Book: Переплетение судеб



Переплетение судеб

Ванесса Уайт

Переплетение судеб

1

В Денвере, что у подножия Передового хребта Скалистых гор, было около двух часов пополудни. Не зная, чем себя занять до деловой встречи, Джек решил скоротать время прогулкой, а заодно купить сувенир Коре. Минут десять он бродил по переулкам, пока не вышел на узкую улочку, по обе стороны которой выстроились в ряд лавки местных торговцев, и зашел в первый же сувенирный магазинчик.

Внутри никого не было. Джек обвел взглядом заставленные товаром прилавки, рассматривая деревянные фигурки, шкатулки с перламутровой инкрустацией, небольшие вытканные кустарным способом коврики и множество других привлекательных для туристов вещей. Наконец его внимание привлекла картина небольших размеров с изображением заснеженных гор. Она висела под самым потолком, и ему пришлось задрать голову, чтобы разглядеть пейзаж получше.

Это именно то, что нужно, решил Джек. Уверен, Кора обрадуется такому подарку.

Он немного подождал продавца, но никто не появлялся.

– Здесь есть кто-нибудь?!

В следующий момент из-за приоткрытой двери, находившейся в глубине помещения, раздался женский голос:

– Минутку, я уже иду!

Голос был низкий, бархатный, он будил воображение и вызывал желание увидеть его обладательницу.

Секундой позже в дверном проеме появилась она сама: девушка в розовой блузке и облегающей юбке цвета спелой вишни. Следом за ней из подсобного помещения вышел парень лет двадцати трех.

– Ник, – обратилась она к нему, – сегодня твоя помощь мне больше не потребуется, устрой выходной себе и Лоре.

– Спасибо! Вот она обрадуется…

Тот, кого звали Ником, вышел из магазина, и девушка тут же переключила внимание на посетителя.

– Простите за задержку, – приветливо улыбнулась она. – Вы уже выбрали что-нибудь?

Джек невольно залюбовался незнакомкой. Солнечные нити, пробиваясь сквозь толщу стекла, ласково касались ее огненно-рыжих волос, которые каскадом струились по плечам. Тонкий прямой нос, чувственные губы… Джек встречал немало красивых женщин, и может быть, это лицо в веснушках осталось бы незамеченным для него в людской толпе, если бы не глаза – большие, зелено-золотистые, с длинными ресницами… Они произвели на него неизгладимое впечатление. Он буквально замер от неожиданности. Внутри у него все сжалось… Потрясающие глаза! Глаза молодой кошки!

Девушка не могла не заметить, что покупатель беззастенчиво рассматривает ее. А он хорош, отметила она про себя. Загорелый, подтянутый… В глубоко посаженных карих глазах под широкими дугами бровей светился бесовской огонек. На вид ему лет тридцать пять или чуть больше, определила она. Его крупный нос хорошо сочетался с высокими скулами и жесткой линией губ. Глубокие складки на лбу и по бокам рта свидетельствовали о большом жизненном опыте.

В нем чувствовались мужская сила и твердость характера. Из расстегнутого ворота рубашки выглядывали кудрявые темные завитки, покрывавшие мощную грудь. Она смутилась и поспешила прервать затянувшееся молчание:

– Так вы хотели что-нибудь купить?

Джеку потребовалось сделать над собой усилие, чтобы справиться с эмоциями и взять чувства под контроль. Постепенно стеснение в груди прошло, и он задышал свободнее.

Его обветренные губы смягчились в улыбке.

– Простите, задумался. Я хотел бы поближе взглянуть вон на ту картину.

– Она вам понравилась? – оживилась девушка.

– Понравилась. Интересно, кто художник?

Рыжеволосая продавщица зарделась, смущенно опустив пушистые ресницы:

– Вообще-то эту картину написала я. Обычно свои работы я не продаю, но обстоятельства вынудили… Вы покупаете ее для себя?

– Нет, в подарок. Но думаю, что новому хозяину она придется по душе, – окончательно придя в себя, твердым голосом произнес Джек. – Сколько вы за нее хотите?

Девушка назвала цену, превышавшую сумму, на которую Джек рассчитывал. Он поднял глаза, чтобы еще раз рассмотреть картину и убедиться, что она стоит этих денег. Пейзаж был действительно запоминающимся и мастерски исполненным.

– Я покупаю ее.

– Минутку… – Девушка скрылась за дверью, но вскоре возвратилась с переносной лестницей.

Она прислонила стремянку к стене и поднялась на верхнюю площадку. Ее юбка длиной чуть выше коленей позволила Джеку любоваться стройными ногами, покрытыми ровным загаром бронзового оттенка. Девушка ощущала себя под его откровенным взглядом словно обнаженной. Если бы она была чуть более уверена в своем художественном таланте и в том, что его так быстро оценят, то обязательно надела бы джинсы. Но она полагала, что картина так и провисит под потолком, и эта стремянка не понадобится ей еще долго.

– Вас еще что-то заинтересовало? – Она надеялась, что ее вопрос заставит покупателя отвести взгляд. Но не тут-то было.

– Меня? Ваши ноги, – честно сознался Джек. – Они достойны того, чтобы на них обращали внимание.

– Вы откровенны до неприличия. Тем не менее, спасибо за комплимент. Я вижу, вы большой ценитель не только произведений искусства… – строго произнесла она. – Так вы точно покупаете эту картину?

– Я не меняю своих решений так быстро.

– Отлично, – она сняла картину с крючка. – Тогда помогите мне. Подержите ее.

Его рука коснулась ее пальцев, и Джек ощутил электрический щелчок. Картина чуть не выпала из его рук.

– Ого! Она тяжелее, чем я думал!

– А чего вы хотите? Это же горы, – усмехнулась девушка и спустилась с лестницы. – Горы не могут быть легкими. Надеюсь, вес картины вас не останавливает?

Он тщательно изучил обе стороны полотна и с серьезным видом произнес:

– У картины есть один недостаток, но очень существенный.

– Что-то не в порядке? – встревожилась девушка.

– Картина безымянная, на ней нет подписи ее творца.

– Ах, вот что, – с облегчением выдохнула она. – Это поправимо. Один момент! – Девушка спустилась со стремянки, нашла под прилавком изящную перьевую ручку и оставила на обороте картины размашистый вензель, подув на него, чтобы не размазались свежие чернила. – Все готово. Я заверну ее в бумагу.

– Что ж, отлично.

Из-за отсутствия кондиционера в помещении было слишком душно. Джек достал платок и вытер пот со лба и шеи.

– Сегодня особенно жарко. В отличие от снега на картине, я могу растаять. У вас не найдется стакана холодной воды?

– К сожалению, вчера сломался кондиционер. – Она упаковала покупку и прислонила ее к стойке. – В холодильнике есть пиво. Хотите?

– С удовольствием!

– Купив дорогую картину, вы в некотором роде поправили мое материальное положение, поэтому я вас угощаю.

Она достала из стеклянного шкафа две запотевшие жестяные банки и одну протянула ему.

– Может, оно не слишком холодное, я только полчаса назад положила его в холодильник?

Джек сделал несколько глотков.

– Оно отличное. Вы спасли меня от жажды.

Он вновь залюбовался ее удивительно красивыми, необыкновенными глазами.

Его откровенный взгляд по-прежнему заставлял ее чувствовать себя неуютно, и все же ей не хотелось, чтобы новый обладатель ее снежного пейзажа уходил. В воздухе повисла тишина, и первым ее нарушил Джек:

– Долго вы писали эту картину?

– Когда посещало вдохновение и позволяло время. Для меня это хобби. Раньше, если получалось хорошо, я дарила полотна своим друзьям, а вот теперь приходится продавать. Недавно умер мой дедушка и завещал мне этот магазин. Но от него одни убытки, – грустно ответила она.

– Что, так плохо идут дела?

– Чувствую, что это не мое. У меня еще есть несколько акварелей с видом на озеро, но их продавать я не буду, они уже упакованы. Через две недели я уезжаю в Лос-Анджелес.

– Вот так совпадение! Я как раз там живу. И уже завтра вечером буду дома.

– И чем вы там занимаетесь?

Джек извлек из кармана рубашки визитницу и протянул девушке карточку. Она пробежала глазами короткий текст:

Джек Н. Диксон

«Диксон электроникс»

генеральный директор

– Мне эта компания тоже досталась в наследство, – сообщил Джек Н. Диксон. – Когда отец погиб в авиакатастрофе, пришлось все взять на себя.

Брови девушки удивленно взметнулись вверх. «Диксон электроникс»… Довольно крупная компания. Вот почему ее случайный визитер, не задумываясь, отсчитал запрошенную ею сумму, чтобы сделать подарок неведомому ей человеку… Интересно, что заставило калифорнийского бизнесмена отправиться в Колорадо?

– Вы здесь по делам или отдыхаете, мистер Диксон? – решилась она на еще один вопрос.

– Джек, просто Джек. А вы…

– Дайана.

– Интересное совпадение. Где-то я читал, что если имена начинаются на одну и ту же букву, то люди лучше понимают друг друга.

– Возможно. Так что привело вас сюда, Джек?

– Любопытство, – улыбнулся он. – Взгляните, какое разнообразие оно вносит в нашу жизнь… Вообще-то я здесь по долгу службы. Прилетел на несколько дней на деловые переговоры, завтра уже уезжаю, вот и решил напоследок побродить по городу. Судьба привела меня в ваш магазин. Здесь я купил замечательный подарок другу и познакомился с необычайно красивой девушкой – с вами.

Их взгляды встретились.

– Спасибо за комплимент. В Денвере много красивых женщин, и лица некоторых из них украшают обложки модных журналов. Еще пива?

– Нет. Я утолил жажду. Спасибо.

Джек допил пиво и бросил банку в мусорное ведро. Он понимал, что настало время сказать девушке «до свидания», но ноги, как назло, отказывались идти. Ему хотелось продолжить с ней общение, и он лихорадочно соображал, как это сделать.

– Я хотел сегодня отпраздновать удачную сделку. Но мой партнер очень спешит и улетит сразу после нее, – начал Джек и предложил: – Дайана, может, вы согласитесь составить мне компанию вечером? Я приглашаю вас в ресторан.

– Меня?

– А почему бы и нет?

– Просто несколько минут болтовни с вами не дают мне право соглашаться на подобное предложение. Мы с вами едва знакомы.

– Вот и будет возможность узнать друг друга получше. Пожалуйста, соглашайтесь, – умоляюще попросил он, с обезоруживающей улыбкой заглядывая ей в глаза.

От этого проникновенного взгляда ее решимости несколько поубавилось.

– Не бойтесь, я безобидное существо.

Она хмыкнула.

Дайана мысленно перебрала причины, по которым ей следовало бы отказаться, но серьезных среди них не оказалось. Так почему не согласиться? Планов на вечер у нее не было, а перспектива коротать время одной ее не прельщала.

– Так вы принимаете мое предложение? Ужин в ресторане ни к чему не обязывает ни вас, ни меня. Соглашайтесь. Вы вегетарианка или предпочитаете мясо?

– Мне нравится рыба и морепродукты.

– В отеле мне порекомендовали ресторан, где форель готовят – пальчики оближешь. Как вам такая идея?

После короткого размышления Дайана кивнула:

– Что ж, меня не каждый день приглашают в ресторан. Вы внушаете мне доверие, и я, пожалуй, соглашусь.

– Во сколько вы заканчиваете работу?

– В шесть.

Он бросил взгляд на часы.

– Сейчас три часа дня. В четыре у меня заключительная встреча, а потом я свободен. Зайду за вами в начале седьмого. Не забудьте. Я не прощаюсь.

Он взял картину и направился к выходу.


Когда до назначенной встречи осталось полтора часа, Дайана заперла дверь магазина и повесила табличку «Закрыто». Поднялась на второй этаж и заполнила ванну горячей водой, затем погрузилась в нее. Свои шикарные огненно-рыжие волосы она собрала в высокий пучок, чтобы не намочить.

Дайана откинула голову на гладкую поверхность ванны. Закрыв глаза, она наслаждалась полной тишиной и покоем. Ей необходимо было расслабиться, чтобы вечером выглядеть отдохнувшей. Горячая пенная вода всегда оказывала на нее положительное воздействие.

Водная процедура длилась не более десяти минут, но этого Дайане было вполне достаточно. Она вытерлась махровым полотенцем, надела халат и открыла платяной шкаф. Ее гардероб был не богат, но все вещи в нем были хорошего качества и носились долго. Несколько минут у нее ушло на выбор платья.

Ей хотелось выглядеть в глазах Джека эффектно, и она остановилась на шелковом черном платье с рукавами в три четверти. В этом облачении она чувствовала себя уверенно. Тонкий золотой браслет служил чудесным дополнением и отлично смотрелся на ее загорелой коже. К наряду она подобрала красные легкие босоножки на одном ремешке.

Стрелки часов незаметно приближались к шести. Она подкрасила ресницы, тронула красной помадой губы, тщательно расчесала волосы и коснулась любимыми духами запястий. Подошла к зеркалу и, окинув себя придирчивым взглядом, осталась довольна своим внешним видом.

Ровно в восемнадцать двадцать звякнул дверной звонок. Она спустилась на первый этаж и открыла дверь. Увидев ее, Джек широко улыбнулся, демонстрируя безукоризненные зубы.

По тому, как блеснули, а затем затуманились его глаза, она догадалась, что сделала правильный выбор.

Черное шелковое платье, облегавшее ее тело как вторая кожа, удачно подчеркивало стройную фигуру Дайаны. Волосы пылали огнем на фоне темной материи. Все в ней было гармонично и прекрасно: стройная фигура, упругая высокая грудь, осиная талия, женственные бедра и эти необыкновенные глаза – глаза кошки! У Джека перехватило дыхание.

– Вы очень хороши!

– Вы тоже неотразимы и похожи на актера из Голливуда.

На Джеке были дорогие, из тонкой шерсти брюки и коричневая рубашка. Волнистые каштановые волосы аккуратно зачесаны назад. Она уловила еле заметный аромат французского одеколона.

Дайана улыбнулась одними уголками губ.

– Похоже, вы сердцеед, мне стоит с вами держать ухо востро.

Джек рассмеялся в ответ и галантно открыл перед Дайаной дверцу такси. Она удобно устроилась на заднем сиденье.


Такси остановилось у ресторана под названием «Лазурный берег». Джек покинул машину и помог выйти Дайане.

– Вот мы и приехали. Этот ресторан мне понравился сразу. Здесь красиво, правда?

Их взгляды встретились. Джек заметил, как переменилась в лице Дайана. В ее глазах сквозила тревога.

– Что с вами?

– Ничего.

Джек не мог не уловить нотки беспокойства, скрывавшегося за этим «ничего». Ее движения и взгляд выдавали напряжение.

– Вас что-то смущает?

– Мы в одном из самых дорогих ресторанов в округе! Мне неловко вводить вас в такие расходы.

– Если причина вашей тревоги только в этом, то не беспокойтесь. Я не все деньги истратил на покупку картины.

– Места здесь бронируются заранее. Как вам удалось заказать столик за такое короткое время? – удивилась Дайана.

– Просто повезло. Одна пара отказалась.

Джек предпочел умолчать обо всех препятствиях, которые ему пришлось преодолеть, чтобы произвести впечатление на свою очаровательную спутницу.

Безупречно вежливый метрдотель проводил их за столик, располагавшийся на террасе ресторана. Отсюда открывался замечательный вид на живописное озеро.

– Джек, извините, я на минутку покину вас. Пожалуйста, закажите мне коктейль из абрикосового коньяка, лимонного и апельсинового соков.

Она поднялась и, огибая столики, неспешно пошла в дамскую комнату. За время ее отсутствия Джек ознакомился с меню и сделал предварительный заказ.

Когда она вновь появилась, то мужчины повернули в ее сторону головы. Дайана шла, улыбаясь, через весь зал прямо к Джеку – ее огненные волосы были распущены по плечам, чувственные губы манили к поцелуям, а глаза кошки могли сразить на повал любого мужчину, дерзнувшего посмотреть на нее. Шикарная женщина, пульсировала кровь в висках Джека. И, кажется, свободная…

Как только она приблизилась, он поднялся со своего места и, отодвинув стул, помог девушке сесть за столик. Дайана одарила его мягким взглядом из-под пушистых ресниц. До него донесся легкий аромат ее духов.

Официант принес коктейль для Дайаны, сухое вино «Шенен бланк» и принял дополнительный заказ.

Дайана откинулась на спинку стула и обвела помещение внимательным взглядом.

– Здесь все по-прежнему.

– Как часто вы здесь бывали? – осторожно поинтересовался Джек.

– Несколько раз.

Джек заметил, что настроение девушки снова переменилось, – ее пальцы нервно теребили край салфетки.

– В машине вы были веселой и общительной, а сейчас, здесь – напряжены как струна.

– Вам показалось. В данный момент я себя отлично чувствую.

Она взяла бокал и через соломинку начала потягивать напиток.

– Вы не хотите быть со мной откровенной, но интуиция подсказывает мне, что на самом деле вас что-то расстроило. Вы не из-за меня так нервничаете?

– Что за ерунда?! Нет, конечно.

Джек устремил на нее изучающий взгляд.

– Эта встреча ни к чему вас не обязывает. Мне просто приятно поужинать в вашем обществе.

– Вот и отлично, – ответила Дайана. – Я рада, что вы не принимаете меня за легкомысленную особу.

Джек посмотрел на нее с нескрываемым любопытством.

– В чем же дело? Боитесь встретить здесь знакомых, которые все превратно истолкуют, если увидят нас вдвоем? Или вас связывают с этим местом неприятные воспоминания?

Дайана неопределенно повела плечами и сделала вид, что в данный момент больше всего на свете ее интересует бокал с остатками аперитива.

К ее облегчению, появился официант, неся заказанный ими ужин.



– Я проголодалась. Довольно расспросов. Ведь мы собирались отпраздновать вашу удачную сделку!

– Налить вам вина?

– Да, пожалуй, – согласилась она и, когда ее бокал наполнился искристой жидкостью, подняла его и, собравшись с силами, улыбнулась своему спутнику. – Пусть удача и дальше сопутствует вам!

– Спасибо, – кивнул Джек. – А я хотел бы выпить за нашу встречу. Не ожидал, что сугубо деловая поездка окажется совсем не скучной – благодаря вам…

– Хотела бы быть для вас более веселой собеседницей. – Дайана вновь постаралась улыбнуться. – Но, видимо, сказывается усталость последних дней. Не обращайте внимания. Кстати, рыба выглядит очень аппетитно… – Она отправила маленький кусочек в рот. – Вкусно!

Джек вновь наполнил бокалы. Пожалуй, хватит расспросов и тяжеловесных комплиментов… Ему хотелось, чтоб ее улыбка снова стала искренней, и он принялся вспоминать смешные случаи из жизни, рассказывать о тех городах, где бывал, и тех людях, что встречались на пути. Дайана была рада смене темы, смеялась, кивала головой, и ее рыжие локоны подрагивали при каждом движении, как медные пружинки, а печаль скрылась на самом дне зеленых глаз, как сонная лисица в норе.

Джек не мог отвести от нее глаз. Его стала глодать мысль о том, так ли она одинока, как он решил, заручившись ее согласием на совместный ужин. Неужели такая женщина никому не принадлежит? С чего он взял? Может быть, ее любимый в отъезде, занят или женат, потому она и решила скоротать вечер в компании нового знакомого?

Конечно, он решил не задавать больше вопросов – но неизвестность начинала тяготить. К концу ужина им казалось, что они знакомы давным-давно, а ведь, по сути, еще ничего друг о друге не знали… Наконец Джек решил выяснить то, что мучило его:

– Дайана, прости за бестактный вопрос… У тебя есть мужчина?

Она медленно подняла голову. С каждой секундой ее зеленые глаза становились все темнее и темнее, растревоженная печаль застилала их, как грозовая туча застит летнее небо.

– Нет… – чуть поколебавшись, ответила она и уже тверже добавила: – Уже нет. А что?

Дайана взглянула на Джека в упор. Он ощутил, как она внутренне напряглась, и понял, что его вопрос задел ее за живое.

– Когда я впервые увидел тебя в магазине, – начал Джек, – скажу честно, я был сражен, я никогда не встречал таких глаз! Девушка с яркой внешностью, красивой фигурой и…

– Не продолжай, – прервала она его. – Давай лучше потанцуем. Слышишь, звучит саксофон – мой любимый инструмент. Здесь великолепно играют джаз. Ты пригласишь меня?

– С удовольствием.

Джек встал из-за стола, подошел к ней, сделал приглашающий жест рукой. Затем нежно обнял ее за талию и привлек к себе.

Они оказались лицом к лицу. Их глаза встретились. Не в силах унять возникшую дрожь, Дайана пыталась понять, что притягивает ее к этому человеку, о существовании которого она не догадывалась до сегодняшнего дня, что вызывает у нее желание узнать его ближе. Дайана каждой своей клеточкой ощущала тепло, исходившее от мускулистого тела Джека.

– Я не знаю, что со мной происходит, – произнес он, глядя ей в глаза. – Боюсь показаться слишком поспешным, но мне так неудержимо хочется поцеловать тебя…

В его карих глазах, устремленных на нее, разгорался опасный огонь. Прежде чем она сумела что-либо ответить, его губы коснулись ее рта. Она вся вспыхнула.

– Что ты делаешь?! На нас смотрят!

Она слегка отстранилась от него.

– Прости. Тебе неприятно?

В ее глазах сверкнули лукавые искры.

– Почему неприятно? Просто у меня закружилась голова. Это, наверно, от вина, – предположила она вслух, но дело было вовсе не в вине, а в поцелуе.

– Хочешь, мы уйдем?

– Хочу.

Джек расплатился по счету, и они направились к выходу.

– Подожди, сейчас поймаю такси…

– Не стоит. Я дойду пешком. Мне надо развеяться. – Дайана решительно тряхнула головой, отгоняя наваждение. – Спасибо за ужин, все было просто чудесно.

– Я тебя провожу. – Он не мог поверить, что сейчас она уйдет и они больше не увидятся.

– Не надо, – покачала головой она. – Ты завтра уезжаешь, тебе надо выспаться перед дорогой. Пока.

– Пока…

С минуту они молча смотрели друг на друга. Дайану вдруг охватило странное ощущение. Ей показалось, что Джек чем-то напоминает Ренда. Она почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы, и поспешно моргнула. Она твердо решила больше не поддаваться слабости, перестать переживать и мучиться из-за всего, что с ней произошло. Но вино и поцелуй Джека размягчили ее душу, и Дайана вдруг разрыдалась. Джек нежно обнял ее.

– Ну что с тобой?

Она смотрела на него грустными глазами, по щекам скатывались слезы.

Джек притянул ее к себе. Его взгляд скользнул по ее лицу, зовущим губам. Руки Джека нежно обняли Дайану, а губы начали жадно искать ее рот… Она растворилась в его объятиях, с жаром отвечая на ласки. Ее руки обвили его шею. Весь мир исчез, перестал существовать…

Вдруг где-то громко хлопнула дверца автомобиля, и этот шум разрушил их маленький рай. Джек с трудом оторвался от сочных губ и неожиданно предложил:

– Поехали ко мне?

Он страстно желал эту женщину, хотя его внутренний голос предостерегал – вспомни о Коре, вспомни о Коре. Но он не понимал, что происходит с ним, отказывался понимать и хотел быть рядом с Дайаной сейчас и всю ночь…

Она смотрела на него, и на какую-то долю минуты ей снова показалось, что перед ней Ренд. Она тряхнула головой, пытаясь избавиться от видения.

– Я не могу. Не настаивай, прошу тебя.

Он вздохнул:

– Хорошо, не буду.

Ему очень не хотелось отпускать ее.

– Разреши, я все-таки провожу тебя.

– Не стоит. В этом районе безопасно. Мой дом недалеко. Желаю тебе удачи. Прощай.

Она высвободилась из его объятий.

Джек провожал ее взглядом, и только когда она исчезла из виду, побрел к себе в отель.

Прохладный вечерний ветер путался в его волнистых волосах. Небрежным жестом руки он откинул их назад.

В холле отеля не было никого, кроме парочки влюбленных и цветочницы.

– Привет, Хиллари! – Джек остановился возле немолодой торговки, с которой перебрасывался на досуге парой фраз. – Как дела?

– Привет, Джек, – кивнула та. – Сегодня удачный день. Раскупили все цветы, за исключением этого букета. Может, вон тот парень, – она кивнула в сторону влюбленной парочки, – подарит его своей девушке.

– А знаешь, Хиллари, по-моему, им не до цветов. Ты ведь не станешь возражать, если я заплачу за этот симпатичный букет?

– Джек, ты меня удивляешь. Насколько я знаю, ты остановился здесь один. Я ни разу не видела тебя с женщиной. Но я не вмешиваюсь в чужую личную жизнь. Если тебе есть кому сделать приятное, я за тебя рада. Держи, Джек, денег с тебя я не возьму, я сегодня добрая.

– У тебя щедрое сердце. Спасибо. – Он полез в карман, достал купюру и протянул ее цветочнице. – Всякий труд должен оплачиваться.

Запах роз напомнил аромат волос Дайаны. Он стоял посередине холла и чувствовал себя совершенно одиноким.

Интересно, чем она сейчас занимается? Думает ли обо мне? – Джека тянуло к ней с непреодолимой силой, перед которой он не мог устоять. Я хочу эту женщину, как никакую другую! Ее глаза… Они словно околдовали меня. Ведь ничего нет плохого в том, что я еще раз увижу ее, подарю ей эти цветы…

Он втянул носом аромат, исходивший от букета. И, будто кто-то принял за него окончательное решение, уверенным шагом направился в сторону ее дома.


Звонок в дверь удивил и насторожил Дайану.

– Боже, кого принесла нелегкая?

Она уже разделась, чтобы принять душ, и теперь ей пришлось накинуть на голое тело шелковый коротенький халатик. С бешено бьющимся сердцем Дайана подошла к двери и щелкнула выключателем, чтобы зажечь свет на крыльце. За стеклом виднелся силуэт ночного посетителя. Приглядевшись, она узнала Джека.

– Это ты?

– Дайана, я только на минутку, открой, пожалуйста.

Голос его дрогнул, и вопреки всем доводам разума ее рука сама потянулась к замку.

– Что случилось? – встревоженно спросила Дайана, выглядывая на крыльцо, и тут же уловила аромат протянутого ей букета, украшенный неповторимой нотой свежести летнего вечера.

– Ничего, – виновато признался Джек. – Просто в холле отеля цветочница продавала розы. У нее остался один букет, и я купил его для тебя.

Дайана с облегчением вздохнула.

– Спасибо. Я думала, у тебя что-то стряслось. Спокойной ночи…

– Ты даже не предложишь мне зайти на чашечку кофе?

– Зайти? Но я…

– Не бойся. Я не причиню тебе зла. Просто мне хочется побыть немного рядом с тобой. Сам не знаю почему.

Что ж, в этом их желания были взаимны.

– Заходи.

Она посторонилась, давая ему пройти.

Он вошел. Подождал, пока она закроет дверь. Поднялся вместе с ней на второй этаж.

Жилье Дайаны, расположенное над магазином, показалось Джеку очень уютным.

– Ты живешь здесь одна? – спросил он, устраиваясь в предложенном ею кресле и оглядывая маленькую симпатичную столовую.

– Меня устраивает. Я привыкла к одиночеству, – пожала плечами Дайана, доставая из шкафа кофейные чашки и блюдца.

– Откуда ты родом?

– Я родилась здесь, в Денвере. Родители погибли, когда мне было десять. Меня воспитывали бабушка и дедушка, потом не стало и их. – Она включила чайник и стала насыпать в чашки кофе.

– Неужели ты не была замужем? – поинтересовался Джек. – Я имею в виду… У тебя ведь был кто-то?

Вопрос ее удивил, но она ответила:

– Был, конечно… – Дайана осеклась, подумав, что зря откровенничает с ним, но тут же продолжила: – Я любила его без памяти, и мне казалось, что это навсегда. Мы стали жить вместе, и какое-то время я считала себя самой счастливой и желанной женщиной на свете, но все хорошо заканчивается только в сказках, а в жизни, – она тяжело вздохнула, – в жизни все не так радужно. Вот уже полгода как я живу без него.

Дайана разлила кипяток по чашкам, выдвинула поднос, поставила на него сахарницу и заполнила маленький кувшинчик сливками.

Джек бесшумно приблизился к Дайане и поцеловал ее в шею.

– Твоя кожа такая прохладная, – прошептал он у самых ее губ, – такой гладкий шелк…

– Джек, прошу тебя…

Она попыталась робко отстраниться, но он уже целовал ее. Губы Дайаны непроизвольно раскрылись, впуская его горячий язык. Легкий разряд тока пронзил все ее существо, лишая воли к сопротивлению. Ей показалось, что пол под ногами превратился в зыбучий песок. Она потеряла под собой почву. Он подхватил ее на руки, прежде чем она успела что-либо сообразить, и понес в спальню. По ее телу пробежала невольная дрожь. Все произошло так неожиданно и стремительно, что она решила не сопротивляться и расслабилась. Джек опустил Дайану на кровать, и ее шелковистые густые волосы рассыпались по подушке.

Его пальцы медленно расстегивали пуговицы ее халата, каждый кусочек открывавшегося тела он нежно целовал.

– Я не сделаю тебе плохо, – прошептал он, продолжая свои ласки.

Дайана ощутила сладкую истому.

– Как только я увидел твои глаза, я понял, что пропал, – прошептал он.

Его руки спускались все ниже и ниже и с каждой секундой становились все настойчивее. В его движениях было столько чувственности, что у Дайаны перехватило дыхание. Джек быстро сбросил с себя всю одежду. Несколько секунд она любовалась его красивым телом: загорелое, сильное и мускулистое, оно вызывало в ней желание…

Пальцы мужчины погладили ее живот и остановились на треугольнике вьющихся волос. Дайана застонала. Он приник к ее губам глубоким поцелуем. Его язык двигался в такт его пальцам, погрузившимся в нежную, горячую и влажную плоть между ее ног. Она была потрясена не только его лаской, но и своей реакцией – страсть была так велика, что она стала терять самообладание. Дайана не заметила, как ее руки, будто сами по себе, обвили его спину. Она стала ласкать языком мочку его уха, затем целовать и слегка покусывать его плечо, крепкую шею. Ее прикосновения еще больше возбуждали его. Внезапно Джек резким движением прижал ее бедра к своим, от неожиданности и удовольствия она вскрикнула. Джек раздвинул ее ноги, и Дайана ощутила, как напряглось его сильное тело.

– Все хорошо, – нежно прошептал он, удерживая ее трепещущее тело в своих ловких руках. – Я так хочу тебя…

Джек быстро, одним толчком, вошел в нее. Она вскрикнула и сразу же ощутила, как его плоть пульсирует в ней, пронзая ее. Дайана извивалась от этих безжалостных движений, вскрикивая от наслаждения. Потом Джек перевернулся на спину, увлекая Дайану за собой, и она оказалась на нем, как на коне. Он приподнял ее за талию и резко опустил. Ее дыхание стало неровным; она стонала, поднимая и опуская свое тело, увеличивая темп, пока они не превратились в единое безумное целое. Комната закружилась у нее перед глазами. Слияние было настолько полным, что они все делали одновременно – двигались в одном ритме, вздыхали и стонали, сплетали и расплетали пальцы, выгибались навстречу друг другу. Она тянулась, чтобы поцеловать его, и тут же встречалась с его губами. Ей хотелось, чтобы он двигался быстрее, и он повиновался ее желанию. Они понимали друг друга без всяких слов. Они и вершины достигли одновременно.

Обессиленная, она упала ему на грудь, а потом, скатившись, распласталась на кровати. Они лежали молча, прислушиваясь к сумасшедшему биению сердец. Дайана чувствовала полное удовлетворение и восторг, это же ощущал и Джек. Прошло несколько минут. Он первым прервал тишину:

– Ты – настоящий чертенок. Мне ни с кем не было так хорошо, как с тобой. – Джек нежно поцеловал Дайану и приподнялся. – Я в ванную. Приготовишь что-нибудь выпить?

В тот момент, когда за дверью ванной послышался шум воды, запищал сотовый Джека. Дайана нехотя дотянулась до сотового и прочитала на определителе: Кора. Кто такая Кора? Она положила телефон на место и вдруг почувствовала укол ревности. Она рассердилась на себя. Какое мне дело до его женщин? Он уедет, и мы больше никогда не встретимся. Мне достаточно того, что я пережила с Рендом…


Будильник показывал семь. Час, когда люди только начинают просыпаться.

Утро было тихим и солнечным. Робкие золотистые лучи заглядывали сквозь плохо задернутые шторы. Джек медленно разомкнул слипшиеся ресницы. Рядом лежала Дайана и улыбалась во сне. Он осторожно, чтобы ее не разбудить, выскользнул из-под одеяла и на цыпочках отправился в ванную комнату, попутно подбирая свои вещи, разбросанные на полу.

