Book: Очарованный



Очарованный

Никки Донован

Очарованный

Глава 1

Почему она не послушала маму? Эсме кляла себя за строптивость и своеволие, пытаясь подавить рвущиеся из груди рыдания. Когда лошадь пошла галопом, девушка испуганно взвизгнула. Она лежала поперек крупа и чувствовала себя совершенно беспомощной.

Теперь было слишком поздно ругать себя за неосторожность. Мать предупреждала Эсме о том, что опасно ходить в лес одной. И вот Эсме превратилась в жалкую пленницу. Ее увозил с собой огромный, закованный в броню рыцарь. Какая судьба ждет бедняжку Эсме?

В округе ходили легенды о том, что в старину по лесам в поисках жертвы рыскал лорд Блэкхерст. Порой он просто насиловал женщин и бросал их умирать в чаще леса. А иногда, удовлетворив свою похоть, он затравливал свою жертву собаками. Вспомнив эти рассказы, Эсме почувствовала, как ее охватывает ужас.

Но тот лорд Блэкхерст давно уже умер. А его сын, как утверждала молва, был настоящим чудовищем с отвратительной внешностью и никогда не покидал замок. Эсме была в отчаянии. Кто и зачем похитил ее?

Рыцарь, должно быть, поджидал ее в засаде. Он наверняка знал, что Эсме часто приходила на эту затерянную в лесной глуши поляну, чтобы нарвать букет из колокольчиков и маков и наломать веточек душистого вереска и таволги. Рыцарь подкрался тихо и незаметно. Она не слышала его приближения, хотя это был крупный мужчина, одетый в тяжелые доспехи. Он выслеживал ее, словно хищник свою жертву.

Дрожь охватила Эсме. Что он собирается с ней сделать? Если он хочет изнасиловать ее, то зачем положил на круп лошади и увез с собой? И куда он направляется?

Приподняв голову, она попыталась оглядеться вокруг и увидела мрачные каменные стены. Это был замок Блэкхерст, о котором ходили жуткие легенды!

Эсме готова была закричать от ужаса. Этот замок был проклятым местом. Даже те местные жители, которые населяли близлежащую деревню, расположенную в долине, старательно обходили его стороной. Они приносили продукты питания сенешалю замка на рыночную площадь, расположенную перед крепостными стенами, и не решались перейти через разводной мост и миновать ворота. Эсме не знала ни одного человека, который побывал бы в замке, овеянном страшными преданиями.

Рассказывали, что рыцари из свиты лорда однажды играли в замке живым младенцем, подбрасывая его в воздух и ловя на острия своих мечей. Ходили также слухи о том, что в Блэкхерсте служанок во время пира привязывают к столу в зале и рыцари по очереди насилуют их на глазах у всех. А еще говорили, что в замке в вольеры голодным собакам бросают маленьких детей и животные разрывают их на части под громкий хохот рыцарей.

Замок Блэкхерст был поистине логовищем демонов. Сначала в нем обитал старый лорд Блэкхерст, само воплощение жестокости и разврата, а теперь здесь жил лорд Чудовище. И Эсме везли прямо к нему в руки.

Эсме заерзала на крупе лошади; она вполне могла соскользнуть с него, но на полном скаку боялась упасть головой вниз и разбиться. Но может быть, гибель была бы лучше тяжелой участи пленницы? Может быть, стоило предпочесть быструю смерть медленной агонии?

Но ведь при падении она могла не умереть, а всего лишь получить тяжелые увечья, поломать себе руки и ноги и стать совершенно беспомощной. Рыцарь, потеряв свою добычу, наверняка вернулся бы и снова схватил ее. Эсме некуда было бежать, негде было спастись. Она чувствовала себя кроликом, висящим на поясе охотника и предназначенным ему на обед.

Лошадь замедлила свой бег. Сжав зубы, Эсме снова изловчилась и приподняла голову. Всадник со своей добычей въехал на подъемный мост. Эсме затрясло, она чувствовала каждый шаг лошади. Перед ней чернели ворота замка, похожие на пасть чудовищного животного, готовую поглотить ее. Вскоре рыцарь был уже во дворе замка, и ворота закрылись, словно дверца мышеловки.

Страх парализовал Эсме. Она закрыла глаза, пытаясь справиться с охватившим ее ужасом. Чьи-то грубые руки стащили ее с лошади. Рыцарь поднял Эсме на плечо, словно мешок зерна.

У Эсме кружилась голова, все тело ломило от боли после бешеной скачки. Она открыла глаза и увидела лишь булыжники, которыми был вымощен двор. Рыцарь быстро нес ее куда-то. Вскоре он миновал каменные ступени крыльца и, войдя в башню-донжон, стал подниматься по винтовой лестнице. Эсме затошнило, и она снова закрыла глаза.

Внезапно ее пронзила ужасная мысль. Ходила молва, что в верхнем ярусе донжона замка Блэкхерст существует тюрьма, в которой лорд держит свои жертвы. У Эсме перехватило дыхание. Говорили, что владелец замка приковывает своих узниц к стене и истязает их, после чего они медленно умирают от голода и жажды. Эсме показалось, что она ощущает запах разложения и крови. Открыв глаза, она посмотрела вниз и увидела какое-то темное пятно на ступенях. О Боже!

Ее охватила дрожь. «Мама, где ты? Помоги мне!» – мысленно молила она. Дрожь усилилась. Эсме трепетала, как листок на сильном ветру. Рыцарь не обращал на нее внимания, он упорно поднимался вверх по лестнице. Она слышала его учащенное дыхание. Должно быть, трудно взбираться вверх в тяжелых доспехах.

Но он не замедлял движения. Похоже, он боялся вызвать недовольство своего господина, ожидавшего его наверху. Даже такой исполин, как этот огромный рыцарь, испытывал страх перед лордом Чудовищем.

Нынешнего лорда Блэкхерста называли так из-за изуродованного отвратительного лица. Говорят, что одна из жертв старого лорда Блэкхерста перед смертью прокляла его сына и у того лицо исказилось до такой степени, что пугало даже самых бесстрашных рыцарей.

И вот Эсме попала в логово этого омерзительного лорда Чудовища. По слухам, он жил как настоящий дикий зверь, питаясь человеческой плотью. Может быть, он собирался съесть ее? Или он преследовал более ужасную цель и хотел изнасиловать ее, перепугав до полусмерти?

Рыцарь наконец остановился, и Эсме услышала звук отодвигаемого засова и открываемой двери. От ужаса она едва не лишилась чувств, но сумела справиться со своей слабостью. Нервы Эсме были напряжены до предела. Она внимательно прислушивалась к раздававшимся в гулком помещении звукам. До ее слуха донеслись приближающиеся шаги.

– Это та самая девица? – обеспокоенно спросил державший ее рыцарь. По-видимому, он боялся навлечь на себя гнев своего господина.

– Да, – раздался глубокий голос.

Эсме зажмурила глаза, боясь, что если посмотрит на Чудовище, то лишится чувств.

– Она ни жива ни мертва, – сказал лорд Чудовище. – Что ты с ней сделал?

– Ничего! Клянусь честью, – ответил рыцарь. – Это просто обморок, она до смерти перепугана. По дороге я слышал, как она ахает и всхлипывает. Что делать? О вашем замке ходят такие ужасные слухи…

– Хватит!

Эсме вздрогнула, услышав нотки ярости в голосе лорда Чудовище.

– Положи ее на кровать и ступай! – приказал лорд.

Эсме сжала зубы, решив, что ее сейчас положат на деревянный настил и начнут пытать. Однако рыцарь уложил ее на что-то нежное и мягкое, как облако.

У Эсме упало сердце. Она боялась насилия больше пытки или смерти, а в том, что ее сейчас начнут насиловать, она не сомневалась. Зачем еще поставлена кровать в камере пыток?

Эсме приняла решение лежать, не шевелясь и не подавая признаков жизни, что бы лорд Чудовище ни делал с ней. Если он походил на своего отца, то, значит, получал наслаждение от одного вида ужаса на лице жертвы. Нет, Эсме не хотела доставлять ему такого удовольствия и притворилась, что потеряла сознание.

Она старалась дышать глубоко и ровно, но, хотя у нее и были закрыты глаза, она чувствовала, как Чудовище склонился над ней. Эсме ощущала на своем лице его резкое учащенное дыхание. Лорд был чем-то взволнован. Возможно, он чувствовал возбуждение и собирался наброситься на нее и изнасиловать. Эта мысль повергла Эсме в ужас, но она продолжала лежать не шевелясь.

Эсме ощущала исходящий от Чудовища запах. Он не был неприятен ей. Более того, в нем чувствовался аромат трав, смешанный с чем-то терпким. Эсме была заинтригована и удивлялась себе самой. Наверное, Чудовище намеревался очаровать ее этим странным волнующим запахом, заставить Эсме открыть глаза. Но как только она это сделает, то он сразу же набросится на нее и начнет мучить. Да, это была хитрая уловка. Он хотел, чтобы она пришла в себя и закричала, увидев его обезображенное лицо. Вот в чем состояла его цель. Мягкая кровать, приятный опьяняющий аромат… Он хотел убаюкать ее, внушить мысль о том, что она находится в полной безопасности. И как только Эсме поверит в это, Чудовище нападет на нее!

Говорили, что лорд был изощренным, коварным злодеем, любившим играть со своими жертвами, как кот с мышью, прежде чем убить их.

Эсме почувствовала по движению воздуха, что он поднес руку к ее лицу. Она представила эту когтистую, обезображенную, покрытую бородавками лапу и внутренне содрогнулась. Эсме с ужасом ждала, что жуткая ладонь Чудовища коснется сейчас ее лица…

Ей потребовалось сделать над собой неимоверное усилие, чтобы не пошевелиться и не закричать от страха. И все же Эсме сумела сохранить самообладание, заставив себя не думать о том, что сейчас может произойти.

Она знала, что не могла спастись, и поэтому решила обмануть свое воображение. Эсме старалась думать о чем-нибудь приятном. Она представила, что лежит сейчас на лесной поляне среди высокой травы, вокруг поют птицы, легкий ветерок овевает ее лицо, донося ароматы диких цветов, теплое солнце припекает, навевая дремоту…

Она была так прекрасна, что походила на цветок. Ее гладкая безупречная кожа напоминала нежные лепестки. Она казалась очаровательным неземным существом, рожденным солнечным светом и каплями росы…

Александр глубоко судорожно вздохнул. На алом атласном покрывале его кровати лежала самая восхитительная женщина на свете. Он поднес руку к ее лицу, но так и не осмелился дотронуться до нее. До этого мгновения Александр видел красавицу лишь издали, прячась в зарослях кустарника, растущих на краю поляны, где эта девушка собирала цветы. Ее красота и изящество поразили Александра. Золотистые волосы Эсме, словно водопад, свободно ниспадали на спину и блестели на солнце. Она грациозно двигалась по поляне, изредка наклоняясь, чтобы сорвать цветок. Ее овальное личико с белоснежной кожей, розовыми губами, дерзко вздернутым носом и колдовскими глазами очаровало его.

Один раз она, должно быть, услышала его. Во всяком случае, Эсме вдруг замерла, вскинув голову, словно насторожившаяся лань, и прислушалась, глядя прямо туда, где он стоял, скрытый зеленью кустов. Он оцепенел, затаив дыхание и боясь, что выдаст себя. Эсме воплощала в себе дикую, первозданную красоту леса. Ее светло-карие глаза лучились радостью жизни. Она была невинна и застенчива, как лесная нимфа.

В конце концов Александр понял, что ему недостаточно любоваться этой красавицей издалека. Он хотел большего: он мечтал обладать ею, касаться ее белоснежной кожи, целовать ее розовые сладостные уста, соединяться с ней в экстазе страсти. Александр посмотрел на упругую округлую грудь Эсме и подумал, что у нее, должно быть, очень мягкое, нежное девственное лоно. Ему захотелось войти в его влажную, теплую глубину…

Александр отвернулся от кровати, чувствуя отвращение к самому себе. Он не мог бескорыстно любоваться воздушной неземной красотой девушки, ему непременно хотелось овладеть ею. Александр говорил себе, что не имел никакого права похищать ее. Однако он ничего не мог поделать с собой и был уверен, что осуществит свои замыслы.

Повернувшись снова лицом к кровати, он пристально вгляделся в стройную фигуру девушки, лежавшей на алом покрывале. Ему хотелось разорвать лиф ее платья и увидеть ее обнаженной. Александр с трудом поборол это желание. Он не имел никакого права так грубо и жестоко поступать с беспомощной девушкой, находящейся без сознания. Подобный эгоистический поступок был бы очень похож на жестокие забавы его отца.

Александр тяжело вздохнул. А что, если она никогда не проснется? Или все же придет в себя и начнет пронзительно кричать от ужаса? Что он тогда будет делать? Позволит ей уйти? Или посвятит ее в свои замыслы?

У Александра не было другого выхода. Он должен был использовать имевшийся у него шанс. Если Эсме проникнется к нему симпатией, то наложенное на него заклятие может быть снято. Или по крайней мере смягчено… Александр не мог не попытаться вернуться к нормальной жизни, и Эсме была его последней надеждой.

Из разговора слуг Александр узнал способ, с помощью которого он мог избавиться от заклятия. Дело заключалось в следующем: Александр мог снова вернуть себе свой нормальный облик лишь при условии, если сумеет соблазнить красавицу и заставить ее полюбить его. Слуги с сожалением говорили между собой о том, что это невозможно. Разве может женщина влюбиться в такое чудовище?

Впрочем, может быть, ему стоило попробовать найти самую обездоленную, несчастную женщину в деревне и осыпать ее дарами? Возможно, в случае, если бы с ней обращались как с королевой, она снизошла бы до него и проявила сострадание? Влюбилась бы в него из жалости и благодарности?

Но беда была в том, что Александр не желал искать такую женщину. Он хотел совсем другую, ту, которая сейчас лежала на его кровати.

О, как страстно он желал слиться с ней в единое целое! Александр наклонился над Эсме. Она была само совершенство. Он любовался ее маленькими ручками с коротко подстриженными ногтями и слегка тронутой загаром кожей. Ему хотелось взять эту руку в свои ладони.

Он в отчаянии снова отвернулся от кровати. Его страсть была столь сильной, что он боялся утратить контроль над собой. Нет, Александр не собирался насиловать красавицу, он намеревался соблазнить ее, очаровать, пробудить в ней желание.

Он считал, что сможет это сделать. Александр часто слышал разговоры рыцарей об их победах над женщинами и знал способы и приемы, с помощью которых его вассалы добивались благосклонности дам. Не многие рыцари могли позволить себе делать своим возлюбленным дорогие подарки, но они умели другими средствами завоевать их расположение. Прежде всего это было искусство любви, секреты, помогавшие мужчинам доставить наслаждение женщине в постели, довести ее до экстаза и заставить мечтать о новом свидании с любовником.

А если женщина хочет мужчину, рано или поздно она полюбит его и станет заботиться о нем. Даже если этот мужчина – настоящий урод.

Александр снова бросил взгляд на кровать. Но как ему прикоснуться к ней? Ведь если она увидит его, то навсегда проникнется к нему отвращением. Как ему уговорить эту юную красавицу лечь с ним в одну постель?

«Что он делает? – спрашивала себя между тем Эсме, лежа с закрытыми глазами и умирая от страха. – Почему не набрасывается на меня? Чего он ждет?»

Неизвестность пугала ее. Она не знала, что задумал лорд Чудовище и как долго ей придется притворяться. У нее щекотало в носу, и она боялась, что вот-вот чихнет. Кроме того, шея Эсме затекла и ей хотелось изменить положение тела. Но она не смела пошевелиться. Может быть, Чудовище именно этого и ждал? Как только Эсме начнет двигаться, лорд набросится на нее, словно хищник. Он наверняка хотел, чтобы она пришла в себя.

Лорд отошел от кровати. Странно, но Эсме чувствовала его присутствие так, будто следила за ним взглядом. Она ощущала его приближение по шорохам и усиливающемуся аромату. Ей казалось, что он поднес руку к ее лицу, чтобы погладить ее по щеке, но не решился это сделать. Почему у нее создалось подобное впечатление? Эсме не смогла бы ответить на этот вопрос. Просто она чувствовала на себе его ласкающий взгляд.

Эсме знала, что сейчас он отошел от кровати. Она слышала его шаги в глубине комнаты и решила воспользоваться случаем, чтобы изменить положение тела. Очень осторожно Эсме повернула голову так, чтобы не болела затекшая шея, и, замерев, прислушалась. Все было тихо: должно быть, чудовище не заметил ее движений, – и Эсме отважилась открыть глаза.

