Book: 100 великих археологических открытий



100 великих археологических открытий

100 великих археологических открытий

Автор: Низовский А.Ю.

МОСКВА «ВЕЧЕ» 2002

Год: 2002

ISBN: 5-94538-116-0

 

Описание:

Эта книга, продолжает серию "100 великих", рассказывает от истории самых значительных археологических открытий, о раскрытых и пока еще нераскрытых тайнах древности.

ВВЕДЕНИЕ.

1. ЗАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

«ЧЕЛОВЕКООБЕЗЬЯНА ИЗ ЮЖНОЙ АФРИКИ» И ДРУГИЕ ЖИТЕЛИ ЗЕМЛИ

Громкое заявление о том, что человек произошел от обезьяны, прозвучало задолго до того, когда были обнаружены первые реальные факты, подтверждающие или опровергающие это утверждение История открытий останков ископаемых высших приматов (гоминидов), которым в разные времена приписывалось непосредственное отношение к родословной человека, началась довольно поздно — только в XX веке Эта история изобилует всевозможными заблуждениями и тупиками, рассказ о которых мог бы занять увесистый том Первые же действительные находки останков существ, которые по своим морфологическим особенностям могут быть отнесены к предшественникам современного человека (именно предшественникам, а не предкам1), связаны с именем Раймонда Артура Дарта (1893—1988)

Уроженец Квинсленда (Австралия), Дарт учился и начинал свою научную карьеру в Англии, где за ним закрепилась репутация неортодоксально мыслящего и не признающего никаких авторитетов исследователя В 1922 году Дарту было предложено место профессора анатомии в недавно основанный Витва-терсрандский университет в Иоганнесбурге (Южная Африка) Дел здесь был непочатый край, и Дарту пришлось много и упорно работать, чтобы буквально из ничего создать при университете кафедру анатомии

В 1924 году геологи, работавшие в известняковом карьере близ станции Тунг, прислали Дарту странную находку Это была окаменевшая отливка черепной коробки некоего существа, которую рабочие карьера приняли сперва за череп бабуина Но Дарт сразу определил, что это явно не обезьяна В ответ на его запрос — не находили ли в Тунге еще чего-нибудь подобного9 — геологи прислали Дарту еще две корзины со всевозможными окаменелостя-Ми, среди которых Дарт отыскал другие фрагменты скелета головы таинственного существа Спустя месяц, аккуратно расчистив и склеив все оскол-

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

j. ЗАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

ки, Дарт держал в руках почти целый череп. Уцелели лобная кость, правая скуловая дуга, часть височной области, вся верхняя и почти полная нижняя челюсти со всеми зубами, а всю полость мозговой коробки заполняло минеральное образование. Все это позволило Дарту с первого взгляда понять, что перед ним череп детеныша с молочными зубами, по своему строению явно напоминающими зубы современного человека. Однако сам череп имел многие признаки, роднящие это существо с обезьяной.

Дарт пришел к выводу, что «младенец Тунг» — так он окрестил свою находку — являлся ископаемым человекообразным существом, стоящим по своему развитию на ступеньку выше обезьяны, но еще весьма далеким от человека. Это существо ученый назвал «австралопитеком» — «южной обезьяной». Фотографию черепа «младенца Тунга» и предварительное сообщение о находке Дарт отправил в популярный английский журнал «Нэйчур». Статья, опубликованная 7 февраля 1925 года под названием «Австралопитек африканский: человекообезьяна из Южной Африки», вызвала в научном мире эффект разорвавшейся бомбы. Первая реакция была резко отрицательной: большинство ученых было уверено, что находка у станции Тунг представляет собой всего лишь останки ископаемой человекообразной обезьяны, родственной шимпанзе или горилле. В то время научный мир был-i чрезвычайно увлечен проблемой так называемого пилтдаунского челове: которого группа исследователей во главе с Артуром Вудвордом и Тейяром де Шарденом объявила «предком современного человека». Впоследствии оказалось, что кости «пилтдаунского человека» — грубая подделка, сфабрикованная палеонтологом-любителем Чарлзом Доусоном из «лучших побуждений», и сегодня этот неприятный казус вошел в анналы палеоантропологии в качестве ее самой позорной страницы. Но это было потом, а пока на фоне всей этой раздутой шумихи с «пилтдаунским человеком» находка Дар-та выглядела весьма скромно и оттого не вызвала никакого серьезного интереса — подумаешь, какая-то там обезьяна-Взгляды Дарта поддержал только его коллега, известный палеонтолог доктор Роберт Брум (1866—1951), директор Трансвальского музея в Претории. Стремясь новыми находками подкрепить «право австралопитека на жизнь», он начал усиленно заниматься поисками новых останков этого го-минида.

Первый успех пришел в 1936 году. Управляющий каменоломней Штер-кфонтейн прислал Бруму окаменевшую отливку черепной коробки ископаемого антропоида, в котором ученый безошибочно признал австралопитека! С этого времени Брум полностью посвятил себя раскопкам в Штерк-фонтейне. За несколько лет ему удалось здесь найти несколько отливок и отпечатков черепных коробок, затылочные кости, большой кусок верхней челюсти с зубами и с прилегающими лобной и височной областями. Этот фрагмент позволил Бруму без труда восстановить облик ископаемого существа: это была взрослая особь, весьма близкая к «человекообезьяне из Юж-

ной Африки», фрагменты черепа которой отыскал Дарт. «Свою» человеко-обезьяну Брум окрестил «австралопитеком трансваальским». Кроме черепов были обнаружены и другие части скелета, так что постепенно ученые получили более точное представление о внешнем виде австралопитека.

В 1938 году неподалеку от Штеркфонтейна Брум нашел еще несколько обломков костей, по которым смог реконструировать череп. Это был еще один загадочный гоминид, существенно отличавшийся и от австралопитека африканского и от австралопитека трансваальского. Брум назвал его «па-рантропом», или австралопитеком массивным.

Ученый мир с большим интересом следил за новостями из Южной Африки. К концу 1940-х годов виднейшие специалисты уже признали результаты исследований Дарта и Брума и согласились с тем, что южноафриканские находки действительно являются останками существ, стоящих между человекообразными обезьянами и человеком. Весомым аргументом в этом споре стала опубликованная в 1950 году работа Уилфреда Кларка, который на основании морфологического изучения зубов и челюстей заключил, что австралопитеки стоят, скорее, ближе к человеку, чем к обезьяне.

Особенно сложно было определить возраст находок. По мере изучения останков австралопитеков принимались все новые и новые датировки, и сегодня принято считать, что древность этих южноафриканских находок колеблется в пределах 2—3 млн. лет.

Мозг австралопитека по своему объему (428—530 см3) не достигал и половины величины мозга современного человека (порядка 1450 см3), но был несколько больше мозга крупных человекообразных обезьян (около 480 см3). Самое же «человеческое» в австралопитеках — это их челюсти с относительно короткими резцами и клыками, которые почти не выступают над жевательной поверхностью остальных зубов. Характер зубов и суставное соединение челюстей говорят о том, что австралопитеки жевали боковыми движениями, т.е. не как человекообразные обезьяны. В целом же челюсти австралопитека были гораздо массивней, чем у человека.

Острейшие споры, не утихающие и по сей день, вызвал вопрос о том, на скольких конечностях — на двух или на четырех? — передвигались австралопитеки. Были ли они прямоходящими существами? Сегодня большинство ученых склоняется к тому, что австралопитеки передвигались на задних конечностях, держа тело почти в выпрямленном положении, — их тело было уже приспособлено для этого. Однако тип их хождения отличался от всех способов передвижения, известных у современных человекообразных обезьян и человека. Наряду с этим продолжают звучать голоса тех исследователей, кто указывает на некоторые особенности строения скелета австралопитека, которые, на их взгляд, не позволяют сделать вывод о прямохож-Дении и двуногости австралопитека.

Вместе с тем точно установлено, что< австралопитеки даже в пределах Южной Африки не представляли собой единого вида. Найденные останки

8

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

3АРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

показывают, что австралопитек африканский и австралопитек массивный] существенно отличались друг от друга и внешним видом, и образом жизни.!

Австралопитек массивный был крепким, коренастым, имел рост 150—1 155 см, вес до 70 кг. Череп его более массивен, а челюсть сильней, чем у! африканского австралопитека. Некоторые особи имели на темени головы костяной гребень, служивший для прикрепления сильных жевательных' мышц. Весь челюстной аппарат и особенно коренные зубы были гораздо крупней человеческих. Представители этого вида обитали в лесостепной полосе, держась опушек лесов. Основу их пропитания составляли растительные корма.

Представители вида африканских австралопитеков были гораздо мельче. Их рост не превышал 120 см, вес взрослой особи составлял около 40 кг. Держались они, вероятно, более выпрямленно, чем их «массивные» сородичи, но ходили вразвалку. По состоянию зубов специалисты определили, что австралопитек африканский был всеяден, но большую долю его рациона составляла мясная пища.

Африканские австралопитеки жили в степях и лесостепях, кормясь собирательством и охотой. Не отваживаясь охотиться на крупного зверя, австралопитеки, подобно гиенам и шакалам, частенько «подкармливались» возле львов, леопардов и других хищников Дождавшись, когда зверь насытится и потеряет интерес к своей жертве, австралопитеки набрасывались на остатки его трапезы. На одной из стоянок археологи обнаружили множество разбитых костей животных — очевидно, что австралопитеки при охоте уже пользовались камнями или, по крайней мере, дробили ими кости, чтобы добраться до мозга.

Оружием для этих ископаемых охотников могли служить и палки, длинные кости, а также челюсти животных, усаженные острыми зубами Однако австралопитек еще не умел вырабатывать, как говорят специалисты, «орудия повторяющихся форм». Попросту говоря, он пользовался тем, что подвертывалось под руку. Он сознательно применял эти орудия, но еще не дошел до их обработки.

Охота стимулировала прямохождение, вела к разрастанию мозга и развитию всех его функций, а с переходом на новые корма связано и общее изменение челюстного аппарата. Использование орудий, пусть даже и случайных, более сложный способ добывания пищи, каким является охота и собирательство, форма и размеры мозга австралопитеков — все говорит об усложнении умственной деятельности. Поэтому сегодня австралопитека принято считать первым существом, перешагнувшим границы звериного интеллекта, а за начальную точку отсчета истории человеческого рода принимается время появления первых австралопитеков — то есть приблизительно 3 млн лет тому назад.

Сколько особей могла насчитывать первая на Земле популяция «чело-векообезьян»? Этой проблеме посвятил большое исследование американс-

кий палеоантрополог А Манн, использовавший весь костный материал, накопленный к 1973 году. Свои расчеты Манн строил исходя из того, что на сегодняшний день численность каждого из ныне живущих видов человекообразных обезьян не превышает нескольких тысяч особей Из этой цифры, вероятно, нужно исходить и при определении численности обитавших когда-то на Земле ископаемых гоминидов

Фрагментарные скелеты австралопитеков найдены преимущественно в сцементированных отложениях пещер. Состояние костей заставило ряд исследователей предполагать искусственное происхождение этих скоплений' скорее всего, они представляют собой останки особей, убитых леопардами и принесенных ими в пещеры Примерное число индивидуумов, происходящих из пяти основных местонахождений останков австралопитеков в Южной Африке, колеблется от 121 до 157 особей (в зависимости от критерия подсчета). Если учесть, что нам известно до сих пор лишь ничтожное число местонахождений, то можно предполагать, что порядок этих цифр более или менее соответствует численности современных человекообразных обезьян. Таким образом, численность первобытного человечества составляла 10—20 тыс особей,

«ЧЕЛОВЕК УМЕЛЫЙ» ЛУИСА ЛИКИ И ЕГО РОДОСЛОВНАЯ

Самые значительные открытия в области палеоантропологии связаны с именем известного археолога и антрополога Луиса Лики (1903—1972) и его, без всякого преувеличения, историческими находками в Олдувайском ущелье (Танзания).

Олдувайское ущелье — одно из интереснейших мест на Земле. Оно представляет собой огромный каньон, глубоко — до 90 м — врезавшийся в ложе древней долины, за многие тысячелетия заполнившейся речными наносами, вулканическим пеплом и другими отложениями. В стенах этого ущелья исследователи выявили пять слоев, относящихся к Различным геологическим эпохам, благодаря чему можно было достаточно надежно датировать находки, залегавшие в этих слоях

Луис Лики копал здесь более 40 лет, вплоть до самой смерти. В 1959 году он открыл в Олдувайском ущелье останки еще одного предшественника

10

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ Щ 1. ЗАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

11

современного человека, которого первоначально назвал зинджантропом. Правда, после более тщательного изучения оказалось, что это еще одна ветвь рода австралопитековых, и зинджантроп был переименован в австралопитека бойсовского. Калий-аргоновый метод позволил определить его возраст: 1,8—1,6 млн. лет.

Еще до этого открытия Лики нашел в олдувайских слоях примитивные 1 каменные орудия — ровесники зинджантропа. Это были простейшие отщепы со следами ретуши. Но открытие это стало поистине сенсационным: судя по' повторяемости типов, это были первые сознательно изготовленные орудия!

Сначала, естественно, авторство этих первых в мире инструментов ученые приписали зинджантропу. Но вскоре это предположение пришлось отбросить — орудия подобного типа стали извлекать и из гораздо более ранних слоев. А между тем в них не было никаких останков гоминидов!

Разгадку этой тайны принесло новое открытие, сделанное 2 ноября 1960 года. На уровне, лежащем примерно на 50 см ниже уровня залегания останков зинджантропа (что соответствует возрасту приблизительно 2,1— 1,5 млн. лет) были обнаружены нижняя челюсть с зубами, один коренной зуб, две довольно хорошо сохранившиеся теменные кости и кости руки го-минида, уже на первый взгляд значительно отличавшегося от зинджантропа. Позже были извлечены большая часть скелета ноги и ключицы.

Уже предварительное изучение этих останков показало, что новая находка, несмотря на свою большую древность, стоит на лестнице эволюции выше зинджантропа. Зинджантроп — это всего лишь более усовершенствованный вариант австралопитека массивного. Новая же олдувайская находка ; получила название Homo habilis — «человек умелый».

Подобно австралопитеку африканскому, «человек умелый» имел рост до 120 см и средний вес 40—50 кг. Судя по челюсти, он был всеяден, как и его родственник — австралопитек. Однако «человек умелый» имел значительно больший объем мозга (около 650 см3), но самое главное — он обладал двумя признаками, типичными только для человека.

Стопа «человека умелого» имела продольную и поперечную сводчатость. Этот признак свидетельствует о передвижении исключительно на двух ногах, и он начисто отсутствует у человекообразных обезьян. При ходьбе человек ступает на всю стопу, и упругий двойной свод «гасит» возникающие при этом сотрясения. Антропоиды же при ходьбе ступают только на внешний край стопы.

Вторым признаком эволюционного положения «человека умелого» стало строение его руки. Как известно, рука современного человека отличается от передних конечностей других приматов прежде всего прогрессивным развитием большого пальца и его способностью к противопоставлению указательному пальцу Именно это свойство предопределяет точность трудовых действий. Такая позиция пальца обусловлена рядом анатомических особенностей скелета, мышц и соединительных тканей.

Кисть руки «человека умелого» еще не давала возможности полного противопоставления большого пальца прочим. И все же этот гоминид выделывал простейшие орудия, не требующие особой сноровки. И руку «человека умелого» уже в целом можно назвать человеческой. Впрочем, неясно, был ли уже достаточно развит его мозг, чтобы воспользоваться возможностями такой руки.

Африканский австралопитек также пользовался орудиями, вернее говоря, различными естественными предметами, форма которых казалась ему подходящей. «Человек умелый» не только использовал пригодные предметы, но и видоизменял их в соответствии с рабочим назначением. Орудия были примитивны и несовершенны. Но это были осмысленно изготовленные орудия!

Когда же произошел этот, без всякого сомнения, революционный скачок в эволюции человека? И вот тут-то ученых ждала еще одна сенсация...

Абсолютный возраст «человека умелого» из Олдувайского ущелья исчислялся в 1,8—1,6 млн. лет. То есть зинджантроп, он же бойсовский австралопитек, жил одновременно с ним, а судя по находкам, — чуть ли не бок о бок с ним! Более того — останки зинджантропа встречаются и в более поздних слоях!



Как это можно объяснить с точки зрения эволюции? Ведь еще с конца XIX столетия бойкие дарвинисты лихо рисовали примитивные и оттого весьма доходчивые схемы: вот обезьяна, вот человекообезьяна, а вот и сам человек — разогнулся, встал на задние конечности, взял в руки сучковатую дубину и пошел двигать прогресс...

Однако олдувайские находки наводят нас на мысль о том, что в рамках рода австралопитековых было несколько более или менее развитых форм. Эта формы существовали параллельно друг другу на протяжении довольно длительного периода времени, и сегодня невозможно установить, от какой из этих форм протянулась дальше цепочка эволюции. Да и от этих ли?

Сенсационная находка Луиса Лики на некоторое время, казалось, сняла все вопросы: вот оно, то самое «недостающее звено» в цепи эволюции! Однако бум, поднятый в научной литературе вокруг «человека умелого», быстро утих. После тщательного изучения находку оказалось возможным включить в группу австралопитеков, и сегодня большинство исследователей склонны называть «человека умелого» «умелым австралопитеком» или «прогрессивным австралопитеком». А между тем находки еще более древних останков гоминидов, обладавших при этом гораздо более высоким уровнем развития, поставили перед специалистами множество новых неразрешенных вопросов.

В долине Омо (Эфиопия) были найдены многочисленные останки гоминидов, большинство из которых приписываются бойсовскому австралопитеку (зинджантропу). Возраст находок был исчислен в диапазоне от 1,7 до 4млн. лет— таким образом, они старше олдувайских находок. Сопровождавший находки инвентарь имеет возраст от 1,9—2,3 млн. лет.

В 1971 и 1972 гг. в долине Омо были обнаружены орудия, возраст кото-Pbix оценивается в 2 млн. лет. Кроме того, там же были найдены останки

12

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫ

L ЗАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

13

еще одного неизвестного гоминида, возраст которого составляет 2—3 лет. Он схож с видом «человека умелого» из Олдувая, но имеет родстве: черты и с южноафриканскими представителями вида австралопитеков.

Настоящую революцию произвели открытия Ричарда Лики (сына Луи Лики), который со своими сотрудниками начиная с 1968 года раскапы стоянки Илерет и Кооби Фор, расположенные к северо-востоку от озера Рудольф. За пять лет здесь были открыты останки более 80 особей, относя] ся как к роду австралопитеков, так и к роду Homo. Анализ этих останко] позволил сделать однозначный вывод: точку зрения, по которой австралопи тек массивный является предшественником австралопитека бойсовского (зинг джантропа) следует признать несостоятельной. Эти виды существовали развивались параллельно друг другу, таким образом, эволюция австралопитек ков сегодня представляется еще более загадочной, чем полвека назад!

Другой загадкой стала находка почти полного черепа неизвестного минида, получившего обозначение «череп KNM-ER 1470». Уже первые из-' мерения показали, что объем мозга этого существа превышал 800 см3, а его древность исчисляется в 2,9 млн. лет. То есть он на миллион лет старше «человека умелого»! Здесь же Ричард Лики обнаружил еще более старые, чем в Оддувае, каменные орудия — их возраст составляет 2,6 млн. лет. А уже через год после открытия черепа KNM-ER 1470 из земли был извлечен еше один череп (на этот раз детский), принадлежащий тому же виду.

Кем же тогда был «человек умелый», если еще за миллион лет до его появления на Земле уже существовал человек, еще более умелый? Каким образом два рода гоминидов — австралопитек и Homo — могли ужиться1 друг с другом, обитая бок о бок в течение примерно двух миллионов лет? Ведь такое сосуществование требовало от более примитивных австралопи-1 теков огромной приспособляемости! И как эту приспособляемость связать81 с гипотезой о низком уровне адаптивности этих существ, якобы ставшем причиной их исчезновения? '

Чем больше накапливается палеоантропологических находок останков ископаемого человека (хотя их число все равно ничтожно), тем очевиднее становится, что древнейшее человечество с самого начала существовало во' многих формах, ряд которых, вероятно, оказались тупиками эволюционного развития. Красивая картинка, иллюстрирующая происхождение человека от обезьяны, таким образом, оказывается выброшенной в помойку: научные открытия последних лет со всей очевидностью свидетельствуют о многолинейности и стадиальности развития ископаемых гоминидов Иными словами, на каждом новом историческом этапе «вдруг», неизвестно откуда появлялось сразу несколько качественно новых видов, стоящих на го-' лову выше видов предшествующей стадии. Но как, почему происходили эти скачки? Неясно. А между тем сосуществование на протяжении ряда, тысячелетий многообразных форм, относящихся к разным уровням развития, является вполне доказанным. Но вот какая из этих форм стала прообразом современного человека? На этот вопрос ответа пока нет.

ЯКУТСКАЯ НАХОДКА

«Как очутился здесь человек? — недоуменно вопрошал известный путешественник Ф.П. Врангель, побывавший в Якутии в 1820—1824 гг. — Что могло завлечь его сюда, в могилу природы?». Если даже сам факт успешного проживания человека в этих суровых краях, как мы видим, еще столь недавно вызывал удивление, то что уж говорить о том потрясении, которое испытал научный мир в 1982 году, когда исследования стоянки древнейшею палеолита Диринг-Юрях показали, что человек, возможно, обитал в этой «могиле природы» еще 2,5—

1,7 млн. лет назад! Это открытие, которое пока еще нельзя признать бесспорным, способно внести существеннейшие коррективы в понимание процессов происхождения человека

Археологическое изучение бассейна Средней Лены началось в 1964 году силами Приленской археологической экспедиции. В результате к настоящему времени в Якутии и на прилегающих к ней территориях было обнаружено большое число памятников верхнего палеолита, изучение которых коренным образом изменило многие представления о древнейших этапах заселения человеком Северо-Восточной Азии Но наиболее поразительным стало открытие палеолитического комплекса Диринг-Юрях.

Эта стоянка располагается на правом берегу Лены, в 3 км выше Якутска, возле устья ручья Диринг-Юрях Здесь археологами во главе с Ю.А. Моча-новым была обнаружена настоящая «мастерская каменного века». На пло-Щади 108 кв. м найдено в общей сложности 24 скопления различных каменных орудий — 11 «наковален» из крупных валунов, поверхности которых имеют следы сработанности, отбойники из кварцитовых галек различной величины, отщепы, крупные обломки со сколами, каменные осколки. Большая часть этих орудий изготовлена из кварцита желтого цвета.

Подобные «производственные площадки» характерны для каменного века: древнейшие обитатели Земли предпочитали изготавливать свои ору-

14

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ 1. ЗАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

15

дия там, где в изобилии встречается удобный для обработки камень. И находка такой «мастерской» не стала бы выдающимся открытием, если бы.. Если бы не оказалось, что ее возраст составляет 2,5—1,7 млн. лет — то Диринг-Юряхская стоянка едва ли не старше знаменитых находок следо: древнейших гоминидов в Восточной Африке! А ведь именно эти наход заставили большинство ученых признать Африку прародиной человек

По геоморфологическим и геологическим условиям залегания, по фор ме и способу изготовления каменные орудия Диринга сопоставимы лишь орудиями, найденными в Восточной Африке, возраст которых различны ми комплексными методами определяется в пределах 2,5—1,7 млн. лет. За тем их сменила ашельская культура (1,7—0,2 млн. лет) совершенно с др; набором орудий. То есть ближайший аналог Дирингу один знаменит! Олдувайское ущелье.

Сообщение об открытии в Диринг-Юряхе прозвучало как гром сред ясного неба. До этого считалось, что в Якутии человек впервые появиле только в позднем палеолите, примерно 40—35 тыс. лет назад. Колыбелы же человечества признавался только экваториальный пояс — тропики и тропики. Но якутские находки вроде бы свидетельствуют, что уже 2 млн лет назад некие гоминиды жили и в холодной зоне нашей планеты, причеЦ1 в экстремальных условиях, на вечной мерзлоте! \

Естественно, что научный мир воспринял открытие якутских археологов с недоверием. И дело здесь не только в консерватизме и приверженности старым схемам — речь идет о фундаментальных вещах, и осторожность тут вполне уместна Сугь проблемы состоит в другом: в Восточной Африке найдены мно-, гочисленные останки самих древнейших обитателей тамошних мест. А это — аргумент неотразимый. А что найдено в Диринге? Камни? Но природа-мать способна совершать такие чудеса, которые человеку и не снились. Кстати, сам | первооткрыватель Диринга, Ю.А Мочанов, писал в свое время, что «в этой) связи можно сослаться на Обермайера, который на примере олигоценовых и< эоценовых эолитов Франции прекрасно продемонстрировал, какие удивительно похожие на простейшие палеолитические изделия каменные предметы может создавать природа без какого-либо участия человека»*.

Критики оспаривают и геологический возраст якутских находок. В частности, отложения, в которых были найдены каменные орудия, могут быть не связаны с речными наносами, а надуты ветром. В этом случае возраст орудий становится просто неопределимым.

Так что «феномен Диринга» еще ждет своего признания. Или опровержения — в зависимости от того, что покажут дальнейшие исследования. Во всяком случае, сотрудники Приленской археологической экспедиции продолжают вести поиски новых следов древнейшего человека в Якутии. Так, в 1985 году в окрестностях города Олекминска были найдены каменные орудия, относящиеся к поздней ашельской (800—200 тыс. лет) и мус-

* Мочанов ЮА. Палеолит Сибири (некоторые итоги изучения) // Берингия в кайнозое. Владивосток, 1976 С 542

тр (200—40 тыс. лет) культурам. В 1985—1998 гг. находки, подобные олекминским, были обнаружены на левом берегу Лены в различных пунктах от Олекминска до поселка Намцы, и на правом берегу Лены в районе поселка Качикатцы. Открытие этих памятников свидетельствует о том, что люди обитали здесь в эпоху палеолита. Но не более...

В случае признания находка в Диринге станет серьезнейшим аргументом в пользу полицентрической теории происхождения человечества, которая исходит из постулата о независимом зарождении гоминидных форм в разных регионах с различными природными условиями. Пока же дискуссия между сторонниками моноцентрической и полицентрической гипотез происхождения человека продолжается, и чаша весов колеблется то в одну, то в другую сторону. Тот факт, что уже в весьма раннюю эпоху существовало несколько центров обитания древнейшего человека, не подлежит сомнению. В частности, огромное количество палеолитических памятников на территории Монголии, открытых в последней четверти XX века, заставило исследователей обратить свои взоры на Центральную Азию. Не меньшее число открытий на Африканском континенте приковывает к нему внимание ученых. Между тем Сиваликские холмы в Индии дают костные останки еще более древних, чем африканские австралопитеки, форм (характерно, что все перечисленные области располагаются все же в тропическом поясе или в примыкающих к нему субтропических зонах). В то же время генетические исследования указывают на общую родословную для всех народов, обитающих на земном шаре сегодня, и корень этого родословного древа, согласно анализам ДНК, находится на африканской земле... На этом фоне проблема Диринга еще больше запутывает картину. Пока ясно лишь одно: вопрос о прародине человечества — то есть о месте, где произошло выделение человека из животного мира, — далек от своего окончательного решения.

НАШ ДРУГ ПИТЕКАНТРОП

Еще каких-нибудь полвека назад проблема классификации ископаемых гоминидов, казалось, не представляла никакой сложности, и простейшую схему, иллюстрирующую происхождение современного человека, можно было встретить в любом школьном учебнике: обезьяна — человекообезьяна — человек. Правда, никто из рисовальщиков схем не знал, что же представляет собой эта самая «че-

16

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ ¦ 1. ЗАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

17

ловекообезьяна» — пресловутое «недостающее звено эволюционной цепи»., В разные времена разные исследователи выдвигали на эту роль австралопите-; ка, «человека умелого» и т.п., однако все эти кандидатуры быстро отбрасыва-; ла сама жизнь. А вскоре ученый мир практически единодушно отбросил и i саму эту схему, примитивную, как австралопитек.

Пожалуй, дольше всех продержалось лишь одно старинное заблужде- j ние, согласно которому первым «настоящим» представителем человеческо-1 го рода был всем известный питекантроп, он же человек прямоходящий! (Homo erectus).

Открытие питекантропа связано с именем голландского врача и анатома профессора Эжена Дюбуа (1858—1940). Подобно многим своим современникам, Дюбуа находился под сильным влиянием дарвинизма, яростным пропагандистом которого в те годы являлся естествоиспытатель и философ Эрнст Геккель. На основе чисто умозрительных рассуждений Геккель нарисовал «эволюционное древо» человека, на которое поместил некое фантастическое существо, названное им «обезьяночеловек неговорящий». Этот плод воображения призван был представлять собой недостающее звено эволюционной цепи между животными и человеком.

Схема Геккеля, по существу, ничем не отличалась от средневековых географических карт, на которых нигде не бывавшие и ничего не видавшие схоласты с уверенностью помещали «Острова блаженных», «Страну одно-ногов», Гога и Магога, собакоголовых людей, четырехглазых эфиопов и прочую дребедень. Но так как других карт не было, то путешественники и мореплаватели вынуждены были пользоваться этими, в результате чего одни гибли, а другие случайно открывали Америку, будучи в полной убежденности, что перед ними Индия. Точно такую же роль сыграли в истории палеоантропологии убогие схемки дарвинистов.

Вдохновленный проблемой «недостающего звена», Дюбуа решил найти его во что бы то ни стало. Но где его искать? Эволюция человека из обезьян проходила, скорее всего, в тропиках, рассуждал Дюбуа, ведь именно там и сегодня еще живут человекообразные обезьяны!

Вооружившись этой, прямо скажем, небесспорной идеей, Дюбуа в 1884 году приступил к поискам на Зондских островах (Индонезия). Семь лет бесплодных работ наконец увенчались успехом: в 1891 году близ селения Триниль (о. Ява) Дюбуа удалось обнаружить правый верхний коренной зуб и часть мозговой коробки существа, которое он сначала принял за человекообразную обезьяну. Год спустя в руки Дюбуа попала левая берцовая кость. Будучи опытным анатомом, он с первого взгляда понял, что перед ним останки ископаемого человека — именно человека, а не обезьяны!

И тут ему в голову пришла мысль: а что если соотнести эту находку с предыдущей? После внимательного изучения останков сомнений уже не оставалось: они принадлежали существу одного вида, причем этот вид не мог быть ничем иным, как очень архаичным и примитивным, но все же

человеком! Да, черепная крышка еще очень поката, надглазничный валик сильно развит, но зуб определенно человеческий, а берцовая кость ясно указывает на выпрямленную двуногую походку ее обладателя.

Дюбуа решил, что долгожданное «недостающее звено эволюции» найдено. Определить возраст находки было несложно: геологический слой, в котором залегали найденные им останки, сформировался в среднем плейстоцене и по уровню залегания примерно соответствовал второму ледниковому периоду в Северном полушарии — то есть найденное Дюбуа существо обитало на Земле приблизительно 700 тысяч лет назад.

В 1894 году Дюбуа опубликовал подробное сообщение о своей находке, назвав своего обезьяночеловека «питекантроп прямоходящий». С тех пор питекантроп, называемый еще иногда «яванским человеком», стал настоящей классикой палеоантропологии. Однако его первооткрыватель сполна хлебнул с ним горя. Подобно тому, как это позднее случилось с Дартом, открытие Дюбуа подверглось ожесточенным нападкам со стороны ученых противников. Сначала исследователь пытался в одиночку отстаивать свою точку зрения, но затем, затравленный со всех сторон, впал в отчаяние, перестал публиковаться и спрятал свою находку в сейф, не допуская к ней даже специалистов. А когда спустя несколько лет уже весь мир признал его правоту, Дюбуа выступил с заявлением, в котором отрекся от своих первоначальных взглядов, объявив их «необоснованными». Несчастный «отец питекантропа» умер в годы Второй мировой войны, так и не осознав, что он сделал одно из самых важных открытий в области истории человеческой эволюции.

Новые останки питекантропа были обнаружены лишь спустя более сорока лет после находки Дюбуа. Известный палеоантрополог, голландец немецкого происхождения Густав фон Кенигсвальд в 1937 году откопал у селения Моджокерто (Восточная Ява) ювенильный, т.е. детский, череп, который он безошибочно отнес к человеческому роду. Возраст находки составлял около 1 млн. лет.



Затем последовали новые находки. Тщательное и продолжительное их изучение развеяло последние сомнения: питекантроп несомненно является одним из самых ранних представителей рода Homo. Этот «брат наш меньший» имел рост 165—175 см и по способу передвижения ничем не отличался от современного человека. Правда, он явно не был отягощен интеллектом: черепная коробка даже по сравнению с австралопитеком выглядит несколько тяжеловато, хотя и довольно велика (объем мозга — около 880— 900 см3); лоб низкий, покатый, надглазничный валик выступает вперед и тяжело нависает над глазницами. Челюсти массивные (причем нижняя челюсть длиннее, чем у современного человека), подбородок круто срезанный. Зато весь челюстной аппарат выглядит совершенно «по-человечески».

В целом же по большинству признаков питекантроп действительно стоит на полпути между австралопитеком и современным человеком. И его можно было бы считать «недостающим звеном». Но...

18

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ ¦ 1. ЗАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

19

Новые находки заставили ученый мир сильно поколебаться в уверенности, что питекантроп является прямым предком современного человека, хотя первоначально будущее этой теории казалось безоблачным. Но в 1918— 1927 гг. шведские ученые Й. Андерсон и Б. Болин обнаружили в Китае, в известняковой пещере у селения Чжоукоудянь (примерно в 40 км к юго-востоку от Пекина) зубы ископаемого антропоида. Один из этих зубов попал на стол профессора пекинского медицинского института, англичанина Дэвидсона Блэка и показался тому весьма знакомым. Покопавшись в памяти, профессор Блэк вспомнил, что нечто похожее он видел среди «зубов дракона», продававшихся в аптеках, торговавших снадобьями китайской традиционной медицины. Продавцы «драконьих зубов» также называли в качестве места их происхождения пещеру Чжоукоудянь.

Внимательно изучив находки, Блэк определил, что они принадлежали примитивному человеку, стоящему весьма близко к яванскому питекантропу. Ученый окрестил его синантропом, или «пекинским человеком».

Новые раскопки, предпринятые в пещере Чжоукоудянь Блэком, а позднее другими учеными, позволили обнаружить останки более чем сорока особей синантропа — старых и молодых, мужского и женского пола. Их возраст составлял около 400—500 тыс. лет. Однако вся эта уникальная коллекция бесследно исчезла в 1937 году. Говорили, что судно, на котором находки везли из Китая в Америку, попало под обстрел японских военных кораблей и затонуло. По другой версии, останки ископаемых существ еще на материке уничтожили японские солдаты. После войны ученые пытались отыскать следы пропавшей коллекции, но, увы, безрезультатно.

Между тем пещера Чжоукоудянь вплоть до самых последних дней продолжает исправно «поставлять» все новые и новые останки синантропов — зубы, кости, фрагменты черепов и т.д. Здесь же найдены многочисленные примитивные каменные орудия — отщепы, рубила, скребла и т.д. Но самым главным открытием было огромное кострище: оказывается, синантроп уже умел пользоваться огнем!

Впрочем, он, скорее всего, не умел его разводить: колоссальное скопление золы и угля толщиной в шесть метров навело ученых на мысль, что обитатели пещеры, скорее всего, принесли пылающую ветку из лесного пожара, случившегося по соседству, а затем на протяжении многих лет поддерживали его. Трудно даже сказать, сколько поколений синантропов сменилось у этого «вечного огня».

Несомненно, что подобный образ жизни требовал от первобытного стада каких-то навыков коммуникации. О членораздельной речи говорить еще не приходится, но синантроп во всяком случае умел мыслить и передавать соплеменникам определенную информацию и, следовательно, был уже во многих отношениях человеком. Впрочем, это не мешало ему с аппетитом пожирать себе подобных: многие найденные в пещере Чжоукоудянь черепа разбиты тяжелыми предметами. Ученые полагают, что синантропы были каннибалами и охотились друг за другом.

С помощью самых современных методов ученые изучили синантропа, что называется, вдоль и поперек. Строением тела «пекинский человек» мало Чем отличался от питекантропа. Держался он прямо, но роста был гораздо меньшего — немногим более 150 см. Зато объем мозга значительно превышал аналогичный показатель питекантропа— 1050—1100см3! Несомненно что на эволюционной лестнице «пекинский человек» стоит выше «яванского человека», а ведь они были современниками! И от кого тогда произошел современный человек — от питекантропа или от синантропа?

Картина еще более усложнилась, когда в 1963 году в Лантьяне (провинция Шанси) китайские археолога обнаружили хорошо сохранившуюся нижнюю челюсть примитивного человека, а год спустя в той же местности, у Кунванлиня, были найдены части лицевого скелета, зуб и черепной свод того же вида. Эти находки оказались даже древнее чжоукоудяньских — их возраст составляет примерно 1 млн. лет. И речь здесь, как оказалось, идет все о том же питекантропе — но уже о третьем его виде! Однако, по сравнению со своими родственниками, «человек из Лантьяна» был, что называется, совсем дурак: объем его мозга едва-едва достигал 780 см3.

Остатки древнейших людей вида Homo erectus были обнаружены также в Африке и Европе. Самая старая европейская находка происходит из песчаного карьера у деревни Мауэр близ Гейдельберга (Германия). 20 октября

1907 года здесь была открыта нижняя челюсть, известная среди специалистов как челюсть «гейдельбергского человека». Это название дал находке в

1908 году профессор О. Шетензак. «Гейдельбергский человек» именовался также «палеоантропом», или «протантропом». Сегодня общепринята точка зрения, согласно которой «гейдельбергский человек» является еще одним представителем рода питекантропов. Его абсолютный возраст исчисляется в 900 тыс. лет.

Еще одна европейская находка (зубы и затылочная кость) была сделана в 1965 году близ селения Вертешсёллёш (Венгрия). Этот ископаемый человек по уровню развития приближается к пекинскому синантропу, а его возраст составляет 600—500 тыс. лет. Другие находки останков вида Homo erectus были сделаны на территории Чехии, Греции, Алжира, Марокко, Республики Чад и в знаменитом Олдувайском ущелье, которое называют «золотыми копями палеоантропологии».

Накопленный материал позволил ученым сделать потрясающие выводы: во-первых, питекантропы имеют значительно больший, чем считалось раньше, возраст: древность наиболее архаичных из них достигает 2 млн. лет — то есть первые питекантропы были современниками австралопитеков. Во-вторых, видовые различия среди различных групп питекантропов настолько велики, что впору говорить не о виде, а о самостоятельном роде Homo erectus, включающем в себя несколько различных видов! И, наконец, в-третьих, питекантроп, он же Homo erectus, увы, не является предком современного человека — это две отдельные ветви эволюции... Проще говоря,

У

I

20

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

j. ЗАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

21

«тщательная и объективная оценка масштабов различий между отдельны- j ми группами заставляет сохранить родовой статус питекантропов с одной j стороны, неандертальцев и современных людей — с другой, при выделении < нескольких видов внутри рода питекантропов, а также выделении неандер-. тальцев и современных людей в качестве самостоятельных видов»*.

История с питекантропом поставила перед научным сообществом но-, вые и пока неразрешимые вопросы, связанные с происхождением человека.. Во всяком случае, ясно лишь одно: эволюция человеческого рода шла неизмеримо более сложными путями, чем это представлялось многим горячим головам всего несколько десятилетий тому назад.

КТО ТЫ, НЕАНДЕРТАЛЕЦ?

За неандертальцем издавна закрепилась скверная репутация. Каких только эпитетов — «обезьяноподобный троглодит», «пещерный человек», «тупой варвар» — не было высказано в его адрес начиная с 1856 года, когда в долине Не-андерталь, расположенной в окрестностях Дюссельдорфа (Германия), в пещере, заполненной илистыми отложениями, был обнаружен первый скелет этого родственника современного человека. Родственника, надо заметить, во многом загадочного, ибо неандерталец не спешит раскрывать свои тайны. А вопросов к нему за полтора столетия у ученых накопилось немало.

Само открытие неандертальского

человека связано с довольно туманными обстоятельствами, в результате чего несчастному «троглодиту» пришлось почти полвека отстаивать свое «право на жизнь». Еще в 1848 году на территории Гибралтарской крепости во время строительных работ был найден череп древнего человека. Рабочие отдали череп одному из офицеров гарнизона — капитану Флинту, который впоследствии передал находку ученым. Однако истинное значение этого открытия было понято гораздо позже. Ученый мир вернулся к гибралтарскому черепу уже в те годы, когда научные споры бушевали вокруг другой знаменитой находки — останков, обнаруженных в долине Неандерталь.

* Сб.: Древние цивилизации/ Под общей ред. М. Бонгард-Левина. М., Мысль, 1989. С. 14.

Слава первооткрывателя неандертальского человека закрепилась за немецким естествоиспытателем Иоганном Карлом Фульроттом (1803—1877), хотя на самом деле останки были найдены рабочими каменоломни, действовавшей в долине Неандерталь. Не придав им никакого значения, рабочие выкинули кости в отвал, где на них и наткнулся Фульротт. Находка сразу вызвала в научном мире колоссальный интерес и, подобно другим великим открытиям, сперва получила неоднозначную трактовку. Скелет неандертальца пытались приписать доиндоевропейским обитателям здешних мест, жившим в долине Неандерталь до прихода кельтов, а одно из светил науки той поры, немецкий анатом и антрополог Рудольф фон Вир-хов, заявил, что череп принадлежит душевно неполноценному человеку современного типа — об этом, по его мнению, свидетельствовали изменения на костях.

Лишь немногие ученые сумели сразу понять значение открытия. Споры продолжались несколько лет, и только после того как начали находить все новые черепа и кости с теми же характерными признаками, стало ясно, что речь идет о ближайшем родственнике современного человека. Долгое время неандертальца даже называли предком современного человека. Сегодня уже очевидно, что и это не, соответствует истине: неандерталец — вполне самостоятельный вид Homo sapiens. Более того: на определенном историческом отрезке неандерталец и наш прямой предок кроманьонец существовали бок о бок! И, наконец, еще одно открытие — и внутри неандертальского вида существовали значительные различия.

Сегодня стало очевидным, что в рамках вида Homo sapiens neanderthalensis («человек разумный неандертальский») существовало как минимум две эволюционные линии, из которых первую принято называть «ранними неандертальцами», или «пранеандертальцами», а вторую — «классическими», или «западноевропейскими» неандертальцами.

Ранние неандертальцы жили примерно 150 тыс. лет тому назад, в последний межледниковый период. Их облик был близок облику современного человека: вертикально вытянутое лицо, круглый затылок, надглазничный валик несколько смягчен, лоб выпуклый, в зубной системе меньше примитивных черт, объем мозга весьма значителен (1400—1450 см3) и близок к величине, характерной для современного человека (1350—1500 см3). В то же время многочисленные находки свидетельствуют о большой вариативности черт у разных популяций ранних неандертальцев.

Возраст классических неандертальцев — последнее оледенение, т.е. 80— 35 тыс. лет. В отличие от раннего неандертальца у классического типа сильно развито надбровье, нос широкий, затылок приплюснут сверху, контур затылка угловатый, имеется затылочный валик. Подбородочный выступ то ли отсутствует вообще, то ли слабо обозначен. Размеры головного мозга классического неандертальца колеблются в пределах 1350—1700 см3. Несомненно, что неандерталец обладал большими умственными способное-

22

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ х ЧАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

тями, но из этого вовсе не следует, что он был более интеллектуален, чем современный человек.

Это были сильные, массивного телосложения люди, их рост в средне\ составлял 155—165 см. Нижние конечности были короче, чем у современных людей. Характерный признак классического неандертальца — бедре» ная кость сильно изогнута. Этот признак неизвестен ни у современной человека, ни у вида Homo erectus, и некоторые специалисты полагают, чтс это следствие неблагоприятных условий жизни: в отличие от раннего неан-! дертальца, классическому приходилось жить в условиях сурового климата, Исследования показали, что он был хорошо адаптирован к холодам. :

Самое любопытное во всей этой истории то, что именно ранний неаж дерталец стоит на эволюционной лестнице ближе всего к современно человеку — Homo sapiens sapiens (представители этого последнего вида впер вые появились лишь в ходе последнего оледенения). Но при этом костньи остатки ранних неандертальцев свидетельствуют и об их родственных свя зях с классическими неандертальцами!

Эта проблема не нашла пока своего окончательного решения, и мнения специалистов по этому поводу нередко кардинально расходятся. Можно предполагать (но не более того), что ранний неандерталец был общим предком как для классического неандертальца, так и для современного человеческого типа. Не исключено, что обе линии, ведущие от раннего неандертальца к классическому неандертальцу и к современному человеку, находи лись в постоянном контакте. Об этом, в частности, свидетельствуют находки костяков и черепов, имеющих смесь человеческих (сапиентных) и неан-] дерталоидных признаков.

«Время неандертальца», известное археологам как средний палеолит, началось около 200 тыс. лет назад и закончилось приблизительно 40 тыс. лет назад. Классический неандерталец достиг вершины своего развития во: время последнего оледенения. Максимальную численность этого вида ученые определяют в 1 млн. особей. Судя по многочисленным находкам, неандертальцы довольно густо населяли Европу и западную Азию, ареал их обитания простирался далеко на восток — до Узбекистана. Вероятно, некоторые группы неандертальцев по существовавшему в то время «сухопутному^ мосту» через Берингов пролив попали в Америку. В Европу неандерталец пришел с Ближнего Востока 45—40 тыс. лет назад, причем это перемеще- ? ние было непосредственно связано с изменением климатических условий.! Археологи и антропологи нашли многочисленные свидетельства тому, что между 100 тыс. и 50 тыс гг. до н.э. в районе Ближнего Востока и Средизем-*. номорья наблюдались значительные климатические колебания. Среднего-э довые температуры здесь начали расти, и любящий холод неандерталец начал постепенно перемещаться в Европу.

С неандертальцем археологи уверенно связывают культуру так называе мого мустьерского типа, для которой характерно довольно большое раз»

23

образце каменных орудий: рубила, ударники, скребла, скребки, ножи, сверла каменные наконечники. Мустьерская культура, пожалуй, самое любопытное явление в истории человечества: это пример культуры, созданной не человеком в «классическом» понимании этого слова. И некоторые признаки позволяют говорить о том, что эта «нечеловеческая» культура уже несла в себе зачатки человечности!

В течение долгого времени главной загадкой неандертальца оставался вопрос о том, обладали ли эти «нелюди» речевыми способностями. На протяжении многих лет эта проблема служила предметом жарких споров среди специалистов. Сегодня мы с уверенностью можем сказать: да, обладали! Об этом неопровержимо свидетельствует находка, сделанная археологами в пещере Кебара на горе Кармел (Израиль): гиоидная кость, фрагмент скелета неандертальца, скончавшегося 60 тыс. лет назад. Эта характерного вида кость располагается у основания языка, и ее наличие является для анатомов ясным биологическим свидетельством того, что ее обладатель был физически способен к членораздельной речи.

Тот же самый скелет (известный как Кебара 2) приоткрыл перед учеными и другие тайны неандертальского человека. Анатомы установили, что еще при жизни этот индивидуум при каких-то обстоятельствах сломал несколько ребер. Но они были заботливо исцелены! Кто-то (а кто иной, как не соплеменники?) довольно долгое время ухаживал за раненым. Этот случай ясно показывает, что неандертальцы, не чуждавшиеся каннибализма, по крайне мере к своим соплеменникам питали товарищеские чувства и заботились о них точно так же, как это делают современные люди. И находка в гроте Кебара — не единственный факт подобного рода.

В пещере Шанидар (Иракский Курдистан) среди найденных здесь многочисленных скелетов неандертальцев были обнаружены останки мужчины приблизительно 40-летнего возраста. Этот человек, которого руководитель раскопок в Шанидаре археолог Ральф Солецки окрестил именем Нанди, очевидно, погиб, упав на камни 46 тыс. лет тому назад. Анатомы, исследовавшие скелет, установили, что Нанди имел врожденный дефект: правая сторона его тела была недоразвитой. Вдобавок, он еще в раннем возрасте лишился нижней части правой руки до локтя и на протяжении всей жизни страдал артритом. Он также перенес множество травматических повреждений головы и, вероятно, имел бельмо на левом глазу. Но соплеменники не бросили уродца Нанди в беде, хотя с чисто звериной точки зрения он был для них явной обузой1 Ведь племя не жило на месте — оно непрерывно кочевало, останавливаясь лишь на более или менее долговременные стоянки. Тем не менее соплеменники всю жизнь заботились о Нанди, благодаря чему он благополучно дожил до 40-летнего возраста — для неандертальца это уже маститая старость. Более того — кто-то из соплеменников произвел Нанди ампута-Чию сильно поврежденной правой руки, а это уже свидетельствует о том, что неандертальцы обладали определенными медицинскими познаниями и были

24

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ | 1 ^?? ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

25

способны вполне осознанно совершать хирургические действия. Рана на ампутированной руке хорошо зажила, а необычно сильная стертость передних зубов свидетельствует о том, что в дальнейшем Нанди пользовался зубами при работе, частично заменяя тем самым потерянную руку.

История с Нанди стала еще одним подтверждением того факта, что в сообществах неандертальцев существовали весьма тесные родственные узы В качестве другого примера подобного рода можно привести находку черепа 11-летнего мальчика из пещеры Скул (Израиль). Возраст находки составляет 95 тыс. лет. Экспертиза черепа показала, что за несколько лет до смерти мальчик получил очень тяжелое травматическое повреждение головы — кости черепа были пробиты. Однако соплеменники и в этом случае заботливо излечили рану, хотя она была серьезной и требовала длительного лечения и абсолютного покоя. И во имя спасения мальчика племя пошло на риск умереть от голода! Ведь первобьпных охотников кормили нога, они должны были непрерывно кочевать вслед за мигрирующими стадами животных.

Эти и другие примеры наглядно свидетельствуют о том, что неандертальцы, хотя и не являлись людьми в современном понимании этого слова, в чем-то были более человечны, чем многие наши современники. И, не оставляя своим вниманием раненых и больных, они также трогательно заботились о своих мертвых. Так, в пещере Тешик-Таш (Южный Узбекистан) академик А. П. Окладников в 1938 году обнаружил скелет мальчика-неандертальца 10—12 лет, вокруг которого было разбросано множество костей и рогов козлов, когда-то образовывавших аккуратное ограждение могилы. То есть это было сознательное погребение, сделанное в знак уважения и любви к покойному! А в Европе несколько раз находили черепа неандертальцев, окруженные камнями одинаковой формы и размера. Что это? Неужели какие-то первые религиозные представления? И у кого — у этих человекообразных существ, питавшихся мясом друг друга?

Одно из наиболее замечательных неандертальских погребений было открыто в уже знакомой нам пещере Шанидар. В могиле мужчины, скончавшегося 60 тыс. лет назад, археологи обнаружили... пыльцу цветов. Палеоботаник Арлетт Леруа-Гуран, тщательно изучив соответствующие фрагменты захоронения, по форме распределения пыльцы определила, что в могилу были положены живые цветы! Конечно, в сознании с трудом укладывается сюжет: «Неандертальцы, возлагающие цветы на могилу товарища». Но тем не менее факт остается фактом. А дальнейшие исследования показали, что шесть из семи растений, пыльца которых была обнаружена в погребении, имеют лекарственные свойства и до сих пор используются в Ираке как средства народной медицины! Неужели неандертальцы обладали познаниями и в траволечении? А почему нет?

Степень человечности во многом определяется тем, как люди относятся к слабым и к своим мертвым. Ведь уважение к тайне смерти — это и уважение к тайне жизни. И неандертальцы более чем успешно держат этот экзамен на

Г

человечность. Имеется множество — от Франции до Узбекистана — примеров того, что эти «пещерные люди» с большим уважением хоронили и стариков, и взрослых мужчин и женщин, и младенцев, в могилки которых трогательно положены грубо сделанные кремневые или костяные безделушки. А go франции (Дордонь) было обнаружено даже погребение выкидыша.

Что же это были за странные люди — неандертальцы, столь мало похоже на нас и в то же время так близкие нам? Почему мы, а не они стали «вершиной эволюции»? И почему, по какой причине 30 тыс. лет назад эти полноправные хозяева среднего палеолита неожиданно исчезли с лица Земли, освободив дорогу представителям вида Homo sapiens sapiens — то есть нам с вами?

Загадка исчезновения неандертальцев — одна из самых главных тайн каменного века. На сегодняшний день нет ни одной сколько-нибудь удовлетворительной теории, объясняющей исчезновение этого человеческого вида, шедшего своим собственным эволюционным путем. По этому поводу высказываются различные версии, но самыми распространенными являются четыре: неандертальцы вымерли из-за резкого изменения климата, так как были узкоспециализированным видом, плохо адаптированным к изменениям окружающей среды; причиной исчезновения неандертальцев стала поголовная эпидемия; неандертальцы не выдержали конкуренции с кроманьонцами и были вытеснены и истреблены последними; неандертальцы смешались с кроманьонцами, и сегодняшний человек является гибридом этих двух видов.

Ни одна из этих теорий не выдерживает критики, но так как ничего лучшего нет, различные ученые в разных странах либо придерживаются одной из вышеназванных версий, либо высказывают собственные гипотезы. Довольно громко звучат и голоса тех, кто не смирился с исчезновением неандертальца и убежден, что этот древний вид до сих пор живет рядом с нами. Об этом, по их мнению, свидетельствуют бесчисленные рассказы о пресловутом «снежном человеке» и подобных ему существах, которые встречаются практически во всех уголках мира. Может быть и правда, остатки неандертальцев, адаптировавшись к новым условиям и перейдя на ночной образ жизни, сумели сохраниться до наших дней?

Между тем картина мира в эпоху среднего палеолита была бы неполной, если бы мы не сказали о том, что в это время на Земле существовали и Другие разновидности людей!

В 1958 году в гроте Мала в китайской провинции Гуандун был обнаружен череп, который, несмотря на свои явно неандерталоидные черты, пока не может быть отнесен ни к одному из двух известных видов неандертальцев. Существует предположение, что этот человек — результат эволюции синантропа (Homo erectus). И на острове Ява, прославившемся многочисленными находками останков ископаемых гоминидов, были обнаружены Два черепа людей, отличающихся как от неандертальцев, так и от находки

i

26

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ! j чАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

27

из грота Мала. По всей видимости, этот «нгандонгский человек» (названный так по месту находки) является прямым потомком яванского питекан-! тропа. Можно упомянуть и «человека из Брокен-Хилла» (Замбия), и череп| с берегов бухты Салданья (ЮАР). Некоторые признаки явно отличают их неандертальцев и, наоборот, обнаруживают сходство с восточноафриканс-кой формой прямоходящего человека вида Homo erectus.

Таким образом, мы снова сталкиваемся с многолинейностью эволюции. Еще 150—200 тыс. лет назад на Земле обитало как минимум пять-шесть видов человека разумного, но только один вид развился в «человека разумного разумного» — Homo sapiens sapiens. Почему так произошло? Какова была дальнейшая судьба «тупиковых» эволюционных ветвей? Почему именно они стали тупиковыми?

Ответа пока нет.

ЧЕЛОВЕК ИЗ КРО-МАНЬОНА

Самые ранние свидетельства сущ< вания современного типа гомо сапие» имеют возраст 30—40 тыс. лет. Ученые впе] вые «познакомились» с этим нашим пред ком в 1868 году, когда рабочие случайно об-; наружили в пещере Кро-Маньон (Франция) останки доисторического человека, жившего, как показали исследования, 28 тыс. лет назад. С тех пор за людьми этого типа закрепилось название кроманьонцев. Сегодня следы кроманьонского человека обнаружены на всех континентах — в Африке, Европе, Азии, Австралии, Северной и Южной Америке. По строению черепа и остального костяка этот «финальный» разумный человек практически ничем не отличался от нас с вами, разве что несколько более массивным телосложением, но эта оговорка распространяется только на первых, наиболее древних представителей современного человеческого типа. Рост и строение тела кроманьонцев полностью соответствовали росту и строению тела современных людей. Череп и зубы также имеют все признаки современного типа, надбровные дуги обычно слабо выражены или практически отсутствуют, средний объем мозга составляет 1350 см3.

Многочисленные находки скелетов позднепалеолитического человека позволяют нам получить представление о состоянии здоровья наших пред-

ков. Их средний возраст составлял 30 лет, в исключительных случаях они поживали до 50 и более лет. Впрочем, величина среднего возраста сохранялась на этом уровне вплоть до Средневековья, так что можно смело утверждать, что здоровье позднепалеолитических охотников было по тогдашним условиям жизни вполне удовлетворительным. Патологические изменения на костях встречаются гораздо реже, чем травматические дефекты. Судя по находкам, в большинстве случаев у них были очень здоровые зубы. Кариес зубов практически не встречался.

Охота была главным занятием кроманьонцев. Их жизнь подчинялась годовым циклам миграции стад крупных копытных, являвшихся основным объектом охоты. Долгую холодную зиму ледникового периода эти люди проводили в постоянных становищах, где были оборудованы довольно прочные и теплые хижины. Летом племя кочевало вслед за стадами животных, делая короткие стоянки и живя в легких палатках из жердей и шкур. В Европе широко известны такие «классические» стоянки первобытного человека, как Кро-Маньон и Комб-Капелль во Франции, Оберкассель в ФРГ, Пржедмости и Долни Вестонице в Чехии.

Основным отличием кроманьонца от всех предшествовавших ему человекообразных существ является неизмеримо более совершенный и разнообразный инвентарь, сопутствующий находкам останков кроманьонского человека. Главным оружием человека каменного века было копье с каменным или костяным наконечником. В искусстве изготовления этих орудий кроманьонцы достигли настоящей виртуозности. Нередко можно встретить костяные наконечники с желобком для оттока крови, гарпуны с направленными назад шипами («елочкой»). Палеолитические охотники знали уже разнообразные системы западней и силков. В прибрежных поселениях кроманьонцев обнаружены сети и сачки, сплетенные из лозы и служившие для рыбной ловли, а также различные типы удочек. К тому же периоду относятся первые каменные наконечники стрел и луки, тяжелые костяные дубинки, костяные ножи, часто украшенные орнаментальной резьбой. Высокой степени совершенства достигла и выделка кожи. Даже некоторые этнографические группы современных людей, например эскимосы или некоторые народы Сибири, признанные мастера обработки кож, располагают менее богатым набором орудий, чем кроманьонские охотники.

Кроманьонцы делали ожерелья из раковин, клыков хищных зверей, пе-рьев, цветов и костей, вырезали из кости или делали из обожженной глины Фигурки зверей и людей. Но самым потрясающим было искусство наскальной живописи кроманьонцев. Оно достигло таких высот, что ученые XIX века, открывшие наскальные росписи эпохи верхнего палеолита, долго отказывались верить в то, что они сделаны «первобытными дикарями». И в этом необыкновенном, неслыханном расцвете искусства и таится, вероятно, загадка происхождения современного человека. Вопреки распространенным еще недавно заблуждениям, отнюдь не труд «сделал обезьяну человеком» — «че-

28

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИ1

1 3Agg ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

29

ловек умелый» Луиса Лики сотни тысяч лет долбил свои камешки, но человеком так и не стал. И уж тем более не спорт — австралопитек миллионы ле бегал на длинные дистанции и метал камни, но как был обезьяной, так < яной и остался. И не в объеме черепа тут дело — у неандертальца была голов как пивной котел, но где он сейчас, этот неандерталец?

Одна лишь культура, таинственным образом пробудившая тупого трог-| лодита, позволила ему в кратчайшее время лишиться звериных черт и человеком в истинном смысле этого слова. Влияние культуры на биологичес-< кое развитие человека с самого начала было исключительно сильным, но последних фазах эволюции оно приобрело прямо-таки решающее значение!

Духовной жизни палеолитического человечества, палеолитическом) искусству и попыткам реконструкции социальных отношений того времени посвящены тысячи статей и сотни книг. Однако загадка происхождегг человеческой культуры не получила никакого удовлетворительного объяс-^ нения до сих пор. Можно с большой долей уверенности предположить, ^ она не будет решена никогда. И, вероятно, правы те религиозные филосо- j фы, которые утверждают, что история — это диалог человека с Богом и ког-' да этот диалог прекратится, прекратится и человеческая история. А каким j образом еще можно вести диалог с Богом, как не на языке культуры?

Обнаруженные археологами захоронения кроманьонцев доказывают! наличие у них развитой системы культово-религиозных представлений. Из! отложений позднего палеолита известны погребения с чертами сложного! погребального ритуала. В большинстве захоронений могилы прикрыты ло- \ патками, челюстями и другими крупными костями мамонтов. Обеспечение умерших «последним приютом» характерно не только для первобыт-. ных людей, но и для исторического времени (римские саркофаги и т.д.), и даже для наших дней. О существовании у кроманьонцев каких-то сложных ритуалов свидетельствуют и находки чаш, сделанных из человеческих черепов. Но главным доказательством того, что именно в эти времена начался диалог человека с Богом, являются росписи пещер — изумительные и удивительные наскальные картины, выполненные древесным углем и минеральными пигментами. Любопытно, что большинство этих картин находится в местах укромных, плохо освещенных и неудобных, что говорит о том, что они явно не предназначались для широкого обозрения, а служили местом каких-то ритуальных действий или обрядов, в которых принимал участие небольшой круг людей. Интересно и другое: как установили исследователи, живопись в таких местах нередко является многослойной, то есть первобытные охотники, попав сюда, добавляли свои рисунки к тем, что были сделаны их предшественниками. То есть людям разных племен, живших в разные времена, были понятны смысл этих рисунков и сакральное значение места, где они находились. Это позволяет говорить о существовании единой системы религиозных представлений, по крайней мере у значительных групп кроманьонских племен. И хотя ясно, что главным элемен-

том этого культа было, вероятно, поклонение неким божествам охоты, картина мира кроманьонского человека еще далека от полной ясности. И это не единственная тайна кроманьонцев.

МАРСЕЛИНО ДЕ САУТУОЛА И ОТКРЫТИЕ АЛЬТАМИРЫ

Альтамира — обширная известняковая пещера на севере Испании, близ города Сантан-дер, в Кантабрийских горах. Сегодня она приобрела всемирную известность благодаря найденным здесь древнейшим наскальным изображениям животных. Ее называют «Сикстинской капеллой первобытного искусства». В историю навсегда вошло имя испанского археолога-любителя дона Марселино де Саутуолы, первооткрывателя росписей Альтамиры

Пещера, вход в которую еще в древности был засыпан обвалом, была случайно обнаружена в 1868 году неким местным жителем — не то охотником, не то пастухом. Спустя несколько лет здесь побывал Марселино де Саутуола, страстный любитель древностей. Он исследовал пещеры в окрестностях Сантандера, где жил в то время. Альтамиру он впервые посетил в 1875 году В пещере Саутуола нашел кости и зубы древних животных, скелет пещерного медведя и грубо оббитые обломки кремня, в которых опознал орудия древних людей.

Спустя три года Саутуола побывал на Всемирной выставке в Париже. Осмотрев экспонировавшиеся здесь материалы из раскопок французских археологов, он был особенно поражен миниатюрными изображениями зверей, выгравированных на кости и камне людьми каменного века. Места находок этих изображений позволяли сделать вывод, подобное может быть и в земле Испании. Саутуола решил еще раз осмотреть Альтамиру.

Возвратившись в ноябре 1879 года в Сантандер, Саутуола начал раскопки в пещере. Он обнаружил новые орудия из камня, кости, оленьих рогов и следы палеолитического очага. В один из дней он взял с собой девятилетнюю дочь Марию. Ей все здесь было интересно, а рост позволял свободно рассматривать своды пещеры там, где отец мог пройти лишь согнувшись.

30

АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИйД ь ЗАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

31

Поэтому неудивительно, что именно Мария неожиданно обнаружила на низком потолке бокового грота удивительные рисунки, покрывавшие тем-| ные своды пещеры. Это были необыкновенно реалистичные изображен быков высотой в полтора-два метра, нарисованные яркими красными и оранжевыми красками.

Изучив рисунки, Саутуола пришел к выводу, что их автор несомненно был человеком сведущим и талантливым, его рука уверенно вписывала изображения в неровности скал. Пройдя из первого зала пещеры во второй,! Саутуола и там увидел рисунки зверей и геометрические фигуры. В слое культурных отложений на полу пещеры он нашел куски охры того же цвета,' каким выполнялись росписи. И самое главное — Саутуола после тщатель-; ных исследований собрал убедительные доказательства того, что в этих залах со времен каменного века никого никогда не было! То есть авторами рисунков могли быть только те самые голые и волосатые «троглодиты», которые, по представлениям тогдашней науки, лишь нечленораздельно мычали и остервенело бегали за дичью, размахивая корявыми дубинами.

Это была сенсация. Саутуола был убежден, что живопись Альтамиры —1 следы неизвестной до сих пор деятельности ископаемого человека. Но, трез-{ во оценивая свои возможности, он понимал, что стоит всего лишь на пороге;' открытия. Определить точный возраст изображений Альтамиры и вынести i окончательный «приговор» ему, любителю, было не под силу.

Саутуола довольно долго раздумывал, стоит ли ему публично выступать г с сообщением о своей находке. Лишь год спустя, в 1880 году, преодолев сомнения, он опубликовал небольшую брошюрку и отослал ее в редакцию французского журнала «Материалы по естественной истории человека» — печатного органа, вокруг которого в то время группировались все исследователи первобытности. В своей брошюрке Саутуола с удивительной для дилетанта скромностью писал, что всего лишь «обязан подготовить путь более компетентным лицам, которые захотят раскрыть истоки и обычаи первобытных обитателей этих гор». Объявив на весь мир о том, что найденные им рисунки являются, скорее всего, художественным произведением палеолитического человека, Саутуола предоставлял вынести окончательное решение по этому вопросу более искушенным, чем он, исследователям. Забегая вперед, отметим, что собранных им доказательств оказалось вполне достаточно для такого решения Но это, увы, выяснилось лишь через двадцать лет...

Известие о сделанном Саутуолой открытии попало в местную печать. Вскоре и мадридские газеты заговорили о находке росписей, принадлежащих доисторическим людям. Жители Сантандера и ближайших окрестно- !1 стей были взволнованы открытием своего земляка. Альтамира стала местом туристского паломничества. Даже сам король Испании Альфонс XII побы- •¦ вал в пещере, оставив свой «автограф» на стене подземного зала, сделанный < копотью от факела.

И тут наконец в дело вступила «артиллерия крупного калибра» — о находке заговорили крупнейшие ученые мужи того времени. «Дерзкая» брошюрка Саутуолы вызвала их единогласное возмущение. Во всем научном ^ре поднялась буря гнева и негодования. Саутуолу обвиняли в подлоге и в фальсификации находки. Более миролюбивые говорили, что он сам, скорее всего, стал жертвой обмана: было высказано подозрение, что автором рисунков мог бьггь один французский художник, друг Саутуолы, гостивший у него в момент открытия.

В это нелегкое время рядом с Саутуолой оказался лишь один человек — профессор геологии Мадридского университета Вилланова. Побывав вместе с Саутуолой в Альтамире, он обнаружил новые росписи, куски явно «несовременной» засохшей краски, и даже раковину, служившую когда-то палитрой первобытному художнику. В заложенных в пещере контрольных шурфах Вилланова обнаружил кости ископаемых животных, в том числе и пещерного медведя.

Ученый полностью поддержал выводы Саутуолы Но его голос был одинок в мощном хоре противников великого открытия. «Древность» и «каменный век» даже для многих людей науки были в те годы еще понятиями совершенно неопределенными. Большинство ученых находилось под влиянием в высшей степени сомнительных дарвиновских теорий Для них было невозможным поверить в то, что человек каменного века обладал столь развитым искусством, свидетельствующим о высокой художественной культуре и талантливости первобытных людей. Тогда, в середине XIX века, не знали искусства старше древнеегипетского или кельтского, поэтому предполагалось, что любые предшествующие формы, которые еще могут бьггь открыты, неизбежно будут более примитивными. Никому и в голову не могло прийти, что уже 20 тысяч лет назад в Европе существовало искусство, достойное восхищения. А между тем росписи Альтамиры ясно доказывали, что творческий гений человека не зависит от технического уровня цивилизации и что он был присущ уже охотникам на мамонтов. Иными словами, для существования высокоразвитой культуры вовсе не требуется высокоразвитая цивилизация, и проблема первичности духа и материи однозначно решается в пользу духа.

