Book: Ставка на женщину



Ставка на женщину

Алекс Вуд

Ставка на женщину

1

В жизни Алекса Меррелла женщины никогда не были на первом месте. Власть – вот что привлекало его с тех пор, как он понял, что мир делится на тех, кто подчиняется, и тех, кто управляет. Власть и деньги, как самое быстрое средство ее достижения. Сами по себе они не имели для него большой ценности, однако Алекс слишком хорошо знал силу денег, чтобы пренебрегать ими. Неудивительно, что к тридцати пяти годам Алекс добился всего, о чем мечтал. Или почти всего, потому что, когда речь идет о власти, насытить человеческие аппетиты вряд ли возможно. Но, оглядываясь назад, Алекс сознавал, что никто из его друзей и знакомых не достиг таких вершин, как он. Это приятно грело ему душу.

Алекс Меррелл имел все основания гордиться собой. Родившийся в семье скромного преподавателя университета, сейчас он считался некоронованным королем игорной столицы мира – Лас-Вегаса. Ему принадлежало несколько известнейших казино, а его сеть игровых залов «Утраченный рай» опутала своими щупальцами всю страну. Алекс делал деньги на азарте, одной из самых пагубных страстей человечества, и не испытывал по этому поводу никаких угрызений совести. Раз людям нравится играть, я предоставлю им такую возможность, а об этической стороне вопроса пускай заботятся проповедники, нередко говорил он.

Ночью двадцать пятого августа Алекс по своему обыкновению находился в казино «Блестящий Вегас». Он периодически делал смотр всем своим владениям, однако «Вегас» пользовался его особенной любовью. Это казино по праву можно было считать жемчужиной его владений. В городе, где сверкающие огнями казино и игровые залы встречались на каждом шагу, «Блестящий Вегас» был первым и лучшим. Огромные залы с рулеткой и карточными играми на любой вкус, великолепная кухня, роскошные развлекательные программы и предупредительный персонал привлекали в казино толпы клиентов. Однако двери «Блестящего Вегаса» открывались не для всех. Здесь игра шла по-крупному, и охранники Алекса научились безошибочно угадывать по одежде и машинам посетителей, кого надо встречать с приветливой улыбкой, а кого выпроваживать. Для игроков попроще существовало множество других заведений, в том числе и «Утраченный рай».

Кабинет Алекса Меррелла в «Блестящем Вегасе» был оборудован таким образом, что позволял Алексу наблюдать за всем, что происходит в казино. Пятнадцать мониторов были установлены напротив стола Алекса. Переключая их с помощью дистанционного управления, Меррелл мог заглянуть в любой уголок «Блестящего Вегаса». Такой системы не было даже на пункте охраны. Алексу нравилось лично контролировать все, что происходит в его казино.

В первом часу ночи Алекс смешал себе виски с содовой и устроился в кабинете. Ожидался большой наплыв посетителей, и он хотел присмотреться к тем, кто решил заглянуть в его казино в эту субботу. Пока людей было немного, но Алекс знал, что не пройдет и часа, как у рулеточных и карточных столов вырастет толпа, а к игровым автоматам будет трудно подойти.

Дорогие автомобили один за другим подкатывали к главному входу «Блестящего Вегаса». Мужчины в смокингах и дамы в вечерних платьях поднимались по мраморным ступенькам казино и устремлялись к своим любимым столам. Со многими из гостей Алекс был знаком лично. Например, Роджер Фултон, сын известного промышленника, или Мадлен Кроули, в прошлом голливудская звезда. Они, как и Алекс Меррелл, принадлежали к миру сильных, миру избранных, где одних денег было мало, чтобы создать положение их обладателю. Требовалось нечто большее, чтобы быть признанным в этом кругу, а что именно, вряд ли кто-нибудь мог сказать.

Через два часа стало ясно, что эта ночь ничем не будет отличаться от предыдущих. Кому-то повезло в баккара, кто-то проиграл целое состояние в рулетку. Кого-то осыпало дождем монеток из однорукого бандита, кто-то запихал тысячедолларовую купюру в трусики стриптизерши. На каждое развлечение в казино Алекса Меррелла находились любители, недаром он избрал своим девизом фразу «Здесь не скучно никому».

Алекс собрался уже выйти из кабинета, чтобы немного побродить по залам и поздороваться со знакомыми, как вдруг его внимание привлекла незнакомая девушка в длинном нежно-голубом платье. Она стояла у входа в зал с игровыми автоматами, и на ее личике застыла недовольная гримаса. Девушка была чудо как хороша, но не это заставило Алекса присмотреться к ней. В «Блестящем Вегасе» каждый вечер появлялись и не такие красотки. Некоторые приходили в сопровождении пожилых состоятельных мужчин, некоторые – одни, но с надеждой познакомиться с подобными мужчинами. Можно было смело утверждать, что в казино Алекса Меррелла не было ни одной непривлекательной женщины. Те, которых природа обделила внешними данными, с лихвой компенсировали это драгоценностями и шикарными нарядами.

Нет, не красота незнакомки заинтересовала Алекса, хотя девушка, несомненно, заслуживала того, чтобы обернуться ей вслед. Копна темных с рыжинкой волос почти полностью скрывала обнаженную спину. Простое голубое платье, закрытое спереди и с разрезом до середины бедра, выгодно отличалось от крикливых туалетов большинства дам. Оно не скрывало достоинств ладной фигурки девушки, но и не выставляло их напоказ. Однако Алекса Меррелла нельзя было назвать ценителем женской красоты. Скорее, он ее не замечал, ведь некрасивых женщин в его мире не существовало.

Что заставило Алекса вернуться на свое место у мониторов, так это поведение девушки. Она стояла, прислонившись плечом к стене, и методично обрывала листочки одной из пальм, что украшали помещение.

Каждый гость может делать в «Блестящем Вегасе» все, что ему заблагорассудится, утверждал Алекс, и поэтому покушение на флору «Блестящего Вегаса» ничуть его не задело. Завтра же пострадавшую пальму заменят новой. Но прийти в казино для того, чтобы пощипать листочки? Это было странно.

Может быть, она кого-нибудь ждет? – предположил Алекс. И пока не знает, чем себя занять. Но девушка не выказывала ни малейшего признака беспокойства. Она не смотрела по сторонам, не вглядывалась в лица проходящих мимо мужчин, не посматривала на часы каждые пять секунд... Одним словом, она просто стояла и обрывала листочки его пальмы. Казалось, что она едва сознает, что делают ее пальцы, зато у ее ног в золотистых босоножках выросла маленькая горка ядовито-зеленых кусочков.

Через пять минут девушка наконец оставила несчастную пальму в покое. Она прошла в зал игровых автоматов все с той же скучающей миной, задержалась у одного, кинула монетку, пошла дальше, не дожидаясь результата. Походка у нее была что надо – Алекс заметил, что многие мужчины, в том числе те, что намертво прилипли к автоматам, оглядывались на нее.

Кто она такая? – задумался Алекс. Чья-то жена, дочь, подруга? Или одинокая искательница приключений?

Тем временем девушка, не подозревающая о том, что за ней пристально наблюдают зоркие глаза владельца «Блестящего Вегаса», продолжала свое путешествие по казино. Она забрела в зал, где шла игра в рулетку, и поставила пару фишек. Ее небрежные манеры ясно говорили, что ей нет никакого дела до того, выиграет она или проиграет. Алекс увеличил изображение. Девушка выиграла, но не потрудилась забрать свой выигрыш. Продолжать игру она также не стала, а неспешно пошла дальше.

Алекс наблюдал за ней с возрастающим интересом. Что бы она ни делала, с ее личика не сходило выражение смертельной скуки. Как вы все мне надоели, казалось, говорили ее глаза. Несколько раз с ней пытались заговорить мужчины, привлеченные ее красотой и одиночеством, но девушка и не смотрела в их сторону. Она вела себя так, словно вокруг не было ни одной живой души.

Выступление танцоров в клубном зале несколько развлекло ее. Алекс увидел, как она села за столик и заказала что-то у официанта. Выпила разноцветный коктейль, посмотрела еще два танцевальных номера и аккуратно прикрыла ладошкой рот. Зевает, догадался Алекс. Что она вообще тут делает, если ей везде скучно?

Алекс Меррелл привык к оживлению в своем казино, пусть даже искусственному. Кто-то приходил сюда пообщаться и пофлиртовать, кто-то – избавиться от лишних денег, кто-то – ощутить пьянящий азарт. Кто-то тешил себя надеждой на крупный выигрыш, кто-то рассчитывал завязать знакомство с одной из великолепных танцовщиц «Блестящего Вегаса». Точно было одно – здесь никто не скучал и не приходил сюда против своей воли. Одна лишь девушка в голубом словно призрак бродила по залам и не знала, куда себя деть.

После получасового наблюдения Алекс уже как следует изучил ее лицо и фигуру. На вид девушке было не больше двадцати лет, но он не торопился с выводами. Ей с равным успехом могло быть и пятнадцать, и тридцать. Искусные руки визажиста и нож пластического хирурга творят порой настоящие чудеса. У девушки были пышные волосы, безупречно гладкая кожа, пухлые чувственные губы и тонкий породистый нос. У нее была бы идеальная внешность куклы Барби, если бы не ее огромные выразительные глаза и изогнутые брови вразлет, которые делали ее похожей скорее на колдунью-прорицательницу, чем на пластиковую мечту всех американских девочек.

Фигура девушки заслуживала не кисти живописца, а резца скульптора. Вряд ли на холсте удалось бы изобразить немыслимое сочетание женственных форм и девичьего тонкого стана, удивительную комбинацию соблазнительности и хрупкости. У девушки была высокая грудь и крепкие, хорошо развитые бедра. Ножка, то и дело мелькавшая в разрезе платья, поражала своими идеальными пропорциями. Насколько мог судить Алекс, в незнакомке не было ни одного изъяна. Ему захотелось посмотреть на девушку вблизи, чтобы убедиться в правильности первого впечатления.

Но если внешность девушки была безупречна, то ее характер, видимо, оставлял желать лучшего. В ее выразительных глазах попеременно отражались презрение, скука, безразличие. Алекс недоумевал про себя все больше и больше. Незнакомке ничего не нравилось в «Блестящем Вегасе», однако она и не думала отсюда уходить...

Приближался рассвет, и в залах казино остались только самые азартные игроки. Здесь речь уже шла не о развлечениях, а о губительных страстях. Улыбок и легкомысленных шуток за игорными столами становилось все меньше, зато прибавилось дрожащих рук и испарины на лбу. Как хорошо Алекс знал эти признаки! Бледное лицо, затравленный взгляд, напряженно следящие за коварным шариком глаза. Или же стиснутые в пальцах карты и облака табачного дыма. Эти люди уже не развлекаются, они живут, обретают свое «я» только в стенах игорных залов.

Девушка в голубом по-прежнему ходила из помещения в помещение. Алекс набрал номер Мориса Гаскела, начальника службы безопасности «Блестящего Вегаса» и своего давнего друга. В кабинете Мориса тоже стояли мониторы, и если незнакомка существует на самом деле (а под утро Алекс стал в этом сомневаться), Гаскел должен был обратить на нее внимание.

– Привет, Морис, – без обиняков начал Алекс. – Посмотри покерный зал. Видишь девицу в голубом платье с длинными темными волосами?

– Да, – последовал неторопливый ответ Гаскела. Вопросов он не задавал, это было не принято.

Алекс перевел дух. Значит, ему не привиделась эта красавица.

– Ты случайно не знаешь, кто она? Наблюдаю за ней уже часа три и никак не могу понять...

– Впервые вижу, – отозвался Гаскел. – Но девочка что надо.

Алекс ухмыльнулся. В отличие от него Морис Гаскел был истинным поклонником женской красоты. Три раза женился на фотомоделях и бросал очередную жену, как только на горизонте появлялась очередная ослепительная красотка. В них, учитывая доходы Гаскела и специфику его работы, недостатка никогда не было.

– Руки прочь, – засмеялся Алекс. – Девушка занята.

– Как скажешь, шеф, – флегматично проговорил Гаскел. – Только с ней придется повозиться.

– В этом-то и есть вся прелесть, – хмыкнул Алекс и повесил трубку.

Алекс говорил сущую правду. Будучи охотником по натуре, он никогда не получал удовольствия, если женщина сдавалась чересчур быстро. Ему нравилось выслеживать дичь, расставлять силки, заманивать в ловушки и ждать, затаив дыхание. Стоит ли упоминать о том, что, как только цель была достигнута, наступало неизменное охлаждение? Любовь Алекса не интересовала. Даже секс был вторичен. Процесс охоты – вот что заставляло трепетать каждую жилку в теле Алекса Меррелла, независимо от того, о чем шла речь – о новой женщине или о новой фирме.

Проблема заключалась в том, что если в сфере бизнеса Алексу удавалось реализовать свои желания в полной мере, то охота на женщин не приносила ему желаемого удовлетворения. В отличие от большинства мужчин Алекс всерьез злился из-за того, что никогда не встречал отказа. Женщины находили его неотразимым и падали к его ногам еще до того, как он делал первый шаг.

Поначалу это возбуждало. На любой вечеринке Алексу стоило подмигнуть какой-нибудь красавице, и она сломя голову устремлялась за ним, даже если была не одна. Но легкие победы быстро приелись, и Алекс внезапно обнаружил, что он не охотится за женщинами, а скрывается от них. Создавалось впечатление, что мечта каждой женщины, попадавшей в его поле зрения, состоит в том, чтобы быть соблазненной Алексом Мерреллом. Это не льстило его самолюбию. Это раздражало.

Алекс с детства твердо знал, что он красив. Друзья родителей умилялись очаровательному черноглазому карапузу, а дамы непременно говорили его матери:

– Ах, какой из вашего сынка получится замечательный красавчик!

Они не упускали возможности потрепать юного Меррелла по щеке или протянуть ему конфетку. Алекс принимал эти знаки внимания с абсолютным равнодушием. Ему гораздо больше нравилось получать конфеты в награду за проделанную работу. У сладостей тогда был совсем другой вкус...

Когда Алекс подрос, конфеты и поцелуйчики в щечку сами собой сошли на «нет». Не одна подруга миссис Меррелл с ужасом признавалась себе, что при взгляде на тринадцатилетнего Алекса у нее что-то словно обрывается в груди. У вихрастого мальчишки были глаза и улыбка опытного мужчины. Причем потрясающе красивого мужчины.

В пятнадцать лет, когда мальчики обычно страдают из-за ломающегося голоса и прыщавой кожи, Алекс Меррелл нравился даже двадцатилетним студенткам, жившим по соседству. А подруги его матери, которые чересчур часто навещали ее, оставив мужей дома, в один голос предрекали Алексу славу донжуана.

Но Алекса больше интересовала власть над умами, а не над сердцами. И в пятнадцать, и в двадцать, и в тридцать, и в тридцать пять лет он скорее досадовал на свою неотразимую внешность, чем пользовался ее преимуществами. Хотя порой красота очень помогала ему. На заре его карьеры мужчины часто не воспринимали его как достойного соперника, считая Алекса изнеженным, ни на что не годным любимчиком женщин. Что ж, к собственному ужасу, они вскоре убеждались в обратном. Им противостоял не избалованный сердцеед, а опытный и коварный противник, стремительный и безжалостный.

Все же время от времени Алекс позволял себе расслабиться с какой-нибудь красоткой. Пожалуй, был определенный плюс в том, что ему достаточно было лишь руку протянуть, чтобы любая женщина пала в его объятия.

Как минимум экономия времени, а у Алекса Меррелла время было на вес золота.



2

И все-таки девушка в голубом была не одна. Алекс увидел, как она подошла к рулеточному столу и захотела что-то поставить. Полезла в маленькую золотистую сумочку, которая висела у нее на плече, и недовольно скривилась. Видимо, все деньги были истрачены. Девушка оглянулась по сторонам, разыскивая кого-то. Заинтригованный Алекс не отрывал глаз от экрана. Неужели он наконец разгадает ее тайну?

Долго искать девушке не пришлось. Уже за соседним столом она заметила нужного ей человека, и ее хмурое личико прояснилось. Алекс увеличил изображение. За этим столом играли четверо. Сутулая женщина средних лет, чьи пальцы были унизаны кольцами с бриллиантами. Насколько знал Алекс, фальшивыми. Женщина эта была страстной поклонницей рулетки и всегда одной из последних покидала «Блестящий Вегас». Все ее фамильные драгоценности (а женщина была то ли графиней, то ли баронессой) были давно проданы или заложены. По ее правую руку сидел русоволосый молодой человек с бледными, невыразительными чертами лица. Волосы его были взъерошены, на лице застыло выражение отчаяния. Судя по фишкам, молодой человек изрядно проигрался. Алексу он был не знаком, хотя сказать наверняка было нельзя. У юноши было слишком незапоминающееся лицо даже для внимательных глаз Алекса Меррелла.

Третьим был Роджер Фултон, давний знакомый Алекса. Последний год он в безудержных кутежах проматывал деньги отца, и его красивое лицо уже приобрело некую одутловатость, свойственную лицам пьяниц. Четвертым был мужчина лет пятидесяти, с бронзовой кожей и орлиным профилем. Одет дорого, но чересчур броско. В галстуке булавка с огромным бриллиантом, на толстом пальце сверкает перстень. Алекс нечасто видел этого человека в «Блестящем Вегасе», но все же знал, что он грек и владеет процветающей судостроительной компанией.

К кому же подойдет красавица? – принялся гадать Алекс. Естественно, не к женщине. Хотя от девушки, которая так ведет себя, можно ожидать всего. Ему казалось, что спутником незнакомки должен быть грек. Он производил впечатление человека, увлекающегося юными красавицами и могущего себе это позволить.

Роджер Фултон тоже годился на эту роль. Правда, о нем ходили слухи, что выпивка и игра привлекают его гораздо больше, чем женщины. Но девушка в голубом была способна расшевелить и не такого увальня.

Белоглазого блондина Алекс отбросил сразу. Маменькин сынок из богатой семьи, да к тому же одержимый. Из всех четверых игроков он был самым беспокойным. Его глаза не отрывались от бегающего шарика, а пальцы судорожно вцеплялись в край стола. Когда выпадала не его ставка, на бледное лицо молодого человека было страшно смотреть. Игрок, сказал бы каждый при одном взгляде на него. Законченный игрок, больной человек...

Рулетку снова крутанули, на этот раз повезло юноше. Крупье придвинул к нему стопку фишек. Молодой человек облизнул пересохшие губы. Выражение отчаяния в его глазах сменилось полубезумным ликованием. На секунду Алексу показалось, что он вот-вот вскочит с места и пустится в пляс.

Меррелл скривился. Он не любил людей, которые не владеют своими эмоциями. Попасть в рабскую зависимость к маленькому черному шарику недостойно для мужчины. Игра как развлечение, как способ выиграть деньги, на худой конец! Но игра – страсть, игра – болезнь, навязчивая привязанность, порабощающая зависимость... Нет, такого Алекс Меррелл не понимал.

Бурные переживания одержимого игрой блондина на секунду отвлекли его от девушки в голубом. Она спокойно стояла в стороне, ожидая, когда шарик остановится в очередной раз. По ее бесстрастному лицу нельзя было определить, вызывает ли кто-нибудь из игроков у нее какие-либо эмоции. Казалось, ей одинаково безразличны и Фултон, и грек, и женщина, и страстный игрок. Может быть, я ошибся? – занервничал Алекс. И ей всего лишь захотелось посмотреть на игру?

Крупье в очередной раз объявил результаты. Все краски окончательно покинули восковое лицо светловолосого юноши. Лопаточка крупье безжалостно смахнула его фишки. Юноша уронил голову на стол и застыл. Неужели проигрался в пух и прах? – с безотчетной неприязнью подумал Алекс. Надо будет распорядиться, чтобы его больше не пускали. От таких типов можно ожидать чего угодно – от скандала до самоубийства. Как будто казино виновато в том, что он не в состоянии вовремя остановиться!

Однако неприязнь Алекса очень быстро сменилась безграничным удивлением. Девушка в голубом подошла к блондину и положила руку ему на плечо. У Алекса отвисла челюсть. Как этот белоглазый мышонок сумел заполучить такую женщину? Да и к чему она ему, если он так поглощен игрой и своими переживаниями, что не сознает, что она теребит его за плечо?

Однако девушка явно не привыкла к тому, чтобы ее игнорировали. Движения ее стали резче и настойчивее, и молодой человек наконец поднял голову и посмотрел на нее. Алекс тут же пожалел, что не может услышать, о чем они разговаривают. Пытается ли она привести его в чувство, успокоить, увести? Вряд ли. По выражению лица девушки было ясно, что она о чем-то просит. Молодой человек сунул руку в карман и вытащил оттуда несколько крупных купюр.

О, значит, еще не все потрачено, усмехнулся Алекс.

Молодой человек равнодушно протянул деньги девушке, даже не глядя на нее. Она взяла, положила их в сумочку и сразу отошла от стола. Дальнейшая игра ее абсолютно не интересовала.

Алекс брезгливо поморщился. Красотке все равно, что ее приятель сейчас рехнется. Главное, чтобы ей вовремя перепала ее доля денег. Сколько он ей дал? Тысячу, две, пять? Какова цена у этой девушки с капризным личиком? Если он предложит ей больше, согласится ли она остаться у него на эту ночь? Скорее всего, да.

Алекс встал из-за стола. Слежка за девушкой в голубом потеряла для него всю прелесть. Еще пять минут назад он терялся в догадках и предполагал, что она горда и независима и совсем не похожа на девиц, которые каждую ночь наводняли его казино. Но она такая же, как все. Деньги – основа ее отношений с мужчинами, и она не пытается это скрыть...

Алекс широко зевнул. Несмотря на привычку проводить ночи без сна, усталость все-таки давала о себе знать. Вроде бы ночь прошла спокойно, и он может позволить себе немного отдохнуть. В смежной с кабинетом комнате для Алекса всегда была разобрана кровать, и он, не раздеваясь, повалился на нее и уснул, как только его голова коснулась подушки.

Через возмутительно короткое, по мнению Алекса, время его разбудили. Он открыл глаза и увидел перед собой круглую усатую физиономию Мориса Гаскела. Морис склонился над Алексом и изо всех сил тряс его за плечо. А сил у Гаскела было хоть отбавляй.

– Ну и здоров же ты спать, – ухмыльнулся он. – Прямо Спящая красавица.

– В чем дело? – буркнул Алекс, поднимаясь. Он не сердился, зная, что по пустякам Гаскел ни за что не стал бы его тревожить.

– Небольшая неприятность, – сказал Морис. – Пойдем.

Они вернулись в кабинет с мониторами. Алекс взглянул на часы. Он проспал не больше получаса.

– Этот малый совсем затерроризировал Люка. – Морис ткнул пальцем в один из мониторов.

К своему удивлению Алекс узнал светловолосого спутника девушки в голубом. Он по-прежнему сидел на своем месте за рулеточным столом, но уже с другими соседями. Очевидно, что игра наскучила всем, кроме него. Было ясно, что у блондина нет больше ни фишек, ни денег, однако с фанатичным выражением лица он пытался доказать что-то крупье. У того ни один мускул на лице не дрогнул. Можно было подумать, что это снисходительный папаша выслушивает горячую речь своего несовершеннолетнего отпрыска. Однако учитывая то, что крупье вызвал Гаскела, нажав на тревожную кнопку под игровым столом, ситуация выходила из-под контроля.

– Что ему нужно? – отрывисто спросил Алекс.

– Отыграться. Спустил около семидесяти кусков и ни в какую не хочет останавливаться.

Алекс присвистнул. А мальчик-то, оказывается, из агрессивных...

– Если у него нет денег на такси, можно отправить его за счет заведения, – сказал он.

– Он не хочет домой, – с нажимом произнес Гаскел. – Он хочет продолжать игру. Как я понимаю, на деньги ему плевать. Сует Люку золотые часы и предлагает играть на вещи.

– Пусть играет, – пожал плечами Алекс. – Разденьте его до трусов и выкиньте на улицу.

Посмотрим, как наша красавица на это отреагирует, злорадно добавил он про себя.

«Наша красавица» стояла неподалеку. Она не делала ни малейшей попытки привести молодого человека в чувство. Алекс поразился феноменальному себялюбию и глупости женщин. Неужели она не осознает, что те огромные деньги, что блондинчик спускает в рулетку, он мог бы с равным успехом потратить на нее?

Морис передал по рации распоряжение Алекса, и уже через минуту крупье получил команду продолжать игру. Измученное лицо блондина осветилось радостью. Девушка в голубом пожала плечами и отвернулась.

– Интересно, на что он будет играть потом, – пробормотал Гаскел себе под нос. – Когда спустит все вещи.

Алекса занимал тот же вопрос. Молодому человеку явно не везло. Вот уже его часы, и тонкое золотое кольцо, и запонки, и зажим для галстука перекочевали к крупье. Фортуна решительно отвернулась от него, но игрок, одержимый манией, не желал останавливаться. Буквально через десять минут он снова начал умолять и угрожать.

– Черт, Алекс, ведь этот дурак сейчас начнет раздеваться, – вырвалось у Гаскела. – Мы же ведь этого не допустим, да? Еще не хватало, чтобы о нас написали, что мы до нитки клиентов обираем...

Алекс хмурился. Он не понимал, что мешает ему отдать распоряжение охране. И двух минут не пройдет, как неудобного посетителя выставят за дверь, да так, что никто из остальных гостей внимания не обратит. В «Блестящем Вегасе», как и в других заведениях Алекса Меррелла, скандалы происходили нередко, и охранники были прекрасно обучены улаживать подобные неприятности. Алекс знал, что Гаскел ждет от него знака. Но почему-то медлил.

Рация Мориса вновь ожила.

– Стив говорит, что этот малый умоляет Люка дать ему отыграться, – сообщил Гаскел последние новости. – Только один раз. Просит, чтобы ему поверили на слово. Обещает, если что, отдать завтра долг в двойном размере.

– Что ему даст один раз? – удивился Алекс.

Морис развел руками.

– Может, у него нечто вроде ритуала? – предположил он. – Допустим, за вечер обязательно надо крутануть рулетку пятьдесят раз. Или сто.

Алекс молчал, по-прежнему не говоря, что им делать со столь азартным игроком.

– Но сейчас ему ставить нечего, – добавил на всякий случай Морис.

Лицо Алекса внезапно оживилось.

– Нечего? – усмехнулся он. – Пусть поставит девушку.

– Что? – Морис был уверен, что ослышался.

– Девушку, – спокойно повторил Алекс. – Красотку в голубом, которая пришла с ним.

Он показал Гаскелу на девушку. Она все еще находилась в зале, сидела на небольшом диванчике в стенной нише и пила очередной коктейль. Алекс представил себе, как скука в ее глазах уступит место гневу, негодованию, ярости... и довольно улыбнулся.

– Скажите ему, что он может поставить девушку, – отчеканил он, не сводя глаз с монитора. – Если он выиграет, он получит обратно свои вещи и деньги, все до последнего цента.

– А если проиграет?

– То его девчонка проведет эту ночь в моей постели.

Гаскел сочно выругался вслух. Нет, Меррелл, бесспорно, классный парень и надежный друг, но порой такое выкидывает...

– Ты хоть понимаешь, что это... э-э... – Морис замялся, подбирая подходящее слово, – не очень хорошо?

Алекс рассмеялся.

– Ты представляешь, какие о нас пойдут слухи? – взорвался Гаскел. – В казино Алекса Меррелла можно расплачиваться женщинами!

– Это единичный случай, – равнодушно заметил Алекс. – Джентльменское соглашение.

– Ты точно чокнулся, – вздохнул Гаскел. – Если тебе так нужна эта девчонка, выйди в зал и познакомься с ней. Она по первому твоему зову побежит за тобой как собачонка...

– Да не нужна она мне! – фыркнул Алекс. – Просто хочу посмотреть, как она будет вести себя в такой ситуации. Ну и он тоже.

Во взгляде Мориса промелькнуло неодобрение.

– Ох, и доэкспериментируешься ты когда-нибудь, – ворчливо проговорил он.

– Не переживай, Морис. – Алекс хлопнул друга по плечу. – Наш приятель может и не согласиться на сделку.

3

Вблизи азартный игрок оказался еще неприятнее, чем на мониторе. Светлые глаза в обрамлении белых ресниц, безжизненные льняные волосы, бледная, покрасневшая местами кожа. Нервная дрожь била все его тело и заставляла посетителей казино, случайно проходивших мимо, убыстрять шаг. Соседи юноши вроде бы не обращали на него внимания. Однако пока Алекс подходил к столику, он перехватил несколько взглядов, в которых сквозило любопытство пополам с презрением. Но ни капли жалости – жалеть подобных бедняг в казино было не принято...

– Я Алекс Меррелл, владелец «Блестящего Вегаса», – тихо произнес Алекс, склоняясь над юношей. – У вас какие-то проблемы, мистер...

Но молодой человек проигнорировал возможность представиться. Он повернулся к Алексу, и в его полубезумном взгляде мелькнула надежда.

– Я хочу играть, – прошипел он. – Играть.

Алекс старался говорить как можно тише, чтобы стоявшие рядом люди не услышали его. Однако юношу, похоже, мало волновали вопросы секретности.

– Насколько я понимаю, вам больше нечего ставить, – холодно сказал Алекс.

Юноша растерянно заморгал. Слизняк, хмыкнул про себя Алекс. Не стоило даже спускаться.

– Но... я... все, что хотите, – бормотал игрок. – Один раз... один... и все... домой...

Он спотыкался на каждом слове, губы его дрожали, а глаза чем-то напоминали глаза побитой собаки. Алекс наблюдал за ним с возрастающим отвращением.

– Хорошо, – сказал он, когда бормотание молодого человека совсем затихло. – Я позволю вам сыграть еще один раз. Если вы выиграете, заберете свои вещи и все деньги...

Молодой человек радостно кивал. Азартному игроку такая ставка была по душе.

– А если проиграете... – Алекс выдержал паузу. – Вы никогда больше не переступите порог моего казино и...

– Все, что угодно! – выпалил юноша.

– И ваша подруга останется на эту ночь здесь, – невозмутимо закончил Алекс. – Со мной.

Он выпрямился, показывая, что продолжения не будет, и краем глаза заметил, что девушка в голубом уже не сидит на диванчике в стенной нише, а неторопливо приближается к ним. Волнуется, злорадно отметил Алекс. Правильно делает.

Алекс отвернулся и от девушки, и от ее азартного спутника. Он наблюдал за тем, как маленький шарик, подскакивая и гремя, несется по черно-красному кругу. Как люди могут впадать в зависимость от такого пустяка? – в который раз удивился он про себя.

– Я действительно смогу получить все обратно? – прошептал юноша.

Со смешанным чувством гадливости и недоумения Алекс кивнул. Неужели он вот так, не раздумывая, отдаст свою девушку первому встречному за единственный шанс поймать мифическую удачу за хвост?

Отдаст, понял Алекс, когда молодой человек снова оглянулся на девушку и облизал губы. Видимо, это гадкое движение уже вошло у него в привычку.

– Мне надо бы у нее спросить, – пробормотал он еле слышно.

– Естественно. Без ее согласия никакой игры не будет.

Голос Алекса сочился сарказмом, но молодой человек воспринял все за чистую монету. Он побледнел, насколько это было возможно при его и без того бледном лице, и привстал, оглядывая зал в поисках девушки в голубом. Вставать не было никакой необходимости. Красавица уже стояла рядом, чуть ли не касаясь Алекса плечом. Она подчеркнуто не смотрела на него, зато Алекс не упустил возможности как следует рассмотреть ее.

Камеры не обманули его. Девушка действительно была потрясающе красива. В неярком освещении зала ее волосы отливали темной рыжиной, но Алекс не сомневался, что на солнечном свете они заискрятся медью. Кожа девушки была необыкновенно светлая, но не бледная как у ее спутника, а прозрачно-фарфоровая. Глаза же, вопреки ожиданиям Алекса, оказались пронзительно-голубыми. Он почему-то был уверен, что они карие, но нет, они были светло-синими. Правда, насчет их выразительности он не ошибся. Девушка лишь мельком взглянула на него, но он успел заметить заинтересованность в ее глазах. То ли еще будет, моя красавица, усмехнулся он про себя.

Молодой человек, не церемонясь, схватил девушку за руку и притянул к себе. Алексу очень хотелось наклониться, чтобы послушать, что он ей скажет. Но позволить себе этого он не мог и утешался тем, что представлял себе реакцию девушки. Что она решит?

Ответ на этот вопрос он получил очень скоро. Девушка выпрямилась и посмотрела Алексу в лицо. Человек с менее крепкими нервами содрогнулся бы от презрения, которое бушевало в ее глазах. Они больше не были синими – они стали ледяными.

– Вы Алекс Меррелл? – спросила она ровно, но Алекс понимал, что это лишь минутное затишье перед бурей.

– К вашим услугам. – Алекс наклонил голову.

– Вы мерзавец! – бросила девушка.

– Тише, Джин! – испуганно воскликнул бледный молодой человек и схватил девушку за руку.



В предупреждении смысл был. Громкое восклицание девушки было услышано, и Алекс увидел, что на них смотрят.

– Я только забочусь о благополучии своего казино, – учтиво проговорил он. – И о душевном здоровье вашего... друга.

Девушка вспыхнула. Намек на непомерный азарт ее спутника был чересчур ясен.

– Это не ваше дело! – отчеканила она.

– Конечно, не мое, – согласился Алекс. – Но вашему приятелю больше не на что играть, поэтому я предложил ему сделку. Очень выгодную для него...

Алекс позволил себе улыбнуться. Зачем я дразню ее? – спросил бы он себя, если бы у него было время. Впрочем, Алекс вряд ли бы что-нибудь изменил в этом разговоре, даже если бы у него была такая возможность. Он не был ни мерзавцем, ни развратником, и даже конечная цель – ночь с красавицей Джин – мало интересовала его. Алексу хотелось посмотреть, как будет себя вести и она, и ее молодой человек. Захочет ли она помочь приятелю? Сможет ли он рискнуть, поставив подругу против денег? Вот что любопытно. А ночь с этой девицей ему в принципе не нужна, какой бы красавицей она ни была. Это всего лишь маленький эксперимент, в котором испытуемые и не догадываются о своей скромной роли.

– Вы хоть понимаете, что вы говорите? – процедила девушка.

– Вполне.

Алекс скользнул взглядом по ее лицу, шее, груди, чуть задержался на талии, опустился на бедра. Он оценивал ее, словно барышник – лошадь, и хотел, чтобы она поняла это. Ему это удалось. На щеках девушки заалели два пятна. Надеюсь, она не вздумает влепить мне пощечину, мелькнуло у него в голове. Это было бы очень печально...