Она увидела силуэт владельца замка на фоне высокого арочного окна. Он стоял спиной к ней. Вздохнув с облегчением, она подняла руку и почесала нос, а потом приняла более удобную позу. Чудовище, очевидно, погрузился в раздумья. И Эсме, воспользовавшись случаем, огляделась по сторонам. Она находилась в круглой комнате, расположенной на верхнем ярусе башни. Это не была камера пыток. По крайней мере внешне. Скорее комната походила на роскошно обставленную спальню. Эсме лежала на большой кровати с массивными деревянными спинками. У окна стояли стул и стол, заваленный книгами, у стены Эсме заметила несколько сундуков, два табурета с мягкими сиденьями и маленький столик с графинами и бокалами. Пол был устелен пушистым ковром с узором, напоминавшим золотые листья на красном фоне. Стены украшали шпалеры того же рисунка, но на них были изображены красные листья на золотом фоне.

Эсме впервые в жизни видела такую роскошную комнату. Великолепие обстановки заставило ее забыть страх. В дверь постучали, и хозяин замка медленно повернулся. Прежде чем закрыть глаза, Эсме успела разглядеть его. Он был одет во все черное, а его лицо скрывала маска из черной кожи.



Облик лорда Чудовища напугал ее; этот человек походил на страшного монстра, являвшегося Эсме в ночных кошмарах. Теперь она была твердо уверена в том, что ее ждет страшная участь.

Александр нахмурился, увидев согбенную седую старуху, входящую в его спальню. В руках она держала поднос.

– Мейбл, зачем ты пришла? – спросил он недовольным тоном.

– Я принесла вам ужин.

– Но ведь я сказал Драгору, чтобы меня никто не беспокоил.

– Я знала, что вам следует поесть, милорд, – спокойно возразила ему Мейбл.

Мейбл, единственный человек в замке, обращалась с ним так, как будто он ничем не отличался от нормальных людей. Она совершенно не боялась его, хотя видела своего господина и без маски.

Иногда Александра даже раздражало, что она не испытывала перед ним никакого страха. Но порой это обстоятельство служило ему утешением. В присутствии Мейбл ему не нужно было сдерживать себя. Резкое слово не повергало старую служанку в трепет и не заставляло, как других слуг, в ужасе бежать из комнаты. Когда он начинал бушевать, Мейбл просто смотрела на него своим единственным видящим ярко-зеленым глазом, который посверкивал на ее высохшем, морщинистом лице. Под ее неустрашимым неодобрительным взглядом Александр чувствовал себя неловко и скоро утихал.

В ее присутствии он почти забывал о своем уродстве, но стоило ему дотронуться до маски, скрывавшей его лицо, как он тут же вспоминал полные ужаса взгляды, которые бросали на него окружающие. И его вновь охватывало отчаяние.

Мейбл поставила поднос на стол и стала сервировать ужин. Александр знал, что она заметила лежавшую на кровати девушку. И хотя ему было неприятно объясняться со служанкой, он все же решил, что должен что-то сказать ей по поводу своей пленницы.

– Она в обмороке, – промолвил он, кивнув в сторону кровати. – Я не прикасался к ней и не собираюсь этого делать.

– В таком случае зачем вы привезли ее сюда? – раздраженно спросила старуха.

Ему, конечно, не следовало делиться своими планами с прислугой. Но с другой стороны, Александру могла понадобиться помощь Мейбл. Ведь кто-то должен был прислуживать прекрасной пленнице.

– Ты слышала о том, что существует способ снять с меня заклятие? – спросил он. – Я решил попробовать сделать это.

Мейбл удивленно приподняла бровь, посмотрела на девушку, лежавшую на кровати, а потом снова перевела взгляд на Александра. И хотя старуха ничего не сказала, он понял, что она подумала: «Неужели этот урод надеется, что в него влюбится создание неземной красоты?»

Да, с его стороны было полным безумием строить подобные планы. Ему вдруг захотелось расплакаться. Отвернувшись к окну, Александр стиснул зубы и сжал кулаки.

– Ну хорошо, – мягко сказала Мейбл, видя, что Александр расстроился. – Мне кажется, будет лучше, если вы сейчас выйдете из спальни и дадите бедняжке возможность прийти в себя. Я присмотрю за ней.

Александр повернулся к кровати. Ему не хотелось уходить. Но он понимал, что Мейбл права. Девушке нужно прийти в себя и привыкнуть к мысли, что она находится в замке Блэкхерст. Он подошел к кровати. Ему казалось, что одно ее присутствие вселяет в него новые силы и дает надежду на то, что все в его жизни изменится к лучшему.

Александр пожирал ее жадным взором. Эта девушка будила в нем первобытную страсть. Когда он смотрел на нее, то чувствовал, как встает его пенис. Ему хотелось, чтобы эти нежные прохладные пальчики коснулись его затвердевшего жезла. Это желание сводило его с ума. Он едва не застонал.

Если бы не Мейбл, он, пожалуй, попытался бы воплотить свое желание, хотя и поклялся не трогать девушку до тех пор, пока она не привыкнет к своему новому положению и не освоится с новой обстановкой. Но, находясь в обмороке, она вряд ли поняла бы, вокруг чего сжимаются ее нежные пальчики. Александр знал, что это доставило бы ему такое наслаждение, что через несколько секунд он бы кончил.

Александр бросил взгляд через плечо. Мейбл все еще была здесь. Она ждала, когда он уйдет. Александр мог бы, конечно, приказать ей покинуть его комнату, но в таком случае старуха обо всем догадалась бы. Она сочла бы его таким же жестоким и похотливым, каким был его отец. Ведь Александр похитил невинную девушку для того, чтобы использовать ее в своих целях. Хотя сам он считал, что отблагодарит Эсме тем, что доставит ей неземное наслаждение.

Наслаждение… Вот цель, к которой он должен стремиться. Если он не сумеет привести эту девушку в экстаз, заставить ее стонать от удовольствия, то она никогда не полюбит его. И Александр вынужден будет до конца своих дней влачить жалкое существование пленника собственного замка, проклиная свое уродство.

Глава 2

Эсме услышала тяжелые удаляющиеся шаги и поняла, что лорд Чудовище вышел из спальни. Но в этот момент кто-то наклонился над ней. Эсме застыла. Однако человек, стоявший у кровати, неожиданно больно ущипнул ее в руку, и Эсме инстинктивно вздрогнула.

– Так, значит, ты все же жива.

Эсме открыла глаза и громко закричала от страха. Над ней склонилась отвратительная старуха, не менее отталкивающая и ужасная, чем чудовище. Ее лицо было обезображено, на месте одного глаза зияла впадина. Седые волосы торчали клочьями, на спине был горб. Одним словом, перед Эсме стояла настоящая старая ведьма. Но больше всего девушку пугал ее ярко-зеленый глаз. Старуха смотрела на нее с явным неодобрением.

– Маленькая трусливая девчонка, – промолвила старуха, качая головой. – Ты, наверное, боишься собственной тени. Вот поэтому он, должно быть, и решил, что ему удастся сломить твою волю и заставить поступать так, как он хочет.

Эсме облизала пересохшие губы. Она уже слышала этот скрипучий голос, лежа с закрытыми глазами, и поняла, что перед ней старая служанка лорда. Ей не следовало бояться эту старуху. Эсме задело то, что она назвала ее трусливой. Гнев вспыхнул в груди девушки, и она села на кровати. Мейбл снова покачала головой.

– Ты должна поесть, уж больно ты худая. Нам нужно откормить тебя, – проворчала она.

«Откормить? Зачем? Что это значит?» – с ужасом подумала Эсме.

– Не смотри на меня такими круглыми от страха глазами, – продолжала старая служанка. – Я только хотела сказать, что ни один мужчина не захочет ложиться в постель с плоской доской.

У Эсме перехватило дыхание. Из этих слов она поняла, что лорд собирается изнасиловать ее. А эта старая карга хочет позаботиться о том, чтобы тело Эсме доставило лорду больше удовольствия. Вскинув голову, девушка бросила на служанку гневный взгляд.

Мейбл улыбнулась.

– Ну, вот так-то лучше! Не надо упрощать ему задачу, пусть помучается, – заявила она и поставила поднос с едой на край кровати.

Эсме окинула взглядом сыр, спелые абрикосы и большой кусок белого хлеба с коричневой корочкой. Все выглядело очень аппетитно.

– Запей все это вином, – сказала старуха, показав на маленький столик у стены, на котором стояли графины с напитками и бокалы. – Я скоро вернусь. Если захочешь, ты сможешь принять ванну и привести себя в порядок.

Эсме проводила служанку настороженным взглядом. Мейбл, очевидно, хотела подготовить ее к ночи любви с лордом Чудовищем. Ее накормят, помоют и натрут благовониями. Эсме содрогнулась от ужаса. Однако страх не лишил ее аппетита. Ей нужны были силы, чтобы бороться за свою жизнь.

Александр вошел в зал, стараясь не замечать, что с его приходом в помещении сразу же установилась напряженная атмосфера. Через несколько секунд служанки, убиравшие помещение, удалились из зала под разными предлогами. Он тяжело вздохнул. Александр сам себе казался волком, при приближении которого лани разбегаются в разные стороны.

Заметив Драгора, он направился к нему. Рыцарь сидел за столом у очага и пил эль. Александр сел рядом с ним и налил себе кубок пива. Драгору было не по себе в присутствии хозяина замка, но рыцарь был слишком горд, чтобы показать свою робость.

Драгор взглянул на Александра.

– Она до сих пор не пришла в себя? – спросил он. Александр отрицательно покачал головой.

– Может быть, вам стоит овладеть ею прямо сейчас, пока она не пришла в себя? – сказал рыцарь. – Во всяком случае, тогда она не сопротивлялась бы.

Александр вздохнул. Драгор не знал, каковы на самом деле намерения лорда. Александр вовсе не собирался насиловать девушку.

– Я хочу сказать… – запинаясь, продолжал Драгор, – что девушке не очень-то нравится в первый раз заниматься любовью. Ей может быть очень больно.

– Ты думаешь, что я способен причинить ей боль?

– Конечно. Вы крупный мужчина, милорд, а она маленькая хрупкая девушка.

Александр глубоко вздохнул.

– А можно как-то избежать боли? Например, подготовить ее, возбудить…

– Даже если она придет в возбуждение, боль неизбежна, милорд. Именно поэтому я и советую вам овладеть ею, пока она находится в бессознательном состоянии.

Александр понимал, что Драгор недоговаривает. Кроме боли, Эсме испытает также ужас при виде лорда, и это увеличит страдания бедняжки.

– Какие еще советы ты собираешься мне дать? – резким тоном спросил Александр.

– Да вроде больше никаких… Просто я хотел посоветовать вам сделать все как можно скорей. Неизвестность будет мучить вашу пленницу.

Как можно скорей! Но Александр вовсе не собирался торопить события. Первая близость не должна проходить в спешке. Прежде чем овладеть Эсме, он собирался долго ласкать ее, осыпать поцелуями, сжимать в своих объятиях. О, с каким наслаждением он вошел бы в ее влажное горячее лоно!

Драгор встал.

– Спросите совета у опытных женщин, – сказал он. – Они помогут вам.

И рыцарь вышел из зала. Боль пронзила сердце Александра. Никто на свете не мог помочь ему. Он залпом осушил свой кубок. Ему не хотелось снова подниматься в башню. И тем не менее он отправился туда.

Эсме манила его, как запретный плод. Страсть Александра была слишком сильна, он не мог побороть свое желание прикоснуться к девушке. Его не пугало даже то, что ему придется причинить ей боль. Он не мог расстаться с ней, не мог отказаться от единственной надежды вновь вернуться к нормальной жизни.

– Я хотела поговорить с вами, – раздался скрипучий голос у него за спиной.

Обернувшись, он увидел Мейбл. Несмотря на свой возраст и недуги, она передвигалась по замку очень быстро и ловко и всегда незаметно подкрадывалась к Александру.

– Что тебе надо? – хмуро спросил он. У него не было никакого желания выслушивать ее оскорбительные замечания.

– Эта девушка слишком хрупка, и я не могу ее в мгновение ока превратить в крепкую девицу, способную выдержать любовный натиск такого мужчины, как вы. – И Мейбл выразительно посмотрела на пах Александра. – Вы причините ей страшную боль.

– Драгор уже говорил со мной по этому поводу, – с недовольным видом буркнул Александр.

– Хорошо. Я только хотела еще раз предупредить вас, что, причинив ей боль, вы не избавитесь от…

– Замолчи! – взревел лорд. – Уходи! Скройся с моих глаз!

– Хорошо, милорд, как прикажете.

Мейбл говорила кротким голосом, но Александр знал, что ей доставляло удовольствие бесить его.

Взяв свои кожаные перчатки, он в досаде ударил ими по столу. Затем он замер и посмотрел на них. Надев одну перчатку, он стал внимательно разглядывать обтянутые кожей пальцы. Да, это была прекрасная мысль! Возможно, он действительно нашел выход из положения. Но как осуществить свой замысел?

Комната была освещена десятками зажженных восковых свечей. Эсме впервые в жизни видела такое великолепие. Оно поразило ее не меньше отменной еды, которую ей предложила Мейбл. Эсме раньше и представить себе не могла, что кто-то каждый день ест такой удивительно мягкий, вкусный, белый, как только что выпавший снег, хлеб.

На Эсме было роскошное лиловое платье. Она никогда в жизни не носила столь пышных нарядов. Мягкий шелк ниспадал по ее телу, лаская соски, ягодицы и бедра. Это было восхитительно!

Она прошлась по маленькой комнате, чувствуя дрожь в коленях. Несмотря на свою решимость сопротивляться до последнего, Эсме разрешила старой карге приготовить ей ванну, вымыть голову душистым мылом и причесать. Старуха натерла ее тело благовонными маслами, и оно заблестело, а соски стали топорщиться и походить на сочные, созревшие на ярком солнце ягоды.

Старуха посоветовала ей также помазать бальзамом интимные органы, но Эсме отказалась делать это. Она чувствовала себя лакомым блюдом, которое готовят на обед людоеду.

Платье было надето прямо на голое тело, и Эсме чувствовала себя особенно уязвимой и незащищенной.

Служанка посоветовала ей не робеть и не вести себя с лордом как слабая жертва. Но Эсме знала: как только хозяин замка войдет в эту комнату, у нее подкосятся колени и она потеряет способность к сопротивлению.

Эсме было страшно подумать о том, что пряталось под черной маской лорда. Какое ужасное уродство скрывал он? Дрожь отвращения пробежала по ее телу. Она нервно ходила по пушистому ковру. Услышав скрип двери, Эсме резко обернулась.

«О Боже, что с ней сделала Мейбл?!» – ахнул Александр, глядя на Эсме, которая казалась ему неземным видением. Это был одетый в лиловый шелк прекрасный призрак с кремовой кожей и золотистыми волосами. Он и не предполагал, что скромная деревенская девушка может так преобразиться. Под мягким шелком проступали все контуры и изгибы ее тела. И в груди Александра с новой силой вспыхнула страсть.

Он сходил с ума от желания немедленно овладеть ею и чувствовал, как утрачивает контроль над собой. Александр не мог устоять против соблазна слиться с этой красавицей в единое целое.

«Помогите! На помощь!» – хотелось крикнуть Эсме, но у нее перехватило горло и она не могла издать ни звука. Она находилась в полной власти этого человека. Впрочем, был ли он действительно человеком?

От огромной широкоплечей фигуры лорда, казалось, исходила какая-то неведомая опасность. Он был одет во все черное; его лицо, как всегда, скрывала черная маска. Мускулистое тело, стройные ноги… Эсме задержала взгляд на кистях его рук с длинными изящными пальцами. Это были руки человека, а не лапы животного. Она с интересом разглядывала лорда. В его фигуре не было заметно никакого уродства. Может быть, у него обезображено только лицо и именно поэтому он носит маску?

Он сделал два шага по направлению к ней и остановился. С такого расстояния Эсме могла хорошо разглядеть его глаза, серые, холодные, суровые… Но это были глаза человека, а не зверя! В них светились чувства и разум. Лорд смотрел на нее вовсе не так, как смотрит хищник на свою жертву. В выражении его глаз Эсме уловила нечто трогательное. Возможно, это была душевная боль, которая делала лорда ранимым человеком.

Маска оставляла открытым его рот. Он не был обезображен. Губы лорда имели красивую форму. Эсме удивлялась тому, что лорд не вызывал у нее сейчас никакого отвращения, но она напомнила себе, что ей следовало бояться этого человека, ведь он – ее похититель. Наверняка он уготовил ей незавидную участь.

Перед ней стоял лорд Чудовище, отпрыск известного своей развращенностью и жестокостью старого владельца замка Блэкхерст!

При этой мысли Эсме почувствовала, как у нее сжимается сердце. Ей хотелось убежать из комнаты, но разве могла она найти спасение в этом замке?

