Book: Второй Великий Катаклизм



Второй Великий Катаклизм

ГКР-3

В.В.К.

Второй Великий Катаклизм.

Пролог

Ужасные твари явились вскоре после грома. Явились во время багрового заката. Явились в огненно-красной вспышке. И раскаленными камнями упали на вечернюю мирную землю.

Два тяжких валуна рухнули на вспаханное поле, что уже дало первые ростки, обещающие богатый урожай. Вспоров почву, оставив две глубокие борозды, накаленные камни замерли в неподвижности. Еще три небесных посланца ухнули в березовую рощу. С треском повалились расщепленные деревья, уронив зеленые кроны. Из деревни послышались первые встревоженные крики.

Первым к полю прибежал деревенский сторож, держащий перед собой яркий фонарь на длинном шесте. Сумерки стремительно сгущались, невооруженным взглядом почти ничего не различить – разве что медленно затухающий багровый камень, курящийся белым едким дымом. Охающий сторож с недоумением глядел на небо, оглядывался, не в силах понять, откуда явилось такое бедствие. Хорошо за околицей упало, по домам не угодило. Пока старый сторож бегал по полю, подоспели остальные мужики, на всякий случай вооружившиеся дубьем и вилами. Прихватили они и факелы. Камни к тому времени окончательно потухли, слились с наступающей темнотой ночи. Иссяк белый дым. Остался только неприятный чуждый запах, рвущий ноздри. Поле осветилось десятками огней. Вокруг гигантских валунов бродили удивленные жители, стуча по ним палками и уже прикидывая, каким способом от них избавляться. Впрягать упряжки быков и вытаскивать целиком? А может дробить и по частям? И какому светлому божеству молиться, дабы впредь подобного не случалось?

Может Иваве Великой и Сердобольной?

Аль еще кому – поди разберись кто в их царстве небесном заведует падающими из-под облаков каменюгами.

Успокоенные пересуды длились недолго – явившиеся с багровых небес остывшие гости вздрогнули, шевельнулись, по каменной скорлупе пробежала сеть трещин, рванули наружу облака горячего пара. Испуганно загомонившие жители поспешно отбежали прочь, в ужасе вознося молитвы почитаемым светлым богам.

И боги услышали.

Когда каменная скорлупа разлетелась сотнями кусачих осколков, ни один из них не коснулся стоящих у кромки поля жителей. Смертельный удар приняла на себя задрожавшая лазурная пелена, которая же мягко отодвинула разом всю толпу назад. С темного неба раздался требовательный женский голос, повелевший пастве вернуться в дома и запереть двери. Светлая богиня, Нахква Заступница, явилась на зов, почувствовав чуждую угрозу в этом мирном крае. И успела защитить селян, уберечь свою паству от неминуемой гибели. В сиянии лазурных вспышек на поле прибыл десяток храмовых воинов в блистающих доспехов и три жрицы в синих балахонах и золотых высоких шапках.

Посреди поля мелькнуло быстрое смутное движение. В следующий миг на одного из воинов прыгнула гигантская рычащая тень, сверкнули ужасающие клыки, раздался разъяренный долгий рев. Из-за деревьев донесся ответный рев, с погруженного в темноту поля прыгнул еще один шестилапый огромный зверь. Завязалась ожесточенная битва. Высверки магии, лязг щитов и звон мечей – все слилось воедино. Чудовища оказались сильны. Они убили шестерых воинов и одну жрицу. А ведь боевой славе и поразительной живучести храмовых воинов и жриц Нахкве было мало равных – меньшим числом им случалось сражаться против теневого дракона и выходить из битвы потрепанными, но живыми победителями. Тут же, на обычном крестьянском поле, полегло сразу семеро…

Наутро, когда жители покинули дома вместе с рассветом, опасность уже миновала. Ликующие крестьяне поспешили с щедрыми дарами к высящемуся на холме храму, во весь голос превознося великую богиню Нахкву Заступницу.

Этим утром к храмам спешили верующие в разных богов. Но благодарственная молитва звучала одна и та же. Сыпались на алтари звенящие монеты, со стуком ставились горшки с медом, молоком, вином, бережно укладывались рулоны разноцветных шелков и богатые меха, ложились ножны с прекрасными мечами, опускались тугие луки и колчаны отличных стрел.

Минувшей ночью с багровых небес явились страшные гости и лишь благодаря заступничеству богов все обошлось малой кровью. А кровь была – даже боги не вездесущи. Несколько небольших деревенек, пасек и хуторов были уничтожены подчистую. Атаковавшие их ужасные твари позднее были найдены и прикончены, но некоторым удалось уцелеть – как той паре страшных черных змей с головами как шипастые палицы, что превратили хуторок Яблоневая Роща в груду безжизненных развалин, а затем бесследно исчезли в темных водах болота Рэйвендарк…


Глава первая.

Сердце надорванное мое… пальцы ножные спасительные…

- Вот так! Вот так, ученики мои! Вот так! – часто кивал игрок Брама-Брама Садху, облаченный лишь в розовую набедренную повязку, с побеленной известкой кожей, обладающий третьим уровнем персонажа и копной разделенных на косматые косички волос – Пуще! Пуще шевелите ими! Шевелите перстами ножными! Пуще! И хором – О РУМО-РАНА!

- О РУМО-РАНО! – послушно повторил я вместе с десятком других игроков, сидя на грязной мостовой площади Плосефонт и усердно шевеля пальцами босых ног.

- Да откроются чакры виртуальные! О РУМО-РАНО!

- О РУМО-РАНО!

Черт… а ведь права была Черная Баронесса – помогает! Отпускает!

- Пуще шевелите перстами ножными! Пуще! О РУМО-РАНО!

- О РУМО-РАНО!

Вокруг нас толклась плотная толпа, мелькали лица, меня толкали чьи-то колени, а я сидел и шевелил перстами ножными, чувствуя, как расслабляется плотно сжавшаяся где-то в животе пружина. Этот побеленный известкой монах знает свое дело!

- О РУМО-РАНО!

Небо над Плосефонтом мигнуло алым, серая туча окрасилась в кровавый цвет и сквозь нее пробила длинная рубиновая линия ушедшая к земле. Раздался долгий грохот грома. Вдалеке зазвучал тревожный набат.

- Мизинцы, мизинцы ножные выворачиваем, подгибаем! Да снизойдет благодать. Вот так, вот так! О РУМО-РАНО!

- О РУМО-РАНО…

Безуспешно пытаясь подвернуть мизинцы, я чувствовал, как остатки напряжения уходят из головы. Пусть ненадолго, но все же!

- Может и мы сядем? – послышался за моей спиной чей-то робкий голос.

- Ты дебил что ли такой фигней заниматься? – возразил ему хриплый бас.

- Вот значит Росгард Легендарный прямо дебил и зря перстами ножными шевелит, а ты не дебил, да?! – парировал робкий голос.

- К-хм… - задумался хриплый – Ладно… попробуем. Вдруг бонус какой дает?

- О РУМО-РАНО!

- Рос! Рос! – рядом со мной опустился на корточки один из бывших моих пассажиров из клана Неспящих – Еле отыскал тебя в этой толкотне. Сообщение про Орбита от тебя получил. Спасибо! Слушай, а вот чисто случайно, ты не знаешь, почему вдруг Зар’граад с места снялся и на Старый Континент попер?

- Знаю – меланхолично кивнул я и опять попытался подвернуть мизинцы.

- Поделишься, а? – с большой надеждой спросил собеседник.

- Чего не подпеваешь мастеру Брама-Брама Садху? – спросил я – Чего перстами не шевелишь?

- Ему? – фыркнул игрок – Да щас…

- Ну как хочешь – вздохнул я и возвел очи к небу, усиленно шевеля вразнобой ножными перстами.

- Ладно, ладно – на землю упали окованные золотом сапоги, две зеленые ножищи вытянулись вперед, задергались сосиски пальцев – Вот, шевелю. Ну?

- Под Зар’граадом огроменный Страж Древних сидит – отчетливо произнес я – Размером с половину материка. Ну может малость меньше. И он полным ходом идет на таран. Грядет столкновение миров. О РУМО-РАНО!

- Да ладно – скривился игрок – Все прикалываешься… - поглядев в мое отрешенное успокоенное лицо, он осекся, еще помолчал, с огромной скоростью зашевелил перстами ножными и затянул – О РУМО-РАНО!

- О РУМО-РАНО! – поддержал его я.

- О РУМО-РАНО! – подхватили остальные к вящему удовольствию мастера Садху.

Небеса над нами снова окрасились алым. Посланцы иных земель продолжали прибывать на адском воздушном экспрессе.

- Спасибо! – чуть пришел в себя после сокрушительной новости зеленый бородач и продолжил осторожное выспрашивание – А кто еще про это знает?

- Тебе первому сказал – абсолютно честно ответил я.

- Спасибо!

- Пока что.

- Что значит «пока что»? – к радости примешалась тревога.

- О РУМО-РАНО!

- Об этом надо сообщить всем – сказал я, глядя на рубиновый лазерный луч тянущийся над городом.

- Вот прямо всем-всем?

- Да – кивнул я – Всем-всем. Представляешь, что будет, когда два материка столкнутся?

- Омлет из двух яиц?

- Ну да. Какая скорость Зар’граада?

- Замеряют. Но поверь – прет он быстро. Слушай, Рос, насчет «рассказать прямо всем-всем». А может не надо пока?

- Надо – твердо припечатал я – Посему предлагаю ЧБ выступить главным глашатаем и сексуальным диктором одновременно. Пусть с эрогенной тревожинкой поведает всем о скором конце света и покажет ужасные картинки.

- К-хм… - поперхнулся собеседник – Нет, мне нравится. Очень нравится. И ЧБ могет, еще как могет. Но…

- О РУМО-РАНО! Шевелим, шевелим перстами ножными, ученики мои! Напрягаем большие персты, тянемся ими к небу лазурному, на солнце, на солнце их направляем! Дабы пронизало их свечением благодатным и даровало открытие чакр сиятельных! О РУМО-РАНО!

- Я прикончу его сейчас – прорычал зеленый гигант, неожиданно умело направляя большие пальцы ног на светило – Прикончу! Рос… зачем торопиться с такими новостями?

- Они имеют право знать – ответил я – Обалдел, конспиратор? Вы там совсем долбанулись со своими утаиваниями, тайными выгодами, изучением отходов аналитиков и прочими причудами? Скоро по нам ударит целый материк! А затем из него вылезет Страж-Колосс и покажет остаткам выживших такое…что даже особо оголтелым маньякам показывать нельзя.

- Тише-тише… я арт включил, чтобы не подслушивали, но орать то зачем? Понял я. Условия?

- Нет условий. Почти. Я сейчас тебе скину все что у меня есть по стражу. Там несколько видео. А через пару часов жду публичного выступления знаменитой и легендарной Черной Баронессы, великой главы клана Неспящих. И пусть она со страстным придыханием предупреждает о вселенской беде. Если не выступит – я выступлю. Но уже не так сексуально. У меня ведь нет обтягивающего черного кожаного костюма.

- О РУМО-РАНО! О да! О да! Проникает, проникает в меня свечение! Оно уже во мне! – закачался в экстазе мастер Брама-Брама Садху – Я чувствую это!

Многочисленные тревожные крики несколько смазали эффект от его духовного экстаза. Толпа Плосефонта качнулась, глянула в сторону, откуда донесся тяжкий грохот. На Альгору рухнул пяток огромных камней посланных небесной пращей аж с Зар’граада. Третий раз за час. Сильнее забил набат. Сейчас там грянет битва. Стражи и добровольцы против могучих чужеземных монстров. И монстры настолько сильны, что стражи гибнут по всей Вальдире. И не только они. Жрецы и жрицы, волшебные создания всех мастей, знаменитые герои прошедшие без царапинки множество битвы – все они оказались вполне по зубам нагрянувшим тварям. И гибли. Не пачками, но горстками. А замену такого рода воинам так быстро не сыскать…

- Я понял. Готов принять видео. И еще раз спасибо. Что нам предложил.

- Старых друзей и врагов не забываю – хмыкнул я, смотря, как подкрашенным красным солнечный свет освещает кончики моих ножных перстов.

- А мы кто? Друзья? Или враги?

- Принимай видео-гостинцы.

- Ок.

Пока шла невидимая взору процедура, мы продолжали светскую беседу:

- Ты сейчас куда?

- В Тишку – не раздумывая ответил я – Скоро и туда пара булыжников с Зарграада прилетит. Меня аж качает. Выспаться бы.

- Орбит как там?

- О РУМО-РАНО! – скрючился я – Шел бы ты уже, а?

- Ухожу, ухожу…

Подхватив боты позолоченные, собеседник убрался прочь и его место тут же заняла радостно улыбающаяся эльфийка с такими огромными глазами, что казалось, будто ей веки вырезал некий жестокий садист. Она уселась, что-то хотела сказать, но ее сцапала за шею огромная костистая ручища и переместила на пару метров левее.

- Извините, дедушка-великан – пискнула испуганно эльфийка и затихла, сосредоточенно шевеля пальчиками.

Я глянул на дедушка-великана с костистыми руками. И увидел недобро глядящего мускулистого старца с серой кожей, черными волосами с обильной сединой, в набедренной черной повязке и сапогах. Короче – я увидел изрядно постаревшего Конана Варвара, сквозь чью личину проглядывал знакомый скалящийся клыкастый череп.

- Росгард – прохрипел старец, опускаясь рядом подобно башне – Хвалю, хвалю…

- Аньрулл – поприветствовал я в ответ.

- О РУМО-РАНО! – заголосил колотящийся в экстазе мастер Садху, не подозревающий, что сидящий перед ним великан является богом смерти. Истинный облик Аньрулла видел только я. Или же всем присутствующим было плевать на монструозного скелета сидящего на мостовой.

Щелкнув проглядывающими сквозь призрачную плоть челюстями, Аньрулл зашевелил длинными перстами ножными. Когти-скальпели со свистом разрезали воздух на мельчайшие ломтики. Темное божество удовлетворенно заметило:

- Хорошее пыточное умение. Вижу, набираешься ума-разума, Росгард. Хвалю. Хвалю.

Секунду подумав, я решил не просвещать Аньрулла о истинной сути данного «умения». Впрочем, сути и не существовало. Это все фантазия мастера Брама-Брама Садху, могущего быть безобидным чудаком или же хорошо маскирующимся главной некоего клана, сбрасывающего моральное напряжение. Как я сейчас. Сбрасываю. Но признаться в такой слабости и глупости – уронить себя в глазах древнего божества. Посему я медленно кивнул и продолжил шевеление.

- Столько смертей грянуло – широко-широко оскалился скелет солнцу – И сколько еще погибелей грядет! Из тебя вышел отменный жнец, Росгард. Просто отменный. Ты косишь жизни сотнями.

- Я? – пораженно выдохнул я, поразившись обвинению чуть ли не в геноциде. Хотя не обвинению – скорее похвале. Но ее я вроде тоже не заслужил. Хотя…

- Материки сближается. Старое столкнется с новым. Волна с волной. Скала со скалой. Жизнь с жизнью. Смерть со смертью… и в конце останется лишь с-смерть! Такая разная и такая… единая в своей вечности.

- Я такого не хотел – с жесткой твердостью заверил я Аньрулла – Знай я – не воспользовался бы подаренным умением.

- Так ты знал – оскалился скелет.

- Откуда? Никто ничего не говорил.

- И ты поверил, что с-столь мощная магия дарована тебе просто так? Даром? Просто так?

Тут же захотелось с пылом заговорить, закричать, начать описывать все неимоверные трудности минувшего Великого Похода, о том, как едва-едва прорвались. Да, я не так уж много палил магией, больше наблюдал, но ведь все же участвовал! И сделал я все как надо. Нигде не напортачил, никого не подвел. И открыл новый материк. Потому и получил заслуженную награду!

Но вслух я не сказал ничего. Я понял Аньрулла – следовало проявить осторожность. Особенно после того, как я впервые увидел бьющегося под толщей материка Стража Колосса. В то время я думал, что это если не агония, то беспомощное трепыхание надежно запертой твари. Теперь же мне кажется, что Колосс ликовал. Радость его была так велика, что он не мог сдержаться. Ведь с каждым прыжком я делал «стежок за стежком», намертво сшивая два материка магическими струнами. Мне следовало тогда еще остановиться, обнародовать видео, спросить чужое мнение. Или найти на Зар’грааде какие-нибудь древние катакомбы, где сыскались бы заросшие паутиной каменные таблички с надписью: «Росгард! Не балуй, вишней тебя об загривок! Не сигай с материка на материк – а то худо будет!». Но я продолжил прыгать туда-сюда, зарабатывая для ГКР огромные деньги. И вот…

С другой стороны – всего не предугадать. Это была первоклассная ловушка демиургов Вальдиры, и я в нее радостно угодил. И не только я – никто что-то меня особо о возможных опасностях не предупреждал. Даже казалось бы всеведущая ЧБ и главы прочих кланов радостно запрыгнули в мой «самолет» вместе с грузом и весело прокатились. И никто не сказал – а может не будем запускать двигатели? Может сначала чуть обождем и исследуем?

Но все равно так хотелось покоя – хотя бы на Старом Континенте. А тут такое…

- Тебе на руку все эти смерти, да? – вздохнул я и с яростью подвернул мизинцы так сильно, что чуть не увидел сияющие чакры воочию.

- С-смерть – это прекрасно – ответил бог – Ослабление других богов – прекрасно! Но…

- Но?

Великан повернулся и клыкастый череп приблизился к моему лицу так близко, что я бы мог укусить Аньрулла за нос, имей он его.

- Но Страж… тот ужасный огромный Страж… - снова клацнули ужасные челюсти.

А я вспомнил ту давнюю уже битву – на Кольце Мира. Где Аньрулл схватился сразу с несколькими Стражами Древних. Исход битвы остался неизвестным – звезды утащили Аньрулла телепортацией. Неясно чем все там кончилось. Но кое-что все же известно – Аньрулл уцелел. Это раз. Он их называл своими слугами – это два. Они ему не покорились – это три. И они решительно на него напали. Это четыре. И большой вопрос справился он с ними или нет – финал столкновения случился не на моих глазах. Это пять.



Те звезды были не особо крупные. А тут исполин прущий на Старый Континент…

- Страж Колосс тебе не друг… - кивнул я.

- Страж Колосс – повторил Аньрулл – У него другое имя. Но и это подходит. И он мне не друг. У него нет друзей, кроме ему подобных. Я бы мог многое рассказать о том создании…

- Так расскажи.

А ведь верно – возраст у них примерно один. Оба явились из туманной далекой эпохи. Аньрулл знает многое о тех временах.

- Расскажу. Возможно – кивнул скелет – Возможно. Если мы заключим договор.

Вот оно…

Изюминка в кексе. Или камешек в булке.

- Договор?

- Ты и я. Договор между старыми друзьями. Выгодный для тебя. Выгодный для меня.

Темная ужасная могущественная тварь предлагает тебе договор. Самый естественный рефлекс – решительно отказаться. Так бы и я поступил еще пару месяцев назад. Сейчас же я сохранил спокойствие и неподвижность. Даже пальцами перестал шевелить. Чуть подумал, глянул на освещенным багровым солнцем скелета. И уточнил:

- Выгодный для меня?

- О да, Росгард Смертоносный. Выгодный для тебя. Причем первая выгода не будет стоить тебе вовсе ничего. Я одарю тебя в знак признательности за прошлые твои деяния. Я не забыл того, кто меня разбудил.

- Это был другой чужеземец. Я уже говорил.

- Да. Ты был всего лишь рычагом. В тот раз. Но у тебя и своя голова на плечах. К тому же почему не позолотить рычаг, что меня освободил? Ведь вы, смертные, так любите золото… но я не о нем. Я о городке Тишайшая Нега. Знаешь такой? Мой дар коснется его.

- Это важный для меня город – ровно ответил я, не пытаясь отрицать очевидное. Стало быть Аньрулл уже побывал там, оценил ситуацию.

- Да. Важный для тебя. Я знаю.

- А ты изменился, бог Аньрулл – заметил я, переводя взгляд на мастера Садху – Стал говорить иначе. Более… человечно… более современно…

- Современно… - повторил Аньрулл – О да. Я смерть. А смерть всегда современна. Как я услышал от одной чужеземки, глядящей на алмазные серьги в витрине магазина – это всегда в моде.

Древнее темное божество под личиной угрюмого великана бродит по мирным улицам, слушает чужеземцев, заглядывает в витрины магазинов. Запоминает такие слова как «современно», «всегда в моде». Перенимает стиль речи. А что он еще делает? Вряд ли лакомится пирожными с компотом. Строит черные планы по уничтожению всего живого? Вряд ли – ибо уже ни к чему. Скоро сюда явится озверевший материк и самолично устроит апокалипсис.

- Тишка… - напомнил я.

- Тишайшая Нега. Мне нравится название. Мертвенный покой в уютной темноте глубоко закопанного гроба – вот что напоминают мне эти слова.

- Хм…

- Падающие с небес камни. Чудовища выбирающиеся из них и крушащие все вокруг. Пара таких упала и на твою любимую Тишку. Есть погибшие.

Я дернулся, начал вставать. Тяжелая рука скелета придавила меня к земле.

- С ними справились. Но рано ликовать. Вскоре с небес упадут новые гости. Столь же зубастые и клыкастые. Но если мы заключим договор…

- Ты можешь защитить город? – понял я – Или даже целый континент?! Если так, то…

- Нет. Чудовища посылаются древней могущественной магией. Очень могущественной. Я могу лишь немного отклонить звенящие рубиновые струны. И не везде. Но над Тишкой – могу. Чуть-чуть. И страшные валуны станут падать не на крыши домов и головы мирных жителей. А в стороне. Скажем… полмили от черты города. Разве это не выгодно, Росгард?

- Более чем – кивнул я.

Само собой выгодно. Одно дело если валун рухнет на жилой дом, уничтожая постройку вместе с обитателями, а затем из каменного яйца вылезет монстр и начнет кромсать мечущихся в панике по улицам жителей, мешающих стражам и игрокам. И совсем другое если он упадет почти в километре от Тишки – тогда появится достаточно времени для переброски основных сил, к подготовке «теплой» встречи. Выгода высока. Никаких разрушений в городе, гораздо меньше смертей среди защитников. А если часть сухопутных чужеземных тварей ухнет в глубокие воды Найкала – они могут и вовсе не выплыть.

- Таково мое предложение, Росгард – скелет попытался улыбнуться, но получился жуткий оскал – Щедрое предложение. Что скажешь?

- А что потребуешь взамен?

- Немногое. Кое-что мне нужно отыскать. Кое-что узнать. Кое-куда отправить надежного партнера, что уже доказал свою смелость, решительность и находчивость. Дел много, Росгард. Очень много.

- Я не стану убивать мирных жителей, разрушать светлые храмы.

- Никто и не просит. Мне нужна от тебя помощь. Работа. А все упомянутые развлечения я оставлю себе. Убивать и разрушать – мое любимое хобби. Каков твой ответ, Росгард?

- Мне надо подумать.

- Час-с… - прошипел скелет и встал – Я даю тебе один час-с. И за это время ни один камень не упадет на крыши твоего любимого городка. Слово Аньрулла.

- Всего час…

- Конец света на горизонте. А ты просишь больше времени, Росгард?

- Я понял. Час.

- О РУМО-РАНО! – горько вздохнул я.

Уже и Плосефонт не дает отдохновения душевного.

С гулом сошедший с небес особо большой камень – просто гигантский – врезался в шпиль далекого храма и снес его подчистую. Вниз обрушился дождь битых кирпичей и осколки витражей. Прущий сюда Зар’граад великолепно играет в городки. Сметает все подчистую. И что не удар – так страйк. Или это термин из боулинга?

Аньрулл незаметно исчез, унеся с собой странную сумеречную тень, что затянула часть площади. Видимо черную ауру не так-то просто спрятать под призрачного великана.

- О да! Вот и оно! Переходим к пальчикам безымянным, сокровенным, деликатным, особо романтичным и невероятно харизматичным! – в экстазе закатил глаза мастер Брама-Брама Садху и отринув глупое мирское, я сосредоточился на его благословенных «отпускающих» словах. Редкостную чушь он несет. Но как от нее славно на душе становится! Ощущение как из детства – когда я сладко спал на уроках алгебры под бормотание вечно сонной учительницы. Продолжай же мастер Садху! Неси меня в безмятежное детство!

Мелькнула чья-то тень. Я испуганно оглянулся. Облегченно выдохнул – не по мою душу. Можно продолжать релаксировать. Главное не вспоминать про мамонта в гостиной. А черт…

Не вспоминать о лысом мамонте в гостиной.

Не вспоминать о мамонте в гостиной.

Кира беременна…

БЕРЕМЕННА!

А черт…

Выпуклый, почти осязаемый цветной мираж мальчишки Роса сладко дрыхнущего на задней парте задрожал и рассыпался сотнями звенящими осколков. Совсем как тот церковный витраж разбитый огромным валуном. Здравствуй, здравствуй, взрослая жизнь.

Раскинув ноги, упираясь ладонями в грязный камень площади Плосефонт, я откинулся назад, слепо уставился в расчерченное красными линиями небо и вяло зашевелил ножными перстами, вспоминая недавние события мира реального…


Встать с пола я смог не сразу. Я парень крепкий. Одним ударом меня не свалить. Но мне нанесли два удара одновременно, причем с разных сторон. Первый прилетел с той стороны двери. Второй – с этой. И врезал прямо по затылку. Я безвольно стек на пол и на время отключился, не реагируя на вопросы охранника и испуганные восклицания Киры.

Чуть полежал. И лишь когда Кира начала нести какую-то странную чушь про «если ты против, то..», я поднялся, обнял ее, поцеловал в макушку, рявкнул в домофон на начавшего надоедать охранника и велел впустить гостя. Вместе с его странным ящиком и нет, осматривать ящик не требуется. И да, нужно впустить и двух парней специалистов, собирающихся произвести какую-то установку. И нет, это вполне обычно, что прибывший гость одет необычно – мода у них такая там. И неважно, где именно «там».

Следом я предупредил нашу охрану. Пусть я уже не Великий Нави, но все же. Пусть бдят.

Выполнив все дела, следующие пять-шесть минут, пока там все организовывалось и поднималось на грузовом и пассажирском лифтах, я провел с Кирой в обнимку, бормоча такую ласковую успокаивающую ерунду, что стоит вспомнить – и до сих пор сразу в краску бросает. Не ожидал от себя такого… и откуда вылезло? Я ведь суровый отмороженный парень…

Когда в дверь вежливо позвонили, Кира уже полностью успокоилась, все поняла, чушь больше не несла и задумчиво глядела в открытый холодильник. И нет, я не знаю как я понял, что в дверь позвонили именно вежливо, а никак иначе. Но это был крайне вежливый деликатный звонок от профессионала своего дела. Дождавшись смс на телефон от «своих», я спокойно открыл дверь. Поздоровался с охранником, поблагодарил, извинился за хлопоты. Следом в дверь вплыл гигантский гроб. Да. Гроб.

Дубовый, с позолоченными четырьмя ручками по сторонам и таким же числом позолоченных ножек. Гроб большой, как для великана-толстяка. На древесине косовато пришлепнуты бумажные и пластиковые свидетельства прохождения границы, осмотра таможнями, информации от корпорации Вальдира, что груз крайне деликатный и хрупкий, подлежит бережному обращению. Да, это ящик. Но гроб. Стилистику ни с чем не перепутать. Те же жутковатые обводы, тот же блестящий темный лак на полированном дереве, плотно пригнанная крышка, а позолоченные детали только добавляют холодноватого испуга. Может поэтому и бумажки так косо наклеены – наклеивающий небось боялся, что сейчас приоткроется крышка и его схватит скрюченная рука мертвеца.

Гроб внесли, поставили посреди прихожей. Смущенно покашляли – гробовая стилистика не давала людям покоя, они не знали, что делать.

Выразить сочувствие в связи с почившим от ожирения восьмой степени родственником?

Справиться о нашем психическом самочувствии?

Проверить не мелькают ли огоньки безумия в глазах встретившего их хозяина квартиры?

Что за красную штуку жадно ест у холодильника вон та девушка с черными кругами под глазами?

Не два ли гроба с откинутыми крышками стоят за приоткрытой дверью спальни, откуда тянет странным холодком…

Ясность внесли вошедшие специалисты, что явно свыклись уже с внешним видом ящика и сразу спросили о главном – куда ставить и где монтировать игровой кокон? Мистика сразу пропала, осталась техническая скучная рутина.

Я указал жестом на свободную гостевую комнату, и они с деловитостью и молчаливость муравьев-рабочих устремились туда. Следом шагнул дюжий парень охранник. Приглядеть. Охрана дома облегченно распрощалась и покинула квартиру, утопав к лифту. Ребята вышколенные – я не услышал из коридора ни одного изумленного восклицания, чертыхания или еще чего. В узком кругу случившееся может потом и обсудят, но этого не услышит никто посторонний. В квартире разом стало меньше народу. Дверной проем освободился. Затихло довольное урчание насыщающейся Киры. И, будто специально дождавшись самого подходящего момента, вошел он…

Высокий. Тощий как молодой и вечно голодный бродячий кот. Кареглазый. Лохматый. Усталый. Похожий на сестру. Те же волосы, такая же кожа. Одет не по размеру – все слишком большое. И странное. Клетчатая теплая рубашка, висящие мешком серые джинсы, красные носки выглядывают между ремешками коричневых сандалий. И очень старая потрепанная синяя бейсболка, с чьего козырька свисают многочисленные гирлянды длинных и частично спутанных между собой разноцветных ниток, образующих странную вуаль перед глазами и лицом. Нитки нашиты специально, часть с узелками, будто это какие-то странные важные письмена что понятны только написавшему и что всегда перед его глазами. Бейсболка единственный старый предмет одежды. И, как мне показалось, единственный личный и сильно оберегаемый, судя по трем наложенным заплатам. Кто вообще штопает отжившую свою бейсболку? И как его вообще в самолет пустили в таком виде?

- Привет – вздохнул я и решительно шагнув вперед, заключил гостя в крепкие объятия – Напугал ты нас всех.

Тело у него напряженное. Закаменевшие плечи. И взгляд такой же. Застывший. Снова впечатление будто передо мной кот – только на этот раз не бродячий, а домашний, что случайно выпал из окна и впервые в жизни оказался в большом жестоком мире. И в голове у этого кота одна мысль – поскорее бы вернуться домой, забиться под шкаф и очень надолго затихнуть в безопасном сумраке.

Выпустив из объятий нежданного и долгожданного гостя – парадокс – пропустил его в зал, где его тут же взяла в оборот Кира. Пока я общался с охраной, пока дожидался, когда закончат распаковку жутковатого ящика, пролетел целый час. На перевернутой и приставленной к стене крышке «гроба» красовалась табличка с надписью. Я сумел разобрать, что это реквизит к фильму «Вампиры против Адских Великанов». Круть какая. Где он мог прихватить этот реквизит? Как ему могли его отдать? И не заявится ли сейчас сюда разгневанный режиссер с бутафорским осиновым колом в руках?

Завершив переговоры, проводив всех на выход, запер дверь, активировал сигнализацию, чуть постоял, уткнувшись горячим лбом в прохладную стену. Немного успокоившись, вернулся обратно. И обнаружил ожидаемое – Орбит дрых на диване, сбросив подушку на пол и уложив голову на старую бейсболку. Прикрытое пледом худощавое тело нервно подрагивало. Он что-то бормотал на незнакомом мне языке. Подобрав подушку, я бросил ее на кресло, взял из холодильника томатный сок и пошел искать любимую девушку. В ванне обнаружились мокрые пятна, влажные полотенца и сильных запах шампуня. Тут она точно была. Сама же Беда обнаружилась в спальне, где подтащила к себе все подушки, обложилась ими, укрылась одеялом чуть ли не с головой и вырубилась. Прекрасно… ну да – я же мужик, мне и разбираться со всеми делами и проблемами. Чуть постояв над Кирой и повздыхав – меня еще типало от ее новости, причем неслабо – вернулся в коридор, проверил дверь и сел за ноут. Зайдя в мессенджер, нашел первого попавшегося «серьезного» чела из Неспов, убедился, что он онлайн и написал короткое сообщение, сообщив важный факт – Орбит в России. У меня в гостях. Спит. Дрыгает левой ногой и правым ухом – не симптом ли это их семейного заболевания? Не пора ли от чумки укол сделать?

Чел оказался с юмором. Прислал пару радостных смайлов, пообещал срочно передать инфу ЧБ и тут же поинтересовался, что клану Неспящих надо сделать, чтобы мы не надругались над ценным заложником? И сколько нужно заплатить, чтобы мы все же надругались над ним? – многие из Неспов радостно скинутся на эту затею. Все до последней копейки из закромов и копилок выгребут. Про семейную чумку у ЧБ спросит – если потом не выйдет на связь, значит она его прикончила.

Ну да…

Сдавленно похрюкав и забрызгав клавиатуру слюной вперемешку с красным соком, я решил стать серьезней. Ответил шуткой на шутку, после чего сказал, что отправляюсь бродить на Плосефонт. С целью подыскать себе самое дурацкое занятие из возможных, дабы погрузиться в него перегруженной кипящей головой и ненадолго забыться. Постараться выгнать из разума странные и опасные знания. Вроде как дал ему туманный намек и примерный адрес где меня искать. Я становлюсь тем еще злыднем…

Закрыл мессенджер, допил томатный сок, покосился на продолжающего бормотать блудного соклана и вернулся к игровому кокону. Надо вернуться в Вальдиру – она излечит мой разум… или хотя бы позволит насладиться радужной истерией…


- Хорошо пошел – вздохнул я, наблюдая за жирной черной точкой мчащейся внутри широкого рубинового луча уходящего на восток. Очередной валун летит над просторами виртуального мира, собираясь разрушить очередную сторожевую башню, бревенчатую хибару, вспахать чье-то возделанное поле, разрушить памятник или просто снести кому-то голову – Ох… надо вставать и дела делать.

Подтянув под себя ноги с натруженным ножными перстами, я кивнул продолжающему орать мастеру Садху и медленно встал. Начал рыться в карманах – не особо надеясь что-то найти. В последний раз там были только кусачие орехи. Да и те были украдены воришками. Но надо же как-то мастера Браму отблагодарить.

- Дракон – пискнула девушка с чересчур большими глазами, завороженно смотрящая в небо – Тоже так хочу! Очень хочу! О небеса обетованные! Подарите мне яйцо дракона алого!

«Фига себе запросы» - мысленно присвистнул я и неохотно глянул вверх. Что я драконов не видал?

Дракон оказался драконом. В смысле – обычной чешуйчатой крылатой зверюгой зеленого окраса. Необычным же был сыплющийся с его спины обильный снег. Ветер и цифровая гравитация вскоре сделали свое дело и подняв руку, я поднял одну из «снежинок». Так же поступили многие другие – включая мастера Садху, деловито напялившего обмотанные тряпочками роговые очки и вперившегося в строки. Глянул и я на исписанную «снежинку». И едва удержался от удивленного свиста. Черная Баронесса оперативна! Невероятно оперативна!

В упавшем с небес флаере имелись жирные красные буквы со зловещими потеками. Не самый приятный текст.

ВАЛЬДИРЦЫ!

На нас снова надвигается ВЕЛИКАЯ БЕДА!

Грядет Второй Великий Катаклизм!

Мы вступаем в страшную эру! Эру, где каждый из нас познает потери и лишения!



Наступает ЧЕРНОЕ время для мира Вальдиры!

НИКТО не сумеет остаться в стороне! Здесь нет нейтралитета!

Нам ВСЕМ придется вступить в яростную битву!

Но даже в кромешной тьме можно сыскать лучик света и надежды!

Поэтому самое главное – верить! Верить и сражаться! Верить и бороться! Верить и действовать!

Хотите знать больше – внимайте!

Через двадцать минут ровно состоится экстренное общемировое выступление Черной Баронессы - главы клана Неспящих!

Клан Неспящих поделится со всеми важнейшей и пока еще никому кроме нас неизвестной информацией и ужасающими кадрами!

Вы увидите видео доставшееся нам невероятно высокой ценой и запредельными усилиями!

Вы услышите краткую, но емкую сводку событий и оценку происходящего.

Вы узнаете, почему отныне наше будущее не выглядит таким светлым и радужным!

Чтобы не случилось – мы с вами, друзья!

Мы, Неспящие, всегда были, есть и будем на защите Вальдиры!

Мы, Неспящие, всегда на вашей стороне!

Через двадцать минут – выступление Черной Баронессы!

Готовьтесь услышать и узреть нечто НЕВЕРОЯТНОЕ!

Потрясающее обращение, что уж точно никого не оставит равнодушным. Даже неграмотного привлечет – яркой и тревожной кровавостью строчек, заставит его жадно вопрошать толкающихся рядом – О чем, о чем текст? Да и спрашивать не придется – не успело большинство прочитать текст листовок, как повсюду раздались громкие голоса, банально читающие вслух, добавляющие что-то от себя, либо же несущие невероятную чушь – это ведь Плосефонт. Место сбора удивительных чудиков.

- Инфа от Неспящих!

- Черная Баронесса будет говорить, братья и сестры! Она будет говорить! Говорить! Говорить! Говорить!

- Да заткнись ты!

- Она расскажет нам, братья и сестры!

- О РУМО-РАНО! – завопил неожиданно громко мастер Садху, держа перед собой на вытянутой руке листовку и вглядываясь в текст очками в роговой оправе – О РУМО-РАНО!

Дальше последовало неожиданное – побеленный известкой мастер ножно-перстовой медитации и открытия чакр внезапно вскочил и шустро умчался прочь, оставив нас, бедных его учеников, в оторопелом одиночестве. На ходу мастер что-то кричал в мерцающую пустоту перед собой. И это был явно не призыв к новому уроку. Я отчетливо услышал что-то вроде:

- Экстренный сбор!

Затем гудящая толпа заглушила голос мастера Брама-Брама Садху, а следом поглотила и его самого.

- А я знал! Знал, что он грядет! Конец Света! Ибо не зря сверчки в моей голове гудели и шептались всю минувшую ночь! Не зря они нашептывали мне!

- Еще один лазер небесный! – закричали сверху – Нацелен на крышу какого-то богатого ресторана Ройяль или что-то такое! Ща шарахнет каменюгой по крыше богатеев! Ха!

- Что еще за Второй Великий Катаклизм? А первый, когда был? Давно? Кто участвовал в первом ивенте? Плюшек много дают? Рарное че-нить есть? Эй!

- Боги смеются над нами! Хохочут!

- Продаю мазь особую – Антикатаклизмную! Три втирания в день – и проблем не будет! Ничто вас не коснется! Ничто! Способ применения указан в названии! Всего пять золотых за флакончик!

- А реально – что за Катаклизм? Что за страшная эра? А сейчас тогда какая? Повсюду война и пожары! Если это не страшная эра – что тогда страшно?

- Да чего вы дергаетесь? Сейчас Баронесса выступит и все расскажет! Это же Неспящие! Они всегда в курсе – крутые ребята, все у них налажено как надо. И разведка, и шпионы круче некуда! Потерпите! Они может там пламя с плеч обугленных сбивают. Такая инфа ведь не бесплатно достается! А ценой великой!

- А ты чего так за Неспящих глотку рвешь? Главный их почитатель что ли?

- А может и главный! Тебе что с того? Отвали! А то и не доживешь до В.В.К! Помрешь внезапно! Раз сорок!

- Да ладно! Ну давай! Неспящефил! Баронессолюб!

- Че ты вякнул?

- Да угомонитесь!

- Камень! УДАР! ГО-О-ОЛ! Прямо в крышу! Дыра на два этажа!

- Куда ушел мастер Садху? Я только-только научилась мизинчики подворачивать!

Сидя в грязи, глядя на колышущийся вокруг лес ног, я тихо обалдевал. И учился. Думаю, ЧБ могла и раньше выступить -минуты через три после дождя из «кровавых» листовок. Но она назначила срок в двадцать минут. И за эту треть часа народ буквально сожрал сам себя, выплюнул, снова сожрал и опять пошел по тому же кругу, с каждым мигом распаляясь все сильнее и сильнее. Ор множества глоток поднялся до расчерченных красными линиями небес и наверняка потревожил парочку мирно спящих богов. Не удивлюсь если пробудится даже вечно спящая божественная клуша Ивава. Черт… я ведь знаю, где ее сынок бултыхается. И его срочно надо доставать – Иваве самое время проснуться.

Баронесса умница. Довела всю Вальдиру до точки кипения. Заставила с огромным нетерпением весь цифровой мир смотреть на невыносимо медленно ползущую секундную стрелку часов. Заставила весь мир дожидаться своего появления. Если я хочу стать хорошим клановым лидером – а я хочу – мне еще предстоит научиться очень и очень многому.

- Если грядет конец света, если нам всем конец неминуемый – так давайте же в едином порыве бросимся на штурм цитадели зла!

- Какой?

- Любой! Но в едином порыве! Прямо сейчас! Люди-и-и! За мно-о-ой, лю-ю-юди!

- Заткнись, расист!

- Ой… эльф-ы-ы-ы…, гномы-ы-ы…

- Заткнись!

- Ахило-о-оты…

- Заткните его! Мешает мне горевать и тревожиться!

- Мазь Антикатаклизмная! Ядреная! Надежная!

И тут наконец время пришло.

Все небо засветилось мрачным и тревожным цветом багрового заката. Краски сгустились, послушно набежавшие облака уплотнились в гигантский столб бесшумно крутящийся над Альгорой – думаю не только над ней. Это ж сколько усилий и денег…

Над Плосефонтом повисла мертвая тишина. Была так тихо, что я слышал, как ресницы сидящей рядом эльфийки с вылупленными глазами скрежещут по ее лбу при каждом мигании.

Облачный столб резко потемнел, шарахнуло несколько десятков разноцветных молний, достающих почти до наших голов и оставляющих долгие световые отпечатки в глазах. Три черных дракона с тревожными долгими криками описали спираль вокруг продолжающего меняться облачного столба. Да-а-а-а…. красиво жить не запретишь.

Дружный протяжный «А-а-а-х» рванулся из толпы, когда облачный столб разом обратился в изящную женскую фигуру в черном. Гигантская Черная Баронесса смотрела на всех с тревогой, фигура напряженная, в правой руке длинный кинжал, левая сбивает с плеча остатки огня – не иначе тот крикун про «плечи обугленные» из Неспящих. Черный облегающий костюм потрепан, но по-прежнему сексуален. Поза уверенная, но не вызывающая. Лицо усталое, видно, что у легендарной главы легендарного клана нет ни минуты отдыха, она вся в делах. В общем – все подано публике красиво. ЧБ вырвалась на секунду из ожесточенной битвы, дабы поведать народу правду горькую и страшную.

- Друзья! – начала она, нарушив повисшую над миром тишину – Вальдирцы! Черные, белые, серые – все мы часто враждуем, сражаемся, преследуем свои интересы. Но все мы дети одного прекрасного мира – Вальдиры. И сегодня тот день, когда нам пора прекратить междоусобицы. Более того – пришло время нам всем объединиться против одного страшного врага. Такого врага, что еще никогда не появлялся прежде. Такого врага, пред кем склонят в испуге головы все самые страшные из известных нам чудовищ.

Пронзающий насквозь взгляд усталых глаз прошелся из стороны в сторону, после короткой паузы Баронесса продолжила говорить. Даже я – зная, о чем пойдет речь – невольно заслушался, отдавая дань тем, кто составил для нее эту пламенную речь. ЧБ говорила долго. Но не нудно. Перемежала призывы с короткими намеками о том, что сейчас нам предстоит увидеть, не забывала напомнить, что клан Неспящих всегда стоял, стоит и будет стоять на защите Вальдиры от любого врага. И что тех игроков, кто желает внести свою лепту в защиту мира, всегда рады принять в клане Неспящих и дать им важную миссию из разряда тех, что почти невыполнимы. Во время речи ЧБ за ее спиной несколько раз мелькнули знакомые мне лица из Неспов. И не просто мелькнули – они сражались. И дважды за спиной ЧБ были повержены ужасающие своим видом чудовища, не забывающие испустить последний рев агонии или предсмертной ярости.

В самом конце, как десерт, как вишенка на торте, было подано сделанное мною видео. И после первых же кадров над Альгорой поднялся изумленный крик. Ор стоял такой, будто земля уже раскололась и показались двери ада. Вид исполинского чудовища никого не оставил равнодушным.

- Да! Вот этот враг! Ужасный враг идущий на нас войной! Грозящий нам столкновением двух миров! Посылающий на наши головы монстров, что крушат все вокруг! Сколько из вас уже лишились своих мирных богатых ферм? Кто потерял дома? Кто лишился жен и мужей? Для всех нас Вальдира это второй дом! Место, которым мы дорожим! Место, куда мы всегда можем вернуться! Но все это теперь под угрозой! Вальдирцы! На нас надвигается апокалипсис! Но мы не сдадимся! Не примем покорно свою участь! Мы будем СРАЖАТЬСЯ!

- ДА-А-А-А-А!

Я окончательно оглох, когда толпа разразилась яростным слитным воплем. Встав, боком вдвинулся в живую массу и пошкребся в сторону ближайшей гостиницы. Мне речей хватило – я убедился, что Неспы сдержали слово и открыли правду миру. Теперь мне надо спешить в Тишку. Проверить как дела в маленьком городишке. Заодно дочь заберу из гостиницы – если она уже никуда не умотала. Подростки такие непредсказуемые…


Глава вторая.

Мы не заодно. Нехороший сильный дядя. Чистое небо Тишки. Клан и сокланы.

- Мы заодно! – шипящий слова мертвого рыцаря в угольно-черных доспехах были обращены к рухнувшему с багровых небес и вышедшему из камня огромному существу похожему на шестилапую черепаху – Примкни к нам! Вместе мы уничтожим Свет! Выступим этой ночью и подобно карающему удару меча обрушимся на…

Рыцарю не суждено было договорить. Он, великий воин трехсот пятнадцатого уровня, мощным ударом метнувшегося из-за панциря невероятно длинного шипастого хвоста, был отброшен далеко назад и вбит загудевшей спиной в бурую скалу. Рыцаря это не уничтожила. Живучая нежить, убившая немало чужеземцев в прошлых битвах, был способен выдержать и большие повреждения. Шагнув вперед, он умело парировал следующий удар огромным двуручным мечом и попытался призвать к разуму неразумного гостя еще раз:

- Послушай! Мы…

Новый удар парировать не удалось. Рыцарь по колени ушел в каменистую землю, застонавшие доспехи частично разлетелись, в дырах показались желтые кости, за отпавшим забралом шлема клацнули почерневшие клыки черепа.

- Мы ведь Тьма! Мы заодно…

Пришелец так не думал. И нанес еще удар. С печальным звоном упал на землю знаменитый меч убивший множество игроков. Оперлись о землю ладони рыцаря – одна в стальной перчатке, другая обнажена, переломанные кости уткнулись в камни.

- Мы…

Двигаясь мимо, черепаха прошлась краем шипастого панциря по рыцарю, буквально разорвав его на части. Рыцарь издал последнее гудение и пропал в черной посмертной вспышке.

Темный привратник пал. Сломался и меч его под бронированными лапами чудовища. Черепаха двинулась по засыпанной костьми дороге ведущей к мрачному темному замку с надежно запертыми воротами. Ей навстречу полетел рой зажженных стрел, выпущенный скелетами-лучниками. Стрелы не принесли ни малейшего вреда врагу. Вскоре послышался тяжкий грохочущий удар – первый из нанесенных по воротам замка, где хрипло затрубил тревогу костяной рог.

Чудовище с Зар’граада приступило к штурму знаменитого замка Воющих Духов. В подножие холма ударил еще один огромный валун, обещающий скорое подкрепление гостю с багровых небес…

***

- Этот дядя… он… - дочь остановилась как вкопанная, неотрывно уставилась на прислонившегося к дереву бородатого верзила – Это очень нехороший дядя, папа. Очень нехороший и очень сильный.

- Я знаю, милая – ответил я, успокаивающе опуская ладонь на ее плечо – Не переживай. Я разберусь.

- Правда?

- Не волнуйся – улыбнулся я и подтолкнул Роску дальше – Иди в особняк. Я сейчас приду.

- Хорошо.

Проводив нагруженную удочками и книгами дочь взглядом, я повернулся к верзиле и невольно передернул плечами, вспоминая далекое прошлое и страшные мгновения.

Грим.

Грим Безумный.

Грим Безутешный.

Грим Серебряный Молот.

Передо мной стоял именно он – живехонький и усмехающийся. Во плоти. С привычной косоватой волчьей своей усмешкой, что навеки врезалась в мою память.

Стоял под на глазах увядающим дубом, единственным с осыпающейся побуревшей листвой, среди собратьев в этом крохотном парке у площади перед нашим кланхоллом.

- Не слишком удачный выбор личины, Аньрулл – произнес я вполголоса, убедившись, что никого нет поблизости.

Сквозь лицо Грима проявился и снова исчез как акула в глубине ужасный безглазый череп темного бога. Ухмыльнувшись, Грим оттолкнулся плечом от дерева и выпрямился. Дуб с огромным облегчением застонал. Аньрулл почти убил его своим касанием – и, кажется, даже не заметил этого. Что ему один какой-то росток? Тлен…

- А мне нравится Грим – сказал Аньрулл, шагнув ко мне – Прирожденный разрушитель. Как тебе небо над любимым городом, Росгард?

- Нравится – кивнул я, глянув вверх и убедившись, что по-прежнему не вижу ни одной грозной рубиновой линии сулящей беду.

- Я всегда держу слово. Но время идет…

- Ты знал Грима? – задал я бессмысленный вопрос, заранее зная ответ.

По легенде Аньрулл спал долгие столетия на дне морском. Он не мог знать спятившего оборотня.

- Не при жизни – удивил меня ответом Аньрулл – Но в граде моем посмертном он теперь живет.

- Аньгора.

- Она самая. Аньгора. Праздник смерти.

- И ты ее хозяин – предположил я – И можешь туда… э-э-э… ходить… или летать…

А ведь это супер – я стремлюсь в Аньгору, а передо мной стоит тот, кто вполне может стать проводником!

- Мог… - получил я еще один неожиданный ответ, рычащий, недовольный, вынужденный, злой.

- Мог…

- Дорога закрыта для меня. И забыта… вспомнить не могу – еще одно удивительное признание бога.

М-да… я знал, что глупо было надеяться на внезапную удачу. Так просто Аньгора нам не откроется. Придется Орбиту с важной гномой и дальше надеяться только на себя. Надо ей отправить письмо, кстати. Успокоить, сообщить, что ее разлюбезной Орбит Хрустилиано совсем скоро вернется и продолжит изыскания.

- Но Грим и его облик – произнес я вслух.

- Я все еще могу явиться в Аньгору. Бестелесным духом. И ненадолго.

Да сегодня просто праздник ответов – прямых и быстрых. Аньрулл мне начинает нравиться – в отличии от многих других божеств он не пытается плести странную словесную паутину без нужды. Он, несмотря на свою кошмарную истинную внешность монструозного скелета, все больше казался мне похожим на бизнесмена. Именно на бизнесмена. Умного, проницательного, прагматичного, энергичного и умеющего делать деловые предложения. Чистое небо у меня над головой отчетливо об этом заявляло.

- Ты любишь спрашивать, но не любишь отвечать, Росгард – нахмурился Грим.

- Редко удается побеседовать с богом – пожал я плечами – И еще реже узнать что-то интересное.

- О да – широко-широко, неестественно широко, улыбнулся Грим – Я уже насмотрелся на эти отвратительные церемонии и смутные силуэты являющиеся в завесе дыма и мишуры. Нынешние боги так жалки в своем стремлении преподнести свое явление верующим как можно пышнее и торжественнее. Они редко являются во плоти, предпочитая передавать свою волю через жрецов. Да и жрецы обленились – в свою очередь передавая приказы через младших жрецов. И в конечном счете к вошедшему в храм является молодой послушник и что-то там мямлит, пытаясь выглядеть значительным. Глупцы! Не понимают, что за мишурой и песнопениями прячутся лишь трусы! Храм должен быть тих и пуст!

- Просителей много – осторожно ответил я – Богов мало. Ко всем сразу не явишься.

- Возможно. Возможно. Времена уже нынче не те… мертвых стало меньше. Живых больше. И всем что-то надо… что ж, Росгард. Договор? Пожмем друг-другу руки?

Ко мне протянулась волосатая ручища Грима-Аньрулла. Я взглянул на нее так, будто на ладони сидел готовый ужалить скорпион.

- Моя дочь – будущая светлая богиня. И я ее люблю – произнес я тихо, но предельно отчетливо, выговаривая каждый слог.

- Ты правда думаешь, что тьма может стать полновластной госпожой этого мира? – склонил Грим голову набок – Ты веришь, что, когда тьма подшагнет к последнему оплоту света и пойдет на штурм ослабевших стен, в этот мир не явится вдруг некий могущественнейший светлый герой, внезапно способный устоять пред любым ударом тьмы, каким бы могучим он не был? Ты веришь в это, Росгард?

- Н-нет… - дернул я щекой, изо всех сил пытаясь не показать Аньруллу всю силу охватившего меня изумления.

Разрыв шаблона.

Мир треснул. И я кажись даже услышал треск расходящегося мироздания. Ну да. А почему нет? Раз целые материки движутся с крейсерской скоростью по океанам, то почему бы темному богу-умертвию не признать тот факт, что в цифровом мире онлайн игры никогда не бывать монополии для света или тьмы. Их борьба будет вечной. Это ясно каждому мало-мальски умному игроку. Нет смысла в окончательной победе света или тьмы. Не будет никогда повержена последняя цитадель зла. И никогда не будет сокрушен последний светлый храм. Но это нам, чужеземцам-игрокам понятно. Но чтобы это заявил темный бог… - игровое создание должное истово верить, что однажды наступит миг, когда поганый свет будет уничтожен раз и навсегда… то ли у меня крыша поехала, то ли Аньрулл какой-то… продвинутый бог.

- Ты мудр – склонил ставшую почти прозрачной голову Грим-Аньрулл – Ты мыслишь верно. Ни одной из сторон не победить никогда. Наша битва будет длиться вечно! Одни воины падут – но другие придут им на смену. Поэтому во мне нет ненависти к твоей светлой дочери, Росгард. Я смерть. Мне не надо ее низвергать. Рано или поздно она сама придет туда – сначала к Аньгоре, а затем дальше, к страшным дверям Тантариалла, а стало быть, и ко мне.

- Этого не будет! – отрезал я.

- Пусть так – развел руками бог – Я не угрожаю. Но она не такая как ты. Она не чужеземка, что пришла к нам из другого мира и способная умирать бесконечное число раз, лишь слабея, но снова опять набирая силы. Она не такая. Она юное божество с туманной все еще судьбой. И подумай вот о чем, Росгард. Коли уж случится страшное и ты не доглядишь. Коли дочь твоя Роска падет. И будет низвергнута в ад. Разве не хотел бы ты, чтобы ее встретил у адских ворот твой надежный друг? А может и сопроводил бы на всем пути? М? Порой и смерть может быть милосердной… и даже дружелюбной. А еще смерть может быть щедрой. Особенно к тому отцу, что был ей очень полезен.

Слово «дружелюбной» в его устах прозвучало неожиданно хищно. Но… но я уловил суть. Аньрулл прямо заявил, что раньше Аньгора была ему место хорошо знакомым и даже подвластным. Аньгора же лежит на пути к Тантариаллу. Да, он может врать. Но может и правду говорить – он все же древнее темное божество, ровесник Древних, один из жутчайших кошмаров с неведомой силой. И коли я на самом деле не уберегу Роску… да, я бы, конечно, как и каждый отец, хотел бы, чтобы в ужасном путешествии его дочь сопровождал верный союзник. Чтобы случись это, я бы мог попытаться перехватить ее до того, как за спиной дочери навсегда захлопнутся врата божественного ада. Какой отец откажется от подобного шанса в миг, когда война богов уже началась?

Но если Роску низвергнут, она потеряет одну свою ипостась – что-то вещественное. Я даже не знаю, о чем речь. У Диграция это было его око. Величайший артефакт способный видеть сквозь водную толщу на многие десятки миль. А у Роски? Если какая-нибудь тварь попытается у моей дочери забрать часть ее тела – пусть даже ноготь – я эту суку и в реале найду! И такое устрою!

Стоп… меня аж трясет.

Не иначе недавняя новость о том, что я и в реале скоро стану отцом, как-то шибко сильно ударила меня по мозгам. И медитативная техника шевеления ножными перстами не совсем подействовала.

Дыши… дыши… дыши…

Я понял, кого мне напоминает Аньрулл – мафиози высочайшего уровня. Крестного отца.

Дон Смерть – вот как хочется его величать.

Умеет напугать, успокоить, пообещать, снова напугать, показать свою силу, немножко еще раз напугать, чтобы сразу успокоить и под конец сверкнуть широкой акульей улыбкой.

Грим-Аньрулл растянул губы в широкой усмешке, глядя на меня сверху-вниз.

Предложение, от которого нельзя отказаться – мне его сделали.

- Никакого подробного договора? – вздохнул я, понимая, что мне предлагают шагать в густом тумане, держась за холодную руку скелета и дышать запахом тлена и сладких обещаний.

- Зачем нам мелочиться, Росгард Смертоносный? Я помогу тебе. Ты поможешь мне. Разве не так поступают настоящие друзья? Выручают друг-дружку. Всегда готовы прийти на помощь.

- Я понял. Тайный договор – добавил я – Все же ты темный бог… а я… не то, чтобы особо светлый, но все же…

- О да. Понимаю. Никаких выжженных клейм на лбу, кровавых меток на щеках, тайных магических пут и отданных в залог глаз. Согласен – это глупый пережиток прошлого. Наш секретный договор. Между тобой и мной. По рукам?

- По рукам – согласился я и мою ладонь сдавили крепкой хваткой. Всего на секунду. После чего Грим-Аньрулл еще раз улыбнулся и пошел прочь. За его спиной тяжело упал почерневший ствол дуба. Медленно осело на землю облако хрусткой листвы. Выдохнув, я чуть постоял, потирая задумчиво ладонь, после чего повернулся и пошел к переполненной народом площади. Только сейчас я понял, что все время беседы нас с Аньруллом окружало какое-то магическое поле – ведь нам никто не помешал, никто не прервал разговор.

Торговая площадь тревожно гудела. Мировые новости коснулись и нашего медвежьего края. И сюда явилась сотканная из облаков ЧБ, дабы явить миру правду. Как итог – девяносто процентов тем крутились вокруг грядущего апокалипсиса и обсуждения кадров ужасного видео. Кое-кто отважно пытался вести торговлю. И у некоторых это даже получалось – особенно если подать продажу под правильным соусом.

Торопливо шагая среди игроков, я внимательно прислушивался. И среди неизбежного ора мне удалось услышать правильные вопросы, задаваемые парочкой умников.

- Бронзовые кирасы! С узором! Бронзовые шлемы! От сотого уровня и выше! Легкие, прочные и дешевые! Самое то против монстров небесных!

- Слушайте, а чего это уже считай целый час на город камни не падают? И красных лучей над городом нет! Вы заметили?

- Да падают, падают! Минут пять назад упал, не слышал, что ли?

- Так он ЗА городом упал! В Найкал булькнул! А до этого – в холмы врезал. Я сам видел с крыши. Но на город не падают больше камни! И что сие может означать?

- Да погоди ты, не радуйся – еще упадут, не волнуйся. И прямо нам на голову. Или только тебе.

- Ну-ну… подождем, посмотрим…

- Вот это новости, а? А я только сто двадцатого уровня! Срочно собираю боевую пати! Давайте ко мне! Надо шустро рубить опыт и расти! Эй! Кто хочет монстров пошинковать? Я мечник сто двадцатого уровня! Ищу лекаря, мага и желательно танка.

- Арбалетчик подойдет? Но у меня перезарядка двадцать секунд.

- Ты из пушки стреляешь что ли?

- Из арбалета! Он зато мощный! А скорость перезарядки я еще качну, ты не волнуйся, мечник.

- Подходишь.

- А ведь и правда нет над Тишкой красных нитей! Реально нет! Смотрите – вон та шла прямо над ратушей раньше. А сейчас в стороне тянется – как будто ее кто-то оттянул. Прикольно… Кстати – продаю зелья боевой ярости! Грибные!

- Внимание! Слева от ворот кланового холла клана ГКР открылась оптовая закупка ингров! Покупаем травы, минералы, древесину строительную, различные семена, местные кристаллы возврата, звериные шкуры, птичьи перья, смолу и прочее! Внимание! Слева от ворот кланхолла ГКР открылась оптовая закупку ингров! Ингробои! Спешим распродаваться!

- О… а может это ГКР чего намутил? Насчет красных линий небесных?

- Что намутил?

- Ну… оттянули может как-нибудь их…

- Чем блин? Руками что ли? Или языком твоим как лассо захлестнули?

- Да пошел ты! Чем не теория? Во главе ГКР кто? Знаешь?

- Само собой. Росгард. И что?

- А то!

- Да не. Погоди, ща начнут камни падать. Хотя…

Ускорив шаг, я привычно свернул за угол и успешно добрался до запертой и охраняемой калиткой, что тут же распахнулась и пропустила меня внутрь. Голоса двух охранников прозвучали почти синхронно:

- Добрый день, глава! Слава орбите!

- Слава – покорно вздохнул я, даря парням улыбку – Давно стоите?

- Не! Отдыхаем от подвигов – только что вернулись с задания. Воевали со сбежавшим в подвал удавом.

- И как?

- Взять приказано было живьем и вернуть хозяйке невредимым. Пришлось кормить его ухлопсами до отвала. А затем тащить двести кило живой колбасы через весь город… хорошо, что я «ишак»!

- Да – поддержал его сотоварищ – Хорошо, что ты ишак!

- Кхм… - кашлянул я – Молодцы! Просто молодцы!

Этот калиточный ритуал начинал напрягать. Вечно я шагаю как занятой король, а парни и девчата приветствуют меня, вытянувшись по струнке. Хотя, им это похоже даже нравится. Добросовестно отыгрывают роль.

- Слава орбите!

- Слава – отозвался я и рванул по песчаной дорожке с максимально возможной для важной персоны лидера, стараясь прорваться сквозь дружелюбный сад к дому как можно скорее. Но еще пяти-шести «Слава орбите» избежать не удалось.

А затем кончилась песчаная дорожка. Вернее – песок кончился. Перешел в прочную каменную плитку, ровно и аккуратно выложенную поверх песка. Дорожка резко стала торжественней. Но меня больше поразило другое – часть плиток светилась приглушенно-багровым, над ними висели загадочные светящиеся руны, медленно крутящие в воздухе. Подобное мне знакомо – это деактивированные на данный момент ловушки. Можно смело наступать на плитки и ничего не случится. Хотя я предпочел не наступать. Высветившаяся подсказка от системы сообщила, что я, как клановый глава, равно как и прочие полноправные члены клана ГКР, вижу месторасположение скрытых от чужих глаз ловушек. И что одним своим громким словом сейчас или командой артефакту установленному в подвале, я могу активировать все ловушки сразу или только некоторые из них на свое усмотрение. Очень интересно… это точно Бом постарался, мой любимый параноидальный ишак с характером бесноватого дракона охраняющего кучу золота.

Я бы повосторгался чуть дольше, но старался избежать нежелательного внимания и поспешил покинуть сад, войдя в особняк. Взбежал по ступенькам и чуть ли не рыбкой нырнул в свой кабинет.

Меня встретили полумрак, тишина и незнакомец «местный» с улыбчивой злодейской физиономией, вольготно рассевшийся в глубоком кресле рядом с моим столом. Я остановился за порогом, оставив дверь открытой. В ладонях пульсировала огненная и ледяная магия, готовая накрыть чужака. Незнакомец улыбнулся, постучал пальцами по широким подлокотникам. Странный и неприятный стук одной иссохшей материи о другую. Сухая кость дробно простучала по сухому дереву. Сам гость из плоти и крови, а вот его выглядывающие из рукавов ладони – когтистые лапы скелета.

- И снова здравствуй, Аньрулл – вздохнул я, деактивируя магию и прикрывая за собой дверь – Мы ведь разговаривали только что. И… к слову… отличный у тебя новый костюм – не скрывая интереса, я вгляделся в смутно знакомое мне чем-то лицо, чьи глаза на миг вспыхнули тускло-зеленым и снова погасли.

Да, где-то я видел это приметное лицо классического злодея. Спроси – почему злодея-то? – и ответить не смогу. Но злодея. Причем умного, хитрого. И разбирающегося в одежде – судя по строгому одеянию, выдержанному в черно-зеленых тонах. Приталенная черная рубашка с зелеными вставками-клиньями по бокам, такие же брюки, черно-зеленая замшевая обувь на мягкой подошве, изумрудные запонки, серьга с изумрудом в левом ухе, блестящие черные волосы зачесаны назад. На этот раз Аньрулл подобрал себе «костюм» со вкусом.

Обойдя нежданного гостя, я уселся за стол. Глянул на дверь.

- Никто не войдет – успокоил меня Аньрулл.

Не сказать, чтобы успокоил.

- Даже дочь твоя Роска – добавил бог смерти – Она пока слаба и неопытна. Многое может почуять, тут не поспорить. Но многое можно и утаить.

- Она юна – ответил я – А опыт приходит с годами.

- Время – главная ценность. Радость если в запасе есть годы. А если нет? Ну да дело не мое. А беспечность живых мне хорошо знакома. Вы проводите дни так, будто собираетесь жить вечно.

- Не скажу за всех – опустил я ладони на стол – Но чужестранцы бессмертны.

- Вы возрождаетесь сколько вас не убивай – согласился Аньрулл и, неожиданно подавшись вперед, добавил – Но я слышал, что порой и чужеземцы не возвращаются больше никогда.

Странный разговор… чем-то сильно пугающий, жутковатый, хватающий ледяными коготками за плечи. Либо меня уже глючит от чрезмерного количества событий, либо цифровой бог смерти, виртуальная искусственная личность, могущественный игровой персонаж, только что поинтересовался темой реальной смерти игроков.

Как он там сказал только что?

«…порой и чужеземцы не возвращаются больше никогда».

Ну да. Случается и с нами такое. По разным правда причинам.