Он на всякий случай напрягся, чтобы перехватить, если что, руку девушки. Но она не шевелилась, и лишь в ее глазах бушевало пламя. Если бы взгляд мог убивать, от Алекса Меррелла уже осталась бы кучка пепла.

– Если вам захотелось со мной переспать, незачем было прибегать к такой мерзости! – выдохнула она.

У Алекса округлились глаза. Женщины! Так уверены в своей привлекательности, что думают, будто мужчины готовы пойти на все, лишь бы заполучить их.

– Боюсь, что я поступаю так исключительно из желания оказать услугу вашему другу, – насмешливо сказал он.

Девушка вздрогнула, как норовистая кобылица, которая впервые почувствовала кнут. Алексу внезапно стало скучно. Все слишком предсказуемо. Ее дружок дал понять, что согласен ею пожертвовать. Она артачится, желая показать, что у нее есть гордость. Хотя на самом деле она такая же содержанка, как большинство красивых молодых женщин в казино. Им все равно, с кем и как, лишь бы было побольше денег и развлечений...

Молодой человек, жадно прислушивавшийся к их беседе, только подтвердил точку зрения Алекса.

– Ладно тебе, Джин, – пробормотал он, теребя руку девушки. – Ну что тебе стоит...

Девушка гордо вздернула подбородок.

– Только не одну игру, а больше, – добавил юноша, обращаясь к Алексу. – Так будет справедливо.

Он поминутно оглядывался на рулетку, и Алексу было ясно, что ему не терпится продолжить игру. Понимала это и девушка.

– Ты сошел с ума из-за своей игры, – скривилась она.

Молодой человек выдавил из себя жалкую улыбку. Девушка внезапно погладила его по голове. Алексу стало стыдно.

– Хорошо, я разрешаю вам сыграть еще один раз, – холодно сказал он. – Без всякой ставки с вашей стороны. Но после, независимо от того, выиграете вы или проиграете, вы покинете «Блестящий Вегас».

Юноша залепетал слова благодарности. Девушка нахмурилась.

– И чтоб больше духу вашего здесь не было! – энергично добавил Алекс.

Он сделал незаметный для посторонних знак Люку, и крупье чуть наклонил голову. Алекс отошел от рулеточного стола. На душе у него было противно. Одержимый игрок, за ночь спускающий сумму, на которую целая семья могла бы жить год. Девица, готовая на все ради денег. Глупышка. Неужели она не понимает, что если бы Алекс действительно захотел ее, он бы просто предложил ей больше. Интересно, сколько она пробудет рядом с этим бесцветным кроликом? Пока он не проиграет все в рулетку? А может быть, она уже присмотрела для себя запасной вариант, недаром же она исходила казино вдоль и поперек...

Алекс прошел по покерному залу, поболтал с парой знакомых, пропустил рюмочку в баре. Он устал сильнее обычного и решил сегодня не возвращаться домой. Он прекрасно переночует здесь.

На последнем этаже «Блестящего Вегаса», который Алекс пренебрежительно называл чердаком, у него была небольшая квартирка. Ничего особенного – спальня, гостиная и ванная комната. Квартирка была обставлена с присущим Алексу вкусом и стремлением к комфорту, а из ее окон открывался прекрасный вид на Лас-Вегас. Алексу нравилось наблюдать за людским водоворотом в море огней, а шум никогда не мешал ему засыпать. К тому же в то время, когда Алекс Меррелл обычно ложился спать, город засыпал вместе с ним. Всем требовалось набраться сил перед очередной разгульной ночью...

Перед тем как подняться к себе, Алекс предупредил Гаскела насчет бледного юноши:

– Пусть сыграет разок. А потом выкиньте его из казино. И не пускайте больше.

Мориса так и подмывало спросить, чем же закончилось странное предложение Алекса, но он решил повременить до завтра. Шеф явно не настроен откровенничать. И если он расстроен из-за той девчонки, то сам виноват. Нужно было просто познакомиться с ней в казино и угостить чем-нибудь. Через пять минут она была бы готова идти за Алексом куда угодно. Разве не так происходило с каждой женщиной?

Но Гаскел ошибался. Стоя у окна в своей спальне, Алекс Меррелл даже не думал о девушке в голубом. Отодвинув плотную штору, он наблюдал за тем, как от соседних игорных заведений отъезжают машины. Конечно, игра еще не закончена, и, кто знает, может быть, в этот самый момент в казино начинаются самые крупные ставки... Но ночь уже на исходе. Глаза слипаются, карты в руках дрожат, и только сильнейшие из сильных продолжают игру. Когда-то он сам сутками сиживал за карточным столом, но с некоторых пор игра потеряла для него всякий интерес. Куда как лучше играть в бизнесе. Блефовать и отчаянно рисковать, разгадывать ходы противника и заманивать его в ловушки...

Внезапно Алекс насторожился. Ему послышался какой-то неясный звук. Не на улице, нет, там хватало разных шумов – и музыки, и криков, и автомобильных гудков, но за его спиной, в спальне. Алекс напрягся. Никому не позволено входить в его апартаменты без разрешения, даже прислуге. Тем более входить в темноте, украдкой. Может быть, он просто переутомился? Или нервишки пошаливают?

Алекс медленно обернулся. Только отблески уличных огней из-за наполовину отдернутых штор освещали спальню. Глаза Алекса, не привыкшие к темноте, едва различали контуры его огромной кровати напротив окна, кресел и стульев. Насколько он мог судить, в комнате никого не было. Что это, галлюцинация? Алекс доверял своим органам чувств и не торопился с выводами. Человеку, занимающему его положение, расслабляться нельзя никогда. У Алекса Меррелла было немало врагов. Кто-то был его конкурентом, у кого-то он в свое время отобрал компанию, с кем-то вел борьбу сейчас, а кто-то сам зарился на состояние Алекса. Цивилизованные методы ведения войны не всегда были эффективны, и Алекс знал многих, кто не остановился бы и перед физическим устранением противника. В его мире приходилось постоянно находиться начеку, ведь даже смутный шум за спиной мог оказаться смертельно опасным.

Алекс прислушался. Тишина. Наверное, ему все-таки почудилось. Сюда, в его уютное убежище в «Блестящем Вегасе», не так-то легко пробраться постороннему человеку. Во-первых, лишь избранные знают о том, что у Меррелла есть здесь квартирка. Во-вторых, случайно найти дорогу к ней невозможно, и даже если подвыпивший гость вдруг заблудится и забредет в эту часть «Блестящего Вегаса», охрана быстро выпроводит его. На ребят Мориса Гаскела можно смело положиться, поэтому волноваться Алексу не о чем. За четыре года существования казино ни разу никто не пытался проникнуть в личные апартаменты Меррелла.

Тут в комнате отчетливо вздохнули. Алекс застыл на месте. Здесь действительно кто-то есть! Но насколько враждебны его намерения? Наемный убийца вряд ли бы стал вздохами привлекать к себе внимание... Медленно, как будто он ничего не слышал, Алекс отошел от окна, пересек комнату и подошел к выключателю. Щелкнул рубильником, и яркий свет тотчас залил спальню. У Алекса вырвался возглас удивления. На темно-бордовом покрывале его кровати сидела, обхватив колени, девушка в голубом.

4

Алекс смотрел на девушку, она смотрела на него. Оба молчали, но если Алекс был слишком изумлен, чтобы говорить, то девушка просто терпеливо ждала. Ее золотистые босоножки и сумочка валялись на полу.

Голубое на бордовом смотрится очень красиво, машинально отметил про себя Алекс. Но думать надо было не об этом...

– Что ты тут делаешь? – наконец спохватился он.

– Он проиграл, – просто ответила девушка.

– Кто проиграл? – не понял Алекс.

– Сэм. И я пришла.

В ее голубых глазах не было ни гнева, ни презрения. Милая, очаровательная девчушка забралась с ногами на кровать Алекса и разглядывала его, наивно хлопая глазами. Ангел во плоти, а не женщина.

Алекс провел рукой по лбу. Если честно, он ничего не понимал.

– Зачем ты пришла? – спросил он.

– Ты поставил условие. Если Сэм проиграет, я остаюсь здесь на ночь, – терпеливо объяснила она. – Уже забыл?

Алекс постепенно приходил в себя. Значит, белоглазому юнцу вновь не повезло. И проигранные им деньги остались в кассе «Блестящего Вегаса». Отлично...

– Я же разрешил ему играть просто так, – сказал Алекс. – Ты должна была уйти вместе с ним.

– А я не знала, – пожала плечами девушка.

Все ты знала, подумал Алекс. Но зачем-то все-таки пришла ко мне. А как же благородное негодование и праведный гнев? В зале ты была готова разорвать меня на куски. Что случилось? Или это был всего лишь небольшой импровизированный спектакль для чужих глаз?

Алекс присел на край кровати. Выгнать незваную гостью он всегда успеет.

– Как ты сюда попала?

– Спросила, где ты будешь. Мне показали.

Как все у нее просто, восхитился про себя Алекс. Спросила, показали. Как будто он не знает, что охране дали строгий приказ – никого не пропускать без его ведома!

– И охрана тебя не задержала? – поинтересовался он.

– Они пытались, – призналась девушка. – Но мне удалось их убедить.

Алекс расхохотался. Он поражался тому, что слышал, а еще больше тому, что видел. Куда подевалась разгневанная светская львица, соблазнительная кокетка, без стеснения живущая за счет мужчины? На его кровати сидела наивная девочка, хорошенькая, спокойная, тихая. Прямо-таки выпускница закрытого католического пансионата. Если не знать всех обстоятельств дела, можно решить, что это Алекс нахально ворвался в ее уединенную спальню, а не наоборот!

– Я распоряжусь, тебя проводят к выходу, – сказал Алекс, вставая. – Поедешь домой.

– Мне не на чем, – вздохнула девушка. – Сэм уже уехал.

– Он оставил тебя здесь?

– Да, – кивнула она. – Он же проиграл.

Алексу стало казаться, что он спит.

– И ты согласилась? – неверяще воскликнул он.

– Да, – улыбнулась девушка.

Судя по невинному выражению ее небесно– голубых глаз, ее спрашивали, ходит ли она по воскресеньям в церковь.

Алекс сел обратно на кровать. Неужели этот ягненочек всерьез думает, что он будет...

– Слушай, Джин, или как там тебя... Давай расставим все точки над «i» ...

– Друзья зовут меня Джинджер, – радостно перебила она его. – Джин мне не очень нравится. Джины страшные. Как в сказке про Алладина...

Алекс нахмурился, и девушка немедленно замолчала. Джинджер. Ей шло это имя. Совсем не слащавое, с характером. И под цвет волос. Алекс был прав – в ярком свете лампы они были намного рыжее, чем в полутемном зале казино.

– Послушай меня, Джинджер, – терпеливо сказал он. – Будем считать все, что произошло, маленькой шуткой. Сейчас я провожу тебя. Не волнуйся, тебя домой отвезут...

Спорить девушка не стала. Алекс все равно бы не послушал ее, и она решила действовать. Одним стремительным движением она придвинулась к Алексу и прижалась губами к его губам. Он был слишком хорошо воспитан, чтобы не ответить на поцелуй дамы.

Алекса Меррелла никто бы не назвал неопытным мальчишкой, и все-таки губы Джинджер пробудили в нем совершенно неизведанные ощущения. Она была нежной и страстной, застенчивой и искусной одновременно. Ее кожа источала упоительный аромат, и, прежде чем Алекс осознал, что делает, он уже покрывал поцелуями лицо и шею Джинджер. Она не сопротивлялась, но и не торопила его. Непохоже было, что ее сжигает страсть, но она отвечала на все ласки Алекса. Она была словно котенок, который ластится к человеку, а через минуту уже убегает прочь.

Но нет, Джинджер не убегала. Рука Алекса скользнула под подол ее платья, и он смог убедиться в том, что ее ножки так же восхитительны на ощупь, как и на вид. От легких прикосновений к шелковистой коже девушки в Алексе разгоралось пламя. Давно он не испытывал ничего подобного. В последнее время любовь все чаще становилась для него механическим удовлетворением потребности. Пятиминутное дело, не стоящее особого внимания. Но с Джинджер все было по-другому. В теле Алекса пробуждалась страсть, о которой он уже успел позабыть...

Девушка в его постели была прекрасна, как богиня. Но дело было совсем не в этом, потому что все женщины Алекса были красивы, с длинными ногами и нежной ухоженной кожей. Его трудно было поразить внешним совершенством. И все-таки Джинджер поражала его. Она была свежа, как глоток чистого воздуха в морозное утро, искренна, как двухлетний ребенок, нежна, как любящая женщина. Алекса невозможно было обмануть. Тело способно лгать, слова тоже умеют скрывать правду, но глаза не лукавят. Глаза, одурманенные похотью, жаждой наживы, желанием подчинить себе мужчину, – такие глаза Алекс видал. Но глаза Джинджер оставались кристально чистыми, два глубоких прозрачных озера, в которых запросто утонет даже хороший пловец...

Голубое платье девушки было небрежно скинуто на пол. Костюм Алекса вскоре разделил его участь. Бордовое покрывало было безжалостно смято. Никто не потрудился снять его. Им было не до того... Нагота Джинджер ослепила Алекса. У нее была необыкновенно гладкая и нежная кожа, такая прозрачная, что в некоторых местах виднелись тонкие ниточки кровеносных сосудов.

Тело ее было совершенно. Алекс привык к тому, что женщины прибегают к разным приемчикам, чтобы выглядеть соблазнительнее, и не осуждал их за это. Пышное нижнее белье, зрительно увеличивающее формы, пояса, стягивающие талию, покрой одежды, выставляющий фигуру в самом выгодном свете – все годилось в сражении за сердце мужчины. И ничего, что потом, когда желанная победа будет достигнута, все маленькие хитрости будут разоблачены.

Но Джинджер не нуждалась ни в каких ухищрениях. У нее была великолепная грудь, не слишком большая и не слишком маленькая, очень чувствительная к поцелуям Алекса. Каждый раз, когда его губы или язык дотрагивались до маленького розово-коричневого бугорка, девушку словно пронзал электрический разряд, который в свою очередь эхом отзывался в теле Алекса. Шелковистые крепкие бедра Джинджер сводили его с ума, он водил по ним ладонями и никак не мог оторваться, хотя в ее теле было немало мест, заслуживающих его внимания!

Девушка не оставалась в долгу перед Алексом. Ее проворные пальчики тщательно исследовали каждый миллиметр его тела. Все вызывало ее восхищение, и она, не стесняясь, говорила Алексу, что никогда не видела более красивого мужчины. Алекс слышал это не раз, но в устах Джинджер банальная фраза звучала как откровение. Ему было наплевать, что другие женщины считают его красивым. Главное, что красивым считает его она.

Они были созданы друг для друга. Два тела, смуглое и молочно-белое, сплетались в объятиях и расставались на секунду лишь для того, чтобы снова слиться. Они задыхались от страсти. Алекс уже не размышлял о том, кто такая Джинджер, как она попала к нему и почему она вдруг сменила гнев на милость. Он вообще потерял всякую способность к рассуждению. Он тонул в Джинджер и растворялся в ней, был ее властелином и рабом. С Алексом никогда такого не было. Из вожделения рождалась страсть, из страсти – нежность, а из нежности – любовь...

Через некоторое время утомленная Джинджер задремала в его объятиях. Алекс лежал на спине и боялся пошевелиться, чтобы не потревожить ее. Ее тяжелые волосы щекотали ему ноздри, а голова придавила плечо, но Алекс был готов лежать так вечно. Он не знал, сколько прошло времени с тех пор, как он обнаружил на своей кровати девушку в голубом. Час, два, а может быть, и сутки... Плотные портьеры на окнах не пропускали свет, и он не имел ни малейшего понятия о том, который час.

Его одолевали странные мысли. Прежде Алекс не верил в провидение и тем более не верил в любовь, но сейчас ему казалось, что сама судьба привела Джинджер в его казино. То, что несколько часов назад было злой шуткой, развлечением скучающего ума, внезапно стало знамением судьбы...

Естественно, о будущем Алекс еще не думал. Он не строил планов и не говорил себе, что влюблен. Однако он очень хорошо знал, что ему совсем не хочется отпускать Джинджер от себя, как обычно происходило с большинством его случайных подруг. Бурная страстная ночь, а под утро желание поскорее обо всем забыть – вот как развивались его отношения с женщинами. Но с Джинджер Алекс меньше всего хотел забыть. И разве это возможно? Он будет вечно помнить опьяняющий аромат ее волос и мягкий шелк кожи, изящные ладони с длинными тонкими пальчиками и плавный изгиб шеи, капризные чувственные губы и маленькие розовые ушки...

Джинджер заворочалась, потянулась и открыла глаза. Алекс не торопился с нежностями – благоразумие взяло верх над внезапно проснувшимся чувством. Он еще ни в чем не уверен, а за их короткое знакомство Джинджер преподнесла ему достаточно сюрпризов, чтобы быть настороже.

– Привет, – прошептала девушка и улыбнулась.

Несмотря на безумную ночь и всего лишь несколько часов сна Джинджер была не менее красива, чем вчера. Впрочем, Алекс не сомневался в том, что она при любых обстоятельствах выглядит потрясающе.

– Привет, – ответил он с непривычной для него нежностью. – Как спалось?

– Отлично. – Джинджер смешно сморщилась, пытаясь подавить зевок. – А тебе?

Но Алексу не хотелось поддерживать светскую утреннюю беседу. Он внезапно почувствовал непреодолимое желание прижаться губами к виску Джинджер, к тому месту, где под белоснежной кожей отчетливо проступала синеватая жилка. Девушка довольно рассмеялась и обняла Алекса за шею...

Он не знал, который сейчас час, и совершенно не интересовался этим. Утро сменилось днем, день уступил дорогу вечеру – все это происходило в городе, в казино, где угодно, но только не в спальне Алекса Меррелла. Здесь время замерло на одной отметке. Оно остановилось с тех пор, как он обнаружил в своей постели рыжеволосую колдунью.

Джинджер нельзя было назвать иначе. Она плела сети из своих волос и заманивала в ловушку улыбками и страстными поцелуями. От ее звонкого смеха голова шла кругом, а от губ невозможно было оторваться. У Алекса не было ни минутки отдыха, его собственное тело вышло из повиновения и стремилось к Джинджер, словно его притягивали магнитом. Сознает ли она свою силу? – мелькала у Алекса невольная мысль. Понимает ли, что у ее тела огромная власть надо мной?

Алекс сумел бы ответить на эти вопросы, если бы хладнокровно понаблюдал за Джинджер. Но разве возможно было сохранять спокойствие, когда ее ловкие пальчики пустились в путешествие по его телу, отыскивая самые чувствительные местечки? Размышлять Алекс был уже не в состоянии, он мог лишь беспомощно откинуться на кровать, позволяя Джинджер вытворять все, что взбредет в ее хорошенькую головку...

Устав от ласк, Джинджер вновь устроилась у Алекса на плече. Спать им не хотелось, и он решил воспользоваться моментом, чтобы расспросить девушку.

– Расскажи о себе, – попросил он.

Джинджер тихо засмеялась и легонько куснула плечо Алекса.

– Содержательный ответ, – пробормотал он. – Кем тебе приходится тот парень, с которым ты пришла в казино?

Против воли в его голове зазвучали ревнивые нотки. А как было обойтись без них, если мысль о том, что у Джинджер есть официальный приятель, сводила Алекса с ума?

– Друг, – спокойно ответила она, ничуть не уменьшив его страдания.

– Хорош друг, – фыркнул он. – Оставил тебя здесь...

– Сэм чересчур любит играть, – вздохнула Джинджер.

Алексу почудилась горечь в ее голосе, и он немедленно ощутил желание собственноручно придушить белоглазого Сэма. Может быть, Джинджер не просто живет за его счет, а любит его? Или, по крайней мере, немного влюблена. От разных формулировок ничего не менялось. До того, как Джинджер пришла в «Блестящий Вегас», в ее жизни существовал Сэм, и ее с ним что-то связывало...

– Почему ты позволяешь ему так с собой обращаться? – резко спросил Алекс.

Девушка молчала. Она настолько зависит от него, что не смеет протестовать, догадался Алекс. Ничего, это очень легко исправить.

– Ты слишком красива для такого, как Сэм, – прошептал он, пропуская шелковистые волосы Джинджер сквозь пальцы.

– Мне нравится ход твоих мыслей, – усмехнулась девушка.

У Алекса внутри словно что-то оборвалось. Кого он обманывает? Ему ли не знать, что для таких женщин, как Джинджер, главный критерий – это деньги. Неважно, что представляет собой мужчина, красив он или нет, молод, умен. Какая разница, если он исправно платит по счетам и дарит дорогие подарки! Они понятия не имеют о любви или преданности и с превеликим удовольствием прыгнут в постель того, кто заплатит больше. К чему ему ломать голову над тем, как удержать Джинджер подле себя? Разве она уже не сделала свой выбор? Владелец самого процветающего казино в Лас-Вегасе (да и не только!) – завидная добыча для маленькой хищницы... Правда, надо бы выяснить, кем является нынешний приятель Джинджер.

– Скажи, а этот Сэм... – Алекс замялся. – Он богат?

– Вполне, – ответила девушка, чуть помедлив.

– Кто он?

– А я откуда знаю? – развеселилась она.

Столь неприкрытый цинизм покоробил Алекса. Джинджер ничего не интересует. Толстая чековая книжка заменяет ей все в человеке...

– Почему ты осталась со мной? – прямо спросил Алекс. – Не боишься разозлить своего богатого дружка?

– Сэм едва ли вспомнит, где я осталась, – протянула Джинджер. – А ты...

Она приподнялась на локте и заглянула в глаза Алекса. У него защемило сердце. Такая юная, красивая, нежная, женственная... Кажется, что эти искренние голубые глаза совершенно не способны лгать. Разве можно поверить в то, что этим небесным созданием движет исключительно расчет? И, тем не менее, это было так. Алекс повидал на своем веку достаточно хрупких красавиц с бульдожьей хваткой, чтобы не сомневаться. Странное дело, раньше он считал это в порядке вещей. В его мире красивые женщины исполняли роль безделушек, украшающих жизнь состоятельного мужчины. Он платит – она подчиняется. Так было всегда, и отнюдь не привлекательная внешность и добрый характер стояли на первом месте в рейтинге мужских качеств. Такой подход никогда не беспокоил Алекса. Так было проще, удобнее и быстрее. Но сейчас ему смертельно захотелось, чтобы его высокое положение никак не влияло на выбор Джинджер.

– Ты красивый, – просто сказала девушка, словно читая тайные мысли Алекса. Она провела рукой по его щеке, на которой уже проступила щетина. – Очень красивый.

И снова неизвестное чувство охватило Алекса. Он привык к тому, что им откровенно любуются, что его называют красивым. Но в устах Джинджер эти слова прозвучали иначе. А может быть, дело было не в том, что и как она сказала, а в той радости, которая затопила сердце Алекса... Он привлек девушку к себе и на время забыл обо всех своих сомнениях. Раз уж на его долю выпало такое блаженство, почему бы не продлить его до бесконечности?

Через некоторое время усталость все-таки взяла свое. Измученный Алекс провалился в глубокий безмятежный сон. Ему снилась прелестная девушка в нежно-голубом платье. Она что-то говорила, смеялась, пыталась объяснить что-то, но он не понимал ни слова. Тщетно силился он поймать ее, она все время ускользала, но все же не уходила слишком далеко, а продолжала дразнить его своей мнимой близостью...

Алекс спал как убитый и не слышал, как девушка рядом с ним осторожно встала с кровати. Она подняла с пола платье и проворно натянула его, застегнула босоножки, взяла сумочку. Она двигалась абсолютно бесшумно. Пара обеспокоенных взглядов, которые она кинула на спящего Алекса, доказывали, что она не хочет его потревожить. Когда с одеванием было покончено, девушка прокралась к двери и отворила ее. Последний взгляд на мужчину, нежная полуулыбка, еле заметный трепет ресниц, и девушка исчезла в дверном проеме. Стук ее каблучков скоро затих вдали.

5

Морис Гаскел давно не видел Алекса таким разгневанным.

– Твоим профессионалам место в богадельне, а не в моем казино! – бушевал Алекс.

Он ходил по своему кабинету взад-вперед, а его стиснутые кулаки и желваки на скулах указывали на крайнее волнение. Морис слушал шефа с некоторым удивлением. Алекс Меррелл вообще никогда не выходил из себя. Во всяком случае, из-за таких пустяков.

– Любой злоумышленник может запросто обвести твоих орлов вокруг пальца! Дважды эта девица прошла мимо них, и никто даже не попытался остановить ее!

Морис хранил тактичное молчание. Пусть Алекс выговорится, выплеснет свой гнев. Когда к нему вернется способность рассуждать, он поймет, что ребята Гаскела совсем не виноваты. Видать, крепко его зацепила эта девчонка, думал Морис, раз он так разозлился.

По мнению Гаскела, дело выеденного яйца не стоило. Алексу понравилась хорошенькая девчонка. Он предложил ей провести вместе ночку, она согласилась и пришла к нему, когда ее дружок благополучно уехал домой. Наверное, в игорном дурмане он и не заметил, что его девушка отстала... Охрана, естественно, проводила красавицу в апартаменты Алекса. Морис сам давал им такое распоряжение. Он же не знал, что Алекс передумал и решил отправить девицу домой вместе с ее ненормальным кавалером. А на следующий день (вернее, это был уже вечер) девчонка вышла и попросила отправить ее домой. Кто бы мог подумать, что она действовала без ведома Алекса?

– Между прочим, ребята выполняли мое указание, – заговорил Морис, когда Алекс выдохся. – Ты же сам сказал, что... гм... если ее приятель проиграет... Он проиграл.

– А я передумал, – свирепо огрызнулся Алекс.

– Так надо было предупредить меня, – развел руками Гаскел. – Я был уверен, что все по-старому...

– Ладно, об этом забудем, – раздраженно бросил Алекс. – Впустили ее и впустили. Но выпускать то было зачем?

Ага, сообразил Гаскел. Из-за этого мы и бесимся. Пташка упорхнула в неизвестность, а нам ой как хочется продолжить... Что ж, оно и понятно. Девочка того стоит.

– Откуда нам было знать, что ты хотел ее задержать? Посуди сам, Алекс. От тебя не поступало никаких распоряжений. Не могли же ребята просто задержать твою ночную гостью. Это было бы невежливо...

Алекс сознавал, что Морис прав. Но ярость клокотала в его душе, ища выход. Когда он проснулся и не обнаружил Джинджер рядом, он встревожился. Когда же выяснилось, что два часа назад она уехала из казино в неизвестном направлении, он словно взбесился. Ни привета, ни записки, ни указания, как ее найти, ни обещания вернуться. Она просто ушла, скорее всего, к своему Сэму. Джинджер расплатилась за его проигрыш, и больше в «Блестящем Вегасе» ее ничто не удерживало.

Алекс чувствовал себя обманутым и брошенным. Его использовали и над ним посмеялись. И в то же время он не имел права жаловаться. Все произошло именно так, как он вчера планировал. Минутный каприз, случайная ночь с юной красавицей... Вчера Алекс не знал лишь того, что пробуждение без Джинджер станет для него кошмаром.

– Да, все верно, – наконец кивнул он.

Гаскел вздохнул посвободнее. Хоть они с Алексом и давние друзья, никогда не знаешь наверняка, чего от него ожидать. Например, теперь ему вдруг понадобилась эта девчонка, хотя обычно Гаскелу и его ребятам приходилось выполнять совершенно противоположные задания – отваживать от Алекса чересчур рьяных красоток...

– Не переживай, – авторитетно сказал Морис. – Если тебе так нужна эта девица...

Он сделал паузу, давая Алексу возможность не согласиться с ним. Но Алекс молчал.

– То я в два счета отыщу ее для тебя, – закончил Гаскел.

– Хорошо, – кивнул Алекс. – Выясни о ней все как можно скорее.

Морису Гаскелу не нужно было повторять дважды. Как можно скорее значит приступить немедленно.

– Что тебе о ней известно? – спросил Морис.

Отвечать на этот вопрос Алекс мог бы часами. Он знал о Джинджер все. Знал, что она просыпается с улыбкой, а зевая прикрывает рот тыльной стороной ладошки. Знал, как нетерпеливы ее губы и искусны руки. Он мог бы с закрытыми глазами узнать ее по запаху, а в его ушах до сих пор звенел ее серебристый смех.

Увы, все это вряд ли могло помочь Морису в его поисках...

– Ее зовут Джинджер, – сказал Алекс. – Ее дружок Сэм называл ее Джин. Она живет за его счет.

– Не густо, – хмыкнул Гаскел. – Но Вегас не такой уж большой город...

– Если только она из Вегаса, – пробормотал Алекс как бы про себя.

Гаскел понимал, что он имеет в виду. Толпы охотников за удачей приезжали в Лас-Вегас на день или два, а потом уезжали навсегда. Найти их в огромной Америке было не так-то легко. К тому же многим людям, запросто проводившим ночку в казино игровой столицы мира, ничего не стоило улететь на следующий день в любую точку планеты.

– Она не должна была далеко уехать, – обнадежил Гаскел Алекса. – К утру ее найдем.

Однако с обещанием Морис поторопился. Ни утром, ни через день, ни через неделю ему ничего не было известно о таинственной Джинджер. Она и ее белоголовый дружок Сэм словно под землю провалились. В Вегасе было полно очаровательных девушек, в том числе рыжеволосых и в голубых платьях, которые не гнушались брать деньги у мужчин. К концу недели у Мориса возникло ощущение, что в ту ночь, когда Джинджер решила посетить «Блестящий Вегас», как минимум половина женщин в городе нацепила на себя разные оттенки синего. Девушку, похожую на Джинджер, одновременно видели в десятке мест в Лас-Вегасе, а уж субтильные блондинчики вроде Сэма, с воспаленными глазами и трясущимися руками, встречались на каждом шагу.

Докладывать о ходе поисков было нечего. Профессиональная гордость Гаскела была задета. Он искал Джинджер среди проституток и танцовщиц, актрис и скромных секретарш, и с течением времени ему стало казаться, что он гоняется за миражем. Должно быть, она привиделась и ему, и Алексу, эта роковая рыжеволосая красавица с огромными глазищами... Впрочем, записи видеонаблюдения убеждали его в обратном. Джинджер существует на самом деле, а у него просто не хватает способностей отыскать ее...

Целый месяц длились поиски. Одно время Гаскел вроде бы вышел на след, но красотка, которую он вел аж до Нью-Йорка, хоть и имела рыжие волосы, голубые глаза и была вполне соблазнительна, ночной гостьей Алекса не являлась. Белоглазый Сэм вообще как в воду канул. Морис выдвигал одну невероятную версию за другой, но ни одно из его предположений не подтвердилось.

Разгадка нашлась случайно. Одним воскресным вечером Морис по давней привычке просматривал свежие газеты, как вдруг...


Гаскел заглянул в кабинет Алекса, и тот сразу понял, что произошло нечто из ряда вон выходящее. Маленькие глазки Мориса лукаво блестели, а губы кривились в непонятной усмешке.

– Нашел я твою Джинджер, – сказал он, закрывая за собой дверь.

– Ты уверен? – осведомился Алекс. Гаскел уже неоднократно «радовал» его таким образом, правда, потом оказывалось, что это очередной ложный след...

– На все сто, – кивнул Морис. – Вот только искали мы ее совсем не там, где нужно. Смотри.

Он положил на стол перед Алексом свежий номер «Орегонского вестника».

– Не знал, что ты читаешь бульварную прессу, – усмехнулся Алекс.

– Иногда полезно, – коротко ответил Гаскел. – Открой вторую страницу.

Алекс развернул газету и... потерял дар речи. Со страницы на него смотрела Джинджер собственной персоной. Цветная фотография была достаточно большой и четкой, чтобы не сомневаться в том, кто это. Рыжие волосы Джинджер были уложены в высокую прическу, которую украшала блестящая диадема. На девушке было серебристое вечернее платье, и выглядела она как королева...

– Она? – спросил Гаскел.

– Да, – прошептал Алекс.

Но на этом сюрпризы не закончились. Статья рядом с фотографией шокировала не меньше, чем сам снимок. Алекс ожидал чего угодно – что Джинджер заняла первое место на каком-нибудь конкурсе красоты, что она является известной фотомоделью, но только не это...

Свадьба дочери металлургического магната, гласил заголовок. Алекс скрипнул зубами и принялся читать.

Джулиана Декстер, дочь миллиардера Рональда Декстера, которого иногда в шутку называют «главным металлургом страны», наконец назначила официальную дату помолвки со Стивеном Э. Моррисоном. Джулиана и Стивен знакомы с детства, и их союз – тайное желание как Декстеров, так и Моррисонов. Речь идет не просто о взаимной склонности молодых людей, а об объединении двух промышленных империй. Акции компаний Рональда Декстера резко подскочили в цене в связи с этим событием, да и корпорация Моррисонов пожинает плоды финансового (или, вернее сказать, предсвадебного!) бума.

Однако молодых совершенно не интересует материальная подоплека их помолвки. Они искренне привязаны друг к другу и считают оставшиеся до свадьбы дни. По крайней мере, так кажется на первый взгляд.

– Я уверена, что мы со Стивеном будем самой счастливой парой на свете, – сказала Джулиана Декстер нашему специальному корреспонденту. – Любовь – большая редкость в наши дни, и я рада, что мне повезло испытать ее.

Все же некоторые осведомленные люди полагают, что мисс Декстер несколько кривит душой. Из надежного источника нам стало известно, что Рональд Декстер, отец невесты, торопит Джулиану со свадьбой. Любовь любовью, а финансовую выгоду упускать нельзя – вот чем руководствуется заботливый отец, устраивая свадьбу дочери. Декстера не волнует тот факт, что молодого Моррисона с большой натяжкой можно назвать идеальным женихом для Джулианы. Всем известно его пагубное пристрастие к азартным играм, особенно к рулетке. За одну ночь в казино Стивен спускает немыслимые суммы, и никакие ухищрения лучших психоаналитиков не могут избавить его от роковой страсти.

– Стив может позволить себе играть, – сказал Декстер. – Ни я, ни Джулиана ничего не имеем против. Пусть мальчик развлекается.