Восприятие этой, в общем-то простой идеи требует, однако, определенной широты взглядов и научной эрудиции. Но в науке тех лет господствовали Узкие рационалистические воззрения, и эта зашоренность не позволяла даже светилам первой величины увидеть подлинное значение открытия Саутуолы Находясь в плену вульгарно-материалистических теорий, они «прозорливо» видели в росписях Альтамиры .. происки церковников1

Габриэль де Мортилье — один из величайших археологов, человек светлого ума, ученый, создавший, по сути дела, современную археологию первобытного мира, — взывал к коллегам: «Будьте начеку1 Остерегайтесь испанских клерикалов'». «Картальяк, дружище, будь осторожен, — писал

32

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Мортилье своему другу, профессору Эмилю Картальяку. — Это фокус ис~ панских иезуитов. Они хотят скомпрометировать историков первобытное, та». Но Эмиль Картальяк — один из крупнейших авторитетов той поры и главный редактор журнала «Материалы по естественной истории человека» — и без этих предупреждений встал в первые ряды противников Сауту-олы и Виллановы. Впоследствии он вспоминал: «Бесполезно настаивать на моих впечатлениях при виде рисунков Саутуолы — это было нечто абсолютно новое, странное в высшей степени». Картальяком и его последователями руководила боязнь того, что новый факт потребует ревизии считавшейся тогда «прогрессивной» дарвиновской концепции о происхождении человека. Но вспомним, что археология каменного века делала тогда свои первые шаги. И лишь много лет спустя все новые и новые находки подточили абсурдные воззрения дарвинистов.

Но все это было еще впереди, а пока собравшийся в 1880 году в Лиссабоне Всемирный конгресс антропологов наотрез отказался обсуждать доклад Виллановы о рисунках Альтамиры. Испанский ученый надеялся организовать для участников конгресса экскурсию в Альтамиру, но, едва заговорив об этом, увидел презрительные ухмылки. Картальяк демонстративно покинул заседание. Вилланова был вынужден замолчать. В кулуарах конгресса коллеги высказывали весьма нелестные мнения в адрес «изобретателя Альтамиры».

Впрочем, одно решение по проблеме конгресс все же принял: в 1881 году для экспертизы росписей Альтамиры и окончательного разоблачения «фокусов испанских иезуитов» в Сантандер был послан французский палеонтолог Арле, который должен был на месте провести экспертизу изображений. Сау-туола с готовностью принял первого специалиста, заинтересовавшегося росписями, и проводил его в Альтамиру. Арле тщательно осмотрел пещеру.

Его заключение было беспощадным: рисунки имеют «новейшее происхождение» и, вероятно, могли быть исполнены в период между открытием пещеры и первым сообщением Саутуолы, то есть в 1875—1879 гг. Древними Арле счел лишь несколько неясных рисунков, но их возраст он определил как гораздо более поздний, чем палеолитический слой в пещере. Основными аргументами в пользу своих выводов Арле назвал следующие:

1. Все изображения на стенах Альтамиры находятся в кромешной тьме, их не достигает дневной свет. Для создания же фресок требовалось долгое искусственное освещение, чего не мог обеспечить человек ледниковой эпохи. В пещере нет следов применения осветительных средств, например копоти от факелов. В то же время фрески на плафоне Альтамиры написаны с величайшим артистизмом. Автор их играл цветовыми и световыми гаммами, явно стараясь передать эффекты освещения.

2. Поверхности пещеры покрыты древними сталактитовыми натеками, росписи нанесены на эти натеки; лишь в нескольких местах (это и явилось основанием считать их древними) наблюдается обратная картина: сталактиты покрывают часть фигур — лошади и других животных. Краска роспи-

! ЗАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

33

сей влажная, свежая, ее легко снять пальцем. Нельзя представить себе сохранение таких красочных изображений в течение многих веков.

3. Охра, которой были нарисованы фрески, встречается не только в палеолитическом слое, но повсюду в этой местности, ею даже обмазывают дома местные жители.

Результаты экспертизы Арле укрепили в научном мире скептическое отношение к открытию Саутуолы. Но «изобретатель Альтамиры» и его друг Вилланова еще надеялись убедить ученых в своей правоте. Они послали свой доклад в Берлинское антропологическое общество, где он был зачитан 11 марта 1882 года. Результат — ноль. Члены общества отказались от обсуждения доклада.

28 августа 1882 года на конгрессе Французской ассоциации поощрения наук в Ла-Рошели Вилланова выступил с энергичным протестом против заключения Арле. Он заявил, что рисунки, сопровождающие отчет Арле, грубо искажены и не соответствуют действительности. Вилланова также привел аргументы, полностью опровергающие выводы Арле.

Во-первых, все изображения, выполненные резьбой и красками, одинаково нанесены на поверхности тех же древних пород, кусками которых в результате обвала был закупорен вход в пещеру до момента ее открытия. Резные линии этих изображений сделаны грубыми кремневыми инструментами, которыми не смог бы работать современный художник, но которые находятся в слое с ископаемой фауной. Более того, в этом же слое на костях четвертичных животных такими же кремневыми инструментами нарезаны ряды линий и даже фигурки зверей. Сделать их могли только древние обитатели пещеры. Для росписей ими был использован простейший красочный материал — размолотые натуральные охры разных тонов без последующей обработки, которой подвергаются краски современных рецептов.

Во-вторых, техника исполнения всех наскальных изображений Альтамиры одинакова, поэтому, признавая древними несколько из них, Арле должен перенести это заключение на весь комплекс. О большой его древности говорят несколько случаев перекрывания части изображений прозрачными пластинами сталактитовых натеков, а такие натеки есть в Альтамире лишь на бесспорно палеолитическом слое.

В заключение Вилланова призвал коллег не отметать открытие с порога, а тщательно разобраться в нем. Но его призыв не был услышан.

С точки зрения научной аргументации в пользу палеолитического воз-Раста росписей Альтамиры выступление Виллановы было исчерпывающим. Оставался, правда, один нерешенный вопрос — об искусственном освещении Альтамиры. Но это и не очень-то волновало слушателей. Выступление Виллановы просто не было воспринято всерьез. Как вспоминал один из Участников конгресса, «Вилланова говорил агрессивно и даже яростно, на плохом французском языке, который смешил всех, так же как ворох сомнительных аргументов, перемешанных с несколькими здравыми мыслями, и

34

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЯ \. ЗАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

35

I

1

как обвинения в намеренных ошибках Арле, которыми он повергал слуша телей в еще более громкий смех». То есть дискуссии не получилось: какаа там дискуссия, когда так смешно!

Всласть похохотав, ученые мужи пошли искать «недостающее звено» цепи эволюции от обезьяны к человеку (самые твердолобые ищут его до сиз пор). Альтамирские рисунки без сколько-нибудь серьезного изучения и бе; доказательств были осуждены как подделка.

Научная репутация Виллановы повисла на волоске. Испугавшись за свок научную карьеру, профессор отрекся от своих взглядов. Имя первооткрыва теля Альтамиры Марселино де Саугуолы было осмеяно и обесчещено. 1888 году он умер, уйдя в могилу с репутацией «изобретателя Альтамиры» Пятью годами позже скончался и Вилланова. Стена презрительного осуждения на двадцать лет окружила одно из величайших открытий историчес кой науки. И уже мало кто помнил, что в громком хоре голосов, осуждавш альтамирскую «фальсификацию», звучали и другие мнения.

Один из крупнейших археологов той поры, Э. Пьетг, писал: «Я не мневаюсь, что эти росписи могут быть отнесены к мадленской эпохе» (¦ есть период позднего палеолита, около 16 тыс. лет. — Авт.). Палеонтоло: Постав Шове в вышедшей в 1887 году книге «Начала гравюры и скульптуры поддержал выводы Саугуолы. Вокруг сенсационного открытия возникл что-то похожее на дискуссию. Но это была очень странная дискуссия: кри тика открытия здесь принималась за аксиому, а аргументация защитнико! открытия не удостаивалась внимания. Самое поразительное в этой исто рии было то, что открытие палеолитической живописи не было чем-то принципиально неожиданным в свете других фактов, накопленных первобыт ной археологией. Ведь уже были хорошо известны миниатюрные фигурки созданные первобытным человеком в эпоху верхнего палеолита, и роспис Альтамиры были, по существу, их явной аналогией. Вспомним — именно; установленный факт того, что ископаемые люди занимались изобразительным искусством, и натолкнул Саутуолу на мысль искать ее следы в Альтами-' ре. И открытие монументальных росписей, подобных альтамирским, можно было предсказать заранее, теоретически. Более того: в год открытия Саугуолы во Франции, в гроте Шабо, были обнаружены наскальные гравюры. Копии и фотографии этих рисунков публиковались в местной печати, но в ученом мире к ним отнеслись так же, как к сообщению Саугуолы. Может быть, и здесь сыграл свою роль фактор «вторжения дилетанта» в высокую науку? Но первооткрывателями грота Шабо были профессиональные археологи Л. Широн и Олье де Марешан. Причем открыли они изображения в гроте Шабо независимо друг от друга.

Спустя двадцать лет А. Брейль, оправдывая своих коллег, отказавших Саутуоле в праве на открытие, сказал, что «нужно винить лишь значение самих фактов, которые требовали менее спорных и гораздо более многочисленных избыточных доказательств. Их продемонстрировали только через

двадцать лет» Но подобные «избыточные доказательства» имелись задолго яо признания Альтамиры. И все же на них внимания не обратили.

Между тем открытия наскальных рисунков в пещерах Европы множились. Одновременно множилось число находок различных скульптур и орнаментированных предметов, залегавших в культурных слоях, относящихся к верхнему палеолиту.

В 1895 году в пещере Ла Мут, расположенной в долине реки Везер (Цор-донь, Франция), французский археолог Эмиль Ривьер обнаружил наскальные изображения ископаемых животных. Их древность не вызывала сомнений: они находились в галерее, закупоренной «пробкой» культурного слоя, содержащего палеолитические орудия. Однако судьба альтамирской находки заставила Ривьера быть предельно осторожным: по иронии судьбы, Ривьер еще недавно находился в числе яростных противников Саугуолы и хорошо помнил свои собственные инвективы в адрес «изобретателя Альтамиры». А тут судьба посылает ему самому сомнительный шанс прослыть «изобретателем» Ла Мута!

Тщательно изучив находку, Ривьер закрыл вход в пещеру и пригласил де Мортилье, Картальяка, Пьетта и других авторитетов осмотреть Ла Мут. «Это очень древние рисунки», — уклончиво говорит Ривьер, не желая попасть в положение Саугуолы. Э. Пьетг говорит более определенно: «Палеолитические». Единодушное мнение высоких гостей: древность наскальных рисунков вне сомнений.

Светила науки отбывают восвояси, а через несколько дней появляется слух, что... изображения в пещере Ла Мут нарисовал один из помощников Ривьера! Называется даже фамилия фальсификатора — Бертумейру. В Париже этот слушок принимают за чистую монету. Ривьер в отчаянии: кто ему теперь поверит?

Он старается не появляться в столице. Раскопки в пещере Ла Мут продолжаются, и вскоре Ривьер и его коллеги находят... каменный светильник, относящийся к эпохе верхнего палеолита. Так вот каким образом первобытные художники освещали стены пещеры! Единственное возражение, которое не смогли опровергнуть Саутуола и Вилланова, снимается этой находкой!

Тут можно было бы и поставить точку в споре, если бы... Если бы спор был. Факты, найденные Ривьером, были очевидны — но лишь для того, кто хотел с ними знакомиться. А таких людей насчитывались единицы!

А тем временем...

Тулузский книготорговец и археолог Рейно обнаруживает в гроте Мар-сула наскальную живопись, сравнимую по технике с росписями Альтамиры. Его сообщение не принимается всерьез: Э. Картальяк отказывается осмотреть грот.

Археолог Дало в 1896 году в пещере Пэр-но-Пэр находит рисунки различных зверей, в том числе мамонта. Этот «зверинец» был хаотически разбросан на площади около 25 кв. м по вертикальной известняковой стенке,

36

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

закрытой ранее культурным слоем древнекаменного века. Возраст рисунков тем самым доказывается неоспоримо. Дало публикует свои наблюдения и приглашает на место раскопок Мортилье. Мортилье долго, с сомнением изучает рисунки и в принципе признает, что красочные росписи на скальных поверхностях в темной глубине пещер могли быть созданы в палеолите. Значит, и живопись Альтамиры — тоже? Нет, отвечает Мортилье, «точная дата рисунков Альтамиры не может быть определена».

Таким образом, вопрос о существовании наскального искусства в эпоху палеолита остался открытым. Но — только до 1902 года. В этом году на конгрессе французских антропологов в Монтабане профессор Люсьен Капитан и его молодые соавторы Анри Брейль и Дени Пейрони докладывают об открытии ими в 1901 году двух огромных пещер — Комбарель и Фон-де-Гом — с наскальными изображениями. Древность находки подтверждается тем, что некоторые росписи покрыты прозрачной броней древних кальци-товых натеков...

Аудитория оживляется. Слышатся привычные смешки: вот, опять эти подделки... «Ваши копии сняты хорошо, — шутит Эли Массена. — Но ведь авторы подлинников — не ископаемые люди, а местные крестьяне, пастухи. Вот они-то от нечего делать и рисовали свой скот».

Попытки авторов доклада оправдаться выглядят неуклюжими: «Был прецедент признания палеолитического возраста наскальных рисунков в Пэр-но-Пэр...», — лепечут они. «Были наблюдения и находки в пещерах Ла Муг, Марсула, Шабо. Наконец, Альтамира...» Глупости какие! Смех и негодующие возгласы в зале звучат все громче. Уж этих простаков учили-учили, а они все за свое! Да современные эти рисунки, современные, неужели не ясно! А вот, кстати, и сам Картальяк встает. Допекли-таки маститого ученого эти мальчишки! Ну, сейчас он им врежет...

И Картальяк «врезал». Врезал так, что Эли Массена и другие весельчаки оцепенели с раскрытыми в припадке смеха ртами.

«Я призываю коллег не совершать той роковой ошибки, которую я совершил и продолжаю совершать вот уже на протяжении двадцати лет...»

В зале наступила звенящая тишина.

Картальяк заявил, что в ближайшем номере журнала «Антропология» будет опубликовано его раскаяние, а сейчас необходимо идти к самим пещерам и осмотреть те изображения, о которых докладывают доктор Капитан и его коллеги. И в день закрытия конгресса, 14 августа 1902 года, его участники направились сперва в Комбарель, затем в Фон-де-Гом, а оттуда в Л а Муг...

Вскоре весь ученый мир с волнением и изумлением читал статью Кар-тальяка «Моя вина», в которой он публично признавался в своих ошибках. А 1 октября 1902 года Картальяк, сопровождаемый молодым аббатом Анри Брейлем — в будущем одним из крупнейших исследователей культуры каменного века, стоял у скрытой низким кустарником темной расщелины,

1. ЗАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

37

ведущей в пещеру Альтамира. Перед этим он встретился с дочерью покой-лого Саутуолы Марией и попросил ее о прощении за несправедливость к ее отцу и его величайшему открытию и за то, что поставил под сомнение доброе имя Марселино де Саутуолы.

Вдвоем с Брейлем они спустились в пещеру. И здесь Картальяк впервые увидел то, против чего так решительно боролся на протяжении двадцати лет. Действительность превзошла все его ожидания: перед его взором предстало не менее ста пятидесяти поистине великолепных изображений. «Речь здесь идет об одной из вершин искусства, о вершине, которая попадается раз во многие сотни лет, может быть, раз в тысячелетия» — таков был окончательный вердикт исследователей. В это же время и другой оппонент Саутуолы — Арле, как и многие другие специалисты, также посетил Альтамиру и также отрекся от своих предыдущих высказываний и признал подлинность рисунков.

Открытие рисунков в Альтамире стало началом изучения пещерной живописи времен палеолита. Многие десятки подобных пещер с палеолитическими рисунками были обнаружены позднее в самых различных местах Европы и Азии. В числе самых значительных открытий палеолитического искусства— пещеры Ласко (1940), Руффиньяк (1956), Дель Ромито (1961), Капова пещера на Южном Урале (1959) и Хоит-Цэнкер Агуй (1972) в западной Монголии. На сегодняшний день расписных палеолитических пещер в одной лишь Западной Европе насчитывается более ста пятидесяти, и они многое поведали о людях каменного века. Рисунки, гравюры, разнообразные статуэтки свидетельствуют о том, что первобытные охотники были далеко не такими примитивными, какими они представлялись ранее. Эти современники мамонтов и шерстистых носорогов поднялись на такой художественный уровень, который оставался недостижимым для последующих поколений людей в течение многих тысячелетий. Но в отличие от позднейших эпох о том времени не осталось ни письменных сообщений, ни косвенных упоминаний, поэтому о смысле и назначении этого искусства специалисты могут только догадываться по размещению рисунков, гравюр и скульптур, по сюжетам изображений, а также на основании археологических находок.

ИСТОРИЯ САХАРЫ В НАСКАЛЬНОЙ ЖИВОПИСИ ТАССИЛИН-АДЖЕРА

Огромное, иссушенное жгучим солнцем пустынное плато Тассилин-Аджер площадью 72 тыс. кв. км расположено в Центральной Сахаре, на юго-востоке Алжира. Протяженность плато составляет 700 км, ширина — 100 км. Выровненную поверхность Тассилин-Аджера с поднимающимися кое-где остроконечными вершинами пересекают каньоны, русла высохших

38

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

древних рек. В скалах Тассили (так называют плато берберы) имеется множество гротов и пещер, есть здесь и горячие вулканические источники. Повсеместно встречаются геологические образования из эродированного песчаника, образующие так называемые скальные леса.

Этот «марсианский пейзаж» — один из древнейших центров обитания человека в Северной Африке.

Древние обитатели Тассилин-Аджера оставили свыше 15 тыс. наскаль- < ных рисунков и рельефов, охватывающих огромный период времени — от VI тысячелетия до н.э. до наших дней включительно. Эти изображения животных, людей, колесниц, сцен охоты, войны, перегона стад и т.д. — настоящая летопись Северной Африки.

Крупнейшие ансамбли наскального искусства в Сахаре расположены главным образом в нагорьях Тассилин-Аджер, Тассилин-Ахаггар, Тибести и в прилегающих к ним районах: Феццане, Адрар Ифорасе, Аире, Борку, Эн-неди и т.д. Нигде в мире наскальные рисунки не достигают такой высокой плотности. Сюжеты множества из них свидетельствуют о том, что в эпоху неолита в Сахаре были более влажный климат, богатый растительный и животный мир. Фрески Тассили запечатлели всю эволюцию Сахары от некогда цветущей саванны к безжизненной пустыне.

Создателями наскальных фресок Тассили стали многие поколения охотничьих и скотоводческих племен, населявших теперешнюю пустыню в те далекие времена, когда она была страной с благодатным климатом, пышной растительностью и богатым животным миром. Как установили исследователи, Сахара пережила два влажных периода: первый закончился в эпоху нижнего палеолита, второй продолжался около шести тысяч лет, примерно до II тысячелетия до н.э.

В эпоху неолита в этой богатой водой местности произрастали разные породы лиственных и хвойных деревьев, дубы, олеандр и мирт, цитрусовые и оливковые деревья. Многочисленные долины, сейчас засыпанные пес-

j ЧАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

39

оМ были в то время такими же полноводными реками, как Нил и Нигер. Они изобиловали рыбой и крупными речными животными — бегемотами, крокодилами, кости которых сохранились в местах древних поселений.

Сегодня ученые выделяют четыре больших периода развития наскального искусства Сахары, связанных с климатическими изменениями в этом

районе:

I. Период древнего буйвола (VIII—VI тысячелетия до н.э.) — «эпоха охотников».

II. Период домашних быков (около 3500 лет до н.э.) — «эпоха пастухов».

III. Период лошади (бколо 1500 лет до н.э.).

IV. Период верблюда (около II века н.э.).

Живопись и петроглифы трех последних периодов встречаются на территории Сахары повсеместно, но древние памятники, относящиеся к «эпохе охотников», сохранились лишь в нескольких местах - главным образом в феццане и в горах Сахарского Атласа.

Петроглифы Феццана по праву считаются вершиной первобытного искусства. Местность, где находятся эти изображения, в настоящее время представляет собой безжизненную пустыню. По обеим сторонам сухой долины Матенду высятся темно-оранжевые, растрескавшиеся от зноя скалы, на которых ясно различимы изображения слонов, бегемотов, носорогов, жирафов, быков, антилоп, страусов и других животных, а также фигуры лучников, охотников с дротиками и т.д. Размеры фигур достигают нескольких метров.

В IV тысячелетии до н.э. наскальные изображения крупных толстокожих исчезают. Из диких животных остаются жирафы, страусы, антилопы. Зато появляются изображения хищников и первые фигуры быков. Быки в разных позах и ракурсах, то с длинными, то короткими рогами, с рогами, загнутыми назад или изогнутыми в виде лиры, становятся основным объектом изображения. Эта тенденция достигает своего апогея примерно в середине IV тысячелетия до н.э., когда в Тассили обосновываются скотоводческие племена. В этот период наряду с жанровыми сценками из повседневной жизни появляются большие наскальные панно, изображающие перегон скота, сцены войны, охоты, собирания злаков. Многие картины на мифологические темы — например посвященные культу плодородия — отличаются неприкрытой откровенностью.

Древние художники высекали свои произведения в скалах либо писали их минеральными красками, в которых доминируют желтые, коричневые, голубые и красноватые тона. В качестве вяжущего материала они использовали яичный белок. Краски наносили рукой, кистями и перьями.

Примерно в середине II тысячелетия до н.э. в Тассили появляются изображения боевых колесниц, запряженных лошадьми. По рисункам на скалах их путь прослеживается от побережья Средиземного моря до верхней излучины Нигера. Рядом с колесницами на рисунках изображены люди, по облику, цвету кожи и одежде явно отличающиеся от всех типов местного на-

'I

40

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

селения. Это светлокожие, рослые воины, вооруженные мечами, копьями и дротиками, с круглыми щитами в руках. Кто они?

Об обитателях Сахары, использовавших запряженные лошадьми боевые колесницы, писал еще древнегреческий историк Геродот. В античные времена этот народ назывался гарамантами. Римский историк Тацит описывает гарамантов «свирепым племенем, наводившим ужас на соседей». Как установили современные ученые, основу этого этнически пестрого народа составили потомки древних ливийцев. В последующие века гараманты смешались с местными племенами и образовали современные народности туарегов и теда, живущих в Сахаре.

Наскальное искусство Тассилин-Аджера завершается «периодом верблюда», когда это животное, вытеснившее лошадь, стало безраздельно царствовать в Сахаре. Но, несмотря на то, что к середине II тысячелетия нашей эры Тассилин-Дджер окончательно превратился в иссушенную пустыню, населенную лишь змеями, ящерицами и пауками, традиции наскальной росписи сохранились у здешних кочевников-туарегов вплоть до середины XX века. Об этом свидетельствуют схематические рисунки, обнаруженные на стенах французских фортов, построенных здесь в начале XX века, и даже на обломках самолета, разбившегося в Сахаре в период Второй мировой войны.

Первооткрывателем и исследователем наскальной живописи в Сахаре был французский ученый Анри Лот, который в начале 1950-х годов обнаружил в Тассилин-Аджере более 10 тыс. рисунков. В результате раскопок были открыты захоронения, найдены осколки горшков, каменных инструментов, а также острия стрел и копий, кости разнообразных животных. Собранный в Сахаре за последнее столетие и ежегодно пополняемый археологический материал свидетельствует о том, что именно здесь следует искать разгадку многих тайн древней истории народов Африки.

В 1972 году, в целях сохранения крупнейшего в мире комплекса доисторического искусства, представляющего культурную и природную ценность, в Тассилин-Аджере был создан национальный парк. Сегодня его площадь составляет 1000 кв. км.

ТАИНСТВЕННЫЙ МИР АРНЕМЛЕНДА

Обширное Арнемлендское плоскогорье располагается на севере Австралии. Оно представляет собой величественный скальный массив высотой от 30 до 300 м, со множеством уступов, водопадов, карнизов и пещер, протянувшийся в длину на 500 км. Поскольку многие участки западного склона Ар-немлендского плоскогорья, за исключением разве что вершины, лишены почвы, в этих местах нет и растительности. Зато в ущельях и теснинах, где имеются небольшие глубокие почвенные слои, произрастают сообщества дождевого леса, представленного значительным числом реликтовых видов.

j ЗДРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

41

Арнемленд представляет собой величайшую культурную достопримечательность. Обследовав около семи тысяч пещер на одном только западном склоне Арнемлендского плоскогорья, археологи обнаружили здесь множество наскальных рисунков. С помощью радиоуглеродного метода удалось установить, что они были сделаны австралийскими аборигенами около 25 тыс. лет назад- Кроме того, по ходу раскопок в разных местах парка ученые наткнулись на хорошо сохранившиеся следы стоянок древнейших первобытных людей и многочисленных культовых мест.

На рисунках обычно изображены

вполне реальные события — таким об- _ _______ __________

разом, они представляют собой нечто

вроде визуальной информации или сообщений о случившемся. Однако у неинформированного наблюдателя они вызывают ощущение встречи с полнейшей абстракцией, хотя рисунки Арнемленда имеют строгий реальный смысл и значение. Нередко смысл изображений и логика сюжетов наскальных росписей связаны с мифологией и религиозными представлениями австралийцев. Нам трудно понять их смысл даже после старательных разъяснений аборигенов. Да и сами объяснения обычно бывают очень отрывочными, бессвязными, лишь немногие старики способны на полное, цельное изложение сути дела.

Самыми старыми считаются одноцветные красные стилизованные фигуры людей, изображенные в активном движении. Они напоминают (иногда до полного совпадения!) палеолитические наскальные рисунки из Испании и некоторые южноафриканские фрески. Нередко можно встретить рисунки, изображающие руки с растопыренными пальцами. Подобные изображения также известны из памятников европейского палеолита, из Северной и Южной Африки и из других мест.

Судя по сопутствующему археологическому материалу, рисунки имеют прямое отношение к так называемой культуре пири, возраст которой определен в 3—12 тыс. лет. Этим рисункам родственны одноцветные, нитеобразные изображения так называемых «мими» — духов, живущих в скалах. Самые молодые из этих образов возникли совсем недавно, о чем свидетельствуют изображенные на них европейские предметы (например топорики). Эти рисунки появились, вне всяких сомнений, одновременно с самым молодым стилем — с так называемыми «рентгеновскими» рисунками, изображающими внутренние органы и части скелета. У изображаемых животных,

42_____________100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

особенно у рыб и кенгуру, но также и у человеческих фигур кроме частей скелета и внутренностей часто передаются различия в характере «мяса» в пределах разных частей тела. Один из современных исследователей, наблюдая за тем, как аборигены работают над своими рисунками, недоуменно сказал, что, по его мнению, мясо всегда выглядит одинаково. «Вечером^ при разделке туши добытого кенгуру, он (абориген. — Авт.) показал мне отдельные мышечные «желваки», отделенные друг от друга оболочкой, ц доказал мне таким образом, что в теле животного имеются различные «виды мяса, которые он и изобразил на рисунке особой штриховкой».

В настоящее время на плато существуют 10 туземных поселков — в н) проживает около трех сотен аборигенов, чьи традиции и культура связаны этими местами тысячелетними узами. Поэтому еще сегодня можно на дать за техникой исполнения наскальных росписей. Австралийцы растир ют зубами краситель, смешивают его во рту с водой и, выдувая смесь нал добие распылителя, набрызгивают ее на руку, приложенную к скале. П снятия руки на скале остается ее негативное изображение. -i

В северной части Арнемленда можно увидеть изображения целого предплечья, выполненные в этой технике и затем мастерски раскрашенные многоцветным орнаментом. В центральных пустынных районах таких изображений рук меньше, зато здесь часто попадаются всевозможные геометрические узоры, спирали, круги, разные линии и зигзаги. В этих местах существует и несколько «святилищ», расписанных фресками, куда запрещен вход женщинам и юношам. Одна из таких фресок изображает путешествие легендарного змея Иарапи и его жен. Рисунок имеет 30 м в длину и составлен из абстрактных символов, смысл которых известен лишь немногим посвященным. Это место имеет особое культовое значение: здесь проводятся обряды, призванные обеспечить увеличение поголовья змей.

Одной из любимых тем рисунков североавстралийских аборигенов являются изображения вонджинов — духов водных источников, которых по традиции рисуют в виде крупных стоящих или лежащих человеческих фигур или их голов. Руки и ноги обычно бывают непроработанными, вместо ног иногда намечены лишь стопы. В лице выделены нос и глаза, рот обычно отсутствует. Вокруг головы бывает подковообразное или дугообразное сияние, напоминающее ореол у святых. На груди иногда выписан овальной формы предмет, обычно интерпретируемый как сердце или грудная кость. Старики-аборигены до сих пор подновляют эти рисунки.

Таким образом, искусство аборигенов Арнемленда дает неоценимую возможность изучить технику и назначение примитивного искусства в непосредственном контакте с ним, наблюдать за работой художника, являющегося членом общества, культура которого немногим отличается от культуры каменного века. Такие наблюдения позволяют нам лучше понять смысл и назначение подобных произведений доисторического искусства в других областях мира.

"РГ

X ЗАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

43

ЗДРАВСТВУЙ, ЭТЦИ!

Это невероятное открытие было сделано 19 сентября 1991 года при совершенно случайных обстоятельствах. Двое альпинистов — супружеская пара Эрика и Хельмут Симон — совершали горное восхождение в Этцальских Альпах, расположенных на самой австрийско-итальянской границе. Около 14.30, находясь на высоте 3210 м выше уровня моря, альпинисты оказались перед заполненной льдом узкой расселиной. Над поверхностью льда зловеще чернело тело мертвого человека с оскаленными зубами и пустыми глазницами...

Зрелище было жуткое, и первое, что пришло в голову супругам Симон, — это немедленно сообщить в полицию. Поскольку тело было найдено на границе, на место происшествия одновременно прибыли и австрийские, и итальянские полицейские. Правда, потом итальянские блюстители порядка утратили интерес к происшествию, и расследование легло на плечи их австрийских коллег.

Осмотр места находки трупа показал, что тело неизвестного человека вморожено в лед почти до плеч, виднелись лишь голова и верхняя часть туловища. Рядом с телом был обнаружен небольшой контейнер необычного вида, сделанный из бересты. Во время трудного процесса извлечения тела изо льда полицейские нашли также какие-то инструменты и куски одежды. Все найденное было отправлено на экспертизу в институт судебной медицины при Инсбрукском университете.

На этом этапе никто еще не задавался вопросом о том, к какому, собственно, времени относится находка, и все дело оставалось чисто полицейским вопросом. Лишь сотрудники института судебной медицины обратили внимание на то, что одежду и инструменты, найденные при трупе, вооб-Ще говоря, трудно отнести к современным...

Дальнейшую экспертизу проводил уже доктор Конрад Шпиндлер, профессор института древней истории Инсбрукского университета, специально приглашенный для этих целей судебными медиками. Увидев таинственные останки, Шпиндлер не мог сдержать своего крайнего изумления — воз-Раст находки явно составлял не менее 4 тыс. лет! Впоследствии оказалось, что это еще была довольно осторожная оценка.

44

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Открытие останков «человека из Этцальских Альп» относится к разряду случаев, какие происходят лишь раз в столетие, и по своей значимости сопоставимо с историческим открытием гробницы Тутанхамона Говардом Картером в 1922 году. Впервые за всю историю мировой науки в руки ученым попали невероятной сохранности останки человека, возраст которого составлял, как выяснилось позднее, 5300 лет! Причем это был не скелет, не забальзамированная мумия, а полностью сохранившееся тело с кожным покровом, внутренностями, волосами, в одежде и с инструментами той поры. Это было просто невообразимое богатство. Неизвестный бедняга, 5 тыс. лет назад провалившийся в ледяную расселину, против своей воли стал для ученых проводником в мир повседневной жизни обитателей каменного века.

Это уникальное открытие вызвало священный трепет в научном мире и волну безумия в средствах массовой информации. Первобытный человек, восставший изо льда, в одночасье стал звездой. Но звезда нуждается в имени, и вскоре весь мир уже называл «человека из Этцальских Альп» попросту Этци. Честь изобретения этого имени позднее приписывал себе австрийский журналист Карл Венди, который утверждал, что составил его из названия места открытия (то есть Этцальских Альп) и прозвища «снежного человека» — йети.

Исследования останков Этци вела группа австрийских и итальянских специалистов во главе с Конрадом Шпиндлером, максимально использовавших все средства, имеющиеся в распоряжении современной науки. За семь лет было проведено более шестисот различных экспертиз. В результате ученым удалось осуществить поистине революционный прорыв в те области знания, о которых до этого у нас имелись весьма смутные представления.

Итак, осенью 1991 года перед исследователями предстал субъект мужского пола, имевший возраст 5300 лет, ростом 1,59 м, весивший при жизни около 50 кг. В момент смерти Этци было 46 лет. Хотя почти все волосы и борода давно истлели в ледяной могиле, несколько экземпляров волос все же были найдены на фрагментах его одежды. Их длина составляла до 9 см. Зубы были в хорошем состоянии, но сильно стерты из-за употребления грубой пищи, а также из-за привычки жевать смолу березовой коры — о существовании этой доисторической жевательной резинки ученым было давно известно по находкам черепов в других местах Европы. Североамериканские индейцы жевали смолу березовой коры даже в XX столетии.

При жизни Этци страдал склерозом сосудов и ревматическим артритом, а также от глистов. Сохранился только один из его ногтей, но и этого было достаточно для ученых, обнаруживших, что в последние месяцы жизни этот человек перенес какое-то весьма значительное физическое напряжение. За два месяца до гибели Этци сломал несколько ребер на левой стороне. Переломы заросли плохо и довольно болезненно давали о себе знать. Бедняга явно страдал, его движения были затруднены, и, возможно, именно это обстоятельство стало причиной его смерти: с трудом ковыляя по горной тропе,

ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

45

р, вероятно, оступился и скатился в расселину. Какое-то время он был е1це жив, но, обессиленный и лишенный помощи, скончался. Очень скоро после смерти тело было покрыто слоем снега, и впоследствии останки Этци мумифицировались вследствие процессов высыхания и замораживания. Благодаря совершенно случайному обстоятельству — тело лежало на дне узкой расселины вдоль нее — ледник прошел прямо над ним, как поезд по рельсам, не повредив ни останков, ни одежды, ни инструментов.

Никогда прежде в истории археологии в руки исследователей не попадал столь полный комплект одежды обычного человека каменного века, причем одежды не парадной, а повседневной, отражающей моду, вкусы и привычки людей той эпохи. Весь гардероб Этци был наилучшим образом приспособлен для жизни в горах.

На голове он носил меховую шапку с двумя кожаными ремешками, которые завязывались под подбородком. Верхней одеждой служил грубый плащ без рукавов, достигающий середины бедра, сплетенный из волокон альпийской травы. Подобное одеяние, на первый взгляд непрактичное и неудобное, использовалось пастухами в Альпах вплоть до XX столетия. Это изобретение каменного века, как и многие другие предметы повседневного обихода, оказалось настолько удачным, что просуществовало более пяти тысячелетий! Такой плащ не препятствует движениям, обеспечивает хорошую защиту от дождя, но носить его во время быстрой ходьбы через горы, особенно в теплый день, чрезвычайно неудобно. Вероятно, в этом случае Этци скатывал его и нес через плечо или за спиной. Такой плащ мог использоваться и как циновка для спанья.

Под плащом Этци носил козью безрукавку длиной до колен, сшитую из разноцветных шкурок. В качестве ниток были использованы сухожилия. На безрукавке не сохранилось никаких следов пуговиц или других застежек — скорее всего, она просто запахивалась и закреплялась поясом. Безрукавка была довольно поношена — в некоторых местах заметны следы ремонта, сделанного с применением ниток, сплетенных из волокон жесткой травы.

Вместо брюк Этци носил ногавицы (нечто вроде длинных гетр), сшитые из козьих шкурок. Из таких же шкурок была сделана набедренная повязка — в развернутом виде ее длина составляет около метра. Она опоясывала тело и пропускалась между ногами.

Из башмаков Этци лучше всего сохранился правый. Как оказалось, доисторический человек умел делать отличную обувь! Нижняя часть башмаков сделана из меха, верхняя — из мягкой оленьей кожи, напоминающей замшу. Внутренняя часть утеплена слоем сена, закрепленным сеткой из волокон травы. Ботинки завязывались на кожаные шнурки. В такой обуви было не страшно отправляться в долгий путь.

Уходя в горы, Этци вооружился медным топором. Этот топор на сегодняшний день является единственным в мире полностью сохранившимся Доисторическим орудием. Его рукоять вырезана из тиса. Медное лезвие

46

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

тщательно закреплено с помощью кожаного ремешка и березовой смолы. Археологи были весьма удивлены качеством изготовления лезвия — до находки в Альпах возможности древних людей в области металлургии оцени, вались более сдержанно. Анализ показал, что лезвие было отлито в земляной опоке, а затем подвергнуто закалке на холоде. При этом для его изготовления была использована не самородная медь, а медь, полученная из руды. Но самым любопытным оказалось то, что Этци лично присутствовал при выплавке меди из руды, — об этом рассказали результаты анализа его волос. Работал ли он непосредственно у домны, или просто наблюдал, как это делают другие, неизвестно. Но, учитывая относительный дефицит медных инструментов в то время, можно предположить, что Эгци был не последним человеком в своем сообществе — может быть, даже вождем.

При Этци имелся также кремневый нож с крепкой ясеневой ручкой. Нож хранился в кожаных ножнах, прикрепленных к поясу при помощи ремешка. Другой уникальной находкой стал специальный инструмент — ретушер, или отжим, использовавшийся для тонкой обработки и заточки каменных инструментов. Он состоит из деревянной липовой ручки и кусочка острого оленьего рога.

Другие части снаряжения Этци сохранились гораздо хуже. При нем, например, был рюкзак, основу которого составляли две вырезанные из лиственницы планки и прут орешника, согнутый в виде буквы «U». Вообще же при останках Этци ученые нашли изделия из 18 различных видов древесины. Это свидетельствует о давно сложившейся и хорошо разработанной традиции деревообработки — для каждой вещи соотечественники Этци стремились подбирать наилучший, наиболее подходящей для нее вид дерева. Два цилиндрических «контейнера», найденные полицейскими возле останков «ледяного человека», оказались торбочками, аккуратно сплетенными из бересты. Одна, лежавшая рядом с телом, была обуглена внутри. В ней еще сохранились остатки сухих листьев клена, еловых игл и мха. Очевидно, эта торбочка служила для переноски тлеющих угольков, из которых путник в любой момент мог раздуть костер. На случай, если угольки все-таки потухнут, при Этци имелось другое приспособление для добычи огня: подвешенная к поясу кожаная сумочка, в которой хранились кремни и трут, сделанный из древесного гриба. Возможно, скатившись в расселину, он в ожидании помощи пробовал разжечь огонь. Обглоданные кости горного козла свидетельствуют о том, что у Этци имелся при себе небольшой запас высушенного мяса, которым он питался какое-то время. Несчастный, видимо, провел в расселине несколько дней, прежде чем к нему подкралась смерть.

Еще одно открытие — связка странного вида сушеных грибов — вызвала у некоторых исследователей предположение, что Этци был шаманом, который пошел в горы для того, чтобы здесь в уединении общаться с духами с помощью галлюциногенных грибов. Но анализ показал, что на самом деле речь здесь идет о совершенно безобидном березовом грибе (Piptoporus

I ЗАРЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

47

he)- До самого недавнего времени этот гриб использовался в Европе и Северной Америке как средство народной медицины — в качестве кровоостанавливающего пластыря. Так что, скорее всего, эта связка грибов служила для Этци своеобразной походной аптечкой.

Но что заставило этого немолодого, страдающего болезнями и израненного человека отправиться в одиночку в опасный путь через горы? Что происходило с Этци в последние месяцы, дни и часы его жизни? При каких обстоятельствах он получил свои тяжелые травмы — была ли это случайность, или он участвовал в каком-то конфликте? Был ли он жертвой или злодеем? А может быть, он был изгоем, которого соплеменники за какое-то преступление приговорили к изгнанию?

Все это вопросы, которые, вероятно, навсегда останутся без ответа. Но может быть, какой-то свет на загадки Эгци прольет анализ татуировок, покрывающих тело «ледяного человека»? Да, татуировки Этци — еще одна из сенсаций, связанная с необыкновенной находкой в Альпах.

Татуировки на теле Этци были сделаны с использованием древесного угля в качестве красящего вещества. Рисунок их в большинстве случаев очень прост и состоит из полос и линий. Но на правом колене и возле левого ахиллесова сухожилия имеются татуировки в виде неравноконечного креста. Анализ рисунков и распределения татуировок на теле позволил исследователям сделать совершенно неожиданный вывод: они не были декоративными или символическими. Не исключено, и даже весьма вероятно, что татуировки представляют собой следы некоего лечения, а конкретнее — иглоукалывания.

На этом этапе к исследованию останков Этци подключился доктор Франк Бар, практикующий специалист в области иглотерапии с четвертьвековым опытом. Прочитав книгу Конрада Шпиндлера «Человек во льду» и познакомившись с клиническим описанием болезней Этци, Бар обратил внимание на схему распределения татуировок на теле «ледяного человека». Опытный врач подумал, что если бы к нему обратился пациент с такими же проблемами, он назначил бы ему точно такую же схему лечения, по какой пять тысяч лет назад лечили Этци!

Бар немедленно связался с Шпиндлером и получил приглашение принять участие в исследовании останков Этци. Еще раз тщательно проанализировав клиническую картину хронических заболеваний «ледяного человека», Бар пришел к выводу, что линии татуировок в точности соответствуют тем точкам иглоукалывания, которые используются при лечении этих болезней. При этом, по-видимому, Этци переходил из рук в руки от доктора к Доктору, и таким образом, татуировки — своеобразная «медицинская карта» больного: первый целитель, к которому Этци обратился со своими жалобами, отметил таким образом точки, соответствующие поставленному Диагнозу, чтобы впоследствии другой врач сразу понял проблемы больного. Точно так же нередко поступают и современные иглотерапевты.

48

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Выводы Бара оказались настолько сенсационными, что вокруг них д0 сих пор не утихли споры. Еще недавно считалось, что система иглоукалывания была создана в Китае три тысячи лет назад. Но теперь получается, что неолитические жители Альп знали об этом еще за две тысячи лет до китайцев? Более того: татуировки на теле Этци ясно указывают на то, что иглотерапевты эпохи неолита были весьма и весьма квалифицированными врачевателями. По заключению Бара, к моменту смерти Эгци его соплеменники обладали не менее чем трех- четырехсотлетним опытом иглоукалывания То есть эта практика возникла в Альпах около 4000 года до н.э.!

Каким образом доисторические люди овладели системой иглоукалывания, остается тайной. Во всяком случае, система, использовавшаяся современниками Этци, основана на тех же принципах, что и система китайского иглоукалывания. Справедливости ради надо отметить, что «альпийский феномен» - не единственный пример того, как народы, стоящие на сравнительно низкой ступени развития, открывают для себя методы иглотерапии. Известно, что собственную систему иглоукалывания создали алеуты. И хотя нередко можно услышать, что они заимствовали эту систему от китайцев, более чем 200 точных анатомических терминов в алеутском языке ясно указывают на местное происхождение этой традиции.

Короче говоря, Этци принес ученым не только разгадки, но и новые загадки. Между тем пока ученые, возглавляемые Конрадом Шпиндлером, еще только-только готовились к началу программы тщательнейших исследований останков «ледяного человека», журналисты и политики выясняли кому, собственно, должна принадлежать бесценная находка. В результате оказалось, что Этци был найден на расстоянии 92,56 м от строго прочерченной линии австрийско-итальянской границы, но... на итальянской стороне. Вся Италия торжествовала. После всех согласований было решено, что по окончании исследований Этци будет передан итальянцам В соответствии с этими договоренностями в январе 1998 года Этци покинул стены Инсбрукского университета и в сопровождении вооруженной охраны был торжественно доставлен в свою новую резиденцию - археологический музей в итальянском городе Больцано. Здесь наконец он обрел долгожданный покой и ныне пребывает в мире в специально оборудованном зале, где постоянно поддерживается температура -6°С и влажность 98%, что'наилучшим образом способствует сохранности драгоценных останков. Зал также оснащен специальным фильтром, который устраняет вредные ультрафиолетовые и инфракрасные лучи. Ежедневно от 700 до 1000 человек томятся в очереди возле музея, чтобы посмотреть на этот самый старый труп в мире. И кем бы ни был Этци при жизни, его посмертная слава явно превзошла прижизненную.

2. ЦИВИЛИЗАЦИИ ПЕРВЫХ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ

САМЫЙ ДРЕВНИЙ ГОРОД ЗЕМЛИ

На право называться первым городом Земли претендуют множество древних городов. Но прежде всего это определение относится к Иерихону — оазису неподалеку от того места, где река Иордан впадает в Мертвое море. Здесь расположен широко известный по Библии город Иерихон — тот самый, чьи стены некогда пали от звука труб Иисуса Навина.

По библейскому преданию, израильтяне с Иерихона начали завоевание Ханаана и после смерти Моисея под руководством Иисуса Навина, перейдя Иордан, встали у стен этого города. Горожане, укрывшиеся за стенами города, были убеждены, что город неприступен. Но израильтяне применили необычайную военную хитрость. Они молчаливой толпой шесть раз обошли городские стены, а на седьмой — дружно крикнули и затрубили в трубы, да так громко, что грозные стены рухнули. Отсюда и пошло выражение «труба иерихонская».

Иерихон питается водой мощного источника Айн-эс-Султан («Источник Султана»), которому город обязан своим возникновением. Именем этого источника арабы называют холм севернее современного Иерихона — Телль-эс-Султан («Гора Султана»). Уже в конце XIX столетия он привлек внимание археологов и до сих пор считается одним из важнейших мест археологических находок предметов раннего исторического периода.

В 1907 и 1908 годах группа немецких и австрийских исследователей под Руководством профессоров Эрнста Зеллина и Карла Ватцингера впервые приступила к раскопкам у горы Султана. Они натолкнулись на две параллельно идущие крепостные стены, сооруженные из высушенного на солнце кирпича. Наружная стена имела толщину 2 м и высоту 8—10 м, а толщина внутренней стены достигала 3,5 м.

50

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Археологи определили, что эти стены были возведены между 1400 и 1200 годом до н.э. Понятно, что их быстро отождествили с теми стенами,^ которые, как сообщает Библия, рухнули от мощных звуков труб израильских племен. Однако во время раскопок археологи натолкнулись на ело» строительного мусора, представлявшие для науки еще больший интерес! чем находки, подтвердившие сведения Библии о войне. Но Первая миг. вая война приостановила дальнейшие научные исследования.

Прошло больше двадцати лет, прежде чем группа англичан под руке водством профессора Джона Гарстанга смогла продолжить исследования! Новые раскопки начались в 1929 году и продолжались около десяти лет. 1935—1936 годах Гарстанг натолкнулся на самые нижние слои поселен! каменного века. Он обнаружил культурный слой старше V тысячелетия дс н.э., относящийся к тому времени, когда люди еще не знали глиняной пс суды. Но люди этой эпохи уже вели оседлый образ жизни.

Работа экспедиции Гарстанга была прервана из-за сложной политичес-ч кой обстановки. И только после окончания Второй мировой войны анг-| лийские археологи снова вернулись в Иерихон. На этот раз экспедицией руководила доктор Кэтлин М. Кэньон, с деятельностью которой связан! все дальнейшие открытия в этом древнейшем городе мира. Для участия раскопках англичане пригласили немецких антропологов, работавших Иерихоне на протяжении нескольких лет.

В 1953 году археологам во главе с Кэтлин Кэньон удалось сделать выда-1 ющееся открытие, которое совершенно изменило наши представления о| ранней истории человечества. Исследователи пробились сквозь 40 (!) культурных слоев и обнаружили сооружения неолитического периода с громадными постройками, относящимися к тому времени, когда, казалось бы, на Земле должны были жить только кочующие племена, добывающие себе пропитание охотой и собиранием растений и плодов. Результаты раскопок по-| казали, что приблизительно 10 тыс. лет назад в восточном Средиземномо-1 рье был совершен качественный скачок, связанный с переходом к искусст-' венному выращиванию злаков. Это привело к резким изменениям в культуре и образе жизни.

Открытие раннеземледельческого Иерихона стало сенсацией археологии 1950-х годов. Систематическими раскопками здесь был обнаружен целый ряд последовательных наслоений, объединяемых в два комплекса— докерамический неолит А (VIII тыс. до н.э.) и докерамический неолит Б (VII тыс. до н.э.). Сегодня Иерихон А считается первым поселением город-, ского типа, открытым в Старом Свете. Здесь найдены самые ранние из известных науке постройки постоянного типа, захоронения и святилища, сооруженные из земли или маленьких округлых необожженных кирпичей.

Поселение докерамического неолита А занимало площадь около 4 га и было окружено сложенной из камня мощной оборонительной стеной. К ней примыкала массивная круглая каменная башня. Первоначально иссле-

цИВИЛИЗАЦИИ ПЕРВЫХ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ

51

оВатели предположили, что это башня крепостной стены. Но очевидно, на являлась сооружением особого назначения, соединявшим в себе многие функции, в том числе и функцию сторожевого поста для контроля за окрестностями.

Под защитой каменной стены располагались круглые, похожие на палатки дома на каменных фундаментах со стенами из сырцового кирпича, одна поверхность которого выпуклая (этот тип кирпича называется «свиная спина»). Чтобы точнее определить возраст этих сооружений, были применены новейшие научные методы, например радиоуглеродный (радиокар-бонный) метод. Физики-атомщики при исследовании изотопов установили, что можно определить возраст предметов по соотношению радиоактивного и стабильного изотопов углерода. Путем зондирования было установлено, что самые древние стены этого города относятся к VIII тысячелетию, то есть их возраст — примерно 10 тыс. лет. Еще более древний возраст имело обнаруженное в результате раскопок святилище — 9551 год до н.э.

Несомненно, что Иерихон А с его оседлым населением и развитым строительным делом представлял собой одно из первых раннеземледельческих поселений на Земле. На основании проводившихся здесь многолетних исследований историки получили абсолютно новую картину развития и технических возможностей, которыми располагало человечество 10 тыс. лет назад. Превращение Иерихона из маленького первобытного поселения с жалкими хижинами и шалашами в настоящий город площадью не менее 3 га и населением более 2000 человек связано с переходом местного населения от простого собирательства съедобных злаков к земледелию — выращиванию пшеницы и ячменя. При этом исследователи установили, что этот революционный шаг был сделан не в результате какого-то привнесения извне, а стал итогом развития обитавших здесь племен: археологические раскопки Иерихона показали, что в период между культурой первоначального поселения и культурой нового города, который был построен на рубеже IX и VIII тысячелетий до н.э., жизнь здесь не прерывалась.

Вначале городок не был укреплен, однако с появлением сильных соседей оказались необходимы крепостные стены для защиты от нападений. Появление укреплений говорит не только о противоборстве различных племен, но и о накоплении жителями Иерихона определенных материальных Ценностей, привлекавших алчные взоры соседей. Что же это были за ценности? Археологи ответили и на этот вопрос. Вероятно, главным источником Доходов горожан служила меновая торговля: удачно расположенный город контролировал главные ресурсы Мертвого моря — соль, битум и серу. В раз-длинах Иерихона найдены обсидиан, нефрит и диорит из Анатолии, би-РЮза с Синайского полуострова, раковины каури с Красного моря — все эти товары высоко ценились в период неолита.

О том, что Иерихон являлся мощным городским центром, свидетельствуют его оборонительные укрепления. Без применения кайл и мотыг в

I

i

52

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЕ

скале был вырублен ров шириной 8,5 м и глубиной 2,1 м. За рвом полнима* лась каменная стена толщиной 1,64 м, сохранившаяся на высоту 3,94 м Ее первоначальная высота, вероятно, достигала 5 м, а выше шла кладка из сыр, цового кирпича.

При раскопках была обнаружена большая круглая каменная башня диаметром 7 м, сохранившаяся на высоту 8,15 м, с внутренней лестницей, тщательно сложенной из цельных каменных плит шириной в метр. В бащ, не были устроены хранилище для зерна и обмазанные глиной цистерны для сбора дождевой воды.

Каменная башня Иерихона, вероятно, была построена в начале VIII тысячелетия до н.э. и просуществовала очень долгое время. Когда она перестала использоваться по назначению, в ее внутреннем проходе стали устраивать склепы для погребений, а прежние хранилища использовать как жилища. Эти помещения часто перестраивались Одно из них, погибшее при пожаре, датируется 6935 годом до н.э После этого в истории башни археологи насчитали еще четыре периода существования, а затем городская стена обвалилась и начала размываться. По-видимому, город в это время уже опустел.

Сооружение мощной оборонительной системы потребовало громадной затраты труда, применения значительной рабочей силы и наличия некоей центральной власти для организации и руководства работами. Исследователи оценивают численность населения в этом первом городе мира в две тысячи человек, причем эта цифра, возможно, занижена.

Как же выглядели и как жили эти первые горожане Земли? Анализ черепов и костных останков, найденных в Иерихоне, показал, что 10 тыс лет назад здесь обитали низкорослые — чуть выше 150 см — люди с удлиненными черепами (долихоцефалы), принадлежавшие к так называемой евро-африканской расе. Они строили овальные в плане жилища из комков глины, полы в которых были углублены ниже уровня земли. В дом входил через дверной проем с деревянными косяками. Вниз вели несколько ступе нек. Большинство домов состояло из единственной круглой или овальной! комнаты диаметром 4—5 м, перекрытой сводом из переплетенных прутьев. Потолок, стены и пол обмазывали глиной. Полы в домах тщательно выравнивали, иногда красили их и полировали

Жители древнего Иерихона пользовались каменными и костяными орудиями, не знали керамики и употребляли в пищу пшеницу и ячмень, зерна которых растирали на каменных зернотерках каменными пестами. От rpyJ бой пищи, состоявшей из круп и стручковых плодов, растертых в каменных ступах, у этих людей полностью изнашивались зубы. Несмотря на более комфортную, чем у первобытных охотников, среду обитания, их жизнь была исключительно тяжелой, и средний возраст жителей Иерихона не превышал 20 лет Очень высока была детская смертность, и лишь немногие доживали до 40— 45 лет. Людей старше этого возраста в древнем Иерихоне, очевидно, вообще не было.

^ I

ЦИВИЛИЗАЦИИ ПЕРВЫХ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ

53

Своих мертвых горожане хоронили прямо под полами жилищ, надевая на черепа культовые маски из гипса со вставленными в глаза масок раковинами каури. Любопытно, что в древнейших могилах Иерихона (6500 г. до н э.) археологи большей частью находят скелеты без головы. Видимо, черепа отделяли от трупов и хоронили отдельно. Культовое отрубание головы известно во многих частях света и встречалось вплоть до нашего времени. Здесь, в Иерихоне, ученые встретились, по-видимому, с одним из самых ранних проявлений этого культа.

В этот «докерамический» период обитатели Иерихона не пользовались глиняной посудой — им ее заменяли каменные сосуды, вырезанные главным образом из известняка. Вероятно, горожане пользовались также всевозможными плетенками и кожаными вместилищами наподобие бурдюков. Не умея лепить глиняную посуду, древнейшие жители Иерихона вместе с тем лепили из глины фигурки животных и другие изображения В жилых постройках и гробницах Иерихона найдено множество глиняных фигурок животных, а также лепных изображений фаллоса. Культ мужского начала был широко распространен в древней Палестине, его изображения встречаются и в других местах.

В одном из слоев Иерихона археологи обнаружили своего рода парадный зал с шестью деревянными столбами. Наверное, это было святилище — примитивный предшественник будущего храма Внутри этого помещения и в непосредственной близости от него археологи не встретили никаких предметов домашнего обихода, зато обнаружили многочисленные глиняные фигурки животных — лошадей, коров, овец, коз, свиней и модели мужских половых органов.

Самым удивительным открытием в Иерихоне стали лепные фигурки людей Они сделаны из местной известняковой глины, называемой «хавара», с каркасом из тростника. Эти статуэтки — нормальных пропорций, но плоские анфас. Нигде, кроме Иерихона, подобные фигурки ранее не встречались археологам. В одном из доисторических слоев Иерихона были найдены также групповые скульптуры мужчин, женщин и детей в натуральную величину Для изготовления их использовалась похожая на цемент глина, которая намазывалась на тростниковый каркас. Фигуры эти были еще весьма примитивными и плоскостными: ведь пластическому искусству в течение многих веков предшествовали наскальные рисунки или изображения на стенах пещер. Найденные фигуры показывают, какой большой интерес проявляли жители Иерихона к чуду зарождения жизни и созданию семьи" это было одним из первых и самых сильных впечатлений доисторического человека.

Появление Иерихона — первого городского центра — свидетельствует 0 зарождении высоких форм общественной организации Даже вторжение более отсталых племен с севера в V тысячелетии до н э не могло прервать этого процесса, который в итоге привел к созданию высокоразвитых древних цивилизаций Междуречья и Ближнего Востока.

I

54

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЕ

ДЖЕЙМС МЕЛЛАРТ И ОТКРЫТИЕ

ЦИВИЛИЗАЦИИ ДРЕВНЕЙШИХ

ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ АНАТОЛИИ

Одно из самых выдающихся археологических открытий XX столетия было сделано довольно поздно — во второй половине 1950-х годов. К тому времени археологи уже открыли немало раннеземледельческих поселений, расположенных в так называемом полумесяце плодородных земель. Этот очаг первобытного земледелия охватывает территории Палестины, Ливана, Сирии, Южной Турции, Северной Месопотамии и тянется далее на восток, достигая западных областей Ирана и Средней Азии. Именно здесь люди впервые начали выращивать пшеницу и одомашнивать животных, именно здесь начала формироваться производящая экономика и зародилис первые цивилизации Старого Света.

В науке долгое время господствовало убеждение, что самой древне^ цивилизацией на Земле была шумерская. Зародившись в Месопотамии, земледельческая культура распространилась сначала на Ближнем Востоке, а уже потом возникли ее очаги в Турции и Европе. Что же касается Анатолии (области центральной и южной Турции), то за ней закрепилась репутация «варварской окраины». И каково же было изумление научного мира, кетда оказалось, что именно Анатолия являлась первым очагом человеческой цивилизации!

Это сенсационное открытие, коренным образом перевернувшее наши представления о ходе истории и об уровне развития людей эпохи неолита, связано с именем английского археолога профессора Джеймса Мелларта. Впрочем, приступая в 1956 году к поискам, он был всего лишь молодым и не очень опытным аспирантом. Впоследствии Мелларт признавался, что вовсе не рассчитывал на такой сенсационный результат. Просто ему захотелось проверить, что же именно таится под небольшим холмом близ деревушки Хаджилар, о котором ему рассказал местный учитель. Крестьянам время от времени попадались здесь различные находки.

Холм был небольшой — метров 130—140 в диаметре и метров пять высотой, и его вид как будто бы не сулил ничего многообещающего. Тем не менее Мелларт начал копать. И тут выяснилось, почему так невелика высота холма. Обычно если люди долго, в течение многих веков, живут на одно и том же месте, то уровень земли постепенно поднимается по мере того,

2 ЦИВИЛИЗАЦИИ ПЕРВЫХ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ

55

накапливается так называемый культурный слой. Но на этом поселении уровень земли почти не поднимался, потому что каждый раз после очередного бедствия — пожара, набега врагов и т.п. — поселение отстраивалось вновь уже на новом месте, рядом со старым пепелищем.

Так образовался своеобразный «горизонтальный срез» различных эпох. Данные радиокарбонного анализа показали, что наиболее сохранившийся слой относился к V тысячелетию до н. э. А наиболее древний был еще на две тысячи лет старше и датировался концом VIII — началом VII тысячелетия до н.э. И это было не просто древнее поселение — это было поселение древнейших земледельцев! Об этом ясно свидетельствовали обмазанные глиной хранилища для зерна, каменные вкладыши для серпов, зерна ячменя, пшеницы-эммера, дикой однозернянки и чечевицы. И, как и в Иерихоне, здешние люди не знали керамики. Не встретили археологи в Хаджиларе и глиняных фигурок.

Это маленькое селение с прямоугольными домами из сырцового кирпича на каменных фундаментах пережило до своего запустения семь периодов. Дома обычно состояли из одной большой комнаты без внутреннего убранства, но с тщательно обмазанными глиной полами и стенами, покоящимися на основаниях из булыжников. Обмазка часто покрывалась красной краской и украшалась простым геометрическим орнаментом. На полу помещений иногда устанавливали человеческие черепа, что предполагает существование в Хаджиларе культа предков.

Главную комнату окружали меньшие помещения, иногда с очагами и печами. Обычно же тщательно выложенные очаги и печи устраивались в открытых дворах. Ямы от столбов говорят о существовавших во дворах навесах и заборах, отделявшихся от жилых помещений стенами метровой толщины.

Не зная гончарного искусства, жители древнего Хаджилара использовали сосуды из мрамора и, возможно, плетеные, кожаные, деревянные сосуды. Были найдены костяные шилья, каменные орудия из кремня и привозного обсидиана. Среди костей животных археологи обнаружили кости собаки, овцы, козы, быка и оленя. При этом в пределах поселения не найдено ни одного человеческого погребения.

Открытие Хаджилара само по себе было замечательным, и даже если бы Мелларт на этом закончил свои исследования, его вклад в науку уже был бы Достаточно значительным. Но ученый, желая проверить свои умозаключения, взялся раскапывать еще один холм — Чатал-Хюкж, расположенный в Долине Кония, примерно в 320 км к востоку от Хаджилара. И здесь его ждало еще одно открытие, всколыхнувшее весь научный мир: под холмом Чатал-Хююк Мелларт нашел развалины огромного «агрогорода», настоящей столицы древней Анатолии, возраст которой составлял более девяти тысяч лет!

Как установили исследователи, время возникновения Чатал-Хююка относится ко второй половине VII — первой половине VI тысячелетия до н.э. В эпоху своего расцвета этот «агрогород», занимающий площадь 13 га,

56

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

являлся самым большим неолитическим поселением на Ближнем Восгоке. На Конийской равнине в то время существовало более 20 небольших оседлых поселений, и Чатал-Хююк играл роль столицы для целой группы раннеземледельческих племен. Поселения такого типа стоят обычно у истоков формирования городов — процесса, связанного с длительной культурной и социально-экономической эволюцией

Население Чатал-Хююка насчитывало от 2 до 6 тыс человек. Его жители занимались преимущественно земледелием. Культивировалось 14 видов растений, причем предпочтение отдавалось пшенице, а также голозерному ячменю и гороху. Найденные при раскопках косточки фисташки и миндаля, возможно, свидетельствуют о получении из них растительных масел. Было обнаружено также много семян крапивного дерева — из него, по-видимому, изготовляли вино, которое в поздние времена было распростраье-но в Малой Азии и о котором упоминает древнеримский историк Плиний Другими занятиями местных обитателей были скотоводство и охота. Жители Чатал-Хююка разводили овец и охотились на дикого быка, благородного оленя, дикого осла, кабана, волка и леопарда. Вероятно, к этому времени собака уже была одомашненным «другом человека», о чем свидетельствуют сцены охоты, часто встречающиеся среди стенных росписей в постройках этого древнейшего «протогорода». Рыболовство играло незна-j чительную роль, но археологам встретилось довольно много костей птиц яичная скорлупа

Еще одним источником дохода обитателей Чатал-Хююка была торгов ля обсидианом Эта горная порода, иначе называемая вулканическим стек-! лом, чрезвычайно ценилась в эпоху неолита. Чатал-Хююк располагался не-] подалеку от крупного месторождения обсидиана, образовавшегося вслед- j ствие извержений вулканов Кара Дага и Хасан Дага Вероятно, жители Ча-J тал-Хююка даже не раз становились свидетелями этих извержений — стоная роспись одного из святилищ изображает человеческие жилища и некотором расстоянии от них извержение вулкана — возможно Хасан Дага.«

Благодаря этому опасному соседству город имел в своем распоряжении неограниченные запасы обсидиана и, как полагают некоторые исследователи, даже обладал монополией на торговлю им. Во многих домах Чатал-Хююка археологи нашли припрятанные в мешочках под полами домов обсидиановые заготовки для наконечников копий, число которых достигает двадцати и более штук По-видимому, это были своеобразные клады, укрытые хозяевами

В обмен на обсидиан в Чатал-Хююк из Сирии доставляли кремень, из которого делались кинжалы и другие орудия. С побережья Средиземного моря привозили раковины для бус, а также камень различных пород — алебастр, мрамор, черный и коричневый известняк Из него изготовляли великолепные сосуды, бусы и подвески, лощила, зернотерки, ступки и песты, небольшие культовые статуэтки

? ЦИВИЛИЗАЦИИ ПЕРВЫХ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ

57

Основные орудия жители Чатал-Хююка изготовляли из камня, преимущественно обсидиана. В долине Кония древние обитатели Чатал-Хююка побывали диорит, из которого делали шлифованные тесла и топоры. На оКружающих долину холмах добывались охра и другие минеральные краски, окаменелые раковины, лигнит, самородная медь, киноварь и свинец. Все эти материалы обрабатывались в небольших, по-видимому, семейных мастерских Здешние мастера умели делать изумительные, не имеющие равных наконечники копий и стрел из обсидиана, кремневые кинжалы с прекрасной отжимной ретушью. Из полированного обсидиана делали зеркала и аккуратно закрепляли их в рукоятке при помощи известковой массы. Синие и зеленые апатиты служили материалом для бус, причем мастера ухитрялись просверливать в бусинах такие тонкие отверстия, что в них едва проходит современная швейная иголка Такие же отверстия просверливались и в обсидиановых подвесках. Несколько позднее появляются медные и свинцовые бусы, подвески и другие украшения, изготовленные из самородного металла.

Прекрасные ткани (возможно даже шерстяные) были настолько высокого качества, что не заставили бы устыдиться и современного ткача. Деревянная посуда, наряду с плетеной долгое время заменявшая керамику, демонстрирует такое разнообразие форм, техническое мастерство и изысканный вкус, что подобной ей не было в то время на всем Ближнем Востоке. Здесь и плоские блюда с фигурными выступами-ручками, и кубки, и коробочки разного вида с плотно прилегающими крышками Керамика в Чатал-Хююке впервые появилась лишь около 6500—6400 гг. до н.э., но первые гончарные изделия были примитивными и не шли ни в какое сравнение с деревянными, костяными и роговыми сосудами, которые употреблялись местными жителями начиная с эпохи верхнего палеолита При этом на облике керамических сосудов сказывается влияние деревянных и плетеных изделий-прототипов

Территория огромного поселения была застроена однообразными небольшими домами, сооруженными из прямоугольного сырцового кирпича, на кирпичных же основаниях Каждый дом имел лишь один этаж, высота которого соответствовала высоте стен Дома имели прямоугольную планировку, при каждом имелось хранилище, пристроенное к одной из стен. Несколько маленьких комнат, по 5—10 кв м, выходили в одну общую «залу» — комнату побольше, в 18—20 кв. м. Стены обмазывали глиной, полы покрывали циновками.

Везде на высоте примерно 30 см над уровнем пола шли каменные настилы — может быть, они являлись лавками или кроватями В каждой комнате было по крайней мере две платформы, служившие для сидения, работы и сна, под ними же хоронили мертвых Дверей у чатал-хююкских домов не было — в них попадали через отверстие в плоской крыше, куда можно было подняться по деревянной лестнице. Дым от очага выходил через это

58

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЕ

2. ЦИВИЛИЗАЦИИ ПЕРВЫХ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ

59

же отверстие или в окно. Некоторые дома были снабжены специально вентиляционной шахтой.

На плоских крышах тесно стоявших домов проходила большая час жизни обитателей города. Сообщение между домами также осущест лось по крышам. Так как кварталы Чатал-Хююка террасами поднималис| по склону холма, то дома находились на разной высоте и с крыши на крь можно было попасть по деревянным лестницам.

Огромное поселение не имело оборонительных сооружений — нар ные стены домов, располагавшихся по внешнему периметру города, сами по себе образовывали массивную стену, поэтому другие укрепления были щ нужны. С этой стены защитники Чатал-Хююка, вооруженные луками, пра-^ щами и копьями, вполне могли дать отпор любому противнику, осмелив-| шемуся напасть на город.

Одной из самых драгоценных находок Чатал-Хююка стали многочис-| ленные святилища — их насчитывается более сорока. Украшенные стенными росписями и глиняными рельефами, они распахнули перед исследователями огромный, дотоле абсолютно неизведанный мир религиозных ве-j рований, мифологии и культуры первых земледельцев.

Святилища имели тот же план и устройство, что и жилые дома, но отли-*! чались богатством и особым характером убранства. Одно святилище обыч-! но состояло из четырех или пяти комнат.

В этих первобытных храмах Чатал-Хююка археологи нашли множество! статуэток из камня или обожженной глины, изображающих людей и жи-; вотных. Эти фигурки вставлялись в специальные углубления в стенах и, ве- j роятно, играли роль вотивных, т.е. принесенных в дар божеству. Эти статун этки позволили ученым познакомиться с богами первых земледельцев.

Главной фигурой в этом неолитическом пантеоне была Богиня-Мать,'' олицетворяющая плодородие, она же Мать-Земля, она же Покровительница \ зверей и охоты. Это древнее божество, корни которого уходят в верхний палеолит, предстает в трех ипостасях: в виде молодой женщины, в образе матери, дающей жизнь, и старой женщины, иногда сопровождаемой птицей смерти — грифом. Во всех случаях Великая богиня изображалась обнаженной.

