Book: Первый курс



Первый курс

Вадим Гнаденберг

Аврия. Первый курс

Серия «Попаданец»

Выпуск 106

© Вадим Гнаденберг, 2021

© ООО «Издательство АСТ», 2021

Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону

Пролог

В помещении было темно и очень душно. Той узкой полоски света, что чудом пробивалась сквозь старые, еще помнящие лучшие времена, плотные бархатные шторы, явно не хватало. Воздух в помещении стоял затхлый, это помещение давно никто не проветривал. Даже те краткие мгновения, когда открывалась входная дверь, не спасали положения. Еще более усугубляла положение тлевшая на столе жировая свеча, она нещадно коптила, добавляя воздуху непереносимый запах.

Мебель в комнате, некогда претендовавшая на роскошь, была старой, но еще достаточно крепкой. Да и не так уж и много ее тут было. Кровать, небольшая тумба при ней, стол с массивным стулом в углу и кресло-качалка. Вот и вся скромная обстановка.

Мерное покачивание кресла сопровождалось легким скрипом дерева, в нем неспокойно спала уже не молодая, но все еще красивая женщина. Ее думы, которые преследовали ее и во сне, были направлены на маленького, лет двенадцати, мальчика, который лежал в кровати.

Одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять, что мальчик очень плох. Он был бледен, нездоровая худоба. Да какая там худоба, он напоминал скелет, обтянутый кожей. Под закрытыми веками было видно движение глаз. Мешки под глазами были настолько темны, что напоминали черные провалы.

Мальчик спал очень беспокойно и постоянно метался в кровати, но сил у него практически не было, даже чтобы просто перевернуться или приподнять одеяло. От усилий его покрывал обильный пот, а сквозь сомкнутые, высушенные и потрескавшиеся губы со свистом тяжело втягивался воздух.

Всего несколько дней назад он был полон энергии и подающим надежды юношей, а сейчас больше напоминал мертвеца. Его отец и дед, которые сейчас сидели в гостиной и мрачно пили вино, корили во всем себя. Дело в том, что их сын и внук был первым, кто за долгие годы существования их рода родился с зачатками магического дара. Вот они и перестарались, фактически убив его.

Мать же, что сейчас беспокойно спала в кресле в комнате мальчика, даже сквозь сон что-то шептала, умоляя богов спасти ее сына, а по щекам текли слезы. Дело было в том, что мальчик родился со слабым магическим даром и не дотягивал до уровня, необходимого для поступления даже в простую магическую школу, не то что в академию. Вот дед с отцом и нашли где-то эликсир, который должен был усилить магический дар мальчика.

Кто же знал, что эликсир окажется не только настоящим, но еще и мощным. В итоге, вместо инструкции, согласно которой нужно было принимать эликсир, они просто сразу дали его выпить мальчику весь. И вот тут началось страшное. Мальчика окутал магический огонь. Это, конечно, не было настоящим огнем, это была аура, которая резко увеличилась, но вот источник мальчика не был готов принять полностью поток энергии.

Из-за чего в диких муках он просто начал высыхать, прямо на глазах превращаясь в скелет. А его магический центр и открытая к этому времени единственная энергетическая точка просто схлопнулись. Канал же, который соединял центр с точкой, был настолько искорежен и переломан, что на это было больно смотреть.

Единственный более-менее толковый целитель, на сто верст вокруг, ничего с этим поделать просто не мог, это было выше его сил. Вызвать кого-то более сильного не было ни денег, ни времени. Мальчик умирал, и с этим уже ничего нельзя было поделать.

И вот тело мальчика выгнула очередная судорога, и хоть реальной боли не было, его лицо исказилось в гримасе боли. Его тело сотрясали фантомные боли. Но в этот раз все было немного по-другому. За эти два дня, что мальчик умирал в агонии, он ни разу не пришел в сознание. Но теперь, когда его сотрясла очередная судорога, его глаза открылись, в них проскочило сознание, наполненное спокойствием. Он даже смог наклонить голову, увидеть мать и улыбнуться.

В следующее мгновение его тело обмякло, рухнув на кровать, а в глазах медленно погас огонек сознания. Лицо мальчика впервые за несколько дней разгладилось и источало спокойствие, а на лице застыла улыбка. Из легких со свистом вырвался воздух, и мальчик окончательно затих.

По щеке женщины прокатилась особо крупная слеза, и она тоже затихла, и только мерное вздымание груди говорило о том, что она еще жива. В комнате воцарилась полная тишина.

Так продолжалось долгих три минуты. Пока тело мальчика не вздыбилось в очередной судороге. Открытые до этого глаза раскрылись еще шире, хотя казалось, куда еще больше-то. Внутри же светлых, можно сказать даже ярко-оранжевых, янтарных глазах резко разгорелось пламя сознания.

Выгнутое дугой тело резко упало обратно на постель, а сквозь раскрывшиеся губы с диким свистом втянулся поток воздуха. Еще минуту назад мертвый мальчик вновь ожил и, судя по его виду, отправляться в другой мир не собирался.

От случившегося шума тревожно спящая мать подхватилась и резко вскочила, вытирая тоненькую струйку слюны, что успела стечь по ее уголку губы. То, что она увидела, ее сильно удивило, но в тот же миг и дико обрадовало. На нее смотрели глаза, глаза ее сына, в них плескался разум и желание жить. Его губы, еле открывшись, хрипло просипели:

– В-о-д-ы. – Вот и все, что он смог протянуть, но и этого хватило сердцу матери, чтобы пуститься в пляс: ее сын выжил, а большего ей и не нужно было.

– Сейчас, дорогой, сейчас, – тихо и ласково говорила она, пока ее трясущиеся руки судорожно наполняли стакан водой из графина, что стоял на столе.

– Вот, дорогой, выпей, – произнесла она, когда наконец смогла наполнить стакан и поднести его к кровати. Она придерживала голову сына, пока он пил, он был настолько слаб, что просто не мог этого сделать сам.

– С-па… – он хотел сказать «спасибо», но остатки сил покинули его, и он просто отключился. Но не так, как до этого, в болезненное беспамятство, а в лечебный и восстанавливающий сон.

– Спи, дорогой, – говорила мать, поглаживая его по голове. По ее щекам текли слезы, а с лица не сходила улыбка.

Так она просидела не меньше получаса, после чего окончательно убедилась, что ее сын просто спит. Аккуратно поднявшись, она тихо вышла из комнаты и, придерживая подол своего некогда роскошного, а сейчас заметно поношенного платья, побежала по коридору. Не сбавляя скорости, она просто пролетела по нему, и каблучки ее обуви уже стучали по деревянным ступеням лестницы.

Услышав этот быстрый перестук каблуков по лестнице, мужчины, что сидели в общем зале, вскочили. Их и до этого мрачные лица потемнели еще больше. Они готовились встретить самую страшную новость, что только могли себе представить. И тем сильнее было их удивление, когда к ним выскочила заплаканная, но радостная женщина.

– Что с ним? – первым опомнился более старый мужчина, это был дед мальчика, именно он принес в дом этот злосчастный эликсир.

– Он, он… – начала женщина, но ей не хватало воздуха, а потому она никак не могла продолжить.

– Что с нашим сыном? – подскакивая к жене, чуть ли не взревел более молодой мужчина.

– Он выжил, – наконец-то смогла проговорить женщина. И ее как прорвало, она начала рыдать, обмякнув в руках мужа, но продолжила говорить сквозь слезы: – Наш мальчик выжил, кризис миновал.

Мужчина, тот, что с седыми волосами, просто с невероятной для его возраста силой и скоростью рванул через зал. И через пару мгновений уже оказался на втором этаже. Еще пару мгновений и его могучая фигура застыла в дверном проеме комнаты, а в распахнутую настежь дверь наконец-то проник свежий воздух.

От притока свежего воздуха мальчик, что до этого почти без движения лежал на кровати, глубоко вздохнул, втягивая в легкие свежий воздух. А на лице этого, несомненно, могучего воина проступила улыбка, а по шершавой как наждак коже прокатилась одинокая слеза.

Момент, когда мальчик делал глубокий вдох, застал не только он один, но и отец мальчика. Увидев эту картину, он просто рухнул на колени. Да так и пополз к кровати, его переполняли чувства. А как только он достиг кровати, просто рухнул на нее, при этом очень осторожно обнимая ноги сына.

– Прости меня, сынок, – еле слышно прошелестело по комнате, а мужчина, уткнувшись в одеяло лицом, беззвучно плакал.

Смерть, что должна была посетить этот дом, временно обошла его стороной. И родители мальчика, что безмятежно спал, не обращая внимания на царившие вокруг него эмоции, возносили хвалу богам. Единственно, что было не так во всей этой истории, так это взгляд, что запомнила его мать: он был далеко не детским. Но она просто не обратила на это внимания, как и на то, что один глаз ее сына стремительно начал менять цвет. И если раньше у мальчика были глаза цвета молодого пламени, то теперь его правый глаз был цвета молодой листвы. Но это было настолько незначительным на фоне того, что ее сын смог выкарабкаться, что она просто отмахнулась от этих изменений.

Еще полчаса родители мальчика молча радовались произошедшим изменениям, прежде чем покинули его комнату. Перед тем как оставить его одного, мать, закрывая дверь, внимательно посмотрела на лежащего на кровати сына. Ей почудилось, что возле кровати витало нечто белесое, но стоило ей моргнуть, как наваждение исчезло, но при этом ее душу накрыла такая тоска, что она непроизвольно всплакнула. Ей показалось, что в данный момент ее покинул кто-то очень важный для нее, но сильная и надежная рука мужа, что легла ее на плечи, тут же отогнала грусть и печаль, и они, обнявшись, отправились вниз.

Глава 1

О дивный новый мир

Пробуждение мое было мучительным. Настолько паршиво я не ощущал себя даже в больнице, куда попал после артобстрела. Меня тогда знатно поломало, по сути, в моем теле не осталось ни одной целой кости, но даже тогда я чувствовал себя лучше, чем сейчас. Что же со мной такого приключилось, что мне так хреново?

Хотя чего там гадать, последнее, что я помню, это скрип тормозов и сильный удар. Вот мое старое тело и бунтует по поводу такого к себе обращения. Только вот мне не дает покоя обеспокоенное лицо женщины, что я увидел, когда пришел в себя. Ну не похожа она была на медсестру, да и выглядела она несколько крупнее, чем я привык, да еще этот странный ее наряд.

А дальше у меня включились мозги. Как-никак я почти семьдесят лет проработал в конторе, и хоть к разведке я имею опосредованное отношение, но думать, а также проводить анализ я от этого хуже не стал. Сразу по своему состоянию от удара машины я чувствовал бы себя несколько по-иному, есть опыт, да и должен был быть закован в гипс. Тут же мое тело ничего не сковывало, да и ощущалось не так, как я к этому привык. Тут так сразу и не объяснить, но свое собственное старое тело я знаю хорошо. Еще бы, прожил в нем почти сто десять лет, успел изучить от А до Я.

Далее: место, а точнее кровать, на которой я лежал, не походила на больничную койку, от слова совсем. В свое время я довольно часто там бывал, и хоть последний раз был почти шестьдесят лет назад, но не думаю, что за это время что-то особо изменилось в этом вопросе. Так что я успел прочувствовать весь предоставляемый больничными койками «комфорт». Тут было нечто другое. Кровать была одновременно и жестче, и мягче. Такое ощущение, что я лежал на деревянной лавке, или топчане, поверх которого водрузили мягчайшую перину из гусиного пуха.

Воздух. Очень важный аргумент в пользу того, что я нахожусь не в больнице. Воздух в больнице стерилен, пахнет хлоркой и медикаментами. Здесь же воздух был очень спертый, да еще этот гнусный запах горелого жира, от чего дышать тут было очень сложно. Определенно я не в больнице, но где именно, я понять никак не мог. Что точно, так это не у себя дома.

Чтобы сделать окончательный вывод, достаточно было осмотреться, но с этим были пока большие трудности. Тело… не знаю, как бы это сказать, в общем, тело, которое я ощущаю, было настолько истощено, что у него не было сил даже открыть веки. Шевелить глазами под веками и то было тяжело, так что осмотр откладывается.

Из возможностей, которые у меня остались, был только слух, так как телом я почти ничего не ощущал. Вот я и обратился в слух. Опытному оперативнику, которым я и являлся, хотя последние тридцать лет и провел на пенсии, звуки могли сказать о многом. К примеру, доносившиеся до меня скрипы, издаваемые деревом, говорили о том, что как минимум пол в помещении деревянный, что в последнее время большая редкость.

Так я и лежал; сколько именно, сказать было трудно, но не меньше часа точно, прежде чем я услышал шаги. Судя по дробному стуку, шла женщина, возможно даже та самая, которую я уже видел недавно. Скрипнула дверь, и в комнату кто-то вошел.

Шаги стали тише и медленнее, но от того меньше их слышать я не стал. Вместе с открытой дверью в комнату сквозняком проник чистый воздух, от чего я непроизвольно сделал глубокий вдох. Это далось мне с трудом и болью, мое лицо скривилось, но буквально мгновение спустя боль отпустила. С притоком свежего воздуха у меня даже хватило сил, чтобы разлепить губы и даже попытаться попросить пить.

– Пи… – вот и все, что я смог из себя выдавить, и то еле-еле слышно.

Человек, который вошел в комнату, к этому времени успел подойти к кровати и склониться над ней, так что он мог услышать мой комариный писк. Но то, что произошло дальше, выбило меня из колеи почище машины, что меня сбила.

– Конечно, сынок, – тихо, но радостно и торопливо зажурчал надо мной голос женщины.

Это было настолько неожиданно, но при этом мое тело среагировало одновременно радостью, счастьем и тоской. Радость и счастье были вызваны чем-то мне незнакомым, а вот тоска была уже определенно моей, ведь моя мать умерла уже очень давно. Но это не помешало мне присосаться к кружке, что приставили к моим губам, и по глотке потекла прохладная и очень вкусная вода.

Но не успел я даже как следует напиться, как от переполняющих чувств меня накрыло с головой. И я вспомнил…

Вспомнил, как от удара машины мое тело со свернутой шеей отлетело метров на десять, с такими ранами не живут, это точно. Но не это было главным, а важными были воспоминания некоего а’Кана де Шена.

Этот самый де Шен, чье тело, оказывается, я занял, был мальчиком двенадцати лет от роду. Теперь понятно, почему та женщина, которая на поверку оказалась его, моей, нашей матерью, показалась мне несколько больше обычного. Так вот маленький Кан, как просто звала его мать, родился в семье потомственного барона. Его род давно обнищал, а если быть точнее, то никогда и не был богат, но сейчас было совсем плохо, и последняя надежда возлагалась на него. Вернее, на проснувшийся в нем слабый магический дар.

Но он был настолько слаб, что его родные, а именно отец и дед, достали где-то эликсир, который должен был помочь ему развить дар. Но как обычно и бывает, в стараниях своих они переборщили, и мальчик умер. Вернее, умер его дух, который сдался под напором тех мучений и страданий, что излились на него за два дня. Каким же образом мой дух, который отлетел от моего изломанного тела, оказался тут, совершенно непонятно.

Все это я осознал буквально за мгновение. Но в мое сознание продолжала вливаться информация. Информации было не так чтобы много, я за свою жизнь знал во много раз больше. Но информация была очень важна. Тут было всё: от начала осознания юного барона до момента его гибели. Знание языка и память о прожитой жизни.

От случившегося я впал в ступор, из-за чего вода, которая продолжала литься мне в рот, попала не в то горло, и я закашлялся. Судорожный кашель выгнул меня дугой, но на помощь мне пришла мать и, поддержав мое сильно исхудавшее за эти два дня тело, помогла прокашляться.

Информация, которая пронеслась в моем сознании, не была сторонней, она была частью тела и стала частью меня. Так что женщина, которая сейчас аккуратно укладывала меня обратно на постель, теперь уже определенно была моей матерью. Чему я, а именно дух или сознание, кому как больше нравится, столетнего старика, был несказанно рад. Вот никак я не ожидал, что, разменяв вторую сотню лет, обрету мать.

Выпитая мною вода придала моему телу достаточно сил для того, чтобы приоткрыть глаза и улыбнуться. Увидев мои глаза, она сначала немного отстранилась, а потом махнула рукой и тоже улыбнулась.

– Спа-си-бо, – медленно и по слогам, ранее на незнакомом мне языке, произнес я.

– Все хорошо, мой дорогой. – По лицу женщины скатилась одинокая слеза. – Теперь все будет хорошо.

Отвечать я ей не стал, да и толком не смог бы, сил было еще недостаточно, чтобы вести беседы. Вместо этого я просто склонил голову, уткнувшись щекой ей в руку, да так и застыл, радуясь давно забытым ощущениям. Так мы просидели полчаса, после чего мать погладила меня по голове и собиралась уже выйти, как я собрал все оставшиеся у меня силы и произнес:

– Ок-но. – Хорошо, что слово было короткое, на что-то более длинное просто не хватило бы сил.



– Ты хочешь, чтобы я открыла окно? – спросила она, повернувшись ко мне.

В ответ на это я только медленно закрыл и открыл веки.

– Хорошо, – произнесла она и, сделав несколько шагов по комнате, она подошла к плотным бархатным шторам. Отдернув одну из штор, она потянула на себя маленькую форточку. Само окно было затянуто слюдой и не давало видеть, что там с той стороны, но хотя бы давало достаточно света.

– Отдыхай, дорогой, – произнесла мать, перед тем как выйти, – я зайду к тебе ближе к обеду, принесу бульон.

Сказав это, она прикрыла дверь, за которой сразу раздался дробный стук каблучков. Я же смежил веки и наслаждался чистым воздухом. Дверь закрывалась не плотно, под ней была щель, вот в комнате и образовался сквозняк, который довольно быстро очистил воздух в комнате. Долго лежать просто так я не мог, двигаться тоже, по своему физическому состоянию, но при этом думать мне ничего не мешало.

Итак, что мы имеем. А имеем мы много чего непонятного. Первое и самое главное, я старик ста девяти лет каким-то магическим образом оказался в теле молодого барона. Да ладно, сам факт переноса уже был фантастичен, а уж то, что я оказался на совершенно другой планете, где есть полноценная магия, просто кружит голову.

Ладно, в сторону эмоции, давай по порядку. Я оказался в мире Аврия, так его называют местные. Мир магический, на уровне развития нашего средневековья, с учетом наличия магии, конечно. Так что это только условно похоже на наше средневековье, тут все несколько по-другому, в общем, есть свои тонкости, но примем за основу именно так.

Тут помимо людей, есть еще и куча других, скажем так, «фантастических» рас. Перечислять их не буду, тут их достаточно много, как «классических», если брать за основу наши фэнтези-романы, так и свои уникальные, хоть могу и ошибаться, может, и таких уже в книгах описывали.

Сам же мир огромен, настолько огромен, что в нем можно поместить как минимум четыре наши Земли. Карта мира представляла собой четыре больших материка и кучу мелких и не очень островов. Было, правда, четыре острова, которые по размерам были как наша Австралия, но здесь они считались именно островами. Мелких же островов вообще никто не считал, тут их было что-то около пары десятков тысяч, и это только приблизительная цифра. При этом в расчет не берутся клочки суши, которые были меньше пары километров в диаметре.

Молодой барон Кан, как и его предки, вот уже пару тысяч лет жили на материке под названием Атрор. Его размер был сопоставим с Евразией плюс Африка. Сам материк был поделен на множество королевств, даже три империи имеется, которые по своим размерам могли заткнуть за пояс любую из земных империй.

Так вот юный Кан жил в вольном баронстве Шен. Это была их родовая земля вот уже второе тысячелетие. По размерам баронство было не маленькое, наверное, как Краснодарский край или Ростовская область. Но расположено баронство было весьма неудачно. Но пока оно входило в состав великой империи Атрор, в честь которой и был назван материк, то еще как-то развивалось. Но вот после распада империи баронство начало приходить в упадок, и вот уже последнее столетия оно кое-как сводило концы с концами, а вместе с ним и семья де Шен.

Дело в том, что земля баронства была со всех сторон зажата кольцевыми горами. Земля внутри кольца гор была в большинстве своем каменистая и почти не пригодна для земледелия. Сами горы были пустышкой, тут, кроме пары тощих медных жил и не менее тощей железной жилы, больше ничего не было, ну кроме камня и белого мрамора. Правда, мрамор был не самого высокого качества, так что на их земли никто и не зарился, так как брать тут было особо нечего.

Да чего там говорить, за всю свою историю баронство де Шен смогло основать всего несколько поселений да столицу баронства. Правда, столица – это гордо сказано, деревня в полсотни домов, вот и вся столица, да три деревни в еще полусотню домов на все три, вот и все баронство де Шен.

Сами же бароны де Шен были славными воинами, редко посредственными магами, но совершенно никудышными землевладельцами. Единственный доход, на который и жило все баронство, это мраморный карьер. В среднем этот карьер приносил полсотни золотых в месяц, редко когда семьдесят. Вот и весь доход баронов.

Теперь понятно, почему убранство комнаты, в которой я находился, хоть и претендовало на роскошь, но было уже потертое и местами обветшало. Понятное дело, откуда взять деньги на ремонт, если тут едва хватало на жизнь и на оплату работы немногочисленной прислуги. Этот дом находился в столице баронства, деревне Кронт, и выглядел более-менее пристойно. А вот на что был похож родовой замок баронов, что находился буквально в паре километров от деревни, страшно было подумать, там уже давно никто не появлялся.

Вот и вся, если коротко, история молодого барона де Шен. Нет, в ней было еще что-то интересное и познавательное, но это все пока могло подождать, мне же нужно оценить немного другую сторону этого мира, а именно магическую. А все дело в том, что там, на теперь уже далекой Земле, я занимался исследованием магии. Да-да, не смейтесь, именно магии, и кое-что в этом понимал.

Ах да, совсем забыл представиться, меня, а вернее мой дух, зовут Скворцов Виктор Степанович. Я подполковник в отставке, бывший куратор 17-го отдела разведки. Мой отдел занимался поиском и анализом всего паранормального. И я могу вас заверить, если бы вы знали, что именно удалось узнать моему отделу, то были бы не настолько скептически настроены.

Если быть кратким, то на Земле тоже есть магия. Просто в какой-то момент нашей истории развитие нашего мира пошло не в ту сторону, и магия начала исчезать из него. Но полностью исчезнуть она не могла, только если с самой планетой. Просто магический фон на Земле снизился настолько сильно, что люди его не замечают, вот и все.

Хотя еще рождаются люди, которые с рождения более подвержены магическому восприятию фона, по-простому маги. Таким был и ваш покорный слуга. Скажу так, не все уличные маги шарлатаны и действительно обладают разными способностями. Моей же, скажем так, «врожденной» способностью было магическое зрение. Оно давало немногое, по сути, оно позволяло мне только видеть магические потоки и места силы.

Слава всем богам, что мой дар открылся сразу, а магический фон Земли был слабым, так что я почти ничем не отличался от обычных детей. Да и честно, я считал, что так видят все люди, а потому не обращал поначалу на это внимания. Да и не из болтливых я товарищей, честь и хвала отцу, он у меня из разведки, а потому с детства учил меня меньше говорить и больше наблюдать, слушать, думать и анализировать.

Так вот, когда я осознал, что вижу несколько больше, чем все остальные люди, я начал искать ответы. В этом мне помогали советы отца, который натаскивал меня с самого детства. Так я вышел на некую контору, которой в итоге и отдал всю свою жизнь. Там мне и рассказали, что мой дар далеко не уникален и один из самых распространенных. Единственное, чем он (и я соответственно) выделялся, так это его силой. Мои глаза видели лучше, чем у кого бы то ни было.

Отдел, в который я попал, был одним из самых молодых в разведке, но курировался непосредственно Сталиным, а потому хорошо финансировался. Во время Второй мировой мы на равных соперничали с Аненербе, знатно им мешая. За время службы я побывал во всех уголках родины и нашей планеты, и чего мы только ни видели.

К примеру, многие техники йогов, которых мы долгое время изучали, были направлены не просто на развитие тела, но и на аккумулирование внутри тела энергии. Нам даже удалось создать формулу знаменитого фаербола. Правда, эффект его использования был мизерный, а на создание его нужно было потратить кучу энергии, которой и так была нехватка. Низкий магический фон Земли сильно ограничивал наше поле деятельности.

Я настолько погрузился во все это, что мимо меня прошли такие понятия, как личная жизнь и семья. А итогом моей работы стало то, что в возрасте семидесяти пяти лет меня выперли со службы, а отдел закрыли, так я встретил мир после перестройки 1998 года. Саму перестройку я заметил только после резкого снижения фондов на исследования.

Когда меня выгоняли со службы, отдел не просто закрыли и распустили, а погребли со всеми открытиями. Мне как последнему главе отдела присвоили внеочередное звание подполковника, подарили «Ниву» да отправили помирать на мизерную пенсию. Просто так уходить на пенсию я не пожелал, поэтому быстро, по старым связям пробил себе корочку лесничего да отправился за Урал.

Там, еще в начале восьмидесятых, одна наша экспедиция нашла так называемую точку силы. Вот туда я и отправился. Карабин, ружье, два пистолета с парой цинков патронов, немного вещей, битком забитая машина с прицепом, заполненным самыми важными (для меня лично) данными, что успел собрать отдел. Это все, что я смог взять с собой, прежде чем исчезнуть. Бежал я не зря, за бывшими работниками отдела была открыта охота, я остался последним.

Домик в глубине леса, до ближайшего поселения и цивилизации порядка полусотни километров по бездорожью. То, что мне нужно. Я вырос в те времена, когда охота и кузня были нормой жизни и проживания. А долгие годы, проведенные не в тиши кабинета, а можно сказать в поле, не позволили обрасти жирком и потерять сноровку, ведь чего только в походах ни бывало.