Впрочем, и сама двадцатипятилетняя красавица Джулиана Декстер не без греха. Это очаровательное создание с ангельским личиком нередко становится объектом светской хроники. Образ жизни мисс Декстер безупречным не назовешь. Пьяные дебоши, нарушение общественного порядка, мелкие кражи в супермаркетах, угон машин – вот коротенький список сомнительных достижений наследницы Рональда Декстера. В этом смысле Джулиана и Стивен действительно являются идеальной парой. Остается только надеяться, что со временем эта золотая молодежь перебесится и распрощается с дурными привычками.

Сейчас же о бурном прошлом и, возможно, настоящем на время позабыто. Лучшие парижские модельеры шьют свадебное платье для Джулианы Декстер, а сама она с милой улыбкой рассказывает журналистам о том, как она счастлива. Стивен Э. Моррисон, как и подобает мужчине, ведет себя более сдержанно. Но не отходит от невесты ни на шаг. Что это? Хорошая мина при плохой игре, желание замаскировать деловые интересы личиной взаимной страсти, минутный каприз избалованных богачей или же истинное чувство? Только время покажет, насколько прочен союз Джулианы и Стивена...

Наши читатели могут смело рассчитывать на то, что мы будем держать их в курсе последних событий. В следующую пятницу читайте подробный отчет о помолвке Джулианы Декстер и Стивена Э. Моррисона, которая состоится в загородном доме Моррисонов. Только в «Орегонском вестнике» вы найдете точный список приглашенных на торжество и детальное описание туалетов гостей. Не пропустите пятничный номер, когда вместе с нашим корреспондентом вы попадете на самую роскошную вечеринку года!

Ошеломленный Алекс отложил газету в сторону.

– Вот тебе и Джинджер, – подытожил Гаскел. – Дочка самого Декстера. Мне и в голову не могло прийти...

Алекса обуревали те же мысли. Дочь одного из богатейших людей страны ведет себя как обычная продажная девчонка... Она же может купить весь «Блестящий Вегас» и глазом не моргнуть, а она вместо этого...

– И бесцветный мышонок тоже не промах, – продолжал Гаскел. – Стивен Э. Моррисон! У его отца денег куры не клюют, и он вполне может проиграть и семьдесят кусков, и сто... Подумать только, мы такого клиента выставили...

– Думаешь, это он? – быстро спросил Алекс. Но волновал его отнюдь не урон, нанесенный его казино. – Джинджер называла его Сэмом.

Алекс осекся. Каким же болваном надо быть, чтобы сомневаться в этом! Стивен Э. Моррисон. С. Э. М. Очередное домашнее имя, вроде Джинджер. Или Джин.

– Конечно, он, – энергично закивал Морис. – Сколько безумных игроков может крутиться вокруг одной дамочки?

– Да сколько угодно! – делано рассмеялся Алекс.

– Верно. – Морис почесал затылок. – Ребята раздобудут мне его фотографию. Позор, что мы не знаем таких людей в лицо. Клиентов вроде этого Сэма надо встречать с распростертыми объятиями. На нем же целое состояние сделать можно...

Гаскел покосился на Алекса, ожидая должного раскаяния. Но тот даже ухом не повел.

– Мое распоряжение относительно этого типа остается в силе, – процедил он.

Гаскел решил не спорить. Хотя он мог бы порассказать Алексу о том, что в семье Моррисонов водятся огромные деньжищи, и если их единственный наследник предпочитает тратить их в казино... Что ж, пусть лучше это будет «Блестящий Вегас» или любое другое заведение, принадлежащее Алексу Мерреллу!

– Только подумать, что дочь Рональда Декстера и ты... – Морис ухмыльнулся. – Всегда знал, что хорошо быть красавчиком. Но чтобы настолько...

Однако легкомысленный тон не сработал. Алекс был мрачен как никогда.

– Слушай, ну что с тобой творится? – вздохнул Гаскел. – Разгадали же наконец секрет твоей красавицы. Теперь можешь спать спокойно. Вряд ли она вынашивала какой-то злой умысел. Ты ей просто понравился, и она решила не отказывать тебе...

Морис залихватски подмигнул.

– А что ее женишок все проворонил, так это его проблемы. Думаю, для них это в порядке вещей. Ты же читал, что про нее тут понаписали... Еще та штучка...

Морис рассуждал все менее и менее уверенно. Его смущало выражение лица Алекса – напряженное, сосредоточенное, злое...

– Ты сможешь достать мне приглашение на эту помолвку? – внезапно перебил его Алекс.

У Гаскела отвисла челюсть.

– З-зачем? – произнес он с запинкой.

– Хочется перекинуться парой слов с очаровательной мисс Декстер. А заодно и поздравить. – На губах Алекса появилась улыбка, от которой у Гаскела мороз пробежал по коже.

– Это будет нелегко, – пробормотал он. – Сам понимаешь, какого уровня люди там соберутся.

– Ерунда, – отмахнулся Алекс. – Не может быть, чтобы среди гостей не было ни одного нашего знакомого. Мне нужно это приглашение, Морис.

И Гаскел видел, что так оно и есть.

6

Алекс оказался совершенно прав. Среди ста пятидесяти человек, приглашенных на помолвку Джулианы Декстер и Стивена Э. Моррисона, нашлась одна женщина, с которой Алекс был знаком чуть ближе, чем с остальными. Нельзя утверждать, что он знал большинство гостей Рональда Декстера, все-таки они вращались в разных сферах. Но кое-какие знакомые у Алекса Меррелла были в этих кругах, и одна из них не должна была отказать ему в маленькой просьбе.

Баронесса Катарина Монте обладала сомнительным титулом, полученным от мужа-авантюриста, низким чувственным голосом, монголоидным разрезом глаз и солидным банковским счетом. Свое состояние она унаследовала от какого-то дальнего родственника и проводила время в праздном бездействии. Показы мод, театральные премьеры, модные курорты, фешенебельные казино – Катарину можно было встретить в любом из этих мест. Пару лет назад они с Алексом познакомились на какой-то вечеринке, и она безумно в него влюбилась. Они провели вместе неделю, наполненную бешеной страстью, жгучей ревностью и безобразными ссорами, и расстались без видимого сожаления. Но раз в год Катарина непременно присылала Мерреллу поздравление с Рождеством, что говорило о том, что она так и не сумела его забыть.

Тем лучше для него. Катарина Монте была приглашена на помолвку дочери Рональда Декстера, и Алекс был уверен, что она не откажется, когда он предложит сопровождать ее.

Голос Катарины по телефону был по-прежнему хрипл и нетороплив. Правда, когда Алекс представился, самообладание на минутку покинуло ее.

– Алекс... Вот уж не ожидала тебя услышать...

– Всякое в жизни случается, – заметил он философски. – Случайно узнал, что ты сейчас в наших краях...

Он физически ощутил, как Катарина затаила дыхание. Женщины были для него как открытая книга. Все женщины, за одним небольшим исключением. Это рыжеволосое исключение улыбалось ему с разворота «Орегонского вестника» и заставляло совершать немыслимые поступки.

– Как насчет того, чтобы встретиться и немного поболтать?

– Ох, у меня нет ни одной свободной минутки, – простонала Катарина, но Алекс знал, что это всего лишь игра. Не могла же она уступить сразу!

– Неужели у тебя не найдется времени для старого друга? – усмехнулся Алекс.

– Разве что завтра вечером...

В этом можно было и не сомневаться. Катарина была все такой же – несносной, вздорной и сговорчивой. Внешне она тоже мало изменилась. Когда Алекс встретил ее в роскошном холле «Блестящего Вегаса», на ней было ярко-фиолетовое платье в восточном стиле, а на голове красовался тюрбан того же оттенка. Искусный макияж подчеркивал ее продолговатые глаза, а в руке дымилась неизменная сигарета. Надо сказать, что в Катарине Монте было свое очарование.

Через десять минут Алекс убедился в том, что воздействие его чар на Катарину ничуть не ослабело за два года. Она смотрела на него с прежним восхищением и то и дело норовила дотронуться до его руки.

– Ты совсем не изменился, – заявила она после двух рюмок абсента. – Разве что стал гораздо красивее.

– Ты тоже, – улыбнулся Алекс.

Он точно не знал, сколько лет Катарине, однако выглядела она как девочка. Видимо, не обошлось без пластического хирурга, думал он, разглядывая ее гладкое личико и пухлые губы. Катарина вдруг прищурилась и выпустила изо рта колечко дыма.

– Что же тебе от меня понадобилось, негодник? – произнесла она с притворной суровостью.

– Захотелось повидаться с тобой.

– Не обманывай меня, – покачала она головой. – Ты ничего не делаешь просто так... И зачем тебе было видеться со мной, когда вокруг тебя столько ослепительных красавиц...

Катарина обвела взглядом ресторан «Блестящего Вегаса». Она ничуть не преувеличивала. Здесь не было ни одной непривлекательной женщины, и многие красотки бросали умильные взгляды в сторону Алекса Меррелла. О, Катарина отлично знала, какой сумасшедшей популярностью он пользуется у прекрасного пола! Когда-то она сама ночами не спала из-за его проникновенных глаз, не понимая, что неотразимому Алексу нет дела до любви. Слава богу, это время безвозвратно прошло. Или почти прошло...

– Я хотел попросить тебя об услуге, – честно признался Алекс.

Катарина ощутила легкий укол разочарования. Неужели в ней все-таки проснулась глупая надежда?

– Я тебя внимательно слушаю, – вздохнула она, гадая про себя, о какой услуге пойдет речь. Алексу нужны деньги? У него проблемы с кем-нибудь из ее знакомых? Какая глупость. Меррелл не их тех, кто обращается за помощью. Тем более к женщине.

– Мне нужно попасть на вечеринку по случаю помолвки дочери Рональда Декстера, – непринужденно произнес Алекс. Он откинулся на удобную спинку кресла и рассматривал что-то за спиной Катарины. – Ты могла бы взять меня с собой...

– С какой стати? – фыркнула она. – Что ты там забыл?

– Допустим, деловые интересы.

Алекс небрежно улыбнулся, и у Катарины сердце ухнуло в пятки. Разве в человеческих силах отказать такому мужчине? И все-таки она героически сопротивлялась.

– Какие деловые интересы могут быть на помолвке? – Она подняла очередную рюмку и залпом выпила ее. – Да и люди там соберутся далекие от тебя...

– Не скажи. Ты, например, не так уж от меня далека.

Алекс посмотрел прямо ей в глаза, и Катарина с трудом подавила желание швырнуть рюмку ему в голову. Знает, подлец, как воздействовать на слабую женщину!

– А что я за это получу? – прищурилась она.

– А что ты хочешь?

Ответ напрашивался сам собой. Тебя, так и подмывало сказать Катарину. Твои нагло ухмыляющиеся губы, раздевающие глаза, смелые руки, твою силу, красоту, самоуверенность... Но мнимая баронесса стала умнее за эти два года. Любовь – прекрасная штука, если только она не грозит выйти из-под контроля и сжечь тебя дотла. В ее собственных интересах держаться подальше от Алекса Меррелла.

– Да ничего я не хочу. – Катарина сделала вид, что зевает. – Если тебе так уж нужно быть на этой вечеринке, я возьму тебя с собой. Старина Рональд не обидится...

– Спасибо, – сказал Алекс с таким чувством, что Катарина дала себе слово глаз с него не спускать на помолвке. Эту загадку ей очень хотелось разгадать.


Выбирая платье для вечеринки по случаю помолвки, Джулиана Декстер в который раз досадовала на цвет своих волос. Что за наказание быть рыжей! И пусть волосы ее не такие пламенные, как у мамы, но все равно достаточно яркие, чтобы существенно ограничить выбор ее вечерних платьев. О красном не могло быть и речи, розовый и оранжевый смотрелись еще хуже, в золотом она была похожа на рождественскую игрушку, белый – цвет свадебного платья, а в черном на собственную помолвку не пойдешь, слишком мрачно. Зеленый Джулиана терпеть не могла с детства, а голубой... голубой она тоже с недавних пор разлюбила.

Воспоминание, связанное с голубым платьем, Джулиана загоняла на задворки сознания. Но оно упорно возвращалось, стоило ей завидеть клочок небесно-голубой материи в своей гардеробной или вдохнуть аромат духов, которыми она была надушена в тот злополучный вечер, или взять в руки маленькую золотистую сумочку... Джулиана обзывала себя сентиментальной дурочкой и с удвоенной энергией готовилась к помолвке, но впервые в жизни ничего не могла поделать со своей памятью...

Никогда не переживать из-за мужчин. Эти слова вполне можно было считать девизом Джулианы Декстер. Она успешно следовала ему всю свою сознательную жизнь, с первой минуты, когда за ней, тринадцатилетней крошкой, впервые начали ухаживать. Девочка очень быстро поняла, насколько правильной была эта жизненная позиция. Сердце – чрезвычайно хрупкий предмет, а в душевных терзаниях нет ничего приятного. Пусть разбиваются сердца других, свое она сохранит целым и невредимым. Развлечений ей хватает и без любви!

У Джулианы не было причин жаловаться на судьбу. Та щедро одарила ее. Красота и богатство были ее уделом с рождения. Родители ни в чем не отказывали ей, и единственной проблемой юной Джулианы было выдумать себе новое желание. Расплатой очень скоро стала скука. Джин не к чему было стремиться. Ее душа ничего не жаждала. Деньги отца могли купить Джулиане все, что угодно, кроме подлинного интереса к жизни...

Друзья ничем не могли ей помочь. Разве их не терзал тот же самый демон? Правда, некоторые из них умудрялись найти себе развлечение, а чаще – навязчивую манию. Как, например, Сэм, одержимый азартными играми, или Мэгги, которой вдруг вздумалось стать певицей, и она заставила отца купить звукозаписывающую студию, где и проводит сейчас все время. Микки Бернштейн спился, а его сестра увлеклась благотворительностью. Но Джулиане никак не удавалось занять себя чем-нибудь. Все надоедало, приедалось, утомляло до невозможности. Вечеринки до утра, ночи в казино, бешеные уличные гонки на дорогих автомобилях, неприятности с полицией – она пробовала это и многое другое, но скука неизменно накладывала свою тяжелую лапу на все ее занятия.

С мужчинами дела обстояли точно так же. Все они были на одно лицо, с одинаковыми повадками и привычками. Сынки состоятельных родителей, внезапно разбогатевшие трудоголики, друзья или противники ее отца... Они не жалели денег для того, чтобы привлечь внимание Джулианы, и наперебой ухаживали за ней. Девушка понятия не имела о том, насколько они искренни и что для них стоит на первом месте – она сама или миллиарды ее отца. Впрочем, ей было все равно. Может быть, ей удалось бы немного развлечься, если бы она почувствовала, что кто-то намеренно собирается использовать ее. Но нет, ей твердили о любви и клялись в вечной преданности. Как будто она придает какое-то значение словам!

В любовь Джулиана не верила, мужчин слегка презирала, обычные развлечения ее утомляли, вникать в работу отца она не хотела. Каждое утро она просыпалась с одной и той же мыслью: а чем я сегодня займусь? И редко когда ей удавалось найти достойный ответ на этот нехитрый вопрос.

Будущее замужество ничего не меняло для Джулианы. Со Стивеном Э. Моррисоном, или просто Сэмом, она была знакома с детства. В восемнадцать лет Сэм вяло поухаживал за ней, а через пару недель переметнулся к ее подруге. Джулиана не переживала. С какой стати? Сэм ни капли не интересовал ее, хотя отец намекал, что к нему стоит присмотреться. Выгода превыше всего, частенько говорил Рональд Декстер, и Джулиана прекрасно понимала, что он имеет в виду. В коммерческом плане Джулиана и Сэм были просто созданы друг для друга.

Время шло, и от скуки ли, или желая угодить отцу, Джулиана согласилась стать женой Сэма. Почему бы нет? Правда, он далеко не красавец, да и вредных привычек у него хоть отбавляй, но зато он не будет слишком строг к ней. Она ведь тоже не ангел. Они отлично поладят, а у репортеров светской хроники появится работенка. Раз их отцы так мечтают о слиянии своих корпораций на семейной основе, нет ни одной причины отказывать им в этой радости. Сердце Сэма, как и сердце Джулианы, абсолютно свободно, по крайней мере, в отношении женщин. А то, что он пристрастился к игре в рулетку... Что ж, его денег хватит на то, чтобы обогатить все казино мира!

И надо же было ей поехать в Вегас вместе с Сэмом, когда она только-только приняла это важное решение! И чего ей не сиделось дома? Он проигрался бы в пух и прах и без ее присутствия, а она бы избежала знакомства с...

Джулиана запрещала себе даже называть Алекса по имени.

7

В «Блестящем Вегасе» было не веселее, чем в любом другом казино, которое когда-либо посещала Джулиана. Роскошью обстановки ее было трудно удивить, да и в самой игре было мало интересного. Ни карты, ни рулетка, ни игровые автоматы Джулиану не привлекали. Пока Сэм наслаждался, она как неприкаянная бродила по казино, ругая себя за то, что согласилась приехать. Ее все раздражало – и толпы клиентов, и навязчивое внимание мужчин, и звон фишек, и табачный дым, и полуобнаженные девицы в шоу-программе. А больше всего раздражало то, что в отличие от нее Сэм получает удовольствие от визита в казино. Разве это справедливо?

Мужчину в темном дорогом костюме Джулиана заметила сразу, как только он вошел в игровой зал. Было в нем нечто, отличающее его от простых посетителей казино, хотя среди них были очень влиятельные и богатые люди. Но этот сочетал в себе качества, которые обычно не встречаются в одном человеке. Он был красив как бог. Джулиана видела подобные лица в глянцевых журналах и кино – у незнакомца была смуглая кожа и черные вьющиеся волосы, глаза, наверное, тоже темные (в полумраке зала Джулиана не была в этом уверена), ровный прямой нос и волевой подбородок.

Но дело было даже не во внешней красоте, а в том властном выражении, с которым мужчина поглядывал по сторонам. В этом он ничуть не походил на модельных красавцев с томными взглядами. Это был мужчина до мозга костей, и чувства, которые охватывали каждую женщину при виде его крепкого поджарого тела, уходили корнями в далекие первобытные времена, когда мужчины повелевали, а женщины беспрекословно подчинялись.

Этот человек взволновал Джулиану и возмутил ее. Какое право он имеет держать себя так, словно ему принадлежит весь мир? Наглый, самодовольный тип, который считает себя пупом земли, а на самом деле... Нет, она не права. В поведении мужчины не было ни наглости, ни самодовольства. В нем была некая непоколебимая внутренняя уверенность, спокойная энергия, которая волнами расходилась от него и заставляла нервничать и мужчин, и женщин. Первые чувствовали себя в его присутствии неполноценными, вторые... Их тянуло к нему как магнитом.

У Джулианы Декстер был зоркий глаз. Она сразу заметила, как засуетились женщины в зале. Кто-то невольно стал поправлять прическу, кто-то принял позу поизящнее и пококетливее. Женщины пожилые и молодые, с кавалерами и без, играющие и скучающие – одним словом, все женщины без исключения были в курсе, кто вошел в зал. Его присутствие словно наэлектризовало воздух. Он был центром урагана, где царит абсолютное спокойствие, в то время как вокруг кипят страсти.

К своему ужасу и удивлению, Джулиана осознала, что ведет себя так же, как остальные. Исподлобья следит за каждым движением мужчины и втайне мечтает, чтобы он посмотрел в ее сторону. Неслыханно! Может быть, она выпила лишку и ее потянуло на приключения? Почему она не в состоянии совладать с собой? Или она не видела раньше красивых мужчин? Этот ничем не отличается от остальных...

Джулиана перевела глаза на других мужчин. Ничем не отличается? Надо быть слепой, чтобы верить в это. С появлением незнакомца все мужчины в зале (а среди них было немало привлекательных) померкли, как меркнут звезды на небе, когда показывается солнце. Джулиана была растеряна и смущена, а так как эти эмоции были ей незнакомы, можно было догадаться, что вдобавок она ужасно разозлилась. Никто не имеет права приводить в замешательство Джулиану Декстер!

Тем временем мужчина, за которым на почтительном расстоянии следовали несколько крепких ребят в черных костюмах, сделал то, что Джулиана меньше всего ожидала от него. Он подошел к Сэму, которого сжигала игровая лихорадка, и что-то сказал ему. Недовольство девушки возросло стократ. Она недоумевала, откуда у Сэма такой знакомый. Это нужно было выяснить, и выяснить немедленно. Джулиана привыкла быстро получать ответы на свои вопросы.

Она подошла ближе к рулеточному столу. Было ясно, что мужчина что-то предлагает Сэму, а тот колеблется и нерешительно оглядывается на нее, Джулиану! Девушка истолковала это как просьбу о помощи. Теперь медлить не следовало, и Джулиана ринулась в бой.

Вблизи незнакомец оказался еще красивее. Щедрый рот, который так легко кривится в презрительной усмешке, глаза действительно черные, обдающие то жаром, то холодом... Прямо-таки идеальный красавец. Он был бы просто слащав, если бы не выражение лица – жесткое, даже жестокое, холодное, безжалостное. Первый раз в жизни сердце Джулианы ушло в пятки, когда незнакомец взглянул на нее из-под ровных густых бровей.

Сэм же ни на что не обращал внимания. Девушка знала, что, когда его снедает лихорадка азарта, он становится слепым и глухим ко всему. Впрочем, и без рулетки трудно было ожидать, что он станет ее ревновать. Разве они не договорились сразу, что они свободные люди и не испытывают друг к другу никаких чувств? В этом-то и заключалась вся прелесть брачного союза, который они планировали вскоре заключить...

Но одно дело – не ревновать, и совсем другое – укладывать свою невесту в постель к другому мужчине!

Просьба Сэма потрясла Джулиану до глубины души. Он проиграл все наличные деньги – что ж, она не сомневалась, что все этим и закончится. Владелец казино дает ему еще один шанс – как благородно с его стороны! Но если Сэм снова проиграет, она, Джулиана, должна будет провести с этим человеком ночь...

Разум Джулианы взбунтовался. Как у этого негодяя хватило наглости предложить такую ставку! И как ничтожен Сэм, если умоляет ее согласиться! Но в то же время она отдавала себе отчет в том, что чувствует себя странно польщенной. Алекс Меррелл (теперь она знала его имя) счел ее привлекательной и позволил себе неслыханную вольность! Это было мерзко, оскорбительно и... волнующе.

Джулиана и не представляла себе, что способна испытывать такую бурю эмоций. В этот момент она ненавидела Меррелла, Сэма, всех мужчин на свете. Казалось, дай ей сейчас в руки оружие – и в «Блестящем Вегасе» народу заметно поубавится. Лучше всего было бы окончательно оскорбиться и покинуть казино. Пусть Сэм разбирается со своими проблемами без ее участия. Но Джулиану словно пригвоздили к месту. Она была как будто под гипнозом. Алекс Меррелл подчинил ее своей воле, и она никак не могла решить, чего ей хочется больше – убить его или броситься в его объятия...

Но, естественно, об объятиях и речи быть не могло. Дочь Рональда Декстера не девушка по вызову. Ее нельзя купить. У нее нет никаких предрассудков, и она готова переспать с понравившимся ей мужчиной просто так, но обращаться с собой как с продажной девкой она не позволит. Алекс Меррелл затеял непонятный ей эксперимент. Что ж, он скоро убедится в том, что выбрал не тех подопытных кроликов!

Вне себя от ярости, желая уязвить Меррелла как можно сильнее, Джулиана бросила роковую фразу:

– Если вам захотелось со мной переспать, незачем было прибегать к такой мерзости!

И тут же по выражению его глаз поняла, что этого говорить ни в коем случае не следовало. Кем теперь он будет считать ее? Самонадеянной дурочкой, которая уверена в том, что каждый мужчина мечтает затащить ее в постель! Но раскаиваться было поздно. Интерес потух в глазах Меррелла. Он разрешил Сэму сыграть еще один раз без всяких условий и вышел из зала, даже не взглянув в сторону Джулианы.

Как и следовало ожидать, Сэм опять проиграл. В «Блестящем Вегасе» им уже больше нечего было делать.

– Поедем в отель, – вздохнул Сэм, не отрывая тоскливых глаз от рулетки. – Пора.

Он взял Джулиану за руку, девушка сердито вырвалась. Она никогда не была особенно высокого мнения о Стивене Э. Моррисоне. Но сейчас он вызывал у нее отвращение. Его холодные руки, влажные от пота, бегающие глаза, испарина на лбу, мертвенно-бледные губы... На кого он похож, ее так называемый жених? Разве у кого-нибудь замирает сердце, когда он приходит? В лучшем случае на губах появляется снисходительная улыбка. Конечно, состояние его отца с лихвой компенсирует его недостатки, но разве для дочери Рональда Декстера это должно иметь значение?

Вся во власти непривычных мрачных мыслей, Джулиана вышла из казино вместе с Сэмом. Сейчас им подгонят их машину, и они отправятся в отель «Придорожное казино», где сегодня сняли номер. Сэм, скорее всего, сразу завалится спать. После столь напряженной ночи у него не будет ни сил, ни желания для любви. Да и ей его ласки будут невероятно противны. Как можно спать с мужчиной, который с легкостью согласился уступить тебя другому?

За углом показался их ярко-красный лимузин. Джулиана внезапно осознала, что дело вовсе не в поведении Сэма. И даже не в его личных качествах. Разве она до сих пор не знала, что он слабохарактерный игрок? И разве ей когда-нибудь было приятно заниматься с ним любовью? Но раньше она относилась к нему с добродушным снисхождением и не судила слишком строго. Но сегодня Алекс Меррелл заглянул ей в глаза и потребовал ее... Какая разница, что им двигало? Она же никогда не простит себе, если уедет с Сэмом и больше не увидит Алекса. На одну ночь можно позабыть о гордости и примерить на себя роль женщины, послушной любым приказам мужчины. Особенно если приказывать будет Алекс...

– Езжай в отель один, – скомандовала Джулиана, когда охранник распахнул перед ними дверцу лимузина. – Мне вдруг захотелось поиграть...

– Но ведь владелец распорядился выставить нас, – вяло возразил Сэм. У него не было сил на спор, он слишком устал...

– Плевать на его распоряжения! – невежливо фыркнула девушка. – Если тебя можно выкинуть на улицу как щенка, то меня – нет!

С этими словами Джулиана развернулась и пошла обратно в «Блестящий Вегас». Охранники не пытались задержать ее. На секунду Джулиана испугалась, что Сэм вздумает последовать ее примеру, но она могла не беспокоиться. Вздохнув, Сэм полез в лимузин. Чтобы продолжать игру, у него не было ни цента. Надо было пополнить запасы и дождаться следующей ночи. Что будет делать Джулиана, его ни капли не интересовало.

Узнать об апартаментах Алекса Меррелла, а тем более пробраться туда было непросто. Но обворожительная улыбка вкупе с долларовыми банкнотами сделала свое дело. Предупрежденная Морисом Гаскелом охрана охотно показала девушке, куда нужно идти, и многие искренне позавидовали Алексу, который шутя заполучил такую красотку.

С бьющимся сердцем Джулиана прокралась в спальню Алекса. Ей очень хотелось включить свет и рассмотреть его жилище во всех подробностях. Но она решила не рисковать. Вряд ли кому-нибудь понравится, если она будет вести себя здесь как хозяйка. Лучше спрятаться и переждать. Джулиана сняла босоножки и устроилась на кровати Алекса. Она старалась не думать о том, сколько женщин перебывало до нее в этой комнате. Ничем хорошим такие размышления не закончатся. Лучше как следует продумать свою легенду, чтобы Алекс не догадался о том, кто она. Дочери Рональда Декстера придется посторониться, ее место займет беспечная подружка богатого бездельника...

Джулиана прождала Алекса полтора часа. Девушка удивлялась собственной терпеливости. Она, для которой десять минут ожидания были невыносимой пыткой, вдруг обнаружила в себе солидный запасец терпения. Неважно, сколько она просидит в темной спальне. Главное, чтобы тот, ради кого она пошла на такой риск, все-таки появился здесь...

Но странные вещи этим не исчерпывались. Джулиана волновалась так, как никогда в своей жизни. Ее хладнокровие даже вошло в поговорку среди ее друзей. Посмотрели бы они на нее сейчас! Лихорадочный румянец на щеках, сердце колотится так, что вот-вот выскочит из груди, во рту все пересохло. Джулиана боялась и того, что Алекс выставит ее за дверь, и того, что он вообще не придет. Не меньший трепет вызывала у нее мысль о том, что произойдет между ними, если он не отвергнет ее...

Алекс все-таки вошел в спальню и, не включая свет, встал у окна. Джулиана затаила дыхание. Что теперь делать? Позвать его? Кашлянуть? Или снова ждать, пока он не заметит ее?

Видимо, сидеть тихо у нее получалось плохо, потому что Алекс насторожился. Ее силуэт отчетливо выделялся на фоне окна, и Джулиана увидела, как он чуть повернул голову, прислушиваясь. Девушка перестала дышать. Но у Алекса был необычайно острый слух. Он заподозрил неладное и быстро подошел к выключателю. Сейчас начнется самое интересное, подумала Джулиана.

Увидев ошеломленное лицо Алекса, девушка поняла, что не зря проделала все это. Он был поражен, изумлен, сбит с толку. Более того, он наивно решил, что сможет выпроводить ее. Однако Джулиана не собиралась отступать. Ее неудержимо влекло к этому мужчине, и она не позволит ему просто так отделаться от нее...

Наверное, ей следовало послушаться Алекса и уехать. Это Джулиана поняла позднее, когда, утомленная, задремала на его плече. Вернее, не задремала, а притворилась, что спит. Отдых был необходим не только ее телу, но и ее маленькому запутавшемуся сердечку. Теперь ей было ясно, что к Алексу Мерреллу нельзя подходить и на пушечный выстрел. Он слишком хорош для того, чтобы она могла остаться равнодушной к его чарам. Он нежен, ласков, у него потрясающее тело, и... Джулиана впервые в жизни не находила подходящих слов.

Были у нее и ласковые, и нежные, и красивые мужчины, но ни с кем она не испытывала такого взрыва эмоций, как с Алексом. Он заставил трепетать каждую жилку в ее теле, заставил Джулиану сделать ошеломляющее открытие. Оказывается, она поторопилась относить себя к бесстрастным женщинам, которым физическая любовь не доставляет большого удовольствия. Раньше Джулиана гордилась тем, что остается спокойной даже в мгновения самой пылкой страсти. Сейчас она в полной мере сознавала свою глупость. Руки Алекса творили с ней невероятное. Тело Джулианы плавилось от его прикосновений. Она больше не была сторонней наблюдательницей, она была активным действующим лицом, главным персонажем в пьесе любви...

Лежа на плече Алекса, Джулиана задавала себе извечный женский вопрос: а что дальше? О, если бы у нее был выбор, она предпочла бы никогда не расставаться с Алексом! По крайней мере, до тех пор, пока не утихнет зуд в ее крови и пока она не сможет спокойно реагировать на его поцелуи... Увы, это зависело не от нее. По случайной прихоти Алекс заинтересовался ею. Завтра в его постели окажется другая, послезавтра – третья. Разве он может принадлежать одной женщине? Даже ей, Джулиане Декстер. Ей не покорить его, не привязать к себе, не купить. Алекс Меррелл – вольная птица... И разве не это привлекает ее в нем? Он не похож ни на одного мужчину ее круга, он – хищный зверь, и весь мир для него делится на противников и добычу. К какой категории относится она? Конечно, ко второй. Она сама прибежала к нему, несмотря на оскорбительное предложение...

Правда, если Алекс и предложил Сэму унизительную сделку, сейчас Джулиана не чувствовала пренебрежения с его стороны. Наоборот. Он вел себя как влюбленный, и это только все портило. Джулиане ужасно хотелось поверить ему... Ведь должна существовать любовь с первого взгляда. Почему бы ему не увлечься ею? Но самообман был смертельно опасен. Что она будет делать, когда он наиграется ею и отшвырнет в сторону? Нет, такого она не допустит. Она уйдет первой, и он никогда не догадается, что привело ее в его постель. Легкомысленная Джинджер исчезнет из его жизни так же внезапно, как и появилась.

Дождавшись, когда Алекс крепко заснет, Джулиана поднялась с кровати. Она не сомневалась, что охрана казино не станет задерживать ее. Наверняка привычки хозяина были им хорошо известны. Должно быть, немало красоток таким образом покидали комнаты Алекса Меррелла в «Блестящем Вегасе». Вполне возможно, что он сам выставлял их, а они сопротивлялись до последнего...

Джулиана вызвала такси и вернулась в отель к Сэму. Он спал как убитый, не потрудившись снять одежду. Початая бутылка виски и тяжелый алкогольный запах в комнате ясно говорили о том, чем он занимался перед тем, как заснуть. Девушка поморщилась и прошла в ванную комнату. Вот ее настоящее и будущее. А смуглое мужское тело, пахнущее сандалом, всего лишь один из многочисленных эпизодов ее безумной жизни, о котором надо забыть как можно скорее.

Однако, как она ни старалась, выкинуть из головы Алекса Джулиана не могла. Она спрятала голубое платье, подарила горничной духи, босоножки, сумочку, но ничего не помогало. При виде каждого высокого темноволосого мужчины ее обдавало жаром, слова казино или рулетка вызывали у нее приступы мигрени, и все мужские имена, начинающиеся на «А», были у нее под запретом.

Все же это не мешало ей готовиться к помолвке с Сэмом. Постепенно она свыкнется с мыслью о том, что есть на свете мужчина, который сумел затронуть ее сердце. Алекс Меррелл перейдет в разряд приятных воспоминаний. А пока... пока лучше с головой уйти в предсвадебные хлопоты и не обращать внимания на то, что каждую ночь во сне к ней приходит неотразимый любовник с глазами цвета ночного неба, который совершенно не похож на ее будущего мужа...

8

Загородный дом Моррисонов был способен произвести впечатление даже на богатого и избалованного человека. Здание было окружено парком, обнесенным надежным железным забором с камерами слежения. Ворота открывались автоматически, но можно было не сомневаться в том, что для постороннего человека они будут закрыты. В парке были аккуратные дорожки, посыпанные белым песком, и деревья, подстриженные в форме забавных зверей, верх садоводческого искусства. Сам дом и его обстановка отвечали всем требованиям хорошего вкуса. Благородно, сдержанно, красиво и дорого. Было видно с первого взгляда, что Моррисоны умеют не только зарабатывать деньги, но и с умом их тратить.

Хотя у Алекса Меррелла не было возможности как следует разглядеть и фасад здания в викторианском стиле, и восточную мозаику на стенах холла, и резные панели в коридоре... Его внимание было поделено ровно на две части. Катарина Монте и Джулиана Декстер. Первая держала его под руку, раздуваясь от гордости, и болтала без умолку. Вторую Алекс жадно высматривал в толпе гостей.

