Book: Мир, где меня ждут



Мир, где меня ждут

Мир, где меня ждут

Часть шестьдесят девятая. Тёплый приём.

Глава 354

Зал, заваленный трупами графов, что были теперь не нужны. Стены, с которых на нас злобно или осуждающе смотрели портреты каких-то чудиков с черепами не самых счастливых людей, ставших врагами Эви.

Ну и, собственно, сама Эви, сидящая на коленях, смотрящая на меня полными шока и ужаса глазами. Словно сама никогда не занималась подобным, никогда не предавала и не убивала, не подписывала приговоры и не обрекала на смерть сотни людей. Словно здесь только я зло.

Мне это ужасно напоминает лицемерие, хотя я и не хочу думать так плохо о ней.

Но как я и ожидал, Эви была не готова сдаться так просто. Как и многие другие, что слишком долго сидели во власти и привыкли быть правыми, она не видела, насколько мы похожи, не видела, насколько она не права и вообще, даже не хотела этого видеть. Приведи ей я статистику со всеми доказательствами, может Эви бы и прислушалась, но заниматься подобной чушью я не хочу, мне лень.

- Я не могу позволить тебе это сделать, - тихо сказала она мне в спину. Я бы удивился, если она мне этого не сказала. В конце концов, власть не могла её не изменить, сделав более твёрдой.

- Прости? – обернулся я.

- Я не позволю тебе сделать это, Патрик, - повторила она. - При всём том, что мы пережили вместе, я не дам тебе этого сделать, - сказала Эви тихим, но твёрдым голоском, полным силы и угрозы.

Какая прелесть. Наша милая девочка отрастила зубы и теперь показывает их мне. Но Эви, тебе далеко до меня. Наше различие в том, что я готов зайти очень далеко, в отличие от тебя.

- И почему же? Противоречит твоим принципам? Мы ведь с тобой похожи.

- Боюсь, что нет. Уже нет. То, что ты сделаешь, это лишь посеешь смерть и разрушение. Это и есть то, что я хочу победить в этом мире.

- Зло? Серьёзно? То есть ты меня считаешь злом, а себя нет? – едва не рассмеялся я. – Ты как была милой девушкой, так ей и осталась. Внешне. Но я знаю кое-что о тебе, моя милая мёртвая подруга, убитая мной собственноручно.

Эви поджала губы и на трясущихся ногах встала с пола. Было видно, что она не хочет слышать вслух прошлые грешки своего правления. Однако стоит преподать Эви небольшой, но очень важный урок, который должен напомнить ей, кто она есть на самом деле.

Или кем она стала.

- Эви, а где твоя старая команда? – спросил я с интересом. – Те чудесные люди, которых я повстречал в таверне? Герой, эльф, чувак с саблями и второй с пикой? - Это было критическое попадание в её уязвимое место. Я буквально видел, как её глаза наполнились слезами. – Сама скажешь или же мне напомнить?

- Это не имеет значения, - тише, чем до этого, ответила она. И куда делась вся это уверенность?

- О нет, это имеет значение, - оскалился я. – Ты говоришь, что правильно, а что нет, хотя недалеко ушла от меня. И ты права, мы не похожи, я не убиваю тех, кто в прошлом был мне дорог, даже если они идут против меня. А сейчас ты просто всё рушишь. Борешься со злом, как ты говоришь, при этом активно его поощряя.

- Неправда.

- Да неужели? – упёр я руки в бока. – Хочешь сказать, что я не прав? А как же работорговля? Детьми, например? О нет-нет-нет, - поднял я руку, останавливая её, когда Эви уже хотела открыть рот. – Я знаю-знаю, это вынужденная мера, это другое. Как удобно бороться со злом выборочно, пиздец просто. А то, что у вас каннибализм в городе процветает, знала?

Вот тут Эви проявила более искренние реакции. Её брови едва заметно взметнулись вверх, и она уже было повернула голову к Констанции, чтоб у той лично удостовериться в правдивости моих слов, но удержалась.

Понятненько. Что у одной, что у другой рыльца в пушку. Каждая кричит о том, как она борется со злом, но при этом вполне успешно закрывает глаза на то, с чем связываться ей не хочется. Ну чтож, не каждому суждено быть сильным для такой борьбы. Однако могли бы и постесняться давать такие громкие заявления.

- Это ничто по сравнению с тем, что ты хочешь сделать.

- О, ну началось, это не то, то не это, мы не такие. Хочешь остановить – давай, - развёл я руки в стороны. – Очень хочу посмотреть, как ты это сделаешь, Эви.

Она подняла руку, направив её на меня.

- Я не хочу тебе делать больно.

- И я. Но это не значит, что я не отрежу тебе конечности, если это понадобиться, - спокойно ответил я.

- Отступи.

- Или что? Зальёшь меня своими слезами? Спрячешься за чью-то спину? Если ты действительно достойна этого места, то тогда докажи это, Эви.

Она поджала губы, словно мать, которой приходится наказывать непослушного ребёнка. Да и выглядела она соответствующе. Типа прости, Патрик, но я иду тебя наказывать. Вся подтянулась, стала словно старше того возраста, на который выглядела. Если так можно выразиться, она возмужала прямо.

И как же было бесценно наблюдать, когда ничего не произошло. Когда она, простояв с вытянутой рукой несколько секунд, так ничего и не родила из себя. Её удивление, непонимание, то, как она дёрнула рукой, словно говоря: ну давай же!

А после этого осознание.

Тяжёлое, как и мой павший в схватке за добро с трамваем друг.

- Что такое, Эви? – с усмешкой спросил я. – Силёнок не хватает? Кстати, смотри, какое по углам свечение!

И верно, там, мягким розовым светом светились мои милые кристаллики, которые дружно пожрали всю её ману. Правда они и мою ману пожрали, однако в отличие от неё это не было моей основной силой.

Эви была не глупа. Естественно, что она была не глупа, так как добилась этой должности не за красивые глаза и удержалась на ней не благодаря своей улыбке. Она обвела комнату взглядом, в котором читалось как отчаяние, так и неверие в то, что её оставили буквально голой. И ведь не кто-то, а её лучшая подруга.

Эх, доверие… В нём есть такая неприятная штука, как родные. Когда приходится выбирать, кто для тебя дороже, то даже самое великое дело отходит на второй план.

Эви вновь посмотрела на Констанцию полным боли и грусти взглядом. Казалось, она не могла поверить, что та кинула её абсолютно по всем фронтам. Совершенно везде, где только могла.

Но да, она это сделала. Жизнь зла.

А той вообще хотелось провалиться сейчас под землю.

- Не злись на Коню, ей слишком тяжело далось это предательство. К тому же, разве ты бы предпочла смерть Фемии своей власти?

- Но это и твоя дочь!

- Трудные времена, трудные решения, - пожал я плечами. - Так что приходится идти иногда и на такое. А теперь, как в старые добрые времена…

Я протянул руку назад, и мне в ладонь легла печать.

Вот тут Эви передёрнуло. Так сильно, словно она увидела свой худший кошмар наяву.

- Нет… ты не посмеешь… - пробормотала она, глядя на печать огромными глазами. – Ты не посмеешь снова сделать это со мной…

- Посмею. Ради того, чтоб ты не наделала глупостей, Эви.

- Нет! Я больше не та, которую ты знал! Ты не можешь на меня поставить печать! Не снова!

- Дай я тебе продемонстрирую обратное. Иди сюда, не заставляй меня ловить тебя по всему залу.

Хотя убежать она не могла далеко от меня, её-то и ножки не держат.

Поэтому я спокойным шагом сам направился к ней. А ведь чуть не забыл об этом и не ушёл. Да уж, встреча со старыми друзьями столько эмоций вызывает, что становится даже не по себе.

- Ты не посмеешь! – пискнула Эви и схватилась, наверное, за последнее своё оружие. Обычный такой очень тонкий кинжал, больше похожий на кол, чтоб было легко пробивать лёгкую броню, который она вытащила из своего платья. – Не смей, Патрик! Я… Я буду защищаться!

- Да пожалуйста, - пожал я плечами, подходя поближе.

Эви задрожала, видя, как я подхожу ближе с вполне понятными намерениями. Видимо, у неё какая-то психологическая травма на этой почве… Хм, ну если так подумать, в принципе у неё это должно ассоциироваться со смертью и страданиями, которые она пережила в первые дни нашего знакомства.

- Не подходи! – она вытянула перед собой кинжал, дрожа всем телом. – Не смей! Не смей это делать со мной ещё раз!

- Посмею.

- Я в последний раз предупреждаю тебя! Всему есть граница! Не подходи или я ударю тебя им! – пищала Эви.

- Тогда ударь меня, - остановился я прямо перед ней слегка уперевшись в её кинжал телом. – Хватит прятаться за высокими стенами, Эви, и говорить, что всё хорошо. Хватит себя обманывать и верить в чудеса. Живёшь тут в роскоши и пытаешься уверить себя, что всё круто и всё будет хорошо, и солнышко будет светить вечно. При этом закрывая глаза на всё говно, что под ногами. Просто не замечая его. Но пора и тебе немного испачкаться.

Я ожидал, что она меня ударит. Я буквально верил в это. Стоило ей просто дёрнуться, как я бы тут же выбил у неё кинжал из рук или бы отскочил назад.

А Эви так и стояла с дрожащими руками и губами, смотря на меня глазами, которые вот-вот зальются слезами.

- Выбор, Эви. Не заставляй меня ждать.

Ну же, тыкай в меня своей заточкой, зомбяша.

Но она так и не тыкнула. Её руки, словно две сломанные ветки, просто опустились, и кинжал выпал из её ладони на пол с металлическим звоном. Её ноги подогнулись, и Эви осела прямо передо мной на колени, понурив голову и сдаваясь.

Это было… необычно. Я думал, что она будет сопротивляться, а не просто сложит ручки и сдастся. Это было слишком просто и скучно, я слегка разочарован в тебе, мёртвая подруга. Где твоя вера в своё дело, за которое ты готова драться до последнего? Или же ты так в него верила, что сдалась так быстро?

Вот поэтому вы и проиграете.

Я присел перед ней на колени и убрал с шеи волосы, тем не менее готовый в любую секунду дёрнуться от неё подальше, если вдруг Эви окажется куда более хитрой девочкой, чем кажется. Но ничего такого не произошло и через пару секунд я уже поставил на неё печать.

- Не расстраивайся. Это не навсегда, - попытался я её успокоить.

- Я хочу лишь сделать мир лучше. Я хочу его исправить, но не таким методом, каким это хочешь сделать ты, - тихо сказала она, когда печать коснулась её шеи.

- Надо было раньше этим заниматься, Эви.

- Я занималась.

- Значит плохо занималась. В любом случае, ваше время прошло.

- И что ты собираешься делать? – приподняла она голову, глядя на меня из-под своей чёлки печальными глазами.

- О, тебе понравится, - взъерошил я ей волосы на голове. – Как раз почти твой профиль.

- Ты хочешь поднять армию мёртвых?

- Ну… почти, - ушёл я от ответа и оглядел зал. Дело в том, что я не всех здесь перебил и оттого распространяться сейчас об этом не хотел.

Например, я оставил в живых товарища тину, который был известен всем как Алгай. Этот забавный слизкий парень, чью дочь я вовсю пёхал в универе, был самым сговорчивым чело… существом из всех, никогда не выёбывался, ничего особо не просил кроме своих исконно родных территорий, где жили его предки.

- Ты как, тина? На тебя такое не действует, да?

- Буль-буль-буль.

- Согласен, доверие наше всё. Хотя некоторых это до добра не довело, - глянул я на Эви с Констанцией.

Хотя я и мог угрохать и отравить тину, на него у меня была управа и отрава, однако заходить так далеко уже не стал. Он был умным мудрым слизким другом, который мог действительно помочь, имея в запасе несколько фокусов, что могут оказаться очень полезными. Ну живёт себе в болотах со своим народом, пусть живёт. Людей не продаёт, на других не зарится, во все тяжкие не ударяется. Тот же леший вообще был ебанутым, людей люто ненавидел и промышлял тем, что мочил их. Да, я понимаю, что они его леса рубили, но есть же граница.

- Итак, раз уж всё закончилось столь прекрасно… - я обвёл присутствующих взглядом, - попрошу всех приступить к работе. Констанция, ты задержалась здесь. Иди и подай сигнал агентам, чтоб начинали, и успокой своих людей, а то я до сих пор слышу, как наши с твоими воюют. Алгай, ты пока свободен, можешь идти.

Сейчас уже был вечер, так что всеми важными делами мы будем заниматься завтра. А пока что только самое важное.

Например, война. Она ждать не будет. Пока разгорится, пока все друг друга возненавидят ещё сильнее чем сейчас, для этого нужно время. Да, мы подготавливались к этому очень давно, однако все наши приготовления были скорее, как заготовка для растопки. Сейчас же пришло время самого костра ненависти и злобы. А чтоб костёр распалился, как известно, нужно время.

Плюс эпидемии у демонов. Прямо по северной границе, чтоб у них вообще не возникло желания лезть в королевство. А то мало ли, вдруг им войны на западе покажется мало, а тут эпидемии, через которые везти армию будет ну очень нецелесообразно. Особенно когда королевство будет у них в куда меньшем приоритете.

Я наблюдал за тем, как Констанция, бросив полный боли, стыда и сожаления взгляд на Эви, удалилась с понурой головой. За ней следом, превратившись в бесформенную лужу, уползла тина. Я знаю, что он мог принять форму человека, однако со слов Капли, им легче быть просто лужей, чем держать форму.

Осталась только Клирия, Эви и Элизи.

Я обернулся к Клирии, которая сейчас поила Элизи из всевозможных колбочек, стараясь привести ту в чувства. Да, доза яда была просто лошадиной, но и антидота доза была огромной, раза в два больше. Я даже боялся, что мы стерилизуем её таким образом. А сейчас Элизи сидела с пустым взглядом, едва не падая, в то время как Клирия раскрыла ей рот и заливала баночки одну за другой, придерживая подругу рукой.

- Клирия, дуй отсюда и найди Рубеку. Тут нужно что-то потяжелее, чем антидот.

- Да, - кивнула она и быстро удалилась вслед за остальными в то время, как я сам взял Элизи на руки. Та была просто… куклой. Нет-нет-нет, Элизи, ты не можешь сейчас просто так помереть у меня на руках.

- Эви, веди нас в какую-нибудь комнату. Нашей верной подруге надо прилечь. Эй, а ты не отключайся! – я тряхнул в руках Элизи, чья голова безвольно дёрнулась. – Эви, ты слышишь?

- Я не могу, меня ноги не держат. Что ты вбухнул в эту отраву? – жалобно спросила она.

- Всё, что пожелала моя чёрная душа, - ответил я, перехватил Элизи под мышку, подошёл к Эви и схватил её под вторую. Словно бабка с авоськами, серьёзно. Одна в отключке под одной рукой, другая под другой с жалобной моськой. – А теперь веди меня быстрее.

Проблема в том, что в яд я намешал не всё, что душе угодно, иначе бы Элизи нахуй сдохла, и там никакие антидоты бы не помогли. Однако, как видно, даже такой дозы оказалось слишком много: если даже мёртвую подкосило, чего говорить о живой.

- Здесь налево, - произнесла моя личная GPS-девочка. – А здесь направо. А здесь по лестнице вниз. А вот тут наверх. Держись левее. За креслом поверни направо.

- А поближе комната есть?! – спросил я, поднимаясь по внеочередной лестнице наверх.

- Да, рядом с залом были гостиные комнаты.

- Чего?! А какого хера мы прёмся в другой конец замка?!

- Но… я решила тебя в свою комнату пригласить... – неуверенно произнесла она.

- Зачем?!

- Ну… ты же мне в гости пришёл, получается, - пролепетала Эви. – Некрасиво тебя в те комнаты приглашать.

Бля-я-я… Человеку тридцать восемь лет.

- Ты хоть и правишь целой фракцией, второй по силе в королевстве, но какая же ты тупка, - пыхтя ответил я, преодолев ещё одну лестницу.

- Я умная.

Вот именно эту фразу никогда не скажет умный человек.

- Молчи, тупка. Куда нам дальше?

- Выше.

Выше… Какой кошмар. Пришлось мне подняться ещё выше, преодолев практически весь замок ради того, чтоб наша милая зомбяша пригласила нас, как положено в этом мире поступать с близкими друзьями, в свою комнату. Что взять с моих тиммэйтов, которых я так люблю. Что взять кроме таких сраных подстав?!

Ну точно поджопника заслужила мелкая.

Потому, представляя, как же прекрасно соприкоснётся моя нога с филейной частью мёртвой девушки в моих руках (как же звучит это, пиздец просто), я добрался до её комнаты. С ноги попытался открыть её…

И сломал себе ногу.

- Она же бронированная! – вскрикнула Эви, видя, как моя нога буквально превращается в слайдер укорачиваясь.

Вот знаешь ли! На секундочку раньше твоё предупреждение было бы весьма кстати.



Глава 355

Прибавилось Рубеке работы же благодаря мне. А вот если бы Эви, как моя прошлая верная подруга сказала: «О нет, Патрик, не выбивай ногой дверь!», ничего бы такого не случилось. А теперь лежу на тахте с укороченной и утолщённой в районе голени ногой напротив огромного панорамного окна, из которого открывается вид на город.

Красиво, кстати говоря. Здесь он как на ладони, можно найти взглядом как наше укрытие, так и театр, и ресторан человечины, и речку ту, куда трупы сбрасывают. Красотень-то какая же, ляпота.

Интересно, а что чувствует Эви, глядя на это всё? То, какая она молодец, что из обычной девушки стала такой вот правительницей? Или неуют от навалившейся власти? Или как некоторые, что любят посидеть так, посмотреть, чувствуя внутри приятное ощущение, что весь этот город принадлежит им?

Хотя если такое представить… Да, приятно получается.

Я бросил взгляд на Эви, которая буквально тонула в большом мягком кресле напротив, и представил её такой, сидящей, чахнувшей над своим городом. Блин, с ума сойти, а ведь когда-то она была маленькой миленькой мёртвой девочкой, а стала прямо королевой смерти.

Учитывая то, что я про неё раскопал, титул «королева смерти» наиболее ярко описывает её заслуги. Наша Эви стала знатной некроманткой, поднимая мёртвых и травя душу королевству. Конечно, целые армии она поднять была не способна, однако неслабо подпортить жизнь, подняв сотню, а может и больше, вполне могла. К сожалению, точных возможностей я её не знал.

К тому же, она была ученицей Бабы-Яги, и мне кажется, что та её знатно поднатаскала, раз уж не съела.

- Кстати, как там поживает Баба Яга? – поинтересовался я, решив, что это немного странно, вот так сидеть напротив друг друга и молчать.

Уже сорок минут сидим и молчим, отчего становится даже как-то неловко. Всё-таки теперь нам придётся работать вместе, потому держать молчаливую оборону, не разговаривая, так себе вариант.

Заодно посмотрим, быстро она отходит от обид и злости или нет. Раньше, по крайней мере, она была человеком простым.

- Я не знаю, - ответила она из своего мягкого убежища безо всякого. – Я не виделась с ней уже девятнадцать лет.

- Сразу после войны?

- Да. Я предлагала присоединиться к нам или же просто жить рядом, чтоб мы могли ей помогать или полностью обеспечивать, однако она отказалась.

- Почему? – поинтересовался я.

- Сказала, что ей не интересны эти мирские дела, - пожала она плечами. – Говорит, что раз уж перестали люди на неё нападать, то и слава богу, а остальное она уже сама. Не нужно ей от нас ничего.

- Звучит…

- Так, словно она обиделась? – опередила меня Эви. – Нет, просто ей это не интересно. Она живёт своей жизнью в лесах в избушке на курьих ножках, и никого не трогает.

- Понятно… А сама? Обзавелась семьёй?

- Я мертва, - словно хотела она напомнить мне.

- Разве это проблема? – вопросительно взглянул я на неё. – Пёхаться тебе со мной это не помешало. Значит и мужа найти тебе не проблема. А ребёнка можно усыновить или удочерить.

- Я… боюсь, что такое пока не для меня. Не для такого образа жизни, которым я живу. И я хочу своего ребёнка.

- Ищешь способ сделать себя живой?

- Верно. И мне… возможно, удалось найти способ, - расплывчато ответила она, не вдаваясь в подробности. – Ведь у тебя получилось.

- Ой, - отмахнулся я, - я вообще много чего пережил, тут и не перечислишь.

- Да, я вижу. В последний раз ты был… слабеньким, - она так это сказала, словно обсуждала миленького щенка. – А сейчас вон каким вырос. Стал мужчиной, сильным, мужественным.

- Ты тоже изменилась, хочу заметить. Стала не такой… ребёнком. Более спокойной, размеренной, если судить по голосу.

- Да скажешь тоже, - улыбнулась она и махнула грациозно ручкой. Видно, что долго жест этот тренировала. – Когда речь не идёт о деле, я веду себя как ребёнок. Так Констанция говорит. И я до сих пор без ума от сырого мяса. Сложно побороть некоторые инстинкты. Так что я изменилась только в том, что касается дела. В остальном я та же. Мне по крайней мере хочется в это верить.

Мне тоже. Серьёзно. Не хочу держать под боком бомбу замедленного действия.

- Кстати, вижу у тебя в помощниках теперь та девушка, - посмотрела Эви на Клирию, которая хлопотала сейчас около Элизи. - Она раньше была работницей отца Элизианы.

- Ну теперь она со мной работает.

- Значит ты у Элизианы обосновался? Хотя мне всегда казалось, что вряд ли найдётся тот, кто сможет жить с той избалованной девицей. А как она тебе? Вы уже встречаетесь? Планируете семью? Семейные отношения?

У Эви прямо глаза засветились от любопытства.

- Нет. У нас с ней деловые отношения.

- Понятно… - тут же потеряла она интерес к этой теме. – А та черноволосая девица? Как она тебе? Доверяешь ей? Она же раньше работала на другого, а теперь он мёртв. Как ты с ней уживаешься? Я слышала, что у неё тяжёлый характер.

Ты даже не представляешь, какой. Вроде сука покладистая, спокойная и во всём слушается, подобно идеальной жене, но ты прямо чувствуешь, как она даже так умудряется делать по своему тебе на зло.

- Позже я тебе расскажу, как мы с ней уживаемся. Что касается работы, то теперь она работает на меня. Моя правая рука, если так можно выразиться.

- Правая рука? А как у вас так получилось? В смысле, после смерти графа Крауса она стала твоей помощницей или до?

- Ты слишком любопытна, - заметил я.

- В моём деле это залог успеха, - улыбнулась она мне в тридцать два зуба. Какая же ты милая. Словно назад в прошлое вернулись. – Так кто она? Или… у тебя с ней какие-то отношения?

Её глаза стали хитрыми-хитрыми.

- Это долгая история и слегка запутанная, полная боли, взаимной ненависти, вечно пропадающих носков и предательства, - начал уходить я от ответа. – Наши дела…

Но не успел я договорить, как за моей спиной выросла упомянутая личность. Она всегда появляется рядом, стоит упомянуть её, словно у неё срабатывает колокольчик «вас упомянули». Это несколько напрягает и пугает. И Клирия, естественно, тут же вставила свои пять копеек.

- Я его жена.

Брови Эви слегка взметнулись вверх от столь громкого заявления.

- Жена?

- Слушай её больше. – А сам повернулся к Клирии. – Так, рот закрыла. Нехрен всякую хуйню здесь нести.

Я сказал ей тихим, полным угрозы голосом. Клирия же смиренно поклонилась, как подобает слуге, хотя я буквально видел, как у этой плешивой суки искрятся от смеха глаза. Кажется, эту стерву подобное лишь забавляло, и она практически открыто веселилась над этой ситуацией.

- Прошу прощения, мой господин, я неверно ответила госпоже Эвелине, - затем она посмотрела на зомбяшу. – Я всего лишь вынашиваю его ребёнка под своим сердцем.

- Заткнулась, Клирия! – прикрикнул я на неё.

- Прошу прощения, - вновь поклонилась она. – Я лишь хотела уточнить.

- Пошла. Вон, - сказал я по словам.

- Как прикажете, - поклонилась она и отошла назад, хотя я буквально мысленно слышал её звонкий смех.

Даже когда Клирия ушла, я чувствовал её присутствие около себя. Словно она пыталась присутствовать рядом, чтоб контролировать меня. Нет, она именно так и делает! Я не знаю, как именно, но Клирия словно сама присутствует здесь, хотя её тело там.

- Так, Клирия, пошла вон отсюдова! – крикнул я и запустил в неё свой ботинок, словно в какую-то кошку. И к моей гордости, я умудрился попасть ей прямо по черепушке, угодив в район брови.

Клирия ойкнула, пошатнулась и, тихо сказав: «прошу прощения», вышла из комнаты. В принципе, её присутствие не обязательно, так как здесь над Элизи уже хлопочет Рубека. Сидит, исцеляет её. Говорит, что если яд повредил внутренние органы, то с этим она справится, однако всё равно придётся ждать, пока все токсины не выйдут естественным путём. А наша спящая красавица как лежит в отрубе, так и лежит.

- Значит… она сказала правду? – начала осторожна Эви, но при этом разгоняясь как локомотив. – Она беременна от тебя? Так вы женаты или нет? А ты её любишь? А…

- Остановись, Эви. Чот я не помню за тобой привычки заваливать других вопросами.

- Прости. Профессиональная привычка, - улыбнулась она.

- Ага, профессиональная, - усмехнулся я. – Ты раньше вообще была более простой что ли.

- Ну… может ты меня просто плохо знал? – пожала она плечами. – Одна ночь вместе ещё не делает нас близкими людьми. Хотя я удивлена, что ты выбрал себе в партнёры такую девушку.

- По пьяни.

- По пьяни? – кажется, её это удивило слегка. – Честно, я не думала, что ты будешь способен на такое.

- С тобой тоже по пьяни было так-то, - напомнил я.

- Ну… тоже верно.

Вообще, Эви довольно быстро отошла от того, что произошло. Это можно было объяснить как её лёгким характером, так и какой-то определённой целью. Хрен знает. Хотя, учитывая то, что мы ещё перед этим минут сорок просто сидели, уже должны были привыкнуть к обществу друг друга.

Эви выглядела именно такой, какой я её запомнил, жизнерадостной и весёлой, и даже грустная моська не могла этого изменить. Единственное, что было непривычно, так это видеть её в таком платье: не нарядном, но действительно стильном и красивом.

Но всё же в ней было что-то другое. Едва заметный отпечаток такой жизни остался на её лице… Хотя, стоп, это у неё сопля под носом.

- Эви, нос вытри, у тебя сопля под ним висит.

- А? – и тут же прикрыла лица, начав усиленно тереть нос.

Так, ну сейчас вроде получше, но отпечаток всё равно остался. Она теперь выглядит куда взрослее. Да, жизнерадостная, но нет в ней какой-то чистоты что ли. Теперь это жизнерадостность более умудрённая опытом, лицом не такое мягкая, а скорее более целеустремлённая и твёрдая.

В груди стало немножечко грустно оттого, что жизнь не стоит на месте. Что мне, например, не удалось увидеть её взросление. Просто двадцать лет жизни в никуда. Это схоже с тем, когда ты возвращаешься в родной дом, видишь своих родных, уже повзрослевших, и думаешь: как же жаль, что ты не увидел их взросления, пропустил часть жизни.

Вот хуй знает, почему именно такие мысли вызывает у меня Эви. Может просто с ней связаны мои первые как приятные, так и не очень воспоминания? Или может я начинаю стареть и понимать, как много пропустил и могу пропустить ещё?

Эх, старость… Всего двадцать пять, а уже на покой пора. Какая жалость.

- А что касается Констанции, что произошло между вами? – спросила Эви несколько минут спустя. – Я поняла, что речь шла о шантаже дочерью, и что ею ты заставил Констанцию предать меня, но мне хотелось бы услышать правду.

- Правду? Тебя не злит, что она предала тебя?

- Фемия для меня как дочь, - коснулась Эви груди, смотря на меня серьёзным взглядом. - Я рада, что Констанция выбрала её, а не меня. И мне бы хотелось просто узнать, что произошло. Только честно, пожалуйста.

- А ты хочешь это знать?

- Да. Пожалуйста. Лучше я узнаю это от тебя, чем от третьих лиц.

- А ты любопытная однако.

- Ну… такая я есть, - разулыбалась Эви и пожала плечами. – Я хочу знать всё-всё, что только можно. В конце концов, мир так интересен и почему бы не попробовать узнать абсолютно всё? Особенно то, что очень важно твоему сердцу.

Важно сердцу? Или ты хочешь понять, насколько я стал чудовищем?

Но как бы то ни было, я рассказал ей о наших с Констанцией делах. Всё лучше, если я это сделаю, чем злящаяся на меня Констанция или сарафанное радио. Не утаил о том, как приставил к голове собственной дочери пистолет, упомянув, что там не было патронов. Рассказал, как заставлял её делать грязные дела и копать под Эви. Как заставлял дезинформировать и подделывать документы, собирать инфу на других и готовить чистку.

Кое-что, что Эви было знать не обязательно, я упустил, однако всё основное поведал ей без прикрас. Не пытался сделать себя правильным или опустить Констанцию. Она взрослая девушка, сама пусть выстраивает своё мнение. По крайней мере из уважения к ней я не собирался пудрить ей мозги правильностью своих действий.

Как бы я не считал себя правым, пусть она сама решит для себя, кто я есть.

Эви внимательно слушала меня, не меняясь в лице и не перебивая. И после моей истории она ещё несколько минут вглядывалась в меня, словно пыталась кого-то узнать.

- Ты прямо-таки страшный страшный монстр, Патрик, - улыбнулась она простодушно.

- Ты тоже не подарок.

- Теперь уже нет, - покачала она головой и посмотрела в окно. – Я тоже страшный страшный монстр. Стала им, как и ты, преследуя благие намерения. Какие же мы страшные люди, - кажется эта мысль её веселила. – И двадцать два года назад, сидя в старой таверне, полной людей, в атмосфере приключений и какой-то деревенской простоты, видя, как герой встаёт, чтоб помочь какому-то пареньку, я бы никогда не подумала, что стану такой. Что стану той, кто держит в своих ручках столько людских жизней.

- Знаешь, в своём мире, гуляя с другом днём по одной из улиц, я бы никогда не подумал, что стану через несколько месяцев тем, кто будет хладнокровно убивать людей и рушить города. Или что буду приставлять пистолет к голове собственной дочери.

- Да уж, с дочерью некрасиво вышло, - вздохнула она.

- Я бы не стал этого делать. Просто Констанцию надо контролировать.

- Я знаю, что ты бы не тронул Фемию. Ты не тот человек, что посмеет тронуть своих людей, и прошлое это показало. Просто Констанция этого не поняла. Однако…

И в этот момент я действительно почувствовал, кем стала Эви. Что за человек прячется под маской беззаботной девчонки. Насколько сильна стала её воля и насколько может она быть чудовищной. Чудовищной как я.

- Посмей ты сделать подобное с ней, Патрик, и даже не смотря на то, кто ты, я бы тебя никогда не простила. Я верю, что ты так никогда не поступишь, но просто хочу, чтоб ты знал.

Её взгляд буквально обжигал меня, но я отплатил той же монетой, выпустив свою ауру и заставив вздрогнуть даже Рубеку, сидящую в отдалении. На мгновение здесь столкнулись поистине две чудовищные ауры настоящих монстров этого мира, каждая из которых не уступала другой. Одна ледяная, обжигающая, другая чёрная и вязкая.

- Я знаю. И верю, что ты никогда так не поступишь. Иначе разговор с тобой у меня выйдет куда более холодный и короткий, - и тут же мягко улыбнулся, убирая свою ауру. – По крайней мере, он будет холоднее твоей обычной температуры.

- Так я тёплая, хоть и мёртвая! - возмутилась Эви.

- Извини, забыл тебя пощупать при встрече. Кстати, твои люди нормально воспримут такой… сложный период во власти.

- Им платят не за то, что бы они думали, - отмахнулась Эви. – К тому же я сама потом сообщу о новом порядке в наших рядах.

- Будем надеяться, что у них не возникнет возражений.

- Не возникнет. Они хорошие люди, - улыбнулась Эви. Однако мне показалось, что отнюдь не улыбка была за её маской. Нынешняя Эви говорит, остальные подчиняются, иного она не допустит. – К тому же на них клятва.

- Клятва – это хорошо, - кивнул я.

- Хорошо. Но не когда её так чудовищно используют. Так извращённо использовать клятву, делая человека рабом своим, - поморщилась она. – Это ужасно.

- А ты так не делала?

- Никогда, - категорично покачала она головой. – Ведь есть печать.

- Почему? – поинтересовался я. – Ведь печать видно.

- Ну клятву используют для добровольного согласия, а не для рабства.

- И?

- Ну потому что… эм… потому… э-э-э… - она посмотрела на меня удивлённым взглядом, словно этот вопрос поставил её в тупик. – Но просто так не делают.

- Почему?

- Э-э-э… ну…

Всё, это был тупик. Это был предел мышления. А всё потому, что они даже не представляют, как можно использовать клятвы. Почему? А хрен его знает. Потому что люди, потому что их мышление очень сложно изменить.

Люди, вон, почему-то додумались до паровых котлов хрен знает когда. Почему-то пришли к выводу, что руки надо мыть перед операциями тоже хрен знает когда, при этом загнав в могилу человека, который предложил это первым. Догадались, что можно строить заводы, использовать арбалет и так далее.

Вся причина в том, что они до этого даже не думали в подобную сторону. Ширина взгляда. Если ты об этом никогда не задумывался, то ты никогда в этой теме ничего нового и не откроешь. Будешь мыслить только в своей узкой колее. Про клятвы многие не додумались, потому что никто даже не мыслил в подобном направлении, что их можно так использовать.

Глава 356

Нам было о чём поговорить с Эви. Много времени прошло и многое изменилось. И если в основном я знал об изменениях от других людей, то сейчас имел возможность узнать всё из первых рук, которые в этом и участвовали.

Эви действительно не слабо повлияла на этот мир, придав ему тот вид, который он имел в данный момент. Уступками или требованиями, она выбила для себя и другой нечисти привилегии, которые позволили им жить практически наравне с другими. Кровью или уговорами, ложью или подхалимством она получила желаемое.



У меня был вопрос, как она смогла так измениться за эти три года, что возглавила практически одну из самых опасных группировок, официально разрешённых в королевстве. Ответ был не менее интересен.

- А как ты за два года смог стать таким?

Это был вполне логичный ответ, хотя Эви всё-таки выглядела другой девушкой, не способной на такое. Ну или я плохо её знал, так как стоит учитывать, что в авантюристы подаются тоже не лучшие и добрейшие слои общества. По сути, в отличие от тех же ранобешек, здесь авантюристы были именно наёмниками. Не добрыми, не милосердными, а именно теми, кто готов браться за опасную работу, и для этого нужен был особый склад характера. Пойти путём пусть сказочной, но наёмницы в команде, пусть и геройской, но убийц - это нужна решимость, стойкость и умение идти до конца. Другим там места не было.

Эви может и выглядела девочкой-припевочкой, однако стержень у неё точно был.

За это время мы успели поговорить немного, и я рассказал о своих похождениях, упуская моменты, которые знать ей было не обязательно. В общих чертах набросал всё, что со мной произошло.

И реакция была примерно той, которую я ожидал.

- Ты бы мог присоединиться к нам, Патрик. Я бы могла тебя принять и обеспечить такой жизнью, о который бы ты на тот момент не смел бы и мечтать.

- Извини, но я не мог быть уверен, что тебе не захочется избавиться от возможного конкурента. Да и сейчас такой уверенности на сто процентов у меня нет.

- Ты считаешь меня такой испорченной. Ну и бука же ты, Патрик.

- Не мне тебе рассказывать, какой у нас мир.

В конечном итоге я был абсолютно прав, и она это знала. То, что мы тут поговорили на вечер глядя, ещё не значило, что мы охренеть какие друзья и всё вновь по-прежнему. По крайней мере, по моему опыту, после подобных случаев сразу друзьями не становятся.

И хрен знает, может она на меня обиду затаила, а сейчас только и ждёт, чтоб по яйцам стукнуть.

Переночевать было решено у моей старой знакомой в замке. После нашей удачной операции по захвату власти все солдаты, служанки, да и другие, кто подчинялся Эви и Констанции, теперь подчинялись мне. Потому мы были в абсолютной безопасности. Естественно, занималась этим Клирия, так как подобные дела можно было доверить ей.

По какому-то неизвестному мне счастливому стечению обстоятельств, во время операции никто из наших не погиб, отчего я мог со спокойной душой вздохнуть полной грудью и не мучиться. Были, конечно, раненые, но это дело было поправимым. Да и Элизи не ахти какая сейчас, однако уже не грозится умереть в ближайшую минуту и теперь вся мокрая и холодная лежит в комнате, где над ней хлопочет сразу несколько служанок.

И выделили мне комнату…

- Опять ты, срань господня, - пробормотал я.

- Можете звать меня просто Клирией, - шутливо поклонилась чернявая.

- Умолкни, - бросил я ей и посмотрел на Эви.

- Ну я думала, что вы вместе. У неё же твой ребёнок, - начала оправдываться Эви. – И не смотри на меня так, я хотела как лучше.

- Ты вроде уже старая, а всё никак не поймёшь, что ребёнок не значит любовь и отношения. Есть просто по случайному залёту.

- Всё-всё-всё, - закрутила она головой и замахала руками. – Ничего не знаю, никого не заставляю. В этом крыле множество комнат для гостей, можешь заселиться в любую.

- Но ты поселила меня именно с ней.

- Ну ты и зануда же, Патрик! – воскликнула она.

- Правду молвит госпожа Эвелина, - сказала за моей спиной Клирия.

- Так, ты рот закрыла бы, пока… Хотя, зачем ждать?

Я тут же развернулся и просадил пендаля Клирии, от которого она даже не пыталась увернуться, покорно приняв своей задницей мою ногу.

- Ладно, спасибо, Эви. Мы тут… сами уже.

- Только по животу её не бей, а то выкидыш будет, - настоятельно произнесла зомбяша.

- Ой, спасибо тебе большое, а я и не знал! – всплеснул я руками.

- Теперь знаешь, - проехалась танком по моему сарказму Эви. – Здесь никого нет, так что можете кричать сколько угодно.

- Мы обычно не ругаемся.

- Кричат не только когда ругаются, - лучезарно улыбнулась она и закрыла дверь.

Блять, Эви, ты чо, в тролля у нас переквалифицировалась?!

- А она права, - сказала Клирия, дождавшись несколько секунд, чтоб Эви отошла от комнаты. – Можно кричать и не из-за ругани.

- Ну ты то у нас да, покрикиваешь, словно сиськи прищемили.

- Потому что мне приятно. И тебе должно быть приятно оттого, что ты делаешь мне так приятно.

- Нет, мне приятно тебе пиздюлей вставлять.

Я бы ещё добавил, что неприятно спать в одной кровати, но это будет уже оскорблением, а Клирию, пусть и редко, но я всё же потрахиваю, и не скажу, что мне как-то это противно.

- А мне казалось, что тебе приятно и просто мне вставлять. Жаль, что ошиблась.

- Всё, надоела пошлить, - отмахнулся я и шлёпнул её по заднице. – Лучше скажи, что ты думаешь о…

- Том, что ты кинул в меня ботинкам и попал в бровь? Мне было очень неприятно, Патрик. Я не идеальна, но подобного вряд ли заслужила.

- Язык держать надо за зубами. Скажи спасибо, что не ударил.

- Другим ты прощаешь намного больше, однако мне достаётся словно за троих. Ты слишком агрессивен, и мне немного обидно.

- Тогда хватит делать хуйню.

- Тогда веди себя со мной помягче.

- Тогда не становись мне той, кем не являешься, - отрезал я.

- Матерью твоих детей? – спросила она спокойно, глядя мне в глаза.

- Нет, я не про это.

- Однако я мать твоего ребёнка. И я именно про это. Да, я сказала глупость не подумав. Мне стыдно, прости меня, пожалуйста. Но это бы стало ей известно, я лишь сказала немного раньше. Так что ничего критичного не произошло. Однако то, что ты кинул в меня ботинок с грязной ноги... Так ещё попал мне в лицо. Сейчас мне действительно неприятно, Патрик. Очень и очень неприятно.

Клирия смотрела на меня серьёзным взглядом, пытаясь состроить жалобное лицо. Но если у Эви оно выглядело мило, то у Клирии получалось отвратительно, и хотелось наоборот, ещё раз её стукнуть.

Но… надо признаться, я перегнул палку. Немного. Клирия, конечно, сказала глупость не вовремя, но она же яжемать, ей простительно. Надо вообще привыкнуть к тому, что Клирия сейчас будет отчебучивать хуйню всякую иногда. А то я уже веду себя как мудак, так как не пытаюсь даже войти в положение Клирии, которая теперь как ветер – куда дует, туда и говорит.

- Ладно, прости меня, разноцветная подруга, иди сюда, обниму тебя, - вздохнул я, раскинув руки в разные стороны.

Клирия посмотрела на меня таким взглядом, типа «Ты мне разрешаешь? Разрешаешь, да? Я не могу в это поверить», и медленно, аля забитая девушка-стесняшка, прижав руки к груди, подошла ко мне и позволила себя обнять. Прижалась такая, типа ну ладно, обними меня.

Беременные… Тут не поймёшь, что у обычной девушки в голове, а тут вообще двойная головная боль. Но ладно, хуй с тобой, пообнимаю тебя немного, чтоб твоё душевное равновесие сохранить. А то мне ребёнок от тебя здоровый нужен.

- М-м-м… приятно, - промурлыкала Клирия через несколько минут, источая чудовищную ауру счастья. У меня даже зубы сводило. Что ж ты делаешь, окаянная? – Только зачем ты мнёшь мою левую ягодицу?

- А, да? А я думаю, на что моя правая рука так удобно легла. Случайно получилось, наверное.

Да как-то само собой получилось. Рука легла, чувствую, мягко, жмяк-жмяк, приятно руке.

- Наверное? На протяжении всего времени твоя правая рука то и делает, что мнёт мою левую ягодицу, вцепившись в неё пальцами, подобно когтям, словно ты пытаешься меня приподнять.

- Знаешь, Клирия. Пусть сиськи и маленькие, но задница твоя что надо.

- Благодарю. Мне приятно, что ты так высоко оценил мою филейную часть тела. Может ты хочешь оценить и другие части моего тела. К сожалению, я не могу похвастаться своей грудью и гладкостью кожи, однако уверена, что смогу компенсировать это всё.

- И чем же? – спросил я.

- Много чем.

Конкретно чем, я решил вызнать у Клирии сам. Через час мы лежали раскрытые и голые, тяжело дыша и смотря в тёмный потолок. Ну и моя рука накручивала на палец кудри Клирии между ног, иногда щипая её за складки. Хотя и грудь её мять было классно… Да чего там, Клирия вообще ничего не говорила против, когда я её трогал везде, где только душа желала. Иногда ойкала, но не более. Хотя куда прикольнее было слушать, как она в момент оргазмов покрикивает и повизгивает.

- Так что ты думаешь о Эви? – вернулся я к разговору, к которому хотел прийти изначально.

- У тебя есть подозрения на её счёт?

- Не знаю. Просто хочу понять, что от неё ждать. Всё-таки Эви изменилась, и я не могу быть уверенным, что в лучшую сторону. Она словно беззаботная девушка, в которой живёт монстр.

- Не совсем верно, Патрик. Она монстр, в котором живёт беззаботная девушка. Я не могу сказать, что в душе она такая же, как, например, я или ты. Такие люди принимают новые реалии, но не меняются.

- Думаешь?

- Думаю, что все волосы ты мне с лобка повыдёргиваешь, если не остановишься.

- Да ладно тебе! – дёрнул я её посильнее.

- Ух… Патрик, пожалуйста, аккуратнее, я…

- Что ты? – спросил я, перекатившись на неё сверху и придавив к кровати. Я практически сходу вошёл в Клирию, хотя продолжать действовать не спешил.

- Вернёмся к Эви. Она может натворить глупостей, поэтому за ней нужен глаз да глаз, плюс строгие рамки. Может ты начнёшь уже?

- Я даже не полностью вошёл ещё, - ответил я и тут же до конца заполнил её собой. – Так получше?

- Да, - выдохнула чуть ли не паром она. – Так лучше, Патр-р-рик… Приятно. Можешь пока начать медленно, раз мы ещё не закончили разговор?

- Ага, так что… ты считаешь, что она что-то выкинет?

- Могу только предположить это. К… К тому… К тому же я сама не знаю, что за грандиозный план ты придумал, хотя Элизи, как я понимаю, уже в курсе событий.

- Поверь, тебе понравится.

- Я буду надеяться… Что касается Констанции, то она пойдёт за Эви… можно не обращать на неё внимания. Проблема… Проблема может возникнуть в короле.

- Не возникнет, - пропыхтел я разгорячёно. – Всё схвачено. Проблема только с героями, если вдруг что-то пойдёт не по плану. Да с некоторыми личностями.

- Бог Скверны, - выдохнула Клирия, попав в точку.

- Верно. Нехорошее предчувствие у меня, и Элизи подкинула мне не самые приятные мысли для размышления по этому поводу.

- Предатель, - пробормотала Клирия, а в следующее мгновение вытянулась и звонко вскрикнула, а потом ещё и ещё раз, пока её не отпустило. Я кончил практически сразу за ней, после чего придавил её собой к кровати, чувствуя под собой мокрое разгорячённое тело. Она тяжело и горячо дышала мне прямо в ухо. Всё её лицо было мокрым, а чёрные волосы прилипли к её лбу. Да, сейчас Клирия была сексуальна, хоть и хлестала своей аурой во всю мощь.

- Да, предатель. Я тоже так думаю, - выдохнул я и поцеловал её.

Не то что бы я хотел целовать её, просто настроение располагало. Клирия ответила мне с язычком и очень слюняво. А потом я укусил её за язык, и не дал его вытащить из моего рта, отчего Клирия хмурилась, пыжилась, но ни вылезти из-под меня, ни вытащить свой язык, не могла. Так и лежала подо мной, немного мыча, пока я её не отпустил.

- Очень смешно, Патрик. И… опять? Ты очень неугомонен, - с осуждением посмотрела она на меня, чувствуя, как её вновь начинает наполнять.

- Да чот потянуло тебя хорошенько выебать за всё плохое, Клирия, - спокойно ответил я. – Не рада?

- О нет, я нахожу это приятным, лежать вся мокрая, обнявшись с таким же мокрым партнёром по сексу, который, к тому же, отец моих детей. Я бы соврала, если бы сказала, что меня это не заводит. Только на этот раз попрошу быть немного пожёстче, грубее и сильнее.

- Да ты звучишь как какая-то шлюшка.

- Каждый человек в душе, что познал секс, немножко шлюшка, - ответила она невозмутимо. – Так что пожалуйста, будь погрубее со мной.

И я грубо выебал Клирию. Так, что она потом визжала в подушку от оргазма, сотрясаясь всем телом.


Эви сидела в своей комнате в одном из больших глубоких и тёплых кресел, что стояли перед окном, с кружкой чая. Казалось бы, ничего не изменилось, однако теперь она не чувствовала себя как дома. Словно этот самый дом у неё и отобрали. Ведь…

- Здесь теперь главная не я… - выдохнула она тихо в пустоту комнату, погруженной во мрак. Только луна была единственным источником света здесь.

Странные и противоречивые чувства охватили её. И Эви, не в силах им сопротивляться, просто позволила этим чувствам полностью захватить её. Оттого она сейчас сидела одна-одинёшенька, подавленная, чувствуя, что её обокрали. Из-за этого она не сразу обратила внимание, когда в её комнату вошли. Лишь голос вывел её из состояния подобного трансу.

- Эвелина… Эви… Я… я хотела сказать, что мне очень жаль… - голос Констанции был очень мягок и жалобен, словно она разбила любимую вазу матери, и теперь у плачущей той просила прощения. – Моя дочь… он заставил меня…

- Ничего страшного, - повернулась к ней Эви и улыбнулась, стараясь выглядеть дружелюбной. – Я бы расстроилась, если бы ты выбрала не её. Сама знаешь, как мне дорога Фемия.

- И всё же…

- Не надо, - тихо попросила Эви. – Я… сейчас немного подавлена из-за случившегося.

Не смерть графов её расстроила. Пусть Эви и не собиралась с ними так радикально разбираться, однако их кончина не нашла какого-либо отклика в её сердце. В конечном итоге для неё они были лишь кучкой жадных и жестоких людей, которые были готовы убить ради золотой монеты, и которым было плевать на свою страну.

А вот то, что у неё так быстро всё отобрали… Да ещё и тот, кто был ей не безразличен… Да, подобное её выбило из колеи знатно. Её как злило подобное отношение к ней, так и радовало то, что её старый товарищ жив. Эти противоречивые чувства сталкивались, не давая ей покоя. Было как чему радоваться, так и чему расстраиваться.

Она так долго к этому шла, так долго всего добивалась и её планы практически уже были исполнены; ещё годик и всё было бы сделано в лучшем виде. Но приходит Патрик и всё рушит. С другой стороны, это же Патрик, тот самый парень, что оставил в её мёртвом сердце, как множество ножевых ранений, так и приятное тепло. Столько противоречий, и не знаешь, злиться или радоваться.

Но был и ещё один момент, который поселил в её сердце огонёк жгучий злости.

Констанция села в одно из кресел рядом с ней.

- Эви, ты как? – тихо спросила она. – Этот…

- Не надо, Констанция, - так же тихо попросила её Эви, зная, как она выскажется о Патрике. – Не надо, пожалуйста. Я знаю, что ты хочешь сказать, но не уверена, что хочу это слышать.

Констанция буквально проглотила всё то, что хотела сказать. Подавила желание просто грязно выругаться о человеке, который по стечению обстоятельств стал отцом её единственного и любимого ребёнка.

Она бы многое могла ему простить, но он явно переходил границы, теперь отбирая то, что они нажили непосильным трудом. И какими бы мотивами он не прикрывался, Констанция буквально кипела, когда видела его.

- Его подопечная ждёт от него ребёнка. Ты знала? – тихо спросила Эви, чем вызвала удивлённый взгляд Констанции.

- Эта чёрненькая?

- Да, та, что работала на Крауса.

- Он всех своих подопечных брюхатит? – презрительно бросила Констанция.

- Я не знаю, но… ты думаешь, что у них всё серьёзно? – И увидев, как та на неё посмотрела, тут же замахала руками покраснев. – Нет-нет-нет, ты не подумай! Я просто спрашиваю.

- Эви. У тебя на лице всё написано, - уже совершенно спокойно сказала Констанция. – Тебя бесит даже не то, что он пришёл и перехватил власть, а то, что у него есть вторая половинка.

- А вот и нет, - буркнула Эви. – Просто интересно. Я не люблю его.

- Но испытываешь тёплые чувства к нему, что вполне можно описать ещё и другим словом – нравится. И если у них уже ребёнок намечается… Я не знаю, Эви. Но на твоём бы месте я злилась на то, что он всё у тебя забрал.

- Я и злюсь, - пробурчала та прямо в кружку отпивая.

Её действительно злило, что у неё всё забрали. Её злило то, что её обманули, обошли, облапошили. Но среди каждой из этих дум всегда была тонкая, как нить паука, мысль о том, что у него кто-то есть.

- Он мне не нравится, - уже через пять минут сказала неожиданно Эви, словно они продолжали разговаривать. – Я просто спросила.

Она не видела, как в темноте усмехнулась Констанция, глядя на неё как на ребёнка.

Глава 357

Утро добрым не бывает, если Клирия тебя за нос кусает. Не дай бог эта дрянь меня ещё заразит, и я сам превращусь в Клирию.

Нет, серьёзно, я ещё могу её трахать, но то, что Клирия кусает меня за нос для того, чтоб разбудить, это как бы перебор. А ты ещё спросонья открываешь глаза и видишь над собой её улыбающееся лицо со свисающими вниз волосами. Не так я хочу встречать своё утро.

- Доброе утро, Патр-р-рик. Ты был чудесен этой ночью.

- И только ради этого ты меня кусаешь за нос? Ты серьёзно? Иди отсюдова, дай поспать, - перевернулся я на другой бок.

- Патр-р-рик, я здесь.

- Знаю, потому и повернулся к тебе спиной, Клирия-тля. А теперь не доставай меня. Я заебался. Во всех смыслах этого слова.

- Я поняла, - ответила она и притёрлась ко мне сзади.

Боже, никогда бы не подумал, будучи ещё в своём мире, что буду уставать от секса. Раньше я думал, что стану тем, кто трахается по семь раз на сутки, а тут как бы и одного раза в неделю мне может вполне хватить. Или же жизнь настолько насыщенна, что мне это и не особо интересно.

- Я хочу ещё напомнить, - тихо начала она, - что скоро будет готов план по уничтожению героев. Надеюсь, ты хорошо подготовился.

- Да нормально всё будет, - пробурчал я, уже понимая, что мой сон закончен. Я уже не усну.

- Я полностью уверена в этом, - ответила она. – Тогда следующий вопрос на повестке дня – какую часть плана мы предоставим Эвелине? Стоит ли мне ужесточить рамки, чтоб даже находясь вдали от нас, она не смогла воспользоваться нашим отсутствием и что-нибудь сделать?

- Нет необходимости. Мы возьмём её в поместье. Оставлять её здесь, когда всё начнётся, будет слишком опасно, так как именно сюда и будут целить все войска. Все будут считать виноватой её в произошедшем и все вопросы будут к ней.

- Вы хотите её взять с собой?

Едва заметное изменение интонации заставило меня обернуться к Клирии, которая лицом ни на гран не выдала себя. Однако я слишком долго живу с ней и могу уловить едва заметные оттенки в её голосе, которые говорят о том, что что-то изменилось.

- Тебе не нравится эта мысль? – спросил я.

- Я нахожу эту идею нецелесообразной. Лучше оставить Эвелину здесь.

- Та-а-ак, - протянул я, внимательно вглядываясь Клирии в глаза. – А ты с чего вдруг хочешь спровадить Эви, Клирия?

- Я лишь говорю…

- Что лучше? Знаешь ли, что-то пиздежом запахло, - ответил я и ущипнул её чувствительно за маленькую грудь, отчего та слегка поморщилась. – Клирия, если ты не доверяешь ей настолько, что не хочешь её брать с нами, то так и скажи. Однако она в любом случае отправится за нами в поместье. Здесь я её не оставлю. Это окончательное решение.

Однако это не было концом, это было лишь началом всего веселья, что ожидало меня впереди. Откуда пошло веселье? Естественно, от баб.

Так как бросить всё и тупо уехать мы не могли, нам пришлось немного задержаться в замке, чтоб привести дела Эви в порядок и приготовить всё к её долгому отсутствию, чтоб даже без неё всё функционировало. И тем самым я запер Клирию и Эви в одном месте вместе.

Как сказал однажды один человек, запри в одной комнате двух красивых девушек, и рано или поздно одна захочет впиться когтями в лицо другой.

У меня всё получилось примерно так же, что не могло радовать. Уже за завтраком я мог наблюдать не самую жизнерадостную картину, как две бабы, что вполне могут не то что отравить жизнь, отобрать её друг у друга, были готовы убивать. Они это не говорили и старались не показывать, но аура была лучше всяких слов, показывая серьёзность намерений.

Клирия и Эвелина.

Они столкнулись буквально в дверях, и я сразу почувствовал неладное.

Если Клирия была после сна, расслабленная, слегка лохматая, помятая, в такой же помятой одежде, то Эви была одета с иголочки. Очень просто, но не менее красиво. Полностью причёсанные чистые волосы, которые спускались на спину, свеженькое лицо, лёгкий сарафанчик и… она накрасилась? Эви, ты куда так вырядилась?

Хотя признаю, она прямо благоухает свежестью и молодостью. Я невольно засмотрелся на неё в то время, как Клирия только хмыкнула.

- Доброе утро, как спалось? – улыбнулась она.

- Да но…

- Мы благодарим вас о заботе, - первее меня ответила Клирия. – Хотя выспаться нам не удалось, решили воспользоваться вашим советом про покричать.

Лицо Эви слегка дёрнулось, словно ей лимон попал в рот.

- Я рада за вас, - ответила она. – Надеюсь, кричал не Патрик и не от отвращения.

Это был мощный ответ, подобный выстрелу в упор.

Тут уже задёргался глаз у Клирии.

- Не беспокойтесь. Патрик не настолько был напуган, чтоб кричать ещё и после того, как его напугали.

Нет, это была перестрелка. И я чувствовал, как воздух наэлектризовался от всеобщего напряжения.

- Оу-оу, дамы, вы чего?! – перепугался я. – Харе, давайте кушать лучше.

А то выглядит, словно они ревнивые сучки и теперь готовы рвать друг друга когтями за меня. Хм… это прикольно…

Ха, реально прикольно, если за меня бы бабы дрались!

Это было бы забавно, будь это правдой. Никогда бы не подумал, что такое возможно, потому что это невозможно. За меня будут драться, только если будут решать, кто мою голову на кол насадит.

Однако мечты есть мечты, представлять, что бабы за тебя ссорятся классно. Такие постоянно цапаются, ругаются, желая завоевать твоё внимание. Вокруг крутятся и пытаются отвоевать тебя у другой. Как в аниме или фильмах, где все тебя хотят. Эх, я бы, наверное, не отказался от подобного, чтоб потешить своё самомнение. Ты такой выбираешь, кто тебе нравится и кому дать шанс. И все такие сразу текут даже от одной возможности побыть с тобой хотя бы минутку наедине.

Однако чуть позже я узнал как примерную правду о причине разборок Эви и Клирии, так и то, что оказывается в реальности мечты выглядят не так классно.

Например, ты начинаешь беспокоиться о здоровье обеих, так как они вполне могут убить друг друга. И они не мило ругаются, они пытаются смешать друг друга с говном. И для тебя это не кайф, а головная боль, так как это проходит практически через тебя, и слушать это дерьмо то ещё удовольствие. Ещё хуже то, что не ты выбираешь, кому дать шанс. Не-е-е, это они между собой решают, кто заберёт с собой главный приз. Речи о твоём мнении здесь не идёт.

Я был не настолько глуп, чтоб не сложить два и два. И это было не моё самомнение, это были факты и вполне логические выводы.

Клирия ревнует меня к Эви. Эви же ревнует меня к Клирии.

Мечта сбылась, но как и в реале, здесь всё было без прикрас.

То есть пиздец просто.

И вот Эви пришла нарядная, села рядом со мной, буквально словами указав Клирии, что слуга должна сидеть там, где ей скажут и держать рот на замке, когда господа разговаривают. Клирия проглотила всё с кислой миной, лишь почтено кивнув и сказав:

- Слушаюсь.

Зато на обед Клирия пришла буквально иной. Прекрасной и элегантной; такой, какой мне ещё не приходилось её видеть. Это было красиво и жутко, словно прекрасная смерть, пришедшая за твоей душой.

Беленькая кожа, тёмная подводка глаз, которая только лучше подчёркивала их. Немного подкрашенные красным губы. Чёрное классическое платье, которое она всегда носила, однако сейчас чистое и выглаженное. А ещё необычный аромат каких-то духов, что были похожи на розы.

Клирия буквально была свежей и новой, неся в себе благородство и изящество.

Две противоположности. Милая простота и красивая элегантность.

А ещё её фраза…

- Как мать ребёнка моего господина…

И с этими словами она позволила обратиться ко мне без формальностей, буквально показывая своё превосходство Эви. Типа смотри, может я и слуга, однако он мой, а ты лишь так, подружка.

Это читалось слишком просто, так как Клирия пыталась это показать максимально доступно. И Эви это без проблем прочитала.

Она сидела, поджав губы и смотря на то, как Клирия обсуждала какие-то маловажные дела поместья. Я бы мог послать её в этот момент, но так опустить Клирию у меня рука не поднималась. Конкретно в этом случае я бы знатно макнул её лицом в дерьмо и скорее сам бы испытал испанский стыд.

А после всего Клирия наклонилась, поцеловала меня в щёку и шепнула так, чтоб обязательно это услышала Эви:

- Спасибо милый. Надеюсь, сегодня ты меня порадуешь, как и в прошлый раз.

Всего за один не полный день я понял, какой же это пиздец, когда за тебя борются бабы. Мне даже показалось, что им важен не сам приз в виде меня, а факт того, что она оказалась лучше. Типа главный приз – макнуть соперницу в дерьмо, показав своё тотальное превосходство.

А под вечер мои худшие опасения стали явью. Бабы пустили в ход тяжёлую артиллерию и разоделись так, что слюни можно пускать. Или ссаться от страха, так как они явно не готовы сдаваться.

Эви была ну в слишком лёгкой накидке, похожей на длинную футболку, через которую было видно её талию. Плотности этой ночнушки удивительным образом хватало на то, чтобы прикрывать интимные части тела. Видимо магия, так как именно интимные части затемнялись, когда всё остальное тело было видно.

Клирия же… была одета тоже внушительно. Очень лёгкая, практически просвечивающая тёмно-красная ночнушка, которая, наоборот, не затемняла ничего, позволяя разглядеть её грудь. И чёрные кружевные трусики.

И обе они благоухали.

Но у меня один вопрос – вы ебанулись? Ладно одна яжемать. А Эви? Она недавно всё потеряло, но выглядит так, словно её это и не сильно волнует. И хули она вдруг ко мне начала клинья подбивать? Я же убил её, она должна меня ненавидеть!

Но нет, Эви пришла такая ко мне и не успела слова сказать, как в комнату уже вошла Клирия. Выражения их лиц были бесценны, когда они увидели друг друга. Ну а я, как и полагается настоящему мужику, когда он видит двух девушек, но не может решить, с кем же остаться на ночь…

- Констанция, можно я у тебя переночую сегодня? - спросил я жалобно нашу тётю Коню.

- Я? А ты о чём? – спросила она спросонья, потирая кулаком сонные глаза. – Патрик, тебе чего?

Вот её вид действительно радовал мой взгляд. Обычная пижама с утятами: рубашка и штаны. А ещё самые обычные белые трусы. Их я увидел, когда Констанция беззастенчиво почёсывала себе пузо, словно прожжённая мать-одиночка.

А ещё сонное выражение лица, мутный взгляд и попытка понять, что я перед ней здесь делаю.

- Можно переночевать у тебя? – повторил я вопрос чуть ли не по слогам.

- Зачем?

- Так надо. Так можно или нет?

- Зачем тебе? – зевнула она. – Там вроде Эви к тебе намылила-а-а-а-а-а-а-а-э-э-э-э-э-э…

Это под конец Констанция зевнула, и я даже испугался, что она себе челюсть вывихнет.

- Просто впусти и не спрашивай. Пожалуйста, - попросил я. – Они меня выебут или выебут друг друга, если я там останусь.

- Ну ладно, ладно… - пробормотала моя любимая феминисточка, отступая в сторону и пропуская меня вперёд. – Кровать одна. Или пол. Есть ещё кресло.

- А что так негусто? – удивился я минималистичной обстановке.

- Не люблю спать в роскоши, - просто ответила она.

Не люблю жить в роскоши, это не то что может объяснить настолько минималистичную обстановку. Комната была практически пустой, словно отсюда кто-то съехал. Только кровать, два кресла, стол, комод со шкафом, стул и… в принципе всё. Да, всё аккуратно и чистенько, свежо и по-модному (учитывая то, что здесь средневековье, я бы сказал что очень даже по-современному), однако её покои были очень пустыми. Словно Констанция куда-то переезжала.

- Слишком минималистично.

- Если не нравится, можешь уходить, - буркнула она обиженно и тупо прыгнула на кровать, завернулась в одеяло и оттуда уже пробормотала. – Выбирай, где спать, и не мешай мне.

Наверное, я погорячился насчёт кресла или пола, когда подумал, что буду спать на них. Так как одни были слишком маленькими, а на другом даже ковра не было, у меня возникали сомнения по поводу того, что я вообще смогу нормально спать. Поэтому выбор пал на кровать. Подтолкнул недовольно бурчащую Констанцию в сторону и лёг рядом.

- А что убежал? – сонно спросила она, когда я приземлился рядом.

- У меня возникли кое-какие сложности… Слушай, заделись одеялом, плиз.

- Тц… ладно, бог с тобой, только всё не утягивай с меня. Так что, проблемы Эвелиной и твоей подружкой? – спросила она.

- Бабы сейчас драться будут за меня. Я логично рассудил, что если убежать от них, то драться им будет не за что. Ну или они убьют друг друга, что навряд ли.

- Мог бы и в другие комнаты пойти, - предложила она.

- Мог. Но там они точно меня достанут. А у тебя вряд ли кто-то будет меня доставать, - рассудил я.

- Логично… - зевнула она, и комната погрузилась в тишину.

Ненадолго меня хватило к великому неудовольствию Констанции.

- Слушай, вопрос первостепенной важности.

- Посередине ночи? – недовольно осведомилась она. – Тебя что прибило-то поговорить?

- Насчёт Эви. Мою помощницу-то я знаю, однако вот Эви для меня тёмный лес.

Констанция недовольно что-то промычала, и я это воспринял как знак согласия.

- Во-первых, что-то вы не выглядите расстроенными по поводу того, что я припёрся и у вас всё отобрал. Всего несколько дней, а вы так спокойны, что даже подозрительно.

- А ты думаешь, мы бы признались, если бы что-то скрывали? – задала она встречный вопрос.

- Конечно бы признались, - не задумываясь ответил я. – Я же приказать вам могу. А на Эви так вообще печать стоит. Просто хочу понять её до того, как наломаю дров случайно.

- Подозрительно ему… - пробормотала она в темноте, немного вошкаясь. – Боюсь, что для Эвелины не всегда было главным держать власть.

- Делает по накатанной, потому что так получилось?

- После тебя охота за ней продолжилась, - ответила Констанция. – И чем дальше, тем больше. Эвелина не успела оглянуться, как уже своей борьбой нажила себе последователей, готовых идти за ней. Она как-то не стремилась к власти, а потом всё само пришло, и она решила, что может что-то изменить, чтоб в будущем ничего этого не повторилось.

- А ты?

- А что я? Я была предателем и мне было некуда податься. А желания Эвелины сделать мир немного получше меня полностью устраивали. Потому я и пошла за ней. А ещё я уже ждала ребёнка, а мою голову хотели видеть на плахе. Единственное, что оставалось для того, чтобы сделать моё сокровище счастливым, - эти слова она произнесла слишком мягко, - так это построить мир, где ей будет хорошо жить.

Окей… я понял, как вы пришли к этому. В принципе, как и я – желанием выжить, а там уже по стечению обстоятельств само всё пришло.

- Поэтому может ей и обидно терять власть, которую она так долго строила, но не настолько, чтоб убиваться. Куда обиднее ей другое.

- Что именно?

- Ты, - спокойно ответила Констанция. – Может быть Эвелина и злилась бы на тебя за содеянное, но все эти чувства вытолкнула ревность.

- Ревность?

- Припёрся с какой-то черноволосой разноглазой девчонкой. Так мало этого, она ещё и залетела от тебя. А знаешь, Эви очень даже хорошо о тебе вспоминала, несмотря на то, что ты убил её. Можно сказать, что с теплотой.

- Обо мне?

- Удивлён? – в её голосе слышалась насмешка.

- Если честно, то да, - признался я.

- Ну вот, теперь ты знаешь правду. А сейчас ты приходишь, всё рушишь и при этом ещё приводишь девку с пузом. Такой из тебя верный товарищ, хочу заметить. Эвелину это задело.

- Я не давал никому обет безбрачия и сдерживаемости. Так что не моя вина…

- Не твоя, - вперёд меня сказала Констанция. – Однако ты и отобрал у неё сейчас всё, и сам не свободен. Ей обидно.

- А мне-то что?

- А тебе всегда ничего. Ты и рождение дочери пропустил, и её взросление, то как она говорить научилась, ходить… Тебе самому не грустно оттого, что ты упустил всё это, Патрик?

- Если только немного, - ответил я. – А может и много. В любом случае я был мёртв и мне было не до этого.

Глава 358

Мы покинули замок Эви через несколько дней после того, как наладили здесь работу, что должна протекать без её участия, и уладили дела в остальных графствах, назначив временных правителей от имени Эвелины. Это можно было бы сделать и быстрее, если бы только Эви и Клирия не занимались хуйнёй. Весь мозг мне продрочили своим поведением, которое больше соответстовало детям дошкольного возраста, навсегда убедив меня в том, что больше одной женщины иметь в доме, если это только не родня, не стоит.

Что касается дел насущных с другими графствами, там не то что бы были трудности, однако недовольство имелись, отчего пришлось пока поставить заинтересованных людей, которые могли бы управлять, которых легко сместить и которые реальной власти не имеют. Иногда это были и дети графов.

Про то, почему все графы померли, хрен знает как объяснили. Но меня это и не волновало, не моей работой это было.

Побег был вынужденной мерой, которая была необходима для выживания Эви. Даже если король не хочет её смерти, то есть высокая вероятность, что графы захотят убрать её. Я не мог позволить этому случиться как по причинам выгоды, так и по человеческим.

Вся наша команда была разбита на несколько групп небольших размеров, что должны будут проскочить без проблем даже в том случае, если кто-то уже следит за замком и всеми его подходами. А то, что за ним следят, я был практически уверен.

Констанцию я отправил с Ухтунгом и Винни-блять первой. Второй ушла Клирия с наёмницами. Перед выходом она высказала сомнение по поводу того, что это целесообразно, идти мне с Эви, однако спорить со мной не стала. Лишь попросила не делать глупостей и в первую очередь беречь себя любимого.

Ну и последней группой уже выехал я с Эви, её личная служанка, Рубека и двое наёмников из моей пати. На одной из грузовых телег мы покинули дворец и выскочили на серые улочки не самого гостеприимного района, где найти нас, даже если следят, будет ой как не просто.

Кто-то скажет, что излишняя осторожность, а я назову это предусмотрительностью. Мы провели у Эви в замке несколько дней и этого вполне будет достаточно, чтоб обнаружить смерть агентов и прислать новых, попутно установив круглосуточную слежку за замком. И меньше всего мне надо, чтоб графы дня знали, куда она смоталась, и где её искать.

Выпрыгнув из едущей телеги напротив одного из тёмных переулков, мы сразу нырнули в него, и я стал всматриваться в улицу.

Нет, только грязные пешеходы, полностью соответствующие этому месту, да вечно скрипящие телеги, покрытые коркой грязи, проезжающие мимо.

- Я смотрю, не до каждого участка города дотянулись твои ручки, - тихо сказал я, оглядывая улицу.

- Я старалась как могла, - пожала Эви плечами. - Посмотри, как добротно и основательно построены здания. Их надо было просто поддерживать в должном состоянии. Однако некоторые люди просто не хотят жить нормально, как ты их не пытайся к этому приучить. Они будут мусорить, ходить в туалет, где захотят…

- И бросать бычки везде подряд. Поведение у некоторых как у животных. Знаю.

- Так что как бы не пыталась я помочь, некоторые просто не хотят жить хорошо. А дом! Вот, смотри!

Она постучала по деревянной стене кулачком.

- Это невембир.

- Не знаю такого дерева.

- Невембир растёт на юго-востоке королевства. Дерево практически не гниёт даже при высокой влажности. Но сам видишь, без ухода даже оно не может выдержать подобного.

- Понятно. А так, часто выходишь на улицу?

- Да как-то времени нет. То одно, то второе. Гуляю в основном у себя в парке.

- Ну значит сейчас познакомишься со своим городом поближе.

А знакомиться было с чем.

Стоило просто прогуляться, чтоб увидеть, как живут те, кто не хочет жить хорошо или не может. Здесь от готической архитектуры не осталось даже и намёка. Обычные деревянные дома с каменным основанием.

Короче, среднестатистическое гетто средневековья. Грязные тряпки, сушащиеся над улицей, ещё более грязные окна, которые словно матовые от пыли. Проезжающие гремящие телеги и хмурые серые прохожие. Повсюду сидят или стоят по краям улицы люди – от босяков до обычных нечистоплотных граждан, которые бросали на нас иногда свои взгляды. На девушек похотливые, на меня – голодные.

Единственное, что отличало это место от других схожих мест в других городах – улицы. Они были выстелены камнем. И это не могло не радовать. Хотя здесь, без должного ухода дорога стала уже неровной, где-то ушла ниже, где-то наоборот, выпирает. В ямах скапливается вода и грязь, по которой безразлично шагают люди.

Оставалось радоваться, что в отличие от других городов, здесь это место было единичным и занимало может одну шестую города если не меньше, когда в других они занимали чуть ли не половину, а нередко и вообще две трети.