Я, к примеру удалил своего старого персонажа рейнджера-лучника Крашшота. И тем самым «убил» его. Ведь Крашшот больше никогда не сможет вернуться в мир Вальдиры. Что по понятиям Аньрулла вполне может считаться окончательной смертью чужеземца.

А бывают вещи и похуже. Мало ли глубоких стариков играет в Вальдиру? А больных людей? Причем зачастую безнадежно больных. И как часто они умирают в мире реальном, тем самым умирая и в мире Вальдиры, никогда более не возвращаясь в него? Да и не обязательно быть больным или старым. Кибер-спорт если и влияет как-то на организм, то скорее негативно. Так что от того же внезапного инфаркта не застрахован ни один из игроков фанатиков. И меня может накрыть. И Черную Баронессу. И Орбита. И Киру. Мы сутками лежим неподвижно, работают только наши мозги – причем на полную катушку.

М-да…

Живет такой улыбчивый торговец-игрок, взаимодействует с другими игроками и «местными», налаживает связи, строит отношения, работает над своей известностью и репутацией. Становится популярной личностью среди многих. Его знают. Его любят или ненавидят. А потом – бац! Тот же инсульт. И нет торговца. Или воина. Или разбойника. Или главы могущественного клана. Чужеземец исчез с концами. Умер для Вальдиры…

На ум сразу пришел Озорной Ветерок, отдавший жизнь ради клана. Игрок гнавшийся за уникальным заклинанием снятия магического покрова с Зар’граада. Игрок клана Неспящих. Личность с двумя могилами. Одна могила «там». И одна здесь.

- В этом мире мы бессмертны – нарушил я гнетущее молчание и невольно передернул плечами.

- Бессмертны – эхом отозвался бог смерти – В этом мире…

- Это наша третья беседа за сегодня – круто сменил я тему.

- Третья. И главная – мирно улыбнулся Аньрулл – Мне было интересно, Росгард. Интересно узнать кто и зачем присматривает за тобой. И с каждой новой сегодняшней встречей я замечал еще одного или нескольких наблюдателей.

- Вот как?

- О да. Тебя не оставляют без присмотра. Обычно так тщательно приглядывают за чем-то опасным. Вроде трижды проклятого темного могучего артефакта, способного натворить немало разрушений. За ним тоже приглядывают денно и нощно. Не сводят глаз.

- Так… а можно спросить…

- Кто наблюдал?

- Именно.

- Хм… почему не рассказать своему другу Росгарду Смертоносному? В первую нашу встречу я заметил двух эфирных духов, любящих подслушивать и подглядывать. Их след ведет в Гильдию Магов Альгоры – в эту обитель глупой заносчивости и никчемного высокомерия. Тогда же увидел нити двух следящих заклинаний – одно из них тайная магия крови, магия смерти. Кто-то серьезно ранил тебя, чтобы поместить в твое тело особую магию. Вторая нить обычная, хотя наложена искусным магом. Я оборвал обе нити и по каждому из обрывков отправил по небольшому проклятью. Ты ведь не против?

- Не против…

- Ну и заодно пришлепнул крохотную змейку напитанную божественной силой, затаившуюся в паре шагов от тебя. И вот что удивительно – похожую ауру божественной силы я ощущаю прямо сейчас. В твоем доме притаилось много змей, Росгард. Хитрых ядовитых змей. Не все, но многие из них несут в себе искры сокрытой силы – как темной, так и светлой. Две силы, что такие разные и такие похожие.

Богиня Снесса…

Повелительница змей. И ее братец близнец Снесс. Инь и Янь.

- Благодарю, бог Аньрулл – открыл я рот, с большим трудом подавив рвущиеся наружу ругательства.

А чего я ожидал?

А что тогда насчет змеи-питомца Дока? Она тоже хитрый соглядатай? Богиня Снесса наделила ее своей силой.

А мамонт Колыван?

Черт…

- Всегда рад помочь – подарил мне Аньрулл еще одну улыбку и погладил свое лицо костистыми ладонями скелета – Немного жмет в щеках. Но личина хороша… Во вторую нашу встречу я заметил двух чужеземцев не сводящих с тебя глаз. Их я запомнил, но трогать не стал. Но чуть подрезал крылья парящей в небе зоркой птахе, что вспорхнула с крыши едва ты появился в городе. Заодно обрубил побеги поганой эльфийской поросли, а затем высушил и корни. Пара невзрачных с виду кустиков что у ограды этого особняка… хитрая и неспешная магия, что незаметно пробирается в твой дом, не вызывая подозрений. Длинный растительный побег тянется по земле и стволам, пробирается ветвями, цепляется за стены и приникает к оконным стеклам. Все слышит и подмечает. И передает узнанное хозяину. Я оставил проклятье и там. Едва хозяин эльфийской погани вернется и удивленно коснется почерневших мертвых ветвей… его будет ждать крайне неприятный сюрприз, избавиться от которого тяжело. Не в каждом светлом храме смогут помочь.

- И снова благодарю.

- Ты в центре стягивающейся паутины, Росгард. Ты будто золотая мошка испачканная в меде и пряностях. Желанная добыча для каждого.

- В том числе и для тебя.

- Добыча? Нет. Как союзник – да. Я будто садовод, что обнаружил в саду диковинный цветок опутанный сорняками. Выполоть ненужную поросль, уничтожить вредителей, чуть взрыхлить землю – когтистые пальцы шевельнулись, дернулись – Обильно полить… и просто ждать, когда ты покажешь себя.

- Сказано честно.

- И прямо. Ценю прямоту. Что ж, Росгард, теперь, когда нас точно никто не слышит, давай поговорим о главном. О времени. И о том, как ты собираешься его тратить.

- Я не совсем понял…

- Это же просто, Росгард. Скажи – чем ты собираешься заняться сегодня? На какие дела потратишь свое драгоценное время? Что выполнишь, а что отложишь на потом? Чем пренебрежешь, а чему посвятишь все свое внимание без остатка? Внимание свое и своей… как же звучало то интересное слово? О! Своей команды… - облизнув губы, Аньрулл повторил – Команды…

- Дел очень много – развел я руками – Ну… сегодня…

- Да-да?

- Хм… для начала беседа с мэром Тишки, затем с бригадирами каменщиков. Возможно, придется заплатить отряду наемников ради дополнительной охраны города. Благодаря твоей помощи на город перестали падать валуны со страшными тварями, но угроза остается.

- Угроза всегда остается. А затем? Что ты будешь делать дальше?

- Ну… затем мне предстоит решить, как сначала найти, а затем вытащить из гиблого болота спящего мертвым сном Тальника, единственного сына богини Ивавы – рубанул я начистоту – И при этом постараться не погибнуть в том болоте самому.

- Тальник… гиблое болото… а что за болото?

- Тальник мне нужен живым и здоровым – заглянул я в бездонные глаза Аньрулла.

- Ну что ты, Росгард. Разве я стал бы вредить планам своего дорого друга, партнера и союзника? Да и что мне Тальник? – имя сына богини Аньрулл выплюнул с презрением – Хилая поросль новых богов. Так что за болото?

- Кровавая Гать. К северу от города Альгора.

- Я знаю, где это. И Тальник там?

- Да. Лежит где-то на дне трясины. У меня есть способ отыскать его – при помощи ивовой лозы. Осталось придумать как его поднять из болота.

- А что для тебя важнее, Росгард? Способ? Или достижение цели? На что готов ты пойти ради сбережения времени? Помнишь? Зар’граад идет прямо сюда. И когда две земли столкнутся берегами… всем будет плевать и на болото, и на никчемного сынка никчемной богини. Утопающий не станет разбираться в цвете веревки, брошенной ему с борта корабля, верно?

- Я вроде не тону.

- Все мы сейчас тонем! – когти скрежетнули по подлокотникам, оставляя глубокие царапины – Все до единого! И глупо привередничать, зная, что вскоре состоится столкновение миров.

- Если ты предлагаешь помощь – я приму ее – ответил я – Особенно если это быстрый способ добиться желаемого.

- Самый быстрый. Это я тебе обещаю, Росгард. Учти - тебе придется немного запачкать руки. Но время ли бояться грязи? А как закончишь дело – я попрошу тебя заняться одной крайне важной для меня вещью, что утеряна давным-давно. Тебя и твою команду… чтобы вы отыскали для меня эту вещь…

- И что за вещь?

- Артефакт. Мой артефакт. Он известен как Поглотитель Душ.

- Темная зеркальная линза – откинулся я в кресле и задумчиво скрестил пальцы – Неразрушимая. Часть твоего венца.

- И снова ты меня удивляешь, Росгард – Аньрулл повторил мою позу, скрестив костяные пальцы – Приятно удивляешь… что ты знаешь о Поглотителе Душ?

- Немного.

- И все же?

- Белый Дельфин.

- Кто это? Водное существо?

- Корабль. Артефакт Поглотитель Душ был найден при раскопках одного из твоих островных храмов. Был погружен на корабль Белый Дельфин и отправлен на континент. Но что-то пошло не так и Белый Дельфин затонул.

- Где?

- Неизвестно. Канул в пучине. Артефакт ищут многие. Но пока не нашли. И если найдут – вряд ли поспешат вернуть владельцу.

- Видишь, Росгард насколько правильный я сделал выбор? Стоило мне упомянуть Поглотителя Душ – а ты уже знаешь о нем больше, чем я.

- Случайность. Недавно мне предложили найти этот артефакт, и кое-что рассказали о нем. Это все.

- Но ведь не зря столько судьбоносных линий сходится на тебе, Росгард?

- Совпадение.

- Кто знает. Кто знает…

- Белый Дельфин – корабль бесследно исчез.

- Нам надо разузнать как можно больше о этой посудинке. Как можно больше…

- Кхм… - осторожно кашлянул я.

- Я слышу тебя.

- Аньгора. Души погибших отправляются туда?

- Не всех. Только яркие души. Имеющие ценность.

Логично. Если без разбора отправлять туда каждого из стандартных персонажей «местных» убиваемых каждый божий день целыми пачками… то даже будь Аньгора истинным мегаполисом, места в ней не хватит.

- А капитан Белого Дельфина? Или его боцман к примеру? Кто-то из команды? Пассажиры? Матросы с соседнего корабля? Какой-нибудь пират? Да любой из тех, кто обладает душой и разумом. Вдруг у кого-то оказалась достаточно яркая душа, достойная отправки в Город Мертвых? И если так – вот бы побеседовать с призраком мертвого капитана… может и удалось бы узнать что-то интересное.

- Умно. Умно… Росгард… Росгард… Росгард… ты уже и меня готов сделать мальчишкой-посыльным?

- Нет. Но кто еще может заглянуть в Аньгору? Кто может поговорить с мертвыми?

- Многие. Темные шаманы, могущественные белые жрецы. Но со мной им не сравниться. Я сейчас же обращу внимание на Аньгору. Обращу свой пристальный взгляд и если найду кого-то из тех, кто был на Белом Дельфине…

- То я бы тоже хотел с ним поговорить – успел вставить я.

- Тебе нет ходу в Город Мертвых. Ведь ты живой… если чужеземцев можно назвать живыми… вы словно куклы с пылающей душой…

- Кхм…

- Да, Росгард?

- Можно ли как-нибудь доставить призрака сюда? Из Города Мертвых. Пусть даже ненадолго. Чтобы я мог расспросить его.

- Ты сомневаешься в том, что призрак чистосердечно ответит на мои вопросы? Думаешь он осмелится хоть что-то утаить от меня? – Аньрулл подался вперед, страшные ладони с хрустом сжали подлокотники кресла, обращая их в щепу. Прочность предмета мебели скакнула почти до нуля. Еще тычок – и кресло рассыпется трухой.

- Я чужеземец – напомнил я – Кукла с пылающей душой. И вопросы задаю как чужеземец. Могу зайти с другой стороны. Если не я – то кто-нибудь из моей команды. Например Орбит. Разве это не ценно?

- Я услышал тебя… Да будет так. Если в Городе Мертвых найдется хотя одна что-то ведающая душа – я насажу ее на когти и, воющую и причитающую, притащу себя.

- Лучше просто пригласить.

- Именно это я и называю приглашением, Росгард. Если же захочу показать жестокость… Что ж… надо поторопиться! – Аньрулл резко встал и не пережившее рывка кресло обратилось в прах.

- Ну что? Ты готов немного запачкать руки холодной черной грязью? Готов окунуть ладони во тьму?

- Мой статус светлого и добропорядочного не должен измениться.

- Этого не случится. Я дам тебе небольшой амулет. Что надежно спрячет от чужих взоров пятнышки темной грязи на твоих руках, Росгард.

- Хорошо.

- Ты маг. Странный маг… но сил у тебя хватит для поддержания особых заклинаний. С собой бери только тех, кому доверяешь полностью. Тех, кто не разболтает об увиденном никому, дабы не опорочить твою светлую репутацию. А лучше отправляйся один.

- Один? На Кровавую Гать?

- Ты не испугался опуститься на дно затопленной пропасти, чтобы разбудить меня. Чего же теперь?

- Я услышал тебя, Аньрулл – повторил я его присказку – О той пропасти…

- Да?

- Если бы я не разбудил тебя тогда. И если бы оживший сейчас Зар’граад ударил по Кольцу Мира, где ты был пленен и разрушил бы твою усыпальницу. Ты бы пробудился?

- Я бы пробудился, исчезни сковывающая меня древняя магия – медленно склонил голову Аньрулл – Возможно был бы очень сильно ранен. Пришлось бы спешно отступать – сюда, на старые земли. Если бы меня достал удар того, кого ты называешь Колоссом… я бы мог потерять одну из своих ипостасей и обратиться… обратиться в нечто безумное и поистине ужасное.

Вот как…

- Спасибо за прямой ответ – поблагодарил я, отдавая должное его лаконичности и прямоте.

- А что?

- Просто так – покачал я головой – Размышления о разном.

Эта мысль пришла мне в голову неожиданно. Да, мы разбудили Аньрулла. Но могли бы и не будить – будь у меня больше времени тогда, я бы трижды подумал, прежде чем пробуждать древнего бога смерти. Мы бы ушли, не потревожив его мертвого сна. Но в будущем я бы использовал межконтинентальные телепортационные прыжки. Зар’граад так и так начал бы свое наступление. И ударь он по Кольцу… дальше уже начинается неразбериха вероятностей. Но главный вывод – Аньрулл так и так явился бы на сцену во всем своем ужасающем величии. И, стало быть, есть у него какая-то роль в грядущем апокалипсисе. Ну или я попытался примерить на себя тогу яйцеголового аналитика, но напридумывал всякого бреда.

- А эта личина – указал я на злодейское лицо – Кто-то особый? С яркой душой?

- О да… я внимал его жизненной истории с большим интересом. Изумрудный Лемросс. Выходец из самых низов, рожденный и брошенный в трущобах. Звереныш, что превратился сначала в разбойника и убийцу, затем в главаря крупной шайки, а затем уже в умного лидера, создавшего целую армию из отребья, обучившего их и захватившего огромный кусок плодородных земель, дабы объявить их новым государством, а себя его повелителем. Против него встал тамошний королевский наместник – Седри.

- Седри – повторил я, с огромным трудом скрывая удивление.

- Да. Седри. Слышал о нем?

- В свое время пытался ограбить его.

- Все нити сходятся на тебе, Росгард. Все нити…

- И чем кончилась та заварушка?

- Заварушка – повторил со вкусом Аньрулл, пожевав челюстями, будто стараясь распробовать новое слово – Наместник не хотел привлекать королевскую стражу, не хотел расписываться в своей беспомощности. И призвал на помощь чужеземный клан – Алый Крест. После изнурительных боев воины наместника Седри и Алого Креста ворвались в лагерь ожесточенно обороняющегося Лемросса. Предводитель чужеземного клана, некий Алый Крестоносец, грозный боец, вооруженный двуручным мечом с льдистым синим лезвием, вышел против Лемросса один на один. И после долгой схватки убил знаменитого разбойника, снеся ему голову с плеч долой – Аньрулл чуть оттянул воротник костистыми пальцами, и я увидел широкую белесую полосу тянущуюся поперек шеи его личины – Такая вот история с бесславным концом. Вскоре после ее завершения клан Алый Крест получил от наместника Седри благословение на покровительство тамошних земель. Зло, как всегда, повержено. Добро, как всегда, победило.

- Красивая история…

- О да. Особенно если знать, что до вторжения в земли наместника Седри армия Изумрудного Лемросса получила припасы и вооружение от Алого Креста, затем указавшего им цель. Руки Крестоносца и Лемросса не раз сжимались в крепком дружеском рукопожатии…

- История стала красивее… и мрачнее – цыкнул я зубом – Чтоб меня…

- Ты готов, Росгард? Время не ждет, время бежит, время уходит. И оно так быстро, что его не догнать. Так не будем же его упускать…

- Я готов.

- Тогда прими от меня первые дары, Росгард. А затем, завершив свои добрые дела, отправляйся на Кровавую Гать. Там ты снова станешь вершить добро… руками испачканными в грязи… разве это не еще одна история, что некогда станет красивой и мрачной? Вот так всегда – ради победы приходится хорошенько испачкаться. Но разве победа того не стоит?...

Глава третья.

Гать Кровавая. История красивая и запредельно мрачная.


Я не был о себе низкого мнения.

Но никогда бы не подумал, что однажды стану настолько рисковым крутым парнем, что сунусь в столь гиблое болото в одиночку.

И вот я здесь.

В образе одинокого волшебника с серо-зеленым шарфом. Безымянный герой вернулся. Вот только теперь он занят далеко не добрым делом.

- А вот и дичь! – громкий крик заставил меня вздрогнуть. Но и только. С места я не двинулся.

- Смелая дичь! – удивленно пробасили с другой стороны.

- В кулички играет – пропел женский голос с третьей стороны.

Взяли в мешок. И почти не ошиблись – сидя на полузатопленной черной коряге, я занимался грязью, опустив в нее руки по самые плечи. Впрочем, слово «занимался» здесь лишнее. Я просто засунул руки в грязь, активировал подаренную Аньруллом магию… и затих на долгие десять минут. Целых десять минут – чудовищно долгий срок по игровым меркам. Но в данном случае важны объемы. С моих рук стекали яркие зеленые искры и утопали в мутной грязевой жиже. Я просидел девять минут в спокойствии и тишине. И вот здрасьте…

- Малыш, а песочек не мокроват? – поинтересовался первый голос, но на этот раз в нем сквозило недоумение – ведь окрикнутая жертва не вскочила, никуда не побежала, не полезла в инвентарь за свитком и даже не начала махать мечом или палить магией куда попало.

- Пугни его, Пламенный Скоромох! – в девичьем голосе прозвучало столько пафоса, что меня невольно скривило, а Кровавая Гать недовольно забулькала и исторгла целое облако зело вонючего газа.

- Удиви его своими огненными шутками, о Пламенный Скоромох! – разошлась еще пуще деваха и запредельного зашкаливающего в ее словах пафоса стало так много, что проняло даже упомянутого Скоромоха, явно не хотящего быть шутом гороховым.

- Уймись, Дева Скорби!

- Тише, мальчики веселья – булькнул я сдавленно в ответ и Кровавая Гать согласно заворчала.

- Эй ты! Ты кто? Уровень?! Окрас?!

Вот почему они меня пока не атаковали. Не видят ни моего уровня, ни имени, ни цвета игрового ника. Может я свой, а может чужой, может слабак, а может некий знаменитый герой под трехсотый уровень, что сейчас встанет и потопит их всех в болоте.

Я встал. Встряхнул руками, сбрасывая крупные комья грязи, что с недовольными шлепками канули обратно в болото.

- Самый молчаливый что ли? – не выдержала Дева Скорби, за кустами мелькнула смазанная тень, в грязь ударил немалых размеров камень. С мою голову величиной – Молчат только трупы!

- Тут ты ошибаешься – нарушил я тишину, глядя на видимую только мне страницу блокнота и выворачивая ладони довольно странным образом – Аньхмарг!

Если перевести с языка давно исчезнувшей расы, мои слова означали «Смерти Восстание».

- Чего-чего?! – с насмешкой прилетело из-за кустов – Мамочку зовешь? Ай! Меня схватили! Нежить! Нежить! Нежить!

- Откуда?!

- За ногу схватили!

- Р-Р-Р-А-А-А! – издал я крик, прописанный со странной для меня предусмотрительностью заранее и являющийся командой «Атаковать всех».

- Их тьма!

Я влил в болото пять тысяч пунктов маны за десять минут. И мана ушла по назначению, добравшись до самых страшных обитателей сего гиблого болота – до лежащих на дне страшных умертвий. До Рабов Кровавой Гати. Заклинание полученное от Аньрулла подчинило мне каждую мертвую ничейную тварь в радиусе пятидесяти метров. А криком «Аньхмарг» я их заставил очнуться от сна и восстать.

- Бей! Бей! Скоромох! Скоромох помоги!

- Я иду, Дева Скорби!

- Феличетун! Метни разящее свое копье!

- А-а-а-а-а – меня аж выгнуло, и я заорал в ответ:

- Заткнитесь! Уши гибнут!

- Ее утягиваю-ю-ю-ют! – безумный вопль потрясал своей искренностью.

- Р-руку! Подай мне руку, Дева!

- Абрврхл! – ответила Дева Скорби.

- Феличетун! Оглянись! Они за твоей спиной! Оглянись!

К этому мигу я уже сменил позицию. Эффект неожиданности сработал отлично, но долго эти клоуны разыгрывать спектакль не станут и, думаю, они уже догадались, кто виноват во внезапном восстании нежити. В Кровавой Гати недоумков мало – тонут быстро. Здесь пусть дурные, но хищники, что любят порой поржать. Едва пробежал по нескольким корягам и кочкам, преодолев не больше десяти метров, на месте, где я недавно был, вспух грязевой взрыв, оставивший после себя быстро зарастающую воронку. И послышавшийся голос Пламенного Скоромоха был скорее деловит, чем зол.

- Не накрыл его. Давайте за мной.

- Голову с плеч! – голос Девы Скорби я узнал сразу. Вытащили все же ее с болота. Вырвали из лап нежити. И злая девушка жаждет мщения – Идем сразимся, трус!

Нет уж. К черту ваши сражения – за последние дни битвы с игроками-аграми меня достали. Поэтому я молча прыгнул на плечо гигантского полуорка-нежити, оттолкнулся хорошенько и оказался на том берегу большой хлюпающей дыры. Медленно погружающийся зомби безразлично смотрел мне вслед.

- Где он?

- На той стороне ямы!

Я дернулся в сторону. Рухнул в затрещавший гнилой кустарник. Грязевой взрыв прозвучал чуть в стороне, спустя секунду на меня обрушился поток жидкой грязи. Встав, побежал дальше, стремясь уйти как можно дальше от места, где использовал заклинание Аньрулла – бог смерти предупредил, что всякая «светлая погань» может почувствовать биение столь мощной темной магии. А там и заглянет на «огонек» - посмотреть, что за некромант в болоте колдует.

Но эта «светлая погань», если не обладает реально мощной светлой магией соответствующего направления, не сможет определить кто именно виновник массового поднятия нежити. Почему не сможет? Потому что меня защищает дар Аньрулла, небольшой амулет на черном волосяном шнурке, представляющий собой каплю застывшего янтаря, содержащего внутри себя скелет крохотного человечка, изогнувшегося, да так и застывшего в агонии. Уж даже и не знаю кто это такой. Сумел рассмотреть кости, большой золотой медальон на костистой груди и лохмотья красных штанов. В свойствах предмета должна содержаться информация о бедолаге в янтаре. Но предмет неопознан. И Аньрулл дважды повторил, чтобы я не даже не думал опознавать предмет – это далеко не так просто, опять же не каждый справится, но амулет должен остаться не опознанным.

Никакой идентификации при помощи магии – как заявил Аньрулл, если выражаться уж совсем точно.

И никаких попыток зачаровать амулет дабы сделать его сильнее или добавить некое новое свойство.

Никаких манипуляций физического толка с амулетом – то бишь колупать ногтем, царапать и пробовать на клык нельзя.

Очень странные требования. Но я одел волосяной шнурок на шею, спрятал янтарную каплю за ворот и забыл о амулете. Работает? Пока неизвестно. Но думаю, что работает.

А что он делает? Очень простую и одновременно сложную вещь – благодаря заключенной в него некой силе, он принимает на себя всю ту «черноту», что я творю. Это моя янтарная индульгенция. Я работаю с могучей тьмой в хирургических перчатках.

Я специально уточнил – амулет будет просто скрывать окутавшую меня тьму или как?

Ответ был четок – тьма вообще не коснется меня.

Я спросил – амулет как долго будет работать?

Ответ был четок – вечность. Предмет нельзя украсть, нельзя разрушить. Его не надо подпитывать – в нем уже божественная сила самого Аньрулла и ее более чем достаточно.

Вот так вот… сначала я от такой щедрости онемел. А затем задумался… карма в Вальдире значит очень много. В одни ворота войдешь – другие захлопнутся.

Чуть подумав, я задал следующий вопрос.

А если я сделаю не темное дело, а светлое?

Ответ был четок – амулету глубоко плевать на светлые поступки и свершения. Он их не замещает и не поглощает.

Щедрости Аньрулла стало так много, что эта медовая сладость уже просто не вмещалась в треснувший горшок моего воображения. Чтобы меня не разорвало, я поблагодарил и отправился вершить дела темные, но ради благой светлой цели – освобождение Тальника.

Еще одна ветка хлестнула по лицу. Причем с такой быстротой и силой, что я невольно сморщился – ожидая вспышки невозможной в этом мире боли. А вот хиты жизни снимались. И шарф цеплялся за все подряд. А пропитавшийся грязью плащ волочился за мной с безмолвным злорадством.

- Еще нежить! Да они защищают его! Обходим!

- Не обойти! Там топь!

- Тогда напролом! В атаку!

- Стой, Скоромох! Стой! Нафиг…

- А?!

- Ну нафиг. Сам подумай – этот тип поднял разом сотню зомби. После чего просто ушел дальше в болото, а на нас даже не глянул. И свиток телепортации не попытался использовать. Будто плевать ему на нас. Не знаю на кого он там охотится – но хорошо, что не на нас. Так может не стоит злить такого сильного некроманта?

- Хм…

- Слева зомби!

- Топором под колени подсекай!

- Да знаю. Первый раз что ли? Их все больше. А мы стоим тут как тортик кровавый. Подманиваем всех на себя. Решайте уже!

- Уходим – принял решение Скоромох – А ведь я уже как-то слышал про безымянного волшебника в шарфе. Только он там не мертвяков из болота поднимал, а огненными шарами швырялся. Юзайте кристаллы. Уходим на север – пора прожариться на солнышке пустынном.

- Ок.

- Я седлаю радугу!

- Дева Скорби улетает!

«Сильного некроманта» они сказали. Я невольно фыркнул, опуская на колени и погружая руки в трясину. Опять с моих рук побежали к далекому дну зеленые искры магии. Мне нужно больше нежити. Еще больше. Долго их под контролем не удержать, заклинание мощное, но умений особых некромантских у меня ноль и класс игровой другой. Поэтому надо торопиться…


Когда вокруг меня сомкнулось кольцо ужасной нежити, я довольно усмехнулся. Выглядело это должно быть странно – перепачканный грязюкой тип стоит посреди толпы мычащих мертвяков и безмолвно скалит зубы на серое дождливое небо. Ну еще глазки с довольством щурит – дождь уже начался и по грязному лицу стучат веселые капли. Эти же капли стучат по головам и плечам зомби, оставляя на их бугристой жуткой коже светлые потеки. У любого, кто посмотрит со стороны, создастся впечатление, что я собрал мертвый личный состав на еженедельную помывку.

А за ушами гнилыми помыли?

А пасти чернозубые прополоскали от грязи болотной и крови жертв невинных?

А зенки белесые промыли?

А ну ладони когтистые на осмотр представить!

Чего щуритесь? Чего мычите? Отвечайте связно, когда командир спрашивает!

Командир…

Я лидер на время. Стоит магии лопнуть… и меня мигом порвут в клочки. Потороплюсь…

Мой следующий приказ заставил кольцо разорваться и частично утонуть. Примерно треть нежити ушла под булькающую воду и пропала из виду. Остальные развернулись и тяжело побрели прочь. Медленно крутясь на месте, я осмотрел удаляющиеся качающиеся спины мертвяков. Хорошо. Пока что все идет по плану. Отступив, я присел за большой почерневший пень. Огрызок некогда величественного дерева был жив – с треском в коре открылась щель, оттуда глянул злобный глаз зарождающегося пожирателя. Плеснули корни в грязи и снова бессильно опали. Убедившись, что мне пока не грозит опасность, я замер в ожидании.

Все идет по плану.

Вот только по плану не моему. А по плану разработавшего эту затею от и до Аньрулла. Как заявил древний бог смерти:

«Свет светом не ищут. Свет надо искать вечно голодной тьмой, что никогда не устает, не задает вопросов, не толкает выспренних речей и просто делает свое дело. Тьма – лучший помощник в светлом деле. Тьма – гарант твоей победы, Росгард! Помни об этом – и всегда будешь в стане победителей».

После короткого поучительного монолога я проникся, покивал, уже почти не удивляясь, и принялся слушать. Дальнейшие инструкции были четки и логичны.

Все просто. Тьма ненавидит свет. А Кровая Гать – обитель тьмы. И если в эту гнилую черную похлебку вдруг упала блистающая светом крупинка – тьма это заметит. А если вдруг и упустит – достаточно знать, что в бурлящей темной похлебке затесалась искорка света – и тьма ее найдет. Обязательно найдет. Особенно если дать четкий однозначный приказ – найти!

Это я и сделал. Отдал толпе мертвяков, бывшим строителям гати через страшные топи, найти яркую искорку света в здешних затхлых водах. И сообщить мне ее местоположение. Мертвые приказ выслушали равнодушно и с холодным равнодушием занялись его выполнением. Часть нежити пошла по далекому дну. Другие побрели вброд. Медленно уходили под воду несколько призгулов. Слышались их глухие рокочущие голоса:

- Я есть смерть!

- Мы пожнем каждого.

- Гибели тебе не избежать…

Полный кошмар. Я впервые видел призгулов так близко и должен сказать – впечатляет до дрожи. Мерзкие существа. Еще не призраки. Уже не обычная нежить. Часть мертвой плоти сгнила, выпала из их тел, оставив рваные дыры. Пустые места заполнились светящейся призрачной субстанцией. У всех целы ноги, но вот про руки, головы и прочие части тела такого сказать нельзя. Они подобны ужасным гусеницам что готовы вскоре вылупиться из кокона мертвой плоти, сорвать с себя тленные оковы и окончательно превратиться в бестелесных злобных призраков. Обладают дистанционной боевой магией, накладывают проклятья и отравляют вокруг себя и без того опасные воды в радиусе до пяти метров. Уровни под двухсотые. Справиться с такой тварью один на один сможет не каждый игрок. Если кто и выйдет из-под моего контроля досрочно – то это призгулы.

Усевшись поудобней, я принялся ждать. Скучно. Что-то блин приключениями даже и не пахнет. Воняет болотом и рутиной. Через четверть часа стало насколько скучно, что я с живым интересом принялся прислушиваться к воплям нескольких игроков угодивших в трясину и пытающихся выбраться. Пойти бросить им веревку? Да не… неудобно как-то бросать веревку утопающим – мы ведь даже незнакомы. Сочтут за фамильярность. Но крики были отчаянными – погибать игроки не хотели. Вон и зовут кого-то. Даже не кого-то, а кого-нибудь – ну придите, ну помогите. Вскоре крики сменились бульканьем. Потом исчезло и оно… опять стало скучно.

- А это что за фигня? – ахнул я, круто поворачиваясь и глядя на поразительную картину.

Утопая в грязи по колено, ко мне топали четыре мертвяка сопровождаемые призгулом. В последнем из материального осталась только безгубая скалящаяся голова покачивающаяся на призрачной шее. Но к черту голову – четыре мертвяка тащили бьющуюся девушку. Игрока! Белоснежное короткое платьице выставляло прелестные ножки напоказ столь же явно как и тот факт, что подобная одежда мало подходит для болот. В пышной прическе покачивались белые банты. Ожесточенно били по рылам мертвяков ступни в слегка испачканных белых сандалиях. Светлая жрица. Похоже, начального уровня. Упор на исцеление и благословение, судя по всем внешним признакам.

Нежить притащила мне светлую искорку встреченную в темной трясине.

Ага. Притащили красотку в лапы темного колдуна Росгарда. Где режиссер? Кажется пришло время снять настоящую эротическую драму.

Встав, я вышел из укрытия и зло рявкнул, взмахнув рукой:

- Нет! Бросьте! Нам не это нужно!

Мертвяки обиженно замерли. Замычали. Призгул оторвал свою голову, задумчиво побросал ее как мячик между ладоней, вернул на шею. Чуть сдвинул голову набок – как щеголь сдвигает шляпу. Повернулся и побрел прочь. Следом двинулась прочая нежить, медленно погружаясь в топь.

Шлеп…

Прекрасная дева упала в грязь.

- «Это»?! – прошипела она, обжигая меня пылающим взором – Ты назвал меня «этим»?!

- Обидеть не хотел, добрая Квартеронка – церемонно склонил я голову – Сорри за принудительную доставку.

- «Доставку»?! – еще более пронзительно зашипела девушка, медленно поднимаясь из грязи – Ты сказал, что меня «доставили»?!

- Да я не…

- Женофоб! Мизогинист!

- Так… - вздохнул я и, развернувшись, рванул в объятия клубящегося тумана.

- Я тебя найду, женоненавистник! Бездушный потребитель прекрасного! И вообще – что значит «нам не это нужно»?! То есть я еще и не подошла?! Ах ты некромант с комплексами! Скажи свое имя! Имя!

Крики разъяренной фурии медленно затихли. Я облегченно выдохнул и чуть замедлился, опасаясь провалиться и кончить на дне трясины. Через десяток осторожных шагов наткнулся на торчащее из грязи бревно опутанное лохмами бурой травы. Бревно оказалось мертвяком полуорком, что поднял почти черную руку и указал чуть в сторону от моего текущего маршрута.

- Туда? – уточнил я.

- Урррр… - ответ отличался однозначностью.

Обогнув живой «дорожный указатель», я ступил на узкую тропу. Да не просто дорожку из более плотной грязи. Там и сям торчали пусть скользкие, но все же камни. По ним я пошел дальше, двигаясь от одного зомби к другому. И каждый немного корректировал мой путь, что вел меня все дальше в глубины болота. Зловонные воды то и дело раздавались в стороны, я ловил бесстрастные взгляды плещущейся в болоте нежити. Скоро магия иссякнет. А заклинание можно использовать дважды в течение часа. Затем три часа перерыв. Местным тварям хватит пяти минут, чтобы пустить меня на паштет. Быстрее, быстрее, быстрее…

- Здесь! – с железобетонной уверенностью выдохнул я, облегченно падая на колено и позволяя восстановиться бодрости. Забег по трясине меня умотал. А ведь я шел по тайной тропе, а не двигался напрямки. И пришел куда надо.

Усомниться попросту невозможно – из мертвого болота торчал хилый зеленый росток с тремя белыми цветочными сережками. Росток ивы. Как живое надгробие. Безмолвно кричащий символ – я там, на дне! Поднимите!

Мне даже приказа отдавать не пришлось. Предыдущее указание гласило – найти светлую искру. И они нашли, привели меня сюда, в то время как сами занялись эксгумацией. Зеленый росток жалобно хрустнул под вдавившей его в грязь ногой бездушной нежити. Мигнула легкая зеленоватая вспышка. И в зеленоватом секундном свечении я отчетливо разглядел искаженное мукой мужское лицо с закрытыми глазами.

- Быстрее! – рявкнул я, глядя на таймер. И прислушиваясь – уже довольно давно я слышал за спиной голоса. Сначала решил, что это болото со мной играет. Потом понял – меня преследуют игроки. Не иначе друзья светлой Квартеронки. Нашли каменистую тропу и движутся за темным колдуном похитителем.

Глухо заворчавшие мертвяки утонули в трясине как корабли с пробитыми днищами. Трясина равнодушно приняла их и сомкнулась. К супу с гнилыми фрикадельками добавилось еще несколько. Взобравшись на огромное бревно, я тревожно огляделся. Здесь и помимо нежити опасных тварей хватает. Мертвяки пока меня защищают, но почти всех я загнал под воду. А прибывающие новые уходят туда же – на дно.

- Угх! – качнувшаяся ко мне тень вытянула дымящуюся ладонь.

На исходящей шипением и паром бугристой ладони лежала крохотная белая жемчужина налитая светом. Еще одна искорка света. Мертвяк нашел и принес – хотя она обжигала его так же сильно, как меня обожжет взятый в руку раскаленный уголь. Я принял дар и нежити провалилась под воду.

Я осмотрел находку. Зачарованная в светлом храме жемчужина. Может быть вставлена в ювелирные изделия, пришита на одежду, переработана в магический порошок для алхимических светлых нужд. Я убрал жемчужину в карман. И опять прислушался. Чужие голоса стали ближе. Но ненамного. Тут настоящий лабиринт, в нем придется изрядно поблуждать. А это даст мне необходимое время.

Кстати, о лабиринте – когда осмотрелся, стало ясно, что я стою в центре почти заплывшей гигантской воронки оставшейся после чудовищного по силе взрыва или после падения метеорита. Все вокруг говорило об этом. Поваленные вершинами прочь деревья с вывороченными корнями. Застывшие расходящимися кругами грязевые валы. Если это Тальника швырнули в Кровавую Гать с такой силой, то у меня только один вопрос – кто настолько силен чтобы проделать такое?! Надеюсь, этот злодей не поблизости сейчас.

- Шевелитесь, твари кровавые! – рыкнул я – Давайте!

Ответом был протяжный рев самой трясины. Она забурлила. Множество пузырей вырвалось наружу. Полыхнуло затрещавшее обжигающее пламя зеленоватого цвета. Полыхнуло, сожрало несколько черных кустов и опало. Взрыв болотного газа меня не коснулся. А вот пара вынырнувших мертвяком горело. Но им было плевать. Мне тем более. Я впился взглядом в предмет зажатый в их лапах – облепленный грязью растительный побег уходящий вниз. Похоже это корень того самого зеленого ростка втоптанного в грязь. Они нырнули, достали до него в месте, где корень становился достаточно толстым и крепким. И, вцепившись, потащили его дружно наверх.

Из рассказов отца я знаю, что когда подводная лодка терпит аварию на глубине, когда нет другого выбора, она выбрасывает специальный буй. Чтобы обозначить свое местоположение, облегчив работу для спасателей. И чтобы сохранить связь. Похоже, Тальник сделал то же самое – выбросил спасательный буй. И если корень это цепь – то Тальник это якорь. И его надо вытащить. Я спрыгнул в грязь. Падая и вставая, добрался до все увеличивающейся толпы зомби и влился в нее. Протиснулся между парой мертвяков и вцепился в корень. Я единственный, чьи руки не задымились и не зашипели после прикосновения к растительному побегу.

- Давай! – крикнул я сам себя, вытягиваясь в струнку. Ноги начали утопать в чавкающей грязи.

Ворчащие зомби тащили корень с силой и бесстрастностью хорошего механизма. Теперь я понимал слова Аньрулла «тьма просто делает свое дело». Тут не поспорить.

Корень беззвучно вытягивался из трясины. Я боялся только одного – вдруг оборвется! Но главное уже сделано – я знаю место заточения Тальника. Дело выполнено. Даже если не смогу сам – просто выложу на игровой форму карту с указанием его трясинной тюрьмы. И светлые игроки мигом очутятся здесь. И спасут его… дабы потом получить множество плюшек за это благое дело. От самого Тальника и от вечно спящей мамаши его Ивавы.

- Даваа-а-ай! – повторил я, тяня за корень.

Меня толкали. Пихали. Я падал на колени и поднимался. Падал плашмя и вставал. Я весь в грязи. Я уже ничем не отличался от окружающей меня толпы стонущих зомби. Маскировка достигла +60.

- Дава-а-ай!

- Р-Р-Р-А-А! – отозвались зомби.

Тяни бабка, тяни дед, тяни внучка, тяни мертвяк, тяни призгул, тяни Росгард. Тяните!

Корень вытянулся еще на пару метров. Да насколько он длинный?

- Дава-а-ай!

Попытался вытереть лицо о плечо, но перепачкался еще сильнее. Вонючая жижа стекает с меня вязким водопадом. Тяжко же это – вершить дела светлые! Ой тяжко! И грязно! Никогда не думал, что путь во спасение света окажется настолько грязным!

- Ни хрена себе! – изумленный возглас испустил выскочивший из тумана игрок с копьем.

Его можно понять. Он выскочил из тумана и буквально влетел в огромную толпу зомби.

- УГХ! – радостно отозвались передние ряды нежити и сцапали копейщика. Полетели клочья. Послышался мат разведчика.

- Дава-а-ай! – рявкнул я, дергая проклятый корень.

- Это еще что?!

Голос Квартеронки я узнал сразу. А вот она меня не увидела. И немудрено – я в грязи от макушки и до пят. Я затесался среди мертвяков бурлаков. И вместе мы тащим и тащим, тянем и тянем…

- Даваа-а-ай!

- Бейте темную погань! Во имя света!

- Спасите меня! – вопль копейщика преисполнен муки. Не хочется погибать витязю светлому. Столько интересного и непонятного вокруг. Как тут умереть?

Я был достаточно близок. И пнул его что есть мочи. Его качнуло вперед, он схватился за еще тлеющие после недавнего взрыва корни кустарника, вырвался из хватки зомби. Над нами вспыхнул свет. Раскинувшая руки Квартеронка творит светлую волшбу. А в мою грязную голову пришла странная мысль – подвластные мне мертвяки притащили ее ко мне силой. На расправу так сказать. Но мой статус не изменился. Агром я не стал. Почему?

- Дава-а-ай!

Рывок. И побег пошел неожиданно легко. Нас дернуло вперед, многие зомби повалились. И я вместе с ними. Подхватился, утер хлебало, глянул назад.

Да!

На зыбкой поверхности трясины лежал парень. Обычный парень. На нем – ни грязинки, чтоб его маме Иваве икалось! Я тут комом грязи стою, как картошка в черноземе. Руки по швам. Ноги вытянуты. Весь опутан темной искрящейся цепью. Обвязан как сарделька. Лицо бледное. Глаза закрыты. Лицо то самое, что мелькнуло в зеленой вспышке. Из пальцев правой руки исходит длинный корень – его спасательный буй. Ну здравствуй, Тальник. И прощай.

- Эй, светлые! – крикнул я, вскидывая руки – Глядите! И не говорите, что не видели! Это Тальник! Сын светлой богини Ивавы! Опутан он цепями темными! – тело Тальника вздрогнуло и начало погружаться на дно – И цепи тянут его вниз! – поспешно добавил я.

Квартеронка в замешательстве опустила руки. Замер и замахнувшийся на меня копьем парень. Застыл и добрый десяток игроков, явившихся из тумана следом за светлой жрицей. И это не все – судя по гомону голосов, скоро в заплывшую воронку прибудет еще немало игроков. Ну и хорошо.

- Спасите Тальника! – предельно отчетливо произнес я – Не дайте ему утонуть! Разбейте темные цепи! Пробудите его! Только он может разбудить богиню Иваву! Во имя Света – спасите Тальника! И бойтесь нежити – ибо отпускаю я ее!

Сказано сделано. Хлопнув в ладоши, я избавился от контроля. Хотя мог этого и не делать – до завершения магии оставались считанные минуты. Я успел впритык. Освобожденные мертвяки замерли в оцепенении. Их замешательство не будет длиться долго.

- Ты кто такой?

- Никто – устало отмахнулся я от вопроса Квартеронки – Просто волшебник с шарфом. Спасите Тальника! Смотрите! Он тонет!

Тальник и правда тонул. Погрузился почти полностью. Я отчетливо видел, как цепи, будто живые существа, тянулись в трясину, утягивая с собой сына Ивавы.

- Скажи свое имя, колдун! – топнула прекрасной ножкой Квартеронка Луиза.

- Свет тонет – указал я рукой на бедолагу Тальника и воспользовался свитком телепортации, молясь, чтобы он сработал. Трясина коварна.

Сработало. Вихрь телепортации схватил меня за шкирку, чуток отряхнул от грязи и унес прочь из гиблого болота.

Росгард свое дело сделал. Посмотрим, что сделают поборники Света, которым я поднес щедрый подарок буквально на блюдечке. Если они провалят операцию по спасению… даже и не знаю тогда…

А меня чувствую ждет новая беседа с мрачным и деловитым богом смерти. Он обещание выполнил – думаю еще никогда и никому не было так легко искать светлого божьего ребенка.


Глава четвертая.

Спасение Света. Праздник и скидки. Рутина.

- Тальника нашли! Прикиньте! Тальника нашли! – парень игрок сотого уровня просто заходился восторженным криком.

Он взобрался на бортик фонтана, размахивал руками, подпрыгивал и всячески привлекал к себе внимание.

- Кого?!

- Да ладно! Реально?!

- Нашли! Нашли! В болоте! Весь в цепях! Некромантами охраняемый! И армией нежити! Но наши светлые рулят – некромантов и нежить истребили! Там такая битва была! Ух!

- Да кто такой Тальник?

- Ивавы сын!

- А она кто?

- Ой да заткнитесь все! Дайте послушать! Откуда инфа про Тальника?

- Из моих источников! Квартеронка Луиза – моя боевая подруга! Мы вместе такие дела творили! Она жрица! И красивая жрица. Ножки… видели бы вы эти ножки!

- К лешему ножки! Но потом покажешь фото! Про Тальника говори!

- Он в болоте! В черных магических цепях! Его на дно тянет! Там уже человек пятьдесят игроков. В перетягивание канатов играют! Смотрите скрины! Открываю доступ! Прямо от Квартеронки Луизы! А ножки у нее… ух!

Над фонтаном засветились огромные фото. Я увидел знакомую трясину. На месте толпы нежити – толпу игроков. Отличались они только зелеными никами. А так – одно и то же. Грязь всех делает на одно лицо. Игроки держали корень, налегали на него изо всех сил. Другие сгрудились над Тальником – его не было видно, но я знал, что это он. Сам его там бросил пять минут назад. Видимо пытаются сбить магические цепи.

- Видео!

Над площадью зажегся новый экран. Побежала картинка. Послышался звук. Я отдал три медяка и получил огромную кружку кваса. Улыбчивая девушка игрок спрятала деньги и уставилась на экран. В трясину упал красный дракон. Вцепился лапами в корень и тяжело забив крыльями, начал подниматься. Хор голосов подбадривал крылатую рептилию и ее наездника. Корень трещал и грозил лопнуть. Вздымались молоты и топоры – Тальника то ли на куски рубили, то ли все же от цепей освобождали.

- Главный некромант скрылся! Волшебник с шарфом! Тот еще злыдень! Прикиньте – он велел доставить ему Квартеронку Луизу! Нет, вкус у него есть – видели бы вы ее ножки! Но все же! Встречу некроманта – начищу ему рыло темное! Я за подругу Луизу! Я за нее…

- Ты дальше видео показывай!

- Еще есть пиво – тихо сказала девушка продавец – Темное. Абл и Габр. Свежее.

- Кружечку возьму.

- Сухариков? Копченой рыбки? Ассорти могу дать.

- Возьму.

- Держи. Серебряную монету с вас, Росгард.

- Спасибо.

- А как там нежить кромсать начали! – вовсю комментировал игрок пообещавший начистить мне темное рыло – Ха! Наши рулят! Свет рулит! Во имя Света, братья! Тьма не пройдет!

- Что там с ножками Луизы?!

- Они шикарны. Вот что!

- А с Тальником? Еще видео!

- Вот!

На следующем видео драконов было уже два. Их совместных усилий хватило, чтобы задержать проваливание Тальника в трясину. И в дело вмешались кланы. Замелькали одинаковые плащи. И в хаосе появился порядок. Я мельком увидел большую бревенчатую платформу, брошенную в грязь рядом с сыном Ивавы. Подведут под него. Это еще сильнее задержит Тальника на поверхности. Народу в трясине уже человек под двести. И все что-то делают. А судя по звуковому фону – там на флангах еще и бьются вовсю. Собранная мною нежить пришла в себя. Но у мертвяков шансов нет. Слишком много там светлых игроков.

- Как рыбка?

- Очень вкусная. Местная?

- Ага. Вчера лично поймала в Найкале. И лично коптила. Можно я здесь всегда торговать буду? На этом месте?

- Можно – кивнул я.

- Сколько в день?

- Тебе бесплатно. Рыбка вкусная. И сухарики шикарные.

- Сама сушила. По рецепту особому. Насчет «бесплатно» - серьезно? Я видела вашего казначея. Он тут орал недавно.

- Скажешь ему – я разрешил. Но в обмен мне и ему пиво и ассорти бесплатно.

- Ладно! А расширять бизнес можно?

- Э нет – улыбнулся я хитрой девушке – Тут уже отдельно обговорим.

- Ладно. Спасибо! Пока нет налогов – я бизнес подниму. Потом и расширюсь и платить буду.

- Возникнут проблемы – любые – пиши мне в личку. Постараемся помочь всем кланом. В рекруты к нам не хочешь, к слову?

- Пока хочу быть птичкой вольной. Потом посмотрим.

- Хорошо. А мне еще кружечку темного.

- Самое хорошее! Абл и Габр рулит.

- Сама додумалась до торговли квасом и пивом?

- Не. Была на одном сторожевом посту недавно. Там один игрок гном пиво продавал. И у него хорошо покупали. Вот и я решила перенять идею. Тем более готовить люблю. Закуску сама делаю. Кручусь верчусь.

- Молодец – с уважением кивнул я – Про вступление в наши рекруты помни.

- Хорошо. Ваше пиво, Росгард.

- Спасибо.

- Есть! Есть! ЕСТЬ! – завопил крикун и подпрыгнул так высоко, будто у него в пятках пружины – Разбили цепи! Разбили!

На новом видеоролике над мрачной трясиной взорвался гигантский шар зеленоватого света. Вспышка затопила экран. Ослепила. И медленно потухла. Раздался долгий протяжный крик. На бревенчатой платформе, едва видимая среди колышущего моря игроков, стояла широкоплечая фигура Тальника, окутанная зеленым светом. Новый крик. Он топает яростно ногой. Что-то говорит игрокам. Поводит руками над их головами. Склоняет голову. Прижимает руки к сердцу. От него исходит море зеленого света окутывающее игроков. И Тальник исчезает… разбитая бревенчатая платформа уходит в трясину.

- Ух! Что ж за магию он на них наложил? Благословение, да? Крутое наверно!

- Видели? Вот это круть!

- Тальник свободен!

- Ивава проснется! Сегодня проснется Ивава, лю-ю-юди!

- Чего орешь? Да кто такая Ивава?!

- Богиня светлая! Дурак что ли? Ей пол Вальдиры молится. А она спит.

- Так нафиг ей молиться, если она спит?!

- Есть зачем! Она крутая! И Тальник крутой!

- Эй! Эй! Там у Найкала Ракитушка танцует! Фига себе танец! Чистая эротика! Радостная такая! А вокруг нее щуки огромные круги наворачивают!

- Так она его сестра! Ивова Сестра! Сестра Тальника!

- Во имя ножек Квартеронки Луизы! Пошли смотреть на радостную эротику! Бежим!

- Ух ты!

Я повернулся. Хлебнул пива. Задумчиво почесал нос. Сделал еще глоток. Над садом особняка выросло гигантское дерево. Плакучая ива. Раскинула ветви во все стороны, накрыла своей тенью вековые дубы. Та-а-ак… там вроде был посажен полученный в подарок росток. Это так радость Ивовых сестер выражается?!

- Это еще что такое?! – возопил кто-то из клубящейся на площади толпы.

- Ива! В саду клана ГКР! Может и они при делах?! А?

- Ничо себе громадина!

- Новости! Вести! – на бортик фонтана взобрался другой игрок и «перетянул» на себя всеобщее внимание – Ивава! Ивава! Она!

- Да? Да?! Что с ней?! Ну!

- Прямой эфир открываю, братья и сестры! Открываю я вам прямой эфир! О да, братья и сестры!

- Живо давай уже!

- Ну!

- Чего орете? Вот… Ивава ПРОСНУЛАСЬ!

- Сразу к маме побежал – фыркнул я в кружку – Нытик… мамсик…

- Светлая богиня Ивава пробудилась! Да-а-а-а-а-а!

Новый экран оказался большим по размеру и повис рядом с первым. Теперь со своей позиции я видел и болото, где происходила яростная борьба нескольких игроков с ожившими темными цепями. А на втором экране показывали нечто огромное, зеленое, бесформенное, усыпанное цветами. Это огромное медленно вздымалось, вниз летели тысячи листьев и цветов, лопались ветви, обильно брызгал древесный сок. Впечатление такое, будто упавшее гигантское дерево вдруг решило подняться и опять встать на корни. Но тут картинка чуть изменилась, стало ясно, что зеленое и цветастое – это пышная и несколько всколоченная прическа. А вон мелькнул глаз с изумрудной радужкой между густыми прядями, послышался тяжелый сонный вздох. Весь процесс сопровождался громкой торжественной музыкой – преимущественно струнной, хотя туда и добавилось несколько гулких ударов барабана. В общем – пробуждение Ивавы было обставлено по всем правилам настоящего праздника.

- Вот это рожа!

- А у тебя какая рожа, когда встаешь? Тоже небось опухшая?

- Че так защищаешь ее? Тоже ее сын, что ли? Внебрачный…

- Главный юморист что ли?

- Не мешайте наслаждаться пробуждением божественным! Валите ссориться куда-нибудь еще! А то героям рубежным пожалуюсь и вас погонят с площади!

- Да наслаждайся спокойно! И не надо никому стучать! Я еще кольчуги не все распродал!

- Да она размером с гору что ли?

- Да не, поменьше. Но да – здоровущая!

Очень. Очень многие игроки сейчас прыгают до небес. Пока Ивава спала, вся ее магия – а стало быть и жрецов ее – действовала не в полную силу. Процентов на семьдесят пять вроде бы от номинальной ее мощности. Сейчас же, когда Ивава пробудилась, вся ее магия усилилась. Внезапная прибавка в двадцать пять процентов мощи… какой игрок не будет в восторге став на четверть сильнее? Вот-вот… Более того – богиня многим «задолжала». Я слышал это не раз. Да все слышали. Когда божество спит – накладывать личные благословения не может. Накладывать личные чары на предметы – не может. А ведь многие игроки выполнили десятки храмовых заданий, прошли невероятно тернистый путь, заслужили благосклонность высших жрецов, которые пообещали им – вот проснется мол великая богиня Ивава от сна многолетнего и ка-а-ак наложит чары могучие на меч твой ратный! Ну или на посох! Ты только дождись – она обязательно проснется! И вот дождались. Чичас очередь образуется из игроков жаждущих давно заслуженных благословений и чар. И все радостны и перепуганы одновременно – проснулась ведь. Но кто знает – вдруг сынку пару слов скажет и опять задремлет… Если хотя бы у части игроков прокатит, и они получат чары на предметы – на аукционе появится немало весьма рарных предметов. Нам бы несколько таких не помешало. Но бодаться в ценовом поединке с матерыми богачами кланами… спрошу мнения Бома. Он личность опытная, финансово прожженная.

Пока я слушал громогласные зевки и наблюдал за божественными потягушками – как и все игроки на площади – рядом со мной объявилась Лампа. Ткнула меня локотком в бок. Указала подбородком на плывущую по воздуху стопку бумаг и на витающее рядышком магическое писчее перо. Ну ясно… со вздохом я поймал перо и, бегло просматривая бумаги, принялся их визировать.

Покупка шелковых обоев взамен обгоревших во время штурма. Одобрено.

Покупка пяти пустых винных бочек, каждая в пятьсот литров. Для кланового виноделия. Виноградников своих нет, но виноградари имеются.

Закупка слитков железных и медных в количестве тысячи штук.

Подтверждение банковского чека – оплата услуг наемников.

Покупка десяти стогов люцерны. Для прокорма грузовых клановых животных.

И так далее и тому подобное. Лампа хотела поведать новости, но покосилась на вольную птичку продающую пиво и воздержалась. Но кружку кваса взяла, равно как и тарелочку сухариков. Пусть здесь и виртуальный мир, но сухариками похрустеть всегда приятно. Даже сухариками цифровыми.

Исполнив долг кланового лидера – далеко не полностью, даже не наполовину - я отпустил личного помощника. Попрощался с новой знакомой и, лавируя между жадно внимающим новостям игроками, подошел к забору опоясывающему особняк. Тут тоже шла торговля. Но уже наша – торговали сокланы, продавая товары созданные нами самими. За длиннющим дощатым прилавком стояло шестеро игроков. Все рекруты. Хотя нет – один из них уже полноправный член клана. Поздоровавшись, торопливо осмотрел товары.

Продукты. Рыба вяленая и копченая.

Одежда. Холст, хлопок, шелк, кожа.

Доспехи.

Оружие.

Алхимические зелья.

Ничего особого. Но все дешево и нужно. И по уровням подходит для местных земель.

Покосившись на продолжающий мерцать экран, показывающий все не заканчивающиеся потягушки Ивавы, я перекинулся парой слов с продавцами. И потопал к воротам. А за моей спиной раздался трубный радостный глас:

- В честь пробуждения светлой богини Ивавы клан ГКР объявляет мегаскидки! На любой товар с прилавка – скидка двадцать процентов! Акция действует два часа с этого момента! Налетай покупай! Мегаскидки уже начались! Эй! Да не налегайте так! Всем хватит! Да! И на зелья тоже скидки. И на сапоги тоже! На все скидка двадцать процентов!

- Давайте без сдачи, пожалуйста!

- Вот держите! Упаковка из десяти зелий здоровья и пять эликсиров маны!

- Куртка охотничья. Кожа вепря. Стальные бляхи. Продано.

- Сотня наконечников арбалетных. Вместе с сумкой. Продано.

- Не толкайтесь!

- Скидки от клана ГКР! В честь пробуждения светлой богини Ивавы! Хей-хей-хей! Налетай-покупай!

Самое интересное – наши товары скупали перекупщики. Те, кто только что торговал собственными товарами на площади – той же алхимией и предметами экипировки – выхватили кошельки и бросились к нашим прилавкам. Хватило одного взгляда через плечо, чтобы понять это. Чтобы урвать себе по сниженной цене хоть что-то, простым игрокам пришлось проявить упорство и мастерство в толкании локтями и перекрикивании. Само собой мои сокланы предпочитали иметь дело с теми, кто покупает мелкий опт, а не отдельные предметы. Заметив это, отправил короткое сообщение Лампе – чтобы в следующий раз наши продавцы не игнорировали обычных смертных.

В особняке пришлось привычно пробираться у стеночки. По центру не пройти – рекруты носятся как угорелые. Коридоры здания наполнены окриками, нетерпеливыми возгласами, удивленными вскриками, а порой и руганью. Кланхолл ГКР больше не похож на тихое здание непопулярного музея. О тишине и покое теперь можно только мечтать. Взлетев по лестнице на недосягаемый для рекрутов второй этаж, я столкнулся с Храбром Светлушкой, ведущим оживленный диалог с небольшой стайкой учеников. Судя по направлению, они направлялись в лабораторию. Тут я и попался – Храбр моментально сцапал меня за локоть и повлек за собой, начав удивительный по содержанию монолог. В его словах было все – укоризна, радость, похвала, недовольство, удивление.

- На приключения значит сами, а нас в тылу бросили? Согласен – и позови меня с собой вырваться не сумел бы. Дел по горло! В лабе каждую минуту что-то взрывается, проливается, умирает и оживает. Как оставить без присмотров? Ученички у меня без дела не сидят. Любят толочь, смешивать, варить и вываривать, жарить и парить. Вот и взрывы! Но продукция потоком пошла! Каждый день темпы наращиваем. Но пора расширяться! Нужны еще помещения, Рос. А лучше отдай нам все крыло. И то мало будет. Планы то ого-го! Насчет приключений – так и у нас их хватает, кстати! О да! Вчера целая бочка меда оказалась испорчена. Мы туда бухнули раствор живящего корня смешанного с хвойной эссенцией. И что получилось? Мед ожил! Вылез из бочки пахнущий елкой медовый слизень сто семидесятого уровня. И начал жрать и крушить все вокруг. Обошлось малой кровью. Но два выпаривателя мы потеряли. И три эльфийские деревянные ступки в щепки… их особо жалко. А прибежавший Бом как причитал… разве что на колени не рухнул! Опять же – из туши слизня сумели выжать немало! Даже пара особо редких ингр нам перепала – уже пустили их в дело. Слышал ты скидки объявил на площади? Значит нам работы прибавится. Но нам только в радость. Да и опыт в профессии лишним не бывает. Рос, вот тебе два списка. Один, что побольше – нам для опыта и роста в алхмическом деле нужен. Пока эти зелья не освоят – ученики выше не поднимутся. А списочек поменьше – для меня лично. Мне ингры особые нужны. Их достать нелегко. А я ведь тоже расти хочу – а то ученики уже в затылок дышат. Я бы сам на поиски отправился – но лабу на кого оставить? Вернусь – а вместо кланхолла руины дымятся… тебе ведь этого не надо?

Энергичным маханием головы дав понять, что разрушения особняка не желаю, сцапал оба списка и пообещал доставить все в ближайшие сроки. Уже даже знаю кому поручить. И сделаю это прямо сейчас. Я не спец в клановых делах, но мнится мне, что собственная команда грамотных алхимиков никогда не бывает лишней.

- И еще, Рос. Без обид, но… тут к нам дочка твоя заскочила на пару минут… столько битого стекла я давно не припомню. А затем и волчара твой следом заскочил… и битого стекла резко прибавилось. Я ни на что особо не намекаю…

Замотав головой еще энергичней, состроив скорбную физиономию, мимикой я дал понять, что приму меры немедленно. Но фигушки. Ничего я Роске говорить не буду. Чем бы дитя не тешилось – лишь бы на приключения не отправлялось.

- Вот спасибо! А то одного ученика заживо в колбе замариновало. В грибной выварке вперемешку с хризантемной цветочной пыльцой. Он третий час чихает – по чиху в четыре секунды. А волосы его шептаться начали. Буквально! Неразборчиво так… но шепчут что-то… пришлось его побрить. А кто парня в чан с вываркой толкнул? М? Ну ты понял. Спасибо, босс. Выручил. Как-то не хочется чтобы мы все тут побрились налысо и начали чихать раз в четыре секунды. Ладушки. Не все же о грустном? Оглядись, босс! Вот она – лаба родная!

Я огляделся. Да-а-а…

Огромное помещение не узнать. Повсюду диковинные агрегаты. Под потолком и по стенам тянутся длиннющие медные, цветные стеклянные, хрустальные и из прочего материала трубы. Вдоль стен стоят соединенные между собой бочки и стальные чаны. В гигантском аквариуме плавают лягушки и золотые рыбки. Над аквариумом с сачком застыл юный алхимик, пытающийся подцепить со дна что-то блескучее – то ли чешуя, то ли крылья каких-то насекомых. За длинным центральным столом не меньше шести игроков. И судя по итогам их работы, они создают зелья здоровья и маны – самый ходовой алхимический товар. За парой столиков поменьше еще четыре игрока. Эти создают что-то более сложное. Видимо стоят на ступени выше. Освещение яркое, но глаза не режет. Большие светящиеся стеклянные шары висят под потолком и щедро делятся светом. Прибывшие с Храбром тут же разгрузились и взялись за работу. Захрустели перемалываемые в ступках птичьи косточки и звериные когти, упала в кипяток кипа большущих листьев, застучали ножи разделывающие белесое змеиное мясо.

- Это круто! – коротко подвел я итог увиденному. Коротко и предельно искренне.

- Емко и точно, босс – расцвел Храбр и от избытка чувств хлопнул меня по плечу – Растем! Но надо больше! Некоторые особо мощные зелья в одиночку создать практически невозможно. Надо быть истинным гуру. Мастером великим. Если командой такие зелья делать – уже легче. Так что уже работаю над еще одним списком ингр и литературы. Попутно обучаю учеников. Если получится – сможем выйти на большой рынок редкой алхимки. А это важно – ибо там за многие зелья расплачиваются не золотом, а крайне редкими ингредиентами.

- Понял. Тогда жду список.

- Спасибо! А плач Бома выдержишь?

- Выдержу. Да и рыдать он больше для приличия будет. Бом пограмотней меня. Понимает, что нам корни надо пускать дальше и глубже.

- О да! Спасибо, Рос. Но если что – буду рад выбраться на пару интересных вылазок.

- Договорились. В следующее приключение отправимся вместе – пообещал я и покинул лабораторию. Оглянулся на пороге и понял – про меня уже забыли. Все увлечены любимым делом. Алхимия… интересная, наверное, штука. Существуют тысячи рецептов и все время появляются новые. Но для меня это ничем не отличается от занудных школьных уроков по химии. Не мое это, не мое…

Сначала я отпустил Лампу. Теперь пришлось ее искать. Нашел за ее рабочим местом. И поразился снова – почти так же сильно как при виде лаборатории. Идеальный порядок во всем. Бумаги в папках, папки в ящичках, а те на высоком стеллаже. На рабочем столе стопка разноцветной чистой бумаги, шесть чернильниц, пара десятков писчих перьев и ручек лежат ровненьким рядком. Одна чернильница открыта – медная штуковина в виде вынырнувшей из воды рыбины разинувшей пасть. Лампа что-то усердно строчит, то и дело окуная перо в зеленые чернила. Подойдя, положил на стол списки Храбра. И попросил заняться ими. Обязательно приобрести каждый пункт из списка точно в указанном количестве. Не успел я и глазом моргнуть, как мне под подпись положили листок с моим же распоряжением о закупке. Я поставил подпись. А затем сделал это еще четыре раз – о том, что объявил скидки и еще три закупочных листа. Покончив с этим, поблагодарил помощницу и заглянул в свой кабинет. Пусто… Аньрулл не явился напомнить о том, что его часть нашего договора уже выполнена и Тальник благополучно спасен.

- Росгард – окликнула меня Лампа.

- Слушаю?

- Чай? Кофе с плюшками?

- Не успеваю. Надо бежать дальше.