Но Джулиана все не появлялась. Алекс видел Стивена Э. Моррисона, который, несмотря на смокинг и тщательно причесанные волосы, смотрелся не намного лучше, чем в казино. От Сэма не отходила немолодая женщина с такими же светлыми, как у него, глазами и волосами. Мать, догадался Алекс. Интересно, что бы она сказала, если бы знала, при каких обстоятельствах я познакомился с ее сынком.

Алекс знал кое-кого из толпы приглашенных и спешил обменяться с каждым приветственным кивком. Если кто и был удивлен этой встречей, то ничем не выдал изумления. Почему бы Алексу Мерреллу не прийти на вечеринку? Вполне достойный парень, а по размеру своего состояния заткнет за пояс многих из присутствующих...

Если бы не мысли о Джулиане, Алекс нашел бы, чем потешить свое тщеславие. В доме Моррисонов собрались сливки общества, люди, которые вершили судьбы. Они купались в деньгах в то время, когда Алекс только мечтал о блестящем будущем. Когда-то они с пренебрежением смотрели на молодого выскочку, а сейчас торопились пожать ему руку...

Но впервые в жизни Алексу было все равно, что о нем говорят и думают сильные мира сего. Вернее, у него просто не было времени остановиться и насладиться своим успехом. Когда люди, которых он знал очень поверхностно, подходили к нему, чтобы немного поболтать и продолжить знакомство, а также, чтобы представить своих приятелей, он не испытывал ничего, кроме раздражения. За светской болтовней он может пропустить Джулиану. А ему необходимо увидеть ее до того, как она заметит его. Чтобы у нее не было времени подготовиться к этой неожиданной встрече. Первая реакция – самая верная, и Алекс хотел видеть ее глаза в тот момент, когда она поймет, что он присутствует на вечеринке.

Естественно, он ничем не выдавал своего нетерпения. К лицемерию Алексу Мерреллу было не привыкать. И он рассыпался в комплиментах дамам и с серьезным лицом обсуждал деловые вопросы с мужчинами. Катарина Монте заметно нервничала из-за внимания, которое Алексу оказывали гости, особенно женщины, но ничего не могла сделать. Ей оставалось утешать себя лишь тем, что он пришел на вечеринку именно с ней...

Вначале Алекс услышал восхищенный гул голосов, потом увидел, как все головы повернулись в одну сторону, и только после этого сообразил, что невеста наконец появилась. В парадный зал виллы Моррисонов под руку с отцом вошла Джулиана Декстер. Алекс быстро прошел за спинами гостей и спрятался за колонну, откуда он мог спокойно разглядывать девушку.

Хотя спокойно не получалось. В этот месяц поисков и неизвестности, терзаясь воспоминаниями о чудесной ночи, Алекс не думал ни о ком, кроме рыжеволосой Джинджер. Даже работа перестала увлекать его с прежней силой. Не все ли равно, какой доход приносят его казино и игровые залы и что Фрэнк Питерс, редкостный мерзавец, между прочим, согласился продать ему заводик по производству игровых автоматов? Рано или поздно это должно было случиться, и нет ни одной причины, по которой ему следует приходить в восторг. Все шло своим чередом, и внешне Алекс Меррелл был таким же, как и прежде. Однако внутри его неотступно грызло воспоминание...

Алекс не понимал, чем именно зацепила его Джинджер. В его жизни было немало случайных связей. Он забывал о них с невероятной быстротой, лишь только поднимался с кровати и прощался с очередной красоткой. Но Джинджер никак не отпускала его. Что в ней было? Может быть, лишь то, что она осмелилась покинуть его и что он не знал, кто она на самом деле и где ее искать?

Что ж, усмехнулся Алекс. Теперь я знаю, кто она. И я ее нашел.

Но легче почему-то не становилось. Подружка богатого парня, которую было легко сманить, предложив чуть больше, внезапно превратилась в неприступную дочь одного из самых богатых людей страны. В мгновение ока Джинджер поднялась на недосягаемую для Алекса высоту.

Хуже всего было то, что менее желанной она от этого не стала.

Сегодня Джулиана была красива иначе, чем в ту ночь. Никаких облегающих тканей, разрезов на юбке и сексуальных силуэтов. На ней было длинное светло-сиреневое платье с пышной юбкой и украшенным маленькими цветочками корсажем. Воротник в стиле Елизаветы Первой придавал Джулиане поистине королевский вид. Ее пышные рыжие волосы были гладко зачесаны и подняты вверх, на шее красовалось ожерелье баснословной стоимости. Ледяная, как Снежная королева, неприступная, как высочайшая горная вершина, красивая, как мисс Вселенная, благоразумная, как пуританка с «Мэйфлауэра»...

Где была скучающая Джин, которая неприкаянно бродила по «Блестящему Вегасу»? А разгневанная тигрица, чьи глаза метали молнии и грозили испепелить Алекса? И, наконец, страстная, ласковая Джинджер, при воспоминании о которой тепло разливалось по телу Алекса? Сейчас перед ним была мисс Джулиана Декстер, богатая наследница, которая вскоре выйдет замуж, остепенится и позабудет о безумных эскападах. И не преодолеть пропасть между ними...

Гости ринулись приносить поздравления Декстеру и его дочери. Катарина мягко, но настойчиво потянула Алекса за собой.

– Рональд, дорогой, я так за тебя рада, – ворковала она минуту спустя, сжимая морщинистую руку Декстера. Тот наклонил голову. – Познакомься, это Алекс Меррелл, мой давний знакомый.

– Меррелл? – Декстер нахмурился, припоминая что-то. – Игорный бизнес?

Алекс кивнул. Мужчины пожали друг другу руки. В другой раз Алекс был бы очень польщен тем, что великий Рональд Декстер слышал о нем. Сейчас, увы, ему не было до этого никакого дела. Если бы позволяли приличия, он бы с радостью отвернулся от отца, чтобы поздороваться с дочерью...

– Много слышал о вас, мистер Меррелл, – пробормотал Декстер, внимательно разглядывая Алекса.

Тот вернул ему взгляд, не дрогнув. Он примерно представлял себе ход мыслей Декстера. Слишком красив, чтобы быть серьезным бизнесменом... И все-таки невероятно удачлив... Казино – доходный бизнес... Если бы не Джулиана, Алекс не упустил бы возможность поближе пообщаться с самим Декстером. Но рыжеволосая красавица манила его, и он лихорадочно размышлял над тем, как бы побыстрее отделаться от ее отца.

Помощь пришла от ничего не подозревающей Катарины.

– Если ты не возражаешь, Рональд, мы пойдем, поздороваемся с невестой, – пропела она, и сердце Алекса радостно подпрыгнуло.

Джулиана стояла неподалеку в окружении подруг. По счастливой случайности, когда Катарина и Алекс разговаривали с ее отцом, она повернулась к ним спиной. Поэтому, когда баронесса, ловко растолкав девиц вокруг Джулианы, пробилась к ней, Алекс смог как следует насладиться замешательством невесты.

– Джулиана, солнышко, поздравляю! – энергично воскликнула Катарина и в порыве чувств стиснула Джулиану в объятиях.

Девушка не сопротивлялась. Казалось, она вообще не сознает, что делает Катарина. Ее взгляд был устремлен на Алекса, и он с удовлетворением отметил, что лед Снежной королевы дал трещину. Джинджер узнала его. Корректное равнодушие в ее глазах сменилось... Нет, Алекс не мог определить, чем именно. Страхом перед разоблачением? Радостью при виде него? Смущением? Раздражением? Или всем понемногу? Алексу было этого достаточно. Он не страшился даже ненависти и презрения. Все, что угодно, кроме безразличия...

– Хочу представить тебе одного человека, – между тем щебетала Катарина, не сознавая, что Джулиана даже не слышит ее. – Алекс Меррелл, мой... друг.

Она намеренно сделала паузу перед словом «друг», чтобы подчеркнуть, что у нее с Алексом не просто приятельские отношения. Неплохо бы сразу дать понять всем этим хорошеньким юным девчонкам, которые без стыда таращатся на Алекса, что этот мужчина занят. По крайней мере, сегодня вечером. И что он вообще им не по зубам.

– Очень приятно, – произнесла Джулиана чуть ли не по слогам и протянула Алексу руку.

Он сжал ее пальцы. Они были холодны как лед. Алекс с трудом подавил в себе желание поцеловать руку девушки. Неизвестно, как она отреагирует. И в любом случае вольности с невестой на помолвке не особенно приветствуются...

– Вы прелестно выглядите, мисс Декстер, – сказал Алекс невозмутимо.

Джулиана уже овладела собой. Ее лицо приняло прежнее бесстрастное выражение.

– Благодарю вас, мистер Меррелл, – холодно кивнула она и повернулась к одной из подружек, которая стояла справа от нее и с детским восхищением смотрела на Алекса. – Так что ты рассказывала о своем брате, Кэрри?


– Эта Джулиана Декстер необыкновенная гордячка и задавака, – обиженно прошептала Катарина Алексу, когда они отошли от невесты. – Ее отец и то уделил нам больше внимания.

– Ерунда, – пожал плечами Алекс.

– Нет, не ерунда, – упрямилась Катарина. – Ты же слышал, как она обошлась с нами. Что ты рассказывала о своем брате, Кэрри? Могла бы прямо сказать: отстаньте от меня, баронесса Монте!

Гнев Катарины до слез смешил Алекса. Бедняжка отнесла холодность Джулианы на свой счет. А вот он истолковал его совершенно правильно. Мисс Декстер просто не сообразила, как ей следует вести себя с ним. Несомненно одно – его появление взволновало ее. Осталось только улучить минутку и подойти к ней, когда вокруг не будет свидетелей...

Но рядом с Джулианой все время были люди. Подруги, поклонники, родственники, знакомые. Алекс не хотел рисковать и отзывать девушку в сторону. Ее влиятельный отец наверняка встревожится, увидев их вместе. Самому Алексу было все равно, но неприятностей для Джулианы он не желал. Да и Катарина ни на секунду не оставляла его одного. Она что-то подозревает, мрачно размышлял Алекс, прислушиваясь к ее оживленной болтовне. Еще не хватало, чтобы она догадалась, ради кого я сюда явился. С Алексом Мерреллом творилось невообразимое. Он, которому всегда были безразличны чувства других людей, рьяно оберегал репутацию Джулианы Декстер.

Вскоре всех пригласили в сад перед домом, где на большой поляне с неестественно зеленой травой были накрыты столы. Рональд Декстер торжественно объявил о помолвке между Джулианой и Стивеном, и Сэм дрожащими руками надел на палец девушки колечко. Ни он, ни она не были похожи на счастливых жениха и невесту. Сэм еще пытался выглядеть оживленным. Лицо Джулианы было мрачно, а от ее улыбки мурашки бежали по телу.

Взяв бокал шампанского и радуясь тому, что Катарина наконец оставила его в покое, увлекшись морскими деликатесами, Алекс наблюдал за невестой. Зачем она выходит замуж? – гадал он. Расчет исключается. Ее отец не менее богат, чем Моррисоны. Любовь? Смешно даже предполагать. Дружба, уважение, давняя привязанность? Желание выйти из-под опеки отца? Скука? Ни одна причина не казалась достаточно весомой, чтобы оправдать этот поступок. Вот если бы жених был другой...

Алекс обратил внимание, что вокруг Джулианы крутилось немало мужчин, более достойных, чем Стивен Э. Моррисон. Она ведь отлично знает, что он игрок и душу продаст дьяволу, лишь бы крутилась его обожаемая рулетка. После сцены в «Блестящем Вегасе» любая девушка с презрением отвернулась бы от Сэма. А Джулиана держит его под руку и позволяет ему целовать себя вялыми бледными губами.

Алекс представил себе первую брачную ночь, и неприятное чувство кольнуло его в сердце. Неужели я ревную ее к этой малокровной рыбине? – удивился он сам себе. Джулиана Моррисон... Миссис Стивен. Э. Моррисон... Черт побери, если ей так хочется замуж, она могла бы стать миссис Алекс Меррелл!

Алекс осекся. Это уже чересчур. Еще в семнадцать лет он дал себе слово, что никогда не женится. Привязать себя к одной женщине на всю жизнь или даже на несколько лет? Только не он. Терпеть придирки, ревность, капризы? Ни за что. Никакая любовь не может служить оправданием такой глупости. В конце концов, что такое любовь? Физическое влечение плюс некоторая заинтересованность в человеке. Стоит удовлетворить первое, как второе пропадает само собой. Зачем соединять себя с женщиной, когда по большому счету нет дела ни до одной из них?

Однако, раз возникнув, проклятая мысль о женитьбе никак не желала уходить. За какие заслуги Джулиана выбрала Сэма? Он предаст ее, не моргнув глазом. Уже предал. Что бы сказал гордый Рональд Декстер, если бы узнал, как жених Джулианы обошелся с ней в «Блестящем Вегасе»?

Но что бы ни говорил себе Алекс, факт оставался фактом. Неважно, как ее зовут – Джин, Джинджер, Джулиана, но она выходит замуж. И как ему жить дальше, зная это?

Вечеринка продолжалась. Спиртное лилось рекой, и гости заметно повеселели. Официанты едва успевали пополнять запас закусок и разноцветных бутылок. Алекс, обычно очень умеренный в употреблении алкоголя, на этот раз изменил себе. Виски Рональда Декстера заставило его глаза блестеть, а язык – молоть всякую фривольную чепуху. Он внезапно обнаружил, что беззастенчиво заигрывает с тремя женщинами одновременно, да и многие другие не прочь перекинуться с ним парой слов. Джулианы нигде не было видно.

Алексом овладело бесшабашное удальство. Зачем мучиться из-за женщины, когда вокруг полным-полно красоток, желающих скрасить его жизнь? Ему тридцать пять лет. Поздновато для первой любви. Оставьте душевный трепет и сердечную боль подросткам. Пусть у них дрожат руки и отнимается язык при виде ясных глазок и стройных ножек. Алексу Мерреллу чувства ни к чему. Разве он не знает, что ему стоит лишь поманить пальцем, и любая женщина окажется у его ног? Обладать такими возможностями и сходить с ума из-за одной-единственной – просто верх глупости, а уж идиотом Алекс Меррелл никогда не был...

Алекс был в ударе. Шутки так и сыпались из него, а от его обольстительной улыбки как у солидных дам, так и у неопытных девушек перехватывало дух. Катарина Монте, которая отдала должное великолепным ликерам и кокетничала с Алексом напропалую, стала на этот вечер объектом всеобщей зависти. И хоть Катарина лучше, чем кто бы то ни было, знала, что эта зависть абсолютно беспочвенна, это не мешало ей наслаждаться свирепыми взглядами женщин. В глазах общества сегодня вечером она – любовница Алекса Меррелла, а остальное не имело значения!

Катарина настолько расслабилась, что забыла о своем решении понаблюдать за Алексом. Причина, по которой ему понадобилось попасть на эту вечеринку, по-прежнему была ей неизвестна. Наверное, действительно деловые интересы, успокоила она себя и в очередной раз остановила официанта с подносом, на котором стояли крохотные рюмочки со сливочным ликером. Смакуя ликер, Катарина не увидела, как другой официант подошел к Алексу, прошептал ему что-то и протянул сложенный листок бумаги. Несмотря на смуглую кожу, Алекс заметно побледнел, прочитав записку. Что в ней было? – гадали все, кто вольно или невольно обратил внимание на это незначительное происшествие. Проблемы в бизнесе? Внезапная угроза? Просьба о свидании?

Однако правда превосходила самые смелые предположения. Разве кому-нибудь из гостей могло прийти в голову, что пять минут назад сама Джулиана Декстер быстро нацарапала что-то на валявшейся без присмотра визитной карточке и попросила официанта передать послание лично мистеру Алексу Мерреллу. Невесте не подобает посылать записки мужчине, которого официально представили ей несколько часов назад. Особенно если этот мужчина молод, холост и дьявольски красив!

Надо поговорить. Отделайся от всех и приходи к входу в лабиринт. Д.

Категоричность тона и буква «Д» вместо подписи не оставляли сомнений в том, кто был автором записки. Хмель моментально слетел с Алекса, уступив место внезапной, необузданной, абсурдной радости. Джинджер хочет с ним поговорить! Значит, он все-таки не зря пришел сюда...

Основное затруднение заключалось в том, что Алекс понятия не имел, где здесь находится лабиринт. Судя по размерам парка Моррисонов, в нем можно было бродить до утра и не обнаружить место, назначенное Джулианой. Спрашивать у кого-либо из гостей было слишком опасно, и Алекс решил обратиться за помощью к официанту. Уже через минуту он пробирался сквозь толпу, отделываясь от настойчивых женщин вежливыми улыбками.

9

Лабиринт в парке Моррисонов был устроен по всем правилам. Двухметровая стена из вечнозеленого кустарника причудливо извивалась, и легко можно было представить себе, как гость, незнакомый с лабиринтом, часами блуждает в нем. Впрочем, Алексу это не грозило. У входа в лабиринт его поджидала Джулиана Декстер.

Сердце Алекса непривычно забилось, когда он разглядел светло-лиловое пятно на тусклом зеленом фоне изгороди. Он пытался представить себе, о чем пойдет речь, но обычно богатое воображение на этот раз подводило его. Алекс волновался, как мальчишка на первом свидании с первой красавицей школы.

Но один взгляд на гневное лицо Джулианы ясно сказал Алексу, что разговаривать о любви они не будут. Брови девушки были угрожающе сдвинуты, гладкий лоб прорезала глубокая вертикальная морщинка. Урон, который она таким образом наносила своей красоте, Джулиану явно не беспокоил. Она была готова разорвать Алекса на части.

– Добрый вечер, – негромко произнес молодой человек, подойдя к Джулиане.

Но она не собиралась любезничать. С неженской силой девушка схватила его за лацкан пиджака и буквально втащила в лабиринт. Алекс споткнулся, чуть не упал, был вынужден схватиться рукой за изгородь и оцарапал себе ладонь.

– Что ты себе позволяешь! – воскликнул он с искренним возмущением.

– Еще не хватало, чтобы нас здесь увидели! – огрызнулась Джулиана. Ее голубые глаза потемнели от злости. – Какого черта ты сюда притащился?

Вопрос прозвучал слишком грубо для очаровательной девушки с ангельским личиком.

– Что за выражения! – поморщился Алекс.

Джулиана залилась краской до самых корней волос. В сочетании с ее рыжей шевелюрой это выглядело прелестно.

– Ты не имел права являться сюда без приглашения! – выпалила она.

– Почему без приглашения? – удивился Алекс. – Баронесса Монте попросила меня сопровождать ее...

Джулиана исподлобья разглядывала Алекса. Такая неприязнь светилась в ее глазах, что молодой человек опешил. За что ей ненавидеть его? Сейчас он ничем не скомпрометировал ее. Может быть, ее жених оскорблен его присутствием и устроил Джулиане скандал?

– Баронесса Монте – старая дура! – внезапно воскликнула девушка.

Алекс вытаращил глаза. Либо он ничего не понимает в женщинах, либо Джулиана его ревнует!

– С Катариной меня ничего не связывает, – спокойно сказал он. – Мне просто нужно было попасть на эту вечеринку.

В глазах Джулианы заметалась паника. Зачем? – напрашивался естественный вопрос. Но именно его она и не задала.

– Тебе нечего здесь делать! – отчеканила девушка. – Это закрытое семейное мероприятие!

– Если ты боишься, что кто-нибудь прознает о наших с тобой... гм... отношениях, то не волнуйся, – заметил Алекс. – Я нем как рыба.

– Мне абсолютно все равно! Сэм и не догадывается, где я провела ту ночь...

Тогда почему ты так злишься? – изумился про себя Алекс, но вслух ничего говорить не стал. Рассерженная Джулиана была чудо как хороша. Алекс жалел лишь о том, что не может сейчас сжать ее в объятиях. Что-то подсказывало ему, что она не будет против. Но что годилось для легкомысленной Джинджер, совершенно не подходило для Джулианы Декстер.

– Я буду тебе очень благодарна, если ты немедленно уедешь, – проговорила Джулиана, опрокидывая все тайные надежды Алекса. – И больше никогда не появишься в моей жизни.

Это был конец. Правда, трудно сказать чему. Джулиана лишь подтвердила, что их ничего не связывает. Он обманывал себя, когда пытался разглядеть в Джулиане проблески симпатии к себе. Каприз избалованной девчонки, вот чем была эта ночь! Ночь, воспоминания о которой неотступно преследуют его весь месяц. Теперь ему ничего не остается делать, как последовать указанию Джулианы и просто уйти...

Алекс пристально посмотрел на девушку. Она ответила ему вызывающим взглядом. Да, он уйдет. Но прежде он задаст ей несколько вопросов, на которые ей придется ответить!

– Я сделаю все, что ты хочешь, – сказал он. – Но только объясни мне, что это было? Я тебя не звал. Ты пришла сама. И я был вправе думать, что... небезразличен тебе. Почему же сейчас, когда я потратил чертову уйму времени, чтобы разыскать тебя, ты меня прогоняешь?

Джулиана отступила на шаг назад и прижалась спиной к кустарниковой изгороди. Она не думала о том, что может испортить свое великолепное платье. Как и о том, что ее долгое отсутствие заметят. Сейчас и гости, и наряд, и помолвка, и гнев всесильного отца потеряли свое значение. В жизнь Джулианы настойчиво вторгалось нечто столь сильное, что могло разрушить весь ее привычный уклад...


Когда Катарина Монте (Джулиана, кстати, всегда ее недолюбливала) подвела к ней высокого черноволосого красавца, девушка вначале не поверила собственным глазам. Слишком часто в последнее время это лицо являлось ей во снах, чтобы оказаться реальностью. Наверное, она бредит наяву, раз приняла спутника Катарины, отдаленно похожего на Алекса, за него...

Катарина тискала ее и лепетала слова поздравления, а Джулиана как зачарованная смотрела на мужчину за ее спиной. Нет, ошибки быть не может. В целом свете нет человека, у которого были бы такие же глаза, как у Алекса, такая же кожа, нос, губы, волосы... Если это не он, то почему ее сердце сладко ухнуло в бездонную пропасть, а голова кружится, словно она только что слезла с качелей?

А потом Катарина представила ей Алекса как своего друга, и все встало на свои места. У блестящего Алекса Меррелла новая подружка. Разве такой мужчина может быть один? Конечно нет! Женщины толпятся вокруг него, и он волен выбирать любую. Вот он и выбрал. Месяц назад с ним была Джинджер (в гневе Джулиана как-то позабыла детали своего знакомства с Алексом), сегодня – Катарина. Кто будет завтра, еще неизвестно, но кто-то обязательно будет. Ведь она отлично видела, как ее подруги пожирают Алекса глазами...

Сама того не зная, гордая Джулиана Декстер испытывала все муки ревности. Она исподтишка наблюдала за Алексом и Катариной и страдала каждый раз, когда нетрезвая баронесса позволяла себе какую-нибудь вольность. Как она смеет обнимать его! – мысленно возмущалась Джулиана, совсем позабыв, что ее собственное поведение безупречным тоже не назовешь. Но то, что предшествовало безумной ночи с Алексом, почему-то совершенно выветрилось из головы девушки. Джулиана помнила лишь о том, что когда-то она была рядом с ним. Она видела, что Алекс пользуется успехом, и это причиняло ей невыносимые муки. Никто не имеет права смотреть на него, любоваться им, разговаривать с ним... Никто, кроме нее!

– Ты знаешь этого человека, Алекса Меррелла? – мимоходом спросил Джулиану отец.

Девушка напряглась. Она знала, что от его всевидящего взора укрыться трудно. Хотя Джулиана давно вышла из того возраста, когда беспрекословно слушаются родителей, ей очень не хотелось бы, чтобы Рональду Декстеру стало известно, какого рода отношения связывают ее и Алекса.

– Кого? – как можно более небрежно спросила она. Разве упомнишь имена всех, кого ей сегодня представляли...

– Черноволосый красавчик, на котором так и виснет Катарина Монте, – пояснил Рональд.

– А-а-а, – протянула Джулиана. – Впервые вижу.

Она намеренно не смотрела на отца, чтобы не возбудить подозрений.

– Говорят, ему дьявольски везет, – пробормотал Декстер себе под нос. – Игорный бизнес – выгодное дело...

Джулиана перевела дух. Если отец и обратил на Алекса внимание, так исключительно как на удачливого бизнесмена. Возможно, он уже продумывает, какую выгоду извлечь из этого случайного знакомства.

– Фу, папа, игровые автоматы – это мелко, – презрительно засмеялась девушка. – Ты же не хочешь сказать, что тебя заинтересовал этот тип?

С тревогой в сердце Джулиана ждала ответа.

– Я бы не торопился с выводами, детка, – покачал головой Рональд. – В любом случае я рад, что Катарина привела его сюда. Не ожидал от этой дурочки такой прыти...

С этими словами Рональд отошел от дочери. Ошеломленная Джулиана целых пять минут не могла прийти в себя. Ее отец, великий Рональд Декстер, миллиардер, человек, к чьему мнению прислушиваются все, счел Алекса Меррелла достойным внимания. Ну что за наказание! У женщин при виде Алекса подгибаются ноги, а мужчины не прочь завязать деловые отношения. Меррелл сумеет пленить любого, независимо от пола и возраста, и... о, ее бедное сердечко!

Джулиана злилась на отца, на Катарину, на Сэма, на себя, на весь мир. Какой чудесной была ее жизнь до злополучной поездки в Лас-Вегас! Она ни в чем не сомневалась и никому не подчинялась, не страдала и не ревновала, не ненавидела и не злилась. Единственной проблемой был выбор платья для вечеринки или партнера на ночь. Весело, беззаботно и неутомительно текла ее жизнь, пока она не поддалась глупому порыву и не провела ночь с Алексом Мерреллом!

Джулиана пыталась убедить себя в том, что все в порядке. И что появление Алекса ничего не меняет. Она помолвлена и выходит замуж. Сэм – отличный парень. Она знает его сто лет и уверена, что он никогда и не в чем не будет чинить ей препятствий. Они будут идеальной супружеской парой. Никаких взаимных претензий и полная свобода действий. Кто бы еще согласился на такую сделку? К тому же Сэм нравится ей...

Джулиана отыскала глазами жениха. Он стоял в окружении нескольких мужчин и отчаянно жестикулировал. Уже набрался, с безотчетной ненавистью подумала девушка. Совершенно не умеет пить. Она не огорчалась из-за того, что он не находится все время при ней, как подобает влюбленному жениху. Она бы не выдержала, если бы ей еще пришлось развлекать Сэма. Интересно, заметил ли он присутствие Алекса... И помнит ли он вообще, кто он такой и что между ними произошло...

Хотя по этому поводу Джулиана не переживала. К счастью, Стивен Э. Моррисон был не ревнив. Девушка знала по опыту, что даже если она при нем начнет кокетничать с другим мужчиной, Сэм и ухом не поведет. Более того... разве он не дал свое согласие на то, чтобы она провела ночь с владельцем «Блестящего Вегаса» в обмен на возможность продолжить игру?

Он меня проиграл, мелькнула в голове Джулианы смелая мысль. И не имеет на меня больше никаких прав...

Эта мысль была очень соблазнительна. Разве она не принадлежит теперь Алексу Мерреллу? Сэм добровольно отказался от нее, а Алекс... Алекс потребовал, чтобы она осталась с ним...

И ты готова стать его игрушкой? – насмешливо спросила себя Джулиана. Готова прибежать к нему по первому его зову, а потом ждать, когда он уделит тебе внимание? Ведь ясно, что такой, как Алекс, не способен ни на любовь, ни на искреннюю привязанность. Женщины для него – всего лишь минутное развлечение, без которого он вполне может обойтись. Джулиана привыкла во всем быть первой и единственной. Неужели сейчас ей хочется оказаться одной из сонма красавиц, гоняющихся за Алексом?

Ни за что! – разозлилась Джулиана. Если этот нахал рассчитывает смутить ее или расстроить ее помолвку, она окажет ему достойное сопротивление. Необходимо поговорить с ним наедине, вдали от любопытных глаз, и сообщить, что ему нет места в обществе, где вращается она. Каким бы удачливым и состоятельным он ни был, он стоит неизмеримо ниже, чем дочь Рональда Декстера. Раз он сам этого не понимает, она любезно ему объяснит!

Но запала Джулианы хватило лишь на то, чтобы написать записку и вызвать Алекса к лабиринту. Она планировала быть с ним холодной, неприступной и безразличной. Несколько равнодушных фраз, чтобы сразу осадить его, и скучающий взгляд на прощание. Джулиана всегда гордилась своей выдержкой и сохраняла хладнокровие при любых обстоятельствах.

Но не в этот раз. Благоразумие покинуло ее, как только она завидела Алекса. Он неторопливо шел к лабиринту (можно догадаться, что он подумал, когда получил ее записку!) и даже не пытался принять элементарные меры предосторожности. А ведь если кто-нибудь заметит, как он идет в том же направлении, в котором пять минут назад пробежала и она, то слух об этом моментально дойдет до всех гостей. Но Алексу Мерреллу, конечно, нет дела до того, что она рискует из-за него своей репутацией!

Таким образом, когда Алекс дошел до Джулианы, она была готова разорвать его на куски. Страшные ругательства так и просились на язык, а ладони чесались от желания вцепиться в его смуглую самодовольную физиономию. С каким наслаждением она расцарапала бы его лицо! Может быть, тогда из его глаз исчезло бы это непонятное выражение, из-за которого у нее все внутри холодеет...

Джулиана требовала, чтобы Алекс навсегда ушел из ее жизни. Подумать только, как некрасиво с его стороны было заявляться на ее помолвку и портить ей праздник! Если он не уважает ее и Сэма (а Джулиана сознавала, что у Алекса было для этого основание), он должен уважать их родителей. О, если бы Алекс стал настаивать, возмущаться, требовать объяснения... С какой радостью она выплеснула бы ему в лицо правду о том, что он в подметки ей не годится! Но Алекс не протестовал. Она приказала ему уйти, и он... он... собирался выполнить ее приказ!

Джулиана привыкла к тому, что ее требованиям беспрекословно подчиняются. Однако сейчас она впервые в жизни желала неповиновения, бурного и открытого. Однако Алекс не возмущался, а лишь задал ей вопрос, на который она сам хотела бы получить ответ:

– Чем же была та ночь?

И прежде чем Джулиана осознала, что она говорит, ее губы сложились в презрительную усмешку и произнесли оскорбительные слова:

– Откуда я знаю. Очередная прихоть. Наверное, я слишком много выпила...

Она увидела, как потемнело лицо Алекса. Не говоря ни слова, он развернулся и вышел из лабиринта. Боль стиснула виски Джулианы. Неужели она в чем-то ошиблась? Не разглядела, не почувствовала, не поняла? Гордость застила ей и помешала увидеть что-то очень важное. Что-то, без чего ее дальнейшая жизнь будет еще бессмысленнее, чем раньше...

Занятая мрачными мыслями, Джулиана не слышала, что происходит за тонкой изгородью лабиринта. Хотя прислушаться стоило. Приглушенный звук, как от удара чем-то большим, тяжелым, но мягким, какая-то глухая короткая возня... Если бы Джулиана выглянула, она бы увидела, как незнакомые люди в черной одежде и масках ловко связывают бесчувственного Алекса. Если бы Джулиана была внимательнее, ей бы удалось скрыться в надежном лабиринте от тех же самых людей, которые минуту спустя накинулись на нее и прижали к ее носу платок, пропитанный едко пахнувшей жидкостью. Через секунду девушка потеряла сознание, и ее обмякшее тело так же ловко связали и закинули на плечо одному из нападавших.

Все это было проделано с такой ловкостью, если не сказать виртуозностью, что сразу выдавало профессионалов своего дела. Люди в масках уверенно пересекли парк Моррисонов, не встретив ни одного подгулявшего гостя. Недалеко от центрального входа стоял небольшой грузовичок с надписью «Лакомые десерты фирмы Домино». Алекса и Джулиану пристроили среди коробок из-под пирожных. Один из мужчин стащил с себя маску и сел за руль. Через две минуты мирный грузовичок кондитера выезжал из надежно охраняемых ворот. Никому из охраны и в страшном сне не могло привидеться, что в кузове безобидного грузовика увозят одного из гостей и невесту хозяина дома.

10

Алекс с трудом открыл глаза. Ему потребовалось некоторое время, чтобы понять, что правое ухо ужасно саднит, а запястья обеих рук онемели. Он лежал неподвижно, вглядываясь в темноту и вслушиваясь в тишину. Необходимо было определить, где он находится и что с ним произошло после того, как он закончил разговаривать с Джулианой. Он почти ничего не помнил. Кажется, он вышел из лабиринта и... Все, провал. По идее, он должен был вернуться к гостям. Но мрачное холодное помещение, в котором сейчас находился Алекс, меньше всего походило на гостеприимный дом Моррисонов... Хотя, кто знает. Может быть, разгневанный жених подслушал их разговор с Джулианой и решил таким образом ему отомстить.

Лежать на ледяном каменном полу стало очень неудобно, и Алекс заворочался.

– Наконец-то, – раздался женский голос откуда-то сверху. – С пробуждением, мистер Меррелл.

Голос показался Алексу смутно знакомым, но, конечно, это был обман слуха. Откуда у него могут быть знакомые в этом сыром подвале? Алекс попытался сесть. В голове страшно шумело, но ему все-таки удалось выпрямиться и привалиться к стене. Сердце гулко стучало, и Алекс на секунду закрыл глаза, чтобы привести себя в порядок. Он сделал глубокий вдох, медленно досчитал до десяти и выдохнул. Теперь можно было и по сторонам осмотреться.

Первое впечатление не обмануло его. Он действительно находился в маленьком подвальном помещении, темном и промозглом. Крохотное, забранное прочной решеткой окошко, которое виднелось где-то под потолком, почти не пропускало свет. Насколько Алекс мог судить, на улице была ночь, и скудного света луны не хватало для освещения подвала.

Глаза молодого человека потихоньку привыкали к темноте. Он увидел, что справа от окна вверх уходят крутые ступеньки. Очевидно, там находилась дверь. Рядом с нижней ступенькой лежало нечто, на первый взгляд напоминающее кучу тряпья. В углу подвала стоял стол, как выяснилось позднее, трехногий, а под столом какие-то ящики. Алекс осторожно, стараясь не растрясти мучительно ноющую голову, перевел глаза влево. И тотчас забыл и о сыром подвале, и о головной боли, и обо всем этом странном происшествии. Прислонившись к стенке слева, стояла высокая девушка в светлом платье. Алексу не нужен был яркий свет, чтобы узнать в ней Джулиану Декстер.