Так что да, Эви действительно старалась на славу. Она вполне успешно следовала своим целям, жаль только, что в отдельно взятом городе. Хотя у других, по тому, что я видел, и такого не было. Однако полностью держать под контролем всех у неё сил не хватало. Или возможностей. Но одно то, что она делала это ради благих намерений, уже о многом говорит.

Мы шли среди чересчур несчастливых людей, изредка воровато оглядываясь по сторонам, сливаясь с толпой довольно неплохо. Да, девушки были слишком ухожены для местных, однако капюшоны прикрывали их, и только те, кому удавалось заглянуть им в лицо, могли заметить это.

Нашей целью было выйти за пределы города незамеченными. Дойдём до ворот, где нас уже ждут лошади, и скорым ходом в соседнее графство. А оттуда телепортом в наше поместье.

Выйдя из района гетто, мы практически сразу попали в район, который не сильно лучше был в плане криминала, однако куда удачнее в плане застройки. Уже более хорошо выглядящие здания из камня вытянутой вверх формы с острыми шпилями. Готика – это прикольно. Здесь же, на куда более узких улочках между домов, где толпились люди, все куда-то спешили и торговали тем, чем торговать обычно запрещено. Например, наркотиками или своими телами.

Вон, какой выбор на любой вкус. Разноцветные волосы, что в принципе в этом мире норма, разнообразные расы, разные возраста от подростков лет четырнадцати и даже младше до сорокалетних, разодетые в откровенные наряды и разной степени поношенности.

Они буквально выстроились рядами вдоль стен домов, зазывая своими телами клиентов. И тех, кто был не прочь воспользоваться их услугами, было немало.

- Эви, не хочешь себе одну? – толкнул я её в плечо, кивнув на одну из них и растянувшись в улыбке. – А то всё Констанция да Констанция. А так развеешься, разнообразие…

- Мне и Констанции достаточно, - хмыкнула Эви, задрав нос, но…

- Чего бля? – я аж остановился, удивлённо смотря на неё.

- А? – Эви тоже остановилась, хлопая глазами.

- Я… в смысле… Погоди, я же пошутил. Ты чо, реально с Коней…

- А? Я… нет! Нет-нет-нет, в смысле я подумала, что… И вообще, почему я должна оправдываться! – сделала она неудачную попытку атаковать в ответ.

- Так ты лесбуха!

- Ничего подобного!

- Ты только что сказала, что лижешься с Констанцией!

- Я просто сказала, что мне её достаточно! Как подруга! Вот!

Ага-ага! Я один раз заставил вас этим заняться, так смотрю, что вы во вкус вошли! Нет, по мне, лесбиянки, куда лучше выглядят, чем геи. Ничего личного, просто как натуралу видеть лижущих друг дружку девушек мне намного приятнее, чем парней. Однако… Какого хера?! Эви, да у тебя полюбас должен быть тот, кто тебя захочет трахнуть! К тому же ты и не мёртвая, мёртвые не ходят.

- Эви… я приму тебя любой. И даже лесбухой.

- Да не лесбиянка я!

- А кто кому? Ты её или она тебе? Или по очереди? Или шестьдесят девять?

- Это не важно!

- А, значит всё-таки промышляешь этим, раз не говоришь «нет».

- Нет!

Эви уже не знала куда деться, пытаясь найти себе оправдание.

Ну лизала ты Констанции мохнатую щёлку, но лизала она тебе, ну в чём проблема? Призналась бы уже честно. Каждый бесится по-своему, у каждого свои вкусы. И стесняться подобного странно.

- Ладно тебе, Эви-длинный язычок, мы поняли твои вкусы. Кстати, а Констанция какая на вкус? Я слышал, что у каждой девушки есть вкус.

- Хватит! – спрятала она лицо в руках. – Патрик – ты дурак! Знай об этом и напиши себе на листочке, чтоб не забыть!

Дурак? Неплохо! А то везде пишут, что я долбоёб.

- Ладно, моя мёртвая пиздолизка, идём дальше, - подтолкнул я её вперёд.

Эви только буркнула что-то в ответ неразборчиво.

Однако мы шли не очень долго. Ровно до тех пор, пока мой взгляд не зацепился за одно из лиц. Просто мимоходом провёл глазами и неожиданно оно показалось мне знакомым. Причём не из прохожих, а из проституток.

Хм… не помню, чтоб водил знакомство с девами из этой древней профессии. Ну кроме девушки в таверне в моём городе, однако она так и работает там до сих пор. А здесь-то кто мог неожиданно вдруг начать работать?

Я слегка замедлился, вглядываясь в знакомое лицо девушки, примерно моего возраста.

- Босс? – тихо спросил один из наёмников.

- Лицо знакомое. Не могу вспомнить, где видел её, - кивнул я на девку. – Может ты помнишь?

Просто если я видел, то, вполне возможно, и они видели.

Обычная смазливая девка с неуверенным, слегка испуганным лицом. Она выглядела так, словно не могла понять, как здесь оказалась, хотя её одежда точно говорила о её профиле. Мини-шортики, на ногах такие чулки-сетка, обтягивающий красный корсет на шнурках пытающийся выдавить её грудь, чтоб та казалось больше, сапоги по колено на шпильках.

- Не видел, - сказал один.

- И я тоже, - сказал другой. – Может в других городах работала?

- Может… но я бы не запомнил тогда.

Так, ладно, отвлекусь на секунду. Это тот, кого я знаю, но при этом не помню. Просто с такими я знакомств не водил. И мне интуиция подсказывает, что с ней у меня ничего плохого не было.

- Так, один к нашим, другой за мной.

Просто погляжу, кто это и всё.

Быстро перейдя на другую сторону через поток людей, я буквально вынырнул перед ней.

И точно, лицо знакомое; вблизи я это понял ещё более отчётливо. Очень знакомое, однако…

Вот девушка, судя по всему, меня узнала. Она испуганно подняла ко мне голову, округлив глаза. Приоткрыла рот, словно что-то хотела сказать, и тут же плотно сжала губы. И ручки у груди держит, запястья выкручивает, словно боится меня.

- Я тебя знаю? – сразу в лоб ударил я вопросом.

- Нет, не знаете, - испуганно протараторила она тонким голоском.

- Пиздишь, - схватил я её за руку и дёрнул к себе чуть ли не вплотную. – Вижу, что узнала. Только я тебя не помню почему-то.

- Я ничего не знаю! – испуганно пропищала она, расширив глаза от ужаса.

Блин, так дело не пойдёт.

- Давай так, - я отпустил её, а то на нас соседние проститутки уже поглядывали. Причём скорее с жалостью, чем с интересом. Видимо избиение клиентом девушек было обычным делом. – Я дам тебе… две золотые, если расскажешь, откуда мы знакомы.

Девушка посмотрела на меня испуганными глазами, в которых читалось нежелание рассказывать правду. Однако появившиеся на свет золотые монеты склонили её мнение в сторону сотрудничества. Она несколько очень долгих секунд мучилась, выкручивая запястья и пальцы и переводя взгляд с монет на меня, прежде чем признаться.

- Я… Сью.

- Сью? – не понял я, быстро перебирая в голове все имена, что мне были знакомы. – Сью, Сью, Сью… знакомо, но не могу вспомнить. На языке вертится.

- Мы… - у девушки задрожали губы, и она стыдливо отвела глаза. – Мы учились вместе.

- Вместе? В универе? – И тут меня осенило, словно прожектор в мозгу осветил нужное воспоминание. - Ты… точно, ты скромняшка Сью…

Я охерел. Но после того, как только перед этим охуел. Настолько я был удивлён встретить её.

И здесь.

В таком виде.

На такой… работе…

Но…

- Сью, почему ты здесь? Нет, почему ты работаешь уличной шлюхой?

- Я… не получилось у меня жить как положено, - тихо сказала она. Сью стыдливо прятала взгляд, и было видно, сколько ей требуется сил, чтоб сдержать слёзы унижения.

- Но ты была беременна. Я помню, ты и Мартин уезжали вместе из универа. У тебя живот ещё был. Вы вроде пожениться хотели.

- Мы… не получилось… - казалось, она сейчас расплачется.

- Я… понял. А что ребёнок?

- Его нет, - шёпотом ответила она, сквозь который уже пробивались всхлипы. – Я теперь работаю здесь.

Когда-то я говорил, что это может закончиться очень печально. Она и Мартин разных положений, потому ему будет с ней не по пути. Чуваку подавай равнозначных ему людей, а не дочь ноунэймного купца. Как видно, я оказался прав.

У меня есть подозрения, что по приезду Мартину сказали бросить её, после чего он так и сделал. И плевать, что парень её обрюхатил, что теперь она беременна его ребёнком, и что он как бы должен отвечать за свои поступки. Скорее всего, её потом и из дома выгнали, типа дочь – шлюха. Иначе объяснить, почему она сейчас здесь, я не могу. А ребёнок… Без должного ухода, да и в антисанитарии здоровье даже взрослого может сбоить. Что говорить о новорождённом.

Я помнил эту девушку. Хорошей была, тихой очень. Потому протянуть руку помощи ей я вполне мог. Не из-за того, что мне стало её жаль…

Ладно, мне стало её жаль. Я помню, какой девушкой Сью была, и теперь вижу, какой стала. Иногда в жизни случается жопа, и в этом случае помощь со стороны остаётся единственным способом, чтоб из неё выползти. Так почему бы и не помочь, если труда для меня это не составит?

- У меня есть работа, - тихо сказал я, похлопав Сью по плечу. – Есть работа, где твои знания могут пригодиться. Освоишься на новом месте, начнёшь работать, начнёшь новую жизнь. Идём со мной, давай.

- Я не могу. У меня есть здесь… работодатели.

- Теперь я твой работодатель. Принеси запасной плащ, - обратился я к своему.

Уже через десяток секунд я накинул его ей на плечи, закрыв её голову капюшоном. Сью очень тихо плакала.

- Мне стыдно. Прости, что заставляю тебя делать это.

- Меня никто не заставляет. Нечего просить прощения за то, чего не делала. Идём.

Но успел я провести её только метров десять, прежде чем мне легла на плечо тяжёлая рука.

- Ты куда это повёл девушку, парнишка?

Это было не его дело. Как и не была Сью его собственностью. И я был для него не парнишкой. Зря он решил, что если принадлежит бандитской группировке и нажрался до таких размеров (или уровней), то ему всё можно и всё по колено.

Быстрый разворот и удар кинжалом в печень такой силы, что мне даже удалось приподнять здоровяка, хотя тот был в полтора раза больше меня самого. Ещё мгновение и ударом кулака я ломаю кадык второму, заставляя его падать на колени с предсмертным хрипом. И всё это за секунды в густой толпе, где никто и не поймёт, что произошло.

Сью даже не успела обернуться, чтоб посмотреть, что произошло, как я уже аккуратно, но настойчиво подталкивал её в спину, оставляя за спиной трупы.

- Мне правда жаль.

- Помолчи, Сью. Я лишь предлагаю тебе работу, на которую у тебя хватит образования. Не более. Так что не надо чувствовать себя виноватой или обязанной.

- Да… Да, я поняла. Спасибо тебе.

- Да не за что. Идём скорее.

Когда я привёл её к нашей ушедшей вперёд компании, Эви с интересом посмотрела на неё, после чего спросила меня:

- Наша?

- Учились вместе. Работает… девушкой лёгкого поведения. Она поедет с нами.

- Как скажешь, - пожала Эви плечами. – А твои ничего не скажут? Например, черноволосая девушка?

- Скажут. Но будет как я скажу, - пожал я плечами. – А теперь давайте, побыстрее.

Мы вместе с потоком людей вышли к главной дороге, что шла до самого центра от ворот и по ней уже двинулись к выходу.

Несколько раз я замечал членов банды анусов. Их было довольно просто определить по бандитским рожам и слегка выделяющимся одеждам: каким-то небрежным, потрёпанным, чаще всего кожаным. Они словно искали кого-то, вытягивая головы поверх толпы.

И были у меня подозрения, что это по нашу душу вышли. Только непонятно, из-за убийства главаря или на них надавили из Фракции Дня, и теперь они помогают им выискивать как убийц шпионов, так и возможно сбежавшую Эви. Хрен знает, однако нам меньше всего нужно было попадаться им на глаза.

Так, буквально прокрадываясь в толпе вместе с другими людьми, мы добрались до главных ворот города. Здесь, предъявив обычный пропуск, который был выписан самой Констанцией и Эви, мы смогли пройти мимо стражи, которая даже не попросила снять нас капюшоны. Удобно быть самой главной.

Как и в большинстве городов, здесь перед стенами располагалась небольшая деревня, выросшая на тех, кто не смог или не захотел жить за стенами города. Все они занимались чаще всего тем, что продавали приезжим продукты или вещи местного производства. Часть из них работала в полях, что обеспечивали город продуктами.

Здесь, как и в подобных местах, можно было купить всё, от секса и еды, до лошадей и брони. И здесь же нас уже ждали заранее купленные лошади, что держал для нас один из моих людей.

Так что уже через десять минут вся моя пати (вернее, её часть) уже удалялась в сторону леса.

Часть семидесятая. Печенькоапокалипсис.

Глава 359

Иногда настаёт тот самый момент, когда весь мир восстаёт против тебя. Он готов втоптать твои мечты в грязь и съесть тебя с потрохами. Такова жизнь – если ты отличаешься от других, то они обязательно попытаются опустить тебя до своего уровня. Но я бы не был тем, кем стал, если бы не боролся против всех остальных и не отстаивал своё мнение до последнего.

И даже сейчас, не получив должной поддержки, я был готов сражаться против своих же, добиваясь своего даже ценой потрёпанных нервов.

Эви, Констанция, Клирия, Элизи и Лафия сейчас сидели напротив меня, пытаясь мне втереть какую-то дичь. Причём четверо из них смотрели на меня как на какого-то идиота, словно я сказал несусветную глупость. Хотя я и не рассчитывал, что они поймут мою гениальную задумку.

И первой реакцией была фраза Эви:

- Э-э-э… что, прости? Ты… сейчас пошутил, да? Это же шутка, верно? – она неуверенно улыбнулась и обернулась к другим, ожидая увидеть улыбки на их лицах. Но видя их охеревшие лица, улыбка сама с собой спала с её губ. – Это не шутка…

Я принялся им объяснять суть плана и почему именно этот вариант подходит лучше всего, однако понимания не встретил. В принципе, я и ожидал этого – гении всегда остаются непонятыми.

- Я… я чего-то не понимаю, мой господин, - потёрла переносицу Клирия. Даже она потеряла возможность формулировать свои мысли, услышав, насколько велик и гениален мой план. – Я… у меня нет слов…

Это всё, на что её хватило.

Не столь многословна оказалась Лафия, не смея сказать в мой адрес гадость, но и не в силах спокойно воспринять мой план. Она просто смотрела на меня, открывала рот, закрывала рот и пыталась привести мысли в порядок.

Ну чо, удивил вас, да? Умею я ещё преподнести сюрпризы.

- Это… - Эви смотрела на меня с лицом «чего блять?!». - Ты… Патрик, прости меня, пожалуйста, но ты дурак? Я… я очень хорошо к тебе отношусь и стараюсь принять все твои… мысли и действия, но ты дурак?

- Прошу тебя, Эви, не утруждай себя, - положила ей на плечо руку Констанция и взглянула на меня. - Позволь я выражу наши мысли сама. Патрик, ты долбоёб?

- Эй, это было слишком грубо!

- Зато теперь я понимаю, почему у моей дочери иногда появляются «гениальные» мысли, - скривилась она. А Клирия как-то слишком настороженно погладила свой живот.

- Да чем вам не понравился план-то?! Нормальный же!

- Почему вы не посоветовались ни с кем, мой господин? – спросила Клирия тихо.

- Я посоветовался с Элизи.

- И меня пугает, что она вдруг поддержала вас. Может Элизиана заболела? – теперь уже все внимательно присматривались к невозмутимой Элизи, которая даже глазом не повела.

- Мне идея показалась очень необычной и интересной, - спокойно ответила она. – Если надо ошеломить врага, то мне кажется, что это наиболее подходящий способ всё устроить. Разве я не права?

- Ты же слышала, что он сказал, верно? – уточнила Констанция. – Слышала, какой план он предлагает?

- Я всё прекрасно слышала, - кивнула та.

- И ты согласна с этим?

- Как это не прискорбно, но я тоже сделаю всё, что скажет мой господин, - вступилась за неё Клирия.

- Да у вас с головой беда. Как вы из лечебницы для душевнобольных сбежали, уважаемые? – ужаснулась фемка, но была одёрнута Эви.

- Прекрати, если они собрались так действовать, то мы вряд ли сможем их переубедить. Однако Патрик, я могла бы тебе помочь с поднятием мёртвых. Зачем тебе создавать… это?

- Ну это же круто! Ты только прикинь, печенье-зомби, размножающееся почкованием, атакует мир! Только представь, как огромные печенюшки будут разгуливать по королевству и жрать людей!

Да-да-да! Это я сам придумал! Круто, да?! Ну ведь круто! Это типа кусающихся тортиков, но в разы хуже! И в отличие от тортиков, эти печеньки не будут съедобными. То есть, если ты их съешь, то обязательно сдохнешь, так как они ядовиты. А вот тебя они могут жрать спокойно. А ещё они будут почковаться, пополняя свои ряды.

А ещё их трупы будут плодородными. То есть убил печеньку, и она будет отличным удобрением. Ну круто же! Экологически чистый убивающий всё на своём пути продукт, полностью соответствующий этому миру. Не, ну серьёзно, он даже из лора не выбивается.

Но почему кусающиеся тортики все считают нормальным явлением, а зомби-печенье нет?

- Зомби-печенье… - выдохнула Клирия и погладила меня по голове, словно умалишённого. – Мой господин, этот мир плохо на вас влияет.

- Нет, это он плохо влияет на этот мир, - поморщилась Констанция. – Хорошо. Печенье, что ест людей и размножается почкованием. Как ты это будешь контролировать?

- Ну, я буду их держать на поводке, как держу, например, вас. Контроль сознания.

- И ты их удержишь? Чем больше, тем сложнее контролировать бездумных зомби, - заметила Эви.

- Я не собираюсь их удерживать. Лишь направлять в нужное место. Они будут нашим небольшим гарантом безопасности с основной силой. Печеньки будут отвлекать армию королевства, что предотвратит их нападение на нас, - по крайней мере должно по плану. – И своей угрозой, которая будет направленно абсолютно на всех, заставит сплотиться народ. Заставит его стать единым целым и следовать за правителем, если он поведёт их.

- Ты в это веришь? – нахмурилась Констанция.

- Да, - кивнул я. – Даже у нас в мире, который куда менее добрый и наивный, это работает. Всем просто нужна маленькая победоносная война, где люди смогут гордиться собой. И сильный лидер, которого они смогут обожать.

По сути, это так и работает, просто отвлекаешь всех от проблем чем-то громким. Заставляешь людей заострять внимание не на нынешних проблемах, а на чём-то более ярком и мощном. У нас это были войны или всякие соревнования. Здесь на эту роль подойдёт печенькоапокалипсис. Людям будет не до распрей, им будет не до выяснения отношений. У каждого будет лишь цель выжить, отчего им придётся объединяться между собой.

А там уже притрутся и всё будет нормуль. В конце концов, по моим наблюдениям это вполне работает. Да, не так идеально, как хотелось бы, однако ситуацию она явно улучшает. Это видно как по городу Анчутки, так и по нашему городу и тем нескольким, где мы начали вводить подобное.

Нет, стычки происходят, однако за них жестоко наказывают, не глядя на то, кто ты, остальным в назидание. У кого-то кишка тонка идти против закона, и они подчиняются, держа свой расизм при себе; кому-то плевать, кто-то делает это ради выгоды. Так они и притираются. А там уже через десяток-другой лет они просто свыкнутся с этим и всё пойдёт своим чередом. Никто не говорит о том, чтоб создать идеальный мир без вражды, теперь это невозможно. Однако сделать его лучше вполне реально.

К тому же мы уберём главную угрозу стабильности – графов. Этих мудаков, которые также хотят власти. От предателей уже избавились, остались лишь фанатики и расисты, которые считают, что они особенные. Ведь в действительности они думают, что им всё можно, считают, что могут диктовать свои условия.

Короче, чем-то напоминает богатеньких засранцев, которые считают, что им всё можно.

Пусть считают так, надеюсь, им понравится мой подарок.


Так началась наша операция и с этого началась, можно сказать, вся гражданская война в королевстве, которой будет суждено закончиться смертью всех графов и объединением народа, что полюбит своего короля.

Только подумать, работаю на имидж левого чувака. Но с другой стороны, в этом королевстве живут дорогие мне люди, которым я хочу счастья. Если ничего не исправить, то их не ждёт ничего хорошего. Да и я буду здесь жить. Наверное. Потому стоит сделать всё на совесть, чтоб раз и навсегда разрешить эту проблему, раз есть возможность.

В итоге всё сводится к очень простому – кто, если не я?

Реально, кто ещё сможет всё изменить? Кому есть до этого дело? Графы? Да им насрать, они хотят только уничтожать то, что им неприятно. Эви? Её методы слишком нежные и когда требуется твёрдая рука, она действует слишком мягко. Король? Я вообще не знаю, что у того в голове. Наверное гадает, сможет ли засунуть себе пятилитровую бутылку или нет.

Грубо говоря, всем насрать на народ, и в конечном итоге народ насрёт на всех. Насрёт так, что все остальные сдохнут. Потому что когда народ доходит до ручки, ему будет плевать, кто виновен, а кто нет. Им нужна кровь и все пойдут под нож.

Я ведь тоже когда-то нуждался в помощи, но никто так мне и не помог. Никто не пришёл ко мне и не протянул руку. Всем было насрать. И в конечном итоге появился я нынешний.

Потому здесь я сам буду тем, кто сделает это. Если не нашлось никого, кто смог бы помочь мне в своё время, то я постараюсь стать тем, кто сможет помочь другим, пусть даже и таким специфическим способом. Раз уж хочу от других подобного, то стоит и самому быть таким человеком.

Имея под рукой практически безграничные финансовые ресурсы, мне не составило труда найти все необходимые компоненты в нужном количестве – мука соль, сахар, дрожжи, изюм…

- Зачем изюм? – спросила Клирия, читая список.

- Ну как же? Печенье с изюмом очень крутое!

- Но ты не есть его собрался, Патрик, - произнесла она, лёжа около меня.

Всё как обычно, я уже засыпаю, она лежит рядом в очках, заканчивая с бумагами. Эта картина стала довольно привычной. И как бы не пытался я выкурить её, ничего у меня не получалось. Ну хоть мозг не ебёт и на том спасибо.

- Но изюм очень важен, какое же печенье без изюма?!

- Тебе нужны ингредиенты для армии подконтрольных существ. Я ещё могу понять, почему ты не стал делать големов из глины, армию мёртвых или армию деревянных солдат. Но зачем тебе в армии печенья изюм?

- Ну потому что печенье должно быть с изюмом, неужели ты не понимаешь?

- Нет, не понимаю, - покачала она головой, взглянув на меня.

- Так пойми. Или совсем тупенькая?

- Наверное, совсем тупенькая, - ответила она. – Раз ты так говоришь, я впишу изюм, - она сделала несколько записей на листе, - однако твои мотивы мне не понятны.

Непонятны… Никто не понимает моего гения.

- Так, хорошо, Патрик, у меня следующий вопрос – зачем тебе столько людей? Я имею ввиду целое войско, которое ты хочешь нанять.

- Для атаки. Для войны, что будет.

- А как же те войска, что мы уже имеем и наняли?

- Боюсь, их будет недостаточно. Они не такие уж и многочисленные, если сравнивать с армией короля.

- Но мы и не с королём собираемся воевать.

- Но это может произойти, Клирия, разве нет?

Она промолчала, что было положительным ответом.

- К тому же нам нужны люди и для защиты.

- Защиты?

- Будет вакханалия, будут повсеместные столкновения, и я должен быть уверен, что до вас не доберутся, - повернулся я к ней. – Когда графов припрут, я просто уверен, что они приложат все силы, чтоб нас найти и отрубить сразу голову нашей организации, чтоб лишить всех управления. Или им в этом помогут. И я боюсь, что это они провернут в тот момент, когда все остальные будут слишком заняты и не смогут прийти на помощь вовремя. Поэтому для этой цели надо нанять ещё людей.

Я просунул руку под её ночнушку и погладил её шершавое от шрамов пузико. Клирия в ответ положила свою руку на мою, что была на её животе, и слегка сжала.

- Не думаю, что это понадобится, но спасибо за заботу.

- Понадобится. Может понадобиться. Если что, у нас уже почти готово место для вашей эвакуации, если потребуется. В случае такой угрозы, мы просто перевезём вас под прикрытием тех самых войск, что ты должна нанять.

- Мы привлечём внимание.

- Они будут привлекать внимание. Будут огромной приманкой, за которой погонятся графы, пока вы быстренько не свалите.

Я собираюсь держать их всех подальше от всего этого. Буду стараться, чтоб ни Эви, ни Элизи, ни Клирия с моим ребёнком не оказались под ударом. Однако не исключаю того варианта, что на них попытаются выйти. Таскать с собой я их не могу, так как слишком опасно, поэтому подготовил такой план отступления, чтоб если что, было куда их прятать. Заодно подготовил множество отвлекающих манёвров, которые должны будут помочь отлечь внимание от их побега.

Но даже так, я всё равно не уверен, что всё сработает как надо.

- Я поняла твой план, - Клирия наклонилась и поцеловала меня в щёку. Но вообще-то я не для тебя стараюсь! – Тогда, раз ты не спишь, небольшой доклад от наших людей. Позволишь?

- Валяй.

- Ружья уже готовы, порох заготовлен, свинцовые пули выплавлены. Сейчас это всё загружено в склады и готово к отправке. Правда стоит учитывать, что после этого такое оружие появится и у остальных, из-за чего мы потеряем монополию на него.

- Постараемся решить всё быстро.

- Я тоже так считаю. Далее – лекарство. Оно готово, процесс создания доведён до автоматизма, и мы можем приступить к его изготовлению с минимальными потерями и расходами. Первая партия будет через месяц или два.

- Долго… - протянул я.

- К сожалению, этот мир куда менее развит, чем твой, Патрик, потому здесь всё будет делаться медленнее. Однако это уже снизит наши потери. Ты же понимаешь, что за несколько месяцев это всё не закончится?

- Спасибо, кэп очевидность. Я вообще рассчитывал, как минимум, на год, пока всё это разгорится, а потом утрясётся.

- По крайней мере мы придерживаемся примерно одних временных рамок в этом вопросе, - кивнула она. – Ещё действия агентов в других странах.

- А там что?

- Пока ничего. Всё начало развиваться… слишком скачкообразно. Между эльфами и зверолюдами уже во всю происходят мелкие столкновения, хотя до войны пока дело не дошло. С демонами пока что только взаимные оскорбления. Мы провели несколько провокаций, однако пока всё тихо. Масла в огонь подливает горная империя, однако пока тоже безрезультативно.

- Эпидемия?

- Набирает обороты, но и не видно было, чтоб демоны собирались предпринимать против нас пока какие-либо шаги, даже учитывая тот факт, что они потеряли своих связных.

- Короче, стабильность.

- Верно.

- Ох и ебанёт же, чую, - вздохнул я. – Чем тише начинается, тем хлеще продолжается.

- Ты так вздыхаешь, словно не ожидал этого.

- Ожидал. Но боюсь.

- Я тоже, как бы мне не хотелось в этом признаваться.

Клирия вздохнула, отложила листы на тумбочку и задула свечу.

- Думаю, что на сегодня достаточно.

- Клирия утомилась? Это что-то новенькое, - усмехнулся я, чувствуя, как та прижалась ко мне.

- К сожалению, беременность даёт о себе знать, забирая мои силы и делая меня более восприимчивой ко всему. Например, к Эвелине.

Ну началось… Я так и думал, что она затронет эту тему. Вот просто был уверен, что ей захочется поговорить со мной об этом и попробовать меня застолбить. Забавно то, что чем Клирия больше проводит со мной времени, тем больше она очеловечивается. Я начинаю замечать повадки, которых раньше у неё не было. Словно её укусил человек, и Клирия из «оно» превращается в «она».

Не скажу, что это плохо, однако то, что Клирия превращается в человека, может сыграть и злую шутку. Переставая думать головой и холодной логикой, она может начать косячить. Конечно, может это всё беременность, но её смена характера остаётся фактом.

- Патрик, я не в праве тебе указывать, но…

- Вот и не указывай, - перебил я её. - А то устроила цирк с Эви в её замке. Что это за гонки, кто эротичнее оденется?

- Я должна была принять её вызов.

- Какой вызов? Ты о чём? Что за бои ревнивых баб?

- Прости меня. Я повела себя глупо, раз повелась на такую дешёвую провокацию. Однако мне тоже хочется, чтоб ты видел во мне человека.

- И так вижу, раз трахаю. Однако твоя реакция была такой, словно ты имеешь на меня какие-то права. Спешу напомнить, что это не так.

- Я понимаю. Однако, учитывая нашего ребёнка, с её стороны было некрасиво пытаться привлечь твоё внимание в моём присутствии. Это было подобно пощёчине или плевку в лицо, словно я являюсь пустым местом.

Всё ясно. Это можно обсуждать бесконечно. Клирия тупо залупилась на Эви за то, что та попыталась подбить под меня клинья. Не скажу, что это нормально, но такое поведение со стороны Клирии довольно забавно. Как и опасно.

- Клирия, просто забей, вот и всё.

- Пойми меня правильно…

- Понимаю. И отвечаю сразу. Я тебя с ребёнком не брошу. По крайней мере, пока он будет маленьким (или не сдохну). Поэтому оставь этот цирк и занимайся делом.

В темноте я услышал тихий вздох, который был адресован явно мне.

Я уверен, что Клирия хотела услышать кое-что другое. Например, что я буду верен только ей. Но увы, подруга моя тёмная, с тобой мы не супруги, от меня ты такого не дождёшься.

Глава 360

Уже на следующий день я был готов отправляться на восток к морю, где и начнётся наш главный пиздец всех времён и народов. Пора людям познакомиться с настоящим пиздецом из печенек-людоедов.

Со мной в путь отправился Юсуф, Эви, чья помощь могла мне пригодиться, её личная служанка, Рубека, наш уже давно знакомый маг и несколько наёмников. Остальных было решено оставить дома, чтоб они готовились к будущим событиям. В конце концов, многих надо было для начала научить пользоваться огнестрельным оружием. Мы даже полигон в глухом лесу построили для того, чтоб обучать солдат этому ремеслу.

Исходя из опыта прошлых боёв как моих, так и моей команды, это должно было дать нам преимущество, причём значительное, нивелировав разницу в количестве. Там даже подобие пушки построили, но пока это всё лишь проекты, требующие дальнейшей разработки.

А ещё подготовка провизии для переходов, решение финансовых вопросов, мер при кризисе, недостатке еды, способов борьбы с печеньками-людоедами, отправка указаний другим графствам и многое другое. Короче, дома дел хватало, так что тащить за собой тех, кто был способен их решить, было не слишком целесообразно.

- Как в старые добрые времена, да, Патрик? – улыбнулась Эви, уже предвкушая наше путешествие.

- Зови меня Мэйном при других, Эви, пожалуйста, - попросил я.

- Мэйн?

- Так меня знают другие. Почему-то имя «Патрик» вызывает у жителей этого мира безудержный смех.

- Хорошо, но… Мэйн… Хм… знакомое имя… Так звали помощницу Элизианы, что приезжала к нам в замок, кажется. Кстати, а где она?

- Это сложная и долгая история, - отмахнулся я. – В любом случае, только не Патрик.

- Конечно, - кивнула она.

Эви действительно сейчас выглядела взбудораженной. Словно неугомонное дитя, которое ждёт, когда его отпустят погулять или искупаться в речке. Она была подобна пружине, вся буквально искрилась от нетерпения и предвкушения, постоянно улыбаясь и с трудом сидела на месте. Не могу поверить, что этой особе уже сорок лет. По поведению она полностью соответствует своему виду.

Может вместе с внешним видом она перестала взрослеть и умственно?

Но что больше меня забавляло, так это взгляды, которыми она обменивалась с Клирией. Та источала буквально чёрную, практически видимую простому глазу ауру, которая пропитывала воздух и отпугивала даже надоедливых насекомых. Её взгляд был подобен железнодорожным костылям, которые пробивали тебя насквозь.

Пусть Клирия ничего и не говорила, однако она буквально испепеляла Эви глазами, заполняя всё ненавистью к её персоне.

Эви напротив, бросала на Клирию насмешливые, слегка высокомерный взгляд победительницы. Буквально излучала своё счастья, всеми силами стараясь действовать той на нервы. Казалось, ещё немного, и зомбя превратится в лампочку.

- Мы хорошо проведём время, да? – повисла она на руке, бросив хитрющий взгляд на Клирию.

- Эви, дам под зад, будешь дразнить беременную девушку.

- Но я же ничего такого не сказала! – воскликнула она.

- Эви.

- Ну ладно, ладно…

Но самодовольство из взгляда никуда не делось.

Мы выехали ранним утром, чтоб избежать столпотворения на улицах. Редкие прохожие да стража встречались нам по пути. В здании телепорта нас уже ждали люди. Они без всяких вопросов отправили нас на другой конец страны, где нас встретили такие же молчаливые служащие, уже получившие распоряжение сверху.

Поэтому наша телепортация была практически анонимной. Правда во время войны её скорее всего порушат, чтоб лишить возможности перекидывать как шпионов, так и диверсантов, но и на это у нас есть управа. Кажется.

В любом случае…

- Хорошо вы город отстроили, - сказала Эви, отвлекая меня от мыслей насущных.

- А?

- Я была во многих городах. И была, собственно, в этом, когда он был деревней. Хочу сказать, что сейчас он выглядит очень даже неплохо. Куда лучше, чем город, который сгорел два года назад.

- Спасибо. Хотя это и не моя заслуга. По больше части этим занимались Элизи и Клирия.

- Однако это твои люди и с твоей подачи они занимались этим.

- Всё равно это их заслуга, не моя.

- Да ты скромный, - улыбнулась Эви.

К тому моменту мы уже вышли из здания телепорта, попав в знакомый мне город, что был похож на город хоббитов. Огромные, расползающиеся в разные стороны поля, растущие на границе видимости леса и, естественно, вулкан. Там гоблины уже должны заканчивать свои дела.

- Кстати, раз речь зашла о том городе, это ты его сжёг?

- А тебе очень важно это узнать? – задал я встречный вопрос.

- Значит ты, - спокойно сказала она. – Просто было интересно. А кто тебя воскресил?

Любопытная какая, однако. И всё же я рассказал свою краткую историю, упуская детали. Это не было особым секретом, и смысла скрывать это я не видел.

Эви слушала меня внимательно, пусть и выглядела беззаботной: оглядывалась по сторонам, рассматривала странный город, что-то себе напевала под нос. Короче, строила из себя обычную беззаботную девушку, которая вся такая хорошенькая. Но мы-то знаем правду.

- У меня бы получилось воскресить тебя лучше, - сказала она, когда я закончил, лишь подтверждая, что всё внимательно слушала.

- Каким образом? Тем, что превратила бы меня в своего раба на веки?

- Как ты только мог так подумать! – надула она щёки, обиженно посмотрев на меня.

- Ну я подумать, например, не мог, что ты умудришься стать главой Фракции Ночи. Но стала же. И где была гарантия, что ты не изменилась.

- Ты ужасного обо мне мнения, однако.

- Очень. Власть имеет привычку менять людей, делая их более холодными и расчётливыми.

- Вот по тебе это очень видно, кстати говоря, - обиженно сказала она. – Стал очень злым и расчётливым.

- Ничего подобного. Я просто душка.

- Душки не сжигают города.

- А маленькие милые девочки не истребляют конкурентов и не заставляют дрожать от страха своих врагов, - парировал я.

- Я очень милая девушка, которая просто хочет сделать мир светлее.

- И поэтому ты стала злом.

- Как я считаю, чтоб победить зло, надо стать им и уничтожить изнутри. Вот так!

- Или стать тем злом, что сможет пожрать всё другое, - добавил я.

- Вот тянет же тебя на разрушения, я просто в шоке, - поморщилась Эви.

Тем временем мы вышли за пределы города и направились в сторону леса у подножья вулкана. Мы шли налегке, так как все ингредиенты уже были доставлены или должны были быть доставлены туда.

Добрались уже к полудню и сразу углубились лес, где по идее должны были быть места для всяких обрядов и жертвоприношений, которые обычно использовала прежняя хозяйка этих земель.

Практически с первого раза нам удалось найти нужное место. Хотя сделать это смог бы даже слепой, учитывая, какую туда тропу протоптали телегами, копытами и ногами, возя туда все нужные ингредиенты и вещи. Здесь же, кстати говоря, это оборудование и дожидалось нас.

Само место обряда представляло из себя некий Стоунхендж более скромных размеров. Круглая поляна посреди леса, большие длинные, словно пальцы, валуны, торчащие из земли, шедшие по кругу. И так в несколько рядов. А в центре всего этого великолепия (нет) стояла большая такая каменная площадка, возвышающаяся над землёй сантиметров на десять.

- Это, как я понимаю, и есть место для обрядов, - с интересом рассматривал я это строение.

- Верно. Им пользовалась Горута, чтоб получать чёрную магию из сильных эмоций.

- И… как это место влияет на силу магии?

- Ты вообще учился в университете или нет? - возмутилась Эви. – Па… Мэйн, ты должен был это проходить!

- Проходил, - кивнул я - Но нихера не понял, как это работает.

- Бедные твои учителя, - вздохнула она.

- Вот не надо! Я хорошо обращаюсь с магией!

В отместку я стрельнул в неё молнией, но… Эви просто взмахнула рукой, словно какой-то джедай, и моя молния, наткнувшись на невидимую стену, развеялась.

- Плохо! Два тебе за магическую подготовку! – весело объявила она.

- А как тебе это?!

Я шмальнул тогда в неё огненным фаерболлом, но и он просто был развеян. А Эви нарочито зевнула, прикрыв ротик ладошкой.

- И чему вас учат в университете. Образование в наши дни такое слабое…

- Ах так?!

Я начал довольно быстро проводить всевозможные атаки, комбинируя их между собой, однако Эви ленивым взмахом руки практически все из них развеивала, хихикая над моими потугами. Только через десять минут она решила продемонстрировать мне свои силы.

Лучезарно улыбнувшись, Эви вытянула руку.

- Позволь мне продемонстрировать настоящую атакующую магию, которая действительно необычна, а не та пародия, что ты мне сейчас показываешь. Может так ты поймёшь, насколько она разнообразна. И попробуй отбить её.

Она была уверенна в своих словах, и это несколько напрягало. Я даже насторожился, готовый применить практически большую часть всего, что имею, для защиты. Пустив куда больше маны в руки, чем обычно, чтоб отразить атаку, я стоял, слегка подогнув колени, перед ней, подобно вратарю или какому-нибудь борцу сумо, однако…

Ничего не произошло.

Вообще ничего.

Эви так и продолжала стоять напротив меня, хитро улыбаясь, с вытянутой рукой. Она явно что-то сделала, но понять, что именно, я не мог. Эффекта вообще никакого не было.

Не было до поры до времени.

А потом меня неожиданно накрыло.

Всё тело стало неожиданно горячим, как будто у меня поднялась температура. В голову тут же ударила кровь, создавая ощущение, что её забили ватой. Я чувствовал сильную пульсацию в висках в такт моему сердцу, которое лупило внутри грудной клетки. Рот заполнился слюной так сильно, что казалось, она сейчас польётся изо рта. Я не говорю про дыхание, которое стало частым и прерывистым, словно я пробежал не один километр.

И на бис – у меня поднялся такой стояк, что казалось, член сейчас лопнет. Мне даже немножко больно было, словно я переел виагры. А через секунду от такого напряжения я упал на колени и кончил. Оргазм при этом прострелил меня так сильно, как никогда до этого, пройдя по всему телу разрядом, заставляя мышцы резко сокращаться. В некоторых местах было даже щекотно.

Это… было мощно…

Только блять это не атакующая магия! Пиздец, кто додумался бы такую магию использовать для атаки?! Типа я буду побеждать врагов, заставляя их помирать от вожделения? Это каким надо быть чудовищем, чтоб так делать?!

- Видишь? Знание особенности людей, умение воздействовать на их организм и немного фантазии могут дать совершенно необычный эффект. Или атаку, - улыбнулась Эви. – Такому слишком сложно противодействовать, и оно может застать тебя врасплох.

- Вот ты мелкая зомби. Я аж кончил, - просипел я. Состояние очень и очень медленно начало спадать с меня, хотя тело до сих пор трясло, а в голове вся заволокло от перевозбуждения.

- Оу… - смутилась она. – Я… наверное немного переборщила. Просто думала, что тебя может не взять это.

- Охренеть, ты атакуешь врагов возбуждающей магией? Пиздец, атакующая магия заставляет кончать противника. Это нечто новенькое. Ты типа заставляешь врагов закончаться до смерти? Эви, тебе мужика не хватает?

- Да нет же! Это лишь приём такой, чтоб отвлечь врага и сбить его мысли! - начала оправдываться она.

- Ага, заставляешь врагов затрахать самих себя.

- Нет! Сбить с мысли, отвлечь, заставить потерять над собой контроль!

- Ну-ну, заставь теперь меня поверить в обратное. Есть куча другой магии, но ты выбрала именно эту. Маленькая мёртвая извращюга, как тебе не стыдно!

- Мне нечего стыдиться! И вообще, она очень удобна!

- Ага, можно не только нейтрализовать врага, но и трахнуть его. И вообще, что-что, но вот с мыслей ты меня и не сбила. Просто заставила кончить, но не боле. Я до сих пор в себе.

- Но это тебя бы всё равно остановило. Но я могу заставить твой разум затуманиться от возбуждения, если захочу.

- Это ты мне угрожаешь? – прищурился я.

- Это факт!

- Не факт. Сейчас у меня разум не затуманился. Да, скрутило, да, оргазмом накрыло, но всё херня, я встану спокойно и пойду дальше.

- Я использовала не все силы! Я сейчас могу так тебя накрыть, что ты потеряешь все свои мысли! – обиженно воскликнула она.

- Ага. Я не ты, себя от возбуждения не теряю, маленькая мёртвая извращенка.

- Я не теряю себя от возбуждения! И я не маленькая мёртвая извращенка! – обиженно воскликнула она. – Ты дурак! И вообще…

И в этот момент Эви словно осенило.

Она замерла на месте, как будто превратилась на секунду в статую, после чего неожиданно стала очень спокойной. Её лицо стало хитрым-хитрым, полным женского коварства, которое сквозило из её глаз. А улыбка превратилась в хищный оскал. Она изменилась в мгновение ока, став уже не беззаботной девушкой, но опытной женщиной, которая не раз устраивала охоту на других. Теперь в ней виднелся жизненный опыт, преобразив Эви уже в красивую и очень опасную даму, которая отнюдь не так наивна, какой кажется.

Она подошла ко мне вплотную и тихо сказала.

- И вообще, раз уж мы отделались от твоей паствы…

- Даже не думай, - уверенным голосом обрубил я её, уже зная, куда она клонит. – Тебе от меня ничего таким образом не добиться.

- Я ничего не буду добиваться, - улыбнулась она. – Это ты сейчас будешь добиваться. Будешь просить меня… Хотя не-е-ет, ты сам набросишься на меня, падёшь к моим ножкам. И я, естественно, тебе не откажу, ведь мы очень старые товарищи по оружию.

- Не надо, Эви, добром это дело не закончится, - предупредил я.

- Ой-ой-ой, не будь маленьким мальчиком, каким ты был раньше. Но даже если и так, добрая ведьмочка Эви поможет тебе во всём разобраться, - шепнула она игриво.

Блять, ты по себе что ли этой магией ебанула, я не пойму? Совсем разум потеряла.

Это было… жутко. И странно. От беззаботной девушки осталась одна внешность. Передо мной же сейчас была не Эви, а незнакомая мне девушка, которая хотела добиться моего внимания к себе (пусть и ненадолго), и была готова действовать грязно, поперёк моих желаний.

Власть действительно меняет людей.

Конечно, с одной стороны это круто, когда за тобой вот так бегают… Но с другой стороны утомляет.

Меня уже утомляет.

- Валяй. Но помни, что я тебе сказал. Тебе меня не взять.

- А я всё равно попытаюсь, - сказала она задорно, вновь став собой обычной. А то уж слишком меня напрягает коварная Эви. Словно у неё раздвоение личности.

Она отошла на несколько шагов назад, после чего вытянула уверенно руку, не переставая улыбаться, явно предвкушая, что я ей ножки брошусь лизать.

- Не думай, Патрик, я желаю тебе только добра. Меня не тянет к другим мужчинам в принципе. И особенно не тянет, когда рядом есть ты. Но, видимо, тебе нужен небольшой пинок. Позволь, я предоставлю тебе его, - весело сказала она, явно предвкушая свою победу.

Ну а я… Я лишь стал ровно перед ней, спокойно принимая атаку в лоб. Я смогу выдержать это. Я должен показать Эви, кто тут главный не только благодаря печати, но и по сути. Кто здесь сильнейший. Иначе потом её можно будет удержать только поводком. И именно такой способ может быть очень хлопотным, в отличие от того, когда она сама подчиняется, принимая моё главенство.

Магия обрушилась на меня чудовищной тяжестью, которая заставила буквально ослепнуть на несколько секунд. Эви была права, даже пусть на немного, но эта магия поможет довольно сильно дезориентировать врага, особенно когда он подобного не ожидает.

Это действовало не на сознание. Магия действовала на сам организм, который начинал гнать кровь как пуганный, тем самым ударяя ею в голову. Организм словно получал мощный заряд афродизиака, который поднимал мою температуру до максимума, а желания до неебических размеров.

В глазах всё темнело, в голове шумело, в ушах стучал мой собственный пульс. Я покрылся потом, а лицо, казалось, сейчас лопнет или сгорит от такого возбуждения. Моё бедное хозяйство, оно просто болело от такого эффекта. И в голове была только одна мысль – трахнуть.

И естественно, единственным вариантом, по крайней мере, самым близким, была Эви.

В голове тут же появилась мысль: а почему бы и нет? Почему бы сейчас не трахнуть Эви? К чёрту это самомнение и попытку доказать что-то. Докажу потом, а сейчас можно её хорошенько выебать, чтоб знала, кто здесь главный. Прямо вогнать ей по самые не балуй до упора и ебать-ебать-ебать, что кричала от оргазмов, грязная девчонка. Да, действительно, нахуй всё, что есть, прямо здесь при всех на траве выебу её, раз она так этого хочет, и дело с концом!

Эти мысли выталкивали абсолютно все другие, подталкиваемые болью в пахе от перевозбуждения, который, казалось, вот-вот лопнет. У меня от такого прилива крови к лицу даже под носом от неё стало мокро. И ведь, если быть честным, почему бы и нет? Один раз можно, верно?

Или нельзя?

Глава 361

Эффект пришёлся не только на меня. Он ударил по области, заставив почувствовать всех остальных то же самое, что и я.

Наёмницы и наёмники даже ждать не стали: они уже сосались, быстро раздеваясь и сбрасывая с себя броню. Бросались друг другу в объятия, срывали друг с друга одежду и начинали трахаться, подобно животным. Раком, на четвереньках, позой шестьдесят девять. Некоторые даже не раздевались полностью, спускали штаны и жарили друг друга, словно кролики. Рубека так вообще уже вообще и ртом, и жопой принимала, сама радостно бросаясь в кучу малу.

Моя команда устроила здесь жуткую оргию, которая наполнила лес вскриками, вздохами и мокрыми шлепками. Просто кучка голых и не очень тел, что сплелись между собой в один дружный и очень страстный клубок.

Помощница Эви вообще страдала по-чёрной. Она сначала держалась, чуть ли не плача, сгибаясь в три погибели, после чего сама рукой начала удовлетворять себя, выпустив свою грудь на свет и мня её. Недолго её хватило, ровно до ближайшего наёмника, который взял её в объятия, и которому она тут же отдалась вся.

Казалось, что все сошли с ума. Хорошо, что тут педиков не было, а то моё сознание бы такого не выдержало. Но это подействовало не только на людей. Я видел, как животные, словно обезумевшие, драли друг друга, пищали, бросались, словно бешеные.

Это был уголок вакханалии, где все сошли с ума от похоти.

И забавнее то, что Эви уебала этой магий и себя тоже. Дура блять.

Сейчас она стояла передо мной, глубоко дыша, вся какая-то дёрганая, с приоткрытым ртом, облизывая губы. Одной рукой она схватилась за грудь и мяла теперь её, а другой приподняла слегка юбку. Единственное, что её отличало от других, так это то, что она не краснела и не обливалась потом, так как была мёртвой. Но по её взгляду, по её движениям всё говорило о том, что она не далеко от остальных.

Я на ватных ногах подошёл к ней, готовый буквально броситься на неё, сорвать всю одежду и затрахать.

- Патрик, - слегка хрипло позвала она меня. – Ты видишь теперь, кого ты хочешь?

Я кивнул, не в силах ответить, и шагнул к ней.

А Эви словно уличная проститутка подняла свою юбку, показывая уже мокренькие трусики. Мёртвая течёт, какая прелесть. Она смотрела на меня туманным, полным вожделения взглядом, тяжело дыша. Я даже засомневался в её адекватности. Сколько сейчас настоящей Эви в голове у мертвячки?

- Тогда возьми меня. Как в первый раз, которого я не помню. Давай же, возьми меня, - выдохнула она.

Как же я хотел, чтоб меня тоже в данный момент девушки использовали, если честно. Чтоб она сама набросилась на меня и выебала.

Я подошёл к Эви вплотную и наклонился к ней. Она потянулась ко мне губами, готовая принять мой поцелуй и меня полностью, когда я страстно прошептал ей:

- А вот хуй тебе, маленькая негодница.

- Где хуй?

- Да не в этом смысле, озабоченная дура, - стукнул я её по лбу пальцем. – Нихрена у тебя не вышло.

- Э? – глаза Эви на мгновение прояснились, и она удивлённо взглянула на меня. – Чего?

- Того, - я легонько толкнул Эви, отстраняя от себя, но ей этого хватило, чтоб ватные ноги не удержали её тушку, и она упала на пятую точку на травку. – Если ты думаешь, что возьмёшь меня этим, то сильно заблуждаешься.

- Но я хочу тебя! – воскликнула она и буквально сдёрнула вниз свою одежду, оголяя грудь. – Возьми меня как хочешь!

Я едва не бросился её трахать, но удержался.

- Нет, обойдёшься. Твоя магия бессмысленна и бесполезна против меня, Эви. Ты пытаешься охомутать того, кого тебе в жизни не одолеть. Антигероя. Это глупо и бесполезно.

Но Эви не собиралась сдаваться. Она стащила с себя трусики, отбросив их в сторону, и широко раздвинула ноги, показывая мне своё сокровенное и очень мокрое от возбуждения место, которое манило к себе, призывая использовать его по назначению. У неё глаза так вообще влажные и как в тумане, словно сам разум затуманился. Ну… судя по тому, что она говорит, так оно и есть.

- Нет! Возьми меня! Быстро возьми меня! Ну давай же! Ты хочешь этого! Как раньше, как товарищи! Сделай меня своей, ну же!

- Я сам могу решить, с кем буду спать, а с кем нет, - ответил я, тяжело дыша. Всё моё лицо горело, уши горели, тело горело. Хотелось запихнуть Эви между ног со всей дури и долбить сучку, которая это сделала, до потери сознания, а потом драть уже обездвиженное тело, пока она не проснётся и так по кругу. – Ты мне не указ, мелочь. Зря только старалась. Так ещё и себя накрыла этим дерьмом.

- Патрик… Но я… ты мне нравишься! Иди ко мне! – она всхлипнула это с видимым отчаянием оглянувшись.

А все вокруг трахались: грязно, по-животному, с какой-то жадностью. Даже её служанку, которая лежала на земле, подняв жопу к небу, ебали. Драли без остановки с ненасытностью, отчего та вцепилась пальцами в траву и землю и пищала. Про других вообще бессмысленно говорить: они были живым ебущимся клубком тел, где все драли всех, и только девушки ещё между собой лизались.

Глядя на эту картину, у меня кружилась голова и текла кровь из носа от возбуждения. Хотелось броситься туда, схватить несколько девок и трахать, трахать, трахать. Эта картина вызывала только ещё больше возбуждения.

На Эви она производила ровно такой же эффект. Та чуть ли не плакала от того, что её разрывало желание и не было того, кто её бы выебал.

- Ну Патрик! – начала канючить она. – Ну пожалуйста! Ты же тоже хочешь!

- Думать головой надо было. От меня ты ничего не дождёшься.

Она была готова разреветься. Я, кстати, тоже. Магия ебанула очень сильно по организму.

В отчаянии Эви уже потянулась рукой, чтоб удовлетворить себя самой, но я пресёк это дело.

- Слушай мой приказ, Эвелина, - сказал я твёрдым голосом. – Повернись и смотри на оргию, которую ты сейчас устроила своей магией. Я приказываю внимательно смотреть и не отворачиваться от этой картины. Но не смей мастурбировать или каким-либо другим способом себя удовлетворять.

О да, это была настоящая жёсткая и очень качественная реалистичная искренняя порнуха. Даже без магии она заставит тебя перевозбудиться. А с магией, которой ёбнула Эви… Это будет ад для неё. Но пусть повоздерживается, ей будет это полезно.

- Нет, Патрик, нет… - пролепетала она, тяжело дыша, словно пробежав многие километры. Её шаловливые ручки так и тянулись к промежности, но она их тут же отдёргивала плача. О да, сейчас её распирает не по-детски. Но ты сама виновата, избалованная принцесса. Думала тебе все тут должны? Ну вот и получай тогда.

- Да, Эви. Хочешь секса? Ну извини, зря ты решила, что сможешь взять меня таким образом. Ничему жизнь тебя не учит. А теперь сиди, смотри на то, что натворила, и не играйся с собой.

Я улыбнулся, сделал ей неприличный знак языком, означающий куни, и ушёл в лес, подальше от этого разврата. Пусть теперь Эви смотрит на это порево, результат собственной глупости, и мучается.


Я вернулся только через часа два. Мне пришлось знатно поработать рукой, чтоб хотя бы немного отпустило, после чего искупался в ледянющем ручье. Просидел там полчаса, пока температура тела не упала, наверное, ниже тридцати шести, после чего дрожащий и стучащий зубами вышел на ветерок, что заставил мой член уменьшиться вообще до минимума.

В принципе я этого и добивался, так как он уже откровенно болел и иначе справиться с этим я не мог. А тут и температуру сбил, и стояк снял, и в голове светлее стало, и сердце уже не гнало кровь так сильно. Короче, я справился с наваждением.

Учитывая то, что у меня есть иммунитет к воздействию на мозг, можно было предположить, что оно воздействовало не на сознание, а на организм, запуская цепочку естественных реакций в нём, которые вызывали этот эффект.

Эх, Эви, заставила перетрахаться всю мою команду. И ради чего? Чтоб опередить Клирию и попытаться меня взять в свои руки? Ради того, чтоб потешить самомнение, что тебя хотят все? Ради того, чтоб что-то там доказать? Вот же глупая.

Но я на неё даже не злился. Не злился потому, что благодаря Эви я получил кое-что действительно необычное и приятное. То, что мне не удавалось получить на протяжении этих двух лет.

«Неприкасаемый – теперь никто не сможет вас тронуть. Каким бы не был страшен враг, его способности теперь ничто против вас, ведь вы неприкасаемы.

Способность позволяет игнорировать любую направленную конкретно на вас способность или умение. Перезарядка – нет.»

Та самая способка, что будет давать мне иммунитет против любого направленного на меня перка. То есть теперь меня уже будет не достать появляющимися кинжалами со всех сторон, телепортирующимся оружием и так далее. А то в своё время меня этим знатно достали в бою против горноимперцев у дворца. Там меня спасло то, что огнестрельного оружия было выше крыши.

Теперь же мне будет это не страшно, только перки по области. Считай, минус проблема.

Кстати странно, что я получил способку, прохватив удар по области от Эви.

Когда я вернулся, оргия уже подходила к концу: многие лежали, тяжело дыша, мокрые и голые, обнявшись дружной кучей. Кто-то ещё трахался, но уже куда более лениво. Например, как наёмник медленно пёхал служанку, что так же лежала задом к верху и издавала грудные звуки «Ум-м-м» при каждом его входе.

Эви же… она сидела перед всем этим поревом, обняв собственные коленки и тихо шмыгая носом, словно ребёнок, которого наказали, когда остальные все веселятся. Ибо нехуй творить хуйню. Причём я слышал, что воздержание хорошо влияет на силу духа и стойкость. Как раз то что нужно для Эви, которая слишком мягкая, как мне кажется.

- Ну как Эви, подумала над своим поведением? – спросил я ласково, присев около неё на корточки. – Поняла, что можно делать, а что нет?

Есть много методов наказания, и не все они должны быть физическими. К тому же пусть знает, что её штучки на меня не действуют. В следующий раз меньше желания будет воспользоваться ими.

- Это было жестоко.

- Кто-то не думает дурной головушкой, - погладил я её по макушке.

- Мне плохо… всё аж распирает…

- Всё в порядке, Эви. В следующий раз подумаешь своей черепушкой, прежде чем делать подобные глупости. Я рад, что ты так хорошо освоила магию, но пустила её… у-у-у… вообще не в ту сторону. Смотрю, умишка-то не прибавилось, раз такое изучала.

- Для общего развития, - ответила она жалобно.

- Жаль, что такового у тебя не прибавилось, - после чего я встал. – Так, слушать приказ, ну-ка все встали и начали готовиться к нашей небольшой, но важной операции. Можете не одеваться, чтоб не тратить времени.

- Но… мы голые, - как-то неуверенно сказала наёмница.

- А чего у вас я не видел? – спросил я. – Трахаться, значит, при мне не стесняетесь, а работать стесняетесь? Давайте быром, пока пендалями вас не раскидал! А ты, Эви, готовь всю магическую хрень.

И работа закипела. Даже я не отлынивал, хоть и очень хотелось.

С наёмниками мы вытащили большой такой противень размерами два на два, потом ещё крышку на него. Потом достали несколько опор, что должны были держать противень, и кучу мешков муки, изюма, дрожжей, яйца, сахар, соль и прочее. После этого принялись готовить растопку, срубая ближайшие деревья, пока маг с Эви готовили кристаллы с энергией.

Заняла вся подготовка у нас около часа или двух, после чего мы разожгли костёр и принялись готовить.

- Так… у меня сложный моральный выбор… народ, мы делаем глаза из изюма или из орешков? – обратился я к команде.

- Это действительно важно? – с сомнением спросила Эви.

- Естественно! Надо определиться с глазами! Это очень важно для конечного результата, - заверил я её.

Эви с колебанием, но всё же кивнула.

- Конечно надо делать с изюмом! Он вкуснее! – крикнула одна.

- Дура, кому нахрен твой изюм сдался! Надо с орехами! - крикнула другая из маленькой голой и дружной толпы.

- Изюм!

- Орехи!

Начался мою любимый дружный срач, переходящий на оскорбления. В основном оскорбляли друг друга девушки. Самым громким заявлением из всех было то, когда одна сказала другой девушке, что та сосать не умеет. Та расплакалась и убежала.

Не, ну это было действительно грубо.

- Так, ладно, большинство кричало изюм. Значит будем делать глаза из изюма, - объявил я. – Теперь надо решить, делаем его круглым или человечком.

- Ты уверен, что это очень важно? – вот тут Эви уже конкретно подозревала что-то, буквально заглядывая мне в глаза.

- Ты мне не доверяешь?! – ужаснулся я. – Я тебе хоть раз врал или вводил в заблуждение?

- Когда мы путешествовали раньше, ещё до твоей кончины, ты сказал, что если засунуть в попу красный перетёртый перец, боль в животе пройдёт! Меня ещё никогда никто так жестоко не обманывал!

Видимо рефлекторно она схватилась за попу. Подумаешь, немного пожгло тебе…

- Это не считается. Здесь я просто прошу довериться мне.

- Ладно… но я слежу за тобой, - сказала она, как думала, с угрозой, но мне захотелось лишь её потискать.

- Ага-ага. Так вот, народ, какую форму выбираем?

Мы ещё полчаса выбирали, какую форму предпочесть и остановились всё-таки на круглой.

- Так, а теперь самое важно, делаем их сладкими или добавим немного соли, чтоб было по вкусу более пряным?

- Да какая разница! Ты же их не есть собрался! – воскликнула Эви. – Ты просто издеваешься!

- Нет, не издеваюсь, - невозмутимо ответил я. – Я просто хочу приготовить печенье.

- Печенье?

- Ну знаешь, его ещё едят с чаем.

- Погоди, а как же печенье-людоеды?

- Ну завтра уже, - кивнул я на солнце, которое начало заходить. – Ты со своей оргией нас конкретно затормозила, из-за чего мы не успеваем. А заниматься этим на ночь глядя я не хочу. Ещё упустим его, и оно сожрёт нас. Или же упустим что-то в его создании. Такими делами на ночь не занимаются, чтоб ты знала, Эви.

- Да ты просто издевался надо мной!

- А ты не спрашивала, маленькая извращенка. Я ещё Констанции расскажу, что ты тут учудила.

- Ты… ты не сделаешь этого! – слегка испугано сказала она тонким голоском.

Ага! Кому-то стыдно признаться Констанции в том, что она делает!

- Сдам за милую душу, - приложив руку к своему чёрному сердцу, пообещал я.

- Не смей! Что она обо мне подумает!

- А ещё я расскажу Клирии, как ты жидко обосралась со своей попыткой. Вот она будет сме…

- Нет! – она заткнула мне рот ладошками. – Поклянись, что не расскажешь никому это! Пожалуйста!

- М-м-м-м-м-м…

- Нет! Не смей! И вы молчите все, слышите!? – Эви выглядела как шестнадцатилетка, которую запалили за мастурбацией, и которая теперь боится, что об этом узнают её родители. – Никто не должен знать об этом!

Неужели она так стесняется этой способности? А зачем тогда применяла? Хотела повыпендриваться? Или меня склеить? В любом случае у неё не получилось ни того, ни другого. Лохушка, чего сказать, как была ею, так и осталась. Некоторые люди просто не меняются.

- Ладно-ладно, мы никому не скажем об этом, узбогойся.

Эви ещё некоторое время смотрела на меня недоверчиво, прежде чем отступила, оставив меня в покое.

Но теперь-то мы знаем, что у нас Эви ещё та извращённая натура. Интересно, а она служанку заставляет заниматься с ней сексом? Просто интересно.

После этого мы ещё долго готовили печенье, готовили тесто на завтра, подготавливали магический круг, чтоб на утро он уже был готов, и можно было его использовать ради нашей цели. Эви с магом старательно расставляли заготовленные кристаллы, в то время как я пытался настроиться на основной, что будет стоять в центре.

К сожалению, эта процедура не была безопасна для того, кто её запускает, и именно поэтому я решил сам всё провести.

Причина была в том, что… магию эта хрень блокирует. Вернее, выжигает её, лишая хозяина этого цирка возможности пользоваться своей маной и, как следствие, магией. То есть после него я не смогу использовать магию вообще.

И вот тут проблемы было две. Во-первых, я не хотел доверять это кому бы то ни было кроме себя. Во-вторых, не было лишних слабых магов у меня в запасе, чьими силами бы я мог пожертвовать. Все были сильнее меня и, как следствие, нужнее. Этот чёрный маг, Эви, ещё несколько новых магов, что мы заказали, маги из армии Эви – все они в магическом плане были более ценными чем я.

А достать левого мага, на которого можно будет это всё взвалить… Ну так себе затея. Даже с клятвой и печатью, он может многого накуролесить, имея в распоряжении армию печенек. Это надо держать его всегда под боком, всегда следить за ним, чтоб отдать вовремя приказ. А зная реальность, это не всегда будет возможно сделать.

Короче, если не юлить, такое я просто не хотел доверять другим. И потому искал другие причины для оправдания этого варианта. И даже несмотря на то, что они все имели место быть, главной всё же было нежелание отдавать контроль.

Потому я решил взять всё на себя. С магией я всегда был не в самых лучших отношениях, хотя она мне знатно помогала иногда. А сейчас так вообще мой профиль куда больше боевой, чем магический, потому она отходила на второй план.

Вряд ли бы Клирия одобрила моё решение, но… её же здесь и нет, верно?

Глава 362

Самопожертвование – это хорошо.

Хорошо, когда это полезно, и в будущем не принесёт никакой проблемы. Другими словами, если жертвовать магами, то возможно в будущем именно этот маг может переломить ход сражения. Потеря одного сейчас приведёт к множеству потерь в будущем. Поэтому логично выбрать самого ненужного, но при этом достаточно сильного, чтоб активировать печеньки.

И доверять кому попало нельзя. Как следствие, единственный вариант – я сам.

Честно говоря, не испытываю ничего по этому поводу, ни страха, ни сожаления. Наверное, потому что мой основной профиль всё же бои физические, а магия скорее как дополнительное оружие. Так что без неё я вполне проживу. Плюс у меня есть множество прикольчиков, которые помогут мне выжить в будущем.

Наутро мы поднялись пораньше, уже нормально одевшись, позавтракали и принялись делать нашу круглую печеньку, что станет основным войском тьмы. С изюмом.

- Это точно безопасно? – спросила Эви, когда я устанавливал последний и самый главный кристалл. – Я просто слышала, что можно выжечь в себе способность использовать в дальнейшем магию.

Чот ты слишком много знаешь, Эви.

- Только слышала?

- Никто не экспериментирует сам.

- И даже ты?

- И даже я, - кивнула она. – Тем более я. У меня есть, что терять. Кроме магических сил у меня больше ничего и нет так-то.

- Понятно. Ну а у меня есть много чего, так что не страшно, если вдруг и потеряю магические способности.

- Обидно не будет?

- Не-а, - покачал я головой. – Ни капельки.

Пришлось немного повозиться, прежде чем нам удалось примострячить тесто для печенья на противень. Правда вышел не круг, а овал, что несколько меня расстроило. А когда Эви спросила, неужели это настолько важно, я посмотрел на неё как на дурочку.

- Эви, вот представь себе. Все будут вспоминать это много веков. Тот момент, когда печенье вторглось в наше королевство и попыталось его захватить, отомстив людям за то, что они его жрали с чаем. Но что они вспомнят? То, что оно было овальным! Не круглым, как положено, а овальным! Овал! Да все знают, что печенье должно быть круглым.

- Но есть и овальное печенье.

- Овальное печенье, это как безрукий игрок в настольный теннис, - я вздохнул, глядя на овальное печенье. – Правда уже ничего не исправить. Всё переделывать будет слишком долго и сложно. Да и тесто испортить можем, а заказывать всё заново слишком муторно.

Повздыхав, я вытащил несколько печенек, что мы вчера приготовили и сгрыз их. По крайней мере нам хватит изюма, чтоб сделать ему глаза и рот. Правда всего на одну… Но вообще, нам именно одна печенька и нужна – от неё будут отпочковываться другие, и так они будут пополнять свои ряды.

- Хочешь печеньку? – протянул я одну Эви.

- Нет, спасибо, если я буду много есть, то стану толстой, - взяла она складку на своём животе. - Не хочу быть толстухой.

- Ну не знаю, мёртвые толстухи никогда не жаловались на свои проблемы с лишним весом, - пожал я плечами. – Ладно, начнём.

Обряд в принципе не был слишком сложным. Суть была в том, что надо оживить печенье, и по действию это напоминало оживление того же зомби. Всё просто, надо лишь сконцентрироваться. Не буду говорить, что именно с концентрацией у меня и были проблемы.

Выгнав всех посторонних за круг, я, Эви и маг остались в нём, доводя всё до готовности. Пока они запускали кристаллы, заставляя те святиться мягким светом, я залез на большой противень, который уже остывал и на котором покоился овальный верзила. Если брать с медицинской точки зрения, то это был нулевой пациент, или, если говорить в нашем случае, нулевая печенька.

Он смотрел на меня своими круглыми, сделанными из изюма глазами, которые выражали жуткую ненависть ко всему живому. А ещё грустную улыбку, которая была слеплена тоже мной. Так же мы ему приделали руки и ноги, чтоб ему было удобнее передвигаться.

- Ну, погнали? – окинул я остальных взглядом.

Это была главная причина, почему никто особо и не делал големов – для этого требовалось пожертвовать своими магическими способностями. Но я не все, я особенный.

Аккуратно опустив главный кристалл в центр большой недовольной печеньки, я сам сел сверху и попытался сосредоточиться, чувствуя себя глупее, чем обычно. Парень на огромной печеньке сидит так, словно молится.

Я очень хотел, чтоб эта печенька встала, вот прямо всей душой, пытаясь зарядить в печеньку не только свои силы, но и силы, что были в кристалле. Грубо говоря, я служил своеобразным переходником, между кристаллом и печенькой, пытаясь передать энергию из камня в неодушевлённый объект. Плюс свою энергию туда засунуть.

Типа моя энергия в этой печеньке будет откликаться на меня, и тем самым я смогу управлять ею. Частично. Насколько частично, мне предстояло только выяснить. Однако вторая попытка вряд ли будет, так как я просру свои магические способности, а кого-то другого делать командиром печенья мне не хочется.

Так я и сидел сначала час, потом второй, третий, четвёртый. Долго сидел, уже есть захотелось, а печенье вставать не хотело. Я знал, что это долгий процесс, однако в голову уже прокрадывались мысли, что вдруг ошибся? Вдруг неправильно что-то рассчитал? Это не было страшным, ведь можно повторить всё заново, однако заново перевозить сюда все вещи, заново всё готовить… Муторно, одним словом.

А мы туда ещё и яду бухнули, что опасен для человека. Для земли и растений ничего, для некоторых животных и человека смертелен, есть их нельзя. Короче, отличное удобрение, которое питается людьми.

Вот только это сраное удобрение не хотело вставать! Я уже пятый час сижу, а оно не встаёт!

- Эви, я хочу пить.

- Ты должен думать о том, как поднимешь его, буквально желать этого! Не отвлекайся!

- Так я и желаю этого! Желаю очень сильно, так как мне в туалет хочется. Ты даже не представляешь, какова моя мотивация поднять эту печеньку!

- Потерпи ещё немного. Ты меня так же что ли воскрешал?

- Да, думал, что обосрусь, пока ты воскрешалась.

- Фу-у-у!!! Патрик! – сморщилась она.

- Ты забыла, как надо меня звать? – спросил я, видя, как маг борется со смехом.

- Ой. Прости, я… А ты замолчал, быстро! – подняла она на него свой прелестный голосок, однако силу почувствовал даже я. Маг так вообще тут же смолк, словно лишился голоса. Да, Эви имеет сильную ауру, тут ничего не скажешь.

Кажется, при мне Эви становится слишком рассеянной. Слишком уж несобранная и думает не понять о чём.

- Ладно, сгоняй и принеси мне попить, пока я желаю всей душой и телом, чтоб это хлебобулочное изделие ожило, подобно кусающимся тортикам.

- Ладно, я сейчас, - всё же согласилась она и вышла из магического круга.

Но закон Мерфи, как выяснилось, действовал и в этом мире. Если что-то может пойти плохо, то оно обязательно пойдёт плохо. И как бы ты не пытался этого избежать, все ситуации будут стремиться именно к этому исходу.

Короче, стоило Эви отойти, как моя передача энергии тут же сработала. Понял я это сначала по нагревающемуся кристаллу, а потом по жжению в руке.

Прекрасно понимая, какую функцию исполняю, я с трудом удержал руку на кристалле. Та начала буквально жариться на нём и до меня дошёл запах палёной кожи, а потом и мяса. Про боль вообще молчу, сначала она была, потом стало холодно, потом она пропала, потом опять появилась и стала вообще нестерпимой. То же самое происходило и с другой рукой, что была на печеньке.

Ебать… я сейчас заскулю от боли. Просто мои руки уже прожарило до хрустящей корочки, а пиздецу из боли не видно ни конца ни края. Попутно я начал чувствовать странное чувство усталости, которое становилось всё сильнее и сильнее с каждой секундой. Именно так ощущалось использование маны, когда его потребляла магия. Кажется, я дошёл до того момента, когда искусственный голем начинает впитывать и мою силу.

С одной стороны, это было необязательно, с другой – махина станет неподконтрольной, почему никто так и не делает. Кому нужен голем, которым невозможно управлять, но на которого уходит столько ресурсов.