- Ок. Все чаще раздается вопрос – почему на Тишку не падают камни с Зар’граада. Почему над Тишкой не видно страшных рубиновых нитей. И все чаще спрашивают – связано ли это с кланом ГКР?

- Хороший вопрос – кивнул я.

- И? Что отвечать?

- Что мы не знаем почему так происходит, но очень этому рады – отозвался я, доставая свиток телепортации.

- Поняла. Официально мы тут не при делах. А на самом деле?

- А на самом деле я рад что мы можем позаботиться о родном для нас городе Тишка – улыбнулся я помощнице – Если что я на связи.

- Поняла, боссу. Хорошего пути.

***

Альгора. Снова и снова я возвращаюсь в этот город. И каждый раз телепорт вышвыривает меня в малознакомом месте. Но в этот раз место я узнал – трудно не узнать переулок, где когда-то повесился Орбит. Помнится мы тогда готовились к какой-то вылазке. Давно это было… но я отлично помню, как высунувший язык Орбит покачивался на веревке, а над его головой кружил скорбно причитающий призрак.

Отсюда далековато было до нужного мне дома. Я нанял карету. Причем карету принадлежащую игроку, что и управлял транспортным средством. Таксист средневековый. Элитного класса. Вызвать карету труда не составило – я просто щелкнул пальцем по нарисованному на рекламной афише колокольчику, и он тут же отозвался звоном. Изображенные рядом с колокольчиком песочные часы перевернулись и начали отсчет времени. Впряженная в карету двойка вороных широко улыбнулась. Подмигнул фонарь, щелкнул хлыст… не успели последние песчинки упасть на дно, как послышался топот копыт и рядом остановилась карета.

- Прошу – улыбнулся игрок, дверь кареты сама по себе открылась.

- Спасибо – кивнул я, сразу же вручая шесть серебряных монет – Мне в центр.

- Конкретный адрес?

- Да нет. Где-нибудь по пути выйду.

- Понял.

Висящая на стене красотка – в смысле нарисованная на другой афише – обиженно надула губки и гордо отвернула от меня прелестное личико. Ну да – я предпочел ей какую-то там карету, а мог бы и заглянуть в «веселое заведение Шелковая Спинка».


Карету я покинул за квартал от нужного мне дома. Осторожность превыше всего. После слов Аньрулла о том сколько народу за мной следит, я решил максимально осложнить им жизнь. Поэтому не стал называть адрес. И поэтому же, едва зайдя в сквер, нырнул в густые заросли, перепрыгнул через фонтан с золотыми рыбками, перемахнул через чугунную невысокую ограду и заскочил в переулок. От умелого тихушника мне не скрыться. Но жизнь преследователям точно осложню… и пусть пришлось перебираться через здоровенную кучу мусора. А вот что странно – я нос к носу столкнулся с некрокрысой. Огромной дохлой некрокрысой пятидесятого уровня, что злобно ощерилась на меня и нырнула в темную щель канализационного стока. Оттуда послышался тяжелый стон. Очень знакомый мне стон – именно такие звуки совсем недавно издавали призванные мною мертвяки с Кровавой Гати. Я уверен, что в глубоких катакомбах Альгоры сыщется нежить. Это нормально. Но чтобы так близко к поверхности? Странные дела происходят нынче в Альгоре…

Орбит в Вальдиру не явился.

Сначала я понял в этом по его отсутствию в доме у госпожи Мистрис Мизрелл. А потом проверил и статус. Неактивен. Про статус я знал и раньше. Просто надеялся, что Орбит, обычно пропадающий в мире Вальдиры сутками, в этот раз также захочет вернуться сюда побыстрее. Но нет… не явился пока что. Особо я не опечалился. У меня есть козырь – я знаю где Орбита искать.

Улыбнувшись встревоженной госпоже Мизрелл, я пообещал скоро вернуться, после чего удалился в пустую комнатку, уселся в кресло и вжал пиктограмму «офф».

Здравствуй, радуга.

Забери меня с собой. Самое время пнуть кое-кого по его чрезвычайно умной заднице.

Выход.

Глава пятая.

Акула рядом. Главная соль загадки.

- Тихо то как… - пробормотал я, осторожно вытекая за порог спальни и заглядывая в зал.

Сначала я увидел Орбита. Жив. Проснулся. Сидит ровненько так на диване. Рядом прямо по-флотски идеально сложенное покрывало, сверху подушка – и без единой морщинки. Руки Орбита сложены на коленях. На столике перед ним тарелка с надкушенной плюшкой. Рядом дымится кружка чая.

Та-а-ак…

Я повел глазами чуть в сторону.

В кресле сидит Кира. Ровненько так сидит. Ладони на прикрытых пледом скрещенных ногах. Перед ней тарелка с крошками и ополовиненная кружка с молоком.

Таа-а-ак…

Я повел глазами чуть в сторону.

За кухонным столом-стойкой стояла мама Лена и точила нож…

Та-а-ак…

Втянув голову в плечи, я подался назад, утекая обратно за порог.

- А я ведь спрашивала – тебе можно доверять? Ты серьезный молодой человек? – ровным, слишком уж ровным и неестественно спокойным голосом произнесла мама Лена и, глянув на свое отражение в лезвии ножа, кивнула на второе кресло – Ты заходи, заходи. Видишь на столе полиэтилен сложенный? Перед тем как сесть – расстели его на кресло. И потом садись…

- Мама Лена! – задушено пискнула Кира.

- Пищать при родах будешь. Вернее, орать благим матом. И неласковым словом поминать своего любимого Ростислава… покойного…

- Мама Лена!

- Домой та-а-ак хоче-е-ется – признался Орбит, глядя на меня застывшим взором – Но плюшки в России вку-у-усные! И чай… можно я пойд-у-у?

- Иди-иди – поспешил я – Ты ведь в Вальдиру?

- Да…

- Кокон протестирован?

- Да!

- Иди-иди… тебя госпожа Мизрелл уже заждалась. А я тебе оставил там пару сообщений. Касательно Аньрулла. Почитаешь, успокоишься…

- Спасибо!

Орбита будто вихрем унесло с диваном. Подушка упала. Почти добежавший до гостевой комнаты парень вернулся. Поместил подушку обратно на покрывало. Расправил. Подхватил с дивана свою диковинную бейсболку. И убежал. Едва слышно стукнула закрывшаяся дверь. Скрипнуло подо мной кресло – полиэтилен я стелить не стал. А чего? Мебель моя. Имею полное право забрызгать ее своей артериальной кровью. Сделать такой по-хозяйски широкий жест… к-хм…

- В доме ножи всегда должны быть наточены. Всегда – заметила неофициальная родительница Киры, возвращаясь к точке ножа – Если в доме нож острый – стало быть и хозяин мужик дельный, не ленивый. Вот в этом доме ножи какие? Молчите? А я скажу – ножи туповаты.

- Недавно точил – возразил я мягко – Режут хорошо.

- Ну-ну…

- И хозяин не слишком туповат – продолжил я гнуть свою линию – Коньячку?

После продолжительной паузы наточенный нож лег на столешницу:

- Рюмку выпью.

- А я чаю с плюшками – поддержал я, вставая и топая к шкафу, где хранил наше спиртное.

- И я чаю – тихонько напомнила о себе Кира – И булочек побольше. Домашних…

- Само собой домашних! Для вас охламонов и пекла – для тебя и Михаила. Думала порадовать. Сюрприз устроить булочный. А тут вон как – ты мне сюрприз устроила. Да еще какой! Я значит булочки пеку. А вы печете…

- Мама Лена!

- Коньяк – поставил я перед белой акулой рюмку – Пятьдесят грамм.

- А себе не плеснешь, стало быть?

- Мне еще на работу – развел я руками с сожалением.

- Опять в гроб с проводами залезть собрался?

- Ага.

- Вот-вот… работа… ох… - с этими словами Лена залпом выпила коньяк. Так пьют лекарство, а не алкоголь.

Заметно насколько она взволнована, хотя и сохраняет внешнее спокойствие. И как мне кажется, ее обуревает желание прямо сейчас схватить Киру за шкирку и утащить ее обратно в родные пенаты. И уже там, в спокойствии, за запертыми надежными дверьми, собраться с мыслями и решить, что делать дальше. Такой вывод я сделал по простой причине – очень уж часто домработница семьи Крапивиных поглядывала то на Киру, то на дверь.

Этот номер у нее не пройдет.

Кира останется здесь. И точка.

И Лена поняла это. Стукнула о стол опустевшая рюмка. Домоправительница покинула кухню и усевшись на подлокотник кресла с Кирой, обняла ее за плечи, притянула к себе, тяжело вдохнула. Кира прижалась ко второй матери и счастливо затихла. Идиллия. И вроде никто пока не собирается никого никуда уводить. Хорошо. Закреплю позиции. Я открыл холодильник и принялся созерцать запас продуктов. Тут есть из чего приготовить обед для гостя. И обед по любому будет с мясом – акул салатом не успокоить. Может ростбиф запечь в духовке? С картошечкой… с зеленым горошком… и с кровью… Решено. Рецепт выбран. Вытащив все необходимое, оттаранил дамам тарелку с булочками, добавил баночку варенья и, чуть подумав, набулькал Лене еще рюмочку коньяка. Сугубо для чувств успокоенья…

Пару часиков я здесь. Сейчас подожду пока нервы домоправительницы Крапивиных чуть отмякнут и начну мягкую обработку. Задача у меня непростая – попытаться доказать, что и человек я серьезный и намерения у меня самые серьезные и планов созидательных громадье. Главное не ляпнуть какую-нибудь восторженную глупость. И лицо надо сохранять каменное… но уверенное…

М-да… задача предстоит непростая. Но справлюсь и с этой сложностью. В последнее время я уже привык к этому – к преодолению сложностей…

- Рос… Рос… - тихий заунывный шепот донесся от гостевой комнаты.

Выглядывающий из двери чудик иноземный старался казаться незаметным, но получалось из рук вон плохо. Конспиратор из него никакой. Хорошо хоть дамы пока заняты своими взволнованными чувствами и плевать хотели на бледного индивидуума в странной бейсболке. Чудик махал чем-то светящимся… кажись телефон сотовый…

Соорудив три бутерброда с ветчиной, добавил на тарелку маринованных огурцов и помидоров – чтобы потом не жаловался на ужасные условия в родное посольство. Вон мы ему даже клетчатку просоленную даем от пуза. Налил соку. И вручил все Орбиту. Взамен получил не самой новой модели телефон с треснутым экраном. Такие продают за копейки во многих магазинах. Гость забрался на края кокона и, свесив ноги, зашевелил ножными перстами, шустро поглощая хлеб с ветчиной и похрустывая огурчиками. Видимо плюшки его не слишком впечатлили – трудно кушать, когда тебя сверлит немигающий холодный взгляд акулы…

- Алло?

- Рос? Это ЧБ.

- Привет – отозвался я – Как там у вас погода?

- Не знаю. Из окна давно не выглядывала. На Зар’грааде дождь – над нашим базовым лагерем.

- Ясно. Чем могу?

- Спасибо. За братишку. Спасибо что приютил.

- Да не за что.

- Я тебе должна.

- За это – нет – отрезал я – Он мой друг. Всегда рад ему. И тебя это вообще не касается.

- Что значит не касается?

- В смысле – наших с тобой деловых отношений – поправился я.

- Спасибо.

- Речь ты толкнула знатную. Про угрозу зарграадскую…

- Наспех слепили слова. Времени ты дал в обрез. И все равно спасибо. Как он там у вас?

- Нормально. Прибыл. Поспал. Кушает. Сейчас нырнет в Вальдиру.

- Ясно. Не удивляйся и не переживай если комната, где он гостит изменится внешне.

- А?

- Исписанные стены, потолок и полы. Изрезанные фигурно шторы – вроде пляшущих человечков, держащихся за руки. Я оплачу ущерб.

- Умеешь ты воодушевить – вздохнул я – Сами разберемся.

- Что значит «сами»? Это вообще-то мой брат!

- Вы его выгнали.

- Он сам ушел! А если и выгнали – хотя это не так! – то сделал это мой отец, а не я!

- Нам пофигу.

- И я бы хотела быть в курсе событий.

- Подумаю.

- Рос! Это мой брат!

- Намек твой понял. Раз он брат – стало быть близкий человек. А раз близкий человек – значит знает о тебе очень много всякого. Ты про это?

- А? Что?

- Орбит!

- М-м? – отозвался заторможенный гений с набитым ртом.

- А расскажи-ка мне о Черничной Бусе что-нибудь этакое… из эпично позорного…

- Рос! Нет! – телефонная трубка взорвалась криком.

- О-о-о-о! – закатил глаза Орбит.

- Рос! За что?! Не надо!

- Руби по живому, бро! – сжал я кулак – Давай самый смак!

- Не-е-е-е-ет… отдай ему трубку! Отдай ему трубку! Я должна сказать ему пару слов!

- Когда ей было двенадца-а-ать… - начал Орбит.

- Когда ей было двенадцать – передал я в трубку.

- Не-е-е-ет!

- Продолжай, просто продолжай, дружище – закачал я головой – Прямо бальзам на душу…

- Не-е-е-ет!

***

В Вальдиру я вернулся в приподнятом настроении.

Выйдя из приютившей мою цифровую личину комнатушки, прошел в святая святых дома госпожи Мизрелл, где и узрел ее в компании Орбита. Госпожа Мистрис была счастлива. Ворковала как целая голубиная стая. Кофейников аж четыре. Булочки, плюшки, крендели и ватрушки громоздятся пирамидой. А вышколенное прислуга вносит на серебряном блюде огромный кремовый торт. Аж завидки берут – меня тортиком не встречали в сем доме.

- Росгард! Проходи, проходи поскорее! – всплеснула руками хозяйка дома – Садись! Благодарю тебя за возвращение моего милого друга Орбита!

- Да не за что – расцвел я в искренней улыбке. Как тут не улыбаться – гнома аж светилась. Не знай я правды – подумал бы, что у них с Орбитом страстный роман.

Хм…

А как вообще у Орбита с девушками? Я себя то отморозком внешне неприятным и внутренне угрюмым считаю. Но на моем фоне Орбит вообще пришельцем выглядит. Но девушек порой не понять. Так что не мне судить о реальном мире. Но про виртуальный интересно – он хоть раз крутил в Вальдиры шуры-муры с девушками «местными» или игроками? Спрашивать не стану. Чужие личные дела – это чужие личные дела.

- Мы тут пошушукались, приняли по несколько капель особой гномьей настойки и снова пошушукались. Интересную ты тайну припас для наших пытливых умов, Росгард! – твердо заявила гнома и шлепнула ладошкой по подлокотнику кресла – Ой интересную! Белый дельфин! Таинственно исчезнувший корабль с особым грузом…

Я развел руками. И остался спокоен – ибо сам отписал Орбиту, что он может поделиться сутью загадки с госпожой Мистрис Мизрелл. Ибо загадка связана с Аньруллом. А древний бог смерти напрямую связан с Аньгорой – легендарным Городом Мертвых. Это все звенья одной старой ржавой цепи. И только дружными усилиями единой команды мы сможем вытащить эту цепь и добраться до груза на ее конце – Аньгора. Тантариалл.

- Если уж разгадывать тайну – она должна быть интересной – сумел я подобрать достойный ответ.

- О да-а-а! – протянул Орбит и машинально поправил козырек несуществующей в этом мире бейсболки. Я часто видел этот оборванный жест, но ни с чем не связывал – очередная странность лысого эльфа. Теперь я знал.

- Но мы никак не можем нащупать первую ступень, о Росгард Славный – виновато вздохнула Мистри – Топчемся и топчемся. Нам бы поговорить с твоим источником.

Имя источника я в сообщении не писал. Просто не счел важным. Да и не только Аньрулл просил меня раскрыть тайну исчезнувшего корабля. Так что вопрос Мистрис закономерен. Но пригласить его на беседу…

- Всегда рад умной беседе – широко улыбнувшись, Изумрудный Лемросс уселся в свободное от бумаг кресло и закинул ноги на огромный клыкастый череп – Я Аньрулл. Темный. Умный. Утонченный. Хозяин Аньгоры, Города Мертвых.

Тишина…

Госпожа Мистрис Мизрелл впала в глубочайший ступор. Столбняк накрыл старушку. Хотя она не так стара… да о чем я вообще?

- Рад новой встрече – поняв, что ответа от хозяйки дома в ближайшее время не дождаться, бог смерти взглянул на Орбита – А ты?

«Скажи – «да», скажи – «да»»! - зашептал я мысленно.

- М-м-м… - неопределенно покачав головой, выразился Орбит и задумчиво так пошевелил пальцами в воздухе.

- Вот это уже что-то – внезапно подавшись вперед, Аньрулл уставился на деревянную голову украшенную Маской Духов – артефактом-шлемом возвращенным мною госпоже Мизрелл – Древний артефакт! И сильный! Он поможет мне установить куда более устойчивую связь с градом мертвых душ!

Щелкнули костяные пальцы. Деревянная голова в шлеме воспарила и поплыла по воздуху к Аньруллу. Дико зазвенели невидимые колокола, замигали вразнобой светильники, зашлись криком золотые серьги госпожи Мизрелл. Без сигнализации такую вещь не оставят на поживу ворам искусникам. Но Аньрулл не воровал. Он забирал. Мистрис качнулась вперед, открыла рот в испуганном безмолвном крике.

- Эту вещь трогать нельзя! – встал я и шагнул вперед, заняв позицию между подплывающим артом и Аньруллом.

- Нельзя? – сквозь лицо Изумрудного Лемросса проявился безглазый ужасный череп – Это ты мне?

- Нельзя – повторил я – Иначе нашему договору конец. Мои друзья неприкосновенны.

- Не помню такого пункта в нашем контракте, Росгард…

- Мои друзья неприкосновенны – повторил я – Иначе договору конец. Я веду диалог, ищу для тебя Белый дельфин. А ты являешься сюда и забираешь себе что хочешь…

- Все так поступают в этом мире, Росгард. Хорошо… я прислушаюсь к твоим словам. В этот раз…

Я глянул назад. Артефакт вернулся на место. С хриплым кашлем заткнулась сигнализация. Перестал мигать свет. Орбит намазал абрикосовый джем на разрезанную булочку. Мистри медленно закрыла рот и прикрыла ладонями раскричавшиеся серьги.

- Так… - кашлянул я – Прошу прощения, госпожа Мизрелл. Мои искреннейшие извинения за это происшествие. Прошу не счесть за наглость и не хранить в душе зла.

- Ты заступился за меня перед… перед…

- Аньрулл. Бог. Темный – оскалился в широкой усмешке Аньрулл и налил себе кофе.

Поздравляем!

+1 доброжелательности к отношениям с Мистрис Мизрелл, гномой, владеющей магической лавкой Уставшее Сердце в Великом Городе Альгоре.

- Ты смел, Росгард Храбрый и Славный! Ты очень смел! – на меня смотрели влажные от благодарности глаза почтенной гномы со смешной прической – Мое уставшее сердце поет от восторга!

- От меня столько пользы – удивленно заметил Аньрулл и отхлебнул горячего кофе – Ну что? Готовы? Пока Росгард глотал болотную грязь и пиявок стараясь спасти никчемного светлого сынишку светлой сонной клуши, я кое-что сумел разузнать.

- Светлого сынишку светлой сонной клуши – задумчиво повторила госпожа Мизрелл, поправляя тяжелые очки.

- В град мертвых душ угодило двое с того корабля. Корабельный плотник. И трюмный матрос. Огонек первого поярче. Второй такой тусклый, что и не разобрать его слов! И посему наш выбор очевиден. Я призываю плотника – откинувшись на спинку кресла Аньрулл щелкнул пальцами.

Мы и возразить не успели. А потом стало поздно. Его рука утончилась, рванулась вперед словно сама собой и, пробив замерцавший воздух, исчезла по локоть. Поорудовав обрубком, Аньрулл дернул плечом как рыбак подсекающий рыбу. От повисшего в воздухе зеленого потустороннего свечения пошел тонкий невыносимый писк. Мерцающее свечение будто поглотило свет, вокруг стало заметно темнее. А писк становился все громче и все грубее. Пока не стало ясно, что писк – это бесконечный надрывный крик. Мужской надрывный крик. Зеленое мерцание закрутилось, превратилось в водоворот, что выплюнул на пол скрюченную полупрозрачную фигуру держащуюся руками за грудину – в коей торчали когти Аньрулла.

- Корабельный плотник Иглий Брюхонос прибыл и готов ответить на любые наши вопросы – оповестил нас Аньрулл и отхлебнул еще кофе – Но поспешите. Скоро магия смерти утянет его обратно. Спрашивайте…

- Привет – бодро сказал я, старательно улыбаясь скрюченному призраку.

- МГ-Р-А-А-А-А! – ответил мне призрак, пытаясь вырвать из груди когти.

Аньрулл проявил милость и руку убрал. Привидение прекратило орать. Выпрямилось. Только тут я заметил странную «пуповину» торчащую из основания его шеи и уходящую в пустоту. Этакий поводок призрачный. Стоило когтям убраться, к корабельному плотнику вернулся дар речи.

- Ах вы крысы сухопутные! Чтоб вам всю жизнь на солонине протухшей и воде зацветшей сидеть! Ржавый якорь вам в… МГ-Р-А-А-А-А! – опять зашелся криком плотник, в чью грудь снова впились когти.

- Я Аньрулл. Бог – мягко произнесла древняя нежить.

- Кто-о-о?! – выдавил с мукой призрак.

Логично. Откуда корабельному плотнику знать про давным-давно сгинувшего древнего бога? Разве что пару баек слышал в портовых кабаках. Да и те в памяти не удержались. Поэтому особого почтение призрачный плотник не выразил. Хм… интересно, а если он мне тумбочку сколотит – она будет призрачной или настоящей? М?

Вслух я сказал другое:

- Добрый день, уважаемый Иглий Брюхонос.

Аньрулл вовремя вытащил когти и на этот раз я дождался более вразумительного ответа:

- Ветер тебе в корму, незнакомец! Хочешь я пожру твое сердце?!

- Да не стоит – отказался я вежливо.

Аньруллу привиденческая грубость не понравилась и с волчьей гримовой усмешкой он ткнул мизинцем. Призрака скрючило и закрутило в воздухе как юлу.

- МГ-Р-А-А-А-А!

На этот чистой воды садизм я смотрел с отвисшей челюстью. Аньрулл темный до мозга костей. Наслаждается причинением страданий. При этом он умный, жесткий, прагматичный, знающий чего хочет и как добиться поставленной цели. В общем – такие как он становятся либо великими тиранами диктаторами, либо проводят всю жизнь в одиночной камере ультра строгого режима. С кем я связался? Мой партнер – монстр.

- Я не буду жрать твое сердце! – заявил призрак, прекратив вертеться и встав на ноги.

- Благодарю – тепло улыбнулся я.

- Я просто вырву его из твоей груди и… МГ-Р-А-А-А-А!

- О румо-рано – пробормотал недовольно Аньрулл, проворачивая указательный палец в груди призрака.

- МГ-Р-А-А-А-А-А-А-А-А!

Реакция побелевшей как бумага гномы Мистри была примечательна – она была в ужасе. На ее глазах жестоко пытали душу живущего в Аньгоре призрачного корабельного плотника. А ведь и у нее в граде мертвых душ – тьфу, привязались слова Аньрулла – живут муж с дочерью, погибшие в одной из ее экспедиций.

- Иглий! – рявкнул я, едва очередной сеанс верчения закончился.

К Аньруллу идеально подойдет чуть измененное народное выражение: «Да я тебя на когте вертел!».

- Сердце твое… - прохрипел прирак.

- Молчать, салага-доходяга! – заорал я, машинально перейдя на голос отца – Руки по швам, мачту тебе в глотку! На кого водой забортной брызгать вздумал?! На старший командный состав?! Да я таких как ты десятками на прокорм акул за борт отправлял! К якорям привязывал и дно ими чистил! Ты у меня от зари до зари палубу драить будешь! Я тебя в трюме сгною! Всю жизнь в стенаниях проведешь! Такое устрою, что о когтях Аньрулла как о ласке нежной мечтать станешь, чтоб тебе всю жизнь паруса рваные штопать!

- Э-э-э… - выдавил призрак.

- Э-э-э… - выдавила Мистри.

- О-о-о… - протянул задумчиво Аньрулл.

- Да-а-а… - согласился с богом смерти Орбит, и они чокнулись кофейными чашками в странном салюте.

Встав, я обошел вытянувшегося и замершего призрака кругом. Поглядел сквозь него на скалящегося Аньрулла. Заложив руки за спину, качнулся с носков на пятки и обратно – опять копируя отца – и спросил:

- Как погиб корабль Белый Дельфин?

- Плохо… - глухо отозвался Иглий Брюхонос – Плохо погиб.

- Точнее выражайся, рыбий корм! Точнее! Корабль был атакован? Взят на абордаж? Был затоплен?

- Был – кивнул Иглий и горестно шмыгнул носом – Был атакован. Был взят на абордаж. И был затоплен.

- А поточнее?! – рыкнул я, борясь с желанием ткнуть пальцем в грудь привидения.

Ну специально же вот так отвечает! Специально! Не зря говорят – пока призраку Вальдиры от тебя чего-то не требуется – он тебе добровольно помогать не станет. За редким исключением.

- Поточнее?! – оправдал мои худшие ожидания Иглий, прикинувшись глупым валенком. Аньрулл подался вперед. Дернувшийся плотник решил прекратить льющийся на него поток боли. И начал говорить – Напали на нас! И ведь напали уже у самого почитай берега, чтоб им на рифы налететь! Посреди белого дня! Как сейчас помню – привязался к рее и починяю ее. Солнце в зените. Легкий попутный ветер. Никакой качки. Благодать! И тут – паруса на горизонте. Белые и красные. Идут полным ходом на нас. Глянул я назад – а там еще паруса. И быстро догоняют. А ведь Дельфин наш корабль быстрый, груза почти нет, идем на всех парусах – и все одно нас догоняют! Будто сам морской черт им в корму дует! Поначалу никто не обеспокоился – воды тамошние спокойные, нападений давно не случалось. Но спокойствие длилось недолго…

Проведя ладонями по лицу, призрак чуть помолчал, проверяя кладовые памяти. Когда продолжил говорить, голос его уже не дрожал. Суховатое повествование. Таким голосом отвечает вызванный к доске ученик отличник. Но Иглий не глаголы перечислял. Он рассказывал историю гибели Белого Дельфина.

Их догнали быстро. Догнали с невероятной легкостью. И сходу обозначили свои намерения, ударив по Дельфину с двух сторон. Первой упала мачта – как раз та, на которой сидел корабельный плотник. Он ненадолго потерял сознание от удара. А когда пришел в себя - палуба уже превратилась в поле боя. Воины в блистающих доспехах убивали матросов с холодной безжалостностью. На носу корабля разгорался огонь. Большая часть команды погибла в первые минуты абордажа. Остальные последовали за ними ненамного позже. Звучали мольбы о пощаде. Но к ним не прислушались.

Запутавшийся при падении мачты в талях и парусине Иглий ничем не мог помочь погибающим товарищам. Как он не бился – до верного острого ножа не дотянуться. Его самого никто не заметил среди творящегося на палубе хаоса. Сгореть бы плотнику заживо, но корабль принял немало забортной воды в пробоины и начал уходить в пучину. Хлынувшая на палубу морская вода затушила огонь, накрыла Иглия и он понял свою участь – ему суждено захлебнуться. Не худшая смерть для моряка. Он смирился. Затихнув, наблюдал как Дельфин со стоном уходит под воду, унося его с собой к далекому дну. Нападающие уже покинули корабль. Морские обитатели с удивлением наблюдали за гибнущим судном. Иглий увидел проплывающую мимо тень какого-то исполинского подводного существа. Очень длинное тело, высокие плавники по спине, мерцающие синие огни хаотично разбросанные по бокам. Воздуха в груди не осталось. Плотник приготовился хлебнуть соленой водицы… но полыхнула золотистая вспышка, тонущий корабль вздрогнул и… с треском встал на что-то твердое. Резко накренился, ударился бортом. Опять выпрямился и затих. С шипением стекала с палубы вода. Сипло кашлял Иглий – он снова мог дышать. Смерть отступила.

Вокруг – темно как в чреве кашалота!

За бортом странные толчки и удары. Земля дрожала. Но с каждым мигом толчки раскачивающие разбитый корабль становились слабее. А потом и вовсе затихли. Странный гулкий ветер пронесся над палубой и все стихло.

Оттого тяжелую уверенную поступь нескольких незнакомцев было слышно особенно хорошо. Мужчины. Это стало ясно едва они заговорили. И каждое сказанное ими слово навеки врезалось в память корабельного плотника Иглия Брюхоноса.

- Здесь не сыщут.

- Нужна полная уверенность. Если однажды темная тварь вернется… он не должен добраться сюда. Он не должен вернуть его.

- Не доберется. Все надежно скрыто. Ни одной ниточки ведущей сюда.

- Дай Свет чтобы так и было. Он сможет почувствовать силу исходящую из проклятого артефакта? Он сможет почуять Пожирателя Душа?

- Поглотителя Душ…

- Пожирателя! Наделенный ужасной силой артефакт не просто поглощает души – он пожирает их! Мерзкая проклятая вещь! Ее бы уничтожить… но не в наших это силах. Мы можем только скрыть артефакт. Скрыть надежно! Скрыть навеки!

- Он не почует артефакт. Ибо он надежно скрыт толщей его кристаллизованного страха. Темному взору не пробиться. Все вокруг надежно запечатано. Когда мы уйдем – будут перекрыты и магические пути.

- Хорошо. Заканчивайте.

- Конечно.

И тут Иглий чихнул. И через мгновение на его закутанное в мокрую парусину плечо опустилась железная рука. Сухой уверенный голос с сожалением произнес:

- Ты невиновен. Но должен умереть. Пусть Свет станет твоим проводником в последнем пути!

Вспышка… и по телу разлилось приятное тепло.

Так Иглий Брюхонос прекратил свое земное существование. И отправился в Город Мертвых. Как ему казалось – навсегда. Но тут вдруг страшные когти впились ему в грудь, пронзили призрачное сердце и… дальнейшую часть истории мы уже знали.

- Больше я ничего не знаю. Чтоб мне вечно в штиле болтаться!

- Ничего?

- Ничего – ответил мне Иглий.

- Он не лжет – произнес Аньрулл.

А я сделал мысленную галочку – «детектор призрачной честности» - и начал благодарить:

- Мы глубоко благодарны тебе за неоценимую помощь, о добрый Иглий Брюхо…

- Изыди – Аньрулл брезгливо дернул мизинцем, будто муравья отпихнул с подлокотника кресла и дернувшаяся «пуповина» обрадовано утащила взвывшего призрака. Зеленая вспышка едва была заметна. Привидение испарилось. Сурово Аньрулл со свидетелями.

- Та-а-ак… - протянула госпожа Мизрелл и, взяв чуть трясущейся рукой чашку с остывшим кофе, сделала большой глоток.

- Таа-а-ак… - с нетерпеливой вопросительной интонацией поддержал ее Аньрулл, на чьем лице отчетливо читалось: я выполнил обещанное – очередь за вами.

- Кое-что есть – заметил я, прокрутив в памяти коротенький финал истории – Как там они сказали? «Надежно скрыт толщей его кристаллизованного страха. Темному взору не пробиться». И что-то про темную тварь.

- Темную тварь – хрипло повторил мои слова Аньрулл.

- Это разве не про тебя? – уточнил я – Думаю про тебя. Вот и ответь – чего ты боишься, Аньрулл? Какой твой страх может стать кристаллами?

- Криста-а-алликами… - поправил меня Орбит.

- Я ничего и никого…. – сжал когти напрягшийся Аньрулл, уродуя очередной предмет мебели.

- Со-о-оль – бесцеремонно прервал бога смерти лысый эльф – Он боится со-о-оли…

Я невольно перевел взгляд на соседний столик, где рядом с хрустальной сахарницей наличествовала столь же массивная солонка, заполненная на треть.

Соль…

Кристаллизованный страх Аньрулла.

Логично. Во многих книгах я не раз читал, что всякая нечисть боится соль – особенно заговоренную. Брось щепотку в лицо темной твари или духа – и обратишь врага в бегство. Но почему страшится соли Аньрулл? Бог. Гигантский скелет. Вряд ли она повредит его пропитанным морской соленой водой костям.

- Мой взор неймет… сквозь соль – чуть ли не со скрипом вынужденно произнес Аньрулл и расслабленно откинулся на спинку кресла. Я огромным трудом сдержал неподобающий смешок – очень уж бог смерти сейчас походил на пациента сделавшего признание психотерапевту.

Выходит, он боится даже не самой соли, а того, что теряет присущую богам зоркость – превращается в слепца.

Надо запомнить.

Может обложить свой рабочий кабинет мешками соли со всех сторон? Чтобы не подглядывали всякие боги смерти… и обложен ли солью личный кабинет Черной Баронессы?

- Но нужно много соли, чтобы притупить мой взгляд – продолжил бог смерти – Очень много! Солонки не хватит, Росгард!

Все же заметил мой брошенный взгляд. Не отреагировав, я ненадолго замолчал, пытаясь разобраться в рассказе Иглия.

Корабль взяли на абордаж. Операция была проделана быстро и профессионально. Перевес сил чудовищен. Затем, серьезнейше поврежденный корабль был куда-то телепортирован. И оставлен «где-то там» под прикрытием толщи соли и магических артефактов. Тайное место защищенное от взора Аньрулла. И, несомненно, защищенное от всех остальных обитателей мира Вальдиры – особенно от неуемных непоседливых игроков.

- Соль – произнес я и загнул первый палец – Темнота. Суша. Запечатанное со всех сторон место. Запечатанное физически и магически. Убивают во имя Света. Кто убивает во имя Света?

- У-у-у… - закатил глаза эльф.

- Многие – вздохнула гнома.

- Все кому не лень – оскалился насмешливо Аньрулл – Две трети мира с этими словами опускает топор на голову ближнего своего.

- Жрецы света – чуть сузил я диапазон – Фанатики. Боящиеся возвращения темного древнего бога Аньрулла. Артефакт уничтожить не могут, защитить тоже. Поэтому решили его спрятать.

- Жрецов света много. Слишком много – развела руками госпожа Мизрелл – Тысячи… из разных храмов… и они умеют хранить свои тайны. Да и живы ли еще те, кто сотворил дело столь… несвойственное свету…

- Вполне свойственное, маленькая леди – хрипло сказал Аньрулл – Свет убивает чаще Тьмы. Гораздо чаще.

- Ищем ме-е-есто. Не жрецо-о-ов – поставил точку Орбит.

- Да уж – скривился я, попытавшись представить сколько огромных куч соли находится в мире Вальдиры.

Десятки только известных мест. А если это какая-то новая и еще не открытая игроками локация? Скажем пещера, находящаяся на километр глубже океанского дна. И на пещеру не указывает ни одной подсказки. Хочешь найти? Бери лопату, спускайся на дно и начинай копать.

Даже если тайник с Дельфином, корабельная гробница, находится в уже известной игрокам локации… таких опять же слишком много.

Прибрежные солеварни. Я знаю шесть.

Солевые пустоши. Я знаю таких две.

Солевые трясины. Знаю как минимум одну такую.

Солевые шахты. Таких десяток самое малое.

Городские запасы соли. Есть в каждом крупном городе. Не меньше двадцати таких мест. Каждое представляет собой пару зданий, забитых солью и вполне способных вместить в себя корабль. Это, кстати, мысль – может Дельфин прямо сейчас находится в Альгоре. Под самым носом искателей. И под надежным присмотром светлых жрецов и городских магов.

И кто в здравом уме решит ограбить соляной амбар?

Добыча – несколько мешков соли. «Ишак» вроде Бома сможет в несколько раз больше. И что?

Весь навар – сколько-то серебряных монет. Обычная столь стоит копейки.

- Городские солехранилища! – озвучил я озарившую меня идею.

- Не-е-е – протянул Орбит.

- Вряд ли – задумчиво молвила госпожа Мизрелл.

Аньрулл промолчал. А я обиделся:

- Почему нет? Это ведь идеальное хранилище – здание под постоянной охраной из преданных воинов и магов. Вешай какие хочешь артефакты. Воров соляной амбар не привлечет. Навара то никакого. Любопытных тоже. Скучно там – бродить среди штабелей с мешками соли.

Мне не ответили толком. Отделались неопределенными жестами, могущими выражать что угодно. Совсем обидно стало. Я тут пытаюсь участвовать в мозговом штурме, а моя драгоценная идея тут же была отвергнута без объяснения причин. Хотя бы поясните, где я лоханулся…

Не выдержав, спросил:

- Что не так? Почему корабль не может быть спрятан в солевом амбаре?

- Слишком близко к ни в чем неповинным мирным жителям такой страшный темный артефакт… - бойко ответила Мистри.

- Ни в чем неповинным – с насмешкой пробормотал Аньрулл и, закатив глаза, добавил – Страшный темный артефакт…

- Любопытство – не поро-о-о-о-ок… - добавил Орбит.

Чуть подумав, я согласился с их аргументами.

Да, располагать в светлом городе столь страшную штуковину как Поглотитель Душ вряд ли разумно. Когда его обнаружат – разнесут все вокруг, не посчитавшись ни с какими жертвами. Тот же Аньрулл легко умертвит половину города, лишь бы не мешались под ногами.

А второй аргумент особо весомый – игроки крайне любопытны. Вот я бы не стал бродить среди лабиринта из солевых мешков. Но кто-то другой – въедливый и верящий, что тут может скрываться секрет – бродить будет и рано или поздно наткнется на некую странность. Потянет ниточку, что и приведет его к утерянному кораблю Дельфину – «запаркованному» посреди города.

- Получается нужная нам лока должна быть неоживленной – задумчиво произнес я.

- И неинтере-е-есной – добавил эльф, скривившимся лицом выражая всю свою брезгливость к подобным локам.

- А! Понял. Неинтересной – сообразил я – Причем сразу всем неинтересной. То есть – бедной. Чтобы денег почти не выжать из такой локи. Чтобы ни один серьезный клан и не подумал глянуть на эту территорию из-за ее невыгодности. Или сложности. Или мутности. Я вот кстати по сию пору голову ломаю, почему у нашего города Тишки нет кланового покровителя. Нам городок будто на блюдечке преподнесли. И это нехорошо… но о наших странностях потом. Дельфин ведь может быть скрыт в странно-мутной необычной локе, где трудностей так много, что проще все бросить и забить на чертов кусок территории?

- Чертов кусок территории… - повторил Аньрулл.

- Да-а-а… - согласился после короткого раздумья Орбит.

- Я не совсем поняла нить твоих рассуждений, Росгард Славный – вздохнула госпожа Мизрелл. Видимо управляющий ею ИИ не сумел врубиться в мою излишне рваную речь, где темы перескакивают с одной на другую.

- Получается следующее… надо искать по всему миру такие зоны, где, в первую очередь, меньше всего игроков. Но не на исконно темных и не на исконно светлых землях – подытожил я.

- Почему-у? – с интересом воззрился на меня эльф.

Остальные тоже взглянули не без интереса. Почесав подбородок, я принял от радушной гномы чашку с кофе – мне она чашку дала первому, Орбиту второму, Аньруллу, богу смерти, кофе поставили последним. Отпив немного ароматнейшего напитка, я сказал:

- Прятать темный могущественнейший артефакт на исконно темных землях? Эти темные тв… к-хм…

- Ничего – улыбнулся Аньрулл, берясь за хрусткое печенье – Продолжай. В каждом из нас живет расист.

- Я больше по привычке. Так вот – они в своих землях каждый уголок знают. Их там много. И среди них немало сильнейших магов. Те же личи. А боевые маги тьмальдов? Они быстро унюхают запах силы и потянутся на него. Если же тайник вскроют – попробуй потом отбей его у темных. Те за такой артефакт любому глотку порвут.

- Мне не порвут – с легким раздражением сказал бог смерти и вскинул подбородок. Сквозь ставшую прозрачной кожей показались костяные клыкастые челюсти и шейные позвонки. Одновременно он сжал засветившийся кулак. Тем самым давая намек, что это как раз он может любому глотку порвать.

- Времена нынче другие – не согласился я, тянясь к пирожным – В общем – прятать что-то у темных хоть и хитро, но слишком уж опасно. А светлые… те чересчур уж сильно спелись с кланами. До игроков, до чужеземцев, важная информация порой доходит быстрее чем до короля Альгоры. А если про подобный артефакт поблизости прознают кланы – вот тогда точно любому глотку порвут. Начнется такая заваруха… нет. Артефакт скрыт где-то в нейтральной зоне. Закопан под пятым свинарником на каком-нибудь хуторе Раков Хвост.

- Где-где? – подобрался Аньрулл.

- Это я к слову – покачал я головой – Для примера. Просто хочу мысль выразить четче.

- Понимаю – помрачнел тот.

- Что еще? – обвел я взглядом собеседников – Соль? Она там и была? Или для корабля завезли специально пару сотен обозов чистейшей соли?

- Была! – мгновенно ответила включившаяся в беседу госпожа Мизрелл.

- Была! – столь же коротко и четко поддержал ее Орбит.

Очень хотелось спросить. Ну очень хотелось спросить. Но я не стал. Верю им.

- Ладно. Соль была там с самого начала. Корабль туда запихнули. Магическими печатями прикрыли. Еще соли сверху насыпали. Разровняли. И забыли об этом месте навсегда. Бродят там может верблюды или еще какая живность кое-как выживает. Ничего толком не растет, не плодится. На урожаях и охоте денег не сколотить, руды дорогой нет. Вообще ничего нет. Даже монстров нормальных не сыскать окрест – душу не отвести, на редкого зверя не поохотиться, питомца не поймать. Пусто, грустно, скучно, бедно. И уныло. Вот такое место мы ищем. Правильно?

Ответ последовал через секунд пять. Два столь разных мудреца обдумывали мой вывод. Аньрулл заинтересованно молчал, вычерчивая когтем замысловатый узор на подлокотнике кресла.

- Да.

И еще раз:

- Да.

- Уже что-то – чуть ободрился я – Можно резко сузить круг поисков. Следующий вопрос – на какой земле? Старый континент? Острова? Кольцо Мира? Крылья Войны? Зар’граад? Последние три варианта сразу мимо – они были затеряны в океане. Что остается? Большая земля или острова.

- Ту-у-ут – твердо заявил Орбит – На большой земле-е-е… - его указательный палец указывал прямо под ноги.

- Почему? – не удержался я на этот раз.

Ответ лысого эльфа был по-военному четок и лаконичен.

При расположении столь важного тайника следует учитывать, что те, кто его создал, должны в случае чего подоспеть и отбить спрятанный артефакт у наглых вторженцев. Причем подоспеть они должны внушительным составом и вовремя. Внушительный состав – как минимум большой отряд элитных воинов, магов и жрецов. И подкрепление из особых зверей и искусственных созданий. Тут только один способ – магический. Телепортация. Но на телепортацию влияет множество факторов – включая погоду. К тому же умные захватчики могут заблокировать возможность телепортации над нужной им зоной – чтобы на голову внезапно не свалились хозяева тайника. Тогда придется им прыгать телепортацией до ближайшей к тайнику доступной точки и оттуда уже скакать во весь опор или лететь что есть мочи. И если тайник на далеком острове – расстояния и проблемы растут с каждой дополнительной милей над водой.

Вывод – тайник где-то на СК. Надежно скрыт в бедной и никому не нужной локе.

Выслушав, поняв, проникнувшись и одобрив, я с недавно приобретенной деловитостью спросил у хозяйки дома:

- Есть ли у вас мировая карта, добрая госпожа Мизрелл?

- Просто Мистри, Росгард. Ведь мы друзья. Шутишь? Есть ли карта у вечной путешественницы? Одна из лучших!

И верно – гнома с семьей раньше не вылезала из далеких экспедиций. Они опытнейшие путешественники. И в их деле не обойтись без надежной подробнейшей карты. Правда я не ожидал подобного размера карты и столь эффектного ее появления. Под скрежет невидимых цепей и рокот шестеренок с потолка спустилось огромное полотнище, закрыв собой несколько стенных шкафов с книгами. Пред нами предстала подробнейшая карта изведанного мира Вальдиры – цветная и, само собой разумеется, волшебная.

Невольно взгляд заскользил по столь памятным для меня местам.

Альгора. Ясли, известные как Квартал Юности.

Мшистые холмы.

Селень.

Подножье Скорби.

Рэйвендарк.

Лагенброк.

Озерный Край.

Мертвый Исполин.

Луково Счастье…

Не счесть в скольких локациях я уже успел побывать. И в каждой мне пришлось преодолевать преграды, участвовать в приключениях, сталкиваться с врагами и встречать новых друзей. Вся моя игровая жизнь расстилалась на гигантском волшебном полотне карты мира. Прыгала пунктиром от одного населенного пункта к другому, от гиблых болот до вершин утесов, от пустынь до океана. Бывал и там, где до меня не ступала нога игрока…

- Соль, соль, соль, соль – оторвав меня от воспоминаний, зачастила госпожа Мизрелл.

На карте один за другим начали появляться яркие зеленые отметки.

Слово «соль» прозвучало еще много раз. Чересчур много. Такое впечатление что вся Вальдира связана с солью – и на кой черт ее столько в цифровом мире? Бояться нарушить мировой солевой баланс?

Карта расцвела зелеными отметками. От севера до юга Старый Континент накрыло частой россыпью зеленых точек – будто сушу испятнали светящейся зеленкой. Удивительно, но солевые метки имелись везде – среди болот и пустынь, на островках Найкала, посреди лесов, среди возделанных полей. Глаза разбегались, накатывал испуг от такого количество потенциальных целей – за всю жизнь не обыскать даже частично.

Но не все так плохо.

Мы втроем – Аньрулл остался сидеть и, скрестив костистые пальцы скелета, внимательно наблюдал – встали перед картой. И одну за другой начали «гасить» отметки, следуя установленным нами же критериям.

Богатая солеварня? Мимо. Метка гаснет.

Крупное соляное прибрежное месторождение? Мимо.

Широко известные и популярные среди скалолазов соляные вечно растущие столпы? Мимо.

Дело двигалось относительно быстро. Через полчаса практически вся карта «потухла». Осталось всего четыре зеленых огонька – и это из почти сотни.

Узкопрудье. Его восточная часть.

Пусторудные горы.

Обе отметки находятся на северо-западе Старого Континента.

Мокрые джунгли – юго-восток. Небольшая северная часть джунглей с мертвыми деревьями торчащими из просоленной земли.

Затхлая Низина. Юг.

Только эти четыре отметки соответствовали наши требованиям.

Не принадлежали никому из-за своей полной никчемности.

Не обладали набором редких монстров стоящих усилий ради их нахождения и охоты.

Дополнительно – в этом я убедился сам, проверив фото на игровом портале – данные локи не отличались уникальным дизайном. Все типово. Уже не раз виденное в других локах.

Само собой не было никаких гарантий что хоть одна из четырех оставленных отметок «выстрелит». Мы могли ошибиться на каждом шаге своих изысканий. Но четыре точки – это всего лишь четыре точки. Их исследование уже вполне посильная задача для нас.

Время собирать отряд и отправляться в путь.

Я повел плечами и глянул на Орбита. Тот кивнул и с надеждой потер ладони друг о дружку. Надеется наткнуться на что-то интере-е-е-есное.

- Я отправляюсь с вами! – твердо заявила гнома, поправляя высокую прическу – Пора моим ногам вновь поднять дорожную пыль!

Я спорить не стал. Молча кивнул. Аньрулл промолчал. Когда же я глянул в его сторону, то обнаружил, что бог смерти исчез. Выслушал нас, изучил выбранные нами точки и ушел. Либо отправился по другим своим делам. Либо же попытается опередить нас…

Нам следует поторопиться…


Глава шестая.

За солью.

- О тварь иноземная! Тебе здесь не пройти! – громовой голос седовласого величественного старца прозвучал как приговор.

Но слова не могли остановить огромного зверя с клыкастой слюнявой пастью. Густая и длинная шерсть горного козла космами свисала с боков медвежьего тела, на лобастой голове торчали козлиные рога, ужасная пасть была такой большой, что зверю не составил труда захватить ею бочонок с вином и раздавить. Когтистые лапы пантеры полосовали каменную дорожку, упирающуюся в широко раскрытые ворота, в которые торопливо вливались последние беженцы. Светлый храм приютил беглецов с разоренной чужеземными монстрами деревни. Добраться до спасительного убежища сумели далеко не все. Многие пали по дороге, схваченные невиданными безжалостными тварями.

Дабы защитить селян за ворота вышел верховный жрец. Простое белое одеяние с красной оторочкой по рукавам и вороту. Длинные седые волосы перехвачены красной тесьмой. Висящее на простой бечевке большое рубиновое сердце прикрыло грудь и настоящее сердце. Ноги в красных сандалиях широко расставлены. В землю упирается тонкий конец утолщающегося посоха, похожего на странную булаву с набалдашником покрытым красной краской. В спокойных карих глазах старца пляшут отчетливо видимые красные искорки.

- Прочь! – булава ударила о землю.

Длинная трещина расколола камень, подбежав к лапам ужасной безымянной твари.

Ответом стал низкий хриплый рык. Зверь нагнул голову, между рогами пробежала синеватая молния. Спустя миг тварь прыгнула вперед. Сейчас она сметет наглого старика…

Удар…

Зверя отбросило назад. Закувыркавшись в воздухе, он пролетел по дуге не меньше десяти шагов и тяжело ударился о скульптуры украшающие дорогу к храму. Расколовшиеся статуи рухнули. Из поднявшегося облака пыли раздался разъяренный рык. Темная тень опять бросилась вперед. И снова отлетела от пульсирующей красной пелены.

- Сердцебиение бога защищает сей храм! Прочь, тварь! Тебе не пройти! – старец неожиданно легко поднял над головой посох-булаву – Я сказал – прочь!

Посох ударил о землю вновь. Зверя отшвырнуло, закрутило по камню дорожки, еще две скульптуры разлетелись на куски. Еще один злобный рык. Удар рогов отшвырнул тяжелый каменный постамент. Новое рычание послышалось с другой стороны – к храму стремительно приближался еще один чужеземный зверь. Этот походил на косматого вепря с пастью крокодила и лапами волка. Он двигался на подмогу.

Старый жрец покрепче взялся за посох и осенил себя священным знаком. Храм полон беззащитных селян. И потому его защита не должна пасть. А помощь еще далеко… да и придет ли? Ныне по всей земле творилось ужасное… повсюду горестно оплакивали павших.

- Вам здесь не пройти! – изрек старец и пульсирующая красная пелена отшвырнула уже двух завизжавших тварей.

Взятый иноземными монстрами в осаду храм стоически отражал их натиск. Здесь было ради кого сражаться…

***

- На копья сажай его! На копья! Мать вашу, дебилы тупые! Слева! Не лезьте под пасть! НАЗАД! А черт! – вопящий что есть силы игрок двухсот пятого уровня Тони Роум, вооруженный стальным арбалетом, стоял на испаханном и некогда травянистом пригорке и командовал грозящей вот-вот бесславно закончиться битвой.

- Вепря убили!

- Вижу! Магам не спать! Огнем!

- Он опять вертится!

- Назад! Всем назад!

Группа из десятка игроков разбежалась. Кто-то проделал этот быстро и грациозно. Кто-то медленно и неуклюже. Самых медлительных зацепило невероятным длинным хвостом закрутившегося в боевом танце зарграадского монстра. Чудовище крутилось так быстро, что казалось черной беснующейся юлой, что уже зацепила двоих. Один выжил. Другой улетел на локацию возрождения – а ближайшая находилась в километре от этого чертового соснового лесочка. Правда от лесочка одно название осталось – выкорчеваны считай все деревья, изрыт большой цветочный луг, уничтожена старая пасека – вместе с пасечником.

- Лекари! Какого?! Вытаскивайте его!

- На пределе пашем! – яростно отозвался игрок в зелено-белом одеянии, что выдавало в нем скорее не лекаря-мага, а жреца младших уровней.

- Замер!

- Копья! Гвоздите падлу!

Трое копейщиков полуорков шагнули вперед. Получившая тройной удар копий тварь взвыла во все три горла.

Игрокам противостоял странный монстр. Трехголовый страус изрыгающий языки огня. Вместо крыльев – что-то вроде длинных стеклянных лезвий режущих даже металл. Стоит уроду закрутиться – и как минимум один игрок отправляется на возрождение.

- Молодцы!

Прижатый к земле монстр изрыгнул пламя, что накрыло полуорков пламенным саваном.

- Лекари! Лекари! Вытаскивайте их!

Те не ответили. Они выкладывались по полной. Но силы их магических заклинаний не хватало, чтобы перекрыть наносимый зарграадской тварью урон. Полуорки копейщики погибали. Но продолжали удерживать монстра на месте, стоя будто в огненной домне. Маги били холодом. Щелкнул арбалет лидера и одна из голов поперхнулась огнем, замоталась из стороны в сторону. Краткое уменьшение огненного накала позволило полуоркам прожить еще несколько секунд. И они оказались решающие – двое игроков-лекарей в бело-зеленых одеяниях вздрогнули, изумленно глянул друг на друга. Их окутала отчетливо видимая зеленоватая аура. Здоровье пылающих полуорков прекратило снижаться. Замерло… а затем пошло вверх. Лекари одновременно взвыли от восторга.

- Ивава проснулась!

- Проснулась! – поддержал его второй.

- Си-и-и-ила с на-а-а-аами! Р-р-ра-а-аа-а!

От лекарей ударило расширяющееся полотно изумрудной ауры, что накрыло собой всю группу. Божественная мощь сняла оглушение и паралич, добавило здоровья и сил.

Взревевшие полуорки налегли на застонавшие копья. Через их головы перелетел мечник, упавший на спину страуса переростка и начав со звоном стекла крушить его ужасные крылья.

- Теперь победа за нами!

- Ивава просну-у-у-у-ула-а-ась!

- Бей тварь! Во имя Ивавы!

Прикладываясь к ложу арбалета, лидер твердо пообещал себе – как только они прикончат тварь, он соберет всех своих в ближайшем трактире, где они дружно выпьют за здоровье того, кто разбудил Иваву. Кто бы он ни был – он сделал славное дело…

Да и подарок они ему всем молодым кланом сделают. Имя героя или героев узнать нетрудно – на форуме инфа наверняка уже имеется. Подарок пусть небольшой, но от души.

Щелкнувший арбалет послал еще один болт и страус рухнул на землю, поджимая поврежденную лапу. Монстр продолжал бить языками огня. И чужеземный огонь продолжал яростно жечь. Но получившие силу жрецы Ивавы легко справлялись с этой проблемой.

Да… они обязательно выпьют за здоровье чувака ответственного за пробуждение Ивавы. Обязательно. И лучшего вина! Пусть и ему сегодня улыбнется удача!

***

- Похоже, удача сегодня не нашей стороне – процедил я, утирая с лица липкую грязь пахнущую рачьим сортиром.

- Главное верить – пробормотала лежащая ничком госпожа Мизрелл, выплюнутая только что-то донным грязеглотом и похожая на блестящий грязевой сгусток. Ее знаменитая прическа казалась смятым комом перепачканных водорослей.

Лежащий рядышком Орбит промолчал. Торчащий из его рта пук красных червей извивался и казалось, что в лысого эльфа вселился какой-то монстр. Поднатужившись, он выплюнул червей и те оказались цветком – который немедленно врос в землю и затих, подставив солнышку неподвижные розовые лепестки.

- И ведь сидел я, никого не трогал – простонал Храбр, привалившийся к валуну спиной – Еще радовался, что на одежде ни пятнышка. Ох… о! А вот это хороший цветок! Орбит, ты где его ртом зачерпнул? Нам такие еще нужны! Это розоволистый червеклубень. Ценная штука!

С плеском раздалась вода заболоченного пруда. На берег вышел улыбающийся Бом, несущий на плече свисающего подгнившей сарделькой Дока.

- Смотрю – а его уже раки подъедают на дне – сообщил «ишак» и сбросил застонавшего лекаря с плеча. Тот шлепнулся в грязь и тихо застонал.

- Мы старались, и мы молодцы – сообщила нам с вершины валуна Лампа, единственная из нас, кто остался совершенно чистым, и кто не побывал в утробе грязеглота – Теперь мы знаем – нам не сюда!

- Не сюда – согласился я, с оханьем вставая и протягивая руку госпоже Мизрелл.

- Было круто! – с восторгом заявил полуорк Друмбос, вооруженный мечом и щитом и развивающий себя как мощного танка и «ишака». Ревностный ученик Бома, как оказалось. Пошедший за ним даже в пасть донного грязеглота – хотя у него был шанс ускользнуть, пока монстр пытался заглотнуть массивного учителя.

- Все готовы к телепортации? – спросил я, по праву ветерана и лидера игнорируя восторженную молодежь.

Когда с ответами определилась вся компания, я велел:

- К Пусторудным горам.

Неяркие вспышки телепортации одного за другим уносили игроков и их питомцев. Тирана я оставил с Роской – дополнительная защита не помешает. Плюс прочие волки всегда нуждаются в вожаке. Там же Кира. Слишком уж переживаю за дочь. Заодно, понимая, что не успеваю делать все сразу, попросил Киру заняться вопросом о заброшенном храме – том самом который довольно давно уже очистили от скверны Шмыговик и Док. Это ведь вроде как будущая школа для непоседливой Роски. Хватит ей жить жизнью Пеппи Длинныйчулок.

Я улетал последним.

Покосившись на темную воду покрытую бурой ряской, отсалютовал притаившемуся на дне грязеглоту – здоровенному червю с беззубой пастью похожей на два ковша экскаватора. Логово грязеглота находилось в самой восточной части мирного зеленого Узкопрудья. Довольно большой луг разительно отличался от соседей – своей серостью и мертвостью. Под землей находилось много грязной соли, что убила всю растительность и превратила воду в соляной коктейль. Из монстров – грязеглоты и странные серые раки в соляных панцирях. Из растений розоволистые червеклубни и какая-то сорная трава. Место убогое и совершенно никому не нужное. Тут не заработать, не добыть минералов, не поохотиться. Тут даже соль никчемная – грязная и настолько дешевая, что не окупится даже транспортировка. В общем – самое подходящее место для тайника с мощным темным артефактом.

Но нет.

Мы потратили два часа. Изрыли все вокруг. Вытащили из грязи каждый валун. Вырыли несколько глубоких ям – благо сопровождающим нас воинам силушки не занимать. Мы проверили все. И ничего. После, для успокоения, нырнули в пруд, оставив Лампу за часового. У дна засоленного пруда нас вскоре сожрал и сразу же выплюнул грязеглот. Выплюнул красиво – лично я вылетел из пруда подобно плевку верблюда и шлепнулся в грязь.

Локация изучена. Ничего не найдено. Отправляемся дальше.

- Главное верить – пробормотал я, повторяя слова госпожи Мизрелл.

***

Горы Пусторудные.

Крайний запад Старого Континента. Еще чуть дальше – и бескрайний океан, что далеко не так тепл как на юге.

К северу от Пусторудных находится Инистый Провал. Еще дальше – Притопье и мрачный лес Темный Край. Уровни монстров в окрестностях от сотых до двухсотых. Монстры средней тяжести. В одиночку здесь бродить тяжело, хотя многое зависит от пряморукости и класса персонажа.

Местность у Пусторудных тоже неприятная и унылая.

Некогда здесь были шахты. Добывали руду различную. Много богатых жил. Но однажды жилы куда-то ушли. Помыкавшись из стороны в сторону, порубив пустой камень, ушли и рудокопы, оставив после себя кучи щебня и зияющие в горах черные дыры. Все поросло жиденьким лесом. Кое-где бежали звонкие ручьи – лишь часть их была пресной, остальные нестерпимо соленые и мертвые. Соответственно и земли здешние выглядели как шкура зелено-серой зебры – вдоль берегов пресных ручьев тянулись полосы изумрудной травы, а вдоль ручьев соленых шли полосы серой мертвой земли. В округе нет особо ценных растений. Простейшие лекарственные травы сыскать можно, но далеко не элитного качества. Одним словом, еще один кусок никому ненужной земли. Хочешь – забирай. Но кому нужен на балансе жирный минус?

Нас привел сюда соляной след и запах здешней безнадежной унылости, никчемности и бесхозности.

Из-за грязи похожие на бродяг, мы шли по серой полосе, двигаясь по руслу ручья к становящимся все выше мрачным горам. Накрапывающий дождик медленно смывал с нас грязь. Еще немного такого холодного душа – и до следующей грязной ямы, куда предстоит окунуться, мы дойдем абсолютно чистыми. И снова испачкаемся.

Месторождение соли находилось глубоко под горами. И представляло собой густой соляной студень. Я уже посмотрел скриншоты с игрового форума и не увидел на них ничего интересного. Слегка поблескивающие сероватые выпуклые лужи подрагивающими куполами накрыли собой прорубленные в незапамятные времена колодцы. Сквозь студень смутно виднеются железные и деревянные лестницы извилистыми линиями уходящие вниз по стенам. Некоторые проходы остались незатопленными. Лампа, мой шустрый и уже почти незаменимый личный помощник, провела экспресс покупки и приобрела копии местной карты у одного из исследовательских кланов. Следуя картам можно было углубиться на полкилометра к шахтному дну и метров на двести под соляной студень. Дальше соль становилась невероятно густой и покрывала собой все и вся вокруг. Достигнутый нижний предел считался официальным концом локации. И стоило углубиться метров на сто ниже студня, как тут же вырубалась телепортация. Вроде как толща соли блокирует магию… вот это меня и привлекло – я не забыл рассказ Иглия Брюхоноса, пересказавшего дословно слова неизвестных убивающих во имя Света. Те незнакомцы говорили о надежном запечатывании физическом и магическом. Оба способа были прекрасно реализованы на дне выработанных шахт Пусторудных Гор.

На ходу перестроившись, не сбавляя шага, мы нырнули в черноту прохода. Расплескивая воду, углубились в темноту. Вспыхнувший магический свет озарил наш путь. Занявшая позицию за моим левым плечом Лампа отлично знала свое дело. Свет был идеальный – не слишком яркий, бьющий далеко, причем нас самих не освещающий. Мы двигались в кольце темноты, тогда как все вокруг нас было освещено.

У каждого перед глазами висели копии карты составленной чужими клановыми умельцами. Карта была с пометкой: «Точная, но не полная, требующая дополнительных изысканий». Не знаю кто поставил такую рукописную пометку. Но она оставляла нам шанс дополнить карту, возникни вдруг такое желание. Но мы лишь следовали тонким линиям коридоров.

Приведший нас сюда ручей исчез – вместо него лишь обильная влага на стенах и полу, что вскоре сольется в первые струйки воды.

Повсюду кристаллики серой соли.

И первые монстры. Сотый уровень. Крокозелы. Странные создания похожие на карликовых крокодилов со стрекозиными крыльями. Крокозелы охотились на всякую мелкую живность вроде жуков и красных летучих мышей. Для охоты использовали крылья, неуклюже перепархивая со стены на стену.

Мы не сбавили шагу. Но Бом с учеником взялись за дело. Наша помощь пока не требовалась. Крокозелы погибали послушно и почти беззвучно, их шкуры, крылья и зубы незамедлительно отправлялись в бездонные заплечные мешки агрессоров. Невольно опять почувствовал себя еще юным и свободным как ветер Росом в темных коридорах Карстовых Пещер, где я впервые собрал команду ради рейда за бордовыми плащами магов кобольдов. Еще нам встретились соляные полупрозрачные змеи с желтоватыми сердцами из меди. Стоило их убить и в качестве трофеев ты получал комочек меди и пару кусков крупной соли. А порой и глаза из пуговиц от одежды шахтеров.

Мы медленно спускались все глубже. Один коридор особо впечатлил – в его соляных стенах нашли свое упокоение крокозелы, змеи, предметы из шахтерского оборудования – светильники, инструменты и прочее. Мы будто по музейному коридору прошли – который Бом не преминул разграбить, безжалостно разбивая соль и забирая «экспонаты». Часть экспонатов сопротивлялась ограблению. Их пришлось убить. На карте коридор был обозначен как «примечательный, но ничего особенного».

Дальше начались первые трудности.

Под ногами зачавкала густая соляная жижа. Игровая система поспешно оповестила, что скоро предметы экипировки начнут получать повреждения, а затем приходить в негодность. Вплоть до уничтожения и невозможности восстановления. В первую очередь обувь. И вообще все предметы из ткани и кожи. Дальше предметы выточенные из кости и рога. Следом железные. Хорошая сопротивляемость подобной среде у предметов из стекла. Сообщение мы прочитали спокойно. Уже знали об этом – Лампа хорошо выполнила поручение, выдав каждому как она сказала «наспех» созданный буклет, представляющий собой пару листов убористого текста. В буклете было упоминание о агрессивной соляной следе и каждый из нас оставил ценную экипировку дома, с собой взяв купленную на площади перед особняком, не забыв прихватить и запас одежды.

Пока, если верить сообщению системы, вокруг нас «Едкая соль».

Пока что.

Дальше будет уже «Очень едкая соль». И у нас начнет убавляться здоровье – считай брести станем по слабенькому кислотному болотцу. Не зря здесь только крокозелы обитают – у них шкура толстая.

С каждым шагом окружающая среда становилась недружелюбней. А все остальное оставалось прежним – мокрые стены в потеках соли, неуклюже летающие крокозелы и потрескивающие соляные змеи. Солевой студень пер со всех сторон, серый и вязкий, грозящий поглотить. Ничего интересного не происходило.

Вскоре уже и шагать было нельзя. Вокруг разлилось целое солевое море. Трясина. Подземная трясина. Нам пришлось перепрыгивать с камня на камень, пробираться по узким стенным карнизам, помогать друг другу преодолеть самые тяжелые места. Мы проходили мимо проходов в большие подземные залы – залитые менее соленой водой. Там кажется даже рыба водилась. И кто-то на рыбу охотился. Пахло из этих залов затхлостью, но она казалась благоуханием после стерильности просоленных штолен.

Мы спускались все ниже…

Система сообщила, что от этой точки и ниже мы уже не можем использовать телепортацию. Выйти отсюда можно только ножками.