Божество, олицетворявшее мужское начало, изображалось в двух ипостасях: либо как мальчик или юноша — сын или возлюбленный Великой богини, либо как зрелый мужчина с бородой, часто сидящий верхом на быке — посвященном ему животном. Нередко мужское божество изображалось просто в виде бычьей или бараньей головы. Ряды рогатых бычьих голов нередко помещались вдоль стен на специальных скамьях или столбиках, придавая святилищу довольно устрашающий вид.

Культ быка принадлежит к числу древнейших земледельческих верований. Позднее он вошел в целый ряд древних восточных религий. Связь культа Богини-Матери с культом быка демонстрируют вылепленные из глины рельефы, изображающие женщину, дающей жизнь голове быка или ба-

рана. На одном из рельефов Чатал-Хююка, высеченном из камня, фигура женщины предстает стоящей за леопардом, также, вероятно, считавшимся священным животным. В одном из святилищ обнаружен вылепленный из глины рельеф, изображающий ярко раскрашенных леопардов, обращенных головами друг к другу.

Помимо рельефов, нередко достигающих высоты двух и более метров, святилища Чатал-Хююка украшают великолепные фрески — вероятно самые древние в мире. Эти рисунки, нанесенные красной, розовой, белой, кремовой и черной краской на еще сырые, выбеленные или покрытые розоватой обмазкой стены, сделаны в VI тысячелетии до н. э.

В ярких, чрезвычайно разнообразных росписях Чатал-Хююка нашли свое отражение и древние культурные традиции охотников каменного века, и новые обычаи и верования первых земледельцев. Некоторые сюжеты воссоздают сцены охоты, где многочисленные загонщики окружают дикого быка, попавшего в западню, или настигают мчащегося оленя.

Часто встречаются росписи с изображением человеческих рук. Они выполнены на красном фоне или нарисованы красной, розовой, серой или черной краской, сплошь покрывая стены или образуя бордюр вокруг центральных композиций. Обнаружено и много образцов геометрических росписей, часто очень сложных, напоминающих пестрые анатолийские ковры. В других росписях встречаются магические символы — руки, рога, кресты. Некоторые фрески кажутся целиком состоящими из символов, большинство из которых остаются для нас непонятными. При этом живописные изображения сочетаются с рельефными, резными и т.д. Среди полусотни святилищ Чатал-Хююка невозможно отыскать двух похожих друг на друга, и их разнообразие просто поражает.

Многие сюжеты росписей, очевидно, связаны с загробным культом. На стенах двух больших святилищ изображены, например, огромные грифы, терзающие обезглавленные человеческие тела. Сцена из другого святилища изображает человека, вооруженного пращей и защищающегося от двух грифов.

Тема грифов отражает погребальный обычай жителей Чатал-Хююка. Тела умерших они первоначально помещали в легкие шалаши из тростниковых плетенок и циновок, предоставляя их на растерзание грифам. После того как от покойника оставались лишь дочиста обглоданные кости, их собирали, заворачивали в ткани, кожи или циновки и погребали под платформами домов и святилищ. Иногда останки посыпали красной охрой и киноварью, а область шеи и лоб окрашивали синей или зеленой краской. С погребенными клали заупокойные дары: в женские захоронения — ожерелья, разнообразные браслеты, мотыги из диорита, обсидиановые зеркала, корзинки с румянами и косметические шпатели, в мужские — булавы с каменными навершиями, кинжалы, сделанные из крупных обсидиановых пластин, дротики и стрелы с обсидиановыми наконечниками.

60

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЯМ 2- (ТИВИЛИЗАЦИИ ПЕРВЫХ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ

61

Женские захоронения, как правило, были богаче, что навело некотор исследователей на мысль о царившем в Чатал-Хююке матриархате. Находки женских погребениях дали археологам еще один интереснейший материала Косметические шпатели, обсидиановые зеркала, корзиночки с румянами, изящ-j ные средиземноморские раковины, в которых сохранилась смесь охры с какими-то жировыми веществами, черная окись марганца и серо-черный гематит краски для ресниц и бровей, уложенные в пенальчики из шкур, — все эти находки несомненно свидетельствуют о том, что обитательницы этого «агрогоро-^ да» тщательно следили за своей внешностью и пользовались косметикой! А такое возможно лишь при весьма высоком уровне благосостояния, когда людям не надо было постоянно жить в страхе перед завтрашним днем.

Как же выглядели обитатели Чатал-Хююка? Это были люди крепкого телосложения, высокого роста (мужчины — в среднем метр восемьдесят, женщины — метр семьдесят пять), стройные, длинноголовые (долихоцефалы), принадлежащие к евроафриканской расе. Их возраст составлял в-среднем тридцать пять лет.

Неолитическая цивилизация, открытая Дж. Меллартомв Анатолии, по словам восторженных популяризаторов, «сияет, подобно сверхновой звезде в тусклой галактике современных ей земледельческих культур». Действительно, культура Чатал-Хююка весьма показательна как пример тех поистине огромных возможностей, которые открывал для человечества переход к земледелию. Ведь всего в нескольких сотнях километров от Чатал-Хююка в те же времена обитали племена пещерных людей, не поднявшихся выше охоты на диких зверей и примитивного собирательства. И влияние этого выдающегося культурного очага прослеживается далеко за пределами Анатолии — вплоть до Месопотамии. Но дольше всего его влияние чувствуется не на Ближнем Востоке, а в Европе, потому что именно на этом континенте неолитические культуры Анатолии положили начало земледелию, скотоводству и культу Богини-Матери — основам европейской цивилизации.

Культура Чатал-Хююка вызвала значительные дискуссии о ее происхождении. Давались ей и различные интерпретации. Разумеется, исследователи не могли обойти проблему происхождения людей, совершивших «неолитическую революцию» на Ближнем Востоке. Сегодня обнаружены свидетельства — хотя пока и незначительные — непрерывного развития анатолийской культуры от верхнего палеолита к неолиту, то есть феномен Чатал-Хююка родился на местной почве. Большую роль в изучении происхождения этого феномена сыграли открытия профессора К. Кектена и доктора Е. Бостанчи в районе Антальи, которые показали, что в Анатолии существовало верхнепалеолитическое искусство западноевропейского типа. Некоторые антропологи считают, что древнейшие останки людей евро-африканской расы, зафиксированные в могильниках Анатолии, представляют собой потомков европейского верхнепалеолитического человека, того самого, кто создал великолепные росписи Альтамиры.

После открытий Дж. Мелларта теорию «полумесяца плодородных земель» ришлось кардинальным образом пересматривать. Очевидно, что в X—VI 1сячелетиях до н.э. существовали две крупные области, где складывались первые земледельческо-скотоводческая культуры, предшествовавшие город-taftA цивилизациям Двуречья и долины Инда. Первая из этих областей — Восточное Средиземноморье, вторая — Северный Иран и юго-запад Средней Азии. И предстоит еще очень многое узнать о ранней истории этих удаленных друг от друга, но тем не менее связанных между собой районов, где когда-то, собственно говоря, и зародилась человеческая цивилизация.

ДОПОТОПНЫЙ УБЕЙД

«Арам-Нахараим» — «Сирией между реками» называется верхнее Двуречье в Ветхом Завете. Мы знаем эту страну под именем Месопотамия. Две великие реки, Евфрат и Тигр, превратили эту страну в колыбель одной из самых древних мировых культур. Около 4400—4300 гг. до ' н.э. в Южном Ираке, на берегах рек Тиф и Евфрат, юз-никла убейдская земледельческая культура, развитие которой привело к сложению цивилизации шумеров.

Слава шумерских городов-государств, таких как Урук, Ур, Лагаш, ставших носителями самой передовой культуры своего времени, дошла до наших дней. Шумеры создали одно из величайших достижений человеческого гения: на рубеже IV и III тысячелетий им удалось передать человеческую речь с помощью знаков и таким образом создать первую в истории человечества систему письма. Шумерские архитекторы изобрели арку. Шумеры одомашнили кур, создали первый агротехнический календарь, первый в мире рыбопитомник, первые в мире лесозащитные насаждения, первый библиотечный каталог, они записали первые в мире медицинские рецепты.

Все это мы знаем сегодня. А всего восемьдесят лет назад наука имела о Шумерах и их происхождении довольно смутные представления. В 1850-х годах древности Южной Месопотамии изучал английский консул в Басре Д.Э. Тейлор, но, хотя его двухлетние раскопки дали весьма интересные ре-

62

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

зультаты, открытия Тейлора не были оценены по достоинству, и исследования были прерваны. Спустя сорок лет здесь побывала экспедиция Пенсильванского университета (США), ограничившаяся частичными раскопками одного из найденных Тейлором объектов Этим история ранних ис. следований Южной Месопотамии и исчерпывается. Здешние места в ту пору слыли небезопасными, снаряжение экспедиции сюда было делом дорогостоящим, и охотников работать здесь фактически на свой страх и риск не находилось.

Все изменилось с началом Первой мировой войны. В 1918 году вместе с британским экспедиционным корпусом, высадившимся в Месопотамии, в эти места попал призванный в армию ассистент Британского музея в Лондоне Кэмпбелл Томпсон. Несмотря на тяжелую солдатскую жизнь и изнуряющую жару, он нашел время для того, чтобы осмотреть некоторые холмы с погребенными в них руинами. Как оказалось позднее, Томпсон наткнулся на руины священного города Эриду, который шумеры считали древнейшим городом на Земле, и на развалины Ура — столицы шумеров, города библейского Авраама.

Времени и средств на серьезные раскопки у Томпсона не было, но и тех нескольких дней, что он провел, роясь в развалинах, ему вполне хватило, чтобы понять всю значимость сделанного им открытия. Вернувшись в Лондон, Томпсон сумел заинтересовать своими находками Британский музей.

Для раскопок в Месопотамии была сформирована экспедиция, руководителем которой был назначен Леонард Кинг. Но он внезапно заболел, и его место занял молодой ассириолог Р. Холл. Зимой 1918/1919 гг. экспедиция приступила к раскопкам в Эриду и Уре. При этом Холл постоянно отвлекался на поиски других, более интересных с его точки зрения археологических объектов, и наконец его внимание привлек холм Телль эль-Убейд, расположенный в 7 км к западу от Ура.

И Холл нашел здесь много интересного. Он раскопал часть древнейшего в Месопотамии храма, относящегося к середине III тысячелетия до н э. Этот древний храм из Эль-Убейда не был перекрыт позднейшими постройками и сохранил свой облик

Святилище стояло на искусственно сооруженной террасе, которая в свою очередь покоилась на стенах из обожженного кирпича. Наверх вела монументальная лестница из известняка. По ее обеим сторонам стояли изваяния львиных голов в натуральную величину, сделанные из битума и покрытые медью. Широко открытые глаза из красной яшмы, белого раку-1 шечника, зеленого стеатита и красный далеко высунутый язык производили жуткое впечатление. «Попадались также маленькие быки из меди, битума и дерева», — сообщал Холл.

Над входом в храм некогда помещался большой рельеф, изображш щий орла с головой льва, держащего в когтях двух оленей. Перед храмо1 был устроен алтарь из обожженного кирпича. На его внешней поверхн<

ЦИВИЛИЗАЦИИ ПЕРВЫХ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ

63

пасовался знак планеты Венеры — символ верховной богини шумеров НингуР^1" (Инанны), «владычицы небесных высот»...

Находки Холла были поразительны. Но нехватка средств — вечный бич археологов — заставила его прекратить дальнейшие раскопки. Лишь в 1922 году доктор Дж. Б. Гордон, директор Университетского музея в Пенсильвании (США), обратился к Британскому музею с предложением организовать совместную экспедицию в Месопотамию. Руководителем объединенной экспедиции был назначен английский археолог Леонард Вулли.

Главной целью экспедиции был определен Ур. Но Вулли не мог пройти и мимо находок Холла, сделанных в Эль-Убейде. Его очень привлекал этот загадочный храм, который тогда считался древнейшим сооружением Месопотамии и вообще древнейшим зданием в мире, архитектуру которого можно было воссоздать более или менее достоверно. Забегая вперед, скажем, что с тех пор были найдены и более древние здания, однако в Элъ-Убейде экспедиции Вулли удалось сделать еще одно открытие, хоть и не столь сенсационное, но не менее интересное. А пока изучение Эль-Убейда он начал с продолжения раскопок храма, начатых Холлом.

«Обкопав лестницу и двигаясь дальше вдоль стены, — писал Л. Вулли, — мы нашли между лестницей и дальним углом площадки две трехметровые деревянные колонны, инкрустированные перламутром, сланцем и красным камнем, а также другие пальмообразные колонны и брусья, обшитые листами меди. Здесь же были свалены четыре медные статуи стоящих быков с повернутыми назад и прижатыми к плечу головами. Вдоль стены лежали медные рельефы, изображающие отдыхающих животных, а между ними фрагменты мозаичного фриза, на котором фигуры из белого известняка или ракушечника выделялись резкими силуэтами на фоне черного шифера, окантованного полосками меди. И тут же мы повсюду находили разбитые или целые инкрустированные глиняные цветы на конусообразных стеблях».

Вулли так реконструирует облик древнего храма: «На карнизе верхнего края площадки, вдоль цоколя храмовой стены, стояли статуи (четырех) быков, и, очевидно, на их уровне в стену были вставлены глиняные цветы, так что животные как бы паслись на цветущем лугу Над ними на фасаде сверкал медный фриз с рельефным изображением отдьь .ощих животных, еще выше был укреплен мозаичный фриз со сценой доения и, наконец, на самом верху — фриз с изображением птиц »

Под фундаментом храма были найдены две фигуры тельцов, высеченные из известняка. Очевидно, они служили опорами трона со статуей бога на нем Священным символом этого бога, по-видимому, был баран. Рядом нащди маленький барельеф из алебастра с сильно выветрившимся изображением, сохранившимся лишь наполовину. На нем можно рассмотреть лодку серповидной формы с каютой или навесом посередине «На одной стороне изображен стоящий на корме мужчина, а в каюте — свинья (кабан?). На Другой стороне на месте мужчины изображены две рыбы, а на месте свиньи — гусь», — так описал находку Вулли.

64

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Когда и кем было построено святилище в Эль-Убейде? На этот вопрос археологи сумели получить точный ответ: на одном из камней фундаменту вырезано имя второго царя первой династии Ура с титулом и полным именем: А-анни-падца, жившего около 3100 года до н.э.

Во втором, меньшем по размерам холме, примыкающем к храму, археологи нашли множество могил. Это были очень бедные погребения: в них не было почти ничего, кроме глиняной посуды. Вулли предположил, что могилы появились в одно время с храмом А-анни-падды, поскольку они расположены от него поблизости: обычно священная земля рядом с храмом считается самым подходящим местом для кладбища. Таким образом, можно с уверенностью было отнести это кладбище к эпохе первой династии царей Ура, а поскольку в нем оказалось множество глиняных сосудов самых различных видов, археологи получили великолепную отправную точку для датировки последующих открытий.

При любых раскопках, будь то здание или кладбище, глиняная посуда составляет основную массу находок. Форма бытовых глиняных сосудов меняется, по мере того как развивается или деградирует культура, изменяется социальный строй, происходят новые открытия или просто возникает новая мода. Некоторые типы сосудов могут долго оставаться без изменений, однако большинство со временем меняется. То же самое относится и к прочим предметам, но поскольку глиняные сосуды наиболее многочисленны — обожженная глина, несмотря на свою хрупкость, практически не разрушается, — то лучше и удобнее опираться при датировке именно на них.

Тогда, в 1923 году, археологи имели очень слабое представление о типах месопотамских глиняных сосудов разных периодов, а о сосудах наиболее древнейших эпох — совсем ничего. Поэтому находка в Эль-Убейде имела огромное значение. Археологи обнаружили там более сотни разновидностей сосудов и изучили способы их изготовления. Тот факт, что все они относятся к определенному историческому периоду, сыграл большую роль, и, когда начались раскопки других шумерских поселений, исследователи сумели правильно датировать их время, в основном опираясь на образцы глиняной посуды из могил Эль-Убейда.

Глиняная посуда позволила пролить свет и на загадку происхождения убейдцев, являвшихся прямыми предками шумеров. Сопоставив все известные данные, исследователи пришли к выводу, что глиняная посуда Эль-Убейда имеет не местное происхождение. Очевидно, первые поселенцы принесли сюда стиль и формы керамики из своей родной страны. Где же она находилась? Единственное место, где была обнаружена керамика сходного типа, — это Элам, горная область, расположенная на юго-западе современного Ирана. Именно отсюда в плодородную долину Евфрата шесть тысяч лет назад пришел земледельческий народ, владевший искусством тонкой обработки камня, возделывавший землю каменными мотыгами, размалывавший зерно на каменных ступках и ручных жерновах и делавший

ЦИВИЛИЗАЦИИ ПЕРВЫХ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ

65

серпы

из обожженной глины. Эти люди около 4400—4300 гг. до н.э. созда-

и в Южном Ираке так называемую убейдскую культуру, с распространением которой по всей Месопотамии начинается новая эра, приведшая к шу-мерской цивилизации.

Еше четверть столетия назад считалось, что убейдцы были примитивными обитателями болот, жили в тростниковых хижинах, охотились, ловили рыбу и лишь иногда занимались земледелием, подобно современным обитателям юга Ирака («болотным» арабам). Сегодня очевидно, что это мнение было глубоко ошибочным Более всего усилению убейдцев способствовали подъем торговли и развитое земледелие. Однако ничто так явно не указывает на изменения в культуре, как начавшееся в городах строительство монументальных храмов. Возведенные из появившегося в это время сырцового кирпича, иногда на каменных фундаментах, они господствовали над городами с высоты древних холмов. Однако храм Эль-Убейда по-пре-жнем;у остается единственным исследованным памятником архитектуры времен первой династии Ура.

Распространение убейдской культуры по всей Нижней Месопотамии и само ее существование, не говоря уже о процветании, было бы невозможно без широкого использования ирригации. С развитием культуры и улучшением ирригационной техники богатая и плодородная долина Евфрата становится перенаселенной. Начинается продвижение населения вверх по Тигру и Евфрату в поисках новых земель В долгой истории Месопотамии эти переселенцы были первыми на этом пути. За ними последовали другие. На всей обширной территории Двуречья, даже к северу от гор Тавра — в долинах Ма-латии, Элазига и Палу, теперь.находят убейдскую керамику На северо-западе убейдское влияние достигает Мерсина в Киликии. На северо-востоке оно доходит до Азербайджана, на востоке достигает Хузистана. Юго-западная граница распространения убейдской керамики пролегает по реке Оронт (Западная Сирия). Никогда прежде ни одна культура не распространяла своего хотя бы поверхностного влияния на такую огромную территорию'

Но самым неожиданным открытием археологов стал тот факт, что культуру Эль-Убейда погубил всемирный потоп!

«В 1929 году завершились раскопки царского кладбища в Уре, — вспоминал Леонард Вулли. — Найденные в могилах сокровища свидетельствовали о поразительно высокой цивилизации, и именно потому было особенно важно установить, через какие этапы человек поднялся до таких высот искусства и культуры. Вывод напрашивался сам собой: нужно продолжать копать вглубь...

Мы начали с того слоя, где были обнажены захоронения, и отсюда стали рыть маленькую квадратную шахту площадью полтора метра на полтора. Мы углубились в нижний слой, состоявший из обычной, столь характерной Для населенных пунктов смеси мусора, распавшихся необожженных кирпичей, золы и черепков На глубине около метра внезапно все исчезло: не

66

оЫ

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ % ЦИВИЛИЗАЦИИ ПЕРВЫХ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ

было больше ни черепков, ни золы, а одни только чистые речные отложе-ния. Араб-землекоп со дна шахты сказал мне, что добрался до чистого слоя почвы, где уже ничего не найдено, и хотел перейти на другой участок.

Я спустился вниз, осмотрел дно шахты и убедился в его правоте, но затем сделал замеры и обнаружил, что «чистая почва» находится совсем не на той глубине, где ей полагалось бы быть. Я исходил из того, что первоначально Ур был построен не на возвышенности, а на невысоком холмике едва выступавшем над болотистой равниной, и, пока факты не опровергнут моей теории, я не собирался от нее отказываться. Поэтому я приказал землекопу спуститься вниз и продолжать работу.

Араб неохотно начал углублять шахту, выбрасывая на поверхность чистую землю, в которой не было никаких следов человеческой деятельности. Так он прошел еще два с половиной метра, и вдруг появились кремневые осколки и черепки расписной посуды, такой же, как в Эль-Убейде.

Я еще раз спустился в шахту, осмотрел ее и, пока делал записи, пришел к совершенно определенному выводу. Однако мне хотелось узнать, что скажут об этом другие. Вызвав двух участников экспедиции, я 'изложил им суть дела и спросил, что из этого следует. Оба стали в тупик. Подошла моя жена, и я обратился к ней с тем же вопросом.

— Ну, конечно, здесь был потоп! — ответила она не задумываясь. И это был правильный ответ».

Будучи на сто процентов уверенным в своей правоте, Вулли все же не стал спешить с окончательными выводами — вряд ли уместно говорить о всемирном потопе, ссылаясь на единственную шахту площадью в один квадратный метр. Поэтому в следующий сезон Вулли наметил на обнаженном нижнем слое царского кладбища прямоугольник площадью 23x18 м и приступил к раскопкам этого огромного котлована. В конечном счете он достиг глубины девятнадцати метров.

Под гробницами оказался пласт мусора, скопившегося на краю древнего города. Котлован уходил вниз от более древнего слоя, чем тот, в котором находились захоронения. Их разделял довольно значительный пласт отбросов, скопившихся здесь за какой-то период времени. Судя по их количеству, этот период был весьма значительным.

Едва начался новый этап раскопок, как археологи натолкнулись на развалины домов. Стены были сложены из прямоугольных кирпичей с округленно-выпуклой верхней частью. Подобные же кирпичи встречались в Эль-Убейде. Под этими развалинами лежал второй слой построек, а под ним — третий. Углубившись на семь метров, археологи прошли таким образом по крайней мере восемь пластов с руинами домов, причем все они были воздвигнуты над остатками построек предшествующей эпохи. В трех нижних пластах вместо плоско-выпуклых кирпичей пошли обычные кирпичи с плоским верхом, и глиняная посуда была здесь иного типа. Затем развалины зданий сразу исчезли, и археологи углубились в плотный слой глинян

67

черепков. Он оказался толщиной около шести метров. В нем на разных уровнях попадались печи для обжига глиняной посуды; здесь явно располагалась когда-то гончарная мастерская. Масса глиняных черепков представ-дяла собой остатки поврежденных при обжиге изделий, треснувших или ^формированных. Поскольку такой брак уже нельзя было сбыть, гончары просто разбивали его, и черепки накапливались вокруг печи до тех пор, пока не загромождали все пространство. Тогда над старой, погребенной под черепками печью складывали новую. Судя по шестиметровому пласту черепков, мастерская работала здесь очень долго. Изучая остатки ее бракованной продукции, можно было проследить развитие гончарного искусства за весь этот период.

По мере углубления в пласт, образовавшийся около печи для обжига, характер черепков менялся. Расписная многоцветная посуда уступила место одноцветной На отдельных крупных осколках хорошо сохранился либо густо-красный цвет, полученный с помощью раствора красного железняка, либо серый или черный, появившийся в результате «дымного обжига», когда дым специально удерживается в печи для того, чтобы глина прокоптилась.

Еще глубже археологи нашли тяжелый диск из обожженной .лины диаметром около метра с отверстием в центре (для оси) и маленьким отверстием у края для ручки. Это был гончарный круг, а точнее — древнейший образец этого приспособления, с изобретением которого человек сделал первый шаг от чисто ручного труда к машинному.

Всего на тридцать сантиметров ниже того уровня, где был найден гончарный круг, характер находок снова изменился. Археологи вступили в слой черепков расписной посуды типа убейдского, изготовленной вручную. Однако по сравнению с подлинной утварью Эль-Убейда эта посуда имела ряд отличий. Она была вылеплена мастером из глины такого же беловатого или зеленоватого цвета, но черный орнамент в большинстве случаев сведен до минимума; сплошные горизонтальные полосы или простейшие фигуры нанесены невнимательно и небрежно. Все это явно свидетельствовало о крайней степени упадка, к тому же сам слой был весьма тонок.

Дальше пласт черепков неожиданно оборвался. Под ним лежал слой чистого ила, нанесенный потопом. В наносном слое было выкопано несколько могил, в которых археологи нашли посуду типа убейдской, но более пышно украшенную, чем в верхнем пласте подле гончарной печи. А в одной из могил оказался медный наконечник копья. Как позднее оказалось, это — самый ранний пример использования металла для изготовления оружия или инструментов.

Все скелеты в могилах лежали в вытянутом положении на спине, руки были сложены ниже живота. В более поздних захоронениях Месопотамии 'акая поза не встречается вплоть до начала греческого периода. Подобное изменение погребального ритуала очень важно: оно свидетельствует о коренных переменах в религии народа

68

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

В некоторых могилах были найдены терракотовые фигурки того же типа, что и в развалинах домов Эль-Убейда. Все они изображают обнаженных женщин, иногда женщину, кормящую грудного ребенка, но чаще всего это просто женские статуэтки со сложенными спереди руками.

Все могилы были выкопаны в илистых отложениях значительно позже потопа, но в то же время они были гораздо древнее гончарной мастерской, построенной над ними в самом конце убейдского периода. Ниже могил лежал илистый пласт, достигающий трех с половиной метров толщины, совершенно чистый и однообразный, если не считать едва заметной прослойки более темного цвета. Микроскопический анализ показал, что эта прослойка наносного происхождения образована почвами, принесенными из средней части Евфрата.

Еще ниже снова появились следы человеческого поселения — распавшиеся необожженные кирпичи, зола и черепки. Археологи насчитали три последовательных напластования. Здесь в изобилии попадались богато расписанные сосуды убейдского типа, глиняные фигурки и плоские, прямоугольные кирпичи, сохранившиеся благодаря тому, что по какой-то случайности попали в огонь, а также куски глиняной штукатурки, тоже обожженной пламенем. С одной стороны эти куски были гладкими, плоскими или выпуклыми, а на другой их стороне сохранились отпечатки стеблей тростника. Эти куски отваливались от стен тростниковых хижин, которые, судя по раскопкам в Эль-Убейде, были таким же обычным жилищем для племен, обитавших здесь до потопа, как для современных «болотных» арабов.

Первые хижины были выстроены на узкой илистой отмели, возникшей главным образом в результате отложений растительных остатков. Среди них попадаются черепки, лежащие горизонтальными, утолщающимися в глубину слоями. Впечатление такое, словно здесь их бросали в воду и они медленно, под влиянием собственной тяжести, оседали сквозь жидкую тину на дно. Еще на метр ниже современного уровня моря залегал плотный слой зеленой глины с извилистыми коричневыми полосами, оставленными корнями тростника. Здесь уже нет никаких следов человеческой деятельности. Это — дно Месопотамии.

Раскопки столь обширного котлована были длительными и дорогостоящими, но зато они полностью вознаградили археологов обилием нового исторического материала и дали ряд ценных подробностей. Выкопанный Вулли котлован как книга рассказал исследователям всю древнюю историю этой земли.

Зеленая глина нижнего слоя была дном древнего болота, окружавшего остров в те времена, когда его заняли первые поселенцы. Глину пронизывали корни тростника, сверху на нее осаждались мертвые листья и стебли, в нее погружался весь мусор, который бросали с острова. Постепенно глина загустевала, болото мелело, и наконец на его месте возникла суша. Когда она достаточно окрепла, люди начали строить и на ней свои хижины. Теперь это место стало как бы подножием холма, на котором стоял город.

2 ЦИВИЛИЗАЦИИ ПЕРВЫХ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ

69

Великий потоп смыл расположенные в низине кварталы и занес их илом, разумеется, не все люди погибли. Уцелевшие сохранили остатки древней культуры: ее следы археологи нашли в захоронениях. Но люди эти опустились и обнищали, и к тому времени, когда на месте древнего кладбища возникли гончарные печи, традиционное искусство окончательно пришло в упадок.

Появление в гончарном слое красной, черной и серой посуды открывает новую главу в истории дельты. В богатую, но теперь обезлюдевшую долину хлынула новая волна пришельцев, на сей раз с севера. Они принесли с собой более развитую культуру — умение свободно пользоваться металлом, искусно обрабатывать медь и изготовлять посуду не руками, а на гончарном круге. Сначала они просто селились рядом с уцелевшими от потопа убейд-цами, но вскоре стали хозяевами страны.

О потопе свидетельствуют и другие источники В начале списка царей Ура, обнаруженном экспедицией Вулли, перечисляются имена легендарных правителей; каждый из них царствовал сказочно долго — тысячи лет. «Но вот пришел потоп. После потопа царская власть была вновь ниспослана свыше». Составители списка царей рассматривали потоп как некий перерыв в истории их страны Теперь это уже не просто образная легенда — для древних летописцев она имела значение подлинных фактов Их изложение настолько полно, что легенда становится правдоподобной, в противном случае она не имела бы смысла. Разумеется, это отнюдь не означает, что все подробности легенды достоверны Но в основе ее лежит исторический факт — это был тот самый потоп, который мы называем всемирным.

Сегодня мы знаем, что все древние города Месопотамии сохранили следы наводнений, происходивших в разное время. Зачастую такие наводнения местного характера возникали в результате дождей Однако нигде ни разу не встречалось даже отдаленно похожего на то, что обнаружил Вулли на дне выкопанного им котлована. Здесь перед археологами предстали последствия такого наводнения, какого Месопотамия не знала за всю свою многовековую историю, — в этом не приходится сомневаться.

В Библии говорится, что во время Всемирного потопа вода поднялась на восемь метров По-видимому, так оно и было: максимальная толщина принесенного потопом слоя ила доходит до трех с половиной метров, то есть вода должна была подниматься по крайней мере на семь с половиной метров Во время такого наводнения на плоской низменности Месопотамии под водой оказалось огромное пространство — километров пятьсот в Длину и сто пятьдесят в ширину Вся плодородная долина между горами Элама и плато Сирийской пустыни была затоплена, все деревни разрушены, и, очевидно, лишь немногие города, расположенные на искусственных холмах, уцелели после такого бедствия. Другие, и в том числе Эль-Убейд, были покинуты жителями и заброшены надолго или навсегда. Потоп уничтожил культуру Эль-Убейда

f

70

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Разумеется, это был не Всемирный потоп, а всего лишь наводнение в долине Тигра и Евфрата, затопившее населенные районы между горами и пустыней. Но для тех, кто здесь жил, долина была целым миром. Большая часть обитателей долины, вероятно, погибла, и лишь немногие пораженные ужасом жители дожили до того дня, когда бушующие воды начали наконец отступать. И нет ничего удивительного в том, что они увидели в этом бедствии ниспосланную свыше кару. И если при этом какому-то семейству — например Ноя — удалось на лодке спастись от наводнившего низменность потопа, то в этом тоже нет ничего удивительного. Ведь легенды, как известно, всегда имеют под собой реальную почву.

ТЕЛЛЬ-ХАЛАФ

В 1899 году в забытой богом сирийской деревушке Рас-эль-Аин, расположенной у истоков реки Хавур, впадающей в Евфрат, появился 39-летний барон Макс фон Оппенгейм, сопровождаемый охраной из 25 вооруженных людей. Уроженец Кельна, барон с молодых лет увлекался путешествиями по странам Востока. Немалое состояние вполне позволяло ему это. Он побывал в Марокко, Алжире, долгое время жил в Египте, путешествовал по Индии и Восточной Африке. В последнее время барон странствовал по Северной Аравии, Сирии и Месопотамии, изучая язык и обычаи бедуинов. Од-

jf ИВИЛИЗАЦИИ ПЕРВЫХ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ

71

I

овременно он занимался поисками древних культур, хотя археологом в

строгом

смысле этого слова Оппенгейм не был. Его можно отнести к числу

последних представителей того поколения путешественников — любителей древностей, которые, собственно, и заложили фундамент археологической науки.

Встреча с бедуинами, кочевавшими в окрестностях Рас-эль-Аина, оказалась для Макса фон Оппенгейма судьбоносной. Именно от них он узнал 0 таинственных находках, которые местные жители обнаружили на одном из окрестных холмов. Это были какие-то необыкновенные каменные изваяния, изображающие животных с человеческими головами.

Загоревшийся Оппенгейм решил увидеть эти изваяния собственными глазами. Он немедленно отправился в Рас-эль-Аин и здесь от жителей деревушки впервые услышал название Телль-Халаф. Так назывался холм, где были найдены таинственные скульптуры. Сегодня это название можно встретить в любом научном труде, посвященном археологии Ближнего Востока. А тогда, сто лет назад, Оппенгейм вспомнил лишь, что название Халаф, так же как и река Хавор (Хавур), упоминается в Библии. Боже, каким же древним должен быть этот холм!

19 ноября 1899 года Макс фон Оппенгейм начал разведывательные раскопки на вершине Телль-Халафа. Ему сразу же повезло: перед ним открылась часть фасада большого дворца, фрагменты покрытых рельефами стел, каменные статуи. Несомненно, под холмом Халаф скрываются необыкновенно интересные открытия!

Но у Оппенгейма не было официального разрешения на раскопки, и вообще вся его экспедиция было всего лишь импровизацией. Поэтому барон прекратил работы, прикрыл все находки землей и уехал из Телль-Халафа с твердым намерением вернуться и продолжить исследования.

Он вернулся сюда лишь десять лет спустя, в 1911 году. Но его возвращение поистине можно было назвать триумфальным. Макс фон Оппенгейм прибыл в Телль-Халаф во всеоружии — в сопровождении опытных специалистов, врача, секретаря, лакея и собранного на собственные средства каравана из тысячи верблюдов, на спинах которых был доставлен багаж экспедиции, запасы провизии и строительные материалы для лагеря. Это было весьма предусмотрительно, так как в этой пустынной местности, среди песков и болот, нельзя было найти ничего — ни гвоздя, ни лопаты, ни продовольствия. Как оказалось, здесь нельзя было найти даже рабочих, и Оппен-гейму лишь в очень отдаленных селениях с большим трудом удалось нанять двести армянских крестьян. В последующее время число рабочих увеличилось до пятисот.

Свои раскопки Оппенгейм начал на старом месте. Снова из земли встали стены разрушенного дворца и могучие статуи-колоссы, изображавшие сФинксов с женскими головами. Найденные здесь же каменные барельефы изображали охоту на быков, борьбу льва и быка, человека и льва. «Ощупью

72

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

продвигаясь вперед вдоль вымостки, на которой находились изваяния щ камня, — вспоминал Оппенгейм, — мы постепенно освободили остатки отец и помещений дворцового храма. Следуя в направлении ворот, пробитых в большом фасаде, мы достигли первого храмового помещения».

Раскопанный Оппенгеймом храм в Телль-Халафе существовал в XI— IX вв. до н.э., в эпоху процветания государства Митанни. О том, что здесь к этому времени сложились свои, весьма самобытные культурные традиции, свидетельствует хотя бы портик храма: его перекрытие покоилось на головах трех божеств, стоящих на спинах свирепых зверей с раскрытыми пастями и сверкающими глазами, что в целом выглядело очень грозно и торжественно.

Но повсюду археологи натыкались на следы разрушений и пожара. На каменном полу храма лежали остатки обгоревших рухнувших перекрытий. В восточном углу зала в неестественной позе лежал скелет молодой девушки с сохранившимися украшениями. Несомненно, что храм Телль-Халафа погиб в огне войны.

Ученые, казалось, стояли на пороге тайны. Но раскопки шли очень медленно. В тяжелом, нездоровом климате люди заболевали, многих больных пришлось отправить подальше от этих гиблых мест. Заболел и сам Оппенгейм. А в 1914 году раскопки пришлось надолго прервать — началась Первая мировая война.

Лишь спустя 14 лет, в 1927 году, Оппенгейм вернулся в Телль-Халаф и продолжил исследования, еще больше углубившись в недра холма. И здесь его ждали главные, хотя и менее выразительные находки...

Это были амулеты с изображениями быков, баранов и фантастических существ — полурыб-полузмей с человеческими головами. Это были грубые глиняные фигурки сидящих на корточках женщин, рожающих уродливых, часто безголовых младенцев. Это была яркая керамическая посуда характерной яйцевидной формы. И все эти находки датировались концом VI—V тысячелетиями до н.э.

Макс фон Оппенгейм нашел в Телль-Халафе остатки одной из древнейших земледельческих культур Передней Азии.

Сегодня термин «халафская культура» прочно вошел во все научные труды и учебники. Следы этой культуры встречают от верховьев Евфрата до гор Тавра на севере и Ура на юге. Ее создателями, вероятно, были пришельцы с севера, первоначальная родина которых находилась в «Турецкой Месопотамии».

Благодаря позднейшим раскопкам сегодня наши сведения о халафской культуре сравнительно полны. Предполагается, что в этот период уже был известен металл, поэтому к нему применяют термин «халколит». Но наиболее характерным признаком халафской культуры является керамика сравнительно простых форм, щедро украшенная натуралистическим орнаментом — головами быков и муфлонов, полнофигурными изображениями лео-

ЦИВИЛИЗАЦИИ ПЕРВЫХ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ

73

рдОв, оленей, змей, скорпионов, птиц, онагров, а также людей. Нередко орнамент образуют схематические изображения деревьев, растений и цветов или просто тесно расположенные прямые или волнистые линии, скопления точек и кругов. Точно такой же простой узор можно и сегодня встре-тиТЬ на медных сосудах, продающихся на базарах Ближнего Востока.

Ранняя халафская керамика покрыта красной или черной росписью по фону абрикосового цвета. В более поздний период изготовлялась керамика более сложных форм с кремовой обмазкой и заостренным отогнутым венчиком. В заключительный период халафцы делали большие многоцветные «тарелки» с тщательно орнаментированной центральной частью.

Керамика — самое замечательное достижение халафской цивилизации. Но для нее характерно и множество других интересных черт — архитектура, религия, резьба по камню, ткачество и торговля. Поселения халафского периода состояли из двухкомнатных домов, вытянутых вдоль мощеных улиц. В каждом доме было круглое сводчатое помещение и длинный прямоугольный вестибюль, возможно, с двускатной крышей. Эти дома сооружались на каменных фундаментах со стенами из грубо вылепленного кирпича-сырца, так как формованный кирпич в это время в Месопотамии еще не был известен. Остатки святилищ с бычьими рогами, огромные рога животных, изображенных на глиняных сосудах, свидетельствуют о том, что здесь господствовал культ быка, служившего объектом поклонения как символ мужской плодовитости. Многочисленные женские статуэтки доказывают существование у халафцев и культа Богини-Матери.

Носители халафской культуры были земледельцами. Они выращивали пшеницу-эммер, ячмень, лен. Рисунки на халафских сосудах свидетельствуют о высоком развитии ткачества, главным образом, видимо, шерстяных тканей. Возможно, халафцами были одомашнены козы и овцы.

Торговые связи халафцев были необыкновенно широкими и хорошо организованными. Они простирались от Персидского залива до Средиземного моря. Никогда до этого ни одна культура не осуществляла столь широкой торговой экспансии.

Конец халафской культуре положили пришельцы с юга Месопотамии — носители убейдской культуры, двинувшиеся на север в поисках новых земель. Халафская культура была уничтожена или исчезла, по-видимому, около 4400—4300 гг. до н.э., и сегодня материальные свидетельства этой удивительно яркой земледельческой цивилизации можно увидеть лишь в многочисленных музеях, в том числе и в знаменитом музее Телль-Халафа в Берлине, основанном Максом фон Оппенгеймом.

Л

i

3. ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

ЛАГАШ, ПЕРВЫЙ НАЙДЕННЫЙ ГОРОД ШУМЕРОВ

ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

75

Нижняя Месопотамия — страна шумеров. Территория, где зародилась эта древнейшая цивилизация мира, ограничивается плодородной долиной двух рек, Тигра и Евфрата. К западу от нее расстилалась безводная и каменистая пустыня, с востока подступали горы, населенные полудикими воинственными племенами.

Земля страны шумеров — недавнего происхождения. Раньше Персидский залив вдавался здесь глубоко в материк, доходя до современного Багдада, и только в сравнительно поздний период вода уступила место суше. Произошло это не вследствие какого-то внезапного катаклизма, а в результате отложений речных наносов, постепенно заполнивших огромную впадину между пустыней и горами. Сюда, на эти земли, с юго-востока современного Ирана пришли земледельческие племена, давшие начало убейдской культуре, распространившейся затем на всю Месопотамию. На рубеже IV и III тысячелетий до н.э. в южной части междуречья Тигра и Евфрата появились первые государственные образования. К началу III тысячелетия до н.э. здесь сложилось несколько городов-государств — Эриду, Ур, Урук, Ларса, Ниппур. Они располагались на естественных холмах и были окружены стенами. В каждом из них жило приблизительно 40— 50 тыс. человек. Правители этих городов носили титул лугаль («большой человек») или энси («жрец-владыка»). ,

Во второй половине III тысячелетия до н.э. лидером среди городов Шулера становится Лагаш. В середине XXV в. его армия в жестокой битве разгромила своего извечного противника — город Умму. За время шестилетнего правления Уруинимгины, энси Лагаша (2318—2312 гг. до н.э.), были осуществлены важные социальные реформы, которые являются древнейшими известными на сегодняшний день правовыми актами в области социально-экономических отношений. Уруинимгина провозгласил лозунг: «Пусть сильный не обижает вдов и сирот!» От имени верховного бога Лагаша он гарантировал права граждан города, освободил от податей жрецов и храмовую собственность, отменил некоторые налоги с ремесленников, уменьшил размеры трудовой повинности по строительству оросительных сооружений, ликвидировал полиандрию (многомужество) — пережиток матриархата.

Однако расцвет Лагаша длился недолго. Правитель Уммы Лугальзагеси, заключив союз с Уруком, напал на Лагаш и разгромил его. Впоследствии Лугальзагеси распространил свое господство почти на весь Шумер. Столицей его государства стал Урук. А Лагаш медленно угасал, хотя его название еще изредка встречается в документах вплоть до времени правления вавилонского царя Хаммурапи и его преемника Самсуилуны. Но постепенно глина и пески поглотили город. В III веке до н.э. арамейский правитель Адад-надин-аххе построил на его руинах свой дворец, который позднее также был разрушен.

В 1877 году в иракский город Басру приехал вице-консул Франции Эрнест де Сарзек. Как и многие другие дипломаты той поры, работавшие на Ближнем Востоке, он страстно интересовался древностями и все свободное время посвящал обследованию ближних и дальних окрестностей Басры, в которой тогда жило около 20 тыс. человек. Сарзека не пугали ни жара, доходившая до сорока градусов, ни нездоровый, гнилой климат. В сопровождении местных проводников он пробирался через тростниковые заросли и заброшенные, пересохшие каналы, преследуемый тучами комаров, знакомился с жизнью «болотных арабов» и бедуинов, приходивших из глубин пустыни и разбивавших на окраинах Басры свои черные палатки из козьего волоса.

Упорство Сарзека увенчалось успехом. Кто-то из крестьян рассказал ему о кирпичах со странными знаками, которые часто попадаются в урочи-Ще Телло, расположенном к северу от Басры, в междуречье Тигра и Евфрата. Прибыв на место, Сарзек сразу приступил к раскопкам.

Они продолжались несколько лет и увенчались редким успехом. В пустынном урочище Телло, под целым комплексом оплывших глинистых холмов, Сарзек обнаружил руины Лагаша, а в них — огромный, хорошо систематизированный архив, состоявший более чем из 20 тыс. клинописных табличек и пролежавший в земле почти четыре тысячелетия. Это была одна из крупнейших библиотек древности.

Как оказалось, Лагаш был во многом нетипичен для городов Шумера: он представлял собой скопление поселений, окружавших сложившееся ра-

76

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

нее основное ядро города. В Лагаше была обнаружена целая галерея скульптур правителей города, в том числе ныне знаменитая группа скульптурных портретов правителя Гудеа. Из высеченных на них надписей и из текстов глиняных табличек ученые узнали имена десятков царей и других выдающихся людей того времени, живших в III тысячелетии до н.э. Из текста «Стелы Коршунов» (2450—2425 гг. до н.э.) стало известно содержание договора, заключенного правителем Лагаша Эаннатумом с правителем поверженной Уммы, а рельефы, высеченные на стеле, рассказали о том, как происходила битва между армиями обоих городов-государств. Вот правитель Лагаша ведет в бой легковооруженных воинов; затем — он же бросает на прорыв тяжеловооруженную фалангу, которая и решает исход сражения. Над опустелым полем битвы кружатся коршуны, растаскивающие трупы врагов.

На других барельефах изображены быки с человеческими головами У некоторых быков вся верхняя часть туловища — человеческая. Это — отголоски древнего земледельческого культа быка; здесь мы наблюдаем превращение бога-быка в бога-человека.

На серебряной вазе из Лагаша — одном из шедевров шумерского искусства середины III тысячелетия до н.э. — изображены четыре орла с львиными головами. На другой вазе — две увенчанные коронами змеи с крыльями. Еще на одной вазе изображены обвившиеся вокруг жезла змеи.

Открытие Сарзека сбросило покров тайны, окутывавший шумерскую цивилизацию. Еще недавно по поводу шумеров в научном мире велись ожесточенные споры, некоторые ученые отвергали сам факт существования этого народа. А тут был найден не только шумерский город, но и огромное количество клинописных текстов на языке шумеров!

Сенсационное открытие Лагаша побудило ученых разных стран отправиться на поиски других шумерских городов. Так были открыты Эриду, Ур, Урук. В 1903 году французский археолог Гастон Крое продолжил раскопки Лагаша. В 1929—1931 годах здесь работал Анри де Женильяк, а затем еще два года — Андре Парро. Эти исследования Лагаша обогатили науку новыми многочисленными находками. Даже сегодня, когда прошло уже более ста лет со времени открытия Лагаша, эти находки не утратили своего значения.

ЛЕОНАРД ВУЛЛИ И ОТКРЫТИЕ ЦАРСКИХ ГРОБНИЦ В УРЕ

В Южной Месопотамии, приблизительно на полпути от Багдада к Персидскому заливу, посреди голой и бесплодной пустыни высятся нагромождения холмов. Арабы называют это место «Тал ал-Муккайир» («Смоляной холм»). Трудно даже поверить, что некогда эта пустыня была обитаема. И тем не менее здесь, под слоем выветренной породы, покоятся руины древ-

3 ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

77

него города, известного как «Ур халдеев», или «Ур Халдейский». Но история Ура берет свое начало задолго до появлении в Двуречье халдейских племен.

Ур — один из древнейших городов мира. По преданию, его уроженцем был библейский праотец Авраам. Этот город стал играть важную роль в III тысячелетии до н.э. Около 2350 года до н.э. правитель города Аккад (его местонахождение до сих пор не установлено) по имени Саргон (Саргон Великий, Саргон Древний, Саргон Старший, Саргон Аккадский) захватил цветущие города Южного Двуречья. Его войска дошли до Малой Азии, до предгорьев Тавра. Этот первый известный во всемирной истории великий завоеватель правил, по его собственным словам, 55 лет. В память о себе он оставил потомкам клинописный текст, в котором рассказал о перипетиях своей фантастической биографии:

«Я — Саргон, могучий жрец Аккада. Мать моя — жрица, отца я не знал. Мой город — Асупирану, что лежит на берегу Евфрата. Мать моя родила меня втайне. Положила в тростниковый ящик, вход смолою закрыла, бросила в реку. Понесла река, принесла меня к Акки-водолею. Акки-водолей багром меня поднял. Акки-водолей садовником меня сделал. Я был садовником, меня полюбила богиня Иштар. Пятьдесят пять лет я был на царстве».

По-аккадски имя Саргона звучало как Шаррукин — «истинный царь». Вероятно, это было тронное имя Саргона. Шаррукин-Саргон подчинил шумеров и продвинулся, как говорится в хрониках того времени, «до кедрового леса и серебряных гор» — определение, под которым нетрудно угадать Ливанские горы и горы Тавра. Вскоре его царство простиралось от Верхнего Моря (Средиземного) до Нижнего (Персидского залива). Во всех больших

78

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

1

itff

городах царства возводились грандиозные постройки. Вся центральная часть страны между Евфратом и Тигром была усеяна многоэтажными ступенчатыми башнями — зиккуратами, по которым боги должны были спускаться к верующим.

Династия Саргона правила двести лет, а затем пала. Около 2200 года до н.э. Двуречье было покорено племенами кутиев, в эпоху которых гегемония перешла к Лагашу. Но уже в конце III тысячелетия до н.э. кутай были побеждены царем Урука Утухенгалем и Ур снова приобрел статус главного города Двуречья. Цари III династии Ура правили Месопотамией более ста лет. При них, вероятно, впервые в мировой истории началось возведение протяженных укреплений на границах государства (наподобие Великой Китайской стены, Адрианова и Траянова валов и т.д.). Царь Ура Шу-Саэн соорудил оборонительную стену от вторгавшихся в Двуречье аморейских племен.

Прославленный многочисленными храмами и дворцами, Ур в эпох III династии процветал. Многочисленные торговые пути вели к нему с гор с моря, что доказывает благосостояние страны и безопасность торговцев.^ Эта эпоха стала временем расцвета шумерской культуры. ¦

Ур считался городом бога луны Сина. Основатель III династии царь Урнамму построил здесь на рубеже XXII—XXI вв. до н.э. знаменитый зик-курат Ура, рядом с которым находились царский дворец и гробница сына Урнамму — Шульги.

Трехступенчатый зиккурат в Уре высотой 21 м сохранился до наших дней лучше других подобных сооружений в Двуречье. Его верхние ярусы опирались на громадную, прямоугольную (43x65 м) в плане пирамиду высотой около 15 м. На вершину зиккурата вели три широкие и длинные лестницы, по которым во время религиозных празднеств двигались ритуальные процессии. Террасы зиккурата имели разные цвета: нижняя — черный, средняя — красный, а верхняя — белый. Несмотря на то что зиккурат осыпался и пострадал от времени, его огромный холм и сегодня производит большое впечатление.

Последний царь III династии Ура Ибби-Суэн был побежден армией соседнего государства Элам и взят в плен. После этого Ур пришел в упадок, хотя жизнь здесь теплилась еще по крайней мере тысячу лет. Проходили века, грандиозные сооружения ветшали, некогда неприступные стены превращались в пыль; слава новых народов затмевала старую, а порой совсем стирала ее. Лишь отголоски древних легенд, пробиваясь сквозь толщу веков, напоминали о величественных храмах и дворцах Ура.

Полномасштабные археологические исследования древней столицы шумеров начались в 1922 году и велись на протяжении двенадцати сезонов (1922—1934). Этими изысканиями, организованными совместно Университетским музеем в Пенсильвании и Британским музеем, бессменно руководил английский археолог Леонард Вулли, выпускник Оксфорда. К моменту начала раскопок ему было 42 года и он уже был известен своими раскопками в Египте, Нубии и Сирии.

ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

79

За двенадцать лет, несмотря на высокий темп раскопок и огромное количество рабочих — временами оно достигало четырехсот, археологи так и не успели исследовать развалины всего Ура, поскольку территория города оказалась огромной, а раскопки велись с исключительной тщательностью и точностью. Но, несмотря на то что ученые смогли обстоятельно изучить лишь незначительную часть города, им удалось составить довольно подробное представление об Уре за четыре тысячи лет его существования и сделать ряд открытий, которые превзошли все ожидания и по своей значимости не уступают открытию знаменитой гробницы Тутанхамона в Египте.

В начале 1927 года экспедиция Вулли приступила к раскопкам городского кладбища. Археологи обнаружили здесь около двух тысяч могил. Жители Ура хоронили покойников, завернув тело в циновки, или положив в гроб — плетеный, деревянный или глиняный. Никаких особых правил не существовало, и труп мог лежать головой к любой части света. Зато поза была всегда одинакова: на боку, ноги слегка подогнуты, руки сложены ладонями вместе перед грудью, почти на уровне рта.

Вместе с покойным клали его личные вещи: ожерелья, серьги, нож или кинжал, булавку, которой закалывали одеяние или саван, а также цилиндрическую печать, оттиск которой на глиняной табличке был равнозначен подписи владельца. Рядом с трупом оставляли пищу и питье в глиняных, каменных или медных сосудах, оружие, инструменты. Дно могилы устилали циновками. Такими же циновками накрывали жертвоприношения сверху, чтобы предохранить их от непосредственного соприкосновения с землей, которой засыпали яму.

Эта забота об умершем свидетельствует о том, что шумеры верили в загробную жизнь, но ничего определенного об их верованиях сказать нельзя. Уходящий в мир иной просто брал с собой предметы, которые могли ему понадобиться на пути или в самом загробном мире, но каким он представлял себе этот мир, куда он направлялся, — неизвестно.

«Должен признаться, что научная обработка двух тысяч могил из-за ее однообразия наскучила нам до крайности, — вспоминал Вулли. — Почти все могилы были одинаковыми, и, как правило, в них не оказывалось ничего особенно интересного».

Однако вскоре выяснилось, что в действительности здесь одно под другим лежат два кладбища разных периодов. Верхнее, судя по надписям на Цилиндрических печатях, относилось ко временам правления Саргона, то есть возраст верхнего некрополя составлял приблизительно 4200 лет. Но под ним оказались могилы второго кладбища! И именно здесь археологов Ждали совершенно неожиданные находки.

Первым сигналом о близости чего-то необычного стали круглые колод-Цы, спускавшиеся вертикально на глубину погребения, а затем переходившие в горизонтальный лаз. Судя по найденным в одном из колодцев черепкам, он был прорыт во времена Саргона. Но кем и зачем?

2",_____________100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Вулли предположил, что это — следы работы древних фабителей мо-rilJi. В Уре, как и в Египте, офабление могил было одной из древнейших ^Рофессий, и те, кто ею занимался, никогда не действовали наугад: они знали, где что лежит, и стремились прибрать к рукам что подороже. К времени археологи уже нашли сотни разфабленных могил и были ы, что обнаружить богатое и неразфабленное погребение можно толь-случайно, при стечении самых счастливых обстоятельств. И в один из

это произошло.

Сначала кто-то из рабочих заметил торчащий из земли медный нако-НеЧник копья. Оказалось, что он насажен на золотую оправу древка. Под °пРавой было отверстие, оставшееся от истлевшего древка.

Это отверстие привело археологов к углу еще одной могилы. Она была побольше обычной, но такого же типа и представляла собой простую в земле, вырытую по размерам гроба с таким расчетом, чтобы с трех сто-от него осталось немного места для жертвенных приношений. В изголо-В1>е гроба стоял ряд копий, воткнутых остриями в землю, а между ними — ^'^астровые и глиняные вазы. Рядом с гробом, на остатках щита, лежали два ^Деланных золотом кинжала, медные резцы и другие инструменты. Тут же "Годилось около пятидесяти медных сосудов, серебряные чаши, медные к^вШины, блюда и разнообразная посуда из камня и глины. В ногах гроба ^Яли копья и лежал набор стрел с кремневыми наконечниками.

Но по-настоящему археологи были поражены, когда очистили от земли гР°б. Скелет в нем лежал в обычной позе спящего на правом боку. Кости ^Столько разрушились, что от них осталась лишь коричневая пыль, по ко-^Рой можно было определить положение тела. И на этом фоне ярко сверло золото — такое чистое, словно его сюда только что положили...

На уровне живота лежала целая куча золотых и лазуритовых бусин — их 1о несколько сотен. Золотой кинжал и оселок из лазурита на золотом к°льце когда-то были подвешены к распавшемуся серебряному поясу. Меж-^ руками покойного стояла тяжелая золотая чаша, а рядом — еще одна, °^аЛьной формы и больших размеров. Возле локтя стоял золотой светиль-HtIK в форме раковины, а за головой — третья золотая чаша У правого плеча ^Кал двусторонний топор из Электра (сплава золота и серебра), а у лево-обычный топор из того же металла. Позади тела в одной куче перепу-золотые головные украшения, браслеты, бусины, амулеты, серьги в полумесяца и спиральные кольца из золотой проволоки. Но это все археологи рассмотрели потом, а сперва им бросился в глаза СВеркающий золотой шлем, покрывавший истлевший череп. Шлем глубо-° Надвигался на голову и прикрывал лицо щечными пластинами. Он был вь>1Кован из чистого золота и имел вид пышной прически. Чеканный рельеф н^ Шлеме изображал завитки волос, а отдельные волоски были изображены ^Нкими линиями. От середины шлема волосы спускались вниз плоскими завИтками, перехваченными плетеной тесьмой. На затылке они завязыва-

ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

81

ш в небольшой пучок. Ниже тесьмы волосы ниспадали локонами вокруг „^чеканенных ушей с отверстиями, чтобы шлем не мешал слышать. По длжнему краю были проделаны маленькие отверстия для ремешков, кото-оь1МИ закреплялся стеганый капюшон. От него сохранилось лишь несколь-к0 обрывков.

Этот шлем представляет собой самый прекрасный образец работы шулерских мастеров золотых дел. «Если бы даже от шумерского искусства ни-чего больше не осталось, достаточно одного этого шлема, чтобы отвести искусству древнего Шумера почетное место среди цивилизованных народов», — писал Леонард Вулли.

Кем был этот человек, пять тысяч лет назад погребенный с такой роскошью? На двух золотых сосудах и на светильнике повторяется надпись «Мес-каламдуг, Герой Благодатной страны». Впоследствии то же имя было прочитано на цилиндрической печати, обнаруженной в другом пофебении, причем здесь Мескаламдуг именовался «царем». Однако Вулли предположил, что Мескаламдуг был всего лишь принцем царского рода, так как отсутствие в его погребении символов царской власти указывает на то, что он никогда не занимал трона, а само погребение относилось к обычному типу частных могил. Но окончательно Вулли уверился в своей правоте лишь тогда, когда археологи нашли настоящие гробницы царей Ура.

«Если бы мы не видели царских гробниц, то, наверное, решили бы, что здесь похоронен царь», — писал Вулли впоследствии о погребении Меска-ламдуга. А увидели они царские гробницы в последние дни сезона 1926/27 гг.

Всего здесь было шестнадцать царских захоронений, и ни одно из них не походило на другое. Жители Ура хоронили царей в гробницах из камня или из обожженного кирпича. Каждая такая гробница состояла из одного помещения или из анфилады тщательно отделанных комнат — настоящий подземный дворец! Но, к сожалению, почти все гробницы были разфабле-ны еще в древности. В неприкосновенности уцелели только две.

Первая царская гробница, вскрытая Вулли, дала археологам очень мало материала — во-первых, потому, что она была безнадежно разрушена фаби-телями, а во-вторых, потому, что, как честно признавался потом сам Вулли, «мы только приступили к раскопкам такого рода и сами еще не знали, что нужно искать». Впрочем, здесь, среди массы бронзового оружия, археологи нашли ныне знаменитый золотой кинжал Ура. Его лезвие было выковано из чистого золота, рукоятка сделана из лазурита с золотыми заклепками, а ^иколепные золотые ножны украшал тонкий рисунок, воспроизводящий тростниковую плетенку. Здесь же был найден еще один не менее ценный Предмет — золотой конусообразный стакан, украшенный спиральным орнаментом. В нем оказался набор миниатюрных туалетных принадлежности, изготовленных из золота.

До сих пор в Месопотамии не находили ничего, хотя бы отдаленно похожего на эти предметы. Они были так необычны, что один из лучших евро-

82

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЕ

пейских экспертов той поры заявил, что это вещи арабской работы XIII ^ н.э. Никто и не подозревал, какое высокое искусство существовало уже в 1ц тысячелетии до н.э.!

Однако самые главные открытия были сделаны археологами в сезоне 1927/28 гг.

Все началось с находки пяти скелетов, уложенных бок о бок на дне на, клонной траншеи. У каждого из них на поясе был медный кинжал, рядом стояли маленькие глиняные чашки. Отсутствие привычной погребальной утвари и сам факт массового захоронения показались ученым весьма необычными.

Начав копать вдоль траншеи, Вулли и его коллеги наткнулись на вторую группу скелетов: десять женщин были заботливо уложены двумя ровными рядами. На всех были головные украшения из золота, лазурита и сердолика, изящные ожерелья из бусин, но обычной погребальной утвари при них тоже не оказалось. Зато здесь лежали остатки великолепной арфы: ее деревянные части истлели, однако украшения сохранились полностью, и по ним можно было восстановить весь инструмент. Верхний деревянный брус арфы был обшит золотом, в котором держались золотые гвозди, — на них натягивали струны. Резонатор украшала мозаика из красного камня, лазурита и перламутра, а впереди выступала великолепная золотая голова быка с глазами и бородой из лазурита. Прямо на остатках арфы покоился скелет арфиста в золотой короне.

Следуя дальше по траншее, археологи натолкнулись на остатки костей, которые явно не были человеческими. Вскоре все разъяснилось. Неподалеку от входа в подземную гробницу стояли тяжелые деревянные салазки, рама которых была отделана красно-бело-синей мозаикой, а боковые пане-, ли — раковинами и золотыми львиными головами с гривами из лазурита на, углах. Верхний брус украшали золотые львиные и бычьи головы меньшего размера, спереди были укреплены серебряные головы львиц. Ряд бело-си^ ней инкрустации и две маленькие серебряные головки львиц отмечали положение истлевшего дышла. Перед салазками лежали скелеты двух ослов, aj в их головах — скелеты конюхов. Сверху этой груды костей лежало некогда; прикрепленное к дышлу двойное серебряное кольцо, сквозь которое проходили вожжи, а на нем — золотой амулет в виде фигурки ослика.

Рядом с повозкой археологи нашли игральную доску. Тут же была цела& коллекция оружия, утвари и инструментов — набор долот, большие серые горшки из мыльного камня, медная посуда, золотая пила, золотая трубка с лазуритовой отделкой — через такие трубки шумеры пили из сосудов разные напитки.

Дальше снова лежали человеческие скелеты. За ними — остатки большого деревянного сундука, украшенного мозаичным узором из перламутра и лазурита. Сундук был пуст. Наверное, в нем хранилась одежда, истлевшая без следа.

ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

0*____~~ —.......

83

За сундуком стояли жертвенные приношения: множество медных, серебряных, золотых и каменных сосудов, причем среди последних оказались великолепные образчики, выточенные из лазурита, обсидиана, мрамора и алебастра. Один серебряный набор, по-видимому, служил для ритуальной трапезы. Он включал в себя узкий поднос или блюдо, кувшин с высоким горлышком и длинным носиком и несколько высоких стройных серебряных кубков, вставленных один в другой.

Среди сокровищ, обнаруженных в этой донельзя загроможденной могиле, оказался еще один кубок — золотой, с насечкой по верху и низу и коваными вертикальными желобами, а также похожий на него сосуд для воды, чаша, гладкий золотой сосуд и две великолепные серебряные головы львов, по-видимому, некогда украшавшие царский трон.

Предметов было много, костей тоже, но среди них археологи не находили главного — останков того, кому принадлежала эта гробница. Когда все предметы были извлечены на поверхность, Вулли и его коллеги приступили к разборке остатков деревянного сундука длиной 1,8 м и шириной 0,9 м. Под ним неожиданно обнаружились обожженные кирпичи. Кладка была разрушена, и лишь в одном месте уцелел фрагмент крутого свода над каменным покоем. Неужели это и есть гробница? Да, так оно, вероятно, и было. Однако эта гробница была ограблена еще в древности, и свод над нею не обрушился, а был пробит намеренно. Затем над проломом для маскировки поставили деревянный сундук.

Археологи расширили площадь раскопок и сразу же натолкнулись еще на одну шахту, отделенную от первой стеной и расположенную на 1,8 м ниже. На площадке у входа в эту вторую гробницу лежали в две шеренги скелеты шестерых солдат в медных шлемах, совершенно расплющенных вместе с черепами. При каждом было копье с медным наконечником.

Ниже стояли две деревянные повозки, когда-то запряженные каждая тремя быками. Один из скелетов быков сохранился почти полностью. От повозок ничего не осталось, но отпечатки истлевшего дерева были настолько ясны, что можно было различить даже структуру дерева массивных колес и серовато-белый круг, оставшийся от кожаного обода или шины. Судя по всему, повозки были довольно просты, но упряжь украшали продолговатые серебряные и лазуритовые бусины. Вожжи пропускались сквозь серебряные кольца с амулетами, изображающими быков.

И снова — человеческие останки. Перед бычьей упряжкой лежали скелеты конюхов, на повозках — истлевшие костяки возниц, вдоль стен гробницы лежали останки девяти женщин. Они были чрезвычайно пышно облачены: на головах — парадные головные уборы из лазуритовых и сердоли-к°вых бус с золотыми подвесками в форме буковых листьев, серебряные <<гребни» в виде кисти руки с тремя пальцами, оканчивающимися цветами, лепестки которых инкрустированы лазуритом, золотом и перламутром; в УНах — большие золотые серьги полумесяцем, на груди — ожерелья из зо-

84

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТ^

лота и лазурита. Каменная кладка, протянувшаяся вдоль стен, служила покойницам как бы изголовьем, ногами они были обращены к повозкам, а все пространство между ними и повозками заполняли нагроможденные на друга останки других мужчин и женщин. Лишь в середине оставался кий проход к сводчатому входу в гробницу: по бокам, словно охраняя его, лежали скелеты солдат с кинжалами и дротиками.

На тела «придворных дам» была поставлена прислоненная к стене гробницы деревянная арфа. От нее сохранилась только медная бычья голова да перламутровые пластинки, украшавшие резонатор. У боковой стены траншеи, также поверх скелетов, лежала вторая арфа с замечательно выполненной головой быка. Она была сделана из золота, а глаза, кончики рогов и борода — из лазурита. Тут же оказался не менее восхитительный набор перламутровых пластинок с искусной резьбой. На четырех из них изображены шуточные сценки, в которых роль людей играют животные. Самое поразительное в них — это чувство юмора, столь редкое для древнего искусства. А благодаря изяществу и гармоничности рисунка, тонкости резьбы они представляют собой один из самых выдающихся образцов шумерского искусства той эпохи.

Археологи нашли в гробнице и две прислоненные к стене модели лодок, одну — медную, совершенно разрушенную временем, а вторую — серебряную, прекрасно сохранившуюся, длиной около 60 см. У нее высокие нос и корма, пять сидений, а в середине — арка, поддерживавшая тент над пассажирами. В уключинах уцелели даже весла с листообразными лопастями.

Сама погребальная камера была, по-видимому, ограблена. Грабители не оставили почти ничего. Остались лишь человеческие скелеты без всяких украшений; среди них, вероятно, был и прах владельца гробницы. Судя по надписи на найденной здесь же цилиндрической печати, его звали Абарги.

В Месопотамии никто до Вулли не находил подобных гробниц, и эту находку не с чем было сопоставить. Археология не знала тогда ничего похожего. Несомненным было одно: Абарги был царем или правителем Ура, ибо. для любого другого человека не стали бы возводить такую сложную систему подземных сооружений и устраивать во имя его массовые человеческие жертвоприношения. А в том, что многочисленные слуги, воины и придворные дамы стали жертвами погребального обряда, Вулли не сомневался, как не? сомневался он и в том, что найденное им погребение являлось царской гробницей.

Усыпальница царя располагалась в самом дальнем конце открытой археологами шахты. А за ней оказалась вторая комната, пристроенная к стене царской усыпальницы примерно в то же время или, возможно, немного позже. Эта комната также была перекрыта сводом из обожженного кирпича. Он тоже обвалился, но, к счастью, причиной тому была не алчность грабителей, а просто тяжесть земли. Само же погребение оказалось нетро-' нутым!

г ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

85

Это была гробница царицы. Именно к ней вела верхняя траншея, в коброй археологи нашли повозку, запряженную ослами. В заваленной шахте над самым сводом усыпальницы археологи нашли цилиндрическую печать из лазурита с именем царицы — Шубад. Очевидно, печать бросили сюда вместе с первыми горстями земли, когда засыпали гробницу.

Останки царицы покоились в углу усыпальницы на истлевших деревянных носилках (потом эксперты установили, что в момент смерти царице [Дубад было около сорока лет). Рядом стоял массивный золотой кубок, в головах и в ногах лежали скелеты двух служанок. Вся верхняя часть тела царицы Шубад была совершенно скрыта под массой золотых, серебряных, лазуритовых, сердоликовых, агатовых и халцедоновых бус. Ниспадая длинными нитями от широкого ожерелья-воротника, они образовали сплошной панцирь, доходящий до самого пояса. По низу их связывала кайма цилиндрических бусин из лазурита, сердолика и золота. На правом предплечье лежали три длинные золотые булавки с лазуритовыми головками и амулеты: один лазуритовый, два золотых в форме рыбок, четвертый — тоже золотой в виде двух сидящих газелей.