В ванной, стоя перед зеркалом, он смотрел в грустные глаза своего отражения и думал, подарит ли ему судьба еще такую волшебную, полную страсти ночь с Дайаной?

Он нашел в кармане блокнот и ручку, вырвал листок, начертал номер своего телефона и приписал: «Прошу, позвони. Джек». Пристроил листочек на подзеркальнике и вышел из ванной.

Когда за ним тихонько захлопнулась входная дверь, Дайана все еще спала.

2

Для Коры Макдональд надеть мягкие контактные линзы было всегда сущим мучением. Это промозглое утро не стало светлым исключением. Несмотря на то, что каждая минута у нее была на счету, ей приходилось смириться с тем, что уйма драгоценного времени впустую уходила на эту незамысловатую процедуру. Стрелки стремительно отсчитывали секунды, а правая линза никак не вставала на место. Кора потеряла терпение, и тут, как назло, гибкое стеклышко, которое должно было сделать ее глаза голубыми, соскочило с указательного пальца и вместе с холодной струей скрылось в сливном отверстии умывальника.

– Черт! Черт! Только не это! – Она топнула ногой в отчаянии. – Ну и что мне теперь делать? – задала она вопрос зеркальному отражению, так как без линз за рулем автомобиля ощущала себя слепой курицей. – Это ужасно! Как я доберусь до работы? Так… Из любой трудной ситуации можно найти выход. Надо успокоиться и сосредоточиться.

Через минуту она нашла спасительное решение:

– Кажется, есть выход из этого чудовищного положения. Где-то я видела старые мамины очки. У нее было такое же зрение, как у меня сейчас. Постараюсь припомнить.

Кора потерла виски и закрыла глаза, надеясь, что так скорее отыщет в памяти то место, где видела их в последний раз.

– Вспомнила! – радостно воскликнула она и, выскользнув из ванной, устремилась в спальню, где в нижнем ящичке комода вместе с бельем действительно лежали давно забытые очки.

Почему они оказались в столь неподходящем для них месте, ломать голову она не стала. Кора протерла их салфеткой и водрузила на нос. И тут же, взглянув на себя в зеркало, пришла в отчаяние:

– Кто это?! Да это же очковая змея, – расстроенно произнесла она. – Вот позлорадствуют на работе. Коллеги и без того от меня не в восторге, а эти коричневые дужки – лишний повод пустить ядовитые стрелы в мой адрес…

Кора бросила взгляд на часы. Времени оставалось ровно столько, чтобы запихнуть в себя бутерброд с сыром, запить его остывшим кофе и схватить ключи от машины. На улице лило как из ведра. Она взглянула на небо, затянутое серой вуалью. Надежды, что погода в ближайшие часы изменится к лучшему, не было. До автостоянки ей предстояло пробежать метров сто. Попытка открыть зонтик оказалась безуспешной.



– Да что же это сегодня происходит?

Кора подняла воротник плаща и побежала к машине. Скользнув на водительское место, она стряхнула с себя капли дождя и, снова посмотрев в зеркальце, ужаснулась:

– О! Эти несносные очки! Если мне не изменяет память, в ящике моего рабочего стола должна быть запасная пара линз. Надеюсь, что это так.

Хорошо хоть, ключи от машины не потеряла, горько усмехнулась она, давя на газ. Длинная вереница машин еле тащилась по лос-анджелесской скоростной автостраде. Нервы Коры были на пределе: в нетерпении она постукивала мыском по резиновому коврику, то и дело поглядывая на часы.

– В этом нескончаемом потоке машин можно спокойненько умереть, никто из водителей даже и не заметит! – изрекла она и обратила внимание на мужчину, который улыбался ей из окошка соседнего авто. Его улыбка не улучшила ее настроения.

Кора опаздывала уже на сорок минут, чего раньше себе никогда не позволяла. Понадеявшись на удачу, она проскочила на зеленый свет и сразу же услышала пронзительный свисток сзади.

Уверенной, неторопливой походкой, размахивая жезлом, к ней приближался дорожный инспектор. Кора метала молнии, но, сознавая, что виновата, постаралась взять себя в руки. Он заглянул в приоткрытое ею окошко, представился и строго попросил предъявить документы. Ей ничего не оставалось делать, как пустить в ход все свое обаяние, чтобы избежать штрафа.

– О, доброе утро! – Она широко улыбнулась, демонстрируя ряд белоснежных зубов. – Вы сегодня отлично выглядите.

– М-да? – буркнул он. – Разве утро может быть добрым?

Инспектор задержал на ней взгляд, потом посмотрел на документы и снова уставился на нее.

– Вы сегодня не в настроении? Что-то не так? – произнесла она ласковым голосом.

Кора была сама вежливость, ей хотелось как можно скорее получить свои документы назад.

– На фотографии вы шатенка и с голубыми глазами, – пробасил он…

Кора легким движением руки коснулась светлых волос, ее карие глаза кокетливо улыбались.

– Инспектор, а как вы считаете, какой цвет мне идет больше: каштановый или золотистый?

– Э-э-э, ну… мне больше нравится как сейчас, – наконец изрек он.

– О, инспектор, еще вчера я сожалела, что перекрасилась, но теперь я буду только блондинкой. Вы тот мужчина, который понимает толк в женщинах.

При этих словах инспектор смутился и заулыбался.

Она протянула руку, в надежде получить свои права обратно.

– О, простите, – спохватился он и, возвратив документы, отдал ей честь.

Кора завела машину и, махнув ему рукой, нажала на газ.

Женское обаяние – огромная сила, и нет средств борьбы против него, констатировала она.

Подъехав к зданию агентства, Кора с трудом нашла свободное место на парковочной площадке для своей черной, как пантера, «хонды». Довольно резко она дала задний ход, не взглянув в зеркало заднего вида. Через мгновение машина дернулась, раздался скрежет металла. Кора подпрыгнула на сиденье.

– О нет! Только не это!

Она выскочила из машины и поглядела на длинную царапину, оставленную бампером ее автомобиля на глянцевой поверхности стоящего рядом «БМВ».

– Черт возьми!

Воровато озираясь вокруг в поисках свидетелей этой маленькой неприятности, Кора молила небеса сжалиться над ней, потом искренне поблагодарила Бога за то, что очевидцев не оказалось. Она снова торопливо уселась за руль и беспрепятственно скрылась с места преступления. Минут пять пришлось безрезультатно колесить по автостоянке в поисках пристанища, когда ей наконец-то повезло. Она уже было обрадовалась, но тут ей в глаза бросилась табличка: «Только для VIP-гостей». Кора выругалась и, игнорируя предупреждение, поставила машину в запретной зоне. И только после этого с облегчением вздохнула, взглянула на часы и заторопилась в офис.

Ей осталось преодолеть всего лишь одну ступеньку, когда шпилька ее туфли предательски хрустнула, и тоненький каблучок остался лежать на холодном мраморе лестницы.

– Пришла беда – отворяй ворота, – с досадой произнесла она… И столкнулась в вестибюле с костюмершей по имени Барри, которая недолюбливала Кору и теперь с удовольствием накапает на нее кому надо.

Дисциплина в агентстве «Мир высокой моды» соблюдалась строго, независимо от статуса и пола. И то, что Кора опоздала на целый час, выйдет ей боком. Еще издалека она заметила на двери лифта белое пятно.

Похоже, на этом мои неприятности не закончились, заключила она, прочитав объявление: «Лифт временно не работает. Просим извинить за доставленные неудобства».

Преодолев три этажа, она переступила порог своего кабинета и первым делом настежь распахнула форточку. Прохладный поток воздуха остудил разгоряченное пробежкой тело. Кора сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, и, благодаря этой простой гимнастике, ее дыхание пришло в норму.

Потом она отыскала желанную коробочку с линзами и с облегчением вздохнула. Но радость была недолгой: как всегда, правая линза долго не вставала на место. Коре пришлось приложить немало усилий, чтобы все-таки добиться своего.

– Ну слава богу! Осталось только переодеть туфли.

Она открыла шкаф в надежде найти там запасную пару, но увидела только шлепанцы на маленьком каблучке.

– А где же туфли?

Память услужливо напомнила ей, что их надо было забрать из обувной мастерской еще на прошлой неделе.

– А, ладно! Босса сейчас нет. На ковер не вызовут. Как-нибудь прохожу и в шлепанцах, а вечером заеду в мастерскую.

Кора достала из папки для бумаг сценарий театрализованного показа и вышла из кабинета. В зрительном зале, рассчитанном на триста мест, шла репетиция. Ее помощница Даниель следила за игрой актрис, все они были профессиональными моделями.

– Привет, Даниель!

– Поздновато ты сегодня.

– А где Кевин?

– Я здесь, – раздался мужской голос за спиной Коры.

– Кевин, ты это писал в здравом рассудке?

Она даже попыталась улыбнуться, но ее улыбка походила на улыбку ядовитой змеи, готовой в любой момент нанести смертельный укус.

– Ты вообще-то сам читал, что написал?

Парень стоял соляным столбом.

– Кевин, ты слышал, о чем я тебя спросила?

Распекаемый нервно глотнул воздух и быстро ответил:

– Конечно.

– Вот как? – Ее карие глаза сузились до щелочек. – Тогда ты должен понимать, что это полная ерунда. Чушь!

Не сдержавшись, она повысила голос. Ее тон не предвещал ничего хорошего.

– Но, мисс… – попытался оправдаться Кевин.

– «Но» здесь неуместно, – строго произнесла она.

Кевин недоуменно посмотрел на нее.

– Наша программа называется «Стильная одежда для всех», и я целых два года обивала пороги, чтобы добиться ее выхода в эфир. Хочу заметить тебе, что они не были выложены цветами, а сплошь усеяны колючками. Это мое детище, и мне пришлось преодолеть немало препятствий. Следующий спектакль должен выйти в эфир уже через три недели, а у нас одни вопросы: «Где?», «Как?» и «Почему?». Если мы будем работать в этом направлении и такими темпами, то вопрос «Когда?» отпадет сам собой. Наше агентство понесет огромные убытки. Это нужно переделать. Сценарий надо написать так, чтобы зритель – наш потенциальный покупатель – не задавал вопрос: «Сколько стоит?», а спрашивал: «Когда можно это купить?». Кевин, продумай до мелочей: каким образом должны двигаться по сцене актеры, чтобы наряды были удачно показаны со всех сторон. Они не должны просто пройти, постоять и скрыться – у нас не подиум. У нас – сцена. У каждого есть своя роль. Пусть бессловесная, но она должна быть выразительной. Даниель, – она обратилась к своей помощнице, – утряси наконец вопрос с освещением. Актеры буквально растворяются в тени. Их не видно, а значит, не видно одежду, которую мы рекламируем.

В дверной проем просунулась кудрявая головка Эбби Форбс. Она отыскала глазами Кору и крикнула:

– Кора Макдональд, через десять минут зайдите к боссу в кабинет и не опаздывайте! Майкл Бредфорд – человек пунктуальный и того же требует от других.

Кора скосила глаза на Даниель.

– Мне послышалось, или Эбби Форбс имела в виду именно меня? Если мне не изменяет память, наш босс находится в больнице. Кто такой этот Майкл Бредфорд?

– Кора, очевидно, ты не в курсе. Еще полчаса назад всем стало известно о назначении нового президента нашего агентства. Кстати, он уже интересовался тобой, но ты была в пути.

– Н-да. День не заладился с самого утра, и, похоже, ситуация не изменится до самого вечера. Даниель, у тебя какой размер обуви?

– Обуви? – удивилась девушка. – Как и у тебя. Ты забыла?

– Тогда ты должна меня выручить.

Кора выставила свои ноги в шлепанцах.

– Я торопилась на работу, – начала объяснять она, – бежала по ступенькам, каблук зацепился за одну из них. В общем, он так и остался лежать на холодном мраморе. Сегодня не мой день. С утра что-то пропадает, что-то ломается и все такое… Не могу же я к новому руководству войти в кабинет в шлепанцах?

Кора бросила взгляд на ноги Даниель.

– Я сразу же возвращу тебе твои босоножки в целости и сохранности. Давай, снимай, у меня уже не осталось времени упрашивать тебя.

– А в твоем лексиконе есть слово «пожалуйста»? – с обидой спросила Даниель.

– Пожалуйста? Даниель, я расстрою тебя еще больше. Я не сказала бы тебе и «спасибо», до такой степени сейчас не до этого.

– На, – Даниель сняла босоножки и сунула ноги в шлепанцы Коры, – пользуйся! Неблагодарная!

– Даниель, не дуйся, в домашних туфлях ногам гораздо удобнее. Мы же подруги и должны помогать друг другу.

– Я не дуюсь. Просто к моему платью твои шлепанцы совсем не подходят.

На протяжении оставшихся минут Кора чувствовала себя как на раскаленной сковороде. Неприятности утра здорово испортили ей настроение, а для разговора с новым боссом ей требовались терпение и спокойствие, чтобы не испортить отношения с ним. Единственным положительным моментом было то, что у нее совсем не осталось времени переживать по поводу предстоящей встречи с Бредфордом. Она припудрила лицо, освежила губы красной помадой, пару раз глубоко вдохнула полной грудью, надеясь снять напряжение, и отправилась к боссу.

Ровно в одиннадцать десять она предстала перед Эбби Форбс – розовощекой блондинкой с изумрудными глазами. В свои двадцать четыре года эта девушка считала себя умудренной жизненным опытом и поэтому щедро раздавала ценные, как она считала, советы всем своим друзьям и знакомым. Она гордилась, что работает в известном агентстве. Все ее подруги были профессиональными моделями, и она мечтала со временем стать одной из них. Кора застала ее за телефонным разговором. Судя по услышанному отрывку, обсуждались плюсы и минусы нового руководства. Эбби на рабочем месте выглядела так, словно она была у себя дома. Не отрываясь от раскалившейся трубки, секретарь махнула рукой. Кора восприняла этот жест как разрешение войти в кабинет Бредфорда и направилась к двери, но вдруг за спиной услышала:

– Не переживайте. У Майкла Бредфорда отличное настроение. С самого утра он только и делает, что принимает поздравления, и, по-моему, ему это очень нравится. Босс даже не сказал ни слова по поводу вашего опоздания, хотя я знаю, что он пунктуальный и дисциплина для него не на последнем месте.

– Благодарю за поддержку, – тихо процедила Кора.

Наверное, сюрприз в виде громов и молний на ее несчастную голову он припас, чтобы вручить лично, предположила она.

Кора оглянулась и посмотрела в сияющее лицо Эбби.

– Вы лучший работник нашего агентства, и это опоздание не повлечет серьезных неприятностей для вас, – уверенно произнесла та.

– Да уж, неприятностей на сегодня хватит. С утра сыплются как из рога изобилия.

Кора посмотрела на старенькие босоножки, которые любезно одолжила ей Даниель. Эбби проследила за ее взглядом.

– А что это у вас на ногах?

Девушка даже привстала из-за стола, чтобы получше рассмотреть обувь.

– Это? Ах, это.

Кора пыталась найти подходящее оправдание, чтобы достойно выйти из щекотливой ситуации. Серые босоножки, вышедшие из моды, совершенно не подходили к изящному бордовому костюму.

– Это последний писк высокой моды, – отпарировала Кора с гордым видом. Не хватало еще, чтобы Бредфорд обратил внимание на мою «модную» обувь, подумала она. – Все новое – хорошо забытое старое, понятно, Эбби?

– Да?

Эбби подозрительно уставилась на босоножки, отмечая, насколько этот писк моды портит стильную одежду Коры.

– Я считала, что в курсе всех новинок.

– Эбби, – прервала ее Кора, – мы слишком увлеклись, а между тем в одиннадцать пятнадцать я должна быть у Бредфорда. Ведь вы сами предупредили меня о его пунктуальности.

Кора взялась за медную ручку и дернула дверь на себя.

Майкл был занят разговором по телефону, но, заметив вошедшую женщину, оторвался от трубки и вопросительно воззрился на подчиненную.

– Я – Кора Макдональд. Вы просили меня зайти.

Минуту или две его синие глаза внимательно рассматривали ее. Его взгляд был таким, словно он увидел посланника другой цивилизации. Кора даже могла побиться об заклад, что когда она выйдет из кабинета, то он запросто по памяти нарисует ее точный портрет, так тщательно его глаза изучали ее лицо.

– Извините, но мне передали, что вы… – начала было Кора.

– Да-да, я понял. Присаживайтесь, мисс Макдональд.

Из трубки послышался еле слышный мужской голос, который, к радости говорившего на том конце провода, достиг наконец уха Бредфорда. Тот, словно очнувшись от наваждения, жестом руки предложил Коре присесть в кожаное кресло и со словами: «О! Прошу прощения, я отвлекся», возвратился к разговору по телефону.

Новый босс прижимал щекой к плечу трубку, что-то быстро записывая на листке блокнота. Раз или два Кора перехватывала его взгляд: выражение было довольно странным.

Она попыталась отвлечься и подумала о своем прежнем руководителе.

Еще совсем недавно за этим столом сидел Трэвел, а сегодня – Майкл Бредфорд. Она незаметно стала рассматривать его аккуратно подстриженные густые волосы, широкие плечи, глубокую бороздку на подбородке, придававшую ему сексуальность. К тому же он обладал несомненным шармом, в нем чувствовалась порода. Скорее всего, это мужчина из разряда самоуверенных, заключила она. Его внешность напоминала ей Джеймса Бонда.

Если он посидит в такой позе подольше, у него разболится шея, подумала она. Бредфорд снова скользнул по ней взглядом, Кора заморгала от неожиданности и отвернулась. Он продолжал говорить, но у нее создалось впечатление, что он торопится скорее закончить разговор. Кора исподтишка посмотрела на свои элегантные золотые с бриллиантовой россыпью часики – подарок жениха. Одиннадцать тридцать. «Пунктуальный», вспомнила она слова Эбби. Конечно, он может позволить себе тратить впустую время своих подчиненных. За это его никто не уволит и даже не выскажет свое «фи!». Похоже, он не собирается закругляться, предположила она, но ошиблась в своих выводах.

Бредфорд возвратил трубку на рычаг, бросил карандаш, отложил блокнот в сторону и откинулся на спинку кресла. Серая в мелкую белую полоску рубашка плотно облегала и выгодно подчеркивала его широкую грудь. Узел голубого галстука был слегка ослаблен, и она заметила выглядывающий из расстегнутого ворота темный завиток. Слишком сексуальный. Вряд ли он примерный семьянин. Странные мысли посещают ее в эту минуту…

Синие, как море в ясную погоду, глаза Бредфорда смотрели на нее с любопытством.

– Мисс Кора Магдональд, – проговорил он обволакивающим голосом, отчего ей показалось, что в ее уши вливают сладкий яд.

Вот ОНО! Начал за здравие, а кончит за упокой, мрачно пронеслось у нее в голове. Новая метла по-новому метет. Она приготовилась к худшему.

Он встал из-за стола и не спеша подошел к ней. У Коры перехватило дыхание, и душа опустилась в пятки.

Сейчас он пожмет мне руку в знак признательности, произнесет слова одобрения за хорошую службу и пошлет меня ко всем чертям. Скажет, что больше не нуждается в моих услугах. Неужели он собирается уволить меня? Но это было бы несправедливо. Я никогда не покидаю рабочее место раньше семи, хотя мой рабочий день завершается в шесть. Иногда даже выхожу по выходным! Надо же было такому случиться именно сегодня: опоздать на работу на целый час!

– Ну здравствуйте, мисс Кора Макдональд.

Их глаза встретились. Взгляд Бредфорда был необычным: будто пытался заглянуть ей в душу. Словно там хранилась какая-то тайна, и он хотел ее разгадать. Кора поежилась. Ей было неловко оттого, что он так смотрит на нее.

– Майкл Бредфорд, – протянул он руку для рукопожатия.

– Очень приятно, – автоматически ответила она.

Ее ладонь утонула в его широкой крепкой руке. Он по-прежнему оценивающе оглядывал ее. На этот раз его васильковые глаза внимательно рассматривали ее фигуру. Когда они остановились на декольте, лицо Коры вспыхнуло.

Это просто неприлично, возмутилась она про себя. Я словно на приеме у рентгенолога. Что он себе позволяет?!

Его взгляд мазнул по старым босоножкам Даниель. Кора напряглась, не зная, куда ей спрятать ноги, чтобы не было видно старых туфель.

– Мисс Кора… – Его низкий голос прозвучал раскатом грома в ее сознании. Она выдернула руку. – Я ознакомился с вашим досье.

Коре показалось, что она теряет под собой опору, растворяясь в пространстве вместе с кожаным креслом. Собрав все свое мужество, она прямо взглянула ему в лицо. Его глаза сейчас казались больше стальными, чем синими. Она в ожидании глядела на шефа. Сейчас произойдет невероятное, но очевидное. Он скажет, что больше не нуждается в моих услугах и сообщит о моем увольнении. Она сравнила его с огромной морской волной, которая вот-вот обрушится на нее и утащит на дно пучины.

– Я пригласил вас к себе, чтобы ближе познакомиться с лучшим работником агентства, во всяком случае, меня проинформировали именно так, да и досье на вас подтверждает это. От вас в агентстве зависит семьдесят процентов успеха.

Кора не верила своим ушам. Значит, выговаривать за опоздание и увольнять меня он не станет… И вообще, похоже, он настроен в отношении меня достаточно миролюбиво. Это радует! Придя к такому умозаключению, она расслабилась и улыбнулась в ответ.

– Вы умная, оперативная, дисциплинированная, – на последнем слове он сделал акцент.

Кора слегка напряглась, все еще ожидая подвоха.

– Такие работники, как вы, просто на вес золота для нашего агентства.

Она вздохнула с облегчением. Начало обнадеживающее. Значит, ей не придется обзванивать своих друзей и знакомых в поисках работы.

– Я здесь человек новый, и поэтому активно вмешиваться в процесс вашей деятельности пока не намерен, но я уже просмотрел всю информацию о вашей программе, познакомился с коллективом, и скажу вам прямо. В целом программа мне понравилась, а вот коллектив… Некоторые девушки не соответствуют нашим требованиям: потеряли грацию движения, набрали вес – и вообще, не эффектны. Вы не можете с этим не согласиться.

Он уставился на нее в ожидании утвердительного ответа, она же не могла отвести взгляд от курчавой поросли, выглядывающей из рубашки.

Идиотка, на что я пялюсь? – ругала она себя. Женщины, наверное, выстраиваются в очередь, чтобы заполучить его в спутники жизни. Я не должна воспринимать его как привлекательного мужчину – он мой босс и только.

– Вы согласны с моими выводами?

Если я сейчас же не возьму себя в руки, я погублю свою репутацию. Я не должна забывать, что помолвлена. Увидела смазливого самца и растаяла, как медуза на горячем камне. Я же не бесхребетная, я сильная, умная, здравая женщина… А раз так, думай о деле! – решительно приказала себе Кора.

– Конечно. Я и сама подумывала о замене некоторых девушек, но на подготовку нашего показа отведено так мало времени, что на кадровые вопросы его просто совсем не остается.

– Вот и отлично.

Он обошел стол и возвратился в свое кресло.

– Постараюсь помочь вам с кадрами. Завтра я устраиваю небольшой ужин в честь своего назначения. Скорее, это будет деловая встреча в непринужденной обстановке. Мне бы хотелось познакомить вас с некоторыми людьми. Возможно, в дальнейшем нам придется сотрудничать с ними. Я приглашаю вас к восьми часам. Вот мой адрес – и не опаздывайте.

– Но…

– Если хотите, чтобы представление вышло в эфир уже через три недели, то нам нужно обсудить кое-какие детали.

Кора крайне удивилась и внимательно посмотрела на него.

– Все деловые вопросы можно решить в стенах агентства.

– Я в курсе, что работа для вас что-то вроде воздуха, и предлагаю вам совместить приятное с полезным. Вы познакомитесь с людьми, с которыми, возможно, вам придется столкнуться по работе, мы обсудим наши вопросы относительно кадров и не только… И я вас угощу очень старым вином. Что вам не нравится в этой идее?

Бредфорд из разряда самоуверенных мужчин, и если я откажусь, он этого не простит, поняла она.

Приняв ее замешательство за знак согласия, он отрезал:

– Жду вас ровно в восемь.

– Хорошо, – сдаваясь, кивнула Кора. – Раз вы считаете, что это нужно для сотрудничества…

Она поспешила покинуть кабинет начальника. Поджилки тряслись. Как только Кора возвратилась к себе, она закрыла дверь и прислонилась к ней.

Эти глаза… Почему он так смотрел на меня? Словно хотел убедиться в том, что я – это я. – Она глубоко вздохнула. – Как легко и просто было работать с Трэвисом…

3

Путь до Беверли-Хиллз был сущим адом: шоссе, как никогда, было забито машинами. Кора корила себя за то, что не выехала раньше, и теперь переживала, что опоздает к назначенному времени. Только к половине восьмого ей наконец с трудом удалось вырваться из городского плена и въехать в элитный район. Она всматривалась сквозь лобовое стекло в номера домов и сверялась с адресом, который ей дал Майкл Бредфорд. Кора посмотрела на счетчик бензина и ужаснулась: горючего оставалось совсем немного, а где здесь ближайшая бензоколонка, ей было неизвестно. Она упрекнула себя в непредусмотрительности.

– Сама себе создаю проблемы, – буркнула она. – Вечно забываю заправить бензобак. Что-то в последние дни мне не везет: то одно, то другое. Сколько еще меня будет испытывать судьба, щедро преподнося в дар всякого рода неприятности? Где ж эта улица, где этот дом? – раздраженно проворчала она и затормозила у тротуара, чтобы достать карту Лос-Анджелеса. – Конечно же, следовало мне догадаться, что Бредфорд живет там, куда не каждый найдет дорогу. – Она возвратила карту на место. – Я всего в миле от его дома и, если судьба не подбросит мне еще парочку испытаний, то доберусь туда без опоздания: осталось проехать всего четыре квартала.

Она нажала на газ и потащилась вдоль домов, вытягивая шею, как жираф, чтобы не пропустить нужный поворот. Вскоре ей повезло, и перед ее глазами появилась табличка с названием нужной улицы. Теперь отыскать его дом было несложно. Стрелки часов уже приближались к девяти.

Кора вышла из машины и прошла пальмовой аллеей, удивляясь идеальной чистоте улицы. Белая вилла Бредфорда, возвышающаяся на фоне синего неба и утопающая в зелени, притягивала взор.

– Ничего себе! – восхитилась Кора.

Дом был огромный. Он выглядел так, словно его недавно построили. Это было типичное современное строение с высокой ломаной крышей и множеством окон.

– О таком доме я могу только мечтать!

Она поднялась по мраморной лестнице и надавила кнопку звонка.

Дверь долго не открывали, а когда она наконец распахнулась, то перед ней во всей красе предстал Майкл. Сегодня он не выглядел как наделенный властью директор. Вместо дорогого костюма – темно-синие джинсы в обтяжку и небесного цвета рубашка с короткими рукавами. И хотя он не был атлетом, его руки выглядели гораздо более мускулистыми, чем она себе представляла. Не желая того, она залюбовалась этим мужчиной. Все-таки он очень похож на Пирса Броснана в роли Джеймса Бонда, снова подумала Кора.

– Добрый вечер. Я немного задержалась…

Его брови приподнялись в удивлении.

– Немного задержались? Опаздывать – это правило вашей жизни? – произнес он с насмешкой.

– Извините, на дороге пробки, и я заблудилась. Если бы не карта, я бы оказалась у вас, в лучшем случае, к десерту. – Она замолчала, глядя на него.

Его голубые глаза все еще напоминали холодную сталь.

– Вы опоздали более чем на сорок минут, – покачал головой Бредфорд.

Стоило бы напомнить ему, что мы не на работе. Приняв его приглашение, я трачу свое личное время, чтобы познакомиться с людьми, до которых, собственно, мне нет дела. Если они представляют для него интерес, пусть он с ними и общается. Все деловые вопросы можно решить в агентстве. Эти полтора часа, что мною потрачены на дорогу, я использовала бы с большей пользой для себя… Кора окончательно осмелела, вспомнив, что атака – лучший способ защиты, и перешла в наступление:

– Я с риском для жизни пробивала себе путь среди стальных мустангов на автостраде, как слепая блуждала по уличным лабиринтам и, в конце концов, умираю от голода, так как у меня с утра и маковой росинки не было во рту. Я надеялась не испортить себе аппетит перед «званым ужином». – Она демонстративно оглядела его сверху донизу. – Я, конечно, виновата, но не настолько, чтобы отчитывать меня у порога, не впустив в дом. Это просто неприлично по отношению к приглашенным гостям, тем более – к женщине. Вы гордитесь своей пунктуальностью, но забываете про обыкновенные правила приличия! – холодно произнесла она.

Мгновение Бредфорд стоял и смотрел на нее. Напористость Коры его ошеломила. Он понял, что у этой женщины строптивый характер, и это вызывало к ней еще больший интерес.

– Так вы меня пустите внутрь, или мне вернуться домой?

– Ах да. Прошу вас, проходите, – спохватился Майкл и шагнул в сторону, пропуская ее в холл. – Я отношусь лояльно к человеку, искренне раскаявшемуся, – произнес он за ее спиной.

Она резко остановилась и развернулась.

Его глаза откровенно разглядывали платье, повторяющее изгибы ее тела, и стройные ноги на высоких каблуках модных черных туфель, которые добавили ей, и без того высокой, несколько сантиметров. Под его блуждающим взглядом она вспыхнула как спичка, нервная дрожь пробежала у нее по коже.

Вот идиотка, зачем я надела столь вызывающий наряд?! – мысленно корила она себя. Это платье обтягивает мое тело, как кожа змею. Я вовсе не собираюсь его соблазнять.

– Вы выглядите просто потрясающе!

Прежняя холодная сталь в глазах сменилась опасными искорками. Это было похоже на заигрывание с ней. Она должна положить конец этой неуместной игре во флирт, но как мотылек, летящий на пламя, не могла заставить себя сделать это. Надо играть по его же правилам, решила она.

– А вы тоже одеты ничего себе. Как раз для званого ужина. Я бы и не догадалась, что у вас есть джинсы.

– И я бы никогда не подумал, что у вас есть туфли на шпильке.

– Женщины – вообще загадочные существа и часто непредсказуемы. Но я должна сказать, что джинсы делают вашу фигуру более привлекательной. – Она улыбнулась.

– Осторожно, мисс Кора. Я могу расценить ваш комплимент, как разрешение ухаживать за вами.

– Полагаю, вы хорошо воспитаны и не станете этого делать. Я напомню вам, что ужин деловой.

– Любой мужчина может потерять голову в присутствии такой красивой женщины, как вы, – парировал Бредфорд.

– Что? – спросила она строго.

– Не сердитесь. Я постараюсь сдерживаться, – пообещал он и предложил: – Я провожу вас в гостиную. Идемте.

Ее взору предстала огромная и светлая комната: широкий и длинный темно-синий диван и несколько удобных кресел отлично сочетались с овальным черно-синим персидским ковром; в мраморном камине лежало несколько поленьев, не тронутых языками пламени. Повсюду стояли в вазах живые цветы. Доминирующий темно-синий цвет мог бы действовать угнетающе, но треть стены была выкрашена в небесный цвет, остальную ее часть занимали стеклянные окна и двери, которые выходили во внутренний двор с садом, благоухающим цветами. Сквозь стекло было видно, как в глубине патио нежная лазурь бассейна искрится в свете фонарей. В этом доме веяло любовью к комфорту. Кора прошлась по густому ворсу ковра и спустилась на одну ступеньку, ведущую в сад.

– Вам нравится здесь? – Его низкий бархатный голос застал ее врасплох: она невольно вздрогнула.

– Очень мило. У вас есть вкус.

– Я долго искал подходящий дом, в котором моя душа чувствовала бы себя как в раю. Я осмотрел несколько вилл, но в каждой из них чего-то не хватало… Чего-то очень важного. Когда я увидел этот дом, несмотря на то, что он был в плачевном состоянии, я тут же решил его купить, о чем совсем не жалею. Я почти полностью его переделал. Видимо, дом стоит на благодатном месте. Если мои друзья ссорятся друг с другом, они непременно приезжают ко мне, а потом уезжают, помирившись, с легким сердцем.

– Вот как? – Она обвела взглядом помещение. – Но где же ваши друзья? Где ваши гости?

– Гости? Их не будет. Неожиданно у них у всех появились более важные дела, чем визит ко мне.

– Что, сразу у всех?

– Да. И, честно говоря, я этому даже рад. Они бывают здесь часто. Вы же в первый раз. Общение с новыми людьми – это как страница в книге: не знаешь, что прочтешь на следующей строчке.

Его откровенность поразила ее.

– Но отменять ужин я не намерен. Мы отлично проведем время вдвоем. Надеюсь, вы не против? Я интересный собеседник, вы не пожалеете.