С каждой секундой мне становилось всё тяжелее и тяжелее удерживать руки, словно помимо ожогов по ним пускали и ток. По телу проходила неприятная слабость, словно я работал на стройке и не спал уже много суток. Но зато я буквально чувствовал, как огромная печенька подо мной оживает. Чувствовал энергию, которая наполняет запечённое тесто, и как оно словно оживает, начиная понемногу двигаться подо мной.

- Мэйн! Оно действует! Печенье оживает! – закричала Эви.

Серьёзно!? Блять, а я и не заметил по своим прожаренным рукам! Думал, солнышко напекло немного.

- Держись, не отпускай, пока все кристаллы не запитают его!

Да куда денусь-то, конечно буду держать.

А кристалл, что был основным, тем временем начал потихоньку тускнеть, словно свеча внутри него потихоньку затухала. В принципе, как затухали и мои силы, которых становилось всё меньше и меньше. Обычно мана расходовалась немного иначе, но сейчас чот меня просто опустошает не по-детски.

- Ещё немного! Они почти потухли!

Почти потухли… это я сейчас затухну, если эта хуятень не оживёт!

И к моему ужасу, эта хуятень ожила.

Ровно в тот момент, когда силы практически полностью покинули меня, а кристалл окончательно затух, печенье-людоед ожило.

Ожило, чтоб пробить мне пиздюлей.

Не успел я опомниться от ожогов, как морда нашей печеньки неожиданно скривилась в злобной гримасе. Рот стал недовольно-овальным, глаза злыми и…

Мне прилетел неебический удар от него. Такой силы, что мою несчастную тушку отбросило в сторону, и она врезалась с хрустом в ближайший каменный столб. Ебать… Ебать, я чо-то сломал себе!

А печенька-людоед тем временем взревела, подобно какой-то Годзилле, жутким неживым рёвом, который словно пропустили через несколько фильтров. Что ещё хуже, эта залупа, вскочив, слишком уверенно для того, кто первый раз встаёт на ноги, бросилась к нам. Ну как бросилась, довольно бодро зашагала. Но блять всё равно! Ты, сука, первый раз встаёшь на ноги! Не стоит ли для приличия хотя бы там пошататься по сторонам или на четвереньках там ползти?

Но едва кто-то вообще хоть что-то успел сделать, как я тут же выстрелил в него два раза. Пули не убили тварь, не это было моей целью. Однако своими попаданиями они остановили уёбка, заставив его пошатнуться и отступить. Своими попаданиями они буквально взорвали его запечённое тело и оторвали нахуй руку, в которую я целил. Та с аппетитным хрустом упала на землю.

Печенька посмотрела на свою оторванную конечность, после чего перевела полный ненависти взгляд на меня и завизжала. Так громко, что у меня даже уши заложило. Однако я тоже был не промах и закричал в ответ.

- Пошёл нахуй отсюда!

И надо же, сработало!

Тварь было шагнула ко мне, но, видимо почувствовав мои мысли, зарычала, развернулась и подобно какому-то бегемоту бросилась в лес, ломая на своём пути кусты. Весь тот шум, что она создавала своим бегом, слышался ещё минут пять, прежде чем окончательно стих.

И ведь не скажешь, то ли сама убежала, то ли испугалась. Ну, будем надеяться, что я действительно могу воздействовать на неё.

Первым, по нашей традиции, нарушил повисшую после произошедшего тишину я.

- Так, хочу сразу всех предупредить. Теперь ни шагу от лагеря. Даже срёте в пределах видимости, не подходя к кустам. Это не шутка, иначе быть вам съеденными этой печенькой. Я ясно изъясняюсь?

Я обернулся к команде и увидел, как они, слегка поражённые увиденным, в разнобой закивали головой. Ну… наверное, это можно считать нормальным ответом, учитывая ситуацию.

- Отлично, тогда сегодня остаёмся здесь, а завтра уже двинемся дальше в путь. Вернее, часть потопает обратно в наше поместье, чтоб передать результаты и сказать Кстарн лезть в зазеркалье. Другая часть пойдёт со мной. Оттуда уже их перенесёт Кстарн.

- Она сможет с такого далёкого расстояния забрать нас? – спросил маг меня.

- Её телепортируют сюда, поближе к нам в выделенный дом. Там и будет стоять входное зеркало, что будет связано с вулканом.

- С вулканом? – переспросила удивлённо Эви.

- Да, с вулканом.

Ну да, я же не рассказывал Эви про наш план так-то.

- А что мы там будем делать? – полюбопытствовала она осторожно.

- Я тебе потом расскажу, окей? Сейчас мне бы другими делами заняться. Например… Рубека! Быстро сюда!

Например, починкой себя любимого. Мало того что не осталось от ладоней ничего, так ещё и тазовую кость, кажется, сломал себе. Я, конечно, могу благодаря живучести и с такой бегать, но это пиздец как невесело и больно. Не вижу смысла так надрываться, когда можно будет просто спокойно вылечиться и уже здоровым продолжить путь.

Поэтому меня аккуратно, используя самодельные носилки, перенесли на место нашей ночёвки, где за меня уже взялась Рубека.

- Как это не прискорбно, Эви, но ты пока будешь за главную.

- Прискорбно!? Это же просто возмутительно! Почему это, прискорбно!?

- Не доверяю тебе я. Уж слишком ты легкомысленная.

- Вот лишь бы сказать гадкое слово, - надулась она. – Но ладно, я побуду за главную.

- Вот и отлично. А то меня не только поломало, но и силы все высосало, поэтому я вот-вот отключусь от усталости.

- А магия? Она у тебя осталась?

- Давай потом, а? – зевнул я. – Сейчас вообще не до этого. Ты короче следи за всеми и не давай никому отходить от себя. Здесь сейчас разгуливает голодная печенька, и не дай бог она кого-нибудь сожрёт.

- А она точно может? У неё рот же из изюма.

- То есть тебя не смутило, что и связок голосовых у неё нет, но она кричала, да? – задал я встречный вопрос.

- Ну… это странно было.

- Вот и тут… странно будет. Скорее всего, просто раскроет настоящую пасть, которой и сожрёт тебя. Потому следи за этими остолопами и не давай никому подходить близко к кустам. Мы ещё пока не знаем, на что эта тварь способна. В крайнем случае сразу будите меня.

- Думаю, что мы справимся… - начало было Эви, но я тут же перебил её.

- Приказываю сразу будить меня. Я верю в твою магию, но не хочу, чтоб ты уничтожила эту печеньку. Плюс мы не знаем, иммунные ли они к магии или нет.

- Ладно, - пожала она плечами. – Тогда будим тебя, если что.

Оставалось надеяться, что когда я усну, их всех не сожрут, а то будет весьма прискорбно. В первую очередь потому, что меня тоже сожрут. А этого ну вообще никак мне не хотелось сейчас, когда мы уже почти у самого финала этого этапа, который так долго планировался.

Оставалось надеяться на их сознательность.

Надеяться… Ненавижу это слово в равной степени, как и обожаю. С одной стороны, ты полагаешься не на себя, а на какое-то чудо, на других, которые не ты. Это значит, что ты не можешь ничего сделать и тебе остаётся лишь надеяться, что они сделают всё правильно. С другой стороны, именно это слово иногда помогает тебе двигаться дальше и не отчаиваться, потому что шансы всё ещё есть. И пока ты надеешься, отчаяние тебя не захватит полностью.

А ещё это слово у меня ассоциируется теперь с Клирией. Вот реально, она ещё та засранка и теперь при слове «надежда», у меня в голове всплывает именно её физиономия. А что мне меньше всего хочется, так это видеть её самодовольное лицо в своей голове.

И пока я терзал себя великими думами, которые всё больше и больше вытеснял, к моему ужасу, облик Клирии, Рубека методично исцеляла моё тело, регенерация от магии которого была значительно снижена.

Если к завтрашнему обеду она не успеет меня исцелить, то придётся топать таким. Ждать, пока она закончит, я просто не хотел, так как нам действительно надо было посетить вулкан, где мне предстояло принять работу гоблинов. Это было очень важно, так как от этого зависело, избавимся ли мы от главных сил противника или нет. И медлить с этим было нельзя.

Глава 363

Меня исцелили.

Да, не сразу, как хотелось бы мне, но исцелили, и на следующий день я уже был готов к новым приключениям на задницу. Единственное, что мне не полностью восстановили, так это обожжённые ладони, однако ими можно и потом заняться. По крайней мере они двигаются, и на том спасибо. Куда важнее то, что тазовая кость теперь целая, и я могу нормально ходить.

А ходить придётся много. По какому-то непонятному стечению обстоятельств засранцы не придумали в этом мире машины или телепорты. Вот что за народ, всё через жопу. Хотя бы мокики бы изобрели.

Хотя такое, наверное, надо искать в западной стране, где есть паровые технологии. Там, скорее всего, если не мокики, то паровые машины точно есть. А может даже и роботы! Ну типа парового терминатора. Это было бы заебенно.

Но ладно, плевать на это, а то мои влажные мечты могут намочить мои штаны.

Проснулся я аж в полдень следующего дня, чувствуя эту неприятную разбитость, что буквально окутывало моё тело и сознание. Пришлось устроить настоящий махач внутри себя против желания завалиться и поспать ещё. Но естественно, что победил в итоге я. С трудом привстал и тут же встретился взглядом с уставшей Рубекой, под чьими глазами уже налились синяки от бессонной ночи и постоянной работы.

Зато благодаря ей кость была цела, и руки покрылись грубой коркой. Пусть чесались, но теперь не обижались болью и не кровоточили.

- Спасибо, Рубека, - погладил я её по голове. – Ты хорошо поработала. Сильно устала?

Она лишь слабо улыбнулась в ответ.

- Приляг тогда пока. Если что, поспишь у кого-нибудь на руках.

Она кивнула, легла прямо рядом со мной и практически сразу провалилась в сон. Это было видно по её успокоившемуся дыханию. Такая милаха, пригрелась тут комочком, сопит. Вообще, практически все девчонки для меня милахи, в первую очередь потому, что они противоположный пол, а он автоматически вызывает желание заботиться о нём.

Не у меня. Я за милую душу истребляю любой пол.

Но мои девчонки уже как-то природнились. Хоть и дуры конченные с приступами садизма, однако свои. И пизды я им вставлять буду по-родному, от всей души, с любовью. К Ухтунгу, например, у меня отношение немного другое, скорее как брату. Что не спасёт его от братских пиздюлей.

Я посидел ещё несколько минут, стараясь прийти в себя после сна. Вчерашний день эхом отдавался в голове. И первой же мыслью была…

Магия! Точно! Надо бы проверить, пропала она или нет!

Я уже привычным движением вытянул руку, стараясь сосредоточиться на ней, но… пусто. Ничего не происходит. Я постарался прибавить сил, но почувствовал, что и прибавлять то нечего. Я вместо того, чтобы посылать на руку ману, лишь напрягал мышцы.

Ответ я нашёл в званиях, где меня уже успели оповестить о моём состоянии. И как всегда, своеобразно.

«Прогарыш – вы замахнулись на сложную магию и спалили собственную энергетическую структуру. Теперь вы никогда не сможете использовать магию, хотя это может быть и к лучшему.

Условия получения – сжечь собственную энергетическую структуру».

Я не буду говорить, что прогарыш звучит как опарыш. Но что вообще за прогарыш!? Не нашлось нормального звания для этого случая? То долбоёб, то прогарыш, а потом что будет? Бля, этот мир ещё тот недоносок, пиздец просто. Мог бы хотя бы бонус дать какой-нибудь что ли на худой конец за это…

Несправедливость налицо. Немного повозмущавшись и повздыхав по поводу этого пиздеца, я нехотя покинул тёплое пристанище и направился к своей команде, которая уже давно бодрствовала и готовилась к обеду.

Тихий, но дружелюбный гам стоял у костра, где все собрались.

- Всем доброго, - зевнул я, махнул рукой и сел рядом со всеми.

Ответом был неровный гул голосов. Ну и Эви конечно же.

- Ты проснулся, - пододвинулась она в сторонку, освобождая мне место. – Как дела?

- Нормально, - пожал я плечами. – Рубека там в отрубе сейчас лежит.

- Уснула что ли? – заглянула она мне за плечо.

- После того, как я сам проснулся. Но дело не в этом. Надо двигаться дальше.

- Тебе очень важно добраться туда побыстрее? Почему?

- Потому что, - коснулся я её носопырки пальцем, - надо проверить, всё ли готово для плана. Если нет, то надо будет исправить всё. А как показывает практика, иногда не хватает именно того самого дня, который ты упустил.

- Ты такой ответственный, - сказала она с уважением. – Непонятно только, почему иногда поступаешь странно.

- Потому что могу, - ответил я и потянулся за хавчиком. Выудил для себя несколько кусков хлеба с мясом и какой-то компот. – Вас печенька не доставала ночью?

- Несколько раз бродила возле лагеря и рычала. Но близко не подходила, - отчитался наёмник справа от меня, после чего запихнул в рот ломоть мяса.

Интересно… странно, что не рисковала подходить дальше. Может людей боится, а может меня чувствует. Кто знает?

Однако после нашего обеда я попытался мысленно призвать её сюда. Было важно понять, насколько она поддаётся контролю и действует ли вообще подобное на неё.

Я просто мысленно повторял одно и тоже, пытаясь хоть что-нибудь почувствовать или услышать отклик в голове. Отклика не услышал, однако через полчаса из кустов, рыча, ко мне выползла эта самая печенька без руки.

В какой-то момент она даже пыталась броситься на меня, когда я мысленно приказал ей остановиться. Надо признаться, что именно в этот момент я знатно так очканул, схватившись за револьвер, так как печенька-людоед успела приблизиться ко мне на дистанцию метра, раскрыв свою пасть. Нет, не ту, что мы выложили из изюма. У неё словно сломалось тело посередине, раскрыв чёрную дыру внутри с себя с неровными, похожими на частокол, зубов краями. И этим самым ртом она зарычала на меня, напомнив реально крик Годзиллы. От печеньки осталось одно название; эта хуёвина была каким-то пиздецом, который и в кошмаре не увидишь.

Но она остановилась. Остановилась, и когда получила команду валить отсюда, нехотя удалилась.

Значит контроль над печенькой есть. Жаль, что не полный и непонятно как действующий, однако я могу ей управлять. Это напоминало управление каким-нибудь непонятным агрегатом – можешь рулить им, но ты без понятия, что творишь и что вообще происходит. Здесь аналогично. Ещё мне было интересно, смогу ли я управлять другими.

- Ну… по крайней мере этой ты управляешь. Значит и другими, что из неё появятся, тоже будешь управлять, - заметила Эви. И тут же обиженно добавила. – Как мной когда-то!

- Почему когда-то? Я тобой и сейчас управляю. Смотри – на четвереньки!

И Эви, скривившись, подчинилась. Я же, наклонившись, погладил её по голове, словно собачку.

- Хорошая девочка.

- Вот поэтому ты и дурак! – однако из её уст «дурак» совершенно не выглядело оскорблением. Скорее ласково и мило, чуть ли не с любовью.

- Возможно. Ладно, отмена приказа. Раз печенька более-менее слушается нас, значит всё норм.

Через час, полностью собравшись, мы выдвинулись к горе. Рубеку, главную аптечку нашего отряда, которая мирно посапывала и даже не проснулась, когда её подняли, мы взвалили на плечи одного из наёмников. Это рыжее чудо неоднократно спасало нас и было важно держать её отдохнувшей, чтоб в случае чего сразу же использовать.

Да-да, это меркантильно, но не меньше в этом и обычной заботы. В конечном итоге, эта любвеобильная дурында из моей пати, и уж очень я привык к её рыжей копне и глуповатому лицу.

Держась как можно ближе друг к другу, мы вышли из леса к подножию вулкана, покинув теперь небезопасный лес. Очень скоро дорога, которая проходит через него, станет такой же опасной, как и дикие леса королевства, где не ходит никто, кроме героев.

Да-да, такой пиздец здесь до сих пор есть. Их ещё называют гиблыми местами. Лес Кусающихся Тортиков был одним из них. Если я правильно помню, таких мест было немало как в королевстве, так и в других местах этого мира. Это можно было сравнить с бескрайними лесами Амазонки или вечными лесами тайги, где людей вообще нет. Зато, в отличие от тех мест, здесь есть всякие твари. Прелесть, не иначе.

А теперь мы создали новое место, которое будет в будущем расползаться всё дальше и дальше, пока его не остановят люди. Или пока его не остановлю я.

Мы поднимались наверх до самого вечера, поочерёдно сменяясь, чтоб тащить Рубеку. Сначала приходилось слегка туго, так как склон представлял с определённой границы из себя сплошное крошево камней и булыжников, которые опасно качались и скользили под ногами, грозясь сломать тебе лодыжку. Однако уже с середины склона мы наткнулись на ровные ступени, образованные застывшей лавой, по которым смогли довольно оперативно добраться до верха.

Когда перед нами появился проход, солнце уже на две трети спряталось за горизонтом, окрашивая всё в оранжевый цвет.

- Это и есть та самая пещера, куда ты нас вёл? – спросила Эви.

- Ага.

- Выглядит необитаемой.

- Она и должна так выглядеть до поры до времени, пока не настанет судный час, - ответил я весело.

Причины для веселья были, мы блять наконец забрались наверх. Сука, я думал, что помру нахуй, пока буду подниматься. И меня не смущало, что сил было ещё предостаточно, ведь главное повозмущаться, верно?

Стоило нам подойти, как из всех щелей повылезали гоблины. В принципе, в прошлый раз они точно так же вылезали из всех щелей, так что ничего удивительного. Я даже не испугался.

А вот у проснувшейся Рубеки глаза озорно засверкали, предвкушая хороший вечер. Не пойму я человека – ей приятно, когда… пусть простят меня гоблины за это, они ебут её своим хозяйством? Или ей вообще нравится сам факт отвратительности этой ситуации, как некоторым нравится смотреть на что-то грязное, отчего они возбуждаются?

В любом случае, сегодня ночью она будет работать ещё, и уже добровольно.

А вот Эви наоборот скривилась, хоть и попыталась держать себя в руках.

- Гоблины, - просто сказала она.

- Ага, хорошие работники.

- У меня плохие ассоциации с ними.

- И какие же? – поинтересовался я.

- В прошлом, ещё во время войны. Они, да и из диких их собратья нередко нападали нас и людей. В принципе, как и мужикам, им не особо имеет разницы с кем спариваться.

- Мужикам так-то есть разница, с кем трахаться, - заметил я.

- Ага, и поэтому некоторые спят с арахнами, - фыркнула она.

- У них сиськи классные, пусть и остальная часть тела жуткая.

Эви, видимо восприняла мои слова на свой счёт, так как посмотрела вниз и пощупала свою грудь, после чего вздохнула. А зря, твои сиськи классные. Они были первыми, которые я пощупал.

Пока мы делились своими мнениями по этому поводу, гоблины успели приблизиться к нам.

- Господин антигерой, - поклонились они, после чего посмотрели на Эви.

- Она со мной, - успокоил я их.

- Ясно, - протянули они хором и уже поклонились ей. – Госпожа Эвелина.

Ты посмотри-ка, знают, кто это.

- Приветствую вас, господа гоблины, - спокойно, несмотря на свою предвзятость, кивнула она.

- Ладно, кончайте с любезностями. Мы по делу, всё готово?

- Последний раз всё исправляем, - с гордостью ответил главный из этой группы. – Однако наш главный лучше расскажет. Мы должны проводить вас. Всё сделали, как вы сказали.

Гоблины повели нас через тёмные коридоры пещеры. С прошлого раза кое-что радикально здесь изменилось. А если быть точнее, то ширина коридоров. Здесь теперь спокойно могли пройти три солдата в броне, не боясь зацепиться о стены. То, что нужно для толпы героев. А ещё на глаза мне попалось несколько подпорок хлипкого вида, что, казалось, держатся на соплях. От одного взгляда на них мне стало неспокойно, о чём я сообщил гоблину.

- Это для завала, - объяснил он. – Не беспокойтесь, господин антигерой, они рухнут от взрыва, как вы и просили.

- А сами не обрушатся?

- Обрушатся, если взорвать. Мы умеем делать ловушки.

- Буду надеяться.

Вообще, я уже знал, зачем нужны были эти подпорки.

Отсюда никто не должен выбраться, и единственным способом это обеспечить было обвалить единственный вход. Попутно, проходя по этой пещере я больше не замечал боковых туннелей. Практически все они были уже завалены искусственными грудами камней. То, что нужно.

- Теперь я понимаю, что ты хочешь сделать, - сказала Эви оглядываясь. Над её головой висел маленький яркий шарик, освещающий каждый закуток вокруг. – И как тебе пришло в голову подобное?

- Впечатляет, не так ли? – улыбнулся я.

- Скорее пугает. У меня устойчивое ощущение, что ты не знаешь меры.

- Знаю, именно поэтому я не жгу леса и не устраиваю геноцид остального мира.

- А взорвать героев в жерле вулкана, это нормально, да? Мэйн, не пугай меня, пожалуйста.

- Да ладно тебе! Нормальная идея.

- Я по крайней мере пыталась решить всё миром… - начала она свою песню, которую я обрубил на корню.

- Не пошло у тебя, скажем так. Поэтому узбогойся уже. Настала моя очередь пробовать.

- Ты так говоришь, словно собираешься попробовать какую-то игру! – искренне возмутилась Эви. – Хочу заметить, что будут гибнуть люди.

- Зато потом будет всё хорошо, - парировал я. – У вас же будет всё наоборот.

- Это ещё неизвестно!

Вот даже спорить не буду. Потому что это бесполезно. Поэтому умнее будет просто промолчать и…

- Известно. Если ты этого не можешь предугадать, то это твои проблемы.

И я, естественно, так не сделаю. Меня хлебом не корми, дай поспорить с кем-нибудь. Да и вообще, не будим юлить, многие спорят не потому, что им хочется доказать правду, а потому, что им нравится спорить. Нравится доказывать, ругаться, отстаивать своё мнение, тем самым выплёскивая как своё раздражение, так и напряжение.

Главное, чтоб аргументированный спор не перерос в срач, а то там будет уже другой эффект – ненависть к своему собеседнику, а не желание доказать свою правоту, словно на каком-то соревновании.

Так мы и дошли до жерла вулкана, где нас уже ждали остальные гоблины. И следующий час мы потратили на то, чтоб вновь осмотреть всё жерло, перепроверить все проходы, проверить готовность зарядов и так далее. Немало времени заняла и проверка самого каменного пола, на котором мы сейчас стояли. Здесь была важна последовательность разрушения, чтоб та часть, где буду стоять я, не рухнула первой. Короче, нюансов много. И мне искренне хотелось верить, что гоблины всё предусмотрели, и я не сдохну здесь вместе с героями.

Бараки, которые отстроили здесь гоблины, сейчас разбирались и выбрасывались в жерло вулкана, чтоб придать этому месту чистоту и порядок на всякий случай. Вычищались любые следы присутствия здесь гоблинов, чтоб лишний раз не смутить героев. А то кто знает, вдруг сюда забегут сначала скрытники проверить всё? Я бы так и сделал, например.

Пусть я и сомневался в такой осторожности со стороны героев, которые не привыкли сталкиваться с опасностями, однако перестраховаться всё же стоило. Единственным атрибутом, который стоило здесь оставить, было большое в полный рост зеркало, что стояло у противоположной от входа стены этого круглого плато. Через него и будет совершён побег.

До этого у меня была мысль использовать детонатор какой-нибудь, однако подумав, я решил, что не увидь здесь никого, они вполне могут и съебаться. Да и детонатор хрен сделаешь нормальный. Конечно, магия удобна, но у неё тоже есть ограничения и не везде она применима. У неё много каких ограничений, если действительно покопаться в ней. Например, она плохо пробивается через стены, словно глушится как сигнал. Это только один из примеров.

Жаль только, что я не получу с них опыта, учитывая, что такие убийства не идут на счёт. Хотя может и удастся кого-нибудь подстрелить.

Уже в будущем, через несколько дней здесь будет греметь новость о неизвестной стае монстров, что терроризирует людей. Чуть позже уже и соседнее графство Фракции Дня прочувствует на себе действие печенек-людоедов, которые будут быстро распространяться всё дальше на запад.

А где-то через неделю прибудут практически все бравые герои, что захотят отличиться и показать, какие же они крутые. Решат бросить вызов антигерою. По крайней мере, Бог Скверны должен был помочь им понять, что потребуется как можно больше героев.

Так что окей, давайте посмотрим, кто кого, фальшивые ублюдки.

Часть семьдесят первая. Начало войны.

Глава 364

Война не начинается на ровном месте. О нет, она начинает свой ход задолго до того, как постучит в дверь простых людей, чтоб лишить их крова и еды, если не жизни.

И если говорить об этой войне, она тоже не возникла просто так. Этот период истории королевства люди запомнят навсегда. Время, которое станет столь же значимым, как и восстание антигероя двадцать два года назад. Об этом времени в будущем будут петь песни и рассказывать истории, слагать легенды и прославлять героев, что встали на защиту мира. Это будет легендарное время больших перемен.

Но самое начало, самые первые дни, с которых практически и началась официальная война, никто не вспомнит. Тот самый момент, с которого мир бесповоротно изменился.

А всё началось с того, что в отдалённом графстве, что располагалось у восточного моря, начали пропадать жители близлежащих деревень, городов и одинокие путники. Люди, ходящие в лес по грибы и ягоды, и одинокие путешественники, большинство из которых никому не были нужны, бесследно исчезали друг за другом, и никому до этого не было дела, так как процесс ещё не принял таких угрожающих размеров.

И в будущем никто не вспомнит, как пропали первыми две девушки, что отправились собирать травы на продажу, и не вернулись обратно. А вслед за ними путник, что оказывал услуги охотника, так и не выполнил заказ. А потом дети, купающиеся в речке, пропали без следа. Так называемые нулевые жертвы, самые первые, павшие в новой войне. Об этих людях никто не вспомнит, и они просто пропадут в бесконечности времени неизвестными и никому ненужными.

Для многих эта война начнётся с того момента, как начнут пропадать караваны с торговцами. Именно тогда об этих тварях появятся первые упоминания. Иногда будут находить кровь и разрушенные телеги, но никого в живых. Позже будут и выжившие, что расскажут о том, что на дорогах завелись неведомые твари, которые жрут людей. Именно от них всем станет известно, что в лесах завёлся опасный зверь или целая стая этих тварей.

Позднее неведомые доселе монстры будут нападать на ближайшие деревни. Сначала небольшими кучками и особо не наносить вреда – порушат забор, напугают людей, может утащат кого-то из неаккуратных жителей или какую-нибудь животину. От них даже не отбивались, просто ждали пока сами скроются

Однако, чем дальше, тем становилось хуже.

Очень скоро целые деревни будут пустовать – оттуда или все сбегут, спасая жизни, или всех сожрут.

Те, что не будут покинуты и подвергнутся нападению, будут представлять страшное зрелище. Выломанные двери, разбитые окна, словно в дома лезли со всех щелей, баррикады на скорую руку в проходах, брошенное оружие, много крови, минимум трупов и зловещая тишина. Те солдаты, что приходили в такие места, ещё очень долго будут рассказывать весь ужас, что представал перед ними. Если они сами доживут до момента, когда всё будет позади.

Те, кто не хотел бежать, строили частокол и нанимали наёмников, города усиливали стражу, временное правительство графств в зоне риска издавало законы, запрещающие покидать населённые пункты с наступлением темноты.

Но это не остановило страшное распространение тварей, которых с каждым днём становилось всё больше и больше. Очень скоро они уже предприняли попытку напасть на города. Сначала на город в Графстве Ночи, потом на город в Графстве Дня.

Про деревни, которые страдали с обеих сторон, вообще речи не было. Их старались эвакуировать между набегами тварей, что живой волной ударялись о стены. Некоторые деревни пали и были сожраны; другие, пережив одно такое нападение, понимали, что второго им не выдержать, и бежали без оглядки.

Вслед за этим посыпались взаимные обвинения в распространении невиданных доселе монстров, где каждая сторона обвиняла противоположную.

Что было ещё необычнее в этом, так это сами монстры - огромное плотоядное печение, что сжирало любого на своём пути. И главной проблемой было их количество. Ты не успевал убить одного, как на тебя уже наваливались трое. Если на тебе были доспехи, то твари пытались стащить их с тебя или оставляли лежать в них, пока ты сам не выползешь к ним в пасть или не умрёшь от жажды или голода.

Королевство, ещё не успевшее за это короткое время понять масштаб проблемы, даже не пыталось как-то с этим бороться, возложив всё на графства. Однако вскоре, после множества обращений и просьб из графств помощи, королём было решено отправить отряд героев для быстрого решения этой проблемы и попутного уничтожения монстров.

А целью было уничтожить эпицентр, источник зла, который создавал столь ужасных, богомерзких тварей. И источник сего зла находился в жерле вулкана…


Герой Такахаси Митсуо.

Он, естественно, не был единственным героем, и вряд ли был сильнейшим из них, хотя мог дать спокойно фору многим.

О нём многие знали и многие его уважали за открытое сердце, храбрость, честность, милосердие, доброту и желание помочь другим. Просто сборник всего того, что должно быть в идеальном герое. Идеальный человек в неидеальном мире.

Классический герой, любимец многих дам, скромный, мило краснеющий, но в нужный момент проявляющий недюжинную стойкость и уверенность с храбростью. Он тот, которого многие хотят видеть не только когда требуется помощь, но зятем, и мужем, и даже сыном.

Его знали все герои, которые практически организовали собственный клуб, его знали все графы Фракции Дня, и о нём слышали все графы Фракции Ночи.

Олицетворение всех идеальных героев. Ему пророчили действительно великое будущее.

И сейчас он преклонил колено перед королём в большом, богато украшенном тронном зале.

- Ваше высочество, я прибыл по вашему приказу, - смиренно произнёс он.

- О! Митасасуга!

- Митсуо, Ваше Величество, - очень тихо поправил его старец за спиной, который попутно был директором университета, где обучался Митсуо.

- Блять, да они заебали, все на одно лицо! С хуя ли что не герой, так сразу похож на прежнего?! – вроде шёпотом, но достаточно громко, чтоб услышали другие, спросил в ответ король.

Митсуо уже привык к этому правителю. В первые разы он никак не мог свыкнуться с тем, что тот такой… эксцентричный… Но потом понял, что это лишь оболочка. Под весёлым и глуповатым королём скрывался совершенно другой человек.

Как поговаривали на родине у Митсуо, смеющийся тигр всё равно опасный хищник. И король был тем самым смеющимся тигром. Нет хуже того, кто выглядит глупым, считал герой, потому что именно его не воспринимают всерьёз. Именно поэтому такой человек заставляет тебя расслабиться, после чего…

- Итак, Митсуо, у меня базар есть к тебе.

- Да, Ваше Величество, - склонился он ещё ниже.

- Надо стопать короч в графство одно и привезти сюда моего сына и его любимую. И дело не в том, что он может её попортить раньше времени, мне ваще похую это, пусть хоть блять портят друг друга бутылками во все дыры. Я свою жену и служанку…

- Вы отвлеклись, Ваше Величество, - тихо напомнил ему старец.

- Блять, я тока хотел охуенную историю ему рассказать, а не какую-то дичь! – возмутился король. – А, бля, похуй. Ладно, корочь, топаешь к сыну с его ненаглядной и ведёшь сюда. Отвечаешь башкой, ты понял?

- Да, Ваше Величество.

- Отлично. И это, сам ту девку не порти. А то её мамка та ещё ебанушка, может расстроиться, что дочке дыры расширили. А мне ещё бабского срача не хватало накануне свадьбы.

- Я даже думать о таком не смел, Ваше Величество, - тихо и уверенно произнёс Митсуо. – Я сделаю всё, что смогу и отдам жизнь при необходимости, но приведу их целыми и невредимыми.

- Отлично, - расслаблено откинулся тот на спинку трона. – Ну тогда всё. Можешь пиздовать, за базар отвечаю, тебя отблагодарят за эту услугу.

- Слушаюсь и повинуюсь, Ваше Высочество, - ответил Митсуо и быстро вышел из зала.

Смеющийся тигр. Именно поэтому он так долго у власти.

Пока смеются над ним, он смеётся над всеми.

Он охотится на обманутых смехом жертв.

Он хищник.

Многие не воспринимали короля всерьёз, но Митсуо придерживался другого мнения. И не изменит его, даже если король будет лизать пол (а подобного он не исключал).

- Митсуо! Митсуо, погоди! Митсуо!

Невысокая девушка в белом балахоне повыше обычной лоли, но при этом ниже среднестатистической женщины бежала за ним по коридору. Она пыталась подтянуть рукой балахон, чей подол постоянно путался в её ногах, одновременно, поправляя белую шапку жрицы, которая постоянно норовила сползти ей на глаза. В правой руке у девушки трясся золотой посох с вставленными самоцветами.

- Митсу… ох!

В конечном итоге шапка сползла ей на глаза, и она на полном ходу врезалась в остановившегося Митсуо, едва не упав. Тот молниеносно дёрнулся вперёд и поймал её до того, как она рухнула на каменный пол.

- Я говорил тебе, Силь-силь, что одежда тебе великовата, - вздохнул он, с какой-то братской заботой поправляя на ней шапку.

Девушка же смотрела на него блестящими от обожания глазами и отнюдь не как на брата.

- Я… споткнулася…

- Я вижу. Ты чего-то хотела?

- Да! Все герои собрались и готовы отправляться бороться со злом! – вскинула она посох вверх. – Ну и я тебя позвать прибежала. Тебя только и ждём.

Сбор на охоту.

В юго-восточных землях завелись какие-то существа, что размножались с жуткой скоростью и ели людей. Некоторые говорили, что это огромные печенье-людоеды. И Митсуо был склонен верить этому, учитывая, в каком безумном мире он теперь живёт. Здесь не только печенье опасным может быть, ему рассказывали, что даже есть леса, где кондитерские изделия охотятся на людей. Многие предполагали, что те твари пришли оттуда.

В первые дни, когда о странных нападениях только стало известно, он был готов ринуться туда, чтоб помочь людям. Знал, что чем раньше поборешь проблему, тем будет проще. Однако никто из героев его взгляда не разделял, все считали такую добычу слишком мелкой и недостойной внимания. И платят мало, и известности мало, и вообще, далеко находится.

Нет, они не были плохими людьми, многие не раз спасали людей и просто так. Просто герои не видели опасности, думали, что это обычная тварь, которую в скором времени победят сами стражники или гарнизоны города. Ведь если раньше подобное происходило и нормально заканчивалось, почему сейчас должно быть иначе?

Митсуо не разделял такого взгляда, считая, что каждой проблеме надо уделять одинаково внимания в начале. Однако в разрез его желаниям ему дали другое задание, причём сам король, отчего он отказаться не мог.

А сейчас, когда проблема приобрела реально большие масштабы, его вновь отправляли на другую миссию. И как тот, кого призвал король, как житель этого королевства он должен был подчиниться его воли и сопроводить в это неспокойное время его сына с невесткой.

- Мне очень жаль, Силь-силь, но я отправляюсь на другое задание, - вздохнул он.

- На другое задание? А на какое? Король же отправляет всех бороться с существами на юго-востоке. Он говорил, что это очень важно!

- Пока мы в замке, называй короля Его Величество, Силь-силь. А то быть тебе наказанной за такое. В лучшем случае. А что касается задания, то я должен сопроводить его сына и его невесту сюда в замок.

- А-а-а-а… - протянула она. – Тогда ясно. А нам что делать?

- А вы отправляйтесь с остальными. Его Величество сказал, что герои и их команды идут на борьбу со странными тварями. Вы тоже команда героя.

Вообще, это было очень странно. Обычно на такое высылают всего одного героя, максимум трёх вместе с командами, а тут собрали практически всех сильнейших вместе с их командами. Это лишь значило, что намечается действительно что-то очень важное и серьёзное, где нескольким просто не справиться.

- Жаль, - вздохнула Силь-силь и шмыгнула носом.

- Ничего страшного, - улыбнулся Митсуо, положив руки ей на плечи. – Как только всё закончится, мы отправимся все в путешествие повидать мир.

- Правда? – засверкала глазами Силь-силь.

Она услышала его слова как персональное приглашение на свидание. А Митсуо был слишком неопытен в разговорах с женщинами, чтоб понять, как его восприняли.

Он вообще плохо разбирался в женских сердцах и был зачастую с ними неуклюжим и неуверенным. Он воспринимал их всех как друзей, когда они хотели от него другого. А если ему кто-то и нравился, то он краснел, запинался и смотрел в пол, отчего вызывал чуть ли не писк умиления. Другого бы мужчину уже послали и сказали, что он тряпка, однако про него говорили, что он просто неуверенный в себе. И его действительно любили.

- Правда, - ответил Митсуо улыбнувшись. – Мы хорошенько отдохнём после этого задания, пойдём на берег моря, будем купаться, загорать, есть вкусности. Поэтому береги себя, береги наших друзей и помогай другим командам. Ты целительница, и их жизни будут в твоих руках в трудную минуту.

- Обещаю! - воскликнула она, готовая уже взлететь от счастья. Теперь ей казалось, что любая миссия будет нипочём.

- Вот и отлично. А пока давай спустимся, я предупрежу, что не смогу отправиться с вами. Пока что.

Перед расставанием он встретился со своей командой: немного отстранённой девушкой-эльфом, лоли-ведьмой, которая любила взрывы, мечницей, которая пыталась его всё время совратить, кошкодевушкой скрытницей, страдающей клептоманией, и женщиной щитоносцем, которая, словно мать, обо всех заботилась.

Естественно, их не сильно обрадовало то, что он не идёт с ними, однако его обещание об отпуске заставило всех сразу развеселиться.

- Берегите друг друга, защищайте и помните, что ваша сила в единстве. Чем ближе вы друг к другу, тем меньше будет риска для вас. Не лезьте вперёд, не подставляйтесь и не пытайтесь показать себя. Пусть герои делают свою работу, вы лишь поддержка. Но это и не значит, что вы должны просто стоять и смотреть. Помогайте им, помогайте так, словно это я сражаюсь перед вами.

Его пламенная, полная доброты и ответственности речь вдохновила их, и девушки хором ответили «да», высоко подняв руки.

А через час они большой дружной кучей покинули территорию дворца, оставив за собой тишину. Огромной группой вышли к городу, где их должны будут отправить на юго-восток.

Митсуо верил в героев. Не все, конечно, были хорошими, не все добрыми и не все верными, однако большинство было действительно славными людьми. Они были готовы помочь людям, если их просили, и зачастую делали это за просто так. Конечно, находились и меркантильные герои, однако таких было меньшинство.

Он проводил их взглядом до ворот, после чего отправился за своим обмундированием. Ему предстояла недолгая, однако вполне возможно опасная дорога, раз его, одного из сильнейших, направили туда. И Митсуо не привык делать что-то тяп-ляп.

Уже собирая свои вещи, он совершенно случайно наткнулся на небольшой кулёк, в котором лежал небольшой кулончик, адресованный ему. Митсуо потребовалось всего несколько секунд, чтоб всё понять.

Сегодня был день создания его команды. Со всеми этими миссиями он совершенно позабыл об этом. А девушки нет.

Себя оправдать Митсуо попытался тем, что, когда они вернутся, он тоже купит им кулончики. Одинаковые или для каждой разный под стать их характерам, он не знал, но время подумать об этом у него ещё будет. Как раз надо отвести сына короля с суженной из поместья в лесу, а дорога туда неблизкая, зато очень спокойная, сто раз зачищенная героями.

Под эти раздумья он оделся в свою ослепительную броню, которая была отполирована до зеркального блеска, превратившись в того, кого видели перед собой другие люди. Героя в сверкающих доспехах, который придёт на помощь любому, и который выстоит перед любым злом.

Любым ли? На этот вопрос не мог дать ответа даже сам Митсуо. Слишком много непонятного в этом мире творилось. Единственное, на что он мог надеяться, так это на то, что, когда придёт момент, он будет рядом со своими товарищами. И у него будет достаточно сил, чтоб дать отпор злу и защитить своих друзей. Да, он на это надеялся.

Глава 365

Меч с некоторым сопротивлением рассекал тела монстров. Вполне возможно, что у обычного человека, если он не натренирован, не получится разрубить такое с первого удара, клинок застрянет на половине. Однако хорошо обученный солдат из армии королевства был на такое вполне способен.

Но главной проблемой было их количество. Казалось, что на место одного приходят сразу двое. Что, пока убивали один десяток, их становилось уже два, три, пять десятков.

Но это не было проблемой для героев и их команд, что смело врезались в гущу врагов, уничтожая их сотнями. По пути к их цели, герои уже несколько раз сталкивались с ордами печенья, которое жрало людей. Несколько раз они натыкались на разорённые деревни, в которых остались следы ужасных трагедий.

- Им ни конца, ни края не видно, - вздохнул мечник, закинув своё огромное грозное оружие метра два в длину на плечо. – Мы столько убили, а они всё прут и прут.

Их огромная группа только что зачистила какую-то несчастную деревню, где ещё можно было встретить обглоданные части тел, мужчин, женщин, стариков и детей. Буквально продавленный в одном месте частокол и снесённые ворота положили конец этому месту. Созданные наспех баррикады были просто сметены и разбросаны по округе. Всё разрушено и переломано.

- У них не было ни шанса, - сказала девушка-герой, которая была лучницей. Пусть она и обладала феноменальными способностями, однако здесь её стрелы были бесполезны. – Их просто смели. Если мы так долго дрались, то у жителей не оставалось и шанса.

- А всё из-за того, что они просто не хотели уйти со своих мест.

Силь-силь, что стояла рядом и оказывала посильную помощь товарищам, родилась в этом мире. Она посчитала невежливым вмешиваться в разговор двух великих героев, которые, несомненно, говорили об очень важных вещах, до которых ей ещё расти и расти. Однако здесь ей очень хотелось сказать причину такого решения жителей.

Герои были воинами. Им не было ведомо то, что обычно волнует простых людей. И они не понимали, что значит для простого крестьянина покинуть свой дом. Это означало бросить абсолютно всё и обречь себя на неизвестное будущее, которое вполне может окончиться смертью. Без запасов еды, без денег, которых всегда не хватало, без крыши над головой, так ещё и с детьми, которые всегда хотят кушать, такая семья могла продержаться лишь до ближайшей зимы, когда она или замёрзнет, или умрёт с голоду.

Силь-силь всё это знала, но решила промолчать, чтоб не встревать со своими глупыми мыслями в их разговор. Вместо этого она лишь окинула огромную группу взглядом, что теперь расхаживала по деревне. Они рассматривали разрушения, что-то подбирали, тихо переговаривались.

- В любом случае нам надо двигаться дальше, - сказал мечник, что был здесь негласным лидером. – Надо убрать источник этого дерьма, и тогда все остальные просто помрут.

- Это кто сказал так? – спросил копейщик, подошедший к ним.

- Король.

- Король? Псих ненормальный. Как королевство ещё держится с таким кадром?

- Может и не ненормальный, раз ещё держится, - заметила лучница. – Хотя он точно придурок. Терпеть его не могу.

- Ладно, отставить, - махнул рукой мечник. – Король дал нам точные указания, куда двигаться и кого убивать.

- И кого убивать? - спросил копейщик. – Если он ничем не отличается от простого печенья, то проблем вообще не возникнет. Это даже будет скучно, я-то надеялся на что-то более… опасное.

- Он просто сказал, что там обитает главный источник зла. Это на восточном побережье, надо подняться к жерлу потухшего вулкана.

- К жерлу вулкана? – в глазах лучницы сверкнул азарт. – Это должен быть действительно опасный босс. Место соответствующее.

- Жерло вулкана? - это уже спросил мужчина с огромным щитом, который подошёл сзади. – Не нравится мне это…

Этого человека многие знали как героя солнечного щита, потомка призванного героя. Легендарный и выдающийся воин, который был чуть ли не живой легендой.

- Будет интересно, - не согласился с ним копейщик. – Что там может случиться?

- В жерле вулкана, пусть и потухшего? Дай-ка подумать… он проснётся? – посмотрел на него с прищуром щитовик.

- То есть раньше он не просыпался, а сейчас вдруг неожиданно проснётся? – поинтересовалась скептически лучница. – Да и какой бы монстр стал размещать свою базу там, где слишком опасно?

- Глупый монстр. Как и те, кого мы убили, - пнул мёртвое печенье щитовик. – Ни инстинкта самосохранения, ни зачатков разума. Просто жрут всё, что видят, подобно зомби.

- Зомби-печенье, - усмехнулся мечник. – Как бы то ни было, у нас приказ, который надо исполнить. А потом… - он заговорчески замолчал.

- А что потом? – заинтересовалась лучница.

- Мне тут маякнули, но не король, а один из графов, что с Фракцией Ночи проблемы возникли. Быть может скоро мы пойдём улаживать дела с ними.

- С чего вдруг сейчас?

- Они все разом притихли. Подумывают, что их убили. А это значит, что можно раз и навсегда избавиться от этой грязи.

- Я тоже об этом слышал. Давно пора, - хмыкнул щитовик. – Надо было уже сто лет назад истребить всю эту нечеловеческую пакость.

- Потише, - осадил его мечник. – Нечисть тоже граждане королевства. Мне маякнули, что избавляться будут от графов.

- И от некромантки? – спросил копейщик. – Ну та, что сама мертва?

- Лич? Нет, про неё не знаю, но говорят, что она на короткой ноге с королём. Да и её подруги дочь скоро станет принцессой. Речь идёт о других. Да и вообще, ты же герой солнечного щита, должен знать, что и как, - обратился он к щитовику.

- Нет, её трогать не будем. Она нужна нам живой для стабильности. Остальных под нож. Там долгий и муторный план, который займёт не один день.

- Не, не рассказывай, лень мне сейчас всё это слушать, - отмахнулся копейщик. – Короче, возвращаясь к разговору о боссе, в крайнем случае у нас есть маги.

- Не поможет, если вулкан взорвётся.

- Не взорвётся, - покачал головой мечник. – Он прав, даже тварь не станет делать гнездо там, где это опасно.

Силь-силь, что стала свидетелем этого разговора была несколько взволнована тем, куда они идут, однако уверенность героев смахнула её страхи, как крошки со стола. Если они говорят, что будет хорошо всё, то значит так оно и будет. В конце концов, если Митсуо доверяет им, то и она должна им доверять, верно? По крайней мере она старалась.

Группа продолжила свой путь к цели, периодически вставая на привал. За всё это время никто из них не пострадал, так как герои играючи истребляли лезущих отовсюду тварей. Истребляли печенье десятками, сотнями, буквально заваливая землю их хрустящими телами.

Истребляли их, истребляли, пока в какой-то момент печенья-людоеды практически перестали нападать. Ходили рядом, рычали, иногда приближались, но не атаковали, словно их что-то удерживало. Изредка делали попытки, но и те не отличались какой-либо активностью. Словно в один момент стали либо опасаться их группу, либо потеряли к ним интерес.

Многим это показалось странным, однако один из героев предположил, что твари пусть и тупы, но должны же были понять, кто сильнее. И то, что они стали их избегать, вполне естественно, так как раз есть инстинкт голода, то должны быть и другие инстинкты. Все согласились с этим, хотя Силь-силь всё равно чувствовала беспокойство по этому поводу. Эти доводы не сильно успокоили её, в душе продолжал тлеть уголёк беспокойства, который упорно не хотел затухать.

Почему её так это беспокоит? Почему она волнуется? У неё много сил, чтоб спасти тех, кто будет смертельно ранен, у неё много товарищей, которые смогут сломить легионы. Но… что это за странное чувство какой-то тревоги?

Силь-силь долго думала над этим, пока их группа добиралась до горы, и пришла к выводу, что всё это связанно с тем, что Митсуо не рядом с ними. Только он мог заставить почувствовать её себя в безопасности.

И Силь-силь была уверена, что не только она это чувствует. Другая часть группы Митсуо тоже выглядела взволнованной без своего лидера. Словно без него они лишились реальной защиты. Ведь кто о них позаботится в сложную минуту?

Силь-силь не хотела думать плохо о других героях, но ведь у них были и свои команды. К тому же… они были чужими для неё. А Митсуо был свой: неуверенный, стеснительный и храбрый. От одного воспоминания его внешности её бросало в жар. Да, он был прекрасным юношей. И голову Силь-силь посещали такие невинные мысли, как закат, то, как они будут вместе сидеть на берегу, он её обнимает, а потом…

А потом она его трахнет-трахнет-трахнет-трахнет-трахнет-трахнет-трахнет… Или он её хорошенько выебет. В принципе, для Силь-силь не было важно, кто кого будет ебать и в какой позе, пусть хоть собачкой, хоть раком, хоть как.

Поэтому оставшуюся часть дороги девушка в большом белом балахоне жрицы с большой шапкой на голове, слегка нелепо и мило выглядящая, забыла о волнениях и предвкушала невинные сцены, которым позавидовал бы даже бывалый порнорежиссёр по своей изобретательности и причудливости. Невинные девушки так невинны…

Ранним утром второго дня пути, встав пораньше после привала, они подошли к подножью горы.

- Я думаю, что нам нужно забраться туда сегодня, - вздохнул мечник, глядя на то, как спотыкается в своих мешковатых одеждах целительница, пытаясь их подтянуть повыше, чтоб те не путались под ногами, одновременно поправляя шапку. Она была самой медленной в отряде и самой ценной. Целителей в этом мире было не так уж и много.

- Это без проблем, но… ты волнуешься из-за целительницы? – спросил щитовик, остановившейся рядом.

- Да, она очень тормозит. Наверное, надо будет взять тебе её на руки, иначе к темноте не поспеем. Не хочу ночевать у логова этих тварей.

- Тогда не будем тянуть, - пожал плечами тот и обратился к отряду. – Так, привала не будет, сейчас нам необходимо подняться наверх. Что касается тебя, - посмотрел он на целительницу, - тебя потащу я.

- Но я и сама могу! – возмутилась та. Единственный кому она бы доверила себя нести, был Митсуо.

- Долго можешь, это приказ, - и поднял на руки недовольную Силь-силь.

Только к вечеру, когда солнце уже наполовину ушло за горизонт, они смогли дойти до входа в логово. По пути сюда, на каменистых склонах вулкана они встретились с отчаянным сопротивлением со стороны печенья-людоедов, что сходили на них буквально лавиной, стараясь сожрать или погрести под собой. И именно здесь они понесли первые потери. Не среди героев, но среди членов их групп.

Под таким плотным потоком врагов, которые буквально наваливались на группу своим телом, несколько девушек мечниц, что отбились от основной группы, были порваны на части. Их визги заглушали все другие звуки, когда им отрывали части тела. Так же один из магов тоже был отрезан от остальных, и его буквально сожрали живьём. Те, кто по каким-то причинам не поспел за другими, погибли, будучи снесёнными огромным потоком плотоядного печенья.

Герои, которые не привыкли к тактике, привыкнув полагаться лишь на собственную силу, не смогли вовремя оценить реальную угрозу такого беспрецедентного потока печенья. И только потеряв семь членов разных групп, они смогли выстроить круговую оборону, отбив чудовищную атаку.

Потому ко входу в пещеру они пришли слегка уставшими и полными гнева. То, что это была та самая пещера, сомнений не было. Следы муки, крошки, кусочки сломанного печенья, словно здесь его рассыпали. Всё говорило о том, что твари выползли оттуда.

И там или лаборатория чёрного мага, что производит этих тварей, или сама тварь, главнейшая среди других.

- Я порву руками эту суку, - пробормотал полным ненависти голосом мечник. Он потерял сразу троих человек из группы.

- Не будем ждать? – спросил копейщик, устало потирая шею. – Привал там…

- А подмоги с их стороны не боишься? Пока мы сломили их главную атаку, следует нанести контрудар. Или устал?

- Да какое там устал, - отмахнулся копейщик. – Просто предложил успокоиться и подождать…

- Утра? Около его логова? Или внизу, а потом заново подниматься? Пока мы одерживаем верх, надо давить ублюдка, - выругался мечник и перекинул свой исполинский меч на плечо.

- Да, сорян, глупость сказал.

- Тогда поднимай остальных и выдвигаемся, - махнул он рукой.

Группа, немного уставшая, но по-прежнему многочисленная и полная праведного гнева выдвинулась в пещеры. Они шли как положено большой группе – в центре находилась поддержка, по краям танки, во лбу, откуда ожидали сопротивление, собрались атакующие и скрытники. Последние проверяли проход на наличие ловушек типа растяжек, проваливающегося пола, кнопок и прочего. Но преисполненные гнева, они были слишком не внимательны.

Нет, это не значило, что они делали всё спустя рукава, просто не могли адекватно оценить опасность, что стояла перед ними.

- Балки старые, но ставили недавно, - кивнул один из скрытников на деревянную подпорку. – И стены расширены искусственно.

- И? Ну старая. Столько стояла, и ещё постоит. А расширили сами твари, - ответил другой. Его ладони с ненавистью сжимали рукояти кинжалов. Одна из убитых мечниц была его невестой, порванной на части на его глазах. И он трясся от ненависти как на себя из-за своего бессилия, так и на того, кто это всё сделал. И мечтал, что ему удастся лично засадить тому клинок в шею даже ценой жизни.

Они двигались всё глубже и глубже в пещеры, чувствуя жар, который исходил от земли.

- Как бы то ни было, вулкан точно активен, - пробормотал щитовик. – Лучше вернуться и всё обдумать.

- И дать ему создать ещё одну армию? – покосился на него мечник. – Ты можешь вернуться, если боишься.

- Дело не в страхе, а в этом месте. Мы не знаем, куда идём. Надо было отправить сюда сначала разведку.

- Это проход к врагу? Проход к врагу. Зачем отправлять рисковать скрытников, если мы можем зайти туда разом. Вместе у нас будет больше шансов защитить друг друга.

Щитовик промолчал. Мечник был слишком… возбуждён, чтоб сейчас можно было достучаться до него. А спорить в логове врага было той ещё затеей. Оставалось надеяться, что вместе они смогут одолеть его. Хотя в этом он и не сильно сомневался. В конце концов, здесь собрались сильнейшие герои и привели с собой не менее сильных товарищей.

Это не учитывая их огромное количество, здесь была практически мини-армия, около ста человек, которые имели уровень не менее семидесятого. И всё же бросаться туда вот так было слишком безрассудно.

Они продвигались всё глубже и глубже в пещеры, не пытаясь скрыть своё присутствие, но и не шумя попусту.

Так, продвигаясь всё глубже и глубже, они добрались до самого жерла вулкана. Огромнейшей площадки, ровной как асфальт, что покрывала всё от стенки до стенки. Это место было похоже на древний жуткий Колизей, гигантский, с отвесными стенами, возвышающимися по кругу. И потолком этого места было только небо, красное из-за заката, которое светило сюда лёгким светом, окрашивая всё словно кровью.

- Впереди, - тихо сказал впереди идущий скрытник. – Это… он?

В его голосе слышалось сомнение, так как человек был один единственный и выглядел… не как злой босс этой локации.

Обычный парень, сидящий на табуретке, упёршись локтями в колени, и сцепив их перед собой замком, словно думая о чём-то. Позади него располагалось зеркало.

Их разделяло целое поле, размером с футбольное.

- Это босс? Серьёзно? Я убью этого ублюдка! – один из скрытников, окрылённый собственной ненавистью и недавней утратой ринулся вперёд ещё до того, как вся группа успела выйти из пещеры.

Он нёсся очень быстро, слишком быстро даже для своего уровня, буквально смазываясь, но…

Прогремел хлопок, от которого задрожал даже воздух, и он, преодолев почти всё расстояние, рухнул, кубарем прокатился ещё несколько метров прямо к ногам сидящего человека.

- Не смей! – только и успел крикнуть мечник, прежде чем человек поднял стул и опустил одну из ножек тому прямо на голову, пробив её. До героев долетел хруст костей. А тот сел как ни в чём не бывало, словно так и должно быть.

- Мне показалось или это был выстрел? – тихо спросила лучница.

- Что это? – тут же спросил щитовик, в то время как копейщик покачал головой.

- В этом мире? Я ни разу не видел, хотя такое изобретение бы стало уже давно достоянием общественности. Но будьте осторожней.

Глава 366

Потребовалось около минуты, чтоб вся огромная группа вышла на эту площадку.

- Что будем делать? Он не выглядит испуганным, однако что-то мне подсказывает, что это и есть босс. И… что у него за спиной? Зеркало? – у лучницы было больше вопросов чем ответов. Но в чём она была уверена, так это в том, что подходить пока близко к нему не стоит. Сейчас расстояние было их союзником.

- Для начала… я не знаю, переговоры? Обычно они нападают первыми или зачитывают свою злобную речь, а этот просто молчит и смотрит на нас, - всматривался в незнакомца мечник.

- И не нападает. Почему?

- Ждёт чего-то. И он явно не положительный персонаж, - пробормотал он в ответ и выступил вперёд. – Эй ты, кем будешь!?

Голос эхом прокатился по огромнейшему залу, вторя герою несколько секунд.

- Чо кричишь, здесь не глухие собрались, - ответил человек с противоположной стороны. Его голос звучал громко, но при этом спокойно, словно его просто усилили через динамики.

Вполне возможно, что он маг, мелькнула в голове героя мысль, и он знаками приказал приготовиться остальным.

- Мы, герои королевства…

- Я знаю, кто вы, - сказал он с безразличием, словно перед ним собрались обычные люди. В принципе, он так и считал. – Вы просто кучка обычных попаданцев из соседних миров, где, скорее всего, были никем и ничем. А здесь получили силы и стали строить из себя хуй пойми что. Ну и конечно стали цепными шавками короля, куда же без этого.

- Он нас провоцирует, - тихо сказал копейщик. – Но быть может, это ренегат и тоже из другого мира. Надо его окружить, чтоб не накрыл нас одним ударом.

- Или наоборот, попытается убить нас разделившихся.

- Нет, он прав, если будем вместе кучей, станем уязвимее, надо немного разомкнуть строй, но сохранить построение с поддержкой за спиной.

Огромная команда начала расходиться, хотя даже с таким большим полем сделать это было тяжело.

- Я могу попробовать его достать отсюда способностью «Точный выстрел». Он просто не увернётся, - тихо сказала лучница, и прежде чем её кто-то успел остановить, она выстрелила.

Даже здесь проявлялась разобщённость команды.

Едва кто-то успел моргнуть, как яркая вспышка, похожая на пику, пронеслась от группы к одинокому человеку и… ничего. Она потухла, подобно свече, и к ногам человека с глухим деревянным стуком упала уже обычная стрела.

Он с какой-то ленью посмотрел на неё и вздохнул.

- Вау. Это впечатляет. Шучу, вообще ни капельки. Позвольте вам показать, что действительно впечатляет.

Он так быстро вытянул руку, что никто не успел среагировать, кроме самих героев. Громкий хлопок, и из затылка одного из мечников с щитом ударил кровавый фонтан с мозгами и костями, забрызгав позади стоящих.

- Бля, косит немного… - после этого он оглянулся и цыкнул, словно был недоволен тем, что его так хорошо слышно.

Все замерли. Никто не смел двинуться, боясь, что станет следующим человеком с взорвавшейся головой. И только героям (не всем) стало понятно, что этот человек имел при себе огнестрельное оружие.

- Всем за щиты! За ними он вас не достанет! – закричал мечник, позволив прикрыть себя герою щитовику.

Почти вся группа ощетинилась щитами, прикрывшись ими словно стеной.

- Попробуем дойти до него так? – спросил мечник.

- Мой-то щит всё выдержит, но не этого ли он ждёт от нас? Хочу заметить, он не сильно-то и охотно атакует нас на расстоянии.

- Возможно ты прав… Но и стоять так мы не можем.

- Тогда я скажу глупость, но может стоит поговорить с ним? Понять, кто перед нами?

Мечнику эта идея показалась странной, но… если это босс, то он наверняка очень вынослив. Зачастую все они были опасны именно в ближнем бою. И быть может этот человек, если он был таковым, вынуждал их приблизиться. И дальними атаками его не возьмёшь, если даже способность лучницы его вообще не достала.

Так подходить и рисковать нарваться на ближний бой, как это обычно бывает, или тщетно пытаться достать издали?

В любом случае, придётся приблизиться, но мечник решил воспользоваться советом щитовика.

- Значит это твоих рук дело?! То, что происходит там внизу?! – спросил громогласно он.

- Верно, я покуролесил. Вам понравилось?

- Ты убил людей из моей команды, подонок! Тебе придётся ответить за это!

- Вижу, что понравилось, - в его голосе слышалась раздражающая усмешка.

- Ты кем будешь!? Я приказываю тебе ответить падаль, и быть может ты не умрёшь сейчас от моей руки!

- Падаль? Хм… знаешь, псевдогерой, возможно ты прав. Но вы получаете силу ни за что, палец о палец не стукнув, чтоб добиться её. Привыкли всё получать легко, отчего ваше самомнение выше Альп. Вы не знаете, что такое борьба за добро, не проходили настоящую грязь, чтоб получить силу. И оттого не можете отличить добро от зла. И когда настаёт момент действовать, большая часть из вас окажется просто убийцами. Прогнившим мусором.

- Не говори за всех!

- Говорю за всех. Вы просто жалкая пародия на настоящих героев. Вам плевать на добро, потому что вы не видите разницы. И вы будете убивать невинных, если вам скажут, что они зло.

- Это неправда! – громко крикнул мечник. А тем временем они медленно двигались к нему. Сокращали расстояние, чтоб рывком настигнуть подонка и отправить в ад, где его уже заждались. Мечник был готов ещё долго разговаривать с этим отбросом, если того потребует ситуация. Однако…

- Правда. И раз тебе стало интересно, кто я есть, то, пожалуй, тебе можно ответить. Ведь покойники не говорят.

И в этот самый момент неожиданно что-то за их спинами взорвалось. Оглушительно, с каменным треском, так, что задрожала сама земля под ногами. Все резко обернулись, совершенно позабыв об осторожности, чтоб наблюдать, как за их спинами из единственного выхода поднялось густое облако каменной пыли. Ещё минуту продолжали сыпаться камни, их стук был отлично слышен даже через нескончаемое эхо взрыва, что гуляло по этому Колизею.

- Итак, мои дорогие герои, - громко объявил парень. – Позвольте представиться. Я – антигерой. И это ваша могила. Ничего личного, просто мы на разных сторонах.

И в этот самый момент что-то под ними начало взрываться.

- Он хочет обрушить плато вниз! – закричал кто-то из толпы.

Несколько человек в отчаянной попытке достать гада бросились к нему, однако так и не успели его достигнуть. Пол между ними и антигероем пошёл трещинами и провалился вниз в бурлящую лаву. Теперь их разделяло метров двадцать.

- Твою мать… - пробормотал мечник, понимая, в какую западню они угодили. – ТВОЮ МАТЬ!

Он оттолкнул щитовика, взял огромнейший разбег и прыгнул вперёд. Возможно, если повезёт, он сможет допрыгнуть и достать его. Ему должно хватить сил, чтоб оказаться на другой стороне и отправить ублюдка…

Возможно не произошло.

Антигерой вытянул руку с оружием и несколько раз выстрелил в него.

Пули действительно не пробили броню, хотя и промяли; он почувствовал, как металл в нескольких местах ударил его в грудь. Но хуже было то, что они его остановили, слегка отбросили назад, не дав долететь до другого края. И мечник камнем улетел в бурлящую внизу лаву.

Будь он простым человеком, то разбился бы с такой высоты, однако герой лишь сломал себе несколько костей, приземлившись на спину. А ещё через секунду он просто ушёл в лаву, как в болото.

Ему не повезло, он потерял сознание не сразу благодаря живучести и жарился живьём, уходя всё глубже, пока лава протекала ему прямо на лицо через щели в забрале, прожигая кожу до костей. Доспехи раскалялись, превращаясь в печь. Мечник был в сознании, когда лава выжигала всё его тело, затекая внутрь через проплавленные дыры в самих доспехах. Он прожил ещё десяток секунд, прежде чем отключился и умер, наконец избавившись от страданий.

Так погиб смелый герой и борец за справедливость фрезеровщик Потап из Нижнего Тагила.

Остальные в ужасе отпрыгнули от расщелины.

- Гадство… я же говорил! – выругался щитовик и бросился назад. – Все к выходу, надо попробовать выбраться наружу! Быстрее!

Вся огромная команда развернулась и бросилась назад, когда послышались взрывы, и плита, на которой они стояли, начала проваливаться вниз кусками. Все пытались перебраться к той части, где она ещё не обваливалась, в тщетных попытках спастись.

Люди проваливались вниз через щели, скатывались кубарем или на пятой точке с покосившихся плит, улетали вместе с провалившимся полом. С криками, слезами, страхом они падали в лаву. Кому-то везло, и он разбивался насмерть. Кому-то везло меньше, и они успевали переломанные обгореть и помучиться, прежде чем от болевого шока теряли сознание и погибали. Никто не жил долго.

Оставшиеся в живых сбились в дружную кучу, в ужасе смотря, как пол рушится под ногами, как рушатся стены этого Колизея смерти и оттуда начинает литься лава, подобно водопаду.

- Барьер! Барьер ставьте! – закричал не своим голосом щитовик, задыхаясь в испарениях. – Быстрее!

Лава начала заливать плато, сжигая тех несчастных, что оказались слишком близко к ней, буквально льясь им на голову. А ещё через мгновение синеватый прозрачный купол закрыл их, и лава ударилась об него, обволакивая. Послышался треск и плато, не выдержав собственного веса и веса лавы, обвалилась вниз.

Прошло несколько секунд, пока они ушли достаточно глубоко для того, чтоб лава полностью обволокла их купол. Тот трещал подобно стеклу и покрывался трещинами, но пока держался.

- Я… я не хочу так умирать, - пробормотала лучница в слезах. – Не такой смертью.

- Это конец? – всхлипнула кошкодевушка-скрытница из команды Митсуо.

- Я не умру так, - пробормотала одна из девушек и посмотрела на щитовика героя. – Молю, убей меня, герой.

Секунда, и её сердце пробил его клинок. Теперь это было единственным, что он мог сделать для них. Убить и избавить от мучений.

- И меня, - подёргала его за рукав плачущая лоли. – Пожалуйста и… спасибо…

Так к нему подходили люди, которых он лишал жизни. Мечница, паренёк скрытник, ведьмочка в остроконечной шляпе и многие другие. Они просили его отпустить их без боли и благодарили за это. С некоторыми он прожил не один год и не одно приключение, но его рука не дрогнула. Таков был его последний долг.

А купол трещал, и уже осыпался мелкой крошкой магических частиц, словно синеватым песком.

- Он больше не выдержит, - пробормотала одна из ведьм, глядя на лаву за ним. - Можно запитать его маной, но… это бесполезно… - Она обернулась, увидела плачущую напарницу лучницу и обняла её. – Не плачь. Ты была такой сукой, что я тебя терпеть не могла. Но спасибо за то, что прикрывала мою спину.

- Ты тоже, - рассмеялась сквозь слёзы та. – Просто конченая дрянь… Спасибо тебе.

Это был эффект предсмертного единства, когда ты был готов простить ближайшего за всё перед самой смертью. Люди один за другим стали говорить то, что было у них на сердце в этот момент, чтоб уйти, ни о чём не сожалея.

- Прости меня…

- Я украл те деньги, мне так жаль…

- Это я сдала тебя тогда, мне так стыдно…

- Я люблю тебя, всегда любил, но стеснялся признаться…

- Я прощаю тебя, никогда не держала зла за тот случай…

- Это я съел твой сладкий рулет, я так хотел есть…

- Я переспала с твоим мужем…

- Ну и дура…

Люди начали снимать шлемы, чтоб в последний раз взглянуть на товарищей нормально: обняться, посмеяться, поплакать, простить и попрощаться, превратившись в дружный клубок людей, которые, как пингвины, сбились в кучу.

- Простите, что я не смог вас спасти, - пробормотал герой с щитом, выйдя из круга трупов тех, кто не стал ждать смерти от лавы. Он подошёл к куче мала и обнял их, пристроившись с боку. – Мне так жаль, что я не смог вас спасти.

- Мы благодарим тебя за то, что ты помогал нам, герой, - ответили они хором, смеясь и плача, принимая в свой клубок.

Купол треснул, хрустнул, и лава наконец обрушилась на них. Практически все они умерли в то же мгновение, не прожив больше доли секунды. Редкие исключения мучились чуть дольше, прежде чем тоже погибли.

Следы их существования навсегда скрыла лава, просто превратив их всех в пепел.

Но была и та, что выжила в этом хаосе.

Силь-силь, крадучись двигалась к антигерою, полная ненависти и решимости, занеся над головой свой посох. Она не обладала вообще никакими боевыми навыками и могла лишь стукнуть его своей дубинкой, что и собиралась сделать, но…

- Вот и всё. GGWP, уроды.

Он обернулся как раз в тот момент, когда она хотела ударить своей тростью его по голове.

- Да ну нахуй, - искренне удивился он и обернулся назад. – Чо? Как ты… блять, как ты вообще пробралась?!

Он ещё раз обернулся в шоке назад и вновь на неё.

- Ты чо, инвизом обладаешь?

- Умри! – закричала она и попыталась опустить на него свой посох.

Она вряд ли бы его даже по затылку в нокаут отправила, а тут вообще не было у неё шансов. К тому же он перехватил её оружие и выдернул из рук.

- Не в этот раз, мелочь, - отбросил он его в сторону, выхватил какую-то железную трубу с деревом на конце и…

Одновременно с оглушительным грохотом она почувствовала страшную боль в ноге. Невыносимую боль, словно ей сломали кость. Силь-силь вскрикнула, упала на землю и расплакалась.

- Жалкое зрелище, - фыркнул антигерой. – Вот вся ваша храбрость и смелость. Вы ломаетесь, стоит встретить что-то действительно твёрдое.

- Неправда!

- Правда. Даже сейчас, это всего лишь рана, но ты уже не борешься. Привыкла получать всё с ложечки героя.

- Ублюдок!

- Знаю. И счастливо оставаться.

Но стоило ему пройти несколько шагов, как она бросилась на него. Не с кулаками, просто обняла его ноги в районе колен, пытаясь сковать его движения. Но учитывая её уровень силы это было бесполезно.

Но антигерой даже стряхивать Силь-силь не стал. Просто приложил к её щеке край трубы, который оказался раскалён, и она сама отринулась от него, завизжав от боли. Запахло палённой кожей, и на её щеке остался круглый тёмно-красный ожог.

Но не сделал парень и шага, как она вновь бросилась к нему и обхватила за ноги ревя.

- Ты не прой-дёшь! – закричала Силь-силь.

- Это ты кого пародируешь, мелочь? - нахмурился он, вырвал ногу и наступил ей на руку.

Силь-силь закричала, всё пытаясь удержать его уже одной рукой, и через секунду его нога сломала и её.

- Не-е-е-е-т! Не смей! Умри-умри-умри! – она попыталась встать и просто броситься на него своим телом, но…

- Да отъебись ты, - пинком ноги антигерой отправил её в непродолжительный полёт. – Ещё не хватало с тобой тут помереть.

Силь-силь мешком упала на пол, прокатившись по нему кубарем и запутавшись в собственном балахоне.

К её чести, она пыталась встать, пыталась выбраться из собственных одежд, чтоб продолжить сопротивляться. Силь-силь была готова бросаться на него раз за разом, чтоб остановить, чтоб он погиб здесь, вместе с ними.

Но сил таких у целительницы не было. Она лишь могла наблюдать сквозь слёзы, как он уходит к зеркалу. Всё плыло, целительница раз за разом пыталась встать, но всё тщетно. Очень скоро она присоединится к своей команде. Очень дружной и своеобразной команде, с которой они жили вместе не один год. Их шутки, улыбки…

Силь-силь расплакалась пуще прежнего. Перед глазами мелькали лица её боевых подруг, смеющиеся, довольные, радостные, любящие…

И Митсуо… больше она его не увидит. Не увидит его скромной улыбки и неуверенного взгляда. И её девичьи невинные мечты останутся лишь мечтами. От этого ей стало ещё больнее. В конечном итоге, не все мечты сбываются.

- Будь ты проклят! – закричала она ему в след, прорываясь через собственные рыдания. - Проклят! Митсуо убьёт тебя! Где бы ты ни был, он настигнет и покарает тебя за содеянное! Зло будет побеждено!

И потом уже тихо добавила:

- Митсуо… милый… будь осторожен… Я… я люблю тебя…

Последний кусок плато окончательно стал разрушаться.

Глава 367

Королевский замок встретил Митсуо подозрительной тишиной. Обычно живой, наполненный людьми и слугами, теперь он словно дремал. Редкие случайные встречные, что попадались ему на глаза, тут же спешили уйти подальше, то ли сами не горя желанием с кем-либо встречаться, то ли пугаясь его.