Истлевший череп царицы покрывал чрезвычайно сложный головной убор, похожий на те, что носили «придворные дамы». Его основой служил широкий золотой обруч, который можно было надевать только на парик, причем огромного, почти карикатурного размера. Сверху лежали три венка Первый, свисавший прямо на лоб, состоял из гладких золотых колец, второй — из золотых буковых листьев, третий — из длинных золотых листьев, собранных пучками по три, с золотыми цветами, лепестки которых отделаны синей и белой инкрустацией. И все это было перевязано тройной нитью сердоликовых и лазуритовых бусин. На затылке царицы был укреплен золотой гребень с пятью зубцами, украшенными сверху золотыми цветками с лазуритовой сердцевиной, с боков парика спускались спиралями тяжелые кольца золотой проволоки. Огромные золотые серьги в форме полумесяца свешивались до самых плеч. Очевидно, к низу того же парика были прикреплены нити больших прямоугольных каменных бусин. На конце каждой такой нити висели лазуритовые амулеты: один с изображением сидящего быка, второй — теленка. Несмотря на всю сложность этого головного убора, отдельные части лежали в такой четкой последовательности, что впоследствии его удалось полностью восстановить

Рядом с телом царицы лежал еще один головной убор. Он представлял собой диадему, сшитую, по-видимому, из полоски мягкой белой кожи. Ди-ЭДема была сплошь расшита тысячами крохотных лазуритовых бусинок, а По этому густо-синему фону шел ряд изящных золотых фигурок животных: оленей, газелей, быков и коз. Между фигурками были размещены гроздья фанатов, укрытые листьями, и веточки какого-то другого дерева с золотыми стебельками и плодами из золота и сердолика. В промежутках были Нашиты золотые розетки, а внизу свешивались подвески в форме пальметок Чз крученой золотой проволоки.

86

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТЩ

По всей усыпальнице были расставлены всевозможные приношения: се, ребряные, медные, каменные и глиняные сосуды, посеребренная голова ко, ровы, два серебряных алтаря для жертвоприношений, серебряные светиль. ники и множество раковин с зеленой краской, в том числе две искусственные — одна золотая, другая серебряная. Подобные раковины попадались почти во всех женских погребениях Ура. В них археологи часто находили остатки белой, красной или черной краски, которая употреблялась как кос-метическое средство, однако наиболее популярной краской была зеленая.

Гробницы царя Абарги и царицы Шубад были совершенно одинаковы. Однако усыпальница царицы была вырыта ниже уровня шахты. Возможно, царь умер первым и был погребен здесь, и царица пожелала, чтобы ее похоронили как можно ближе к усыпальнице супруга. Чтобы выполнить ее волю, могильщики вновь раскопали шахту над усыпальницей царя, дошли до кирпичного свода, потом взяли чуть в сторону и вырыли колодец, где и была сооружена усыпальница царицы.

Того, что рассказали археологам обе гробницы, было вполне достаточно, чтобы ясно представить себе, как происходила церемония погребения, сопровождавшаяся исключительно жестоким обрядом массовых человеческих жертвоприношений, которым, скорее всего, руководили жрецы.

Видимо, часть обреченных'уходила из жизни, приняв яд или какой-то наркотический напиток. Почти у всех мужчин и женщин были с собой небольшие чаши из глины, камня или металла, вероятно, предназначавшиеся для этого. В то же время положения некоторых найденных в гробницах скелетов, а также ряд других обстоятельств позволяли прийти к выводу, что часть придворных, солдат и слуг была убита. Например, судя по останкам музыканта-арфиста, кисти рук которого еще покоились на инструменте, покрытом драгоценной инкрустацией, он играл в тот момент, когда его настиг смертельный удар. В гробницах сохранились и несомненные свидетельства того, что кто-то аккуратно, по-хозяйски наводил в них порядок сразу после завершения кровавой церемонии: эти люди, по-видимому, проверяли, все ли в могиле в должном порядке. Так, в гробнице царя они положили лиры на тела музыкантш, лежащих у стены усьшальницы. Эти же люди убили впряженных в повозки животных: их кости лежали поверх скелетов ездовых, следовательно, животные умирали последними. Наконец, поднявшись наверх, эти люди замуровали вход в усыпальницу и засыпали ее землей.

Свидетельства человеческих жертвоприношений были найдены во всех шестнадцати царских гробницах Ура. При этом число жертв колебалось от пяти-шести до семидесяти-восьмидесяти человек. Подобные массовые убийства были возможны только в жестоких восточных деспотиях, где царь был богом, а жизнь подданных не имела ровно никакой ценности.

Царские гробницы Ура, уникальные по времени, богатству, архитектуре и по сложности связанного с ними ритуала, открыли миру не только жестокие погребальные обряды древних шумеров, но и многочисленные произведения шумерского искусства, которые сегодня украшают ведущие музеи

г ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

87

мИра. Большинство предметов, найденных в царских гробницах, было сде-„аНо из золота. Шумеры обладали достаточными познаниями в металлурги и столь высоким мастерством в обработке металлических изделий, что в этом с ними вряд ли сравнится хоть один народ древности. Такое мастер-^о приобреталось веками. При этом шумерские мастера старались следо-эать установившимся образцам, совершенство которых оттачивалось из поколения в поколение.

Обязательной принадлежностью царских гробниц является арфа или лира. Эти инструменты украшались с необыкновенной пышностью, причем обязательным элементом отделки арф или лир были головы животных — быка, коровы, оленя. В некоторых случаях весь резонатор представ-чяет собой как бы тело животного, изображенного условно, но все же достаточно ясно, чтобы понять, что это за зверь. В одной из шумерских надписей, где описывается арфа, подаренная правителем Гудеа храму, сообщается, что эта арфа была украшена головой быка, и звук ее сравнивается с бычьим мычанием. Но если между животным, украшающим арфу, и ее звучанием действительно существовала какая-то связь, можно предположить, что лира с бычьей головой играла роль баса, с коровьей головой — тенора, а с оленем — по-видимому, альта. Это свидетельствует о том, что уже в те отдаленные времена люди имели представление о гармонии, и подобный факт очень важен для истории музыки.

В числе многочисленных находок в царских гробницах оказался знаменитый ныне мозаичный «штандарт из Ура» Он состоял из двух прямоугольных панелей (22x55 см) и двух боковых треугольных панелей. Они были так скреплены, что большие панели были наклонены внутрь. Весь «штандарт» сидел на древке: очевидно его выносили во время процессий.

Мозаика сложена из белых фигурок на лазуритовом, а кое-где красном поле. Сами фигурки вырезаны из раковин, мелкие детали на них выгравированы. На треугольных панелях изображены мифологические сценки с животными. Две большие панели посвящены одна — миру, другая — войне.

На первой из них представлен царь со своей семьей во время праздничного пира. Обнаженные до пояса, в коротких юбках из овчин, члены царского дома сидят в креслах. Около них — слуги. В углу музыкант играет на маленькой арфе, а позади певица, прижав руки к груди, поет под его аккомпанемент. Эта сценка занимает верхний ряд панели. Два нижних ряда изображают слуг царя: они несут захваченную у врага добычу и провизию для пиршества. Один гонит козла, другой тащит рыбу, третий сгибается под тяжестью перевязанного веревками тюка и т.д.

На другой стороне «штандарта» в середине верхнего ряда стоит царь: его !егко отличить благодаря высокому росту. Позади него — трое приближенных или родственников, а за ними похожий на карлика ездовой держит под ^Дцы двух ослов, впряженных в царскую колесницу. Сам колесничий, при-^Рживая вожжи, идет за пустой повозкой. Перед царем воины проводят °°наженных пленников со связанными позади руками.

88

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Во втором ряду слева направо движется фаланга тяжеловооруженных воинов. На них точно такие же медные шлемы, какие были найдены в цар. ских гробницах, и длинные плащи из плотного материала, очевидно вой-лочные. Перед воинами легковооруженные пехотинцы уже сражаются с воинами противника, которые либо бегут, либо падают под их ударами.

В нижнем ряду помещены боевые колесницы. В каждую впряжена пара ослов. На колесницах стоят по два человека: возница и воин, мечущий легкие дротики. Колчаны с четырьмя такими дротиками укреплены на передних щитах колесниц. Художник изобразил колесницы в момент вступления в бой, придав сцене реалистическую динамичность.

«Штандарт» бесспорно представляет собой выдающееся произведение искусства, однако его историческая ценность еще выше, ибо это самое раннее подробное изображение той армии, которая пронесла шумерскую культуру от древнейших поселений близ Персидского залива вплоть до гор Анатолии и до берегов Средиземного моря. Раскопки могил показали, что оружие шумеров и по форме и по выработке намного превосходило все, чем сражались другие народы в те времена да и позднее — по крайней мере, на протяжении двух тысячелетий. По изображению на «штандарте» можно судить и об организации шумерской армии. В ту эпоху это была всесокрушающая сила. Шумеры располагали колесницами, которые и через две тысячи лет наводили ужас на окрестные народы, а их боевой строй был прообразом победоносной фаланги Александра Македонского. Поэтому нет ничего удивительного в том, что шумеры практически не встречали сопротивления до тех пор, пока соседние народы постепенно не переняли их боевой опыт.

И еще об одном рассказало археологам царское кладбище — о поразительном развитии шумерской архитектуры. Вход в гробницу Абарги увенчан правильной кирпичной аркой, а кровля представляла собой кирпичный круглый купол с апсидами. Точно такой же купол был и над гробницей Шубад. Другие гробницы были накрыты куполами из грубо отесанного известняка.

В этих подземных покоях не требовалось колонн. Зато в сооружениях следующей эпохи они попадаются в изобилии, а отсюда можно заключить, что шумеры умели их применять и раньше, в период царского кладбища. Таким образом, можно сказать, что жителям Ура в начале III тысячелетия до н.э. уже были известны почти все основные элементы архитектуры.

ЗАГАДКА ДИАМУНА

В III—II тысячелетиях до н.э. шумеры, ассирийцы, вавилоняне нес днократно упоминали в своих клинописных текстах о богатом и цветуще^ царстве или городе Дилмун — «стране жизни», лежавшей далеко к югу

2 ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

89

Месопотамии, «за горькой водой», «на восходе солнца». Эта счастливая страна, по представлениям шумеров, не знала ни болезней, ни старости, ни смерти и была одним большим цветущим садом:

«В Дилмуне ворон не каркает, птица «иттидду» не кричит, лев не убивает, волк не хватает ягненка... Вдов здесь нет... Нет таких, которые бы говорили: «У меня болят глаза». Нет таких, которые бы говорили: «У меня болит голова». Нет старухи, которая бы говорила: «Я стара». Нет старика, который бы говорил: «Я стар»...».

Всевозможные легенды об «островах блаженных» — не редкость даже для Средневековья. Что уж говорить о временах еще более древних! Практически весь опыт обращения к подобного рода сказаниям свидетельствует, что, как правило, за ними не стоиг ничего реального. И тем не менее страна Дилмун стала счастливым исключением из этого правила.

Американский исследователь П. Корнуолл стал первым, кто попытался отнестись к древним шумерским сказаниям о Дилмуне всерьез. Где могла находиться эта страна? В шумерском эпосе о Гильгамеше и ряде других источников сказано, что это «Страна, где восходит солнце». Ну не Япония же это, в самом деле? Шумерские и аккадские клинописные тексты сообщают о «кораблях из Дилмуна», которые привозили в Лагаш и Аккад золото, лазурь, драгоценные сорта деревьев. Глиняные таблички, найденные в древнем шумерском городе Уре, свидетельствуют о том, что Ур получал слоновую кость из Дилмуна. Может быть, это Индия? Но ведь все эти товары могли попасть в Месопотамию и через транзитную торговлю. И тогда база этой транзитной торговли могла находиться гораздо ближе — на юге Ирака, в Иране, на востоке Аравии.

В 1946 году, после тщательного изучения всех имевшихся в его распоряжении письменных источников, П. Корнуолл пришел к выводу о том, что легендарный Дилмун следует отождествлять с современным островом Бах-Рейн. Он расположен у южного побережья Персидского залива, примерно на половине пути от устья Тигра и Евфрата к долине реки Инд и вполне мог Играть роль центра транзитной торговли между Индией и Междуречьем.

90

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Окончательно доказать правоту Корнуолла могли лишь археологические раскопки на Бахрейне и прилегающих к нему участках аравийского по-бережья. Но вплоть до 1950-х годов этот район в силу религиозных и политических причин был наглухо закрыт для европейских и американских ученых. Только в конце 1950-х годов нефтяной бум открыл страны Персидского залива для внешнего мира. И тогда сюда пришли археологи.

Первое, что привлекло их внимание — ныне знаменитые «сто тысяч» бахрейнских могил. Эти невысокие, присыпанные желтым песком курган-чики были давным-давно пусты — их разграбили еще в древности, по меньшей мере два тысячелетия назад. Тем не менее загадка этих захоронений долгое время оставалась неразгаданной. На Бахрейнских островах — пустынных, продуваемых всеми ветрами, усыпанных гравием и обломками выветрившихся известковых скал, не нашлось бы такого количества покойников! По поводу этого феномена была даже выдвинута популярная в свое время гипотеза, что Бахрейн служил гигантским кладбищем для какого-то народа, населявшего территорию Аравии или Южной Месопотамии и по каким-то причинам (ритуальным?) упорно хоронившего свэих мертвых на Бахрейне. Некоторые исследователи полагали, что этим народом могли быть шумеры, которые, непонятно почему, считали своей прародиной именно Бахрейн.

Пока специалисты ломали копья вокруг проблемы «ста тысяч могил», на самом Бахрейне и на востоке Аравии — от Кувейта на севере до Аджмана на юге — на протяжении полутора десятка лет тихо и методично работала небольшая датская археологическая экспедиция во главе с Дж. Бибби. Открытие, сделанное в итоге датчанами, было настолько невероятным, что археологи не стали спешить с публикацией результатов своих трудов, а вместо этого несколько лет тщательно и продуманно выстраивали собранные факты в единое целое. Наконец исследователи опубликовали свои сенсационные заключения. На первый взгляд они могли показаться фантастическими, но тем не менее скрупулезность датчан внушала уважение и доверие к их выводам.

А выводы были следующими: Бахрейн был заселен в глубокой древности, и его загадочные могилы никак нельзя приписывать соседним народам. Датские археологи обнаружили и раскопали поселения и могильники со-| вершенно неизвестной древней цивилизации III тысячелетия до н.э. «культуры Барбар». Центром ее был остров Бахрейн. Археологи отыскали! здесь руины большого города, остатки величественного храма, несколько! маленьких поселков. Возраст этих поселений и построек составлял пять тысяч лет — именно тогда, согласно клинописным текстам Двуречья, легендарный шумерский герой Гильгамеш отправился в свое долгое путешествие по трем царствам земным. Еще недавно специалисты спорили, насколько вообще достоверен этот миф И вот теперь выходило, что некоторые сведения о странствованиях Гильгамеша не выдуманы.

ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

91

дж. Бибби убедительно связал открытую на Бахрейне цивилизацию с

легендарной страной Дилмун. Многочисленные находки — резные стеати-

вые печати, бусы, изделия из меди и слоновой кости — показали, что в

jlj._II тысячелетиях до н.э. Бахрейн был тесно связан с двумя древнейшими

цивилизациями мира — шумерской и отстоящей от нее на многие тысячи километров цивилизацией долины Инда, играя важную посредническую роль в оживленной морской торговле. Смутные догадки о том, где проходил древний путь из Двуречья в Индию, теперь нашли свое материальное подтверждение эта дорога пролегала через Бахрейн. Именно отсюда, как оказалось, происходят круглые каменные печати, которые ставили в тупик археологов и при раскопках в Шумере, и при раскопках в Индии. На Бахрейне при раскопках древнего города и храма были найдены сотни таких печатей

По большому счету, не столь уж важно — являлся ли Бахрейн легендарным Дилмуном или нет. Кстати, мнения по этому вопросу расходятся: по мнению других ученых, Дилмун все же следует искать в Индии. Главное состоит в другом: датским археологам во главе с Дж. Бибби удалось сделать одно из самых интересных археологических открытий XX века — найти недостающее звено в цепочке древнейших культур мира.

ОШИБКА ПОЛЯ БОТТА

В 1840 году на должность французского консула в Мосул был назначен Поль Эмиль Ботта. Как и многие образованные люди начала ХЕХ века, Бот-^ одновременно являлся путешественником, натуралистом, политическим Деятелем, дипломатом и немного авантюристом. Он родился 6 декабря

92

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

1802 года в Турине (Италия), в семье известного итальянского поэта и исто, рика. В 1826 году, получив в Париже медицинский диплом, Ботга в дол*, ности судового врача отправился на три года в кругосветное плавание. Вер, нувшись в середине 1829 года в Париж и защитив диссертацию, Ботга уже не мог сидеть на месте. Его манил дух приключений и дальних странствий, В 1830 году он поступил в качестве военного врача на службу к египетскому хедиву Мухаммеду Али, принял участие в турецко-египетской войне. В 1833 году французское правительство назначило его своим консулом в Александрии.

За шесть лет (1830—1836) Ботга объездил весь Ближний Восток, познакомился с Сирией, Палестиной, Египтом. В 1836 году он получил из Парижа секретный приказ: исследовать прибрежные области Красного моря or Синайского полуострова до Йемена. Объездив всю Аравию, Ботга в 1838 году вернулся в Париж, где описал свое путешествие в пространных путевых заметках.

Назначение в Мосул, расположенный на правом берегу Тигра и бывший тогда центром турецкого вилайета, Ботга воспринял с большим воодушевлением. Он горячо интересовался всевозможными древностями и хорошо владел арабским языком. Зная это, французское Азиатское общество поручило Ботта найти остатки знаменитой Ниневии — легендарной столицы Ассирии, которая много раз упоминается в Библии.

Ассирия — древняя страна Ашшур — располагалась на севере Месопотамии, вдоль берегов бурного Тигра. Тигр считается самой беспокойной рекой Ирака. Выходя из берегов, он затопляет большие площади плодородных земель, прилегающих к его берегам, размывает глинобитные лачуги, уничтожает скот. Недаром именно в Месопотамии, единственной стране Передней Азии, больше страдающей от избытка воды, чем от ее недостатка, сохранилось столько легенд о Всемирном потопе.

Ассирийское государство сложилось в XIII веке до н.э. А в XI—VII вв. до н.э. Ассирия превращается в могущественную державу, подчинившую своему влиянию обширные земли. Цари Ассирии распространили свою власть на всю территорию Двуречья, создали мощное единое государство и, использовав Двуречье как плацдарм, огнем и мечом распространили свое господство на огромные территории от Синайского полуострова до Армении, от Малой Азии до Египта. С периодом наивысшего расцвета Ассирии связан и расцвет ее последней столицы, Ниневии, остатки которой теперь предстояло отыскать Полю Ботга.

Все свое свободное время Ботта посвящал исследованиям окрестностей Мосула, собирая старинные черепки, кирпичи, испещренные непонятными знаками. Обилие древностей в здешних местах, казалось, должно было внушать оптимизм Но Ботта не был археологом в строгом смысле этого слова, да и сама археологическая наука делала в ту пору лишь свои первые шаги. Поэтому в своих поисках Ботга мог рассчитывать только на интуи-

3 ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

93

^j и на помощь местных жителей, которые сами толком не знали, где искать Ниневию, давно забытую столицу ассирийских царей.

Наконец круг поисков Ботта сузился до огромного холма, расположенного на левом берегу Тигра вблизи селения Куюнджик. Местные жители предполагали, что здесь-то и должна находиться Ниневия. Однако выбор оказался неудачным: Ботта ничего не сумел найти. Злая ирония судьбы: девять лет спустя Генри Лэйярд именно здесь, под холмом Куюнджик, откроет руины легендарной Ниневии!

Наступил март 1843 года. В один из дней в кабинете Ботта появился некий араб и сказал, что может показать ему место, где видимо-невидимо древних кирпичей с надписями, из которых он и его односельчане сооружают очаги в домах. Заинтересовавшись этим сообщением, Ботта отправил с арабом своих людей. Проводник привел маленькую экспедицию на холм, расположенный у селения Хорсабад, в 75 километрах от Мосула. Здесь волею судьбы Ботта суждено было обнаружить первый памятник древней ассирийской цивилизации, существовавшей более двух с половиной тысячелетий назад. Это открытие сделало имя Ботта бессмертным.

Но тогда, в марте 1843 года, стоя на вершине загадочного холма, Ботга не знал, что судьба зло посмеется над ним. В том, что он нашел именно Ниневию, Ботга был убежден едва ли не до конца дней своих. И изданное им в Париже в 1847—1850 годах роскошное пятитомное издание носило гордое название «Памятники Ниневии, открытые и описанные Ботта». Но это была... не Ниневия! Холм возле селения Хорсабад скрывал руины другой ассирийской столицы — Дур-Шаррукина, резиденции царя Саргона II с великолепным дворцом, сооруженным в 709 году до н.э., после завоевания Вавилона. Мнимое «открытие» Ниневии Ботга вошло в анналы археологической науки в качестве вопиющей ошибки неопытного ученого.

Но это все еще будет впереди. А пока идет март Х1843 года, и Поль Эмиль Ботга впервые в истории науки приступает к раскопкам ассирийского города.

Буквально через час после начала раскопок из земли выступили полуразрушенные стены. Когда исследователи соскоблили налипшую на них грязь, перед их взором появились многочисленные надписи, рисунки, рельефы, изображения зверей...

...Главная тема рельефов и рисунков — прославление царя, его власти, его Деяний. Лицо царя не имеет индивидуальных черт. Оно просто символизирует власть. Царь одинаково грозен и безличен и на охоте, и в бою, и во время Процессий в сопровождении толстых, безбородых евнухов, держащих над его ¦Еловой опахала, и когда пирует с царицей, празднуя победу над очередным 8Рагом, чья отрубленная голова висит тут же, рядом с пирующими. Баснословна роскошь царских облачений, утвари, бесчисленных украшений. И беспримерно во всей истории мирового искусства изображение жестокости: пленников сажают на кол, в присутствии царя у них вырывают языки и сдирают Кожу. Все это без тени жалости делают могучие и безликие воины с пудовыми

94

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

мышцами, с бородами, заплетенными в косички. И сам царь отличается от них только роскошью одежа — у него такие же безразмерные мускулы, такая же борода, такой же отсутствующий взгляд. Здесь нет человека. Это — апофеоз какой-то первобытной силы, возведенной в культ.

На одном из рельефов изображен царь на колеснице, на другом — крылатые божества в богатых одеяниях, держащие в руках шишки пинии — символы плодородия. Рядом с божествами стоят царские евнухи и военачальники. Спокойны и величественны позы божеств, бесстрастны их лица. Вся сцена проникнута торжественностью, присущей религиозному обряду.

Большая группа рельефов рассказывает о возвращении ассирийских воинов из государства Наири (Урарту). Из предпринятого в 714 году до н.э. похода против этого своего соседа и старого соперника ассирийский царь Саргон II вернулся победителем. Он разгромил города, уничтожил посевы, угнал скот, часть жителей казнил, часть увел в рабство.

«Имуществом дворца Урзаны и Халди и многим, многим богатством его, которые я похитил в Мусасири, — пишет Саргон, — я нагрузил мои многочисленные войска во всем обилии и заставил стащить в Ассирию. Людей области Мусасири я причислил к людям Ассирии, повинность воинскую и строительную я наложил на них, как на ассирийцев. Услышал Урса [урартский царь], поник на землю, разодрал свои одежды, опустил руки, сорвал головную повязку, распустил волосы, прижал обе руки к сердцу, повалился на брюхо, его сердце остановилось, его печень горела, в устах его были горестные вопли. Во всем Урарту я распространил рыдания, плач на вечные времена я устроил в Наири». На рельефах дворца царь Саргон принимает добычу, привезенную из Урарту: пленных и скот, модели захваченных крепостей, оружие, прекрасные металлические кубки в форме львиных голов. Царь окружен придворными и слугами, созерцающими сцену триумфа.

А вот царь охотится. Пружинисто сгибаются под тяжестью всадников мчащиеся по пустыне верблюды... Львиная ярость и бешеный конский бег... Это — вершина ассирийского искусства. Такой динамизм, такая мощь порыва и не снились египетскому художнику, изобразившему едва ли не самую бурную в искусстве Древнего Египта сцену охоты на львов на ларце из гробницы Тутанхамона.

Не культовые, а светские сюжеты преобладают в рельефах и росписях ассирийских дворцов, великолепием которых, по существу, и исчерпывается искусство Ассирии. Не культовая, а грандиозная, сверхчеловеческая дворцовая и крепостная архитектура была характерна для всей до предела милитаризованной ассирийской державы.

...Изобилие рельефов и скульптур было поразительным. Как зачарованный Ботта сидел в раскопе и срисовывал причудливые, совершенно необычные изображения крылатых зверей, фигуры бородатых людей; ничего подобного ему не приходилось видеть даже в Египте, да и вообще европейцам еще не были знакомы такие изображения.

3 ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

95

Открытие Ботта стало мировой сенсацией. До сих пор колыбелью человечества считали Египет. О древних царствах Двуречья до этого сообщала лишь Библия, которую европейские ученые XIX века со времен французского Просвещения привыкли считать «сборником легенд». Но открытие Ботта свидетельствовало о том, что в Двуречье действительно некогда существовала по меньшей мере такая же древняя, а если признать сведения Библии достоверными, то даже еще более древняя, чем Египет, цивилизация. Открытия Ботта положили начало ассириологии как одной из ветвей археологической науки.

Многочисленные исследователи, зачастившие в Хорсабад уже после первых сообщений Ботта, пришли к выводу, что это — древний Дур-Шарру-кин, загородная резиденция царя Саргона (Шаррукина) II, тот самый, который упоминается в пророчествах библейского пророка Исайи. Это был летний дворец на окраине Ниневии, своеобразный Версаль Древнего мира.

Первые раскопки Дур-Шаррукина велись три года — с 1843 по 1846-й. Затем в 1852 году их продолжил Виктор Плас. Стена за стеной поднимались из земли величественные здания с великолепно украшенными порталами, с роскошными помещениями, ходами и залами, с гаремом из трех отделений и остатками ступенчатой башни-зиккурата. Стены дворца покрывали изображения диковинных животных, барельефы бородатых царей и крылатых богов. В его помещениях археологи нашли изумительные по форме вазы и предметы из алебастра, рассыпавшиеся от прикосновения в порошок. Все эти вещи говорили о величии открытой цивилизации.

Дворец был сооружен на искусственной террасе и доминировал над расположенным у его подножия городом. Площадь дворца составляет 10 гектаров при общей площади города 18 гектаров. Крепостная стена, окружавшая город, подходила вплотную к дворцу так, что часть дворцовых помещений выдавалась вперед, образуя огромный бастион над крутым обрывом холма. С высоких башен стража могла увидеть врагов на далеком расстоянии, а отвесные склоны затрудняли осаду крепости. Дворец имел 30 дворов и 210 залов. В центре находилась царская резиденция, вокруг нее группировались служебные помещения, гарем, храмы, зиккурат.

Во внутренних покоях дворца обнаружены остатки стенных росписей и панелей из глазурованных кирпичей. Комнаты были узкими, длинными и высокими, балки перекрытий делались из ливанского кедра, стены парадных залов в нижней части облицовывались рельефными фризами.

Величественны и фантастичны возвышавшиеся у входа во дворец Саргона грандиозные крылатые быки — шеду, стражи царских чертогов, охранявшие их от врагов, видимых и невидимых. Они — в высоких тиарах, с высокомерными человеческими ликами, сверкающими глазами, с огромными, прямоугольными, сплошь закрученными мелким завитком борода-Ми. Характерная черта: каждый бык имеет пять ног. Добавочная нога создавала иллюзию шага животного по направлению к зрителю: входящий во

96

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

дворец видел быков сбоку — в движении, устрашающем своей тяжестью, а спереди — в не менее грозном покое...

Сегодня на руинах Дур-Шаррукина остались только следы траншей и обломки гранитных глыб. Статуи крылатых быков-шеду можно видеть в Иракском музее древностей в Багдаде. Самые знаменитые рельефы из ассирийских царских дворцов находятся в лондонском Британском музее и в парижском Лувре.

ПЕРВОЕ ОТКРЫТИЕ ГЕНРИ ЛЭЙЯРДА

В тридцати километрах от иракского города Мосул располагается небольшая арабская деревня Нимруд, на окраине которой высится явно имеющий искусственное происхождение холм с ровно срезанной вершиной. За ним виднеется еще несколько холмов меньших размеров. Здесь, под грудами серой земли, погребены развалины одной из столиц Ассирии — Калаха (Кальхи).

В 1839 году в этих местах, на пустынных берегах Тигра, появился 23-летний английский ученый и путешественник Остин Генри Лэйярд (1817— 1894). Путешествуя верхом по окрестностям Мосула, он повсюду встречал

следы древней истории Месопотамии. «Я почувствовал непреодолимое желание осмотреть местность по ту сторону Евфрата, — вспоминал годы спустя Лэйярд — Большинство путешественников испытало это желание перешагнуть через реку и исследовать местность, отделенную на картах от границ Сирии колоссальным белым пятном, протянувшимся от Алеппо до берегов Тифа. История Ассирии, Вавилонии и Халдеи еще весьма темна, с этими странами связаны истории великих наций, там бродят угрюмые тени прошлого больших городов; огромные каменные руины, лежащие среди пустыни, как бы насмехаются над описаниями путешественников. Следуя заветам пророков, по этой стране, по этой равнине, которую евреи и язычники считают колыбелью своего народа, кочуют остатки больших племен» Среди множества холмов далеко на горизонте Лэйярд заметил особенно высокую пирамидальную гору, которая возвышается над пустынной равниной. Она представляла собой груду земли, поросшую травой, где не было

3. ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

97

никаких следов человеческой деятельности. Но там, где дожди размыли склоны холма, из земли выступали остатки стен. Что это за руины?

Лэйярда весьма заинтересовало библейское название расположенной поблизости деревни — Нимруд. Нимродом или Нимрудом звали правнука легендарного Ноя. Лэйярд хорошо помнил, что Библия, в те времена являвшаяся практически единственным источником по истории Передней Азии, прямо связывала имя Нимруда с древними столицами Ассирии: «Царство его вначале составили: Вавилон, Эрех, Аккад и Халне в земле Сеннаар. Из сей земли вышел Ассур и построил Ниневию и Реховофир, Калах и Ресен между Ниневиею и между Калахом, это город великий».

Арабская устная традиция приписывала Нимруду основание здешнего поселения, на окраине которого высился громадный холм. Арабы называли его Калах-Шергат. «Калах»... Не тот ли это Калах, который упоминается в Библии?

«Эти гигантские холмы в Ассирии произвели на меня более сильное впечатление, вызвали больше глубоких и серьезных размышлений, чем храмы Баальбека и театры Ионии», — писал Лэйярд. Эти «бесформенные, мрачные кучи земли», возвышающиеся на выжженной солнцем равнине, несомненно скрывали какую-то тайну. Местные жители рассказывали о загадочных фигурах из черного камня, которые находятся под толщей земли. На поверхности холма поблескивали осколки мрамора и алебастра...

В 1845 году Лэйярд вернулся в эти места. Всего с шестью рабочими он приступил к раскопкам холма Калах-Шергат, еще не подозревая, что сделанные им здесь открытия поставят его имя в один ряд с именами величайших археологов XIX века.

Начав копать, уже через 24 часа Лэйярд наткнулся на стены двух ассирийских дворцов. Первыми из того, что обнаружили археологи, были несколько вертикально поставленных каменных плит. Выяснилось, что это облицовка стен какого-то помещения, которое, судя по богатству декора, могло быть только царским дворцом.

Лэйярд отправил трех человек копать с противоположной стороны холма, и здесь снова заступ археолога наткнулся на стену, оказавшуюся углом второго дворца. Она была покрыта великолепными рельефами, среди которых особенно выделялся один, изображающий ассирийского царя:

«На нем изображена батальная сцена, — вспоминал Лэйярд, — во весь опор мчатся две колесницы; в каждой колеснице — три воина, старший из них, безбородый (по всей вероятности, евнух) облачен в доспехи из металлических пластинок, на голове его остроконечный шлем, напоминающий старинные норманнские шлемы. Левой рукой он крепко держит лук, а правой чуть ли не до плеча оттягивает тетиву с наложенной на нее стрелой Меч его покоится в ножнах, нижний конец которых украшен фигурками двух львов.

Рядом с ним стоит возничий, с помощью поводьев и кнута он направляет бег коней, щитоносец отбивает круглым щитом, возможно, из чеканного

Я

i

98

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

золота, вражеские стрелы и копья. С удивлением отмечал я изящество и богатство отделки, точное и в то же время тонкое изображение как людей, так и коней; знание законов изобразительного искусства нашло здесь свое выражение в группировке фигур и общей композиции».

Потом, годы спустя, было найдено множество подобных барельефов, ныне украшающих музеи Ирака, Европы и Америки. Они удивительно реалистичны по своему содержанию, и их внимательное изучение дает возможность заглянуть в жизнь тех людей, и прежде всего тех ассирийских правителей, о которых еще полтора века назад было известно только из Библии. Но для тех исследователей, которым впервые удалось откопать эти изображения и отряхнуть с них пыль веков, они были волнующей новинкой.

...Однажды утром к Лэйярду прибежали взволнованные и радостные рабочие, работавшие на втором раскопе. Они потрясали своими кирками и заступами, кричали и танцевали. «Скорее, о бей, скорее, —кричали они, — нет бога, кроме Аллаха, и Мухаммед пророк его! Мы нашли Нимрода, самого Нимрода, мы видели его собственными глазами...»

Лэйярд стремглав полетел к раскопу. Из толщи земли величественно поднималась практически нетронутая временем исполинская алебастровая голова крылатого человеко-льва.

«Она удивительно хорошо сохранилась, — писал Лэйярд. — Выражение лица было спокойным и в то же время величественным; черты лица переданы так свободно и в то же время с таким пониманием законов искусства, какое с трудом можно было предположить для столь далекой от нас эпохи».

Сегодня мы знаем, что это была одна из многих статуй главных ассирийских богов Их было четыре: Мардук, которого изображали в виде крылатого быка, Набу — его изображали как крылатого человека, Нергал крылатый лев и Нинурта, которого изображали в виде орла.

Лэйярд был потрясен. «Целыми часами я рассматривал эти таинственные символические изображения и размышлял об их назначении и их истории, — вспоминал он. — Что более благородное мог бы ввести тот или иной народ в храмы своих богов? Какие более возвышенные изображения могли быть заимствованы у природы людьми, которые... пытались найти< воплощение своим представлениям о мудрости, силе и вездесущности высшего существа? Что могло лучше олицетворять ум и знания, чем голова' человека, силу — чем туловище льва, вездесущность — чем крылья птицы!

Эти крылатые человеко-львы вовсе не были бессмысленными творениями, они не были лишь плодом досужей фантазии — их внешний вид передавал то, что они должны были символизировать. Они внушали благоговение, они были созданы в назидание поколениям людей, живших за три тысячелетия до нас. Сквозь охраняемые ими порталы несли свои жертвоприношения правители, жрецы и воины еще задолго до того, как мудрость Востока распространилась на Грецию, снабдив ее мифологию издавна изве-

ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

99

(тн ассирийцам символическими изображениями. Они были погребены под землей еще до основания Вечного города, и об их существовании никто не подозревал. Двадцать пять столетий были они скрыты от взоров людей и вот появились вновь во всем своем былом величии. Но как изменилось все кругом... Великолепные храмы и богатые города превратились в руины, едва угадываемые под бесформенными кучами земли. Над теми обширными залами, где некогда стояли эти статуи, плуг провел свою борозду, и волнами колыхалась тучная нива. Монументы, сохранившиеся в Египте, немые свидетели былой мощи и славы, не менее поразительны, но они на протяжении столетий стояли, открытые всем взорам. Те же, с которыми довелось столкнуться мне, только что появились из небытия...»

Работы на холме Нимруд продолжались три года. Лэйярду удалось вызволить из небытия столицу древнего Ассирийского царства, в центре которой некогда возвышался дворец царя Ашшурнасирапала II (883—859 гг. до н.э.). Именно этот царь перенес столицу Ассирии из древнего Ашшура сюда, в Калах

Особенностью традиций Ассирии было то, что почти каждый ее новый правитель, взойдя на престол, сооружал себе новую укрепленную столицу, стараясь при этом превзойти предшественника в пышности и величественности построек. Благодаря этому в Месопотамии сегодня сохранилось множество значительных памятников ассирийского периода.

Дворец Ашшурнасирапала, сооруженный в IX в. до н.э., был грандиозен. Он имел большой квадратный внутренний двор, вокруг которого располагались парадные, жилые и хозяйственные помещения. Стены многих из них были покрыты рельефами с изображениями военных подвигов царя, охоты, царских приемов. Эти рельефы отличает буквально протокольная точность в передаче событий, простота композиций, четкость контуров. Вход во дворец охраняли фигуры шеду — фантастические существа с телом быка, крыльями птицы и лицом человека.

Весной 1848 года дворец Ашшурнасирапала был практически полностью освобожден из-под земли Незадолго до своего отъезда Лэйярд обошел его целиком и оставил нам свои впечатления от этого величественного сооружения:

«Спустимся по грубо вырубленным в земле ступеням в главную траншею. Двадцать шагов в глубину — и мы между двумя крылатыми человеко-львами, образующими портал. В подземном лабиринте беспокойная суета; арабы носятся повсюду: некоторые несут наполненные землей корзины, Другие — кувшины с водой для своих товарищей. Халдеи в своих полосатых одеждах и остроконечных шапочках бьют кирками неподатливую почву, с каждым ударом поднимая целую тучу мельчайшей пыли. Изредка с какого-нибудь дальнего холма доносятся мелодии курдской музыки; услышав ее, арабы затягивают хором свой воинственный клич и с новой энергией берутся за работу.

100

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Миновав львов, мы входим в главную залу. От нее остались лишь руины, но по обеим ее сторонам стоят гигантские крылатые фигуры, одни с головами орла, другие, — созданные по человеческому подобию. В руках у них какие-то загадочные символические предметы. Налево — еще один портал, который также образуют крылатые львы. Один из них упал наискосок, загородив дорогу, и нам с трудом удается проползти под ним. За этим порталом находится крылатая фигура человека и две плиты с барельефами, настолько, однако, испорченные, что почти невозможно разобрать, что на них изображено. Еще далее, вероятно, была стена, но сейчас от нее ничего не осталось. Исчезла и противоположная стена залы: мы видим лишь высокую земляную насыпь, и только при внимательном осмотре удается обнаружить следы облицовки — остатки кирпичей из необожженной глины, которые уже давно приобрели тот же оттенок, что и окружающая их земля.

Упавшие алебастровые плиты водворены на место. Так мы попадаем в настоящий лабиринт маленьких барельефов, на которых изображены повозки, всадники, сражения и осады. Нам повезло: рабочие поднимают очередной барельеф. Затаив дыхание, в величайшем нетерпении ждем мы, пока они кончат: о каком новом событии ассирийской истории узнаем мы? Быть может, речь пойдет о каком-нибудь еще неизвестном обычае или религиозной церемонии?

Пройдя еще около ста шагов среди этого царства древностей, мы приближаемся к проходу, охраняемому двумя гигантскими крылатыми человеко-быками из желтого известняка. Один из них еще цел, другой же давно разбился — большая человеческая голова валяется у самых наших ног.

Мы проходим мимо и идем дальше. Вот еще одна крылатая фигура: в руках у нее красивый цветок, который она, вероятно, в качестве жертвоприношения подносит крылатому быку. Рядом с этой фигурой находятся восемь красивых барельефов. Здесь и царская охота: торжествующий царь рядом со своими трофеями — львом и диким быком; и осада крепости, к стенам которой подведены тараны. Но вот мы уже достигли конца залы. Перед нами изысканно красивая скульптура: два царя в сопровождении крылатых божеств-охранителей перед фигурой высшего божества. Между ними — священное древо. Впереди этого барельефа — каменная платформа: в древние времена на ней стоял трон ассирийских монархов; здесь восседали они во время приемов или когда перед ними дефилировали пленные враги.

Слева еще один, четвертый, проход: он образован двумя львами. Мы проходим мимо них, и вот мы уже у края глубокой пропасти. Над ее северной стороной нависают огромные руины; на сохранившихся стенах видны фигуры пленников, несущих дань: серьги, браслеты, обезьянок. А у самого i края стены валяются два огромных изваяния быка и две крылатые фигуры высотой в четырнадцать шагов.

Так как с этой стороны руины вплотную подходят к пропасти, возвратимся к проходу, где стоят быки из желтого известняка. Пройдя через него,

ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

101

вступаем в помещение, окруженное со всех сторон изваяниями божеств орлиными головами. На одном конце его находятся охраняемые двумя ^пецами, или божествами, ворота, а в середине другого портал, у которого стоят два крылатых быка. Куда бы мы теперь ни направили свой путь, мы окажемся в целой анфиладе комнат; не зная их расположения, можно запутаться. Так как обыкновенно посреди комнаты лежит мусор, весь раскоп состоит из серии узких проходов-траншей, с одной стороны ограниченных алебастровыми плитами, а с другой — высокой земляной насыпью, в которой кое-где виднеются полузасыпанные разбитые вазы или покрытые разноцветной глазурью кирпичи. Не меньше часа надо потратить на осмотр этой галереи с ее удивительными скульптурами и многочисленными рельефами. Мы видим здесь царей в сопровождении евнухов и жрецов, бесчисленные крылатые фигуры с сосновыми шишками и символами божества в руках, застывшие в благоговении перед священным деревом.

Комнаты соединены между собой проходами, которые образуют стоящие попарно крылатые львы и быки, в каждой из комнат все новые и новые скульптуры, вызывающие одновременно и удивление и любопытство. Утомленные, мы наконец выходим из этого царства руин, но не с той стороны, откуда мы вошли, а с противоположной, и перед нами снова голая платформа».

Сегодня многие скульптуры из Калаха украшают залы Иракского музея древностей в Багдаде. Здесь находится статуя бога Набу, высеченная из желтого песчаника, когда-то возвышавшаяся в городском храме. Бог мудрости изображен в виде бородатого мужчины с высокой тиарой на голове. Здесь же находятся две статуи царя Салманасара III (858—824 гг. до н.э.), сына Аш-шурнасирапала. Спокойна и величественна поза царя, длинная одежда окутывает его тело, руки сложены в молитвенном жесте. Напряженные мускулы рук свидетельствуют о громадной силе. На голове Салманасара — тиара с бычьими рогами.

Руины Калаха, раскопанные в 1845—1848 гг. Лэйярдом и в 1870-х Дж. Смитом и О. Рассамом, продолживших работу своего предшественника, и сегодня производят неизгладимое впечатление. С расстояния примерно десяти метров можно охватить взглядом весь фасад дворца Ашшурнасира-пала, с двумя порталами, ведущими в тронный зал. Их стерегут статуи богов Мардука и Нергала. Скульптура Мардука в виде крылатого человека-быка изваяна из серовато-зеленого с белыми вкраплениями известняка, привезенного, очевидно, из верховьев Тигра. Фигура стоит в профиль. Отчетливо вИцны брюхо, покрытое змеиной чешуей, мощные ноги и человеческая го-л°ва главного бога Ассирии. Мягко очерчен крупный нос, прямая борода заплетена в косички, усы закручены. В некоторых местах треснувшую скульп- скрепляют металлические скобы.

Две фигуры бога Нергала, крылатого льва с человеческим лицом, стоят Они сделаны из того же материала, но меньше по размерам. Одна из держит в руке ягненка, другая — сосуд с вином или маслом.

102

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

У восточного, лучше сохранившегося портала стоит каменная плита с барельефом третьего бога ассирийцев — Набу. Он изображен в виде крыла» того человека со свирепым лицом: крючковатый нос нависает над плотно сомкнутыми губами, застывшими в злой усмешке, брови нахмурены, к мочке уха прикреплена длинная, напоминающая ключ серьга. В правой руке Набу держит шишку пинии — символ плодородия.

Среди протянувшихся вдоль фасада барельефов можно найти изображение и четвертого бога ассирийцев — Нинурты. Этот бог, по-видимому был самым младшим из четырех: размеры его изображения в виде орла составляют всего лишь четверть массивной фигуры Мардука.

Некогда дворец в Калахе поражал богатством и роскошью отделки. Резные вставки из слоновой кости украшали троны, ложа, столы, кресла, более того — стены некоторых залов целиком были покрыты пластинками этого драгоценного материала. Каждый посетитель, вступавший в тронный зал, будь то жрец, царский придворный или посол соседней державы, проходил мимо богов и каменных плит, на которых искусный скульптор изобразил сцены, рассказывающие о смелости царя Ассирии в бою и'его ловкости на охоте. Фигуры богов должны были внушать благоговение, подчеркивать силу и могущество Ассирийской империи и ее владыки, сидевшего на золотом троне в южном конце тронного зала.

Но сейчас тронный зал пуст. Барельефы и статуи богов вывезены отсюда еще Лэйярдом. С огромным трудом в лондонский Британский музей были переправлены и гигантские каменные изваяния, извлеченные на свет из холма Нимруд. Испещренный клинописными знаками гранитный пьедестал, на котором стоял трон ассирийских царей, можно видеть сегодня в музее Мосула. Здесь же некогда находился пьедестал трона Салманасара III, ныне хранящийся в Иракском музее древностей в Багдаде. Он представляет собой прямоугольную подставку площадью около четырех квадратных метров, с трех сторон украшенную рельефами. Идущие друг за другом данники, нагруженные корзинами с плодами, мешками, сосудами, символизируют народы, покоренные ассирийским царем. На слегка выступающей вперед центральной части пьедестала трона — фигура царя Салманасара, протягивающего руку вавилонскому царю. Хотя по величине рельефы пьедестала совсем небольшие, им присущи черты, характерные для огромных рельефных композиций ассирийских дворцов IX века до н.э.: плоскостность изображений и четкость линий. Из дворца Салманасара III в Нимруде происходит и панель из ярких цветных глазурованных кирпичей с изображением царя, над которым парит крылатый бог Ашшур.

Стены опустевшего тронного зала аккуратно оштукатурены и обмазаны цементом. Только в нескольких местах уцелели скрепленные известью осколки барельефов, которые не вывезли лишь потому, что они могли бы раскрошиться по пути. На них видны изображения воинов, боевых колесниц, когтистая лапа раненного на охоте зверя, царапающего в предсмертной аго-

АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

103

нИи землю. Вот, пожалуй, и все следы былого великолепия, сохранившиеся сегодня во Нимруде...

...«Так и кажется, что это всего лишь видение, всего лишь рассказанная ¦тебе восточная сказка, — писал в свое время Генри Лэйярд. — Многие из тех, кто посетит это место, когда руины ассирийских дворцов зарастут травой, наверное, заподозрят, что все рассказанное здесь — плод фантазии».

ЛЭЙЯРД НАХОДИТ НИНЕВИЮ

На окраине Мосула в 44 км к северу от Багдада находятся развалины Ниневии, последней столицы Ассирийской империи (после Ашшу-ра, Калаха (Кальху) и Дур-Шаррукина). Ниневия возникла в древнейшие времена. Уже вавилонский царь-законодатель Хаммурапи примерно в 1930 году до н.э. упоминает о храме Иштар, вокруг которого был расположен этот город, обязанный своим названием другой великой богине древнего Двуречья — Нин.

В ту пору, когда Ашшур и Калах уже были царскими резиденциями, Ниневия все еще продолжала оставаться провинциальным городом. Ее возвышение связано с именем ассирийского царя Синаххериба, сделавшего Ниневию в VII веке до н.э. своей столицей. В то время Ассирия стала одной из могущественных держав Востока. Ее границы включали в себя все Двуречье: на западе вплоть до Сирии и Палестины, а на востоке — до владений диких горных народов, которых, впрочем, ассирийцам ни разу не удавалось покорить на сколько-нибудь продолжительный срок. Воины Синаххериба стояли под стенами Иерусалима и иудейских крепостей, воевали в Сирии и Армении. Военные сУДа ассирийцев спускались по Тигру, грабили Персию, сеяли смерть и раз-РУШения. В 689 году до н.э. ассирийцы штурмом взяли Вавилон, перебили его жителей, разрушили его дворцы и храмы, завалили каналы, разрушили Дамбы и, погрузив на корабли несколько тонн вавилонской земли, отвезли ее к острову Бахрейн и там развеяли по ветру, символизируя тем самым Духовное уничтожение своего извечного соперника.

Царь Синаххериб — одаренный полководец, но имевший неуравнове-Шенный и вспыльчивый характер, сделал все, чтобы его новая столица Ни-Невия затмила славу прежних столиц Ассирии. По его приказу сносились Ц кварталы старых построек, чтобы освободить место для новых ги-

104

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЕ

гантских дворцов, площадей и улиц. В западной части города был построен дворец царя, для описания которого у древних авторов не хватило слов. По парку, засаженному деревьями редких пород и кустарниками, разгуливали диковинные животные и птицы, привезенные царем из дальних походов ц присланные из разных уголков обитаемого мира. Город окружала 25-метро-вая стена, которая «своим ужасным сиянием отбрасывала врагов».

При сыне Синаххериба, Ашшурбанапале, Ниневия достигла своего расцвета. Она стала могущественнейшим городом, крупнейшим политичес, ким и хозяйственным центром, а также центром культуры, науки и искусства — настоящим ассирийским Римом.

Ниневия была и крупнейшим торговым центром страны. Как писал древний автор, в городе «купцов было больше, чем звезд на небе».

Ниневия навеки осталась в истории как нарицательный символ столицы языческой азиатской империи. Это был город гигантских, имевших сверхчеловеческие масштабы дворцов, площадей и улиц, городом новой, неслыханной дотоле техники. Это был город, где власть принадлежала узкому слою жрецов и вождей, независимо от того, на чем они основывали свое право господства: на праве происхождения, праве силы, расовом превосходстве, деньгах или же на совокупности всего этого. Это был город, с именем которого связаны убийства, грабежи, насилия и кровавые войны, город, где царили неслыханная жестокость и умопомрачительная роскошь. Это была столица жаждавшей мирового владычества империи, правители которой держались на троне лишь с помощью террора и которым редко удавалось умереть своей смертью. И в то же время это был город рабов, обязанных работать и лишенных всяких прав. С помощью сладких мифов и красивых слов им создавали иллюзию свободы, но их единственная функция состояла в том, чтобы рожать солдат и работать для того, чтобы другие могли воевать.

В Библии есть пророчество о гибели Ассирии: «И прострет Он руку Свою на север, и уничтожит Ассура, и обратит Ниневию в развалины, в место сухое, как пустыня. И покоиться будут среди нее стада и всякого рода животные; пеликан и еж будут ночевать в резных украшениях ее...» Это пророчество сбылось. Расцвет Ниневии длился недолго, всего около девяноста лет. Последний царь Ниневии — Синшаришкун, сын Ашшурбанапала — правил только семь лет. В 612 году до н.э. объединенная армия мидийского царя Киаксара и вавилонского царя Набопаласара осадила Ниневию и взяла ее штурмом. Мидийцы и вавилоняне поступили со столицей Ассирии так же, как в свое время ассирийцы поступали с покоренными странами.' дворцы Ниневии и ее стены были разрушены, жители перебиты или угнаны в рабство, а богатства, свезенные со всех покоренных стран, разделены между победителями. Ниневия была разрушена полностью, что дало античному автору Лукиану основание вложить в уста крылатого Меркурия обращенную к перевозчику в страну мертвых Харону фразу: «Что касается Ниневии, мой добрый перевозчик, то она разрушена так, что от нее не осталось и следа, трудно даже сказать, где она в свое время находилась».

АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

105

Несмотря на краткость эпохи расцвета и катастрофическое падение, ^я Ниневия на протяжении последующих двадцати пяти веков оставалось символом величия и падения, сибаритства и высокой цивилизации, ужасных злодеяний и справедливого возмездия.

Современная арабская деревня, лежащая у подножия огромного холма Куюнджик, носит название Ниневии в память об огромном городе, шумевшем на берегах Тигра более 25 веков назад. Руины этого города были открыты осенью 1849 года тем самым Остином Генри Лэйярдом, который прославился как первооткрыватель и исследователь руин Калаха-Нимруда. Казалось бы, после такого успеха Лэйярд мог с полным правом почить на лаврах. Но не таков был характер этого беспокойного и талантливого археолога. Среди множества холмов, явно скрывавших в себе руины древних городов, Лэйярд выбрал в качестве объекта дальнейших раскопок именно холм Куюнджик. Тогда его выбор казался более чем спорным: дело в том, что этот холм уже на протяжении целого года безуспешно раскапывал Поль Ботта, который не нашел здесь абсолютно ничего! Но Лэйярд обладал гениальной интуицией, которая не подвела его и в этот раз. На холме Куюнджик им были сделаны находки, благодаря которым ассирийская цивилизация предстала во всем своем многообразии и богатстве.

Пробив вертикальную штольню в глубь холма, на глубине примерно двадцати метров Лэйярд наткнулся на слой кирпичей. Тогда он начал вести под землей горизонтальные ходы по всем направлениям и вскоре обнаружил зал, а затем и ворота с изваяниями крылатых быков по бокам За четыре недели работы он открыл еще девять помещений.

Как выяснилось впоследствии, это были остатки дворца царей Синаххериба и Ашшурбанапала. Одни за другими появлялись на свет росписи, рельефы, великолепные изразцы, мозаики; все это выдержано в холодных, •вдачноватых тонах — преимущественно черном, желтом и темно-лиловом. Рельефы и скульптуры отличались удивительной выразительностью и по натурализму деталей оставляли далеко позади все аналогичные находки на -.олме Нимруд. И понятно почему — искусство времени Ашшурбанапала ^ыло вершиной и вместе с тем последней страницей в истории ассирийско-о искусства.

Среди прочего здесь был найден знаменитый шедевр мирового значе-(ВД — рельеф «Умирающая львица», относящийся к эпохе правления Ашшурбанапала (ныне хранится в Лондоне, в Британском музее). На нем изображена смертельно раненная львица, исполненная трагического величия. ^ ее тело вонзились стрелы, у нее перебит позвоночник, но, волоча парали-^ванные задние лапы, она в последнем отчаянном усилии пытается под-]ться Львица приподняла верхнюю часть туловища и, вытянув морду, стыла в предсмертном рывке. Этот рельеф — создание великого ваяте-1 — по глубине экспрессии и проникновенности можно смело поставить 'Дом с лучшими произведениями мирового искусства.

"ЯП

106

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЕ

Самой значительной находкой археологов в Куюнджике стала ныне зна. менитая на весь мир библиотека царя Ашшурбанапала. Она состояла jj3 30 тыс. систематизированных и классифицированных табличек с царски, ми указами, дворцовыми записями, религиозными текстами и магически, ми заговорами, эпическими повествованиями, песнями и гимнами, тексту, ми, содержащими сведения о медицине, астрономии и других науках. Здесь обнаружены таблички с одним из величайших произведений мировой ли. тературы — шумерским эпосом о великом Гильгамеше, бывшем «на две тре-ти богом и на одну треть — человеком». Вероятно, это была самая большая библиотека во всем тогдашнем мире, которая с полным правом может бьщ названа первой систематизированной библиотекой древнего Востока. По-чти все таблички, составлявшие коллекцию, сейчас находятся в Британском музее. Многие из них изданы или достаточно подробно описаны в каталогах. Эти тексты являются сегодня основным источником по истории Месопотамии.

Как установлено, эту библиотеку собрал царь Ниневии Ашшурбана-пал (668—626 гг. до н.э.), который сам был не чужд литературе и вообще считался просвещенным (насколько это было возможно в условиях Ассирии) правителем. Ашшурбанапал (или, как его называли греки, Сардана-пал) был обязан троном своей бабке Накии, фаворитке Синаххериба. По своему характеру он был полной противоположностью вздорному и неуравновешенному отцу. Это, однако, не означает, что он не вел войн. Его родные братья (один из которых носил непроизносимое для нас имя Аш-шурэтелыиамеуерситиубаллитсу и был верховным жрецом бога Луны, а второй, Шамашшумукин, был царем Вавилона) доставили ему немало хлопот. Ашшурбанапал разрушил царство эламитов и завоевал отстроенный его непосредственным предшественником Асаргаддоном Вавилон, но, впрочем, не разрушил его, а отнесся к нему милосердно. Судя по всему, Ашшурбанапал попытался и смягчить нравы жителей Ассирии, приостановив творящиеся повсеместно жестокости. Некий ассирийский поэт, прославляя Ашшурбанапала, писал:

«Покоилось (при нем) оружие мятежных врагов. Колесничие распрягли свои упряжки, острые пики и копья их лежали без дела, И отпустили тетиву у луков; И тем, кто с помощью силы пытался решить спор или вести борьбу с противником, не давали бесчинствовать. Ни в городе, ни в доме, никто не пускал в ход силу, никто никому не причинял ущерба. Одинокий путник мог спокойно совершать свой путь на самых дальних дорогах. Не было разбойников с их кровавыми деяниями. И никто не совершал никаких насилий. Вся земля была мирным домом, И чисты, как масло, были веб четыре страны света».

Сам царь сообщал о себе такие сведения:

«Я, Ашшурбанапал, постиг... все искусство писцов, усвоил знание всех мастеров, сколько их есть, научился стрелять из лука, ездить на лошади и

ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

107

деснице, держать вожжи... Я постиг скрытые тайны искусства письма, я в небесных и земных постройках и размышлял [над ними]. Я присут-

ствовал на собраниях царских переписчиков. Я наблюдал за предзнаменованиями, я толковал явления небес с учеными жрецами, я решал сложные задачи с умножением и делением, которые не сразу понятны... В то же вре-0t я изучал и то, что полагается господину; и пошел по своему царскому

пути».

Но все же в историю Ашшурбанапал вошел только благодаря тому, что до наших дней дошла библиотека, которая была собрана по его приказу и предназначалась для его личного пользования.

Из личных писем Ашшурбанапала известно, что коллекционирование глиняных «книг» было его увлечением. Он специально направлял своих людей в Вавилонию на поиски текстов и проявлял столь огромный интерес к собиранию табличек, что лично занимался отбором текстов для библиотеки. Есть указания на то, что значительная часть библиотеки поступила из древней столицы Ассирии, Калаха, куда царь Тиглатпаласар I (1115—1077 гг. до н э.) после завоевания Вавилона, по-видимому, привез древние вавилонские оригиналы. Характерно, что Ашшурбанапал и его писцы уже не понимали смысла многих древних текстов, но все равно старательно копировали их. Сам Ашшурбанапал писал: «Для меня было большой радостью повторять красивые, но непонятные надписи шумеров и неразборчивые аккадские тексты».

Часть табличек царь получил из частных собраний, большинство же является копиями, которые по повелению царя писцы изготовили во всех провинциях Ассирии. Так, посылая своего чиновника Шадану в Вавилон, царь снабдил его следующей инструкцией: «В тот день, когда ты получишь это письмо, возьми с собой Шуму, брата его Бель-этира, Алла и художников из Борсиппы, которые тебе известны, и собери все таблички, хранящиеся в их домах и в храме Эзида. Драгоценные таблички, копий которых нет в Ассирии, найдите и доставьте мне. Я написал главному жрецу и губернатору Борсиппы, что ты, Шадану, будешь хранить эти таблички в своем складе, и просил, чтобы никто не отказывался предоставлять их тебе. Если вы узнаете, что та или иная табличка или ритуальный текст подходят для дворца, сыщите, возьмите и пришлите сюда».

На царя работали ученые и целая группа мастеров-писцов. Таким путем Ашшурбанапалу удалось создать библиотеку, в которой была представлена вся наука, все знания того времени, но, поскольку в ту эпоху наука была тесно переплетена с магией, верой во всякого рода чудеса и волшебство, большая часть библиотеки заполнена различными заговорными и ритуальными текстами. Впрочем, в библиотеке имелось довольно много медицинских текстов, написанных опять-таки с изрядным уклоном в магию, а также табличек, содержащих сведения из области философии, астрономии, математики, филологии. Специалисты, изучавшие состав библиотеки, утверж-

108

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЕ

дают, что библиотека Ашшурбанапала охватывает всю совокупность традц» ционных текстов той поры. Таким образом, библиотека Ашшурбанапала стала сегодня ключом ко всей ассиро-вавилонской культуре.

Другой знаменитой находкой в Куюнджике стал архив царей Ассириц Среди найденных здесь более двух тысяч писем и их фрагментов около двух-сот являются личной корреспонденцией царей, охватывающей период от Саргона II до Ашшурбанапала. Большинство этих писем написаны Ащ. шурбанапалом или адресованы ему. Есть также много писем, написанных Саргону и Асаргаддону. Кроме того, архив содержит весьма интересные документы — доклады царю от предсказателей будущего. Эти тексты (их около четырехсот) представляют собой ответы прорицателей на вопросы царя. Для них характерен особый стиль: ученый опускает обычные вводные формулы и сразу сообщает о знамении или обо всем, что, как он считает, относится к тому случаю, о котором его запросили. К астрологическим предсказаниям он, как правило, добавляет некоторые благоприятные для царя соображения. Делается это обычно для того, чтобы истолковать дурное знамение как хорошее. Иногда к докладам добавляются личные лросьбы и сведения о различных происшествиях. В конце доклада сообщается имя ученого.

В форме писем составлены тексты особого характера — обращения к богам, «переписка с богами». Эти обращения писались частными лицами и правителями, стремившимися выразить свое почтение тому или иному божеству. Иногда эти письма сопровождались жертвоприношениями. Среди таких писем — послания, написанные ассирийскими царями Салманаса-ром II, Саргоном II и Асаргаддоном к богу Ашшуру и другим божествам города Ашшура. Они содержат сообщения о победоносных военных кампаниях. Письма написаны живым и поэтическим языком и, очевидно, предназначались для публичного чтения жрецам божества данного храма и собранию граждан города, носящего имя этого божества.

Среди этой «переписки с богами» сохранились два любопытных письма от... бога к царю (обратная связь!). В одном из них бог Нинурта, адресуясь к неизвестному ассирийскому царю, говорит о своем недовольстве (сохранилось только начало этого письма). Во втором некий бог (вероятно Ашшур) пишет царю Шамши-Ададу I о своем неудовольствии тем скептицизмом, который выказывает царь по отношению к божественным откровениям. Очевидно, эти «послания богов» сочинялись местными жрецами, желавшими добиться каких-то благ от царя.

Раскопки Ниневии продолжаются до наших дней. В 1956 году здесь были раскопаны, а затем реставрированы ворота Нергала, которые вели в древний город. Их украшают древние росписи, подходы вымощены большими каменными плитами. Сейчас здесь устроен небольшой музей. У восстановленных ворот безмолвно высятся два стража — крылатые быки Ассирии.

3 ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

109

СВЯЩЕННЫЙ АШШУР

История Ассирии начинается с того времени, когда наместник царей III династии Ура поселился в Ашшуре — древнем городе-святилище одноименного бога, от которого Ассирия и получила свое имя. Название города Ашшур (Ассур) встречалось исследователям во многих клинописных текстах, но шли годы, один за другим под лопатами археологов вставали из небытия другие города Ассирии — Ниневия, Дур-Шаррукин, Калах — а священный Ашшур продолжал оставаться загадкой. Где же его искать?

Постепенно сужавшийся круг поисков в конце концов привел исследователей в пустынное урочище Калат Шергат, расположенное в широкой излучине Тигра, в ста километрах от иракского города Мосула. Высящийся здесь огромный одинокий холм давно вызывал интерес у археологов. В 1870-х гг. здесь предпринял разведывательные раскопки Ормузд Рассам, ассистент Генри Лэйярда. В начале 1903 года сюда приезжал Роберт Кольдевей, недовольный безуспешными, на его взгляд, раскопками Вавилона. Однако никаких результатов эти экспедиции не достигли — загадочный холм не говорил ни да ни нет и упрямо хранил свою тайну. Разгадать ее было суждено только немецкому археологу Вальтеру Андре.

28-летний Андре приехал в Ирак в 1903 году в качестве ассистента Р Кольдевея, работавшего на раскопках Вавилона. Он принадлежал к новому поколению археологов, для которых на первом месте стояли уже не скоропалительные сенсационные находки, а кропотливый труд, подобный работе криминалистов, изучающих следы на месте преступления. И именно этому педантичному и неторопливому человеку Кольдевей поручил заняться исследованием таинственного холма в урочище Калат Шергат.

В этом пустынном, лишенном растительности краю с нереальными «лун-ЧЫми» пейзажами Вальтер Андре провел одиннадцать лет, вплоть до начала Первой мировой войны. Год проходил за годом, и из плена песков постепенно вставали руины дворцов и храмов древней ассирийской столицы — священного Ашшура...

i

110

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Все цари Ассирии чрезвычайно дорожили этим городом. Это был подлинный сакральный центр страны, постоянно жившей в напряжении сил. Ассирия была все время в наступлении. Благодаря ежегодным завоевательным походам ассирийские цари регулярно распространяли пределы своей державы на огромные территории. Но эти завоевания были крайне- непрочны, и раз за разом огромная империя повергалась в прах. Ее размеры сокращались до лоскутка земли вокруг Ашшура, но снова и снова цари Ассирии поднимали войска на отвоевание утраченных территорий...

«Неизменное стремление ассирийских царей снова организовать свою власть над этими захваченными районами остается проблемой, — писал один из крупнейших ученых-ассириологов XX века А. Лео Оппенхейм. — В небольшой группе ассирийцев, вероятно уроженцев Ашшура, по-видимому, существовало страстное убеждение, что их долг снова воссоединить страну, увеличить эффективность этого соединения и расширить его основу. Это постоянное и яростное стремление к расширению не следует, однако, рассматривать как первичный импульс. Часто оно было следствием все усиливающегося разорения родины и старых провинций. Необходимость расширения свидетельствует о слабости системы. Тот факт, что истощенную страну каждый раз стремились восстановить, свидетельствует о наличии там идеологических, т.е. религиозных корней, и нам следует искать учреждение, которое было способно пережить все повороты событий. Эти поиски приводят нас к святилищу бога Ашшура...»*

Первый известный царь Ассирии Шамши-Адад I (ок. 1813—1781 гг. до н.э.), по многим свидетельствам, был чужестранным завоевателем, который захватил Ашшур и попытался создать свое государство в Верхней Месопотамии. Древнее святилище бога Ашшура стало тем самым ядром, из которого выросла первая столица Ассирии. Ашшур располагался на отвесной скале, нависающей над Тигром, на западном берегу. Монументальная лестница вела на вершину скалы, где стояли царские дворцы, многочисленные храмы и главная святыня — храм бога Ашшура. И именно этот священный квартал избрал главной целью раскопок Вальтер Андре. Только здесь можно было по-настоящему познать дух и культуру прошлого, а может быть даже и объяснить их.

Верховным божеством города, «отцом богов» и повелителем вселенной, был Ашшур, главным жрецом которого был сам царь. Однако раскопки Андре позволили установить, что до него на протяжении почти тысячи лет в местном пантеоне господствовала богиня Иштар (Ашторет, Астарта), известная у шумеров под именем Иннин. Именно ей было посвящено самое древнее святилище города, которое, очевидно, существовало уже с самого начала ассирийской истории. Однако этот древнейший храм был варварски разрушен. Точно неизвестно, сделали ли это иноземные завоеватели, или сторонники культа Ашшура. Во всяком случае, в конце XIII века до н.э. царь Тукуль-тининурта I велел сровнять остатки древнего святилища Иштар с землей.

* А Лео Оппенхейм. Древняя Месопотамия М , 1980 С 171.

ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

2*_——

111

примерно через 400 лет (в IX в. до н.э.) царь Салманасар III восстановил д^зм Иштар на старом месте и по образцу святилищ четырехсотлетней давности. Три века спустя на развалинах этого храма последний ассирийский царь Ашшурбанапал возвел новое святилище, посвященное Иштар. Изобра-жеНия этой богини — обычно в виде обнаженной женщины с косами, ниспадающими на грудь, — часто попадались археологам на земле Ашшура.

Археологи нашли также следы существовавшего здесь некоторое время особенного культа животных. В Ашшуре, подобно многим другим цивилизациям Месопотамии, существовал древний культ быка-пахаря. Именно бык стал символом Ассирии. Из шкуры ритуально умерщвленного черного быка изготовлялся ритуальный бубен. Священного быка убивали для того, чтобы он передал бубну свое могущество и силу, после чего мясо быка поедали жрецы. Смена кожи на бубне также сопровождалась сложными ритуалами, подробные описания которых сохранились на дошедших до нас клинописных табличках.

В последующую эпоху в религиозном культе Ашшура появляется еще одно божество — змея. Изображения змеи часто встречаются в росписях на керамике, на культовых предметах и жертвенниках.

Роль главного культового центра Ашшура играла высокая ступенчатая башня-зиккурат. К ней примыкала огромная пристройка, тянувшаяся до самого берега Тифа. Здесь хранились священные барки, на которые в праздник Нового года во время торжественных процессий переносили изображения богов из храмов Ашшура. Для этой цели от берега Тигра до храмов была проложена тщательно вымощенная парадная «Дорога процессий». На барках боги покидали город, чтобы через несколько дней снова вернуться в свои святилища.