– Если мне не изменяет память, мы собирались обсудить с вами проблемы нашего агентства.

– Конечно. Но всему свое время.

У Коры появилось ощущение, что вокруг нее искусно расставляют силки, в которые в конце вечера она должна угодить. Она дала себе команду каждую минуту быть начеку.

– Я угощу вас великолепным ужином. У меня французская повариха. Ее зовут Франсуаза. Она знает такие рецепты! – Майкл поднес пальцы к губам и звучно причмокнул. – Вам понравится.

Он осторожно подхватил Кору под локоть и повел к великолепно сервированному столу.

От прикосновения его пальцев к руке Кора вздрогнула. Но еще больше ее выводили из равновесия мягкие раскаты его бархатного голоса, произнесшего:

– Ваши духи кружат мне голову.

– Вы обещали!

– Извините, больше не буду.

На ужин подали восхитительную лососину, поджаренную на гриле с ананасовым соусом. Когда Франсуаза разливала искристое вино по бокалам, Бредфорд произнес:

– Франсуаза, сегодня вы больше не понадобитесь. Я справлюсь сам. Вы можете идти домой.

Женщина скользнула ревнивым взглядом по гостье, слегка поклонилась и бесшумно закрыла за собой дверь.

– Ну что ж, я предлагаю выпить этот божественный напиток за удачу.

Кора сделала глоток вина и непроизвольно провела языком по губам.

– Оно восхитительно!

– Спасибо. Я рад, что оно понравилось вам.

Кора заметила пламя, вспыхнувшее в его глазах. Эти глаза манили и соблазняли ее. Где-то внутри нее загорелся красный огонек тревоги. Она мысленно обратилась к себе:

Возьми себя в руки, ты помолвлена с самым замечательным мужчиной Лос-Анджелеса, через три недели свадьба. Если ты приняла приглашение Бредфорда – это значит только одно: ты здесь для того, чтобы ближе познакомиться с новым боссом и поговорить о делах. События этого вечера не должны развиваться по тому пути, откуда не будет возврата.

Все это время Бредфорд внимательно наблюдал за ней, попивая вино мелкими глотками.

– О чем это вы думаете? – Его приглушенный голос возвратил ее к реальности.

– О том, что даже в такой обстановке можно поговорить о делах нашей компании. Ваше назначение было для всех полной неожиданностью.

– М-да, – задумчиво изрек Майкл. – К сожалению, человек предполагает, а Бог располагает. – Он сделал еще глоток, затем вытер белоснежной салфеткой губы и отложил ее в сторону. – Я сам был очень удручен, узнав о случившемся. Мы не были с Трэвисом близкими друзьями, но пару раз сталкивались на совещаниях. Он отличный руководитель и знает толк в делах.

– Да, – грустно улыбнулась Кора. – Я всегда с ним ладила. Всегда находила компромисс, даже, казалось, в неразрешимых вопросах. Как руководитель он был настоящим дипломатом.

– Но почему вы говорите о нем в прошедшем времени?

– Вчера я была в больнице. Врачи диагностировали у него злокачественную опухоль. Рак дал метастазы в позвоночник. Сами понимаете, во что это все выливается. Нет, конечно, врачи настроены достаточно оптимистично: говорят, что не все потеряно. Они считают, что процесс можно остановить. Сейчас проводят доскональное обследование. Но… – Она умолкла на некоторое время, затем продолжала: – Трэвис, похоже, поставил на себе крест. Я пыталась убедить его, что он должен бороться за свою жизнь и испробовать все, что предлагают врачи. Они сказали, что есть два варианта – дорогостоящая операция, в результате которой ему удалят пораженную часть легкого, или криотерапия – это вымораживание больной части органа с последующим восстановлением его функции. Но то и другое баснословно дорого, и неизвестно, как себя поведет организм. В любом случае, Трэвис уже не вернется в компанию. Именно поэтому вас и назначили на его место.

– Я не виноват, что выбор пал на меня… Но давайте не будем больше о грустном. Мы ничего не можем изменить, а жизнь продолжается. Я предлагаю поднять бокал за то, чтобы наше сотрудничество было успешным. Это вино стоит того, чтобы им наслаждались. – Он пристально глядел на Кору. Казалось, его взгляд гипнотизировал ее. Вино слегка вскружило ей голову.

– Я видел вас на общей фотографии, что стоит у Трэвиса на столе в кабинете, – продолжал он. – Вы выглядели очень счастливой.

– Да-да, – сразу оживилась она. – Это был рождественский праздник. Его жена запекла утку с яблоками. Он пригласил почти весь коллектив к себе, и мы веселились и дурачились как дети. Этот день я запомню навсегда.

– Я очень хочу, чтобы вы были так же счастливы и со мной. – Лицо Бредфорда приняло серьезный вид.

В воздухе повисла напряженная пауза. Кора вдруг подумала, что сейчас может произойти то, чего она боится больше всего, – он начнет ухаживать за ней, а она не может ответить ему взаимностью, потому что помолвлена…

– Спасибо за ужин, – охрипшим от волнения голосом произнесла она. – Я думаю, что о делах нам лучше поговорить в агентстве.

– Наверное, вы правы. Утро вечера мудренее. Деловые вопросы обсудим завтра на работе.

– Уже поздно. Придется вызвать такси: в моей машине закончился бензин. Его хватило как раз на то, чтобы доехать до вас.

– Не беспокойтесь, я подвезу вас, а утром мой водитель заправит вашу машину бензином и доставит по адресу. Но, пожалуйста, выполните одну мою просьбу.

Господи, что еще он задумал?

– Один только танец. Всего один.

Она молча кивнула.

Он подошел к магнитофону, нажал клавишу, и из динамика полилась волшебная музыка.

Саксофон, мысленно простонала она. Я пропала. Это мой любимый инструмент. Под его звуками я таю как воск. Держись, Кора, помни о Джеке.

Бредфорд медленно приблизился к ней, она встала, он бережно обнял ее стройный стан. Другой рукой он легко сжал ее ладонь. Его плечо оказалось под ее пальцами. Оно казалось твердым и сильным. Их тела сблизились, бедра время от времени соприкасались. Майкл и Кора кружились в медленном, чувственном танце.

В его голубых глазах, устремленных на нее, разгоралось желание. Она не могла отвести взгляд, и единственный вопрос, который вертелся сейчас у нее в голове, – почему она не может противиться его обаянию? Что заставляет ее безропотно подчиняться этому малознакомому мужчине? И вдруг ее, словно молния, пронзило понимание: она ждет от него поцелуя. От этой мысли она похолодела.

Подбородок Бредфорда слегка касался ее виска, она закрыла глаза, вдыхая аромат его одеколона.

– Какой гладкий шелк, – прошептал он, касаясь мочки ее уха. – Зря вы надели такое коварное платье. Оно сводит меня с ума.

Майкл провел ладонью по ее шее. Он с наслаждением ощущал ее кожу – такую теплую, мягкую и гладкую, она же чувствовала только стремительные и яростные удары собственного сердца.

Его синие глаза упрямо источали желание. Она купалась в его колдовском взгляде, еще мгновение – и она навсегда в нем утонет. Кора слышала каждый удар своего сердца.

Она ощущала, как нарастает тревожное возбуждение, как оно обволакивает ее, когда она оказывается слишком близко к нему… Так близко, что чувствует бугры мышц его плеча и груди под рубашкой. Кора одновременно блаженствовала и замирала от страха. По счастью, она научилась скрывать мысли и чувства, и мгновенная паника никак не отразилась на ее лице.

Он улыбался обольстительной улыбкой, и в этот момент ей вдруг подумалось, что других женщин он желал так же, как и ее, говорил те же слова, что и ей. Это ее почему-то рассердило.

– Майкл, – она впервые обратилась к нему по имени и испугалась этого, – прошу вас, не надо совершать ошибку, за которую потом будет неловко. Я помолвлена, – произнесла она, твердо глядя ему в глаза, и вздохнула с облегчением, так как ей все же удалось взять себя в руки, несмотря на то, что ее тело просило о другом.

– Вот как? Помолвлены?

Нежный взгляд его глаз резко стал жестким.

– И кто же ваш избранник? – требовательно спросил он.

– Не думаю, что это важно для ВАС. – Она покосилась на его руку, которая покоилась на ее талии. – Главное, свадьба через несколько недель.

– Что ж, я отвезу вас домой.

Она заметила, как быстро переменилось выражение его лица: он словно надел безжизненную маску. Бредфорд освободил ее талию из плена. Она вздохнула с облегчением.

– Спасибо, я устала и хочу отдохнуть. Завтра рано вставать.

– Хорошо, поехали. А вашу машину, как я и обещал, мой водитель доставит прямо к вашему дому.

Пока он вез ее домой, они всю дорогу молчали. Мысли о произошедшем не давали ей покоя.

Майкл Бредфорд богат. В нем есть сила, красота и то, что делает мужчину мужчиной. Это ощущается в каждой линии его мускулистого тела, в каждой черточке сурового лица. Зачем она ему? Ведь этот человек мог бы без всяких забот заполучить самую красивую женщину на свете? Если бы знать ответ на этот вопрос…

4

Следующим утром, когда Кора просматривала в монтажной наработанный материал, дверь с шумом распахнулась и влетела Даниель с бумажным пакетом.

– Привет! Как дела?

– Как сажа бела, – недовольно буркнула Кора.

Даниель вынула из пакета сладкие булочки, обсыпанные сахарной пудрой, и два стаканчика с кофе.

– Отвлекись и позавтракай. Ты сегодня что-то слишком рано. Вот, подкрепись, может настроение появится, а то у тебя на лице отражен весь вчерашний вечер, проведенный с боссом. Похоже, это был не самый лучший ужин в твоей жизни. – Даниель плюхнулась на стул в ожидании ответа.

– Я не обсуждала с тобой вчера предстоящую встречу с Бредфордом, – удивилась Кора. – Откуда ты знаешь?

– Мир настолько тесен, что при всем желании от чужих глаз ничего не скроешь. Видишь ли, сестра Барри служит экономкой у соседа нашего босса, и Барри регулярно наведывается к ней в гости. А уж посудачить за вечерним чаем с соседской прислугой – для них святое. Бредфорд, очевидно, даже не подозревает, какую шпионку ему посчастливилось иметь под самым носом. Она обожает сплетни, особенно их распространять. При этом ее информация всегда обрастает, как снежный ком, самыми фантастическими догадками.

Кора, поперхнувшись кофе, уставилась на подругу.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Только то, что по ее подсчетам ты стала его тринадцатой любовницей за последние полгода. – Она многозначительно посмотрела на нее. – Как тебе это?

– Невероятно! – не верила своим ушам Кора. Ей стало не по себе. – Я сейчас же отправлюсь к этой Барри и прищемлю ей язык! – Она кипела от негодования.

– Если ты это сделаешь, она будет уверена в своей правоте, – спокойно сделав глоток кофе, констатировала Даниель. – Лучше намекни Бредфорду, а он сам с ней разберется.

Слова Даниель возымели желаемый эффект.

– Он меня пригласил, пусть и расхлебывает эту кашу, – успокоившись, произнесла Кора.

– Ладно, я тебя предупредила, а теперь мне надо идти и работать, увидимся, – сказала Даниель, проглатывая последний кусочек булочки.

После ее ухода Кора уткнулась в монитор, но только что полученная информация не давала ей возможности сосредоточиться на работе. Она постаралась выкинуть из головы посторонние мысли, но ничего не получалось. Тогда она решила хорошенько обдумать ситуацию, но в это время скрипнула дверь и в проеме показалась голова Эбби.

– Кора, зайдите к Бредфорду.

Вот оно, начинается, мрачно заключила она. Возможно, хорошо, что он вызывает меня именно сейчас, когда я рассержена. Я поставлю все точки над «i» и закрою эту тему навсегда. Не хватало, чтобы эти пошлые слухи дошли до Джека! Она поправила прическу, подвела губы и, преисполненная воинственности, уверенно направилась к боссу.

Кора шла по коридору, твердо решив для себя объясниться с Бредфордом. Он должен четко уяснить, что никаких других отношений, кроме деловых, между ними быть не может. В ее кармане зазвонил сотовый телефон.

– Кора, привет!

– О! Джек! Как же я рада слышать твой голос! Я ждала тебя вчера. Где ты?

– Я звоню из аэропорта. Самолет только приземлился.

– Джек, мы увидимся сегодня?

– Что-нибудь случилось? У тебя такой голос…

– Ничего особенного. – Кора не торопилась сообщать Джеку о Бредфорде и о том, что тот проявляет к ней особенный интерес. – Ничего особенного. Просто я не видела тебя целый месяц и соскучилась.

– Извини, дорогая, не получится. Мне необходимо заскочить в компанию. Там возникли какие-то проблемы, пока я путешествовал по Штатам. Надеюсь, не очень серьезные. И потом, из-за плохой погоды рейс перенесли на десять часов. Я чертовски устал. У меня буквально слипаются глаза. Вид сонного тетерева не вызовет у тебя радости. Разрешу вопросы – и домой, чтобы выспаться. Встретимся позже, хорошо?

– Жаль, мне так хотелось тебя увидеть. Ну что же делать – отдыхай. Значит, до завтра?

– Думаю, да. Если ничего не помешает. Я позвоню. Целую.

– Договорились.

Этот короткий разговор с Джеком Кору расстроил. Как правило, в день возвращения из командировки он приглашал ее в ресторан или к себе домой, а сегодня… И раньше бывало, что рейс задерживался и возникали трудности у него на работе, но его голос всегда был нежным. Она всегда чувствовала, что Джек скучал по ней, но сегодня что-то было не так. Это тем более странно, что командировка была долгой – он заезжал по делам компании в несколько городов. Должен был соскучиться… В душе Коры помимо ее воли зародились тревожные предчувствия. Общение с возлюбленным омрачило ее настроение и погасило воинственный пыл.


– Доброе утро, Кора, проходите. – Почти не взглянув на нее, Бредфорд указал на кресло для посетителей.

Кора прошла и осторожно присела в огромное жесткое кресло из черной кожи.

Воспользовавшись тем, что Майкл не торопится начать разговор, она оглядела его с ног до головы, отметив безупречно сшитый черный костюм, ослепительно белую рубашку и галстук в узкую полоску… Стать постоянной спутницей такого мужчины может только или очень состоятельная женщина, или очень красивая и дерзкая, заключила она. Он выглядит еще более привлекательным, чем накануне.

Едва он собрался заговорить с ней, как зазвонил телефон. Майкл поднял трубку. Деловой сухой тон, каким он поприветствовал Кору, исчез, зато появились ласковые нотки, придающие всему произнесенному оттенок нежности. Его глаза излучали радость. Он ослабил галстук и расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке. Кора не сомневалась в том, с кем разговаривает Бредфорд.

Любовница. Он разговаривает с женщиной и, судя по выражению его лица и тону, она ему не безразлична. Если это так, то почему вчера он флиртовал со мной? Неужели он собирается еще и меня заманить в свои любовные сети? Она заметила черные завитки, выбивающиеся из расстегнутого ворота. Это ее смутило, и она тут же представила себе его обнаженным: смуглое мускулистое тело, крепкие руки и ноги, потемневшие от желания глаза, которые манят в сладкие объятия… Видение было столь живым, что у нее перехватило дыхание, ее ногти впились в кожаную обшивку кресла. Кора судорожно сглотнула и разжала пальцы. Чем только у меня занята голова? Никогда раньше я не позволяла себе предаваться таким безумным эротическим фантазиям в отношении своего руководителя.

– Мне нравится, как вы одеваетесь, – произнес он так внезапно, что она вздрогнула.

Кора пропустила момент, когда его разговор с невидимой собеседницей был окончен, и не сразу поняла, что теперь босс обращается к ней.

– М-да… Спасибо.

– Кофе? – вежливо спросил он, возвратив трубку на рычаг.

Их глаза встретились, и отвести свой взгляд Кора не смогла.

– Что? – Она попыталась улыбнуться.

– Кофе со сливками, с молоком или просто черный?

– Я уже пила утром.

– Вчера вы решили, что я хочу с вами завести интрижку, не так ли? – И, не дав ей ответить, он продолжил: – Успокойтесь, это просто под воздействием вина… Я мужчина, а вы надели соблазнительное платье… В общем, вы неверно истолковали мои намерения…

Она с сомнением изогнула бровь.

Будет лучше, если между нами установятся спокойные, чисто деловые отношения, решила она. Я не буду искать в его словах и действиях скрытый смысл. Он руководитель, я – подчиненная. И все!

– Не стоит обсуждать эту тему, – произнесла она вслух. – Все нормально.

– Вот и замечательно. – Минуту он изучал ее, а потом сказал: – Перейдем к делу.

– Именно для этого, я надеюсь, вы меня и вызвали, – с твердой решимостью произнесла она.

Несмотря на то, что внутри у нее все натянулось как тетива, она собрала волю в кулак и придала выражению своего лица невозмутимый вид. К ее удивлению, он рассмеялся. При звуках этого заразительного смеха у нее округлились глаза.

– Давайте поговорим о деле, – перестав смеяться, неожиданно серьезно повторил он. – Я предлагаю вам более удачную кандидатуру для театрализованного шоу. Эту девушку я знаю с пеленок и готов поручиться за нее. Ее зовут Дайана. Только что я получил по телефону подтверждение ее согласия на участие в вашем театрализованном показе, и скоро она уже будет у вас.

– Хозяин – барин.

– Я рад, что мы с полуслова понимаем друг друга.

Он отодвинул верхний ящик своего дубового стола, порылся среди бумаг и извлек две цветные фотографии.

– Этим снимкам года два, но не думаю, что за это время внешность Дайаны сильно изменилась… Если только в лучшую сторону. – Он пододвинул их Коре. – Вы можете их взять.

Кора бросила на один из снимков мимолетный взгляд. Большие зеленые с золотистым оттенком глаза новой модели излучали магнетизм, и Кора ощутила желание разглядеть фотографию более внимательно: густые огненно-рыжие волосы, разделенные прямым пробором, мягко стелились по плечам. Маленький, правильной формы нос и полные чувственные губы… Какая красивая девушка, подумала она. Даже слишком хороша. А вот как она покажет себя на деле… Скорее всего, у нее нет опыта.

– У нее уже есть некоторый опыт в модельном бизнесе, – предупреждая вопрос Коры, произнес Бредфорд.

Он улыбнулся, и лучики морщинок разбежались от уголков его глаз, поразивших ее неожиданной проницательностью.

Бредфорд читает мои мысли? – испугалась она. Нет, это простое совпадение. Кора постаралась успокоиться.

– Я думаю, вы быстро найдете общий язык. Дайана умна, коммуникабельна, фотогенична. Как только она приедет, я сразу же познакомлю вас.

– Спасибо за заботу, мистер Бредфорд.

Кора убрала снимки в сумочку.

Она чувствовала себя неуютно в этом кабинете и хотела поскорее вырваться из него.

– Теперь я могу возвратиться на свое рабочее место? – с ноткой неудовольствия поинтересовалась Кора.

– Разумеется, до конца рабочего дня еще далеко.

Кора натянуто улыбнулась, поднялась и поспешила к двери, ощущая всем телом пристальный взгляд босса. Никогда еще путь от стола до двери не казался ей таким длинным! Внутри она кипела от негодования. Она плотно закрыла за собой дверь и почувствовала некоторое облегчение.

Трэвис никогда не вмешивался в подбор кадров. Эти вопросы всегда решала я, возмущенно думала она. Если Бредфорд продолжит совать нос во все сферы моей деятельности, мне придется показать свои зубки. Не думаю, что это придется ему по душе; в общем-то, мне тоже это не доставит большого удовольствия… Странно, но от Бредфорда исходят особенные флюиды, и мне постоянно приходится контролировать себя, чтобы не оказаться во власти его чар. Он так смотрел на меня… Должно быть, он – замечательный любовник. Господи, я, наверное, схожу с ума, если допускаю подобную мысль…

От подобных размышлений Кору бросило в жар. Она была уверена, что щеки ее пылают, и ей пришлось расстегнуть верхнюю пуговичку блузки. Она в изнеможении прислонилась к стене возле лифта.

– Кора, с вами все в порядке? – донеслось до нее.

Кора только сейчас сообразила, что на нее смотрят. Глаза секретарши из соседнего отдела, задавшей этот вопрос, излучали скорее любопытство, чем участие.

– Да, все нормально. Спасибо за заботу, – улыбнулась ей Кора и шагнула в подоспевшую кабинку лифта, мечтая об одном: как можно скорее добраться до своего рабочего кабинета.

5

Неделя промчалась в беспрерывных заботах и хлопотах. За это время они всего пару раз виделись с Джеком, встречаясь в кафе. Коре хотелось все свое время проводить с любимым, но подготовка программы отнимала столько сил и времени…

Надо было наконец отдохнуть и развеяться.

Ближе к обеду Кора позвонила Джеку и предложила поужинать у нее дома, обещая устроить ему романтический вечер при свечах. Уже больше месяца они не встречались наедине. Он с удовольствием согласился. Но перед этим она попросила, чтобы он отвез ее к портнихе на последнюю примерку свадебного платья, а потом в магазин – купить костюм для официальных визитов, который ей приглянулся на прошлой неделе.

Джек заехал за ней в половине первого. У портнихи Кора пробыла почти полчаса и вышла от нее в отличном настроении. В руках она держала бумажный пакет.

– Сегодня замечательный день! – восторженно произнесла она. – Я напрасно переживала, что с платьем будут проблемы. Мастер отлично знает свое дело. Я ехала на примерку, а получила уже готовое платье. Оно восхитительно! Спасибо Даниель, ведь это она порекомендовала мне ее. А теперь в магазин.

Тот костюм, что приглянулся Коре, ему не понравился, и ей пришлось приложить немало усилий, чтобы уговорить Джека зайти и в другие отделы. Кора примеряла то один наряд, то другой. Ей хотелось выглядеть самой красивой на свете, но всякий раз, когда она облачалась в костюм, Джек отрицательно качал головой. Наконец, когда они совсем выбились из сил и потеряли надежду, удача улыбнулась им.

– Джек, дорогой! Это именно то, о чем я мечтала! Что скажешь?

– Юбка немного длинновата, – констатировал он, оглядывая ее придирчивым взглядом.

– Но ведь это же деловой костюм, а не…

– Согласен. В целом мне нравится и цвет, и фасон. – Он достал бумажник и отсчитал несколько купюр. – Хватит?

– Вполне.

Счастливая и довольная, она вышла из отдела и сразу же свернула в отдел женского белья. Джек умоляюще посмотрел на нее, она сделала вид, что не заметила его просящего взгляда.

– О, Джек! Мне давно надо было отправиться по магазинам. Это так заводит, поднимает настроение, все неприятности как рукой снимает! – восторженно произносила она, разглядывая красную шелковую комбинацию.

Она в восхищении рассматривала тончайшее, отделанное кружевом нижнее белье, представляя себя в нем перед Джеком.

– Сексуальное белье, возбуждает. Не правда ли, Джек? – Увидев его оценивающий взгляд, она вспыхнула от смущения. – Прости, я веду себя просто неприлично. В некоторых странах согласно традиции жениху до свадьбы даже не положено видеть свою невесту, я же… Прости. Вот что значит два года встреч. – Она положила комбинацию обратно на полку.

Джек вздохнул с облегчением, затем постукал указательным пальцем по своим наручным часам, давая ей понять, что время шопинга истекло. Она с ужасом обнаружила, что отсутствовала на работе уже более двух часов. Чуть нахмурив брови, Кора отправилась к машине.

Сидя на переднем сиденье, Кора решила припудрить лицо и полезла в сумочку за зеркальцем, но оно опустилось на самое дно, и она никак не могла добраться до него.

– А это что за снимки? – поинтересовался Джек, отвлекаясь от дороги.

– А, это, – она небрежно вынула один снимок из пакета и помахала им, – это протеже Бредфорда. Он предлагает включить ее в показ.

Джек из любопытства скосил глаза на снимок. Внезапно память выдала ему фрагмент ночи, проведенной с Дайаной. Девушка на фото показалась ему так похожей на…

– Джек! – крикнула Кора, схватив руль и выворачивая его вправо. – Джек! Что с тобой?! Мы чуть не попали в серьезную аварию. – В ее глазах застыл ужас. Встречная машина на большой скорости пронеслась мимо них. Кора с облегчением вздохнула. – Следи за дорогой, а не за содержимым моей сумочки! Спасибо тебе, Господи… Джек, ты не понимаешь? Мы чудом не погибли.

Он включил поворотник и съехал на обочину, после чего в упор уставился на снимок, который все еще сжимала в побелевших от ужаса пальцах Кора. Да, безусловно – на фото была Дайана!

Кора ощутила, что он буквально прожигает фотографию взглядом.

– Ты знаешь ее?

– Ее?

Эти неповторимые глаза, роскошные волосы, кожу нежную, как шелк, он не забыл. Разумеется, он узнал ее, но разве мог он сознаться в этом своей невесте. Он пошел на маленькую уловку:

– Она очень похожа на мою первую школьную любовь. Сходство очень сильное. Как ее зовут?

– Не помню. Бредфорд сообщил мне, что я встречусь с ней, как только она приедет. – Кора подозрительно на него покосилась. – Она не может быть твоей школьной любовью, между вами большая разница в возрасте. Она младше тебя лет на десять.

– Да?

Джек был загнан в ловушку. Ему надо было как-то выкручиваться из щекотливой ситуации, у Коры ревнивый характер, поэтому врать необходимо правдиво.

– Ну… когда я видел ту девушку в последний раз, мы оба были намного моложе, чем сейчас… Наш роман был коротким, но бурным.

– И как же ее звали?

– Дженни, – назвал он первое имя, пришедшее ему в голову.

– Джек, Дженни – прямо созвучие имен. А почему расстались?

– Не судьба. Давай закроем эту тему. – Он вновь завел мотор, и его автомобиль влился в поток машин.

В салоне повисла неловкая тишина, до самого конца они соблюдали безмолвие. Думая о своем, Джек подъехал к дому Коры. Она вышла из машины и захлопнула дверцу, но потом заглянула в опущенное окошко и напомнила:

– Значит, до вечера? Ты не забыл, мы условились провести его вместе?

– До вечера. – Джек улыбнулся, но это у него получилось не совсем естественно.

Коре такая улыбка пришлась не по душе. Предчувствие беды зародилось где-то в глубине ее сознания. Она прикоснулась пальцами к своим губам и послала ему воздушный поцелуй.

Жених подмигнул ей.

– Все хорошо. Люди перед свадьбой всегда немного нервничают, – с улыбкой произнес он, пытаясь разогнать ее подозрения.

Дома Кора повесила платье на видное место, чтобы оно напоминало о том, что скоро она станет замужней женщиной. Любуясь им, она не выдержала и решила еще раз примерить наряд.

Будущая невеста крутилась перед зеркалом, как школьница, собирающаяся на выпускной бал, радуясь тому, как удачно формы платья подчеркивают соблазнительные изгибы ее тела.

– Хоть сейчас под венец, – сказала она зеркальному отражению. – Жаль, что это произойдет только через три недели. Надеюсь, Джек не передумает за это время жениться на мне.

Это длинное платье небесного цвета – просто волшебство. А эта крошечная шляпка с вуалью придает моему облику загадочность. Я выгляжу в нем как принцесса из сказки, радовалась она.

Кора сняла наряд и бережно повесила на вешалку.

В приподнятом настроении она набрала номер Даниель.

– Как дела, Даниель?

– Отвратительно! – Нотки отчаяния слышались в голосе помощницы.

– Что случилось? – предчувствуя неприятное, встревожилась Кора.

– Только что заходил Бредфорд.

– Но ведь он должен быть на совещании еще часа два…

– Оно отменилось. Он приехал в дурном расположении духа. Если бы ты видела выражение его лица, когда он узнал, что тебя нет на работе!

– Боже! Могу себе представить! Теперь надо что-то придумать, чтобы выкрутиться.

– Бесполезно. Эта всезнающая Барри с большим удовольствием сообщила ему про тебя и Джека. Она так и брякнула, что вы уехали по магазинам за предсвадебными покупками для тебя. Откуда она узнала, ума не приложу? Ты даже мне не сообщила об этом.

– Она невероятно деятельна, пора предупредить ее, чтобы она не совала свой нос в чужую личную жизнь.

– Да уж, предупреди. Босс в гневе был страшен. Боюсь, тебе предстоят не самые приятные минуты при встрече с ним. Готовься к обороне. Он не терпит отсутствия подчиненных по личным делам во время рабочего дня, а тебя слишком долго не было на месте. Поскорее материализуйся на работе.

– Я буду через десять минут.

– Да уж, будь, пожалуйста.

Кора схватила ключи от машины и пулей вылетела из дома. Мотор завелся с первого оборота.

– Молодец, – похвалила она автомобиль. – Всегда бы так.

К счастью, дорога не была запружена машинами, и она без препятствий добралась до агентства. Кора еще не перевела дыхания, как на пороге появился Бредфорд.

Чувствую, меня ждут большие неприятности, мрачно заключила она. Когда же наконец в моей жизни наступит светлая полоса? Темная что-то затянулась.

– Ну, мисс Макдональд… – произнес он недовольно и приблизился к ней почти вплотную.

Кору обдало жаром, словно она находилась на краю кратера, где внизу бесновалась и бурлила лава, пытаясь вырваться наружу. Кора лихорадочно соображала, какой скрытый смысл он вложил в это «Ну, мисс Макдональд…».

Бредфорд, как всегда, был элегантен: новый с иголочки темно-синий костюм, тщательно подобранная рубашка, отлично гармонирующий с цветом костюма галстук. Она не нашла в его внешности ни единого изъяна. В довершение всего до нее долетел аромат дорогого мужского одеколона. Его сверкающие синие глаза ничего хорошего не предвещали. У нее перехватило дыхание. Кора собралась с духом и, как ни в чем не бывало, проговорила:

– Эбби только что передала мне, чтобы я зашла к вам сейчас. Именно это я и собиралась сделать, но вы меня опередили.

Кора была уверена, что получит нагоняй, но то, что он изрек, ее удивило.

– Н-да, я просил об этом Эбби, затем изменил свое решение и пришел сам. Пока вы… э-э-э… блуждали по лабиринтам магазинов, я посмотрел часть представления, и мне понравилось не все. Например, дождь.

– Дождь? А что – дождь? Дождь как дождь, – невозмутимо произнесла она.

– Если бы это был снег, то блестки подошли бы, но это дождь! И я настаиваю, чтобы с потолка лилась настоящая вода.

Что за абсурд? Кора с трудом сдержала издевательский смех. Но ее отношения с новым шефом и так были далеки от идеала, и следовало искать компромисс…

– Это вполне возможно, – медленно и терпеливо произнесла она. – Но тогда девушки вымокнут до нитки… И это уже будет по-настоящему.

– Им за это неплохо платят.

– Но вы только представьте, что под воздействием воды станет с платьями, не говоря уже о прическах и макияже моделей. Они будут выглядеть жалко. У нас получится дефиле мокрых куриц – кто после этого купит такую одежду? Вы не забыли, что наша цель – не эпатировать зрителя, а заставить его покупать демонстрируемую одежду?

– Вот вы и придумайте, как сделать так, чтобы и волки были сыты, и овцы целы.

У Коры расширились зрачки. Она не верила собственным ушам. От этих слов у нее отвисла челюсть.

– Вы серьезно?

– Разумеется. Все должно быть естественным, ведь одежда сшита из настоящей ткани, а не из фанеры и фантиков, вот и осадки должны быть натуральными. А чтобы девушки – и особенно одежда – не намокли, используйте яркие зонтики, наконец. Кстати, в буддизме зонтик – защитник от злых помыслов и один из символов счастья.

Кора собрала все свое мужество и терпеливо начала объяснять:

– Видите ли, мистер Бредфорд, если мы используем яркие аксессуары, то зрители все свое внимание сосредоточат именно на них, а не на демонстрируемой одежде. В этом случае мы потерпим фиаско. Зонтики – это не пряжка на босоножке и даже не дамская перчатка. Они слишком заметны. – Кора с вызовом посмотрела на босса.

– Вы полагаете? – спросил он с самым простодушным видом. – Ну, чтобы отвлечь их от зонтиков, вы можете использовать какой-нибудь другой отвлекающий предмет или животное… например, собак. Оригинально, правда?

– Вы с ума сошли! – крикнула она, не сдержавшись, и хлопнула ладонью по поверхности стола так, что ее сотовый телефон подпрыгнул, как теннисный мячик. – Это полный бред! У нас показ прет-а-порте, а не зоопарк или выставка собак. Вы хотите превратить шоу в фарс? Да с нами после такого оглушительного провала ни один заказчик работать не будет!

Внезапно Бредфорд громко рассмеялся.

– Потрясающе!

– Что?

– В гневе вы выглядите просто потрясающе, – с явным удовольствием ответил шеф. – Мне нравится, что вы отстаиваете свои позиции.

Кора залилась краской.

– Значит, вы решили меня просто разыграть?