Меня начала одолевать откровенная скука. Я сменил испорченную экипировку. Недолго же она прослужила. Остальные последовали моему примеру. Можно и почти голышом скакать по соли – но здоровье начнет уходить куда живее. А меня здоровяком не назвать.

Когда я уже хотел взвыть от скуки и скомандовать возвращение назад, мы прибыли к финишной черте. Попали на крутой спуск и, поднимая волны едкого солевого студня, скатились к его основанию. И оказались в овальном зале естественного происхождения, почти полностью залитого все прибывающей солью. Мы повисли в густом студне и, едва преодолевая сопротивление окружающей среды, слабо барахтаясь, я ощутил себя маринованным огурцом. Щас кто-то сверху прикроет крышку и дело сделано – «банка» запечатана. Вскроют нас к Новому Году. Не раньше…

В этом зале кончалась дорога. И «кончалась» карта. Те, кто ее составлял, добрались до зала, судя по пометкам, торопливо осмотрели и отметили стены помещения, после чего убыли отсюда к чертовой матери, заодно поклявшись полностью отказаться от добавления в пищу соли.

С потолка свисала соляная сосулька. Ухватившись за нее, взобрался выше, выдергивая ноги из студня. Замер, позволил заляпавшей меня тяжелой жиже неохотно стечь, сверху-вниз глядя на барахтающихся спутников. Весело – лидер вылез, подчиненные продолжают мариноваться…

Мне в голову пришла интересная идея. Грех не опробовать. Подлечив себя магией, залил в обе руки «огненные шары». Навел ладони на место чуть в стороне от Бома. И долбанул огнем. В небо поднялся столб серого пара, зашипело и затрещало так громко, что мне почудилось, будто стены вот-вот рухнут.

- Ну как? – спросил я, обращаясь к густому облаку пара.

- Стою! Молоток, босс! – пробасил скрываемый паром Бом – Но долго не продержится твой мостик.

- Да хоть сколько бы – ответил я и ударил огнем вниз, под себя.

Чуть подождал и разжал руки, падая с сосульки. В пятки ударила потрескивающая суша. Соляная корка. Сработало. Огнем я поджарил верхнюю часть соляной жижи. Получился твердый похрустывающий пятачок. Вскоре соль растает, и мы провалимся. Поэтому следует поторапливаться. Выставив руки, я двинулся вглубь зала, направляя выстрелы огня так, чтобы он разрывался впереди и пропекал нам дорожку. За мной шагали остальные. Разок оглянувшись, я увидел, как за нами исчезает светлая дорожка, поглощаемая серым студнем. А следом наступает темнота.

- Ищем – скомандовал я.

- Что именно ищем, боссу? – вопросила Лампа.

- Что-нибудь, что позволит уточнить купленную карту – отозвался я – Можешь добавить света?

- Конечно! Хоппу!

Вокруг нас резко посветлело. Кольцо света расширилось. Показались надоевшие хуже редьки серо-белые бугристые стены.

- Если это настоящий тупик – давайте убедимся в этом – стараясь скрыть усталость, сказал я и ударил огненной магией, запекая еще несколько метров болота.

- Враги – первым заметил угрозу Храбр.

Алхимик прекрасно держался весь путь. Весело шутил, подбадривал остальных. Не потерял бдительности даже сейчас. Его рука указывала на освещенную магией Лампы часть зала, где в воздухе кружило несколько крупных черных точек.

- Крокозелы. Черные! Не такие как выше! – докладывал Храбр, приложившись к огромному биноклю со светящимися зеленым линзами. Ниче себе прибор… - Идут на нас! Все сразу! Построились клином! Уровни сто пятидесятые. Летят быстро!

- К бою – скомандовал я, начиная щедро тратить ману – Дайте несколько секунд.

Я прожег пространство вокруг нас. Продержится минуту рукотворная площадка. Этого хватит чтобы наши танки во время битвы твердо стояли на ногах.

- Что в карте про черных крокозелов?

- Ничего! У них на груди странные отметки. Что-то вроде усиливающих рун – тараторил Храбр – Есть один двухсотый! Что-то вроде лидера, держится позади. У него на носу красная отметина. Оп-па…

- Оп-па… - повторил и я.

Враг приблизился достаточно, чтобы мы смогли разглядеть его без увеличительных приборов. И едва дистанция сократилась, черные крокозелы закружились в странном танце, быстро поднимаясь к потолку. Танец длился минуту – за это время монстры подлетели ближе. Всего шестеро тварей.

- Разделяются! – крикнул Храбр – Половина пошла резко вниз! Шлеп…

«Шлеп» состоялся одновременно у всех трех пикирующих тварей. Они почти беззвучно канули в серый солевой студень и пропали. Зашибись… либо это групповое самоубийство трусов при виде наше запредельной крутизны, либо они…

- Остальные трое поднимаются выше – добавила Лампа. Из ее ладоней ударили лучи прожекторного света. Ушедшие в темноте под потолком твари оказались как на ладони. Тройка монстров была у нас почти над головами. Монстры высвечены, свет четко следует за ними – удивительно четко, не теряя кружащихся крокозелов и давая нам отчетливую картинку.

Маневр монстров понятен. Одновременный удар с двух сторон – снизу и сверху. Но под нами соляная толстая корка. Прикинув, где могут находиться «ныряльщики», я поспешно добавил огня, пропекая соль. А затем взял и высадил восемь ядовитых терновых пущ, накрыв ими пространство между нами и подошедшим противником. Вряд ли мое ослабленное боевое заклинание сможет нанести большой вред особым монстрам, которые к тому же усилены. Но задержать их – уж хлеб.

- На пять шагов назад – приказал я.

Воины не обернулись, но послушно попятились. Мы проделали тот же маневр. Прожекторный свет намертво прилип к парящим вверху целям. Громкий треск. Шум колючих ветвей терновой пущи. Три фонтана из серой жижи, листьев и кусков сухой соли ударили к далекому потолку. Фонтаны появились там, где передняя линия нашей обороны стояла пару секунд назад. Но мы отступили и их удар пришелся по пустоте. Один монстр взлетел ракетой и умчался. Второй зацепился за ветви, отклонился и по пологой дуге улетел в сторону и упал в солевой студень. А у третьего все шло хорошо. Он пробил корку соли и взлетел. Но тут ему на макушку опустился топор казначея. Финансисты бьют сильно. Черного неудачника крокозела буквально вбило обратно в пробитую им же «прорубь». А Храбр забросил туда два взрывных зелья. Ученик Бома попытался зацепить врага, но не успел. Молодо зелено… Прорубь я мигом «запек», запечатал огненным шаром. Дружеский мой огонь зацепил танков, но те не были в обиде. Под коркой соли долбанул приглушенный взрыв. С хрустом вспучило пошедшую трещинами площадку. Бугор еще медленно опускался, а я уже смотрел вверх и палил со всей скоростью, что мог по воющим пикировщикам.

Невзирая на заграждающий огонь крокозелы мчались на таран. Огненный цветок взрыва вспух прямо перед одним из врагов. Того мотнуло. Одно крыло отлетело прочь. И вражеское пике превратилось в медленно вихляющееся опускание. Я успел добавить ему два удара ледяной магией. Только один угодил в цель. Краем глаза я заметил, как госпожа Мистри с неожиданно свирепым лицом взмахивает рукой. К одному из падающих на нас черных крокозелов устремилась длиннейшая алая нить. Хлещущий звук удара. Врага отбрасывает, вниз летят несколько крыльев. Оставшись с одним рваным крылом, крокозел по спирали беспомощно опускается на студень. Он пытается нырнуть. Но алая тонкая нить достигает его и здесь. Это какой-то энергетический бич. И выходит он из спрятанного под рукавом гномы алого браслета, как я успел мельком увидеть. Мощное оружие.

До нас добрался только один из пикировщиков. И сделал это на свою беду – применив всю свою недюжинную силу Бом сыграл в теннис, использовав как ракетку свой топор. Скорость пикирующего крокозела и сила полуорка «ишака» встретились в одной точки и породили нечто вроде беззвучного взрыва. «Мячик» от топора не отлетел. Скорее «вплющился» в нее. Будто два автомобиля столкнулись лоб в лоб. Со всеми вытекающими последствиями. Бома отшатнуло, топор зазвенел, крокозел заверещал и рухнул полуорку под ноги. Сверху упало два зелья – огненное и ядовитое. Во вспыхнувшем двуцветном пламени забился загоревшийся монстр. Будто этих крокозеловых несчастий мало было, Мистри добавила удар бичом. А я охладил пыл крокозела ледяной магией. Бом же с учеником выступили в забойном дуэте, обрушив на врага десятки ударов. К ним под оружие с безумным хохотом нырнули два привидения. Вскоре с пикировщиком все было кончено.

Еще через десять минут мы покончили и с остальными. И, не потеряв численности, приобретя игровой опыт и некоторые трофеи, поспешно покинули место битвы, что уже начало растворяться. Орбит приобрел себе нового «друга» - призрачного черного крокозела добитого жутковатым ножом эльфа. Из примечательной добычи – два грудных элемента брони черных крокозелов сохранивших светящиеся незнакомые руны.

Вглядываясь в колышущийся серый студень, ступая по хрустящей соляной дороге, мы добрались до места, над которым кружилась шестерка крокозелов. Здесь они и возродятся. Дожидаться их респауна я не хотел. Но сильно желал осмотреть само место. Едва дошли, как сделали первое открытие и Бом, шедший впереди, нагибаясь, процедил:

- Та-а-а-к… вот это уже очень интересно. Обманка раз.

- Обманка раз? – повторил его ученик, помогая наставнику.

Вдвоем они вытащили из студня тяжелый сундук и поставили его на дорожу. Самый обычный сундук – такие принято называть дорожными. Крепкое дерево обито потемневшей медью, навесной замок оброс солью и превратился в ком, крышка плотно прижата, две крепкие ручки по бокам.

- У кого ловкие руки способные справиться со взломом замка? – с легкой насмешкой спросил Бом, нанося короткий выверенный удар.

Зазвеневший замок потерял свои соляные украшения. А после второго удара клацнул отлетевшей дужкой и обреченно повис в кольцах.

- Обманка раз? – повторил Друмбос.

- Поддерживаю вопрос! – твердо заявил Док – Что за обманка?

- Ща-ща – отмахнулся Бом и откинул сундучную крышку – Ну-ка, ну-ка, ну-ка… а тут немало. Это точно обманка.

Подойдя на шаг ближе, я огненной магией пропек твердь вокруг нас и заглянул внутрь. Россыпь золотых монет. Несколько горстей серебряных. Меди почти нет. Два перекрещенных кинжала в кожаных ножнах. Короткий меч с широковатым лезвием. Колчан со стрелами. Свернутая одежда. Красный рыцарский шлем. Все предметы экипировки на стопятидесятый уровень. В углу сундука приткнулось несколько разноцветных эликсиров, там же пара свитков. Нашлось место и для трех изумрудов.

Мы наткнулись на настоящее сокровище – пусть мелковатое, но сокровище. Я сверился с картой. Ничего подобного там указано не было – ни про черных крокозелов, ни про плавающий в солевом студне сундуке с богатством. Либо ребята составляющие карту до этого места не добрались, что вероятней всего, либо предпочли не указывать эту информацию.

Как бы то ни было, сундук являлся хорошей наградой за все перенесенные мытарства дороги и за выдержанную битву с охранниками подземного зала. Забирай трофеи и уходи. Причем уходи быстро – скоро враги вернутся.

Вот поэтому это скорей всего обманка.

- Так часто случается – забирая добычу, хрипло наставлял Бом слушателей – С большим трудом попадаешь в локу набитую монстрами. Пробиваешься через эту мясорубку, круша все вокруг и теряя друзей. В конце, в самом глубоком тупике, находишь главного врага. Тратишь на него последние силы. Побеждаешь гада. И находишь за его спиной битком набитый неплохими вещами сундук. Забираешь все и с веселым насвистыванием отправляешься домой, где с большой выгодой продаешь добычу. Потому до утра с друзьями тусишь в трактире, танцуешь и всем рассказываешь о том какие вы крутые. Хотя на самом деле вы не крутые, а тупые – потому что главную добычу упустили. А ведь она была совсем рядом – в двух шагах от сундука с сокровищем, за занавеской из плюща. И когда это выясняется, из всеобщего кумира ты разом превращаешься в придурка упустившего главный навар. Поэтому, подозрительно легко наткнувшись на добычу – на тот же сундук плавающий в жидкой соли – надо начинать тотальный шмон помещения, осматривая каждую щель и пытаясь эту самую щель расширить и протиснуться туда. Вот что такое обманка раз.

- А бывает и обманка два?

- Еще как бывает. Так… давайте вон в тот угол глянем-ка!

- В тот угол? – переспросил я, косясь чуть в сторону и вниз, где кое-что привлекло мой взгляд – Хорошо. Двинули.

Нанося удары взрывающими огненными шарами, я создавал крепкую тропу, по которой мы уверено шагали к указанному Бому месту. Орбит задумчиво на меня косился. Не выдержав, он ткнул меня локтем и состроил выразительное вопросительное лицо. Заметил мою запинку, когда я переспрашивал Бома. Вместо ответа я порылся в кармане, но ничего не нашел. С досадой порылся еще раз. Ничего подходящего. Поняв мои затруднения, эльф запустил руки в карманы, пошурудил там, вытащил ладони и протянул мне целую гору невероятных предметов.

Рваные кусочки цветной бумаги.

Косточки, зубы, клыки.

Несколько катушек ниток.

Разноцветные птичьи перья.

Рыболовные крючки.

Пустая фигурная бутылка с непонятным существом, копошащимся внутри.

Пустые склянки.

Чашка с отколотой ручкой.

Несколько медных монеток.

Обрывок тонкой медной цепочки с привязанной к ней затычкой от ванны.

Сухие цветочные лепестки.

И это только малая часть увиденной мною кучи мусора.

Не позволяя себе удивляться, покопался на самом верху. Взял пару перьев и пару лепестков. Дождался пока Орбит уберет свои «сокровища» обратно в карманы, вытянул руку и уронил одно перо рядом с дорожкой. Через шаг выронил остальное. Проследив за падением лепестка и перьев, эльф резко затормозил и снова принялся копаться в карманах.

Он меня понял. Заметил то же, что и я минутой раньше.

Мы продолжили движение. Но теперь приходилось то и дело окликать отстающего лысого эльфа, что швырял в студень различные предметы. Причем, как я заметил, он теперь швырял в студень не только перья и лепестки, но и косточки, монетки и прочий хлам. Попереживав, что Орбит возможно выкидывает важные или памятные для него предметы, я категорически велел остальным спутникам сдать эльфу весь мусор. Так и выразился.

Выпучившиеся на меня новички среагировали не сразу. «Старички» молча покопались в карманах и поделились кто чем мог. Бом не дал ничего. Еще и забрал пару вещей у щедрой Лампы, мимоходом дав ей подзатыльник и заявив, что только настоящая мотовка может счесть за мусор флакончик цветочной эссенции. Да, эссенция копеечная. И что с того?

Разжившийся мусором эльф принялся швыряться им с удвоенной силой. А мы продолжили свой путь. И уткнулись в толстый и уродливый соляной нарост. Нечто вроде стекшего по стене и застывшего великанского плевка. Бом пристально уставился на нависающий над нами бугристый бок нароста. Задумчиво почесал в затылке. Его ученик до смешного точно повторил жест учителя. Вперед шагнула Лампа, выставила ладони. И соляной нарост пронзил ярчайший свет – будто лазерным скальпелем ткнули. Я невольно ахнул. Да и не только я – пронзенный светом соляной бугор перестал быть уродливым. Наоборот – он превратился в настоящую сверкающую драгоценность, усилившую вошедший в нее свет. Словно зажгли дорогой хрустальный светильник. Он осветил добрую треть зала. Лампа продолжала подавать прожекторный свет в тулово нароста. А мы любовались удивительной красотой. Все кроме казначея – тот, критически всмотревшись внутрь «светильника», удовлетворенно крякнул и ткнул лапищей:

- Вижу. Босс, запеки нам корочку до хруста вон там. Чтобы мы с Друмбосом могли встать и размахнуться.

Прицелившись, я выполнил запрос. Подойдя ближе, полуорки примерились и принялись крушить красоту точными сильными ударами. Вниз полетели соляные булыжники и даже валуны. Чудесный свет жалобно задрожал и начал затухать. Случилась настоящая световая агония – прерывисто дрожащий свет уходил и возвращался, с каждым разом становясь все слабее. И вскоре полностью затух, в последней вспышке уронив к ногам воинов свое сердце – блестящий полупрозрачный хрустальный ларец. Сквозь его стены я отчетливо видел прижатые к стенам рубины и сапфиры. Вот откуда столько цветовых оттенков в исчезнувшем свечении светильника. Крушить ларец Бом не стал. Бережно убрал его в инвентарь целиком – ларец сам по себе весьма ценная штука. Произведение искусства. Украшение любой клановой казны.

- Двигаем дальше – в рокочущем голосе Бома слышалась радость, но не удовлетворение – Чую зал сей нам еще подарит немало. Странны те чудики, что карту рисовали – как можно было проглядеть сокровища такие?

Оставив за спиной выпотрошенную колонну, мы пошли дальше. Оборачивающаяся Лампа грустно вздыхала, но не забывала освещать нам путь. Грусть ее понятна – девушка прямо обожает свет. И ее пленила красота разрушенного нами светильника. Плетущийся позади эльф вздыхал еще тоскливей и рылся в пустых карманах. Испустив долгий сокрушенный выдох, я отдал ему новехонький толстый блокнот. Лицо эльфа осветилось радостнейшей улыбкой. Когда я обернулся в следующий раз, в студень медленно погружался бумажный кораблик. А по воздуху парил бумажный голубь.

Чуть казначея привело нас к следующему соляному наросту – еще более крупному и уродливому. Он тоже взорвался светом, стоило Лампе использовать на нем световую магию. По стенам поползли настоящие картины сотканные из света и тени. Я отчетливо увидел в большом пятне охотничью сцену, где вооруженные копьями тени преследовали антилоп. А вон рыцарь падает на колени, уронив голову на грудь. Над ним нависла уродливая тень шестирукого монстра. А здесь что-то вроде замка на вершине горы и несколько путников, поднимающихся по узкой тропе…

Бом замахнулся и нанес первый удар. Лампа горестно вскрикнула. Хотела что-то сказать, но сдержалась, глядя, как полуорк губит красоту. Молодец что сдержалась. Жалко волшебный театр света и тени. Очень жалко. Но мы не можем оставаться здесь долго. Рад, что успел записать видео и запечатлел удивительное свечение второго светильника. Покажу потом Кире. И Роске. Такую бы красоту в реальный мир – супер подойдет для спальни. И для детской идеально подойдет – только без страшных картин с уродливыми монстрами. Для детской… что-то не о том ты сейчас думаешь, лидер Рос. Сосредоточься…

Я добавил жару и еще раз пропек соляную корку под нами. Грохотали падающие куски соли. Волшебный свет медленно исчезал. Через несколько минут к ногам казначея упал еще один хрустальный ларец. Чуть темнее, чуть больше. Узкая и замысловатая скважина замка и никакого ключа.

Вот интересно – ГКР сможет самостоятельно вскрыть замки ларцов или придется вызывать сторонних специалистов?

- Вот и настоящая добыча – удовлетворенно щурился Бом, цепко вглядываясь в неосмотренную стену зала – Может там еще одна соляная булочка с изюминкой найдется?

Ни проверить, ни ответить мы не успели.

- Враги! – Храбр опять был первым.

К нам двигались знакомые черные точки – возродившиеся крокозелы охранники. Но теперь их было восемь. И это оказалось для меня полной неожиданностью – жесть какая-то. В прошлый раз только шесть, теперь восемь. Сбой респауна?

Двигались не сплоченным роем, а как бы гуськом, растянутым пунктиром. И это давало нам отличный шанс справиться и на этот раз.

- Двигаемся им навстречу! – приказал я, поднимая руки и посылая в бой первые огненные шары и ледяные копья.

Следом рванулись воющие призраки. Эльф смотрел на подступающих врагов с раздражением – они явно мешали ему. Отвлекали. И он тоже спешил покончить с помехой.

Столкнувшиеся плечами воины зашагали вперед. Мы двинулись за ними. Мистри волокла за собой светящийся энергетический бич и, воинственно вскинув голову, сквозь очки вглядывалась в противника. И на ее лице отчетливо читались досада и нетерпение. Убрать помеху и продолжить исследования зала.

Первые два крокозела были сбиты призраками, огнем и бичом. Воины добили их и, переступив останки врагов, зашагали дальше. Я щедро тратил ману. Что-то по своему обыкновению причитающий Док накрыл нас заботливо аурами. Вовремя восстанавливал здоровье воинов, порой предугадывая кому из них достанется следующий удар. Док нынешний и Док «прошлый» - два разных лекаря. Этот настоящий ветеран.

Справившись со всеми врагами, мы засекли время. Получалось, что следующий респаун через минут десять или двенадцать. Я так и не понял почему крокозелов было восемь, а не шесть. Но знал – надо поторапливаться. Свернув, мы вернулись на прерванный маршрут. Завершили часть круга и убедились – больше нигде нет соляных уродливых наростов.

Мы осмотрели зал полностью. И не остались без награды – два ларца и бултыхавшийся в соли первый сундук.

Более чем достойная добыча. Сейчас самое время немного попрыгать от радости, а затем добраться до зоны, где телепортация работает. Вернуться домой. Спрятать трофеи в казну. И вот тогда уже устроить настоящие ликующие попрыгушки. И судя по продолжающему довольно щуриться Бому, именно и было его идей. Но мне пришлось разочаровать его.

- Задерживаемся – объявил я к удивлению большинства.

- По… - вскинулся Бом, но, глянув на запускающего очередного бумажного голубя Орбита, осекся и коротко кивнул – Обманка два?

- Возможно – ответил я – Возможно.

Минут двадцать назад Бомыч рассказал короткую историю о локе, монстрах, мясорубке, добыче и тусе в трактире до утра. А потом выяснилось, что настоящая добыча ускользнула от горе авантюристов.

История эта реальна.

Больше года назад открылся данж Небесный Плющ. Легенда его проста и красива.

Исполинское дерево, вырезанное из гигантского гранитного утеса. Вырезано и вырублено гномами, решившего в очередной раз попытаться доказать эльфам, что не только природа может творить шедевры, но и упрямые трудолюбивые руки. Гномы почти довели дело до конца. А затем между ними и эльфами вспыхнуло противостояние военное. После нескольких битв мир восстановился, но земли с каменным деревом перешли во владение эльфов. А остроухие продолжать рубить камень и завершать гигантское творение само собой даже не подумали. Оставили бывший утес стоять как есть, засеяв земли вокруг семенами различных диких растений. Очень скоро каменная громада обросла густой зеленью, благодаря чему издали начала казаться настоящим живым деревом исполином, царящим над густым подлеском. Помимо растений утес облюбовало для жизни множество различных существ – и немалая их часть крайне опасна. Утес-дерево получил замысловатое название на эльфийском языке, переводящееся как Небесный Плющ.

Данж простой до безумия. Много входов и выходов с любой стороны. Ни лабиринтов. Ни затопленных проходов. Никаких тайных коридоров и поднимающихся стен. Данж-мясорубка. Просто шагай вперед и пробивайся через орды монстров. Таким является Запределье, где мы побывали. Небесный Плющ – то же самое, только масштабом поменьше. Едва данж открылся, в него рванули игроки. В лидеры быстро выбился сплоченный отряд, что быстрее всех оказался в конечном и самом высоком зале с ажурными стенами заплетенными плющом. Здесь они сразились с боссом. Победили. И забрали охраняемый им сундук. После чего поспешно свалили прочь. А затем выяснилось, что в нескольких шагах находится простейший тайник. Настолько простой, чего легче заметить, чем не заметить. Следующей группе достался антрацитового цвета сундук с великолепной экипировкой. Но и это не все – неспешно подошедшая группа с названием Пятибиты осмотрела вдумчиво последний зал и наткнулась на третий тайник. Который содержал по слухам награду поистине королевскую…

Две обманки идущие одна за другой.

Мы нашли сундук. И вскрыли два тайника. Время уходить? Или?

Но я не торопился. Я наблюдал за Орбитом. И за солевым студнем.

Дело в том, что, когда Бом вскрыл первый сундук, от него отлетела крупная соляная сосулька, чуть не задевшая мне ухо. Она упала в студень и погрузилась. Я бросил короткий взгляд и хотел уже отвернуться. Но заметил удивительную странность – погруженная соляная сосулька вдруг развернулась и куда-то поплыла. И это в неподвижной внешне густой серой трясине. Заметивший мое удивление Орбит насторожился, вызнал причину и в свою очередь живо заинтересовавшись, колдовал сейчас со всеми подручными материалами, пытаясь построить картину подводных течений.

На месте постоять не удалось. Пришлось топать за эльфом, подкладывая под его ноги-ходули «гать» из пропеченной соли. Делать особо было нечего. Поэтому мы наблюдали. И не требовалось большого ума, чтобы заметить – в студне творилось нечто странное с потоками и взвихрениями. Часть предметов тонула и отвесно уходила глубоко вниз, исчезая в темноте. Другие погружались по спирали. Третьи уходили по кривой. Другие оставались на поверхности неподвижно. Пятые медленно уплывали. Полный хаос. К Орбиту присоединилась Мистри и к моему удивлению начала давать короткие дельные советы. Вот уж точно настоящий исследователь, а не просто красивая легенда.

Мы покорно следовали за ними. Но время тикало. И как неизбежность нам опять пришлось столкнуться с черными крокозелами. На этот раз их было десять. И, как мне показалось, они стали крупнее. Из десяти четверо были двухсотого уровня. Остальные в диапазоне от сто шестидесятого до сто восьмидесятого.

Плохо.

Это уже серьезная битва…

Одна ошибка – и мы не досчитаемся одного или двух из наших. Локация возрождения очень далеко отсюда. Пока они вернутся… К тому времени мы уже столкнемся с еще одним отрядом противника, при этом врагов будет еще больше. А нас меньше… пара подобных стычек – и в зале не останется ни одного игрока.

Да и смогут ли вернуться погибшие? Там тяжелая дорога и немало монстров.

Погибать никак нельзя.

Как и терять время.

Я взялся за приберегаемый свиток боевой массовой магией. И не задумываясь использовал его. Десяток врагов скрыло от наших глаз ревущей стеной белого огня. Магия «Пламенное поле», высший ранг. Когда огонь угас, монстров уже не было, посреди зала образовалась твердая соляная площадка.

- Быстрее – обратился я к Орбиту.

- В следующий раз их будет двенадцать – поддержал меня Храбр – А шары у меня кончаются. Взрывные еще есть. А вот огненные и кислотные…

- А потом четырнадцать – тревожно вздрогнул Док – Я могу не успеть с исцелением. Поторопитесь, пожалуйста.

Просьбы просьбами, но кое-что невозможно ускорить лишь желанием и просьбами. Знаком я попросил не мешать и не поторапливать. Мы будем ждать. До тех пор, пока можем.

Стремительно летели минуты. И опять неизбежное – легкие искрящиеся вспышки породили монстров, что тут же нацелили на свои зубастые рыла. Их двенадцать. Я использовал еще один свиток «Пламенное поле». Удобная магия. Третьего свитка у меня нет. Но кое-что прибережено. Остальные думаю столь же запасливы. Пока живем.

Свиток убил десятерых. Двоих крокозелов мы забили сами. Проблем не возникло – успели изучить тактику действия монстров, в том числе их невеликие боевые умения. Но проблем нет только пока. Опасения озвучил Храбр:

- Если следующие твари будут больше двухсотого уровня… могут и сюрприз преподнести.

Да. Чем выше уровни монстров – тем богаче их арсенал. К рядовым монстрам такое не относится обычно. Но если монстр особый, из подземелий или со специальным статусом вроде охранника… о таких нужно ожидать любой подлянки. Здешние крокозелы усердно выполняли роль охраны зала, успев уже не раз намекнуть нам, что такие образины как мы фэйс-контроль не прошли и не пройдем. Если в следующее возрождение ух уровни скакнут и «обрадуют» нас неожиданными умениями…

Я с трудом удержался от громкой просьбы-крика:

- Поторопитесь!

Я сохранил молчание и рубящим жестом ладони остановил и остальных от призывов ускориться. Орбит не дурак. Госпожа Мизрелл – тоже. Наше дело организовать им все условия труда, защищать и не мешать.

Этим и занялись.

А через восемь минут получили первый неприятный сюрприз – из вспышек посреди зала родились четырнадцать крокозелов. Четыре из них двухсот двадцатого уровня. Вот это скачок…

- Все к бою! – крикнул я – Мистри! Орбит! Вы тоже! Сперва я свитком града, потом вы… черт!

Туловища четырех «двухсотдвадцатых» моргнули и пропали. Через миг появились на двадцать метров дальше – в пяти метрах от нас. Локальный телепортационный прыжок. Боевой джамп, чтоб его. Пасть первого крокозела широко раскрылась, монстр нацелился на Храбра. Тот не растерялся и забросил в пасть два стеклянных шара с плещущейся внутри кислотой. Прыгнувший к тварям Бом парировал удар монстра и нанес ответный. Я использовал свиток боевой магии на десятке отстающих. И сосредоточился на четверке самых шустрых. С ними пришлось повозиться. Следующие две минуты я думал, что мы не сладим – Док и Орбит оказались на грани гибели. Но лекарю удалось вытащить Орбита, а затем и себя из красной зоны. К этому мигу мы прикончили трех и серьезно потрепали последнего из четверки лидеров. Вскоре упал в солевой студень и он. Из десятки отстающих только двое пережили град. С ними мы справились шутя, сбив их еще на подлете.

Вспышку радости я ощутил в момент, когда Орбит вздрогнул всем телом, глядя как тонет в студне стрекозиное крыло одного из крокозелов. И ничуть не удивился, когда эльф вытянул обе руки и категорически потребовал отдать ему все трофейные крылья убитых нами охранников. Ворчащий как целая стая голодных львов Бом подчинился без малейшей задержки. Да, зеленая ручища дрогнула, но пальцы-сосиски послушно разжались, передавая добычу.

Орбит принялся метать крылья в студень – под приглушенные стоны полуорка. Задав несколько вопросов, я получил ответ и громко выругался, не скрывая охватившего меня облегчения.

Все оказалось очень хитро.

Что ты в студень не кидай – правильной картины не уловишь. Не так все просто, дружище. Только правильные предметы укажут тебе истинное положение дел – и такими ключиками оказались крылья крокозелов, что прекрасно плавали в соленом сером студне. Хитро… подсказка была совсем рядом, лежала в наших мешках, но попробуй догадаться!

Всего у нас было около тридцати крыльев.

За следующие пять минут с хвостиком – я засекал, с тревогой косясь на центр зала – Орбит использовал восемнадцать из них. И уверенно махнул рукой на стену с приникшим к ней первым вскрытым нами соляным бугром. Я поспешно построил солевой мост, и мы рванули к стене. Добежали за минуту. Остановились. Вопросительно воззрились на Орбита. Тот провел нас чуть дальше – к такому же участку стену, как и соседние. Обозначил руками крохотный промежуток, дав понять, что ни влево от этих границ ни вправо отсупать нельзя. Тткнул пальцем в основание стены, где на нее накатывали ленивые-ленивые тягучие волны студня. И сделал намек на прыжок, предварительно зажав рукой нос. Намек предельно прозрачный…

Прыгать в студень. И прыгать только в указанный крохотный квадрат, куда едва-едва влезут плечи полуорка.

- Ты первый – глянул я на Бома – А ты второй – перевел взгляд я на Друмбоса. Через десять секунд мы за вами.

- Может по одному… а чтоб тебя! – рявкнул Бом, не успев высказать разумное предложение.

Я даже оборачиваться не стал. Знал – на нас прет очередная волна монстров.

- Шестнадцать. Ниже двухсотых нет. Два двухсотдвадцатых. Еще четверо двестисороковых. И они вдвое крупнее других. И с броней потолще, как мне кажется…

- Удар свитка переживут – заключил я – Давайте!

- Джампают сюда! Сразу шестеро! – тревожно крикнул Храбр.

Бом с плеском ушел в студень головой вперед. За ним прыгнул ученик.

- У нас нет десяти секунд, босс – заметил Док.

- Прыгать туда? – уточнила госпожа Мизрелл – Ерунда! В моей жизни бывали приключения и опасней! Я готова!

- Прыгнешь? – спросил Храбр у застывшей рядом с краем дорожки Лампы.

- Я всегда выполняю приказы босса – солнечно улыбнулась девушка, не отрывая взгляда от серого студня.

- Вперед! – крикнул я и толкнул Храбра в плечо – Мистри! Ты тоже! Один за другим! В квадрат!

Мы прыгали в студень с неуклюжестью детей, впервые сигающих в воду с края пирса. Я прыгнул последним. Налетевшие крокозелы схватили пастями воздух. А над нами сомкнулась пелена серого студня. Затем кто-то дернул меня за ноги и утянул в соленую черную глубину.

И я понятия не имел куда мы направляемся.


Глава седьмая.

Соль к соли.

Удар небесного гостя был столь силен, что шутя снес несколько шпилей и крыш, после чего проломил каменную стену ограждающую Арену Великой Доблести, буквально продавил себе путь через четыре защитных магических барьера и наконец рухнул на аккуратно подстриженную зеленую площадку. Прямо между двумя почти сошедшимися в поединке рыцарями.

Ахнула многотысячная толпа зрителей, встала с мест, навалилась на ограждения.

Рыцари остановились.

Опустили чуть стальные щиты и поверх них взглянули на осмелившегося помешать их начинающемуся бою.

Наглец взглядов не убоялся. С треском лопнул камень, обломки градом застучали по рыцарской броне. Внутри поднявшегося облака сизой пыли проявилась поднимающаяся грузная фигура. Яростный рев дал знать, что незваный гость не в духе. Мелькнула четырехпалая ручища. О щит красного рыцаря ударил иззубренный камень размером с хорошую тыкву. От удара застонал щит, рыцаря пошатнуло, но он устоял и бесстрашно шагнул вперед.

Восседающая рядом с высоким троном отца принцесса чуть опустила прекрасное лицо, скрывая легкую улыбку – она благоволила красному рыцарю, но тщательно скрывала свои чувства. Сам король не заметил волнения дочери – великий властитель Альгоры пристально следил за происходящим, не обращая внимания на подбегающих стражей, торопящихся защитить правителя.

Облако пыли рассеялось.

И громкие крики ужаса приветствовали показавшегося во всей своей красе чужеземного гостя.

Великан. Обычными великанами Альгору не удивить. А на Арене Великой Доблести и не таких гигантов повергали. Но этот…

Рыцари едва достигали его выгнутых назад коленей. Вместо ступней козлиные копыта, ноги поросли густой шерстью. И это единственное не защищенное сталью место. Выше – только она, старая добрая сталь, покрытая глубокими следами многочисленных сражений. Шлем похож на гигантское ведро, в смотровых щелях плещется густая чернота, ниже дыра крупнее, не скрывающая яростного оскала. Свисающие с покатых плеч ручищи сами по себе оружие, но в левой руке великана щит покрытый изогнутыми лезвиями, правая пока свободна, но на поясе висит меч без ножен.

Поведя под стон металла плечами, великан схватился за меч и шагнул вперед. Повторившийся яростный рев возвестил о начале битвы.

- Вместе? – с ленивой безразличностью поинтересовался красный рыцарь.

- Вместе – столь же лениво отозвался синий рыцарь.

Взревевшая толпа торопливо рассаживалась. Зрелище продолжалось. Но поединок двух воинов обещал превратиться в нечто более грандиозное – в великую битву героев здешних, против героя чужеземного. И битва не заставила себя ждать. С лязгом столкнулись щиты. Со звоном встретились мечи. Битва началась…

***

Чернота быстро теряла свою непроглядность.

Ночь сменилась рассветной знакомой серостью. Серостью, что осточертела за последние часы.

Тягучая неподвижность сменилась все ускоряющимся падением.

Через пару секунд я понял, что мне и моим друзьям суждено изобразить собой потолочную капель – я оказался внутри огромной и медленно тянущейся вниз капли серого студня. Капля чуть вспухла, ее основание истончилось, и я полетел вниз. Росгард дождиком пролился…

- Поберегись! – замычал я.

Шлеп.

- О-о-о… - простонал я, лежа плашмя в высыхающей на глазах луже студня.

- Как вы, боссу? – участливо спросила Лампа, стряхивая с плаща снег.

Нет. Не снег. Она стряхивала с дырявого как сито плаща высохшую соль.

- Неплохо шмякнулись – со странноватой светлой радостью и добродушием заявил Бом – Как ты, босс? Как на вкус жизнь полевая? Не отвык ведь еще?

- Как на вкус? Солено – скривился я, поднимаясь из исчезающей лужи.

Сплюнул. Глянул вокруг. Стены из кристаллизованной соли окружали нас с трех сторон. Почти кольцо, разомкнутое в одном месте.

- Солено – повторил я, стряхивая с лицо соль и с надеждой смотря на узкий проход ведущий в неизвестность.

- Соли все больше – поддержал Храбр, отрывая от стены розоватый здоровущий кристалл соли и пряча ее в инвентарь – И соль здесь, кстати говоря, очень разная. Вот этот кристалл, что я сейчас оторвал, отлично подойдет для пары алхимических рецептов. И моей старой доброй знакомой тетушке Глафире сгодится для засолки помидорчиков и огурчиков. Порадую ее.

- Тетушке Глафире – пробормотал я, приступая к отбиванию наростов соли с сапог.

Соль успешно отошла. Вместе с сапогами. Пошевелив пальцами босых ног, я со вздохом вытащил из рюкзака новую пару. Твою так… эти оказались лиловыми и последними. Прекрасно просто! Весело идем, весело шагаем в лиловых кирзачах. И куда идем по-прежнему неизвестно.

- Лиловый вам к лицу, боссу – лицемерно улыбнулась Лампа.

Скорчив ей в ответ гримасу, я глянул на Дока. Тот стыдливо спрятал за солевой валун ноги в новехоньких черных ботинках и замотал головой:

- В лиловых не пойду. Нам в лиловых запрещено. Мы ведь клятву Гиппократа давали. А там черным по белому прямо…

- Я лиловый органически не переношу – прижав руки к сердцу, признался Храбр, имеющий смелость не скрывать серых коротких сапог.

- Да понял, понял, что никто сапогами со мной меняться не станет – рыкнул я – Переоделись? Отряхнулись? У всех все хорошо?

- Все в порядке, Росгард Славный – неожиданно бодро улыбнулась госпожа Мизрелл – Ух! Прямо как в старые добрые времена! Как вспомню как мы всей семьей убегали от преследующего нас островного голема именуемого тамошними туземцами Идолом Глобла! Прыжок! И мы падаем прямо в гейзер! Что с яростью выплевывает нас и мы пролетаем между ручищами голема и шмякаемся в пасть зевнувшего пальмового гиппоса, чистящего зубы обломком гнилой мачты! Эх!

- Эх… - потрясенно выдавил я.

- Было времечко – с ностальгией вздохнула еще раз Мистри, и, поправив свои поразительные очки, спросила – Идем дальше?

- О да – кивнул я и глянул на Бома.

Тот понятливо кивнул, ткнул ученика в плечо и они, тяжело, как и полагается настоящим танкам, повернулись к узкому темному проходу. Мы заняли свои позиции. Я стыдливо приткнулся в самом тылу, встав чуть в стороне. Док и тот был впереди меня, бормоча какую-то мантру, из которой до меня долетали странные и немного жутковатые слова:

- Лечим, лечим и залечим, вы помрете не от ран, вы помрете не больными, вы помрете не хилыми, а от старости загнетесь, а я тихо засмеюсь, засмеюсь, засмеюсь…

Трижды поплевав через левое плечо – вот и станешь тут суеверным – я топнул ногой в чертовых лиловых сапогах и велел:

- Двинулись.

Карта показывала пустоту с обрывками прорисовывающегося коридора. Вокруг нас стены из соли. Бугристые, застывшие, разноцветные. В этом соляном царстве радуга правила бал. Была соль любого цвета и оттенка. Искрящаяся соль переливалась в магическом свете, отбрасывала цветные блики. Безмолвная удивительная красота.

Шепотом спросивший разрешения Храбр через каждые несколько шагов подбегал к той или иной стене, отбивал кусок соли и возвращался в строй.

Ведущий нас проход немилосердно вилял, выписывал невероятные зигзаги. Но стоило нам свернуть за следующий поворот и все резко изменилось – мы вышли в просторный, широкий, высокий и абсолютно прямой проход, живо напомнивший мне пробитый в горе железнодорожный тоннель. Только рельсов не хватало. Это не природа. Тут поработал инструмент зажатый в умелых руках.

В паре шагов от нас на полу был тщательно нарисован, а частью вырезан в соли довольно известный в мире символ. Такие рисуют только в одном случае – когда надо устроить в этом месте стационарный массовый телепорт, способный разом принять или отправить немало народа и груза. Вокруг символа глубоко утопленные в полу темные сейчас стержни – артефакты связанные с телепортацией.

- Похоже нашли – осторожно начал Храбр, но я предостерегающе поднял ладонь:

- Погоди радоваться. Дойдем – посмотрим.

- Лады.

- Бом, вытащить сможете пару этих стержней? – спросил я, напряженно разглядывая спящий, но вполне работоспособный телепорт, могущий прямо сейчас доставить сюда кучу недоброжелательных лиц, что доставят нам мно-о-ого неприятностей.

- Сможем! – уверенно ответил полуорк – Они не больше четырехсот килограмм каждый. Шутя справимся.

- Давайте. Хотя бы штуки три выверните. Мистри, твой бич может повредить символ телепортации?

- Конечно! Я поняла твою мысль, Росгард Умный. Ты осторожен и мудр – как и подобает истинному лидеру. Во имя знаний! – Мистри взмахнула рукой и по полу с шипением ударил энергетический бич, оставивший глубокую борозду на рисунке.

Рисунок вспыхнул. Разлажено замигал. Со скрежетом накренился один из стержней. Облапивший его Бом медленно вытягивал артефакт. В стороне пыхтел его ученик и у него тоже получалось. «Ишаки» крайне сильны. И прекрасно это доказывали на деле.

Десяток ударов. Скрип вытаскиваемых стержней. Через несколько минут мы качественно испортили стационарный телепорт. Я не боялся, что мы возможно отрезали себе путь к бегству. Большой вопрос сумеем ли мы активировать его. И только полный дурак воспользуется этой штукой, не зная, куда она его выбросит. Например, прямиком в тюрьму Аль Дра Дас. Или в какой-нибудь светлый храм, где нас встретят много невероятно злобных и могучих жрецов. Я лучше продолблю себе путь на волю прямо сквозь соль. Голыми руками. Или оскаленными зубами того умника, кто первый крикнет: «А может лучше телепортом?».

Закончив разрушительное доброе дело, мы двинулись дальше. И едва прошли десять шагов, Бом приглушенно выругался. Спрашивать о причине его возмущения не пришлось – висящие у меня перед глазами строчки сами это поясняли.

ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы первые из героев, кто оказался на территории Запретного Горькосолья!...

Вам не повезло!

Но решимость и упорство помогут преодолеть все невзгоды!

Вы первопроходец!

Идти нетореной дорогой всегда было труднейшим делом, в отличие от тех, кто пойдет по вашим следам!

Штрафы:

Физический урон по обитателям местных земель снижен на: 25%

Магический урон по обитателям местных земель снижен на: 25%

Шанс на выпадение трофеев с убитых монстров снижен на: 25%

Шанс нанесения критического физического\магического удара снижен на: 15%

Шанс на успешный сбор\добычу ресурсов снижен на: 25%

Физический урон монстров увеличен на: 25%

Магический урон монстров увеличен на: 25%

Качество картографирования снижено на: 25%

Скорость любого передвижения по местным землям снижена на 10%

Регенерация жизни\маны снижена на: 10%

Штрафные санкции будут действовать еще: 23.59.59.

Бонусы:

Наличие древних предметов: Да.

Текущее состояние\количество: 1\1.

Наличие древних не магических знаний\рецептов: Нет.

Текущее состояние\количество: Нет.

Наличие древних магических знаний: Нет.

Текущее состояние\количество: Нет.

Наличие особых, ранее не встречавшихся монстров: Нет.

Количество видов: Нет.

Наличие каких-либо признаков былого присутствия здесь исчезнувшей расы Великих: Нет.

Памятка!

Множество гильдий будут крайне рады заплатить за столь уникальные трофеи или знания весьма и весьма большую сумму!

- Игроков здесь еще не было – грустно подытожил я – Хорошо. И нехорошо.

- Мы первые! – воодушевленно заметил Храбр, но, осознав мои слова, задумчиво притих.

- Масштаб больше ожидаемого – признался Бом.

Остальные сохранили молчание.

- Продолжаем движение – решил я – Продвинемся настолько, насколько сможем. Так чтобы без потерь. Оценим обстановку. Найдем выход. Картографируем все подробно. И отступим. А вернемся уже со свежими силами. И покажем им, где раки зимуют.

- Кому «им»? – уточнил ученик Бома.

- А всем, кто нам будет мешать – отмахнулся я – Топаем дальше, дамы и господа. И аки соколы подземные по сторонам посматриваем, приглядываемся, запоминаем.

Честно говоря, смотреть было не на что. Как есть технический тоннель, идущий прямо как стрела. Стены выровнены. Никаких символов и слов. Неудивительно что наибольшее наше внимание привлекли не стены и потолок, а соляной пол – на котором виднелись отчетливые глубокие следы. Выбоины. Округлые ямы двойной цепочкой идущие вдоль коридора. Сразу было ясно, что это некие следы. Точность внес Храбр:

- Это следы крупного голема. Очень тяжелого голема. И вряд ли одного. Шли друг за другом.

- Верно – прорычал Бом, поддерживая вывод алхимика – Тут прошел отряд големов. Топали друг за другом. Можно прикинуть их высоту и размах плеч. Уровни прикинуть тяжелее.

- Может они и строили коридор? – предположил второй «ишак».

- Нет – не согласился я – Они просто прошли, точно придерживаясь середины коридора. Боюсь, что скоро мы их увидим.

- Тушу свет – мягко произнесла Лампа, резко приглушая магическое освещение.

Спрашивать о причине не приходилось – тоннель закончился. Дальше начиналась большая и довольно неплохо освещенная пещера.

Насколько большая?

Ну… в ее центре свободно разместился чуть накренившийся парусный корабль. Его темный силуэт отчетливо различался в приглушенном мягком освещении, исходящем от многочисленных огромных светящихся рун, испещряющих стены пещеры.

Вот он…

Белый Дельфин.

Мы нашли его.

- Белый Дельфин – хрипло произнес я, опускаясь на соляной валун – Нашли. Наверно… проверить бы…

- Ближе не подходим – предупредил Бом, хватая ученика за плечо и оттаскивая назад.

Не было ни обрыва, ни возвышения. Пол тоннеля и пещеры был на одном уровне. Но инстинктивно чувствовалось – существует какая-то незримая граница. И лучше не переступать ее слишком быстро. Надо осмотреться.

- Садитесь, пожалуйста – сказал я и добавил – Это не просьба. Всем сесть. Достать наблюдательные приборы. Использовать по назначению. Шепотом доложить если заметите что-то интересное.

Бом покосился на меня с нескрываемым одобрением. Я и сам стал замечать, что начал командовать куда жестче и куда увереннее. Опыт. Хочешь не хочешь – научишься.

Что у нас имеется?

Связи через сообщения – нет.

Телепортации – нет.

Есть ли второй выход – неизвестно. Но он должен иметься.

Корабль – вроде есть. Я не вижу названия. Но это выяснится очень быстро. Вон как Храбр к биноклю прильнул.

Опасности… если навскидку – то особо не заметно. Но вон те соляные холмики… на них как раз смотрит несколько моих товарищей. Кто-то из них меня сейчас наверняка…

- Мать вашу! – свистящим шепотом прошипел Бом, в сердцах ударяя кулачищем по соляному булыжнику, отчего тот разлетелся на куски.

- Что там?

- Санстоуны!

- М-м-м… - простонал я – Приехали.

- Санстоуны? – спросил Друмбос – Кто такие.

- Те, кто оставил следы в коридоре – ответил я – Священный кошмар. Гребаная молотилка. Комбайн смерти. Да тут целый автопарк этих комбайнов! Уровни?

- Не видно. Они в режиме статуи.

- Санстоуны – грозные воины! – заметила без тени страха госпожа Мизрелл – И служат они только одному божеству – Иваве Светлой.

Служат… причем верой и правдой.

Санстоуны – это ходячая смерть. Боевые големы. Их создают высшие жрецы Ивавы. Причем создают из освященного божественной магией камня. Двигаются быстро, защита невероятная, урон чудовищный. Они и прыгать умеют! Я сам видел в одной давней битве, как такой голем подпрыгнул до высоты четвертого этажа и, ухватив за хвост зеленого дракона, стащил его с небес и впечатал в бренную землю! И да – они служат только Иваве и ее жрецам.

Прямо шок – получается корабль взяли на абордаж и прикончили всю его команду жрецы Ивавы.

Все во имя высшей цели? Для всеобщего блага? Жизнь целой команды – подходящая цена, если речь о сокрытии темного страшного артефакта?

А что сделал я буквально только что? А я разбудил Иваву. Вернее, вытащил из болота ее сына Тальника, который в свою очередь разбудил милую маму, чьи каменные игрушки стоят прямо перед нами. Игрушки, которые стали резко сильнее после пробуждения богини… и жрецы – что тоже стали сильнее. В общем, сам того не зная, я, перед тем как, фигурально выражаясь, штурмовать вражеский замок, взял и собственноручно усилил его оборону дополнительными башнями, орудиями, рвами, не забыв при этом увеличить высоту стрел и число защитников. И только после этого собрался замок атаковать. Каков будет результат такой атаки? Он будет плачевен для атакующих. И возможно, раз уж Ивава богиня добрая, прибывшие сюда верховные жрецы, прежде чем прикончить меня, сначала душевно поблагодарят за пробуждение их любимого божества. Хотя нет. Не поблагодарят. Ведь они даже не в курсе, что именно я нашел Тальника, единственного сыночка Ивавы.

Проклятье!

Я оценивающе оглядел немалых размеров соляную пещеру. Чуть накренившийся корабль – уверен, что на его палубе, под спутанной парусиной, я с легкостью сумею отыскать бренные останки недавно призванного из Аньгоры призрака. И не только его – там полно костей матросов злодейски убитых ради высшей цели.

Еще раз проклятье!

Аньрулл был полностью прав! Нет в Вальдире разницы между светлыми и темными, раз уж светлые жрецы творят подобные злодеяния! Жрецы Ивавы! Милосерднейшей из милосердных! Ее называют божественной вечно сонной клушей не умеющей проклинать и способной лишь одаривать! И вот на тебе – ее жрецы сотворили столь темное дело!

Шок!

Да. Все ради сокрытия могущественнейшего темного артефакта. Как это любят пафосно называть в фильмах и сериалах? Малая жертва ради всеобщего блага?

Артефакт…

Он нужен Золотым Тамплиерам. Гвиневре.

Он нужен Аньруллу. Древнему темному богу.

Я дал обещание обоим.

И вот я нашел – место скрывающее Поглотитель Душ. Пожиратель Душ.

- Где ваша добрая помощница именуемая Лампа? – мягко осведомилась гнома Мистри. Ее пальчики цепко схватили меня за локоть – Где она?

- Что? – дернулся я, с недоумением глянув на гному, потом наверх.

Над нами едва-едва горел приглушенный магический свет порожденный магией моей личной помощницы Лампы.

Я обернулся.

В воздухе плясал зеленовато-желтый шарик света, излучая тихое свечение. Лампы не было…

- Лампа? – тихо произнес я, озираясь по сторонам – Лампа?

Мелькнула крупная и удивительно быстрая, если не сказать стремительная тень. Бом. Воин молча помчался обратно по уже пройденному нами коридору. Помчался изо всех сил – я знал его скорость. И сейчас Бом, этот рачительный экономный игрок, вкладывал в бег все свои силы.

- За ним! – велел я и рванул следом.

Что происходит?

Мне навстречу летел коридор. Я бежал между двух рядов выбоин оставленных прошагавшими здесь санстоунами. Резко потемнело. Медленно обгоняющий меня Храбр раздавил в ладонях по костяному изрезанному резьбой шарику. Подбросил в воздух пыль. Разлившееся свечение окутало нас и помчалось следом. От нас отлетали зеленые крохотные молнии, разряды безобидно шипели между нами, обрываясь, если бегуны слишком отдалялись друг от друга.

- ТВОЮ МАТЬ! – рев далеко оторвавшегося Бома заполнил коридор бешеным злобным эхом – ТВАРЬ! ТВАРЬ! НЕТ!

Поднажать я уже не мог. Просто продолжил бежать. Но дистанция невелика. Коридор конечен.

Беги, Рос, беги.

Я уже догадывался что произошло. Но пока отказывался верить. Не хотел верить. Не хотел и все. Нет. НЕ может быть. Эта безобидная милая и порой чересчур серьезная девчонка. Прекрасный помощник. Такая смешливая… Нет! Нет! Не хочу!

НЕ ХОЧУ!

Ах черт…

Бом с криком наносил удар по отшатнувшейся назад тонкой девичьей фигуре. Удар могучего полуорка превратит Лампу в…

Сноп искр!

Бома отбросило назад. Из пола стремительно вырастала сверкающая магическая стена. Из ладони Лампы сыпался прах использованного могучего свитка. Удар. Бома отбросило снова. Вскинув руки, я шарахнул двумя огненными шарами. Они пролетели в щель между потолком и растущей стеной. Взорвались. Лампу швырнуло на пол. Над краем стены перелетели четыре стеклянных шара и лопнули, разбрасывая огонь, кислоту и яд. Храбр был ничуть не медленнее меня. Энергетический бич госпожи Мизрелл ударил о стену и со злобным шипением бессильно опал. Орбит звонко и ясно отдал приказ. Взмахнул рукой. Два призрака бестелесными мухами просочились в окончательно сузившуюся цель и спикировали на Лампу. Та, выпивая большое зелье здоровья, свободной рукой бросила на землю книгу в белом переплете. Зашелестели страницы открывшейся книги. Завывших призраков закрутило и втянуло в книгу, что тут же захлопнулась, пару раз дернулась и замерла. Стена доросла до потолка. Лампа выпрямилась и взглянула на меня. Она смотрела только на меня. Смотрела с печалью. И утирала ладонью щеку.

- Прости, боссу. Прости…

- Нет – качнул я головой, все еще отказываясь верить – Нет. Пожалуйста. Я так привязался к тебе… нет, Лампа. Нет.

- Прости, боссу – повторила девушка. Из ее глаз обильно побежали слезы – Я всегда выполняю приказы. Всегда.

- Ты глянь за ее спину! – рыкнул опустивший руки Бом.

- Бейте по стене! – очнулся Друмбос.

- Прекрати – остановил его Храбр – Это высшая магия. Нам ее не пробить. Не нашими силами.

- Топором!

- Как мухобойкой по бетонной стене – вздохнул алхимик, массируя ладонью лоб – Скорее топор сломается. Это высшая магия. Огромная стоимость.

Я не слушал. И смотрел уже не на молча стоявшую предательницу. А на происходящее за ее спиной. Там был портал. Массовый спящий портал. Мы его изрядно изуродовали, прежде чем пойти дальше. Чтобы никто не сделал нам неприятной сюрприза. И сейчас я видел самого себя. И нет. Я не спятил. Я видел и остальных. Вот мы с трудом устанавливаем бакены портала на место. Вот мы замираем и оглядываемся. Потом вдруг начинаем пятиться. И скрываемся в темноте. Это еще не все. Появляются гигантские раскачивающиеся фигуры. Пятящиеся санстоуны. Первый из них задом входит в начавший светиться портал. Голем пятится в энергетический столб и пропадает. За ним следом уходят остальные. Появляется фигура в белом балахоне, сложившая руки на животе и с благостной улыбкой хорошо поработавшего человека глядящая на дело рук своих.

Лампа взмахнула рукой. Вокруг нее замелькали искры.

Големы ускорились. Время потекло вспять быстрее.

Да. По ту сторону силового поля, преградившего нам путь, стремительно отматывалось назад само время.

Это уже не просто высшая магия. Это нечто чудовищное по силе. Только это слово подходит. Чудовищное по силе. Подобной магией не обладают даже боги. А тут ее использовала девчонка новичок. И умело с ней обращается. Очень умело. Что за магия…

- Остановись! – крикнул Друмбос.

Мы сохранили молчание.

- Надо достучаться до нее! – недоумевающе взглянул на нас полуорк, перевел взгляд на учителя – Мастер Бом! Надо достучаться до нее!

- Успокойся, Друм – проворчал «ишак» - Ты еще не понял? Она засланец. Из другого клана. До не достучаться. Мы для нее не друзья. А просто цели. Да, тварь?

Лампа дернулась. Промолчала. Быстрее зашевелила пальцами. Происходящая «отмотка» назад стала такой быстрой, что почти невозможно отследить происходящее. Големы исчезли. На их место пришли жрецы. Они деловито воспользовались магией. Установили портал. Один из них начертал несколько светящихся знаков в воздухе.

Стоп.

Лампа резким жестом остановила магию. Жрец послушно повторил манипуляции.

И еще раз повторил.

Лампа сделала секущий жест.

Магия мигнула и пропала. По ту стороны стены только она и изуродованный портал. Отмотка времени – только призрачная. Иллюзия. Я с облегчением вздохнул.

И тут…

Она достала из поясной сумки новый свиток. Я такой не видел. Он полосатый как зебра. Но каждая полоска своего цвета. С каждой стороны свитка свисает по три печати на золотых ленточках.

- Это магия Оракула! – выдохнул потрясенно Храбр – Я уверен! Самого Оракула! Того что предсказал падение богов! Но это невозможно! Эту магию невозможно у него получить! Просто невозможно!

Полосатый свиток разлетелся прахом. Тяжелый рокот. Бакены портала вздрогнули и начали возвращаться на место сами собой. Это уже не иллюзия… а самая настоящая отмотка времени назад. Такой магии воочию мне наблюдать не приходилось никогда.

Несколько секунд… и вся наша недавняя работа оказалась насмарку. Пред нами находился целехонький портал.

- Прости, боссу – повторила Лампа как заведенная.

Повернувшись к нам спиной, сгорбленная, съежившаяся, она выглядела потерявшейся маленькой девочкой. Но действовать продолжала быстро и слажено. Мы наблюдали. Это все что нам оставалось. Мы не более чем зрители на данном шоу.

Лампа рисует в воздухе несколько светящихся символов – я уже видел их. Такие рисовал в недавней иллюзии высший жрец Ивавы, один из тех, кто построил портал.

И портал откликнулся.

Загудел. Задрожал. Вспыхнул. С шипением воткнулся в потолок энергетический столб. Вниз полетела соляная пыль, засверкавшая миллионами бриллиантов в энергетическом сиянии.

- Прости, боссу. Прости.

С этими словами больше не обернувшаяся Лампа шагнула в портал и исчезла. Портал прогудел еще немного и затух. Магическая стена не исчезла. Я в сердцах врезал по ней кулаком.

- Чтоб нас… у ней получилось.

- И хорошо-о-о… - протянул Орбит.

- Что хорошего? – недоумевающе произнес Друмбос, разведя ладонями – Что хорошего, чувак?

Вспышка.

Загудевший портал снова ожил. Опять летит вниз алмазная пыль.

Вспышка…

- Здравствуй, милый Росгард – на соль ступила изящная белая туфелька – Рада снова видеть тебя, мой доблестный верный рыцарь.

- Гвиневра – ответил я – Ты…

- Ну конечно же я – улыбнулась глава клана Золотых Тамплиеров – Конечно же я. Ты сдержал слово. Нашел Белый Дельфин. И Поглотитель Душ. Не подвел…

За плечом Гвиневры встала грозная стальная фигура.

Рыцарь Фагнир Некроз.

С тихим ржанием сквозь портал прошел огромный боевой конь. Не его спине восседала лохматая девчонка в растянутой футболке и шортах, болтающая босыми ногами и смотрящая на мир исподлобья.

Затем как прорвало. Из портала один за другим появлялись игроки ведущие за собой питомцев.

Десять.

Двадцать.

Тридцать.

Сорок.

Коридор уже переполнялся.

Все Храмовники сгрудились с той стороны. Мы стояли перед ними. Жалкая кучка авантюристов против целой армии.

- Простой отойди в сторону, добрый милый Росгард – улыбнулась Гвиневра еще раз – Мы сделаем все сами. И да – наш уговор в силе.

- Ты нарушила наш уговор – не согласился я.

Мы стояли друг против друга. Нас разделял только магический барьер.

- Если только немного. Но на то я и женщина. Не так ли? Мы такие переменчивые…

- Лампа – крикнул я, глядя мимо белой волшебницы.

Из-за спины человека воина в задних рядах робко выскользнула фигурка. Глянула на меня.

- Зря ты так! Мы ведь приняли тебя в семью!

- Я ее семья! – отрезала Гвиневра – Я! Хватит игр, Росгард. Сейчас магия спадет. Отойдите к стене. И не мешайте.

Загудевший портал вспыхнул.

Все вздрогнули. Повернулись к источнику шума. Подкрепление храмовников? Но почему они так удивлены? Видимо подкрепление ожидалось, но не так скоро.

На соль ступила нога в черном коротком сапожке. Изящная тонкая фигура хищно скользнула вперед. Рядом встал воин в алых доспехах. С другой стороны замер еще один игрок. На соль упал сверкающая цепь. Через портал один за другим проходили игроки. Между Храмовниками и новоприбывшими вспыхнула еще одна энергетическая стена. В этом коридоре становится многовато барьеров.

- Всем доброго времени суток – приветственно улыбнулась Черная Баронесса – Привет, Рос. Привет, Орбит. Вы не поверите каких трудов мне стоило сюда попасть! Просто не поверите!

- Баронесса! – шипение сорвавшееся с губ Гвиневры больше подошло бы взбесившейся гадюке – Ты!

- Ну конечно же я, милая подружка.

- Ты!

Портал заревел. Не загудел. А заревел. И на этот раз сияние было не белым, а зеленым с черными искрами.

Вспышка!

И портал разлетелся на куски. Разметало бакены. По вздрогнувшим стенам, потолку и полу побежали глубокие трещины. Те, кто был ближе к порталу попадали на землю. Все замерли. Все без исключения. И все без исключения смотрели во все глаза на последнего прибывшего.

Тут было на что посмотреть.

Посреди выжженного пятна, среди руин портала, стоял гигантский клыкастый скелет в черном плаще. Безглазый череп смотрел прямо на меня. Когти на беспрестанно шевелящихся пальцах резали воздух.

- Букаш-ш-шки – прошипел скелет – Как смеете вы посягать на мое…

Аньрулл явился.

Рядом со мной тихо зафыркал от удовольствия лысый эльф.

- Хм… - задумчиво изрек я – Ладно. Вот это уже действительно весело. Молодец, Орбит. Один вопрос – как?

Подаривший мне широченную улыбку эльф взмахнул рукой, как в тот раз, когда посылал призраков в атаку на Лампу, открыл рот, чтобы пояснить. Но Аньрулл повторил свой вопрос. И на этот раз от его рева задрожал весь коридор, а с потолка уже не пыль посыпалась, а полетели немалых размеров глыбы соли.

- КАК СМЕЕТЕ ВЫ ПОСЯГАТЬ НА МОЕ?! НА МОЕ!

На обращенный ко всем вопрос бога не ответил никто.

Почему?

Потому что все пребывали в глубоком шоке.

Я не ожидал предательства Лампы, появления Гвиневры и Храмовников.

Гвиневра не ожидала появления Баронессы.

И вообще никто – кроме Орбита – не ожидал появления страшнейшего бога – Аньрулла.

А еще – портал разрушен. В хлам разбит. Пути отсюда нет ни у кого. Если только найти его там – в пещере с Белым Дельфином. И подкреплению сюда не прибыть ни к кому.

Страшный бог смерти Аньрулл.

Сорок с небольшим Храмовников.

Двадцать с небольшим Неспов.

Крохотная моя группа.

Временно спящие в пещере могучие боевые големы санстоуны.

Дремлющий во чреве Дельфина темный могущественный артефакт.

Такой вот расклад…

И надо бы кое-что сменить в этом раскладе прежде, чем начнется бойня. И так понятно кто тут главный силач и самодур.

Но лично я предпочел для начала заняться не переговорами, а тактикой. Коротко дернул головой в сторону пещеры. Понявший меня Бом схватил за плечо Друма. Дернул. Храбр и Мистри отступили следом. Орбита пришлось отволочь мне – тощий эльф с нескрываемым радостным ожиданием в глазах пялился на замерших в коридоре участников затевающейся игры. Орбит ждал разудалой бойни. Он жаждал хоть чего-то интересного.

А я жаждал одного – чтобы мы, самые слабые и молодые здесь, не сдохли первыми. Не позволю обращаться с нами как с пешками, брошенными на штурм и затем переставшими иметь ценность.

- Росгард! – рык божества заставил меня замереть и вопросительно взглянуть на Аньрулла – Кто они?

- Эти с нами – мой палец без колебаний указал на Баронессу и широким жестом махнул на ее спутников – Доблестный клан Неспящих. А вот эти – я указал на Гвиневру, Некроза, девчонку на коне и прочих Храмовников – они попали сюда предательским путем и хотят заполучить Поглотитель Душ.

- Росгард! – восклицание Гвиневры было переполнено звенящими нотками – У нас был договор!

- Который ты нарушила! – опустив голову, я взглянул на волшебницу исподлобья – Ты нарушила! Засылаешь к нам шпионов? Бьешь нас в спину? Хорошо же! Вот и получай!

- Как смеешь ты говорить так с самой Гвиневрой! – Фагнир Некроз тяжело шагнул вперед, уперся шлемом в замерцавшую магическую стену – Кем себя возомнил? Убил тебя однажды – убью и снова!

- Да пошел ты! – ответил я и, шагнув вперед, прижал к магическому барьеру оттопыренный средний палец – Мы смерти не боимся! Убивай! Придет время – я лично оторву твою железную башку!

- Ты! – отшатнулся Фагнир.