Так я и жил вдали от всех. Пока не набрел на то самое место силы, о котором в свое время скрыл все данные. Сам я в той экспедиции не был, так что не имел ни малейшего представления о месте, кроме его примерного расположения. В данных местах, что покрывали основания гор, я нашел небольшую поляну, образованную между двумя небольшими отрогами гор с отвесными стенами. Это место я искал специально. Хоть я и знал, где конкретно начинается место силы, но оно было достаточно обширным, а мне нужен был его источник.

Стоит пояснить, что именно в моем представлении является местом силы. Так вот, мое понятие не особо отличается от общепринятых и известных, это место с повышенной концентрацией энергии. Находясь в пределах места силы, гораздо быстрее можно было восстановить свой собственный внутренний источник и даже развить его. Но вот у каждого места силы есть свой источник, и вот его-то я и хотел найти больше всего. Хотелось узнать, что именно наполнило этот лес энергией.

И спустя всего два года я наконец-то его нашел. На этой поляне, которая была всего метров десять в диаметре. Но уже на подходе к нему можно было понять, что это рукотворное место. У входа на поляну, прямо из камня, из которого состояли местные горы, были довольно искусно вырезаны два идола. Хотя нет, не идолы, охранники, судя по их виду. Оба были в чем-то наподобие кольчуги и шлемах, в руках держали копья и щиты. Причем щиты у них были в разных руках и расположены так, чтобы они смотрели из прохода, а копья наоборот вдоль прохода наружу.

Пройдя тогда впервые на эту скрытую поляну, я увидел чарующую картину. Почти идеально круглая площадка, на которой, кроме яркой и идеально ровной травы и одного странного деревца, больше ничего не росло. При этом само деревце росло на скалистом выступе, который образовался за счет того, что откололся кусок горной породы.

Это деревце приковывало взгляд своей необычностью. Оно было маленьким, всего метр в высоту, и настолько корявым, что своим видом напоминало знаменитый бонсай. Вот только нежно-розовый с серебряными прожилками цвет листьев, почти как у цветущей сакуры, был не единственным, чем еще отличалось это деревце. Резной лист был очень похож на дубовый, как и единственный желудь, что висел на этом деревце.

Но самой главной особенностью, правда ее могли увидеть только такие люди, как я, было то, что это деревце выглядело для меня просто объятым пламенем из энергии. Этот поистине феерический костер не просто горел, он пульсировал. Не часто, где-то раз в час или около того, и вот каждый раз, когда происходила пульсация, за пределы стен, которые образовывали горы, пробивался густой поток энергии. При это плотность внутри кольца из стен была самой крепкой из всех, что я когда-либо видел. Энергия же просто переваливалась через стенки и медленно растекалась по лесу.

Тогда, в первый раз, я чуть сознание не потерял, опьянев от обилия энергии. Впоследствии я провел там много времени и смог даже развить свой источник, да так, что тот шар огня, который мы раньше использовали только как зажигалку, стал получаться у меня уже раза с пятого. Да и мощность его подросла очень и очень сильно.

За те тридцать лет, что я провел вблизи источника, я смог не только хорошо сохраниться, но даже улучшить свое состояние, так что на вид мне и не дашь сотни с гаком лет. Но это все было мелочью. Исследовав источник, я сделал несколько открытий.

Первое: деревце, что росло там, не было с Земли. Да-да, вы не ослышались, оно было родом не с Земли, откуда точно, не могу сказать, но точно не с нашей планеты. Вторым открытием была вязь рун, что опоясывала деревце. Они были выбиты прямо на камне и за неизвестно сколько лет даже не стерлись. Эти руны не были похожи не на один из известных древних рунических языков. Скорее, что на основе этих рун были созданы все остальные, так как общие черты были в каждом из языков.

Главным же моим открытием, вернее даже не так, – подарком для меня стали желуди. Тот первый желудь, что я увидел в свое первое посещение, просто упал мне на ладонь, стоило мне только подойти к деревцу. За тридцать лет он так и не пророс, а я его так и таскал с собой в специальном мешочке на шее, вместо символов веры. Но вот через год на дереве вырос еще один желудь, и всего за неделю после того, как упал мне в руки, он пророс.

Дальше все стало просто. Я высаживал пророщенные саженцы в лесу, а вокруг них выкладывал камни с высеченными на них рунами. С каждым новым деревцем магический фон в данной местности рос и уплотнялся, что не могло меня не радовать.

Деревья я тоже сажал не абы как, а применяя все накопленные мной знания и опыт. В итоге, если посмотреть на эту местность сверху, к примеру из космоса, и подсветить все высаженные мной деревья, то получится шесть кругов, последний в сотню километров. Высаживал я их не просто так, а в строгом порядке вымеряя каждое место на карте, чтобы каждый круг был на самом деле печатью. Печатью самой мощной, когда-либо созданной людьми для защиты, спасибо, великий Соломон, за науку.

Через неделю после того, как я высадил последнее дерево в первом круге всего в километре от источника, случился инцидент. Я как лесничий исправно исполнял свои обязанности и знатно гонял браконьеров, а в этот раз как-то не углядел. В итоге я их прогнал, но они все-таки смогли завалить медведицу, оставив двух медвежат без мамки.

Они совсем мелкие были и без мамки не прожили бы и неделю. Но и у себя я их оставить не мог, ко мне должны были приехать с проверкой. Вот я и отнес их к источнику, куда собирался носить им еду, а как пройдут все проверки, забрать. Только этого ничего не потребовалось, источник взял над ними опеку, а они выросли в очень сильных их защитников, ну и мне потом помогали всяких по лесу гонять, особенно когда я круги расширял.

На последнем круге, помимо прочего, я между высаженными деревьями закопал большие валуны с рунами, что точно копировали рунический круг вокруг источника. Причем полностью, я это в прямом смысле даже с ориентацией по сторонам света соотнес. Не знаю, что именно помогло, но именно в этом круге, не выходя за его пределы, стала накапливаться энергия. В итоге получилось большая «поляна», за пределы которой начнет вырываться энергия только после того, как внутри нее скопится критическое ее количество. Надеюсь, это все в будущем поможет Земле восстановить магический фон. Жаль, что этого я так уже и не узнаю.

Так, к чему я завел весь этот разговор, о своем прошлом и прошлом молодого барона? В магии, как вы поняли, я немного разбираюсь, не так как местные, но тоже кое-что умею. Но, во-первых, сразу обращу ваше внимание на две главные странности. Это то, что вместе с моим духом передался и мой дар, то есть я и тут вижу силовые энергетические линии. Во-вторых, в моей руке, которая была скрыта под одеялом, был зажат мешочек, и этот мешочек я очень хорошо знаю, так как проносил его с собой на шее почти тридцать лет.

Глава 2

Новая жизнь

После моего первого пробуждения, которое, мягко говоря, было не самое простое, у меня потихоньку начало восстанавливаться здоровье. А вместе с ним и возможности к анализу. Дело в том, что все свободное время, пока я не спал, я погружался в воспоминания юного барона.

Там было много интересного. К примеру, у них маги делились на стадии развития, их было всего десять. Начиная с самой низшей – пробуждения, потом адепт, младший ученик, ученик, старший ученик, подмастерье, мастер, бакалавр, магистр и архимаг. В свою же очередь, каждая стадия, кроме последних трех, имела пять уровней владения, или как их называли местные, звезды.



Такое количество, я имею в виду пять уровней, пошло от стадии пробуждения. Дело в том, что в этом мире было известно только о пяти магических точках, или привычных мне чакрах, и магическом источнике. Так вот при пробуждении источника будущие маги начинают по очереди открывать свои точки, связывая их каналами со своим источником. От скорости открытия точек и прокладки каналов зависит дальнейший верхний предел развития мага. В теории предела нет, и любой маг может достигнуть верхнего, но на практике, чтобы преодолеть свой следующий предел, нужно затратить в разы больше энергии.

Так вот по количеству этих точек считают и количество звезд на каждой стадии. Но я, к примеру, знаю как минимум семь точек, имея в виду современную восточную схему чакр, а как максимум девять, если брать славяно-арийскую схему. Причем я приверженец именно последней схемы.

Идем дальше. У каждого, кто пробудил в этом мире свой источник, неведомая сила, по-другому я это назвать не могу, дает знания. Эти знания бывают разные, кому-то достается уже готовое заклинание, не сказал, чтобы особо мощное, но по-своему уникальное. А кому-то достаются знания о медитации, это, кстати, самая распространенная награда. Так вот моему телу (прости, молодой барон Кан, но это тело теперь мое) досталось уникальное по своим качествам не боевое заклинание. Ему досталось заклинание с незамысловатым названием «Архив». Он, будучи юным и не самым обученным человеком, постеснялся такого заклинания, а потому никому о нем не говорил.

Дело в том, что был промежуток, у каждого свой, от одного дня до полугода, когда у пробужденного проявлялись знания. Молодой барон получил знания в первую неделю после пробуждения, но в силу непонимания того, что ему досталось, стеснялся своей магии. Он рассчитывал прочитать где-нибудь или еще как-то узнать о системе медитации и представить в виде подарка.

Я же по достоинству оценил подарок, даже не знаю, чей именно: богов, провидения или воплощения магии, не суть важно. Дело в том, что данная магия полностью оправдывала свое название «Архив». При ее использовании я мог увидеть и услышать все, что когда-либо видело мое юное тело. Правда, использовать я его пока не мог, в моем теле после случившегося не было и грамма энергии, а источник схлопнулся.

Так что на ближайшее время у меня одна только задача – восстановить свой магический источник, так как попасть в мир меча и магии и оказаться обычным человеком не хотелось совершенно. Не для этого я потратил всю свою жизнь на поиски магии в своем прошлом мире.

Открывать тайну бывшего владельца тела я не собирался, никто не должен знать об этой магии, а так как я сам обладал довольно обширными знаниями по техникам медитации, то они сойдут за подарок. Начать я решил с дыхательных техник, так как мое тело было еще слабым, но вот дыхательные техники мне были доступны. Их я знал порядка двух десятков. Но лучше всего мне подойдут только четыре, одна тибетская, две китайские и одна индийская. И именно в таком порядке и буду их практиковать.

Первая тибетская техника дыхания предполагала очищение организма от лишних примесей и шлаков. То, что нужно для организма, который подвергся мощному воздействию неизвестного эликсира. Техника также позволяла начать накапливать в теле крохи энергии, правда все эти крохи почти полностью шли на очистку организма. Но именно что почти, это позволит мне накопить достаточно энергии для начала применения первой из двух китайских техник дыхания.

Первая китайская техника помогала укрепить тело, что очень хорошо помогало в быстром выздоровлении. Тем более при обильном питании мое новое тело стремительно восстанавливалось. На то, чтобы сделать первые шаги с кровати и самостоятельно сходить в туалет, ушла всего неделя. До этого в этом мне помогал отец, просто нося мое сильно исхудавшее тело на руках.

Правда, после начала моих тренировок с дыхательными техниками возник конфуз. И тут больше была моя вина, не ожидал я такого эффекта от техники. А все дело в том, что всего лишь после второго сеанса с тибетской техникой вместе с потом начали выходить шлаки, чаще всего вместе с кровью. Из-за этого сильно перепугалась мать, и я ее понимаю, зайдя в комнату, увидеть чудом выжившего сына в кровати, полностью перепачканным в собственной крови.

Но благо у меня тогда было уже достаточно сил для простого разговора, и я объяснил вмиг заголосившей матери, что это просто последствия тренировки. Естественно, на крик сбежались домочадцы. Так что пришлось отцу и деду рассказывать, что пробудились мои знания, в которых мне стало известно о системе медитаций. Вот ее я и начал воплощать в жизнь. Отец с дедом меня сначала похвалили, а потом налетела мать и отчитала отца с дедом за неуемные желания, напомнив им о их эксперименте с эликсиром, а меня за неуемные старания.

В целом же все остались рады, правда каждый раз после этих моих тренировок мне приходилось менять постель, но это меньшее из зол. Особенно после того, как мать заметила скорость моего восстановления, так что не так уж и сильно злилась на меня. Когда же я начал постоянно использовать второй комплекс дыхательных техник, мое восстановление вообще пошло семимильными шагами. Еще за какую-то неделю я окреп настолько, что уже сам спускался по лестнице и даже пару раз выходил во двор.

К концу третьей недели, когда я подключил к комплексу вторую китайскую дыхательную технику, направленную на восстановление духа, я был уже почти полностью здоров. По крайней мере, смог вернуться к ежедневным тренировкам с отцом и дедом. Не таким интенсивным, как раньше, но лиха беда начала.

И на этом моменте, а именно на тренировках, стоит немного задержаться и рассказать более подробно. Дело в том, что в данном мире, помимо магов, есть и физики, это люди, которые не смогли открыть свой магический источник, но смогли пробудить свои чакры. И таких людей заметно больше, чем магов.

У таких людей, которые смогли открыть свои чакры, тоже есть свои ступени развития, их не так много, как у магов, и подъем на каждую ступень в разы сложнее. Но в теории человек, достигший верхней ступени, мог на равных сойтись с магистром или даже архимагом. Но таких людей, как и архимагов, очень мало.

Так вот ступеней у физиков было всего четыре. Глиняный, медный, бронзовый и стальной. Но вот уровней на каждой ступени было несколько больше, а именно десять, с чем именно это было связано, мне не до конца было понятно. Но что я точно знал, отец у меня был медной семеркой, а дед бронзовой единичкой.

Если погружаться в историю нашего рода, то за всю ее историю, а это почти пять тысяч лет, в нашей семье было пять мастеров стального уровня. Все они были выдающимися мастерами, так, к примеру, основатель рода был стальной пятеркой, самый сильный из всех моих предков. А вот маги в нашем роду ни разу не смогли пробиться выше ранга старшего ученика, и то кое-как добивались первой звезды.

В библиотеке, что была в фамильном замке, были собраны книги, в том числе и написанные самими предками. В основном по боевым искусствам, все-таки мои предки славились ими, а не магией. Но и по магии можно было кое-что найти. К примеру, все мои предки записали и оставили для потомков свои подарки, это, правда, были заклинания вспомогательной магии.

Так вот, возвращаясь к тренировкам. Мои родственники, а именно отец с дедом, не оставляли попыток, помимо магии, обучить и развить тело подростка. Так что меня с детства учили обращаться с разными видами холодного оружия. Правда, в последнее время все больший упор делали на мечах, но я, а именно Скворцов Виктор Степанович, привык к другому оружию. Дело в том, что в свое время, а именно с детства, мой отец учил меня обращаться с ножами и другими короткими клинками.

И изменять этой традиции я не стал. Сославшись на недомогание в теле, решил свернуть именно на них в своей учебе. Так что уже три дня каждое мое утро начинается с тренировок с отцом и дедом. И я вам могу сказать, что эти двое не промах, а если их сравнивать с нашими спецами, то бойцы элитных подразделений нервно курят в сторонке. Эти два зверя могли скрутить в бараний рог не один десяток, если не сотню простых людей. И это только при условии, что они не будут пользоваться своими способностями, а только чистой силой и техникой.

Дело в том, что воины, которые открыли свои чакры, могли применять свои особенные техники. В основном они все были направлены на то или иное усиление способностей собственного тела, но и на другие фишки они были способны. К примеру, вихрь ножей, что запускал мой отец, по сути своей это дальнобойная атака. В основе ее лежала все та же энергия, которая была сконцентрирована на кромке лезвия клинков, а потом отправлена в цель. То же, что творил дед со своим копьем, вообще вызывало у меня когнитивный диссонанс.

Этот сухой и не сказать, чтобы особо мощный, но хорошо сохранившийся и подтянутый старичок запускал огненные всполохи с кончика копья. Да и сам мог покрываться огненной аурой, или создать ауру вокруг наконечника копья. Так что от тренировок я не отлынивал, я хотел уметь так же.

Так что к концу месяца, когда я достаточно окреп, я занялся не только клинками, но и копьем, полностью отказавшись от меча. Хотя периодически и приходилось к нему возвращаться, родители считали, что хороший воин обязан владеть всеми видами оружия. Но тут же говорили, что стоит сосредоточиться на чем-то конкретно, чтобы владеть этим оружием идеально, а не просто хорошо. Мой выбор сделан, это короткие парные клинки и среднее пехотное копье.

После утренних тренировок, которые продолжались не менее двух часов, меня, уставшего, выжатого и местами битого, но довольного возвращали в комнату. Где уже в спокойствии я занимался своим восстановлением. Только к концу первого месяца я стал использовать последнюю дыхательную технику, когда стал уверен в крепости не только своего тела, но и духа. Дело в том, что эта техника была целиком и полностью направлена на открытие источника.

Источник в этом теле уже был открыт, но из-за инцидента с эликсиром он схлопнулся, как и канал с точкой. Так что пришлось заново его открывать. Кстати, стала понятна причина, по которой меня накормили этим эликсиром. Все дело в том, что у моего предшественника, в силу отсутствия медитативных техник, было очень медленное развитие источника. Почти за полгода он смог открыть только одну точку и проложить один канал, а как известно, каждую следующую точку открывать сложнее. Вот родители и боялись, что он не сможет к шестнадцати годам полностью пробудиться.

Да тут это частое явление среди магов, далеко не все из них смогли полностью пробудиться и открыть все необходимые точки. А если не открыты все пять точек, то и стать полноценным магом нельзя. В этом не было особой необходимости, по крайней мере для меня, но вот родители хотели, чтобы я поступил в магическую академию. А для этого требовалось быть полностью пробужденным к шестнадцати годам.

Это, правда, было только одно из основных требований. Вообще для поступления, как я понял, существуют стандартные правила для всех. Первое, ты должен быть полностью пробужденным, то есть все пять точек открыты, а твой источник с ними связан. Второе, внутренний объем энергии должен быть не менее десяти единиц, о единицах чуть позже подробнее расскажу. Третье, естественная скорость восстановления одной единицы энергии должна быть не менее одной единицы в час. Ну и последнее, четвертое, контроль, необходимо показать контроль над линиями, в данном испытании используется любое заклинание.

Возвратимся к стандартной единице энергии. Это особым образом выверенный объем энергии. Каким образом он был сделан, мне не совсем понятно, но якобы, независимо от мага, на определенные виды заклинаний тратится строго определенный объем энергии. Вот его и взяли за стандартный объем внутренней энергии, который сокращенно назвали эрг. Для его определения даже разработали простенькое, но эффективное заклинание, что показывает внутренний резерв любого мага. Именно через него на экзамене и будут оценивать этот параметр.

Можно, конечно, было поступить и в менее престижное заведение, где был менее строгий отбор, но родители видели меня только в академии. Нет, тут я их понимаю, получив образование в столь престижном месте, это открыло бы для меня многие двери. Но гробить собственное дитя из-за этого не стоило. Но что было, то было, уже ничего не вернешь. Хотя я загорелся тем же желанием, непременно поступить именно в эту магическую академию.

Мне потребовался еще месяц, чтобы возродить свой магический источник. По крупицам я собирал энергию и концентрировал ее в районе солнечного сплетения, это давало плоды, но медленно. Схлопнутый источник никак не хотел восстанавливаться. Но месяц упорного труда привел к нужным для меня результатам. Это было долго и мучительно больно, но радость от ощущения этого маленького комочка была еще больше.

Мой нынешний источник был меньше, чем даже в прошлом мире, но это только начало. Стоило же мне возродить источник, как индийская техника стала в разы эффективнее. Теперь не требовалось тратить колоссальные силы на удержание накопленной энергии в теле. Хотя это и принесло свои плоды, у меня явно возросла концентрация. Теперь вся собранная техникой энергия начала накапливаться в пока еще крошечном источнике. Но он был еще очень мал и не мог вместить в себя все, так что по телу продолжал клубиться туман силы.

Сам источник по размерам был не больше спичечной головки, да и в моем виденье представлялся как тусклая лампочка, которая пульсировала в такт моему сердцебиению. Но мой прогресс в развитии обрадовал не только меня, но и родителей. Правда, мама обеспокоилась и очень строго смотрела на отца с дедом, но у тех отпало какое-либо желание еще как-то экспериментировать.

Еще целый месяц я развивал, растягивал и укреплял свой источник. Все это было нужно, чтобы перейти к следующему этапу своего развития. Дальше шли уже не просто дыхательные техники, но и первая моя медитативная техника. Она была призвана еще больше укрепить мой источник и помочь в открытии первой чакры.

Для этих целей я выбрал не совсем обычную медитативную технику. Вернее, большинство не примет ее вообще как медитацию, а как следствие медитативную технику. В данном мире все медитативные техники разнятся только в процессах, что проходят в голове у медитирующего и принципах погружения в медитацию. В остальном это были статичные позы, да, у каждого были свои, но в большинстве своем они были похожи на нашу позу лотоса.

Я же пошел несколько другим путем. Мало кто знает, что система упражнений йогов тоже считается медитативной техникой. По крайней мере, считалась до тех пор, пока из нее не сделали популярную систему фитнеса, упростив для массового пользователя. Я же обратился к первоисточникам данного искусства.

Древние йоги, в горах Тибета, практиковали йогу, чтобы достичь просветления и погрузить свой разум в медитацию, а тело наполнить энергией. Этим я сейчас и занимался, для начала решив использовать три самых простых движения, для начала мне этого хватит, а дальше посмотрим. Понятное дело, что я не остановлюсь, пока мое новое тело не пройдет по всей цепочке и не сможет выполнить все элементы древней техники йогов.

Правда, когда я начал свою первую тренировку, произошел конфуз. Я своих предупредил, что собираюсь начать свою медитацию, знание о которой мне было даровано. Все занятия йогой лучше всего производить на улице, там и к природной энергии ближе, да и для меня привычнее. Но это я сейчас такой умный, а тогда я еще не знал, что в этом мире не знают подвижных медитативных техник. Так что мои точно не ожидали того, что я начну, по их мнению, простую тренировку на растяжку.

В общем, родные подумали, что я их обманываю, и отец с дедом даже хотели пошутить надо мной. Но я уже давно через такое прошел, и меня этим было не сбить с толку. Так что я быстро предложил им присоединиться, вкратце объяснив, что им нужно делать.

Вот тут и произошел конфуз. Мои родные не ожидали, что привычная для них разминка может оказаться им непосильна. Это только кажется, что йога простая и ее может повторить каждый, но я-то знаю, что без знаний и подготовки это не так-то уж и просто. Вот отец с дедом пыхтели, краснели, но старались выполнить все показываемые мной движения. И если просто движения они могли выполнить и даже легче, чем я сам, все-таки годы тренировок дают о себе знать, но вот в нужном порядке… да без остановки. Это я еще не говорю про то, что не останавливался в выполнении дыхательных техник, а мой разум был погружен в особый вид транса.

Их хватило всего на десять минут, прежде чем они под разными предлогами сбежали с моей тренировки. После этого они больше надо мной не смеялись, а каждый раз, когда я выходил на задний двор, для продолжения своей тренировки, они оттуда испарялись. Тренировался я трижды в день, еще дважды в день я делал это в своей комнате утром и перед сном.

Для того чтобы открыть первую свою точку, которая располагалась в теменной области, мне потребовалось два месяца тренировок. Именно столько времени понадобилось, чтобы собрать нужное для открытия первой точки энергии. Мой же источник теперь по размерам был похож на наперсток, еще слишком мал, но дайте только время.

Открытие точки я отложил на вечер, чтобы сразу после этого процесса завалиться спать. Есть у меня в этом некоторый опыт, на Земле я успел открыть семь из девяти точек. Так вот, каждый раз этот процесс сопровождается дикой усталостью и жутким голодом. Так что это была еще одной из причин, что именно после плотного ужина я занялся открытием точки.

Данная теменная точка была основой основ, она не только отворяла главные врата для набора энергии, но и впоследствии расширяла возможности мозга. Прошлый владелец, молодой барон Кан, да и все в этом мире, вообще не знал о ее существовании, а поэтому первой стремятся открыть сердечную точку. В моем плане она шла только третьей в очереди.

Сам по себе процесс не был зрелищен и не обладал какими бы то ни было спецэффектами. Все проходило буднично, для стороннего наблюдателя, не обладающего особым зрением. Но вот если за процессом наблюдает человек, у которого открыто внутреннее око, то все выглядит не столь однозначно.

В общем, после ужина я попросил, чтобы меня не беспокоили, после чего поднялся к себе в комнату и уселся у себя на кровати. На тумбе, у изголовья кровати, поставил графин с чистой колодезной водой, вот и все мои приготовления. Я не стал утруждать себя позой лотоса или еще какой мудреной, а просто лег, так как мне было наиболее комфортно.

Погрузить свое сознание в транс лично для меня никогда не было особой проблемой, так что я довольно быстро погрузился в него. Если бы кто посмотрел на меня со стороны, то подумал, что я просто сплю, так как после погружения в транс мое тело еще больше расслабилось, а дыхание замедлилось.

Но при этом спящим я не был, а мой мозг активно работал. Я мысленными усилиями начал раскручивать энергию в своем источнике. Крутил я ее против часовой стрелки, так было нужно, хотя естественное движение энергии и было в противоположном направлении. Потом из раскрученного моей волей клубка энергии я начал вытягивать веретено энергии. В этом мире это было делать проще, видать, сказывалась насыщенность энергией.

После чего это самое веретено с энергией, управляемое моей волей, тонкой рекой потекло в сторону затылка. Где уперлось в ментальный скреп, который и перекрывал точку. У меня ушло почти три четверти резерва, прежде чем мое веретено смогло сделать маленькое отверстие, через которое и втянулось в точку. А далее было делом техники.

Пробитое мной отверстие пока было мало, но если сразу открыть точку полностью, то не выдержит тело, у меня просто не хватит ресурсов удержать поток. А так пройдет еще не меньше месяца, если постоянно тренироваться, а я собирался тренироваться. Так вот, всего через месяц прокол, что я только что проделал, окрепнет и расширится, а вместе с ним будет насыщаться энергией тело.