– Да, извините, мне хотелось узнать, какой вы организатор, как будете защищать интересы своей программы. Конечно, я пошутил, но если серьезно, то у меня все же имеются некоторые замечания. – И, понизив голос так, чтобы не услышали чужие уши, добавил: – Я предлагаю обсудить их сегодня за ланчем.

От этого предложения ее очки буквально съехали на нос. Этим утром правая линза снова не встала на место, и Кора, чтобы сэкономить время, надела очки, о чем сейчас пожалела.

– Вы это серьезно?

– Более чем. И не надевайте больше эти очки, они вас делают похожей на старую деву. А ведь вы молодая и привлекательная женщина. Ну так как насчет ланча?

Он казался таким сексуальным… А эта ямочка на подбородке… Кора подавила в себе желание согласиться, так как не терпела мужчин, которые уверены, что последнее слово остается за ними, и решила ему вежливо отказать.

– Представление должно быть готово к показу уже через три недели, времени не осталось, а у нас, как выяснилось, еще очень много недоработок, – твердым голосом произнесла она, тем самым давая ему понять, что не может принять его предложение.

Бредфорд поднял бровь и внимательно посмотрел на нее.

– В таком случае мои замечания обсудим у меня в кабинете, скажем, в семь часов. Я знаю, что у вас в контракте есть пункт, в котором говорится о ненормированном рабочем дне, к тому же вы потратили сегодня два часа рабочего времени на личные дела. – Он посмотрел на свои часы.

В этот момент на пороге ее кабинета возникла молодая девушка. Кора сразу узнала знакомые черты – эта была рыжая красотка с фотографии.

Заметив посетительницу, Бредфорд расплылся в улыбке. Он устремился ей навстречу, обнял и чмокнул в щечку.

– Ты пунктуальна, молодец. Как устроилась?

– Все хорошо. Твой водитель был очень услужливым, по дороге домой он показывал мне достопримечательности не хуже настоящего гида, а Франсуаза накормила самым вкусным на свете пудингом из яблок. Я приняла душ и даже немного отдохнула в шезлонге у бассейна. У тебя классная вилла! О такой я могу только мечтать!

– У тебя все еще впереди, но для этого надо много работать, не жалея сил. Я хочу тебя познакомить с Корой Макдональд – она директор программы «Стильная одежда для всех». Ты будешь принимать участие в театрализованной демонстрации одежды. Правда, оригинальная идея? Определенный модельный опыт у тебя есть, так что ничего сложного. Уверен, справишься. Кора, это Дайана – девушка, о которой я вчера говорил.

Кора поднялась из-за стола и протянула руку для рукопожатия.

– Кора Макдональд, но для вас просто Кора.

Дайана несколько секунд пристально всматривалась в лицо Коры, затем перевела вопросительный взгляд на Майкла. Он только слегка прикрыл глаза и незаметно, так, чтобы Кора не увидела, кивнул Дайане.

– О-очень приятно, – словно с трудом оправившись от потрясения, произнесла Дайана. – Майкл предупредил меня, что все актеры в вашем шоу – профессиональные модели. У меня есть некоторый опыт в этой области. К сожалению, на короткое время мне пришлось уйти из этого бизнеса, и я рада, что появилась возможность снова возвратиться.

Майкл, не «мистер Бредфорд»? Интересно, кем она приходится ему? Одна из любовниц, родственница или просто знакомая? Не важно, но лучше соблюдать с ней дистанцию. Я дам ей какую-нибудь незначительную роль. Для начала с нее хватит и этого, решила Кора, а вслух произнесла:

– Рада, что в наш дружный коллектив вливаются молодые, полные энергии люди. Вы хорошо двигаетесь, фотогеничны… – Даже слишком, подумала она, вспоминая сегодняшний эпизод с фотографией. – Думаю, проблем у нас с вами не будет.

– Вот и замечательно, – вмешался Бредфорд. – Будем считать, что Дайана уже член нашего сплоченного коллектива. Дайана, могу я вызвать тебя на пару слов?

Когда они вышли из кабинета Коры, Майкл спросил:

– Ну как?

– Я просто в шоке! Невероятно, но очевидно.

– Именно это я и ожидал услышать от тебя. Я сам чуть не потерял дар речи, увидев ее. Испугался, что у меня галлюцинации… Извини, мне необходимо идти. У меня назначена встреча. Увидимся позже. – Он улыбнулся ей и ушел.

Дайана вернулась в кабинет. Кора смотрела на эту молодую, очень эффектную, уверенную в себе девушку и ощущала, как в глубине ее души закипает раздражение. Она не могла объяснить себе, чем вызвано это чувство, – неужели она ревнует Джека к его школьной подружке и возненавидела Дайану за это случайное сходство? Если бы это зависело от нее, она с удовольствием указала бы девушке на дверь, но Бредфорд не простит ей подобного шага… Коре пришлось смириться с возникшей ситуацией. Она как можно более сжато объяснила Дайане, что от той требуется, и, назначив время репетиции, отпустила новенькую восвояси.

Стоило ей остаться одной, как в кабинете появилась Даниель.

– О чем это вы с боссом ворковали? – поинтересовалась она.

– Мы обсуждали рабочие вопросы, – невозмутимо ответила Кора. – У нас еще достаточно времени для работы, вот и давай не будем его терять.


Работа в агентстве кипела. Кора в сопровождении Даниель шагала по коридору, когда в толпе сотрудников они заприметили Барри – та тащила пакет, из которого высовывались парики. Барри мимоходом кивнула им, и Кора заметила, как края ее губ изогнулись в улыбке.

– О, на ловца и зверь бежит! Чего это она так подозрительно улыбается?

– Да, в улыбке точно кроется какой-то тайный смысл, – немедленно подхватила Даниель. – Гляди, как она уставилась на тебя. Словно знает о тебе то, что следует скрывать за семью замками. О, смотри, так увлеклась вниманием к тебе, что даже столкнулась с Кевином. Вот умора! У нее порвался пакет, и парики рассыпались по полу. Так смешно смотреть, как она неуклюже собирает их. Вот над кем Бог не очень-то напрягался, создавая это жалкое творение.

Неспешно, походкой пантеры Кора направилась к не в меру любопытной и болтливой костюмерше. Барри уже потянулась к последнему парику, когда в поле ее зрения возникла женская ножка в прозрачном черном чулке. Барри подняла глаза. Взгляды девушек встретились.

– Как дела, Барри?

– А что случилось?

Жесткие глаза Коры буквально буравили ее. В них не теплилось никакого чувства, будто она говорила с неодушевленным предметом.

– Любишь подглядывать за чужой жизнью?

Барри внутренне сжалась.

– С чего вы взяли?

– Гляжу, ты любишь отвечать вопросом на вопрос. Обычно ты более болтлива, да и фантазия у тебя очень бурная.

– Мисс Макдональд, я не понимаю вас. – Барри засунула парик в пакет и поднялась.

– Скажи, пожалуйста, с каких это пор в обязанности костюмерши стало входить сочинение сплетен о сотрудниках компании?

– Я действительно не возьму в толк, о чем вы.

– Советую тебе больше времени уделять своей профессии. Любопытство может нанести непоправимый вред твоей карьере. – Она улыбнулась улыбкой Горгоны, от чего у Барри поползли мурашки по спине.

Кора грациозно развернулась и, подхватив под локоть Даниель, направилась к лифту.

– Зря ты опускаешься до разговоров с подобной вздорной особой, – покачала головой ее помощница, нажимая на кнопку вызова. – Чего ты добилась? Думаешь, теперь она перестанет стучать на тебя шефу и смаковать подробности твоей жизни в разговорах с подружками? И никаким увольнением тебе ее не запугать.

– Знаешь, не сдержалась. Столько всего навалилось, а тут еще эта мелкая пакостница… Хотелось заткнуть ей рот. – Кора досадливо передернула плечами.

Даниель оглянулась.

– Смотри! Она возвращается. И, кажется, идет к нам.

Барри приблизилась к Коре. Ее лицо пылало после полученной выволочки. Ей явно не терпелось что-то сообщить, но это желание боролось в ней с остатками осторожности. Наконец натура возобладала, и Барри, задыхаясь от возбуждения, выпалила:

– Мисс Макдональд, вы несправедливы ко мне! Я не сочиняю сплетни, я просто открыто говорю, что вижу. Вот вы не знаете, а я только что видела Джека… – Кора готова была поспорить, что заметила в глазах Барри победоносную улыбку. – Вашего Джека. Может быть, вам это и неинтересно, но он разговаривал с симпатичной девушкой, что была у вас недавно, а потом увез ее на машине. Да, и еще я хочу вам сказать, что вы непорядочно поступаете с Люси. Она не заслужила того, чтобы ее выставили за дверь.

– При чем здесь Люси? – встряла Даниель.– Что ты хочешь этим сказать?

– Эбби Форбс по секрету сообщила, что Дайана – кажется, так зовут новенькую? – заменит Люси. А ту выставят на улицу, хотя она все это время репетировала и готовилась к показу!

– Вот язва, – процедила Даниель вслед удаляющейся Барри. – Можно подумать, что это от тебя зависело назначение новенькой и увольнение Люси. Пусть пойдет и скажет это в лицо Бредфорду, раз такая смелая.

Она обернулась к подруге и увидела, что та белее снега.

– Кора, что с тобой? Может, воды?

– Что?

Пальцы Коры так крепко сжимали папку с документами, что побелели суставы. Девушка была напряжена до предела.

– Неужели ты действительно веришь в то, что наплела эта сорока насчет Джека? Она просто мстит тебе за неприятный разговор. Пытается показать характер: дескать, нас никакими увольнениями не запугаешь, – попыталась успокоить ее Даниель.

– Джек уехал с… – казалось, Кора пыталась собрать в себе все силы, чтобы произнести это ненавистное ей имя, – с… с Дайаной. Сегодня мы договорились с Джеком вместе провести вечер, он должен был вскоре заехать за мной, но вместо этого позвонил и сообщил, что не сможет, очень занят. Даниель, а что если она говорит правду?

– Что за чушь! Дайана здесь едва появилась. Думаешь, твой жених способен на такое: уехать у тебя за спиной с девицей, которую видит первый раз в жизни?

– А вот в последнем я сомневаюсь. Он увидел у меня ее фотографии, и его реакция была довольно странной.

Кора схватила сотовый телефон и набрала номер Джека.

– Абонент не доступен, – растерянно произнесла она.

– Не накручивай себя. Может быть, у него сел аккумулятор. Джек любит тебя. Не забивай голову мрачными догадками.

– Да? Возможно, ты права. Ревность? Глупо ревновать Джека, через три недели наша свадьба. Скорее всего, так и есть: Барри просто хотела мне насолить. Или обозналась, приняв за Джека кого-то другого…

– Успокойся и подумай лучше о том, что она сказала про Люси. Вот это уже мало похоже на выдумку. Я думала, Дайане отвели специальную роль. А она, выходит, претендует на место Люси? Это просто невероятно!

– Я займусь этим, – заверила Кора, беря себя в руки и заходя наконец в кабинку лифта, которая уже пару раз за это время успевала остановиться на их этаже.


Кора шла мимо демонстрационного зала, когда услышала чьи-то рыдания. Во втором ряду сидела Люси и плакала. Кора направилась к ней.

– Люси? Это правда?

Люси подняла заплаканные глаза и кивнула. Платок в ее руках был совершенно мокрым. По ее щекам пролегла дорожка из слез.

– Люси, я постараюсь тебе помочь.

– Спасибо, Кора, но вряд ли у тебя получится.

Глаза модели покраснели и опухли от слез, тушь черным ореолом размазалась вокруг них.

– Я сразу хотела пойти к тебе, – продолжала она вперемежку со всхлипываниями. – Но потом решила, что это бесполезно. Если так решил Бредфорд, не в твоих силах что-либо изменить.

– Ты точно знаешь, что тебя увольняют, или наслушалась чьих-то предположений? – спросила Кора.

– Знаю. Во мне здесь больше не нуждаются. Да, мне уже не двадцать, но я не вещь, чтобы вот так…

– Тебе Бредфорд сам об этом сказал?

– Нет. Я узнала от Эбби.

– Не плачь. Все кадровые вопросы решаю я. Так повелось еще со времен царя гороха. Я сейчас сама отправлюсь к боссу и все выясню. Возможно, Эбби что-то не так поняла. Иди домой, отдохни и успокойся, а завтра утром зайди ко мне. Договорились?

Люси смахнула новую набежавшую слезу и утвердительно кивнула. Кора, преисполненная негодования, выбежала из зала. Всю дорогу она сердито бурчала себе под нос. К моменту, когда она добралась до кабинета Бредфорда, давление пара в ее голове достигло верхнего предела. Она была настроена воинственно и не собиралась сдавать позиции. Она намеревалась отстоять Люси, чего бы ей это ни стоило. Несмотря на отчаянные попытки Эбби задержать ее, Кора ворвалась в кабинет. В этот момент ее можно было сравнить с фурией.

– Мистер Бредфорд! – выпалила она, сверкая глазами. – Что означает это… это…

Она осеклась, заметив, что на нее удивленно взирают четыре пары мужских глаз.

Следом за Корой ворвалась Эбби Форбс.

– Извините, мистер Бредфорд, я пыталась объяснить мисс Макдональд, что вы заняты. Но она даже не захотела слушать меня…

Кора стояла в растерянности, понимая, что попала в щекотливую ситуацию. Ее мозг лихорадочно искал спасительное решение, но, кажется, серое вещество не собиралось прийти ей на помощь, и она стала пятиться к дверям.

– Минуточку, мисс Макдональд, – произнес Бредфорд спокойным тоном. – Вы хотели сказать что-то очень важное, раз даже Эбби не смогла вас задержать?

Кора не могла вымолвить ни слова, разрываемая смущением и злостью.

– Я уверен, у вас веские причины, раз вы ворвались в мой кабинет без приглашения, – терпеливо повторил он. – Говорите, я слушаю вас.

Несколько лиц с любопытством наблюдали за происходящим.

– В другой раз, – только и смогла произнести она. – Это можно обсудить в другой раз. Ничего экстренного. Извините, я не знала, что у вас совещание. Еще раз извините.

– Тогда будьте любезны подождать в приемной. Эбби, предложите мисс Макдональд чай или кофе.

Кора уловила в его голосе нотки, здорово смахивающие на приказ. Она закрыла массивную дубовую дверь за собой и прислонилась к ее прохладной поверхности.

– Господи, почему у нас в штате нет психолога? – Она подняла глаза к потолку, словно там находился ответ. – Самое время мне пойти к нему на прием. Эбби, нет ли чего-нибудь холодного? У меня внутри все горит.

– Есть. В холодильнике кола.

– Отлично. А лед есть?

– Конечно.

Сидя в приемной, отпивая маленькими глотками ледяную кока-колу, она изо всех сил старалась взять себя в руки. Как я могла влететь к нему в кабинет? Да, он без году неделя руководитель, но он мой босс, и я обязана соблюдать субординацию. Идиотка! Так нелепо повести себя. Необходимо взять себя в руки. Я шла к нему не для того, чтобы выставлять себя в дурацком свете, а чтобы решить вопрос относительно Люси. Теперь он меня и слушать не станет. Что подумали его партнеры о его подчиненных?

– Эбби, – обратилась она к секретарю, – кто там у него?

– Потенциальные партнеры. Он предупредил меня, чтобы я никого не впускала к нему, потому что у него очень важные переговоры.

– Ужас! Какой ужас!

Кора застонала и закрыла лицо ладонями:

– Надеюсь, я не сорвала ему сделку.

– Еще колы?

– Нет, Эбби, спасибо.

Дверь широко распахнулась и выпустила трех молодых мужчин в серых костюмах. Проходя мимо Коры, они с улыбками косились в ее сторону. В этот момент она была готова провалиться сквозь землю. Как только они скрылись в коридоре, вышел Майкл Бредфорд. Его лицо было серьезным.

– Ну что, мисс Макдональд, рискнете зайти так же эффектно, как в прошлый раз?

Что мне за дело до его подначек, решила Кора. Я пришла отстаивать права своих подчиненных, а не рассказывать ему сказки на ночь. Нравится ему это или нет, но я не отступлю от своего намерения. Кора поднялась, подошла к Эбби, поставила стакан на стол, поблагодарила ее и уверенно посмотрела на Майкла.

– Заходите! – Он шире распахнул дверь и сделал приглашающий жест рукой.

Когда они оказались в кабинете, Бредфорд плотно закрыл за собой массивную дверь. Коре это не понравилось. У нее создалось ощущение, будто ей отрезают путь к отступлению. Он подошел к креслу и предложил жестом присесть напротив. Его взгляд был ироничным, но это не охладило пыла, с которым Кора переступила порог начальственного кабинета. Она бросила на шефа гневный взгляд.

– Простите за непрошеное вторжение, но у моего нетерпения весьма веские причины. Нам надо разрешить жизненно важный вопрос – во всяком случае, важный для человека, работающего в нашем дружном коллективе не один год.

– Так-так… – Шеф с любопытством уставился на нее.

– Мистер Бредфорд! Я только что узнала, что вы хотите уволить Люси. Я против! Вы человек новый и, очевидно, не знаете, что все кадровые вопросы, связанные с моей программой, решаю я.

– Вот оно что, – саркастически улыбнулся Бредфорд. – Возможно, так было при мистере Трэвисе… Но я собираюсь здесь многое поменять. Как вы сегодня справедливо заметили, хозяин – барин, дорогая мисс Бредфорд. – Он надменно улыбнулся. – Я владею контрольным пакетом акций и вложил в эту компанию солидную сумму денег. Поэтому я имею право нанимать на работу того, кого сочту нужным, или наоборот.

– Так вы действительно собираетесь уволить Люси?– сухо спросила она.

– Этот строгий деловой костюм вам очень идет, но у него есть серьезный недостаток, – вместо ответа на ее вопрос изрек Бредфорд.

Кора вспыхнула. Опять он за свое!

– Открою вам маленький мужской секрет. Единственный, но существенный недостаток заключается именно в том, что строгий костюм на привлекательной женщине заставляет лишь сильнее работать необузданное мужское воображение. Может, я покажусь вам чересчур откровенным, но мужчине хочется представить, что же скрыто под ним.

Эти слова ее возмутили.

– Я вас не понимаю! При чем здесь мой костюм? Вы оставили мой вопрос без ответа.

Бредфорд молчал, пристально рассматривая Кору. Заметив, как она невольно попыталась натянуть на колени подол юбки, он усмехнулся одним уголком рта.

– Хорошо, – наконец согласился он. – Я объясню, почему я хочу сделать перестановку в кадрах… – Он встал и задумчиво прошелся по кабинету. – Я собираюсь спасти агентство от банкротства.

– От банкротства? – выдавила Кора, поправляя съехавшие очки.

– Если бы Трэвис не оказался в больнице, то через неделю-другую ему все равно пришлось бы освободить место. Мне кажется, я могу вам доверять…

– Думаю, да.

– Я тщательно изучил бухгалтерские документы. Ситуация более чем удручающая. Если не принять необходимые меры, через два месяца коллективу нечем будет платить зарплату. Не забывайте, что ваша программа – не просто показ мод, это оригинальное шоу, призванное заинтересовать солидного покупателя. Из-за таких, как Люси, мы несем колоссальные убытки.

– Я не понимаю.

– Даже если она наденет королевское платье, она преподнесет его так, словно это мешок из-под картошки. Вещи на ней совершенно не играют! Задача наших моделей – показать вещь в самом выгодном свете, так, чтобы захотелось купить ее сразу же. За последние полгода количество заключенных нами контрактов резко снизилось, из них пришлось исключить некоторые пункты. Вы ведь знаете, что ваша программа – ведущая в нашем агентстве, и именно на нее мы делаем ставки. Люси долгое время была любовницей Трэвиса, и он закрывал на ее непрофессионализм глаза. Я с этим мириться не собираюсь. Кстати, придется заменить еще нескольких человек. Я уже подбираю для этого соответствующие кандидатуры. Разумеется, они будут утверждены с вашего одобрения. Люси – балласт в вашей программе. Неужели вы этого не понимаете?

Кора не могла сказать ни одного слова в защиту Люси. Отчасти Бредфорд был прав. Люси при Трэвисе всегда получала ведущие роли – многие считали, что незаслуженно. Это создавало нездоровую обстановку в коллективе. Кора не знала о подобных подробностях из жизни Трэвиса и сейчас была потрясена услышанным. Ей ничего не оставалось, кроме как промолчать. Кора оказалась не готова к такому повороту разговора. Она нахмурилась и слегка закусила нижнюю губу.

– Вы должны мне помочь, – проникновенным голосом продолжал Бредфорд.

– Но чем я могу вам помочь? Что я должна делать?

– Понимаете, ситуация очень деликатная, – сказал он, подходя к ней вплотную. – Мы должны действовать в полном согласии. Необходимо не просто объявить всем, что начинаются серьезные изменения, но и объяснить, что они только на пользу каждому из них и всему агентству в целом. От нас требуются уверенность, твердость и согласованность в наших действиях. Я понимаю, что нельзя произвести замену всех неугодных немедленно, это мы будем делать постепенно. Но ведущую роль получит Дайана. А Люси предложим взять отпуск за свой счет, и, разумеется, после показа мы подыщем ей неплохое место с учетом ее профессиональных качеств.

– Но до показа осталось всего ничего! Мы не успеем подготовиться! Вы так уверены в профессиональных способностях Дайаны?

– Я знаю ее лучше, чем вы можете предположить, и несу за нее полную ответственность. На этот счет не беспокойтесь.

– Что ж, – согласилась Кора, понимая, что отрицать очевидное бесполезно. Люси действительно стала терять свою профессиональную форму.

– Я рад, что в вашем лице нашел понимание и поддержку, – сказал Бредфорд. – А теперь расскажите мне о нашей новой коллекции, которую вы представите во время своего шоу.

– На этот раз наши дизайнеры особое внимание уделили брюкам. Главный акцент сделан на аристократичные узкие брюки, но также будут показаны и широкие. Основной материал – трикотаж. Будет представлен идеал женщины – серьезной, скромной, консервативной…

Брендфорд внимательно слушал Кору.

– После того, как указом Наполеона был отменен запрет на ношение женщинами мужских брюк, – продолжала она, – прошло сто лет, прежде чем они стали незаменимыми во всех областях деятельности женщины. Сейчас настоящий брючный бум, и мы решили сделать на них ставку. Узкие и широкие брюки будут украшены кожаными поясами и дополнены наполеоновскими мундирами, представим и трикотажные комбинезоны с массивными унтами белого и сливочного цветов. Покажем одежду для прогулок – это будут широкие брюки с завышенной талией в стиле 1940-х и капри. Все новое – это хорошо забытое старое, согласитесь. Также мы покажем ансамбль, напоминающий одежду любителей конного спорта: шерстяные леггинсы, отделанные бархатом и кожей, и сапоги-ботфорты. Для этого используем определенную декорацию, которая создаст иллюзию ипподрома.

– А что вы скажете о вечернем варианте брюк?

– Вечерний выбор несколько ограничен – свободные брюки с золотистым жакетом, но над этим вопросом сейчас как раз и работают наши дизайнеры. Думаю, проблем не будет. Через неделю вы можете сами убедиться в этом, когда придете на репетицию представления.

– Отлично, – он посмотрел на часы. – Уже поздно. Вы сегодня заняты?

– Уже нет, – твердо произнесла она, вспомнив телефонный звонок Джека.

– Тогда я осмелюсь пригласить вас в кафе.

Она посмотрела в его синие манящие глаза. Одного их взгляда вполне хватило, чтобы вывести Кору из равновесия. Ей потребовалось немало усилий, чтобы взять себя в руки.

Я женщина разумная и должна отдавать себе отчет в своих действиях. Если меня увидят с ним в кафе, – прощай, свадьба. Джеку бесполезно будет что-либо доказывать. Он обвинит меня во всех смертных грехах. Подобные проблемы мне не нужны…

И она твердо отказала:

– С удовольствием, но в другой раз. Я провела бессонную ночь и хочу выспаться. Похоже, завтра мне предстоит выдержать немало неприятных минут, чтобы объяснить Люси, почему ей придется взять отпуск за свой счет и вообще подумать о другой работе.

– Жаль. – Его рука коснулась ее плеча, и по телу Коры пробежала дрожь. – Я провожу вас до двери. – У нее перехватило дыхание, она испугалась, что потеряет над собой контроль, и мягко отвела его руку.

– До завтра, мистер Бредфорд.

– Спокойной ночи, Кора.

6

Попрощавшись с Корой, Дайана решила выпить чашечку кофе в кафе для сотрудников, но перед этим позвонить Майклу. Она присела на банкетку в фойе и потянула из сумочки сотовый. В этот момент за спиной произнесли:

– Привет, Дайана!

Услышав знакомый голос, она вздрогнула и обернулась.

– Не ожидал увидеть тебя здесь. Какой сюрприз!

Ошеломленная Дайана решила, что это мираж.

Ренд выглядел сногсшибательно: смуглая кожа, глаза в густых ресницах, неотразимый взгляд, две узкие полоски красиво очерченных губ, обрамленные сверху аккуратными усиками, безупречное мускулистое тело. С такой фигурой только рекламировать вызывающий фасон джинсов «в обтяжку», подумала Дайана.

– Ты отлично выглядишь. Рад встрече. Надеюсь, ты не вычеркнула меня из своей жизни?

К ним приблизилась девушка.

– Ренд, привет, дорогой!

Блондинка была очень красива – с изящной фигурой и длинными стройными ногами. Не иначе, как одна из моделей, решила Дайана.

На девушке было безупречного кроя короткое платье с глубоким декольте, которое подчеркивало бронзовый загар великолепной высокой груди. Игнорируя Дайану, она подошла к Ренду, благоухая дорогими духами, наклонилась и нежно поцеловала его в щеку, затем указательным пальцем с безупречным маникюром вытерла следы яркой помады.

– Ренд, любовь моя, вечером собираемся у меня. Будут Ник и Венди. Придешь?

– Посмотрим, – небрежно ответил он.

– Ренд, но…

– Я зайду к тебе через несколько минут, – уже жестко ответил он, давая ей понять, что сейчас занят.

Дайана подумала, что это одна из его любовниц, поэтому она и ведет себя так запросто.

Внезапно блондинка перевела взгляд своих голубых глаз на Дайану.

– Анжела, – представилась она.

– Ан-же-ла, – процедил Ренд сквозь зубы. – Иди, я приду… позже.

В его тоне Дайана заметила злость.

Резко развернувшись на каблуках, Анжела с обиженным видом пошла по коридору, мягко покачивая бедрами.

После ее ухода Ренд вздохнул с облегчением.

– Дайана! – Он попытался ее обнять. Она отстранилась. – Я действительно рад. Одно время я даже подумывал приехать в Денвер. А что ты здесь делаешь? – словно спохватившись, поинтересовался он.

– А ты?

– Я работаю.

– Вот и я буду работать. Мне предложили участвовать в театрализованном дефиле.

– Ты серьезно? Нет, ты не шутишь?

– Не шучу.

– Вот как? Значит, мы теперь будем чаще видеться с тобой? Как ты смотришь на то, чтобы возобновить наши старые отношения? – В его глазах зажегся похотливый огонек. – Мне очень не хватало тебя. Я скучал. Ты даже несколько раз приснилась мне во сне: мы занимались любовью. Это было потрясающе! Я любил тебя…

Любовь! Да он даже не знает, что это такое. А вот ей это отлично известно. Да, известно, потому что, несмотря на жгучую боль, которую Ренд ей причинил, она знала: если бы он возвратился к ней тогда и попросил прощения, она бы, не раздумывая, приняла его.

Однако одного взгляда на Ренда было достаточно, чтобы понять, что он ничуть не раскаивается и уж тем более не собирается просить прощения. Дайана спокойно сказала:

– Я слышала, ты женился…

– Было дело. – На его лице отразилось недовольство. – И уже развелся. После тебя ни одна женщина не сделала меня счастливым. Только ты знаешь, в какую сторону повернуть ключик, чтобы открылась потайная дверь в мою уставшую от разочарований душу. Только ты можешь окрасить мою бесцветную жизнь в радужные тона…

Непривычно нежные и восторженные нотки удивили Дайану. Словно и не было этих долгих месяцев разлуки, словно не было гадкой измены, словно он не использовал ее для удовлетворения своей похоти. Он никогда не принадлежал ей. Его возлюбленной была любая обеспеченная и смазливая девушка.

Жаль, что в этом шоу актеры безмолвствуют, ты имел бы оглушительный успех у публики, про себя думала Дайана, глядя в его полные фальши глаза.

– Привет, Ренд! – Одна из двух проходивших мимо них девушек подмигнула ему. – Вечером загляни, я буду одна! – Она послала ему многообещающий взгляд.

– Ты, как всегда, пользуешься оглушительным успехом у женщин, – язвительно заметила Дайана.

– Разве это плохо?

Они стояли друг против друга, и Дайане с трудом верилось, что всего несколько месяцев назад они лежали, обнявшись, в постели, обмениваясь клятвами верности и обещаниями вечной любви и строили планы на будущее.

Господи, неужели я могла быть такой слепой идиоткой? Теперь мне совершенно ясно, что он – обыкновенный смазливый бабник, которому ни в коем случае нельзя доверять, если он заведет речь о серьезных отношениях.

Боже мой, и от этого чудовища я хотела ребенка! – ужаснулась Дайана. Воистину, любовь зла… Я должна благодарить Всевышнего, что он отвел ему такую мизерную роль в моей жизни.

– Пойдем в кафе и поговорим в более спокойной обстановке, здесь многолюдно… – Ренд взял ее руку, повернул ладонью вверх, наклонился и поцеловал в самую середину.

Дайану словно ударило током. Она вырвала руку и спрятала ее за спиной.

– Нам не о чем говорить. Думаю, мы все выяснили, когда я сообщила тебе о своей беременности. Вместо того чтобы разделить со мной радость и поддержать меня, ты быстренько собрал вещички и был таков… Даже адреса не оставил.

– Давай внесем ясность… Тогда я не был готов к серьезным отношениям, да и сейчас не хочу стабильности. Даже если бы мы поженились и родился ребенок, это не укрепило бы наш брак. Мои связи с женщинами носят определенный характер – меня интересует только удовольствие. Мне казалось, ты это понимала. Твое сообщение о ребенке меня ошеломило! Я еще слишком молод, чтобы обременять себя отцовскими обязанностями. Я еще жизни-то не видел!

– Ты испугался трудностей! – В ее голосе прозвучало презрение.

– Разве нам было плохо с тобой? Ребенок все только усложнил бы. Представь, если бы ты родила… Тебе не предложили бы работу в этом известном агентстве. Ты располнела бы, потеряла фигуру. А так, – он отдалился на шаг и прошелся восхищенным взглядом по ней сверху вниз, – ты великолепна! Ты сделаешь здесь карьеру. Станешь известной. У тебя будут слава, деньги… С этой программой мы облетим весь земной шарик…

Дайана сжала кулаки.

– Да что я тебе объясняю, ты теперь, наверное, и сама все понимаешь и согласна со мной. Дайана, прелесть моя! – Он обнял ее за плечи и поцеловал в губы.

Для нее это было так неожиданно, что она даже не успела ему воспротивиться. Его поцелуй был глубоким и страстным. Как прежде. Эти несколько секунд буквально парализовали ее тело и мысли, но это длилось всего несколько секунд, а затем…

Вспомни, как он поступил с тобой, услышала она голос разума. Не теряй голову, блаженство имеет свойство молниеносно улетучиваться. В прошлом Дайана всегда размякала в его объятиях. Но не на этот раз. Сейчас она собралась с силами и оттолкнула его. Легкость, с какой ей это удалось, означала, что Ренд не ожидал отпора с ее стороны.

– Ты отталкиваешь меня? Тебе неприятен мой поцелуй?

– Если ты думаешь, что я все еще по уши влюблена в тебя, то ошибаешься. Я уже не та слепая, преданная тебе девчонка, какой была тогда, полгода назад. У меня свой путь, своя жизнь, и тебе в ней места нет. Я не игрушка! Забудь обо мне, – отрезала Дайана. – Я никогда не прощу тебе того, как ты поступил со мной.

Она собрала все свое мужество и продолжала:

– Я не думаю, что ты осознал, как сильно ты оскорбил мои чувства, когда бросил меня беременную, уехал в Лос-Анджелес в поисках славы, денег и удовольствий.

– Это встреча неожиданна для нас обоих. В тебе все еще живет обида на меня, но пройдет несколько дней, и ты поймешь, что не можешь без меня. Ты сама придешь ко мне и попросишь все возвратить назад.

– Нет. Никогда! – Дайана мстительно усмехнулась. У нее даже настроение поднялось: отказать Ренду! – Извини, я опаздываю.

Такая самоуверенность взбесила его.

Дайана развернулась и поспешила к выходу. Она стремительно спускалась по ступенькам, он следом за ней.

– Постой!