Митсуо уверенным и тяжёлым шагом направлялся к тронному залу, где его ждал король, чтоб доложить об итогах задания, пребывая в не самом хорошем расположении духа. Настолько нехорошем, что его бесила каждая мелочь, каждый брошенный в его сторону взгляд. Казалось, что всё его тело и сознание раздражены, как воспалённая плоть, готовая отреагировать на любое касание острейшей болью. И хватило бы простого толчка в плечо, чтоб вывести его из себя и заставить сорваться на любого человека, который попался бы на его пути.

И у него были на это причины.

Первая – задание, которое ему выдали. Оно было провалено ещё до того, как Митсуо явился к поместью забрать принца и его суженную. Но там было некого эвакуировать и некого спасать. Ни сына короля, ни его суженной в поместье не оказалось. Более того, не оказалось их и в городе, где Митсуо поднял всю стражу именем короля и заставил прочесать каждый закуток.

Они просто исчезли, и у него были подозрения, что в этом поучаствовали враги королевства.

Второе, и куда более важное, что заставляло его быть не похожим на себя – что-то произошло на задании, куда отправились герои. Митсуо так толком ничего и не смог узнать, никаких подробностей произошедшего, ничего о противнике, вообще пусто и тихо. Однако по витающему напряжению было понятно: там что-то пошло не так. Если вообще не всё.

И именно этот вывод напрашивался в сознании Митсуо, заставляя его сердце сжиматься от страха услышать реальные новости.

Потому что в графе союзников у него теперь было пусто.

Ни-ко-го.

Он смеял надеяться на какую-нибудь ошибку, на какой-нибудь баг системы, однако его сердце уже знало ответ. Беда приходит неожиданно и не имеет привычки делать исключения для других, будь ты обычный человек или герой.

Он подошёл к стражникам, что стояли перед дверьми.

- Такахаси Митсуо прибыл по велению Его Величества, - встал он ровно, вытянув руки по швам.

Стражники отдали честь и двое потянули за ручки дверей, открывая проход дальше в тронный зал.

Уже куда быстрее, стараясь скрыть своё настроение, Митсуо направился к трону, где сидел подозрительно молчаливый король, облокотившийся на руку и о чём-то думающий.

Тигру наступили на хвост, подумалось Митсуо, когда он подошёл на нужное расстояние и склонил колено.

- Такахаси Митсуо по вашему велению прибыл, Ваше Величество.

- Я вижу, - слишком спокойно и задумчиво для себя обычного произнёс король. – Но не вижу своего сына и его суженную.

- Ваше Величество, когда я прибыл в поместье, их там не оказалось. Я тут же поднял всю охрану и от Вашего имени и позволения полностью оцепил ближайший город. Так же я полностью оцепил город с телепортационными воротами. Я лично проследил за тем, чтоб наши солдаты обыскали каждый уголок, но мы так и не обнаружили их.

- Понятно… - он не выглядел расстроенным для того, кто только что узнал об исчезновении сына. Митсуо показалось это немного странным, но… - Этого стоило ожидать, однако мне было нужно раньше всё это сделать.

Король вздохнул и потёр переносицу.

- Ваше Величество, смею ли я спросить у Вас?

- Насчёт того, что произошло с героями? Ты ведь, вероятно, уже посмотрел список группы, не так ли? – с ходу догадался король. – Хочешь уточнений?

- Если вы позволите, Ваше Величество.

- Никто не выжил, - просто ответил он.

Это было… слишком оглушительной новостью для Митсуо. На мгновение она даже вытеснила все волнения о его личной группе. А в голове прокручивался вопрос:

- Все… герои? – который он и озвучил.

- До единого, - кивнул король. - Все те, кого мы отправили на задание, погибли. Самые лучшие. Можно сказать, что тебе посчастливилось не оказаться в их рядах. И да, я сочувствую твоей утрате, герой.

- Но… вдруг…

- Нет. Никто не выжил. Логово монстра или уёбка, что эту хуйню сделал, было в спящем вулкане. Стоило догадаться об опасности, но кто ж знал, что у кого-то до этого мозги дойдут? Короче, вулкан извергается сейчас.

Митсуо молчал. Всё его напряжение разом спало, уступив место обычной пустоте, которая обволакивало сейчас каждую клеточку его сознания. В голове лишь висел один вопрос – как? Стоило лицам уже погибших подруг мелькнуть в его голове, как всё внутри скрутило болью, а к глазам подступили слёзы.

Король внимательно наблюдал за ним всё это время, прежде чем продолжил.

- Мой приказ. На два дня отпуск у тебя, герой, - сказал спокойным, но не терпящим возражения голосом король.

- Ваше…

- Наше, я знаю. Или ты забыл, что такое приказ? Знаешь, даже три. Иди, выспись, напейся до поросячьего визга, потрахайся. Можешь взять любую служанку, которая попадётся тебе на глаза или нескольких. Выеби, даже можешь избить их, но естественно не убивай, они девки хорошие, не заслужили смерти. Хочешь крови, даю разрешение сходить на задворки города, вырезать банду-другую уебанов, я даже адрес дам.

- Мне это не нужно, Ваше Величество, - постарался вернуть самообладание Митсуо.

- Мне похуй. Просто не будь долбоёбом и не твори хуйни. Сейчас нам будут необходимы герои, и я не хочу, чтоб теперь уже самый сильный из них убивался.

- Я… понимаю, Ваше Величество.

- Нихуя не понимаешь, дятел, - чуть ли не ласково сказал он. – Это значит, что ты должен держать себя в руках и действовать по уму, а не гнаться хуй знает за кем, хуй знает куда в слепой ярости. Я тебе блять разрешение даю не хуем по губам другим провести, а чтоб душу облегчить. Знавал я мудаков, которые всё потеряли. Они вообще берегов не видели, неслись на слепой ненависти и приносили пиздеца больше, чем пользы. В принципе, как от них и ожидали наши враги.

- Я понимаю, Ваше Величество, - тихо ответил Митсуо.

- Я ебать как надеюсь на это, герой. Ещё мне не хватало, чтоб у нас маньяк-мститель появился без мозгов. А теперь можешь катиться и развлекаться. Я ещё вызову тебя к себе.

И Митсуо вышел из зала.

Слегка сгорбленный, не чувствующий ничего кроме боли в душе, он брёл по коридорам, не обращая внимания ни на кого. Сейчас в его голове было множество мыслей, и ему с трудом удавалось побороть их. Потому что все они сводились лишь к слепому поиску и мести тем, кто это сделал. Просто броситься с мечом вперёд, в атаку и убивать каждого, кто покажется ему виновным в смерти его друзей и товарищей.

«Нельзя. Именно об этом и говорил смеющийся тигр. Нельзя терять голову и бросаться вперёд. Придёт время и мне скажут, что делать. И раз я сильнейший, то мне единственному доверят сразить этого подонка или тварей. Мой момент придёт, просто надо подождать».

Митсуо повторял эту мысль себе как мантру, пока брёл по коридорам. Его сердце и лёгкие словно медленно и мучительно выкорчёвывали из груди. И в этом ему не могла помочь ни живучесть, не его статус героя.

По пути он схватил какую-то девушку, сметающую пыль с подсвечников, и без каких-либо слов потащил за собой в комнату. Она и не сопротивлялась особо. Во-первых, он был героем, во-вторых, отношение у многих из её уровня было примерно к сексу такое: а что такого в том, чтоб раздвинуть ноги?

Но не для секса она нужна была ему.

У Митсуо не было никакого желания заниматься им или чем-либо ещё.

Нет, Митсуо просто не хотел чувствовать себя одиноким, иначе в это непростое для него время наедине с собственными мыслями он просто сломается. Ему хотелось почувствовать, как его обнимают, почувствовать другого человека, который побудет с ним. Уже у себя в комнате Митсуо просто разделся и прижался к ней на кровати ощущая под руками живую мягкость и тепло. Потребовалось ему минут тридцать, чтоб внутри наконец всё успокоилось и перестало крутить от тоски.

В этот день ему приснился сон. Там он вновь был обычным японским школьником, который не знал ни этой крови, ни этого ужаса потерь, ходя в школу, встречаясь с друзьями и посещая клубы. Где только набирающий обороты кошмар отсутствовал в принципе.


Не успела Силь-силь окончательно попрощаться с жизнью, как её грубо схватили и поволокли по земле одному богу известно куда. Грубо, словно мешок с углём, не сильно церемонясь. Она не пыталась сопротивляться: что так, что так, но она всё равно умрёт, и этого не изменит даже её любовь.

Земля под её телом содрогалась, вибрировала, трескалась. Становилось трудно дышать и очень было жарко. Где-то вдалеке послышался грохот разрушающихся исполинских вековых камней, которые с треском обрушивались в кипящую лаву, где нашли своё последнее пристанище сильнейшие мира сего.

Её волочили по земле, она чувствовала, как трётся одежда об неровную поверхность, как мелкие камушки больно втыкаются в кожу, но кроме собственных тряпок перед лицом Силь-силь больше ничего не видела.

Сквозь грохот и треск камней она услышала:

- Быстрее! Тут нахуй сейчас всё рухнет!

Потом Силь-силь подняли, возникло немного странное ощущение, словно её протаскивают через какой-то барьер и…

Тишина…

Полная тишина.

Она не могла поверить, что во время такого грохота может быть неожиданно так тихо.

А ещё свежо. Словно… словно где они? Однако сломанные руки мешали убрать ей тряпки с лица, чтоб получше разглядеть всё.

А через десять секунд её просто бросили на землю, как какое-то тряпьё. Бросили так неаккуратно, что она сломала себе ключицу и вскрикнула, вновь разревевшись, скрючившись в своём балахоне, словно под спасительным барьером.

Кто-то грубо сдёрнул его с её головы.

- Эй! – сильные руки грубо встряхнули её тельце. – Ты меня слушаешь?

Через слёзы пробивались слабые очертания человека, который несколькими минутами ранее убил практически всех героев. Силь-силь даже через страшную боль его слышала просто отлично. А ещё она была достаточно умна, чтоб понять, что если её не убили сразу, то значит им что-то от неё нужно. А это значит…

Значит у неё есть шанс увидеть Митсуо!

Эта простая и полная призрачных надежд мысль прибавила ей сил. Быть может! Быть может, Богиня Удачи улыбнётся ей и даст шанс вновь увидеть улыбку Митсуо…

А ПОТОМ ТРАХНУТЬ ЕГО!

Поэтому Силь-силь отчаянно закивала головой.

- Отлично. Сразу предупреждаю – отвечаешь, и я тебя пальцем не трону. Будешь пытаться что-то скрывать – тебе будет очень больно, а правду я всё равно узнаю. Ты поняла?

Это были очень простые правила. Естественно, она и поняла. Ответишь – молодец, не ответишь – боль.

- Отлично. Тогда вопрос: ты сказала про то, что Митсуо найдёт и убьёт меня…

- И он сделает это, будь…

Что именно будь, сообщить она ему не успела – всего удин удар кулака и её губы лопнули, а передние зубы превратились в крошево. Силь-силь тут же разревелась, выплёвывая собственные зубы с кровью.

- Не перебивай меня и отвечай на тот вопрос, что я задаю тебе, ты поняла? – спросил он тихо.

Его аура… Силь-силь только сейчас почувствовала, какая она тяжёлая, полная жестокости, ненависти и нависшей угрозы. Словно он одним желанием может заставить её страдать до скончания времён. Аура буквально окутывала его подобно туману или каким-то ядовитым испарениям, что можно увидеть над водой у зловонных болот.

Силь-силь кивнула, едва не захлёбываясь собственной кровью.

- Отлично, Митсуо, он был среди сдохших героев?

Она быстро замотала головой и с удовлетворением услышала, как он цыкнул. Да, этот звук доставил ей удовольствие, ведь значит, что Митсуо представляет для него угрозу. И она будет очень рада, когда герой доберётся до этого отброса и покарает его.

- А ты откуда его знаешь? Ты часть его команды?

Тут Силь-силь с гордостью и яростью закивала головой, словно говоря: знай, с кем связался! Но слишком поздно поняла, кем в этот момент стала для антигероя.

- Вот и отличненько, - подумав, улыбнулся он. - Пойдёшь с нами.

И накинув ей на голову балахон, закинул её себе на плечи.

- Веди, милашка Кстарн.

Куда её вели? Зачем её вели? Почему не убили? Эти мысли крутились у неё в голове до тех пор, пока до Силь-силь не дошло - она заложница. Её хотят использовать против Митсуо.

Правда тут же раскрылась ей во всей красе: то, что она является ключом к герою, его слабым местом. И используют её только для того, чтоб его убить.

Такая простая истина поразила её до глубины души, заставив испугаться и вновь расплакаться.

Как же она могла не додуматься до этого? Мечтая о том, как будет любить героя, не подумала, что может собственной глупостью и эгоизмом погубить его. Ведь он такой наивный и добрый… Теперь Силь-силь чувствовала себя последней предательницей и просто сволочью, которая подставила дорогого ей человека. Подставила своим эгоизмом.

И теперь ей ничего не оставалось, как убить себя или принять такую реальность. А так как покончить жизнь самоубийством ей духа не хватит, единственное, что оставалось Силь-силь, так это принять свою участь приманки и каждый день чувствовать раскаяние.

Так она висела, тихо скуля, на чужом плече, пока вновь не почувствовала, как её перетягивают через барьер.

Практически сразу после этого появился запах… готовящейся пищи! А ещё какой-то скрежет, словно кто-то ногтями скрёбся в дверь. Правда этих звуков всё равно было недостаточно, чтоб понять, где она находится. Но больше всего её заинтересовали голоса.

- Мой господин, вы вернулись.

- Бля… ты тут как тут. Когда же уже избавишь меня от своего преследования?

- Прошу вас, не стоит…

- Всё, молчи, не грузи, я и так загружен.

Антигерой подкинул её на плече, и Силь-силь тихо пискнула от боли, когда сломанные кости сдвинулись, скрежетя друг об друга обломанными краями.

- Это девушка, - утвердительно прозвучал голос, неожиданно ставший холодным, от которого Силь-силь задрожала. Чувствовалось в нём что-то жуткое, страшное, чёрное. Словно это был голос из могилы, а она сама оказалась на кладбище, где бродят духи умерших, обрекая на страдания случайных путников, что там окажутся.

Да даже без голоса, она ощущала откуда-то со стороны какое-то тёмное давление, которое было не сравнить с аурой антигероя. Куда более сильное и пугающее.

- Ты ужасно догадлива! Кого ещё герои берут в свои друзья? Конечно же баб, которых можно трахать. И вообще, не смотри на меня так, смотри на эту, которую привёл. И… кто блять за дверью?

- Печенье, - раздался обычный женский голос, не пугающий, принадлежащий обычной девушке или женщине.

- Печенье?! Да они заебали уже! – воскликнул антигерой раздражённо.

Силь-силь вновь сбросили как какое-то тряпьё, однако на этот раз она просто ударилась. Пусть больно, но не настолько, чтоб привлекать к себе взгляды. Особенно обладательницы спокойного и очень пугающего голоса, которая вполне может обречь её на вечные муки.

Пока она мучилась от боли из-за того, что её просто бросили на пол, послышался скрип открываемой двери и громкий хлопок, идентичный тем, что звучали в кратере.

- Пошли нахуй отсюдова! Валите! Нахуй пошли!!!

Ещё хлопок, потом ещё раз, и рычания, которые заставили Силь-силь сжаться от страха. Однако, судя по всему, антигерой не боялся их, спокойно разгоняя, словно дворовых собак.

«Но это и логично. Ведь он их хозяин», - подумала она.

- Нет, ну ты видела? Ты видела?! – закрыл он за собой дверь.

- Я видела, мой господин, - ответил ему совершенно спокойный голос.

- Вообще охуели! Они же как воробьи под дверью стоят! Ужас какой… Так, ладно, плевать на них, всё равно скоро сваливаем. Я так понимаю, переселение уже началось, да?

- Не могу сказать насчёт других графств, но этот город люди покинули. И всё же, мой господин, что это за девушка?

- Это подруга одного из героев, который не сдох, - словно отмахнувшись, ответил он.

- Хотите использовать как наживку?

- Нет, по поводу неё у меня появилась идея получше…

Глава 368

Вообще, я человек-изобретатель, человек-гений, человек-тактик и человек-долбо… кхм-кхм… эм… необычайный человек, скажем так. Но если брать объективно, каждый из нас немного долбоёб; в жизни не поверю, что в этом мире никто не делает глупых поступков. Тот же король, например.

Или у него уже есть это звание?

Забавно… но не нравится мне, если по чесноку, слишком… хитрожопое лицо. Знал я таких, строят из себя дурачка, но, по сути, те ещё кадры, от которых хулиганы нервно курят в сторонке.

Но я отвлёкся.

Девчонка мне действительно была нужна, причём очень, если мне захочется поговорить с этим… как его… Митсуо? Вроде так… Короче, этот ОЯШ может стать настоящей головной болью. Я уже успел наслушаться в универе о его успехах. И находить легендарный меч под подушкой было не единственной его сильной стороной. Этот засранец уже тогда умудрялся настрогать уйму народу. Не хотелось бы пополнить их ряды.

И девушка могла стать ключом к нему. И не только ключом: возможно я смогу понять, что это вообще за человек. Всё-таки среди героев встречались иногда и нормальные кадры, и если мне повезёт, этот окажется одним из них. Естественно, дружбу я с ним не заведу, но кое в чём он помочь мне сможет.

- Позволю себе поинтересоваться, мой господин, какая идея? – спросила Клирия в ответ на мою фразу.

- Хорошая. – ответил я неопределённо.

- Это повод насторожиться. Стоит ли мне бояться за ваше здоровья?

- Всё, умолкни, овуляшка, не раздражай, - отмахнулся я.

- Как прикажете, мой господин.

Я выглянул в окно: там до сих пор бродило это печенье.

Заебали.

И ведь город покинут, все люди ушли, а они всё равно сюда припёрлись. Немного, но всё равно раздражают. Более того, как бы мне ни хотелось, контролировать их получается не очень. Напоминает огромный валун, который ты толкаешь, но он грозится покатиться вообще в другую сторону.

Они точно так же действуют. Ты приказываешь идти налево, а половина бежит направо. Это начинает порядком раздражать. То ли с количеством становится сложнее контролировать их, то ли вообще изначально с этим у меня было всё плохо.

- Так, ладно, теперь нам надо вернуться в поместье, так как намечается весёлое время. Сейчас после смерти героев, боюсь, графы и король станут несколько активнее, и нам надо подготовиться.

- Готовим… - начала было Лафия, но сама умолкла, прекрасно осознав, что это не место для таких разговоров. По крайней мере, пока здесь гостья, которая развесила уши.

- Верно, Лафия. Дома поговорим об этом.

Кстати говоря, сейчас со мной в комнате была Клирия, Кстарн, наёмница и наёмник с Лафией. Мини-команда, что пришла понаблюдать за операцией по очистке мира от героев и может быть что-то подсказать.

- А что насчёт этой девушки? – спросила тогда Лафия. – Кто она такая? Какого героя товарищ, если не секрет?

- Да был тут один кадр. Мацумой звали кажется…

- Митсуо, - послышался сдавленный заплаканный голос из тряпья.

- Тебя мать не учила молчать, когда другие разговаривают? – пнул не сильно я этот комок, заставив заскулить. – Так вот, был такой парень, Митсуо…

- Кажется, я знаю, кто он, - задумчиво произнесла Лафия.

- Откуда?

- Он на слуху был уже очень давно. Считается одним из сильнейших героев. Не самым, но близко к этому.

- Вау, круто, - пресно порадовался я за его успехи. – Короче, он выжил. А вот эта девка… - толкнул я носком ботинка её, от чего та испуганно заскулила, - его сокомандница.

И мне интересно, почему его сокомандница здесь, а он – нет? Чего такого было важного, что он не потопал в рейд на босса? Но с моим вопросом меня слегка опередили.

- Эта девушка? – Клирия присела над тряпками и убрала их, наконец открывая для взора остальных мою заложницу. Самую обычную девку, не лоли, но и на взрослую не тянет, с заурядной внешностью.

Она так это произнесла, что даже меня пробрало. Чего уж говорить о бедной девушке с широко раскрытыми глазами, которая в ужасе, не смея даже издать звука, попыталась отползти от неё. Отползти от Клирии… пф-ф-ф… да от неё убежать невозможно, а ты уползти хочешь. Но тем не менее я с интересом наблюдал за экзекуцией мелкой.

- Иди сюда, - оскалилась Клирия, - я не кусаюсь… обычно.

И не дожидаясь согласия от той, схватила её за голову обеими руками и подтянула к себе, заставив бедняжку расплакаться. Клирия была подобно голодному хищнику, что всматривается в глаза своей жертве, которой осталось жить несколько секунд.

- П-п-пожалуйста… - плакала та. – Я не хоч-ч-чу вам з-з-зла, г-госпожа.

- Ну ещё бы ты хотела мне зла, девочка. Какие у тебя милые глазки. Ты дорожишь ими?

- Да-а-а-а-а-а… - в конец разревелась та. – Оставьте мне мои глазки-и-и-и-и…

- Тогда закрой свой рот и ответь на вопрос. Ты целительница?

Та быстро-быстро закивала головой. Предположу, что Клирия догадалась по её одеянию. Практически любая жрица или была хорошим магом лечения, или целительницей. Редко жрицы становились обычными магами и ещё реже кем-то из ближников.

- Ты будешь делать то, что тебе скажут?

Та закивала ещё быстрее.

- Тогда ответь мне, почему твой любимый герой не пошёл со всеми? У него другое задание?

Вновь кивает.

- Какое?

А вот тут девчушка заглохла. Открыла рот и тут же закрыла, испуганно глядя на неё.

- Что такое, не хочешь отвечать мне? – ласково спросила Клирия, прекрасно зная, что её ласковый голос куда страшнее, чем если бы она кричала на неё. – Тебе не нужны твои глазки?

Девушка вновь заплакала.

- Ну не стоит плакать, - сверкнула зубами Клирия, приложила большие пальцы к её глазам… и начала вдавливать их ей в глазницы.

Сначала девушка неожиданно смолкла, не поняв, что чернявая делает. Но буквально через секунду начала дёргаться.

- Нет! Нет-нет-нет, молю вас! Не надо!!! НЕТ!!! ХВАТИТ!!!! А-А-А-А-А-А-А-А!!!!

Она начала биться всем телом, но вот сломанные руки не позволяли дать какой-либо отпор. Очень скоро Клирия уже от души погрузила свои большие пальцы ей в глаза, отчего девушка перешла на визг. Громкий пронзительный визг, от которого дребезжали стёкла и посуда. Казалось, ещё немного, и она действительно выдавит их.

К нам на шум даже печенье стало стучаться. Я бы крикнул им идти нахуй, но сквозь этот визг вряд ли они услышат меня.

А Клирия всё так же спокойно продолжала своё дело, не обращая внимания на мучения девушки.

- Что делает герой?

- МОЛЮ!!! МОЛЮ И-И-И-И-И-И-И-И-И!!!!

Сквозь её визг не было слышно даже чавкающего звука, который появился, когда пальцы Клирии вошли в её глаза и оттуда потекла кровь вместе с беловатым содержимым глазных яблок.

- СКАЖУ!!! И-И-И-И-И-И-И-И-И!!! СКАЖУ!!! СКАЖУ-У-У-У-У!!! И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И!!!!!!

Клирия наконец отпустила целительницу, вытащив окровавленные большие пальцы из её глаз.

- Это не так уж и сложно, верно? – спросила она всё так же ласково ревущую навзрыд девушку. – И зачем было так упираться? Так ты расскажешь нам или мы продолжим?

- ДРУГОЕ ЗАДАНИЕ!!! ДРУГОЕ ЗАДАНИЕ У НЕГО!!! ЕМУ СКАЗАЛИ СОПРОВОДИТЬ В ЗАМОК ПРИНЦА И ЕГО НЕВЕСТУ!!! ОН ИХ ПРОВОЖАЕТ!!! ПРОВОЖАЕТ!!!! У-У-У-У-У-У…

И продолжила реветь, сжавшись в комок.

Мда… Клирия, ты просто зверь, как я вижу. Не то что мне тебя осуждать, но…

- Не было ли это слишком жестоко? – спросил я.

- Не знаю, - пожала она плечами. – Но вы бы начали ломать пальцы, а мне этот звук кажется очень отвратительным.

- То есть выдавливать глаза не отвратительно?

- Это даже немного приятно, такая мягкость, словно погружаю их в желе, - она посмотрела на свои пальцы. – Это лучше, чем хруст костей, чувствовать, как они ломаются, смотреть, как они изгибаются неправильно… Это так мерзко.

- Охуенно живём. А выдавливать глаза не мерзко?

- Вам было мерзко?

- Конкретно мне – нет. Но того факта это не отменяет.

- В любом случае, вы хотели это узнать мой господин, разве нет?

- Ты немного меня опередила, - согласился я. – Так, милашка Кстарн, у меня для тебя ответственное задание, сообщить это Элизи, пусть свяжется сразу же с Констанцией. Сможешь добраться до нашего зеркала и не помереть? Или тебе потребуется переходить из одного в другое?

Да-да, можно переходить из одного в другое. Но есть проблема – всё равно она устаёт. Короче, это как бег, вот тебе десять километров – беги. И она бежит. Не добежит, значит заблудится в своём же зазеркалье и будет беда. Может бежать с передышками – вошла-вышла, вошла-вышла. Но и тогда проблема, это, как и при беге с передышками, будет куда дольше. А там можно ещё и не в то зеркало выйти потом. Короче, зависит от её способностей.

- Я смогу, - ударила она себя в грудь кулачком. – Убьюсь, но смогу.

- Умница. Только не убивайся, пожалуйста. И сюда не возвращайся, мы будем уходить.

- На кровь не сбегутся? - спросила Лафия, кивнув на девушку.

- Отгоню. На это сил хватит. Только давайте-ка поедим пока.

Только через час мы смогли выбраться наружу. Девушку взял наёмник, когда я остался на мечах и с огнестрелами. Кстати, револьвером я пока не пользовался. Патронов дохера, но незачем их тратить просто так. А вот из кремнёвого пистолета пострелять было можно.

Только…

- Он косит, - пожаловался я, выстрелив в одну печеньку, а попав в другую. – Сильно косит.

- Я не знаю, в чём дело, - спокойно ответила Клирия. Мы сейчас шли слегка впереди, расчищая путь. Вернее, я расчищал, она просто шла рядом, поэтому могла говорить со мной нормально. – Позволишь посмотреть?

- Держи, он заряжен, - протянул я ей пистолет.

Она его покрутила в руке, прицелилась в дальнюю печеньку, что и так не собиралась к нам приближаться, и выстрелила. Полетели щепки с соседнего дерева.

- Брак. Такое бывает. Надо будет поставить в правило проверять каждое ружьё выстрелом.

- Надо будет, - отобрал я у неё пистолет. – Слушай, Клирия, вопрос такого плана – а ты всегда была такой сукой?

- Имеешь ввиду, жестокой сукой? – спокойно спросила она. – Нет, не всегда.

- И с каких пор стала такой?

- Не знаю. С каких пор ты так легко убиваешь десятки людей и решаешь, кому жить, а кому умереть?

- Ну я-то просто человек, а ты богиня. Ты и до этого жила хуй знает сколько, только я сомневаюсь, что ты была такой.

- Верно, не была, - кивнула она. – Это связанно с очисткой. Представь, что тебя весь день раздражают, и ты весь на нервах. Я чувствую нечто подобное, злость, ненависть, желание сделать больно. Будучи богиней меня эти чувства не трогали, были чужды и словно не пачкали мою душу. Но вот я полубогиня без очищения, вся ненависть и боль во мне копится, и мне хочется сорваться на других.

- Сколько же в тебе тьмы?

- Столько, что я могу убивать без зазрения совести людей на протяжении столетий, - спокойно ответила Клирия. – И раз ты поднял этот вопрос сейчас, то сразу скажу – да, мне хотелось сделать этой девушке больно. Её зарёванное лицо вызывало у меня ненависть и раздражение. Однако я бы не стала этого делать или бы остановилась, скажи она всё раньше. Девушка сама виновата.

- Оправдываешь себя?

- Естественно, - не стала юлить Клирия.

- А могла бы печать ткнуть.

- Теперь лучше это приберечь, Патрик. Мир будет охвачен огнём, производство краски для печатей может быть прервано, если не полностью остановлено. Скоро это станет дефицитом.

- Аж так?

- А ты думал, жизнь будет той же? Уже наблюдается подорожание продуктов, падение зарплат и дефицит пропитания на востоке. И это лишь начало. Слева один идёт.

Я тут же прицелился и снёс печеньку нахер. С кремнёвого пистолета с более широким диаметром ствола печеньки разлетались на ура. Только отдача не радовала.

- Я знал, что так оно и будет, - пожал я плечами, перезаряжая пистолет. – Просто про краску удивился.

- Значит до сих пор не понял масштаб происходящего, - вздохнула она, словно я был нерадивым учеником. – Ну ничего страшного, в любом случае это наша забота.

- Эй, это было слишком высокомерно!

- Мне было бы очень приятно, если бы ты похвалил меня и сказал: спасибо, Клирия, что бы я без тебя делал.

- Я бы жил збогойнее, - сказал я назло ей.

Выйти из окружения печенек не стало большой проблемой. Большую часть я направил вообще в сторону графов Фракции Дня. Остальных я разгонял так, силой мысли. И последних, кто оказывался слишком упёртым, убивал. Иногда даже приходилось хорошенько поработать.

Один раз так вообще пришлось повоевать с большой группой печенек, которые напали на нас. Естественно, мы справились, нашинковали их без особых проблем, однако теперь я примерно представлял, какую проблему они создавали героям и простым людям. Они слабые, но их сука много. Они просто давят тебя количеством.

Я был словно газонокосилка, просто маша мечами налево и направо без каких-либо кульбитов. А они пёрли и пёрли. Возникло такое впечатление, что их действительно привлекал запах крови, на что наёмница даже в шутку предложила бросить девку. А та сразу взвизгнула:

- Нет! Пожалуйста! Не надо! – и опять расплакалась.

Она вообще много плачет.

Хотя, естественно, мы её бросать не стали. Потому что я, к сожалению, убил не всех, хоть и старался как мог. Мой дорогой японский друг оказался на свободе, а учитывая, что он один из сильнейших героев, в будущем у нас могут возникнуть проблемы. Вернее, они точно возникнут, и девушка послужит нам хоть каким-то гарантом. А заодно я хочу кое-что проверить. Просто ради интереса, а если всё выгорит, то и использовать против засранца.

Но даже без его убийства я получил удовольствие от процесса. Сраные уёбки, ни чести, ни каких-либо героических черт. Лишь высокомерие и попытка строить из себя хуй знает что. Даже эта операция на вулкане показала это: они ни головой не подумали, ни разведали всё как следует. Тупо полезли.

И так во всём – они тупо ломятся вперёд и делают, что им скажут, теша своё самомнение. Им скажут убить нечисть, и они это сделают, потому что тупы. Потому что они были ничто, а тут их чуть ли в жопу не целуют и молят что-то сделать. А они на радостях и бросаются причинять добро не разобравшись.

Да и вообще, у меня была резкая антипатия к ним вплоть до зубной боли. Всех, кого я встречал, были обычно дутыми бравыми хуями, которые, получив под дых, теряли своё достоинство. Некоторые так вообще были маньяками, которым нравилось чувствовать своё превосходство. Например, маг, который в прошлом четвертовал Эви.

Я не отрицаю, что среди них могут быть и хорошие люди типа Элизи, но… проверять я это естественно не буду. Увы, они изначально оказались на другой стороне. А на войне как на войне.

Если повезёт, то может этот Митсуо окажется именно одним из немногих нормальных людей. Тогда что-то может да выйдет. Но это тоже надо смотреть.

- Кстати, безглазая, как звать тебя? – обратился я к нашему заложнику.

- Меня? – устало и испуганно спросила она.

- Да, тебя.

- Силь-силь моё имя. Это значит…

- Плевать, что это значит. Слушай очень внимательно, чтоб я не звал сюда девушку, которая выдавит тебе глаза повторно.

- Ч-что такое?

- Удаляй себя из списка команды героя.

Сначала она недоумённо посмотрела на меня. Вернее, смотреть она не могла, просто повернула голову в мою сторону. Но потом ещё более напугано спросила:

- Н-но зачем?

- Ты уверена, что хочешь задать этот вопрос повторно?

- Я… - Силь-силь вновь заплакала. Чот уже заебала плакать, если честно. – Я поняла… не надо…

Через пару секунд она уже перебросила свой список команды, который пустовал.

- Это было не так уж и сложно, - сказал я. – Так, ты у нас целитель, я верно понимаю?

- Д-да, я целитель, - закивала она головой.

- Ты хочешь, чтоб тебя не трогали, кормили и даже уважительно относились в пределах нормы?

Она молча закивала, плача уже кровавыми слезами.

- Окей, Силь-силь. Тогда, до того момента, как решится твоя судьба, ты будешь работать на меня, ясно? Работаешь, получаешь еду, заслуженный отдых и даже может какие-нибудь ништяки. Ну или я тебя запираю в камеру, и туда будет приходить та тёмная девица и вести с тобой долгие болезненные беседы. Что выбираешь?

Было логично, что выберет слепая, запуганная до смерти девушка. Так у нас временно появился дополнительный целитель. А учитывая то, что скоро будут боевые действия (интуиция подсказывает), она нам очень сильно пригодится.

Глава 369

Война.

Война никогда не меняется.

С самой зари человечества, когда наши предки впервые взяли в руки камни и какому-то долбоёбу пришло в голову, что бить камень о камень не так весело, как бить камень об чью-нибудь голову, кровь лилась ради чего угодно: от бога и справедливости, до банальной ярости психопата, дай лишь возможность человекам выбить из ближнего своего дерьмо. А ещё у другого что-то не то, что у тебя: лучше или хуже, уже не играло разницы. Главное, что был повод весело пошмякать камнем соседа по голове.

Потом до них дошло, что камнями не так весело колотить друг друга, как палками. А если соединить палку с камнем так вообще круто, можно бить других человеков по голове, имея шанс не получить в ответ.

Короче, даже когда у человека останется только голая жопа, он всё равно будет убивать себе подобных, причём вполне возможно, что, используя собственную голую жопу. И если во всём мире останутся всего двое, есть вероятность, что рано или поздно один захочет убить другого.

Такова природа человека.

Люди готовы рвать друг другу глотки ради любой цели, будь то справедливость, борьба за котят или личное свербление в заднице.

Единственное, что меняется – способы ведения войны. Где-то продолжают весело стучать друг друга камнем по голове и жрать тела павших товарищей по разуму. Где-то таким же по умственному развитию дали уже автомат – разница лишь в том, что они истребляют друг друга быстрее. А где-то люди додумались до ядерной бомбы. И только страх прохватить ответной пизды остановил весёлых любителей бить друг друга по голове от её использования.

Короче, людей останавливает лишь страх прохватить ответной пизды, страх за свою жизнь. И это настолько въедается им в сознание, что они даже помыслить боятся потом о войне.

Другими словами, у них вырабатывается условный рефлекс, который перерастает в практически безусловный, подкреплённый важнейшим из инстинктов, что так же хорошо выработан у животных.

Это очень печально. Люди не далеко убежали от братьев меньших.

И теперь можно сказать, что мы вырабатываем у людей условный рефлекс, который настолько въестся в их сознание, что может стать потом безусловным, при этом подкреплённым основным инстинктом.

Да мы просто гении!

Сидя на унитазе, меня действительно иногда посещают философские мысли глобального масштаба, которыми я готов поделиться с миром по выходу из мест низменных. Я, кстати говоря, не понимаю, почему людей пробивает думать о подобном именно в святая святых. Наверное, тоже уже инстинкты.

Что касается дел земных, то мы успели вывезти мою дочь и её бойфренда… блять, звать дочерью ту, кто твоего возраста, то ещё ощущение.

Как бы то ни было, Констанция связалась дочерью, и та «вышла гулять» из поместья в город, где их подобрала наша спецкоманда и провела эвакуацию. Я не знаю, зачем королю нужен был его сын, но вполне возможно, что его интересовала именно Фемия, которая стала бы ключом к Констанции и мне, как им станет Силь-силь к герою.

Кстати, насчёт Силь-силь, девушка даже сопротивляться перестала. Перестала, потому что теперь она в прямом смысле этого слова писалась при виде Клирии, а потом плакала от унижения. Мне было даже жаль её. Девушку трясло, как трясло когда-то других слуг, что в первый раз встретили Клирию.

Однако, в отличие от них, ей посчастливилось лично испытать на себе неудовольствие Клирии.

И решили проблему с её непроизвольным мочеиспусканием при виде нашей чернявки элементарно: Клирия просто пришла к ней и села рядом, пока та находилась на своём боевом посту в медпункте. Сидела правда в кандалах, чтоб не убежала.

- Я буду сидеть здесь, пока ты не перестанешь мочиться, Силь-силь, - спокойно сообщила ей тогда Клирия, наблюдая, как у той расползается пятно на поясе и трясутся губы от страха и унижения. Села на кровать и кинула ей в руки сменную одежду. – Пора тебе уяснить, что в нашем поместье никто тебя не тронет, если ты работаешь. Пусть даже ты плохо работаешь, но стараешься из-за всех сил, тебя никто не тронет. Ты понимаешь?

Та просто закивала головой.

- О нет, ты не понимаешь. Ты боишься меня, но я тебя не трогаю. Ты боишься меня за то, что я сделала в прошлом, не так ли? Но не была ли ты сама в этом виновата?

Силь-силь молчала.

- Силь-силь, когда спрашиваю тебя, ты отвечаешь, ты поняла? Если не хочешь получить наказание, лучше бы тебе прислушаться ко мне.

- Я поняла, поняла я всё, я понимаю, да, да-да-да, - скороговоркой ответила та, испуганно кивая.

- Я не спрашивала, поняла ли ты или нет. Я спрашивала, виновата ли ты была в том случае сама. Но ладно, оставим это. Я здесь, чтоб контролировать тебя. Уверена, что ты скоро ко мне привыкнешь.

Весёлая Клирия приходит к тебе, если ты не идёшь к ней. Короче, чернявка сидела рядом с Силь-силь неделю, прежде чем та привыкла к ней и перестала дрожать. Поэтому, заметив положительную реакцию, Клирия похвалила Силь-силь и удалилась.

Саму Силь-силь мы пристроили в отдельный медблок, где она по большей части помогала обычным солдатам, а не стражницам и стражникам. Посвящать её в святая святых никто не собирался, так как вполне возможно, что нам придётся её возвращать обратно. Потому ей ничего не показывали, ничего не рассказывали, сидела и работала.

Что касается Фемии, то она была не сильно рада нашей встрече.

- Глаза мои бы тебя не видели, - бросила она мне при первой же встрече.

Ну ладно, я слегка приукрасил наши отношения, Фемия вообще меня терпеть не может. По крайней мере, пытается делать вид, что меня ненавидит. Но она слишком… слишком ветер в голове гуляет, чтоб ей удавалось достаточно долго дуться на меня. Это всё из-за того, что я ею шантажировал Констанцию. Так что в каком-то плане она имеет право злиться на меня.

- Я рад тебя видеть, дочь моя, - раскинул я руки в стороны. – Иди сюда, отец обнимет тебя.

- Всё, отвали! Ты мне не отец! И вообще, ты моего возраста и не сильно старше выглядишь!

- Да ладно, я шутканул.

- Шутканул он. Притащили меня сюда. А чо хоть случилось-то?

Умение Фемии разговаривать на моём диалекте меня знатно раздражало, если честно. Вот что это за «чо»? Разве так девушки говорят? И что это за выражение лица «хули надо»? Бля, что это вообще за поза, руки на груди, ноги скрестила, на стенку облокотилась, словно гопница. Ещё и жуёт что-то причавкивая. Семок только не хватает.

- О, Фиалка, - посмотрел я ей за спину.

- Где?! - тут же что-то проглотила она, ровненько встала, вся вытянулась, сделала милое лицо, убрав это быдлядское выражение. – Где он?!

Понятненько… Значит при Фиалке ты себя так не ведёшь.

- Слушай, а ты при Фиалке так же себя будешь вести, как последняя гопница, когда поженитесь? – спросил я в лоб.

- Чо ты сказал?! – чуть ли не набросилась она на меня, переменившись обратно. - Это ты меня обманул, да?!

- Мне просто интересно, а знает ли Фиалка, какая ты на самом деле гоповатая?

- Ты нарываешься, - раскинула Фемия плечи.

Нет, она серьёзно словно с моего района прибежала. Но куда тебе до настоящих мастодонтов, дитя. Думаешь, меня это пугает? Давай я тебе покажу, кто есть кто, моя любимая Фемия.

- Да неужели? – усмехнулся я.

- Именно! Ты не имеешь права тут надо мной подшучивать! Я тебе не какая-нибудь девчонка!

- А ты в этом уверена, маленькая гопница? - вытянулся я, подошёл и буквально навис над ней, выпуская ауру.

А Фемия удивительным образом такая сразу уменьшилась, стала прямо миниатюрной, слегка скрюченной, ручки к груди, глазками хлоп-хлоп. Просто удивительная схожесть с гопниками – те тоже сначала нарываются, а потом такие: ты чего? То есть говорить со мной так нормально, а сейчас вдруг сразу заднюю дала?

- Мэйн, ты чего? – уже куда более тихо спросила она. – Я же просто…

- А ты сама не понимаешь, Фемия? - тихо сказал я, буквально направив всю свою тьму на неё, заставив Фемию вздрогнуть и отступить на шаг. – Стоишь тут как гопница с улицы, ничем не лучше челяди, но при этом метишь в принцессы. А вести толком и не умеешь себя.

- Я веду себя нормально! – упрямо, словно ребёнок, ответила она, вытянув шею и тут же сжалась обратно.

- Не нормально. Ты при Фиалке настоящая леди, без него просто… пиздец просто.

- Ничего и не пиздец.

- Пиздец. Причём раздражающий. Ты не всегда сможешь держать маску нормальной девушки при нём.

- Я нормальная.

- Нормальная, - не стал отрицать я. – Но твои замашки… вот даже минутой раньше стояла, руки скрутила, ноги на крест, на стену облокотилась. И твоё «чо» с прочими словами.

- Ты сам так говоришь!

- Потому что я вырос среди такого. У нас так разговаривали и иначе тебя не то что не воспринимали, загнобили бы. И я так привык к этому, что оно стало частью меня. Но я не считаю это нормальным. А ты? Дочь Констанции, будущая принцесса. Росла явно не на улице и не среди отбросов.

Просто глядя на Фемию, я неожиданно увидел практически то старое, что осталось в моём мире.

А именно – себя самого.

Школа, где ученики могли сами научить учителей материться, дворы, где считалось круто сидеть на кортах, громко разговаривать и говорить хуйню, гаражи, где курили и так далее. Если кто был другой, слишком правильный, его чмырили. Естественно, я приспособился, как иначе. Но это, к сожалению, настолько стало частью меня, что даже уже в универе я так и не смог избавиться от этой привычки.

А именно, мат-перемат. Более того, я назвал бы это диалектом. Диалект дворов. К сожалению, я продукт своего места и это не исправит даже нормальное общество, что-то да останется. Привычка вставлять мат везде. Кто-то мне пытался втереть, что это неправильно, что так говорит быдло…

Да, я был в детстве быдлом, я вырос в таких местах. Но раз они такие умные, дали бы мне возможность вырасти в другом месте, где такого нет. И не надо делать вид, что это никому не известно, не надо лицемерить. Сами люди матерятся так же и прекрасно знают, что происходит, но предпочитают играть в несознанку.

Короче, больная тема.

И меня это так люто бесила эта вся хрень, что сейчас, глядя на родную дочь, хочется ей дать пизды, чтоб сразу выбить эту дурь. Не хочу, чтоб она была ещё одной гопницей с подворотни, как я. Хочу, чтоб выросла нормальной девушкой и воспитала нормальных детей.

- Короче, тобой займутся.

- Ты мне не отец, чтоб указывать, - попробовала Фемия встать в позу.

- Отец, Фемия. Я Констанции накляузничаю про тебя, пусть пиздюлей тебе выпишет немножко за это, - с удовольствием поведал ей о своей будущей мести.

- Ма не говори! – тут же встрепенулась она.

- Скажу. Фиалка всё равно о тебе настоящей рано или поздно узнает. И я не думаю, что ему будет такое приятно. К тому же я вижу, что ты можешь нормально разговаривать, однако воспитания не хватает.

- Раскомандовался тут, - обиженно буркнула она. – Ма из-за тебя мне вставит.

- Потому что здесь я главный, а ты не умеешь себя вести, - пожал я плечами. – И вообще, вставляет мужчина женщине, а тебя будут наказывать за твоё поведение. Кстати, раз уж зашла речь о Фиалке, как ему была идея сюда перебраться?

- Ему было плевать, - буркнула она. – Ему в принципе на подобное плевать, но… что происходит? Ма какая-то расстроенная. И это всё опять из-за тебя, да?!

- Да всё норм, - отмахнулся я. – В любом случае вам придётся сидеть здесь пока.

- Твои подковёрные игры, - вынесла она вердикт.

- Твоя мать тоже этим занимается, так что не надо на меня смотреть таким взглядом.

- Моя ма занимается ими честно!

- А бывают честные подковёрные игры? – удивился я. – Ну-ка, ну-ка, удиви-ка меня ещё чем-нибудь.

- Отвали, - обиделась она.

Отлично поговорили, конечно. Однако, с другой стороны, Констанция потом ей вставила за её поведение. Сам видел, как та дала ей пендаля и подзатыльник, крича на Фемию, что если она хочет быть принцессой, то должна вести себя подобающе.

А от Фемии только и слышалось:

- Ну ма…

- Какое ма, Фемия?! Какое ма, в лоб тебе табуреткой! Ты вообще дура?! Я тебе говорила вести себя как положено девушке!? Тебе даже Патрик замечание сделал! Даже он! Ты что, дочь шалавы!?

- Я твоя дочь! – обиженно заявила Фемия.

Но вообще Констанция права, Фемия действительно дочь шалавы. Такой, что та была готова трахаться со всеми подряд и мечтала, что её выебут зэки толпой.

- Вот именно! Ты моя дочь! А ведёшь себя как челядь! Это что такое, мать твою за ногу!? - и хуяк ей подзатыльник. – Чтоб я вообще не видела такого поведения, - и хуяк ей пендаля.

- Да ма! – обиженно попыталась отпрыгнуть Фемия. – Я уже взрослая! Хватит меня тут поучать! Ты вообще не имеешь права меня трогать!

- Взрослая?! НЕ ИМЕЮ ПРАВА ТРОГАТЬ ТЕБЯ?! ДАЙ Я ТЕБЕ СЕЙЧАС ОБРАТНОЕ ДОКАЖУ!

Это был интересный забег по комнате.

Фемия пища: «МА, НЕ НАДО!!!» бегала по комнате, а Констанция бегала за ней с ремнём, пытаясь перехватить, словно вратарь, и крича: «Я ТЕБЕ СЕЙЧАС ПОКАЖУ, КАК НАДО СЕБЯ ВЕСТИ! СТО РАЗ ПРЕДУПРЕЖДАЛА!», попутно иногда стегая проскакивающую мимо дочь ремнём. Забавно, что дочери её уже двадцать два так-то.

И будем честны, вообще, это Констанция виновата, что Фемия выросла такой. Плохо воспитывала, однако вряд ли мелочь это спасёт.

Кончилось всё тем, что Констанция поймала брыкающуюся Фемию, без проблем сдёрнула с неё платье, оголив, прижала к стене и выпорола по голой заднице. Судя по отточенным движениям, Констанции такое было не впервой.

Фемия визжала, кричала, плакала, вырывалась и обвиняла мать в том, что она её не любит. А Констанция громко повторяла: «ВЕДИ СЕБЯ КАК ПОДОБАЕТ БУДУЩЕЙ ПРИНЦЕССЕ, НЕБЛАГОДАРНАЯ ДЕВКА».

После этого Фемия ревела, потирая попу в углу, а Констанция сидела на кровати с таким видом, словно это её выпороли, и причитала о том, какая же Фемия глупая. Глупая, потому что не понимает, что пришлось её матери пережить ради неё; как далось тяжело её положение в обществе; что она её очень любит, а Фемия разбивает ей сердце и так далее.

Под конец они уже сидели, обнявшись, и обе плакали - одна говорила, что очень любит свою дочку, другая, что обязательно исправится.

Семья – это так мило.

Короче, если описывать, то всё было в пределах нормы. Люди жили, не тужили, любили и дружили. И многие даже не подозревали, что будет в будущем. Да чего уж там, до жителей нашего города пока даже не дошло, что происходит на востоке.

И наш маленький мирный мирок пока сохранялся несмотря на то, что на востоке был пиздец, на западе начались первые столкновения между странами, а на севере скапливались армии Фракции дня и королевства. Одна для сдерживания (или нападения) нас, другая для борьбы с печеньем. Хотя грызут меня подозрения, что королевская армия выделит и против нас людей.

Будет мясо.

Сейчас у нас вовсю производится оружие для армии, которое должно будет внести свой вклад в победу. Даже пушки делают. Плюс увеличился набор в армию из простолюдинов. Очень скоро всё это пойдёт в бой, и я познакомлю королевство с новым способом ведения войны, который навсегда оставит шрам на истории этого мира.

А ещё я жду. Жду, когда мы обнаружим остальных героев. Надо убрать их до того, как они все раскачаются. Засранцы сильнее других, и потому для этих зажравшихся ублюдков прокачаться во время войны не составит труда.

Поэтому я лично займусь ими, чтоб исключить какие-либо потери. Конечно, магии нет, но думаю, что и без неё справлюсь. Да и уровень заодно набью.

Плюс попробую достать графов, чтоб полностью разрушить управление во Фракции Дня. В том вулкане среди героев было и несколько графов, так что частично мы уже смогли подкосить их, но этого было недостаточно. Надо полностью уничтожить всю их братию, чтоб лишить армии Фракции нормального управления.

И только после этого я займусь королём.

Это будет весёлое время.

Часть семьдесят вторая. Письмо.

Глава 370

Как же меня не радовало всё это, если честно.

Я про ситуацию с оставшимися героями, которых теперь надо было вылавливать чуть ли не по всему королевству. Как не радовали войска в приграничных к нашим территориям графствах Фракции Дня. Я даже знаю, чего они хотят от моих территорий. Так и чесались руки вырезать всех, устроить подрывы, отравить, сжечь и заниматься любой деструкцией, которая была бы направлена на них.

Но меня останавливало то, что мы не должны были начинать войну первыми, чтоб в будущем избежать возможных проблем.

Хотя это и не значило, что мы не можем подготовиться. Можем, ещё как можем.

Например, одна из ситуаций, причём довольно важных, если не ключевая: наши войска стоят в поле перед большим, но очень пологим холмом. Просто стоят, разбив долгосрочный лагерь. То есть и не подножье, но и недалеко от холма.

По другую сторону этого холма, уже на территории Фракции Дня стоят ублюдки ебаные, чтоб сука вы там печеньем были сожраны, я ваших... кхм-кхм... стояли войска добра. Учитывая тенденцию, первыми будут нападать они, так как графы у них слишком яро хотят побороть зло и долго сидеть так не смогут. Поэтому преимущество первого хода будет за Днём и им достанется возможность выбрать, какую позицию занять. И если они нападут, то сто пудов попытаются занять холм. Холм – это залог победы. А если посчитать ещё и их конницу, то скорее всего ею они ебанут по нам с флангов и в лоб прямо с сопочки, с разгона.

Типичная тактика, если честно. Может ещё что выкинут, но я чот сомневаюсь.

Но именно из-за столь предсказуемого преимущества мы сделали иначе. Мы будем принимать их внизу. При этом мои милые друзья гоблины в буквальном смысле слова на подступах с флангов перекопали всю местность ямами, которые скрывались в траве. Достаточно глубокими, чтоб туда мог ногой провалиться человек и сломать себе лодыжку (из моих десяток другой уже так и сделал). Сам же холм… мы заминировали. Опять же, спасибо гоблинам, там всё буквально перерыто и переминированно. Как ебанёт, так будет вообще пиздец, все, кто будет там, сразу помрут.

Вообще, именно это место является одним из важнейших. Если его занять, то под ударом окажется центр территорий Фракции Ночи, что не есть айс. Они смогут с этого места буквально врываться в самый центр, чем разделят наши территории и силы.

В принципе, у них ситуация аналогичная, однако с их стороны король. Воевать с ними можем, но напади мы на его земли, населённый пункт или затронь их случайно, будет плохо. Другими словами, наша тактика – вымотать и отбить, постепенно очень аккуратно занимая территорию за территорией.

И здесь у нас концентрация войск один к двум. Нас пять тысяч, их десять. Для средневековья довольно внушительное количество. Учитывая тот факт, что одно графство обычно держало у себя около тысячи солдат (самые обычные солдаты), то в запасе каждая фракция имеет восемнадцать тысяч человек. Другими словами, там сойдётся чуть больше половины Фракции Дня и одна треть Ночи. Если удастся одержать верх, то мы знатно обескровим их. А пока что мы просто подняли войска, подвели их к границам и поставили на ожидание, попутно продолжая нанимать.

Почему так мало нас в таком месте? Ну, потому оно одно из важнейших, а не самое важное. Так-то и другие территории надо прикрывать, и главные опорные точки надо закрыть. А ещё учитывать факт, что если присоединится армия королевства, то нам надо будет успеть быстро сконцентрировать все силы вместе, чтоб их не раздробили и не уничтожили. Короче, нюансов много.

Да, у нас не восемнадцать тысяч человек общая численность, а больше с учётом постоянного наращивания армии за последнее время. Но если соединить армию королевства и графств, то мы всё равно в пролёте. Одна армия королевства имеет численность тридцать тысяч, и ещё плюс тридцать может подтянуть, это с наёмниками и призывом на службу бывших военных и обычных граждан. Да, качество такой армии будет так себе, но учитывая общее количество, они вполне добавят массовки в бойню.

А ещё меня интересует позиция королевства. То, что они против Фракции Ночи и так понятно. Но когда они собираются выступать? Сразу примут участие? Или будут ждать, пока нас обескровят и потом уже добьют оставшихся?

Непонятно.

Понятно только то, что король уже делит армию, отправляя на сдерживание печенья около пяти тысяч человек, которого стало ну очень много. Как я думаю, пока он будет занят наведением порядка и поддержанием контроля, чтоб не было беспорядков.

Всё сложно… Хорошо, что подобным занимаюсь не я, а Мамонта и Констанция, которые имеют представления об этих делах. Моё дело в этом предприятии малое, не управление армиями и глобальное планирование (хотя в этом я принимаю участие, предлагаю, отвергаю и решаю) а вон, гоблинов пока посылать минировать мосты.

Ну и охота на героев, куда же без этого.


Это была уже не первая группа, которую я вырезал. Это стало довольно обычным занятием, истреблять их, со своими правилами и нюансами. Но убивая героев, я не чувствовал душевного удовлетворения.

Тогда на вулкане, когда нахуй уничтожил все сливки, я действительно получил удовлетворение от процесса, однако сейчас… Не знаю, не было в этом чего-то правильного. Я не жалел их, но и не чувствовал, что поступаю верно. Странное ощущение, если честно.

Сейчас мы наблюдали за целой бандой героев, аж три человека. Плюс девять человек команды. Итого двенадцать.

Вообще, обычно я предпочитаю уничтожать их по одному, однако здесь герои, скажем так, имеют средний показатель по больнице, поэтому будем пробовать накрывать всех разом. Пятидесятые и шестидесятые лвлы, что нельзя назвать крутым показателем. И они точно не входят в список относительно сильных. До этого я встречался только с теми, кто был повыше уровнем, но не входил в топ. Скажем так, лучшие из средних. Эти же были просто средними.

Этим делом мы уже занимались около двух месяцев. Сегодня был шестьдесят пятый день летнего периода, Клирия на третьем месяце с уже видимым животиком, который можно даже пощупать, я поднялся до семьдесят восьмого своими зачистками. В обычной ситуации даже эти уровни росли бы куда медленнее, и мой рост был просто аномален. Однако моими противниками зачастую были герои, потому они неплохо апали мой уровень.

И сейчас всё выглядело примерно вот так:

Имя: Патрик.

Фамилия: Козявкеев.

Возраст: 25.

Раса: человек.

Уровень: 78.

«Параметры»

Сила – 92.

Ловкость – 102.

Выносливость – 104.

Здоровье – 73.

Мана – 49.

Интуиция – 70.

«Дополнительные параметры»

Рукопашный бой – 48.

Одноручное оружие – 60.

Двуручное оружие – 37.

Оружие дальнего боя – 80.

Щиты – 26.

Лёгкая броня – 46.

Тяжёлая броня – 51.

Устойчивость к ядам и токсинам – 50.

Устойчивость к болезням и заражениям – 50.

Мелкий ремонт – 10.

Медицина – 24.

Рукоделие – 26.

Взлом – 11.

Выслеживание – 39.

Охота – 35.

Шитьё – 5.

Торговля – 36.

Красноречие – 53.

Верховая езда – 37.

Скрытность – 39.

Всё это дополняли мои способности:

«Завтрак туриста – ваш визг настолько пронзителен, что собирает орды хищников в округе по вашу голову.

Способность заставляет двигаться в вашу сторону агрессивно настроенных хищников. Перезарядка – двое суток».

«Мягкая подушка – на вас так удобно спать, что вы даёте прирост к опыту на будущий день».

Способность увеличивает скорость роста опыта тем, кто на вас заснул, на двадцать процентов на двадцать четыре часа следующего дня при условии, что вас использовали, как подушку. Перезарядка – нет».

«Трусливая душонка – ваша трусость – союзник в мире сильнейших, и она поможет понять вам, кто перед вами стоит и не пора ли вам бежать.

Способность позволяет вам увидеть звания выбранного объекта. Перезарядка – двенадцать часов».

«Супер-улучшенная весёлая ночка – вы способны удовлетворить десяток самых ненасытных натур до потери сознания. Так что не бойтесь, что вам не хватит времени на десяток девушек. Теперь хватит всего и на всех, повелитель женских тел!

Способность позволяет сохранять эрекцию и получать удовольствие на протяжении двадцати четырёх часов. Партнёр испытывает сильно усиленные ощущения и удовольствие во время секса. Отключение способности по желанию или истечению времени. Перезарядка – нет».

«Тварь пустоты – вы настоящее чудовище. Ваша природа – смерть человечеству. Отдайтесь своим инстинктам и погрузите этот мир в хаос.

Способность увеличивает вашу регенерацию на сто, увеличивает прочность костей на сто, увеличивает силу на сто, увеличивает ловкость на сто, увеличивает выносливость на сто, увеличивает живучесть на двести, увеличивает скорость реакции на сто. Ваше тело трансформируется до необходимых размеров. Время действия десять минут. После каждой съеденной жертвы время действия способности увеличивается. После использования способности тело трансформируется обратно. Побочный эффект - повреждения костей и мышц после обратной трансформации. Перезарядка – неделя».

«Она мужчина – девушка или парень? А кто сегодня ты? Ведь теперь ты можешь быть как одним, так и другим. Порадуй свою девушку новым обличьем! Ну или парня, каждому своё.

Способность позволяет менять пол с женского на мужской и с мужского на женский. Все ранения тела сохраняются. Перезарядка – сутки.»

«Улучшенный взгляд убийцы – вы заставляете плакать теперь не только маленьких девочек, но и взрослых женщин! Ваша суровость настолько сильна, что теперь вы раз в сутки сможете доводить до слёз одну девушку! Ну теперь-то точно вам есть чем гордиться!

Способность позволяет взглядом заставить расплакаться девушку. Перезарядка – сутки.»

«Четыреста десятый спешит на помощь – ты сам выбрал этот путь. Ты показал себя беспощадным жнецом, и этот товарищ поможет собрать тебе кровавый урожай, спеша на твой зов из пучин ада. Пусть визжат враги под его рёв, пусть бегут союзники, видя его пыл. Потому что с ним вы отправляетесь устраивать ад.

Способность вызывает четыреста десятый на страх и риск призывателя. Возможна утеря четыреста десятого. Времени на восстановления может потребоваться больше, чем неделя. Нельзя отозвать раньше, чем через полчаса. Перезарядка – неделя.»

Ну и плюс звания, куда же без них. Там вообще полный цирк:

«Восставший из зада – вы умудрились выбраться даже из такой задницы как эта. Это заслуживает должного уважения к вам. Мир упустил знатного проктолога!

Условия получения – вернуться к жизни. Бонус – любое лечение действует на вас в десять раз хуже. Бонус – любое исцеление действует на вас в десять раз хуже».

«Пироманьяк – ваша стихия - огонь, ваша душа – пламя. Вы играете с ним, вы общаетесь с ним, вы его любите, так как он ваше детище. И вы готовы отдать ему не одну постройку, ради того, чтобы увидеть, как он взметнётся вверх, сжигая её дотла.

Условия получения – поджечь пять построек».

«Огнепоклонник – сказки о вас ещё многие века будут заставлять детей плакать от страха. Вы не ведаете страха перед огнём, вы не чувствуете жалости к тем, кого отдаёте ему на растерзание. Пламя ваш друг, жар от него – ваша суть.

Условия получения – сжечь населённый пункт вместе с людьми».

«Пожиратель – вы тот, кто смог пережить заражение, гуляя рука об руку с самой смертью на протяжении долгого времени. Вы доказали, что вас не так уж и легко свалить даже таким. Вы готовы вгрызаться в плоть противника, чтоб выжить, и вы готовы его сожрать при необходимости. Вы – настоящее чудовище.

Бонус – новая способность».

«Весёлый шалопай-трансгендер – даже профи в отношениях не скажет, девушка вы или парень, настолько качественно вы шифруетесь. И кто бы мог подумать, что ваша душа настолько разностороння, что одного тела вам будет мало.

Условия получения – сменить пол».

«Людоед – вы испробовали человеческой плоти и не раз. Вы узнаете этот вкус из тысячи, по запаху, по вкусу, по мягкости. Пусть людишки знают, что для вас они всего лишь закуска.

Условия получения – съесть человека».

«Несломленный – иногда жизнь поворачивается нам спиной и всё вокруг становится адом, как ни вам это знать. Но даже если весь мир попытается вас сломать, пусть он знает – ему не выиграть. Вы выстоите всем назло, чтоб в следующий раз была уже ваша очередь пробовать на прочность этот мир.

Условия получения – пережить пытки».

«Познавший безумие – вы знаете не понаслышке, что такое безумие. Вы были в её объятиях, вы слышали её голос и чувствовали её тепло, но нашли в себе силы вернуться обратно. Вы познали, то, что другим никогда не будет дано узнать.

Условия получения – победить безумие. Бонус – сопротивление негативным воздействиям на сознание».

«Пожиратель душ – вы поглощаете души врагов, что даже хуже смерти. Для вас не существует норм и правил, вы плюёте на чувства и жизни других людей. И даже после смерти им не обрести покой.

Условия получения – поглотить душу».

«Долбоёб от природы – медициной доказано, что вы сказочный долбоёб от природы. Увы, медицина и магия здесь бессильны. Вам можно только посочувствовать, пожелать удачи и держаться там.

Условия получения – получить медицинское подтверждение о том, что вы редкостный долбоёб.»

«Объявивший миру войну – этот человек восстал против остального мира. Он ни перед чем не остановится, пока не достигнет своей цели. Он тот, кто объявил ему войну.

Условия получения – объявить миру войну».

«Последний антигерой – ты тот, кто упорно пытается что-то доказать миру. Тот, кто пытается бороться, когда все остальные уже сдались и сложили оружие. Да будет так, антигерой, мир принимает твой вызов. Но потянешь ли ты эту войну? Готовы ты стать последним, кто ради других бросит ему вызов? Стать последним кошмаром этого мира?

Условия получения – выбрать своё будущее».

«Друг чудовищ – вы находите общий язык с теми, кто в этом мире является чудовищем и воплощением человеческих страхов. От глупости или от смелости, но вы действительно уникальный человек.

Условия получения – подружиться с жутким монстром».

«Сказочный долбоёб, разговаривающий с животными – вы настолько сказочный долбоёб, что даже сказка не настолько сказочна. Вы можете разговаривать с некоторыми животными и предметами. Вряд ли такое вообще можно вылечить. Поэтому просто узбогойтесь.

Условия получения – быть долбоёбом и разговаривать с животными».

«Угроза богам – вы беспринципны и целеустремлённы. У вас нет чувства страха и инстинкта самосохранения. Вы даже готовы напасть на бога, что встанет на вашем пути. Вы становитесь для них угрозой.

Условия получения – напасть на бога или богиню».

«Детоубийца – вы не задумываясь убиваете даже детей, если понадобиться. Моральные принципы и душевные угрызения совести точно не про вас.

Условия получения – убил человека младше восемнадцати лет».

«Ученик героя – герой стал вашим наставником! Возрадуйтесь, ибо это такая редкость, что люди даже не могут оценить того счастья, что свалилось на них. Вы обретёте могущество, которое многим и не снилось, благодаря вашему наставнику.

Условия получения – стать учеником героя. Бонус – снятие ограничения на сороковой уровень.»

«Встретивший кошмар – вы видели то, отчего другие теряют рассудок. Теперь вы знаете, что такое необъяснимое и страшное зло. Вы побывали там, где лучше никогда не оказываться и каким-то чудом смогли вернуться обратно, побывав за гранью всего нормального и ненормального.

Условия получения – побывать в обители зла и вернуться обратно».

«Ковбой – иногда скорость решает всё. Вы отточили свои навыки настолько, что можете метко стрелять от бедра, едва выхватив дальнобойное оружие. Мало кто устоит против такого.

Условия получения – попасть в двадцать целей подряд, стреляя от бедра. Бонус – меткость от бедра увеличена на тридцать процентов».

«Духовный контактор – прикоснулись к миру духов? Поздравляем, теперь вы один из тех редких людей, что могут увидеть всю красоту мира под другим углом.

Условия получения – увидеть мир духов. Бонус – возможность видеть мир духов».

«Исключительный путешественник – сотни путешествуют по континенту, десятки по всему миру. И только единицы рискуют пуститься в странствия между мирами, при этом ещё и вернуться. Вы действительно исключительный путешественник.

Условия получения – посетить другой мир».

«Угроза человечеству – вы умудрились убить более тысячи человек меньше чем за час. Это поразительный и ужасающий результат. С вами теперь может сравниться только оружие массового поражения.

Условия получения – меньше чем за час убить тысячу человек. Бонус – теперь люди могут почувствовать от вас ауру смерти».

«Убийца драконов – вы сильны как никогда. Вряд ли найдётся тот, кто сможет с вами потягаться в силе, ведь вы смогли убить собственноручно дракона! Это то, чем стоит гордиться и это то, о чём будут слагать легенды. И герои легенд должны быть легендарны.

Условия получения – убить дракона. Бонус – снятие ограничения на семидесятый уровень».

«Монстроёб – Всё! Хватит! Успокойся! Прекрати! Если у чего-то есть дырка, это не значит, что с этим надо обязательно совокупляться! Хватит иметь всё, что попадается на глаза и имеет подходящее отверстие! Серьёзно, прекращай уже.

Условия – поиметь того, кого иметь совершенно не хотелось».

«Прогарыш – вы замахнулись на сложную магию и спалили собственную энергетическую структуру. Теперь вы никогда не сможете использовать магию, хотя это может быть и к лучшему.

Условия получения – сжечь собственную энергетическую структуру».

«Кошмар героев – вы убиваете героев самыми разнообразными способами, являясь естественным противником любого из них и его личным кошмаром. Вы не знаете жалости, вы не ведаете страха, вы умоетесь в их крови.

Условия получения – убить больше десяти героев».

«Вулканолог – вы умудрились разбудить вулкан. Зачем? Для чего? Непонятно. Однако ваша любовь к столь удивительному природному явлению не осталась незамеченной.

Условия получения – разбудить вулкан».

Многа букав. Слишком много.

И два последних звания так вообще скромно намекают на то, что я натворил в прошлом, делая меня врагом любого героя. Хотя прочитай остальные, и как бы тут любой меня убить захочет.

Но зато я могу хвастаться этими достижениями, тыкая всем, какой я исключительный! Правда долбоёба бы исключил из списка, он сука повторяется целых два раза.

Короче, я доказал, что можно качаться и будучи обычным человеком. Только если бы это был сраный герой, то он бы, наверное, уже бы сто пятидесятый заработал, если не больше. Да и я скорее исключение, так как в своё время расстрелял более тысячи человек, что дало мне нереальный рост. Однако я был обычным человеком, потому прокачаться быстро можно.

Если убить тысячу человек.

А ещё статы по одноручному. Частично я поднял их тренировками, частично сражениями с героями, частично просто убивал всяких отбросов, что показались мне лишними в этом мире. Хотя всё же основной упор был на убийство героев и их подопечных, которые имели высокий уровень. Тренировки шли уже вторым числом.

И сейчас я готов был пополнить свой список убитых ещё несколькими.

- Мне кажется или та девушка целитель? – тихо спросила Эви, сидя со мной рядом.

- Которая? – спросил я.

- Та, что правая. Такая высокая, слегка аристократичная.

- Хрен знает, с чего взяла? – спросил я присматриваясь.

- Она только что вылечила своего товарища по команде. Царапину на руке.

- Может быть не целительницей, а обычной ведьмой, обладающей магией лечения.

- Будет лишней нам во время войны? – спросила Эви.

- Нет, не будет, - согласился я. – Если у неё навык нормально вкачен. Надо будет решить по ходу дела.

Кстати говоря, сейчас мы находились в кустах, наверное, вообще хрен знает где от них и рассматривали героев через мой старый бинокль. Эви, моя маленькая прелесть, ты сохранила мои вещи. Даже телефон, который каким-то макаром работал, подключённый к кристаллу как к батарейке. Работал, пока я его не разбил…

Это вышло случайно. Я такой увидел телефон, радостный схватил его, включил песню, наслаждаясь уже забытыми звуками и… выронил из руки, разбив его нахуй. Вроде целый, но всё равно не работает.

Сука…

Но ладно, я уже взрослый, если повторно расплачусь, никто не поймёт.

Так вот, сейчас мы сидим в глубокой засаде, наблюдая за теми, кому жить осталось недолго. Помимо меня и Эви со мной было ещё пять скрытников, которые помогали мне выслеживать добычу. Трое из них были семидесятого, двое только начинали рост.

- Так, ладно, кажется… у них есть два скрытника, да? – я передал бинокль скрытнице сорокового. – Чуть правее от героев, видишь?

- Э-э-э… да, вижу. Похожа на следопыта или скаута. По крайней мере, одежда с вооружением соответствует.

- В любом случае, она нас может почуять, - подытожил я.

- Да, есть такая вероятность, - кивнула девушка. – Они здесь из-за печенья?

- Не думаю. Печенье забредает в эти края иногда, но его даже обычные крестьяне забьют. Незачем героев на такое посылать. Может просто гуляют или задания для авантюристов взяли.

Да, за это время печенье стало конкретной проблемой для королевства, которое и так на грани гражданской войны. Но это и во благо – люди уже поняли опасность и мигрируют на запад в то время, как королю приходится выделять силы для сдерживания на восток. Конечно, беженцы несут колоссальную нагрузку на экономику и ужасающие последствия, но пока мы справляемся.

Что касается королевской армии, то когда настанет нужный момент, я вполне могу скомандовать печенью ринуться в бой. Это знатно так отвлечёт их от нас.

- Тогда они здесь на задании от короля? – предположил другой скрытник.

- Ага, такие и на задании короля, - фыркнул я. – У него теперь есть другой кадр.

А именно Митсуо. Тот, насколько мне известно, теперь выполняет всевозможную работу для него, но пока что это война с печеньем и устранение всяких опасностей. Личная собака короля. По меньшей мере нападений Митсуо на нашу фракцию замечено не было.

Скорее всего король не хочет лично это начинать, чтоб оказаться чистым, перекладывая всё на Фракцию Дня. А во Фракции Дня графы долбоёбы и у них руки чешутся напасть.

Через несколько минут на нашу позицию вышли трое других скрытников, которые до этого обходили поляну, сжимая радиус, чтоб понять, есть ли ещё люди или кто ещё, использующие героев как наживку. Дело в том, что героев я мочил два месяца уже. Не сказать, что пачками, но короля должно было насторожить то, что лучшие среди средних помирают. Поэтому наши методы обезопасивания своих задниц увеличились и усилились.

- Чисто, - тихо доложил один из них. – Обнаружили ещё двух скрытников.

- Оба скауты, - доложила другая.

- Окей… Ладно, харе лясы точить, идёмте.