Кажется, что весь процесс не занял и пяти минут, но на самом деле прошло почти четыре часа. Мое тело сильно вспотело, и хоть физически я не работал, однако казалось, что я в одиночку разгрузил вагон. Но сильнее всего я устал морально, было тяжело удерживать веретено, которое так и норовило развалиться. В один момент я даже начал переживать, что моего запаса энергии просто не хватит, но мне хватило, впритык, но хватило. Дальше будет и проще, и сложнее одновременно.

Первая и, наверное, главная моя проблема, а вернее проблема этого тела, это энергетический шок и последовавший за ним шторм. Что все это значит? Да все просто, тот злосчастный эликсир вызвал всплеск энергии, который бывший владелец, за неимением толкового наставника, не смог поглотить. Вследствие чего по его телу прошел энергетический шторм, который сильно вывернул и искорежил энергетику тела. И пока я не приведу ее в порядок, двигаться дальше нельзя, иначе мой предел наступит очень быстро.

Для восстановления энергетики мне нужно больше энергии, для этого я и открыл первую точку. Но из-за последствий приема эликсира большая часть энергии, что поступает в тело через точку, просто рассеивается. Так что даже открытие точки дало мне только мизерный прирост энергии, но он все же был, а с этим уже можно было работать.

Хотя я и открыл первую точку, но вот внешне это на мне никак не отразилось. Даже мои родственники не поняли, что я смог открыть первую точку. Это было мне на руку, будет меньше вопросов относительно того, что у меня открыто больше точек, чем обычно принято; нет, даже не так, больше, чем известно.

Но открытие точки дало качественное увеличение объема резерва, считай, что в два раза больше. И даже так его было недостаточно для того, чтобы во мне признали практикующего мага, а все из-за того, что изменений в моей ауре почти не произошло. А этом в моя заслуга, я просто не выпускаю энергии за пределы тела, оставив только тот минимум, что был у меня и до этого.

Хоть мой источник и возрос, но пока был еще мал, даже меньше, чем был у меня в моем мире. Для его тренировки нужно постоянно его опустошать и стараться как можно быстрее его наполнить. Для этого я использовал магические светильники, что были в доме. Их могли наполнять и отец с дедом, но у них расход энергии шел колоссальный, а толку было чуть. Так что по большей части они служили декорацией прошлой роскоши, чем реальным инструментом. Правда, моего источника пока тоже не хватало, даже на полное заполнение одного светильника, максимум это полчаса работы. Так что я пока сбрасывал туда энергию, как только наполнялся внутренний источник.

Но главным открытием для меня лично (так как больше про это никто не знал) стала возможность активации врожденного навыка. Это было просто чудо, и вы сейчас поймете, почему именно так я к нему отношусь. Так вот, мой врожденный навык (а я решил больше не вспоминать, что это не мое тело) называется «Архив». И знаете, что? Это действительно оказался магический Архив, и он был шикарным.

Объясняю популярно. В этот архив вносилась и запоминалась вся информация, что когда-либо я видел, слышал, чувствовал, обонял или осязал. Именно так, причем этому навыку или, как тут принято называть, заклинанию было абсолютно плевать, что мой разум был перенесен в это тело из другого мира. Он поместил в свой архив все мои воспоминания из моей прошлой жизни. Понимаете, что это означает? Теперь у меня имелись буквально под рукой все мои исследования, которые я проводил еще в прошлой жизни. Это даже круче, чем абсолютная память, ведь тут я могу просто просмотреть то, что мне нужно, а не напрягать свою память.

Но и на этом не всё. Навык, а по-другому я назвать его не могу, так как не тянет он на заклинание, действует постоянно в пассивном режиме. Так вот, навык обладал просто безграничной гибкостью в плане подстройки и адаптации. Не спрашивайте меня, как это все работает, я и малейшего понятия не имею, но как-то работает. Так что всего несколькими несложными мысленными манипуляциями я смог настроить себе виртуальное рабочее место.

Теперь у меня под рукой был универсальный органайзер, куда я могу, без особого труда с моей стороны, вносить данные. Причем могу даже в ручном режиме вносить, записывать и проводить расчеты. Это как виртуальный компьютер, с обширной базой данных, которая имеет интеллектуальный поиск. Причем запись я мог вести хоть от руки, при этом передо мной появлялся виртуальный лист и ручка, или как в компьютере, в котором были все нужные мне программы, в том числе и текстовый редактор.

Но и на этом сюрпризы не заканчивались. Я мог попасть реально, то есть вживую, в свой виртуальный архив. Это должно быть неким пространственным карманом, где будет вся собранная мной информация в вещественном виде. Почему должно, да потому что реально это попробовать у меня пока нет возможности, да и в ближайшее время вряд ли возможно. Для этого нужно просто колоссальное количество энергии. Правда, у этого режима есть свои ограничения, что-то занести или вынести из этого пространства у меня не получится. То есть в чем вошел, с тем и вышел.

Но и без этого у данного умения, навыка, заклинания, да хоть как его называй, слишком много преимуществ. Только вот раскрыть весь его потенциал, наверное, даже я не смогу, со всеми своими знаниями и умениями. Но одно мне точно известно: никому рассказывать об этом нельзя, и держать это в тайне нужно пуще всего на свете.

Теперь, после того как активировался навык, который постоянно отнимал энергию, немного, но зато стабильно, радовало, что приток больше затрачиваемой энергии. Правда, когда он активировался, я немного струхнул, так как в этот момент мой резерв резко опустел.

Что удобно, то теперь (как это описывалось в фантастике, правда, там было про космос, а тут у меня меч и магия) у меня был свой нейронный интерфейс. Я теперь в любой момент мог увидеть любую информацию, или открыть блокнот и записать мысль, и сделать себе список задач, вывести время, да и вообще многое теперь мог.

Но и расслабляться себе я не позволял. Имея теперь под рукой такой шикарный архив, я погрузился в расчеты и анализ. Я поднял все схемы, которые когда-либо видел, которые показывали структуру внутренних потоков энергии и ее развития. Мне даже удалось сделать одно открытие, так как вычислительные возможности архива были, как мне кажется, безграничны. В общем, я создал абсолютно новую схему расположения внутренней энергетики человека и создал маршрут ее течения. Маршрут был сложный, запутанный, но в перспективе очень эффективный, осталось только восстановить свою энергетику.

Так и пролетали мои дни. Я занимался, тренировался, медитировал и делал расчеты. Мой прогресс рос быстро, но недостаточно. Так, мне к моим шестнадцати годам нужно было открыть все точки и выйти на резерв энергии в десять единиц. По моим же расчетам, я не успевал, совсем немного, но не успевал. И хоть это был самый нижний предел для поступающего, но и его нужно как-то достичь.

Нет, к нужному сроку я успевал открыть все узлы, даже надеялся открыть пару основных меридианов, но вот мой запас удручал. Сейчас я имел запас, равный всего четверти единицы, что было очень мало, к тому времени, как я открою второй узел, у меня будет максимум единица, может чуть больше. Так что к открытию последнего девятого узла у меня будет что-то около восьми с половиной, может быть девять единиц, открытие меридианов даст еще половину единицы.

А все из-за того, что выпитый эликсир очень сильно повлиял на структуру внутренних потоков и нарушил циркуляцию потока энергии. И что со всем этим делать, я пока не имел представления. Да, я усердно тренировался и занимался, но даже со всей своей усидчивостью и знаниями я ничего не мог поделать. Тем более что телу, да и разуму, периодически требовался отдых. Мне срочно требовался источник, вот только где его взять, я не знал.

В такие дни, когда я мог позволить себе отдых, я просто гулял по городу, ну как городу, скорее большой деревне. Так я познакомился с местным кузнецом и столяром. И теперь два дня в неделю я наведывался к ним в гости. Поначалу они из вежливости принимали меня у себя, ну не могли они отказать единственному сыну местного правителя. Но со временем я смог доказать, что и сам по себе чего-то стою.

Мое тело окрепло. А при поддержке энергии даже тех крох хватало, чтобы я мог целый день махать молотом. Еще из прошлой жизни я кое-что умел, как-никак мой дед был деревенским кузнецом. Хотя если быть честным, если бы не архив, то я бы ничего и не вспомнил из его наставлений, да и с ними тоже, все-таки я не занимался этим очень много лет. Но, по крайней мере, я смог заинтересовать кузнеца.

Со столяром было проще, это дело я любил и на старости лет часто занимался разной деревянной утварью. Особенно меня притягивала резьба по дереву, на почве чего мы с ним и сошлись. Такие отлучки не только разгружали мою голову, но явно давали знатный прогресс в развитии. Отец с дедом, конечно, кривились, по поводу кузни они ничего не говорили, но вот мои занятия столяркой их явно бесили, но они молчали.

Так пролетело почти полгода. Зимы в этих краях не знали, а погода всегда стояла ровная, только летом подпекало, а «зимой», боже мой, было аж пятнадцать градусов. Но с приходом местной осени у меня резко изменились планы, так как мой принесенный с собой желудь проклюнулся. Так что его потребовалось срочно высаживать, но не делать же это в городской резиденции. Нет, тут достаточно много места и есть куда его приткнуть, но это чревато, дерево-то было необычное.

Так что передо мной встал острый вопрос: как поступить и что делать? Мне срочно нужно уединенное место, но и покидать дом не особо хотелось, тем более что я не знал местности, что еще сильнее усложняло мою задачу. Как временную меру я решил пока высадить его в горшке, но это даст мне пару месяцев, не более.

В поисках горшка и нужных к нему наполнителей я познакомился с еще одной интересной семьей. Оказывается, в нашем городке (я решил его все-таки так называть) была даже своя цветочная лавка. Там-то я и познакомился с этими людьми, как-никак я последние тридцать лет был лесничим и умел ухаживать не только за деревьями.

Так вот, эту лавку содержали всего два человека. Еще крепкий старичок, он мне скорее напоминал деда, чем стариков из моего прошлого мира. И его внучка, лет ей был чуть меньше, чем мне, но она уже вовсю помогала деду по хозяйству.

Если быть честными, то поначалу, как только я первый раз пришел к ним в лавку, меня приняли не очень. Не прогнали, конечно, но и явного пиетета перед сыном местного правителя никто не проявлял. Это меня немного удивило, я и раньше не ждал к себе особо отношения, но как-то даже привык к тому, как местные на меня реагируют. А тут… В общем, судите сами.

– И чего желает юный господин? – раздалось далеко не сразу, хотя я уже заметил этого старика, который искусно прятался среди своих растений. Голос его был сух, а в тоне не было и грамма почтения.

– Господину требуется оплетенный горшок килограммов на десять земли, – не отрываясь от рассмотрения цветов, я их не только рассматривал, но и осторожно нюхал, стараясь как можно осторожнее с ними обращаться. – Еще мне нужен торф, дубовая щепа, кварцевый песок, древесные волокна, чернозем и галька, желательно речная, – не отрываясь от своего занятия, продолжил я.

– К-хм, – явно не ожидая от меня такого поведения, прокашлялся старик, он-то думал, что я как минимум встрепенусь от его голоса, а я даже не повернулся к нему. – Сейчас соберу ваш заказ, – произнес он и уже совсем тихо добавил: – Совсем молодежь разбаловалась, и кто так со взрослыми разговаривает.

– А какие взрослые прячутся по кустам, – я не только его услышал, но и ответил, и продолжил, уже разворачиваясь в его сторону: – И пытаются пугать своих покупателей?

– Один-ноль, деда, – звонко разнесся голос девочки, от которого я вздрогнул, а вот ее я и не заметил, – он тебя сделал.

– Хороши же у вас игры, – буркнул я, недовольный тем, что не смог заметить эту девчушку.

– Простите нас, молодой господин, – тоже без особого пиетета ко мне и со смешинками в голосе продолжила она. – К нам не так часто заходят покупатели, вот мы и перестарались.

– Вот ваш заказ, – тем временем дед успел сходить в подсобку и вынести заказанные мной вещи. – С вас три серебряных за всё.

– Хм, – с сомнением осматривая заказ, даже не притрагиваясь к нему, произнес я. – Я просил торф, а не перегной соломы в брикетах, – произнес наконец-то я, поднимая глаза на старца.

– И откуда молодой господин знает, как выглядит торф? – удивился старик.

– Я хоть и молод, но не тупой же, – с удивлением посмотрел я на него. – И то, что я из семьи воинов, еще не означает, что я не смогу отличить торф от брикетного удобрения.

– Он тебя сделал, дед, – прыснул из угла тихий смех, после чего хозяйка этого смеха вышла и с легким поклоном продолжила: – Сейчас все исправим. Просто в данной местности мало кто знаком с цветами, не говоря уже о разных сортах удобрений, вот мы и развлекаемся немного. Не сердитесь на нас, мы не со зла.

На это я только махнул рукой. Тогда я расплатился с ними и ушел, но со временем стал чаще наведываться в эту странную лавку. Вообще это была колоритная парочка. Они мне чем-то напоминали эльфов, но не совсем. Они были стройными, но при этом дед совсем не выглядел хрупким или тонким. У них имелись заостренные уши, но не сильно, а так, слегка. Но в целом они мне понравились, не такие пыльные, что ли, как все окружающие, но и их дом, полный растений, меня тоже притягивал.

А все дело в том, что сам город хоть и не располагался в пустыне, да и сделан был из камня, а не самана, но своей архитектурой напоминал дома пустынников. Такие же простые квадратные коробки с плоской крышей, правда, в основном в два этажа, но это не особо исправляло ситуацию. Но самое главное, во всем городке нет даже кустов, одни сплошные камни да голые стены.

Нет, в некоторых домах на подоконниках еще можно было увидеть цветы или даже декоративные деревца, но их было настолько мало, что их даже можно было не учитывать. Надо хоть на главной площади посадить несколько деревьев, а то моя душа, проведшая в лесах много времени, тут слегка увядает.

Но это потом, да и денег нет у родных на такую роскошь, пока же мне нужно придумать, куда я посажу свое деревце. А вот это очень важный вопрос, на решение которого меня подтолкнул дед. В какой-то из дней он решил наведаться в ближайший лес и поохотиться, упустить такую возможность я не мог.

Глава 3

Охота

Мы собирались с дедом в поход. Но вот что мне стало известно. Лошадей или какого другого транспорта у семьи не было, не считать же за транспорт пару крестьянских телег. Тем более что волов на них нет, при нужде их просто брали в наем. Так что в поход мы собирались пешком. С нами хотел пойти и отец, но его не отпустила мать, так как решать проблемы селения было больше некому.

Собрались быстро, да и чего там собираться, пара походных мешков с недельным запасом соли и немного сушеного мяса, да разная мелкая походная утварь, ну и вода, естественно. Запасную одежду и ту не брали. Из оружия два копья, столько же коротких клинков, да один лук, я с луком обращаться умел, но своего у меня не было, а отец свой дать не захотел. Да и толку мне от него никакого, я его просто не смог бы натянуть.

Отправились рано поутру, когда рассвет только обрисовал свои намерения. Но перед тем как отправиться напрямую в лес, который был где-то в полудне пути отсюда, я уговорил деда подняться в наш замок. Во-первых, хотелось на него посмотреть. Во-вторых, хотелось оценить его состояние. Ну и в-третьих, он был совсем рядом, буквально в десяти минутах от города, он буквально нависал над ним.

Вообще, если посмотреть на местность сверху, то станет ясно, что места, как для города, так и для замка, выбраны удачно, в плане обороны. Все дело в том, что всю нашу землю, как я раньше и говорил, опоясывают кольцевые горы. И вот в этом месте горы размыкаются, образуя узкое место, где от края до края отвесных гор от силы метров четыреста. Вот между ними и раскинулся городок. Он был не особо большой и даже не полностью перекрывал эту горловину, которая, кстати, в глубину была почти пару километров.

И если в сторону выхода из наших земель горловина расширялась этакой воронкой, то в месте расположения города было самое узкое место. Но даже так, в этой воронке, что расходилась от города внутрь наших земель, почти по самому ее центру была одинокая скала. Она прямо разрезала воронку. Именно на этой скале и находился наш замок. Именно туда мы сейчас с дедом и направлялись.

Расположение у замка было шикарное с тактической точки зрения. Даже если город падет, то войска захватчиков просто не смогут обойти замок стороной, им придется его брать. Вот только взять его будет очень и очень непросто. Целый скальный комплекс, а не одинокая скала, как мне казалось поначалу, были грамотно застроены оборонительными сооружениями.

Я скажу вам так, даже при наличии тяжелой артиллерии данный замковый комплекс так просто не берется. Прочное гранитное основание не только без видимых трещин и сколов, оно было еще и магически усилено. На основной скале расположен главный замковый комплекс, и хоть его стены были не так и высоки, всего метра три, не выше, но за счет высоты скал они, казалось, подпирали облака.

Две отдельно вынесенные башенки-донжоны с мощными воздушными крытыми галереями наглухо перекрывали главный вход в замок. До которого нужно было еще добраться по довольно извилистой, хоть и широкой дороге. Но за счет своего расположения скрыться на ней от башен или со стен замка было просто нереально. И все это опять-таки было усилено магией.

Столько времени прошло, как этот замок стоит без присмотра, но внешне он выглядит абсолютно целым. Внутри он выглядел тоже более-менее целым, понятное дело, тонны пыли и запустение дали о себе знать. Но крыша не провалилась, и самое главное – библиотека не пострадала. Как оказалось, тут все-таки кто-то живет, если быть точнее, то старая семья из пяти человек, что худо-бедно присматривает за замком.

Сам замок был не таким уж и большим, в отличие от его внутреннего двора. Он был просто огромен и, что интересно, совершенно ничем не занят, тут даже построек никаких не было. И войдя в него, я понял, что замковые стены не со всех сторон охватывают замок. Вернее, просто в одном месте не стали ровнять с общим уровнем земли скальный массив.

Просто в этом месте стены довели до этого места, оставив небольшую прореху. Все равно с той стороны был отрицательный уклон скалы, и никак на оборону этот участок стены повлиять не мог. А разрушать такую природную красоту было бы кощунством.

Судите сами. В этом месте из скального массива вырывался острый каменный клык по типу скалы «Язык тролля» на Земле. Он смотрел во внутреннюю сторону двора. У его основания пробивался родник, что проторил себе дорожку по «языку», и с его кончика вода падала уже в рукотворную чашу. Часть воды из родника утекала и за стену, но это было не критично, воды он давал более чем достаточно.

У двух оконечностей стен, что примыкали к этому роднику, были возведены две статуи. Как сказал мне дед, это два наших самых знаменитых предка. Основатель нашего рода держал в руке щит в правой руке, прикрывая им часть стены, а острие его копья было направлено в сторону главных ворот столицы. Второй предок также держал копье и щит, хотя, как сказал дед, и был при этом тем самым старшим учеником первой звезды. Сделано это было просто для симметрии.

Но если быть честным, все его слова пролетели у меня мимо сознания. А все из-за того, что это место было почти точь-в-точь как то, где я и нашел свой заветный желудь. И естественно, что с местом, где высажу его, я сразу определился. Тем более что у меня и пару идей появилось, как можно поправить дела рода. А о том, как уговорить родных на то, чтобы переехать сюда, вообще проблем нет. Просто скажу, что хочу начать заниматься с библиотекой, тем более что читать я умею.

Познакомился с местными служителями, которыми оказалась интересная семья. Это были муж с женой и трое их детей. Оказывается, их семья уже потомственные смотрители замка. И хоть их сил не хватает на то, чтобы держать в полном порядке весь замковый комплекс, они старались содержать его в относительном порядке. И только некоторые залы, такие как библиотека и несколько комнат и кабинетов, блистали чистотой.

И хоть сам дед говорил, что редко навещает замок, но по правде это оказалось не так, тут он бывает хотя бы пару раз в год. А ведь сюда еще и отец наведывается временами, так что все не так уж и плохо, как мне казалось на первый взгляд. Это просто молодого барона сюда еще ни разу не брали. Ну а сейчас нам предстал долгий путь до ближайшего леса, что располагался почти в полудне пути. Из-за нашей задержки и осмотра замка попадем мы туда теперь не раньше вечера, но мы с дедом и не спешили никуда.

Так и получилось. К лесу мы вышли, когда уже начало смеркаться. До этого нас все время окружала картина каменистой степи. Так себе картина. Как рассказывал мне дед, если двигаться дальше в этом же направлении, за лесом, к которому мы и шли, находится одна из деревень. Еще одна находилась, если смотреть относительно замка, справа и последняя слева. Все они находились где-то в двух днях пешего хода от замка и столицы баронства.

Естественно, что охотиться на ночь глядя мы не стали, а найдя хорошее место, устроились на ночлег. На следующее утро мы углубились в лес в поисках первой добычи. Честно, поначалу я долго думал, как дед собирался сохранить добычу в такую-то жару. Но потом вспомнил, в каком мире я оказался, и все встало на свои места. Все оказалось просто, у него с собой были особые мешки, которые сохраняли добычу в первозданном виде несколько дней, так что нам должно было хватить времени доставить их домой.

Удивительно, но первого местного зайца увидел и смог поймать я, а не дед. Как оказалось, дед был прекрасным воином, но посредственным охотником. Я же последние тридцать лет в прошлой жизни только тем и жил, что охотой. Так что хорошо тренированное тело и мои навыки помогли мне не только первым обнаружить дичь, но и вовремя среагировать, метнув в нее свой нож.

Дед был не то чтобы удивлен, он был поражен до глубины души. Оказывается, я смог поймать местного очень хитрого и почти неуловимого зверька, которого далеко не каждый охотник может взять. По мне, заяц как заяц. Ну, может, чуть необычный, в условиях местных реалий это нормально. Но дальше так и повелось.

К концу дня у деда в мешке было еще три таких же тушки местного кроля, которого, оказывается, зовут зойт. Помимо них, были еще и пара перепелов, и что-то сильно смахивающее на лисицу. Чего-то более крупного я так и не увидел, даже следов, что для такого леса была несколько странно. Я достаточно прожил в лесу, чтобы быть уверенным, что тут должен быть крупный зверь, но его следов мы пока не видели.

Вечером мы вышли к мелкой лесной речушке с глинистыми берегами. Здесь мне снова удалось удивить деда. Он хотел просто, по старинке, пожарить мясо одного из зойтов над живым огнем. Но я его остановил. Во-первых, его нежное и деликатное мясо для этого не годилось. Во-вторых, у нас была птица и глина.

Перед тем как развести основной огонь, я распотрошил одного из местных перепелов, достаточно сноровисто. Благо я часто бывал на нашей кухне, в отличие от других домочадцев, так что это не вызвало лишних вопросов. Еще пока бродили по лесу, я собрал целый ворох разных полезных цветов и растений, не зря ходил к той странной парочке. Именно этими растениями, не всеми, ясное дело, а только теми, которые посчитал нужным, я и начинил внутренности перепелов.

Когда я это делал, дед только кривился. Он считал, что если я посолил, то и хватит, а трава это все блажь. Но когда я начал прямо поверх перьев мазать перепела глиной, он вообще смотрел на меня как на дебила. Это просто он еще не пробовал моей кухни. Как раз к тому моменту как я закончил с приготовлениями, в яме, которую я предварительно выкопал, прогорели дрова. На эти угли я и выложил перепела и сноровисто засыпал их тонким слоем земли. После чего так же быстро соорудил костер сверху.

Пока дожидались приготовления основного блюда, споро перекусили всухомятку, но совсем немного. Да и то в основном только фруктами, что собрали тут же по лесу. Тут местами попадались нормальные фруктовые растения. И если дед косточки собирался выкидывать, то я их собирал, так же, как и запоминал те места, где приметил лозы дикого винограда. На обратном пути хочу нарезать пару чубуков на разведение.

Всего полчаса ожидания, а по поляне, даже через землю и глину, начал разноситься аромат мяса. Дед, когда только появились первые ручейки приятного запаха, сначала насторожился. Он было подумал, что рядом с нами кто-то остановился и до нас донесся запах чужого костра. Когда же осознал, что это мой перепел, то он чуть слюной не захлебнулся.

Надо было видеть его глаза, когда я доставал из ямы уже готовым запеченного в глине перепела. По поляне разнесся просто божественный запах готовой еды. Думаю, если бы я помедлил, то дед вырвал бы у меня ее прямо из рук. Возможно, вместе с руками.

Положив глиняный кокон на постеленную холстину, я просто ударил по глине ножом. Она тут же раскололась и начала рассыпаться. Мясо настолько хорошо пропеклось, что перья под тяжестью глины отходили от шкуры, оставляя чистые участки, которые можно было сразу вырезать и есть.

Отрезав от краюхи хлеба приличный такой шмат, я водрузил на нее предварительно «ощипанную», отодранную от тела ногу перепела. Рядом с мясом положил щепотку зелени и все это передал деду, который голодным взглядом смотрел на меня. Только получив в руки это сокровище, он тут же начал поглощать его, обжигаясь, шипя и плюясь, но что-то одобрительно бурча себе при этом под нос.

Я ж ел медленно и не спеша, с легкой улыбкой превосходства глядя на деда. Но моя рука, с зажатым в ней куском хлеба и мяса, замерла на половине пути. Как и мой дед, мы недоуменно и одновременно посмотрели себе за спину, откуда донесся очень странный рык. Ну как рык, это было похоже на попытку рыка, знаете, как маленький еще щенок пытается подражать взрослым.

Представшее мне зрелище меня просто ужаснуло. На краю поляны, где мы с дедом остановились, стоял щенок, совсем маленький, ему от силы недели две-три было. Он, наверное, только глаза открыл. При этом он был худ, просто до изнеможения. Просто кожа да кости, совсем как я чуть менее года назад.

Дед на него даже внимания не обратил, просто отвернулся и продолжил с прерванным ажиотажем поедать перепела. Я же не мог оторвать от него взгляда. Его голодный до неимоверности взгляд просто не мог оставить меня равнодушным. Он из последних сил пришел на запах в единственной возможности хоть немного поесть, он просто хотел жить.