Дайана резко дернула дверь на себя и выбежала из здания, но она не сделала и двух шагов, как почувствовала, что ее запястье стиснула его сильная рука.

– Никогда не говори никогда! – Его глаза пылали гневом. – Ты плохо знаешь меня.

– Отпусти! – требовательно произнесла она. – Я никогда больше не стану твоей, – отчеканила она и, повернувшись, стремительно стала спускаться по ступенькам.


Джек подъехал к зданию агентства немного раньше, чем они договорились с Корой. Он заглушил двигатель, вытащил пачку сигарет из бардачка, выбрался наружу и поставил машину на сигнализацию. В тот момент, когда он поднимался по лестнице, какая-то девушка, стремительно цокая каблучками вниз по ступенькам, вдруг зацепилась за последнюю из них и угодила прямо в его объятия. Он вовремя подхватил ее, их взгляды встретились. Каково же было его удивление, когда в ней он узнал Дайану.

– Ты?

– Джек?

Он залюбовался девушкой: до чего же она красива в коротком темно-зеленом платье, подчеркивающем стройность длинных ног, да и всей фигуры в целом! Легкий макияж, гладкая кожа, свободно распущенные волосы. Да, Дайана просто изумительна! А он за этот месяц с небольшим уже забыл, как она хороша…

Встреча для обоих была настолько неожиданной, что минуты две они смотрели друг на друга, не в состоянии вымолвить и слова. Первым пришел в себя Джек.

– Привет! – Джек широко улыбнулся.

– Ты? – Потрясенная встречей, Дайана не верила своим глазам.

Она зажмурилась, секунду спустя разомкнула ресницы и убедилась, что Джек – вовсе не галлюцинация. Ее расширенные глаза выражали изумление.

– Это же надо, насколько тесен мир, – только и пробормотала она.

– Я думал о тебе.

– Вот как? Я была немного удивлена, проснувшись утром и обнаружив, что ты ушел. Тогда ты не очень-то красиво со мной простился, – напомнила она его уход по-английски.

– Вообще-то у меня создалось впечатление, что ты не хочешь меня больше видеть.

– Это не так. – Ее взгляд смягчился. – Я собиралась тебе позвонить. Но потеряла листочек с телефоном.

– Но, тем не менее, мы снова встретились. Думаю, не просто так. Значит, это предначертано судьбой. А что ты делала здесь? – Он кивнул в сторону агентства.

– В течение нескольких последних минут этот вопрос мне задали уже дважды. Отвечаю: мне надоело сводить концы с концами в своем магазинчике, неожиданно поступило заманчивое предложение, и я, не очень-то раздумывая, приняла его. Я зарабатываю на хлеб насущный кисточкой и красками, но могу и профессионально двигаться по подиуму. Раньше я работала в модельном агентстве. Сегодня у меня были смотрины у директора программы «Стильная одежда для всех». Она готовит какое-то очень оригинальное дефиле. Меня это заинтересовало. Представлять показ мод в виде спектакля – это что-то новенькое. Кажется, я не очень-то пришлась ей по душе. Она так буравила меня глазами, что я удивилась, почему она не заставила меня раздеться догола. До сих пор мое тело помнит ее рентгеновский взгляд. Единственное, чего я хочу после этого экзамена, – принять душ, а еще лучше – искупаться в освежающих волнах океана.

Джек неожиданно дал волю своей бурной фантазии: он представил теплый влажный песок, шуршание волн, закат солнца и внезапно предложил:

– Это вполне осуществимо. Прямо сейчас мы можем оправиться на побережье Тихого океана. Я как раз свободен, – солгал он, удивляясь самому себе, так как именно в это время он обещал Коре заехать за ней, чтобы провести вместе романтический вечер, который должен был перейти в ночь любви.

– Сейчас? – растерялась она.

– Ну да! А что тебе мешает?

– У меня нет купальника и полотенца.

– А они тебе нужны?

Он так выразительно посмотрел на нее, что Дайана сразу же ощутила, как каждая ее клеточка наполняется раскаленной лавой. Ее бросило в жар, она мгновенно вспомнила страстную ночь, проведенную с ним в Денвере. С тех пор прошло чуть больше месяца, и ее память отчетливо хранила эти воспоминания.

Губы у Дайаны сложились в дразнящую улыбку, и она задумчиво склонила голову набок.

– Хорошо! – наконец согласилась она, и он увидел шаловливый огонек в ее глазах. – Хотелось бы верить, – пробормотала она себе под нос, – что я не совершаю глупости, о которой буду жалеть до самой старости.

Джеку показалось, будто пространство между ним и Дайаной пересекла искра чего-то горячего и сладкого.

Как будто прочитав его мысли, Дайана вскинула ресницы и вызывающе взглянула на него.

Ее красивые глаза казались глубокими, как океан, и Джек внезапно почувствовал, что у него почва уходит из-под ног.

– Что ты сказала? Я не расслышал.

– Ничего. Это твоя машина?

– Нравится?

– Я отметила, что у тебя есть вкус, еще тогда, когда ты покупал мою картину, и сейчас в этом убедилась еще раз.

– Наши вкусы совпадают.

Дайана, перекинув ремешок сумочки через плечо, решительно направилась к машине, скользнула взглядом по отражению в маленьком зеркальце авто и обернулась к Джеку. Он услужливо открыл перед ней дверцу.

– Прошу. Устраивайся, а я сделаю один звонок. Договорились?

Джек отошел на некоторое расстояние от машины и набрал номер сотового Коры. Она ответила незамедлительно.

– Джек, все в порядке? Наш уговор в силе?

– Кора, я, к сожалению, вынужден тебя огорчить. Возникли непредвиденные обстоятельства. Мы не сможем сегодня встретиться.

– Ты шутишь?

– Нет, серьезно. Извини, дорогая, я позвоню позже. Мне нужно срочно ехать в одно место. Меня ждут, целую.

Он знал, что если сразу же не прекратит разговор, то укоры, обида и слезы испортят ему настроение. И он боялся, что Кора может перезвонить, поэтому поторопился отключить телефон.

Джек удивлялся своему поведению. Что на меня нашло? Почему я так поступаю с Корой? Он не мог вразумительно ответить на заданные себе вопросы. Джек бросил взгляд на окна здания и во избежание неприятностей поспешил скрыться с глаз долой. Ни он, ни Дайана не обратили внимания на то, что за ними внимательно наблюдает пара коварных глаз. Джек завел мотор и резко взял с места.

– Ты боишься, что мы не успеем к заходу солнца? – пошутила Дайана, заметив его поспешность.

– Нет, просто я спешу занять лучшее место под солнцем, – отшутился он.

В это время суток дорога была сравнительно свободна от транспорта, и Джек устремился на запад, к песочным пляжам и манящим волнам.


– Как странно, – задумчиво говорила Дайана, – иногда прошлые несчастья спасают нас от еще большей беды в будущем. И ты потом осознаешь этот факт и благодаришь за все судьбу. Я имею в виду свою удачу: то, что я не осталась с Рендом. Четыре месяца назад он женился. Когда я узнала об этом, я хотела наложить на себя руки. Он и после женитьбы не изменил себе: остался беспринципным донжуаном. Он убежден, что за следующим поворотом встретит другую красотку – еще привлекательнее и богаче. Юбки всегда будут притягивать его, как магнит – железо. Даже не верится, что я безумно любила его…

– Ты до сих пор думаешь о нем?

– Я?

Несколько минут она анализировала свои ощущения. И внезапно поняла, что эти воспоминания больше не имеют над ней никакой власти. Собственное равнодушие удивило ее: ни гнева, ни обиды, ни растерянности – ни одного из тех чувств, которые так долго мучили ее.

– Нет, он стал безразличен мне.

Из динамика лилась спокойная мелодия. Они не проронили больше ни слова, каждый думал о своем, но взгляды, которые они изредка бросали друг на друга, были красноречивее всякого разговора. Раз или два Джек как бы ненароком касался бедра или колена Дайаны. С его стороны это был пробный шар. Осмелев, он положил руку ей на колено и скосил на нее глаза. Дайана откинулась на сиденье, на ее губах блуждала загадочная улыбка. Его пальцы медленно стали подниматься вверх, задирая и без того короткую юбку выше и выше. Ее смуглая бархатная кожа вызывала в нем желание. У него бешено колотилось сердце. Он ощутил, как его мужская плоть отозвалась на близость Дайаны, в любую минуту он мог потерять над собой контроль… Тем временем они достигли побережья океана. Вокруг не было ни души. Джек остановил машину и заглушил мотор. Дайана устремила на него вопросительный взгляд.

– Мы приехали?

Джек кивнул.

– Здесь обычно никого не бывает. Только чайки, запах моря и плеск воды.

– Тихий океан! – Дайана вышла из машины и с удовольствием потянулась, давая волю каждой клеточке своего тела.

Джек не выдержал и прильнул к ней. Его горячий поцелуй обжег ее шею. Она вскрикнула и повернулась к нему лицом.

– Ты часто сюда приезжаешь?

– Когда позволяет возможность. У меня в багажнике есть плед. Подожди, я достану его.

Дайана любовалась красотой опускающегося в бескрайние воды солнца и вдыхала воздух, пропитанный солью и криками чаек. Она почувствовала себя свободной, и ей захотелось скорее окунуться в прохладную воду. Дайана стала снимать с себя одежду, искоса поглядывая на Джека. Каждый раз, освобождаясь от какой-нибудь детали, она отмечала, что дыхание Джека становилось глубже и чаще. Он любовался ее телом в кружевном белом белье и еле сдерживал возбуждение. Его глаза горели огнем страсти. Она медленно, с манящей улыбкой на устах, стала стягивать с себя последний кусочек ткани. Несколько секунд он, не отрываясь, наслаждался видом ее наготы. Вдруг она резко развернулась и, звонко смеясь, помчалась к воде.

Джек, сгорая от нетерпения, пытался поскорее стащить с себя одежду. Как назло, джинсы, плотно облегавшие его тело, никак не хотели слезать.

Дайана уже погрузилась в воду и, разрезая ее грудью, поплыла к горизонту. Она обернулась и помахала ему рукой. Он не заставил себя ждать, нырнул в набежавшую волну и исчез из виду. Дайана искала Джека глазами, пытаясь отгадать направление его движения. Вот его голова появилась на мгновение совсем близко от нее и снова исчезла. Она вскрикнула, ощутив прикосновение руки к своей ноге. Пальцы Джека скользнули вверх, обхватили ее за талию, затем добрались до тугой маленькой груди. Он появился на поверхности и на миг коснулся солеными губами ее губ.

У нее по спине побежали мурашки. Но Джек снова нырнул в темную волну, и через секунду она ощутила его губы внизу живота. Дайана застонала. Она взяла себя в руки и, выскользнув из его объятий, энергично разгребая воду, помчалась к берегу. Волны поднимались и нежно опускались под Дайаной, вместе с ней спеша к берегу. Прохладная вода прикасалась к коже, как прохладный шелк, но ей казалось, будто все вокруг нее кипит.

Почти у самого берега Джек нагнал ее, но она извернулась, выскочила из воды и побежала по влажному песку. И все же он оказался быстрее и, догнав ее, поднял на руки и снова понес к океану. Инстинктивно обвив его руками за шею, Дайана не знала, что делать – смеяться, смущаться или таять от жара его тела. Прикосновение к его обнаженной коже волновало ее и вызывало нестерпимое желание близости. Она решила, что он бросит ее в воду, и вся напряглась, крепче ухватившись за него.

– Не надо, – прошептала она.

– Что не надо?

– Здесь медузы, они щиплются.

– Я отнесу тебя на одеяло.

Он прошел несколько шагов и, не торопясь, убрал руку из-под ее коленей. Она скользнула вниз, ее ноги уперлись в шерстяную ткань. Они стояли так близко друг к другу…

Она смотрела на него, почти не дыша. По его гладкой коже струйками стекала вода. Океан тихо колыхался недалеко от них. Красноватый цвет погружающегося в морскую пучину солнца, отражаясь от воды, ложился на смуглую кожу мужчины. Капельки океана бисеринками сверкали на его лице. У него было такое мускулистое, сильное тело…

Он взял ее за талию и осторожно опустил на мягкую ткань.

Соленый морской воздух обволакивал тело Дайаны, она расслабилась и с удовольствием вдохнула его в себя полной грудью. Джек стоял перед ней на коленях и рассматривал ее нагое тело, не торопясь, до мельчайших подробностей…

Дайана была не в силах пошевелиться, ей хотелось прикрыться руками и тем самым уменьшить свою уязвимость, но она безвольно опустила их вдоль тела, сдаваясь. Она ждала его действий, и кровь пульсировала у нее в висках.

– Я хочу тебя, – от волнения его голос охрип, – я хочу тебя любить.

От его шепота по ее телу разлилось желание. Он прильнул горячими губами к ее напрягшимся соскам. Капли воды – соленые слезы океана – дрожали на его ресницах, срывались с них и падали на ее грудь…

– Твои набухшие грудки очень соблазнительны, мне хочется их ласкать.

Он лизнул их.

Она закрыла глаза, наслаждаясь его ласками и поцелуями. Он нежно целовал ее губы, шею, напрягшиеся соски грудей. Прижимаясь к нему, она чувствовала, как он напряжен.

– И я хочу, чтобы ты любил меня.

Он коснулся губами ее шеи, его ласковые пальцы исследовали каждый дюйм ее кожи. Не осталось ни одного местечка, которое бы он не обогрел своей любовью. Его влажный язык прокрадывался все ниже и ниже, пробуя ее на вкус. Его ласковые руки обладали всем ее существом…

– Не томи меня, не дразни. – Она боялась, что потеряет сознание, так сильны были ее ощущения. – Пожалуйста, дай мне всю полноту чувств, заставь меня раствориться в блаженстве, как тогда, как в первый раз…

Его пальцы добрались до пушистого бугорка, они гладили самые сокровенные места. Она стонала и извивалась в его крепких объятиях. Когда напряжение достигало накала, он приостанавливался, а затем начинал все сначала. Огонь в ее душе и теле разгорался все сильнее. И когда она уже не могла больше сдерживать себя и начала громко стонать, он резко притянул ее к себе и сильным движением соединился с ней. Их тела двигались ритмично, увеличивая остроту ощущений. Она чувствовала, что внутри нее растет огромная волна наслаждения, которая вот-вот захлестнет ее всю. И в следующую секунду ее крик вырвался наружу. Перед ее глазами все поплыло. Она лежала без сил, тяжело дыша, не в силах произнести ни слова, потрясенная тем, что с ней произошло. Джек прерывисто дышал, лежа рядом с ней.

Наступил удивительный момент полной тишины, словно время во всей вселенной остановилось. Прошло минут пять или десять. Первым нарушил тишину Джек.

– Ты, как Золушка из сказки, только вместо хрустальной туфельки оставила о себе воспоминания. Я думал о тебе. Ты неожиданно вошла в мою жизнь и перевернула ее. Мне очень хорошо с тобой. Так как с тобой, у меня ни с кем не было.

– Джек, мне тоже было хорошо с тобой, но я не хочу сейчас говорить об этом, пожалуйста, не надо. – Она повернулась к нему лицом. – Скоро совсем стемнеет. Мне холодно. Надо одеваться.

Дайана встала и посмотрела туда, где должна была лежать их одежда. Затем она медленно обвела взглядом все вокруг. Ее глаза удивленно расширились.

– Джек, я должна сообщить тебе кое-что, – напряженным голосом произнесла она. – Наша одежда исчезла.

– Исчезла? Что ты такое говоришь? Куда она могла исчезнуть? Здесь никого нет, кроме нас.

– И тем не менее… Джек, мне все это не нравится. Смотри! Следы.

Она нервно облизала губы.

– Да… мужской след, – сказал Джек, внимательно изучая отпечаток, оставленный на песке. – Но это совершенно безлюдное место. Я неоднократно бывал здесь и никогда никого не видел.

Джек помрачнел. Он на секунду погрузился в свои мысли. А Дайана напряженно наблюдала за ним.

– Может, это бомж? – предположил Джек. – Другого объяснения я не нахожу.

– Возможно… Мой дом недалеко отсюда. Минут двадцать, не больше. Я предлагаю поехать ко мне.

– Хорошо, поедем к тебе. Накинь на себя одеяло и устройся на заднем сиденье. Спасибо, что полотенце не умыкнули. Хорош бы я был в королевском платье, а так хоть что-то. Будем надеяться на фортуну… и что в дороге на нас не обратят внимания блюстители порядка.

– Джек, мне все это не нравится, – повторила Дайана, оглядываясь по сторонам.

– Мне тоже. Забирайся в машину.

Дом Дайаны действительно находился близко, через полчаса автомобиль уткнулся в живую изгородь. Джек заглушил двигатель и опустил лобовое стекло. До дома было метров тридцать, и он обшарил глазами прилегающую территорию. Ограда коттеджа была густо увита плющом, дом окружен запущенным садом, полным цветов, которые росли и на гравиевой дорожке. Но даже эта неухоженность не создавала впечатления запущенности.

– А у тебя неплохой дом.

Дайана приоткрыла дверцу и выглянула.

– Да, он мне тоже нравится. К сожалению, здесь не в меру любопытные соседи, но, кажется, сейчас на горизонте их не наблюдается, – констатировала она. – И поэтому, пользуясь их отсутствием, предлагаю быстро добежать до дома.

Под прикрытием сумерек они незаметно прошмыгнули в дом. Дайана сдвинула жалюзи на окнах и включила настенное бра.

– Осваивайся, я сейчас в ванную, а потом что-нибудь подберу тебе из одежды.

Джек плотнее стянул полотенце на бедрах и огляделся.

В небольшой комнате не было ничего лишнего: коричневая ковровая дорожка змейкой уползала наверх по деревянной лестнице, под которой разместился широкий диван, обитый темно-желтым плюшем, ему составили компанию два кресла из той же ткани, на которых лежали вышитые подушки. Шкура бурого медведя распласталась под стеклянным журнальным столиком овальной формы. Из оригинальной круглой вазы, стоящей на нем, аппетитно выглядывали грозди сочного, крупного зеленого винограда. Джек положил в рот несколько виноградин и продолжил осмотр. Занавески гармонировали по цвету с мебельной обивкой. По стенам были развешаны керамические тарелки и предметы из дерева; стена напротив лестницы обита декоративной тканью. Комната небольшая, но обставлена со вкусом, заключил он и собрался осмотреть соседнее помещение, но в следующую минуту именно оттуда раздался звонок. Джек покосился в ту сторону. Дайана, уже одетая, вышла из ванной комнаты, быстро подошла к телефону и подняла трубку.

– Алло?

– Привет! Радость моя, где ты была? Я звонил тебе на сотовый несколько раз, но он заблокирован.

– Я… я… у него закончилась зарядка, и я…

– Через пять минут я буду у тебя, и ты все мне объяснишь.

– Господи! – всплеснула она руками, отключив телефон. – Джек, тебе немедленно надо испариться. Ко мне сейчас приедут.

– Кто?

Проигнорировав его вопрос, Дайана помчалась по лестнице, перескакивая через ступеньку. Джек следом за ней.

– Кто должен приехать?!

В его голосе она уловила нотки ревности.

– Джек, не вздумай меня ревновать.

Она открыла шкаф и быстро перебрала вещи.

– Одевай, – приказала она, швырнув ему трико и футболку.

– Это?

– У тебя есть выбор? Да поскорее же, – нетерпеливо приказала она. – У тебя в запасе минуты две, не больше.

Облачившись в женские вещи, Джек посмотрел на себя в зеркало и ужаснулся:

– Видела бы меня сейчас моя мама…

– Скорее же, Джек!

Дайана схватила его за руку и потащила вниз по ступенькам. Снаружи раздался шум подъехавшей машины. Дайана выглянула в окно.

– О боже!

Возле автомобиля Джека стоял джип Майкла. Она буквально силой выпихнула Джека за дверь.

Когда мужчины поравнялись на гравиевой дорожке, их взгляды пересеклись.

Ну и чучело огородное, подумал Майкл. Что он делал в таком наряде у Дайаны?

Интересно, кто этот тип и зачем приехал к ней? Укол ревности пронзил сердце Джека.

– О, Майкл! – Дайана прикоснулась к его щеке. – Прости, что сразу не позвонила тебе после переговоров с Корой, так, кажется, ее зовут? – оправдывалась она. – Встретив знакомого, разговорилась и забыла о твоей просьбе. Не сердись, хорошо? И потом, я все равно не смогла бы тебе перезвонить, ведь ты сам слышал, что абонент не доступен. Зарядка закончилась. – Дайана улыбнулась. – Что мы стоим на пороге? Проходи. – Она посторонилась.

– Кто это от тебя вышел в таком наряде? Прямо клоун из шапито.

– Это… это страховой агент, – быстро нашлась она.

– Что, теперь так выглядит деловой костюм страхового агента? Доверия в нем он не вызывает. И что же он предложил тебе застраховать? – поинтересовался Джек, удобно устраиваясь на диване.

– Жизнь.

– Всего лишь?

– Больше у меня ничего нет. Выпьешь что-нибудь? – предложила она, подходя к бару?

– Если можно, виски, но чуть-чуть, я за рулем.

– Дом для меня подыскал и заплатил за его аренду ты, машину я взяла напрокат, собственных сбережений нет. Жизнь – это единственное, что принадлежит мне… Но я отказалась от его услуг.

Дайана плеснула в бокал немного крепкой жидкости и поставила на столик перед Джеком.

– И правильно сделала, нельзя полагаться на подозрительного типа в наряде клоуна. – Он залпом выпил содержимое бокала, слегка поморщился и отправил в рот крупную виноградину. – И потом, у тебя вся жизнь впереди. Ты молода, здорова, и бояться за светлое будущее рановато. Так как прошла встреча с Корой?

– По-моему, она не в восторге от меня.

– Не переживай. Пройдет несколько дней, и она поймет, какой клад приобрела в твоем лице. Когда приступаешь к работе?

– Со следующего понедельника. В оставшиеся три дня я навещу друзей, сделаю покупки, схожу в парикмахерскую, ну, в общем, посвящу это время себе, а потом… Майкл, – Дайана прервала свое объяснение и с любопытством устремила взгляд на него, – я была потрясена, увидев ее.

– Я тоже. Первые несколько минут у меня пропал дар речи. Я даже забыл, что разговаривал по телефону с партнером по бизнесу. Я испытал настоящий шок!

– Неужели такое возможно?

– Как видишь…

– Что ты собираешься делать?

– Я уже делаю.

– Надеюсь, ты не пожалеешь об этом в дальнейшем.

– Поживем, увидим. Хватит об этом.

– Чай, кофе будешь? Или еще виски?

– Ну, во-первых, я за рулем, ты забыла? А во-вторых – завтра у меня важное совещание и надо быть в форме, а для этого нужен хороший сон. Рад, что тебе здесь понравилось, и с удовольствием поболтал бы с тобой еще, но, – он посмотрел на часы, – слишком поздно. Я должен ехать. Желаю тебе удачи на новом поприще. Тебе пора зарабатывать на свою машину, собственный дом и все такое… Если понадобится помощь в чем-то еще, позвонишь.

Он поцеловал ее в щеку, и они вышли на улицу. Майкл завел машину и помахал в открытое окошко.

– Да, совсем забыл! – крикнул вдруг он и вылез наружу.

Открыв заднюю дверцу, Майкл вытащил большую пластмассовую клетку.

– Держи. Она скучала по тебе. И по ночам не давала мне покоя. Теперь наконец я буду спать сном младенца.

Дайана заглянула внутрь клетки.

– Господи! Лиза! Моя рыжая плутовка! Ну ты ее и раскормил. – Дайана погрозила пальцем Майклу. – Ничего. У меня она быстро станет стройной березкой. Денег на дорогой корм я еще не заработала.

Дайана освободила кошку из плена и ласково погладила по лоснящейся шкурке.

– Теперь мне не будет одиноко в этом доме. Спасибо, что привез ее.

– Пожалуйста. Ну, кажется, все. Я поехал.

– Одну минутку, Майкл. Я не хотела тебя расстраивать, но придется…

– Что еще?

– Знаешь, я сейчас только приняла решение… Я не буду принимать участие в программе.

– Это еще почему?

– По личным соображениям. Я встретила там Ренда. Почему ты не предупредил о нем? Ты ведь знал, что мы расстались.

– Не знал, что он там работает. Поверь мне, это правда. Жаль… Но… как хочешь. Я не стану тебя отговаривать, раз так. Подыщем тебе другую работу. Теперь все?

– Спасибо, Майкл. Я люблю тебя.

Дайана дождалась, пока его машина скрылась из виду, и вошла в дом.

7

Кора уже неоднократно звонила Джеку, но на ее требовательные звонки ответом были лишь длинные гудки. Она беспокойно бродила по дому до самой полуночи, перебирая в голове причины, из-за которых Джек не отвечал ей, пока все же не заставила себя лечь в холодную постель. Кора чувствовала, как будто ее душа раскалывается на две половинки. Сердце у нее сжалось, стоило ей только подумать о том, что Джек, возможно, сейчас с другой.

Мрачные мысли истощили ее. Она сомкнула веки и незаметно для себя растворилась в ночи.

Коре снился странный сон. Ее преследовала рыжая, огромных размеров кошка, ужасно злая. И она не могла убежать от нее. В душе Коры рос страх. Зеленые с золотистым оттенком глаза кошки приводили ее в ужас. От их взгляда Кора застыла на месте, не в силах двинуться. Ее ноги словно приросли к земле. Пока она стояла, затаив дыхание, кошка медленно приближалась, как будто была уверена в том, что ее жертва обречена. Затем она остановилась, приготовилась к прыжку и зависла в воздухе. Переполненная ужасом Кора протянула вперед руки, пытаясь защитить себя от врага.

– Нет! Нет! – закричала Кора во сне и проснулась от собственного голоса, который эхом раскатился по комнате. – Нет, это невыносимо, – простонала она. – Насколько я знаю, кошка снится к предательству друзей. Самый близкий друг на сегодняшний день – Джек. Неужели сон вещий? Господи, о чем я думаю? Завтра трудный день, и мне просто необходимо выспаться.

Она перевернулась на другой бок, подмяла под себя подушку, плотно закрыла глаза и еще раз попыталась уснуть. Сон не шел к ней. Мысли о Джеке не покидали ее. Откинув одеяло, Кора спустила ноги на пол, подошла к телефону и набрала номер. В ответ все те же длинные гудки. Затем взяла сотовый и снова позвонила Джеку. Взглянув на часы, она отметила, что их стрелки приближаются к цифре два.


Бездумно постояв какое-то время возле телефона, Джек открыл балконную дверь и с наслаждением вдохнул пахнущий ночной прохладой воздух. Телефон зазвонил вновь, и, чтобы не слышать его, Джек вышел наружу, плотно прикрыв за собой дверь. Но звонки все не прекращались. Они начали действовать ему на нервы.

Вернувшись в спальню, Джек выдернул телефонный шнур из розетки, и на мгновение весь дом погрузился в тишину. Однако уже через минуту ее прорезал звонок сотового телефона. Он отключил его и, не раздеваясь, прилег на постель.


Я так промучаюсь до самого утра. И пусть уже ночь, я поеду к нему, решила Кора, поеду и объяснюсь с ним. Надеюсь, что все мрачные предположения – это плод моей фантазии. Возможно, с ним что-то случилось и он находится в беде, а я напрасно извожусь догадками, вместо того, чтобы придти ему на помощь…

Подобные мысли заставили ее действовать. Она быстро оделась и спустилась вниз. На улице шел дождь. Пока Кора шла от дома до машины, ее ноги порядком промокли. Не хватало еще заболеть, подумала она, усаживаясь на водительское место. С первого раза машина не завелась. Дурной знак. Ну да я не суеверная, уверила она себя и повторила попытку. Машина тихо заурчала, и Кора вздохнула с облегчением. Все нормально.

В это позднее время дороги были почти пустынными, и ей удалось добраться до его дома минут за двадцать, что быстрее обычного раза в два. Открыв калитку, Кора прошла по гравиевой дорожке, посмотрела вверх и увидела освещенное окно и приоткрытую балконную дверь в спальне. Значит, дома. Ее палец надавил на кнопку звонка.

Сквозь дрему Джек услышал звонок в дверь. В следующий момент в дверь отчаянно заколотили. Раздраженный такой настойчивостью, он спустился вниз и открыл ее. По ту сторону стояла Кора.

– Ты? В такой поздний час.

Она скользнула по его фигуре взглядом.

Светлая расстегнутая рубашка оттеняла его загар, его мускулистую грудь покрывали темные вьющиеся волоски – Кора знала, что они клином уходят вниз… Возможно, об этом знаю не только я, предположила она.

– Где ты был весь день? Ты словно сквозь землю провалился! Я решила, что с тобой случилось что-то и примчалась к тебе, чтобы убедиться в обратном. Слава богу, все в порядке. Почему ты не отвечаешь на телефонные звонки? Я звонила весь вечер и даже ночью… Ты не приглашаешь меня в дом?

– Извини, проходи.

Он посторонился.

– Ты один? – задала она вопрос, обшаривая глазами помещение и боясь наткнуться взглядом на вещи, подтверждающие, присутствие женщины.

– Ну чего ты от меня хочешь? – Джек испытывал смутное чувство вины за свой тон.

– Я?

Кору поразил его вопрос.

– Я просто хотела убедиться, что с тобой все в порядке.

– Убедилась?

Ее глаза заблестели. Она еле сдерживала подступившие слезы.

– Я хочу честности в наших отношениях. – Голос у нее был тихий, но твердый. – Джек, я звонила тебе много раз, ты не отвечал. Где ты был?

– Неужели я должен отчитываться о каждом своем шаге? Да где угодно.

– Это в два часа ночи?

Джеку совсем не хотелось говорить на эту тему. Он уставился на свои руки, пытаясь придумать, что бы ей такое сказать. Выложить все честно он не мог, но и не хотелось ей лгать. Он ощутил внутри себя какую-то тяжесть. Возможно, дал о себе знать гамбургер, который он съел несколько часов тому назад. И внезапно спасительное решение пришло само.

– Выпил снотворное, чтобы хорошенько выспаться. Эти несколько дней упорного труда, деловых встреч меня окончательно вымотали. Мне необходимо было восстановить свои силы.

– Джек, скоро наша свадьба, и мне не хотелось бы, чтобы между нами была ложь.

Джек тяжело вздохнул и схватился за голову, не зная, что еще сказать и что вообще делать. Мысленно посчитав до десяти, он попытался начать разговор снова:

– Ты напрасно все так драматизируешь и портишь себе нервы.

Но Кора не могла успокоиться, эмоции захлестывали ее, подобно бурному водопаду.

– О, разумеется, ты прав. Я смешная истеричка. Меня не покидало странное ощущение, что ты с другой женщиной.

– И ты примчалась, чтобы убедиться в этом?

– Я вижу, что ты один, но я также чувствую, что что-то изменилось…

– Кора, не горячись! Оставим этот разговор, иначе из-за пустяка свадьба не состоится, – довольно жестко сказал он.

Кора услышала в его просьбе предостережение и почувствовала опасность. Она тяжело вздохнула и решила быть помягче с Джеком, ведь она любит его.

Хотя ее уверенность в том, что она любима по-прежнему, начала уменьшаться. Лицо Джека не выражало ничего, что помогло бы ей понять, какие чувства он испытывает к ней.

– Хорошо, Джек. – Ее дрожащий шепот был совсем не похож на тот твердый и решительный голос, которым ей хотелось бы говорить с ним.

Она постаралась взять себя в руки. Глубоко вобрав в себя воздух, а затем с силой выдохнув, она произнесла уже более уверенным голосом:

– Это все моя несносная фантазия, которая слишком разыгралась. Приближается важная дата для нас, столько всяких хлопот, связанных с церемонией. Скорее всего, я переутомилась из-за возбуждения, бессонных ночей, мыслей о том, как все это устроить, чтобы избежать непредвиденных ситуаций. Да и на работе хватает проблем.

– Свадьба, – задумчиво произнес Джек и поинтересовался: – А ты уверена, что хочешь именно этого… то есть, что я – тот мужчина, который тебе нужен?

Кора обеспокоенно заглянула ему в глаза. Его затуманенный взгляд свидетельствовал о каком-то внутреннем напряжении.

– О чем ты? – недоуменно спросила она, и сердце ее закололо от мелькнувшей в голове догадки.

Он повернулся к ней спиной и смотрел в окно.

– О чем ты? – повторила свой вопрос она, ощущая мрачные предчувствия.

– Кора… – Он сделал огромное усилие над собой, чтобы произнести следующие слова: – Я вот о чем вдруг подумал. Ты уверена, что мы должны пожениться?

Он резко развернулся и испытующе посмотрел на нее.

Воздух сковала напряженная тишина.

– Ведь ты считаешь, что брак – это союз двух людей, и не более, – пояснил Джек. – Ведь между нами нет даже искры любви. Мы просто привыкли друг к другу. Мы устраиваем друг друга. Но ведь это неправильно.