Мы медленно выдвинулись вперёд. При этом я кратко обрисовал пришедшим ситуацию и объяснил, кого берём живым.

Время для нападения мы тоже выбирали не просто так. Ровно в тот момент, когда они уже нашли место и раскладываются. Во время похода зачастую скрытники довольно активны и внимательны, мы это выяснили на своей заднице, когда я потерял двух парней и одну девушку. Да и когда они уже встали на привал, тоже довольно осторожные – тогда никто не погиб, но нам дали просраться.

Так что мы учимся на ошибках.

Наша группа медленно, но уверенно подходила к героям. Каждый уже знал свою позицию в этой операции, и даже у Эви было в ней место. Кстати говоря, Эви и была взята из-за своих умений. Клирия бухтела, бухтела, да выбухтелась. В любом случае, груз с собой я брать был не намерен, а Клирия была слишком бесполезна здесь. С военным делом и я сам справлюсь.

Группа из трёх скрытников отделилась от нас на полпути к лагерю. Мы же двинулись прямиком к героям. Каждый при себе имел помимо меча два заряженных пистолета, а я плюс ко всему ещё и револьвер.

Пройдя так до самого лагеря, мы остановились. Буквально через минуту наша вторая команда должна была занять свою позицию, чтоб мы смогли окружить засранцев с двух сторон. Ещё через минуту мы начали подходить к их лагерю, входя в зону досягаемости скрытников.

Я несколько раз взмахнул рукой, показывая, что двинулись дальше.

Мы столько раз тренировались, что каждый знал, что нужно делать в той или иной ситуации. Поэтому проблем с тем, типа: «Куда? Что делать? Что от меня хотят?» у нас не было.

Вскоре мы встретились уже с первыми товарищами героев. Две каких-то девушки о чём-то весело разговаривали, собирая хворост.

Блять, ну естественно девушки. Только они у героев и пользуются спросом, мало кто выбирает себе парней. А причина проста – в своём мире они зачастую неудачники, к которым ни одна девушка без нужды не подойдёт, здесь же они реальные герои, к которым каждая хочет прыгнуть на хуй.

Не могу винить ни девушек, ни героев - одним хочется хорошего будущего, а не деревни с грядками, а другим баб. Однако именно то, что большинство было никем, а стало всем, и делает героев уебанами. Они сразу забывают кем были, и зачастую ведут себя как конченные уебаны, начиная выёбываться и пытаться показать, насколько они круты.

Обе девушки не сильно-то и были заняты охраной себя любимых, что тонко намекало об их несерьёзном отношении к заданию. Значит герои в обычном походе. Были бы от короля, их бы ни слышно, ни видно не было.

Мы вновь разделились.

Двое скрытников принялись обходить их по дуге, я же двинулся вперёд, заходя им за спину. Прошёл вперёд, замер, присмотрелся к противоположным кустам. Оттуда махнул рукой мой скрытник и мы одновременно двинулись к девушкам со спины.

Всего несколько быстрых, но тихих шагов и их уже ничего не могло спасти. Слишком поздно девушки заметили нас, однако я с другим скрытником рывком дёрнулся вперёд и оказался прямо перед одной из них. Одной рукой схватил за лицо, закрывая рот, другой за затылок. Тихий писк из-под ладони, потом резкое движение, словно я откручиваю кран, и её шейка издала сочный хруст, заставив девушку повиснуть у меня на руках.

Скрытник же душил вторую в захвате. Она вся стала фиолетовой, и отчаянно дёргала ногами и руками, но в конечном итоге повисла мёртвой.

Так, их двенадцать, значит минус два.

Теперь дело было за Эви, почему я и брал её на задания. Она подошла к телам, встала прямо перед ними и замерла, словно прислушиваясь, внимательно посматривая на них. Вот проходит две секунды, она просто поднимает руку, вытягивая перед собой, и тела начинают медленно и неуклюже подниматься.

Правда…

- Мда… - пробормотал я и с хрустом вернул голову девушки в исходное состояние.

После этого минутная подготовка, отряхнуть от грязи, наложить веток в руки, придать их лицам более-менее нормальное выражение лица руками, и Эви отправляет их к лагерю.

- Они немного неживыми выглядят, - тихо сказала Эви.

- Ты кучу раз это делала, однако волноваться начала только сейчас? – посмотрел я на неё насмешливо.

- Ну… да? – улыбнулась она мне.

- Ну ты даёшь, - взъерошил я ей волосы на голове. – Но так даже лучше, больше внимания привлечёт к ним. А именно это нам и надо.

Вряд ли кто из героев знает, как выглядит ходячий мертвец издалека, а понять это сразу они точно не смогут. Зато соберут всеобщее внимание на себе, что нам и нужно.

- Всё, идёмте, зайдём с боку, чтоб сподручней было, - позвал я всех за собой.

Мы осторожно принялись заходить со стороны, направив мёртвых прямо в лагерь.

Глава 371

Сказано - сделано: пока зомби шли напрямик к лагерю, мы очень быстро обошли его по кругу и заняли позицию в ожидании продолжения. Это была довольно обычная тактика, выработанная нами, и зачастую действовала как надо. Даже если они сразу догадаются что происходит, у нас будет очень достаточно времени, чтоб разобраться со всеми. Это даже на более высокоуровневых героев действовало, а на таких неопытных и подавно.

Вообще, столько предосторожностей было только ради того, чтоб обезопасить себя максимально возможно. Отвлечь внимание, заставить их потерять бдительность и так далее. Конечно, увидев зомби, они сразу придут в боевую готовность, но перед этим они сначала попытаются понять, что с их подругами не так, переключив своё внимание с окружения на них.

Потому что может выйти так, что и выстрелы не убьют всех. К тому же я рассчитывал оставить нескольких в живых, чтоб дальше оттачивать свой навык мечника.

Бесчеловечно? Возможно. Но не более, чем отправлять героев убивать нечисть.

Мы дождались, когда две девушки вышли к поляне с ветками на руках и остановились. Просто остановились, бессмысленным взглядом смотря хрен знает куда.

- О, пришли, не заблудились, - усмехнулся герой. Его голос я слышал аж отсюда. – Чего встали, несите их туда.

И отвернулся, даже не поняв, что что-то не так. Только через минуту в них стало закрадываться подозрение.

- Кара? – одна из девушек подошла к ним. – Кара, ты чего застыла? Что с тобой? Что… что с твоим лицом?

В этот самый момент я дал отмашку Эви.

Обе зомби выронили ветки и набросились на девушку, пытаясь её убить.

- КАРА! – вскрикнула та, прежде чем те повалили её на землю и начали бить кулаками.

Весь лагерь мгновенно переключил своё внимание на кучу малу.

- Эй! Вы чего творите?! – крикнул один из героев и бросился их разнимать, как бросились это делать и другие члены группы.

Сейчас в принципе их можно было спокойно перестрелять, но… навык владения одноручным мечом. Они слишком удачно отвлеклись, чтоб просто расстрелять их из засады, не набив ещё немного очков на него. К тому же моя команда прикроет меня меткими выстрелами.

Поэтому, когда вся бесполезная тима героев обернулась на шум, я выскочил на поляну. Стремглав бросился к ближайшей девушке, что была скрытницей. Она сразу почувствовала меня, однако ничего сделать не успела, меч, который я метнул, перелетел всю поляну и воткнулся ей в голову. До того, как она успела упасть, я уже был рядом, выдёргивая из неё меч.

Ещё одна скрытница уже обернулась ко мне и вскрикнула, но в общем шуме, где трёх девушек пытались разнять, её крик и не особо привлёк внимание. Она попыталась вытащить свой меч, но я уже был рядом и опустил меч ей прямо на ключицу. Тот прошёл вниз, ломая рёбра и буквально разрезал её до самого живота.

Я едва успел увернуться от фонтана крови, вытащив меч.

Осталось ещё семь.

Теперь уже люди начали что-то подозревать. Слишком поздно они начали оборачиваться, когда двое героев ещё пытались разнять дерущихся: зомби уже начали жрать девушку, и та истошно визжала, когда они зубами вырывали из неё ломти плоти. Вон одна буквально вырвала у неё кусок щеки, а другая целый шмат из груди прямо с одеждой. А герои ещё не поняли, что девушки уже мертвы, всё пытаясь тех оттащить. Так себе организация, одни занимаются хуйнёй, другие получают пизды.

Увернувшись от выпада девушки-лечилки, я ударом кулака отправил её в нокаут, и тут же парирую удар щитовика справа. Та неуклюже пыталась достать меня булавой, однако оказалась слишком неповоротлива. Я сделал выпад, целясь мечом ей в шею, однако наткнулся лишь на её щит. Ну да, в обороне ей нет равных, прямой атакой не достанешь.

И тут же я едва успел уйти от удара героя, который работал кистенём. Такой шарик с шипами как прилетит в голову, будешь потом мозги собирать по стенам. Второй его взмах, и я под удар подставляя свой меч, заставляя его кистень намотаться на него. Дёргаю на себя и встречаю героя прямым ударом кинжала в свободной руке прямо в щель забрала. Лёгкий хруст, неприятное чавканье и на одного героя стало меньше.

А всё потому, что сила есть, а опыта в сражениях нет. Потому я могу спокойно обыгрывать их как детей.

Одновременно с этим прозвучал выстрел. Быстрого взгляда хватило, чтоб заметить, как падает с половиной головы лучница, роняя на землю своё оружие. Моя команда не спит и прикрывает тылы.

Я вновь бросаюсь на щитовика, но перед ней резко ухожу в сторону к мечнице, что спешила той на помощь. Девушка не ожидала столь резкой смены моего движения и успела лишь занести над головой меч, когда я поднырнул к ней и вогнал свой клинок той в шею.

Вновь отпрыгиваю и бросаюсь в атаку, но уже не на щитовика, а на героев. Танка я оставлю на закуску, уж слишком долго с ней возиться. Быстро сократив расстояние, подлетаю к двум героям, которые с горем пополам отодрали двух зомби от корчащейся от боли и всей в крови девушки, прыжок и со всей дури вгоняю меч ближайшему в шею сзади между нагрудником и шлемом. Тот с хрустом пробивает позвоночник, проходит насквозь его тело и упирается концом в броню. Герой практически сразу расслабляется и оседает на землю, словно мешок, отпуская зомби, которая вновь бросается на бедную девушку. Та пытается отпинаться и прикрыться руками от мёртвой подруги, но получается у неё это плохо.

Второй герой тупо смотрит на меня, держа зомби сзади, словно не понимая, как я вообще оказался здесь и что делаю. У меня возникает ощущение, что идиот даже и не понял, что произошло сейчас рядом с ним, настолько он увлёкся процессом. Я даже не помню, когда встречал настолько плохо организованную команду в последний раз. Они вообще как будто первого лвла.

В итоге, я одним ударом сношу голову и тупо смотрящему на меня герою, и зомби, успокаивая обоих. После этого подхожу к борющимся на земле девушкам и одним ударом убиваю обоих, пробив их черепа мечом, словно куски мяса шампуром. Обе тут же обмякли.

Осталась только одна, именно щитовик.

Она видимо не собиралась сдаваться, выставив перед собой щит. Она словно обходила меня по кругу, не сводя глаз, словно какой-то волк или собака, которая готовится к атаке. Секунда, другая и девушка бросается на меня. Словно поезд она несётся на меня, но в самый последний момент я просто ухожу в сторону, делаю разворот на триста шестьдесят градусов и со всей дури бью мечом сзади, срубая голову.

Её уже обезглавленное тело пробегает ещё метра три, после чего спотыкается и с лязгом падает, заливая траву фонтаном крови.

Вот и всё.

- Это было слишком просто… - оглянулся я на поляну. – Они точно уже превысили сороковой лвл?

- По крайней мере, насколько нам известно, да, - кивнула скрытник. - Герои точно были выше пятидесятого уровня. Их спутники точно сорокового.

- Просто…

Просто такой безалаберности я не ожидал. Нет, это вообще за всякие рамки выходит. Даже я был куда осторожнее в их время. С другой стороны, суматоха, крики, все друг друга неожиданно бьют и кусают – их шок можно было понять. Непонятно только, почему девушки среагировали быстрее героев.

Хотя вру, на этот вопрос я тоже знаю ответ. Девушки тренировались, ходили в походы и что-то из себя представляли. Герои же… лишний раз подтвердили, какой же они мусор по большей части.

- Так, с этим мы закончили. Тогда девку на руки, трупы обыскиваем и уходим. И зеркальце дайте, я свяжусь со штабом.

В принципе сейчас мы не были на другом конце королевства, потому мы могли воспользоваться связью через зеркальце. На таком расстоянии Кстарн была вполне способна перетащить Клирию сюда для связи и вытащить обратно, пусть и придётся ей немножко попотеть.

- Вижу, вы в добром здравии, - поклонилась мне Клирия из зеркальца. – Это не ваша кровь?

- Нет, героев. О которых мы говорили, убрали, но… это какой-то пиздец. Они настолько слабые были, что мне до сих пор верится с трудом, что это герои.

- Семьдесят восьмой уровень против тех, кто меньше шестидесятого. С чего вдруг вам так легко, - изобразила на своём лица размышления Клирия. – Мой господин, надо бы вам уже привыкнуть к тому, что к уничтожению себе подобных так серьёзно подходите только вы. Герои в большинстве своём просто авантюристы. Ещё какие-нибудь вопросы, которые вы хотите обсудить есть?

- Нет, просто хотел сказать, что героев убрали. Мы возвращаемся.

- Я вас поняла. У нас есть движение в центральной части, мой господин. Армии Фракции Дня…

- Те, что пять на десять?

Чтоб понять, о каком конкретно месте идёт речь, я обычно использовал соотношения сторон. Везде оно практически отличалось. Были места, где они были схожи, но там можно было понять по расположению, о какой конкретно идёт речь. Запад, восток, центральная часть, поля, около реки и так далее.

- Да, мой господин, пять на десять.

- Они атакуют?

- Нет, всего лишь пока приведены в боевую готовность. Как и наши.

- Пушки? – да-да, у нас было сделано несколько пушек. Образцы не самые хорошие, но это лучше, чем вообще их отсутствие. А то, что они косые, так это вообще не беда. Там толпа, куда не выстрели, кого-нибудь да убьёшь.

- Всё готово, можете не волноваться. Так же движение на северо-западе, там усиливаются войска Фракции Дня, пополняя ряды обычным людом.

- Начали призыв в войска… - почесал я репу. – Много?

- Затрудняюсь ответить на данные момент.

- Но они не будут там нападать пока.

Причина была проста – торговля. Что бы не происходило, мы исправно пропускаем товары дальше и не пытаемся задушить этот источник дохода для Фракции Дня. Ну и для нас тоже. Конечно, давая им торговать там, мы усиливаем их, это бесспорно.

Но, с другой стороны, мы делаем их зависимыми от него. День не будет нападать в той части, боясь полностью парализовать поток денег в такое сложное время. Другими словами, не будут пока плевать туда, откуда пьют, что даст нам гарант сохранности на неопределённое время.

Если только они не решили сразу там со всем разобраться и попробовать отбить всё без потерь.

- Если они прорвутся, ты знаешь, что делать с портом и городом около него, верно? – уточнил я.

- Да, мой господин. Ещё на юге, около границы территорий, что захвачены печеньем наблюдается активность Фракции Дня. Они перегоняют в ту сторону войска.

- Против печенья?

- Возможно хотят под шумок попробовать ворваться на наши территории с тыла.

- Там наша трёхтысячная вроде дежурит. Они смогут принять их в крайнем случае.

- Они контролируют…

- Знаю, но тысячу они смогут выделить. Там непроходимые леса, единственная дорога идёт через город, у которого есть стены. Они не смогут взять его, только обойти. В таком случае окажутся окружены.

По сути, наши все армии располагались практически в шахматном порядке. Большинство могло прикрыть другую в случае необходимости. А вот у Фракции дня слишком много было сконцентрировано в центре. Остальные восемь были просто растянуты по всей границе и не могли толком принести много вреда при атаке, так как практически везде у нас было численное преимущество, и мы были в обороне. Плюс резервов у нас уже три с половиной тысячи. Те могут в любой момент двинуться куда угодно.

А если они обосрутся с прорывом по центру, то тогда им ничего не останется, как просить помощи у короля. И тогда вряд ли он им откажет. С одной стороны это не очень, с другой… это не очень. Короче, наша победа выйдет боком. Проигрыш тоже будет… тем ещё пиздецом.

Короче, когда королевство подключится, будет не очень. И там у нас останется надежда только на техническое преимущество. Возможно на это и расчёт, чтоб спровоцировать нас, слить столько народу и заставить королевство действовать.

Как всё сложно!

- Мой господин, ваши приказы?

Бля! Всё ещё сложнее! Что я блять могу вам приказать-то?!

- Ждите. На провокации…

А какие провокации должны быть? Любая провокация может стать реальной угрозой. И как отличить, провокация это или нет? Короче, они могут играть на наших нервах, сколько захотят. Могут пакостить и так далее, зная, что за ними королевство. Словно уроды, чувствующие безнаказанность из-за того, что их родители слишком богаты.

А знаете что блять?

Всех в пизду! Если они хотят играть с нами, пусть получают. Пусть знают, что каждая их такая хуйня будет оплачена трупами и кровью. Если вступит в бой королевство, то тогда я эту армию печенья погоню на них с такой яростью, что уничтожу нахуй половину севера королевства.

В конце концов, мы зло и отвечать будем соответствующе.

- Если начнут наступление, пока меня нет, ебаште со всего, что есть. Не нападать, но атаки отбивать так, чтоб их кишки летели до самой столицы. И запросите помощь у горноимперцев. Пусть направят сюда доспеха два, наверное.

- Я поняла. Отбивать все атаки, не нападать, держать границу, выбить как можно больше доспехов для наших нужд.

- Верно. И ещё, если…

Тут меня позвали.

- Господин, вам надо глянуть это! – подошла ко мне одна из наёмниц.

- Сейчас прямо? – недовольно глянул я на неё.

- Прошу простить меня, - поклонилась она слегка испуганно, - но я не посмела бы вас беспокоить по пустякам.

Я вздохнул и глянул в зеркало.

- Собственно, это всё, что я хотел сказать. Держите границы любыми способами, пока я не вернусь. Если всё будет до моего возвращения норм, то отлично. Если нет, то нет.

- Я поняла вас и слушаюсь, - поклонилась Клирия.

Я спрятал зеркальце и посмотрел на скрытницу.

- Ну и?

В ответ она протянула мне письмо. Уже вскрытое письмо, которое было послано… хм… а чей герб это?

- Это от кого и кому? – посмотрел я на неё.

- Это от графа Фракции Дня, - подошла ко мне Эви. – Нашли у героя за пазухой в прямом смысле этого слова.

- Какой граф?

- Ты помнишь героя солнечного щита?

- Знаю его сына. Мартина.

- Ты убил его отца в жерле вулкана, - подсказала мне Эви.

- Похуй. Так что, это от него?

Я вытащил один единственный листок, который был вложен в конверт. И на листе было написано:

«Нам нужна помощь. Мы двинемся на место».

И всё.

- И… кому это отправлено? – покрутил я конверт.

- Я не знаю, - покачала головой Эви. Но не к добру это. Мартин, сын героя, теперь граф. Потому ему достались абсолютно все его дела. Так что вполне возможно, что он решил воспользоваться старыми связями отца.

- Это может кончиться плохо для нас, верно? – вздохнул я.

Мартин, трусливая крыса. Моё мнение упало о нём в тот момент, когда я увидел Сью. Даже тот факт, что он её кинул, не мог меня заставить его так возненавидеть, как то, что он просто оставил её на улице. Имея такие деньги и связи, он мог помочь ей просто где-нибудь устроиться. Но он буквально насрал на неё, оставив помирать. Сын героя блять. И отец тоже герой… Герои, которые бросили девушку с ребёнком на улице. Я моральный урод, но всё равно понимаю, что есть хорошо, а что есть плохо. Жаль, что другие этого не осознают.

- Так… значит это первое письмо, которое он отправил, - пробормотал я.

- С чего ты решил? – спросила Эви.

- С того, что мы его перехватили. Или, по-твоему, он дублирует письма? Это первое письмо и получатель его не получит. И как следствие, пока ничего не предпримет. И когда оно не дойдёт, Мартин отправит второе. А это значит…

Значит, что у нас есть время. Кому бы это письмо не было отправлено, он его не получит и ничего не предпримет. А пока до Мартина дойдёт это, хрен знает, сколько ещё времени пройдёт. Другими словами, мы отстрочили проблемы на свою задницу. Только куда этот сучёныш письмо-то направил? Кому?

Хотя…

Взгляд сам собой переметнулся на выжившую. Мы ведь можем просто спросить, чтоб понять, куда дальше двигаться. Наверняка она что-то да знает.

Глава 372

- Итак… - сел я напротив лечилки, когда она пришла в себя. Как и обычно в таких делах, я дал ей выбор. Всегда даю выбор, надеясь, что это избавит меня от работы, но… гордость и упертость, они всегда являются в таком деле главной проблемой. – У тебя есть два варианта – или всё рассказываешь добровольно, или я помогаю тебе в этом. Имей в виду, что каждый раз люди не слушаются, и всё заканчивается пытками, болью и кровью. А в конце они всё равно рассказывают. Поэтому прошу тебя, ответь на мои вопросы без подобного, я не хочу делать тебе больно, но глазом не моргну, если подобное потребуется. Договорились?

- Но вы меня в любом случае убьёте! – всхлипнула девушка.

Это была одна из зауряднейших девиц, которых можно было встретить в любом городе или деревне. Не дурнушка, но и не красавица, светленькая и в веснушках. Чем-то мне Рубеку напомнила, если честно.

- Не убью. Обещаю, - не моргнув глазом ответил я.

- Вы врёте!

- Ну ты можешь это проверить, верно? В любом случае, ты умрёшь в муках, если продолжишь в том же духе.

Она всхлипнула и обвела взглядом мою команду, словно ища поддержки, но все смотрели на неё холодным, полным безразличия взглядом, показывая, что им плевать, сдохнет она или нет. Мы были словно команда зла, которая нависала над её тушкой. Бесполезно было с её стороны рассчитывать хоть на что-то милосердное от нас, кроме быстрой смерти. И девушка это понимала.

- Хорошо, - наконец тихо ответила она.

- Вот и отлично. Куда вы шли?

- Я… мы… на юг.

- Я это понял. Куда конкретно?

- Герой сказал, что мы должны двигаться на юг, к городу Хусоси…

- Прости-прости, ты бы не могла повторить название города? - попросил я, перебив её. - А то мне показалось, что мне только что предложили кое-что сделать.

- Хусоси?

- Хусоси? Это… город такой?

- На юге, у самой границы лесов, - подсказала Эви. – Графство, которое принадлежало одной из девушек ковена.

- Наверное… уже пора прекратить такому удивляться, да? – пробормотал я скорее для себя, чем для кого-либо другого. - Ладно, так что там? Зачем вам туда?

- Я не знаю, мы кого-то ищем, - быстро ответила девушка.

- Прямо не знаешь? – прищурился я.

Но она лишь замотала головой.

- Мы ищем кого-то. Сказали, что он там сейчас. И мы должны были его найти.

Понятно… что нихуя непонятно. Куда, кого, что. Крыса в рядах? Или… они хотят привлечь кого-то типа медведей?

- Ясно… А граф, который отдал письмо, куда он направился?

- На восток.

- На восток? Столица? – нахмурился я. – Как давно?

- Дня… четыре назад.

- Только до его территорий неделя дней пути пешком, - заметил я. – Как он здесь оказался?

- Я не знаю, - испугалась девушка, явно понимая, куда я клоню. – Я говорю то, как было, без прикрас! Не обманываю… Да зачем мне врать-то?!

- Не знаю, - пожал я плечами. – Но несколько сломанных пальцев делают людей искреннее.

- Три-четыре дня назад мы встретились в гостинице города Грандиграда. Я не была там. Герой зашёл и вышел. Всё. И после этого сказал, что мы направляемся к Хусоси. Я узнала, что это граф, только когда герой показал мельком письмо! Там герб его стоит.

- Окей, допустим, он передал вам письмо. Было сказано, кому надо передать его?

- Герой не сказал. Ничего не сказал. Только что мы ищем человека. Возможно, герой знал его. Я же просто помогаю герою.

Я встал, не говоря ни слова, и махнул рукой, зовя за собой Эви, чтоб никто нас не слышал. Отойдя достаточно далеко, я вытащил зеркальце и вызвал Клирию. Теперь мне требовались умные люди, которые могли бы подсказать, что делать и что предпринять.

Через несколько минут после того, как я поведал Клирии о случившемся, она спросила:

- Вы уверены в правдивости её слов?

- Предлагаешь сломать ей пальцы?

- Нет, что вы, мой господин, мы же не звери. Отрежьте ей уши.

- В цивилизованных странах не отрезают уши, - сказала Эви, - там вырывают ногти.

- Так, умолкли, - шикнул я на обоих. – Клирия, твои домыслы.

- Вы хотите узнать, что делать дальше, или что происходит?

- Что происходит.

- Возможно это связано с тем, что они активизировались вдоль фронта. Как было собрание графов Фракции Ночи, так сейчас будет проходить собрание Фракции Дня. Скорее всего они активизируют все свои силы, включая диверсантов.

- Ключевое собрание перед войной? – предположил я.

- Возможно, мой господин. Очень возможно. Однако вряд ли вы сможете сейчас что-либо сделать, так как у нас нет людей среди Фракции Дня, и попасть туда вы не сможете. Лучше сосредоточиться на том, кому они хотели передать письмо.

- И кому же? Есть хоть одна догадка?

- Без понятия, мой господин.

- Это гадания по облакам, - сказала Эви. – Мы не можем сказать, кого они искали. Но можем спросить это у Мартина.

- И рисковать жизнью моего господина? Как и ожидалось, гениальная идея, госпожа Эвелина.

- Нет, искать непонятно кого, непонятно где куда лучше, Клирия, - упёрла в бока руки Эви. – Куда идём? На юг к городу Хусоси. Кого ищем? Не знаем. Где конкретно ищем? Не знаем. Но ищем. В тот момент, когда вот-вот начнутся боестолкновения и наши силы пригодились бы там. Графов созывают только в том случае, если происходит что-то действительно важное. И собрание полностью свидетельствует о будущем сражении.

Вот и думай – рвись за графом, чтоб из первых уст всё узнать, или же пытайся найти крысу в наших тылах или кого они там ищут.

- Так… - я потёр виски. – Мне нужно подумать…

- Господин, не стоит, - уже наперёд сказала Клирия, словно читая мои мысли. Удивительная прозорливость. – Прошу вас, подумайте хорошенько.

- Но тогда мы всё узнаем из первых уст, Клирия, - посмотрел я на неё.

- Это огромный риск. Как я понимаю, вы хотите прямо сейчас двинуться за ним, пытаясь перехватить Мартина в столице, однако это ужасная идея. Без подготовки, без всего это будет слишком рискованным предприятием.

Ну ничего в принципе не меняется, верно? Так было раньше, так есть сейчас, так будет, скорее всего, потом.

- Клирия, я пойду.

- Господин…

- Всё будет в порядке, - уверенно сказал я, перебив её.

- Почему вы так уверены?

Потому что я видел, как сдохну. И это будет точно не там и точно не сейчас. Уже сейчас всё бессмысленное приобретает определённые очертания. Хотя некоторые моменты вроде как мне удалось переделать и исправить. Но как обычно бывает, пытаясь исправить будущее, ты выстилаешь к нему тропинку.

- Просто уверен, - увильнул я от ответа. – Не безбогойся, Клирия. Я вернусь, клянусь.

Потому что мой час ещё не настал.

- Я… - Клирия хотела ещё много чего сказать мне, я видел по её лицу. Но она просто захлопнула рот, выдавила улыбку и слегка поклонилась. – Я буду ждать вас.

Что мне нравится в Клирии, так это её послушность. Она не капает на мозг в таких ситуациях, не говорит, что ничего не получится и так далее. Если видит, что я настроен решительно, то просто соглашается и показывает, что поддерживает мой выбор, а не сидит с надутыми щеками. Благодаря этому ничего не капает тебе на душу, что кто-то обиделся или что-то подобное.

- Тогда замётано, я буду на связи по возможности. И постарайся выяснить, когда будет их собрание, - кивнул я и спрятал зеркальце, после чего повернулся к Эви. – Так, значит решено, нам надо добраться до столицы. Он, скорее всего, воспользуется телепортом, однако нам этого делать нельзя. По крайней мере, в столицу. А с Фракции Ночи делать это будет небезопасно.

- Перейдём границу и уже из Фракции Дня воспользуемся телепортом?

- Да, тоже так думаю, - кивнул я. – Телепортируемся к ближайшему графству к столице, и уже оттуда приедем на место. Ближайший город Дня с телепортом у нас…

- Грандиград, - подсказала Эви.

- Это разве не тот, где встретились они с Мартином?

- Да, тот город, но принадлежит другому графу. Видимо Мартин или по делам туда приезжал, или не хотел по какой-то причине принимать их у себя.

Ясно-понятно.

- Тогда всех отправляем обратно на базу вместе с лечилкой. Со мной пойдёшь ты и тот мужик-скрытник. И тебе надо причёску сменить с цветом.

- Подстригаться? – вздохнула она, потрогав свои волосы. – Ладно, я поняла. В тёмненькую?

- Как хочешь, - пожал я плечами и подошёл к группе. – Так, сейчас мы разделяемся. Ты, – ткнул я пальцем в скрытника, - идёшь со мной. Остальные на базу. Бабу с собой.

Я не стал её убивать. Она сдалась, она всё рассказала (надеюсь), она обладает полезными навыками, да и вообще я был против крови, если её можно избежать. Знаю по себе, что, начиная убивать людей, ты будешь каждый раз находить оправдания, чтоб отнять жизнь вместо того, чтоб её оставить. Сорвавшееся с цепи зло. Это хорошим не кончается и не это моя цель.

- Мэйн, - позвала меня Эви, - как тебе?

Сейчас на меня смотрела девушка с тёмными каштановыми волосами, которая ничем особым не отличалась от множества других девушек. Вообще, в этом мире и зелёный, и сизый, и голубой, и розовый цвета были нормой, однако всё же яркие цвета бросаются в глаза сильнее, чем каштановый. К тому же многие знают, какого цвета Эви и могут просто банально случайно обратить внимание на неё из-за этого.

- Отлично, дай-ка я тебе стрижку укорочу, - вытащил я кинжал. - Ну и сам подстригусь, естественно.

Обкорнал я нашу Эви по уши, изменив её довольно сильно. Она с грустью смотрела, как я срезаю её длинные волосы, которые, опадая на землю, возвращали себе нормальный цвет. Что касается меня, я обрил себя практически наголо. Оставил там миллиметров шесть-семь, и то лишь потому, что ножом просто не мог побриться, остроты не хватало. Скрытника мы никак не меняли, его просто никто не знал.

- Ну-с, готовы? – окинул я нас взглядом. – Надо будет ещё обычной городской одеждой затариться по приходу в город, а то палимся.

- Как в старые добрые времена, зайти в город, где все только и ждут нашей смерти? – весело посмотрела на меня Эви. – Я просто не могу дождаться этого.

А я даже не понимаю, шутит ли она или говорит всерьёз.

- Да, как в старые добрые времена, - кивнул я.

- Не хватает только Констанции и… - Эви немного запнулась, - Бори.

Дядя Боря… По сердцу слегка царапнула тоска.

- Да, не хватает, - кивнул я. – Правильным был человеком.

И, наверное, единственным искренним, кого я смог встретить в этом мире. Ничего не скрывал, говорил то, что думает, и все его желания были понятны и просты. Обычный, добрый, открытый, вечно слегка пьяный мужик.

Мир забирает лучших, чтоб остались лишь худшие и варились в котле в собственном соку. Наказание за то, что они делают.


Мы выдвинулись к городу Грандиграду через лес. Расчёт был на то, что, когда мы пересечём границу, можно будет выйти на дорогу, после чего закупиться одеждой в ближайшей деревне. В любом случае, что городская, что деревенская, они были схожи и никто не обратит на нас внимания.

Лес здесь, в отличие от лесов моего графства, был куда более густым, и напоминал больше природу моего края: всё в кустарниках, высокой траве и… бэ-э-э… паутине. Приходилось иногда буквально прорубаться через всё это, чтоб пройти дальше.

В этот момент я вспомнил свои старые деньки, когда так же бродил по лесу с Констанцией, Эви и дядей Борей. То, как мы ровно так же крались через леса, избегая дорог, по которым ходили солдаты, воровато пробираясь в город, чтоб закупиться чем-либо или просто переночевать. Правда не все города переживали мои посещения, но… с кем не бывает, верно?

У нас заняло два дня, чтоб перейти границу и попасть на территорию Фракции Дня. После этого мы очень бодрым шагом, делая привалы только на ночлег, двигались по дороге, спеша как можно быстрее добраться до Грандиграда.

На третий день, попав под проливной дождь, мы заглянули в деревню, через которую проходила дорога. Здесь у нас появилась возможность закупиться одеждой и купить лошадей. Дорогое удовольствие, так как нам бы пришлось их бросить по приезду, однако не в этой ситуации, когда счёт идёт на дни.

На следующий день ливень продолжал свой поход, омывая мир грешных, но не в силах смыть пятно по имени Патрик.

Лузер. Меня хуй кто смоет.

Благодаря лошадям, мы уже к вечеру подъехали к городу.

- Бросим их здесь, - остановился перед поворотом я, за которым шла прямая к стенам. Отсюда стража нас видеть не могла. – Будет странно, если люди, одетые, как обычный люд, приедут на лошадях.

- Их оружие не смутит? - кивнула Эви на меня и на скрытника.

- Скажем что-нибудь. К тому же у нас обычные на вид и ничем не примечательные мечи. Так что вряд ли будут вопросы.

Остаток пути, все мокрые до нитки из-за дождя, мы шли на своих двоих. Добрались до ворот с десятком таких же мокрых и несчастных, где нас встретила стража. Только она засела в арке стены, прячась от ливня, где и проверяла входящих.

- Кто? С какой целью? – лениво на автомате спросил стражник усталым голосом.

- Сана, Миллер, Круч, - наобум назвал я имена. – Цель – рынок. Закупиться зельями.

- Зачем? – скучающим голосом спросил он. Вопрос, судя по всему, относился к стандартным, которые задают всем подряд.

- Закупаемся зельями для небольшого похода. В деревне таких нет, - пожал я плечами.

- Понятно, - кивнул он. – Правило: не грабить, не убивать, не насиловать, не порабощать граждан графства, не ссать в фонтан. Всё ясно?

- Более чем, - кивнул я и тот отошёл в сторону, пропуская нас.

Когда мы уже отошли от стен, я посмотрел на Эви.

- Не ссать в фонтан, серьёзно?

- А что ты на меня так смотришь, словно это я в фонтаны писаю?! – возмутилась она. – Это ваша, мужская привилегия.

- В смысле, мужская?

- Вам просто вытащить и сделать дело. А ты представь, как девушка это делать будет. Ей же кучу всего для этого надо сделать, так ещё и в фонтан не свалиться.

- Ты просто защищаешь баб из-за женской солидарности, - отмахнулся я.

Город Грандиград оказался довольно… низким. И такое ощущение, что я попал вообще в какое-то дремучее средневековье. Если у Эви он тянул на девятнадцатый век европейского города, то здесь… я не знаю, тринадцатый? Все дома не выше двух этажей, и ни один, как я заметил, не выше стен. Может в этом причина?

А помимо всего прочего, здравствуй старая проблема: здравствуй говно на дорогах. Я проваливался в грязь аж по щиколотку, а бедная Эви так вообще едва не падала, скользя по ней. Приходилось нам с мужиком поддерживать её за руки, чтоб она мордой в грязь не окунулась.

А ливень даже не пытался остановиться. Мало того, что здесь было темно и серо, так ещё и вода повсюду. С крыш так вообще водопады на голову обрушивались, и я сомневался, что здесь даже зонтик спасёт.

Интересно, сколько потребуется городу, чтоб высохнуть?

- А кому город принадлежит? – спросил я, пока мы шли по улицам.

Тут ещё помимо нас и другие люди ходили, телеги ездили, меся грязь и оставляя за собой колеи, которые превращались в ручьи. Приходилось ещё и между ними протискиваться.

- Ты вряд ли его знаешь. Граф такой, с белыми седыми волосами, лет тридцати. Не очень тип.

- А чего так? Ведь Фракция Дня же.

- А во Фракции Дня только хорошие люди есть? – посмотрела она на меня. – Он не то что плохой, у него нет каких-то наклонностей нехороших, по крайней мере я о них не знаю. Однако он очень скользкий, лживый и просто плохой человек. Он может говорить одно, а делать другое, может врать тебе в глаза, может просто подставить. Нет, он ничего плохого не делает, если ты о садизме, сексизме, расизме и прочем. Но сам понимаешь…

- Понимаю.

А ещё и знаю такой тип людей. Тихие или наоборот, строящие из себя правильных, но в душе та ещё гниль. Сложно сказать, кто больше делает зла – такие вот люди, которые вечно пиздят и пакостят или те, кто является злом в общем понимании этого мира.

Глава 373

Отличительная особенность всех телепортационных врат в том, что отличительных черт в них нет. Все они похожи друг на друга как две капли мочи. Обычное здание, которое будет получше других, серое помещение внутри, какие-то узоры металлом на полу, и маги, что помогают тебе перенестись. В этом смысле выделялись только телепортационные дома в городе Эви и в столице. Они были действительно величественными, и когда ты в них оказывался, понимал, насколько велик город, в который ты попал.

По этому зданию я бы сказал, что… городишко, не более.

Эви назвала наш пункт назначения, мы заплатили магам и через минут пять, когда подошла наша очередь, мы телепортировались в ближайший город с телепортом к столице. В этом плане нашей картой была Эви, которая знала географию королевства куда лучше, как и расположение городов с телепортами.

- Был бы ты на моём месте столько, тоже бы запомнил, - ответила она улыбнувшись.

- Я жил в своей стране двадцать три года и знаю от силы городов двадцать.

- Серьёзно? – посмотрела она на меня. – Так мало?

- Я не запоминаю ненужную информацию, - нашёл я оправдание.

- Удивительно, что ты ещё свой возраст не забыл.

Ха-ха, очень смешно, Эви.

Город, в котором мы оказались, ничем сильно не отличался от других городов, что я видел до этого. Самый обычный, который только можно представить. Типичнейшая средневековая застройка, множество людей, проезжающие повозки и, естественно, грязь на улицах. Чем больше населённых пунктов я посещал, тем чаще замечал, что ничем особым они не отличаются друг от друга. Редкие исключения, это столица, город Эви и, может быть, ещё несколько мест, но не более.

Здесь мы вновь потратились, купив лошадей и одежду, что соответствовала бы нормам богатого города. Да и наша была вся мокрой.

Я не буду говорить, сколько мы денег просадили ради этого, однако потеряем ещё больше, если не доберёмся вовремя.

Из города мы выехали вообще без каких-либо проблем. Стража проверяла только въезжающих, однако тех, кто уходил, она не трогала. Уже через час город, который мы посетили, скрылся за лесом, даже не подозревая, кого он сейчас упустил. Или наоборот, какая опасность прошла рядом с ним.

- Так, теперь едем по дороге до упора, верно? – посмотрел я на дорогу, что скрывалась через километр за поворотом.

- Не совсем, - покачала головой Эви. – Мы можем сократить. Эта дорога ведёт в Роундсберг, а уже оттуда в столицу. Мы же можем воспользоваться объездной, через лес напрямик. Сократим на денёк путь. Только…

- Только что?

- Там разбойники. Опасно, - сказала она, немного поёжившись.

- Серьёзно? – посмотрели мы с наёмником на неё насмешливо. – Ты посмотри, с кем едешь. Мы будем пострашнее любого разбойника.

- Верно говорит, - кивнул скрытник. – Это наименьшая из проблем. Куда хуже разведка короля и стража.

- Вот видишь, - поднял я палец вверх. – Не там ты проблему ищешь. Кстати, что там насчёт разведки короля?

- Если там что-то важное, то они будут контролировать все подъезды к городу, - объяснил мне скрытник. – Я был знаком с тем, кто работал на него.

- Был знаком? А сейчас?

- Вот именно из-за того, что был знаком, его теперь и нет. Тех, кто чешет языком о делах королевства, долго на службе не держат. Особенно тех, кто чешет языком с обычным наёмником вроде меня.

- Опасненько. Но там вроде стен нет вокруг столицы, разве нет?

- Мэйн, - посмотрела на меня Эви. – Неужели ты думаешь, что если нет стен, то это никак не охраняется? Проблема как раз в том, что стен нет и охраняется это всё раз в шесть тщательнее.

- То есть обходить через поля не имеет смысла?

- Нет, - покачали наёмник и Эви одновременно.

Окей, значит через главные ворота.

- Наверное несколько поздновато спрашивать, но где они проводят свои собрания? – поинтересовался я.

- В столице есть большой холл… как же его называют… - Эви закусила губу вспоминая. – Это… как его…

- Да без разницы, как его…

- Погоди, дай вспомнить… - отмахнулась Эви, перебив меня. – Этот… ну зал… ещё звёзды, солнышко, птички…

- Небесный зал? – предположил наёмник, и Эви радостно хлопнула в ладоши.

- Точно! Небесный зал!

- Погоди, а причём тут звёзды и солнышко? – не понял я. – По твоему описанию я бы сказал космический или звёздный, но никак не небесный.

- Вот тебе лишь бы придраться ко мне, - надула она щёки и показала мне язык. Блин, тебе сколько лет, мелочь? Не старовата ли для такой реакции?

- Так что насчёт этого зала? Они там будут его проводить? Почему не в крепости короля?

- Король старается держаться подальше от них и соблюдать нейтралитет.

- Хуёво соблюдает, - заметил я.

- Но старается, - пожала она плечами. – Поэтому они собрание проведут в небесном зале. Однако, учитывая обстановку, на этот раз их, вероятнее всего, будет охранять стража короля. Поэтому… я с трудом представляю, как мы будем доставать их.

- Как-нибудь.

- Это похоже на план в твоём стиле, - улыбнулась она.

- Звучит так, словно ты меня осуждаешь, - заметил я.

- Если только немного. Обычно я предпочитаю всё продумывать до мелочей. Любой план.

На следующий день, когда мы свернули на объездную, с нами связалась Клирия: сообщила, что собрание будет уже через два дня. Грубо говоря, в тот момент, когда мы приедем, они уже будут проводить собрание, что значило - перехватить Мартина до него мы не сможем.

Печально.

Но зато у нас будет возможность перехватить его после, когда Мартин двинется обратно. Вот только где именно лучше его перехватить, это был вопрос. Вопрос, на который все трое дали одинаковый ответ.

Там, где он остановился. В отеле.

А тот самый отель, который мог предложить подобным Мартину людям должные апартаменты, был один. Я сам в нём останавливался. На вопрос, как к нему подобраться, тоже был ответ – я сам. Старый знакомый, который случайно оказался в этих краях. Почему бы и нет? В любом случае, можно сыграть на старых знакомствах и попытаться подкатить к нему. Хотя бы на расстояние удара.

Однако, помня этого двуличного урода, могу сказать, что примет он меня ровно так же, как и прежде: улыбкой, приветствием и так далее. Добро, оно не меняется и всегда, даже в ущерб себе будет вести себя как положено. Потому оно и проигрывает всегда. Те, кто под него косят тоже будут делать так же, они никогда не снимают маску и не раскрываются, если только ситуация не исключительная. И бьют только в спину.

Ближе к вечеру мы наткнулись на разбойников.

Я уже сто лет не видел этих ребят. В последний раз, наверное, натыкался на них, когда тренировался в поместье перед походом в горную империю, когда любыми способами набивал себе лвл. После этого их на дорогах практически не осталось, всех истребил. Они были прямо вымирающим видом.

А тут опять, как в старые добрые времена, когда всё было иначе.

- Я разберусь, - махнул я рукой, спрыгивая с лошади.

Я не хотел выёбываться, просто решил проверить, насколько же изменились мои навыки и сила с тех последних раз, когда любителям лёгкой наживы не свезло встретиться со мной.

- Эй, фраер, ты чо тут забыл?! – знакомые, чуть ли не родные слова ласкали слух, напоминая мне, откуда я родом, и кто есть на самом деле. – Какой девкой обзавёлся. Может поделишься со всеми нами?

Эх… молодость… Я тоже вам рад, ребята!

Говорил, судя по всему, не главарь, а заводила, его помощник. Грязное жирное лицо, которое блестит на свету, нос картошкой, слегка опухший, как после пьянки, вся кожа в рубцах и прыщах. Ну и одежда: кожаная броня, вся потёртая, старая.

Классика… Как же давно я вас не убивал.

- Эй, ты слышь, что говорят тебе, паренёк? – насторожился он. Люди сзади него слегка подтянулись, потеряв всю расслабленность. – А ну-ка стой или…

Или что?

Я бы спросил это, если бы в этот самый момент не бросился к нему. Не успел он поднять меч, как я пинком в колено согнул ему ногу в обратную сторону, просто поднырнув сбоку от него к людям позади.

Пользоваться мечом? Пф-ф-ф… мне интересно, вкачен ли я настолько, что смогу убить всех голыми руками.

Вот уже я рядом с другими. Резко ухожу вправо от одного, вбивая ему левый кулак в лицо прямо на ходу и тут же делаю прямой в морду другому. Ещё один разбойник бросается на меня с боку, но я просто делаю шаг в бок, пропуская его мимо и делая подножку. Резко отклоняю корпус в бок, уворачиваясь от укола мечом в спину, и с локтя в ебало принимаю ещё одного. Хруст такой, что это однозначно смерть.

Осталось, включая упавшего, ещё пять человек. Те двое, что были уложены кулаками, пока вставать не спешили, как и тот, что кричал и плакал со сломанным коленом. Главарь был виден невооружённым взглядом – самый большой и лысый, как шар для бильярда.

- Зря ты затеял это фраер. Ты будешь молить меня о смерти, когда я отрежу тебе ноги и руки. А потом я выебу твою подружку на твоих глазах.

Старые добрые угрозы словно музыка для моих ушей.

Я лишь спокойно зашагал к нему, словно шёл поздороваться со старым другом.

- Патрик! Давай! Я верю в тебя! – захлопала в ладоши Эви, словно была на каком-то соревновании и поддерживала меня, чем конкретно смутила всех моих противников. Она выглядела не как жертва. Вернее, не она выглядела как жертва.

Один из них бросается на меня, целясь мечом в лицо. Просто ухожу в сторону, ударом в живот заставляя его согнутся и тут же этой же рукой, но уже локтем ему по затылку. Ещё один покойник. Почему нападают по одному? Хрен знает, но их уверенность сокращается с каждым моим шагом.

Уже сразу трое нападают на меня. Шаг назад, избегая горизонтального взмаха и тычка в грудь, но тут же подаюсь вперёд и дёргаю чувака навстречу себе за вытянутую руку с мечом. Так сильно, что он буквально подлетает ко мне, но тут же получает под дых моё колено. Ещё двое начинают просто размахивать хаотично мечами передо мной, словно муху отгоняют.

Но вот их удары совпадают и получается так, что оба оказываются беззащитны. Просто рывок вперёд, удар обеими руками и обоим ломаю кадыки, заставляя их оседать, захлёбываясь кровью.

- Иди сюда, трусливый перец, - поманил я главаря рукой. – Не безбогойся, я с твоей мамкой новых разбойников заместо тебя настругаю.

- Моя мать умерла, грёбаный ублюдок! – взревел неожиданно он, брызжа слюной.

- Ничего, мне не в первой с мёртвыми ебаться, - отмахнулся я.

Это было последней каплей для быдлана, на котором из брони был только нагрудник. Потому мне не составило труда с ним драться, хотя уровень точно был выше, чем у других. Быть может даже выше сорокового.

Первый же удар пришёлся ему в кисть с мечом, когда он сделал неудачную попытку меня разрубить пополам. Три быстрых удара и его оружие упало в пыль. Громила попытался меня ударить, но мимо, слишком медленно. Зато за один такой взмах я успел провести целых два удара ему по голове.

Но урод даже не пытался умирать. Вот он принимает защитную стойку от меня, но… Это бесполезно чувак. Удар ему в район колена. Один, второй, третий, по икроножной мышце, по ягодице. Он вновь пытается меня достать, и я вновь его забиваю. Только второго раза он не пережил. После троечки запнулся и упал на живот.

Это GG, мужик.

Я просто подскочил к нему и опустил пятку прямо на затылок. Громкий хруст ознаменовал мою победу под аплодисменты Эви.

- Молодец! Я знала, что одержишь верх!

- Спасибо, - кивнул я оглядываясь. Последний, бросив меч, побежал от нас через лес, но… Выстрел от бедра и его голова весело взорвалась. – Вот теперь точно всё.

- Ты стал куда сильнее. Только… зачем была так возиться? – спросила она.

Зачем? Ну смотри, у меня был рукопашный сорок восемь. Но так как я завалил чувака с оружием вместе с командой, так ещё и выше сорокового, у меня скакнуло аж на два пункта.

А ещё я проверил, насколько хорошо управлюсь одной рукопашкой. Это на будущее, чтоб уже точно знать собственный возможности. А то будет обидно, если придётся драться, а ты ручками только комаров отгонять можешь.

- Надо. Просто посмотреть, на что я способен.

- На многое, - уважительно ответила Эви.

- Спасибо. Поехали дальше?

- А не хочешь сразу лагерь их уничтожить? – поинтересовалась она. И тут же сказала вперёд меня. – Знаю-знаю, время, но несколько минут ничего не изменят. А вот людей спасти сможем.

Спасти людей? Эви такая Эви…

Надо признать, что долго лагерь искать не пришлось. Добив выживших среди поверженных врагов, нам потребовалось десять минут, чтоб его обнаружить, и всего одна, чтоб очистить от троих разбойников. Никого помимо них здесь не оказалось. Мы даже забирать добычу не стали, так как не имело смысла тратить на эти копейки время.

После этого мы всю ночь скакали по дороге не останавливаясь. Благо луна светила. Правда она всегда здесь светит, но всё же. Дорогу было отлично видно, и мы могли без проблем ориентироваться на ней. Лес проносился вдоль нас сплошной чёрной стеной без какого-либо просвета, словно сам мир лично указывал нам путь. Это было как красиво, так и немного жутко.

Несколько раз нам попадались речки, которые спокойно проходились вброд и один раз большая, но там уже был проложен каменный мост, по которому мы и проехали без каких-либо проблем.

Каждый раз у реки мы ещё и останавливались, чтоб напоить лошадь и немного отдохнуть самим. Да-да, отдохнуть самим, у меня с непривычки болела задница после седла. Пиздец, ощущения, что всё себе стёр там, а это ещё с седлом же ехал. Может из-за того, что скакали.

У Эви лицо было не менее красноречиво.

- Как будто отбила себе всё, - пожаловалась она, потирая определённое место, когда я спросил, всё ли в порядке. – И сейчас болит. Не пойму, натёрла или нет.

- Посмотреть тебе? – предложил я помощь.

- Да, пожалуйста, если не… НЕТ! – слишком поздно дошёл до неё смысл моего предложения. – Что ты мне смотреть собрался?!

- Ну, натёрла ты или нет.

- Да ты что!? Я же девушка! – Эви была в таком шоке, словно в первый раз голой парню показывалась.

- Значит ноги раздвигать, чтоб мне твои малые и большие поло-м-м-м-м… - её ладошки оперативно закрыли мой рот, в то время, как скрытник с интересом прислушивался к нашему разговору, хоть и делал вид, что ему всё равно.

- Не говори! Я была не в себе!

- М-м-м-м-м, - возразил я ей. Ну пиздит же.

- Хватит!

- Я всё у тебя рассмотрел, так что вряд ли что-то новое увижу, если только ты не членодевка, - спокойно сказал я.

- Дурак! – крикнула она на меня и, спрятав свою стыдливую рожу, убежала вдоль реки в кусты, чтоб самой себе всё проверить.

- Если нужна помощь, позови!

- Отстань! – крикнула она из кустов.

- И жопу не вздумай зелёными листьями с красными прожилками вытирать. Щипать будет.

- Патрик! Хватит! Хватихватитхватит! – визжала она из засады.

Но я чувствовал себя просто отлично, заставив Эви убежать в стыде и беспомощности. Буду вспоминать ей это ещё очень и очень долго. Ибо нехуй творить хуйню, если не готова расхлёбывать последствия после неё. Это золотое и очень важное правило ей бы стоило уяснить раз и навсегда.

Как уяснил его я.

Вернулась она вся никакая, и не будь мёртвой, была бы красной от стыда. Глазки в пол, губки надуты, щёчки надуты. Какая прелесть. Эви была олицетворением молодой девушки, сохранив все эти повадки. Некоторые люди не взрослеют, они лишь стареют.

- Ну как, попку проверила? Ничего не натёрла? – спросил я заботливо.

В ответ Эви подошла ко мне и обняла, уткнувшись мне в грудь, всё так же не глядя мне в глаза. И оттуда глухо сказала.

- Патрик, пожалуйста, прекрати. Мне так стыдно, что становится плохо. Не позорь меня, пожалуйста.

- Я же тебя не позорю.

- Тогда не стыди меня. По крайней мере, при других, - прогудела она, всё так же уткнувшись мне в грудь.

- Ладно, - похлопал я её по макушке. – Я постараюсь. Честное слово.

Глава 374

Столица встретила нас как обычно солнцем, которое ярко светило, и голубым небом.

- Я вот не пойму, почему у них так всегда светло?

- Ну так они находятся далеко от берегов, сюда нечасто приходят дожди с моря, - попыталась объяснить мне Эви.

- Город, в котором мы были… этот…

- Грандиград, - подсказала она.

- Да, он. Так-то тоже находится в глубине континента, но ливень ебашил по-чёрной.

- Ну… там просто дождь был, - пожала плечами моя любимая зомби-девочка.

- А здесь его нет, - посмотрел я на небо.

- Не дошёл ещё, видимо.

- А дойдёт?

- Тебе действительно это так важно знать, Мэйн? – посмотрела на меня с осуждением Эви. – Нам ещё в город попасть надо, а ты разводишь полемику о том, почему дождь не идёт здесь. Неужели этот вопрос настолько важен, что ты готов посвятить ему целую дискуссию?

- Ну ты и зануда, - отмахнулся я.

- Я не зануда! – обиженно ответила она. – Какой же ты вредный и противный иногда, ужас просто!

Есть и другое слово для такого, но я его не назову.

Мы добрались до города без приключений, не встретив на своём пути особых препятствий. И в город въехали мы без каких-либо проблем, если не считать блокпостов на въезде со стражей, которая лениво рассматривала проезжающих, задавая стандартные вопросы.

Город жил своей жизнью, люди ходили, что-то покупали, спорили, смеялись; по дорогам проносились повозки и телеги. Через эту кишащую улицу мы углубились в город ближе к центру, миновав районы для малоимущих. Но что-то было явно не так.

- Словно ничего и не происходит, - пробормотал я скорее для самого себя. – Как будто король даже и не парится, что будет с Фракцией Дня, сдохнут они все или нет.

Подозрительно?

Подозрительно.

Мне уже что-то не нравится, только пока не всосу, что именно. Обычный человек даже бы не заметил таких мелочей, не обратил внимание, но когда ты постоянно в опасности, сразу обретаешь способность видеть несоответствие между складывающейся ситуацией и тем, что происходит вокруг. И вот именно такие мелочи, а не глобальная картина заставляет тебя напрячься. Потому что всё состоит из мелочей и именно им уделяют внимание. А когда их игнорируют, это повод задуматься – почему?

И самая главная проблема – какая именно мелочь тебя так смутила, что ты начал думать об этом? То есть ты её заметил, но не обратил внимание, однако картина уже не та, которую ты ожидал.

Я не мог сказать, какая мелочь меня смутила.

- Ты о чём? – спросила Эви, озадачено посмотрев на меня.

- Тебя ничего не смущает? – сразу спросил я.

- Кроме того, что ты говоришь глупости иногда? – хихикнула она. – Не-а, ничего.

- А меня смущает, - я украдкой следил за улицей, стараясь подметить всё самое необычное. – Только не пойму, что именно. А как ты? Чувствуешь что-нибудь?

- Я… - Эви попыталась прислушаться к себе, но выдала лишь заурядицу. – Да вроде всё нормально. А ты что-то заметил?

- Только не пойму, что именно. Вижу, что что-то не так, но вот что именно…

- Может быть себя накручиваешь? Волнуешься?

- Я постоянно волнуюсь, если уж на то пошло.

Волнуюсь или нет, но мы спокойно доехали до центра города. Здесь, в отличие от других городов, люди ходили по тротуарам, потому проехать можно было спокойно, без всяких протискиваний через толпу и пробок. Да-да, пробки в средневековье, мир не имеет привычки меняться. Возможно потому, что люди везде одинаковы.

Немного прокатившись по главным улицам, мы остановились около гостиницы, в которой в прошлый раз останавливался я.

- Мы не поедем в небесный зал?

- Ты нас хочешь сразу в самое пекло бросить? - покосился я на Эви.

- Нет. Ты же мне так и не сказал, что собираешься делать.

- Вот думаю. Знаю, что делать, но не знаю, насколько это правильно.

- Может не стоило срываться сразу за ним? – пожала она плечами.

- Не ты ли хотела этого?

- Я лишь предложила.

А, ну заебись, если что – виноват один Патрик. Всё как обычно.

- Нет, туда мы не поедем. Да и идёт там всё уже вовсю, насколько мне известно. Клирия говорила, что сегодня у них собрание. Поэтому подождём Мартина в отеле.

- Ты уверен, что именно этот? – посмотрела она на здание. – В столице много отелей.

- А самых престижных много? Именно топ из топов?

- Ну… он единственный. Просто не факт, что граф Мартин остановится именно здесь.

- Остановится. Он выберет самый топ, ведь на то он и граф, а не жалкий плебей и чернь, как мы с тобой, - подмигнул я Эви.

- Ну скажешь тоже, - отмахнулась она улыбнувшись. – Мы с тобой уже не абы кто, а… а сам знаешь. Так что тоже заслуживаем роскоши.

- Мысли читаешь, - кивнул я.

Мы спешились у входа, отдав поводья уже караулящим новых приезжих служащим, после чего мы зашли в холл.

- Нам двухместный номер, пожалуйста. Королевский с тремя иксами, - приветливо улыбнулся я администраторше за стойкой.

- Нам очень жаль, но этот номер занят, - виновато улыбнулась она.

- И кем же? – нахмурился недовольно я. – Что, настолько богатый заселился, что купил там место?

- Нам очень жаль, - ещё раз поклонилась она. – Но вы можете заселиться в другие номера, которые удобством не отличаются от нашего лучшего. Единственное, они не будут на шестом.

- А тех не выселить? – кивнул я наверх. – Не графы же всё заняли.

- Боюсь, что граф, господин, - поклонилась она. – Поэтому мы не можем предоставить вам немедленно этот номер. Но вы с женой можете снять на пятом этаже наш супер-пупер-мупер-люкс-икс-два-драйв-комплейт-эдишен-трипэл-хай-бэст-ван-трай.

Какой ужас, язык сломаешь. И как они это одним заходом выговаривают?

- На пятом, - с сомнением протянул я. – Ну… ладно, давайте на пятом.

- Слушаюсь, господин.

Нас быстро оформили, и орк-швейцар со спиленными клыками, вежливо улыбаясь, проводил нас до нашего номера.

- Говорю же, здесь он, - улыбнулся я, когда мы оказались в своих апартаментах.

- Почему так решил?

- Потому что, когда мы ещё учились в универе вместе, он рассказывал, что его батя владел небольшой долей этого места. И вполне логично предположить, что Мартин остановится именно там, где он является пусть и частичным, но владельцем. Короче, если номер уже занят графом, то ставлю что угодно на то, что это Мартин.

- Если ты так уверен… - выдохнула Эви.

Она явно чувствовала себя комфортно в таких условиях. Я не раз замечал, как многие жмутся, оказавшись в богатом доме или номере, словно оказались там, где всё сделано из стекла. И наоборот, привыкшие к роскоши, оказавшись в лесу, вели себя так, словно боялись заразиться от касания к чему-либо.

Эви же вела себя спокойно и там, и там. Зашла, уже выученными движениями подошла к шкафу, где стояли бутылки со спиртным, пробежалась по ним пальцами и выбрала одну из них.

- Мы не бухаем, - напомнил я ей.

- Это не алкоголь. Скорее холодный чай с сиропом, - ответила она. – Правда… не зверолюдский… Ну ладно, хотя странно, что такую дешёвку здесь подают. Надо бы пожаловаться на них.

- Да ты зажралась.

- Ничего подобного. За такие деньги я в праве требовать всё, за что заплатила. А они обязаны это предоставить. Но за такие деньги что мы получаем? Дешёвое пойло с юга страны. Позволять себя так обманывать, это себя не уважать.

- Но ты же сейчас не побежишь жаловаться, верно?

- Сейчас нет, в другой ситуации побежала бы, - ответила Эви, налила себе в бокал из бутылки, немного попробовала и пожаловалась. – Гадость.

- Если гадость, зачем пьёшь?

- Ну надо же что-то пить, верно? У них есть здесь хороший алкоголь, как погляжу, - пробежалась она глазами по бутылкам, - но увы.

Осушив свой бокал полностью, Эви оставила всё на столе, прошлась по комнате, после чего пошла в спальню.

- Мэйн, иди сюда!

- Зачем это?

- Не затем, о чём ты мог подумать. Мне не удобно просто кричать через все апартаменты. Оставь там скрытника, чтоб следил и иди сюда.

Ишь ты, раскомандовалась мелкая. Но я сделал как она сказала, мне как бы не ломы просто перейти в другую комнату. А там уже Эви развела руки в стороны и спиной прыгнула на кровать, мягко отпружинив вверх, как на батуте.

- Какая мягкость… а то уже устала от ночёвки на жёсткой подстилке.

- Хера ты неженка, - возмутился я, пристроив жопу на ближайшем кресле. – Раньше ночевала в лесу и ничего.

- Так раньше я и не знала хорошей и богатой жизни.

- Была всегда нищей?

- Ну не всегда, конечно. Когда-то давно я была дочерью крестьянина и была третей по старшинству из пяти. Потому денег особо не водилось, но и не нищенствовали мы.

- Ты никогда не рассказывала об этом.

- Так ты и не спрашивал, - заметила Эви.

- Теперь спрашиваю, - я огляделся. Здесь кто-то даже заботливо оставил закупоренную бутылку алкоголя с двумя стаканами. Блин, может быть и хлебнул бы немного, но не перед заданием. – Так кем ты была до того, как стать разбойницей?

- Разбойницей? – Эви рассмеялась. – Ну скажешь тоже, разбойницей. Я была авантюристкой! А до этого была дочерью крестьянина и крестьянки. Жила на востоке, была одной из двух дочерей, самой старшей. Как исполнилось четырнадцать, уже знала, чего хочу.

- Завоевать мир?

- Путешествовать. Потому, ни сказав ни слова родителям, одним прекрасным утром покинула дом и отправилась в долгое, бесконечное приключение.

- Звучит, как начало эпической истории, - усмехнулся я. – После этого хоть раз видела родителей?

- Ни разу. Подозреваю, что принесу им только горе. Знаешь же, такие, как мы, несут только две вещи…

- Смерть и разрушение, - кивнул я.

- Вот именно. Поэтому пока вся эта эпопея не закончится, я вряд ли покажусь им. Да и умерли они уже, наверное, так что уже и незачем. С братьями и сестрой хоть и была дружна, но не думаю, что стоит вообще видеться с ними. У нас, у каждого своя уже жизнь. А как у тебя всё было? Ты никогда не распространялся о своём прошлом.

- Ну… я…

- Опять увиливаешь? – улыбнулась она. Но потом добавила. – Вижу, что вспоминать не хочешь, прости. Наверное, не самое счастливое детство было.

- Знаешь, если сравнивать с теми же детьми, что родились в рабстве или на улице местных трущоб, то моё детство было просто охуительным. Мало кому бы досталось столь счастливое детство.

- Но в твоём голосе слышится горечь.

- Скажем так, для такого как я, то детство, что выпало мне, показалось не самым счастливым, хотя многим оно бы пришлось по душе. Не хочу ныть.

- Но ты же не ноешь, если тебя другой спрашивает, - заметила Эви.

- Боюсь, что меня воспитали так, что стоит тебе просто поделиться болью на душе или немного рассказать о своих страхах или неприятных ощущениях в прошлом, как ты сразу же будешь считаться нытиком.

- Удивительная логика. Самая подходящая, чтоб воспитать озлобленных людей.

- А разве бывают дети на улицах другими? - усмехнулся я. – Как по мне, ребёнок – самое худшее существо. Куда умнее животного и при этом куда более жестокое чем человек, без каких -либо моральных тормозов. По мне, так вообще пиздец, да и только.

- Ты таким же был так-то, - заметила она.

- Мне так жаль мою маму. Родила же долбоёба.

- Какой же ты самокритичный, - усмехнулась Эви.

- Очень. Это помогает держать моё настроение в тонусе. Если тебе грустно, посмейся над чем-нибудь. Если смеяться не над чем, посмейся над самим собой.

- Какие глубокомысленные слова, Патрик. У тебя в званиях не было «мыслитель» или чего-то подобного?

Я не стал говорить ей, что у меня в звании было написано «Сказочный долбоёб».

- Может… нечто похожее есть у меня, но я обычно предпочитаю не распространяться о том, что скопилось у меня в званиях. Это как заглянуть в душу.

Я тут же поймал себя на мысли, что примерно так же говорила и Клирия. Показать собственную стату, это как позволить заглянуть человеку тебе в душу. Он может узнать о тебе столько нового, что не факт, порадует его подобное ли нет. И в большинстве своём, что-то мне подсказывает, мир дарит звания чаще, когда другим становится плохо. Чтоб каждый знал, какое же ты говно, хотя совершенно не факт, что дела обстоят именно так.

- А знаешь, мы кое-что забыли. Надо бы подготовиться к тому, что будет, - вспомнил я.

А именно, подготовить пути отхода.

Им послужит нам самое обычное зеркало, которые установлены, как я понял, в каждом номере. Они были в полый рост, чтоб какая-нибудь обнажённая красавица могла себя рассматривать часы напролёт. Или чтоб ещё один купец или чиновник, взглянув на себя сбоку, мог сказать самому себе, что его живот пока не сильно торчит, и член с яйцами пока видно (если живот втянуть), отчего ему садиться на диету пока рано.

- Кстарн, дай мне проход в это зеркало, - сказал я девушке в зеркальце и направил его в большое зеркало. Через пару секунд оттуда высунулась изящная ручка и коснулась стеклянной поверхности, пустив по нему волну, словно по водной глади. Вскоре уже сама Кстарн стояла передо мной в отражении, кланяясь.

- Так вот как ты перемещаешься… протянула Эви за моей спиной. – А я думала, что зеркало даёт только связь.

- И связь, и проход, - объяснил я. - Вообще, было бы неплохо посредством него организовать телепорты в дома графов, но как-то туда закинуть надо зеркало. А моя гениальная думалка пока не придумала, как это организовать.

- А пытался? – спросила Эви.

- Не раз. И ни разу не получилось, - вздохнул я. - Ни подсунуть, ни продать. Не хотят почему-то они умирать от моей руки.

- Действительно удивительно, почему это, - усмехнулась Эви.

Тем временем из большого зеркала к нам вышла Кстарн. Немного жуткая с виду, однако аккуратная, ухоженная и милая. Её теперь даже не портили чёрные как уголь глаза, которые были словно у девочки из фильмов ужасов. Мне неожиданно захотелось её затискать. И потрахать.

- Господин, госпожа Клирия хотела встретиться с вами, - сообщила она мне поклонившись.

- Прямо сейчас?

- Она настаивает. Говорит, что хочет поговорить с вами и что это важно.

- По десятибалльной шкале насколько важно?

- Э-э-э… - только и смогла она выдавить, рассеянно хлопая ресницами. - Десятибалльная шкала? Это… - Кстарн начала считать на пальцах, после чего показала мне семь. – Столько?

- Немного больше, милашка Кстарн. Но да ладно, веди Клирию сюда. Что у неё там стряслось?

- Да, слушаюсь, - кивнула Кстарн и быстро удалилась за нашей чернявой любимицей.

И именно в этот момент нам в комнату заглянул наёмник.

- Босс, кажется, они приехали.

- Приехали? – оживился я.

- Только что подъехала карета и много охраны. Оттуда вышел молодой человек. Больше я не увидел.

Учитывая, что мы сейчас на пятом, то это и не удивительно.

- Так, Эви, карауль это зеркало и если что, сразу ныряй в него, понятно?

- А ты? – тут же спросила она, взволнованно хлопая глазками.

- А я, как обычно, каким-нибудь образом да выберусь. Главное, не покидай комнаты без необходимости, или если я сам тебя не позову.

- Но тогда какой от меня толк, если ты идёшь один? – возмутилась Эви.

- А по-твоему, я должен тебя с собой забрать? Думаешь, он тебя не узнает? Ты здесь как магическая поддержка, если вдруг что-то пойдёт не так. Потому и сиди в тылу, жди, когда понадобишься.

С этими словами я выскочил из ванной комнаты, где стояло зеркало и бросился к выходу.

- Ты. Сторожи комнату и защищай Эви, это приказ, - сказал я скрытнику, схватившись за ручку двери.

Вдох-выдох и… погнали.

Я открыл двери и вышел в коридор, направляясь к лестнице.

План был прост как дважды два. Ну или на крайний случай у меня имелся второй план, который я мог осуществить, более действенный, чем первый, хоть и более шумный и грязный.

И то, как я буду действовать, сейчас зависело только от самого Мартина. Хотя вряд ли его ждало светлое будущее при любом исходе. По крайней мере, в моём видении светлого будущего он пока не мелькал.

Глава 375

Я быстро дошёл до лестницы, что вела как на шестой, так и на первый этажи.

Это был настолько дешёвый и наигранный приём, что мне даже стало немного стыдно за него. Словно я играю в дешёвом театре, где всё наигранно настолько, что тебе самому становится стыдно. Подобным правда я сам ещё пока не занимался, но видел фильмы про шпионов…

Бля, убейте меня кто-нибудь, мне уже стыдно.

Однако одно осознание того, насколько это важно, заставляло меня действовать несмотря ни на что. Если всё пройдёт удачно, то я буду вспоминать это всё с улыбкой и чувством удовлетворения, типа я смог, я сделал. Если ничего не получится… вряд ли мне будет до этого дело, а потом я уже просто буду рад тому, что выжил.

Внизу, на уровне первого этажа послышался шум, словно сюда поднимался не один, не два человека, а целый взвод. Возможно, так оно и было, я сам не видел, но скрытник сказал, что там много охраны.

Вдох-выдох, и мы опять играем в любимых…

БЛЯТЬ! Только не эта песня! Ну только не сейчас, ещё не хватало такую хуйню в голове проигрывать, пока буду мучиться с этим говном.

Дождавшись, пока шум поднимающейся толпы поравняется с уровнем третьего этажа, я сделал глубокий вдох и начал спускаться. Сейчас бы главное сделать всё правильно…

Встретился я с целым поднимающимся отрядом на пролёте между третьим и четвёртым этажами. Собой они занимали практически всю лестницу. Человек десять, если не больше, взяли в плотное кольцо Мартина, который выглядел куда более… величественно? Высокомерно? Короче так, как выглядел бы человек, который неожиданно стал всем. Своим видом говорящий: да, я вот такой, у меня всё есть, я молодец, а вы плебеи.

Когда я и его заградительный отряд поравнялись, солдаты остановились, встав буквально стеной и не давая мне пройти.

- Эй, истуканы, может дадите мне спустится, а? - слегка толкнул я одного из них в плечо. – Хули вы всю лестницу собой заняли?

- Поднимитесь выше и дождитесь, пока мы пройдём, гражданский, - низким и твёрдым голосом сказал один из солдат, и их ровный строй продолжил подъём буквально толкая меня назад.

- Может это вы спуститесь? – толкнул я довольно сильно одного. Так, что он даже пошатнулся.

И тут понеслось. Стража буквально сразу же ринулась ко мне, не оставляя и шанса. Хотя я и сам-то не сильно сопротивлялся, брыкался, толкался и проклинал, говорил, что они охуели и не знают, с кем связались, пока на мою бедную тушку навалилось сразу человек шесть в доспехах, прижав к ступеням.

- Вы не знаете, кого скрутили уроды, - шипел я на них. – У меня друзья графы, они вам и вашим семьям яйца на уши на тянут. Суки, отпустили меня, уёбки, пока я вас не опустил!