Более не думая, я поднялся, отложив в сторону свой «бутерброд», и направился к малышу. Он пробовал рычать, предупреждая о своей опасности, но он даже стоять больше не мог, не то что огрызаться или тем более защищаться. Я мягко подобрал его и, прижав к груди, аккуратно понес к костру, ласково нашептывая на большое ухо, что все будет хорошо.

Когда я вернулся с малышом на руках, дед попытался что-то сказать, из разряда, чтобы я оставил его, но я так на него посмотрел, что он аж подавился. Положив мелкого на свои вещи, я достал один из походных котелков и сбегал к речке и набрал немного воды. В воду покидал костей от перепела и в пасту растер пару маленьких кусочков мяса.

В быстро вскипевшей воде настаивался бульон, пока я чистил и отпаивал простой водой мелкого щенка. Когда бульон остыл, я быстро соорудил рожок из куска кожи и осторожно, делая остановки, накормил щелка. Съев приличную порцию и впервые за долгое время наевшись, он тут же отрубился. Устроив его на своих вещах, я повернулся к деду, который уже стоял рядом со мной и внимательно рассматривал щенка.

– Кто это, дед? – спросил я его.

– Странный он какой-то, – почесав подбородок и подергав за свою короткую бородку, произнес он. – Вроде и обычный степной волт, – произнес он и начал водить пальцем, – судя по гребню и кисточкам на ушах. Но вот такие массивные лапы бывают только у лесных зеров. Считай, это те же волты, только лесные. И если первые не особо крупные, но с длинными ногами и крупными ушами и мелкими лапами, то вторые более массивные и приземистые, с мелкими прижатыми ушами. Этот, видать, смесок, вот его выкинули из помета, и тебе следует.

– Ясно, – протянул я, поглаживая мелкого, отчего тот сквозь сон начал порыкивать, – буду называть тебя Рык.

На мои слова дед только глаза закатил, понимая, что я от щенка отказываться не собираюсь. И правильно думает. Он просто не понимает, насколько это большая удача. Дикие животные могут стать очень преданными друзьями, не такими, как домашние, конечно, но это просто первый шаг. А я уже говорил, что у меня появился некий план по выведению баронства из кризиса.

Следующий день почти ничем не отличался от предыдущего, ну кроме того, что в моем мешке теперь еще и щенок болтался. Он, правда, спал почти все время, но оно и понятно, он был настолько истощен, что просто на большее был не способен. Я вообще удивлен, как он тогда смог к нам выйти. Единственное, что я будил его три раза в день поесть. Дед только смеялся, что он мне мешок испачкает, вот только ему до этого состояния еще по крайней мере пару дней есть нужно.

На четвертый день, когда запасы мешков деда начали подходить к концу, он как-то не рассчитывал на такой улов, а мы уже готовились в обратный путь, нам попалась крупная добыча. Ну, как нам. К этому дню вся охота и выслеживание добычи как-то незаметно перешли ко мне в руки. Так вот, я заметил странные следы. По ним мы и пошли.

Следы странны были тем, что вроде как принадлежали крупному зверю. Это первое. Второе, я никак не мог понять, кто на кого там охотится. Все дело в том, что было четких четыре следа. Три из них принадлежали, как назвал их дед, зерам, а еще один кому-то из копытных. Дед по следам сказать не смог, кому именно, говорю же, не охотник совсем.

В любом случае копытные – это травоядные, а зеры это хищники, а тут я никак не мог понять, кто на кого охотится. И вот по этим следам мы и шли. Особо мы не переживали. Сильных зверей, что смогли, как и люди, открыть чакры, в этих краях отродясь не водилось, а дед был достаточно силен, чтобы в принципе не переживать.

Когда мы вышли к месту финальной схватки, были поражены все. Как оказалось, три зера, тут я верно определил, охотились за тремя же олтами. Вернее, не так, краснорогий олт, именно так назвал этих зверей дед. Очень редкие животные. И вот самка этого олта, защищая двух своих детенышей, в жестокой битве убила двух зеров и сильно ранила третьего.

Вот только и сама была при смерти. И она была в более плачевном состоянии, чем последний из ее противников. И он решил не добивать ее, он решил добить ее раненых и обессиленных детенышей. Их мать билась в бессильной злобе, но уже ничего не могла сделать. Она – нет, а вот когда я успел выскочить из кустов и запустить свое копье, даже сам ответить не могу.

Не скажу, что я попал, но отогнать зера от двух испуганных жеребят я смог. Копье кидал я на ходу, наверное, поэтому и промазал. Продолжая свой бег, я просто выхватил свои короткие клинки и готовился к битве с крупным хищником. Он был очень сильно похож на нашего волка, только крупнее раза в два.

Когда до нашего столкновения оставалось метра три, а хищник просто прыгнул на меня, сзади дед просто крикнул: «Ложись». Что я и проделал, без замедления упав на спину, совершив подкат как заправский футболист. В это время у меня над головой пролетело сначала тело волка в одну сторону, а потом оно же, но уже с дедовым копьем, но в другую сторону. Дед не просто умудрился попасть, а попал прямо в череп и пробил его навылет, мгновенно убив животное.

Я как ни в чем не бывало поднялся и направился к умирающей оленихе. Именно оленя напоминало это благородное животное. Вот только оттенок шкуры у них был оранжевого цвета, а рога у них были почти как у антилопы куду. Они были длинными, сантиметров сорок точно, и это с учетом того, что они были согнуты. И в отличие от куду, их рога были ребристыми, а не гладкими, и были насыщенно-красного цвета.

Хорошенько присмотрелся, да, и внешне их морда больше похожа именно на куду, и эти их такие же большие уши. Но сейчас это было не важно, пока дед ругался на чем свет стоит, я подошел к умирающему зверю. Думаю, дед опасался, что она нападет и на меня, но он просто не видел ее благодарных глаз, в которых я видел разум. Она понимала, что это мы защитили ее детей от хищника.

Перед тем, как прервать ее мучения, я наклонился к самой ее шее и на самое ухо ее прошептал, что я защищу ее детей. На что получил еще один благодарный взгляд, после чего одним коротким ударом прекратил ее мучения. И знаете что? Я еле успел сдержать обещание, когда я повернулся, дед с ножом уже склонился над жеребятами.

– Прекрати, – медленно произнес я, поднимаясь.

– Но им не выжить в дикой природе, – произнес дед, но по крайней мере убрав нож.

– Я знаю, – кивнул я ему, и тот начал опять заносить нож, – поэтому я их возьму с собой.

– Ты сдурел, – посмотрел он на меня, выпрямляясь, – мало тебе щенка, ты решил еще и этих с собой взять?

– Со мной все нормально, – пожал я плечами, – и да, я готов взять их с собой.

– Сам тогда будешь их нести, – произнес дед и направился потрошить волков и тушу оленя, – и твою часть ноши тоже никто не отменял.

На это я ничего не ответил, а отправился к жеребятам, осматривать их раны. Там оказалось ничего существенного, несколько царапин, которые и так сами затянутся, главное, что нет рваных ран и переломов. Но и эти царапины я просто так оставлять не стал, а обработал их теми травами, что собирал по всему лесу.

Ох, как же я проклял всё. Четыре туши и два жеребенка, плюс вся моя богатая добыча за четыре дня – это и для двух людей это много. Это очень много. Самое тяжелое было выйти из леса. И если дед свою часть вполне себе нормально нес на своих плечах, то мне пришлось изгаляться. Ну, так я человек разумный, а не шпана какая. Нормальные волокуши собрать вообще не проблема. Вот я и говорю, что главная проблема была выйти из леса, а дальше стало проще.

Глава 4

Замок

Детеныши олта привязались ко мне как к родному и далеко не отходили. Да они далеко и не могли отойти, так что большую часть ехали на волокушах. Но благо и лес был не так уж и далеко от столицы, всего в одном полудневном переходе. Ладно, с учетом груза нам потребовалось несколько больше времени. Ладно, мне потребовалось несколько больше времени.

Но нужно было видеть лица людей, когда мы заходили в город, а это я еще оставил олтов в замке, куда собирался вскоре вернуться. Хорошо, что те были уже достаточно подросшими и вполне могли питаться травой и другой разной зеленью.

Возвращусь к нашему триумфальному возвращению в город. Дед и раньше уходил на охоту, но еще ни разу не возвращался с такой богатой добычей. О чем говорить, если он чаще возвращался пустой, голодный и злой, чем с какой-то добычей. А тут сразу столько.

Вот на волне общего фурора и радости в доме, ну как же, не только свежее мясо, но и прибыль, я сказал, что собираюсь перебраться жить в замок. Отец отмахнулся на это, сразу разрешив, а вот мать поначалу заартачилась, но я ей сказал, что мне нужно читать и постигать магическую науку, а где это делать, как не в библиотеке замка? Так что в итоге она согласилась, только пришлось пообещать навещать их почаще.

Но сразу столицу я не покинул, мне для собственных планов требовалось еще кое-что, и на это нужны были деньги. Деньги, которых в семье и так не было. Мне за прошедший год выделяли немного на нужды, но так как я их не тратил почти, у меня скопилось немного, что-то около пяти золотых. Но мне нужно примерно столько же, а лучше в два раза больше.

За этим опять пришлось идти к отцу. Тот скрепя сердце, издавая какие-то звуки сквозь сжатые зубы, но выделил мне деньги, и даже больше, чем я просил, целых двенадцать золотых. Поблагодарив его, я взял одну из телег, заранее арендовав волов, и отправился в один знакомый мне магазин. Там я собирался купить у них все имеющиеся у них большие кадки для деревьев и заказать еще, если мне не хватит. А также землю и дренаж для них же.

В замковом дворе я хотел вырастить сад фруктовых деревьев. По моим расчетам там спокойно можно посадить три десятка деревьев, и еще прилично места останется. Мне это нужно в первую очередь для маскировки. Вот что-то подсказывает мне, что этот дубок будет точно таким же, как и тот, что остался на Земле. А значит, нужно сделать так, чтобы он сразу не бросался в глаза.

Дело в том, что все остальные высаженные мной деревья из пророщенных желудей с того странного дубка выросли во вполне обычный дуб. Так что, гуляя в том смешанном лесу, никак нельзя отличить особые высаженные мной магические деревья от обычных земных дубов. А вот здесь, чует мое мягкое место, что оно будет похоже на своего прародителя.

Вот я и старался замаскировать своего старого друга. Ну и дополнительный доход будет для рода. В нашем районе, где очень мало плодородных почв, фруктовые сады – это хороший ход. И если он выстрелит, то можно будет попробовать запустить это в массы, тем самым увеличив людей в баронстве.

А так можно и на стол поставить, для угощения, и продать излишки, и вино сделать на крайний случай, из того, что не продастся. Тем более что наш сад, который будет находиться в прямой близости от источника энергии, будет особенно хорош. А возможно даже наши фрукты будут обладать какими-то особыми свойствами, ну или вино.

Правда, это все планы на относительно недалекое будущее. Деревья еще вырасти должны. Обо всем этом я думал, сидя в телеге, направляясь в замок. Вместе со мной в телеге ехало пятнадцать кадок, еще столько же я заказал у старика, и они должны приехать через месяц, все-таки не самый ходовой товар. Там же в больших мешках ехала земля, торф и галька для дренажа.

А еще я у старика прикупил несколько длинных и высоких горшков. Такие обычно на подоконники ставят, только эти были самыми большими, какие у него только были, рассчитанные для оранжерей. В них я собирался посадить виноград. Специально для него у столяра прикупил несколько жердей с олифой, из которых собирался соорудить для него плетенку.

По прибытию в замок я развел бурную деятельность. Кадки были сразу расставлены и заполнены. В них я сразу посадил собранные мною в лесу косточки. Собирал я только один вид, решив не распыляться. Это был фрукт, очень сильно похожий на земной абрикос, только более мясистый и сочный.

Вообще, в том лесу я чего только ни видел, даже нашел плоды, очень похожие на картофель, но их с собой брать уже не стал, их тут просто негде выращивать. Но запомнил, где именно я их видел, на будущее так сказать. Удивительно, но последние годы, что я жил в лесу, я стал заядлым огородником, так что мог много что рассказать и вырастить.

Кадки под виноград мы тоже выставили, и я даже собрал под него сетку. Но сами чубуки сажать пока рано, они у меня пока в кувшинах с водой стоят, корни проращивают. Еще пару дней, и потом высажу в грунт. Но главное, со мной приехала кадка с моим деревцем из прошлой жизни. Оно уже проклюнулось из-под земли, и его срочно требовалось пересадить на новое место.

Но перед тем, как пересаживать, мне необходимо подготовить для него площадку. И вот это самое сложное. В плане секретности… вот как объяснить всем местным, чем я тут вообще занимаюсь. Но так получилось, что местные собирались на рынок, пополнить запасы, вот они все и отправились, воспользовавшись наличием запряженной телеги. На своих-то двоих не много и унесешь. А тут я разрешил воспользоваться, вот они и решили капитально восполнить запасы замка, на что я им даже целый золотой из своих личных запасов выделил.

Стоило всем местным покинуть стены замка, как я взялся за долото. Мне требовалось торопиться. Вязь рун, как и сами руны по отдельности, я помнил с идеальной точностью, как и их ориентацию к частям света. Так что принялся незамедлительно. На то, чтобы выточить в граните цепочку рун, мне потребовалось шесть часов, оставалось выбить место под росток, но вернулись местные обитатели.

Не зная, что делать, я в отчаянии просто положил росток на камень в раздумье. А тому, оказывается, и не требовалось углубление. Корни еще маленького и слабого ростка так легко пробили гранит, будто это легкий туф. Буквально минута, и росток полностью укрепился на новом месте, а по цепочке рун прошла волна энергии.

Мне казалось, что на этом всё и завершилось, но еще через минуту в моем зрении росток объяло призрачное пламя. Оно было в разы мощнее и плотнее, чем на Земле. Мне даже показалось, что я мог бы его потрогать или обжечься. А потом был импульс.

Такого мощного толчка я не ожидал, хотя и знал о нем. И если на Земле, когда я не знал о его свойствах, он почти свалил меня с ног, то тут он просто снес меня с каменного насеста, на котором я сидел. Настолько мощным он был. Я даже на какое-то время, казалось, потерял сознание. Но нет, я, лежа спиной на каменном полу, смотрел, как импульс энергии достигает стены и, отталкиваясь от нее, возвращается обратно.

Как другие люди могли не почувствовать такого мощного энергетического всплеска, я не могу понять. Но факт остается фактом. По каменному двору в мою сторону бежит встревоженный глава семейства, он как раз вышел во двор, когда я упал с парапета. И судя по его лицу, он совершенно ничего не почувствовал.

К тому моменту, как он подошел ко мне, я и сам уже начал подниматься. А на его вопрос, что случилось, просто отмахнулся и сказал, что задумался и, не удержав равновесие, упал с парапета. Тот, немного успокоившись, направился назад, а я внимательно смотрел на молодой росток, что только что на моих глазах выкинул первый листок.

Знакомый резной лист с бледно-розовым отливом и серебряными прожилками. Я так сильно засмотрелся на этот росткок и его первый листок, что даже не сразу заметил некоторое изменение в обстановке. А изменение было очень интересным. Ручеек воды, что до этого проложил себе прямой путь через весь скальный парапет, теперь заключал росток в кольцо и только потом продолжал свое неспешное течение к чаше.

Как интересно. И хорошо, что люди ленивы. От чаши, что стояла у данного каменного утеса, исполняя роль одновременно и родника, и фонтана, уже давно был проведен желоб поближе к живым постройкам и даже в часть из них. Сделано это было очень аккуратно и совершенно не портило вида, так что от этого замок только выигрывал, иначе вода просто выплескивалась бы из чаши, а так и в замке вода есть постоянно, и там есть прямой слив за пределы стен.

Сам замок я еще как следует не исследовал, но решил остановиться в комнате хозяина. Ну как комната, считай трехкомнатная квартира. Если быть совсем точным, то это нечто большее, чем просто несколько комнат, объединенных в один массив. Просто тут требуется некоторое пояснение.

Замок, вернее донжон, то есть там, где находятся все основные помещения, находится не так и далеко от основной замковой стены. Сами должны понимать, места на скале не так уж и много, вот и приходится тесниться. Из-за этих же особенностей надобности в высоких наблюдательных башнях не было, как и в постах на крыше донжона. Угловых башен, надвратных и двух выносных башен с воздушными галереями было более чем достаточно.

Именно поэтому внутренний донжон был в два с половиной этажа. Выше строить не было смысла, да и дорого. Почему в два с половиной? Да потому, что третий этаж занимал половину площади, все остальное пространство занимала широкая терраса. Именно весь третий этаж и был хозяйским, тут я и устроился.

Помимо спальни, тут располагался нормальный кабинет с большими окнами, выходящими во двор, которого мне так не хватало. Тут был и мини-зал для приемов, что-то среднее между гостиной и каминной, из которой можно было попасть на террасу в кабинет и в спальню. Удивительно, но тут был даже нормальный санузел, почти как тот, к которому я привык. Ну и лестница на нижние этажи там была.

Библиотека была на втором этаже, она была не особо большой, можно сказать, даже откровенно маленькой. Но я собирался со временем ее пополнить. В нашей столице есть одна книжная лавка, она не особо пользуется спросом и зарабатывает больше на продаже бумаги и пишущих предметов.

Если у меня все выгорит, в чем у меня сомнений нет, то в ближайшее время у рода должно несколько выправиться положение с финансами. А это значит, что я смогу через эту книжную лавку пополнить библиотеку, да и бумага мне нужна. Как бы хорош ни был архив, мне нужно оставлять следы своей мозговой деятельности, иначе поползут ненужные мне слухи.

На втором этаже было еще несколько жилых комнат и основной зал для приемов. Тут могли останавливаться гости или родственники, во время осады там могли отдыхать командиры. На первом этаже находились кухня и комнаты слуг, а также склад быстрого доступа. Ну и помещения под разные хозяйственные нужды.

На этом все не заканчивалось, почти под всей площадью замка были выбиты площади еще на два уровня вниз. И если первый подвальный этаж – это склады долгого хранения, тут для этого были установлены специальные артефакты. Для каждого склада свои, и даже по несколько штук, правда все они были давно разряжены, как и почти все в замке, но об этом чуть позже.

Помимо складов, тут были еще расположены и казармы. В выносных башнях были свои казармы, склады и кухни с источниками воды, так, на всякий случай. Но тут находились именно замковые казармы, рассчитанные на две сотни человек. Вообще замок мог вместить шесть сотен солдат и полусотню магов. Это если по штатному расписанию, так сказать, а если в тесноте да не в обиде, то раза в два больше.

Такие числа кажутся смешными, особенно для выходцев из Земли. Вот только на самом деле, если тут собрать даже шесть сотен солдат на уровне пятой бронзы, то это будет как на уровне дивизии военно-воздушных сил СССР времен восьмидесятых, а это где-то восемь тысяч голов. Вот и считайте, что это за сила, что будет подкреплена еще и магами, а каждый маг, ну нормальный маг, это как моторизированный корпус.

Так что этот замок, при правильной защите и поддержке, будет очень крепким орешком. Вот только за все прошедшие годы он очень сильно сдал. Почти все его защитные формации исчерпали ресурс и сейчас просто не выполняют своих функций. А все почему? А все потому, что в роду давно не появлялось хоть какого-нибудь мага, способного зарядить накопители замка, что и хранятся на втором подвальном уровне.

Но самая большая тайна и главная родовая реликвия, что также хранится на втором подвальном этаже, это родовой алтарь. Его возвел именно тот наш предок, что смог пробиться на первую звезду старшего ученика. На других уровнях создать родовой алтарь просто нереально. Он-то и стал основой всей защитной формации замка. И пока жив хоть один представитель рода, он будет действовать и давать толику энергии.

Именно для этого отец и дед посещали замок в течение года, чтобы подпитать энергией алтарь. Понятное дело, что с их силой и эффективностью это капля в море, и после этого им приходится долго восстанавливаться. Но так они давали ему хоть немного своей энергии, что и позволяло поддерживать замок в более-менее приличном виде.

Думаю, после моих художеств дела с энергией у алтаря станут несколько лучше. Энергия от посаженного мною странного дерева будет долго набирать концентрацию, прежде чем выплеснется за пределы замка. Конечно, сам алтарь не может так активно поглощать внешнюю энергию, но ее концентрация с каждым днем будет только расти.

Ну и я тоже не буду без дела сидеть. У меня, конечно, пока ущербный источник, но кто сказал, что я не могу послужить своего рода проводником. Тем более это мне поможет. Будет тренировкой не только на выносливость и концентрацию, но и на контроль с манипуляцией. Правда нужно еще с алтарем познакомиться и пройти инициацию, но там вообще ничего сложного, отец мне уже все рассказал.

А вообще, думал я, устраиваясь на новом месте после вкусного и сытного ужина, мне нужен учитель. Вот только где их в нашем медвежьем углу найти, да еще и без денег. Но нужно будет над этим хорошо подумать, но завтра, а сейчас спать, и почесав за ухом своего верного щенка, я уснул.

Глава 5

Два старика – две судьбы

Год спустя


Я шел по улицам нашего городка и удивлялся, как все сильно изменилось всего за год. Мое предприятие с фруктами удалось более чем. Такого активного роста даже я не ожидал. Нет, я вполне представлял, что под воздействием моего дубка они будут расти как на дрожжах, но такого не ожидал.

В моем мире молодые дубки вырастали до приличного такого дерева всего за год, но то были особые деревья. Здесь же плодовые растения вымахали всего за три месяца. Да, они были не особо большими. Метра по два с половиной – три, не больше. Но мать его, всего за три месяца. При этом сам дубок подрос только на десять сантиметров.

Еще через месяц мы снимали первый урожай. Крупных, как яблоко, абрикосов. Про их сладость и говорить не приходилось. Это еще никто не знал, что у них внутри была энергия, совсем чуть-чуть, буквально на сотую эрга, но была. Но об этом я пока молчал.

С первого урожая мы собрали чуть менее семи с половиной тонн. Можете себе представить, по полтонны с дерева. Они, бедные, трещали под весом плодов, нам даже приходилось под них жерди подставлять, чтобы не сломались.

На то, чтобы увезти все это богатство, мне потребуется не менее десяти повозок, и это еще с учетом того, что я часть оставляю в замке на разные нужды. Мною решено было поступить так: пять тонн мы сразу отправляем в город на продажу. Выкатывать мелкими партиями и создавать в городе ажиотаж я не собирался, у меня были немного другие цели.

Оставшуюся часть я хотел обработать разными другими способами. Ну, там тонну засушить и еще тонну пустить на вино. Оставшуюся половину тонны собирался разными частями оставить в замке и в поместье, просто полакомиться. Но пришлось менять планы, так как я совсем забыл про виноград, который тоже очень быстро разросся и начал давать плоды. Так что на рынок ушло шесть тонн, и одну мы все-таки засушили на пробу.

А потом понеслось. Выросли еще пятнадцать деревьев, и уже они дали свой урожай, ничуть не хуже прошлого. И хоть между периодами созревания нового урожая было два месяца, промежуток в месяц давал нам стабильный приплод. Но ведь я на этом не остановился и засадил крышу третьего этажа яблонями, но благо она была маленькая, и там поместилось всего десять деревьев.

Террасу теперь укрыл вьющимся виноградом. Его было настолько много, что пришлось и его сбывать, ибо наша домашняя винокурня просто не справлялась. И ведь это только фрукты, а ведь были еще олты, о которых пока, слава богу, никто не знал. Те хоть и росли чуть шустрее обычного, но не так споро, как растения.

Вообще помню, когда заявился домой к родителям после того, как мы в замке собрали первый урожай. С того момента, как я поселился в замке, отец и дед там были только по одному разу и то только в самом начале. Они все смеялись надо мной и говорили, что я фигней страдаю. Так вот когда я пришел к ним со скромной корзинкой фруктов, они опять посмеялись надо мной, типа, что вот и все мои труды уместились в одной этой корзине.

Тогда не смеялась только мать, но и она улыбалась. Но я на них был не в обиде. Они отплатили своим видом, когда я попросил у них немного денег. Дед тогда скривился, да, денег в семье было мало, но мне никогда не отказывали.

– Тебе зачем? – спросил дед. – И сколько? – уточнил отец, уже поднимаясь.

– Хороший вопрос, – задумался я и, поднимая глаза на поднявшегося отца, спросил: – А сколько нужно денег на аренду десяти телег с волами?

– К-ха, – подавился дед, который в этот момент откусил и жевал мой абрикос, – зачем тебе столько телег?

– Урожай фруктов, – кивнул я на абрикосы, что горкой лежали на столе, – из замка в город доставить.

– И сколько их там у тебя? – протянула мать, потому что дед тупо смотрел на зажатый в его руке надкушенный абрикос, а отец медленно садился обратно в кресло.

– Что-то порядка семи тонн, – улыбнулся я ей.

– С-сколько? – начав заикаться, с каким-то присвистом произнес отец, а дед начал икать от произнесенной суммы.

– Ну, если быть точным, – пожал я плечами и, потянувшись, взял со стола свежий абрикос, протер его о рубашку и, смачно откусив, с улыбкой произнес: – то семь с половиной тонн.

– И что ты с ними собираешься делать? – это была сновать мать, так как отец с дедом окончательно выпали в осадок.

– Продам на рынке, – пожал я плечами.

– И почем продавать будешь? – с каким-то даже прищуром посмотрела она на меня, да мама не так проста, как кажется.

– По медному за пару штук, – с широкой улыбкой произнес я.

– Да ты что, – вскочили одновременно и отец, и дед.

– А что я? – спросил я их, откидываясь на спинку кресла.

– Почему так дешево? – одновременно начали они, но продолжил уже отец: – По тому, что я вижу и пробовал, это первоклассные фрукты, которых в нашем регионе дефицит.