– Что ты тут делаешь? – пробормотал он изумленно.

– Хотелось бы задать тебе тот же самый вопрос! – фыркнула она в ответ. – Голова сильно болит?

– Не очень, – солгал Алекс. Не будет же он жаловаться ей на самочувствие!

– Здорово они тебя приложили, – жизнерадостно заявила девушка и присела перед Алексом на корточки.

То ли луна стала ярче, то ли глаза Алекса просто окончательно свыклись с сумраком, но он мог разглядеть лицо Джулианы во всех подробностях. Она выглядела точно так же, как на вечеринке. Из ее идеальной прически не выбился ни один волосок, а макияж был по-прежнему безупречен. Ни ссадины, ни кровоподтеки, ни синяки не уродовали ее хорошенькое личико. Алекс невольно представил себе, на кого он сейчас похож, и сморщился как от боли.

– Болит? – с волнением спросила девушка, и эта тревога сладкой музыкой прозвучала для Алекса.

Джулиана протянула руку и легонько дотронулась до его виска. Прикосновение прохладных пальцев было невыразимо приятно. Девушка принялась осторожно массировать ноющий висок. То ли она знала специальные приемы, то ли сработало самовнушение, но через некоторое время Алекс ощутил облегчение. Голова немного прояснилась. Он почувствовал, что в состоянии здраво рассуждать.

– У тебя волшебные пальцы, – тихо сказал Алекс.

– Сейчас не время для комплиментов, – вздохнула Джулиана и убрала руку. – Надо бы все-таки выяснить, что произошло.

– Значит, это не шутка?

– Шутка? – рассмеялась девушка. – Интересное у тебя представление о юморе. На вечеринке на тебя нападают, бьют по голове, связывают, запихивают в грузовик и увозят куда-то на окраину города...

– Тебя тоже ударили? – встревоженно перебил ее Алекс.

– Нет, – усмехнулась Джулиана. – Мне повезло. Мне под нос сунули тряпку с какой-то вонючей жидкостью, и я потеряла сознание. Правда, пришла в себя намного раньше тебя.

– Что за бред! – возмутился Алекс. – Что нужно этим людям? Может быть, это твой Сэм решил отомстить...

Негромкий издевательский смех заставил Алекса замолчать на полуслове.

– Сэм тих и безобиден, как агнец, – сказала Джулиана, отсмеявшись. – И должна тебя огорчить. Ко мне похищение не имеет никакого отношения. Меня прихватили, так сказать, за компанию. У этих ребят претензии к тебе.

– Откуда ты знаешь?

– Ну... мне так показалось. Я их скорее раздражала. Как лишний груз. Балласт.

От небрежных слов Джулианы у Алекса похолодело в груди. Кто знает, на что могли бы пойти эти неизвестные люди, чтобы избавиться от «балласта»...

– Так что теперь мы с тобой заперты в этом подвале, – подытожила Джулиана.

– Хорошо, что вместе, – невольно вырвалось у Алекса.

Он прикусил язык, но было уже поздно.

– Каков храбрец! – расхохоталась Джулиана. – Если честно, я бы предпочла, чтобы тебя похитили без меня.

– Я не это имел в виду, – пробормотал Алекс, – и я не понимаю, с какой стати ты так веселишься. По-моему, поводов для веселья нет...

– О да, я с гораздо большим удовольствием придушила бы тебя собственными руками, – проговорила Джулиана с иронией. – Если бы не ты, меня бы здесь не было.

– Если бы ты не написала мне записку... – начал Алекс.

– Если бы ты не притащился на мою помолвку! – свирепо перебила его девушка.

«Если бы» можно было продолжать до бесконечности. Не в привычках Алекса было оглядываться назад и сожалеть об упущенных возможностях. Тем более что если бы ему даже выпал шанс вернуться в прошлое, он бы не стал менять ничего, связанного с Джулианой...

– Мы обязательно выберемся, – уверенно сказал он. – У меня и не такие передряги бывали.

– Не сомневаюсь! – зло кинула девушка.

Алекс вздохнул. Да, на сентиментальную героиню, плачущую из-за тяжелой судьбы героя и их опасного положения, Джулиана совсем не походила. Естественно, она ни о чем не беспокоится. Ее отец перевернет землю и небо, чтобы найти ее. Незадачливым похитителям явно не поздоровится. Неужели они до сих пор не осознали свою ошибку? Прихватить с собой дочку Рональда Декстера все равно что поставить на машину радиосигнал для полиции. Может быть, в этом и заключается злой умысел. Рональд Декстер сотрет в порошок не только похитителей, но и того, из-за кого Джулиане пришлось столько вынести...

Хотя не исключено, что Алекс тут ни при чем. Джулиана – лакомый кусочек для бандитов. За нее можно потребовать очень хороший выкуп...

– А тебе не кажется, что все это затеяли, чтобы шантажировать твоего отца? – предположил Алекс.

– Нет, – отрезала Джулиана. – Не впутывай моего отца в свои грязные делишки.

Алекс обиделся. В подобных обстоятельствах явно не должно быть места глупой вражде. Опасность очевидна, неизвестна, а следовательно, велика.

– Надо вначале выбраться отсюда, а потом уже выяснять отношения, – миролюбиво заметил Алекс.

Но Джулиана проигнорировала предложение о перемирии.

– Нет у нас с тобой никаких отношений! И выяснять нам нечего!

Алекс пожал плечами. Как тебе будет угодно, детка.

Трудно было сказать, сколько времени они просидели молча. У Джулианы часов не было, а часы Алекса разбились при падении. В темноте время тянулось удручающе медленно, и вполне могло пройти и два часа, и десять минут перед тем, как Алекс решился нарушить молчание.

– Надо бы тебе поспать, – сказал он, не поворачиваясь к девушке.

Он знал, что она, как и он, сидит на полу, прислонившись к стене. Краем глаза Алекс видел, что ее платье белеет на расстоянии вытянутой руки от него. Но с равным успехом Джулиана могла бы находиться на другой планете, такой она была далекой, воинственной и неприступной.

– Холодно очень, – по-детски жалобно откликнулась неприступная Джулиана.

Сердце Алекса стиснуло незнакомое чувство – страх за другого человека. Он настоящий тугодум! В подвале холодно и сыро, а на Джулиане легкое открытое платье.

– Возьми мой пиджак, в нем немного теплее, – пробормотал он сбивчиво, стаскивая с себя пиджак.

– Обойдусь, – отказалась Джулиана.

Но Алекс не слушал ее. Он пододвинулся к девушке и накинул пиджак на ее ледяные плечи. Тонкая ткань костюма вряд ли могла согреть Джулиану, но это было лучше, чем ничего. К тому же сидеть рядом было теплее, чем поодаль, и Алекс не стал отодвигаться на прежнее место. Его рука (совершенно неосознанно!) задержалась на плече девушки. Алекс затаил дыхание, опасаясь бурного гнева, но Джулиана не протестовала. Она плотнее прижалась к нему, стараясь согреться, и Алекс, уже не стесняясь, обнял ее. Джулиана покорно опустила голову ему на плечо. Вскоре по ровному дыханию девушки Алекс понял, что она заснула.

Но к Алексу сон никак не шел, несмотря на усталость и позднее время. Мешали головная боль, тревога, волосы Джулианы, щекотавшие лицо. Это одновременное ощущение неудобства и страха побеспокоить сон девушки было ему знакомо. Когда-то она точно так же дремала у него на плече, только происходило это не в промозглом чужом подвале, а в его уютной спальне...

Воспоминание было настолько приятным, что даже головная боль несколько поутихла. Алекс вдруг поймал себя на том, что улыбается. Удивительное дело! Человеку в его положении радоваться вроде бы нечему. Над ним нависла угроза. Неизвестная, и от этого еще более пугающая. Однако рыжая головка, прильнувшая сейчас к его плечу, вытеснила из головы Алекса все тревожные мысли. Если бы не страх за Джулиану, он мог бы назвать себя счастливым. Непреодолимая разница между ним и ею была стерта в тот момент, когда их обоих похитили с вечеринки. Сейчас Джулиана Декстер не гордая дочь миллиардера, для которой в мире существует лишь один закон – ее желание, а робкая слабая женщина, целиком зависящая от него и его мужской ловкости и сообразительности.

Правда, назвать Джулиану робкой и слабой можно было с большой натяжкой. Когда Алекс дошел в своих мечтах до того места, где девушка бросается ему на шею, чтобы отблагодарить за спасение, Джулиана вдруг подняла голову и спросонок пробормотала:

– Мы все еще здесь?

– Увы, – прошептал Алекс с улыбкой.

Ее висок находился на уровне его губ. Алексу пришлось прикладывать усилия, чтобы не поцеловать нежную кожу девушки, под которой, как он отлично помнил, бьется тоненькая синяя жилка. От волос Джулианы еле уловимо пахло духами. Не теми сладкими, с ясной древесной ноткой, которыми она была надушена в ночь их знакомства (как хорошо Алекс запомнил тот запах), но не менее приятными.

Алексу хотелось опустить голову и зарыться лицом в ее пышную изысканную прическу. Пусть он испортит ее, это даже к лучшему. С каким наслаждением он погрузил бы пальцы в ее мягкие волосы, вдохнул бы их аромат... Пусть все вокруг пропитается волшебным запахом Джулианы, и тогда тяжелые двери их темницы сами собой распахнутся и выпустят их на волю, потому что устоять перед красотой не может и безжизненный камень...

То ли немая мольба Алекса была услышана, то ли он просто угадал желание девушки, но Джулиана выпрямилась и сказала:

– Ужасно волосы устали от этой прически. Ты не возражаешь, если я распущу их?

Алекс так и не понял, зачем было спрашивать его об этом, если, не дожидаясь ответа, Джулиана вытащила из волос длинную шпильку. Ее элегантная прическа тут же покосилась. Несколько проворных движений, и волосы Джулианы хлынули ей на спину.

– Как здорово, – прошептала девушка, с наслаждением встряхивая головой.

– Позволь мне, – чуть слышно проговорил Алекс, протягивая руку к рыжему водопаду волос.

Не говоря ни слова, Джулиана положила голову ему на колени. Алекс закрыл глаза и стал массировать затылок девушки. И тотчас каменные стены подвала раздвинулись до бесконечности. Не было ни сырости, ни холода, ни неизвестности. Ласковое солнышко пригревало пальцы Алекса, и от них тепло расходилось по всему телу. Он купался в нежном шелке волос и дышал ароматом, который они источали. Волнующие образы мелькали перед его внутренним взором. Стройное девичье тело, не стесненное никакими одеждами, под пенящейся струей водопада... Гладкую поверхность небольшого озера нарушают лишь неровные круги от того места, куда падает поток воды с невысокого уступа... Звонкий радостный смех разносится по поляне... Девушка подставляет ладони водопаду и подбрасывает воду вверх, солнечные лучи преломляются в каплях, и они начинают играть разноцветными красками...

Море зелени окружает тихое озеро, ветви деревьев молчаливо нависают над голубым зеркалом воды. Они спасают от одуряющей жары, благодаря им полуденное солнце вместо врага превращается в надежного друга... Он лежит на берегу и сквозь опущенные ресницы наблюдает за резвящейся девушкой. Не стоит и упоминать о том, что у нее белоснежная кожа, рыжие, кудрявые, совершенно вымокшие волосы до пояса, а за право сравниться с цветом ее глаз спорят лазоревое южное небо и голубая вода озера...

Замечтавшись, Алекс не услышал, как заскрипела открываемая дверь подвала. Его привел в чувство ослепляющий свет от мощного фонаря и насмешливый возглас:

– Какая сладкая парочка! Да, Меррелл, ты парень не промах...

Алекс заморгал. Он скорее почувствовал, чем увидел, как Джулиана подняла голову с его коленей. А когда вошедший наконец отвел луч фонаря в сторону, Алекс, к своему величайшему удивлению, узнал Фрэнка Питерса, с которым только неделю назад подписал контракт о покупке завода по производству игровых автоматов.

11

Правда, эту сделку трудно было назвать безупречной. Помимо завода по производству одноруких бандитов Фрэнк Питерс владел небольшой сетью игровых залов. Конечно, его «Земля удачи» не шла ни в какое сравнение с «Утраченным раем» Алекса Меррелла, но в последнее время в Орегоне игровые залы Фрэнка Питерса пользовались небывалой популярностью. Алекс не терпел конкурентов. Он везде был первым, и пока другие доклевывали жалкие крошки с его стола, он не обращал на них внимания. Но как только они пытались начать игру по своим правилам, Алекс обрушивался на них всей мощью.

Он развернул против Фрэнка Питерса полномасштабную кампанию и жалел лишь о том, что сам занимается игорным бизнесом. Если бы не это, он бы налегал на моральную сторону вопроса и камня на камне не оставил бы от «Земли удачи». Увы, в этом отношении руки Алекса были связаны собственной сетью игровых залов, поэтому ему пришлось ограничиться менее эффектными методами. В ход шло все. У Фрэнка Питерса возникли проблемы с получением лицензий. Пьяные посетители ломали оборудование и вывески, а потом исчезали без следа. Охранные агентства отказывались с ним работать. Проверяющие комиссии без конца посещали его игровые залы и придирались ко всему. Рабочие на его заводе объявили забастовку, требуя повышения заработной платы.

Справиться со всеми трудностями одновременно Фрэнку Питерсу было не под силу. И все же он боролся, надеясь, что полоса неудач скоро кончится. В то время он еще не связывал свои неприятности с владельцем «Утраченного рая», хотя ему уже поступало предложение от Алекса Меррелла о покупке «Земли удачи» и завода. Фрэнк Питерс отказался. Он желал принять участие в большой игре. Однако правила, по которым она велась, были ему непонятны. Питерс открывал новые залы своей сети, несмотря на беды, сыпавшиеся на него как из рога изобилия.

Временные трудности не прекращались. Фрэнк начал подозревать чью-то злую волю за всеми его неприятностями. Ответ напрашивался сам собой – от его разорения больше всего выиграет Алекс Меррелл. За владельцем «Утраченного рая» уже успела укрепиться репутация беспринципного и безжалостного человека. Все понимали, что если бы Алекс играл по-честному, ему бы не удалось достичь его нынешнего положения в столь короткие сроки. И Питерсу ничего не оставалось делать, как продать Алексу завод и закрыть три четверти своих игровых залов...


– Фрэнк, вот уж не ожидал тебя увидеть! – усмехнулся Алекс, когда его полуослепшие глаза разглядели Питерса.

Умение быстро соображать никогда не подводило Алекса. Удар по голове, похищение, бессонная ночь и даже близость Джулианы и фантазии о прекрасном озере в лесной чаще не помешали Алексу молниеносно оценить ситуацию.

– Не сомневаюсь, – ехидно отозвался Питерс. – На тебя имеют зуб такое количество людей, что удивляюсь, как с тобой до сих пор не провернули такую штуку...

Он махнул рукой, показывая на подвал.

– Здесь тебе самое место.

Алекс стиснул зубы. За спиной Питерса он разглядел парочку плечистых парней. Естественно, этот трус не осмелился сунуться к нему в одиночку. Хотя мог бы и сообразить, что присутствие Джулианы связывает ему руки.

– Кто вы такой и что вам надо? – зазвенел напряженный голос девушки.

Алекс с гордостью отметил про себя, что ни страха, ни замешательства в нем не было.

– Тебя это не касается! – рявкнул Питерс и добавил оскорбительное непечатное слово.

Алекс был уверен, что может владеть собой в любых обстоятельствах. Но сейчас его точно сжатой пружиной подбросило вверх. Как по мановению волшебной палочки перестала болеть голова. Слепая ярость влила силу в его затекшие мускулы, утяжелила кулаки, зажгла жутким огнем его глаза. Фрэнк Питерс, хоть и знал, что он не один, а пленник его ослабел, невольно подался назад. Крепкие парни за его спиной ринулись к Алексу. Он ловко увернулся от удара тяжелым ботинком и сбил первого нападающего с ног, однако тут Питерс ослепил его фонарем, и второй охранник двинул Алекса под дых.

Меррелл согнулся пополам. Но тут произошло то, чего не ожидали ни охранники Питерса, ни Фрэнк, ни меньше всех сам Алекс. Джулиана, о которой в пылу короткой схватки мужчины благополучно позабыли, вдруг напомнила им о себе. Она пронзительно завизжала так, что кровь застыла в жилах, и бросилась на обидчиков. Прежде чем они пришли в себя, она столкнула с лестницы одного, пнула в пах коленкой другого и вцепилась в волосы Фрэнку Питерсу.

– Уйди от меня, ведьма! – заорал Фрэнк, пытаясь стряхнуть с себя Джулиану. Тяжело было сделать это, удерживая в руке массивный фонарь и стараясь не причинить большого вреда девушке. – Отпусти меня, дура, тебе же хуже будет!

Алекс снова согнулся пополам, на этот раз от смеха. Если Питерс еще не знал, кого он случайно прихватил вместе с Алексом Мерреллом, то, по крайней мере, догадывался, что не обычную девчонку. Он хотел лишь свести счеты с Алексом. Наживать новых влиятельных врагов в лице пока еще неизвестных родичей красавицы в лиловом он явно не желал.

Кое-как освободившись от стальной хватки Джулианы, Питерс рванул к двери. Его сопровождающие последовали за ним с завидной скоростью. Дверь захлопнулась с металлическим лязгом, но Алекс успел услышать потоки нецензурной брани, которой Питерс поливал своих незадачливых охранников.

– Вот уж не знал, что ты так здорово визжишь, – сказал Алекс восхищенно.

С королевской осанкой Джулиана спустилась со ступенек. На улице уже светало, и Алекс увидел, что роскошное платье девушки на плече разорвано, а на атласной коже – глубокие кровавые царапины.

– Больно? – растерянно прошептал он, показывая на рану.

– Пустяки! – отмахнулась Джулиана. – Тому паршивцу досталось гораздо сильнее.

Алекс невольно улыбнулся.

– Кто бы мог подумать, что дочь Рональда Декстера дерется, словно уличная девчонка.

– Кто бы мог подумать, что среди знакомых Алекса Меррелла есть криминальные типы! – парировала Джулиана.

Неприятный холодок пробежал по спине Алекса. Он отлично знал, что Фрэнку Питерсу есть в чем его упрекнуть. Разумеется, похищение – не лучший способ улаживать деловые конфликты, но разве методы самого Алекса всегда были безупречны? Порой он даже не был в курсе того, что творил Морис Гаскел, выполняя его задания. Начальник службы безопасности не останавливался ни перед чем, защищая интересы игорной империи Алекса Меррелла. Да и сам Алекс не находил ничего ужасного в том, чтобы надавить на несговорчивого конкурента с помощью подкупленных полицейских или государственных служащих...

– Уже утро, – сказала Джулиана некстати. – Есть хочется.

Алекс перевел дух. Скользкий вопрос его отношений с Фрэнком Питерсом был благополучно пропущен.

– Что тебя связывает с этим человеком? – кивнула Джулиана на дверь, и Алекс понял, что слишком рано расслабился.

– Дела, – уклончиво ответил он. – Да и то в далеком прошлом. Понятия не имею, что ему нужно...

В этом Алекс ничуть не кривил душой. Даже если у Питерса есть к нему претензии, что он рассчитывает получить, похитив его?

– Врешь, – вздохнула Джулиана.

В Алексе заговорило оскорбленное самолюбие.

– Если ты не веришь мне, спросила бы у него. – Он махнул рукой на дверь. – Давай, зови Питерса. Не забудь сказать ему, кто твой папаша...

Джулиана отвернулась, и Алекс прикусил язык. Что он несет? Она храбро бросилась его защищать, а он...

– Извини, – пробормотал он. – Я просто очень беспокоюсь из-за тебя.

Девушка вызывающе вздернула голову.

– Разберусь без тебя!

– Но твой отец...

– И уж без отца тем более!

Джулиана отошла в противоположный угол подвала. Даже ее спина, обращенная к Алексу, дышала презрением. Он пожал плечами. Женщины – странный народ. Кажется, он чем-то обидел Джулиану. Но чем?

– Джинджер, сейчас не время дуться, – примирительно сказал он.

В ответ – тишина. Алекс разозлился. Мало того что его, как цыпленка на птицефабрике, скрутили и уволокли в подвал, так еще ему приходится иметь дело с обидевшейся женщиной. Врагу не пожелаешь!

– Джинджер... – вкрадчиво проговорил Алекс, подходя к девушке. – Кстати, почему тебя так называют? Мне казалось, что от «Джулианы» должны быть другие уменьшительные имена.

Но и этот вопрос остался без ответа. Правда, не по вине девушки. Дверь их темницы снова открылась, и незнакомый скрипучий голос позвал:

– Меррелл, выходи.

– Прямо тюрьма, – невесело сострил Алекс и крикнул громче. – А как насчет девушки?

– Девушке придется остаться здесь. И ждать тебя в этом любовном гнездышке. – Говорящий противно захихикал.

– Я никуда без нее не пойду, – жестко сказал Алекс.

– Я в состоянии позаботиться о себе сама, – вмешалась Джулиана и вполне ощутимо толкнула Алекса в спину. – Иди.

– А у девчонки-то здравого смысла побольше будет, чем у тебя, – издевался над Алексом его тюремщик.

Молодой человек быстро поднялся по ступенькам. Там ему связали руки за спиной и надели на глаза плотную черную повязку. Как в дешевом гангстерском боевике, пошутил про себя Алекс. Его грубо схватили за плечо и потащили куда-то. Алекс едва успевал перебирать ногами. Несмотря на завязанные глаза, он пытался определить, куда его ведут и где он находится.

Судя по всему, их с Джулианой держали в подвале загородного дома, потому что после непродолжительной прогулки по свежему воздуху Алекса втолкнули в помещение. С него сорвали повязку, и он тут же принялся оглядываться по сторонам. Он стоял в просторной комнате, в которой, несмотря на утро, было темно, как ночью. Стены были обшиты дубовыми панелями, а темно-коричневые плотные портьеры не пропускали ни одного солнечного лучика. Однако к мраку Алексу было не привыкать. Он сразу увидел, что на противоположном конце комнаты находится массивный письменный стол, за которым сидит, как и следовало ожидать, Фрэнк Питерс.

– Доброе утро, Фрэнк, – улыбнулся Алекс, сверкнув белоснежными зубами. – Что-то у тебя здесь мрачновато. Но у каждого свои вкусы, конечно.

– Хватит паясничать, – оборвал его Питерс. – Лучше подумай о собственной судьбе.

– А зачем мне думать? Для этого есть ты.

Алекс старательно изображал безразличное удальство, но на самом деле он не ощущал ни спокойствия, ни равнодушия. Кто знает, что придет в голову этому человеку... Ему даже не нужно будет пачкать руки – достаточно замуровать Алекса в подвале и на некоторое время уехать из страны.

– Очень смешно.

Питерс встал из-за стола и, грузно ступая, подошел к Алексу. Он был невысок ростом, но коренаст и широк в плечах. Голова Фрэнка была слишком велика для его короткой толстой шеи, и из-за этого складывалось впечатление, что Питерс глуп и неповоротлив. Алекс знал, что это не так. Фрэнк был хитер и расчетлив и сейчас особенно опасен из-за того, что им двигала жажда мести. Все же не следовало забывать о том, что однажды Алекс одержал над ним победу...

– Считаешь себя самым умным, Меррелл, да? – с вызовом спросил Фрэнк.

Ответить на это было нечего. Алекс терпеливо ждал продолжения.

– Но и самого большого умника можно изловить, – злорадствовал Фрэнк. – Бац, и попался на крючок.

Фрэнк щелкнул пальцами у носа Алекса и расхохотался.

– Кем я считаю себя, совершенно неважно, – ледяным тоном заметил Алекс. – А вот тебя умным человеком назвать трудно...

Питерс поперхнулся.

– Проникаешь в частное владение уважаемого и влиятельного человека, крадешь одного из гостей... Мы, между прочим, праздновали помолвку...

– Знаю, знаю, – с раздражением перебил его Питерс. – Но другой возможности не было. Не связываться же с твоими орлами в Вегасе...

Алекс сделал мысленную пометку отблагодарить Мориса Гаскела за отличную работу. Когда выберется отсюда. Если, конечно, выберется.

– В доме Моррисонов было намного проще, – продолжал Питерс. – Я так и знал, что ловелас вроде тебя не будет все время вертеться в толпе. Уж с одной из этих хорошеньких дамочек Мерреллу непременно захочется уединиться, сказал я себе. И не ошибся.

Фрэнк усмехнулся. Алекс безучастно слушал его.

– Неплохую курочку ты себе выбрал, – подмигнул Питерс. – Только здесь мы тебя и сцапали...

Плохо выбритое лицо Фрэнка сияло от восторга, и Алекс понял, что пора нанести первый удар.

– Ты как всегда просчитался, старина, – произнес он отеческим тоном. – Девушка, с которой вы, как ты выражаешься, меня сцапали, не просто одна из приглашенных. И меня с ней абсолютно ничего не связывает...

– Рассказывай сказочки! – фыркнул Питерс. – Хочешь сказать, что вы с ней уединились в кустах, чтобы обсудить политическую ситуацию в стране?

И довольный собственной остротой, он запрокинул голову и расхохотался.

– Политическая ситуация тут ни при чем, – проговорил Алекс, когда громовые раскаты хохота наконец стихли. – Нам нужно было обсудить кое-какие дела, которые не касались никого из присутствующих на вечеринке...

– Да, несомненно, – кивал Питерс с уморительной гримасой.

– Поэтому мы и встретились в лабиринте, где твои ребята имели глупость подкараулить нас.

– Меня не интересуют твои легенды! – махнул рукой Питерс. – Мне надо бы поблагодарить твою подружку за то, что так удобно выманила тебя. Даже жаль, что ее пришлось прихватить с собой. В знак благодарности ее следовало бы оставить в покое... Но ведь тогда она подняла бы тревогу... Увы...

– Тебе не в знак благодарности надо было оставить Джулиану в покое, – радостно произнес Алекс. – А чтобы собственную шкуру сберечь. Ты хоть представляешь себе, кого ты похитил? Девушка в твоем подвале – Джулиана Декстер, дочь Рональда Декстера. Кстати, невеста Стивена Моррисона.

Объяснять Фрэнку, кто такие Декстер и Моррисон, не пришлось. Алекс смог в полной мере насладиться выпученными глазами своего горе-похитителя.

12

– Джулиана Декстер? – растерянно повторил Питерс.

– Она самая, – кивнул Алекс.

Он не стал перечислять, какие именно беды обрушит всесильный Рональд Декстер на голову человека, осмелившегося поднять руку на его дочь. Даже при отсутствии воображения можно было не сомневаться, что даром это не пройдет. Похожие мысли вертелись в голове Фрэнка Питерса.

– Ах ты сволочь, – медленно произнес он и, как следует размахнувшись, ударил Алекса по лицу.

Удар был так внезапен и силен, что Алекс не устоял на ногах. Правда, он быстро поднялся, чувствуя, что кровь из разбитого носа заливает лицо. Черты Питерса были искажены ненавистью. Алекс невольно подумал, что, может быть, назвать имя Джулианы было не самой хорошей идеей. Хоть Питерс и загнан в угол, они с Джинджер пока еще в его власти. Неизвестно, какое решение проблемы он сочтет для себя самым безопасным.

Тем временем Фрэнк Питерс обрел дар речи.

– Какой же ты мерзавец, Меррелл! – злобно воскликнул он. – Невесту на помолвке не мог оставить в покое! Тебя убить за такое мало!

Алекс вытер кровь рукавом рубашки.

– Не удивлюсь, если Декстер уже поднял на уши всю полицию, – угрюмо произнес он. Из-за разбитого носа вышло чуть гнусаво. – Ты бы лучше вернул ее домой. Пока не поздно.

– Чтобы она навела ищеек на твой след? – криво усмехнулся Питерс. – Папаше до тебя дела нет, а вот девчонке...

– Ты можешь попросить ее хранить молчание в обмен на свободу, – предложил Алекс. – На самом деле между мной и Джулианой ничего нет. Ей на меня плевать.

Он говорил спокойно, хотя его сердце колотилось как сумасшедшее. Если бы только ему удалось убедить Питерса, что их с Джинджер ничего не связывает! Лишь бы он отпустил девушку. Все равно, что будет с ним. Главное – чтобы Джулиана как можно скорее оказалась в безопасности.

Сейчас у Алекса Меррелла не было ни времени, ни желания, чтобы поразмышлять о причинах своего странного поведения. С каких это пор собственная судьба стала ему безразлична? Конечно, Алекс всегда считал себя джентльменом и вел себя соответственно, но, положа руку на сердце, разве хоть одна женщина в мире стоит того, чтобы подвергаться из-за нее смертельной опасности? Оказалось, что да...

Сейчас Алекс не думал о том, что будет с ним. Если Джулиана благополучно вернется к отцу, ему станет намного легче.

– Разберусь без твоих советов, – огрызнулся Питерс.

Джулиана Декстер существенно затрудняла его безупречный план. Он собирался хорошенько припугнуть Меррелла и вернуть собственность, которую тот хитростью и давлением заставил его продать за бесценок. Великолепного Алекса подержали бы в подвале до тех пор, пока Питерс не покончил бы со всеми делами в Орегоне и не перебрался бы в Вашингтон, поближе к сенатору, дальнему родственнику жены. Под такой надежной защитой Питерс мог бы не опасаться мести Алекса Меррелла. Скорее всего, Алекс оставил бы его в покое, а он получил бы обратно свое состояние с небольшим вознаграждением.

Но Рональд Декстер был силой, с которой приходилось считаться. Ни родственник-сенатор, ни другая страна не спасут его от праведного отцовского гнева. Мечты о безмятежной обеспеченной жизни можно было выкинуть из головы. Рональд Декстер не успокоится до тех пор, пока не сотрет похитителя его дочурки в порошок...

Вариантов было немного. Либо он немедленно отпускает Джулиану и Меррелла и идет с повинной к Рональду Декстеру. Либо... полностью отводит от себя подозрения. Каким образом? Очень просто. Нужно лишь продумать детали, и через день все газеты страны напечатают душераздирающий материал о том, как известный владелец сети казино и игровых залов похитил дочь миллиардера и убил ее, а потом покончил с собой. Несколько мелодраматично, но репортерам понравится. Можно обставить дело так, что и комар носа не подточит. Убийство на почве ревности... Всякое бывает. Молодые, красивые, богатые – не знают, чем заняться, вот и нагнетают страсти...

Или накачать обоих наркотиками и представить заложниками дурной привязанности. Передозировка – обычный конец для людей такого сорта. А он, Фрэнк Питерс, останется в стороне. Если правильно повернет дело, то еще и денег вытрясет из Меррелла напоследок. Конечно, он не убийца, ни в коем случае, но ведь можно заплатить верным людям, и они все устроят для него... Нужно думать о своей безопасности, а не о морали. За свои прегрешения Алекс Меррелл точно заслужил кару. Да и девчонка, должно быть, ничем не лучше, раз спуталась с ним...

Алекс пристально наблюдал за Питерсом. Выражение его лица очень ему не нравилось. Загнанная в угол крыса способна отчаянно броситься на преследователя, а ведь у нее есть и зубы, и когти...

– Ладно, к твоей подружке мы еще вернемся, – вдруг улыбнулся Питерс, укрепляя подозрения Алекса. – Лучше поговорим о тебе. Например, во сколько ты оцениваешь свою свободу?

– Я же не знаю, что тебе нужно, – развел руками Алекс, старательно пряча волнение. – Ты провернул эту операцию, тебе и назначать цену.

Со стороны можно было подумать, что благодушный король собирается поощрить рвение подданного. Питерс побагровел от злости.

– На твоем месте я не был бы так спокоен! – рявкнул он.

– Не имею привычки волноваться по пустякам, – усмехнулся Алекс.

– Люблю иметь дело с хладнокровными людьми, – оскалился Питерс. – Но не будем терять время зря. Мне нужно немного. Ты возместишь мне полную стоимость моих игровых залов и завода...

– Кажется, я уже заплатил тебе за них, – мягко перебил его Алекс.

– Я имею в виду, справедливую цену! – взвился Фрэнк. – Столько, сколько они стоили до того, как ты натравил на меня инспекторов и хулиганов!

– Ты преувеличиваешь мои возмо...

– Это еще не все! Компенсацией за все станут два с половиной миллиона долларов. Наличными.

У Алекса отвисла челюсть. Неплохие аппетиты у этого коротышки.

– В моем распоряжении сейчас нет такого количества денег, – сказал он. – По крайней мере, свободных...

– Меня это не касается! – отрезал Питерс. – Я дам тебе несколько часов на то, чтобы ты обдумал, где их достать.

– Мне нечего думать, – настаивал Алекс. – Два с половиной миллиона – огромные деньги даже для меня.

От этого «даже» у Питерса задергался левый глаз.

– Твои сложности меня не волнуют! – воскликнул он. – Я требую свое, до остального мне дела нет!

– Хорошо, – согласился Алекс. – Дай мне телефон. Я позвоню Морису и...

– Нет, – оборвал его Питерс. – Никакого Гаскела. Не надо делать из меня идиота. Через пару часов он будет взламывать мои двери с бандой головорезов.

Алекс мысленно восхитился. Он и понятия не имел, что у Мориса столь устрашающая репутация.

– Ты преувеличиваешь способности Мориса, – скромно улыбнулся Алекс. – Он был бы польщен.

– Не заговаривай мне зубы! – На Питерса было страшно смотреть. – Распорядишься денежками и без участия своего верного пса. Позвонишь в банк или что там нужно...

– И ты думаешь, что никто ничего не заподозрит? – спросил Алекс со всей кротостью, на которую был способен.

Питерс нервно забарабанил пальцами по столу. Не перегнул ли я палку? – подумал Алекс. Как бы он не решил разделаться со мной и Джулианой без лишних хлопот.

– Мне кажется, ты совсем не хочешь выйти на свободу, – пробормотал Фрэнк себе под нос.

– Хочу, – последовал неторопливый ответ. – Но два с половиной миллиона я по телефону не достану. Попробуй обратиться к Декстеру. Он наверняка держит такую сумму при себе. На всякий случай.

Лицо Питерса посерело, а Алекс про себя проклял свой длинный язык. Не стоило напоминать этому тупице про его опасное положение. Плохо, когда заряженное оружие в руках психопата...

– Если ты согласишься подождать немного, я, возможно, наскребу нужную сумму, – добавил Алекс.