– Джек, что ты такое говоришь?

Эти жестокие слова причинили ей боль, но она постаралась сохранить самообладание.

– Ты просто устал. Это все нервы…

– Наверное, ты права. До свадьбы еще есть время. Я не хочу, чтобы потом мы оба жалели о содеянном. Не предлагаю тебе остаться у меня. Будет лучше, если ты возвратишься к себе. Завтра я снова улетаю в командировку на неделю. Мне необходимо выспаться. У тебя будет целых семь дней, чтобы еще раз подумать, стоит ли выходить за меня замуж.

– Джек, что произошло? Еще вчера ты был другим. Сейчас я не узнаю тебя.

– Кора, семья – это очень ответственно. Мне кажется, я поспешил… Я…

– Не надо, не продолжай! – Она испугалась слов, которые вот-вот должны были сорваться с его губ. – Я не хочу ничего слышать. Езжай в командировку, а когда приедешь, все будет по-старому. Ты, наверное, действительно устал, а я думаю только о себе, устраивая тебе подобные сцены. Прости меня. Ты прав, мне лучше уехать, а тебе выспаться. Когда вернешься из командировки, позвони. Я буду ждать тебя, любимый.

Она прильнула к его груди, поцеловала нежно в жесткие губы, затем развернулась, вышла из дома и быстро пошла по гравиевой дорожке.

Короткий дождь уже закончился, и небо очистилось. Круглолицая луна в окружении мерцающих звезд, сияющих, как россыпь бриллиантов на черном бархате, молча взирала с высоты. Джек смотрел, как Кора решительным шагом направлялась к машине. Она держалась с достоинством и прекрасно владела собой.

Сев в машину, Кора помахала ему. Джеку даже показалось, что он заметил улыбку на ее губах.

Еще совсем недавно я считал, что Кора именно та женщина, с которой мне хочется провести всю оставшуюся жизнь, и вдруг, за считанные часы, она стала для меня чужой. Эта мысль повергла его в шок. Он закрыл дверь, прошел в комнату и медленно опустился на кресло. Нет, я не мог так быстро влюбиться в Дайану! И тут же четко понял, что влюбился в нее. И это совсем не понравилось ему.

Воспоминания о сопернике не давали ему покоя, растревоженный рассудок пытался разобраться в том, что с ним происходит.

Сколько женщин я держал в своих объятиях, и ни одна из них не вызывала во мне такой страсти, такой нежности, в том числе и Кора. Мне тридцать пять лет, у меня было много красивых женщин, и меня не волновали их прежние и будущие связи, почему же тогда мысль о бывшем любовнике Дайаны взбудоражила всю мою душу? Джек поймал себя на мысли, что его поведение вообще необычно. Он всегда такой сдержанный и миролюбивый… И вдруг так обидеть Кору!

Он беспокойно потер лоб. Я должен извиниться перед ней. Могу себе представить, что она чувствует. Надеюсь, что Дайана – это очередное увлечение, хотя и сильное, и, когда я вернусь из командировки, отношения с Корой войдут в свое прежнее русло. Мы поженимся и будем счастливы… я надеюсь. А Дайана… Дайана… Джек представил себе, как она целует, ласкает, обнимает другого. А если ее отношения с бывшим любовником вновь возобновятся? Он вдруг ощутил непреодолимое желание немедленно увидеть эту женщину, такую невероятно желанную…

8

Этот день для Дайаны был настоящим испытанием. С начала до конца. Начиная со знакомства с Корой, так невероятно похожей на… Интересно, почему эта женщина так возненавидела ее буквально с первого взгляда?.. И заканчивая пропажей их с Джеком одежды и такого несвоевременного появления Майкла.

Но самым тяжким моментом была встреча с Рендом. Если бы она только могла предположить, что именно здесь, в шоу «Стильная одежда для всех», она нос к носу столкнется с Рендом, она ни за что не согласилась бы на предложение Бредфорда принять участие в этой программе.

Нет, она благодарна Майклу за поддержку и заботу о ней. Он – единственный человек, на которого она может рассчитывать в тяжелую минуту, но он знал о ее связи с Рендом, знал об их разрыве и не обмолвился ни словом, что Ренд также участвует в этом показе. Майкл иногда бывает таким рассеянным… Но это не из-за эгоизма, а потому что все время думает о делах, объяснила она для себя его промах.

Она поднялась на второй этаж, открыла дверь своей спальни и зажгла свет. Все здесь дышало спокойствием и уютом. Дайана с удовольствием оглядела комнату.

Огромная деревянная кровать… Спать на ней было удовольствием. Рядом с ней на тумбочке разместились настольная лампа под абажуром цвета топленого молока, часы и фото в матерчатой оправе, на которой запечатлена она сама с распущенными волосами. Рядом со спальней – скромных размеров ванная и туалет. Конечно же в этом доме имелись библиотека, кухня и гостиная, но все это было на первом этаже, где она появлялась рано утром, чтобы перехватить чашку крепкого кофе или поздно вечером, чтобы выпить стакан горячего молока в качестве естественного снотворного на ночь.

Встреча с Рендом, забытая было в объятиях Джека, теперь снова припомнилась ей во всех подробностях. Несмотря на то, что с момента их расставания прошло полгода, воспоминания о нем еще жили в ее памяти.

Дайана не могла заставить себя лечь и еще долго слонялась по дому в поисках какого-нибудь занятия. Ее взгляд скользнул по каминной полке и застыл на фотографиях: на одной из них, улыбающаяся и счастливая, она стояла рядом с Рендом.

Как давно это было, грустно подумала она и подошла поближе. Сколько раз она хотела избавиться от этих снимков, но рука не поднималась их порвать на мелкие кусочки и выбросить. Всякий раз она смотрела на них, и ее сердце сжималось от боли. Несколько минут она молча разглядывала фотографии, потом, словно очнувшись от наваждения, решительно собрала их и бросила в пасть камина.

– Нет, так истязать себя прошлым нельзя. Все! Его больше нет… нет для меня! – Она чиркнула спичкой и поднесла к снимку. Робкий язычок пламени лизнул край фотографии, а затем, как будто распробовав, уверенно пополз вверх по улыбкам, застывшим на лицах. Через минуту от снимков остался только черный пепел. Она нагнулась, взяла горстку теплого порошка и развеяла его по комнате. Вот и все. Внутри у нее все сжалось, к горлу подступил комок, еще чуть-чуть – и она расплачется. Она сделала глубокий вдох и с силой вытолкнула из себя воздух. Я не позволю себе распуститься, я не собираюсь всю ночь провести в горьких мыслях о нем. Ренд этого не стоит.

Дайана заставила себя снова подняться в спальню и лечь в постель. Теплый ночной ветерок проникал сквозь раздвинутые жалюзи. Слышался шум дождя. Лежа на прохладной простыне, она ждала слез, которым не давала волю раньше. Слез не было. Она уставилась в потолок широко раскрытыми, абсолютно сухими глазами. Почему я не плачу? Очевидно, я уже совсем не испытываю к нему никаких чувств, размышляла она над своими ощущениями.

Невольно Дайана окунулась в прошлое. Она встретилась с Рендом осенью. На тот момент у нее не было близкого друга. Их отношения развивались стремительно и бурно. Уже через пять месяцев после того, как они сблизились, они стали жить как муж и жена. Он заполнил собой всю ее жизнь: ревновал к друзьям, требовал к себе особого внимания, распоряжался ею как вещью. Она понимала всю несправедливость положения, но продолжала слепо верить в его любовь.

Он был любовником-эгоистом, но она надеялась, что он изменится к лучшему. Она хотела от него ребенка, терпела все его выходки и, несмотря на его эгоизм, была счастлива с ним. Счастлива до того момента, когда узнала, что беременна.

Дайана вызвала из глубин памяти ощущение прикосновений его рук, ласковых, эротичных, требовательных. Ее тело напряглось, когда она вспомнила его нетерпеливые поцелуи. Он знал, на какие струны нажимать, чтобы пробудить в женщине желание.

Она услышала стук своего сердца. Растревоженное этими мыслями, оно застучало быстрее, и его звук отдавался горестным эхом в каждой клеточке ее измученного сознания. Она так испугалась того, что одно лишь воспоминание способно ее растревожить и завести, что ее бросило в жар.

Несмотря на то, что свежего воздуха в комнате было достаточно, ей все же его катастрофически не хватало. Она вздохнула, встала и вышла к бассейну.

Ночь стояла безветренная и теплая. Кратковременный дождь закончился так же внезапно, как и начался, не оставив даже воспоминаний о себе. Звезды мерцали, как жемчужинки, рассыпанные на черном бархате. Дайана присела на ступеньку бассейна. Ступни с удовольствием ощутили прохладную воду. Она глубже опустила в нее ноги и поболтала ими, потом встала и решительно бросилась в голубую гладь бассейна, пытаясь освободиться от ненужного, причиняющего ей боль прошлого. Она боролась с водой, пока не ощутила усталость во всем теле.

Собрав остатки сил, она выбралась из бассейна и с удовольствием легла на спину, на хорошо прогретый за день, уже высохший после дождя песок, раскинув ноги и руки. Она смотрела на вышитое жемчугом небесное полотно. Мерцание звезд успокаивало и убаюкивало. Дайана опустила тяжелые веки и растворилась в спокойном сне.

Ее пробуждение было внезапным из-за прикосновения чьих-то пальцев. Дайана резко открыла глаза. Темное покрывало ночи позволяло разглядеть только силуэт человека. Это был мужчина.

– Тш-ш-ш… Не кричи, – прошептал он.

Дайана приняла его за сексуального маньяка и, испугавшись, решила подчиниться. Она зажмурилась. До нее долетел аромат одеколона. Этот запах был ей хорошо знаком. Она втянула его ноздрями и открыла глаза.

– Ты?! – Ее удивлению не было предела.

– Я, – спокойно ответил он.

Томительная дрожь пробежала по всему ее телу. Она даже не успела испугаться, когда поняла, что ей хочется его любви.

Ее губы наслаждались теплотой его губ. Ей хватило только одного мига, чтобы оценить их по достоинству. Она приоткрыла рот, и их языки соприкоснулись. В следующее мгновение звездный небосклон превратился в хоровод, все кругом закружилось, и она отдалась на милость мужчине-победителю. Он прижал Дайану к себе, и ее руки, подобно виноградной лозе, обвили его крепкую шею. Она ласково погладила его непокорные волосы, а потом притянула его голову ближе…

Джек с наслаждением вдыхал слабый аромат ее тела – тонкий и притягательный, с неким оттенком недосказанности.

Его сильное, мускулистое тело воспламеняло в ней желание. Соски ее маленьких грудей коснулись его груди, широкой, в темных завитках. Он нежно погладил шелковистый упругий холмик, а потом лизнул сосок. Она вскрикнула. Ее руки еще крепче охватили его спину, красные коготки оставили на ней несколько розовых бороздок. Она испытывала нестерпимое желание… Не хотела думать, говорить, она жаждала только одного – секса, ошеломляющего, такого, который мог бы вытеснить из ее души и из ее тела все, связанное с Рендом!

Ее обнаженное тело полностью было в его власти. Он неторопливо провел пальцем по ее ноге, прикоснулся к бедру. Она начала задыхаться от нахлынувшего на нее желания. Он обхватил сосок губами и стал сильно его сосать. Дайана закричала, не в силах дальше терпеть, она выгнулась под ним дугой.

– Пожалуйста, прошу, – не выдержала она.

Она сжала своей маленькой ладонью его твердую, восставшую плоть, он застонал от предвкушения. Дайана почувствовала, как в нем нарастают мужские силы, и это еще больше возбудило ее…

Прошло мгновение – или вечность? – и они одновременно достигли вершины блаженства.

Она лежала опустошенная, удовлетворенная, не в силах думать о чем-либо.

Он лежал рядом, такой же уставший и умиротворенный. Неясный шум со стороны кустарника нарушил ночную тишину. Джек приподнялся на локте и устремил туда взгляд.

– Расслабься, – прошептала она. – Это, скорее всего, рыжая.

– Кто?

– Рыжая, – уже более громко повторила Дайана. – Кошка. Погулять под звездами – ее любимое занятие. Весь день дрыхнет, а ночью покоряет мужские сердца. Ее шкурка под лунным светом выглядит на миллион долларов, а глаза сверкают как два алмаза.

Шорох прекратился, и Джек успокоился.

– Не знаю как тебе, а мне становится холодно.

Дайана поднялась и медленно пошла к дому. Ее силуэт отчетливо выделялся на фоне освещенных окон.

– Ты идешь? – спросила она через плечо.

– М-х. Идешь? Лечу на крыльях счастья! – Не дожидаясь повторного приглашения, он устремился за ней.

– Ты будешь шампанское? – Дайана вышла из кухни, держа бутылку в руках.

– С удовольствием.

– Тогда открывай.

– По-моему, шампанское тепловато. У тебя найдется лед?

– Посмотри в холодильнике, а я в душ.

– Хороша хозяйка… – пробурчал он. – Ты понятия не имеешь, что у тебя в холодильнике. Льда нет, будем пить теплое.

Он занялся шампанским, содрал фольгу и нажал пальцем на пробку. В это время вышла Дайана, облаченная в прозрачный халатик.

– Держи бокалы, – обратилась она к нему.

Шампанское ударило вверх фонтаном и обрушилось на нее. Ее прозрачный халатик прилип к телу, словно вторая кожа.

– Тебе нравятся сладкие женщины? – Она рассмеялась.

Вместо ответа Джек приник к ее губам, оборвав смех долгим поцелуем. Его язык легко скользнул внутрь. Это было так неожиданно, что у Дайаны перехватило дыхание, но уже в следующий миг она ответила на его поцелуй. Он на секунду отвлекся, чтобы поставить бокалы на стол. Минутой позже она ощутила тепло его ладоней и с наслаждением отдалась этим прикосновениям. Мокрая ткань липла к коже, маленькими бугорками обозначились соски. Склонив голову, Джек припал губами к этим изюминкам, поочередно смакуя каждую, словно изысканное лакомство. Вкус шампанского мешался с запахом ее тела.

Он целовал ее, ласкал губы кончиком языка. Она, изогнувшись, прижималась к нему. От этих ласк она почти теряла рассудок. Ее нестерпимо томило желание, пульсирующее глубоко внутри.

– На тебе слишком много одежды, – прошептал он, срывая с нее прозрачный халатик. Его язык заскользил по ее шее.

Дайана сладко вздохнула и закрыла глаза.

– Ммм… ты такая вкусная, – ласково сказал он.

Сильные пальцы нежно теребили обнаженные груди. Все горячее и горячее впивался он в ее разомкнутые губы. Его язык проникал в полуоткрытый рот, а тело его жаждало проникнуть во влажное тепло ее лона.

Он поднял ее на руки и понес в спальню.

– Господи! Прямо наваждение. Я снова хочу тебя, – задыхаясь от желания, произнес он, опуская ее на постель.

Дайана ощутила под своей спиной упругий матрас. Джек склонился над ней. Его возбужденное тело почти придавило ее.

– Подожди… – Она слегка отстранила его.

– Что-то не так?

– Просто я хочу доставить тебе удовольствие, такое же, какое ты доставлял мне.

– Хм-м. Звучит заманчиво.

Пальцы Дайаны стали нежно ласкать его. Джек едва мог управлять своим желанием, наблюдая, как она внимательно, любовно исследует его плоть. И мысль о том, как бережны ее пальчики, вызвала у него стон наслаждения.

– Все в тебе… ты весь… прекрасен!

Ее щеки запылали в ответ на его улыбку. Она сильнее прижалась к нему, чувствуя, как волна желания накрывает ее с головой. В следующее мгновение он подхватил ее, и она оказалась снова на спине. Джек начал покрывать поцелуями ее живот, его губы коснулись мягких завитков волос между ее бедер. Она уже вся находилась во власти желания и молила о завершении. И Джек внял ее мольбам. Он содрогнулся от удовольствия, когда она обвила ногами его талию, открывая ему дорогу, и он вошел в нее медленно и нежно…

Его движения становились все быстрее, все ритмичнее. Дайана ощущала, как внутри нее бьется его неутолимая плоть. В экстазе она громко выкрикнула его имя.

– О боже… – выдохнул он, когда они вместе достигли экстаза.

В этот момент Дайане собственное тело показалось легким и невесомым, словно пушинка. Счастье переполняло ее, и, наклонившись к Джеку, она принялась покрывать его грудь, плечи, шею быстрыми восторженными поцелуями.

– У меня никогда ничего подобного не было, – прошептал он, целуя ее в плечо. – Хотя нет, было.

– Вот как?!

– С тобой.

Насладившись, они молча лежали в тишине.

Джек ласково провел пальцами по ее волосам, прижимая ее голову к своему плечу. Вот так, как сейчас… лежать рядом с ней, растянувшись на постели, обнимать ее… Его переполняло удовлетворение, какого он уже много лет не испытывал. Она – самая необыкновенная женщина, которую он когда-либо встречал, она – единственная, кто затронул его душу. И все, чего он хотел сейчас, – это быть с Дайаной, наслаждаться тем, что они вместе. Завтра он должен лететь в командировку, но сейчас ему совсем не хотелось думать об этом.

Рассвет наступил незаметно.

Пришло время расставания. Он попрощался с ней, поцеловав долгим поцелуем, и заторопился, чтобы не опоздать на самолет. Он не сказал на прощание «Я позвоню тебе» или «Увидимся». Но она и не ждала этого.


Последние два дня она ощущала усталость, у нее повысился аппетит, и запахи… запахи постоянно преследовали ее. Все эти симптомы наводили ее на определенную мысль – не беременна ли она? В этом не было бы ничего удивительного, ведь во время первой близости с Джеком она не предохранялась. Она совсем не думала о последствиях.

Ей нужны были доказательства, что предчувствия не обманывают ее, и она зашла в аптеку.

С того момента, когда она впервые рассталась с Джеком, прошло чуть больше месяца.

Дома, в ожидании результата теста, Дайана отворила дверь в комнату, подошла к зеркалу и поглядела на себя. Ее рука коснулась талии. Если она беременна, то совсем скоро располнеет и потеряет фигуру…

Рука Дайаны дрожала, когда она схватила тестер. Две красные линии четко проявились на нем. Как ни странно, она не испытывала никакой подавленности или ужаса. Она была удивлена, но удивлена приятно. Радость – вот что она чувствовала. Ребенок Джека… Может, у нее будет девочка. Да, да. Конечно, девочка. У них с Джеком будет дочка.

Дайана хотела выбросить палочку в мусорный бачок, но поняла, что не может избавиться от свидетельства существования ее ребенка. Она положила тестер на стол, чтобы потом убрать в другое место.

Внезапно ей сделалось дурно. Ком подступил к горлу. Ее затошнило. Ноги затряслись. Она бегом устремилась в ванную комнату, схватилась за раковину и опустилась на край ванны.

Дайана ополоснула лицо холодной водой и посмотрела в зеркальное отражение. Она беременна.

Она не жалела, что тогда они оба не думали ни о чем, кроме глубокой и отчаянной потребности быть друг с другом, быть любимыми. Без всяких ограничений, оговорок и условий.

И теперь существует их ребенок, растущий внутри нее. Зародившаяся жизнь.

Нельзя сказать, что это замечательно – влюбиться в Джека, в мужчину, который счел своим долгом сразу сказать ей, что он и не помышляет ни о каких супружеских обязательствах. А теперь уже слишком поздно…

Тем не менее, надо сказать ему о ребенке. Прежде чем он услышит о нем от кого-нибудь другого. Он уехал в командировку на несколько дней. У нее есть еще время, чтобы придумать, как лучше преподнести ему эту новость.

9

Кора почти добралась до своего дома, нервное потрясение от разговора с Джеком начало проходить. Ей оставалось проехать еще одну улицу, когда машина вдруг резко остановилась.

– Что за черт? Сплошное невезение!

Она ударила кулачками по рулю.

– Я же ничего не смыслю в двигателе!

Она достала из сумочки сотовый телефон и была неприятно удивлена, увидев, что он разрядился.

– Придется оставить машину здесь, а дома позвонить в автосервис.

Кора вышла из машины и медленно побрела к дому. Мыслями она снова возвратилась к Джеку.

За время, что мы были в разлуке, ни у кого из нас не возникало даже мысли об измене, вспоминала она. А теперь я думаю об этом. Скорее всего, он увлекся другой женщиной, но ведь я и сама не так уж безгрешна – чуть было не решилась ответить на чувства Майкла…

Она пару раз чихнула и поежилась.

Он вел себя так, словно ничего не произошло, и он вовсе не собирался просить у меня прощения. Но его холодность ко мне… Чем это объяснить? Зачем я поехала к нему? Зачем я выставила себя полной дурой? Ревность погубит меня. Я должна научиться контролировать свои эмоции. Я верю ему, несмотря на то, что мое сердце наполнено тревогой. Он переутомился, и эта новая командировка… Она глубоко вздохнула. Он так устает, а я со своими переживаниями только доставляю ему лишние проблемы…

За размышлениями она не заметила, как ноги сами собой привели ее к дому.

Когда она зашла на кухню, ей бросились в глаза пакеты с деликатесами, которые она купила к романтическому ужину с Джеком. Нахмурившись, она решительно швырнула покупки в мусорное ведро.

На столе осталась бутылка вина. Кора хотела выкинуть и ее, но неожиданно начала чихать. Она чихнула подряд раз шесть или семь и это навело ее на мысль, что она простудилась. Пожалуй, теплое вино будет кстати. Достав штопор, она откупорила бутылку и часть напитка вылила в небольшой ковшик, поставила на плиту, а затем рассеянно налила себе полстакана теплой жидкости.

Вино ей понравилось, но его сладковато-терпкий вкус не смог заглушить тупую боль, что терзала ее душу. Кора залпом осушила стакан и тут же налила себе еще. Она понимала, что это не выход, но обида иглой застряла у нее в сердце, и она снова выпила. Ее глаза увлажнились, соленые прозрачные капельки скатывались по щекам. Она уставилась на полупустую бутылку. Пожалуй, нет смысла оставлять вино. Прихватив стакан и бутылку, она направилась в спальню.

Уже в комнате она сбросила туфли, освободилась от костюма и швырнула его на пол. Сдерживаться дальше было выше всяких сил – рыдания сотрясали все ее тело.

Последняя капля алкоголя принесла покой измученной душе. Кора забылась сном, когда уже светало. Бледные пальцы рассвета прокрались на ночное небо. Ей снился сон, что она крепко обнимает Джека, наслаждаясь знакомым запахом его тела. Но когда он целовал ее, за его спиной она заметила какого-то человека, что стоял неподалеку, наблюдая за ними. Это была молодая женщина. Она приблизилась к ним.

– Ты что же, на самом деле решила, что ему нужна ты? – с вызовом произнесла она.

Джек высвободился из объятий Коры и, обратив влюбленный взор на девушку, протянул к ней руки.

– Нет, не забирай его! – воскликнула Кора, но девушка лишь расхохоталась.

– Он мой! – победоносно произнесла она и обняла ее жениха.

– Нет, Джек, нет!

Кора проснулась от звука собственного голоса. Она рывком села на постели, растерянно моргая. Даже во сне ей не было спасения от переживаний…

За окном наступил рассвет. Она снова легла и повернулась на другой бок, изо всей силы ударив кулаком по подушке. Нет, не может Джек так со мной поступить. Два года – не два дня, и их не выбросишь коту под хвост.

Проснулась Кора как от толчка. Она забыла завести будильник! Время перевалило уже за девять.

Наскоро приведя себя в порядок, Кора вылетела из дома, остановила такси и всю дорогу выдумывала серьезные причины, по которым она опоздала на работу. Если, не дай бог, она нарвется на Майкла, пиши пропало. Он не станет слушать ее объяснения.

На приветствие Даниель Кора лишь кивнула на ходу.

Даниель заметила бледное лицо подруги и круги под ее глазами.

– Ты не заболела? Отвратительно выглядишь.

– Всего лишь небольшая простуда, – бросила та на ходу и шмыгнула носом.

Двери лифта открылись на ее этаже, она вышла, постояла в пустом коридоре, прислушиваясь к звукам офиса, а затем отправилась в свой кабинет.

10

В кабинете Коры висела гнетущая тишина. Это можно было сравнить с надвигающейся бурей, когда на короткое время все вокруг замирает: умолкают птицы, не слышен шелест листвы, ветер словно растворяется в пространстве. И сразу становится ясно, что это затишье содержит в себе что-то зловещее, что-то, что предвещает неотвратимую беду.

Кора сидела, тяжело откинувшись на спинку кожаного кресла, и пристальным взглядом сверлила фотографию Джека на ее столе. Раньше этот снимок приносил ей радость; так как, глядя на него, она всегда с удовольствием вспоминала тот момент, когда они, счастливые, позировали для фото. Сейчас же ее мысли вертелись, кружились, проносились как ураган в голове, потому что она почувствовала неладное в отношениях с Джеком. С одной стороны, явных признаков для тревожного волнения не было, но с другой – ее сердце наполнилось мрачным предчувствием. У нее было ощущение, будто она пережила смерть близкого человека. Впервые она не знала, как вести себя с Джеком. Его поведение пугало ее. Кора посмотрела на себя в зеркальце: черные круги под глазами и напряженные складки возле рта огорчили ее, ей показалось, что она постарела за эти несколько часов на десяток лет.

Кора настолько была поглощена этими думами, что не сразу почувствовала присутствие вошедшей Даниель. Обернувшись, она увидела ее тревожные глаза.

– На тебе лица нет, подруга, – обеспокоенно сказала Даниель и присела рядом.

Кора знала, что даже очень грамотно сделанный макияж не скроет бессонной ночи.

– Что произошло? Ты поругалась с Джеком?

– Хм. Если бы дело было только в безобидной ссоре… Все гораздо хуже. Свадьбы, кажется, не будет.

Кора резко развернулась. Ее измученные глаза с надеждой устремились на Даниель.

– У тебя случайно нет спасительного средства на этот счет? Хотя о чем я? Тебе столько же лет, и ты сама еще не замужем.

– Ну спасибо, подруга. Если плохо тебе – это не значит, что нужно портить настроение всем окружающим тебя людям.

Кора встала и, подойдя к Даниель, обняла ее.

– Прости. Я не хотела тебя обидеть. Просто эта чертова командировка… Я не узнаю его. Он вдруг заговорил о том, что между нами нет любви. Ты представляешь! Это после двух лет близости!

– А может, дело не в командировке? Ты ведь сама говорила, что он работает на износ. Устал мужик, и ты еще со своими подозрениями…

– Да? Мне надо успокоиться. Я не могу сосредоточиться на работе. Ужасно болит голова и ломит все тело. Как бы не заболеть. – В доказательство она чихнула пару раз. – Вечером важное совещание, мне нельзя расслабляться. Пойду выпью чашку крепкого кофе… А ты потрудись на славу агентства, ведь ты моя помощница. Просмотри последнюю пленку и обрати особое внимание на освещение сцены. Кстати, выясни в отделе заказов насчет дополнительной поставки трикотажного полотна. Ведь наша коллекция состоит исключительно из трикотажных вещей. С приходом осени они превращаются из просто модных в необходимые. Например, я себя чувствую в одежде из трикотажа защищенной. Что может быть приятнее, чем пасмурным днем укутаться в мягкую накидку. Я уже подумываю о покупке теплого кашемирового пальто. Нынче трикотажные вещи в особом фаворе. Советую тебе тоже что-нибудь приобрести из нашей коллекции.

– Опоздала с советом. Я уже купила водолазку с милыми оборочками.

– Да? С оборочками… Недаром же говорят: удовольствие в деталях. Потом покажешь. Ну так я пошла. Уверена, ты без меня справишься.

Кора спустилась в столовую выпить кофе. В одиночестве. Ей еще раз хотелось прокрутить в голове весь разговор с Джеком и осмыслить все происходящее с ними. Она сделала только глоток обжигающей жидкости, как услышала рядом приятный и знакомый мужской голос:

– Не возражаете, если я составлю вам компанию?

– Майкл Бредфорд! – Она испугалась и рассердилась одновременно.

Оторвав взгляд от своей чашки, Кора с ужасом заметила, что многие с любопытством смотрят в ее сторону. Время приближалось к обеду, и людей в зале было уже достаточно много. И еще от мимолетного взгляда Коры не укрылось восхищение, с которым взирали на Бредфорда женщины. В агентстве все уже знали, кто он такой. Тем больше пересудов привлечет его внимание к ней. Краем глаза Кора увидела, как сидевшие неподалеку две женщины сблизили головы и принялись шептаться, посматривая в их сторону. Еще бы! Такие посетители в кафе заглядывали редко, а если честно, то он был первым гостем такого ранга. Но он пришел, и пришел ради нее, это она знала точно…

– Боюсь, вы ошиблись дверью, мистер Бредфорд. Руководителю агентства предоставлено другое помещение для еды. – Она старалась говорить тише, чтобы присутствующие не слышали содержание их разговора.

– Нет, я ничего не перепутал. Просто мне хочется выпить кофе в вашей компании, – мягко и ласково пояснил он, не обращая ни малейшего внимания на интерес со стороны окружающих людей.

Сказав это, он опустился на стул напротив нее.

– Я заглянул к вам, чтобы обсудить некоторые вопросы, но Даниель сообщила мне, что вы решили подкрепиться чашечкой кофе, и вот я здесь. Вы сегодня не в настроении?

– Это так важно?

– Для меня да. На совещании мне нужен помощник с железными нервами и ясной головой. Мне необходима надежная поддержка с вашей стороны. Партнеры слишком въедливые и несговорчивые. Предстоит серьезная борьба за отстаивание наших интересов, и нам необходимо пройтись по всем пунктам нашего договора, чтобы не было разногласий. Вы специалист в вашей области, и мне важна ваша точка зрения. Чтобы вас не компрометировать дальше, я ухожу и жду вас у себя через двадцать минут. За это время можно выпить не только чашку кофе, но и…

Бредфорд поднялся и, под прицелом любопытных взглядов, медленно вышел из столовой.

Кора почувствовала, как все ее тело обдало жаром. Что это? Атака болезни, или у меня такая реакция на босса? – испугалась она. – И то и другое плохо.


Совещание длилось уже более двух часов, и, казалось, оно никогда не закончится.

Представители известной компании прикладывали все усилия, чтобы заключить контракт на наиболее выгодных для них условиях. Из-за этого в уже подготовленный договор пришлось внести серьезные изменения, а от некоторых пунктов и вовсе отказаться.

Кора старалась держаться молодцом, но со стороны было заметно, что ей нехорошо: ее всегда живые глаза поблекли, на лбу выступили капельки пота, все ее состояние красноречиво говорило о том, что она больна.

Бредфорд беспокойно поглядывал на нее, но ничего не мог поделать. Осталось обсудить еще один вопрос, в котором именно Кора хорошо разбиралась.

– Как вы себя чувствуете? – Бредфорд склонился к ней. – Может, объявить перерыв? – шепотом предложил он.

– Нет-нет! Все нормально. Спасибо за беспокойство. Здесь просто душновато. Было бы неплохо открыть форточку.

Извинившись перед всеми, Майкл приоткрыл окно, а затем предложил сэндвичи и кофе. Но все уже заметно устали и стремились как можно быстрее покончить с делами. После совещания Бредфорд настоял на том, чтобы Кора поставила немедленно градусник.

– Кора, я не допущу, чтобы с такой высокой температурой вы сели за руль.

– Я ценю вашу заботу, но домой я поеду сама, – стараясь говорить твердо, ответила она, но в следующую секунду схватилась за спинку кресла, так как у нее закружилась голова.

– Надеюсь, вы понимаете, что в таком состоянии можете создать проблемы на дороге. Я ваш работодатель, и мне небезразлично здоровье моих подчиненных.

У Коры уже не осталось сил сопротивляться.

– Хорошо, пусть будет по-вашему.

Она уселась в его дорогой автомобиль и стала показывать дорогу. Ее состояние ухудшалось прямо на глазах. Каждая ее клеточка ощущала сильный жар. Она чувствовала себя настолько разбитой, что ей было наплевать, что подумает Бредфорд о квартире, в которой она живет. Она хотела только одного – лечь в постель.

Кора долго копалась в сумочке.

– Ну где же он? Ах, вот, наконец-то.

Она достала ключ и попыталась вставить в замочную скважину. Ее лихорадило, и она никак не могла попасть в отверстие.

– Дайте ключ, – требовательно произнес Бредфорд.

– Что? Я сама.

– Сама будете открывать, когда поправитесь. – Выражение его лица было непреклонным. – У вас очень высокая температура – это видно невооруженным глазом.

Она молча положила ключ в его протянутую ладонь.

Майкл быстро открыл замок. Они вошли в темный коридор. Кора включила свет. Со стороны двери просматривалась маленькая гостиная с розовыми обоями. Два небольших кресла, обитые мягким темно-розовым бархатом. Несколько подушек различных размеров лежало на длинном диване, над которым висел гобелен с изображением юной девушки с распущенными волосами в кругу влюбленных молодых людей.