Перед городскими воротами располагался Новогодний храм, посвященный Ашшуру, до которого доходила процессия верующих. Его бронзовые ворота украшала фигура Ашшура, идущего на битву против богини зла Тиа-мат. Этот храм строился и украшался на протяжении жизни нескольких поколений вплоть до падения Ассирийской державы. Его территория была особым образом озеленена: на площадке размером 16 тыс. квадратных мет-Ров в каменистом фунте по приказу царя Синаххериба (704—681 гг. до н.э.) были вырублены глубокие ямы, соединенные подземными каналами. За-^м всю площадку засыпали землей и посадили деревья, получавшие влагу из подземных каналов. Таким же способом озеленили двор храма, окруженный колоннадой. Близ храмового колодца был устроен четырехугольный бассейн. На его наружных стенах (надписи датируют бассейн VIII в. до н.э.) изображены боги, окруженные жрецами в рыбьих масках. Тела жрецов покрыты рыбьей чешуей. Это — отголоски древнего шумерского мифа о «рыбьем» происхождении бога Эа (Оанна), в котором некоторые исследователи видят истоки культа бога Ашшура.

Раскопки Андре обнаружили полуразрушенные стены царских дворов, облицованные большими пластинами алебастра и окрашенные в пур-

112

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

пурно-красный цвет с перемежающимися черно-бело-черными полосами по углам. Украшавшие стены рельефы изображали крылатых существ с орлиными или человеческими головами, при этом последние увенчаны бычьими рогами. Одна из этих удивительных фигур держит на руках козленка или барашка. Здесь же были изображены человеческие фигуры, несущие знамена, и колеса с восемью спицами.

Андре отыскал и царские гробницы. Каждая из этих подземных погребальных камер, монументальная и в то же время простая, перекрыта куполообразным сводом и имеет размеры 7x7x4 м. В стенах устроены ниши для ламп, полукруглые своды облицованы долеритовыми пластинками, на которых восемнадцать раз повторяется имя царя. Однако никаких сокровищ в гробницах не оказалось — они были полностью ограблены еще в древности, причем, по-видимому, это сделали захватившие Ашшур враги, которые не только вынесли всю погребальную утварь, но и разрушили огромные каменные саркофаги. Андре нашел остатки одного такого саркофага, разбитого на куски. Он бьи высечен из цельной каменной глыбы весом 18 тонн и первоначально имел длину 3,85 м, ширину около 2 м и высоту 2 м. Чтобы разграбить содержимое, захватчики, очевидно, облили его нефтью, а затем подожгли. Когда камень раскалился, саркофаг стали обливать холодной водой, и он раскололся.

Андре отослал собранные им фрагменты саркофага в Берлин, где его восстановили и прочитали высеченную на нем надпись: «Дворец Ашшур-насирпала, царя Вселенной, царя Ашшура, сына Ададнирари, царя Вселенной, царя Ашшура». Захватившие Ашшур враги, очевидно, сожгли покоившиеся в этом саркофаге останки царя или бросили их в Тигр. Точно в таком же виде, разграбленными и разрушенными, Андре нашел и гробницы других ассирийских царей, перед которыми когда-то трепетал весь мир.

Ашшур погиб в 614 году до н.э., захваченный мидянами. Хотя царь Аш-шурнасирпал II (883—859 гг. до н.э.) перенес сголицу в Калах, Ашшур вплоть до самого своего падения оставался городом, которому цари Ассирии уделяли большое внимание. Его жители пользовались особыми правами и привилегиями, которые регулярно подтверждались ассирийскими царями. Но 614 год до н.э. ознаменовал собой конец истории этого древнего города — разрушенный и разграбленный, он прекратил свое существование и исчез со страниц клинописных хроник.

РОБЕРТ КОЛЬДЕВЕИ НА РАЗВАЛИНАХ ВАВИЛОНА

Распад государства шумеров привел к тому, что политический центр Месопотамии медленно, но верно стал перемещаться вверх по Евфрату, через города Исин и Ларсу, пока не закрепился в маленьком городе, впервые упо-

ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

113

только во времена III династии ура. Его называли Баб-или — «Врата бо-5ia>H»- Древние греки переделали это аккадское название в Вавилон.

По преданию, Вавилон был древней столицей Саргона Великого, который перенес свой престол отсюда в другой город. Этим он вызвал гнев Мардука, бога-покро-вкгеля Вавилона, и тот наложил на Сарго-на страшное проклятие.

Вавилон долгое время вел скромное существование. Вероятно, когда-то он находился в зависимости от более важных южных городов — Исина и Ларсы. Росту и обогащению города весьма способствовало его выгодное положение на пересечении торговых путей.

Возвышение Вавилона началось в первой половине II тысячелетия до н.э. во времена правления царя Синмубаллита. А уже при его сыне, великом царе Хаммурапи (1792—1750 гг. до н.э.), Вавилон достиг своего первого расцвета.

На протяжении почти тридцати лет Хаммурапи вел непрерывные боевые действия. Он подчинил своей власти города Урук, Исин, Ларсу, Мари, Ашшур и стал правителем огромной территории. Уничтожив своих врагов, он принялся за союзников, среди которых были и цари государства Мари, расположенного к северо-западу от Вавилона. Но более всего Хаммурапи прославился составлением самого всеобъемлющего в истории Древнего мира свода законов. 282 параграфа этого свода высечены на двухметровом базальтовом столбе, верхушка которого украшена изображением бога солнца Ша-маша, передающего законы царю Хаммурапи. В конце текста царь призывает свой народ: «Пусть он заставит прочесть мной написанный памятник, и пусть он услышит мои драгоценные слова, а мой памятник пусть покажет ему его дело. Пусть он увидит свое решение, пусть успокоит свое сердце и пусть скажет: Хаммурапи, владыка, который для людей, как родной отец, справедливо управлял страной!»

Оригинал этого памятника сегодня находится в Лувре.

После смерти Хаммурапи Вавилон оставался столицей еще сто пятьдесят лет, в течение которых здесь правили пять царей этой династии. С завоеванием Вавилона хеттским царем Мурсилисом (ок. 1600 г. до н.э.) начался ^к называемый Темный период, продолжавшийся до 1594 года до н.э., ког-Да Вавилоном завладели пришельцы из горных областей — касситы, господствовавшие в стране более трехсот лет.

При первом вавилонском царе из Халдейской династии Набупалассаре («25—605 гг. до н.э.), покорителе Ассирии, начался последний и, пожалуй,

114

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЕ

самый известный период в истории древнего Двуречья — Нововавилонский (625—539 гг. до н.э.). Это о Вавилоне той поры сказано в Библии: «Город великий, город крепкий... яростным вином блуда своего напоил все народы». Вавилон Навуходоносора II (604—562 гг. до н.э.), сына Набопа-лассара, был первым обществом античного мира, вступившим в стадию кризиса. В нем впервые пороки и язвы цивилизации предстали во всей своей наготе. Вид их поразил и ужаснул соседние народы, особенно древних евреев и эллинов, произвел на них неизгладимое впечатление, которое они сумели передать остальному человечеству. С этого времени Вавилон хлвл образом и символом всякого разлагающегося общественного организма.

Вместе с тем время правления Навуходоносора II было периодом наивысшего расцвета Нововавилонского царства. Царь Вавилона победил египтян, разрушил Иерусалим и полонил евреев, окружил себя беспримерной даже в те времена роскошью и превратил свою столицу в неприступную твердыню. Он строил свою столицу на протяжении всех сорока трех лет своего правления.

В 539 году до н.э. персидский царь Кир II овладел Вавилоном и объявил себя «царем Шумера и Аккада и царем четырех стран света». В Библии, в книге пророка Даниила, сохранился рассказ об обстоятельствах завоевания Вавилона персами:

«Валтасар царь сделал большое пиршество для тысячи вельмож своих и пред глазами тысячи пил вино...

Пили вино и славили богов золотых и серебряных, медных, железных, деревянных и каменных.

В тот самый час вышли персты руки человеческой и писали против лампады на извести стены чертога царского, и царь видел кисть руки, которая писала...

Сильно закричал царь, чтобы привели обаятелей, Халдеев и гадателей; царь начал говорить и сказал мудрецам вавилонским: «Кто прочитает это написанное и объяснит мне значение его, тот будет облечен в багряницу.. и третьим властелином будет в царстве...»

Тогда введен был Даниил пред царя, ... и сказал царю: «Дары твои пусть останутся у тебя, и почести отдай другому; а написанное я прочитаю царю, и значение объясню ему.

Царь! Всевышний Бог даровал отцу твоему Навуходоносору царство, величие, честь и славу.

Пред величием, которое Он дал ему, все народы, племена и языки трепетали и страшились его: кого хотел, он убивал, и кого хотел, оставлял в живых; кого хотел, возвышал, и кого хотел, унижал.

Но когда сердце его надломилось и дух его ожесточился до дерзости, он был свержен с царского престола своего и лишен славы своей... И ты, сын его Валтасар, не смирил сердца твоего, хотя знал все это...

За это и послана от Него кисть руки и начертано это писание.

ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

115

И вот что начертано: мене, мене, текел, упарсин*.

Вот и значение слов: исчислил Бог царство твое и положил конец ему... №i взвешен на весах и найден очень легким... разделено царство твое и дано ^идянам и Персам...»

В ту же самую ночь Валтасар, царь Халдейский, был убит».

Последнего царя Вавилона на самом деле звали не Валтасар, а Набонид /556—539 гг. до н.э.). Он вошел в историю благодаря драматической истории своей борьбы со жрецами Эсагилы, которая в итоге окончилась гибелью царя. Подробности этого необычного конфликта интересовали многих далеко за пределами Вавилона, в результате чего Набонид добился такой посмертной славы, что память о нем жива и сейчас.

Отчасти из-за того, что он вступил в конфликт со жрецами храма Мар-дука (царь будто бы вмешивался в религиозные вопросы) и предпочел бога луны Сина и его храм в далеком Харране, а отчасти из-за своего длительного и загадочного пребывания в городах Аравии и «неподобающего» царю поведения в момент угрозы нападения Кира, Набонид стал в глазах жрецов «сумасшедшим царем Вавилона». Острый конфликт царя со жрецами вызвал к жизни целую волну пропагандистских сочинений, направленных против царя, в которых осуждался Набонид и воспевался Кир как освободитель «угнетенных святилищ», как спаситель, освободивший Вавилон. Набонида обвиняли в невежестве и богохульстве, поименно перечисляли самых ненавистных из его приближенных.

Можно только предполагать, какие действия Набонида в реальности вызвали у жрецов такую яростную реакцию. Как бы то ни было, факт остается фактом: одной из главных причин падения Вавилона стало предательство жрецов Эсагилы, которые попросту передали страну и столицу персидскому царю в расчете на увеличение своих доходов.

Аристотель писал о том, что Вавилон был так велик, что «...уже три дня прошло, как Вавилон был взят, а часть жителей города ничего еще об этом не знала». Кир занял столицу, не встретив сопротивления, и обошелся с Набонидом с характерной для него мягкостью по отношению к побежденным царям. Кир стал и первым завоевателем, оставившим Вавилон неразрушенным. Его поразило великолепие города, и он не только запретил что-либо разрушать, но приказал соорудить на своей могиле памятник в виде миниатюрной Вавилонской башни. Завет Кира нарушил его преемник Ксеркс, который оставил от знаменитой Вавилонской башни — Этеменан-ки — одни развалины. Эти руины видел Александр Македонский. Потрясенный их величием, он приказал расчистить развалины башни от щебня и обломков, и все его войско на протяжении двух месяцев убирало этот мусор.

На рубеже новой эры, при парфянском владычестве, началось запустение Вавилона. В эпоху Сасанидов (226—636 гг. н.э.) город сократился до

ц

* Т.е. «сочтено, сочтено, взвешено, разделено». — Прим. ред.

116

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

размеров незначительного поселка, а в Средние века на его месте ютились лишь убогие арабские хижины. Местное население смотрело на развалины Вавилона как на каменоломни и брало там кирпич для своих нужд. Многие существующие сегодня в окрестностях бывшего Вавилона поселения целиком выстроены из кирпичей эпохи Навуходоносора (на них отштамповано его клеймо). А там, где некогда стоял огромный город, протянулась бесконечная череда песчаных холмов. Сбылось пророчество Библии: «И Вавилон, краса царств, гордость Халдеев, будет ниспровержен... Не заселится никогда, и в роды родов не будет жителей в нем; не раскинет Аравитянин шатра своего, и пастухи со стадами не будут отдыхать там. Но будут обитать в нем звери пустыни, и дома наполнятся филинами; и страусы поселятся, и косматые будут скакать там. Шакалы будут выть в чертогах их, и гиены — в увеселительных домах...»

Развалины Вавилона привлекали внимание археологов еще с середины XIX столетия. Здесь побывали О. Г. Лэйярд, Ж. Опперт, Ф. Френель, О. Рас-сам, Дж. Смит и другие ученые. Но только в 1899 году начались систематические раскопки города, продолжавшиеся на протяжении восемнадцати лет. Их вела археологическая экспедиция Германского восточного общества под руководством Роберта Кольдевея.

«Во мне постоянно словно сидит кто-то, кто мне говорит: «Так, Кольде-вей, теперь ты можешь делать только то или только это», — и тогда все остальное перестает для меня существовать», — сказал как-то о себе Роберт Кольдевей. Он был необычным человеком и необычным ученым. Позднейшие биографы называют его археологом от рождения. Люди подобного склада имеют нечто общее с моряками: и те и другие любят неизведанные дали, обширные пространства и большие расстояния.

Роберт Кольдевей родился в 1855 году в Бланкенбурге (Гарц, Германия), учился в Берлине, Мюнхене и Вене, изучая архитектуру, археологию и историю искусства. В 1882—1883 гг, он участвовал в раскопках в Ассосе (Малая Азия), три года спустя по поручению Германского археологического института раскапывал древние поселения на острове Лесбос. В 1887 году вел исследования в Ираке — в Сюргуле и Эль-Хиббе, позднее — в Малой Азии, Сирии, в южной Италии и Сицилии, а в 1894 году — снова в Сирии. Затем последовал трехлетний период передышки, когда Кольдевей преподавал в архитектурном училище в Герлитце.

Кольдевей сказал однажды полушутя, что древняя стена ему дороже, чем цветущее миндальное дерево. Любовь к археологии не мешала ему наблюдать людей, изучать страны, где он бывал, все видеть и подмечать, на все реагировать, не могла заглушить в нем и бьющего через край юмора. Он любил простых людей и лучше всего чувствовал себя среди местных жителей, вместе с которыми искал и находил в земле следы прошлого.

В сентябре 1898 года, когда Берлинский музей доверил Кольдевею раскопки Вавилона, он написал одному из своих приятелей: «Я — начальник

3 ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

117

экспедиции... От радости, что называется, ног под собой не чую. Если бы ^е кто-нибудь шестнадцать лет назад сказал, что я буду раскапывать Вавилон, я бы счел его сумасшедшим».

В помощь Кольдевею был выделен целый штат опытных немецких археологов и большой отряд местных рабочих. Общая стоимость всех работ определялась суммой в полмиллиона золотых марок, которую предоставило Германское восточное общество, так что раскопки Вавилона относятся к числу самых грандиозных и дорогостоящих проектов в истории археологии.

В конце марта 1899 года экспедиция прибыла на место, где лежали развалины Вавилона — на левый берег Евфрата, приблизительно в 90 километрах к югу от Багдада. Здесь высились четыре огромных холма из щебня, которые скорее можно назвать горами, чем холмами — Джумджума, Каср, Бабил и Амран ибн Али. Базой экспедиции стала деревня Квейреш, расположенная у подножия горы Каср. Несколькими днями позже были наняты первые арабские рабочие и вырыты пробные шурфы.

Уже первые раскопки открыли улицу, вымощенную большими плитами, часть которых была покрыта надписями времен царя Навуходоносора. Повсеместно попадались кирпичи, покрытые цветной эмалью и рельефами. Они свидетельствовали о том, что археологи обнаружили священную Дорогу процессий — улицу для торжественных шествий в честь Мардука, главного божества вавилонян.

До наших дней сохранилось несколько описаний Вавилона, сделанных современниками, видевшими его своими глазами и ходившими по его улицам. Но, как ни странно, ни одно из этих описаний не совпадает с тем, что обнаружили при раскопках Р. Кольдевей и его коллеги. Прежде всего это касается размеров и плана города.

Ассирийский царь Асаргаддон, который в 680 году начал восстанавливать Вавилон, описывал его как квадрат, окруженный стенами, со стороной в 30 ашлу (3600 локтей); следовательно, периметр городских стен составлял 14 400 локтей (около 7200 м). То же самое сообщает и вавилонский царь Набонид. По словам Геродота, Вавилон имел «вид четырехугольника, каждая сторона которого содержит в себе 120 стадий (22,2 км), число всех стадий, составляющих окружность города, — 480 (88,8 км). Греческий врач и писатель Ктесий, на рубеже V и IV вв. до н.э. живший при персидском дво-Ре, определял периметр стен Вавилона в 360 стадий (66,6 км), а сподвижники Александра Македонского, побывавшие в Вавилоне лет семьдесят спустя, — в 365 стадий (67,5 км).

Как показали раскопки Р. Кольдевея, на самом деле Вавилон представлял собой в плане вытянутый с запада на восток почти правильный четырехугольник с периметром стен 8150 м и площадью около 4 кв. км. Стороны этого четырехугольника были сориентированы по четырем «ветрам», то есть по четырем сторонам света, которые у вавилонян не совпадали с нашими: вавилонский север (ильтану) соответствовал нашему северо-северо-западу,

118

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

юг (шугу) — юго-юго-востоку, запад (амурру) — юго-западу-западу, а восток (шаду) — северо-востоку-востоку. Река Евфрат, протекая с севера на юг, делила город на две неравные части: на левом берегу находился Старый город, а на правом — меньший по размерам Новый город, который, по существу, являлся пригородом Вавилона. Городской центр и наиболее важные постройки находились на восточном берегу.

Вокруг Вавилона располагались финиковые и фруктовые сады, виллы богатых горожан, поселки и хутора, где жили земледельцы и садоводы. Царь Навуходоносор II возвел вокруг этих предместий на левом берегу Евфрата внешнюю стену длиной почти 18 км. Изумленный Геродот сообщает, что оборонительные стены Вавилона с многочисленными башнями — внешняя и внутренняя — были столь широки, что по ним могли свободно разъехаться две колесницы, запряженные четверкой лошадей. Археологические раскопки подтвердили его свидетельство. Через каждые пятьдесят метров вдоль стен стояли сторожевые башни. На внутренней стене их было 360, на внешней — 250. Это было самое грандиозное из всех когда-либо существовавших на свете городских укреплений. Раскопанная в 1899 году археологами, эта стена свидетельствует о том, что Вавилон был самым крупным городом древнего Востока А если принять, как во времена Средневековья, что город — это «обнесенное стеной поселение», то Вавилон был и остается самым большим городом, когда-либо существовавшим на Земле. С учетом территории в пределах этой стены общая площадь «Большого Вавилона» достигала 10 кв км. Его население составляло не менее полумиллиона человек. Даже по современным масштабам Вавилон можно считать крупным городским центром, а по сравнению с прочими древними городами он выглядел настоящим гигантом. В западной половине Древнего мира (без Индии и Китая) с ним по размерам могли соперничать только Ниневия, Карфаген, Александрия и Рим, причем последних три города — только спустя 300—400 лет после эпохи Навуходоносора II. Гигантские древние города Индии и Китая выросли только в III веке до н.э. Таким образом, в VI—IV вв. до н.э Вавилон вообще не имел соперников во всем мире.

Улицы Вавилона, торжественная Дорога процессий, дворцы и 53 храма поражали своим сказочным великолепием. Геродот, посетивший Вавилон в V веке до н э., так описал его:

«Город этот таков. Лежит он в обширной равнине, имеет вид четырехугольника, каждая сторона которого содержит в себе сто двадцать стадий; число всех стадий, составляющих объем города, четыреста восемьдесят. Такова величина города, а устроен он так прекрасно, как ни один известный нам город. Вавилон прежде всего окружен рвом, глубоким, широким и наполненным водою, за рвом следует стена шириною в пятьдесят царских локтей, царский локоть больше обыкновенного на три пальца».

Навуходоносор провел на территории Старого города огромные реставрационные работы. При нем началась реконструкция храмов Эмах, Нинур-

3 ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

119

и богини Иштар. Он обновил стены канала Арахту, построил деревян- мост на каменных опорах через Евфрат и канал Либил-хигалла, отстроил южную часть города с ее роскошными дворцами, перестроил и украсил храмовый комплекс Мардука, верховного бога Вавилона — Эсагилу.

Предшественники Навуходоносора употребляли для постройки высушенный на солнце кирпич-сырец, традиционный для городов Двуречья, который под воздействием ветра и непогоды довольно быстро разрушался. Навуходоносор же стал применять настоящий обожженный кирпич.

О своих работах в Вавилоне Навуходоносор оставил памятную надпись, записанную клинописью на глиняном цилиндре. В ней подробно перечислены восстановленные и сооруженные заною храмы, дворцы, крепостные стены:

«Я окружил Вавилон с востока мощной стеной, я вырыл ров и укрепил его склоны с помощью асфальта и обожженного кирпича. У основания рва я воздвиг высокую и крепкую стену. Я сделал широкие ворота из кедрового дерева и обил их медными пластинками Для того чтобы враги, замыслившие недоброе, не могли проникнуть в пределы Вавилона с флангов, я окружил его мощными, как морские волны, водами. Преодолеть их было так же трудно, как настоящее море. Чтобы предотвратить прорыв с этой стороны, я воздвиг на берегу вал и облицевал его обожженным кирпичом. Я тщательно укрепил бастионы и превратил город Вавилон в крепость».

В этом же тексте сообщается о строительстве в Вавилоне зиккурата — той самой Вавилонской башни, сооружение которой, по сообщению Библии, не было завершено из-за того, что ее строители говорили на разных языках и не могли понять друг друга.

«И сказали друг другу, наделаем кирпичей и обожжем огнем. И стали у них кирпичи вместо камней, а земляная смола вместо извести. И сказали они: построим себе город и башню высотой до небес; и сделаем себе имя, прежде нежели рассеемся по лицу всей земли».

О том, что Вавилонская башня (ее называли «Этеменанки» — «Дом краеугольного камня неба и земли») действительно существовала, свидетельствуют раскопки археологов: был обнаружен ее гигантский фундамент. Она представляла собой традиционный для Двуречья зиккурат, башню при главном городском храме — Эсагиле. Как установили ученые, на всем протяжении бурной истории Вавилона башню неоднократно разрушали, но каждый раз ее восстанавливали и украшали заново.

Один из самых ранних зиккуратов был сооружен на этом месте еще до эпохи Хаммурапи, и еще до Хаммурапи он был разрушен. На смену ему пришла другая башня, также разрушившаяся со временем. Сохранилась надпись царя Набопалассара, в которой говорится: «Мардук повелел мне башню Этеменанки, которая до меня ослаблена была и доведена до падения, воздвигнуть — фундамент ее установив на груди подземного мира, а Аршина ее чтобы уходила в поднебесье» А его преемник Навуходоносор

120

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

121

добавляет: «Я приложил руку к тому, чтобы достроить вершину Эгеменанки так, чтобы поспорить она могла с небом».

Грандиозный вавилонский зиккурат, построенный ассирийским зодчим Арадахдешу, располагался на священном участке земли в юго-западном углу Эсагилы. Он имел семь ярусов и достигал высоты около 100 м. Зиккурат увенчивался святилищем, облицованным сверкающими на солнце голубовато-лиловыми глазурованными кирпичами. Оно было посвящено главному вавилонскому богу Мардуку и его супруге, богине утренней зари. Здесь стояли позолоченные ложе и стол, где Мардук вкушал принесенные ему подношения (как известно, все знатные люди на Востоке, а также греческая и римская знать возлежали во время принятия пищи). Святилище увенчивали золоченые рога — символ верховного вавилонского божества.

Стоявшая в Нижнем храме Эсагилы, расположенном у основания зик-курата, статуя бога Мардука была отлита из чистого золота и весила почти две с половиной тонны. Жители Вавилона говорили Геродоту, что сам Мардук посещает зиккурат и почивает в нем. «Но мне, — пишет рассудительный историк, — это представляется весьма сомнительным...»

На строительство Этеменанки ушло восемьдесят пять миллионов кирпичей. Колоссальный массив башни возвышался посреди горделивых храмов и дворцов Вавилона. Ее белые стены, бронзовые ворота, грозная крепостная стена с целым лесом башен — все это должно было производить впечатление мощи, величия, богатства. Геродот видел это святилище в 458 году до н.э., то есть примерно через полтораста лет после сооружения зиккурата; в ту пору оно еще несомненно было в хорошем состоянии.

К раскопкам Эсагилы и Вавилонской башни Кольдевей приступил в апреле 1900 года. Они скрывались под огромным холмом Амран ибн Али, на глубине от 7 до 10 м. Археологи были вынуждены пробивать целую систему глубоких штолен и шахт. Смешанный с золой щебень постоянно грозил обвалиться. Шахты зсе глубже уходили в землю. На определенных расстояниях в них устраивали ступенчатые ниши, из которых рабочие подавали наверх корзины, заполненные щебнем, землей и золой. Постепенно среди длинных ходов штолен начали вырисовываться контуры гигантской постройки. На огромном четырехугольнике размером 450x550 м лежал храм божественного «владыки Вавилона» и «владыки богов» — Бел-Мардука. Рядом располагались руины башни Этеменанки. Раскопки обнаружили хорошо сохранившийся кирпичный фундамент башни — четырехугольник со сторонами 91,55 м — и остатки трех лестниц. Сообщение Геродота отчасти подтвердилось: Вавилонская башня — это сооружение, где башни возвышались «одна над другой». Вокруг «всех башен» по наружной стене поднимались лестницы. Всего же, по данным Геродота, имелось 8 башен. Клинописные же тексты, найденные в самом сооружении, сообщают, что Вавилонская башня состояла из семи суживающихся кверху ступенчатых террас

и в основании представляла собой квадрат, каждая сторона которого равнялась приблизительно 90 м. Раскопки полностью подтвердили эти данные.

С именем царя Навуходоносора связано и создание садов на искусственных насыпях — легендарных садов царицы Семирамиды, почитаемых греками как одно из семи чудес древнего мира. Семирамидой легендарную царицу называли греки, а настоящее ее имя было Шаммурамат. Она жила около 800 года до н.э. После смерти своего мужа, царя Ассирии, она взяла власть в свои руки и правила до тех пор, пока ее сын не достиг совершеннолетия. Во время ее правления государство укрепилось, а благодаря завоеванию Мидии его границы достигли Каспийского моря.

О Семирамиде сложены многочисленные легенды, в которых она предстает как храбрая, обладающая большим художественным вкусом, известная строительница, но одновременно жестокая и слишком ласковая с мужчинами. Согласно сообщению Диодора Сицилийского, Семирамида была покинута своими родителями и вскормлена голубями. Впоследствии она вышла замуж за одного придворного, у которого ее и отобрал царь. Она носила такую одежду, что «нельзя было понять, мужчина она или женщина». После того как Семирамида передала престол своему сыну, она обратилась в голубя и улетела из дворца.

Имя Семирамиды связывают со знаменитыми «висячими садами» Вавилона. Однако, согласно другим, более надежным сведениям, «висячие сады» были подарены Навуходоносором II своей жене Амитис (Амитиде) дочери индийского царя, и произошло это спустя 200 лет после смерти Семирамиды. Это было многоярусное сооружение с прохладными покоями на уступах, засаженных цветами, кустами и деревьями, орошаемых при помощи огромного водоподъемного колеса, которое вращали рабы. При раскопках на месте садов был обнаружен искусственный холм, внутри которого находилась удивительная для тех времен водоподводящая система.

Во времена Навуходоносора Вавилон имел семь ворот, носящих имена главных богов страны. Особенно красивы были ворота богини Иштар, полностью раскопанные Р. Кольдевеем, служившие началом знаменитой Дороги процессий, ведущей к Эсагиле. Сводчатый вход защищали две высокие, массивные, квадратные в плане башни, украшенные рельефами из глазурованного кирпича. На синем блестящем фоне четко выделялись 575 рельефов с изображениями священных животных: фигуры идущих быков — белых с желтой гривой и желтых с красной гривой, а также загадочные изображения зверя «сирруш» — полузмеи-полуптицы с лапами льва, раздвоенным языком, с рогом на плоской голове и телом, покрытым чешуей.

Штуку за штукой извлекали археологи из недр земли эти покрытые цвет-н°й эмалью кирпичи, отсортировывали и пересчитывали. Около 100 тыс. -°бломков ворот Иштар на речных судах были отправлены в Басру. Там их ПеРегружали на немецкий пароход и через Персидский залив отправляли в Гамбург. Путешествие ящиков с кирпичами заканчивалось в Переднеазиат-

122

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

ском музее в Берлине. Здесь после многолетней работы с использованием подлинных кирпичей из Вавилона были в натуральную величину воссозданы изумительные ворота Иштар, досконально повторяющие первоначальный облик этого сооружения. Стоящие в огромном зале музея, они сегодня служат объектом паломничества туристов. А развалины «настоящих» ворот еще и сегодня на 12 м возвышаются над руинами Вавилона. Вместе с остатками стен они представляют собой самое примечательное из всего того, что сохранилось от древнего Вавилона.

От ворот Иштар брала свое начало самая великолепная дорога в мире — знаменитая Дорога процессий («Айбур-Шаба»). Она была сооружена не для перевозок грузов и передвижения людей — по ней шествовал сам великий бог Мардук. «Айбур-Шабу, улицу в Вавилоне, я для процессии великого господина Мардука снабдил высокой насыпью и с помощью камней из Тур-минабанды и Шаду сделал Айбур-Шабу от ворот Иллу до Иштарсаки-пат-тебиша пригодной для процессий его божества; соединил ее с той частью, которую построил мой отец, и сделал дорогу великолепной», — сообщает Навуходоносор.

Дорога процессий была вымощена квадратными известняковыми плитами размерами метр на метр. Они лежали на кирпичном настиле, покрытом слоем асфальта. Края плит украшала инкрустация из красного камня, а все стыки между плитами были залиты асфальтом. На внутренней стороне каждой плиты была высечена надпись: «Я — Навуходоносор, царь Вавилона, сын Набополассара, царя Вавилона, вавилонскую улицу замостил для процессии великого господина Мардука каменными плитами из Шаду. Мардук, господин, даруй нам вечную жизнь».

Ширина улицы составляла 23 м. На всем ее протяжении возвышались семиметровые крепостные стены, выложенные из голубого глазурованного кирпича. С обеих сторон на шествующих взирали сто двадцать львов в угрожающих позах, с развевающимися желто-красными гривами и оскаленными пастями. Эти рельефные изображения украшали стены через каждые два метра. В берлинском Переднеазиатском музее сегодня можно видеть воспроизведенную часть Дороги процессий в том виде, как она когда-то выглядела: окруженная стенами из голубого глазурованного кирпича, с которых глядят изображения хищных львов.

Из обломков вавилонских кирпичей в Берлине была восстановлена также копия тронного зала Навуходоносора II шириной 60, высотой и глубиной — 20 м. Огромный дворец Навуходоносора с богатейшими украшениями и многоцветными барельефами из глазурованного кирпича был «варварским чудом роскоши» — настоящий город в городе, раскинувшийся на огромной площади, который Навуходоносор постоянно продолжал расширять, считая все построенное уже не отвечающим «достоинству его величия». Навуходоносор утверждал, что он построил весь дворец за пятнадцать суток, но это большое преувеличение — скорее можно говорить о 15 годах.

ДБРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

\—-

123

К зданию дворца примыкал своеобразный музей, где хранились военные трОфеи вавилонских царей.

Роберт Кольдевей проработал в Вавилоне 18 лет. И все эти годы с берегов Евфрата в Берлин шел непрерывный поток находок. Но археологам приходилось нелегко. В письмах Кольдевея можно найти немало упоминаний 0 грабителях из племени шаммаров, о том, что дороги небезопасны и что проводники караванов, боясь грабителей, заламывают дикие цены и из-за того к месту раскопок нельзя доставить самые необходимые вещи, о том, что его сотрудникам приходится ездить с вооруженным эскортом.

И все же Кольдевей открыл Вавилон эпохи Навуходоносора II. Он нашел остатки Вавилонской башни, Эсагилы, Висячих садов, царского дворца, моста через Евфрат, стены, улицы и дома Вавилона. Но не этого от него ждали.

Уже после первых лет раскопок у Колъдевея возникли серьезные разногласия с директором Переднеазиатского отделения берлинских музеев Фридрихом Деличем. Затем обострились его отношения с другими столпами официальной науки, которые сочли себя обманутыми в лучших ожиданиях. Ученому ставилось в вину, что он не нашел ни золотых кладов, вроде тех, что обнаружил Леонард Вулли в царских гробницах Ура, ни библиотек, подобных той, какую обнаружили англичане в Ниневии. Последнее вызывало большое раздражение, ибо Берлин того времени считался оплотом языковедов — специалистов по древним языкам. И так как никаких ожидаемых «открытий» сделано не было, раскопки Кольдевея на официальном уровне были признаны неудачными.

Эти несправедливые упреки очень сильно повлияли на Кольдевея. Ученый заболел и начал быстро стареть. В 1917 году, в конце Первой мировой войны, Кольдевей вынужден был покинуть Вавилон, бросив много интересных находок. В Берлин он вернулся уже пожилым человеком, с клеймом неудачника. Кольдевей умер 5 февраля 1925 года в Берлине, так и не увидев восстановленных благодаря его трудам ворот Иштар, Дороги процессий и тронного зала Навуходоносора — замечательных памятников, которые, по словам его ближайшего сотрудника Вальтера Андре, смогли бы достойно увенчать труд Кольдевея. Много лет спустя археологи назовут раскопки Кольдевея в Вавилоне «образцовыми».

Открытия Роберта Кольдевея воочию доказали существование Вавилона и его чудес, известных ныне всему человечеству. Еще когда только-только начались раскопки, к руинам великого города уже потянулись толпы людей Разного цвета кожи, национальности и вероисповедания. Однажды в лагере археологической экспедиции появился странный посетитель в совершенно истрепанной одежде европейского покроя, с измятой шляпой на голове, сломанным зонтиком и узелком в руках. Этот немолодой человек, принятый сначала за бродягу, оказался патером Джонсом из колледжа Св. Марии в Иерусалиме. Он в одиночестве прошел пешком 2000 километров, проделав не-

124

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТЩй

имоверно трудный путь из Палестины через раскаленную Сирийскую пустыню, чтобы на закате жизни взглянуть на то, что осталось от Вавилона.

Поток желающих увидеть Вавилон своими глазами не прекращается и по сей день. Причем интерес вызывает не Вавилон вообще, а именно Вавилон эпохи Навуходоносора II, открытый Робертом Кольдевеем. Этого Вавилона давно не существует, однако слова «Вавилонская башня», «Вавилонское столпотворение», «Вавилонская блудница» и вещее изречение «мене, мене, текел, упарсин» вот уже двадцать пять веков не изгладились из памяти человеческой.

СЧАСТЛИВОЕ И СЛУЧАЙНОЕ ОТКРЫТИЕ МАРИ

Этот город долго оставался вне поля зрения археологов. Между тем в клинописных текстах, обнаруженных при раскопках шумерских и аккадских городов, снова и снова упоминался Мари. Во время раскопок Вавилона Р. Кольдевеем была найдена даже статуя Пузур-Иштар, царя Мари (голова этой статуи находится в настоящее время в Переднеазиатском музее в Берлине).

Этот древний город был в III — начале II тысячелетия до н.э. столицей одноименного государства, соперничавшего с Шумером и Аккадом. Мари контролировал все торговые пути, шедшие из Южной Месопотамии в Анатолию. Во многих местах обнаружены восторженные сообщения путешественников, посетивших Мари и прославлявших красоту города, гостеприимство его жителей и образцовый порядок в стране. Так, царь финикийского города Угарита послал своего сына в Мари, и тот подтвердил, что даже самые красочные описания бледнеют перед действительностью.

Понятно, что такого рода сообщения лишали археологов сна. Но где находился этот таинственный город? Из клинописных текстов следовало только, что он должен располагаться где-то на половине пути между Вавилонией и Средиземным морем. Но первые попытки обнаружить город окончились неудачей.

азия йЖиркнйй восток

125

И тут помог случай — отец многих открытий. Летом 1933 года бедуины, копавшие могилу для своего умершего собрата, случайно нашли на холме Телль-Харири, расположенном на берегу Евфрата, загадочную статую. Она представляла собой человека, одетого в длинную юбку, украшенную бога-^й, равномерно расположенной бахромой. По низу статуи тянулась загадочная клинопись.

О находке арабы немедленно сообщили лейтенанту Кабане, начальнику французского военного поста в Абу-Кемале — небольшом местечке на границе Сирии с Ираком. Из путаных и горячих объяснений арабов — «мы хоронили мертвеца, а нашли другого мертвеца!» — офицер долго ничего не мог понять. Наконец до него дошло, что бедуины говорят о найденном ими «мертвеце из камня».

Лейтенант Кабане уже достаточно времени провел на Востоке и, подобно многим европейцам той поры, не остался равнодушным перед чарами древней истории, следы которой здесь можно встретить буквально на каждом шагу. Заинтересованный находкой, он отправился с арабами к холму Телль-Харири, расположенном в 11 километрах от Абу-Кемаля. Найденная статуя несомненно была древней. Лейтенант приказал аккуратно извлечь ее из земли и доставить в Абу-Кемаль. Побродив вокруг холма, Кабане обратил внимание на разбросанные там и сям большие камни. Бедуины обычно клали их на могилы, чтобы защитить тело умершего от бродивших вокруг гиен и шакалов. Но такие камни — редкость на Евфрате. И уж если камни найдены, то они непременно извлечены из древних развалин.

Кабане незамедлительно послал начальству подробный рапорт о находке. В октябре 1933 года его доклад уже лежал на столе Рене Дюссана, хранителя восточных древностей музея в Лувре. Далее события развивались стремительно. 20 октября Дюссан позвонил 32-летнему профессору Андре Парро и предложил ему немедленно выехать во главе археологической экспедиции в Абу-Кемаль

Сын протестантского священника из Восточной Франции, Андре Пар-ро в молодости пошел по стопам отца и к 1933 году уже был известен как доктор теологии и крупный ученый-ориенталист. Реакция Парро на звонок Дюссана была мгновенной: в декабре того же года он отправился в Абу-Кемаль во главе археологической экспедиции. Всю дорогу Парро волновался: не начались ли на холме Телль-Харири самовольные раскопки? Но, прибыв на место, он с удовлетворением убедился, что место нетронуто — лейтенант Кабане, несмотря на сжигающее его любопытство, устоял перед искушением копать на свой страх и риск и строго запретил делать это арабам. По незнанию эти горе-археологи могли причинить много вреда.

Внимательно изучив место и разбив его на квадраты, ученые приступи-Ли к раскопкам. 23 января 1934 года профессор Парро в первый раз вонзил лопату в грунт...

Едва ли найдется какое-либо другое археологическое предприятие, которое привело бы к такому молниеносному и значительному успеху, как

126

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

раскопки Мари. Первой же находкой, сделанной учеными, стала еще одца статуя — длиннобородый мужчина в одежде из шкур, правое плечо откры-то, на плече — надпись клинописью: «Ламги-Мари я, царь Мари... Великий жрец-правитель бога Энлиля, который посвящает свою статую Ищ-тар». Таинственный город, столько лет «ускользавший» от археологов, бьщ открыт, что называется, с первой лопаты! Это стало одним из самых сенсационных открытий французской археологии.

За 24 года раскопок — их на время приостановила Вторая мировая война — исследовательская группа профессора Парро вскрыла более 80 гектаров древнего городища. Когда Андре Парро в 1957 году временно прекратил свои раскопки, он уже имел славу одного из авторитетнейших археологов мира, а его заслуги перед наукой увенчали орден Почетного легиона и должность главного хранителя национальных музеев Франции.

Раскопки огромного города продолжаются до сих пор, но уже давно стало ясно, что Мари был одним из самых блестящих центров древней Месопотамии. Здесь обнаружено не менее восьми последовательно сменявших друг друга напластований, древнейшее из которых восходит ко времени позднего неолита (конец IV тысячелетия до н.э). Все здандя Мари были построены из кирпича-сырца. В центре города возвышался традиционный для Месопотамии зиккурат. К III тысячелетию до н.э относятся главные храмы Мари — богини Иштар и богини Нингурсаг. Огромный дворец царя Зимлирима занимал площадь в 2,5 гектара. Этот дворец с его замечательными настенными росписями и многочисленными произведениями искусства относится к наиболее крупным и значительным открытиям мировой археологии В нем раскопано более 300 помещений: покои царя, домашние молельни, рабочие помещения для писцов и ремесленников и даже школа. Характерно, что оборудование кухонных и купальных помещений дворца может использоваться и сейчас, четыре тысячи лет спустя после гибели города, не требуя никакого ремонта.

Вход во дворец защищали две могучие башни. Стены многочисленных залов, местами сохранившиеся на высоту 4—5 м, украшали многочисленные росписи с изображениями богов и богинь, сцен битв и повседневной жизни: рыбак несет на плече улов, крестьяне собирают плоды с финиковой пальмы Краски росписей удивительно хорошо сохранилась. На одном большом фрагменте можно разобрать сцену, где царь возводится на престол божеством. Это божество — властительница неба Иштар; она изображена стоящей на спине льва. Фигуры царя и богини окружены деревьями, животными, синкретическими существами и богами.

В 1965 году при раскопках дворца Зимлирима был найден клад, хранившийся в небольшом кувшине. Это так называемое сокровище Ура представляет собой дар, присланный царю Мари царем Ура Месаннипаддой, как это следует из надписи на кувшине. Оно включает многочисленные цилиндрические печати, статуэтки из бронзы и слоновой кости. Самая лучшая вещь клада — львиноголовый орел высотой 12,8 см, с распростертыми крыль-

ДЁРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

127

^ Крылья и тело его сделаны из ляпис-лазури, голова и хвост — из тонкого золотого листа, заполненного битумом.

В развалинах Мари были обнаружены великолепные скульптуры, выполненные из алебастра или мягкого известняка. Они изображают портреты царей и знати: стоящие или сидящие персонажи, полуобнаженные, одетые в широкие пышные юбки; руки их скрещены на груди — этот тип характерен для всего Двуречья, с которым была тесно связана вся культура Мари. Особенно поражают огромньте глаза статуй, выполненные из ляпис-лазури и перламутра. Часть этих произведений древних мастеров сегодня хранится в Лувре, другая — в музеях Сирии

При раскопках была обнаружена статуя богини Иштар (1800 г. до н.э.), вероятно, являвшаяся главной святыней города (ныне хранится в музее Халеба, Сирия). Высеченная из белого известняка, высотой почти в человеческий рост — 1,42 м — богиня облачена в сильно облегающее платье, оставляющее открытыми ее босые ноги. На обнаженных руках — браслеты. Шею украшает тяжелое, в шесть рядов, жемчужное ожерелье. Первоначально статуя бьиа ярко раскрашена — на волосах остались следы красной краски. Богиня держит в руках слегка наклоненную вперед вазу, из которой с помощью хитрого механизма, устроенного внутри статуи, ключом била вода. Видимо, это приспособление использовалось во время ритуальных праздников культа плодородия.

Среди руин Мари найдены раскрашенные терракотовые сосуды, изделия из перламутра и золота, ожерелья, браслеты, драгоценные камни, печати и множество глиняных сосудов, некоторые из которых достигают высоты в 1,5 м. Были найдены даже две модели жилых домов, выполненные из глины, — вероятно, это проекты, созданные архитекторами для их заказчиков: восемь комнат равномерно размещены вокруг четырехугольного внутреннего двора, окруженного стеной. К числу интересных находок принадлежит мозаичное панно с изображением религиозной церемонии. Оно виртуозно исполнено из маленьких кусочков слоновой кости, перламутра, слан-Ца, ляпис-лазури. Специалисты датируют этот мини-шедевр второй половиной III тысячелетия до н.э.

Особую ценность представляет найденный во дворце «архив царя Зимлирима», включающий более 23 тыс. клинописных глиняных табличек, проливающих свет на многие вопросы истории города. Понадобилось несколько колонн грузовиков, чтобы вывезти из развалин Мари эти находки. Таблички рассказывают о жизни в древнем городе и деятельности царской администрации. Одни содержат правила религиозных ритуалов, другие — Указания царя чиновникам, третьи — отчеты о строительстве каналов Най-Дены именные списки около двух тысяч городских ремесленников, указа-ния надсмотрщикам, поручения архитекторам, расчеты с торговцами. Был найден весь государственный архив Мари, содержащий личную переписку ЦаРей и важнейшие правительственные акты «Архив царя Зимлирима» —

128

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

один из наиболее полных и хорошо сохранившихся комплексов древней письменности, имеющий огромную научную ценность.

Прочитанные тексты из «архива Зимлирима» дали ответы на многие вопросы истории Мари. Этот город-государство создали западносемитские племена. Известно, что примерно к 3000 году до н.э. Мари вырос в значительный центр. Он вел оживленную торговлю с многими странами; его богатство вызывало зависть других государств. Город много раз разрушался и отстраивался заново. Расцвет Мари относится ко времени около 2000 года, когда были воздвигнуты великолепный царский дворец и многочисленные святилища. В XVIII веке до н.э., на 33-м году правления вавилонского царя Хаммурапи, город был завоеван, а после восстания горожан, вспыхнувшего в ответ на жестокости отряда вавилонских захватчиков, так сильно разрушен, что прекратил свое существование. Город уже никогда больше не восстанавливался. В том виде, в каком нашли его исследователи, Мари пролежал под землей три с половиной тысячелетия.

ОТКРЫТИЕ ЭБЛЫ

В 1961 году Андре Парро, подводя итог своим раскопкам в Мари, писал: «Право, маловероятно, что нам удастся сделать такие находки, которые превзойдут уже осуществленное». Однако дальнейшие события в очередной раз подтвердили, что ставить точку в истории великих археологических открытий еще рано.

В аккадских, египетских, хеттских документах ученым изредка встречалось название некоего города Эбла. В клинописных табличках царского архива, найденного среди развалин Мари, Эбла упоминается как могущественный соперник Мари. Правители Эблы вроде бы даже сумели на какое-то время подчинить себе этот город. Но где находилась Эбла? Никто толком не мог дать ответа на этот вопрос. Большинство специалистов сходилось во мнении, что это анатолийский город и, следовательно, его нужно искать на территории нынешней Турции. Поэтому когда в 1964 году итальянские археологи во главе с профессором Римского университета Паоло Маттие приступили к раскопкам холма Телль-Мардих (Северная Сирия), они менее всего предполагали, с чем им предстоит столкнуться. Итальянцы лишь догадыва-

AJMLH И ЬЛИЖНИИ

м, что в недрах холма скрываются остатки большого древнего поселения, кОрее всего города. Но что это за памятник? Какой культуре он принадлежит?

Огромный холм Телль-Мардих (его площадь составляет 56 гектаров,

высота — до 16 м) расположен в 60 км к северу от сирийского города Алеппо (Халеба), на полпути между древним Угаритом и Каркемишем. Уже пробные шурфы показали, что этот холм таит немалые сокровища. А дальнейшие раскопки вызвали настоящую сенсацию: на Ближнем Востоке, где, казалось бы, уже не осталось места, не тронутого лопатой археолога, была обнаружена столица совершенно неизвестного государства, чье влияние в XXV—XXIII вв. до н.э. распространялось на всю Сирию, достигая на юге — Синая, на западе — побережья Средиземного моря, на востоке — междуречья Тифа и Евфрата. Это было самое поразительное археологическое открытие 2-й половины XX века. «Открыт новый большой город новой, не известной доселе державы Древнего мира, новая цивилизация и, наконец, новый язык. В таких случаях обычно говорят о новой странице истории человечества», — писал советский археолог и историк Н.Я. Мерперт.

Название открытого города стало известно лишь в 1968 году, когда археологи нашли фрагмент разбитой жертвенной статуи, посвященной богине Иштар. На статуе была высечена надпись: «От Иббат Лина, сына Игриш Хепа, царя Эблы...» Все вставало на свои места: это была та самая таинственная и полулегендарная Эбла, столица могущественной, ранее совершенно неизвестной империи. Именно так — «Эбла — новонайденная империя» — озаглавил Паоло Маттие свою книгу, вышедшую в 1977 году в Риме.

Культура этого государства отличалась поразительной самобытностью. Эблаиты достигли больших высот и в градостроительстве, и в архитектуре, и в искусстве. Но главной сенсацией стали ныне знаменитые глиняные таблички из Эблы, тексты которых заставили ученых по-новому взглянуть на историю Древнего мира.

Первые таблички с клинописными текстами были найдены в Эбле в 1974 году. Язык этих текстов некоторые специалисты определили как древнеханаанский. Предположительно, из него впоследствии развились аморейский, угаритский, финикийский, древнееврейский и другие, относящиеся к северо-западной группе семитских языков. Однако, по мнению известного ассириолога И. Гельба, детальный анализ всего доступного материала свидетельствует о том, что эблаитский язык был не диалектом за-падносемитского, а особым языком, похожим на аккадский и аморейский. При этом писцы Эблы легко переходили с эблаитского на шумерский язык, и вообще подавляющее большинство слов в текстах Эблы было шумерски-**и. Это не должно удивлять — шумеры и их письменность господствовали на Ближнем Востоке без малого тысячу лет, и, даже когда былое могущество Шумеров отошло в прошлое, шумерский язык повсеместно сохранился, а Шумерская система письменности была приспособлена к другим языкам.

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОГКРЬИИЙ

Настоящая сенсация разразилась в 1975 году, когда в руинах царского дворца в Эбле, разрушенного в XXIII веке до н.э., П. Маттие обнаружил крупнейший из известных до сих пор царских архивов III тысячелетия до н.э. Он насчитывал около 16 тыс. клинописных глиняных табличек. Архив занимал две комнаты, и следы рухнувших полок, на которых некогда хранились таблички, были еще вполне явственно видны.

«Основная ценность архивов города, — пишет П. Матгие, — состоит в том, что они дали нам возможность узнать о великом государстве третьего тысячелетия до новой эры, его административном и социально-экономическом устройстве, религиозных верованиях. В более широком плане они открыли для нас совершенно новый, неизвестный мир — культуру, ставшую основой для последующих блестящих цивилизаций Сирии. Империя Эбла коренным образом изменяет наши представления о древней истории». Действительно, архив Эблы по полноте и разнообразию содержащихся в нем сведений мало найдет себе равных. Как писал уже упоминавшийся И. Гельб, все ранее найденные письменные источники этого времени составляют в общей сложности лишь около четверти богатств, обнаруженных в Эбле.

Здесь были найдены дипломатические договоры, летописи, донесения послов; государственные установления, царские указы, военные реляции, приговоры судов, описания обрядов и ритуалов, тексты, относящиеся к сельскому хозяйству — земледелию, животноводству, списки животных, рыб, географических названий, литературные, исторические и юридические тексты, торговые отчеты, счета, списки отправленных товаров — в том числе в Палестину, в Анатолию, в дальние города Месопотамии. Правители Эблы, как сообщается в одном из клинописных текстов, подписывали политические договоры с Ашшуром — древней столицей Ассирии. В документах из Эблы упомянуты такие хорошо известные и поньше города Ближнего Востока, как Бейрут, Дамаск, Газа, а также библейские города Содом и Гоморра Среди множества найденных учебных текстов (а в Эбле, как выяснилось, существовала школа писцов — скрибов; это самая ранняя из обнаруженных до сих пор подобных школ, находившихся вне пределов шумерских земель) были впервые найдены двуязычные шумерско-эблаитские словари.

Найденные документы пролили свет на историю Эблы, ее политическое устройство, ее общественные порядки. «Эта находка, — писал известный советский востоковед М.А. Дандамаев, — убедительно показала, что, несмотря на огромные достижения ассириологии в изучении древних ци- \ вилизаций, есть еще очень много пятен в наших знаниях. До обнаружения этого архива ученые даже не подозревали о существовании на территории^ современной Сирии между 2400—2250 гг. до н.э. великой державы, поли-| тическое и культурное влияние которой распространялось: на юге до Си-| найского полуострова, на западе — до Кипра, на севере — до Загроса».

Во всех энциклопедиях, вышедших до 1975 года, утверждалось, что Си-| рия в III тысячелетии являла миру отблески влияний соседних, более высо-|

цивилизаций, что населяли ее в основном кочевые племена, занимавшей скотоводством, и что здесь не было предпосылок для образования подов и городской цивилизации. Эти сведения вполне соответствовали

данным, которыми располагала в ту пору наука. Но документы, найденные в Эбле, свидетельствуют совсем об ином.

«Мы вдруг узнали, — пишет один из участников раскопок Эблы, доктор jw Петтинато, — что в непосредственной близости от Эблы существовало множество мелких государств... Огромное число городов рисуют совершенно новую картину урбанизации Сирии и Палестины в третьем тысячелетии до новой эры». В глиняных табличках Эблы упоминается более пяти тысяч географических названий населенных пунктов, располагавшихся в III тысячеле-rmi до н.э. на территории Северной Сирии. Для того времени это чрезвычайно высокий уровень заселенности. В самой Эбле, согласно одному из текстов, жило 260 тыс. человек. Очевидно, большая часть этого населения обитала в пригородах, в пределах же городских стен проживало около 30 тыс. человек.

Возникновение Эблы относится к IV тысячелетию до н.э. Расцвет города приходится на середину III тысячелетия до н.э. Основу экономики Эблы составляли доходы от торговли с Египтом, Месопотамией, Ираном. Еще четыре с половиной тысячи лет назад в Эбле была введена государственная монополия на торговлю благородными металлами, древесиной, текстильными и гончарными изделиями. В Эбле едва ли не впервые в мире была создана система государственного контроля за качеством товаров. Существовала и специальная «служба маркетинга», работники которой должны были информировать торговцев о том, где нуждаются в их товарах и как вообще обстоят дела со сбытом и предложением. Любопытно и то, что Эбла была своеобразной монархией-республикой: царская власть не была пожизненной, а царя избирали на семилетний срок.

С XXIII века до н.э. эблаитское государство начинает испытывать на себе растущее давление могущественной Аккадской державы, объединившей под своей властью всю Месопотамию. Главной сферой, где столкнулись интересы обоих государств, была река Евфрат — цари Эблы хотели поставить под свой контроль проходящие здесь важнейшие торговые пути. По ним в Месопотамию шли металлы из Анатолии и древесина с побере-*ъя Средиземного моря.

Завязавшаяся борьба достигла наивысшего накала в царствование Сарана Аккадского. В конце XXIV века до н.э. эблаитам удалось подчинить Себе Мари, располагавшийся на Среднем Евфрате. В ответ Саргон предпринял большой поход, и в конечном итоге ему удалось не только изгнать ¦^лаитов из Мари, но даже на какое-то время подчинить Эблу своему влиянию. Впрочем, город он не взял, а лишь обложил Эблу данью. Существенного урона эблаитам это не нанесло, и соперничество продолжилось.

Окончательный удар нанес Эбле Нарам-суэн, внук Саргона Аккадско-г°> взявший город штурмом около 2250 года до н.э. и подвергший его страш-

132

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКР:

ному опустошению. В память об этом событии он повелел воздвигнуть fi свою честь монумент с высеченными на нем словами: «Нарам-суэн, могу, щественный завоеватель Эблы, которую раньше никому не удавалось поко, рить».

Тем не менее Эбла восстала из руин. Период ее нового расцвета продол, жался около 200 лет. После этого город погиб окончательно.

«Примерно в 2000 году до нашей эры, — пишет П. Маттие, — Эбла вновь была разрушена. Об этом свидетельствует мощный слой пепла, из которое состоит пласт, относящийся именно к этому времени. Могуществу города был положен конец. Правда, спустя некоторое время Эбла еще раз пережила короткий период расцвета — около 1800 года до нашей эры. Но посте-пенно город приходил в упадок и через два столетия исчез навсегда».

ТЕЙШЕБАИНИ, СТОЛИЦА УРАРТУ

Страна, носящая имя. Урарту, впервые упоминается в документах, относящихся к эпохе ассирийского царя Ашшурнасирпала II (XIII в. до н.э.). «В начале I тысячелетия до н.э. области южного Закавказья были включены в состав Ванского царства, которое поэтому можно считать древнейшим из государств, существовавших на территории Союза ССР. Центр этого древнего государства, целиком занимавшего Армянское нагорье, находился в районе оз. Ван, получившего, вероятно, свое название, так же как и город Ван, от термина Биайна (или Виайна), которым урарты именовали центральную часть своего государства», — свидетельствует академик Б.Б. Пиотровский, один из крупнейших советских ученых-археологов.

Урарту утвердилось на Армянском нагорье в середине IX века до н.э. Другое государственное объединение урартских племен сложилось к юго-западу от озера Урмия и носило название Муцацир. Здесь располагался главный общеурартский религиозный центр с храмом верховного бога Хал-ди. Другими главными богами урартов были Тейшеба — бог войны и грома Я Шивини — бог Солнца.

Первым правителем объединенной страны стал царь Арам (864— 845 гг. до н.э.). На протяжении всей своей истории Урарту приходилось вести ожесточенные войны с Ассирией. Ассирийских правителей весьма беспоко

ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

133

„ост могущества северного соседа. В 714 году до н.э. Саргон II двинул ассизскую армию в области к востоку от оз. Урмия, желая наказать местных правителей, подстрекаемых против Ассирии урартским царем. Правитель Упарту РУ08 I попытался со своей армией ударить в тыл армии Саргона, но встреча противников в решающей битве закончилась поражением урартов. Борьба двух царств за гегемонию в Передней Азии завершилась победой Ассирии, и в дальнейшем обе стороны избегали прямых столкновений.

Урартский царь Аргишти II (713—685 гг. до н.э.) устремил свой взор на восток. Его войска достигали в своих походах побережья Каспийского моря. Покоренные области обязывались платить дань урартским царям. Эта политика продолжалась и при царе Русе II (685—645 гг. до н.э.), который, заключив союз с киммерийцами, совершил несколько успешных походов в Малую Азию. В это время страна переживала период стабильности и расцвета. Проводились большие ирригационные работы, сооружались оросительные каналы, строились новые города.

Могущество страны Урарту рухнуло под ударами скифских кочевых племен, проникших в Переднюю Азию с севера в 670-х годах до н.э. Скифы нанесли поражение киммерийцам, союзникам Урарту. Одновременно пострадай и ряд районов Урарту. Страна заметно ослабевает и в начале VI века до н.э. попадает в вассальную зависимость от Мидии, а к 590 году до н.э. вообще прекращает свое существование. Часть бывших урартских владений вошла в состав персидской державы Ахеменидов. В VI—V вв. до н.э. на основе потомков урартов и некоторых других племенных групп происходит формирование древнеармянской народности.

Урарту долгое время оставалось малоисследованной цивилизацией древнего Востока. Начало изучению этого «забытого царства» положили русские и советские востоковеды М.В. Никольский, И.Н. Мещанинов, Н.Я. Марр, ИА Орбели, ГА. Меликишвили, опубликовавшие и подробно исследовавшие урартские письменные тексты. Но подлинное открытие страны Урарту началось лишь в конце 1930-х годов.

В 1939 году экспедиция ленинградских и ереванских ученых-археологов под руководством Б.Б. Пиотровского начала раскопки на горе Кармир-блур, расположенной на левобережье реки Раздан в юго-западной части Еревана. Эти раскопки продолжались множество сезонов. Их результатом стало открытие города-крепости Тейшебаини, посвященного урартскому богу войны Тейшебе (бронзовая статуэтка этого божества бьиа найдена при Раскопках на Кармир-блуре). Благодаря раскопкам был получен огромный ^Щественный материал, ставший основой для понимания истории Урарту.

В начале VI века до н.э. Тейшебаини был разрушен и сожжен скифами. ^ результате пожара многое здесь оказалось похороненным под пеплом и Сегодня стало доступным для изучения. Город, сооруженный на вершине *°лма, по-видимому, имел прямоугольную планировку. Крепостные стены, достигающие в толщину 3,5 м, с массивными, выступающими вперед квад-

134

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЕ

ратными башнями, окружали многочисленные постройки, включающие g числе других и хозяйственные помещения. Здесь были найдены остатку пшеницы, ячменя, винограда и разных фруктов, останки скота, много ору. жия, утвари, керамической посуды. По подсчетам исследователей, зернохранилища и винные склады Тейшебаини были рассчитаны на продукцик) получаемую на территории в 4—5 тыс. га. Материал, обнаруженный в земле, дал возможность точно установить, в какое время года рухнула под напором кочевников могучая твердыня: хлеб был уже собран, но виноград еще не созрел, а в кучке сохранившейся травы оказались цветы конца июля — первой половины августа.

Замечательными были достижения урартов в области культуры. Урар-ты заимствовали клинопись у ассирийцев, приспособив ее к особенностям своего языка, и все их искусство, хотя и во многом самобытное, близко по духу ассирийскому. Среди предметов, обнаруженных при раскопках Кармир-блура, кроме изделий урартских мастеров, было найдено немало предметов египетского, малоазийского и скифского происхождения Основное собрание урартских древностей, включающее бронзовый щит царя Сардура, украшенный изображениями львов и быков, сегодня хранится в Ереванском музее. В собрании Эрмитажа можно увидеть бронзовый шлем царя Аргишти с изображениями крылатых божеств в рогатых шлемах, змей с львиными головами, боевых колесниц и воинственных всадников с круглыми щитами и дротиками. На краю шлема короткая надпись: «Богу Хал-ди, владыке, этот шлем Аргишти, сын Менуа, подарил». Также в Эрмитаже хранится бронзовая статуэтка, некогда украшавшая царский трон, с лицом из белого камня и огромными инкрустированными глазами, изображающая четвероногое, крылатое существо с человеческими чертами и сложенными на груди руками.

Проводившиеся под руководством академика Б.Б. Пиотровского исследования Тейшебаини явились, по существу, первыми научными раскопками урартского города и заною открыли многие стороны урартской цивилизации. Результаты этих раскопок позволили понять истинное место Урарту среди древневосточных цивилизаций и роль ее наследия для дальнейших судеб культуры всего Закавказья. Кроме того, раскопки Тейшебаини «подтолкнули» ученых к изучению других урартских памятников как на территории Армении, так и за ее пределами — в Турции и Иране.

КАК БЫЛА ОТКРЫТА СТРАНА ХЕТТОВ

Еще в середине XVIII века английский путешественник Мондрелл обратил внимание на то, что на территории нынешней Сирии вблизи Харра-на — города, расположенного в излучине Евфрата, встречаются камни,

3 ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

135

спещренные какими-то неведомыми знаками. Что камни эти древние, а пцсьменность иероглифическая, было очевидно. Но чья это письменность9 Что означали диковинные зна-кИ) не похожие на египетские иероглифы? В те годы этого никто не знал. Было неизвестно и то, кому, собственно, принадлежали эти загадочные письмена. Судя по находкам, создатели этих иероглифов некогда населяли Северную Сирию примерно там, где Евфрат делает петлю, круто сворачивая на юг. Это был район двух древних городов — Харрана и Карке-миша. Если первый существует и сейчас, то местонахождение Каркемиша, упоминаемого в Библии, долгое время оставалось загадкой.

В 1876 году английский ученый

Джордж Смит начал поиски древнего города. Руководствуясь указаниями ассирийских глиняных табличек, он добрался до холма Джераблус в Двуречье, где находились какие-то древние руины. Смит успел исследовать их и понять, что перед ним — не что иное, как развалины Каркемиша. Он подробно описал гигантские руины и загадочные иероглифы, которые нашел здесь. Через несколько месяцев Смит умер от холеры, и только в 1911 году окончательно стало ясно, что найденный Смитом Каркемиш — город, располагавшийся на южном рубеже одного их самых загадочных государств древности — Хетгии.

Но в 1870-х годах наука не имела никакого представления о хеттах. А между тем об этом народе упоминали египетские, ассирийские, вавилонские тексты. Из них явствовало, что хетты были могучим народом, что государство хеттов являлось грозным соперником Египта, что в середине XI тысячелетия до н.э. оно было великой державой Востока.

Но кто такие хетты? Где находилось их государство?

В 1903 году вышла книга английского языковеда Сейса «Хетты, или история забытого народа». В ней Сейс заявил, что все или почти все древние Монументы и надписи, найденные в Северной Сирии и в Малой Азии, име-1°т хеттское происхождение. Сейс обратил внимание археологов на то, что таинственные иероглифы хеттов встречаются не только в Сирии, но и в ^верных областях Малой Азии, в том числе на скалах Язылыкая, близ де-Р Богазкёй, расположенной в 150 км к востоку от современной столи-

Турции Анкары.

136

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Турецкое название «Язылыкай» означает «расписанные скалы». Здесь среди нагромождений камней и горных расселин, сохранились высеченные на скалах изображения богов, крылатых демонов, воинов в островерхих шапках и вырезанные на камне иероглифы — знаки неведомого древнего языка. А рядом, на окраине забытой богом турецкой деревушки, заросшие кустарником холмы скрывали развалины огромного города...

Еще в 1882 году Отто Пухштейн, будущий глава немецкого Археологического института, составил план руин Богазкёя Но только в 1906 году другой немецкий археолог, Гуго Винклер, начал здесь систематические раскопки. И одной из первых его находок стало письмо на глиняной табличке, написанное на вавилонском языке: письмо фараона Рамсеса II Великого, адресованное хеттскому царю Хаттусилусу II о договоре между Египтом и хеттами, заключенном после битвы при Кадеше.

За этой находкой последовали другие. Вскоре в руках Винклера оказался весь хеттский государственный архив. Сомнений больше не было: Богаз-кей — столица древней Хеттии, легендарный Хаттушаш, укрытый в горах Анатолии...

Весть об открытии Винклера облетела всю мировую печать. Более 15 тыс. глиняных табличек с клинописными надписями на хеттском, аккадском и других древних языках Азии, найденных в развалинах Хаттушаша, оказались хрониками, сводами законов, договорами, астрологическими предсказаниями, шумерско-аккадско-хеттскими словарями и т.д. Эти документы дали ценнейшие сведения о цивилизации, существовавшей на территории Анатолии в III тысячелетии до н.э.

Исследования показали, что в XVII—XIII вв. до н.э. Хаттушаш являлся столицей обширного и богатого царства, которое соперничало с Египтом за господство в Передней Азии. С ростом могущества хеттов город достиг площади свыше 121 га. С трех сторон он был окружен массивной оборонительной стеной циклопической кладки, с четвертой стороны естественной границей города являлась неприступная скальная гряда. Из пяти городских ворот трое были украшены монументальными рельефами с изображениями бога-громовержца («Царские врата»), львов и сфинксов («Львиные врата»). Особенностью ворот Хаттушаша являлась арка из двух циклопических монолитов

Сам город состоял из двух частей — верхней и нижней, разделенных каменной крепостной стеной. На высокой скале была сооружена цитадель. В верхнем городе располагались многоколонный царский дворец с большим парадным залом и храмы, посвященные различным богам. Самый значительный из храмов был сооружен в честь бога ветров и бурь. Он имел длинный внутренний двор, на который выходила колоннада, украшавшая зал святилища. В ярко освещенном помещении храма стояла статуя грозного божества.

, ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

137

В древней столице Хеттии найдены руины светских зданий (дворца, а, жилых помещений и др.). Тут были обнаружены руины пяти боль-цд дворцов, стены и ворота с башнями, найдено много керамических изделий В хетгских домах не было зала и прихожей, они состояли из нескольких помещений, примыкавших друг к другу, а крыши у этих домов, сооруженных из дерева и глины и в основном одноэтажных, были плоские.

Раскопки в Богазкёе продолжаются и сегодня. С тех пор как высечение в скалах изображения богов и царей, остатки древних каменных стен и камни, покрытые иероглифами, заставили ученых пойти по следам неведомой цивилизации, прошло не так уж много времени. Все больше знаний получает наука о древнем государстве, которое наряду с Египтом и Ассиро-Вавилонией было крупнейшим в Передней Азии

Сегодня в учебниках и энциклопедиях мы можем прочесть, что хетты — это общее название племен и народностей, населявших центральную и восточную часть Малой Азии и Северную Сирию во II — начале I тысячелетия до н.э Название «хетты» первоначально относилось к племенам хатти — так называемым протохеттам, и лишь в середине II тысячелетия так стали называть все население хеттского царства, которое говорило на разных языках — протохеттском, палайском, лувийском и несистском.

Образование царства хеттов относится к XVIII веку до н э., но лишь со второй половины XV века, к началу так называемого Нового царства, хеттская держава входит в полную силу. Тремя ее основными частями были «Страна хеттов» (в центре Малой Азии), Лувия (на юго-западе Малой Азии) и Пала (на севере или востоке Малой Азии).

Два с половиной столетия начиная со второй половины XV века до н.э. хетты вели беспрерывные войны, в том числе с могущественным Египтом. Все больше территорий и народов подпадало под власть хеттов.