Александр внимательно наблюдал за ней. Он заметил, как вдруг изменилось выражение ее лица. Но почему это произошло? Сначала Эсме смотрела на него с настороженностью и интересом, но в ее глазах не было страха. Однако через несколько секунд ее дыхание стало учащенным и прерывистым. Александр понял, что Эсме охвачена ужасом. Что могло повергнуть девушку в такой страх?

Он вздохнул. Да, его замысел будет не так-то легко осуществить. Александр не знал, с чего начать. Ему предстояло соблазнить девушку, но он никогда прежде не делал этого. Может быть, следовало подойти ближе к ней, раздеть ее, дотронуться до нее?

Александр пылал страстью, его кровь кипела. Эсме гипнотизировала его. Больше всего на свете ему хотелось сейчас овладеть ею.

Он сделал еще один шаг по направлению к девушке. Ее грудь вздымалась и опускалась от охватившего ее волнения. Александр жадно пожирал ее глазами, не зная, как подступиться к ней.

Протянув руку, он спустил ворот ее платья с глубоким вырезом и обнажил одну грудь. У Александра перехватило дыхание, когда он увидел упругое полушарие с круглым розовым соском.

Дрожащими пальцами он дотронулся до ее шелковистой, словно лепестки розы, кожи. Она не шелохнулась, только ее глаза стали круглыми от изумления и страха. Александр наклонился и припал губами к ее соску.

Тело Эсме сначала напряглось, но постепенно ее мышцы расслабились. Лорд посасывал и покусывал ее грудь, но ей вовсе не было больно. Более того, Эсме испытывала приятное чувство от его ласки. Прикосновение его влажных теплых губ доставляло удовольствие.

Эсме закрыла глаза. Она ощущала странные, незнакомые эмоции. Ей хотелось застонать и выгнуть спину, но она сдерживала себя.



Он полизывал ее сосок, словно младенец – грудь матери. Прикосновения его языка сводили Эсме с ума. Она чувствовала, как в ее груди просыпается желание, но не понимала, чего именно ей так страстно хочется.

Эсме изнывала от сладостного ожидания. Быть может, ей хотелось, чтобы он поцеловал ее вторую грудь? Или стал ласкать все ее тело? Мурашки побежали по спине Эсме, в ее жилах забурлила кровь.

Открыв глаза, она посмотрела на лорда, припавшего к ее груди. Маска не скрывала его черных блестящих волос. Наверное, они были шелковистыми и приятными на ощупь. Эсме захотелось прикоснуться к ним, погрузить в них пальцы, почувствовать движения его головы.

Но тут Эсме вспоминала о маске и о том, что скрывалось под ней, и у нее подкосились колени от испуга. Однако приятные ощущения от его ласк взяли верх над страхом, и Эсме снова закрыла глаза, отдавшись на волю чувств. Она ощущала одновременно блаженство и страстное желание испытать нечто большее.

Александр чувствовал, что она отвечает ему на ласки. Ее соски затвердели и налились кровью, словно плоды – спелым соком. Эсме дрожала, но уже не из-за боязни. Александр слышал ее прерывистое, взволнованное дыхание. Ему удалось заставить ее позабыть о том, кто он такой. Но это было только начало.

Александр слегка отстранился от нее. Ее набухшие соски влажно поблескивали. Они были ярко-розовыми и напоминали о другой сокровенной части тела женщины – о вульве, этом нежном горячем цветке, расположенном между ее ног. Теплая глубина ее лона манила его, как манит пчелу нектар.

От подобных мыслей пенис лорда встал и начал пульсировать, причиняя ему боль. Александр отступил на шаг, боясь утратить контроль над собой.

Тяжело дыша, он попытался успокоиться. Александр не мог наброситься на беззащитную девушку, словно разъяренный хищник. Ему следовало держать в узде свои желания и сосредоточиться на том, чтобы доставить Эсме удовольствие и разбудить в ней страсть. Но ее красота мешала ему взять себя в руки. Обнаженная грудь манила Александра. Он вгляделся в ее разгоряченное лицо с блестящими от волнения глазами. Эта девушка сводила его с ума.

Он вцепился обеими руками в тонкую ткань ее ворота, разорвал на груди ее платье, и оно с тихим шуршанием упало на пол у ног девушки. Теперь Эсме предстала перед Александром во всем великолепии своей наготы. Она была сказочной красавицей, изящной, нежной, грациозной, чувственной. Александр залюбовался ею, чувствуя, как затвердевает его член. Стройность ее стана подчеркивали пышные, округлые бедра. Поросший каштановыми волосками лобок скрывал вход в пещеру наслаждения и разжигал воображение Александра.

Усилием воли он заставил себя оторвать взгляд от ее лобка и посмотреть в лицо Эсме. Он увидел, что она сильно смущена. Ни один мужчина еще не видел ее нагой. Ему вдруг стало жаль девушку. Александр представил, какой беспомощной и беззащитной она чувствовала себя сейчас. Но он не мог сдерживаться слишком долго. Александр не хотел причинять ей боль и страдания, он мечтал доставить ей наслаждение.

Он снова подошел к ней. Эсме не пошевелилась, но ее зрачки расширились от страха. Подхватив ее на руки, он отнес ее на кровать. Положив Эсме, Александр отступил на шаг, чтобы полюбоваться ею. Она смотрела на него с ужасом, судорожно сжав бедра.

Александр знал, что ярость и неистовую страсть можно победить разумом. «Действуй медленно», – внушал он себе. Но его копье уже было готово атаковать ее лоно, и Александр едва сдерживался, чтобы не наброситься на Эсме, позабыв о планах соблазнить ее. Он изо всех сил старался владеть собой.

«Вот сейчас он накинется на меня и начнет насиловать», – в ужасе думала Эсме. Ее тело напряглось, она готова была вскочить и выбежать из комнаты. Представив дикую боль, которая должна была пронзить ее, девушка задрожала.

Лорд был очень крупным мужчиной. Он с такой легкостью подхватил ее на руки, словно она была пушинкой.

Она взглянула на него снизу вверх, и в глаза ей прежде всего бросилась его черная маска. Интересно, что скрывалось за ней? Как он выглядел без нее? Так ли сильно было обезображено его лицо?

Серые глаза лорда внимательно наблюдали за ней. Это были глаза охотника, но не зверя. Лорд Чудовище вопреки молве был человеком, и это утешало Эсме.

Эсме пошевелилась, ей хотелось хоть чем-нибудь прикрыть свою наготу. Она чувствовала себя беззащитной перед лордом, но боялась рассердить его и потому молчала. Эсме догадывалась, что лорд не разрешит ей спрятаться под одеяло. Он хотел любоваться ее обнаженным телом. Именно поэтому в комнате было зажжено так много свечей. Именно поэтому он разорвал на ней платье. Эсме было немного жаль роскошного наряда, валявшегося сейчас на полу.

По взгляду лорда Эсме поняла, что он желал большего, нежели просто любоваться ею. Она чувствовала себя молочным поросенком, положенным на блюдо и дожидающимся, когда его съедят.

Однако ее удивляло то, что лорд был до сих пор одет. Как он мог изнасиловать ее, не доставая пенис? Она машинально перевела взгляд на его пах и тут же, одумавшись, вновь подняла глаза. Но было уже поздно. Эсме почувствовала, как участилось дыхание лорда, заметившего, что именно привлекло внимание Эсме.

Он быстро отошел от кровати, и Эсме замерла, ожидая, что последует дальше. Александр глубоко вздохнул и посмотрел на гобелен, висевший на стене. Драгор и Мейбл предупреждали его о том, что он был слишком крупным мужчиной для такой миниатюрной девушки. Именно об этом и подумала сейчас Эсме, взглянув на его пах. Он понял это, увидев панику в ее глазах. Девушку напугал его огромный вздыбленный член, топорщивший ткань брюк. Ее страх убил в нем желание. Александр хотел, чтобы она пылала страстью к нему, чтобы мечтала о близости с ним, а не считала его член орудием пытки.

Он тяжело вздохнул. Ему не доводилось иметь дело с девственницами. Он спал обычно с прожженными шлюхами, которые, подавив брезгливость, допускали его до себя. За деньги они готовы были раздвинуть ноги перед кем угодно, даже перед настоящим монстром. Они так часто и много совокуплялись с мужчинами, что их влагалища были вялыми и не имели никакого тонуса. Входить в них было все равно, что в свиной пузырь. Александр кончал, но при этом не получал особого удовлетворения. Он знал, что подобное жалкое совокупление было не похоже на полноценный секс. Влагалище женщины должно быть тесным, с хорошим тонусом, который мог заставить мужчину кончить в читанные секунды.

И Александр знал, что именно такое влагалище было у Эсме.

Но он также знал, что никогда не сможет войти в нее, если это причинит ей боль. Эсме должна была полюбить его, чтобы наложенное на него заклятие потеряло свою силу. А женщина никогда не полюбит мужчину, если он причинил ей боль. Александр не вынесет, если Эсме будет смотреть на него с ненавистью и отвращением после первого полового акта. В этом случае он больше никогда не приблизится к ней. Уж лучше умереть, чем заставить Эсме страдать.

Александр постарался отогнать тяжелые мысли. Еще не все было потеряно. Ему казалось, что он нашел способ доставить ей удовольствие и избавить от боли. Но прежде ему нужно было уговорите Эсме осуществить его план.

Он достал из кармана маленький кожаный фаллос. Его сшила Элен, жена сенешаля, по просьбе Александра. Он был изготовлен из мизинца кожаной перчатки. Всего у Александра было пять фаллосов. Завтра Александр должен был заменить первый фаллос вторым, который был больших размеров. Последний, пятый, был самым крупным. Интересно, догадалась ли Элен, для чего предназначались эти фаллосы? Вряд ли, ведь она считала Александра настоящим чудовищем, не способным проявлять заботу о людях.

Александр надеялся, что его замысел окажется удачным и он добьется своей цели – лишит Эсме невинности, не причинив ей боли. Ну а сегодня он должен был заставить Эсме позволить ему вставить в ее лоно первый фаллос. Мысль об этом возбудила его. Если он пока не сможет войти в нее, то по крайней мере насладится ласками. Он прикоснется к ее вульве, раздвинет губы, поиграет с клитором. У Александра перехватило дыхание. Его пенис окаменел, и ему казалось, что он вот-вот извергнет струю спермы. Александр взял себя в руки и приготовился к первому акту.

Глава 3

Эсме была похожа на жертву, которую приносят своим богам язычники. Она лежала бледная и беспомощная на алом атласном покрывале. Мысль о том, что она была беззащитна перед ним, не давала Александру покоя. Он хоть и предполагал, что его будут мучить сомнения, но тем не менее приказал Драгору схватить Эсме и привезти в замок Блэкхерст.

Но у Александра не было другого выхода. Он привык встречать в женщинах ужас и наталкиваться на сопротивление. Ни одна из них не желала спать с ним добровольно или задаром. Тем более не пошла бы на это юная невинная девственница. Может быть, у нее уже был на примете юноша, за которого она в будущем собиралась выйти замуж и которому мечтала подарить свою девственность?

Эта мысль привела лорда в ярость. Деревенский парень не способен был дать ей то, что мог предложить он, владелец замка Блэкхерст! Александр был в состоянии окружить Эсме роскошью, сделать ее богатой и счастливой. Неотесанный деревенщина не умеет заниматься любовью так, чтобы доставить женщине удовольствие. А для Александра главным было то, чтобы Эсме получала наслаждение в постели с ним.

Что может мужлан? Пыхтеть с красной рожей, лапая ее изящное тело? Нет, Александр не допустит, чтобы кто-нибудь, кроме него, прикасался к Эсме. Он будет обходиться с ней как с королевой, выполнять любое ее желание, если только… если только она поможет ему освободиться от заклятия.

Александр подавил вздох. Почувствовав, что сексуальное напряжение спало, он решил, что пора начать осуществлять свой план. Но как заставить Эсме раздвинуть ноги, чтобы вставить в ее лоно первый фаллос?

«Что с ним? Почему он не набрасывается на меня?» – думала между тем Эсме. Страх в ее душе соседствовал с недоумением. Она не понимала намерений лорда. Лучше бы он навалился сейчас на нее и сделал то, что хотел Эсме готова была потерпеть, сжав зубы. Что еще, кроме насилия над нею, было у него на уме? В том, что он собирался овладеть ею, Эсме не сомневалась. Зачем еще ему понадобилось срывать ее платье и играть с ее грудью? Или может быть, сначала он собирался предать ее какой-нибудь изощренной пытке? Эсме терялась в догадках.

Александр склонился над ней, и их глаза встретились. Лорд присел на край кровати и протянул к ней руку. Эсме напряглась, охваченная беспокойством. Его пальцы коснулись ее шеи и начали поглаживать ее по щеке. А потом его рука двинулась дальше. Он ласкал ее плечи и грудь. И постепенно напряжение Эсме спало, она расслабилась. Тепло разлилось по всему ее телу. Его прикосновения были приятны ей.

Лаская Эсме, Александр млел от блаженства. Эта девушка словно околдовала его, ее тело обладало волшебной силой над ним. Он взял ее миниатюрную кисть в свою ладонь Александра умиляли ее маленькие розовые ноготки, легкий загар, покрывавший нежную кожу. Эсме не была изнеженной, хорошо ухоженной дамой с белоснежной кожей – перед ним лежала лесная нимфа, проводящая свои дни среди душистых лугов и зеленых лесов. Она казалась неотъемлемой частью живой природы, чувственной и свободной. Он дотронулся до упавшего на ее плечо локона, ее блестящие золотистые волосы были мягки и шелковисты на ощупь. Они были прекраснее мотка самой драгоценной шелковой пряжи. Когда-нибудь он снимет маску и зароется лицом в эти чудные волосы.

Александр продолжал ласкать Эсме, помня о том, что он должен приучить девушку к своим прикосновениям. Тогда она не станет сопротивляться, когда он введет в ее лоно первый фаллос. Он гладил ее грудь, восхищаясь ее совершенной формой и упругостью. Соски Эсме походили на два драгоценных рубина. Его рука скользнула дальше. Он дотронулся до ее нежного живота и начал делать медленные круговые движения вокруг пупка. Его восхищала безупречная гладкость ее кожи. Александра манил поросший каштановыми завитками холмик, прикрывавший вход в пещеру любви. И вот наконец ее пальцы тронули его. Но нет, Эсме не была еще готова раздвинуть ноги.

Ласки лорда сводили Эсме с ума. Кто бы мог подумать, что поглаживания по животу могут вызвать у нее такие странно мучительные чувства? Ей казалось, что внутри ее что-то трепещет и хочет вырваться на свободу. Кроме того, она ощущала ноющую боль в промежности.

Нет, она не должна сдаваться! Эсме стиснула зубы, когда лорд тронул волосы на ее лобке, однако он сразу же убрал руку. Эсме все трудней было подавлять в себе желание раздвинуть ноги. Да, это действительно было не насилие, а своего рода пытка!

Ее дыхание стало учащенным и прерывистым. Тело ломило и покалывало, кожу жгло как огнем. Эсме хотелось стонать и кричать. Сжав зубы, она сдержала рвущийся из груди крик. Нет, она не могла испытывать подобные чувства с ним, с этим Чудовищем. Эсме подняла глаза и взглянула на скрытое маской лицо лорда, чтобы напомнить себе, что перед ней настоящий монстр.

Однако руки у него были человеческие и очень ласковые и искусные. Она снова закрыла глаза. Александр тем временем начал поглаживать ее ступни. Ощущения были очень приятными. А потом, как она и предполагала, его рука двинулась вверх по внутренней стороне ее ноги, подбираясь к промежности. Эсме затаила дыхание, чувствуя, как пульсирует ее набухший клитор.

Рука лорда поднималась все выше, и по телу Эсме пробежала дрожь возбуждения. Она была как в бреду. У нее болели соски, а промежность увлажнилась.

О боже, как она была прекрасна в эту минуту! И вопреки ожиданиям его ласки подействовали на нее. Эсме раздвинула ноги. Охотно. Почти нетерпеливо. Александр глубоко вздохнул и взглянул на пленницу. Ее глаза были закрыты, длинные темные ресницы трепетали. Сливочного цвета кожа порозовела. Соски походили на спелые сочные ягоды. А между ее бедрами… У Александра перехватило дыхание, когда он взглянул на открывшуюся его взору картину.

Это был таинственный розовый рай, окруженный ореолом золотистых волос. Влажные трепещущие губы готовы были поглотить его член. Пещера любви ждала его. Лаская Эсме, Александр попытался ввести в ее лоно свой дрожащий от волнения палец.