– Так-то лучше, – плотоядно улыбнулся Питерс. – Недели хватит?

– Даже меньше. – Алекс храбро выдержал его взгляд.

На самом деле он отлично знал, что раздобыть такую немыслимую сумму, не выходя из подвала, ему не удастся и за год. С помощью Мориса Гаскела, конечно, это было бы возможно. Но Питерс прав – в первую очередь Морис постарается вытащить его из этой дыры, а уже потом подумает о том, чтобы выплатить выкуп. Шантажистов и похитителей Гаскел всегда недолюбливал.

– Умница.

Фрэнк довольно потирал руки. Теперь у него есть время, чтобы все хорошенько обдумать. Если он ничего не упустит, то сможет убить двух зайцев одним ударом. Нет, даже трех – и достанет солидную сумму, и отомстит Мерреллу, и обеспечит собственную безопасность...

– Уведите его, – небрежно кивнул он охранникам.

На плечо Алекса легла тяжелая рука. Молодой человек не сдвинулся с места.

– Но я так и не понял, что ты собираешься делать с мисс Декстер, – подчеркнуто холодно сказал он.

– Я не обязан отчитываться перед тобой! – вспылил Питерс.

– Отпусти ее, – попросил Алекс. – Она ничего не скажет отцу.

Фрэнк вгляделся в напряженное лицо Меррелла и хитро усмехнулся.

– Не пытайся провести меня. Твоя подружка останется с тобой. У вас будет время побыть наедине. Разве не этого вы добивались?


Когда охранники вели Алекса с завязанными глазами обратно в подвал, он мрачно философствовал про себя. Почему судьба так несправедлива? Единственная женщина, которая ему не безразлична в этом мире, подвергается опасности из-за его... гм... не совсем честной игры. Почему бы Питерсу не зацапать его вместе с Катариной Монте? Она точно заслуживает небольшой встряски... И у Фрэнка не было бы дополнительного козыря в руках. Сейчас ему достаточно сообразить, что можно выпустить Алекса на свободу, оставив у себя Джулиану, и он принесет ему не только два с половиной лимона, но и всю свою империю на блюдечке. Все, что угодно, лишь бы ни один волосок не упал с головы девушки.

– Пришли, – кто-то дерзко сказал Алексу, сорвал повязку с его глаз и втолкнул в подвал.

Алекс скатился вниз по ступенькам, чудом не сломав себе шею. Довольный хохот понесся ему вслед.

Когда дверь закрылась, Алекс поднялся на ноги и огляделся. Джулианы нигде не было видно. Алекс похолодел. Неужели сбываются самые мрачные прогнозы? Не похоже на Фрэнка Питерса – соображать так быстро. Алекс заметался по подвалу. Что бы он ни отдал сейчас, чтобы Джулиана оказалась рядом! Даже не на свободе, а рядом с ним, чтобы он точно знал, что она жива и с ней все в порядке!

– Джинджер! – позвал Алекс, не заботясь о том, что охрана за дверью услышит его и от души посмеется.

– Что? – раздался в ответ голос девушки.

Алекс встал как вкопанный. Медленно повернулся и увидел растрепанную головку Джулианы среди ящиков под столом. Девушка сидела на корточках, согнувшись в три погибели, и дневного света в подвале было достаточно, чтобы разглядеть ехидную улыбку на ее губах.

– Чего ты раскричался? – невозмутимо спросила Джулиана, выползая на четвереньках из-под стола.

– Что... что ты там делала? – спросил Алекс, заикаясь.

Джинджер отряхивала испорченное платье и сделала вид, что не слышала вопроса.

– Я думал, тебя увели, – растерянно пояснил Алекс.

– Кому я нужна, – вздохнула Джулиана. – А что хотели от тебя?

Алекс видел, что она что-то скрывает от него, но настаивать не стал. Если у Джулианы есть свои секреты от него даже в этом подвале, значит, так тому и быть...

– Деньги, – нехотя произнес он. – Как обычно.

– Сколько? – деловито осведомилась девушка.

– Два с половиной миллиона.

– Всего-то?

Только дочь миллиардера могла произнести это с легким оттенком пренебрежения. Алекс, лично заработавший каждый цент из своих миллионов, не мог не рассмеяться.

– Знаешь, это довольно большая сумма, – сказал он.

– У тебя ее нет?

– Не то чтобы нет... – замялся Алекс. – Все деньги сейчас заняты... Я затеял небольшую реорганизацию...

– Тогда пусть он позвонит папе, – пожала плечами девушка. – Он все заплатит.

Алекс испытующе посмотрел на нее. Неужели Джулиана не догадывается, что Фрэнк Питерс как раз меньше всего хочет, чтобы ее отец пронюхал о похищении?

– Рональду Декстеру он звонить не будет, – покачал головой Алекс. – Питерс не особенно обрадовался, когда узнал, кто ты такая...

Джулиана заметно приуныла.

– Понятно. Мне наденут мешок на голову и утопят в ближайшем пруду.

– Ни за что! – с несвойственным ему пылом воскликнул Алекс.

– А что? Было бы весело... – мечтательно протянула Джулиана. – Представляешь себе заголовки газет? И замуж выходить бы не пришлось...

– Зачем же ты согласилась, если не хочешь замуж? – проговорил сбитый с толку Алекс.

– Не знаю, – вздохнула девушка. – Папе это нужно для каких-то сделок. Да и Сэм парнишка неплохой...

– Ничего себе неплохой, – ревниво сказал Алекс. – Ты разве забыла, как он фактически продал тебя в казино?

– Нет. И не забыла, как кое-кто хотел меня купить...

Алекс мучительно покраснел. Он знал, что при такой смуглой коже, как у него, румянец заметен вряд ли, но все равно ему было неприятно, что стыд жаркой волной разливается по его щекам.

– Это тип тебя не достоин, – буркнул Алекс, с горечью сознавая, что он не достоин ее тоже. Более того, из-за него Джулиана сейчас заперта в подвале...

– Я бы очень попросила тебя не оскорблять моего жениха, – холодно заметила Джулиана.

Алекс отвернулся. У него внезапно запершило в горле. Жених! Где-то есть человек, которому не надо беспокоиться о том, какое он производит на нее впечатление. Он не спрашивает себя, как ему покорить ее капризное сердце и удержать ее подле себя. Не исключено, что он вообще не думает о Джулиане, ведь все мысли этого жалкого белоглазого кролика заняты только игрой...

Весь день они почти не разговаривали. Где-то в полдень охранники принесли им приличный обед – бифштекс, жареный картофель и кувшин воды. По крайней мере, уморить их голодом в планы Питерса не входит.

Но Джулиана и здесь не могла без выкрутасов.

– Я мясо не ем! – категорично заявила она, когда охранник подал ей поднос. – И жареный картофель тоже. Унесите.

Сказано это было таким тоном, словно она находится в первоклассном ресторане, а над ней склонился почтительный официант, который отлично знает, кто перед ним. Впрочем, охранник тоже об этом знал, поэтому он не запустил подносом в голову девушке, как, судя по выражению его глаз, ему очень хотелось сделать.

– Что же ты будешь есть? – хрипло спросил он.

– Вареные овощи, – капризно проговорила Джулиана. – Смесь из перца, морковки и зеленого горошка. И стакан свежевыжатого морковного сока.

Алекс следил за этой сценой с открытым ртом. Бифштекс уныло остывал на тарелке. Охранники обменялись хмурыми взглядами и (делать нечего!) пошли к выходу. Видимо, им было дано четкое указание выполнять все требования рыжеволосой бунтарки.

– Ну ты даешь! – восхищенно воскликнул Алекс, когда они с Джулианой остались одни. – Ты что, не голодна?

– Как волк, – призналась девушка.

– А мясо ты почему не ешь? Вегетарианка?

– Ем.

У Алекса глаза на лоб полезли.

– Но тогда почему...

– А пусть побегают, – с независимым видом ответила Джулиана.

– Съешь что-нибудь. – Алекс пододвинул к ней свою тарелку. – Вдруг тебе ничего не принесут.

– Принесут, куда они денутся. – Джулиана покосилась на аппетитный хрустящий картофель и проглотила слюну. – Ты лучше сам ешь. Тебе сегодня ночью силы понадобятся.

Это прозвучало настолько двусмысленно, что у Алекса пропал аппетит.

– З-зачем?

– Откуда я знаю? – неестественно удивилась Джулиана. – Силы всегда нужны.

И Алексу пришлось удовольствоваться этим неопределенным ответом.

13

Джулиана оказалась права и насчет еды, и насчет сил. Вскоре недовольный охранник принес ей все, что она просила. Вернее, не просила, а требовала. Джулиана взяла поднос и царственным кивком головы отослала беднягу. Алекс только поражался. Все-таки воспитание – великая вещь...

Незаметно стемнело. Алекс прислонился к стене, закрыл глаза и попытался заснуть. Нужен был отдых, чтобы завтра быть начеку и не допустить ни одной ошибки в разговоре с Питерсом. Если он правильно разыграет карты, они с Джулианой окажутся на свободе целыми и невредимыми.

Однако девушка совершенно не разделяла его мнение о том, что ночь предназначена для сна. Как только в подвале стало достаточно темно, она поднялась по ступенькам и приложила ухо к входной двери. Заинтригованный Алекс молча следил за ее передвижениями. У двери Джулиана провела минут десять, потом осторожно спустилась и торжественно произнесла:

– Ушли.

– Кто?

– Охранники.

– И что нам с того? – удивился Алекс.

– А то, что нам никто не будет мешать.

Мысли Алекса внезапно были направлены в другое русло. Они с Джулианой совершенно одни, и... У него пересохло во рту. Конечно, сейчас не лучшее время для любви, но не стоит забывать о том, что неизвестно, настанет ли для них следующий день... И не этому подвалу отбить у него влечение к Джулиане...

– Нет, ты неправильно меня понял. Я вовсе не собираюсь предложить заняться любовью, – зазвучал насмешливый голосок девушки.

Она стояла спиной к окну, а Алекс сидел к нему лицом, так что он был перед ней как на ладони.

– Я и не думал об этом, – пробормотал Алекс, поднимаясь.

– Неужели? – хихикнула Джулиана. – Мы попозже поговорим об этом. Когда выберемся отсюда.

Алексу не нужно было повторять дважды.

– Что ты придумала?

– Ночью охранники не стоят под дверью, – тихо сказала девушка. – Если удастся перепилить оконные решетки, мы сможем выбраться наружу... А там посмотрим...

В глазах Джулианы горел азарт, и Алексу было очень жаль гасить его.

– Ты шпилькой собираешься металл пилить? – осведомился он.

– Зачем шпилькой? Вот этим. – Джулиана засунула руку себе в декольте (Алекс был вынужден отвернуться, потому что глаза непроизвольно следовали за рукой девушки) и извлекла небольшой темно-серый брусочек. – Не знаю, как это называется, но мне кажется, что оно подойдет.

Все игривые мысли моментально вылетели у Алекса из головы. Джулиана держала в руках самый настоящий покрытый ржавчиной напильник.

– Откуда ты его взяла? – ахнул Алекс.

– Нашла в одном из ящиков. – Девушка кивнула на стол. – Там куча всякого хлама. Наверное, валяется сто лет. Грязь неимоверная...

Алекс был готов расцеловать девушку в обе щеки. Как ему самому не пришла мысль обыскать коробки под столом?

Они подошли к окну. Руки Алекса не доставали до решетки.

– Нужно пододвинуть стол, – сказал он после нескольких бесплодных попыток перепилить решетку, подпрыгивая.

– Он очень тяжелый. Я его не смогла сдвинуть с места. Да и шум будет страшный.

– Тогда один из ящиков, – нашелся Алекс.

Джулиана подняла вверх руки.

– Неужели тебе больше ничего не приходит в голову? – вздохнула она. – Если я возьму напильник, а ты меня поднимешь...

– Точно! – Алекс хлопнул себя по лбу. – Я полный идиот... А ты справишься?

– Сейчас посмотрим.

Алекс присел на корточки и обхватил колени Джулианы. Как хорошо он помнит все изгибы ее стройных ног! Но долго размышлять об этом было слишком опасно. Алекс чувствовал, что вопреки всем приказам разума его тело начинало выходить из-под контроля.

– Ты заснул? – поторопила его девушка.

Алекс встал, крепко держа Джулиану, и шагнул ближе к окну.

– Нормально? – спросил он.

– Отлично, – ответила девушка, и через секунду Алекс услышал монотонный скрипучий звук. Джулиана старалась действовать как можно тише, но напильник все равно скрежетал по металлу с оглушающей громкостью.

Пот градом валил с Алекса. Он был уверен, что вот-вот услышит торопливые шаги охранников, и их жалкая попытка к бегству будет пресечена в самом начале.

– Одна есть, – удовлетворенно заметила Джулиана, опуская вниз выпиленный металлический прут. – Хочешь отдохнуть?

– Я не устал.

Джулиана вновь принялась за работу. Один раз им показалось, что они уловили приближение человека, и остановились. Сжавшись внизу под окошком, Алекс и Джулиана молились про себя, чтобы их не обнаружили. В другой раз оба совершенно выбились из сил и были вынуждены прерваться на небольшой отдых. Но, тем не менее, работа шла, и, хотя нежные пальчики Джулианы были все стерты от непривычного дела, все пять прутьев решетки были благополучно спилены.

– Умница, – прошептал Алекс, глядя на путь к свободе. – Давай я тебя подсажу, попробуешь выбраться...

Он подхватил девушку на руки, но Джулиана забилась в его объятиях.

– А как же ты? – спросила она, когда Алекс опустил ее на землю. – Кто подсадит тебя?

– Ты найдешь что-нибудь снаружи, – предложил Алекс. – И скинешь мне. Веревку или что-то в этом духе.

У него была масса времени обдумать этот вариант, пока Джулиана распиливала решетку. Вдвоем им не выбраться. Вряд ли рядом с окном на улице чья-то добрая рука заблаговременно повесила для них крепкую веревку. Значит, Джулиана выберется одна. А что произойдет с ним, уже не так важно. Если она будет в безопасности, Фрэнк Питерс ему уже не страшен.

– А вдруг там не будет веревки? – справедливо заметила Джулиана.

– Ты обязательно что-нибудь найдешь, – с фальшивой бодростью уверял ее Алекс. – Нашла же напильник.

– Слишком рискованно, – покачала головой девушка. – Если я начну бегать вокруг дома в поисках веревки, меня засекут.

– А ты не бегай. У тебя и без веревки проблем немало будет. Неизвестно, где мы находимся, и есть ли отсюда вообще выход...

– Нет, – жестко перебила его Джулиана. – Никуда я без тебя не пойду.

По ее тону было ясно, что настаивать бесполезно. И Алекс решил пойти напролом.

– Другого выхода нет. Если ты выберешься, ты сможешь привести сюда полицию.

– Как будто они станут ждать, пока я явлюсь сюда с копами! – презрительно воскликнула Джулиана. – Да от тебя мокрого места за это время не останется!

– Питерсу нужны мои деньги, – напомнил Алекс.

– А безопасность для него дороже, – упорствовала Джулиана. – Мы уходим вместе и точка!

Почему? – так и подмывало спросить Алекса. Но он не решался. Пожалуй, сейчас не самое удачное время для подобных разговоров...

– Что же делать? – бормотала Джулиана себе под нос. – Что, если я тебя подсажу, а потом ты как-нибудь вытащишь меня?

– Во-первых, ты меня не поднимешь, – ответил Алекс, пряча улыбку. – А во-вторых, мне тебя никак не вытащить. Мы даже руками друг до друга не дотянемся.

Джулиана взлохматила волосы.

– Должен же быть выход!

– Я же говорю, уходи одна... – терпеливо начал Алекс.

– Придумала! – воскликнула она и принялась торопливо раздеваться.

Алекс оторопел. Джулиана проворно распустила шнуровку платья, расстегнула молнию и скрытые крючочки по бокам, схватилась за подол и потянула платье вверх. Застряла в талии и сердито дернула его. Через минуту глазам Алекса открылось потрясающее зрелище. На Джулиане было нежно-розовое кружевное белье и чулки с поясом. С распушенными волосами, в туфельках на каблуках и одном белье, Джулиана выглядела невинно и порочно одновременно. Алекс провел рукой по лбу. На мгновение все их неприятности были позабыты...

– Держи, – возбужденно проговорила Джулиана и сунула ему платье. – Из этого получится отличная веревка.

Алексу стало стыдно. Она думает только об их спасении! А о чем думает он?

– Гениально, – пробормотал он, когда смысл слов Джулианы полностью дошел до него. – А ткань выдержит?

– Еще бы не выдержала! – засмеялась девушка. – Крепче любой веревки. Попробуй, порви.

Алекс взял кусочек шнуровки и изо всех сил потянул в разные стороны. Шнурок натянулся, но выдержал.

– Тебе же не на небоскреб по нему лезть собираешься!

Алекс поднял голову и прикинул расстояние. Платье требовалось разорвать. Он дернул с одного края.

– Попробуй по шву, – посоветовала Джулиана.

Казалось, что ее легкомысленный вид ничуть ее не смущает. Она вела себя с такой же непринужденностью, как будто была одета по всем правилам. Алекс, наоборот, не мог спокойно смотреть в ее сторону... Он нашел боковой шов и рванул его. Вскоре у него получилась длинная, крепкая и довольно оригинальная веревка. К тому же безумно дорогая.

– Отлично, – просияла Джулиана, когда он показал ей плод своего труда. – Подними меня, я привяжу его к решетке.

Алекс повиновался. Держать Джулиану на руках стало в сто раз сложнее. Теперь его лицо касалось ее бедра не через плотную ткань платья, а непосредственно. Это было чересчур даже для его крепких нервов.

– Готово, – сказала Джулиана, и Алекс побыстрее опустил ее на землю. От греха подальше. – Что ж, удачи тебе...

С этими словами она стремительно прижалась к нему и поцеловала в губы. У Алекса закружилась голова. Он невольно протянул руки, чтобы обнять ее, но девушка проворно отпрянула, и Алекс обхватил пустоту.

– Тебе тоже, – проговорил он, чувствуя, что язык отказывается повиноваться ему. – Осторожнее там...

Он снова поднял девушку, на этот раз не смущаясь из-за того, что его руки дотрагиваются до ее горячей обнаженной кожи. Нужно было помочь Джулиане благополучно выбраться из окошка. Было не до сантиментов.

Джулиана схватилась руками за раму и подтянула себя. Алекс отпустил ее бедра и сжал колени, поднимая девушку все выше и выше. Джулиана медленно выползала из окна. Вот ее бедра закрыли слабый свет луны, потом в окошке мелькнули коленки, лодыжки, туфельки...

– Есть, – услышал Алекс ее довольный голос. – Я тебя жду.

После таких слов он бы и без платья взобрался по стене. Но все же без него подъем был бы намного труднее. Ткань действительно оказалась добротной. Лишь один раз она угрожающе затрещала под весом Алекса, но в следующую секунду он уже схватился за обломок отпиленной решетки и подтянулся на руках.

Алекс высунул голову наружу. Прохладный ночной воздух приятно овевал разгоряченное лицо.

– Ты чего? – прошептала Джулиана совсем близко от него. – Застрял?

Она сидела рядом с окошком на корточках.

– Все в порядке, – процедил Алекс и немного продвинулся вперед.

Он боялся, что застрянет в плечах. Все-таки окошко было маловато, и если Джулиана без труда проскользнула сквозь него, это не значит, что Алекс с такой же легкостью проделает этот фокус.

Но опасения его были напрасны. Еще одно усилие – и Алекс лежал на влажной траве, с наслаждением ощущая, что его ноги больше не болтаются беспомощно в пространстве. Им все-таки удалось выбраться!

14

– Пойдем, – поторопила его Джулиана. – Еще не хватало, чтобы нас застукали. Особенно меня.

Она хихикнула. Алекс улыбнулся и встал.

– Давай вытащим твое платье. – Он наклонился к окошку и принялся развязывать узел.

– Время дорого, – прошипела Джулиана. – Немедленно брось его.

– Но как ты пойдешь в таком виде? – настаивал он, слишком поздно понимая, что если бы он прихватил с собой пиджак, то Джулиане было бы что накинуть на себя.

– По-моему, я отлично выгляжу, – подмигнула девушка.

Резкий автомобильный гудок взорвал тишину ночи. Алекс вздрогнул. Пока они обмениваются любезностями, драгоценное время неумолимо просачивается сквозь пальцы. Они так до рассвета могут проговорить, а желанная свобода еще далеко.

Алекс огляделся. Они находились на заднем дворе большого дома. Справа виднелись очертания какого-то приземистого сооружения. Сарай или гараж, догадался Алекс. Узенькая дорожка уводила влево вглубь заросшего кустарника. В темноте чужой сад таил в себе множество ловушек. В какую сторону идти, чтобы быстрее выйти к забору? Каковы размеры сада? Как он охраняется? Как сделать так, чтобы их не заметили? Вопросов было немало, и отвечать на них надо было одновременно и немедленно.

Правая сторона производила впечатление более безопасной. Лесные насаждения могли растянуться на несколько миль, а гараж наверняка строили не очень далеко от выхода. Правда, все могло быть с точностью до наоборот, но вовремя принятое решение все же лучше, чем правильное. Сейчас нужно, чтобы между ними и этим зловещим домом пролегло как можно большее расстояние...

– Идем. – Алекс взял Джулиану за руку и потянул к сараю.

Крадучись, они перебежали открытое место около дома и скрылись в зарослях. Розовое белье Джулианы, равно как и светлая рубашка Алекса, светилось в темноте. Он в который раз пожалел о том, что оставил в подвале пиджак...

Чутье Алекса не подвело. Невысокое сооружение на самом деле оказалось гаражом, от которого асфальтированная дорога вела прямо к главным воротам. Однако для Джулианы и Алекса этот путь был закрыт. В сторожке охраны у ворот горел свет, и соваться туда явно не стоило. По обе стороны ворот расходился двухметровый решетчатый забор.

– Придется лезть через забор, – вздохнул Алекс.

– Если там нет камер или ток не пропущен, – сказала девушка. – Или собаки по парку не бегают. Отец, например, всегда выпускает ротвейлеров.

Алекс скривился как от зубной боли. Рассказы о методах безопасности Рональда Декстера не очень-то ободряюще звучали.

– Иного выхода нет, – прошептал он. – Рискнем.

– Ага, – согласилась Джулиана.

Осторожно ступая, они отошли от гаража и углубились в парк. Об одном можно было не беспокоиться – никаких собак не было. Камер не было тоже, по крайней мере видимых. Зато решетчатый забор венчала жуткого вида колючая проволока, по которой (в этом Алекс не сомневался) был пущен ток.

Рука Джулианы чуть дрогнула.

– Нелегко будет перелезть, – шепнула она Алексу на ухо.

Алекс размышлял. Если бы не ток, перемахнуть через забор было бы проще простого. Не так уж он и высок. Это лишний раз доказывало, что колючая проволока красуется там не для того, чтобы раздирать в кровь тела нарушителей. Несколько ссадин пережить можно. А вот высокое напряжение – вряд ли...

– Там точно ток, – подтвердила его догадку и Джулиана. – Эх, зря я напильник выкинула. Перепилить бы проволоку, и дело с концом...

– Тебе бы точно конец пришел, если бы ты попробовала перепилить ее, – мрачно усмехнулся Алекс. – Здесь нужно другое.

Он задумался на секунду, понимая, что у него нет под рукой подходящих материалов.

– Что? – Джулиана дернула его за рукав.

– Дерево. Мы бы повалили его на забор и по нему перешли.

– Как в цирке, – съязвила девушка. – Я, между прочим, не акробатка.

– Десять минут назад я бы в этом усомнился, – пробормотал Алекс с улыбкой. – Ты неплохо смотрелась в окне.

Джулиана шутливо шлепнула его по руке. Алекс не обратил на нее внимания. Он оглядывался в поисках нужного ему предмета.

– Смотри. – Он показал на дерево с широкими крепкими ветками, которое ближе всего росло к забору. – Если бы один конец бревна положить на эти ветки, а другой – на колючую проволоку, то по нему можно было бы перейти забор...

– И разбиться, прыгая с другой стороны, – жизнерадостно закончила за него Джулиана.

– Здесь не так высоко, – нахмурился Алекс. – Если очень постараться...

– В любом случае бревна у нас нет.

– Найдем. Мы же в парке. Хоть одно да сухое дерево здесь есть.

Они с Джулианой принялись осматривать ближайшие деревья. Как назло, все они были крепкие, здоровые и свежие. Чтобы свалить одно из них, требовалась как минимум пила с хорошими зубьями. Но Алекс не отчаивался. В своих поисках они вернулись к гаражу и (о, чудо!) рядом с ним обнаружили сваленные в кучу длинные широкие доски, надежно закрытые брезентом.

– Специально для нас, – улыбнулся Алекс, вытаскивая одну доску из кипы.

Тихо проделать это не получилось. Оставалось уповать на то, что никто не окажется в зоне слышимости... Нагруженный двумя отличными досками, Алекс вернулся к забору. Соорудить мостик было делом пары минут.

– Вот уж не знала, что ты так здорово лазишь по деревьям, – усмехнулась Джулиана, когда Алекс сновал вверх-вниз.

– Ты еще многого обо мне не знаешь, – ответил он, обливаясь потом.

Наконец все было готово. Две доски лежали рядком в широкой развилке дерева, уходя трамплином за забор. Асфальт по ту его сторону гарантировал, что приземление мягким не будет.

– Ты первая, – сказал Алекс и протянул Джулиане руку.

Он удобно устроился на ветке чуть ниже досок. Она стояла внизу, запрокинув голову, и с вполне понятным ужасом разглядывала непрочное сооружение. Закрепить доски хотя бы на дереве, естественно, было нечем.

– Я придержу здесь доски, – успокоил Алекс девушку. – Ты аккуратно пройдешь по ним и спрыгнешь. Ну же, не трусь, Джинджер.

– А я и не трушу, – обиделась девушка и полезла на дерево, игнорируя руку Алекса.

Как ей удалось сделать это в туфлях на каблуках, было выше его понимания. Но, тем не менее, вскоре Джулиана сидела рядом с ним на ветке, покачивая ножками в элегантных туфельках.

– Обувь лучше снять, – посоветовал Алекс. – Ноги себе переломаешь. И по доскам передвигайся на четвереньках.

– Понимаю, – буркнула Джулиана и стянула туфли. Но на землю не кинула, как предполагал Алекс, а деловито зацепила их каблуками за чулочный пояс.

– Думаешь, я потом босиком пойду? – задиристо ответила она на немой вопрос молодого человека.

Не дожидаясь больше указаний, Джулиана полезла выше и храбро вступила на шаткий мостик. Алекс последовал за ней и что есть силы прижал доски руками к ветке. Как ни опасно было пускать Джулиану первой, еще опаснее было оставлять ее второй. Алекс был уверен в том, что ток им удастся благополучно миновать. Однако от прыжка доски, скорее всего, свалятся вниз, и поднявшийся шум разбудит черта в преисподней, а не только Фрэнка Питерса...

Джулиана встала на четвереньки и поползла по доскам. Как Алекс ни был занят тем, что удерживал их на месте, он все-таки не мог не отметить, что в таком положении и в таком наряде Джулиана выглядит особенно соблазнительно!

Алексу показалось, что прошла целая вечность, прежде чем девушка перебралась через забор. Теперь ему пришлось всем своим весом придавить доски, чтобы они не колыхались.

– Прыгай, – прошептал он вслед Джулиане, понимая, что если она продвинется дальше, то он может и не выдержать.

Но девушка тоже это понимала. Она свесила ноги, сжалась и грациозно скользнула вниз. Алекс был так напряжен, что даже не услышал, как она приземлилась на асфальт.

– Как ты?

– Отлично.

Им приходилось разговаривать довольно громко, чтобы слышать друг друга. Но вот он увидел сквозь решетку, как Джулиана встала и помахала ему рукой. Алекс вздохнул с облечением. Кажется, у нее все в порядке. Если бы он мог теперь птицей перемахнуть за ней! Увы. Ему предстояло проделать тот же путь, причем для него никто не удержит доски в развилке дерева.

Будет обидно свернуть себе шею на этом заборе, подумал Алекс. Вот Питерс обрадуется.

Чтобы как-то закрепить доски, Алекс снял рубашку и примотал ею доски к дереву. Безнадежная затея, но хотя бы какая-то гарантия того, что они не упадут, как только он на них наступит. Решив, что он сделал все, что можно, Алекс последний раз провел рукой по безопасной шершавой поверхности дерева и вступил на мостик. Как и Джулиана, Алекс передвигался на четвереньках. Он старался перемещаться как можно более осторожно, но все равно от каждого его движения доски дрожали и выгибались. Не оборачиваясь назад, Алекс знал, что его рубашка, удерживающая доски на месте, натягивается все сильнее и недалек тот момент, когда они выскользнут и... Следовало торопиться, но как раз эту роскошь Алекс не мог себе позволить. Ведь под ним как минимум два метра, да и страшная проволока под напряжением все ближе и ближе.

Алекс полз. Доски казались ему бесконечными. Он был уверен, что Джулиана проделала весь путь гораздо быстрее. А для него кто-то, вопреки законам физики и здравого смысла, удлинил расстояние до забора ровно настолько, чтобы Алекс совершенно потерял связь с реальностью.

Но что бы Алексу ни казалось, он все же продвигался вперед. Джулиана наблюдала за ним сквозь решетку, затаив дыхание, словно только что поняла опасность, которой он подвергается. А она еще недоумевала про себя, почему он заставил ее проделать этот путь первой! Хлипкое сооружение из досок вот-вот рассыплется, и Алекс рухнет вниз. Хорошо еще, если это произойдет до забора, а не над ним...

В нескольких сантиметрах от забора Алекс замер. Он помнил, что с этого места ему стало особенно тяжело удерживать доски, по которым двигалась Джулиана. Следовательно, сейчас бесполезно рассчитывать на его импровизированную веревку. Если он вздумает продолжать двигаться так, как раньше, доски упадут, а он в лучшем случае свалится по эту сторону забора. А в худшем... нет, об этом нельзя думать.

А что, если прыгнуть прямо сейчас? Да, у него нет надежной опоры, и отталкиваться практически не от чего. А падающие доски превратятся во врага. И ему может не хватить толчка, чтобы перелететь через забор, и он упадет прямо на колючую проволоку и изжарится как цыпленок. Шлепнуться со всего размаха на асфальт тоже малоприятно. У него не будет возможности сгруппироваться и смягчить падение, так что последствия могут быть самими ужасными...

Однако доски точно не выдержат, если он будет продолжать путь по-старому. Пот градом катил с Алекса, но в голове он хладнокровно перебирал все варианты. И наконец решился.

– Отойди подальше, – скомандовал он Джулиане.

– Что ты собираешься делать? – спросила девушка дрожащим голосом, но повиновалась. Сейчас не самое подходящее время для споров.

Джулиана отступила на безопасное расстояние, и Алекс приготовился к прыжку. Второго шанса у него не будет. Он вздохнул поглубже, напряг все мускулы и с силой оттолкнулся от досок, стараясь подпрыгнуть как можно выше и перенести свое тело через смертельно опасный забор. О приземлении Алекс не заботился, главным для него было оторваться от пружинящих досок и перелететь через проволоку.

С широко раскрытыми глазами и побелевшим лицом Джулиана наблюдала за трюком, который сделал бы честь любой цирковой программе. Гибкое, обнаженное по пояс тело Алекса замерло на секунду, а потом взвилось в воздух. Так прыгает пантера, спружинив на всех четырех лапах... У Джулианы мелькнула мысль, что стоит Алексу зацепиться хотя бы пальцем за проволоку, и все будет кончено. Она прикусила ладонь, чтобы не закричать и не привлечь внимание сторожей. Однако Алекс с легкостью гимнаста перемахнул через забор.

Все действие заняло не более пары секунд. Вот доски прогнулись, как будто сами подбросили Алекса вверх. Вот он взлетел над проволокой, и одновременно доски рухнули вниз. Вот он приземлился недалеко от того места, куда несколько минут назад спрыгнула Джулиана...

Правда, его приземление нельзя было назвать ни грациозным, ни удачным. Алекс просто плюхнулся на правый бок, неловко подогнув под себя руку. Хотя то, что он упал по нужную сторону забора, уже можно было считать везением.

– Ты в порядке? – кинулась к нему Джулиана.

С посеревшим лицом, но мужественно улыбаясь, Алекс поднимался с асфальта. Насколько он мог судить, он подвернул ногу, сильно оцарапал бок и... что-то явно было не так с его правым плечом. Алекс помнил отчетливый хруст во время приземления, который не сулил ничего хорошего. Сейчас он не чувствовал боли, сказывалось напряжение после прыжка, однако правая рука висела как плеть.

– Я в норме, – ответил он одними губами.

– Ты весь в крови, – пролепетала девушка, и Алекс не без удовольствия отметил тревогу на ее лице. Тревогу за него.

– Пустяки, – храбро заявил он, встал окончательно, наступил на больную ногу и невольно скривился. – Вот черт...

– Ох, а твой бок... – Джулиана прижала ладонь ко рту.

Ссаженный об асфальт бок Алекса являл собой сплошную кровавую рану.

– Это ерунда, – «успокоил» ее Алекс. – Просто царапина. А вот с рукой что-то посерьезнее...

Джулиана перевела глаза выше и всхлипнула. Неестественная форма плеча Алекса сразу сказала ей, что оно сломано.

– Не раскисать. – Алекс попытался пошутить, но шок уже начал проходить, и острая боль пронзила плечо. Шутка, как и улыбка, вышла натянутой. – Главное, что мы все-таки перелезли через этот чертов забор!

У Джулианы задрожали губы.

– Возьми себя в руки, девочка! – с притворной суровостью скомандовал Алекс. – Сейчас не время раскисать. Надо бы убираться отсюда, пока на шум не сбежались все обитатели дома.

Алекс небрежно кивнул в сторону парка. Джулиана очнулась. Они столько проделали не для того, чтобы быть схваченными на пути к свободе.

– Ты можешь идти? – деловито спросила девушка.

– А у меня есть выбор? – усмехнулся Алекс. Зажимая раненый бок левой рукой, он сделал несколько неуверенных шагов. – Нам бы машину найти...

– Найдем, – уверила его Джулиана. – Обопрись на меня. Так будет удобнее.

Алекс поворчал для приличия, но с помощью Джулианы идти действительно было легче. Боль в подвернутой ноге постепенно затихала. Или это всего лишь казалось Алексу из-за того, что плечо горело как в огне?