Я сопротивлялся для вида и больше молол языком, чем действительно действовал, пока меня обыскивали и достали… револьвер.

- Просто удивительно, мне кажется, что с прошлого раза ты стал несколько агрессивнее, - раздался голос человека, который мне был нужен.

Я с трудом поднял голову, лёжа придавленный к полу грудью, и увидел нагло улыбающуюся рожу человека, который выглядел слишком весёлым.

- Мартин? – изобразил я удивление.

- Мэйн, - усмехнулся он. – Давно не виделись.

- Давненько, - нехотя пробормотал я. - Только не говори, что эти дуболомы твои.

- Боюсь, что так оно и есть, - усмехнулся Мартин, когда ему в руки отдали мой револьвер. – О, а это что? – с интересом покрутил он его в руках.

- Курительная трубка из восточной страны, - ответил я, не моргнув глазом. – Иногда они привозят действительно что-то интересное.

- Понятно, - покрутил он его в руках, прежде чем вернул обратно. – Покажешь, как он работает?

- Если будет возможность, - ответил уклончиво я. - Так что, попросишь слезть этих придурков с меня или тебя возбуждает вся это картина?

- Отпустите, - махнул он рукой, и стражники наконец слезли с меня.

Я с недовольной миной встал, оттолкнул от себя слишком близко стоящего солдата, после чего принялся отряхиваться.

- Не помню, чтоб у тебя было столько людей. Раньше ты был поскромнее, - проворчал я.

- Раньше и время было другое. А ты всё работаешь в торговле?

- Ага, - кивнул я. - Живу потихоньку, дело семейное продолжаю. А как ты? Как Сью, как ребёнок, как предки?

- Сью с ребёнком нормально, - улыбнулся он. – Отец недавно умер, потому… - он развёл руки в стороны, - теперь я граф. Отсюда и охрана.

Когда он сказал про Сью, мне захотелось прямо здесь засадить ему пулю в башку. Я до последнего надеялся, что Мартин просто не в курсе, что произошло. Как обычно бывает, человек разошёлся и больше не контачит с бывшей. И что Мартин просто сказал бы: я не в курсе, мы расстались - это хоть как-то бы оправдало его.

Но Мартин лгал, что как минимум значит, что он в курсе правды, не очень лицеприятной.

- Умер… э-э-э… сорян, я как-то не слышал…

- Бывает, - пожал он плечами. – К сожалению даже герои умирают рано или поздно.

- Это да, - почесал я затылок, делая очень смущённый вид.

- Ясно…

Повисла неловкая тишина. По крайней мере она должна была быть неловкой, потому что мы оба стояли напротив друг друга и молчали. Для меня она была в плюс, заставляя того действовать. Не знаю, чего ожидал он, но я ожидал от Мартина следующего хода. Если сейчас распрощается со мной, то придётся естественно как-то самому напрашиваться к нему или предлагать зайти ко мне в гости.

Однако Мартин поступил ровно так, как я ожидал от него.

- Не хочешь зайти? – неожиданно предложил он. – Раз уж пересеклись.

Просто не мог не предложить старому знакомому зайти к нему. В конце концов, так требовал этикет. А я, в нарушение этикета, согласился.

- Почему бы и да, - пожал я плечами. – А тебе там по делам не надо самому? Ну, раз ты граф?

- Дела уже закончились, - ответил Мартин отмахнувшись. – Так что можешь не беспокоиться, время у меня есть.

- Как скажешь. Я тоже могу заглянуть к тебе, только на часик, а то у меня там встреча ещё намечается.

- Всё с торговлей? – спросил он.

- Надо же на что-то жить и на что-то шиковать, - усмехнулся я.

Так, непринуждённо болтая, мы поднялись на шестой в его апартаменты, в которых однажды я устроил мини-оргию с Каплей и местной горничной. Эх, были же времена… Хотя я могу сказать, что теперь точно наебался, и мне вполне хватит обычного секса.

- Тебе налить? – спросил Мартин, когда мы зашли. Я, не сильно стесняясь, разгуливал по комнате, разглядывал уже знакомый интерьер, после чего подошёл к окну. Там продолжали ходить люди, ездить кареты и повозки, создавая своеобразный живой сосуд города, который обеспечивал ему жизнь. Однако я продолжал выискивать причины моего беспокойства, которые возникли на улице. Учитывая, что я на вражеской территории, это может быть очень важно.

- Нет, спасибо, - покачал головой я. – Перед важными встречами не пью.

- Ну и правильно.

- А ты, смотрю, подсел на алкоголь. В универе был же не настолько прямо любителем выпить как стал сейчас.

- Наверное, это связано с отцом. Кажется, я теперь понимаю тех, кто спивается, теряя семью, - он молча покрутил стакан, разглядывая то, как жидкость плещется внутри. – Начинаешь пить, раз, второй, третий, это помогает ослабить боль. А потом уже без этого и не можешь.

- А ещё помогают сиськи, - заметил я. – Прижался, помял, уткнулся лицом. Никакой алкоголь не нужен.

- Ты, я смотрю, знаешь толк в нетрадиционных способах избавления от стресса.

- Ну а как ещё, - хмыкнул я. – Пить постоянно не вариант. Хотя взамен мы получили возможность жить своей жизнью, не оглядываясь. Как взрослые самодостаточные люди.

- А с другой стороны, я сейчас вновь хочу вернуться в универ, чтоб опять пожить молодой беззаботной жизнью.

- А жизнь графа не настолько беззаботна? – посмотрел я на него.

- Представь себе – нет. Хотя кажется иначе со стороны. Постоянные нервотрёпки, то реши, то сделай, там проведи что-то, там что-то выбери. А в универе учился и учился, думал только об уроках и заданиях на дом. Хотя по сути был там и секс, и алкоголь; ничем особым от взрослой жизни не отличалось.

- Ну не знаю, наверное, каждому своё. Мне вкатывает работать.

- А как там помимо работы? Семью завести не хочешь? – спросил Мартин.

- А смысл? Мне и так неплохо живётся.

- Ну наследник там, - начал он.

- А у самого? Сью наследника или наследницу родила? – спросил я.

- Наследника, - улыбнулся он гордо. - Крепкий мальчик, его ждёт отличное будущее.

- Повезло тебе с Сью, - вздохнул я. – Сейчас мало таких девушек. Им или графов подавай, или кошелёк толстый подноси.

- Ну так жизнь требует того, - улыбнулся он. – Незачем осуждать их, в конечном итоге каждая хочет немного счастья.

- Это точно, - вздохнул я. – Каждая. А вообще, Сью счастливая, до сих пор помню, как вы радостные покидали универ. За ручки, смеясь, убегали к карете.

Это воспоминание, несмотря на всё произошедшее, действительно было красивым и очень тёплым, словно тёплая сочная картинка лета из далёкого прошлого. Я вспоминал этот момент, и даже понимая, кто кем стал и до чего дошёл, не переставал улыбаться, когда видел её в своём сознании.

Счастливый влюблённый парень и счастливая влюблённая девушка. В моей голове и памяти они останутся именно такими. Не гнилыми, не раздавленными и не злыми, а просто добрыми, влюблёнными и счастливыми.

- Я тоже помню, - кивнул он.

- Знаешь, я даже рад за Сью, - честно признался я. – Был рад, что у неё всё так сложилось.

- Был рад?

- Да. Был рад до того момента, как встретил её в одном из городов, продающую своё тело за несколько медяков, - посмотрел я хмуро на Мартина.

Его лицо вытянулось.

- Ты о чём?

- Брось это, Мартин, - вздохнул я. - Ты прекрасно знаешь, о чём я. И для меня не секрет, что в данный момент происходит, и для чего ты меня пригласил.

Удивление сползло с его лица, оставив лишь совершенно спокойное выражение, словно его ничего не волновало. Слишком спокойное для того, кто оказался в комнате один на один с тем, кто мочит героев пачками.

- Не думал, что ты окажешься тем, кто этим промышляет, - спокойно сказал он.

- Не думал, что ты бросишь девушку со своим ребёнком на улице.

- Но как мы видим, всё может быть, - развёл он руками. – Странно, что ты, даже понимая, куда идёшь, всё равно пришёл сюда. Тебе отсюда не выбраться.

Эх… высокомерие… сколько же людей ты погубило…

Нет, не странно. Наконец до меня окончательно дошло, куда я пришёл, и что это был за театр. Все кусочки встали на своё место, и пришло осознание того, в какую же я попал жопу из-за того, что не догадался раньше.

Что меня смутило на улице? Только сейчас я наконец понял это – мало стражи. Обычный блокпост для отвода глаз и не более, чтоб создавать видимость того, что город охраняется, и не отпугнуть противника.

Для важного собрания было слишком мало стражи на улице, хотя по идее всё должно было кишеть ими. Так мало, чтоб расслабить противника, дать ему почувствовать себя в безопасности и заставить полезть в самое пекло. Гуляйте, где хотите, и не стесняйтесь запутываться в сетях всё сильнее и сильнее.

Это несоответствие происходящего и предпринятых мер безопасности меня и заставило беспокоиться. Пусть я сразу сам этого и не понял.

Другими словами, нам открыли двери и сказали – welcome.

А сейчас, глядя на то, как неожиданно много стало стражи около отеля, я наконец понял это. Как понял и то, что письмо было очень удачным планом. И весь этот цирк был только ради нас. Сейчас бы сказать: можно было догадаться и раньше, однако догадываться, когда уже всё известно, куда легче, чем когда ничего ещё непонятно. Обычно гении так и делают – догадываются задним числом.

Хорошая уловка, охотник стал добычей, так как погнался за наживкой в сети. У меня есть подозрения, что Клирия сейчас пыталась со мной связаться именно потому, что сама догадалась об этом и хотела предупредить, но…

Я взглянул на Мартина. С его стороны было очень смело остаться со мной наедине.

- Значит письмо было наживкой? – уточнил я.

- А ты, значит, убиваешь героев? - ответил он вопросом на вопрос, хотя ответ был нам уже обоим известен.

- Бери шире, я убил и героев, что были в вулкане. Включая твоего отца, - улыбнулся я. – И я пришёл сюда конкретно за тобой, Мартин. Зря ты вообще решил использовать себя как приманку.

Хотя, скорее всего, ему сказали так сделать, но вряд ли это что-то изменит теперь.

Мартин практически не дрогнул. Практически.

Если не считать того, что при упоминании отца его глаз едва заметно дёрнулся. Как и того, что, когда я сделал к нему шаг, он слегка отступил назад.

- Тебе привет от Сью, трусливый ублюдок, - сказал я, выхватил револьвер и разрядил в него весь барабан.

Не было ни сражения, ни противостояния или обмена злобными репликами. Всё разрешилось буквально за секунду – именно столько мне потребовалось, чтоб разрядить в него все патроны.

Видимо на Мартине был какой-то артефакт, создающий барьер, так как ни первая пуля, ни вторая его не достали. Они ударились о синеватую невидимую стену, заставив её покрыться трещинами. Но даже она не смогла устоять перед смертоносными технологиями.

После пятой пули она громко хрустнула, пустив огромную трещину. А после шестой рассыпалась на синеватый песок. Последняя же пуля оборвала и хитрожопую жизнь Мартина, образовав в его голове прямо в середине, на месте носа большую, словно у сифилитиков, кровавую дыру. С обратной стороны вылетели мозги, кровь и кости, густым плотным слоем заляпав всю стену позади него.

Теперь хотя бы было понятно, чего он так смело вошёл со мной сюда. По идее этот барьер должен был спасти его, но… сюрприз, уёбок.

Его бесполезную тушку отбросило в стену, по которой он сполз, оставляя за собой кровавый след, словно оставленный большой кистью.

Практически сразу за этим в дверь вломились охранники, но я не терял времени зря. Пальцы ловко закинули патроны в барабан, и ещё шесть человек полегло в этой комнате. Уже зная, что некоторая броня вполне может выдержать пулю, я целился в самые незащищённые места, а именно – в забрало. Решётка не спасала от убийственной пули магнума.

Шестеро из десяти, буквально сделали сальто, получая пулю в голову. Правда на ещё четверых мне времени не хватило. Успел закинуть один патрон и выстрелить, уменьшив их количество на одного, до того, как этим же револьвером пришлось отбить удар меча и отскочить.

Тут же пинком отправил в первого солдата деревянный стул и бросился вперёд, пока тот отбивал его. Резко ушёл от клинка второго противника, крутанувшись на триста шестьдесят градусов и пропустив его мимо, словно пропуская быка в корриде. Схватился за вытянутый меч и резко вывернул под нереальным углом в руке солдата, ударом кулака в кисть заставляя того отпустить своё оружие. Разбил костяшки в кровь и, возможно, сломал себе их, но даже не обратил на это внимания, так как в этот самый момент мечом парировал удар третьего.

Отскакиваю назад и начинаю сражаться сразу с двумя, пока второй, у которого я отобрал меч, подбирает оружие у павших товарищей.

Оба явно немаленького уровня, отчего меня без проблем теснят. Разносится звон металла о металл, иногда выбиваю искры мечами, однако мне удаётся от них отбиваться. Но учитывая, что я видел внизу ещё дохера солдат, мне надо было срочно сматываться. Скоро засранцы придут за моей душой сюда, и тогда вряд ли меня что-либо спасёт.

Вот уже второй, найдя себе меч, бросается ко мне, проводит атаку в лоб, пытаясь меня наколоть на меч. Но я ухожу вбок, пропуская его меч вместе с ним мимо, словно как в корриде. И едва успеваю отбить удар третьего.

Но вот третий меня достаёт, но только чиркает по левой руке. Меч не катана, он не такой острый и не срезает кожу – он, если зацепился, буквально вырывает куски мяса.

Меня цепануло немного, боль на мгновение ослепила. Однако я всё равно бросился вперёд и со всей дури пнул первого солдата в ответ ногой прямо в грудь, пока он был открыт. Тот сделал шаг назад, зацепился за ковёр и упал.

Тут же парирую удар третьего, и со всей дури вгоняю прямо в щели забрала меч второму, который до этого промахнулся и пролетел мимо меня. Он, неудачно для себя, обернулся ко мне в тот момент, когда я занёс меч, и через секунду получил его прямо в лицо.

Хруст, скрежет металла, кровь, и солдат падает, утаскивая мой меч за собой.

Осталось двое. Я вновь отпрыгиваю в образовавшийся разрыв, увеличивая дистанцию между собой и двумя солдатами, один из которых только встаёт. Другой пытается меня достать, но лишь покосательно чиркает.

Их момент был упущен, они дали мне слишком много времени, и мне его с лихвой хватило, чтоб набить барабан патронами.

Всего два выстрела, и я остаюсь единственным в комнате живым человеком. Теперь настала пора выбираться отсюда.

Глава 376

Не теряя времени даром, я подхватываю меч, заряжаю револьвер и бросаюсь в коридор, едва не споткнувшись об один из трупов. На предплечье буквально свисает кусок кожи и мышцы, хлещет кровь и сильно больно, однако рука двигается, что не может не радовать.

А вот что меня не радует, так это количество солдат в коридоре на шестом. Я практически сразу вытягиваю руку и прицельными выстрелами вышибаю мозги тем, кто движется первым. Успеваю сделать три выстрела, прежде чем они закрываются щитами. А я сомневаюсь, что пуля пробьёт их, потому не трачу патроны и бросаюсь к другой лестнице.

Я даже не надеялся на то, что по ней никто не будет подниматься - там уже толпа солдат, но зато без щитов.

Вы думаете, что остановите меня? Серьёзно?

Давайте докажу вам обратное.

Я тут же расстреливаю впереди идущих, кто там уже по ней поднимается и пинком отправляю их обратно вниз. Трупы убитых сослужили мне хорошую службу - они валятся на позади идущих, стопоря наступающих на неширокой лестнице, буквально заваливая их собой. Я же в этот момент буквально прыгаю сверху и точными тычками достаю сразу нескольких, усугубляя для нападающих ситуацию.

Это была словно лавина трупов, что сейчас обрушилась по лестнице вниз: мёртвые буквально заваливали их сверху, когда я, практически стоя на этих самых трупах, продолжал в живых тыкать сверху, пробивая себе дорогу.

А позади меня настигают уже другие. Они тоже бросаются на лестницу, но несколько выстрелов и трупов делает их более осторожными.

Вот кто-то смог по груде тел в доспехах снизу дойти до меня, но ничего толком сделать у солдата не получилось: быстрый обмен ударами, и мой меч бьёт его в щель между шлемом и нагрудником. Кровь хлещет потоком, заливая тех, кто снизу.

Теперь на лестнице была гора тел в доспехах, по которым, аккуратно балансируя, я пытался пройти дальше. Но едва прохожу несколько метров, как на меня набрасывается очередной противник.

Я принимаю его атаку, и мы едва не сваливаемся с лестницы. Схватив его за шею в захват, я резко поднимаю его едва ли не вертикально, встав в полный рост, и, как в реслинге, роняю себя и его на спины. Быстро переворачиваюсь, выхватывая у одного из тел кинжал и быстрыми ударами ему прямо под шлем.

Встаю, оборачиваюсь, уворачиваюсь от меча, бросаюсь вперёд и вновь удар кинжалом, но уже под мышку противнику. Отталкиваю, делаю подножку следующему, третьего хватаю, резко кручусь и отбрасываю на позади наступающих. Кто-то врезается в меня и тащит через всю лестницу, обхватив за корпус. Я перехватываю настырного и бью об стену, спотыкаюсь и улетаю с ним вниз, считая собой ступеньки. Что-то хрустнуло, что-то стрельнуло болью, в голове пробило не хило так, но прокатившись кувырком вниз, я вроде как ещё даже жив.

О! Мой этаж! Я на выход, парни!

Едва приподняв с трудом ублюдка над собой, что придавил меня, упираюсь в него ногами и со всей силы отбрасываю в наступающих сверху, сбивая их. Резко встаю задним кувырком на ноги и тут же пинком отправляю поднимающегося с четвёртого этажа по лестнице обратно.

Временная заминка, и я уже на своём этаже, который… тоже забит солдатами? Да вы охуели!

Но едва я успеваю об этом подумать, как всё здание резко сотрясается, словно при землетрясении. Пол под ногами идёт ходуном, а со стен слетают картины.

И в этот самый момент всё передо мной взрывается.

Я в шоке.

Нет, я в ахуе.

Узнаю, кто это сделал – выебу, обещаю.

За какое-то мгновение, всё передо мной просто искривляется, словно в какой-то замедленной съёмке. Бежит волна по стенам, как по водной глади, потом в одно мгновение это всё покрывается трещинами, из которых вылетают мельчайшие частички, подобно песку.

Всё замирает.

И всё разлетается подобно цунами, кусками стены и пола.

Коридор вместе с солдатами исчезает в этой волне камня, штукатурки, пыли и мусора. Я едва успеваю схватить тело в доспехах, чтоб прикрыться от ударной волны этого пиздеца, когда он меня настигает. Удар и меня прибивает к стене, оглушает, и я уже не чувствую ничего, кроме невесомости.

Стена, в которую я врезался тоже исчезает, разваливаясь на куски. Моё тело словно попадает под машину, всё болит, хрустит, и трещит, словно перемалываясь невидимыми жерновами. На мгновение я проваливаюсь просто в никуда.

Пиздец…

Я бы сказал, что это был взрыв, но… это был точно не взрыв. Взрывной волны не было, как не было и звука взрыва. Уж я, любитель бабахов, могу сказать, что было бы. Меня бы не было уже. Это было больше похоже на магию разрушения, которую использовали на всём окружении. Эффект схож, всё просто разрушается, и если её направить конкретно вокруг себя, то можно вот так устроить взрыв без взрывной волны. Можно сравнить, как если бы кто-то бил бы по этим стенам огромной кувалдой. Именно по стенам и предметам, а не по всему пространству.

Однако от этого не легче. Они разлетелись как ебаная шрапнель.

Сука… как всё болит… пидоры… вокруг одни пидоры…

Я с трудом встаю, сбрасывая с себя тело, послужившее щитом. Беднягу немного помяло, но не убей его я до этого, думаю, что он бы вполне мог выжить. Сорян, чувак, нечаянно вышло.

Всё вокруг было в светло-серой пелене пыли, извёстки и крошки, которая пеплом оседала на меня. А ещё дышалось очень тяжело: едва я вдохнул, как сразу начал кашлять, прикрывая нос рукавом. Пришлось немного напрячься, чтоб разглядеть последствия разрушений.

А они были внушительными.

Стены коридора в принципе отсутствовали, как и лестница, по которой я спустился – она обвалилась вниз. Теперь комнаты ничего не разделяло, и я мог спокойно перейти из одних апартаментов в другие.

Но что было ещё хуже, так это само здание – его буквально разделило на две половинки в прямом смысле этого слова. От шестого до третьего, кажется, шёл в буквальном слове разрыв, словно его разрубили ударом топора.

Я аккуратно подошёл к краю и огляделся. Мне эта картина напомнила обрушения в моей стране, когда взрывались газопроводы. Картина была слишком похожа: торчащие по краям разрыва куски камня, деревянные конструкции, покосившиеся стены, часть из которых осыпалась вниз на моих глазах, куски пола, что отваливались прямо сейчас вниз. И много строительного мусора с пылью, которая буквально заполняла каждый сантиметр воздуха.

Но меня интересовала моя комната, которая… удивительным образом осталась цела! Снесло только дальнюю стену, ближнюю к разрыву. Правда моя комната на другом конце, но…

Взяв разгон, я подобно паркурщику добежал до обрыва и… Нет, не прыгнул, пробежал по стене, оттолкнулся и уебался в противоположную, что буквально висела над обрывом. Зацепившись пальцами за трещину, быстро переполз на другой край, прежде чем стена обвалилась вниз.

Однако оказавшись на другой стороне и добравшись до ванной комнаты, где стояло зеркало, я никого не нашёл.

И чо это за хуйня?!

- Кстарн! – застучал я по стеклу. – Кстарн!

Она выскочила испуганная из-за края зеркала.

- Где все?! Где Эви?! – спросил я. - Куда все делись?!

- Они… они… - она начала заикаться, не в силах выдавить и слова. Но её довольно грубым движением оттолкнула Клирия, которая тоже была в зазеркалье.

- Их здесь нет, они вышли из комнаты.

- Куда блять вышли? Нахуя?! – едва не закричал я, понимая, что они только что создали мне ещё больше работы. Опасной работы.

- Не знаю.

Да твою мать! Неужели так сложно ну просто сделать как я говорю? Ну я же блять не просто так этот ёбаный воздух сотрясаю каждый раз! Пиздец, или вы думаете, что я дебил, да? Типа давайте делать иначе, но если что, Патрик, спаси нас, так что ли?! Так какого хуя, раз я дебил, мне потом вас ещё и вытаскивать, когда вы элементарно просто не послушались?!

И блять не кто-то, а Эви! Ебанушка мелкая! Недотраханая дрянь блять съебалась, и наверняка это она разъебала пол отеля! Пизда блять. Меня аж вымораживает оттого, что я главное говорю, что делать, а находится умник, который поступает по-своему. Ладно, когда я свои косяки разгребаю, считай сам исправляю, но вот за чужими…

БЛЯТЬ!

А вообще, я просто боюсь, потому что как представлю, сколько сюда спешит стражи, так дух захватывает.

- Дура… - пробормотал я и бросился обратно в разрушенный коридор.

Буквально сразу же на входе увидел одного из солдат и, не снижая скорости, врезался в него. Мы пролетели дальше и выбили противоположную дверь, влетели в апартаменты, и я, кувыркнувшись, отбросил его вперёд. Вскочил, резко ушёл в сторону от горизонтального взмаха другого урода, после чего что было сил ударил ему в бок колена, согнув его под неправильным углом. Тот вскрикнул, упав и дав мне возможность отобрать меч, после чего ударом убить встающего второго солдата. Добиваю со сломанным коленом.

Скоро здесь будет не протиснуться от них.

Пока было время, я быстро перезаряжал револьвер, выскочив обратно в коридор и бросившись к ещё не обрушившейся лестнице. Весь коридор в этом месте был в буквальном смысле обуглен и словно изрезан ножами. Лоскуты обгоревших обоев свисали со стен, деревянный пол сохранил на себе следы ударов словно острых больших когтей.

Сразу на лестнице столкнулся с ещё семерыми солдатами.

Да тут что, мёдом для вас помазано, уебаны?! Здание рушится, а вы, наоборот, лезете в него!

Минус шесть человек, но вот седьмой дал мне просраться.

Едва не нашинковал меня, и был действительно сильным противником. И пусть бой не продлился и двух минут, мне пришлось попотеть. Но я оказался более хорошим бойцом, так как при следующем удачном парировании я пинком оттолкнул его назад, после чего бросился вперёд. Он попытался ударить меня сверху, однако я перехватил меч горизонтально двумя руками, приняв удар ребром лезвия, соскользил им по его клинку до самой рукояти и со всей дури вогнал под шлем заострённую гарду.

Тот захрипел, пошатнулся, сделал шаг назад и свалился с грохотом с лестницы. Я же следом за ним, по заваленной штукатуркой и кусками потолка, вниз. Едва пробежал один пролёт, как здание ощутимо содрогнулось, потом ещё раз и ещё, буквально ходя ходуном. Даже стоять было очень тяжело, словно всё здание кто-то тряс руками.

На моих глазах стены покрываются трещинами, а под ногами один из пролётов буквально обрушивается вниз. Я едва успеваю прыгнуть на следующий этаж, чуть не провалившись вниз. Теперь здесь было не пройти. Только… прыгать!

Ну и прыгнул я, едва не свалившись ещё ниже. А на третьем встретил уже скрытника, который завалил человек шесть стражи.

- Какие лвлы? - тут же спросил я самый главный вопрос. Да-да, именно этот главный, так как я ещё столкнусь с солдатами, и надо сразу знать, чего ждать, чтоб не опиздюлиться.

- Сороковые. Несколько семидесятых. Пока только стража, но там уже герой.

Блять, опять пидоры-герои. Убивай, не убивай, а они всё равно появляются, словно грибы после дождя. Чо вы друг друга бляди в жопу в своём сраном замке не долбите под предводительством короля-бутылкоёба. Уёбки блять. Ещё с вами тут возиться…

- Хули вы свалили, куда пошла Эви? – залпом задал я волнующие меня вопросы.

- Она ушла сама помогать защищать, так как в здание ринулись солдаты. Она должна быть ниже. Я пробивался…

- Уткнись, защитник блять. Идёшь за мной, - приказал я. – Нам необходимо её вытащить.

И выебать за то, что не послушалась меня. Я же вроде приказал им сидеть, нет? Блять, я приказал ему охранять её, но не ей сидеть там.

Косяк.

И после этого мне пытаются втереть, что я должен доверять людям. Ага, понятно.

Мне пришлось позаниматься паркуром и ещё раз спрыгнуть вниз, уже на второй этаж. Я подозреваю, что она на первом ебашит магией (не представляю, сколько у неё осталось сил после того, как она частично разнесла отель), помогая сдерживать врага, однако проверить второй всё равно надо было. На всякий.

Там никого не оказалось…

Хотел бы я сказать, но я нашёл там и Эви, и героя.

В самый неподходящий момент.

Если ситуация может развиваться наихудшим образом, она выберет именно этот путь. Это закон Мерфи.

Я среагировал куда быстрее, чем меч отрубил Эви голову. Опыт, нажитый не одним десятком отнятых жизней, не пропьёшь. Я даже не целился в шлем или куда-либо ещё – просто выстрелил, как подсказывал опыт и рефлексы.

Выстрел, пуля попала ровно в сочленения в броне между кистью и предплечьем героя. Пальцы его разжались, и меч выскользнул из руки, ударив Эви по лбу навершием. Была бы она жива, сейчас бы её лицо заливала кровь.

Как если бы она была жива, не пережила бы повторного ампутированных конечностей. Ещё раз.

Эви, вновь без рук и ног, висела в вытянутой руке героя, который схватил её за шею. Заплаканное, уставшее и какое-то смиренное лицо человека, который уже ненавидит всё это. Возможно, только сейчас мне удалось по-настоящему разглядеть, насколько она устала от такой жизни. Жизни среди конченых отморозков, чудовищ и тварей, что готовы разорвать тебя при секундной слабости.

Удалось увидеть, насколько же Эви здесь не место.

Герой замер, словно остановилось время, и очень медленно повернул ко мне голову, словно в каком-то ужастике или боевике.

Даже не видя лица, я понял, кто передо мной.

Можно было ожидать подобного.

- Ты… - тихим и очень низким голосом, не похожим на его прежний, произнёс Митсуо. – Ты тот самый парень из университета.

Он был готов убить меня одним голосом.

- Ты пиздецки догадлив, Митсуо. Как дела, как жизнь?

- Ты тот, кто убивает теперь героев, которых осталось не так уж и много. Зачем? – перешёл он сразу к делу, не став даже ради приличия спрашивать, как у меня дела.

- Зачем? – я сделал вид, что задумался. – Наверное… потому что вы все подонки? Вы кучка лицемеров, что вместо того, чтоб защищать народ, выборочно истребляете его? Другими словами – уёбки. Митсуо, тебе нравятся уёбки?

- Их осталось не так уж и много, а ты рушишь и без того хрупкий мир, убивая их! – едва не взревел он, чудом сдержавшись. Его голос был просто пропитан ненавистью. Кажется, я сломал человека. – Как ты смеешь убивать героев?!

- Как я смею убивать героев? – в этот момент полыхнуло уже у меня.

Как я смею? А вы кто такие? Вы чо, каста неприкасаемых? Кем вы себя возомнили, мудилы?! Кем-то недосягаемым? Чуть ли не богами?! Теми, кто может срать другим на голову?!

Вы, блять, куча хуесосов, бывших на самом дне своего мира, пришли сюда и возомнили себя богами, даже палец о палец не стукнув! Считаете себя лучше остальных! Но вы такие же, вы никто! Вы просто обычные люди, которым повезло чуть больше, чем остальным! Вы не имеете права решать в этом мире ничего и тем более пытаться строить из себя невесть что, даже не заслужив права на это. Вы не боролись за право быть сильным, не добивались его и не шли к цели через огонь и воду, чтоб стать сильнее!

Теперь уже я хотел убивать и был переполнен, как и он, ненавистью. Ненависть ко всем тем, кто считает себя лучше других, не заслужив этого. Словно как в школе, кто бил слабых и считал себя лучше других. Те, кто, пользуясь своей силой, доставляют столько боли не ради чего-то действительно важного, а ради того, чтоб почесать своё ЧСВ и показать себя. Просто ради забавы…

- Как я смею? – усмехнулся я недобро, чувствуя, как меня переполняет аура ненависти, которую я не сдерживал. – Очень просто, я имею право на это, Митсуо. Если есть герои, то должен быть и противовес всей этой сияющей мерзости, не так ли? Спрашиваешь, как я смею? Но я то, что лежит в обратной стороне от вас, всё самое хуёвое, некрасивое и страшное. Я Антигерой.

Он замер, как замерло и всё вокруг.

Не сразу ему удалось хоть что-то выдавить из себя.

- Антигерой? Ты? Что ты несёшь, Мэйн?

Я молча скинул ему звания «Объявивший миру войну» и «Последний антигерой», не став лишний раз объяснять всё. Даже с каким-то удовлетворением швырнул ему в лицо эти звания, с наслаждением чувствуя его шок, его неверие и его смятение. То, как он не может принять только что услышанное и увиденное. Но это было не всё. Считаешь себя лучшим, уёбок? Тогда давай я тебе помогу почувствовать какой же ты светлый, а я тёмный. Ведь именно этого ты хочешь, верно?

Хочешь повода меня убить. Держи.

- Я тот самый герой, что разрушил двадцать два года назад два города и деревню. Это я устроил бойню в Дасте, перебив половину героев и их товарищей. И по моей вине там погибла большая часть населения. Я убил почти всё население Мухосранска и сжёг половину жителей в Хотэсе. Из-за меня началось восстание зла. И Митсуо…

Я скинул ему своё последнее звание - свидетельство преступления против королевства.

- Это я убил всех героев в вулкане. Митсуо, это я убил всю твою команду.

Я сказал это с удовлетворённой улыбкой конченого уёбка, в котором не осталось ничего святого.

Он не мог поверить.

Не мог поверить, пока ненависть не скрутила его рассудок и не взяла под контроль всё его тело. Герой, ставший чудовищем, какая прелесть.

Он отбросил Эви в сторону, словно мусор.

- Забери Эви, её конечности и иди к зеркалу, - едва слышно я сказал скрытнику, что стоял в тени, шагнув вперёд навстречу к герою. Переполненный ненавистью к моей личности Митсуо вряд ли сможет услышать меня сейчас. Теперь целью всей его жизни была моя смерть.

Ну чтож, раз мне дана такая честь, то позволь мне не разочаровать тебя, недогерой. Сейчас ты действительно поймёшь, что такое бороться со злом.

Часть семьдесят третья. Падая, но поднимаясь.

Глава 377

Неопытный, слишком наивный и не имеющий скилла в таких делах. Зря он выбросил Эви, хотя именно на это я и рассчитывал. Он слишком отдаётся гневу… Нет, тут даже другое, он упивается гневом, гнев ему нравится, ему становится легче от того, что он может излить всю свою ненависть на другого. Например, на меня.

Митсуо нравится чувствовать себя несчастным, из-за чего он с этим не борется. Не борется, давая затуманить собственные мысли. Позволяя затуманить себе мысли, он пропускает очевидные ходы. Это распространённая ошибка новичков.

Хотя не могу винить его в этом. Я и сам не сильно-то пытался сейчас себя сдержать. Меня выбесил этот дебила кусок, который говорит такую хуйню, настолько, что хочется затолкать ему её обратно в глотку, чтоб он её распробовал на вкус и понял, насколько это воняет дерьмом.

Однако моя цель не в том, чтоб образумить его, просто оттянуть время.

- Ты умрёшь, - просипел он, словно пытался просраться.

- Да конечно, я так боюсь тебя, мой косорылый друг. Но ты тоже умрёшь.

- Ты пересёк границу, которую тебе не следовало переходить.

- Не смывай меня пафосом, а то ща блевану, - поморщился я. – Знаешь, в чём секрет героев, Митсуо, а? Не тех, кто спасает в больницах людей и помогает бездомным, а именно таких, как ты?

Он молчал, хрустя пальцами.

- Ими не рождаются, - тихо сказал я. - Ими не становятся, в них не превращаются. Вся ирония в том, что таких героев, как ты, не существует. Тот, кто хочет сделать мир лучше, рано или поздно испачкается. Невозможно вечно ходить чистеньким, делая его лучше.

Было тихо. Мы сверлили друг друга взглядами, полными ненависти. Это было довольно естественно.

- Героев не существует, потому что те, кто этого заслуживает, утопают в грязи и творят ради сохранения жизней и светлого будущего то, от чего стынет кровь в жилах. Ты фальшивка, Митсуо, просто блестящая обёртка. Ты и вся твоя братия, как это не прискорбно. И сдохли они как фальшивки.

И вновь тишина. На несколько секунд.

- Ты закончил, Мэйн? - глухо спросил он.

- Да, закончил, - пожал я плечами, перехватывая поудобнее меч.

- Тогда… - всё так же глядя на меня, Митсуо аккуратно присел, подбирая свой выроненный клинок, который выглядел слишком недружелюбно. – Ты заплатишь за то, что сделал.

В ответ я лишь сплюнул, словно грязь в рот попала. Ну и банальщина. Я уж надеялся на реально крутую фразу. Ну да ладно, иди сюда, сверкающий засранец, дядя Патрик надерёт тебе задницу.

Всё случилось в одно мгновение.

Митсуо едва заметно присогнул колени, потом приподнялся, словно сама земля пружинила под его ногами, и рванул с места, подняв пыль и камни ногами.

Я еле-еле успеваю поднять меч, чтоб принять удар такой силы, что меня едва ли не отбрасывает назад. Ноги буквально скользят по полу, поднимая облако пыли. Ещё доля секунды и я отклоняюсь от горизонтального удара мечом. Мышцы ноют от слишком высокой скорости, суставы неприятно хрустят.

Я выпрямляюсь и со всей дури бью в ответ. Летят искры, взмах мечом, взмах другой, третий, и каждый удар достаёт или клинок противника, или воздух. Он крутанулся на триста шестьдесят, и я парировал его, но меня отбросило в сторону. Митсуо прыгает и я, не успевая отпрыгнуть, принимаю его в лоб. Колени гнутся под таким ударом.

Но я нахожу силы вскочить, наклоняя свой меч так, чтоб его клинок съехал в сторону, и пытаюсь достать гардой через забрало… Нет, даже не поцарапал.

И мне прилетает пинок с колена. Тело подбрасывает, ломаются рёбра, что-то лопается, и боль ослепляет. Я падаю на колени и едва успеваю чуть-чуть прикрыться мечом от бокового удара – Митсуо берёт разбег и, словно мяч, отфутболивает меня пинком.

Врезаюсь в стену, ломая кости. Но живучесть позволит мне ещё немного побыть на ногах, чтоб дать ему просраться. Я вновь отталкиваюсь ногами от пола и бросаюсь на него в атаку.

И вновь мы скрещиваем мечи. Вновь летят искры. И вновь мне не хватает сил.

Он сильнее меня, у него лучше навыки. В моём арсенале только опыт, которому не победить его нереальную силу, выносливость и броню. Этот бой изначально проигрышный и нечестный. Как и всё в этом прогнившем мире.

Удар сверху я парирую, удар с боку я парирую, он бьёт кулаком и ломает одну из костей предплечья, пинок с ноги и я уже не знаю, какой орган во мне вообще цел. Меня вновь отбрасывает, но я успеваю поднять меч, для того, чтоб принять вертикальный удар сверху.

И тут же ещё один чуть ли не в ебало.

Он заебал пинаться.

Мы дерёмся на руинах полуобрушившегося отеля, скача между разрушенными стенами помещений по заваленному камнями и пылью полу. Удар-удар-удар, это единственные звуки в этом разрушенном месте, не считая грохота осыпающихся полуразрушенных стен и потолка. Мы каким-то неведомым чудом скачем по обломкам, сражаясь и не ломая себе ноги.

И вот несколько минут боя с его результатами.

Напротив меня стоит вполне себе целый герой с лёгкими царапинами на не пробивающемся костюме.

С другой стороны я, кашляющий кровью на дрожащих ногах с переломанными костями и довольно неплохой живучестью, которая позволяет мне не сдохнуть. Страшно представить, какая живучесть у него.

- Ты жалок, - бросил он, словно пытаясь меня унизить.

- Возможно, - прохрипел я. – Но зато не работаю шлюхой у короля, делая грязную работу под видом благородных поступков.

Ну всё, началось время разговоров. Вообще, это довольно понятно, почему злодей и герой всегда базарят посреди боя. Так они берут передышку. Никто же не скажет: «Чувак, погоди, мне надо перевести дыхание», верно? Нет, они типа бросают друг другу пафосные фразочки, чтоб как-нибудь оправдать своё бездействие. А ещё это возможность посеять сомнение в человеке.

- Я никогда не трогал мирных людей, кем бы они ни были.

- Но будешь. Рано или поздно тебе с таким развитием придётся убивать неугодных королю. И поверь, ими станут самые недовольные жители, которых ущемляют и которым придётся поднять восстание, чтоб выжить. А для тебя они будут лишь кем? Ещё одними разбойниками?

- Такого никогда не будет! – крикнул он.

- Слишком поздно, Митсуо, уже происходит, - покачал я головой. – Ты уже это делаешь.

- Убивая тебя?

- Защищая Фракцию, которая хочет напасть на другую.

- Потому что иначе они нападут на нас!

Бля, ну это было… жалко…

- Серьёзно? Ты уже оправдываешь насилие благими намерениями? Оправдываешь метод «ударь первым»? – насмешливо спросил я. – А как же сохранить мир и избежать жертв любой ценой? Как же дать шанс всем? Как же быстро ты скрысился, однако…

Придурок что-то неразборчиво проорал и бросился на меня.

Ебанат…

И мы вновь скрестили клинки. Он пытается отвести мой в сторону, замахивается и вновь бьёт наискосок, а потом горизонтальный, от которого я отпрыгиваю назад. Бросается вперёд, тесня меня, снова ударяя наотмашь, и снова я блокирую. Удар слева, удар справа, удар в лоб, удар горизонтальный, удар вертикальный.

Весь бой превращается в простое отбивание его ударов, что обрушиваются на меня. Игра, где тебе надо успеть отбить следующий удар. Причём так, чтоб тебе самому руку не сломало и меч не выбило. И всё моё внимание сужается вплоть до одного единственного клинка, от которого я не отрываю взгляда, чтоб успеть отбить в нужный момент. Только за счёт этого я пока жив.

Удар-отбил, удар-отбил. Наши взмахи становятся чем-то единым целым, смазаными белыми линиями, оставляемыми мечами. Видимо Митсуо шёл в силу и выносливость, раз ловкость у него на моём уровне. Да и по ударам чувствуется это.

Он вновь проводит серию атак, которые теперь по большей части колющие, но мне кое-как удаётся их отбивать, из-за чего я постоянно отступаю. Его напор и сила компенсируют непрокаченную ловкость, которая примерно равна моей, из-за чего я отступаю.

Сейчас бы свалить подальше. Скрытник забрал Эви вместе с конечностями, пока я отвлекал умалишённого, а это значит, что и моя роль здесь отыграна. Можно теперь ретироваться отсюда подальше, однако мне не дают. Своими атаками уёбище просто не даёт мне возможности убежать, и развернись я к нему спиной, точно получу в мечом по башке.

Делаю попытку ударить его и откинуть от меня, чтоб освободить место для манёвра, но…

Он просто отбивает меч тыльной стороной ладони той руки, в которую я до этого попал.

Блять, серьёзно? Просто отбил? Я конечно знал, что игра эта в одни ворота, и я его даже не коцну, но… он тупо мог не отбивать удары и просто идти на меня... Что, по сути, он и делал, раз уж на то пошло – тупо махал мечом, пока я парировал все его атаки. Читер ебаный.

А вслед за этим Митсуо, как локомотив, бросается на меня и уже его меч входит в мой живот где-то в район солнечного сплетения. И ублюдок продолжает на меня напирать, наваливаясь на меч всем телом и толкая. Я не чувствую ни боли, ни каких-либо неприятных ощущений кроме того, что меня пронизывает холодный металл. А его меч входит в меня по самую гарду.

Я не в силах даже слезть с него, так как ноги скользят по грязи и не могут найти опору, чтоб можно было оттолкнуть его назад. И мечом не могу его ударить, так как недогерой практически прислонился ко мне, не оставляя возможности для манёвра. В попытке хоть что-то сделать я расстреливаю в него весь барабан и слышу, как ухнул он под шлемом, но пули оставили только глубокие вмятины в нагруднике.

А телу становится холодно. Ноги теряют свои силы с поразительной скоростью, и на меня обрушивается страшная усталость. Колени подгибаются, и я буквально начинаю висеть на мече прежде, чем Митсуо втыкает этот самый меч в стену, прибивая меня к ней.

- Ты сдохнешь и будешь гореть в аду, - прорычал он мне на ухо, не отпуская рукояти меча. – За всё, что сделал.

Буду. Когда-нибудь я отвечу за содеянное…

Но вот только не в этот раз, засранец. Ты хотел увидеть во мне монстра? Да блять пожалуйста! Тогда подавись мной, косорылое уёбище.

И я обращаюсь. Боль радостно приветствует моё сознание, словно говоря: а вот и я, твоя вторая сторона. Я чувствую, как ломает мои зубы, которые начинают расти, не помещаясь в ротовую полость, как ломает кости и тянутся сухожилия, рвутся мышцы и перестраивается тело. Мне ужасно больно, но живучесть частично компенсирует мне её.

Я вижу, как меняется цвет моей кожи, как растут когти и удлиняются конечности, как слабость начинает проходить, уступая место чувству силы. Даже не полностью обратившись, я уже могу дать ему отпор, что и делаю.

Хватаю Митсуо за плечи и что есть сил отталкиваю назад. Этого недостаточно, чтоб оттолкнуть его от меня, но хватит, чтоб просунуть между нами ногу, согнутую в колене, что я и делаю. А после этого что есть дури разгибаю её и отправляю его в полёт в противоположную сторону.

Митсуо пролетает и врезается спиной в груду камней напротив, поднимая облако светло-серой пыли.

Его меч каким-то раком остаётся во мне, но уже не причиняет столько неудобств, как раньше. Скорее как болючая заноза. Я просто вытащил его и выбросил нахуй подальше, чтоб уёбок не решил повторно им воспользоваться.

Ну и как я тебе теперь, Митсуо? Нравится, кем я стал? Ведь о таком ты мечтал, верно? Герой борется с настоящим злом? Готов побороться теперь на равных?

Но из меня вылетело лишь.

- Р-р-р-р-р-р-р…

Ну ладно, пусть будет «р-р-р», тоже нормально.

Митсуо медленно встал, не сводя с меня глаз. Теперь-то он точно чувствовал себя неуютно, без своего оружия. Ну да, это не лохов в песочнице раскидывать.

Да вот только он тоже был не просто человек.

Вокруг его рук неожиданно появляется ветер, словно маленькие торнадо, окутывающие его кулаки. И те даже стали немного ярче.

Это типа переход на новый уровень? Ты дрочишь? Решил сыграть в босса, у которого несколько стадий?! Вот могу поспорить, что его кулаки сейчас будут как кувалды. Но как бы то ни было, не сильно меня такое и обрадовало, хотя можно было бы догадаться, что у него может быть вагон и маленькая тележка этих способностей, что помогут аннигилировать меня.

Мы сорвались с мест одновременно, и на этот раз первым ударил его я.

С разгона ударил его коленом в живот, подбросив в воздух. Тут же пытаюсь ударить с правой, но он ставит блок и левой просаживает мне прямо в ебало. Да так что меня даже слегка отбрасывает назад и приходится приложить усилия, чтоб не упасть. Митсуо вновь нападает на раскрывшегося меня и пытается ударить во второй раз, но я ловлю его кулак ладонью и резко выкручиваю, пытаясь если не сломать, то хотя бы вывихнуть.

И тут же получаю по рёбрам с размаха так, что те трещат. Один удар, второй, третий. Такой силы, что меня слегка подкидывает и отрывает от земли. Четвёртый вновь приходится в морду и часть моих острых зубов вылетает. Я едва прихожу в себя, как мне прилетает с ноги в живот, перемалывая органы внутри меня.

Второй удар ноги и… я его ловлю. Ловлю и ударом локтя едва не ломаю ему колено, после чего таким же ударом бью ему прямо в голову, отчего он пошатываясь отходит на несколько шагов назад. На шлеме остаётся вмятина.

На этот небольшой махач ушло буквально десять секунд, напомнив мне какой-то скоротечный бой в мортал комбат, где враги умудряются напиздовать друг другу столько ударов за пару секунд, от которых нормальный человек склеит ласты.

Но это была лишь разминка.

Мы вновь бросаемся навстречу друг другу бить ебальники. И я резко подпрыгиваю, делаю вертушку в воздухе, пробивая ему в ебало с ноги. Митсуо отбрасывает назад, но он каким-то чудом устоял на ногах.

Ради моей троечки!

Но и сам я пропускаю под дых такой удар, что всю дурь выбивает, а потом этот акробат бьёт меня ногой аж в грудь с такой силой, словно в меня КАМАЗ врезался. Хруст рёбер и меня отбрасывает в стену. Едва я отлипаю от неё, как он на всём ходу врезается мне в живот, и мы сносим стену нахер. А потом следующую. И следующую. И следующую.

Он словно локомотив-пидораз тянет, собирая мной стены.

Я что есть сил, пока он мной тут всё не переломал, бью локтями ему сверху в спину, заставляя встать на одно колено и отпустить меня. Но ненадолго, уёба хватает меня за ноги, раскручивает и бросает в стену. И тут же, пока я не успел от неё отлипнуть, бьёт с ноги так, что я её проламываю.

Прокатился по полу кувырком, и резко встаю, запульнув в него кусок камня, попавшийся под руку. Митсуо не успевает его отбить, и тот попадает ему в голову. Едва потеряв меня из виду, он тут же получает апперкот, от которого его подбрасывает верх. Хватаю его одной рукой прямо в воздухе за корпус и, словно с ядром, раскручиваюсь, после чего со всей дури бросаю в стену, которую он проламывает.

Герой пытается встать, и я ему помогаю принять вертикальное положение ударом ноги, после чего ебашу ему в башку кулаком – правой, левой, правой… И получаю прямо в челюсть, которую ломает. В живот, из-за чего сгибаюсь в три погибели и тут же сам получаю в морду с колена, а потом ещё раза два в морду, прежде чем бью в ответ нижней конечностью, откидывая его назад.

Регенерация щиплет кожу из-за того, что та вся полопалась от таких ударов. С болью кости встают на место, но это не конец. Далеко не конец.

Он видимо пытается использовать на мне что-то, так как неожиданно замирает на месте, но сюрприз! У меня иммунитет, сука! Я подлетаю и пинаю его в грудь, из-за чего Митсуо врезается в стену, и начинаю его молотить что есть силы. Да, у него броня, но мои удары, словно удары кувалды, которые не протыкают броню, но сминают её. И очень часто я бью ему по голове, стараясь сорвать шлем.

Но едва ли успеваю измолотить его, когда он поднимает обе руки и опускает в лучших традициях карате мне на плечи, ломая ключицы и буквально придавливая к земле. Бросается, валит на землю и принимается забивать мой череп в пол.

Пытаюсь обхватить его ногами и руками, но этот членосос в лучших традициях реслинга поднимает меня и со всей дури бьёт мою тушку спиной об пол. Тот жалобно трещит и идёт трещинами. А Митсуо заново поднимает меня и вновь об пол, а потом ещё раз, и ещё, пока сам пол под нами не проваливается.

То ли после Эви здание на соплях, то ли мы такие крепкие, что разносим его собой, но наши туши провалились на первый, где мы продолжили выбивать из друг друга дерьмо. Удар мой против его и вопрос заключается в том, кто опиздюлится первый. Потому что, пусть технически я сейчас и сильнее, однако он на себя повесил, как я понял, абилки, которые его усиливают. И время играет явно не в мою пользу.

Глава 378

Ещё один удар проходит по мне, и регенерация уже не сильно справляется с ранениями - выжрала большую часть ресурсов и теперь лакает остатки со дна моей выносливости и силы. Но и Митсуо уже выдохся, стал медленнее и неповоротливее. Не хочу даже думать, сколько времени осталось мне до превращения обратно, так как вряд ли это будет приятной новостью. Лучше сосредоточиться на этом уебане.

Но надо признать - битва эпична, нет перевеса ни с моей стороны, ни с его – держимся на равных. На моей стороне реген и сила, на его - перки и броня. Я куда быстрее его, но он как танк, отчего ловкость вторична. И сука броню пуля не протыкает, но если долго и упорно молотить, то она вполне продавливается. Логика? Не знаю, даже не парюсь в мире, где слоны летают.

И сейчас я монотонно, уже поняв принцип, забиваю его. Даже не кулаками, а пинками, бросаю его в стены, об землю и не даю себя избивать, колошматя его тело внутри этой бронебойной консервы. Иногда проходит удар-другой по мне, но их я переживу.

Вновь его выпад, слишком медленный, чтоб меня достать, чересчур ленивый, и я хватаю его за руку. Резко дёргаю за неё, словно закидываю мешок в телегу. Перекидываю его тело через голову, и Митсуо плашмя падает на землю. А я уже вновь его перекидываю и бью об землю. И так несколько раз, пока не бросаю его тело в стену, которая трескается и сыпется каменной крошкой от такого удара.

Митсуо медленно встаёт, уже не такой бодрый и сильный как в начале, и одновременно со мной замахивается кулаком. По иронии судьбы, мы бьём кулак в кулак, и если на его руках перчатки, то мои кости хрустят ломаясь. Отскакиваю, шипя, и едва уворачиваюсь от ещё одного удара. В ответ с ноги бью его в бок по уже давно прогнувшейся броне, заставляя подогнуться от удара, а потом что есть силы пинаю в грудь, отталкивая подальше.

Урод отлетает опять в стену и ударяется об неё спиной. Тяжело дышит, но не падает. Находит силы оттолкнуться.

Как и я. Но он точно на перках.

И теперь это игра на выносливость или на то, сможет ли он оттянуть время, которое играет против меня. Потому что уйти он мне отсюда не даст.

Мы вновь сходимся, и я получаю в морду. Кости хрустят, и правый глаз перестаёт видеть вообще. В ответ делаю выпад лапой, который Митсуо блокирует, едва не ломая её. Но моя следующая подача оказывается для него фатальной.

Получив блок удара, я всем телом с ноги бью ему в колено.

То ли его запас прочности уже иссяк, то ли сил уже нет удары сдерживать, но его колено издаёт ласкающий мой слух хруст, и скрежет металла разносится по округе. Это конец для него.

Митсуо вскрикивает, словно девка, которой прищемили сиськи, и тянется к колену руками.

А через пару секунд уже с обеими сломанными ногами падает на жопу. И словно в футболе, я, не жалея сломанной ступни, отправляю его пинком в стену. Подобно боевому снаряду он влетает в неё, и та с грохотом обрушивается придурку на голову вместе с потолком, погребая его под обломками.

Сейчас бы самое время его откопать и добить, но именно этого времени у меня и нет. Как нет и такой цели. Я удивлён, что солдаты ещё сюда не завалились, чтоб меня поиметь, это было бы вообще весьма кстати в данный момент.

Со сломанной ногой после такого удара, я подпрыгиваю к потолку и кое-как подтягиваюсь, пролезая в пролом на второй, и… здание начинает рушиться.

Ну блять конечно! Ну давай, обрушься на меня, пидорасина, чтоб вообще было заебись. Ведь мне для счастья не хватает обвалившегося на голову здания. Тут как раз сначала дура Эви, потом герой, сейчас здание, потом уже и гроб мой будет. Всё соберём за сегодня! Я бы и рад прыгать резво, но ломанного, с кончившейся регенерацией и без сил меня хватает только на то, чтоб более-менее резво передвигаться, подхватив неуклюже лапой револьвер с сумкой, и не помереть по пути.

Более-менее резво… Я погорячился. Понял это, когда добрался до лестницы. А она обвалена! Ну не подстава ли? Я тут умираю, а лестницы нет! И где все трупы?! Выше или…

Или что там, вообще похуй стало, когда пол под моими ногами стал уходить вниз. Блять, чуть не обосрался! Я подпрыгнул и из последних сил подтянулся, когда получил… Да, получил стрелу в спину. А потом ещё три или четыре через дыру в стене, откуда по мне весело и задорно стреляли лучники.

- Вон оно! Убейте тварь! Стреляйте! Стреляйте!

Нахуй пошли! По мамкам своим постреляйте, пидоры!

Но из пасти вылетел только рёв. А ещё на меня чуть не упал кусок стены.

Это был третий этаж, а мне нужно на пятый. Внизу в здание уже входили солдаты, видимо ждали героя, но тот не появился, зато появился я. А ещё лучники отовсюду стреляют, и что самое главное, попадают, сукины дети! Чо за люди…

Я немного поднатужился и с трудом забрался на четвёртый через разлом, что делил отель пополам, когда здание вновь затряслось. Сначала пошла вибрация, лёгкая, но с каждой секундой усиливающаяся. А через мгновение за моей спиной, треща и громыхая, часть отеля начала уходить вниз. Она просто проваливалась в облако пыли, пока полностью не исчезла в нём, словно растворившись под грохот, от которого вибрировало даже единственное глазное яблоко в моей голове. Даже до меня долетали куски камня.

Бля, моя половинка здания тоже вибрирует…

Я поднатужился и из последних сил, зацепился за край пола пятого этажа. Начал подтягиваться и в этот момент моё время вышло.

Сознание пронзила боль, которая прострелила весь мой несчастный мозг.

Так, не терять сознание, не терять сознание! Надо подтянуться!

Я отчаянно пытался согнуть руки в локтях, чтоб вытащить свою тушку из обрыва и затащить на пятый. Там, даже со сломанными конечностями я доползу до конца, доползу до зеркала и мне помогут, но надо сначала вытащить свою жопу из обрыва.

И у меня почти получилось. Почти – это потому, что в тот момент, когда я был на две трети пути к спасению, меня начало трансформировать обратно. Локти затрещали, кости захрустели и мышцы прожгло такой болью, что я обделался, в чём мне не стыдно было признаться. Руки под звуки рвущейся плоти разогнулись, и я буквально повис на одних сухожилиях, мышцах и коже, вскрикнув от боли. Из глаз брызнули слёзы. Казалось, что предплечья буквально отрывают от тела.

Пальцы ещё не начали трансформироваться, почему я пока вишу на краю, но боль, которая так и норовила выбросить меня из сознания, уже вовсю рвала на части мозг с телом. Но даже так, я отчаянно цеплялся за край собственной жизни. Упаду вниз и пизда, завалит нахуй.

Я попытался ещё подтянуться сквозь боль и слёзы даже на порванных руках и при трансформирующемся теле ещё немного, но… пальцы разжались.

От эпического и болезненного падения на самое дно как разлома, так и моей жизни меня спасло то, что разрушенные этажи шли вниз как бы ступеньками, и потому я не улетел в разлом, а просто сорвался на четвёртый этаж. Рухнул на самый край, едва не свалившись вниз. Сломанная рука под неестественным углом повисла с края.

Это просто пиздец…

Первая и единственная мысль, которая посетила мою голову, когда я пришёл немного в себя от боли. Где-то снизу кричали люди, где-то что-то обрушалось, и я слышал, как стонало здание… то, что от него осталось. Пока.

Подо мной содрогался пол, и отель доживал свои последние мгновения. Я лежал не в силах даже нормально пошевелиться, когда сверху начали сыпаться камни. Несколько больших плит упали рядом со мной, а одна приземлилась мне так вообще на ноги, перемолов то, что и так было переломано.

Здание ещё раз содрогнулось, словно напоследок напоминая о себе, и, кажется, окончательно потеряло свою стойкость.

Я почувствовал, как подо мной уходит пол, и как моё тело медленно опускается вниз на трясущейся плите, с каждой секундой всё ускоряясь и ускоряясь. У меня от падения вниз буквально захватывало дух и неприятно щекотало органы. А где-то там, в клубах пыли, куда я быстро проваливался, стоял грохот, словно вековые скалы рушились и бились друг об друга.

Последнее, что я увидел, так это голубое небо и густую светло-серую дымку, что буквально заволокла собой всё, становясь темнее до тех пор, пока и вовсе не стала чёрной.

Или это я отключился?

Нет, не отключился. Я почувствовал, как мне завалило ноги чем-то тяжёлым, и их вновь прострелила боль, хоть и не такая сильная, как при трансформации обратно. Грохот отовсюду продолжался, и на бис меня самого завалило обломками камней, которые впились в кожу, а некоторые так вообще сломали кости.

Кажется, в какой-то момент я даже отключился. Не могу сказать точно, слишком всё стало смазанным, и темнота безсознанки не сильно отличалась от темноты, которая меня окружала сейчас.

Было больно. Пусть это и не самое важное, но это единственное, что давало мне понять, в отрубе я или нет. Ни руки, ни ноги не двигались, и я чувствовал, как их буквально передавило. Некоторые части тела осколками камней просто раздавило и раздробило, однако вряд ли мне предстоит умереть от потери крови или от травматического токсикоза. Куда вероятнее, что меня откопают и выебут. Если только не задохнусь от этой густой пыли, от которой и так с болью закашливаюсь.

Эх… печалька… И всё из-за этой блять Эви. Выберусь, выебу, я серьёзно. Так как если что, то я мчусь всем на помощь. Но как меня прижмёт…

- Когда мне нужна помощь, ну вот ни одна сука не припрётся и не спасёт бедного Патрика. Пидоры блять.

Даже не пидоры.

- Пидоразки блять.

Но как бы то ни было, надо что-то решать. Даже если меня возьмут в плен, я смогу, думаю, продержаться неделю, прежде чем перезарядится способка, и я убегу. Не впервой уже сваливать. Или…

Пиздецкий грохот, словно здание повторно начало обваливаться, ударил по моим ушам. Почувствовался сильный удар, который прошёл буквально по всему вокруг, словно где-то сверху на обломки сбросили если не танк, то точно какой-нибудь грузовик.

И СУКА НА МОИ НОГИ!

ЕБАТЬ!!!

Ебатюшки… мои ноги, их там нахуй в говно перемололо. Я захрипел, но едва ли смог даже на сантиметр сдвинуться. Пиздец… что за…

Что «за» стало ясно через пару секунд, когда сверху раздался голос:

- Кто сказал, что нужна помощь?

Бля... БЛЯ… БЛЯ-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я…

Может если я затаюсь, то он меня не заметит? Ведь увидь меня, он точно захочет помочь мне обрести покой.

Я даже дыхание задержал, но предательский кашель выдал меня с потрохами.

- А… Вот ты где… - это прозвучало как приговор.

Огромные плиты начали надо мной двигаться, и вскоре солнечный, слегка мутный свет из-за пыли начал пробиваться через образовавшиеся щели. Ещё немного и вскоре огромная плита надо мной приподнялась. Герой не полностью поднял эту плиту с одной стороны, словно поднял крышку люка и взглянул на меня через щели в забрале шлема. Не хочу знать, какое у него было выражение лица.

- Бедняга… ты видимо мучаешься, я должен…

- НЕТ!!! НАХУЙ ПОШЁЛ ОТСЮДА!!!

- Но ты ранен, я могу… - начал гудеть герой, но я его опередил.

- ДАЖЕ БЛЯТЬ НЕ ДУМАЙ СУКА! САМ СЕБЯ ИЗБАВЬ БЛЯТЬ ОТ МУЧЕНИЙ ОБМУДОК ЕБАНЫЙ!!!

- Точно! Не преставился! Я…

И что сделал этот дерьма кусок? Он эпично упёр руки в бока, отпустив плиту!

- ДЕРЖИ ЕЁ!!! – закричал я, прежде чем она рухнула обратно, придавив меня ещё сильнее, чем раньше. Я почувствовал, как моя грудная клетка затрещала и кажется… частично сломалась. Я не то что дышать, даже пёрнуть теперь без боли не мог.

- Оуч, неловко вышло… - пробормотал он, разбрасывая куски плиты в разные стороны. – Ты слишком неаккуратен, человек. Ты мучаешься…

- Вытащи меня блять отсюда, уёбище… - прохрипел я.

- Вытащить? Лучше…

- Лучше башку себе вылечи, дебил блять. – захрипел я. - Вытащи меня отсюда, больной ты уёбок!

Предположу, что он сюда попал с помощью своей способки прыгать сверху. И пока нас закрывает пыль, всё, в принципе, в порядке. Но ненадолго.

- Да ладно, ладно, - стушевался придурок, спустился вниз ко мне и…

И НАСТУПИЛ МНЕ СУКА НА ПЛЕЧЕВУЮ КОСТЬ!!! МАТЕРЬ БОЖЬЯ, ОН МНЕ НАХУЙ ЕЁ РАЗДАВИЛ!!!

Я очень тихо взвыл от боли.

- Помощь уже в пути. Не беспокойся, - пробормотал герой, схватил меня и потянул вверх.

Но его дебилизму не было предела. Учитывая то, что мне завалило руки и ноги, причём на одной руке так вообще он сам стоит, вот так тянуть было наихуёвейшей идеей.

- БОЛЬНО!!! СУКА!!! БОЛЬНО!!! ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ, ИРОД!?!?!?

- Бля, ты не вытягиваешься, что-то мешает тебя вытащить, - пробормотал он.

- МОЖЕТ БЫТЬ РУКИ И НОГИ!?

Но что для меня одно, то для дебила другое. Моей ключевой ошибкой было то, что я сказал про руки и ноги. Сказал, что они мешают, так как для долбоёба без мозгов и логики это было сигналом к действию.

И нет, не разгрести мои несчастные руки и ноги, как сделал бы нормальный человек, а просто избавиться от мешающихся конечностей.

Герой без мозгов и здравого смысла выхватил меч, и прежде, чем я успел крикнуть: «НЕТ!», «ПИДОР!» или «МАМКУ ЕБАЛ!», этот членосос несколькими взмахами отрубил мне руки и ноги. Причём одну из рук он отрубил, так и не подняв с неё ноги.

Единственной хорошей стороной в этой ситуации было то, что я не почувствовал даже боли, так быстро сделал он это. Но теперь я был няшкой-ампуташкой, которая истекала кровью.

- Готово! Ты спасён, друг мой! Теперь можешь идти!

Да ты сука юморист. Побегу на всех четырёх отрезанных конечностях…

- Я умираю, пидор ты ебаный…

- Тебе помочь отой…

- Завали хлебало и слушай! – прорычал я, стараясь удержать свои мысли на плаву до того, как отключусь. – Вещи забери, жгуты наложи на конечности и…

И всё.

Я отключился.

Если этот дебил не наложит мне жгуты, то я покойник. Но он наложит, я точно знаю.


Всё возвращается рано или поздно. Рано или поздно мы расплачиваемся за то, что сделали. Все, кроме самых хитрожопых. Те ещё и в плюсе остаются. Да и обычные люди вполне успешно уворачиваются от расплаты. То есть, расплачиваются самые наивные и конченные неудачники как за свои грехи, так и за грехи других людей. Расплачиваются за всех.

За что расплачиваюсь я? Наверное за то, что я недостаточно хитрожоп, чтоб кинуть всех. Или за то, что верю до сих пор в добро и справедливость. А может за то, что когда-то в прошлом у меня было то, чего нет у нынешнего, и всё, что осталось, это эфемерное желание довести всё до конца.

Вот хрен знает, но я один из тех, кто идёт до конца и потом за всё расплачивается едва ли не в одиночку. Можно сказать, что другие заплатят так же, но для меня это всё кончится куда веселее. Ух! Люблю веселье!

Ну а пока я не умирал, что можно было считать за добро. Я вообще человек везучий, иногда выживаю там, где умирают другие. Нет, мне не сопутствуют рояли, однако там, где в принципе можно выжить, если приложить усилия, я вполне выживаю. Да, чаще всего через боль, кровь и слёзы, но выживаю, отдавая ради собственного спасения зачастую своё здоровье.

Как сейчас.

Всего-то мне отрубили руки и ноги, сделав ебаным калекой вплоть до момента, пока кто-нибудь не соизволит меня исцелить. Обидно, конечно, но с другой стороны, пока я жив, меня это и не страшит особо. Главное, что я жив, а остальное неважно, можно будет восполнить как-нибудь.

И когда-нибудь.

А пока придётся смириться с ролью кожаного мешка с костями.

Причём со мной обращаются в данный момент именно так.

Герой, который меня спас, тупо обвязал моё туловище верёвкой, перекинул, словно мешок, за спину, и теперь нёс так через лес. Слишком туго затянутая верёвка доставляла восхитительное ощущение боли, особенно сломанным рёбрам. А про то, что она в кровь стирает кожу на теле в некоторых местах, так это вообще отдельная песня, заслуживающая отдельного упоминания.

Но при всём при этом я был жив. Ещё один важный момент…

- Вещи… - прохрипел я. – Мои вещи…

- Ты хочешь избавиться от мучений?! – встрепенулся герой.

- Мои вещи, говна кусок… - прохрипел я вновь. В горле словно гуси насрали и было так сухо, что казалось, я обожрался песка. Глотать даже было больно.

- А… взял я их. А ещё набил фрагов! ФРАГИ!!! Ебаные фраги пытались завалить меня, но я всех убил нахуй! Да, они визжали как дети, когда я разрубал их! Никто не смеет запороть мой квест! Они так весело умирали, я так смеялся! Ты бы видел…

И так далее и тому подобное. Не дослушав этот бессвязный бред, я отключился.

В следующий раз, когда я очнулся, героя уже не было. Была только бесконечная боль, жжение и чувство, что я вот-вот умру. Тем не менее вряд ли отойду во тьму прямо сейчас, если так подумать, раз уж пришёл в сознание. Скорее просто буду чувствовать себя как говно или отключусь, провалившись обратно.

Глаза нехотя раскрылись, словно веки налились свинцом, и моему взору предстала такая задрипанная деревянная комната. Очень старая, потрёпанная, с паутиной в углах комната с такой же деревянной мебелью. Ощущение, как будто я находился в избе.

Бля, боги, пусть это будет не изба трёх медведей, а то уж очень похоже. А то мне ещё и от них отбиваться придётся, что будет тем ещё весёлым занятием без рук и ног.

Однако, ни медведей, ни кого-либо ещё я так и не увидел. Лишь обычное помещение с классической русской печкой и минимумом мебели.

А через секунду выяснилось, что не только я был в комнате.

Её старческий голос донёсся откуда-то из-за печки.

- Смотрю, внучок, весело ты время антигеройское проводишь.

Глава 379

- Баба Яга? – у меня вообще всё плыло перед глазами, так что сиди даже она за столом у окна, я бы не увидел её. А услышать и понять, что не один в комнате - так тем более.

- Внучок, живёшь, как погляжу, народец местный прорежаешь, - её голос был весёлым, словно она действительно своего внука принимала в гости. – Но не бережёшь здоровье своё. Вон как отощал, бедненький. Совсем поди не ешь.

- Да… укоротили меня несколько, - пробормотал я.

- Герой небось окаянный?

- Ага, он самый.

- Вот негодник-то, - вышла бабушка из-за печки, всплеснув руками. – Вообще приличие потеряли, руки свои корявые на тебя поднимать смеют. Но ты-то отомстил ему? Убил негодяя светлорожего?

Она ни капельки не изменилась, как я мог судить. Стала может более сухой и скрюченной, но не больше. Словно эти двадцать лет её и не тронули совсем. Однако чувствовалась от неё… старость и древность. Такое странное ощущение, что доживает она свои последние дни. Не дни, конечно, но ещё двадцать лет вряд ли сможет прожить.

- Нет, я нанёс превентивный удар. Убил ещё до этого всю его команду и оставил мучиться от чувства потери.

- Да быть не может, - радостно воскликнула Баба Яга. – Всех убил?

- Ага.

- Ну ты пострел! – рассмеялась она. – Молодец, хвалю, внучок! А то где это видано, чтоб героишка, и на самого антигероя руку поднимал! Ух!!!

Она погрозила кулаком куда-то в воздух.

- Ну да. Так что убивать я его не стал, пусть живёт, хотя и покалечил. А укоротил меня другой герой. Который видимо и принёс меня сюда. У него чот с головой беда.

- А, так ты про дебилушку того, - махнула она рукой. – Ебанько же он немного, не герой и не злодей.

- Ты его знаешь? – спросил я.

- Ну а как такого детину-дубину не знать. Глядишь и герой, но на тот свет всех отправляет. Хороший мальчик, хоть и глупый. Не ту сторону выбрал.

- Смотрю, общий язык ты с ним нашла.

- А то! Пришёл, знаешь ли, говорит, освободить от мучений меня хочет. Так я его и отправила на отряд героев-девок. Им мужик нужен, детей рожать, хозяйство вести, а они зло ищут. А он, герой-дурачок, так и избавил девок от этих героических страданий. Мне мясца на несколько месяцев хватило. Хорошего, нежного. Жаль, внучок, не здесь ты был тогда, отведал бы у старушки пирогов с девчатиной.

- И с тех пор дружите?

- Заглядывает он ко мне. Совсем потерялся в себе.

- Потерялся в себе? – не понял я.

Баба Яга постучала себя по макушке костяшками кулака.

- Ума лишился. Внутри может и есть он сам, настоящий, человек ещё, не дурачок. Но так глубоко, что уже и не видно его.

Понятно…

Нет, не понятно. Совсем непонятно. То ли я тупой, то ли просто пока не всё знаю, раз такие сложные вещи мне пока не давались.

- А ты внучок пока спи. Ещё будет времени поговорить у нас, так что можешь пока отдохнуть. А то поди устал от всего этого. Выпей отвара, да забудься. А то без ног и без рук далеко ты не уйдёшь.

Отвар был просто конченным дерьмом на вкус, однако я всё же выпил его. Сейчас без рук и без ног не в моих интересах было выёбываться. Даже если что-то и не так, я всё равно ничего не смогу сделать, так что…

В этот день я больше не просыпался. Проснулся на следующий, когда Баба Яга меня будила, чтоб покормить.

- Достала из закромов, раз дело уж такое, вернулся мой любимейший внучок, - протянула она мне суп с кусками мяса. – Давай, кушай милый. А я потом твоими ручками да ножками займусь. Как вижу, не осталося от них ни рожек, ни ножек.