Эсме ощутила прикосновения к губам своей вульвы и вздрогнула, ожидая, что сейчас ее пронзит нестерпимая боль. Но вместо этого она почувствовала такое возбуждение, которое граничило с болью. Она стиснула зубы, ей хотелось корчиться и извиваться, но Эсме сдерживала себя. Странно, но ей не хотелось, чтобы лорд прекращал эту сладкую муку. Она жаждала более сильных и дерзких ласк. Эсме сама не заметила, как приподняла бедра и еще шире раздвинула ноги, чтобы его палец глубже вошел в ее лоно. Ей страстно хотелось, чтобы он утолил ее мучительную жажду.

Эсме с ужасом поняла, что она хочет, чтобы лорд разделся и овладел ею, чтобы его член заполнил собой ее тесное девственное лоно. Ей казалось, что только это могло снять ее напряжение.

Эсме стала убеждать себя в том, что она не может испытывать подобных желаний. Он был лордом Чудовищем, повергавшим всех в ужас, воплощением ночных кошмаров. Но ее тело не слушалось ее. Эсме внезапно услышала свой стон наслаждения.

Она заставила себя открыть глаза, надеясь, что вид маски ужаснет ее. Но ее чувства были сильнее разума. Тело Эсме отвечало на ласки лорда. И тут она увидела, что в руке он держит какой-то предмет. Что он собирался сделать с ней? Эсме перевела взгляд на лорда.

– Я… я должен растянуть вашу девственную плеву, – прошептал он, объясняя свои действия.

Это были первые слова, произнесенные им после появления в спальне. В разговоре с рыцарем грудной, слегка хрипловатый голос лорда звучал повелительно, теперь же в нем слышались нотки нежности. Он как будто просил ее быть немного снисходительней и чуть-чуть потерпеть.

Эсме внимательно посмотрела на предмет, который он держал в левой руке. Он был сделан из черной кожи, как и его маска. «Что это такое?» – подумала Эсме.

– Я крупный мужчина, – продолжал Александр. – Я не смогу войти в вас, не причинив вам боли. Поэтому я хочу сделать это постепенно, растягивая вашу плеву. Вот этот фаллос я введу в ваше лоно. Вам будет немного больно. Потерпите, пожалуйста.

Эсме больше не испытывала сексуального возбуждения; страх и отвращение взяли в ней верх над всеми другими чувствами. Она не хотела, чтобы лорд вводил в ее лоно этот черный предмет. Он сам сказал, что ей будет больно, а Эсме боялась боли. Как могла она на минуту забыться и испытать желание близости с этим человеком? Эсме попыталась снова сжать ноги, но Александр не дал ей сделать это.

Она не сводила глаз с предмета из черной кожи. Он напоминал ей его маску и поэтому пугал.

– Прошу вас, пожалуйста, – умоляюще прошептал он. Эсме вдруг вспомнила слова старой служанки. Мейбл советовала ей не сдаваться сразу.

– Нет, – сказала Эсме. – Нет.

Она слышала, как он вздохнул, и почувствовала, что он убрал руку, мешавшую ей сжать ноги.

Неужели сопротивляться ему было так легко? Достаточно было сказать слово «нет», и он не стал бы разрывать на ней одежду и оставил бы ее в покое?

Александр встал и отошел от кровати. Эсме почувствовала, что он находится в подавленном настроении, ее отказ выполнить его просьбу расстроил лорда. Эсме была поражена его поведением. Значит, она имела над ним какую-то власть?

Оторвав голову от подушки, она взглянула на него. Силуэт лорда отчетливо вырисовывался на фоне большого окна. Что он теперь будет делать? Может быть, рыцарь вновь увезет ее в лес, на ту поляну, с которой похитил ее? Неужели хватило одного слова «нет», чтобы Чудовище отказался от своих намерений?

Эсме представила, как она вернется домой, к матери, братьям и сестрам, и ей почему-то стало грустно. Жизнь в деревне казалась ей бесцветной. Она огляделась в роскошной комнате, освещенной теплым светом зажженных свечей. Кровать, на которой она лежала, была удивительно мягкой и уютной.

Эсме перевела взгляд на стоявшего у окна мужчину и вспомнила, с какой нежностью он ласкал ее. Она призналась себе, что хочет его, что ей необходимы его прикосновения. Маска не помешает им заниматься любовью. Эсме предполагала, что у лорда все остальные части не изуродованы и он может быть прекрасным, искусным любовником. Ей было интересно, что скрывается под его черной одеждой. Она хотела увидеть лорда нагим.

Александр называл себя трусом и дураком. Стоило девушке произнести слово «нет», как он сразу же уступил ей, пошел на попятный. Но он не мог отказаться от своего замысла, потому что под угрозой находилось его будущее. Если ему не удастся осуществить свои планы, он просто сойдет с ума.

В него вселяло надежду то, что Эсме сначала не сопротивлялась ему. Казалось, что ей понравились его ласки и она отдалась на волю чувств. Ее испугал фаллос. Александр посмотрел на зажатый в руке предмет из черной кожи. Он был размером с мизинец. Эсме наверняка смогла бы пережить эту маленькую операцию.

Он решительно повернулся лицом к кровати и медленно направился к своей пленнице. Да, ей придется немного потерпеть. Ничего не поделаешь.

«Он возвращается!» – всполошилась Эсме. Что же ей теперь делать? И какое решение принял лорд? Может быть, он намеревается изнасиловать ее, несмотря на ее протесты?

Его огромная, одетая во все черное фигура неумолимо надвигалась на нее. Эсме охватило волнение, и она задрожала. Был ли это страх или возбуждение?

– Раздвиньте ноги, – приказал лорд.

Ей нравился его голос. Он был глубоким, грудным, бархатистым. От него у Эсме что-то затрепетало внутри. Ее бедра как будто сами собой широко раздвинулись. Она испытывала и страх, и желание, чтобы он снова прикоснулся к ней.

Рука лорда стала ласкать ее промежность. Тело Эсме сразу же отреагировало на эти прикосновения, и по нему пробежала легкая дрожь. Закрыв глаза, Эсме еще шире раздвинула ноги. Она испытывала удовольствие от его ласк.

Она чувствовала, как его пальцы раздвигают ее срамные губы и пробираются к входу в лоно. Чувство удовольствия смешивалось в ней со страхом, что сейчас ее тело пронзит невыносимая боль.

Внезапно он убрал руку, и Эсме открыла глаза, чувствуя разочарование. К своему изумлению, она увидела, что лорд облизывает свои пальцы. Он увлажнял их, чтобы они легче вошли в ее вульву.

Эсме снова закрыла глаза, горя нетерпением. Вскоре она почувствовала, что лорд погрузил в ее лоно свой палец; он медленно входил в нее все глубже и глубже. Она ахнула и инстинктивно приподняла бедра, чтобы облегчить лорду задачу. Его палец продолжил свое движение, и Эсме немного расслабилась. Ей хотелось, чтобы рука лорда ласкала ее промежность. Эсме было мало пальца, скользившего в ее лоне. Но у лорда, видимо, были другие планы. Его рука вдруг застыла.

Александр боялся двигаться дальше. Это могло причинить ей боль. Он и не предполагал, что ее влагалище окажется таким тесным и узким. Он ввел в ее лоно свой мизинец до половины. Выдержит ли она, если он погрузит в нее палец до конца? Он долго ждал эту красавицу, но когда он сможет насладиться ею?

Он сгорал от нетерпения, испытывая неприятные ощущения в паху. Его член готов был взорваться. Глядя на обнаженную Эсме, Александр думал, как долго сможет он держать себя в руках. Ему хотелось войти в нее, погрузить в ее лоно не палец, а пенис. Тяжело дыша, он убрал свою руку. «Введи фаллос, а потом уходи! – подсказывал ему внутренний голос. – Уйди из спальни, пока ты не превратился в хищного зверя, настоящее чудовище, насилующее невинных красавиц!»

Взяв фаллос, он приставил его к входу в ее розовое влажное лоно и слегка надавил. Он скользнул внутрь.

– Пусть этот предмет побудет в вас до моего возвращения, – распорядился он.

Бросив еще раз восхищенный взгляд на ее распростертое на кровати тело, Александр встал и зашагал к выходу. Эсме вздохнула. Находившийся внутри ее фаллос доставлял ей неприятные ощущения. Она испытывала дискомфорт. Дотронувшись до своей промежности, Эсме почувствовала влагу и начала поигрывать своими половыми органами так, как это только что делал лорд. При этом кожаный фаллос глубже вошел в нее. Однако Эсме все еще чего-то не хватало, чтобы получить разрядку и окончательно расслабиться.

Она вздохнула. Когда он вернется? Через несколько минут или через несколько часов? Ее тело все еще было разгоряченным и ломило. Эсме дотронулась до своих сосков, вспомнив, как лорд ласкал их. Но собственные прикосновения не доставляли ей такого удовольствия, как поглаживания его больших шершавых ладоней.

Дрожь пробежала по телу Эсме при воспоминании о его ласках. Она хотела снова ощутить их. Эсме призналась себе, что ее одолевает желание близости с лордом. Она не стала бы сопротивляться, если бы он навалился на нее и ввел свой член в ее лоно.

Эсме чувствовала кожаный фаллос внутри себя. Он не давал ей забыть о лорде и о том, что только что произошло. Она хотела вынуть эту вещицу из своего лона, но боялась вызвать тем самым недовольство лорда. А что, если он рассердится на нее за то, что она не выполнила его распоряжение, и накажет ее? В конце концов она имела дело с лордом Чудовищем.

Эсме вновь вспомнила об уродстве хозяина замка. Его руки по крайней мере были нормальными, не обезображенными. Должно быть, таким же было и все его тело, кроме лица. Интересно, а какой у него пенис?

Эсме видела, как совокупляются животные, и знала, что у мужчин в момент возбуждения пенис тоже становится большим и твердым, не похожим на слабый стебелек плоти, какой был у ее младшего брата. Но насколько большим членом обладал лорд Чудовище?

Палец, который лорд вводил в ее лоно, был больше кожаного фаллоса. Теперь Эсме поняла, что Александр хотел подготовить ее для близости с ним.

Он хотел овладеть ею, не причиняя ей боли. Элис, мать Эсме, говорила дочери, что мужчины всегда не против переспать с женщиной. Элис не была расположена потакать желаниям мужчин, она находила занятие сексом не таким уж приятным делом. Женщина, по ее словам, не получала большого удовольствия от секса. Но это был единственный способ забеременеть и родить ребенка, а Элис любила детей.

Эсме вспомнила то время, когда еще был жив ее отец. Тогда порой по ночам до ее слуха доносился шум из спальни родителей. Слыша хрипы и пыхтение отца, она догадывалась, что родители занимаются сексом. Она знала, что люди совокупляются точно так же, как животные, и относилась к этому как к обычному делу, не вызывавшему особого интереса.

Но потом мать рассказала ей, что такое изнасилование, и Эсме стала бояться мужчин. Она стремглав убегала, завидя незнакомого мужчину, особенно если это был рыцарь. Говорили, что рыцари могут так жестоко надругаться над девушкой, что она на всю жизнь останется калекой или даже умрет.

Именно этого ожидала Эсме, когда воин в доспехах похитил ее. Оказавшись в замке, Эсме думала, что с ней произойдет самое страшное, однако лорд Чудовище изумил ее своим поведением.

Эсме еще раз огляделась в роскошно обставленной комнате. Она как будто оказалась в волшебном царстве, и то, что лорд делал с ней, было настоящим колдовством. Эсме чувствовала себя завороженной его ласками. Она будто бы находилась на грани сна и яви, и это состояние было восхитительным.

Эсме встала, чувствуя кожаный фаллос внутри своего лона. Услышав, как скрипнула дверь, девушка вздрогнула. В комнату, шаркая ногами, вошла Мейбл. Ее единственный глаз сердито поблескивал зеленым огнем. Старуха внимательно посмотрела на обнаженную Эсме, а затем перевела взгляд на лежащее на полу разорванное платье.

– Вот мужчины! – неодобрительно качая головой, проворчала она. – Они всегда ведут себя как дикие животные.

Мейбл казалась Эсме очень странным существом, и ее замечания стоили девушку в тупик. Подняв с пола разорванный наряд, старуха повернулась к Эсме.

– По-видимому, он еще не успел овладеть тобой, – сказала она. – Лорд велел мне прийти сюда и уложить тебя в постель. Надо найти какую-нибудь рубашку, в которой ты могла бы спать.

Подойдя к стоявшему в углу сундуку, Мейбл достала из него длинное одеяние из кремовой ткани.

– Вот в этом тебе будет удобно, – сказала она, приблизившись к Эсме – Подними руки, я надену на тебя эту рубашку.

Эсме повиновалась, и старуха одела ее. Взглянув на себя, Эсме покраснела от смущения. Ткань рубашки была почти прозрачной, и сквозь нее просвечивали соски и волосы на лобке. И все же это был великолепный наряд. Ворот был украшен тонкой вышивкой с изображением нежных соцветий дягиля. Мейбл обошла комнату и задула свечи, а затем направилась к кровати. Постелив постель, старуха обернулась к Эсме.

– Может быть, тебе что-нибудь подать? – спросила она. – Хочешь вина?

Она кивнула в сторону графинов и бокалов, стоявших на маленьком столике у стены. Эсме отрицательно покачала головой.

– Я могу заплести тебе косу, чтобы волосы не лезли в лицо, – предложила старуха, но тут же отказалась от своего намерения. – Впрочем, нет. Лорд Блэкхерст наверняка не захочет этого. Он желает видеть тебя такой, какой впервые увидел в лесу, – «прекрасной дикой нимфой», как он выражается.

Мейбл поморщилась, отчего ее лицо сделалось еще белее ужасным.

«О чем это она говорит? – недоумевала Эсме. – Лорд Блэкхерст видел меня в лесу? Что это значит?» Поколебавшись, она осмелилась задать старухе вопрос, который давно уже мучил ее.

– Что собирается лорд Чудовище сделать со мной?

– Если ты до сих пор не догадалась об этом, значит, у тебя куриные мозги, – ворчливо ответила Мейбл. – Впрочем, я знала, что ты дурочка.

Эсме рассердилась на зловредную старуху.

– Ты служанка и должна подчиняться распоряжениям своего господина, – заявила она. – Он наверняка приказал тебе прислуживать мне и выполнять мои просьбы.

– Да, я сделаю все, что ты пожелаешь. Ты чего-нибудь хочешь?

– Да! Я хочу, чтобы ты прекратила оскорблять меня! – заявила Эсме.

Мейбл залилась хриплым смехом.

– Надо же! – воскликнула она, качая головой, и направилась к двери.

Эсме хотела остановить служанку и попросить ее рассказать побольше о хозяине замка. Но затем она решила, что ее вопросы только раззадорят старуху и та снова начнет насмехаться над ней.

Дверь с громким стуком захлопнулась. Эсме подавила вздох. Она направилась к кровати, ощущая кожаный фаллос, введенный в ее лоно. По-видимому, он вошел еще глубже, и Эсме теперь чувствовала легкую боль.

Она легла на кровать, подняла подол своей рубашки и стала ласкать себя. Разве могла она заснуть в таком состоянии? С другой стороны, Эсме боялась вытащить кожаный предмет из своего лона. А вдруг лорд придет к ней среди ночи и рассердится на нее за то, что она осмелилась нарушить его приказание? Дрожь пробежала по ее телу. Несмотря на то что этот человек обращался с ней мягко и нежно, он все же был лордом Чудовищем. И его намерения были наверняка преступными.

Эсме вспомнила насмешливые слова Мейбл. Лорд, очевидно, хотел только одного – овладеть ею. Но почему он действовал так осторожно? Неужели потому, что не хотел делать ей больно?

Она вновь попыталась представить, какого размера был его пенис. Лорд намекал на то, что его член очень большой. И Эсме не сомневалась в этом. Лорд был крупным мужчиной, и все части его тела должны были соответствовать его росту и сложению.

Но что, если его член был таким же изуродованным, как и его лицо? Эсме представила себе толстый отвратительный пенис, покрытый чешуйчатой кожей, с похожим на коготь придатком на конце. Ее сердце учащенно забилось от страха и омерзения. Может быть, лорд старался подготовить ее, прежде чем ввести в ее лоно свой ужасный, обезображенный член? Может быть, вид этого члена ужасал самого лорда и он, несмотря на свою жестокость, смилостивился над ней?

Поднявшись с кровати, она подошла к двери. Как и предполагала Эсме, она была заперта. Эсме подбежала к окну. Но все окна в комнате были застеклены. Стекло являлось дорогим материалом, который использовали только очень состоятельные люди. Ей удалось открыть одну створку, но Эсме вряд ли могла вылезти в это узкое отверстие наружу. Впрочем, даже если бы она это сделала, то наверняка бы разбилась, упав с большой высоты.

