

— Я же сказала, что этого много, — девушка подкидывала яблоко вверх. — Мы, Странники, много не едим. Правда, бывают исключения.

— Вам больше ничего не надо? — поинтересовался Инри, убирая со стола.

— Пока нет, — улыбнулась девушка. — Иди, погуляй. А то дружок обидится, что ты всё со мной да со мной.

— Скорее приревнует, — хмыкнул Инри. — Вас ко мне.

— Это ещё с чего? — заинтересовалась Фэль.

— Да ни с чего, — буркнул Инри. — Глаз он на вас положил.

— Как положил, так и уберёт, — Фэль хмыкнула. — Я с избалованными мальчишками дела не имею.



Инри довольно улыбнулся и унёс поднос. Фэль тихонько засмеялась:

— Ну и ну! И как они ещё дружат?


Ярт и Инри валялись на крыше трактира.

— Что, так и спал у неё под дверью всю ночь? — усмехнулся друг.

— И что? У неё же нога… А вдруг что-то понадобилось бы? И вообще. Она меня, между прочим, и одеялком укрыла, и подушку положила.

— Подушку, одеялко, — друг фыркнул. — Да ты в неё просто влюбился.

— Ха! — рассмеялся Инри. — Ты тоже.

— Вот ещё, глупости! — возмутился Ярт.

— А вот и нет, — Инри толкнул его в плечо. — По глазам вижу, ревнуешь. А раз ревнуешь, значит, зацепило. А знаешь, что Фэль сказала о тебе, когда мы завтракали?..

— Вы ещё и завтракали вместе?! — Ярта это неприятно задело.

— Угу. И Фэль сказала, что с избалованными мальчишками она дела не имеет, — Инри забавлялся, глядя на хмурого друга. — В общем, дала она тебе от ворот поворот, дружище.

— Это мы ещё посмотрим, — Ярт прищурился.

— Когда? — усмехнулся Инри. — Завтра утром она уезжает.

— Что?! — Ярт подскочил как ужаленный и изумлённо уставился на друга. — Как — завтра?!

— Ну да, — Инри пожал плечами. — Она сейчас с отцом говорит. За этим, собственно, она и приехала.

— Идём, — Ярт скатился с крыши, как мячик.

— Куда? — Инри хлопал глазами.

— Послушать, о чём они говорят, — Ярт прошмыгнул в заднюю дверь.


Они спрятались за дверью комнаты Фэль и стали слушать негромкий разговор. Благо больше никого вокруг не было.

— …Жаль, что всё так вышло, — вздохнула Фэль. — Я вернусь на Совет одна. А нам так нужны свежие силы.

— Да. Я вряд ли смогу вам чем-то помочь, — усмехнулся Найрэ, оглядывая свои внушительные размеры. — Распекать помощников в трактире — не мечом махать. И что там у вас такое случилось, что все резервы собирают?

— Ты будешь смеяться, но кто-то снова открыл Врата…

Ребята отчётливо услышали, как сквозь стиснутые зубы простонал трактирщик:

— Дрэит Нэртэ! И для чего, спрашивается, мы их закрывали?

— Кто-то очень хочет уничтожить Путь, — Фэль подалась вперёд. — Поэтому нам и нужны Странники. Пока мы есть, Путь будет, а поодиночке, да ещё и в неведении, нас быстро перебьют.

— Но кто? — Найрэ недоумённо смотрел на пламя в камине.

— А! Дева Ночи их знает, кто, — пожала плечами Фэль. — Нам нужно закрыть Врата, пока вся нечисть не выбралась. На дорогах днём ещё спокойно, а ночью… Пока не оградишь себя тремя кругами Силы, не уснешь.

— Если Путь в нашем мире будет уничтожен, то нарушится торговля с другими мирами, начнётся полная неразбериха. А там и до войны недалеко, — Найрэ задумался о насущных проблемах.

— Похоже, кому-то это на руку, — Фэль шевелила палкой угли. — Как жаль, что ты не сможешь поехать. Я рассчитывала на тебя, напарник…

— Я поеду с тобой, — в комнату ураганом влетел Ярт и опустился рядом с ней на одно колено. Его глаза горели азартом. Спроси его кто-нибудь, почему он это сделал, Ярт и сам бы не знал, что ответить. Словно какая-то сила заставила его ворваться в комнату и так заявить. Он знал только одно — ему необходимо поехать с Фэль. Ярт склонил голову и тихо проговорил:

— Я прошу, возьми меня с собой.

Она изумлённо смотрела на него, опешив от внезапного вторжения, а Найрэ недовольно нахмурился:

— Что ты здесь делаешь?

— Мы хотели поговорить с Фэль, папа, — в комнату зашёл Инри.

— Фэль, я прошу, я умоляю, возьми меня с собой. Я не могу больше жить в этом городе, — Ярт умоляюще смотрел на неё, и вдруг его глаза полыхнули яростной решимостью, — а если не возьмёшь, всё равно за тобой пойду.

— А ты уверен, что выдержишь? — поинтересовалась девушка, опуская ресницы и прикрывая хитрый огонёк в глазах.

«Опять она со мной играет», — скрипнул зубами Ярт и ответил:

— Был бы не уверен, не просился бы.

— Ну что ж, я возьму тебя с собой, — Фэль коснулась его плеча.

— Дрэит Нэртэ, Фэль, не говори, что ты возьмёшь этого сорванца с собой? — возмутился трактирщик. — Ты, верно, шутишь?

— Ничуть, — девушка покачала головой и посмотрела на парня. — А мать тебя отпустит?

— Меня не зря зовут Одиночкой, — он дерзко прищурился. — В Вэле мама в безопасности, а со мной ничего не случится. Я просто скажу ей, что ухожу.

— Отца на тебя не было, — мрачно сказал Найрэ.

— Только учти, Ярт, — Фэль усмехнулась. — Мы, Эльфы, не подарок.

— Я тоже, — усмешкой ответил парень.

— Папа, — вдруг тихо заговорил Инри. — Я тоже пойду с ними.

— Что? — Ярт и Найрэ изумлённо посмотрели на него.

— Я пойду с Фэль, папа, — твёрдо ответил он. — Я хочу побродить по миру, посмотреть на разных людей.

— Ну уж нет. Я тебя не отпущу, — Найрэ поднялся. — Ты останешься дома.

— Не отпустишь, сам убегу, — фыркнул Инри. — Я не хочу всю жизнь просидеть под вашим крылышком. Я такой же, как и ты, — он прищурил голубые глаза. — Ты-то каким был, когда ушёл из Тхартнэля бродяжить по Пути? А? Это сейчас ты трактирщик, папа. А вот сотню лет назад ты кем был?

— Откуда?! — Найрэ изумлённо смотрел на сына.

— Я слышал некоторые разговоры и делал некоторые выводы, папа. Это у меня от вас, от бессмертных тяга к бродяжничеству, которую ты пытался выбить, — Инри в упор смотрел на него. — Отпустишь?

— Ну, не силком же тебя здесь держать? — грустно ответил Найрэ. — Иди. Уж если наша кровь проснулась, то противиться бесполезно.

— Да! — Инри обхватил отца, благодарно сжав его в объятьях. Найрэ, охая, освободился:

— Вот уж точно весь в меня.

Фэль посмеивалась, глядя на них, но в душе её возрастала тревога. «Теперь на мне два юнца, которые понятия не имеют ни о Пути, ни о Вратах, ни о том, с чем они столкнутся», — мрачно подумала она и вздохнула. Всё же эти двое лучше, чем ничего.

— Завтра утром, на рассвете быть здесь, — приказным тоном сказала Фэль, в упор поглядев на Ярта.

— С лошадью? — усмехнулся он.

— И в походном виде, — она откинулась и незаметно усмехнулась: «Ох, и потреплю я тебя в дороге, малыш!».

— Оружие-то у вас есть? — вдруг вспомнила Фэль.

— Инри возьмёт мой Аэхлир, — ответил Найрэ.

— А у меня из оружия только кулаки да любимый кинжал, — Ярт хмыкнул. — Клинка по себе я ещё не нашёл.

— Даже так? — Фэль улыбнулась.

— Папа, может Аэхлир возьмёт Ярт? — робко подал голос Инри. — Он же лучше меня обращается с оружием.

— Нет, — Ярт отрицательно покачал головой, — Аэхлир для твоих рук. Мне он не подходит.

— Действительно, — кивнула девушка. — Аэхлир твой, Инри. Ярту он не подойдёт. Мы найдём ему другой клинок, по его рукам.

— А пока буду пользоваться дубиной, — улыбнулся Ярт. Фэль не смогла сдержать смеха:

— Ну-ну!


Уже ночью близлежащие дома проснулись от громких воплей. Мэргэ ругалась с мужем. Тщетно пытался Найрэ успокоить взбесившуюся жёнушку. Пока она не выдохлась самостоятельно, она продолжала кричать. Этой ночью Найрэ узнал о себе много нового и ещё раз за эти дни пожалел, что в своё время ушёл с Пути.


Утром, когда первые лучи позолотили крыши Вэльтарета, компания собралась за завтраком в трактире. Сумрачный Найрэ тихо напутствовал сына, одновременно раздумывая, а не податься ли и ему вместе с ними подальше от Мэргэ, так как заранее знал, что жена его будет пилить всю оставшуюся жизнь. Ярт торопливо поглощал завтрак, уже витая в мыслях далеко за пределами Вэля. Только Фэль сидела, спокойно дожёвывая хлеб.

— Я положил вам припасов в дорогу, — Найрэ смотрел ей в глаза.

— Спасибо, — Фэль кивнула.

Инри нервно теребил непривычную ещё рукоять меча. Он чувствовал себя виноватым в очередной ссоре родителей, но мысли о предстоящем пути отгоняли чувство вины.

— Ну что ж, — Фэль отодвинула стакан и встала. — Идём. Пора отправляться.

— Наконец-то! — Ярт вскочил. — Я уж думал, мы целую вечность ждать будем.

— Умерь свой пыл, мальчик, — Найрэ мрачно усмехнулся. — Скоро ты поймёшь, что такое — завтрак в доме перед долгой дорогой. Если ты останешься среди Странников, то быстро научишься так же, как и Фэль, ценить последние минуты спокойствия и уюта.

Ярт не ответил и резко вышел на улицу:

— Фэль, твоего коня вывести?

— Спасибо, не надо! — она хмыкнула. — Ну и нахалёнок! Он когда-нибудь обратится ко мне на «вы»?

— Можешь даже не надеяться, — Найрэ улыбнулся. — Я тебе откровенно не завидую. Ты уж постарайся его не убить по дороге.

— Уж как-нибудь постараюсь, — они вышли на крыльцо и увидели забавное зрелище. Инри от смеха валялся на ступенях, а Ярт тщетно пытался поймать разбушевавшегося Грайсера. Фэль улыбнулась уголком рта и коротко бросила:

— Эффо, Грайсер.

Конь степенной рысью подошёл к ней и положил голову на плечо девушки.

— Я же сказала, не надо! — она в упор смотрела на хмурого Ярта. — Давай договоримся, мальчик. Если я что-то сказала, то вы это в точности исполняете. Пока что я для вас и бог, и закон. Ясно?

— Ясно, — Ярт подошёл к своему жеребцу.

Фэль удовлетворённо хмыкнула и стала седлать Грайсера.

Найрэ вывел из конюшни приземистую крепкую лошадь, уже собранную, и подвёл её к Инри, проговорив:

— Береги её, мальчик. Пусть она не очень породиста, зато быстра и вынослива.

— Спасибо, папа, — Инри крепко обнял отца и вскочил в седло.

На улице появилась высокая фигура, закутанная в плащ.

— Мама, — Ярт бросился ей навстречу.

— Береги себя, сынок, — она поцеловала его в лоб и надела ему на шею цепочку с неогранёным камнем, внутри которого блестел второй, похожий на листок клёна. — Вот, сохрани его.

— Зачем? — Ярт рассматривал вещицу.

— Это наш семейный талисман. По нему тебя узнает твой дядя, — Хэйла посмотрела на Фэль и добавила. — Его зовут Лорелин. Передавай ему привет и расскажи, как я живу.

— Ладно, постараюсь найти этого неведомого дядю, — Ярт был слегка удивлён. Он сел в седло и, наклонившись, поднёс руку матери к губам. Фэль едва заметно кивнула Хэйле, и подруга растворилась в сиянии Вэльтарета.

— Фэль, — Найрэ подошёл к ней и сжал её ладонь. — Береги его.

— Как родного, ведь он — мой племянник, — девушка обняла трактирщика. — А ты береги себя, Найрэ.

— Конечно, — он усмехнулся. — Я же Эльф.

— Найрэ, я могу попросить тебя об одной услуге? — задумчиво спросила Фэль. — Как брата?

— Конечно, — он кивнул.

— Помогай Хэйле, — Фэль прямо смотрела в его глаза. — Даже если Мэргэ и весь Вэль будут против. Я. Лично я прошу тебя об этом. Она — моя… почти сестра. Мы учились вместе. Хэйла тоже Эльф, как и мы, но по её словам скоро она покинет этот мир. Я прошу, позаботься о ней. Ради меня.

— Эльф? — он задумался.

— Да, её имя Хэйлирэн, — Фэль горько усмехнулась. — Может быть, вы поможете друг другу. Прощай, Найрэ.

— Прощай, Фэль, — он сжал её ладонь, и девушка тронула Грайсера. Конь рванул вперёд, расплёскивая туман, затопивший улицы.

— Пока, папа, — Инри помахал отцу рукой и последовал за девушкой. Ярт гарцевал рядом с ним.

— До встречи, сынок, — Найрэ вытер глаза ладонью и улыбнулся, глядя вслед самому любимому сыну. — Берегите себя, сорванцы.

А из окна трактира, скрытая сумраком комнаты, вслед троице мрачно глядела Мэргэ.

— Ты ещё поплатишься, Фэль. Ох, как поплатишься, — тяжело прошептала она и задёрнула штору.


Процессия выезжала из города под недоумёнными и настороженными взглядами жителей, которые косились на троицу, как на прокажённых, и шептали ограждающие заклятия.

— Ведьма уезжает. Ведьма, — доносился со всех сторон тихий говор, и в домах поспешно захлопывались двери и окна. Фэль насмешливо смотрела на этих глупых и несчастных людей.

«Если бы вы только знали, как я счастлива покинуть ваш город и вернуться на Путь. И в этом ваше счастье. Вкусившему Пути нет покоя в Вечности».

Она оглянулась на своих спутников и тихонько фыркнула:

— Опять за своё!

Ярт красовался перед всем городом на своём серебристо-стальном коне, который, пританцовывая, шёл по улице. А рядом с ним, сжавшись, ехал Инри, краснея при мысли о том, как нелепо он выглядит рядом с другом.

— Ну ладно, — Фэль прищурилась и крикнула. — Догоняйте!

Грайсер распластался над мостовой. Он не бежал, он уже практически летел, выстукивая копытами мелодию Воли по каменным брускам улиц. Ребятам пришлось поторопиться, чтобы не отстать от Фэль. Тут уж было не до красования или мыслей о нелепом виде. Они все силы напрягли, чтобы не упустить девушку из виду.

Остановилась Фэль за чертой города. Подождав подъехавших ребят, она проговорила:

— Ну что ж, размялись неплохо. Теперь потихоньку двигаемся вон к той полосе леса, которая на холме. Там для вас и начнётся Путь. Или вы просто останетесь здесь.

Они жадно всматривались в сумрачный свод ветвей, словно желая увидеть что-то новое в сотни раз виденном лесу. Свежий утренний ветер омыл их лица, и Фэль, выпрямившись в седле, неспешно тронула шагом, оставляя Вэль позади.

На башнях зазвонили колокола, и солнце поднялось над городом.

— Не оборачивайтесь, пока не приедем к лесу, — громко проговорила Фэль.

— Почему? — непоседа Ярт поравнялся с ней.

— Я говорю, вы исполняете, — напомнила Фэльмарэ. — Я объясню в лесу. Если придётся.

А колокола перезванивались всё громче и нежнее. Чарующая мелодия текла по равнине. Инри почувствовал, что хочет последний раз посмотреть на родной город, но Фэль резко окрикнула его:

— Инри, подъедь ко мне!

Он ускорил бег лошади и пошёл бок о бок с Грайсером. Фэль сжала его руку и сказала:

— Будь сильным, мой мальчик. Если хочешь ехать со мной, не оглядывайся назад.

Инри кивнул и уставился вперёд. Он чувствовал, как пальцы Фэль сжимают его локоть мёртвой хваткой, и постарался сосредоточиться на этом ощущении. А позади, уже грустно и тревожно, звонили колокола. Вэльтарет явно задался целью оставить у себя хотя бы одного из спутников.

Ярт вцепился пальцами в поводья и тихо сказал:

— Кажется, я понимаю, почему ты спешила уехать из Вэля. Такой музыки не слышал даже я. Она словно тянет обернуться…

— Ярт! — она посмотрела в его глаза. — Ты не должен оборачиваться.

— Я знаю, — он смотрел на лес. — Почему это так?

— Колокола Вэльтарета создают Границу, которая не позволяет выйти из этого места тому, кто хоть раз обернётся на свой дом. Таким образом город охраняет свою собственность, то есть жителей. Поэтому у нас считается верхом безумия пойти в Вэль по своей воле, — Фэль сжала зубы. — Дева Ночи, да перестаньте вы трезвонить.

Музыка обволакивала, ощутимо влияла на всех, сплетала ноги лошадям. Грайсер тревожно подал голос.

— Спокойно, малыш. Мы почти вышли, — Фэль потрепала его по шее.

До леса оставалось шагов сто, и они с удвоенной силой стремились их пройти. Пятьдесят шагов! Они словно пробивались сквозь упругую преграду, всё время отталкивающую их назад.

— Я не могу больше, — Инри стиснул зубы, из последних сил борясь с желанием обернуться.

— Надо! — Ярт сжал его ладонь, подъехав с другой стороны. — Держись.

«Молодец, мальчик», — улыбнулась про себя Фэль.

Двадцать шагов. Всё мельче поступь лошадей. Грайсер бился в сковывающих его путах. Фэль хмуро посмотрела на лес и проговорила:

— Ещё чуть-чуть, и можно будет отдохнуть.

Они упорно двинулись вперёд. Десять шагов. Пять шагов. Три…

И словно лопнула тугая ткань. На мгновение померкло в глазах, и они устало рухнули на лесную траву и блаженно раскинули руки. Над Вэльтаретом повис надтреснутый, дребезжащий, жалобный звук большого колокола, и музыка смолкла.

— Вы просто молодцы, мальчики, — Фэль улыбнулась. — Считайте, что первое испытание на Пути вы уже выдержали.

Они приподнялись, глядя на Вэльтарет. Город переливался золотом, но их от него словно отделяла тонкая стенка из чуть мутноватого стекла. Это и была знаменитая Граница Вэля.

— Боги, как хорошо! — Ярт зарылся в шелковистую траву лицом и растянулся во весь рост.

— Отдохните. Вам нужны силы, — Фэль присела рядом. Ярт приподнял голову и задумчиво посмотрел на неё:

— Знаешь, Фэль. Если бы не ты, я бы точно обернулся. Но когда я ехал рядом с тобой, я не слышал музыки Вэля, я…

— Остановись, остановись! — она рассмеялась. — Лирику прибережём на потом, а пока отдохни. И между прочим, если бы не я, пил бы ты сейчас чай под мамочкиным крылышком, — девушка легла рядом с ним и посмотрела в высокое звенящее небо, тихо проговорив. — А я слушала музыку Леса. Что мне колокола Вэля!

— Ты необыкновенная, Фэль, — Ярт был непривычно серьёзен. — Я таких ещё не видел.

— Увидишь, — равнодушно ответила она и повернулась на бок, забывшись в полусне.

— Ну да, конечно, — Ярт развернулся в другую сторону и тоже задремал. Инри давно уже спал, не вдаваясь в сложные выяснения, кто кому помогал преодолеть силу колоколов. Его интересовало другое — выспаться! Ведь он сегодня поднялся непривычно рано. Поэтому, едва скатившись с лошади на траву, он моментально уснул.

И снова девушка не дала ему поспать. Через час она подняла их, и компания вновь тронулась в путь.


Фэль вела их по запутанным лабиринтам лесных тропинок.

— Слушай, мы ещё долго будем тут петлять? — не выдержал Ярт.

— Если будешь мне мешать, то долго, — Фэль смерила его ледяным взглядом и остановилась. — Знаешь, я думаю, ближайшее время мы будем двигаться по лесу, пока я не решу, что ты научился терпению.

Ярт вспыхнул и отвернулся.

«Дева Ночи! Совсем ещё мальчишка, и такой же, как его отец», — Фэль покачала головой и спустилась на траву.

— Уже привал? — сонно поинтересовался Инри, приоткрыв один глаз. Он и на лошади умудрился заснуть. На его счастье, лошадь была умная и всюду шла за Грайсером. Трудно было представить, куда его могло занести в противном случае.


Фэль осторожно ступала по лесу, внимательно оглядываясь.

— Эй-эй! Кого я вижу! — раздался шелестящий голос из-под самых ног. — Фэльмарэ! Что тебя занесло в наши места?

— Лотус! — она обрадовано присела. — А я тебя искала. Мне нужно знать, что сейчас творится в окрестностях.

— Пока ничего, — Лотус задумчиво похлопал глазами. — Дни спокойные.

— А рядом с Ваинэлем?

— Тишина, покой, — Лотус усмехнулся. — Эльфы хранят свои леса.

— В чём вы нам немало помогаете, — Фэль улыбнулась.

— Почему-то мне кажется, что вы завернёте в Тхартнэль, — Лотус крякнул и устроился на пеньке. — Будьте осторожны. На подходах много всякого мотается. Мой вам совет: езжайте на границе Леса и дороги до самых Врат Тхартнэля, а с утреца в него и поезжайте. Днём оно как-то спокойнее.


Пока Фэль бродила по лесу, Ярт не мог успокоиться. Поглядев на Инри, он улыбнулся:

— Надо же, спит! И хоть бы что ему.

Он ещё раз посмотрел в ту сторону, куда пошла Фэль, и решительно направился за ней.

Хотя Ярт двигался очень осторожно (их с Инри проделки даром не прошли), он всё же умудрился пару раз хрустнуть и, подойдя к поляне, где была Фэль, увидел две пары глаз, устремлённые на него.

— Что ты здесь делаешь? — спросила девушка, а он в изумлении смотрел на Лотуса:

— Что это?!

Моховая кочка моргнула и, сложив на груди тонкие лапки и качая длинным хвостиком, с достоинством ответила:

— Повежливей! Не что, а кто!

— Простите, — Ярт склонил голову. — Просто подобных вам я ещё не встречал.

— Подхалим, — шепнула Фэль и громче сказала. — Это один из Хранителей Леса. Его зовут Лотус.

— Для близких друзей я — Лотера Окрис Термио Уствер, — важно проговорил комок мха.

— Благодарю, — Ярт улыбнулся. — Уж лучше называть вас Лотус.

Фэль хихикнула и, поклонившись, сказала:

— Спасибо за помощь, Лотус, — она поднялась. — Передавай привет Орегонду. И скажи, что я постараюсь поскорее придти в Ваинэль.

— Хорошо, Фэльмарэ, — Лотус скатился на мох и исчез, слившись с подстилом поляны, словно сквозь землю провалился.

— Идём, — Фэль подошла к Ярту, и они направились к стоянке.

— Почему ты пошёл за мной? — спросила девушка.

— Ты же не говорила нам, чтобы мы сидели на месте, — усмехнулся Ярт. — К тому же я волновался. Тебя долго не было.

— Пока мы в лесу, со мной ничего не случится, — Фэль улыбнулась. — Это Хранимая Земля. А вот если бы ты заблудился, то искать тебя я бы не пошла. Хотя… Тебя даже глухой пень шагов за триста услышит.

Ярт обиделся:

— Ну извини, я же не в лесу рос. И к тому же я шел тихо.

— Не обижайся, — Фэль примирительно посмотрела на него и остановилась, — но ты действительно наделал много шума. У Леса чуткие уши. Ты ещё научишься смягчать шаг, чтобы не шуршать. Просто ты идёшь как в городе. Словно ты на прогулке.

— Я и не прятался, — буркнул Ярт.

— Что делает Инри? — перевела она тему.

— Спит, — Ярт усмехнулся. — Он сегодня не выспался.

— Пусть отдохнёт, — девушка опустилась на поваленное дерево. — Сядь.

Ярт опустился рядом с ней. Она тихо проговорила:

— Слушай, это музыка Леса.

Он притих, вслушиваясь. Шуршание листьев, перезвон колокольчиков, пение птиц, журчание ручья — всё это переплелось вдруг в дивной красоты мелодию. Ярт восхищённо вздохнул:

— Как прекрасно!

— Да, — Фэль подняла голову. Её глаза лучились счастливым светом. Она сама была сейчас как песня. Ярт восхищённо смотрел на неё, а потом он осторожно, словно боясь спугнуть её, обнял девушку за плечи и робко коснулся поцелуем манящих губ.

Фэль вздрогнула и резко отпрянула в сторону:

— Нам пора, — она вскочила и быстрым неслышным шагом пошла, нет, даже побежала к лошадям. Ярт мысленно выругал себя и медленно побрёл к стоянке.

Девушка прислонилась спиной к Грайсеру и глубоко вздохнула:

— Так. Это было глупо, — она поймала себя на мысли, что была совсем не против этого поцелуя, если не сама его спровоцировала.

В лесу раздался шаг Ярта. Девушка моментально переменилась в лице, вернув глазам ледяную холодность.

Парень сразу же сел верхом и осторожно толкнул друга:

— Соня. Поехали.

— А? Что? — Инри проморгался.

— Поехали, — Фэль тронула Грайсера и поравнялась с Яртом. — В следующий раз меня спроси сначала.

— Обязательно, — он хмыкнул и добавил. — А когда можно в следующий раз?

— Ну ты и… — она глубоко вздохнула, негодующе глядя на него.

— Знаю, нахал, — парень усмехнулся. — Но что поделаешь.

— Будем перевоспитывать, — она склонила голову, искоса глядя на него.

— Ну что ж, займись, — Ярт улыбнулся. — Может, у тебя это получится?

— Посмотрим, — она поехала вперёд.

— Кстати, Фэль, — она обернулась, и Ярт склонил голову. — Спасибо! Это было чудесно!

— Нахал! — вспыхнула девушка.

— Я вообще-то о Песне Леса, — он удивлённо пожал плечами. — А ты о чём подумала?

— Об одном невоспитанном мальчишке, — буркнула Фэль и поторопила коня.

Вскоре между деревьями показалась неширокая песчаная дорога. Ярт ринулся к ней, но девушка удержала его коня за узду:

— Стой. Мы по ней не поедем.

— Почему? — Ярт недоумённо смотрел на неё.

— Мы поедем по кромке леса… пока, — она посмотрела на мирную дорогу. — А потом посмотрим. И я попрошу тебя, не суйся туда без меня.

— Но почему?! — удивление парня нарастало с каждым мгновением.

Фэль серьёзно посмотрела на него:

— Потому что я, почему-то, хочу видеть тебя в живых, Ярт.

— Там настолько опасно?

— Увидишь, — они тронулись дальше.


Компания долго ехала по кромке дороги. Когда на Лес стали опускаться сумерки, Фэль объявила привал. Она нашла в отдалении от дороги старое костровище, закрытое со стороны пути нагромождением камней, и развела огонь.

Ярт отправился насобирать хвороста и дров, пока Фэль занималась приготовлением ужина.

Он бродил поблизости от стоянки, время от времени возвращаясь с охапками к костру. Отойдя вглубь леса, он увидел небольшое болотце, поросшее осокой и камышом. Ярт уже хотел обойти его, но тут увидел среди осоки алые лепестки.

Он замер, не в силах отвести взгляда от цветка. «В волосах Фэль он бы смотрелся просто великолепно», — подумалось Ярту, и он шагнул в болото. Парень осторожно сломал хрупкий стебель и вынес цветок на сушу.

— Ну и зачем ты его сорвал? — раздался скрипучий голос, и из болота высунулась ушастая голова.

— Простите, я не думал… — растерялся Ярт.

— Не думал он, — водяной вылез на берег и вздохнул. — Оно и видно, что не думал. Рос он себе, рос. И нате тебе, сорвали. Почто?

— Для любимой, — Ярт опустился на землю, разглядывая горящую чашечку цветка, — для Фэльмарэ.

— Фэльмарэ здесь? — водяной расплылся в улыбке и благосклонно махнул перепончатой лапой. — Если для неё, то забирай. Для Фэль мне ничего не жалко.

— Похоже, её здесь все знают, — пробормотал Ярт.

— Здесь всех Странников знают, а Фэль — это дитя Леса. Она его любит, и Лес её любит. Передавай ей привет от старого Гоула, — водяной шлёпнулся обратно в болотце.

Ярт поднялся и пошёл к костру. Фэль нарезала хлеб:

— Ты долго.

— Да так, встретил тут кое-кого в лесу, — Ярт остановился позади неё и добавил. — Тебе Гоул привет передавал.

— Гоул? — она хмыкнула. — Что это тебя к нему занесло?

— Да, собственно говоря, вот, — он протянул ей цветок. — Это тебе.

— О, Дева Ночи! — её глаза засияли, и Фэль осторожно взяла подарок. — Огненный Лотос! Ярт, как ты его нашёл? Это очень редкий цветок, — она воткнула Лотос в волосы, и Ярт убедился, что ожидания не обманулись. Алые лепестки цветка на чёрных волосах придавали Фэль поистине колдовское очарование.

— За ним я и полез к Гоулу, — парень присел и стал отряхивать штаны от налипшей тины.

— Огненный Лотос! Последний раз я его видела в Друидской Роще, — Фэль мечтательно улыбнулась и добавила пару фраз на эльфийском, а потом сказала. — Ешьте, а то остынет.

К костру подсел сонный Инри и деловито принялся за ужин, живо напомнив Фэль своего отца. Ярт быстро расправился со свежей похлёбкой, умудрившись не обжечься, и, взяв сушёных фруктов, развалился на траве.

Небо уже укрыл плащ Девы Ночи, и её духи зажгли огоньки звёзд. Инри сыто улыбнулся, закутался в плащ и сонно сказал:

— Спокойной ночи.

— Тебе тоже, — Фэль поцеловала его в лоб, и он, слегка порозовев от смущения, закрыл глаза.

— А меня ты не поцелуешь? — спросил Ярт, с улыбкой глядя на Фэль, сидящую у костра.

— Ты же спать не собираешься, — она прилегла на бок, глядя в огонь.

— Я люблю тебя, — вдруг сказал парень.

— Перестань, — Фэль насмешливо посмотрела на него. — Любовь и влюблённость — разные вещи.

— Я тебя люблю, — повторил он.

— Упрямец, — девушка вздохнула. — Ты сам скоро поймёшь, какая это глупость.

— Всё равно, я тебя люблю, — спокойно ответил Ярт и сел. — Скоро ты это поймёшь.

«Уж лучше бы мне этого не понимать», — подумала Фэль, глядя на его лицо.

Он тяжело вздохнул: «И почему сейчас, когда я впервые в жизни действительно признаюсь девушке в любви, она мне не верит?»

Ярт повернул к ней голову и спросил:

— Неужели я тебе совсем безразличен? Ни капельки не нравлюсь?

— Брось, Ярт, — она тоже села. — Я же сказала, что в эти игры со мной играть опасно. Будешь плакать. Я не отрицаю, ты очень красив, — «Пожалуй, даже слишком для такого избалованного мальчишки». — Но я не люблю тебя.

— Считаешь, что я недостоин быть рядом? — он прищурился.

— А вот этого я пока не знаю, — Фэль отвернулась и тихо добавила. — Ильфэнтэ.

— Что это значит? — он навострил уши.

— Дурачок, — девушка улыбнулась, глядя на его насупившееся лицо.

— Издеваешься, да? — обижено сказал Ярт, а Фэль вдруг как-то подобралась и замерла, шепнув:

— Молчи!

Ярт уже открыл было рот, чтобы спросить, в чём, собственно говоря, дело, но тут услышал на дороге шипящие голоса.

— Иди сюда, — Фэль поманила его, и они выглянули из-за камней.

По дороге шла процессия странных существ. С виду они не отличались от людей, но так казалось лишь на первый взгляд. Вместо ног у них были копыта, волосатые руки висели ниже колен, а тело было покрыто густой жёсткой бурой шерстью.

— Арави, — проговорила Фэль, стягивая Ярта вниз. — Всё ещё хочешь ехать по дороге?

— Что это? — он содрогнулся при мысли, что они их учуют.

— Это твари из другого мира, — Фэль подошла к костру. — Если бы мы пошли по дороге, и они учуяли наши следы, их не сдержала бы даже граница Хранимой Земли. Они пришли бы по нашим следам.

Ярт поинтересовался:

— Их можно убить?

— Разумеется, — она усмехнулась. — Это одни из слабейших врагов для Странников. Но встречаться с ними, когда у тебя на шее два несмышлёныша… Вот уж увольте!

— Что?! — Ярт вспыхнул от обиды. — Кого это ты назвала несмышлёнышем? Да я в таких драках в Вэле участвовал, что не этим мохнатым обезьянам чета! Я самых…

— Тише, тише! — Фэль, смеясь, прервала его возмущённый монолог. — Дева Ночи! Какой же ты ещё ребёнок!

— Да уж повзрослее тебя, — запальчиво проговорил он.

— Вот когда доживёшь до моих лет, тогда и поговорим, — усмехнулась Фэль и добавила. — А сейчас тебе лучше лечь спать, а то завтра будешь, как Инри, спать на ходу.

«Говорит, как будто я младенец», — мрачно подумал Ярт, заворачиваясь в плащ.

— Так тебя поцеловать? — вдруг улыбнулась девушка, приподнимаясь и хитро глядя на него.

— Я не маленький, — буркнул он и отвернулся.

— Ну, как знаешь, — она снова легла и осторожно вытащила из волос Лотос, чтобы не раздавить во сне.

Однако уснуть этой ночью Фэль не удавалось. Она чувствовала тревогу по неизвестному поводу. Что-то беспокоило её, хотя вокруг было спокойно.

Девушка накинула плащ на плечи и присела к огню, протянув вперёд ладони. Пламя взвилось верх, выбросив сноп искр. Фэль погрела пальцы и подтянула к себе свою сумку. Покопавшись в ней немного, девушка вытащила белый костяной гребень с тёмным изумрудом по центру.

Она развязала кожаный ремешок и распустила свою косу. Негромко напевая, Фэль начала расчёсывать свои волосы. Они густой волной струились по её плечам, словно накрыв её ещё одним плащом:

«Фантрэ эррэ, отхэнэ нэртэ.

Элээн то сэльа эллэр-ано.

Нэриан тиммарэл тимэн вэр астэ

Айахвэль, оно алвэ Нэртэнэль…»

«Угасает день, спускается ночь.

Звёзды на небе зажигают огни.

Тёмным водопадом бегут меж пальцев

Волосы, которые расчёсывает Дева Ночи…»

Девушка задумчиво заплетала волосы.

— До Тхартнэля пара недель пути, — вслух размышляла она. — Там уже должны были собраться Странники Востока. Интересно, что там нового? Затем, дня через три, тронемся в Ваинэль. Там я эту парочку оставлю. Пусть учатся у умных. А дальше я пойду… даже не знаю, куда. Может в Бокр, а может в Марээл. Сейчас важно дойти до Ваинэля.

А внутри у неё возрастала тревога. Фэль нервно передёрнулась и подумала, что такого с ней ещё не было. Похоже, в Хранимой Земле какие-то неприятности.

Девушка расслабилась и закрыла глаза. Перед её внутренним взором возникла карта Леса. Она словно летела над кронами деревьев, оглядывая свой Лес. И вдруг увидела, как на одной поляне горит яркое пламя. Она приблизила изображение, и перед ней предстало десятка два здоровенных лохматых человекообразных, вооружённых до зубов, которые распивали что-то подозрительного зелёного цвета.

Внешне они были похожи на людей с Севера, но одеты в странные свободные балахоны, похожие на жреческие. В углу поляны под развесистым дубом были свалены в кучу оружие и доспехи, там же стояли большие бочки, надо полагать с той самой подозрительной жидкостью.

Судя по говору, они явно не относились к Северу, и Фэль поняла, что они из Врат.

Люди вдруг забеспокоились и стали тревожно оглядываться. Похоже, они чувствовали её присутствие. Кто-то потянулся за мечом…

Фэль резко стёрла картинку и открыла глаза, глубоко вздохнув. Пламя в костре почти погасло, но она подкинула дров и снова уставилась в разгоревшийся огонь, размышляя над увиденным.


Когда небо на Востоке окрасилось розовым, Фэль подошла к дороге. На песке осталось множество следов. Она осторожно исследовала место. Похоже, арави куда-то сильно торопились… или за кем-то.

Над лесом разнёсся чистый звук рога, и Фэль поклонилась в ту сторону:

— Приветствую вас, братья! Приветствую вас, сёстры!

Она встала на кромку леса и отчертила вдоль неё полосу палкой, отделяя свои следы.

Заря над лесом разливалась всё ярче. Запели птицы, и свежий ветерок взбодрил Фэль. Она направилась к лагерю.

Ребята ещё спали. Девушка собрала свои вещи и занялась приготовлением завтрака.

Первым на аппетитный запах встал Инри. Он потянулся и взглянул на Фэль:

— Доброе утро.

— Доброе утро, — она улыбнулась и наполнила миски едой. — Там, у камней, есть ручеёк. Сходи, умойся.

Инри, поёжившись, выполз из-под тёплого плаща и пошёл к ключу. Взбодрившись холодной водой, он вернулся к костру и, поглядев на Ярта, усмехнулся:

— Никогда бы не подумал, что он такой соня.

Фэль тихо улыбнулась, вспомнив вчерашний день, и сказала:

— Растолкай его, скоро поедем.

— Ярт! — Инри толкнул друга, но тот лишь плотнее закутался в плащ.

— Ах так?! — Фэль встала. — Ну-ка, Инри, подними его и веди к ручью.

Парень поставил Ярта на ноги и потащил к ключу. Фэль зачерпнула пригоршню воды и плеснула ему в лицо. Ярт моментально распахнул глаза и ошарашено уставился на них, проговорив:

— Вы чего?!

— Тебя будим, — невозмутимо ответил Инри и, отпустив его, пошёл к костру.

— Выспался? — хитро улыбнулась Фэль.

— Да уж выспался! — Ярт вытирал лицо.

— Идём завтракать, — она легонько подтолкнула его и пошла за Инри.

Ярт, отфыркиваясь, обижено посмотрел им вслед и, вздохнув, направился за ними.

Свежий горячий завтрак приподнял его настроение, а совсем оно поднялось, когда Ярт увидел, как Фэль вставляет в волосы Лотос.

— Фэль, он вам так идёт, — проговорил Инри, восхищённо глядя на девушку.

«Подлиза!» — мысленно фыркнул Ярт и стал собираться.

— Спасибо, Инри. Это мне Ярт вчера подарил, — Фэль улыбнулась, искоса глядя на довольное лицо парня, и добавила. — Давай перейдём на «ты». Чем ты хуже своего друга? Если уж он мне тыкает, то тебе-то и подавно можно, племянник, — Ярт, услышав сие предложение, угрюмо нахмурился.

— Правда? — Инри улыбнулся в ответ. — Я рад, что вы… то есть ты так думаешь.

— Долго вы ещё болтать будете? — спросил Ярт, укладывая сумку на седло.

— Не злись, — девушка усмехнулась. — Тебе совсем не идёт перекошенное хмурое лицо.

Она уложила свою сумку и направилась к костру. Встав перед ним на колени, девушка протянула вперёд ладони и проговорила:

— Фэль, аи фантро! — огонь взвился вверх в прощальном поклоне и погас.

— Как ты это сделала? — они поражённо смотрели на дымящееся костровище.

— Легко, — Фэль хмыкнула и подошла к Грайсеру. — Ну что ж. В путь, мальчики.

— Когда ты перестанешь называть нас мальчиками? — спросил Ярт, подъехав к ней.

— Когда перестанешь задавать глупые вопросы, — усмехнулась она, садясь в седло, и они двинулись дальше.

Глава 2

Прошло около двух недель. Фэль неторопливо, как им казалось, вела их по кромке Леса, стараясь на ночь забраться в него поглубже. Неоднократно они встречали аравей, кучками и поодиночке. Встречались им и другие твари на дороге. Одни были похожи на людей, другие — на издевательство над животным миром, третьи — вообще неизвестно на что. Но ни разу они не встречали других Странников, что само по себе было довольно странно.

День ото дня Фэль делалась всё мрачнее. На настойчивые расспросы Ярта она неизменно отвечала:

— Боль Леса.

На попытки узнать, чем можно помочь и можно ли, она криво усмехалась, отрицательно качала головой и продолжала молчать.

Однажды Фэль устроила привал среди бела дня, что само по себе было в новинку. Пока лошади бродили по небольшой полянке, девушка учила спутников ходить по лесу.

Ярт собой гордился. У него получалось куда лучше, чем у Инри, на что Фэль сказала:

— Ничего, Инри. Твой отец не научился даже такому.

И Инри упорно продолжал занятие. Вдруг в лесу послышался весёлый посвист, и лёгкая песенка донеслась до их ушей:

— Куда иду я по дороге?

Туда, куда несутся ноги.

Они несутся за желудком,

Который мчит меня домой.

А дома ждёт меня подруга,

Готовит стол для встречи друга.

И распевает свои песни

Скворец весёлый мой!

На краю поляны показался серый пропылённый плащ. Странник остановился, глядя на компанию, и вдруг усмехнулся:

— Ну конечно! Фэль. А я-то думаю, кто это на весь Лес шум поднял?

— Уж больше шума, чем от тебя, ни от кого не будет, Альтамир! — задорно воскликнула она и бросилась ему на шею. — Как я рада тебя видеть! А то идём, а все Странники как будто вымерли.

— А ты полагала, что у нас здесь сторожевые посты под каждым кустом и на каждой тропинке стоять будут? — рассмеялся он и крепко обнял девушку, поцеловав в лоб. — Рад тебя видеть, Пламя.

Лицо Ярта слегка вытянулось. Фэль и Альтамир присели на землю и негромко заговорили на эльфийском.

— Огненный Лотос? — Альтамир слегка удивлённо смотрел на цветок в её волосах, горящий всё так же ярко и лишь слегка потемневший по краям, словно лепестки остыли.

— А что? — Фэль кокетливо улыбнулась. — Не нравится?

— Да нет, просто… — он усмехнулся. — Давно не видел этот цветок.

— Ну, цветы цветами, а давай всё же о делах, — Фэль нервно сплела пальцы. — Эти твари пробили ограду?

— Откуда? — он удивлённо вскинул брови. — Тебя же здесь не было?

Она горько усмехнулась и постучала в области сердца:

— Болит. Я же чувствую Лес.

— Да, защита пробита в трёх местах, — он вздохнул. — Неподалёку от Танила, на выходе к Степям и рядом с Вратами Тхартнэля.

— Что? — Фэльмарэ вскинула брови.

— У Танила и на выходе мы её залатали и усилили охрану вдоль кромки, — Альтамир поморщился. — А вот у Врат… Мы сохранили целостность стены, но кто-то прошёл в Лес.

— Я их видела, — Фэль задумалась. — Теперь-то я точно знаю, что это не друзья. Чем отделался Танил?

— Небольшим пожаром, да вот Оура немного задело, — Странник усмехнулся. — Однако это не исправило его характера. Не успели ему перевязку сделать, а он уже на лошадь вскочил и был таков.

— Узнаю твоего братца, — Фэль хмыкнула и прошлась по тропинке, а потом, обернувшись, спросила. — Надеюсь, играть и петь он не разучился?

— О нет! — Альтамир подошёл к ней и облокотился о дерево. — Этого из него никогда не выбить. У нас это семейное.

— Признаться, я рада этому, — Фэль улыбнулась. — А как Терти?

— О, да! Ты же не знаешь, — Альтамир вдруг расплылся в нежной улыбке. — У нас же пару недель назад мальчишка родился!

— Да ну?! Сын? — Фэль обняла его. — Как же я за вас рада. И на кого похож?

— На меня, конечно, — раздулся от гордости Альтамир.

— Значит на Терти, — подвела итог Фэль.

Он засмеялся и тихо спросил:

— А ты-то когда нас порадуешь?

— Не знаю, — Фэль прижалась спиной к дереву и вертела в руках листок. — Я ещё не встретила того, кто мог бы послужить мне опорой, и за кого я бы не переживала.

— Неужели? — Странник склонился к её уху и шепнул. — О тебе Грэдлан спрашивал. Он недавно в Академию вернулся. О! Он у нас теперь «Великий Маг»!

Фэль засмеялась:

— Да уж! Представляю себе, каким «великим» Магом он стал. С его-то непомерной гордостью. Он больше преувеличит.

— Я знаю, — Альтамир усмехнулся и вдруг поймал взгляд Ярта. Зелёные глаза полыхали таким ледяным холодом, что Странник невольно поёжился:

— Чувствую, меня хотят прибить. Узнать бы ещё — за что.

— Кто это? — Фэль удивлённо подняла голову.

— Кто-кто, твой очередной воздыхатель, я полагаю. Смотрит, словно я его обесчестил. Ну и глазищи! Где-то я уже такие видел.

— Ярт, что ли? — она лениво махнула рукой. — Не обращай внимания. Он меня сейчас к каждому пню готов приревновать. Мальчишка!

— Мальчишка-то с характером, — Альтамир улыбнулся, глядя на хмурое лицо Ярта. — Хорошим воином будет, сразу видно. Сейчас-то я его уложу, но вот поучится немного, и лучше бы нам не встречаться. Так что пойду-ка я. Зачем себе заочных врагов наживать?

— Ты в Ваинэль? — поинтересовалась девушка.

— Куда ж ещё, — он усмехнулся. — Моя Скворушка меня уже заждалась, наверное.

— Пойдём сегодня с нами, — предложила Фэль, посмотрев на него. — Когда рядом друг, на которого можно положиться, мне как-то спокойнее. А то два несмышлёныша на шее, причём один ужасно несносный.

— Это этот красавчик, что ли? — со смешком поинтересовался друг.

— Вот-вот, — кивнула Фэль.

— А вы бы неплохо смотрелись вместе, — задумчиво протянул Альтамир, и в его глазах запрыгали задорные искорки. Ох, и любил он подшутить над подругой.

— Да я тебя!.. — Фэль замахнулась и шлёпнула его по спине кулаком.

— Ой, ой! Не убивай только! — он в притворном ужасе бегал от неё по всей поляне.

Ярт хмуро лицезрел эту возню.

«Интересно, что это за чудо выискалось? — подумал он. — Сразу видно, что он к ней неровно дышит. И за что мне все эти мучения?»

Парочка опустилась на траву, изнемогая от смеха.

— Ну так что? — спросила Фэль, продолжая прерванный разговор.

— Я пойду с вами, — Альтамир хмыкнул. — Надо же убедить несчастного влюблённого, что благородный отец семейства ему не соперник. Сдаётся мне, Фэль, что и тебе он не безразличен.

— Напрашиваешься на трёпку? — она искоса посмотрела на него.

— Нет, — он отклонился назад. — Даже не собирался. Это я так, на вас посмотрел.

— И что? — поинтересовалась Фэль.

— Лотос-то он подарил, — серьёзно проговорил Альтамир. — Цветок редкий. Мало кто может найти. Ты же училась у Друидов, должна знать. Цветок-огонь к первому встречному в руки не пойдёт, а он его для тебя сорвал. Он ведь даже эльфийского не знает, да? Хотя и похож на Эльфа. И уж тем более в друидских заморочках не разбирается, по крайней мере, мне так кажется. Что его привело к Лотосу, почему он его тебе подарил? А Дева Ночи его разберёт, почему. Но знаешь, — он поглядел прямо в глаза Фэль, — мне кажется — это знак.

— Да ну тебя! — она беззаботно-озабоченно рассмеялась. — Вечно тебе какая-то мистика нужна! Ну нашёл, сорвал, подарил, ну и что? Мне этот цветок нравится, и я предпочитаю им просто любоваться, а не искать на пустом месте происки Судьбы.

— Ладно, не будем спорить, — Альтамир поднялся. — Не покормишь голодного Эльфа?

— А как же, — она усмехнулась. — Магия магией, а о желудке ты никогда не забываешь. Идём, что-нибудь соображу.

Когда Альтамир со вкусом смаковал неплохой обед, Ярт подошёл к Фэль и наиграно-спокойно поинтересовался:

— И кто это?

— Мой старый друг, Альтамир, — улыбнулась девушка. — А что?

— Да ничего, просто интересно, — Ярт прислонился к дереву. — Старая любовь?

Фэль рассмеялась, глядя на спокойное лицо Ярта, которого с головой выдавали глаза, и ничего не ответила.

— Спасибо, Фэль, — Альтамир поднялся и собрал крошки с плаща, положив их на кусок коры. — А это птичкам на закуску.

— Альтамир, ты поедешь на Грайсере, — проговорила Фэль и потянулась.

— А ты что? — поинтересовался друг.

— А я посплю немного, — она усмехнулась. — Я несколько ночей не спала. Бессонница замучила.

— То-то ты такая бледная, — он сочувствующе покачал головой и спросил. — Как вы едете?

— Вдоль кромки до Врат Тхартнэля, — девушка обернулась. — Ярт!

— Что? — парень поднялся и угрюмо посмотрел на них.

— Твой конь унесёт двоих? — спросила Фэль.

— Конечно! — фыркнул он.

— Отлично! Я поеду с тобой, — девушка отвернулась, а Альтамир едва сдержал смех, глядя на лицо Ярта. Тому словно просто так самое ценное сокровище отдали, о котором он долго тайно вздыхал, а он теперь не знает, что с ним делать.

— Решила порадовать мальчика? — спросил Странник, накидывая плащ.

— Если я поеду с тобой, то вы, чего доброго, ещё раздерётесь. К тому же, не хочется мне портить репутацию благородного отца семейства, — она задорно улыбнулась и протянула ему сумку. — Возьми к себе.

— Хорошо, — Альтамир кивнул и направился к Грайсеру.

— Инри! — крикнула Фэль, вглядываясь в лес.

Между стволов появилась знакомая фигура, и Инри спросил:

— Что, Фэль?

— Найрэ? — Альтамир удивлённо глядел на паренька. — Да нет, не он… Кто это?

— Это его сын, — тихо сказала девушка и громко ответила. — Мы отправляемся.

Инри кивнул и направился за лошадью.

Альтамир вскочил в седло и твёрдо осадил Грайсера, поднявшегося на дыбы.

— Фоэ, Грайсер, — Фэль хлопнула коня по шее.

— Спасибо, — Странник поудобнее перехватил поводья.

Фэль подошла к Ярту и сказала:

— Ну что, поехали?

Он сел верхом и протянул ей руку:

— Садись.

Девушка оперлась на неё и села боком, проговорив:

— Надеюсь, он меня выдержит.

— Гэллэр выдерживал нас с Инри, — Ярт натянул поводья. — Тебя он вообще не почувствует.

— Ну-ну, — она улыбнулась. — Ребята, на ближайшее время Альтамир — моя замена. Он для вас…

— …и бог, и закон! — хором закончили они.

— Отлично, — Фэль устроилась поудобнее и прижалась к груди Ярта. — Поехали.

«Ну, Фэль», — Альтамир усмехнулся и тронул коня. Грайсер легко двинулся вперёд.

— Я немного вздремну, — Фэль посмотрела на Ярта. — Едь поосторожнее.

— Постараюсь, — он одной рукой обнял девушку, чтобы она не упала.

Фэль улыбнулась и закрыла глаза.

Ярт сдержал слово и ехал очень неторопливо, чтобы её даже не тряхнуло. Альтамир с лёгкой улыбкой наблюдал за ним: «Хорош! Отличным Странником будет. Что ещё нужно этой девчонке? Сама, наверное, не знает. Ох уж мне эта Фэль… Вечно что-нибудь придумает!».

Ярт заметил его взгляд и буркнул:

— На мне что, что-нибудь нарисовано?

— Да нет, — Альтамир придержал коня и поехал бок о бок с парнем. — Просто думаю, что из тебя отличный Странник выйдет.

— Неужели? — Ярт фыркнул. — А вот Фэль другого мнения.

— А ты её поменьше слушай, — Альтамир усмехнулся.

— А кто ты такой, чтобы указывать, кого мне слушать? — Ярт начал закипать.

— Злишься? Зря, — Странник хмыкнул. — Я тебе дело говорю. А Страннику не стоит проявлять чувства. Неужели по Фэль ты этого не заметил?

— Представь себе, нет! — огрызнулся Ярт. — Судя по вашей встрече, она их ой как проявляет!

— Дурак ты, — расхохотался Альтамир. — Мы с ней старые друзья!

— Оно и видно, — Ярт еле сдерживал злость.

— Ревнуешь? — Странник хитро смотрел на него. — Ну-ну, ревнуй-ревнуй. Только учти, что ревности запасти придётся много. Фэль все Странники обожают, да и не только они.

— А ты в частности, — Ярт сжал поводья так, что костяшки пальцев побелели.

— И я в частности, — Альтамир забавлялся, глядя на его нахмуренный вид.

— Фэль я тебе не отдам, — вдруг заявил Ярт, с яростью поглядев на Странника. — Фэль — моя. Запомни это и передай другим.

— Это она тебе сказала? — Альтамир усмехнулся. — Это ты запомни. Фэль никому не принадлежит. Она сама по себе. А я её у тебя и не отнимаю. У меня, между прочим, жена есть, — вдруг добавил он.

— Что? — Ярт недоверчиво смотрел на него.

— Ну да, жена, — невозмутимо кивнул Альтамир. — Одна из подруг Фэль на Пути. Терти.

— А-а, — лицо Ярта просветлело. — Наслышаны, наслышаны. А как же. Это её пирожки Фэль отцу Инри привезла?

— Найрэ? — спросил Альтамир.

— Ну да, — Ярт усмехнулся. — Ему.

— Моей! Терти любит всех своими пирожками кормить, — Альтамир расплылся в улыбке. — Ну ладно. Инри я знаю, как зовут. А тебя?

— Ярт, — коротко бросил парень.

— Просто Одиночка? — Альтамир удивлённо смотрел на него. — За что так?

— За характер, — Ярт больше ничего не добавил.

— Это хорошо, — Странник вдруг улыбнулся. — Все мы — одиночки: я, Фэль, Найрэ… был когда-то.

— Фэль кого-нибудь любит? — спросил Ярт, меняя тему.

— Фэль? — Альтамир негромко рассмеялся. — Единственное, что она любит, так это Лес, Путь и свою свободу.

— У неё нет… друга? — запнулся Ярт.

— Все Странники — её друзья, — хмыкнул Альтамир. — Но её сердце свободно от любви.

— Значит, у меня есть шанс, — Ярт усмехнулся.

— Ты её любишь, — не спросил, а скорее констатировал Странник. Он вздохнул и добавил:

— О, Фэльмарэ! Колдунья Леса. Её чары опутывают всех, кто не был в Эльфийском Лесу, а подчас и тех, кто там побывал. Такая уж власть дана Эльфам Ночи. Я не буду перечислять тебе список тех, кто вызовет тебя на дуэль за Фэль, это слишком долго. Но я желаю тебе удачи в том, чтобы не разбиться о свою любовь. Ты мне нравишься, Ярт. Твоя душа свободна и чиста. Сохрани её такой. Я буду молиться, чтобы боги помогли тебе.

— Я предпочитаю не уповать на богов, а добиваться всего самостоятельно, — Ярт посмотрел на спящую девушку. — Добьюсь и Фэль.

— Ну-ну, — Альтамир хмыкнул. — Я начинаю тебя уважать. Пусть даже это чистое безумие. Эй, Инри, — он оглянулся на отставшего спутника. — О чём задумался?

— Он, наверное, опять спит на ходу, — рассмеялся Ярт, оглянувшись.

— Ничего подобного, — невозмутимо ответил парень, догоняя их. — Я просто не хотел мешать вашей дружеской беседе.

Альтамир оглядел его:

— Да! Ты очень похож на своего отца, когда он пришёл в Ваинэль впервые. То же выражение лица, те же волосы. Даже одежда похожа. Только вот глаза у тебя голубые.

— От матери, — застенчиво кивнул Инри. — Так ты знал моего отца?

— О! Мы с ним долго вместе бродили по Пути, — Альтамир мечтательно улыбнулся. — Эх, хорошее было время! Сколько дорог мы прошли, деля на двоих последний кусок хлеба и глоток воды. Однажды он даже спас мне жизнь, вытащив на себе из песчаной бури.

— Правда? — Ярт никак не мог представить трактирщика, тащившего на себе Альтамира.

— Правда, — тот кивнул. — Терти его после этого только что на постамент не поставила и молиться на него не начала.

Альтамир взъерошил светлые волосы и спросил:

— Как он поживает, Инри?

— Как-как, — с достоинством проговорил парень. — Откормил себе живот в собственном трактире, да ещё с десяток детей вырастил. Только в него почему-то лишь я пошёл.

— Ха-ха-ха! — Альтамир рассмеялся. — Представляю себе, каким он стал. Найрэ всегда был сладкоежкой, так что растолстеть, сидя на одном месте, ему было не трудно. Он хоть в двери-то ещё проходит?

— Конечно, — улыбнулся Инри. — Окончательно стать колобком ему мать не даёт.

— Ясно. Он под каблуком, — Альтамир хмыкнул. — Ну, да хранит его Дева Ночи. Рад, что хоть кто-то в вашей семье пошёл в нашу породу Странников.

— Спасибо, — скромно ответил Инри.

— Можно спросить? — вдруг подал голос Ярт и поглядел на Альтамира. — Кто такие Странники и зачем они нужны?

— Как тебе сказать, — задумался Странник. — Это те, кто видит Путь, ходит по мирам. Странники собирают мудрость многих земель и несут её миру. Они могут быть лекарями, воинами, менестрелями, искателями. Да все они — искатели. Ещё с тех пор, когда первые из Эльфов появились в этом мире. Путь между мирами остался открытым, но пройти им может не каждый, а лишь тот, кого Путь выберет сам, кто был рождён для Пути. Это люди и Эльфы, для которых Путь стал жизнью, которые есть воплощение этого Пути. Странники — это хранители Пути. Он существует, пока жив последний из нас. Хотя бы один, — он запнулся и беспомощно договорил. — Я не знаю, как это объяснить.

— Не надо. Я, кажется, понял, — Ярт задумался. — Ты говорил, Странники не должны выказывать чувств. Почему?

— Зачастую во многих поселениях и мирах Странников не любят. Многое на Пути вызывает страх. Странник должен быть выше этого. Некоторые твари питаются эмоциями. Твой страх, ненависть — всё это делает их сильнее, — Альтамир серьёзно смотрел на Ярта. — Часто эмоции могут выдать тебя, отразившись во взгляде, движениях. Странники долго искали, как этого избежать. Ты представить себе не можешь, сколько народу погибло из-за этого. Но сейчас Странники превосходно скрывают свои чувства. Иногда их считают лишёнными души. Например, во многих поселениях севера. Но это не так. Достаточно посмотреть на молодых. Спокойствие и безразличие ко всему приходят с годами.

— Безразличие? — Ярт удивлённо посмотрел на него. — А если тебе сообщают, что твой любимый человек попал в беду?

— Смотря кто тебе сообщает. Если враг, нужно сперва десять раз проверить, прежде чем поверишь. Неважно, что у тебя в душе, — терпеливо проговорил Альтамир. — Ты можешь сгорать от ненависти, страха, злобы, но внешне ты абсолютно спокоен. Твоё первое «я» невозмутимо и безразлично. Тогда это спасёт и тебя, и твоих близких. Того, кому ничего не дорого, трудно зацепить, если вообще возможно. Поэтому очень немногие Странники создают семьи, многие просто тайно любят.

— А ты? — поинтересовался Инри.

— Я — один из немногих, кто имеет семью и дом. Моя Терти тоже Странница, но сейчас она живёт в Ваинэле, и я за неё не волнуюсь. Злу туда дороги нет, — Альтамир задумчиво улыбнулся. — Туда мы никого не пускаем.

Ярт посмотрел на рослого Странника, его внушительный вид, и решил, что Альтамира, действительно, голыми руками не возьмёшь.

— Кстати, — тот вдруг усмехнулся. — Приедем на стоянку, я вас проверю. Странники должны быть хорошими воинами. Должен же я убедиться, что моя обожаемая сестрёнка находится в хороших руках.

— Можешь прыгать от радости, — едко шепнул Инри на ухо другу.

— Попрыгал бы, да Фэль спит, — Ярт нежно смотрел на свою ценную ношу.

— Ты на ней, смотри, дырку не протри, — подколол его Альтамир. — А то вдруг разлюбишь, кому она с дыркой-то нужна будет.

— Ну подожди до стоянки, — вспыхнул Ярт.

— Злишься? — Альтамир хмыкнул. — Стань немного сдержаннее, парень. Иначе нет тебе дороги на Путь.

— Уж постараюсь, — Ярт спокойно смотрел на него. От недавнего огня ярости в глазах и уголька не осталось. Они были как непроницаемая холодная гладь лесного озера, отражающая лишь то, что в неё смотрится. Правда, хватило его ненадолго. Уже через пару мгновений гладь замутилась насмешливыми искорками. Но чтобы произвести впечатление на Альтамира этого оказалось достаточно.

— Молодец, — Альтамир удивлённо покачал головой. — На лету схватываешь. Думаю, Фэль будет тобой гордиться.

— Я знаю, — Ярт усмехнулся и покрепче прижал девушку к себе.


Когда над лесом появились первые алые отблески заката, Альтамир объявил привал. Он пустил Грайсера гулять и быстро развёл костёр в небольшой впадине.

— Кто готовит ужин? — спросил он.

— Я, — Инри спустился на землю. — Ярт вроде хотел с тобой драться, так что вы оба будете заняты. А Фэль спит.

Ярт в это время осторожно спустился с лошади и подхватил Фэль на руки.

— Инри, брось мой плащ на землю, — проговорил он.

Друг расстелил его плащ на земле, и парень осторожно уложил девушку.

— Эх, чтоб я так жил, — мечтательно вздохнул Альтамир и, вытащив меч, поинтересовался. — Ну что? Ты ещё не раздумал дать мне трёпку за длинный язык?

— Пока нет, — Ярт усмехнулся. — Инри, можно Аэхлир?

— Бери, — друг возился у костра с ужином.

Карие глаза Альтамира смеялись, глядя на Ярта. Парень вытащил меч из ножен, прикинул его на весу, приноравливаясь к рукояти (в этот момент в глазах Странника появилась искра уважения), и сказал:

— Ну что, начнём?

— Начнём, — Альтамир еле успел отразить мелькнувший клинок, и они стали кружить по поляне, танцуя под музыку скрещивающихся мечей. Альтамир внимательно следил за движениями Ярта и одобрительно кивал, когда тот не попадался на его различные финты. Ярт, если бы его спросили, как ему это удаётся, скорее всего пожал бы плечами и промолчал. Просто потому, что не смог бы описать то чувство, которое возникало у него всякий раз, когда в руках оказывалось оружие, а со стороны ожидалось нападение. Ощущение, словно это кто-то другой, а не он, держал в руках меч, парировал выпады, наносил удары. Как будто в этот момент его телом управляет чужое сознание.

Когда они присели передохнуть, Альтамир одобрительно проговорил:

— Ты просто молодец! Честно говоря, не ожидал. Много драк на твоём счету?

— Хватает, — Ярт усмехнулся.

— Только знаешь что, — Альтамир задумался. — Мы никогда не нападаем первыми. Запомни это.

— Почему? — удивился Ярт.

— Странники — они мирные, несмотря на то, что все — хорошие воины, — Альтамир покачал головой. — И мы не стремимся этот мир нарушать. Легче решить словами. Но если нападают на нас или ещё кого-то, то мы принимаем бой.

— Словами не всегда можно помочь, — грустно сказал Ярт. — Моя мать всегда пыталась всё решить словами, но её никогда не понимали.

— Где живёт твоя мать? — спросил Странник.

— В Вэльтарете, — Ярт искоса посмотрел на него.

— О! Там они зачастую и сами себя не понимают, — Альтамир рассмеялся. — Вэльтарет — это отдельная история. Догадываюсь, что на столь печальном примере ты всё предпочитал решать кулаками.

— А иначе не получалось, — Ярт хмыкнул.

— А ты часто пробовал? — на его плечо опустилась ладонь Фэль, и она села рядом с ними. — Ты отличный воин, мальчик. Я это сразу поняла. Но ты пока не знаешь, что главная сила — не кулаки, а слова. Часто слово бьёт больнее меча, попадая в душу. Научись пользоваться и этим оружием.

— Фэль права, — Альтамир кивнул. — Научись пользоваться словами. Не только для умиротворения, но и для битвы. Когда противник теряет контроль от ярости, его легче победить. К тому же часто словами можно добиться большего, чем просто действиями. Терти полюбила меня, услышав мои песни, посвящённые ей, — он с намёком посмотрел на Ярта.

Парень вспыхнул и поднял глаза на Фэль. Она грозно сверлила взглядом Альтамира, который с невинной улыбочкой смотрел на них. Их игру в гляделки нарушил Инри:

— Ужин готов.

Фэль смягчила взгляд и пошла к костру.

— Идём, — Альтамир поднялся. — У Странников есть ещё одна особенность. Почти все они любят хорошо поесть. Фэль не в счёт. А судя по запаху, у Инри готов какой-то деликатес.

Ярт рассмеялся, и они направились ужинать.

Во время ужина Фэль с улыбкой смотрела на эту парочку, тихо о чём-то шепчущуюся. Альтамир вытащил из-за пояса флейту и стал что-то тихо наигрывать. Ярт с интересом смотрел, а потом спросил:

— А научиться можно?

— Конечно, — Альтамир тут же с жаром взялся просвещать его насчёт игры на флейте. — Смотри!

Ярт попытался за ним повторить. Получилось не очень.

— Ну ничего, — утешил его Альтамир. — Здесь просто практика нужна.

«Ох уж мне эти мужчины», — Фэль прилегла у костра, слушая весёлый смех Альтамира над учеником. Рядом с ней сел Инри:

— Фэль, когда мы приедем в Тхартнэль?

— Трудно сказать, — она пожала плечами. — Через день или два, если ничего не изменится.

Инри усмехнулся:

— А что мы там будем делать?

— Во-первых, — Фэль потянулась, — мы там отдохнём. Во-вторых, Ярту нужен меч…

— А-а! — Инри хмыкнул. — Из-за этого?

— Ты, что, думаешь, что я из-за Ярта только потащусь в Тхартнэль, если можно прямо в Ваинэль ехать? — возмутилась Фэль. — Ты, кажется, попал под его дурное влияние, Инри. Стал нести такие же глупости.

— Я хочу побыстрее добраться в Ваинэль, — мечтательно проговорил Инри. — Альтамир так красиво о нём рассказывал, что я просто влюбился в этот город.

— Так отправляйся с ним, — девушка улыбнулась. — Он-то ведь идёт прямо в Ваинэль.

— Ты думаешь, он меня с собой возьмёт? — нерешительно проговорил Инри.

— Конечно, — убеждённо фыркнула Фэль. — Да и Терти будет рада тебя увидеть. Она очень любила твоего отца.

— Хоть кто-то его любил, — хмыкнул парень.

— Найрэ любили все, — Фэль немного грустно улыбнулась. — Он ведь был Странником.

К ним подошёл Альтамир:

— О чём речь?

— Инри хочет пойти сразу в Ваинэль, — Фэль посмотрела на Альтамира.

— Так за чем же дело? — тот усмехнулся. — Пойдём со мной. Только не говори, что стесняешься.

— Неужели ты меня возьмёшь?! — Инри не мог поверить в свалившееся счастье.

— Конечно, — Альтамир обнял его за плечи. — Вот уж Терти порадуется, когда увидит, кого я привёл. С сыном моим познакомишься, пирожков наешься…

— Вот уж пирожков он точно на всю жизнь наестся, — усмехнулась Фэль и легла. — Я — спать! А вы — как хотите.

— Я тоже, — Инри пошёл на свое место.

Альтамир встал:

— А я пойду, поброжу немного.

— Далеко не убредай, — проговорила Фэль и зевнула.

Рядом с ней опустился Ярт:

— Фэль, можно тебя попросить?

— О чём? — она приоткрыла один глаз.

— Научи меня эльфийскому языку.

— Зачем? — сонно пробормотала девушка.

— Просто хочу знать, — он смотрел в огонь. — Красивый язык. Кое-что я понял. В Вэле были подобные слова.

— Что тебе конкретно нужно? — она села, видимо смирившись с тем, что поспать он ей не даст, и поглядела на него.

— Как будет — ночь?

— Нэртэ.

— День?

— Эррэ, — Фэль устало прогнулась в спине. — Утро — эртэ, вечер — нэррэ, звезда — элээн, луна — сэллэ, солнце — тэнрэ, вода — мирэ, ветер — хэйа…

— А твоё имя? Что оно значит? — прервал её Ярт.

— Зачем тебе? — поинтересовалась она.

— Чтобы знать, — Ярт улыбнулся. — Красивое имя. Фэль — это огонь, если я не ошибаюсь?

— Огонь, пламя, — Фэль кивнула. — Фэльмарэ — это Огненный Лотос.

— Что?! — Ярт распахнул глаза. — Этот цветок?!

— Да, — девушка улыбнулась. — Это был мой самый любимый цветок в Друидской Роще. Так меня именно там прозвали. Это имя я и взяла, когда вышла на Путь.

— А как будет Путь? — спросил Ярт.

— Хатто, — Фэль вздохнула. — Кстати. Завтра Альтамир и Инри отправляются в Ваинэль. Так что в Тхартнэль мы поедем вдвоём.

— Не боишься? — озорно улыбнулся Ярт.

— Чего? — не поняла она.

— А вдруг начну приставать? — в его глазах плясали весёлые огоньки.

— Попробуй, — Фэль хмыкнула. — Как начнёшь, так и закончишь. Как бы тебе хуже не было. Ох, Ярт! Советую тебе меня поскорее разлюбить.

— Почему? — он прямо смотрел в её глаза.

Фэль не могла отвести взгляда. Он был истинным Эльфом Ночи в это мгновение.

Волчонок! Девушка всматривалась в его глаза, пытаясь понять, почему же его отец никогда не казался ей привлекательным настолько? Кажется, теперь она понимала Хэйлу, влюбившуюся в Лайнэ.

— Ох, мальчик! — девушка склонила голову набок и грустно посмотрела на него. — Я Странница. Не мне создавать семью. Я не могу без Пути, а семья это отказ от него. Поэтому я никогда не полюблю тебя, Ярт. Как, впрочем, и кого-то другого.

— Всё равно я добьюсь своего! — он упрямо смотрел в её глаза. — Альтамир и Терти тоже Странники, но они ведь живут семьёй. Ну да, я понимаю, — Ярт грустно усмехнулся. — Я тебе не пара. Я ведь не Эльф, человек.

— Что за глупости?! — Фэль возмутилась. — Мне дела нет до того, Эльфом или человеком будет тот, кого выберет моё сердце. Может, он вообще гномом будет!

Ярт рассмеялся:

— Ну да! Представляю тебя в паре с гномом.

— А что? — Фэль с достоинством подняла голову.

— Забавная картиночка, — Ярт хмыкнул. — И тем не менее, Фэль. Почему ты так уверена, что никогда не полюбишь меня? Я урод, дурак, ребёнок?

— Мальчишка, — девушка задорно усмехнулась. — У нас, Эльфов, нет понятия возраста. Есть понятие — мудрость, приходящая с годами. Ты не дурак, ты — ильфэнтэ, — Фэль забавно поморщилась и добавила. — Маленький глупенький мальчик. Спокойной ночи, Ярт! — она со смехом откинулась на плащ и увидела над собой лицо Ярта.

— Маленький мальчик? — он прищурил дерзкие глаза и резким кивком закинул назад мешавшие ему волосы. — Тогда, надеюсь, ты не обидишься на ребёнка? — парень рывком поднял её за плечи и приник к её губам поцелуем.

В первый момент Фэль оцепенела от неожиданности, но уже через несколько мгновений она пришла в себя, вырвалась из его объятий и залепила Ярту оплеуху:

— Я, кажется, предупреждала тебя, что стоит меня спрашивать, но тебе, похоже, наука не впрок.

— Ещё скажи, что тебе было неприятно, — он снова обнял её, глядя в непроницаемо-тёмные глаза Фэль.

— Нахал! — она дала ему ещё одну пощёчину и, вырвавшись, бросилась в лес. Ярт вскочил было за ней, но ему на плечо опустилась тяжёлая ладонь Альтамира:

— Сиди!

— Но Фэль… — Ярт беспомощно обернулся.

— Дурак же ты! — Странник вздохнул. — Зачем ты это сделал?

— Довела, — буркнул Ярт и сел обратно.

— У тебя нет терпения, — Альтамир покачал головой, — и это самый большой твой недостаток. Ты нетерпелив, как ребёнок. Любой, не то, что Странник, а просто мужчина должен иметь прекрасную выдержку. А так… Так ты добьёшься того, что в один прекрасный день Фэль уйдёт неизвестно куда.

— Она уже ушла неизвестно куда, — Ярт поник. — Она ненавидит меня.

— Напротив. Ты её слишком волнуешь, сколь я знаю Пламя, — задумчиво проговорил Альтамир. — И Фэль всеми силами старается помешать вашему сближению, чтобы не потерять свою свободу. Я поищу её, — он упруго поднялся и направился за девушкой.