Тихо засмеялась Черная Баронесса. К ней присоединился гулкий бас Алого Барса. Зашелся чуть визгливым смехом Шепот. Одобрительно хлопал меня по плечу Бом. Крутил восторженно головой Храбр.

- Твоя смелость безгранична, Росгард Славный – не промолчала госпожа Мизрелл.

Чуть сместившись в сторону, я глянул на понурую Лампу. Вздохнул. Пошел было прочь. Но резко затормозил, повернулся к Аньруллу. Вовремя. Его черный плащ вздулся куполом. Разошлись в стороны грозные когтистые руки. Бог смерти приготовился убивать.

- Постой, бог Аньрулл! – крикнул я – Постой!

- Я слушаю, Росгард. Но поторопись… поторопись! Меня терзает жажда крови!

- Там за коридором пещера. В ней корабль Белый Дельфин. А вокруг множество только и ждущих тебя врагов! Ждущих именно тебя – темного бога Аньрулла, что однажды обязательно явится за своим добром.

- Я сокрушу любого, кто осмелится встать у меня на пути! Каждый падет!

- Может быть – согласился я – Ты силен. Но ты долго спал. Что ты слышал о таких воинах как санстоуны?

- Я вырву их души! А затем заставлю их повергнутые останки служить мне!

- У них нет душ. Их тела из камня. Это боевые големы из освященного камня. Они служат только Иваве и ее жрецам. И сейчас, когда Ивава пробудилась, санстоуны стали вдвое сильнее. Равно как и вся магия, коей пропитана пещера с Белым Дельфином. Санстоуны страшные соперники! Ты легко справишься с одним из них. С пятью. Но тут их куда больше. И кто знает сколько еще сюрпризов скрывает пещера? Ты видишь сквозь ее стены? Есть ли скрытые ловушки? Другие опасности?

Тишина…

Аньрулл захлопнул пасть. Сжал пальцы в кулаки. Черный плащ мягко опустился и повис.

Он опять доказал насколько умен. И как быстро может переключаться между состоянием бешеной злобы и полным хладнокровием. Безглазый череп повернулся. Аньрулл внимательно осмотрел стоящих в коридоре игроков. Щелкнул пальцами дважды. И дважды со звоном лопнули магические стены, перегораживающие коридор.

- Росгард и его спутники находятся под моей защитой – пророкотал скелет – Любой, кто посягнет на их жизнь будет проклят мною! Я знаю про ваше бессмертие – и поверьте, я смогу обратить его против вас! А теперь… когда мы встретились в этом месте… я готов выслушать ваши оправдания. А также ваши пояснения того, как собираетесь искупить свою вину за попытку воровства! Баронесса… мы встречались уже… я запомнил тебя… ты практична и умна. Я не верю, что ты явилась сюда лишь ради Росгарда. Нет. Тебя вели иные цели. Если поможешь мне вернуть Поглотитель Душ – я щедро одарю тебя!

- Я согласна! – ответ Баронессы прозвучал мгновенно. Она открыла рот еще до того, как Аньрулл произнес последнее слово – Мы поможем тебе! И если придется – погибнем здесь в попытке достичь цели. Даю тебе слово главы клана Неспящих! Слово Черной Баронессы!

- Твое слово услышано! – припечатал Аньрулл и повернулся к Гвиневре – Ты… с тобой не придется и торговаться. Ведь ты привела сюда свою дочь – на ее беду.

- Инвазию ты не тронешь! – Фагнир Некроз встал стеной между темным божеством и сидящей на лошади девчонкой. В его руки возникло окутанное белым свечением копье – Не тронешь!

- Рыцарь – насмешливо произнес Аньрулл, умудрившись вложить в это обычно благородное слово столько презрительности, что «рыцарь» разом встал на одном уровне с «отребьем» - Такой грозный и такой сильный…

Аньрулл не шевельнул и пальцем. Но Некроза отбросило назад как от пинка в живот. Стальные сапоги заскрежетали по соляному полу. Спиной он налетел на фыркнувшего коня, что тотчас ступил вперед, стремясь защитить хозяина.

- Не тронь его! – за выкриком последовало действие.

Привставшая Инвазия подалась вперед и метнула несколько блеснувших стеклом предметов. Звон. Застучавшие по полу осколки. Недовольным взмахом бог смерти рассеяло образовавшееся вокруг него туманное облако. Остатки сгорели во вспыхнувшем зеленом пламени.

- Меня не одолеть болезнями, дитя! Я Аньрулл! Я тот, кто приходит уже после того, как твои болезни губят жизнь! Я тот кто стоит за мучительной агонией от насланных тобою хворей! Тебе меня не одолеть, юная богиня!

- Пока что! – вставшая в седле во весь рост девчонка гордо откинула голову назад – Пока что! Но и ты падешь!

- Как смеешь ты – шатнулся вперед древний скелет, потянул к ее шее удлинившейся рукой. Фагнир замахнулся копьем. Гвиневра скрестила руки перед грудью. Из рук Лампы ударил яркий свет направленный в череп Аньрулла.

- Вы еще подеритесь! – рявкнул я – Ага! Повторюсь – мы нужны друг другу! Хотите глотки рвать? Ради бога! Но меня послушайте минуту!

Аньрулл остановился первым. Этого хватило. Все же тут не было глупцов. И все понимали, что силы неравны.

- Коридор. Дальше большая пещера с кучей врагов – начал я снова перечислять – Где-то там должен быть второй выход. Где-то. Где именно – неизвестно. Глядя на разрушенный портал, хочу спросить только одно – его возможно восстановить?

- Я напитал его силой своей. Он не выдержал – отозвался Аньрулл – Его не восстановить.

- То есть – второй выход искать придется – подытожил я – И мало того, что враги сильны. Так тут еще и КАПС! Поэтому, если хотим выжить и выбраться, нам понадобится каждый воин. Теперь обо мне и моих друзьях – мы сюда пришли налегке. Ничего ценного не взяли. Мы разведчики. Погибнем – ну и хрен с ним. А вот остальные… вижу все в лучшей экипировке и с лучшим оружием сюда явились? Воскреснете на той стороне – думаете вернуться сюда сумеете? Вход уничтожен. Выход не найден. И оттуда его не отыскать! Только изнутри! Кто может отсюда уйти прямо сейчас? Наверное, бог Аньрулл. Сможет пробиться личной телепортацией. Уйти сможет, но не захочет – потому что здесь Поглотитель Душ.

- Я уйду отсюда только с ним! – последовало подтверждение моего вывода.

- И получается все мы здесь заперты. Освободиться можем только через смерть. Или, когда отыщем выход. Но выход отыскать сможем только вместе. Разделимся – и нас истребят местные стражи. С санстоунами не пошутишь. Они быстро нас в соль вобьют! Справиться – если это вообще возможно – сможем только вместе! Мы с Аньруллом и Неспящими. А что скажут Золотые Тамплиеры?

И снова тишина. Густая тишина. Все смотрят на Храмовников. А Храмовники смотрят на Гвиневру. Тогда как Гвиневра смотрит только на Черную Баронессу. Смотрит неотрывно. Красивое, если не сказать уникальное по дизайну лицо Гвиневры искажено странными эмоциями. Там много чего намешано. Любовь и ненависть я вроде угадал. Но там много и другого… намешано всего-всего.

Пусть Гвиневра ненавидит ЧБ. Пусть. Но позволить злобе и ярости охватить себя в данный момент?

Серьезно?

В данный нелегкий момент?

Я бы хотел гордо заявить, что Тамплиеры зажаты между враждебными им силами. С одной стороны, Аньрулл и Неспы. А с другой к мягкому брюху Храмовников прижат острый меч доблестного клана ГКР. И враг трепещет в смертном страхе…

Но фигу.

Верю, что одного-трех Тамплиеров нам прикончить удастся. Утащим с собой на возрождение. Но не больше трех.

Поэтому ситуация такова – коридор оканчивается тупиком. В тупике бог смерти и Неспы. Потом Храмовники. А затем мы – причем аккурат стоим на пути Тамплиеров к пещере и возможному спасению. Учитывая невозможность призыва подкрепления, они вряд ли верят в свои шансы заполучить божественный артефакт. Вариантов у них всего два.

Первый – бежать! Проломиться сквозь нас, гэкээровцев, и бежать в пещеру, искать выход, заодно проверяя можно ли достичь корабля. Ну и попутно будя толпу священных боевых големов.

Второй – примкнуть к нам и поступившись собственными интересами попытаться сообща добыть артефакт. Само собой они могут лишь притвориться. А затем ударить в спину. Самый вероятный вариант. Я бы поступил именно так.

Так бы поступил любой мало-мальски опытный лидер.

Так бы поступила и Гвиневра.

Но сейчас на ее лице из эмоций было все что угодно, но только не хладнокровие и мудрость кланового лидера.

- А что скажут Золотые Тамплиеры?

Гвиневра молчала.

В дело вступил Некроз. Этот безумный фанатик, что казалось не играл, а жил в мире Вальдиры, убрал копье, поднял стальной кулак и пророкотал:

- Тамплиеры за переговоры!

- Давайте поговорим – улыбнулась ЧБ.

Я бесцеремонно влез:

- Никаких переговоров. Условия просты – либо Тамплиеры с нами и переходят под подчинение Баронессы. Либо они против нас и давайте устроим жаркую драку прямо сейчас.

- Ты! – опять взъярился Некроз.

На меня уставилась куча взглядов. В большинстве читалось удивление – какая-то шмакодявка из новорожденного клана условия тут ставить пытается. Было удивление и другого рода – оно исходило от Неспящих.

- Гордая Гвиневра не склонит голову перед ненавистной Баронессой! – объявил конный рыцарь Фагнир.

Короткая тишина.

Я, будто не услышав, продолжаю:

- И при этом, так как у нас нет веры к предательски действовавшим Золотым Тамплиерам, я требую, чтобы они открыли для нашего досмотра свои инвентари. И клан ГКР изымет в свою пользу все излишки. Что за излишки? А мы сами решим!

- Да пошел ты! – холодно и жестко заявил незнакомый мне храмовник с булавой и ростовым щитом. Стоящий рядом с ним черный медведь коротко рявкнул, поддерживая хозяина.

- Я-то пойду – пообещал я – А вы все тут поляжете! А могли бы пройтись, принять участие в большом и уникальном приключении!

- Тебя первым завалим, говорун – донеслось из рядов Храмовников – Ты уж точно участие не примешь в большом приключении!

- Посмотрим – пожал я плечами – Такие вот условия! Черная Баронесса действует с богом Аньруллом сообща. Храмовники переходят в прямое подчинение Баронессы. Клан ГКР остается независимым. Мы действуем по своему усмотрению! Это тоже условие! Мы не станем выполнять ничьих приказов!

- А не слишком ли много на себя берешь, мошка? – и снова от Храмовников. В голосе говорившего слышится злость, обида, недоумение и… беспомощность – И с какого перепугу я должен тебе инвентарь предъявлять?

- С этого! – я указал на Лампу, и та съежилась еще сильнее.

- Опупел?! Так было, есть, и будет! Кроты – часть клановой стратегии! Думаешь твои любимые Неспы лучше? Думаешь они к вам никого не заслали?! Ты бывший Нави! Да весь твой сраный клан на две трети из кротов состоит!

- Сраный клан? – повторил я – Ну-ну. За оскорбление моего клана излишков заберу вдвое больше!

- Ты еще не понял?! Я! Не! Открою! Свой! Инвентарь!

- Значит сдохнешь! – отрезал я.

- После тебя!

Ударившую в меня стрелу я увидеть не успел. И вторую тоже. Прилетевший кинжал заметить не сумел. Быстро были пущены и брошены. Но Бом успел. Его щит даже не дрогнул, приняв на себя вражеские гостинцы.

Аньрулл щелкнул пальцами.

Среди Храмовников вспыхнуло два черно-зеленых чадных факела. Две бенгальские свечи, горевшие две секунды ровно. Прямой удар бога. Два игрока умерли почти мгновенно.

- Я предупреждал – заметил Аньрулл, ощерившись в своей любимой клыкастой усмешке – Так люблю, когда меня заставляют доказывать крепость своего обещания…

- Мы согласны при одном условии! – ожила Гвиневра. Глянула на ЧБ. Рывком отвернулась, взглянула на Аньрулла и повернулась ко мне – Только при одном условии!

- Каком?

- Нами не будет командовать она – дрожащий палец белой волшебницы указывал на спокойно стоящую Баронессу.

И палец так дрожал, что больше подошел бы умирающему от тремора всех конечностей и костей алкашу.

- Только не она! Пусть кто угодно, но не она! Не она!

- Хм… - повела плечом ЧБ – Ты все такая же, подружка.

- Замолчи!

- Да-а-а… - протянул я.

- Да-а-а… – протянул Бом.

- Да-а-а… - протянул нависший над нами Аньрулл, переместившийся за наши спины.

- Тут обида очень давняя – тихо продолжил я. И бог и «ишак» синхронно кивнули. После чего Бом повернулся к богу и заметил:

- Артефакт твой. Остальное наше. Справедливо?

- Хм… - задумался Аньрулл – А если там еще что из могучего…

- То оно станет нашим – радостно улыбнулся полуорк – Корабль, кстати, тоже наш!

- Алый Барс? – спросил я у Гвиневры.

Помолчав секунду, так кивнула:

- Хорошо. Мы подчинимся его приказам.

Бред какой-то. Гвиневра не может не понимать, что Алый Барс будет получать указания от ЧБ по внутренней связи и просто передавать их Храмовникам. Но она готова осознанно поверить этой иллюзии…

Но ведь это глупо – лишняя задержка! Пока ЧБ напишет Барсу, пока тот озвучит Гвиневре… в горячке боя даже доля секунды на вес золота! Может попытаться убрать лишние звенья цепи? Хотя…

Кажется, я невольно наткнулся на лежащую в зеленом поле старую навозную лепешку. Немного поковырял ее носком сапога. Почувствовал еще не выветрившуюся вонь. И теперь раздумываю – а может наступить на навозную лепеху и посмотреть, что получится? Нет уж. Мне только в женские разборки встревать не хватало.

- Вот и отлично – сказал я и посмотрел на ЧБ – Мы тебе не подчиняемся. Но прислушаться к советам и просьбам можем.

- Так ведь всегда только так у нас и было – подарила мне Баронесса чарующую улыбку. Но у нее не получилось это так мастерски, как у Гвиневры – кою по моему скромному мнению дилетанта можно было сразу отправлять на сцену Большого Театра.

Посмотревший на улыбку сестры забулькавший Орбит согнулся пополам и едва сумел просипеть:

- Никогда замуж не выйде-е-ет… всегда одинок-а-а-а…

Надо отдать должно – Баронесса сумела промолчать.

Что удивило – Гвиневра ожила, выпрямилась и с искренним интересом уточнила:

- Одинока? Погоди… Так ты не с ним?

Половина мужиков навострила уши. Аж вперед подались. Да куда там половина – все мужики за исключением глухих. Алый Барс снял шлем. Поковырялся пальцем в ухе. Прочистил. Замер.

Баронесса сумела промолчать. Еще раз.

- Он бросил тебя! – Гвиневра торжествующе уперла кулаки в бока – Бросил!

- Кто ее бросил? – шепотом осведомился у меня Аньрулл.

- Парень наверно – ответил я тоже шепотом.

- А за что бросил? – ткнула меня в бок пальцем Мистри. Она говорила в полный голос. Да и шепот Аньрулла шепотом назвать было с большой натяжкой – За что бросил то? Пьющая-гулящая? Сопящая-храпящая? Аль… не приведи боги… на кухне как рыба на суше, а в постели как на кухне?

- Ну этого я не знаю – признался я – Чего не знаю, того не знаю. Но вроде не храпит! И пьет вроде в меру.

- А ты где прислушивался-то? – впился в меня хищный взгляд Гвиневры, белая волшебница ступила вперед – А? Где споить ее пытался? А?

- Э-э-э… - выдавил я – Так мы идем в битву со священными големами?

- Давай еще послушаем, Рос! – попросил меня совершенно незнакомый парень из Храмовников – В дружбу!

- Я тебе не друг!

- Но мог бы им быть, верно?

- Пусть хотя бы скажет за что он ее бросил! – поддержал Аньрулл.

- ДА ВЫ СОВСЕМ ОБАЛДЕЛИ ЧТО ЛИ?! – вопль разъяренной Баронессы раскатился по коридору и, несомненно, достиг слуха спящих големов. Плохого ничего не случилось. Либо сон был крепок. Либо санстоуны тоже желали знать, за что именно бросил Баронессу некий парень.

- Неспящие! Готовиться к бою! – звенящим голосом отдала ЧБ приказ.

Барс поспешно напялил шлем. Кашлянул. Начал изрыгать приказы, выстраивать силы. Повернувшись, отдал такой же приказ Гвиневре. Та, что удивительно, даже и не попыталась промедлить. Взмахнула рукой. Золотые Тамплиеры пришли в движение. На лице Гвиневры цвела веселая улыбка.

Аньрулл еще раз щелкнул пальцами. Из-за пояса Лампы вылетела книга. Упала на пол. Раскрылась. К потолку взмыли радостно воющие призраки. Сделали победный круг и вернулись к Орбиту. Они даже не заметили легкое прикосновение бога смерти. Равно как и того, что стали куда ярче и быстрее.

Осмотревшись, Аньрулл топнул по соляному полу. Тот пошел глубокими трещинами. Бог попытался присмотреться. Зло топнул еще раз. Взмахом руки вбил в глубокую трещину черно-зеленую волну магии. Через пару секунд из трещины показалась костяная рука. Вцепилась в пол. Напряглась, вытаскивая своего хозяина – скелета в шлеме с шахтерским фонарем. Следом вылезли еще пятеро. Встали неподвижно в ожидании приказа.

Нежить.

Трехсотые уровни.

Непомянутые – таково их именование.

Представляю их силу и умение. Я уже видел в деле личную гвардию Аньрулла. Но сюда он их призвать, по-видимому, не мог – мешали пласты соли. И поэтому бог смерти пользовался тем, что имел. Сгодились даже кости погибших шахтеров.

Взмах когтистой руки вбил в пошатнувшихся зомби волну светящейся магии.

Непомянутые достигли четырехсотого уровня. И без того ярко светящиеся глазницы запылали как адские печи. Нашлемные фонари послали мощные лучи мертвенно-зеленого света. Стоило одному такому лучу задеть чьего-то питомца мангуста, как зверь запищал, его здоровье просело, сам он с трудом отпрыгнул в сторону от убивающего света. А ведь скелет даже не атаковал – просто повел головой разминая хрустящую шею.

Получив безмолвную команду, четверо умертвий встало за спиной Аньрулла. Пятый занял позицию рядом со мной. Уставился исподлобья на Храмовников, свет его фонаря бил в пол между ими и нами. Хочешь поджарить пятки – наступи в пятно света.

Инвазия, потенциальная богиня, владелица башни и пня-пожирателя, если меня не обманывает память, любимица Фагнира Некроза и дочь Гвиневры, внимательнейшим образом наблюдала за действиями Аньрулла. Сидела неподвижно, шевелились только ее глаза, неотрывно глядящие на бога смерти. Девчонка чем-то напоминала сову.

- Росгард! Глава клана ГКР!

- Слушаю? – повернул я голову к Гвиневре.

- Признаю, что от нас был заслан крот. Но, как и было раньше сказано – это все часть большой и бесконечной игры кланов. Однажды ты поступишь точно так же. А потом снова и снова. Информация – ключ к выживанию, славный Росгард. Таков прекрасный мир окружающий нас.

- К чему ты?

- Ты все сделал как надо. Поступил как настоящий мужчина. Я не забуду своего обещания.

- Отрадно слышать. И?

- Она так кротка с тобой, а ты столь спесив! – взревевший Некроз не двинулся с места, но обуревавшую его ярость можно было буквально увидеть, настолько сильной она была.

- Ты считаешь меня виноватой. Пусть так – Гвиневра склонила голову, колыхнулось белоснежное платье – Но мои воины пред тобой невиновны. Мы прибыли сюда спешно. В их карманах и мешках много личных вещей. Очень личных. А ведь личный обыск еще и унизителен…

Ложь.

Никто не будет таскать с собой нечто очень личное и дорогое. Убьют. Ограбят труп. Утерянное не вернуть. Да еще и дашь о себе кучу сведений и поводов для насмешки – я помню историю игрока носившего у сердца любовную переписку с «местной». Когда его убили и забрали письма – отрывки текста цитировали потом повсюду. Как и стихи. Игрок пошел на реролл. А «местная» таинственным образом погибла за день до этого.

Да. Кто-то может прихватил с собой пару квестовых предметов или писем – просто не успел выложить.

Но. Опять же. А если нас всех положат в соляной пещере?

Так и так предметы будут утрачены.

Вопрос в другом – стоит ли мне сейчас нагнетать?

- Что ты предлагаешь, Гвиневра?

- Учитывая происходящее… мы выплатим тебе виру за причиненную обиду.

- Я не обижен. Я зол – поправил я – И не надо про кротов и правила клановых войн. У нас был договор.

- Какой договор? – встрял Аньрулл.

- Позже поясню – тихо ответил я – Он касался поиска Белого Дельфина.

- Позже – кивнул гигантский скелет.

- У нас был договор – продолжил я – Ты нарушила наши соглашения.

- Признаю. И предлагаю виру. Выплатим прямо сейчас. Свитками, золотом, элитными боеприпасами. Отдадим столько, что не унесете.

- Ты не волнуйся – унесем! – хмыкнул Бом. Стоящий рядом с ним Друм широко-широко осклабился и закивал в подтверждение.

- Ишак – проскрежетал Некроз.

- Шпрот с зубочисткой в заднице! – не остался в долгу Бом – Знай свое место, малек! И меньше гуди в своей консервной банке! Пока банку не помяли!

Ого…

Столь уверенный и жесткий голос, это выражение лица…

Бом всегда был деловит и уверен в себе. Всегда восхищался его практичностью и прагматичностью. Но тут… тут зарычал матерый седой зверь и зарычал именно на едва вставшего на лапы котенка.

- Хорошо – кивнул я Гвиневре, с трудом оторвав взгляд от Бома – И пусть вира будет щедрой.

- Она будет – ответила Гвиневра – Воины мои! Славные воины! Передать треть от запасов своих доблестному воину Бому! Не скупитесь!

- Так и знал, что мы наткнемся на бесхозные кучи сокровищ – осклабился Бом, подталкивая ученика вперед – Пошли нагружаться. Пакуй плотнее. Там где треть – там и половина.

- С радостью, мастер! Мои кармансы готовы к загрузке!

- Магию в свитках бери только высшего ранга! Никакой меди – серебро и золото! Греби ювелирку. К черту хлам.

- Понял, мастер!

Процедура принятия виры шла быстро и штатно. «Ишаки» действовали профессионально. «Ощипывали» быстро и четко. Порой Бом рявкал, отвергая приношение. «К черту хлам» - как он заявил.

- Построение завершено! – во всеуслышание заявил Алый Барс еще через несколько минут.

Бойцы Неспящих заняли позиции. При этом они держались вместе. Этаким небольшим чуть вытянутым плотным шаром ощетинившимся оружием. Никого из чужих не допустили в свои ряды. Золотым Тамплиерам предлагалось двигаться впереди – Барс уже построил их.

Если взглянуть сверху, то, как мне кажется, будет что-то вроде стрелы. Оперение – Неспящие. Древко и наконечник – Тамплиеры. Рядышком точка – ГКР и Аньрулл с нежитью.

- Мы готовы выступать – Баронесса потянулась всем телом, бросила косой взгляд на ответившую тем же Гвиневру – Ну что, подружка? Как в старые добрые времена?

- Он стоил того? Стоил? – поинтересовалась белая волшебница.

- Нет – коротко ответила Баронесса – Не стоил. Готова убивать?

- К этому я готова всегда.

- Готов и я – проскрипел Аньрулл.

- Одни убийцы вокруг – вздохнул я – ГКР готово! Можно выдвигаться!

- Двинулись шагом! Разведка – вперед!

Колонна качнулась и пришла в движение, двигаясь мимо нас. Я махнул рукой, и мы пошли рядом с ними. Сзади шагал Аньрулл, топали скелеты.

Неслышными тенями вперед ушли два разведчика. Один от Тамплиеров. Девушка. Второй от Неспящих – Шепот – успевший мне подмигнуть, пробегая мимо.

- Храбр, Бом, Орбит – тихо окликнул я – Берегите госпожу Мизрелл как зеницу ока! Она умереть не должна!

- Принято, босс.

Орбит кивнул. Храбр показал большой палец.

Хорошо.

Разномастный отряд медленно двигался к пещере с Белым Дельфином. Такое ощущение, что мы дружно шагаем прямиком в клыкастую пасть неведомого чудовища.

Еще пара шагов и нас проглотят.

Но даже если и проглотят – я сделаю все, чтобы кланом ГКР чудовище подавилось.


Глава восьмая.

«Он нас всех погубит» - решил я, глядя, как Шепот забрался на вершину соляного бугра и с нее пристально вглядывается в следующий участок пути.

Думаю, так подумал не только я один – ведь внутри облюбованного Шепотом наблюдательного пункта скрывался санстоун. Каменная молотилка способная истребить все живое и мертвое вокруг себя за несколько секунд. Но непохоже чтобы Шепота смущала смерть под пятками. Он стоял в расслабленной позе и приглядывался. Рядом с бугром лежал второй разведчик – от Тамплиеров. Тихушники действовали сообща, помогая и подстраховывая. Тут не до распрей – надо завершить важное общее дело.

Следом за разведчиками медленно двигался главный отряд. Благодаря действиям опытных разведчиков было обнаружено четыре ловушки. Причем ловушки такие, что легко прихлопнут целую группу одним махом. Я аж вздрогнул, когда увидел бесшумно вылезшие из соляного поли жуткие стальные лезвия. Вздрогнул не от вида самих лезвий – а они реально были жуткими, шипастыми, синеватыми, будто сами тянулись к жертвам. Нет. Я вздрогнул от внезапности – лезвия выскочили из пола с такой скоростью, что избежать их удара было попросту невозможно. Не уйти даже самому быстрому из нас. Тут установлены ловушки не просто элитного класса. Тут экстра-класс.

Наблюдал я за происходящим со стороны и сверху. Когда все поперли прямо, я предпочел свернуть налево от входа в пещеру и вдоль стеночки добраться до соляного утеса с плоской вершиной. Люблю утесы. Особенно роковые. Идти всего ничего. Риск минимален – преодолев выбранный мною маршрут мы не приблизились к Белому Дельфину ни на шаг.

Интересна реакция моих сокланов.

Удивление проявили только двое – Храбр и Друмбос. Храбр удивленно глянул, но промолчал, не пытаясь задавать лидеру вопросы. Друмбос не утерпел и рубанул с плеча – почему мол все к кораблю прут, а мы от него. Но и он спросил правильно – тихо и спокойно задал прямой вопрос. Остальные восприняли мое решение одобрительно и с пониманием.

Осторожно поднимаясь по соляному хрусткому карнизу, я пояснил – так просто там не пройти. Так просто путь не расчистить. На корабле находится божественный артефакт. И, стало быть, вокруг нас смертоносная зона. Сейчас этого не видно лишь по одной причине – охрана спит, лишь некоторые ловушки сработали, а кланы тоже ничуть не приблизились к Дельфину. Кланы подобно голодным псам кружат и кружат вокруг корабля, меряя пространство пещеры мелкими шажками и пытаясь подобраться ближе к миске с мясной костью – к Поглотителю Душ.

Мы добрались до вершины прилепленного к стене пещеры утеса и уселись. Здесь я настоял, чтобы были вскрыты наши съестные припасы. Мы игроки. В еде не нуждаемся. Мистри – «местная». Ей надо есть и пить. Иначе она ослабнет. Ей надо еще и спать. Чтобы госпожа Мизрелл не чувствовала себя неудобно, я попросил и остальных присоединиться к походной трапезе. На переносном миниатюрном алхимическом примусе зашумела кастрюлька с водой. Друмбос крупно резал колбасу. Храбр умело шинковал спелые томаты. Док что-то успокаивающе шептал огурцам, склонившись над ними со скальпелем. Орбит задумчиво глядел на пучок луркианского зеленого лука. Тот в ответ тоже пялился и угрожающе шевелил мясистыми стеблями. Мы с Бомом глядели с утеса на происходящее в пещере.

- Око видит, да зуб неймет – заметил Бом.

- Точно сказано – согласился я.

Там внизу два клана наворачивали круги. На самом деле как псы голодные. Кружат и кружат. Кружат и кружат. Наблюдать интересно. И достаточно понаблюдать треть часа максимум, чтобы понять – мы здесь надолго застряли.

Ни Неспящие, ни Тамплиеры не могли нащупать путь.

С какой только стороны они не заходили. Как только не пытались. И везде их ждало разочарование.

Вот узкий проход между двумя соляными буграми скрывающими санстоунов. Надо пройти не разбудив. Проходят. Натыкаются на свалившуюся с потолка груду соли. Начинают ее обходить – и впереди вздымаются зубья страшенного комбайна смерти. Ловушка молотилка высшего уровня. Сворачивают, идут вокруг груды в другую сторону – а там еще бугор с санстоуном. Они разворачиваются и возвращаются на стартовую позицию. Короткая пауза. Разведчики выискивают новую тропку. Вот вроде нашли. Подают скупые знаки. Нет и следа напускной бравады. Разведчики максимально собраны и до предела серьезны. От них зависит все. И у них пока ни черта не получается.

Коротко посовещавшись, они отправляют отряд по другому пути.

Те послушно как овцы следуют указаниям и вливаются в очередной проход – при этом как такого прохода не существует, вокруг ровное как стол открытое пространство с соляными буграми. Места для маневра, казалось бы, завались. Но это иллюзия. Ловушек под солью понатыкано столько… что если и удастся пройти, то крайне извилистым маршрутом. Там не только ловушки в их обычном понимании – прихлопнет, разорвет, разрежет, обезглавит и тому подобное. Насколько я понял по открытому общему чату, помогающему узнать многое, вслух не спрашивая и не рассказывая, тут целая прорва обычных сигналок. Сигнализации понатыкали везде. И сигналки простые как топор, магические, но накачаны божественной магий так туго, что того гляди лопнут сами по себе и зальются предсмертным воплем, что мгновенно вырвет из сна санстоунов.

А санстоуны должны спать.

Я помню ахиллесову пяту этих тварей.

Санстоуны пожирают уйму энергии. Просто уйму божественной маны, служащей им пищей и закачанной с избытком в их тела. Кому другому такого количества маны хватило бы на год. Этим же каменным убийцам, выйди они на боевую мощь, энергии хватит максимум на час. И это час простого боя, без использования особых умений. Если санстоуны будут просто ходить – часов двенадцать. Если хотя бы просто стоять, но поглядывать по сторонам – запаса маны хватит на пару суток пассивного ожидания. Чаще всего святых големов можно увидеть в храмах Ивавы. И неопытный посетитель решит, что это просто статуи поддерживающие портики навроде олимпийских титанов. Но если на храм нападут и санстоуны получат приказ пробудиться… любому недоброжелателю за пару минут придет конец. Колоссальная мощь и невероятная защита – сочетание против которого трудно устоять.

Вот поэтому санстоуны в соляной пещере спят. Выключены. Сейчас это на самом деле обычнейшие каменные статуи. Можно ходить мимо. Осторожно взбираться на бугры. Но стоит ненароком задеть магическую сигнализацию… и ужасающие гиганты разом сбросят с себя дрему…

- Бутерброды разбираем! – велела госпожа Мизрелл.

Каждый взял по истинно гномскому бутерброду такой толщины, что влезет не в каждый рот. Шмат колбасы поверх хлебного утеса, все накрыто шапкой острого гномьего жидкого сыра. Сама гнома взяла последний бутерброд и уселась рядом со мной. Рядом с ней плюхнулся на пузо Орбит. Постепенно весь состав моего отряда, как птички на жердочке, расселись или разлеглись на краю утеса и меланхолично начали жевать. Жуем и смотрим. И, готов побиться о заклад, жутко при этом раздражаем мечущихся туда-сюда по соляной игровой доске приключенцев.

Вскоре мое предположение подтвердилось.

Пришло сообщение от Шепота, наполненной глубокой укоризной:

«Раньше ты таким не был, Рос».

«Раньше колбаса не была такой вкусной» - ответил я в том же ключе.

И поднял голову – Шепот болтался на длинной веревке, прикрепленной к потолку. Он сам ее там закрепил – с помощью миниатюрного арбалета. Тресь… арбалетный болт вырывает из потолка. Шепот мягко приземляется с пятнадцатиметровой высоты, ловит упавший болт, невозмутимо собирает веревку, смотрит на напарника.

Потолок не хочет выдерживать тяжесть даже легких тихушников. Значит тяжелых танков тем более не выдержит. Только по земле.

Разведчики смотрят на глубокую яму, пробитую недавно у входа в пещеру. Сверху висит густое облако соляной пыли. Из облака показывается дюжий гном со сверкающей киркой в руке и мрачно качает головой.

Ясно.

Подземный проход отпадает – они углубились метра на два, а затем столкнулись с чем-то куда более твердым чем обычная соль. Коридор под ловушками и големами до самого Белого Дельфина не пробить.

Воды здесь нет. Не проплыть.

Либо ножками. Либо лететь.

Летающих питомцев тут три. Еще сколько-то наверняка припасено у кланов в магических картах. Если их выпустить… если они достаточно сильны, чтобы перетащить игроков по одному к кораблю… не получится – так хотя бы перетащить самых ловких, которые смогут выкрасть с Дельфина артефакт, не задев сигнализацию и не потревожив големов.

Смотрящая в бинокль Баронесса раздраженно топает ногой. Учитывая, что она изучала сквозь навороченный бинокль воздух вокруг Дельфина, можно уверенно предположить – ни одной птице не подлететь.

Гляжу в общий чат.

Вот и подтверждение.

«Над кораблем висит сплошной купол сигналки. У земли становится ажурным».

«Нужен маршрут» - всплывает новое сообщение.

А следом мрачный вердикт от некоего Роланда Стрелка из Золотых Тамплиеров:

«Мы здесь очень надолго».

Никто не спорит. Так и есть.

Мы пришли не за какой-то там фиговиной. Мы за божественным темным артефактом явились. За божественным. Темным. Легко не будет. Трудно кстати тоже не будет. Трудно было в Запределье. А тут трудно не будет. Тут все из разряда Миссия Просто Тупо Невыполнима.

Вальдира всегда обещала и до сих пор обещает игрокам богатую вариативность при прохождении квестов. Дали задание избавить мирную деревню от ига лютого разбойника засевшего у околицы? Легко. И выполнить поручение можно разными способами. Убить разбойника. Прогнать разбойника. Перевоспитать разбойника. Сделать разбойника членом своей шайки и увести за собой – грабить другие мирные деревни. Вариантов тьма. Потому так интересны квесты.

Но в некоторых редких случаях вариантов не больше двух.

Иногда вариантов нет вообще. Например, Запределье. Там чистая мясорубка. Шинкование монстров. И кланы блестяще показали свои способности по истреблению всего живого.

Тут, боюсь, то же самое. Грядет мясорубка. Потому как, наблюдая за мыканьем разведчиков, становилось ясно – прохода они сыскать не могут. Бьются, стараются, выкладываются по полной, но у них не выходит. Не получается и все тут.

Почему все так плохо?

Из-за неподготовленности в первую очередь. Неспы ломанулись сюда в чем их застал зов Орбита. Храмовники примерно знали куда идут. Но и они не ожидали, что сюда явится Аньрулл и уничтожит телепорт.

В соляных пещерах оказались заперты жалкая горстка игроков и бог.

Пара десятков муравьев и один тарантул топчутся рядом с гнездом голодных богомолов. Победить такими силами в открытом бою с санстоунами… попросту невозможно.

- О! – изрек задумчиво Бом – Что-то нащупали?

- Или им так кажется – мрачно ответил я.

Казначей говорил о разведчиков, что в какой уж раз вернувшиеся на старт разведчики сумели преодолеть первые два ряда соляных бугров и не остановились на достигнутом. Они продолжили движения, делая скупые шажки к Дельфину. Пройдя метров десять, остановились, коротко посовещались. Шепот повернул, вскинул руку, коротко махнул. Внезапно на белоснежной соли засветилась голубоватым двойная цепочка следов. Смешанный отряд кланов дернулся, качнулся и двинулся вперед, следуя указанному маршруту. Вот они приблизились к первым холмам. Миновали их. Углубились дальше, не сходя с подсвеченной тропинки. Отряд истончился, вытянулся в долгую цепочку по два воина. Последним шел Аньрулл. Гигантский скелет в черном плаще, шагающий позади воинов в сверкающих доспехах. Невольно вспомнилась одна картина, виденная в музее – там был изображен отряд браво улыбающихся крестоносцев, широко шагающих к виднеющейся вдали осажденной крепости. Крестоносцы не видели – за ними неотступно шагала смерть в рваном черном плаще и с косой в костлявых руках. Скоро смерть пожнет свой урожай…

Я сделал несколько скриншотов – очень уж зрелище поразило меня. Аньрулл и есть смерть. Само ее воплощение. Величественная и мрачная картина, разворачивающаяся на фоне соляной пещеры.

О, идущие на погибель – шагайте медленнее, дышите глубже. И не вздумайте оглянуться…

Отряд прошел двадцать метров. Преодолел еще десять. Еще пять.

Аньрулл вздрогнул, круто развернулся, глянул назад. Прямо перед ним возник светящийся изнутри соляной бугор. Казалось, что он вырос из земли – как гриб. Но с молниеносной скоростью. Там могло показаться снизу. Но мне, занявшему позицию на вершине соляного утеса, отчетливо было видно, как в одном месте бугор исчез, чтобы тут же появиться в другом. Будто некто гигантский и невидимый просто переставил одну из фигурок на другую клетку шахматной доски. И после его касания фигурка засветилась изнутри. Как активированная граната. Или мина. Стоит только прикоснуться. Или даже просто пройти рядом.

Как это случилось?

Пропустили ловушку? Зацепили какой-то механизм и вот результат…

Ох…

Рядом ахнул Храбр, указал рукой на новый бугор, появившийся слева от вытянутого отряда. А я невольно ткнул в другую сторону – туда, где в пространство между двумя холмами втиснулся еще один такой же холм.

- Приехали – прорычал Бом – И встряли.

- Приехали – согласился я – Вот это банан так банан… иллюминация знатная, чтоб ее…

Мы наблюдали сверху. И видели красивую светящуюся фигуру – извилистый вытянутый овал, составленный из соляных бугров. Внутри овала оказался заключен весь отряд. Вместе с богом смерти Аньруллом.

- Кто-то перепрыгнуть может – заметил Док – Кто-то…

- Сомневаюсь – машинально ответил я – Даже и пытаться не стоит.

Стоящие в соляных коконах санстоуны больше не спят. Они активированы. Уже жрут энергию как пылесосы. Но пока големов не вывели на боевой режим. Тут какая-то мощная сторожевая магия. Стоило потревожить покой сигнализации – и магия мигом окружила опасный участок. Сейчас охранное заклинание принюхивается. Поводит носом, пытаясь понять – угроза вторжения реальна или это просто сбой. Найти бы артефакт с магией. Обезвредить бы его. Но поди сыщи… да и специалист нужен мирового уровня.

Я бы на месте сторожа для начала разбудил бы только одного из множества спящих здесь…

Один бугор оглушительно треснул. Пошел десятком трещин. Свечение внутри него многократно усилилось. Куски соли градом посыпались вниз, шумным камнепадом достигли ног Аньрулла. Бог смерти вскинул когтистые руки. Приготовился к удару. Вперед метнулся Шепот. Встал перед Аньруллом, бросил в пол со звоном разлетевшуюся сверкающую сферу. И между отрядом и рассыпающимся холмом появилась стена. Даже не стена – зеркало. Мерцающее зеркало обращенное к нам. Оно шло волнами, колыхалось как вода. Через мгновение выровнялось и застыло. И в этот миг санстоун ожил, медленно повернулся, встал перед зеркалом, направил на него массивный торс.

Ходячий кошмар. Голем. Святой рыцарь служащий жрецам Ивавы и ей самой. Бездушная машина смерти.

Оживший санстоун высился над отрядом грозной статуей. Мрачная башня готовая нанести удар. Но застывшая в нерешительности перед магическим зеркалом, смотрящая и видящая лишь пустоту. Зеркало не отражало санстоуна. Не показывало и скрывающийся за ним отряд. Оно исправно показывало пустую пещеру. За тонкой пеленой медленно пятился Аньрулл, отходя подальше – невероятно тяжело скрыть темную божественную аурой. Даже такой удивительной магией. И я успел заметить, что сферу Шепот выхватил из протянутой руки Черной Баронессы. Глава Неспов не станет держать при себе рядовые предметы.

Святой голем, он же святокамень, ожил, поднял каменную руку и потянулся к зеркалу. Рука коснулась прегради и… прошла сквозь нее. Казалось, что голем просто поводил рукой в воздухе. Полная иллюзия невероятного уровня. Со скрежетом повернувшись, санстоун огляделся. Мы даже и не дернулись. Только Друмбос шваркнулся пузом о землю и затих. Смысл дергаться? Голем увидит и через соль. И на таком расстоянии. Вот он взглянул с ледяной бесстрастностью на нас. Замер. Некоторое время пристально изучал кромку утеса. Показалось, что он заглянул мне в глаза. Санстоун видел нас. Это очевидно. Но не сделал ни единого угрожающего движения. Он мог бы поднять руку и пальнуть в нас такой мощью, что утес бы к чертям разнесло. Но он предпочел развернуться и застыть. Сочленения его тела затухли. Один за другим начали тухнуть и соляные бугры. Святящаяся фигура потухла. Но не до конца. Внутри бугров едва-едва заметно пульсировали тихие огоньки. Святые големы не выключились. Просто перешли на менее затратный уровень бдения. В центре притухшей фигуры остался смешанный отряд двух кланов и бог Аньрулл. Они остались заперты внутри ловушки, заперты внутри напитанной божественной силой мясорубки. Одно неверное движение – и лезвия придут в движение, мигом нашинковав глупцов.

В общем чате – намертво затихшем после активации санстоуна – возникла фраза ЧБ:

«Гребаный ананас!»

«Ежевику ежу в ежатник!» - не сдержалась и Гвиневра.

- Пошли – вздохнул я, поднимаясь – Прогуляемся.

- А почему он не напал? – спросил сконфужено вставший Друмбос.

- Мы не в его зоне действия – ответил Бом – За границей. И ему на нас плевать. Это же робот. Только волшебный.

- Ясно…

- Куда пойдем? – задал вполне логичный вопрос Док.

- Вон туда – указал я пальцем. Выглядел, наверное, интересно – стою на краю утеса и уверенно тычу пальцем в край пещеры. Прямо герой из древнего эпоса. А внизу мрачная кучка супостатов, стоящая посреди ловушки и злобно на меня глядящая.

- И почему? – поддержал интерес Дока казначей.

- Раньше там было семнадцать бугров – ответил я – Хотел пересчитать все кочки соляные. От скуки. Начал с той стороны. Считал вдоль стены. Насчитал семнадцать.

- И?

- Потом часть бугров отовсюду портанулась к нашим воякам и встали вокруг них. Так?

- Так.

- И почему тогда с той стороны, где было семнадцать бугров теперь их стало восемнадцать? – спросил я.

Ответом была тишина. Орбит потрясенно глядел на указанную мною стену. Именно потрясенно. Схватившись за виски, он принялся ожесточенно их массировать. Неосознанно хватанул пальцами воздух передо лбом. Для других жест бессмысленный, а я опять вспомнил его бейсболку с ниточками, свисающими с козырька.

- Появился новый холм? – уточнила госпожа Мизрелл, задумчиво созерцая стену над указанными мною буграми.

- Один новый холм – подтвердил я.

- И какой же?

- А вот этого не заметил – с досадой признался я – Где-то ближе к середине он возник. Так помнится.

- Но может ты и обсчитался?

- Может – кивнул я, начиная спускаться.

«Куда идете, герои?» - звякнул вопрос в общем чате. Вопрос исходил от Шепота. От него же пришла и добавка – «Вам нас не вытащить. Не тревожьте големов!».

«Рос, не подходи к санстоунам вокруг нас! Мы разбираемся с ситуацией» - это ЧБ.

«Мальки – отвалите» - от некоего Хроматориуса Адского из Тамплиеров.

«Мы идем не к вам» - коротко успокоил я застрявших в ловушке – «Про мальков – запомним».

Их моя фраза почему-то не успокоила.

«А куда ты идешь, дружище?» - вопросил Шепот, не забыв добавить умильный смайл с большими и влажными вопросительными глазами.

Храмовники ничего не написали.

«Прошу не мешать действиям нашего клана» - почти громыхнули в чате слова Бома.

И не возразить ведь. И слов сразу не подобрать.

За это время мы спустились с утеса, ставшего нам не только местом для подземного пикника, но и прекрасной наблюдательной площадкой. Двигаясь вдоль стены пещеры, шагая к ней впритирку, буквально касаясь плечами, двинулись по периметру.

Над соляными буграми показалась размазанная и подергивающаяся призрачная фигура огромного скелета. Аньрулл развел вопросительно руками. Я успокаивающе замахал – подождите мол, есть теория, надо проверить. Скелет мигнул и съежился, исчез. Остальных мы не видели. Сплотившиеся соляные бугры надежно скрывали их. Временно. Я знал неугомонность Шепота и поэтому ничуть не удивился, увидев, как над ловушкой медленно поднимает голову сплетенная из игроков «кобра» - они встали друг другу на плечи. Голова кобры с большим любопытством наблюдала за нашим передвижением, медленно поворачиваясь следом. Макушкой головы был Шепот. К нему лез второй разведчик.

Делать им нечего что ли?

Чего пялятся?

Хотя… думается мне, что на самом деле делать им сейчас нечего – они пытаются найти выход из сложившейся ситуации, не двигаясь при этом с места. Так почему бы не построить колонну из самих себя и не понаблюдать за наглым юным кланом, топающим куда-то с крайне целеустремленным видом?

Беда в том, что топаем мы хоть и целеустремленно, этого у нас не отнять, но вот что нас ждет у дальней стены мы понятия не имеем. Мы как яркий воздушный шарик, что уверенно летит прямиком на ограду из колючей проволоки.

Мы остановились у плавного изгиба стен. У ног невидимая черта, прочерченная нашим воображением. За спинами безопасная узкая полоса нейтральной территории. Именно на ней находится соляной утес. На его вершине нас увидел санстоун, но не тронул.

- Мать его! – охнул приглушенно Храбр.

Я пораженно вздрогнул – никак не ожидал от обычно вежливого алхимика таких слов. Тут остальные добавили по паре матерных слов к тираде Храбра, и я решил обернуться и посмотреть на причину их удивления.

Аньрулл. Опять его обуяло любопытство. Вполне понятное чувство.

Страшный скелет забрался на голову составленной из игроков «колонны-змеи». Черно-зеленый плащ сам собой надулся. За нами пристально наблюдал безглазый череп, когтистые руки уперты в тощие костяные бедра. Полное впечатление что кобра раздула капюшон и готовится к броску.

Бог смерти быстро сломал напряженность, подняв ладони в чисто человеческом жесте и поведя плечами: «Ну что мол там?».

А я развел руки в столь же характерном жесте и сплюнул: «А хрен его знает».

Бог смерти покивал и уселся по-турецки. Под его несуществующими ягодицами оказались оба разведчика. Я затрясся от смеха. Остальные герои начали ржать еще раньше.

- Попираемые божественной задницей разведчики продолжали бдеть! – выдавил Бом – Они мужественно держались и боялись только одного – божественного несварения желудка! Бывает же… я скринов наделал. Неспы и Храмовники под игом задницы Аньрулла. Звучит?

- Еще как! Если отправить в Вестник Вальдиры – мигом напечатают на первой странице – фыркнул я, отворачиваясь – Продублируй свои мысли в общий чат. Пусть и они посмеются.

Бом с насмешливой легкостью продублировал… шутя вписал строки про несварение желудка и иго задницы Аньрулла.

Через полминуты колонна игроков опасно зашаталась. Разведчик Храмовников угрожающе тряс кулаком. Шепот ухохатывался, с трудом удерживая равновесие. Аньрулл задумчиво осматривал пещеру. В чате появился утирающий слезы смеющий смайл от ЧБ. Следом точно такой же смайл прилетел от Гвиневры. От других игроков посыпались комментарии. И большая их часть была с юмором. Только некоторые не на шутку огорчились. Но их быстро угомонили остальные. Благодаря бесшумной письменной перепалке ситуация разрядилась. «Змея» прекратила раскачиваться и замерла в неподвижности.

Мысленно вернувшись чуть назад в прошлое, я прокрутил в голове картинку и уверенно указал на ничем не приметный соляной бугор замерший среди собратьев.

- Вот его не было.

- Точно?

- Процентов на восемьдесят – ответил я Бому – Если за ним на стене найдется небольшая красная руна похожая на раскоряченного в приступе диареи Аньрулла – то стопроцентно точно.

- Это что ж за руна такая? – зафыркал Док.

- Шутки над богами – пусть и темными – редко идут на пользу шутнику – нравоучительно заметила госпожа Мизрелл, поправляя массивные очки.

У моих ног треснула корка соли. Трещина на мгновение пыхнула черно-зеленым дымком и замерла. Аньрулл дал понять, что слышит каждое наше слово. А с высоты колонны он еще и прекрасно видит нас.

- Подслушивает и подглядывает – вздохнул я – Лучше бы делом помог. О!

Мой взгляд наткнулся на двух призраков витающих над плечами впавшего в прострацию Орбита, глядящего на указанный мною бугор.

- Аньрулл – сказал я в пространство – А ты можешь вселиться… или… э-э-э… сделать своим вестником… глашатаем… или еще кем любого из призраков Орбита? На время. Чтобы мы могли общаться и воспользоваться твоими мудрыми советами.

У моих ног раздался частый треск. Трещины на корке соли сложились в «ДА». Бог смерти указал рукой на левое плечо Орбита, добавил пару жестов, на соли появилось еще одно слово. Лысый эльф покосился на призрака над левым плечом и отрицательно замотал головой. Против он, блин. Зажал одно привидение для общих нужд. Бом раздулся от гнева, нахмурился, помахал увесистым зеленым кулаком перед лицом эльфа. Тот ткнул пальцем в воздух, где появился третий призрак – невнятное какое-то существо похожее на голову дряхлого седобородого козлика с телом молодого мускулистого быка. Мускулистый призрачный дедушка яростно оскалил остатки стертых зубов. Топнул копытом по воздуху. Эльф взмахнул рукой – будто муху от себя отгоняя. На висящем на его запястье ожерелье из различных косточек одна «бусина» вспыхнула и рассыпалась. Призрак радостно взревел, набычился, его недобро загоревшие красным глаза уставились на бывшего господина. Сейчас рванется в прыжке и… и глаза резко стали зелеными. Будто канал на телевизоре переключили. Привидение окуталось знакомой черно-зеленой дымкой, сквозь бычьи мышцы жутковато проглянули кости.

- Я здесь! – изрек призрак.

- Спасибо – кивнул я – Ты ведь можешь прочесть магические руны направленные против тебя? Сказать нам, что они означают.

- Я могу прочесть множество рун. Обречено божество, не понимающее магические языки!

- Ясно – ответил я и тут же внес пометку в блокнот, не забыв прицепить напоминалку: «Роска должна уметь читать магические руны». Чуть подумав, туда же добавил: «И я тоже! Лоботряс!».

Следом я обратился уже к Орбиту. Обратился поспешно, ибо тощий эльф достал страшенный нож и мелкими шажками подходил к «вселенному» призраку. На лице Орбита легко различались самые кровожадные намерения. Их заметил и Аньрулл, наклонивший рогатую голову и проблеявший:

- Да ты никак зарезать меня хочешь…

- Да что ты, что ты – замахал я руками и схватил Орбита за костлявое плечо – Ты можешь видеть то, что видят твои призраки?

Короткий кивок.

- А нам описать сможешь?

Воздетый вверх указательный палец. Я посмотрел. В воздухе колыхалась вполне четкая зеленоватая картинка показывающая мое собственное лицо. Отлично.

- Тогда по самому краешку, у самой-самой стены – к тому бугру. Чуть что – сразу назад! – велел я.

Управляемое Орбитом привидение двинулось вперед. Чуть помедлив, следом полетел козлик с бычьим телом. Медленно затянулись курящиеся черным дымком трещины на соляной корке. Я с задумчивым видом шагнул следом. В голове крутилось разное. Ведь ни в чем не уверен. Увидел появившуюся кочку. Решил подойти и осмотреть ее. И вот сейчас мы ее осмотрим, обнюхаем, поковыряем ногтем и ничего нового не откроем. После чего все уставятся на меня с выжидательным видом – ну что, лидер? Чего мы тут делаем? И что я им отвечу? А шут его знает. Да и плевать. Равно как плевать и на затихший общий чат, на едва заметно покачивающуюся колонну из игроков и всеобщее внимание.

Если вляпаемся – вот вообще стыдно не будет. Тут кланы покруче нас в ловушке оказались и пялятся на нас из-за забора как б… как не знаю кто.

Плывущая картинка застыла. Размыто. Призрак протер лапкой глаза-фонарики и картинка стала четкой.

Мы увидели с виду грубо начертанную красным руну. Или рисунок. Скорее рисунок. Изображающий присевший скелет. Колени согнуты и расставлены, руки прикрывают голову, сверху ломанная линия похожая на пламя.

- Это ловушка приготовлена на меня – проскрежетал повернувшийся к нам козлоподобный призрак – Стоит коснуться – и ввергнет в меня в пучину огненной стихии Ивавы. Эта сонная клуша потеряла последний страх… о чем она думала, осмеливаясь пойти против меня? Решила, что я никогда не вернусь на эти земли?

- Она и не в курсе была, думаю – произнес я – Ее жрецы щедро тратят божественную ману Ивавы пока она почивает под гигантским деревом.

- Там она и уснет навеки! – с пугающей холодной уверенностью заявил Аньрулл – Тут были ловушки направленные против божеств. Против всех божеств! Но тут ловушка направленная исключительно на меня! О-о-о – призрак вскинул голову и внезапно заблеял, следом он заревел как бык.

- Нас такая ловушка затронет? – спросил я эльфа.

- Мы для не-е-е букашки-и-и…

Тот замотал головой. И первым шагнул вперед, переступая воображаемую границу. Нам потребовалось шесть шагов, чтобы достичь участка стены с намалеванной руной. Проведя ладонью по чуть светящемуся рисунку, я кивнул Друмбосу:

- Поработай-ка над карикатурой.

- Цензура – осуждающе вздохнул Док.

- Клевета на смелого бога! – парировал Бом – Я пособлю!

После нескольких ударов пошли трещины. Еще через несколько соляная стена посыпалась кусками. Волной хлынул соляной песок – такой мелкий, что прямо сейчас засыпай в пакеты и начинай торговлю благословленной Светом солью. О!

- Храбр! – шепотом воскликнул я – Торговля пропитанной светлой ивавиной божественной эманацией солью! В крохотных пузырьках. Втридорога!

- Гениально! – подпрыгнул алхимик – Вокруг руны соль гарантирована солью благословлена. Или нет?

- Благословлена – подтвердил Аньрулл и показал нам левое копыто. От копыта остались одни воспоминания. Ногу обрезало будто бритвой.

- Его задело отлетевшим куском соли – пояснил Друмбос, наносящий новый удар.

Храбр с Доком принялись собирать соль. Вокруг она преимущественно обычная. Но здесь… тут щедро намешано божественной маны.

- Как должна была сработать ловушка?

- Пылающая соль – коротко произнес Аньрулл.

Да уж… благословленная светом и подожженная соляная шрапнель. Убить не убьет. Но ущерб нанесет солидный. А повисшее вокруг облако мелкой соляной пыли ослепит Аньрулла почище любой дымовой завесы. Такая соль гарантировано развоплотит даже достаточно сильного призрака. Любую нежить припечет так мало не покажется.

- Нам нужно запасти такой соли побольше – заметил я – Светлая эманация выветривается?

- Медленно. Я законсервирую – успокоил меня Храбр. Они с Доком собрали уже немало. И к себе не грузили – справедливо полагали, что инвентарь Бома или Друмбоса с легкостью проглотит под сотню килограмм соли и даже не заметит.

Друмбос… я невольно покосился на старательно работающего парня. Очередной крот? Ожидает приказа для пробуждения? Не угадать. Тут надо проверять подноготную. Как однажды мне показала ЧБ – у нее компромат на большую часть важных членов клана и союзников. Причем компромат из реального мира. Никому нельзя доверять…

- Стоп! – скомандовал Бом – Вот оно…

Оно?

Я посмотрел на стену. Я лишь хотел уничтожить опасную для Аньрулла руну, а вместе с ней и заклинание. Но парни пробили дыру поглубже. И в черном проеме обнажился стеклянный бок большущей колбы заполненной зеленой искрящейся маной. Бутыль божественной маны. Ее стоимость запредельна.

- Иди ко мне, красотка – проворковал Бом, бережно вытаскивая бутыль и прижимая к себе – Какая ты славно пузатая, холодная и тяжелая! Эх! Всем бы девушкам как ты быть!

Я поперхнулся кашлем. Остальные поддержали меня протестующим мычанием. Госпожа Мизрелл и Аньрулл задумчиво промолчали. Драгоценная бутыль исчезла в инвентаре Бома. Туда же он отправил собранную соль.

Встав у раскуроченной стены, я глянул на нужный мне бугор, что возник здесь едва пробудилась дремлющая в пещере сторожевая магия. И бугор находился точно в эпицентре нейтрализованной нами ловушки против Аньрулла. Стоило бы ему коснуться загадочного холма и тут же сработала бы его персональная гильотина. Вернее, бомба. Бугор прикрывал собой красную руно столь же хорошо, как перчатка прикрывает руку. Между стеной и бугром не больше пары метров пространства. Сразу не заметишь. Плюс руна появилась, когда с белых стен слетела немало соляной пыли. А это случилось после активации сторожевой магии управляющей санстоунами.

- Что в этом бугре? – спросил я.

- Священный голем – пожал плечами Храбр – Дремлет падла.

- Вряд ли – не согласился я – Разве что карликовый. Бугор ниже на метра два. Но шире. Голем на боку лежит?

- Я гляну – вызвался Друмбос.

Не успел я возразить, как отважный новичок шагнул вперед и приник лицом к боку холма, предварительно ладонью убрав с него налет соляной пыли. Через пару секунд он огорченно доложил:

- Ничего не видать! Черным-черно!

- Нужен свет с другой стороны – сообразил я, подходя ближе – Лампа, подсвет… а черт. Храбр, зажги что поярче, пожалуйста. С той стороны. Только осторожней.

- Сделаем, босс! – алхимик деловито обошел бугор.

Оттуда послышался металлический скрежет, звяканье. Вспыхнул яркий свет. Чуть сузился до широкого луча. Я встал рядом с Друмбосом, прижался лицом к соли. Она спрессована удивительно сильно. Прямо кристалл. Внутри непроглядно черно. Рядом со мной встали друзья. Прижалась очками к соли и госпожа Мизрелл, что была удивительно молчалива последнее время. Молчалива и собрана. Настоящая опытная авантюристка. Впору с нее пример брать.

Возникло ощущение, что я смотрю на цветную мозаику. Гляжу в калейдоскоп. Проникшие с той стороны бугра лучи света причудливо пересекались и дробились. Я перестал дышать, напряженно вглядываясь в становящийся все четче силуэт. Что внутри приземистого соляного холма?

Ну же…

Что-то круто необычное?

Невероятно эпичное?

Ну… можно и так сказать. Внутри холма стоял голем. Но странный какой-то. Метра два с половиной высотой и почти столько же шириной. Пузо огроменное! И решетчатое. Вроде бы пустотелое. Голова посажена на плечи. Длинные ноги сложены как у лягушки. Рук, по сути, нет – жалкие спички торчат из массивных плеч. Одним словом, внутри соляного холма сидел снеговик с ногами-руками веточками.

- Что это за кекс? – осведомился я?

Попутно сделал скриншот и отправил в общий чат. Скрин улетел узникам. Но еще до их ответа последовал уверенный вердикт Бома:

- Это мозг.

- Кто-кто?

- Мозг. Управляющий здешним винегретом разум.

- Вот этот обжора? – удивился Док – Надо же.

- Я слышала о подобном – подтвердила Мистри – Такие встречаются в древних запечатанных храмах. Говорят, в подобные сосуды заключают души знаменитых военачальников, стратегов, просто умелых воинов. А иногда души зверей. И тогда каменная статуя будет вести себя как послушный сторожевой пес. Несокрушимый сторожевой пес.

- А пузо зачем?

- Огроменный пузырь маны – пояснил Бом – Батарейку пиханули. Все лишнее убрали. Умно. Не думаю, что он один такой.

- В столь важном месте не может быть меньше двух – согласилась госпожа Мизрелл.

- Трое – четко и безапелляционно заявил Орбит.

Я не стал спрашивать почему он так решил. Лучше перебдеть…

Звякнул чат.

Одно скупое послание от ЧБ. Никакого взрыва сообщений от остальных. Кто-то навел среди запертых бедолаг железную дисциплину. И повесил замок молчания на их уста. Думается мне, поработали там сообща две железные леди.

«Скорей всего внутри соляного холма спрятан мобильный стратег искин. Наверняка крайне навороченный и с большой легендой. Полководец. Возможно таких несколько».

Вот удивили…

В ответ я написал просто:

«Это мы и сами уже знаем. Есть варианты как к нему подобраться? Так, чтобы не переполошить местную ораву дуболомов».

«Думаем над этим. Нам бы больше скринов».

«Сделаем».

Через минуту сокланы накидали в чат множество скринов. Одна голова хорошо, а целый пучок голов, готовящихся к неминуемой смерти – лучше! В момент смертельной опасности мозги начинают работать особо четко и быстро. Ну или отказывают полностью. Тут вояки подобрались опытные и с мозгами у них порядок был полный.

Каких только вариантов не было. От самых простых до настолько сложных, что непонятно как вообще это могло кому-то в голову прийти. Но откровенного бреда не было.

Простейший вариант был следующий – взять кирку вострую да тяжелую и хорошенько поработать оной сначала над холмом, а затем и над сидящим в нем каменном пузане смахивающем на языческого идола. Вот так просто. Разбить на куски и всего делов. Армия врага лишится одного из командиров. Ура, товарищи!

Люблю простые идеи. Но вот что-то не верится мне, что все так просто. После недавней перестановки холмов этот вот бугор живенько так смылся под прикрытие особого заклинания способного жестоко подпалить крылышки Аньруллу. Защитил себя от самой страшной из возможных атак. Значит и от остальных напастей наверняка защищен. К тому же я не вижу уровня дремлющего голема. А если там нечто запредельное? Голем распрямит ноги кузнечика, напинает нам по рожам и опять усядется подремать. Не пойдет.

Ноги кузнечика… вот-вот… не будет он драться. Он сбежит одним удалым прыжком. На другой конец пещеры. Там разбудит пяток санстоунов и с безопасного расстояния полюбуется, как они превращают нас в отбивную.

Промежуточные варианты предлагали куда более продвинутые способы добраться до голема. Как безопасно вскрыть «курган» и оказаться за спиной пузана. Как подобраться к его ногам и спутать их алмазной крепости цепью – которой у нас не было. Как провести над големом обряд экзорцизма, дабы душа заключенная в нем воспарила к чертям отсюда. Перечень возможных уязвимых мест голема.

Сложнейший вариант заключался в принудительной локальной телепортации пузана куда-нибудь в земную толщу. Есть и такая магия, оказывается. Но для этого надо опутать голема особой многометровой нитью усеянной проклятыми узелками, после чего прочесть заклинание. Ниточка в запасе у одного из Храмовников имелась. Передать сюда вполне возможно – если осторожно. Вскрыть соляной бугор, опутать спящий вражеский разум ниточкой, сказать пару слов – и тот очутится метрах в сорока отсюда прямо в монолитном камне или почве. Тут уж как повезет. И его либо раздавит, либо он завязнет там как мошка в янтаре. Если и выберется – то нескоро. А учитывая его подпитку божественной маной – она быстро закончится и голем впадет в кому.

Нет. Мы не справимся ни с одним вариантом. Просто потому, что я отчетливо видел множество едва заметно светящихся трещин внутри соляного холма. Трещины выглядели волосками. Сигнальными паутинками. Тронешь – и голем проснется. Активная магическая сигнализация. Мы не можем пробить дыру в соли и не потревожить при этом спящего командира. Он проснется. И придет беда…

Вот проблема крутых богатых кланов с их игроками, достигшими запредельных уровней – они обладают почти неисчерпаемыми ресурсами и силами, среди них множество специалистов крайне узкого профиля. И все их планы по решению той или иной проблемы нам просто не подходят. Сытый богатого не разумеет. Ниточку они может и передадут. Но вряд ли мы сумеем воспользоваться ею – нет среди нас мага такого класса. А игрока сюда из ловушки перебросить не получится. Вон даже Аньрулл вырваться не сумел. С нами лишь его проекция заключенная в призрака.

Взмахом руки я убрал окно чата. Устало уселся на пол. Друзья продолжали вполголоса оживленно обсуждать варианты. Орбит задумчивым маятником раскачивался в сторонке. На соляной стене металась его тощая тень, набегающая на пробитую дыру и снова отступающая.

Так…

Встав, я за пару шагов оказался около эльфа и тихим-тихим шепотом забубнил в его рваное ухо с сережкой. Вздрогнувший эльф уставился на меня расширенными глазами. На его лицо медленно наползала широ-о-окая усмешка.

- Возможно в принципе? – уточнил я.

- Секунду-у-у… - пришел ответ.

Я кивнул.

Секунда превратилась в минуту.

«Что ты ему сказал? Его прямо заинтересовало…» - звякнуло сообщение от ЧБ. Приватное сообщение.

«Наши клановые мелочи» - ответил я.

«Поделись».

«Сама увидишь, если получится. Но вряд ли что выйдет».

«Так мы поможем!».

«Подожди немного. Вы там чем заняты?».

«Мыслим о том, как выбраться, не пробудив големов. Потихоньку дергаемся – по миллиметру. И старательно удерживаем друг друга от глупостей».