Эсме охватила паника. У нее дрожали колени, руки тряслись, ладони вспотели. У нее не было шансов бежать отсюда.

Подойдя к маленькому столику у стены, Эсме взглянула на графины с темной жидкостью. Может быть, ей следует напиться до бессознательного состояния, как это делали мужчины в придорожной корчме? Тогда она не почувствует ужаса и боли, когда лорд начнет истязать ее. При мысли о страшных муках Эсме пришла в отчаяние.

Она наполнила стеклянный кубок в серебряной оправе темно-рубиновым вином и, сделав большой глоток, тут же поморщилась. Вино было не столь приятным на вкус, как сидр, и более терпким, чем пиво. Она залпом выпила напиток и налила еще.

Вино согрело ее, по всему телу разлилось приятное тепло. Внезапно она вспомнила о кожаном фаллосе, находящемся в ее лоне. Эсме поставила кубок на стол и, вернувшись к кровати, легла. Подняв подол рубашки, она вытащила доставлявший ей неприятные ощущения предмет из своего лона. Он был влажным. Бросив его на кровать, Эсме вернулась к столику и снова стала пить вино.

Осушив второй кубок, она почувствовала, как ее тело расслабляется. Ее ноги стали ватными, кожа горела. Взяв кубок с вином, она снова легла на постель.

Сделав еще один глоток, Эсме заметила, что у нее сильно кружится голова. Стены вокруг ходили ходуном, кровать как будто качалась под ней. Эсме стало жарко.

Она вспомнила, как лорд прикасался к ней и какие восхитительные ощущения пробуждали в ней его ласки. Ее сомнения и опасения прошли. Пусть он причинит ей боль, но сначала он, возможно, снова подарит ей бесподобные ласки.

Эсме выгнула спину и начала ласкать себя, закрыв глаза. Она сосредоточилась на движениях своей руки, стараясь действовать так, как действовал лорд. Ее вульва была горячей и влажной. Волны легкой дрожи пробегали по телу Эсме. Раньше она игнорировала эту часть своего тела, но сейчас поняла, что это – центр ее плоти.

Эсме нахмурилась от досады. Чем больше она ласкала себя, тем большую неудовлетворенность ощущала. Она решила снова ввести кожаный фаллос в свое лоно. Он легко погрузился в скользкое влагалище. Значит, лорд был прав в своих расчетах. Ее плева понемногу растягивалась. Сколько времени должно было пройти, прежде чем лорд решится…

Нет, она не должна думать об этом. Она сойдет с ума, если продолжит размышлять на эту тему. Постепенно Эсме погрузилась в дремоту.

Свеча у кровати мерцала, роняя капли воска на пол. Сонная Эсме приподнялась, задула ее и, откинувшись на подушки, погрузилась в глубокий сон.

В это время в другой башне замка Александр, охваченный огнем страсти, беспокойно расхаживал по деревянному настилу яруса. Он не знал, когда ему следует вернуться в спальню. Когда он снова увидит свою красавицу и прикоснется к ней? Ночь тянулась очень медленно. Подойдя к окну, Александр вгляделся в темноту. В окнах той башни, в которой была заперта его пленница, свет не горел. Значит, она уже спит. Внезапно он резко повернулся и двинулся к двери. Если она спит, то не узнает, что он приходил. Что плохого в том, если он полюбуется ею?

Глава 4

Александр медленно закрыл дверь и тихо задвинул засов. Повернувшись, он направился к кровати, прикрывая ладонью пламя свечи. Не доходя нескольких шагов до постели девушки, он остановился. Волосы Эсме были рассыпаны по подушке и образовывали темный нимб вокруг головы. Выражение ее лица было невинным и безмятежным. У Александра перехватило дыхание. Он не мог поверить в то, что предмет его вожделения находится совсем рядом. Протянув руку, он мог дотронуться до Эсме.

Впервые Александр увидел ее примерно год назад. Она гуляла по лесу с корзинкой в руках, напевая игривый мотивчик. Была ранняя осень, и листья на деревьях только начинали желтеть. Всю зиму Александр грезил об этой девушке. Воспоминания о ней согревали его душу, скрашивая холодные скучные дни. Как только начал таять снег, Александр, надев доспехи Драгора, отправился на поиски своей красавицы. Он изучил ее маршрут и начал подкарауливать ее, прячась в укромных местах.

Но теперь эта девушка находилась в его полной власти. Александр ощущал легкие угрызения совести, но пытался заглушить чувство вины, оправдываясь перед собой тем, что принял все меры предосторожности, чтобы не причинить боли Эсме.

Подойдя к кровати, он склонился над своей пленницей. Ее руки и шея были обнажены. При мысли о том, что она лежит нагой под атласным покрывалом, у Александра перехватило дыхание. На него накатила волна желания, кровь забурлила в жилах. Ему не следовало приходить сюда.

Эсме внезапно проснулась, и ее тут же охватил страх. Кто-то стоял рядом с ее кроватью. Пламя свечи слепило ей глаза, и Эсме не сразу узнала лорда. Поняв наконец, кто стоит рядом с ней, она затрепетала. Из ее груди рвался крик, но она постаралась сдержать его. Да и зачем кричать, если хорошо знаешь, что на твой крик никто не отзовется, никто не придет на помощь?

– Простите… – произнес лорд. В его голосе звучало сожаление. – Я не хотел мешать вам. Мне не спалось, но я, конечно, не должен был приходить сюда.

Он повернулся, чтобы уйти.

– Подождите! – воскликнула Эсме.

Александр как будто оцепенел и несколько мгновений стоял не шевелясь, а затем медленно обернулся и посмотрел на девушку. Эсме сама не понимала, почему окликнула его. Неужели она хочет, чтобы он остался?

Ее мучил страх неизвестности, и это было самым тягостным чувством. Если ей удастся наконец разузнать, чего он хочет от нее, какую участь он уготовил ей, то ее безумный страх исчезнет. Опасность примет тогда конкретные очертания, и мысли о будущем перестанут томить. Эсме села на кровати, прикрывая грудь.

– Я хочу увидеть ваш… – Эсме замялась. Как ей следовало назвать его половой член? Эсме не знала.

– Да что же вы хотите увидеть? – спросил он. Его хрипловатый грудной голос все больше нравился ей.

Эсме облизала пересохшие губы.

– Ваш… член, – наконец пробормотала она, преодолев стеснительность.

В комнате установилась напряженная тишина. Лорд на несколько мгновений лишился дара речи. Придя в себя, он глубоко вздохнул.

– Мой пенис? – переспросил он сдавленным от волнения голосом, как будто не верил своим ушам. Эта девушка каждый раз поражала его. Она была непредсказуема. – Но зачем вам это надо? – удивленно спросил он.

Эсме залилась краской стыда. Как она посмела разговаривать с лордом на подобные темы? Но теперь уже было поздно отступать. Эсме твердо решила узнать правду, какой бы жуткой она ни была.

– Вы сказали, что у вас большой пенис. И я хочу видеть его размеры.

Это была ложь, но не могла же она признаться ему в своих опасениях. Александр вздохнул. Эсме насторожилась. Он явно не спешил выполнить ее просьбу. Почему? Мурашки забегали по спине девушки. Должно быть, его пенис действительно был изуродован. Неужели лорд надеялся, что сумеет скрыть это, лаская и целуя Эсме?

Чем дольше он молчал, тем более страшные картины возникали перед мысленным взором девушки. Ее фантазия разыгралась. Она представила себе огромную бесформенную шишку с неровной, пупырчатой, как у жабы, кожей, покрытой шрамами.

Александр поставил свечу на ночной столик. Ее пламя освещало его торс. Развязав шнурки на вороте рубашки, он снял ее через голову. Эсме увидела его грудь. Это была грудь человека, а не животного. Его тело было мускулистым и смуглым, чуть поросшим темными волосами. Эсме с облегчением вздохнула. Но когда Александр начал расстегивать брюки, она снова затаила дыхание. Его член выпрыгнул из ширинки так, как будто был живым существом. Он был длинным и толстым.

Вид пениса произвел на Эсме странное впечатление. Она представила себе, как он войдет в ее лоно, но страх Эсме был смешан с острым чувством нетерпения и любопытства. Пенис лорда не был изуродован – напротив, он имел прекрасную форму. Правда, Эсме смущали его слишком большие размеры.

Александр с изумлением наблюдал за тем, с каким интересом Эсме разглядывала его пенис. Он стиснул зубы, чувствуя, как его член наливается силой и встает. Пристальный взгляд девушки возбуждал его. Она смотрела на пенис как завороженная, учащенно дыша. Ее ноздри раздувались от волнения. В этот момент она вовсе не казалась невинной.

Александр напомнил себе о том, что Эсме – девственница и не понимает, какой эффект производит на него ее бесцеремонное разглядывание. Откуда ей знать о том, что мужчину очень легко возбудить?

Александр представлял себе, как его пенис погрузится в рот Эсме и как ее пухлые девственные губы сомкнутся на нем. А потом он сорвет с нее покрывало, раздвинет ноги и войдет в нее мощным толчком. Неимоверными усилиями воли он попытался взять себя в руки. Александр не желал походить на неопытного парня, впервые ласкающего девушку.

Но тут она протянула руку, и Александр закрыл глаза. Пальцы Эсме коснулись его пениса и начали поглаживать. Сжав кулаки так крепко, что побелели костяшки пальцев, а ногти вонзились в ладони, Александр пытался сдержать себя. Тем временем красавица продолжала ласкать его.

Она была неопытной и сильно смущалась, едва прикасаясь к пенису лорда так, словно это была хрупкая драгоценная вещица. Ей хотелось сжать руку, обхватив пальцами его член, но она не решалась сделать это. Александр решил, что настанет день и он научит Эсме доставлять удовольствие мужчине, играя с его членом.

Отпрянув от нее, он открыл глаза. Александр понимал, что совершил ошибку, явившись сюда. Эсме была слишком сильным искушением для него – он мог потерять контроль над собой и отказаться от своих благородных намерений. Эсме понятия не имела, что по ее вине сейчас творилось в душе лорда. Власть ее очарования над ним, казалось, была безграничной. Для Александра являлась соблазном сама ее невинность, неискушенность. Она не знала, в какой восхитительный экстаз могут впасть мужчина и женщина, занимаясь сексом. И он хотел научить ее искусству любви, посвятить ее в тайну наслаждения.

Но сегодня было еще рано думать об этом. Александр ввел в ее лоно всего лишь первый кожаный фаллос. По его расчетам, должно было пройти несколько дней, прежде чем он сможет наконец заняться с ней любовью.

Эта мысль приводила его в уныние. Целый год он ждал того мгновения, когда сможет овладеть Эсме, но девушка все еще не была готова к соитию с ним. И Александру необходимо было набраться терпения.

Каждый час ожидания казался ему вечностью. Он снова надел рубашку и убрал свой член в брюки, которые спереди теперь сильно топорщились. На теле Александра выступил пот, руки дрожали от возбуждения. Дьявольские соблазнительные мысли не покидали его. «Посмотри на нее еще раз, – искушал его внутренний голос, – откинь покрывало, раздвинь ее ноги и проверь, находится ли все еще фаллос в ее лоне».

Судорога пробежала по телу Александра – ему нестерпимо хотелось овладеть Эсме.

– А теперь ваша очередь, – промолвил он сдавленным голосом, поворачиваясь к кровати. – Покажите мне свои половые органы.

Он знал, что его просьба звучит скорее как приказ, но не мог смягчить свой голос.

Эсме насторожилась. В ее глазах промелькнуло выражение испуга. Александр почувствовал, как в его душе закипает гнев. Может быть, она ослушалась его и вынула фаллос из лона? Он не терпел непослушания. Если Эсме вынула фаллос, то ему придется ждать заветной минуты близости на один день дольше! Эсме не понимала, как сильно она мучила лорда. Александр боялся, что сойдет с ума, стараясь сдерживать себя.

– Покажите мне вашу промежность! – потребовал он.

«Что мне теперь делать?» – в страхе подумала Эсме и почувствовала, как ее охватывает паника. Прежде чем заснуть, она вынула из лона кожаный фаллос. Он вызывал у нее неприятные ощущения и мешал расслабиться. Опьянев, она утратила способность ясно мыслить и не задумывалась о последствиях, которые может иметь ее поступок. Эсме решила, что лорд придет только утром и она успеет снова ввести фаллос в лоно. Но он неожиданно явился к ней посреди ночи и застал ее врасплох. Эсме увлеклась разглядыванием его тела и не подумала о том, что лорд может тоже захотеть увидеть ее вульву.

Она медленно откинула покрывало, надеясь, что сможет отвлечь внимание лорда своей грудью. Эсме посмотрела на него снизу вверх, но при тусклом освещении не смогла разглядеть выражение его глаз в прорезях маски. И все же она ощущала, что он горит нетерпением и не желает, чтобы она медлила. Эсме поняла, что для нее нет спасения. Лучше было выполнить приказ и не навлекать на себя его гнев за строптивость. Эсме откинула покрывало и хотела лечь, но он остановил ее.

– Нет, сядьте на край кровати и широко раздвиньте ноги, – велел лорд.

Глубоко вздохнув, Эсме повиновалась. Александр опустился на колени между ее раздвинутых бедер. Взяв свечу со столика, он поставил ее на пол. Эсме ощутила исходивший от ее пламени жар. Но ее обжигал не огонь, а страстный взгляд лорда. Она чувствовала, как сладкая истома разливается по ее телу и она тает, как воск свечи.

– Раскройте губы вашей вульвы, – распорядился лорд.

Эсме дотронулась до своей промежности и почувствовала, что она мокрая от обильных выделений. Она хотела сказать лорду, что ее плева уже растянулась, что ей больше не нужен кожаный фаллос, но не успела этого сделать.

– Где он? – спросил лорд. Его голос звучал мягко, но Эсме все равно перепугалась до полусмерти.

– Я его вынула, – испуганно прошептала она. – Я не могла с ним спать.

Александр помолчал. Эсме с ужасом Ждала, что он скажет. Может быть, он обдумывал наказание, которому подвергнет ее за непослушание?

– Вы должны выполнять все мои распоряжения, – наконец снова заговорил он. – Я хочу избавить вас от боли. Дело в том, что я не смогу сдерживать себя слишком долго. Я собираюсь ввести в ваше лоно другой фаллос, более крупный.

Его слова возбудили ее. Она боялась и одновременно страстно желала, чтобы он снова начал ласкать ее. Ей не давали покоя воспоминания о его пенисе, от которого исходили энергия и жар. Она хотела попросить лорда использовать свой стальной пенис для того, чтобы растянуть ее плеву и лишить наконец ее девственности, но боялась заговорить на эту тему.

Открыв глаза, Эсме увидела, что лорд встал. Не сказав ни единого слова, он вышел из спальни. Эсме не смела пошевелиться. Если она снова ляжет и нырнет под одеяло, то может навлечь на себя его гнев. Ее бедра все еще были широко раздвинуты, а половые органы выставлены напоказ. Эсме надеялась, что лорд скоро вернется.

И действительно, не прошло и несколько минут, как Александр вновь появился в комнате. Переступив порог, он стал зажигать свечи. Когда их пламя осветило спальню, лорд подошел к кровати и опустился на колени между раздвинутыми бедрами Эсме. Девушка задрожала от возбуждения.

Прикоснувшись к ее влажной вульве, он почувствовал исходящее от нее тепло и начал поигрывать с клитором. Эсме закрыла глаза и выгнула спину.

Дрожь возбуждения пробежала по телу Эсме. Она испытывала сладкую муку – наслаждение и одновременно боль. И эти ощущения становились все острее. Эсме чего-то хотелось, но она не сознавала, чего именно. Когда лорд ввел палец в ее лоно, она ощутила некоторое облегчение. И все же она мечтала о большем.

Но тут лорд снова вынул свой палец, и, Эсме, разочарованная открыла глаза. Она хотела запротестовать. Однако слова застыли у нее на устах, когда она увидела в руках лорда еще один кожаный фаллос. По своим размерам он был в два раза больше предыдущего. Вспомнив неприятные ощущения, Эсме поморщилась. Лорд снова начал поигрывать с ее клитором, чтобы она расслабилась, а потом, раздвинув одной рукой ее нижние губы, другой приставил фаллос к входу во влагалище. Но Эсме не хотелось, чтобы лорд вводил этот кожаный предмет в ее лоно. Она мечтала совсем о другом.

Фаллос слегка погрузился в нее, но через несколько мгновений рука лорда застыла. Тело Эсме сопротивлялось.

Александр разочарованно вздохнул. Что с ней происходило? Почему она так напряглась? Он ласкал ее, играл с ее клитором, и она, казалось, возбудилась. Однако фаллос в его руках как будто вызвал у Эсме недовольство.