Фэль была метрах в двухстах от костра. Она сидела, уткнувшись носом в колени и обхватив их руками, и что-то невнятно бормотала:

— Дева Ночи! Прошу тебя, помоги мне. Остуди мою душу, просветли мой разум, не дай мне сделать глупость…

— Глупость ты уже сделала, — Альтамир опёрся плечом о дерево. — Убежала, как девчонка. Что с тобой, Фэль?

— Я не могу быть с ним, я же ему сказала, — глухо ответила Фэль и встала. — Что он себе позволяет? Весь в своего папочку. Терпеть не могу их семейку!

— Я бы на его месте поступил точно так же, — Альтамир усмехнулся. — Трудно себя сдерживать, когда тебя весь день дразнят.

— Я его не дразнила! — возмутилась Фэль.

— Ага, как же, — Странник хмыкнул. — Это я с ним вместе ехал и спал на его груди, я его мальчишкой назвал, и глазки ему тоже я строил.

— Я не строила ему глазки, — фыркнула Фэль и отвернулась. — Зачем мне это надо?

— Слава Нэртэнэль, остальное ты не отрицаешь, — Альтамир улыбнулся и уже серьёзно проговорил. — Он ведь тебе нравится, Фэль, но ты боишься… потерять свою свободу, уйти с Пути, — он положил ладонь на плечо девушки. — Как же, ты ведь у нас — свободное Пламя.

— Я не виновата, если он, подобно глупому мотыльку, на это пламя летит, — фыркнула она. — Он мне безразличен!

— Днём я бы тебе ещё поверил, — Альтамир усмехнулся. — Сейчас — нет. Почему ты не можешь быть с ним?

— Он ещё совсем ребёнок, — Фэль задумалась. — Ребёнок…

— Он мужчина, и он любит тебя, — отрицательно покачал головой Странник. — Найди другой довод.

— Он мне в сыновья годится, — вспыхнула девушка. — К тому же он — сын Хэйли.

— И что? — Альтамир внимательно смотрел на неё.

— А то! Хэйли — моя подруга, почти сестра, а он её сын, значит почти мой племянник — назидательно произнесла Фэль. — Да к тому же я терпеть не могу его отца, на которого он очень похож по всем чертам.

— И что? — снова повторил он.

— Я не люблю его! — девушка топнула ногой. — Не должна любить!

— Так не любишь или не должна? — усмехнулся друг.

— Но ведь… — потеряно начала она и осеклась, вспомнив его объятия и поцелуи.

— Идём, — Альтамир протянул ей ладонь. — У вас ещё весь Путь впереди, чтобы узнать друг друга. Ты сама ещё ребёнок, Фэль. И очень часто просто несносный и упрямый до крайности. Так что ты от него хочешь? Я дам тебе один совет, который ты слышала уже не раз. Преодолей свои страхи. Нельзя всю жизнь бегать от них. А что до его отца… Дети не отвечают за то, что совершили их родители.

Они пошли к костру. Ярт всё так же сидел, дожидаясь их.

— Извини, — буркнул он, поглядев на девушку. Она пожала плечами и опустилась на плащ:

— Спокойной ночи.

— Спи, Фэль, — Альтамир сел между ними. — Я пригляжу за костром.

Глава 3

Фэль проснулась с зарёй. Альтамир сидел у костра и поджаривал хлеб. Девушка подошла к нему со словами:

— Доброе утро, брат.

— Доброе утро, сестра, — откликнулся он. — Как спалось?

— Прекрасно, — Фэль блаженно потянулась и задорно улыбнулась. — А ты спал?

— Нет. Я утешал нашего несчастного влюблённого, — Альтамир кивнул на Ярта, который безмятежно спал рядом с ним. Фэль невольно залюбовалась его тонкими, чуть резкими чертами лица. Она поймала себя на мысли, что её тянет к этому нахалу.

— Бедный, — пожалела она.

— Кто из нас, я или он? — поинтересовался Альтамир.

— Оба, — Фэль присела рядом с Яртом, осторожно убрав с его лица волосы. — Посмотри на него. Он действительно мотылёк, порхающий от одного цветка к другому. Он видел только меня, но когда мы приедем в Ваинэль, он увидит целую толпу прекрасных девушек и забудет обо мне.

— Фэль, он же Эльф. И он уже любит тебя, — усмехнулся Странник. — Не влюблён, любит! Чувствуешь разницу? К тому же кто из ваинэльских дам сравнится с тобой, Странницей, свободной дочерью Леса и Пути? Уж поверь мне.

— Слышала бы тебя Терти! — Фэль хмыкнула. — Что бы она сказала?

— Подтвердила бы мои слова, — невозмутимо проговорил Альтамир и тут почувствовал горелый запах. — А, Дрэит Нэртэ! Вот видишь! Я с тобой даже про еду забыл, — он сокрушённо смотрел на два уголька, в которые превратились его кусочки хлеба.

Девушка рассмеялась и поднялась:

— Нажарь ещё. Хлеба предостаточно.

Она пошла к ручью, бегущему вдоль пути, чтобы умыться. Когда она поднялась, то увидела рядом Ярта. Он серьёзно смотрел на неё:

— Я хотел поговорить с тобой.

— О чём? — Фэль спокойно приблизилась к нему. Они смотрели друг другу прямо в глаза.

— Если ты не хочешь, то можешь ехать с Инри в Ваинэль. Я попрошу Альтамира, и он доведёт меня до Тхартнэля, — проговорил Ярт.

— Вот ещё, глупости! — возмутилась Фэль. — Уж если я тебя повела, то я тебя и доведу. У Альтамира в Тхартнэле дел нет, его Терти дома в Ваинэле ждёт. Так что даже не мечтай от меня так просто избавиться, — она усмехнулась и вдруг резко наклонила его голову и поцеловала Ярта. — Надеюсь, ты серьёзно не собирался ехать с ним? — добавила Фэль, хитро глядя в его глаза.

— Фэль… — он попытался её обнять, но девушка увернулась и быстро пошла к костру.

— Успокоила и приласкала? — поинтересовался Альтамир, раскладывая завтрак. — Ну и молодец. Ну и правильно!

— Не слишком ли я его обнадёжила? — хмыкнула Фэль, глядя на мечтательное выражение лица возвращавшегося Ярта.

— В меру, — Альтамир оглянулся на парня. — Эй, страдалец! Иди завтракать!

— Я не страдалец, — Ярт со счастливой улыбкой сел у костра и посмотрел на Фэль, невозмутимо доедавшую завтрак. — Я самый счастливый человек на свете.

— По лицу видно, — Альтамир хмыкнул. — Это я так, сослепу, не заметил издалека, что ты счастливый. Думал, раз Фэль от тебя снова убежала, значит опять оплеуху схлопотал. Даже испугался, не оглох ли я? Ведь ни одного звука не слышал.

Фэль фыркнула и закашлялась, поперхнувшись. Погрозив Альтамиру кулаком, она проговорила:

— Пожалей мой завтрак, плод трудов твоих! Я же им подавлюсь, если буду смеяться!

— Я серьёзно, — он смотрел на неё таким честным и невинным взглядом, с такой наивной улыбкой, что Фэль не выдержала и повалилась в траву от хохота:

— Ох, Альтамир! Вот просмеюсь и задам тебе взбучку. Не могу я на тебя смотреть!

— А ты не смотри, ты лучше ешь, — посоветовал друг, — а то завтрак на траве останется. Зря старался, что ли?

— Да ладно, ладно, не зря, — она успокоилась и поспешила закончить завтрак, пока Альтамир ещё что-нибудь не выкинул.

В это время проснулся Инри. Видимо, учуяв, что готово нечто вкусненькое. Он нехотя побрёл к ручью умываться, по дороге сладко потягиваясь. Ярт, вспомнив, как Инри и Фэль однажды разбудили его, стал подниматься, чтобы отыграться, но девушка удержала его:

— Оставь его, Ярт. Пусть спокойно умоется.

Инри вернулся к компании и сел рядом с Альтамиром:

— Когда тронемся?

— Ох, и нетерпеливая нынче пошла молодёжь! — покачал головой Странник, неторопливо уминая завтрак.

— И не говори, — сокрушённо вздохнула Фэль.

— Да я просто хочу на Ваинэль посмотреть… — смутился Инри.

— Да ладно, — Альтамир улыбнулся. — Не обращай внимания, это мы так шутим. Через полчасика тронемся. Ешь пока.

Покуда ребята ели, они стали потихоньку собираться. Фэль разделила провизию и упаковала сумку. Альтамир деловито убирал оставшиеся дрова под камни.

— Другим пригодятся, — пояснил он, встретив вопросительный взгляд Ярта.

— Ну что, в путь? — Фэль грустно вздохнула и протянула руки к огню, но вдруг тихонько пропела:

— Ты слышишь, ветер стучит в окно?

Пора, Странник, пора.

И пусть за дверью ещё темно,

Мы двинемся в путь до утра…

— Ты слышишь, трубит над горами рог.

Над миром встаёт заря.

Накинь свой плащ, господин дорог,

Ты в мире живёшь не зря…

Альтамир присел рядом с ней и тоже протянул руки к огню.

— Ты слышишь, песню тебе поют

Перекрёстки земных дорог.

Оставь за спиной тепло и уют,

Чтобы снова шагнуть на порог.

Но ветер вновь застучал в окно.

Пора, Странник, пора…

И пусть за дверью ещё темно,

Мы двинемся в путь до утра…

Фэль улыбнулась и обняла Альтамира:

— Пусть Терти нас ждёт. И Эртэ. Привет им передавай. Мы скоро приедем.

— Конечно, — Альтамир кивнул. — Мы все вас будем ждать.

— Если тебя опять куда-нибудь не унесёт ветром, — усмехнулась Фэль и взмахнула рукой. — Аи фантро!

Пламя угасло, и Фэль встала:

— Пора…

— Идём, малыш, — Альтамир обнял Инри за плечи и повёл к лошади.

— Пока, друг! — Ярт махнул ладонью. — Увидимся в Ваинэле!

— Увидимся, — кивнул Инри.

Ярт двинулся за Фэль, и они, уже сидя верхом, увидели, как Альтамир и Инри скрываются в полусумраке Леса.

— Поехали, — девушка тронула Грайсера, и они отправились дальше по кромке.

По дороге Фэль продолжила урок эльфийского. Ярт спрашивал — она называла. Его цепкая память быстро запоминала новые слова:

— Растение — иллах, птица — лери, животное — тао…

Он, конечно, ещё жутко путался в грамматике языка, но понять уже что-то мог.

— Что означает «Альтамир»? — поинтересовался он.

— Альтамир, — Фэль хмыкнула. — Помнящий землю. Альтамирэл. Сокращение. В эльфийском много сравнений. Например, есть поговорка «мирэл мирэй», что означает — помнить воду, то есть много помнить, помнить, сколько воды утекло.

— У меня чувство, что я всё это знал раньше, но забыл в Вэле, — задумчиво проговорил Ярт. — Такое… ну… эльфийское, наверное, ощущение.

Фэль рассмеялась:

— Ты у меня, смотри, скоро совсем Эльфом станешь!

— Было бы это возможно, — вздохнул он. — Я бы многое отдал за то, чтобы стать Эльфом.

— Нет ничего невозможного, — улыбнулась девушка. — Разберёмся с последними неприятностями, сделаем из тебя всё, что захочешь.

— Разве можно стать Эльфом, если по рождению ты человек? — удивился Ярт.

— Если ты этого достоин, то можно, — она кивнула. — Существует Камень Судеб. Он решает, каким будет Истинное Имя Эльфа после рождения, он же позволяет выбрать Путь в жизни. Мы живём бок о бок с людьми, и если бы не Камень, то половину нас составляли бы полуэльфы, как в Вэльтарете. А в общем, сам увидишь, что это такое. Разберёмся с Вратами, я тебя отведу… или сам дойдёшь.

— И тогда мы всегда будем вместе, — Ярт влюблёно смотрел на неё.

— Прекрати! — Фэль резко остудила его пыл. — Я тебе в матери гожусь.

— Нет, — он усмехнулся. — Вот как жена, ты бы мне пригодилась, а мать у меня и так есть. К тому же у меня к тебе совсем не сыновьи чувства.

— Зато у меня к тебе чувства пожилой тётушки к маленькому неразумному племяннику, — усмешкой ответила Фэль.

— А что тогда было сегодня утром? — поинтересовался Ярт. — Это был далеко не материнский поцелуй.

— Надо же было тебя хоть как-то успокоить, — Фэль пожала плечами. — По-другому бы не получилось.

— Спасибо, — процедил он сквозь зубы. — Могла бы через себя не переступать. Ты же для нас и бог, и закон, — Ярт хлестнул Гэллэра и бросился вперёд.

— Стой! — приказным тоном проговорила Фэль и направилась за ним.

Ярт осадил коня и хмуро посмотрел на неё:

— Что ещё?

— Куда тебя понесло? — она строго смотрела на него. — И что это за тон?

— Не изображай из себя строгую мамочку, — поморщился Ярт. — Тебе это не идёт. Я не твой сын. На меня это не подействует.

— Ярт, успокойся, — Фэль старалась подействовать на упрямца мирным тоном, мысленно ещё раз благодаря Хэйлу за весёленькую дорогу. — Пойми, я не собираюсь быть твоей матерью. Для меня это слишком сложная задача. Мы с тобой оба не подарки, так что давай не будем ссориться и портить друг другу дорогу взаимными обидами. Я ведь предупреждала тебя, что мы никогда не будем вместе. Я бы не хотела, чтобы ты на меня обижался.

— Я не обижаюсь на тебя, Фэль, — Ярт грустно усмехнулся. — Просто я всё больше люблю тебя, а ты…

— Не начинай снова, — девушка с тоской вздохнула. — Давай закроем эту тему хотя бы до Ваинэля.

— Как хочешь, — Ярт пожал плечами. — Но мне на весь мир кричать хочется, что я люблю тебя.

— Кричи, — засмеялась она. — Только со мной об этом не говори.

— Я люблю тебя, Фэль! — крикнул он во всю силу. — Я люблю тебя!

Эхо умножило его крик, и из всех уголков Леса доносилось: «Я люблю тебя!».

Девушка улыбнулась, слушая, как эхо вплетается в канву Музыки, а Ярт продолжал повторять эту фразу, словно забыл все остальные слова.

— Ну всё, всё, хватит! — смеясь проговорила Фэль. — Я верю! Смотри, всех птиц распугал.

«Птицы ей дороже меня!» — горько подумал Ярт, но, поминая уроки Альтамира, остался спокойным:

— Ничего. Они сейчас обратно прилетят.

— Конечно, — Фэль огляделась. — Как-то тихо сегодня…

— Так я же всех распугал, — улыбнулся Ярт.

— Да уж, — она фыркнула. — Теперь весь Лес будет над тобой смеяться.

— Пусть смеётся, — Ярт пожал плечами. — Зато теперь все знают, что я люблю тебя.

— Пусть знают, — в тон ему ответила девушка и рассмеялась. — Им до этого дела нет.

— Как и тебе, — тихо добавил он.

Фэль промолчала, словно и не слышала этих его слов, и они продолжили путь.

Ближе к вечеру девушка остановилась у небольшой речушки:

— Здесь заночуем.

— Странно, ведь ещё можно ехать дальше. Солнце ещё не село, — Ярт спешился. — Обычно мы ехали как можно дольше.

— Завтра мы отправимся в Тхартнэль, — ответила Фэль, разбирая сумку. — Напротив Врат нет воды, поэтому мы остановимся здесь. Всё ясно?

Ярт пожал плечами:

— Ты главная, тебе виднее. Я пойду за дровами.

Фэль кивнула и направилась к речке. Спускаясь вниз, она увидела небольшую заводь. На тёмной глади воды мерно покачивались крупные белые лилии, распластав широкие листья. Девушка слегка поклонилась реке и тихо, по-эльфийски, попросила разрешения набрать воды и умыться, затем склонилась к воде… и тут её окатила волна брызг.

— Ярт… — она прищурила глаза и слегка повернула голову. — Тебе заняться больше нечем?

— Я тебя умываю, — хмыкнул парень.

— Ах так? — Фэль набрала в пригоршни воды и плеснула ему в лицо.

— Ну погоди, — Ярт в долгу не остался…

Уже насквозь вымокшие, они, наконец, направились к костру. Фэль отжимала волосы, с которых текло в три ручья. Их стычка закончилась тем, что парочка не удержалась на скользком берегу и полетела в воду, наглотавшись речной водицы. Видимо, река решила слегка охладить их пыл.

Ярт отжимал рубаху. Ей это купание пошло на пользу. По крайней мере она приобрела первоначальный белый цвет.

Фэль невольно загляделась на спутника. Ярт слегка ёжился под порывами прохладного вечернего ветра, и девушка отчётливо видела, как перекатываются его мускулы. Чёрные волосы тяжёлой волной сбегали по плечам и спине. На влажной коже отражались отблески огня. Парень был потрясающе красив в эти мгновения.

«Да перестань, — мысленно одёрнула она себя. — Ты же с самого начала считала его красавчиком, пусть и несносным!».

Ярт заметил её пристальный взгляд и поинтересовался:

— Что-то не так?

— Нет-нет, всё в порядке, — она улыбнулась и опустила глаза.

— Ну, слава Деве Ночи, как вы говорите, — хмыкнул он. — Я уж испугался, что на мне что-нибудь нарисовано.

— Перестань, — Фэль со смехом запустила в него первой попавшейся под руку щепкой.

— Узнаю замашки, — Ярт увернулся. — Найрэ в Инри обычно тарелки метал.

— Хочешь попробовать? — её рука потянулась к миске.

— Нет, благодарю, — он вздохнул. — Мне пока себя жалко. Вся жизнь впереди, и я хочу прожить её, знаешь ли.

— Догадываюсь, — Фэль усмехнулась и взяла сумку. Достав из неё гребень, она принялась приводить в порядок волосы. Ярт посмотрел на неё и тряхнул взъерошенной головой, разбрызгивая остатки воды.

— Эй, хватит! — она посмотрела на него из-под насупленных бровей.

— Ладно, ладно, — он хмыкнул и разодрал волосы пятернёй. — Я просто привожу в порядок это наказание.

— Все бы таким наказанием могли похвастаться, — рассмеялась Фэль и перебралась к нему. — Позволь мне.

Она осторожно стала перебирать гребнем его волосы, попутно погружая в их прохладную тяжесть пальцы. Ярт довольно зажмурился, думая, что Фэль всё-таки, наверное, умеет читать мысли, и только что не урчал от удовольствия. Когда его «наказание» ровной волной легло ему на спину, Фэль улыбнулась:

— Вот и всё. И стоило так мучиться?

— Спасибо, — он отклонился назад, поднимая голову так, чтобы видеть её лицо. Его волосы заскользили по её рукам, и Ярт посмотрел на Фэль снизу вверх. Она склонила голову набок:

— Что?

— Ничего, — он улыбнулся. — Ты прекрасна.

— Я знаю, — хмыкнула девушка и поднялась. — Пойду, прогуляюсь. Обсыхай пока.

— Хорошо, — он обернулся ей вслед. — Только далеко не уходи.

— Не волнуйся, я скоро вернусь, — она скрылась в полумраке Леса.

— Надеюсь, — Ярт сел, обхватив колени руками и вперился взглядом в огонь. Правда, надолго его терпения не хватило, и через какое-то время он вскочил и направился за ней.

Вскоре впереди мелькнуло светлое пятно, и Ярт неслышно приблизился. Он сразу увидел девушку, стоявшую между деревьев. Он достаточно хорошо видел её, несмотря на то, что она была скрыта полусумраком леса. На своё зрение Ярт никогда не жаловался, оно было даже чересчур хорошим.

Фэль выжимала рубашку, так же, как он недавно, ёжась под дуновениями прохладного ветра. Светлая кожа резко выделялась на фоне тёмных стволов. Ярту ещё долго потом снились эти мгновения, а пока что он стоял и безнаказанно наслаждался видом того, что обычно было скрыто под одеждой. Надо полагать, именно поэтому ей потребовалось уйти в Лес.

«Никогда бы не подумал, что она такая стеснительная», — усмехнулся про себя Ярт.

Фэль оделась и пошла дальше. Парень неслышно последовал за ней.

Девушка негромко напевала, шагая по одной ей ведомому пути. По дороге она время от времени нагибалась, высматривая что-то в траве. Иногда она доставала кусочки хлеба из осмотрительно захваченной сумки, и на её открытую ладонь слетались весёлые лесные пташки. Некоторые сидели на её плечах и что-то весело чирикали.

Сколько они так шли, Ярт не знал. Он все силы направил на то, чтобы самому следить за девушкой, но так, чтобы она этого не заметила. Однако Фэль вдруг обернулась и, прямо поглядев в ту сторону, где он замер, со смешком проговорила:

— Эй, следопыт. Долго красться будешь?

— Как ты узнала?! — Ярт вышел из тени.

— Лес сказал, — она выпустила одну из птиц, сидевших на её плече.

— Давно? — парень хитро прищурился, глядя на неё.

Девушка пожала плечами:

— Нет, не очень, — и с одобрением добавила. — Сама я тебя не услышала. Делаешь успехи.

— Учусь, учусь, — Ярт важно улыбнулся.

— Учись-учись, — в тон ему ответила Фэль. — Пойдём к костру.

Он кивнул и попытался её обнять, но девушка легко увернулась, изогнувшись в его руках всем телом, и отскочила в сторону:

— Прежде догони!

— Как хочешь, — он рванул за ней.

«А бегает-то он не хуже отца», — запоздало поняла девушка, но отступиться была не намерена. В конце концов, она в лесу выросла, в отличие от него, и значит, шансов уйти у неё было больше. Фэль гибко уворачивалась от него, когда он, казалось бы, уже совсем поймал её, и снова убегала вперёд. Она не учла только одного. Ярт терпеть не мог проигрывать и ради победы был готов свернуть себе шею.

— Оп-па! — он прыгнул через кусты, не тратя времени на обегание, и девушка мягко приземлилась на мох, оказавшись в крепких объятиях его рук. Она перевернулась на спину и вздохнула:

— Догнал-таки.

— Это было непросто, — Ярт встал с неё и присел рядом на корточки, склонив голову набок.

— Знаю, — Фэль рывком встала на ноги. — Идём, а то костёр погаснет.

Они неторопливо направились на огонёк, который Ярт заметил только сейчас. Костёр действительно почти прогорел. Фэль подбросила дров и посмотрела на спутника:

— Оденься, замёрзнешь, — она лукаво улыбнулась. — Или ты надеешься произвести на меня впечатление?

— Да нет, — Ярт усмехнулся. — Просто сушу рубашку.

Он завернулся в плащ и сел рядом с ней. Фэль поёжилась:

— Прохладно сегодня, — она протянула руки к огню и посмотрела на Ярта. — Обними меня.

— Что? — ему показалось, что он ослышался. Чтобы Фэль да вдруг такое попросила!

— Что слышал, — она прижалась к нему продрогшим телом.

Ярт осторожно, даже нерешительно обнял её и укрыл плащом:

— Так теплее?

— Намного, — Фэль уютно устроилась у него под боком. От Ярта так притягательно веяло теплом и мужской силой, что она решила не бороться с искушением. К тому же от неё это ничего не требовало. Ночь действительно была прохладной, что с того, что она решила немного погреться?

— Надеюсь, утром ты мне за это оплеуху не залепишь? — в притворном ужасе посмотрел на неё Ярт.

— Нет, — она улыбнулась.

Парень прижался подбородком к её затылку и тихо шепнул:

— Мне так хорошо с тобой.

— Молчи, — Фэль обняла его и закрыла глаза. — Лучше молчи…


Утром она подняла его довольно поздно. Ярт, потягиваясь, выполз на свежий воздух из-под плаща и, поглядев на Фэль, спросил:

— Вчера мне приснилось, или ты действительно грелась рядом со мной?

— Приснилось, — хмыкнула девушка.

— Значит, было, — он встал.

— Завтрак готов, — Фэль улыбнулась. — Иди, ешь.

— Так было? — допытывался парень.

— Было, было, — она засмеялась и добавила. — Только не обнадёживайся. Мне просто стало холодно после нашего купания. Если, конечно, это можно так назвать.

— Уж как-нибудь постараюсь не обнадёживаться, — Ярт хмыкнул. — К тому же, ты мне этого всё равно не позволишь.

— Это уж точно, — Фэль сморщила носик и положила на землю большой лист лилии, на котором горкой лежали ягоды. — Хочешь земляники?

— Она ещё спрашивает! Конечно хочу! — парень улыбнулся и потянулся к ягодам. Они ни в какое сравнение не шли с теми, что он сам собирал в лесу рядом с Вэлем. Те были мелкие и горьковатые, а эти просто таяли во рту.

— Ешь, — девушка пододвинула ягоды поближе к нему. — Я их только что собрала.

Она смеялась, глядя, как он смакует каждую ягоду, которую отправлял в рот:

— Поторопись, — Фэль собрала свои вещи. — Нам сегодня нужно добраться до Тхартнэля, а значит, двигаться придётся быстро.

— Сейчас, — он свернул лист трубочкой и высыпал остатки ягод в рот. — Поехали.

— Может, сперва оденешься? — предложила девушка, насмешливо глядя на него.

Ярт потянулся за рубашкой и быстро привёл себя в приличный вид. Свернув плащ, он бросил его через седло и вскочил на Гэллэра.

— Вперёд, — Фэль направилась по тропе к Вратам Тхартнэля.

Ярт от нетерпения всё время стремился вырваться вперёд. Вдруг он изменился в лице и, остановив коня, обернулся к девушке, проговорив:

— Фэль, пожаром пахнет.

— Ты прав, — она втянула носом воздух и обеспокоено завертела головой. — Это в Лесу.

Спустившись на землю, Фэль осмотрелась и направилась к самому высокому дереву. Взлетев на него, как белка (Ярт только тоскливо вздохнул), она удобно устроилась на самой вершине, даже не заботясь о том, чтобы держаться. Не до того было.

Оглядевшись, Фэль побледнела. К западу от них над Лесом поднимался густой столб дыма, заволакивая чистое утреннее небо клочьями чёрных облаков. Прикинув карту Леса, девушка чуть не свалилась, сразу вспомнив о том, что надо держаться. Она быстро съехала вниз и потеряно проговорила:

— Нэршо горит. Похоже, там что-то неладно, — и, помолчав, добавила. — Надеюсь, Инри и Альтамира там уже нет.

— Чего мы ждём? — Ярт побелел как полотно и развернул Гэллэра. — Может, помощь нужна. Поехали!

— Ты прав, — Фэль вскочила на Грайсера и тронула его. — Быстрее, малыш. Путь неблизкий.

По дороге Фэль еле успевала уклоняться от веток, нависавших над тропой.

«Только бы успеть!» — лихорадочно думала она. До Нэршо было довольно далеко. Обычный конь по этому пути ехал бы около суток не торопясь. Если Альтамир и Инри там, они вряд ли успеют им помочь, разве что отомстят за них. Фэль вспомнила компанию лохмачей и подумала, что это, скорее всего, их рук дело, ведь больше никого в Заповедном Лесу не было.

— Вы мне заплатите, — шептала она сквозь стиснутые зубы.

Солнце перевалило за полдень, а они всё ещё гнали лошадей по лесу. Девушка осознавала, что они опаздывают, и опаздывают катастрофически. А впереди расползался резкий запах гари.

Ещё не доехав до поселения, они увидели алые отблески пожара и услышали громкие воинственные вопли. Рука Фэль уже стискивала рукоять кнута, висевшего по правую сторону седла. Она на ходу, не доезжая до поселения, соскочила с коня, по пути вытягивая из ножен меч.

Выйдя на кромку поляны, она побледнела. От Нэршо осталось лишь дымящееся костровище да обугленные тела среди куч углей. По ним бегали остатки той самой подозрительной компании.

— Смотрите, Эльф! — кто-то заметил её, и компания бросилась к девушке. — Эльфийка! Повеселимся, ребята!

— Да уж, я вам сейчас устрою веселье, — прошептала Фэль, не разжимая зубов, и обхватила пальцами кольца кнута.

Человекообразные насмехались, взяв её в круг:

— Похоже, у этих зажравшихся Эльфов не осталось мужчин! У них теперь бабы воюют! Эй, крошка, что ты сделаешь своей вязальной спицей?

— Выпущу тебе кишки и свяжу тебе из них удавку, — спокойно ответила она, слегка ослабляя пальцы. Кнут с легким шипением зазмеился по траве. Если бы среди этой ватаги был кто-то, кто встречался с девушкой раньше, он бы крикнул «Бегите!» и первый дал бы дёру от места намечавшейся драки, едва увидев, как она прикрыла глаза, слегка вздохнув. Но на их беду все, кто был знаком с таким состоянием девушки, были мертвы.

Сзади свистнул меч, и моментально всё её тело превратилось в туго натянутую тетиву. Фэль, резко развернувшись, ушла из-под оружия, и в воздухе щёлкнул кнут. Двое из стоявших сзади упали на траву с немилосердно рассеченными лицами, навсегда потеряв способность видеть.

— Ах ты… — кто-то кинулся на неё, и Фэль подняла меч.

Ярт увидел, как на его спутницу разом налетел весь сброд, и бросился ей на помощь, даже не думая, что у него и оружия-то против них нет кроме длинного кинжала. Рядом раздался шорох.

— Погоди, — Ярт услышал сдавленный шёпот и обернулся. На траве рядом с кустами лежал молодой парень, на вид — чуть старше него самого. Его рубаха, когда-то, вероятно, бывшая белой, была полностью пропитана кровью. Он сильно щурился, силясь разглядеть Ярта:

— Что ты собираешься делать? — глухо спросил он.

— Уничтожить этот сброд, — Ярт с беспокойной яростью смотрел, как Фэль отчаянно отбивается в одиночку.

— У тебя ведь даже меча нет, — парень попытался улыбнуться, но улыбка получилась чересчур кривой. Ярт запоздало сообразил, что раненый прав, и Фэль он без оружия мало чем может помочь. Кинжал против нескольких мечей! Он, конечно, сумасшедший, но понимает, что в таком состоянии будет ей только обузой.

— Возьми мой, — парень попытался кивнуть вправо, где под ветками кустов темнела окровавленная сталь. — И да хранит тебя Дева Ночи, кем бы ты ни был…

Ярт поднял тёмный клинок, прикинул к руке и бросился к Фэль.

Какой-то громила замахнулся на девушку мечом, и Ярт снёс ему волосатую башку одним ударом.

— Их двое, — раздалось в кучке нападавших.

— Спина к спине, — успела шепнуть Фэль, перед тем, как её кнут удавил ещё одного.

Ярт поудобнее перехватил клинок и задорно улыбнулся, поглядев на врагов:

— Ну что, пугала огородные, кто первый?

— Ребята, этот птенец нас, кажется, хочет оскорбить, — донеслось из толпы.

— Оч-чень хочу, — нахально ухмыльнулся Ярт.

— Тогда ты напросился сам, сосунок, — в круг шагнул здоровенный детина с косым шрамом ото лба до подбородка. Как на нём не трещало его одеяние, оставалось только удивляться. Он взмахнул своим тесаком, который был как раз под стать владельцу, и уже начал опускать его на голову соперника, но Ярт, пригнувшись, сделал лишь один шаг и в упор вспорол ему внушительное брюхо. Детина замер, ещё не в силах осознать случившееся и только чувствуя дикую боль, и его рука бессильно упала вниз, выронив меч. Он с видимым усилием зажал рваную рану ладонями и медленно повалился наземь, удивлённо прошептав:

— Сосунок…

Ярт прервал его мучения, лишив парня головы.

— Убить их! — взревела толпа, и человекообразные кинулись на парочку.

— Осторожнее, — Фэль щёлкнула кнутом и прикончила упавшего ударом по шее.

— Спасибо, — Ярт обрубил второму руки и подставил подножку третьему.

Через какое-то время кучка заметно поредела, но ума это им, похоже, не прибавило. Они перегруппировались и снова пошли в атаку, как сумасшедшие.

— Фэль! — парень оттолкнул девушку из-под удара, и ещё один труп шлёпнулся на землю.

Лишь последний из врагов осознал, что пришёл конец, и упал на колени, моля о пощаде. Он сразу признал в них Странников и взывал к их милосердию. Зачем им убивать его, беззащитного, он ведь им всё равно ничего сделать не сможет.

— Пощады?! — глаза Фэль горели пламенем ярости. — А вы пощадили бы нас, сложись всё по-другому? Вы пощадили моих друзей из этого поселения? Хоть умри как мужчина.

Она взмахнула мечом, и тот повалился на землю, успев прошептать:

— Вязальная спица…

— Идём, там раненый, — вдруг вспомнил Ярт, отойдя от азарта драки. Они поспешили к тому месту, где он встретился с Эльфом.

Фэль склонилась над жертвой жестокости и быстро осмотрела рану.

— Дрэит Нэртэ! — выдавила она сквозь зубы. — Боюсь, моих сил будет маловато.

— Фэльмарэ?! — встрепенулся тот, услышав её голос, и приоткрыл глаза. — Это, правда, ты?

— Я, Лейн, я, — она ободряюще улыбнулась.

— Вы их… всех? — тихо спросил он.

Девушка кивнула и сосредоточилась на его ране. Однако он со стоном убрал её руку:

— Не надо, Фэль… Моя жена, сын… Они уже на Звёздном Мосту. Я уйду за ними. Я не хочу жить.

— Лейн… — Фэль не знала, что сказать. Да и вряд ли нашлись бы слова, способные выразить всё, что она сейчас чувствовала.

— Наши заметили их ещё вчера, когда мы были на охоте. Однако никто и представить не мог, что они нападут так быстро. Я, на всякий случай, поспешил в Тхартнэль за помощью, но они догнали меня, — Лейн прикрыл глаза и словно сплюнул. — Псы!

— Спасибо за меч, — Ярт опустил клинок возле его ладони. Лейн открыл глаза и потрясённо посмотрел на него. Ярту стало немного не по себе.

— Лайнэ… Это ты?! — глаза у Лейна были такие, словно он призрака увидел.

— Нет, моё имя Ярт, — парень грустно улыбнулся. — Ты путаешь.

Отвлёкшись на этот разговор, он не заметил, как тревожно нахмурилась Фэль.

— Не может быть, — Лейн поднял руку и коснулся его лица. — Те же черты, та же усмешка, тот же голос… Я не могу ошибаться.

— Это не Лайнэ, — мягко проговорила Фэль. — Поверь мне, это не он.

— Да, действительно, ты вряд ли оказалась бы здесь вместе с ним. Но он так похож на него, — Лейн судорожно вздохнул. — Больше всего я хотел бы сейчас увидеть Волка.

— Наверное, увидишь, — Фэль сжала его руку. — Он наверняка встретит тебя на Звёздном Мосту.

— Отнесите меня к моей земле, — попросил Эльф. — Я должен попрощаться.

Ярт подхватил его на руки и понёс к дымящемуся костровищу. Тело Лейна казалось ему невесомым.

— Опусти меня здесь, — Эльф с болью смотрел на пепел. Ярт выполнил его просьбу. Лейн взял в ладонь горсть горячей земли, перемешанной с золой, и начал что-то быстро шептать. Ярт сумел разобрать обращение к предкам, богам, Деве Ночи…

— Отойди, Ярт, — Фэль тронула его за плечо и склонила голову. — Это самое главное — проститься с родной землёй.

— Нет, Волк, — вдруг проговорил Лейн неожиданно ясным голосом и прямо посмотрел на него. — Не уходи. Я чувствую, что это ты. Эльфы никогда не ошибаются на грани жизни и смерти. Пусть тебя зовут Одиночкой, но для меня ты по-прежнему Лайнэ.

Ярт опустился на колени рядом с ним и сжал его руку. Слова шли из самого сердца:

— Ты не ошибаешься, Лейн. Я — Волк. Я провожу тебя на Звёздный Мост.

— Спасибо, брат мой… — тот сжал его руку и тихо пробормотал. — Отнеси Роундиль в Тхартнэль. Да хранит вас Дева Ночи… — его глаза широко распахнулись, и он проговорил, глядя в небо. — Прими меня, Звёздный Мост…

Дыхание Лейна оборвалось, и он затих. Ярт закрыл его глаза и поднялся. Не глядя на девушку, он проговорил:

— И ты говоришь о словах? Думаешь, они бы услышали твои слова?

— Ярт, — она запнулась. — Я…

Парень обернулся и горько посмотрел на неё. В его глазах стояли слёзы. Фэль судорожно вздохнула:

— Ярт, я прошу тебя, не делай поспешных выводов.

— Я не могу, — он поднял лицо к небу.

— Нужно похоронить их, — девушка пошла к дымящимся остаткам домов, чтобы найти несгоревшее дерево. Ярт тяжело развернулся и направился к ней на помощь.

Фэль глотала слёзы.

Нэршо — сумрачный посёлок. Тёмное дерево стен, резные наличники на окнах. Таинственная затерянная деревенька, которую неприятель мог найти только по большому везению, если того не хотели её жители. Шорох темноты — так они её называли. Фэль любила здесь бывать. Нэршо напоминала ей о доме. А теперь она из обломков стен складывает погребальный костёр для своих друзей…

Девушка ломала ногти и раздирала в кровь пальцы, разгребая завалы стен, вытаскивая тела. Женщины, мужчины, дети… Она не замечала, но губы её сами пели погребальную песнь Ночи. Она не слышала, но Ярт подпевал ей.

Они собрали их всех. Всех, кто погиб, защищая родную землю. И зажгли последний костёр Нэршо. Этому месту суждено было стать ещё одним кругом памяти, горькой памяти этого мира.

Пламя медленно, словно нехотя, занялось и заплясало в прощальном танце над телами Эльфов.

Фэль всхлипнула и вдруг, не в силах сдержать слёз, уткнулась в грудь Ярту. Он крепко обнял её, стиснув зубы, и по его щекам скупо прокатилось несколько слезинок.

Девушка что-то неразборчиво бормотала, вытирая слёзы о его рубаху, а Ярт осторожно гладил её по волосам, не говоря ни слова, понимая, что в отличие от него она хоронила друзей, с которыми была знакома не один год, и ей требовалось выплакаться.

А с неба хлынул ливень. Сама природа оплакивала погибших в этот день. Однако крупные капли не гасили пламени. Напротив, оно разгоралось ещё жарче.

Фэль подняла лицо, и дождь смешался со слезами на её щеках, скатываясь по ним вниз.

— Опять придётся сохнуть, — невесело усмехнулся Ярт.

Девушка смотрела в его невесёлые, словно потухшие глаза. Ей показалось, что парень разом повзрослел на десятки лет. Она всхлипнула и снова прижалась к его груди:

— Я не выдержу. Я так больше не могу.

Горькая усмешка искривила его губы. Он прижался к её затылку и тихо произнёс:

— Нам обоим сейчас нужно чьё-то плечо, Фэль.

— Ты прав, — она подняла лицо вверх, и Ярт осторожно склонился к её губам, почувствовав, что сейчас ей не помешает чувствовать поддержку. Он ощутил на губах солёный привкус слёз и ещё крепче прижал девушку к себе.

Они стояли под плачущим небом рядом с погребальным костром, словно символизируя продолжение жизни рядом со смертью. Фэль, как и вчера, прижалась к нему, словно ища укрытия от холодной и мрачной реальности. Однако сегодня она была совсем не во вчерашнем радужном состоянии.

— Ярт, я… — она помолчала и прямо посмотрела в его глаза, выдавив вполголоса. — Если ты ещё хочешь этого, я проведу эту ночь с тобой.

— Нет, Фэль, — он вдруг отстранился. — Завтра ты пожалеешь об этом. Если бы ты меня любила хоть немного, а так… Нет.

Девушка склонила голову и глухо проговорила:

— Я боюсь остаться одна.

Ярт обнял её:

— Не грусти. Мы не виноваты в том, что случилось…

— Зато утром мы беспечно резвились, как дети, а они… Они сражались, — Фэль снова всхлипнула. — Боги! Почему вы так несправедливы? За что караете беззащитных? Лучше бы мы встретили этих по дороге…

— Фэль, так распорядилась жизнь, — Ярт встряхнул её. — Значит, так было надо, чтобы мы остались живы.

— А кому было надо, чтобы они умерли? — девушка вновь припала к его груди.

Ярт понял, что решать сегодня всё придётся ему. Фэль была не в том состоянии, чтобы здраво рассуждать.

— Сегодня мы ночуем здесь, — решительно проговорил парень и накрыл её своим плащом. — Я не хочу, чтобы ты простудилась. Тебе нужно поесть, отдохнуть и согреться. Я разведу огонь.

— Не надо, — девушка вздрогнула и моментально пришла в себя. — Сегодня горит один костёр. Я не хочу огня… и есть тоже не хочу.

— Но отдохнуть тебе всё же нужно, — Ярт коснулся поцелуем её лба и осторожно понёс девушку под раскидистое дерево, у которого смирно гуляли умные кони. Дождь не достал под ним землю из-за густой кроны, и там было абсолютно сухо. Когда он опустил её на землю и накрыл плащом, Фэль вдруг схватила его за руку:

— Не уходи. Ярт, я прошу тебя, не уходи.

— Не уйду, милая, — он сел рядом с ней и прижал её к себе.

— Не уходи, — из-под её ресниц выкатилась ещё одна маленькая слезинка, и девушка обняла его, прошептав. — Я не хочу оставаться одна. Снова — одна. Слишком больно…

Сейчас она была совсем не похожа на ту гордую Странницу, стоявшую в дверях трактира. В его руках лежала уставшая и испуганная жизнью маленькая девочка. Ярт нежно погладил её по лицу и прошептал:

— Ты никогда не будешь одна, потому что я всегда буду рядом с тобой.

— Я знаю, — она закрыла глаза и тяжело вздохнула. — Я знаю…

Он осторожно укачивал девушку, что-то негромко напевая. Постепенно дыхание Фэль выровнялось, и она уснула, вцепившись в его рубашку.

И тут Ярт почувствовал чей-то взгляд. Он поднял голову и увидел два изумрудных огонька в темноте леса. Через какое-то время к нему неторопливо вышел изумительно красивый волк. Он сел неподалёку от Ярта и повёл головой.

Парень неотрывно смотрел на него, совершенно не ощущая страха. Впрочем, им можно было только восхищаться. Серебристо-белая с чёрными кончиками шерсть блестела в свете костра. Величественной позе позавидовал бы и коронный правитель Вэльтарета. Великолепное тело являло собой образец недюжинной волчьей силы.

Волк осмотрелся и шагнул к Ярту. Их глаза встретились, и Ярт услышал тихое:

— Что случилось? Запахи… кровь, дым… Боль…

— На поселение напали. Мы не поспели вовремя, — проговорил Ярт, не успев удивиться.

— Ты слышишь… — волк сел рядом с ним. — Ты мудрый волк.

— Я человек, — Ярт усмехнулся. Второй раз за сегодня его называли волком. Может, стоит взять это вторым именем?

— У тебя душа волка, — зверь повернул голову. — Я тоже одиночка. Мою стаю перебили копытоногие. Вы их зовёте арави.

— Мне жаль, — Ярт протянул руку и зарылся пальцами в густую мокрую шерсть.

— Не стоит жалеть о прошлом. Я уже отпел песнь стаи, — волк лёг и положил морду на лапы. — У тебя душа вожака. Я бы пошёл в твою стаю.

— Какой из меня вожак, — горько усмехнулся Ярт.

— Ты рождён от вожака. Со смертью отца сын занимает его место…

— Я не знал своего отца. Он умер до моего рождения, — парень задумчиво перебирал его шерсть.

— Твоя волчица его знала, — волк зевнул.

— Фэль?! — Ярт удивлённо скосил глаза на девушку. Волк кивнул.

— Хочешь есть? — поинтересовался парень.

Волк промолчал. Ярт усмехнулся, достал из сумки приличный кусок сушёного мяса, хлеба и протянул волку:

— Ешь.

Зверь сверкнул глазами и жадно принялся за еду. У Ярта сложилось впечатление, что он не ел как минимум неделю.

— Благодарю, — волк сыто облизнулся и посмотрел на него.

— Не стоит, — Ярт устроился поудобнее, стараясь не потревожить Фэль.

Девушка повернулась набок и уютно свернулась, положив голову ему на плечо. Её тёплое дыхание, слегка касавшееся шеи, вызывало мурашки. Волк поднял голову:

— Мне уйти, вожак?

— Зачем? — удивился Ярт.

— Ты хочешь свою волчицу.

— Я… — Ярт покраснел. — Она не моя волчица.

— Я вижу вашу связь. Она твоя, — волк снова положил морду на лапы.

— Ты это ей скажи, — пробормотал парень.

— Ты желаешь её. Почему ты медлишь? — поинтересовался волк.

— Она не любит меня, а принуждать её я не хочу, — Ярт опустил голову.

— Ты странный, — зверь прикрыл глаза. — Но ты мудр и силён. Я пойду за тобой. Я признаю тебя вожаком.

— Как тебя зовут? — спросил Ярт.

— В стае нарекли Лунным Лучом…

— Сэллифэр, — перевёл Ярт на эльфийский.

— Это на твоём языке? — поинтересовался волк.

— Да, — парень усмехнулся.

— Мне нравится, — Сэллифэр вздохнул. — Пусть будет так.

Он прижался к боку Ярта, согревая его, и задремал. Парень же смотрел на косые линии дождя, пляску языков пламени посреди обширного костровища, пока его глаза не стали слипаться. Ярт так и уснул сидя, одну руку положив на загривок Сэллифэра, другой обняв Фэль.


Фэль проснулась от того, что её кто-то целовал. Раздалась звонкая оплеуха, и обиженный голос Ярта проговорил:

— То она сама на шею бросается, то за один маленький невинный поцелуйчик пощёчину отвешивает.

Девушка открыла глаза и с усмешкой ответила:

— Извини, защитная реакция сработала.

— Оно и видно, — Ярт с преувеличенным страданием потёр щеку. — Чуть голову не снесла.

— Хорошо, что чуть, — Фэль потянулась и посмотрела на небо.

От вчерашнего дождя не осталось и следа. Чистая глубина была окрашена первыми алыми полосами зари. Девушка услышала звук рога и склонила голову:

— Приветствую.

Она встала и посмотрела на Ярта:

— Готов ехать? Сегодня придётся поторопиться.

— Конечно, я готов, — он кивнул. — Хоть сейчас.

— Отлично, — она свистом подозвала Грайсера и вдруг спросила. — Ярт. А где трупы?!

Ярт огляделся и побледнел. Всё было чисто от тел и крови, пролитой ими накануне.

— Не знаю, — он приблизился к тому месту, чтобы убедиться. — Они не могли выжить. Мы всех убили!

— Они ушли в свой мир, вожак, — раздался тихий голос, и к Ярту подошёл Сэллифэр.

Фэль замерла, глядя на волка:

— Откуда он?

— Пришёл, когда ты спала, — парень опустился на колени. — Я думал, ты мне приснился.

— Я ходил на охоту, — Сэллифэр сел и сыто зажмурился. — Эти твари испарились в полночь. Я сам видел.

— Ясно, — Ярт кивнул. — Мы идём в Тхартнэль. Ты с нами?

— Посмотрим, — Сэллифэр поднялся. — Там небогато дичи. Но пока я иду с вами.

Фэль несколько удивлённо наблюдала за ними, потом спросила:

— Ты с ним говоришь?

— Ты же говоришь с Лесом, чем я хуже? — усмехнулся Ярт. — Уж коли меня назвали Волком, почему бы мне с волками не общаться? А Сэллифэр… Он похож на меня. Тоже одиночка. Стаю убили арави. Он признал меня вожаком.

— Ясно, — Фэль присела на корточки. — Его можно погладить, или он кусается?

— Сэллифэр, ты не против? — поинтересовался Ярт.

— Мы с твоей волчицей дети одного мира. Мы не можем враждовать. К тому же она мне нравится, — волк подошёл к девушке и положил лапу ей на колено.

— Я так понимаю, это значит да? — Фэль осторожно запустила пальцы в густую шерсть. — Какой он красавец! А почему Лунный Луч? Это ты его так назвал?

— Так его называли в стае, — Ярт поправил седло на Гэллэре и посмотрел на Фэль. — Нам пора, иначе мы не доберёмся до Тхартнэля и сегодня.

— Да, конечно, — Фэль собралась было сесть в седло, но вдруг вспомнила. — Ты взял Роундиль?

— Спасибо, что напомнила, — Ярт направился за мечом.

Опустившись на колени перед пепелищем, где горел погребальный костёр, парень тихо проговорил:

— Да хранит вас Дева Ночи… — затем быстро пошёл к коням.

— Едем, — Фэль направилась обратно по тому пути, которым они вчера прибыли.

Ярт ехал вслед за ней. Девушка обернулась и негромко проговорила:

— Спасибо за вчерашнее…

— Но я ничего не сделал, — удивился Ярт.

— Вот за это и спасибо, — серьёзно проговорила Фэль. Дальше они ехали молча.

Сэллифэр время от времени пропадал в лесу. «Наверное, охотится», — подумал Ярт, проводив его в очередной раз взглядом. Однако когда он в очередной раз вернулся, Ярт услышал:

— На дороге спокойно, но я провожу вас до Тхартнэльских Врат.

— Хорошо, — Ярт улыбнулся. — Путь разведываешь?

— Охочусь, — с достоинством ответил Сэллифэр и снова исчез в зарослях.

— Он что-то сказал? — поинтересовалась Фэль.

— Сказал, что на дороге всё спокойно, — Ярт улыбнулся и добавил. — Вот уж никогда не думал завести такого друга.

— У многих Странников есть друзья среди животного мира, — Фэль хмыкнула. — Эльфы вообще не могут жить, не общаясь с природой. Альтамир, например, обожает всякую мелкую живность — птиц, белок. У Найрэ в своё время был личный медведь. У Терти отдельно выделены скворцы, не зря её назвали Скворушкой. Да многих можно вспомнить.

— А у тебя? — поинтересовался Ярт.

— У меня — весь Лес, — Фэль тепло улыбнулась. — Хотя есть у меня спутница. Как-нибудь познакомлю.

— Фэль, а кто такой Лайнэ? — вдруг сменил тему Ярт.

Девушка слегка напряглась и наиграно-спокойно ответила:

— Эльф. Был.

— Он умер? — Ярт внимательно смотрел прямо в её глаза. В них точно отразилось беспокойство. Она нервничала. Интересно, с чего бы?

— Да, — Фэль кивнула. — Ещё до твоего рождения. Он был вожаком одного из племён Эльфов Ночи.

— Что с ним случилось?

— Их уничтожили… — девушка старалась подавить тревогу. — Да зачем тебе это?

— Чтобы знать, — Ярт опустил голову. — Почему он сказал, что это я?

— Не знаю, — Фэль хмыкнула.

— Ты врёшь, — вдруг твёрдо проговорил Ярт. — Ты знаешь обо мне что-то, чего не знаю я.

Он внимательно смотрел на девушку. Фэль спокойно поглядела в его глаза:

— Интересно, откуда бы это? Я впервые в жизни увидела тебя в Вэле…

— Он тоже видел меня первый раз и почему-то узнал, — Ярт нахмурил брови. — Что ты скрываешь от меня, Фэль?

— Всё, что я могу тебе сказать, Ярт, это то, что я знала твою мать до того, как она ушла в Вэль, — задумчиво проговорила девушка. — Мы когда-то дружили. Это всё, что мне известно.

«Дева Ночи! — взмолилась она про себя. — Помоги мне! Пусть он отстанет со своими вопросами!»

Похоже, Дева Ночи вняла её мольбам, и Ярт замолчал. Но он не перестал думать о том, что его мать и Фэль что-то от него скрывают. В его голове звучали слова Сэллифэра: «Твоя волчица его знала…» Фэль знала его отца. Кто он?

По редким рассказам матери он составил себе образ этакого сильного и смелого человека, которого убили разбойники, позарившись на пару золотых монет и красавицу-жену, и который умер, спасая её. Может это Лайнэ и есть?

Ярт вздохнул. Какие глупости! Отец был человеком, а этот Волк, он — Эльф. Может быть загадочный дядя, о котором он услышал впервые в жизни перед отъездом, прояснит историю его происхождения?

Фэль с беспокойством посматривала на спутника. Ей совсем не улыбалось открывать ему глаза на то, кто его отец и мать, и кто он. А также объяснять ему, что полагается делать с этим счастьем — быть Эльфом.

«Пусть Лорелин объясняет!» — решила она в конце концов и на этом успокоилась, и даже улыбнулась.

— Что такого весёлого ты увидела? — поинтересовался Ярт.

— Посмотрела на твоё хмурое лицо, — она толкнула его плечом. — Улыбнись, мальчик. А то у тебя такая кислая физиономия, что от одного её вида молоко превратится в простоквашу.

Ярт улыбнулся:

— Умеешь ты развеселить.

— Смотреть не могу на такое выражение лиц, — поморщилась девушка. — Предпочитаю видеть вокруг себя улыбки.

— Ну-ну, — он хмыкнул и ничего больше не добавил.

Среди деревьев показалась знакомая дорога. На кромке Леса стоял Сэллифэр. Он терпеливо их поджидал.

— Считай, что тебя взяли под охрану, — усмехнулась Фэль.

— Надеюсь, теперь мне можно на неё выехать? — поинтересовался Ярт.

— Едем, — она потрепала Грайсера по шее, и конь степенно вышел на дорогу. Ярт пристроился рядом с ней.

— Идите, — Сэллифэр метнулся к перекрёстку троп и встал в центре. — До конца дня вам лучше быть уже в Тхартнэле.

— Поехали, — Ярт направился за другом. Фэль смирно поехала за ними.

Грайсер отлично знал дорогу в каменный город, и девушке даже не приходилось понукать и направлять его в отличие от Ярта. Гэллэр с любопытством косился по сторонам и всё время норовил пойти и повнимательнее изучить окрестности.

Сэллифэр шёл впереди, аккуратно выбирая дорогу:

— Осторожно, здесь много ям.

Но вдруг он навострил уши и замер. Одновременно с ним забеспокоился Грайсер.

— Что случилось? — Фэль напряжённо оглядывалась.

— Чужие… — у Сэллифэра вздыбилась шерсть на загривке. — Сталь, кровь… Чужой дух… Чужаки.

— Кто? — Ярт тревожно оглядел пустую дорогу и мирные окрестности.

— Не знаю. Не копытоногие. Не лохмачи. Другие, — волк вертел головой и вдруг бросился на коней. — В сторону, вожак!

Кони шарахнулись от него вперёд.

— Фэль, быстрее! — Ярт шлёпнул Гэллэра, и конь рванул, не разбирая дороги. Над тем местом, где они только что стояли, просвистели стрелы. В кустах и за камнями раздались громкие вопли, и на дороге показались жуткие создания.

По виду они больше всего напоминали оживших мертвецов. Это были скелеты, обтянутые высохшей кожей. Иссохшие тощие тела просвечивали сквозь прорехи лохмотьев. Свалявшиеся волосы висели клочками, прикрывая проплешины на головах и ввалившиеся глазницы, откуда красными угольками горели злобные глаза.

— Мордоки, — Фэль остановила коня и схватилась за кнут. — Что за тварь могла выпустить их в наш мир? Ярт, будь с ними поосторожнее.

Сэллифэр встал перед порождениями зла, широко расставив лапы, и глухо зарычал, окончательно вздыбив шерсть на затылке.

Мордоки остановились, видимо, задумавшись, что это такое перед ними возникло. Однако два живых всадника тянули их к себе, как магнитом, запахом свежей человеческой крови, и твари двинулись вперёд.

Сэллифэр распрямился, как пружина, и стал рвать одного из нападавших, повалив его на землю. Ярт бросился ему на помощь.

Фэль на Грайсере врубилась прямо в гущу мордоков. Её кнут расшвыривал нападавших направо и налево. Грайсер копытами дробил черепа. Мордоки, поскуливая, стали отползать в сторону.

— Ярт, быстрее, пока они не пришли в себя, — Фэль осадила Грайсера около парня. — Их не убить без огня. Бежим.

Парень вскочил на коня, и они быстро помчались вперёд.

— Я вас догоню, — Сэллифэр снова встал перед кучкой тварей, преграждая им путь.

Но мордоки решили не нападать сами. Вслед спутникам понеслись стрелы. Сэллифэр, рыча и скалясь, попятился назад и светлой тенью скользнул в кусты на краю тропы.

Он догнал всадников через несколько минут. Парень остановил коня и, присев перед волком на корточки, спросил:

— С тобой всё в порядке?

— В полном, — Сэллифэр отдышался. — Теперь на дороге будет опасно и днём. Я провожу вас до Врат и останусь тут, ждать твоего возвращения. Посмотрю, что они тут ещё устроят.

— Не рискуй собой понапрасну, — серьёзно попросил Ярт. — Я не хочу лишиться друга, только его обретя.

— Не буду, — волк лизнул его в нос. — Когда вас ждать?

— Мы долго не задержимся, да, Фэль? — Ярт поднял голову, вытирая мокрый нос.

— Самое большее дня четыре, — кивнула она.

— Хорошо, — коротко ответил Сэллифэр и встал. — Надо ехать. Уже скоро закат.

Ярт кивнул и взял под уздцы Гэллэра:

— Я пройдусь пешком. Тебе надо отдохнуть.

Сэллифэр попытался возразить, но быстро понял, что это бесполезно:

— Спасибо, — и пошёл рядом с ним.

Парень неторопливо зашагал по дороге. Фэль тоже спустилась и шла рядом с ними.

— Скоро будут Врата Тхартнэля, — проговорила она, окинув взглядом окрестности.

— Надеюсь, больше нам по дороге ничего подобного не встретится, — хмыкнул Ярт.

— Нет, — Сэллифэр покачал головой. — Дальше дорога чистая. А после Врат вообще идёт ваша земля. Там бояться нечего.

А Фэль хитро усмехнулась:

— Что, боевое крещение тебя напугало?

— Вот ещё, — гордо фыркнул Ярт и вздохнул. — Просто теперь я понимаю, почему ты не хотела ехать по дороге. Спасибо, что удержала в своё время.

— Не за что, — Фэль опустила голову. — Уж лучше бы я ошибалась.

— Лучше бы, — Ярт кивнул, — Но ты никогда не ошибаешься.

— Как сказать, — она задумчиво посмотрела на него и замолчала.

Впереди показалось странное сооружение. Два каменных столба, вырезанных под стволы деревьев, переплетающихся ветвями над дорогой. По ним взбирались ростки вьюнка, и белые восковые чашечки распространяли вокруг аромат спокойствия.

— До встречи, — Сэллифэр исчез в кустах. Фэль сжала ладонь Ярта, и они вступили во Врата Тхартнэля…

Глава 4

Когда они двинулись в путь, Инри даже не подозревал, что ему будет настолько не хватать Ярта. Альтамир заметил его несколько понурый вид и спросил:

— Что? Никак без его шуточек прожить не можешь?

Инри кивнул и проговорил:

— Я так привык, что он всегда где-то рядом. Едет и шепчется с Фэль. Мне их не хватает.

— Они скоро приедут в Ваинэль, — Альтамир хмыкнул. — Ярт ещё успеет тебе надоесть. Вот увидишь, через пару дней после вашей встречи тебе покажется, что эта неделя была самой лучшей за всю дорогу.

— Догадываюсь, — Инри хмыкнул. — Только это всё будет через сутки, во время которых он будет рассказывать мне, как старательно обхаживал Фэль, какие у них были приключения, и каких успехов он добился.

— Ага, — Альтамир рассмеялся. — Только не забудь потом спросить Фэль, как всё было на самом деле.

— Ну разумеется, — Инри кивнул.

— Ох уж мне эти Ночные Эльфы, — непонятно к чему вздохнул Альтамир.

В отличие от Фэль, Странник шёл по Лесу не скрываясь. Он громко хрустел сучьями, весело распевал песни, играл на флейте. Когда Инри ему об этом сказал, Альтамир рассмеялся и назидательно проговорил:

— Опасности находят только того, кто ожидает их за каждым поворотом. Мне же бояться нечего, особенно в эльфийском Лесу. Запомни это на будущее, Инри, если вдруг решишь стать Странником.

— Я это уже решил, — Инри застенчиво улыбнулся. — Я хочу быть таким же, как ты и Фэль.

— Не торопись, — Альтамир усмехнулся и снова начал что-то насвистывать.

Вокруг него с весёлым чириканьем летали мелкие лесные пташки, совершенно не боявшиеся клевать с его ладони разные лакомства, которые им отдавал Странник. Он то и дело подбирал какие-то семена, собирал ягоды и шишки, вышелушивая их для пернатых друзей. Что-то он откладывал в сумку, что-то скармливал сразу. Инри наблюдал за ним с детским восторгом.

«Вот уж кому всё нипочём!», — подумалось ему. Альтамир заметил его взгляд и задорно улыбнулся:

— Ты чего? Эльфов никогда не видел?

— Кроме отца и Фэль никогда, — чистосердечно признался Инри. — Ты на них не похож. Отец, он какой-то… слишком человечный, точнее, очеловеченный, — тут же поправился он. — А Фэль… Она загадочная и всегда беспокойная, что ли. И очень скрытная.

— А я — душа нараспашку! — расхохотался Альтамир. — Ох, Инри! Ну, насмешил! Я просто привык жить свободно. У меня нет врагов, я доверяю друзьям… Ведь мы же друзья?

— Конечно! — поспешно воскликнул Инри.

— А Фэль… О Фэль я расскажу тебе как-нибудь потом, — Альтамир на мгновение стал серьёзен, но уже через несколько секунд вновь улыбнулся. — Поживёшь с моё, тоже будешь веселиться по каждому подходящему поводу, если время позволит. Хотя обычно оно всегда позволяет.

— Как Ярт что ли? — хмыкнул Инри. — Вот спасибо, порадовал.

— А чем плохо? Ты же восхищаешься своим другом, — подколол его Альтамир. — Не говори, что никогда не мечтал быть похожим на него. У тебя всё на лице написано, когда ты на него смотришь.

— Ох уж мне эти всевидящие Эльфы, — буркнул Инри, пряча смущение. — И всё-то они заметят, и всё-то они запомнят.

— А ты как думал? — хмыкнул Альтамир и доверительно добавил. — Ты как-нибудь сам за собой понаблюдай. На тебя как ни посмотришь, ты всё время за Яртом следишь. И начинается! То позу его скопируешь, то жест какой-нибудь. И, между прочим, очень зря, — Инри отчаянно покраснел. — Ты хорош таким, какой есть. Так же, как и Ярт. Только он себя, в отличие от тебя, любит. Иногда даже чересчур. А ты пытаешься ему подражать, — Странник помолчал и, усмехнувшись, добавил. — Ничего, скоро сам поймёшь, как это глупо.

— Неужели я так выгляжу со стороны? — Инри явно расстроился. — Вот уж не думал, что настолько смешон.

— Нет, не смешон, а скорее… — Альтамир задумался, подбирая слово поточнее. — Скорее наивен.

— Спасибо, ты меня успокоил, — пробурчал Инри.

— Не за что, — Странник рассмеялся и снова что-то запел.

Через несколько часов впереди показался просвет, и спутники выехали на обширную поляну.

Инри зачаровано оглядывался. На поляне живописно стояли красивые изящные деревянные домики, настолько необыкновенные, что казались видением. Куда тут вэльтаретскому камню. Здесь царила настоящая гармония Леса.

Тёмное дерево стен казалось покрытым восковым налётом времени; побеги вьюнка и цветочных лиан образовывали живые веранды, взбираясь сплошной зелёной стеной по специальным каркасам; скромные клумбы с разнообразными неприхотливыми «детьми природы» были, на взгляд Инри, красивее самых изысканных цветников Вэля со всевозможными редкостными неженками. И жители… Инри сразу понял, что в таком необыкновенном месте могут жить только Эльфы. Никто больше не смог бы добиться того, чтобы Лес запел в изделиях, чтобы искусственно созданное не нарушило гармонии природы. И его надежды оправдались.

— Что это? — с восторгом спросил он у Альтамира. — Чьё это? Здесь Эльфы, да?

— Нэршо, — Странник спокойно смотрел на поселение. — Да, это небольшая эльфийская деревенька. Мы здесь ненадолго остановимся и передохнём. Ты согласен?

— Ты ещё спрашиваешь, — глаза Инри сияли от восторга.

Альтамир слегка улыбнулся. Знай он заранее, что утром на Нэршо нападут, Странник задержался бы здесь подольше, но ничто не предвещало грозы, и вокруг всё было тихо. Они и не подозревали об опасности. И Инри беззаботно любовался загадочным сумрачным посёлком.

Навстречу им вышли несколько жителей.

— Смотрите, это же Альтамир! — завопил кто-то, и из кустов выскочила куча малышни. Они заплясали вокруг Странника:

— Альтамир! Альтамир! А что ты нам принёс? А что ты нам расскажешь?

Альтамир расплылся в широчайшей улыбке и остановился. В его бездонной сумке (а она казалась Инри воистину такой) нашлись и резные деревянные игрушки, и свистелки-пищалки, и сладости, и красивые украшения для детворы. Они направились в деревню, окружённые почётным эскортом. Двое или трое из ребятишек висели на Страннике, кто-то ехал на лошади Инри, и вся эта компания непрерывно свистела, дудела и болтала одновременно.

— Ну что? Любимец малышни вернулся? — с улыбкой спросил статный молодой Эльф, обнимая Альтамира. — Они уже все изнылись. Где Альтамир, да где Альтамир?

— Ну, ты скажешь тоже, — Альтамир посмотрел в небесно-синие глаза Эльфа. — С вами не очень-то соскучишься. Рад вас всех видеть, Норэ.

— Мы тоже очень рады тебя видеть, Мирэл, — ответила высокая молодая девушка. — Как твои дела, Странник? Что нового на Пути?

— Дела мои идут — лучше не бывает. Сын у меня родился, — с довольной ухмылкой ответил Альтамир. Судя по выражению лица, он только и ждал повода, чтобы сообщить эту потрясающую новость.

— Так значит, есть повод погулять? — воскликнул третий Эльф, совсем ещё мальчишка. На вид он был немногим старше Инри, но парень даже не взялся бы предположить, сколько лет ему на самом деле.

— Ох, Фаэлин, — Странник крепко обнял его. — Тебе бы только погулять. Лишь бы повод был.

— А как же, — Фаэлин раздулся с гордым видом. — У нас что ни день, то праздник, а повод мы всегда найдём, а не найдём, так кто-нибудь подскажет. А такое событие, как рождение ещё одного Эльфа, самый лучший повод. Тем более что он мне племянником приходится.

— Только вот, убей, не помню каким? Внучатым или троюродным? — Альтамир ухватил его пальцами за нос. — Смотри, не запразднуйся окончательно.

— Не волнуйся, не запразднуюсь, — Фаэлин высвободил многострадальный нос и стал припоминать, какой же таки племянник у него родился.

Альтамир внимательно огляделся и поинтересовался:

— А что Лейн не идёт встречать старого друга?

— Они с отрядом сейчас на охоте, да заодно границы проверяют. Даже старейшина с ними поехал. Недавно рядом с нами волка видели, — ответила девушка и спохватилась. — Идёмте в дом. Вы наверняка голодны с дороги?

— Ты, как всегда, очень заботлива, Онни, — Альтамир посмотрел на Инри. — Мы, и правда, жутко проголодались.

Инри кивнул и проглотил слюну. От Онни шёл такой аппетитный дух свежей выпечки, что его просто магнитом тянуло к ней поближе. Девушка заметила выражение его лица и звонко рассмеялась:

— Вижу, что жутко. Ох уж мне эти вечноголодные Странники, — она тряхнула рыжими кудряшками и взяла их за руки. — Идёмте, у меня как раз обед на столе.

Уже позже, глотая обед, Альтамир воодушевлённо проговорил:

— Онни, я тебе памятник поставлю. Ты просто спасение для Странников.

— Ох, Альтамир, — девушка прищурила золотистые глаза и погрозила ему пальцем. — Вот расскажу Терти…

— Узнав обстоятельства, она со мной согласится и даже сама этот памятник соорудит, — уверенно проговорил Странник. — Ты же её драгоценного супруга спасла от неминуемой голодной смерти.

— Ну, ты наговоришь сейчас, — отмахнулась Онни. — Знаю я тебя. У тебя же ежедневно голодная смерть. Что-что, а вот поесть ты всегда любил.

— А как же, — Альтамир довольно отвалился на спинку стула. — Чтобы ноги шли вперёд, нужно накормить живот. На голодное брюхо я и шагу сделать не смогу, если, конечно, очень не припечёт.

— Ой-ой-ой, — Онни покачала головой, состроив весёлую рожицу. — Не прибедняйся. Ешь лучше, а то ведь и правда шагу не сделаешь… из-за стола.

Они рассмеялись.

Инри с удовольствием слушал этот смех. «Какие они замечательные, эти Эльфы. Не то, что вэльтаретские люди, которые чужака и на порог не пустят. А тут и накормят, и напоят», — думал он, поглядывая на красавицу Онни.

Она заметила его взгляд и зарделась.

— Альтамир, скажи своему другу, чтобы девушек не смущал, — произнёс Норэ. — Посмотри на нашу Онни. Она уже не знает, каким местом ей ещё покраснеть. Уведёт у нас первую красавицу, как ты Терти, что мы тогда делать будем?

Инри смутился и опустил голову, глядя в тарелку. Онни же шлёпнула Норэ по спине полотенцем:

— Что ты несёшь? Кто кого ещё и смутил! Посмотри на бедного парня.

— Очаровала, гордись, — хмыкнул Фаэлин.

— Но-но, — Альтамир грозно посмотрел на них. — Не трогайте парня. Он у меня и так весь из себя нерешительный и скромный до крайности, а тут ещё вы со своими шуточками. Не обращай внимания, Инри. У них язык без костей.

— Да ничего, — Инри порозовел. — Мне не привыкать. Пусть себе болтают.

«Заметно, — покачал головой Альтамир. — Ну да ничего. Мы тебе уверенности прибавим. Конечно, как Ярт, ты всех пересмеивать не будешь, да оно и к лучшему. Ты парень серьёзный, спокойный. Так и лучше». Он ободряюще улыбнулся спутнику и снова заработал ложкой.

— Останетесь на ночь? — поинтересовалась Онни.

— Да нет, мы пойдём, пожалуй, — Альтамир покачивал в руках резную чашу с вином. — Если только запасы нам пополни. Нам бы в Ваинэль побыстрее добраться. Иначе Терти с ума сойдёт от беспокойства за меня. Я ушёл оттуда давненько.

— Жаль, — девушка с сожалением посмотрела на Инри. Парень ей явно приглянулся.

— Мы ещё зайдем как-нибудь, — успокоил её Альтамир.

— Будем ждать, — Онни улыбнулась и встала. — Идём в кладовую. Посмотришь, что вам с собой взять.

Инри уютно развалился в глубоком мягком кресле и неспешно размышлял, что неплохо было бы остаться здесь на несколько дней, но Альтамиру, к сожалению, необходимо поскорее добраться до своего города. Ну да ничего! Не последний день живём. Ещё успеют сюда вернуться. А Онни просто душка! Вот это девушка! В Вэле таких нет. Красавица, умница, а готовит!.. М-м-м… пальчики оближешь. И вроде он ей тоже понравился. Для Инри это была первая капля в чашу уверенности в себе.

Альтамир вернулся с двумя большими сумками.

— Куда столько? — удивился Инри.

— Одну мы будем есть, а во второй гостинцы для моей Скворушки, — пояснил Странник. — Яблоки там, груши разные, ну и ещё кое-что по мелочи.

Онни хихикнула:

— Это для тебя — мелочи, а у неё будут точно такие же глаза, как у него.

— Ну, будут и будут, — спокойно сказал Альтамир, затягивая узел потуже. — Она у меня хозяйственная, пристроит.

— Да уж знаю, — девушка улыбнулась. — Привет ей передавай. Пусть приезжает. А то она уже совсем забыла свою маленькую родину. Сколько мы все её не видели.

— А вы бы сами к нам почаще заглядывали, — Альтамир оставил мешок в покое и улыбнулся. — Сами про нас забыли, в Ваинэле сотню лет, наверное, не были.

— Ну, не сотню, меньше, — Норэ пожал плечами. — Мы же у земли живём. Нам в город ходить некогда. Всё спеет, зреет. Пропустишь момент и ничего не соберёшь. Так что вам к нам заглядывать сподручнее. Всё равно болтаетесь туда-обратно.

— Что правда, то правда, — Странник поднялся и посмотрел на Инри. — Ну что, отдохнул? Поехали дальше?

Инри кивнул и поднялся. Альтамир взвалил сумки на плечо и, весело напевая, шагнул к порогу и уже на нём остановился и оглянулся:

— Эй, Фаэлин! Подними чашу за здоровье моего сына.

— А как же, — Эльф взял чашу в руки. — За здоровье моего племянника!

— Идём, — Странник кивнул Инри, и они вышли на улицу.

Онни провожала их до околицы.

— Ну ладно, — Альтамир обнял её. — Передавай всем привет. А в особенности Лейну.

— Конечно, — девушка задорно улыбнулась. — Счастливого пути. Да хранит вас Дева Ночи.

— Спасибо, Онни, — они зашагали вперёд по тропе, ведя нагруженную кобылу в поводу, и до девушки донеслось. — Да пребудет с вами её Сила.

— Счастливо, — Онни проводила Инри долгим взглядом и отправилась обратно в посёлок. Как бы там ни было, а работа действительно не стояла.


Следующее утро началось для Инри со счастливого ощущения полного высыпания. Он лениво потянулся и встал.

Альтамир уже сидел на корточках у костра и готовил завтрак. И снова что-то напевал себе под нос.

— С добрым утром, соня, — усмехнулся он, поглядев на Инри.

— С добрым утром, — тот встряхнулся и сразу спросил. — А что на завтрак?