– М-да, неудачно я прыгнул, – пробормотал Алекс, когда они с Джулианой достаточно удалились от дома, где их держали в заточении.

Как ни странно, погони за ними не было. По крайней мере, Джулиана и Алекс ее не замечали. Их похитители были уверены в том, что пленники безопасно укрыты в подвале, и спокойно спали.

– Могло быть гораздо хуже, – отозвалась девушка. – Мне, например, понравилось.

Алекс хмыкнул. Разговор отнимал у него последние силы, но молчать он не мог. В тишине голова начинала кружиться сильнее, и бредовые картинки мелькали перед глазами. Алексу чудилось, что они уже очень давно блуждают по заброшенному лесу. Повсюду деревья, которые нещадно бьют ветками по лицу. Утоптанной дорожки нет, а есть извилистая узкая тропинка с коварными ямами и камнями. Каждый новый шаг давался все труднее. Они не только не видят просвета в лесной чаще, но и не имеют ни малейшего представления, куда идти...

Откуда-то издалека до него доносился голос Джулианы, и Алекс прилагал усилия, чтобы разговаривать с ней. Это помогало ему время от времени выныривать из бредового омута и вспоминать, что на самом деле они бредут по пустынной дороге вдоль аккуратно высаженных деревьев. Джулиана старалась не выходить на середину дороги и держаться поближе к деревьям, чтобы в случае опасности было куда спрятаться. Пока еще они не встретили ни одного указателя, который подсказал бы им, в какой части страны они находятся.

Алекс еще стоял на ногах, но девушка чувствовала, что силы его слабеют с каждым шагом. Полностью тащить его на себе она не сможет, он слишком тяжел. К тому же Джулиану терзал страх, что Алекс потеряет много крови, если в ближайшее время не случится что-нибудь – им кто-нибудь поможет, они найдут машину или (вдруг случится чудо!) набредут на какую-нибудь больницу. Впрочем, Джулиана сознавала, что вначале надо бы убраться как можно дальше от этих мест. Кто знает, не окажется ли первый встречный другом и помощником их похитителя...

Дорога круто свернула вправо, и с губ Джулианы сорвался стон облегчения. Наконец-то что-то стоящее. Прямо перед ней была широкая, освещенная фонарями улица, по обе стороны которой виднелись маленькие опрятные домики. Типичный провинциальный городок, рядом с которым расположены частные владения влиятельных людей...

На улице не было видно ни души, все жители мирно спали и не догадывались о том, что в их городе появилась очень странная и подозрительная пара. Рыжеволосая девушка в кружевном нижнем белье, чулках и туфлях на каблуках поддерживала за талию обнаженного по пояс мужчину. При ближайшем рассмотрении можно было заметить, что и девушка, и мужчина отнюдь не подгулявшие влюбленные, которые попали в переделку. Оба были грязные и исцарапанные, мужчина был весь в крови. Было ясно, что девушка фактически тащит его на себе. Но ни один местный житель, к великому облегчению Джулианы, не выглянул на улицу и не поинтересовался, кто они такие и что делают на главной улице их тихого городка. Девушка предпочитала рассчитывать только на свои силы, да и взывать к помощи обывателей в одних чулках было как-то неудобно. В лучшем случае ее с позором прогонят от дверей...

В самом конце улицы Джулиана разглядела большой фонарный столб с указателем. Неужели они наконец узнают, куда их занесло? Более того, рядом со столбом, напротив металлических ворот соседнего дома, стоял автомобиль... С удвоенной энергией Джулиана поволокла Алекса к машине. Кажется, ее горячие молитвы услышаны...

15

Алекс пришел в себя от потока свежего воздуха, который бил ему прямо в лицо. Он открыл глаза. Как он попал сюда? Последнее, что он помнил, – долгая утомительная дорога и головокружительная боль, раздирающая всю его правую сторону. Сейчас он сидел в машине рядом с водительским креслом, нога совсем не болела, бок саднило, как будто его основательно смазали йодом, правое плечо глухо болело. Алекс скосил глаза и увидел, что оно забинтовано. Не очень умело, но все-таки...

За окном мелькал незнакомый пейзаж. Холмистая местность, периодически прерываемая зарослями. Где-то вдали занимался рассвет. Алексу потребовалось немало времени, чтобы осознать все эти факты действительности. Когда же ему стало окончательно ясно, что он больше не бредет в неизвестность, а едет в машине, он сделал то, что нужно было сделать с самого начала, – посмотрел, кто сидит за рулем.

– Доброе утро! – улыбнулась ему Джулиана. – Как ты себя чувствуешь?

Алекс промычал что-то неопределенное в ответ. Волосы Джулианы были всклокочены, под глазами залегли синие тени. Черные полосы грязи были на ее лбу и щеках, как будто она вытирала лицо нечистой рукой. На плечи девушки была накинута незнакомая темно-синяя клетчатая рубашка. Джулиана жизнерадостно улыбалась и крепко держалась за руль.

– Где... где мы? – прошептал Алекс. Он облизал пересохшие губы. Ужасно хотелось пить.

– Извини, воды нет, – сказала Джулиана. – Не хочу останавливаться. И так потеряла много времени, перевязывая тебя.

– Что случилось? – Алекс не стал обращать ее внимание на то, что на его вопрос она так и не ответила.

– Мы сбежали от Питерса, помнишь? – спросила девушка.

– Еще бы. – Алекс попытался усмехнуться и обнаружил, что его лицо стянуто коркой засохшей крови. Ну и видок у него, наверное.

– Мы удачно перелезли через забор с колючей проволокой, – рассказывала Джулиана как сказку, – правда, ты, кажется, плечо сломал...

– Пустяки...

– И еле шел, так что продвигались мы медленно. Повезло еще, что побег не обнаружили вовремя, так что нам удалось благополучно дойти до Луисвилля...

– До чего? – переспросил Алекс.

– Такой крошечный городок на юге штата. Твой Фрэнк Питерс, к счастью, даже не потрудился увезти нас подальше. Так что мы в Орегоне, приятель. В Луисвилле мы натолкнулись на этот великолепный автомобиль, который его хозяин по глупости не поставил в гараж.

Джулиана хихикнула.

– Ты угнала машину? – уточнил Алекс слабым голосом.

– Мне больше нравится слово «позаимствовала». Представляешь, у этого простофили даже сигнализации не было...

– И ключ он тоже оставил в зажигании? – съязвил Алекс.

– О, ты, кажется, приходишь в себя, – обрадовалась Джулиана. – Нет, ключ он, естественно, унес с собой. Но у моего бриллиантового колье очень удобный замочек, так что...

– Ты сумела завести машину замочком колье? – воскликнул Алекс и выпрямился, на миг позабыв о сломанном плече. Оно немедленно отомстило страшной болью. Алекс застонал.

– Не прыгай! – назидательно сказала Джулиана. – Несколько лет назад мы с друзьями ради развлечения... э-э... машины угоняли. У меня в некотором роде значительный опыт.

Алекс откинулся на спину, устроился поудобнее и решил ничему не удивляться.

– А чтобы бедняга не расстроился, когда обнаружит пропажу, я оставила на столбике рядом свое колье.

Алекс подпрыгнул на месте и снова застонал от боли.

– Бриллиантовое колье в обмен на старую развалюху?

– Неправильный подход, – покачала головой Джулиана. – Во-первых, машина в отличном состоянии. Во-вторых, у нее полный бак бензина. В-третьих, надо было как-то отблагодарить судьбу. А в-четвертых, у меня их три штуки, и папа еще купит.

– Вопросов больше нет, – буркнул Алекс.

Джулиана заливисто расхохоталась.

– И к тому же в автомобильной аптечке я нашла йод и бинты, – с упоением продолжала Джулиана.

– Медсестра из тебя неважная, – проворчал Алекс.

– Нельзя же уметь все, – рассмеялась девушка.

И с этим невозможно было не согласиться.

– Да и рубашка, которую владелец забыл на заднем сиденье, тоже пришлась кстати. – Джулиана кокетливо провела себя по руке. – Коротковата, конечно, но все же лучше, чем то, что было...

Алекс вспомнил кружевные розовые трусики Джулианы и подумал, что у него другое мнение на этот счет. Однако не стал ничего говорить вслух. Она сочтет его пошляком и будет совершенно права.

– А куда мы сейчас едем?

– У меня было три варианта, – ответила девушка. – К Моррисонам, в Вегас или в папин загородный дом.

Алекс похолодел. Он не раз смотрел опасности в лицо, но при мысли о том, что ему придется предстать перед разъяренным отцом Джулианы, ему стало не по себе.

– И что же ты выбрала?

– Знаешь, я, наверное, неправа... – задумчиво проговорила Джулиана. – Но сейчас уже поздно что-либо менять... Мы только время потеряем...

– Джинджер!

– Хорошо. Я решила, что лучше всего будет, если мы поедем в Лас-Вегас. К тебе.

Алекс перевел дух. Странное решение. Но разве от Джулианы можно ожидать логичных поступков?

– Почему? – спросил он.

– Ты недоволен? – Девушка кинула на него быстрый взгляд.

– Я счастлив. Если честно, я плохо себе представляю, что бы я сказал твоему отцу или... жениху.

Неизвестно, на что Алекс рассчитывал, упоминая о Сэме. Может быть, на то, что Джулиана засмеется и скажет, что тот больше не имеет для нее значения и она не желает возвращаться к нему... В любом случае такого ответа он не дождался.

– Я тоже так подумала, – призналась Джулиана. – Папа у меня ничего, но порой на него находит. Мне показалось, что у тебя будет безопаснее... Правда, до Вегаса дальше, но...

– Ты все сделала правильно, – кивнул Алекс. – Мои люди точно не примутся отчитывать тебя, когда ты заявишься к ним в одном белье. Наоборот...

– Алекс! – в свою очередь воскликнула Джулиана.

– Прости. – Он погасил улыбку. – Ты умница. Если бы у нас еще была возможность позвонить и предупредить одного человека...

Такая возможность представилась на ближайшей заправке. В бардачке машины завалялась мелочь, и Джулиана отправилась звонить Морису Гаскелу. Алекс точно проинформировал ее, что ей следует сказать, чтобы Морис поверил. Сам он, к сожалению, не рискнул выйти из машины. Рука ныла неимоверно, и он надеялся, что, не двигаясь, он как-нибудь дотянет до Вегаса без медицинской помощи.

Стройная фигурка Джинджер в рваных чулках и мужской рубашке, едва доходившей ей до середины бедер, смотрелась весьма провокационно. Алекс смутно сознавал, что в таком наряде ей будет обеспечено повышенное внимание со стороны мужчин. Надеюсь, она сможет постоять за себя, размышлял он с бессильной злобой.

Джулиана уверенно шла по двору, и мальчишка-помощник, заливавший бензин в бак огромного серебристого «порше», встал как вкопанный и разинул рот. Алекс ударил здоровой рукой по стеклу. Если кто-нибудь из этих мерзавцев осмелится подойти к ней, я выскочу и размозжу ему голову, мрачно думал он. И пусть я потом упаду замертво.

Игнорируя оторопевшего мальчишку, Джулиана прошла в магазинчик при заправке. Надо было отдать ей должное – двигалась она так, как будто на ней по-прежнему было ее парижское бальное платье и колье за двести тысяч долларов. Алекс увидел, как она решительно распахнула дверь и шагнула внутрь. Потянулись мучительные минуты ожидания. Алекс задавался вопросом, что может произойти с девушкой, которая зашла на заправочную станцию в одной рубашке на голое тело. Ответы напрашивались самые неутешительные, и он мысленно считал до ста, чтобы после этого начать действовать.

Однако действовать не пришлось. Дверь магазинчика снова открылась и выпустила Джулиану. Девушка была не одна. Ее сопровождала высокая полная женщина в спортивных брюках и футболке. Женщина остановилась в дверях и, обернувшись, погрозила кому-то внутри помещения кулаком. Сердце Алекса взыграло. Кажется, за Джулиану заступились и без его вмешательства. Девушка попрощалась с женщиной и быстро пошла к машине, прижимая к груди какой-то объемистый сверток. Юный работник, который протирал уже стекла «порше», больше не таращился ей вслед. И это легко объяснялось. Вместо куцей рубашонки на Джулиане было вполне приличное платье в яркий крупный цветочек. Оно было ей явно велико и грациозности не прибавляло. Зато было прелесть как прилично.

– Уф, ну и денек, – вздохнула Джулиана, усаживаясь на свое место.

– Что произошло? – Алекс требовал объяснений.

– Погоди, – поморщилась девушка. – Вначале поешь.

Она развернула пакет. В нем оказалась большая бутыль с чистой водой, сандвичи с курицей и несколько яблок.

– Все, что не нужно было готовить, – извиняющимся тоном произнесла Джулиана. – Я не хотела ждать, хотя Элис уверяла, что приготовит приличный обед минут через двадцать.

– Этого вполне хватит.

Алекс не был голоден, но с жадностью прильнул к бутылке с водой.

– Элис – твоя новая знакомая? – уточнил он, напившись.

Джулиана развернула машину и откусила кусочек курицы.

– Да. Очаровательная женщина. Владеет этой заправкой. У нее есть муж и двое сыновей. Если бы ты видел, как она их на место поставила, когда они попытались...

Джулиана не стала уточнять, что попытались сделать сыновья и муж крупной Элис. Когда нормальный мужчина видит полуодетую красивую девушку, у него возникает одна-единственная мысль!

– Элис дала мне свое лучшее платье и немного еды, – закончила Джулиана.

– Дала? Хочешь сказать, что денег она не потребовала? – Вдруг ужасная мысль осенила Алекса. – Или ты всю мелочь потратила на еду?

– Не волнуйся, позвонила я твоему Гаскелу, – капризно сказала Джулиана. – Элис я отдала свои серьги. Ей они очень понравились.

– Тоже бриллианты? – уточнил Алекс, хотя не было никакой нужды спрашивать. Что еще могла выбрать Джулиана в дополнение к бриллиантовому колье?

– Ага, – без всякого выражения произнесла девушка. – У меня еще много осталось.

– А я и не сомневаюсь, – фыркнул Алекс. – Сегодня у тебя не самый удачный день для покупок.

– Надеюсь, больше ничего не придется покупать, – сокрушенно пробормотала девушка. – У меня больше ничего нет.

– Думаю, все необходимое мы уже приобрели, – улыбнулся Алекс и вдруг спохватился. – А как ты с Морисом поговорила?

Поговорила Джулиана отлично. Алекс не зря платил Гаскелу огромные деньги, он ловил все на лету. Джулиана была уверена, что ей придется долго убеждать его в том, что она не шутит и не издевается. Но Гаскел...

– ...Сразу поверил мне, – не без удивления рассказывала девушка. – Только я представилась и объяснила, в чем дело, как он принялся задавать мне вопросы и ни разу не усомнился в моих словах...

– Морис наверняка переполошился, когда я не вернулся с вечеринки, – пояснил Алекс. – Да и о тебе он кое-что слышал...

– Откуда? – насторожилась Джулиана.

– Мм... понимаешь, когда ты исчезла из моего казино... – Алекс тактично замолчал.

Джулиана нетерпеливо кивнула.

– Я дал ему задание разыскать тебя, – неохотно закончил Алекс. – Должен же я был узнать, кто ты такая...

– Значит, ты все-таки не случайно явился на мою помолвку! – торжествующе воскликнула Джулиана.

– Может быть, позднее поговорим об этом? Что еще сказал Гаскел?

– Как хочешь, – насупилась девушка. – Я сказала ему, по какой дороге мы едем и что ты серьезно ранен...

– Серьезно? Кто тебя за язык тянул!

– Я о тебе забочусь! – отрезала Джулиана. – Он выезжает нам навстречу.

– Прости, я не хотел тебя обидеть. – Алекс протянул руку и дотронулся до щеки девушки.

Джулиана недовольно отпрянула.

– Не мешай мне, – сердито бросила она.

Больше они почти ни о чем не разговаривали. Алексу все время хотелось пить, и припасенная вода очень быстро закончилась. У него начался жар, и Джулиана, позабыв об обидах, с тревогой вглядывалась в его пылающее лицо. Повязка, сделанная ее неловкими руками, опять пропиталась кровью. Беспокойство Джулианы возрастало. Не слишком ли она рискует? Гаскел велел ей ехать по этой магистрали и никуда не сворачивать, чтобы они не разминулись, но ведь если в ближайшее время Алексу не окажут помощь, ему станет совсем плохо. Продержится ли он до тех пор, пока они не встретятся с его другом? И сможет ли этот великолепный Морис Гаскел помочь Алексу?

Джулиана не сознавала, что тревога за Алекса сослужила ей хорошую службу. Поглощенная одной мыслью – о нем, она не обращала внимания ни на голод, ни на усталость. А ведь она две ночи подряд фактически не сомкнула глаз и уже несколько часов провела за рулем... А безумное бегство по лесу, а упражнения на окне и заборе? Любого из них было бы достаточно, чтобы совершенно расклеиться. Но Джулиана знала, что все теперь зависит от нее, и держалась. Она до рези в глазах всматривалась в дорогу впереди и разговаривала сама с собой, чтобы не уснуть за рулем. Костяшки пальцев, вцепившихся в руль, побелели от напряжения. От голода сводило внутренности, а пить хотелось так, что язык распух и, казалось, царапал гортань. Но Джулиана не останавливалась ни на секунду. Скоро, очень скоро они встретятся с Морисом Гаскелом и окажутся в полной безопасности...

Когда впереди Джулиана увидела кавалькаду из нескольких машин, которую возглавляла карета «Скорой помощи», она решила, что бредит. Неужели Морис Гаскел так быстро добрался до них? Но вот передняя машина мигнула фарами, делая Джулиане знак остановиться. Девушка нажала на тормоза. Тотчас все остальные машины остановились, не беспокоясь о том, что блокируют дорогу.

На дорогу выбежали люди. Джулиана смотрела на них, не имя сил выйти им навстречу. Только сейчас она осознала, насколько она устала. Ныла каждая клеточка ее тела, и Джулиане смертельно хотелось пить и спать. Крепкий мужчина со смутно знакомым круглым лицом и забавно топорщившимися усами добежал до ее машины первым. Джулиана медленно открыла дверь.

– Мисс Декстер? – спросил он, глядя не на нее, а на ее пассажира. – Я Морис Гаскел. Как он?

– Н-не знаю, – выдохнула девушка. – Вы вовремя.

Она откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. Теперь весь мир может провалиться в тартарары, а она будет блаженно спать...

16

Полное выздоровление Алекса затянулось на месяц, хотя повреждения были незначительными. Глубокие ссадины на боку зажили быстро, нога перестала болеть, когда Алекса только довезли до больницы. Обычный ушиб, констатировал врач. Небольшой. Зато плечевая кость была сломана в двух местах, и Алекса пришлось оперировать. Здоровый организм и хороший отдых сделали свое дело. Уже через неделю после операции Алекс расхаживал по «Блестящему Вегасу» в гипсе и принимал соболезнования от хорошеньких женщин, в которых вокруг него, как всегда, недостатка не было.

Правда, радости от этих соболезнований Алекс не испытывал. Он бы с готовностью променял всех этих красоток с нежными улыбками и масляным блеском в глазах на одну-единственную девушку с растрепанными рыжими волосами и испачканным лицом. Она снилась ему во время болезни и во время выздоровления; не проходило ни одной ночи, чтобы Алексу не привиделись ослепительно-голубые глаза Джинджер. Во сне она смеялась и упрекала его, обнимала и обещала неслыханное блаженство... Но наступал день, Алекс открывал глаза, и ночные видения рассеивались без следа.

Он по-прежнему оставался Алексом Мерреллом, богатым, удачливым, смелым. Дела в его казино и игровых залах шли в гору, женщины находили его еще более привлекательным, а Фрэнк Питерс в страхе перед местью бежал за границу. Морис Гаскел рвался разыскать его и воздать по заслугам, но Алексом овладело странное равнодушие. В глубине души он сознавал, что готов простить Питерсу его безумный поступок. Эти полные неизвестности дни были, пожалуй, самыми неприятными в его жизни. Но зато рядом с ним была Джинджер... Спокойная жизнь без нее теперь казалась гораздо ужаснее, чем ночи в подвале загородного дома Фрэнка Питерса.

С тех пор как Морис лично довез Джулиану до дома ее отца, от нее не было ни слуху ни духу. Алекс напрасно уверял себя, что все логично, что дочери всесильного Рональда Декстера вовсе не обязательно помнить о человеке, который навлек на ее голову столько неприятностей. Но явное пренебрежение Джулианы задевало. Они вместе выбрались из этой передряги, их столько связывает... Неужели она не хочет хотя бы узнать, как он себя чувствует?

У Алекса вошло в привычку просматривать светскую хронику в местных газетах. Он не сомневался, что рано или поздно встретит там объявление о скорой свадьбе Джулианы Декстер. И каждый раз с облегчением выбрасывал полную сплетен газету, в которой отсутствовало это известие. Джулиана явно не торопилась замуж...

Морис Гаскел со свойственной ему проницательностью сразу подметил, что с Алексом творится что-то неладное. Правда, вначале он приписал это болезни. Но время шло, Алекс постепенно выздоравливал, однако прежним Алексом он не становился. Печаль в глазах, отказ от былых развлечений, равнодушие к делам – после похищения Алекс Меррелл неузнаваемо изменился, и Морису казалось, что он догадывается, в чем дело.

Однажды вечером, когда Алекс занял привычное место перед мониторами в «Блестящем Вегасе», Морис решил поговорить с ним начистоту. Он заглянул в кабинет шефа как бы ненароком, чтобы перекинуться парой слов и пропустить глоточек виски. Алекс вроде бы обрадовался его приходу, но, несмотря на то что он разговаривал с Морисом и отвечал на его вопросы, его глаза все равно были прикованы к мониторам. Он как будто высматривал кого-то, с минуты на минуту ожидая появления этой таинственной персоны.

– В последнее время ты сам на себя не похож, – грубовато заметил Гаскел, разливая виски.

Алекс с видимым усилием перевел глаза на него.

– Просто рука все еще болит, – произнес он.

– И ты расклеился из-за такого пустяка? – притворно удивился Морис. – Ну ты даешь...

Алекс насупился. Он не собирался ни с кем откровенничать, даже с лучшим другом. Тем более что рассказывать, в сущности, было нечего. Ему самому еще многое было непонятно.

– Так в чем же дело, Алекс? – поторопил его Гаскел. – Твое странное настроение может быть очень опасно для дел...

Алекс залпом осушил свой стакан. От виски зашумело в голове, мысли стали на удивление четкими и плавными. Морис прав. Ему нужно выговориться и избавиться от этого наваждения раз и навсегда.

– Понимаешь, я никак не могу... – начал Алекс и запнулся.

– Выкинуть из головы эту рыжую девицу, дочку миллиардера, – подхватил Гаскел. – Неплохой выбор, дружище. У тебя губа не дура...

Измученный взгляд Алекса заставил смех замереть на его губах.

– М-да, значит, все обстоит серьезно, – протянул Морис.

– Я сам не знаю, что со мной творится, – признался Алекс. – Никогда со мной такого не было. Все время думаю только о Джулиане, как будто других женщин вообще нет на свете!

– Крепко тебя зацепило, – сочувственно сказал Морис.

– И что мне теперь делать?

– Есть один хороший совет, но ты его вряд ли послушаешь... – Морис задумчиво потер подбородок. – Выкинь ее из головы. Эта девчонка не для тебя. Ее папаша костьми ляжет, но не допустит, чтобы вы были вместе. Это раз. А два...

Гаскел с жалостью посмотрел на Алекс.

– Что два?

– Ясно же, что ей нет до тебя никакого дела, – вздохнул Морис. – Она и думать о тебе забыла. Как в воду канула, а ведь целый месяц прошел... Ну что ты на ней зациклился? Не такая уж она сногсшибательная красавица. Здесь бывают и покрасивее... Тебе будет рада любая...

– Спасибо за утешение, – усмехнулся Алекс.

Морис пожал плечами. Поступай, как знаешь, говорил его невозмутимый вид.

А Алекс не имел ни малейшего понятия о том, как ему следует поступить. Любой двадцатилетний мальчишка, испытавший уже все муки и прелести первой, второй, да и третьей любви, был в этом отношении гораздо опытнее его. Алекс мог написать учебное пособие о том, как заинтересовать женщину и затащить ее в постель на первом свидании. Но он совершенно не представлял себе, что делать с первой любовью, которая вдруг расцвела в абсолютно неподходящем месте – в его сердце, словно пышный диковинный цветок проклюнулся на каменистой потрескавшейся поверхности пустыни...

– Хочешь, я выясню все ее телефоны, – несмело предложил Гаскел через некоторое время.

Бутылка виски уже опустела наполовину, и Морис решил предпринять следующую попытку достучаться до Алекса.

– Есть они у меня, – вяло махнул рукой Меррелл. – И что с того?

Морис был сбит с толку. Удивительно, как несправедливо порой распоряжается природа. Да обладай он внешностью Алекса, он бы твердо знал, что не встретит отказа ни у одной женщины. Обычно мужчине приходится прилагать усилия, чтобы понравиться. Алексу достаточно лишь посмотреть. Но ему не хватает ума понять, что Джулиана Декстер – такая же, как все остальные женщины, и вряд ли ее сердце осталось абсолютно нечувствительно к его чарам...

Морис решил идти напролом.

– А по-моему, ты зря боишься. Все-таки ты должен ей нравиться. Хотя бы чуть-чуть.

– Спасибо на добром слове.

– Нет, я серьезно, – настаивал Морис. – Согласилась же она переспать с тобой. Да и от Питерса вы сбежали в основном благодаря ей...

– Ну и что? Всего лишь развлечение для скучающей девчонки. Сейчас она наверняка нашла себе новую затею...

Гаскел начал терять терпение. Можно подумать, что он разговаривает с тринадцатилетним подростком, который впервые в жизни оторвал глаза от парты и обнаружил, что у девочки в соседнем ряду чудные косички и веселая улыбка. Тьфу.

– Так возьми и выясни это! – вспылил он. – Ты мужчина или нет? Сколько тебе лет, Алекс? Сидишь и хнычешь, как девчонка. Если тебе так нужна эта Джулиана, иди и возьми ее. Откажет она, что ж, будешь точно знать, что сделал все возможное. Хотя мне почему-то кажется, что она точно так же сидит сейчас у окошка и проливает слезы из-за того, что ты не даешь о себе знать!


Морис Гаскел был не так уж далек от истины. У окошка Джулиана, конечно, не сидела, так как с головой погрузилась в приготовления к свадьбе, но об Алексе не переставала думать ни на минуту.

Ни ее родители, ни жених, ни кто-либо другой не подозревали о приключении, которое ей пришлось пережить вместе с... Нет, она в который раз запретила себе произносить его имя. За Джулианой давно уже никто не следил. Она была вольна поступать так, как хочет. Пропадать на недели и не ставить никого в известность, ночевать, где угодно и с кем угодно, возвращаться в любом виде. Было несколько обязательных семейных событий, на которых она должна была присутствовать. В остальное время Джулиана Декстер была свободна как ветер.

Ей всегда это нравилось. Полная независимость – столько денег, сколько обычному человеку за всю жизнь не потратить, и никаких границ. Родители – понимающие люди, которые не желают ее ни в чем ограничивать. И только со временем Джулиана постепенно понимала, что им просто нет до нее никакого дела. Сейчас этот факт предстал перед ней во всей своей неприглядной красе. Ее похитили. Причем не с обычной вечеринки, а с ее собственной помолвки. Но ни отец, ни мать, ни жених (впрочем, от Сэма Джулиана никогда не требовала многого) не забеспокоились. Интересно, что они объяснили гостям, когда стало ясно, что невесты на празднике нет? Впрочем, взбалмошность Джулианы Декстер хорошо известна в их кругу. Им, наверное, даже не пришлось ничего объяснять.

В тот день смертельно уставшая Джулиана добралась до своей комнаты, приняла душ и легла спать. Если у прислуги и возникли вопросы относительно ее неприличного внешнего вида, они оставили их для посиделок на кухне. В доме Рональда Декстера привыкли не задавать Джулиане лишних вопросов. Когда-то это было ей на руку; но сейчас девушке казалось, что ее присутствия в этом доме попросту никто не замечает.

Джулиана проспала пятнадцать часов подряд и проснулась отдохнувшей, зверски голодной и ужасно несчастной. Нелепая мысль, зародившаяся, когда девушка на негнущихся ногах поднималась в спальню, разрослась и не давала ей покоя. Она совершила глупость, когда позволила Морису Гаскелу отвезти ее домой. Она должна была оставаться с Алексом, поехать с ним в больницу, сидеть у его постели, выхаживать его, заботиться о нем, а потом...

Джулиана пробралась на кухню, переполошив служанок, и вытащила из холодильника вчерашнее мясо. Ей хотелось есть, а что – совершенно неважно. Ощущение того, что она совершила непоправимую ошибку, не покидало ее ни на секунду. Если бы можно было повернуть время вспять! Она бы поборола усталость и настояла на том, чтобы поехать вместе с Алексом. Никто бы не стал ей противоречить. В конце концов, после того, что они пережили вместе, она имеет право на...

На что? – с горечью спрашивала себя девушка, допивая кофе. Похитители прихватили тебя случайно. С тем же успехом Алекс мог бы оказаться в лабиринте, а потом и в подвале с любой другой девушкой. И девушке этой было бы совершенно необязательно разыгрывать из себя Флоренс Найтингейль у его постели...

От этой мысли Джулиане стало совсем плохо. Ее роль выполнена. Гаскел от души поблагодарил ее и отправил домой. О Джулиане Декстер теперь можно благополучно позабыть. Алексу сейчас тем более не до нее, а уж когда он выздоровеет, он и не вспомнит, как она выглядит.

Хотя оставалась маленькая надежда. Сейчас ему плохо, но, когда он придет в себя, он свяжется с ней. Хотя бы для того, чтобы убедиться, что у нее все в порядке. Они вспомнят о том, как карабкались к окну по ее платью, и дружно посмеются. Ведь было что-то между ними, точно было. Разве она не помнит, какими глазами он смотрел на нее, когда она безрассудно стягивала с себя платье? А она... она намеренно вела себя резко и задиристо, чтобы он ни в коем случае не догадался, что ее сердце тает от одного его взгляда. Как ей хотелось нравиться ему, быть смелой, уверенной в себе, независимой, находчивой! Алексу Мерреллу не привыкать к страстным признаниям в любви и женским слезам и вздохам. Она покорит его другим – бравадой и равнодушием...

Вот и покорила. Прошла неделя, а все ее телефоны молчали, и никто не пытался пройти сквозь охраняемые ворота дома Декстеров. Две недели, три, месяц. Слишком долго. Даже если у Алекса действительно сломано плечо, он уже должен был прийти в себя. Но он не звонит, значит, ей привиделось пламя в его глазах... Неудивительно. Должно быть, он по привычке смотрит выразительно на каждую женщину, отчего у нее кружится голова и она начинает сочинять всякие любовные бредни... Джулиана Декстер не исключение.

От душевных терзаний Джулиана перешла к бессильной злобе. Надо же было так попасться! Она так долго убеждала себя, что любовь не для нее, что сама поверила в это. Ей нужно было бежать от Алекса Меррелла в тот самый момент, когда она впервые увидела его в зале «Блестящего Вегаса». Ведь уже тогда ее сердечко непривычно екнуло... Но нет, она наивно полагала, что находится в полной безопасности и справится с любыми чувствами. Более того, сама полезла к нему...

И во второй раз тоже. Зачем ей было посылать Алексу дурацкую записку с требованием встретиться? Какая разница, почему он заявился на ее вечеринку? Он вел себя вполне прилично и не думал настаивать на свидании, но она словно сошла с ума. Ее страдания – достойное наказание за глупость. Любить человека, для которого тебя не существует, – этого и врагу не пожелаешь...

Единственное, что теперь оставалось Джулиане, это стиснуть зубы и терпеть. Пусть все внутри у нее превратится в одну сплошную рану, ни один мускул не дрогнет на ее лице. Дочь Рональда Декстера будет такой, как прежде. Равнодушной, скучающей, эгоистичной. Ни один человек в мире не догадается, что ее сердце плавится от любви и изнемогает от нежности, что ее тело ноет от тоски по рукам одного-единственного мужчины... Она выйдет замуж за Сэма, потому что так угодно отцу, она будет вести себя так, как подобает даме из высшего общества, она остепенится и заведет детей, займется благотворительностью или чем-нибудь еще и... И никогда ноги ее не будет в Лас-Вегасе или в его окрестностях!

17

И все-таки Алекс дождался известия о том, что Джулиана Декстер выходит замуж. Правда, сообщили ему об этом не газеты, а вездесущий Морис Гаскел.

– Откуда ты знаешь? – поинтересовался Алекс, притворяясь равнодушным.

Он ненавидел себя за то, что замужество Джулианы так сильно задевает его. Если женщина раньше игнорировала его, он немедленно забывал о ней. Впрочем, надо признать, что он забывал обо всех женщинах, и о тех, кто помнил его, и о тех, кто нет...

– Решил не выпускать ее из поля зрения, – пробурчал Гаскел. Он не был уверен в том, что Алекс одобрит его самоуправство. – Бракосочетание состоится в домашней церкви Моррисонов. Закрытая церемония, будут присутствовать только родственники и друзья.

– Совсем как на помолвке, – с горечью заметил Алекс. – Кого там только не было.

– Не уверен. Думаю, попасть на свадьбу тебе будет гораздо сложнее...

– А я и не собираюсь туда попадать! – воскликнул Алекс. – Джулиана может делать все, что ей хочется!

Морис печально покачал головой. Жаль смотреть, как человек погибает ни за что ни про что. И из-за чего? Из-за девчонки, каких вокруг пруд пруди.

– Поступай, как знаешь, – вздохнул Гаскел. – Мне надоело смотреть, как ты душу себе травишь из-за этой девицы. Или забудь о ней, или сделай что-нибудь...

Алекс молчал. Его губы были плотно сжаты, в глазах застыло упрямое выражение. Гаскел витиевато выругался вслух.

– Кстати, если тебе интересно, завтра в три часа Джулиана Декстер будет присутствовать на благотворительном аукционе в Салемском музее искусств. Пригласительный билет стоит двести пятьдесят долларов. Если хочешь, я могу заказать...

– Нет!

Гаскел невольно попятился к двери. Такой ярости на лице Алекса Меррелла он не видел ни разу в жизни.

– Хорошо, разбирайся сам, – осторожно проговорил он. – Я больше об этом говорить не буду.