Александр понял, что ему необходимо довести девушку до такого экстаза, чтобы она позабыла обо всем на свете и уже не могла сопротивляться ему.

О Боже, как она была красива! Настроение Александра сразу же улучшилось, как только он снова взглянул на нее. Нагая Эсме с широко расставленными бедрами выглядела очень соблазнительно. У Александра пересохло во рту от волнения. Его взгляд был прикован к алому цветку, расположенному между ее бедер. Он испытал неудержимое желание поцеловать его, слизать нектар с его сладких лепестков.

Подчиняясь безумному влечению, он подался вперед. Его смущала мысль о том, что на нем маска. Но раз он мог в ней есть, то, наверное, мог и целовать женскую вульву, не снимая ее.

Эсме напряглась, когда лорд Чудовище положил ладони на ее бедра и его лицо стало приближаться к ее промежности. О Боже, неужели он хочет… Эсме задохнулась от изумления, когда губы лорда приникли к самому чувствительному бутону ее плоти. Он целовал, лизал и поигрывал с ним языком. Эсме сначала застыла, чувствуя себя неловко, но потом волна новых острых ощущений накатила на нее, заставив забыть обо всем на свете.

Доводы разума, страх – все исчезло в угаре страсти. Каждое прикосновение его языка и губ как будто приближало ее к какой-то неведомой пропасти, которая притягивала и одновременно пугала ее. А когда язык лорда проник в ее лоно, она погрузилась в полузабытье.

Когда Эсме снова пришла в себя, она ощущала изнеможение и тяжело дышала. Открыв глаза, она увидела, что лорд держит в руках кожаный фаллос. Но теперь у Эсме не было сил к сопротивлению. Она покорно легла на спину, позволив ему ввести фаллос в свое влажное лоно. Эсме почти не испытала неприятных ощущений. Фаллос легко скользнул в ее влагалище.

Александр встал и оправил на себе одежду. Его дыхание было учащенным и прерывистым. Эсме снова села на кровати, видя, что лорд собирается покинуть ее. Мысль о том, что он сейчас уйдет, была почему-то неприятна ей. Но что сказать, чтобы заставить его остаться? Мысли в голове Эсме путались.

Александр тем временем вышел из комнаты и закрыл дверь. Скрежет задвигаемого засова заставил Эсме вздрогнуть. Она тяжело вздохнула. В воздухе стоял запах мускуса. Эсме не сразу поняла, что он исходит от ее выделений. Внезапно она почувствовала холодный озноб, хотя в комнате было жарко.

Спустившись по винтовой лестнице на нижний ярус башни, Александр остановился и прислонился к каменной стене. Его била мелкая дрожь. Ему потребовалось собрать всю свою волю в кулак, чтобы заставить себя покинуть спальню. О, как ему хотелось воплотить свою заветную мечту, овладеть этой красавицей, войти в ее пульсирующее, влажное, горячее лоно! Александр тяжело вздохнул. Внутренний голос подсказывал ему, что он правильно поступил, покинув комнату. Он мог не сдержать своей безумной страсти и изнасиловать Эсме. Но тогда бы у него не оставалось надежды на то, что она влюбится в него. «Помни о наложенном на тебя заклятии», – повторял он про себя. Ему следовало сосредоточиться на осуществлении своих замыслов и на время подавить в себе безумную страсть.

Эсме была юной невинной девушкой. И мысль о том, что он может причинить ей боль, страшила Александра. Он не хотел, чтобы она считала его диким зверем, настоящим монстром, хотя знал, что в округе его называли лордом Чудовищем. Он стремился к тому, чтобы Эсме прониклась к нему нежностью и любовью. И не только потому, что хотел избавиться от заклятия. Александр хотел быть любимым.

Вздохнув, он вышел из башни.

Эсме встала с кровати и стала задувать свечи. Она ощущала кожаный фаллос внутри своего тела. Он возбуждал ее, но не давал разрядки. Этот фаллос был намного больше первого и причинял Эсме легкую боль. Она боялась, что не сумеет уснуть, если не избавится от него.

Эсме было жаль, что лорд покинул ее. Она жаждала его ласк и поцелуев. Может быть, он действовал строго по плану? Может быть, он намеренно мучил ее, подвергал жестокой пытке, доведя до исступления, а потом оставил одну? Неужели он добивался того, чтобы она сошла с ума от неудовлетворенной страсти?

Лорд сказал, что не хочет причинять ей боль. Эсме понимала, что он вел себя странно, не так, как обычно ведут себя мужчины. Из рассказов деревенских женщин Эсме знала, что когда мужчина женился на девственнице, то во время первой брачной ночи, невзирая на размеры своего члена, он вводил его в лоно девушки, лишая ее невинности и причиняя ей боль. Ей казалось, что она могла бы немного потерпеть и даже кровь не испугала бы ее. Но лорд почему-то предпочитал действовать по-своему, осуществляя какой-то ему одному ведомый замысел.

Наконец Эсме загасила свечи. «Может быть, кожаный фаллос прорвал мою девственную плеву? – думала она. – Может быть из моего лона уже идет кровь?» Взяв одну непотушенную свечу, Эсме вернулась к кровати. Сев на ее край, она раздвинула ноги и, вынув фаллос из лона, внимательно осмотрела его. Ей показалось, что на нем были следы крови. Эсме провела рукой по промежности. Да, действительно, ее лоно кровоточило.

Эсме стало грустно при мысли о том, что она лишилась девственности, но при этом не перестала быть девственницей. Ведь она до сих пор так и не испытала близости с мужчиной. Эсме недовольно нахмурилась, печаль сменилась в ее душе разочарованием. Ей хотелось пережить то, что переживали все женщины в первую брачную ночь.

Эсме взглянула на фаллос. Что ей делать с ним? Снова ввести в лоно? Ведь если лорд вернется, то страшно рассердится, узнав, что она опять ослушалась его. И тогда, возможно, он введет в ее лоно фаллос больших размеров. Однако прежде лорд снова поцелует ее вульву и доведет Эсме до экстаза.

Эсме вдруг подумала о том, что совсем не боится лорда Чудовища. Может быть, страх прошел после того, как она убедилась в том, что у него человеческое тело, лишенное уродства? Или после того, как она поняла, что он не желает причинять ей боль? Как бы то ни было, но лорд больше не внушал ей страха. Более того, она скучала по нему, ей хотелось, – чтобы он вернулся в спальню. Эсме жаждала вновь дотронуться до его пениса и ощутить прикосновение его губ и языка к своей вульве.

Ее снова охватил озноб. Соски Эсме пощипывало, тело ломило от неудовлетворенного желания. Задув последнюю свечу, она легла спать.

Утром Мейбл принесла пленнице завтрак. Эсме села за стол, на котором стояли мед, хлеб и сыр. Пока она ела, старая служанка убирала комнату. Мейбл перестелила постель и заменила свечи. Когда Эсме позавтракала, старуха принесла ей горячей воды и вышла из комнаты. Девушка помылась. Ее вульва все еще была воспалена.

Вскоре Мейбл вернулась и причесала Эсме. Потом старуха порылась в сундуке и достала кремовое платье из тонкого шелка. К этому наряду она заставила Эсме надеть украшения – серьги и ожерелье из круглых белых бусин, которые девушка видела впервые в жизни.

– Это жемчуг, – сказала Мейбл. – Его добывают в море. Она помогла Эсме одеться, а затем, отойдя от нее на шаг, окинула девушку оценивающим взглядом.

– Интересно, удастся ли лорду Блэкхерсту осуществить свой замысел? – пробормотала она.

Эсме удивленно посмотрела на нее.

– Какой замысел? – спросила она. Мейбл криво усмехнулась.

– Кроме твоей девственности, ему еще кое-что нужно от тебя, – проворчала старуха и вышла из комнаты.

Эсме проводила служанку изумленным взглядом. Какую же цель преследовал лорд Чудовище, приказав похитить ее?

Эсме еще раз осмотрелась в комнате. Лорд хорошо подготовился к встрече пленницы. Он обставил для нее комнату роскошной мебелью, заказал одежду, кожаные фаллосы. Он ласкал ее и растягивал ее девственную плеву, чтобы не причинит: ей боли при первой близости. Что все это означало? Эсме стала расхаживать по круглой комнате, чувствуя, как ее охватывает беспокойство. Чего он добивался от нее? Она дотронулась до своего красивого кремового платья. Белый цвет… Цвет чистоты и жертвы.

Эсме подошла к окну. Перед ней простирался, мирный пейзаж – живописная долина, расположенная у подножия замка. Любуясь великолепным ландшафтом, Эсме постаралась успокоиться. Вдали на горизонте чернела полоска леса. Рука Эсме упала на грудь, и ее соски сейчас же затвердели. Она поняла, что ее тело стало очень чувствительным и отзывчивым к любому прикосновению. Оно помнило ласки лорда и ждало их.

А что, если лорд склонен к жестокости? Эсме представила себе, что в момент страсти он может задушить ее или свернуть ей шею.

После тренировочного поединка со своими рыцарями Александр остановился у стоявшей у водостока бочки, наполненной дождевой водой. Взяв большой деревянный ковш, он окатил себя с головы до ног. Вода смыла пот и грязь с его обнаженного по пояс тела, но не ослабила напряжение его страсти. Александр постоянно чувствовал тяжесть в паху.

Он скакал верхом до изнеможения и занимался боевым искусством, чтобы забыться. Но ничего не помогало ему. Даже любимая охота. Физическая усталость расслабляла мышцы тела, но не успокаивала боль в яичках.

Травя зайцев и лис вдали от замка, он часто оборачивался и смотрел на ту башню, в которой была заперта его прекрасная пленница. Все мысли Александра были о ней. Он ничего не мог поделать с собой. Александр мечтал только об одном – быстрее вернуться в замок и увидеть Эсме.

С ристалища он прошел в купальню. Намылив тело, он окатил его водой. Насухо вытер и надел чистую одежду. Ощутив утреннюю свежесть, он вышел из купальни и направился в заветную башню.

Глава 5

Сидя за столом, Эсме потягивала вино из кубка. Когда скрипнула дверь, она вздрогнула от неожиданности и пролила рубиновую жидкость на скатерть.

Повернувшись лицом к двери, Эсме замерла. Одетый во все черное, лорд в черной кожаной маске походил на призрак смерти. Эсме медленно встала из-за стола. Ей хотелось убежать из комнаты. Но в замке не было уголка, где она могла бы спрятаться.

Некоторое время он молча смотрел на нее. И Эсме вдруг подумала о том, что на ней надето платье из тончайшего шелка прямо на голое тело, которое просвечивает сквозь ткань. Лорд долго не приходил к ней, и она успела соскучиться по его ласкам, но в то же время она отвыкла от него, и теперь он снова казался ей огромным и страшным. Эсме приняла решение во что бы то ни стало узнать у него, с какой целью он похитил ее из дома.

Александр сделал шаг по направлению к ней.

– Нет! – воскликнула она, и он оцепенел.

В комнате воцарилась такая тишина, что Эсме казалось, что она слышит шум крови в ушах.

– Я хочу знать, зачем вы привезли меня сюда, – наконец произнесла она.

– Мне казалось, что это ясно без объяснений, – хрипловатым голосом сказал Александр. – Я хочу овладеть вами, вонзить свою плоть в ваше лоно.

Эсме представила себе его большой пульсирующий пенис и пришла в возбуждение.

– А что будет потом? – продолжала допытываться она. – Я знаю, что существует еще одна причина, заставившая вас привезти меня в замок.

– Я не могу назвать вам ее.

– Почему?

– Потому что я не должен говорить с вами на эту тему.

– Не должен? Эсме попятилась. Мурашки побежали у нее по спине. Он похитил ее, запер в башне, а теперь не желает сообщить ей, зачем она нужна ему. Все это казалось Эсме подозрительным и вызывало страх.

– Не бойтесь меня, прошу вас, – промолвил Александр. – Я не сделаю вам ничего плохого, клянусь.

Она не могла поверить ему. Александр сделал еще один шаг по направлению к ней.

– Позвольте мне дотронуться до вас, – прошептал он, протягивая руку. – Позвольте мне ласкать и нежить вас так, как я делал это прежде.

Его тихий, смиренный голос тронул ее сердце. Александр все ближе подходил к ней. Эсме хотелось увидеть его лицо, прижаться к его груди. Она жаждала его ласк и прикосновений.

Наконец он вплотную подошел к ней и начал ласкать ее соски сквозь тонкую ткань платья, а затем склонился и припал к одному из них губами. От возбуждения Эсме задрожала. Она выгнула спину, стремясь прижаться к нему. Он застонал и, подняв подол платья, обхватил ее ягодицы своими огромными ладонями. Александр мял их. Чувствуя, как подкашиваются у нее колени, Эсме ощущала, как ей в живот упирается его вздыбленный член. Затем его рука скользнула в ее промежность, и Александр учащенно задышал, почувствовав, как вульва Эсме увлажнена. Она хотела его и была готова соединиться с ним! Но его рассердило, что в ее влагалище не оказалось кожаного фаллоса, который он сам поместил туда.

– Где он? – пробормотал Александр. – Где фаллос, который я ввел в ваше лоно?

Эсме сначала оцепенела от страха и отпрянула от него, а затем снова всем телом прижалась к лорду.

– Я вынула его, – кротко ответила она. – Он мне не нравится. Прошу вас, войдите в меня, я хочу вас! Я готова на все…

– Но я не хочу причинять вам боль.

– Вы не причините мне боли, потому что моя девственная плева уже нарушена. У меня шла кровь из лона, после того как вы ввели в него второй фаллос. Если вы не овладеете мной сейчас, я умру от разочарования.

Лорд застонал.

– Но я не в состоянии нежно обращаться с вами, я не смогу сдержать свой натиск.

– Мне это безразлично! Я хочу вас! Войдите в меня, умоляю!

Эсме изумлялась тому, что говорит, но не могла больше сдерживаться. Ее страсть была столь велика, что она, кажется, могла бы умереть, если бы он отказался удовлетворить ее. Она чувствовала, как набухает кровью и пульсирует ее вульва, как ручейки выделений стекают по внутренней стороне бедер.

Эсме быстро отошла от лорда, сняла через голову платье, легла на кровать и широко раздвинула ноги. Замерев в такой позе, она молча ждала его.

Сняв рубашку, он расстегнул брюки, взял в руку свой вздыбленный член и направился к Эсме. Но она покачала головой.

– Нет, снимите все, – заявила она.

«Даже маску», – хотела добавить Эсме, но не дерзнула. Она не была готова увидеть его обезображенное лицо.

Сев на табурет, Александр снял брюки и сапоги. Когда он разделся и встал перед ней, Эсме посмотрела на его большой великолепный пенис, похожий на блестящее копье в обрамлении тяжелых, наполненных спермой яичек. Эсме хотела, чтобы эта сперма оказалась внутри ее лона. «Если у меня родится ребенок от лорда, будет ли он тоже уродом?» – мелькнуло в голове Эсме. Между тем Александр лег на кровать, и Эсме утратила способность ясно мыслить и закрыла глаза.

Александр взял в руку пенис и приставил его к входу во влагалище Эсме. Она напряженно ждала, когда член начнет входить в нее. Почувствовав его движение, Эсме приподняла бедра, помогая лорду ввести свой огромный пенис в ее тесное лоно. Он погружался все глубже, пока не уперся в естественную преграду. Александр ласкал промежность Эсме, играл с ее клитором, помогая ей расслабиться. Открыв глаза, Эсме взглянула на его член и увидела, что ей предстоит вместить в себя еще добрых три дюйма. Откинувшись снова на подушки, она выгнула спину, стремясь, чтобы ее лоно полностью поглотило его пенис.

Александр крепко стиснул зубы. Для него это соитие было сладкой пыткой. Он ощущал, как его пенис входит в шелковистые, нежные глубины ее тесного девственного лона, и испытывал неземное наслаждение. Однако Эсме все еще была напряжена, и ему предстояло возбудить ее, заставить полностью подчиниться ему, отдаться чувствам.

Лаская Эсме, Александр искал и находил наиболее чувствительные уголки ее тела. Когда он прикасался к ним, Эсме стонала и начинала извиваться. Самой отзывчивой точкой ее был набухший кровью бутон плоти ее вульвы. От малейшего прикосновения к нему дрожь пробегала по телу Эсме.

Доведя Эсме до экстаза, Александр толчком ввел пенис еще глубже в ее лоно. Эсме таяла в его объятиях. Чувствуя, что она расслабилась, Александр начал двигаться. Его мечта сбывалась, он наконец овладел юной красавицей. Ему казалось, что все происходящее – это сон. Охваченная страстью, Эсме стремилась навстречу каждому толчку его пениса. Неужели она действительно хотела его? Жаждала, чтобы лорд овладел ею? Александру все это казалось невероятным.