— Вот это я понимаю, — добродушно проворчал Альтамир. — Это по-нашему. Я уж испугался, что Фэль на тебя дурно повлияла со своей умеренностью в еде.

— Так что на завтрак? — снова спросил парень и присел рядом с ним.

— Печёные яблоки, немного мяса, жареный хлеб, — Альтамир раскладывал еду. — Ну, и так далее. Надеюсь, тебя это устраивает?

— М-м! — Инри втянул аппетитный запах и энергично затряс головой, проговорив. — Как в доме у Онни.

— Это она тебе передала, — Альтамир развернул свёрток, и Инри увидел пирожки.

— Я её уже обожаю! — он прижал пирожок к сердцу и жадно вцепился в него зубами.

— Ну вот, а меня называют обжорой, — хмыкнул Альтамир, глядя на него.

— И ничего я не обжора, просто люблю хорошо поесть, — фыркнул Инри, облизывая пальцы.

— А Онни любит хорошо кормить, — хитро улыбнулся Альтамир. — Вот была бы из вас парочка.

Инри покраснел и взял следующий пирожок:

— Да ладно тебе. На кой я ей сдался. Она же у них первая красавица. Что ей до меня?

— Ох, не любишь ты себя, — покачал головой Альтамир. — Ох, не любишь.

— Да нет, люблю, — Инри пожал плечами. — Просто не строю относительно себя больших планов. А то, о чём ты говоришь, невозможно.

— Нет ничего невозможного, запомни это, малыш, — назидательно проговорил Альтамир. — Есть очень мало приложенных усилий для достижения цели.

— Спасибо, — Инри усмехнулся. — Ты меня успокоил.

— Ешь, — посоветовал Странник. — Я пока посмотрю, что такое вокруг творится. Птицы как не в себе. Лес словно с ума сошёл.

— Угу, — промычал парень и сосредоточился на еде, что, впрочем, было не трудно. Альтамир готовил — пальчики оближешь! Ну, оно и понятно. Хорошо поесть он тоже любил.

Инри жевал пирожки и думал о Ярте. Как они там с Фэль? Уживаются ли? Парень вспомнил их предыдущий путь, фыркнул и сразу же закашлялся.

— Ну вот, точно маленький. На пару минут одного оставить нельзя, — рядом тут же оказался Альтамир и сильно похлопал его по спине, помогая справиться с куском пирожка. — Всё! При первой же встрече передам Онни, что её пирожки тебе в горло не лезут.

— Только попробуй! — промычал Инри и сверкнул глазами. — Я тебе этого в жизни не прощу!

Альтамир весело рассмеялся и потрепал его по голове.

Неспешно закончив завтрак, они снова двинулись в путь. Инри с удовольствием шёл по мягкой хвое, пружинящей под ногами. Ему очень нравился этот лес, его тёплая листва, мягкий полусумрак, свежий запах. Ему нравилось слушать пение птиц и стрёкот белок. Ему казался удивительным Альтамир. А ещё с этим лесом он связывал Нэршо и золотистые глаза Онни.

Стоило только подумать о девушке, как Инри почувствовал резкую боль в груди, словно сердце стиснула чья-то ледяная рука, лишив его всякой возможности набрать воздуха. Парень со стоном согнулся, обхватив себя руками.

— Что с тобой? — Альтамир встревожено приподнял его белое, как мел, лицо и посмотрел в глаза. — Инри! Ради всех богов, не пугай меня! Что случилось?

— Я… не знаю, — сипящим шёпотом выдавил тот. — Дышать… Не могу дышать… Больно…

Альтамир обхватил ладонями его виски и вслушался. Ладони почти сразу же обожгла нестерпимая боль, словно вместо крови по телу пронеслось бешеное пламя, скручивая всё внутри. Альтамир сжал её в тугой комок где-то в области сердца и встревожено посмотрел на Инри. Тот измучено бухнулся на землю возле его ног, свернувшись в клубок. Альтамир внимательно посмотрел на него и поинтересовался:

— Ты что-то видел?

— Да, — Инри поднял голову и заглянул в глаза Страннику. — Боль, кровь, огонь… Онни… Нэршо, — он снова застонал сквозь зубы и ничком упал на хвою. — Как больно!..

— Что?! Что ты видел?! — Альтамир побледнел и резко встряхнул его, впиваясь глазами в его зрачки, проговорив чужим голосом. — Инри, что ты видел?

— Я не знаю, — Инри раскачивался из стороны в сторону, словно убаюкивая ноющее сердце. — Нэршо. Нэршо горел. Чужаки… Не Эльфы, не люди… Они убивали. Всех подряд… Кровь. Ручьи по земле… Трава красная… Огонь по стенам… Горящие тела… Боль, не моя, чужая… И Онни… Нет! За что?!

У Альтамира было совершенно безумное лицо. Он резко обхватил голову Инри ладонями, закрывая его от мира, и в первую очередь от себя. Объяснения ему уже не требовались.

Инри начал успокаиваться. Ладони Странника навевали покой, осторожно поглаживая его по голове. Когда глаза Инри приобрели осмысленное выражение, Альтамир спросил:

— У тебя раньше такое было?

— Так сильно ни разу, — Инри вперился глазами в землю. — Первый раз было, когда мой брат с крыши упал и чуть не разбился. Что со мной? Это болезнь?

— Почти, — Альтамир глубоко вздохнул. — Это дар.

— Дар… — Инри вздохнул. — Это проклятье, — он вскинул голову. — Нэршо… Его больше нет? Я видел то, что было?

— Да, — Странник стиснул зубы. — Уж лучше бы мы остались, как предлагала Онни. Лес был беспокойным. Теперь понятно, почему.

— Это всегда так? — Инри не уточнял, но Альтамир понял его без слов.

— Нет. Так только у тех, кто не научился владеть своим даром, — он поднял лицо. — Тебе надо в Академию. Там за тобой присмотрят и помогут. Иначе твой дар может убить тебя. Ты можешь видеть то, что происходит вдали от тебя или сокрыто от других. Как и твой отец, — Альтамир сжал кулаки и воскликнул в никуда. — Дева Ночи! Ну почему твой дар не проснулся на сутки раньше?! — и тихо добавил. — Вот и объявились «гости» из тхартнэльской прорехи.

Инри залез в карман и достал оттуда небольшой свёрток. Он развернул его и вытащил последний пирожок Онни.

— Что ты с ним собираешься делать? — поинтересовался Альтамир. — Засушишь?

— Что ты! — Инри даже вздрогнул от такого кощунственного предложения. — Съем. Засушить было бы чёрной неблагодарностью за её доброту.

— Ты прав, — Странник похлопал его по плечу. — Съешь его. Так будет лучше.

— Держи, — Инри отломил ему половину. — Съешь за неё.

— За Онни? — Альтамир невесело улыбнулся и взял пирожок. — С удовольствием. Да примет тебя Звёздный Мост, девочка.

Инри съел свою половину молча.

До самого вечера они молчали, да и говорить, в общем-то, было не о чём. Альтамир не пел, не смеялся, не шутил, а Инри и вовсе голову повесил. У него в мыслях была только эта потеря.

Онни! Золотоглазый лисёнок. Как задорно ты смеялась, слегка морща носик, как изящно поправляла непокорные рыжие кудряшки, как ловко накрывала стол для голодных путников, как легко ты ступала по улице Нэршо, вся такая воздушная и лёгкая, как переплетение лесных бликов. Как мало мы знали друг друга. Как недолго длилось это счастье — быть рядом с тобой. Какими далёкими кажутся сейчас те минуты, проведённые рядом с тобой в золотом свете твоих чудесных глаз. И в то же время они были словно несколько мгновений назад, словно только что видел чудесный сон и резко пробудился к серой жизни. Тебя уже нет. И больше не будет. Никогда. Какое отвратительное слово! Как клинок, пересекающий нить жизни. Тот клинок, который окрасил алым твоё платье. Клинок, который стал для тебя первым шагом на Звёздный Мост. И сердце вновь сжимается в тисках холодной тоски. Тоски по твоему голосу, которому больше не звучать под небом, по твоему смеху, звонкому, как чистый ручей, по золотым искрам твоих глаз. И руки беспомощно сжимают бесполезную рукоять отцовского клинка, а перед глазами неотступно стоит твоё до невозможности беззащитное детское лицо, дрожащие губы и наполненные слезами глаза, в которых читается: «Нет, не верю! Этого не может быть! Как же так?! За что?!» И один удар навсегда выстраивает между нами стену, навсегда обрывает то счастье, в которое уже почти поверил. И хочется поднять голову к безмолвному небу и изо всех сил выкрикнуть то, что навсегда застыло в твоих глазах безмолвным вопросом. За что?! О боги, за что покарали вы беззащитных? Почему не защитили вы свой народ? Как вы допустили эту смерть? ЗА ЧТО?!


Инри так глубоко ушёл в себя, что не замечал ничего вокруг. Он не заметил, как начался дождь, как свечерело, как они остановились на привал, как Альтамир развёл огонь, как зазвучала Песня… Собственно говоря, от этой песни он и очнулся.

Опять над миром пролетел чёрный ветер.

Опять он крылья подарил кому-то.

И вновь по Звёздному Мосту прямо в небо

Ушёл один из нас в новую жизнь.

И плачет дождь, но его уж не слышит

Тот, что теперь в новом мире.

Его скрывает плащом тёмный полог,

То Дева Ночи надела вуаль.

Сегодня в небе не светятся звёзды.

Они сложились в Мост над мирами,

Чтоб тот, кого мы к нему провожаем,

По свету звёзд отправился к жизни…

Альтамир тяжело вздохнул и поглядел на Инри.

— Что это за песня? — шёпотом спросил тот.

— Последняя песня Странников, — Альтамир склонился к костру, шевеля угли. — Я пел её дважды. На смерть сестры и после закрытия Врат. Сегодня — третий раз. Эту песню поют, когда уходит Странник. Сегодня ушёл не один. Ешь лучше.

Инри без аппетита проглотил ужин, который не лез ему в горло, и, упав под деревом, моментально отключился от мира, оставшись наедине со своей болью. Альтамир с беспокойством посмотрел на него и решил, что этой ночью ему будет не до сна. Оставлять Инри в таком состоянии было опасно. Он был абсолютно прав. Всю ночь ему пришлось провести рядом со спутником, закрывая его от мира, усыпляя его дар. Как же ему сейчас недоставало Фэль.

Альтамир не знал, что в это самое мгновение Фэльмарэ стоит у погребального костра Нэршо, не знал, что она всю эту ночь проведёт у нового места Памяти. Он всеми силами своей души призывал проклятия на голову убийц, не зная, что их уже нет в живых. Потом он узнает всё это, но никто не скажет ему, что в эту траурную ночь в мире появился новый Вожак.

Сейчас его волновало только одно — пережить эту ночь. Чтобы после такой встряски Инри остался в здравом уме. Выбравшись из Вэльтарета он многократно усилил действие своего дара и теперь мог из-за этого пострадать. Однако у мальчишки были явные задатки Мага, и его просто необходимо было отвести в Академию, хотя бы ради того, чтобы в один прекрасный день он не сошёл с ума от своих возможностей.

«Вот уж Элээн порадуется, — подумал он. — Давно у неё таких учеников не было. Он, конечно, вышел из возраста инициации, да это не страшно. У него вся жизнь впереди».

Альтамир погладил его по голове и вздохнул:

— А Странником тебе не быть, малыш.


С момента той страшной ночи прошло несколько дней. Инри совсем замкнулся в себе, тоскуя о несбывшихся надеждах и переживая своё личное горе. Альтамир не тревожил его.

«Время лечит, — думал Странник, шагая по лесу. — Время вылечит и его».

Парень практически ничего не ел, совсем не говорил и совсем не смеялся. Голубой мягкий свет его задумчивых глаз сменился серой сталью. Было ощущение, что он разом повзрослел на несколько лет.

— Скоро приедем в Ваинэль, — проговорил Альтамир, глядя себе под ноги. Инри как будто не слышал его слов. Он вообще ничего не слышал и не видел. Ни леса, ни неба, ни спутника. Он совсем забыл, куда они идут и идут ли куда-то вообще. Инри не интересовал ни Ваинэль, ни ещё что-либо. Лишь бы идти и идти без конца, в мерном шагании забывая свою боль, свои муки.

Альтамира заботили другие проблемы, которые также оттесняли на второй план любование природой. Ему предстояла нелёгкая задача — рассказать всё Терти. Странник боялся, как бы чего после не случилось. Молоко, там, пропадёт или ещё что-нибудь. Он обдумывал, как сообщить, под каким соусом преподнести жене это горькое блюдо.

Они вступили на каменную дорогу. Копыта лошади выстукивали неторопливую мелодию. Странники двигались необычайно медленно. И всё же лес постепенно редел. Старые деревья сменялись молодняком и густым кустарником, что говорило о том, что скоро будет опушка. Дорога расширилась, и впереди показался просвет.

— Вот и Ваинэль, — Альтамир остановился на кромке леса. Инри безразлично поднял голову и забыл опустить снова. Впереди, расположенный на острове посреди широкой реки, стоял город, казавшийся хрустальной светлой музыкой. Высокие стройные башни возносились шпилями в лазурное небо. Резные стены, окружившие его со всех сторон, были настолько изящны, что мысль о том, что это — защитные укрепления даже не приходила в голову, несмотря на то, что они выдержали не одну осаду. Широкая арка входных ворот напротив главного моста была гостеприимно распахнута настежь, приглашая зайти внутрь. И никакой стражи!

Город пел. Незримо, неслышно. Музыка заполняла всё существо Инри, окутывая его лёгким облаком солнечной радости. Он впервые осознал, что день чудесный, что солнце светит, что облака пушистые. Эта белокаменная, прекрасная Музыка не была инородной в лесу. Она была частью его песни, частью окружающего мира, сплетаясь с ним гармонично и целостно.

— Идём, — Альтамир зашагал по дороге к мосту. — Если меня не подводит мой желудок, то скоро обед.

Инри улыбнулся. Впервые.

— Ты, как всегда, не забываешь о желудке.

— Тебе тоже надо о нём помнить. Посмотри, как исхудал. Кожа да кости остались, — хмыкнул Странник.

Они взошли на лёгкий деревянный мост, который, как и всё вокруг, несмотря на кажущуюся хрупкость, был очень прочным. Альтамир стащил плащ и убрал его в заплечник:

— Как хорошо дома.

Инри усмехнулся:

— Ты же родился на юге?

— Родился на юге, вырос на Пути, любимые места — в Голубых горах, а здесь моя семья: жена и сын. И дом мой там, где они, — Альтамир улыбнулся чему-то, понятному лишь ему одному.

— Ясно, — спутник посмотрел на город. Светло. Спокойно. Мирно. Ярту не понравится. Через пару дней сбежит. Сам Инри, увидев Ваинэль, полюбил этот город ещё крепче, чем по рассказам Странника. Едва ступив на его улицы, он ощутил сердце Ваинэля, ещё больше проникся его музыкой.

Альтамир вёл его по нешироким окраинным улочкам с хорошенькими домиками. Именно такое слово напрашивалось на язык при взгляде на них. Хорошенькие домики из сказки. Навстречу им попадалось столько очаровательных молоденьких девушек, что будь здесь Ярт, и он бы растерялся, куда бежать в первую очередь. Инри фыркнул, подумав об этом: «Да нет! С ним же Фэль. Куда им всем до неё».

Альтамир с одобрением поглядывал на своего подопечного. Лёд в его глазах таял ежесекундно, и вскоре появился знакомый тёплый оттенок голубого, лишь слегка подёрнутый серым туманом грусти. Но Странник знал, что Ваинэль избавит Инри и от этого тумана.

Впереди показался небольшой крытый красно-коричневой черепицей дом. Альтамир открыл калитку и пропустил Инри вперёд:

— Добро пожаловать. Лошадь можешь пустить пастись здесь. Я её потом заведу в конюшню, — он шагнул на крыльцо и хмыкнул. — Как я и говорил. Пришли как раз к обеду.

Инри фыркнул, не сдержав смеха. Странник распахнул дверь, и они вошли внутрь. Навстречу им из кухни, откуда нёсся такой аппетитный запах, что у них непроизвольно заурчали животы, вышла высокая Эльфийка с чёрными в зелень волосами, тёмными с поволокой глазами, в узком красно-зелёном платье. Увидев их она замерла на несколько мгновений, неотрывно глядя на Альтамира, а потом резко бросилась ему на шею:

— Вернулся? Живой!

— А то, — он смущённо посмотрел на Инри и осторожно обнял жену, спрятав лицо в её волосах. — Да хватит тебе! Живой! Целый и невредимый.

Терти отпустила его и перевела взгляд на Инри. Мгновение она смотрела на него, и её лицо просияло:

— Сын Найрэ?

— Ну вот, а я хотел сюрприз сделать, — обижено прогудел Альтамир. — А она сама взяла и догадалась.

— Как Найрэ? Как он живёт? Всё в порядке? Как Мэргэли? — начала допрос Терти. Инри несколько растерялся, не зная, на какой вопрос нужно отвечать первым.

— Стоп, стоп, стоп, — Альтамир прикрыл ей рот ладонью. — Нет, чтоб как порядочная жена, соскучившаяся по мужу, пригласила бы за стол и накормила, так она допрос устроила. Ничего мы тебе на голодный желудок не расскажем. Правда, Инри?

Инри покраснел и ничего не ответил, зато Терти всплеснула руками:

— Мать Жизни! И правда! Что я вас тут держу? Заходите, обед только что приготовила, — и, посмотрев на мужа, добавила. — Как знала, что ты сегодня будешь. Твой любимый пирог испекла.

Альтамир подмигнул Инри, и они пошли за стол.

Во время обеда Инри витал в облаках. Он с удовольствием дегустировал кулинарные шедевры Терти, находясь в полной власти ароматных запахов. Терти и Альтамир весело переглядывались, видя это его состояние.

— Ну точь-в-точь Найрэ, — шепнула она.

— Я знаю, — Альтамир хмыкнул. — Пусть поест. Он уже несколько дней впроголодь живёт.

— А что случилось? Ты разучился еду добывать? — ехидно поинтересовалась Терти. — Или все запасы слопал?

— Нет. Он… тосковал, — Альтамир нахмурился, понимая, что сейчас будет тяжёлый разговор. — Последний раз мы ели в Нэршо, у Онни.

— Влюбился?! — шёпотом воскликнула Терти с загоревшимися глазами.

— Влюбился, — процедил Альтамир, опуская голову. — Онни передала тебе последний привет.

— Почему? — Терти вдруг поняла, что с самого начала увидела недоговорённость в глазах мужа. Это внушало тревогу.

— Нэршо уничтожен, — Странник опустил голову ещё ниже. — Мы ушли оттуда за день до этого.

— Нэршо… — Терти резко побледнела. — Кто-нибудь?..

— Все, — Альтамир посмотрел ей в глаза и жёстко добавил. — Знай я об этом заранее, я бы там остался.

— Хорошо, что ты вернулся, — вдруг проговорила Терти и сжала его ладонь. — Прости, может это неправильно, но я рада, что ты не остался там. Что-то подсказывает мне, что если бы ты не ушёл оттуда, то мы бы уже не встретились. А я не хочу тебя потерять. Ты нужен мне и сыну.

— Я и ушёл, потому что к вам торопился, — грустно хмыкнул Альтамир. — Хотелось поскорее вас увидеть. Какое имя ты ему выбрала?

— Вэльфор, — Терти налила вина.

— Золотой Стебель? — Странник улыбнулся. — Мне нравится. Ильфорэ.

— Я рада, что ты согласен, — Терти прижалась к его плечу. — Красивое имя и очень ему подходит. Он весь в тебя. Вырастет ещё один Странник на мою голову.

— Приедет Фэль, будешь ей сама доказывать, что он весь в меня, — буркнул Альтамир.

Терти даже подскочила:

— Ты видел Фэль?! И молчал?! Сразу не сказать было?! Самое интересное напоследок.

— Да, я видел Фэль. Мы вместе с ней шли один день по кромке. Собственно, Инри сначала с ней шёл. Она сейчас в Тхартнэле… надеюсь, — Альтамир усмехнулся. — Приедет, ждёт тебя сюрприз, — он склонился к уху жены. — Наше Пламя влюбилось.

— Да ты что?! — Терти округлила глаза. — И в кого же?

— Да так, есть тут одно чудо, — Альтамир кивнул на Инри. — Его друг.

— Она же с мальчишками дела не имеет, — фыркнула Терти. — Шутишь, да?

— Не-а, я совершенно серьёзно, — Альтамир прищурился. — Ты бы его видела. Высокий, широкоплечий, смуглый, глазищи ярко-зелёные, прямо-таки изумруд чистый, да как у всех Лиственных, и с этаким дерзким прищуром, как у самой Фэль иногда бывает. Волосы чёрные до пояса. Одет как с иголочки, ну и поведение соответственное. В общем, нашла коса на камень.

— В общем, ругаются они через каждую пару минут по любому пустяку, — в тон ему ответила Терти.

— Фэль боится, — вдруг серьёзно проговорил Альтамир.

— Фэль? Фэль ничего не боится, — Терти усмехнулась.

— Она боится полюбить его и уйти с Пути, — Альтамир опустил голову. — Хотя на мой взгляд она его уже любит. Ты бы их вместе видела. Такая парочка!

— Верю, — Терти серьёзно смотрела на него. — Но на её месте я бы тоже боялась. С её-то прошлым… Она же потеряла всех, кого любила.

— Я понимаю, это так быстро не забудется, но и вечно страдать тоже не надо, — Альтамир допил вино. — Он мог бы ей помочь забыть, но она не хочет этого.

— Вот бы их увидеть, — Терти задумчиво смотрела на потолок. — Наверняка они смотрятся прекрасно. А кстати, если Инри с тобой, то они сейчас вдвоём?

— Угу, — Альтамир жевал мясо, хитро поглядывая на жену. Та покачала головой и хмыкнула:

— Бедная подружка! Представляю, какое у неё сейчас состояние.

— Глядишь, стерпится-слюбится, — Альтамир подмигнул ей, а потом резко сменил тему. — Элээн в городе?

— Зачем она тебе? — удивилась Терти.

— Ну, во-первых, я её давненько не видел. А во-вторых, хочу ей нового ученика подкинуть, — Странник посмотрел на Инри. — Чует моё сердце, сильным Магом будет.

Терти взглянула на Инри и кивнула:

— Ты прав, ещё каким.

— Так она здесь?

— Конечно, — жена пожала плечами. — Сидит в Академии, книги перечитывает. У них там сейчас такое брожение из-за Врат… Все как с ума посходили!

— Пусть она на него посмотрит, — Альтамир задумчиво допил вино. — Думаю, и ему это понравится.

Они оба перевели взгляд на гостя.

У Инри сыто слипались глаза. Он наелся, напился, и сейчас ему больше всего хотелось спать. Его не волновало, о чём там по-эльфийски болтали Терти и Альтамир, что было вчера и будет завтра. Он хотел прислониться к мягкой подушке и провалиться в волны сна. Терти осторожно тронула его за плечо и спросила:

— Инри, может быть, ты пойдёшь наверх и отдохнёшь? А то у тебя очень сонный вид.

— С удовольствием, — он благодарно посмотрел на неё и улыбнулся несколько виноватой улыбкой. — Я ужасно хочу спать.

— Альтамир, проводи его, — Терти кивнула и начала убирать со стола.

— Идём, дружок, — Альтамир поднялся и обнял его за плечи. — Там, наверху, есть чудесная постель. Я думаю, ты по ней соскучился.

Они направились наверх. Инри с удовольствием погрузился в прохладу мягкой постели. Едва его голова коснулась подушки, он уснул. Но в этот раз кошмары отступили перед теплом и заботливой лаской дружеского крова. Альтамир прикрыл дверь и пошёл в свою комнату. Терти уже была там, стояла, склонившись над колыбелью. Взяв на руки сына, она повернулась к Альтамиру и проговорила:

— Скажи папе «здравствуй»!

Странник улыбнулся и с некоторым трепетом взял на руки лёгкое тельце, осторожно поддерживая ладонью золотистую голову сына. Вэльфор смотрел на него большими по-детски серыми глазами и сонно улыбался. И вдруг, издав радостный визг, от которого Альтамир вздрогнул, потянулся ручонками к медальону, висевшему на шее отца.

— Как он вырос, — Странник любовался сыном.

— Сколько ж тебя не было, а дети растут быстро, — проговорила Терти, глядя на них.

— Ничего, теперь я уйду нескоро, — Альтамир нежно ткнулся губами куда-то в области уха жены.

— Да услышит тебя Дева Ночи, — вздохнула Терти, возводя глаза к потолку.

— Услышит, непременно услышит, — хмыкнул он. — Ну, сама подумай. Сейчас надо дождаться Фэль, она привезёт вести с востока. Потом Совет, а уж затем, когда они всё выяснят…

— Ты ещё забыл, что будет праздник, — вставила Терти. — До него я тебя никуда не отпущу. В общем, ты меня убедил. Ты уйдёшь нескоро, — она склонилась над сыном, поправляя одеяло, и Странник не услышал, как жена добавила, — но всё же уйдёшь…


Альтамир бодро шагал по улицам Ваинэля, с улыбкой поглядывая на любимый город. Он замечал любое изменение. Там новая клумба, там ставни резьбой украсили, там черепицу обновили, тут брусчатку на улице переложили по-новому. Его путь лежал сейчас в Академию Высшей Магии, одно из самых лучших учебных заведений в мире. Академия располагалась в восточной части города как бы в противовес Башне градоначальника Ваинэля на западе. Крыши двух башен первыми вставали перед путниками, когда они приближались к городу — башни градоначальника и главной башни Академии. Однако по неизвестным причинам хозяева этих башен друг с другом были в напряжённых отношениях и, словно сами башни, тоже составляли друг другу противовес.

Вскоре Альтамир добрался до стен Академии и постучал в ворота. В стене открылась калитка:

— Кто?

— Приветствую вас, мастер, — Альтамир почтительно поклонился седому старику со связкой ключей у пояса, который много лет сидел у ворот Академии, открывая и закрывая их. Ученики шутили, что когда он исчезнет, то пропадёт и сама Академия. Никто не знал доподлинно, Эльф он или человек.

— Альтамир? — тот прищурил глаза. — Проходи.

Странник коснулся ладонью ворот, и они приветливо распахнулись, пропуская его во двор Академии. Ключник закрыл калитку:

— Давно тебя не видел.

— Знаю, я бродил, — Альтамир усмехнулся, оглядываясь. — Вижу, у вас всё по-прежнему.

Внутри двора царила мёртвая тишина. Лишь журчание фонтанов да шелест листвы говорили о том, что жизнь ещё есть и время не застыло. На ступенях главной лестницы сидело несколько молодых ребят, одетых в свободные белые балахоны с красным окоёмом.

— Третья ступень отдыхает, — определил Альтамир наметанным глазом. Он с любопытством глядел, как один из учеников лепит из воздуха туманные полупрозрачные фигурки, которые некоторое время танцевали, а затем таяли, но на их месте тут же возникали новые. Странник поприветствовал компанию. Тот самый ученик поднял на него бледно-золотые глаза и мягким негромким голосом поинтересовался:

— Вы здесь по делу?

— Да. Я хотел бы знать, Айэрэ Элээн сейчас здесь?

— Да, — ученик почтительно склонил голову. — Айэрэ и её помощник сейчас занимаются тем, что отслеживают Врата.

— Тогда я подожду, — Альтамир вальнулся на ступени. Ученик осторожно проговорил:

— Это надолго…

— Ничего, у меня есть время, — Странник усмехнулся и вытащил флейту. На звуки мелодии из сада прибежали девушки в бледно-голубом с золотом и золото-зелёном и сразу же начали танцевать, дополняя мелодию флейты перезвоном крохотных колокольчиков, вплетённых в волосы и висевших на запястьях.

«Стихийки», — определил Альтамир по их одежде. В их круге буквально из ниоткуда возникла ещё одна Эльфийка. Милая рыжеволосая девушка в простом синем платье, перетянутом тонким серебряным пояском. Её задумчивые серо-зелёные глаза вспыхнули радостью, когда она увидела Альтамира. Она вскинула руки, и в воздух взлетела ещё одна мелодия. Альтамир даже вздрогнул от неожиданности, а девушка стала танцевать, звонко напевая песню. Стихийки поддержали её.

Альтамир еле доиграл до конца, то и дело поглядывая на веселящуюся молодёжь. Когда песня закончилась, он вскочил со ступеней и подошёл к девушке:

— Ассэлэ, Эртэнэль. Твоя сестра просила тебе кланяться и передать, что скоро будет здесь.

— Благодарю за хорошие новости, — узкая ладонь коснулась его руки, и Эртэнэль указала на фонтан. — Присядем?

— С удовольствием, — Альтамир пошёл за ней.

Эртэнэль погрузила ладони в воду и проговорила:

— Давно я не слышала о Фэль. Как она?

— В порядке, — Альтамир улыбнулся. — Сейчас она в Тхартнэле, но скоро приедет сюда. Как всегда кружит головы Странникам. Молодым и не очень.

— Узнаю Фэль, — девушка усмехнулась, глядя, как хрустальные струи сбегают меж пальцев.

— А как твои дела, Эртэ? — Альтамир смотрел на солнечные блики, которые отражали струи фонтана.

— Выбрала Путь, — буднично буркнула девушка.

— Эльфа? — утвердительно спросил Альтамир.

— Смертной, — она вздохнула и снова погрузила ладонь в прохладную воду.

— Но почему? — он ошарашено смотрел на неё.

— Не знаю, — честно созналась Эртэ. — Наверное, от одиночества. Теперь я могу быть уверена, что оно не будет длиться дольше сотни лет.

— Эртэ, вокруг тебя множество близких, кому ты дорога, — возмутился Странник. — Твоя сестра, Элээн, мы. Ты не одинока.

— Я имею в виду другое одиночество.

— Оглянись, открой глаза. Ты — предмет воздыханий половины Академии, если не Ваинэля, — Альтамир удивлённо смотрел на неё.

— Вот именно, предмет. А я личность, — она подняла глаза. — Никто из них мне не подходит.

— Кого же тебе надо? — поинтересовался Альтамир.

— Он должен быть Магом, — начала девушка. — Только не таким, как наши. Он должен быть… романтичным. Чтобы дарил цветы. Чтобы не капризничал и не выставлял себя, как тот же Грэдлан. Чтобы принимал меня за равную, а не выказывал покровительство. А то есть тут некоторые олухи, полагающие, что я за красивые глазки стала Магом. Пока не получат магического тумака или не увидят меня в роли учителя на занятии, лезть со своими «умными» замечаниями не перестанут.

— Ты совсем как твоя сестрёнка, — хмыкнул Альтамир. — Она тоже чего-то ждёт. Ей тоже не угодишь, — а про себя подумал. — «Сколько потеряет этот мир с уходом Девы Утра».

Он покачал головой и заметил:

— Твоя сестра придёт в ярость от твоего решения.

— Нет, — Эртэнэль печально улыбнулась. — Фэль немного пошумит для виду и успокоится. В сущности, ей до меня никакого дела нет. У неё же Путь.

— Ошибаешься, Фэль всегда помнит о тебе, — Альтамир обнял девушку за плечи.

— Кстати, а зачем ты пришёл? — вдруг поинтересовалась Эртэ. — Не для того же, чтобы передать мне привет от Фэль.

— Я жду Элээн, — Альтамир усмехнулся. — Твоя сестричка ей нового ученика послала, хотя сама ещё об этом не знает.

— Новый ученик? — раздался над его ухом вкрадчивый голос; Альтамир даже вздрогнул от неожиданности. — Интересненько! И кто же это?

— Элээн, — Странник укоризненно смотрел на высокую женщину, закутанную в тёмно-синий балахон того же цвета, что и платье Эртэ, что указывало на её принадлежность к получившим степень Мага. — В следующий раз у меня будет разрыв сердца. Можно хоть немного шуршать для приличия?

Элээн рассмеялась и откинула с головы капюшон, открывая миру своё молодое лицо. На вид она была немногим младше Странника. Её лукавые глаза смотрели на Альтамира с неприкрытой усмешкой. Она присела на край и поинтересовалась:

— Так кого мне прислала наша сумасшедшая Фэльмарэ?

— Сына Найрэ, если ты ещё такого помнишь.

— Найрэ… — Элээн свела тонкие брови. — Да! У Найрэ были хорошие задатки. Если сын в него, то для нас это ценное приобретение. Как его зовут?

— Инайрэнни, можно Инри, — Альтамир вопросительно смотрел на неё.

— Приведи его завтра ко мне, — Элээн встала. — А сейчас… Эртэнэль, оставь нас. Вы ещё наговоритесь, а у меня времени немного.

Эртэ почтительно склонила голову и побежала к Стихийкам.

— Совсем девчонка, — покачала головой Элээн, глядя ей вслед. — Она тебе уже сказала?

Альтамир как всегда понял её с полуслова и кивнул:

— Да. Почему ты ей позволила?

— А что я, по-твоему, должна была сделать? — Элээн сплела тонкие пальцы. — Разбить Камень Судеб или решить за неё? Ты же знаешь, Путь выбирают самостоятельно. Это её право — решать, кто ей ближе — смертные или Эльфы.

— Фэль ещё не знает, — глухо проговорил Альтамир и криво усмехнулся. — Не хочу я присутствовать при их разговоре.

— И не говори, — Элээн досадливо сморщила носик, живо напомнив Альтамиру ту девчонку, которая не раз возила его в уличной пыли Ваинэля, ещё не будучи Айэрэ. Он даже хрюкнул от удовольствия, вспомнив те годы, за что моментально схлопотал подзатыльник.

— Нехорошо смеяться над Магами, — назидательно проговорила Элээн и сама прыснула, глядя на его недовольную гримасу времён всё той же шальной юности. Только мантия Айэрэ да сидящие неподалёку ученики удержали пыл Странника вспомнить прошлое. Элээн это поняла, и её плечи затряслись от смеха. Она беззвучно смеялась, вытирая выступающие на глазах слёзы. Альтамир минуты две просидел с угрюмым видом, но тоже не выдержал, и они засмеялись вместе.

Внезапно на них нахлынули воспоминания. Они наперебой говорили: «А помнишь…» и снова заходились хохотом. Сейчас на краю фонтана сидели не Магистр Академии и не умудрённый Путём Странник, а пара юных Эльфов. Они словно сбросили сотню-другую лет.

— А помнишь, как мы Лорелину отомстили за то, что он с Терти гулять пошёл? — смеялся Альтамир.

— Это когда ты его в яму заманил? — Элээн кивала. — Помню. А как мы дуэль назначили?

— Это когда ты первый раз Силу почувствовала? Ещё бы! Шишка от той дубины у меня до сих пор побаливает, — усмехаясь, морщился Альтамир и почёсывал место давно сошедшей шишки.

— Залечивать её всё равно мне пришлось, — Элээн улыбнулась. — Так что не прибедняйся. Всё у тебя прошло.

Они смотрели друг другу в глаза. Элээн слегка пожала его пальцы:

— Спасибо, что ты зашёл. Я давно не чувствовала себя такой юной.

— Айэрэ, — раздался над их головами негромкий голос, и лицо Элээн посуровело:

— Да, Грэдлан…

— Я жду вас, — молодой Маг в упор смотрел на них. — Похоже, вы не торопитесь.

— Что за тон, дружище? — Альтамир широко улыбнулся. — Элээн имеет право немного отдохнуть.

— Прости, но у нас с Айэрэ нет времени на пустую болтовню, — сурово ответил Грэдлан. — Это вы ничем не занимаетесь кроме шатания туда-сюда, а у нас дела.

— У-у, — Альтамир усмехнулся и посмотрел на подругу.

— Он мой новый помощник, — тихо пояснила Элээн. — До завтра, Альтамир.

— Кстати, — Странник уже на полпути обернулся. — Элээн, надеюсь, праздник не отменяется?

— Нет, конечно! — она возмущённо посмотрела на друга. — Как ты мог об этом подумать?! Им сейчас Эртэ занимается.

— Значит, Фэль на него успеет, — хмыкнул Странник и направился к воротам, помахав Айэрэ ладонью.

— Фэль сюда приедет?! — с лица Грэдлана моментально слетела маска холодности, и он бросился за Странником. — Когда?

— У вас нет времени на пустую болтовню, — его же словами ответил Альтамир и кивнул Элээн. — Ассэмэ.

— Ассэмэ, — она махнула ладонью. — Привет Терти.

Он кивнул и широким шагом пересёк двор.

— Альтамир! — донёсся вслед ему звенящий вопль Грэдлана, но Странник, усмехнувшись, вышел из Академии не оборачиваясь, и за его спиной захлопнулась калитка.


Инри с трудом соображал, что происходит. Только что они с Альтамиром вернулись из Академии, где Элээн взяла его в личные ученики. Что же это? Ведь недавно ещё он работал помощником отца, бегал с Яртом подсматривать за русалками, валялся на крыше трактира и только мечтать мог о таких чудесах. А сейчас… Он ученик Айэрэ Элээн, будущий Маг. Словно в сказку попал! Да будет благословен тот счастливый час, когда Фэль появилась на пороге их дома. Ещё бы не этот ледяной тип… Бр-р! От одного взгляда мурашки по спине. Такое чувство, что он считает всех ниже себя. Ярта бы ему увидеть.

А какой, оказывается, известной личностью был отец! Вот уж не подумал бы. А с Элээн так легко, хотя она и Верховная. Учиться у неё будет одно удовольствие. Такая весёлая. Не то, что этот Грэдлан. Откуда только такие среди Эльфов берутся? Ох, недобрый он…

Инри вспомнил спокойное лицо Эльфа, его точные чёткие движения, большие светлые глаза, лёгкую улыбку и недоумённо попытался понять, что же в этом тихом спокойном Маге его отталкивает? В конце концов он перестал ломать голову, решив, что время покажет.

Он задумчиво смотрел на потолок, валяясь на кровати. Сегодня был его последний день в доме Терти и Альтамира. С завтрашнего утра он будет жить в Академии.

— Эй, ученик! — раздался голос Альтамира, и Странник возник в дверях. — Ты есть будешь? Или напитался воздухом Академии?

— Иду! — Инри вскочил.

Альтамир с усмешкой смотрел на него:

— Как мало надо некоторым Эльфам для счастья. Всего-то — поступить в Академию.

— Да ну тебя! — Инри счастливо улыбнулся. — Просто я всю жизнь мечтал, чтобы со мной случилось что-нибудь необыкновенное, и вдруг на меня начинают сыпаться чудеса, одно за другим. Будешь тут счастливым. Хотя я жутко волнуюсь, а вдруг это сон? Вдруг я проснусь?

Пальцы Альтамира больно ущипнули его, и Странник хитро спросил:

— Сон?

— Нет, — буркнул Инри, глядя на красное пятно. — Ну и пальцы у тебя.

— Идём, — Странник обнял его за плечи и повёл по коридору. — Радуйся, пока в жизни есть что-то хорошее.

— Я счастлив, — Инри улыбнулся. — Ярта только не хватает. Вот уж он удивится, когда приедет.

— Это точно, — Альтамир кивнул. — Но я думаю, у него тоже найдётся, чем тебя удивить.

— Знаю, — Инри усмехнулся. — Я буду ещё больше удивлён, если по прибытии он не расскажет мне сотню-другую новых баек. Это же Ярт.

— Да уж, а это Инри, — Альтамир легонько толкнул его в плечо. — Не скучай там, в Академии.

— Не буду, — Инри рассмеялся. — Разве там можно скучать?

— Не знаю, не учился, — Альтамир сел за стол. — Но когда я там бываю, такая тоска время от времени накатывает. Праздники не в счёт.

— Правда? — Инри был крайне удивлён. — В таком чудесном месте?

— Угу, — Альтамир тоскливо посмотрел на Терти. — Терпеть не могу осёдлости.

— Тогда Академия точно не для тебя, — Инри улыбнулся и деятельно заработал ложкой.

— Я знаю, — Альтамир кивнул. — После того, как я избрал дорогу Эльфа, Элээн пыталась сбить меня с пути истинного, но я… — он гордо раздулся, — остался Странником и себе не изменил.

— Ешь, Странник, — Терти с лёгкой улыбкой смотрела на него. — А то опять скажешь, что не успел наесться досыта.

— Ты права, — Альтамир сосредоточился на еде.

— Альтамир, а что ты скажешь о Грэдлане? — вдруг тихо спросил Инри, не поднимая глаз.

— О Грэдлане? — Странник облизал ложку. — Я его с юношества знаю. Так, ничего особенного. Да, есть Сила, только гордости и высокомерия ещё больше. Сын князя, как же!

— Ясно, — Инри вздохнул.

— А что? — Странник посмотрел на него.

— Ничего, — тот улыбнулся.

Альтамир пожал плечами и приступил ко второму.


После обеда они отправились в лес. Альтамир хотел показать Инри окрестности.

Они неторопливо шагали по лесным тропинкам, и Инри не уставал удивляться силе эльфийских лесов. Он кормил с рук птиц и мелких зверей, слушал голоса леса. Он не слышал Песни, но почти осязал её. Казалось, ещё чуть-чуть, ещё какая-то доля секунды, и он поймёт, о чём говорит лес.

Альтамир босиком шёл по руслу ручья, негромко что-то напевая. Его голос сплетался с перезвоном хрустальной воды. Инри услышал отзвуки Песни Вод в этой мелодии. Он шёпотом стал повторять за Альтамиром слова эльфийского языка, и их смысл стремительно раскрывался перед ним подобно цветам.

— Ещё, — умоляюще попросил он, когда Странник замолчал.

Альтамир внимательно посмотрел на него, вышел на берег ручья и запел другую песню. Она была похожа на шорох песка, на шелест лугов, на тёплую прогретую землю. Множество ярких образов сплеталось перед внутренним взором юноши. Он, сам того не замечая, перешёл на эльфийский язык:

— Ато, Мирэл, ато! — множество видений и образов переполняли его, но ему хотелось ещё и ещё…

— Хватит, — Альтамир резко встряхнул его. — Ты сойдёшь с ума, если не придёшь в себя. Очнись, мальчик!

Инри глубоко вздохнул и прямо посмотрел на него:

— Что это было?

— Музыка, — просто ответил Альтамир.

— Музыка мира? — утвердительно спросил он.

— Да, Музыка мира. Ты же сам видел, вернее, увидел, — Странник усмехнулся. — Но сейчас не время тебе увидеть всю Музыку.

— Ты один можешь её показать? — спросил Инри.

— Я могу показать лишь то, что видел сам, а это немного, — Альтамир прилёг на траву. — И я не видел Тёмную сторону Музыки.

— Что это? — Инри даже вздрогнул, услышав это «Нэртэль агъяр».

— Об этом тебе лучше спросить у Фэльмарэ, — Альтамир потемнел лицом. — Она одна из немногих, кто познал её, принял боль.

— Как это произошло? — поглядев в глаза Странника, Инри понял, что спрашивать об этом не стоило. Во взгляде Альтамира стояла огненная пелена боли прошлого. Чужой боли. Странник судорожно вздохнул и глухо проговорил:

— Я обещал рассказать тебе о Фэль. Слушай же. Только не перебивай, пока я не закончу.

Инри кивнул и замер в ожидании. Ему не терпелось узнать, какую же тайну хранила душа гордой дочери Леса.


Когда-то, лет двести назад, на северо-востоке от нас, за горами стоял лесной город, похожий на Ваинэль. Его называли Сэлсоир, Лунная Купель. Он был совсем небольшой, располагался на берегу лесного озера. Там жил один из двух кланов Ночных Эльфов.

Вождь этого клана, старейшина города, был вдов. Его жена — Вэлиашэ — умерла от странной болезни, поразившей в то время многих Эльфов. Вэрхоль, так звали вождя, остался с маленькой дочкой на руках. Он назвал её Нориссой.

Будущая принцесса города росла любимицей всех. Со временем она стала красавицей, самой прекрасной девушкой клана. В ней слились лучшие черты предков. Она была истинной Эльфийкой Ночи: светлокожая, темноволосая, звездноглазая. У неё был твёрдый характер отца и спокойная мудрость бабушки. Отец мечтал о счастливом браке для неё, но Норисса не спешила выходить замуж, и он не принуждал её.

Часто девушка пропадала в лесу, однако никто не волновался, ведь она была истинной дочерью Леса. Ни один зверь не смел обидеть её, и Лес всегда был на её защите.

Норисса жила так, как ей было вольно. Она была заботливой любящей дочерью, умной, рассудительной наследницей вождя (отец никогда не боялся доверить решение каких-то важных дел своей дочери), завидной невестой.

Неизвестно, сколько бы времени ещё она так прожила, беззаботно и счастливо, но в Сэлсоир пришла беда. Когда вождя не было в городе (он и его воины ушли на встречу всех кланов), на поселение напали. Это было племя варваров-эртов, Странников Тёмной стороны Пути.

Оставшиеся воины не смогли защитить родной город. Сэлсоир уничтожили. Юная девочка оказалась в руках разбойников. Они жестоко надругались над эльфийской принцессой, она стала для них игрушкой. Ей пришлось пройти через многое в их обществе. Таковым было её знакомство со взрослой жизнью. Не в нежных объятиях любимого и любящего, а в грязных лапах разорителей родного города, для которых она была вещью, с которой вольно поступать как хочется.

Главарь банды счёл её своим трофеем и забрал себе, когда его войско уже натешилось девушкой, но ещё не превратило её в забитое существо. Я не знаю, что он с ней делал, но когда она нашла в себе силы и с помощью Леса вырвалась на свободу, Норисса ещё долго вздрагивала и сжималась в комочек после каждого прикосновения.

Полуоборванная, грязная, израненная, она добралась до Драконьих гор. Там её и подобрали Эльфы. Признав в ней свою, они вылечили её тело, но разум её, её душу они были не в силах очистить. И тогда Нориссу отправили в Друидскую Рощу. Там она постепенно приходила в себя. Спокойный чистый Лес возвращал ей утраченную радость, она услышала его Песню вновь. Заботливые целители охраняли её от всех потрясений, усыпляли её память. Они не знали, кто она, что с ней произошло, но осознавали, что ей не стоит вспоминать о худом.

Память Нориссы поросла забвением. Ей дали новое имя — Фэльмарэ. Девушка прижилась в Роще и даже стала учиться у Друидов.

Но однажды в Роще появился незнакомец с маленькой девочкой на руках. Он еле шёл, но нёс дитя.

Фэльмарэ была первая, кто его увидел. Она бросилась на помощь. С девочкой всё было в порядке, она просто устала, а мужчина явно нуждался в лекарской помощи. Девушка привела их в палаты при Храме и стала ухаживать за ними. Девочку она полюбила как сестру и много времени проводила, играя с ней. Малышка отвечала ей взаимностью. В то время я и твой отец впервые увидели Фэль. Ничто не говорило о том, что ей пришлось перенести. Она была прекрасна и беззаботна, наслаждалась жизнью и очаровывала молодых Эльфов.

Время шло, и однажды её подопечный вышел из забытья. И Фэль услышала: «Норисса». Это был её отец, а маленькая Эртэнэль была её сестрой, полуэльфом. После потери своего народа Вэрхоль ушёл к людям.

Старое имя пробудило и старые воспоминания. Завеса на памяти упала, и Фэль захлестнуло прошлое. Я в этот момент был рядом и попытался помочь, но моих сил было очень мало, я слишком слабый Маг. Я всеми силами пытался вновь задёрнуть пелену забвенья на её памяти, хотя и понимал, что у меня это не получится. Её память ворвалась в моё сознание, я вместе с ней прошёл дорогу её прошлого, но если я мог только ужасаться, то она переживала всё снова. Меня лишь самым краем коснулась её боль, но даже это лёгкое касание выжгло меня огнём. Не зная, что ещё сделать, я стал звать её. И новое имя помогло. Фэль пришла в себя. Она больше не была Нориссой. Норисса ушла в прошлое.

Однако остаться в мирной жизни Друидской Рощи Фэль не смогла. Мы вместе ушли на Путь. Она взялась за оружие и стала одним из лучших воинов, какие когда-либо были в мире. Её клинок — один из немногих, которые создавал для избранных Орфэльмер. Однако её излюбленное оружие — кнут, и лучше с ней по разные стороны не встречаться, уж поверь мне.

Она никому не доверяет, и больше не знала мужчин. Фэль считает, что ей не суждено быть женщиной. Она — воин, она — Странница. Она недоступна ни для кого. За ней в своё время увивался вожак Волчьего племени, Лайнэ. Когда ему надоели её отказы, он, по несдержанности характера, попытался добиться её силой. После этого его долго не видели в Ваинэле.

Из-за её недоступности она многим кажется загадочной, и многие горят желанием разгадать её загадку. Так что можешь посочувствовать Ярту, он безнадёжно влип. Она отвергает всех, и его, скорее всего, ждёт участь остальных. Хотя… Не буду загадывать наперёд. Ярт — крепкий орешек. И он волнует мою сестрёнку…

Но мы ещё увидим, что к чему, когда они вернутся в Ваинэль.

Фэль сильна духом и непреклонна. Всегда была непреклонна, а пережитые страдания ещё больше укрепили в ней эту черту. Благодаря им она слышит Тёмную сторону Музыки, когда теряет друзей. Мне это не дано, такая ноша сожжёт меня. В отличие от Фэль я не могу шагнуть во Тьму, я Дневной Эльф. А Фэль, несмотря на то, что мать её была Эльфийкой из Дневных, истинное дитя ночи. Её третье имя — Нэртэнэль, и оно принадлежит ей по праву. Фэль — последняя Дева Ночи, про богиню я не говорю. На свете было всего два племени Ночных Эльфов, и оба погибли. Отец Фэльмарэ оставил дочерей, уйдя на Звёздный Мост. Его душа не выдержала уготованных ему испытаний, и Камень Судеб отпустил его в новую жизнь. Теперь у Фэль остались лишь сестра и Путь…


Альтамир замолчал. Инри потрясённо смотрел на него, не в силах поверить в услышанное. Как же так? Фэль? Такая гордая, сильная, смелая и такая беззащитная. Быть этого не может.

— Инри, ты первый, кто знает эту тайну кроме меня и Фэль, — вдруг сказал Странник. — Не рассказывай об этом никому и никогда. Даже Терти не знает, какой груз носит на сердце её лучшая подруга.

— Норисса ей подходит больше, — грустно хмыкнул Инри.

— Нориссы больше нет. Есть Фэль, — резко проговорил Альтамир и встал. — Пора. Скоро зайдёт солнце.

Инри только сейчас заметил, что небо давным-давно алеет в закатных лучах. Он поднялся и вслед за Странником направился к городу. Оба молчали всю дорогу. Инри вдруг осознал, что за красивой сказкой о гордых Странниках кроется не очень весёлое содержание. Сколько их, таких, как Фэль, вышедших на Путь после того, как ничего уже не осталось? Сколько боли впитали в себя дороги мира? Это открытие ужаснуло его, и он задумался, а выдержит ли сам такую жизнь? С его-то даром. За этими мыслями он даже не заметил, как они пришли к дому.

Терти ждала их на крыльце. Она вопросительно смотрела на них, сложив руки на груди, и её вид не предвещал ничего хорошего для загулявшейся парочки.

— Итак… — начала она голосом, сразу рассеивавшим все сомнения по поводу её настроения.

— Это тебе, — Альтамир протянул ей неизвестно когда собранный букет из лесных цветов.

— Ой, какая прелесть! — воскликнула она и осторожно взяла букет, нежно улыбнувшись, но тут же снова нахмурилась. — Я волновалась…

— Дорогая, мы умираем с голоду. Правда, Инри? — Альтамир осторожно ткнул спутника в бок локтем.

— Угу, — промычал тот, совершенно искренне глядя на неё голодными глазами и принюхиваясь к аппетитным запахам, доносившимся с кухни за её спиной.

— Ну ладно, — она сменила гнев на милость и впустила их за порог. — Только приведите себя в порядок перед тем, как сесть за стол.

— Это ещё зачем? — проворчал Альтамир, стаскивая грязные сапоги. — В кои-то веки для ужина нужно себя в порядок привести. Все свои.

— Мирэл! Я сказала, ты делаешь! — Терти выразительно посмотрела на него и удалилась, с достоинством помахивая тяжёлой поварёшкой.

Инри негромко прыснул и поинтересовался:

— Кто из них от кого набрался? Фэль от Терти, или наоборот? Даже интонации одни и те же.

— Идём, а то заест хуже комаров, — ухмыльнулся Альтамир. — Она у меня такая. Слова поперёк не скажи.

И они дружно направились наверх, топая, как табун диких лошадей. Терти только тяжело головой покачала.

Не успели они сесть за стол, как раздался звон колокольчика.

— Я посмотрю, — Инри сорвался с места и помчался к двери. Увиденное заставило его замереть на месте. У порога стояла невысокая фигура, закутанная в тёмно-синий плащ, обшитый серебром. Когда капюшон был откинут назад, Инри и вовсе остолбенел, а Эртэ (это была именно она) смущённо улыбнулась и проговорила:

— Извините, я, наверное, опоздала?

— Эртэнэль! — Терти выглянула из кухни. — Проходи, мы только сели. Ты как раз к ужину.

Эртэ сняла плащ и встряхнула его над крыльцом, сбрасывая капли вечернего дождя. Инри всё ещё изображал соляной столб около двери. Терти негромко фыркнула, посмотрев на него. Выражение лица у него было донельзя глупое. У неё создалось ощущение, что он хочет что-то сказать, но не помнит ни одного слова. Терти слегка толкнула его плечом и проговорила:

— Инри, это Эртэнэль, сестра Фэль. Эртэ, это Инайрэнни…

— А-а, новый ученик Элээн, — девушка мило улыбнулась и чуть склонила голову, глядя на него. — Ты похож на отца.

— Мне это все говорят, — Инри был рад, что нашлось что сказать. — А вы столь же очаровательны, как ваша сестра.

— Она тебя уже очаровала? — Эртэ приподняла брови знакомым движением.

— Да… то есть нет… То есть… — он окончательно запутался и оглянулся на Терти. Хозяйка титаническим усилием воли сдерживала серьёзное выражение лица.

— Спасибо за комплимент, Инри, — Эртэ улыбнулась и протянула ему руку. — Я рада с тобой познакомиться. И давай на «ты»?

Инри кивнул и осторожно коснулся губами её ладони в лучшем духе Ярта. Теперь уже смутилась Эртэ и в свою очередь тоже кинула умоляющий о помощи взгляд на подругу. Терти проглотила комок смеха и пришла ей на помощь:

— Инри, накрой для Эртэ.

— Конечно, — он бегом бросился исполнять поручение.

Терти наконец-то смогла дать выход смеху. Она уткнулась в плечо Эртэнэль и просмеялась.

— Ой, беда с этими влюбчивыми мальчиками, — пробормотала она, вытирая выступившие слёзы.

— Тебе не кажется, что использовать в качестве платка плечо того, над кем смеёшься, не очень хорошо? — поинтересовалась Эртэ.

— Вы бы себя со стороны видели, — Терти подавила очередной приступ веселья.

— Откуда он? — Эртэ поглядела в сторону кухни.

— Из Вэля, — Терти кивнула в ответ на её молчаливое удивление. — Из того самого.

— Интересно, они там все такие странные? — Эртэ посмотрела на свою ладонь.

— Не думаю, — Терти опомнилась. — Я же тебя на ужин приглашала, а не на посиделки в гостиной. Идём.

Альтамир в это время с немым изумлением наблюдал за Инри, который метался по кухне, накрывая на стол для Эртэ. Когда круглость его глаз достигла предела, Инри плюхнулся на стул и в ожидании замер, буравя взглядом дверь. Странник вернул глазам обычное выражение и поинтересовался:

— Что с тобой?

— Ничего, — тот нетерпеливо поёрзал на стуле.

— Добрый вечер, Мирэл, — Эртэнэль мило улыбнулась другу, зайдя на кухню.

— Ага, — он хитро посмотрел на Инри и проговорил. — Добрый вечер.

— Чего? — смущённо пробормотал Инри, поглядев на него исподлобья и медленно краснея.

Эртэ опустилась на стул рядом с юношей, не заметив, что он ещё пуще залился краской. Чтобы спрятать смущение, Инри уткнул нос в тарелку, но время от времени несмело косил глазом в сторону девушки.

Терти подала ужин, и за столом завязалась мирная беседа. Они говорили про общих знакомых, про предстоящий праздник. Терти и Эртэ обсуждали им одним понятные женские дела. И только Инри молчал, словно рыба, как Альтамир ни старался его разговорить.

Краем глаза он разглядел, что волосы Эртэнэль в свете ламп отливают золотом, и непокорные пряди, которые она то и дело поправляла, оттеняют светлый профиль. Красиво очерченные дуги бровей немного приподняты, словно девушка чем-то слегка удивлена. Глаза у неё той же формы, что и у Фэль, но не тёмные, а серо-зелёные, и в них нет той свободолюбивой непокорности, что горела во взгляде Странницы. Глаза Эртэ лучились тёплым спокойным светом, немного напоминавшим Элээн. Несомненно, у них было что-то общее.

Инри почему-то казалось, что его взгляды никто не замечает, но на самом деле все всё давно заметили. Эртэнэль смущённо смотрела на хозяев, а они весело поглядывали на них, что, впрочем, не мешало им вести разговор. Когда за столом воцарилось недолгое молчание, Альтамир вдруг спросил:

— Эртэ, а что ты ведёшь?

— Преподаю основы материальной магии, — хмыкнула она. — Травы, камни, зелья… ну и так далее. Именно поэтому считают, что я ни на что серьёзное не способна.

— Значит, ты будешь вести и нашего Инри, — Альтамир хлопнул его по плечу. — Ты уж к нему поснисходительней. Он ещё маленький.

Инри резко вскинул голову:

— Я не маленький! Мне уже почти восемнадцать!

Эртэ кашлянула, сдерживая смех. Ей понравился этот застенчивый мальчик, который уже почти протёр на ней дырку глазами. И тут до Инри дошло! Эртэ будет его учить? Он повернулся к девушке и, собравшись с мыслями, спросил:

— Это правда?

— Да, Инри. Я преподаватель Академии, — она склонила голову на плечо (ну, точь-в-точь Фэль) и спросила. — А что, я не похожа?

— Просто я не ожидал, — Инри потупился. — Теперь я понимаю, почему ваши глаза напомнили мне Элээн.

— Я преподаю уже третий год, — Эртэнэль положила голову на ладонь, не сводя с него глаз. — Надеюсь, ты не будешь слушать все те глупости, которые про меня болтают. Поверь, место я получила не за красивые глазки.

— Я так и не думаю, — он совсем смутился от её пристального взгляда и добавил. — Хотя глаза у вас и в самом деле очень красивые.

Эртэ порозовела и, чтобы скрыть смущение, поинтересовалась:

— Ты, как я поняла, Видишь? — Инри кивнул. — Тогда мой предмет для тебя будет вспомогательным, как обязательный для всех Магов. Глубоко копаться ты не будешь. Основными у тебя будут развитие дара и познание себя. Это Айэрэ и Фальма.

Инри погрустнел. Он уже надеялся, что будет видеть Эртэ каждый день. Альтамир, словно прочитав его мысли, проговорил:

— Не вешай нос. Помимо занятий вам вместе завтракать, обедать и ужинать, так что ты ещё устанешь от нашей красавицы, — и, навалившись на спинку стула, добавил. — Ну вы с Яртом даёте. Мало того, что сами как братья, так ещё и влюбиться угораздило в сестёр.

Эртэнэль слегка побледнела и негромко проговорила:

— Думай, о чём говоришь, Мирэл. Эльфу и Смертной не идти одним Путём. Подобный союз — трагедия для обоих. Вспомни хотя бы моего отца…

Инри как из тазика окатили. У него рвался с языка вопрос, но он не смел его задать. Вместо этого он брякнул:

— А я не Эльф, я полукровка. Так что всё можно поменять. Ведь ваш отец был Эльфом, значит, мы как бы одной расы.

Эртэ, не удержавшись, засмеялась:

— Ты забавный.

Он смущённо улыбнулся и виновато пожал плечами. Эртэ вздохнула и добавила:

— Но поменять ничего нельзя. Я уже избрала свой Путь. Путь смертных.

— Сдаётся мне, что ты… — начал было Альтамир, но вовремя перехватил её взгляд и прикусил язык.

— Я пойду, пожалуй, — девушка поднялась из-за стола, но Инри схватил её за руку, сам испугавшись своей смелости, и умоляюще проговорил:

— Нет, останьтесь! Ещё десерт…

— Ну хорошо, — она снова села и весело посмотрела на него. Нет, определённо, ей нравился этот мальчик. Она сделала серьёзное лицо и учительским тоном проговорила:

— Для этого ты должен выполнить одно условие…

— Какое? — Инри был полон решимости горы свернуть.

— Перестань называть меня на «вы».

Он с такой готовностью затряс головой, что можно было предположить, что она у него сейчас отвалится. Эртэ снова рассмеялась:

— Думаю, мы найдём общий язык, Инри.


После ужина она долго шепталась с Терти и Альтамиром в гостиной, пока Инри возился с Вэльфором. Он иногда ловил на себе внимательные взгляды девушки, но изо всех сил старался не краснеть. Ему очень хотелось послушать, о чём они говорят, уж не о нём ли, но до них было далековато, и Инри не слышал ничего, кроме негромкого «бу-бу-бу». При этом по лицу Странника разливалось самое довольное выражение.

Но, как это ни огорчало Инри, Эртэ вскоре засобиралась в Академию. Он безмолвной тенью стоял у двери, глядя, как она накидывает плащ.

— Ну, я пошла, — она поглядела на него и улыбнулась. — До встречи, Инри. Удачи в учёбе, — Эртэ приподнялась и осторожно поцеловала его в щеку, потом кивнула Альтамиру и Терти и вышла из дома.

Лицо у Инри было совершенно неописуемое. Он механически коснулся лица там, где на скуле горело пятно от прикосновения её губ, и нерешительно расплылся в смущённой улыбке.

— Инри, — голос Альтамира вывел его из транса.

— А? Что? — он обернулся и краем глаза ухватил на полу лёгкую вспышку. Нагнувшись, Инри поднял тонкое кольцо с кроваво-красным камнем.

— Знакомое выражение лица, — Альтамир прислонился к стене. — Из этого можно заключить, что ты в очередной раз влюбился.

Инри помрачнел. Воспоминание об Онни вновь обожгло сердце. Альтамир чутко уловил его мысль и проговорил:

— Не вздумай ставить крест на себе из-за того, что её больше нет. Ты даже не любил её. Я знаю Онни. Она не простила бы себя, если из-за неё произошло бы что-нибудь подобное. Так что можешь влюбляться, если твоему сердцу этого хочется.

— А смысл? — Инри поднял на него глаза. — Ну, влюблюсь я в Эртэ, и что дальше? Ты же сам слышал, она человек, а значит мы не будем вместе. Хотя бы потому, что мне не хочется становиться человеком.

— Ты слишком торопишься с выводами, — Странник положил ладонь на его плечо и улыбнулся. — Для начала тебе стоило бы почитать исторические хроники. Думаю, там ты найдёшь много интересного. Взять, к примеру, Долину Вьюнка. Это на севере. Там живёт одно из эльфийских племён. Они издавна заключают союзы с людьми гор. Пожалуй, во всей Долине не найдётся Эльфа, у которого не было бы в роду людей. Разве что у Пришедших. К тому же тебе сначала придётся завоевать Эртэ, а уж потом думать, что вам делать. А сейчас, — тон его стал непреклонным, — в кровать!

Глава 5

За Воротами на много миль тянулась пустынная каменистая дорога, а далеко на горизонте высились пики гор. Лишь в самом начале дорога шла через негустой подлесок, но довольно скоро вышла на широкое плато, на котором каким-то чудом произрастал жёсткий колючий кустарник да бурая трава вдоль тракта.

— Весёленькое местечко, — хмыкнул Ярт, осмотревшись.

— Может и не очень весёлое, зато безопасное, — фыркнула Фэль. — Лучше прибавь ходу, а то и к ночи не доберёмся.

Они направились к горам. Ярт негромко насвистывал, глядя на вечереющее небо. Фэль посмотрела вперёд и тяжело вздохнула:

— Похоже, придётся остановиться на дороге. Лошадям нужно отдохнуть. Жаль, я рассчитывала сегодня добраться до Тхартнэля.

— Ничего, поедем пораньше, — беззаботно отмахнулся Ярт, спускаясь на землю и отпуская Гэллэра.

— Придётся, благо Рог будет петь над самым ухом, — Фэль усмехнулась.

Однако она подняла его ещё до Рога. Ярт, позёвывая, взобрался в седло и тронулся за ней.

Небо всё ещё было покрыто ночным бархатом, однако уже было заметно приближение утра. Ярт посмотрел на горы, которые существенно приблизились, и с него моментально слетел сон. Там полыхало зарево пожара. Фэль проследила за его взглядом и спокойно проговорила:

— Не волнуйся, это не пожар. Это огни Тхартнэля. Факелы погасят с зарёй.

До гор осталось совсем недалеко, и Ярт, присмотревшись, увидел, что в горах вырублен исполинский замок. Его стены освещались сотнями факелов, которые издалека сливались в большое огненное пятно.

— Тхартнэль — последняя крепость, в которой ещё несут стражу, — проговорила Фэль. — В своё время здесь незамеченным пробудилось зло, но после установления очередного мира Эльфы четвёртого племени высекли в склонах Драконьего пика сторожевую крепость, дав обет всегда оставаться на страже мира. Видишь, там, на самом пике, маленькая башенка? — Ярт кивнул, различив её. — Именно оттуда каждое утро звучит Рог, сообщая Странникам и Стражам, что миру нужна их помощь.

Вскоре копыта лошадей выбили дробь на каменном мосту, соединявшем две стороны пропасти перед Тхартнэлем. Ворота были открыты, но перед ними стояла стража. Два воина шагнули на освещённое пространство и преградили им путь:

— Кто вы?

— Спокойно, Айнэр, свои, — Фэль откинула капюшон с лица и тоже въехала в круг света, очерченный факелом.

— Фэльмарэ, — стражник опустил секиру. — Рад тебя видеть. Некоторые по тебе, правда, уже поминки справили.

— Это ещё почему? — поинтересовалась она, поглаживая рукоять кнута.

— Ну как же, — второй стражник хмыкнул. — Ты ведь в Вэльтарет отправилась. Из Проклятого города пока ещё никто не вернулся.

— А много туда уезжало, как я? — девушка усмехнулась. — А кто туда уехал, тот и сейчас там живёт, и некоторые, надо признать, неплохо. Только, честно говоря, никакого желания возвращаться туда у меня почему-то нет.

Воины весело улыбнулись и перевели взгляд на Ярта:

— А это кто?

— Он со мной, — Фэль спустилась и взяла Грайсера за узду. — Мы к Орфэльмеру. Он здесь?

— Естественно, — Айнэр кивнул. — Кто ещё будет Странников принимать? Совет состоится послезавтра, — шепнул он, когда Фэль проходила мимо него.

Девушка чуть заметно кивнула, и они с Яртом вошли в ворота. Над Тхартнэлем разнёсся звук рога, и Айнэр потушил факелы около ворот.

— Кто такой Орфэльмер? — ревниво поинтересовался Ярт, внимательно слушавший весь разговор.

— Главный мастер, градоначальник Тхартнэля, — Фэль усмехнулась. — Он подберёт тебе меч.

Когда они вышли на внутреннюю площадь города, их оглушил вопль как минимум дюжины глоток, донёсшийся из всех углов:

— Фэльмарэ! Фэль приехала!

Со всех концов к ним бросились Странники и Странницы. Ярта ненавязчиво оттёрли в сторону, и ему оставалось только наблюдать, как Фэльмарэ (его Фэльмарэ!) обнимается почти со всей этой толпой. Только сейчас он осознал, насколько серьёзно было предупреждение Альтамира насчёт того, что ревности запасти придётся много.

— Мы уж думали, ты сгинула… Я так за тебя переживала… Фэль, хоть бы предупредила… Могла бы и меня с собой взять, всё же безопаснее было бы… Надолго к нам?..

— Ой-и, Фэль, — совсем молоденькая девушка восхищённо смотрела на Лотос. — Какая прелесть! Откуда?

— Подарили, — Фэль искоса посмотрела на парня и по его лицу поняла, что Ярт сейчас мысленно прикидывает, стоит вызвать на дуэль всех сразу или всё же растянуть удовольствие и установить очерёдность. Ярт заметил её взгляд и с каменным лицом принялся изучать башенные шпили.

— Очередной поклонник? Кто? Мы его знаем? — девушки трещали наперебой, словно не говорили целый год.

— Слушайте, мы целый день на ногах, почти не спали, — взмолилась девушка. — Можно, мы немного насладимся хвалёным тхартнэльским гостеприимством, а потом я отвечу на все ваши вопросы?

— Мы? — взгляды подруг медленно сместились на Ярта, и среди собравшихся пробежал лёгкий шёпот. Ярт расслышал местами имя Лайнэ.

— Фэль, вам одну на двоих? — хихикнула одна из девушек.

— Айла, ещё слово, и я возьмусь за кнут, — спокойно проговорила Фэль, смерив девушку таким взглядом, что у неё мороз по коже пошёл, — и напрочь забуду, что ты принадлежишь к Тхартнэльскому Двору. Покалечить не покалечу, но больно будет.

— Да ладно, шучу, — та мило улыбнулась. — Где твоя комната, я думаю, ты и сама помнишь. А своего друга отправь в соседнюю. Приятных снов.

— Идём, — Фэль передала поводья конюшему, и они с Яртом пошли вглубь горы, где располагались основные помещения.

Девушка уверено вела его по переплетениям коридоров, спиралям лестниц, анфиладам комнат, время от времени перебрасываясь приветствиями со встречными. Её здесь знали все. Ярту ничего не оставалось кроме как заглушать в себе тихое бешенство и громкую ревность. Он мечтал побыстрее оказаться в своей комнате и отрешиться от мыслей обо всём… от мыслей о Фэль.

Вскоре она остановилась в одном из коридоров и толкнула приоткрытую дверь:

— Тебе сюда.

— А ты? — он остановился у косяка.

— А мне сюда, — она шагнула в соседнюю комнату, и дверь со скрипом захлопнулась.

Ярт вздохнул и зашёл к себе. Комната была просторная, обитая золотистым деревом, с широкими окнами. В углу стояла низкая кровать из того же дерева, слегка заслоненная небольшим столом. Пара кресел, тёплый ковёр да высокая вешалка у дверей — вот и всё немудрёное убранство. Ярт выглянул в окно, осмотрев маленький двор, где уже кипела бурная жизнь, и задёрнул шторы. Сзади негромко скрипнула дверь, и он резко обернулся.

— Я принесла бельё, — Айла лёгкой походкой подошла к кровати и стала её застилать, с интересом поглядывая на Ярта. Парень прислонился спиной к стене и терпеливо ждал пока она уйдёт. Однако у неё, видимо, были другие планы. Айла выпрямилась и поинтересовалась:

— Ты очередной спутник Фэль?

«Очередной», — как ножом по сердцу полоснуло.

— Красивый. Она знает толк в мужчинах. Бьюсь об заклад, ты её любишь, — продолжила девушка, беззастенчиво разглядывая его. — Это ведь ты подарил ей Лотос?

Ярт молча кивнул. Она усмехнулась. Несколько язвительно:

— А она отказывает, да? Она всем отказывает, не переживай. Ты не первый и, наверное, не последний. У неё было много спутников. Но она хорошая, ты не думай. Знаешь, сколько её любят из наших? И как подругу, и как сестру, и как женщину. Так что ты не одинок.

— Зачем ты мне это рассказываешь? — глухо спросил парень.

— Мне будет жаль, если она и тебе ненароком разобьёт сердце, — Айла по-кошачьи подобралась к нему и поглядела в его глаза. — Такой красивый, такой юный, такой несчастный. Неужели никто кроме Пламени не заслуживает твоей любви, Ярт?

— Откуда ты знаешь, как меня зовут? — резко спросил он.

— Слышала, — Айла пожала плечами, и её ладони скользнули по его груди. — Ну же, Ярт. Твоя любовь измучила тебя. Я дам тебе покой и отдых…

— Я был об Эльфийках лучшего мнения, — его глаза презрительно сощурились, но сам он даже не пошевелился. — Предлагать себя как… — он не договорил и хмыкнул. — Даже в Вэле девушки ведут себя более пристойно.

— Предлагать себя? — она побледнела и отскочила. — Что ты о себе возомнил? Я пожалела тебя, ты мне понравился. Да если хочешь знать, это Фэль меня сюда послала. Чтобы тебя приласкать.

— Что?! — это у него в голове уже не укладывалось.

— Да, — Айла насмешливо смотрела на него. — Фэль прекрасно видит, как ты её глазами поедаешь, как ты хочешь её, но она-то не хочет тебя, ты не нужен ей. Меньше всего ей нужно, чтобы кто-то её любил. Она, сама того не желая, разбивает мужские сердца, а нам, обычным девушкам, приходится вас лечить. Фэль боится мужчин и не любит их, и у неё есть на это все права. Она вас просто ненавидит за то, что с ней случилось. Нашу гордую Фэльмарэ в юности изнасиловали. А ты не знал? Да, представь себе. И забудь о ней. Она тебя никогда к себе не подпустит. Если ты не передумал, я пойду, — она направилась к двери и уже около неё обернулась. — Конечно, ты можешь надеяться. От ненависти до любви, как говорится… Только потом не ищи меня.

Айла выскользнула в коридор, оставив его наедине с собой.

Мысли в голове бились словно колокола. Он тяжело сел на кровать и сжал виски ладонями. Они раскалывались от боли. Внезапно Ярт вскочил, вылетел в коридор и резко толкнул дверь в комнату спутницы.