– Хорошо, – кивнул я ему, соглашаясь, – и какую ты предлагаешь за него цену?

– Не менее пяти медных за штуку, а то и все десять можно выручить, – сказал он, но под моим взглядом он как-то стушевался, и конец его речи немного сбился, чему он даже сам удивился.

– Хорошо, – кивнул я, смотря ему прямо в глаза, – и кто их тогда купит?

– Найдутся покупатели, – начал было он, но под моим взглядом быстро стушевался.

– Ну, купят у нас десяток, ну, может, даже два, – я привстал и махнул рукой. – А, гулять так гулять, целую сотню купили, а с остальными семью с половиной тоннами что делать будем?

– Ну, можно вино, – начал было отец.

– Да чтобы такой объем обработать, – перебил я отца и покачал головой, – наших винокурен не хватит, а больше тут их ни у кого и нет. И что, выкинуть их потом все на помойку, только из перманентной жадности?

– Можно засушить, – подумал вслух дед, – и купцам продать.

– Можно, – кивнул я, поворачиваясь к нему, – за гроши, так как везти им далеко и по жаре, а такое им и даром не нужно, а наш народ опять будет палец сосать.

После моих слов в зале наступила томительная тишина. Но долго она не простояла, я же ее и нарушил.

– Скажи, отец, – повернулся я опять к нему, – сколько ты собираешься получить с этого урожая, вот реально, с учетом всего опыта имеющихся сделок.

Ответил он далеко не сразу, я видел, что сначала он хотел назвать одну сумму, но после состоявшегося разговора ему пришлось сильно задуматься.

– Изначально, – он сделал пару глотков вина, прежде чем продолжить, – я думал получить где-то полсотни золотых за всё. Но если подумать, реально получить не больше десяти.

– А теперь давай посчитаем, – произнес я, садясь обратно в кресло, – в среднем на один килограмм приходится десять абрикосов. При той цифре, что я озвучил, получаем с килограмма четверть серебряного. Четыре килограмма это уже серебряный, сорок килограммов – это золотой. Я собираюсь сразу продать шесть тонн, по озвученной уже цене, а это выходит сто пятьдесят золотых. Еще тонну я собираюсь засушить и продать купцам на пробу, для установления контактов, да и нашим можно продать.

– А остаток? – поинтересовалась мать.

– А это нам поесть, – пожал я плечами и улыбнулся ей.

Пока мы с матерью говорили, отец с дедом недоуменно и чуть ли не на пальцах пересчитывали разложенную мною схему. Они не понимали, как с такой мизерной ценой можно было получить такую гигантскую, по их мнению, прибыль. Но по глазам видел, что они уже готовы со всем согласиться.

– Ах да, – оторвался я от разговора с мамой, – так как это мое предприятие, то в любом случае и мои правила. Вы же не верили в его успех, однако с его доходов я прошу всего треть на личные нужды, все остальное будет уходить напрямую в казну рода. Только учтите, что назначенная мной цена только для местных, – на этих словах я улыбнулся, – то есть только для жителей нашего баронства, а вот для торгашей цена будет четверть серебряного, а может даже и половину.

Деньги на повозки я тогда, естественно, получил, что и немудрено. Как и доход, который оказался даже несколько больше, чем обещанные мною полторы сотни золотых. Постоянный приток денег в семью в размере сотни золотых, плюс-минус, неплохо поправил семейные дела. Но больше всего расцвел город.

Приток свежих фруктов в наш регион был как манна небесная. Во-первых, сами местные жители даже как-то посвежели. А ведь на столице я не остановился и вторую партию, по одной телеге, отправил в каждую из деревень в баронстве с той же ценой. Во-вторых, это начало привлекать в регион новых людей, а в одной из деревень уже даже заложили собственный садик.

В-третьих, открылись новые торговые возможности. Я разрешил продавать наши фрукты на сторону только через четыре месяца на пятый, с момента первого урожая. К этому моменту моего отца уже оккупировали купцы с выгодными предложениями. Тот держался уже из последних сил.

Я к концу этого года тоже уже зашивался от наваливающихся дел, и если честно, то мне нужны были люди. За скопленные деньги я организовал винокурню, и мы смогли направить часть винограда туда. Но когда еще выйдет первое вино, пока что оно хранится на пустых складах в замке. Правда, в последнее время они уже не такие уж и пустые, моими стараниями.

Но вот дефицит свободного времени я все больше и больше ощущаю. За этот год я смог открыть еще две точки и почти догнать свой источник до двух эргов. Только этого ничтожно мало. У меня осталось два года, а мне нужно открыть еще шесть точек и расширить свой источник как минимум на восемь эргов.

В этом мне хорошо помогают тренировки у алтаря, но туда я часто ходить не могу. А тренироваться как-то надо, книги я заказываю, но толку от них пока мало, да и идут они долго. «Мне нужен учитель», – думал я, а сам вспоминал свой первый поход к алтарю и знакомство с ним.

Вообще второй подвальный этаж был несколько меньше, чем первый. Причина тут была в том, что он был поделен на две части, которые не были связаны друг с другом. Во-первых, алтарный комплекс, вход в который был скрыт, и попасть в него можно было только из кабинета хозяина замка. Во-вторых, тюрьма, которая была отгорожена вообще от всего, и вход в нее был через казармы.

Когда я открывал потайную дверь в кабинете, то проход вниз к алтарю был подсвечен факелами. Это были не обычные факелы, а магические, они горели огнем источника. То есть тем, чем был заполнен алтарь. В данный момент он горит слабым призрачным огнем, явный признак того, что последнее время его пополняли из источника воинов. А если учесть, что горит только каждый третий факел, то источник заполнен в лучшем случае на четверть.

Правда, примерно раз в час пламя в факелах чуть вздымалось, и я даже знаю, с чем именно это связано. На самом деле, раньше было чуть реже, где-то раз в два часа или около того, но всего за месяц росток вышел на привычный мне по прошлому мне миру стандарт. Каждый раз, когда он давал импульс, в замке резко повышался фон, что немного накачивало алтарь.

Вообще путь до самого алтаря был несколько извилист, но не такой длинный, как мне показалось в самом начале. И если мне не изменяет пространственное ориентирование, то алтарь находится как раз под ростком. Сам же зал с алтарем был не особо большим, метров десять в диаметре, с потолком метра в три, но тут сложнее, так как он был сделан куполом.

По стенкам зала алтаря шла простая фреска, на которой были отображены предки нашего славного рода. Купол был просто черного гранитного цвета с вкраплениями созвездий из белого мрамора. Звездное небо было почти копией, вот только не совсем нашего мира, просто в центре композиции, прямо над алтарем, было расположено созвездие рода.

Вокруг алтаря располагалось шесть менгиров в виде привычных мне обелисков. Каждый из них был выполнен из своего материала. Каждый из этих материалов символизирует свою энергию. Роду тогда пришлось знатно раскошелиться на создание алтаря, но и без него было никак нельзя. Так вот на равном удалении друг от друг и от центра стояло шесть столбов из: обсидиана, мрамора, меди, малахита, лазурита и аметиста. Почему-то последний тут ассоциируется с воздухом.

По идее, каждый из обелисков был заряжен своей энергией: тьмой, светом, огнем, землей, водой и воздухом. Да, тут в этом мире шесть основных стихий и куча производных от них. Возвращаясь к столбам, они должны были быть заряжены каждый своей стихией, и я даже вижу отголоски стихий в каждом из них. Они не просто были заряжены, в каждой из них заключена частичка истинной энергии. Вот только в идеале каждая эта стела должна была пылать своим пламенем. Сейчас же даже намека на все это нет.

В центре же всей этой композиции стоял алтарь. Был он выполнен в очень интересной форме. В той части пещеры оставили естественный участок пола, просто немного облагородили. И вот в этот кусок гранитной глыбы было воткнуто каменное копье, у оголовья которого был привязан красный лоскут ткани. Наконечник был не обычным прямым, он был выполнен в виде трехлепесткового, такие любили в древнем Китае.

Что удивительно, привязанный лоскут красной ткани немного шевелился, это при том, что тут не было движения воздуха. Тянуть с ритуалом знакомства с алтарем я не стал, единственное, решил немного отступить от правил. Дело в том, что все в роду были огневиками, еще никто не принял другой стихии, а потому знакомство они проходили через огненный менгир. Вот только мне всегда была роднее земля, так что я решил не горячиться и просто познакомиться с алтарем сразу напрямую.

По полу, между менгирами, тянулась жидкая цепочка из рун. Ее я предварительно хорошенько изучил, но они совсем не походили на те, что наносил лично я. Да и было их всего пять, просто они повторялись друг за другом из раза в раз. И если я правильно понял, из описаний отца и деда и того, что успел прочитать, они были нужны для защиты алтаря от посторонних. Своего рода универсальный датчик ДНК-теста.

Когда я с затаенным дыханием перешагнул через вязь рун, то почувствовал легкое сопротивление. Знаете, как сквозь воду прошел, вроде и есть что-то, а вроде и сопротивления никакого почти и не возникло. Подойдя почти вплотную к копью, что заменяет тут алтарь, я задумался. Для того чтобы с ним познакомиться, мне достаточно слить буквально толику своей энергии. Но лично мне казалось это неправильным.

Вынув нож, что всегда висел у меня на поясе, я надрезал большой палец правой руки. Больше по наитию, чем из каких-то реальных побуждений, на центральном лезвии копья вывел руну, что походила на символ орков из знаменитой игры. Такую же руну начертил и у себя на лбу, которым впоследствии и прижался к древку копья. И перед тем, как начать передавать из своего крошечного источника энергию, тихо, почти про себя прошептал: «Мы с тобой одной крови».

По описанию отца и деда, энергия из них выходила одним мощным толчком. Да, это было болезненно для них, но они были воинами и терпели, и мне велели. Вот только со мной ничего подобного не происходило. Энергия из меня выходило легким плавным потоком, буквально легким бризом устремившись в источник в алтаре. Копье при этом начало немного светиться изнутри, а ткань чуть сильнее трепетать на призрачном ветру.

Но длилось все это не долго, мой источник был мал и просто не позволял передать много энергии алтарю. Могло длиться не долго, так как я начал активно поглощать разлитую вокруг энергию. Будь она скудной, а мои способности по активному поглощению слабы, или ручеек, что уходил в алтарь, был больше, то ничего бы не получилось.

Ну а так я у алтаря пробыл два часа, прокачивая через себя потоки энергии. Их нельзя было назвать большими, а если сравнивать с реальными вещами, то они больше были бы похожи на обычные нити. Но все это для моего искореженного энергетического тела было такой нагрузкой, что я еле держался. На тот момент мой резерв был всего в единицу эрга, но за два часа я прокачал энергии в два десятка эргов.

Отлипнув от копья, я шатающейся походкой отправился на выход из алтарного зала. Интересно, какой у него резерв, думал я, поднимаясь тогда по лестнице. В алтарь я влил двадцать один эрг, а факелы начали светить чуть сильнее, да зажглось парочка новых, но на этом и всё.

К алтарю я старался спускаться каждый раз, как только остывала моя энергосистема, которая после моих издевательств становилась более пластична и мне удавалось с ней немного поработать. Но только немного, так как самому тут сделать что-то было сложно, так как тут требовалось чужое вмешательство. Я даже сделал что-то вроде специального лежака, выверенного под мою анатомию с нужными выступами.

Вот двигая эти выступы и ложась на них, я пытался заменить нормального мастера таких практик, как акупунктура, массаж и иглоукалывание. Но сами понимаете – это не самый лучший выход из ситуации. Вот только это был хоть какой-то выход в моей ситуации и давал хоть какой-то результат.

Обо всем этом я думал, рассматривая город. Он изменился не только из-за вливаний инвестиций и притока новых жителей. Нет, он наконец-то стал более живой. Моими стараниями в городе начали появляться кадки с живыми растениями и цветами. Лавка со странной парочкой из деда и внучки, куда я из-за навалившихся дел стал реже наведываться, помогала мне в этом.

Из тех денег, что я оставлял себе как законную прибыль, я тратил на разные нужды, в том числе и на озеленение города. А потому город теперь был не таким пыльным и в нем вполне себе приятно дышалось. Тем более что доходы наши росли, и были они не только с продажи фруктов и позволяли мне многое. Родители же мне в этом совершенно не противились. Так мною на базе книжной лавки была основана школа для местных детей, за мои деньги.

Сейчас я шел в сторону рынка, где у меня было несколько торговых лавок. Там работали нанятые лично мною люди, а чаще всего присматривал глава семьи, что присматривала за замком, но и я раз в пару недель выбирался посмотреть, что происходит. Помимо яблок, абрикосов, винограда и сухофруктов из них в одной из лавок, в другой продавали восковые свечи и мед.

Да, на одной из вылазок в лес я нашел пару ульев и принес их в замок. В ту вылазку я целенаправленно вышел за новыми животными. И подросший Рык мне неплохо в этом помогал. Его большие уши улавливали шорохи на очень большом расстоянии, а широкие лапы позволяли ступать очень тихо. Да и вообще он был очень умным и послушным зверем, который к году был мне уже по грудь. Сказалось его удачное смешение кровей двух видов.

К своим сородичам из разных ветвей любви он не питал, но и лютой ненависти тоже. А потому спокойно относился к выращиваемым мной щенкам. А вот к олтам он относился, наоборот, дружелюбно, наверно, это связано с тем, что они выросли вместе. Так он помог найти совсем молодой помет жеребят из трех штук, что потеряли свою мать. Как мы об этом узнали? Да она рядом лежала с трупом зера в обнимку.

Тогда из того похода в лес я еле вернулся, помимо трех жеребят и десяти щенят из двух разных пометов, я тащил два улья. Вот с ними была сама большая морока. Но я справился, и теперь у меня в замке стоит четыре домика-улья, что дают чудесный мед и воск для свечей. Который и продается только для своих, не так его и много, чтобы продавать на сторону. Свечей так вообще чуть-чуть, почти все себе оставляю. Но пчелки молодцы, делают много, на продажу тоже немного остается.

У подножия замка по моему заказу были выстроено несколько загонов, там у меня псарня и конюшня. Да, олтов я хотел оседлать и сделать их ездовыми. И знаете, что я вам скажу, это более чем возможно. По крайней мере, из первой партии молодая кобылица спокойно давала мне себя объездить, да и с остальными особых проблем у меня не было.

Что-то я опять немного отвлекся. На самом деле, у меня тут в городе было несколько дел. И в первую очередь я собирался высадить тут первый саженец. Да, мой дубок, как и на Земле, дал мне очередной желудь, и он уже пророс, и я готовился высадить уже подросший саженец. Именно поэтому у меня за спиной висела кожаная котомка, а из-за плеча мелькала верхушка ростка, а в руках я держал лопату.

По поводу своего внешнего вида я особо не заморачивался. Все, кому нужно, и так прекрасно знали, кто я такой, и выделяться еще и одеждой мне не было никакого смысла. Так что никого в городе не удивляла моя простая рубаха и штаны, перетянутые кожаным ремнем, с сумкой через плечо.

Высадить свой первый росток я собирался в особом месте в центре города, а вернее на его городской, сиречь центральной, площади. По совместительству она же совмещала собой и вход на рынок. Вернее, рынок частично вываливался на пустое пространство площади, ему уже не хватало пространства тех двух улиц, что под него выделил город.

Еще на подходе к площади я услышал невнятный шум и гам. Выйдя туда, я заметил взволнованное столпотворение. Туда я сразу и направился. И если местные с первого взгляда узнавали во мне сына местного главы и просто молча уступали дорогу, то вот заезжий люд презрительно кривился и даже пытался отпихнуть меня.

Меня этим всем было не пронять, так что уже скоро я стоял в самом центре и увидел картину, которая мне очень не понравилась. Несколько влиятельных людей на животных, что отдаленно напоминали мне флегматичных верблюдов, методично избивали старика. Старик был не простым, он был калекой, магическим калекой, почти как я сам.

– Прекратите, – начал я, но меня остановила та же плеть, которой избивали и старика. Наездник, недолго думая, презрительно окинул меня взглядом. Но только мне стоило сделать шаг вперед, встав на защиту старика, как тот сразу опустил плеть на меня. Та со свистом рассекла воздух и рассекла мне лицо через левый глаз.

Такого я не ожидал и непроизвольно сделал шаг назад. Но это и все, на что мог рассчитывать наездник, следующий взмах его плети я поймал рукой и крепко сжал его плеть. Тот в недоумении уставился на меня, а потом зло ощерился и сильно дернул на себя рукоять плети. Играть в перетягивание канатов с таким бугаем я не стал, но в эту игру можно играть и вдвоем.

Когда он дернул плеть на себя, я прыгнул вслед, влекомый плетью. Он такого точно не ожидал, явно рассчитывая только повалить меня и тем самым освободить плеть. Я же прыгнул за ней, и он никак не успел на это среагировать. Извернувшись в полете, пролетел мимо изумленного наездника. Пролетая мимо него, я резко выстрелил рукой и схватил второй рукой за кнут где-то в его середине. После чего ногой уперся в его спину и резко выпрямился.

Рука с намотанным концом кнута успела накинуть несколько колец на его шею, и сейчас я просто душил этого идиота его собственным оружием. От моих резких движений тюрбан, что был надет на его голову, слетел, и я заметил его заостренные уши. Убивать я его не собирался, хотя честно скажу, хотелось, очень сильно хотелось. Но когда тот, потеряв сознание, начал вываливаться из седла и я вместе с ним, то я просто отпрыгнул от него, отпуская кнут, которым его душил.

Все это время над толпой стояла тишина. И если местные были в шоке, что кто-то смог напасть на сына местного барона, то заезжие, что какой-то проходимец атаковал их охрану. Но тут начали все оживать, особенно когда к месту пробилась городская стража, и второй наездник начал что-то верещать. Слушать его я не стал.

– Заткните его, – произнес я, поворачиваясь к стражнику.

Тому хватило увидеть кровь, стекающую по моему лицу, как он просто двинул второму наезднику в зубы пяткой копья, от чего тот упал на землю.

Я же осмотрел этих товарищей и только головой покачал. Один, тот, которого я придушил, только начинал шевелиться, второй прижимал ко рту руки, пытаясь собрать выбитые стражником зубы. Он зло смотрел на меня, обещая мне устроить все кары небесные, он до сих пор не понял, на кого смел поднять руку, вот же идиот, и как таких в торговую гильдию берут. Ну а раз так, вот тебе на сладкое.

– Род де Шен, – медленно произнес я, вытирая поданным кем-то из местных жителей платком кровь с лица, подойдя к этому горе-торговцу и присев перед ним, – полностью разрывает все торговые отношения с торговым домом Вартарез. – После чего, потеряв к нему всякий интерес, поднялся и повернулся к толпе, высматривая нужного мне человека, но этот червь вдруг подал голос.

– Да как ты смеешь, – начал было он, но под моим взглядом стушевался, – как ты смеешь говорить от имени барона.

Но отвечать мне не пришлось, так как за секунду до того, как он начал говорить, я нашел того, кто мне нужен. И тот по взгляду понял, что я его хотел бы видеть. Подойдя, он слышал наш разговор, а потому не нашел ничего лучше, чем обратиться ко мне:

– Ваше благородие баронет Кан де Шен, вы меня звали?

– Да, Пин, – произнес я, продолжая смотреть в расширившиеся от ужаса глаза торговца, – звал. – И отворачиваясь от этого слизняка, махнул ему следовать за собой.

Отойдя чуть в сторону, я указал Пину на старика, что продолжал лежать на камнях площади. Я попросил оказать тому помощь, если потребуется, то и лекаря, а потом перевезти его ко мне в замок. На это я выделил ему золотую монету и сказал не скупиться, остальное он может оставить себе.

Сам же я направился к другому старику. В том, что стража дальше тут сама разберется, я был более чем уверен, у нас она тут более чем толковая. Также я был уверен в выполнении своего приказа, уже через пару минут весь город будет знать, что с Вартарез торговать себе дороже. Меня в городе не только любили, но и уважали, и если я сказал, то, значит, так и будет, так что моего приказа точно никто не ослушается. Более того скажу, скорее всего весь товар, что уже был куплен у них, им вернут, заключенные сделки на поставку будут расторгнуты.

Меня же сейчас интересовала еще одна примечательная фигура, что сейчас скромно стояла в уголочке. Я часто бывал в городе, а так как он был не такой уж и большой, то могу сказать, что знаю тут многих, если не всех. Но вот этого конкретного старика я почему-то не знал, и более того, ни разу за два года не видел, и это странно, а он явно местный. Этот старик своим видом мне напоминает скорее профессора, ему бы в школе и в универе преподавать.

И тем страннее в его одежде видеть две детали. Скажу так: их всего было три. При них он как минимум должен быть одет как профессор, а не как бомж в драных тапках. Ну и рабский ошейник мне совсем никак не давал покоя. Судя по его виду, он старался стоять так, чтобы не привлекать к себе внимания. Явно в ожидании своих хозяев. И чтобы не вызывать лишнего внимания к его персоне, я встал так, чтобы мы могли пообщаться, но при этом этого никто не заметил.

– Здравствуйте, – тихо, так чтобы только этот старик меня и услышал, поздоровался я.

– Здравствуйте, – так же тихо и с какими-то странными затаенными нотками грусти и не пойми чего еще проговорил он.

– Извините за любопытство, – произнес я так же тихо, – но у меня к вам возникло несколько вопросов.

– Чем смогу, – ответил он, и мне показалось, он даже плечами слегка пожал.

– Откуда у вас такое экстравагантное украшение? – первое, что спросил я.

– От хозяев, – уже явно пожал он плечами.

– Ага, – кивнул я, поняв, что это не простой поясок, а магический, и просто так он отвечать не может, – а хозяева ваши это?..

– Горнопромышленная компания Лейкера, – вроде и спокойно произнес он, но чувствуется в нем с трудом сдерживаемая ярость.

– Спасибо, – кивнул я в пустоту, и почти выйдя из закутка, напоследок все-таки сказал: – Еще увидимся.

Проходя мимо старика, я незаметно подмигнул ему и показал большой палец. Моему поведению он удивился, но и только. На территории баронства рабство было под запретом, но вот привозить рабов из-за границ баронства не запрещалось, но не приветствовалось. Лейкер был тем, кто разрабатывал наши две небольшие и скудные медные жилы и одну еще более скудную железную жилу.

С этого предприятия семья имела тридцать золотых в месяц. Но вот что-то у меня начали закрадываться смутные подозрения, что кто-то нам нагло врет. По договору аренды, который оформил Лейкер с нашей семьей, он должен отдавать нам половину дохода с шахты. И по его словам, за вычетом всех расходов, это выходили те самые тридцать золотых. Но за такие деньги раба не купишь, даже если долго на него копить. А в том, что этот раб дорогой, говорит то, что он умеет писать и читать, иначе у него на груди не висела бы специальная доска для этого. А значит, где-то этот товарищ нас нагревает, интересно, а дед с отцом давно были в шахтах? Надо будет наведаться с ними туда.

Глава 6

Учитель и секретарь

После разговора со стариком я отправился к центру площади. Собственно, к своей первоначальной цели. В самом центре площади некогда что-то росло, но именно что некогда, это было так давно, что уже даже памяти об этом нет. А вот ровный, не обложенный камнем кусочек земли остался, туда я и направился.

Я уже не первый раз по городу сажаю разные саженцы, так что к этому привыкли и даже помогают. Вот мужики уже и ведра с водой несут, за что им отдельное спасибо будет и не только спасибо, но и пара медяков. Несколько глубоких копков лопатой и даю команду заливать получившуюся широкую лунку водой. А дальше я уже сам. Даю мужикам по паре медных монет каждому, а они мне оставляют еще пару ведер с водой.

Пока радостные мужики отходят, я опускаюсь на колени и споро выкладываю круг из камней с высеченными рунами. И только уже в получившийся рунический круг опускаю росток. После чего аккуратно все засыпаю землей и поливаю водой. Второе ведро выливаю не на сам росток, а вокруг, чтобы землю немного влагой напитать.

Подхватив ведра, задумался немного и направился к одному из мужиков, тому, что тоже хотел помочь с водой, но не успел. Ведра были общественными, так что я оставил их, аккуратно повесив возле бочки, таких по городу было установлено много. Это опять-таки моя идея, на случай пожаров, и деревья полить можно, и самим ополоснуться.

Подойдя к парню, что тоже хотел помочь с водой, но понимая, что столько мне уже ни к чему, он вернулся к своей лавке. Да уж, лавка по продаже не самая популярная сейчас в нашем городе, но спрос на него был стабильный. Но парень смышленый мне понравился, потому к нему и подошел. Вручив ему пять серебряных, дал наказ, дважды в день утром и вечером обильно, но не более трех ведер, поливать саженец. Желательно поливать не только его, но и землю возле него. И так в течение двух недель, если справится, то потом посмотрим.

Закончив тут все свои дела, отправился к родителям домой, следует их предупредить, особенно отца, что возможен наезд. Домой я прибыл как раз вовремя, буквально за пять минут до того, как сюда пришел главный представитель дома Вартарез в Срезе. Кстати, Срезе – это так столица наша называется.

Я только успокоил мать, нормально обработал и замотал пострадавший глаз, попутно рассказав отцу, что произошло, как один из слуг сообщил, что к нам гости. Сев за стол, отец приказал звать гостей. Внешне он был спокоен, но только внешне, внутри него клокотала злоба, и я его понимал, кто-то посмел поднять руку на его сына.

Гости заходили с надменно поднятыми головами, ну как же, они представляли влиятельный и сильный торговый дом Вартарез. Вот только под взглядом отца и деда они как-то спотыкались, и вся спесь их быстро куда-то улетучивалась. Единственный, кто вошел нормально, без какого-то гонора и особого высокомерия, был главный представитель дома.