«Молодцы. Дайте нам минут десять еще».

«Ок».

Примерно через десять минут все и завертелось. А началось все с немыслимого и обидного для меня требования – вернуть в наши ряды предательницу Лампу. Этого номера я не ожидал. И отрицательно замотал головой. Орбит закивал своей с той же скоростью. Мы простояли друг напротив друга пару минут старательно подражая китайским болванчикам. Под конец краткого противостояния эльф развел руками и дважды притопнул. Это танцевальное па выбило меня из колеи, и я автоматически кивнул. Выругался. Топнул ногой в свою очередь. Махнул рукой. И задал простой вопрос, предварительно ткнул рукой в ловушку поймавшую кучу игроков:

- Как?

Как вытащить из челюстей захлопнувшегося капкана одну предательницу, не пробудив при этом мощную враждебную магию? Как?

Оказалось, что у Орбита есть на это ответ. Собрав нас вместе, образовав тесный кружок, он начал пояснять, кивая поочередно на призрачного Аньрулла, на госпожу Мизрелл, на меня, затем на остальных. У каждого нашлась своя роль в предстоящем представлении.

Едва закончилось обсуждение, я повернулся к ловушке, взглянул на голову «змеи» и написал короткое сообщение в общий чат:

«У нас есть план. И нам нужна Лампа».

После краткого молчания в чате появилось послание от Гвиневры:

«Зачем? Сперва поясни».

Но оно опоздало. За долю секунды до него в чате высветились слова Лампы:

«Я готова».

От ЧБ сообщение было еще практичней:

«Как ее отсюда перебросить к вам? Магия накрыла нас даже не колпаком, а шаром. Не двинуться. Живой ей не пройти».

«Поэтому сначала вы ее убьете» - написал я – «Точите ножи. Мы начинаем».


Глава девятая.

План спасения.

Все доброе начинается с плохого.

Для начала мы зарезали Лампу.

И отправили ее на тот свет.

А затем вытащили ее обратно.

Получилось все удивительно быстро, четко и жутковато.

Я все видел в повисшем над ловушкой экране. Шагнувший к Лампе холодно усмехающийся Шепот нанес всего один короткий тычок пальцем с надетым на него странным металлическим шипом. Лампа мгновенно потеряла девять десятых здоровья, и оно побежало дальше вниз – яд. Едва уровень здоровья достиг одного жалкого пункта в дело вступил вернувшийся в свою физическую скелетную ипостась Аньрулл. Он стиснул плечи девушки в своих лапищах. Странно, но стальные тиски не добили ее. Возможно потому, что руки бога смерти окутались зеленоватым туманом. Пара гортанных слов. Лампа обмякла и завалилась на землю. Но соли она не коснулась – еще в полете ее тело стало полупрозрачным и кануло как в пропасть.

Она просто провалилась… как в шахту лифта.

И «выпрыгнула» уже за пределами ловушки. Просто оказалась лежащей у ног госпожи Мизрелл, на чьих очках медленно угасали те самые особые и столь редкие драгоценные камни. К Лампе шагнул Док, наложил на ее голову руки. Мощная целительная магия сделала свое дело и здоровья Лампы поползло вверх. Яд уже прекратил свое действие – он не сумел перейти путем призраков, как это сделала девушка. Вместе с ядом не прошли и остальные предметы – экипировка, мешок, оружие и прочее. Лампа явилась к нам в неглиже. Если применить реалии реального мира – она явилась в чем мать родила.

- Ну что, Иуделла – пробасил Бом – Видела, что-нибудь в момент смерти? Тоннель там крутящийся. Ангелов хихикающих? Тридцать прыгающих и звенящих серебренников?

Девушка промолчала, медленно встала. Док закончил исцеление. Я глянул на Храбра. Тот протянул короткую накидку. Условности, конечно. Это Вальдира. Тут только наши электронные воплощения. Можно и голым ходить. Но приличия соблюдаем и здесь. Накидка, сандалии, изумрудная шапочка с пером, короткие коричневые штаны, старый латаный мешок, отыскавшийся у Бома. И готово. В наши ряды вернулся умелый специалист поддержки.

- Что от меня требуется, б-бос… Рос? – нарушила она молчание.

- Орбит подскажет – ровным голосом ответил я – Не переживай. Вреда от нас не будет. Я все понимаю – бизнес это бизнес, ничего личного. Бом. Прекрати ее стебать. Нужна спокойная рабочая обстановка. Я ко всем обращаюсь. Хорошо?

Кивки – охотные и нет – дали понять, что мой спрятанный за вежливой просьбой приказ услышан и принят. Мне самому хотелось открыть рот пошире и вывалить на нее кучу искренних путанных обвинений и обид. Но к чему?

- Там все спокойно? – качнул я головой в сторону ловушки.

- Инвазия. Аньрулл. Все не очень хорошо – вздохнула Лампа – Фагнир Некроз. Его пока сдерживает леди Гвиневра, но…

- Леди Гвиневра – повторил я – Да уж…

- Хорошо, что Аньрулл ментально здесь, а не там. Мир долго не продержится. Помимо этого, случилось уже пару конфликтов между Неспящими и наш… и Тамплиерами.

- М-да… тогда поторопимся – Аньрулл вернулся?

- Я здесь – проблеял козлоголовый призрак.

Поймал себя на мысли, что общаюсь с богом как с равным. И Аньрулл подобное общение принимает. Какой другое божество столь легко примет фамильярность от каких-то там чужеземцев и смертных? А Аньрулл принимал. Его гордыня огромна. Но контролировать ее он умеет прекрасно.

- Что нужно сделать? – спросила Лампа у эльфа, что под присмотром подлетевшего «вселенного» призрака заканчивал чертить сложный рисунок на вершине соляного утеса.

Да. Вершина утеса. Мы покинули опасную зону и вернулись на границу пещеры. Вновь поднялись на утес и на этот раз разбили здесь настоящий лагерь. На все ушел час. Теперь здесь стало почти уютно. Расстеленные одеяла, опять еда, булькающий над магическим огнем котелок с кофе. Госпожа Мизрелл понимала толк в походных бытовых удобствах. А еще утес находился на кратчайшей прямой линии от Белого Дельфина, чей изломанный силуэт виднелся в сумраке. И это важно – что между нами кратчайшая прямая. И важно, что ловушка поймавшая кланы находится в стороне.

Большой овальный рисунок на нависающим над пещерой языком утеса. Рисунок сложнейший. Из множества деталей. Выглядит круто. Линии пока мертвы, но, как я уже успел узнать, вскоре они засветятся призрачно синим светом. Подсев к Бому, я проверил выбранное им место и остался доволен – полуорк разбирался в наблюдательных пунктах. А в чем Бом не разбирался? Что он только не умеет… я окружен удивительными людьми. И в этом моя великая удача.

Лампа заняла указанное эльфом место. Внимательно слушала, понятливо кивала. Еще один крайне способный игрок. Еще один перерожденный. Сколько уровней она потеряла ради того, чтобы внедриться в наш клан?

Пригнувшийся, почти припавший к пламени, оплетенный огненными языками Храбр колдовал над пыхтящими колбами. Он по капле добавлял густую красную жидкость в небольшую колбу с кипящим оранжевым содержимым. Две уже запечатанные склянки лежали на подстеленном платке. Заметив мой взгляд, алхимик жестом дал понять – еще минута. Самое больше. Отлично. Мы ждали только Храбра и его алхимические усиливающие снадобья.

Госпожа Мизрелл заняла место по правую сторону рисунка. Аньрулл-призрак приземлился по левую. Раздул бычью грудь, топнул уцелевшим копытом, передернул мощными плечами, замычал. Проверяет силы. Ему непривычно в этом обличье. И при нем лишь крохотная толика его сил. Но этого должно хватить для задумки Орбита.

Вернее – задумка моя. А вот ее техническое осуществление взял на себя Орбит. И я до сих пор не знал как у него получится всплывший в моей голове бред. Это случилось, когда я наблюдал за тенью колышущейся на стене. Она была очень сильно похожа на…

- Готово! – довольно рыкнул Бом – Начинаем, босс? Проклятье! Если получится – это будет невероятный щелчок по носу создателям локи! Просто невероятный!

- Должно получиться! Просто обязано! – не сумел я сдержать переполняющих эмоций – Должно!

«Может уже откроете секрет?» - выдала свое нетерпение Баронесса, отписавшая в общем чате.

Ее поддержало несколько игроков. Я остался безучастен к намекам. За меня ответил казначей:

«Попрошу не мешать Героям проводить спасательную операцию!».

Ух!

Жутко оскорбительно и унизительно для столь мощных кланов. Но чистая правда. Если нас сравнить с малолитражкой, то мы сейчас пытаемся вытащить на буксире два завязших в болоте мощных внедорожника. И завязшим кланам не нашлось что ответить. Они сумели смирить гордыню и промолчать.

- Кукан в пукан! Начинается! – подскочил до предела возбужденный алхимик – Я снимаю видео! Если получится – оно войдет в легендариум Вальдиры!

- К-кукан? – повторил хрюкнувший Док – Куда-куда его?

Я кашлянул. Бом заржал. Алхимик развел руками:

- К слову пришлось. Ладно! Начинаю съемку блокбастера! Фильм катастрофа!

Я глянул на обернувшегося Аньрулла. Мы посмотрели понимающе друг на друга. Этот тоже помнит. Отлично.

Лампа выпила два приготовленных Храбром зелья. Ее ладони и стопы вспыхнули синим. Она выпила содержимое третьей склянки. Синий свет стал глубже, насыщенней, посинели и ее вставшие дыбом и странно заколыхавшиеся волосы. Девушка качнулась, подняла руки над головой. Глянула на стоящих по ее бокам Аньрулла и Мистри. Обернувшись, посмотрела на замершего за ее плечом Орбита, держащего в руках искрящий сачок, флягу и страшный черный нож. Эльф выглядел так, будто собирался в любой момент вбить нож под лопатку девушки. Но на самом деле его целью было другое существо. Лишь бы получилось…

Аньрулл начал первым. Из его рук ударила зеленоватая волна. Ударила под ноги Лампы. Туда же уставилась госпожа Мизрелл, смотрящая сквозь линзы очков с драгоценной оправой. Орбит затянул странную песню, заколыхался, забулькал – и пел он со ртом полным вина. Глоток влил из фляжки, сейчас брошенной под ноги. Песня звучала странноватым мелодичным бульканьем. Под ноги Лампы упало несколько золотых монет и пара крохотных сапфиров – камешки мы выковыряли из трофейных предметов. Повезло. Есть жертва. Есть пахучая приманка…

Из поднятых рук девушки хлынул поток воды. Обычнейшая цифровая водичка. Питьевая. Этакий крохотный водопадик вдаривший по зеленоватой волне магии Аньрулла накрывшей соль. Зеленая магия впитала воду без остатка. Вверх ударили синеватые лучи энергии похожие на иглы. Орбит продолжал петь. Госпожа Мизрелл пристальным немигающим взглядом смотрела в водопад. Я стиснул кулаки. Ну же… давай… Орбит говорил про возможно закрытые астральные пути. Если это так – наша затея обречена на провал. Но если нет…

Вспышка! Грозная, темно-красная, с изумрудным отливом.

Вот он!

Нет.

Она!

Явилась!

В струях водопада появилось необычное существо.

Темно-синяя громадная жаба покрытая багровыми бородавками. Бородавки судорожно сжимались и разжимались, они скорее походили на готовые взорваться прыщи, но вместо гнилостной жижи внутри них ворочались глазные яблоки с вертикальным зрачками. Жабья голова слепа. Удивительно большая серповидная пасть снабжена множество иззубренных клыков. Передние лапы жутко когтисты. Задние без когтей, но настолько большие и толстые, что я живо вспомнил тактического лидера голема-кузнечика. Уровень семидесятый. Название алое, агрессивное. Адская жабграхлабрасса. Язык сломаешь – а демонологам приходится выговаривать куда более заковыристые имена. Румпельштицхен нервно курит в сторонке найденный окурок.

Получилось. Орбиту удалось призвать одного из низших демонов.

Жаба открыла рот. Отвратительно закудахтала, начала распрямлять задние лапы в прыжке. Но ее настиг чудовищный удар призрачного копыта. Удар расплескал воду и вбил жабу в зеленый колышущийся туман. Жаба заорала так, что пещера взорвалась ухающим эхом. Ее шкала здоровья резко просела. Опустивший на колено эльф набросил на жабу искрящуюся сетку. Занес и опустил черный нож. Жаба взвыла. Ее выгнуло. Подбросило. Аньрулл ткнул копытом еще раз. Придавил демоническое создание. На морде седого козла читалась брезгливость – ну да, нежить не любит демонов, хотя вроде как все они преследуют темные цели. Орбит еще раз ткнул ножом. Едва не промахнулся – черное лезвие прошло в притирку с призрачным копытом Аньрулла. Едва стружку не сняло, так сказать.

Булькнувшая жаба затихла. Через мгновение светящаяся сетка вздулась мыльным пузырем и воспарила. Под ней медленно растворялся багровой дымкой низший демон. В сетке выл и бился жабий демонический призрак. Пошарив в зеленом тумане разлитой темной магии, Орбит поднял коготь, ткнул его концом ножа и нанизал на нить браслета.

Готово…

Коготь не взорвался. Ожерелье устояло. Сетка спала. Жаба-призрак покорно повисла в полной неподвижности, глядя на нового хозяина множеством глаз-бородавок. Ожидает приказа. И он не заставил себя ждать. Повинуясь воле Орбита жаба оттолкнулась от воздуха и без всплеска вошла в зеленую магию накрывшую соль подобно луже. Водопад продолжал изливать воды в зеленый призрачный туман. С края языка утеса в пропасть срывалась тонкая серая струйка напитавшейся солью воды. Знакомый серый студень – предельно густое и соленое желе. Липкая непреодолимая жуть. Но струйка так тонка… она так жалко выглядит на фоне гигантской пещеры насмешливо взирающей на горстку глупцов.

- Давай! – прошептал я – Давай!

- Давай! – проревел, не сдерживаясь Бом.

- Ну же! – крикнул Храбр.

Орбит хлопнул в ладоши. Плещущаяся в зеленой дымке жаба разинула пасть и начала глотать, раздуваясь на глазах. Она глотала страннейший «компот» - зеленый туман темной магии Аньрулла подкрепленный силой артефакта госпожи Мизрелл и зажевывала обычной водой поставляемой водопадом Лампы. Серая струйка иссякла. Над языком утеса подобно дрожжевому тесту вспухала призрачная жаба.

- Давай! Давай!

- Давай!

Жаба достигла размера двухэтажного дома. И продолжила расти. Ее вспучившиеся до предела бородавки широко раскрылись. И в пещеру ревущим напором ударили десятки струй воды напитанной знакомыми черно-зелеными искрами.

Жалкая струйка?

О нет. На этот раз с утеса низвергнулся настоящий ревущий водопад. Он ударил в соляную равнину. Расплескал тут же густеющие воды. Вода стремительно растекалась во все стороны. Обтекала соляные бугры с санстоунами. Напитывалась солью и пропадала, взбухал поглотивший жидкость серый студень. Жаба продолжала расти. Она уже едва помещалась на выдающемся вперед языке утеса. Воды все прибывало.

Вода. Много воды. Вселенский или хотя бы всепещерный ПОТОП! Вот что пришло мне в голову, вот чего я хотел.

Взрыв!

Недалеко от утеса с невероятным грохотом рванул участок пещеры. Пылающая соль ревущей пылевой бурей ударила во все стороны. Окажись там кто… но там были только бугры и вода. Взорвалась ловушка настроенная исключительно на бога смерти Аньрулла. Инферно бушевало секунды. Когда пламя рассеялось показалась глубокая почернелая воронка, заполняемая водой.

Я встал. Продолжил наблюдать за происходящим стоя. Из уважения. Ведь я причастен.

Моя идея была проста. И на даже не была моей. Ведь совсем недавно мы буквально плавали в подсказке – в густющем сером студне. Мы едва не захлебнулись в этой адской жиже. Так почему бы не превратить здешние подсохшие пенаты в очередное чавкающее соляное болото?

Проблема была только в одном – в воде. Ее не было. Многие игроки могут произвести для своих нужд воду – пару кувшинов, даже бочку. Могут обрушить ливни. Могут накидать глыбы тающего льда.

Но тут совсем другой масштаб. Тут требовалась Ниагара – чтобы затопить все здесь к чертовой матери. Копать соль в надежде наткнуться на ревущий от переизбытка воды источник пресной воды? Абсурд. Создатели локации не настолько кретины. Можно даже не пытаться.

Но вот предусмотрели ли они цепочку действий воплощенную нами только что?

Подумали ли они о том, что здесь может появиться могущественный бог смерти управляющий всем призрачным с легкостью фокусника?

Подумали ли они о том, что несколько острых разумов объединенных общей нуждой сумеют создать такую комбинацию заклинаний, которая смешает призрачное с материальным, напитает этим составом демоническое водной привидение и заставит его извергнуть тонны воды напитанной магией Аньрулла..

Нет. Создатели локации такого финта не предусмотрели.

Это уже очевидно. Это видно по начавшемуся хаосу.

Вода с искрами магии бога смерти активировала направленные против него ловушки одна за другой.

Бум. Бум. Бум.

Взрывы следовали частой чередой. Разбивало соляные бугры. Обнажало святых големов. Их не повредило пылающей солью. Им плевать на соляную бурю. Но они не реагировали – угрозы нет. Мирно растекающаяся вода оказалась не вписана в перечень угроз, и они не реагировали. Дремали и скрытые в буграх каменные командиры. Первые холмы оказавшиеся на пути воды уже растеклись попавшими в горячий чай сахарными кубиками. Показались големы. Но показались – это ерунда! Големы медленно погружались в густеющий соляной студень! Он погружались в растворяющуюся соль. И при этом не шевелились, не понимая настигшей их беды.

Затихли взрывы по периметру. Вода мерцающим покрывалом ушла вглубь пещеры. Продолжали неподвижно стоять тонущие големы. Дремала и ловушка захватившая игроков. Вода почти достигла их. Но санстоунам плевать на хлюпающую у их ног соленую воду. Они медленно погружаются. Но им плевать.

- Пошли – скомандовал я.

Часть команды осталась на утесе. Орбит. Призрак-Аньрулл. Госпожа Мизрелл. Лампа. Поддержку из воинов оставлять не стал – случилось что им не защитить магов от санстоунов. Они даже не замедлят их. Поэтому я взял с собой максимум сокланов.

Я. Бом. Храбр. Док. Друмбос.

Мы бегом спустились с утеса. И побежали вперед по тут же выжигаемой мною огненными шарами дорожке. Один за другим. Слаженно двигаясь. Сосредоточенно работая локтями. Мы бежали изо всех сил.

Мы миновали место, где раньше стояли первые големы. Но теперь тут была только ровная серая гладь – големы ушли под соль с головой! Глубоко под солью кое-где светились тускло зеленые и синие огоньки. Но кого волнуют утопленники до тех пор, пока они не лезут на сушу?

Вот и ловушка. Накренившаяся колонна «змея» грозно «глянула» на нас. Чат взорвался сообщениями.

Я не читал послания.

Мне не до этого.

Ведь впереди с шумом и грохотом начал выпрямляться корабль Белый Дельфин, под чье израненное брюхо опять попала вода. Дельфин качнул мачтами и выпрямился. А затем двинулся с места, вяло дрейфуя в соляном студне.

- Рос! – крик Баронессы донесся со стороны.

Я даже ухом не повел. Не из гордости – из занятости дикой. Голову в сторону повести боюсь. Огненные шары с фырканьем взрываются впереди. Волны серого студня набегают на прожигаемую дорожку. Я поводырь. Слепых среди нас нет. А вот мосты наводить могу я один. И навожу как могу, ни на миг не забывая, что за мной с пыхтением несутся товарищи. ЧБ же достаточно умна, чтобы не обижаться. Вообще странно, что она крикнула – уверен в ее способности оценить трезво ситуацию и не лезть под руку малышам, обскакавшим матерых волков угодивших в клетку. Может ее так захватило происходящее вокруг, что попросту не смогла сдержаться?

Скорей всего именно так.

Вокруг нас менялось все. Исчезали соляные шипы и пики торчащие из земли. Разваливались соляные бугры. Уходили в воду спящие святые големы. Впечатление что некий великан работал гигантским ластиком, усердно стирая ландшафт. Все вокруг превращалось в серую унылую равнину. Мы неслись вместе с волной разрушителем. Мы растворяли здешний мир… и постепенно приближались к холмам еще не затронутым водой. Но я не переживал – Дельфин был ближе и тяжело разворачивался носом к нам.

А нет… я уже переживаю и очень сильно – корабль тонул.

Хорошо так тонул! Прямо отлично! Всеми пробоинами глотал густую серую жижу как заправский алкаш. И шустро так проваливался вниз. Туда, откуда нам его так просто не вытащить. Этого допустить было нельзя.

Пока успевали… но впритык.

Двойной удар огня заставил несколько метров студня закаменеть. Удачный выстрел. Передышка позволила мне бросить взгляд в сторону. Выругался Бом. Чертыхнулся Друмбос. Док и Храбр промолчали. Я, хотя и с трудом, последовал их примеру – начали уходить под воду части ловушки. Еще немного и два клановых отряда освободятся. Именно два отряда, а не один – мельком брошенный на чат взгляд позволил увидеть, что Храмовники в спешке покидают общую группу. Теперь каждый сам за себя. И это опять же нам на руку. Не верю я никому. Никто из них не явился нам на помощь. Все пришли ради своих интересов. И убьют любого ради этих же интересов.

Следующий огненный шар ударил по остаткам заваливающегося холма. Пропеченная соль с хрустом застыла невысоким гребнем. Через мгновение по гребню с грохотом прошелся форштевень Дельфина. Соль с треском разлетелась на куски, лишенный последней опоры гребень с плеском ушел в студень и бесследно исчез. Док последний покинул столь опасную тропинку, в неуклюжем прыжке зацепившись за край борта. Сорвался. Его подхватил Друмбос и втащил на палубу. Мы в полном составе оказались на борту мистически исчезнувшего корабля. К этому моменту я бежал к корме. Прямиком к капитанской каюте. Бом тяжелой гирей ухнул в черный люк трюма. Друмбос на бегу бросил следом за учителем Дока и побежал за мной. Храбр прыгнул в трюм сам.

Мы заранее распределили зоны поиска. И с самого начала решили, что артефакт окажется либо в трюме, либо в капитанской каюте. Важный груз как-никак. Наиболее вероятно – в трюме. Там куда легче разместить темный божественный артефакт требующий особой упаковки и большой охраны. Но проверить стоило и второе по вероятности место – капитанскую кают. Причем проверить одновременно – сейчас к кораблю рванут враждебные игроки.

Пробегая палубу, наткнулся на уйму распростертых скелетов в матросской форме. Перепрыгнул парочку просоленных мертвецов. С разбегу налетел на дверь. Та устояла. Мне в спину врезался Друмбос. Общий вес сорвал дверь с петель и мы влетели в капитанскую каюту. Рухнули на усыпанный мелкой солью пол, подняв облако пыли. Кашляя, чихая, подняли белые от соли лица и замерли. К противоположной стене каюты, представляющей собой застекленное огромное обзорное окно, прижался спиной скелет. Высокие сапоги. Широкий кожаный пояс с большой металлической пряжкой. На поясе сабля с желтым лезвием. Никаких ножен. На плечах болтаются остатки некогда белой рубашки с кружевным воротом.

Странный такой скелет… жуткий… Скелет в чьем животе засел полированная зеркальная линза из темного материала. Линзу бережно прикрывали две костистые руки. Казалось у скелета болит живот – что и немудрено, после того как проглотил такую вот штуковину… Скалящийся череп смотрел в потолок. Корабль вздрогнул. Череп тоже. И с отвратным хрустом упал челюстью на грудь. Теперь черные глазницы смотрели прямо на нас. И я видел, как в них ме-е-едленно разгорается зеленоватое пламя.

«В трюме арта нет!» - это от Бома.

«Каюта. Арт и босс».

«Понял! Летим!» - и через десять секунд новое сообщение – «Ловушка сдохла! К нам толпа!».

Черт…

«Рос!» - это от ЧБ – «Лучше нам, чем им!».

Ну да. Если представится только такой выбор – без раздумий отдам артефакт Неспящим. А Золотым Храмовникам покажу оттопыренный средний палец. Но у меня совсем другие планы.

«Орб! Капитанская каюта! И живее! Два скачка и не больше!».

Письменного ответа я не получил. Страдает дисциплинка. Где рапорт с подписями и печатями? Вместо него раздался короткий ревущий звук больше подходящий поезду, чем живому существу. Тяжкий удар поодаль. Еще один рев – на этот раз долгий и приближающийся.

Скелет у стеклянной стены ожил. Вскинул голову. Полыхнули глазницы. Проявился уровень – четыреста шестьдесят шестой. Зажегшаяся сабля сама прыгнула в костяную ладонь.

- Вы зря явились сюда! За смертью явились! – изрек скелет со свистом рубя воздух.

- Не за смертью, а со смертью – поправил я скелета, буднично вставая и отряхивая пыль с одежды.

В дверной проем влетели Бом с остальными. Скелет нанес последний удар по несчастной исполосованной атмосфере и шагнул вперед. На окно упала черная тень.

- Вы ум…

Грохот. Стеклянная стена устояла. А вот угол каюты снесло напрочь. В дыру шагнула раскачивающаяся громадная тень в черном плаще. Метнувшаяся рука перехватила оружие скелета, сжалась на его запястье. И скелет замер. Замычал что-то, глянул на того, кто посмел остановить его. Клацнул челюстью и начал рассыпаться. Череп отвалился первым. Еще до того, как когтистая лапа вырвала из его живота темную зеркальную сферу. Оглядевший артефакт Аньрулл тоже клацнул челюстями и отправил в разинутый рот резко уменьшившуюся сферу. Я невольно глянул ниже – на дыру в животе окруженную ребрами. Ничего не упало. Я со вздохом клацнул челюстью. За стеной плескалась в сером студне гигантская призрачная жаба. На ее холке сидели трое – Мистри, Орбит и Лампа. Жаба и доставила сюда Аньрулла – первым чудовищным прыжком она пролетела половину пещеры и забрала бога смерти. Вторым прыжком принесла его сюда.

Это была одна из причин почему я решил взять жабу, а не водного демонического богомола способного призывать ураганные дожди. В отличие от богомола жаба отменно прыгала.

Мелькнули тени. В нас ударили тугие струи воздуха. Посреди каюты замерли ЧБ и Шепот. Через секунду в каюту вбежали двое Храмовников. Поднявший с пола саблю скелета Бом удивленно спросил:

- А че так долго? Плыли что ли?

- Плыли – ЧБ все поняла быстро и глянула на меня – Умыл нас. Молодец. Главное не Храмовникам.

Глава Неспов бросила взгляд на Аньрулла и вышла. Шепот за ней, успев показать мне большой палец и насмешливо глянуть на Тамплиеров.

- Ты не подвел – в голосе бога смерти отчетливо слышалась радость. Великая радость. Звенящая, трубящая, ревущая радость.

- Я обещал – дернул я плечом – Но расслабляться рано. Теперь надо найти отсюда выход. И побыстрее – до того, как сюда явится армия светлых жрецов. Причем вместе с проснувшейся Ивавой.

- Мы найдем выход, Росгард Мудрый – успокоил меня Аньрулл – Обязательно найдем. И быстро. Ведь у нас с тобой впереди столько дел… пошли! Не станем терять драгоценное время! Все идем на жабу!

И мы все пошли на жабу. Застонавший Белый Дельфин накренился и быстро начал погружаться. Когда мы оказались на спине призрачного демона, корабль погрузился почти полностью. Над солью торчала пара мачт. Вскоре ушли под студень и они. Осталась торчать верхушка самой высокой мачты с обвисшим рваным флагом. Белый Дельфин лег на дно. Вскоре соль застынет и корабль обретет соленую до горькости могилу. Вместе со всем экипажем.

- Покойся с миром – вздохнул я.

- Я все заснял – вполголоса произнес Храбр – Можно без монтажа сразу в эфир. Съедят и пальчики оближут! Еще и добавки попросят – я про зрителей. Мы герои из героев!

- И мы всегда на крайних рубежах – рассмеялся я и хлопнул друга по плечу – Пошли. Надо искать выход.

- Интересно, где он окажется и куда выведет – добавил Бом.

- Вот и выясним! – подытожил я – Пошли!

Глава десятая.

Выход. Бегство. Передышка с плюшками. Дамы с пирожными. Джентльмены с кексами.

Когда мы только искали местонахождение Белого Дельфина я предположил, что вход может располагаться под пятым свинарником на каком-нибудь захудалом хуторе Раков Хвост.

Я ошибся.

Во-первых, это был выход, а не вход. Во-вторых, не под пятым, а под вторым свинарником. Ну и хутор назывался Хряков Зуб.

Грязи в свинарнике было много… и вся она стекала в узкую вонючую дыру, которая на радость хозяина никогда не заполнялась. Удобно! Черпай лопатой свиной навоз – и в дыру! Бери мусор – и в дыру! Все в дыру! Будь благословенная бездонная дыра глотающая мусор!

Через благословенную дыру мы и выбрались. Хотя это скорее был полукилометровый колодец под крутым углом уходящий под основание Пусторудных гор. Колодец переходил в трещину, а та заканчивалась толстой соляной стеной. За ней был лабиринт с кипящей соленой водой. За лабиринтом две пропасти и стая крокозелов. Мы преодолели все преграды. Прорвались через всех врагов. Втыкая ножи и когти в стены колодца поднялись наверх. Один из нас спешил особо сильно. Обычная телепортация еще не работала. Только ножками наверх. Но божественное перемещение включилось, когда мы преодолели первую пропасть и прошли через гнездовище крокозелов, где столкнулись с гигантской самкой сидящей на куче яиц. Бог смерти не стал лукавить и сообщил – я могу убыть в любой момент. Но он остался. И помог пройти через все новые трудности на пути к свободе, щедро тратя ману и создавая все новую нежить. Под конец мы шли во главе небольшой армии тьмы. Враги падали под наши ноги как срезанные колосья. Я получил невероятный новый опыт и удивительные ощущения. Быть некромантом… в этом что-то есть…

Аньрулл торопился. Очень торопился. Он первый заскочил в колодец и, работая конечностями с неимоверной быстротой, рванул наверх. Первым он и выскочил из зловонной дыры. Аккурат в момент, когда хозяин намеревался отправить в благословенную яму очередную порцию мусора. Только лопатой шевельнул… а из ямы выскочил гигантский скелет прыжком ушедший через крышу в небо и пропавший в зелено-черной вспышке.

- А-а-а… - сипло прокряхтел хозяин, уронив челюсть и лопату оземь.

- Добрый день – вежливо поздоровался я, спрыгивая с плеча полуорка-нежити в ржавых доспехах – Как здоровье хрюшек?

- А-а-а… - хозяин закатил глаза и шлепнулся оземь, спиной угодив в открытый загон для свиней. Хрюшки сочувственно завизжали.

Притащивший меня скелет развернулся и снова нырнул в дыру. Так же поступили прочие скелеты и зомби доставившие мою команду наверх. Аньрулл не уточнял, но, думается мне, нежить нацелилась на Золотых Тамплиеров. Бог смерти не прощает посягательств на свое имущество. Клан Гвиневры приобрел себе могущественного врага. И клан ГКР тоже – врагов у нас резко прибавилось. Вернее, прибавится позднее – когда по Вальдире расползутся слухи о том, что клан Героев помогает Тьме. Что глава клана Росгард лично вручил могущественный темный артефакт богу смерти Аньруллу – которого кстати самолично и освободил.

Звучит…

Проклятый Росгард впустил в наш мир Древнее Зло… и вооружил его… а все начиналось с поцелуя Лизанны, после которого меня привязали к позорному столбу… вот когда надо было казнить этого мерзавца!

- Уходим! – велел я, подхватывая госпожу Мизрелл под локоть и доставая свиток телепортации – Бом! Это не наши свиньи!

- Это почему не наши? – возмутился Бом, подхвативший двух самых жирных свиней подмышки. Друмбос не отставал от учителя – Зачем так свинок обижаешь, босс? Погляди в их заплывшие жирком глазки – разве это не наши глазки!

- Живо!

- Ок! Док, хватай свинью!

- Я ее не подниму!

- Если ты не можешь поднять свинью – какой от тебя прок в клане?!

- Что?! Я вас лечу! Я доктор!

- Клятву давал?

- Давал! И что?

- А то! У меня острая свиная недостаточность! Поэтому хватай свинью и тащи ко мне!

- Через пару секунд чтобы здесь никого! – не выдержал я.

Перепалка закончилась. Один за другим обрадованные успешным завершением очередного приключения сокланы – оттого и радостная говорливость – начали исчезать из свинарника. Из зловонной дыры послышались неразборчивые крики. Там погибала призрачная жаба сражающаяся вместе с нежитью против Храмовников. И через этот хаос пробирались Неспы – спешащие к выходу. На их стороне не было бога. Поэтому все преграды они преодолевали самостоятельно. И несли потери – оба клана.

Я телепортировался последним. В город Тишку. Домой. Пора нам ответить любезностью на любезность и угостить госпожу Мизрелл ответным кофе с плюшками. А заодно хочу показать ей наш особняк и еще одно место…

Вспышка. Прощайте Пусторудные. Тут было интересно…

***

Лампа была из тех, про кого говорят – незаменимая.

Это я понял сразу же по возвращению в Тишку, когда на меня обрушился ураган вопросов касающихся начатого, но не законченного. И ураган настиг меня буквально в первые же секунды прибытия. Вспышка телепорта выплюнула меня и госпожу Мизрелл на площадь перед кланхоллом и ко мне тут же подскочил рекрут с истошным воплем:

- Лампа где, босс? Куда девать шесть бочек моченых яблок и десять мешков ржаной муки? И где хранятся пехотные мечи на шестидесятый уровень? Нам срочно требуется сорок мечей на задний двор – для тренировок! И когда Бом туда подойдет, чтобы показать мастеркласс по рубке дров?

- Пока все на склад! – сумел я дать ответ на первый вопрос. Со вторым затруднился – Не знаю где мечи. Бома и спроси. Он наверняка знает.

- Ок! Видел его – они свиней в сад тащили. А Лампа где?

- Покинула клан – коротко ответил я – Ого…

Мое «ого» относилось к восьмерым спешащим во весь опор рекрутам. И спешили они ко мне. Половина потрясала какими-то документами. Другие вооружились табуретками, топорами и кожаными куртками. Все восемь что-то выкрикивали. Чаще всего слышалось одно слово – Лампа, Лампа, Лампа, Лампа… Весь мир клином сошелся на Лампе.

Завидую Гвиневре!

Прямо вот завидую!

Рекруты настигли меня…

Следующие пять минут я вертелся как уж на раскаленной сковороде, изо всех сил пытаясь дать каждому ответ, причем такой, чтобы он был умным и дельным. Дела клана должны продвигаться в ровном темпе. Даже в том случае если из механизма выпадает золотой винтик. Надо срочно найти равноценную замену Лампе. Если ее не сможет заменить кто-то один – пусть заменяют двое или трое.

Из рутинного водоворота хаоса меня вытащила крепкая рука Бома. В буквальном смысле слова. Он отпихнул одного, бесцеремонно ткнул другого, протянул лапищу, схватил меня за плечо и вытащил из окружившей меня толпы. Рявкнул сердито:

- Часть ЦУ получили? Получили! Действуйте! Вечером собрание в саду! Там Росгард Славный выступит с зажигательной речью! И попутно решим оставшиеся проблемы! За пиршественным столом! Начало торжества будет озвучено в безмолвной форме через сообщения! А теперь разойтись и заняться делами! Кыш, мальки! А мы пошли девятого дракона убивать! Тяжелый денек…

- А что сегодня уже восьмерых драконов убили? – округлила прелестные глаза девушка воин-топорщик.

- А еще стадо крокозелов разогнали, сто призраков упокоили, бога смерти утешили и случайно угробили психику одного свинопаса – вступил я в игру и подбросил дровишек в огонь – Вот свинопаса жалко!

- Ну ты разошелся! Ну ты преувеличил, босс – пожурил меня Бом, едва рекруты разбежались – Свинопас был тут лишним. Тут ты через край хватил!

- Ну да – фыркнул я и глянул на госпожу Мизрелл – Позвольте угостить вас добрым кофе, сударыня?

- С удовольствием! А вон и Орбит поспешает! – оживилась гнома – Люблю с ним кофе пить! Такие забавные истории рассказывает! Самое-то под плюшки…

- Будут и плюшки – заверил я и дружной компанией мы направились к ближайшему известному мне кафе, около которого всегда пахло обалденно сваренным кофе. Надеюсь, запах не врет…

***

Зал был практически открыт всем ветрам – квадратная большая беседка с белыми занавесками, колышущимися в оконных рамах. Десяток столиков. Красные и белые скатерти. Деревянный скрипучий паркет. Приветливый персонал. Море свежей сдобы. Умопомрачительный запах кофе. Мало посетителей. Тихая музыка из магического шара. Идеальное место для отдыха после тяжелого приключения.

Кофе не подвел. А вот посетители подкачали. Я не знаю каким образом, но едва мы уселись за угловым столиком в кафе, в правом от нас углу появилась Черная Баронесса, а в левом уселась Гвиневра. Первую сопровождал Алый Барс. Вторую – Фагнир Некроз.

А у меня дочка и Кира на подходе. Спешат выпить со мной кофе. Соскучились.

И четвертый угол свободен… пусть так и останется!

Я, кстати, не сразу узнал своего убийцу. Интересно звучит – я не сразу узнал своего убийцу. Но ведь так и есть. Некроз убил меня и Орбита. И Колывана. И он ответит за это однажды. Сейчас же хотя бы могу взглянуть в его цифровое лицо. Шлема-то нет. И доспехов. Белая шелковая рубашка. Черные просторные штаны. Серебряный браслет на могучем волосатом запястье. Непримиримому фанатику наспех попытались придать цивилизованный вид. Но я не забывал про его фокусы с доставанием острых и длинных предметов прямо из воздуха. Может и лошадь достать сможет… хм… вот бы он на самом деле достал бы чертову лошадь из воздуха, вскочил бы на нее и ускакал бы прямиком в багровый закат, волоча за собой Гвиневру, ЧБ и Барса! Я ведь устал… хочется выпить кофе и отдохнуть душой… а не шевелить мозгами, пытаясь предугадать их вопросы и действия.

- Расслабься, босс – успокаивающе прогудел наклонившийся к моему уху Бом – Кушай пирожное. И еще… хочешь совет?

- От тебя? Всегда – уверенно ответил я.

- Хм… Про соседей по кафе пока забудем. Пусть сидят. А я вот что сказать хочу – не лезь чересчур глубоко в рутину клановую, Рос. Не твое это. Не твое. Я вижу – ты пытаешься. Стараешься быть умным и везде поспевающим главой. Стараешься вникнуть в тонкости вызревания репы, думаешь куда деть моченые яблоки, переживаешь о количестве склянок пустых и полных. Так вот – не надо. Не твое это. Лидеры разные бывают. Есть те, кто кайфует от пересчета монеток и сидении часами в пыльной клановой кладовке. Есть такие. Много их. Но ты не такой. Попытаешься стать таким – и перестанешь быть Росгардом которого я знал и за которым пошел.

- Ого… - только и сумел я сказать, удивленный, если не ошеломленный подобной откровенностью.

- Ага. Делегируй. Или сдохнешь. Я сегодня же найду тройку способных ребятишек. Таких, чтобы ажно визжали от восторга натыкаясь на кучу неразобранного барахла или при виде телеги с неучтенными мочеными яблоками. Они и наладят с нашей помощью бытовуху клановую. Шестеренки продолжат вертеться. А ты иногда ныряй в эту лужу, но не слишком глубоко. Такой вот совет.

- Спасибо.

- Но не доверяй! Ни мне. Не ребятишкам. Никому. Лампа тебя убедила? Я ведь подозревал. Если уж начистоту. От нее за версту несло чужим могучим запашком. Но молчал.

- Почему?

- А чтобы в эту лужу грязи ты сам личиком своим лидерским впечатался смачно. Чтобы прочувствовал до самой печенки как это бывает. И прочувствовал как можно раньше.

- Ну спасибо еще раз…

- Прочувствовал?

- Еще как – чуть подумав, согласился я – Обидно было до боли.

- Вот так. Привыкай. А вот и наш заказ.

- Празднуем! – поднял я руку с чашкой кофе – Празднуем нашу победу, друзья! Ваша помощь была неоценима! И вместе мы пробились через все трудности! За победу!

- За победу! – хором донеслось в ответ.

- За вашу победу! – послышалось от столика ЧБ. И там две руки подняли в салюте кофейные чашки.

- За вашу победу! – над столиком Гвиневры поднялась только одна чашка. Ее держала глава клана. Сидящий рядом Фагнир Некроз остался мрачен и неподвижен.

- Спасибо – склонил я голову.

- Господин – прощебетала подошедшая официантка – От столика той прекрасной леди в белом попросили передать сверток. Прошу. Он такой тяжелый…

Со стуком передо мной лег завернутый в пестрый переливающийся шелк сверток. Золотой булавкой приколот квадратик белоснежной бумаги. Каллиграфическим почерком несколько слов:

«Спасибо. И ничего личного. Леди Гвиневра».

Приподняв уголок шелковой обертки, я заглянул внутрь. Под пестрой материей тускло блестела серебром кираса. Прикрыв драгоценный предмет, я взглянул на Гвиневру и коротко кивнул. Она сдержала свое обещание. И отчетливо показала желание примириться. Эмоций ноль. Пятью часами раньше я бы скакал от радости. Сейчас же эмоций не осталось вообще – выгорели. Слишком много крутых виражей и впечатлений за последние часы. Краски вокруг посерели. Надо отдохнуть – иначе скоро меня настигнет Затухание. Можно отдохнуть прямо в игре – поспать часик, ненадолго отключить мозг.

- Кофе неплох! – со сдержанным одобрением отметила госпожа Мизрелл.

- В этом городе ценят хороший кофе и добрую сдобу – устало улыбнулся я.

На стол опустили серебряный поднос уставленный различными сладкими вкусностями. Глаза разбегаются. Я подцепил первое попавшееся пирожное, почти бросил на тарелку. Надо до конца выдержать приличия – Мистри «местная». Нельзя после долгого выматывающего похода просто сказать что-то вроде: «Увидимся через пару часов!». Так можно обращаться только с наемниками. Но я ей не плачу. Она любящий меня добрый друг.

Улыбающийся как Будда Орбит наложил себе различных пирожных и сладостей, после чего лихо все размял и перемешал вилкой. Вылил сверху полчашки кофе. Добавил сливок и щепотку сахара. Снова перемешал. Попробовал. И начал со вкусом поглощать невероятное блюдо… возникло на секунду желание отведать сего яства, но решил не рисковать.

Первые минут двадцать вообще о делах не говорили. Вся принявшая участие в приключении компания бравых авантюристов устало шутила и делилась впечатлениями. Припомнили все и всем – даже мне. Не посмотрели, что я лидер. Кто и как шлепнулся, кто перепутал заклинания, кто умудрился врезать мечом или магией по союзнику, кто смешно тонул в соляном студне и жалобно звал на помощь. Друмбос показал неплохой дар актерства, в красках показав тонущего Дока тянущего руки и призывающего спасти светило медицины из крутого огуречного рассола.

Краски мира начали возвращаться…

Я взбодрился. Будто цифровой «нарисованный» кофе подействовал не хуже настоящего.

Сам не заметил, как включился в беседу не на машинальном почти пассивном уровне, а на равных со всеми. Сидя в своем углу, мы в голос ржали над шутками, спешно придумывая все новые и новые. Вскоре начали утирать слезы, на пол со звоном посыпались ложки и блюдца. Подошедшая хозяйка заведения принесла еще пирожных и два горячих кофейника. В кафе прибывало все больше игроков. Как одиночных так и клановых. Они садились поодиночке и вместе, делали заказ и развешивали уши, вслушиваясь в нашу громкую похвальбу.

Вспыхнул большой экран. Постарались не мы. Но магический телевизор был с общим доступом – каждый мог «бросить» в него видео или сделанный скриншот. Экран послушно показывал картинка за картинкой. И без того громкий хохот вышел по уровню шума на одну ступеньку со средним пассажирским аэропортом. И по вполне понятной причине – скриншоты и видео большей частью были не героического, а комического направления.

Плавающая в соляном студне задница Бома, он уже тонет, но упорно тянется к погружающемуся кувшину.

Споткнувшийся и упавший плашмя Док, наступающий ему на спину Друмбос.

Швыряющий огненный взрывной шар Храбр. Выражение перекошенного лица миролюбивого алхимика вполне можно назвать кровожадным. А грязевые разводы вполне тянут на боевую дикарскую раскраску.

Я. Вроде просто перешагиваю через скальный уступ, но при этом меня «поймали» в такой нелепой позе и с таким выражением лица, что от смеха слезы на глаза наворачиваются.

Атакующая стая крокозелов.

Тонущий я. Спасающий меня Храбр.

Тонущий Храбр. Наступающий ему на голову улыбающийся Друмбос. У него фишка такая что ли? На тонущих и лежащих наступать…

Застывшие моменты битв. Я выпускаю огненные шары, за моей спиной туманится терновая пуща. Бом с размаху рубит крокозела. Его спину прикрывает Друмбос. Док с искаженным лицом лечит Храбра. Госпожа Мизрелл наносит свой коронный удар хлыстом.

Затем видео. Несколько коротких нарезок. Бои – яркие и зрелищные, лучшие моменты. Комические ситуации. И даже драматические. Нашлись в последнем приключении и такие.

А вот чего не было – вернее кого – так это Лампы. Она не появилась ни в одном видео или скрине. Вернее, появилась, но косвенно – повсюду создаваемый ею свет, а часть отличных скриншотов и видео определенно были сделаны ею и переслано позднее одному из моих сокланов. Потому как на видео были все кроме нее. Не святой же дух видео записывал? – это, кстати, возможно. Из призраков Вальдиры получаются хорошие телеоператоры, как я слышал.

Лампа будто исчезла. Ее будто и не было с нами. Тотальная цензура. Даже в общих батальных сценах ее не обнаружилось. Не меньше двадцати игроков бросали по очереди скрины и видео в экран – это показывали бегущие рядом строчки. Но никто из них не послал изображение Лампы.

Странно. Ладно мы – для нас она предательница.

Ладно Неспы – они проявляют солидарность с нами.

Но Храмовники? Для них Лампа – герой! Соклан прекрасно отыгравший свою роль, выполнивший свою задачу на сто процентов. Как есть герой. Такого впору поднимать на щит обитый золотом и на плечах носить по всей Альгоре – ну или хотя бы провинциальной Тишке. Однако нет… о Лампе ни намека.

А она вообще еще существует? В смысле – в своем виртуальном воплощении?

Я по наитию забрался в меню сообщений. Вбил имя. И задумчиво цыкнул зубом – персонажа Лампа не существовало в мире Вальдиры. Нет такого игрока. Аватар удален. Вот так… мое настроение неожиданно стало хуже.

Персонажа с таким именем не существует…

Персонаж удален…

Где она сейчас?

Сидит в одиночестве дома и пытается отвлечься от тяжелых дум просмотром телевизора?

Ткнула красную кнопку удаления персонажа и пошла в ближайший бар с твердыми планами надраться так сильно, чтобы асфальт под ногами стал зыбким?

Или она настолько профи, что немедленно создала нового персонажа и прямо сейчас, держа в руке крепкую сучковатую палку, сражается с крысами в амбаре Яслей, выполняя первый квест. Если так – то доложила ли она Гвиневре о новом «рождении» и скором прибытии для получения нового кланового задания?

Я не знаю где она сейчас. И даже предположить не могу. Потому что вообще ничего не знаю о Лампе. Ну разве что минимум знаний о ней имею – профессиональна, социальна, улыбчива, весела. Она же обо мне узнала гораздо больше.

Проклятье…

Персонаж удален.

Я подозвал официантку и попросил бокал черного пиратского рома. Захотелось вдруг отхлебнуть напитка покрепче. Бом удивленно воззрился на меня. Я отправил короткое сообщение. Он прочел и, судя по застывшему взгляду, отправился проверять. Много времени это не заняло. Крякнув, он сделал странный жест у подбородка – будто бороду ухватить попытался. Не преуспел. Коротко постучал пальцами в воздухе, стуча по клавишам видимой только ему клавиатуре. Делал какие-то пометки. Между делом он успел крикнуть девушке, чтобы несла сразу бутылку рома.

Стук…

На столешницу со стуком опустилась коралловая глыба. Судя по виду – весом под центнер. Стол жалобно заскрипел, начал подрыгивать резными ножками как живой. Опустившаяся на глыбку крепкая мужская ладонь чуть напряглась. Кораллы захрустели и начали рассыпаться. На чистый пол полетел мусор. Меня он мало смутил. Я с большим интересом смотрел на доставившего коралловую каменюгу и на то, что скрывалось под коркой. Там виднелась доска с выжженной надписью «Ром черный. Истинный».

Нам на стол поставили ящик рома?

Через пару секунд мое предположение оправдалось – когда та же знакомая ладонь шутя оторвала крышку и показались горлышка бутылок. К первой ладони присоединились две зеленые лапищи – Бом сцапал две бутылки и убрал к инвентарь, быстро пояснив:

- Одну в погреб наш. Другую разопьем в тишине твоего кабинета, босс.

- Договорились – хмыкнул я, пододвигая стул новому соседу.

Аньрулл уселся не чинясь. Со вздохом облегчения вытянул ноги. Он по-прежнему был в личине давно почившего легендарного разбойника, чья биография чем-то напоминала мне историю жизни Ермака. Хотя историю я знал из рук вон плохо. И помнил, что Ермака в конце того…

- Предавшую тебя нигде сыскать не могу – тихо сообщил Аньрулл – А искал хорошо.

- И не отыщешь – вздохнул я – Она покинула этот мир.

- От меня не уйти и в потусторонний мир – достану.

- Она вернулась домой – коротко пояснил я – Туда, откуда мы являемся через портал Рождения установленный в каждых Яслях. И если она и явится в мир Вальдиры вновь, то узнать ее будет невозможно, бог Аньрулл, только если она сама не захочет быть узнанной. Любая раса, цвет кожи, имя…

- Сильнейшая магия? Или… или так задумано свыше? – в поднесенные бокалы плеснул ром. Запахло очень недурственно.

- Задумано свыше – ответил я, отметив, что гордый бог смерти запнулся, произнося слово «свыше» - Называй это законами мира.

- Законы мироздания?

- Нет. Законы мира. Придуманные и нерушимые. И потому, даже если перерожденная Лампа прямо сейчас зайдет в кафе и сядет за соседний столик, мы не сможем ее узнать.

Мы глянули на дверь. Я удивленно моргнул – в кафе вошла девушка-гнома четвертого уровня. Низенькая, коренастая, в начальной одежде. Она глянула по сторонам, махнула кому-то рукой и начала пробиваться через толпу.

Хм…

- Совпадение – дернул я плечом.

- Случается такое – отозвался бог смерти.

- Ну-ну – подытожил Бом и мы чокнулись – За успех!

- За успех!

- За успех!

Я отсалютовал бокалом Черной Баронессе. Попутно убрал в инвентарь закутанную в сверток серебряную кирасу. Оттуда ее не украдут – законы мира-с… сейчас прописанные законы работают в мою пользу. А вот со стола драгоценную вещицу спереть могут легко.

На экране продолжали появляться картинки. Народ дружно ахал и охал, когда мелькало изображение гигантского безглазого скелета со страшными когтями. То и дело по залу пугливым шепотком витало слово:

- Аньрулл…

- Аньрулл…

- Аньруллл…

И почему-то мне слышалось другое слово:

- Чур меня… чур меня… чур меня…

- Все идет по плану? – спросил я у бога, отхлебывающего старый ром.

Ящик с напитком немало полежал на морском дне, раз успел так обрасти кораллами. Кто его выудил из пучины морской? Сам Аньрулл? Он соль недолюбливает. Забрал у кого-то… причем забрал очень быстро – услышал мой заказ про ром, метнулся куда-то божественным портом. Хапнул ром – хороший, старый. И притащил. Хочет выразить свою признательность.

- Все в порядке? – спросил я у него.

- Великое дело сделано сегодня. Есть досадные мелочи… один из старых могильников под Альгорой вдруг решил пойти против меня… немыслимо! Мои дети отвернулись! Кого послушали? Кто нашептал в их мертвые уши? – бог смерти залпом опрокинул бокал и тут же плеснул себе еще – Я разберусь. Займусь сегодня же. И еще до заката они познают силу моего гнева.

- Удачи в воспитании – кивнул я и мы звякнули бокалами.

Выпили еще. Я с некоторым… м-м-м… изумлением смотрел на отправленные на экран фотографии Черной Баронессы. Нет, я привык часто видеть эту валькирию повсюду. Она знает цену хорошего пиара и не забывает себя рекламировать. Но раньше ведь как было – ЧБ повергает тролля ударом кинжала, летит на веревке между мачтами, готовясь убить монстра… а тут… тут что-то другое.

ЧБ нагнулась за камнем и ее подловил фотограф.

ЧБ изящно отставила ножку – она не позировала, видно, что даже не подозревала, что ее снимают.

ЧБ в бою. Но монстра не видно. Сфотографировано только ее лицо с горящими глазами, плотно сжатым ртом, развевающимися волосами.

ЧБ отряхивает кожаные брюки. Сзади их отряхивает. Крупным планом ее ладони застывшие на выпуклостях закрытых черной тугой кожей.

Что за? Кафе удивлено притихло.

Кто отправитель?

Гвиневра. Белая Дама. Вот кто отправил на экран не меньше пяти подобных фото.

Что происходит?

- И что это за…. – не выдержал привставший Док, с большим любопытством смотрящий на экран.

- Моя защитная магия снята с города! – Аньрулла подбросило словно пружиной – Одним ударом! Святая светлая магия!

- Уходи! – моментально отреагировал я, вскакивая следом.

- Бежать? Ну нет! Я дал слово, что на город не будут падать монстры!

— Значит потом вернешься! – мотнул я головой – Сначала разведаем!

- Поздно… - бог смерти сверкнул злой улыбкой – Магия переноса запечатана. Отсюда я смогу прорваться только силой и никак иначе. Ты со мной?

Я не раздумывал.

- Да. Я помогу тебе.

- И я! – рыкнул Бом.

Моментально рядом со мной оказалась вся компания по прошлому приключению. Подошла и госпожа Мизрелл. Бом взмахами собирал остальных сокланов.

- Только осознанно пусть решают помогать или нет! – крикнул я Бому и глянул на Баронессу. Глянул и отшатнулся – она уже стояла вплотную.

- Что происходит?

- С города сорвана защита Аньрулла. И сорвана светлой магией. Святой магией. Закрыты пути божественной телепортации – постарался ответить я как можно короче и информативней.

- Ух ты… тут без высших жрецов не обошлось.

- Поможете?

- Поможем – ответила Баронесса – Как друзьям попавшим в беду.

- Спасибо.

- Мы тоже поможем! – это произнесла Гвиневра.

Я вовремя прикусил язык и не сказал гордого: «Не надо, сами как-нибудь!». Просто кивнул. И двинулся к выходу. Надо узнать что происходит. И узнать как можно быстрее.

Аньрулл подпрыгнул. И в потолке образовалась здоровенная дыра. Вниз полетели обломки досок и битая черепица. Я так прыгать не умел и положился на быстроту ног. Баронесса прыгнула следом за Аньруллом. Алый Барс столкнулся в дверях с Некрозом. Бом вышел через открытое окно. Я, вспомнив, крикнул обалдевшей хозяйке, что мы восстановим все убытки. И выпрыгнул в окно, зацепив горшок с цветами.

«Без высших жрецов не обошлось» - звучало у меня в ушах.

Вот только этого мне сейчас не хватало.

Глава одиннадцатая.

Восторженность светлая. Гости светлые, незваные. Долбаный свет.

Вылетев на улицу, я глянул мельком в небо и круто затормозив, встал в оторопении.

- Долбаный свет и иже с ним! – донеслось с крыши покинутого мною кафе – Восторг над нами!

- Что? – заорал я, поворачиваясь к Баронессе – Чему восторгаешься?

- Восторг над нами! И под нами! Не видишь?!

- Магия, босс, магия – проскрежетал злобно Бом, задравший лицо к небу – Божественная.

- И чему восторгаемся?

- Название у ней такое. ВОСТОРГ. Там полное название что-то вроде Высший Святейший Тотального Отрицания… слов десять в названии. Коротко – восторг. Понятней – мы видим над нами Высший Святейший Светлейший Купол Отрицания Божественного… где-то кончился мощный храм светлый – просто умер, отдав всю энергию для капли.

- И как долго эта хрень простоит?

- Пока ее поддерживают верховные жрецы – за Бома ответила Баронесса, бросившая на полуорка короткий пронзающий взгляд – В худшей перспективе – вечность! Над проклятым селом Ромашковая Долина, к северу от Акальроума, где из-под земли прорвалось древнее зло, ВОСТОРГ держали два года. Пока там все не передохли – и древнее зло и мирные жители. Скончались с восторгом…

- Зря вы меня так пугаете! – рыкнул я зло – Я ведь испугаюсь! Уже испугался!

- И правильно сделал…

- Папа! – ко мне бежала Роска, возглавляя небольшую волчью стаю.

- Рос! – следом спешила Кирея Защитница.

Они опоздали в кафе. Но успели к началу главного представления.

Я ткнул пальцем вверх. Обе закивали – видели мол. И видим. Лицезреем с восторгом.

Над нам висел ленивый фейерверк. Будто разом сотни ракет, дождались, когда они рванут – и в этот миг попросту прикрутили тумблер управляющий ходом времени. Почти до упора. И время резко замедлилось. Над нами с чудовищной неспешностью расцветали разноцветные огненные цветы. Очень красивые, завораживающие цветы. Они плыли над городом, с легкостью разрезая облака и тучи, наполняя их собственными свечением. Между ними воздух был наполнен чем-то вроде светящей бирюзовой пыльцы.

Небо над Тишкой беззвучно пылало… горели облака. Горел воздух. Летели вниз горящие птичьи перья. Мы под гигантским куполом.

- Куполом? – уточнил я, ткнув кулаком в спину угрюмо молчащего Бома.

- Шаром – ответил тот, поняв суть вопроса.

- Мы окружены – подтвердила ЧБ – Отсюда не выйти и не зайти без ИХ разрешения. Город в полной блокаде. Аньрулл!

- Да?

- Любой дождь, любой град, любой снег что пойдет из-под купола – будет светлым и святым! Они полностью контролируют погоду и наполняют ее своей магией.

- Я знаю подобную магию, смертная. Но благодарю за предупреждение! – ответил Аньрулл, сбросивший личину и представший во всей своей красе.

На развороченной крыше кафе высился громадный скелет в черно-зеленом плаще. Когтистые ручищи сжаты в шипастые кулаки, ноги широко расставлены, пасть ощерена в вечной злобной улыбке, не предвещающей врагам ничего хорошего.

- Я успел послать весточку! Скоро! Очень скоро сюда прибудут мои силы!

- Им не пробиться сквозь купол.

- Они найдут чем заняться и вокруг города – прогрохотал Аньрулл.

- Темный и страшный! – выпалила Роска, глядя на древнего бога снизу вверх.

Рычащая волчья стая окружила ее мохнатым крутящим кольцом. За ее спиной сел Тиран, зло уставился на врага. Черт… как же он вырос! Опять вырос! Я думал Тиран прекратил расти, но за то время что я путешествовал без него, он прибавил в холке не меньше десяти сантиметров. И еще… с каких это пор в описании моего черно-белого питомца присутствуют такие слова как «божественное усиление» и почему его уровень выше того, что я запомнил? Рука Роски опустилась на шею черно-белого волка.

- Верно, юная богиня! Я темный и страшный! – ответил нагнувшийся скелет – Не бойся. Мы с твоим отцом друзья. Я друг и тебе. Свет… тьма… в чем разница кроме цвета плащей? Посмотри! Вот что творит любимый вами свет!

Из-под купола падала горящая лебединая стая… воздух наполнили печальные крики уцелевших птиц, провожающих к земле горящих собратьев. Опять летят перья… горящие белые перья…

- Они пришли сюда за Аньруллом – я взглянул на бога смерти.

- И за тобой – добавила Баронесса – Наверняка. Рос… ты пособник древнего темного бога смерти. Ты сделал все, чтобы он добился успеха. И ты разрушил светлые планы. Такого не простят. Но чтобы так быстро проведали… думаю они сомневаются. И сначала поговорят…

- Как действуем? – Бом требовал плана. Глядя на его превратившийся во вспаханное морщинами поле лоб, было ясно, что он лихорадочно пытается придумать хоть что-то.

- Сначала посмотрим кто против нас – решил я – А затем посмотрим, кто за нас. Нужен наблюдательный пункт.

- Была в этом городе раньше высокая башня – вскользь заметила Баронесса – Но что-то не вижу.

- Башня, башня – проворчал я, устало улыбаясь дочери – Была да сплыла. Отстроим заново. Пошли к ратуше. Там и с мэром побалакаем. И по сторонам посмотрим.

- Живей. Времени у нас в обрез.

- Ты со мной! – костяная ручища схватила Орбита за плечо и утащила в небо. Лысый эльф продолжил меланхолично жевать приготовленное им же яство и держать тарелку с вилкой. Так и улетел – вкушая.

- Дядя Орбит! – протестующе пискнула Роска – Какого бакена?! Крюк ему меж ребер! Костистый зубастый противный дурацкий!

- Следи за языком, девчонка! – злобно донеслось с неба.

- Только никого не надо пугать там в ратуше пугать! – завопил я, одновременно показывая Роске злую гримасу – Давайте за ними! Храбр! Док! Бом! Собирайте всех! Госпожа Мизрелл, думаю, вам лучше не вмешиваться – против нас силы света.

- Да плевать! – категорично ответила гнома, аккуратно отставляя опустевшую чашку кофе – А вот лебедей жалко! К ратуше!

- К ратуше!

- К ратуше! – Роска вспрыгнула на Тирана, и они умчались, сопровождаемые другими волками.

- Маугли блин… - буркнул я и покосился на Киру.

- А что я?! Больше шляйся по командировкам! Однажды приедешь – а дочь лысая, злобная, водится с дурной компанией и собирается замуж за главного гопника города!

- Э-э-э… - протянул я – Что-то не мой похоже сегодня день. К-хм… все к ратуше! Пока меня до начала боя не прибили сковородкой… Бегом, друзья!

***

Рубиновая нить коротко вспыхнула. В стену сотканного из фейерверков купола ударилось два гигантских камня. Они должны были упасть на улицы прибрежного городка Тишка, но могущественная божественная магия отразила страшные гостинцы. И валуны рухнули к краю купола. Выбили глубокие ямы. И замерли в облаках пыли. Ненадолго.

По камню зазмеились светящиеся трещины. С треском скорлупа разлетелась на куски. Из облака пыли показалось две темные тени. Медлить незваные гости не стали. Они рванулись вперед, с хриплым рыком прыгнули на ближайшее движение… и повисли в могучих каменных ручищах. Завизжали, ударили страшными когтями. Полетела каменные пыль. Располосованное глубокими бороздами лицо голема осталось бесстрастным. Он усилил хватку. Затрещал костяной панцирь, чудовище взвыло, забилось. Второй голем использовал землю как наковальню, раз за разом вздымая и опуская монстра, вбивая его в сырую землю. Чужеземные чудовища сопротивлялись. Они не сдавались. Но силы были неравны. И вскоре короткая битва завершилась. Останки монстров упали в грязь, замерцали и пропали. Санстоуны незамедлительно замерли, сберегая наполняющую их каменные тела божественную ману.

Бросивший на битву лишь один короткий взгляд старец в бело-зеленом облачении вновь обратил свое внимание на лежащий перед ним город, видимый сквозь магический купол. Он вздохнул, провел ладонью по старому длинному посоху и кивнул. Процессия двинулась вперед, ступая по дороге ведущей в город. Их сопровождали тяжко ступающие големы, похожие на ожившие каменные башни. Жрецов окружали храмовые воины и диковинные создания. В стороне из вод Найкала медленно вздымался зеленый остров растущий на глазах. Остров становился все больше, накрывая собой воду, отрезая город Тишка от свободных вод Найкала.

***

- Святые потроха акульей зажарки! – к моему удивлению столь витиевато выразился внешне сугубо сухопутный Храбр – Кабестан им в зубы!

Глядя на смотрящего в подзорную трубу алхимика, легко можно принять его за стоящего на корабельном мостике капитана. Заметив мое изумление, Храбр передал мне инструмент и пояснил:

- Вырвалось. Случилось тут на днях краткое морское приключение… Так там такая команда на баркасе собралась, что вся-я-я-якого наслушался! Теперь иногда срывается с языка… Да это ерунда. Ты только погляди, босс!

(От автора: описание морского приключения Храбра можно прочитать в рассказе «Кладбище Аль Дра Даса»).

Глянув в трубу, я сразу понял причину волнения Храбра. Поняли это и остальные – мэра я пока не встретил, но мне никто не стал препятствовать, когда я буквально пролетел через первый этаж ратуши, взлетел по лестнице через все этажи и выскочил на крышу. Репутация делала свое дело. И моя репутация в городе была крайне высока. Пока что, во всяком случае… думаю скоро мое доброе имя изрядно пополощут в грязи.

Вокруг всего города – замерзший фейерверк. Красота неописуемая. Красота пугающая и вызывающая чувство безнадежности. Мы в центре взорвавшейся петарды. Говорят, что в случае смертельной опасности время словно бы замедляет свой ход… может это как раз такой случай?

По главной улице города двигался отряд. Сплоченный. Быстрый. Решительный. Идущий точно к центру – к площади и стоящей перед ней ратуше и расчищенному фундаменту часовой башни. Впереди шагает стальная стена воинов. За ними двигаются маги в разноцветных балахонах. В центре колышется бело-зеленое пятно сутан – храмовые жрецы. Дальше опять магическое разноцветье балахонов. По сторонам сталь и щиты. И камень – десять святых големов тяжко шагают по периметру отряда. От големов тянутся светящиеся нити к отряду. Немало аур сверкают и переливаются в воздухе. Смешно… зрелище грозное… но смешно… - големы кажутся движущимися каменными кольями к которым привязан тканый разноцветный гамак. Сверху положить бы еще какого-нибудь жирного великанского принца с важным лицом…

- Гамак! – не сдержался я – Оживший! Так и станем называть его – Гамак!