Хаттушаш и Хеттское государство были разрушены около 1200 года до нэ пришедшими с Балкан и островов Эгейского моря «народами моря». На месте бьшшей империи образовалось несколько хеттских княжеств, враждовавших с соседями и друг с другом и с течением времени полностью растворившихся в волнах многочисленных нашествий, накатывавшихся на Малую Азию.

УГАРИТ

Исторические источники скупо говорят о происхождении финикий-Чев Известно, что около 3000 года до н.э. ханаанские племена (часть волны западносемитских кочевых племен, вышедших, вероятно, из центральной чэсти Аравийского полуострова) осели на побережье Средиземного моря, смещавшись с уже живущими там народами, позднее приняв и новых при-

138

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЕ

шельцев. Они объединились в несколько городов-государств расположившихся вдоль побережья. В обстановке постоянной угрозы вторжения со стороны Египта, алчущих наживы племен амореев, хеттов, хурри-тов, ассирийцев, арамейцев и, наконец, персов, они смогли все же обеспечить себе безбедное существование благодаря развитому сельскому и лесному хозяйству, а также ремеслам и торговле. Одновременно они создали культуру, которая, обогатившись культурными дости-

жениямй многих народов, пересекавших это пространство, распространилась да^ек0 по всеМу Ближнему Востоку и оставила человечеству непрехо-дащие Ценности.

^%ы древних финикийских городов-государств расположены на со-вРеменкюм сирийско-ливанском побережье так близко друг к другу, как наниза%ше на шнурок жемчужины. К наиболее важным поселениям этого раннегс^ периода человеческой истории относятся Библ на ливанском и Угарит ч_ на сирийском побережье Средиземного моря. Оба этих города играли в истории Финикии очень большую роль. Угарит, руины которого были от1фЬПЪ1 в 1928 году близ залива Минет-эль-Бейда в 10 км к северу от сирииа^ого Города Латакии, представляет собой один из древнейших и наиболее з^мечательнь1Х памятников истории на восточном берегу Средиземного м<^ря

Ьол^ее трех тысячелетий Угарит пребывал в полном забвении, и еще семьдес;ят лет на3ад было неизвестно, где находился этот некогда цветущий, У^[0МИнаЮщИйся во многих древних текстах финикийский город. На его след навел случай. В 1928 году один крестьянин во время пахоты недалек^0 от моря наткнулся на несколько правильно обтесанных камней: оказало^ что они составляют часть длинного подземного хода, забитого осыпав!щимся песком и мусором и ведущий в погребальную камеру. Сообщение oq этом было направлено в Париж. Открытие крестьянина привлекло к cege внимание французских археологов, сразу же заинтересовавшихся ^эТИМ таинственным склепом. Руководство отдела восточных древностей ЛуВра поручило молодому ученому Клоду Шефферу исследовать загадоч НуЮ нахОдку. Отправляясь в Сирию, он еще не предполагал, что ему пр^дСТОИТ сделать одно из самых значительных археологических открытий^ хх века. Отныне имя Клода Шеффера стало неразрывно связы-

ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

139

с Угаритом, подобно тому, как имя Шлимана связано с Троей, Пар-ф с Мари, Кольдевея — с Вавилоном.

Свои раскопки Шеффер начал в 1929 году. Его внимание сразу же привлек холм, расположенный в труднодоступной излучине реки, в 800 м от того места, где был найден склеп. Местные жители называли этот холм Рас-Эш-Шамра — «Укропный холм». Уже при первых разведывательных раскопках здесь были найдены статуэтки, посуда, погребальная утварь и таблички с письменами. «Укропный холм» стал главным объектом исследований.

Каждый год, исключая военные 1940—1945 гг., Шеффер продолжал свои работы в Угарите. Им были обнаружены пять основных культурно-исторических слоев, каждый из которых делился на несколько подслоев. Самый нижний слой относится к неолиту — примерно к VII тысячелетию до н.э. Самый верхний и важный — к финикийской эпохе, начавшейся в XVI веке и внезапно прервавшейся к концу бронзового века (примерно 1200 год).

В одном из ранних слоев археологи натолкнулись на погребения и остатки поселений, которые, очевидно, относятся к периоду между III—II тысячелетием до н.э. В гробницах лежали останки людей. При них сохранились украшения — в большинстве своем это были ожерелья, браслеты, небольшие бусы из трубочек и спиралей, булавки и т.д.

Территория раскопок Угарита расположена в пяти километрах от знаменитого Голубого пляжа. Дорога туда проходит мимо плантаций оливковых деревьев и полей подсолнечника. Руины древнего Угарита — одни из самых внушительных на Ближнем Востоке, ведь финикийцы сооружали свои дома и дворцы из камня, а не из широко распространенного кирпича-сырца.

Раскопками в Угарите открыты остатки хорошо укрепленных городских стен со сводчатыми воротами, ряд храмов, благоустроенные дома; особенно важно было открытие царского дворца с двухколонным входным портиком и многочисленными помещениями, расположенными вокруг нескольких больших внутренних дворов. В античной гавани, которую арабы называют Мина-эль-Бейда (Белая гавань), были найдены остатки больших складов Для хранения товаров. В портовом квартале можно видеть руины скромных жилищ XV и XIV веков до н.э.

Путь к царскому дворцу ведет через Нижний город. Хорошо сохранившиеся улицы шириной в 3—4 м окружали большие кварталы домов. Очень близко от дворца находился жилой квартал знати. Стены многих вилл достигают двух метров высоты, раньше у них был и второй этаж. Во внутренних Дворах этих домов расположены колодцы. Каждый дом, построенный более трех тысяч лет назад, имел собственное водоснабжение. В подвалах некото-РЬк домов есть собственные склепы: умершим в дорогу на тот свет давали ^ДУ, вино, растительное масло, мясо и кровь жертвенных животных.

Руины царского дворца расположены в полутора километрах от гавани Мина-эль-Бейда. Дворец состоит из цитадели и собственно царской ре-

140

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

зиденции. Отчетливо сохранились контуры многочисленных залов, внутренних и передних дворов. В монолитном дворцовом колодце глубиной Ими сейчас еще имеется пригодная для питья вода. Большое количество других помещений служили рабочими комнатами для царских писцов ц чиновников.

Жители Угарита для своих изделий использовали слоновую кость — из нее сделаны превосходные скульптуры, такие как, например, голова «принца» или «принцессы» (высотой 15 см), датируемая XIII веком до н.э. Тонкое лицо с чуть улыбающимися губами было оживлено теперь почти не сохранившейся инкрустацией: из золота были исполнены волосы надо лбом и брови, а из цветного камня — глаза.

Из слоновой кости было сделано также большое панно, покрытое тонкими рельефами с обеих сторон, общая длина его — 82 см; это самое большое изделие из слоновой кости, найденное на Ближнем Востоке. Панно разделено на отдельные таблички; на одной из них представлена крылатая богиня, прическа которой напоминает прическу египетской богини Хатор; слева и справа от богини расположены две небольшие фигурки юных богов. Изображения царей на других табличках также напоминают египетские произведения, что объясняется постоянным существованием связей между Угаритом и Египтом.

В 1953 году в царском дворце Угарита было обнаружено другое изделие из слоновой кости — круглый стол диаметром около метра, на крышке которого располагаются изображения крылатых сфинксов, грифонов и орлов, терзающих оленей и других животных. Фон между фигурками выпилен, так что образовался тонкий ажурный узор.

В Угарите были найдены многочисленные глиняные сосуды, покрытые росписью. Среди них есть экземпляры микенского происхождения, как, например, кубок с изображением осьминога и кратер с изображением колесницы. Из Египта попали в Угарит изящные алебастровые вазы. Интересно оружие — бронзовые кинжалы, копья, ножи и топоры; следует отметить бронзовый меч длиной 74 см, на лезвии которого имеется картуш с именем фараона Минепта, сына Рамсеса II.

В архивах царского дворца Шеффер обнаружил массу глиняных табличек с пространными клинописными текстами, написанными частично на шумерском и вавилонском, частично на хеттском и египетском языках. Они сообщают о трудностях, которые испытывали правители Угарита в связи с необходимостью постоянно защищаться от могущественных захватчиков Это были в первую очередь хетты и египтяне, которые на протяжении почти всего II тысячелетия до н.э. принуждали Угарит лавировать между обоими блоками. В начале II тысячелетия, чтобы защититься от хеттов, город вступил в союз с египетскими фараонами. Но когда в конце XVIII века до н.э. на Египет напали гиксосы, южный сосед уже ничем не мог помочь финикийцам: он сам стал жертвой агрессии. Только после уничтожения врагов Уга-

ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

141

рит

смог снова вздохнуть, но он был вынужден считаться с усилившимися

фараонами. Во время правления Рамсеса II хетты принудили Угарит выступить со своими войсками в битве при Кадеше против египтян, но скоро Египет вновь одержал победу. Однако независимо от того, как складывалось соотношение сил в этом районе, город, преодолевая трудности и удары судьбы, множил свои богатства.

К царской библиотеке относились также школа писцов и «бюро переводчиков». Глиняные таблички содержат описи фиксированных налогов, которые должны были платить в царскую казну союзы ремесленников; записи об уплате дани, отчислявшейся Угаритом другим державам — чаще всего хеттам и египтянам, о получении им самим дани от более слабых городов; мобилизационные списки; списки населения, занятого на общественных работах; счета по торговым сделкам и указания строителям.

В библиотеке были обнаружены и многочисленные указания по совершению ритуалов. Во всех деталях изложены правила обрядов культа плодородия, приверженцами которого были финикийцы. «Ветеринарная книга» содержит рекомендации для лечения заболевших животных. Были найдены букварь, словари и тексты упражнений.

Пожалуй, наибольшую ценность среди находок в Угарите представляет собой маленький, всего в 10 см длиной, брусок глины с тридцатью знаками, который помощники Шеффера отыскали в 1949 году среди многих других глиняных табличек в комнате для писцов царского дворца. Это был первый в истории человечества алфавит! Неудивительно, что клинописные таблички из Угарита заинтересовали всех ученых. Дата составления таблички относится, вероятно, к XIV, а может быть даже к XV веку до н.э. Эта алфавитная система из 30 клинописных знаков, передававших только согласные звуки, использовалась для записи текстов на незнакомом ученым языке. Как вскоре выяснилось, это был древний язык ханаанской группы, близкий к древнееврейскому языку середины II тысячелетия до н.э. Финикийцам удалось усовершенствовать клинопись так, что их знаки теперь обозначали не целые слова или слоги, для чего необходимы были сотни или даже тысячи знаков, а передавали слова буквами, которые изображались с помощью клинописных знаков. Это буквенное письмо позднее в преобразованной форме было воспринято греками — они добавили соответствующие их языку гласные — и таким путем достигло Европы.

Табличка с алфавитом из Угарита хранится сейчас как особо ценный экспонат в витрине музея в Дамаске

Еще одной из значительнейших находок в Угарите стали .. ноты, написанные клинописными знаками по меньшей мере около трех с половиной тысяч лет назад! Это самая древняя из известных до сего времени попыток письменно зафиксировать мелодию. Расшифровать значки было непросто, Но тем не менее ученые сумели это сделать. И в мае 1974 года в одной из аудиторий Калифорнийского университета (США) состоялся необычный

142

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ

— вновь прозвучала восставшая из небытия древняя мелодия, ц вот что удивительно: весь ее музыкальный строй, весь лад оказались близкими и понятными людям второй половины XX века. Древняя музыка была исполнена на лире, представлявшей собой точную реконструкцию древнего [Шструмента, найденного в Сирии и относившегося примерно к тем же временам, что и музыка.

Археологи, раскапывавшие «Укропный холм», обнаружили и подземные царские склепы, сооруженные по типу критских и греческих купольных гробниц. В Угарите это были настоящие «дворцы мертвых» с многочисленными помещениями, огромными кладовыми и водопроводом. У входа в каждую такую царскую гробницу лежал скелет мужчины, который, очевидно, сопровождал на тот свет своего господина в качестве слуги или телохранителя.

В усыпальницах были найдены позолоченные фигурки богов. Среди нщ были изваяния часто упоминаемой в Библии «звездной девы», которая известна у шумеров как Инанна, у аккадцев — как Иштар, а на всем Переднем Востоке — как Ашторет (Астарта). На найденной в одном из погребений пластинке из слоновой кости Инанна-Ашторет изображена в виде женщины с обнаженным бюстом. Шея ее украшена широкой цепью, на головном уборе — змея. В руках богиня держит связку колосьев. Справа и слева от дае стоят, вытянувшись на задних лапах, два рогатых чудовища.

Господствующее место в религии Угарита занимал бог Ваал. Он изображался в виде человека в рогатом шлеме. В левой руке Ваал держит, как копье, ствол дерева — символ Млечного пути.

Третье божество, почитавшееся в Угарите, — Эл. Его имя в буквальном переводе означает «могущественный». На одной каменной стеле бог Эл изображен сидящим на троне, с рогами на голове. В центре изображения — си-яющая звезда с восемью лучами. Поклонение звезде Венере и мужскому началу в образе рогатой бычьей головы восходит к верованиям шумеров и древних земледельцев Ближнего Востока и Анатолии.

Во время раскопок Угарита помощники профессора Шеффера нашли железный клинок в бронзовых ножнах, относящийся к XIV веку до н.э. — то есть к периоду, когда впервые начали закаливать железо. Знакомство с железом относится к более раннему времени, но при этом речь шла большей частью о метеоритном железе, которое обрабатывалось для изготовления украшений и культовой утвари, и только позднее появились железные инструменты и оружие. Потом, в середине XIV века до н.э., хетты научились обрабатывать железо, и скоро ко многим другим изделиям, которыми торговали финикийцы, прибавились железные. Новый металл дал новой эпохе свое имя — железный век, который начался на Востоке примерно с 12(0 года до н.э. По иронии судьбы Угарит, как и многие прибрежные города восточного Средиземноморья, погиб именно около 1200 года до н.э. — под ударами двигавшихся с севера так называемых народов моря.

3 ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

143

СКАЛЬНЫЙ ГОРОД ПЕТРА

Петра — один из самых нео-бьнных и странных городов Зем-дл. И само место, где этот город расположен, необычно и таинственно. Дорога в Петру идет на юг от Мертвого моря, по направлению к Акабе, известному и единственному иорданскому курорту на Красном море. Когда-то здесь проходила легендарная «дорога благовоний». Здешние места хорошо известны по Библии. Неподалеку от Мадабы, небольшого городка с христианским населением, расположена знаменитая гора Небо, на которой умер Моисей после того, как вывел из Египта еврейские племена в Землю обетованную. Ближе к Петре тянется узкое и длинное ущелье Зик, стены которого поднимаются ввысь на 100 м. Именно здесь Моисей ударом жезла извлек воду из скалы. Небольшая высохшая речка, в каньоне которой расположена Петра, носит сегодня название «Вади-Муса» — «река Моисея».

Позднее на этой земле возникло государство Эдом, известное по Библии как заклятый враг Израиля. В эти времена и появилось на месте нынешней Петры первое укрепленное поселение, получившее название «Села» — «камень, скала». Позднее это имя было переведено на греческий язык— Петра («камень»).

На рубеже IV—III тысячелетий до н.э. в этих местах расселились племена арабов-набатеев, ранее кочевавших по Аравийской пустыне. Племена кочевников, соприкоснувшись с эллинистическо-римским миром, с которым они первоначально находились в конфронтации, проявили исключительные способности к восприятию и переработке культурных достижений античности. Фг арамейцев они переняли письменность, приспособив ее к своей фонетической системе, и на ее основе создали письмо, которое считается прототипом современного арабского письма. А в окруженной отвесными скалами труднодоступной котловине набатеи основали свою столицу и оттуда постепенно расширяли сферу влияния. В последнем столетии до нашей эры им Удалось покорить даже Дамаск и присоединить его к своему царству.

144

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Римляне, пытавшиеся завоевать царство набатеев, вначале потерпели крах-Петра оказалась неприступной. Скавр, знаменитый полководец Помпея испытанный в многочисленных битвах и привыкший к победам, вынужден был снять осаду со столицы набатеев. Но скоро набатеи поняли, что для них целесообразнее пойти на союз с римлянами. Они поддержали своими отрядами Юлия Цезаря при осаде Александрии, но после его смерти Помогали убийцам Цезаря в борьбе против Второго триумвирата. Наконец, они вновь примкнули к господствующей партии, уничтожив в Красном море флот Антония и Клеопатры и тем самым воспрепятствовав их намерению бежать в Индию. В I веке н.э. царство набатеев фактически стало римским протекторатом, а при императоре Траяне оно было полностью завоевано римлянами и присоединено к римской провинции Аравию со столицей в Буере.

Землетрясение 363 года разрушило большую часть столицы набатеев. Постепенно жители покинули ее, и долгое время в Петре не бывал никто, кроме кочевников-бедуинов. В XII веке крестоносцы построили неподалеку от Петры крепость. После победы Салах-ад-дина над христианами ее жители были обращены в ислам.

Открытие Петры связано с именем швейцарского путешественника и исследователя Иоганна Людвига Буркхардта. В 1812 году, переодевшись купцом, так что на первый взгляд его никак нельзя было отличить от паломников-мусульман, он пробирался из Алеппо в Египет через Акабу. Недоверчивым бедуинам швейцарец представлялся как «шейх Ибрагим», паломник, возвращающийся из Иерусалима в Каир. По пути он неожиданно узнал, что знаменитая Петра, легендарный скальный город, который он тщетно разыскивал долгие годы, расположена совсем близко...

Все началось с того, что неподалеку от селения Эль-Карак Буркхардт нашел несколько медных монет. На них по-гречески было написано «Петра». От местных жителей путешественник узнал, что в этих местах часто находят золотые и серебряные монеты. Ювелиры охотно покупают их.

Буркхардту было известно, что Петра располагалась в горном районе, среди высоких скал, до которых трудно добраться. Древние географы — Диодор, Эратосфен, Страбон, Плиний, Птолемей — достаточно точно описывали местоположение города. Но ни по географическим, ни по историческим данным Эль-Карак никак не мог быть древней Петрой. И Буркхардт решил как можно более тщательно исследовать окрестные места — каждое поселение, каждую долину. Огромный город не мог бесследно исчезнуть с лица земли!

Поиски, сопряженные с немалыми трудностями и риском, привели Буркхардта в долину Вади-Муса. Еще в Сирии ему говорили, что в этой долине якобы таятся несметные богатства. Путешественника сопровождал лишь один проводник-бедуин. Верхом они пробирались через абсолютно пустынную местность, минуя заброшенные арабские деревни. В одной из них Буркхардт увидел несколько глыб мрамора, лежащих на дороге. Откуда они здесь?

ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

145

Продолжая свое путешествие, оба всадника вступили на тропу, с обеих сторон стиснутую отвесными скалами. Ущелье становилось все уже и уже. Наконец расстояние между высокими, более чем стометровой высоты отвесными скалами из красного песчаника сужается до двух метров. Голубое небо виднеется только через узкий просвет. Луч солнца не заглядывает сюда. р]И кустика, ни травинки меж камней.

Примерно через триста шагов ущелье расширилось и вышло к глубокому оврагу, отделявшему тропу от отвесного склона горы. На дне его струился мелководный ручей Вади-Муса. На берегах ручья Буркхардт заметил остатки облицовки. А еще дальше — акведук, перекинутый между скалами, развалины, ниши, выдолбленные в скалах... В некоторых нишах сохранились постаменты для статуй.

Просвет между скалами увеличивался. Ошеломленный Буркхардт шел, не в силах оторваться от невероятного зрелища, которое разворачивалось перед ним: отвесные скалы все гуще и гуще покрывались рельефными украшениями, карнизами, низкими дверными проемами, и все это связывалось воедино, образуя огромный и таинственный ансамбль...

Неожиданно ущелье распахнулось. От яркого света Буркхардт на секунду зажмурился, а когда открыл глаза, то у него перехватило дыхание... Прямо перед ним на фоне скалы возвышался древний храм. Огромный, изумительно стройный, таинственно мерцающий розовато-красным светом. Гармония и изящество пропорций, розовый цвет песчаника, из которого храм был сделан, и, наконец, его прекрасная сохранность — все было поразительно. Никому бы и в голову не пришло, что в этом богом и людьми забытом месте скрывается великое творение великих мастеров!

Буркхардт, словно в фантастическом сне, двинулся к храму. Здесь его ждало еще одно потрясение: то, что он сначала принял за храм, было искусно высеченным прямо в скале двухъярусным фасадом высотой около 40 м. А самим храмом являлась скрывавшаяся за ним пещера — огромный зал высотой в 8 м, вырубленный прямо в скале.

Монументальный и одновременно изящный фасад храма в изобилии украшали колонны, статуи и рельефные женские фигуры в развевающихся одеждах. На нижнем портике сиял солнечный диск с рогами коровы — символ египетской богини Исиды. На верху портиков виднелись скульптуры львов-охранителей. Внутри стены зала были гладкие, так же как и потолок, и лишь ту, на которой располагался вход, украшала резьба. Высеченные в скале галереи вели во внутренние палаты с колоннами. В каждой палате — колоссальные статуи. В полутьме Буркхардт рассмотрел фигуру женщины, сидящей на верблюде. А рядом — небольшие залы-усыпальницы...

«Что это?» — спросил изумленный Буркхардт проводника. «Это дворец фараона, который здесь жил когда-то. А потом все поумирали, и дворец Превратили в гробницу в память о нем».

146

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Выйдя из храма, они прошли еще шагов двести. Среди утесов появлялись все новые и новые высеченные в скалах храмы, дворцы и гробницы. Все фасады имели пирамидальную форму, но отличались чрезвычайно разнообразным декором. Иногда было трудно понять, где же кончалась скала ц начинался храм или дом.

Но вот скалы расступились, освобождая место для большого амфитеатра. Все его сиденья — а их не менее трех тысяч — были тоже высечены в скале. Арена посыпана гравием, и, если бы ветер не разметал его в разные стороны, можно было подумать, что лишь вчера на ней состоялось очередное представление. Судя по размерам, театр мог вмещать до 4000 зрителей.

Недалеко от театра — триумфальная арка явно римских времен. Далее простиралась долина, густо усеянная развалинами домов, храмов, мавзолеев, грудами камней, обломками колонн. Одних только гробниц Буркхардт насчитал не менее двухсот пятидесяти. И все они, судя по архитектуре, относились к различным историческим периодам...

Так была открыта Петра — легендарный скальный город. Сегодня это один из самых популярных туристических объектов Ближнего Востока. Тысячи людей приезжают сюда, чтобы воочию увидеть легендарный город народа набатеев, вышедшего из пустыни, осевшего здесь и за очень короткий промежуток времени создавшего поразительные произведения искусства.

Дорога в Петру и в наши дни осталась такой же сложной и таинственной, как во времена Буркхардта. Но вот каменный коридор внезапно делает поворот, темнота отступает, в лучах ослепительного солнца перед вами предстает здание удивительной красоты — знаменитый скальный храм-мавзолей Эль-Хазне, «Сокровищница фараона», как называют ее арабы. Мавзолей Эль-Хазне создан, скорее всего, во II веке — возможно в связи с посещением Сирии императором Адрианом. Точное назначение сооружения до конца не выяснено. Есть предположение, что первоначально это был храм богини Исиды. Во всяком случае многие черты памятника говорят о том, что его могли построить мастера, знакомые с приемами зодчества Александрии египетской.

Мавзолей Эль-Хазне — пример величайшего мастерства древних архитекторов и камнерезов. Стоит задуматься о том, с помощью каких приемов они высекали фасад, на основании каких расчетов, каких предварительные проектов? Но ответов нет, и можно строить лишь предположения.

Огромная поверхность скалы была стесана. Но для этого следовало соорудить строительные леса, а деревьев в той местности почти нет. При отсутствии лесов можно было, не стесывая сразу всю поверхность, воспользоваться неровностями скалы и идти по ней, как по ступеням. В этом случае и каменотес и резчик начинали с самого верха, вырубая первую ступень, а затем спускались все ниже и ниже. Но как в этом случае они могли определять нужные масштабы сооружения? Ведь одно дело размечать будущую постройку и вырубать ее, стоя на строительных лесах, и совсем другое —

» ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

147

делать то же самое, фактически повиснув над пропастью. Во всяком случае, опыт и умение архитекторов и резчиков по камню, создавших этот великолепный скальный мавзолей, вызывают почтительное преклонение.

За мавзолеем ущелье расширяется, и взору открывается незабываемая панорама. Высокие скалы, окружающие просторное плато, сверкают в косых лучах солнца всеми оттенками красного цвета. Громадная, высотой в несколько сот метров, отвесная стена украшена великолепными, богато декорированными фасадами скальных сооружений, некоторые из них имеют по несколько этажей.

В отвесных скалах высечены и жилые помещения (иногда в несколько дажей) и могильные склепы, уходящие, как и жилые комнаты, в глубь скал. Некоторые скальные помещения являлись храмами. Единственный сохранившийся в Петре не скальный, а «наземный» храм Каср эль-Бинт был построен в I веке до н.э. Он посвящен богине «Великой матери», или, как ее называют арабы, Аль-Уцца. Святилище представляло собой сооружение размерами 27x27 м, с четырехколонным портиком.

Скальных склепов с архитектурным оформлением фасадов сохранилось в Петре несколько сотен. Древнейшими из них (от IV века до н.э.) являются более простые и небольшие по размеру фасады, увенчанные по карнизу зубцами. Для более поздних сооружений характерны сложнейшие фасадные композиции, среди которых выделяется мавзолей римского центуриона, скульптурное изображение которого установлено высоко на фасаде в нише, рядом со статуями его сыновей.

Лучше всего сохранились каменные фасады трехъярусных «царских» усыпальниц. Над их входами, в верхней части, из скалы высечены 18 полуколонн. Из-за цветного узора на фасадах эти усыпальницы иногда называют «шелковыми гробницами».

В скальных сооружениях Петры нет двух одинаковых фасадов. Огромный многовековой опыт создания скальных гробниц, передававшийся из поколения в поколение, позволял строителям каждый раз создавать абсолютно оригинальное произведение. Набатейские мастера легко восприняли античные формы и обогатили ими свои традиционные архитектурные приемы.

тайна кумранских свитков

Весной 1947 года в районе Мертвого моря, в горах Рас-Фешха, была сделана необычная находка. Два мальчика-бедуина, отправившиеся на поиски отбившейся от стада козы, заметили узкую расселину в скале. Расселина вела в небольшой грот, а точнее извилистый коридор, размеры которого составляли приблизительно 8 м в длину, 2 м в ширину и 2,5—3 м в высоту.

148

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЕ

To, что арабы увидели в пещере, бьщ0 совершенно неожиданным: здесь, по-среди разбросанных черепков и мусо~ ра, стояли восемь плотно закрытых крышками глиняных кувшинов. Все они оказались пустыми, кроме одного: в нем находились три кожаных свитка, завернутых в старую полотняную ткань. Внутренняя сторона свитков была исписана какими-то буквами.

Оба бедуина были неграмотны, но сразу поняли, что перед ними — старинные вещи, которые можно выгодно продать. Они забрали с собой кожаные свитки и несколько кувшинов, чтобы показать их торговцам древностями в Вифлееме.

Так начался долгий путь таинственных свитков, которым спустя два года суждено было стать настоящей мировой сенсацией. Часть из них попала к главе христиан-якобитов Map Афанасиосу Иошуа Самуилу, архиепископу Иерусалима. Поняв, что перед ним — фрагменты текстов Ветхого Завета, сделанных на древнееврейском языке, он предпринял попытку определить возраст этих рукописей. По его просьбе специалисты Американской школы восточных исследований в Иерусалиме Дж. Тревер и У. Броунли провели экспертизу свитков. Фотокопии рукописей были направлены одному из самых крупных специалистов в области исследований Палестины — профессору Уильяму Ф. Олбрайту. Олбрайт не выразил никаких сомнений в подлинности рукописей и определил, что тексты написаны приблизительно за сто лет до нашей эры.

Мировая наука не знала до сих пор ничего подобного. Самая древняя из известных к тому времени древнееврейских рукописей Ветхого Завета — так называемый Каирский кодекс — относится к IX веку н.э. Так что находка ветхозаветных текстов, имеющих возраст на тысячу лет старше, стала подлинной научной сенсацией огромного значения.

Ученые из Американской школы восточных исследований в Иерусалиме предприняли новые поиски старинных рукописей. В частности, им удалось разыскать те свитки, которые бедуины продали различным торговцам древностями. К месту находки рукописей была направлена специальная археологическая экспедиция, в состав которой вошли специалисты Иорданского департамента древностей, французской Библейской археологической школы в Палестине и Палестинского археологического музея. Тща-

Z ПЕРЕДНИЙ АЗИЯ И БЛИЖНИЙ ВОСТОК

149

^льно обследовав грот, ученые собрали осколки глиняных сосудов и около 500 фрагментов кожаных свитков с древними письменами. По расчетам археологов, всего в этой пещере когда-то находилось около 50 сосудов и около 150 свитков. Часть из них, вероятно, была расхищена грабителями еще в древние времена.

Близ первой пещеры в течение нескольких последующих лет было обнаружено еще 11 гротов, из которых было извлечено около 15 тыс. фрагментов ветхозаветных текстов и несколько сот рукописей светского содержания.

Конечно, всех интересовал вопрос: что за люди оставили в пещерах эти загадочные свитки? Кому могло прийти в голову жить в этой мертвой пустыне, среди голых, лишенных всякой растительности скал? Неужели в древности'здесь были какие-то поселения? В начале 1950-х годов археологическая экспедиция во главе с Р. де Во, директором Библейской школы ордена доминиканцев в Иерусалиме, и Д. Л. Хардингом, директором Иорданского департамента древностей, приступила к исследованию расположенного поблизости от загадочных гротов холма Хирбет-Кумран — по-арабски «холм щебня». С конца 1951 года археологи вели здесь планомерные раскопки, продолжавшиеся шесть сезонов. Со всей тщательностью здесь были раскопаны остатки целого комплекса помещений, датируемого, судя по многочисленным находкам сирийских, иудейских и римских монет, 125 годом до н.э. — 75 годом н.э. (близкую дату — от 167 года до н.э. до 233 года н.э. — дал и радиокарбон-ный анализ свитков). Из 153 найденных при раскопках монет 72 принадлежали ко времени, предшествовавшему правлению царя Ирода Великого (35— 4 гг. до н.э.), одна — к эпохе его правления и 80 — к 70-летнему отрезку времени после его правления. Такое распределение монет указывает на то, что поселение на холме Хирбет-Кумран было покинуто в начале царствования Ирода Великого и вновь заселено после него. Из письменных источников известно, что на 7-м году царствования Ирода в Палестине произошло сильное землетрясение. Скорее всего оно и стало причиной прекращения жизни на поселении. Среди руин Хирбет-Кумрана археологи обнаружили большую трещину в земле, протянувшуюся на 15 м и повредившую часть построек, — вероятно это и есть след той давней катастрофы. При этом земля осела почти на полметра и следы этого обвала хорошо заметны и сегодня. Нетрудно также заметить, что в дальнейшем стены были исправлены и восстановлены. Многие другие следы — обрушившиеся, местами почерневшие от пожара постройки, «трехкрылые» римские наконечники стрел — свидетельствуют о том, что около 67—70 гг., во время первого иудейского восстания против Рима, поселение на холме Хирбет-Кумран было взято и разрушено римскими воинами. Вероятно, именно в это смутное время жители Кумрана спрятали священные тексты в пещере, заботливо укутав их в полотняную ткань и поместив в глиняные сосуды. Вероятно, они рассчитывали когда-нибудь вернуться за ними, но никому из них это не удалось — они были убиты, захвачены в плен или рассеяны римлянами.

Я

150

100 ВЕЛИКИЙ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Но кто именно жил в этом уединенном поселении? На этот счет мнения ученых разделились. Часть исследователей встала на сторону гипотезы согласно которой Кумран являлся местом обитания ессеев, о которых в свое время писал Плиний Старший:

«На запад от Мертвого моря, на некотором расстоянии от вредоносной прибрежной зоны и вне ее, обитают ессеи — народ уединенный и самый удивительный из всех, без женщин, без любви, без денег, живущий в обществе пальм. Однако они обновляются все время, и к ним во множестве приходят новобранцы — люди, уставшие от жизни или побуждаемые превратностями судьбы избрать их образ жизни. Таким образом, уже тысячи веков существует, сколь это не невероятно, этот вечный народ, в котором никто не рождается. Так, благодаря им, приносит свои плоды раскаяние, которое их жизнь возбуждает у других».

Понять, кто такие ессеи, из сообщения Плиния невозможно. Поэтому вокруг гипотезы о ессейском происхождении Кумрана и кумранских свитков развернулась острая дискуссия. По мнению одних ученых, ессеи — члены некоей религиозной секты, которые вели отшельнический образ жизни. Другие исследователи предполагают, что это просто какая-то особая община иудеев. Третья группа исследователей вообще отрицает существование ессеев.

Пролить свет на тайну кумранских свитков могли в первую очередь сами свитки. Для изучения собранного материала — а его количество оказалось огромным — была создана специальная исследовательская группа, в которую вошли специалисты из разных стран. Состояние попавших в их руки документов было ужасающим: очевидно, в древности существовала традиция не уничтожать старые, истрепанные рукописи священных текстов, а прятать их в укромных местах. А за истекшие две тысячи лет над ними еще основательно «поработало» время. И теперь перед учеными лежали изношенные, частично разорванные, полуистлевшие, изъеденные насекомыми и грызунами кожаные свитки. Прежде чем прочитать, их необходимо было укреплять и восстанавливать. Можно представить себе, какой колоссальный труд требуется для того, чтобы расправить каждый обрывок, предварительно увлажнив его водяным паром, затем сфотографировать в инфракрасных лучах, затем классифицировать по характеру письма и качеству кожи, наконец, попытаться подобрать к нему другие отрывки, чтобы по возможности получить связный текст...

Между тем когда ученые еще только приступали к разгадке кумранских свитков, два «независимых» исследователя, француз и англичанин, уже поспешили опубликовать свое собственное «сенсационное открытие»: они заявили, что результаты исследования свитков «представляют собой радикальный переворот в истории христианства». Как будто бы из кумранских текстов следует , что ессеи знали о том, что некий «учитель праведности» был распят на кресте, тело его затем было снято и предано погребению и

азйя и ближний восток

151

апостолы ожидали воскресения и возвращения на землю своего «учите->у то есть образ, а точнее прообраз, Иисуса Христа якобы уже существовал

УессееВ' л, - й

«Рукописные свитки Мертвого моря — самый большой вызов христи-

комУ учению со времени появления дарвинизма!» — напыщенно заявки авторы гипотезы. Это необоснованное утверждение, несмотря на го-ячие протесты и опровержения крупнейших ученых, было тут же подхвачено и растиражировано мировой прессой. Особенно широко эта тема «освещалась» в атеистическом Советском Союзе, где приветствовалась любая глупость, лишь бы она была направлена против христианства.

Нет никакого сомнения в том, что иудейские секты существовали еще до возникновения христианства. Но поборники «самого большого вызова христианскому учению» могут в данном случае отдыхать. Кумранские тексты не содержат абсолютно ничего, что могло бы подвергнуть сомнению основные догматы христианства. Община ессеев, как это явствует из найденных в Кумране документов, была глубоко преданна традиционному иудаизму. Некоторые параллели с христианством в ессействе, правда, присутствуют, но они объясняются общими корнями обоих учений, берущих свое начало в Ветхом Завете. «Таким образом, если ессейство содержит ряд элементов, которые оплодотворили ту почву, на которой в дальнейшем родилось христианство, то не менее очевидно и то, что христианство представляет собой нечто совершенно новое, нечто, объяснимое в конечном итоге только личностью Иисуса Христа», — пишет по этому поводу один из крупнейших исследователей кумранской проблемы Ж. Т. Милик, сотрудник парижского Национального центра научных изысканий.

Открытия в Кумране конечно же интересны не той чушью, которую нагородили вокруг них «антирелигиозные» пропагандисты. Кумранские манускрипты ценны прежде всего тем, что они обогатили бесценными сведениями не только общую историю и историю религии, но и языковедение (наряду с основными древнееврейскими наречиями, в них представлено семь других языков), палеографию — науку о древних рукописях, историю литературы, историю права (некоторые тексты из Кумрана представляют собой контракты на куплю-продажу). Это обстоятельство и обеспечило кум-№ским свиткам мировую известность, далеко выходящую за пределы чисто научного интереса. Сегодня известно, что основную массу кумранских На*одок составляют преимущественно библейские тексты и апокрифы, т.е. анонимные произведения религиозного содержания, не считающиеся бо-^ВДохновенными и поэтому не включенные в Библию. Созданные на прошении III—I вв. до н.э., они являются ценнейшими документами эпохи.

4. ЕГИПЕТ

РИЧАРД ПОКОК, ОТКРЫВШИЙ ЕГИПЕТ

Когда в середине XVIII века из-под пера первых побывавших в Египте путешественников появились описания египетских древностей, они встретили в Европе живейший интерес. Таинственная страна на берегах Нила давно привлекала внимание европейских ученых. Однако в ту пору сведения о ней были весьма туманны и расплывчаты, да и сами путешественники отнюдь не стремились развеять этот туман, а наоборот, желая подчеркнуть опасности, которым они подвергались, рассказывали всевозможные романтические страшилки.

Первым значительным трудом, посвященным египетским древностям, стала вышедшая в 1755 году в Лондоне книга «Путешествие по Египту». Ее автором был Ричард Покок (1704—1765), юрист, сменивший судейский парик на посох путешественника и завершивший свою карьеру епископом англиканской церкви. В 1737 году Покок отправился в Египет — край фараонов давно привлекал его своими памятниками и загадками. Верхом на осле, с ружьем за плечами, он добрался до «стовратных Фив» — легендарной столицы Древнего Египта, города, воспетого Гомером. К тому времени ФивЫ уже давно лежали в развалинах, над песком поднимались лишь вершинЫ

153

и капители колонн в виде цветов лотоса. Покок осмотрел остатки ын знаменитых храмов Луксора и Карнака, а затем перебрался на западный берег Нила — в Долину царей, где, судя по сообщениям римского географа Страбона, располагалось тайное подземное кладбище фараонов.

В XVIII столетии это был один из самых заброшенных уголков Египта, где обитали лишь немногочисленные шайки разбойников, занимавшихся разграблением могил и нападениями на окрестные селения, такие же нищие, как и сами разбойники. Появление Покока, сопровождаемого несколькими проводниками, они встретили весьма враждебно: маленькая экспедиция несколько раз подвергалась внезапным обстрелам из засад. Во всем же остальном эта дикая местность выглядела словно вымершей — здесь не было ничего, кроме песка и скал. Однако пробираясь между почти отвесными каменными стенами, Покок то и дело замечал слева и справа от дороги какие-то сооружения, часть которых поддерживали колонны. Наконец после долгого путешествия верхом Покок и его спутники достигли открытой круглой площадки, напоминавшей амфитеатр. Здесь они спешились и стали подниматься по узкому ступенчатому проходу, когда-то высеченному в скале. Взобравшись наверх, Покок увидел цепь голых, словно покрытых ржавчиной гор. В их окружении лежала таинственная и мрачная Долина царей, в которой, как казалось, обитают духи прошлого...

Так был открыт знаменитый Фиванский некрополь, где располагались сотни гробниц фараонов, членов их семей и придворных — вплоть до ныне знаменитой гробницы Тутанхамона. Но главные открытия были еще впереди. Пока же Покок исследовал лишь 14 царских могил, составив планы пяти из них, и набросал эскизы наружных галерей и камер четырех склепов. Позднее Покок писал, что «по труду, затраченному на их строительство, некоторые из них наверняка могут сравниться с пирамидами». Тогдашнему научному миру это утверждение показалось невероятным, но ныне мы знаем, что так оно и есть на самом деле.

Покок провел в Долине царей очень немного времени: здесь было небезопасно, и его спутники-арабы всячески торопили исследователя. Благополучно вернувшись в Луксор, Покок отправился на небольшом речном сУДне вниз по Нилу — в Каир.

К тому времени в Европе научный мир имел более или менее ясное представление лишь о трех пирамидах Гизы. И хотя некоторые путешественники упоминали о существовании других египетских пирамид, никакой подробной информации о них не было. И только путешествие Покока сня-Ло завесу с этих памятников истории Древнего Египта.

В книге Покока приведены многочисленные измерения пирамид и гроб-"ИЦ, в частности шестьдесят одно измерение пирамиды Хеопса в футах, ^ймах, градусах и минутах. Всего же дотошный англичанин описал и засовал восемнадцать пирамид: три большие в Гизе, три в Абусире, одну ^Л и девять малых в Лиште, а также две пирамиды совершенно иного

154

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЕ

типа в Саккара и Дашуре. Это было сенсацией: ведь до сих пор в Евроц» полагали, что все пирамиды похожи одна на другую, и вдруг оказалось, чц есть по крайней мере три типа пирамид! По поводу саккарской пирамид^ даже возник спор, пирамида ли это вообще: некоторые ученые еще в конце XIX столетия отказывали ей в праве таковой именоваться.

«Неподалеку от деревни Саккара есть пирамида, которую арабы называют «ступенчатой», — писал Покок. — Я не мог ее измерить иначе, нежели шагами, причем выяснил, что с северной стороны она имеет триста футов и с восточной двести семьдесят пять. По моим подсчетам, ее высота равна ста пятидесяти футам; она имеет шесть ступеней, или ярусов, каждая шириной в одиннадцать футов и высотой в двадцать пять футов... Наружный слой — из тесаного камня, и в каждом ярусе по двадцати плит друг над другом».

Книга Покока, написанная живым языком и снабженная прекрасными иллюстрациями, пользовалась у современников большой популярностью и до сих пор сохраняет значение исторического документа. За самим же ученым закрепилась слава первооткрывателя египетских древностей. И хотя, строго говоря, это не совсем верно, роль Покока в исследованиях Древнего Египта нельзя не признать выдающейся. Он действительно сделал ряд важных открытий — в частности нашел в Гизе остатки «дороги из полированного камня», ведущей от пирамиды Хеопса к Нилу, о которой некогда упоминал Геродот. Ныне нам известны лишь несколько украшавших ее рельефов, остальная часть дороги исчезла. Ну и наконец, именно благодаря По-коку все последующие исследователи Египта получили в свое распоряжение важные сведения, позволившие им сделать новые открытия.

ИОГАНН БУРКХАРДТ В АБу-СИМБЕЛЕ

В феврале 1813 года швейцарец Иоганн Людвиг Буркхардт (1784—1817), первооткрыватель Петры, отправился в путешествие к верховьям Нила. Так и не дождавшись каравана, с которым было бы безопаснее путешествовать в пустынной местности, Буркхардт вышел в путь вдвоем со слугой, пожилым арабом Мохаммедом Абу Саадом. Они ехали на верблюдах, поскольку только «корабли пустыни» могли безропотно и быстро передвигаться по этим выжженным землям.

В Фивах, где сосредоточено наибольшее количество памятников древнеегипетского искусства, в то время никакие раскопки не велись, и в Европе о богатствах этого города еще было мало что известно. Осматривая остатки храмов, засыпанных песком, Буркхардт нашел огромную гранитную голову, торчащую среди руин. Он назвал ее «Молодым Мемноном» — по имени легендарного сына богини утренней зари Эос и царя Эфиопии. Согласно легенде, Мемнон пал от рук Ахилла. Эос оплакивала его гибель, и слезы ее,

155

^р росой капая на статую, Производили звук, похожий на ^н. О своей находке Буркхардт сообщил в английское консульство и добавил, что готов оплатить все расходы по раскопкам и транспортировке этой головы, чтобы преподнести ее в подарок Британскому музею.

Следующее открытие необыкновенной важности было сделано им у самой границы Судана. От случайного попутчика он услышал однажды странное название Эбсамбал. Так местные жители называли какой-то древний храм с фигурами богов. Насмотревшись всяческих чудес в Нижнем Египте, Буркхардт не рассчитывал увидеть в этой глуши ничего особенного. Но научный интерес победил: вместе со своим слугой Буркхардт отправился в указанное ему место.

Дальнейшее походило на сказку. Миновав усеянную камнями и скальными грядами пустыню, всадники вышли на тропинку, которая петляла вдоль берега Нила. Она привела путников к небольшому, давно заброшенному храму. Но внимание Буркхардта привлекло совсем другое: на противоположном, западном берегу Нила, среди выжженных солнцем, как будто оплавленных скал, он увидел словно выросшие из-под земли огромные пилоны, между которыми возвышались гигантские статуи. Позади них виднелось странное сооружение, нечто вроде украшенного нишами фасада, прилепившееся к скале, а может быть, как и в Петре, высеченное в ней.

«На противоположном (левом) берегу Нила виден храм Эбсамбал. 5 марта 1813 года» — записывает Буркхардт в блокноте.

Переправляться на тот берег было не на чем. Но на обратном пути из Судана, 22 марта 1813 года, Буркхардт все же добрался до загадочного *рама.

«...Скалистые гряды по обоим берегам находятся совсем близко от бе-

а, — писал ученый в своем дневнике. — На западном берегу расположен Ференг, на восточном — гора, которая называется Эбсамбал. Слово Это, вероятно, греческое, окончание «бал», очевидно, модификация слова «полис». Когда мы достигли вершины холма, я оставил проводника с верб-

156

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ

людами, а сам спустился по весьма отвесной расселине, забитой песком чтобы посмотреть на храм. В наши дни ни одна дорога не ведет к нему... kq весьма возможно, что река несколько переместилась и что некогда вдоль берега вилась тропинка, по которой проходили в храм. Последний находился в двадцати шагах над уровнем реки и целиком вырублен в скале, в этом месте почти вертикально. Сохранился храм хорошо. Его фасад украшают шесть огромных статуй...»

И фигуры, и скала, и вырубленный в скале вход — все было засыпано толстым слоем песка. Слуга нашел щель, и они пробрались внутрь пещеры. Спутник ученого разжег огонь, и Буркхардт увидел барельефы на стенах, колонны с капителями в виде женской головы с коровьими ушами, остатки резного убранства...

Сегодня этот пещерный храм, входящий в знаменитый комплекс Абу-Симбела, носит название Малого. Тогда, в 1813 году, Буркхардт еще не знал, что сделанное им открытие станет известным всему миру, а найденные им великие памятники древней Нубии войдут в число культурных сокровищ всемирного значения.

Новое потрясение ожидало Буркхардта на берегу Нила/ Когда путешественники спустились к берегу и оглянулись, их поразило фантастическое видение. Чуть южнее статуй храма, где они только что побывали, на фоне оранжево-бурых скал Буркхардт увидел колоссальных размеров лицо. Потом еще одно, другое, третье... Похожие друг на друга как две капли воды, каменные колоссы равнодушно взирали на текущие перед ними воды Нила. Их головы были увенчаны коронами фараонов. Горы песка возвышались над ними, угрожая вскоре совсем скрыть их от человеческого глаза...

До Буркхардта ни одному европейцу не доводилось видеть колоссов Абу-Симбела. Они произвели на него неизгладимое впечатление.

«Я осмотрел все достопримечательности Эбсамбала и собирался было уже подняться наверх, — писал Буркхардт, — когда, к счастью, пройдя немного дальше на юг, я увидел остатки того, что сохранилось не засыпанным песком от четырех огромных статуй, высеченных в скале и находившихся примерно в двухстах ярдах от храма. Очень жаль, что они сейчас фактически погребены под грудами песка, который ветер гонит и гонит с горы. У одной из этих статуй поверх песка видны почти полностью голова, часть груди и руки. Статуя рядом с ней — в более плачевном состоянии. Насколько можно судить, голова у нее разбита и изуродована. Что же касается туловища, то, начиная от плеч, оно скрыто под толщей песка. У остальных двух статуй видны только прически... На скалистой стене, между второй и третьей статуей виднеется характерная голова Осириса. Я предполагаю, что если можно было бы очистить от песка пространство под Осирисом, то здесь наверняка откроется обширный храм. Описанные нами огромные статуи, по всей вероятности, украшают вход в этот храм — точно так же как шесть стоящих во весь рост статуй в соседнем храме...»

157

Предположения Буркхардта оказались верными: эти статуи действительно охраняли вход в древний храм, подобный тому, в котором он только xit0 побывал. Однако он не мог в одиночку раскапывать это колоссальное сооружение, которое ныне называется Большим храмом. Буркхардт лишь точно описал загадочные головы и их местоположение в надежде, что будущие исследователи откроют тайну Абу-Симбела. Действительно, прошло всего несколько лет, и экспедиция под руководством Джованни Бельцони расчистила эти статуи от песка, откопала вход в пещерный храм и исследовала это величественное сооружение. Французский египтолог Максим дю «ан — один из первых европейцев увидевший освобожденный от песка Большой храм, в восторге писал своей жене: «Постарайся представить себе собор Парижской Богоматери, вырубленный в целом утесе. Ни одно европейское сооружение не может дать представления о труде, вложенном в это гигантское святилище».

Однако понадобилось еще немало средств и времени для того, чтобы до конца раскопать весь ансамбль. Едва ли не столетие — вплоть до 1910-х годов — продолжались расчистка и изучение Абу-Симбела.

Древние египтяне построили немало пещерных храмов, но храмы в Абу-Симбеле превзошли и по величине и по отделке всех своих предшественников. Четыре колоссальные статуи (у одной из них повреждено лицо) в двадцать метров высотой, как выяснилось, изображают великого фараона Рамсеса II. Древний скульптор вырезал их прямо в скале. На головах — двойные короны, лицо украшает подвесная стилизованная бородка — клафт, символ царского достоинства. Фигуры сидели так, что вход в Большой храм не достигал их колен, и даже на их ноги люди вынуждены были смотреть, задрав головы вверх. Внутри храм расписан фресками, украшен барельефами, прославляющими деяния и подвиги фараона. А тот храм, который Буркхардт видел вначале, оказался посвященным жене Рамсеса II — Нефертари.

Раскрыта и тайна темноты, окутывающей храм внутри. Для этого потребовались не только раскопки, но и длительные наблюдения за другими храмами, усыпальницами, и прежде всего пирамидами. Оказывается, бывают Дни, когда лучи солнца пронизывают все подземные залы, заглядывая в самую их глубину. И первый такой день зодчие искусно приурочили к тридцатилетию восшествия Рамсеса на престол.

Сегодня уже невозможно представить себе Египет без открытого Бурк-хардтом Абу-Симбела. Этот храм Рамсеса II, возведенный 3200 лет назад, наряду с пирамидами Гизы давно стал «визитной карточкой» Египта.

В середине XX века мир стал свидетелем еще одного чуда, связанного с ^У-Симбелом. После ввода в действие Асуанской плотины храм Рамсеса II вместе с ценнейшими статуями, фресками и барельефами должен был неминуемо скрыться под водой. По призыву ЮНЕСКО архитекторы, скульп-^, инженеры всего мира приняли участие в разработке проектов по спа- Абу-Симбела. Предложения поступали самые разные — окружить

158

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

храм водонепроницаемой каменной дамбой, накрыть его огромным стеклянным колпаком, поднять домкратами. Наконец был принят следующий план: распилить статуи и храм вместе со скалой на отдельные блоки, под, нять на поверхность и собрать в другом, безопасном, месте. Работы длились более двух лет, и с августа 1966 года возрожденный храм уже красуется на скале у старого русла Нила.

ДЖОВАННИ БЕЛЬЦОНИ В ДОЛИНЕ ЦАРЕЙ

4. ЕГИПЕТ

159

«Одинокий шакал в египетских пустынях», «Гиена в гробницах фараонов»... Редко кто из писавших о Джованни Бельцони удержался от подобных нелестных прозвищ. Действительно, научными изыскания Бельцони назвать трудно, однако без этого человека египтология лишилась бы множества ценнейших материалов. При тогдашних условиях в Египте большая часть их пропала бы для человечества бесследно и навсегда.

«Это был один из самых замечательных людей за всю историю египтологии», — сказал в 1933 году о Бельцони Говард Картер — человек, открывший гробницу Тутанхамона. Картер, без сомнения, знал о чем говорил. Джованни Баггиста Бельцони (1778—1823), чье имя уже при жизни превратилось в легенду, принадлежал к тому славному поколению гробокопателей, которые, собственно говоря, и заложили фундамент археологической науки. И только годы спустя исследователей, вооруженных лишь страстью к наживе или страстью к познанию, сменили настоящие специалисты.

Бельцони родился в итальянском городе Падуя 5 ноября 1778 года в семье бедного цирюльника, происходившего, однако, из старинного римского рода. Он жил в эпоху великих исторических событий, давшую множество примеров быстрых и блестящих карьер. Это несомненно служило сти-

у для честолюбивых авантюристов, ряды которых с большим воодушевлением пополнил Бельцони. История его молодости пестрит самыми удивительными поворотами.

В шестнадцать лет он отправился в Рим изучать гидротехнику, но вскоре из-за какой-то темной истории бросил учебу и ушел в монастырь. Там, однако, он пробыл совсем недолго. С началом наполеоновских войн он уже оказался в рядах армии, но вскоре дезертировал (по другим сведениям — оказался замешанным в какую-то политическую интригу) и бежал в Англию. Здесь он некоторое время подвизался в роли лекаря-чудодея, излечивавшего едва ли не от всех болезней, потом изобрел «необычайно производительный водяной насос» и, наконец, выступил в амплуа «самого сильного человека в мире»: обладая двухметровым ростом и громадной физической силой, Белъцони поступил в труппу акробатов и вскоре стал «звездой» ярмарочных балаганов. Лондонские газеты с восторгом писали об «итальянском гиганте», который «каждый вечер носит на импровизированной сцене целую группу мужчин». Сохранилась афиша 1808 года, на которой Бельцони держит на какой-то конструкции, укрепленной на его спине, шестерых мужчин, двух мальчиков и трех женщин — то есть одиннадцать человек да вдобавок еще два итальянских флага.

Авантюрист по призванию, Бельцони не мог долго оставаться на месте. В 1811 году из Англии он отправился в путешествие по Португалии и Испании, затем шесть месяцев жил на Мальте. Здесь случай свел его с египетским моряком Исмаилом Гибралтаром, доверенным лицом хедива (наместника Египта) Мухаммеда Али, который подыскивал для службы в Египте образованных и энергичных людей. Узнав, что в Египте до сих пор, как во времена фараонов, используют примитивные водоподъемные устройства, Бельцони представился Гибралтару как инженер-гидравлик и предложил ему свой «необычайно производительный водяной насос». В результате Бельцони получил приглашение посетить Каир и построить там действующую модель насоса.

В Александрию Бельцони прибыл 19 мая 1815 года. В городе свирепствовала чума, уносившая в могилы сотни и тысячи жизней. Бельцони тоже заболел и был помещен в карантин (по другой версии, он был избит каким-то турецким кавалеристом и целый месяц вынужден был провести в постели). Лишь через полтора месяца он смог наконец ходить и, едва оправившись от болезни, пешком отправился в Каир.

В столице, пользуясь рекомендацией Исмаила Гибралтара, Бельцони Добился аудиенции у хедива Мухаммеда Али. Двухметровый молодец, бойко торгующий насосом собственного изобретения, вызвал у хедива большие сомнения, и в результате Бельцони оказался на мостовой — как в пря-м°м, так и в переносном смысле. Никаких средств к существованию у него Не было, и он уже подумывал вернуться к карьере «самого сильного человека в Мире», но тут случай свел Бельцони с швейцарским путешественником

160

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Иоганном Людвигом Буркхардтом — первооткрывателем Петры и Абу-Сим-бела. Буркхардт отрекомендовал Бельцони британскому консулу в Каире сэру Генри Солгу. Именно тот и вдохновил Бельцони на труд, благодаря которому его имя навсегда вошло в историю египтологии.

Солт предложил Бельцони «приглядеться» к египетским древностям — иными словами, стать неофициальным агентом британского правительства по добыче памятников древнеегипетского искусства. В Европе за них платят золотом, а здесь их можно даже не покупать, а просто найти подходящую гробницу и самому приняться за раскопки. В результате был заключен договор, по которому Бельцони становился «сотрудником Британского музея», а Солт брал на себя обязательство платить ему за каждый найденный и переправленный в Лондон предмет.

Бельцони горячо принялся за дело, сопряженное с немалым риском. Но вряд ли нашелся бы еще человек, которому это дело подходило до такой степени!

От Буркхардта Бельцони получил информацию о том, что в знаменитом храме Рамессеум близ Фив есть гранитная статуя изумительной красоты, известная ныне под именем «Молодой Мемнон». Как впоследствии выяснилось, речь шла о громадной голове Рамсеса И. Бельцони взялся доставить колосса из Фив в Лондон, хотя многим эта задача казалась невыполнимой.

В конце июня 1816 года Бельцони нанял большую лодку и отправился вверх по Нилу в Фивы. «Молодого Мемнона» он отыскал быстро. «Его голова лежала около его гранитной плоти с лицом, повернутым вверх. Казалось, он улыбался мне при мысли, что будет перевезен в Англию», — вспоминал Бельцони впоследствии. Несмотря на сопротивление местных властей, ему удалось перевезти голову Рамсеса II на берег Нила и погрузить в лодку. Отправив груз в Каир, сам Бельцони отправился в противоположную сторону—в Асуан. Это было довольно рискованное путешествие, так как Нубия была в ту пору практически независимой от центрального правительства, и в стране царила полная анархия. Но Бельцони манил к себе огромный храм в Абу-Симбеле, о котором ему рассказал Буркхардт.

18 августа 1816 года он отправляется в путь. 24-го экспедиция уже была в Асуане. Для раскопок Абу-Симбела Бельцони нанял местных рабочих, договорившись с вождем местного племени, что найденное золото будет поделено пополам. Если же в храме окажутся одни камни, то все они достанутся Бельцони.

За несколько дней Бельцони смог убедиться, что работы предстоит сделать гораздо больше, чем можно было заранее предположить, и, следовательно, в этот приезд он не сумеет осуществить задуманное. Тем не менее его экспедиция стоила свеч: из Нубии Бельцони привез в Каир большое количество египетских древностей. Оформить их вывоз в Европу не составляло большого труда: египетский чиновник, отвечавший за подготовку до-

4 ЕГИПЕТ

161

кументов, спросил только, зачем европейцам египетские камни — неужели v них не хватает своих? «О, в Европе достаточно камней, — ответил Бельцо-нИ> — но египетские лучшего сорта». И в начале 1817 года собранные им древности, включая «Молодого Мемнона», отправились из Александрии в Лондон.

Первая экспедиция принесла Бельцони некоторую известность в кругах египтологов, но, увы, очень мало денег — Генри Солт заплатил ему за все про все лишь 75 фунтов. И раздосадованный Бельцони 20 февраля 1817 года с небольшой группой помощников отправился в новую поездку в Верхний Египет — на этот раз в описанную Пококом Долину царей. Эта поездка мало напоминала археологическую экспедицию — скорее пиратский набег. Бельцони не могло остановить ничего. У него отсутствовало всякое уважение к произведениям древнего искусства и надгробным памятникам. Он пользовался такими методами, от которых у современных археологов волосы встают дыбом. Чтобы проникнуть в замурованные гробницы, он использовал, например, таран. Но не надо забывать, что Бельцони был сыном своего века.

Этот двухметровый гигант спускался в тесные погребальные камеры, протискивался в узкие проходы и как ураган сметал все на своем пути. Беспощадно круша прах древних мумий, он искал драгоценные папирусы, сокровища, изваяния... Правда, в большинстве случаев ему приходилось довольствоваться лишь крохами, оставшимися после давних грабителей.

Поистине выдающееся открытие ожидало его лишь в гробнице фараона Сети I, состоявшей из пяти богато украшенных фресками и рельефами комнат, соединенных коридорами. С этой находки начались важнейшие открытия, сделанные в последующие годы в Долине царей.

Сперва гробница показалась практически пустой — Бельцони и его спутники нашли лишь обрывки погребальных бинтов, а в самой большой комнате уцелели мумия священного быка и множество изящных деревянных статуэток-ушебти. Однако пробравшись через стометровой длины коридор, во многих местах обвалившийся и засыпанный, Бельцони обнаружил великолепный алебастровый саркофаг с изображением богини Нейт. Впоследствии Бельцони переправил его в Лондон. Правда, саркофаг был пуст — как оказалось впоследствии, древнеегипетские жрецы перенесли мумию Сети I и мумии других фараонов Нового царства в более безопасное место, гДе они и были найдены спустя полвека после раскопок Бельцони.

Из Долины царей Бельцони отправился в Луксор. В Карнакском храме °н отбил голову у колоссальной статуи Рамсеса II (ее купил Британский •чузей) и вывез отсюда несколько обелисков. Затем он снова направился в Нубию, горя желанием продолжить начатые им за год до этого раскопки Абу-Симбела. 29 июня 1817 года он уже был на месте. 1 августа, после девятнадцати дней непрерывных работ, Бельцони и его спутники с зажженными Свечами вступили в Большой храм Абу-Симбела. «Мы вошли в самый кра-

162

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

сивый и самый обширный склеп в Нубии... — писал Бельцони. — Наще удивление возросло еще более, когда выяснилось, что это не только очень большой, но и великолепно разукрашенный храм — с барельефами, росписями и статуями...»

Успехи Бельцони вызвали ярость у конкурентов — таких же гробокопателей, но действующих в интересах французского консула. Подкупив бея Карнака, они добились от него приказа, запрещающего Бельцони нанимать местных рабочих для раскопок. Однако у Бельцони имелась охранная грамота хедива Мухаммеда Али, против которого бей был бессилен. Тогда противники Бельцони пошли на крайнее средство: они попытались его убить. Однако и на этот раз судьба была благосклонна к итальянцу — Бельцони сумел избежать смерти.

Вернувшись в Каир, Бельцони поссорился с Солтом и вынужден был зарабатывать на жизнь, сопровождая в качестве гида состоятельных туристов. Так началась новая глава в его египетских приключениях — поиски сокровищ в пирамидах. Пирамиды в Гизе Бельцони увидел впервые лунной июньской ночью 1815 года, когда, только-только прибыв в Каир, в компании соотечественников отправился на ослах полюбоваться древними усыпальницами фараонов. Восход солнца над пирамидами потряс его своей красотой. С этих пор помимо чисто коммерческого азарта, двигавшего Бельцони в его непрестанных скитаниях, в нем жило романтическое преклонение перед культурой Древнего Египта.

И вот теперь, бродя с туристами в окрестностях пирамид, Бельцони вынашивал мысль тщательно обследовать эти «сокровищницы фараонов». Из рассказов арабов и книг европейских путешественников он знал, что в пирамиде Хеопса еще тысячу лет назад побывал халиф аль-Мамун и, вероятно, вывез оттуда все сокровища (если они там были). Поэтому Бельцони избрал своей целью вторую по величине пирамиду Хефрена. Он считал ее нетронутой: в стенах этой пирамиды не было не следов входа, ни грабительских проломов. Значит, тут до него никого не было!

«Мое предприятие имело немалое значение, — писал впоследствии Бельцони. — Ведь я хотел проникнуть в одну,-из больших египетских пирамид, проникнуть в тайну одного из чудес света. Я знал, что, если эксперимент не удастся, я стану посмешищем для всего мира...»

Распространив слух, что он едет исследовать район Мукаттамских гор, Бельцони тайно покинул Каир и с несколькими нанятыми им рабочими отправился к пирамидам. Здесь он предпринял тщательное исследование пирамиды Хефрена. Интуиция подсказывала ему, что вход должен находиться в северной части пирамиды, где заносы песка и мусора были чуть выше, чем с других сторон. «Я обследовал всю поверхность пирамиды, каждую ее пядь, буквально каждый камень, — писал Бельцони. — Я двигался от восточной грани к западной, пока не оказался на северной стороне. Здесь стена показалась мне чуть иной».

163

Отойдя на некоторое расстояние, Бельцони заметил, что найденное им углубление несколько смещено к востоку от центра пирамиды. Отступив на такое же расстояние к западу, он обнаружил, что и грунт в этом

то

месте податливее, чем в других. По его указанию рабочие принялись долбить каменную кладку. После нескольких дней работы в стене пирамиды наконец появилась расщелина. Пальмовая ветвь, просунутая в нее, проникла глубоко внутрь. Вскоре рабочие проделали проход в коридор, где было полно щебня и пыли. И при свете свечи Бельцони стал метр за метром спускаться в глубину уходящего вниз коридора...

Бельцони был уверен, что выйдет прямо к сокровищнице. Но неожиданно дорогу преградил каменный блок. Разбить его было невозможно. Пришлось звать рабочих и окапывать его. «Большой каменный блок, не менее шести футов в высоту и четырех в длину, с грохотом рухнул вниз как раз в тот момент, когда один из работников его подкапывал, — вспоминал Бельцони. — Беднягу завалило, пришлось немало попотеть, пока мы смогли его вытащить Упавший блок освободил много других камней, так что мы практически очутились в положении, когда лучше всего было покинуть пирамиду».

Обескураженный Бельцони дал своим рабочим заслуженный выходной, а сам в одиночестве принялся бродить вокруг пирамиды. Где-то все же должен был находиться этот проклятый вход!

И Бельцони нашел его. Обследуя камень за камнем, он наткнулся на небольшое углубление, а в нем — незакрепленный каменный блок. «Самый сильный человек на свете» уперся в него, расшатал и, отделив от остальных, сбросил вниз. Открылась расселина, а за ней — настоящий коридор, ведущий в глубину пирамиды!

Проникнуть в коридор Бельцони смог лишь спустя несколько дней изнурительного труда. «Когда мы убрали три больших блока, замыкавших его, перед нами открылся проход высотой в четыре фуга, ведущий вниз, в пирамиду; длина коридора была сто четыре фуга и пять дюймов, он спускался под углом двадцать шесть градусов». Конец коридора опять замыкал блок из цельного куска гранита шириной около метра и высотой два метра. «Устранить его было нелегко, — писал Бельцони. — Двум работникам там было не пошевельнуться, а чтобы сдвинуть глыбу, их требовалось куда больше. Кроме того, камень был выше коридора, и окружающий каменный массив крепко держал его». В конце концов рабочие просто разбили глыбу молотками, и 2 марта 1818 года через образовавшееся отверстие Бельцони проник наконец в погребальную камеру фараона Хефрена.

«Хотя мой факел из нескольких восковых свечек светил очень слабо, все *е я смог увидеть главные объекты. Понятно, что прежде всего я бросил взгляд в западный конец помещения, надеясь найти там саркофаг, как и в первой пирамиде. Но меня ждало разочарование — я ничего там не уви-Дел.. И лишь приблизившись к западной стене, я был приятно удивлен: саркофаг там был. Его покрывал слой земли и камней». Расчистив саркофаг 01 песка, Бельцони с разочарованием убедился, что тот пуст1 А в соседней

164

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

камере он нашел только кость, которую эксперт из анатомического музея в Глазго идентифицировал впоследствии как кость быка...

Гробница была разграблена, причем, судя по всему, — неоднократно. Последний раз люди побывали здесь лет за триста или четыреста до Белъ-цони, о чем свидетельствовали оставленные ими на стенах погребальной камеры автографы: Мухаммед-Ахмед, Ахмед, Мухаммед-Али...

Это было крупнейшее фиаско Бельцони. Огромный труд был проделан впустую, не принеся ни материальной, ни моральной компенсации. И тогда в апреле 1818 года Бельцони снова отправляется в Долину царей. Это была его третья и последняя поездка в Верхний Египет.

Бельцони поселился «в своей могиле» — открытой им гробнице Сети I. Несколько недель он вел бессистемные раскопки в Долине царей, собирая все, что попадется под руку. Главной его находкой стала великолепно сохранившаяся статуя сидящего фараона Аменхотепа III, высеченная из черного гранита (ныне находится в Британском музее).

В марте 1920 года Бельцони вернулся в Лондон. Некоторое время он путешествовал по европейским столицам, посетив, в частности, Петербург. 1 мая 1821 года в Лондоне на Пикадилли Бельцони организовал выставку своих египетских трофеев, которая имела у публики бешеный успех. Специально к ее открытию Белъцони выпустил книгу «Рассказ о работах и новых открытиях в пирамидах, храмах, гробницах и при раскопках в Египте и Нубии», которая и сегодня читается как приключенческая повесть.

Только в первый день работы выставку посетило 1900 человек. Ее гвоздем стали экспонаты из гробницы Сети I, статуя богини Сехмет с львиной головой, мумии, папирусы, терракотовые статуэтки из Файюма. После закрытия выставки часть ее экспонатов была распродана по довольно высоким ценам. Часть коллекции Белъцони пополнила египетскую галерею Британского музея.

Всего Бельцони провел в Египте пять лет и за это время, по его собственным словам, «перевернул его вверх дном». После своей прогремевшей на всю Европу и мир выставки он отправился в новое путешествие — на поиски истоков Нигера. Это было последнее предприятие неутомимого авантюриста. В 1823 году он умер (по другим данным — был убит) неподалеку от Тимбукту, близ деревни Гвато.