Бочком Гаскел вышел из кабинета. Алекс сел за стол и уронил голову на вытянутые руки. Целых десять минут неподвижности и лихорадочных раздумий. Потом Алекс поднял голову и снял телефонную трубку.

– Алло? Музей искусств, Салем? Я хотел бы купить билет на завтрашний аукцион... Что, все распроданы? Говорит Алекс Меррелл, Лас-Вегас... Может быть, что-нибудь придумаете? Цена абсолютно безразлична... Конечно... Большое спасибо...

Он повесил трубку и удовлетворенно улыбнулся. Он еще раз попытается переговорить с Джулианой. Хотя если вспомнить, чем закончилась его первая попытка, то становится ясно, что от второй ничего хорошего ожидать не приходится!


Джулиана Декстер старательно играла роль примерной невесты. Мать Сэма попросила ее присутствовать на благотворительном аукционе в пользу детей, отстающих в развитии, и Джулиана тут же согласилась. Посещать подобные мероприятия она не любила, но сейчас была готова на все. Лишь бы не оставаться в тишине своей спальни наедине с тоской по Алексу. Конечно, тоска никуда не исчезала, когда Джулиана бывала на людях, но, по крайней мере, пряталась глубоко в сердце, и о ней можно было на некоторое время забыть.

Салемский музей искусств был многоэтажным помпезным зданием, на первом этаже которого часто устраивались различные аукционы. На этот раз планировалось продать коллекцию картин нескольких известных художников, а весь доход направить в фонд помощи больным детям. Выставленные на торги картины были развешаны в холле перед аукционным залом, и гости разглядывали их и приценивались. Оркестр из пяти музыкантов наигрывал негромкие мелодии, официанты разносили шампанское и крошечные пирожные. Этот вечер ничем не отличался от тысяч других благотворительных мероприятий, посещать которые многие состоятельные люди считают своим долгом.

В скромном черном платье, с ниткой морского жемчуга на шее, Джулиана прогуливалась от картины к картине. Она нигде не задерживалась подолгу и резко пресекала все попытки знакомых и незнакомых мужчин заговорить с ней. Правда, последних было не так много. Вскоре все, кто не был лично знаком с дочерью Рональда Декстера, знали, кем является эта рыжеволосая красавица с печальными глазами.

Джулиана желала, чтобы ее оставили в покое. Ее не беспокоило, что она ведет себя грубо, даже вызывающе. Ей было бы намного легче, если люди вокруг вообще перестали ее замечать. С каким удовольствием она бы просто побродила по выставочным залам, не вступая в глупые светские разговоры с неприятными ей людьми и не улыбаясь в ответ на избитые комплименты. Сейчас она спиной ощущала, что за ней наблюдают как минимум несколько пар глаз. Сплетников полно в любом обществе, но среди знакомых Джулианы Декстер их было особенно много...

Джулиана помедлила некоторое время у картины Джонатана Пивза, увлекавшегося перерисовыванием фотографий, и перешла к следующему полотну. Несколько цветных пятен изысканно переплетались в центре картины. Но отнюдь не мастерство и замысел художника заставили девушку побледнеть и вздрогнуть. У этой картины спиной к Джулиане стоял высокий темноволосый мужчина. Он внимательно разглядывал цветные пятна и, казалось, едва интересовался тем, что происходит вокруг.

Колени Джулианы вдруг подогнулись. Естественно, это не он. Он не из тех, кто посещает благотворительные мероприятия. Но до чего похож... Такой же рост, ширина плеч, посадка головы... Джулиане захотелось развернуться и убежать, но она слишком хорошо знала, что за ней пристально следят. Она же не хочет подавать повод для сплетен из-за такого пустяка, как случайное сходство двух разных людей...

Джулиана храбро подошла к картине и встала с мужчиной плечом к плечу. Она всего лишь хочет рассмотреть картину поближе. Ей никто не помешает...

– Добрый вечер, мисс Декстер, – вежливо поздоровался с ней мужчина, и цветные пятна на картине замельтешили перед глазами Джулианы. Она медленно повернула голову и увидела Алекса Меррелла собственной персоной.

– Вы очаровательно выглядите, – продолжал Алекс невозмутимо, – только мне кажется, что черный все-таки не ваш цвет.

У Джулианы не было сил, чтобы возмутиться. Она пыталась осознать тот факт, что мужчина ее грез внезапно появился перед ней, словно джинн из бутылки.

– Что ты тут делаешь? – прошептала она.

Глаза Алекса удивленно раскрылись. Джулиана была готова задушить его. Как он может вести себя так непринужденно и просто, когда в последний раз она видела его в бессознательном состоянии на сиденье машины, которую она угнала ради него?

– Полагаю, то же самое, что и ты. – Алекс слегка наклонил голову. – Просто убиваю скуку.

Его язвительность неожиданно помогла Джулиане прийти в себя. Слава богу, она не наделала глупостей и не призналась ему в любви. И теперь ей не нужно краснеть под его проницательным взглядом и мямлить...

– Не самый приятный способ развлечения, – усмехнулась девушка. – Играть в рулетку намного веселее.

– А угонять машины – еще веселее, – не моргнув глазом, ответил Алекс.

Джулиана решила оскорбиться. Она столько для него сделала, а у него не хватает такта промолчать!

– Может быть, – ледяным тоном заметила она. – Мне это неизвестно.

Она демонстративно отвернулась от Алекса и принялась невидящими глазами разглядывать картину. Что делать? Судьба снова столкнула ее с Алексом. И у нее есть два варианта. Игнорировать его весь вечер и сохранить достоинство или же... честно признаться ему во всем и облегчить душу. За первый вариант ратовала гордость, за второй – любовь, и Джулиана чувствовала, что ее сердце превращается в поле битвы между двумя равноценными противниками.

Объявили о начале аукциона. На негнущихся ногах Джулиана прошла в зал и села на первый ряд. Так она отгородится от Алекса и сможет спокойно подумать...

Но она напрасно рассчитывала на спокойствие. Намеренно или случайно Алекс Меррелл занял место позади нее. Краем глаза Джулиана видела, как он пропускал вперед миссис Тальбот, крупную хихикающую блондинку, которая явно была от него в восторге. Джулиана и ненавидела Алекса, и презирала, и ревновала его, и любовалась им... Он был рожден, чтобы волновать, восхищать и привлекать внимание. Он слишком хорош, чтобы принадлежать одной женщине. А она самая настоящая идиотка, раз вздумала влюбиться в такого мужчину...

Аукцион шел как по маслу. Джулиана мимоходом купила две картины и даже не поняла, как это вышло. Алекс Меррелл тоже принимал участие в торгах, но не очень активное. Каждый раз, когда девушка слышала его голос, лениво и четко выговаривающий сумму, она невольно вздрагивала.

Алекс не пробовал больше заговорить с ней. Вместо этого он с усиленным вниманием общался с миссис Тальбот. Джулиана без труда слышала их разговор и умирала от ревности. Она считала Лесли Тальбот недалекой дамочкой, которой очень повезло с мужем. Однако именно Лесли призывно похохатывала в ответ на комплименты Алекса. И именно Лесли называла его ласково по имени, не заботясь ни о своей репутации, ни о своем достоинстве. Может быть, Джулиане только кажется, что она унизит себя, если признается Алексу в своих чувствах? Может быть, нет ничего страшного в том, что женщина делает первый шаг?

Аукцион закончился совершенно незаметно для Джулианы. Она очнулась только тогда, когда участники торгов, вставая, задвигали стульями. Девушка поднялась и как автомат направилась к выходу. Ничто не вечно, в том числе и любовь. Она свыкнется с болью и перестанет ее замечать. А потом однажды проснется и поймет, что свободна и что Алекс Меррелл больше ничего для нее не значит. Стоит подождать и помучиться, чтобы обрести былую независимость. Ей не видать счастья рядом с Алексом. Разве можно быть вместе с мужчиной, которому ты безразлична?

– Джин!

У дверей ее поджидал Сэм. Идти на аукцион вместе с ней он наотрез отказался, сославшись на срочные дела (знала Джулиана эти дела!), но пообещал, что встретит после. По сравнению с Алексом Сэм выглядел особенно неприглядно. Джулиана представила себе, что этого мужчину она будет видеть каждый день, спать в его постели, заниматься с ним любовью... Брр.

– Привет. – Джулиана небрежно клюнула Сэма в щеку.

– Как прошел аукцион? – бодро спросил он.

Ответить девушка не успела. Мужская рука крепко сжала ее локоть, и голос Алекса произнес с убийственной вежливостью:

– Если вы позволите, мисс Декстер, я бы хотел поговорить с вами.

Хотя сердце Джулианы радостно забилось, она предпочла притвориться оскорбленной.

– Нам не о чем разговаривать, мистер Меррелл, – сказала она холодно. – Отпустите мою руку.

Сэм, который смотрел на Алекса с разинутым ртом, понял, что ему пора вмешаться.

– Отпустите мою невесту, вы...

Он явно намеревался оскорбить Алекса, но трусил.

– О, мистер Моррисон, добрый вечер, – сказал Алекс, словно только что увидел Сэма. – Какая внезапная встреча...

В голосе Алекса сквозила издевка, и Джулиане вдруг стало очень стыдно за Сэма. Узнал ли он Алекса? Вспомнил ли, при каких обстоятельствах они познакомились?

– Здрасьте, – кисло сказал Сэм.

Узнал, поняла Джулиана. Вспомнил. Разве забудешь такое лицо, как у Алекса. И его оскорбительное предложение...

– Мне нужно переговорить с мисс Декстер. Наедине, – повторил Алекс свою просьбу.

– Я никуда не пойду, – отрезала Джулиана.

– Я ее жених, – хорохорился Сэм. – У нее от меня нет секретов.

Алекс красноречиво усмехнулся.

– Хорошо, – кивнул он и полез во внутренний карман пиджака. – Я всего лишь хотел вернуть вам одну вещь... Кажется, вы случайно обронили...

Он достал плоскую бархатную коробочку и протянул ее Джулиане. Девушка открыла и ахнула. На черной подушечке переливалось ее бриллиантовое колье с чудо-замочком, которое она оставила в обмен на старую машину в Луисвилле. Чуть ниже колье располагались серьги, отданные хозяйке заправочной станции...

– Ну ты и растяпа, Джин, – хихикнул Сэм. – Целое состояние чуть не потеряла. Надо же – носить бриллианты со слабыми замочками...

Сэму даже в голову не пришло поинтересоваться, откуда у Алекса взялась коробочка для драгоценностей и как Джулиана могла надеть на аукцион бриллианты вместе с жемчугом. Ему было не до таких мелочей.

– Спасибо вам, – обратился он к Алексу. – А теперь поехали, Джин...

Но Джулиана не слышала его. Она смотрела на Алекса. Не властный хозяин казино стоял перед ней, требуя сделать ставку на ночь любви с ней. И не насмешливый равнодушный гость на ее помолвке. Не товарищ по несчастью, с которым она выбиралась из подвала, а влюбленный мужчина, в чьих глазах нежность смешивалась с грустью, а любовь – с отчаянием. Никогда он не смотрел на нее с таким выражением, даже в первую и единственную ночь любви, с которой все и началось.

– Я сейчас вернусь, Сэм, – бросила девушка, не оборачиваясь.

В темных глазах Алекса всколыхнулась радость. Не дожидаясь ответа Сэма, Джулиана схватила Алекса за руку и буквально потащила обратно в музей. Уезжавшие гости с удивлением и интересом поглядывали на нее, но девушке было все равно. Завтра заработает машина сплетен, но сегодня она выяснит все до конца!

– Что все это значит? – прошипела Джулиана, остановившись за ближайшей колонной.

– О чем ты? – притворился удивленным Алекс. – Я всего лишь решил вернуть твои вещи...

– Где ты их взял?

Тонкие ноздри Джулианы трепетали от гнева. Алекса Меррелла было трудно, почти невозможно напугать. Но сейчас, глядя в потемневшие от ярости глаза девушки, он ощутил нечто очень похожее на страх...

– Там, где ты их оставила, – ответил он спокойно.

Джулиана была готова выцарапать ему глаза. Алекс явно недоумевает, с какой стати она вдруг взбеленилась. Любой мужчина на его месте постарался бы вернуть ей драгоценности, которыми она пожертвовала ради него. Элементарный знак вежливости. А она уже размечталась...

– Спасибо, – прошипела Джулиана и выхватила у него коробочку с бриллиантами.

Им больше незачем было прятаться за колонной от любопытных взглядов. Джулиану ждал Сэм. Она и так достаточно скомпрометировала себя с Алексом... Но девушка не могла сдвинуться с места. Непроницаемые глаза Алекса приковали ее к месту. У Джулианы мелькнула мысль, что так, наверное, чувствуют себя жертвы громадного питона, находясь под гипнозом. Ясно же, что промедление не принесет ей ничего хорошего, но уйти она не могла, пока Алекс ее не отпустит...

Джулиана и представить себе не могла, что Алекса терзают сомнения и страхи не меньше, чем ее. По его лицу невозможно было ничего понять, но в душе Алекса царило смятение. Он терялся перед неоправданной злостью Джулианы и боялся неправильно истолковать этот взрыв эмоций. Надо бы признаться Джинджер в том, что она для него больше, чем случайная знакомая. Что с той ночи он не думает ни о ком, кроме нее. Что она стала наказанием, наваждением, что воспоминание о ней преследует его днем и ночью... Но Алекс Меррелл не умел говорить о любви. Он был человеком действия, а не слова, и больше не мог сдерживаться. Его Джинджер была слишком близко, чтобы доводы разума возобладали над желаниями тела...

Воинственный блеск в глазах Джулианы сменился паникой, когда Алекс внезапно обнял ее и привлек к себе. Он не сказал ни слова, ни жестом, ни взглядом не предупредил ее. Еще секунду назад они стояли друг против друга как противники, а сейчас сжимали друг друга в объятиях как любовники. Джулиана попыталась возразить что-то, однако с губ сорвалось нечто вроде писка новорожденного котенка. Алекс легко заглушил этот слабый протест поцелуем. У Джулианы подкосились ноги. Хорошо рассуждать о принципах вдали от мужчины, которого любишь! Но когда ты даже сквозь одежду чувствуешь жар его тела, а его губы плотно прижимаются к твоим, вся мораль куда-то улетучивается...

Джулиана смутно услышала, что кто-то неподалеку от них ахнул. Наверное, очередная знакомая прошла мимо и увидела, как дочь Рональда Декстера и невеста Стивена Моррисона целуется с таинственным брюнетом. Ну и пусть. Джулиана никогда особенно не интересовалась мнением общества. Пусть трезвонят по всему свету, что мисс Декстер опозорила себя. Она любит Алекса, и у нее больше нет сил сопротивляться этой любви!

18

В тот вечер Сэм так и не дождался свою невесту. Он простоял у входа в музей почти сорок минут, когда наконец догадался пройти внутрь и поискать Джулиану. Девушки нигде не было. Сэм забеспокоился. Этот Алекс как-там-его – подозрительный и неприятный тип. О, он отлично помнит, как он не позволил ему доиграть в своем казино! Было там что-то еще, связанное с Джулианой, но у Сэма была плохая память на все, что не имело отношения к играм. С этого Алекса станется заманить Джулиану в ловушку и ограбить ее... Наверное, ему, как ее жениху, нужно что-то предпринять. Но что?

И Сэм топтался у входа, вызывая улыбки служащих и удивленные взгляды отъезжающих гостей. Он был знаком со многими, и ему пришлось здороваться и объяснять каждому, что он здесь делает. Ждет Джулиану. После такого заявления удивление в глазах некоторых сменялось сочувствием или насмешкой, но Сэм никогда не отличался особой наблюдательностью.

В холле Сэм Джулиану не обнаружил, зато столкнулся нос к носу с Лесли Тальбот. Она немного задержалась, беседуя с устроителями аукциона. В глубине души Лесли рассчитывала, что обаятельный красавец, который так активно за ней сегодня ухаживал, воспользуется случаем поговорить с ней без лишних свидетелей и... Дальше миссис Тальбот не загадывала. Есть пределы, за которые приличная замужняя женщина не может заходить в своих мечтах. До определенного момента, конечно.

Но Алекс не спешил назначить ей свидание. И очень скоро раздосадованная Лесли узнала причину. Он уже успел перенести свое ветреное внимание на другую женщину. Скрывшись от глаз уезжающих посетителей за колонной, он увлеченно разговаривал с Джулианой Декстер. В самом факте беседы не было ничего угрожающего, но Лесли очень не понравилось выражение глаз Джулианы. Женщина может обмануть мужчину, но не другую женщину, к тому же Лесли недавно сама испытала силу обаяния Алекса... Одним словом, с первого взгляда миссис Тальбот поняла, что Джулиана Декстер влюблена.

Хороша невеста, хмыкнула про себя Лесли. Бедный мальчик. Она наставляет ему рога, еще не став женой. Джулиана никогда не нравилась миссис Тальбот. Да и ревность отнюдь не делала ее добросердечнее. Что за безобразие! – кипятилась она про себя все сильнее. Стоит только отвернуться на пять минут от мужчины, как его немедленно перехватывают. Бесстыжая!

Так как Лесли видела лицо Джулианы, но не Алекса, она рассудила, что он ждет не дождется, когда девушка оставит его в покое. Лесли тоже решила подождать. Когда Алекс освободится, он увидит в холле музея очаровательную миссис Тальбот, которая задержалась там по счастливой случайности...

Лесли триумфально улыбнулась, предвкушая приятное удивление Алекса, как вдруг увидела такое, от чего ее улыбка превратилась в оскал. Алекс неожиданно обнял Джулиану и принялся целовать ее на глазах у всех. Правда, зрителей было немного, но у всех глаза на лоб полезли. Лесли невольно ахнула. Кажется, она чего-то не заметила сегодня... Темная горечь, взбаламученная страстным поцелуем Алекса, поднималась со дна ее души. Какова Джулиана! Думает, что ей все позволено... Интересно, обрадуются ли ее отец и жених, когда узнают, чем она занимается на благотворительных аукционах...

Когда через некоторое время Лесли заметила, как Стивен Моррисон вошел в холл, ее сердце взыграло. Алекс и Джулиана уже успели уйти. Как преступники, через заднюю дверь. Теперь Лесли стало ясно, от кого они прятались. Бедняга Сэм. Стоял у дверей как верный пес, ожидая эту предательницу... Лесли вся кипела от праведного негодования. Видимо, сегодня ей суждено стать орудием справедливого возмездия... Не колеблясь ни минуты, миссис Тальбот подошла к Стивену.

– Добрый вечер, – поздоровалась она сладко.

Сэм ответил на приветствие без малейшего энтузиазма.

– Скажите, Лесли, вы случайно не видели Джулиану? – поинтересовался он, озираясь по сторонам. Его взгляд растерянно блуждал по пустому холлу.

– Конечно, видела! – пропела Лесли. – Только что.

Анемичные черты Сэма несколько оживились.

– Правда? А где она сейчас?

– Понятия не имею, – пожала плечами Лесли. – Минут пять назад она ушла отсюда через другой вход. Не одна.

– Через другой вход? – растерянно повторил Сэм.

Ну и дурак, злобно подумала Лесли. Он заслуживает, чтобы с ним так обходились.

– Она ушла с мужчиной, – отчеканила миссис Тальбот. – Вначале они мило беседовали вон за той колонной, а потом ушли.

Рассказать Сэму о нежных поцелуях Лесли не решилась. Только не в лицо. Она обязательно поведает эту трогательную историю двум-трем своим подругам, а от них она разлетится по всем их знакомым.

– А куда она могла пойти?

– Куда угодно, – вздохнула Лесли. – Вы же знаете этих женщин, Стивен... Спутник Джулианы был уж очень хорош собой. Представляете, какое совпадение, я даже знаю, как его зовут. Имя Алекса Меррелла вам что-нибудь говорит?

Сэм заметно погрустнел, и Лесли поняла, что говорит. Что ж, может быть, Джулиана и получила Алекса. Но вместе с ним и огромную кучу проблем...

– Не расстраивайтесь, Стивен, – жизнерадостно произнесла Лесли. – Она обязательно вернется. Может быть, это совсем не то, что мы с вами думаем...

Лесли очаровательно улыбнулась и покинула Сэма. В конце концов, ей пора было ехать домой! Сэм не спеша вернулся к своей машине. Поведение Джулианы нередко озадачивало его, хотя они были знакомы с детства. Она была вольна поступать, как ей заблагорассудится, однако сегодня она перешла все границы. Ее поведение позорит не только ее, но и его. Невеста обязана соблюдать определенные приличия, даже если не питает к жениху никаких особенных чувств. Теперь все в обществе станут болтать о том, что Джулиана Декстер неверна ему еще до свадьбы. Ерунда, конечно... но Джин не имеет права так поступать с ним!

Сэм знал только одного человека, которому он мог пожаловаться на Джулиану. Рональд Декстер, ее отец. Сэм немного его побаивался и инстинктивно чувствовал, что Декстер ни за что бы не позволил им с Джулианой пожениться, если бы не деловые интересы. Но в данном случае просить помощи больше было не у кого. Рональд единственный, кто в состоянии приструнить девчонку!

В это время вечером Рональд Декстер обычно был уже дома. Он сидел в своем кабинете и продумывал важные дела на следующий месяц. Рональд был в отличном настроении. Предприятия развиваются, доходы растут. А после того, как его единственная дочь выйдет замуж за наследника Моррисонов, его положение упрочится настолько, что ему ничто не будет страшно!

Однако сам наследник Моррисонов нравился Декстеру гораздо меньше, чем блестящие финансовые перспективы от его союза с Джулианой. Несимпатичный слабовольный парень, да к тому же игрок. Разве он пара для его красавицы Джулианы? Немного в мире найдется мужчин, достойных его дочери... Мысли Декстера невольно вернулись к помолвке Джулианы и Стивена. Был там один гость, которого он видел впервые. Но ничуть не жалел о том, что Катарина Монте привела его с собой. Алекс Меррелл, король Лас-Вегаса. Рональд давно подумывал о том, чтобы вложить деньги в игорный бизнес, и поэтому случайное знакомство с Алексом пришлось как нельзя кстати. Неплохо было бы еще разок вот так невзначай столкнуться с ним. Надо будет намекнуть Катарине, чтобы привела его на свадьбу Джулианы. Самый подходящий повод...

Точеные черты лица Алекса встали перед мысленным взором Декстера. У него была отличная память на лица. Этот Меррелл не просто умен и везуч, он еще дьявольски красив... Какая бы красивая пара получилась из него и Джулианы... Декстер представил дочь под руку с рослым широкоплечим Алексом вместо тщедушного бледного Сэма и... одернул сам себя. Что за глупости лезут в голову после пары бокалов коньяка! Но к Мерреллу определенно стоит присмотреться...

В дверях кабинета появился седовласый дворецкий и сообщил, что мистер Моррисон желает поговорить с ним.

– Мистер Моррисон? – удивился Рональд. Сегодня днем он разговаривал с Квинси Питером Моррисоном по телефону, и тот даже не заикнулся о личной встрече.

– Младший мистер Моррисон, – пояснил дворецкий.

– Тогда понятно, – кивнул Рональд. – Зови.

С какой стати Сэму понадобилось поговорить со мной? – спросил себя Декстер. Обычно он уклонялся от встреч с будущим тестем. Неужели захотел отказаться от сделки? Рональд Декстер не любил неожиданностей. Обычно они всегда сулили неприятности...

Бледное расстроенное лицо Сэма без слов сказало ему, что без неприятностей точно не обойдется.

– Присаживайся, – пригласил его Декстер. – Что будешь пить?

Но Сэму было не до любезностей.

– Мистер Декстер, вы должны что-то сделать с вашей дочерью! – воскликнул он умоляюще.

У Декстера неприятно засосало под ложечкой. Джулиана представляла собой неизвестную, а потому очень опасную величину. Никакой финансовый кризис не мог сравниться с ней в разрушительной силе.

– Ты без пяти минут ее муж, – рассмеялся Рональд, пытаясь обратить все в шутку, – тебе и карты в руки.

– Я уже ничего не знаю, – потупился Сэм. – Мне кажется, она не очень-то хочет выходить за меня замуж...

Декстер мысленно обозвал будущего зятя слюнтяем.

– Но она же сказала тебе «да», – холодно произнес он.

– А сегодня после аукциона уехала с другим мужчиной, – пожаловался Сэм. – Я ждал ее на улице, а она ушла с ним поговорить и не вернулась...

И правильно сделала, так и просилось на язык Декстеру, но слияние двух империй заставляло его выбирать слова.

– Ты же знаешь эту взбалмошную девчонку, Сэм, – проникновенно произнес Декстер. – Она совершенно не считается с чувствами других людей. Моя вина, согласен. Я слишком ее избаловал. Но не суди ее строго, Джин милая девочка и просто не подумала...

– О ней будут сплетничать, – капризно сказал Сэм. – Ее видели.

– Джулиане не привыкать к сплетням, – вздохнул Рональд, припомнив, что его рыжеволосая крошка вытворяла еще пару лет назад. – Ну же, Сэм, выше нос. Вы с ней сто лет дружите. Ты уже должен был привыкнуть к ее выкрутасам.

– Но не к такому! – упорствовал Сэм. – Сделайте что-нибудь!

– Да что такого она натворила? Подумаешь, уехала с другим мужчиной... Мало ли какие у нее могут быть дела...

И в любом случае ты слишком ничтожен, чтобы ревновать ее, добавил Декстер про себя.

– Дела с другим мужчиной? – ядовито воскликнул Сэм. – А вы хоть представляете себе, с каким мужчиной она уехала и что о ней будут говорить?

Он сознавал, что Рональд Декстер не воспринимает его всерьез, и это его бесило. К тому же воспоминание об Алексе Меррелле жгло его душу каленым железом. У Джулианы было огромное количество друзей-мужчин, многие из которых в открытую признавались ей в любви и объявляли себя ее поклонниками. Сэм никогда не ревновал и не придавал им значения. Но в Алексе он подсознательно чуял угрозу. Этот человек всем раздражал его. Он был полной противоположностью ему, Стивену Э. Моррисону. Алекс был красив, уверен в себе, свободен от пагубных страстей. Всего в жизни он добился сам, не прибегая к помощи влиятельных родителей. Его уважали, к нему прислушивались, им восхищались. О, чтобы знать это, не нужно было долго общаться с Алексом. Это было видно с первого взгляда. А Сэма всегда игнорировали. Над ним посмеивались и подшучивали. Его считали слабаком. Рональд Декстер согласился на их с Джулианой брак исключительно из-за его влиятельного отца...

– И с кем же она уехала?

Неприятное предчувствие ледяной лапой сдавило сердце Декстера. Он ничего не знал и ни о чем не мог догадываться. Но мысль трудно контролировать, она как яркая лампочка вспыхнула в его голове, намертво соединяя два образа – тоненькой рыжеволосой девушки с голубыми глазами и упрямым ртом и ослепительно красивого мужчины, смуглого, черноволосого, рожденного повелевать и не привыкшего к отказам...

Декстер встрепенулся. Что за глупая фантазия... Стареет, стареет.

– С Алексом Мур... Мер... тьфу, не помню фамилию! – выпалил Сэм. – У него еще казино в Лас-Вегасе.

Рональд почувствовал себя так, словно на него вылили ведро холодной воды. Вот и не верь после этого в предчувствия.

– Меррелл, – услышал он свой невозмутимый голос как будто со стороны. – Алекс Меррелл.

– Точно! – обрадовался Сэм. – Гадкий тип. Распорядился однажды не пускать меня в свое казино...

– И правильно сделал, – машинально заметил Декстер.

Лицо Сэма обиженно вытянулось. Но Рональду было не до него. Он хорошо знал людей, и опыт подсказывал ему то, что было скрыто от Стивена. Алекс Меррелл не из тех, кто будет затевать пустяковую интрижку с дочерью миллиардера. С Джулианой Декстер не шутят. Значит, он либо преследует корыстные цели, либо... Это направление Рональд предпочел не развивать.

– Что ж, вы думаете, что они просто так поехали покататься? – спросил Стивен плаксиво. – Что они приятели?

Рональд резко рассмеялся. Даже этот дурачок понимает, что с Алексом Мерреллом женщине дружить невозможно. Джулиана всегда делала все, что хочет, но она не могла не отдавать себе отчета в том, что свободная девушка и законная невеста – две разные вещи. Раз она уехала с Мерреллом, значит...

– Давай не будем спешить с выводами, – устало произнес Декстер. – Надо дождаться Джулиану и поговорить с ней. Я уверен, что это всего лишь недоразумение.

Лицо Сэма просветлело. Он жаждал именно этого – утешения и гарантий. Раз Рональд берет это на себя, ему не о чем волноваться.

– Спасибо вам, мистер Декстер, – с чувством сказал он. – Я знал, что на вас можно положиться.

Сэм вышел из кабинета, Декстер проводил его глазами. М-да, ну и тип. Джулиану можно понять. У девочки есть вкус, раз она предпочла Меррелла этому задохлику... Но отец Стивена будет в ярости... Впрочем, может быть, это очередная прихоть девочки. Наиграется всласть и вернется домой. И все наладится.


Джулиана действительно вернулась. Через три дня, с сияющими глазами и ярким румянцем на щеках. Она крепко держала за руку высокого красивого мужчину, который, несмотря на всю свою выдержку, заметно нервничал. Джулиана буквально втащила его в кабинет отца. Рональд уже знал, кто к ним пожаловал, доложила охрана у ворот, и успел придать своему лицу приличествующее суровое выражение.

– Папочка, здравствуй! – Джулиана внезапно бросилась к отцу и повисла у него на шее.

Так она не делала уже лет десять, и Декстер против воли был растроган.

– Здравствуй, – произнес он, целуя дочь в лоб. Он намеренно игнорировал Меррелла, который держался поближе к двери.

– Я так рада тебя видеть! – воскликнула Джулиана.

Декстер пригляделся к дочери и понял, что она не лукавит. Он никогда не видел ее такой. Сияющей, одухотворенной, счастливой...

– Я должна тебя кое с кем познакомить, – хитро улыбнулась девушка.

– С мистером Мерреллом я уже имел честь встречаться на твоей помолвке, – холодно заметил Рональд.

Алекс подошел поближе, и мужчины без видимой охоты пожали друг другу руки. Нехорошее предчувствие охватило Декстера. Ох, не просто так заявился этот красавец вместе с Джулианой. Припасли они для старого отца какой-то неприятный подарочек...

– Кстати, Сэм ужасно беспокоится из-за тебя, – сказал Декстер. – Ты так внезапно исчезла...

– Забудь о Сэме, – перебила его девушка.

Нехорошее ощущение из предчувствия превратилось в почти уверенность. Но все же Декстер надеялся.

– Мистер Декстер, я должен вам кое-что сказать, – внезапно заговорил Алекс.

Рональд не мог не отметить, что он держится молодцом.

– Мы должны сказать, – не утерпела Джулиана, но Алекс смотрел только на пожилого мужчину.

– Возможно, для вас это будет неприятным сюрпризом... – Алекс помедлил. – Дело в том, что я люблю вашу дочь.

Брови Рональда Декстера неудержимо поползли вверх. Одно дело – подозревать, и совсем другое – слышать.

– И она любит меня, – продолжал Алекс.

– Вы что же, пришли просить ее руки? – усмехнулся Декстер.

– Папа!

– Нет, – покачал головой Алекс. Он был спокоен и уверен в себе, но все-таки Декстер чувствовал его волнение, и оно почему-то было приятно отцу Джулианы.

– Я пришел сообщить вам, что мы с ней поженились два дня назад.

У Декстера отвисла челюсть.

– К-как? На это же время нужно...

– В Лас-Вегасе все делается очень быстро, – пояснил Алекс.

– Джулиана, ты хоть понимаешь, что ты натворила? – растерянно пробормотал Декстер. – Моррисоны...

– Да плевать на Моррисонов! – махнула рукой девушка, и Алекс понял, что Джинджер была права, когда говорила, что все быстро уладит с отцом. Она знала, как обращаться с грозным Рональдом Декстером.

– Мистер Меррелл, нам нужно поговорить наедине. Джулиана, выйди, – скомандовал Декстер.

– Никуда я не пойду! – свирепо воскликнула девушка и встала рядом с Алексом.

Пара действительно была бесподобная, и Рональд против воли залюбовался ими.

– Джинджер, выйди из кабинета, – негромко повторил Алекс приказание Декстера.

И на глазах изумленного отца произошло чудо. Избалованная Джин, которая в жизни никого не слушалась, беспрекословно вышла.

После ухода Джулианы в кабинете воцарилось молчание. Мужчины настороженно изучали друг друга. Алекс был уверен, что Декстер придет в ярость, когда узнает об их скоропалительной женитьбе. Разве он не планировал иначе распорядиться рукой дочери? Почему же он не гонит его прочь из дома и не клянется развести их с Джулианой?

А Рональд Декстер разглядывал Меррелла и удивлялся собственным противоречивым чувствам. Джулиана нарушила слово, данное Моррисонам. Придется забыть о надеждах, возлагавшихся на этот брак, и о желании породниться с влиятельной и богатой семьей...

Однако вопреки здравому смыслу Алекс нравился ему. Слишком красив? Может быть. Но он явно не придает этому значению и не любуется собой. За ним не стоит влиятельный отец, зато всего он добился сам. Не миллиардер, но и не нищий. Разве он сам не рассматривал возможность сотрудничества с Алексом Мерреллом? И Джулиане этот смуглый парень подходит намного больше, чем Сэм. По крайней мере, будет держать ее в ежовых рукавицах... А какие дети у них будут...

Алекс терпеливо ждал, когда Декстер заговорит. Он ожидал любого – проклятий, угроз, издевательских вопросов. Но Рональд Декстер умудрился удивить его.

– Скажите, Алекс, вы действительно любите мою дочь? – тихо спросил он.

– Больше жизни, – ответил Алекс дрогнувшим голосом.

И Рональд Декстер понял, что он не лжет. Стивену Э. Моррисону и его сыну придется проглотить унизительный отказ.


Впоследствии, когда Джулиана выпытывала у отца, почему он сразу отнесся к Алексу с такой снисходительностью, Декстер отшучивался:

– Раз он справился с тобой, значит, он стоящий парень...

Джулиана сердилась, но не могла не согласиться. Позже они рассказали Декстеру о том, как их похитили с помолвки и как они удачно сбежали, а потом встретились на благотворительном аукционе. Единственное, о чем они решили умолчать, так это о том, что гордую и своенравную дочь миллиардера Алекс Меррелл фактически выиграл в рулетку!


home | my bookshelf | | Ставка на женщину |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения



Оцените эту книгу