От его собственной комната не отличалась практически ничем, только в углу стоял высокий створчатый шкаф. Фэль уже безмятежно спала. Ярт, было, занёс ладонь, чтобы растолкать её, но замер, глядя на бледное лицо, на котором нервно вздрагивали ресницы.

«Нет! — одёрнул он себя. — Она уже столько времени не высыпалась. Потом поговорим», — и выпрямился, не смея нарушить покой девушки. Она была сейчас так беззащитна. Вспомнив слова Айлы, Ярт стиснул зубы: «Ну нет! Я ей докажу, что не все мы такие. Она сама убедится, что я люблю её как никто другой!» Он медленно вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь.

Уже лёжа в кровати, он долго не мог уснуть. Голова разрывалась от кишевших в ней мыслей: очередной поклонник, множество влюблённых, ты ей не нужен… Сейчас ему жутко не хватало Сэллифэра. Интересно, увидел бы волк связь теперь? Или Альтамир… Он бы ляпнул что-нибудь весёлое, и отступили бы все тревоги.

Ярт впервые позавидовал Инри, что тот остался со Странником. Он понятия не имел, какие проблемы сейчас у Альтамира с его другом.

Однако после некоторых мучений ему всё же удалось отключиться от внешнего мира и провалиться в тёмное забытьё.

Проснулся он, ощутив на себе пристальный взгляд. Слегка приоткрыв глаза Ярт сквозь ресницы увидел сидящую на краю кровати Фэль. Девушка задумчиво смотрела на него, потом осторожно убрала с его щеки прядь волос. Ярт снова почувствовал знакомое пронзительное ощущение, похожее на удар маленькой молнии. Фэль, похоже, не заметила, что он проснулся, и парень не стал её в этом разубеждать.

Девушка легко поднялась и прошлась до окна, раздёрнув шторы. Комнату залил полуденный свет.

— Ярт, — позвала она, но не получила ответа. Вздохнув, Фэль снова села на край кровати и провела ладонью по его щеке, зарываясь пальцами в пряди волос. Ярт открыл глаза и внимательно посмотрел на неё.

— Проснулся? — она улыбнулась. — Соня. День в самом разгаре. Я тебе поесть принесла.

— Почему опять Айлу не прислала? — резко спросил он, садясь на кровати. — Глядишь, она бы меня с ложечки покормила.

— Айлу? — она недоумённо вскинула брови. — Причём здесь Айла? С чего я должна была тебе её прислать? Я не хозяйка Тхартнэльского Двора, чтобы слать жителей Тхартнэля куда-либо.

— Ты её вчера не присылала? — Ярт замер, глядя на девушку.

— Я просто попросила её принести тебе постельное бельё, коли уж она оказалась рядом, или послать ещё кого-нибудь, — Фэль пожала плечами. — Я, что, сама должна была это сделать? — и усмехнулась. — Я, конечно, понимаю, что ты был бы рад, если бы я это сделала, но…

— Это действительно было бы неплохо, — глаза Ярта потеплели, и он встал. — Ты уже завтракала?

— Вообще-то обедала, но это не важно, — она улыбнулась. — Недавно. Так что ешь, и пойдём в Оружейные палаты.

Ярт с удовольствием уплетал домашнюю пищу. Он начал понимать, о чём говорил перед отъездом Найрэ. Для Странника последние минуты под дружеским кровом действительно драгоценный дар.

Он дожевал последнюю булочку и поднялся:

— Идём.

Фэль открыла дверь, и они направились вниз.

Мимо сновало множество народу. Сейчас Тхартнэль напоминал муравейник. И чем ниже они спускались, тем сильнее становилось сходство.

Они снова шли лабиринтами крепости, но явственно забирались вглубь горы. Это было заметно по тому, что постепенно исчезли окна, сменившись жарким светом факелов, и залы стали больше походить на искусно обработанные пещеры. Из их глубин доносились приглушённые звуки огромных кузниц, прятавшихся в недрах горы. Неподалёку от них и располагались Оружейные палаты, широко известные среди воинов. Многие мечтали приобрести здесь клинок, ведь самое лучшее оружие производилось здесь да ещё в Голубых горах у гномов.

Ярт замер у высоких дверей, оглядывая место, куда они пришли. Бесконечная череда залов уходила вдаль, блистая сталью оружия. Оно было на любой вкус, и даже самый придирчивый сумел бы найти здесь то, что его бы устроило. Лакированные рукояти топоров, узорные и обычные — мечей, вощёные древки копий, витиеватые эфесы шпаг, тонкие клинки кинжалов. От всего этого великолепия разбегались глаза.

— Ищи, — Фэль подтолкнула его, и парень шагнул в зал. Он медленно брёл мимо стен, прислушиваясь к музыке стали, знакомой ещё с вэльтаретских кузниц. Здесь же она была многократно сильнее. Но как он ни старался, как ни вслушивался, ища мотив, сплетающийся с его душой, Ярт не мог его услышать, не видел рукояти, просившейся в ладонь.

— Бесполезно, — проговорил он, обернувшись к Фэль. — Здесь для меня тоже ничего нет. Видимо, клинка по мне ещё не выковали.

— Не отчаивайся, я уверена, клинок у тебя будет, — девушка обернулась на едва заметный шаг и увидела позади высокого, прямого, как древко копья, Эльфа. Она склонилась перед ним в почтительном поклоне:

— Ассэлэ, Орфэльмер.

В этом жесте не было преклонения, влюблённого обожания, была лишь почтительность да, пожалуй, доля восхищения как более мудрым. Ярт даже не приревновал.

На вид Орфэльмеру было не более двадцати пяти — двадцати семи лет, но глаза его лучились мудростью веков.

— Ассэлэ, Фэль, — кивнул он, с любопытством скользнув глазами по хмурому лицу Ярта. Тот мог бы поклясться, что в его взгляде сквозило удивлённое узнавание, но Орфэльмер сразу повернулся к девушке:

— Что привело тебя в Оружейную, Фэль? Ты уже успела сломать свой клинок?

— Ну что ты, Мастер. Твои клинки так просто не сломаешь. Для этого специально учиться нужно, — Фэль улыбнулась. — Меч нужен моему спутнику.

— Выбирайте, — Мастер обвёл рукой зал.

— В этих залах подходящего нет, — буркнул Ярт.

— Неужели? — в голосе Эльфа проскользнула нотка удивления, а глаза пристально ощупывали парня.

Фэль пожала плечами, глядя на Орфэльмера. Он отвёл её в сторону и тихо спросил:

— Кто он?

— Ты же сам понял.

— Ночной Эльф?

— Только не знает об этом.

— То есть?

— Уверен, что он человек.

— Он похож на Лайнэ…

— А-а, и ты заметил.

— Родственник?

— Наследник…

Орфэльмер круглыми глазами посмотрел на Фэль:

— Шутишь?!

— Ничуть. Только ему пока ни слова.

Мастер покачал головой:

— М-да. Ну что ж, — он подошёл к Ярту. — Посмотрим.

— Да, вот ещё, — Ярт развернул Роундиль. — Это просил отнести сюда…

— Лейн… — Мастер смятенно взялся за рукоять и бережно принял клинок. — Почему он у тебя?

— Хозяин перед смертью… — начал было Ярт, но Орфэльмер уже стремительно обернулся к девушке:

— Что случилось в Нэршо?

— Давай эту горькую чашу прибережём до ужина, — кривая улыбка тронула её губы.

— Идём, — Орфэльмер направился вглубь зала, бережно неся клинок. Ярт неслышно ступал за ним.

Мастер открыл неприметную дверцу в стене. Петли глухо скрипнули, и они вошли внутрь. Это была совсем небольшая комната, на стенах которой так же, как и в залах, висели клинки. Но здесь были одни мечи. Всего около двадцати.

— Посмотри, может, здесь что найдёшь? — проговорил Орфэльмер, пристраивая Роундиль рядом с остальными.

Но его слова уже не требовались. Ярт резко шагнул вперёд и замер возле одного меча. На его лице было написано восторженное восхищение. И было чем. Чёрная рукоять, покрытая тонкой серебряной вязью и увенчанная миниатюрной фигуркой сидящего волка, перечёркнута гравированной гардой, переходящей в узкий клинок, сияющий лунным серебром. Возле гарды тонкими линиями выбита скалящаяся морда волка, в темноте мерцающая призрачно-зелёным.

— Почему-то другого я и не ожидал, — пробормотал себе под нос Орфэльмер и громче спросил. — Нравится?

Ярт обернулся и посмотрел на него такими сияющими глазами, что ответ был понятен без слов. Мастер кивнул:

— Прикинь к ладони, примет он тебя или нет. Это своенравный клинок.

Ярт трепетно взялся за рукоять, необычно тёплую. У него создалось ощущение, что меч живой и сейчас так же присматривается к нему. Рукоять удобно легла в ладонь, словно по нему была сделана. Меч со свистом рассёк воздух.

— Ты возьмёшь его? — Орфэльмер наблюдал за ним.

— Неужели вы отдадите мне это сокровище? — Ярт был изумлён.

— Если Нохлайн выбрал тебя, он твой, — Мастер усмехнулся. — Если уж он дался тебе в руки, ты от него не отвяжешься.

Парень вложил меч в чёрные с серебром и зеленью ножны и поинтересовался:

— А почему эти мечи не в Оружейной?

— Эти мечи я делал сам своим друзьям, лучшим воинам нашего мира, — ответил Мастер. — Сейчас здесь нет лишь шестнадцати клинков, теперь не будет ещё Нохлайна. Остальные потеряли своих владельцев, — пальцы Орфэльмера слегка касались клинков, скользя от одного к другому, — и рано или поздно вернулись ко мне дожидаться новых. Один уже нашёл.

— Кому он принадлежал раньше? — спросил Ярт.

— Отчаянному парню, вожаку одного из племён. Нохлайн — меч Волка, — Орфэльмер следил за его реакцией.

— Волка? — Ярт поглядел на серебристую фигурку. — Друга Лейна?

— Да, — Орфэльмер кивнул. — Ты знаешь Волка?

— Нет, но наслышан, — Ярт отвёл взгляд от меча. — Почему-то меня с ним связывают, теперь вот меч…

— Этот меч он мне передал в день своей смерти и попросил сберечь, — Орфэльмер прикрыл глаза, словно вспоминая тот день. — Эх, приди помощь чуть раньше, будь тварей чуть меньше… — он вздохнул и отворил дверь. — Идём. Я думаю, Лайнэ был бы очень рад, увидев, кому достался его «ножичек». Ты похож на него. Не поднимай его для бесчестных дел, парень.

— Ну нет, — пальцы Ярта любовно поглаживали рукоять. — Только для справедливой кары. А кстати, Мастер, — он пытливо поглядел в глаза Орфэльмера. — Когда погиб Волк?

Орфэльмер задумчиво посмотрел на него и проговорил:

— Лет двадцать назад. Кажется. Для нас время не имеет значения. Я помню всё столь же ясно, как если бы это случилось вчера.

— Двадцать лет, — Ярт задумался.

Они вышли в общую залу и направились к Фэль. При виде меча лёгкая улыбка тронула её губы:

— Меч Волка? Следовало ожидать…

Они обменялись с Орфэльмером многозначительными взглядами. Ярт это запомнил. Слишком уж много недосказанного было вокруг него в последнее время.

— Время до ужина ещё есть, — Орфэльмер пристально смотрел на Фэль. — Можно подняться на Башню к Странникам, а по дороге поговорим.

— Идём, — Фэль посмотрела на Ярта. — Сходи, проверь лошадей. Кажется, Грайсеру нужно поменять подкову.

— Но Фэль? — он недоумённо посмотрел на неё.

— Пожалуйста, — она в упор поглядела на спутника, и Ярт с видимой неохотой подчинился. Буркнув: «Хорошо», он развернулся и медленно побрёл прочь, явно ожидая, что Фэль смилуется и окликнет его. Но оклика не последовало, и ему ничего не оставалось кроме как идти в конюшню.

Фэль и Орфэльмер проводили его взглядом:

— Крутишь им как хочешь, — усмехнулся Мастер. — Надо заметить, что терпения у него много больше, чем у его отца. Волк бы уже взбунтовался и принципиально никуда бы не пошёл.

— Как ты ошибаешься, — вздохнула Фэль. — Я бы предпочла иметь дело с Волком, нежели с Волчонком. Лайнэ, по крайней мере, был хоть немного предсказуем. Идём.


Они не спеша поднимались к Башне. Девушка подробно изложила всё, начиная с рассказа Альтамира и собственных видений и закончив погребальным костром. Орфэльмер молча слушал. Когда она закончила, они уже стояли перед дверью в Башню.

— Значит, Нэршо больше нет, — негромко проговорил Мастер и, ничего больше не добавив, открыл дверь.

Верхняя площадка Башни была полна народу, преимущественно в буро-зелёных одеждах и плащах с песчаного цвета подбоем. Восточные Странники. Кое-где мелькали трёпаные пыльные плащи южан и меховой кант севера, но они растворялись в восточных цветах. Фэль сразу же оглушил шипящий шёпот переговоров.

«Уж лучше бы говорили в полную силу», — подумала она и вгляделась в многоликую толпу. Знакомых было много, незнакомых ещё больше.

— О, Фэльмарэ! — к ней подошёл невысокий крепкий Странник из людей и окинул пристальным взором чёрных глаз. — Значит, и правда, вернулась? А я не поверил.

— Вернулась, и, похоже, вовремя, — Фэль прислушалась к разговорам.

— И Найрэ приехал? — черноглазый огляделся.

— Нет. Найрэ вряд ли вернётся на Путь, — Фэль хмыкнула, вспомнив названого братца. — Он сейчас не в той форме. Только лучше ты мне расскажи, что нового за время моего отсутствия?

— Да как тебе сказать, — собеседник почесал затылок. — Ты ж не так долго отсутствовала. Проблемы были всегда. Из-за того, что открыли новые Врата, на востоке всё наперекосяк. В Аннумене погибли почти все посевы, и населению теперь грозит голодная смерть. Море взбунтовалось. Не знаю, как на юге, но у нас жуть. Заливает земли, сносит поселения. А хуже того — драконы Огня проснулись.

— Не может быть! — Фэль присела на лавку, решив, что такие новости стоя на ногах слушать не безопасно. Странник печально кивнул, садясь рядом:

— Может. Вулканы возникают где попало. В самом центре Аумен-хона один действует. Просто стихийное бедствие.

— А что же ваши Маги? — девушка непонимающе смотрела на него. — Магу Огня договориться с огненным драконом не так сложно.

— О-о! С Магами у нас ещё хуже. Да и не только у нас, — черноглазый вздохнул. — Ни огонь, ни воду не остановить, поскольку наши Маги в ужасе разбежались. Осталось от силы штук пять, да и те не слишком сильные. Ты ведь ещё не слышала о Чёрном Всаднике? — Фэль отрицательно помотала головой. — Тогда слушай, — и Странник поведал ей грустную историю о неизвестном Маге, который появился после открытия Врат и теперь уничтожает самых сильных Магов, а слабые сами от него прячутся.

— М-да, мрачновато, — Фэль покачала головой. — Неужели всё так плохо?

— Может быть, уже ещё хуже, — пожал тот плечами. — Мы ведь ушли оттуда больше трёх на двадцать солнц назад.

— Что меня радует, так это то, что вся наша нечисть пока на нашей стороне и если пакостит, то в пределах обычного, — хмыкнула Фэль. — В Лесу покой, это даже его Хранители говорят. Наша самая большая головная боль — это «гости» из Врат.

— Это пока ваша самая большая головная боль, — черноглазый склонился к её уху и тихо добавил. — Наши не говорят, но все знают, что Всадник скоро появится у вас. Ему нужны все Маги. Готовьтесь, — он встал и смешался с толпой.

— Утешил, — буркнула Фэль ему в спину.

— Всё рассказал? — спросил Орфэльмер, подходя.

— Всё, что мне было нужно узнать о Востоке и вообще, — кивнула Фэльмарэ. — Будет, чем «порадовать» Мирэла и Элээн.

— Завтра тебе стоит поспешить в Ваинэль, — Орфэльмер повернулся спиной к толпе и говорил очень тихо. — Оставаться на Совет тебе смысла нет. Я вижу, что ты услышала всё, о чём завтра пойдёт речь. В Ваинэле скоро будет Совет Магов. Всё, что ты узнала, очень важно для Элээн, — Орфэльмер украдкой обернулся и ещё тише добавил. — Я ей кое-что передам. Это ещё важнее сведений. Никому, кроме тебя я не доверяю настолько, чтобы отдать эту вещь.

Фэль кивнула:

— Встретимся завтра на рассвете у ворот.

— Завтра, на рассвете, — Орфэльмер ещё раз оглянулся и вышел, оставив девушку со Странниками.


Она подняла Ярта ещё засветло. Лишь немногие Странники или уже, или ещё не спали. Наскоро перекусив в Общей Трапезной, спутники вышли во внутренний двор. Орфэльмер уже вывел лошадей. Он кутался в складки плаща, хотя на улице было достаточно тепло. Обняв Фэль, Мастер сунул ей в сумку какой-то свёрток и хитро подмигнул девушке:

— Береги себя, Пламя. Ты нужна нам. И ещё. Для меня. Береги Волчонка. Уверен, это будет ненадолго. Скоро он начнёт беречь тебя.

— Угу, — тяжело вздохнула Фэль, садясь верхом. — Постараюсь, Мастер. Ты приедешь на праздник?

— Посмотрим, — он неопределённо пожал плечами и повернулся к Ярту. — Удачи, парень. Следи за своим мечом. Надеюсь, он выбрал себе надёжную руку.

— Можешь не сомневаться, Мастер, — хором ответили Фэль и Ярт и весело рассмеялись, поглядев друг на друга.

— Да не угаснет огонь в ваших кузнях, Мастер, — Ярт пригнул непокорную голову. — До встречи.

— Истинный сын своего отца, — пробормотал Орфэльмер, скрываясь в темноте дворовых теней.

Всадники выехали на неприютную дорогу, и Фэль в последний раз обернулась на вершины гор. Они уже золотились первыми лучами рассвета. Запел Рог.

— Теперь мы нескоро отдохнём, — проговорила она. — Нужно побыстрее добраться до Ваинэля. И желательно в целости и сохранности.

— Тогда вперёд, — Ярт задорно ухмыльнулся. — Уж что-что, а сохранность я тебе гарантирую.

Она засмеялась и тронула коленями бока Грайсера. Кони помчались по дороге.


В полдень они уже были за Воротами. Ярт приостановил Гэллэра и звонко крикнул:

— Сэллифэр! — и повернувшись к Фэль, извиняясь, проговорил. — Я должен был его позвать. Это же мой друг.

Она кивнула, понимающе улыбнувшись, и тронула Грайсера. Они ехали медленно, оглядывая придорожные кусты. И всё равно пропустили момент, когда перед лошадьми мелькнула серебристая молния. Рядом с Яртом шагал волк. Он поднял морду и посмотрел на парня:

— Уже вернулись?

— Как видишь, — кивнул Ярт.

— Быстро, — Сэллифэр смотрел на дорогу. — Можно ехать спокойно. Я тут кое с кем… поговорил.

Парень улыбнулся:

— Спасибо. Нам сейчас галопом нужно в Ваинэль. Чем быстрее, тем лучше.

— Кратчайший путь по Старому Тракту через болото, — Сэллифэр глядел на Фэль.

— Фэли, он предлагает ехать по Старому Тракту, — парень тоже посмотрел на спутницу.

Фэль изумлённо распахнула глаза:

— Он у тебя самоубийца?! Старый Тракт самое опасное место.

— Не опасней пути, — заметил Сэллифэр. — Я могу провести вас по нему до Ваинэля в три солнца.

— За три дня? — Фэль задумалась, выслушав Ярта.

Безусловно, после закрытия Врат Старый Тракт днём безопасен, но по ночам там ещё было много недоброго. С другой стороны безопасно до Ваинэля они доберутся только дней через шесть, да и то если поспешат. М-да, задача нелёгкая.

— Я знаю безопасные места на ночь, — добавил Сэллифэр.

— Ну хорошо, — Фэль сдалась. — Поедем Старым Трактом. Но если мы утопнем в болоте…

— Не утопнете, — Сэллифэр фыркнул. — Тропа удобная и вполне надёжная… если знать, где идти.

— Вот об этом я и говорю, — вздохнула Фэль.

Они выехали на основную дорогу и тронули по ней. Ярту нестерпимо хотелось пройтись пешком по мягкому песку пути. Фэль решила дать коням отдохнуть, и первая спустилась на песок дороги, взяв Грайсера за повод. Ярт с удовольствием последовал её примеру.

Сэллифэр чинно вышагивал перед ними, но вдруг замер, вздыбив шерсть на загривке. Компания замерла. Ладонь Ярта непроизвольно легла на рукоять меча.

— Что случилось? — спросил он у Сэллифэра.

— Впереди нас кто-то поджидает, — волк вглядывался в густые заросли при дороге.

Из-под одного из кустов выскользнула чёрная тень, словно облако чёрного тумана перетекло на дорогу, и перед Сэллифэром грациозно села пантера. Ярт восхищённо оглядывал это явление.

— Уходи, — рыкнул Сэллифэр.

Пантера, даже не глянув на него, двинулась вперёд.

— Уходи, — волк взъерошился ещё больше. — Убирайся отсюда…

— Ярт, успокой его, — раздался спокойный голос Фэль, и девушка пошла вперёд.

— Она у тебя сумасшедшая?! — волк оторопело прянул назад.

Пантера зевнула, зажмурив зелёные глаза, и легко встала навстречу Фэль. Девушка сложила руки на груди и с усмешкой проговорила:

— Обязательно надо было устроить представление, да? — пантера как большая кошка потёрлась об её ноги. Фэль присела и обняла её:

— Конечно, Ноэрэ, я по тебе тоже очень соскучилась.

Ноэрэ положила голову ей на плечо и промурлыкала:

— Альтамир сказал, что ты поехала в Тхартнэль, и я решила подождать тебя на обратной дороге. Я знала, что встречу тебя здесь, — и с обидой добавила. — Почему ты меня с собой не взяла?

— Потому что так было надо, — Фэль встала. — Ярт, Сэллифэр, это моя спутница — Ноэрэ.

Парень кивнул, успокаивая коня, а Сэллифэр пробормотал:

— Ни одной приличной волчице не придёт в голову якшаться с кошками.

— Ни одной приличной пантере не придёт в голову слушать ворчливого пса, — фыркнула Ноэрэ, и Ярт еле успел схватить Сэллифэра за загривок. Волк только зубами клацнул и угрюмо отвернулся.

— Ноэрэ, прекрати, — Фэль сурово посмотрела на спутницу. — Сэллифэр наш друг.

— Ладно, ладно, — примирительно мурлыкнула кошка и пошла рядом с девушкой.

Сэллифэр величаво вышагивал рядом с Яртом, даже не глядя в их сторону.

— Весёленький нас ждёт путь, — хмыкнул Ярт.

Сэллифэр через некоторое время внезапно скрылся в лесу. Фэль остановилась и села у кромки дороги.

— В чём дело? — поинтересовался Ярт.

— Сейчас узнаешь, когда вернётся, — девушка со вздохом посмотрела в древесный сумрак.

Ноэрэ растянулась у её ног и подняла голову:

— Что этот пёс делает с вами?

— Я сказала, он — наш друг, — холодно ответила Фэльмарэ.

— Спутник твоего волка? — хитро прикрыла глаза пантера.

— Что?! — Фэль резко подалась вперёд и ухватила её за хвост. — Что ты сказала?

— Я сказала, что он — спутник твоего волка, — Ноэрэ опрокинулась на спину, лапами отбиваясь от девушки. — Ведь этот — твой волк. Котом его не назовёшь.

— Прекрати нести чушь, — Фэль хмуро смотрела на неё.

— Ты отрицаешь действительность, — Ноэрэ принялась вылизываться. — Вы с ним связаны. Неужели не чувствуешь?

— Отстань, — Фэль толкнула её на траву, и они продолжили возню.

Ярт с усмешкой смотрел на них, раздирая непокорные пряди волос. Он с тоской вспомнил, когда нормально мыл их в последний раз. Подсчёт вышел неутешительный. И почему он не сделал этого в Тхартнэле?

— Так и облысеть недолго, — буркнул парень, глядя на гребень с выдранными волосами.

Кусты колыхнулись, и на кромку вышел волк.

— Всё спокойно, и тропа в порядке, — он презрительно прищурился, глядя на возню Фэль и Ноэрэ. — Это и есть кошачья драка? Слабовато.

— Пришёл? — Фэль удерживала пантеру. — Трогаемся?

— Да. Тропа в порядке, на ней «покой и благодать», — пропел Ярт и вскочил в седло. — Едем скорее.

— Непоседа, — Фэльмарэ усмехнулась. — Трогай, Грайсер.

Кони размеренной, но довольно быстрой рысью пошли вперёд. Звери шмыгнули в разные стороны, растворившись в густом подлеске.

Вскоре всадники выехали на старую каменную тропу, бегущую вглубь леса. Она явно была здесь с незапамятных времён. Древние булыжники кое-где уже раскрошились в порошок, между ними густо зеленели трава и мох, местами проросли деревца и кустарник. Тракт был овеян холодной мрачной тишиной. Им очень давно не пользовались. Это заметил даже Ярт.

Будь на их месте кто-то другой, он бы свернул с этой тропы и поехал в обход по новой дороге, но им нужно было выиграть время, и спутники правили лошадей по Старому Тракту. Фэль решила, что после того, как она сунулась в Вэль в одиночку, ещё раз рискнуть головой не проблема. А что касается Ярта, так для него это было нечто вроде увеселительной прогулки. Он понятия не имел, что это за место. И лишь Ноэрэ фыркнула:

— Надеюсь, этот безумец знает, во что нас втягивает.


Чем дальше они забирались вглубь, тем неприютнее становился Лес. Даже Фэль, его дитя, чувствовала себя здесь чужой. Только Сэллифэр беспечно носился по окрестностям, словно был у себя дома. Ноэрэ даже слегка позавидовала ему. На неё, как и на Фэль, это место действовало угнетающе.

Лес вскоре сомкнулся в почти беспросветный свод, и спутники оказались в своеобразном туннеле.

— Здесь начинается Мёртвый Лес, — Сэллифэр замер и прислушался. — Спит. До ночи немного, но он спит. Скоро будет озерцо. Ночлег, — и он снова растворился в темноте.

Временами Ярту начинало казаться, что они плутают в кромешной тьме, но впереди серебрилась фигура Сэллифэра, и он ехал за ним.

Вдруг невдалеке блеснул алый огонь. Ярт моментально насторожился, но вскоре понял, что это гладь озера, отражающая багряный закат, и успокоился.

— Сегодня дальше нельзя, — волк лёг на берегу. — Лес просыпается. Не разводите огонь, лучше ложитесь сразу. Он не любит посторонних. Даже нас. Вдвоём вам и так будет тепло, без огня.

Фэль кивнула:

— Ты прав, дальше нам сегодня не пройти. Эту воду можно пить?

Сэллифэр подошёл к озеру и принялся лакать. Они вдоволь напились. Вода была ключевая и словно пропитанная душистым запахом цветущего Леса. Ярт наполнил фляги, напоил коней и пустил их гулять по заросшему берегу, а сам присел рядом с Фэль. Девушка высунула голову из-под плаща и посмотрела на него. Строго. Как мать:

— Ложись спать. Завтра подъём с рассветом.

— Сейчас, — заверил он её и посмотрел на Лес. — Он действительно проснулся?

— Да, — Фэль зевнула, но тут же подавила свой зевок. — Лучше не смотреть на проснувшийся Лес. Этот такого не любит. Спи.

Ярт вздохнул и лёг на траву, накрывшись плащом. Фэль удостоверилась в том, что он лежит, путём приоткрытого глаза и придвинулась к спутнику, прижавшись к нему как можно плотнее. Ночь обещала быть холодной.

С другой стороны её бок грела Ноэрэ, также заботливо прикрытая плащом Фэль. Сэллифэр покружил немного по поляне и тоже прижался к своему вожаку. Ярт набросил на него край плаща, пустив волка к себе поближе. Сэллифэр блаженно зажмурился, вытянув лапы и положив на них усталую голову.

А вокруг нарастал шум оживающего Леса. По поляне скользили зыбкие лёгкие тени. Раскидистые ветви качались без малейшего дуновения ветерка, и шорох листьев казался негромким разговором. Лес оживал. Он шумел всю ночь, стараясь наговориться всласть перед новым днём, который принесёт с собой оцепенение до новой ночи.

С озера доносился лёгкий ветерок, пропитанный ароматом воды. Он убаюкивал, усыплял; от этого аромата слипались глаза, и вскоре они уже крепко спали, согревая друг друга своим теплом.

Когда первые брызги света коснулись водной глади, крася её в золотисто-розовый цвет, проснулся Сэллифэр. Он поднялся на ноги и встряхнулся, сбрасывая оцепенение ночи. Лес спал, мирный и мёртвый одновременно. Волк напился и вернулся к спутникам.

Из-под плаща поднялась голова Ноэрэ. Она легко вскочила на ноги и ткнула носом девушку. Фэль разлепила глаза и потянулась:

— Доброе утро.

Издалека долетел слабый звук Рога. Казалось, что его чистый голос не смеет нарушать тишину здешних мест. Девушка произнесла традиционное приветствие и направилась к озеру. Они с Ноэрэ вместе напились и умылись.

Рядом с ними присел Ярт, разбуженный Сэллифэром. Он долго смывал с себя сон, фыркая и поёживаясь от холодной воды.

— Завтракаем и вперёд, — проговорила Фэль, копаясь в припасах.

Надо было ещё накормить четвероногую парочку. Дичи в этих местах не водилось, а травкой они не питались. Не кони же.

— Одно радует, — Сэллифэр жевал хлеб. — На болоте водятся жирные мыши. А если очень повезёт, то найдётся и хорошая дичь.

— Например, лягушки, — презрительно сощурилась Ноэрэ.

— Это кошки считают дичью лягушек и мышей. На большее у вас просто сил не хватает, — парировал Сэллифэр и вернулся к хлебу, пропустив момент, когда она с шипением прыгнула на него:

— Сейчас я устрою охоту на блохастых псов, щ-щенок!!!

Они покатились по траве, рыча и кусаясь. Борьба шла с попеременным успехом. Но вдруг что-то раздёрнуло их в разные стороны, правда, Ноэрэ успела ещё раз съездить когтистой лапой волку по морде. Они оказались на траве шагах в пяти друг от друга, прижатые сверху невидимой, но довольно ощутимой тяжестью.

Перед ними стояла Фэль, вытянув вперёд обращённые вниз ладонями руки, и грозно смотрела на противников:

— Прекратите! Сейчас нет времени на драки. Приедем в Ваинэль, там и выясните свои отношения.

Она опустила руки, и давление исчезло. Ноэрэ непринуждённо села и начала вылизываться. Ей подобное было не в новинку. Сэллифэр тяжело поднялся, встряхнулся и направился к своему хлебу.

— Всё в порядке? — заботливо спросил Ярт, оглядывая его.

— Детские игры, — волк сел рядом с ним и посмотрел на Фэль. — Но ей стоит благодарить ваших богов за то, что она твоя волчица. Я никому не позволяю таскать себя за шкирку. Это было позволено только моей матери, да и то пока я был волчонком.

Ярт потрепал его по загривку и направился к Гэллэру. Фэль закончила отчитывать вполголоса Ноэрэ и начала собирать свой мешок. Вскоре они тронулись в путь.

Девушка искоса поглядывала на Ярта, который задумчиво поглаживал рукоять своей новой игрушки. Иногда он косил на Нохлайн глазами, словно не веря до конца, что это чудо у него на поясе.

— Это один из лучших клинков в мире, — проговорила Фэль, отвернувшись.

— Я знаю, — Ярт улыбнулся. — Расскажи мне о нём… если знаешь.

— Знаю, — девушка усмехнулась. — У Орфэльмера в прежнее время были связи со Школой Стали. Это место в Бокре, где Странники учились владеть оружием. Сейчас его нет, но в своё время там учились многие из нас. В частности я. Орфэльмер тоже был среди учеников. Там у него образовался узкий круг друзей, которые, как и он, ценили пляску клинков и хорошую сталь. Орфэльмер ушёл в Тхартнэль, когда понял, что ему уготовано судьбой быть не Странником, а Стражем. Он пообещал, что, став Мастером Тхартнэльского Двора, сам откуёт своим друзьям лучшие в мире клинки. Время шло. Он стал Мастером, одним из лучших. К этому времени круг его друзей расширился. Их было уже тридцать. Тридцать лучших воинов. И всех их одарил своими клинками Орфэльмер. Он отковал клинок Альтамиру, мой меч — одно из лучших его творений. Однако самое совершенное из них — Нохлайн. Мастер создал его, когда познакомился с Лайнэ. Мне и самой интересно было бы узнать, как сошлись молодой дикий вождь Волчьего племени и Мастер Тхартнэльского Двора. Твой меч создан из какого-то особого сплава. Орфэльмер никогда никому не открывал секретов своего мастерства, но при создании Нохлайна он сам попросил Лайнэ помогать ему. Меч взял в себя часть хозяина, часть его сил. Металл меча переплетён с Песней битвы, которую ему пел Волк. Видишь рисунок около гарды? — она указала на морду волка. — Здесь в клинок вкован изумрудный диск, много лет хранившийся у вождей Волчьего племени, их талисман, их знак. Лайнэ никогда не расставался с ним, носил его как кулон на цепи. Работа над мечом шла больше недели. И когда они вышли из кузни, держа ЭТО в руках, мы поняли, что равных этому мечу не делал никто и, пожалуй, никогда не сделает. Всю силу своего мастерства вложил Орфэльмер в этот последний свой клинок. Нохлайн был верным помощником своему хозяину и честно служил ему до последней минуты. Когда на маленькое племя напали, Лайнэ сыграл клинком последнюю Песнь битвы. Меня там не было, поэтому, как всё случилось, я не знаю. Я не видела Волка с того дня, как Орфэльмер вручил ему этот меч, о чём, честно говоря, не жалею. Я была бы рада и вовсе его не видеть, но ради того, чтобы взглянуть на Нохлайн, стоило переступить через себя. Однако я, кажется, отступила от темы. Подоспевшая помощь застала умирающего Вожака в живых, лежавшим на куче поверженных врагов. Нохлайн вернулся к Мастеру, так как у Лайнэ не было наследника, чтобы передать меч ему. После этого Орфэльмер зарёкся делать клинки. Лайнэ попросил Мастера отдать Нохлайн тому, кого меч выберет сам. Это было последнее поручение Волка его клинку. И никто, кроме Мастера и того, кого выберет меч, с того дня не мог прикоснуться к мечу. Нохлайн как живой, он сам решает, кому служить. В этот клинок вплетена древняя магия Ночи, магия Волков, — Фэль задумчиво посмотрела на Ярта и усмехнулась. — Предупреждаю сразу, готовься к удивлённым взглядам и шепотку за спиной. Слишком многие безуспешно пытались в своё время получить Нохлайн.

— Без пальцев никого не оставил? — Ярт с улыбкой любовно поглаживал рукоять клинка.

— Нет, — Фэль покачала головой и хмыкнула: «Ох уж мне эти мужчины! Не могли найти себе другие игрушки».

— Мне только одно кажется странным, — Ярт нахмурился. — Очень часто мы вспоминали Волка в пути, теперь его меч… Как я связан с ним, Фэль?

— Спроси у Нохлайна, может, он знает ответ, — Фэль пожала плечами и придержала Грайсера.

Они стояли на кромке Мёртвого Леса, а впереди простиралось бескрайнее унылое болото. Совершенно обычного вида: редкие мохово-травянистые кочки, чахлые низкорослые деревца, пожухлые кустики, грязи по колено, тина и кое-где зеркальная гладь тёмной воды. Дорога вела прямо вглубь этого уныния.

Сэллифэр двинулся вперёд, указывая путь. Он шагал по брюхо в воде, отыскивая лапами каменную тропу.

— Поехали, — девушка направила коня за ним.

Ехали они предельно осторожно. Тропа была узкая, камни скользкие, да и проводник порой задерживал движение, отыскивая наиболее удобный проход. Ноэрэ позади негромко фыркала:

— Фу! Грязь! Муть! Вонь! Куда ты нас завёл?

— Не нравится, иди другим путём… если найдёшь, — буркнул волк, продираясь сквозь заросли водорослей. — Я не обещал чистой и светлой дороги.

— Меня другое волнует, — Ярт оглядел беспросветные топи. — Где мы будем ночевать?

— До вечера выйдем на сухое болото, — Сэллифэр нащупал лапами знакомую брусчатку и уверено пошёл вперёд.

Фэль оглядывалась по сторонам. Грайсер насторожено напрягался, и она волей-неволей вспоминала всё, что знала об этих местах.

Ещё до того, как были воздвигнуты Ваинэль и Горный Двор, здесь были благодатные места. Бескрайние луга, большая чистая река (вероятно, озеро — её остаток), леса здесь тогда не было и в помине. Здесь жили предки людей-южан, лихие всадники. У них было своё маленькое государство. Но к ним пришла напасть. На их поля повадились горные духи. Они убивали коней, крали младенцев и женщин. Заправлял всем этим сильный Маг — Фольтес. К прискорбию эльфийского народа, он был их родичем. Дошло до того, что он вызвал дракона и в открытую объявил войну людям. Лошадники сперва растерялись, но когда поняли, что это не шутка, попрятали детей и женщин и обратились за помощью к эльфийскому народу. У них в то время уже были вполне дружеские отношения.

На том месте, где они сейчас ехали, и произошло первое сражение с Фольтесом. Эльфийские лучники подранили дракона, а мечи лошадников превратили его в груду чешуйчатого мяса. Горных духов взяли в оцепление и передали под опеку сильнейших Магов Земли. Фольтес был осуждён и приговорён к сожжению. Приговор привели в исполнение немедленно. Только вожди семи племён присутствовали при этом. Больше никто из Эльфов не смог смотреть на казнь своего сородича, хоть он и был трижды достоин этой участи.

Тогда здесь полегло много хороших воинов с их стороны. Их похоронили в общей могиле и воздвигли над ней Курган Памяти, который провозгласили охранным местом. Затем над ним был поставлен небольшой храм.

Долины стали зарастать лесом. Лошадники ушли отсюда, отдав эти места Эльфам. В лесу, на реке, был построен Ваинэль, в горах высекли Тхартнэль. По Лесу пролёг короткий тракт, соединивший их. На долгое время воцарился покой.

Но вскоре на тракте стали пропадать купцы и проезжие. Многие годы никто не мог найти причину, пока не обнаружили первые Врата.

Фольтесу сожжение на костре, похоже, нисколько не повредило, и он вернулся в этот мир через Врата из другого мира. У него под началом была целая армия призраков. Но до того, как это обнаружилось, тракт запустел на долгие годы. Местная река превратилась в болото, дорога начала разрушаться. Никто не осмеливался ступить на проклятый тракт.

После второго сражения в этих местах Врата закрыли, Лес Фольтеса усыпили, и днём здесь всё вроде бы было тихо и спокойно, но что творилось ночью, не знали даже в Академии Ваинэля. А уж в свете последних событий…

Фэль содрогнулась, подумав о приближающейся ночи. Ничего хорошего она себе представить не смогла. Из этого состояния мрачной неуверенности её вывел громкий визг Ноэрэ.

Пантере надоело плестись в хвосте колонны, и она, в три прыжка обогнав их, вылетела вперёд Сэллифэра.

— Стой! Впереди тропа ненадёжная… — он подался за ней, но предупреждение запоздало.

Камни под её лапами поползли в сторону, и Ноэрэ увязла в трясине. Она отчаянно барахталась, пытаясь вырваться из пут водорослей и давящей хватки болота.

Сэллифэр беспомощно оглянулся на спутников и ступил в топь. Вытянувшись в струну, он осторожно, но крепко ухватил пантеру за загривок. Именно это и заставило её взвыть. А волк планомерно вытаскивал её на тропу. Когда их лапы оказались на твёрдой опоре, Сэллифэр отпустил кошку и направился дальше.

Ноэрэ старательно отряхивалась, не замечая удивлённо-насмешливого взгляда Фэль… или не желая замечать.

— Осторожнее, тропа здесь очень ненадёжна. Может соскользнуть, — волк оглянулся на Ярта и неторопливо пошёл вперёд.


К вечеру болото заполнилось кваканьем лягушек. За неимением лучшего, хищники устроили на них охоту. Со стороны это было очень похоже на чехарду в одиночку. Благо, тропа шла по сухому незаболоченому месту, иначе кто-нибудь рисковал повторить утренний «подвиг» Ноэрэ. Впереди даже виднелась небольшая рощица вполне приличных рябинок и клёнов. В ней путники отыскали чистый ручеёк, а лошади — свежую зелёную траву.

Фэль рассудила, что впереди такого может и не быть, и объявила привал. Они разложили костёр и сели ужинать.

Лошади мирно бродили между кустов, Сэллифэр и Ноэрэ прыгали с лягушками у кромки болота, ровно дети малые. Всюду разносилось кваканье, стрёкот кузнечиков, жужжание комаров и мошкары. В общем, идиллия! Если забыть, что они находились в самом сердце болот.

Ярт задумчиво смотрел в огонь, грея замёрзшие пальцы. Фэль бродила по траве босиком, что-то негромко напевая.

Небо постепенно наливалось ночной синевой, разгорались звёзды. Взошла полная луна, облив болото жемчужным светом.

Четвероногие лежали вдалеке от огня. Сказывалась извечная недоверчивость. Фэль, вдоволь набродившись, села к костру и посмотрела на небо, вздохнув:

— О Нэртэнэль, как спокойно!

Ярт согласно кивнул:

— Действительно, настолько спокойно, что даже не верится. Как будто на ночной пикник выбрались.

Девушка усмехнулась и протянула руку за яблоком. Ярт растянулся на траве, по которой стелился дым.

Над болотом вставал туман. Белый, густой, похожий на взбитые сливки. Он сливался с дымом и поднимался к небу густой пеленой.

Ярт зевнул, чувствуя, как веки наливаются тяжестью, расслабляются мышцы. Он ещё увидел, как на траву опускается Фэль, подложив под щеку локоть, и сам упал ничком, обхватив пальцами рукоять Нохлайна…

И пальцы опалило огнём, словно взял в руки раскалённый металл. Сонливость испарилась в мгновение ока. Ярт резко сел и увидел, как из белой стены к костру идут прозрачные призрачные фигуры, облачённые в древние доспехи, с застывшими бледными лицами и холодными глазами. Уши различили множество голосов, похожих на слабый шум листвы:

— Огонь. Много лет здесь не было огня. Мы уже забыли, что такое тепло. Здесь двое Странников, — лица призраков обернулись к Ярту. — Он видит нас.

Парень покрепче сжал меч:

— Кто вы? Что вам надо?

Призрачное воинство закачалось, как туман от дуновения ветра. Вперёд выступил рослый статный воин в богатых доспехах и стал рассматривать Ярта. Потом раздался его голос:

— Это я хотел бы узнать, кто вы и зачем нарушили покой этих мест?

— Мы Странники, — Ярт не спускал глаз с окружения, сжимая меч, хотя и понимал, что против призраков он поможет не больше, чем обычная палка.

— Я вижу, что вы Странники, — воин кивнул. — Но что вам нужно в Аннэ Мориннэ?

— Долина Мёртвых, — Ярт усмехнулся. — Мы идём в Ваинэль. Там нас ждут. Срочное дело.

— Догадываюсь, что срочное, иначе вы бы не сунулись в эти земли, — призрак склонил голову. — Отвечу на твой вопрос. Мы охраняем Аннэ Мориннэ от незваных гостей. Если ваше дело действительно столь важно, чтобы осмелиться нарушить наш покой, мы отпустим вас. Если же нет… Вы останетесь с нами навечно. Говори.

— Нам нужно в Ваинэль, так как кто-то снова открыл Врата, и опасность… — закончить ему не дали. В призрачном воинстве поднялся такой гвалт, что, если бы их голоса звучали в полную силу, то их бы услышали и в Ваинэле, и в Тхартнэле.

— Кто посмел вновь сорвать печать с этих дверей Зла? — грозно вопрошал кто-то у всех остальных.

Воин призвал их к молчанию и обернулся к Ярту:

— Что ж, я вижу, ты говоришь правду. И это дело действительно стоит пути через наши земли. Мы отпустим вас, но с одним условием.

— Каким? — Ярт напрягся.

— Иди с нами, — зашелестели призраки.

— Иди за мной, — воин шагнул в туман. Ярт сжал Нохлайн и направился вслед за ним.

Куда его вели, он не знал. Каким путём — для него так и осталось загадкой, но под ногами всегда была твёрдая почва.

Туман внезапно расступился, и Ярт увидел, что они стоят на высоком холме. Перед ними возвышался небольшой каменный храм. Стены его, покрытые мелкими паутинками трещин, густо обвивали вьюнок и плющ. Вокруг росли душистые, незнакомые Ярту цветы.

Призрак широким жестом пригласил его внутрь. Ярт шагнул в тёмный проход и сразу зажмурился от яркого света, ударившего в глаза. На стенах жарко пылали факелы.

Внутри всё выглядело так, словно храм закончили только вчера. Ни единой пылинки! Всё в целости и сохранности. Яркая мозаика пола, нетронутые временем витражи — сцены той самой памятной битвы в этой долине.

В центре, окружённый несколькими серебряными кругами на полу, возвышался правильной формы пирамидальный камень, в грани которого были вправлены доски с именами погибших.

Призрак кивнул на камень:

— Это — наша память. Иди, сдвинь переднюю плиту и возьми то, что лежит за ней.

Ярт кивнул и пошёл к надгробию. Он взялся руками за плиту, предполагая, что придётся приложить немало силы, чтобы сдвинуть её, но она легко отошла в сторону. Внутри, в маленькой нише лежал перстень. Серебряный с чернением.

— Возьми его, — приказным тоном сказал призрак нерешительно топчущемуся Ярту. Парень достал кольцо и вопросительно посмотрел на призрака. Тот удовлетворённо кивнул:

— Носи его… пока. Когда наступит время решающей битвы, брось кольцо в костёр и призови нас.

— Как? — поинтересовался Ярт, надев перстень на палец.

— Моё имя — Арруно. Я предводитель этой армии, — призрак гордо поднял голову. — Мы не присутствовали при битве, когда были запечатаны первые Врата, но теперь мы должны быть там. Достаточно призвать меня по имени, и все мы вернёмся на битву. Это наш зарок. Мы не сможем уйти к небесным табунам, пока не отмщены наши братья, и Фольтес на земле в очередной своей личине.

Ярт понимающе кивнул и дал зарок себе, по прибытии в Ваинэль перелистать все исторические хроники и ссылки.

Призрачное воинство вновь окружило его, и они направились к месту стоянки. Сколько времени его не было, Ярт представлял довольно смутно, но на стоянке ничего не изменилось. Все по-прежнему спокойно дрыхли, не подозревая, что только что решилась судьба их похода.

— Смотри, не забудь о своём обещании, — напомнил ему Арруно, и туман отступил, рассеялся вместе с призраками. На небе снова засияли льдистые искры звёздной россыпи.

— Весёленькая ночка, — Ярт зевнул и снова провалился в сон.

Ему показалось, что прошло всего несколько мгновений, когда его разбудила Фэль, но на небе уже вовсю разливалась заря.

— Вставай, соня. Завтрак давно готов, — Фэль раскладывала еду.

— Завтрак? Завтрак — это хорошо, — Ярт с улыбкой потянулся. — Мне сегодня такой странный сон приснился. Куча призраков, храм.

Он встал и пошёл к ручью. Опустил ладони в холодную воду и уловил острый блеск на пальце. Ярт поднёс ладонь к лицу и ошарашено рассмотрел украшение. Это было то самое кольцо, которое ему дал Арруно.

— Не может быть! — он взъерошил волосы и резко опустил голову в ключевую воду, возвращая мыслям холодную ясность. Однако кольцо продолжало серебриться, темнея чернёными узорами. И Ярт сделал вывод, что всё это произошло на самом деле.

— Надо будет покопаться в хрониках, — напомнил он себе и вернулся к костру.

— Решил помыть голову? — усмехнулась Фэль, глядя на его взъерошенный мокрый вид.

— Нет, сон сгонял, — хмыкнул Ярт и принялся за завтрак.

Вскоре они двинулись дальше. Фэль то и дело оглядывалась на спутника. Ярт был непривычно задумчив.

— Эй! — она запустила в него болотной колючкой. — Что с тобой сегодня? Не выспался что ли?

— Что? А, нет, — он вернулся в реальный мир. — Просто думаю, — Ярт задумчиво посмотрел на Фэль, решая, стоит ли говорить ей о ночном походе.

Тропа вышла на высокий подъём, с которого хорошо были видны окрестности. Впереди явственно проглядывалось, что болото скоро закончится, и они поедут по лесу. Но внимание Ярта привлекло другое. Невдалеке находился высокий холм, на вершине которого стоял тот самый храм. Стены по-прежнему были обвиты плющом и вьюнком, но сейчас, при свете дня, храм был вовсе не таким новым, как ночью. Стены местами оббились, камень раскрошился, крыша немного просела.

Ярт оглядел окрестности и внутренне содрогнулся. Вокруг холма были разлиты сплошные непролазные топи. Он вспомнил, как его вели ночью, и вознёс хвалу всем богам.

— Храм Памяти, — Фэль перехватила его взгляд. — Там…

— …Надгробие в виде пирамиды, на гранях которой плиты с именами всех Ушедших в битве здесь с неким Фольтесом, кажется, — договорил Ярт. — А этот холм — курган над братской могилой, — он тронул коня. — Едем. Мне не по себе.

— Откуда ты это знаешь? — Фэль догнала его и поравнялась с ним. Ярт в последнее время всё чаще её удивлял.

— Скажем так, у меня была очень интересная и весьма познавательная ночка, — Ярт попытался улыбнуться. — А я думал — сон. Вчера, правда, он выглядел несколько новее.

— О чём ты? — Фэль удивлённо глядела на него.

Ярт хмыкнул:

— Да так, ни о чём. Не думай.

— Ну-ну, — она недоверчиво покачала головой и тронула коня, заставив его поторопиться.

Вскоре они выбрались на пологий берег, и вместо затхлого запаха болота им в лицо ударил свежий лесной ветер.

Девушка спешилась и с наслаждением вздохнула полной грудью. Она как никогда была рада вновь очутиться в знакомой стихии. Мимо стрелой пронёсся упитанный кролик, и клыкастая парочка с радостными визгами помчалась за ним вдогонку.

Ярт плюхнулся на упругую траву и растянулся на земле. После гробовой тишины болот Песнь Леса просто оглушила его. Он сорвал травинку на длинном стебле и потянулся к сидящей рядом с ним Фэль.

— Эй, — она обернулась, когда Ярт пощекотал её по руке. Он засмеялся и снова лёг:

— Интересно, здесь поблизости есть чистая вода?

— Должна быть, — Фэль с кислой миной оглядывала себя. — Я бы сейчас с удовольствием приняла ванну. Помыть бы голову, избавиться от этого болотного духа, — она ностальгически вздохнула.

— Ты права, — Ярт с жалостью рассматривал свои волосы, похожие неизвестно на что.

Из леса появилась пушистая парочка. Они плелись, высунув языки, уставшие, но очень довольные.

— Как охота? — Фэль посмотрела на них.

— Удачно, — Ноэрэ встряхнулась. — Там есть вода. Чистая.

— Где? — Фэль вскочила.

— Там, — Ноэрэ махнула хвостом в сторону леса. — Озерцо. Неподалёку отсюда.

— Покажи, — Фэль помчалась за ней.

— Что это с ними? — Ярт приподнялся на локте, глядя им вслед.

— К озеру пошли, — Сэллифэр отряхивал мокрую после купания шерсть.

— К озеру?! — Ярт подскочил и бросился вдогонку. — Фэль! Подожди!

Озерцо было небольшое, но глубокое и чистое, с песчаным дном и прохладной водой.

— Йах-ха! — Ярт с разбегу бросился в воду прямо в одежде. — Вода!

Фэль присела на берегу и насмешливо посмотрела на него:

— Ну мальчишка! Ещё и обижается. Как прикажешь тебя после этого называть?

— Называй, как хочешь, — Ярт с наслаждением окунулся. — Как тут хорошо!

Фэль ладонью тронула воду:

— Прохладная.

— Только сначала, — Ярт усмехнулся и осторожно подобрался к ней. — А ну-ка! — и Фэль с визгом полетела в воду.

— Ненормальный! — она с размаху стукнула его ладонью по спине.

— Зато не будешь раздумывать, — засмеялся Ярт и плеснул на неё водой.

Фэль обижено отвернулась и стала деятельно оттирать с себя грязь. Она долго и упорно отмывала голову, пока волосы не заскрипели от чистоты.

Ярт уже сидел на берегу, отжимая рубашку, которой белый цвет вернуло бы только чудо. Это его несколько огорчало, но он уповал на то, что в Ваинэле наверняка найдётся одежда по его размеру.

Фэль последний раз окунулась и тоже выбралась на берег. Ярт поднял голову да так и забыл опустить. При дневном свете её обтянутая мокрой налипшей одеждой фигура привела его в некоторое замешательство. Он хотел что-нибудь сказать, но слова напрочь вылетели из его головы.

Девушка негромко фыркнула, угадав его мысли, и проговорила:

— Идём, Ярт. Нам ещё ехать и ехать.

Он согласно кивнул и словно во сне направился за спутницей.

Дальше они шли пешком. Кони неторопливо плелись позади, волк и пантера шныряли по кустам. Фэль и Ярт молчали, слушая щебетание птиц, шелест листвы, стрёкот белок. Они ели ягоды прямо с веток, пили из ручьёв лесную воду. День промелькнул незаметно.

Ближе к вечеру на небо наползли тучи, и по лесу забарабанил тёплый дождик. Компания спряталась от него под раскидистыми ветвями деревьев, росших плотной стеной, и Фэль решила заночевать здесь. Ярт натаскал дров, и вскоре в сумерках запылал костёр. Есть они не хотели, поэтому просто сидели и смотрели в огонь.

— Фэль, а что было на том болоте? — вдруг спросил Ярт.

Девушка подкинула дров и начала рассказывать всё, что знала об Аннэ Мориннэ. Ярт внимательно слушал, делая для себя некоторые заметки.

— А зачем тебе это? — наконец поинтересовалась Фэль.

Он вздохнул и стал рассказывать о прошедшей ночи.

— Арруно? — брови Фэль удивлённо поползли вверх. — Это же легендарный вождь восьмого племени. У-у, счастливый! Я бы тоже не отказалась побеседовать с Арруно.

— Что за восьмое племя? — спросил заинтересовавшийся Ярт.

— Э-э… — Фэль замялась. — Приедем в Ваинэль, сам всё узнаешь. Как раз на праздник попадаем. Обо всём этом лучше спроси у Альтамира. Он мастер рассказывать, а не я. Или Терти. Ну, ещё сестрица моя.

— У тебя их за сотню, которая именно? — со смешком спросил Ярт.

— Родная, — Фэль повернула лицо к огню. — Эртэнэль, полуэльфийка. В своё время мой отец взял в жёны человеческую женщину. Я тогда молодая была, всего около сотни лет. Судьба нас с ним развела в разные стороны. Он не знал, что со мной, я — что с ним. А потом случайно встретились. Он в Друидскую Рощу пришёл, когда я… м-м… училась там. У меня в то время, скажем так, была некоторая потеря памяти, он болел, дочка его у меня жила. А потом он пришёл в себя, и выяснилось, что это мой отец, Эртэ — моя сестра, а я — наследница вождя народа Полночных звёзд. Так наше племя называлось.

Ярт уловил в её голосе глухую тоску и осторожно спросил:

— Называлось?

— Да, — жёстко проговорила девушка. — Отец вскоре ушёл из жизни, а Эртэнэль осталась со мной. Она потом отправилась в Академию, а я сбежала на Путь вместе с Мирэлом и Найрэ. Вот. Она недавно должна была избрать свой Путь. Эльфа или человека.

— То есть, — не понял Ярт.

— Инри это тоже предстоит, — Фэль улыбнулась. — У всех полуэльфов наступает время, когда они понимают, что нужно делать выбор. Выбирать дорогу жизни, то, кем они хотят быть. У Инри мать — человек, отец — Эльф. Он вправе выбрать, кем стать.

Ярт негромко вздохнул. Ему было грустно. Зачем ему всё, чем от рождения его одарила природа, если он до мозга костей человек, и выбора у него нет. И вряд ли он когда-нибудь заслужит право его сделать. А вот Инри имеет право выбора. Но Ярт тут же себя одёрнул:

«Не вечно же должно везти тебе».

Фэль поняла его мысли и решилась:

— Ярт, я должна тебе кое-что сказать…

Её прервал громкий вой Ноэрэ и рычание Сэллифэра. Из темноты на них надвигались тёмные фигуры. Бледная скользкая кожа была вздута как у утопленников, холодные рыбьи глаза были неподвижны и неотрывно смотрели на путников. Вооружены они были длинными пиками и трезубцами.

— А, Дрэит Нэртэ! — Фэль сунула в огонь длинную ветку. — Ярт, не выходи из-за огня.

— Что это? — Ярт удивлённо смотрел на странных существ.

— Болотные духи, — Сэллифэр скалился. — Это дождь. Они не могут ходить по сухой земле. Дождь помог им выбраться из болота, и они пришли по нашим следам. За нами. Прочь, твари!

Однако болотники и не думали уходить. Они медленно обтекали костёр, оцепляя компанию.

— Ярт, готовься к бою, — Фэль проговорила это на удивление спокойным тоном. — Ребята по-хорошему не понимают. Ну что ж…

Дождь пошёл гуще и стал ледяным. Костёр потухал, но Фэль протянула ладонь, и пламя снова взметнулось вверх, задев некоторых тварей. Разлетелся тонкий визг, и облачка пара понеслись к болоту. Духам это не понравилось. Они напролом попёрли к Фэль. Ноэрэ не выдержала и прыгнула вперёд, вцепившись болотнику в горло, и всё перемешалось.

— Ярт, держи, — Фэль бросила ему пылающую ветку. — Огня они боятся, — и громко крикнула. — Ноэрэ, назад! Тебе не справиться!

Над лесом разносились удары кнута, лязганье и свист металла, шипение болотников, рычание зверей, визги… Ярт забыл о времени. Он видел перед собой врагов, которых нужно уничтожить, иначе уничтожат их. Он наконец-то оценил свою «игрушку» в деле. Казалось, ещё чуть-чуть, и Нохлайн запоёт в его руках.

Тучи стали расходиться. Фэль призвала на помощь сильфов. В войске болотников произошло замешательство. Они явственно забеспокоились и усилили атаки. Вот со стоном отлетела в сторону Ноэрэ, и на её обидчика налетел Сэллифэр. Но и он получил тупым концом пики в грудь и мешком упал на землю, задохнувшись от резкой боли, успев, однако, щёлкнуть клыками и отправить в болото ещё одного духа.

Болотники уже начали таять в воздухе, но толпа их нависла над Фэль. Её ветка погасла, и девушка отбивалась кнутом. Но их было слишком много, и кто-то из стороны нанёс удар трезубцем. Фэль с яростным шипением прижалась к дереву, зажав раны ладонью. По правой руке заструилась кровь. Следующий удар она получила в грудь.

— Фэль, нет! — Ярт вырвался из оцепления и бросился к ней, спотыкаясь обо все кочки. Все, кто попытался встать у него на пути, уплыли облачками на свою родину. Остальные отступили, истаяв в воздухе.

— Фэль, — Ярт осторожно уложил её на траву и беспомощно огляделся, словно ожидая, что кто-то придёт на помощь. Впервые он действительно показался себе маленьким и слабым.

Фэль негромко застонала. Левой рукой она провела по груди и почувствовала под пальцами рваную рану.

— Ярт, — её голос был настолько тихим, что он с трудом различил слова. — Там, в моей сумке… Синий пузырёк и холст… Достань, будешь перевязывать.

Он дотянулся до её сумки и вытащил всё, что она просила. Подумав, разорвал остатки её рубахи. Холста было мало.

— Смажь рану, — Фэль прикрыла глаза. — И перевяжи покрепче. Надеюсь, ты это умеешь. Ты же бродяга, как и мы, и наверняка не раз получал ссадины и царапины, — она выдавила из себя подобие улыбки. — Да не бойся ты. Вяжи покрепче. Я выдержу.

Ярт всё же не мог перебороть себя и вязал осторожно, боясь причинить ей боль. Фэль легко усмехнулась:

— Ладно, хорошо… Теперь с рукой то же самое…

Ярт закончил её перевязывать и стащил с себя рубашку, уцелевшую каким-то чудом, только что испачкавшуюся ещё больше:

— Одень.

— Что? — она даже не поняла сперва, но потом, видимо, представила себе, как выглядит со стороны, и слегка порозовела. — Благодарю. Если не трудно, дай попить. Горло пересохло.

— Я думал, ты теперь и близко к воде не подойдёшь, — он протянул ей флягу. — С меня воды, кажется, на луну вперёд хватило.

Они засмеялись, сбрасывая послебоевое напряжение. Ярт занялся Сэллифэром и Ноэрэ, оглядывая их под строгим надзором Фэль. Пантера отделалась ушибами, а вот волку, кажется, перебили лапу. Он терпеливо морщился, пока Ярт приводил эту лапу в порядок.

— Спасибо, — Сэллифэр благодарно ткнулся носом в его ладонь и закрыл глаза, решив, что сейчас ему лучше всего поспать.

— Завтра придём в Ваинэль, там меня быстро поставят на ноги, — Фэль прислонилась к дереву и вздохнула, поглядев на ровное пламя. — Н-да, хорошо, не вчера. Спокойной ночи, Ярт.

— Спокойной ночи, — парень обнял её. — Спи.

— Ладно, пользуйся случаем, — благосклонно-великодушно позволила Фэль и положила голову ему на плечо.

Ярт ухмыльнулся, постаравшись, чтобы она этого не заметила, и осторожно коснулся губами её макушки. До рассвета было ещё немного времени, и он решил подремать.


Рассвет они проспали, проснувшись ближе к полудню. С самого подъёма Ярту не понравился вид Фэльмарэ. Она была ещё бледнее обычного и чересчур сосредоточена даже для себя.

— Всё в порядке? — он тревожно смотрел на неё.

— Конечно, — невозмутимо ответила Фэль, стараясь поверить в сказанное, и выдавила из себя усмешку. — Кто-то, помнится, гарантировал мне полную целость и сохранность до Ваинэля.

Ярт покраснел и торопливо отвернулся к Гэллэру. Он всё время корил себя за то, что случилось.

— Не переживай, всё хорошо, — Фэль улыбнулась ему. — Я в порядке.

Она тоже отвернулась к своему коню, и лицо её исказилось в гримасе боли. Рука ныла, дышать было больно, голова кружилась. Повязки набрякли кровью. Что-то ей всё это не нравилось, но она не имела права показать ему свою слабость. Глубоко вздохнув, Фэль вскочила в седло, едва в нём удержавшись.

«Возьми себя в руки!» — мысленно возмутилась она своему состоянию и тронула коня.

Сегодня они двигались не в пример медленнее. Сэллифэр припадал на раненую лапу, Ноэрэ вообще с трудом переставляла ноги, ещё не отойдя от удара, Фэль еле держалась в седле, хоть изо всех сил и старалась этого не показывать. Ярт с тревогой оглядывал компанию. Вся ответственность за их поход теперь лежала на нём, и его это не особо радовало. Подчиняться Фэль было проще, чем вести самому.

Фэльмарэ совсем сгорбилась в седле, практически лёжа на шее Грайсера. Раненая рука висела как плеть. Парень тронул её за плечо.

— Что? — пробормотала она, глядя на него чёрными глазами. Казалось, девушка совсем его не видит. Её всё глубже засасывал чёрный омут беспамятства. «Нет! Только не снова забывать! Не хочу…» Откуда-то донёсся приглушённый голос Ярта:

— Фэль, с тобой всё хорошо? — его руки придержали её за спину, когда она попыталась выпрямиться в седле.

— Мне как-то… нехорошо, — она ещё успела увидеть его тревожные глаза и съехала на его плечо, потеряв сознание.

— Дрэит Нэртэ! — это выражение он уже успел усвоить. — Грайсер, постой.

Конь остановился, кося на него взглядом, но не помешал, когда Ярт перетащил девушку на Гэллэра. Он нетерпеливо переступил и быстро помчался вперёд, время от времени тормозя и приглашая Ярта за собой.

— Следуй за ним, — Сэллифэр сел у кустов, высунув язык. — Тебе надо торопиться, иначе волчица не доживёт до Лесного Города. Мы придём позже.

Ярт резко кивнул и помчался за Грайсером.

«Держись, Фэль, не уходи! Я не хочу отпускать тебя!»

— Дева Ночи! Мать Жизни! Боги! Кто-нибудь, помогите! — молился он, стараясь не отстать от Грайсера, который вёл их в Ваинэль. Он чувствовал, как девушка цепляется за жизнь, проклинал себя за то, что не мог помочь, и звал её, звал, не давая уйти во тьму, не желая отпускать её. И с ужасом чувствовал, как слабеет дыхание Фэль.

Вдруг Грайсер застыл как вкопанный. Впереди виднелся Лесной Город, а на тропе стояли две фигуры, облачённые в тёмные плащи. Одну Ярт знал. Это был Альтамир.

Глава 6

У Эртэнэль шло занятие, когда в класс буквально ворвался Странник. Он перевёл дух, поднял на неё бледное лицо и тихо проговорил:

— Собирайся, Фэль в беде.

Из-за рабочего стола вскочил Инри:

— Что случилось? Я с вами.

— У тебя занятие, — Альтамир силой усадил на место. — Учись. Ты нам не поможешь.

— Идём, — Эртэ схватила плащ и выбежала следом за ним, перед этим обведя грозным взглядом учеников, которые ещё ниже склонились над книгами и весами и усердно заработали.

— Что случилось? — по лицу Альтамира можно было предположить самое худшее.

— Птицы, — Альтамир был очень серьёзен. — Птицы сказали, что они едут по Старому Тракту, — Эртэ ойкнула, зажав рот ладонью. — Этой ночью на них напали. Фэль ранили. Её спутник сделал ей перевязку, но ей это, похоже, не помогло. Я так понял, что она одной ногой на Звёздном Мосту.

— Нет! — вскрикнула девушка, и они вихрем вылетели во двор. С кровли с криками сорвалась стайка разномастных пичуг. Они громко верещали, носясь вокруг Странника.

— Да, дело серьёзное, — Эртэ схватила его за руку и умоляюще посмотрела в глаза. — А мы успеем?

— Должны, — Странник сел верхом и подсадил её в седло впереди себя. — Н-но, Айсэ! Не жалей сил!

Они так быстро пронеслись по улицам, что породили слухи о пожаре. Альтамир нещадно понукал кобылу, правя к выходу со Старого Тракта. И вскоре они уже стояли на тропе, с надеждой вглядываясь в лесной сумрак.

Быстрый перестук копыт придал им надежды. Из леса вылетел Грайсер и замер рядом с Альтамиром. Вслед за ним показался Ярт.

Едва взглянув на Фэль, они поняли, что времени у них почти нет.

— Давай, — Альтамир подхватил девушку на руки и уложил на свой плащ. Они с Эртэ склонились над ней. Странник держал её за руку, по капле переливая ей свои силы.

— Ярт… — еле слышно прошептали бледные губы. — Лайнэрэн…

— Ярт, — Альтамир поднял голову. — Нужна твоя помощь. Твои силы.

— Что я должен делать? — парень в мгновение ока оказался рядом.

— Держи её за руку и зови. Мысленно. Как можно громче, — Альтамир посмотрел на Эртэнэль, разматывающую повязки. — Ну что?

— Кошмар! — целительница ощупывала грязные, почерневшие по краям, поротые раны. — Если бы не бальзам… Кто их нанёс? — обратилась она к Ярту.

— Болотные духи, — еле слышно проговорил он, сосредоточившись на образе Фэль.

— Дева Ночи… — Альтамир негромко простонал. — Вытяжка из перебродившего болотного лишайника, выдержанного в газе. Да ещё, небось, с добавлением яда болотных змей. Ярт, как ты довёз её?

Ярт лишь слабо пожал плечами. У него не хватало сил говорить. Он чувствовал, как его силы перетекают в девушку, и был рад отдать их все. «Держись, родная, не уходи…».

Альтамир принёс с костра предусмотрительно подогретую воду. Эртэнэль развела порошки, заварила сушёную траву с острым неприятным запахом и всем этим принялась промывать раны. Фэль почти сразу пришла в себя и крепко стиснула зубы. Боль была невозможная.

Сестричка оставила траву на ранах:

— Пусть вытягивает яд. Альтамир, перевяжи.

Странник кивнул и занялся делом. Ярт, не выпуская пальцев Фэль из ладони, успокоено вздохнул и упал рядом с ней на землю совершенно без сил. Девушка вычерпала его до донышка.

— Бедный мальчик, — Эртэ отёрла его лоб влажной тканью. — Он выжал из себя почти всё.

— Что с ним? — рванулась Фэль, но Альтамир непреклонно удержал её:

— Лежи спокойно. С ним всё в порядке. Просто он помог тебе вернуться.

Фэль успокоено легла и неожиданно для себя провалилась в сон. Эртэ усмехнулась, глядя на удивлённое лицо Альтамира:

— Я просто добавила немного сон-травы. Когда сестричка спит, она мне не мешает заниматься её лечением своими ценными советами. К тому же во сне исцеление происходит быстрее.

Девушка собрала всё и подошла к Грайсеру. Кинув мешок на его спину, она села верхом и сказала:

— Ты повезёшь его. Подсади Фэль ко мне.

Альтамир поднял девушку и посадил её на коня. Грайсер слегка встряхнулся и направился в Ваинэль. Странник подхватил бесчувственного Ярта и забрался на свою кобылу, потом подманил Гэллэра, и все вместе почётным эскортом направились вслед за Эртэнэль.

Ещё только подъезжая к городу, они увидели на мосту высокую фигуру, облачённую в белый балахон. Инри, разумеется, не смог усидеть в Академии и поджидал их на дороге. Увидев состояние друзей, он побелел как снег и бросился к Страннику:

— О боги! Ярт! Фэль! Что с ними?

— Ничего, — Альтамир протянул ему повод Гэллэра. — Поможешь?

— Что произошло? — Инри упрямо не желал отставать, пока не узнает всё до конца.

— Потом поговорим, — Странник усмехнулся. — Сперва нужно доставить их в спокойное место, а там уж всё узнаешь.

— Инайрэнни, — Эртэ слегка повернула голову. — Если я ушла из класса, это не давало права уходить с урока тебе. Я вроде бы давала вам задание.

— Я всё сделал, — Инри поравнялся с ней и, тревожно взглянув на Фэль, смущённо улыбнулся. — Это ведь мои друзья. Я волновался.

— И тем не менее придётся тебя наказать за своеволие, — Эртэ отвернулась. — Завтра пойдёшь со мной в лес собирать растения, которых не хватает в Академии. И только попробуй сбежать.

— Ха! — Альтамир с трудом удержался от смеха. — И она считает, что это для него наказание?

Судя по лицу Инри, он был полностью согласен со Странником.


Терти стояла на крыльце, не находя себе места от волнения. Увидев компанию, она сбежала вниз по ступеням и тревожно спросила:

— Всё в порядке?

— Да, — Эртэ измучено улыбнулась. — Они вне опасности. Но им сейчас нужен полный покой. А Фэль кормить только что не с ложечки. Я ещё забегу вечером, принесу травы для отвара и бальзам.

— Идёмте в дом, — хозяйка открыла дверь, и Инри с Альтамиром занесли друзей внутрь.

Эртэнэль ещё некоторое время похлопотала около сестры, осмотрела Ярта (мало ли что) и засобиралась обратно в Академию.

— Инри… Я тебя освобождаю от занятий на остаток дня, — она задержалась у порога. — Но вечером мы вернёмся в Академию.

Инри согласно кивнул и пошёл проводить её до калитки.

Терти в это время удивлённо рассматривала Ярта. Потом повернулась к Альтамиру и проговорила:

— Ты прав. Из них замечательная парочка получится. Отличные образчики ослиного упрямства, дерзости и силы. Он и правда хорош. От Хэйлирэн я ничего другого и не ожидала. Но, по-моему, он весь в отца пошёл. Такой же душка, как Лайнэ.

— Смотри, я ведь и приревновать могу, — пошутил Альтамир, обнимая жену. — Нахвалишь на его голову.

— Глупый, — она фыркнула. — Он же мальчишка совсем.

— О боги! — Альтамир возвёл глаза к небу. — И она туда же! Сразу видно, с кем ты общалась.

В дверь осторожно шагнул Инри.

— О, заботливый друг! — Странник улыбнулся. — Помоги-ка мне его перенести. Потом с ним посидишь, пока в себя не придёт, а я за Фэль послежу.

— Так что с ними случилось? — Инри умоляюще смотрел на него. — Почему они в таком состоянии?

— Фэль поплохело, и Ярт отдал ей свою жизненную силу. Сейчас он её восстанавливает и скоро придёт в себя, вот у него и спросишь, что случилось. Меня с ними не было.

И Альтамир вышел из комнаты, оставляя Инри наедине с другом.


Когда Ярт пришёл в себя, в окна уже струился алый закатный свет. Он почувствовал, что у него совсем пересохло горло. Обведя глазами комнату, Ярт увидел у окна фигуру в белом балахоне.

— Эй, — негромко позвал он. — Можно попросить воды?