- А похоже! – согласился хохотнувший Бом.

Фыркнула и Кира. В голос заржал Орбит. Подключились остальные. А к этому моменту на крыше ратуши нас было никак не меньше семи десятков. И народ все подходил. Смешанная толпа. Герои. Неспы. Храмовники. Случайные игрок – одиночки и из других кланов. Двери ратуши уже закрыли. Стражи быстро соображают. И заняли оборону. Но не мешали игрокам взбегать по задней наружной лестнице или десантироваться с птиц и «сосисок».

Но сама ратуша закрылась наглухо. Причем, как мне сообщили наши, мэр громогласно распорядился наглухо перекрыть каждую дверь засовами и запорами, а сам заперся в дальнем пиршественном зале. В дальнем! Есть и такой, оказывается. И что самое интересное – мэр там заперся уже после того, как услышал, что в город вошли светлые добрые жрецы, кои обычно преисполнены любовью к каждой твари.

К мэру я послал гонца. Ведь он высшее местное должностное лицо. Ему и встречать гостей.

- Над смертью смеемся – вздохнул Храбр, утирая слезы – Гамак…

- Надо мной еще никто не смеялся – хрипло парировал Аньрулл.

Ого… бог смерти пошутил. Пусть не слишком тонко, но смешно.

- Ты не можешь уйти?

- Запечатан каждый выход – ответил Аньрулл – Проклятье… Оградили надежно. Я жажду битвы… но арсенал не здесь. Сокрыт в надежном месте, куда сейчас не добраться. Хотя кое-что я с собой прихватил – скелет клацнул челюстями – Этого хватит, чтобы смертельно удивить немалое число врагов! О! Я вижу кладбище… если что – зови и погромче! Явлюсь! И не забудь про данный мною амулет! – последнее предложение было едва-едва слышно.

Тем временем отряд с кодовым названием «Гамак» существенно продвинулся вперед. До площади ему двигать минуты две. Жители города покидали дома и с большим интересом смотрели на удивительный отряд и каменных великанов. Многие из них кланялись и просили благословения – жрецы не скупились на оные. Поразительно! Но понятно с религиозной точки зрения – светлые жрецы творят добро. И «местные» знают это.

С этого расстояния и при помощи великолепного наблюдательного прибора, я разглядел несомненного лидера отряда – седобородого старца со столь угрюмым лицом, что ему впору темные одеяния, а не светлые. Старец при ходьбе опирался на толстый деревянный посох. Полы отороченного зеленой каймой белоснежного одеяния волочились по мостовой.

- Двух големов кто-то знатно подрал – заметил Док – Левый ряд.

Я чуть повел трубой. И верно – два святых голема будто с кошками подрались. По каменным торсам и плечам тянутся глубокие борозды. На плече одного следы глубокого укуса. Лик второго будто через шредер пропустить пытались. Следы давней битвы?

Б-А-А-А-А-М-М-М….

От повисшего над нами купола отскочил поистине гигантский зарграадский валун. Отскочил, упал снова. И покатился вниз со все нарастающей скоростью. Через пару секунд последовал еще один звук удара. За куполом поднялся фонтан грязи высотой с трехэтажный дом. Кого-то ждет больша-а-ая беда. Кого-то, но не нас – вряд ли тварь сумеет прорваться сюда сквозь купол. Смешно, но даже после снятой магии Аньрулла, Тишка все еще защищена от атак зарграадских чудовищ.

«Гамак» достиг площади. Блин… ну на самом деле гамак гамаком – еще и как бы покачивается из стороны в сторону.

- Где мэр-то? – спросил я в пространство.

- Не выходит! – выпалил в голос выскочивший на крышу молодой соклан.

- Заперся! – подтвердила выбежавшая следом эльфийка с луком за спиной – И визгом злобным всех посылает куда подальше – даже начальника стражи!

- Да что за… - рявкнул я, в сердцах ударяя кулаком по каменному парапету – Обалдел он?!

- И там все время посуда гремит. Он продолжает жрать – добавил соклан Пучехвост.

- Ф-ф-ф-ф – испустил я долгий выдох.

- Друг Росгард! – на крышу вышел страж – Нужна твоя помощь! Мэр не внимает голосам и доводам нашим. А к площади подходит большой отряд… ты человек знатный. Известный. С самим королем альгорским общался. И мэром нашим с успехом успел побывать, город от разбойников оградил. Кому как не тебе с важными чужаками беседовать?

- Ладно – без промедления согласился я, говоря самым будничным голосом – Согласен.

- Благодарим, друг Росгард! Ждем тебя на площади!

- Ну… я пошел – глянул я на друзей – Стойте здесь. Слушайте. Наблюдайте. Бом, рассредотачивай бойцов. И запусти мое заявление всем сокланам рассылкой.

- Что заявляешь, босс?

- Если драться придется – то со светлыми высшими жрецами. Репутацию потом отмыть трудно будет. Большая часть сокланов тут не при делах и из-за нас мараться в грязи не обязана. Хотят – пусть уходят. Я пойму. Претензий не будет. Хочу чтобы все это знали.

- Ок. Сделаю. Что еще?

- Пусть оставшиеся уводят мирных жителей подальше от главной площади. Сообщите всем – тут может состояться бойня и зацепит каждого кто окажется рядом. Пусть держатся подальше. От главной площади и кланового холла Героев Крайних Рубежей.

- Сделаю. Удачи. Тебе уже машут.

- Выбирай слова, милый – меня под ребра ткнул стальной кулак любимой девушки – Очень осторожно выбирай!

- Меня все равно убьют – прошептал я в ответ, косясь на дочку – Шутишь? Такое сделал я…

- Что хоть сделал-то?

- Отдал темный артефакт темному богу смерти. А артефакт был в светлом хранилище-ловушке.

- У-у-у-у… Рос! Это же…

- Я-то не паладин – пожал я плечами – Ладно. Пойду. Если меня прибьют – не атаковать! Ждать команды! Всех касается!

Убедившись, что меня услышал, глянул на Роску и сурово велел:

- Чтобы не случилось со мной – не вмешивайся! А то папа рассердится так, что все удочки переломает! И не переживай, дочь – я вернусь что бы не случилось. Обязательно вернусь.

Молчаливый серьезный кивок. Радует. Но дочь самостоятельней день ото дня – вон как светится огонек упрямства. Рядом с ней стоит Орбит. Он тоже коротко кивает. Понимает всю угрозу – не дай боже Роска влезет и попадет по столь страшную атаку всего светлого святого братства.

- Кир, спрячь вот это в ЛК! Прямо сейчас! – я перегрузил содержимое инвентаря Кире и напомнил – Прямо сейчас!

- Что там такого важного-то? – поразилась Беда.

Я пошел кратчайшим путем – спрыгнул с крыши. Угодил на тканевый навес. Тот спружинил. И меня, как в дурной компьютерной игре, подбросило вверх. Извернувшись, приземлился перед входом. Не упал! И, насвистывая, пошел навстречу выходящим на площадь головным санстоунам. По пути возникло желание завязать глаза белой тряпочкой. Как перед расстрелом. За спиной лязгнуло. Упавшая на землю Кира рванула к гостинице. Бежала с диким шумом – по булыжной мостовой стальными сапогами. Искры во все стороны. Влетела в дверь и скрылась. Отлично. Вещи в надежном месте. А я полностью пуст – при себе даже завалящего свитка нет.

Пуст. Но по этому поводу не переживаю – понимаю, что нечем мне ударить топающий навстречу отряд так, чтобы они это хотя бы просто ощутили. Уверен, что воспользуйся я сейчас высшей личной магией «метеор» - не со свитка, а своей собственной, усиленной артами, экипом, рунами и прочим – члены светлого отряда ощутят разве что-то вроде скользящего прикосновения к щеке опавшего кленового листа. Почему кленового? Да это так, к слову, пришлось. Пусть дубового. Сути не меняет – я их даже пощекотать не смогу. Настолько сильно они защищены всевозможными аурами.

Да даже без аур – высшие храмовые жрецы. Я против них как муха.

Я шел ровным шагом. Руки в карманах куртки. Не стану я демонстративно показывать им пустые ладони. Пусть думают, что у меня в кармане может оказаться нечто настолько жуткое, что может сделать большое «бо-бо» даже столь хорошо защищенным врагам. Того что меня прихлопнут в превентивном порядке не боялся – ну перерожусь. Я в последнее время настолько сильно забил на повышение уровней и умений, что даже не помню свой текущий уровень. Так что не боялся. И даже хотел этого – пусть убьют прямо сейчас. Чтобы был крохотный повод обвинить их в неоправданной агрессии…

Небольшая площадь почти пуста. Совсем недавно, во время рыболовного состязания, здесь стояли навесы, рекой лилось вино и лежали на блюдах жареные лягушки. Все танцевали под громкую музыку и веселились.

Сейчас все не так.

Повсюду груды строительного материала и кучи мусора. Вокруг фундамента часовой башни высятся строительные леса. Большая часть зданий вокруг площадь восстановлена. Но многие еще чернеют обгорелыми стенами и проваленными крышами. Вскоре все исправится окончательно… или же окончательно разрушится – когда здесь грянет намечающаяся бойня.

Треть пути позади. Я продолжаю шагать. Чуть удивленно смотрю на одинокую сгорбленную фигурку впереди – старая женщина метет площадь. Метет сосредоточено, не глядя по сторонам, движение скупые и умелые, мусор будто сам послушно отлетает ко все растущей дымящейся куче. Воздух заполнился запахом тлеющих листьев и веток. Вкусный запах осеннего детства…

Забравшийся на штабель бревен игрок присел и, напряженно смотря на меня расширенными глазами, тихо шепчет в светящийся шар подозрительно похожий на микрофон. Над игроком витает еще один шар – побольше и снабженный рисунком глаза. Проходя мимо, я отчетливо слышу сбивчивое бормотание. Игрок явно не профессиональный ведущий. Новичок, внезапно угодивший на супер представление.

- Ситуация в Тишке… Ситуация в Тишке…

И вдруг громко и ясно:

- Ситуация в Тишке застыла в роковой неопределенности! Застыла!

Я глянул на него так, что игрок Восточный Цунами сто семидесятого уровня едва не проглотил волшебный микрофон и вжался в бревна. Но бормотать не прекратил:

- Ситуация в Тишке… Ситуация в Тишке! Вы видите? Видите, дорогие зрители? Росгард шагает! Вестник Вальдиры – мы всегда на острие!

- Твою мать – процедил я, делая шаг шире – Хотя бы сдохнуть нормально дайте!

На мою простую просьбу внимания не обратили. Но отреагировали:

- Росгард! Что вы можете сказать про ситуацию в Тишке?

Ситуация в Тишке… что-то меня начало пугать это сочетание слов. Обычно с таких слов начинается описание чего-то крайне нехорошего. Вроде: «Ситуация в Тишке вышла из-под контроля! Количество жертв ужасает!» или «Ситуация в Тишке ужасна!». Хотя хотелось бы надеяться на финал вроде: «Ситуация в Тишке резко улучшилась! Ура!».

Ситуация в Тишке…

Ситуация в Тишке…

Рос!

Очнись, дурень!

- Росгард, вы хоть что-нибудь можете сказать про ситуацию в Тишке? – надрывался корреспондент, решивший почему-то не идти за мной, а ползти, смешно при этом втягивая голову в плечи и оттопыривая зад.

За моей спиной гневно рявкнул Тиран – видимо волку не понравилась такая пародия на моего питомца, и он жаждал вцепиться в негодяя.

- Росгард! – громыхнувший властный голос должен был принадлежать могучему воину с медвежьей грудной клеткой.

Но, если я правильно увидел, говорил не воин, а старец с посохом.

На меня упала густая тень. Я поднял голову. И взглянул на шагающую башню – боевой голем. Санстоун. Активированный, щедро тратящий ману – от его широченных плеч валил хорошо заметный голубоватый пар. Будто призрачный плащ набросили. Можно сравнить с дымом из выхлопной трубы автомобиля. Быстрей бы у него горючее закончилось…

Вторая тень легла рядом. Тяжко вздрогнувшая земля облегченно замерла – ломающие своей поступью мостовую големы остановились. Как и весь отряд. Ко мне стремительно, с юношеской легкостью, шагал высокий старик, гневно впечатывающий посох в землю.

Над головой полыхнуло. Глянув вверх, я убедился, что это прилетел очередной гостинец с Зар’граада. Что же они творят? Жрецы светло неумные… к нам на полной скорости прет целый материк, скрывающий колоссальную звезду-стража. Два мира скоро столкнутся. Нам на голову сыплются иноземные твари! А эти продолжают свою извечную битву Света и Тьмы! Битву, что никогда не закончится! И это в то время, когда страшная угроза исходит от третьей стороны!

Спроси меня – столкнутся ли два материка? – и я отвечу! Столкнутся! Ведь при этом столько всего построенного будет уничтожено, столько всего пущено по ветру… администрации на радость.

А война Богов? Она тоже не затихнет. И довершит начатое.

И вот тогда родится совсем иной новый мир…

Уф…

Может это и к лучшему? Может когда будут разрушены все храмы и уничтожены старые боги, повержены матерые кланы и убиты почти всемогущие герои, новой поросли вроде нас станет куда легче жить и пробиваться к солнцу?

- Росгард! – пылающего праведного негодования в голосе старца было столько, что оно вполне могло зажарить пару яиц… или опалить мне брови.

- О… - очнулся я от тяжелых раздумий – Добрый день. Зачем брусчатку сломали? И по какому праву?

- Ты… что? – перебил сам себя старец.

- Мостовую – терпеливо пояснил я, указывая рукой для наглядности – От ворот и до центральной площади. Порушена мостовая ногами санстоунов. Мирный город понес убытки. Добрые граждане лишились мощенной центральной улицы. Это не говоря уже о убытках им причиненных – големы ведь шагают тяжко и порой задевают руками стены и заборы. Выбиты стекла, посыпалась кое-где черепица, треснуло несколько стен, порушено три забора. Это не вспоминая уже о разбившихся цветочных горшках и вазах. А Барсик! Барсика за что задавили?

- Кого?

- Барсика. Веселого добродушного сверчка радовавшего весь город своим пением. Чистой души был сверчок. Принадлежал моему другу, что теперь не находит себе места от обуревающего его горя. Бом! Насколько сильно горе твое?

Бом не усидел на крыше и, последовав за мной на приличном расстоянии, слышал каждое слово и получил теперь новую роль в моей усталой импровизации.

- Барсик… - упавший на колени полуорк загреб грязи и размазал по зеленой харе – Барсик! БАРСИ-И-И-ИК!

Рухнув плашмя, он заколотился в горестных рыданиях, огласивших площадь прерывистым всхлипывающим эхом.

- БАРСИ-И-И-И-ИК!

Утерев сухие глаза рукавом, я скорбно взглянул на старца и продолжил, не давая тому перейти в атаку:

- За что? Почему? Столько убытков причинено мирному городку, что только начал приходить в себя после недавних беспорядков и грабежей. И когда город разграблялся, а мирные жители погибали – здесь не было ни единого светлого жреца Ивавы! Никто из вас не пришел на помощь, дабы остановить смерть и разорение! Зато теперь вы здесь! Ломаете с трудом отстроенное, убиваете спасенных! Барсик! На него рухнула башня! Мы три дня раскапывали его из-под обломков, непрестанно слыша его жалобный плач перемежающийся стонущим пением! Мы спасли его! Искалеченного! С переломанными семью лапами! Бедное шестиногое создание! Оно играло сквозь боль! И сегодня, подлеченный, чуть оправившийся, он отправился на свою первую прогулку. Он ушел от нас вприпрыжку… с веселым стрекотанием… и вот! Его раздавили! Барсик! Откликнись! Стрекотни сонату ободренья! Дай нам знак! Барсик!

- БАРСИ-И-И-И-ИК! – завывший в голос Бом закувыркался в грязи, заколошматил руками и ногами. Его выгибало дугой, он яростно бился головой о камень мостовой, грыз его клыками - БАРСИ-И-И-И-ИК!

- Что же мы наделали! – белокурый юный воин зажал себе рот латной перчаткой, глядя на скорбящего Бома – Что же мы наделали…

- Убытки, горе и смерть! – вот что вы принесли с собой в наш город! – я резко шагнул вперед и ткнул пальцем в грудь старца.

Шмяк.

Я успел увидеть что-то мелькнувшее с неимоверной быстротой. И меня не стало.

Вспышка.

Кроваво-красный водоворот заполненный черными головастиками утянул меня за собой. И выплюнул через секунду – в десяти шагах от отряда жрецов.

- Мы не забудем его – Барсика – не скрывая слез, поведала мне согбенная годами старушка – Сойди с плиты, славный Росгард.

- Спасибо – с чувством поблагодарил я.

Проклятье… репутация делала свое дело. И «местные» жители Тишки мне верили безоговорочно. Раз я сказал, что Барсик был – стало быть он на самом деле был.

- За что убили вы меня? – подтягивая трусы, гневно вопросил я, быстрым шагом направляясь к собственному трупу – серебристому сгустку тумана лежащего у ног оторопевшего старца – За правду? Решили заткнуть мне рот? Не получится! Почто принесли нам горе вы и смерть? Кто возместит убытки! Кто вернет нам Барсика?! Кто исцелит нанесенные вами раны душевные?! А?!

Мой палец снова попытался ткнуть в грудь открывшего рот старца.

Шмяк.

Кроваво-красный водоворот с головастиками охотно принял меня вновь в свои объятия. Тихо плакала на скамеечке охраняемая огромным камышовым котом старушка. Я ободряюще ей улыбнулся. И зашагал к отряду.

- Росгарда убивают раз за разом! Светлые жрецы разрушили город! – тараторил в магический микрофон корреспондент Вестника Вальдиры – Росгард продолжает сыпать справедливыми упреками! Порицает размашистость и небрежность жрецов Ивавы! Барсик! Это жестокое убийство потрясло местную общественность! Жители рыдают и не скрывают слез горя!

- Р-Р-РАХ! – старец топнул ногой, вдарил посохом.

И едва уловимо вздрогнувшие големы замерли. Бьющих из их плеч голубой пар начал исчезать. Ну да – только что охрана старца дважды прикончила выкрикивающего справедливые упреки игрока. Весело живут светлые и добрые.

- Молодец… - прогудел в грязь лежащий плашмя Бом – Такого я не ожидал, но молодец… БАРСИ-И-И-И-ИК!

- Кто вернет нам его останки? – умоляюще протянул я руки к старцу – Дайте хоть что-то для похорон… хотя бы лапку… что мы положим в гроб? Что будем целовать на прощание?! Что?!

- Что же мы наделали! – белокурый юный воин тяжело опустился на колени, уронил голову на грудь.

- БАРСИ-И-И-И-ИК! – клекочущий вопль изнемогающего от горя полуорка заставил меня содрогнуться – настолько был силен этот вопль.

Могу уверенно сказать только одно – запланированную старцем процедуру мы сломали. А нефиг было вводить танки в мирный город!

Я подступил ближе. Поднял руку, указал на жреца. И меня не прибили. Големы стояли неподвижно, обратившись в статуи.

- Не к твоим ли сандалиям прилип раздавленный небрежно Барсик? – хрипло спросил я – Не ты ли убийца? И не ты ли убрал защищающую город магию?

- Темную магию! – тут же пришел в себя старец и его посох врезал по голове светловолосого воина, заставив того подняться – Над городом витала темная волшба!

- Защитная магия – поправил я его.

В ВОСТОРГ над нами ударило три валуна, отскочивших и полетевших вниз. Я указал на них:

- Магия защищала нас от этого! Защищала надежно город от разрушения и горожан от смерти! Почему светлые жрецы богини Ивавы сорвали магию и обрекли город на разрушения и смерть?!

- Темная божественная магия витала над градом сим! – рявкнул старец так, что породил новое эхо и перекричал продолжающего причитать Бома – Темная!

- Город был защищен! А вы сорвали защиту!

- Мы избавили город от скверны! От части скверны его наполняющей – поправился старец, с суровым намеком взглянувший на меня.

- Вы лишили город защиты от страшных чудовищ!

- Ни одна тварь не вошла в пределы городские покуда!

- Покуда! – парировал я – А когда вы сделаете свои дела и покинете город – защитная магия останется? Или исчезнет вместе с вами? М? Невинные жители ждут ваших слов, о светлый жрец – на слове «светлый» я сделал настолько сильное ударение, насколько позволяли мои способности оратора. А способности мои так себе в этом плане… но вроде я был услышан.

Раскинув руки, я повернулся вокруг оси и огласил площадь долгим криком-вопросом:

- За что с города сняли защиту?

Воображение уже спасовало. Ахинея про сверчка Барсика была чистой импровизацией. И сейчас мне требовалось хоть чуток времени, чтобы собраться с мыслями или получить подсказку от друзей. Поэтому, покуда в голове и сообщениях пусто, попытаюсь усилить драматичность разыгрываемого спектакля.

А заодно…

Увидев вернувшуюся Киру, занявшую позицию рядом с плитой возрождения – разумно, но обидно, блин, где вера в силы и живучесть своего парня? – я написал ей короткое сообщение. Его же продублировал Орбиту. Для надежности.

Сообщение гласило:

«Пусть Аньрулл спрячется! В подвалах разрушенного храма, если не найдет места надежней! Но пусть спрячется!».

На мой вопль отозвался примелькавшийся уже на площади перед кланхоллом пьянчуга. Размахивая почти пустой бутылкой, ковыляющей неровной походкой, он направился к отряду жрецов, угрожающе размахивая кулаком. Старец шевельнул бровью… и пьянчуга выпрямился, отер лицо, с отвращением взглянул на пойло и отбросил бутылку будто обжегшись. С горестным гласом:

- Пить – зло! – он твердой поступью пошел прочь.

Вот это исцеление! Вот это его закодировало! Да любой человек с алкогольной зависимостью душу бы продал за такую процедуру… Невольно вспомнился рыбак Афросий… если я не ошибся с именем. Почему того рыбака не исцелили до того, как он наделал столько бед? Ведь он вроде и по храмам ходил…

- Вы – я повернулся и жестко глянул на величественного старичка, ломающего все мои планы – Вы вошли в город подобно темным отродьям несущим смерть и разрушения!

- Как ты смеешь?! Мы – Свет! И радость несем в сердца!

- Заметно! – я поочередно ткнул в разные стороны.

Указал на изуродованную брусчатку площади.

Ткнул пальцем в задетую одним из големов треснувшую стену – и та словно заметив мой жест, рассыпалась на кирпичи. Пара зевак едва успела отскочить.

Показал на крышу, чья черепица, после небрежного касания санстоуна решила, что пришла осенняя пора и решила осыпаться – к несомненному горю хозяина дома и всех, кто оказался рядом.

Не забыл я напомнить обвиняющим жестом о груде битого кирпича – минут десять назад бывшей небольшим курятником. Теперь сарайчик превратился в неряшливую куриную могилку.

Я страдал ерундой. Ничего совершено тотального. Просто небольшой «побочный» ущерб. Действительно небольшой. Чтобы возместить его, хватило бы пяти золотых монет и двухминутной панихиды по усопшим курам. И все потерпевшие были бы полностью удовлетворены материально и морально. Для самых недовольных – пара улыбок и благословений от всеми любимых младших светлых жрецов. Вот и все. Ничего особенного. Но сам факт – они разрушили. Невиновные понесли убытки. Пошто народ страдает? А? Вот куда я давил. Но получалось не очень, честно говоря – чем тут впечатлить?

Но тут я понял, что в спектакле участвую не один.

Старец раскрыл рот, сердито нахмурился, вознамерился топнуть ногой, а следом обрушить на меня поток ехидных возражений и упреков. Но раздавшийся дикий грохот не позволил ему этого сделать. Вздрогнув, я перегнулся в поясе налево – будто сломался. Передо мной стоял немалый такой отряд, но это не помешало мне взглянуть «сквозь» него – воины и жрецы синхронно повернулись, глянули назад, я смотрел будто в тоннель. А вместе со мной глядел туда и старец.

У меня отвалилась челюсть.

Дом где?!

Четырехэтажный домина из желтого кирпича, с узорными колоннами, белоснежными мраморными козырьками, горгульями и ангелами на крыше застывшими в сомнительных позах. Соблазнительная для клановой инвестиции недвижимость на центральной улице. Где это все?!

Дом исчез! Пропал!

Там где он только что стоял вздымалось облако желтоватой пылищи. Слышались горестные крики. Кто-то в голос завывал. И завывал театрально. Вглядевшись, я увидел бегущего к нам еще одного полуорка. Одетого в уже виденную мною недавно элегантную одежду. Алый Барс. Но где тот величественный воин герой? Спотыкаясь, к нам бежал сгорбленный неожиданным ударом судьбу бедолага, загребающий ногами пыль и через каждые три шага падающий на колени и бьющий лбом о мостовую.

«Дом наш. Неспов. Это еще ущерб от санстоунов. Молодец. Гни эту линию дальше. Жертв не было».

Сообщение пришло от Черной Баронессы. Когда они на центральной улице дом купить успели?! Я на него только-только глаз положил. Левый….

Я взбодрился. Подтянул трусы повыше. Аж до цифрового пупка. Вернул челюсть на место. Придал морде скорбное выражение и вместе со всеми принялся ждать несчастного. Теперь в этом спектакле прибавилось актеров. Подбежавший Барс упал в финале плашмя, с трудом приподнялся, протянул руку к старцу и завопил:

- За что-о-о-о?! Всю жизнь! Всю жизнь копил по медяку! Каждую серебрушку из зарплаты крохотной клановой откладывал! Всю жизнь копил! И все прахом! Все прахом пошло! Светлые боги! За что сия кара снизошла на меня?!

Через секунду Алый Барс, знаменитый победитель множества турниров, обладатель кучи наград, герой десятков песен и баллад, блистательно исполнил в пыли эпилептический припадок. У меня снова отпала челюсть. Через мгновение новый дикий вопль заставил нас обернуться обратно. В пыли бился Бом.

- БАРСИ-И-И-И-ИК! – в голосе Бома отчетливо слышалась актерская ревность – Сверчушечка моя ненаглядная! Певун мой переломанный! На кого же ты покинул меня? На кого?!

- Что же мы наделали! – белокурый воин тяжко оперся о рукоять меча. На его юном лице пролегли первые морщины – Что мы наделали?!

Б-Б-Б-А-АХХХ!

- Боги – с испугом изрек старец и хрустнул шеей, поворачивая голову.

- Боги – повторил и я. Опять?

Опять…

На наших глазах заваливалась изящная жемчужная постройка похожая на чуть оплывшую свечу и украшенная по периметру крыши кованой оградой изображавшей василисков сражающихся с огненными демонами. Красивая постройка. Украшение города. Стоявшая на центральной улице. Дом с рокочущим гулом рухнул. Земля содрогнулась. Зацепило и прочие постройки. Мой город! Опять разрушают!

«Наша собственность. Списываем на ущерб от санстоунов». От главы Тамплиеров.

Та-а-ак… а они когда успели дом купить?! Мне срочно надо потребовать у знакомого мэра документы по купле и продаже городской недвижимости.

- За чт-о-о-о?! – окутанная перламутровой пылью к нам бежала изящная леди. Белая Леди. Гвиневра. Прическа спутана. Лицо испачкано. Платье порвано. Страданье и пережитый шок налицо – За что-о-о? Светлые боги! Светлые боги! За что?! Все прахом пошло! За что ниспослали на душу невинную мою сии страдания? Кто виновен в этом? Кто?

- БАРСИ-И-И-И-ИК!

- О мой прекрасный Д-О-О-ОМ!

- БО-Г-И-И…

Белокурый воин больше не мог говорить. Утирая бегущие по щекам слезы, он медленно опускался на землю.

- Столько бед! – опомнившись, добавил я свою лепту – Защита снята! Город под угрозой! Мы беззащитны! Нам конец! За что богиня Ивава так жестока с нами?!

- Великая Ивава здесь не причем! – вскричал старец, в замешательстве крутя головой и не в силах принять решение.

На площадь прибывал народ. Немного игроков. Много «местных». Гомон нарастал. Смешанный шум голосов уже достиг такого уровня, что грозил перерасти в рев. Недовольный рев. Вибрирующий рев. И первые гневные выкрики, чью суть легко можно было свести к одному вопросу:

- За что?!

- За что?! – подхватил я.

Тренькнуло. От Киры.

«Аньрулл на кладбище! Готовит ритуал массового поднятия нежити! Уперся. Не желает слышать. С ним Орбит. И Роска. Я тут же».

«Нет! Никакого ритуала! Тащите его под храм! Скажите ему – туда санстоуны не пройдут! И так легко руины не растащить. Драться – так там, где нет этих каменных мордоворотов!».

«Поняла. Держись, милый. Держись».

Мировоззрение Киры меняется. В лучшую сторону. Аньрулл… упертый же ты… прояви столь понравившийся мне разум и трезвость суждения – сейчас самое время! Светлый жрец на грани взрыва. И он знает зачем пришел сюда. Его сдерживают только условности. Но долго это не продлится…

- Все убытки будут возмещены троекратно!

Оп-па… началось. Троекратная светлая доброта – отличный кляп для пострадавших.

- Всем опечаленным – благословленное мною лично храмовое вино! Я, высший боевой храмовый жрецы Великой богини Ивавы с радостью благословлю вино всею своей силу! На радость и благо вам! – ударил посох о брусчатку.

- Твою мать – буркнул я.

- Да-а-а-а! – отозвалась радостно площадь.

Врезал кулачищем по мостовой Бом и начал вставать.

- Добрый и светлый сверчок Барсик забыт не будет! – пообещал старец – Я лично пропою часовую поминальную молитву в его честь! Никто не желал смерти столь оплакиваемому вам певучему созданию! Его хозяин получит лично от меня ценный подарок! Дабы все знали – Ивава Величайшая сопереживает каждому!

- Вашу ма-а-аать! – протянул я, прилагая неимоверные усилия, чтобы не свалиться в припадке.

Только что высший боевой жрец Ивавы согласился отпеть несуществующего певучего сверчка. Сверчка!

- Спасибо! – удивительно буднично сориентировался Бом, глядя на жреца откровенно жадным взглядом – А можно подарок самому выбрать, о жрец? Дабы унять скорбь мою…

- Можно! – великодушно разрешил тот – Выберешь из малой храмовой сокровищницы любую вещь!

- Попал ты, дедушка – завистливо пробубнил я – И даже не представляешь как…

- Более того! – еще более зычно провозгласил жрец – Все разрушенное будет отстроено силами храмов Ивавы! Отстроено и благословлено!

- Мли-и-и-и-иин… - выдохнул я.

Курятник благословить решили…

Но ЧБ! И Гвиневра! Их здания – которые еще вопрос, когда они приобрели! – будут мало того, что бесплатно отстроены, так еще и благословлены, так еще им троекратно убытки возместят!

Вот почему с каждого моего попадалова окружающие кланы стригут жирнющие купоны? Настолько жирные, что с них аж каплет! Промасленные такие позолоченные листочки дарующие всяческие блага…

- Защита с города была снята! – пискнул я робко.

- ДОВОЛЬНО! – рык седовласого жреца оглушил.

Буквально. На пару секунд. И навесил на меня немоту. Ага. Типа он так рявкнул, что я аж онемел от испуга. На целых тридцать секунд. Так мало и так много…

- Все разрушенное нами невольно - будет возмещено! Не скорбите и не печальтесь! Да пребудет Свет в сем граде! – из посоха старца ударил широкий луч зеленоватого света. Расширяющийся сноп света взлетел под сотканный из замерзших фейерверков купол и взорвался – Примите небольшое благословение добрые жители! Не печальтесь! Улыбайтесь! Верьте в небесную доброту и расходитесь по своим делам! Безделье удел темных. А светлые с рассвета до заката жужжат деловито как пчелы славные медоносные. Ступайте же… ступайте…

Я моргнул, глядя на виртуальный интерфейс. На мне не повисло ни одной ауры. Ни одного заклинания. Ни одного массового благословения. Про других игроков не знаю. А вот про «местных» все ясно – они разом успокоились и заулыбались. Будто им в ягодичные квадранты вкололи ядреную успокоительную смесь. Жители перестали гомонить и послушненько так начали расходиться по своим делам – как их и попросили.

Вот это сила! Вот это мощь!

- Вот так – заворковал коварный гипнотизер, глядя нам меня с неким злорадством, что вряд ли приличествовало столь светлой особе – Расходитесь с миром. И верьте – слуги Ивавы несут лишь добро.

- М-м-м… - простонал я, делая шаг назад. У меня разом возникло очень много дел.

- Росгард… - вонзил в меня глаза старец – К тебе у нас мно-о-ого вопросов. Важных вопросов. Жизненно важных… но к ним мы еще вернемся. Сейчас есть дела куда важнее. Нам надо сыскать древнего темного врага… и отправить его туда, откуда он уже никогда не вернется! Где он?

- Кто?

- Аньрулл! Мерзкая тварь!

- Не боитесь так о боге?

Старик аж задохнулся, свирепо глянул на меня:

- Бояться темных отродий – не по мне!

- А… ну это вы зря.

- Где Аньрулл, Росгард? Одним правдивым ответом ты можешь вернуть расположение слуг Ивавы! И не только ее!

- А правда, что вы убиваете невинных ради высшей благой цели? Я слышал была безжалостно убита целая команда моряков – с Белого Дельфина, что пропал бесследно. И говорят моряков убили белые жрецы…

Я узнал голос. Этот безжалостный голос из диалога услышанного лежащим под парусом моряком Иглием Брюхоносом. Он убил Иглия – если я не путаю. Явившийся сюда светлый старец являлся безжалостным убийцей.

- Вроде и вы там были? – спросил я вкрадчиво – На Белом Дельфине… убивая во имя Света…

Старик промолчал. Но глаза его сверкнули так…

- Мы найдем темное отродье сами! – прохрипел он и, отвернувшись, зашагал прочь – Обязательно найдем!

На площадь втащили что-то огромное, лежащее на запряженной десятками быков повозке. Раз, два, три… десять… семнадцать… двадцать четыре быка впряженных в цепи! Скрипящие колеса высотой выше человека. Лежащее на повозке скрыто тканью и множеством переливающихся в воздухе защитных аур. Не подойти, не рассмотреть. Разве что очертание – что-то странное, с ломанными очертаниями, угловатое.

«Из повозки сыпется благословленная по высшему разряду соль!»

Сообщение от Баронессы. Спасибо. Сразу стало ясно – эта махина приползла сюда по черную душу Аньрулла. Что-то очень нехорошее скрывается под тканью и магией. Нехорошее и жутко соленое…

Развернувшись, я побежал с площади прочь. Скорей к кладбищу! Раз не пришло сообщений от Киры – Аньрулл все еще там. Над могилками колдует, гад скелетообразный! Скорее… скорее… что-то крутое тут заворачивается.

Можно даже сказать – круто посоленное действо тут ожидается…


Глава двенадцатая.

Больше Светлого!

Я бежал так, что… не знаю как я бежал. Быстро! Не быстрее тихушника, но рекорды магов марафонцев я побил – если такие существуют. Карта города плясала перед глазами, мелькали дома и переулки, размывались заборы. Цифровое сердце стучало как живое – из переживающей плоти и крови. Может у меня и «там» сейчас сердечный ритм запредельный?

Вот оно!

Я влетел в распахнутые ворота кладбища. Нет. Не распахнутые. Вырванные неведомой силой наружу и отброшенные от ограды метров на пятнадцать. Неведомой? Да тут все понятно – появился перед вратами кладбищенскими здоровенный скелет и одним рывком выдрал ворота. А почему не телепортировался? А кто его знает… можно есть причина. А может злость девать некуда было.

Где оно?!

Вон!

Развевающийся черный плащ видно издалека – трепещет на ветру прямо как знамя темной армии, что пока еще мирно спит под надгробиями. Аньрулл стоял на крыше чьей-то знатного старого мавзолея из пурпурно-серого камня. Стоял и размахивал руками, что-то гортанно выкрикивая. Пока я бежал, миновал пылающее зеленым огнем дерево. Заметил еще восемь таких огней. Скелет размахнулся, взмахнул рукой… и с его ладони сорвалась колючая вспышка. Она ударила в могучий дуб и тот, застонав как живое существо, разом полыхнул. Разлетелись в стороны пылающие зеленым листья, падая на могилы и словно бы «проваливаясь» в них.

Пых!

И еще одно дерево занялось потусторонним пламенем, разлетелись горящие листья и яблони. Одно такое чуть не угодило в меня. Пролетело мимо. Затормозило вдруг. Метнулось следом с гудением. Я дернулся в сторону. Яблоко легко догнало меня, сделало круг и, потеряв интерес, умчалось прочь.

Уф!

- Фантазм прямо! – рявкнул я, сворачивая на боковую дорожку – Воткните в яблоко вилку! По канону!

Надеюсь, не пройдет мимо высокий и тощий мужик с гробом на плече.

- Орби-и-ит! – в негодовании завопил я, глядя как сопящий эльф мучается с пустым гробом у свежевырытой могилки, приткнувшейся рядом с чьим-то посмертным семейным гнездом.

Могилок восемь – и все под один стиль. Подлезший под гроб эльф пыхтел, кряхтел, но выбранный им гроб отличался истинно гномьим видом и материалом. Ванна каменная, а не гроб! Орбиту помогало четыре призрака, силящихся подпихнуть гроб вверх

- А ну кончай фантазмировать, блин! – закричал я пуще, когда на меня обратили рассеянное внимание.

- Кла-а-а-аси-и-икаа-а-а!

- Нашел время! Вон классика – на крыше стоит и руками машет! А Кира где?

- Та-а-ам… - гроб качнулся и обрушился. Эльф исчез в могиле. Жалобно взвывшие призраки нырнули следом.

Упокойтесь с миром…

Киру я нашел у мавзолея. Стоя рядом с вылезшим из могилы привидением – средь бела дня! – Беда пыталась достучаться до разума бога смерти.

- Нам надо спрятаться! Они хитрые и сильные! И добрые!

- Ве-е-ерно говорит – проблеял призрачный дедушка, масляно поглядывая на ноги Киры.

- Изыдьте оба! – велел не оборачиваясь Аньрулл. Деда как молотком по башке врезало – вбило обратно в могильный холмик. Тут же нырнувший в могилу горящий древесный лист живенько вытащил старца обратно.

- Жить хорошо-о-о… - блаженно сощурился дедушка.

- Вы это уже говорили! – буркнула Кира – Раз двадцать! Аньрулл! Эй, Аньрулл! Надо уходить!

- Вее-ерно говорит!

- Изыдьте оба!

Горящее яблоко вытаскивает деда из могилы. Тот блаженно щурится:

- Жить хорошо-о-о…

- Аньрулл! – закричал уже я – Валить надо!

- Я бог! Что мне жрецы?! Покараю!

- У них какая-то штуковина огромная! Сыплющая благословленной солью! И их все больше – прибывают потихоньку. Валить надо!

- Не скрыться! Мы закрыты! Сотни две жрецов воют за куполом, поддерживая его силу! Мне не пробить! Нет ли у тебя друзей, чтобы перерезали пару сотен благозвучных светлых глоток?

- Хм… - задумался я… - Вот прямо так навскидку если…

- Рос! – вознегодовала Кира – Так нельзя!

- Ве-е-ерно говорит!

- Изыдь уже! – скелет раздраженно щелкнул пальцами.

Лист вытащил деда обратно за секунду.

- Жить хорошо-о-о…

Из могилы неподалеку показалась тощая перепачканная рука вцепившаяся в грунт. С воющим звуком показалась лысая изгвазданная макушка.

Потерев лицо ладонями, я взял краткую паузу – дедулю вбило и выбило из могилы еще разок – после чего твердо сказал:

- Мы идем под храм! А там уже разберемся – будем резать или бить, убивать или крошить. Но пока скроемся!

Бог смерти слышал, но не слушал. Продолжал ритуал. Плюнув на все, я попросил любимую девушку:

- Подопни меня – указав направление кивком.

Кирыч медлить не стала. Взлетев гордой птицей на крышу мавзолея, шмякнувшись, я, охая, встал, схватился за край божественного плаща:

- Уходим! Здесь долго не продержаться! Под храмом – легче! Подумай – действовать надо умно, а не как всегда! Тьма против Света в решающем поединке – не наш метод. Тебя сомнут. И одним богом станет меньше! Пошли, Аньрулл.

- Пошли-и-и… - тягуче протянул шмякнувший у моих ног лысый эльф. Стоящая внизу Кира оттирал носок стального сапога от налипшей с зада Орбита грязи.

- Пошли – с удивительно человеческой искренней усталостью вздохнул огромный скелет – Пошли… куда нам?

- Туда! – ткнул я пальцем.

Аньрулл сумел ухватить всех троих сразу. И перетащить нас к самому кланхоллу, попутно изменив личину и вернув себе некоторое благообразие. Чтобы жители не шарахались. Отсюда пешочком. Поспевая за богом смерти и указывая направление, я рассыпал частые сообщения всем кому не лень, сообщая о наших планах, заботясь о дочери, о персонале кланового холла. Голова разрывалась. Сам-то я вроде глава клана и соответственно должен всех возглавлять. Но вместо этого собираюсь спрятаться в самую темную дыру заброшенного храма. Там некогда обитала некая жуткая нечисть. От нее нас избавил залетный наемный воришка Шмыговик. И будем надеяться, что вычистил он катакомбы качественно. А пока я буду сидеть во тьме, другие должны будут обеспечить нам всем необходимым, включая надежную связь. Мы должны быть в курсе происходящего. В курсе каждого движения жрецов.

Я задрал голову. Застывшие фейерверки бросали на улицы разноцветные красивые блики. Мы пробегали с задней стороны кланового холла. Двигались подальше от ныне всегда переполненной площади, превратившейся в самое оживленное место Тишки. И все наши заслуги, радовавшие сердце. Но не сейчас, когда требовалась максимальная приватность. До ушей доносилась веселая музыка – очередное выступление. Вкупе с разноцветными бликами казалось, что на город напали лихие диджеи собирающиеся затанцевать нас до смерти.

- Сюда! – указал я с облегчением.

Вот и руины. Хотя, таковыми их уже на назвать – мало что осталось от развалин. Груды камней разобрали, растащили. Обнажилась массивнейшая монолитная плита древнего фундамента. И зияющая в нем черная дыра входа в подземелье. Аньрулл нырнул туда не задумываясь. Мы запрыгнули следом. Темнота…

Свет зажигать не стали. Орбит сказал пару слов и четыре призрака вспыхнули зеленым и тусклым желтым светом. И живыми лампочками помчались вперед, освещая нам путь. Да уж… в отличие от меня Орбит прогрессирует… с каждым днем у него все больше новых профильных умений. С каждым днем он все сильнее. Да, он куда опытней меня. Учитывая количество его безвозвратных цифровых смертей, после которых он все начинал с самого начала… его опыт и база знаний просто чудовищны. Но это не оправдывает меня – совсем забросившего собственный персонаж. Однажды это жестоко мне аукнется… ни ЧБ, ни Гвиневра, ни другие важные клановые личности не забывают о собственном ежедневном развитии, стремясь подняться как можно выше. Один только я вприпрыжку бегу в стоптанных тапочках навстречу обжигающему восходу….

- Здесь притормозим – предложил я.

Взвившиеся вверх призраки осветили выбранную мною комнату. Вернее круглый зал с высоким потолком. Мы достаточно недалеко от входа. Но нас надежно прикрывает плита толстенного фундамента. Если на ней остались чужие божественные эманации – они не дадут магии жрецов почуять Аньрулла. Но эти же эманации и привлекут их сюда. К тому же глупо думать, что жрецы не смогут проследить путь Аньрулла сначала до кладбища, а от него к руинам храма. Для них след темного божества наверняка похож на капли кровавых чернил на белом листе. Нельзя не увидеть…

- Здравствуйте!

- Боже! – подпрыгнул я.

- Не – проворчал изучающий стену Аньрулл – Я левее… а это… просто голосистый мальчишка с магическим шаром.

- Да-да, это я! – заулыбался юный корреспондент Вестника Вальдиры.

- Может потушить искру его жалкой жизни… - задумчиво произнес бог смерти – А останки использовать как основу для плохонького зомби… вот деревяшки под ногами… налепить как броню на мертвую плоть… и получится говорливый… говорливый…

- Зомбоящик! – фыркнул я, чувствуя, как немного отпускает тугая пружина напряжения – У нас такие в каждом доме! Хе-хе-хе…

Орбит грустно качал головой, показывая, что шутка не зашла. Вот совсем не зашла. Кира печально вздыхала, глядя на меня с состраданием.

- Ну и ладно – пожал я плечами – Может шутка не та. А может публика вяловата.

- Бодрая публика скоро пожалует – уверенно заявила Кира – Нас стопроцентно выследили. По сути мы сами себя загнали в мышеловку. Перекроют выход – и амба.

- Санстоуны – пояснил я – Им сюда не пройти. А насчет мышеловки – весь город сейчас гигантская западня! Знаете место получше?

- Нам нужны союзники. И армия!

Глянув на Аньрулла, я кивнул:

- Верно. Союзники нужны. Без них нам конец. А еще нам нужен план! Нормальный план! А не бред вроде: «давайте поднимем местное кладбище и с отрядом нежити попрем против кучи святых големов и жрецов!». Аньрулл… за тебя взялись очень серьезно. Что это за артефакт такой? Поглотитель душ… он ведь принадлежит тебе. С чего так все переполошились?

- Я расскажу – кивнул бог смерти, ложа мне на плечо руку – Тебе расскажу.

Поздравляем!

+1 доброжелательности к отношениям с темным божеством Аньруллом!

- Спасибо – с достоинством принял я доверие бога смерти – Выслушаю внимательно. И сохраню тайну. Но сейчас не время для откровений…

- Ты прав, Росгард Смертоносный. Сейчас время действовать…

- План. Нам нужен план…

Внимание!

Вы стали мэром города Тишайшая Нега!

(на время военного положения)

В данный момент ваша должность приравнивается к полководцу!

Все военные силы города переходят в ваше подчинение и готовы выполнить любой ваш приказ!

Помните – на ваших плечах величайшая ответственность!

Принимайте решения взвешенно и обдуманно.

От ваших действий зависит множество судеб и будущее доверившегося вам города!

- Чтоб меня! – ахнул я.

- Что такое? – подскочила Кира – О!... в клановой инфе пишут, что ты стал мэром города Тишайшая Нега. Опять…

- Бьюсь об заклад – второй мэр тоже исчез в мэрии! – проворчал я – Так… я выхожу! Вы сидите здесь! Сидите тихо как мышки. Если дела обернутся плохо – предупрежу. Орбит… время придумать что-нибудь действительно интере-е-ересное. Я тоже попытаюсь. Но чувствую – выдыхаюсь.

- Затухание? – с тревогой уточнила Кирея.

- Вроде нет пока. Начиналось, но отступило. Но мозги дымятся. Пошел я… беседовать…

Отряхиваясь, я зашагал к выходу, сопровождаемый одним светящимся призраком. Щедрый жест Орбита, присевшего и погрузившегося в раздумья. Аньрулл занимался сырой стеной, пытаясь проковырять в ней дыру и дергая головой так, будто принюхивался к затхлому воздуху подземелья.

Еще один мэр пропал… сначала превратился в продажного негодяя и чревоугодника, а затем, когда вокруг запахло реальной опасностью, попросту испарился… вакантное место пустовало недолго – думается мне, я занял его автоматически, как лицо уже побывавшее на этой позиции и как недавно назначенный ответственным за переговоры. Что за беда с мэрами в граде Тишка?

Может и меня коснется? Вот… уже начинается… кажется захотелось жареных лягушек и пяток кремовых пирожных…

- Господин мэр!

Тройка стражей подскочила ко мне едва я покинул храмовое подземелье.

- Что происходит? Где мэр Лёруш Бланшер?

- Бесследно исчез! Ищем! Сейчас все надежды на вас, мэр Росгард! Мы объявили военное положение!

- Вижу. Причина?

- Жрецы входят в каждый дом – без спроса! Ломают двери и заборы. Говорят про возмещение убытков… но жители ропщут! Полетели первые камни!

Вот так… зажигательная речь и благословения высшего жреца сработали, но долго ли будут действовать, если ты наплевательски относишься к чужой собственности и приватности?

Полетели первые камни…

Раньше я о таком не слышал.

Так…

Так…

Моя личная репутация в городе плюс возвращенная должность мэра… это уже достаточно серьезный вес для весов общественного мнения.

Откуда у меня такие слова в голове?

Скажи я однажды отцу: «весы общественного мнения колеблются» - только эту фразу и все – отец разом бы вернул себе веру в непутевого сынка. Расту над собой… или просто мозг от обилия влитой чужой хитрости и подлости начал подгнивать и превращаться в тухлую картошку. Я начинаю следовать чужим правилам и танцам с бубном…

Танцам с бубном…

Ритуалы…

- Ты! – я ткнул пальцем в спешащего мимо озабоченного игрока в белом балахоне, перечеркнутом частыми косыми линиями красного цвета – Привет!

- Привет! – послушно отозвался игрок Отпевала Воскрешающий – О! Росгард! Круть! Сам Росгард! Дай автограф, бро! Я люблю автографы!

- Дам! – пообещал я – Скажи, ты жрец?

- Пока только осененный священник. Но мечтаю, бро! Мечтаю! Кто не жаждет? Верно?

- Ага. Это точно. Слушай. А ритуалы божественные уже знаешь? Проводишь? С бубнами там вприсядку.

- Не. С бубнами не приседаем, бро. Мы больше с горячим песком и ледышками работаем.

- С чем-чем? Хотя… не до деталей. Ритуалы божественные знаешь, верно?

- Владеем кое-какими – с достоинством ответил Отпевала – Двумя!

- Отлично! Какой самый долгий?

- Ну… я редко торможу, бро. Но лимиты, конечно, есть. Ритуал «Песчинки Новзора» около получаса. «Таяние Новзора» минут десять. Но эффект хороший! А что?

- А вот что – начинай ритуал! Прямо здесь! Начинай с песчинок. Закончишь – без перерыва начинай про оттепель.

- Таяние.

- Ага. Его. Затем сразу опять про песчинки песню заводи.

- Мы не поем, бро. Мы речитатив читаем! Под неплохой бит!

- Продвинуто – вынужденно признал я – Тогда читай!

- Зачем?

Резонный вопрос…

- Потому что я так прошу – пояснил я и ткнул пальцем в землю прямо у края фундамента – Вот здесь. Сможешь?

- Если ты просишь, бро – смогу. Тебя в наших кругах уважают.

- Ого…

В каких кругах?

- Я отплачу – добавил я – Отплачу от всей души.

- Не надо, бро. Сказал же – почитаю из уважения. Песок и жаровня с собой. Кто-нибудь из магов шарахнет магией морозной – наскребу льда.

- Вот! – вырвавшееся с моей руки ледяное копье взорвалось сотней ледяных кусков – Лед.

- Вот и хватит.

- Все убытки возмещу. Спасибо! Большая просьба – чтобы не случилось, кто бы что не сказал, если этот кто-то не я – не уходи и не прерывай ритуалов! Проводи ритуал до тех пор, пока сможешь.

- Ого… серьезное что-то?

- Очень. Не до шуток.

- Все сделаю, бро. Можешь положиться на Отпевалу. Я парень упертый. А песка и углей у меня хватает. И прочка у жаровни отличная.

- Спасибо!

Кивнув, Отпевала занялся сгребанием ледышек. А я повернулся к терпеливо ожидающим стражам и в качестве мэра отдал свой первый и очень необычный приказ. Стражи ко всему привычны. Их трудно удивить. Через минуту все трое разбежались. Еще через три минуты вернулся первый, буквально тащащий за собой взъерошенную и чуть испуганную девушку-игрока. Ее одеяние мало отличалось от одежды Отпевалы – голубой балахон с синим поясом и зеленой оторочкой.

- Нужна помощь – начал я торопливо пояснять девушке, удивленно смотрящей на раздувающего в жаровне огонь Отпевалу – Ты ритуалами божественными владеешь? Ты ведь жрец? Или осененная?

- Была осененной. Уже младший ученик жреца. Ритуалы знаю. И тебя знаю – ты Росгард! Круть! Помощь нужна?

- Еще как нужна! Оплачиваемая помощь.

- Ух ты! Мне денежка лишней не будет! Что делать надо?

- Все просто…

Через пару минут девушка Парящий Росток принялась чертить синим мелом на плите фундамента, почти вплотную к спуску в подземелье. Готовится к проведению долгого и непрерывного ритуала – я заказал все три из известных ей и «зациклил» их.

Не успел я перевести дух, как ко мне подтащили еще двух игроков. Один в серо-желтом балахоне, другой в странном одеянии похожем на нераспустившийся цветочный бутон. Потерев ладони, я подступил к ним и поочередно заглянул каждому в глаза…

Через двадцать минут, когда я, возглавляя отряд из двадцати стражей, уходил от разрушенного храма, вокруг и на самом фундаменте творилось невообразимое – девятнадцать игроков выбравших путь служения одному из божеств творили свои ритуалы. Фундамент украсили меловые рисунки и песчаные линии, расставленные свечи и масляные лампы, разбросанные камешки и мелкие косточки, цветочные лепестки и раковины. Тянулся к небу десяток разноцветных дымов. Звучала музыка – барабаны, флейты, арфы, скрипки и прочее. Какофонии не было – все мотивы странным образом слились в один. Все жрецы творили ритуалы на клан Героев Крайних Рубежей.

Вокруг входа в храмовое подземелье проводилось четыре ритуала. Внутри провала – еще один. Там мрачно полыхала багровая пентаграмма целителей Турна, дергалась в ломанном трансе женская фигура с распущенными рыжими волосами.

Суть – мешать чужим божественным ритуалам это как… это крайне серьезное оскорбление. В этом я был уверен абсолютно точно. В мире Вальдиры божества реальны. И ревниво относятся к восславляющим их и дающим им силу ритуалам. Помешай жрецы Ивавы проведению ритуала во славу той же Снессы и у змее-женщины появится обоснованная претензия к Иваве. Какого мол рожна? Обалдела? Войны желаешь?

Я окружил фундамент незримым слоем религиозной брони. Постарался закрыть все бреши. Да, нагрянувшие жрецы настроены очень решительно. Что ж – пусть и огребают за свою решительность!

К фундаменту собрались и рекруты нашего клана. Им я дал поручение обеспечить молящихся всем необходимым – будь то кварцевый песок, лепестки лазурного лотоса или семенники тираннозавра. И попросил поискать еще учеников жрецов или осененных, приткнув их на любой свободный участок рядом с фундаментом.

«Роска в ЛК уходить отказывается!» - написал Бом, которому я по пути к храму давал конкретное поручение.

«Ок» - ответил я, сокрушенно качая головой. Дочь в папу!

- Сюда! – я послушно свернул на указанную улицу.

Еще тридцать шагов. И мы остановились. К нам двигались знакомые фигуры в белом, возглавляемые старцем с посохом. Санстоунов не было – големы остались на площади, как мне успели доложить. Не рискнули продолжить разрушения города.

- Ключ! – в мою ладонь втиснулся знакомый предмет.

Надевая символ власти на шею, я проводил взглядом еще один валун с Зар’граада, отрикошетивший от купола.

- Росгард! – нахмуренное чело старца не предвещало для меня ничего хорошего – Опять ты на пути Света!

- Мэр Росгард – поправил я, пошире ставя ноги и убирая руки за спину – А для вас – господин мэр.

- Мэр… - лицо высшего жреца исказилось на мгновение, прежде чем вернуть на чело благостно-суровое выражение – Мэр города Тишайшая Нега?

- Именно так. Теперь я здесь главный.

Поредевший вражеский отряд продолжал наступать. А я оставался на месте. Как и стражи, стоящие за мной двумя широкими крыльями, перегораживающими улицу. Жрец с крайней неохотой остановился, когда нас разделяло чуть больше двух шагов. Прекратился топот шагов и лязганье оружие. Улица тревожно затихла…

- Мэр Росгард – повторил жрец. На этот раз ему удалось сохранить видимую невозмутимость. Но я уже знал правду – жреца снедала злость. Такую злость испытывает солдат на марше, словивший камешек в сапог и не имеющий возможности остановиться и вытряхнуть помеху.

В его глазах я мелкая мерзкая песчинка втесавшаяся между отлаженных сияющих шестеренок и уже дважды застопорившая механизм светозарного правосудия. Я начал ему надоедать… сильно надоедать…

- Безо всякой видимой причины, без спрашивания и получения разрешения, ваши жрецы и воины входят в частные дома – произнес я скучающим тоном – Они осмеливаются заходить даже в спальни, как мне успели доложить. В спальни! В эту закрытую для посторонних священную обитель, где творится продолжение рода… и получается совсем немножко удовольствия…

«Совсем немножко?» - сообщение пришло от Баронессы.

- … жрецам богини Ивавы так интересно происходящее в чужих спальнях? – подлил я масла в огонь, старательно игнорируя послание – Это уже ваше дело… я же хочу сказать только одно – прекратить!

Последнее слово я отчеканил звонко, твердо, категорично.

- Прекратить что? – с медовой вкрадчивостью поинтересовался старец – Прекратить разыскивать мерзкое зло повсюду и беспощадно карать его, дабы защитить мир от ужасного будущего?

- Нет! Прекратить нарушать покой мирных граждан! Прекратить без разрешения входить в чужие дома! Это незаконно!

- Подтверждаю! – как нельзя вовремя встрял самый старший страж.

Стража Альгоры. Это вам не шутка. Мощнейшая фракция. Одна из самых уважаемых фракций Вальдиры. И фракция настолько мощная и влиятельная, что ссориться с ней не стоит никому – даже высшим жрецам широко почитаемого светлого божества. Стража следит за порядком, ловит и карает преступников. Следит за строгим соблюдением законности.

Как не крути – стража на моей стороне. И им плевать на благие намерения жрецов Ивавы – тьму стража ненавидит, но вламываться без разрешения в дома мирных граждан…

- Мы верили, что каждое светлое создание на нашей стороне… - осторожно произнес жрец.

- И потому выломали его входную дверь – продолжил я.

На меня сверкнули глазами. Моя одежда задымилась. Я обрадованно заулыбался – давай, дедуля, прикончи мэра! Сделай это! Ну же! О да – испепели меня, маньяк ты седой! Давай!

К моему глубокому сожалению жрец удержал карающий удар. Более того – дымившаяся одежда сама собой починилась.

- Господин! Все в порядке?!

Обернувшись, я без особого удивления увидел большой нескладный отряд, спешащий ко мне что есть сил. Отряд возглавлялся Строгосом. За его спиной лениво бежала волчья стая. На вожаке стае сидела улыбающаяся девчонка. Рядом с Роской шагала госпожа Мизрелл. А за ними топал весь наемный персонал из «местных». Включая наемников. Собрали все силы и двинули ко мне на подмогу.

Я невольно растрогался. Вот как относиться к «местным» как к кучке битов и байтов? Они же живые! По-настоящему живые! Вон как заботятся! Лицо Строгоса просто образец обеспокоенного выражения.

- Хек… - старец с посохом подавился, судорожно закашлялся, не отрывая взора от Роски.

- Не стоит так пялиться на мою дочь! – медленно произнес я.

- Дочь! – выдавил старик.

- Дочь – подтвердил я – Родная любимая кровиночка. Подбирай слова осторожно, когда говоришь о ней! А лучше молчи!

- Возможно она будущая…

- Я знаю – перебил я его резким взмахом руки – Но в первую очередь – она моя любимая дочь! Ты услышал меня, старый жрец?

- Твои слова достигли моих ушей…, мэр Росгард.

Облизнув губы, жрец отступил на шаг назад. Помолчал. Глянул быстро на Роску. Опустил глаза к земле. Он о чем-то напряженно размышлял. Или с кем-то общался магическим способом…

Воспользовавшись заминкой, я ненадолго покинул позицию. Подбежал к дочери. Обнял ее – настолько расчувствовался. Непослушная чертовка! Вся в отца… Потрепал Тирана мимоходом. Крепко стиснул удивленного Строгоса. Поблагодарил всех, прижав руку к сердцу. И попросил вернуться в особняк и держать оборону. И до моего приказа особняк не покидать!

Роска набычилась. Мы с минуту мерились взглядами. И дочь покорилась. Фыркнула – узнаю Киру, хитро прищурилась – узнаю Орбита, гордо поехала прочь, уводя за собой волков. И не обернулась – узнаю себя. Повеселевший отряд уходил обратно по улице. Строгос коротко кивнул мне. С гордостью глянул на символ высшей власти в этом городе – гордится за господина!

- Мэр Росгард… - от громыхания в голосе старца не осталось и следа. Он говорил сдержанно – Я услышал твои слова. Впредь мы будем спрашивать разрешения на осмотр чужой собственности.

- Никаких разрушений – напомнил я.

- Никаких разрушений. Все невольно разрушенное будет восстановлено, все убытки будут возмещены.

- Никаких помех обычной городской жизни. Торговля должна идти своим чередом. Жители и гости города должны свободно перемещаться по улицам…

- Конечно.

- …и свободно покидать город, если у них возникнет такое желание! – добавил я.

- Это крайне неразу…

- Они должны иметь возможность свободно покидать пределы города! – повысил я голос почти до крика – Это их право! Они не нарушали законов и у вас нет права держать их насильно в пределах города! Вы меня услышали?

- Да…

- И любой желающий прийти в город или покинуть его будет иметь такую возможность? Вместе со всем своим имуществом! Будь то нищий с сумой или торговец с большим обозом?

- Да…

Стоящий рядом страж радостно крякнул, утер ладонью усы. Блокада снята. Уверен, что досмотр будет. И очень тщательный. Просто так из города уйти не удастся – любого уходящего пронзит насквозь взглядами светлых жрецов чующих тьму как собаки запах крови.

В отличие от стража я пока удовлетворен не был.

- Должно выказываться полное уважение к любым творящими в городе светлым молитвам и ритуалам! Независимо от того к какому светлому божеству они обращены!

- Конечно! Святое право каждого молиться своим богам! Свобода веры – свята!

- Прекрасно. В знак извинения за причиненные неудобства вы должны защищать город от иноземных тварей еще три дня после снятия божественного купола – я ткнул пальцем в расцвеченное фейерверками небо.

- Один день… наши силы небезграничные. И наша помощь нужна повсюду. Сейчас тяжелые времена.

- Тогда стоило ли являться сюда и доставлять столько проблем нам? – ответа я не получил и вынужденно согласился – Один день вы будете защищать нас от иноземных чудищ. Вы сами. Без нашей помощи.

- Да.

- Отлично – кивнул я – Я все сказал. Пока что.

- Мэр Росгард… нам следует поговорить. О важном.

- Не сейчас – отказался я – Меня ждут важные городские дела. Помните о данных обещаниях!

- Любое мое обещание – обещание самой Ивавы! Ибо я говорю от ее имени и не посмею…

- Я понял – поднял я ладонь – Оскорбить никого намерения не имею. Ибо я тоже говорю от имени всего города – и в этом городе чтят светлую богиню Иваву. Как и ее детей – кои здесь всегда привечались и привечаются. Я друг многих Ивовых сестер. Я в добрых отношениях с Ракитушкой, одной из ее милых дочерей. И поверь, жрец – я сделал для Ивавы куда больше, чем ты можешь себе представить!

- Ты говоришь истинную правду – налитый странный светом взгляд старого жреца потух. Старец выглядел крайне удивленным и обеспокоенным – Ты не солгал ни в едином слове. Я сумел мысленно дотянуться до Ракитушки, дочери Ивавы. Она подтвердила каждое твое слово…

Быстро они проверки устраивают…

Старик выглядел так, будто в навозной лепешке, куда он случайно наступил, вдруг сверкнул бриллиант.

- Именно так. Я не лгу. Добро шагает разными путями, жрец. Я помогал детям Ивавы раньше. Помогаю и сейчас. Последний раз я помог потомству Ивавы буквально сегодня. И помог так, что могу с уверенностью заявить – мое деяние настолько велико, что будь богиня Ивава здесь, она бы ЛИЧНО выразила мне свою ГЛУБОКУЮ благодарность!

Я говорил слишком много. Слишком выразительно. Но мне требовалось как можно больше козырей. И я представляю сейчас выражение лиц Баронессы и Гвиневры – не говоря уже о остальных заинтересованных личностях. Плевать. Мне надо защитить Аньрулла. Да, он живуч и коварен. Может и сам выжить. И скрыться сумеет. Или погибнет с достоинством, забрав с собой в ад кучу врагов. Но при этом город – мой город! – будет разрушен до основания, а жители перебиты. Война не щадит никого. Так что плевать – сегодня волшебник с серым шарфом чуть приоткроет завесу таинственности.

- Ты говоришь серьезные вещи…

- В моих словах нет лжи – пожал я плечами – И я не жду благодарности. Я жду лишь уважения. И не к себе, а к управляемому мною городу Тишайшая Нега. И ко всем его жителям и гостям! Удачи в поисках, жрец. Ищите тьму. Но делайте это вежливо – иначе вас самих могут спутать с разбойниками и бандитами! В этом городе чтят законы! И ни для кого нет исключения!

Развернувшись, я пошел прочь. За мной топали чеканящие шаг стражники. Кое чего добился! Хотелось пойти дальше вприсядку, но я сохранил спокойствие истинного политика. Я возвращался к фундаменту храма. Разговоры разговорами, но этих белых лисиц трудно сбить со следа. Десяток минут, самое большее треть часа – и они окажутся у расчищенных руин. И в этот момент мне надо быть там. Хоть бы не явилось сейчас Затухание. Это будет самый неподходящий момент… только бы не Затухание…

Затухание.

Оно меня настигло.

И как я и боялся – в самый неподходящий момент.