ЖАН ФРАНСУА ШАМПОАЬОН И ТАЙНА ЕГИПЕТСКИХ ИЕРОГЛИФОВ

Проникновению в историю Древнего Египта долгое время препятствовал барьер египетской письменности. Ученые с давних пор пытались прочесть египетские иероглифы. В их распоряжении имелось даже древнее пособие «Иероглифика», написанное во II в. н.э. уроженцем Верхнего Египта

БГЙПЕТ

165

фраполлоном, а со времен Геродота было известно, что египтяне пользовались тремя видами письма: иероглифическим, иератическим и демотическим. Однако все попытки с помощью трудов древних авторов одолеть «египетскую грамоту» оставались тщетными. Лишь гораздо позднее стало ясно, что Горапол-лон написал свою книгу без знания дела, хотя в ней и содержатся некоторые верные положения. В конце концов, к началу XIX столетия вся работа по дешифровке египетских иероглифов зашла в тупик, и один из весьма авторитетных ученых во всеуслышание должен был признаться, что это — неразрешимая проблема.

Но был человек, который придерживался иного мнения: Жан Франсуа Шампольон (1790—1832). Знакомясь с его биографией, трудно отделаться от ощущения, что этот гениальный французский лингвист приходил в наш мир лишь для того, чтобы дать науке ключ к расшифровке египетских иероглифов. Судите сами: в пять лет Шампольон без посторонней помощи научился читать и писать, к девяти годам он самостоятельно освоил латынь и греческий, в одиннадцать — читал Библию на древнееврейском языке, в тринадцать — начал изучать арабский, сирийский, халдейский и коптский языки, в пятнадцать — стал заниматься персидским языком и санскритом, а «для развлечения» (так он написал в письме к брату) — китайским. При всем при том в школе он учился плохо, и из-за этого в 1801 году его старший брат увез мальчика к себе в Гренобль и взял на себя заботу о его воспитании.

В возрасте семнадцати лет Шампольон стал членом Академии в Гренобле, где в качестве вступительной лекции прочел введение к своей книге «Египет при фараонах». Египтом он начал интересоваться еще в возрасте семи лет. Однажды ему в руки попала газета, из которой он узнал, что в марте 1799 года некий солдат из экспедиционного корпуса Наполеона нашел близ Розетты — небольшой египетской деревни в дельте Нила — «плоский базальтовый камень величиной с доску письменного стола, на котором были высечены две египетские и одна греческая надпись». Камень переправили в Каир, где один из наполеоновских генералов, страстный любитель-эллинист, прочел греческую надпись на камне: в ней египетские жрецы бла-^Дарили фараона Птолемея I Епифана за оказанные им на девятом году его Царствования (196 г. до н.э.) благодеяния храмам. Чтобы прославить царя, жРецы решили воздвигнуть его статуи во всех святилищах страны. В заключение они сообщали, что в память об этом событии на мемориальном кам-

166

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

не высечена надпись «священными, туземными и эллинскими буквами» Анонимный автор газетной заметки завершал свою публикацию предположением о том, что теперь «при помощи сопоставления с греческими словами можно расшифровать египетский текст».

Эта мысль глубоко запала Шампольону в душу. Сохранилось свидетельство одного из его учителей, что еще в юном возрасте Шампольон поклялся расшифровать египетские иероглифы («Я их прочту! Через несколько лет когда буду большой!»). Как бы то ни было, Шампольон с тех пор внимательно читал все, что до него было написано о Египте. В конечном счете все, что бы он ни изучал, все, что бы ни делал, чем бы ни занимался, было связано с проблемами египтологии. Он и за китайский язык взялся только для того, чтобы попытаться доказать родство этого языка с древнеегипетским. А летом 1807 года Шампольон составил географическую карту Египта времен фараонов. Он также познакомился со множеством неопубликованных материалов, подлинными египетскими папирусами из частных коллекций и копией текста Розеттского камня. После краха наполеоновской экспедиции в Египет и капитуляции Александрии сам Розетгский камень попал в Британский музей в Лондоне. Но французской Египетской комиссии удалось вовремя снять с него копию, которая была доставлена в Париж.

Розетгский камень стал ключом для разгадки египетского иероглифического и демотического письма. Однако до «эпохи Шампольона» лишь очень немногим ученым удалось продвинуться в расшифровке высеченных на нем текстов. Главным препятствием было отсутствие понимания системы египетской письменности в целом, поэтому все частные успехи не давали никакого «стратегического» результата. К примеру, англичанин Томас Юнг (1773—1829) сумел установить звуковое значение пяти иероглифических знаков Розеттского камня, но это ни на йоту не приблизило науку к расшифровке египетской письменности. Эту неразрешимую, как тогда казалось, задачу смог разрешить только гений Шампольона.

Путь ученого к желанной цели не был прямым. Несмотря на фундаментальную научную подготовку и потрясающую интуицию, Шампольону пришлось то и дело утыкаться в тупики, идти неверным путем, поворачивать назад и снова пробиваться к истине. Конечно, большую роль сыграло то, что Шампольон владел доброй дюжиной древних языков, а благодаря знанию коптского он мог более чем кто-либо иной приблизиться к пониманию самого духа языка древних египтян.

Прежде всего Шампольон исследовал и полностью отверг «Иероглифи-ку» Гораполлона и все попытки расшифровки, основанные на его концепции. Гораполлон утверждал, что египетские иероглифы — это не звуковые, а только смысловые знаки, знаки-символы. Но Шампольон еще до открытия Юнга пришел к выводу, что среди иероглифов были знаки, передающие звуки. Уже в 1810 году он высказал мнение, что такими фонетическими знаками египтяне могли писать чужеземные имена. А в 1813 году Шампольон

4 ЕГИПЕТ

167

Предположил, что для передачи суффиксов и префиксов египетского языка также использовались алфавитные знаки.

В 1820 году Шампольон правильно определяет последовательность видов египетского письма (иероглифика — иератика — демотика). К этому времени было уже точно установлено, что в самом позднем виде письма — демотическом — имеются знаки-буквы. На этой основе Шампольон приходит к убеждению, что звуковые знаки следует искать и среди самого раннего вида письма — иероглифики. Он исследует на Розеттском камне царское имя «Птолемей» и выделяет в нем 7 иероглифов-букв. Изучая копию иероглифической надписи на обелиске, происходящем из храма Исиды на острове Филэ, он прочитывает имя царицы Клеопатры. В результате Шампольон определил звуковое значение еще пяти иероглифов, а после прочтения имен других греко-македонских и римских правителей Египта увеличил иероглифический алфавит до девятнадцати знаков.

Оставалось ответить на важный вопрос: может быть, иероглифами-буквами передавались лишь чужеземные имена, в частности имена правителей Египта из династии Птолемеев, а настоящие египетские слова писались незвуковым способом? Ответ на этот вопрос был найден 14 сентября 1822 года: в этот день Шампольону удалось прочитать на копии иероглифической надписи из храма в Абу-Симбеле имя «Рамсес». Затем было прочитано имя другого фараона — «Тутмос». Таким образом, Шампольон доказал, что уже в глубокой древности египтяне наряду с символическими иероглифическими знаками употребляли алфавитные знаки.

27 сентября 1822 года Шампольон выступил перед членами Академии надписей и изящной словесности с докладом о ходе расшифровки египетской письменности. Он рассказал о методе своего исследования и сделал заключение, что у египтян была полуалфавитная система письма, так как они, подобно некоторым другим народам Востока, не употребляли на письме гласных. А в 1824 году Шампольон опубликовал свою главную работу — «Очерк иероглифической системы древних египтян». Она стала краеугольным камнем современной египтологии.

Шампольон открыл систему египетской письменности, установив, что ее основой являлся звуковой принцип. Он расшифровал большую часть иероглифов, установил соотношение между иероглифическим и иератическим письмом и их обоих с демотическим, прочел и перевел первые египетские тексты, составил словарь и грамматику древнеегипетского языка. Фактически он воскресил этот мертвый язык!

В июле 1828 года произошло поистине историческое событие: в Египет впервые приехал человек, знающий язык древних египтян После многих лет кабинетных трудов Шампольону теперь на практике предстояло удостовериться в правильности своих выводов.

Высадившись в Александрии, Шампольон первым делом «поцеловал Египетскую землю, впервые ступив на нее после многолетнего нетерпеливо-

168

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

го ожидания». Затем он отправился в Розетту и отыскал место, где был найден Розетгский камень, чтобы поблагодарить египетских жрецов за ту надпись 196 года до н.э., которая сыграла исключительно важную роль в расшифровке иероглифов. Отсюда ученый по Нилу добрался до Каира, где наконец увидел знаменитые пирамиды. «Контраст между величиной постройки и простотой формы, между колоссальностью материала и слабостью человека, руками которого возведены эти гигантские творения, не поддается описанию, — писал Шампольон. — При мысли об их возрасте можно вслед за поэтом сказать: "Их неистребимая масса утомила время"». В Саккарском некрополе ученый сделал весьма значительное открытие: его сотрудник выкопал возле одной из полуразвалившихся пирамид камень с иероглифической надписью, и Шампольон прочел на нем царское имя и отождествил его с именем последнего фараона I династии Униса (Онноса), которое было известно из сочинения античного историка Манефона. Прошло полстолетия, прежде чем подтвердилась правильность этого вывода Шампольона.

Впрочем, подробно Шампольон пирамидами не занимался: он искал надписи. Посетив развалины Мемфиса, он отправился вниз по Нилу. В Телль-эль-Амарне он обнаружил и исследовал остатки храма (позднее на этом месте был открыт город Ахетатон), а в Дендере увидел первый сохранившийся египетский храм.

Этот один из самых больших египетских храмов начали строить еще фараоны XII династии, могущественнейшие правители Нового царства: Тут-мос III и Рамсес II Великий. «Даже не буду пытаться описать глубокое впечатление, которое произвел на нас этот большой храм, и в особенности его портик, — писал Шампольон. — Конечно, мы могли бы привести его размеры, но описать его так, чтобы у читающего сложилось правильное представление о нем, попросту невозможно... Это — максимально возможное сочетание грации и величия. Мы пробыли там два часа, находясь в большом возбуждении, обошли залы, и при бледном свете луны я пытался прочесть высеченные на стенах надписи».

До сих пор бытовала уверенность, что храм в Дендере был посвящен богине Исиде, однако Шампольон убедился, что это храм Хатор, богини любви. Более того — он вовсе не древний. Свой настоящий вид он приобрел лишь при Птолемеях, а окончательно был достроен римлянами.

Из Дендеры Шампольон направился в Луксор, где исследовал храм Амона в Карнаке и определил отдельные этапы его длительного строительства. Его внимание привлек гигантский обелиск, покрытый иероглифами. Кто велел воздвигнуть его? Заключенные в рамку-картуш иероглифы ответили на этот вопрос: Хатшепсут, легендарная царица, более двадцати лет правившая Египтом. «Эти обелиски из твердого гранита с южных каменоломен, — читал Шампольон текст, выбитый на поверхности камня. — Их вершины из чистого золота, самого лучшего, что можно найти во всех чужих странах. Их можно увидеть у реки издалека; свет их лучей наполняет обе

д. ЕГИПЕТ

169

стороны, и когда солнце стоит между ними, поистине кажется, что оно поднимается к краю(?) неба... Чтобы позолотить их, я выдала золото, которое измеряли шеффелями, словно это были мешки зерна... Потому что я знала, что Карнак — это небесная граница мира».

Шампольон был глубоко потрясен. Он писал своим друзьям в далекую францию: «Я наконец попал во дворец или, скорее, в город дворцов — Карнак. Там я увидел всю роскошь, в которой жили фараоны, все, что люди смогли выдумать и создать в гигантских размерах... Ни один народ мира, ни древний и ни современный, не понял искусства архитектуры и не осуществил его в таком грандиозном масштабе, как это сделали древние египтяне. Порой кажется, что древние египтяне мыслили масштабами людей ростом в сто футов!»

Шампольон переправился на западный берег Нила, посетил гробницы в Долине царей и развалины храма Хатшепсут в Дейр-эль-Бахри. «Все, что я видел, приводило меня в восторг, — писал Шампольон. — Хотя все эти постройки на левом берегу бледнеют в сравнении с гигантскими каменными чудесами, окружавшими меня на правом».

Затем ученый продолжил путь на юг, к порогам Нила, побывал в Элефан-тине и Асуане, посетил храм Исиды на острове Филэ. И всюду он копировал надписи, переводил их и истолковывал, делал зарисовки, сравнивал архитектурные стили и устанавливал различия между ними, определял, к какой эпохе относятся те или иные находки. Он делал открытие за открытием. «Могу со всей ответственностью заявить, — писал Шампольон, — что наши знания о Древнем Египте, особенно о его религии и искусстве, значительно обогатятся, как только будут опубликованы результаты моей экспедиции».

Шампольон провел в Египте полтора года и за это время прошел страну из края в край. Ученый не щадил себя, несколько раз получал солнечный удар, дважды его без сознания выносили из подземных гробниц. При таких нагрузках даже целебный египетский климат не мог вылечить его от туберкулеза. В декабре 1829 года Шампольон вернулся домой и обработал результаты экспедиции. Однако до издания своих последних трудов — «Египетской грамматики» (1836) и «Египетского словаря в иероглифическом написании» (1841) ученый не дожил. Он умер 4 марта 1832 года от апоплексического удара.

РИЧАРД ВИЗ И ПИРАМИДЫ

Неутомимый Джованни Бельцони, буквально расковырявший пирами-ДУ Хефрена, оставил в покое третью по величине пирамиду Гизы — фараона Менкаура. Ему уже было ясно, что это не сокровищница, а тоже гробница, причем скорее всего ограбленная. Но в последующие годы в Египет стали прибывать все новые и новые искатели древностей, которые со всем рвени-

lTo

166 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

ем неофитов принимались раскапывать то, на что давно махнули рукой их предшественники. В числе таких неофитов был британский полковник Ричард Уильям Говард Виз (1784—1853), после тридцати пяти лет военной службы решивший заняться египетскими древностями. Как писал один из его биографов, «Виз получил хорошее классическое и специальное образование и в придачу к нему имел все необходимые воину качества: ему не хватало лишь чувства юмора, так характерного для

типичного англичанина». Без чувства юмора в Египте делать было нечего, но Виз этого, кажется, так и не понял.

Едва приехав в Каир, он устремился к пирамидам. «Наверняка это гробницы, — был убежден Виз. — Их подземные ходы, очевидно,' были проложены для доставки саркофагов и заблокированы массивными каменными глыбами, которыми строители замыкали, по крайней мере местами, длинные проходы с целью усложнить доступ внутрь и защитить саркофаги от повреждений. Судя по тому, что эти проходы были перегорожены могучими блоками, можно сделать вывод, что пирамиды не использовались ни для астрономических наблюдений, ни для посвящения в жреческие таинства, ни для каких-либо иных религиозных целей, ибо при таких условиях были бы малопригодны для своего назначения».

Педантичный служака, Виз решил хладнокровно и планомерно исследовать содержимое пирамид, нимало не смущаясь тем, что никому из его предшественников не удалось в этом преуспеть. «Естественно, что перед возвращением в Англию мне хотелось сделать какое-нибудь открытие», — писал он впоследствии. Забегая вперед, отметим, что именно эта педантичность и позволила Визу сделать свое открытие, хотя ему и пришлось прибегнуть для этого к весьма варварскому способу.

Специально для того чтобы исследовать пирамиды, Виз задержался в Египте почти на два года. Совместно с британским вице-консулом в Египте Слоуном и полковником Кэмпбеллом он основал компанию по изучению пирамид с первоначальным капиталом 600 талеров. При содействии Слоу-] на хедив Египта Мухаммед Али выдал компании фирман, которым удосто- I верялось, что «в знак особой приязни милостивейше позволяется исследо- ] вать пирамиды господам Слоуну, Кэмпбеллу и Визу, подданным его величе- \ ства короля Великобритании».

Первой своей целью Виз избрал пирамиду Хуфу-Хеопса. В этом деле' помощником ему стал итальянец Кавилья — человек с довольно темным

171

о10Льш, занимавшийся добычей и торговлей старинными предметами з египетских гробниц. В молодости Кавилья побывал внутри пирамиды Хеопса, спускался в ее знаменитую шахту и расчистил ее до самого дна. Кавилья обнаружил там канаты, по которым в 1765 году в нее спускался йританский консул Дэвисон, и окончательно доказал, что эта шахта не ве-деТ к Нилу, а большим полукругом возвращается назад, во входную галерею.

Первой своей целью Виз избрал погребальную камеру пирамиды. Его внимание особенно привлекало сообщение Дэвисона о том, что во время своих исследовательских работ тот проник из Большой галереи в помеще-ние, оказавшееся над потолком погребальной камеры. Наличие этого помещения позволяло сделать вывод о том, что пирамида не представляла собой «сплошную каменную массу» — в ней, вероятно, могли находиться и другие пустоты. А что если в этих пока неизвестных камерах таятся сокровища?

Поручив поиск этих пустот Кавилье, Виз уехал по служебным делам в Верхний Египет. «Вернувшись, я в первое же утро поспешил к Великой пирамиде, а потом ко Второй пирамиде, где рассчитывал найти Кавилью и его людей, — писал он впоследствии. — Но там и следа их не было, а позднее я обнаружил их работающими в трех гробницах между Сфинксом и Второй пирамидой, где они занимались поисками мумий. Капитан Кавилья информировал меня, что часть людей дни и ночи работала на южной стороне «камеры Дэвисона», другая часть вскрывала Третью пирамиду... После долгого разговора, во время которого от его внимания не ускользнуло мое явное неудовольствие, а также настойчивое стремление вернуть людей от мумий к пирамиде, я дал ему понять, что в случае его нежелания возьму руководство операцией по изучению этой великолепной постройки и ее внутренней структуры в свои руки... Он высказал мнение, что гробницы с мумиями могли бы стать довольно интересными научными объектами. Словом, раз уж он начал эти раскопки, то должен их закончить».

Упорство итальянца при других обстоятельствах было бы похвальным, но оказалось, что он ведет свои раскопки на средства, отпущенные на обследование пирамиды, и вдобавок подделывает счета. С Кавильей пришлось Расстаться. Взамен Виз нанял английского инженера Джона Перринга.

Размышляя о том, каким образом можно попасть в неизвестные пока помещения пирамиды, Виз обратил внимание на «вентиляционные шахты» (таково было их предполагаемое назначение), которые вели вверх от Пофебальной камеры на север и юг. Виз полагал, что эти шахты выходят на поверхность пирамиды. Действительно, через несколько дней Перринг на-щел на северной и южной сторонах пирамиды соответствующие отверстия. "Днако пока нельзя было доказать, что это именно устья тех самых шахт, ^к как они были плотно забиты грунтом. Тогда Виз приказал начать расчи-СГкУ шахт от нижних отверстий, но эта работа оказалась непосильной — за сУПси рабочие продвинулись всего на шесть дюймов. Одновременно с этим •"Ругая группа рабочих пыталась пробурить гранитный потолок и проник-

172

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТО^

нуть в «камеру Дэвисона». Этот тяжелый труд также не дал никаких ^ татов. Тогда Виз, не мудрствуя лукаво, приказал попросту взорвать потолок погребальной камеры.

Весной 1837 года пирамиду потряс мощный взрыв, последствия которого можно видеть в погребальной камере до сих пор. «Только пробить щу* фы, чтобы заложить порох, уже было нелегкой работой, — вспоминал потом Виз. — И для того чтобы убрать после взрыва крупные обломки пото-лочных блоков, нависшие прямо над головами рабочих, тоже пришлось преодолеть немало трудностей, порою сопряженных с серьезной опасностью». Однако все обошлось, а результаты этой, в общем-то варварской, операции оказались сенсационными. Выяснилось, что над «камерой Дэвисона» есть еще одна камера, над ней — следующая, а всего таких камер пять. Все они отделялись друг от друга грубо обработанными каменными блоками. Верхнее помещение было перекрыто двумя большими блоками, которые образуют треугольную гигантскую массивную крышу.

Виз и Перринг мгновенно поняли назначение конструкции: это была «разгрузочная камера» над усыпальницей, принимающая на себя давление двух верхних третей пирамиды. Крыша из двух огромных, блоков способствовала более равномерному распределению давления, чтобы тяжесть давила не прямо на усыпальницу, а на пустую камеру над ней, с перекрытием, укрепленным каменными стойками. Перринг отметил потом, что древние египтяне явно сооружали эту конструкцию «на глазок», заложив совершенно излишний запас прочности — для этой цели достаточно было одной верхней камеры с каменной крышей.

Еще одним открытием Виза стали обнаруженные в двух верхних камерах блоки с иероглифическими надписями, в которых упоминалось имя того, для кого предназначалась пирамида — фараона Хуфу. Возможно, ее написал какой-то каменотес, чтобы было ясно, на какую стройку этот блок отправлять. Надпись была сделана красной краской, а иероглифы разборчивы.

Эта сенсационная новость немедленно облетела мир. Со временем, однако, вскрылся обман. Египтолог Самуэль Бирш, знаток древнеегипетских иероглифов, обнаружил в начертании имени Хеопса знаки, которых во времена этого фараона еще не существовало в египетской письменности. Позднее специалист по древним языкам Захария Сичин установил, что полковник Виз попросту написал имя Хеопса сам, пользуясь вышедшей в 1828 году работой по древнеегипетской иероглифике.

Но это все было впереди, а пока окрыленные первым успехом, Виз с Перрингом принялись за третью по величине пирамиду Гизы — фараона Менкаура (Микерина). Пользуясь уже проверенным методом, он взорвал вход в пирамиду и после шестимесячной напряженной работы добрался до погребальной камеры. 29 июля 1837 года Виз вступил в усыпальницу фараона. Здесь он нашел пустой саркофаг, изготовленный из цельного куска базальта, с великолепным рельефом, изображающим фасад дворца. При рас-

4. ЕГИПЕТ

173

чИстке помещения на стенах была обнаружена арабская надпись «Мухаммед Расул», останки мумифицированного человеческого тела и деревянная крышка от гроба с иероглифической надписью на ней: «Осирис, владыка Верхнего и Нижнего Египта Менкаура, живущий вечно».

Свои находки Виз отправил в Лондон, но везшее их судно, к сожале-ллю, затонуло у испанского побережья. Поэтому единственным свидетельством напряженных, трудоемких и во всех смыслах громких (если вспомнить о взрывах) исследований Виза сегодня остается объемистый трехтомный труд предприимчивого полковника, озаглавленный «Работы, осуществленные в пирамидах Гизе в 1837 г.», изданный в Лондоне в 1840—1842 гг.

СЕМЬДЕСЯТ ПИРАМИД КАРЛА ЛЕПСИУСА

Карл Рихард Лепсиус (1810—1884), основатель немецкой школы египтологии, родился в Наумбурге (Нижняя Саксония). Он учился в университетах Лейпцига, Гёттингена, Берлина, изучал филологию и сравнительное языкознание, в Париже занимался у учителя Шампольона Сильвестра де Саси, в Турине — у египтолога Розеллини, коллеги Шампольона. В 23 года Лепсиус получил первую ученую степень, в возрасте 32 лет занял должность экстраординарного профессора в Берлине. Он хорошо изучил грамматику Древнеегипетского языка, составленную Шампольоном, методично обсле-Довал европейские коллекции египетских древностей. В 1837 году, через несколько лет после смерти Шампольона, Лепсиус опубликовал статью об ИеРоглифическом алфавите, в которой изложил сущность египетской иерог-лифики, и опубликовал первое собрание древнеегипетских текстов.

В 1842 году король Пруссии Фридрих-Вильгельм IV, у которого знаменитый путешественник и естествоиспытатель Александр фон Гумбольдт пРобудил интерес к египетским древностям, направил Лепсиуса во главе Экспедиции Берлинского университета на берега Нила. Она состояла из

174

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЕ

восьми человек и была рассчитана на три года — с 1843 по 1845. Кородь обещал ее участникам «отеческое и монаршее благоволение, в том числе ц необходимую финансовую поддержку», но выдвинул условие: экспедиц^ должна укрепить на пирамиде Хеопса написанную иероглифами табличку с его именем и всеми его титулами.

18 сентября 1842 года экспедиция Лепсиуса прибыла в Александрию и вскоре явилась ко двору египетского хедива. Мухаммед Али был весьма польщен преподнесенными ему от имени прусского короля подарками и немедленно подписал фирман, дававший Лепсиусу неограниченное право на любые раскопки и исследования на территории Египта, а также вьщал ему генеральное разрешение на вывоз всех добытых древностей. Впрочем, экспедиция увенчалась успехом не столько благодаря «монаршему благоволению», сколько той тщательной подготовке, которую Лепсиус провел в Германии.

Немецкие ученые посетили все основные археологические центры Египта и достигли Нубии. Шесть месяцев экспедиция провела в Мемфисе и семь — в Фивах. Лепсиус впервые измерил Долину царей, снял копии с настенных рельефов и бесчисленных надписей в храмах. Побывал он и в Гизе, где укрепил на пирамиде Хуфу-Хеопса табличку с именем и титулами короля Фридриха-Вильгельма и железным крестом. Немецкая экспедиция занималась также обследованием малоизученных пирамид в Абусире, Ме-думе и Саккара. Однако особенно тщательные раскопки были проведены Лепсиусом в районе знаменитого Лабиринта в Фаюмском оазисе.

Главным успехом Лепсиуса стало открытие многочисленных памятников эпохи Древнего царства (2900—2270 гг. до н.э.). В окрестностях Мемфиса он изучил и описал 64 пирамиды, нашел остатки более тридцати неизвестных до тех пор пирамид. «Поля пирамид в Мемфисе, — писал Лепсиус, — явили нам картину египетской цивилизации в те древнейшие времена, которые впредь следует считать первым отрезком изученной истории человечества... Древние династии египетских правителей отныне предстают перед нами уже не просто рядом ничего не значащих, забытых и сомнительных имен. Теперь мы уже можем подходить к ним без прежних, вполне обоснованных сомнений; их последовательность установлена и подвергнута критической проверке, а даты их существования соотнесены с определенными историческими эпохами. Более того, перед нами предстала картина процветания народа под их властью, и весьма часто они сами выступают в своей индивидуальной исторической реальности».

Лепсиус, тщательно, с немецкой пунктуальностью изучивший более 70 египетских пирамид, больше, чем кто бы то ни было до него, преуспел и в отгадывании загадок, связанных с этими выдающимися сооружениями. Он определил имена ряда фараонов — «обладателей» пирамид и время правления каждого из них, выяснил, что пирамиды строились в эпоху Древнего и Среднего царств, а в Новом уже не строились. Кроме того, Лепсиус открыл новый, до этого неизвестный вид гробниц — так называемые маста-ба — и исследовал в общей сложности 130 таких гробниц. Он был первым,

4 ЕГИПЕТ

175

03 обозначил этапы эволюции пирамиды от древнейшей формы царской рробницы с плоской крышей к гробнице со ступенчатой надстройкой и от нее — к гробнице в виде правильной пирамиды.

Результаты экспедиции Лепсиуса были исключительными по количеству ^ материальных находок, так и полученных научных сведений. 15 тыс. образцов различных египетских древностей, вывезенные Лепсиусом из Египта, составили основу знаменитой египетской коллекции Берлинского музея.

В 1866 году, во время своего второго путешествия в Египет, среди развалин города Сана (Танис), располагавшегося в дельте Нила, Лепсиус нашел второй (после Розеттского) камень с трехъязычной надписью. На нем был высечен так называемый Декрет из Канопа, относящийся к 239 году до н.э. Египетские жрецы создали его в египетском городе Канопе в честь царя Птолемея Эвергета. Эта находка стала самым блестящим подтверждением идей Шампольона, и с той поры за Лепсиусом прочно закрепилась слава «наследника Шампольона». Он был избран членом Берлинской академии наук, стал директором берлинских музеев, редактором «Журнала по египетскому языку и археологии». Многочисленные научные работы Лепсиуса — «Египетская хронология» (1849), «Книга египетских фараонов» (1850) и фундаментальный 20-томный труд «Памятники Египта и Эфиопии» легли в основу современной египтологии.

ОТКРЫТИЯ ОГЮСТА МАРИЕТТА

Огюст Мариетт (1821—1881), один из крупнейших египтологов XIX столетия, родился в Булони (Франция). В молодости он преподавал французский язык в одной из школ Англии, а затем в своем родном городе. Увлекшись трудами Щампольона, Мариетт серьезно начал заниматься египтологией. В 1849 го-ДУ он получил незначительную должность в Лувре, где смог впервые познакомиться с богатой коллекцией египетских древностей.

В 1850 году Мариетт по поручению Луврского музея выехал в Египет на поиски старинных коптских манускрип-т°в. Однако ничего заслуживавшего Внимания он не нашел, зато навсегда «заболел» Египтом.

Л V

176

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

В конце октября 1850 года он начал на свой страх и риск раскопки в Саккарском некрополе. Редко случается, чтобы начинающий археолог ера. зу же добивался выдающегося результата. Но Мариетту повезло: обследуя саккарские гробницы к северо-западу от пирамиды Джосера, он наткнулся на голову почти полностью занесенного песком сфинкса. Очистив статую Мариетт прочел на постаменте надпись, славившую священного быка Аписа, которого в Мемфисе считали воплощением бога Птаха. Этот текст заставил ученого вспомнить о том, что античный географ Страбон писал в свое время о некоем месте вблизи Мемфиса, где находился древний храм Сера-пеум. К главному входу в этот храм вела аллея сфинксов. У Мариетга были все основания полагать, что он наткнулся именно на эту аллею.

Мариетт нанял нескольких феллахов и с их помощью за год раскопал еще 140 сфинксов или их остатков. Его гипотеза полностью подтвердилась: сфинксы и в самом деле образовывали аллею, которая вела к входу в Серапеум.

Древние египтяне, как известно, обожествляли многих животных, и в различных районах страны были свои священные животные: крокодилы, бабуины, ибисы. Священный бык Апис, в культе которого воплотились черты древнеземледельческого культа быка, считался воплощением бога Птаха и покровителем Мемфиса. Главным его святилищем был храм, расположенный в Саккара. Он служил местопребыванием священного быка. Когда бык околевал, его бальзамировали и хоронили со всей торжественностью, а его место занимал другой, с теми же самыми внешними признаками, что и его предшественник. В греко-римский период культ священного быка слился с культом одного из главных богов греческого Пантеона — Зевса, а также впитал в себя некоторые чисто египетские черты мифа об Осирисе. Таким образом появилось новое божество по имени Серапис. Ему поклонялись как греки, так и египтяне. Греки переименовали древний храм Аписа в Серапейон, а затем это название было трансформировано римлянами в Серапеум.

Комплекс Серапеума представлял собой два храма, соединенных аллеей сфинксов: храм Птаха и подземное святилище, где жрецы хоронили мумии священных быков. Мариетт обнаружил его в ноябре 1851 года. Доступ к гробницам быков закрывала великолепная дверь из песчаника. За ней скрывалось громадное подземное помещение, высеченное в скале. Оно протянулось в длину с востока на запад на 200 метров и представляло собой широкую галерею со множеством боковых коридоров и ниш, где стояли колоссальные гранитные саркофаги, каждый весом около 60—70 тонн, в которых когда-то покоились мумии священных быков. Они были высечены из отполированных плит черного и красного гранита и достигали в высоту более трех метров, в ширину — более двух и в длину — до четырех метров.

В нишах главного коридора Мариетт насчитал двадцать четыре таких саркофага. Все они были пусты. В боковых коридорах он обнаружил и деревянные саркофаги с останками быков (всего их было 28), кроме них там оказался саркофаг с мумией Хаэмвеса, верховного жреца бога Птаха и сына

ЕГИПЕТ

177

p II. На каждом из саркофагов иероглифами было обозначено, кто был

фараоном и верховным жрецом при жизни того или иного быка, какие собы-^ произошли в это царствование. Самые древние саркофаги относились к царствованию Аменхотепа III из XVIII династии, самые поздние — к периоду правления последних Птолемеев. Таким образом, между первым и последним захоронением пролегал диапазон в 1600 лет! И тексты, найденные Ма-риеттом, проливали новый свет на египетскую историю этого времени.

Украшенные великолепными иероглифическими надписями крышки саркофагов были сдвинуты, а некоторые саркофаги расколоты. Было очевидно, что гробницы быков были разграблены много веков назад. Тем не менее немало великолепных вещей было в спешке оставлено грабителями и валялось в саркофагах и на земляном полу темных коридоров.

Среди этой разрухи Мариетгу посчастливилось найти нетронутое захоронение священного быка. Он обнаружил в окаменевшей пыли даже следы рабочих, совершавших захоронение. Целой оказалась и мумия быка, богато украшенная золотом и драгоценными камнями.

После того как находки, сделанные в Серапеуме, были выставлены в Лувре, имя Мариетга приобрело мировую известность. Даже одного Серапеума хватило бы для того, чтобы оно навсегда осталось в истории египтологии. Но Мариетт не собирался останавливаться на этом.

В 1857 году при поддержке египетского хедива Саид-паши Мариетт организовал музей в каирском предместье Булак. Его непрестанно разраставшиеся коллекции легли в основу ньше знаменитого Египетского музея в Каире. Следует оговориться, что Мариетт не был, как часто об этом пишут, первым директором Музея египетских древностей. Еще Мухаммед Али в 1834 году, после обращения к нему Шампольона, издал декрет о создании национального музея древностей, поставив во главе его шейха Юсефа Зиа. Юсеф Зиа и его помощники начали собирать древности по всей стране.

Начав широкомасштабные раскопки, Мариетт попросил у Саида-паши выделить ему для хранения древностей одно из помещений транспортной компании в Булаке. Четыре комнаты Мариетт использовал для наиболее Ценных экспонатов, а другие сделал запасниками. На первых порах он обходился помощью только одного рабочего. Очень скоро небольшая коллекция Мариетга стала настолько популярной, что в 1863 году она была переведена в новое здание, которое было официально открыто 18 октября хедивом Исмаилом. Некоторые экспонаты нового музея демонстрировались на ме>кцународной выставке в Лондоне в 1862 году, лучшие из них были показы на всемирной ярмарке в Париже в 1867 году.

Хедив Саид-паша назначил Мариетга директором Управления по делам египетских древностей и главным инспектором всех раскопок на терри-ТоРии Египта. Под его руководством начались координированные раскоп-101 в 37 местах — от Мемфиса до Фив. Впоследствии, правда, археологи кри-^ методы, которых придерживался Мариетт (иногда он не останав-

178

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

ливался и перед применением динамита). Вместе с тем огромным щ вперед явилось то, что отныне значительная часть находок не вывозилась в Европу, а оставалась в Египте.

Несмотря на большую занятость в музее, Мариетг продолжал вести раскопки сам. В 1865 году он открыл гробницу сановника Ти, который был крупным землевладельцем и, как гласят тексты, «начальником всех царских работ, руководителем строительства пирамид и охранителем вечных мест». Эта самая красивая и лучше всех сохранившаяся из саккарских гробниц была построена около 2600 года до н.э. — в те времена, когда цари Хеопс, Хефрен и Микерин сооружали свои пирамиды. Стены гробницы покрывали великолепные многоцветные рельефы, своим тончайшим рисунком производившие впечатление настенной живописи. Они изображали и самого сановника Ти, фигура которого всегда втрое, а то и вчетверо крупнее, чем фигуры людей более низкого звания, и картины повседневной жизни той эпохи: ремесленников, писарей, рисовальщиков, земледельцев, охоту на бегемотов, рыбную ловлю, забой домашнего скота и выделку кож, сбор податей и наказание недоимщиков — короче говоря, всю панораму повседневной жизни Древнего Египта. Эти изображения настолько реалистичны, что позволили установить, какими орудиями и инструментами пользовались тогдашние земледельцы и ремесленники, какие приемы они применяли. Ни одно из ранее открытых захоронений не давало такого реального представления о жизни древних египтян, как эта гробница.

Мариетг открыл и множество других гробниц с подобными же свидетельствами давних эпох, среди которых особенно выделялась гробница Птаххоте-па, вельможи времен V династии. Владелец ее, возможно, был автором прославленного «Поучения», одного из древнейших произведений мировой литературы. Кроме того, Мариетг начал изучение так называемой ложной пирамиды близ Медума, пирамиды в Лиште и нескольких малых пирамид близ Саккара. Мариетг раскопал руины заупокойного храма фараона Хефрена, располагавшегося возле Большого сфинкса. От него к пирамиде Хефрена (в которой в свое время побывал Бельцони) вела дорога процессий, по которой жрецы несли в последний путь мумифицированное тело фараона. От храма мало что осталось, но сохранившиеся части входных пилонов и остатки вестибюля поражают глаз строгостью и соразмерностью пропорций. Среди руин Мариетг нашел прекрасную диоритовую статую Хефрена.

Мариетт оставался в Египте до конца своей жизни. Он печатал многочисленные статьи в европейских специальных журналах, а также опубликовал несколько книг. В 1867 году император Наполеон III наградила его орденом Почетного легиона, а в 1879 году египетский хедив присвоил титул паши. В 1878 году, еше при жизни Мариетга, руководимая им Служба древностей была преобразована в один из департаментов египетского министерства общественных работ. На ее нужды стали вьщеляться значительные средства.

4. ЕГИПЕТ

179

Мариетт умер накануне английской оккупации Египта. В знак признайся его выдающихся заслуг он был похоронен в древнем саркофаге у центрального входа в созданный им музей. Благодарный Египет воздвиг Марину памятник. Он установлен в саду Египетского музея в Каире рядом с могилой ученого.

«ТЕКСТЫ ПИРАМИД» И «ПОТЕРЯННЫЕ ФАРАОНЫ»

Преемником Опоста Мариетта на посту директора египетской Службы древностей стал французский египтолог итальянского происхождения Гас-тон Масперо (1846—1916). Масперо родился в Париже и с юных лет увлекся египтологией, достигнув в ней больших успехов. Его глубокие теоретические знания сочетались с неистощимой энергией, которую можно было сравнить лишь с энергией Мариетта. В 1881 году, в возрасте 35 лет, Масперо основал в Каире школу египетской археологии. После кончины Мариетга он принял на себя руководство всеми раскопками в Египте и должность заведующего Египетским музеем в Каире.

Одним из первых открытий Масперо в Египте стала уникальная пирамида с иероглифическими текстами. Это было сенсацией, так как никто никогда не находил в египетских пирамидах каких-либо надписей (надписи, обнаруженные Визом в пирамиде Хеопса, как мы уже говорили, оказались подделкой). Огюст Мариетт даже высказал аФоризм «пирамиды немы», и это мнение на какое-то время утвердилось в науке. Однако оно было опрокинуто в 1880 году, когда Гастону Масперо удалось проникнуть в сильно поврежден-чую пирамиду на юге Саккара. От сооружения некогда 44-метровой высоты Уцелела лишь груда развалин высотой 18 м. Пробившись через три замуровки, Масперо проник в погребальную камеру. Она была давно ограблена —

180

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

саркофаг оказался пустым, сброшенная крышка лежала рядом. Но не это привлекло внимание Масперо — он увидел на стенах усыпальницы иероглифы! Они покрывали все внутренние помещения гробницы — проходы переднюю и погребальную камеры. Впоследствии дешифровка текстов показала, что это была гробница фараона Пиопи II из II династии.

Воодушевленный этим открытием, Масперо занялся исследованием других пирамид в Саккара. В одной из гробниц он также обнаружил тексты, относящиеся к периоду II династии, а в следующем, 1881 году открыл и исследовал пирамиды последнего царя V династии Униса, царя VI династии Тети и гробницы его преемников. Во всех этих пирамидах ученый снова обнаружил многочисленные иероглифические надписи.

На то, чтобы скопировать и издать «Тексты пирамид», потребовалось несколько лет. Для этого Масперо даже временно оставил пост директора Службы древностей и Египетского музея. Еще больше времени ушло на дешифровку «Текстов пирамид». Их язык оказался очень тяжелым и архаичным, он был переполнен вычурными оборотами и явно предназначался лишь для ритуальных целей. Написанные этим языком «Тексты пирамид» содержали обрядовые формулы и заклинания, которые, 'вероятно, произносились во время похоронных церемоний. Их главная цель — обеспечить умершему фараону благополучное путешествие в загробный мир.

В 1882 году Масперо обнаружил у Лишта два 20-метровых холма щебня, которые оказались пирамидами фараонов Аменемхета I и Сенусерта I (XII династия). Но проникнуть в их погребальные камеры оказалось невозможным — они были затоплены фунтовыми водами. Только в 1894 году обе пирамиды были раскопаны французской экспедицией, а в 1906—1934 годах исследованы американскими археологами, работавшими по заданию Нью-Йоркского музея.

С именем Масперо связано и еще одно сенсационное открытие — находка 32 мумий так называемых потерянных фараонов. По роду своей деятельности Масперо неоднократно приходилось вступать в конфликты с археологами, в том числе и с известными учеными, которые любыми путями пытались обойти египетские законы и вывезти свои находки в Европу. Еще большее возмущение вызывала у него деятельность всевозможных «черных археологов», которые тайно скупали у арабов египетские древности для продажи в странах Европы и в Америке. Поэтому Масперо с большим вниманием отнесся к письму, пришедшему в 1881 году из США. Известный ему американский египтолог, который некогда работал в Каире, конфиденциально сообщал Масперо, что из Египта в Америку был контрабандой вывезен весьма ценный папирус. Человек, которому контрабандисты предложили купить этот папирус, пригласил в качестве специалиста для оценки американского коллегу Масперо, и таким образом этот ученый не только смог узнать о факте контрабанды, но и прочесть сам документ. Судя по всему, этот папирус относился ко временам XXI династии (XI в. до н.э.) и,

4. ЕГИПЕТ

181

ф всей вероятности, был извлечен из гробницы одного из фараонов этой династии.

Письмо из Америки заставило Масперо серьезно задуматься об источ-ллках и каналах контрабанды До него уже не раз доходили слухи о том, что в последнее время в Луксоре оживилась подпольная торговля египетскими древностями, и каким-то французским туристам прямо на улице ловкие дельцы предлагали купить даже целый гроб с мумией. Что это могло означать? Вероятно, только одно: кто-то из местных жителей обнаружил неизвестное ученым захоронение в Долине царей и постепенно растаскивает его! Причем, судя по словам американского корреспондента, виденный им папирус относился к временам XXI династии — то есть именно той, о гробницах которой науке еще не было известно, и все фараоны этой династии числились в разряде «потерянных»!

Перспективы, которые открывало подобное заключение, взволновали Масперо и его коллег. После долгих совещаний в узком кругу было решено отправить в Луксор под видом «французского туриста» одного из молодых ассистентов Египетского музея в Каире.

Прибыв на место и побродив по базарам, «разведчик» довольно быстро напал на след расхитителей древностей: заметив богатого туриста, они сами обратились к нему. Уже первая покупка — небольшая статуэтка божества — подсказала молодому ученому, что он на верном пути: судя по сохранившейся надписи, эта статуэтка относилась к XXI династии, то есть именно к той эпохе, о которой шла речь в пресловутом папирусе!

Ученый осторожно намекнул торговцам, что он не прочь купить и более крупные и дорогие вещи — например целый саркофаг или хорошо сохранившуюся мумию. Ушлые торговцы, сперва поосторожничав, все же свели его с «большим человеком» — неким Абд-эль-Расулом. Тот принес с собой еще несколько предметов, судя по всему, относящихся к эпохам XIX и XX династий. Сомнений не было: Абд-эль-Расул и есть глава подпольного клана торговцев древностями! И, вызвав полицейских, сотрудник музея предложил им арестовать грабителя.

Однако следствие, которое вел местный мудир (окружной комиссар) Дауд-паша, ничего не дало, все многочисленные родственники Абд-эль-Расула клятвенно подтвердили его невиновность. Подозреваемого пришлось отпустить за недостатком улик, а ученый от расстройства заболел лихорадкой и оказался на больничной койке. Единственное, что он успел сделать — отправить срочную телеграмму в Каир

И тогда из Каира в Луксор срочно выехал заместитель Масперо — Эмиль Бругш. Он решительно взялся за дело, и вскоре все окрестные жители были оповещены, что тот, кто укажет источник подпольной торговли, получит Щедрое вознаграждение. Не устояв перед соблазном, в полицию явился с повинной один из родственников Абд-эль-Расула. Так следствие получило в свои руки нить, которая привела к сенсационному открытию...

182

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Как и следовало ожидать, Абд-эль-Расул действительно оказался грабителем Более того1 вся его семья жила тем, что разрабатывала некую «золотую жилу» в Долине царей. Шесть лет назад Абд-эль-Расул нашел там тайник, полный саркофагов и мумий. Этот тайник находился в Дейр-эль-Бах-ри, неподалеку от знаменитого храма царицы Хатшепсут.

Эмиль Бругш хорошо знал эти места и не поверил словам феллахов грунт там слишком рыхлый и мягкий, и вряд ли кому-нибудь пришло бы в голову устраивать здесь тайник с мумиями. И тогда Абд-эль-Расул вызвался проводить его туда.

5 июля 1881 года, преодолев долгий путь через скалы, Бругш и Абд-эль-Расул уже стояли перед небольшим отверстием в скале Это был вход в гробницу Она находилось в труднодоступном месте, а ведущее внутрь отверстие было весьма искусно замаскировано камнями. Нет ничего удивительного в том, что на протяжении трех тысячелетий здесь никто не побывал Под камнями была прорыта шахта глубиной 12 м. Бругш и Абд-эль-Расул спустились в нее по веревкам Отсюда подземный ход протяженностью около 60 м привел их в грубо высеченную погребальную камеру. Здесь у Бругша перехватило от волнения дух- при свете факела перед ним 'открылись каменные саркофаги великих фараонов Нового царства .

Здесь покоились знаменитые Тутмос III и Рамсес II, Яхмес I, изгнавший из Египта гиксосов и восстановивший независимость страны, Аменхотеп I — святой покровитель Фив, Сети I — это его мумию Бельцони в октябре 1817 года напрасно искал в пустом склепе в Долине царей... Здесь покоились и те фараоны, чьи имена промелькнули в истории Египта, подобно кометам, и те, имена которых вообще не были известны науке. Задыхаясь от волнения, Бругш переходил от саркофага к саркофагу — вся история Древнего Египта открывалась перед ним.

Саркофаги лежали как попало, вперемежку, некоторые из них были открыты, и среди груды утвари и украшений были видны почерневшие мумии Свет факела вырывал из темноты бесчисленные принадлежности египетского заупокойного инвентаря, небрежно разбросанные по земле Никто никогда и нигде не видел ничего подобного1

Всего в тайнике в Дейр-эль-Бахри были найдены останки сорока фараонов Три тысячи лет пролежали они здесь, прежде чем их отыскали сперва грабители, а затем ученые Двое суток понадобилось Бругшу, чтобы с помощью трехсот рабочих поднять тяжелые саркофаги на поверхность.

Каким же образом «потерянные фараоны», гробницы которых ученые до этого неизменно находили пустыми, оказались в одной общей куче9 Благодаря находке в Деир-эль-Бахри ученые смогли ответить на этот вопрос Причиной всему стали вездесущие грабители К XI веку до н э. останки фараонов, обожествленных еще при жизни, давно перестали вызывать священный трепет у египтян, которые смотрели теперь на царские гробницы как на источник обогащения Власти уже были не в состоянии защитить божественные

4ЕГИПЕТ

183

а от кощунства. И тогда по распоряжению верховного жреца Херихо-ра около 1110 года до н.э. взошедшего на трон, в Дейр-эль-Бахри был сооружен специальный тайник, в который перенесли мумии древних фараонов. !У1ногие мумии переносились в большой спешке — археологи обнаружили их просто прислоненными к стене. Тем не менее у строителей тайника хватило времени высечь на стенах гробницы иероглифические тексты, сообщающие 0 событиях, связанных с переносом мумий из Долины царей.

Тайник в Дейр-эль-Бахри оказался не единственным сооружением подобного рода. В 1898 году М. Лоре, генеральный директор египетской Службы древностей, обнаружил в Долине царей скальную гробницу фараона XVIII династии Аменхотепа II. Она сохранилась в прекрасном состоянии. Стены погребальной камеры были украшены надписями и рисунками, расписной потолок подпирали шесть монолитных колонн В глубине погребальной камеры покоился никем не потревоженный тяжелый саркофаг Аменхотепа II. И каково же было удивление ученых, когда в этой величественной, застывшей в своем древнем благообразии и покое гробнице они неожиданно обнаружили хлипкую, наскоро возведенную стенку, за которой были спрятаны мумии девяти фараонов XVIII и XIX династий, в том числе Тугмоса IV и его сьша Аменхотепа III Это были свезенные сюда из других мест останки царей, без саркофагов и погребального убранства И можно только догадываться, какие обстоятельства заставили этих «потерянных фараонов» покинуть места своего царственного упокоения

УИЛЬЯМ ПИТРИ, «ПРОСЕЯВШИЙ» ЕГИПЕТ

Английский археолог Уильям Мэтью Флиндерс Питри (1853—1942) был одной из самых колоритных фигур в истории египтологии Его бестактность и сварливый характер вошли в поговорку. Он считал себя единственным и непререкаемым авторитетом в вопросах египтологии и поносил всех

184

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

других ученых-современников. Тем не менее его слабости нисколько не умаляют его несомненных достоинств: это был один из самых выдающихся представителей английской школы египтологии. Его бюст ныне можно видеть в пантеоне Египетского музея в Каире.

В египтологию Питри пришел довольно извилистым путем: интерес к Египту привил ему его отец, большой поклонник известного «пирамидио-та» Пиацци Смита. В 1864 году Смит издал книгу, в которой на основе своих теоретических измышлений объявлял пирамиду Хеопса «каменной библией», в пропорциях которой якобы зашифрована «судьба человечества». Питри-старший мечтал проверить и дополнить измерения Смита, чтобы подтвердить правильность его выводов. По иронии судьбы Питри-млад-ший, отправившийся в Египет в 1879 году, своими научными трудами полностью опроверг эти выводы!

Уильям Флиндерс Питри провел в Египте сорок шесть лет. Более двадцати последующих лет он занимался египетской историей в Лондонском университете. Питри обладал обширными познаниями в самых различных областях истории древнего Востока. О прошлом Египта он собрал такое количество сведений, каким не обладал до него никто. В итоге Питри* стал крупнейшим специалистом по любому вопросу во всем, что касалось Египта.

Свою карьеру египтолога Питри начал на собственный страх и риск, отправившись в Египет в качестве независимого исследователя. К раскопкам он приступил в те времена, когда в археологии уже происходили качественные сдвиги. После открытия шумерской культуры в Месопотамии, сенсационных находок Шлимана в Трое и Микенах, расшифровки клинописи было уже невозможно работать на прежнем, примитивном уровне. Вероятно, именно в этом и таился секрет успехов Питри: он первым из исследователей Египта избрал тактику методичных раскопок с тщательной фиксацией всех находок. «Необходимо, соблюдая разумное соотношение между уважением к древностям и жаждой открытий, слой за слоем «просеять» землю Египта для того, чтобы не только найти все, что она скрывает в своих глубинах, но и получить представление о первоначальном расположении всех находок», — писал Питри. Сегодня за ним прочно утвердился авторитет основоположника научного метода раскопок в Египте.

Первой своей целью Питри избрал знаменитый комплекс пирамид в Гизе — ведь над ученым, напомним, тогда еще довлел авторитет отца и Пиацци Смита, завороженных арифметикой пирамиды Хеопса. Идя по их стопам, Питри вознамерился измерить ее заново. Чтобы не удаляться от предмета своих исследований, он поселился в заброшенной гробнице возле пирамид.

«Чудесное жилище я устроил в гробнице, вытесанной в скале, — писал Питри.— Приделал только дверь и оконную раму, поставил этажерку, подвесил гамак из рогожи — в общем устроился так комфортабельно, что лучшего • желать не приходилось... Около девяти утра я начинал работу. Когда мы делали замеры, мой слуга Али держал над теодолитом зонт, чтобы предохранить

4. ЕГИПЕТ

185

ег0 от солнца, до моей спины тень уже не доходила. Али устраивал себе полуденный отдых, а я старался работать как можно дольше. Когда темнело, я собирал инструменты, аккуратно складывал их в гробнице, а слугу отпускал. Около шести или семи я разжигал костер и углублялся в расчеты, пока в котелке не закипала вода, затем ужинал (какой-нибудь суп, матросские сухари и помидоры, которые в Египте великолепны, немного шоколада), после десятичасовой работы без еды и питья все это казалось чрезвычайно вкусным и щло только на пользу. Вечернее умывание... и я опять садился за расчеты и просиживал над ними примерно до полуночи... Во время раскопок я вставал рано, на рассвете. При обследовании Великой пирамиды я всегда выходил на работу вечером, как только удалялись туристы, и с сонным Али в качестве ассистента трудился до полуночи, а то и до утра; так получалось, что иногда я работал... по четырнадцати часов без перерыва».

У пирамид Питри проработал полтора года: с декабря 1880 по апрель 1882 года. Пирамиду Хеопса он облазил сверху донизу и измерил ее точнее и полнее, чем Пиацци Смит. Но эта титаническая работа, по существу, ничего не дала: во-первых, сегодняшние методы измерения гораздо точнее, чем те, которыми пользовался Питри, а во-вторых, сама затея измерить пирамиду выглядит бессмысленной. Сегодня невозможно точно определить, какую точку следует принимать за исходную (где начинается ее основание?), а кроме того, надо помнить о том, что облицовка пирамиды не сохранилась, а ее вершина разрушена, следовательно, любые измерения все равно будут приблизительными. Поэтому любая цифровая мистика, в основу которой положены измерения пирамиды с точностью до сантиметра, с самого начала дискредитирует сама себя. И надо отдать должное Питри — он сумел понять, что весь его полуторагодичный труд фактически пошел насмарку. Правда, нет худа без добра: эти месяцы стали для него своеобразным «вводным курсом в египтологию». И лишь когда закончился этот период ученичества, пришло время открытий.

В 1883 году Питри отправляется в Саккара и Дашур, где занимается измерением и изучением тамошних пирамид. Затем его путь лежал в Фаюм, где некогда располагались столица и некрополь царей XII династии, правивших Египтом в общей сложности 213 лет. Где-то здесь находился и таинственный Лабиринт...

«Вокруг страны Фаюм возвышалось несколько древних пирамид и множество более мелких гробниц, — писал Болеслав Прус в своем знаменитом Романе «Фараон». — А на восточной ее границе, неподалеку от Нила, стоял знаменитый Лабиринт. Он был построен Аменемхетом и имел форму исполинской подковы, занимавшей участок земли в тысячу шагов длиной и Шестьсот шириной. Здание это было величайшей сокровищницей Египта. ° нем покоились мумии многих прославленных фараонов, знаменитых жре-Ч полководцев, строителей, а также чучела священных животных, осо- крокодилов. Тут хранились накопленные в продолжение веков богат-

186

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ 4 ЕГИПЕТ

ства египетского царства, о которых в настоящее время трудно даже составить себе представление».

Под именем Лабиринта скрывался гигантский заупокойный храм-дворец Аменемхета III. Древнегреческий историк Геродот, который побывал в Египте и воочию видел многие из его чудес, восхищался египетскими постройками, и в первую очередь, разумеется, пирамидами. Но гораздо выще их он почитал Лабиринт. Свое название это огромное сооружение получило по тронному имени фараона Аменемхета — Нимаатара, которое в греческой транскрипции передавалось как «Лабир».

«Я видел этот Лабиринт: он выше всякого описания, — писал Геродот. — Ведь если бы собрать все стены и великие сооружения, воздвигнутые эллинами, то в общем оказалось бы, что на них затрачено меньше труда и денежных средств, чем на один этот Лабиринт. А между тем храмы в Эфесе и на Самосе весьма замечательны. Конечно, пирамиды — это огромные сооружения, и каждая из них по величине стоит многих творений, вместе взятых, хотя» и они также велики. Однако Лабиринт превосходит и эти пирамиды».

Греческие и римские путешественники сообщают, что без проводника в Лабиринте можно было легко заблудиться. Римский географ Страбон отмечает, что каждый ном (область) Египта имел здесь собственный храм, где приносились жертвы как общеегипетским, так и местным богам. Тем самым Лабиринт, объединивший все культы Египта, являлся как бы символом религиозного единства страны.

Остатки прославленного Лабиринта, а точнее — подземный храм, являвшийся частью грандиозного заупокойного ансамбля Аменемхета III, Питри обнаружил в восточной оконечности Фаюмского оазиса. Археологические раскопки подтвердили описания античных авторов. Лабиринт представлял собой низкое, но весьма обширное здание площадью около 70 тыс. кв. м. Оно отличалось многими особенностями, свидетельствовавшими о высоком мастерстве древнеегипетских зодчих. Сооружение состояло из 1500 подземных и стольких же наземных помещений, украшенных скульптурами и рельефами, — колонных залов, дворов, подземелий и запуганных переходов.

Стиль этого храма-дворца отличался строгой монументальностью. Его особенностью являлось использование огромных каменных монолитов. Из больших плоских монолитных плит были выполнены перекрытия, из монолитного камня высечены колонны — их бесконечные ряды играли главную роль в оформлении помещений Лабиринта. Особенно примечательна была погребальная камера, высеченная из цельной глыбы отполированного желтого кварцита. Рядом с храмом возвышались две колоссальные статуи Аменемхета III из такого же желтого блестящего кварцита, достигавшие вместе с пьедесталами 18 м высоту. Громадные размеры, величественные статуи, подчеркнутая торжественность и монументальность — все это свидетельствует о том, что подземный храм Аменемхета III являлся центром общегосударственного культа фараона. '

187

Аменемхет III, фараон XII династии, правил в 1849—1801 гг. до н.э. С его именем связана эпоха умиротворения и процветания Египта. Впервые после долгих лет войн и внутренних неурядиц в стране наступил мир, строились значительные общественные сооружения, новые плотины и каналы, призванные повысить плодородие почв. «Он сделал сильными обе земли, — восхваляли Аменемхета III придворные хронисты. — Он — жизнь, несущая прохладу. Сокровища, им розданные, — это пища для тех, кто идет за ним. Он — пища, а рот его — изобилие». По стечению обстоятельств Питри открыл не только заупокойный храм Аменемхета III. Он обнаружил и гробницу самого фараона.

Когда в 1889 году Питри приступил к исследованию огромной горы из щебня, одиноко высившейся неподалеку от деревни Хавара, он еще не предполагал, с чем ему предстоит столкнуться. Как оказалось, это была сильно разрушенная пирамида, давным-давно лишившаяся известняковой облицовки -и за долгие столетия превратившаяся буквально в труху. Питри долго и безуспешно пытался отыскать вход в нее. Не отыскав и следов входа, он приказал рабочим пробивать туннель прямо через пирамиду. На это ушло несколько недель, и наконец упорство Питри было вознаграждено: перед ним открылся лаз в камеру, которую он сперва принял за погребальную. На самом деле это было помещение, находившееся над усыпальницей фараона. Сама же усыпальница оказалась затопленной затхлой водой. Спустившись на веревке в темную сырую гробницу, Питри с разочарованием обнаруживает, что она давно ограблена: стоящие здесь два саркофага взломаны и опустошены. Рядом с ними стоял драгоценный жертвенный алтарь из алебастра, который в итоге вознаградил Питри за все его старания.

Роясь в зловонной жиже, Питри извлек на свет остатки погребальной утвари, в том числе — сосуд из алебастра, на котором было начертано имя «Аменемхет». В соседней камере Питри нашел бесчисленное множество жертвоприношений. Все они были посвящены царевне Пта-Нофру, дочери Аменемхета III.

Питри принадлежал к числу тех археологов, которым не страшны никакие препятствия, он был человеком непреклонной воли, редкой выдержки и настойчивости. Поэтому он решил тщательно исследовать все хитросплетения подземных ходов гробницы, пытаясь понять, каким же образом сюда смогли проникнуть грабители.

Многодневные лазания по переходам, заполненным тысячелетним илом и битым щебнем, позволили Питри прийти к совершенно исключительным выводам: для того чтобы «наудачу» преодолеть всю эту систему ложных ходов, замуровок, тупиков и ловко замаскированных входов (даже в*од в гробницу располагался не там, где это было принято у египтян), грабителям потребовалось бы несколько лет! Или им все-таки кто-то помог? В египетских текстах сохранились на этот счет туманные намеки. Очевидно, что кто-то из жрецов, стражников или чиновников участвовал в ограблении, подсказывая кратчайший путь к погребальной камере. И вероятно,

188

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

этим промыслом занималась целая прослойка коррумпированных представителей светской и духовной власти.

С именем Питри связано археологическое изучение более чем тридцати пирамид. Пять из них он вскрыл и установил их принадлежность, а в одной обнаружил целый клад. Но главное — он получил сведения, позволившие объяснить технику и организацию строительства пирамид.

Близ деревни Иллахун Питри вскрыл пирамиду фараона Сенусерта II (XIX в. до н.э.). Эта пирамида была сооружена на 12-метровом каменном фундаменте и имела опорные стены из известняка и кирпича из нильского ила. Пирамида Сенусерта оказалась самьш хитрым сооружением во всем Египте. По замыслу ее строителей, каждая попытка проникнуть внутрь пирамиды должна была потерпеть неудачу из-за запуганного лабиринта, состоящего из многочисленных подземных переходов. Тем не менее и она оказалась ограбленной (снова коррупция?), и гранитный саркофаг Сенусерта II, «красивейший из всех, которые относятся к Среднему царству», был пуст. Рядом с ним археологи нашли лишь жертвенную чашу из известняка.

В 1890 году Питри отправился к «фальшивой пирамиде» в Медуме, где в свое время Масперо нашел каменный саркофаг. В ее окрестностях он открыл развалины маленького храма. Имя владельца «фальшивой пирамиды» Питри не смог определить даже по косвенным признакам. Ныне считается, что ее начал строить последний царь III династии, Хуни, а закончил отец и предшественник Хуфу — Снофру. Позднее вместе с Э. Маккеем Питри открыл две пирамиды времен Среднего царства в Мазгуне, близ Дашура; возможно, что они принадлежали царю Аменемхету II и царице Себекнефру-ра — последним правителям XII династии.

Питри занимался раскопками в Египте вплоть до 1926 года, не останавливаясь на чем-то одном. Он, по его собственным словам, «просеял весь Египет», совершив при этом путешествие в глубь трех тысячелетий.

Питри первым стал вести систематические раскопки в древней столице Египта Танисе, находившейся в дельте Нила. Здесь он впервые начал датировать находимые объекты на основе того, в каком археологическом слое были сделаны находки. Среди развалин Таниса Питри обнаружил храм бога Сета. Здесь же, в дельте Нила, близ деревни Эль-Нигруши, он открыл греческое поселение Навкратис, относящееся к концу VII века до н.э. Первым из египтологов Питри обнаружил в Египте предметы, относящиеся к греко-микенской культуре, открытой Шлиманом, что подтверждало наличие связей между Грецией и Египтом еще в XV веке до н.э. Его работа помогла установить хронологические рамки зарождения крито-микенской культуры.

Около Кантары на Суэцком канале (некогда там проходила большая военная дорога из Египта в Сирию) Питри раскопал военный лагерь фараона Псамметиха I. На территории первой египетской столицы, Мемфиса, он нашел второго по величине египетского сфинкса. Питри сделал целый ряд важных открытий в Фаюме, Тель-эль-Амарне, Абидосе. Именно в ходе

189

копок, проведенных им, были обнаружены предметы так называемой доди-настической эпохи Египта.

Итоги своей деятельности Питри изложил в книге «70 лет в археологии». Всего же его научное наследие насчитывает 90 томов — более тысячи книг, статей и рецензий. Некоторые из них — «Пирамиды и храмы Гизе» (1883), «Десять лет раскопок в Египте, 1881—1891» (1892), трехтомная «История Египта» (1894—1895) читаются с большим интересом и в наши дни.

ГОРОД ФАРАОНА-ЕРЕТИКА

В 1887 году женщина из маленькой деревни Телль-эль-Амарна, расположенной на Среднем Ниле, примерно в двух километрах от восточного берега, случайно нашла несколько глиняных табличек с непонятными знаками. За них можно было выручить несколько медяков, а чтобы выручка была больше, женщина разломала таблички на несколько частей, продав их поодиночке. Торговец древностями, купивший обломки табличек, сразу понял, что в его руки попал какой-то древний текст, и предложил таблички нескольким музеям Европы. К этому времени бум на египетские древности Уже прошел — прежде всего из-за того, что наряду с подлинными предметами старины Европу наводнили более или менее ловкие подделки. Поэтому Ученые довольно скептически отнеслись к предложенным им табличкам, тем более что текст на них оказался написанным на вавилонском языке. А откуда вавилонский язык в Египте?

xy\i

iuo шьликил АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКрЫ

191

В общем, таблички из Телль-эль-Амарны оказались никому не интересны, и их обломки постепенно разошлись по рукам туристов-любителей либо осели в лавках торговцев древностями как заведомый неликвид. Лишь несколько фрагментов попало в один из берлинских музеев.

Берлин конца XIX — начала XX века был крупнейшим в мире центром ассириологии. Здешние специалисты быстро установили подлинность амар-нских табличек, и вскоре из Берлина последовало указание германским агентам в Египте скупать все таблички подобного рода. Разрозненные фрагменты амарнских текстов искали и по всему миру. Когда наконец остатки архива были собраны и было установлено местонахождение недостающих частей (некоторые из них попали даже в США), ассириологи приступили к изучению «писем из Амарны».

Это был архив фараонов XVIII династии Аменхотепа III и его сына и преемника Аменхотепа IV (Эхнатона), правивших в XIV веке до н.э. Он содержал их переписку с царями Хеттии, Месопотамии и других областей Передней Азии. Перед потрясенным научным миром открывались новые, совершенно неизвестные дотоле страницы истории!

Несомненно, что холмы Телль-эль-Амарны должны скрывать и другие подобные таблички. А может быть, там будут и еще более интересные находки!

В 1891 году разведывательные раскопки в Амарне начал знаменитый английский археолог Уильям Флиндерс Питри. Работы продолжались два сезона, после чего Питри прекратил исследования — никаких сколько-нибудь значительных открытий ему сделать не удалось. И лишь 16 лет спустя, в 1907 году, в Амарну приехала экспедиция Германского восточного общества, которой руководил Людвиг Борхардт (1863—1938) — выдающийся немецкий археолог, ученик известного египтолога Адольфа Эрмана. Борхардт хорошо разбирался в египетских древностях, архитектуре и изобразительном искусстве, был отличным организатором и умелым руководителем. Раскопки Телль-эль-Амарны, планомерно проводившиеся им на протяжении семи лет, можно считать образцовыми. После Первой мировой войны работы в Амарне продолжила экспедиция английского Фонда исследования Египта.

Так постепенно, сантиметр за сантиметром, из земли стали подниматься руины Ахетатона — столицы фараона Аменхотепа IV, «солнечного города», который в надписи на одной из гробниц прославлялся как «могущественный город лучезарного Атона, великий в своем очаровании... полный богатств, с жертвенником Атона в центре его».

История Ахетатона была очень короткой и укладывается в рамки правления Аменхотепа IV. На двенадцатом году своего царствования этот фараон неожиданно порвал с древней религией Египта — традиционным многобожием и учредил культ солнечного диска — Атона. Культ всех прочих богов был отменен, их храмы закрыты, храмовое имущество конфисковано.

фараон закрыл жреческие школы, объявил жрецов лживыми учителями, не ^читавшими истинного бога, провозгласил все культы старых богов незаконными. Он запретил даже изображать каких-либо богов, в том числе и дюна, ибо, по его мнению, истинный бог не имеет формы.

По приказу царя была предпринята попытка уничтожить в египетских надписях не только имена богов, но и само понятие «бог». Это слово замени словом «властитель», а знак бога — знаком, обозначавшим фараона. Тем самым Солнце-Атон мыслилось не как бог, а как небесный царь. Его )лииетворением на земле отныне становился фараон. В честь Атона Амен-отеп IV принял на себя новое имя: Эхнатон — «Угодный Атону». Он поки-ijoi древнюю столицу Фивы и построил в Амарне новую резиденцию, кото-,ую назвал в честь бога Атона «Ахетатон» — «Горизонт Атона».

По поводу религиозной реформы Эхнатона в XX столетии было сломано немало копий. Некоторые, наиболее экзальтированные исследователи даже видели в Эхнатоне «ниспровергателя веры в бога» и пытались отыскать «мировоззренческие причины» этой реформы. Действительно, попытка царя объявить себя богом и отменить культ всех других богов выглядит для Египта странноватой, но разве мы не встречаем множество примеров подобного рода в истории других цивилизаций? Ведь даже в Римской империи император обожествлялся. Что же касается «мировоззренческих причин», то о них весьма красноречиво говорят найденные при раскопках Амарны натуралистически исполненные изображения фараона. Они подчеркивают многочисленные физические недостатки, которыми страдал Эхнатон: худые руки, вялые щеки, полные бедра. Некоторые специалисты считают, что эти изображения являются ясным свидетельством гого, что фараон страдал редкой болезнью, которая отразилась на его умственных способностях. Вероятно, этой же болезнью объясняется неслыханная свирепость Эхнатона, который был одним из самых жестоких египетских владык, творившим «силу против не знающего учения его» и «обрекающим мраку» своих противников.