— Может, сначала поздороваемся? — стоящий обернулся, и Ярт изумлённо распахнул глаза:

— Инри?! Ты?!!

— Что, не узнал? — друг негромко рассмеялся и подошёл к кровати. Налив воды, он протянул бокал Ярту:

— Пей. Это вода с каревой настойкой. Придаёт сил, снимает усталость, освежает.

— Спасибо, — Ярт поставил пустой бокал на стол. — Ну, рассказывай. Что случилось? Почему ты в таком виде? — и с ужасом поинтересовался. — Надеюсь, это не традиционно принятая здесь одежда?

— Нет, это форма учеников Академии, — важно проговорил Инри. — Я буду Магом. Я — ученик самой Айэрэ Элээн.

— А-а, — понимающе протянул Ярт, хотя из сказанного другом понял, наверное, меньше трети. — Магом, да?

— Да, — Инри явно гордился собой.

— Поздравляю, — Ярт сел и вдруг вспомнил. — А Фэль где?

— В соседней комнате, спит, — Инри попытался уложить его обратно. — Не волнуйся, всё в порядке, — и поинтересовался. — Так что с вами произошло?

Ярт усмехнулся и начал рассказывать, как они пошли по Старому Тракту, опустив, правда, некоторые интересные подробности про Сэллифэра, войско призраков, Ноэрэ.

Однако и того, что он рассказал, хватило, чтобы как в старые добрые времена в глазах Инри зажёгся яркий огонёк восхищения другом:

— Да-а! Счастливцы! Немногим удавалось выжить после прогулки по тем местам. А уж стычка с этими болотными духами… считай, что ты второй раз родился.

— Толку-то, — Ярт отвернулся к окну, скрывая огонёк зависти в глазах. — Если б ещё переродился Эльфом, а так…

— У меня те же проблемы, — Инри вздохнул и опустил голову.

— У тебя? — Ярт недоумённо посмотрел на него. — Тебе-то что? Идёшь к Камню Судеб и выбираешь Путь Эльфа. И всё! Живи и радуйся.

— Если бы, — Инри сжал кулаки. — Понимаешь, я здесь встретил одну девушку. Она тоже была полуэльфом.

— И что?

— Она выбрала Путь людей, — Инри обхватил голову руками. — Я люблю её, но боюсь сказать ей об этом. Я хочу остаться среди Эльфов, но это значит — потерять её навсегда. Она непонятна, как Фэль. Иногда мне кажется, что я ей нравлюсь, что она всё знает, иногда — что значу для неё не больше, чем все остальные. Я никак не могу понять, как она ко мне относится.

— И кто же она? — поинтересовался Ярт.

— Потом покажу, — Инри вдруг резко смутился.

— А что за девушка была сегодня с Альтамиром, когда они нас встретили? — припомнил Ярт. В его памяти смутно отпечаталось облако золотистых волос и короткий взгляд серо-зелёных глаз.

— Эртэнэль, сестра твоей Фэльмарэ, — буркнул Инри. — Преподаватель Академии.

— Они совсем не похожи, — Ярт покачал головой.

— Ещё бы, — Инри усмехнулся. — Эртэ — целительница, Фэль — Странница. Да к тому же сёстры они только по отцу.

— Я знаю, — Ярт кивнул. — Фэль мне рассказала.

— Она тебе сама рассказала? — удивился Инри. — Я думал, она избегает разговоров о своём прошлом, чтобы не будить боль.

— Ты что-то знаешь? — насторожился Ярт.

— Только то, что рассказал Альтамир. Немного совсем, — Инри пожал плечами. — О её детстве, о том, как она попала в Друидскую Рощу, как потеряла всех близких в одночасье, как была игрушкой какого-то варвара…

— Что? — Ярт резко вскочил и схватил Инри за плечи, потребовав. — Рассказывай!

Друг ошарашено посмотрел на него и начал рассказывать всё, что узнал от Альтамира, даже не попробовав уклониться. Ярт сидел, глядя в пол и сжав виски ладонями.

— Значит, Айла не солгала, — тихо проговорил он, дослушав до конца. — О Нэртэнэль! Бедная девочка, сколько же тебя ещё будет бить твой Путь? — и посмотрел на Инри. — К ней можно?

— Она сейчас спит, — замялся друг. — Да и тебе лучше поспать.

— Вот ещё, глупости какие! — Ярт поднялся. — Я себя отлично чувствую. Идём.

— Ну… — Инри нерешительно обернулся и махнул рукой, зная, что всё равно друга не переспорить. — Идём.


Когда они вошли в комнату, Альтамир поднял голову и тихо проговорил:

— Что вы здесь делаете? Ярт, немедленно в постель.

— Я себя прекрасно чувствую, — заверил его парень и присел рядом с кроватью. — Как она?

— Лучше. Ты, можно сказать, вернул её со Звёздного Моста, — Альтамир покачал головой. — Как вы так неосторожно вляпались?

— Так уж получилось, — Ярт пожал плечами и спросил. — Но как вы узнали?

— Птицы принесли на хвосте, — улыбнулся Странник. — Могли бы поберечь моё слабое здоровье. У меня чуть сердце не остановилось, когда узнал, что вы со Старого Тракта мчитесь. А мы ещё гадали, почему от Тхартнэля от вас ни слуху, ни духу не было. Словно испарились.

— Решили путь сократить, — Ярт нежно смотрел на девушку. — А вот что получилось.

— От Фэль я подобного безрассудства не ожидал, — покачал головой Альтамир. — Она же прекрасно знает, что там за места. Ну, сама она — ещё куда ни шло, но тебя с собой туда утянуть… Похоже, твоё общество совершенно выбило из неё остатки здравого смысла.

Ярт умолчал, кто на самом деле был зачинщиком этого похода. Он осторожно провёл рукой по её волосам. Фэль негромко вздохнула и повернулась на бок. Ярт улыбнулся и убрал с её лица упавшие пряди волос.

— Ну, ладно, — Альтамир легонько оттолкнул его. — Идите, поешьте. Она никуда не убежит.

Ярт только сейчас ощутил зверский голод и согласно кивнул.

— Ну, сейчас ты поймёшь, что такое — обед по-альтамировски, — негромко проговорил Инри и хихикнул. — Терти с вашего приезда с кухни почти не выходила. Только в торговый ряд за покупками сбегала.

— А пахнет… — Ярт мечтательно зажмурился, унюхав запахи с кухни. — Совсем как дома.

В дверях показалась Терти и, увидев их, просияла:

— Встал уже, герой? Замечательно! У меня как раз всё готово.

— Может, Альтамира позвать? — поинтересовался Инри.

— Пусть с Фэль посидит, — махнула рукой хозяйка. — Авось не отощает, если с вами не поест.

Ярт в это время с интересом осматривался. Дом чем-то был неуловимо похож на его вэльтаретский. Наверное, тем, что в нём тоже не было излишеств, всё было уютно и просто, и были такие же полы, натёртые до золотистого тёплого блеска, и с кухни так же тянуло аппетитным духом, и Терти непонятно чем, но была похожа на мать.

— Ну что ж вы встали, как не свои? — она взяла их за руки и потянула в кухню. — Всё остынет.

Пока ребята с аппетитом поглощали обед, не успевая перевести дух перед очередным произведением кулинарного искусства, Терти ни разу не присела. Она успела сменить блюда и сбегать наверх, покормить сына, заглянуть к Альтамиру, и вернулась как раз тогда, когда они прикончили свои порции. Подав им десерт, она встала у плиты, теребя в руках небольшой свёрток. Когда они сыто отвалились на спинки стульев, Терти протянула то, что держала в руках, Ярту:

— Примерь, я надеюсь, подойдёт. На глазок выбирала.

Ярт развернул свёрток и увидел новую рубаху. Он вскочил и закружил Терти по кухне, вскричав:

— О, лучшая хозяйка Ваинэля! Как мне благодарить тебя?

— Для начала можешь поставить на пол, — Терти рассмеялась. — Примерь. Твою после вашего «похода» можно на тряпки пускать. Хотя, — она хитро прищурилась, — Фэль она очень даже идёт.

Ярт смущённо хмыкнул и натянул подарок.

— Как по тебе сшита, — Инри оглядел друга. — Считай, что как минимум половина свободных ваинэльских девушек у твоих ног.

— Ты прав, — Терти облокотилась на спинку его стула и непонятно к чему добавила. — Я понимаю Фэль.

— Тебе идёт чёрный цвет, — Инри вздохнул. — Хотя тебе всё идёт.

— Да перестаньте вы! — Ярт вдруг страшно смутился, чего с ним оч-чень давно не было.

Звякнул колокольчик над входной дверью, и лицо Инри залил яркий румянец.

— Эртэ пришла, — Терти поспешила встретить гостью.

— Чего это ты так покраснел? — спросил Ярт, и вдруг его осенило. — Это она?

Инри дёрнул плечом и вышел вслед за Терти.


Эртэнэль скинула с плеч плащ и посмотрела на друзей:

— Уже встал? — её взгляд внимательно обежал Ярта. — Очень хорошо. Ты крепче, чем я думала, — она подошла и крепко сжала его ладонь, проговорив. — Спасибо тебе. Если бы не ты, я больше никогда бы не смогла обнять сестру.

— Не за что, — Ярт опустил голову. — Для меня это тоже была бы огромная потеря.

— Инри, идём, — Эртэ перевела взгляд на ученика. — Ты можешь мне понадобиться.

— Конечно, — он пропустил её вперёд и стал подниматься следом.

— Хоть и говорят, что они с Фэль совершенно разные, это не так, — вздохнула Терти за плечом. — Обе мучают парней, не желая признавать то, что ясно всем.

Ярт обернулся:

— В смысле?

— Все в городе знают, что Инри влюблён в Эртэ, а она в него, — Терти присела. — Только Эртэ в это не хочет верить, а Инри признаться боится. Да и у тебя с Фэль не всё так гладко, как тебе хотелось бы, да? Но ты всё-таки несколько решительнее нашего застенчивого Мага.

Лицо Ярт осветила хитрая усмешка:

— Ничего, скоро и у него решительности прибавится.

— О чём ты? — Терти удивлённо изогнула брови.

— Скоро поймёте, — Ярт направился к лестнице.


Эртэ осматривала сестру. Чернота на ранах исчезла, они приобрели тёмно-красный оттенок. Девушка удовлетворённо выпрямилась:

— Ну, хвала Нэртэнэль, яд вышел, — она вытащила из сумки банку с бальзамом и стала осторожно смазывать края ран. Фэль сморщила нос, но молча терпела. Когда Эртэ закончила, она проговорила:

— Твой бальзам, сестрёнка, убьёт меня раньше болотного яда.

— Ты совсем не изменилась, — Эртэ улыбнулась. — Всё так же несносна.

— Ну, что уж поделаешь, такой у меня характер, — Фэльмарэ сжала её руку.

— Скажи ему спасибо, — Эртэ хмыкнула. — Я сильно подозреваю, что ты до сих пор живёшь из чистого упрямства, если вспомнить, сколько раз мне приходилось прибегать к тебе с моим бальзамом после очередного твоего «подвига».

— Ладно-ладно, — Фэль закрыла ей рот ладонью. — Хватит обо мне и моих подвигах. Ты-то как?

— Избрала Путь, — Эртэ вдруг резко погрустнела. — Поговорим об этом позже. Инри, подойди.

Парень нерешительно приблизился и вопросительно посмотрел на Эртэ.

— Инри? — Фэль недоумённо глядела на юношу. — Ученик Академии?

— Бери выше, — сестра хмыкнула. — Личный ученик Айэрэ Элээн.

— Однако, — Фэль покачала головой.

— Инри, сходи, приготовь отвар, — отправила его из комнаты Эртэнэль, а сама занялась перевязкой.

— Ну так что с твоим выбором? — нетерпеливо спросила Фэль, едва за ним закрылась дверь.

— Человек, — Эртэ прятала глаза, но сестра приподняла её лицо, внимательно сверля её глазами:

— Ты не уверена в своём выборе?

— Была уверена, — Эртэ вдруг упала на её одеяло и расплакалась. — А теперь, кажется, нет…

— Ну вот, — Фэль грустно усмехнулась. — Совсем ещё девчонка. Зачем тебе потребовалось так торопиться?

— Не знаю, — Эртэ в последний раз хлюпнула носом и продолжила перевязку. — Забудь, это мои проблемы.

— Это и мои проблемы, — задумчиво-твёрдо проговорила Фэль. — Ты же моя сестра. Моя единственная сестра. Я люблю тебя, — она ободряюще улыбнулась целительнице.

— Спасибо, — Эртэ прижалась щекой к её ладони.

В комнату вошёл Ярт и встал у спинки кровати, в упор глядя на Фэль:

— Ну, как ты?

— В полном порядке! — Фэль задорно улыбнулась.

— В полном порядке ты будешь через четыре дня, — спокойно проговорила Эртэ. — А пока… Четыре дня ни мяса, ни соли. Только растительная пища: фрукты, ягоды, овощи, орехи, соки. Ну и так далее. Выдержишь?

— Пустяки! — фыркнула Фэль. — Сброшу пару лишних килограммов.

— Где ты их у себя нашла? — поинтересовался Ярт.

— А ты сам не видишь? — спросила девушка.

— Я вижу самую прекрасную женщину на этой земле, — Ярт опустился на колени рядом с её кроватью и коснулся её пальцев губами.

Фэль склонила голову к плечу и внимательно посмотрела на него, потом подняла руку и коснулась его лица тыльной стороной ладони:

— А ты-то как?

— Как видишь, всё ещё бегаю. Меня не так-то просто сломать, — Ярт усмехнулся.

— Надеюсь, ты не очень из-за меня переживал? — поинтересовалась Фэль.

— Она ещё спрашивает! — возмутился он, потом вздохнул и покачал головой. — Фэль, я же люблю тебя.

Эртэ приподняла бровь, ну точь-в-точь Фэль, и хитро посмотрела на сестру. Та ответила непонимающим взглядом невинной овечки и едва заметно пожала плечами.

— Ну ладно, вы пока болтайте, а я посмотрю, где там Инри, — Эртэнэль поднялась и вышла из комнаты, оставив их наедине.

— Я боялся, что потеряю тебя, — Ярт, не отрываясь, смотрел в её глаза. — Если бы ты ушла, я пошёл бы за тобой.

— Не городи чушь, — Фэль ткнула его в лоб костяшками пальцев. — Я обещала твоей матери, что сберегу тебя, и пока что намерена сдержать своё обещание.

— Моей маме?! Когда? — изумился Ярт.

— Хэйла приходила ко мне перед отъездом, — Фэль усмехнулась. — И я обещала ей, что ты останешься цел и невредим. Так что не надейся от меня так легко отделаться.

— Будешь нянчиться со мной всю оставшуюся жизнь? С ложечки кормить, когда постарею, и служить костылём, когда ноги откажут? — Ярт кисло улыбнулся. — Мама, кажется, забыла, что людям свойственно стареть и умирать.

— Ты же ещё юн, к чему такие мысли? — поинтересовалась Фэль, поглаживая его по щеке.

— Фэльмарэ, — он рассмеялся коротко и зло. — Это для вас сто лет — мгновение. А я буду считать каждый день. Потому что каждый день приближает меня к единственному финалу…

— Прекрати! — она резко закрыла ему рот. У него моментально пропали все мысли, стоило лишь их губам соприкоснуться в поцелуе. Фэль посмотрела в его глаза, не убирая рук с его шеи, и с лёгкой улыбкой проговорила:

— Кажется, я ещё не успела поблагодарить тебя за моё спасение?

— Можешь сделать это сейчас, — он тоже одарил её многозначительной улыбкой.

Фэль хмыкнула и притянула к себе его голову, прогоняя из его души всякое воспоминание об этом неприятном разговоре.

Её же душа возмущалась на каждое его слово. Но она не знала, как теперь сказать ему правду. «Боги, мальчик, как же я хочу тебе всё рассказать, но не могу. Сейчас не могу. Слишком боюсь того, что потом будет». Она вздохнула и спросила, слегка отстранившись:

— Как Ноэрэ и Сэллифэр?

— Они ещё не пришли, — Ярт улыбнулся. — Остались на ночь в лесу. Сэллифэр ищет волчью траву. У него свои способы лечения.

— Ясно, — Фэль потянулась. — Поскорее бы встать на ноги. Не терпится прогуляться по Ваинэлю. Я здесь давно не была.

В этот момент дверь распахнулась, и на пороге появилась Терти, державшая на руках симпатичного малыша:

— А кто тут у нас? Тётя Фэль? Пойдём к тёте на ручки?

— О, Терти! Какая прелесть! — Фэль протянула руки и взяла ребёнка. — И как же нас зовут?

— Вэльфор, — Терти с улыбкой смотрела на счастливую мордашку сына, которому, похоже, очень нравилось быть в центре внимания.

— Ой-и! — Фэль с умилением сюсюкала с ним. — Он, и правда, весь в Альтамира. А я, признаться, и не поверила.

— Действительно, просто копия, — подтвердил Ярт.

Вэльфор заметил его и потянулся к парню.

— Ты ему понравился, — заметила Терти.

— Он мне тоже, — Ярт осторожно погладил крохотный кулачок, зажавший прядь его волос. — Я люблю возиться с малышнёй, как и Инри.

— О! — с усмешкой протянула Терти. — От Инри мы вообще в восторге! Он с ним целыми днями возился, когда здесь жил.

— Счастливая ты, — тихо проговорила Фэль, глядя на малыша.

— Тебе-то кто не даёт? — Терти улыбнулась.

— Я не хочу уходить с Пути, — Фэльмарэ задорно улыбнулась Вэльфору. — Теперь, к тому же, у меня есть племянник. Второй после Инри. Не говоря уже о племянницах. Я и с ними навожусь.

— А я? — Терти обижено сморщила носик. — Я тоже хочу племянников.

— У тебя же сын есть, — хмыкнула Фэль.

— Кто-то мне, помнится, обещал, что у меня будет целый табун племянников, — Терти хитро прищурилась. — Я жду с нетерпением, и, смею надеяться, это будет скоро.

Фэльмарэ покраснела, причём очень заметно.

— Ну, табун-то она тебе не родит, не кобыла, всё-таки, — раздался голос Эртэ, и они с Инри подошли к столику. — А сейчас мы будем пить отвар.

— Только не говори, что это опять та гадость, которой ты меня в прошлый раз пичкала, после дуэли с Грэдланом? — насторожено принюхалась Фэль.

— Нет-нет, — успокоила её сестра и протянула бокал. — Пей. Это даже вкусно.

— А пахнет точно так же, — девушка набрала в грудь воздуха и сделала глоток. — Фу, гадость! Но хоть не так противно, — она мужественно допила всё до дна и выдохнула. — Ты меня отравить хочешь.

— Конечно, — невозмутимо кивнула Эртэ и обернулась к Терти. — Сейчас её надо покормить. А отвар давать три раза в день перед едой. Я ещё зайду, и не раз, — она склонилась к сестре и поцеловала её в лоб. — Отдыхай, Пламя.

— Счастливо, — Инри помахал им ладонью, и они с Эртэ скрылись в дверях.

— Ярт, сходи на кухню за фруктами, — попросила Терти и села на край кровати. Вэльфор потянулся к мамочке:

— Ну, иди! Иди ко мне, мой сладкий, — она взяла его на руки.

— Ты что-то хотела сказать мне? — спросила Фэль. — Полагаю, речь пойдёт о Ярте.

— Ты очень проницательна, — Терти хмыкнула. — Ты сказала ему, кто он?

— В смысле? — попыталась уйти в сторону девушка.

— Альтамир сказал, что Ярт не знает о том, что он Эльф. Однако, увидев его, я поняла, что он не знает и о том, кто его отец, иначе вряд ли он пришёл бы в Ваинэль после того, что здесь случилось с Лайнэ… Интересно! — Терти грустно хмыкнула. — Ты — последняя в живых из своего племени, дочь вождя. Он — последний в живых своего племени, сын вождя. В том, что Волков больше нет, я не сомневаюсь. Мы вместе с Орфэльмером складывали их в могилу. Они все там. А я так и не успела поговорить с Лайнэ насчёт ваших отношений и понять, за что ты его так… не любила.

— Ты ошибаешься, мне очень не хватает Лайнэ, — возразила Фэль. — Я его не то чтобы не любила. Скорее, меня приводила в бешенство его настойчивость и неумение смириться с отказом.

— Ярт тоже не желает принимать твоего отказа. Ты от него тоже сбежишь? — Терти склонила голову набок. — Он почти полная копия Лайнэ. Для тех, кто знал Волка очень приблизительно, и вовсе полная. Парочка из вас ещё та. А если учитывать, что его отец в своё время добивался твоей руки…

— Забудь, — Фэль поморщилась. Эти воспоминания ничего хорошего в памяти не вызывали. Она изо всех сил старалась забыть Волка все последние годы, и ей это удалось настолько, что, даже увидев перед собой Ярта, она не сразу поняла, кого он ей напомнил.

— С Яртом у меня ничего нет, — продолжила она, пытаясь убедить то ли Терти, то ли себя. — Он, конечно, отличный спутник, заботливый друг, но…

— Он любит тебя.

— И ты туда же!

— Нет, это ты туда же, — Терти усмехнулась. — Что ты, что твоя сестра. Две ослицы!

— А что, у Эртэ кто-то появился? — заинтересовалась Фэль.

— Ну, это она тебе сама расскажет, — Терти услышала шаги Ярта и сменила тему. — Что нового в Тхартнэле?

— Всё так же, всё то же, — Фэль взяла яблоко с принесённого Яртом подноса. — Всё те же шумные сборища, грохот в кузницах и дружеские дуэли на каждом шагу.

— А Орфэльмер? Он как? — Терти укачивала засыпающего сына.

— Обеспокоен вестями с востока, но об этом потом, — девушка вздохнула, поглядев на яблоко. — Эртэ решила меня со свету сжить. Ещё бы вообще есть не разрешила.

— Да перестань ты, — подруга усмехнулась. — Она же целительница. Ей лучше знать, что можно, а что нет.

— Я, между прочим, тоже училась. В Друидской Роще. И тоже на целителя, — с некоторой обидой проговорила Фэль. — Поэтому я прекрасно знаю, что она абсолютно права.

Они негромко рассмеялись.

— Уже совсем темно, — Терти посмотрела в окно. — Надо идти спать. Только сначала выгоню Альтамира из-за стола. Спокойной ночи, ребята.

— Спокойной ночи, Терти, — откликнулись они.

Фэль потянулась и посмотрела на Ярта:

— А ты спать не собираешься?

— Я сегодня выспался, — он подавил зевок и посмотрел на неё самым чистым взглядом.

Девушка рассмеялась:

— Ну-ну.

Она взяла ещё одно яблоко и кинула его Ярту. Он поймал его и сел на край кровати:

— Спасибо.

— Не за что, — Фэль хмыкнула. — Однако есть у меня подозрение, что тебя уже досыта накормили.

— Да уж. Это точно, — Ярт фыркнул. — Кормят здесь как на убой и даже больше. Уютно здесь и спокойно, как дома.

— Ты прав, — Фэль задумчиво жевала фрукт. — Здесь хорошо друзьям, которых Терти и Альтамир просто на руках носят. Здесь всегда и почти всем рады.

— Я заметил, — Ярт доел яблоко и прилёг, подперев голову рукой. — Терти — прекрасная хозяйка. Никогда бы не подумал, что она Странница.

— В душе она всегда мечтала об уютном доме, — Фэль заложила руки за голову. — Даже на Пути Терти часто описывала мне, какой у неё будет дом. Ради этого она готова была оставить Путь. И оставила, в конце концов. Её мечты сбылись. Она счастлива.

— А ты? — Ярт внимательно смотрел на неё.

— Что — я? — девушка усмехнулась.

— Ты никогда не мечтала о своём доме? О семье? — парень серьёзно смотрел в её глаза.

— Мой дом — это Лес и Путь, моя семья — Странники, — Фэль внимательно смотрела на него.

— Я говорю о месте, куда ты всегда можешь и хочешь вернуться, отдохнуть, вот что я называю домом, — покачал головой Ярт. — Место, к которому привязан всем сердцем. А семья — это те, кто всегда тебя ждёт, с кем ты никогда не чувствуешь себя лишним.

— Никогда бы не подумала, что ты можешь быть… таким, — тихо проговорила девушка.

— Даже Одиночке иногда бывает одиноко и хочется тепла, — грустно улыбнулся Ярт.

— Понимаю, — Фэль вздохнула. — Но мой единственный дом — это Путь и Лес. Я не Терти. Я не могу жить в четырёх стенах и посвятить себя уборке, готовке, уходу за мужем. Именно поэтому я не собираюсь заводить семью. Я не смогу без Пути. Ты только представь эту жизнь: семья, дом, дети требуют постоянного внимания, а я тоскую о Пути, чувствуя себя запертой в клетку птицей. Или я отправляюсь бродить, а дом и семья где-то терпеливо меня дожидаются. И я всё время буду беспокоиться, всё ли там в порядке? Такая жизнь меня просто убьёт. Я предпочитаю не разрываться надвое, а жить в целости и сохранности.

— М-да, — вынужден был согласиться парень. — Это была бы не жизнь, а сплошное мучение.

— Но это моё мнение сейчас, — хитро протянула Фэль. — Я, конечно, уже не ребёнок, но и старухой меня называть рано. Глядишь, повзрослею лет через двести или триста. Может там и захочется уютного уголка и оравы малышей под ногами.

Ярт вынуждено улыбнулся. Девушка зевнула, прикрыв рот ладонью, и проговорила:

— Спать пора. Иди к себе.

— Хорошо, — он поднялся. — Я тебе ужасно надоел, наверное.

— Не глупи, — Фэль фыркнула. — Просто нам нужно отдохнуть.

— Я от тебя не устал, — хмыкнул Ярт.

— А я хочу спать, — она забралась под одеяла. — Спокойной ночи, и погаси, пожалуйста, свечи.


Утром Ярт снова в полной мере оценил гостеприимство этого дома. Завтрак по-альтамировски мало чем отличался от обеда по количеству съестного. И, несмотря на наличие хорошего аппетита, до многого Ярт попросту не добрался.

Уже допивая чай, он услышал:

— Вожак, доброе утро. Я пришёл… Мы пришли.

— Сэллифэр! — парень выскочил из-за стола, оставив хозяев в лёгком замешательстве.

Выглянув из кухни, Альтамир ужаснулся. Ярт валялся на полу, а по нему прыгал немаленьких размеров волк.

— Спокойно, парень. Я сейчас помогу, — Странник схватился за кинжал, висевший у него на поясе, но тут услышал весёлое:

— Успокойся, Альтамир. Это мой друг, — Ярт обнял волка за шею, зарывшись в шерсть лицом. — Это Сэллифэр. Если бы не он, мы вряд ли бы сейчас разговаривали. Как твоя лапа, малыш?

— Порядок, — волк спокойно взирал, как парень разматывает повязку на его лапе и осматривает её. — Я применил свой опыт. Не впервой.

— Это уж точно, — от дверей поднялась Ноэрэ и прошла к Альтамиру, потёршись о его ноги, как большая кошка.

— Ноэрэ! — Терти раскрыла объятия, и пантера прыгнула ей на грудь, облизывая её лицо. — Наверняка голодная. Хочешь есть, красавица?

Пантера облизнулась, не оставляя никаких сомнений в ответе.

— А для моего друга ничего не найдётся? — Ярт гладил волка.

— А как же, — Терти с любопытством смотрела на них, потом задумчиво хмыкнула и добавила. — Идите на кухню. Не в гостиной же их кормить?

В промежутках между поглощением еды Сэллифэр узнавал новости:

— Как твоя волчица? Ноэрэ беспокоится.

— Сейчас уже всё в порядке. Успели вовремя, — Ярт вздохнул. — Но ещё бы чуть-чуть…

— К ней можно?

— Да, ешьте, и я вас отведу, — парень допил чай.

Альтамир внимательно разглядывал их, потом поинтересовался:

— Ты с ним говоришь?

— Да, — Ярт пожал плечами. — Тебе же птицы новости на хвосте приносят. Мои новости бегают на четырёх лапах.

— Из всех, о ком я слышал, с волками общались только наши Волки, Эльфы седьмого племени. Терти, ты, кажется, знала их в своё время, — он повернулся к жене.

— Да, — та осторожно посмотрела на Ярта. — Я их Вожака знала. Лайнэ.

— Только не говори, что я на него похож, — насторожено проговорил парень.

— Ладно, не буду, — она хмыкнула. — Ты это сам сказал.

— Только в отличие от вашего Лайнэ я — человек, — Ярт запустил пальцы в загривок волка.

— Кхгм, — Альтамир кашлянул. — Фэль, наверное, уже проснулась. Отнеси ей её завтрак и напои отваром, а то она опять деликатно забудет.

— Хорошо, — невозмутимо проговорил Ярт, хотя внутри у него всё кипело. Опять какие-то недомолвки, умолчания, туманные разговоры! Что они все от него скрывают? Если это его касается, он вправе всё знать. Ярт прямо нутром чуял, что с ним не всё так просто, как казалось раньше.

Но, несмотря на всё это, он спокойно взял тарелку с завтраком и бокал с отваром и понёс всё это наверх в сопровождении почётного эскорта.

Фэль действительно уже не спала.

— Входи, — проговорила она, когда Ярт постучал в дверь, и издала тихий визг восторга, увидев, кого он с собой привёл. — Ноэрэ! Сэллифэр! Вы пришли. Я так волновалась. Девочка моя, как ты? Хорошо? А твоя лапа, Фэри? Ты уже ходишь нормально?

— Фэль, — Ноэрэ вылизывала её в избытке чувств. — О, Фэль! Я места себе не находила. Но не могла же я бросить его. Ему тоже нужна была помощь. Но я постоянно о тебе думала. Как хорошо, что с тобой всё хорошо.

— Как хорошо, что с вами всё хорошо, — Фэль обняла её. — Спасибо за беспокойство. Но ты же меня знаешь. Когда это я опускала руки и переставала бороться?

— Никогда, — Ноэрэ лизнула её в нос и совсем по-детски взвизгнула. — Вот за это я тебя люблю и уважаю.

— Это радует, — Фэль прислонилась к спинке и наконец-то заметила Ярта. — Доброе утро.

— Доброе, — он усмехнулся. — Я принёс тебе твой завтрак и отвар. Пей и ешь.

— Слушай, — она воровато огляделась. — Если ты его выльешь, я тебя поцелую. Ну пожа-а-алуйста! — девушка умоляюще смотрела на него. Но Ярт был непреклонен:

— Поцеловать можешь и так, а отвар выпить всё равно придётся. Ты должна поправиться побыстрее.

— Сборище мучителей! — буркнула Фэль и с мученическим видом взяла отвар. Морщась, она выпила его до дна и схватила сок:

— Это нужно запить.

— Или заесть, — Ярт удобно устроился на краю кровати и утащил с тарелки гроздь винограда.

— Заботливые вы, — Фэль чистила апельсин. — Завтрак в постель. Я могла бы и спуститься. Ноги пока есть.

— Пока что здесь есть я, и завтрак в постель вам гарантирован, — церемонно склонил голову Ярт и рассмеялся. — Ешь. Чем скорее поправишься, тем лучше.

— Знаю, не хотелось бы на праздник лежать в постели, — фыркнула девушка.

— Праздник? — Ярт заинтересовано поднял голову.

— Да. Скоро праздник Восьми ветров. В честь заключения мира с людьми, — Фэль сунула дольку в рот. — В этом году им Эртэ занимается. Думаю, будет нечто. Если она со своими Стихийками за что-то берётся, всё встаёт с ног на уши. Такая уж у меня сестрёнка.

— Хорошая у тебя сестрёнка, — задумчиво проговорил Ярт, не заметив, как на секунду нахмурилось лицо девушки.

— Я знаю, — она взяла себя в руки и мило улыбнулась. — Может, апельсинчика?

— С удовольствием, — он принял угощение и протянул ей гроздь винограда. — Может, винограда?

— С удовольствием, — Фэль протянула руку, но Ярт усмехнулся:

— Не-ет, без рук!

Она насупилась:

— Почему?

— Потому что мне так хочется, — хмыкнул он.

— А если мне — нет? — поинтересовалась Фэль.

— Тебе, что, трудно сделать мне приятное? — виноградная гроздь покачивалась у её лица.

— Мучитель, — вздохнула девушка, объедая виноград.

— Конечно, — усмехнулся парень. — Ещё скажи, что тебе не нравится.

— Не нравилось бы… — она не закончила и потянулась за следующей ягодой.

— Ярт, ты её окончательно не разбалуй, — раздался от порога голос Альтамира, и Странник осведомился. — Я вам не помешал? Гляжу, тут у вас полная идиллия.

Фэль наощупь нашарила первый попавшийся фрукт и запустила им в Альтамира.

— Благодарю, — он поймал персик и опустил в карман. — Я его попозже съем. Так я вам не помешал?

— Нет, — Ярт обернулся. — Когда это ты мешал приёму пищи?

— Пожалуй, никогда, — Альтамир сел. — Это святое! Как можно помешать столь важному процессу?

Фэль фыркнула, чуть не подавившись, но промолчала.

— А кстати, — Альтамир хлопнул себя по лбу. — Загляделся на вас и забыл, за чем пришёл. Фэль, через две недели праздник.

— Я помню, — она хмыкнула. — Я уже думала, как бы вместо бала не оказаться на больничной койке.

— В этом году у нас нет королевы, — он выразительно посмотрел на неё.

— Эртэнэль, — пожала девушка плечами.

— Эртэ была в прошлом году и не горит желанием занимать место королевы ещё раз, — Альтамир не отводил глаз.

— Ну, я не знаю, — Фэль отвернулась. — Пусть Элээн решает, кто ею будет.

— И Элээн, и Эртэ считают, что такого случая больше может не представиться, и желают видеть на месте королевы тебя, — он склонил голову. — Вот мне и поручили узнать, сама ты сядешь во главе, или придётся короновать тебя насильно?

— Отрекаюсь от престола, — спокойно проговорила она. — Какая из меня королева?

— Какой из меня был король, когда вы двадцать лет назад меня выпихнули? — возмутился друг. — Отказы мы не принимаем. Это же всего на одну ночь. Тебе сейчас всё равно нечем заняться, пока с постели не поднимешься, вот и придумывай свою речь на праздник.

— А кого, позволь поинтересоваться, прочат в короли? — спросила Фэль, раздумывая.

— Есть трое кандидатов, — Альтамир усмехнулся. — Наша утренняя пташка…

— Увольте, — Фэль хмыкнула. — Ему прошлого года мало?

— Затем, Грэдлан, — невозмутимо продолжил Странник.

— Только под страхом смертной казни, — простонала девушка. — Это будет самая большая свинья с вашей стороны.

— А вчера Эртэ предложила Ярта, — договорил Альтамир.

Вот теперь Фэль подавилась и подняла на него изумлённые глаза:

— Что?!

— Ну да, — друг хитро улыбнулся. — Вы будете замечательно смотреться вдвоём. В кои-то веки королём и королевой будут представители двух легендарных племён.

— Что? — Ярт резко обернулся. Фэль сдвинула брови, мрачно глядя на Альтамира.

— Ну, э-э, — тот взглянул на девушку и попытался сгладить сказанное. — Ну, то есть, я хотел сказать, Эльфийка и…

— И человек, — глухо договорил Ярт.

— Перестань, — Фэль сжала его руку и подняла глаза на Альтамира. Тот виновато пожал плечами и спросил:

— Так что мне сказать Эртэ?

— Скажи, что мы согласны, — быстро проговорила Фэль, пока Ярт не успел открыть рот, чтобы продолжить неприятную тему. — Ты ведь мне не откажешь, правда?

— Конечно нет, — парень грустно усмехнулся.

— Прекрасно, — Альтамир подмигнул девушке. — Ну что ж, не буду вас отвлекать. Пойду в Академию. Инри что-нибудь передать?

— Что буду рад видеть его почаще, — откликнулся Ярт и наконец-то улыбнулся. — А то он такой серьёзный стал. Всё Академия да Академия.

— Он, по-моему, всегда был не в пример серьёзнее тебя, — заметила с усмешкой Фэль.

— Точнее, зануднее, — хмыкнул парень.

— О, Дева! — она возвела глаза к потолку. — Как они уживались вместе?

— Хороший вопрос, — Альтамир усмехнулся. — Я спрошу у Инри. Ну, увидимся.

Он вышел из комнаты, осторожно прикрыв за собой дверь, а перед этим мрачно взглянув на Фэль.

Она потянулась и посмотрела на Ярта. Тот задумчиво гладил Сэллифэра, положившего голову ему на колено.

— Можешь идти погулять по городу, — проговорила девушка. — Ты не обязан со мной нянчиться.

— Перестань, — поморщился Ярт. — Для меня это удовольствие.

— Ну-ну, — она склонила голову набок. — Нет, правда. Сходи, погуляй. Посмотри город. Можешь зайти в Академию… если пустят, конечно. Зачем тебе целый день сидеть со мной? Послушай предпраздничные сплетни, потом мне расскажешь.

— Ну, если я тебе надоел… — Ярт со вздохом поднялся.

— Не надоел, — улыбнулась Фэль. — Просто это не лучшее времяпрепровождение — сидеть в четырёх стенах… Даже со мной! — предупредила она восклицание, готовое сорваться с его губ. — Тем более — со мной!

Парень хмыкнул:

— Ну, ладно. Ухожу. Сэллифэр, ты со мной?

Волк послушно поднялся и вышел за дверь. Ярт кивнул на прощание и тоже покинул комнату, оставив Фэль и Ноэрэ вдвоём.

— Погулять? — высунулась из кухни Терти, ещё больше напомнив Ярту молоденькую девчонку из Вэльтарета.

— Да, — парень усмехнулся. — Фэльмарэ выпроводила. Дескать, хватит в четырёх стенах сидеть. Иди, погуляй. Не мозоль мне глаза, и так за дорогу надоел… Ну, и так далее. Вот и выполняю приказ командира.

Терти хмыкнула:

— Ладно-ладно, не прибедняйся. Иди, гуляй. Только не заблудись. Обед после полудня, если тебя это интересует.

— Интересует, — живо откликнулся Ярт.

Он положил ладонь на загривок волка, и они вышли на улицу.


Они шли по улицам города. Ярт с интересом рассматривал Ваинэль. Этот город с самого начала произвёл на него впечатление. Он был… Ярт даже слов подобрать не мог, чтобы описать свои ощущения… Наверное, хрупкий, зыбкий, похожий на прекрасный мираж. Точно! Город-мираж! Произведение искусства. Он чем-то напоминал Вэль в архитектуре и в то же время абсолютно от него отличался.

Город был уютный, гостеприимный и спокойный. Пожалуй, даже чересчур. И тем не менее Ярту он нравился.

— Сюда хорошо возвращаться, когда устанешь от бродячей жизни, — тихо сказал он Сэллифэру. — Я понимаю Альтамира. Здесь душа отдыхает от тревог, наслаждается красотой.

Волк согласно кивнул.

Ярт замечал удивлённые взгляды, бросаемые на них украдкой встречными жителями, слышал озадаченный шепоток за спиной и изредка вздыхал. Похоже, они у всех вызывали недоумение… или удивлённое узнавание.

— Почему они так? — непонимающе пробормотал парень.

— Они знали твоего отца, — Сэллифэр поднял голову, глядя в его глаза. — Поэтому ты кажешься им знакомым. Хотя вряд ли они признают в тебе его сына.

— Дрэит Нэртэ! — Ярт нахмурился. — А я-то когда-нибудь узнаю, кто он такой?

— Ты знаешь, — глубокомысленно изрёк волк, величаво вышагивая рядом с ним.

— Сэллифэр, это Лайнэ, да? — Ярт присел на край фонтана и заглянул в глаза волка.

— Возможно, — волк опустил морду в воду, жадно лакая, но время от времени его настороженный взгляд метался по сторонам.

Неподалёку от них сидела компания молодых людей, судя по виду — немногим старше Ярта. Они весело болтали о предстоящем празднике:

— Хо, Грэдлан! Да кто ему позволит, если королевой будет Фэль? Она же всеми руками и ногами будет против.

— Но если он убедит Элээн…

— Не-а, Элээн он не убедит, — самоуверенно отозвался парень, ближе всех сидящий к Ярту. — Элээн уговорю я. И королём буду я.

Сэллифэр фыркнул.

— Не зарекайся, Жаворонок, — усмехнулся третий. — Я слышал, Эртэ предложила другого короля. А ты в прошлом году возглавлял праздник. Мало?

— В прошлом году королевой была Эртэ, а в этом Фэль, — Жаворонок хмыкнул. — Ты думаешь, я могу упустить такую возможность? Теперь хоть будет повод для их сравнения. Никак не могу решить, которая же лучше. Интересно, Фэль на самом деле такая недотрога, как говорят?

Ярт моментально оказался на ногах и гневно проговорил звенящим от ярости голосом:

— Как ты смеешь так говорить о Фэль?! Я запрещаю тебе даже упоминать её имя!

Ребята изумлённо смотрели на него.

— Остынь, парень! — Жаворонок встал. — Кто ты такой, чтобы указывать мне, что я должен говорить?

— Похоже, очередной несчастный влюблённый, — раздался смешок из компании.

— У-у, — насмешливо протянул Жаворонок и отечески похлопал Ярта по плечу. — Сочувствую.

Парень резко перехватил его руку за запястье и процедил:

— Вечером. На закате. Здесь. Если не трус, приходи. Я тебе язык немного укорочу.

— Ты мне? — глаза незнакомца вспыхнули зелёными искрами. — Сначала я укорочу тебя на голову, малыш. Здесь. На закате.

Они разошлись, исподлобья глядя друг на друга.

— И где только такие Эльфы рождаются? — донёсся вслед Ярту голос одного из друзей Жаворонка.

— У людей, — бросил Ярт, шагая с площади. — Открой глаза, если человека от Эльфа не отличаешь.

Он не услышал, как тот проговорил вдогонку с нескрываемой насмешкой:

— Если ты — человек, то я — гномья бабушка!


На главной башне пробило полдень.

— Надо возвращаться, — Ярт огляделся. — Как тут можно пройти к Альтамиру?

— За мной, — Сэллифэр юркнул на какую-то улицу. В городе волк ориентировался не хуже, чем в лесу.

— И как только ты разобрался? — Ярт пошёл к крыльцу.

— Я шёл на запах, — Сэллифэр сидел, высунув язык после прогулки.

— Ярт. Вернулся уже? — Терти услышала его голос и вышла из-за дома. — Сейчас Альтамир придёт, и будем обедать. А пока принеси воды, будь добр!

Она выставила на крыльцо вёдра, и парень направился к колодцу. Вернувшись в дом, он первым делом спросил о Фэль.

— Спит, — Терти поставила перед ним тарелку. — Что-то на неё в последнее время сонливость напала. Хотя… после такого ей нужно восстановить силы.

— Это точно, — кивнул Альтамир. — Сейчас ей нужно справиться с последствиями отравления, придти в себя, накопить сил. Так что особо волноваться не надо. К тому же постельный режим сам по себе наводит сонливость.

— Надеюсь, что это так, — Ярт склонился к тарелке.

После обеда Терти стала собираться в торговый ряд.

— Скоро праздник, — пояснила она. — Надо готовиться. К тому же тебе, Ярт, нужна одежда для бала. Можешь доверить это мне. Шью я не хуже, чем готовлю.

— Я в этом нисколько не сомневаюсь, — улыбнулся он. — Только, боюсь, это будет несколько обременительно для тебя. Я и так у вас живу, ем, да и вообще…

Терти скорчила рожицу и фыркнула:

— Тоже мне, нашёл повод для беспокойства. Поверь, с тобой и Фэль, вместе взятыми, возни в два раза меньше, чем с одним Мирэлом. Так что не говори глупости. Я права, Мирэл?

— Конечно, дорогая, — Странник натянул сапоги. — Я к Орегонду, отчитываться. Ждите не раньше ужина.

— Подожди, — Терти растерялась. — Скоро должна придти Эртэ. Я думала, ты её встретишь…

— Извини, но мне действительно нужно идти. Эту встречу мы давно назначили, — с сожалением вздохнул Мирэл.

— Идите. Я останусь здесь, — улыбнулся Ярт. — Я её дождусь.

— Ты — просто золото, — Терти чмокнула его в щёчку.

— А я? — потянулся к ней Альтамир.

— А ты не подлизывайся, — она подтолкнула его к двери. — Пойдём, проводишь до Торгового ряда. Всё равно тебе в ту сторону.

— Конечно, провожу. Даже если мне в противоположную, — он предупредительно распахнул перед ней дверь, и они вышли на улицу.

— Не скучай, я скоро вернусь, — Терти помахала Ярту рукой.

— Не буду, — улыбнулся он в ответ и закрыл дверь.


Сперва Ярт послонялся по дому, порыскал на книжных полках, но, не найдя ничего интересного, пошёл к себе. Посидев немного в комнате и подумав о том, что будет вечером, он решил зайти к Фэль.

Девушка безмятежно спала. Ярт сел рядом с кроватью и долго смотрел на её лицо. Шторы в комнате были полузадёрнуты, и лицо Фэль находилось в лёгком полусумраке. Она лежала на спине, разметав волосы по подушке, слегка склонив голову набок. Тонкие белые руки лежали на волосах, переплетясь пальцами над головой. На щеках бледнел неяркий румянец, губы слегка приоткрылись. Девушка чему-то улыбалась во сне. Наверное, снилось что-то хорошее.

Одеяло совсем съехало на пол, оставив девушку открытой. На ней была короткая рубаха, чуть пониже середины бедра, без рукавов. Ярт попытался представить её в ночной рубашке, но ничего не получилось. Фэль просто не вписывалась в образ изнеженной молодой леди. Вряд ли она уснула бы в длинной рубашке, и, надо заметить, Ярт был рад этому.

Он позволил себе насладиться этим великолепным зрелищем прекрасного женского тела. Его так и подмывало коснуться девушки, провести пальцами по бархатистой коже, покрыть её поцелуями, сжать в объятиях. Он с трудом отогнал это наваждение, поднял одеяло и заботливо укрыл Фэль. Встав, Ярт ещё раз посмотрел на неё и, не удержавшись от искушения, осторожно поцеловал. Ему показалось, что она ответила на поцелуй… А, впрочем, наверное, действительно показалось.

Уже подходя к двери, он услышал лёгкий полувздох-полушёпот:

— Ярт…

Он стремительно обернулся. Фэль спала, всё так же светло улыбаясь. Ярт покачал головой и вышел.

Эртэ появилась лишь через несколько часов. Узнав, что сестра ещё спит, она уселась с Яртом на кухне, и они разговорились, неспешно потягивая чай.


Фэль проснулась ближе к вечеру. Чувствуя себя замечательно, она вышла из комнаты, решив самостоятельно сходить на кухню, выпить отвар и поесть. Выйдя на лестницу и уже спускаясь, она услышала на кухне голоса:

— Ярт, перестань!

— Но почему?

— Ну-у… Это же полная ерунда.

— А я уверен в этом. Это любовь. Уж мне ли не знать.

— Перестань!

— Ни за что. Неужели тебе так трудно ответить на чувства?

— Трудно? Нет. Н-но… я даже не знаю что и думать. Это слишком неожиданно.

— Теперь ты перестань. Ты же сама всё сразу поняла.

— Что — всё?

— Эртэ, брось прикидываться. Ещё скажи, что не любишь сама! — в голосе Ярта зазвучало обиженное возмущение.

— Ну что теперь скрывать, люблю, — раздался горестный вздох. — Только кому от этого легче?

— Всем, — Ярт немного помолчал. — Давай вот что сделаем. Для начала я буду за тобой ухаживать.

— Вот ещё, глупости! А как же Фэль?

— А разве ей обязательно что-то знать? К тому же… Фэль плевать на меня хотела.

— Получается, что я увела парня у собственной сестры. Это как-то… — в голосе Эртэ явственно слышалось сомнение.

— Да брось, — хмыкнул парень. — Ну так что? Зато получишь самое неоспоримое доказательство — признание в любви.

— Ну ладно, — Эртэ сдалась.

Фэль чувствовала, что из-под ног уходит земля. Ярт и Эртэ… Дева Ночи, как же так? Ведь он её любит… или уже нет?

Девушка вернулась в кровать и тихо расплакалась. А ушла она совсем невовремя. Иначе узнала бы, о чём была речь. Ярт продолжил с усмешкой:

— Бедный Инри. Представляю, что он обо мне подумает. Но это уж точно заставит его расшевелиться.

— Нет, ты, правда, думаешь, что он меня любит? — Эртэ поставила на стол чашку и внимательно посмотрела на собеседника. — Я ведь человек. Зачем я ему?

— Эртэнэль, он сам мне об этом сказал, — Ярт снисходительно улыбнулся. — Мне бы ваши проблемы.

— О! Моя непреклонная сестричка быстро не сломается, — фыркнула Эртэ. — А кстати, о сестричке. Наверное, она уже проснулась. Надо сделать ей отвар. Поможешь?

— Конечно, — Ярт поставил подогреваться воду.

Фэльмарэ уже успела успокоиться, когда они вошли в её комнату.

— Здравствуй, сестрёнка, — улыбнулась Эртэ, ставя поднос на стол.

— Здравствуй, — довольно холодно ответила Фэль, даже не глядя на них.

— Ты, что, не выспалась? — чуть удивлённо спросила сестра.

— Да нет, — Фэль слегка улыбнулась. — Всё хорошо.

— Ну-ну, — девушка обернулась. — Ярт, давай отвар.

Ярт с улыбкой протянул ей бокал с целебным питьём. Эртэ тоже ответила ему улыбкой. Фэль опустила голову, сдерживая слёзы: «А ты чего хотела? Эртэ — просто красавица, Ярт уверен, что ты ему не пара, а сестрёнка — человек. Так порадуйся за них… или скажи ему правду».

— Фэль, держи, — Эртэнэль поднесла ей отвар.

Девушка безропотно взяла бокал и молча всё выпила. Сестра обеспокоено посмотрела на неё:

— С тобой точно всё в порядке, а то ты какая-то никакая?

— Просто ещё не пришла в себя, — с усилием над собой улыбнулась Фэль.

— Ну-ну, — Эртэ покачала головой. — Давай, посмотрим на твои «боевые заслуги».

Ярт неслышно удалился из комнаты.

Целительница осторожно размотала повязки. Раны уже зарубцевались, оставив на теле ярко-алые полосы. Эртэ улыбнулась:

— Чудно! Ещё пара дней, и следа не останется.

Она достала свой бальзам, смазала рубцы и снова перевязала Фэль. Девушка старалась не смотреть на сестру и занялась чисткой апельсина.

— Так, — Эртэ села и успокоено вздохнула. — К празднику мы тебя на ноги поставим.

«Праздник!» — Фэль вздрогнула. На нём они с Яртом должны будут быть вместе. Стоит ли теперь?

— Альтамир сказал, что вы согласились, и Ярт это подтвердил, — сестра теребила поясок. — Фэль, — она подняла глаза на Странницу, невозмутимо чистившую фрукт. — Что у вас с Яртом?

— С Яртом? Ничего, — та пожала плечами. — Мы с ним просто были спутниками некоторое время.

— Зачем ты его мучаешь? — Эртэ серьёзно смотрела на неё. — Он замечательный парень, такой, какой нужен тебе.

— Оставь мне решать, кто мне нужен, — несколько резко ответила Фэль.

Эртэ вздохнула:

— Почему ты такая холодная, сестра? Тебя ведь не зря зовут Пламенем? Почему ты не хочешь признать то, что очевидно всем. Ведь ты любишь его.

«А ты?» — чуть не ляпнула девушка, но сказала другое:

— С чего ты взяла такую чушь? Ну да, он хороший друг, неплохой спутник. Но Ярт, по сравнению со мной, мальчишка, младенец несмышлёный.

— Тогда зачем ты его постоянно обнадёживаешь? — спросила сестра.

— Можешь успокоиться, больше не буду, — Фэль опустила голову. — Я не желаю нарушать своё одиночество. Я не собираюсь менять уклад своей жизни и влюбляться. Это было бы самой большой глупостью с моей стороны.

— Самая большая глупость с твоей стороны — это отказ признавать очевидное, — фыркнула Эртэнэль. — Ты упряма, как ослица.

— Не больше тебя, — парировала Фэль. — У нас это семейное.

— Мне до тебя далеко, — усмехнулась сестра.

— Вот сейчас ты упрямишься, отказываясь признавать очевидное, — хмыкнула девушка.

— Подловила, — Эртэ со смехом подняла руки.

— Ещё бы, это же я! — Фэль подмигнула ей, доедая апельсин.

— Ну, я пойду, — Эртэ встала. — У меня ещё занятие. Да и с Терти надо поздороваться, а это, ты знаешь, надолго.

— Иди-иди, — задумчиво проговорила сестра.

— Я ещё зайду завтра, — с усмешкой пообещала Эртэнэль и спросила. — Ярта позвать?

— Нет, я хочу поспать, — Фэль потянулась. — Скажи Терти, чтобы привела ко мне Ноэрэ, когда та вернётся.

— Хорошо, — сестра вышла и осторожно прикрыла дверь.

— Ну, как она? — спросил Ярт, когда Эртэ спустилась вниз.

— В порядке, — девушка обнялась с Терти. — Сейчас она немного поспит. Ей нужны силы. Через несколько дней я сниму повязки. Ах, да, Терти. Она просила привести к ней Ноэрэ, когда эта бродяга вернётся.

— Конечно, — Терти улыбнулась. — Не останешься на ужин?

— О, что ты! — отмахнулась девушка. — У меня сейчас ещё занятие. Да я и в Академии поем. Ужин скоро.

— Ну что ж, как хочешь, — хозяйка пожала плечами и пошла проводить гостью.

Когда она вернулась, Ярт чистил свой меч.

— Ой, мамочки! — Терти застыла на месте. — Это же…

— Нохлайн, — с улыбкой до ушей кивнул Ярт.

Сэллифэр исподлобья смотрел на него, положив морду на лапы:

— Будешь драться? За волчицу?

— Буду, — Ярт с удовлетворением оглядел зеркальную гладь клинка. — Ну вот, как новенький.

— Ох уж эти мужчины, — совсем как Фэль, вздохнула Терти и пошла наверх.

Ярт усмехнулся и взмахнул мечом, который издал лёгкий, чуть шипящий свист, а затем осторожно вложил Нохлайн в ножны.

Негромко насвистывая в дом вошёл Альтамир. Он кинул взгляд на оружие и издал:

— О-о! Вижу руку Орфэльмера. Никак ты себе клинок нашёл?

— Ещё какой! — Ярт выхватил клинок и показал Страннику. Вид у него был, как у ребёнка, который хвастается новой игрушкой.

— Ну ничего себе! — тот с восхищением оглядывал изделие, напоминая другого ребёнка. — Эх, жаль, у меня такого никогда не будет. Этот уж точно только для тебя. Я и не знал, что Орфэльмер может сотворить такое!

— Это Нохлайн. Раньше он принадлежал тому самому Волку, — Ярт положил ножны себе на колени. — Его и делали специально для него.

— А-а, — Альтамир кивнул. — Ну-ну. Поздравляю. Решил пойти по его стопам?

— Если бы, — фыркнул парень. — Даже не собирался, только почему-то всё время так получается. Ну просто куда ни плюнь, везде меня с ним что-то связывает. Там я на него похож, тут у меня его меч, а то, видите ли, могу с волками говорить. Дрэит Нэртэ, так и с ума сойти недолго!

— О, уже выучил! — с юмором проговорил Странник и похлопал его по плечу. — Не переживай, всё утрясётся.

— Надеюсь на это, — буркнул Ярт. — Честное слово, у меня иногда такое ощущение, что этот ваш Лайнэ — мой отец. Слишком уж связь явная.

Он выглянул в окно. На небо уже наползал багряно-красный шлейф заката. Время пришло.

— Идём, Сэллифэр, — Ярт шагнул к двери. Волк встал и направился за ним.

— Вы это куда? — насторожился Странник.

— Прогуляться, — туманно объяснил парень и добавил. — Не волнуйся, к ужину вернёмся.

— Ну хорошо, — Альтамир пожал плечами. — Только не задерживайся.

— Постараемся, — они выбежали на улицу.

Сэллифэр уверено вёл его к той площади, но сейчас Ярту было не до изысков ваинэльской архитектуры и не до улыбок встречных девушек. Он готовился к драке.

На площадь они пришли, когда закат уже полыхал в полнеба. Троица была там, словно с момента расставания даже не отклеивалась от фонтана. Только сейчас у Жаворонка в руках был узкий клинок. Он встал навстречу Ярту и со смешком спросил:

— Ну что? Ты ещё не надумал извиниться и дуть домой под мамочкино крылышко?

— Только после того, как обрежу твой длинный язык, — недобро усмехнулся Ярт.

— Надеешься, что пёсик тебе поможет?

— А ты — что дружки прибегут?

— Так, ребята, — Жаворонок вдруг весь подобрался. — Он мой. Не мешайте нам.

— Сэллифэр, не встревай, — тихо проговорил парень. — Я сам справлюсь.

— Не сомневаюсь, — волк послушно лёг у фонтана и спокойно, даже чуть грустно посмотрел на Жаворонка.

Ярт обнажил свой меч, откинув ножны в сторону, и от троицы донёсся восхищённый ропот:

— Да ведь это ж Нохлайн! Дева Ночи, как он у него оказался?

— Ну, Нохлайн это или нет, — соперник вытащил свой меч, — это ему не поможет. Защищайся, парень.

Мечи с лязгом скрестились, и Ярт впал в лёгкое трансовое состояние. Он словно снова вернулся в Вэль, где подобные драки у него случались не реже раза в неделю, и защищаться приходилось лишь горячо любимым длинным кинжалом. А Жаворонок, хоть и сильный и ловкий, во многом уступал почти половине его соперников. Ярт дал себе слово, что не заденет его. Хотя бы из желания не проливать кровь на улицах этого светлого города.

По ходу поединка лицо соперника мрачнело ежесекундно. Ярт уже мог прикончить его раз пять как минимум, но демонстративно этого не делал. Жаворонок злился. Он вдруг отскочил и отбросил меч.

— Что? На кулаках? — Ярт бережно положил клинок возле волка и повернулся к сопернику.

Они сцепились и стали валять друг друга в пыли.

— Ну что, сдаёшься? — пыхтел Жаворонок, тщетно пытаясь взять его в захват.

— Вот ещё! — Ярт фыркнул и опрокинул его на спину.

Жаворонок схватил его за ворот рубахи, и из-под него выскользнула цепочка с камнем. Ярт удивлённо посмотрел на замершего противника, а тот не отводил глаз от камня, покачивающегося на шее Ярта.

— Откуда он у тебя? — гневно спросил парень, зажав цепочку в кулаке. Ярт сильно шлёпнул его по пальцам:

— Не трогай, это моё.

— Кхе-кхе! — раздалось покашливание из переулка, и на площадь вышел Альтамир. — Это, по-твоему, «просто погулять»? Что здесь происходит?

— Драка, — мрачно буркнул Ярт, отряхиваясь от пыли.

— Альтамир, Дрэит Нэртэ! — рявкнул Жаворонок, вскакивая на ноги, и ткнул пальцем в Ярта. — Ты знаешь этого молодчика? Откуда у него Кленовый Камень?

— О-о, Лорелин! — восхитился Странник и хлопнул в ладоши. — А ты родные глазки не узнал? Стареешь, брат.

— Что?! — они одновременно посмотрели друг на друга. — Это, что, мой…

— Племянничек?!

— Дядя?!

— О, Дева Ночи! — раздался дружный вопль, и оба, как по команде, сели на край фонтана.

— Но, погоди, Мирэл, — Лорелин потирал лоб. — Если это сын моей сестры, он не может быть человеком.

— Слава всем богам, — облегчённо вздохнул Ярт, пряча камень. — А я уж испугался, что ты мой дядя.

— А кто тебе сказал, что он человек? — хмыкнул Альтамир. — Если он, то слушай его поменьше.

— Погоди-ка, — Лорелин вгляделся в лицо парня. — У тебя точно наши глаза. И Камень… Как зовут твою мать?

— Хэйла, — Ярт вложил Нохлайн в ножны, поняв, что продолжения дуэли не последует.

— Хэйла, Хэйлирэн, — Лорелин недоумённо смотрел на Ярта. — Ну, правильно, это моя сестра. Но с чего тогда ты действительно взял, что ты человек? Уж, в крайнем случае, полуэльф. Наша семья всегда была чистокровными Эльфами. С самого Прихода.

Ярт ошарашено посмотрел на него, потом на Альтамира, умоляюще взглянул на Сэллифэра… и со всей силы ущипнул себя за запястье.

— Ау, больно!

— Да не спишь ты, — Альтамир усмехнулся. — Ты что, до сих пор не понял, что твоя мать это Эльфийка?

— О боги! — до Ярта вдруг дошло, и он издал такой вопль радости, что остальные ошарашено на него воззрились. — Значит, я смогу выбрать Путь Эльфов! Йах-ха!

— Похоже, некоторые семейные странности он тоже унаследовал, — тихонько хмыкнул Альтамир на ухо Лорелину.

— Но-но, — прищурился тот.

— Интересно, — Ярт вдруг задумался. — Почему мама никогда не говорила, что она — Эльф?

— Наверное, я знаю, почему, — Альтамир обнял его за плечи и повёл домой. — Понимаешь, малыш, в Вэльтарете не любят ничего необычного. Если кто-то живёт, значит, он должен рано или поздно умереть. Если уж существо может говорить, мыслить и похоже на человека, то это может быть только человек. Вэль перетирает всех под одну мерку по своим канонам. На тех, кто не подчиняется его законам, устраивают Охоту. Раньше даже жгли. Слышал, как вас провожали? «Ведьма уезжает». Вот такое там отношение к нам. Боюсь, тебя это не порадует, но скоро Хэйла сойдёт на «нет».

— То есть? — Ярт нахмурился.

— То есть сестрёнка станет человеком и уйдёт в своё время, — грустно ответил Лорелин, шагая рядом с ними. — Вэль очеловечивает даже бессмертных.

— Ты же видел Найрэ, — Альтамир усмехнулся. — Похож он на Эльфа?

— Не-ет, — фыркнув, протянул Ярт. — Человек как человек.

— Вот видишь, — Альтамир покачал головой. — А ведь в Вэле много Эльфов. Кто-то ушёл, устав от бессмертия, кто-то в поисках приключений, кто-то — чтобы найти покой. У вас полгорода полукровок, но никто никогда не признается, что в нём есть примесь нечеловеческой крови. Иначе — Охота, а в самом лёгком случае — станет изгоем.

— Бедная мама, — Ярт вздохнул и твёрдо проговорил. — Я вернусь и увезу её оттуда.

— Не стоит, парень, — Лорелин положил ладонь ему на плечо. — Если Хэйа сама ушла в Вэль, то ничто не изменит её решения. Бесполезно даже пытаться. Если бы она захотела, то вернулась бы с вами. А, кстати, — он странно взглянул на Ярта. — Может, скажешь, как тебя зовут, племянничек? И кто твой достопочтенный папаша?

— Зовут меня Ярт, дядюшка, — Ярт фыркнул, взглянув на его недоумённое лицо. — Да-да, ты правильно понял. Одиночка. Поскольку папашу своего я знать не знал. Мама сказала, что он умер, спасая нас. Точнее, её, так как меня тогда на свете ещё не было. Я родился уже в Вэле. И вырос в Вэле, где мне старательно вбивали в голову, что я человек. Хотя так оно и было бы, если бы я не пришёл сюда.

— А что привело тебя в Ваинэль? — поинтересовался Лорелин. — Зов крови?

— Ага, счас, — Альтамир рассмеялся. — За эту встречу тебе надо благодарить Фэльмарэ.

— Ах вот оно что? — снисходительно улыбнулся дядюшка. — То-то он бросился в драку за неё. А я думал, влюбился. Хотя и без этого не обошлось, как мне кажется.

— Кхгм, — Ярт кашлянул, деликатно напомнив, что, дескать, меч у него с собой, да и подраться он не расхотел.

— Ну вот и пришли, — вовремя вставил Альтамир. — Лорелин, поужинаешь с нами?

— С удовольствием, Мирэл, — парень улыбнулся. — Надо же получше нового родственника разглядеть.

Они вошли в дом.

— Лорелин! Добрый вечер, — Терти улыбнулась, увидев гостя. — Что так давно не заходил?

— Альтамира боялся, — хмыкнул тот. — Он у тебя не в меру ревнивый.

— Поужинаешь с нами?

— Когда это я гостей приводил к ужину, если они есть не хотят? — ответил за него Альтамир.

— Ах, да. Конечно, — Терти окинула их взглядом и удивлённо поинтересовалась. — А что это вы такие пыльные? Тебя, Мирэл, это не касается. Ты всегда в пыли.

— Так мы, это, — Ярт и Лорелин переглянулись, — гуляли.

— А-а, — Терти увидела мечи и покачала головой. — Гуляли они. Вижу. Так я и поверила. Никто не ранен?

— Нет, — дружно вздохнули они.

— Из-за чего опять драка? — Терти посмотрела на Лорелина.

— Так мы… э-э… — он вопросительно посмотрел на Ярта.

— Э-э… разошлись в некоторых суждениях, — докончил парень, и оба успокоено выдохнули.

Терти улыбнулась:

— М-да, сразу видно — родственники. Идите за стол.

— М-да, сразу видно, Эльфы, — фыркнул Ярт в тон ей. — Знают о других больше, чем те сами о себе знают. Терти, что ещё вам обо мне известно, может, сразу скажете?

— Вспомню, скажу, — хмыкнула та.


За ужином дядя и племянник внимательно изучали друг друга. Ярт с удивлением обнаружил, что брат его мамы очень похож на саму Хэйлирэн. Непокорные золотисто-рыжие волосы до плеч, тот же овал лица, глаза — явно семейное достояние — большие, изумрудно-зелёные, приподнятые к вискам. Даже роста они были примерно одного. И голоса были похожи, и выговор.

— Не удивляйся, малыш, — хмыкнул дядюшка. — Мы с твоей мамочкой — двойняшки. Довольно редкое явление в эльфийских семьях, но, тем не менее, встречается. А вот ты, — он подозрительно его оглядел. — Кого-то ты мне напоминаешь…

— Сказать, кого? — кисло проговорил Ярт.

— Интересно послушать, — Лорелин усмехнулся.

— Ты такого Лайнэ не знал? — всё с той же кислой миной спросил парень.

— Точно! — дядя развернул его лицо к свету. — А я-то голову ломаю. Вылитый Эльф из Волчьего племени. И Нохлайн… Это, правда, он?

— Правда, — буркнул Ярт. Сбывались его худшие опасения.

— Ну да ладно. Об этом мы ещё успеем поговорить, — Лорелин аккуратно положил вилку на стол. — Думаю, до этого тебя ещё бабушка помучает, — и подозрительно поинтересовался. — Ты ведь знаешь, что у тебя есть бабушка?

Судя по ошарашенному лицу Ярта, он об этом даже не задумывался.

— Н-да, сестра немного перегнула с твоим воспитанием, — проворчал Лорелин и откинулся на спинку стула. — У тебя есть бабушка, Альмарэн. Она сто лет ничего о дочери не слышала…

— В прямом смысле? — со смешком спросил Ярт.

— В переносном, — парень усмехнулся. — Мама будет рада увидеть внука. Хотя, конечно, поворчит, что это в духе Хэйи — родить ребёнка неизвестно где, неизвестно от кого, ничего никому не сказать да ещё и воспитать его в неведении относительно родственников. Очень тебе советую запастись заранее терпением и аппетитом. Уж извини, Терти, — он виновато поглядел на хозяйку.

— Ничего, — та хмыкнула. — Я знаю Альму. Кормить она любит не меньше меня, поэтому у неё всегда полон дом гостей.

— Терти, Фэль уже ела? — тихо спросил Ярт.

— Нет, — она покачала головой. — Наверное, тебя ждёт.

— О! — брови Лорелина удивлённо поползли вверх. — Фэль ужинает только с тобой? Я тебя недооценил.

— Меня всегда недооценивают, а это чревато, — с намекающей усмешкой проговорил парень и, взяв поднос с едой и отваром, поспешил наверх.


Фэль расчёсывала волосы, которые волнами сбегали почти до пола, свисая с края кровати. На полу валялась Ноэрэ, играя отдельными прядями.

— Как спалось? — спросил Ярт, заходя в комнату.

— Замечательно, — спокойно ответила девушка, отбирая у Ноэрэ прядь волос. Пантера потянулась за другой.

Парень поставил поднос и протянул девушке отвар:

— Приятного аппетита.

Она горестно вздохнула, но безропотно всё выпила. Ярт сел на край кровати:

— Ваинэль — прекрасный город.

— Я знаю, — Фэль пыталась зажевать горечь.

— И народ здесь замечательный, — парень улыбнулся. — А сплетни, в основном, про намечающийся праздник. Обсуждают, что там будет и кто в чём будет.

— Традиционные разговоры, — Фэль вздохнула. — Больше ничего?

— А ещё я встретился с Лорелином, — осторожно проговорил Ярт.

— Ясно, — девушка чуть заметно напряглась. — И что?

— Моя мама, оказывается, Эльфийка. Значит, я — полуэльф, как и Инри, и имею право выбрать себе Путь, — ответил парень. — Значит, смогу стать Эльфом.

— Зачем? — девушка безразлично пожала плечами. — Эртэ же выбрала Путь людей?

— Это Эртэ выбрала, а я хочу быть Эльфом, — хмыкнул Ярт. — Ты ведь знала, что я полуэльф?

— Хочешь узнать, почему не сказала? — Фэль едко улыбнулась. — Затем, чтобы у тебя не было надежд. Несбыточных, как у всех остальных.

— Теперь есть, да и тогда были, — парень покачал головой. — Не понимаю я тебя, Фэль. То ты холодная, то тёплая, то суровая, то нежная. Скажи мне, что я такого сделал, что ты со мной так обращаешься?

— Я же сказала тебе, разлюби меня, не то будешь плакать, — жестоко проговорила Фэльмарэ.

— Ни за что, — упрямо ответил Ярт. — Я скорее утоплюсь, чем тебя разлюблю.

«Ну-ну, — мысленно фыркнула девушка. — А как же Эртэ?»

— Зачем же такие крайние меры? — рассмеялся Лорелин, прислонившись к косяку. — Ассэлэ, Фэль.

— Ассэ, Лори, — девушка улыбнулась и протянула ему руку. — Присаживайся.

Парень обнял её и опустился на кровать:

— Как твоё здоровье?

— Я себя чувствую прекрасно, вот только мой личный лекарь в это не верит, — хмыкнула Фэль. — А ты как? Засел в Ваинэле, на Пути не появляешься. Я уже успела соскучиться по твоим шуточкам.

— Альтамира мало? — хитро спросил Лорелин.

— Альтамир — это одно, а ты — это другое. Лучше всего, когда вы вместе, — философски заметила Фэль.

— Ах, вы мне льстите, — притворно смутился парень и кокетливо отмахнулся рукой. — Совсем в краску вогнали.

Они весело рассмеялись.

— Кстати, Фэль, ты вроде Хэйли видела, — поинтересовался Лорелин, успокоившись.

— Видела, — девушка задумалась. — Давай об этом как-нибудь потом. Она тебе передавала огромный привет и нежный поцелуй.

Парень с готовностью подставил щеку:

— Передавай.

— Ты, как всегда, невозможно несносен, — хмыкнула девушка, но всё-таки поцеловала.

— Зато всегда добиваюсь своего, — он подмигнул ей.

— Ну не всегда, и порой совсем не того, чего хотел… — хитро потянула девушка.

— Если я чего-то добился, значит, это мне и было нужно, — важно проговорил Лорелин.

— Ну-ну, — она улыбнулась.

— Вот сейчас я намерен добиться повторного коронования, — он посмотрел на неё. — Ты ведь мне не откажешь?

Ярт отвернулся, пряча улыбку.

— Боюсь, придётся отказать, — Фэль изо всех сил старалась выглядеть огорчённой, но глаза её хитро блестели. — Король уже есть.

— Да-а? — разочаровано протянул друг. — И кто же счастливчик?

— Твой племянник, — Фэль не выдержала и весело хихикнула, глядя на ошарашенного Лорелина.

— Ярт, ты король?! — дядя с возмущением глядел на племянника. — Знай я это на полдня раньше, я бы сам тебя на дуэль вызвал.

— Хочешь повторить? — задорно усмехнулся парень.

— Какая дуэль? — глаза Фэль подозрительно сузились. — А ну, выкладывайте.

— Ну, поспорили мы немного, — попытался вывернуться Лорелин.

— Ничего себе — «немного поспорили»! — изумилась девушка. — На дуэль за «немного» не вызывают. Голову даю на отсечение, это из-за твоего длинноватого языка, Лори.

— Ну… можно и так сказать, — отступился парень.

Ярт негромко фыркнул:

— Я — создание нервное. Ты же знаешь, что я словам предпочитаю кулаки.

— Знаю, — Фэль возмущённо смотрела на него. — Но здесь тебе не Вэльтарет! Это всё-таки Ваинэль. Как вам только в голову пришло?!

— Как видишь, пришло, — Лорелин виновато потупился. — Я же не знал, что это мой племянник. Скажи спасибо Альтамиру, до смертоубийства дойти не дал.

— И кто кого? — с любопытством посмотрела на них Фэль.

— Стыдно признаваться, но он меня сделал, — друг покраснел.

— Почему-то я в этом даже не сомневалась, — вполголоса проговорила девушка, глядя на лёгкую ухмылочку Ярта.

— Так что ты хочешь, — Лорелин раздулся от важности. — Весь в дядю пошёл.