Комната рядом, дверь в которую тоже была открыта, оказалась просторной спальней с огромной кроватью, пушистым кремовым ковром, в котором утопали ноги, и кремовыми же занавесками.

– У вас мило, – заметил Майкл.

– Спасибо, – поблагодарила Кора. – Мне здесь уютно. Я люблю возвращаться домой после напряженного дня. Моя небольшая квартирка мне дороже роскошных вилл с высоким забором.

Его брови взметнулись вверх. Он пристально посмотрел на нее.

– О! Я только хотела сказать, что в небольшом пространстве, я чувствую себя увереннее… защищеннее, что ли…

– Вам необходимо лечь в постель. Вы еле стоите на ногах. Где у вас аптечка?

– Я, слава богу, не при смерти и вполне могу справиться со всем этим сама.

– Не сомневаюсь. Так где аптечка?

– Я сторонник здорового образа жизни и не принимаю таблетки.

– Хм, – удивился Брендфорд. – Тогда я поставлю чайник. У вас есть малиновое варенье, лимон или что-нибудь подобное?

– Аптечка в правом ящике, на верхней полке, – сдалась она.

В небольшой кухне, обставленной гарнитуром из дуба, Бредфорд сориентировался без труда. В чайнике оказалось достаточно воды, он подогрел ее и, налив стакан, возвратился в гостиную. Толстый ковер приглушал его шаги. Когда он вошел, Кора сидела в кресле и, похоже, дремала, ее глаза были закрыты.

Небольшая фотография на каминной полке привлекала его внимание. Он взял ее в руки, всмотрелся в лицо мужчины, который обнимал за талию Кору. Чем больше он вглядывался в изображение, тем сильнее сжималось у него внутри. Значит, у нее и правда есть мужчина… Он пытался проглотить комок, образовавшийся в горле. Вода в стакане оказалась очень кстати. Он залпом выпил содержимое стакана. И этот мужчина…

– Кора, кто это? Кто это с вами на фотографии?

Она разомкнула ресницы, подняла тяжелые веки и медленно повернула в его сторону голову.

– Я же говорила вам, что помолвлена. Это мой жених.

– Ж-жених? Вы уверены в этом?

– В чем?

– В том, что он ваш жених?

– Бредфорд, вы что, выпили все виски, что стояло на столе?

– Я ничего не пил. Просто… просто вы такая красивая, умная, деловая, а ваш жених, – Майкл был крайне удивлен, – страховой агент…

– При чем здесь страховой агент?

– А разве он не…

– Он президент довольно солидной компании.

Бредфорд снова взял снимок в руки и еще более внимательно пригляделся к нему.

– Возможно, я ошибаюсь. Извините.

– Насколько я помню, вы пошли за таблеткой.

Бредфорд разжал пальцы – на его ладони лежал аспирин. Он протянул его ей.

– Сейчас принесу воды, – виновато сказал он и скрылся на кухне.

– И захватите таблетку снотворного. Мне необходим крепкий сон.

Кора обхватила плечи руками. Сейчас ей больше всего на свете хотелось укрыться теплым одеялом и заснуть.

– Вот таблетка снотворного.

– Хорошо… Утром я буду как огурчик. Спасибо вам за заботу.

Она проглотила обе таблетки и запила водой.

– Я знаю, вам это не понравится, но я остаюсь здесь до тех пор, пока не увижу, что вам станет лучше. Во всяком случае, пока не спадет жар. Вам лучше лечь в постель.

– Что вы себе позволяете?

– Ничего. Просто контроль с моей стороны и полное подчинение с вашей. Так будет лучше. Мало ли что с вами может произойти. Не бойтесь, я даже пальцем вас не коснусь. Сейчас я выйду, а вы разденетесь и ляжете под одеяло, как и полагается больной. А я тем временем на кухне выпью чашечку кофе, чтобы не заснуть и оберегать ваш сон.

И с этим словами он оставил ее одну в комнате.

– Черт знает что! – возмутилась она. – Командует здесь как у себя на работе. И не подумаю его слушаться.

Под воздействием снотворного ее веки отяжелели, глаза сами стали смыкаться…

Когда Бредфорд возвратился, она тихо посапывала, откинувшись в кресле. Он бережно подхватил ее на руки и отнес в спальню.


Кора проснулась от солнца, льющегося в комнату, с мыслью, что проспала. Она почувствовала, что на ее животе лежит чья-то большая теплая рука, и тут же вспомнила: это Майкл. Она тревожно вскинула брови. Какого черта? Что он делает в моей постели? Он одет, но это не имеет значения… Неужели он остался, потому что беспокоился обо мне? Первый раз в жизни она спала с мужчиной и осталась нетронутой!

Мягкий утренний свет падал на лицо лежащего рядом мужчины, позволяя ей беспрепятственно его рассматривать.

Густые темные ресницы окаймляли опущенные веки, губы были приоткрыты, дыхание ровное. Никаких сомнений, он действительно спит.

Она закрыла глаза, чтобы не глядеть на его красивое лицо. Но любопытство и что-то еще, очень похожее на влечение, заставило ее снова открыть их.

Подперев голову рукой, Кора стала разглядывать его фигуру: широкие плечи, узкая талия, мускулистые бедра. Сложение его говорило о том, что он занимается спортом. Она снова закрыла глаза и постаралась мысленно переключиться на что-нибудь другое, лишь бы не думать о тепле и близости его тела. Ведь она все еще считала себя невестой Джека…

Видимо, Майкл почувствовал ее взгляд и проснулся.

– Доброе утро, – сонно произнес он. – Как вы себя чувствуете?

– Замечательно.

– Я рад… – улыбнулся он. – С вами приятно просыпаться.

– С вами тоже, – с сарказмом произнесла она.

Майкл усмехнулся.

– Попробую притвориться, что я вам поверил.

Кора посмотрела на часы рядом с кроватью.

– О боже! Уже почти девять часов!

– Мм. Что? – Он поднял голову и тоже посмотрел на часы. – Девять… и что?

– Как что? А работа?

– Сегодня я освобождаю вас от работы. – Мягкий взгляд его синих глаз, обращенных на нее, был нежен. Он поднялся и направился к двери. – Я приготовлю вам завтрак.

– Это уже слишком! – запротестовала она, давая ему понять, что хозяйкой этой квартиры является она, а не он.

Отбросив одеяло в сторону, она вскочила… и пошатнулась.

– Не заставляйте меня насильно укладывать вас снова в постель, – нахмурился Майкл. – Считайте, что это приказ руководителя. Мне нужны здоровые сотрудники, а не теряющие сознание прямо у меня на глазах.

– Что ж, если это приказ, то я подчиняюсь.

Кора снова улеглась в постель. Его забота была ей приятна. Вскоре он вошел в комнату, неся поднос с едой: глазунья из двух яиц, кусочек поджаренного хлеба с сыром и чашка чая с лимоном.

– Вам необходимо подкрепиться. Съешьте – и спать. Во сне организм набирается сил. Вы быстро поправитесь, если будете послушной. Я сейчас уйду, но вечером обязательно позвоните и скажите о своем самочувствие. Надеюсь, оно значительно улучшится.

Через минуту она услышала, как за ним закрылась дверь.

Кора, к своему удивлению, съела весь завтрак и, откинувшись на подушку, быстро заснула.

Звонок в дверь вырвал ее из беспокойного сна. Она с трудом разомкнула слипшиеся ресницы. Ей очень не хотелось покидать теплую постель, но резкий звук пронизывал всю квартиру, давая понять, что он не прекратится до тех пор, пока не откроют дверь.

Кора со стоном откинула одеяло, сунула ноги в шлепанцы и спустилась на первый этаж. Посмотрела в глазок и увидела парнишку лет десяти. Он держал в руке какой-то сверток. Она щелкнула замком.

– Вы Кора Макдональд?

– В чем дело?

– Это вам.

Кора бросила удивленный взгляд на пакет.

– Посылка? От кого?

– Не знаю. Велено передать.

– Велено передать? А как выглядел этот человек?

– Парень, очень симпатичный… с усиками.

Мальчик протянул посылку, и ей ничего не оставалось, как принять у него сверток.

Симпатичный парень с усиками… Кто бы это мог быть? Она прошла на кухню, разрезала ножом бечевки, которыми был перевязан этот пухлый пакет, взяла его за края и потрясла. Из него на стол вывалились вещи и несколько фотографий. Интересно, что все это значит? Чьи это вещи и кто на фотографиях?

Она развернула джинсы, следом блузку, а затем и нижнее белье. Потом взяла в руки снимки. На каждом из них лицо Джека светилось от счастья. Рядом с ним была девушка, в которой она узнала Дайану. Она тоже выглядела счастливой. На некоторых фото они были запечатлены во время интимной близости.

– Потрясающе! – ошеломленно произнесла Кора, узнав брюки Джека. – Эта кофточка мне тоже знакома. Если я не ошибаюсь, она принадлежит Дайане.

Не в силах стоять, она присела на стул.

Кора сидела неподвижно, как застывшая статуя, сжав кулаки и плотно зажмурив глаза. Ее колотила дрожь, сердце стучало настолько громко, отдаваясь эхом в ушах, что она едва могла что-то слышать. Даже если бы сейчас за окном палили из всех пушек, она не придала бы этому значения. Господи, как только я могла оказаться такой дурой? Нельзя дать слезам пролиться. Я не хочу рыдать из-за Джека. Но боль, вызванная его предательством, была слишком велика. Она все же разразилась горючими слезами. А я-то размечталась о свадьбе, об уютном гнездышке, а он… он, будучи помолвленным со мной, встречался с другой женщиной.

– Как он мог! – яростно выкрикнула она.

По ее щекам одна за другой скатывались прозрачные соленые капли.

– Надеюсь, он получит по заслугам.

Она посмотрела на обручальное кольцо с бриллиантом. Оно жгло ей палец, и она с ненавистью сорвала его. Не надо мне от него ничего!

Сейчас я позвоню ему и скажу: пусть катится на все четыре стороны! Наплевать, что он в командировке и, возможно, в номере находится не один. Пусть знает, что я в курсе его любовных похождений!

Ее пальцы выбивали дробь. Она с трудом попадала на нужные кнопки. Набрать правильный номер ей удалось только с четвертого раза.

В доме Дайаны раздался звонок. Она разомкнула ресницы, поискала свой сотовый и обнаружила его рядом на прикроватной тумбочке. Он молчал. Телефонный звонок раздавался из холла.

Мобильник! Да… но чей? Мой отключен.

Дайана откинула одеяло и спустилась на первый этаж. В изумлении она уставилась на маленький черный аппарат. Должно быть, это телефон Джека. Скорее всего, он оставил его, когда торопился в аэропорт.

Что же делать? Ответить на звонок? А если я услышу голос какой-нибудь женщины? Вряд ли Джеку понравится, что я отвечаю на звонки, предназначенные ему.

Возможно, Джек сам звонит, чтобы узнать, не оставил ли он телефон у меня. Наверняка он обнаружил пропажу. Выходит, другого выхода у меня нет. Придется ответить.

– Алло?

– А… Джек? – раздался удивленный женский голос.

– Его нет.

– Извините, это телефон Джека?

– Н-да, – неуверенно произнесла Дайана.

Кора затаила дыхание. Кажется, это именно ОНА…

– А с кем я говорю?

Дайана почувствовала в женском голосе нотки раздражения и злости. Ей не хотелось выслушивать претензии в свой адрес, и она ответила:

– Не имеет значения. – А затем повесила трубку.

– Стерва! Я сразу почувствовала, что от нее будут большие неприятности. Что ж, – Кора отшвырнула вещи в сторону, – я поставлю ее на место. Она не знает, с кем связалась!

Вдруг среди присланных человеком с усиками вещей она заметила клочок белой бумаги, развернула и прочла адрес девушки – хозяйки нижнего белья.

Болезненное состояние Коры улетучилось в два счета. Сейчас она была здоровее всех здоровяков на свете. Приняв душ, наложив безукоризненный макияж, эффектно уложив волосы, она стояла перед гардеробом, размышляя, что надеть. Ей непременно хотелось выглядеть так, чтобы у соперницы свернулся кишечник в клубок от зависти. Бледно-розовый костюм с большим декольте должен был произвести неизгладимое впечатление. Всегда, когда бы Кора его ни надевала, все женщины просто умирали с досады. Зеркальное отражение улыбалось от удовольствия. Она взяла клочок бумаги и спустилась вниз. Машина завелась с первого же раза. Это хороший знак, решила она и нажала на педаль.

Кора без труда отыскала дом Дайаны. Она толчком открыла низкую калитку, остановилась. Обвела глазами сад. Некоторые цветы уже отцвели. На дереве сидела и пела свою песню какая-то черная птица. На небольшом участке, поросшем мятой, щурила желтые сонные глаза рыжая кошка. Кора прошла по гравиевой дорожке, поднялась по ступенькам и постучала. По ту сторону стояла тишина, и Кора толкнула дверь, которая легко поддалась.

Казалось, в доме никого нет. Она обошла комнату и уже хотела позвать хозяйку, когда взгляд ее остановился на столе. На его поверхности лежала маленькая вещица, приковавшая к себе ее взгляд.

Маленькая штучка, но как много она значила в жизни любой женщины… Кора всегда хотела иметь детей, но после первого аборта ее мечте не суждено было сбыться. Суровый приговор врача навсегда оборвал ее надежды на счастливое будущее. Эту тайну она тщательно скрывала от Джека, зная, как он любит детей. Она пробовала лечиться, истратила уйму денег, но все попытки были безрезультатны.

Она мрачно буравила взглядом тест. Ее переполняло отчаяние, слезы подступали к глазам. Ну почему… почему Господь так несправедлив? – задалась она вопросом. Неужели я заслужила такое жестокое наказание за то, что избавилась от первого ребенка… Но у меня для этого были серьезные причины!

Джек всегда очень хотел иметь детей. Кора сейчас остро поняла, что их семья не будет полноценной без звонкого смеха ребенка. Она достала из пакета фотографии, не заметив, как один снимок отделился от стопки и плавно приземлился под стулом. Перебрала их пальцами и поняла, что он счастлив с этой девушкой.

А любил ли он меня по-настоящему? Она никогда не задумывалась об этом. Их отношения были всегда ровными, без сильных эмоциональных всплесков. Кора считала, что любит и любима, но сейчас она начала сомневаться в этом. Скорее, их можно было назвать друзьями, чем любовниками. Ее гневный пыл утих, место заняло сожаление, что она не может оказаться на месте этой девушки. Зачем я пришла к ней? Мой поступок унизителен. Хорошо, что мы не встретились. Надо скорее уйти, пока она не появилась. Кора поспешила покинуть дом.

Не успела ее машина скрыться из виду, как к дому подъехал Майкл. Он был в отличном расположении духа.

– Дайана, это Майкл. Я приехал!

В ожидании ее он решил присесть на стул и отодвинул его от стола. Что-то белое привлекло его внимание. Он нагнулся и поднял с пола фотографию.

– Хм-м. Интересно. Этот парень здорово смахивает на страхового агента, которого я однажды встретил здесь. Очевидно, у меня начинаются галлюцинации. Он на фото с Корой, он на фото с Дайаной. Я готов поспорить, что это одно и то же лицо. А это еще что?

Он взял в руки экспресс-тест.

– Я мало что в этом понимаю, но где-то слышал, что две палочки – это свидетельство беременности. Что все это значит, черт побери?! Дайана! – уже нетерпеливо выкрикнул он.

– О, Майкл! Я не слышала, как ты подъехал.

– Дайана, может, ты объяснишь мне, что это?

Он протянул ей тест. Его глаза цепко наблюдали за каждым ее движением, ловили каждое изменение ее взгляда. От него не скрылось, что ее радостное выражение лица резко переменилось на испуганное.

– Это… это…

– Это означает только одно – ты в интересном положении, так?

– Я уже взрослая девочка, и ничего нет удивительного и запретного в том, что я буду матерью. Мне уже двадцать семь лет. И уже давно пора было стать ею. И потом, этот ребенок зачат от любимого человека. Да, я не замужем, и что? Это неважно. Когда Джек узнает, а я непременно сообщу ему об этом, то он обрадуется. Оформить отношения никогда не поздно.

– И кто же этот Джек? Уж ни этот ли, что на фотографии?

Он ткнул ей снимок под самый нос.

Глаза Дайаны стали огромными.

– Что это? Откуда она у тебя?

– Я не услышал от тебя ответа. Этот молодой мужчина, что на фотографии, и есть Джек?

– Да, – уверенно произнесла она. – И что?

– А тебя не смущает, что он обнимает Кору?

Дайана еще раз посмотрела на снимок, потом на Майкла.

– Возможно, он просто ее знакомый.

– Настолько знакомый, что они скоро поженятся.

– Что?

Дайана отказывалась верить своим ушам.

– Ты шутишь?

– Нисколько. Я лично видел его на снимке в квартире Коры. И когда поинтересовался, кто запечатлен с ней на фотографии, она ответила, что жених. Тот самый страховой агент, с которым я столкнулся у твоих дверей недавно. На самом деле он президент одной солидной компании. Их свадьба состоится через несколько недель.

– Вот оно что.

Дайана, не в силах стоять на ногах, опустилась на стул. Теперь она отчетливо поняла, почему он не давал никаких обещаний, никаких надежд на серьезные отношения.

– Майкл, мне надо побыть одной. Прошу тебя, оставь меня.

– Дайана…

– Майкл, ничего не надо. Прошу тебя.

Он молча встал и вышел из дома.

11

Кора нажала на кнопку лифта. Его двери бесшумно распахнулись, и она вошла в пустую кабину. Лифт дернулся и медленно пополз вверх, но через несколько секунд замер, и в образовавшемся проеме возникла фигура Майкла.

– О! Доброе утро, мисс Кора.

Он надавил кнопку, и лифт снова начал движение, но вдруг неожиданно дернулся и встал.

Кора не испугалась: с лифтами такое случается. Она уже попадала в такую ситуацию раз или два.

– Утро многообещающее, – произнес Майкл и взглянул на часы. – Надеюсь, это неприятность не продлится долго.

Они находились на очень близком расстоянии друг от друга. Каждый не знал, куда деть глаза, но в какую-то минуту их взгляды встретились. Она удовлетворенно заметила, как расширились его глаза.

– Что-нибудь не так? – спросила она, не в силах спрятать улыбку, заигравшую на ее губах.

– Вы сегодня выглядите необычно.

Майкл поднял руку, и Кора подумала, что он сейчас погладит ее щеку, но он всего лишь коснулся ее волос.

– А, вы подстриглись.

– Верно. Странно, что вы заметили. Обычно мужчины обращают внимание совсем на другое. Что вы скажете о моем новом облике?

Она едва узнавала себя в небольшом зеркале, висевшем на противоположной стене. Светлые подстриженные волосы очень удачно подчеркивали линию ее подбородка. Прическа выглядела стильной.

Косметика, чуть более яркая, чем обычно, выделяла все ее достоинства: высокие скулы и огромные светящиеся глаза.

– Вы… вы… я не нахожу слов…

– И это говорите вы? Я-то думала, вы всегда знаете ответ на все вопросы.

– Я не гений, я просто мужчина, которому очень нравится одна женщина…

И вдруг лифт несколько раз дернулся, свет погас. Кора пошатнулась и неожиданно оказалась в его объятиях.

– О боже! Мне страшно! – притворилась она.

На самом деле ей было приятно чувствовать обнимавшие ее руки, и она не спешила убеждать Майкла в том, что ей вовсе не страшно.

Какие сильные у него руки… По-настоящему крепкие. От них исходит не только сила, но тепло и покой. В замкнутом пространстве темного лифта Кора остро ощутила запах мужского тела и аромат одеколона. Она слышала ровное биение сердца Майкла – сердца уверенного в себе мужчины, на которого смело может опереться женщина.

– Где-то должна быть кнопка вызова диспетчера, – сказал Майкл, однако не выпустил Кору из рук. – Надо дать знать, что мы застряли.

Кора между тем была вовсе не уверена в том, что это следует делать. Она и сама удивилась своим мыслям. Раз уж они оказались в этой ловушке, значит, это предначертано свыше.

Опершись ладонью одной руки о стену, Майкл склонился над ней. Он только прикоснулся к ее губам губами, и ничего больше, но этого вполне хватило. Поцелуй был легким и мимолетным. И все же он заставил биться ее сердце быстрее, а мысли уплыли куда-то далеко.

В следующее мгновение рука Майкла продолжила скольжение вверх по ее спине, под гриву волос. От прикосновения его пальцев по телу Коры пробежала теплая волна. Она подняла голову, зная, что губы Майкла уже жаждут слиться с ее губами. За секунду до того, как это случилось, Кора вдруг внутренним взором увидела его всего, целиком, – зовущий взгляд, сильное тело, внутреннее благородство и вместе с тем способность разбивать женские сердца, умение рисковать и абсолютная надежность. Глазами такое не увидишь, но понять душой – возможно.

Этот поцелуй не был похож на предыдущий. Он был глубоким и страстным, говорившим о намерении пойти до конца…

Жар этого поцелуя обжег Кору. Все ее тело – грудь, бедра, колени – было словно тлеющие угли, готовые вот-вот вспыхнуть пламенем. Все глубже опускаясь в сладкую бездну поцелуя, она в то же время чувствовала, что взмывает под небеса. В эту минуту она могла бы удержать на своих плечах весь мир, хотя колени ее дрожали и подгибались.

Кора обхватила Майкла за плечи и ощутила под тканью пиджака крепкие мышцы. Майкл крепче прижал ее к себе и раздвинул языком ей губы. Она затрепетала от восторга, и волна страсти захлестнула ее.

Он пробормотал что-то невнятное. Его рука скользнула вниз. Взяв в ладонь ее грудь, Майкл стал большим пальцем ласкать сосок. Кора содрогнулась от пронзившего ее желания.

– Кора, – пробормотал он, – я сгораю.

– Я знаю.

В этот момент она поняла: если она позволит, они займутся любовью прямо здесь, в лифте.

Она проворно ослабила узел его галстука, но не стала расстегивать рубашку, а просто выдернула ее из-под ремня.

– Эй, – вдруг раздалось сверху. – Кто-нибудь есть в лифте?

Кора резко отдернула руку.

– Черт, – буркнул Майкл.

– Вы меня слышите? – Голос незваного спасителя гулко отдавался в шахте лифта.

– Слышим, слышим, – раздраженно вымолвил Майкл.

– Сколько вас?

– Двое.

– Потерпите немного. Сейчас устраним неполадку. Несколько минут, и вы окажитесь на свободе. Не волнуйтесь, сейчас мы вас вытащим.

– Кора, ты волнуешься?

– Нет, – усмехнулась она.

– Мы не волнуемся. Так что не торопитесь! – крикнул Майкл кому-то наверх.

Кора стала понемногу приходить в себя, и до нее вдруг дошло, что волноваться все же стоит. Всего несколько часов назад она считала себя невестой Джека, а сейчас… Неужели все так сильно изменилось? Что же? А то, что она обнаружила в себе желание заниматься любовью именно с Майклом Бредфордом, а вовсе не с Джеком…

Интересно, думала она, подойдем ли мы друг другу? А если нет? Кора отодвинулась от Майкла.

– Похоже, решила, что мы не подходим друг другу? – рассмеялся Майкл.

Ее словно ударило разрядом тока. Он что, читает мои мысли? Только что я подумала именно об этом. Это уже не первый раз, когда он произносит вслух то, что у меня в мыслях.

– Мы оба загораемся от малейшей искры! – уверенно произнес он.

Он прав. Но чем больше проходило время с момента этого внезапного сексуального помешательства, тем отчетливее она понимала, что совершает ошибку.

– Ты меня совсем не знаешь.

– Уже знаю. Ты женщина, которая считает всех мужчин мерзавцами, но, тем не менее, собирается выйти замуж за одного из них.

– А это мое личное дело, – отрезала она.

В это время в лифте загорелся свет. Взглянув на Майкла, Кора пришла в замешательство. Волосы были растрепаны, воротник расстегнут, рубашка помята и свисала над ремнем. А уж опустить взгляд ниже она и вовсе не решилась.

У нее у самой вид, наверно, тоже не лучше. Она поспешно застегнула молнию на юбке. Майкл улыбнулся, глядя на нее.

– При свете ты выглядишь еще сексуальнее, чем в полутьме.

Двери лифта раздвинулись, и они заметили странное выражение глаз рабочих, стоявших в коридоре.

Майкл и Кора, как ни в чем не бывало, вышли из лифта и, не обращая внимания на любопытные взгляды, устремились вперед, подальше от ухмылок и догадок, обращенных в их адрес.

– Увидимся позже, – шепотом произнес он.

И каждый пошел в своем направлении.

Очутившись у себя в кабинете, Кора включила маленькое радио, и помещение заполнилось звуками мягкой медленной музыки. Она взяла с тарелки сочную грушу, вздохнула и откусила кусочек. Музыка словно поглаживала Кору, навевая воспоминания о тех моментах, которые она провела в объятиях Майкла в лифте. В его объятиях было тепло и неповторимо.

Она начала покачиваться под музыку, стоя около своего рабочего стола.

Любопытно, что именно скажет Майкл, когда они снова увидятся?

Кора закрыла глаза и вернулась к своим прекрасным мечтам. Да, она будет счастлива снова встретиться с ним…

Внезапно она почувствовала в воздухе смутно знакомый запах. Она нахмурилась и сделала глубокий вдох. Неужели этот слабый запах – аромат одеколона Майкла? Господи, похоже, у нее слишком яркое воображение! Столь сильное, что она почти наколдовала Майкла «воплоти», отдавшись своей бурной и замечательной фантазии.

И тут Кору действительно заключили в объятия. Чья-то щека прижалась к ее лицу, и ее тело закружили под волнующие звуки музыки. Ее ресницы взлетели вверх.

– М-Майкл!

– Шшш! – Его губы коснулись ее уха. – Потанцуй со мной еще немного, – попросил он.

Его голос был бархатным и нежным, по коже Коры пробежала дрожь.

Она действительно находилась в его сильных, надежных руках. И они на самом деле покачивались под звуки саксофона. И это был не плод ее воображения.

Музыка исчезла. Ее место занял голос диктора. Но Майкл по-прежнему обнимал ее. Его руки все еще ласково поглаживали ее. И Коре это нравилось.

Синие глаза Майкла загадочно мерцали. Таинственное выражение его лица заинтриговало ее. Она даже забыла про грушу, которая до сих пор была в ее руке. Он взял эту несчастную грушу и положил на стол, не отрываясь от Коры. Кора не двигалась – она просто не могла. Атмосфера в комнате накалилась. Коре отчаянно не хватало воздуха, она разомкнула губы и глубоко вздохнула.

Что вообще происходит? Мысли метались в ее мозгу с такой скоростью, что у Коры закружилась голова.

Она танцует с Майклом в своем кабинете. Они на работе. Что, если кто-нибудь войдет? Репутация Майкла, не говоря уже о ее собственной, будет серьезно испорчена сплетнями. Кора поняла, что должна отстраниться от Майкла, но он держал ее слишком крепко.

– Поужинаешь со мной сегодня вечером?

Радостное волнение охватило Кору, но она не торопилась с ответом.

– Ты снова устраиваешь банкет в свою честь? – засмеялась она.

– Не совсем. Это будет маленькое торжество с большим сюрпризом.

– Ты говоришь загадками, Майкл.

– Ты не ответила на мое предложение.

– В восемь вечера, форма одежды парадная? – пошутила она.

– Да, обязательно надень то обворожительное платье, в котором ты была у меня в первый раз.

Ее светловолосая головка качнулась утвердительно.

Кора закусила нижнюю губу. Она боялась поверить тому, что это происходит на самом деле, а не в фантазиях.

Звук распахнувшейся двери застал Кору в объятиях Майкла. Кора вздрогнула от неожиданности, отскочила, но споткнулась и едва не упала. Сильные руки Майкла подхватили ее.

Даниель стояла в дверях и с любопытством смотрела на них.

– Даниель, это ты?

– А что, не похожа? Я принесла кое-какие бумаги на подпись, но вижу, у вас важное совещание… Надеюсь, обсуждаемые проблемы касаются нашего агентства?

Она шагнула в кабинет.

– А я… а мне… что-то попало в глаз, и мистер Бредфорд помог избавиться от этой маленькой неприятности. Ты застала нас в тот момент, когда он вытаскивал соринку, и ты, наверное, подумала бог знает что!

Даниель незаметно улыбнулась. А ведь соринка здесь совсем ни при чем, решила она, но сделала вид, что поверила во всю эту небылицу.

– Я только на минутку, оставлю документы на подпись. Кстати, очень хорошо, что вы здесь, мистер Бредфорд. Необходима ваша подпись. Так что мне повезло. Можно сказать, двух зайцев одним выстрелом. Если я понадоблюсь, то сотовый со мной, – сказала она и скрылась за дверью.

– Хорошая у тебя помощница, – хриплым от волнения голосом, произнес Майкл.

– Да, если бы на ее месте оказалась Барри, нам пришлось бы туго. Наше поведение непростительно легкомысленно.

Из нежной податливой женщины, с наслаждением принимающей ласки мужчины, Кора моментально превратилась в строгую сослуживицу. Перевоплощение было настолько быстрым, что Майкл не сразу понял это. И когда он приблизился к ней, чтобы снова обнять, она остановила его строгим взглядом своих карих глаз…


Весь день Кора работала с воодушевлением. Все в ее руках ладилось, все получалось. Она была со всеми сама вежливость и доброта. К вечеру была готова полная информация о программе со всеми цифрами и доводами.

– Даниель, я к Бредфорду.

– Удачи тебе.

Заглянув в приемную, Кора не обнаружила Эбби и решила без предупреждения войти в кабинет босса. Но и там никого не оказалось. Недолго думая, она прошла по мягкому ковру и подошла к большому дубовому столу, чтобы положить документы. Она бросила взгляд на предметы, аккуратно расставленные на его гладкой поверхности, и наткнулась глазами на цветную фотографию в деревянной рамке. Она испытала эффект разорвавшейся бомбы. Если бы она встретила на своем пути снежного человека, то это не было бы таким потрясением.

Кора взяла фото в руки и внимательно вгляделась в лицо женщины.

– Это же я… но как… у меня нет такого платья.

Она была в полной растерянности.

Дверь вдруг распахнулась, и она увидела в проеме Майкла. Его неожиданное появление не вызвало в ней никакой реакции, до такой степени она находилась под впечатлением увиденного снимка.

– Что это? Может, ты объяснишь мне? Каким образом я оказалась запечатленной на этой фотографии?

Несколько минут они молча смотрели друг на друга. Затем он медленно приблизился к ней. Каждый шаг по мягкому персидскому ковру явно давался ему с трудом.

– Кора, присядь. Это нелегкий разговор.

Он приблизился к ней, взял ее за руку и подвел к креслу. Она автоматически села на его краешек, не отрывая взгляда от Майкла.

– Я собирался все рассказать тебе об этом сегодня вечером, у меня дома. Но раз так вышло…

Он устроился на противоположном кресле, взял ее ладони в свои руки.

Было видно, что он подыскивал нужные слова. В нем происходила внутренняя борьба. Очевидно, он не знал, с чего начать.

– Это произошло двадцать лет назад. В день моей свадьбы с Дианой. Я безумно любил эту женщину. Ее невозможно было не любить. Мы оба строили планы счастливого будущего. Планировали детей… много детей, но роковой случай безжалостно вмешался в нашу судьбу. До венчания оставались считанные секунды. Мы торжественно поднимались по ступенькам, когда прозвучал выстрел. Она умерла мгновенно. Пуля попала в самое сердце. Мое горе было безутешным. Другие женщины для меня не существовали. Смыслом была только работа. Я много ездил по свету… Нет, конечно же, секс в моей жизни был, но душа при этом отсутствовала. Я боялся приблизить хоть одну из женщин к себе. Ни одна не могла сравниться с Дианой, да я и не допускал подобной мысли.

Так вот разгадка того странного взгляда, каким Майкл смотрел на нее…

– Я понимаю, что с моей стороны это бестактно… Но за что ее убили?

Майкл разжал руки, встал с кресла и подошел к окну. Если бы она могла видеть его в эту секунду, она бы заметила, как напряглись мускулы его лица, как синие глаза превратились в холодную сталь.

Он смотрел на улицу и молчал. Кора не решалась нарушить эту напряженную тишину. Казалось, это минута ожидания не закончится никогда.

Кора приподнялась и взяла со стола фотографию в рамке. Она изучала лицо девушки и никак не могла поверить, что это не она, а другая женщина. Сходство было потрясающим. Она даже провела рукой по холодной поверхности снимка, словно хотела убедиться в его реальности.