В миг, когда я должен был быть максимально собранным, краски мира потухли для меня. Неприятный колкий холодок прочно оккупировал мою спину. Я молчал. Держался. И смотрел как на открытое пространство перед старым храмом вытекает торжественная процессия. Старец, как всегда, во главе. Посох размеренно стучит по мостовой. Сверкают начищенные до блеска доспехи воинов. Оружие пока в ножнах. Щиты на спинах. Но мы все прекрасно знаем – для прихода в полную боевую готовность воинам надо не больше четверти секунды. Это элита.

Отряд вытек красивой и грозной колонной. И замер. Передние ряды остановились первыми. Задние не успели сдержать шаг. И ненадолго идеальный порядок оказался нарушен. Мелочь. Но приятно. И даже смешно.

Причина столько резкой остановки понятна всем – седой старец встал как вкопанный, едва узрел творящийся на руинах храма беспредел. Я почему-то уверен, что такого в Вальдире еще не было – чтобы на таком крохотном пятачке проводилось так много светлых ритуалов. Окутанные разноцветными дымом и паром руины выглядели цирковой ареной. Или двориком дома сумасшедших – увидь я такое в реальном мире, сразу бы решил, что здесь творится что-то безумное. Разве нормальные люди будут крутить сальто и одновременно рвать листы исписанной бумаги в мелкие клочки? И это один из самых безобидных примеров… Ладно… еще можно списать происходящее на генеральную репетицию некоего сложнейшего и весьма странного спектакля.

Верховный жрец Ивавы остановился в десяти шагах от ближайшего места проведения ритуала. Вперился мрачным взором в землю, веером пробежался по ней, глянул на вход в подземелье. Дернул щекой. Стиснул покрепче посох. Задумчиво осмотрелся. Я нервно скрючил пальцы ног. Серые краски затухающей для меня Вальдиры раздражали и навевали сонливость. Но бурлящее в душе злое веселье поддерживало меня.

Ты видишь следы Аньрулла, жрец?

Определенно – да. Но докуда? Ты смог проследить цепочку следов темного божества до самого входа в подвал?

Взгляд жреца завилял. Пополз от камня к камню, от плитки к плитке. Старик поднял лицо, оглядел воздух и крыши близлежайших домой. Практически в двух шагах отсюда наш клановый холл и торговая площадь. Они священнослужителя не заинтересовали. Его взор будто магнитом притягивало к руинам храма.

Постояв еще несколько минут – одни из самых долгих в моей жизни – старый жрец повел отряд дальше, не забыв напоследок глянуть на меня с многообещающей бесстрастностью. Наверное, именно такое выражение лица скрывают под своими колпаками палачи, и не скрывают мясники…

Едва последний из чертовых ищеек покинул руины, я обессилено опустился на изборожденный временем и вандалами каменный блок. Разбросал ноги. Не выдержал и этой позиции. Сполз на землю и привалился к камню спиной. В носу стойкий запах гнилого болота. И на меня напала близорукость. Посидел минуту. Встал. Поднялся безо всякого желания. Только по одной причине – куча народу смотрит на меня, на кланового главу Росгарда и мэра города Тишка. Нельзя сидеть на заднице в грязи в то время, как город буквально оккупирован врагами – а к жрецам я относился именно так.

Аньрулл…

Тишка…

Так легко мне сейчас вернуть расположение и веру культа Ивавы – стоит только подбежать к надменному старцу и захлебывающимся от волнения голосом закричать: «Мне сказали, где засела темная тварь Аньрулл! Я покажу вам! Покажу! Ведь я за Свет!». Затем показать убежище бога смерти. И спокойно наблюдать за битвой. Это самый легкий путь и для меня, и для моего клана. И даже для города – при условии, что столкновение закончится без массовых разрушений и убийств.

Но я этого не сделал. И не собираюсь. И тем самым навлекаю на жителей города новую опасность, скрывая в его стенах мрачного бога смерти. Я не контролирую Аньрулла. И если в его черепушке что-то перемкнет – нас всех будет ждать кошмарное побоище с поднятием кладбищ, обращением убитых жителей в нежить и призраков…

И так и так – плохо!

Я вижу только один выход из ситуации – Аньрулла надо из города убрать. И немедленно.

Как убрать? Создать вокруг него что-то вроде некоего странного «одеяла» из непрестанно свершающихся светлых ритуалов? Какая-нибудь огромная карета. Внутри скелет. Снаружи приделать кучу сидений и рассадить поющих молитвы игроков. И таким вот диким образом покинуть пределы купола… нет. Идея не пройдет – там не ворота. Там проходишь прямо сквозь ВОСТОРГ напитанный божественной магией. Они почуют Аньрулла. Почуют наверняка. И жрецы просто направят внутрь кареты удар светлой магии… обожженный Аньрулл выскочит мигом – сам разбросает игроков, сам нарушит их ритуалы, чем вызовет дополнительный гнев других божеств. А жрецы Ивавы сплошь в шоколаде… такой вариант мне не подходит.

Расправив плечи, я сделал несколько нарочито широких шагов, через силу улыбаясь окружающим. Стража, выполняя мой прямой приказ, окружила меня кольцом и не подпускала игроков и «местных». Это спасало от разговоров. И высвобождало голову для раздумий.

Получив сообщение от ЧБ, узнал, что они сидят в той же кафешке, которую мы так спешно покинули. Вот и отлично. Выпью цифрового кофе – вдруг меня это взбодрит?

На глаза попалась полуголая девушка игрок, одетая, или, вернее сказать, раздетая экзотично. Узкий топик, широкий пояс на талии – вот и все, не считая огромного количества бус. И пятнистого жирного удава, обвившего ее шею живым шарфом и разлегшимся на плечах. Проводил ее взглядом… очнулся, поспешно отвел глаза – ага, мэр открыто пялится на голые женские ножки.

Как вариант…

Как вариант…

А если еще и безо всяких обязательств.

Будет дикий бардак… это будет дорого, казначей взвоет – если вообще получится. И в любом случае я не хочу просить об одолжении – хотя это будет именно оно. Никаких одолжений, порождающих новые обязательства. Но если получится…

Попробую! Надо только найти подходящий телефон… и говорить достаточно внятно.

«Телефон» отыскался на оплетенном траве широком пне. Толстый черный уж валялся на нагретой солнцем древесине и блаженствовал, не обращая внимания на ползущие по нему разноцветные блики от застывших фейерверков.

Фейерверки… я ненадолго застыл над пнем, смотря на ползущие цветные огоньки … фейерверки… в детстве я очень любил взрывающиеся высоко в небе праздничные огни – а какой ребенок нет? Фейерверки…

Когда на змея упала моя усталая тень, он приподнял голову, лениво сверкнул крохотными бусинками глаз. Присев, я наклонился к узкой голове и заговорил. Стоящие рядом стражи удивленно переглянулись, но промолчали. У высокопоставленных лиц нет заскоков. У них есть причуды. Все в рамках…

- Приветствую тебя, богиня Снесса – говорил я тихо, максимально отчетливо проговаривая слово «Снесса» - Став мэром городка Тишайшая Нега, приглашаю всех близживущих лохров сюда. На новый городской праздник – День Светлого Веселья. Сегодня в городе адепты любых светлых культов вольны справлять свои ритуалы в любых общественных местах. Вино и угощения сегодня для всех лохров бесплатны! – ты знаешь, что я с искренне привязан к этому веселому и беззаботному народцу. Пусть лохры приходят в город! И пусть не боятся – их никто не посмеет обидеть или прогнать!

Уж скрутился восьмеркой. Замер… и утек в широкую черную трещину, исчезнув внутри пня.

Меня чуть отпустило – краски мира вернулись, я смог различить красный и желтый, глядя на покачивающиеся цветы. При настигшем тебя Затухании большинство игроков советуют – в случае, если нельзя пока покинуть Вальдиру – не дергаться слишком сильно. Экономные движения, спокойный замедленный ритм. И никакого напряжения для башки – умственного напряжения. Если мол попытаешься вспомнить какую-нибудь химическую формулу – и без того перенапряженный мозг устанет сильнее и Затухание резко усилится. В общем – веди себя как овощ. И это продлит твое пребывание в Вальдире.

А я веду себя в точности наоборот – много движений и действий. И много шевелений мозговыми шестеренками. Но Затухание не усилило хватку, а немного разжало ее. Отпустило меня чуть-чуть… надо запомнить этот парадокс…

Повернувшись к стражам, я громогласно заявил:

- Объявляю сегодняшний день праздником! Днем Всеобщего Светлого Веселья!

- Хо… - удивленно уставился на меня старший стражник – Ясно, господин мэр… светлое дело – хорошее дело. Что следует сделать, дабы праздник прошел хорошо?

- В этот день свершение любых светлых обрядов и ритуалов разрешается в любом общественном месте города! Никаких запретов! Лохры! Никаких притеснений этого народца. Никаких наказаний в этот день за… м-м-м… присвоение без разрешения чужой рыбы или горячительных напитков! Другого они не возьмут.

- Не возьмут – подтвердил страж – Съестное аль бражка – другое им редко надобно. У жителей незащищенных от воровства лохров возникнут справедливые упреки, господин мэр.

- Мэрия… нет! Клан Герои Крайних Рубежей возместит все понесенные убытки. Равно как и все разрушения, причиненные празднованием лохров.

- Ясно, господин мэр. Что-нибудь еще?

- В трех местах города клан Герои Крайних Рубежей будет рад угостить всех желающих вином и уличной свежей пищей! На главной городской площади, у развалин старого храма, на площади перед клановым холлом Героев. Разнести эту новость как можно шире. И о празднике и о угощении. По возможности – разнести новости не только по нашему славному городу, но и по окрестностям. Пригласить всех уличных продавцов съестного – пусть выходят на улицы и начинают торговать! Пусть разжигают свои жаровни!

- Будет сделано!

Выведя на виртуальный экран меню сообщений, написал послание Кире. Попросил сообщить сидящему в подземелье корреспонденту о том, что в городе начался новый праздник. И попросил напомнить ему, что если он и далее будет молчать про то, где сидит здоровенный злой скелет, то и дальше будет получать некоторые эксклюзивные новости от нашего клана.

Ответ пришел незамедлительно. Кира все поняла и начала действовать. Я тоже уже не сидел – я заскочил в банк. И снял некоторую сумму личных сбережений. Оставались они у меня в карманах недолго.

Через двадцать минут я потратил все до последнего медяка. К трем местам города двигались подводы с огромными бочками самого дешевого вина и пива. Достаточно дешево и очень сердито. Тратить дорогое качественное вино на лохров, что пьют все что горит? Нет уж! Они и разницы не почувствуют – в отличии от моего кармана. А в клановую казну я пока лезть не хотел – дело несколько личное, нехорошо его проворачивать за чужой счет.

Задержавшись у ничем не примечательного тополя, оперся о него плечом и наскоро написал десяток сообщений, разослав сокланам. Несколько важных и срочных просьб – а других в последнее время и не было. Горим на работе, блин…

Еще через десять минут я был на площади у кланового холла. Взобрался на бортик бассейна и, не дожидаясь, пока моя персона привлечет к себе всеобщее внимание, замахал руками и закричал:

- Друзья! Друзья! Немного внимания!

Висящий над площадью торговый ор начал медленно стихать. Продавцы и покупатели поворачивались ко мне. На сцене небольшого уличного театра остановился поединок между рыцарем и шутом.

- Друзья! Рад объявить всем и каждому, что сегодня в городе новый праздник! День Всеобщего Светлого Веселья! Праздник необычный! Но главное – будет море веселья и океан танцев! Выступления и танцы на каждой улочке! Выпивка и угощения! Оставайтесь с нами и начинайте веселиться, друзья! И я объявляю большой конкурс! Много номинаций! На лучшего певца! Лучшего танцора! На самый красочный божественный ритуал! И много других номинаций! Подробности появятся в скором времени – их объявят глашатаи нашего клана! Жюри уже составлено! И уже ходит-бродит по улочкам Тишки, выглядывая таланты и оценивая их! Призы приятно удивят вас – обещаю! Очень приятно удивят! Самовыражайтесь! Веселитесь! Это самое главное, друзья – веселитесь! Веселитесь вместе с нами – с кланом Героев! Хорошего всем праздника!

Тишина…

Тишина…

И…

- Р-Р-А-А-А-А-А! – разнесся над площадью громовой вопль.

И, как специально, на соседней улочке грянула музыка. Скрипки, еще что-то струнное, но погрубее, несколько барабанов. Чуть опоздав, в другой стороне заиграла музыка современная. Частый ритм, невероятная громкость. Крики стали громче и веселее. Часть игроков развернулась и двинулась на звуки, обещающие отпадное веселье. Отреагировав на жест, я поймал небольшой магический шар. Поднес его к губам, заговорил, над шаром задрожал малинового цвета туман. Мой голос вырос в разы. И слышали меня теперь на нескольких улицах сразу.

- Повторяю, друзья – сегодня праздник! Давайте постараемся вместе сделать его как можно более веселым и запоминающимся! Отдохнем на славу! Танцы! Ритуалы! Песни! Молитвы! Сегодня праздник Света – да пребудет он и дальше с нами! Не забываем про призы! И про ночные сюрпризы! Да-да! Праздник не заканчивается с закатом! Ночью танцевать еще веселее! Сразу обещаю – дискотека будет! На всей территории города! Готовьтесь!

- Р-Р-А-А-А-А-А!

Коротко поклонившись, я вернул магический микрофон владельцу и поспешил к руинам храма. Сообщения приходили один за другим – мне сообщали, что процессия жрецов возвращается к развалинам. Они чуют… еще как чуют…

Жрецы пришли. Постояли. Дольше чем в первый раз. И ушли. Но сделали сначала круг вокруг развалин, лениво повиляв на большом открытом пространстве – которое меня начало раздражать. Слишком много пустоты и слишком привольно даже для большого отряда.

«Куда вино на площади, босс?»

«На главное?»

«Так точно, кланлид!».

Титулуют беспрестанно прямо… отношусь уже без стеснения, но и не восторгаюсь – принимаю как есть.

«Тащи к ногам големов!».

«Прямо к санстоунам?».

«Именно! Расставьте бочки вокруг них! Там же угощение. Туда же лоточников! Больше ярких лент и флагов! Каждый санстоун должен быть украшен как новогодняя елка! И врубайте музыку! Я уже иду! И постарайтесь меня удивить!».

«Сделаем, кэп!» - пришел солидный и уверенный ответ.

Ну-ну…

Тряхнув опять затуманившейся головой, я пошел к центру. По пути встретился с несколькими стражами. Перекинулся парой слов. Новости распространяются. Несколько гонцов убежали в соседние деревушки. Улетели почтовые голуби и соколы. Отлично…

Площадь…

Городская площадь, где состоялась первая и самая важная беседа со жрецами Ивавы, разительно изменилась.

Нет. Не разительно. Радикально. Там, где стояли мрачные санстоуны среди кладбища переломанной брусчатки, сейчас раскинулся яркий карнавал. И санстоуны стали его неотделимой частью. Я шагал и мои брови взлетали все выше, а Затухание отступало все дальше. Краски жизни возвращались ко мне. Вместе с ароматами и четкостью зрения. Мозг, вынужденный необходимостью решать проблемы, которые нельзя отложить, работал как никогда четко. Я шагал, а мысленно уже был в другом месте – пытался угадать ответ Снессы и получила ли вообще богиня мое послание. Надо еще с парой греющихся на солнышке змей пошептаться, но осторожно – тут с мэрами нехорошее творится, может и меня зацепить. Особенно если средь бела дня на глазах жителей со змеями шептаться. Алый росчерк в небе, вспышка, очередной валун летит вниз. Навстречу мне плывет музыка. Барабан и саксофон. Ритм как я и просил – быстрый, четкий, заводной.

Карнавал… карнавал на центральной улице и части городской площади – в месте занятом големами. Да… это карнавал. И радует мой уставший взор. Определенно радует!

Стоящие двойной шеренгой святые големы были бесцеремонно превращены в высокие и толстые колонны легко выдерживающие повисшую на них тяжесть веревок, лент, флагов и прочих ярких украшений трепетавших на легком ветерке. Цветочный высокий свод и стены безумной расцветки. На центральной улице образовался настоящий коридор предваряющий вход на площадь. Что-то вроде праздничной арки. Или длинного шатра. Между ног големов расположились музыканты и продавцы фастфуда. Воздух расчертили горящие факелы бросаемые жонглерами. И факелы летали над головами танцующих… арка аркой, но никто не торопился покинуть гигантскую палатку сейчас заполненную нехилой толпой колышущейся в танце. Дискотека… обалденная дискотека. Друмбос – вот кто взял на себя ответственность за музыку и украшения. И он подтвердил свою готовность выполнять подобные задачи – все уже было супер, но с неба падали все новые ленты, сыпались на головы големов и на улицу цветы, по воздуху плыли разноцветные кольца дыма и мыльные пузыри. И музыка… музыка… она становилась все громче. Поймал себя на том, что и не заметил, как начал притопывать ногой в ритм – подборка музыки удачна. И вот что странно – с минуту о сдавившем меня Затухании даже не вспоминал. Не было его. Потом вернулось, злобно царапнуло коготками позвоночник. Но тут музыка сменилась на еще более быструю и я опять забыл о нависшей угрозе.

Заметив Друмбоса, поймал его взгляд, коротко показал оттопыренный большой палец и пошел дальше. Полуорк улыбнулся, ответил тем же жестом. Внезапно дернулся, замахал руками, указывая в сторону городских ворот. Обойдя ближайшего голема, протиснувшись сквозь толпу, я преодолел танцующие баррикады и глянул на улицу.

Что еще случилось?

Лохры… вот что случилось…

По улице двигалась толпа лохров. Двигалась целеустремленно, потирая на ходу животы, утирая слюну, разминая шеи. Идут суровые бойцы обильного застолья. И первые из бойцов уже пустились в пляс…

Веселый хаос движется на нас. Держитесь за штаны и юбки, народ! Сейчас начнется настоящая вечеринка…

Город Тишка танцевал до полуночи.

Припадочным безумцем я метался по городу. Начал почему-то хромать. Даже подволакивать ногу. Увидевшая это Кира – ненадолго выходившая из подземелья – в категоричной форме потребовала от меня выхода из игры. Покинуть Вальдиру! Я только засмеялся – разводя руками. Куда? К чему было столько воротить, чтобы покинуть город перед самым финалом?

Кира поняла. Спустилась обратно. Попутно ударом кулака раздробила мраморный блок. Я поежился. И похромал дальше.

Жрецы. Они бились в адской истерике. Их отряд превратился в пять групп шарахающихся по городу жалобно стенающими молитвы привидениями. И каждый их новый маршрут приводил их к одной и той же точке – к руинам храма. Каждый новый маршрут! И каждый раз старец с посохом стоял у развалин все дольше, кустистые брови хмурились все сильнее, суровые складки у рта превратились в ущелья.

Старец был практически уверен. Они обрыскали весь город. Их пустили не везде. Я, например отказал им в доступе в подвалы мэрии – а я и не знал о них! – мотивируя бредом о сохранности архивов и городских реликвий. Никто не сомневается в честности жрецов. Но все же… Им пришлось провести полуторачасовой ритуал, чтобы убедиться – под мэрией не скрывается тьма. Но… тьму они все же нашли. Вроде бы. Точно не уверены, но что-то обнаружили нехорошее – однако не имеющее отношения к Аньруллу. И потому информацию они отбросили и пошли дальше. Подобной задержке я обрадовался – за эти полтора часа в город прибыло еще несколько сотен игроков и столько же «местных».

Тишка город небольшой!

И теперь на его улицах было не протолкнуться!

Жрецы не могли больше вальяжно расхаживать. Куда там! Они толкались среди толпы, делали большие крюки, подолгу ждали, когда пройти было попросту невозможно или возвращались назад и шли другим переулком, перепрыгивая лужи и кучи мусора. Куда делась их торжественность и лоск! А младшие жрецы и воины так давно уже пританцовывали и умудрились где-то раздобыть выпивку. И приложились неслабо – пару помощников неплохо так пошатывало. Молодежь всегда молодежь. Неважно, настоящая или цифровая. Главное, чтобы старец не увидал – мигом протрезвит бедолаг и лишит их веселья. Пока же они все смелее улыбались горожанкам и получали ответные белозубые улыбки.

Время шло. Операция жрецов не продвигалась. Аньрулл не находился. Купол по-прежнему сиял над нами холодной красотой. Окрестности города защищались силами жрецов. Иноземные чудовища уничтожались беспощадно. По дорогам сплошным потоком текли новые и новые гости. И едва зайдя за черту города, они сразу же погружались с головой в царящую здесь атмосферу праздника. А праздник набирал обороты… набирал неудержимо…

На улицах становилось все больше Неспов. Мелькали плащи Алого Креста. Кажется, промелькнул плащ Альбатросов. Заметил я Архов. Само собой никуда не делись Золотые Тамплиеры. Разумеется, прибыло и других кланов, но знакомые плащи первыми замечались моими глазами. Я посторонними я не разговаривал. Не из гордости – я размышлял над своим становящимся все более несбыточным планом.

Орбит в подземелье что-то собирал. Божественный портал? Аньрулл и перекочевавшая туда госпожа Мизрелл ему усиленно помогали. Но дело двигалось невероятно медленно. К тому же Орбит попросил немало странных штуковин. К примеру, ему потребовался хотя бы десяток разноцветных особых кирпичей, двести метров медной и сто метров бронзовой проволоки, три черепа электрических гигантских угрей, пару крупных не огранённых алмазов, плюс целый список уже более обычных строительных материалов. И мы ему их предоставили. И все равно дело едва двигалось… плюс эти три теоретика часто останавливались поболтать. И только крики остающейся там Киры заставляли их вернуться к работе.

Корреспондентов прибавилось. Тот первый теперь ходил за мной, наблюдая и записывая. Он сдержал слово – никто не знал о нашем скелете в шкафу, то есть о Аньрулле в подвале. А я сдержал свое – сообщил о нем Бому и Храбру, попросив наделить паренька в будущем некоторым количеством свежих новостей о нашей клановой жизни. Новый праздник уже был упомянут в Вестнике Вальдиры. И это добавило нам популярности – и новых посетителей.

Ритуалы… вот их просто завались! Никогда не думал, что увижу столько ритуалов! На каждом углу и перекрестке! На крышах домов! В парках! На аллеях! На площадях! Да повсюду! Обычные танцы и ритуалы странным образом слились воедино. А следом Бом, на мгновение появившись рядом со мной, хлопнул меня по плечу и слезно поблагодарил, заявив примерно следующее: «Деньги рекой прут в казну, босс! Вот ты дело придумал! Вот ты дело придумал!». После чего полуорк удалился, пообещав добавить живости и красок к празднику. Что я придумал? Нет, я кое-что придумал, не скрою. Но дело вроде деньги не приносящее, а уносящее… Спрашивать пока не стал. Но вскоре увидел раскрывшийся на площади массовый портал, откуда повалили невероятные и смутно знакомые персонажи, выглядящие как шуты гороховые…. Быстро выяснилось – Бом распространил инфу о светлом новом празднике на Плосефонте – Площади Семи Фонтанов города Альгора. И явившиеся оттуда чудаки быстро «прижились» и добавили немало жара и к ритуалам и к танцам.

Несколько раз встречал Баронессу, Гвиневру, Некроза, Барса и прочих знакомцев. Они меня не трогали. А я их. Баронесса и Гвиневра смотрели с интересом – им хотелось знать мой план. Я молчал. Они хотели попасть в подземелье. Но к тому времени его наглухо перекрыли мои сокланы – буквально наглухо, возведя кирпичную стену и поставив караул. Тихушники такие тихушники… могут и пролезть!

Так я и бродил туда-сюда… вместе со все более усталыми и унылыми жрецами Ивавы. Которые меня еще и благодарили при каждой встрече – за то, что такое дело придумал доброе, светлое и пользительное. Правда как-то сквозь зубы благодарили… будто не от души…

Город переполнился к полуночи – как и мое терпение. В принципе я мог уже ничего не делать – задумка ожила и развивалась самостоятельно. Даже дров подкидывать не надо – за меня это делали другие. Но я же не железный. И я наконец-то понял выражение «кишмя-кишело» - у нас это и случилось. Гуляющих больше не было – гулять негде. Разве что по головам других. Летать негде – купол сдерживал, доступное воздушное пространство переполнено. С крыш-то и дело кто-то падает. Полный хаос. А я собирался добавить еще больше огня в это месиво. В буквальном смысле слова…

Одним словом – время пришло. И жрецы пришли – в очередной раз оказались рядом со мной. Вместе со старцем.

Протянув руку, я взял магический микрофон. С намеком глянул на корреспондента. Тот понятливо кивнул. А я заговорил. И мой голос зазвучал в каждом уголке Тишки. Говорил я не скрывая ни усталости, ни радости. Говорил искренне. А мое лицо показалось на нескольких больших экранов. И лицо выражало примерно те же самые эмоции что и голос.

- Друзья! Спасибо! Спасибо что поддержали наш праздник! Благодарим от всей души! Спасибо вам!

- Р-Р-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

Столь громкого рева мне прежде слышать не приходилось. Весь город завопил, засвистел, затопал ногами! Земля содрогнулась под ногами!

- И это только начало! Веселье и пляски до утра! Продолжаем и сейчас! А пока, просто в качестве подарка всем собравшимся, клан Герои Крайних Рубежей представляет вашему вниманию крохотный сюрприз! Все глаза в небо, друзья! Смотрим в холодное небо над нами! Там столько холодных огней – от наших светлых и добрых друзей жрецов богини Ивавы. Поблагодарим их!

- Р-Р-А-А-А-А-А!

Жрец пронзительно глянул на меня. Очнувшись, заулыбался, закивал по сторонам. За ним повторяли остальные.

Я же продолжил:

- Но как-то холодновато – пусть это и называется ВОСТОРГОМ! Надо добавить огня! Настоящего огня! Верно?!

- Р-Р-А-А-А-А-А-А-А!

- Что ж! Я вас услышал! Представляем вашему вниманию Великий Гномий Королевский Фейерверк! Тот самый – легендарный и неповторимый! Начинаем!

С моей руки сорвался алый огонек рванувший в небо. Через несколько секунд он ударился в купол и заметался под ним как пробитый воздушный шарик. Алый огонек послужил сигналом. И в небо ударило три золотых крутящихся огня.

- Великий Гномий Королевский Фейерверк поднимается очень высоко – сказал я старому жрецу, отодвинув от себя микрофон – Взлетает высоко… или падает обратно и взрывается. Ваш купол грозит лютой бедой всем жителям города Тишайшая Нега! Я, мэр города Росгард, требую немедленно убрать купол! Если этого не сделать, город окажется в опасности!

- Что?!

Золотые огни врезались в купол и… взорвались с оглушительным грохотом, разбросав тысячи колючих искр.

- Р-Р-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

«Пусть Аньрулл готовится уходить в небо» - отправил я короткое сообщение, пристально глядя в глаза жреца. Нас разделял один шаг и сотни тухнущих золотых искр падающих на землю.

В небо ударило пять красных огней. Толстых багровых огней… четыре взорвалось. Один полетел назад.

- Р-Р-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

- Поставленный жрецами Ивавы купол приносит беду в город! Жители несут убытки! Их жизни в опасности! Требую немедленно убрать купол!

- Он сдерживает от бегства прячущуюся здесь темную тварь!

- Он угроза городу!

БАХ! БАХ! БАХ!

Под куполом взрывались огни. С клекотом понеслись птицы с дымящимся оперением. Раздались первые крики тревоги. Потянулись с крыш черные дымы – город готовился загореться.

- Требую убрать купол!

- Прервите фейерверк!

- Не могу! Он часть светлого праздника! Праздника посвященного всем светлым божествам, славящего их и дающего им силы. В том числе он дает силы и богине Иваве – ведь и в ее честь свершаются здесь ритуалы! Фейерверк убрать нельзя!

- Купол сдерживает…

БАХ! БАХ! БАХ! БАХ! БАХ! БАХ! БАХ!

С разных точек города рванули кометы. Пылающие шипящие разноцветные кометы. Рванули вверх, к куполу.

- Город погибнет по вашей вине! По вине служителей Ивавы! – крикнул я – Вы уничтожите светлый город! Загубите тысячи мирных жителей! Оглянитесь! Вокруг нас тысячи! Уберите купол! Я требую!

- Во имя Света! – возглас звучал грязным ругательством.

Кометы коснулись купола… и прошли сквозь него, победно уносясь в звездное небо. Купол быстро таял.

- Правильный выбор, добрый жрец – сказал я.

Но старого жреца уже не было – он взлетал вверх. Стремительно. Решительно. Будто орел. Окутанный зеленым ореолом.

«Аньрулл ушел вверх!».

«Жрец почуял его!» - торопливо набил я – «Почуял! И полетел следом!».

БАХ! БАХ! БАХ!...

Новая порция гномьих комет рванула в небеса. И там, где раньше была вершина купола, сверкнула ярчайшая вспышка. Белый свет и изумрудная зелень. Мелькнули два силуэта – скелет вбивающий руку в грудь светящейся белым фигуры. Еще одна вспышка… белая фигура начинает заваливаться, роняя из руки посох. И в этот миг туда ударили кометы.

Г-Р-А-А-А-А-А!

- Р-Р-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

Дружный рев тысяч глоток выражал только радость. Они любовались невероятным зрелищем, которое не описать. На мое плечо упала черная снежинка. И растаяла, оставив после себя черное пятно.

«Он ушел» - сообщения от Орбита Хрустилиано – «Спасибо».

«Отлично» - написал я. Едва успел отправить, как пришло паническое сообщение от Друмбоса:

«Босс!!! Санстоуны мать их ожили! Ожили! Крушат нас и убивают! Крушат и убивают всех вокруг!».

«Бегите!» - написал я и побежал сам – туда, к центральной улице и площади – «Бегите!».


Глава тринадцатая.

Светлый удар вслепую.

И снова я бежал.

И снова изо всех сил.

Пробежал метров двадцать. И уперся в толпу. Выругался. Крутнулся. Полез на стену. Мне протянули руку, я обрадовано ухватился и в мгновение ока очутился на крыше.

- Держись! – велела Баронесса.

С еще большей радостью я ухватился за тонкую талию. И на следующие две минуты мы уподобились странным кузнечикам, перелетая с крыши на крышу. Через шесть крыш и двадцать секунд нас подхватила знакомая гигантская летучая мышь. Лавируя между мечущимися в воздухе птицами и «сосисками», испуская пронзительные вопли, летучая мышь неслась к площади. Над нами продолжал взрываться великий гномий фейерверк. Под нами продолжал веселиться город. Крохотная часть присутствующих знала о ЧП. Остальные оставались в блаженном неведении. И это к лучшему – если подобная толпа разом куда-то ломанется…

«Все это сделали мы?» - мелькнуло у меня не к месту в голове, когда мы неслись над переполненными улицами ярко освещенного города – «Мы организовали весь этот праздник?». Я надеялся на приход пятисот игроков – они всегда любят веселье. Надеялся на приход двухсот лохров – те веселье любят не меньше. А уж если и выпивка есть… Но тут тысячи! Тысячи игроков и «местных» заполонили все улицы, крыши, парки и вообще любой свободный пятачок! Вот это да!

- Ты уникален, Рос! – крикнула ЧБ, обнимая меня за шею свободной рукой – Ты уникален! Удумать такое… ведь все так просто, незатейливо! И при этом так масштабно! И так отлично сработало! Браво! Прими мое восхищение! Знал бы ты как сейчас рыдают мои аналитики. В этом месяце зарплаты им не будет. Твои действия они не смогли предугадать до последнего момента. Как в принципе почти всегда – притянув мою голову к себе, прошептала на ухо – Хочу такое сокровище себе. Во всех смыслах. Подумай! И не торопись с ответом.

Я не нашелся что ответить. Слишком уж неожиданно все было. А собраться с мыслями не успел – мы прибыли на место происшествия.

Нет.

Мы прибыли на бойню. И забой живности не закончился. Он только начинался.

- Уроды! – крикнул я в бешенстве, с воздуха глядя на происходящее.

Веселого яркого шатра больше не существовало. Конец улицы и часть зданий вокруг площади превратились в руины. Даже не в руины, а в кучи щебня и стеклянного крошева. Будто бульдозеры поработали. Местность разровняло до состояния замусоренного пустыря! И бульдозеры никуда не делись. Они быстро двигались, стремительно расширяя зону тотальных разрушений. Вот как действуют санстоуны… вот их чудовищная мощь во всей красе…

Народ разбегался и сражался. Каждый действовал по своему усмотрению. Не было никакой сплоченности. Каждый сам за себя.

- Ох и повезло! – возбужденно выкрикнула Баронесса, даже не подумавшая дать приказ мыши снизиться к земле. Более того – мы не приближались, держались так, чтобы санстоуны не решили выбрать нас следующей целью. Между нами и святыми големами кувыркалось в воздухе с пару десятков созданий.

Правда не каждое из этих созданий было рождено для полета. Но они летали. Например, игроки, посланные в полет ударами големов и чудом пережившие его. Пережить пережили, но отправились в путешествие.

- Охренеть! – провопил нам кряжистый гном, проносясь мимо. Разодранная кольчуга трепетала за его плечами железным плащом.

- В чем повезло? – вспомнил я слова ЧБ.

- Ивава вляпалась! – со вкусом произнесла Баронесса – Ой вляпалась… а ты мэр. До сих пор ведь мэр?

- Да – мигом проверил я статус.

- Город твой. И переговоры со жрецами Ивавы потом опять вести тебе. Но теперь уже они будут трепетать… и бояться. А уж как разгневаются божества… тут сорвалось много ритуалов. Ты уникум, Рос. Такую вкусную кашу сварил. Мне бы ложку в руки… хотя кое-что и нам обломится.

- Мои сражаются – дернулся я, ткнув рукой вниз – Друмбос.

- Да мальчишка спятил – поразилась Баронесса – Ого…

Вот уж точно «ого»!

На улице метался полуорк, возглавивший отряд из двадцати игроков и нескольких «местных». Они хватали мечущихся горожанок, по цепочке передавали их дальше по улице, подальше от санстоунов. Еще несколько игроков спешно готовили баррикаду из перевернутых столов и скамеек. Под их ногами трещала посуда, исчезали раздавленные и так и не попробованные угощения.

- Столы против святых големов? – хмыкнула ЧБ – Хрупкая преграда.

- Скрепленная нашей смелостью и дуростью – хмыкнул я в ответ и отпустил талию Черной Баронессы. В ушах засвистел воздух.

- Удачи вам… Герои… - донеслось сверху и крутнувшаяся летучая мышь унеслась прочь странным скачущим полетом.

Воздух. Пробиваю насквозь горящий воздушный змей. С хрустом влетаю в крону дерева. Мячиком отлетая от одной ветки к другой, лечу вниз и с жутким грохотом шлепаюсь харей вниз прямо на груду бутылок, банок, грязных тарелок и бокалов. Потеряв немало жизни, подскакиваю и, стирая с лица картофельный салат, невозмутимо спрашиваю и замершего от неожиданности Друмбоса:

- Какова боевая ситуация?

- Э-э-э-э… - сумел доложить полуорк.

- Эпично проигрываем – понял я – Отлично. Пошли погибать?

- Запросто, босс! – ожил Друмбос.

- Веди – кивнул я – Командуешь ты. Вступаю в группу.

- Спасибо за доверие! Но… мы умрем…

- Я так и понял. Вперед! Защищаем в первую очередь «местных». Принимаем огонь на себя!

- Понял! Так! Построение на ходу! Танки вперед! Живо! После смерти – ждать остальных!

Вступив в боевую группу, я отстал, пристроился следом за лучником. Позицию за мной занял сосредоточенный хилер.

- В атаку! Вперед в атаку! – проревел Друмбос – Огонь из всех орудий! Пли! Пли! Пли!

Вырвавшаяся из моих рук огненная магия с ревом унеслась вперед и врезалась в полускрытую заревом начинающегося пожара гигантскую фигуру. Ледяные копья, огненные шары – следующие десять секунд я посылал в голема все, чем обладал. Еще через секунду меня убили – накрыло вырванным с корнем из тела здания балконом. Последнее что увидел – резные каменные перила.

Вспышка.

Кровавый водоворот делает пару витков и отпускает меня.

Друмбос уже у плиты. Я молча встаю за ним. Мы ждем двадцать секунд и вся наша группа в сборе. Гордой голой командой снова несемся в бой. Следующая схватка длилась чуть дольше – секунд сорок. Но только потому, что выбранный нами в качестве цели санстоун был занят другими – добивал отряд из сорок ожесточенно сражающихся игроков накрытых многослойным кокон аур и благословений.

Вспышка.

Кровавый водоворот крутит меня с насмешливой неспешностью.

- Меня не защищать! – отдаю я приказ, едва заметив пробегающего мимо городского стража – Не вступать в бой против санстоунов! Сосредоточить все силы на спасении жителей города и гостей! Не защищать чужеземцев! Передать всем! Уводить всех из-под удара!

- Есть! – отрапортовал страж.

- Выполнять!

- Есть!

Стражник умчался со скоростью хорошего скакового жеребца. Мы побежали в другую сторону и куда медленнее.

- Поясни суть приказов, босс – попросил Друмбос. Пытливый в любой ситуации. Похвально.

- Санстоунов нам не одолеть – ответил я – Игроки после смерти возродятся. А «местные» - нет. Поэтому их и берегу. Да и стражей терять не хочется. Пусть игроки сдерживают големов. А стражники уводят гражданских в безопасное место, выживая при этом сами.

- Понял… В бой!

Удивительно. Но нас стало больше, а не меньше – новых игроков прибыло в группу и не только из нашего клана. Мы объединились перед общим врагом. И теперь были уже отрядом под сорок человек. На бегу присоединялись еще игроки, больше частью такие же как мы – голые и злые.

Новая схватка. Пол отряда уничтожено. Мы бежим по праздничному тряпью и украшениям – останки не успевших спастись «местных», мы пробегаем через десятки тесно лежащих серебристых сгустков тумана. Мы на поле ужасающей битвы. Над нашими головами дым и пыль, взрываются фейерверки, мелькают кричащие птицы и рептилии, повсюду сверкают вспышки магии, свистят стрелы. Улепетывают несколько мародеров, на наших глазах «собравших» несколько серебристых посмертных сгустков и разбросанные вещи. Они появляются везде, рождаются как ниоткуда – любители поживиться во время общего горя. Я без раздумий бью по ним магией. Меня поддерживают остальные. И мародерам не удается спастись.

Над нами с гулом рвет воздух гигантская каменная ручища, посылая в полет огромным ком земли и камней – чудовищный снежок вывернутый из мостовой.

- Всем чем есть! – орет Друмбос.

И мы бьем по закопченной ручище. Огненные шары, кислота, ледяные копья, каменные пики, ультразвук, простые булыжники и редкие стрелы.

- Всем чем есть!

Ручища чуть поворачивается. И на нас падает растопыренная ладонь. Прибьет как мух. Мы бьем по проклятой ладони – я отчетливо вижу прилипшие к камню женские платья и обувь, мужские головные уборы и штаны. Эта ладонь сегодня убила многих. Наш черед умирать…

Вспышка.

Яростный женский крик. Резкий удар ало-золотого змеиного хвоста разметал почти настигшую нас ладонь в пыль. Вместе с частью руки до локтя. Санстоуна отшатнуло, он тяжко завалился назад, рухнув на столь же молчаливо убивающего собрата.

- Это ты зря, Ивава! – крутнувшаяся женщина-змея нанесла новый удар. Вокруг нас с металлическим звоном скручивались толстенные змеиные кольца. Ало-золотая яркая чешуя. А над нами зависла стройная женская фигурка со стоящими дыбом красными волосами. Полыхнули недобро желтые глаза с вертикальным зрачком. Еще один санстоун упал, потеряв ногу до колена.

Богиня Снесса явилась…

- Это ты зря, Ивава-Клуша! – опять прозвенел наполненный леденящей, но при этом физически обжигающей яростью крик.

Охнул Друмбос. Заахали прочие. Было от чего. На нас будто подушкой надавили – на плечи легла незримая тяжесть. Божественная аура ярости. Характер Снессы во всей красе.

- Дети мои! – на этот раз в голосе Снессы звучала плачущая скорбь – Чада мои…

От взмаха руки на груди ближайшего санстоуна появились пять глубоких алых борозд. Голем устоял. Метнул в ответ валун. А следом ударил шипучим снопом энергии из другой руки. Брошенный валун Снесса разнесла в пыль. Удар молний приняла на себя – защитившись поднятым кольцом змеиного тела. Между големами мелькнул змеиный хвост, ударил наотмашь.

- Дети мои… - повторила крик богиня, глядя на лежащую в пыли серую набедренную повязку и связку ракушек - все что осталось от погибшего на внезапно кончившемся празднике лохра – Ты пожалеешь, Ивава! Пожалеешь! Я – не прощу!

С небес рухнуло трехэтажное здание. Упало как кабина лифта. И прямо на нас. Смерть наступила мгновенно.

Вспышка.

Алый водоворот.

Меня выбрасывает на плиту возрождения. Завороженный Друмбос неотрывно смотрит перед собой. Мимо нас неспешно проходит… местность… на миг показалось что я стою на движущейся платформе. Но на самом деле по улице двигался оживший кусок земли – вместе с растущими на ней пальмами, небольшим озерцом, светящейся цветочной поляной и уймой зло гудящих пчел, мечущихся вокруг пальм с невероятной быстротой.

- Это что?

- Это кто – поправил я незнакомого игрока – Это бог. Обиженный бог… чтоб меня… Друмбос!

- Вперед! – очнулся полуорк и взмахнул рукой.

Мы побежали по улице, двигаясь рядом с не обращающим на нас внимания живым оазисом.

- О черт – выругался я, перепрыгивая открывшуюся посреди улицы дымную трещину. Перепрыгивая, заметил внутри зловещую красноту – подступающая лава. Нехорошо… нехорошо… все это должно немедленно прекратиться или Тишка превратится в то, чем стало болото Рэйвендарк после вспышки божественной ярости. А вон и первый гостинец – у стены сиротливо лежала покачивающаяся сфера заполненная клокочущим огнем. Сферы ярости. Сферы горя. Их будет тут очень много. Этот бардак надо прекращать… немедленно!

Санстоун упал прямо перед нами. Не целиком – половина. Голем был разорван пополам. В его руки зажата горсть ало-золотых чешуек вырванных с мясом. Разорванный санстоун продолжал жить. Из его покалеченного тела били во все стороны светящиеся волны утекающей энергии – как кровь из вен.

- Бей!

Остановившись, мы обрушили на врага магию и удары оружия. Тот не обращал на нас внимания. Он медленно поднимался, упираясь руками. Пятерни с хрустом ломали брусчатку и стены. Поднялся, глянул на нас сверкающим оком, открывшимся во лбу почернелой головы. Вспышка. Улицу пробороздил луч зеленой энергии, убивший восьмерых из нас.

- Бей! – повторил Друмбос.

Треск. Громовой треск. Уже нацелившийся санстоун вздрогнул и… провалился в открывшуюся трещину по шею. В ночь взметнулись волны кипящей лавы, озарившей все вокруг алым зловещим светом.

- Что творится! – прохрипел подскочивший ко мне корреспондент Вестника Вальдиры. В порванной одежде, босиком, чумазый как трубочист, усталый, он бережно держал в руке магический шар.

- Громкость дать можешь? – не прекращая бить по торчащей из земли голове провалившегося голема, спросил я.

- Да! Надо?

Вспышка. Еще около десятка игроков уничтожено. Друмбос вспрыгнул на голову санстоуна и с криком бьет подобранным где-то топором по сверкающему оку.

- Давай! На всю мощь!

Руки заняты. Корреспондент держит шар у моих губ сам. Второй шар витает над его головой. Идет сьемка. Но мне плевать. Я кричу во все горло:

- Всем, кто меня слышит! Говорит мэр Росгард! Всем жителям прекратить сражаться! Приказываю отступать в безопасное место! Следуйте указаниям городской стражи! Всем, кто меня слышит! Говорит мэр Росгард…

Вспышка.

Алый водоворот с едва заметным смешком оставляет меня у плиты. Я смотрю на пальцы правой руки и не вижу их – все вокруг мутно. Затухание вернулось. Я зло трясу головой, отгоняя его призрак. Не сейчас. Даже если ослепну – из Вальдиры не выйду. Будто услышав меня, Затухание пугливо отступило. Но не ушло. Затаилось за плечами, цепко держась ледяными коготками за мой хребет. Я бегу к месту последней схватки. Вокруг меня смерть… хлопья черного пепла кружась падают на землю, с шумом рушатся стены домов.

- Вы видели, как погиб мэр города Росгард! Надеемся вскоре он вернется. Но его отряд уже уничтожен! Погиб на поле боя в полном составе! – сгорбившийся корреспондент тараторит в магический шар – Вокруг творится нечто невероятное! Это же самая настоящая вой..

Вспышка.

Мостовая и корреспондент превращаются в бурлящую лужицу зеленого месива. Мигающий магический шар выписывает в воздухе круги. Санстоун почти провалился. Торчит только макушка. Выставив перед собой руки, я бегу к голему, нанося по нему удары ледяными копьями. Вспрыгиваю, бью под ноги «струной». Раз за разом. Голем перестал палить по улице. Он пытается достать меня. Но ему вряд ли… рывок. Из земли вырывается раскаленная добела каменная ручища. И хватает меня, дергает вниз… мы проваливаемся вместе. Летим в огненную бездну.

Вспышка.

Алый водоворот бурливо хохочет. Но послушно доставляет меня к месту назначения.

У плиты никого. Я бегу по улице один. Бегу почти вслепую – пепла и пыли столько, что они образовали тучевые облака пронизанные молниями и заполненные криками. Но цель я вижу – бегу на вспышки, зная, что там, где они, найдется и драка. И не ошибаюсь. Вылетаю на площадь и туман чуть рассеивается. Вижу фигуру очередного долбанного голема. Я бегу на него. Он, видимо убив всех вокруг и оставшись без цели, шагает навстречу. Не добегу – одна вспышка и мне конец. Но продолжаю бежать – даже пара секунд, на которые он отвлечется на меня, могут спасти нескольких «местных». Голем поднимает ручищу. В центре его ладони рождается зеленая яркая искра. Я торопливо бью по ладони огненными шарами.

- Я же говорил – ты жнец! – с насмешливостью произносит за моим плечом знакомый голос.

Обернувшись, вижу Аньрулла. Громадный скелет злорадно скалится. Его тело закрыто черным доспехом с зеленым отливом. В руке та самая сфера – древний темный артефакт. Голова накрыта шлемом, не скрывающим лица. Плащ трепещет за его плечами.

- Я не оставляю друзей в беде – говорит Аньрулл и прыгает вперед.

Через мгновение они сталкиваются – бог смерти и святокамень. Треск. Обломки. Пыль. Я бегу дальше, успевая крикнуть:

- Спасибо! С меня должок!

- Нет, Росгард Смертоносный! Это я должен тебе! – хохочет Аньрулл, нанося по голему удар за ударом. Отлетает каменная рука, следом летит голова.

При очередной вспышке в небе я вижу стремительную тень в боковой улице. Смотрю туда и успеваю заметить еще одну гигантскую змею – только на этот раз змеиное тулово венчает тело мужчины. А вот и еще один темный. Еще один бог заглянувший в Тишку. Он не любит, когда его сестру обижают…

Багровое зарево затапливает половину неба над городом. С небес стремительно падает гигантская золотая стрекоза. Еще одно божество… из новых… с очень длинным и сложным именем.

Я бегу дальше. Двигаюсь к шагающему над домами санстоуну со сверкающей звездой во лбу. Голема окружают сотни вспышек – по нему бьет множество воинов и магов. Он отвечает. Скоро я добегу и добавлю толику огня к возмездию. За первым големом идет второй – прорывается сквозь чад и дым безрукая фигура каменного монстра. Они калечат город при каждом шаге, убивают жителей при каждом движении.

Б-Б-А-АХ!

Над моей головой пролетает белая игла. Или луч. Но что-то очень быстрое и мощное. Ударяет в грудь первого голема. И его туловище взрывается фонтаном гравия и пыли. Голема отшатывает. В его груди зияет сквозная дыра.

Кто? Я снова оборачиваюсь.

Кто? Чем?

Сзади упряжка быков. Тащит за собой здоровенную телегу со странной конструкцией – камень, железо, стекло. Чем ближе, тем больше деталей я различаю. Мотки гудящей искрящей проволоки, крутящиеся шестеренки. Что это?

- Рос! – а вот это крик Киры. Бегу навстречу.

- Ты не с Роской? – кричу в испуге – Я же писал!

- Я здесь, пап! – летит успокаивающий крик в ответ – Чего ты боишься? Я уже большая!

- Большая будешь лет через пятьсот! – рявкаю я, обнимая Киру и спрыгнувшую с Тирана дочь – Уф…

- Ро-о-ос – довольно скалится мне с телеги Орбит, стремительно крутящий какие-то рукояти – Сюда-а-а!

Меня дважды просить не надо. Я забираюсь. Следом Кира. Роска и ее стая волков рассредоточиваются вокруг нас.

- Что это? – повторяю я вопрос.

- Ши-ило!

- Шило?

- Им он хотел прошить купол ВОСТОРГА – поясняет Кира, набрасывая на меня рубашку и суя в руки штаны – В нескольких местах. Аньруллу хватило бы дыры, чтобы сбежать. А другие дыры – для отвлечения. Такой агрегат собрать…

- Я опозда-а-ал – вздыхает эльф – Ты быстре-е-е… сегодня.

- Сегодня я быстрее – улыбаюсь – Завтра ты. Раз купол не пробили – будем големов пробивать! Да?

- Да-а-а… в кирпичах си-и-и-ла-а… дерг!

Орбит дернул за рычаг. И в голове бегущего к нам святокамня появилась дыра.

- Да-а-а-а! – завопил я и мой крик подхватили остальные.

Кира щелкнула вожжами. Быки с ревом поддали. Мы с грохотом понеслись по развороченной улице, подпрыгивая на каждой кочке.

Мы успеваем сделать еще три выстрела. И роняем одного голема. Теряем колесо от едва задевшего нас выстрела. За вожжи берусь я. Кира бежит рядом с телегой, поднимая ее за просевший край. Делаем выстрел. Голем падает за стеной домов, скрываясь из виду и успевая послать в небо последний зеленый луч. Мы нацеливаемся на следующего санстоуна… и тут он резко замирает в нелепой позе. Застывает, не успев нанести удар.

- Им отдали приказ! – кричит Кира.

Я киваю, натягивая вожжи. Санстоуны остановлены приказом свыше.

Вспышка. Бело-зеленая.

Прямо перед телегой появляются три фигуры в знакомых до боли одеяниях. Жрецы Ивавы. Очень высокого ранга. И все как на подбор седобородые.

- Случившееся… ужасно… - склонив голову низко-низко, произносит стоящий посередине, прижимая руки к груди – Молим нижайше об одном – даруйте шанс искупить страшную вину, мэр Росгард… сердца наши полны горя неизбывного.

- Соловей седой – буркнул я – Нашел время петь покаянно! Убрать санстоунов из города! Немедленно! Помочь в тушении пожаров и спасении жителей из-под развалин! Тоже немедленно! И защита города от все прибывающих иноземных чудовищ по-прежнему на вас!

Три жреца исчезли молча. Испарились в телепортационной вспышке. И разом сник, а затем и вовсе затух ревущий пожар на другой стороне площади. Дым как обрезало.

- Чем больше душ невинных вы спасете – тем больше шансов того, что я хотя бы захочу говорить с вами, жрецы богини Ивавы! – прокричал я в дымное небо – Вы натворили дел во имя Света! Ой натворили!

Помолчав, глянул на подоспевшего Друмбоса и стоящих за ним игроков. Наш верный отряд.

- Спасибо! – поблагодарил я, глядя на игроков, опустив руку на плечо Друмбоса – Спасибо, друзья! Вы сделали многое. Прошу, те у кого еще остались силы и желание – помогите разгрести завалы. Надо спасать жителей. И надо уничтожать мародеров. Поможете?

- А то!

- Не сомневайся!

- Сделаем!

- Сил море!

- В клан берете? В такой клан я хочу! Настоящие Герои!

- Поможем!

- Друм, веди нас!

- Убьем каждого кто протянет руку к чужому! Мрази сдохнут!

- Спасибо! – вскинул я руки – Не тратьте время на слова, друзья! Я запомню каждого кто помог нам сегодня! Спасите столько жизней сколько сможете – и «местные» в приоритете! Мы воскреснем! А вот они нет! Спасайте «местных»!

- Как скажешь, Рос! Даже пиксели спасем!

- Пиксели. Да – согласился я – Но порой человечней каждого из нас! Вперед! И спасибо!

И снова бег. Снова мелькают перед глазами грязные лица. Хватаются за обломки и обгорелые бревна руки, врубаются в сломанные балки топоры. Силачи выдирают из земли куски стен, отбрасывают их прочь. Из ям и подвалов под обломками выбираются жители и, едва придя в себя, начинают помогать в разборе завалов. Над затухающими пожарами плывет дым и горький плач тех, кто в один день потерял и родичей и жилье. Сцепив зубы, я продолжаю откидывать кирпичи, хвататься за торчащие из земли руки и, напрягаясь изо всех сил, тащить, одновременно созывая на помощь других. Моих сил уже не хватало… Затухание перестало меня глушить и ослеплять. Вгрызлось в мои характеристики, первым делом обглодав интеллект и силу. Немощный и тупой… смех да и только…

Хотел рассмеяться, но не успел – меня проглотила появившаяся и исчезнувшая черная дыра, жадно всосавшая меня и утащившая.

«Надо поговорить, Росгард Смертоносный» - шипит успокаивающе знакомый голос бога смерти.

Ох… мои беды и тяготы не кончаются.


Глава четырнадцатая.

Темный-темный план древнего бога.


Черная вспышка выбросила меня через пару секунд полета.

«Папа!» - тревожно закричало в мозгу.

«Все хорошо, милая. Просто взрослый разговор» - отозвался я.

«Хм… много не пейте!».

«Не будем» - вздохнул я с улыбкой, опускаясь в глубокое кожаное кресло, стоящее среди обугленных обломков.

Мы по-прежнему в Тишке – я и Аньрулл. Оба сидим в креслах, между нами столик с одним полным бокалом и открытой бутылкой вина. В клыках Аньрулла дымится толстая черная сигара. Он глубоко затягивается, из щелей доспехов тянется дым. Нас никто не видит – мы скрыты. Нет. Мы не в Тишке. Мы просто сидим около гигантского телеэкрана показывающего мой вновь жестоко пострадавший город.

- Времени у меня в обрез – хриплю я, беря бокал – Мне надо обратно. Спасать жителей.

- Разумеется. Зло всегда должно помогать – кивает бог смерти.

Эта фраза вводит меня в короткий ступор. Попытался осмыслить. Но не сумел. Поэтому спросил нейтральное, чтобы отвлечься:

- Где мы?

- Небольшой островок на Найкале – скелет шевельнул рукой. Окружающее нас видение рассеялось на миг.

Да. Островок. Знакомый островок – тайник рыбака Афросия. Мы на вершине. Смотрим на зло ворчащее озеро, вздымающего крутые пенные волны, освещенные светом луны и звезд. Что злые это были сутки.

Мы злые…

И вокруг нас все злое…

А до рассвета еще далеко.

- Мне надо назад – повторил я.

- Конечно. Но сначала небольшой разговор, друг мой Росгард.

Поздравляем!

+1 доброжелательности к отношениям с темным божеством Аньруллом!

Понимая, что не стоит рассыпаться в благодарностях за доверие, я молча кивнул, давая понять, что готов слушать. Попутно отправил два сообщения. Кире и Бому.

«Не волнуйтесь. Скоро буду. Важная встреча».

- Недавно я сидел среди веселящихся чужеземцев на высоком травянистом холме и вместе с ними пил вино и смотрел на старую по их словам чужеземную историю. Эта история рассказывала о выдуманном, но вместе с тем реальном для живущих в нем мире. О мире которым правили машины… эта история называется Матрица. И она почему-то считается культовой среди многих чужеземцев… я понял далеко не все. Но смотрел с интересом…

- Я знаю эту историю. Смотрел ее много раз.

- Там была сцена похожая на эту – скелет повел вокруг себя взглядом – Сцена с двумя таблетками. Похоже?

- Да – признал я – Похоже.

- Но пилюль не будет. Будет короткий разговор. Ты мудр. Признаю это. Ты действительно мудр.

Вот это да. Никогда не считал себя мудрым. И умным не считал. Я всю жизнь плыл по течению. И только последние месяцы начал барахтаться. Но мои неумелые гребки вряд ли стоит считать мудрыми… я продолжаю действовать по наитию.

Вслух я не сказал ничего. Пригубил вина. Вкусно…

- И я уверен, что ты уже разгадал мои замыслы – ибо план мой весьма прост. Чем сложнее – тем хуже. Тем проще – тем лучше. Благодаря тебе я вернул мое любимейшее орудие. Поглотитель Душ. Он уже успел немного послужить мне. Теперь осталось одно – добраться до садка вкусной, жирной, с-сочной и, что самое приятное – уже пойманной рыбы. Как только я наслажусь блюдом безумной рыбешки, мои силы возрастут… и я смогу противопоставить многое угрозе идущей сюда полным ходом. Угрозе идущей курсом на столкновение…

- Зар’граад.

- Он самый. Если два мира столкнутся… не уцелеют даже боги. И потому нас следует поторопиться, Росгард Смертоносный! Я вновь хочу возложить на тебя мои надежды. Великие надежды! Я хочу, чтобы ты отправился в путь! В далекий неизведанный путь полный невиданных опасностей… и сделать это следует тайно! Что скажешь, Росгард Друг? Протянешь ли ты мне вновь руку помощи?

- Аньгора – задумчиво произнес я, говоря наугад. И угадал.

- Верно. Аньгора. Горловина садка со сладкой рыбешкой.

Горловина…

- Мой план прост – Аньрулл резко встал – К нам идет страшный по силе враг! Он не будет плести коварные интриги! Не станет действовать исподтишка. Он ударит наотмашь! Возьмет чистой силой! Он не будет слушать сладкие речи и обещания. Его не подкупить. Не напугать. Его можно остановить только одним – сильным ударом. Страшным по силе ударом. Сила… вот ключевое слово – Сила! Мне нужна настоящая СИЛА! И мой Поглотитель Душ поможет в этом! Главное добраться до садка. До самой вкусной и самой жирной рыбы! Ты ведь понял мой простой план уже давно, верно, Росгард? Ведь ты видел мои действия с самого начала. Предугадать несложно. Ты понял о каком садке я говорю?

- Тантариалл – медленно сказал я, сжимая подлокотники – Садок с безумной рыбешкой.

- Верно! Если точнее – рыба без головы! Безумные твари бродящие во тьме и зря обладающие ненужной им мощью! Чудовищной мощью! – как раз то, что требуется, чтобы остановить грядущую катастрофу! Я поглощу их! Я поглощу всех павших богов! И, став сильнее, нанесу Колоссу такой удар, что он, даже если и уцелеет, будет жестоко ранен и предпочтет сменить курс.

- Тантариалл… - повторил я. В ушах тихо кто-то смеялся. Затухание… может и эта беседа мне привиделась?

Аньрулл прав. Ведь изначально все было как на ладони. Он идет к цели прямой дорогой. Но идя по той же тропе, я смотрел под ноги и назад, но никогда не пытался посмотреть вперед, заглянуть в будущее.

- Едва я поглощу хотя бы одну тварь обитающую в божественном аду, я уменьшу еще одну угрозу – ведь стены и врата Тантариалла прочны, о да, но не бесконечно прочны! Вы бездумно сваливаете лишенных одной из ипостасей богов в одну клетку, при этом, даже не задумываясь – а насколько прочна сама клетка? Даже канарейка однажды сможет перекусить прут своего узилища. А тут множество тварей скребут и грызут стены одновременно! Что ж – я милостив. Я опустошу Тантариалл и больше никто не станет испытывать стены на прочность.

- Мудро…

- И просто. Против силы надо действовать силой. Росгард… ты пытлив и умен, мудр и терпелив…

О ком это он?

- …хитер и молчалив, упорен и силен. Набор прекрасных качеств, заключенный в человеке которому, я, бог смерти Аньрулл, доверяю! И потому – отправишься ли ты в далекий путь? В тайный путь… ведь каждый преследует свои интересы. И тебе, если согласишься, нужно будет собрать и возглавить небольшой, но крепкий и слаженный отряд способный преодолеть множество преград, разгадать уйму загадок и сразиться с любым врагом вставшем на вашем пути! Что скажешь? Ты спустишься в ад, Росгард Решительный?

- Да.

- Тайно.

- Да.

- Во главе небольшого, но крепкого отряда.

- Да.

- И ты будешь шагать до тех пор, пока не достигнешь цели?

- Да.

- Ничто не остановит тебя.

- Да.

- Хорошо! – скелет откинулся назад, сверкнул клыками, раскушенная сигара упала на нагрудник доспехов – Этого достаточно. Я обеспечу тебя всем необходимым для долгого изнурительного похода.

- И картой.

- Вот чего нет, того нет. Я не ведаю дороги к Аньгоре, стоящей на пути к Тантариаллу. Тебе придется хорошенько попотеть, чтобы вызнать дорогу.

- Дело привычное – кивнул я, глядя на сидящего передо мной бога смерти.

В моем усталом донельзя разуме начала складываться картинка. Начал складываться глобальный ангельский замысел.

Поглощенные боги исчезнут навеки.

Оборвутся надоевшие ниточки и надежды игроков и «местных» по воскрешению канувших в лету богов.

Появится достойный соперник для идущего на нас полным ходом Колосса.

И появится новый Темный Владыка – вот он, сидит прямо передо мной. Просто он еще не настолько силен. И новый Владыка Тьмы вовсе не фанатик-лич или воющий злобный призрак. Нет. Это умный собеседник ценящий друзей и умеющий наслаждаться жизнью. И его отношение к Свету и Тьме предельно демократичное. Нет того жуткого фанатизма вроде – «Каждый Светлый должен умереть!», «Повергнем Тьму навеки!».

- Многие жаждут добраться до Тантариалла – продолжил Аньрулл – Очень многие. И до Аньгоры. Лакомый кусочек. Будь осторожен в поисках. И возьми вот это.

Мне на ладонь упал темный небольшой кристалл на золотой цепочке. Внутри пульсировала ярко-зеленая искра.

- Когда доберешься до цели – раздави кристалл. И я явлюсь.

- Понял – ответил я, пропуская голову через кольцо цепочки.

- Главные вехи достигнуты. Кроме одной… чего ты хочешь за свою неоценимую помощь, Росгард Друг?

- Думаю ты говоришь не о добыче что встретится нам по пути?

- Нет. Мне неинтересны ваши трофеи. Мне нужна жирная безмозглая рыбешка. Я о том, что просишь для себя именно ты.

- Бога.

- Бога?

- Да. Мне нужно одно павшее божество. Ты не поглотишь его как остальных. И поможешь мне вернуть ему недостающую ипостась, дабы он вернул себе разум. А перед этим его надо обуздать. Чтобы божество не натворило дело.

- Светлое божество?

- Да. Но я не в пастве его. Оно нужно мне для собственных целей.

- Прагматично и прямо. Отлично. Мы договорились, Росгард! Ты укажешь. Я пощажу его. Обуздаю. Помогу и в остальном.

- Спасибо.

- Что еще?

- Этого хватит.

- Уверен?

- Добрые отношения с тобой куда важнее всего прочего – улыбнулся я, вставая – Мне пора, бог Аньрулл.

Я протянул руку.

- Жду вестей, Росгард Друг. Не медли.

- Не буду.

- Отправляйся. И взгляни-ка на то, как начинают ненавидеть Свет…

Наши руки встретились в крепком рукопожатии.

Набегающие на островок свинцовые волны Найкала затихли. Накрывшая меня тьма раскрыла объятья через мгновение. Я стоял в первых рядах собравшихся вокруг красивого белокаменного здания. Я вернулся в Тишку. И стоял среди замершей в молчании толпы окружившей храм Ивавы. Среди грозно молчавшей толпы.

Ворота храма распахнуты. В них стоит смиренно опустивший голову седобородый жрец. Руки сложены на груди. По бокам от него тревожно шелестят волосами-веточками две Ивовы Сестры.

В руке стоящего рядом со мной крепыша зажата тяжелая дубина. У полуорка справа в руках камни. Осталось добавить парочку вил и десяток факелов.

Я могу прямо сейчас возвысить голос и потребовать разойтись. Моя репутация и моя должность помогут. Но я пока не решил, хочу ли вмешиваться. Хочу ли спасать тех, кто причинил столько бед моему городу.

Грохот колес и стук копыт заставили меня повернуть голову. Я увидел едущие по улице повозки. Фургоны. Два знакомых фургона впереди и еще три повозки позади. С десяток игроков. А вот и герои Фургонных Хроник. Герои пыльных дорог вернулись домой. Еще одна добрая весть. Быстро они… и судя по следам на фургонах и повозках, путь их выдался нелегким.

Я начал проталкиваться к ним. На храм Ивавы не смотрел. Я пока ничего не решил. Собравшиеся почтительно расступались, давая мне дорогу. Выбравшись на открытое место, заспешил к фургонам. Приветственно взмахнул рукой. Получил в ответ радостные крики. Фургоны остановились. Через миг меня уже стискивали в объятиях, тормошили. Что-то кричали в ухо.

Слов я уже не разбирал. Просто тихо улыбался. Затухание взяло свое. И мир вокруг меня медленно исчезал. Ноги начали подгибаться. Схватившись за борт фургона, улыбнулся смутно различимым силуэтам вокруг меня, попытался что-то сказать, но не смог. Все… с трудом взмахнув рукой, я попрощался. Надеюсь меня поняли. Я будто пьяный в стельку.

Интерфейс…

Пиктограмма.

Не могу попасть, слепо тычу пальцем в воздух.

Попал.

Черно-красный водоворот тихо поднимает меня и уносит в спасительную черноту. В темноте витает знакомая клыкастая усмешка скелета.

Выход.

Вспышка.

До свидания, Вальдира.

До скорой встречи…


Конец книги.

2018. Узбекистан. Зарафшан.



home | my bookshelf | | Второй Великий Катаклизм |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 3
Средний рейтинг 4.3 из 5



Оцените эту книгу