Войдя, он первым делом склонился в глубоком поклоне. Ну как глубоком, для того, кем он был и кого представлял, это можно было назвать глубоким. Дело в том, что он был квартерон от эльфа. Ну сами понимаете, эльфы тут очень важные и высокомерные товарищи, сами торговать не будут на базаре, вот за них это и делают их полукровки.

В нашем конкретном случае дом Вартарез и был теми самыми полукровками эльфов, что представляли сразу несколько кланов. И вот так получилось, что из-за поведения одного из их сотрудников они лишились с нами торговых отношений. А наши фрукты им очень зашли, более того скажу, они были главными нашими оптовыми покупателями. Но и без них нам есть кому продать, так что катастрофы в этом лично для нас никакой нет совершенно.

– Разрешите принести мои искренние… – начал было глава делегации, но его перебил отец.

– Присаживайтесь, – кивнул он на свободные места за столом, – в ногах правды нет. – Эту фразу он от меня несколько раз слышал, и она ему очень понравилась. Пока гости рассаживались, отец продолжал хмуро смотреть на главу представительства. Тот тоже был хмур, по тому, как отец его перебил, он понял, что вернуть расположение дома будет непросто, если вообще можно.

– Сегодня днем, – второй раз начал глава медленно, – на городской площади возникло некоторое недопонимание…

– Недопонимание? – в этот раз главу перебил уже я и повернулся к нему забинтованным левым глазом, который он до этого видеть не мог. Увидев меня, он резко и зло стрельнул глазами на того самого базарного наездника, которому стража выбила зубы.

– В свете новых событий, – почти прошипел он, – мы готовы забыть про ваше нападение на наших слуг и компенсировать ваше лечение у нашего лекаря.

– Вот значит как, – уже шипя, поднимаясь над столом и сдернув ткань с головы, начал уже я. Повернувшись к главе делегации, я приоткрыл левый глаз, по веку которого струился багровый рубец. Вот только рубец струился не только по веку, но и по самому глазу. Теперь мой янтарный глаз был перечеркнут белесым рубцом. – Значит, это я напал на ваших слуг, а они всего лишь защищались, – уже не шипел, а прямо-таки рычал я. – Хорошо, я соглашусь с этим утверждением, если ты и твой лекарь сможете вылечить мне глаз, ну давай же, залечи мне глаз.

После моих слов в комнате повисла тишина. На главу было страшно смотреть, он бледнел, краснел, скрипел зубами и закрывал рот, так и не найдя что сказать. А все просто, глаза даже начинающего мага это не просто орган – это часть энергосистемы. И чтобы ее восстановить, нужен лекарь экстра-класса, которого тут просто не может быть.

– Ты, – с гулом выпустив воздух из легких, поднялся уже дед, – посмел обвинить моего внука во лжи на нашей территории при свидетелях, и после этого ты надеешься выйти отсюда живым? – На последних словах его аура первого серебряного уровня прижала всех собравшихся в комнате. Но как быстро она появилась, так быстро она и исчезла, дед не дурак и понимает, что убивать их не стоит. – У вас час на то, чтобы убраться из моего города и больше здесь никогда не появляться.

Пришибленные гости продолжали сидеть на своих местах, не зная, что им делать. И если главный еще как-то мог соображать, то младшие даже на это не были способны.

– Вы что, не поняли, – поднялся уже отец и не очень громко, но очень грозно и емко сказал: – Пшли вон из моего дома!

Только после этих слов гости засуетились, они начали судорожно вскакивать, начала падать мебель, а сами они стукаться лбами и путаться в ногах. Но старший парой возгласов смог навести порядок, и уже через минуту они чуть ли не бегом покидали наш дом. Только главный, выходя последним, кинул на всех нас многообещающий злой взгляд.

– Может, не стоило ссориться с домом Вартарез? – спросила мама, после того как все успокоилось. – Они могут устроить много проблем.

– Могут, – кивнул я, – но ссоры избежать не получилось бы, да и рано или поздно с каким-то из торговых домов вышел бы разлад, специально или случайно. Так что все еще удачно сложилось, а эти выскочки мне никогда не нравились.

– В смысле? – не понял моей ремарки про неизбежность разлада.

– Дело в том, – пояснил я деду с отцом, – что за последний год мы стали достаточно лакомым кусочком, и какой-нибудь из торговых домов захотел бы подмять всю торговлю здесь под себя. А это неизбежно привело бы к тому, что цены на закупку упали бы, как и наши доходы, так как не было у них конкуренции. Своим ходом мы показали свою власть состоятельной, а также, что какие-то там торговые дома не могут тут диктовать свои правила. Так что нам рано или поздно самим бы пришлось идти на конфликт, если бы не подвернулось удачного случая.

– Ясно, – кивнула сразу все понявшая мать, – монополия одного торгового дома нам тут не нужна. Но может, стоило выбрать кого-то менее влиятельного?

– Не имеет разницы, – покачал я головой, – проблемы были бы в любом случае, вот только в данном случае, что важнее: нам продать или им купить. И что-то мне подсказывает, что им наши фрукты важнее. Так что мы просто будем предупреждать всех своих партнеров, и любые проблемы с их караванами выльются в падение репутации именно с Вартарез, даже если это были не они. А вообще я думаю основать наш собственный торговый дом, который будет пока торговать внутри баронства, а то у нас движения внутри почти нет. Только за счет селян, что раз в пару месяцев, а то и раз в полгода-год к соседям ходят, да мои телеги иногда по селам ездят. Что на это скажете?

– Хорошая идея, – задумался отец, – но позволь, я сам этим займусь.

– Да ради бога, – только отмахнулся я от него, – мне только проще, у меня и так дел полно, еще и за караваном следить. Но ты мне скажи вот что, а как давно ты был на шахтах Лейкера?

– Да, собственно, – отец с дедом как-то странно переглянулись и посмотрели на меня, – никогда, а что?

– Эм, – такого ответа я совершенно не ожидал. – Дело в том, что я, когда с площади шел домой, зашел к нашему кузнецу и спросил, почем он железо берет. Так знаешь, что он мне сказал?

– Так откуда же мне знать? – удивился тот.

– Он сказал мне так, – произнес я, внимательно смотря на него, – что ему дешевле покупать железо в караване, чем у местного Лейкера.

– И?.. – не понял, куда я клоню, отец.

– А перед тем как попасть домой, – продолжил я, не обращая внимания на его вопрос, – решил прогуляться мимо его дома. – И задумался. – Скажи, отец, как при доходах в тридцать золотых в месяц, на которые ему нужно еще много чего организовывать, он смог построить такой особняк и поддерживать его в таком отличном виде?

– Ну, может, – начал было отец, но остановился и задумался, думал он долго, прикидывая и так, и эдак, но у него ничего не выходило. – А никак не должно не получиться, – просто развел он плечами.

– Отсюда у меня складывается мнение, что господин Лейкер, – мне так и хочется назвать его Лейкерман, – нас обманывает. Пап, а я могу посмотреть на договор, что был заключен с этим господином?

– Да не вопрос, – произнес он и, быстро встав, ушел к себе в кабинет, и уже через минуту вернулся с туго скрученным в рулон свитком договора.

Бегло прочитав его, я только хищно улыбнулся и посмотрел на родственников:

– Отец, дед, не хотите ли вы завтра прогуляться с внезапной инспекцией по своим землям?

На следующий день, помимо нас с дедом и отцом, на инспекцию в шахты я взял с собой и нашего кузнеца. Он хорошо разбирался в рудах, да и сам по молодости еще ребенком лет пять в шахте отработал, так что понимает в этом деле. Так что его взяли как главного эксперта по шахте и жилам.

Но как оказалось, эксперт был не нужен. Определить наличие хоть и маленькой, но серебряной жилы в медном руднике смогли все и без каких-либо проблем. Не говоря уже про выход целого пласта горного хрусталя. Так что господин Лейкер, за нарушение договора с нашей семьей, лишился всего имущества и накоплений и был выгнан в степь без еды и воды со своей семьей в полном составе. Своего рода смертный приговор, но с реальными шансами на выживание, правда мизерными.

Нам же достался рудник. Как оказалось, железный рудник он начал разрабатывать, только когда нашел серебряную жилу. Именно поэтому он задрал цену на железо, чтобы никто не задавал вопросы, так как он ее и не разрабатывал. При медной же шахте у него была оборудована даже малая плавильня, где плавили медную руду, в которой он и прятал серебро. Нам такие изыски теперь не нужны, но я предложил чеканить собственные монеты, правда пока только серебряные, а там может и медные.

В дом этого дельца сначала хотела переехать наша семья, но я их отговорил. Во-первых, наш дом был родовым поместьем, и предавать память предков было как-то неприятно, и я предложил его просто отреставрировать. Во-вторых, наш дом был почти в центре, но не у базара, а тот стоял почти на площади. Так что я предложил организовать в нем семейный банк и монетный двор. Тем более что домина больше походил на крепость, чем на уютный домик для проживания.

Со всеми слугами и работниками, кроме одного, были заново заключены договора на работу с родом, тем более они были из местных. Последний заключил договор на работу непосредственно со мной. Это был тот самый старик. Когда я пришел в его каморку, со специальным ключом, у него даже слезы на глазах выступили.

Впоследствии он стал кем-то вроде моего поверенного или секретаря. Как выяснилось, он никогда не был профессором, но он был очень умным человеком, поэтому мы с ним часто и много разговаривали. Хотя он, как и я, любил больше всего просто покой. Однако он снял с меня всю нагрузку по всем делам. Да так искусно, что доходы семьи даже выросли по некоторым позициям.

Но все это будет чуть позже, а сейчас же я забрал изможденного старика и направился к себе в замок. Да, замок я уже считал своей вотчиной. За тот год, что я тут живу, я смог полностью заполнить алтарь энергией и даже несколько расширить его возможности. Полное восстановление его резерва привело к интересным последствиям. Оказывается, что ткань на копье это родовой стяг. Но об этом чуть позже.

Я настолько сжился с замком, что все, даже родители считали замок моей резиденцией. Ну, оно и немудрено, его строил единственный в роду сильный маг под себя. Тогда он еще надеялся с наличием его дара прорваться выше и все-таки достигнуть первой ступени бакалавра. Но его мечтам не суждено было сбыться. В теории маги могут жить вечно, особенно после стадии бакалавра, но моего предка сразила заговоренная стрела.

Так что ничего удивительного, что замок все это время пустовал. Нет, каждый раз, когда в семье рождался одаренный ребенок с источником, то он неизменно становился хозяином замка. Вот только в нашем роду, за всю его долгую историю, было всего девять таких одаренных. После смерти самого сильного было еще пятеро, я шестой, вот только трое из этих пяти смогли полностью пробудиться.

Вот и получалось, что на многие века замок оказался предоставлен самому себе. Род сильных воинов и посредственных, я бы даже сказал отвратительных землевладельцев, только и делал, что оттачивал свое мастерство. Войск у нас не было, не считать же за таких два десятка городской стражи, но воинов нашего рода периодически нанимали на разные войны. Там их ставили во главе небольших отрядов, с которыми они блестяще справлялись, принося славу и деньги роду.

Так и жил все это время наш род, пока в нем не появился я. Моя деятельность поставила привычный уже даже не за столетия, а тысячелетия уклад с ног на голову. В роду наконец-то начали появляться нормальные деньги. Не говоря уже про то, что столица за прошедший год в численности выросла больше, чем за последние несколько веков. И останавливаться на достигнутом я не собирался. У меня еще много чего интересного в голове крутилось, было бы время и деньги.

За этот год у меня, вернее у замка, появилась своя собственная повозка, так как постоянно арендовать стало накладно. И вот сейчас она мерно поднимала меня на вершину в замок. Там меня должен был ждать еще один загадочный старик, которого я до этого тут не видел. И если тот, которого я сейчас вез с собой, был интересен мне своим умом и умениями, то вот второй некогда был магом.

Пин, которого я еще вчера попросил заняться стариком, занялся вопросом со всем тщанием. Он не только обработал все раны старика и вызвал нашего лекаря, он оплатил его работу и пригляд на пару дней. Его я первым и увидел, стоило мне подняться на второй этаж, куда велел слугам привести и второго старика. После того как того отмоют, накормят и переоденут.

Разговор с лекарем был неутешительным. Ну, это и так было понятно, я видел больше, чем он, и понимал, что с тем, что сделали с его тонким телом, магическое лечение почти бесполезно. Но что смог, он сделал, старик, конечно, тяжелый, но умирать вроде не собирается, бредит немного и все что-то бормочет, но в целом стабилен.

Отправлять лекарь на ночь глядя обратно в город я не стал, а потому предложил ему остаться в замке еще на ночь. На что он с радостью согласился, сказав, что у меня тут в замке просто очень приятная и восстанавливающая атмосфера. Места всем хватит, так что, разместив всех на втором этаже, я отправился к себе в покои.

Со всеми этими событиями немного задержался и не провел с алтарем ритуал передачи энергии, туда я сейчас и направлялся. Пока шел, думал. Дерево, росток которого я высадил вчера в центре города, от своего прародителя отличалось очень сильно. Будь иначе, его бы я там не высадил. Во-первых, оно так быстро, как сам дубок, не росло. Во-вторых, свою энергию в мир оно выдавало не импульсами, а тонким потоком, который будет расти вместе с деревом.

И в чем такая разница, я совершенно не понимал. Одно дерево, от одного плода, а такой разный эффект. Но для того, чтобы понять, нужно узнать, что это за дерево такое. Да и внешний вид. Если мой дубок в замке был карликовым не пойми чем, помесью всего и вся, то росток, что я высадил в городе, мог вырасти во вполне привычный мне могучий и раскидистый дуб.

Мой размышления закончились, как только я вошел в алтарный зал. С моего первого посещения он изменился очень сильно. Во-первых, гранитный купол над самим алтарем, а вернее мраморные звезды, они теперь светились тусклым огнем. Мне кажется, еще немного и там будет отображаться реальная картина звездного неба. Жаль только, что это не совсем наше полушарие, и с крыши замка видно только часть созвездий.

Во-вторых, менгиры. Вот теперь они, хоть и не сильно, но пылали каждый своим огнем. Алтарю стоило приличной доли энергии, чтобы накачать их энергией, но это того стоило. На каждый менгир была запитана элементальная защита замка от первостихий. Так что недавно заполненный мною алтарь опять оказался почти полностью пуст. Но пустота пустоте рознь.

Как и в прошлые разы, я прошел через жидкую цепочку рун, но уже более плотную пелену защиты алтаря. Вот только на этот раз на моем поясе висел не простой ножик. Он был из дерева, но не обычного, он был сделан из того самого дубка, что растет несколькими метрами выше. Вскрыв себе подушечку большого пальца, я начертил уже привычную руну на металлическом наконечнике копья.

Да, с самим алтарем тоже произошли изменения. До этого я думал, что он полностью каменный, но оказалось, что нет. После того как источник был заполнен на четверть, с него начала сыпаться каменная крошка. И чем больше я заполнял источник, тем больше опадала крошка. И в итоге сначала показалось ясеневое древко, а потом и черный, из неизвестного мне металла, наконечник.

Вот на его листовидной форме черной поверхности я своей кровью и вывел руну. После чего обхватил древко двумя руками и прижался к нему головой и приступил к уже привычному действию. Из моего тела через три точки тонким ручейком потянулась энергия, которую я тут же начал восполнять из разлитой вокруг.

За прошедший год мои техники по поглощению энергии хорошо продвинулись, как и мой контроль над потоками энергии. Мне даже удавалось работать над своими каналами, что называется вживую. Это несколько сокращало время на прокачку энергии, но я и так довел этот процесс до шести часов, так что некоторые потери допустимы.

Вообще в манипулировании тонкими энергиями я реально достиг многого. Читая те немногие книги, вернее перечитывая, что мне достались от предков, я смог освоить все доставшиеся им нехитрые системы медитации. Самыми полезными были книги от старшего ученика. У него была и самая интересная система медитации. А также он оставил все известные ему заклинания и схемы, вплоть до описания того, как он строил замок и алтарь. Знания эти были не на виду, но я быстро нашел его тайник.

Так что я мог попробовать свои силы на известных мне заклинаниях. Мой источник, конечно, не позволяет кидаться заклинаниями, но оперировать простейшими видами я мог. Так в моем арсенале появился светлячок, простейшее заклинание магии света, чисто бытовое, предназначенное для того, чтобы подсвечивать себе путь.

И знаете, у меня при его создании возникли проблемы. Дело в том, что я пока мог оперировать только тонкими линиями энергий, а светлячок настолько обычное заклинание, что в нем их просто нет. В итоге поначалу он у меня даже создаваться не хотел, из-за того что вложенная согласно заклинанию энергия просто выжигала мои каналы. Но методом проб и ошибок я смог его модифицировать, и теперь у меня есть свой светлячок.

Все эти мысли возникали у меня в голове легким туманом, пока я продолжал прокачивать через себя энергию, попутно выравнивая некоторые из своих каналов. Действовал я осторожно и комплексно. Сначала эти каналы подвергались физическому воздействию на моей доске, а только потом точечным выпрямлением. Работа долгая и муторная, но нужная.

Закончил я только ближе к полуночи, был выжат полностью, как тот лимон. Как добрался до кровати, уже и не помню. Единственное, что запомнил, перед тем как покинуть алтарный зал, так это стяг. Это стало уже традицией. Тот лоскут красной ткани, что был на копье изначально, тоже преобразился, теперь там висит нормальный стяг, который развевают призрачные ветра.

Помимо размера (он был с нормальный такой флаг), он сменил и цвет, приняв цвета рода и герб: черный бегущий волк, ну или зер, на местный лад, на серебряном фоне. Под этим стягом выступали все наши предки с незапамятных времен. Именно этот символ всегда был на родовом щите баронства.

Так вот, перед тем как покинуть зал, я окровавленным пальцем смазал клыки волка на стяге рода. И еще одну каплю своей крови уронил на землю у основания копья. После чего совсем тихо, в основном от усталости, произнес: «Капля крови врагу, чтобы знал, против кого он идет. Капля крови земле родной, чтобы знала сынов своих, что стоят на защите ее. Каплю крови роду, чтобы не покинут был предками в важном бою». Откуда во мне это взялось, даже не спрашивайте, видимо, пришло из глубины веков и залежей памяти.

На следующий день проснулся как обычно бодрым. Прав лекарь, сон в замке как никогда бодрит и помогает в выздоровлении. Вон даже все мои гости уже на ногах. По крайней мере, все сидят за одним столом, чему был несказанно удивлен лекарь. И если привезенный мной старик в принципе был не так и слаб, то вот второй поражал своим состоянием.

В итоге лекарь задержался у нас до обеда, но потом нехотя отбыл обратно в город, там его уже явно заждались пациенты. А у меня наконец-то появилась возможность поговорить со странным стариком наедине. Что я и сделал, сам, без помощи, только под удивленные взгляды Пилара, первого старика, я на руках поднял в свой кабинет второго пациента.

– Пилар, – обратился я к старику, как только усадил старика в одно из кресел, – спустись, пожалуйста, вниз и попроси Лиру сделать нам отвар из трав.

В ответ он только кивнул и молча удалился из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверцу. Я же, повернувшись ко второму старику, внимательно на него посмотрел. Тот не менее внимательно и даже как-то затравленно на меня глядел.

– Меня зовут Кан, – первым начал я, – а вас?

– Просто Кан? – пересохшими от волнения губами просипел он.

– Ну, допустим, не просто Кан, – только вздохнул я, – баронет Кан де Шен, так вас больше устроит?

– Баронет… – начал было он.

– Предпочту все же просто Кан, – поморщился я.

– Господин Кан, – проговорил он и посмотрел на меня, ожидая реакции.

– Ладно, – печально махнул я рукой, – пускай будет так, так как тебя зовут?

– Меня зовут Леб, господин, – протянул он.

Только он закончил, как в комнату, осторожно постучав и получив мое разрешение, вошел Пилар. В руках он держал поднос, на котором стоял кувшин с отваром и несколько кружек. Поставив его на стол, он споро разлил напиток по двум кружкам и встал у двери в ожидании. Вчера, пока ехали в телеге к замку, мы успели с ним о многом поговорить, так что шапочно знакомы были, поэтому я был недоволен его поведением.

– Себе тоже налей и присаживайся, Пилар, – посмотрел я на него недовольно, – я же просил.

– Простите, господин, – в его голосе проступило искреннее извинение, – привычка.

– Нужно будет от нее избавляться, – покивал я ему, а сам взял кружку и, повернувшись к третьему участнику разговора, тоже указал тому на кружку. И как только тот взял ее в руку, спросил: – Итак, скажите, кто это вас так?

– Вы же были там, – произнес он, легонько пожимая плечами и потихоньку начиная пить отвар.

– А я не про побои, – при этих моих словах он насторожился, – кто так изуродовал ваше энерготело?

От заданного вопроса тот просто поперхнулся только что отпитым отваром. Такого он явно не ожидал. Он посмотрел на меня глазами побитой собаки. Ему явно не хотелось об этом говорить. Хорошо, тогда зайдем с другой стороны.

– Эта тема вам неприятна, понимаю, – кивнул я ему, – скажите тогда, на каком уровне вы были, когда с вами это все произошло.

С ответом я его не торопил. Я его понимал, неизвестный пацан, в возрасте четырнадцати лет, задает тебе очень неудобные вопросы. А самое неприятное, что это не обычный пацан, которого просто так не пошлешь в далекие дали. Помимо того, что он спас твою жизнь, так он еще и сын местного правителя, что вдвойне паршиво.

– Третья звезда, – наконец-то решился он, – я был на третьей звезде старшего ученика.

– А где учились, – подался я вперед, этот старик может стать очень ценным приобретением, – если не секрет?

– Да какой там секрет, – окончательно махнул он на все рукой, решив плыть по течению, ведь до конца его жизни осталось не так уж и много времени. – В Магической Академии Радимской империи, ну или МАРИ, как ее называют.

– Я так понимаю, – я указал палочкой, которой размешивал травы в отваре, подразумевая его печальную ситуацию с энергетической системой, – это последствия изгнания из академии или чего-то подобного?

– Можно и так сказать, – пожал плечами старик.

– Но дело, я смотрю, они до конца не довели, – произнес я, прищурившись рассматривая его внутреннюю структуру, от моих слов он вздрогнул. – Ваш источник так и не схлопнулся, как они хотели, хотя и коллапсирует на грани. Что за метод они использовали?

– К-концентрат мор-ранги, – протянул очень удивленный старик. Он и сам понимал, что вынесенный ему приговор исполнен не в полной мере, поэтому, наверное, он до сих пор и жив. Но как этот пацан мог знать, что его источник не схлопнулся, ведь даже он сам не может до конца быть в этом уверенным.

– Тот, кто выбирал вариант казни, идиот, – покачал я головой. Я читал про этот эликсир в книгах предков. Очень мощная штука, наподобие того, что дали и мне мои родные, только в разы мощнее. Но суть в том, что там шанс выжить даже меньше, чем у меня умереть. – Хотя, может, среди судей был тот, кто хотел, чтобы ты выжил и страдал?

Ответа мне не потребовалось, я все увидел в глазах старика. Ну что же, у меня есть что ему предложить.

– У меня есть к тебе предложение, – произнес я, и резким движением допив свой отвар, поставил кружку на стол. – Что ты скажешь, если я помогу тебе стабилизировать твой источник и восстановить структуру энерготела?

– Это просто невозможно, – попытался вскочить он, но его пока слабые ноги не позволили ему этого сделать.

– Перед тобой сидит это невозможное, – в ответ на его тираду только хмыкнул я. Но видя скепсис в его глазах, я уточнил: – В возрасте двенадцати лет, когда раскрылся мой источник, мне споили весь флакон Элота, чистого Элота. Я три дня горел в огне чистого пламени энергии. Мое энергетическое тело полностью было изломано, а источник и единственная точка схлопнулись. Источник я восстановил, как и точку, а энергетическое тело еще восстанавливаю, это долго, но вполне возможно. – Но это были просто слова, поэтому я снял с головы бандану, которую носил с тех пор, как стал выходить в город. После приема эликсира мои волосы стали оттенка серебра, хотя род славился своим медным оттенком волос.

По мере моих слов глаза Леба лезли на лоб. А в итоге, чтобы не быть голословным, я создал светлячок собственной модификации. Закончив как со словами, так и с демонстрацией, я попросил Пилара подлить мне отвара, давая Лебу прийти в себя.

– Этого просто не может быть, – спустя минут пять протянул он, поднимая на меня глаза. – Но я готов попробовать, что мне для этого нужно сделать?

– На самом деле не так уж и много, – произнес я и кивнул Пилару. Он уже знал, что ему нужно делать, я ему только глазами указал, где что лежит. А сам поднялся и пошел к стенным книжным шкафам. Там лежат четыре тетради. В них мною были подробно занесены все четыре дыхательные техники. Те самые, которыми я пользуюсь сам и с которых начал в этом мире.

Вернувшись за стол, я положил тетради перед собой и посмотрел на старика, и только потом продолжил:

– Ты принесешь вассальную клятву верности лично мне и более ничего.

– В смысле? – не понял Леб.

– Ты, будучи одаренным, а тем более магом, можешь стать вассалом, – более развернуто произнес я, – вот я и прошу от тебя вассальную клятву.

– Но вы же меня совершенно не знаете… – начал было он возмущенно, но увидев мою улыбку, осекся и странно посмотрел, но все-таки продолжил: – А если на мне долги какие-то числятся?

– То тебя это будет волновать уже в самую последнюю очередь, – пожал я плечами, – ты будешь моим вассалом, и все твои проблемы станут моими.

– Но это неправильно, – всплеснул он руками, – так никто не поступает.

– Наверное, – вдруг включился в разговор молчавший до этого Пилар, – господина и так любит народ, потому что он всегда делает что-то эдакое.