А противников у фараона-реформатора было немало, и их число неуклонно возрастало. Подавляющее число населения не приняло новой религии. Против него восстало фиванское жречество. Конец Эхнатона неясен: известно только, что он умер раньше отпущенного ему срока — то ли он был свергнут с престола, то ли отравлен. Точно известно лишь, что сразу же "осле своей преждевременной смерти он был проклят и вошел в поздней-^е египетские тексты под именем «враг из Ахетатона». Его зять и наследник фараон Сменхкара правил всего три года. После его смерти религиозные реформы были окончательно свернуты, жители покинули «Город солнца». Ахетатон был проклят и объявлен обиталищем демонов, громадные ^Ри, сооруженные в честь Атона, разрушены и разбиты. Никто никогда 3Десь больше не селился, а руины города использовались в последующие *К в качестве каменоломни. Постепенно остатки Ахетатона были погре- под песком.

рслгдгчлл ЛГАЬиЛШ ИЧЕСКИА

Сегодня большая часть офомной резиденции Эхнатона раскопана ц облик города можно представить себе в общих чертах: это широкие главные улицы с домами знати и богачей и узкие переулки с лачугами солдат и ре, месленников в тех кварталах города, которые можно считать первыми в мире гетто для бедняков. Известен также громадный район, где обитало «солнечное» жречество, с роскошными улицами для процессий, с молельнями, ук_ рашенными колоннами, скульптурами, рельефами и символами солнца. Район храма Атона, располагавшийся в центре города, занимал в длину 730 и в ширину 275 м.

В близлежащих горах археологи обнаружили 24 каменные усыпальницы. Многие из них остались недостроенными. Эти усыпальницы благодаря своим прекрасным рельефам, фрескам и надписям дают нам возможность получить представление об Эхнатоне и его времени. Амарнский период был кратким, но чрезвычайно ярким этапом древнеегипетской истории и имел важные последствия для всех сфер египетской культуры. В этот период появилось множество сочинений светской литературы на новоегипетском языке, и среди них — любовная лирика, «песни услаждения сердца». Для искусства периода Амарны характерны яркий реализм, светскость, что особенно отчетливо проявилось в целой галерее скульптурных шедевров —» портретов Эхнатона и членов его семьи, созданных в совершенно новой, свободной манере. Самый известный из них — знаменитый бюст царицы Нефертити, жены Эхнатона, созданный в мастерской неизвестного скульптора из Амарны.

Сегодня известны по крайней мере четыре портрета Нефертити. Наибольшую популярность снискала голова царицы из белого раскрашенного известняка в синей тиаре, обвитой пестрой лентой (ныне хранится в Берлинском музее). Нет ни одной работы по древнеегипетскому искусству, где бы она ни воспроизводилась. Она давно стала одним из символов Египта, частью массовой культуры, адресованной прежде всего приезжающим в Египет многочисленным туристам. Этот портрет является одним из самых замечательных женских образов в мировом искусстве. Никого не могут оставить равнодушными тонкость и женственность черт лица, глубина и ясность переживаний, сияющие в прекрасных глазах, приоткрытые нежные губы, величавая осанка и царственность облика.

В Телль-Амарне археологами были обнаружены мастерские скульпторов, создававших портреты по гипсовым маскам, снятым с живых и мертвых людей. Среди них — мастерская «начальника скульпторов» Тутмоса, в которой оказался еще один портрет Нефертити — судя по всему, незаконченный. Очевидно, скульптор работал с натуры. Сегодня эта небольшая (33 сМ в высоту) головка царицы Нефертити, сделанная из песчаника, хранится в Каире, в Египетском музее. На царице головной убор, низко надвинутый на лоб и двумя закругленными концами плотно закрывающий уши. Нежный овал лица, удлиненные глаза и красиво очерченные губы полны бес-конечного очарования. Мастер прекрасно передал обаяние Нефертити, тонкость и одухотворенность ее облика.

ЕГИПЕТ

193

Судя по дошедшим до нас текстам, Нефертити была одной из выдающихся женщин Египта. Но судьба ее до сих пор остается загадкой. Что стало с лей после смерти Эхнатона — неизвестно. Не найдены ни ее гробница, ни и^ия. Даже имя ее было выскоблено на всех памятниках. Точно так же поступили египтяне и с Эхнатоном: сразу после смерти фараона было зап-решено даже произносить его имя. В списке фараонов в храме в Абидосе, составленном два века спустя, имя Аменхотепа IV — Эхнатона не значится. Время его правления просто вычеркнули из анналов истории. Поступили ли так же и с его трупом?

В 1907 году, когда экспедиция Борхардта лишь приступала к раскопкам в Амарне, другая экспедиция, которой руководил американец Теодор Дэ-вис, обнаружила в Долине царей, таинственную гробницу. Вход в нее был замаскирован и выглядел, как обычная расселина в скале. Начав ее расчищать, археологи увидели грубо высеченные каменные ступеньки, которые вели вниз. Там, где они кончались, брал начало лабиринт подземных ходов, заваленных землей и камнями. Постепенно разбирая их, археологи все глубже и глубже продвигались в толщу горы. Неожиданно перед ними предстала стена, сложенная из огромных каменных блоков. Пришлось разбирать и эту стену. За ней открылся узкий проход, заваленный камнями.

Среди этих камней Теодор Дэвис обнаружил стенку роскошного деревянного гроба. По мере дальнейшей работы археолог все более и более утверждался во мнении, что некогда здесь в большой спешке вскрывали гробницу, а потом замуровывали вновь.

Устранив последние препятствия, археологи добрались до погребальной камеры. Здесь находились остальные части гроба. Он был сделан из кедрового дерева и покрыт золотом, все части гроба скреплялись золотыми гвоздями. На стенке гроба была вырезана надпись: «Он сделал это для своей матери».

Несомненно, что этот гроб был извлечен из саркофага, принадлежащего некоему знатному лицу. Надпись на стенке гроба и другие тексты, найденные в гробнице, в совокупности показали, что речь идет о царице Тейе — матери Эхнатона. Она была не египтянкой, а происходила из какого-то другого азиатского народа. Может быть, подобное происхождение и объясняет странные с точки зрения египтян религиозные воззрения Эхнатона.

Кроме разбитого гроба, стоявшего когда-то в саркофаге, в погребальной камере археологи нашли дорогую посуду из алебастра и фаянса, сосуды для к°сметики, цветные чаши и т.п. Саркофага не было. Судя по тому, что большинство драгоценных предметов осталось на месте, в гробнице побывали че грабители. Здесь произошло что-то другое.

Начав внимательно осматривать камеру, археологи обнаружили в ее зад-Ней части небольшую нишу, в которой находился сделанный в форме челове-Ческого тела гроб. Его крышка сдвинулась с места, открыв голову мумии. На °ДНой из глазничных впадин лежал амулет в виде золотого орла: по-видимо-Ч он свалился туда с груди мумии, когда крышка соскользнула с гроба. На

194

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

верхней части крышки сохранились иероглифы: «Прекрасный властелин единственный избранник Ра, царь Верхнего и Нижнего Египта, живущий в правде, господин обоих царств... Прекрасное дитя здравствующего Атона, имя которого будет жить всегда и вечно». Неужели это Эхнатон?

Тело загадочного покойника было обернуто тонкими золотыми пластинками и забальзамировано. Однако сырой климат гробницы сделал .свое дело: за несколько тысячелетий влага в конце концов справилась с бальзамом, и извлеченная на поверхность мумия оказалась в чрезвычайно плохом состоянии. Лишь после многих месяцев кропотливой работы ученые сумели получить первые представления о возрасте и конституции тела покойного.

Состояние, в котором оказалась мумия — сорванная крышка гроба, распеленатая часть головы, говорит о том, что после погребения в гробницу кто-то наведался. Цель у этих людей была одна: уничтожить некое ненавистное имя. Из золотых пластинок, которые крест-накрест лежали на груди покойника, были вырезаны иероглифы выгравированного на них когда-то имени. На четырех кувшинах из алебастра — канопах, в которых хранились извлеченные при бальзамировании внутренности, были видны следы какой-то надписи, но она старательно <{жрта. И лишь на четырех кирпичах, служивших опорами гроба, сохранилось имя фараона Аменхотепа IV — Эхнатона...

Убедительная находка? Как оказалось, нет. Исследования самой мумии показали, что она не может быть телом Эхнатона. Этот фараон, хотя и умер молодым, все же был старше того человека, чья мумия найдена в этой гробнице. Тем не менее гроб, скорее всего, являлся гробом Эхнатона. Возможно, что фараон был похоронен в нем со всеми почестями. Но несколькими годами позже его останки заменили на мумию его зятя — фараона Сменх-кара. Что случилось с вытащенной из гроба мумией Эхнатона, неизвестно — скорее всего, ее просто уничтожили. Неясно также, куда делся саркофаг с мумией матери Эхнатона — царицы Тейе. Несомненно, что его вынесли из погребальной камеры — но куда и зачем? Может быть, ее останки где-то перезахоронили? Может быть, она лежит вместе со своим сыном — Эхна-тоном? Или ее прах также уничтожили? Как бы то ни было, остатки царской мумии, обнаруженные Теодором Дэвисом, породили уйму вопросов, на которые специалисты и по сей день не нашли еще окончательного ответа.

ГОВАРД КАРТЕР НАХОДИТ ГРОБНИЦУ ТУТАНХАМОНА

Фараон Тутанхамон, преемник Эхнатона (Аменхотепа IV), был весьма незначительным правителем и не прославился в истории абсолютно ничем. Известно только, что он был женат на младшей дочери Эхнатона, царевне Анхесенамон, и умер очень молодым (есть версия, что ТутанхамоН

4 ЕГИПЕТ

195

gbui родным сыном Эхнатона). И если бы не памятники из его гробницы, имя Тутанхамо-на упоминалось бы только в узком кругу уче-ных-египтологов. Но в ноябре 1922 года состоялось одно из крупнейших археологических открытий XX века — в «Долине царей» впервые была обнаружена неразграбленная царская гробница, содержавшая полный погребальный комплекс уникальных по сохранности и художественной ценности предметов.

Честь открытия гробницы Тутанхамона принадлежит английскому археологу Говарду Картеру и лорду Карнарвону, финансировавшему экспедицию. Богатый, независимый человек, спортсмен, собиратель произведений искусства и путешественник, совершивший

кругосветное плавание на паруснике, лорд Карнарвон еще юношей увлекся древностями. Он был завсегдатаем антикварных магазинов, коллекционировал старые гравюры и рисунки. В археологии он увидел возможность сочетать две обуревавшие его страсти — к спорту и собирательству, и с 1906 года Карнарвон сначала самостоятельно, а затем в сотрудничестве с археологом-профессионалом Говардом Картером вел раскопки в Долине царей. Так в результате целеустремленных многолетних археологических поисков состоялось великое открытие.

Еще в начале XX века экспедиция американца Теодора Дэвиса обнаружила в Долине царей, в тайнике под скалой, фаянсовый кубок, на котором значилось имя Тутанхамона. Неподалеку в углублении скалы нашли запечатанные глиняные сосуды, в которых находились головные повязки плакалыци-ков и другие предметы, также с именем Тутанхамона, а в обнаруженной Дэвисом шахте-могиле отыскалась деревянная шкатулка. На обломках золотой пластинки, лежавшей в шкатулке, тоже значилось имя Тутанхамона.

Дэвис заключил, что открытая им могила-шахта и является местом погребения этого фараона. Но Говард Картер был убежден в другом: все эти предметы использовались во время погребения фараона, а после завершения обряда были собраны, уложены в сосуды и спрятаны недалеко от гробницы. Следовательно, захоронение Тутанхамона находится где-то поблизости!

В феврале 1915 года Картер и Карнарвон начали ее планомерные поис-Ки. Это был довольно смелый шаг: Долина царей к тому времени считалась Хорошо изученной, здесь побывали десятки экспедиций, и весь ученый мир бьш убежден, что время великих открытий в Долине царей миновало. Тем Не менее Картер и Карнарвон были твердо убеждены в успехе. «Рискуя быть °бвиненным в том, что я проявляю прозорливость задним числом, я тем не

196

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

менее считаю себя обязанным заявить, что мы твердо надеялись найти совершенно определенную гробницу, а именно: гробницу фараона Тутанха-мона», — писал впоследствии Картер.

Тщательно, метр за метром, его сотрудники обследовали Долину царей. В ходе этих поисков ими было сделано много интересных открытий: найдены неиспользованная гробница царицы Хатшепсут, сооруженная еще во время правления ее мужа, Тутмоса II, в которой стоял незаконченный саркофаг из кристаллического песчаника; тайник с предметами, принадлежащими фараонам Рамсесу II и Мернептаху; вещи жены фараона Тутмоса III — Меритра-Хатшепсут. Всю территорию, на которой могла находиться гробница Тутанхамона, расчистили от грунта. Необследованным оказался лишь небольшой клочок земли, на котором стояли лачуги, где жили рабочие некрополя.

«Сезон проходил за сезоном, не принося результатов, — вспоминал Говард Картер. — Мы вели раскопки месяцами, трудились с предельным напряжением и не находили ничего. Только археологу знакомо это чувство безнадежной подавленности. Мы уже начали смиряться со своим поражением и готовились оставить Долину, чтобы попытать счастья в другом месте».

В тот день, когда археологи приступили к сносу хижин рабочих и раскопкам последнего нерасчищенного участка территории, было сделано открытие. 3 ноября 1922 года под первой же сломанной хижиной была обнаружена высеченная в скале ступенька. Когда лестницу расчистили, на уровне двенадцатой ступеньки показался дверной проем, замурованный и запечатанный печатью. Археологи стояли на пороге тайны...

«Внезапность этой находки так ошеломила меня, а последующие месяцы были так наполнены событиями, что я едва нашел время собраться с мыслями и все это обдумать», — писал Картер. Он осмотрел печать: это была печать царского некрополя с изображением шакала и девяти пленных. Следовательно, там, в гробнице, покоился прах какой-то высокопоставленной особы. Дрожа от нетерпения, Картер пробил в двери отверстие такого размера, чтобы туда можно было просунуть электрическую лампочку, и обнаружил, что весь проход по ту сторону двери завален камнями и щебнем. Это доказывало, что гробницу пытались максимально обезопасить от непрошеных гостей.

Утром 6 ноября Картер отправил Карнарвону телеграмму: «Наконец удалось сделать замечательное открытие в Долине. Великолепная гробница с нетронутыми печатями. До Вашего приезда все снова засыпано. Поздравляю».

Более двух недель провел Картер в томительном ожидании. 23 ноября лорд Карнарвон вместе со своей дочерью леди Эвелин прибыл в Луксор.

24 ноября дверь была полностью расчищена. В ее нижней части был обнаружен оттиск печати с ясно читаемым именем Тутанхамона. Сомнений не оставалось — это была гробница фараона.

ЕГИПЕТ

197

Но радость открытия соединялась с большой тревогой: обнаружилось, 10О часть замурованного входа в гробницу оказалась дважды последовательно вскрытой, а затем вновь заделанной. Следовательно, грабители побыва-ди в гробнице. Но успели ли они ее разорить? — вот что теперь волновало исследователей.

«Так как теперь была видна вся дверь, мы сумели увидеть то, что до этого было скрыто от наших взоров, а именно: часть замурованного прохода дважды вскрывали и вновь заделывали; ранее найденные нами печати — шакал и девять пленников — были приложены к той части стены, которую открывали, печати же Тутанхамона, которыми и была первоначально запечатана гробница, находились на другой, нижней части стены. Таким образом, гробница вовсе не была, как мы надеялись, совершенно нетронутой. Грабители побывали в ней, и даже не раз», — пишет Картер. Но то обстоятельство, что гробница была вновь запечатана, говорило о том, что грабителям не удалось очистить ее полностью.

Расчистив галерею, археологи натолкнулись на вторую дверь, тоже опечатанную. Наступил решительный момент.

«Дрожащими руками, — вспоминает Картер, — я проделал небольшое отверстие в левом верхнем углу замурованной стены. Темнота и пустота, в которую щуп свободно уходил на всю длину, говорили о том, что за этой стеной уже не было завала, как в только что очищенной нами галерее. Опасаясь скопления газа, мы сначала зажгли свечу. Затем, расширив немного отверстие, я просунул в него свечу и заглянул внутрь. Лорд Карнарвон, леди Эвелин и Коллендер (египтолог, участник экспедиции. — Авт.), стоя позади меня, с тревогой ожидали приговора.

Сначала я ничего не увидел. Теплый воздух устремился из комнаты наружу, и пламя свечи замигало. Но постепенно, когда глаза освоились с полумраком, детали комнаты начали медленно выплывать из темноты. Здесь были стройные фигуры зверей, статуи и золото — всюду мерцало золото! На какой-то миг — этот миг показался, наверное, вечностью тем, кто стоял позади меня, — я буквально опешил от изумления.

Не в силах более сдерживаться, лорд Карнарвон с волнением спросил меня: «Вы что-нибудь видите?». Единственно, что я мог ему ответить, было: «Да, чудесные вещи». Затем, расширив отверстие настолько, чтобы в него можно было заглянуть вдвоем, мы просунули внутрь электрический фонарь».

При свете фонаря из темноты возникли фантастические животные с горящими глазами, матово поблескивающие большие статуи, массивный золотой трон, алебастровые и золотые сосуды... Головы диковинных зверей отбрасывали на стены чудовищные тени. Словно часовые, стояли одна против другой две статуи из черного дерева, в широких золотых передниках, в Злотых сандалиях, с палицами и жезлами. Их лбы обвивали золотые изоб-Ражения священных змей. В темноте сияли инкрустированные белой пасхой и алебастром глаза.

198"

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

«Можно не сомневаться, что за всю историю археологических раскопок никому до сих пор не удавалось увидеть что-либо более великолепное, чем то, что вырвал из мрака наш фонарь», — сказал Картер, когда первое волнение улеглось.

Его слова подтвердились, когда 17 ноября археологи открыли дверь и луч света от сильной электрической лампы заплясал на золотых носилках, на массивном золотом троне, на статуях и алебастровых вазах... На пороге лежала гирлянда цветов — последняя дань усопшему.

Словно завороженные стояли Карнарвон и Картер, глядя на всю эту мертвую роскошь и на сохранившиеся на протяжении стольких тысячелетий следы жизни. Прошло немало времени, прежде чем они очнулись и убедились, что в этом помещении не было ни саркофага, ни мумии...

Обойдя шаг за шагом всю комнату, археологи обнаружили между статуями часовых еще одну, третью, запечатанную дверь. «В мыслях нам уже представилась целая анфилада комнат, похожих на ту, в которой мы находились, тоже наполненных сокровищами, и у нас захватило дух», — вспоминал Картер.

27 ноября археологи обследовали дверь и убедились в том, что рядом с ней, прямо на уровне пола, находится ход, тоже запечатанный, но позднее, чем сама дверь. Значит, и здесь успели побывать грабители? Но что могло скрываться за этой дверью? И почему грабители попытались проникнуть за третью дверь, не обратив никакого внимания на те богатства, которые находились перед ними? Какое же неслыханное сокровище они искали, если спокойно прошли мимо кучи золотых вещей, лежавших в первом помещении?

Картер и Карнарвон уже понимали, что за третьей дверью их ожидает нечто совершенно необычное. Но, несмотря на сжигавшее их нетерпение, они решили действовать методично и последовательно.

Всю осень и зиму археологи планомерно расчищали гробницу и вывозили из нее находки, сделанные в первой камере. Здесь оказалось около семисот различных предметов. От пристани на Ниле прямо к гробнице Тутанха-мона была проложена узкоколейная железная дорога, по которой тяжелые ящики доставляли к специально зафрахтованному пароходу. Расстояние было небольшое — всего полтора километра, но, так как рельсов не хватало, пришлось прибегнуть к хитрости: когда вагонетка проходила некоторое расстояние, путь позади нее разбирали, а снятые рельсы укладывали впереди вагонетки. Так драгоценные находки проделали обратный путь спустя три тысячелетия после того, как они были торжественно доставлены с берега Нила в гробницу усопшего царя. Еще через семь дней они были в Каире.

В пятницу, 17 февраля 1923 года, в 2 часа дня в передней комнате гробницы собралось примерно двадцать человек — ученые и члены египетского правительства. Никто из них не подозревал, что именно суждено увидеть им через какие-нибудь два часа.

С величайшими предосторожностями Картер принялся разбирать замуровку, скрывающую вход во второе помещение. Работа была тяжелой и

4 ЕГИПЕТ

199

¦требовала много времени: кирпичи могли обрушиться и повредить то, что находится за дверью. Когда было проделано первое отверстие, «искушение сейчас же прервать работу и заглянуть в расширявшееся отверстие было так велико, что мне с трудом удавалось его побороть», — пишет Картер. Через десять минут он просунул в расширенное отверстие электрический фонарь.

То, что он увидел, было совершенно неожиданно, невероятно и непонятно: перед ним была... глухая стена! И только когда отверстие еще больше расширили, все присутствующие увидели, что это была стена из чистого золота...

То, что Картер первоначально принял за стену, на самом деле было всего лишь передней стенкой самого огромного и дорогого в мире саркофага.

Понадобилось два часа тяжелой работы для того, чтобы расширить отверстие настолько, чтобы в него можно было войти. Погребальная камера, как оказалось, находилась примерно на метр ниже, чем передняя комната. Картер вошел в нее первым. Перед ним возвышался покрытый листовым золотом саркофаг размерами 5,2x3,35x2,75 м, занимавший едва ли не все помещение. Только узкий проход шириной около 65 см, весь заставленный погребальными приношениями, отделял его от стены.

Расположенные с восточной стороны большие двустворчатые двери саркофага были хотя и закрыты на засов, но не запечатаны. Дрожащей рукой Картер отодвинул засов. Со скрипом раскрылись двери, и перед ним оказался еще один обитый золотом ящик. Как и первый, он был заперт. Но на этот раз печать была цела!

Это был поистине звездный час Картера и Карнарвона. Они обнаружили первое и пока единственное неразграбленное захоронение египетского фараона! Казалось, большего успеха невозможно было ожидать. Но тем не менее этот успех еще ждал их!

Дойдя до другого конца погребального покоя, они неожиданно обнаружили маленькую дверь, которая вела в третье помещение — сравнительно небольшую по размерам комнату. «Даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, что именно здесь находятся величайшие сокровища гробницы», — писал впоследствии Картер.

Посередине помещения возвышался покрытый золотом ларец. Его ок-РУжали изваяния четырех богинь-охранительниц. Их лица были настолько исполнены сострадания и скорби, что «уже одно созерцание их казалось чуть ли не кощунством».

Исследование этой величайшей в истории археологии находки растя-иулась на несколько лет. Зимой 1926—1927 гт. был вскрыт обитый золотом саркофаг. В нем находился второй, во втором — третий...

«Сдерживая волнение, приступил я к вскрытию третьего ящика, — писал Картер. — Я, наверное, никогда не забуду этот напряженнейший мо-мент нашей кропотливой работы. Я разрезал веревку, удалил драгоценную Печать, отодвинул засов, открыл дверцы, и... перед нами оказался четвер-

1UU ВЫ1ИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ

тый ящик. Он был точно такой же, как и остальные, но только еще роскошнее и красивее, чем третий. Впереди — снова неизвестность...

Что скрывалось за незапечатанными дверями этого ящика? В страшном волнении я отодвинул засов. Медленно открылись дверцы. Перед нами, заполняя собой чуть ли не весь ящик, стоял огромный, совершенно целый саркофаг из желтого кристаллического песчаника. Казалось, чьи-то милосердные руки только что опустили его крышку. Какое незабываемое, великолепное зрелище! Золотое сияние ящика еще больше усиливало впечатление. По четырем углам саркофага распростерли крылья богини, словно защищая и охраняя того, кто спал здесь вечным сном».

84 дня понадобилось для того, чтобы убрать два верхних ящика и освободить погребальную камеру. Наконец 3 февраля увидели царский саркофаг во всем его великолепии — высеченный из цельной желтой кварцито-вой глыбы, 2,75 м длиной, 1,5 м шириной и 1,5 м высотой. Сверху он был прикрыт гранитной плитой.

В тот день, когда лебедки начали поднимать эту плиту, вес которой составлял около 1,5 тонны, в гробнице снова собралось множество народу. «Когда плита начала подниматься, наступила мертвая тишина. В цервый момент всех охватило разочарование: ничего, кроме просмоленных полотняных бинтов. Но, когда бинты были размотаны, все увидели мертвого фараона»...

Так показалось на первый взгляд. Но на свет появилась не мумия фараона, а его скульптурный портрет из золота. Золото ослепительно сверкало, и вся скульптура выглядела так, как будто ее только что принесли из мастерской. В скрещенных руках фараон держал знаки царского достоинства: жезл и инкрустированную лазуритом и синей пастой плеть. Синие лазуритовые полосы блестели на головной повязке царя. Лицо было сделано из чистого золота, глаза из арагонита и обсидиана, брови и веки из стекла цвета лазурита. Это лицо напоминало в своей неподвижности маску, и в то же время оно было словно живое. Рядом лежал скромный венок — последнее «прости» любимому супругу от молодой вдовы...

Археологи сняли золотую крышку. Под ней оказалась вторая, изображавшая лежащего в богатом убранстве фараона в образе бога Осириса. То же самое увидели и тогда, когда вскрыли третий фоб. В ходе этой работы ее участники обратили внимание на то, что гробы были очень тяжелы. Причина этой поразительной тяжести вскоре стала ясна: третий фоб длиной в 1,85 м, как и два предыдущих, был сделан из чистого листового золота толщиной в три миллиметра. Трудно было даже приблизительно назвать стоимость этого сокровища.

Семь саркофагов, помещенных один в другой, вскрыли археологи, прежде чем добрались до восьмого, в котором лежала мумия фараона. Наступил последний решающий момент. Было вынуто несколько золотых гвоздиков, затем крышку гроба приподняли за золотые скобы. Перед археологами лежал Тутанхамон...

ГеГИЯЕТ

201

«Сложные и противоречивые чувства, овладевающие человеком в такие моменты, невозможно выразить словами», — вспоминал Картер. Он увидел « .благородное, с правильными чертами, полное спокойствия, нежное юношеское лицо с четко очерченными губами». Оказалось, что Тутанхамон бь1п небольшого роста и хилого сложения; в момент смерти ему было около 18—19 лет.

Английский ученый П. Э. Ньюберри исследовал найденные в гробнице венки и гирлянды цветов и установил, какие цветы росли три тысячи триста лет назад на берегах Нила. Ему даже удалось определить, в какое время года был похоронен Тутанхамон: зная, когда цветет василек, когда созревает мандрагора — «яблоко любви» из «Песни песней» — и черноягодный паслен, он пришел к выводу, что Тутанхамон был похоронен не ранее середины марта и не позднее конца апреля.

Мумию украшало просто невероятное количество драгоценностей. Лицо покрывала маска из кованого золота с портретными чертами фараона. Под каждым слоем бинтов обнаруживались все новые и новые сокровища. Фараон был буквально усыпан с ног до головы золотом и драгоценными камнями!

Но еще большие сокровища были найдены в фобнице Тутанхамона. Здесь находились бесчисленные предметы материальной и духовной культуры древних египтян, и каждый из них мог послужить достаточным вознаграждением за зиму тяжелых археологических раскопок. Более того, египетское искусство целой эпохи было представлено здесь в таком многообразии и такими совершенными образцами, что Картеру было достаточно беглого взгляда, чтобы понять: тщательное изучение всех этих сокровищ «приведет к изменению, если не к полному перевороту во всех прежних воззрениях и теориях».

Найденные в фобнице мебель и посуда, ювелирные изделия, оружие, колесницы и модели кораблей — все поражает разнообразием формы и красотой.

Изумительна по своему совершенству золотая маска царя с инкрустацией из лазурита. Прекрасна герма — поколенная статуя Тутанхамона, сделанная из дерева, покрытая фунтом и раскрашенная. Невысокая корона, оставляющая открытыми раковины ушей, надвинута на лоб. Нежное лицо озарено сиянием больших черных глаз. Замечательна золотая статуэтка Тутанхамона, стоящего на черном леопарде. Сильный мускулистый зверь легко несет хрупкую фигурку царя. Сочетание черного дерева с золотом удивительно красиво.

Самым оригинальным портретом Тутанхамона является маленькая головка, сделанная из дерева, покрытая тонким слоем гипса и раскрашенная. Тутанхамон здесь изображен совсем юным. Подобно солнечному богу, фа-Раон рождается из цветка лотоса. Капризный рот тронут болезненной улыбкой, большие раскосые глаза внимательно смотрят вдаль. Это один из са-Mbix поэтичных образов, созданных в египетском искусстве.

202

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

В гробнице Тутанхамона было обнаружено несколько моделей судов, сделанных из дерева. Эти длинные барки с носом и кормой, украшенными цветами лотоса, предназначались для переправы к «полям блаженных». Четыре барки такой же формы, но снабженные троном, должны были служить фараону во время ежесуточного следования за солнцем в его пути по небосводу. Из алебастра сделана барка, украшенная головами диких козлов. В центре ее возвышается легкий балдахин, покоящийся на колонках с двойными капителями в виде цветов лотоса и папируса.

Не менее важной находкой были три больших ложа. О существовании их было известно и ранее из росписей на стенах гробниц, но найти их, однако, до сих пор не удавалось. Это были удивительные сооружения — с возвышением не для головы, а для ног. На одном из них красовались изображения львиных голов, на втором — коровьих, на третьем можно было увидеть голову полукрокодила-полугиппопотама. На ложе были горой навалены драгоценности, оружие и одежда, а сверху лежал трон. Его спинка была так изумительно украшена, что Картер впоследствии утверждал: «Это самое красивое из всего, что до сих пор было найдено в Египте».

Роспись одного из ларцов изображает фараона на колеснице, охотящегося на львов. Эти сцены исполнены поразительного для египетского искусства динамизма: стремителен и неудержим бег царских коней...

А вот и сама парадная колесница царя. Она была слишком велика, чтобы ее можно было целиком внести в гробницу, и потому ее, как и три другие колесницы, распилили. В нижней части ее кузов украшен вырезанными из дерева головами уродливого бога Беса. Головы позолочены, во рту виден ярко-красный язык, темно-красные глаза обведены полосами из фиолетовой пасты. На голове бога тиара из нежно-голубых и темно-фиолетовых перьев. Снаружи колесница украшена рельефным орнаментом, состоящим из растительного узора и спиралей. На внутренней стороне колесницы помещено изображение фараона в образе сфинкса, наступающего на пленных ливийцев, негров и азиатов. Очень выразительны лицо пожилого ливийца со своеобразной, украшенной перьями прической, курчавая голова негра и суровый профиль сирийца. И столь же типичны изображенные на посохе фараона азиат из слоновой кости и неф из черного дерева, символизирующие северных и южных противников Египта.

На спинке кедрового кресла, покрытого ажурной резьбой, изображена эмблема вечности в виде застывшей на коленях фигуры с протянутыми в обе стороны руками. А вот — символы зафобного мира: позолоченная голова священной коровы и змеиное божество. Вот позолоченные статуэтки гинь-охранительниц... Бог загробного мира Анубис в виде шакала, охраня| ющий вход в сокровищницу... Парадное оружие фараона — кинжалы, меч копья, украшенные золотом... Браслеты, перстни, нафудные украшения..! И еще многие и многие художественные предметы, дающие яркое пред| ставление о верованиях и искусстве древних египтян: сундуки и ларцы, ^

4. ЕГИПЕТ

203

полненные драгоценностями, бесчисленные опахала, ожерелья, амулеты, скарабеи — изображения священного жука.

Все эти бесценные сокровища хранятся теперь в Каирском музее.

«Единственным примечательным событием жизни Тутанхамона было тх), что он умер и был похоронен», — сказал Говард Картер. Но даже если згого незначительного правителя похоронили с такой роскошью, то какие сокровища находились в гробницах великих фараонов Тутмоса III, Сети I, Рамсеса II? Можно не сомневаться, что в каждой из их погребальных камер было больше драгоценностей, чем во всей гробнице Тутанхамона. Но всем колоссальным богатствам суждено было попасть в руки фабителей.

НЕКРОПОЛЬ В САККАРА И ПИРАМИДА ДЖОСЕРА

В двадцати пяти километрах к югу от Каира тысячелетия назад находилась столица древнеегипетского государства — Мемфис. Сейчас это место носит название Митрахине. Мемфис был основан в конце IV тысячелетия до н.э. и стал первой столицей объединенного Египта. По преданию, город, располагавшийся на фанице Верхнего и Нижнего Египта, основал царь Мени, объединитель страны.

Согласно сообщению древнефе-ческого историка Геродота, Мемфис был основан в большой излучине Нила, которая по велению Мени была осушена и офаждена плотиной. Здесь Мени повелел выстроить крепость со знаменитыми «белыми стенами» и большой храм бога Птаха. «Еще и поныне персы весьма заботятся об этой офажденной плотиной излучине Нила и каждый год укрепляют ее. Если река прорвет здесь плотину и разольется, то Мемфису уфожает опасность полного затопления», — писал Геродот.

Выгодное расположение в дельте Нила способствовало быстрому росту города. Мемфис стал не только столицей государства, но и центром его культуры. Здесь в связи с почитанием местного бога Птаха сложилось одно из важнейших религиозно-философских учений Египта. Мемфисские ху-Дожники создали прекрасные памятники, оказавшие огромное влияние на Формирование египетского искусства. Кроме того, город был центром торговли, речным портом, здесь находились корабельные верфи, ремесленни-

204

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

ки занимались чеканкой по золоту, металлу, производством оружия и керамических изделий.

О городе больше всех позаботились правители Древнего царства. Они расширили его, ведя дворцовую застройку по направлению к нынешней Гизе. После падения Древнего царства Мемфис никогда больше не был постоянной резиденцией царей, однако его всегда почитали «подлинной» столицей Египта. Где бы ни жили египетские властители, забота о расширении и украшении Мемфиса считалась для них вопросом престижа, а иноземные завоеватели считали Египет покоренным лишь после того, как проводили ночь в стенах Мемфиса.

Наибольшего расцвета Мемфис достиг при Рамсесе II, который назначил своего сына Хаэмвеса верховным жрецом Птаха. Несмотря на то, что ассирийцы, а затем персы разграбили Мемфис, во времена Геродота это был еще оживленный город с кварталами и храмами, населенный греками, финикийцами, ливийцами, арамеями, евреями. В нем насчитывалось около миллиона жителей. Древнеримский географ Страбон, посетивший Мемфис на рубеже новой эры, писал, что этот город «всех других больше и наряднее». Плиний был восхищен его пальмовыми рощами.

Основание Александрии положило конец дальнейшему развитию Мемфиса, но он продолжал еще сохранять свое религиозное значение. Окончательный упадок города был вызван упразднением культа бога Птаха. Тяжелый урон был нанесен Мемфису во время религиозных распрей III и IV вв. н.э. Его храмы были опустошены, гигантские статуи богов и фараонов повалены, дворцы разграблены. Население толпами покидало его, знаменитый декрет императора Феодосия против язычников (393 г.) зачитывался здесь уже среди руин.

Когда в город вошли арабы, они обнаружили на месте Мемфиса только огромное количество строительного материала, которого им хватило на много столетий и который они использовали для строительства Каира. Арабский путешественник Абд аль-Лятиф в конце XII века еще застал развалины Мемфиса и восхищался ими («для их описания и самому красноречивому человеку не хватит слов»); но уже в XTV веке географ Абу-ль-Фида писал только об огромной площади, которую некогда занимал этот город. Потом разливы Нила стерли все следы существования древней египетской столицы.

Место, где стоял Мемфис, удалось найти лишь в начале ХГХ века. Первые заступы вонзили в его почву саперы наполеоновской экспедиционной армии, но ученые тогда еще не были вполне уверены в том, что его местонахождение определено правильно. Только более поздние раскопки многое прояснили.

Оказалось, что даже сообщения древних авторов не могли передать всего величия древнего Мемфиса. Особенно поразительными оказались его размеры: пешеходу требовалось четыре часа, чтобы пройти из одного конца города в другой. Город представлял собой бесконечную вереницу отдельных

4 ЕГИПЕТ

205

поселков, храмовых участков, дворцов с парками и огородами, военных ла-№рей и деревень, отделенных друг от друга полями и садами. Центр Мемфиса, очевидно, находился между нынешними деревнями Митрахине и 5едрашейн, где были обнаружены развалины кирпичных стен, оставшиеся, по всей вероятности, от знаменитой «белой стены», окружавшей крепость царя Мени.

Эти развалины, да одинокий сфинкс, высящийся среди моря песка, — вот вроде бы и все, что уцелело сегодня от некогда миллионного Мемфиса. Но это и не все. Потому что без Мемфиса не было бы того, что сегодня составляет славу Египта — знаменитых полей гробниц и пирамид, являвшихся усыпальницами мемфисских фараонов. И первый такой некрополь расположен на южной окраине Мемфиса, в Саккаре.

Равнина, на которой расположен мемфисский «Город мертвых», по площади практически равна древнему городу живых. В прошлом здесь был устроен некрополь Мемфиса, где покой умерших сторожил бог с телом человека и головой сокола; звали его Сокар. Сегодня центральная часть древнего кладбища в радиусе около 8 км принадлежит близлежащей деревне Саккара.

Некрополь в Саккара — самое интересное место в Египте. Это пустынное плато сегодня представляет собой море щебня и песка, изборожденное глубокими траншеями и усыпанное горами битых черепков. Это — следы раскопок, которые ведутся здесь уже более ста лет.

Над всем плато господствует гигантская ступенчатая пирамида Джосе-ра, первого фараона III династии (2780 г. до н. э.). Это первое на земле монументальное сооружение из камня. Здесь же находятся и другие царские гробницы, причем некоторые из них еще древнее ступенчатой пирамиды.

Самыми ранними считаются мастабы — гробницы I династии, раскопанные на севере Саккара профессором Уолтером Б. Эмери в 1935—1956 гг. Это крупные прямоугольные сооружения, сложенные из кирпича-сырца. Древние египтяне верили, что после смерти умерший будет жить в самой гробнице или возле нее, а потому гробницы были как бы моделями царских дворцов. В центре каждой такой мастабы расположена усыпальница, а вокруг нее — множество маленьких комнат, где хранилась пища для загробной жизни покойника. Усопшего монарха сопровождали в мир иной рабы и Дворцовые слуги. Во всяком случае У. Б. Эмери обнаружил вокруг отдельных гробниц множество скромных погребений, в каждом из которых лежали скелеты умерщвленных людей. Этот варварский обычай вскоре исчез, потому что уже в последующий период вместо слуг начали хоронить маленькие статуэтки «ушебти» (ответчики), которые заменяли настоящих слуг.

В Саккара было обнаружено немало гробниц I династии. На некоторых ^хранились имена фараонов Гораха, Джера, Уаджи, Удему и Ка-а. Впрочем, Флиндерс Петри обнаружил гробницы с именами этих же фараонов в Верхнем Египте, в Абидосе, поэтому до сих пор неизвестно, где же в действительности они погребены — в Абидосе или в Саккара. Известно, что в

206

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

тот период фараоны обычно имели по две гробницы — одну на севере, дру_ гую на юге, что символизировало их двойную власть над Нижним и Верхним Египтом. Профессор У. Б. Эмери полагал, что по-настоящему фараонов Первой династии хоронили в Саккара, а в Абидосе оставались только их кенотафы — ложныедюгребения.

Все эти усыпальницы еще в древности были разграблены, как и большинство египетских погребений. Археологам удалось отыскать в них лишь каменные сосуды, остатки погребальной утвари, фрагменты позолоты, покрывавшей некогда стены центральных комнат. Глиняные стены мастаб хранят следы высокой температуры: вероятно, когда-то здесь бушевали пожары. Кто мог выжечь гробницы усопших фараонов? Либо их враги, либо те, кто хотел изгнать таким образом дух умершего и воспользоваться его усыпальницей для своего собственного погребения. В Древнем Египте это делалось довольно часто.

От гробниц фараонов II династии, расположенных к юго-западу от пирамиды Джосера, уцелели только подземные покои. Наземные сооружения были полностью разрушены, по-видимому, фараоном Унасом, когда он строил свой погребальный храм. Цементные печати, найденные в подземных галереях, сохранили имена двух фараонов II династии — Нинофера и Ране-ба. Однако от мумий и погребальной утвари не осталось ничего. Вместо этого много позднее подземные галереи были заполнены сотнями других мумий: за три тысячи лет, пока в некрополе продолжали хоронить умерших, разграбленные древние гробницы неоднократно использовались для новых погребений.

К началу правления Джосера, первого фараона III династии, относится поистине революционный переворот в древнеегипетском строительстве: изобретение каменной кладки. Согласно традиции, честь этого великого открытия принадлежит Имхотепу, главному архитектору фараона Джосера. Впоследствии египтяне обожествили Имхотепа, а когда в Египет пришли греки, они отождествили Имхотепа со своим богом медицины Асклепием (Эскулапом). Как бы то ни было, именно пирамида Джосера считается на сегодняшний день самым древним каменным сооружением на Земле. Здесь мы подходим к самым истокам архитектуры — ведь это была первая попытка человека создать монументальное сооружение из камня!

Прообразом пирамиды Джосера стали огромные мастабы фараонов I династии, построенные из кирпича-сырца. Арабское слово «мастаба» буквально означает «скамья». Называются они так потому, что весьма напоминают глинобитные скамьи, какие можно часто видеть перед домами египетских крестьян. Позднее этот тип гробниц уступил место другому, в котором усыпальница и прилегающие покои вырубались уже в самой скале под землей и сообщались с поверхностью через глубокую шахту. Наземная часть гробницы представляла собой прямоугольное сооружение из кирпича-сырца, а впоследствии из камня.

4. ЕГИПЕТ

207

Ступенчатая пирамида Джосера сначала тоже представляла собой обыкновенную каменную мастабу. В своем развитии она прошла пять стадий.

Сначала архитектор фараона выстроил большую мастабу, сходную с аналогичной гробницей, воздвигнутой для Джосера в Бет-Халлафе, в Верхнем Египте. Но если та мастаба была сооружена из необожженного кирпича, то мастабу в Саккара сделали уже из каменных блоков. За время правления Джосера ее расширили во все четыре стороны. Затем архитектор еще раз изменил свои планы и сделал гробницу продолговатой. Но, по-видимому, это не удовлетворило его господина или его самого, поэтому он в четвертый раз расширил постройку, а затем сделал нечто такое, чего не делал еще ни один строитель гробниц: на верхней площадке Имхотеп построил еще три мастабы, каждая из которых была меньше предыдущей. Так родилась первая ступенчатая пирамида, мать всех египетских пирамид.

Восхищенный фараон Джосер решил сделать свою гробницу еще больше. Он приказал расширить ее основание до размеров 124x117 м. На вершине ее соорудили шесть уменьшающихся ступенями террас и облицевали известняком, доставленным с холмов Туры, с противоположного берега Нила. В таком виде, если не считать известняковых плит, украденных позднее, пирамида Джосера сохранилась до наших дней.

Особенностью ступенчатой пирамиды Джосера является ее внутренняя конструкция. Пирамида состоит из независимых слоев каменной кладки, опирающихся на центральную щебенчатую основу. Точно так же, по существу, построены и все «настоящие» пирамиды — Хуфу, Хефрена и прочих фараонов, царствовавших позднее. Однако между расположением рядов или слоев кладки ступенчатой пирамиды и более поздних пирамид есть одна существенная разница. В ступенчатой пирамиде каменные блоки наклонены внутрь под углом в 74° — это сделано для большей прочности. В более же поздних, «настоящих» пирамидах с прямыми, а не ступенчатыми гранями, слои кладки расположены горизонтально.

Почему для первой пирамиды была избрана именно пирамидальная форма? И было ли превращение мастабы в ступенчатую пирамиду случайным? По этому поводу высказывалось немало соображений. Так, например, американский археолог профессор Д. Брэстед писал: «Пирамидальная форма гробниц фараонов имеет глубоко священное значение. Фараона погребали под символом солнечного бога, который хранился среди святая святых храма Солнца в Гелиополе... Когда увеличенная до гигантских размеров пирамида вздымалась над усыпальницей фараона, возвышаясь над его городом и над ^й долиной на много миль вокруг, она становилась самой высокой вершиной, первой встречавшей солнце во всей стране. Утренние лучи озаряли сверяющую верхушку пирамиды задолго до того, как солнечный свет рассеивал сумрак у ее подножия, в котором еще пребывали простые смертные».

Пирамида, как утверждает Брэстед, была копией хранившегося в храме Религиозного символа бога Солнца. Но отсюда следует, что и самый этот символ должен был иметь пирамидальную форму.

208

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЕ

Согласно другим предположениям, строя свою ступенчатую пирамиду Джосер скорее всего просто стремился создать памятник, который был бы выше гробниц всех его предшественников. Он мог и символизировать «Первозданную Гору» — вершину, возникшую на заре творения из вод Океана. Во всяком случае ступенчатая пирамида была лишь промежуточной формой гробниц. Позднее она уступила место «настоящей» пирамиде.

Как показали раскопки, первоначально пирамида Джосера являлась центром огромного ансамбля каменных зданий. Имхотеп обнес пирамиду гигантской стеной размерами 277x545 м. Внутри этой ограды Имхотеп воздвиг целый комплекс каменных сооружений, облицованных известняковыми плитами с высеченными на них рельефами. Подобных резных плит в Египте не встречается больше нигде. Некоторые из них, очевидно, имели отношение к так называемому Празднеству Сед — ритуалу, восходящему к очень далеким временам. В глубокой древности у египтян существовал обычай по прошествии определенного числа лет правления предавать престарелых фараонов насильственной смерти. Люди верили, что от мощи властителя зависит плодородие земли, процветание Египта и благоденствие народа.'Когда сила фараона начинала с годами ослабевать, его торжественно убивали, и трон занимал новый властитель. Считается, что такая смена фараонов происходила каждые тридцать лет правления. В последующие годы этот варварский обычай был постепенно заменен религиозно-магическим обрядом обновления царской власти — «празднеством Сед». Подробности этой церемонии нам неизвестны, но, по-видимому, в нее входило жертвоприношение богам Верхнего и Нижнего Египта, после которого фараона короновали заново. Сохранился любопытный рельеф на стене одной из подземных галерей под оградой пирамиды, где изображен стремительно бегущий фараон Джосер. Предполагается, что этот забег, которым фараон как бы доказывал свою силу, был частью «празднества Сед». Во время этой церемонии фараона, по-видимому, отождествляли с Осирисом, богом мертвых. Осирис был убит, а затем возродился для бессмертия. Обожествленный фараон надеялся, что и его жизнь точно так же будет вечно возобновляться.

Помимо зданий, связанных с этой церемонией, в ограде ступенчатой пирамиды находился ряд других строений, по всей видимости, воздвигнутых для благополучия фараона в загробном мире. Древние египтяне считали неизбежным периодическое повторение мистерии обновления и новой коронации даже после смерти фараона, — по их верованиям цикл смерти и возрождения был бесконечен.

Усыпальница фараона располагалась не в самой пирамиде, а была высечена под ее фундаментом в скальном грунте. К ней вела квадратная шахта глубиной в 27,5 м. На дне ее была построена усыпальница из гранитных плит, доставленных из Асуана. В потолке усыпальницы строители оставили отверстие, чтобы через него можно было внести мумию. Позднее это отверстие закрыли массивной гранитной плитой весом в три с половиной тонны.

ЕГИПЕТ

269

Вход в шахту брал начало далеко за пределами пирамиды, из узкой траншей, расположенной к северу от нее. Он вел глубоко вниз под пирамиду и обрывался в колодце. Впоследствии этот ход, а также сам колодец засыпали щебнем.

Как установили археологи, центральный колодец являлся главной осью целого лабиринта подземных галерей, ответвляющихся от него на запад, юг и восток. Стены некоторых галерей покрывали синие изразцы, имитирующие тростниковые циновки. Все эти галереи с их неожиданными поворотами и тупиками напоминают огромную, высеченную в скале кроличью нору. Они ведут к многочисленным кладовым, где были обнаружены десятки тысяч каменных ваз и кувшинов превосходной работы, выточенных из порфировых глыб и из алебастра. Около семи тысяч из них удалось заново склеить. На некоторых сосудах начертаны имена фараона Джосера или его предшественников.

Вдоль восточной стороны первоначальной мастабы строители проложили несколько шахт глубиной более тридцати метров. Каждая из них заканчивается длинной горизонтальной галереей, идущей с востока на запад. Они предназначались для усыпальниц жены и других родственников фараона. В некоторых галереях английские археологи Фёрс и Квибелл обнаружили уцелевшие алебастровые саркофаги, однако все они были разграблены в позднейшие времена. Лишь в одном из саркофагов оказались куски разбитого деревянного позолоченного гроба с остатками мумии ребенка лет восьми.

Через две тысячи лет, после того как была построена пирамида Джосера, столицей фараонов стал город Саис в дельте Нила. Это был период своеобразного ренессанса: давно разграбленные и преданные забвению памятники Древнего царства снова пробудили к себе живой интерес. Некоторые из них были раскопаны и реставрированы. Именно в тот период ступенчатая пирамида Джосера привлекла внимание саисских правителей. Не сумев или не захотев воспользоваться древним северным входом, они соорудили новую галерею, ведущую под пирамиду с юга. В ходе работ им удалось обнаружить центральный колодец, который был очищен от щебня до самой крыши усыпальницы. Впрочем, к тому времени усыпальница уже была ограблена. Упоминавшийся британский археолог Фёрс обнаружил здесь только кость человеческой ноги — это все, что осталось от фараона Джосера.

Снаружи, на северной стороне пирамиды, расположен сердаб — маленькая комната, окруженная стеной. В ней Фёрс нашел знаменитую сидящую статую фараона Джосера, ныне выставленную в Каирском музее. Там же внутри ограды сохранились остатки зданий, предназначенных для Ка — Двойника фараона в загробной жизни.

Раскопки открыли и еще одно загадочное сооружение — так называемую южную гробницу Джосера. Тайна ее волновала многих египтологов, но Раскрыть ее до конца пока так и не удалось.

210

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ!

ЕГИПЕТ

211

В эту гробницу ведет точно такой же колодец глубиной 27,5 м, что и под! пирамидой. На дне его, как и под пирамидой, расположена гранитная усы-| пальница, но только она настолько мала, что в ней невозможно похоронит человека. Однако и здесь на стенах галерей были высечены имя Джосера превосходные рельефы, изображающие его во время церемонии «Праздне Сед». В этих галереях, как и под пирамидой, стены частично облицованы си-, ними глазурованными плитками, имитирующими тростниковые циновки.

Для чего же была построена вторая гробница? И действительно ли ~

гробница?

Некоторые археологи полагают, что она предназначалась для захороне-[ ния каноп — священных сосудов с внутренними органами фараона, выну-] тыми из его трупа во время бальзамирования. Однако ни одного таког сосуда найти не удалось. Следовательно, ничто эту теорию не подтверждае и не опровергает. Но существуют и другие объяснения.

Правитель Джосер не оставил в истории почти никакого следа, но твор ние его архитекторов и рабочих, первая монументальная постройка из KaM на земле, стоит и поныне. Ступенчатая пирамида Джосера оказала значи-1 тельное влияние на дальнейшее развитие египетской архитектуры. В перву очередь это влияние сказалось на пирамидах, воздвигнутых непосредствен-! ными преемниками Джосера, последующими фараонами III династии.

МУХАММЕД ЗАКАРИЯ ГОНЕЙМ И ЗАГАДКА ПИРАМИДЫ СЕХЕМХЕТА

Весной 1951 года молодой египетский археолог Мухаммед Закария Го-нейм был назначен главным инспектором некрополя в Саккара. Он должен был отвечать за целость и сохранность всех древностей в этом районе. Проводя много времени среди древних гробниц, Гонейм не мог не задуматься о тайнах, которые, возможно, еще скрывает саккарский некрополь. «Уже дав-

о меня занимал один факт, — вспоминал позднее М.З. Гонейм. — Несмотря „ то, что время правления III династии представляет собой интересней-цдто эпоху в истории Египта, мы почти ничего не знаем ни об одном фараде Ш династии, за исключением Джосера. К сожалению, даже это имя является более поздней версией, которая не употреблялась долгое время после его смерти и впервые встречается лишь в период XII династии (1990— 1777 гг. до н.э.). В современных ему надписях Джосера именуют Гор Нете-риерхет. Его же называли Нофереринхет. По-видимому, он был сыном или преемником Хасехемуи, последнего фараона II династии. Однако за время своего правления он достиг таких успехов, которые, говоря без преувеличений, открыли новую эру в истории Египта. Поэтому нет ничего удивительного в том, что Манефон считал его основателем новой, III династии».

Но ведь были же после Джосера и другие цари III династии! Известно, что после него правили как минимум четыре фараона. Но почему до сих пор никто не отыскал никаких следов их деятельности? Может ли быть, что от их эпохи не осталось совсем ничего? Может ли быть, что слава великого Джосера затмила все воспоминания о его преемниках?

Чем больше Гонейм размышлял об этой загадке, тем больше он укреплялся во, мнении, что в Саккара погребены и другие фараоны III династии, но их гробницы давно позабыты. И археолог решил провести тщательное обследование всей территории некрополя.

Начав изыскания с крайней северной точки плато, Гонейм натолкнулся сперва на большие гробницы I и II династий, а также кирпичную мастабу III династии. Здесь же, в северной оконечности некрополя, он отыскал ма-стабы времен IV и V династий. Продвигаясь далее к югу, Гонейм и его рабочие достигли аллеи сфинксов, воздвигнутой при фараоне XXX династии Нектанебе (378—332 гг. до н.э.). Еще дальше к югу начинались поля пира-мвд, в которых были погребены фараоны V и VI династий. Все эти пирамиды были сильно разрушены, в каждой из них в то или иное время уже побывали археологи, и все они оказались полностью или частично разграбленными еще в далеком прошлом. Тем не менее Гонейма не оставляла надежда, что именно на его долю выпадет удача нового открытия.

После подробного изучения всего некрополя археолог остановился на Участке, расположенном сразу же за оградой пирамиды Джосера. Особенностью этого участка была большая продолговатая терраса, вытянутая с севера на юг. На всех картах эта терраса была обозначена как естественное плато. Однако ее характерные очертания, наличие многочисленных осколков обработанного известняка, гранита и алебастра, а также следы разрушенной ка-менной кладки говорили, скорее, об ее искусственном происхождении.

Гонейм обратился в Департамент древностей с просьбой разрешить про-Вести здесь пробные раскопки. К величайшей радости молодого археолога,

получил и разрешение, и некоторую сумму денег на первоначальные i и, окрыленный, 27 сентября 1951 года приступил к работе.

1UU

Начав копать на западной оконечности террасы, где виднелись остатки кладки из неотесанных камней, Гонейм и его помощники в первый же де^ наткнулись на массивную каменную стену высотой в 5,1 м и неимоверно^ толщины — 18 м! Она была сложена из огромных необтесанных глыб серого известняка. По-видимому, верхнюю ее часть растащили еще в глубокой древ, ности.

Два месяца ушло на то, чтобы раскопать эту стену целиком. Она представляла собой ограду, выстроенную вокруг прямоугольного участка, протянувшегося приблизительно на 410 м с севера на юг и примерно на 210 м с запада на восток. «Чудовищная толщина стены, а также тот факт, что она не была облицована высококачественным известняком, подобно ограде пирамиды Джосера, вначале удивили меня, — писал впоследствии Гонейм. -Но затем я понял, что в действительности это был только фундамент, основание, на котором когда-то стояла настоящая стена. Все объяснил рельеф местности. Ансамбль пирамиды Джосера расположен на возвышенности; он занимает самый высокий командный участок плато, приподнятый над всей долиной. У фараона, для которого строилась найденная нами стена, такого преимущества не было. Ему пришлось строить свою гробницу во впадине, и, для того чтобы преодолеть это неудобство, его архитектор сначала воздвиг массивную платформу из местного известняка. По-видимому, самое основание не должно было выступать над поверхностью, зато на нем стояла настоящая ограда, очевидно такого же типа, как у Джосера, с бастионами и ложными воротами. Ее-то, наверное, было видно издалека! Но большая часть верхней стены исчезла: прекрасный известняк, из которого она была воздвигнута, оказался слишком большим соблазном для последующих строителей».

Тем не менее верхняя стена была в свое время все же достроена до конца На северной оконечности ограды Гонейм обнаружил ее многочисленные фрагменты с такими же панелями на бастионах и в промежутках между ними, как на ограде пирамиды Джосера. Это было доказательством того, что фараон, построивший массивную стену, жил позднее Джосера.

Дальнейшие раскопки в северной части прямоугольной террасы вскрыли еще множество стен из булыжника, идущих параллельно друг другу с востока на запад и соединенных подобными, только меньшими поперечными стенками.

Полностью обследовав это удивительное сооружение из пересекающихся стен, Гонейм сделал для себя главный вывод: перед ним — основание древней постройки, близкой по времени строительства к ступенчатой пирамиде Джосера и принадлежавшей, вероятно, одному из преемников Джосера — может быть даже кому-то из таинственных фараонов III династии! Об этом, в частности, свидетельствовала близость раскопанного сооружения К пирамиде Джосера. Теперь пора было приступать к решению главной задачи: поискам самой гробницы.

ЕГИПЕТ

213

I

Решить, где следует копать вглубь, было чрезвычайно трудно — участок работ был огромен. Десятки раз Гонейм снова и снова изучал ограду пирамиды Джосера, особенно ее северную оконечность, надеясь по аналогии ^рыскать какой-то ключ к планировке вновь найденного сооружения.

«Мы заметили, что большая часть промежутков на участке заполнена обломками мягкой глины, по-арабски — тафл, которую обычно находят в развалинах подземных галерей, — писал Гонейм. — Это навело нас на мысль, что здесь тоже могут быть подземные галереи, ведущие, очевидно, к гроб-щще, тем более что в северной части ограды Джосера под такими же стенами были обнаружены подземные ходы. И вот мы принялись искать вход в подземелье. Каждый день приносил новые варианты. Выбраться из этого лабиринта было чрезвычайно трудно... Представьте себе нашу радость, когда в первый же день нового, 1952 года мы внезапно натолкнулись на ряд звеньев огромной поперечной стены, пересекающей окруженный оградой прямоугольник с востока на запад. Эта стена оказалась совсем иной, чем найденная раньше. Она была облицована прекрасным белым известняком, с бастионами и куртинами, как на ограде Джосера, и с такими же панелями. По каким-то соображениям ее не достроили, и она так и осталась стоять среди переплетения стен — фундаментов сухой кладки, примыкающих к ее куртинам и бастионам. Образовавшиеся ячейки были все завалены осколками камня и щебнем.

На протяжении 41,4 м стена сохранилась в том самом состоянии, на котором была прервана ее постройка, очевидно в связи с изменившимися планами архитектора. И по мере того как она постепенно возникала перед глазами во всей своей красоте, такая же, как ее бросили каменщики почти пять тысяч лет назад, я начинал все больше осознавать, что мы совершили открытие первостепенного значения».

Надо сказать, что в тот момент еще никто, кроме самого Гонейма, не верил, что археологу удалось найти новую, ранее неизвестную пирамиду фараона III династии. Но Гонейм был твердо уверен в том, что это она, несмотря на то что «его» пирамида подкидывала ему все новые и новые загацки.

Найденная им стена состояла из толстого, правильно уложенного внутреннего слоя серого известняка, облицованного снаружи обтесанным бе-лЬ1м известняком. На поверхности известняковых глыб даже сохранились знаки и рисунки, сделанные древними строителями охрой и сажей. Это были знаки каменщиков, которые метили камни в карьерах на противоположном берегу Нила, изображения людей, животных и лодок с парусами и без парусов.

Весь остаток сезона 1952 года Гонейм продолжал откапывать «Белую '-тену», как окрестили ее археологи. Уже можно было с уверенностью говорить, что, судя по размерам камней и способу их кладки, Белая Стена стро-' позднее ограды пирамиды Джосера, однако еще во времена III дина-

214

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

стии. Гонейм был уверен, что Белая Стена первоначально являлась северной стороной всей ограды, но затем по каким-то неизвестным причинам архитектор решил раздвинуть участок дальше на север и поднять его на более высокий уровень. Внутри этой стены должно было существовать некое центральное здание, расположенное вблизи геометрического центра огражденного участка. Но никаких видимых признаков такого центрального сооружения не было!

Определив участок, где должно было находиться центральное здание, Гонейм распорядился начать рытье пробных шурфов. И по счастливой случайности рабочие сразу же наткнулись на южный угол погребенного под песком сооружения. Его исследование пришлось перенести уже на ноябрь — на начало следующего раскопочного сезона.

«В том, что это пирамида, я больше не сомневался, — писал Гонейм. — Найденное нами здание едва ли могло быть мастабой, во-первых, из-за своих размеров, но главным образом потому, что не существует ни одной мас-табы с «примыкающими стенами» и наклоненными внутрь рядами кладки. Все это типично именно для пирамид».

Найденное сооружение действительно было ступенчатой пирамидой, однако от нее сохранилась только самая первая, нижняя, ступень. Все сооружение занимало площадь в 18 тыс. квадратных метров, то есть его основание было больше, чем у пирамиды Джосера. В таком незавершенном виде пирамида достигала максимальной высоты примерно семи метров. Нигде не было видно следов внешней облицовки. Это означало, что строители успели возвести только внутреннюю основу пирамиды и что она так и не была достроена. Судя по уцелевшему основанию, эта пирамида была задумана семиступенчатой (а не шестиступенчатой, как у Джосера), и если бы она была достроена, то достигла высоты 70 м — то есть была бы на 9 м выше пирамиды Джосера.

Открытая Гонеймом пирамида воздвигалась прямо на скальном основании из грубых блоков серого известняка. Блоки скреплялись составом из мягкой глины, добываемой при рытье подземных галерей, смешанной с известняковой крошкой. Среди камней кладки были обнаружены обломки стелы с именем фараона Джосера — еще одно подтверждение, что вновь найденная пирамида строилась позже, чем пирамида Джосера.

Нашлись многочисленные подтверждения и того, что по крайней мере три тысячи лет, а может быть и больше, никто не нарушал покой этого памятника. Во время раскопок пирамиды были найдены сотни погребений, самое раннее из которых относится к периоду XIX династии (1349—1197 гг. до н.э.). Поскольку некоторые из них лежали нетронутыми непосредственно над засыпанной пирамидой, было совершенно очевидно, что ни один человек с глубокой древности не видел раскопанных Гонеймом стен. Некоторые могилы располагались над пирамидой, другие — в ее ограде. Самым интересным оказалось погребение знатной женщины по имени Канефер-

4. ЕГИПЕТ

215

¦I ' ^ •

нфр- Тело ее было не набальзамировано, а просто завернуто в циновку из пальмовых листьев. Голову и плечи закрывала раскрашенная и позолоченная маска из покрытого гипсом холста и картона. На ней бьио ожерелье из стеклянных бус, имитирующих полудрагоценные камни, амулеты из зеленого полевого шпата и стекла, рядом лежали алебастровые, деревянные и стеатитовые статуэтки. В другом погребении была найдена мумия мужчины с полным набором ювелирных украшений — вплоть до золотых и сердоликовых колец. На некоторых кольцах начертано имя фараона Рамсеса II. Оба зги погребения относятся к первой половине правления фараонов XIX династии.

Все это было очень интересно, но Гонейм стремился найти скрытый вход в подземелье — туда, где, по его расчетам, должна была находиться погребальная камера. Перспективы раскопок будоражили его: ведь, судя по всему, гробница фараона была никем не тронута — она была давно забыта! Неужели ему, молодому египетскому археологу, предстоит сделать такое же сенсационное открытие, какое в свое время сделал Говард Картер, открывший гробницу Тутанхамона?

«Когда мы нашли к северу от нашей пирамиды развалины сооружения, по всей видимости руины заупокойного храма, я прежде всего, разумеется, начал искать вход в подземелье, — пишет Гонейм. — Однако поиски оказались безрезультатными. Тогда я передвинул раскопки еще дальше на север, продолжая держаться центральной оси пирамиды. Здесь в песке было какое-то странное углубление. Оно имело форму полумесяца, и, глядя на него, вполне можно было предположить, что под ним и находится подземелье.

Это побудило меня начать в углублении сплошные раскопки, и вот 2 февраля на расстоянии примерно двадцати трех метров от северной стороны пирамиды мои рабочие натолкнулись на угол стены внешнего входа. Оказалось, что он представляет собой длинную, открытую, высеченную в скальном грунте траншею, верхняя часть которой защищена массивными подпорными стенами.

По мере того как мы углублялись в песок, перед нами открывались все новые метры траншеи. Было очевидно, что мы приближаемся к входу в подземную часть пирамиды. Всех волновал один и тот же вопрос: «Что мы най-Дем? Нетронутый вход или нору, сквозь которую грабители могил уже проникли в пирамиду раньше нас?»

Впрочем, о последнем археолог и его помощники старались не думать. Они упорно продолжали искать вход в подземелье. Оказалось, что подступы к нему преграждены толстыми слоями каменной кладки, а промежутки Между ними завалены камнями. И когда наконец последний камень был отброшен, перед археологами предстало высеченное в скале входное отверстие шириной в 1,93 м и высотой в 2,34 м. Вход был замурован, и каменная Кладка совершенно не тронута. Этот факт свидетельствовал о том, что вла-Делец недостроенной ступенчатой пирамиды покоится здесь...

216

100 ВЕЛИКИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ

Сенсационная находка, о которой немедленно сообщили все газеты мира, произвела эффект разорвавшейся бомбы. Открытие Гонейма стало первым значительным открытием в Египте после знаменитой находки Картера! В Каир немедленно ринулись толпы журналистов со всех концов планеты.

«9 марта в присутствии министра образования Аббаса Аммара, генерального директора Департамента древностей Мустафы Амера и других официальных лиц мы вскрыли пирамиду, — пишет Гонейм. — В этот день здесь собралось множество представителей египетской и заграничной печати, включая корреспондентов с Ближнего Востока, из Европы, Америки и даже из Бразилии и Аргентины, множество фотографов и, наконец, представителей американских и европейских радиокомпаний. Министр сам сделал ломом первый пролом в стене, закрывающей вход. Затем мои рабочие расширили отверстие и обрушили вниз правый верхний угол кладки. Один за другим мы полезли вверх по камням, пригибая головы, чтобы не разбить их о каменную кровлю. Взобравшись на кладку при входе, мы спрыгнули вниз в открывшийся за ней коридор. Мы находились в высокой, высеченной в сплошной скале галерее, полого уходившей в глубину.

Наши рабочие принесли портативные ацетиленовые фонари, и при их свете мы двинулись вперед. Нам удалось так пройти метров двадцать. Министр и прочие официальные лица почти бежали впереди, стремясь поскорее проникнуть в тайну пирамиды. Внезапно всем пришлось остановиться. Гора камня и щебня заполняла галерею от пола до самого потолка, делая на время невозможным дальнейшее продвижение. Мы сделали фотоснимки, и вся группа двинулась назад. Перебравшись через камни кладки у входа, мы снова увидели над головами солнце».

Итак, для того чтобы проникнуть в погребальную камеру, предстояло разобрать заваленную галерею. Гонейма заинтересовали причины завала. Оказалось, что в этом месте в потолке галереи находится квадратное отверстие шахты, сквозь которое щебень обрушился в коридор. Что это означает? Неужели вездесущие грабители опять сумели опередить археологов?

«Сердце мое упало, — вспоминал Гонейм. — Ведь это значило, что о пирамиде знали в более поздние времена, а следовательно, она уже разграблена».

Исследовав шахту на всем ее протяжении, Гонейм сумел найти ее выход на поверхность. Оказалось, что в глубине она заполнена тяжелыми глыбами, которые никто не тревожил. На каменных стенах шахты сохранились даже длинные вертикальные царапины, оставленные этими глыбами во время падения. Из всего этого следовало, что первые строители пирамиды сами обрушили шахту. Затем они заполнили образовавшийся колодец тяжелыми камнями, сброшенными сверху. Над завалом, по-видимому, было возведено какое-то сооружение, чтобы скрыть шахту, расположенную в самой пирамиде. И теперь, чтобы проникнуть в галерею, ведущую в погребальную камеру, необходимо было очистить всю шахту сверху донизу.

4. ЕГИПЕТ

217

На этом этапе раскопок произошел несчастный случай, в результате которого погиб один рабочий. Катастрофа на две недели приостановила раскопки — оказалось, что скальный фунт здесь очень слаб, на кровле и на стенах коридора разбегались многочисленные длинные трещины. Пришлось затратить немало усилий, чтобы возвести подпорные каменные стены и поставить деревянные крепления. Только после этого археологи двинулись дальше вглубь.

«Тот, кто ни разу не ползал в одиночестве по безмолвным темным ходам под