Я не стал сильно привередничать насчёт супа, хотя терзали меня смутные сомнения по этому поводу. К тому, что бабушка-то наша каннибализмом промышляет. И чёрт знает, чьё это мясо вообще. Однако отказать ей – явно оскорбить, да и жрать особо-то и нечего. Поэтому ничего другого не остаётся, как съесть.

Возвращаясь в старые времена, когда Клирия точно так же меня с ложки кормила, я невольно улыбнулся. Не знаю почему, если честно. Просто улыбнулся, так как те времена вспоминались такими давними, словно было сто лет назад. Про свой мир, когда я в последний раз был там (имею в виду ещё в своей стране, а не гетто-бойня). Эх… были же времена.

После обеда (или ужина (или завтрака)) бабушка вновь напоила меня отваром, и я отключился.

Проснулся, когда было утро. В тот момент Баба Яга уже хлопотала надо мной – мыла, убирала, жопу вытирала и так далее. А после вновь исцеляла.

Исцеление, как оказалось… было не самым приятным. Мои обрубки дико чесались, но ещё хуже стало, когда оттуда начали расти конечности. Это было… блять, это было странно. Я был словно Ник Вуйчич, только вместо ступни у меня росли маленькие ножки и ручки. Это выглядело настолько ущербно, что мне хотелось удавиться.

Но едва ли я мог сделать даже это.

Поэтому мне ничего не оставалось, как наблюдать за ростом моих конечностей, которые из маленьких и пухленьких, никак не сочетающихся с моим настоящим телом, обретали нормальные реальные размеры. Выглядело несколько отвратно и сюрреалистично со стороны.

И каждый день этот кошмар продолжался.

Единственное, что меня радовало, так это отсутствие стеснения к Бабе Яге. Вообще плевать, так как она явно уже была не того возраста, которого я бы стал стесняться.

- Слушай, а как тебе Эвелина? Ну, та девушка, которую к тебе привёз какой-то мужик.

- Мёртвая девушка? – уточнила Баба Яга, исцеляя мою конечность. – Хорошая девушка. Не одарённая, но ты знаешь толк в девках. Хорошая деваха была бы, будь живой.

- Получается, ты её научила всему, что она умеет?

- Да, как узнала, что твоя девка, так решила помочь.

- А почему ты отказалась поучаствовать в той войне? Ведь как Эви попала к тебе, так сразу герои попёрли за тобой. Разве не было повода возненавидеть их?

- А чего ненавидеть недалёких, внучок? – пожала она плечами. – Глупые люди пошли. Да и не дело старушке, как я, в деяниях сие участвовать. Молодых то удел. Теперь покой да тишина мне нужны.

- Но ты бы могла…

- Помочь ей? И чем же старушка с избушкой поможет девице бледнолицей? Прошло моё время, внучок, прошли те дни, когда меня мужички портили, и я была бабёнкой хоть куда, что могла поучаствовать в этом. Спасибо ей, что скрасила старухе жизнь. Как дочь была мне. Да и её подружка, озабоченная дурнушка тоже повеселила, хоть и не люблю я таких.

- А… у тебя были дети, Баба Яга? – спросил я, понимая, что вступаю на довольно зыбкую почву.

- Детишки? Были, конечно, - вздохнула она. – Но давно были, внучок, очень давно. Тогда и косточки мои были куда крепче, и силушки куда больше.

- А где они?

- Выросли. И умерли. Колесо крутанулось и пошло дальше, антигерой. Я старая уже женщина. Я многое повидала, многое знавала и многое схоронила. Потому пережила я всех. Их правнуки живы где-то там, но неведомо мне, где и кто они. Одна осталась, сказать уж теперь-то можно.

- Слушай, а помнишь ты говорила про равновесие? Каким оно было?

- Каким было? Да неспокойным, как и всегда. Были злые, были добрые. Но всегда сохраняли свою сторону. А сейчас и зло не зло, и добро не то. Того глядишь и не отличишь одно от другого. Наверное, прошло время, когда нас можно было так делить.

- Жалеешь об этом?

- О старом не жалеют, - вздохнула Баба Яга. – Жила я при времени том и счастлива была, но глядишь, и прошло оно, время то. Теперь времена новые, необузданные. Возможно, и к лучшему оно. Ведь не стоит всё на месте-то одном, внучок. Живёт, движется, растёт. Хочется верить, что ко всему хорошему придёт.

- А как ты считаешь, может ли добро стать одним целым? – спросил я осторожно.

- Одним целым? Кто знает, кто знает… Но мне бы век свой дожить в спокойствии, без таких потрясений, внучок, - усмехнулась она. – Хватит с меня этих противостояний. Ведь на словах они только. Добро и зло, но мужики и девки ко мне бегали за зельями, позабыв, что бабка я скверная, и скушать могу. Это лишь значит… что значит, знаешь?

- Добро и зло в нашей голове только?

- Верно, - улыбнулась она, показав мне свои кривые зубы. – В наших головах. Оно выгодно только тем, кто власть имеет над этим всем, а люду-то и плевать на это.

- Но ты говоришь, что жила збогойно при добре и зле.

- Жила, - не стала отрицать она. – И не трогали меня. Но ничего и не изменится, объединись они, верно?

Верно или неверно, я сказать не могу, но мысль, что добро и зло только в наших головах, была верной. Это всё взгляд, по сути, откуда смотришь, так и выглядит.

Шли дни, мои ноги и руки постепенно вырастали и крепчали, становясь всё более пропорциональнее телу. Единственной неприятной вещью было то, что они чесались. Чудовищно чесались, словно по коже, да и под кожей пробегало множество муравьёв, прорывая всё новые и новые ходы. Не менее неприятно было то, что мышцы и связки от такого роста дико болели. Тянулись, едва ли не рвались и болели как в детстве, когда ты набегаешься и потом охуеваешь от боли ногах.

А бабка всё приговаривала:

- Терпи, сынок, антигероем будешь.

- Я уже антигерой.

- Значит будешь ещё более сильным антигероем, правду молвлю.

- Да куда уж сильнее. Я после недели пыток кроме Клирии никого не боюсь.

- Клирия? Что за деваха такая? Суженная небось, - покосилась на меня Баба Яга с хитрой улыбкой, типа ага, кто-то девку продырявил.

- Случайно залетела, - признался я.

- Бывает. А как деваха выглядит? Знатной бабой должна быть: сиськи побольше, таз шире, чтоб рожать было хорошо, и дитятки богатырями выросли. И помни: больше жирка, здоровее будут детки, да и девка тоже.

- Худая как стебель.

- У-у-у-у-у… облезлую козу ты выбрал. Глядишь и подоить-то нечего. Так зачем тебе такая ветка, сынок? Там гляди, и ухватиться-то не за что.

- Говорю же, по случайке вышло, - стыдливо пробормотал я.

- Глупый ты. Не говорили, что нельзя членом во всё подряд тыкать? – вздохнула бабушка. – Ещё самому учиться и учиться…

- Я пьяный был.

- Вот она, молодёжь, по пьяни. Выросли, называется. А как выглядит хотя бы деваха? Личиком красным как вышла? Хорошенькая? Здоровенькая? За щёки румяные подёргать можно? Носик большой? Умная-разумная? Послушная? Хозяйственная?

Мне было что рассказать о Клирии. Много чего. Говном не поливал, но и не сильно утаивал о ней что-либо. Естественно, кто она на самом деле, я не сказал, но вот характер…

- Так чего нос воротишь? Иль не нравится? Сам же говоришь, послушная. Скажешь лечь - ляжет, скажешь встать – встанет. Хозяйственная, не может - научится, слова «не хочу» не знает. И мужика чтит, и сама знает, что правильно, дурную голову направит, если что. Ну строгая, зато хозяйство вести будет. Уже дитятку носит под сердцем твою. А аура – это дело приходящее. Сегодня есть, завтра свыкнешься, притрёшься, и уже как родная будет. Иль я по-твоему по любви шоле? Ха, просто мужик хорошим был, хозяйственным. А как слёг на покой, так перед другим легла. Любовь, как дурь в голове от поганок – а по расчёту уже знаешь, чего ждать.

- Не знаю. Я уже не знаю, что нравится, а что нет, если честно, - признался я.

- Ну а мёртвая деваха? Да, худосочная, как камыш в болоте, но энергии - ух! Такая и плуг потянет, и детей семерых по лавкам рассадит, и корову подоит, и кровать согреет, и заскучать не даст, настроение всегда хорошее. Опыта мало, сама не знает, чего хочет, но так ведь и ты – ветер в голове, аль не права я? Вижу, что согласен. Опыта набьёт, матёрой станет, рукой крепкой держать всё будет. Ну мертва дева, ну тоже мне, проблему нашёл. Всё то же осталось, разве не так? А если холодная, так девку в баньку, чтоб теплее стала, и в кровать. Иль мне, бабке старой, тебя ещё и учить надо? А там глядишь, и поймёшь, что к чему с ней.

- Не знаю тоже.

- Тьфу-ты ну-ты, аколь в ромашку сыграть сынок решил, чтоль?

- Просто… я не чувствую любви к ним, Баба Яга, - вздохнул я. – Не знаю, что это, что я должен чувствовать. Не тянет к ним. Да, хочу защитить и как к товарищу или близкому человеку чувствую тепло. Но это точно не любовь.

- Больно-то нужно тебе! – рассмеялась она. – Не девка круглолицая же ты! Любофь! А та, что дитятку уже носит твоего, так может судьба такая. Да, упряма баба, как кобыла дикая, но такая и плуг за собой упрямо потянет, и дом отстроит. А как дурь в голову полезет, так по лбу. Хотя и дева мёртвая тоже хорошая, умная, добрая, весёлая, даже смерть не омрачила душеньку-то.

- А ты сама бы кого посоветовала?

- А я не ты, сынок мой. Мне с ними не жить. Сам уж выбери, кто к сердцу ближе и его греет. Да и чтоб бревном не была, а то жизнь жизнью, а кровать греть свято.

Советы Бабушки Яги. Тут можно книгу по ней писать. Людей хавает, но боевая… Знает, что к чему. Даже и не скажешь, что ведьма злая.

Так я у неё и жил, выздоравливая потихоньку, пока ноги и руки окончательно не отрасли до нужного размера. Но даже тогда управлять ими была проблема. Словно… словно отсидел их, вот какое ощущение было. Просто не двигались, как и не чувствовал ими ничего. Баба Яга мне и массаж делала, и ноги помогала разминать, чтоб побыстрее в форму привести, но давалось мне это всё не очень легко.

Несколько раз к самой старушке приходили люди, видимо по делам.

- Да девки иногда захаживают с мужиками. Кто палку кинуть не может, кто болеет, кто любовь к себе вызвать хочет. Мало ли проблем у люда?

- А ты всегда занималась этим?

- Сколько помню себя. Как первый раз научилась, так сразу занималась. Как женщиной сделали, занималась. Как деток рожала-перерожала, всё равно занималась этим. Как мужиков схоронила троих своих, всё продолжала заниматься. Как белый цвет черноту выдавил из волос, тоже занималась. А я когда-то бабой знатной была, сынок, - рассмеялась она. – За мной только так и увивались.

Вполне возможно. Жаль, у меня нет возможности увидеть, какой Баба Яга в молодости была.

Наверное, что-то типа Лиа, Эви и Клирии в одном флаконе. Хотя меня больше интересовала внешность, красивой была или какой?

Моё исцеление заняло около недели, если я не пропустил какой-нибудь день. После этого ещё несколько дней я упорно пытался встать на ноги. И пусть Баба Яга говорила, чтоб спокойнее двигался и не травмировал себя, я был неудержим.

До ближайшей табуретки ебалом.

- Ну точно ветер в голове, - вздохнула она, исцеляя моё лицо.

- Мне просто надо вернуться поскорее, пока не произошёл какой-нибудь… непредвиденный момент, - решил я не материться при ней.

- Не доверяешь ты своим?

- Доверяю. Но боюсь, что потребуется моя помощь. Я типа тяжёлой артиллерии. Да и безбогоит меня, что происходит там у них.

- Чему быть, того не миновать, - сказала Баба Яга. – Просто прими то, сынок, что не всегда и не везде ты поспеешь.

- Но попытаться можно, верно?

- Можно. Но не кори себя, если не всё пойдёт гладко. Не всегда жизнь поворачивается к нам передом, а к несчастью задом.

Это была интересная фраза, надо будет взять на заметку.

А тем временем я привыкал к своим новым конечностям. Странное ощущение при ходьбе постепенно с каждым шагом сходило на нет, пусть и стоило это для меня огромных усилий. Да, тяжело, но есть дела и поважнее, чем моё неумение шевелить ногами. Поэтому я старался как мог.

Вскоре я уже сам смог выбраться на улицу. После старой избушки, которую бабка пусть и чистила, но всё равно не могла выветрить запах старости, свежий воздух был глотком новой жизни. Тем более лесной воздух, где пахло зеленью и цветами.

Тут я смог взглянуть и на бабушкину избу, которая стояла на месте, судя по всему, уже около нескольких месяцев.

- Ты больше не ездишь на избушке? – спросил я.

- Езжу. Как понадобится куда-либо старушке, так сразу в путь. Медленно и верно. Скоро и с этого места я снимусь.

- Чего так?

- Не сижу на месте боле я, сынок мой. То ли насиделась, то ли душенька перед смертью мир повидать желает.

- На избушке? Могла бы и так путешествовать.

- Мне лес мой мир единственный. Для меня, сынок, путешествие, не новое открывать, а просто идти, куда глаза глядят. Словно боюсь, что остановлюсь в последний раз.

Глава 380

Это был последний день, когда я ночевал у Бабы Яги. Слишком задержался здесь, пусть и по уважительной причине. Учитывая, какие новости приходили ко мне перед тем, как я тупо пропал со всех радаров, ожидать чего-то хорошего от мира не приходилось. Может и была надежда на то, что всё пока заморозилось, и война не началась, но чот слабо мне верилось в это. Если есть возможность навешать друг другу пизды, люди так и сделают.

А если там расы разные, так вообще за милую душу друг друга нарубят. Особенно, если учитывать, что с одной стороны гипотетическое зло, а с другой – гипотетическое добро.

Поэтому моё решение было однозначно. Благо Баба Яга не пыталась играть на нервах и уговаривать остаться. Просто кивнула головой и сказала:

- Как знаешь, сынок. Твоё дело правое, так что могу лишь помолиться богу, который тебя бережёт, чтоб путь твой был безопасен.

- Боюсь, что у меня нет бога-покровителя, - покачал я головой.

- Тем лучше, - улыбнулась старушка. – Самостоятельность всегда хороша. Никто не будет влиять на твои решения, и никто не станет тебя заставлять что-либо делать. Ты сам себе хозяин.

Сейчас я лишь собирал вещи в поход, а Баба Яга перебирала вещички, которые могли бы мне подойти. Сказала, что с для сыновей шила, так и остались от них.

- Сейчас застираю, сынок, будешь молодец-загляденье. Все бабы попорчены тобой захотят быть.

- А почему ты всегда говоришь о бабах? – спросил я. – Просто довольно часто возвращаешься к этой теме насчёт отношений.

- А о чём, как не о жизни говорить, сынок молодой, да не опытный. Жизнь-то есть мужики да бабы, что детей строгают. Есть что лучше этого?

- Лучше рождения детей?

- Лучше жизни, - объяснила она. – О чём говорить, как не об этом? О войне, где негодные да глупые друг друга рубят и мутузят? Про деньги, власть да страсти всякие? Ты вот знал, что раньше праздник был, кликали его днём родительницы?

- Родительница? Это… богиня?

- Баба рожавшая, - вздохнула она, словно объясняла тупому человеку прописные истины. – Вот молодёжь пошла бестолковая.

- Ну, если ты про секс, то… просто неприлично же обсуждать это, - пожал я плечами.

- Жизнь отнимать неприлично, сынок. А дарить её, это и прилично, и прекрасно. Потому и говорю я постоянно о жизни. А смерть… насмотрелась я смерти, да и сама принесла немало. Злая я.

- Просто люди мудаки, раз лезли к тебе, - заметил я. – Ты же и зла вроде не хотела.

- Ну как сказать, как сказать. Ведьма я, где-то что-то да грязно сделаю. Людей ем, отчего и живу долго. Нехорошо, но и не хвастаю же я этим, верно говорю? Но люди совсем очумели, безудержные, только и говорят о войнах, да смерти. Ебанаты недоделанные.

Баба Яга крепкие слова вставляла только когда действительно её тема беспокоила или вызывала эмоции. Видимо её действительно это всё трогало, раз она так остро реагировала на это. То ли сама уже прожила и повидала смертей не мало, отчего под конец жизни даже слышать не хотела о них, то ли потеряла кого-то. Причин может быть много, однако результат на лицо.

Это даже не озабоченность, просто для неё это всё действительно жизнь, и может быть греет душу осознание, что жизнь эта продолжается.

- Баба Яга, а ты знаешь о шарах истины? – решил спросить я.

Раз она жила долго, то может быть и знает об этом.

- Шары истины, говоришь? А зачем тебе они, сынок? Аль заглянул уже в них?

- Ну… было дело. А ты заглядывала в них?

- Один раз, молодой была, дурной, - почесала бабушка затылок. – Показал мне он моё будущее.

- И какое? – поинтересовался я.

- А помню ли я, сынок? Дело старое было. Но как показал, так и получилось. А тебе что-то плохое привиделось?

- Ну… да. Не очень оптимистично, - кивнул я нехотя. – Не сказать, что это должно меня радовать.

- Ну так такие уж вещи показывает. Но ты не бери в голову, не бери. Мало ли что показывает этот шар. Доселе неизвестно, правда ль это или ложь.

- Но у тебя сбылось.

- Вот именно, внучек, сбылось, - вздохнула она и выпрямилась так, что её кости захрустели, приложив руки к спине. - Именно сбылось. А могло и не сбыться, верно? Так что всё зависит от тебя, что прикажет твоё сердце, тому и быть. А до увиденного, ну будешь поступать ты ведь и дальше так, что изменится? Всё равно случится то, что должно. Так что не думай об этом, я бабка старая, но в уме своём, чтоб понимать это. Если суждено, то и плакаться уже поздно. А коли сил хватит идти своим путём и делать то, что считаешь правильным, то и глядишь, итог свой будет. Поможешь старушке, чьи косточки хрустят, силой молодецкой? Коль не ушёл пока, то сделать кое-что надобно старой.

Я помог ей переделать напоследок всё, что требовало физической силы. Начиная от приколачивания полок, заканчивая колкой дров и переносом их в избу. С моей силой такое вообще было очень просто, потому очень скоро я уже закончил все дела по её дому, а старушка уже подготовила мне костюм.

- Смотри, какой! – всплеснула Баба Яга руками улыбнувшись своими высохшими губами. – Как молодец-красавец выглядишь. И глядишь на тебя, сердце-то старой бабки радуется, что пригодилось. Не зря хранила.

- Спасибо, Баба Яга, - поклонился я. – Выручила… нет, жизнь спасла.

- Да будет тебе, сынок, будет, - замахала она руками. – Столько новостей принёс, скрасил дни бабуле старой. А то одна да одна всё.

Ещё час она заготавливала меня в путь.

От мяса я вежливо отказался, сказав, что пусть лучше у неё будет, а я по дороге смогу поймать. Отдала она мне револьвер, весь грязный и пыльный, из-за чего пришлось его разбирать, мыть, заново смазывать (спасибо за смазку, Баба Яга) и собирать. Так же вернула подранную сумку, в которой остались патроны. Естественно, что на каждое задание с собой я не брал все, что у меня были. Лишь небольшое количество, чтоб потерять было не жалко. А тут лишь патронаж-то и пропал в обломках, так что…

Что касается остального, типа кресала или всяких фляг, то Баба Яга предоставила мне их без каких-либо возражений. Ещё бабушка отдала мне какую-то склянку с жидкостью, сказала, чтоб Эви отдал, та поймёт, для чего она нужна.

- Я старая, на кой они мне, когда ноги мои уже отшагали своё путешествие, - отмахнулась она.

- Ну мало ли.

- Так не мало, - показала она мне свои редкие зубы. – Бери, антигерой. Пусть лучше послужат тебе, чем пыль собирают. Вещи добротные, точно меня переживут и сослужат тебе службу добрую.

Когда я покидал её избу, то в ней явно стало почище. И пусть изба сохранила на себе свидетельства нашей прошлой встречи, эта прошла куда спокойнее. Да и более тепло, что ли. У меня не было бабушки, поэтому хрен знает, как выглядят отношения между внуком и бабулькой. Но если бы они выглядели так, то я был бы не против. Я серьёзно, классно же!

Поэтому я даже грусть какую-то чувствовал уходя.

- Береги себя, сынок, - поцеловала она меня в лоб. – Ты мне как сын родной стал, потому волнуюся о тебе. И знай, что тебе я всегда рада, коли сойдёмся ещё раз, если век мой будет долог.

- Не стоит волноваться, всё будет в порядке, - ободряюще улыбнулся я. – И если что, я заскочу к тебе.

- И всё же береги себя, сынок. Не дай крови молодой да буйной разум вскружить тебе. И смотри, героев аккуратно убивай, а то вообще имбецилы дикие пошли. Укусят, заразят ещё.

- Ну скажешь тоже, - улыбнулся я и обнял её напоследок. – Спасибо, бабушка, что приютила меня.

Когда я назвал её бабушкой, то Баба Яга вся просветлела.

- Даст мир, встретимся с тобой ещё, сынок. Так что ждать буду, пирогами угощу, если навестишь старушку. И будь осторожен, соблазнов много мир даёт и чувства вперёд разума лезут. Но помни, чего сам хочешь, - произнесла она настоятельно.

- Помню, бабушка, и буду помнить.

Когда я уходил, она смотрела мне в след. Я знаю, так как оборачивался несколько раз к ней. Даже когда я почти скрылся за поворотом, она всё равно там стояла и провожала меня взглядом.

Чудесная же бабуля! Ну ест людей, ну с кем не бывает, верно? А так не трогай её и жить другим даст она. Хотя оставлять одну её было мне немного грустно, если честно. Всё-таки старый человек, вряд ли хотелось ей встретить свою смерть в гордом старом одиночестве.


Я никогда не путешествовал один. Практически никогда. Единственный раз, когда до этого дошло, было перед самой моей смертью, но и тогда я встретил эльфийку, с которой и потопал дальше. В то время путешествие в одиночку было слишком чревато для меня. Ни охотиться, ни стрелять, ничего я не умел. Это было так же, как оказаться в обычном лесу – оглядываешься, а вокруг нихуя. Жрать непонятно что, пить непонятно где находить и так далее.

Однако те времена прошли.

Теперь я был довольно самодостаточен. И пусть лес выглядел всё таким же пустым, однако теперь я знал, что это не так. Просто надо знать, куда смотреть и как правильно искать, чтоб найти то или иное. Начиная с дичи, заканчивая водой.

Потому такое путешествие не было мне в тягость. Наоборот, в одиночестве я смог вполне себе обдумать все мысли, что беспокоили меня. Начиная с судьбы и заканчивая тем, чтобы пожрать и как назвать ребёнка.

Да-да, имя ребёнка меня тоже волновало, как это не странно. Вот Клирия… ну она скорее, как необходимая приставка к ребёнку, если уж на то пошло. Ну ещё потрахать можно иногда и за жопу пощупать. Однако именно ребёнок для меня был важен.

Почему?

Ну просто важен, как можно объяснить, когда для одного важны деньги, а для другого его кошки дома. Вот тут то же самое. Потому я, во-первых, предвкушал, кто у меня будет, мальчик или девочка. Во-вторых, пытался придумать имя, что оказалось совершенно нелегко.

Короче, было у меня, чем заняться. Да и шёл я не долго.

Ровно до ближайшего поля боя, что встретилось мне на пути.

В конечном итоге что-то да происходило. Только сказать, что именно, и где конкретно, я не мог. Никаких ориентиров кроме солнца у меня не было, да и двигался я исключительно по светилу, так что найденное поле боя было для меня лёгким сюрпризом.

Поляна, на которую я вышел, располагалась на склоне холма, и уходила вниз к лугам, что расходились до ближайших махровых лесов, выстроившихся стенами. И там внизу в свете солнца был отчётливо виден блестящий метал, который закрывал собой малую часть луга. Только спустившись чуть ниже я смог разглядеть тела солдат, хотя уже и так знал, что найду там.

Трупы. Много трупов, хотя я бы сказал, что здесь будет поменьше тысячи.

Когда я наконец дошёл до поля брани, в нос сразу ударил сладковатый душок, а воздух наполнился жужжанием мух, которых было здесь в изобилии. Они едва ли не тучами взлетали с трупов, когда я проходил мимо, встревоженные живым человеком. Не меньше я здесь видел и падальщиков, которые пытались отчаянно вырвать хотя бы какой-нибудь кусок из тел: вороны, волки, какие-то барсуки и еноты, и даже нечто типа гарпий, что сейчас кружили над этим всем пиршеством.

Я подошёл к ближайшему телу и ногой перевернул его на спину. Лицо, уже слегка набухшее в некоторых местах, бордового или тёмно-фиолетового цвета. Ещё из глаз и личинки лезут. Короче, трупу где-то суток пять-шесть, я бы сказал, учитывая погоду и мои знания, хотя могу и ошибаться. Это значит, что на этой неделе уже начались сближения по фронтам.

Только вот бы узнать, ещё кто с кем сошёлся.

Ради этого я отправился напрямик через поле искать главнокомандующих нашей или той стороны. Учитывая то, что обе стороны вооружены мечами, это лишь значило, что наш отряд был из разряда малых, типа запасных, что скорее на подхвате в роли поддержки с флангов или подкрепления, чем участвуют в реальном сражении. А вот враги… ну сейчас если труп найду, то и узнаю.

Пока я разгуливал здесь, вороны с недовольным карканьем и мелкие падальщики разлетались подальше от меня, не рискуя приблизиться.

А вот гарпии, суки ебаные, несколько раз пытались на меня напасть. Такие мерзкие твари типа красноголового грифа, только с мордой, отдалённо похожей на человеческую и с острыми зубами и когтями.

Эти суки несколько раз нападали на меня сверху, однако первую я вообще разорвал выстрелом. А вторую просто схватил рукой, сжал и сломал шею. Выглядела она отвратительно, да и на ощупь тоже так себе. Кожа вся… грубая, шершавая и слегка влажная, как от жира.

- Блеать…

И так несколько раз. Они налетали на меня сверху, пытаясь погладить мою нежную мордашку своими коготками и куснуть ласково за ушко, но получали в ответ по ебалу. При этом визжали, как девчонки, увидевшие голого мужика в подворотне.

Однако не они единственные оказались ко мне враждебны.

Стоило мне пройти сраную половину поля, как из-под трупов поднялся такой добротный мясистый увалень. Огромный, раза в полтора выше меня самого, жирный голый хуй с зеленоватой водянистой кожей, словно у утопленника. Жирдяй едва сам по швам не расходился, хотя в некоторых местах, где лопнула кожа, уже было видно, как гниёт его мясо. Ещё и струпьями с какими-то бело-зеленоватыми волдырями покрыт.

Ум-м-м… вкуснятина. К тому же этот проглотик лениво жевал чью-то руку. Короче, словно какой-то двачер – весь в гнойниках, жирный, вонючий и жрёт хрень какую-то. Я так подозреваю что это местная форма жизни, что встречается в этом мире в таких гиблых местах. Магия, к сожалению, которая пропитывает этот мир, иногда находит выход и вот в таких… причудах.

- Чтож ты так вылез-то неудачно, - пробормотал я, поднимая меч одного из покойников с земли. В ответ жирный шагнул ко мне, отчего несколько пузырей на нём лопнули и оттуда полилась зеленоватая жидкость, воняющая как… как пиздец, описать иначе сложно. Я ща вообще блевану от запаха.

Но куда больше меня напугал охуительный стояк у него. Там блять длина с локоть. Огромный, грязный, чем-то слегка изъеденный и покрытый язвами с какими-то гнойными выделениями.

Фу нахуй! Как я есть-то теперь буду, дерьмоед ебаный!? Я уже не говорю, что это мне будет сниться в самых страшных кошмарах.

- Ты блять, знаешь, что сука я антигерой?! – рявкнул я на… это. Тварь на мгновение даже остановилась, словно бы удивилась. – Ходишь тут блять с… этим… Пиздец… Вали нахуй, пока не убил!

Почему я его прогоняю? Ну мне… как-то… не очень хочется с таким сражаться, если честно. Подходить не хочется. Как представлю, что такой вот прыщ лопнет и его содержимое попадёт на меня, так пробирает до костей.

Немного подумав явно прогнившим мозгом, тварь неожиданно заревела. Заревела оглушительно, брызжа слюной и хуй знает чем ещё. Я едва отпрыгнул от этого дождя подальше, после чего, немного подумав…

Нет, не выстрелил, патронов жалко, ведь мало ли кто ещё встретится, верно? Я метнул в жирного пидора меч. И попал ровно в голову. Меч с хрустом и чавкающим звуком вошёл тому в черепушку, но… это не убило гниющего супостата.

Видимо, мозгов у него не было.

Зато в ответ он бросился ко мне. Довольно резво для своего тела, однако всё равно медленно: вразвалочку, волоча своё пузо по земле.

Окей… а как тебе такое?

Я начал хватать мечи и метать в урода, отступая назад по этому кладбищу. И целился я не куда-то, а в пузо этой жирной скотины, которое так и просилось лопнуть.

И где-то с десятого попадания оно лопнуло. Со звуком рвущейся бумаги кожа начала наконец расходиться, вываливая вонючие, огромные, влажные и блестящие на солнце кишки на землю. Они цеплялись за всё подряд, волочась по земле и облипнув грязной землёй и травой. Едва пройдя несколько шагов, сама тварь запуталась в них и упала, с обидой посмотрев на меня, типа «эй, так нечестно!» и взревев.

- Ага-ага, я тебя предупреждал, падальщик, - усмехнулся я, подбирая полекс. Это такая алебарда, ну у неё с обратной стороны от топора ещё молоток есть, чтоб жизнь веселее была. – Иди сюда, я тебя сейчас наказывать буду.

Аккуратно, на всякий случай не приближаясь со стороны головы, я подошёл к нему и начал методично рубить и дробить жирного покойника, разделывая его на куски. Сначала ноги, потом руки, под конец голову.

Но даже без головы засранец умудрялся ещё дёргаться, пока я ему грудную клетку не расхерачил. Тяжёлыми, размашистыми ударами сначала топора, потом уже и молотка, я разъебашил ему всю грудь, обнажив рёбра, после чего принялся проламываться через них, пока не достиг органов.

Поэтому немного помесив их и дождавшись, пока этот жиробас успокоится, я отбросил полекс в сторону и вытер лоб рукой. Я убил на этого урода, наверное, полчаса.

Глава 381

Солнце уже было в зените и жарило довольно сильно, когда я нашёл одного из предполагаемых главнокомандующих. А учитывая, где я нахожусь, аромат был соответствующим и радовал ещё больше, чем потная после боя одежда.

Единственное, что меня радовало в этой ситуации, так это то, что главнокомандующий был не наш. Ни пистолета, ни мешочка с порохом, ничего такого, что обычно выдавалось нашим более-менее доверенным лицам, которые возглавляли наши части, я не нашёл. Да и меч его явно отличался от тех, которыми вооружались как солдаты Фракции Ночи, так и наши наёмники.

- Ничего, если я пороюсь у тебя в вещах, а? – спросил я у вонючего, раздувшегося трупа. Когда-то это был довольно полнощёкий с густыми усами мужик лет пятидесяти. Теперь же это был бурый пузырь с усами.

Неприятно, конечно, обшаривать того, кого уже облюбовали личинки, но ничего не поделаешь. Пришлось ещё и броню с него снять, что вообще освободило аромат, который скопился под ней.

Ух! Вот это душок. У меня даже глаза заслезились. Хотя это несравнимо с тем, что его одежды под бронёй были слегка влажными, и мне пришлось в них порыться. Руки потом ещё несколько часов воняли, пока я их потом в ручье не отмыл, натирая песком и травой чуть ли не до крови.

Однако всё же усилия были вознаграждены.

Амулет и письмо.

- Это знак твоего графства, да? – спросил я труп, покрутив амулет в руках.

Знакомый знак… Это… где-то я его видел… А, ладно, потом, иначе я тут задохнусь, пока вспоминать буду. Что там с письмом?

А оно было вообще небогатым.

«Двигайтесь на северо-запад, к реке Кунис и займите позицию у восточной стороны переправочного волчьего моста».

Кунис… Кунис-Кунис-Кунис… Чот знакомое…

Мне потребовалось, наверное, минуты три или четыре, чтоб вспомнить, где эта река протекает и как вообще она выглядит. Всё это время я бодро шагал с поля брани в ближайший лесок, чтоб укрыться от солнца.

Кунис… Это… Да, это река, которая потом впадает в речку, что протекает около нашего поместья. Она идёт вообще с севера, с территории Фракции Дня, после чего переходит на нашу территорию. В принципе, если идти по её берегу вниз по течению, то рано или поздно я дойду до нашей реки, а потом и до своего дома. Но это лишний гемор, пробираться через лес туда. Куда проще сейчас понять, где я нахожусь, прийти в город и телепортироваться, если телепорт работает ещё.

Я примерно прикинул направление, откуда могло припереться это войско. Хотя можно было и не прикидывать, там, где они прошли, остались характерные следы прошедшего табуна. Так… следовательно они шли…

Я повернулся в сторону, куда они должны были двигаться. Там значит и стоит волчий мост на другую сторону Куниса. И где-то там должны быть мои войска…

Мой внутренний GPS-навигатор только что получил новое направление.


Есть в войне одна очень отвратная сторона. Это то, что воевать будут две страны, а пизды прохватит всё равно обычный люд. Так всегда было, есть и будет. Только потом, в более-менее цивильное время, когда начнут кое-как соблюдаться законы войны, им станет может немного полегче. А может и не станет. Но этому миру и до таких времён ещё ой как далеко.

С момента, когда я посетил общественное кладбище, прошло уже несколько дней. И свидетельство того, что началась та часть войны, когда каждая из сторон начала говнить другой, убивая ни в чём неповинных жителей, я почувствовал ещё задолго до того, как увидел его.

Запах гари в лесу редко значил что-то кроме пожара. А в наше время пожар чаще всего мог быть только по одной причине – нападение и обескровливание.

Найти по запаху деревню не составило труда.

Но даже дойти до неё не успел, как уже встретил её жителей.

Двух.

Маленьких.

Девчонка лет шестнадцати, когда уже можно, и братик, ещё молокосос, который-то и ногами не мог нормально шевелить, постоянно спотыкаясь. Я услышал их первее, чем увидел, достав сразу и револьвер, и меч. Мало ли кто там выскочит, верно? Однако увиденное меня разочаровало.

- Дети… - вздохнул я, после чего двинулся им навстречу.

Они не сразу заметили меня, убегая от своих преследователей, и едва не врезались, слишком увлёкшись побегом. Заметили меня, когда нас разделяло уже меньше десяти метров, и остановились, словно на невидимую стену налетели, выпучив глаза и со страхом смотря на меня. При этом старшая покрепче прижала к себе мелкого, словно стремясь его сделать частью себя, и повернулась слегка боком, словно так стараясь его защитить.

- Это от кого вы убегаете? - поинтересовался я, подойдя ближе.

Девушка отступила на шаг, едва не споткнувшись об корень. Она была… не человеком. Это точно не человек, зрачок вертикальный. К тому же она слишком в лице худа, да и уши торчат в разные стороны, формой смахивающий на эльфийские.

- Эй? – я спрятал револьвер и щёлкнул перед ней пальцами. – От кого убегаешь, красавица?

То ли из-за того, что её назвали красавицей, то ли до неё дошло, что пока её убивать не собираются, но она наконец смогла выдавить из себя слова, складывая их с трудом в предложения. А на глазах у неё выступили слёзы.

- Т-там… - она указала свободной рукой назад. – Нашу… нашу деревню, на неё напали солдаты… Мы… мы убегаем. Надо убегать, пока солдаты…

- Умолкни, я понял, - вытянул я перед собой ладонь, останавливая её. – Много солдат?

- Много! Очень много! Нам надо бежать!

Значит мало. В тыл противника много солдат не заведёшь, а я очень сомневаюсь, что мы уже проиграли.

Девушка ринулась дальше в лес, однако она меня умудрилась удивить. Она схватила меня за руку, словно желая и меня тоже увести подальше в лес. Какая заботливая девушка.

Однако я даже с места не тронулся из-за чего буквально дёрнул её обратно. Она едва не упала и удивлённо с испугом посмотрела на меня.

- Нам надо бежать!

- Не надо, - усмехнулся я и повернулся на шум.

С противоположной стороны к нам из кустов буквально вывалились солдаты-разорители.

И тут я понял, что это пиздец. Я не мог сказать ни слова, понимая, что мне предстоит. Никогда я ещё так не ошибался. Это были… ЭТО БЫЛИ ЖЕ…

Да шучу, лохи это были. Отряд лохов, которые даже выйти из кустов не могут эпично.

Серьёзно, какие-то сраные неудачники, которые стали ещё неудачливие, выйдя к нам. К тому же так себе солдаты. Как я это понял? Ну чем ценнее солдат, тем лучше на нём броня, чтоб защитить его жизнь. Ведь солдат иногда стоит дороже экипировки, ведь это обучение, питание и так далее. Их не выплавишь за месяц или год в отличие от брони.

На этих же был шлем без забрала и нагрудник. Остальное или было в кожаной броне или вообще ничем не было защищено, не считая обычной одежды.

- Это солдаты, - едва ли не взвизгнула девушка и попыталась убежать, но я её вновь удержал.

- Это? Солдаты? Прости, спутал с ущербами. Давай лучше убьём их?

- Убьём? – кажется в это мгновение она от удивления даже про страх забыла.

- Ну да, лохи какие-то же, - показал я на них рукой. Те даже остановились, увидев слегка нетипичное поведение жертв. - На, подержи вещи, ща добрый дядя всех раскидает.

Да-да, я знатно выёбываюсь! Ну а чо? Я же словно раскачанный чел в песочнице! Право имею, ведь ради своей силы я так долго тренировался и страдал. А теперь могу пожинать результат своих стараний и повыёбываться, теша своё самомнение и раскидывая лохов. Должна же быть от этого хоть какая-то отдача.

- Пошла жара, - улыбнулся я, идя им на встречу.

Что может представлять из себя парень с мечом в простой одежде? Ничего.

По их мнению. Значит время обучать их новому!

Первый бросился на меня, замахиваясь мечом так, словно хотел закинуть его на дерево. Шаг, второй, и тут я резко дёргаюсь вперёд, отрубая ему руку, буквально пролетая мимо, после чего быстрый круговой разворот юлой с вытянутым мечом, и его голова улетает следом за рукой.

Ещё двое смотрят на меня немного охуевшими глазами, но я не даю им времени опомниться – уже лечу на всех парах к одному из засранцев. Один только замахивается, но я уже с разбега в прыжке втыкаю ему в череп меч. Просто выдёргиваю, практически разорвав ему черепушку, после чего два шага, оказываюсь около третьего. Он пытается меня проткнуть, но я легко ухожу в сторону и втыкаю ему меч прямо в сердце.

Like a boss!

Мои аплодисменты мне, великому! Хотя теперь я знаю, что чувствуют герои, дерясь с другими. Это довольно весело. Невесело, когда противников, пусть даже и слабых, много и они действуют сообща.

Но хватит выёбываться! Долг зовёт спасать селян и деревню, что принадлежит моей стороне! И кто там блять потом заикнётся про добро?

- Готово, веди, где там у тебя деревня, - вернулся я к девушке с ребёнком.

- Но… там их больше, - испуганно пролепетала она, прижав братца к себе. – Там их человек тридцать.

- Всего лишь? А селян сколько? Взрослых, я имею в виду.

- Сорок. Примерно.

Блин, так это довольно крупное поселение! Сейчас бы сказать, что они бы могли дать отпор солдатам, но… Но это бред, тут и дебилу ясно. Даже просто разница стат сыграет свою роль.

Я засунул руку в карман и пересчитал патроны. Так… их должно было хватить на всех, даже учитывая неожиданности, но чот я сомневаюсь, что отстреляю их полностью.

- Всё, давай, веди, сейчас мы посмотрим, что там за перцы вас обижают.

- Но…

- Веди давай. Не тебя же отправляю воевать.

Здесь слишком тесно для двух зол. Пора щенкам показать, кто здесь хозяин.

Ну как, пафосно сказал, а? Только, наверное, слишком пафосно. Ну да плевать.

Девушка явно нехотя повела меня обратно. Пусть я мог и сам найти дорогу туда, но заботился в первую очередь о дуре. Ведь убежит и помрёт где-нибудь. А тут сейчас всё зачистим и норм, будет продолжать жить здесь. В конечном итоге, мне человеческое не чуждо и мне тоже жаль людей. Особенно, когда их вот так убивают, и они не могут дать отпор.

Зато могу дать отпор я.

Она вывела меня буквально через несколько минут к деревне, где до сих пор слышались крики, в основном женские. Какие именно, было понятно просто по одному взгляду перед собой, буквально здесь какой-то хуй насиловал… какую-то маленькую девчонку. И рядом же ещё трое: один стоит с мечом, охраняя товарищей, один насилует женщину и ещё один, повернувшись ко мне спиной, держит её за руки. Как я понял, вторая была матерью, которая кричала и тянула к дочке руки.

И ведь на моей территории! Насилуют! Так ещё и без меня! Вообще охуели, уёбки? За такое не прощают.

- На, подержи, - кинул я сумку девушке и двинулся к насильникам.

Практически сходу, поудобнее перехватив меч, я, словно копьё, запустил его в стоящего с оружием на изготовку чувака. Пустил метко – меч попал ему в шею и вошёл по самую гарду.

Не успели другие очнуться и понять, что происходит, как я уже добегаю до засранцев. Тот, что держал женщину за руки, был повёрнут ко мне спиной, потому я просто схватил его руками за голову, и помог гаду обернуться ко мне. Кажется, ему не понравилось. Второй тоже ничего особо не успел сказать, вскакивая и даже не пытаясь натянуть штаны - руки тянулись к мечу. Но тоже слишком поздно, я со всей своей богатырской силы ударил ему ботинком прямо в лицо, буквально проломив лицевую кость и загнав ботинок ему в мозг.

Подобрал его меч, размахнулся и бросил в того, кто насиловал мелкую. Тот уже и встать успел, однако от копья-меча увернуться не смог. Слабак.

- Это было очень просто… - пробормотал я, вытащив меч из покойника.

Женщина же, рыдая, кажется, громче, чем изнасилованная дочь, обнимала и осматривала подпорченное чадо, вообще ни на что не обращая внимания. Пришлось дать ей пощёчину, чтоб обратить на себя внимания.

- Пиздуй в лес. И жди, пока я не вернусь, - членораздельно произнёс я. – И заткнись, чтоб тебя с дочерью слышно не было, иначе я заставлю замолчать вас иначе.

Никакой ненависти, просто она настолько не в себе, что боюсь, только страхом сейчас и можно воздействовать на её сознание. Сам же я пошёл зачищать деревню от диверсантов.

Первым делом прогулялся по окраинам и вырезал тех, кто стоял на страже, в сумме восемь человек: по два с каждого угла. Судя по всему, сороковые, что в принципе не удивительно. Сороковые как раз-таки и являются костяком всех армий. Семидесятых и выше едва ли не меньше десяти процентов вроде, при этом они раскиданы довольно неравномерно везде.

Очистив окраину, я взглянул на деревню, где бесновались солдаты – насиловали, вешали, избивали, убивали… расчленяли. Ну да, они же не люди, твари, нечисть, животные и так далее, значит к ним законы человеческие не относятся. Расисты ебаные…

Я вновь двинулся к деревне, спокойно прогуливаясь между домами. Вот мужик насиловал какую-то орчиху. По крайней мере она очень похожа на орчиху, клыки нижние торчат, уши заострённые, да и кожа зеленоватая, хотя и не чистокровная явно. Как бы то ни было, я просто подошёл к мужику сзади и сломал ему шею. Мой уровень был выше его почти в два раза (двух лвлов не хватало), так что это не было для меня проблемой.

Обернувшейся орчихе, что потеряла контакт и решила проверить, что с насильником, я закрыл рот рукой.

- Молчи, стой тут и не двигайся, ты понимаешь меня? – спросил я тихо, но настойчиво. Та быстро-быстро закивала. – Вот и отлично. И ни звука, пока я вас тут спасаю.

Я специально сказал «спасаю», чтоб сразу показать ей, на чьей я стороне.

Двинулся дальше, заглядывая в окна: где-то лежат трупы, чаще всего мужчин, пореже детей и женщин. Иногда в домах я видел уже знакомую картину насилия над половой неприкосновенностью, причём возраст там был иногда куда меньше десяти лет. Ну а чо, не люди же, верно? Значит на них это не распространяется, значит с ними можно.

Поэтому я аккуратно прокрадывался в дома, где помогал говнюкам осознать, какую же ошибку они допустили, когда это делали. Не всё и не всегда проходило гладко; некоторые брыкались и пытались дать мне отпор. Некоторые даже умудрялись убить своих жертв до того, как я до них добирался. Однако в конечном итоге они сдохли.

И после таких вот походов осталось их всего восемь. Причём двое из этих восьми явно не выглядели как простые солдаты. Но кого это волнует?

Ещё двоих я убил, выйдя на площадь, просто быстрыми движениями срубив обоим головы, после чего схватился за револьвер. Те, кто меня заметил, так и не успели ничего сделать – шесть выстрелов, причём прицельных, и пятеро легли мёртвыми. Некоторые прямо на жертв, над которыми они буквально недавно измывались.

Шестого же я решил придержать. У меня было несколько вопросов к нему, и на них кто-то должен был ответить.

К его несчастью.

Я обвёл взглядом площадь, которая буквально умолкла и замерла в ожидании продолжения. Люди видимо ждали, пока я покажу свою принадлежность – за них я или нет. Ведь, по сути, я человек, а по делу вроде и свой. Говорю же, все проблемы от расистов. Пидоры блять, пиздец просто.

Ладно, чего уж там…

- Ну чо сидите? – громко спросил я перепуганных и перенасилованных женщин, детей и нескольких мужиков. Нет, они не были изнасилованными, но утверждать всё равно не берусь. – Вы освобождены. Можете заниматься и дальше своими делами.

- Но… - начала неуверенно одна. – На нас напали.

- Да, я заметил. Но теперь все они мертвы. Ну кроме ОДНОГО! – я метнул меч в пытающегося уползти засранца. Броню не пробил, но немного подкосил, а уже через пару секунд я поставил на него ногу, не давая подняться. – Так что налаживайте свою жизнь и так далее, а я буду разбираться с этим уродом.

- Но вам легко говорить! Они убили наших мужей! – тут же встрепенулась одна из женщин, прижимая к себе ребёнка. В её голосе звучали обвинительные нотки.

- Ну я могу и вас убить, если вы настаиваете, - пожал я плечами. – Хотя я бы воздержался от подобного, так как жопу рвал, спасая вас не для того, чтоб потом грохнуть.

- Но…

- Но что? Да я понимаю, тут такой пиздец произошёл, что вы в полнейшем шоке и не понимаете, что делать, но жить-то дальше надо, верно?

Часть семьдесят четвёртая. Разрушенные предрасудки.

Глава 382

Жить дальше надо.

Это прямо девиз. Только вот сказать это куда легче, чем сделать. Особенно когда люди, которых только что били и ебали, пребывают в таком шоке, что готовы сделать врагом даже тех, кто спас… частично спас их задницы.

Я не стану обвинять этих людей в подобном, так как они действительно пережили страшное, если соотносить с тем, как они до этого жили. Обычные селяне, живущие своей спокойной жизнью. Поэтому надо было бы успокоить их, но чую, что ох как непросто это будет. Особенно, когда бочка злобы катится уже на меня.

- Почему вы не спасли нас, когда моя дочь была жива?!

- Вам легко говорить! Не вам дальше жить с этим!

- Вы виноваты в том, что они напали на нас! Будь вы расторопнее, многие могли бы выжить!

Одиночные голоса постепенно сливались в один громкий бабский хор. Именно бабский, так как мужиков тут в принципе и не осталось. Они сначала по одной, но потом, присоединяясь друг другу, едва ли не перебивая, начинали сначала причитать, потом говорить, затем возмущаться и уже под конец кричать на меня.

Нашли виноватого. Нашли, на кого излить всю свою боль. Но и мне не привыкать, так что я даже не в обиде на них. Не всем быть сильными, не все имеют возможность пережить такую боль, не излив на других и сохранив в себе.

Они исходились на говно, крича, что теперь чуть ли не я виноват в том, что произошло. Ну а я…

А я выстрелил в воздух, заставив всех замолчать.

Грохот, как от грома, ещё несколько секунд расходился эхом, пугая птиц, которые явно не привыкли к такому звуку, после чего огляделся.

- Вы действительно считаете, что я виноват? – громко спросил я. – Вы действительно хотите сказать мне сейчас, что мёртвыми быть лучше, чем пусть и такими, но живыми? Потому что в противном случае, если вам жизнь в тягость, я могу прямо сейчас отобрать её. У вас, у ваших детей, у всех, кто выжил. Вы действительно хотите этого?

Молчат. Испугались, прижимая к себе детей поплотнее, словно боясь, что я брошусь у них отбирать чад.

- Вы говорите, что я виноват, не пришёл раньше. Но я рисковал жизнью, хотя мог пройти мимо. И я ничего вам не должен. Вы точно уверены, что виноват я, когда на вас напали какие-то солдаты? Почему вы обвиняете в этом меня, а не их? Того, кто спас вас?

И опять же все молчат, испуганно поглядывая на меня. Те, кто встречались со мной взглядом, тут же отводили его, крепче обнимая своих близких, словно боясь за их жизнь.

- Я могу в любой момент убить вас, если вы этого хотите. Потому что с ваших слов получается, что именно это и было бы лучшим исходом. Вы хотите этого?

Тишина.

- ВЫ ХОТИТЕ ЭТОГО?! – уже куда громче спросил я. – МОЛЧАНИЕ — ЭТО ЗНАК СОГЛАСИЯ! ТАК СКАЖИТЕ МНЕ, ДА ИЛИ НЕТ!

Отовсюду стали разноситься тихие «нет, не хотим». Некоторые всхлипывали, некоторые вновь плакали, некоторые сидели вообще тихо, словно куда-то провалившись сознанием. Однако все выбрали жизнь, как это не странно, хотя несколько минут назад говорили так, словно жалели, что задержались на этом свете.

- Очень хорошо. Тогда вы, - я ткнул пальцем в группку женщин, среди которых затесались несколько мужчин. – Сейчас идите по всей деревне и домам и перетаскивайте трупы в центр площади. Солдат в одну сторону, жителей в другую. Сейчас же! Вы, - ткнул пальцем в более маленькую группу, - идёте и собираете всех выживших здесь на площади. Там на восточной окраине ещё есть выжившие. Надо будет понять, сколько выжило.

Я решил помочь. В конечном итоге теперь это мои люди, они живут на моей территории и значит я несу за них ответственность. И бросать их после случившегося будет верхом уебанства. Разбитые после шока они просто будут не в состоянии нормально организовать всё ещё долгое время.

Сами они неспособны понять, что надо делать сейчас, потому куда лучше будет сразу поставить их на рельсы, задать направление и сказать, что делать по пунктам. Задать план, по которому они просто смогут бездумно действовать, пока не придут в себя, а там уже дальше сами. Именно для этого и пишут инструкции при пожарах, чтоб растерявшиеся люди знали, что делать.

Женщины медленно засуетились. Я же перевернул солдата на спину. Тот пытался сопротивляться, но я прострелил ему второе колено, после чего сдёрнул шлем и отправил баиньки двумя ударами. При звуке выстрела все задвигались ещё активнее, словно скот какой-то при щелчке плети.

- Давайте быстрее! Скоро закат, надо управиться с этим делом до него! Давайте! – подгонял я их. Сейчас войдут в темп, займут мозги работой и им станет полегче. Многие здесь уже были бабами, поэтому пусть их и насиловали, но такое уж они точно смогут пережить. А вот детки… детки, это да, проблемка.

- Так, вы, - кивнул я на мамаш-орчих и каких-то старух, - найдите сейчас целый дом, большой. У вас здесь есть такой?

- Да… зал со...

- Да мне насрать. Всех детей туда перетащите, туда же матрацы, сегодня все они спят в куче. У вас есть целитель или знахарка?

- Я знахарка, - протянула вверх старуха иссохшую руку.

- С устройством женщин знакома? Дети как рождаются, как всё выглядит там, как подлечить и так далее?

- Да, да, да, - закивала она.

- Отлично, значит найди себе помощницу… Нет, двух помощниц, - это чтоб занять делом как можно больше народу и не дать им лишний раз уйти в свою тоску и апатию. - Бабы потерпят, а детей всех сейчас проверить. Лечить, компрессы, я не знаю, что вы тут делаете. Короче лечить.

- Да-да…

- Тогда пулей в ваш зал. Сейчас туда детей подгонят, будешь принимать.

Хотя я на сто процентов уверен, что там большинство, если не все, с разрывами.

- Отлично, так, вы, - кивнул я на мужиков, конкретно побитых. – Сейчас лопаты в руки и на кладбище, потребуются места. И ещё большую яму подальше нужно для солдат, чтоб животных не привлекали. Завтра ещё будет работа. Всё, идите.

- А почему ты командуешь?! У нас е…

Удар по ебальнику заткнул возмущающегося сразу. Несильный, нам нужны рабочие руки.

- Ещё раз кто раскроет свою пасть, я сначала выебу его черенком лопаты, а потом убью. Доходчиво изъясняюсь? – тихо, но отчётливо спросил я. Моя аура мне в помощь.

Все испуганно закивали, включая того, кто получил по ебалу. А то как заняться делом – молчат. А как начать возмущаться, так хлебом не корми. Люди, которые вечно недовольны, но нихуя не делают.

- Валите, - бросил я и подошёл к следующей группе. – Вы, сейчас обираете трупы. Снимаете с трупов броню, золото и остальные ценности. У вас есть тут какой-либо фонд или общий сбор на нужды деревни?

- Только… сбережения деревни, - неуверенно ответила довольно знатная женщина с большой грудью…

Так, стоп, это же арахна, да? Я чо-то в пылу сражения и гневной проповеди даже и не приметил её.

- Так, ну-ка встань, - махнул я ей рукой.

Та слегка испуганно поднялась на все свои лапки. Ну да, классическая арахна – две довольно мощные лапки прямо под туловищем спереди, восемь классических тонких, большое брюшко. Два глаза как у человека, и ещё по два над каждым на лбу, более маленькие. Ну и тело, естественно, по пояс человеческое. И сейчас на ней было одето платье, свисающее практически до земли и прикрывающее собой и брюшко тоже.

- Арахна… Не часто ваш род встретишь.

- Боюсь, что-с да-с, - осторожно ответила она, смотря на меня шестью глазами. И ведь непонятно, в какие смотреть.

- Мне казалось, что вы все на западе у гор, в графстве госпожи Элизи.

- Не все-с. Я-с осела здесь.

- Понятно… - я обернулся к мельтешащим людям. - И старосту ко мне! Где староста?!

- Я-с и есть староста, - напряжённо сказала арахна.

У вас чо, старасту по сиськам выбирают? Но надо сказать, это была приятная женщина зрелого возраста, в которой сохранилось и обаяние, и очарование. Многие ценители сказали бы сейчас: классная милфа. В принципе да, не считая особенностей строения, она выглядела как очень обворожительная зрелая женщина в самом соку, которую и трахнуть хочется, и страшно тоже. Прям как Клирия…

Блеать, меня аж передёрнуло слегка.

- Ясно-понятно. Всё золото, всё такое драгоценное собираешь в общак, поняла? Доспехи… тоже в принципе. Их продать можно, если что, или переплавить на гвозди на крайняк. Так… ещё… ещё-ещё-ещё… Вы, - кивнул я на женщин около арахны. Там даже родственницы Анчутки были, ну из его расы, я имею в виду. – Готовьте есть. Причём на всех. Детей кормите в последнюю очередь.

- Но это же де… - начала было одна.

- И чо? – перебил я женщину. – А работать они будут? Таскать трупы, чинить дома и так далее? Кормить в последнюю очередь, ещё раз говорю.

Выживание, оно такое – жестокое и беспощадное. Хочешь, чтоб человек выжил, придётся ему пострадать немного. Ну это я про детей, если что.

Работа закипела, люди замельтешили, ну и я помогал, естественно. В любом случае, уже близился вечер и мне надо было где-то встать на ночлег. А учитывая то, что тут есть деревня, которой долг требует помочь, идея остановиться именно здесь была очень даже ничего.

А завтра уже двину в путь дальше. И кстати…

- У вас есть здесь гонцы или ещё кто? – спросил я. – Передать инфу надо.

- Письмо? Я-с могу только сказать, что-с раньше мы-с передавали с тем-с, кто-с идёт в другую деревню, с налоговыми сборщиками и торговцами. Сейчас же-с… не знаю, - ответила арахна.

Её шипящий голос действовал на меня слишком умиротворяюще. Есть те, у кого диалект буквально заставляет уши сворачиваться – рваный, гавкающий, или ещё какой-нибудь. А есть очень даже приятный – более гортанный, гулко рычащий или вот как этот, шипящий.

- Понятно… Плохо, что могу сказать.

- Вы-с останетесь у нас-с?

- На сегодня если только, - пожал я плечами. – Мне надо переночевать.

- Я-с поняла вас-с. Я найду вам-с место.

Я с подозрением покосился на неё.

- С чего вдруг такое дружелюбие?

Арахна же, осторожно наклонилась (учитывая её рост из-за лапок паука, я даже в прыжке до её лица не достану банально) к моему уху и тихо прошипела.

- Мой-с господин. Я-с знаю, кто-с вы-с. Наш-с род знает тех-с, кто-с добр к ним-с. Знает своих-с покровителей. Мне-с жаль, что-с мы-с так грубо вас-с встретили, но мне-с радостно, что-с вы-с помогли нам-с. Я-с благодарю вас-с. Я-с бы склонила колени, но… вы-с кажется не хотите публичности.

- Нет, спасибо, что держишь мою личность в секрете… А как тебя звать?

- Я-с Приалишшинь, - сделала она несколько шагов назад и кивнула мне головой вместо поклона. – Я-с наслышана о вас-с.

- Надеюсь, что только о хорошем. Так, ладно, я помогу с могилами пока, девчата перетаскивают трупы. А ты бы не могла… запаковать товарища? – кивнул я на воина.

- Да-с, слушаюсь.

И паучиха довольно жутко вытянулась вверх на трёх лапках, став куда выше, после чего выпятила вперёд конец брюшка, где пыли паутинные железы. Затем подхватила тело передней парой длинных и кроткими мощными лапками спереди, после чего начала его крутить, буквально опутывая паутиной, которая тянулась из брюшка словно из веретена.

Пиздец… Мне было реально страшно, почему я поспешил побыстрее ретироваться оттуда.

Уже под вечер я вновь встретился с ней, когда люд закончил основные дела, которые просил сделать и сел ужинать. К этому моменту я успел знатно накопать могил, после чего ещё потом помогал и с большой ямой для трупов. Хорошо быть сильным. А как пришёл, с общей кучей довольно тихой сел есть. Во время ужина некоторые начинали всхлипывать, явно вспоминая тех, кто не смог к ним присоединиться, но меня это вообще никак не трогало. Мой долг был исполнен.

- Так, а где пленник? – спросил я, отложив тарелку.

- Он-с в моей-с избе, - прошипела Приалишшинь. – Лежит спокойненько под кроватью.

- Ясно. Кстати, а вы людей не едите?

- Если только голодное время. Однако у нас-с, арахн, рацион неотличен от людей. Всё то же-с самое едим.

- Понятно… Слушай, а можно личный вопрос?

- Да-с, конечно, - кивнула она. – Любой вопрос.

- А… - я перешёл на шёпот, - как вы спариваетесь?

- Простите? – не поняла арахна.

- Ну… дело в том, что у меня же тоже арахны живут, хотя одеваются куда более открыто, чем ты. Но… у них как бы ниже пояса ничего не прикрыто и… как бы сказать, чтоб не смутить тебя… у них ничего не видно.

Но Приалишшинь уже была смущена. Хоть и выглядела взрослой женщиной, но стала красной как рак.

- Это-с… я-с… ну-с… чуть позже могу ли я-с ответить? – очень смущённо спросила она. – Боюсь, такой-с вопрос долго разъяснять.

- Да окей, - пожал я плечами. – Без проблем.

После всеобщего ужина я ещё раздал указаний, чтоб жители не скучали, и приказал их исполнять вплоть до заката, когда сам же пошёл поговорить с нашим новым другом. А то ему наверняка скучно без меня.

Как и сказала Приалишшинь, мужик лежал у неё под кроватью. Весь перемотанный паутиной и с паутиной же во рту, чтоб не кричал. Он был действительно похож на огромное веретено. Или на добротный косяк для великана или наркоманского куста.

Кое-как вытащив из его рта паутину, я тут же услышал.

- Слава Фракции Дня! – это скорее был испуганный писк, чем гордый выкрик. – Слава королю!

- Да-да, - кивнул я и завёл старую шарманку. – А теперь слушай сюда. У тебя два выбора – или по-хорошему, или по-плохому. Ты в любом случае умрёшь, но по если по-хорошему, то умрёшь быстро и безболезненно. По-плохому – я буду тебя пытать и…

- По-хорошему! – тут же выпалил чувак.

- Не, ты просто послу… Стой, погоди, что? – удивился я.

- По-хорошему! Какая разница, если ты меня всё равно под конец убьёшь, и я всё выдам после суток пыток?

Бля, это первый адекватный чувак, которого я встретил в этом мире! Нет, я серьёзно! Это первый на моём пути человек (по крайней мере на памяти), который сразу понял, к чему всё идёт и сделал верный вывод. Блин, мне он уже нравится! Просто сколько людям не объясняю, они выбирают всегда плохой исход, а этот прямо заставил меня порадоваться. Меньше головняка будет!

- Очень хорошо, - потёр я ладоши. – Так сколько вас таких здесь? Где, кто, как, зачем и так далее. Можешь начинать. Расскажешь всё честно, а я сразу пойму, что ты рассказал честно, дам тебе выпить напоследок.

Я не мог точно знать, рассказывает ли он мне правду или же пиздит по чёрной. Однако многая информация явно пересекалась уже с той, что я знал. Не сказать, что что-то суперсекретное: чувак не был кем-то главным, потому мало знал о чём-то глобальном. Однако по мелочам, которые дополняли общую картину, он всё же рассказал мне. Например, что были и другие группы, которые нападали на такие деревни, специально сея смуту, что били по отдалённым, что идут с границы и тут же возвращаются, сжигая всё дотла и так далее.

Короче, классическая стратегия пакостничества, которая даже не выматывает врага, а скорее раздражает и бесит. Типа зуда на жопе.

Это был вроде как первый налёт их банды, однако сказать, сколько их всего и сколько сделали другие, он не смог. Каждая группа делилась на тридцать человек, где был один или два семидесятых.

Но что меня больше удивило, они не были скрытниками. Как объяснил мне мой новый и недолгий друг, это были простые нападения. Скрытники занимаются более… деликатной работой. Какой именно, он не знал.

Я ещё немного порасспрашивал его, после чего дал ему обещанный стакан какого-то алкоголя. По идее, за такое ему бы на костре гореть или в темнице от пыток дохнуть, но я был не сильно за подобный подход, если он не приносит мне удовольствия. А ещё я держал слово, даже таким моральным уродам, которые убивают и насилуют детей.

Поэтому отошёл наш друг в мир иной довольно быстро от удара в голову.

Наверное, даже безболезненно, хотя точно заслуживал куда более медленного отхода.

Когда я выволок его на улицу, там меня уже ждала Приалишшинь. Скромно стоя в своём платье, она спокойно поглядывала на труп, который я вытащил на улицу.

- Расплетёшь его и ещё раз обыщешь, хорошо? Всё нужное, даже если это резинки от трусов, снимайте. Теперь не время привередничать даже одеждой с покойников, если она в хорошем состоянии.

- Я-с понимаю, господин, - кивнула арахна, возвышаясь надо мной. Реально огромная. А это при том, что у неё лапки у… коленях? Да, наверное это можно назвать коленками. Так вот, учитывая то, что у неё лапки в коленках согнуты. Если она вообще вытянется, я могу и не достать даже до груди. – И… от вас-с пахнет… смертью.

- Трупный запах? - сходу догадался я, принюхавшись к одежде. Вестимо, что я ничего не почувствовал. Принюхался уже.

- Да-с.

- Это с поля боя в нескольких днях пути от вас, - кивнул я головой в сторону, откуда пришёл. – Там была бойня, но наши их остановили вам на счастье.

- Это-с хорошая новость, - кивнула она. – Но как бы то ни было, я-с могу предложить вам-с помыться. И постирать одежду. Потому что-с… прошу прощения.

- Я понял, от меня воняет разложением.

Теперь-то понятно, чо все бабы от меня так отсаживались, поглядывая странным взглядом.

Ну чо, бывает.

Глава 383

Это точно была баня.

Даже если не баня, то нечто похожее. Только порядок прохода через неё отличался, как мне кажется. Ты сначала мылся, а потом уже отмокал. То есть ты мылся в такой бочке, натирался, отмывался, а потом сидел в душной деревянной комнате, где пахло травами и смолой, воздух был наполнен влагой практически на сто процентов, а температура была как в печи.

Короче – это баня. Только мне казалось, что сначала в ней отмокают, а потом моются, а не наоборот, но да ладно. Хотя я не знаю, как правильно в бане мыться, так что не факт, что в такой последовательности.

Так что я, расслабленный, просто пристроился на одну из лавок-ступенек раскинув руки и закрыл глаза.

Блаженство, хотя ненавижу жару и духоту. Тогда в чём блаженство? А хуй знает. Блаженство…

Меня так расслабило, что я даже немного поплыл. Сомневаюсь, что смогу в скором времени ещё так расслабиться, потому надо отдохнуть сейчас. Я пообещал себе пробежаться по всем деревушкам, что стоят по пути и по возможности зачистить их. Или защитить. Отсюда же или может из следующего населённого пункта отправлю гонца, что всё хорошо.

Конечно, девчата знают, что со мной всё хорошо, однако у Клирии я в списке не был. Забавно, да? Я так и не добавил её в четвёртый столбик с того момента. Потому понять, жив я или нет, она может лишь через других девушек, что имеют со мной связь.

Потому письмецо будет на пользу, даже задам вопрос, как там Клирия и её здоровье. Знаю, что это может дать проблем, однако это точно успокоит её и повысит настроение, из-за чего она сможет нормально работать.

А пока…

Я полной грудью вдохнул влажный воздух, пропитанный травами и запахом дерева, и поплыл окончательно. Настолько, что провалился в дрёму и мир перестал для меня существовать.

Я бы пропустил кого угодно, даже гремящего латами солдата, но вряд ли где-то здесь завалялся один из них. Вроде всех перебил.

А вот девушки таки затесались.

Девушка.

Женщина.

Короче, я профукал момент, когда мог всё завернуть. Или наоборот, выиграл билет на радость себе.

Как бы то ни было, стук чего-то острого по доскам заставил меня лениво приоткрыть глаз и…

- БЛЯТЬ!

Я аж полетел на последнюю ступеньку и уебался об потолок.

Паучиха же испуганно застукала лапками назад, и упёрлась брюшком в стену. Да так, что брюшко аж на этой стене слегка приподнялось вверх, показывая рисунок, что был у неё на спине: такой бледно-зелёный круг с чертой внутри. Руки прижала к груди и слишком напуганным взглядом смотрела на меня.

- Я-с… Я-с… - она явно не могла с испуга подобрать слова, а вот я…

А я кажется с испугу…

Нет, не обосрался и не пёрнул, выпустил свою угнетающую ауру, которая видимо и пугала сейчас её. В итоге я был антигероем, убийцей тысяч для них. И моя аура типа лишний раз подтверждала это, что я по-настоящему монстр, как и они, если не хуже.

- Прости, Приалишшинь. Я слегка задремал тут… Слишком уж незбогойно было в последнее время.

Ну да, пытаюсь оправдать свой косяк.

- Нет-нет, - покачала она головой. – Я-с прошу прощения у вас-с, господин антигерой. Вы-с так много делаете, что-с никто-с кроме вас-с не заслуживает отдыха больше. Я-с сожалею, что-с напугала вас-с.

И она преклонила колени. Вернее, на задних она стояла, а вот передние полностью согнула, буквально ложась на пол брюшком, и склонившись так низко, что теперь была буквально мне по пояс.

- Нет, всё в порядке. Вставай. Надо было догадаться, что это ты идёшь, - особенно учитывая размеры входа в эту баню, да и размеры самой бани. – Ты мыться? Я могу уйти.

- Ну-с… вы-с хотели узнать, как берутся дети у арахн, так как в отличие от человеческих и животных у нас-с ничего не видно.

- Эм… да, - немного смутившись, ответил я, понимая, как она решила объяснить мне.

Арахна сбросила с себя полотенце, которым плотно обмоталась, после чего на свет вывалились огромные сиськи. Просто огромнейшие, едва ли не мешки, сиськи, с большими сосками. Размером они могли посоревноваться спокойно с грудью Мамонты. Только если у той они как бы были более стоячие, мягкие жирные шары, подвешенные выше, то здесь наоборот, просто висели как мешки с большими сосками. Не гипертрофированные, а такие добротные сиськи-снаряды, свисающие вниз. Все сиськи прекрасны, и все я люблю, даже Клирии. А такие огромнейшие и висячие… одним словом - круто.

Правда руками я прикрыл естественную реакцию на это.

А Приалишшинь тем временем встала на две задние пары лапок так, чтоб мне было видно её брюшко с нижней стороны и стыдлив отвернула голову, после чего…

Эм…

Вау…

Э-э-э…

Моя богатая реакция обусловлена тем, что я увидел. А увидел я, как… Наверное, надо объяснить, как выглядит арахна.

Она состоит из брюшка – большой задней части, как у пауков, и корпуса - тоже паучьей части, к которой крепятся как паучьи лапки, так и туловище человека. Так вот, на самом брюшке с нижней части, чуть ниже места, где оно крепится к корпусу, были две такие… штуки. Я бы сравнил их со шторками из хитина или чего-то подобного, отдалённо напоминая крылья тех же тараканов, что прикрывают им спину. И разглядеть их было довольно сложно, отчего я, естественно, их раньше и не замечал. Только когда она встала на задние лапки, и я смог разглядеть нижнюю часть брюшка, они стали хоть немного заметны.

- И вот, господин… - сказала она, всё так же мило отворачиваясь.

- Знаешь, мне прямо так подробно не надо показывать. Можно просто и рассказать было.

А внутри всё кричало: ПОКАЖИ!!! ПОКАЖИ ЖЕ, ЧО ТАМ!!!

- Ну… вы-с же сказали, что хотите знать? А как я-с могу объяснить? Если только нарисовать, но я-с рисовать не умею.

- А… ты же мне ничего не показываешь кроме груди, - заметил я. – Чего тогда стесняешься?

- Ну так… - И эти «шторки» разъехались в стороны, открывая красоту под ними. – Вот…

Вот, это, как я понимаю, её сокровенное место. Я даже сполз вниз с верхней ступеньки, чтоб нормально разглядеть их.

Если в двух словах, то там, на нижней части брюшка был такой разъём… отверстие… Короче там была её детородная часть. И выглядело она, как если бы обычная девушка развела ноги в стороны и пальцами бы раздвинула свою щель, показывая розовую плоть.

У Приалишшинь в этой открывшейся щели тоже была розовая, влажная набухшая плоть. Ни клитора, ни половых губ, сразу проход. Да, строение слегка различается с человеческим, но они явно унаследовали часть и от гуманоидного рода.

- А рожаешь как?

- Одно большое яйцо, в котором дитя. Потом оно-с само-с вырывается наружу. Если с арахном, то будет арахна. Если с человеком, то или арахна, или человек с некоторыми особенностями арахны.

- Особенностями?

- Например, пары глаз, - указала Приалишшинь на маленькие глаза на лбу, которые даже немного мило смотрелись.

- А эти шторки. Если допустим оторвутся?

- Ну… будет больно, будет кровь, однако потом отрастут обратно. Вы-с утолили своё любопытство, господин? Могу ли я-с… спрятать свой-с цвет?

- Свой цвет?

- Так арахны называют это-с, - указала пальцем она на… я бы сказал, между ног, но теперь это точно не подходит. – Другой цвет, цвет тебя-с.

- Да, я понял, конечно, - кивнул я.

Приалишшинь встала на свои лапки, но как я понял, свой цвет, как она выразилась, не зашторила.