Достигнув апогея страсти, Александр изверг струю спермы в ее лоно и погрузился в полузабытье. Когда он вновь пришел в себя, ему показалось, что он находится в раю. В его объятиях лежала прекрасная юная женщина. Волна блаженства захлестнула Александра. Он нежно погладил по щеке свою возлюбленную. Она была так прекрасна в этот момент. Ее кожа порозовела, взор заволокла таинственная дымка.

Она смотрела на Александра с непроницаемым выражением лица. О чем она думала в этот момент?

– Я сумел удовлетворить вас? – спросил он. – Или вы ждали…

Эсме не знала, что ей ответить. То, что она пережила, было неописуемо прекрасно. По ее телу разливалась блаженная нега, и ей казалось, что она находится на седьмом небе от счастья. Сначала он довел ее до экстаза, а потом, когда она еще не успела прийти в себя от ошеломляющего оргазма, изверг в нее мощную струю спермы, вновь доставив ей несказанное наслаждение. Эсме не могла и мечтать э том, что он приведет ее в такой восторг. Она была права в своих предположениях: наивысшее удовольствие доставил ей пенис лорда. Теперь Александр стал для нее близким человеком.

Ей было нелегко ответить на его вопрос, потому что она боялась потерять его. Если она даст утвердительный ответ, что сделает лорд? Велит снова отвезти ее в лес, на ту поляну, с которой его рыцарь похитил ее? Или перейдет к осуществлению второй части своего плана? Но Эсме хотелось, чтобы все оставалось по-старому, чтобы в их отношениях ничего не менялось.

Поэтому она промолчала, оставив его вопрос без ответа. Через некоторое время Александр снова заговорил с ней.

– Теперь, когда препятствия к нашей близости устранены, – промолвил он, – я хочу снова насладиться вами.

Дрожь возбуждения пробежала по телу Эсме. Он хотел снова овладеть ею! Ее бедра сами собой раздвинулись. Эсме предвкушала то наслаждение, которое получит сейчас. Ее вульва была мокрой от собственных выделений и спермы лорда. Коснувшись ее промежности, Александр что-то пробормотал и встал с постели.

Она взглянула на его широкоплечую фигуру, узкие бедра и крепкие, упругие ягодицы. Со спины он казался обычным человеком, в котором не было никакого уродства.

Взяв полотенце, Александр вновь подошел к кровати. Теперь, когда он стоял лицом к ней, его черная маска притягивала взгляд Эсме, напоминая об уродстве лорда. Эсме вдруг поняла, что ей хочется, чтобы он снял свою маску. После того как он открыл ей мир страсти, после дерзких восхитительных ласк Эсме было все равно, как он выглядит. Ей казалось, что никакое уродство не оттолкнет ее от него. Она находила его рот и глаза очень привлекательными. Даже если остальная часть его лица была обезображена, Эсме со временем могла привыкнуть к этому.

Нагнувшись, Александр вытер полотенцем ее промежность.

– Снимите маску, – тихо попросила Эсме.

На секунду он оцепенел, и его рука замерла между ее бедер, но затем он как ни в чем не бывало продолжил вытирать ее. Сделав дело, Александр отнес полотенце к умывальнику. Когда он снова подошел к постели, Эсме заметила, что возбуждение покинуло его. Вялый член лорда показался ей не таким большим и великолепным, как в состоянии эрекции. Его поведение изменилось. Лорд был расстроен и чем-то явно обеспокоен.

– Прошу вас, снимите, пожалуйста, маску, – повторила Эсме.

– Нет.

– Но почему?

– Потому что я не хочу разрушать наши отношения, – глухим голосом ответил Александр.

– Нашим отношениям ничто не грозит, – прошептала она. – Ваше тело прекрасно. И для меня не имеет никакого значения, уродливо ли ваше лицо.

Александр тяжело сел на кровать.

– Вы не понимаете, о чем говорите, – мрачно промолвил он. – Мне исполнилось тринадцать лет, когда на меня было наложено заклятие. Увидев мое лицо, отец с криком ужаса выбежал из комнаты. Слуги были перепуганы до полусмерти.

– Расскажите мне об этом заклятии, – попросила Эсме.

– Мой отец изнасиловал мою мать, местную колдунью, жившую в деревне, и она прокляла его, наложив заклятие на сына. Я должен был превратиться в монстра в тот день, когда достигну половой зрелости.

– Как это несправедливо! Почему она наказала вас за грехи вашего отца?

– Не знаю почему. Моя мать умерла при родах, поэтому мне некого расспросить о том, что было много лет назад. В детстве я был обычным мальчиком. Заклятие возымело надо мной власть лишь тогда, когда я начал созревать и у меня стал ломаться голос.

– Это очень жестоко.

Эсме коснулась руки Александра. Ей было искренне жаль его. Она вспоминала себя в тринадцать лет. Это был очень сложный возраст. А Александр вдобавок ко всему вынужден был еще страдать оттого, что неожиданно превратился в монстра.

Но до какой степени было обезображено его лицо? Маска скрывала нос, лоб, подбородок и щеки. Разве могло уродство его лица отразиться на отношении Эсме к Александру?

Эсме вновь окинула взглядом его фигуру. Он был потрясающе красив. Она погладила его по груди, слегка поросшей волосами, а потом поиграла с его соском. Когда он затвердел от ее прикосновений, Александр судорожно вздохнул.

Проведя ладонью по его животу, она наконец дотронулась до поникшего пениса. Ее прикосновения снова вернули его к жизни. Он начал твердеть и набухать. У Александра перехватило дыхание от ласк Эсме. Она взяла в руку его яичко. Оно было твердым и гладким на ощупь. Обхватив пальцами пенис лорда, Эсме встала на колени между его бедер. Ей хотелось целовать и ласкать его так, как это делал он с ней.

– Что вы задумали? – удивленно спросил он.

– Я хочу поцеловать и… пососать вас, – смущенно промолвила она.

Она сначала лизнула головку, а потом взяла ее в рот и стала поигрывать с ней языком и слегка покусывать ее. Александр застонал от наслаждения. Потом она засунула его пенис глубоко в рот – он вошел в нее до половины – и стала сосать его. Александр застонал громче. Эсме поняла, что лорд сейчас находится в ее власти. Его пенис начал расти и затвердевать. Эсме попыталась одновременно поигрывать руками с его яичками, но Александр резко остановил ее.

– Все! Хватит! Прекратите! – воскликнул он.

– Но почему? Разве вам не нравится?

– Я… я не вынесу этой пытки… – тяжело дыша, сказал он.

– Чего же вы хотите? – спросила она, хотя прекрасно знала ответ на этот вопрос. Он хотел снова войти в нее, но Эсме решила на этот раз поторговаться и заставить его снять маску.

– Я хочу овладеть вами, – признался он хрипловатым от едва сдерживаемой страсти голосом. – Я хочу проникнуть в глубину вашего горячего тесного лона.

Эсме охватило неистовое желание, но она сдержалась.

– Хорошо, но сначала вы должны снять маску, – потребовала она.

– Но зачем?

Александр все еще прерывисто, учащенно дышал.

– Я хочу видеть ваше лицо.

– Но я же говорил вам, что…

– Меня не испугает ваше уродство.

В душе Александра боролись противоречивые чувства. Он испытывал отвращение к самому себе и боялся, что Эсме возненавидит его.

– Пожалуйста, выполните мою просьбу, – молила она. – Обещаю, что я не закричу и не убегу из комнаты.

Эсме не верила, что под маской может оказаться нечто столь ужасное, что заставит ее испугаться лорда. Даже если его лицо покажется ей отвратительным, она сумеет справиться с собой и через некоторое время привыкнет к нему.

– Ну хорошо, – наконец сдался он. – Но я покажу вам свое лицо лишь в тот момент, когда войду в вас.

Эсме кивнула. Она знала, что в минуту страсти ей будет легче справиться с чувством страха и отвращения.

Александр поднял ее с кровати и, поставив на ноги, начал мять ее ягодицы. Эсме сразу же ослабела, ее охватило неистовое желание слиться с ним в единое целое, и она прижалась к нему всем телом. Подхватив ее на руки, Александр отнес ее к столу и, смахнув все с него, посадил Эсме на его край. Нежно поцеловав свою возлюбленную, он вдруг повернул ее лицом к столу и пригнул к столешнице. Его рука скользнула сзади в ее промежность. Кровь забурлила в жилах Эсме, и она обхватила столешницу руками, чтобы удержаться на ней. Внезапно Александр оставил ее, и Эсме разочарованно вздохнула. Но вскоре он снова подошел к ней с подушкой в руках. Подложив подушку под низ ее живота, он расположился сзади у ее ягодиц. Эсме раздвинула ноги, чтобы дать ему возможность добраться до ее вульвы. Ее возбуждение нарастало. Но когда Александр ввел в ее лоно свой пенис, она поняла, что он перехитрил ее. Сейчас он, как и обещал, снимет маску, но она не увидит его лица.

Его уловка возмутила Эсме, но у нее не было сил сопротивляться. Его пенис глубоко вошел в нее, заполнил собой все тесное лоно. Чувство острого наслаждения охватило Эсме. Она испугалась, что сейчас потеряет сознание от полноты ощущений. Александр просунул руку в ее промежность и стал играть с ее клитором. Эсме пришла в экстаз, она корчилась и извивалась, издавая громкие стоны и крики. По ее телу пробегала судорога. А потом она погрузилась в полузабытье.

Когда она вновь пришла в себя, то почувствовала, что пенис Александра все еще ритмично двигается в ее вагине.

– Итак, вы вошли в меня, – тяжело дыша, промолвила она. – Tтеперь вы должны снять маску.

– Я уже снял ее.

Она хотела повернуться, но темп его толчков ускорился, и ее снова охватило неистовое возбуждение. Александр раз за разом быстро доводил ее до оргазма. Эсме дрожала и задыхалась, испарина выступила на ее теле.

Когда же сам Александр достиг апогея страсти и, забыв обо всем на свете, сделал последний мощный толчок, чтобы извергнуть сперму в глубину ее лона, Эсме, сделав над собой неимоверное усилие, изловчилась и повернула голову в его сторону.

Александр задыхался, его серые глаза горели огнем исступления. Увидев его лицо без маски, Эсме ахнула от изумления. Александру показалось, что в ее глазах мелькнуло выражение испуга, и он поспешно схватил черную кожаную маску, лежавшую на краю стола, собираясь вновь надеть ее. Однако Эсме остановила его.

– Нет, – решительно сказала она. – Не надевайте ее. Все равно я уже увидела ваше лицо.

Александр вздохнул с обреченным видом, вспомнив странное выражение лица Эсме, с которым она посмотрела на нею, впервые увидев его без маски. Она тронула его за руку.

– Почему вы так тяжело вздыхаете? С вами все в порядке. У вас нет никаких физических недостатков.

«О Боже, какой она ангел! – растроганно подумал Александр. – Она пожалела меня». Только такое невинное доброе существо, как Эсме, могло, щадя его чувства, заявить, что у него нет физических недостатков. Но Александр не верил ей. Проклятие все еще тяготело над ним, потому что Эсме не успела его полюбить за столь короткий срок. И теперь уже не полюбит никогда, потому что видела его лицо. Александру хотелось разрыдаться.

– Поверьте мне, те люди, которые утверждают, что вы урод, лгут. Прикажите принести зеркало, и вы сами убедитесь в этом.

– Зеркало?! – в ужасе воскликнул Александр.

Александр не забыл как однажды взглянул на себя в зеркало и пришел в неописуемый ужас. Нет, Александр не желал смотреть на себя. Он знал, что у него отвратительное, уродливое лицо и что в округе его называют лордом Чудовищем. И таким он останется до конца своих дней. Если такая добрая душа, как Эсме, не смогла полюбить его, значит, его никто никогда не полюбит.

– Да, нам необходимо зеркало, – настаивала Эсме.

– В Блэкхерсте нет зеркал, – заявил лорд. – Я велел уничтожить их.

– Прикажите Мейбл попросить зеркальце у женщин, которые прислуживают в замке. Я уверена, что они втайне от вас пользуются зеркалами.

– Нет. Я не вынесу вида собственного уродства.

– О Боже, какой вы глупый! Я сейчас позвоню в колокольчик и позову Мейбл! – И, подойдя к шнуру, она дернула за него. – Мы попросим ее достать нам зеркало. Или вы сможете показать ей свое лицо и спросить, есть ли у вас физические недостатки.

– Нет! – Александр поспешно взял маску и стал надевать ее. – Я не позволю никому, кроме вас, видеть мое лицо.

Эсме засмеялась, качая головой. Вскоре появилась Мейбл, и Эсме попросила ее принести зеркало. Старуха бросила изумленный взгляд на Александра, но он промолчал.

Пока Мейбл ходила за зеркалом, в комнате стояла гробовая тишина. Александр не сомневался, что, взглянув на себя, увидит изуродованное лицо. Но если оно не пугает Эсме, то его дела обстоят не так уж плохо. Значит, они смогут жить вместе и девушка не будет испытывать к нему отвращение. Жаль, конечно, что она так и не полюбила его, но, кто знает, может быть, со временем к ней придет глубокое чувство.

Он подошел к Эсме, которая перед приходом служанки надела платье, и ласково тронул ее грудь.

– Вы ненасытны, милорд, – шутливо заметила она. Александр видел, что ей приятны его прикосновения. Неужели ей было безразлично, как он выглядит?

Скрипнула дверь, и в комнату вошла Мейбл, держа в руках зеркало в деревянной оправе.

Александр подавил в себе гнев. Значит, в замке кто-то все же ослушался его приказа разбить все зеркала!

– Дай мне зеркало и оставь нас, – велел он служанке. Ухмыльнувшись, Мейбл подчинилась его распоряжению.

– Я буду держать зеркало, а вы снимите маску и взгляните на себя, – сказала Эсме.

Александр кивнул. Глубоко вздохнув и собравшись с мужеством, он расстегнул маску. Когда он снял ее, Эсме поднесла зеркало к его лицу. Однако Александр смотрел не на свое отражение, а на девушку, любуясь ее красотой. Разве может такое очаровательное создание жить вместе с ним, омерзительным уродом? Чувствуя непреодолимое отвращение к себе, он взглянул на свое отражение и окаменел. Нет, этого не может быть! Это какой-то ловкий трюк, обман зрения! Он дотронулся до своего лица. У него была гладкая кожа, орлиный нос, мужественный подбородок, высокие скулы. Он выглядел как нормальный человек. Александр засмеялся и взглянул на Эсме. Она с восхищением и любовью смотрела на него.

– Заклятие утратило свою власть надо мной, – промолвил он.

Бурная радость охватила его. Ему хотелось танцевать, бегать вприпрыжку, как маленькому ребенку, кричать во все горло. Расцеловав Эсме, он выбежал из комнаты. Александр должен был сообщить новость своим рыцарям и слугам. На крутой винтовой лестнице он чуть не упал и засмеялся, подумав о том, что мог бы сейчас, пожалуй, разбить свое красивое лицо.

Выбежав из башни, он направился в большой зал замка.

– Посмотрите на меня! – воскликнул лорд Блэкхерст, переступив порог зала. – Заклятие снято! Я снова стал самим собой.

Слуги и рыцари его свиты, занимавшиеся своими делами, обернулись на его голос и застыли на месте. Рыцари перестали есть, жена Драгора, сидевшая у окна за рукоделием, оцепенела с иголкой в руках. Александр тоже застыл на месте. Неужели он ошибся и проклятие все еще тяготело над ним? Может быть, то, что он увидел в зеркале, было всего лишь наваждением, а на самом деле он остался уродом? Он дотронулся до своего лица, чувствуя отчаяние. Но тут слуги и рыцари наконец вышли из оцепенения и заговорили в один голос. Драгор, сияя от радости, бросился к Александру.

– Это просто чудо, милорд! – воскликнул он. – Вы, оказывается, писаный красавец!

– Да, милорд, вы очень красивы, – подтвердила Элен, жена Драгора.

Александр засмеялся.

– Я хочу, чтобы меня все видели! Где Мейбл? Она говорила, что я никогда не избавлюсь от уродства. Но она ошибалась. Как мне приятно видеть улыбки, а не ужас на ваших лицах!

– Я видел, как Мейбл выходила из замка, – сказал Драгор. – Вероятно, старуха отправилась в огород, где она выращивает целебные травы.

Александр кивнул и отправился на поиски старой служанки. Он не знал, почему ему так хотелось сообщить именно ей о том, что ему удалось избавиться от заклятия. Мейбл не менялась на протяжении десятилетий. Сколько помнил ее Александр, она всегда была старой и сгорбленной. Только она и верный Драгор, который брил своего господина, видели его без маски. И хотя старуха постоянно раздражала Александра, выводила его из себя, он хотел, чтобы она знала о том, что с ним теперь все в порядке.