Ярт и Фэль рассмеялись.

— Ну-ну, — девушка вытерла выступившие слёзы. — Ну и семейка. Надеюсь, вы уживётесь.

— А как же, — Лорелин фыркнул. — Уж ежели я с Хэйей уживался… или с тобой…

— Кхгм, — Фэль задумалась. — Ну-у… боюсь, это будет несколько хуже.

— Поживём — увидим, — философски изрёк друг и повернулся к Ярту. — Завтра я с утреца за тобой зайду, и пойдём к леди Альме.

— Решил порадовать родню? — Фэль склонила голову набок и зарылась пальцами в шерсть Ноэрэ. — Передавай ей огромный привет от Хэйли.

— А как же, — невозмутимо кивнул Лорелин и встал. — Ну, я пойду, пожалуй. Уже темнеет. Да и надоедать не хочется, чтобы у вас не пропало желание лицезреть меня почаще.

— Не бойся, не пропадёт, — усмехнулась девушка. — Ты у нас — пташка ранняя, все новости собираешь. Тебя везде ждут, предвкушая очередную сумасшедшую историю. Ты же осведомителем всего города работаешь.

— Ну вы меня, прям, захвалили всего, — Лорелин вновь сделал кокетливо-смущённое лицо и отмахнулся. — Ну, ладно. Выздоравливай, Фэль. Спокойной ночи. Ассэмэ.

— Ассэмэ, Лори, — она помахала ему рукой и посмотрела на Ярта. — Ты тоже можешь идти. Проводи дядю до улицы.

— Не маленький, сам дойдёт… Дядя, — парень фыркнул. — Дядя из него, скажем прямо…

— Уж какой есть, — девушка улеглась поудобнее и хмыкнула. — Да уж, встретились родственнички.

— Мы же не знали, — стал оправдываться Ярт. — Я думал, мамин брат — дядя найровского возраста, серьёзный такой, взрослый. А тут — парень, на вид мой ровесник. Ну, ничего себе! Я там так и сел от неожиданности.

Фэль усмехнулась и покачала головой, ничего не сказав. Ярт тоже замолчал, глядя на неё. Тишину нарушало только негромкое урчание довольной Ноэрэ.

Она жмурила глаза и осторожно поглядывала то на парня, то на девушку.

— Он любит тебя, — услышала Фэль и в ответ отрицательно покачала головой.

— Он любит тебя, — Ноэрэ повернула голову и широко открыла глаза. — Я вижу. В душе он сейчас владеет тобой и жаждет большего.

— Кхе, — девушка опустила глаза, изо всех сил стараясь не краснеть.

— Что? — моментально встрепенулся Ярт.

— Ничего, — Фэль аккуратно ухватила пантеру за ухо. — Мы тут… разговариваем.

— А-а, — парень снова ушёл в себя.

— Почему ты не признаёшься даже самой себе? — Ноэрэ высвободила многострадальное ухо и укоризненно посмотрела на девушку. — Ты же хочешь быть с ним, хочешь прижаться к нему. Ты не хуже меня знаешь, что он — твой волк.

— Ещё чего, — Фэль фыркнула.

— И не стыдно себе лгать? — Ноэрэ встряхнулась и пошла к дверям. — Вам стоит поговорить.

— Куда ты? — беспомощно проговорила девушка и посмотрела на Ярта. Тот вопросительно глядел в её глаза:

— Что?

— Ничего, — Фэль вздохнула. — Совсем разбаловалась за моё отсутствие. Пора её поучить послушанию.

— Это пройдёт, — Ярт улыбнулся, всё так же не отводя взгляда. Он уже научился этого не делать, когда его глаза встречались с глазами Фэль. Теперь их пронизывающая тёмная глубина манила его, затягивала в себя, звала, мерцая едва заметными искрами. Их загадочность очаровывала, словно свет полной луны. Ему всё чаще хотелось сдёрнуть с них некое невидимое покрывало, прячущее все чувства и мысли девушки.

Фэль тоже смотрела в его глаза. Сейчас их изумрудный свет был слегка приглушён туманной завесой задумчивости. Она вдруг осознала, что больше не знает, о чём он думает. Мальчик был способным учеником. Так на неё в своё время смотрел Лайнэ. Пристально, обжигающе, непонятно.

Оба они понимали, что такой своеобразный поединок стоит прекратить, но упрямство брало верх над голосом разума.

Не отрываясь от её глаз, Ярт осторожно коснулся её ладони и скользнул пальцами вверх по руке. Фэль вздрогнула. Это лёгкое касание было похоже на удар молнии. Сердце резко задохнулось и застучало с удвоенной частотой.

— Дрожишь, — тихо проговорил парень, и его голос заставил её вздрогнуть ещё раз, но она не отвела взгляда, лишь слегка опустила ресницы.

Его касания вызывали лёгкую слабость в мышцах, и в то же время внутри словно натягивали звенящую тетиву. Фэль подняла руку и ощутила, как вздрогнул Ярт. Похоже, он ощущал то же самое.

Парень скользнул ладонью на её спину, и девушка легко подалась вперёд, прижимаясь к его груди. Его пальцы неуверенно пробежались по её телу и коснулись лица. Фэль подняла голову. В тёмной глубине её глаз полыхал огонь. Девушка ощутила его тёплое дыхание на своём лице и, не в силах больше сдерживаться, резко прильнула к его губам.

— Дева Ночи, — пальцы Ярта стиснули её плечи, ещё крепче прижимая её к нему.

Фэль потянула кожаный ремешок, и шелковистые пряди его волос скользнули на её шею, рассыпаясь по плечам, смешиваясь с её собственными. Она с наслаждением запустила в них пальцы, упиваясь их прохладой и мягкостью.

Ярт покрывал поцелуями её лицо, шею, плечи, скользя руками по её телу, с радостью ощущая, как оно отзывается на каждое его движение. Девушка прерывисто дышала, уткнувшись носом под его ухо. Он услышал тихое бормотание:

— Боги, что ты со мной делаешь?..

И вдруг, в какой-то момент у неё в голове как в колокол ударили: «О, Дева Ночи, что мы делаем? А как же Эртэ?»

Фэль резко оттолкнула парня и глубоко вздохнула.

— Что с тобой? — он непонимающе смотрел на неё затуманенным взглядом.

— Уйди, Ярт, — тяжело проговорила она, мысленно успокаивая себя.

— Почему? — он потянулся к ней.

— Уйди, — она отпрянула. — Или придётся уйти мне. Этого нельзя допустить. У меня слишком много обязательств, чтобы позволить себе подобное. Уйди, Ярт. Пока я не наговорила кучу резкостей и грубостей.

Ярт недоумённо покачал головой, всем видом выражая непонимающее сожаление, и встал. Откинув назад голову, он стянул волосы и, ничего не сказав, вышел прочь. Фэльмарэ без сил опрокинулась на подушку и сжала виски ладонями. Как она ни противилась, но душу выворачивала горечь о несбывшемся. Сколько Фэль ни старалась убедить себя, что поступила правильно, на сердце скребли кошки.

Она с горя съела ещё одно яблоко и уснула, сжавшись в комочек под одеялом. Внутри у неё было пусто и холодно.

Ярт валялся на своей кровати, недоумевая, что же он опять сделал не так? Всё шло просто чудесно. Он видел, что ей это приятно, что она наслаждается этой игрой, как и он сам. И вдруг — этот холодный взгляд, словно пощёчина. И этот приказ — «Уйди!»… Нет, лучше бы действительно пощёчину дала. Можно даже не одну. Тогда было бы ясно, что он снова сделал что-то, выходящее за все рамки, жутко ей неприятное, а так… И вдруг его осенило: она же просто боится! Ещё бы, после всего, что она перенесла… Ярт выругал себя и погрузился в размышления, как загладить свою вину. В своё время она поймёт, что лучше него никого нет в целом мире, что он действительно любит её, и тогда уж… Благо, времени впереди немерено. Нужно лишь запастись терпением.

Он успокоено вздохнул и медленно погрузился в сон, в котором Фэль, прямо скажем, была куда более покладистой, чем в жизни.


Разбудил его поток солнечного света, бьющий прямо в глаза, и мокрый шершавый язык Сэллифэра.

— О боги, — Ярт поднялся с пола, куда умудрился свалиться во сне, и пробормотал. — Такой сон не дал досмотреть.

— Было бы там чего ещё досматривать, — на морде волка явно вырисовывалась усмешка. — К тому же там этот… Лорелин… заявился. Ждёт тебя.

Парень вздохнул и потянулся за одеждой. Когда он спустился вниз, зевая и потягиваясь, Альтамир и Лорелин сидели за столом с чашами доброго вина и вели самую светскую беседу, на какую только были способны, на самую душещипательную тему — предстоящий праздник.

— А вот и одно из первых лиц, — заметил Альтамир Ярта и улыбнулся. — Садись завтракать.

— Нет, Мирэл, — Лорелин это просто простонал. — Не огорчай мою мамочку. Она уже ждёт не дождётся сюрприза. С утра на кухне.

— Фэль поела? — зевнул Ярт.

— Да, я ей отнёс, — Странник допил вино. — Что-то она сегодня сама не своя.

— В смысле? — парень на мгновение проснулся.

— Погружена в себя, постоянно вздыхает и грустно улыбается, — ответил Альтамир. — Но ты не волнуйся. Это ненадолго. Ноэрэ её успокоит.

— Надеюсь, — Ярт протёр глаза и пошёл умываться.

Когда он привёл себя в порядок и прогнал сонливость, Лорелин встал из-за стола:

— Ну что, готов?

— Ага, — парень усмехнулся. — Как на свидание.

— Это, знаешь ли, несколько похуже, — хмыкнул дядюшка.

— Ярт, тебя к ужину ждать? — поинтересовалась Терти.

— Естественно, — он пожал плечами, и, попрощавшись с друзьями, парочка вышла из дома.

По дороге Лорелин знакомил его со встречными. Мимо спокойно не прошла ни одна молодая Эльфийка. Некоторые подходили сами, некоторых приветствовал Лори. Его здесь знала вся молодёжь.

За дорогу Ярт понял, что дядюшка здесь вроде него самого в Вэле.

— Теперь я понял, что мама называла семейными чертами, — вполголоса усмехнулся парень, когда дядюшка проводил очередную девушку звонким шлепком пониже спины, а она фыркнула, ну, точь-в-точь Нэритэ на Ярта.

— А то, — Лорелин хмыкнул. — Что, тоже так развлекался?

— Не пропускал ни одной красивой мордашки, — ответил Ярт и добавил. — Пока Фэль не появилась.

— У-у, влип! — Лори махнул рукой. — Это неизлечимо… почти. По крайней мере, сначала.

Они пересекли Площадь Фонтанов, так называлось место дуэли, прошли мимо Академии и свернули на одну из самых старых улиц Ваинэля. Дома здесь были похожи на миниатюрные дворцы, лёгкие и изящные, по сравнению с подобными в Вэле, хотя и выглядели они несколько проще.

Лорелин открыл ворота в один из двориков, и они вошли внутрь. Ярт огляделся. Двор был небольшой, пересечённый песчаной дорожкой. На остальном пространстве росла пышная зелёная трава, расцвеченная бутонами цветов. Клумб не было, не считая насыпей вокруг стен, на которых буйно росли вьюнок и садовый горошек, вплотную оплетая стены дома. Редко где можно было увидеть золотистое дерево стен.

Сам дом был двухэтажным, с балконом над входной дверью, который держали восемь резных колонн. Парадная дверь была затейливо украшена медными узорами и на вид выглядела довольно тяжеловато.

Лорелин взялся за ручку и впустил его в дом.

Комнаты были освещены дневным светом, льющимся в широкие окна. Сразу за порогом начиналась гостиная. У противоположной от двери стены стоял камин. Вокруг располагались уютные диваны. На стенах висели подсвечники, пол был укрыт домоткаными коврами. Ярт сразу представил себе, как уютно здесь сидится, когда за окном дождливая ночь. Капли шуршат по стёклам, а здесь пылает камин, отбрасывая алые отблески огня на стены, горят свечи. Тело согревает мягкое тепло, и стоит запах смолистых поленьев. Когда ты сидишь около огня, держа в руке чашу с хорошим вином, другой — обняв любимую девушку, которая уютно устроила голову у тебя на плече, и всем сердцем желаешь, чтобы это мгновение растянулось на века.

Из задумчивости его вывел шелест платья, и Ярт увидел молодую женщину. На вид он дал бы ей не больше тридцати пяти. На лице её не было ни единой морщинки. Высокая, статная фигура, облачённая в нежно-зелёное платье с длинной юбкой, ниспадающей до пола, которую изящно поддерживала тонкая белая рука. Голова чуть откинута назад под тяжестью длинной золотой косы, уложенной венцом вокруг головы, из-за чего появлялось некоторое ощущение горделивости, но мягкий свет больших зелёных глаз, чуть прикрытых светлой чёлкой, сводил это ощущение на нет. Однако в ней чувствовалась изрядная доля властности, а мудрость, которой лучились глаза, заставляла предположить, что женщина вовсе не так молода, как кажется на первый взгляд.

— Привет, мам, — совсем буднично бросил Лорелин и, не церемонясь особо, прошлёпал по ковру, чтобы чмокнуть её в щеку. Альмарэн, а это была именно она, только покачала головой и вздохнула, живо напомнив Ярту мать:

— Тебя ничто не исправит, Лорелин. Навсегда останешься поросёнком.

У Ярта в ушах прозвучала несколько иная фраза:

— Ох, сынок. Ну это просто семейное наказание. Почему у нас все мужчины — ужасные поросята?

Лорелин только хмыкнул:

— Я знаю, мам.

Альма заметила второго гостя и внимательно окинула его острым взглядом.

— Мама, познакомься! — Лорелин взял Ярта за руку и протащил вслед за собой по многострадальным коврам. — Это Ярт. Он недавно приехал в Ваинэль.

— Очень приятно, — она склонила голову в поистине королевском жесте и снова цепко впилась в него глазами.

— И ещё, мам, позволь представить…

— Здесь же больше никого нет? — она недоумённо изогнула брови.

— Дай закончить, — шикнул на неё Лорелин. — Не нарушай торжественность момента! — он снова принял важный вид. — Итак, позволь представить тебе. Это Ярт. Твой внук, мой племянник, сын Хэйлирэн.

— Что?! — Альма с силой вцепилась в спинку дивана. — Сын… Хэйи?

— Да, мама, — радостно подтвердил Лори. — Моя горячо любимая сестричка влюбилась неизвестно в кого, вышла замуж (естественно, никому об этом не сказав) и родила вот это чудо, которое я к тебе сегодня привёл.

— Н-да, — Альмарэн решила сесть и ещё более вдумчиво оглядела внука. — Наша кровь. Таких глаз больше ни у одной семьи нет. Сядь, мой мальчик. Расскажи о себе, своей жизни, о судьбе моей дочери.

Ярт послушно опустился рядом с ней, и они долго разговаривали о том, что случилось, когда Хэйлирэн двадцать пять лет назад ушла из дома.

— Ну что ж, — глубокомысленно изрекла Альма через несколько часов. — Это вполне в духе Хэйи. Уйти из дома, влюбиться в первого встречного, родить от него ребёнка… и ни слова родным! А я так мечтала с внуками понянчиться.

Лорелин от смеха чуть не подавился яблоком, которые он деловито уничтожал, устав слушать бесконечный разговор. Мать почти слово в слово повторила то, что он вчера процитировал Ярту от её лица.

— Не волнуйся, мам, — он облокотился на спинку дивана и ухмыльнулся. — Внуки у тебя ещё будут.

— Не удивлюсь, если они уже есть, — спокойно ответила Альма, глядя на сына. — С твоим-то характером…

— Ну, знаешь! — он покраснел до ушей.

— Да уж лучше бы не знать, — она встала и улыбнулась внуку. — Ты, наверное, голоден? Идём, я вас покормлю.

— С удовольствием, — Ярт, который не завтракал, действительно был голоден, как стая волков, и с радостью принял приглашение на обед.

В том, что Терти была права, он убедился сразу же. На такой стол даже Альтамир не пожаловался бы. Многие из присутствующих блюд часто готовила Хэйла.

Альмарэн нарадоваться не могла на внука. Ярт, конечно, не был похож на её дочь, да и вообще на их семью, но он пришёлся ей по душе: умный, ненахальный, с чувством юмора. Да и красив был, хоть и несколько чужой красотой.

«Если он в отца, то я, пожалуй, понимаю дочку», — подумала Альма, глядя, как Ярт уписывает за обе щеки домашние пирожки, и заботливо подложила ещё.

— Кстати, мам, — Лорелин оторвался от своей тарелки. — Представляешь, не успел племянничек приехать, а уже дядюшке дорогу перебежал.

— Неужели тебя все твои поклонницы побросали? — притворно-удивлённо ахнула Альма.

— Хуже, — Лорелин даже носом шмыгнул. — Он в этом году будет королём на празднике.

— Да неужто? — восхитилась мать. — Что ж, я могу только гордиться своим внуком.

— Да-а, — плаксиво протянул Лори. — В этом году королевой будет Фэльмарэ.

— Наша Нэртэнэль? — Альма покачала головой. — Ну и ну! Неужели её кто-то смог уговорить?

— Кто-кто, Эртэ и Альтамир, — хмыкнул сын. — Нет, ну ты представляешь, как ему повезло?

— Не завидуй, — Альмарэн строго взглянула на него. — Ты в прошлом году возглавлял праздник. Думаю, с тебя хватит.

— А мне понравилось, — с улыбкой проговорил Лори. — Повторить хочу.

— Слушай, дядюшка, — Ярт не удержался от улыбки. — Если уж ты был королём, расскажи, что мне предстоит делать.

— О-о! — Лорелин возвёл очи к потолку. — Это очень-очень сложно. Может, сразу откажешься? — быстро спросил он, поглядев на Ярта.

— И не надейся, — фыркнул тот.

— Тогда слушай, — парень сделал скорбное лицо. — Король и королева возглавляют бал. Помимо них там есть организаторская партия, но король и королева — лицо праздника. Они открывают праздник, приветствуют гостей (советую тебе свалить этот тяжкий труд на совесть королевы. Она в этом явно разбирается лучше тебя), являются судьями в дневных состязаниях: король судит девушек, а королева — юношей. На балу после полуночи — время обручения. Королевской чете нужно благословлять пары. Ты ещё не передумал?

— Нет, — Ярт с интересом смотрел на него. — Продолжай.

— Вам придётся принимать самое деятельное участие во всех развлечениях. Помимо судейства вы имеете право участвовать в устраиваемых состязаниях. В конце дня народ решает, нравятся ли ему король и королева или нет. В зависимости от этого вас могут короновать или свергнуть, поставив на ваше место наиболее отличившихся за время праздника. Нас в прошлом году короновали, а вот восемь лет назад участники свергли короля. Так что смотри.

— Буду надеяться на лучшее, — парень усмехнулся. — Фэль-то уж точно останется.

— Не сомневаюсь, что ты останешься вместе с ней, — Альма сжала его ладонь. — Я верю в тебя, Ярт. Ты ведь не разочаруешь свою старую бабушку?

— Уж если ты старая, — Ярт рассмеялся. — Кто ж тогда я? Гномья бабушка?

— О, Мать Жизни! — Альма усмехнулась. — Я вижу, дядя тебя уже «просветил». А я-то надеялась, что у нас будет хоть один воспитанный юноша в семье.

— А я, по-твоему, плохо воспитан? — возмутился Лорелин. — Да я — образец хороших манер!

— Образина ты, а не образец, — фыркнула мать. — На твоё воспитание я давно рукой махнула, поняв, что ничего мало-мальски путного из тебя не выйдет, — она шлёпнула его по руке, которой парень полез в варенье. — Ну разве ведут себя так воспитанные дети?

— Дети не ведут, а взрослые — очень даже, — изрёк Лорелин, повторив попытку, которая также не увенчалась успехом.

Ярт с улыбкой смотрел на них. Несмотря на такие перебранки, было видно, что мать и сын нежно любят друг друга. Ведь дома и он с Хэйлой часто ругался и спорил, и она ему читала нравоучения, наказывала и укоряла за разные глупости, но тем не менее Ярт горячо любил мать и знал, что Хэйла тоже его любит и, как и он для неё, ничего для него не пожалеет.

— Ну что, вы наелись? — спросила Альма, возвращая его в реальность.

— Да, конечно, — парень улыбнулся. — Огромное спасибо. Всё было так вкусно.

— Я рада, что тебе понравилось, — Альма стала убирать со стола. — Займитесь пока чем-нибудь, побродите по дому. О! Сходите в библиотеку. Твоя мама очень любила там сидеть.

— Идём, — Лорелин потащил его с кухни.

— Но… может, помочь? — смутился Ярт.

— Заботливый ты мой, — Альма потрепала его по щеке. — Нет, не надо. Идите.

Лорелин вытащил его с кухни и уволок в библиотеку. Это была светлая комната с квадратным столом у окна и рядами книжных полок вдоль стен. Между некоторыми из них висели картины. На одной была изображена семья: четверо Эльфов — двое взрослых и двое малышей. Ярт сразу же узнал в молодой Эльфийке Альмарэн. Она не особо изменилась с того времени. А двое малышей… Они были абсолютно неотличимы друг от друга: одинаковые пухлые мордашки, большие детские глаза, неровные кудри. Если бы не одежда, с трудом можно было бы отгадать, где здесь мальчик, а где — девочка. Это, разумеется, были двойняшки.

— А вот твоя мама в молодости, — Лорелин кивнул на небольшой портрет у окна.

Ярт с жадностью вглядывался в родное лицо. На рисунке Хэйлирэн сидела в саду на резной лавочке с книгой на коленях. Она выглядела совсем юной девочкой, на взгляд лет шестнадцати. Она сидела, чуть склонив голову набок; лицо было исполнено светлой задумчивости. Глаза слегка прикрыты, лёгкая улыбка. Красивое, переливчатого морского цвета платье свободно ниспадает на землю. На плечи наброшен тонкий шарфик, который легко раздувается ветерком. Лицо окружено ореолом золотистых волос, не уложенных в причёску, а просто распущенных по плечам. Картина была такой живой, что казалось, будто девушка сейчас встанет или перелистнёт лист книги и начнёт читать, поправив непокорные пряди волос. Ярт помнил этот машинальный жест, которым мать убирала выбившиеся прядки.

— Это она как раз вернулась из Друидской Рощи, — задумчиво проговорил Лорелин, глядя на портрет, — и поступила в Академию. Красавица, правда?

— Ещё бы, — Ярт хмыкнул. — Это же моя мама.

— Эт-то точно, — дядя плюхнулся на стул и осмотрел библиотеку. — Сто лет здесь не был.

Ярт пошёл вдоль полок, рассматривая книги. Он наугад вытащил одну с кожаным тиснёным переплётом и твёрдой обложкой с красиво выведенной надписью: «Легенды и сказания о великих героях».

Парень сел за стол и стал листать книгу. Постепенно он втянулся в чтение. Длинные сказочные истории повествовали о великих деяниях не менее великих людей и Эльфов: кудесник Коур, великий воин всех времён Гарилеф, укротитель драконов — Странник Ондорин и многие-многие другие.

Почти во всех легендах присутствовал образ Великого Пути. Почти везде так или иначе были замешаны Странники. Ярт начал постепенно осознавать, сколь велика их роль в жизни различных народов.

Встречались в книге и юмористические рассказики о всякой нечисти: водяном, возомнившем себя рыцарем и в результате случайно спасшем город, о леших, русалках. Во многих Ярт узнавал образы и сюжеты сказок, слышанных в детстве от матери.

— Нашёл любимую книжку Хэйи? — рядом появилась Альма. — Она редкий день её не перелистывала. Всё время мечтала, что кто-нибудь из героев вернётся и увезёт её в прекрасные страны.

— Она мне её пересказывала, когда я был маленький. Как сказки, — Ярт задумчиво улыбнулся. — Я очень любил их слушать. Помнится, мы их даже разыгрывали. Я был главным героем, а она — всеми остальными.

— Хэйа любила сказки, — Альма подошла к полке и вытащила ещё одну книгу. — Вот эти, например. Жутко сентиментальные.

— Это уж точно, — фыркнул из своего угла Лорелин. — Если эту книжку на язык пробовать, горечь невозможная. Она насквозь от сестричкиных слёз просолилась. Никогда не понимал её тяги к романтическим сказочкам.

— Ну-ну! — хмыкнула мать. — Тогда что эта книжка делала в своё время у тебя под подушкой? Наверняка не для мягкости там лежала.

Лорелин покраснел:

— Ну, хотелось же узнать, чем моя любимая сестричка учитывается.

Ярт хмыкнул и продолжил листать книгу.

— Если хочешь, возьми с собой почитать, — предложила Альма.

— А можно? — Ярт с восторгом смотрел на неё.

— Ну, конечно, — бабушка снисходительно потрепала его по голове и подошла ещё к одной полке. — А вот эта книга может тебе сейчас пригодиться.

Она бухнула на стол толстенный том под названием «Традиции, обряды, праздники».

— У-у, — Лори хмыкнул. — Решила подковать его к празднику?

— Почему бы нет? — Альма открыла книгу. — Здесь есть всевозможная информация о праздниках. В том числе и о празднике Восьми Ветров. Почитай.

— Благодарю, — Ярт прижался губами к бабушкиной ручке и стал рыться в книге.

— Вот, учись, — кивнула Альма Лорелину.

— Да ладно тебе, мам, — тот усмехнулся. — Ты меня и так любишь.

— Ещё бы я не любила своего сына, — фыркнула Альма и прошелестела платьем из комнаты.


Ярт до самого вечера не вылезал из-за стола, изучая все сведения, все традиции, все особенности праздника Восьми Ветров. Он откопал кучу интереснейших вещей и теперь более чётко представлял свою задачу на предстоящее торжество.

Из-за стола его пришлось вытаскивать чуть ли не за уши. К счастью, он вовремя вспомнил, что должен вернуться к ужину, и с сожалением закрыл книгу, поставив её обратно на полку.

— Если уж не желаешь у меня жить, то хоть заходи почаще, — проговорила Альма, провожая его до крыльца, и поцеловала внука. — Я всегда буду рада тебя видеть.

— Спасибо, бабушка, — Ярт кивнул Лорелину и направился к Альтамиру.

Благодаря дядюшке, он уже куда лучше ориентировался в городе и почти без труда нашёл своё пристанище. На мгновение он пожалел, что не согласился на бабушкино предложение перебраться к ней, но при мысли о Фэль сожаление испарилось, как роса под жарким южным солнцем.

В окнах горел свет. От дома тянуло аппетитным запахом еды. Терти, похоже, готовила очередной деликатес. В тени ворот лежал Сэллифэр. Ярт окликнул его:

— Меня ждёшь, бродяга?

— Да, — тот встал. — Я думал, ты заблудился.

— Ещё чего, — Ярт присел и погладил его по загривку. — Я же не ребёнок. Как видишь, дорогу запомнил. А что здесь за день произошло?

— Ничего нового, — Сэллифэр стал вылизывать лапу. — Приходила сестра твоей волчицы с твоим другом. Они ждали тебя.

— Инри был здесь? — Ярт простонал. — Дрэит Нэртэ! Давно?

— Ушли с… полчаса, — волк с трудом подобрал слово, — назад. Он оставил тебе весть.

— Это уже лучше, — Ярт повеселел.

Они направились к дому.

— О! Вернулся уже! — на крыльцо вышел Альтамир и стал выколачивать свой пропылённый плащ. — А твой Сэллифэр уже совсем извёлся. Места себе не находил. То в один угол ляжет, то в другой. То к Фэль сбегает. У меня аж в глазах зарябило.

— Волновался, — пожал плечами Ярт.

— Инри здесь был, — Странник перекинул плащ через руку. — Тебя не дождался, слегка расстроился и ушёл. Правда, записку оставил. Ну, как сходил, рассказывай?

— Замечательно, — парень усмехнулся. — Бабушка у меня — лучше не пожелаешь. Поговорили. Она мне о нашей семье рассказала, про маму расспрашивала. Потом обедом накормила. Потом я у неё в библиотеке сидел, книгу о праздниках читал. Теперь хоть представляю, что мне делать придётся.

— Замечательно, — Альтамир улыбнулся. — Значит, ты доволен?

— Ещё бы, — Ярт вдруг хитро прищурился. — А дядюшка у меня — просто моя копия. Или я — его. Шли сегодня, смотрел и поражался. Как я в Вэльтарете, так он в Ваинэле. Такой же повеса.

— Это у вас семейное, — усмехнулся Странник. — Правда, от этого есть хорошее средство.

— Какое? — заинтересовался Ярт.

— Для тебя? — Альтамир хитро на него посмотрел.

— Ну? — Ярт нетерпеливо подпрыгнул. — Говори. Что это?

— Фэльмарэ, — Странник подмигнул ему, и оба рассмеялись.

— Альтамир, Ярт! Ну что вы к этому крыльцу приклеились, что ли? — раздался голос Терти. — Ужин стынет.

— Надеюсь, ты голоден? — предупредительно спросил Альтамир. — Терти целый вечер торчала на кухне, надеясь затмить шедевры твоей бабушки.

— Судя по запаху, она этого добилась, — хмыкнул Ярт. — Идём, я умираю с голоду.

— Приятно слышать, — Альтамир рассмеялся, и они вошли в дом.

Глава 7

Инри в нетерпении наматывал круги перед воротами Академии.

— Ну что ты носишься, словно тебя оса в мягкое место ужалила? — проворчал старик-ключник, качая головой. Он уже добрых полчаса наблюдал эти метания.

Парень послушно сел, но не прошло и пяти минут, как он вновь вскочил и выглянул за ворота.

До прихода Ярта было ещё минут пятнадцать. Инри позвал его к тому времени, когда должно было закончиться занятие. Но занятие Элээн отменила, и теперь он слонялся по двору в надежде, что друг появится раньше.

Однако Ярт и Альтамир появились перед воротами ровно в два часа пополудни.

— Добрый день, Мирэл, — ключник кивнул им. — А это кто с тобой?

— Это мой друг, — подскочил к воротам Инри.

— Так это его ты ждал? — ключник усмехнулся. — Он мне уже борозды на дворе протоптал, пока бездельем маялся. Не знал уже, чем и заняться.

Инри смутился:

— Я же не виноват, что Айэрэ отменила занятие.

Друзья вошли во двор. Ярт с любопытством оглядывался. Двор Академии заливало полуденное солнце, и блики его весело прыгали по большим каменным плитам. По краям широкой главной лестницы разместились два миниатюрных фонтанчика. Ещё два находились по краям двора, прячась в прохладной тени раскидистых деревьев, которые аккуратными рядами окружали двор, отделяя его от стен, а затем плавно перетекали в сад за Академией. Всё это природное великолепие было заслугой Друидов.

Само здание Академии представляло собой произведение архитектурного искусства. Оно возносилось шпилями своих маленьких башенок в небо; перекаты крыш слепили глаза, брызжа золотым светом; кое-где виднелись переброшенные от башни к башне узорчатые каменные мостики; вдоль стен на уровне второго этажа тянулись галереи; и всё это было увенчано огромной, но, тем не менее, изящной Главной башней с зубчатой кромкой по верху, которую в свою очередь венчал хрустальный купол. Витая лестница взбегала наверх, огибая её стены. На самой её верхушке шли занятия по астрологии и звёздоисчислению. Поддерживалось всё это великолепие строгими белыми колоннами. Стены нижних этажей были изящной рамкой под огромные окна. Ближе к верху окна сменялись витражами. И всё же, несмотря на свои огромные размеры, Академия продолжала казаться хрупкой, словно была вылеплена из тончайшего фарфора. Казалось, тронь её, и стены отзовутся тихим звоном.

— Это ещё что! — Инри распирала гордость, словно здание было его собственным творением. — Ты его внутри не видел.

— Боюсь даже представить, что ждёт внутри, — признался Ярт. — Здорово, наверное, жить в таком месте.

— Ещё как, — друг кивнул. — Каждый день что-то новое. То неизвестная дверь появится, то лестница не туда повернётся, то в коридоре умудришься заблудиться. Это здание живое. Всем новичкам подобные проверки устраивает. Например, библиотека. Если ты ей понравишься, то никаких проблем. Нужные книги найдёшь сразу, да тебе ещё и расскажут то, чего в этих книгах нет. Но если ты ей не приглянешься…

— Представляю, — Ярт усмехнулся. — Ничего не найдёшь, хотя книга всегда оказывается на самом видном месте.

— Примерно так, — Инри присел на ступень лестницы. — А ещё у нас есть домовые. Днём они превращаются в кошек, так что, если ты увидишь здесь кошку, не вздумай её обидеть. Иначе ты отсюда никогда не выберешься. А по ночам наши домовики очень забавные. Они сами по себе размером не больше кошки, одеты в такие меховые серые безрукавки, полотняные рубашки и штаны. И постоянно носят рукавички, хотя ходят босиком. Ужасно любят проказничать, но вообще очень хорошие. Волосы у них такие пыльно-серые и прилизаны настолько, что кажутся жиденькими. Они вообще все несколько сероватые, незаметные. Домовихи нам по ночам колыбельные поют и прядут лунный свет. Ты когда-нибудь видел платье из лунного света?

— Нет, — Ярт удивлённо глядел на друга. Тот вдруг оказался совсем ему незнаком. Ярт привык считать его тихоней, застенчивым малышом, но сейчас он видел друга с другой стороны. Инри нашёл своё место, он повзрослел, но остался прежним романтиком. Вместе с серьёзностью он приобрёл уверенность в себе, однако по-прежнему был таким простым и близким. Ярт вдруг подумал, что это, наверное, здорово — просто жить и восхищаться тем, что сегодня лестница ведёт не туда, куда вчера, дружить с кошками Академии, радоваться тому, что на свете есть платье из настоящего лунного света, сделанное маленькими ручками мастериц-домових. Нет, Ярт даже слов не мог найти, чтобы описать то, что открылось ему в друге. Но он видел одно — Инри повзрослел.

— Что с тобой? — друг заглянул в его глаза, и Ярт улыбнулся:

— Ничего. Представил себе платье из лунного света.

— А! — Инри просиял. — Ты ещё увидишь его, если захочешь.

Они немного помолчали. Потом Ярт спросил:

— Не хочешь показать мне Академию?

— Конечно, — друг схватил его за руку. — Идём.

Он буквально затащил его внутрь.

Парадная дверь сама бесшумно отворилась перед ними и сама закрылась.

— Уау! — Ярт задрал голову, разглядывая высокий сводчатый потолок Главной внутренней галереи, который держался на множестве арок. Потолок был расписан под небо; казалось, облака были настоящими, вот сейчас подует ветерок, и они поплывут.

— А они и так плавают, — сказал Инри, выслушав друга. — Я же говорю, здесь всё живое. Завтра небо будет другим.

Арки, на которых держалась галерея, были похожи на Врата Тхартнэля. Только эти деревья ничуть не напоминали камень. Их ветви, сплетаясь, поддерживали на себе «небо» потолка. Каждый листочек был выполнен отдельно и так тонко, что был неотличим от настоящего. Если бы не цвет (серебряные стволы и золотая листва) и не собственные ощущения (Ярт тронул одно дерево, и оно отозвалось чистым металлическим звоном), он никогда бы не поверил, что деревья искусственные.

— Не удивляйся, здесь почти везде такие опоры, — Инри улыбался, глядя на Ярта и хорошо помня, как сам он впервые шёл по этой галерее. — Они прочнее камня и обычного металла. Да, и они тоже настоящие, то есть живые. Листва заменяет светильники по ночам и каждый год меняется, как у обычных деревьев.

— Сколько же нужно трудов, чтобы отковать такое количество листьев, — благоговейно прошептал друг.

— Отковать? О нет, — Инри рассмеялся. — Они растут сами. Это же живые деревья, пусть и из металла. К тому же здесь они не представляют всего своего великолепия. Идём, я тебе кое-что покажу.

Они пошли вдоль галереи, прямо к центру Академии. Время от времени под сводами боковых ветвей появлялись тёмные проходы, в которых терялись лестницы, ведущие на второй этаж. А сквозь переплетения верхних можно было видеть, как по коридорам двух малых галерей на втором этаже ходят ученики. В конце Главной галереи стояли два особенно мощных дерева. Их ветви ажурно переплетались вверху, образуя прочную решётку, и тонкими нитями свисали вниз, как будто водопад листьев. Инри отвёл их рукой, и друзья шагнули в центральный зал Академии.

Глядя на неё снаружи, Ярт и предположить не мог, что внутри способен расположиться зал таких размеров. Сказать, что он был большой, значит не сказать ничего. Здесь могла бы поместиться вся центральная площадь Вэля с прилежащими к ней домами и, наверное, ещё осталось бы место.

Каркас зала составляли те же самые деревья, но уж вовсе исполинских размеров. Они уносились кронами ввысь на несколько этажей. Потолок казался выложенным золотой плиткой, так плотно на нём сплетались ветви. Местами они свисали такими же тонкими нитями как на входе, унизанными гирляндами листьев, создавая причудливые светильники.

Самые нижние боковые ветви служили опорой для широкого балкона, обегающего весь зал по кругу. С него можно было выбраться во внутренние помещения и на внешнюю террасу, занимающую крышу первого этажа Академии.

Между стволов дробили отражения зала зеркала, отчего он становился ещё просторнее. В нескольких местах золотились всё те же лиственные водопады, закрывающие выходы на лестницы и в коридоры.

Ярт опустил глаза и замер, на секунду ощутив себя очень неуютно. Ему показалось, что он стоит в пустоте. Пол был из цельного куска чёрного хрусталя, в глубине которого мерцали звёздами серебряные капельки. В этом ночном небе не хватало только луны.

В противоположном конце зала под навесом из ветвей стояли на возвышении два изысканных резных кресла. Инри бегом устремился к ним, таща Ярта за собой.

— Вот, — он усадил его в одно из кресел и отошёл на пару шагов. Полюбоваться.

— Что с тобой? — Ярт встал, но друг вновь усадил его.

— Сиди-сиди, привыкай. Тебе здесь ещё целую ночь сидеть. Это королевский трон.

— А-а, — понимающе протянул парень и поёрзал, устраиваясь поудобнее.

Он ещё раз окинул взглядом зал и признал, что Инри был прав. В сравнении с этим галерея казалась детской забавой.

— Сейчас прямо над нами, то есть над этим залом, — поправился Инри, — располагается главная башня Академии. С неё виден весь Ваинэль.

— А подняться можно? — у Ярта моментально загорелись глаза.

— Конечно, только это долго, — осторожно заметил друг.

— Давай поднимемся, — Ярта уже было не остановить.

— Давай, — Инри повёл его в один из боковых выходов. Они ещё вышли на балкон, чтобы полюбоваться залом сверху, и направились на башню.

Всего Академия насчитывала семь основных ярусов — по количеству ступеней обучения. Седьмой ярус прилегал к подножию Главной башни, и в одном из его коридоров находился выход на внешнюю и внутреннюю лестницы к обсерватории.

С первого и до седьмого яруса можно было добраться, не заходя внутрь основных помещений. Надо было лишь переходить с моста на мост или в промежуточную галерею, что и сделали друзья.

У подножия башни Инри пояснил:

— В самой башне ещё четыре этажа, не считая площадки наверху. Там идут занятия, поэтому идти будем по внешней лестнице.

— Хорошо, — согласился друг и ступил на лестницу. Он уже понял, что, несмотря на отсутствие опоры, эта лестница намного надёжнее обычной, и поэтому шёл без опаски.

Через несколько минут Ярт уже сбился со счёта, сколько отмеряно ступеней. В ушах свистел ветер, сердце приятно падало вниз, когда он глядел на землю. Инри шагал впереди, подобрав полы своего балахона, чтобы не споткнуться. Будь это в Вэле, он бы уже выдохся и пыхтел, как закипающий котелок, надеясь этим повлиять на неутомимого друга. Однако дорога и Академия изменили его. Инри легко скакал через ступеньки и словно бы совсем не ощущал усталости.

Через некоторое время они стояли перед обитой светлым металлом дверью. Инри коснулся двери ладонью и на миг замер. Ярту почудилось, что друг ведёт с кем-то неслышный разговор.

Дверь дрогнула и медленно приоткрылась.

— Хорошо, — счастливо улыбнулся парень. — И главное — ключи не нужны.

— Да уж, — Ярт покачал головой.

Они подошли к небольшой, в девять ступеней, лестнице, ведущей в люк. Инри легко отодвинул его рукой, и ребята поднялись наверх.

Если бы не отсутствие ветра, Ярт сказал бы, что они стоят на открытой площадке. Изнутри купол был совсем незаметен.

Площадка была с мощёный двор Академии. В центре стоял длинный деревянный стол со скамьями, видимо для занятий. В ящиках лежало множество скатанных в трубки бумаг. Это были карты звёздного неба, астрологические расчеты и прогнозы. В ящичках находились небольшие подзорные трубы для наблюдения. А в две противоположные стороны из-под купола выглядывали трубы раз в пятнадцать побольше.

Ярт подошёл к краю площадки и посмотрел вниз. Дворик Академии казался не больше блюдечка, а весь Ваинэль лежал как на ладони. С башни можно было окинуть взглядом весь остров.

Ярт ясно видел внизу во дворе Альтамира, беседующего с ключником, нескольких учеников, сидящих с книгами на скамейках в тени, и Эртэнэль, идущую из сада.

— Эй, Инри, — позвал он. — Там Эртэ гуляет.

— Где? — друг бросил карту и подскочил к нему.

— Вон с Альтамиром беседует, — Ярт вгляделся в неё повнимательнее. — Она сегодня чудесно выглядит.

Инри слегка помрачнел и отошёл от края площадки. Чтобы перевести тему, Ярт проговорил:

— Ты рассказывал о библиотеке. Там много книг?

— Очень, — лицо друга посветлело. — И на любые темы.

— Там есть что-нибудь по истории Старого Тракта? — поинтересовался парень.

— Ну ещё бы, — Инри энергично закивал головой. — Там есть вся история от Прихода Эльфов до нынешнего дня. Есть даже полный летописный свод всех семи племён. Я, правда, в него ещё не заглядывал.

— Тогда идём туда, — предложил Ярт. — Мне нужно кое-что посмотреть.

— Что именно? — полюбопытствовал Инри.

— Кое-какие сведения о битве на Старом Тракте. Прояснить кое-что любопытное, — туманно ответил Ярт. Ему не хотелось посвящать друга в разговор с призраками.

— Это та битва, после которой там воздвигли Курган Памяти? — поинтересовался друг.

— Да, — Ярт покачал головой. — Она самая. После которой и был проложен Старый Тракт.

Инри, кажется, удовлетворил своё любопытство и замолчал. Они спустились к седьмому ярусу, и дверь открылась, приглашая их войти внутрь.

По лабиринту коридоров Инри шёл медленно, выбирая дорогу. Вдруг от одной стены отделилась дымчато-серая кошка и пошла им наперерез.

— Стой, — Инри остановил друга и присел на корточки. — Каруш.

Кошка лениво повернула голову и села посреди коридора. Её прищуренные глаза цепко следили за друзьями.

— Каруш, ассэлэ, — парень улыбнулся. — Познакомься, это мой друг. Ярт. Я тебе о нём рассказывал.

Ярт догадался, что это один из домовых. Кошка, вернее, это был всё-таки кот, подошла к ним и вопросительно посмотрела на ученика.

— Каруш, милый, отведи нас к библиотеке, — умоляюще попросил Инри.

Кот вскочил и направился по коридору, помахивая пушистым, похожим на щётку хвостом. Друзья направились вслед за ним.

Через пару минут Каруш остановился у высокой двустворчатой двери и исчез. Ярт даже глаза протёр, но ничего не изменилось. Каруш растворился в воздухе, как струйка серого дыма.

— Спасибо, Каруш, — благодарность не нашла ответа в пустом коридоре, и ребята зашли в библиотеку.

— О боги! — Ярт потрясённо оглядывался, а Инри скромно улыбался. Вид у него был как у мастера, создавшего шедевр и прекрасно знающего ему цену, но говорящего: «Да что вы. Право, не стоит. Это совсем не так хорошо. Какие мелочи».

Библиотека действительно была превосходна. Нескончаемые полки занимали почти весь зал, оставляя, правда, довольно просторное место для нескольких столов с лавками, кресел у окон и широкого прохода между ними и полками. Глаза невольно приковывались к обилию плотно стоящих томов и свитков. Библиотека была разбита на секции. Примерно треть её содержимого была прямо предназначена для магического пользования.

Глядя вглубь стеллажей, Ярт подумал, что внутри Академия намного больше, чем снаружи, и это явно попахивает магией. Он вдруг услышал тихий голос:

— Приветствую тебя в этом царстве знаний, о юный Странник. Как твоё имя?

— Ярт, — парень огляделся и с опозданием сообразил, что это говорит библиотека. Инри сказал правду.

— Ярт? — голос был несколько удивлён и озадачен. — А как имя твоего рода?

— Я не знаю, — он задумался. — Здесь училась моя мать. Хэйлирэн.

— Хэйли? — голос потеплел. — Как же, как же, помню. Была одной из умнейших учениц. Не самой способной, но… Жаль, покинула нас. Значит, ты из племени Зелёных лесов, из рода Лиственных. Третье племя из семи эльфийских. Но ты не похож на них.

— Мой отец был человеком, — ответил Ярт.

— Хм. Человеком? Возможно, — голос на мгновение замолчал. — А что же ты ищешь здесь?

— Я хочу узнать историю Старого Тракта; битвы, которые были до него и после; историю Кургана Памяти, — Ярт смотрел на книжные полки.

— Секция восемь, полка номер пять сверху, двадцать шестой том с левого края, — голос задумался. — Это всё?

— А ещё — что это за семь племён? И как возник праздник Восьми Ветров?

— Первая полка сверху, третий том справа, — голос хмыкнул. — Можешь ещё взять книгу о выдающихся личностях. Почему-то мне кажется, что тебе это будет интересно. Это тринадцатая полка снизу. Такой толстый-толстый том в изумрудно-зелёной обложке.

— Благодарю, — Ярт нашёл восьмую секцию и вытащил указанные книги.

Тома были немалые, и он удручённо посмотрел на них:

— Если я это осилю…

— Сядь, — голос слегка усмехнулся.

Ярт расположился за одним из столов и открыл том с первой полки. Это была история появления Эльфов в этом мире.

— Закрой глаза и расслабься, — проговорил голос. — Положи ладони на страницы.

Ярт так и сделал, и перед его глазами стала вставать история.


Он увидел мир, из которого пришли Эльфы, гонимые жестокими и жадными людьми. Узнал, почему они разделились здесь на семь племён. Увидел богов, которые привели их в этот мир. Проследил самые главные вехи истории. Понял, как развилась магия и как появились Странники. Словно бы лично присутствовал при примирении Эльфов и людей этого мира. Увидел, как отмечали первый праздник Восьми Ветров прямо на поле сражения.


Ярт глубоко вздохнул и открыл глаза. Перед внутренним взором всё ещё стояли яркие картины истории.

— Вот это да! — вполголоса проговорил он. — Грандиозно.

— Стараемся по мере наших скромных возможностей, — застенчиво ответствовал голос. — Можно приступать к следующей.

— Сейчас, — Ярт отыскал нужный раздел и снова погрузился в водоворот событий.

Здесь история магии Эльфов раскрывалась более подробно. Их отношения с коренными обитателями Альтанатанэ — Земли Надежды — и её Хранителями были тесными с самого начала. Они очень много переняли друг у друга.

Здесь же рассказывалась история Мага Фольтеса, того, кто нарушил мир с людьми и натравил на них духов Земли и дракона. Самого мудрого и самого жестокого из Магов, какого только знала история Альтанатанэ. Его армии были разбиты объединёнными силами людей и Эльфов, Фольтес — сожжён на костре. Это была первая битва на месте тракта, после которой он и появился. Именно там и упоминалось имя Арруно — незаурядного вождя людей, смелость и решительность которого сыграли огромную роль в битве.

Люди после войны ушли из этих мест, оставив их Эльфам.

Прошло много лет. Изменились эти места, забылось прошлое, сменилось несколько поколений людей. И тракт перестал быть безопасным. Однако очень нескоро обнаружили, что это связано с Фольтесом. Он вернулся на Альтанатанэ. Он открыл первые Врата.

На много лет тракт запустел, что создало иллюзию того, что про Мага забыли. За это время места там изменились окончательно. Но кольцо облавы вокруг Фольтеса сжалось, и он попал в ловушку, благодаря своей беспечности. На этот раз люди не принимали участия в битве, за исключением немногих Странников. А когда надежды почти не осталось, Друиды применили крайнее средство. Они вызвали «эфирный огонь». Он уничтожил вход во Врата и новую армию Фольтеса, но та, что вызвала «огонь», погибла. Такова была цена этой силы. На место Врат наложили Печать, Лес Фольтеса усыпили, Старый Тракт объявили непроходным, и жизнь вернулась в нормальное русло.

— М-да, — Ярт отложил книгу в сторону и задумался. — А про Арруно ничего нет поподробнее?

— А зачем тебе Арруно? — озадачился голос.

— Говорят, он много знал, — парень откинулся на спинку стула.

— Ну, что о нём можно сказать… — задумалась собеседница. — Мудр, холоден, хитёр, непредсказуем, часто — жесток. Храбр… Да, очень храбр! И очень расчетлив. О нём, кажется, что-то есть в третьей книге. Посмотри.

— Хорошо, — Ярт придвинул к себе самый толстый том.

Он осторожно переворачивал страницы, внимательно разглядывая прекрасно выполненные портреты. Здесь были собраны великие Маги, целители, воины, менестрели… Много имён, много деяний.

После каждого племени были оставлены пустые листы. Видимо, в ожидании новых имён.

И вдруг Ярт замер. С очередной страницы на него смотрело его собственное лицо. Как будто смотришься в зеркало. Он даже на подпись смотреть не стал, выдохнул:

— Лайнэ!

— Что случилось? — Инри встал за его плечом и посмотрел в книгу. Потом Ярт услышал его шёпот. — О боги! Ярт! Это же… ты?!!

— Нет, это Лайнэ, последний вождь седьмого племени, — парень горько усмехнулся. — Да-а! Теперь я понял, почему на меня так смотрят.

— Нет, ну, правда! — Инри поднял книгу и развернул друга. — Просто близнецы! Только… он чуть старше, и глаза другие. Выражение, правда, вполне характерное. Твоё, — он задумался. — Ты говорил, твоя мать — Эльфийка. Может, она из его племени?

— Нет, — Ярт положил книгу на стол и всмотрелся в лицо Волка. — Иногда… наверное, это глупо, но… Мне кажется, это мой отец.

— Почему? — искренне изумился друг. — Разве твоя мать не говорила, что он — человек?

— Нам многое говорили в Вэле, но сейчас я во всём начинаю сомневаться, — Ярт закрыл книгу. — Ответ знает Фэль, ответ знает моя мать, Альтамир и Терти. Я это чую…

— Чуешь? — Инри усмехнулся. — Ты, что, потихоньку звереешь?

— Наверное, — парень опустил голову.

— Да брось ты, — Инри встряхнул его. — Пойдём лучше, погуляем.

— Нет, не хочу, — Ярт снова открыл портрет Лайнэ и погрузился в созерцание. — Мне надо подумать.

— Ладно, я тебя здесь оставлю ненадолго. Мне нужно с Альтамиром поговорить, — Инри выскочил за дверь.

Через некоторое время позади раздался тихий шорох, и Ярт вздрогнул от прикосновения к плечу. Он обернулся, успокоено вздохнул:

— Добрый день, Эртэ, — и улыбнулся уголком рта. На большее его не хватило.

— Добрый вечер, ты хотел сказать, — она хихикнула и присела рядом. — Уже вечереет.

— Неужели? — удивился парень. — Я даже не заметил, как пробежало время.

— Что читаешь? — Эртэ с любопытством заглянула в книгу. Ярт слегка напрягся, однако девушка хмыкнула и перевернула страницу:

— Выдающиеся личности… Я бы сюда ещё столько же занесла.

— Правда? — Ярт расслабился. — И это всё?

— А что ещё? — она обернулась и понимающе кивнула. — А! Лайнэ! И что ты хочешь услышать? Ну похожи, и что с того? Догадываюсь, что тебя уже многие допекли по этому поводу. Не хочу быть среди них.

— Спасибо, — Ярт в порыве счастья обнял её и от души чмокнул в щеку. Хлопнула дверь, и они услышали торопливый бег, знакомый Ярту насквозь. Он вскочил и бросился к двери. Однако коридор был пуст.

— Что случилось? — Эртэ смотрела на него. — Кто там?

— Это был Инри, — Ярт прислонился спиной к косяку. — Ну что ж. Мы хотели заставить его приревновать. Теперь всё зависит от него.

— Да, — Эртэ подошла к окну. — Волнуюсь, как девчонка на первом балу. А, кстати, о бале. Тебя уже просветили?

— В общих чертах, — Ярт усмехнулся. — Может, ты что-нибудь добавишь?

— Если только просьбу.

— Какую? — парень присел на край стола.

— После королевского вальса можно занять первый танец? — смущённо проговорила она.

— Есть маленькая проблемка, — Ярт вдруг немного покраснел. — Я почти не представляю, как здесь танцуют.

Эртэ негромко хихикнула:

— Этому горю помочь легко. Сегодня, пожалуй, всё не успеть, но основы… Иди сюда, — она вышла на свободное место. — Так, теперь… Милая, обеспечь нам что-нибудь классическое, — это было обращено к библиотеке.

— Хм, — голос явно озадачился.

— Ну, не прибедняйся, — Эртэ улыбнулась. — Я слышала, как ты играешь. Не стесняйся.

По библиотеке пролетел лёгкий шорох, словно вздох. Потом невидимые руки сняли с одной из полок тонкую книжицу с нотами. Зазвучала негромкая мелодия. Эртэ изобразила основные движения танца.

— Вот и пригодились мамочкины уроки, — хмыкнул Ярт и легко подхватил её ладонь…


— Однако! — Эртэ остановилась и чуть склонила голову. — Все бы так танцевать не умели. С твоими навыками в крайнем случае и импровизировать можно.

— Да-а, — протянул парень. — Знаешь, с какими мучениями в меня эти навыки вбивали? Хотя в своё время я их оценил. Не думал, правда, что здесь танцуют так же, ну, почти, как в Вэле.

— В Вэле половина жителей потомки Эльфов, — Эртэнэль пожала плечами. — Неудивительно, что они захотели хоть что-то сохранить из прошлого. Наш народ всегда любил петь и танцевать. Это у нас в крови.

— Ты права, — Ярт кивнул и посмотрел за окно. — Поздно, мне пора.

— Идём вместе. Мне всё равно нужно к сестре, — Эртэ взяла его под руку.

— Спасибо за всё, — шепнул Ярт на выходе и коснулся стены кончиками пальцев. Он почувствовал, как кожи коснулся тёплый поток, словно куском пушистой шерсти провели. Библиотека попрощалась.

До самой входной двери Академии они шли с эскортом серых «пыльных» кошек. Их провожали домовые.

— Считай, что ты здесь — желанный гость, — улыбнулась Эртэ, оглянувшись. — Ты понравился Академии.

— Не знаю, почему, но меня это очень радует, — Ярт помахал домовым. — До встречи. Я ещё приду.

На нижней ступени сидел Альтамир. Убрав флейту, он поднялся им навстречу и хмуро спросил:

— Ярт, вы с Инри поругались?

— Нет, — парочка переглянулась и заговорщически посмотрела на Альтамира.

— Судя по вашим лицам, вы сделали парню большую гадость, — уже спокойнее проговорил Странник. — Какую подлянку вы ему подложили?

— А где он сейчас? — тревожно спросила девушка.

— Судя по его неразборчивому бормотанию, он помчался жаловаться твоей сестричке на вас нехороших, — усмехнулся Альтамир.

— Дрэит Нэртэ! — Ярт сорвался с места, таща Эртэ за собой. — Только не это!

— Стой, — Мирэл задержал их. — Во-первых, вы уже не успеете, убежал он давненько. Во-вторых, что это такое, о чём не должна знать Фэль. И, в-третьих, — он обижено посмотрел на Эртэ, — с каких пор от меня всякие страшные тайны?

— Да не тайны это, — девушка со вздохом присела на ступеньку. — Всё дело в Инри. Вернее, во мне… Или — в нас. Я… Он мне нравится, Мирэл. Да ты и сам это прекрасно знаешь. Он такой… открытый весь, честный, чистый. Но я не знаю, любит ли он меня, нужна ли я ему? — она сцепила пальцы и опустила на них голову. — Я вижу, что нравлюсь ему, но он это скрывает. Вот мы и придумали с Яртом, как заставить его заговорить. Хотели, чтобы он меня к нему приревновал.

— А сегодня он нас вместе в библиотеке увидел, — хмуро добавил парень. — Я там немножко не сдержался, ну, и поцеловал её в щёчку… по-дружески же! Были на то причины. А он, наверное, вообразил невесть что, зная меня. Я вовсе не хочу, чтобы Фэль это знала. Что она обо мне подумает.

— Ну и пусть узнает, — Альтамир задорно ухмыльнулся. — Заодно узнаешь, как Фэль к тебе относится. Ой, крику будет! — у Странника даже глаза заблестели. — Она тебе устроит, соблазнитель младших сестёр!

— Вот-вот, — Ярт кисло улыбнулся. — Ещё и жениться заставит.

— Не заставит, если ей всё расскажете, — хмыкнул Альтамир.

— Не сейчас, а то она из сострадания к несчастному мальчику всё Инри выложит, — Ярт тяжело вздохнул. — Да уж. Вот не было печали…

— Идёмте, что теперь зря плакать, — рассудительно проговорила Эртэ и встала. — Надеюсь, он скоро перестанет от меня бегать, мы всё выясним, и всё закончится ко всеобщей радости.

— А уж как я на это надеюсь! — протянул Ярт и быстрым шагом направился к воротам.


Утром он, как осуждённый, осторожно открыл дверь и заглянул к Фэльмарэ. Вчера он весь вечер провёл внизу с друзьями, так ни разу и не решившись подняться к девушке. А сейчас вот набрался храбрости.

Фэль стояла у окна, глядя на золотистое рассветное небо.

— Зачем ты встала? — Ярт обеспокоено подошёл к ней. — Тебе нужно отдыхать и восстанавливать силы.

— Эртэ мне разрешила, — девушка даже не взглянула на него. — Красивый рассвет сегодня.

— А! Ну если Эртэ… — Ярт расслабился и опустился на подоконник.

— Её мнение тебе важнее моего? — полуспросила-полуответила Фэль и повернула голову. — Зачем ты так поступил с Инри?

— Я? — парень разыграл удивлённое непонимание. — Что я такого сделал?

— Не актёрствуй, — холодно оборвала Фэль. — Ты прекрасно знаешь. Он видел, как ты целовал Эртэ. То, что он её любит, тебе прекрасно известно и без меня. Пожалуй, ты мог заметить, что и она к нему неравнодушна. Что, взыграл охотничий азарт?

— Если бы ты знала, какую чушь говоришь, — вздохнул Ярт. — Но я не стану тебя разубеждать ни в чём. Думай, что хочешь. И вообще, тебе-то какое дело?

— Инри, вообще-то, мой друг, — резко ответила девушка. — А Эртэ, вообще-то, моя сестра. И мне бы очень хотелось, чтобы они были счастливы. Оставь мою сестру в покое, Ярт.

Тон, которым это было сказано, наводил на размышления. Ярт слегка прищурился:

— Ты что, ревнуешь?

— Вот ещё, глупости! — она передёрнула плечами. — Сестру, что ли?

— К сестре, — он заглянул ей в глаза. — Напрасная трата времени. Я тебя люблю… Завтрак принести?

— Что? — она опешила, но через мгновение гордо фыркнула. — Не утруждайся. Я сама спущусь.

— В таком случае тебе требуется подстраховка, — Ярт подхватил её на руки и неторопливо направился к двери.

— Отпусти сейчас же, — возмутилась девушка, пытаясь освободиться из его рук.

Он самодовольно усмехнулся, продолжая идти, словно не замечая её возню. Фэль обижено притихла, оставив бесплодные попытки вырваться.

Спускаясь по лестнице, они увидели Альтамира.

— Ассэ, Мирэл, — окликнул Странника Ярт.

— Ассэ, — тот поднял голову, оторвавшись от важного занятия — попытки покормить сына. — О, Фэль! Со всеми почестями, не утруждая королевские ножки?

— Скорее потакая королевскому сумасбродству, — фыркнула девушка. — Может, хоть ты уговоришь этого изверга поставить меня на ноги?

— Зачем? — Альтамир хитро улыбнулся. — Такая идиллическая картина. Слов нет. Видел бы тебя твой дядюшка, Ярт. От зависти бы лопнул. Ему Фэль таких вольностей не позволяла. Куда ему, белобрысому.

— Ну вы спелись, похоже, — Фэльмарэ насупилась.

— Конечно, — Альтамир снова безуспешно попытался дать сыну соску и пробормотал. — Вот, посмотри, Ярт. Скоро и тебе так мучиться.

— Ты скоро станешь отцом? — Фэль хитро посмотрела на парня. — Тебя можно поздравить? Кто же та сумасшедшая, что решилась связать с тобой свою жизнь? Почему на свадьбу не пригласил?

— Потому что ты пока не согласилась выйти за меня замуж, — он ухмыльнулся.

Терти с улыбкой смотрела на кислую гримаску, которую состроила ей Фэль, пока Ярт усаживал её на стул.

— Как там этот недотёпа? — поинтересовалась она, имея в виду Альтамира.

— Наивно пытается покормить Ильфорэ, — улыбнулась Фэль. — Только, по-моему, он, скорее, сам всё съест. Сын у вас такой же упрямый, как и отец.

— Ох уж мне этот их семейный характер, — Терти накрыла на стол. — Всё приходится делать самой. Он только шляться и умеет.

— А ты его к плите поставь, — предложила Фэль, очищая фрукты в салат.

— Только это и остаётся, — подруга поставила перед ней кружку отвара. — Пей. Я сейчас его к вам пришлю. Пусть вас кормит. Думаю, это будет несколько легче, чем кормить маленького.

— Иди-иди, а то сын голодным останется, — хмыкнула девушка и с неприязнью покосилась на кружку.

— Пей давай, — Ярт с интересом наблюдал за изменениями её лица.

— Очень смешно, да? — с унынием проговорила Фэль, выпив отвар.

— Весьма познавательно, — улыбнулся он. — Интересно, это все выражения отчаяния и ужаса, на которые способно твоё очаровательное личико?

— Уверяю тебя, нет, — заверила его девушка.

В дверь вошёл Альтамир, на лице которого была ещё более унылая мина.

— Отец из меня… — горестно констатировал он, присаживаясь рядом с Фэль и совершенно случайно беря её очищенное яблоко. Девушка покачала головой и взяла другое:

— Не расстраивайся. Он же ещё маленький. Ему сейчас мать нужнее. А вот подрастёт…

— Когда это ещё будет, — вздохнул Мирэл.

— Скоро. Оглянуться не успеешь, — заверил его Ярт, заработав ещё одну хитро-удивлённую улыбку Фэль, и спросил. — Терти тебе ничего не передавала насчёт завтрака?

— А у тебя что, рук нет? Сам положить не можешь? — усмехнулся Альтамир.

— Я же не у себя дома, — хмыкнул Ярт.

— А вот это ты брось, — вмиг посуровел Странник. — Мой дом — твой дом. Я, кажется, об этом уже говорил.

— Хорошо, — Ярт вскочил, но друг усадил его на место и взял тарелки:

— Сиди уж теперь. Сам обслужу ваше величество.

— Альтамир, не прививай ребёнку дурных наклонностей. А то привыкнет. На Пути с ним нянчиться я не собираюсь, — проговорила Фэль, назидательно поглядев на друга.

— Я не ребёнок! — возмущённо взвился Ярт. — Сколько можно?!

— Ну вот видишь? — вздохнула девушка. — Уже требовательные нотки в голосе, со старшими спорим…

— Кстати, а сколько тебе лет? — тут же поинтересовался Ярт.

Фэль одарила его одним из самых тяжёлых и ледяных взглядов:

— Чему тебя только мать учила? Отца на тебя не было.

Парень вспыхнул, а Терти, проходя мимо Фэль, шепнула:

— Можно подумать, он бы его чему-нибудь умному научил.

— В этом ты права, — тоскливо вздохнула девушка и с горя уткнулась в тарелку с салатом.

— Да уж, Ярт. Плохо тебя воспитали, — Альтамир шлёпнулся на стул. — Ну кто спрашивает у женщины о возрасте? Думаешь, удобно ей признаться, что ей всего-то двести тринадцать? Девчонка совсем.

Ярт подавился куском хлеба, ошарашено глядя на Странника. Тот заботливо подвинул к нему стакан воды и постучал по спине, вздохнув:

— Понимаю, выглядит несколько старше. Но ведь Путь. Тяжелая походная жизнь. Вредно для хрупкого женского организма.

— Ой-ой-ой, — Фэль показала ему язык. — Нет, чтоб сделать девушке комплимент, мол, как хорошо сохранилась, он гадости говорит.

— Напротив! — воодушевлёно возразил Странник. — Я тебе и сделал комплимент, что в твоём детском возрасте ты выглядишь совсем по-взрослому. Ай! — он еле успел отклониться от летящего ему в лоб яблока.

— Оба вы ещё дети малые, — нависла над ними Терти. — Устроили тут себе детскую. Я вам в няньки не нанималась.

— Извини, Терти, — Фэль откинулась на спинку стула. — Просто иногда твой муженёк говорит такие глупости, что мне очень хочется надрать ему уши.

— Фи, Фэль, как грубо, — подруга поморщилась. — Ты же знаешь, что на дураков не обижаются. А он у меня, — она вздохнула, — типичный представитель.

Альтамир скорчил Ярту рожицу, ясно говорившую: «Женщины! Что они понимают в наших мужских шутках!» Парень сочувственно кивнул.

— Кстати, Фэль, — Терти подала десерт. — Ты уже подумала над своим платьем?

— О Нэртэнэль! — девушка испустила вздох отчаяния. — А я уже понадеялась, что вы про него забыли. Ты же знаешь, что я терпеть не могу платья.

— И тем не менее. Это традиция. Каждая королева была в платье, — Терти подперла голову ладонью.

— Может быть, пора сменить традиции? — мечтательно произнесла девушка. — Я буду в брюках и рубахе. Я же не леди из традиционной семьи.

— Фэль, этот вопрос не обсуждается. Ты будешь в платье. А если не придумаешь сама, за тебя придумаем мы, — Терти постаралась гнусно улыбнуться. У неё это почти получилось.

— В самом деле, Фэль, почему ты так не любишь платья? — Альтамир посмотрел на неё поверх чаши.

— Я в них чувствую себя глупо, — Фэль пожала плечами. — Ну не вяжутся они с моим представлением о нормальном виде.

— Для тебя нормальный вид, это когда можно по деревьям ползать или верхом ездить? — ехидно спросила Терти.

— Да уж, в платье не поползаешь, — буркнула девушка.

— Всё, тема закрыта. Ты будешь в платье, потому что традиции есть традиции, — твёрдо проговорила подруга. — Девушки на балу должны быть в платьях, а королева тем более.

Альтамир хихикнул:

— Но учти, под юбкой у неё точно будут брюки.

Ярт с опаской посмотрел на них:

— Надеюсь, на меня вы ничего сверхторжественного натягивать не собираетесь?

— А действительно, Терти, — Фэль прищурилась. — Уравняйте наши положения. Пусть он тоже будет в юбке.

— Ты бы ему лучше посочувствовала, — подруга подмигнула девушке. — За его вид вызвался отвечать Лорелин.

— Ну нет! — на Ярта было приятно посмотреть, так он скислился. — Может лучше ты, Терти? Или нет, я бабушке пожалуюсь! Представляю, во что меня Лорелин превратит. Он хоть и дядя мне, но напакостить попытается точно.

— А ты действительно к Альме обратись. Она тебя в обиду не даст, — Альтамир усмехнулся. — Кто-кто, а Альма тебя оденет так, что сам не придерёшься.

— Да уж, у Альмы вкус безупречный, — Терти улыбнулась. — Многие девчонки её наряды копируют. Может попросить её тебе помочь, а, Фэль? Думаю, её выбором и ты останешься довольна.

— Делай, что хочешь, — Фэль вздохнула. — У Эртэ, кажется, были эскизы платьев. Пусть принесёт. Я посмотрю.

— Наконец-то я слышу от тебя умные речи, — Терти улыбнулась. — Вот увидишь, платье — это вовсе не страшно.

Ярт услышал за стеной тихое поскуливание. Мохнатая парочка вернулась с ночной охоты.

— Под каким кустом ты провёл эту ночь? — спросил парень, высунувшись в окно и оглядывая Сэллифэра, «украшенного» всевозможными лесными «трофеями» — сучьями, листьями, ягодами.

Волк встряхнулся и с довольным видом посмотрел на Ярта:

— Удачная охота.

— Аж целый заяц, — ехидно добавила Ноэрэ и вальнулась в тенёк под скамейкой.

— Она есть хочет, — «перевёл» Сэллифэр ехидный взгляд пантеры Ярту. — Я поймал жирного зайца, но эти кошки такие ненасытные.

— Ясно, — парень посмотрел на Терти. — У нас появилась голодная кошка.

— Ноэрэ? — хозяйка моментально кинулась в кладовку.

Ярт выпрыгнул в окно и набросился на волка, ворча:

— Хоть бы записку оставил. Смылись вдвоём.

Сэллифэр припал к земле и шутливо зарычал (так, что даже Альтамир высунулся):

— Твоя волчица знала…

— Зато я не знал, — Ярт попытался опрокинуть волка на траву, но тот увернулся.

Из-за дома вышла Фэль, неся Ноэрэ аппетитную кость. Пантера прижала её лапой, с интересом следя за мальчишками. Фэль села рядом на скамейку:

— Дети малые.

— Ничего подобного, — пропыхтел Ярт, зажимая голову Сэллифэра в захвате. — Мы тренируемся.

Сэллифэр вырвался и уронил его на землю, клацнув зубами возле его уха, потом склонил голову, недоумённо глядя, и сел рядом.

— Что случилось? — Ярт приподнялся.

— Твои уши. Острые, — волк был явно озадачен.

Парень ощупал ухо и удивлённо воззрился на Фэль:

— Что со мной?

— Ты ушёл из Вэля. В тебе кровь Эльфов, — она приподняла волосы, демонстрируя заострённые кончики ушей. — Неужели не замечал ни разу? У твоей матери тоже…

— У неё они обычные, — Ярт снова ощупал уши. — Почему?

— В этом виноват Ваинэль, — девушка хмыкнула. — У Инри уши заострились, неужели не заметил? Вы же с ним целый день вместе провели.

— Честно говоря, не обратил внимания, — Ярт смущённо пожал плечами. — А если бы и обратил… Он же теперь Маг. Может у них это такая мода в Академии.

— Ваинэль тебя «лечит», возвращает то, что Вэль отнял, — твою эльфийскую сущность, — Альтамир высунулся в окно по пояс и серьёзно смотрел на Ярта, что вкупе с его положением создавало очень комичную картину. Ярт хихикнул и снова накинулся на волка. Сэллифэр ощетинился и упёрся ему в грудь лапами. Игра возобновилась.

— Не понимаю, что тебе ещё нужно? — поинтересовался Альтамир у Фэль, глядя на парня, оседлавшего повергнутого зверя, пытающегося тем не менее вырваться.

— Ничего, — равнодушно ответила она. — Мне не нужен ни Ярт, ни кто-либо другой. Мне нужна свобода.

— А глазки-то горят, — подколол друг и быстро спрятался в дом. От греха подальше. Вовремя, надо сказать. Иначе лишился бы одного уха, а то и длинного языка впридачу.

Фэль усмехнулась ему вслед и снова посмотрела на играющих волков. Ярт сидел на спине Сэллифэра, прижав его брюхом к земле, и удерживал его в таком положении. Волк яростно вырывался, но парень крепко держал его за холку. Сэллифэр опустил морду на лапы:

— Выиграл…

— Знаю, — Ярт слез с его хребта и обнял волка за морду. Тот уткнулся носом в его волосы и вздохнул.

— Ну прямо картинка, — Ноэрэ оторвалась от кости. — Волк и его мальчик.

Фэль негромко фыркнула и встала со скамейки.

— Ты куда? — Ярт моментально вскочил.

— Мне нужно сходить в Академию, — она потянулась. — Повидать Элээн.

— Я с тобой, — парень вопросительно посмотрел на неё.

— Зачем? — Фэль хмыкнула. — У меня там важное дело.

— У меня тоже, — Ярт упрямо вздёрнул подбородок. — К тому же Эртэ меня прибьёт, если увидит, что ты сразу после болезни одна шатаешься по городу.

— Я сама дойду, — холодно отрезала девушка.

— Я же сказал, что нам всё равно по пути, — он сложил руки на груди и пожал плечами. — Так что вместе пойдём.

— Как хочешь, — она пожала плечами и зашла в дом. Через некоторое время девушка вернулась, держа в руках орфэльмеров свёрток.

— Что это? — полюбопытствовал Ярт.

— Неважно, — Фэль спрятала свёрток в сумку. — Пошли, надзиратель.

— Да перестань ты, — он поднял её на руки и закружил на одном месте. — Сколько можно дуться?

— Отпусти, голова кружится, — она наконец-то позволила себе рассмеяться.


Старик-ключник с радостью поприветствовал её. Войдя во двор, девушка огляделась и улыбнулась. Со времени её последнего визита здесь ничего не изменилось.

— Фэль! Фэльмарэ! — с фонтана, как вспугнутые птицы, сорвалась стайка учениц и подбежала к Страннице.