- Вам-с одиноко? – спросила она, подойдя ближе, цокая своими лапками по деревянному полу.

- Да нет, - немного струхнул я, увидев её вблизи её паучье тело, которое выглядело жутко, покрытое маленькими волосиками, словно ворсом. – Я вроде нормально себя чувствую.

- Тогда может быть помыть вас-с? Вы-с так много для нас-с сделали… - выдохнула она мне в лицо, наклонившись. Её огромные сиськи-мешки буквально легли мне на колени. – Я-с могу только так выразить вам-с нашу-с признательность.

Её шипение успокаивало.

- Да я сам как-нибудь, - сказать открыто, что трахаться с ней мне очково, язык не поворачивается.

- Я-с принесу сюда воды, господин, - прошипела она бархатно и вышла. А через несколько минут уже затащила целую бочку, низкую табуретку и тряпки, что служили мочалками. – Садитесь, мой-с господин.

- Может я сам?

- Прошу, не обижайте меня-с. Я-с делаю это-с от чистого сердца, - искренне (знаем мы ваше искренне) ответила она. И она так грустно смотрела на меня, что я поддался на провокацию.

Ну и да, вскоре она мне уже отсосала. Но это дальше, а пока она лишь меня мыла.

Сел к ней спиной и буквально застыл. А через секунду едва не улетел на сральной тяге от испуга и лёгкого отвращения, когда она пододвинула меня вместе с табуреткой поближе к себе. Просто обхватила меня передними короткими, но мощными лапками, покрытыми ворсинками, к себе.

- Немного ближе ко мне-с, господин, чтоб я-с, ваша-с слуга, могла помочь вам-с лучше… - выдохнула она.

Её руки легли мне на плечи и начали натирать спину в то время, как её огромные сиськи тупо скользили по моей спине. Гладкие большие жирные классные сиськи. А когда она слегка перегнулась, чтоб потереть мой пресс, одна из них так вообще мне через плечо на грудь свесилась. Мне так и хотелось ухватиться за них рукой, присосаться, а может даже и погрызть ласково.

Но почему у меня ощущение, что она не помогает мне, а наоборот, готовит для себя, любимой? Ладно, это риторика, и так ясно, к чему идёт, пусть из-за её внешности я и не очень рад. Вся в предвкушении, с любовью готовит для приятного препровождения времени, типа мужичок попался, надо трахнуть.

- Приалишшинь, личный вопрос.

- Отвечу на любой, господин, - по голосу, она уже была готова кончить.

- У тебя как давно мужик был?

Она замерла на несколько секунд и уже куда более нормальным голосом буркнула:

- Давно.

- А с чего решила, что я послужу тебе ёбарем? Я тебе не мужик по вызову, Приалишшинь.

Молчание. Недолгое.

- Я-с… прошу прощения. Я-с увлеклась.

- Вопрос был немного в другом. Ты что, выбрала первого попавшегося?

- Нет-с, - ещё более угрюмо буркнула она. – Я-с не сплю с каждым встречным, господин.

- Тогда? – предложил я ей продолжить.

- Я-с подумала, что вы-с… привлекательный.

- Ясно… тогда мой быстрее, раз уж решила увидеть меня в своей койке. Не сидеть же нам здесь всю ночь.

- Да-с, господин, - тут же с энтузиазмом ответила Приалишшинь и принялась усилено тереть меня.

Просто мне не очень-то и хотелось, чтоб я оказался тем самым вариантом на безрыбье. Типа хоть что-то, чем ничего. Если во мне видят хоть какую-то привлекательную черту, которая может возбудить, то окей. Но когда меня используют как последний вариант… это немного противно. Не то что я красавчик, но последним шансом не очень хочется быть.

Очень скоро она проворно повернула меня к себе лицом и начала мыть уже спереди. Лицо, грудь пресс, ноги. А потом настало время паха.

- Не беспокойтесь, я-с аккуратная, - прошипела она, едва не пуская облачка пара ртом.

- Имей в виду, я боюсь пауков, потому с твоим видом у меня… лёгкие… страхи связанны. Так что без глупостей.

- Да-с…

И она начала намывать мне. Аккуратно, своими длинными острыми пальцами, словно пинцетами, обмывая моё хозяйство. Верх-вниз, а потом сама встала на колени, раскрыла рот и заглотила. И едва член оказался у неё во рту, как я с ужасом почувствовал, что у неё там что-то шевелится. А если вспомнить строение пауков, да и прочих тварей подобных, то у них там есть такие штуки жутковатые…

И сейчас мало того, что она работала головой, так ещё и во рту у неё эти штуки ласкали моё хозяйство, что меня нереально напрягало. Возможно, они служили ей вместо языка.

Но арахна сосала хорошо, вынужден признать. Жадно, то почти выпуская из рта, то наоборот – полностью заглатывая. После этого переходила ниже на другую часть моего достоинства, беря их аккуратно в рот и обратно. При этом её верхние пары глаз постоянно поглядывали на меня. А ещё у неё забавно вытягивались губы, когда она двигала вверх головой.

Это процесс она растянула минут на десять.

- Я сейчас кончу, - решил я предупредить её напрягшись. Всё-таки девушке решать в этот момент, хочет она закончить ртом или нет.

Арахна захотела мне сосать до конца, отчего через несколько мгновений всё и проглотила, при этом продолжив мне всё вылизывать ещё несколько минут. Похотливая арахна. При этом Приалишшинь продолжала на меня поглядывать своими глазами.

Я аккуратно поправил волосы, убрав пряди что падали на них.

- У тебя классные глаза, я бы даже сказал, что красивые.

Она даже остановилась на мгновение. Покраснела. А потом так засосала, словно пыталась простату вытянуть у меня. Ебать, да она как пылесос.

Когда Приалишшинь наконец закончила, причём с таким сосредоточением, словно делала ответственную работу, она встала. Не встала, просто вытянулась, чтоб быть на моём уровне.

- Вам-с… нравятся мои-с глаза? - неуверенным шепелявым голосом, который сейчас был как у молодой неуверенной в себе девки, спросила меня Приалишшинь.

- Ну… они довольно милые, - протянул я руку к её лбу. Глаза её рефлекторно закрылись, и я коснулся века, чувствуя под ним маленькие глазные яблоки. После чего притянул её голову и поцеловал её в лоб. Её сиськи так вообще почти легли мне на ноги.

Арахна так вообще зажмурилась, то ли от удовольствия, то ли от стеснения.

- Знаешь, ты реально красивая.

- Да-с? Вы-с так считаете? – спросила она тихо и смущённо.

- Каждая девушка отличается от другой. И каждая красива по-своему. Потому мне нравятся все.

Да-да, я так считаю. Любая девушка – от худой, до конкретной пампушки, имеют свой шарм и по-своему привлекательны. Это как суши – я их люблю (хоть и не ел давно), но виды есть разные: от веганских с огурцом, до запечённых с курицей; от простых с рисом и куском рыбы сверху, до настоящей мозаики, включающей в себе разные морепродукты. Девушки точно такие же: полненькие, дистрофики, с большой жопой, с большими сиськами, и то и другое больше, и того и другого нет, низкие, высокие, карлики, средние.

Да тут всех не перечислить!

Так вот, есть более красивые, есть менее красивые, но если так брать, то в практически в каждой девушке можно найти что-то прекрасное, что тебе вкатит, ведь не бывает идеальных. Я не говорю, что надо это прямо искать, как золото в грязи, нет. Ты просто бросаешь взгляд и тут же подмечаешь её приятную сторону, ставя на второй план более слабую. Ведь каждый в чём-то лучше, а в чём-то хуже, верно?

Толстая? Зато сиськи отпадные, хоть тони в них! А ещё она дико мягкая и что не тронь, всё сиська! Худая? Так она такая хрупенькая, как кукла, еби-не хочу. Большая жопа? Отлично! Большие сиськи? Круто! Лицом не очень? Пф-ф-ф… наверняка есть что-то, что вызовет в тебе отзыв.

Мы не берём тех, кто вообще за собой не следит и выглядит отвратно. Проблема не во внешности, а в их отношении к себе. Тут как и с мужиками, в принципе. Потому какой бы не была она жутковатой и странной, всегда есть что в ней полюбить и чему порадоваться. Бывают исключения, но там скорее уже фактор травмы какой-то или отклонения.

Но я уверен, что и там можно найти, чему порадоваться!

Ну а если не подметил, то она не твоя просто, такое бывает. Потому меня раздражает, когда говорят, что на кого-нибудь не найдётся пары. Даже на меня найдётся, вон, некоторым нравятся ботаны.

Хотя будем честны, я на ботана теперь не сильно тяну – тело всё в мышцах, по которым можно изучать анатомию (нет, я не раздулся в разные стороны, просто подкачался). У меня даже лицо слегка поменялось, став более грубым.

Что же касается этой милой паучихи… ну да, тело пугает, но глазки! Сука, эти две лишние пары маленьких глазок на лбу, по два глазика над каждым нормальным! Это же круто! Они супер милые!

- И твои глазки на лбу, они очень и очень красивы, - сказал я ласково, после чего поцеловал в каждый. При этом она жмурилась ими и улыбалась, слегка краснея.

- Спасибо, - проворковала Приалишшинь в ответ. – Вы-с очень добры ко мне-с…

Глава 384

(Порнушка-чернушка-хентай с бурной фантазией. Арахнофобам посвящается. Плюс немного о физиологии арахн в этом мире. Сюжета здесь нет, если вам такое противно, смело переходите на следующую главу)

- Слушай, раз у нас нашёлся общий язык, может не в бане будем сидеть? Мы же вроде как помылись, да?

- Да-с. Да-с-да-с-да-с, конечно! Идёмте! – встрепенулась она.

- Голыми что ли?

- О нет-с, простите меня-с, - тут же запричитала Приалишшинь. Встала повыше, чтоб брюшко с паутинными железами оказалось передо мной, после чего… - Одежды нет-с, она-с стирается, но я-с сейчас… сейчас-сейчас-сейчас…

С этими словами она подхватила меня мощными передними лапками, помогая себе ещё и руками, и длинными лапками-ногами, после чего принялась меня очень быстро-быстро заматывать.

Я поборол желание вырваться и убежать с визгом как девчонка, позволяя ей ловко крутить меня в лапках. Забавно то, что у меня член из кокона потом торчал. Который она отсосала повторно и тоже замотала.

Какая забота, я в ахуе.

После этого Приалишшинь подхватила меня передними лапами и быстро выскочила на улицу, после чего устремилась к дому, таща меня, словно добычу. На улице уже было темно, и можно посчитать за счастье, что мы никого не встретили на пути. Иначе увидеть, как голая арахна тащит перевязанного антигероя… я не знаю, как такое можно вообще объяснить. Хотя более жуткая версия была такая: паучиха тащит кого-то сожрать себе в логово.

В её доме же меня уже ждала довольно большая кровать, на которую меня она и размотала, отбросив использованную паутину в сторону. Сама же встала передо мной, слегка помахивая брюшком и выставляя на показ уже себя готовую к действию и мокренькую.

- Мой-с господин…

Я пододвинулся к ней и провёл пальцами по её внутренней стороне брюшка. Здесь, в отличие от спины, оно было практически шёлковым, очень гладким и нежным, словно… бархат или шёлк. А потом всё ближе к дырочке, где были её шторки. Аккуратно потрогал их, отчего она напряглась. Да, с наружной стороны они были довольно жёсткими, а вот с внутренней стороны как… как шёлк тоже. А потом пальчиками и в её сокровенные места. Причём…

О БЛЯТЬ, ЧО ЭТО?!

Я отдёрнул руку, так как почувствовал шевеление внутри. Приалишшинь же испуганно взглянула на меня, словно спрашивая, в чём дело.

- У тебя… словно шевелиться там что-то…

- Так… ведь оно-с и должно быть, - неуверенно пробормотала она.

- Да? Прости, у меня секса с твоим видом ещё не было, потому я не знаю всех тонкостей.

- Не расстраивайтесь. Я-с вся ваша-с. Можете понять наш-с вид по мне-с.

Да? Ну окей. И я аккуратно развёл ей там всё, чтоб посмотреть! Люблю на всё смотреть! И щупать тоже люблю!

Как оказалось, у неё строение слегка отличалось от женского. Обычного женского. В отличие от обычных девушек и даже Клирии, у неё там было очень много ворсинок. Много-много едва двигающихся ворсинок, которые напоминали мне ворсинки в кишечнике. Такие же розовенькие, мягкие, и двигающиеся. А это значит…

Фистинг!

Аккуратно, заставляя арахну вздрагивать, я ввёл ей туда руку аж по половину предплечья. Она текла и дрожала внутри, буквально прося меня своим телом продолжать.

- Прошу вас-с… господин… я-с вся ваша… - прошипела она горячо и тихо.

И я плавно задвигал в ней рукой. Даже мне было приятно, нежно и тепло внутри неё. А максимальная глубина была аж по локоть, где я упирался уже в матку, на что она отзывалась мычанием. Предположу, что ей неприятно.

Так я и трахал её рукой, иногда пальцами, как гребёнкой проводя по стенкам, наслаждаясь этим отзывчивым нежным ворсом, который тоже двигался и приятно щекотал ладонь. А кончилось всё тем, что когда оргазм накрыл Приалишшинь, она замолотила по полу лапками выбивая барабанную дробь. Мою же руку просто сдавило внутри нежными стенками.

- Слушай, а я не маловат буду для тебя? У меня рука збогойно в тебя входит, - спросил я вздыхающую Приалишшинь, когда её отпустило, и она смотрела на меня с красными щеками.

- Нормально… - выдохнула она.

- Окей… тогда… как нам этим заниматься? Не тебя же мне на спину переворачивать, верно?

- Я… Я сейчас…

Она быстро развернулась ко мне брюшком и задрала его чуть ли не вертикально, после чего уже на мой уровень приспустилась.

Сказать, что трахать арахну прикольно - это не сказать ничего. Во-первых, в такой позе ты обнимаешь её брюшко и несмотря на то, что верх чаще всего твёрдый из-за хитина, низ же очень и очень мягкий, словно подушка. Во-вторых, оно очень приятное на ощупь как бархат или шёлк. И пусть ощущение, что ты ебёшь горячую подушку, но это было классно. Я просто обнял пульсирующее брюшко и начал её трахать.

Так я и выебал арахну. Выебал хорошенько, вгоняя до упора и не боясь ей ничего повредить. Внутри приятно щекотал её ворс, который куда интереснее стимулировал меня, чем у обычных девушек. Поэтому ебал её ещё усерднее, постоянно ударяя тазом по её мягкому брюшку. Даже лицом в него уткнулся, настолько он был нежным.

Да ладно, я его даже лизнул, отчего арахна вздохнула.

- Я-с… скажу, что-с нижняя часть тела… она-с очень нежна… и… вы-с лижите… это-с… очень приятно…

Ну… она чистая так-то, поэтому… Бля, у меня сейчас голова лопнет от возбуждения, о чём речь вообще? Причём, проводя по ней языком, я чувствовал эту живую пульсацию и очень тонкий слой ворсинок.

Поэтому сдавив посильнее брюшко арахны, от чего она аж застонала, я долбил её так, словно пытался пробиться внутрь неё. Типа, на, получай, получай, ещё, ещё раз, сдавливая её сильнее и сильнее.

А потом её пробил оргазм, о котором свидетельствовали стучащие лапки и сужающиеся внутри стенки. Но только она хотела отойти от меня, как я дёрнул её брюшко на себя и продолжил трахать.

- Это… ещё что-с ли?!

- Молчи, арахна, тебя ебёт твой хозяин.

- Да-с, мой-с хозяин, - тут же покорно ответила она и вскоре в знак вознаграждения получила ещё одну порцию оргазма.

А когда попыталась уползти, я вновь её трахнул, не давая уйти, а потом ещё раз и ещё. Очень скоро она уже тяжело дышала и стонала от меня.

- Я тебе там больно не делаю? - на всякий случай спросил я. Хотя, учитывая, сколько смазки из неё вытекает, повреждения вряд ли какие-либо я бы нанёс.

- Меня-с… трясёт… это уж-ж-жасно и восхитительно… Пощадите…

- Не-а, - усмехнулся я и вдул её ещё разок. Да так, что она аж прихуела. Начала молотить лапками и попыталась уползти от меня. Но я держал её брюшко и выдалбливал сучку в её мягкую плоть, от чего её трясло. А ещё коготки скользили, и она не могла уползти. А под конец так вообще разъехались во всю длину, и Приалишшинь упала на корпус. А я подтянул её теперь уже беззащитную к себе и принялся долбить дальше.

Как же она стонала и шкрябала всеми своими конечностями, буквально ложась па пол, пока я её ебал.

Но то был не конец. Вскоре я нашёл и её бутончик. И как следствие, бутончик всех арахн.

Паутинные железы. Я коснулся их рукой случайно, но Приалишшинь едва не подпрыгнула. Выглядели они как два соска с бледноватой очень мягкой податливой плотью, покрытой тонкой едва ли не влажной кожицей, словно слизистой оболочкой.

- Ты чего? – немного испугался я.

- Н-н-нежнее… железы… чувствительны…

Я аккуратно трогал их, отчего арахна буквально сходила с ума. Очень нежные, гладкие и мягкие, словно слизистая оболочка рта на ощупь. Они не выступали из брюшка, а были на самом его кончике как бы внутри и прикрывались несколькими чешуйками. Сейчас же эти чешуйки разъехались.

И от них пахло… травами. Да, пахнет полевыми цветами и травами, очень нежный аромат. Такой запах можно встретить в лесу, когда вроде и свежо, и тепло одновременно и зелень пропитывает воздух. Примерно так я мог описать запах, очень нежный и приятный, словно духи. На вопрос, почему они так пахнут, Приалишшинь ответила:

- Мы-с едим травы, чтоб выработать паутину. Много травы, и она-с идёт в паутину. И ах… у-у-у-у…

Понятно. И пока я её ебал, свободной рукой гладил её паутинную железу, аккуратно водя пальцами по ней. Она была немножко влажная и просто очень-очень нежная. А если учесть, что она напротив моего лица… И то, что все самые пошлые мысли приходят, когда твоё лицо горит, в голове стучит и ты перевозбуждён… Я не против, хочу всё!

И я лизнул его.

Такое ощущение, что провёл языком по внутренней стороне щеки. А по вкусу было действительно очень похоже на какую-то приятную мягкую травяную настойку. Возможно, у арахн трава перерабатывается как-то иначе, и паутина вполне возможно у них строится на клетчатке.

А арахна едва не взвизгнула, забив лапками. Которые скрежетали по полу, растянувшись во всю длину.

- Господин…

- Тебе больно?

- Нет-с… это-с… о господин…

Намёк понят.

И пока я долбил её брюшко, сам лизал её железу, сосал её, полностью беря в рот и смакуя вкус трав, пока Приалишшинь истерично билась и кажется даже немного обмочилась. Благо у неё выделительные органы спереди под телом находятся. Но блин, железы были топом, самым топом, который мне встречался – нежными, очень приятными на вкус и ощупь. И я не стеснялся их брать в рот и сосать, отчего Приалишшинь сходила с ума и причитала:

- Да-с… прошу вас-с… да-с… да-с…

Я буквально полностью пытался взять в рот оба этих бледных соска, вылизывая их языком. И даже попытался просунуть язык внутрь соска, откуда выходила паутина. У меня получилось. А вот бедная паучиха едва на себе волосы не рвала от этого, и плача, и смеясь от наслаждения, а потом ещё и дёргаясь от оргазма. Сколько же там в железе нервных окончаний?

И забавно ещё то, что свой первый куннилингус я сделал не кому-нибудь, а арахне. Не знаю, корректно ли так именно называть то, что я вылезал ей паутинные железы, но мне кажется, что да.

Правда рот паутиной слегка забил, но да ладно, это не проблема, я просто всё сплюнул. После этого мы поменялись местами, и уже она мне сосала.

- Слушай, а как выглядит твоя ротовая полость? – спросил я Приалишшинь. Её милые маленькие глазки удивлённо посмотрели на меня.

- Му-мы-мы-му-му?

- Мне просто интересно. У тебя же получается языка нет, так?

- Мы-му, - отрицательно промычала она.

- Так, ну-ка… потом дососёшь, - я взял её голову в руки и поднял на уровень своего лица.

- Вам-с так интересно наше-с строение, мой-с господин?

- Да. Вы очень отличаетесь, поэтому мне интересно посмотреть, чем именно. А теперь открой ротик, будь хорошей девочкой.

Как выяснилось, у них не было языка. Зато были подобия таких жвал. Несколько пар – одна большая и длинная, и три маленькие. Я даже аккуратно просунул ей пальцы в рот и вытащил длинные жвала. Наверное, длиной с указательный палец; из рта же я смог вытащить только с полпальца. Хрупкие, я бы сказал, сделанные из хряща и покрытые маленькими ворсинками; в них было даже то-то милое.

А Приалишшинь смотрела на меня всеми шестью глазами, явна ждя моей реакции. Моей реакции? Да пожалуйста.

Я отпустил и тут же в засос поцеловал её. Это мерзко. Это жутко.

Это прикольно! Особенно когда они оказались у меня во рту и начали там шерудить. И вкус леса. Серьёзно, словно арахны полностью пропитаны травами. И когда мой язык был у неё во рту, её маленькие жвала забавно его трогали, дёргали и гладили. А сама арахна словно соску сосала.

А сиськи… блин, просто мешки с жиром. Они были просто огромны и полностью заполнены. Обожаю. Вообще, я любые обожаю, потому и эти меня радовали. Я буквально тонул в них, позволил себе просто окунуться в них лицом, чувствуя запредельную мягкость. Я просто повалил Приалишшинь на спину к верху брюхом и лёг сверху, нежась в сиськах, пока она мне дрочила и гладила меня своими короткими передними лапками с ворсинками.

Я обнимал её снаряды, укрывал себя, лизал их, мял, кусал, тыкался в них лицом, оттягивал ей соски, отчего она немного шипела, трахал их, и постоянно дёргал. В такие большие… у меня фантазии слишком мало, чтоб с ними сделать всё, что только можно. А они ещё такие свободные, просто бери в руки спокойно. Короче я мял, как только мог. И соски, большие, как ниппели, с которыми я от души игрался.

А потом я выяснил, что арахна не может сама перевернуться на ноги, если полностью лежит на спине.

И тут я понял, что это всё моё.

Потому я её ебал и в рот, и в её детородный орган (я не знаю, как назвать, человеческие названия здесь явно не подходят). Она буквально помирала от оргазмов, дёргая лапками и не в силах что-либо сделать. А потом я ещё и до её паутинных желёз дошёл. Всё вылизал, и промял, отчего она пищала в подушку. А на бис я умудрился трахнуть её и туда.

Мой девиз – если есть дырка, то туда можно присунуть!

И я присунул. Было очень туго, даже с обильной слюной. А Приалишшинь так вообще дёргала своими лапками и причитала, что она умрёт, хотя остановиться не просила. Её железы, словно соски, очень медленно и с трудом раздвигались, когда я запихивал туда член. Я даже боялся, что они могут лопнуть.

Но миллиметр за миллиметром, они натянулись, и я смог вогнать в один из этих сосков свой член. Было… очень и очень туго и липко. А бедная паучиха рвала на себе волосы, стонала, дёргала лапками и кричала в подушку. И если ей и было больно, то она явно кайфовала от этого. А потом я её выебал и туда. Хорошенько выебал, от чего Приалишшинь была не в себе.

Я ещё долго нежно водил пальцами, полировал ртом и мял руками ей эти железы просто даже потому, что мне самому вкатывала. А Приалишшинь лежала к верху брюшком, едва согнув перед собой лапки, словно мёртвый паук, мня себе сиськи и не прекращая стонать:

- О боги… о боги… о боги… господин… молю… не останавливайтесь… трахните меня-с туда-с, лижите, мните… только аккуратно…

И знаете, делал я это добровольно. Во-первых, мне нравился вкус трав, действительно нравился, во-вторых, мне нравилось то, что они такие нежные и их приятно сосать и лизать в прямом смысле этого слова. В-третьих, все несогласные идут нахуй. Пусть сначала трахнут арахну, а потом говорят своё «фи». Меня же всё устраивает.

Я ещё потом поползал по ней, потёрся телом о её ворсистое брюшко и лапки, позволил себя объять паучьими конечностями, трахал её в рот и просто так обнимал. Потом помог перевернуться обратно на лапки, хоть они её практически и не держали. Поползал по ней сверху, по спинке брюшка. Жёсткий хитиновый панцирь, и ворсистый кстати говоря, хотя на ощупь прикольно. Я даже оседлал её, схватив за сиськи и дёргая за них как за уздечку.

Я ебал Приалишшинь во все дырки, даже паучьи железы обе смог оприходовать, буквально овладел каждым сантиметром. Ебал её рукой, и всем, чем только мог, иногда плавал в её сиськах или же она сама буквально придавливала ими меня, прося пососать их как ребёночка. Вжимала меня вы них и просто грела. А когда я уже довольно выдохшийся лежал на кровати, она мне сосала.

После этого она собственноручно сделала для нас кокон из паутины. Я был не против такой необычной ночёвки, потому залез в него вместе с ней туда. В этом коконе было очень жарко и душно, я сразу стал мокрым, как и Приалишшинь. Она же буквально вжала меня в свою грудь, и я уснул буквально окружённый живым мягким горячим и мокрым телом. Уснул в сиськах, даже несмотря на то, что тут было дышать нечем. Кстати, пот у арахн пахнет тоже лесом и травами, причём очень сильно.

На утро, проснувшись весь мокрый в объятиях сисек и самой Приалишшинь, я позволил себе вольность пососать грудь, отчего их хозяйка проснулась и буквально засосала меня.

Оба мокрые мы очень быстро ранним утром перебрались в баню, где Приалишшинь попросила сделать меня ей приятное.

- Вы-с один из немногих, кто-с видит меня сексуальной. Я-с никогда так не была счастлива. Может… вы-с хотите сегодня утром ещё немного… продолжить.

- Что именно? - спросил я, обливая себя водой.

- Ну-с… - она, стесняясь, развернулась ко мне задом показав паутинные железы. – Я-с… извиняюсь, если это-с оскорбительно, но вам-с же понравилось. Как и мне-с. Нескоро мне-с светит встретить того-с, кто-с сможет меня-с так же порадовать. Поэтому… может вы-с хотите сегодня утром меня-с?

А почему бы и да?

Я позволил себе задержаться в бане и полизать ей их, нежно пососать и погладить, отчего она буквально млела. Я делал это очень нежно и аккуратно, чтоб последний раз её действительно порадовал. И учитывая то, что она обмочилась, валяясь на полу и щёлкая по дереву лапками, у меня это получилось. Ну а раз мы уже начали, я прошёлся полностью и по всему телу, выебав каждую дырку в ней, и Приалишшинь была не против побыть моей игрушкой. Или же её игрушкой был я, маленькой игрушкой, которая трахает её.

Меня даже эта мысль заводит. После этого она ещё очень долго мыла меня, уделив внимание моему достоинству, особенно своим ртом, не забыв про мошонку. А под конец я просто сидел в её объятиях, радуясь счастью, которое мне привалило.

- Спасибо, господин, - прошептала она. – Вы-с чудо с небес для нас-с. Я-с очень счастлива несмотря на то, что-с произошло…

- Да, мне тоже приятно, - я приподнял голову и поцеловал её с засосом. – Ты очень классная. Жаль, что люди не понимают арахн.

- Спасибо за тёплые слова, господин.

- Да не за что. И раз сидим… Давай-ка брюшком к верху. Потрахаемся ещё, раз время есть.

Приалишшинь одарила меня счастливой улыбкой, с радостью приняв моё предложение и нужную позу. Ведь, в конце концов, всем нравится быть желанными, а не запасным аэродромом.

Глава 385

- Благодарю вас-с, господин, дальше мы-с справимся сами-с, - слегка поклонилась мне Приалишшинь, одарив счастливой улыбкой, когда мы отошли от деревни. Едва ли не порхает от счастья. Эта ночь ей запомнится надолго.

- Да, тебе тоже спасибо.

- Нет-с-нет-с, я-с вас-с благодарю.

- Окей, - кивнул я, одарив её тёплой дружелюбной улыбкой. – Спасибо за гостеприимство и за то, что обогрела и порадовала ночью.

- Кто-с кого-с ещё радовал, мой-с господин, - улыбнулась она.

- Можно тогда я тебя за сиськи пощупаю? Вряд ли в ближайшее время будет возможность. Придётся спасать и убивать.

- Да-с, мой господин, - улыбнулась она, после чего просто оттянула платье, позволив её дойкам вывалиться самим наружу.

Большие, оттянутые вниз титьки. Я с удовольствием уткнулся в них лицом, наслаждаясь нежностью и мягкостью, при этом мня в ладонью и теребя соски. Даже приложился от души к одному, после чего потянул за них, заставляя Приалишшинь наклониться ко мне, и поцеловал в губы. Почувствовал её длинные жвала во рту у себя и то, как у неё во рту уже маленькие жвала теребят мой язык, как тереблю я её соски сейчас. Простояли так минуту, после чего ещё раз на минуту уткнулся в грудь ей.

- Спасибо, - горячо поблагодарил я её. – Ваш род не пауки или кто-либо ещё - вы лесные ткачихи. Милые и добрые лесные ткачихи. И от вас пахнет чистотой леса.

- Спасибо, - разулыбалась она, запихивая свои снаряды обратно в платье. – Вам-с всегда мы-с будем рады. Знайте, мы-с, арахны, маленький народец, потому о вас-с все-с знают. И будут знать, что-с вы-с сделали для нас-с. И мы-с всегда будем рады, если вы-с придёте к нам-с.

- Хорошо, - кивнул я. – Пока, Приалишшинь, лесная ткачиха, надеюсь, мы ещё встретимся.

- Я-с тоже очень надеюсь на это-с, - поклонилась она.

Мы отошли достаточно далеко от деревни, потому можно было не волноваться насчёт случайных свидетелей. Да даже если и увидят, пусть идут нахуй. Я им даже показать, куда именно, могу. Не им указывать, как прощаться с женщиной мне.

И вот я вновь отправился в путь. Ещё один путь до ближайшего города, где надо будет понять, работают телепорты или нет. И если нет, то идти на своих двоих дальше. К тому же по пути мне предстояло посетить несколько деревень, защитить их и принести туда Патрикократию в чистом виде.

И расстояние в этом случае было не так критично, так как мой отряд состоял только из меня. И, как следствие, только на себя я мог ориентироваться. Всё-таки это не огромная армия, которая за день проходит аж тридцать два километра в среднем. Я могу идти куда дольше и быстрее, не делая привалов и не сильно уставая без них.

Однако даже так, идти мне было очень далеко.


Я грязный.

Я вонючий.

Я немного заебался.

Я немного устал.

Я немного хочу спать.

Это лишь малый список изменений, который произошёл со мной, пока шёл домой. В пути я был уже хуй знает сколько, и только примерно мог сказать, какая сегодня дата или неделя. Единственное, что мне точно было известно, так это то, что уже осень. По крайней мере, её тёплая часть, которая будет длиться от начала осени ещё двадцать пять дней. Информацию по датам я черпал из деревень. Если там, конечно, был кто-либо в живых.

Но начало осени для меня было ещё знаменательным событием и по другой причине. Ведь это ещё значит, что у Клирии уже четвёртый месяц. Ух-х-х-х… ребёночек! А я даже не знаю, кто у нас, мальчик или девочка. Но хочу и того, и другого. И имена… имена-имена-имена… Какое бы выбрать…

Короче, важными думами был занят мой мозг, пока я брёл домой и зачищал вооружённые группы противника.

Да-да, я упорно убивал разведотряды, что орудовали на нашей территории. Чаще всего тридцать человек, реже меньше и никогда больше. Я примерно знал, где их искать, потому шёл иногда напрямик сразу через лес, чтоб не делать крюк по дорогам.

Однако не всегда мне удавалось добраться до них вовремя. Иногда меня встречала или полностью сожжённая, или относительно целая, но без единой живой души деревня. Лишь трупы.

Что интереснее, никогда среди них не было людей. Лишь нечисть. И один раз я даже встретил труп арахны. Довольно молодая и красивая, однако… ей вскрыли брюхо. Оттуда вывалились внутренние органы, словно из лопнувшего яйца, которые по прошествии многих дней уже воняли и собирали вокруг хищников.

И каждый раз, встречая такое поле бойни, я делал то, что был должен. Собирал трупы, как бы мне противно не было, и сжигал их. Абсолютно все. Таков был мой долг, как того, кто развязал эту войну.

Иногда я успевал только на закрытие вечеринки, когда они уже заканчивали, не оставив никого или всего пару человек. Веселился я в тот момент как мог. Иногда успевал до нападения и один раз успел даже в момент, когда они только планировали напасть.

И в общем счёте я зачистил, считая первую деревню, пять групп.

Один раз я заглянул мимоходом в город и убедился в том, что телепорты отключены. Просто не работают. В этом же городе отправил домой весточку, что жив, здоров, возвращаюсь и подчищаю говно за Фракцией Дня. Просто чтоб никто не волновался обо мне. Пусть они и знают, что я жив по таблице, однако такая весточка куда больше придаст им спокойствия, дав понять, что моя тушка не в плену и не помирает где-то в жопе.

В этом же городе я раздобыл лошадь, после чего уже куда более бодро ехал по дорогам, заскакивая в деревни, чтоб если не защитить, то хотя бы добить засранцев. Кстати, я её украл, если по-честному, так как денег не было, а просто одолжить мне никто не хотел.

Вот такой засранец я.

И теперь, уже проезжая по родным дорогам, я не мог сдержать улыбки.

На-ко-нец…

ПОМОЮСЬ!

Просто мыться в холодной реке было то ещё удовольствие: холодно, мыла нет, натираешься песком и травами. Точно не сравнить с горячей ванной, где ты можешь отмокать часами в мыльной воде, а потом ещё и под душем. Это касается и стирки, когда вещи не успевают к утру просушиться. А остановиться в деревне, чтоб нормально помыться, было жалко времени. Один раз уже погостил и хватит, иначе я так до дома своего не доберусь. К тому же многие меня в деревнях в первый раз видели, отчего на гостеприимство человеку (то есть мне) надеяться не приходилось.

И сейчас, двигаясь по знакомым дорогам, я уже вовсю предвкушал тёплую ванну и смачные пендали одной идиотке, если мне будет естественно не лень их ей надавать. Я-то думал, что у нас одна только дура… ну и вторая, не больно умная… а ещё третья есть, тоже такая же…

Так, стоп! Да у нас все мелкорослые умом не вышли! Я не пойму, в этом мире рост влияет на мозговую функцию или что? К тому же Эви вроде умной же была, как могла так затупить?!

Пиздец…

Короче, всё с вами ясно, мелочь.


И вот настал момент, когда я подъехал воротам. К моим родным решётчатым воротам, которые стоят здесь ещё с прошлого графа и исправно служат мне. И признаться честно, мой видок ну никак не соответствовал человеку, который управляет этим самым местом. Я даже на мгновение подумал, что меня не узнают и прогонят ссаными тряпками до самой границы графства.

Однако это всё осталось лишь в моей голове. И что меня искренне порадовало, так это спокойная встреча без фанфар. Никто не приветствовал меня как героя, не было здесь целой толпы и так далее. Всё проходило ровно так, как проходило бы обычно, может только немного приветливее в честь того, что я не сдох под берёзой где-нибудь, обоссавшийся и обосравшийся. Считай, практически посвящение в мужчины.

Ворота мне по обычаю открыли стражницы. Старые добрые стражницы, которые здесь уже два года охраняют мой покой.

- Господин, вы дома, - тут же сказала одна из них, когда я проезжал через ворота.

- Спасибо, что сказала, а я думал, что в МакДак забежал, - кивнул я.

- Макидаки? – не поняла она, но тут же получила тычок в плечо.

- Уймись, бестолочь, не до тебя сейчас, - шикнула другая стражница на подругу и обратилась ко мне. – Мы рады вашему возращению, господин.

- Смотрю, у вас всё хорошо, - окинул я взглядом территорию поместья. – Только вон кто-то убегает из стражниц. Предупредить Элизи?

- Да, предупредить, что вы приехали, господин. Это наша работа, - виновато ответила она. – Мы подчиняемся вам, но… с нас требует и госпожа Элизиана. Поэтому… мы слушаемся вас, но не хотим конфликта с госпожой Элизианой. К тому же у нас возникли… сложности в отношениях между… эм…

- Ну говори, не стесняйся, - кивнул я ей. – Я никому не расскажу, что ты настучала на Клирию и Эви.

- Ну… госпожа Клирия… она была зла, - нехотя сказала стражница. – Из-за вас.

- Трогала Эви?

- И пальцем не коснулась. Но она очень долго кричала на госпожу Эвелину за то, что она не послушалась вас. Только кричала, - на всякий случай повторила она, словно боясь, что я не так пойму.

- Ясно… И как Эви?

- Ей пришивают руки и ноги. И она сама их приживляет. Только не рассказывайте никому, что это я вам всё рассказала, - попросила она меня. – Это хотела рассказать вам госпожа Элизиана.

- Я могила, - кивнул я. – Тогда ладно, спасибо. А я пока встречусь со всей братией, что вышла ко мне.

А вышла ко мне Элизи и служанки. Десять служанок. Вы чо, на руках меня понесёте?

И когда я спешился перед ними, они все дружно исполнили реверанс. Вау, я даже немного польщён, хотя…

- А где Клирия? – был мой первый вопрос. И несмотря на то, что меня могли неправильно понять, это был важный вопрос. Если она не вышла, значит что-то не так.

- И мы тебя приветствуем, - сдержанно улыбнулась Элизи в почтительном поклоне, смотря в пол. Перед кем ты выёбываешься? – Мы искренне рады, что с тобой всё в порядке, так как до твоего письма у нас были наихудшие предположения касательно твоего местонахождения.

- Я тоже рад, - подошёл я к ней. – Ну чо, обнимешь?

- Естественно, - не моргнув глазом ответила Элизи, выпрямилась и, несмотря на мой видок и запашок, обняла меня за шею. – С возвращением. Ты нас немного напугал.

- Всё в порядке же?

- В полном.

- По пути домой я встретил поле битвы.

- Перехватили небольшой отряд в тысячу человек, что пытались занять мост на нашей стороне. Предположительно, попытка проверить, будем ли мы реагировать на такие вот провокации или нет.

- Они уже жалеют, - усмехнулся я.

- Естественно, - показала мне свои зубки Элизи, став на вид очень коварной, хитрой и жестокой девушкой. Той, кто умеет идти по трупам и не боится испачкать руки. А ведь когда-то она была героем. – Теперь они не сунутся к нам. Что касается малых отрядов, о которых ты передал, у нас есть группа, которая сейчас будет пытаться контролировать это.

- И кто же?

- Купили наёмников. Не беспокойся об этом. Всё в порядке, и пока ты можешь просто расслабиться. Кстати, от тебя исходит жгучий аромат, который бы надо сбить.

- Да, а я всё думаю, скажешь ты мне об этом или нет.

- Я приличная девушка, Мэйн. Однако… прошу, тебя проводят. Ты навёл шороху в столице и, даже предполагая, чьих это рук дело, они теперь не могут ничего нам предъявить. Ведь это сделал антигерой, а у нас таких, - она пожала плечами, - не водится.

- Они уже знают?

- Я не знаю. У нас нет там людей. Однако тот герой наверняка рассказал им, раз ты ему представился.

- Нечисть ещё знает.

- И будет молчать. Ты их герой, а героев не выдают. А теперь иди, отсыпайся.

Служанки вежливо подошли, склонившись в поклоне, среди которых я заметил и мамашу тех двух детей.

- А у тебя как дела? – спросил я её чисто поржать.

Та вздрогнула всем телом и выдавила испуганно.

- Я благодарна вам за всё, мой господин, и готова служить вам до скончания моих дней.

О как.

Но как бы то ни было, я был рад, что вернулся домой. И первым делом в сопровождении служанок, что буквально вились за мной, как утята за мамой-уткой, я спустился в ванную комнату. По пути прошёл и через бабский этаж, который сейчас уже разделяли и мужчины – те, кто женился на местных бандитках, тоже из наёмников. И если бабы относились ко мне тепло, то мужики держали дистанцию и явно меня недолюбливали за то, что я привлекаю своей персоной столько внимания.

А бабы… а им бы лишь бы меня достать, хотя некоторые хвастались своими чадами, что они уже вон какие выросли, другие только ждали их и предлагали потрогать животик, а были и те, что просто пришли меня увидеть. И все галдели пиздец просто. Но галдели весело, приветливо, и мне на душе стало как-то теплее. В конечном счёте я вижу, за что борюсь.

Они были просто бандитками. Женщинами, которые во время войны бежали от насилия и научились себя защищать. Хотели они этого? Сомневаюсь. Учитывая, что даже после того, как они стали воинами, их дома разоряли, детей убивали и так далее. Сколько из этих девчат потеряли ребёнка при набегах враждебных отрядов? Та же Мамонта потеряла ребёнка.

Они стали такими не от хорошей жизни, стали жестокими не потому, что им неожиданно в голову моча ударила. Всё пошло с этого дерьма, вечного противостояния и прочей мути, когда пизды прохватывают обычные люди.

И сейчас, живя в мире, эти отмороженные девки влюбляются, строят семьи, рожают, возятся с детьми. Они становятся нормальными, хотя по приходу сюда были просто конченными бандитками. Это лишний раз доказывает, что всё это дерьмо берётся из окружения.

Оттого имеет смысл защищать если не этот мир, то хотя бы королевство. Чтоб ещё одна девчонка не была убита стрелой, а родила ребёнка и радовалась жизни, хвастаясь, что её дитятко сказало слово «мама». Защищать этот мягкий и добрый уголок.

Не сразу мне удалось вырваться из их объятий. То ли по мне соскучились, то ли ещё что, но они тарахтели как стая ворон.

Благо служанки вели себя гораздо сдержанней. А то если они примутся меня обнимать все подряд, то вообще к сегодняшнему вечеру не дойду до ванны.

А на четвёртом этаже меня встретила виноватая рожа.

- Прости меня! Я очень и очень сожалею! – поклонилась чуть ли не в пол мне Эви. Её не до конца приделанные руки болтались словно у марионетки. Да и ходила она как какая-то зомби… Стоп, она и есть почти зомби! Но что больше меня поразило, так это то, что рядом стояла Мэри.

- Ты вернулся! – вновь объятия. – И ты пахучий.

- Спасибо, Мэри, - кивнул я, конкретно проигнорив Эви, которая смотрела на меня щенячьими глазами. Натренировалась, сучка. Чувствуется опыт.

- Но Эвелине очень и очень стыдно, ты должен простить её, - тут же сказала Мэри, и моя вера в добро пропала.

Чёртовы бабы, уже спелись. Как знал, что надо их подальше друг от друга держать.

- Так! Значит сговор, маленькие мохнатки! – возмутился я, отталкивая от себя Мэри. – Эви, ты чо, уже успела ей на мозги покапать?!

- Ничего и не маленькие! – возмутилась Мэри. – Я помогала вместе с другими служанками ей, и мы просто разговаривали! Она же хотела как лучше!

- Мне действительно очень жаль, - промямлила же Эви, всем видом показывая, что готова жопой отрабатывать промах.

- Во-первых, я видел твою мохнатку, и она маленькая. Не ври мне Мэри, и не набивай себе цену. – Прямое попадание, Мэри красная как моя полыхающая жопа. - Во-вторых, Эви, я смотрю, ты сразу решила дополнительные силы подключить? Что же сразу не Богиню Удачи?

- Ну… мне стыдно…

- Не видно.

- Потому что она не живая, - сказала Мэри.

- И я хотела как лучше, - продолжала мямлить Эви, стыдливо смотря в пол. – Честно, я хотела тебя прикрыть.

- Чем же?! - ужаснулся я. – Обломками здания? А если бы мы были в вулкане, ты бы залила меня лавой?!

- Ну… послушай…

- Нет.

- Ну ты же жив! – воскликнула Мэри, словно это исправит всю ситуацию.

- Мэри. Для начала, проблема не в том, сдох я или нет, а в том, что Эви меня не послушала, и я за это расплачивался. А потом, хочешь заняться со мной сексом? Ну там потрахаемся, сделаю тебя девушкой, научу работать ртом и так далее? Анальный секс покажу на твоём примере. Член мне полижешь или пососёшь?

- Э? – Мэри явно замкнуло от такого предложения. Теперь её детская психика ещё долго будет приходить в себя, так что минус одна.

- А что касается тебя, Эви, я сначала думал тебе дать несколько поджопников, чтоб ты потом неделю хромала, но сейчас мне лень, и я передумал. Потому отвали, иди пришивать свои ноги с руками и думать о своём тупом поведении. Разве я не говорил тебе ждать меня в комнате?

- Говорил, - пробормотала она.

- Ты меня не послушала, так?

- Да, - ещё тише сказала зомбяша.

- Обвалила здание на меня, из-за тебя мне пришлось не сладко, верно?

- Всё верно, - едва ли не шёпотом ответила Эви.

- Тогда тащи отсюда свою холодную тощую задницу и подумай над своим позорным поведением. Нам пока разговаривать с тобой не о чем. И держи, - я вытащил из сумки бутылёк и передал ей. Эви уныло глянула на него. – Это от Бабы Яги. А что касается тебя, Мэри, брысь отсюда и займись делом. Ишь ты, адвокат нашёлся.

Глава 386

Эви и Мэри – две очень похожие личности.

Честно говоря, я всегда замечал, что Мэри чем-то похожа на Эви. Нет, не ростом и не внешностью, а именно характером, было что-то схожее в них. Если бы мне сказали, что эти две дурынды сёстры, я бы даже может и поверил.

Что Мэри, что Эви, обе жизнерадостные, довольно активные и весёлые девушки. Обе были довольно наивны и обе имеют свои розовые мечты и веру в хорошее будущее. Но вот что их различает, так это хитрость.

Мэри, если быть честным, дура. Милая и очень добрая дурочка, которая слишком наивна для этого мира и верит в чудеса. Даже по сравнению с Дарой умом она не отличается. Дара, к примеру, могла хитрить, могла обманывать и заставлять делать что-то против воли; её дурость была в неумении думать о последствиях и принимать решения в нужный момент. Мэри же… ничего такого.

Что касается Эви, то она была копией Мэри, но хитрющая… это пиздец. Может это приходит с возрастом, однако Эви сейчас была довольно расчётливой девушкой и хитрой, как еврейка в седьмом поколении. В данный момент она очень похожа характером на Мэри, но именно эта хитрость и ум, что приходят с возрастом, её и отличали. Это было видно в её глазах и проскакивало в поведении, когда она могла дурачиться, но тут же с серьёзным лицом что-то объяснять.

Другими словами, Эви пусть и выглядела милой, как Мэри, но внутри была куда более матёрой.

Даже сейчас маленькая хитрая мертвушка попыталась воздействовать на меня с помощью Мэри. Не верится мне, что она случайно с ней разговорилась.

Боже, что же за люди такие-то?

Об этом я думал, сидя в таком бассейне-лягушатнике, который брал воду из горячих источников. А раньше, как вспомню, здесь была обычная большая комната со стенами из чёрного выпирающего неровного камня, из-под которого постоянно сочилась вода и сливалась через щели в полу. Сейчас же всё отделано белым камнем, узорчики-хуёрчики и прочие прелести, что радуют глаз и показывают статус места.

Вообще, удивительно вспоминать, каким местом оно было и каким стало. Ведь начиналось всё с пустых коридоров, покрытых пылью, ржавых дверей и тухлого запаха застоявшейся воды и плесени. И максимум, что можно было здесь найти – паутина. А сейчас вон как всё изменилось: везде белым-бело, коридоры освещают свечи и повсюду суетятся служанки. Всё ожило и приобрело цвет. Из обычного данжа это место превратилось в настоящий замок.

Единственное изменение, которое меня печалило действительно…

Ну да, это изменение, плавающее у нас, то там, то там. Его иногда и не встретишь, а иногда оно под каждой табуреткой прячется.

- С возвращением, мой господин, - поклонилась Клирия со своей классической лёгкой улыбкой, когда я вошёл в свою комнату.

Сначала было желание спросить, что она здесь делает, но потом вспомнил, что мисс-тьма же теперь живёт со мной.

Печалька.

А ведь я надеялся, что с ней ещё долго не увижусь. Хотя с другой стороны, наивно было об этом мечтать, даже просто учитывая тот факт, что у неё под отсутствующими сиськами находится мой ребёнок, и если я хочу получить его, то мне придётся видеться с ней. И я бы рад посмотреть на пузико и все дела, если бы это самое пузико не принадлежало конкретно ей.

Проблема с Клирией в том, что пока она была товарищем, я её воспринимал нормально. Вообще проблем не возникало. Но стоило ей перейти в ранг… матери… Тут чо-то меня и тянет теперь подальше от неё. Сразу как-то стало с ней не в радость проводить время, словно Клирия пересекла черту и находится ближе, чем мне комфортно с ней находиться.

- Привет, Клирия, - кивнул я ей. – Как твои дела?

- Нормально, благодарю. Но это был мой вопрос, ведь, в конце концов, именно вы потерялись, а не я, - улыбнулась она и подошла ко мне.

Ну прямо ни дать ни взять, девушка-скромница-элегантная и бла-бла-бла. Клирия, я знаю, чего тебе надо, вали отсюда.

- Так как ваши дела? – слегка наклонила она голову, как бы стараясь снизу заглянуть в мои глаза. – Вижу, вы плодотворно провели время.

- Более чем, - кивнул я.

- Я рада. Действительно рада, хотя вы немного немногословны.

- Клирия, давай уже по-нормальному, без официальностей, а?

- Как скажешь, Патрик, как скажешь. Ты выглядишь немного… измученным.

- Потому что устал. Как бы война с превосходящим тебя числом противником такое себе развлечение. Весело, но муторно.

- Но ты победил. Ты молодец. Теперь можешь отдохнуть, пока на фронте тихо, - ласково предложила она. И это было дельное предложение.

- Вот именно, хочу отдохнуть, Клирия. Так что кыш отсюда.

- Кыш отсюда? – немного удивилась она.

- Да-да, кыш отсюда. Отдыхать буду.

- Но я могу и не трогать тебя. Сяду к себе за стол за работу и всё. Необязательно меня выгонять из комнаты.

- Обязательно, - безапелляционно ответил я. – Может я подрочить хочу.

- Зачем? Разве ты не можешь удовлетворить свои потребности другим путём? – коснулась она себя рукой улыбнувшись. – К тому же я не буду помехой. Может даже помогу.

- Клирия. Вали.

- Это и моя комната. Ты не можешь просто выгнать меня, - заметила она.

- А, так бы сразу и сказала, - обрадовался я. – Увидимся завтра.

Но не успел я уйти, как она меня поймала рукой за рукав, словно какая-то неуверенная школьница.

- Неужели моё общество тебе так противно? – спросила, слабо улыбнувшись.

- Нет, почему же.

- Тогда в чём проблема? Ты можешь мне рассказать, чтоб я понимала, в чём дело?

- Видишь ли, Клирия, если у меня будет выбор – ты или табуретка, то я отдам предпочтение табуретке, серьёзно.

- Я… настолько неважна для тебя? – слабо улыбнулась она.

- Важна. Но предпочтение отдам табуретке.

Клирия смотрела на меня с такой неуверенной улыбкой, что мне даже стало неловко, и я отвернулся к комоду. Эти разговоры: «Скажи, что я важна» меня всегда раздражали, если честно. Чего она ждёт? Серьёзно?

- Значит я не дотянула даже до табуретки? – раздался очень тихий неуверенный голос. Голос, которым говорит человек, который вот-вот разревётся.

И точно, я обернулся и увидел, Клирию, которая застыла с этой самой неуверенной улыбкой, но из глаз уже бежали слёзы.

- Блять… - пробормотал я, уже предвкушая ближайшее будущее.

- Значит вот оно как… я хуже табуретки, – её губы задрожали, и улыбка померкла. - Я значит так много значу?

- Послушай…

- Спасибо, что не унитаз, Патрик, ведь на меня можно насрать.

- Да погоди т…

Я хотел сказать «ты», но в этот момент получил пощёчину и проглотил часть букв. Это не было больно, скорее неожиданно.

А Клирия уже не могла остановиться. Её рот искривился, губы задрожали, веки тоже задрожали, глаза наполнились слезами. Казалось, ещё немного, и она просто взорвётся. Взорвётся так сильно, что снесёт здесь всё.

- Я… я пытаюсь… но ты… ты просто… Да как можно быть таким человеком?!

- Табуретка.

Блин, я просто не удержался. Серьёзно, я то ещё говно и уёбок, но соблазн поднести к бочке с порохом свечку был слишком велик.

И я поднёс.

Клирия бабахнула.

Её рот криво открылся и…

- У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У!!! У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У!!!

Она разрыдалась как ребёнок. Навзрыд, открыв жалобно рот, да так, что нас, наверное, было слышно даже в коридоре. Сопли, слёзы и слюни во все стороны прилагаются. И харя теперь сморщенная от плача, жалобная. Глаза так вообще превратились в две щели, заполненные слезами.

Клирия, спрятав лицо в ладонях, развернулась и бросилась из комнаты, ревя, как сирена, на всё поместье.

- Идиот! – крикнула она сквозь рёв, позорно убегая.

- Табуретка! – крикнул я в ответ, на что получил ещё более громкие рыдания.

Во-о-от, а табуретка бы так не сделала. А потом ещё удивляется, чем та лучше неё.

Но шутки шутками, а вот Клирия шутейку не заценила.

Ну что же поделать, надо идти за ней. Наверное.

Однако стоило мне немного пройти, как я тут же заметил в коридорах служанок и некоторых жителей поместья, что обитали здесь. Они сейчас переговаривались и озадачено смотрели в сторону, куда убежала Клирия.

- Что это было?

- Она плакала, Клирия плакала, что произошло?

- Что произошло?

- Это была Клирия?

- Кто-то только что промчался с рёвом на всё поместье.

Так…

Я, не думая, тут же развернулся и вернулся в свою комнату. Переться сейчас к Клирии после всего было не очень хорошей затеей. Скорее всего она слегка расстроена произошедшим. Но ещё больше меня смущала толпа, которая наблюдала за её забегом в старую комнату. Потом как-нибудь подойду, спрошу. А пока…

А пока надо было почистить револьвер, раз уж я полностью освободился, а делать особо и нечего.

Но как стало понятно через десяток минут, мне даже побыть наедине не дали.

Припёрлась поддержка из Элизи.

Припёрлась, аккуратно постучав в дверь, осторожно заглянув, словно она боялась, что я тут тоже в истерике бьюсь.

Но нет, не дождёшься.

- Мэйн… могу ли я… зайти? – осторожно спросила она, выглядывая из-за двери.

- Почему бы и нет, заходи, - пожал я спокойно плечами.

- Благодарю.

- Ты так аккуратно заходила, словно я тут порохом всё обложил.

- Боюсь, учитывая нынешнюю ситуацию, я вижу её именно так. Не знаю, что ожидать как от тебя, так и от Клирии. Не дай бог ты тоже будешь биться в истерике и плакать.

- Она до сих пор плачет? – спросил я между делом.

- Мне кажется, что ещё сильнее, чем в начале.

- Плохо, - спокойно пожал я плечами.

- Я знаю, что ты уже не в первый раз доводишь Клирию до слёз, пусть мне и не известно, как ты это делаешь. Однако… тебе не кажется, что надо быть с ней помягче?

- Как ещё мягче, я её трахаю, Элизи.

- Нет-нет, - покачала она головой и села на кровать рядом со мной. – Меня не интересует ваша интимная жизнь. Меня интересует, что произошло. Так как то, что я видела не внушает мне оптимизма. Ты и раньше относился к ней словно немного строже, чем раньше. А после случившегося так вообще, словно держишь её под кнутом.

- Ну ты загнула…

- Возможно, в твоём мире нет такого понятия, но я имею в виду не насилие и моральный прессинг, а строгость. Повышенную строгость именно к её персоне. Это из-за того, что она сделала?

- Не будем об этом, - покачал я головой. – Там вообще всё сложно. Но нет, не из-за этого.

- Я поняла, - кивнула Элизи. – Тогда можешь сказать, каким образом ты довёл её до слёз на этот раз.

Ну я кратко и рассказал Элизи о произошедшем. Она слушала молча, ничего не говоря и никак не реагируя, пока я не закончил.

А после этого вздохнула! Ну вот так и знал, что именно таким образом отреагирует!

- Я не знаю, как выразить свои мысли.

- Вот и я о том же! Обиделась на шутку. Так мало этого, ещё рёв на всё поместье. А потом ещё спрашивает, чем табуретка лучше. Ну вот ты хоть раз видела, чтоб табуретка ревела и бегала по поместью?

- Ты же сейчас несерьёзно, верно?

- Абсолютно серьёзно. Ни разу не видел плачущую табуретку, что закидывает плюсик в её копилку.

- Мэйн, я… Нет, ты сейчас опять шутишь.

- Блять, ну конечно я рофлю, Элизи. Ясень пень, что Клирия важнее табуретки, просто она немного достала.

- Она беременна.

- Это типа нового приговора?

- Просто будь терпимее к ней. Ты даже ведь не пытаешься. Я лишь наблюдаю проявление агрессии к ней, не более.

- Может быть чуть-чуть выделяю её на фоне других, - нехотя согласился я.

- К тому же, зачем ты так с ней? Сравнил её с табуреткой.

- Я сказал, что табуретка будет предпочтительнее неё, - заметил я.

- Ты же понимаешь, что это ещё хуже? – посмотрела она на меня строго. - Клирия тебя ждала здесь больше всех остальных.

- И что? Меня все ждали.

- Она иначе ждала. Сидела, дожидалась известий о тебе, а как получила письмо, так сразу оживилась. И когда узнала, что ты подъезжаешь, сразу начала готовиться: мылась, красилась, причёсывалась, всё не могла нарадоваться. Пусть и пыталась скрыть это, но все видели, как она тут порхала. А ты сказал, что предпочтёшь ей табуретку. Мэйн… я знаю, что ты не очень к Клирии относишься, но это слишком жестоко даже для тебя. Она сейчас там рыдает непрерывно, словно какая-то девчонка пяти лет. Ты понимаешь, что она немного беременна? Что она сейчас воспринимает всё иначе?

- Немного беременна?

- Много беременна.

- Звучит ещё хуже.

- Как бы то ни было, она радостная тебя ждала, а ты ей это бросил в лицо. Естественно, она сорвалась.

- Радостная Клирия… Ты мне угрожаешь?

- Достаточно, Мэйн. Сам решай, что делать, я всё сказала.

- Окей. Тогда иди, не отвлекай меня, я револьвер чищу.

- Хорошо, - спокойно ответила Элизи и ушла.

А я-то думал, что цыкнет или ещё что, но Элизи лишь спокойно вышла, словно получила положительный ответ. Хотя мои дальнейшие действия и так были ясны без всяких объяснений. В любом случае я пойду Клирии. Не потому, что подкаблучник и прочая хуйня. Просто я слегонца переборщил и вышло некрасиво немного. В конечном итоге я обидел и попросить прощение у неё надо просто потому, что это правильно.

- Ну бли-и-ин… - вздохнул я и встал. – Вот чёрт…

Я не боюсь просить прощения, если чувствую, что виноват. Однако когда всё поместье знает, кто это натворил (а оно узнает, слухи здесь разлетаются быстро), чувствовать на себе чужие взгляды то ещё удовольствие. Особенно ненавижу, когда за спиной шепчутся. Шептуны блин.

Как я и предполагал, служанки косились на меня, а стоило мне посмотреть на них, они испуганно отворачивались или разбегались «по делам».

А у двери Клирии так вообще четыре штуки стояло.

- А ну-ка брысь отсюдова! – шикнул я на их и служанки, словно кошки, облитые холодной водой, тут же разбежались.

Рыдания Клирии были слышны даже отсюда. Просто тупо ревела там глухо, словно уткнулась в подушку лицом. И это же надо было так разойтись из-за табуретки.

Когда я постучал в дверь, ответом было мне:

- ПОШЛИ ВОН! НЕ БЕСПОКОИТЬ! – истерический голос едва не срывался на визг и был такой, словно кричали из подушки.

- Клирия, это я, - позвал я её. – Можно войти?

Тишина. Недолгая.

- Убирайся!

- Нет, впусти меня.

- Убирайся! Видеть тебя у меня сейчас желания нет!

- Нет, впускай меня.

- Я сказала, нет! – взвизгнула она.

- Да кого твоё мнение там вообще интересует, кроме тебя единственной?! – крикнул я в ответ и пинком ноги вышиб дверь.

Я ожидал, что дверь была заперта, но как оказалось, Клирия даже этого не сделала, безответственная овуляшка. Потому та с грохотом распахнулась и ударилась об стену, едва не слетев с петель. Перестарался немножко, но виновата в этом, естественно, Клирия. Как хорошо, что всегда есть козёл отпущения. В нашем случае коза.

- Ну? Чо ноешь, на весь этаж тут ревёшь.

Клирия вообще ничего не ответила, лежала, уткнувшись лицом в подушку, и плакала, хоть уже и потише, чем раньше.

- Эй, давай, я знаю, что ты можешь мне ответить.

Не, хнычет себе в подушку и даже голову не повернёт. А под конец так вообще повернулась ко мне спиной.

- Уходи, Патрик. Сейчас же убирайся из моей комнаты.

- Или что? – спросил я с усмешкой. В ответ только плач. – Потом удивляешься, чем табуретка лучше. Она, в отличие от тебя, не плачет и не убегает.

- Да оставь меня в покое! – взвизгнула Клирия и бросила в меня подушку.

Ух, а Клирия оказывается умеет истерить. Причём судя по роже, от души, с оттяжкой. Знает толк, как посмотрю. Вся красная, глаза припухшие и тоже красные, словно несколько суток не спала. Тушь по морде растеклась, губная помада размазана, губы дрожат, вся физиономия мокрая, так ещё и сопли из носа текут.

- Уходи, Патрик, - сказал она и шмыгнула носом. Хочу заметить, что не сказала там, терпеть тебя не могу или ещё что-нибудь в этом роде. – Я не хочу тебя сейчас ви…

Я оказался проворнее. Нырнул к ней поближе и поцеловал её в губы, повалив на кровать.

И разбил случайно ей губу. Клирия отдёрнулась от меня со звуком «ум-м-м».

Блин, ну немножко не рассчитал.

Но я не остановил свой поход против Клирии и сделал вторую попытку, всё равно я её к кровати придавил. Реакция на поцелуй была слабенькая. Клирия нехотя отзывалась на мой напор. Однако и не это было важно.

Разорвав поцелуй, я посмотрел ей в опухшие глаза.

- Ну и глупая же ты, когда беременна, Клирия, я просто в шоке. Не ожидал от тебя такого.

Молчит, шмыгает носом.

Тогда я поцеловал её в глазик, потом в другой, в сопливый носик, губы, в шейку, всё ниже и ниже. Клирия же лежала просто неподвижно. Но хныкать перестала. Ага! Вот значит ты у нас какая девица. Слёзы слезами, а быть любимой всегда рада. Эх ты, а я-то думал, что дольше протянешь. Слабачка.

Глава 387

Клирия успокоилась. В конечном итоге она успокоилась и втянулась, хотя до этого строила из себя манекен. Но мы-то знаем правду!

Вот с её платьем возникла проблемка, снять его было проблемно, поэтому…

- Не обессудь, - я резким рывком разорвал на её груди платье.

А знаете, есть в этом что-то классное! Нет, реально, словно подарок раскрываю! Под звук рвущейся ткани я раскрыл Клирию как подарок, явив свету её шрамированное тело в чёрных кружевных труселях и бюстгальтере. А Клирия как лежала и смотрела в потолок, так и лежит.

Порвал я на ней платье и пошёл далее поцелуями. Только пришлось перегрызть лямки бюстгальтера, но да ладно. Зато под ним были её сиськи! Пощипал один сосок губами, другой, полизал, пососал и вот они уже встали торчком. Причём у Клирии они довольно сильно торчком становятся. Их я постоянно теребонькаю, когда мы вместе.

Но на этом я не остановился и всё ниже и ниже, к трусикам.

Как-то раз один чувак сказал, что типа лизать девушкам западло, так мужик не поступит. Этот же чувак говорил, что таких на зоне петухами делают. И у меня был логичный вопрос – то есть лизать девушке – не мужик, но делать мужика на зоне петухом - мужик? Чувак, ты долбишь добровольно другого чувака в жопу! И если того можно оправдать тем, что его насилуют, то какие у тебя оправдания? И после этого ты говоришь, что делать куни не по-мужски?

Двойные стандарты и лицемерие; мне хочется проблеваться, вернуться в тот мир и забить этого чувака молотком, если он окончательно не спился.

Так что все могут идти нахуй, а я иду ниже к трусикам Клирии.

Так же зубами перегрыз её лямки, чтоб сдёрнуть ненужную ткань и посмотрел на худосочную коротко подстриженную красоту Клирии. Кому-то нравятся бритые, кому-то волосатые, кому-то средние. Мне нравятся все!

Говорят, что у каждой девушки есть вкус. Ну типа как у мужика есть вкус, что поест, тем и будет отдавать, то же самое и у девушек. Так вот, Клирия кислила лимоном. Просто стоило коснуться языком её, чтоб понять это. А я касался, хорошо касался, по всем складочкам касался, и не только, но и щипал губами. Провёл ей везде языком, и по самому нежному месту и везде, куда только мог засунуть его. Нежная, гладкая, только её волосики немного щекочут нос.

Клирия вздрагивала, тяжело дышала и напрягалась, едва удерживая себя на месте. А когда я конкретно впился ей между ног, она вообще начала немного извиваться. Ну ещё бы, я ей там всё обследовал, каждую складку, каждый пупырышек. А в конечном итоге её по нежному месту языком, от чего Клирия напряглась, покрылась мурашками и выдохнула со звуком «уф-ф-ф».

А после этого, я подтянулся к ней, ещё раз поцеловал в губы и вставил. Хорошенько вставил, с разгончика, отчего она немного подпрыгнула и издала мычание, смотря на меня опухшими глазками.

- Ты очень вредная, Клирия.

- У тебя не хватает чувства такта, Патрик, - немного хрипло ответила она. А потом потянулась и чмокнула меня в губы, после чего слабо улыбнулась. Улыбающаяся Клирия с опухшими заплаканным глазами выглядела довольно забавно.

Так мы спокойно трахались, она двигалась подо мной, участвуя в процессе, пока я усердно, но аккуратно обрабатывал её. Было мокренько, было довольно туго, куда туже, чем у арахны, и было приятно.

Мы извивались, целовались и просто пыхтели, как паровозы, пока наконец оба и не кончили.

- Значит без способности, - выдохнула она и поцеловала она меня в губы.

- С чего взяла?

- Меня не раздирает всю от переизбытка ощущений. Приятно, что я вызываю у тебя естественное возбуждение, - провела она мне пальцами по щеке.

Я слез с неё и лёг рядом, прижав к себе. Мокрая и горячая, почему-то не вызвала у меня неприятных ощущений, которые возникают, когда тебе жарко.

- Ты опять мнёшь мою ягодичную мышцу.

- Это не я, это рука.

- Пусть продолжает. Массаж положительно сказывается на моём настроении.

- Это типа мир теперь вокруг тебя, да?

- Во мне ребёнок шевелился.

- Что? ГДЕ?!

Я тут же спустился на уровень её живота. Кстати говоря, тот уже довольно-таки округлился. Не круглый, как у беременных, но нижняя часть живота, если так посмотреть, особенно на дрыщавой Клирии, всё же выпирает заметно.

- Где шевелится?!

- Я сказала, что шевелился. Два дня назад.

- А сейчас?

- А сейчас он может спать.

- Это мальчик?

- Я не знаю, - куда спокойнее, чем я, ответила Клирия.

- Ты сказала он.

- Ребёнок.

Блин, но всё равно классно! Может там маленький Патрик растёт, тогда будем… ладно, я хотел сказать, что будем шатать мир вместе, но во-первых, я не хочу, чтоб ребёнок жил такой жизнью. Во-вторых, не хочу думать об этом, но до момента, когда ребёнок сможет заниматься подобным, меня вполне может уже и не быть.

И всё же, я погладил её живот, надеясь хоть на какое-то движение. Пусто. Тогда я потыкал в него пальцем - пусто. Тогда я поцеловал его. Ну мало ли, верно? Всё равно пусто. Ну блин…

- Не шевелится, - резюмировал я.

- Боюсь, что он не шевелится по нашему желанию, Патрик, - сказала Клирия и погладила меня по голове. – Но он шевелился. По крайней мере я чувствовала это, а значит, всё в порядке.

- Ну с тобой не будь в порядке, душу же вытрясешь.

- Быть может ты и прав, - улыбнулась она, после чего сама немного ниже спустилась и прижалась ко мне спиной. Я же просто обнял её, чтоб помять грудь и подёргать за складочки. Ну это типа как волосы люди на голове накручивают, или ключи на пальце вертят. Здесь то же самое. Подёргать Клирию за все выступающие части тела свято.

- Сильно поругалась с Эви? – спросил я по прошествии минут десяти.

- Пальцем не тронула. Однако я довольно точно высказалась, что она должна делать, когда ей приказывают, и что с ней будет, если она продолжит эти приказы игнорировать. Однако ампутация пошла ей на пользу, как я заметила. Стала более степенной. Хотя не меньше повлияла на неё и твоя пропажа.

- Элизи же знала, что я жив.

- Но я не знала, где ты конкретно находишься, - Клирия уверенно перевела всё на себя. – Быть может в камерах короля.

- Я бы всё равно выбрался оттуда.

- Давай не будем этого проверять.

- Ты не поверишь, но я не против. Так, а что там дальше у нас намечается? – поинтересовался я. – Какие мероприятия?

- Герой. Такахаси Митсуо, если меня не подводит память. Я слышала, что ему досталось. И мне бы хотелось знать, что ты планируешь с ним делать.

- Кое-что. Хочу поговорить. На нашей территории. Перетереть кое-какой вопрос.

- Это добром не закончится.

- Для него?

- Не знаю. Но меня и не интересует его судьба. Я спрашиваю только о тебе.

- Да узбогойся, Клирия, всё будет норм.

- Если ты так говоришь…

Мы пролежали так до тех пор, пока я сам и не отрубился. А проснулся оттого, что Клирия выбралась из моих объятий.

- Уже утро, - объяснила она мне сонному. – Пора подниматься.

- Ага, у меня уже поднимается, - зевнул я.

- Я заметила, - тыкнула она в него пальцем. – Вижу, что он твоя противоположность.

- Только утром, днём мы меняемся местами, - отшутился я. – И вообще, имею право дрыхнуть до обеда. Так что не дёргайте меня и дайте поспать. И ты иди сюда, греть будешь.

Но Клирия меня удивила. Она взгромоздилась мне на ноги и нависла над моим утренним стояком. Потом как-то неуверенно коснулась пальцами, приоткрыла рот и взяла его одними губами. Самый край, и чо-то там пыталась сделать. И языком проведёт, и всосать попытается и… блять, она меня даже укусила! Опыт, конечно, налицо.

Пришлось самому ей помочь, просто надавив на её голову и насадив поглубже. Клирия не сопротивлялась, лишь что-то там пыталась делать языком и двигать голову верх-вниз, помогая пальцами. И хоть минет она толком мне так и не сделала, однако облизала всё хорошо. Ей только письма запаковывать.

Однако классно было видеть, как наша мисс-тьма мне отсасывает. Я то же самое испытывал с Констанцией. Когда человек, ну никак не выглядящий таким, делает что-то дико пошлое, буквально представляя себя в другом свете, это всегда очень круто выглядит. Вот сосущая Клирия была точно такой же. Совершенно неправильной в моих глазах.

- Ладно Клирия, подтягивай сюда свою сочную попу.

Всегда мечтал попробовать шестьдесят девять.

Довольно забавный опыт. Так и радовали друг друга кто как горазд, пока не поменялись местами по вертикали, после чего я её легонько выебал в рот. Клирия не сопротивлялась и не пыталась что-либо сделать. Она просто приняла меня и была оттрахана в рот, пока я ей там наяривал языком.

А потом она испытала оргазм и меня укусила.

Сучка.

- Мне очень жаль, - тихо и покорно сказала она, сидя на кровати передо мной, пока я рассматривал свои повреждения. И сука отпечатки зубов даже оставила! Ёбаны в рот, Клирия, ты же могла откусить мне его!

- Я не буду комментировать это, - пробормотал я.

- Позволь, я попробую ещё раз.

- Нет, спасибо, Клирия. Шестьдесят девять, это для людей