Эсме встала с постели и заходила по комнате, не находя себе места. Прошло уже довольно много времени с тех пор, как ее возлюбленный покинул спальню. Вернется ли он к ней?

Внезапно она остановилась, пораженная пришедшей ей в голову мыслью. Теперь, когда лорд перестал быть чудовищем, он может заполучить любую женщину, какую ему будет угодно. Ему больше не понадобится похищать их и держать в своем замке в качестве пленниц. Они сами будут кидаться на шею такому красавцу. Зачем теперь она, деревенская девушка, лорду? Ведь ему необходим наследник, и он может выбрать себе жену знатную, богатую, красивую.

Сердце Эсме пронзила острая боль. Услышав скрип отворяемой двери, она вздрогнула. Неужели это лорд? Может быть, она не безразлична ему? Но вспыхнувшая в ее душе надежда тут же погасла, когда Эсме увидела входящую в комнату Мейбл. Старуха улыбалась ей, но эта улыбка скорее походила на ужасную гримасу.

– Говорят, что тебе удалось снять заклятие с лорда Блэкхерста, – промолвила она. – Лицо милорда утратило следы уродства.

– Заклятие? – с недоумением переспросила Эсме. – Но при чем здесь я?

– Разве ты не слышала о том, как можно снять с лорда наложенное на него много лет назад заклятие? Для этого нужно, чтобы в него влюбилась женщина. Если это произойдет, заклятие утратит свою власть над лордом. Разве ты не догадывалась, зачем тебя привезли сюда?

У Эсме перехватило дыхание. Так вот почему лорд был так осторожен и нежен с ней и старался не причинить ей боли! Ему нужна была не ее девственность, а ее сердце.

Слезы набежали на глаза Эсме. Она думала, что лорд испытывал к ней какие-то чувства, но, оказывается, он выбрал ее только из-за ее молодости и неопытности. Такую наивную девушку, как она, было легко совратить.

И Эсме действительно вела себя так, как и рассчитывал лорд. Сначала ей стало жаль лорда, который был обречен на страдания до конца своей жизни, а потом жалость превратилась в любовь. Ее ввела в заблуждение его нежность. Он обращался с ней так, словно она была самая прекрасная женщина на свете. А потом он открыл ей мир чувственной любви и этим окончательно покорил Эсме.

Это был хорошо продуманный план, который лорд мастерски воплотил в жизнь. Но, даже понимая, какие цели он преследовал, Эсме не переставала любить его. Ничто не могло поколебать ее глубокое чувство.

– И что теперь будет со мной? – вздохнув, спросила она.

– Что ты имеешь в виду?

– Я больше не нужна ему. Теперь он может выбрать себе любую женщину.

– Этот вопрос ты должна задать ему самому. Сейчас он занят. Он бегает по всему замку и показывает людям свое красивое лицо. Лорд похож на ребенка, который носится со своей новой игрушкой. – Мейбл фыркнула. – Меня беспокоит такой поворот событий. К чему все это приведет? Боюсь, что он в конце концов превратится в подобие своего отца.

Слова Мейбл озадачили Эсме. Но, охваченная своими сомнениями, она не стала долго размышлять. Эсме решила, что ей нужно покинуть замок, и подошла к сундуку, в котором хранилась одежда.

– Есть здесь какое-нибудь прочное, практичное платье, которое я могла бы надеть, выходя на улицу? – спросила девушка. – И еще мне нужна прочная обувь.

Мейбл удивленно приподняла бровь.

– Ты уходишь из замка?

Эсме кивнула, чувствуя, как у нее ноет сердце.

Глава 6

– Так вот ты где! – воскликнул Александр, ворвавшись в комнату, расположенную на верхнем ярусе башни. – Я тебя повсюду ищу, Мейбл.

Однако старая служанка даже не взглянула на него, продолжая рыться в сундуке с одеждой.

– Посмотри на меня, – нетерпеливо сказал Александр. – Ты единственный человек в замке, который еще не видел мое лицо. Заклятие снято. Это невероятно, правда?

Мейбл медленно повернулась и пристально посмотрела на него. Ее лицо оставалось непроницаемым.

– Да, заклятие снято, – бесцветным голосом сказала она.

– Ты рада за меня? Мейбл пожала плечами.

– Посмотрим, принесет ли вам пользу красота, – проворчала она.

Александр бросил на нее удивленный взгляд, а потом осмотрелся вокруг.

– А где Эсме? – спросил он.

– Ушла.

– Ушла? Куда?

Радостная улыбка исчезла с лица Александра. Он почувствовал себя виноватым перед Эсме, о которой забыл на время.

– Наверное, домой.

– Но почему она покинула меня?

– Она решила, что больше не нужна вам. Ведь вы с ее помощью добились того, чего хотели.

Александр приблизился к Мейбл.

– Что ты наговорила ей? – с угрозой в голосе спросил он.

– Я рассказала ей о заклятии и том способе, с помощью которого его можно было снять.

– Но дело не только в заклятии! – воскликнул Александр. – Я люблю ее. И она любит меня. Иначе заклятие не было бы снято!

Мейбл как-то странно посмотрела на него.

– Вы уверены в том, что говорите?

– Конечно! Ведь заклятие могло утратить власть надо мной только в одном случае: если бы меня полюбила женщина.

– Гм, – пробормотала Мейбл. – Дело в том, что это я придумала эту легенду и пустила слух о ней. На самом же деле заклятие может снять только наложившая его колдунья.

Александр был озадачен ее словами. Он не понимал, почему Мейбл заговорила на эту тему. Ведь главное, что заклятие было снято.

– Колдунья, которая наложила на меня заклятие, была моей матерью, – холодно сказал он. – Она давно умерла.

– А вы уверены, что это действительно так?

– Конечно. Она умерла при родах. Все это знают.

– И кто же вырастил вас? Кто кормил вас и заботился о вас в детстве?

– Ты. Но к чему эти странные вопросы?

– А вам не приходила в голову мысль о том, что я, возможно, и есть ваша мать?

Глаза Александра стали круглыми от изумления. Старая карга, наверное, совсем выжила из ума.

– Ты не можешь быть моей матерью. Все знают, что моя мать была красавицей.

– А я уродка?

Александр не понимал, куда она клонит.

– Я этого не говорил, – возразил он. – Я никогда не называл тебя уродкой.

– Но ты так думал, несмотря на то что сам был безобразен. – Мейбл тяжело вздохнула. – Неужели ты так ничему и не научился за эти годы? Неужели ты так и остался эгоистичным, высокомерным мальчишкой, похожим на своего отца?

– Нет, я не похож на него!

– Это я наложила на тебя заклятие, – продолжала Мейбл. – И сняла его, когда убедилась в том, что ты полюбил другого человека и стал с нежностью и осторожностью обходиться с ним.

– Ты моя мать?! Но это невозможно!

– Ты хочешь, чтобы я это доказала? Ну что ж, смотри!

Мейбл на секунду прикрыла лицо ладонями, а когда убрала их, Александр увидел, как преобразился ее облик. Она стала высокой и стройной пожилой женщиной с царственной осанкой. Ее лицо изменилось. И хотя волосы оставались все такими же седыми, черты лица стали тонкими и изящными. Теперь на Александра смотрели два ярко-зеленых выразительных глаза.

– Этого… этого не может быть… – пробормотал он.

– Все в округе знали, что я колдунья. Твой отец хотел доказать всем, что не боится моих чар. Он изнасиловал меня, но я прокляла его, превратив его жизнь в настоящую муку.

– Но проклятие тяготело надо мной, – сердито сказал Александр. – Ты заставила страдать меня, а не его!

– Ты ошибаешься, твой отец тоже страдал. И он сильно изменился. После того как я прокляла его, он перестал быть безжалостным и жестоким по отношению к людям. Он прекратил насиловать беспомощных женщин и измываться над слугами и сельскими жителями. В душе он оставался эгоистичным и злым человеком, но внешне стал другим.

– Но как ты могла так жестоко поступить со мной? – с горечью спросил Александр. – Все эти годы я ужасно страдал!

Ему хотелось задушить эту женщину, обрекшую его на муки.

– Разве ты не понял, что я обрекла себя на те же страдания? Сразу после твоего рождения я приняла облик уродливой старой карги. Все испытывали отвращение ко мне. Но в отличие от тебя я не прятала под маской свое омерзительное лицо. Я вела жизнь не только изгоя, но и прислуги. В отличие от тебя, владельца замка. Я пошла на это для того, чтобы всегда быть рядом со своим сыном, чтобы помогать ему и направлять его по правильному пути. Я хотела, чтобы ты вырос скромным, мягким и сострадательным человеком. Мне казалось, что все средства хороши для того, чтобы достичь этой цели. Но теперь, видя твою ненависть и ярость, я думаю о том, что, быть может, зря пожертвовала своей красотой и страдала все эти годы. Неужели ты столь же зол и безжалостен, как твой отец?

Когда смысл ее слов дошел до сознания Александра, ему стало стыдно. Мейбл страдала не меньше, чем он. Она пожертвовала своей красотой и юностью для того, чтобы помочь ему.

– Прости, – сказал он. – Я обвинил тебя, не подумав. Но поверь мне, я вовсе не похож на своего отца. Я способен к любви и состраданию.

– Я рада этому, – сказала Мейбл, и на ее красивом лице заиграла улыбка.

Александр проникся к ней сыновними чувствами и крепко обнял свою мать. Она любила его и старалась направить его на путь истинный.

– Но как же Эсме? – спросил Александр, выпуская мать из объятий. – Выходит, что она не любит меня?

– Кто знает? Мне кажется, что ты сам должен спросить ее об этом.

– Но она ушла из замка.

Мейбл бросила на него насмешливый взгляд.

– Но ведь ты здоровый мужчина и можешь найти ее. Или тебе мешает гордость броситься на ее поиски?

Мейбл осталась язвительной и колючей, несмотря на то что ее внешний облик изменился. Александр рассмеялся. Он не желал походить на своего высокомерного, эгоистичного отца. Мать воспитала его совсем другим человеком.

Эсме сидела на своей любимой лесной поляне. Большинство цветов увяло, трава пожелтела. Ранняя осень окрасила деревья в багрянец и золото. В лесу было много спелых ягод. Приближались холода. Но не это было причиной подавленного настроения Эсме. Ей не давали покоя воспоминания. Стоило ей закрыть глаза, как перед ее мысленным взором сразу же возникал Александр и она как будто ощущала его ласковые прикосновения.

То, что с ней произошло в замке, было похоже на прекрасный сон. Роскошная мебель и одежда, искусный, нежный любовник, острота чувств, экстаз и наслаждение, слитое со сладкой болью. Эсме сама себе казалась героиней волшебной сказки или песни трубадура.

Но у ее сказки, к сожалению, не было счастливого конца. Ее сердце было разбито. Она принесла себя в жертву лорду Чудовищу, который вновь смог обрести человеческий облик и вернуться к нормальной жизни. Она спасла его ценой собственного счастья. Теперь лорд сможет жениться на прекрасной знатной женщине, которая родит ему наследника.

Эта мысль причиняла Эсме нестерпимую боль. Ей было неприятно думать о том, что лорд будет ласкать и приводить в экстаз другую женщину. Но она не желала ему несчастья. Хотя, с другой стороны, она понимала, что, если бы лорд не изменил свой облик, у нее был бы шанс остаться с ним. Эсме не придавала никакого значения красоте его лица. Главным для нее было его тело, доставлявшее ей столько удовольствия. И его серые глаза, в которых светились страсть и желание.

Эсме хотелось плакать. Но тут вдруг сзади раздался какой-то шорох, и она оцепенела. Она чувствовала на себе чей-то взгляд. Поняв, что за ней наблюдают, Эсме ощутила, как по ее спине бегут мурашки. И вот наконец из кустов вышел рыцарь. Это был тот же человек, который уже однажды похищал ее. Она узнала его по шлему и гербу. Эсме встревожилась. Что ему было надо от нее? Может быть, он принес ей какое-то известие из замка? Или он задумал что-то недоброе?

Эсме испугалась. А что, если теперь, когда заклятие с владельца замка снято, он приказал своему рыцарю избавиться от нее? Возможно, лорд не хочет, чтобы она рассказала своим односельчанам о том, что с ней произошло в замке. Он добился своего, и теперь Эсме была ему не нужна.

Эсме медленно встала, готовая сорваться с места и убежать. Рыцарь направился к ней. Перепугавшись, Эсме бросилась в заросли кустарника. Она слышала, что он преследует ее. Рыцарь бежал удивительно быстро, несмотря на свои тяжелые доспехи. Но она знала лес намного лучше, чем он. Однако внезапно путь Эсме преградило поваленное дерево. Она стала перелезать через него, зацепилась за ветку и упала. Эсме готова была заплакать от отчаяния, понимая, что пропала. Рыцарь был уже рядом с ней.

– Эсме, – раздался знакомый голос, и у нее сжалось сердце. Она взглянула на рыцаря, присевшего рядом с ней на корточки. Сквозь прорезь в шлеме на нее смотрели серые глаза. Эсме ахнула от изумления. Неужели лорд явился, чтобы убить ее? Неужели у него поднимется рука?

– Эсме, – снова произнес он.

У нее перехватило дыхание. Ей захотелось в последний раз перед смертью испытать восторг страсти. А что, если она сейчас попросит его заняться с ней любовью, прежде чем он сделает то, зачем явился сюда?

Александр протянул руку и помог ей встать.

– Я хочу тебя, – прошептала она. – Возьми меня прямо сейчас. Александр хотел снять шлем, но Эсме остановила его.

– Нет, пусть он останется, – сказала она. – Он напоминает мне твою маску.

Александр снял доспехи и обнажил свой торс. Когда он расстегнул брюки, Эсме взяла в руки его большой гладкий член. Лорд пожирал ее жадным взором, полным тоски и страсти.

– У нас нет одеяла, – сказал Александр.

– Оно нам не нужно, – прошептала Эсме. Его пенис пульсировал у нее в руках, наливаясь силой. – Мы можем лечь в густую мягкую траву.

Александр глубоко вздохнул, стараясь сохранить контроль над своими эмоциями.

– Нет, – промолвил он, – у меня другая идея.

Взяв Эсме за руку, он подвел ее к стволу березы, задрал ее юбки и начал ласкать ее вульву. Вскоре промежность Эсме увлажнилась, и Александр, приподняв девушку и прислонив ее спиной к стволу, посадил ее на свой вставший член. Он держал ее за ягодицы, а ноги Эсме обвились вокруг его бедер.

Эсме ахнула. Пенис Александра глубоко вошел в нее. Когда Александр начал двигаться, Эсме закричала от страсти и вскоре пришла в экстаз. Они одновременно достигли оргазма, и Эсме крепко обняла его, переводя дыхание.

Покой и блаженство разлились по ее телу. Эсме согласилась бы застыть навечно в объятиях возлюбленного, наслаждаясь его близостью и исходившим от него ароматом мужского тела. Но тут она вспомнила, что последний раз в жизни испытала наслаждение. Александр явился, чтобы избавиться от нее. Теперь, когда заклятие было снято, перед ним открывалось множество возможностей. Эсме осторожно высвободилась из его объятий.

Отчаяние охватило Александра. Эсме хотела покинуть его! Даже после того как они пережили минуты близости, подари в друг другу блаженство! Он огляделся вокруг. Может быть, это красота леса так сильно очаровала Эсме, что она не желала покидать его ради возлюбленного?

Эсме оправила платье. У нее было грустное выражение лица. «Все же ей немного жаль расставаться со мной», – подумал Александр. У него сжалось сердце. Нет, он не мог позволить ей уйти. Александр схватил ее за руку.

– Нет! Я не позволю тебе покинуть меня! – воскликнул он. – Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Эсме бросила на него изумленный взгляд.

– Неужели ты не понимаешь, что я чувствую сейчас? – с отчаянием прошептал он. – Я хочу, чтобы ты была всегда рядом со мной. Я люблю тебя. Ты нужна мне как воздух. Я твой господин. И хотя я знаю, что поступаю неправильно, я приказываю тебе вернуться в замок!

Ее золотисто-зеленые, цвета осенней листвы глаза стали круглыми от изумления. Но потом до ее сознания дошел смысл его слов, и она звонко рассмеялась.

– Да, конечно, я вернусь в замок! – воскликнула она. – Я пойду с тобой хоть на край света, мой милый лорд Чудовище!

Он крепко обнял ее и, сняв шлем, припал к ее губам. Впервые их поцелую ничто не мешало, и он был сладким и упоительным, как мед.


home | my bookshelf | | Очарованный |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 1
Средний рейтинг 2.0 из 5



Оцените эту книгу