И я и Леб одновременно посмотрели на старика, но тот продолжил невозмутимо пить свой отвар и пояснять свои слова явно не собирался. Мне же надоел этот балаган. Я повернулся ко второму старику и спросил его:

– Ты хочешь вернуть свои былые силы или нет?

– Хочу, – протянул он.

– Ну так в чем проблема? – вздохнул я. – Или тебе так претит быть чьим-то вассалом?

– Нет, – протянул он, – просто так не принято.

– Так ты согласен или нет?

– Согласен, конечно, – произнес он и как-то даже сгорбился.

– Пилар, передай ему, пожалуйста, клятву вассала, – попросил я старика, который уже все приготовил и, подойдя к Лебу, развернул перед ним два свитка. Там была вполне обычная вассальная клятва. Просто обычно ее дают благородные благородным, а в моем случае не совсем так, но для меня это не имеет значения.

Леб внимательно прочитал оба свитка и только недоверчиво покачал головой, но более ничего говорить не стал, а только подписал. Он собирался было уже вернуть оба свитка мне, но Пилар, что стоял рядом с ним, кашлянул и указал на ножик, что также был им предоставлен. Да, мой договор вассальной клятвы был заключен еще и на крови, от чего брови Леба еще выше взлетели. Но и тут он ничего говорить не стал, а уколол палец и поставил кровавый отпечаток своего пальца рядом с росписью.

То же самое проделал и я, как только Пилар передал оба свитка мне. Стоило моей капле крови упасть на второй свиток, как они оба засветились, подтверждая заключенный договор. Теперь старца звали не просто Леб, Теперь его полное имя звучало как: Леб а’Кан де Шен. Собственно, как и у Пилара, который первый и без особых раздумий заключил со мной клятву верности.

– Теперь же… – После того как все было подписано, один свиток был отдан Лебу, мой же ушел в специальную тубу. – Возвращаясь к прерванному разговору… я подготовил для вас четыре дыхательные техники. Они пронумерованы, начать нужно с первой, она предназначена для того, чтобы очистить ваш организм. Так что не волнуйтесь, когда из ваших пор будет сочиться кровь и всякая дрянь, – я улыбнулся, вспоминая, как это было со мной. – Так что советую делать это в ванной, меньше проблем будет. Думаю, двух недель для очистки вам более чем достаточно. Далее переходите ко второй технике, она изначально переназначена для накапливания энергии в теле. Но она не просто так собирает эту энергию, она направлена на восстановление организма, так что в какой-то степени должна помочь стабилизировать источник. Вот здесь спешить нельзя, и нужно будет наблюдать за результатами действия техники. На этом пока всё, дальше посмотрим, как пойдет и когда переходить к третьей и четвертой технике. Вопросы есть?

– Вам? – спросил меня старик.

– Что вам? – не понял я его.

– Вы обратились ко мне на «вы», – пояснил он и напрягся.

– А, это, – улыбнулся я и посмотрел на Пилара, – не обращайте внимания, я хоть и баронский ребенок, но уважение к старшим в меня просто вбито с молоком матери. – Это было реально так, и не только в прошлом мире, но и здесь. – Так что не могу людям старше себя тыкать, не приучен.

– А… – не нашелся он что сказать и просто переводил взгляд с меня на Пилара, который тоже смотрел на него и просто пожимал плечами, как бы говоря: вот такой он, наш господин.

– По практикам вам все понятно? – спросил я его.

– Да, господин, – только и оставалось что кивнуть ему.

– Тогда я сейчас помогу вам спуститься вниз, – произнес я, поднимаясь, – дальше за всем необходимым обращайтесь или к Пилару, он теперь тут главный управляющий, ну или кого поймаете, а сами пока займитесь изучением описания техник. Только не распыляйтесь, не старайтесь запомнить всё и вся, они достаточно сложные, остановитесь пока только на первой, ей и посвятите время.

– Хорошо, господин, – произнес он и хотел было запротестовать, чтобы я не утруждал переносом его тела, но я даже не стал слушать его.

Быстро отнес его на второй этаж и, раздав приказы, я вернулся к себе, где у меня с Пиларом закипела работа. Он принимал у меня все дела и наработки того, что я еще только собирался открыть и сделать. Он очень быстро схватывал все, что я ему рассказывал, даже дал пару дельных советов.

Так летели день за днем, но чем больше мы с ним занимались, тем больше времени у меня появлялось на себя самого. И хотя бросать дела совсем я не собирался, но и вникать в них так сильно мне уже не было нужды. Пилар просто готовил мне сводки на каждое утро по всем делам и обстановке в городе. Все равно нам каждое утро из города привозили что-то свежее, в основном молочные продукты, а с ними и новости.

Кстати, отца, как и семью в целом (а именно часть семейного капитала), я подтолкнул пустить на создание нормальной стены. Вернее, на ее завершение. Денег сейчас хватало, а когда еще представится шанс неизвестно, а мы сейчас начали вызывать хоть какой-то интерес. Вот и нужно было показать, что мы не всем по зубам.

Деньги были потрачены бешеные, но скрипя зубами родные согласились, и были приобретены особые защитные артефакты для стены, башен и ворот. Были еще наняты и маги, что будут присутствовать при строительстве самих стен. В их задачу будет входить наложение защиты формаций на стены и соединение их с артефактами. Благо хоть на материал стен тратиться не придется, его вокруг было навалом.

Но это были именно те расходы, на которые потратиться было необходимо. И после того, как стена будет полностью закончена, можно будет сказать, что земли баронства лежат за неприступными стенами гор и стен. А вот если еще и дальше столицы никого не пускать, то внутри своих земель можно делать что угодно, и об этом мало кто будет знать, что тоже приятно.

Через неделю узнал, что отец все-таки забыл о собственном торговом доме, так что эта проблема также легла на мои плечи. Но этот вопрос решился на удивление просто. Я вспомнил о сметливом парнишке, которого я приметил на площади. Он был простым лоточником, да и продавал сейчас не самый ходовой в городе товар. Но даже так его лавка была достаточно популярна.

Еще пару дней ненавязчивых разговоров (очень мне не хватало своих информаторов и вообще тех, кто мог бы этим заняться), и я узнаю, что, собственно, только благодаря этому парнишке лавка еще и держится на плаву. Вот только его таланты там явно не ценят. А значит, у меня есть кандидат на главу торгового дома де Шен. Через Пилара вызвал его на разговор.

– Добрый день, присаживайся, – войдя в свой кабинет и садясь в удобнейшее кресло, я мповернулся к старику: – Пилар, будь добр, организуй нам, пожалуйста, освежающий отвар.

– Да, господин, – степенно ответил тот и тихо покинул кабинет.

– Вы хотели меня видеть, господин, – немного нервничая, проговорил парень.

– Да, – кивнул я. – Как тебя зовут?

– Сивад, господин, – сжимая в руках что-то типа кепки, произнес он.

– Значит так, Сивад, – произнес я, – твоей работой я удовлетворен. – И действительно, тот не только поливал дважды в день росток. Он не поленился сходить к моим знакомым эльфам и спросить, как ухаживать за саженцем. Так что он еще и аккуратно взрыхлял землю перед поливом, для лучшего насыщения воздухом. Молодец в общем, не стесняется спрашивать, если чего-то не знает, но и с лишним не лезет.

– Значит так, – продолжил я после секундной паузы, – как и говорил, если хорошо справишься, то у меня будет к тебе предложение. Изначально оно было другое и связано с тем самым ростком. – На этих словах я заметил, как его лицо немного скривилось. – Не бойся, в садовники не переведу. Сейчас у меня есть предложение по твоему непосредственному профилю. Но перед тем как продолжим, ты должен будешь принести лично мне вассальную клятву верности.

– Но так же нельзя, – начал было он, но осекся, увидев мое кислое выражение лица.

– Ну что вы все заладили, – я скривился и себе под нос прошипел: «Так нельзя». – Вот скажи, что в этом такого?

– Но я же не благородный, господин, – начал было он.

– Я благородный, – перебил его я, – и что дальше?

– Не знаю, – честно признался он.

– Так и скажи мне, – устало вздохнул я и повернулся к нему, – в чем лично для тебя проблема принятии вассальной клятвы?

Тот думал долго, сразу видно, парень умный, реально пытался все осмыслить. Но в том-то и вопрос, что лично для него никаких запретов или еще чего в вассальной клятве нет. Об этом он мне и сказал.

– Так ты подписывать будешь или нет? – спросил его я.

– Буду, – уже без всяких внутренних пререканий и все для себя решив, парень согласился.

К этому моменту вернулся Пилар, который разлил нам отвар и подал сразу два свитка с клятвой. Две минуты и новая бумага, уже третья по счету, легла в особую тубу для бумаг.

– Теперь по поводу дела, что я хочу тебе поручить, – сказал я, попивая вкуснейший отвар, что делает местная кухарка. – Я собираюсь организовать торговый дом де Шен, а ты встанешь в его главе. Сам понимаешь, что вся ответственность будет на тебе, но и все блага тоже твои.

– Г-господин, – ошарашенный такой новостью парень аж заикаться начал, – я не справлюсь с такой задачей.

– А никто и не говорит, что тебя сразу со всего маху и с головой в этот навоз окунут, – улыбнулся я, молодец парень, не боится сказать, что не справится. – Для начала я выкуплю для тебя ту лавку, в которой ты торгуешь, – я остановился, видя метания парня, и, поняв его правильно, протянул ему все необходимое для письма.

Парень быстро взял дощечку и начал на ней чертить только ему понятные схемы и таблицы. Кивнув Пилару, я дал команду, чтобы тот подал парню все, что могло бы ему пригодиться. Тот в ответ только благодарно кивнул. И только через пару минут сказал, что готов дальше слушать.

– Итак, продолжим, так как ты будешь представлять торговый дом нашего рода, то мрамор тебе тоже придется продавать, так как он входит в список товара на экспорт. Но то, как это делается, сейчас меня совершенно не удовлетворяет, – и кивнув Пилару, у нас было заготовлено несколько образцов к этому разговору. Их он мне и предоставил. Они представляли собой небольшие дощечки со срезами, позволяющими оценить качество материала.

– Думаю, вот таких образцов будет более чем достаточно, – произнес я и протянул их парню.

– Можно? – поднял он на меня взгляд, хотя я уже обратил внимание, что он успел сделать наброски образцов.

– Да, пожалуйста, – подал я плечами, – они твои, так что можешь оставить их себе. Итак, на чем мы там остановились? Ах да, образцы. У нас, после ревизии шахт, выяснилось, что помимо меди, образцы которой нужно будет уже сделать тебе самому, есть еще и горный хрусталь. Его качество и количество еще только предстоит установить, но права на это я тебе дам, так что займешься им, как и образцами. Для общего понимания дела – эти сведения не для торговли. – Стоило мне только произнести эти слова, как парень отложил карандаш. – В одной из медных шахт также была найдена и серебряная жила, не особо богатая, но она полностью пойдет в казну баронства. Особняк бывшего шахтера Лейкера будет переделан в банк баронства, на его же территории будет создан и монетный двор, где будет чеканиться и наша монета, но ты об этом, если что, не знаешь.

На мои слова парень только серьезно кивнул головой. А после даже опустил глаза к своим записям и внимательно их перечитал, найдя там что-то, оторвал этот кусочек и бросил в камин, где он тут же вспыхнул в магическом огне. Этот парень мне все больше и больше нравился.

– Продолжим, – кивнул я, – помимо мрамора, меди и хрусталя, твоя лавка будет продавать весь набор фруктов, меда и свечей. В общем, все, что производит баронство, должно быть представлено в твоей лавке. Естественно, что твоя лавка будет в приоритете на получение всего необходимого со складов, но не борзей, товар не должен гнить.

– Это понятно, – кивнул парень без тени улыбки, понимая всю серьезность ситуации.

– Также, – продолжил я, – на тебе организация всей внутренней торговли в баронстве. Пока что она вообще никак не организована. Сейчас ее искусственно сдерживаю я, не разрешаю чужим купцам разъезжать по нашей земле. Но долго это продолжаться не может, так как это нас же и сдерживает. Фора у тебя будет месяца три, может, четыре, не более. За это время ты должен наладить нормальную торговлю в баронстве, чтобы туда и сунуться было сложно. По-хорошему у тебя в каждой нашей деревне должна быть своя лавка.

– Я понял, господин, – кивнул о чем-то задумавшийся парень.

– Вопросы? – спросил его я.

– Пока нет, – задумчиво протянул он.

– Странно, – улыбнулся я.

– А? – не понял он, но опомнился и покраснел.

– Для начала дам тебе сто золотых, – улыбнулся я ему, – потом посчитаешь, и скажешь, сколько тебе еще нужно будет на реализацию, только без плана и расчета не приходи, просто так не дам.

– Я все понял, господин, – произнес парень и, поднявшись, поклонился.

Пилар же протянул ему мешок с деньгами и проводил из кабинета. Вот и еще одна задумка начала реализовываться. Ничего, парень смышленый, потянет это дело.

Еще через неделю я встретился с Лебом. Тот выглядел уже значительно лучше. Очистка организма значительно пошла ему на пользу, не говоря уже о благоприятной атмосфере и хорошем питании. Так что перевигался он уже сам, да и его источник не так опасно коллапсировал. Он и сам чувствовал, что его источник стал более стабилен за это время.

Но только спустя две недели мы смогли стабилизировать его окончательно. Правда, я запретил переходить на третий уровень. Хоть старик и рвался. Так ему хотелось вновь почувствовать себя магом, но, если поспешим, есть вероятность, что стенки его источника просто не выдержат. А ведь ему еще необходимо открывать точки, чтобы вновь начать накачивать его энергией.

Его случай представлялся с точностью до наоборот от моего. Его источник настолько большой, что энергия в нем просто утекает, как в бездонную бочку. А ведь ему нужна энергия для поддержания собственных стенок. Но ничего, еще две недели и подключенный третий уровень позволит начать наполнять его источник. Совсем по чуть-чуть, но это окончательно поставит точку в его борьбе за источник.

Это хорошо, что он пока еще не задает вопросов, откуда тут столько свободной энергии, что такие техники позволяют наполнять его источник без открытых точек. А ведь это тот еще вопрос. Но он молодец, лишних вопросов пока не задает и правильно делает. Ведь от этого зависит и его судьба как мага.

Еще через месяц я решился на эксперимент – помочь ему с открытием точки. Той, которой в этом мире не существует. Это именно та причина, по которой я и заключал со всеми ними персональную клятву. Его источник изначально был гораздо больше, чем мой, так что накопить энергии на прорыв он смог больше, чем я в свое время, да и опыта у него больше, чем у меня. Вот только он-то не знает про эту точку. Зато у него есть проводник в моем лице.

Пригласив его на тенистую террасу, я угостил его своим любимым отваром и завел разговор:

– Уважаемый Леб, – начал я, – а чем вы занимались в академии?

– Эм? – отпивая отвар, приподнял он бровь.

– Ну, насколько мне известно, – покрутил я рукой в воздухе, типа прочитал, – то начиная со статуса ученика, многие в академии, помимо учебы, занимаются еще и прикладными занятиями и изысканиями.

– А, вот вы о чем, – покивал он головой. – Да, есть такое дело, но думаю, мое направление вас не особо заинтересует.

– И все же, – подался я вперед.

– Я занимался прикладной артефактологией, – пожал он плечами. – У меня был слабый источник, но я неплохо справлялся с тонкими линиями, вот и подался в строители артефактов.

– Зря вы, – проговорил я, но мои глаза загорелись в предкушении, – эта тема меня более чем интересует. Вы, наверное, забыли, в каком я нахожусь положении, и артефакты это один из возможных выходов для меня.

– Это да, – как-то сконфузился он и почесал свой нос, – не подумал как-то, но в мире магов использование артефактов считается сродни использованию костылей.

– Три раза ха, – я действительно засмеялся, – пусть тогда не используют сферу Ар’Харанта или кристалл Зур’Рилла, или пусть скажут этим замечательным магам, что их изобретения это костыли и использовать их это фи.

– Э-э, – не понял сначала меня Леб, но потом до него дошло, и он начал смеяться как заведенный. Ну да, кто посмеет сказать двум величайшим архимагам мира, что их творения – это костыли. – Вот только мои поделки были явно уровнем несколько ниже, чем артефакты уважаемых мастеров.

– Дело не в этом, – откинулся я на спинку своего кресла, – вопрос стоит только в том, как ты лично воспринимаешь инструмент, с которым работаешь. Если ты считаешь, что это костыль, то он в твоих руках и останется только костылем, не более. И чем мощнее инструмент в твоих руках, тем более чутко он отзывается на твои мысли.

– Знаете, – задумался старик, – а в ваших словах есть истина. – И он снова задумался, после чего продолжил: – К своим творениям я всегда относился как к нечто большему, чем просто к инструменту, и они отзывались большим результатом на мои действия, чем на чьи бы то ни было другие.

– О чем я вам и говорил, – кивнул я ему и отпил из кружки отвара. – Но я хотел поговорить с вами сегодня о другом, хотя к этому разговору мы с вами еще вернемся. Да и в целом я хотел просить вашей помощи в моем образовании как мага.

– Конечно, господин, – тут же закивал старик, – я перенесу на бумагу все, что смогу вспомнить.

– Это было бы замечательно, – покивал я, – но думаю, и лекции тоже будут полезны. А сейчас, возвращаясь к нашему разговору, что вы можете мне рассказать о пяти точках или вратах?

– Вам коротко или?.. – посмотрел на меня старик.

– Коротко по возможности, – улыбнулся я ему с пониманием. Всю эту муть с вратами я уже изучил. Нет, кое-что там было интересное, но в большинстве своем муть страшенная, на уровне баек из склепа.

– Существует пять врат: Духа, – называя каждое из врат, он указывал конкретное место на теле, к примеру, врата духа это сердце. – Врата Тела (живот). Энергии (солнечное сплетение, за источником, самые близкие врата обычно и открывают первыми). Силы (это как ни странно, но парные врата и открываются парно, но считаются за одни и находятся в ногах). Ну и последние врата Ловкости (такие же, как и в ногах, но находятся в руках). Точек силы и ловкости хоть по факту и две, но на самом деле они являются едиными вратами. Причина тому, что открываются они в одном энергетическом центре. Точка силы открывается в паху, и во время открытия энергетический центр дробится пополам и уходит в ноги. То же происходит и с руками, только центр находится в переднем вылете грудины, по сути, под кадыком. Если коротко, то вот и все, что известно о вратах, – произнес старик и посмотрел на меня.

– Хм, – я поднялся и обошел его со спины и положил ему руки на голову. Согласно моим знаниям, у нас в голове есть две точки: одна в теменной области, другая в области за глазами. Положив большие пальцы на теменную область, я сосредоточил в пальцах небольшую толику своей энергии. Оперируя тонкими линиями, я проник через поврежденную ауру и энергетическое тело старика и тонким щупом просто коснулся точки.

Старик в моих руках дернулся так, будто его ударило током. На самом же деле ничего подобного не произошло. Просто я своим щупом дал импульс, который прокатился по его телу, и теперь старик точно знал, что в его теле есть еще одни врата. Пока я возвращался на свое место, он сидел как громом пораженный и просто смотрел на меня как на высшее существо.

– Этого просто не может быть, – только и прошептал он, когда я устроился на своем месте.

– Скажите, – произнес в ответ я, отпивая отвар, – поверили бы вы мне, если бы я вам просто об этом сказал?

– Я и сейчас не до конца уверен, что верю во все происходящее, – произнес он и покачал головой, как бы стараясь отогнать наваждение, но в его голове теперь ясным маяком светился маркер врат.

– Есть только один способ проверить это, – улыбнулся я ему.

– И какой же? – спросил он, но и сам уже зная ответ на свой вопрос. – Но у меня не хватит сил на прорыв.

– Хватит, – утвердительно кивнул я ему, – вы сейчас уже не тот, кем были, считайте, что вы откатились в развитии на несколько десятков лет назад и впервые берете свои первые врата. Только в отличие от того раза перед вами десятки лет опыта и практики открытия других врат.

– Я… я попробую, – от волнения он даже начал заикаться.

– Пробуйте, – кивнул ему я, – если что, я вас подстрахую.

Но моих последних слов старик уже не слышал, он погрузился в себя и приступил к давно уже забытым ощущениям. Последний раз он делал это почти десять лет назад, когда повторно открывал врата на третью звезду. Но навыков-то он не растерял, а потому подвластные его острому уму и жесткому контролю потоки энергии закрутились и плавно, без рывков направились к новым вратам.

Будь он так же молод, как тогда, когда пробуждался, то не смог бы ничего сделать. Но его опыт и острый ум позволили взять чувства под контроль. А потому энергия не вырывалась из источника. Нет, она плавно вытекала из него, огибая все изломанные линии его сильно искореженного энергетического тела. На то, чтобы преодолеть свое же энергополе, ушло не менее получаса, но он сделал это и достиг цели.

Его целью был слабо пульсирующий комок. Он почти ничем не отличался от остальных структур тела. Но по опыту Леб понял, что это действительно врата. Врата, о существовании которых никто до этого не знал. Но радоваться рано, предстояла долгая и плодотворная работа. Чем он и занялся. На то, чтобы преодолеть оболочку и проделать себе путь к источнику за пределами врат, у старика ушло шесть часов, но он никуда не торопился.

Стоило ему закончить и закрепиться, как он почувствовал этот живительный поток энергии. Да, он был слаб и для его средоточия был незначителен, но он был. А значит, его естественная регенерация начала восстанавливаться. Вынырнув из глубин собственного поля, первое, что увидел Леб, это улыбающееся лицо его молодого господина и стол с едой. Да, есть хотелось сильно. Но еще до того, как что-то сделать или сказать, он почувствовал, как по его телу прошла небольшая волна, и его разум как будто очнулся от спячки.

– Я называю их вратами разума, – протянул улыбающийся парень, который продолжал пить свой любимый отвар, который действительно делали тут отменно.

– Очень, – старик помахал рукой, как бы стараясь высказать свое мнение на этот счет, – подходящее название.

– Теперь, когда у вас открыты хотя бы одни врата, – произнес я, – вы можете спокойно переходить на третью и четвертую техники. Они только укрепят ваш источник и помогут быстрее накопить в нем энергию. Но вот для дальнейшей работы нужно будет придумать, куда сливать всю вашу энергию, да чтобы не просто так.

– В каком смысле? – напрягся расслабившийся было старик.

– Скажите, вы знаете, что такое круговорот? – вопросом на вопрос ответил ему я.

– Ну конечно, – кивнул он, но видя мой взгляд, продолжил: – Это когда маг одновременно отдает энергию из своего источника и поглощает ее извне, это и называется круговоротом, вы ставите под сомнение мои знания?

– Ни в коем случае, – улыбнулся я. – А вы знаете, какой феномен при этом достигается?

– Э? – А вот этот мой вопрос его явно поставил в тупик.

– На самом деле все очень просто, – улыбнулся я ему, – и об этом скорее всего не говорят, но подразумевают. Во время круговорота, особенно, чем дольше он длится, тем больше разогреваются внутренние энергоканалы мага. Благодаря этому они становятся более пластичными, и с ними появляется возможность работать, понимаете, к чему я клоню?

– Д-да, – кивнул он, поняв, к чему я его клоню. – Но как вы об этом узнали, ведь в нашем состоянии просто так сбрасывать энергию мы не можем.

– В этом плане мне несколько повезло, – улыбнулся я ему, – я занимаюсь с родовым алтарем, которому и сливаю всю свою энергию, прогоняя через себя потоки энергии. Так я и узнал об этом феномене. Поэтому я и спрашиваю вас, есть ли у вас что-то на примете, что мы могли бы использовать для тех же целей. Как вы понимаете, мой родовой алтарь для вас не подойдет.

– Да уж, – протянул он и задумался, крепко задумался, но вдруг его глаза засияли, и он посмотрел на меня с глазами, полными восторга. – Есть возможность. Перед тем как меня… – начал было он, но запнулся и замолчал.

– Назовем это, – пришел я ему на помощь, – перед тем как вы покинули академию.

– Да, точно, – с большой благодарностью посмотрел он, – перед тем как я покинул академию, одной из последних моих разработок, над которой работал, было создание источника. Тогда мою работу забраковали по причине того, что в нее нужно было слить слишком много однотипной энергии, чтобы он приобрел статус хотя бы малого источника. Но нам-то сейчас без разницы, главное, что он позволяет поглощать в себя любые объемы энергии.

– Странно, что такую разработку забраковали, – удивился я, – можно же было использовать хотя бы как накопитель.

– А, – отмахнулся старик, – нельзя его использовать никак иначе, кроме как источник, и то только после преобразования в источник. До этого она только поглощает энергию и не отдает ее.

– Тогда понятно, – улыбнулся я, – но в целом все равно интересная разработка, зря они так.

– Десять тысяч эрг, – печально покачал старик. – Это чтобы он стал малым источником. Ровно столько нужно энергии, а если хочешь, чтобы он еще и стихийным был, то только стихийные эрги и только одной стихии нужно ему скармливать.

– Да уж, – покачал я головой. При моем источнике в два эрга и максимуме в двадцать эргов за круговорот, который могу делать не чаще раза в две недели, заполнять такой источник я буду очень и очень долго. И то он будет универсальным, а значит, и эффективность его будет снижена. – Кстати, а какая у вас стихия?

– Вода, – пожал старик плечами и показал мне левую руку, на которой проявилась печатка, на которой была серебряная римская тройка на фоне морских волн.

– Ясно, – кивнул я, – нам, собственно, без разницы, но для тренировок и вашего лечения такой артефакт будет самое то. Что для этого нужно?

– На удивление, – задумался старик и почесал кончик носа, – он не сложен в своем создании, нужен только достаточно хороший материал, способный выдерживать собранную энергию, и всё.

– И всё? – удивился я.

– Да, – кивнул старик и улыбнулся, – дальше все сделают вложенная магическая структура и проведенный ритуал.