— Ассэлэ! — Фэль со счастливой улыбкой попыталась обнять всех сразу. — Как же я по всем вам соскучилась!

— Неужели на Пути у тебя было время скучать? — спросила одна из них. — Вот уж не поверю.

— Эртэ ищешь? — поинтересовалась другая. — Она сейчас в башне с Элээн. Какие-то неимоверно важные, то есть жутко занудные разговоры, — она смешно поморщилась, но тут же вновь сверкнула улыбкой. — Фэль, спой. Мы давно не слышали песен с Пути, тем более твоих.

— Вообще-то у меня дело очень важное… — растерянно проговорила Фэль, оглядываясь на Главную башню.

— Ну пожалуйста! Пожалуйста-пожалуйста! — они умоляюще смотрели на неё. — Ну, что тебе стоит? Всего одну песенку.

— Ну, хорошо, — Фэль махнула рукой. — Дела пока подождут.

— Отлично, — они в ожидании уселись на ступени лестницы.

Фэль задумалась, что ей спеть. Её взгляд скользнул по Ярту, и она вспомнила старую песенку, которую как-то пела для Хэйли.

— День сменяется ночью, весною зима,

Только в жизни моей никаких перемен.

Путь длиной в мою жизнь коротаю одна,

Не надеясь на встречу когда-нибудь с тем,

Кто сумеет понять и принять,

Кто сумеет, поняв, полюбить.

Только Дева-Луна

Знает, сколько пришлось

Горьких слёз мне на землю пролить…

Но Луна никогда не откроет секрет.

Сердце Странника — Пламя за Льдом.

И нельзя полюбить,

Нам нельзя полюбить,

А любя — быть с любимым вдвоём…

Девушка допела последние строчки и замолчала, повернувшись к подругам. Но тут послышался другой голос, слегка звенящий от напряжения. Она изумлённо подняла голову, услышав:

— Ночь сменяется днём, лёд крошится весной,

И меняется ветер на долгом Пути.

Сколько можно любовь обходить стороной?

Нам судьбой предназначено вместе идти.

Сколько можно глаза отводить?

Сколько можно упрямо твердить,

Что не быть нам вдвоём,

Что любовь не для нас,

Что нельзя нам друг друга любить?

Слышишь, ветер весенний поёт о любви,

И от песни его тает лёд.

Я прошу, протяни,

Руку мне протяни

И поверь в то, что счастье придёт…

— Ярт… Откуда? Там нет таких слов, — пробормотала Фэль, слегка ошарашено глядя на него.

— Теперь есть, — он поднял голову. — Мне её мама пела. Но она была, на мой взгляд, немного грустной. Поэтому я её слегка дополнил.

— Боюсь, что автор не оценила бы твоих стараний, — Фэль хмыкнула. — Хотя, в общем, не так уж и плохо звучит.

— Как красиво! — хором вздохнули ученицы.

— Так это и есть нынешний король? — раздался над ухом Фэль вкрадчивый голос Элээн.

Девушка резко повернулась и слегка склонила голову в приветствии:

— Ассэ, Элээн. Да, это он.

— И что вы в нём нашли? — пробурчал за спиной Элээн мужской голос. — Здравствуй, Странница. Наши пути снова пересеклись…

— Грэдлан… — она отступила на шаг.

— Да, — он гордо вскинул голову. — Как видишь, я добился всего, о чём мечтал. Осталась только ты.

— Даже не надейся, — она вырвала ладонь из его пальцев. — Я уже тысячи раз говорила, что никогда не буду с тобой. Сколько ещё раз мне придётся это повторить, чтобы до тебя наконец-то дошло?

— Из-за него? — он кивнул в сторону Ярта.

— Из-за себя, — Фэль снова посмотрела на Элээн, которую, казалось, происходящее совсем не занимало. — Айэрэ, у меня к тебе маленькое дело большой важности.

— Идём в башню, — Элээн взяла её под руку и повела в здание. Грэдлан направился следом за ними, но Элээн остановила его:

— Пойди к Первой ступени. У них сейчас занятие по иллюзиям, а Имиа приболела. Проведи вместо неё.

— Почему сразу я? — возмутился тот. — Почему не Эртэ или Тайра?

— Потому. Что. Я. Так. Сказала! — от взгляда Айэрэ Грэдлан поёжился и покорно направился на второй этаж.

— Спасибо, — Фэль с большим облегчением вздохнула.

— Похоже, придётся идти ко мне в кабинет, — озабочено нахмурилась Элээн. — Наверняка попробует подслушать наш разговор.

— Когда будет собрание Магов? — поинтересовалась девушка.

— Через неделю, перед праздником, — Айэрэ нахмурилась ещё больше. — Ты была у Орфэльмера? Слышала о Всаднике?

— Неужели это правда? — Фэль встревожилась.

— К сожалению, — Элээн завела её в свою лабораторию и плотно закрыла двери. — От Восточной Ложи будут присутствовать всего два Мага. И это от самой многочисленной Ложи! Да и от них не будет по большему счёту никакого толку. Напуганы до смерти, да и статус у них невысокий…

— На востоке вообще царит паника. Даже среди Странников, — Фэль поморщилась и тряхнула головой. — Орфэльмер не дал мне дождаться Совета. Велел доставить тебе как можно быстрее… Вот, — она вытащила свёрток.

Элээн осторожно развернула ткань. В свете свечей резко сверкнул чёрный кристалл, отполированный до зеркального блеска.

— Мать Жизни! — Элээн дрожащей рукой коснулась камня. — Где он его нашёл?

— Драконье сердце, — Фэль благоговейно смотрела на свёрток. — Вот уж никогда не думала, что увижу его наяву. Теперь у нас есть возможность узнать, как можно защитить мир от Врат…

— У нас ещё ничего нет, кроме куска камня, который нужно разбудить, — резонно возразила Элээн и вытащила небольшой лист бумаги.

«Дорогая сестрёнка. Извини, что давно не появлялся. Думаю, мой подарок отчасти уменьшит мою вину. Я нашёл его в одной из старых драконьих пещер. Никто ничего о нём не знает, я сохранил свою находку в тайне. Но мне она не нужна, а вот тебе может пригодиться, если сумеешь ЕГО разбудить. Думаю, ты тоже не будешь особо распространяться на его счёт. Я посылаю ЕГО с Фэль. Она одна из немногих, кому я ещё доверяю. В наших горах снова беспокойно. Боюсь, кто-то пробудил горных духов или пытается это сделать. Поэтому заранее извиняюсь за своё отсутствие на празднике.

Всегда твой, любящий тебя брат.

Орфэльмер».

Фэль внимательно оглядывала камень.

— Что ты будешь с ним делать, Элэ?

— Пока что спрячу, — Элээн взяла его в ладони и всмотрелась в камень. — Если очень постараюсь, то, наверное, смогу его разбудить. Хранитель драконьего рода нам отнюдь не помешает. Хотя и не обязательно поможет.

— Не стоит о нём никому знать, — задумчиво проговорила девушка. — И в первую очередь Грэдлану. С его манией величия и желанием быть первым всегда и во всём… Зачем ты взяла его в подручные?

— Я не хуже тебя знаю, что он из себя представляет, — грустно кивнула Элээн, убирая камень в тайник. — Очень жаль, что такая Сила досталась совершенно пустому типу. Но гадюка на виду всё же лучше, чем гадюка в траве.

— В этом ты права, — Фэль присела в кресло.

— А теперь давай поговорим о тебе, — Айэрэ вдруг хитро прищурилась. — Кто это у тебя в спутниках?

— И ты туда же? — Фэль закрыла лицо ладонями и отчаянно замотала головой. — Не скажу ни слова!

— А я и не прошу, — Элээн изучающе смотрела на неё. — Отец своего не добился, теперь сын продолжает, — она вздохнула. — Ярт. Сын Вожака Волков Лайнэ и дочери Альмы Хэйлирэн (хорошая была девочка, да вот увёл её Волк). Девятнадцать, точнее, почти двадцать, если не ошибаюсь, лет. Жил в Вэльтарете с самого рождения… То, что понятно всем и без меня, я перечислять не буду.

— Откуда?! — Фэль смотрела на неё с нескрываемым изумлением.

— Сопоставляю факты, дорогая моя, — Элээн подалась вперёд. — Из всей семьи Хэйлы никто не знал, что она сбежала с Волком. Не знают и по сей день. В курсе была только я. Я и помогла ей устроить побег. Они были так влюблены… Жаль, ты этого не видела. Вплоть до самого конца она держала со мной связь. У неё были очень хорошие задатки Мага. О том, что на них напали, я узнала первой. И отряд на помощь послала тоже я. Жаль, слишком поздно. На тот момент Хэйли уже ждала сына. Лайнэ усадил её на коня и велел гнать вперёд, сказав, что найдёт её позже, когда всё закончится. Бедняжка была в ужасном состоянии и сначала даже не поняла, куда попала. Я узнала это, когда она пересекла границу Вэля. Волк погиб, и о его семье никто не узнал. Не было ни одной живой души, кроме меня и Хэйли, кто знал, что от Волков остались не только воспоминания, а ещё и маленький Волчонок. Как его полное имя?

— Лайнэрэн Нэртэ, — выдавила девушка, изумлённо глядя на Элээн. Та тяжело вздохнула:

— Сын Ночного Волка, Ночной Волчонок. Ну да, следовало ожидать. Скоро у волчонка вырастут клыки, и он станет волком. Пусть возьмёт посох.

— А не рано? — Фэль нахмурилась. — Может, позже?

— Сейчас. Он уже вполне готов ступить на Путь. Он рождён для этого, да и Странники сейчас нужны, как никогда, — Элээн внимательно посмотрела на неё. — Не переживай, ничего с твоим ненаглядным Яртом не случится, если он встанет на свои ноги. Он уже взрослый мальчик.

— При чём тут «ненаглядный»? — поинтересовалась девушка.

— Разве ты не любишь его? — вскользь спросила Элээн. — Или я наконец-то ошиблась?

— Возможно, — Фэль пожала плечами. — Я волнуюсь за него. Он мне почти как племянник. Но любить его… вот уж увольте! Я — Странница, и любовь не для меня. К тому же, — девушка помрачнела, — он любит мою сестру.

— Что?! — Айэрэ посмотрела на неё и вдруг весело рассмеялась. — Ох, Фэль! Ну, спасибо! Ну, насмешила!

— Я серьёзно, — Фэль удивлённо смотрела на безудержное веселье.

— Фэль, Фэль. Эртэ любит Инри, Инри любит Эртэ, а то двадцатилетнее чудо природы тебя поедает влюблёнными глазами. Или ты будешь отрицать, что я права? — Элээн глядела на неё весёлыми глазами…


Инри осторожно отошёл от двери. В его голове всё прыгало и скакало, крутилось и вертелось. Мысли неслись со скоростью лавины. Много нового узнал он из случайно подслушанного разговора.

Он задумчиво брёл по коридору, погружённый в себя, и тут услышал тихий голос Эртэ:

— Я сейчас принесу. В саду его много.

Он спрятался за колонну и увидел, как девушка с корзинкой поспешила к выходу. Инри нерешительно вышел из укрытия и в душевных муках стал мерить коридор от стенки до стенки.

«Сказать — не сказать? А вдруг Элээн ошиблась? А вдруг Эртэ посмеётся надо мной? К тому же она учитель, а я ученик… Нет, не буду говорить… Хотя… Элээн никогда не ошибается. Может, всё же сказать?»

Он сполз по стенке на пол и уткнулся носом в колени, размышляя над своей проблемой.

«А чем я, собственно говоря, хуже Ярта?!» — вдруг возмутился Инри и вскочил на ноги, бросившись сломя голову в сад.

Эртэ он увидел на крыльце. Она стояла, укладывая в корзине пучки свежесрезанных трав, и болтала с Яртом.

— Эртэ, нам нужно поговорить, — Инри развернул её и схватил за локоть. — Идём.

— Но… мне надо траву… — она не успела закончить, как парень вырвал корзинку и сунул её в руки одной из Стихиек:

— Отнеси в лабораторию зельеварения, — а потом, уже сбегая с лестницы, повернулся к Ярту. — К тебе у меня тоже разговор. Но он подождёт.

— Конечно, — Ярт отвернулся, скрывая усмешку. — Мне ты не в любви признаваться будешь.

Инри потащил Эртэ в сад.

— Ну всё уже, — она потёрла локоть. — Здесь нас никто не услышит. Что ты хочешь мне сказать?

— Во-первых, — он порылся по карманам и вытащил кольцо. — Давно хотел вернуть тебе это…

— О! Моё «красное око», — она схватила его и сразу надела на палец. — А я его уже обыскалась. Спасибо, Инри.

— А во-вторых, — он набрал в грудь побольше воздуха и выпалил. — Эртэ, я тебя люблю!

Девушка замерла, изумлённо глядя на него. На столь быструю развязку она не рассчитывала.

— Молчишь? — Инри исподлобья глядел на неё. — Наверное, считаешь меня дураком. Можешь посмеяться, я не обижусь. Мне всегда не везло с девушками. Хотя бы потому, что все они висели на Ярте. Я знаю, по сравнению с ним…

Девушка не дала ему договорить, закрыв его рот поцелуем. А потом, глядя в ошарашенные глаза Инри, сказала:

— Ещё раз услышу, как ты сравниваешь себя с Яртом, обижусь, — она вдруг погрустнела и отвернулась. — Я не знаю, сколько мы будем вместе, Инри. Ты же знаешь, я смертная. Но я люблю тебя и готова разделить твою судьбу и твой Путь.

— Я думал… — медленно проговорил он, сжав её плечи. — Я попрошу Камень Судеб изменить твой Путь, Эртэ. Чтобы ты снова могла сделать выбор. Если захочешь остаться человеком, я разделю твой Путь.

— Инри, — она резко развернулась и уткнулась носом в его грудь.

— Я так понимаю, наш план сработал, — из-за дерева вышел Ярт и облокотился о ствол.

— Какой план? — Инри недоумённо воззрился на них.

— Да вот. Мучилась девушка, мучилась, и решил я ей немного помочь. Сыграть, так сказать, на твоей ревнивой натуре, — хмыкнул друг. — Чтобы ты действовать начал, а не рассуждать как обычно: «Сказать — не сказать… А вдруг сама догадается?»

— Я тебя убью, — с весёлой злостью выдохнул Инри и бросился на Ярта. Они дружно повалились на траву.

— Ярт… Инри… Мальчики, перестаньте! — попыталась разнять их Эртэ.

— Я не мальчик! — хором возмутились они.

— А ведёте себя как малолетние мальчишки! — заявила девушка.

— Ну ладно, ладно, — они нехотя расцепились и встали.

— Спасибо… друг, — негромко проговорил Инри.

— Не за что, — Ярт слегка толкнул его плечом и шепнул на ухо. — Везёт же тебе. И девушка тебя любит, и Эльфом станешь.

— Тебе, положим, для этого и к Камню идти не придётся, — так же шепнул Инри.

Ярт удивлённо посмотрел на него:

— О чём ты?

— Сейчас расскажу, — Инри покаянно посмотрел на девушку. — Нам… поговорить надо.

— Страшные тайны, да? — понимающе улыбнулась она. — Я в лаборатории. Надеюсь, после вашего разговора никого лечить не придётся?

— Конечно нет, — заверил её Инри, и Эртэ скрылась за углом.

— Выкладывай, — потребовал Ярт, нетерпеливо глядя на друга.

— Лучше сядь, — честно предупредил Инри, и сам опустился на траву под деревом.

— Ну? — Ярт сел.

— Ты был прав, — друг вздохнул. — Этот самый Лайнэ — твой родной папаша.

— Откуда ты это узнал?! — Ярт подскочил как ужаленный.

— Сегодня Грэдлан выгнал меня с занятия, и я пошёл к Элээн в лабораторию, — стал рассказывать Инри. — Она мне разрешает там заниматься самостоятельно. А в лаборатории разговаривали они с Фэль. Сначала о каком-то магическом амулете, а потом о тебе. Элээн всё о тебе знает. И что ты — сын Хэйлирэн и Лайнэ, и что ты последний из седьмого племени, больше Волков нет, и что о тебе знает очень ограниченный круг народа, и что в семье твоей матери о твоём отце ничего не известно. Она ещё твоё имя полное называла, что-то там с волками связанное, но я не запомнил, — Инри воодушевлёно смотрел на ошарашенного друга. — Ты понимаешь, что всё это значит? Ты чистокровный Ночной Эльф, наследник и последний в живых из седьмого племени.

— Два легендарных племени, — выдавил Ярт, вспомнив один из разговоров с Альтамиром, и усмехнулся. — Как чувствовал…

— И ещё, Ярт, — Инри положил на его плечо. — Элээн сказала, что Фэль любит тебя. А она никогда не ошибается. Только Фэль не признает этого. Она ведь Странница. Поэтому не требуй от неё подтверждения. Ещё не хватало, чтобы они узнали, что я подслушивал.

— Они ничего не узнают, — пообещал Ярт и встал. — Пусть Фэльмарэ сама расскажет мне эту историю. Я подожду.

— Она ревнует тебя к Эртэ, — хихикнул Инри.

— Неужели? Тогда будь добр, окажи мне одну маленькую услугу, — хитро улыбнулся Ярт. — Подуйся на меня до праздника и предупреди Эртэ, чтобы сестре ничего не говорила. На балу мы вас свяжем, но я хочу заставить её помучиться от ревности. Это моя маленькая месть.

— Ты никогда не отказывал себе в мелких пакостях, — рассмеялся Инри. — Значит, до бала?

— До бала, — Ярт хлопнул его по ладони, и они разошлись, состроив хмурые гримасы.

Ярт старательно переваривал свалившиеся на него известия. Его не особенно удивило то, что Лайнэ оказался его отцом, слишком уж многое на это указывало. Не удивило его и то, что Фэль об этом знала. Её поведение очень красноречиво свидетельствовало о причастности к тайнам его происхождения. Поразмыслив, он пришёл к выводу, что обо всём знали и Эртэнэль с Терти, и Орфэльмер, и, наверное, Альтамир. И ведь все молчали, ни словом ему не обмолвясь. Он хорошо помнил слова Фэль, объяснявшие её нежелание говорить ему о его происхождении, но вот остальные… Ярт задумчиво смотрел в никуда.

Наконец-то у него есть отец, род, место. Он знает, чей он сын. Но что это ему даёт? Он всё равно Одиночка. Всё племя погибло. Вождь без народа.

Ярт криво усмехнулся и поднял голову. Перед ним стояла Фэль.

— Что с тобой? — поинтересовалась она.

— Да так, думаю о Волках, — выдал он.

— О волках? — она удивилась.

— Ну да, — Ярт невозмутимо пожал плечами. — Ну, знаешь, седьмое племя… Лайнэ… Я на него здорово похож, видел портрет в книге. Мог бы сойти за последнего представителя, ведь всё племя погибло, — он искоса наблюдал за Фэль. В её глазах вновь появилось тревожное недоумение.

— К чему это ты? — как можно спокойнее спросила девушка.

— Ну вот сама подумай, — он приблизился к ней. — Ты — последняя из своих. Я похож на типичного Волка, если таковым, конечно, можно считать Лайнэ. Король и королева. Как сказал Альтамир — два легендарных племени.

Искорка тревоги в её глазах разгорелась ещё ярче, но Фэль спокойно улыбнулась:

— Забавный ты, Ярт.

— Может быть, — он пожал плечами. — Ты уже всё?

— Да, — она кивнула и посмотрела на окна второго этажа, где мелькали ученические балахоны Первой ступени.

— Я тоже всё, — он и договорить не успел, как она схватила его за руку и потащила за собой:

— Тогда бежим скорее.

Он хотел спросить, зачем, но не успел. За их спинами раздался вопль:

— Фэльмарэ! Подожди!!!

Девушка сморщилась и быстро захлопнула ворота. Ярт только и успел заметить бегущего к воротам Грэдлана.

— Кто это? — поинтересовался он, когда Фэль чуть ли не бегом тащила его от Академии.

— Грэдлан, — девушка тяжело вздохнула и остановилась на краю Площади Фонтанов. — Он наивно полагает, что я должна ему принадлежать. Дескать, так нам предсказано.

— Что предсказано? — до Ярта сразу не дошло.

— Было у нас в своё время развлечение. Ну, вроде игры, что ли, — начала объяснять Фэль. — Выходишь утром из дома и загадываешь какую-нибудь примету. Ну, Грэдлан однажды и загадал, что девушка, которая поставит ему синяк, ему предназначена. К моему большому сожалению, я тогда была глупой задирой, а он — жутко надоедливым. Естественно этой девушкой оказалась я. Он меня целый день доводил.

Ярта согнул приступ неуправляемого хохота. Фэль секунду хмуро смотрела на его веселье, а потом тоже присоединилась к спутнику, и их звонкий смех разносился по всей площади.

— С тех пор он нудит, что я — его Судьба, — нашла в себе силы закончить девушка.

— Позволь мне с ним поговорить, — многозначительно посмотрел на неё Ярт. — Может, отстанет.

— Вот ещё, буду я тобой рисковать, — фыркнула девушка. — Грэдлан, несмотря ни на что, сильный Маг. Он найдёт на тебя управу. Даже я иногда его побаиваюсь. И вообще, нам что, больше поговорить не о чём?

— Ну, почему же, — Ярт хитро улыбнулся и опустил ладонь в воду. — Можно, например, вспомнить, как мы тебя умывали, — он окатил её волной брызг.

— Ах так?! — Фэль вскочила и тоже запустила ладони в воду. — Ну, держись!

Они гонялись друг за другом вокруг фонтана, поднимая тучи брызг. Одно удовольствие было на них смотреть, чем и занимались все идущие мимо жители.

— Попалась! — ликующе воскликнул Ярт, схватив её сзади за талию. — Сейчас мы тебе устроим купание.

— Я и так вся мокрая, — возразила со смехом Фэль. — Куда уж больше?

— Тем более. Тебе уже не страшно, — он приподнял её над бортиком фонтана.

— Ну уж нет, — ехидно протянула она. — Только вместе с тобой, — и потянула его за собой. Они дружно бултыхнулись в воду.

— Тебе на спинку полить? — заботливо спросил Ярт, поливая её с ладони.

— Лучше помоги вылезти, — она подняла руки. С рубашки стекало в три ручья.

Ярт подал ей руку, и девушка вылезла на сухие камни площади. Он тряхнул волосами, и Фэль окатил фейерверк брызг.

— Надеюсь, это была последняя капля? — поинтересовалась она, выжимая волосы.

— Нет, на мне их ещё пара-тройка миллионов, — усмехнулся Ярт, отбросив мокрые пряди за спину.

— Мне уже страшно, — девушка оставила волосы в покое и услышала, как на башне бьёт полдень. — Домой пора. Терти на стол накрывает.

— Идём? — Ярт обнял её за талию, и они направились к дому, оставляя за собой небольшие лужицы.

Увидев их, Терти только что в обморок не упала, а Альтамир весело поинтересовался:

— Сегодня в Академии был день вызова дождя?

— Да ну тебя, — Фэль виновато оглядывала грязную лужу, натёкшую на пол. — Терти, я это сейчас уберу, только переоденусь.

— Да идите уж, сама уберу, — отмахнулась подруга. — Лучше переоденьтесь.

— Ты просто кладезь милосердия, подружка, — Фэль попыталась её обнять, но Терти заблаговременно отступила.

Парочка пошла наверх на цыпочках, стараясь поменьше наследить.

— Иди, готовь, я сам уберу, — ворчливо проговорил Альтамир, когда Терти потянулась за тряпкой.

— Золотко ты моё, — прочувствовано сказала она и чмокнула мужа в щеку…

— Так где вы так накупались? — поинтересовалась хозяйка, когда они уже сидели за столом, переодевшись и закутавшись в сухие полотенца.

— Где-где, на Площади Фонтанов, — невозмутимо проговорила Фэль, поглощая обед.

— Где?! — изумилась Терти.

— Мы там в догонялки поиграли, — «пояснил» Ярт.

— Я смотрю, у тебя это уже излюбленное место в городе, — хмыкнул Альтамир. — Там и драки, и споры, и Фэль вот теперь искупал…

— Из всего вышеперечисленного я бы с удовольствием повторил последнее, — заметил парень, искоса глядя на Фэль.

— Нет, спасибо, — фыркнула та. — Ещё одно такое купание, и я точно заработаю простуду. Хотя… — её глаза хитро заблестели.

— Только простуженной королевы нам не хватало, — усмехнулась Терти, правильно истолковав её взгляд, и добавила. — Сегодня придут Альма и Эртэ. Ты готова?

— Угу. Я уже ткань выбрала, — Фэль вдруг порозовела.

— И какую же? — поинтересовалась Терти.

— Секрет, — Фэль вздохнула и подперла голову ладонью. — Но тебе понравится.

— Опять что-нибудь чёрное? — подруга покачала головой.

— Не угадала, — девушка хитро усмехнулась. — Но тебе всё равно не угадать.

— Интересно, — Терти задумалась.

— Альтамир, я хочу с тобой поговорить, — тихо прошептала Фэль.

— О чём? — поинтересовался он.

— Есть одно дело, — она допила сок и встала. — Я у себя. Спасибо, Терти.

— Не за что, — подруга улыбнулась.

«О чём это ей нужно поговорить с Альтамиром?» — подумал Ярт, проводив её взглядом, и тоже встал:

— Спасибо, Терти. Ты нас уже избаловала своими вкусностями.

— Да хватит тебе, — хозяйка отмахнулась. — Смотри, заставишь Альтамира ревновать, туго тебе придётся.

— Да ты не бойся, я не ревнивый, — буркнул Альтамир, искоса глядя на неё.

— Ну да, конечно, — философски вздохнула она и хитро улыбнулась. — А может, стоит напомнить, что ты Лорелину устраивал, когда мы с ним гуляли?

— Это уже интересно, — Ярт снова очутился на стуле. — Неужели мой дядюшка и тут успел наколобродить?

— Представь себе, — проворчал Странник, устремив на Терти возмущённый взгляд. — Было такое дело, когда мы поссорились. Молодые были, глупые.

— Да уж, молодые, — Терти фыркнула. — Сговорились Маг со Странником, устроили ловушку твоему дяде. Он по наивности в неё попался.

— Какую ловушку-то? — с интересом спросил Ярт.

— Ну… ты пока рассказывай, а я к Фэль пойду, — поднялся Альтамир.

— Да тут и рассказывать нечего, — Терти хмыкнула. — Вырыли яму, замаскировали магически. Шёл себе Лорелин на встречу со мной. И вдруг — раз! И в яму свалился. А пока он оттуда пару часов пытался выбраться, Мирэл ему нотации читал. Как нехорошо у друзей девушек уводить.

— Невест! — высунулся из-за двери Странник.

— И дуэли у них были, и мелкие пакости друг другу, — продолжила Терти как ни в чём не бывало. — А потом он мне предложение сделал.

— Сколько же лет с тех пор прошло, — ностальгически вздохнул за дверью Альтамир и спохватился. — Я же к Фэль шёл.

— Я, пожалуй, тоже пойду, — улыбнулся Ярт. — Надо книгу дочитать.

— Иди, — хозяйка выпроводила его с кухни и занялась делом.

Ярт прокрался под дверь Фэль. Ему было очень любопытно узнать, о чём пойдёт речь.

— Альтамир, ты ничего не говорил Ярту? — голос Фэль слегка дрожал.

— О чём? — Странник сел на кресло и посмотрел на девушку.

— О том, кто он такой, — Фэль напряжённо сжала пальцы. — У меня такое чувство, что он всё знает.

— Я ему ничего не говорил, — твёрдо заверил её друг. — Если только кто-нибудь ещё… Эртэ, например. К тому же Ярт, как ты сама как-то заметила, неглупый мальчик. Вся эта история с Лайнэ шита белыми нитками. А уж их сходство… Знаешь, о чём судачат по городу?

— О чём же? — Фэль села на край кровати.

— Что Волк вернулся, чтобы закончить начатое, — Альтамир фыркнул. — Твой шумный отказ Ваинэль не скоро забудет. Таких событий в его тихой жизни было маловато. Эх, жаль, я этого не видел.

— Было бы о чём жалеть, — девушка скорчила рожицу. — Ну, подумаешь, получил он пару-тройку синяков и шишек. Так ведь его же никто не заставлял распускать руки. Я просто защищалась.

— И тем не менее, — Альтамир упёрся взглядом в пол. — Если ты так переживаешь, скажи ему правду, и не надо будет волноваться, что он узнал это от кого-то другого.

— Ну как я ему скажу? — Фэль чуть не плакала. — Жил он себе в Вэле спокойненько. Парень как парень. И вдруг — на тебе! Мать — Эльфийка, отец — Эльф. Вся система мира, вбитая с детства мировоззрением Вэля, катится на Тёмный Путь.

— Но ведь рано или поздно он всё узнает, — справедливо рассудил друг.

— Знаешь, сколько раз я собиралась рассказать ему правду? — Фэль нервно метнулась к окну. — За нашу дорогу это было не единожды, но каждый раз что-то мешало. Может, это судьба? К тому же, как ты себе это представляешь? «Знаешь, Ярт, я знала твоего отца. Это Лайнэ. Извини, что раньше не сказала, времени не было». Так, что ли? Представь себе, что он на это скажет!

— Ничего бы я не сказал, — прошептал Ярт, внимательно прислушивающийся к разговору.

— Ну что ты волнуешься? — непонимающе заметил друг. — Ярт — взрослый мальчик. Скоро станет Странником, и вы распрощаетесь, если я правильно понял всё, что ты мне раньше говорила.

— Между прочим, Элээн сегодня сказала, что ему уже пора брать посох, — ехидно заметила Фэль. — Делать это, естественно, придётся нам. И если ты не забыл наши неписаные законы, то после этого я с ним целый год не расстанусь, как со спутником. И вот подумай, каким «весёленьким» будет для меня этот год.

— Ну, хочешь, я его в спутники возьму? — примирительно предложил Странник.

— Нет, — поспешно ответила она. — Это моё дело. Я его на Путь потащила. Значит, мне его спутником брать.

— Ты бы сейчас лучше балом себе голову забивала, — вдруг усмехнулся Альтамир. — Это всё мы решим уже после.

— Наша Айэрэ считает, что Странником он должен стать до бала, — вздохнула Фэль. — Похоже, у неё для нас готово новое приключение.

— Ну, если надо, — Странник встал и взял её за плечи, слегка встряхнув. — Успокойся. Всё утрясётся. Даже если твой драгоценный Ярт всё узнает о своём происхождении, это ровным счётом ничего не изменит в ваших отношениях. Независимо от того, когда он всё узнает. Поверь мне.

Ярт осторожно проскользнул в свою комнату, пока Альтамир не застукал его на «месте преступления». Сев за стол, он открыл книгу и попытался сосредоточиться на очередном рассказе, но ничего не получилось. В соседней комнате всё утихло. Похоже, Альтамир ушёл. Ярт подошёл к окну и посмотрел на окраину города. Полуденный лес выглядел великолепно. В его голове возникла замечательная идея.

Когда он влетел в комнату Фэль, девушка стояла у окна. Она повернулась к нему и одновременно с Яртом начала:

— Знаешь, у меня появилась мысль…

Они засмеялись, а потом Ярт спросил:

— Какая?

— Не хочешь прогуляться в лес? — поинтересовалась Фэль.

— Именно за этим я и пришёл, — несколько удивлённо проговорил парень. — Пригласить тебя на прогулку по лесу.

— Тогда идём? — она направилась к двери. Ноэрэ направилась за ней. Из-под кровати потягиваясь вылез Сэллифэр. Он зевнул и посмотрел на Ярта:

— Вы в лес?

— Да, — тот потрепал его по голове. — Пойдёшь с нами?

— Конечно, — волк вскочил, моментально сбросив с себя сонливость.

У двери их ожидало горестное известие. Сапоги всё ещё были насквозь мокрыми.

— Ну, и что мы будем делать? — поинтересовался Ярт, скептически осматривая свою обувь.

— Пойдём босиком, — Фэль решительно вздёрнула подбородок и вышла из дома. Ярт с усмешкой покачал головой, подумав, что бы на это сказала мама.

Они с удовольствием шлёпали босиком по тёплым, нагретым солнцем камням мостовых. Всё было так мирно, что с трудом верилось в то, что к этим местам подбирается война. Фэль оторвала его от этих горестных мыслей:

— Ярт, что ты опять скис? Такой чудный день!

— Я вижу, — Ярт улыбнулся и обнял её. — Особенно потому, что ты рядом со мной.

— Перестань, — она отпрыгнула. — День хорош сам по себе.

— Для меня это его основная прелесть, — вздохнул Ярт и снова попытался её обнять.

— Не-а, — она увернулась и показала ему язык. — Догони, прежде чем хватать!

Похоже, в Ваинэле к ним уже начали привыкать. Вслед им обернулось от силы пятеро жителей.

Фэльмарэ выбежала на мост и задорно спросила:

— Ну как? Ты ещё не устал?

— Вот ещё, — фыркнул Ярт. — Просто давно босиком не ходил.

— А, ясно, — усмехнулась девушка. — Изнежила тебя Хэйла.

— Ничуть. Никогда не был неженкой, — Ярт подошёл к ней и хитро улыбнулся. — Я, конечно, слегка избалован…

— Слегка?! — Фэль рассмеялась и побежала к лесу. Ему ничего не оставалось, кроме как последовать за ней.

Полусумрак леса дохнул им в лицо свежей прохладой, приятно взбодрившей их после пробежки. Фэль замерла, закрыв глаза и прислушиваясь к Песне Леса. Ярт вспомнил первый раз, когда она подарила ему эту Песню. Первый раз, когда он поцеловал её. Девушка интуитивно уловила направленность его мыслей и двинулась с места.

Они медленно брели по хитросплетениям лесных тропинок. Молчали. В лесу было шумно и без их голосов. Спутники оставили их вдвоём, видимо, вновь отправившись на охоту.

Дорогу пересёк широкий ручей, почти небольшая речушка. Фэль закатала брюки и побрела по воде. Ярт присел на краю, удобно устроившись на мягкой траве.

Вдоволь набродившись, девушка тоже присела рядом с ним. Ярт слегка прилёг и поглядел на её спокойное лицо. Фэль глубоко вздохнула и откинулась навзничь. Лес возвращал ей силы.

— Здесь красиво, — негромко заметил Ярт, оглядываясь.

— Живой лес всегда красив, — улыбнулась Фэль. — Эх, показать бы тебе места моего детства.

— Покажи, — загорелся он.

— Не могу, — она слегка нахмурилась. — Во-первых, это далеко, за горами, а во-вторых, я не хочу туда возвращаться.

— Ясно, — парень слегка пожал плечами.

— Не дуйся, — она слегка пощекотала его.

— А я и не дуюсь, — Ярт навис над ней, удерживая её руки от посягательств на свои бока.

— Щекотки боишься? — хитро спросила Фэль.

— Нет, не боюсь, просто не люблю, — он слегка нагнулся, ловя её взгляд. — А ты?

— Не боюсь, — она вжалась в траву, пытаясь спрятаться от его настойчивого взгляда. В её глазах разгоралась искорка тревоги. Её беспокоило такое положение дел, когда она находилась в довольно беззащитном положении.

— Что-то случилось? — Ярт заметил её беспокойство.

— Нет, — она осторожно высвободилась и слегка отодвинулась от него.

— Ты боишься? Боишься, что я что-нибудь тебе сделаю? — он резко поднялся. — Не волнуйся. Я никогда ничего не сделаю против твоей воли, — Ярт быстрым шагом пошёл вглубь леса.

— Несносный мальчишка, — Фэль вскочила и побежала за ним. — Ярт! Постой! Ты куда?

Она догнала его у края небольшой полянки. Ярт стоял, опершись рукой о ствол дерева.

— Ярт… — она осторожно коснулась его плеча.

— Я не понимаю, зачем? — тихо проговорил он, не глядя на неё. — Ты мучаешь меня неизвестно для чего. Ты же знаешь, что я люблю тебя…

— Меня ли? — вдруг горько вздохнула Фэль.

— Кого же ещё? — Ярт опустился на траву. — С самого первого взгляда я полюбил тебя, Фэль. Когда ты стояла в дверях гостиницы. Такая вольная, прекрасная, гордая, далёкая. Когда смеялась над моим предложением взять меня с собой. Когда мы пробирались сквозь эту проклятую Границу Вэля. Я боготворил тебя с момента моей первой Песни Леса. Всё это время ты держишь меня на расстоянии, возводишь между нами стену. И когда мне кажется, что я её разрушил, появляется новая, и ты отдаляешься ещё больше. Скажи, почему, когда я уже готов уйти и тихо страдать в одиночестве, ты вновь подпускаешь и дразнишь меня? Зачем тебе это, Фэль?

— Если бы я знала, — тихо проговорила она, опускаясь рядом. — Я не могу отпустить тебя, Ярт. Хотя бы в память моей дружбы с твоей матерью. Я же обещала ей…

— Забудь про мою мать, — попросил он, повернув голову к ней. — Уверен, если бы не она, меня бы здесь сейчас не было. Я прав, да? Но неужели ничего, совсем ничего кроме вашей дружбы не связывает тебя со мной?

— Ты — мой спутник, — пожала плечами Фэль. — Я взяла тебя с собой, и я несу за тебя ответственность.

— Фэль, я уже не ребёнок, — Ярт сжал её плечи и прямо взглянул в глаза. — Что бы ты ни говорила, ты тоже знаешь, что я большой мальчик. И ты меня почему-то боишься, всё время пытаешься уйти. Почему? Что со мной не так?

— С тобой всё в порядке, ты же сам это прекрасно понимаешь, — она покачала головой. — Но я действительно боюсь тебя. Потому что ты — неизвестность. Ты — перемены. А я не хочу ничего менять в своей жизни. Всё было так просто: Путь, одиночество, друзья, враги. А теперь ещё ты. Я не могу назвать тебя другом, ты мне не племянник, даже названный. И любить я тебя… не могу. Ты ветреный, Ярт. Ты — ветер, сейчас дуешь в одну сторону, через секунду — в другую.

— Неправда! — возмутился он. — С момента нашей встречи я ни на одну девушку не взглянул…

— А как же Эртэ? — Фэль устало прислонилась спиной к дереву. — Она тебе нравится.

— Ну и что? Она красива, обаятельна, но Эртэ — это Эртэ, а ты — это ты, — Ярт склонил голову. — Скажи, что мне сделать, чтобы изменить твоё отношение ко мне?

— Ничего, — Фэль покачала головой. — Так, значит, Эртэ тебе нравится?

— Как друг, — он пожал плечами.

— Да? — Фэль приподняла его лицо и заглянула ему в глаза. — И ты всех своих друзей целуешь?

— Я не целовался с Эртэ, — ехидно заметил Ярт.

— Неужели? Что-то мне не очень в это верится! — Фэль усмехнулась.

Ярт резко обхватил её за талию и прижал к себе:

— Для меня есть только одна девушка, которую я сейчас могу и хочу целовать. И делать это мне хочется бесконечно.

Он прильнул к её губам. Фэль и пикнуть не успела. Впрочем, она не особо и сопротивлялась.

— Ну вот, опять, — грустно проговорил Ярт.

— Что — опять? — Фэль облизнула губы.

— Опять ты меня дразнишь, — Ярт отпустил её. — Уж лучше бы я действительно в твою сестру влюбился.

— Что? — возмутилась Фэль.

— Ты, никак, ревнуешь? — он слегка приподнял брови.

— Вот ещё, — насупилась девушка.

— А по-моему ревнуешь, — Ярт уронил её на траву и склонился над её лицом. — Ну, признайся, ведь ревнуешь?

— Нет, — Фэль, наморщила носик. — Просто не люблю, когда парень, который две минуты назад признавался мне в любви, поёт дифирамбы другой.

— Ах, вот оно что! — Ярт хмыкнул. — Ты, у нас, оказывается, собственница. А я, получается, что-то вроде обязательной детали окружения.

— Перестань молоть чушь, — она притянула его голову и поцеловала парня.

Ярт на всю жизнь запомнил эти минуты на небольшой полянке. Они ни о чём не думали, просто целовались. Фэль и не подозревала, что поцелуи могут быть таким увлекательным занятием. Сейчас ей не было дела ни до Эртэ, ни до кого-либо другого. Пожалуй, рискни он замахнуться на большее, она бы ему позволила. Хотя, почему позволила. Ей самой хотелось чего-то большего.

На этот раз их прервала мохнатая парочка. Их появление напомнило о том, что кроме Фэль, Ярта и поцелуев в этом мире существует ещё много всего. Например, Терти, Эртэ и Альма, которые скоро соберутся, дабы измышлять наряды для короля и королевы.

— Пора, — Фэль торопливо поднялась, не глядя на Ярта.

— Я бы это место увековечил, — он развалился на траве, раскинув руки. — Что на тебя нашло?

— Проснулась совесть за невиннозамученного мальчика, — фыркнула девушка.

— Я тебя очень-очень люблю, — тихо прошептал Ярт, обняв её за плечи.

Она поглядела в его счастливые глаза и улыбнулась:

— Идём в город. Нас ждут.

— Идём, — он обхватил рукой её талию. Фэль, обречённо вздохнув, прижалась к нему и положила голову на его плечо.

— Кажется, они поладили, — Ноэрэ смотрела им вслед.

— Они связаны, а с этим нельзя спорить. Это можно только принять, — Сэллифэр помчался вдогонку.

Когда они вернулись, их уже ждали.

— Ну наконец-то! — Терти вышла из кухни. — Мы уже полчаса ждём.

— Извини, мы несколько… — Фэль запнулась.

— …заплутали, — договорил Ярт, осторожно касаясь губами её макушки.

— Ага, ясно, — Терти окинула их взъерошенный вид насмешливо-цепким взглядом. — Фэль, давай быстрее.

— Извини, Ярт, но платье я выберу и без тебя, — Фэль вытолкала его в прихожую.

— Да, Ярт, иди-иди. На празднике увидишь, — поддержала её Альма.

Все четверо сгрудились над толстой пачкой набросков, которые принесла Эртэ. Фэль задумчиво перекладывала листы, скользя по ним взглядом и выслушивая советы и пожелания, звучащие сразу с двух сторон. Кое-что она откладывала в сторону.

Потом, проглядев то, что отложила, она взяла чистый лист и перо. На бумаге появился набросок платья. Советчицы встали у неё за спиной. Девушка закончила и двинула листок вперёд:

— Что-нибудь такое. Как думаете?

— А что, — Альма взяла лист и смерила её пристальным взглядом. — Будет красиво смотреться.

— Когда ты принесёшь ткань? — Терти задумчиво тёрла подбородок, внимательно изучая рисунок. — Надо поспешить.

— Вы это одобряете? — Фэль кивнула на рисунок.

— Сестрёнка, ты будешь самой прекрасной королевой, — Эртэ обняла её.

— Тогда я очень извиняюсь, — Фэль виновато посмотрела на Терти, — но шить это платье будут другие портнихи. Я хочу сделать сюрприз всем.

— Если ты считаешь, что так будет лучше, — та грустно вздохнула, но тут же задорно улыбнулась. — Однако ты сегодня очень покладиста. Я думала, мы тут несколько часов будем с тобой сражаться за возможность привести тебя в нормальный вид. Это Ярт на тебя так повлиял?

— Да ну тебя, — Фэль отмахнулась и повернулась к сестре. — Эртэ, пусть короны будут серебряными.

— Конечно, — Эртэ кивнула. — Вам действительно лучше взять серебро.

— Кстати, Альма! — девушка вдруг рассмеялась. — Это правда, что видом Ярта занимается Лорелин?

— Ну уж нет! — Альмарэн покачала головой, состроив рожицу. — Этого ещё не хватало. Яртом займёмся мы с Терти. Даже слышать не хочу, что Лорелин к этому руку приложит.

— Да уж, зная вкусы Лори и то, что он рассчитывал занять это место, можно представить, что он с Яртом сделает.

— Вот потому мы и сделаем всё сами, — Альма придвинула к себе другой лист и набросала ещё один эскиз. — Я думаю, нечто подобное.

— Как раз то, что нужно, — Терти сдвинула оба рисунка. — Смотреться будут замечательно.

— Чёрный цвет, — вдруг сказала Фэль.

— Что? — они повернулись к ней.

— Ему идёт чёрный.

— Давай, это решу я, — непреклонно заявила Альма.

— Я просто высказала свою точку зрения, — Фэль пожала плечами.

— Мы её учтём, — хихикнула Терти. — Это же всё-таки твой Ярт.

— Даже так? — Альма вздёрнула брови. — Вас уже можно поздравить?

— Не стоит, — девушка покачала головой. — Терти глупости говорит. Между мной и Яртом ничего нет. Мы просто спутники.

— А жаль. Красивая была бы пара, — улыбнулась Альма.

— Я к себе, — Фэль забрала набросок, но уже у двери обернулась и прямо посмотрела на Альму. — Я хотела бы с тобой поговорить. Зайди ко мне, если не очень торопишься.

— Какая она таинственная стала. С ума сойти! — удивилась Терти.

— Надеюсь, сюрприз будет приятным, — задумчиво проговорила Эртэ, собирая эскизы.

— Думаю, да, — Альма направилась к внуку, который скучал в гостиной.

— Добрый день, бабушка, — Ярт улыбнулся ей.

— Добрый день, милый, — она поцеловала его в макушку. — Чудесно выглядишь.

— Ты лучше, — он коснулся губами её ладони.

— Ярт, я хочу поговорить о твоём костюме… — Альма присела рядом. — У меня есть одна идея. Ты не мог бы завтра прийти ко мне?

— Конечно, мог бы, — Ярт улыбнулся. — Я надеюсь, моим видом займёшься ты, а не Лорелин?

— Я его к тебе и близко не подпущу, — заверила его Альма.

— Слава всем богам, — Ярт вздохнул с явным облегчением.

— Значит, договорились. Завтра после обеда… нет, до обеда жду тебя у себя, — Альма улыбнулась. — А сейчас прошу простить меня. Возникли кое-какие дела с неугомонным Пламенем.

— Конечно, — Ярт поднялся. — А я пойду помогу Эртэ. Вон какая пачка тяжёлая.

— Не преувеличивай, — Эртэ перевязала пачку лентой и без труда её подняла. — Это же просто бумага.

— Бумага тоже тяжёлая, когда её много, — назидательно заметил Ярт.

— Ладно, помощник, проводи до калитки, — милостиво кивнула Эртэ.

— Идём, — Ярт босиком прошлёпал по крыльцу. Как он успел убедиться, сапоги ещё не высохли. Эртэ улыбнулась:

— Вижу, Фэль учит тебя своим привычкам.

— Почему? — спросил парень.

— Она любит ходить босиком, — девушка вышла на улицу.

— Я тоже, — Ярт пожал плечами. — Дома я никогда не ходил в обуви. Босиком куда приятнее.

— О! Ну, тогда вы споётесь, — хмыкнула Эртэ. Она опустила пачку на землю, и они продолжили дружескую болтовню у калитки, пока не вышла Альма.

Она в это время говорила с Фэль.

— Я хочу рассказать тебе кое-что о Ярте, — девушка взглядом предложила ей присесть.

— Что же? — Альма с любопытством оглядела комнату и посмотрела на неё. — Ты скажешь мне, откуда он родом?

— Из племени Волков, — Фэль присела на подоконник. — Его отец — Лайнэ. Я думаю, ты его помнишь.

— Ещё бы, — Альма усмехнулась. — Правда, за синяками и ссадинами я его не особенно разглядела. Все говорят, что Ярт — его копия.

— Только глаза вашей семьи, — Фэль кивнула. — Ярт — Эльф, но он не знает об этом. И не знает, кто его отец. Я хотела попросить тебя сказать ему об этом.

— Знаешь, Фэль, — Альма тихо улыбнулась. — Я думаю, это нужно сделать тебе. Я не знала Лайнэ ни как Странника, ни как зятя. Хэйла помнила о старой вражде наших семей, потому и сбежала. Наверное, думала, что я не пойму её выбора. Я её понимаю. Судя по Ярту, Волк был изумительно красив. Не так как Дневные Эльфы нашей семьи, но тем не менее… Однако, несмотря на это, мои слова — «твой отец — Лайнэ» — будут просто набором звуков. Я не могу ничего о нём сказать. Нужно, чтобы в имя было что-то вложено, чтобы он понял, к какому роду принадлежит. Ты — Ночной Эльф, Фэль. Ты сможешь всё ему объяснить.

— Не думаю, — пробормотала девушка.

— Вас что-то связывает, — Альма на секунду сосредоточилась. — И это не только Путь или общность народов. Это нечто большее. Может быть, любовь?

— Альма! — Фэль со страдальческой улыбкой посмотрела на неё. — Ярт, конечно, красив, умён, смел и так далее. Но он только мой спутник, — она посмотрела в окно и чуть не свалилась с подоконника. Ярт стоял в обнимку с Эртэ, и девушка нежно целовала его в щеку.

— К тому же он уже с моей сестрой заигрывает, — глухо договорила Фэль.

— Ну и что? — Альма была невозмутима. — Он же молодой парень. Им всем нужно развлекаться и заглядываться на девушек. Это же их прямая обязанность. Вон хоть на Лорелина взгляни.

«Если не считать того, что пару часов назад мне клялись, что я единственная и любимая», — тоскливо подумала девушка и отвернулась от окна.


Эртэ разжала руки и снова повторила:

— Спасибо.

— Да не за что, я всего лишь сыграл роль, — улыбнулся Ярт. — Я рад был помочь своему другу. Иначе зачем ещё нужны друзья?

— Да уж, — Эртэ кивнула. — А как Фэль?

— Знаешь, она, кажется, ревнует, — Ярт покачал головой. — Но ты же знаешь Фэль. Она ни за что не признается.

— Знаю, — Эртэ вздохнула. — Такой уж у неё ослиный характер.

— Ослиный — это ещё мягко сказано, — фыркнул Ярт.

Они засмеялись.

— Эртэ, пойдём, я тебя провожу, — из дома вышла Альма и направилась к ним.

— Да, конечно, — Эртэ подняла бумаги. — Идём. Мне уже пора быть на занятиях.

Они неторопливо пошли по улице, о чём-то беззаботно болтая. Ярт помахал им рукой и обернулся. На дорожке сидел волк.

— Иногда я думаю, что ты призрак, — хмыкнул парень, присев рядом с ним.

— Я нашёл подарок, который понравится твоей волчице, — Сэллифэр вильнул хвостом.

— И что же это? — поинтересовался Ярт.

— Цветы, — волк задумчиво склонил голову. — Как тот, что ты ей подарил.

— Огненные Лотосы! — воскликнул Ярт и зажал себе рот. — Где?

— Я тебя отведу. Потом, — пообещал Сэллифэр.

— Обязательно, — Ярт обнял его за шею и ласково потрепал по голове. — Идём, прогуляемся.

Глава 8

Элээн была не в духе. С самого начала собрания Совета. А уж после ей было лучше даже не попадаться под горячую руку. Она даже представить не могла, что её собратья могут проявить такую редкостную трусость. Никто не захотел рисковать своей шкурой, чтобы проверить догадки Совета. Конечно, легче всё свалить на Странников. Им не впервой. Но зачем же так явно? И, главное, ведь даже не потрудились как-то завуалировать своё мнение по поводу предпочтительных кандидатов. Только что прямым текстом не выразились.

«Да ещё с этим балом все как с ума посходили», — ворчала про себя Элээн, шагая в лабораторию из библиотеки. Сразу после Совета ей пришлось выдержать долгий разговор с Инри, поведение которого в последнюю неделю как-то странно поменялось. Он и раньше подолгу засиживался за книгами, а теперь умудрился переночевать в библиотеке. В оправдание он бурчал что-то неразборчивое. Да. Её любимый ученик всерьёз беспокоил свою наставницу.

— Пожалуй, стоит поговорить с Эртэ, — пробормотала она.

Однако даже Эртэ не смогла бы помочь Айэрэ, потому что сама не знала, что происходит с Инри. У него появилась маленькая тайна. Он нашёл Драконье сердце и теперь пытался разгадать его секрет. Ни одна живая душа об этом не знала.

Этот чёрный камень с первого взгляда приворожил Инри. Он довольно быстро для новичка выяснил, что это за штучка в тайнике, и теперь ломал голову над тем, как пробудить камень к жизни. Он смутно догадывался, что Элээн не одобрит его изыскания, и поэтому прятался, как мог.

Инри захлопнул очередной толстенный фолиант про заклинания и зевнул. Ему часто приходилось выбираться тайком по ночам в библиотеку, но ни разу он не просидел там всю ночь. А теперь ему очень хотелось спать. «А может, бросить это всё?» — подумал он и протёр глаза.

Выйдя из библиотеки, Инри решительно пошёл во двор, но, видимо, ноги были с этим не согласны, и он вновь оказался у дверей лаборатории. Обречённо вздохнув, Инри приоткрыл её и увидел Эртэ и Элээн.

— А вот и наше наказание, — Айэрэ заметила его и поманила пальцем. Инри покорно вошёл.

— Ну что с тобой делать, а? — огорчённо спросила Элээн. — Что случилось? Не спишь, почти не ешь, занятия стал пропускать. Может, ты заболел?

— Нет, — он помотал головой.

— Меня всерьёз беспокоит твоё состояние, — Эртэ тревожно заглянула ему в глаза. — Может, ты что-то увидел?

— Видения? — он пожал плечами. — На занятиях по развитию я много чего Вижу, но ничего такого не было.

— Ну, ладно, — Эртэ покачала головой. — Ты мне ещё должен практику по зельям отработать.

— Пусть сейчас и отработает, — решила Элээн. — У меня здесь всё есть. Надеюсь, это его вернёт в привычную колею, — она достала с полки книгу, открыла рецепт зелья и протянула Инри. — Даём тебе полтора часа.

— Хорошо, — он согласно кивнул и пошёл к столу.

— Идём, пусть сосредоточится, — Айэрэ обняла Эртэ за плечи, и они оставили его одного.

Он внимательно читал рецепт, пытаясь заняться заданием. Однако его мысли постоянно обращались к тайнику.

— Возьми себя в руки, — пробурчал Инри, отмеряя компоненты. Разложив их в нужном порядке, он смотрел на закипающую воду. И вдруг…

— Видения! Ну, конечно, — он кинулся к тайнику и вытащил камень.

Драконье сердце умещалось в его ладони, имело слегка вытянутую округлую форму. Инри сосредоточился, пытаясь мысленно пробиться сквозь плотную ауру и тёмную оболочку.

Рукам стало тепло. Камень осветился изнутри мягким сиреневым светом, и в сознании Инри зазвучал негромкий голос:

— Кто ты и зачем разбудил меня?

— Я… — Инри задумался. — Я ученик Академии. Я просто хотел узнать, что это такое.

— Я — дух драконьей общины. Меня давно не будили, — голос помолчал. — Значит, ты ученик Академии?

— Да, — Инри опустился на табурет.

— Выпусти меня, — попросил дух.

— Я не могу, — он сжал камень двумя ладонями.

— Ты можешь. Если бы ты не мог, ты не пробудил бы меня, — голос усмехнулся. — Я мудр, много знаю. Всё это будет твоим — Сила, власть, знания.

— Мне ничего не надо, — улыбнулся Инри. — Я доволен тем, что у меня есть. Даже этого мне иногда кажется много.

— Вот как? — камень на мгновение померк, а потом снова осветился. На сей раз призрачно-розовым. — Значит, я достался тому, кому следовало.

— Я нашёл тебя случайно, — возразил Инри. — Я даже не знал, что ты.

— Разумеется. Если бы ты это знал с самого начала, ты не догадался бы как меня разбудить, — голос вздохнул. — Я вижу, ты совсем юн.

— Да, мне всего семнадцать… правда, уже почти восемнадцать, но это не важно, — Инри смутился. — Я больше всего хочу стать Магом, чтобы помогать нуждающимся в помощи.

— И это я тоже вижу, — голос потеплел. — Выпусти меня!

— Но как?

— Тебе достаточно просто захотеть.

— Я хочу, чтобы ты освободился, — Инри только сейчас заметил, что камень в его руках плавится. Ладони же по-прежнему ощущали лишь приятное тепло.

Казалось, что руки невидимого скульптора лепят статуэтку из глины. На поверхности камня образовывались трещины, выступы, наросты. Чернота местами раскалялась до огненно-красного оттенка.

— Инри! — раздался оклик от двери, и Элээн ошарашено замолчала. В ладони её ученика сидел миниатюрный дракончик, щуря огненно-золотые глаза.

— Ты… нашёл камень… — то ли спросила, то ли утвердила она.

— Я не хотел, правда, — Инри смутился. — Это совершенно случайно… Ой, зелье!

— Оставь зелье, — она сняла колбу с огня. — Ты разбудил камень. Как?

— Я… Он заговорил со мной, — Инри протянул ей дракончика. — Возьмите. Это же ваш камень.

— Нет, — Элээн отшатнулась. — Я не могу взять его. Он будет слушаться только тебя. Теперь это — твой дракон.

— Но я не знаю, что с ним делать, — он растерянно смотрел на создание.

— Это дракон Огня. — Элээн внимательно изучала нового питомца Инри. — Боюсь, что и прикасаться к нему можешь только ты. Он создан из лавы.

— Но почему…

— Потому что ты его разбудил. Его жизнь — это твоя Сила. Чем сильнее ты, тем сильнее он, — Элээн вздохнула. — Не станет тебя, он обратится в камень. Но знаешь, мальчик, никто пока не должен знать о нём. Никто! Даже Эртэ, даже Ярт. Это наш секрет.

— Почему? — Инри непонимающе смотрел на неё.

— Поверь мне, так надо. Сейчас не время, чтобы о нём узнали, — туманно пояснила Элээн и встала. — Закончи своё задание.

— Да, дела! — Инри посадил дракончика на стол и занялся подготовкой зелья.

Дракон свернулся клубочком, накрыв себя крыльями. Только золотой глаз внимательно следил за ним.

— Я не ошибся, — раздался свистящий шёпот. — Ты будешь отличным Магом.

Инри пожал плечами и продолжил работу.

— У тебя есть имя? — поинтересовался он у дракона.

— Есть, — тот высунул голову. — Нэрфэйер.

— Против сокращений не возражаешь? — Инри посмотрел на него.

— Фэй, — тот выпустил из ноздрей тонкие струйки дыма и зевнул.

— А почему ты такой маленький? — спросил Инри, помешивая кипящее зелье.

— Во-первых, мне нужно питаться, чтобы вырасти. Во-вторых, твоя Сила ещё недостаточно развита, чтобы я мог долго поддерживать нормальные для дракона размеры. В-третьих, я стану большим, когда это будет необходимо, — Фэй подобрался к жаровне и сунул тонкий язычок в пламя.

— Не обожжёшься? — Инри снял колбу с решётки.

— Конечно, нет, — дракон высунулся из огня. — Мы в родстве с саламандрами. Кто они, надеюсь, объяснять не нужно?

— Нет, — Инри подставил ладонь, и Фэй резво вскарабкался на неё.

— Теперь пусть остывает, — парень закрыл емкость крышкой. — А тебя надо спрятать.

— Ты прав, — дракон покрутил носом. — Здесь есть кто-то, с кем я пока не хотел бы встречаться.

— Интересно, кто это? — Инри закрыл дверь лаборатории.

— Откуда я знаю? — Фэй забрался в его рукав и постарался замереть. Правда, это у него плохо получилось. Он вертелся и крутился, пытаясь устроиться поудобнее.

— Ну вот, теперь можно идти спокойно, — удовлетворённо вздохнул дракон, замерев у него на плече.

— Мы уже пришли, — со смешком заметил Инри, открывая дверь в комнату.

— Правда? — огорчился тот. — А я только устроился.

— Ничего, устраивайся здесь, — он выпустил ящера на стол. — Постарайся ничего не поджечь и никому не попасться на глаза.

— Я буду спать, — Фэй забрался на стену и оглядел комнату, — там! В камине.

Проследив, чтобы Фэй как следует зарылся в угли, Инри покинул комнату и вернулся в лабораторию. Эртэ уже была там и внимательно изучала его работу.

— Ну что ж, — она поставила колбу с остывшим зельем на стол и улыбнулась. — Очень хорошо. Учитывая, что ты это сделал сам… Тебе ведь никто не помогал?

— Конечно нет, — Инри улыбнулся и осторожно обнял её.

— Инри… А если Элээн зайдёт? — Эртэ смущённо обернулась на дверь.

— У неё сейчас занятие, — он хмыкнул. — Но если тебе неудобно… — Инри разжал руки.

— Ничуть, — девушка щёлкнула пальцами, и дверь закрылась на задвижку. — Думаю, на пару минут я отвлечься могу.

Но им не дали даже пары минут. В коридоре послышался громкий шум и жуткие вопли:

— Фэль! Подожди! Куда же ты?!

— Похоже, Грэдлан увидел мою сестричку, — Эртэ осторожно отодвинула засов и выглянула в коридор. Инри просунулся над её плечом.

— Отстань от меня! — прошипела Фэль, развернувшись, и увидела парочку. — Эртэ, Инри, спасите меня от этого зануды!

— Но Фэль! — Грэдлан ухватился за её рукав и умоляюще смотрел в её глаза. — Почему ты убегаешь? Давай, поговорим. Ты же знаешь, что от судьбы не деться!

— Грэдлан, ты — не моя судьба, запомни это! — Фэль спряталась за спину Эртэ.

— Фэль… — он попытался прорваться, но Инри удержал его:

— Простите, Мастер, но вы опаздываете на занятие.

Маг злобно сверкнул глазами:

— А ты что здесь делаешь?

— Отрабатывает зельеварение! — ледяным тоном проговорила Эртэ и захлопнула дверь перед носом Грэдлана.

— Как он мне надоел! — простонала Фэль. — Я надеялась, что за эти несколько лет он изменится.

— Ты же знаешь, что такие, как он, не меняются, — Эртэ усмехнулась. — Что случилось? У него, вроде, опять шишка?

— Что случилось? — девушка ехидно улыбалась. — Иду я себе спокойно от Элээн. Вдруг с воплем «Любимая моя!» выпрыгивает этот ненормальный и пытается меня поцеловать. Угадай мою реакцию. Естественно, я его оттолкнула. Он неудачно приложился головой о стену. Но к моему несчастью, это выбило остатки разума из его и без того пустой тыковки. А дальше вы видели.

Эртэ и Инри весело рассмеялись, представляя себе напыщенного Грэдлана, вопящего на всю Академию «Любовь моя».

— Да уж, вам смешно, — Фэль скорчила страдальческую рожицу. — Может, подлить ему на балу эликсир беспамятства? Или сварить отворотное зелье?

— Зачем же такие крайние меры? — Эртэ улыбнулась. — Ты можешь просто сразу лишить его головы. Так как он Маг и любое магическое воздействие тут же почувствует.

— Есть ещё один способ, — Инри прислонился к краю стола. — Ярт может вызвать его на дуэль.

— Боюсь, это невозможно, — Эртэ покачала головой. — Грэдлан никогда не согласится на честный поединок со Странником. А против магии Ярт не выстоит.

— Она права, Инри, — Фэль кивнула. — Грэдлан сильный Маг. Я, скорее, сама приму вызов, чем позволю этому несмышлёнышу поднять против него меч. Я, конечно понимаю, что ты на него обижен, но я такого даже врагу не пожелала бы. Никогда!

— А вы бы сперва попробовали, — неожиданно загадочно ухмыльнулся Инри и закрыл эту тему. — Может, сходим в трапезную? Там уже должен быть обед.

— Растолстеть не боишься? — Эртэ слегка толкнула его пальцем в бок. — Сладкоежка!

— Жди, — Фэль фыркнула. — Да он у вас похудел. Можно подумать, вы его на иллюзорной диете держите.

— Глупости какие, — Эртэ встала с ней рядом и окинула его критическим взглядом. — Он ни на капельку не похудел с момента прибытия.

— Да? — Фэль нахмурила брови и задумчиво поинтересовалась. — Значит, он похудел в пути?

— Скорее всего, — важно кивнула сестра.

— Простите, я что, похож на статую? — ехидно поинтересовался Инри.

— Нет, — хором ответили сестрички и вопросительно посмотрели на него.

— Но вы меня обсуждаете так, словно я статуя, а это довольно неприятно, — заметил он. — Так что насчёт обеда?

— Вы идите, а я пойду домой, — Фэль смущённо пожала плечами. — Терти собиралась испечь мой любимый пирог.

— Счастливица, — завистливо вздохнула Эртэ.

— Можно подумать, вас здесь хуже кормят, — усмехнулась Фэль и шёпотом прибавила. — Я тебе кусочек с Яртом пришлю.

— Ловлю на слове, — Эртэ тряхнула головой и улыбнулась. — Идём, провожу во избежание ненужных встреч.

— Идём, — Фэль взяла её под руку, и они вышли из лаборатории.


Придя домой даже немного раньше обеда, Фэль упала на диван и вытянула ноги:

— Этот Грэдлан, побери его все духи ночи, меня когда-нибудь доведёт.

— Опять поругались? — догадливо спросила Терти.

— Хуже, — девушка повернула голову. — Мне пришлось выслушать очередную тираду, огласившую все этажи Академии, о том, как он меня любит, и что мы навек принадлежим друг другу. Нет, правда, — она села и подперла подбородок кулаком. — Давайте, я его приложу чем-нибудь, и мы от него избавимся, а? И пусть меня потом изгонят из Ваинэля, это небольшая цена за такое избавление. Я понимаю, что это глупость, — не дала она открыть рот Терти. — Но иногда мне действительно хочется его прикончить. По крайней мере, почти всегда, когда мы встречаемся.

— Потерпи, он скоро образумится, — проговорила Терти.

— Ага! То же самое вы мне говорили… — Фэль задумчиво посмотрела на потолок, припоминая, — оч-чень много лет назад. А он как был идиотом, так им и остался. Удивляюсь, как можно быть одновременно таким мудрым и таким глупым?

— Горбатого могила исправит, — философски вздохнула Терти.

— Знаешь, что я сегодня заметила, — Фэль вслед за ней зашла на кухню. — Инри похудел.

— Да? — подруга задумалась. — Он и так был вполне стройным.

— Значит, исхудал по пути в Ваинэль, — Фэль села за стол, водрузив локти наверх. — Странно, я не замечала.

— Ты бы лучше подумала о празднике, — Терти села напротив. — Ты собираешься участвовать в дневных развлечениях?

— Вот ещё, — Фэль фыркнула. — Я не хочу завязывать бантики в волосах или плести веночки, а драться меня не пустят. Даже обидно! Столько Странниц, а на празднике сражаются только мужчины.

— Ярт туда обязательно сунется, — с улыбкой заметила Терти. — А твоё платье? Оно готово?

— Да, оно уже в Академии, — Фэль задумчиво склонила голову. — Оно даже мне понравилось.

— Это самое главное, — подружка хмыкнула. — Я сгораю от любопытства. Не терпится увидеть платье, устроившее нашу юбконенавистницу.

— Увидишь, увидишь, — Фэль откинулась на спинку стула. — Кстати, а где Ярт и Мирэл?

— Пошли в торговый ряд, — Терти прыснула. — За покупками. Представляешь?

— Серьёзно? — Фэль округлила глаза и фыркнула, еле сдерживая смех. — Они? В торговый ряд? Сами?

— Сама удивляюсь, — Терти сделала серьёзное лицо. — Заявили, что сегодня пришёл новый караван на праздник, и им необходимо туда сходить. Но чует моё сердце, это пахнет подстрекательством Альмы. Не удивлюсь, если она их там ждала.

— А как продвигается наряд Ярта? — поинтересовалась Фэль.

— Он давно закончен, — Терти вздохнула. — Мы его просто подогнали. У Альмы дома хранилась одежда какого-то родственника. Самое интересное, что он был из яртовой семейки.

— Из..? — Фэль приподняла бровь.

— Ну да, — Терти кивнула. — Он, кажется, женился на одной из их Эльфиек и вошёл в их семью. Это ещё до ссоры было. Видимо, оставил в гостях. Одежда оказалась как раз во вкусе Ярта.

— Да-да, представляю, — Фэль налила себе сока. — Чёрная рубашка с высоким воротом и широкими рукавами, кожаные брюки, сапоги там с высоким верхом…

— Ты что, видела? — удивилась Терти.

— А что, угадала? — девушка хмыкнула. — Странно. Просто описала вид Лайнэ в нашу последнюю встречу.

— И тем не менее что-то такое и есть, — Терти повела носом. — Пирог готов! Где же наши торгаши?

— Дома! — раздался голос Альтамира, и сам он возник в дверях кухни. — Ты же знаешь, дорогая, на обед я никогда не опаздываю.

— Ты становишься занудой, дорогой, — восхитительно нежно проговорила Терти, чмокнула его в щечку и пошла вынимать пирог.

— Она это серьёзно? — Альтамир недоумённо посмотрел на Фэль. — Я, правда, стал занудой? Как интересно!

— Вот за что ты мне нравишься, так это за то, что ты в любом кошмаре найдёшь положительные стороны, — Ярт хлопнул его по плечу и заглянул на кухню. — Привет, Фэль.

— Привет, — она кивнула. — Как прошла прогулка?

— Если я скажу «отвратительно», я не намного преувеличу, — Ярт прислонился к косяку. — Никогда не любил ходить по лавкам.

— А зачем вы туда пошли? — поинтересовалась девушка.

— За…

— Надо было, — Альтамир закрыл его рот ладонью и увёл Ярта с кухни.

— Какие все таинственные, — Фэль насупилась. — Сил нет!

— Они, наверное, подарок тебе искали, — хмыкнула Терти.

— А! Дар короля королеве? — Фэль усмехнулась. — Нарезал бы букет цветов. С меня бы хватило.

— Да ну, Фэль, — Альтамир примостился рядом с ней. — Глупости какие!

— Мирэл, я у тебя спросить хотела, — она вдруг вспомнила ещё об одном деле. — Когда мы его в Башню поведём?

— А хоть сегодня, — Странник разломил горбушку хлеба. — После обеда отведём. Орегонд сегодня весь день там. Я его буквально только что в торговом ряде видел.

— Кто такой Орегонд? — ревниво поинтересовался Ярт, заходя к ним.

— Градоначальник Ваинэля, — Альтамир посмотрел на него поверх горбушки. — А также один из старейшин Странников. Один из тех, кто вправе проводить обряд посвящения Пути.

— Мы думаем, пришло время тебе взять посох, — Фэль подняла глаза. — Ты готов?

— А что под этим подразумевается? — спросил Ярт.

— Ты должен подойти и взять посох, — невозмутимо ответил Альтамир.

— Ладно, сделаю вид, что понял, — Ярт задумался.

— Ты ешь, ешь, — встряхнул его Странник. — Силы тебе ой как понадобятся.

— Чует моё сердце, это будет та ещё прогулочка, — пробормотал Ярт и спросил. — А Сэллифэра я с собой туда взять могу?

— Можешь, но лучше не стоит, — посоветовала Фэль. — Ему всё равно придётся тебя ждать с нами.

— Жаль, — Ярт вздохнул и склонился к тарелке.


Сэллифэра он с собой всё же взял. Когда они пришли к городской Башне, их встретил высокий Эльф с явной примесью крови из горного клана. Можно было подумать, что он всю жизнь провёл в кузне, раздувая мехи. У него были длинные, абсолютно седые волосы, сплетённые в косу и прижатые сверху тёмным обручем. Он кутался в просторную накидку, скреплённую на плече брошью с гербом Ваинэля. Его серые стальные глаза неторопливо ощупали Ярта, и Эльф слегка склонил голову, проговорив звучным густым голосом:

— Добро пожаловать, юный Странник. Моё имя — Орегонд. Почту за честь вручить тебе свой посох.

— Я почту за честь принять его, — Ярт тоже пригнул свою непокорную голову, но тотчас выпрямился.

— Подойди ко мне, — Орегонд поманил его.

— Ступай, — Фэль подтолкнула спутника вперёд. Ярт подошёл к Орегонду и вопросительно посмотрел на него. Тот коснулся кончиками пальцев его лба и прикрыл глаза.

— Силён, смел. Немного безрассуден, но это пройдёт. Хитёр и ловок. Однако… — он удивлённо посмотрел на девушку. — Так юн?

— Ну, не так уж, — Ярт пожал плечами. — Я не считаю, что двадцать лет — это юность.

Орегонд рассмеялся и снова посмотрел на Фэль:

— Что, правда, двадцать?

— А ты переложи на наш возраст, если учитывать, что он рос в Вэле, — девушка усмехнулась.

— Это самый юный Странник из всех, кого я когда-либо видел, — Орегонд отворил дверь. — Проходи. Только собачку придётся здесь оставить.

Сэллифэр ощетинился и глухо заворчал.

— Останься с Фэль, малыш, — Ярт потрепал его по голове и скрылся в дверях Башни.

Внутри было сумрачно. В потоках света плясали пылинки, в углах под потолком прядями свисала паутина. Где-то высоко пищали летучие мыши. Орегонд открыл низкую дверцу в стене:

— Идём.

Они стали спускаться в подвал. Лестница закончилась небольшой площадкой перед запертой дверью. Эта, по крайней мере, была нормальных размеров, однако на ней не было ни замка, ни дверной ручки. Орегонд сдвинул камень в стене, и дверь отъехала в сторону.

Перед ними открылся широкий длинный зал, в конце которого находилось возвышение, где стоял пресловутый посох.

— Что я должен сделать? — поинтересовался Ярт.

— Подойти и взять его, — Орегонд ухмыльнулся. — Если получится, конечно. Этот зал — небольшой отрезок Пути. Пройди по нему.

«Что-то здесь не так, — подумал Ярт, ступая в зал. — Что-то уж слишком просто».