Вдруг Майкл заговорил:

– Диана была совсем молода, когда популярность настигла ее. Песни, исполняемые ею, звучали в эфире, в кафе, на улице. Она была не звездой, но звездочкой, набиравшей силу. Ей прочили великое будущее. Кто бы мог подумать, что все так трагично закончится… Среди ее поклонников оказался психически больной человек, считавший, что она не может принадлежать кому-то одному, что она – достояние всего общества. У нас не было даже брачной ночи. Тогда мне казалось, что я не переживу этой трагедии.

Когда я увидел тебя, я не поверил собственным глазам. Я слышал, что существуют двойники, но чтобы сходство было настолько полным… Именно тогда мое сердце сбилось со своего ритма. Словно птица счастья влетела в мое окно после долголетнего заточенья.

Во мне все трепетало и боялось. Я допустил шальную мысль, что Всевышний возвратил мне мою любимую, видя, как я страдаю в одиночестве на этом свете. Я рискнул попытаться еще раз. Ты и она… Сходство невероятное. Говорят, если люди похожи внешне, значит, они схожи душой. Я решил поверить в это. И, чем больше я общался с тобой, тем больше убеждался в том, что ты и Диана – один и тот же человек. Это невозможно, но, видимо, в жизни бывает всякое. Я поставил перед собой цель: во что бы то ни стало добиться тебя. Но на моем пути неожиданно выросла преграда в лице твоего жениха.

К моему великому счастью, ваши чувства оказались не настоящими. И мне кажется, что ты небезразлична ко мне. Я постараюсь приложить все усилия, чтобы сделать нашу жизнь счастливой.

Я думаю, моя сестра Дайана одобрит мой поступок… Я прошу тебя стать моей женой.

При этих словах он подошел к ней, опустился перед ней на колено и заглянул в глаза.

Кора была потрясена. И поняла вдруг, что тоже любит его. Майкл был таким красивым… и таким родным… Она положила руки на его плечи…

Неожиданно дверь приоткрылась, и в кабинет просунулось лицо Эбби.

– Мистер Бред… форд… Извините.

Дверь быстро захлопнулась.

– Боже, теперь все агентство узнает об этом! Сплетни, что стрела, быстро достигают своей черной цели.

– Кора, мне решительно все равно, что подумают остальные. Сейчас для меня главное, что ответишь ты! Только это важно для меня сейчас. Только это! Моя судьба в твоих руках.

– Майкл!

Кора вдруг ясно осознала, что Майкл – мужчина, предначертанный ей свыше. Он – как вторая половинка от их общего целого, и поэтому ей с ним так хорошо, и поэтому ее так манило к нему, и поэтому она не могла ему сопротивляться. С Джеком она никогда не испытывала ничего подобного. С ним все было так обыденно…

– Встань, пожалуйста… Я согласна… согласна!

12

Джек сидел в зале заседаний, но временами мысленно оказывался совсем в другом месте. Он не мог не думать о Дайане. Перед глазами вновь и вновь всплывал ее образ – ее рубиновые губы, изумрудные глаза, гладкая, нежная кожа, упругие округлости грудей. Лоб у него покрылся испариной. Он закрыл глаза, до боли напряг мышцы живота, чтобы справиться с возбуждением, поднимавшимся внутри. Открыв глаза через несколько мгновений, он вздрогнул – один из партнеров с интересом наблюдал за его странным поведением.

Проглотив ком в горле, Джек мучительно соображал, что бы ему такое сказать или сделать, чтобы каким-то образом выйти из этой неловкой ситуации.

Подняв руки к шее, он задвигал головой, наклоняя ее то влево, то вправо.

– Голова что-то болит, – пояснил он в ответ на удивленный взгляд. – Сегодня у меня очень напряженный день.

Партнер сочувственно кивнул.

Кажется, поверил, облегченно вздохнул Джек. Надо отвлечься от мыслей о Дайане, о ее теле… Он перебрал бумаги, лежащие перед ним. Пока он со всей ответственностью старался установить отношения с будущими партнерами, ему было довольно легко отодвинуть мысль о Дайане на задворки своего сознания. То время, что он обсуждал с юристами обеих компаний детали соглашения, он не думал о запахе ее тела, волос, прикосновении ее нежных пальцев, но как только он отключался от делового общения, воспоминания о ней снова и снова полностью овладевали им.

Что с ним случилось? Почему он постоянно думает о ней? Почему даже на ответственном совещании он никак не может изгнать ее из своих мыслей? Раньше с ним подобного не случалось.

Наверно, она околдовала меня своими кошачьими глазами, думал он.

Джек заставил себя возвратиться в реальность. Он обвел взглядом людей, которые с нетерпением ждали его решения, и понял, что последние пять минут не слышал ни слова. Не годится так вести деловые переговоры.

Джек встал и закрыл лежащую перед ним папку.

– Извините, но мне необходимо обдумать весь наш разговор. Я сообщу вам о своем решении в самое ближайшее время.

Он торопливо вышел из зала и стал звонить по сотовому телефону. Ближайший рейс на Лос-Анджелес был через четыре часа.


Самолет мягко совершил посадку.

Кора работала над бумагами, когда распахнулась дверь и вошел Джек.

– Привет.

Он подошел к ней и попытался поцеловать ее, но она уклонилась.

– Кора, – начал он нерешительно. – Я должен поговорить с тобой.

– Привет, Джек. Что ж, поговорим. Тем более что мне тоже есть, что тебе сказать.

– Кора, нам было хорошо вместе, но…

– Но ты увлекся другой, – прервала она его, – и давно. Еще в командировке. Почему ты так долго скрывал от меня правду? Притворялся, что любишь меня? Почему не открылся, когда я сама пришла к тебе, мучаясь в сомнениях?

– Кора…

– Я не желаю тебя больше слушать! Если бы ты честно сказал мне раньше… Но я все узнала благодаря чьей-то «услуге». Кто-то хотел, чтобы мы не были вместе, и прислал мне это… – Она встала, подошла к шкафу, открыла его и высыпала на стол содержимое пакета.

Джек безмолвно взирал на знакомые вещи.

– Что, тебе нечего сказать в свое оправдание? Слишком красноречивые улики! Ты… ты…

Всю свою силу она вложила в пощечину. Звук ее прозвучал как пистолетный выстрел, затем наступила тишина. Несколько минут Кора смотрела на поникшую голову Джека.

– Прости, – пробормотал он.

Они помолчали. Джек поднял голову и посмотрел Коре прямо в глаза.

– Прости. Я не виноват, что полюбил другую. Было бы хуже, если бы это произошло после нашей свадьбы. Я шел к тебе, чтобы поговорить об этом. Согласен, мне надо было сделать это раньше, но я не был уверен в своих чувствах.

Она изучающе рассматривала красивое лицо, которое любила, как ей раньше казалось.

– До свидания, Джек. Думаю, что нам не стоит напрасно тратить время на объяснения. Все понятно и так. Будь счастлив.

– Прощай.

Он, не оборачиваясь, вышел из комнаты.

Все, что делается, – делается к лучшему, заключил Джек. Он совершенно не сожалел, что все так произошло. Он приготовился к тяжелому разговору. Его сердце разрывалось от боли, когда он видел женские слезы, но вместо них – пощечина. Это было куда лучше! И Джек вздохнул с облегчением оттого, что все так легко разрешилось с Корой. Теперь он стремился к Дайане на крыльях счастья. Он испытывал огромное желание обнять ее, вдохнуть аромат ее волос и поцеловать в мягкие желанные губы. Он все решил для себя и уже отчетливо видел свое будущее.

Голос Дайаны раздавался со стороны дворика за домом. Она пела. Он решительным шагом устремился туда.

Дайана услышала шум за спиной, воткнула лопату в землю и повернулась. Ему очень хотелось заглянуть в ее глаза, но козырек от кепи отбрасывал тень на лицо Дайаны.

– Я думала, что тебя еще несколько дней не будет.

– Я вернулся досрочно. И в этом виновата ты. Я не мог дождаться свидания с тобой. Но я не вижу радости в твоих глазах. Ты не рада?

Дайана посмотрела на него спокойно и с печалью.

– Почему ты скрыл от меня, что женишься?

Этот вопрос застал его врасплох. Он не ожидал, что она знает об этом.

– Знаешь, я слышал про любовь с первого взгляда, но не думал, что это произойдет именно со мной. Но даже тогда я честно предупредил тебя…

– Я помню, – прервала она его.

– Я вовсе не думал, что это что-то серьезное. Но ты очаровала меня своими кошачьими глазами! Дайана, милая… Мое сердце принадлежит только тебе. Ты самая красивая, самая умная, самая желанная для меня женщина на свете!

Дайана смотрела на него и не верила его словам, так как в ее памяти всплывали счастливые лица Джека и Коры на фотографии. Она знала, что на чужом несчастье собственного счастья не построишь.

– Дайана, я люблю тебя и буду примерным мужем и заботливым отцом! – Он сделал шаг к ней, намереваясь заключить в свои объятия.

– Что? Откуда ты знаешь, что я беременна?

Словно стеклянная стена преградила ему дорогу. Он резко остановился. Счастливое выражение его глаз сменилось полным недоумением.

– Беременна…

– Да, но я не ищу для своего ребенка папочку-бизнесмена, и я отлично помню о твоем предупреждении… Я справлюсь со всеми проблемами сама. Можешь мне поверить: ты ничего не должен мне или моему ребенку. Ни денег, ни какой-либо заботы. – В ее голосе появилась жесткость. – И тебе не нужно беспокоиться о том, что подумают другие. Ты можешь жениться, не обременяя себя вопросами по поводу меня и ребенка. Я не стану тебя шантажировать. Ты можешь просто забыть меня… вот и все.

Закончив тираду, Дайана устремила на него взгляд и в безмолвном оцепенении ждала, что он ответит.

Джек улыбнулся краями губ и подошел к ней. У нее замерло сердце, стало трудно дышать.

Его лицо приблизилось, Дайана закрыла глаза. И как только их губы встретились, она поняла, что ноги ее больше не держат. Его поцелуй был таким нежным, обжигающим и в то же время освежающе прохладным, восхитительным и сладким, что Дайана решила: она умерла и отправилась прямиком в рай. Нервная дрожь пробежала по телу, и желание пронзило ее насквозь. Ей нестерпимо захотелось запустить пальцы в его непослушные волосы, ощутить их шелк и тепло, прижать его к своей истосковавшейся груди, но она подавила этот внезапный порыв.

Она с трудом отстранилась от него, подошла к двери и открыла ее.

– Ты совершенно свободен. Забудь, что когда-либо знал меня. – Ее голос звучал сухо, как шорох увядших осенних листьев.

– Черт побери! Ты хочешь, чтобы я ушел? Ты действительно этого хочешь?

– Да, – твердо ответила она.

– Разреши мне все объяснить тебе. Мы с Корой расстались.

– Вот как? Ты бросил ее ради меня? А ради кого ты бросишь меня?

– Зачем ты так? Я люблю тебя… по-настоящему. Если бы я не был в этом уверен, не пришел бы к тебе сейчас.

– Уходи.

– Что ж, если так, не вижу причин задерживаться.

Он громко хлопнул дверью.

– Джек! – крикнула она, выйдя за ним.

Она жестоко пошутила, решил он, возвращаясь.

– Ты забыл… – Дайана протянула ему сотовый телефон.

– И все? Ты точно ничего больше не хочешь мне сказать? Ты уверена?

Он все еще надеялся на злую шутку.

– Нет. Больше ничего.

– Что ж…


В течение нескольких дней Джек пытался не вспоминать о Дайане. Он старался изо всех сил стереть ее из памяти. Работа была лучшим помощником, она отвлекала его от ненужных мыслей. Отдавшись полностью делу, он добился немалых успехов: за короткое время заключил несколько договоров с партнерами и был доволен этими результатами.

Но вечерами, находясь дома в одиночестве, он невольно думал о Дайане.

Она приказала ему уйти, забыть об их ребенке. Неужели она на самом деле хотела этого? Но вся беда в том, что он не мог забыть ее. Она вторглась в его разум, постоянно путала мысли. Он просыпался среди ночи, весь в поту и потом долго не мог заснуть. Ему потребуются огромные усилия, чтобы не сойти с ума в постоянных думах о ней.

13

Джек тяжело переносил разлуку с Дайаной. Он чувствовал себя опустошенным и искал причины, чтобы встретиться с ней, но всякий раз фраза «Забудь, что ты когда-либо знал меня» останавливала его. Она не хочет меня видеть, но от помощи она не должна отказываться, рассуждал он. И потом, это мой ребенок, и я обязан ей помогать. Для начала я отправлю ей небольшую сумму денег. Он с удовлетворением посмотрел на чек, который выписал. Может, мне следует приложить записку, написать, что сожалею и все такое… Нет, это будет похоже на то, что я оправдываюсь, а виноватым я себя не чувствую. Я честно объяснился с Корой и стремился к Дайане, чтобы предложить ей выйти за меня замуж, но она не захотела даже выслушать меня.

Он засунул чек в конверт, написал адрес и по внутренней связи вызвал секретаршу.

– Эми, пожалуйста, отправьте это по указанному адресу.

– Хорошо. – Она бросила взгляд на конверт.

Джеку показалось, что края ее губ приподнялись.

– Я сделаю это немедленно.

Когда за ней закрылась дверь, он с облегчением вздохнул. Первый шаг навстречу был сделан. Теперь он может продолжать заниматься своим делом – зарабатывать деньги, тем более что в скором времени они потребуются в большом количестве. В душе он не оставлял надежду, что все уладится и они будут вместе – он, Дайана и их ребенок.

Он собрался возвратиться к документам, но вдруг подумал о том, что конверт по почте будет идти слишком долго или вообще потеряется на каком-нибудь отрезке. Он встал из-за стола и вышел из кабинета.

– Эми. Вызовите курьера. Мне необходимо, чтобы это письмо доставили немедленно.

– Хорошо, – удивленно ответила она.


Дайана расставляла деревянные статуэтки по полкам, когда зазвенел колокольчик. Она обернулась и увидела молодого парня.

– Мне нужна Дайана.

– Это я.

– Это для вас. Распишитесь.

Дайана взяла ручку и поставила подпись.

Она вскрыла конверт и увидела чек. Хорошее настроение испарилось, как осенний туман. Она выскочила на улицу и поискала глазами парня. Заметив его удаляющуюся фигуру, окликнула его:

– Молодой человек!

Он оглянулся.

– Вы меня?

– Да-да, вас. Возвратитесь, пожалуйста, я напишу ответное письмо.


– Что-нибудь неприятное? – поинтересовалась Венди, когда Дайана возвратилась. Они вместе работали в маленьком сувенирном магазинчике.

– Ничего особенного, – мрачно ответила она и разорвала чек на мелкие частицы. – Венди, где-то я видела чистый конверт, он не попадался тебе на глаза?

– Он лежит на правой полке, что ближе к двери. А зачем он тебе?

– Так, хочу заказать кое-что по каталогу для себя.

Она собрала все кусочки в конверт, переписала на него адрес и вручила посыльному.

– Вот, вручите адресату. Прямо сейчас. В получении письма должен расписаться Джек Уокер. И никто иной.

Парень ушел.


Джек хмуро посмотрел на секретаршу.

– Неужели вы сами не можете расписаться за корреспонденцию?

– Простите, но за письмо должен расписаться адресат.

– Давайте…

Эми пропустила в кабинет курьера. В левом верхнем углу конверта было написано: «Дайана Ховард». Удивительно быстро у нас работают курьеры, подумал он и расписался рядом с галочкой.

– Эми, вы можете идти.

Минуту он держал мягкий белый конверт, не решаясь вскрыть его. Сердце отчаянно колотилось в груди. Что в нем? Может быть, слова благодарности, строил он предположения. Возможно, она сожалеет, что оттолкнула меня, и теперь, сменив гнев на милость, предлагает перемирие…

Он открыл письмо. Увидев содержимое, Джек нахмурился. Внутри находились крохотные кусочки бумаги, он высыпал их на стол. Только по обрывку своей подписи он понял, что это был отправленный им чек.

Может быть, я совершил ошибку, послав ей деньги таким образом? – размышлял он. От подобного жеста милосердия веет холодом и равнодушием. Именно это она испытала, получив чек от курьера – совершенно постороннего человека. Она искренне любит меня, в этом нет сомнения. Я обидел ее. На ее месте я поступил бы так же. Она разорвала чек на мелкие кусочки – это означает, что она здорово разозлилась. Сегодня вечером я поеду к ней и извинюсь. Эта мысль принесла ему облегчение.

Все последующие часы Джек думал только о Дайане. Он представлял, как они встретятся, придумывал разные слова для объяснения. Но все его доводы казались ему несущественными. Необходимы были слова, которые растопили бы лед в ее душе, но он никак не мог их найти.

– Все, довольно!

Он захлопнул папку и вышел из кабинета.


Дайана копалась в грядках, срывая злость на сорняках, которые заполонили весь участок, мешая расти благородным цветам.

Неужели он действительно считает, что отцовство можно заменить деньгами? Ей не нужно от него и доллара. Она услышала, как у ворот остановилась машина, и выпрямилась. Вскоре показался человек, она узнала в нем Джека. Он выглядел очень уставшим. Глаза были окружены темным ореолом. Ей даже показалось, что он похудел.

Господи, зачем он приехал? Видеть его – настоящая мука. Но все ее существо тянулось к нему. Она любила его и ничего не могла с этим поделать.

– Зачем ты приехал? – стараясь сохранить спокойствие, задала она вопрос.

– Нам необходимо поговорить. Так не может дальше продолжаться.

Его голос звучал ровно и не оставлял сомнений в том, о чем именно он хочет поговорить. Неожиданно она поняла, что желает только одного – чтобы он был рядом с ней… с ней и с их еще не родившейся малышкой. Никакой другой мужчина на свете ей был не нужен. Только он один, единственный. Она решила, что он приехал, чтобы предложить ей большую сумму денег. Если он это произнесет, она навсегда потеряет его, так как не простит ему этих слов.

– Я очень хочу пить, – сказала она, вытирая пот со лба. – Предлагаю выпить по чашке чая.

Дайана направилась к задней двери, заставляя себя не оглядываться, чтобы уточнить, идет ли он следом. На крыльце она стянула с себя тяжелые ботинки и прошла на кухню.

– Как ты себя чувствуешь? – раздалось за ее спиной.

– Отлично. Сегодня была у врача. Мне сделали ультразвуковое исследование. Предполагается, что у меня будет девочка.

– У нас будет девочка, – поправил он ее.

– Нет, у меня будет дочь, – настаивала она.

– Кажется, ты забыла, что я тоже принимал некоторое участие в зачатие этого ребенка! – Он повысил голос и пожалел об этом, заметив в глазах Дайаны усмешку.

– Высылая чек, ты тоже считал, что принимаешь активное участие в судьбе ребенка, да?

Отправка чека была достаточно серьезной ошибкой, окончательно понял Джек. От этой мысли ему стало не по себе. Он приехал сюда, чтобы наладить с Дайаной отношения, а вместо этого снова обидел ее. Он разозлился сам на себя.

– Дайана… – позвал он.

Она подняла глаза и успела заметить, что Джек хмурится. Неожиданно ей стало плохо. Волна тошноты подступила к горлу. Она бросилась из кухни в ванную. Он следом.

– Что с тобой? Тебе плохо?

Дайана вовремя подскочила к раковине. Все ее тело содрогалось. Ее буквально выворачивало наизнанку. Она не обращала внимания на его присутствие. Он же старался оказать ей помощь, поддерживая ее, чтобы она не соскользнула на пол, – ноги ее ослабли и подгибались. Она наполнила ладони холодной водой и ополоснула лицо. Переведя дух, она подняла на него измученные глаза.

Джек погладил ее влажные слипшиеся волосы, которые прилипли к намокшим щекам.

– Тебе надо в постель. Ты слишком бледна. Еще шмякнешься в обморок, – попытался он пошутить.

– Я не лягу.

– Я не собираюсь потакать твоим прихотям, – строго произнес он и подхватил ее на руки. – В постель и только в постель.

Она все еще плохо выглядела. Он смотрел на ее бескровное лицо, и его сердце сжималось от боли.

– Я вызову врача.

– Джек, это нормальное состояние беременной женщины. Все женщины проходят через это. Поверь мне. Не надо врача. Я сегодня у него уже была: беременность протекает хорошо. Врач предупредил, что тошнота на этих сроках может начаться в любое время и может продолжаться весь день. Нет причин для беспокойства.

– Твоя одежда вся мокрая. Разреши, я сниму ее?

– Я сама.

– Ах да! Я забыл, ты ведь женщина самостоятельная. Ты ни от кого не принимаешь помощи.

Она с трудом стянула с себя рубашку и брюки. Оставшись в нижнем белье, она скользнула под одеяло. Все это время он молча наблюдал за ней.

– Тебе что-нибудь надо?

– Нет, ничего. Спасибо за заботу, Джек.

Постепенно ее лицо оживало, краски возвращались на свое место. Силы возвращались к ней. Дайана почувствовала себя лучше, но присутствие Джека ей было невыносимо.

– Джек, я хочу, чтобы ты ушел. Пожалуйста, выполни мою просьбу. Мне на самом деле намного лучше. Давай отложим серьезный разговор на завтра.

– Тебе действительно лучше?

– Правда, я не обманываю тебя. Я хочу спать. Даю слово, если станет хуже, я дам тебе знать.

– Хорошо, но завтра я вернусь.

Он наклонился и нежно поцеловал ее в холодный лоб. Она едва заметно улыбнулась в ответ.

14

На улице уже стемнело. Он включил фары ближнего видения. Все его мысли занимали думы о Дайане. Он корил себя за то, что так поступил с ней. И сейчас он не должен был оставлять ее одну. Но не подчиниться ее просьбе – это значило только еще больше настроить ее против себя.

Он не заметил, как превысил скорость. Поворот оказался довольно крутым, а когда Джек понял это, было слишком поздно. Раздался грохот и скрежет металла.

Дайану словно что-то подкинуло на постели. Она резко открыла глаза. Ее сердце почему-то заныло. Она откинула одеяло и подошла к окну, которое выходило на проезжую часть. За окном было темно. Накинув халат, она вышла в сад. Волнение не проходило. Шум, послышавшийся ей то ли во сне, то ли наяву не давал ей покоя. Дайана возвратилась в дом. Оделась и прошла в гараж. Завела машину и выехала на дорогу. Через несколько минут она заметила машину, уткнувшуюся в покореженное дерево.

– Господи, я так и знала! Джек! – закричала она, надеясь, что он жив. – Джек! – Но он молчал.


Дайана пробивалась по запруженным транспортом магистралям на большой скорости, не соблюдая правила движения, не замечая вообще каких-либо знаков. Она неслась сломя голову. Слева и справа раздавались предупреждающие сигналы, но она не обращала на них никакого внимания. Она не отреагировала бы даже на взрыв ядерной бомбы, ей было важно только одно: не опоздать. Была дорога каждая минута, каждая секунда. Она не могла допустить, чтобы Джек погиб от потери крови. Она должна спасти его, он стал слишком дорог ей, чтобы она могла его потерять… Только бы успеть, только бы не опоздать! Эта мысль не давала ей покоя, она словно въелась в ее мозг, пожирая его изнутри.

Она резко свернула на второстепенную дорогу, до больницы оставалось еще промчаться три улицы. Всего три, но они были для нее бесконечными. Еще минута – и она у цели, Дайана сбросила скорость.

Она подкатила прямо к ступенькам, выскочила из машины и помчалась в приемное отделение.

– Там человек попал в аварию! Он истекает кровью. Ему необходима срочная помощь. Пожалуйста, поторопитесь!

Медсестра позвонила в хирургическое отделение и вызвала врача. Вместе они поспешили к машине. Крепкие ребята в зеленых халатах вытащили Джека наружу, переложили на стальные носилки и покатили вперед. Дайана старалась не отставать от них.

Джек на мгновение открыл глаза, яркий свет вспыхнул и ослепил его. Он ощущал нестерпимую боль, словно сотни иголок впивались в каждую его клеточку, заставляя его обращаться к Всевышнему о помощи: «Господи, ну сделай же что-нибудь, чтобы это прекратилось! Все мое тело пронзает адская боль, что со мной? Почему вокруг меня беспокойные голоса? Я не чувствую ни рук, ни ног. Может быть, у меня их нет, а остались только туловище и голова, которая готова разорваться на тысячи мелких кусочков?».

– Шерри, быстро жгут! Жгут наложите ему на ногу! – услышал он незнакомый мужской голос.

Нет, хоть одна нога, но все-таки есть, автоматически заключил он и тут же провалился в черную бездну.

– Вы кто? – обратился к ней доктор.

– Я? Я его подруга.

– Какая у него группа крови?

– Я не знаю.

– Шерри, срочно запросите, какая у него группа крови, резус, в общем, все, что необходимо для операции. Срочно!

– Да, доктор, – ответила ассистентка.

– А вы, девушка, не мешайтесь под ногами.

Тележка быстро катилась в операционную в сопровождении мужчины и женщины, Дайана еле поспевала за ними.

– Девушка, немедленно покиньте помещение! – прикрикнул на Дайану хирург.

Двери операционной раскрылись, и через минуту Дайана услышала приглушенные голоса:

– Доктор, у него поврежден череп…

– Нельзя терять и минуты.

В операционную возвратилась Шерри.

– Доктор у него первая группа, резус положительный. К счастью, у нас есть нужная кровь.

Последние слова ободрили Дайану, она надеялась на чудо.


Джек с высоты разглядывал женщину в хирургической маске. Ее руки быстро двигались: в них появлялись то ватный тампон, то щипцы, то еще какие-то незнакомые ему предметы. Затем он перевел взгляд на мужчину на металлическом столе. Его волосы были в крови. Внешность мужчины сильно пострадала, и он не мог узнать его лица. Паря под потолком, Джек испытывал жгучее желание спуститься вниз и вымыть это окровавленное лицо… Он огляделся по сторонам и вдруг догадался, что находится в операционной, а люди в зеленых халатах, которые делали все возможное, чтобы спасти мужчину – бригада экстренной помощи. Да это же я! – в отчаянии воскликнул он, но никто внизу даже не обратил на его возглас внимания… Я парю в воздухе наверху. Это парит моя душа, а мое тело там – внизу. Я умер? Нет, нет, это просто страшный сон. Сейчас я проснусь, и все исчезнет. А если нет? Джек с интересом стал рассматривать себя. Его тело было цело, руки и ноги тоже. Джек совершенно не ощущал себя, но чувствовал, что он передвигается. Он спустился вниз и прошел сквозь тело ассистента. Он хотел войти в свою телесную оболочку, но, сколько ни старался, не знал, как это сделать. Он облетел всех, находившихся в этой белой комнате, подплыл к стене и прошел сквозь нее.

Господи, я умер, обреченно подумал он. Но я еще очень молод и хочу жить. Я еще не познал семейной радости и счастья отцовства. Я еще молодой мужчина. Господи, я не хочу умирать. Помоги мне! Пожалуйста, помоги!

Он пролетел ряд операционных, они все были похожи друг на друга, как капли воды. Те же белые стены, люди в зеленых халатах и истерзанные тела, лежащие на стальных столах. Он почувствовал, как движение его ускоряется. Затем он оказался в длинном коридоре. Сестры толкали впереди себя тележки с лекарствами, санитары везли на каталках и в инвалидных креслах больных, врачи входили и выходили из приемного покоя. И вдруг он заметил в конце коридора Дайану, она сидела на стуле, и по ее лицу стекали слезы. Она казалась такой несчастной, что он крикнул:

– Дайана, я здесь, я рядом!

Но она не слышала. Его сердце переполнилось нежностью к ней, она была ему дорога. Ему хотелось обнять ее, прижать к своей груди, но вместо этого он полетел дальше. Он пролетел еще несколько комнат и вылетел из здания.

На улице стояла ночь, и звезды тускло мерцали в высоте. Но неожиданно появился пучок света, он становился ярче и ярче. Этот свет совсем не раздражал и не пугал его, наоборот, его тянуло к нему с непреодолимой силой. Сияние все разрасталось, и вот он уже парил в нем. Он почувствовала себя птицей, летящей высоко над облаками. Ему было легко. Так легко ему никогда еще не было. Мне так хорошо, должно быть я в раю… я в раю, а Дайана там, на земле, и ей плохо, плохо оттого, что меня нет рядом с ней. Господи, это несправедливо! Это так несправедливо!

Вдруг внезапный поток энергии догнал его, какое-то время летел рядом с ним, словно раздумывая, что делать, а затем в одно мгновение слился с ним. Джек сразу же испытал сильное чувство облегчения, ему ужасно захотелось возвратиться к Дайане, и он повернул назад. Свечение постепенно угасало, и вскоре он снова очутился рядом с больницей.

Те же белые стены палат, те же изуродованные тела. Он залетел в операционную, в которой лежало его тело, и на этот раз с легкостью вошел в него. Люди из реанимационной бригады, работавшие вокруг стола, были сильно измучены, но их глаза улыбались.


Дайана вошла в палату и на массивной койке у окна увидела Джека. Голова у него была забинтована, глаза закрыты. Она бесшумно приблизилась к постели. Ей захотелось к нему прикоснуться, и она осторожно отбросила прядь волос с его лица.

Тяжело вздыхая, она смотрела на спящего Джека.

В палату вошла медсестра.

– Вам надо уходить. Скоро начнется обход. Доктор ругается, когда в палате посторонние.

– Я не посторонняя.

– Для посещения есть определенные часы. Приходите позже.

– Хорошо, я только оставлю ему записку и уйду. Можно?

– Ну хорошо. Не волнуйтесь. Самое опасное позади. Теперь он пойдет на поправку.

– Спасибо.

Дайана извлекла из сумочки ручку, вырвала из блокнота листок и написала несколько строчек.


Не открывая глаз, Джек повернулся и обнял подушку. Под рукой зашуршал клочок бумаги, и он открыл глаза – к подушке была приколота записка:

Джек,

Я поняла, что ты для меня значишь. Единственно, чего я хочу больше всего на свете, – твоего выздоровления. Поправляйся скорее, ты так нужен нам: мне и нашему малышу!

Люблю, Дайана.

Пальцы его дрожали, когда он всматривался в записку, поднеся ее почти к глазам. Он прочитал ее еще раз и еще. Радость переполняла его. Ему хотелось смеяться и плакать одновременно. Она любит меня! Она любит! Он целовал этот крохотный белый листочек, как самое дорогое на свете. Воистину, что имеем не храним, а потерявши плачем. Несчастье, случившееся со мной, обернулось для меня счастьем. Удивительно. Он улыбался.


На ступеньках больницы Дайана встретилась с братом и Корой.

Было заметно, что Кора волнуется.

– Как он?

– Лучше. Надеюсь, в ближайшее время поправится.

– Я очень хочу в этом убедиться сама. Майкл, давай зайдем к нему хотя бы на минутку…


Джек держал в руках записку Дайаны, снова и снова перечитывая желанные слова.

Дверь приоткрылась, и в ее проеме он заметил взволнованное лицо Коры. Следом за ней в комнату проскользнули Дайана и Майкл.

– Дайана нас успокоила, сказав, что ты идешь на поправку.

– Да, я чувствую себя почти бодрячком.

Он улыбался.

– Знаешь, надеюсь, новость, которую я хочу тебе сообщить, не повредит твоему здоровью.

Джек с интересом посмотрел на Кору.

– Понимаешь, я и Майкл… в общем, мы скоро поженимся. Я хочу, чтобы ты знал: я не держу на тебя зла. В какой-то степени даже рада, что все так произошло. Глупо, конечно, тебе об этом говорить здесь и сейчас, но…

– Все нормально. Я поздравляю вас. А разве Дайана не сказала вам, что, как только я выпишусь из больницы, мы тоже поженимся?

Он покосился на Дайану и увидел ее удивленные глаза, которые через секунду засияли радостью. Джек с облегчением вздохнул. Ведь, по сути, сейчас он сделал ей предложение выйти за него замуж и получил ее согласие.

– Вот как? Рада за вас, – улыбнулась Кора.

Джек протянул руку, и Дайана, приблизившись, робко вложила в его крепкую ладонь свою маленькую ладошку.

– Ты здесь. Ты любишь меня и хочешь стать моей женой. Я правильно понял?

– Да. Я принимаю твое предложение. Мы поженимся сразу же, как только ты выйдешь из больницы. Но ты кое-что упустил. Я еще не слышала самых важных слов…

Джек улыбнулся, и Дайана заметила искорки желания в его глазах.

– Я люблю тебя, – мягко сказал он. – Хочу, чтобы ты стала моей женой, матерью моих детей. Хочу просыпаться каждое утро рядом с тобой.

– И я хочу этого, – прошептала Дайана.

– Ты меня прощаешь за все обиды, которые я тебе причинил?

– Ну конечно же!

Она наклонилась и нежно поцеловала его.

– Ну и ну! – воскликнула Кора. – Как все отлично складывается!

– Это точно, – подтвердил Джек и улыбнулся.


home | my bookshelf | | Переплетение судеб |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения



Оцените эту книгу