Не успел он об этом подумать, как раздался свист. Он инстинктивно бросился вперёд, и позади в стену воткнулась стрела.

— Ага, комнатка с секретом, — Ярт огляделся по сторонам. Всё было мирно. Однако стоило ему двинуться дальше, как буквально из ниоткуда перед ним возникло несколько монстров.

Ярт опустил ладонь на меч:

— Становится всё интереснее.

Противники окружили его и попытались напасть. Спустя несколько мгновений он понял, что это иллюзия, пусть и достаточно похожая на реальность. Это придало ему уверенности, и вскоре всё было закончено.

— Неплохо, — Орегонд с удовольствием наблюдал за ним.

Пройдя ещё пару шагов, Ярт вдруг оказался в полной темноте. Он замер, прислушиваясь. Рядом раздалось тихое шуршание, потом лёгкий, едва уловимый свист рассекаемого воздуха… Ярт вскинул руку, и раздался звон железа. Его опять атаковали.

— Ещё не легче, — прошептал он сквозь зубы.

Рядом слышалось чьё-то дыхание. Ярт напряг все свои чувства. Он закрыл глаза, всё равно ведь ничего не видно, и положился на свой слух и интуицию.

Слева раздался лёгкий-лёгкий шорох, как слабое движение воздуха, и Ярт выкинул в ту сторону меч. Раздался щелчок, и тьма исчезла.

Но радоваться было рано. С потолка на него пикировала огромная птица, хищно раскрыв свой клюв и выставив длинные когти явно не для дружеских объятий.

Он нашарил на поясе свой любимый нож и, выждав момент, метнул. Птица исчезла.

Подобрав кинжал, Ярт пошёл дальше. Ему пришлось пробираться сквозь огненные стены, преодолевать коварные ямы, спасать кого-то из лап неизвестных существ. Пришлось все свои чувства довести до состояния натянутой тетивы. Но он добрался.

Уже протянув руку за посохом, Ярт отчётливо осознал, что теперь вся его жизнь будет похожа на эту дорогу. Таков Путь Странника — защищать других, подставляя себя. Он может сделать передышку, остановившись на мгновение, но никогда не сможет повернуть назад и никогда не сможет узнать, что будет впереди.

Его пальцы крепко обхватили посох, и он вытащил его из стойки, принимая этот Путь, не колеблясь ни минуты.

— Я горжусь тобой, — рядом с ним стояла Фэль, — спутник.

— Я сам собой горжусь, — Ярт стряхнул напряжение и улыбнулся.

— Что ж, Ярт, — к ним подошёл Орегонд и склонил голову. — Отныне и до конца Пути ты нарекаешься Странником. Будь достоин этого имени, носи его с честью. Какое имя ты берёшь своим именем Пути?

Ярт посмотрел в глаза Фэль, кинул взгляд на Альтамира, стоящего в стороне, на мгновение задержал его на посохе в руках и твёрдо проговорил:

— Лайнэ.

Фэль вздрогнула и слегка отступила.

— Да будет так, — Орегонд поднёс ему чашу. — Путь принимает твоё имя. Пей.

Ярт поднёс к губам чашу с густой алой жидкостью. Вино с кровью. Орегонд в это время взял ладонь Фэль и рассёк её тонким кинжалом. Девушка даже не поморщилась. Та же процедура была проделана с Яртом. Сжав их ладони, Орегонд проговорил:

— Отныне ты становишься одним из нас, Странником. С этого дня и на год только смерть может разлучить вас. Вы — спутники. И в Пути, и в бою стойте плечом к плечу, — и уже совсем другим тоном спросил. — Может, отметим?

— Тебя ничто не изменит, — Альтамир отошёл от стены. — Даже такой торжественный момент. Ярт, успокой своего «малыша», — обратился он к другу. — Он там сейчас дырку в полу протопчет.

— Сэллифэр, — позвал тот.

— Я здесь, — за стеной раздалось тихое поскрёбывание. Ярт сдвинул в сторону потайную панель, и волк вихрем влетел в зал. Он опрокинул Ярта на пол и негромко зарычал:

— Зачем ты меня оставил? Я был нужен тебе здесь, — и ласково лизнул его в нос.

— Ой, Сэллифэр, прекрати, — Ярт со смехом отбивался от мокрых нежностей.

— Однако, какая любовь, — хмыкнул Орегонд. — Забавная у него собачка.

Фэль и Мирэл хихикнули, потом девушка расцепила Ярта и Сэллифэра и проговорила:

— Посох взять не забудь.

Ярт поднял свой трофей с пола. Отполированное тёмное дерево, словно покрытое лёгким восковым налётом, светлая сталь. Окованные концы превращали посох в достаточно грозное оружие.

— Странный… — Сэллифэр недоверчиво принюхивался к посоху. — Магия…

— И что мне с ним делать? — поинтересовался Ярт.

— Хранить, пока не пригодится, — хмыкнул Альтамир.

— Хранить? — Ярт с сомнением окинул отнюдь не маленькую «тросточку».

— О, Нэртэнэль! Всему-то тебя учить надо, — Фэль вытянула вперёд ладонь и слегка встряхнула кистью. Яркий шар света, вспыхнувший под её пальцами, вытянулся и приобрёл форму посоха. Девушка поставила его на пол и провела ладонью по поверхности. Луч света собрался в шар и растворился в пальцах.

— Оу! — Ярт помотал головой и повторил за ней.

Потрясённо оглядывая свою ладонь, он искал хоть какие-нибудь изменения. Однако ничего нового он на ней не увидел.

Фэль фыркнула и отвернулась.

— Так мы идём или нет? — снова поинтересовался Орегонд.

— Ладно, я, так и быть, составлю тебе компанию, — с притворно тяжёлым вздохом согласился Альтамир.

— Я с вами, — Ярт хмыкнул. — А то я здесь уже дней десять, а до сих пор не видел ни одного трактира. Это просто безобразие! Узнали бы в Вэле, рухнула бы моя репутация.

— А я иду домой, — Фэль присела и погладила волка. — А ты, Фэри?

Сэллифэр вильнул хвостом и посмотрел на Ярта. Тот присел и что-то шепнул ему на ухо. Волк кивнул с умным видом и подошёл к Фэль. Она помахала им ладонью и скрылась из виду.

— Куда пойдём? — Ярт с нетерпением смотрел на друга.

— Туда, где, на мой взгляд, самое лучшее вино и еда в Ваинэле после моего дома, — Альтамир многозначительно посмотрел на Орегонда.

— Значит, к Косси, — догадливо кивнул градоначальник. — Действительно, если уж начинать знакомство с трактирами Ваинэля, то у него в «Избушке».


— Ну как всё прошло? — с нетерпением спросила Терти.

— Лучше, чем я думала, — Фэль разглядывала шрам на ладони. — Если учитывать, что я предполагала здесь Ярта сбыть с рук на руки Лорелину и Альме.

— Зря, — Терти усмехнулась. — Я даже не знаю, кому из вас больше повезло.

— Разумеется, Ярту, — фыркнула Фэль. — Мне спутник не нужен.

— Ну-ну, — Терти дёрнула её за косу. — Что-то мне слабо верится, ваше величество.

— Не хочешь, не верь, — Фэль встала. — И я ещё никакое не величество, между прочим.

— Да ладно тебе, — Терти усмехнулась. — Кстати, я сейчас собираюсь к Лайяне. Не хочешь сходить со мной? Заодно её девочку увидишь. Такое чудо!

— Что, лучше Вэльфора? — удивлённо приподняла брови девушка.

— Нет, конечно, — Терти гордо улыбнулась. — Но всё равно прелесть.

— Нет, спасибо, — Фэль покачала головой. — Иди одна. У меня дело есть.

— Какое? — поинтересовалась подруга.

— Ты не возражаешь, если я немного похозяйничаю на кухне? — девушка достала из сумки несколько свёртков. — В моих запасах надо кое-что пополнить. Элэ дала мне кучу всего, но в Академии…

— В Академии ты работать не хочешь, — закончила Терти. — Конечно. Там же Грэдлан! — она хмыкнула. — Разумеется, разрешаю. Но учти, — она сделала страшное лицо, — если ты устроишь там бардак…

— Не волнуйся, я всё-всё уберу! — клятвенно заверила её Фэль и облегчённо вздохнула. — Низкий поклон тебе, о лучшая из подруг!

— Интересно, кто из них от кого набрался? — пробормотала Терти, вспомнив Ярта, и направилась собирать сына в гости.

Девушка тем временем начала хозяйничать в кухне. Поставив на огонь большой котелок с водой, она проводила подругу и хитро посмотрела на волка:

— А теперь я хочу узнать, что Ярт собирается мне подарить.

Она побежала наверх, но Сэллифэр преградил ей путь в комнату.

— Да ладно тебе, — Фэль присела. — Я только одним глазком. Ну что тебе, жалко, что ли?

— А он Ярту расскажет, — рядом с ней села Ноэрэ.

— Ну, Фэри! — девушка умоляюще посмотрела на него.

Волк помотал головой и гордо отвернулся.

— Фэль, идём, вода закипает, — Ноэрэ взяла её за рукав и потащила к лестнице.

— Но я хочу посмотреть, — Фэль обернулась.

— А ему сказано — никого не пускать, — Ноэрэ отпустила её. — Иди, занимайся своим делом.

— Я всё равно узнаю, — буркнула Фэль и ушла на кухню.

— На празднике, — Ноэрэ легла поперёк лестницы.


Уже вечером, во время ужина Ярт хитро посмотрел на девушку и проговорил:

— Не знал, что ты такая любопытная.

Она покраснела и пробормотала:

— Ну и что?

— А что случилось? — тут же встрял в разговор Альтамир.

— Да так, ничего, — Фэль ещё больше насупилась.

— Ага, ничего, — Ярт усмехнулся. — Просто она попыталась прибраться у меня в комнате, да Сэллифэр, правда, ей не позволил.

— Ну, Фэль, — разочаровано протянул Странник. — Этого я от тебя не ожидал. Ты два дня потерпеть не можешь?

— Не могу, — она капризно посмотрела на них. — Мне интересно.

— Ты же нам сюрприз готовишь, — рассудительно заметила Терти. — Так уважай сюрпризы других. Ярт же не требует, чтобы ты рассказала, какой дар преподнесёт королева королю, — Ярт на этих словах слегка поперхнулся и недоумённо взглянул на хозяйку.

— И мне ещё два дня мучиться? — страдальчески посмотрела на неё Фэль.

— А мы вторую неделю мучаемся, гадая, как ты будешь выглядеть на балу, — фыркнула подруга. — И ничего, живём.

Фэль горестно вздохнула и поглядела на Ярта:

— Ну что это?

— Узнаешь в своё время, — он хитро улыбнулся.

— Вот что значит — жить под одной крышей и королю, и королеве, — хмыкнул Альтамир. — Сразу начинаются дворцовые интриги, слежка, подслушивание и тому подобное.

На несколько минут повисло смущённое молчание. Потом Фэль пожала плечами и проговорила:

— Ну, положим, интриг пока никаких не было.

— А попытка подкупить Сэллифэра? — усмехнулся Ярт.

— Я его не подкупала, — девушка задрала нос. — Вот ещё!

— Да ладно вам, — Альтамир улыбнулся. — Ну что вы ссоритесь, будто дети малые?

— Да ты им не мешай, — Терти поставила на стол десерт и шепнула на ухо мужу (так, что услышали все за столом). — Сам знаешь, милые бранятся, только тешатся.

Фэль чуть не подавилась куском пирога:

— Это кто здесь милые?

— Кто же ещё кроме вас? — подруга умильно посмотрела на них.

— Ха-ха-ха, — ехидно проговорила девушка. — Очень смешно! Сколько можно повторять, что мы только спутники, да и то всего на год?

— Начинается, — Альтамир закрыл ей рот ладонью. — Дай поесть спокойно. Не порти мужчинам аппетит.

— Как же, тебе испортишь, — хмыкнула Терти, подкладывая ему добавку.

— А, кстати, — Ярт вдруг вспомнил. — Я завтра уйду на весь день. К ужину могу опоздать.

— Куда тебя понесёт? — подозрительно поинтересовалась Фэль.

— Да так, одно небольшое дело, — таинственно ответил он.

«Очень интересно!» — она прищурилась и внимательно посмотрела на него. Ярт ответил ей самым невинным взглядом и продолжил ужин.

Когда на следующее утро Фэль вошла в его комнату, Ярта в ней уже не было…

Глава 9

— Долго ещё? — поинтересовался Ярт у волка, когда они продирались сквозь кусты.

— Не очень, — Сэллифэр обернулся. — Ты устал?

— Нет, — Ярт упрямо ломанулся вперёд.

Они уже третий час брели по бурелому в чаще леса. Если бы не волк, Ярт ещё и половины этого пути не прошёл бы. Сэллифэр выводил его на самую удобную тропу.

«Интересно, скоро закончится этот кошмар?» — устало подумал парень, раздвигая густые заросли.

— Скоро, — волк очутился рядом.

— Что — скоро? — не понял Ярт.

— Ну, ты же хотел узнать, скоро ли закончатся эти кусты. Я тебе и говорю, что скоро, — Сэллифэр недоумённо посмотрел на него, мол, что тут непонятного?

— Я, что, это вслух спросил? — Ярт потёр лоб. — Я же это подумал!

— Ну и что? — серебристая тень скользнула в чащу.

— Оч-чень интересно, — пробормотал Ярт, устремляясь за ним. — Хотя… Тогда понятно, откуда он про мои сны знает.

— Ты же читаешь мои мысли, — раздалось из кустов впереди. — Или ты думал, мы словами общаемся? Твоя волчица так же говорит со своей кошкой.

— Замечательно! — хмыкнул Ярт. — А раньше ты сказать не мог?

— А зачем? — волк высунул морду. — Всему своё время. А ты и так знаешь больше, чем должен.

— Вот как? — он вышел на открытое пространство. — И насколько больше?

— Не знаю, — Сэллифэр сел. — Передохни. Нам ещё прилично идти.

Ярт послушно сел, обдумывая всё услышанное.

Немного перекусив, они снова двинулись в путь. После непролазных дебрей Ярт с удовольствием шагал по пружинящему мху открытых полянок. Лес здесь был значительно светлее, чем вокруг Ваинэля. Тёмный янтарь сосновых стволов казался насквозь пронизанным лучами полуденного солнца. Воздух был напоён запахом свежей хвои и распирал грудь. Голова кружилась от ощущения, что ты сейчас задохнёшься этим воздухом.

За ними увязалась любопытная зеленогрудая пичужка. Перелетая с куста на куст с громким писком, она с любопытством косилась на них круглым чёрным глазом.

Сэллифэр шутливо щелкнул на куст зубами, и она с обиженным свистом взлетела на дерево.

— И не стыдно маленьких обижать? — с улыбкой поинтересовался Ярт.

— Я же её не съел, — спутник покаянно смотрел на него.

Полоса соснового леса постепенно сменялась лиственным. На ветру приветственно шумели стройные рябинки, склоняли свои ветви пышные липы, гордо держались редкие красавцы-дубы. На пути показался обрыв.

Ярт подошёл к краю и посмотрел вниз. Там широкой лентой переливалась река.

— Нам на берег, — Сэллифэр стал скользить вниз.

Ярт с сомнением оглядел обрыв. Берег был довольно крутой. Он вздохнул, подумав, что стоило захватить верёвку, и стал осторожно съезжать вниз. В какой-то момент он почувствовал, что сейчас сорвётся. Земля опасно поползла из-под ног.

И вдруг что-то хлестнуло его по руке. Ярт скосил глаза и увидел древесный корень, змеившийся по обрыву. Подняв голову, он наткнулся глазами на склонившийся над обрывом необхватный дуб, ранее им на том месте не замеченный, а на его ветвях маленькую знакомую пичужку.

— Спасибо, — он ухватился за корень и осторожно съехал вниз. Спрыгнув на камни, он ещё раз поблагодарил дерево, склонив голову, и поманил пичугу.

Корень на глазах вполз обратно в землю, а пичуга села на чахлый кустик, притулившийся на практически отвесной стене, и опасливо покосилась на Ярта.

— Есть хочешь? — он достал кусок хлеба и присел на береговые камни. Пичуга повернулась и посмотрела на волка, который лакал воду из реки.

— Не бойся, не тронет, — Ярт приложился к фляге. — Лети сюда.

Птица склонила голову, немного подумала и перелетела на его ладонь. Изучив кусок хлеба, она осторожно его клюнула. Ярт легонько погладил её по чёрной спинке, приглаживая взъерошенные перья, и огляделся. Река была не очень широкой, но довольно бурной, со множеством порогов и перекатов. На другом берегу возвышался такой же отвесный обрыв, по краю которого приветливо шумел лиственный лес.

— Ну, и что мы будем делать дальше? — Ярт смотрел на Сэллифэра.

— Пойдём по течению, — волк обернулся.

— А что ещё остаётся? — Ярт усмехнулся и встал. Птица вспорхнула на свой кустик. Парень оставил ей крошки на камне и вслед за волком пошёл вдоль течения.

Ярт любовался рекой. Вода в ней была прозрачной, как слеза. Он отчётливо видел стайки рыбёшек, снующие в спокойных заводях, образовавшихся в «чашах» каменного дна, длинные нити водорослей, цветные камешки. А на середине в порогах пенились волны, разбиваясь о камни и взлетая мириадами брызг.

Впереди послышался низкий рокот.

— Что это? — прислушался Ярт.

— Водопад, — Сэллифэр спокойно шёл вперёд.

— Водопад? — опешил Ярт. — Становится всё интереснее.

Однако его бурчания прекратились, как только он увидел… Это было великолепное зрелище.

Справа и слева от водопада гигантской лестницей высились широкие горные террасы, на которых шумел лес, а внизу ветер гнал зелёные волны по полям сочной молодой травы, утканной, как ковёр, яркими цветами. Тянулись террасы — на сколько хватало взгляда, теряясь в дымке горизонта. Водопад тоже сбегал по каменным ступеням, постепенно разделяясь на две реки, бегущие у подножия гор. А между ними лежала небольшая долина, в центре которой виднелось поселение, расположенное среди дубового леса.

— Нам туда, — Сэллифэр ловко запрыгал по каменным ступеням, умудряясь не скользить на мокрых камнях.

— Ну что ж, — Ярт последовал за ним.

Через некоторое время они прошли первую ступень водопада и оказались на ровной площадке. Она скрывалась за струями воды.

— Что это? — Ярт зашёл за водяную стену и увидел тёмное отверстие в горной стене.

— Ход, — Сэллифэр принюхался. — Старый. Давно никто не ходил.

В шуме воды раздалось весёлое чириканье, и на плечо Ярту уселась их весёлая «надсмотрщица».

— Смотри, Сэллифэр, — он усмехнулся. — У нас новый спутник.

Птичка, склонив голову, посмотрела на вход и вдруг, сорвавшись с плеча, полетела туда.

— Ну что, идём? — Ярт вошёл внутрь.

Птица сидела на выступе стены и трепала свои перья клювом, распушая их. Пух у неё был нежно-зелёный. Ярт даже не удивился, что рассмотрел это. Пух излучал призрачный свет. Грудка же казалась настоящим фонариком.

— Да уж, послал Лес спутника, — проворчал Сэллифэр.

— А что? — Ярт направился за птицей.

— Это светлячок, — волк насторожено прядал ушами. — Он теперь от тебя до смерти не отвяжется. Ты ему понравился. Он решил, что ты — его спутник, — Сэллифэр отчётливо фыркнул. — Я то думал, что они давно на юг переселились. Их раньше в Голубых горах много было.

Живой «фонарик» в это время кружил над началом каменной лестницы. Ступени винтом вели вниз, во мрак. Спутники стали спускаться. Судя по шуму за стеной, они не удалялись от водопада. Несколько раз им встречались неширокие площадки между витками лестниц, с которых шум воды был слышен лучше, но их значения они так и не выяснили.

Когда у Ярта возникло чувство, что они уходят под землю, снизу ударил сноп света. Отвыкшие от него, они зажмурили глаза.

Прикрывая лицо ладонью, Ярт спустился и вышел на площадку под водопадом. Прямо за ним расстилалась гладь озера, из которого брали начало реки, окружающие долину.

— Кажется, мы на месте, — он обернулся к волку.

— Почти, — тот проморгался. — Нам нужно в долину.

Птица с достоинством что-то чирикнула и уселась на плечо Ярта.

— Конечно, спасибо, — он погладил её, и компания двинулась вдоль берега.

Пробираясь сквозь заросли осоки, Ярт любовался окрестностями. Это был дивный уголок земли. Река медленно несла свои воды, разительно отличаясь от истоков. Если бы не водоросли, склонившиеся по течению, можно было бы поверить, что вода вообще стоит на месте. У берегов лениво колыхались широкие листья кувшинок, а между ними белыми чашами распускались лилии, источая тонкий аромат.

— Как здесь красиво, — зачаровано проговорил Ярт.

— Это самое защищённое место в мире, — Сэллифэр выбрался на более-менее незаросший берег и отряхнулся. — Долина ближе всего к сердцу земли, а это лучшая защита в этом мире.

— Хотел бы я здесь пожить немного, — задумчиво заметил Ярт. — Это место меня успокаивает. Такое тихое, словно зачарованное. Мне здесь нравится.

— Премного благодарны, — раздался рядом ехидный смешок. — Ему здесь нравится. Ты слышал, Гоул?

— Слышал, слышал, — раздался смешок с другой стороны, и из воды высунулась ушастая голова старого знакомого.

— О, Гоул! — Ярт удивлённо обрадовался. — Давно не виделись. Как дела? Почему ты здесь?

— А мы разве… — тот подозрительно посмотрел на него, потом хлопнул себя по голове перепончатой ладонью и расплылся в улыбке. — Ах, да! Друг Фэль! Здорово. Как живёшь?

— Друг Фэль? — на тропинке вырос небольшой коренастый человечек с тёмной землистой кожей и султанчиком осоки на голове. Он задумчиво крутил в руках камышинку и оглядывал Ярта.

— Да, я её спутник, — тот присел на землю. — Моё имя Ярт. Я пришёл из Ваинэля.

— Ну, а я Дрэй Оэ, — человечек тряхнул султанчиком. — Один из духов этого места.

— А что здесь? — спросил Ярт, обводя рукой долину.

— Это место мы называем Оэ Тэро, — Дрэй Оэ закусил камышинку. — А вы, Эльфы, зовёте его Друидской Рощей. На острове она и располагается. Для нас это сердце земли. Все духи идут сюда лечиться.

— Да, — печально подтвердил Гоул, выбираясь на кочку. — Я тоже пришёл. Моё болотце высушили.

— Мне жаль, — посочувствовал Ярт.

— А почему вы идёте от водопада? — спросил Дрэй Оэ.

— Мы идём из Ваинэля, — пояснил Ярт.

— Но от Ваинэля дорога идёт в обход гор, через туннель, — удивился Дрэй. — Как вы оказались у водопада?

— Не знаю, — Ярт пожал плечами. — Сэллифэр сказал, что нашёл место, где растёт много Огненных Лотосов, и сегодня утром мы пошли за ними…

— Опять за Лотосами, — ностальгически вздохнул Гоул.

— …и оказались здесь, — закончил Ярт.

— Сегодня утром? — Дрэй почесал в затылке. — Невозможно! От Ваинэля до Оэ Тэро двое суток пути!

— Мы шли напрямик, — Сэллифэр поднял голову.

— Но вы не могли пройти через чащу и Живой Лес! — дух, кажется, был то ли крайне возмущён, то ли крайне восхищён. — Это никому не удаётся!

— Нам удалось, — пожал плечами Ярт. — Теперь мне нужно найти Лотосы, набрать букет и вернуться в Ваинэль до вечера.

— Опять для Фэль? — поинтересовался Гоул.

— Разумеется, — Ярт встал. — Она в этом году королева на празднике.

Парочка переглянулась и залилась хохотом:

— Фэль? Королева? Ой-ой! Не могу… Ха-ха! Представляю себе! Кто её сумел уговорить?

— Сестра, — вставил Ярт в этот нескончаемый поток веселья.

— Ну что ж, по такому случаю… — Дрэй снова сдавленно хихикнул. — По такому случаю я позволю себе отступить от некоторых правил и дам тебе набрать Лотосов для королевы. Иди за мной! — он проворно нырнул в траву и побежал вперёд по берегу.

Ярт чуть не упустил его из виду. Венчик на его голове абсолютно сливался с прибрежной осокой, и приходилось полагаться на свой слух.

Наконец Дрэй остановился и более тёплым тоном проговорил:

— Ну что ж, я вижу, ты действительно спутник Фэль.

— Ценное наблюдение, — Ярт понял, что его испытывали.

— Если бы я не проверил, то не стал бы тебе помогать, — Дрэй понял его мысли. — Лотосы растут в заводи на том берегу. Давай руку.

Ярт протянул ладонь, и Дрэй слегка стукнул по ней камышинкой. Мир завертелся, стремительно увеличиваясь в размерах.

— Что произошло? — Ярт оглядывался.

— Если ты собираешься перебраться на остров в обычном виде, ты либо дурак, либо отчаянный храбрец, — булькнул Гоул, погружаясь в воду. — Можешь спросить у Фэль, как она оттуда удирала по горам поползать. Отнюдь не вплавь через реку. Сам посмотри! — он подобрал камень и бросил на дно.

Вода вспенилась, раздалась в разные стороны, и из неё высунулась голова исполинской змеи необычного прозрачно-голубого цвета. Она поводила мордой в разные стороны и заметила Гоула, махавшего ей рукой. С шипением, напоминающим шум ручейка, змеюка направилась к ним.

Ярт с содроганием подумал, что было бы, если бы он сунулся в воду. Гоул выудил из воды пару рыбин и приветливо ими помахал. Змея распахнула пасть, и маленький водяной закинул рыбу туда. Поглядев на два ряда острых зубов, Ярт почувствовал себя совсем плохо, а Гоул, как ни в чём не бывало, ласково поглаживал змею по чешуе.

— Что это? — спросил Ярт.

— Это охранник острова Друидов. Речной змей, — пояснил водяной. — Его вырастили первые водяные. Мы зовём его Ручейком.

— Да уж, ручеёк! — Ярт опасливо покосился на пасть змея, у которого каждый зуб был размером с него сейчас.

— А что, хорошее имя, — Гоул снова нежно погладил змею. — Ручеёк очень послушный и очень верный. Без разрешения он никого не пустит на остров. Поэтому Друиды не заботятся об охране границ, а молодые часто убегают погулять, договорившись с Ручейком.

— И что, до сих пор никого не съел? — удивился Ярт.

— Из своих — никого, — твёрдо ответил Дрэй Оэ, потом хитро посмотрел на Ярта. — Ну… Приходили тут как-то какие-то с оружием. Грозились захватить остров. Ну, и поплыли. Моста же постоянного нет. А здесь Ручеёк на дне спит. А на другой реке сестрица его, Капелька. Оба проснулись невовремя… Не для нас, правда, а для тех, кто пришёл.

— Можешь не продолжать, — Ярт сглотнул и вымучено улыбнулся. — Представляю, что с ними стало. Вы лучше скажите, как мы на тот берег переберёмся?

— Ручеёк перевезёт. Правда, малыш? — Гоул только что не целовал этого «малыша».

Змей тихонько засвистел ему на ухо.

— Это друг Фэль, малыш. Ты её помнишь? Вы с ней были хорошими друзьями, — Гоул потрепал его под челюстью.

Ручеёк, если можно так сказать, улыбнулся, мечтательно зажмурив глаза. Его язык осторожно тронул Ярта. У парня было ощущение, что его одеялом укрыли.

— Покорми его, — Гоул сунул ему рыбину.

С опаской Ярт поглядел на раскрывающуюся пасть, но рыбу на язык положил. Взгляд Ручейка стал не в пример дружелюбнее. Ярт даже осмелился погладить его под челюстью.

— Замечательно! Мир, дружба, рыба, — Гоул забрался на плоскую голову змея. — Залезайте!

Остальные поднялись к нему, и Ярт помахал рукой волку:

— Я скоро вернусь! Отдохни пока.

Путешествие было вполне комфортным, но недолгим. Не успел Ярт удобно устроиться, как пора было слезать. Ручеёк высадил их прямо у заводи Лотосов и свернулся под водой в клубок.

— Лотосы для Фэль. Лотосы для Фэль, — насвистывал Дрэй, прыгая по камням и касаясь растений камышинкой. Вскоре у Ярта в руках была целая охапка дивных цветов.

— Держите, — Гоул вытащил на берег лист кувшинки. — Заверните цветы в него. Лучше сохранятся.

— Да. Ты прав, — Дрэй стал осторожно заворачивать букет.

И тут… Ярт почувствовал, как его носа касается чудный запах. Он казался почти осязаемым.

— Что это так пахнет? — он втянул в себя воздух.

— Яблоки, — Дрэй увязал букет и поглядел на Ярта. — Эй, ты куда?

— Хочу посмотреть на эти яблоки, — Ярт чуть не упал, когда Дрэй очутился прямо перед ним.

— Ты как Фэль, — фыркнул тот. — Она эти яблоки просто обожала. Как они с Хэйлой таскали их прямо под носом у Верховного…

— Ты знал мою мать? — удивился Ярт.

— Твою мать? — Дрэй присмотрелся к нему и со стоном вырвал пучок осоки из венчика. — Ну конечно! А я думаю, что глаза такие знакомые? Так ты сын Хэйли? Очень, очень приятно! — он энергично потряс его руку. — Твоя мама была замечательной девочкой. Какие проказы они устраивали с Фэль.

— Похоже, вам их не хватает, — Ярт усмехнулся.

— Да уж! Таких сорванцов, какими были они, больше нет в Роще, — Дрэй вздохнул. — Молодёжь шалит иногда, но строго соблюдает все запреты. Да и то сказать, нет среди них Ночных Эльфов. Фэль последняя.

— Я, между прочим, тоже Ночной Эльф, — Ярт гордо вздёрнул нос.

— Я заметил, — Дрэй хмыкнул. — Подожди здесь.

Его венчик замелькал в густой траве, устремляясь к Роще. Вскоре он вернулся, неся в руках тяжёлый свёрток.

— Держи, — он протянул его Ярту. — Передай от меня маме и Фэль. Пусть вспомнят старого знакомого.

— Спасибо, но маме я их передать не смогу, — смутился Ярт, принимая свёрток с яблоками.

— А что с Хэйли? — насторожился Дрэй.

— Она сейчас слишком далеко. В Вэле, — Ярт потупился, догадываясь, что сейчас будет.

— Сила земли! За какой надобностью её понесло в это проклятое место? — взвыл Дрэй. — Их же предупреждали!

— Может быть, хотя бы ты мне объяснишь, что за страх перед Вэлем? — поинтересовался Ярт. — Я там провёл все предыдущие двадцать лет, родился и вырос там. Город как город. Только что Граница защитная стоит. Ну да, не Ваинэль, конечно, и не Тхартнэль…

— Не сравнивай! — сурово оборвал его Дрэй. — Эти города сродни самой земле. Они — её часть, вполне гармоничная и даже необходимая сейчас. А Вэльтарет… Он мёртв. Он сродни язве на теле мира. Там земля плачет… Я не знаю, как тебе объяснить. Но это очень злое место. Тебя, видимо, его сила не задела, хотя ты и провёл там столько времени. Но это лишь благодаря духу твоей матери. Я не ошибусь, если скажу, что сейчас, освободив тебя из его пут, она стала беззащитна перед лицом города.

— Да, — Ярт сжал кулаки. — Но я вернусь туда за ней. Я заберу её из Вэля. Увезу от его колоколов.

— Боюсь, что тебе это не удастся, — грустно заметил Дрэй. — Чтобы справиться с силой Вэля, нужно самому быть сильнее. Это требует долгих лет на Пути, долгого учения… Твоя мать не выдержит этого времени. А сунешься туда сейчас, сам пропадёшь.

— Это мы ещё посмотрим, — Ярт запихнул свёрток в сумку.

— Ты поосторожнее, они очень нежные, — проговорил Дрэй. — Помню, Фэль их однажды объелась настолько, что ей стало плохо от переизбытка сил. Сама виновата.

— В смысле — «плохо от переизбытка сил»? — не понял Ярт.

— А, похоже, тебя ещё не просвещали насчёт того, что такое яблоки Друидов, — протянул Дрэй. — Это лучшее средство исцеления, помимо того, что они очень вкусные. Когда больной теряет силы, его кормят этими яблоками. Если нужно, чтобы он просто почувствовал вкус к жизни, ему дают небольшой кусочек плода или несколько капель сока. Здоровому яблоко вернёт потраченные силы, бодрость, веселье. А чересчур много съеденных яблок приведут к перенасыщению тела силой. Фэль как-то это испробовала. Уволокла слишком много яблок, и чтобы её не уличили, все их съела. После этого она несколько недель не могла нормально отдыхать, испытывая чувство постоянной бодрости. Ну и намучились же с ней Друиды. А после этих недель ей было настолько плохо, словно из неё все силы до капли выжали. Пожалуй, есть только одно существо в мире, которому этих яблок много не бывает.

— И кто же это? — поинтересовался Ярт.

— Да есть тут один такой. Альтамиром звать, — фыркнул Дрэй. — Когда он здесь был последний раз, ухлопал все мои яблочные припасы, и хоть бы что! Даже обидно немного.

— Ага, Альтамир может! — рассмеялся Ярт. — Уж его-то ненасытный аппетит я знаю.

— Что? К тебе домой он тоже приходил? — ужаснулся Дрэй.

— О нет, это я у него живу, — Ярт усмехнулся.

— Да? Тогда ты его увидишь? — вдруг обрадовался Дрэй и схватил его за руку. — Идём со мной, — он слегка подпрыгнул, и земля у них под ногами расступилась. Они полетели по широкому колодцу вниз, удачно приземлившись на ворох сена.

— Это моя кровать, — пояснил Дрэй, выбираясь. — Очень удобно, знаешь ли. Устанешь, и сразу в кровать.

— Да уж, — Ярт съехал на земляной пол и огляделся. — Это твой дом?

— Угу, — Дрэй подошёл к стене уютной пещерки. — Извини, тут небольшой беспорядок.

— Ты мою комнату не видел, — фыркнул Ярт.

— Присаживайся, — Дрэй указал на чурбачки, окружавшие широкий низкий стол, роль которого играл пень, торчащий из земли. Гость послушно сел.

Пещерка была небольшая. Узкий проход соединял её с другой. С потолка свисали длинные корешки, фосфоресцирующие бледным светом. Окон тут не было. Зато в стенах находилось множество шкафчиков, в одном из которых сейчас и копался Дрэй. У его ног росла кучка различных кореньев, жестянок, баночек, свёртков неизвестного предназначения.

— А, вот оно! Нашёл! — Дрэй повернулся и с довольной улыбкой водрузил на стол пузатый бочонок. — Отнеси это Альтамиру. И передай ему мой горячий привет. Пусть лопнет, обжора!

— Ласково ты, — Ярт с сомнением оглядел свой мешок, и без того раздутый почти до предела.

— Не волнуйся, я его уменьшу, — Дрэй достал свою излюбленную камышинку, и бочонок съёжился в размерах. — Ну вот. Принесёшь, поставишь на стол — вырастет.

— Интересно, а сколько сейчас времени, — вдруг вспомнил Ярт.

— Уже скоро закат, — Дрэй тряхнул венчиком осоки и усмехнулся. — Пора уже?

— Да уж, мне бы в Ваинэль добраться до ночи, — Ярт покачал головой. — А то Фэль переживать будет.

— Я тебя выведу к озеру, а там доберётесь своим путём, — Дрэй тронул стену, и земля вновь раскрылась в широкий проход.

Они двинулись в обратный путь. Вскоре впереди показался сумеречный свет, и Ярт услышал шум водопада.

Они вышли у первой ступени рядом с озером. Сэллифэр ждал там. Ярт почувствовал лёгкое касание камышинки. Вновь всё закружилось, и он чуть не упал, увидев землю далеко внизу.

— Эй, вы, — раздался от воды голос Гоула, и над берегом поднялась голова Ручейка. Ярт получил возможность оценить змея в его истинных размерах. Сейчас он был несколько поменьше, но картинка всё равно выходила неутешительной.

Гоул спрыгнул на камни и протянул Ярту свёрток:

— Букет забыл.

— Спасибо, — он обнял водяного, но тот отпрыгнул:

— Фу! Сухая кожа! Жуть какая! Не благодари меня больше!

— Всё равно, спасибо, — Ярт направился к пещере, но тут Дрэй проговорил:

— Земля говорит — иди за ветром!

— За ветром? — он удивился.

— За ветром, — Дрэй помахал ему рукой и пропал в траве.

— Привет Пламени, — Гоул и Ручеёк растворились в воде.

— За ветром так за ветром, — Ярт пошёл в пещеру.

— Тебя долго не было, — Сэллифэр прижался к его ноге. — Я волновался.

— Спасибо, заботливый ты мой, — Ярт потрепал его по загривку и услышал над ухом протестующий писк. — И ты волновался, светлячок? — парень улыбнулся, глядя на нахохлившуюся птицу. — А вот тебе и имя. Светлячок! Ты согласен?

Птица сорвалась с его плеча, распушаясь и зажигаясь зелёным фонариком, чтобы осветить им путь. Они стали подниматься по лестнице. Но вдруг порыв ветра подхватил Светлячка и понёс его за собой.

— Светлячок! — они бросились за птицей и оказались в тёмном коридоре. Оглянувшись, Ярт увидел, что лестница исчезла.

— Ну что ж, — справедливо рассудил он. — Нам и было сказано идти за ветром. Значит, пойдём.

— Странно тут, — Сэллифэр прислушался. — Тихо. Мыши не пищат.

— Идём, — Ярт усмехнулся.

Они двинулись за Светлячком. Он весело щебетал, порхая под сводами, и, похоже, совсем не испытывал страха.

— Весёлый спутник нам попался, — хмыкнул Ярт, наблюдая за ним.

— Я бы сказал, чересчур, — пробурчал волк. — Можно, я ему хвост откушу?

— Зачем? — удивился Ярт.

— Чтобы не вертел им перед моим носом, — Сэллифэр угрюмо посмотрел на птицу.

— Да хватит тебе, — Ярт почесал его за ухом.

Они почувствовали новый порыв ветра, подтолкнувший их в спину, и вывалились в комнату, облицованную плитами розового мрамора. В другой стене темнела деревянная дверь. Ярт толкнул её, и она распахнулась настежь.

Он стоял в кабинете Орегонда, а хозяин ошарашено смотрел на гостей, вышедших из потайной комнаты. Не менее ошарашено на них смотрела и Элээн, сидящая напротив Орегонда за чашкой чая. Ярт и сам был удивлён не менее их.

— Ну, присаживайся, — проговорил Орегонд первое, что пришло в голову.

— Спасибо, — Ярт справился с удивлением и откланялся. — Но мне нужно спешить. Айэрэ, можно вас попросить о небольшом одолжении?

— Каком? — Элээн приветливо улыбнулась.

— Пусть это побудет в Академии до бала. Это мой подарок для королевы, — Ярт протянул ей кувшинковый лист. — Огненные Лотосы для Фэльмарэ.

— Ну конечно, — Элээн положила лист на стол. — Ты, что, Друидскую Рощу ограбил?

— Похоже, что так, — Ярт усмехнулся. — Не волнуйтесь, про тайный путь я никому не скажу. Ещё раз извините, — он склонил голову, и компания покинула кабинет.

Выйдя на улицу, Ярт увидел, что закат уже отгорел, а на небе появились первые звёзды.

— Нас, наверное, обыскались, — заметил он, глядя на небо.

— Возможно, — Сэллифэр не спеша пошёл вперёд. — Они уже ужинают.

— Скорее всего, — Ярт поудобнее пристроил мешок за плечом и ускорил шаг.

Уже подходя к калитке, они услышали:

— Ну наконец-то! Где вы пропадаете? Я целый день места себе не нахожу! Как так можно? Весь день голодом!

Альтамир с негодованием смотрел на них.

— Надеюсь, то, что я тебе принёс, поднимет твоё настроение, — улыбнулся Ярт.

— Даже не знаю, что может изменить моё к тебе отношение после этого дня, — ворчливо заметил Альтамир. — Идём, ужин на столе, а тебе стоит ещё и переодеться. А то пахнет то ли рыбой, то ли землёй, то ли ещё чем-то.

Ярт привёл себя в приличное состояние и присоединился к застолью. Он только сейчас почувствовал зверский голод. Сэллифэр уже лежал у дверей, грызя кость, которой с ним поделилась сердобольная Ноэрэ.

— И где тебя целый день носило? — с напускным безразличием поинтересовалась Фэль, расправляясь с тарелкой салата.

— В Академии, — не моргнув глазом, ответил Ярт. — В библиотеке сидел. Можешь у Элээн спросить, — добавил он.

— Да нет, зачем, — Фэль прищурилась. — Я тебе верю.

«Опять, поди, к Эртэ таскался», — недовольно подумала она и сердито воткнула нож в яблоко.

— Как у Инри дела? — Терти поставила на стол чашки.

— А я почём знаю? — фыркнул Ярт. — Он на меня так жутко обижен, что до сих пор даже не смотрит в мою сторону.

— До сих пор не помирились, — вздохнула Терти.

— Ярт, а что ты мне принёс? — вдруг вспомнил Альтамир.

— А! Да! — Ярт помчался за своим мешком. Вернувшись, он запустил туда руку и проговорил:

— Я тут кое-кого встретил, когда погулять вышел. Он тебе привет передавал и вот это.

На столе возник пузатый бочонок.

— Дрэит Нэртэ! — Альтамир обнял бочонок и блаженно улыбнулся. — Варрата! Ярт, где ты его встретил?

— Я же говорю, погулять пошёл и встретил в лесу. Забавный такой!

— Он больше ничего не передавал? — Альтамир занялся вскрыванием бочонка. По комнате поплыл запах яблок.

— Как в Друидской Роще, — Фэль зажмурилась.

— Ещё он передал, чтобы ты лопнул, обжора. Я дословно передаю, — Ярт хмыкнул.

— Дрэй, — лицо Странника расплылось в счастливой улыбке.

— Неужели это от Дрэя? — Фэль захлопала глазами и подозрительно посмотрела на Ярта. — Дрэит Нэртэ! Не знай я, что Друидская Роща в двух днях пути, я бы решила, что ты был там.

— А тебе он тоже привет передавал, — Ярт хитро улыбнулся.

— И это всё? — Фэль ожидающе смотрела на него.

— Ещё тебе привет от Гоула. Его я тоже видел, — по лицу Ярта разливалось самое хитрое выражение.

Фэль нетерпеливо заёрзала на месте.

— И вот это, — в руке Ярта лежало большое яблоко прозрачно-розового цвета.

— Яблоко Друидов! — Фэль бросилась к нему. — Я тебя убью! Ты сразу его отдать не мог?

— А зачем? — Ярт вручил ей плод. — Смотри, опять плохо станет.

— Я вижу, вы с ним долго разговаривали, — девушка покраснела.

— Да, — Ярт отмахнулся. — Мы с ним о маме поговорили, тебя вспомнили. Он долго не мог поверить, что я твой спутник. Даже испытание мне устроил.

— Бег в траве, конечно, — хмыкнула Фэль, нежно глядя на яблоко. — Это была наша любимая игра. Ты его догнал?

— А тебе не верится? — Ярт принюхался к альтамирову бочонку, из которого Странник большой ложкой черпал варрату и поедал с выражением неземного наслаждения на лице. — А я тоже хочу! Зря я его сюда тащил, что ли?

— Так и быть, можешь съесть чайную ложечку, — милостиво разрешил Мирэл.

— Ты — сама щедрость, — ехидно проговорила Терти и зачерпнула из бочонка большую поварёшку. — Ешьте, ребята. Не смотрите на этого жадину.

— Разорили!!! — возопил в ужасе Альтамир и с мученическим выражением добавил на общее блюдо ещё ложечку.

Фэль и Ярт с такой готовностью склонились над блюдом, словно их ужином не кормили. Варенье было превосходное.

— Учти, Фэль, за это я потребую мою долю яблока, — шепнул ей на ухо Мирэл.

— Если дотерпишь до бала, — девушка усмехнулась. — Мне нужны будут силы, чтобы выдержать этот ужас.

— Не преувеличивай. Не такой уж это ужас, — Странник облизал ложку и аккуратно закрыл бочонок. — Хватит на сегодня. Надо бы его поберечь, — он откинулся на спинку стула и погладил себя по животу. — Я как-то целый такой бочонок выскреб за один присест.

— Теперь я понял, почему Дрэй в таком ужасе от возможности твоего нового захода в гости, — хмыкнул Ярт.

— А разве он ещё помнит? — невинно поинтересовался Альтамир.

— Конечно. Он сказал, что в вашу последнюю встречу ты уничтожил все его запасы и ещё попросил, — Ярт весело рассмеялся, глядя на смущённое выражение лица друга.

— Ну, не все, — Альтамир скромно потупился. — Что-то у него осталось.

— Наверное, этот бочонок варраты, — Терти снисходительно улыбнулась. — Теперь точно все.

— Ну, полбочонка-то у меня ещё есть, — Странник потащил его в кладовку. — Вот когда я доем…

— Боюсь, это будет сегодня ночью, — Терти допила чай и добавила. — Надо признать, я бы и сама не отказалась подчистить бочонок варраты.

— Я тебя понимаю, — Ярт облизывал ложку.

— В первозданном виде яблоки ещё лучше, — Фэль любовалась плодом, который просвечивал насквозь.

— Спрячь его получше, — посоветовала ей Терти, — а то, доев свою варрату, он и за ним придёт.

— Не волнуйся, я так спрячу, что он его в жизни не отыщет, пока сама не покажу, — Фэль прижала яблоко к щеке. — И кстати, Ярт. Что ты так не хотел пускать меня в свою комнату? Там же всё равно ничего нет.

— Всё своё ношу с собой, — усмехнулся он и похлопал ладонью по мешку. — Я уже понял, что ты крайне любопытна.

— Ну и ладно! — Фэль насупилась.

— Ты как ребёнок, — Терти улыбнулась. — Всего-то день остался…

Глава 10

И вот этот день прошёл. Прошёл в суматохе и хлопотах. Горожане украшали город гирляндами цветов, флагами, гербами. На центральной площади — месте дневных развлечений — развевались знамёна восьми племён, бережно хранившиеся в Академии. Над высоким помостом, где были установлены два кресла для короля и королевы, а также места для вождей племён, были склонены знамёна Ночных Эльфов. Тёмно-синее полотнище с вышитыми на нём пятью звёздами и полумесяцем. И чёрное, обшитое серебром, где на фоне полной серебряной луны стоял чёрный зеленоглазый волк.

— Почему здесь это знамя, а не людское или ваинэльское? — поинтересовался Ярт, с трепетом глядя на бывший символ своего племени.

— На этом настояли Элээн и Эртэ, — Фэль преклонила колено перед памятью своего народа и коснулась губами края полотнища.

Весь этот суматошный день в город прибывали гости: процессия из Тентрода и Тхартнэльского Двора, Странники с востока, у причала стояли великолепные ладьи из Марээла и корабли из Морского Города. Золотокожие, искрящиеся радостью южане обнимали прохладно-сдержанных северян. На праздник приехало даже несколько компаний людей.

А с утра праздничного дня все они собрались на центральной площади.

Пять вождей стояли на праздничном помосте. И все пятеро склонили головы при появлении Ярта и Фэль. И королева, и король выглядели, как Странники, ведь день предназначался для игр и состязаний.

Эртэ и Лорелин поднесли им мантии и возложили на головы серебряные обручи — знак, что эта пара объявлена королём и королевой праздника. Но им ещё предстояло подтвердить своё право занимать эти места.

Восемь юных Эльфов в одинаковых костюмах подняли вверх восемь флагов, и над площадью разнёсся мелодичный голос труб. Праздник объявлялся открытым.

На площади начались игры. Молодёжь резвилась вовсю.

Почти в центре была расположена полоса препятствий и площадка для поединков.

— Неужели ты пойдёшь? — поинтересовалась Фэль, когда Ярт освободился от тяжёлой мантии.

— А как же, моя королева, — он коснулся губами её ладони. — Там же мой дядюшка.

— Что ж, понятно, — девушка усмехнулась и посмотрела в сторону Эльтерона — вождя лесного народа, который был главным судьёй на празднике и сейчас объявлял о начале состязаний. Дождавшись конца его речи, она поднялась и проговорила:

— А я, от своего имени могу добавить, что победитель получит не только награду, но и поцелуй королевы, — девушка хитро посмотрела на Ярта и добавила. — Можете начинать жеребьёвку.

Фэль с ироничной улыбкой наблюдала за ходом поединков. Ярт, как всегда, развлекался. Публике это нравилось. Она с одобрительным гулом встречала каждый его трюк. Его соперник быстро понял, что у Ярта он выиграет вряд ли, и отсалютовал победителю мечом, признавая своё поражение. Ярт с улыбкой ответил ему встречным салютом и запрыгнул на помост:

— Первый круг в мою пользу.

— Посмотрим, что будет во втором, — Фэль улыбнулась ему и повернулась к народу.

Пока после первого круга на месте поединков расстилали ковёр для борцов, Эльтерон объявил поединок менестрелей.

— А нам король подарит поцелуй в награду? — поинтересовалась симпатичная пухленькая девушка из Марээла.

— Если победительница того пожелает, — улыбнулся Ярт, опускаясь в кресло.

— Фэль, дерзай, — над её плечом возник Альтамир. — Я тебе подыграю.

— Решила поучаствовать? — хитро улыбнулся Ярт, когда девушка поднялась.

— Но не ради твоего поцелуя, — ехидно заметила Фэль, спускаясь по лестнице.

Первой пела та самая смешливая пышечка. Её песня славила реки и озёра, воспевала осенние дожди и родную землю. Южанки пели о прекрасном небе юга. Эльфийки востока — о зелёных волнах моря. Ваинэльские девы дарили всем прохладу и зелень лесов. Но вот над площадью взлетела прозрачная мелодия флейты, ей вторил перезвон колокольчиков, вплетённых в волосы Странницы, и тихое звучание серебряных струн инктара. Песня Пути. Песня колдовских ночей. Музыка звёзд и ночного Леса. Дыхание летнего ветра. Сотни миров. В ней было сплетено множество образов: колдовской танец дракона под луной, воспоминания о глазах любимого, Лес и Путь, боль от потери семьи… Песня рвала сердце.

Музыка стихла, но ещё в течение нескольких минут никто не смел даже вздохнуть, не то, что говорить. Потом кто-то робко хлопнул в ладоши…

Эльтерон не сказал ни слова, но все присутствующие и так поняли, кто был победителем. Фэль приняла от судей награду и вернулась на место.

Сказать, что Ярт смотрел на неё с восхищением, значит, не сказать ничего. Он почтительно коснулся губами её ладони и усадил девушку на место.

Одним из самых захватывающих зрелищ была полоса препятствий, сооружённая умелыми мастерами Ваинэля и Тхартнэля, а также искусными Магами Академии. Однако после орегондовой «тропы за посохом» Ярту это показалось детскими игрушками.

Последним состязанием, в котором принимали участие и Ярт, и Фэль, были скачки с препятствиями. Немногие девушки осмеливались участвовать в нём, и обычно оно было традиционно-мужским. Но в этом году королевская чета решила-таки выяснить, кто лучше.

Фэльмаровского Грайсера здесь хорошо знали, и потому, когда она сняла мантию, никто не сомневался, чья будет победа. Однако когда Альтамир вывел их лошадей, зрители поняли, что эти скачки скучными не будут. Гэллэр внешне ничуть не уступал Грайсеру, а уж посидев на эльфийской травке и чистой водице, мог и вовсе стать фаворитом.

И всё же желающих с ними потягаться нашлось немало. Большая часть отстала после первых барьеров. Ярт и Фэль пока что шли бок о бок.

— Прямо показательное выступление по слаженности, — пробормотал Альтамир, глядя, как красиво спутники одновременно взяли барьер. И всё же Грайсер потихоньку вырывался вперёд. Ярт подхлестнул Гэллэра и оказался впереди на полкорпуса.

— Дрэит Нэртэ, — Фэль подтолкнула коня пятками. — Давай же, малыш. Мы должны выиграть. Ты же его всегда на хвосте приводил.

Грайсер с храпом ринулся вперёд, и они вместе миновали последнее препятствие. Финишную черту они тоже пересекли вместе.

— Ну, и кто победил? — с усмешкой спросил Ярт, успокаивая взвинченного Гэллэра. Конь тяжело поводил боками и нервно пританцовывал на месте. Грайсер выглядел не лучше.

— Откуда я знаю, — Фэль подняла глаза на судейскую трибуну, где совещались вожди.

— Трудное решение, — Эльтерон подошел к краю помоста. — Похоже, придётся голосовать. Кто считает, что победила Фэль — будьте любезны направо. Кто считает, что победа должна достаться королю — просим налево.

С озадаченными лицами они смотрели на топчущихся зрителей.

— А если мы считаем, что победили оба? — раздался голос из толпы.

— Кто так считает, пусть поднимет руку, — Эльтерон пожал плечами.

— Похоже, ничья, — Ярт протянул ладонь Фэль.

— Ничья, — она с усмешкой пожала её и протянула ему золочёную шпору. — Держи! У меня их и так уже за два десятка перевалило.

— Вы друг друга стоите, — шепнул Альтамир, пробегая мимо. — Поздравляю.

Прошли состязания резчиков, пекарей, Магов, танцовщиц, кузнецов. Выбирали лучшее изделие, лучшее оружие, лучшее полотно, гобелен… Под конец дня у Ярта голова шла кругом от обилия всего.

Когда на небе заалел закат, над площадью снова раздался звук фанфар. Сейчас гости праздника должны были решить, нравится ли им нынешняя королевская чета. На помосте вновь поднялся Эльтерон:

— От имени всех вождей я объявляю наше решение. Мы увидели сегодня, что эти двое обладают умом, смелостью, упорством, ловкостью и, самое главное, справедливостью. Их решения в выборе победителей показались нам очень справедливыми. Королева ни в чём не уступает королю, а король достоин своей королевы. Наше решение — короновать их!

Эртэ и Лорелин внесли на помост две бархатные подушки, на которых возлежали короны. Ярт первым преклонил колено по знаку Эртэнэль:

— Ярт, нарекаю тебя королём праздника Восьми ветров, королём всех племён на этот год. Носи этот титул с честью и достоинством. Храни и оберегай свою королеву. Почитай старость, прощай юность. Во имя богов! — Эртэ сняла с его головы обруч и возложила на него королевскую корону из светлого серебра с чистыми изумрудами, потом легко поцеловала его в щеку под косым взглядом Фэль и отошла в сторону, пропуская Лорелина. Её сестра также преклонила колено.

— Фэль, нарекаю тебя королевой праздника Восьми ветров, королевой всех племён на этот год. Носи этот титул с честью и достоинством. Храни и оберегай своего короля. Почитай старость, прощай юность. Во имя богов! — Лорелин возложил корону на её голову. Тёмные изумруды в тон её глазам.

— Да здравствуют король и королева! — воскликнул Эльтерон, и толпа подхватила это восклицание. В небе засверкали причудливые фейерверки. Это была работа учеников Академии. Они внесли свою лепту в праздник. Этим фейерверкам было суждено озарять город до полуночи.

Герольды свернули знамёна, и народ стал потихоньку растягиваться по домам. Скоро начинался бал, и нужно было привести себя в надлежащий вид. Ярт подал руку Фэль, и они в сопровождении друзей направились в Академию.

Над головами расцветали сказочные цветы, распускали крылья звёздные драконы, важно кивали головами золоторогие единороги. Да, юные Маги славно потрудились, чтобы в ночном Ваинэле было светло как днём. Когда они ступили на площадь Академии, в небе появился серебристый волк, держащий в зубах Огненный Лотос. Появился и замер.

— Ну, Элээн, — прошипела вполголоса Фэль, догадавшись, кому принадлежит сия работа.

— Только тихо, — Элээн не дала ей и рта раскрыть. — Идите, переодевайтесь.

Фэль глубоко вздохнула, но перечить не стала. Они разошлись по комнатам.

Ярта в комнате ждал Инри. Ради праздника он даже сменил ученический балахон на нормальную одежду. Ярт с удивлением заметил, что в его фигуре исчезла сытая округлость. Сейчас Инри, пожалуй, мог с ним и посоперничать. Хотя… А сейчас им это надо?

— Ну и каково оно — быть королём? — поинтересовался друг.

— Ничего. Корона только тяжеловата, — Ярт снял её и стал переодеваться. Надо отдать должное Альме, одежда сидела превосходно.

— Ну если Фэль и сегодня тебе в любви не признается… — восхищённо проговорил Инри, оглядывая друга. — Погоди, корону поправлю.

Выйдя в коридор, они столкнулись с Элээн.

— Идите-идите, — поторопила она их. — Королева сейчас будет.

Ярт кивнул, и они направились в зал.

Свет серебряных стволов и золотой листвы наполнял праздничный зал. Вдоль стен были выставлены столы с едой и питьём, резные скамьи для уставших, а в центре ходили и разговаривали гости.

— Его величество, король! — оповестил собравшихся герольд, когда Ярт переступил порог, смущённо улыбаясь толпе незнакомого народа.

Инри провёл его до кресла и усадил, встав чуть поодаль у стены. К Ярту подошла Эртэ и, хитро улыбаясь, проговорила:

— Ваше величество, не забудьте своё обещание!

— Не забуду, — Ярт улыбнулся ей.

У двери раздалось:

— Её величество, королева! — и по залу пролетел вздох изумления. Мерцание деревьев слегка угасло, и в наступившей темноте в зал ступила Фэль.

Её платье казалось дымкой света. Оно создавало вокруг неё мерцающий ореол, делая девушку похожей на призрака. Надо заметить, прекрасного призрака. Сейчас она совсем не была похожа на ту вольную Странницу, стоявшую в дверях таверны Найрэ. Перед ними была изысканная эльфийская леди. Ярта посетило мгновение панической неуверенности в себе, в том, что он действительно достоин стоять рядом с ней, не то, что надеяться на её взаимность. Слава всем богам, это было всего лишь мгновение.

Ярт слегка пришёл в себя и поднялся ей навстречу. Серебряная дымка колыхнулась, и Фэль повернула голову. Забранные наверх волосы, увенчанные короной, подчёркивали форму её лица, оттеняли бледность кожи. Девушка тоже на секунду замерла, увидев спутника. Затянутый в чёрный шёлк и кожу, высокий и стройный, он был похож на чёрное древко стрелы и таил в себе такую же опасность.

— Ты прекрасна, — он подал ей ладонь и помог взойти на возвышение. — Но, по-моему, чего-то не хватает, — Ярт осторожно застегнул на её шее тонкой работы ожерелье с изумрудами и хрусталитом.

— Благодарю вас, — она церемонно склонила голову и оглядела его. — У меня тоже есть для тебя небольшой подарок. Дай руки, — он послушно протянул ей ладони, и на его запястьях защёлкнулись широкие серебряные браслеты.

— Благодарю, — Ярт учтиво кивнул ей.

Девушка повернулась к залу и начала приветственную речь королевы.

— Интересно, сколько времени ты её готовила, — поинтересовался Ярт, когда она опустилась в кресло.

— Пять минут, пока шла по залу, — она улыбнулась и шёпотом добавила. — Спасибо за подарок.

— То ли ещё будет! — загадочно улыбнулся он. — По сравнению с тобой все эти безделушки — ничто! Сейчас мне кажется, что брось я весь мир к твоим ногам, и этого было бы мало…

— Королевский танец! — раздался над ними вкрадчивый голос Элээн, прервав Ярта на самой романтической ноте.

— Идём мучиться, — с тяжёлым вздохом проговорила Фэль, протягивая ему ладонь, и они прошествовали в центр зала. Через некоторое время она лично убедилась, что танцевать с ним так же приятно, как и целоваться.

— Не устаёшь меня поражать своим воспитанием, — негромко проговорила она. — Танцевать тебя мать учила?

— Кто же ещё? — он улыбнулся. — Знала бы ты, как я ненавидел эти уроки. Они отнимали время от драк и побегов из города. Но сейчас я ей безмерно благодарен. За один этот танец стоило вынести те муки.

— Уверена, прелесть этого занятия ты оценил ещё в Вэле, или вы там не танцевали? — хмыкнула девушка.

— Танцевали. На приёмах у коронного властителя, праздниках, нудных взрослых собраниях, — он склонился к её уху и доверительно шепнул. — Только достойной партнёрши у меня никогда не было.

— Как ты себя любишь, — Фэль фыркнула. — Аж завидно!

— Можно подумать, тебе кто-то не даёт себя любить, — он улыбнулся.

— Да нет, я себя люблю, — она слегка пожала плечами. — Иногда даже чересчур.

Когда танец закончился, Ярт вздохнул:

— И почему всё хорошее так быстро кончается?

— Не так уж и быстро, — Фэль раскрыла веер и поглядела сквозь него лукавыми глазами. — Впереди целая ночь танцев. Развлекайся!

— А я с тобой хочу! — капризно проговорил Ярт и только что ногой не топнул.

— Ярт, ты ещё не забыл своё обещание? — к ним подошла Эртэ.

— Конечно нет! — он отвесил поклон. — Разрешите на танец?

— С удовольствием, — девушка слегка склонила голову, и Ярт повёл её в круг.

— Ну да, а ты чего хотела? — спросила сама себя Фэль. — Это же Ярт. И он вовсю ухлёстывает за твоей дорогой сестричкой.

— Можно вас на танец, — раздался над её ухом голос Инри.

— Конечно, можно, — она улыбнулась ему, и племянник повёл её танцевать.

Во время танцев взгляд Фэль почти не отрывался от Ярта. Высокий, стройный, красивый своей дикой красотой, он словно завладел её душой в этот вечер. Когда их взгляды пересекались, и она смотрела в его колдовские глаза, больше всего Фэль хотелось остаться с ним наедине.

Вот и сейчас, глядя, как беззаботно он болтает с Эртэ, она ощущала странное чувство. Хотелось, чтобы он принадлежал только ей, как в дороге, чтобы смотрел только на неё, как в Вэле. Но где-то в глубине души время от времени возмущалась Фэль-дикарка, и её раздирали надвое противоречивые чувства. Быть с ним и сбежать от него.

В этот момент рядом с ней возник Грэдлан:

— Фэльмарэ! Ты сегодня похожа на звезду, спустившуюся на землю.

«Интересно, в каком магическом трактате он это вычитал?» — мысленно усмехнулась девушка и ответила:

— Я знаю.

Грэдлан слегка растерялся, но потом, немного справившись с удивлением, спросил:

— Не хочешь вина?

— Не откажусь, — девушка мстительно посмотрела на Ярта и гордо отвернулась. Он недоумённо посмотрел на это и, пожав плечами, продолжил разговор с Эртэ.

Грэдлан вернулся с двумя чашами. Фэль кивком поблагодарила его и взяла одну.

— Может, смешаем его? — совсем осмелел Грэдлан.

— Вот спасибо! — Фэль пригубила из чаши. — Ты же прекрасно знаешь, что с тобой я вино никогда не смешаю.

— Но почему? — снова принялся за своё Грэдлан.

— Я удивляюсь, — девушка усмехнулась. — Ты — сильный Маг. Сын Эльтерона. О тебе мечтает половина девушек, уж про твоих учениц я вообще молчу. А ты продолжаешь передо мной унижаться. Не надоело?

— Ты права, — его лицо на миг приняло сосредоточенное выражение. — Если ты не хочешь так, будем действовать силой, — он схватил её за руку. — Ты будешь моей сегодня же. Сейчас. Идём.

— Отпусти! — она вырвала ладонь и залепила ему оплеуху. — Что ты себе позволяешь?!

— Если бы нынешний король тебя потащил, ты бы не сопротивлялась, — ехидно проговорил Грэдлан, потирая щеку. — Что в нём есть такого, чего нет у меня?

— Гордость и ум, — Фэль отвернулась и направилась на балкон. Краем глаза она видела, как Ярт преподносит Эртэ чашу вина, а она заливисто смеётся, глядя на его расшаркивания.

Близилась полночь — время обручения влюблённых пар и благословения их королём и королевой. Фэль даже передёрнуло от мысли, что Ярт и Эртэ подойдут к ней вместе.

— Ну и пусть, — пробормотала она. — Мне всё равно никто не нужен. Я сама по себе.

— А вот и неуловимая красавица, — к Фэль подошёл Эльтерон. — Ваше величество, может быть мне будет позволено пригласить вас на танец? А то за вами как за тенью весь вечер гоняться можно, да так и не поймать.

— С удовольствием с тобой потанцую, Эльтерон, — Фэль искренне улыбнулась. — Мы давно не виделись, вождь.

— Да уж, дольше, чем хотелось бы, — Эльтерон вздохнул. — А ты совсем не изменилась, Пламя. И всё так же гоняешь моего сына.

— О, только снова не начинай! — поморщилась девушка. — Грэдлан для меня просто наказание, уж извини. Надоел, больше уже просто некуда. Сил никаких нет его выносить.

— Но ведь он же хороший мальчик, — попытался защитить сына Эльтерон. — И Маг замечательный, так даже Элээн сказала. И он любит тебя.

— Но я его не люблю, — Фэль тяжело вздохнула. — Сколько я ещё должна ему это повторить, чтобы он наконец-то понял? Я не люблю и не собираюсь его любить.

— А своего короля? — Эльтерон прищурился. — Это из-за него…

— О боги! Ярт-то здесь причём? — Фэль удивлённо смотрела на него. — С ним я познакомилась вообще чуть больше луны назад.

— И он уже твой спутник? — вождь был удивлён.

— К несчастью, что он Странник, обнаружила я, — Фэль смущённо пожала плечами. — Хотя он и без моей опеки отлично бы справился, но традиции есть традиции.

— Сколько ему лет? — поинтересовался Эльтерон.

— Двадцать, — девушка улыбнулась. — Но он уже вполне взрослый мальчик. Он рос у… у людей.

— Ясно, — Эльтерон отыскал взглядом тёмную фигуру. — Я слышал. В городе говорили, что это вернулся…

— Лайнэ, да? — девушка скислилась. — Я умоляю, это просто глупые слухи.

— Понимаю. Неприятные воспоминания, — вождь подмигнул ей. — Ладно. Не буду.

Через какое-то время девушка откланялась и добралась-таки до балкона. В небе по-прежнему сиял серебристый волк, сжимающий зубами Лотос. Фэль присела на край балкона и задумчиво посмотрела на иллюзию.

— Ты скучаешь? — рядом появилась Ноэрэ.

— Откуда ты здесь? — девушка удивлённо посмотрела на неё.

— А кто осмелится запретить спутнице королевы войти вместе с ней, — у Ноэрэ была такая хитрющая мордочка, что Фэль не выдержала и улыбнулась:

— Плутовка! Что, и Фэри здесь?

— А как же, — пантера легла у её ног и обмахнулась хвостом. — Мы с ним с домовыми в догонялки играем. Забавные они! Пыльные такие!

— Я знаю, — Фэль вздохнула и прислонилась к стене, глядя в небо над собой, где по-прежнему расцветали огни фейерверков.

— Что с тобой? — Ноэрэ с тревогой посмотрела на неё. — С волком поссорилась?

— Да нет, — девушка улыбнулась, но несколько грустно. — Просто устала. Я не королева, чтобы вынести весь этот вечер.

— Ты же съела яблоко, — Ноэрэ подозрительно смотрела на Фэль. — Да в тебе всё кипит от ревности! Что случилось?

— Он весь вечер с моей сестрой, — девушка сжала виски ладонями. — Я же говорила, что нам не по пути. К чему всё?

— Но это не так! — Ноэрэ положила лапы ей на колени. — Вы с ним связаны. Я это вижу. Вы созданы друг для друга!

— Если бы, — Фэль поднялась. — Фейерверки гаснут. Скоро полночь. Мне надо на праздник.

Она потрепала Ноэрэ по голове и направилась обратно в зал.

— Куда ты пропала? — рядом возник Ярт.

— Ходила подышать свежим воздухом, — холодно ответила Фэль. — А что? Рядом с Эртэ у тебя было время думать обо мне?

— Я всегда думаю о тебе, — Ярт улыбнулся. — А с Эртэ мы просто немного подразнили Инри. Да и не только его, похоже. Ревнуешь?

— Вот ещё! — Фэль фыркнула, осознав, что её провели как девчонку.

«Ну, Ярт! Ты мне за это ответишь! — мстительно подумала она. — Я тебе устрою весёлую жизнь. Узнаешь, что такое — подобная ревность».

По залу пролетел серебристый звук колоколов на башне.

— Полночь, — Фэль усмехнулась. — Сейчас начнётся.

— По многолетней традиции сейчас король и королева благословят тех, кто собрался связать свои судьбы, — провозгласила Элээн. — Есть ли такие в этом зале?

Перед возвышением начали собираться парочки.

— Что мне делать? — поинтересовался Ярт.

— Ничего. Мило улыбаться — это у тебя должно получиться, — ехидно ответила Фэль и встала навстречу первой паре.

Связав их руки свободными петлями узкой ленты, она проговорила:

— Перед лицом богов и восьми племён связываю ваши судьбы в одну нить, соединяю ваши пути в одну дорогу. И не разорвать никому отныне этих уз: ни богам, ни Пришедшим, ни Смертным. Благословляем, — они коснулись ладонями склонённых макушек, и счастливая парочка отошла в сторону.

Фэль устала считать, сколько лент она завязала, сколько союзов скрепила. Единственным, что её немного встряхнуло, было появление перед ней Эртэнэль и Инри. Фэль затянула ленту на их запястьях и произнесла традиционную формулу, а потом обняла сестру:

— Поздравляю, малышка.

— Спасибо, — Эртэ невинно улыбнулась. — Извини, что раньше не сказали. Сюрприз хотели сделать.

— Что правда, то правда! Это был тот ещё сюрприз, — хмыкнула Фэль и опустилась в кресло. — Всё. Кажется, отмучилась!

— Ещё нет, — Ярт встал и знаком призвал зал к молчанию. В наступившей тишине он заговорил:

— С начала празднования этого дня существовала традиция, сейчас, на мой взгляд, несправедливо забытая. Она пошла от Девы-Реки и Золотого Луча, возглавлявших праздник в самый первый раз. На том празднике Золотой Луч просил руки своей королевы. Я решил восстановить традицию, — он преклонил колено перед королевой. — Я, Ярт Лайнэ, сын Хэйлирэн из племени Зелёных Лесов, прошу перед лицом восьми племён руки Фэльмарэ Нэртэнэль, дочери Вэрхоля, вождя племени Полночных Звёзд.

Зал молчал, глядя на ошарашенную Фэль. Все ждали её решения.

«Что же делать?» — мысленно взмолилась она.

Ярт прямо смотрел на неё, ожидая приговора своей участи.

— Хорошо, — королева глубоко вздохнула и поднялась. — Я, Фэльмарэ Нэртэнэль, перед лицом восьми племён клянусь, что буду твоей женой до конца Пути, если ты найдёшь моё Истинное Имя.

— Норисса, Фэльмарэ, Нэртэнэль? — поинтересовался Ярт.

— Истинное Имя — это отражение того, что мы есть, — вполголоса проговорила она и снова опустилась в кресло. — Если нам судьба быть вместе, ты найдёшь его, Ярт.

— Как же так? — раздался среди шума возмущённый вопль Грэдлана, но его кто-то быстро оборвал.

— А теперь дар короля королеве, — Ярт улыбнулся и мысленно позвал Сэллифэра.

— Но… — Фэль коснулась ожерелья.

— Смотри, — Ярт кивнул на двери. К ним с важным видом шагал Сэллифэр, держащий в зубах целую охапку Огненных Лотосов. Если бы они не были перевязаны, он бы точно растерял большую часть.

— Дева Ночи! — Фэль взяла букет и зарылась носом в Лотосы. — Ярт, ты чудо!

— Ага, чудо. Чудом я буду, если найду это твоё имя, — хмыкнул Ярт. — Но я его найду. Погоди немного.

— Ищи-ищи, — усмехнулась Фэль.

— Я же говорила, что вы связаны, — около её ног сидела Ноэрэ и жмурила зелёные глаза.

— Ещё один такой подарок, и я тебе поверю, — Фэль снова прижала к себе букет. — Ярт, ты точно в Друидской Роще не был? Ну, где ты их нашёл?

— Это моя маленькая тайна, — он коснулся её руки. — Может, пойдём, потанцуем?

— Фэль, тебя Элээн и Альтамир ищут, — Инри восхищённо смотрел на зверей. — Ух ты! Это кто?

— Это Ноэрэ, — Фэль поманила пантеру за собой.

— Это Сэллифэр, мой спутник, — Ярт положил ладонь на голову волка, застывшего рядом с креслом как изваяние.

— Кусается? — с опаской спросил Инри.

— А как ты думаешь? — усмехнулся Ярт. — Да не бойся, можешь погладить. Не съест он тебя. Он сегодня сытый.

Инри осторожно зарылся пальцами в шерсть волка. Сэллифэр даже не шелохнулся.

— Красивый, — друг улыбнулся. — На тебя похож.

— Ну, спасибо, — Ярт потрепал волка между ушей.

— А у меня тоже есть… — похвастался Инри и спохватился, что говорить об этом не стоило.

— Кто? — поинтересовался Ярт.

— Ящерица, — будущий Маг смущённо пожал плечами. — Ма-аленькая такая! С ладонь величиной.

— Покажешь? — друг заинтересовано смотрел на него.

— Как-нибудь, — уклончиво ответил Инри. — Как-нибудь.

Ярт увидел направляющуюся к ним Альму и встал навстречу.

— Я горжусь тобой, мой мальчик, — она сжала его ладони. — Из тебя полу