– Хм, – задумался я, – говорите, у вас стихия вода?

– Ну да, а что? – не понял моего вопроса старик.

– У меня под рукой нет хорошего универсального материала, что смог бы выдержать такое количество энергии, – начал пояснять я свои мысли. – Но в одной из шахт нашли жилу чистого горного хрусталя.

– А он очень хорошо сочетается с элементом воды, – покивал старик, сразу понял, куда я клоню. – В принципе, это возможно, поток, что я сейчас способен выдать, не очень большой, а так еще сильнее снизится, но и мой приток пока еще слишком маленький, так что это даже на пользу.

– Заодно и контроль отработаете, – улыбнулся я ему.

– И кто кого здесь учить собрался, – в ответ улыбнулся старик.

За прошедшие полтора месяца его настроение сильно улучшилось. Ну еще бы, он-то считал, что его ситуация безнадежна, а тут он не только смог стабилизироваться, но и даже смог что-то восстановить, даже кое-что открыть. Но работать нам двоим еще долго, очень долго.

Глава 7

Последние приготовления

Время бежало семимильными шагами. На свои деньги я организовал при помощи знакомых эльфов парк и службу с ними во главе. Наш город окончательно перестал быть серым и убогим, стал напоминать маленький зеленый уголок, где даже в зной есть где укрыться в тени.

Открытая школа повысила общую грамотность в баронстве, я думал выпускать газету, но смысла от нее пока не было никакого. Сивад со своими обязанностями справлялся на сто процентов и даже больше. Он приносил нам и некоторые новости. Кстати, Пилар привел мне одного интересного юношу, который после подписания клятвы начал организовывать службу по сбору этих самых слухов и новостей.

Он не просто так их собирал, но и мог грамотно анализировать. Что делало ему честь. Где его Пилар нашел, вообще понять не могу, такие кадры на улице не валяются. Я свел его с Сивадом, и они начали очень плодотворно работать. Тайн мадридского двора они мне, конечно, открыть не могли, как и раскрыть заговоров против баронства. Но вот всякие нечистые на руку торгаши и людишки уже из баронства были высланы.

Были обнаружены и подкупленные домом Вартарез независимые купцы, их тоже из города выпроваживали. Да и вообще работы было много, но когда ты делаешь ее не один, это становится более простым. Так что я не особо отвлекался от своих занятий по прикладной магии. Уже сейчас я, наверное, по знаниям был как студент первого курса академии. Не говоря уже про практику и наше с Лебом творчество. Кстати, о нем. Через два месяца, когда он собрал заготовку под источник, у нас начались с ним первые занятия. Я, конечно, понимал, что имею приличные знания, но вот опыта у меня было недостаточно, и посмотреть, как работает настоящий мастер, было реально не только интересно, но и полезно.

Он выполнял тот же круговорот, используя мои же техники, но делал это в разы более технично, чем я. Хотя я еще в прошлой жизни не один десяток лет практиковал эти техники. Так что я смотрел и мотал на ус, как делает это настоящий мастер. Да, ему было тяжело, его энерготело было вывернуто наизнанку и в нем почти не было ни одного нормального канала. Однако даже так он филигранно оперировал своим телом и энергией в нем, проводя энергию в строго определенном направлении.

Мне было чему у него поучиться. Да, в своем мире я тоже проделывал все эти техники. Но за счет скудности энергии просто не мог оперировать такими потоками энергии, как он, изначально. Что и привело к столь скудной практике при столь вроде бы обширных знаниях. Но я совершенно не переживал, опыт – это то, что приходит со временем, главное не лениться.

Естественно, что первый сеанс он долго продержаться не смог. Слишком запутанными были его каналы, из-за чего они сильнее нагревались и возрастали потери. Но и полчаса в его нынешнем состоянии это очень и очень много, он и сам не был уверен, что сможет столько продержаться.

Делали мы это все на той же тенистой террасе, где он и открывал для себя новые врата. Там заранее, по моей просьбе, был установлен массажный стол. Старик пока не знал, для чего он нужен. В этом мире вообще не знали о таких методах, как акупунктура и массаж. Так что, как только старик закончил и в полном изнеможении отпустил куб заготовки источника, я тут же переложил его на стол.

– Сейчас, – произнес я, снимая с него халат, в котором он занимался, – я проделаю комплекс упражнений, который должен помочь вашим разогретым меридианам выпрямиться. Не сразу, но в целом это должно подействовать.

В своем мире искусству массажа я уделял очень много времени, так как он обладал многими секретами. Именно этим я сейчас и занялся. Тут главное не торопиться. Знаю по себе, после такой тренировки меридианы очень долго остывают, так что спешить мне некуда. Начал с ног и медленно поднимался до самой головы и даже лица.

Разминал не только мышцы и лимфатические токи, но и прорабатывал также и все известные мне точки на теле. Прорабатывал качественно и со знанием дела. Еще в самом начале старик под действием моих рук погрузился в легкую дрему, по себе знаю, что хороший массаж это не только не больно, но и приятно.

Под самый конец, когда было обработано все тело, которое даже начало парить, я достал коробочку. В ней лежали изготовленные по моей просьбе нашим кузнецом тонкие серебряные иглы. Их я ставил не по точкам, как принято в нашем мире. Нет, тут я их ставил в местах сплетения энергетических каналов. Вернее, в местах их неправильного сплетения, где образовались ломаные узлы.

На всю процедуру у меня ушло четыре часа, и вымотался я ничуть не меньше, чем сам старик во время своего круговорота. Но начало было положено. Уже сейчас я видел, что часть его каналов начали выпрямляться. До идеала было еще ой как далеко, но сам факт, что моя методика работает, уже хорошо. А ведь я ему еще не говорил о существовании еще трех врат.

Так мы и жили. И если я Лебу мог помочь в силу своих знаний и умений, то он мне нет. В связи с чем его прогресс по восстановлению шел явно быстрее моего. Мне бы хоть успеть развить свой источник до минимальных десяти эргов, чтобы сдать вступительный экзамен. По нашим расчетам к шестнадцати годам я как раз должен был успеть.

Старик же старался изо всех сил. Он напрягал свой мозг, стараясь вспомнить все, чему его учили, и что он сам когда-то изучал. Так он старался отплатить мне за данный ему шанс и свою бесполезность в моем восстановлении. Но и здесь его увлеченность артефактами сыграла с ним злую шутку. Он был откровенно плохим магом, как практиком, так и теоретиком. Он был хорош только в том, что касалось артефактов. Но это была достаточно узкая и нелюбимая всеми остальными магами область.

Но даже так его знания, а главное его хорошее образование (он считался зубрилой в своем классе), дали мне многое. Леб компенсировал свои слабые магические данные прилежной учебой, правда, это ему все равно не особо помогло, а потом он свернул не на ту «дорожку». Однако он по памяти смог восстановить некоторые учебные материалы, которые я собирался использовать несколько, так сказать, не по прямому назначению.

На нашем материке, помимо академии, имелось много других учебных заведений, направленных на обучение магическим премудростям. Вот только во всех них есть свои требования для поступления, где-то строже, где-то проще, но они есть везде. Я же собирался создать базовую магическую школу грамотности. Школу для детей, которые не могут себе позволить ни одно из этих учебных заведений.

Ясное дело, что охватить весь континент я не в состоянии, но для начала мне хватит баронства и окрестных земель. Моя агентурная сеть, которая только еще создается, уже принесла мне в лапках нужные мне сведения. К примеру, если не брать столицу, то на три деревни баронства наберется семеро детей с даром. Семеро детей с годным к пробуждению источником.

Да, они будут слабыми владеющими, возможно они даже полностью пробудиться не смогут. Но при правильном подходе и мотивации мы получим хоть и слабеньких, но владеющих, что хоть что-то да смогут. А если кто-то из них сможет полностью пробудиться, так это же будет вообще выше всяких похвал. И наличие таких людей, что в конторе, что в армии, да даже просто среди верных тебе людей всегда хорошо.

Так что по моему приказу относительно недалеко от города, между замком и городом, началось строительство закрытого комплекса. Строил я с запасом. Рассчитывая, что там будет чуть больше, чем семь учеников. Над проектом учебного заведения мы впятером сидели долго. Помимо меня, тут были, как я окрестил их: секретарь, учитель, агент и торговец. Там будут учить не только магии, но и прикладным наукам, таким как торговля, философия, литература, история и так далее.

Это было мое нововведение. Поначалу никто не понял смысла моего предложения. Но я провел быстрый экскурс в то, что человек должен быть подкован во многом. Особенно если из него не получился маг и он стал торговцем, или тем более тайным агентом. А в том, что из нашей школы будут выходить «три в одном», никто из собравшихся не сомневался. Да и это для общего развития полезно.

Вот и сидели мы, думали, как разместить не только учебные части, с жилыми корпусами общежитий, но и библиотеки, административный корпус, но и тренировочные площадки. А еще все это нужно защитить от лишних глаз и организовать склады и тайные ходы. В общем, нам было над чем подумать. Но в итоге у нас получилось организовать вполне уютную школу, по крайней мере на бумаге, так как закончена она будет как раз перед моим отбытием. Да и на ее строительство уйдут почти все мои деньги.

Кстати, школа будет не только для одаренных магией детей. С этим вопросом я пошел к отцу с дедом. И предложил им вариант, что они возглавят военный факультет в нашей школе. Где будут обучать детей с пробужденными вратами, но без источника, пользоваться собственной силой. Будут не только учить, но и помогать прорываться сквозь ранги.

Они сначала согласились, особенно отец, сразу прикинувший, сколько денег семья сможет с этого получить. Но тут я его огорошил, сказав, что так как школа строится полностью на мои деньги, то и правила в ней мои, а значит, и обучение в ней будет полностью бесплатное. Не дожидаясь, когда родственники придут в себя, я просто рассказал, как сам вижу эту ситуацию.

– Так как к концу уже подходит строительство стены, то ее потребуется охранять. А значит, потребуется или расширять корпус стражи, которая на это не годится, либо формировать гарнизон. А из кого они собираются формировать гарнизон? На первое время можно нанять наемников, но чем дольше они будут сидеть на месте, тем меньше с них будет толку. Вот я и предлагаю заключить контракт с наемниками, только с проверенными, давно состоящими в гильдии. Сроком, допустим, на пять лет. К тому времени не только стена будет возведена, но и из нашей школы будет первый выпуск. По крайней мере, я предполагаю, что для военного факультета три года обучения более чем достаточно.

Все те, кто поступит на военный факультет, будут заключать контракт с нашей семьей или родом, тут как хотите. В уплату за обучение они будут обязаны отслужить на благо семь, ну допустим, те же пять лет, после чего смогут вернуться в семью или продлить контракт о службе. В случае же военных действий все они обязаны будут встать под знамена рода, даже если уже не состоят на службе. Ясное дело, что первый их контракт будет по более низкой ставке, но они и так останутся в выгоде, так как в гарнизоне их развитие и учеба, только уже более узконаправленная, продолжатся. Тем самым мы получим на наших землях обученных солдат, не зеленых юнцов на первых стадиях развития. А обученных воинов, которые смогли развить свои способности под присмотром опытных в этом деле воинов, – в этот момент я посмотрел на отца и деда особенно пристально. – И в случае чего на защиту родной земли придется вставать не с голым задом, а во главе вполне сплоченной и боеспособной армии.

Отец и дед долго думали, но по их лицам я видел, что они уже согласились, просто в уме обдумывали сказанные мной слова. Тем более что вопрос с гарнизоном встал как нельзя остро, и его так и так нужно было решать, а тут я с таким интересным решением. Правда, была одна проблема, которую просто так было не решить, а именно кого ставить во главе гарнизона. Ни отец, ни дед на эту должность не годились, не того полета они птицы.

Но тут молодцы мои ребята, сработали очень хорошо. Особенно агент, что встал во главе моей тайной канцелярии, о существовании которой в семье не знали и даже не догадывались. Так вот он нашел мне такого человека. Вернее, он нашелся в одном из мимо проходящих караванов. И там он был далеко не в образе начальника стражи и даже не обычным стражником, там он был обычным рабом. Ну ладно, почти обычным рабом.

Продали его за сущие копейки, как дикого и совершенно необучаемого раба. Если быть честным, то когда я его впервые увидел, то если бы не мое зрение, то так бы и подумал. Правда, подумал бы еще, что за заморыша мне привезли. Не знаю, как о нем узнал мой агент, тем более те подробности, что он мне поведал, но соглашусь, тот уровень силы, что был в нем скрыт, по крайней мере, соответствовал.

Как и обычно, его после того, как хорошенько отмыли и покормили, доставили в мой кабинет, где Пилар уже все организовал. Посадили его в кресло для гостей, так как сам он пока ходить не мог, так сильно был изнеможен, что-то у меня все мои подчиненные такие же, как и я, через глад и мор прошедшие.

– Как я могу к вам обращаться? – как обычно я начал разговор. Повернувшись к Пилару, пока мой оппонент раздумывал, отвечать или нет, спросил уже его: – А почему с него еще это «украшение» не сняли?

– Тут только с вашего прямого позволения, – извиняясь, пояснил он, – даже моих полномочий не хватило.

Пока мы разговаривали, глаза собеседника только расширялись, он, оказывается, и не понял, что с него уже пытались снять ошейник раба. К такому разговору он явно был не готов. Что еще удивительно, но в моей команде или молодые люди типа торговца и агента, или такие старики, как Пилар и Леб. Вот и сидевший напротив меня был уже стариком, но достаточно крепким, чтобы он смог выполнить возложенные на него обязанности.

– А где тогда контур? – посмотрел я на стол в поисках искомого, в ответ же Пилар просто протянул мне дощечку, что исполняла роль управляющего контура рабского ошейника. Недолго думая, я отключил в нем все функции, как это делать, я уже знал, у самого Пилара был попроще, но похожий, а потом просто сломал саму дощечку. После последних моих действий ошейник на шее старика с тихим шорохом осыпался прахом, который тут же улетучился, словно дым.

Старик напротив тут же протянул свою жилистую руку и прикоснулся к своей шее. Судя по оттенкам кожи, да и согласно сведениям, этот опальный генерал очень давно носил это украшение. Настолько давно, что уже и не надеялся от него когда-нибудь избавиться. У него на глазах выступила влага. И чтобы не смущать старика, я сделал вид, что делаю глубокий глоток любимого отвара.

– Так как я могу к вам обращаться? – еще раз спросил его я, когда поставил на стол кружку, а на меня пристально смотрели глаза стального цвета.

– Макс, – просто произнес он.

– Итак, Максимилиан, – произнес я и улыбнулся, – у меня есть к вам деловое предложение.

– А ваше сиятельство не боится, – начал он, – что я просто сверну вам шею и скроюсь из вашего замка?

– Нисколько, – я действительно не боялся. Во-первых, не в его нынешних силах. Во-вторых, не в его правилах. В-третьих, не с его проблемами. – Возможно, баронство – это единственное место, где вас не только не будут преследовать, но дадут работу.

– Где-то я это уже слышал, – произнес он и почесал свою бороду. – Наверное, перед тем, как меня продали?

– Вот поэтому, – улыбнулся я, – перед тем как обсуждать дела, я предлагаю своим людям, – последние слова я особенно выделил, – сначала заключить со мной вассальную клятву.

От моих слов старик вздрогнул. Я его понимаю, о том, что ему могут предложить принести вассальную клятву, он даже подумать не мог. Не в его положении.

– Вот только не надо говорить, что так не принято, – опережая его, высказался я и скривился.

– Я хотел сказать несколько другое, – от моих слов он несколько пришел в себя. – Ты понимаешь, что за мной тянется дурная слава?

– То, что было до меня, мне без разницы, – отмахнулся я от его слов, – а вот то, что будет после… Сразу отвечу так: проблемы моих людей это мои проблемы, так тебя устроит?

– Более чем, – произнес он и после недолгих раздумий спросил: – Где подписать?

Пилар сразу подал ему два свитка, перо и нож. Старик был не дурак и сразу понял, что к чему, это еще больше его удивило. Да, магическая клятва это вам не хухры-мухры и просто так ее уже не нарушишь. Когда были соблюдены все формальности, а в моей тубе появился пятый свиток – расту, я перешел к сути разговора.

– Итак, – кивнул я старику, чтобы угощался, – как я уже говорил, у меня есть к вам дело. С недавних пор у рода и баронства де Шен дела идут в рост, и вполне возможно, совсем скоро у нас появятся недоброжелатели. Для ограничения их количества на наших землях с моей подачи, главой рода, моим отцом, в узком месте входа на земли рода заканчивается строительство стен. Стены – это хорошо, но без надежных защитников они ничего не стоят. На первое время будет нанят отряд наемников, из которых и будет сформирован гарнизон городской крепости. Но вы сами понимаете, что это не выход, наемников всегда можно перекупить, да и чем дольше они сидят на одном месте, тем больше толстеют, а толку от них становится меньше. По моему же распоряжению на территории земель строится школа, в которой будет открыт и военный факультет, где молодых одаренных без сформированного источника, под руководством моих родственников, будут учить пользоваться силой. Все они заключат контракт с родом и войдут в гарнизон и в дальнейшем вытеснят полностью наемников с наших земель.

– Это все замечательно, – произнес старик, – ну а я-то тут при чем?

– Вот в ваши руки я и хочу вложить сначала руководство над наемниками, – улыбнулся я ему, – чтобы от них меньше проблем было, и они жирком не заплывали. А потом и встали во главе армии баронства. Собственно, я собираюсь назначить вас генералом армии баронства.

От моих слов старик аж поперхнулся отваром, который в этот момент пил:

– Ты хоть понимаешь, что собираешься сделать?

«И в чьи руки отдать армию?» – подумал я.

– Абсолютно, – произнес я с улыбкой и наклонился к нему. – Я не склонен верить «официальной» истории, – еще раз улыбнулся я. – Кстати, в моей школе, в том числе и для не военных, будут уроки военной тактики и истории. Я хотел бы, чтобы вы написали монографии по этому поводу, в свободное от работы время, но это так, отвлечение от темы разговора. Особенно я хотел бы почитать «настоящую» историю сражения, за которую вас прозвали Кровавый, – произнес я. – Хотя с таким прозвищем лично я и не согласен, но это все лирика.

– А почему не согласен-то? – вдруг каким-то охрипшим голосом спросил меня старик.

– Понимаете, – начал я свое пояснение, – всем «правильная» история политики партии хороша, только не выдерживает банальной логики. Вот вас прозвали Кровавым за то, что вы якобы очень жестоко обошлись со сдавшимися курдами, когда ворвались в захваченный ими город. Вот вроде все в этом правильно и даже логично, они же сдались. И чего вы так на них вызверились, – говорил я совершенно без улыбки, как на лице, так и в голосе. – Вот только почему-то почти нигде не говорится, что этот город… – я сделал паузу и обратился к старику: – Сколько там официально было жителей?

– Сто тысяч, – так же сухо и с хрипотцой ответил он мне.

– Так вот, – продолжил я, – почему-то почти нигде не говорится, что этот город, после всего однодневного захвата курдов, пришлось заселять заново. Так что я совершенно не согласен с присужденным вам званием Кровавого, – и привстав, перевесился над столом. – Вам нужно было дать прозвище Карающий меч или Очиститель, а не изгонять из армии с позором.

– Откуда?.. – прошептал он.

– Мои люди молоды и горячи, – произнес я, садясь обратно на место, – но, как и я, умеют и хотят работать головой. Так что где-то узнали, а где-то дошли своими мозгами. Поверьте, будь как-то иначе, этого разговора не было, в моей родной вотчине мне маньяк-душегуб не нужен. Здесь я хочу создать мир, где никакие курды не будут насиловать трупы маленьких девочек и издеваться над уже убитыми врагами. Для этого мне вы и нужны. Так и скажите, согласны вы мне в этом помочь или нет?

– Все, что в моих силах, – произнес старик и даже попытался встать и отдать честь. – Только вот после того, как меня изгнали, они еще и запечатали мои силы, так что я уже не тот, что прежде.

– Ну, с этим я вам помогу, – улыбнулся я ему, вставая и обходя стол. Пилар уже стоял с противоположной стороны и держал шкатулку с серебряными иглами. – Сейчас будет немного больно, но думаю, вы потерпите, – произнес я и распахнул ворот халата, в котором он сидел.

Легкими массажными движениями разогрел кожу. После чего быстро, но осторожно установил сразу десяток игл. После этого я сконцентрировал на указательном пальце немного энергии. И будто играя на каком-то загадочном инструменте, начал пускать по иглам энергию. Поначалу ничего не происходило. Но чем больше энергии проходило через иглы, тем быстрее начинала двигаться энергия в теле старика.

Приведя ее в движение после долгого застоя, я дал ей время прийти к естественной циркуляции. Затем время убрал иглы. Старик, наверное, думал, что я закончил, но он ошибался, был еще один компонент. В момент, когда энергия вошла в естественное течение и даже начала немного затухать, я мощным импульсом ударил по вратам энергии.

Думаю, это было достаточно больно, старик выгнулся, но не издал и звука. Но главное, что мой импульс пробил блокаду в его вратах, и его ток энергии должен был восстановиться. Да, с воинами работать заметно проще, у них нет того каркаса, как у магов, у них всё в теле. Но и способности к манипулированию энергией у них ниже, чем у нас.

От моей подачи, видно, боль была все-таки слишком сильной, старик вырубился, но молодец, так и не вскрикнул. Так что я просто отнес его на второй этаж, где его быстро определили в одну из гостевых комнат. Дальше он уже справится сам. Это мы, даже при полностью схлопнутом источнике и вратах, можем накопить и манипулировать энергией, а воинам без помощи извне никак не обойтись. Интересно, а тут вообще то, что я сейчас сделал, считается нормальным или тоже из разряда вон?

Дальше было просто, с пробуждением, или снятием блокады с одних из врат, старик резко преобразился. Он прямо на глазах начал наливаться силой и уверенностью. Понятное дело, когда твоя жизнь десятки лет катится в ад, и вот тебе не только дали опору под ногами, но и вернули уверенность в собственном теле и силе. Я еще не пробовал на воинах открывать новые врата, но думаю, это будет интересный опыт, неожиданный для наших врагов.

Я же не забывал про свои тренировки, но без отца и деда они проходили не так бодро, как хотелось бы. Но вот с Максом они приобрели новую остроту. Ему требовалось восстановить свои прежние навыки, а мне требовался наставник по работе не только с копьем и короткими клинками, но и по рукопашному бою. На наши схватки выходили посмотреть все жители замка, которых на удивление оказалось не так уж и мало, многих я успел собрать под одной крышей.

Для меня это было не только смена деятельности, но и своего рода способ очистить разум. Ведь приближался час, когда мне придется покинуть сии стены и отправиться в академию для постижения магической науки. Да, я многое успел здесь сделать, и не хотелось бы, чтобы все это было пущено по ветру без моего пригляда. Но на местах оставались мои доверенные люди, так что все не должно пойти прахом. Да и родителей я направил в нужное русло, с их-то разрушительной и неуемной силой.

За эти четыре года я знатно так возмужал, хотя и не особо нарастил мяса, но и худым меня назвать было нельзя. Вымахал я тоже прилично, почти под два метра. Но здесь это нормально и считалось даже средним ростом.

За это время успел высадить еще два саженца священного дерева, одно теперь росло в половине пути к памятному лесу, там как раз была развилка. А вот еще одно теперь будет украшать центральную территорию школы перед главным корпусом. Не просто так я выбирал месторасположение новой школы, а то пришлось бы сажать деревце прямо в чистом поле, чего мне совсем не надо. А так и уровень энергии в школе будет чуть повышен, и в целом будет там комфортнее.

Еще два года, как раз на коротких летних каникулах должен буду успеть, закончу первый малый защитный круг. А вот дальше решил отойти от привычного мне плана и пойти сразу на большой круг. Да, это займет несколько больше времени, но так я буду хоть в чем-то уверен. Как я уже говорил, земли баронства заключены почти в ровный круг кольцевых гор. Вот по их контуру я и хочу рассадить в будущем новые ростки. Только больше, чем пять.

Есть в арсенале царя Соломона много разных защитных печатей, хотя сильнейшей считается именно пентаграмма. Я буду использовать семилучевую звезду. Этому есть несколько причин, в первую очередь она идеально ложится уже на созданную мною звезду. Ну ладно, еще не созданную, но почти готовую звезду. Что только усилит их.

Ну а сейчас я седлал свою красавицу со слегка изогнутыми красными рогами. Нам предстоял долгий и извилистый путь. Свои шестнадцать лет я должен был встретить уже в пути, а в приемную комиссию академии необходимо попасть не позднее месяца со дня рождения. Вот такие негласные правила. Моя красавица Мина, так я назвал олениху, была не только быстра и вынослива, она на голову превосходила местных лошадей. Мы готовились в далекий путь к академии.

Глава 8

Академия, первый курс

Вместе с нами в путь отправлялся и первый торговый караван нашего дома. Он должен был проследовать с нами до самой академии, после чего забрать с собой Мину. Причин для этого было несколько. Установить нужные торговые связи, наладить контакты и узнать маршруты, ну и просто себя проверить. Ну и мою красавицу забрать. Оставлять ее в столице я не собирался, смысла не было, выгуливать ее тут негде, скорее ее тут или украдут или просто убьют.

Охранять караван порывался Макс, но не с его репутацией пока показываться в обжитых землях. И хоть с тех пор, когда он стоял во главе армии, минуло почти три десятка лет, его еще многие помнили. Поэтому во главе охраны поехал дед, его гордость ему это позволила. Тем более ему и самому хотелось порассекать на красавце из моих конюшен.

Вообще наш караван был запряжен только оленями из моих конюшен. Что не только повысило скорость каравана, но и его грузоподъемность с проходимостью. Там, где обычные караваны застревали, наш проходил вполне себе спокойно. Что также играло нам на руку, в случае нападения нас не так просто было зажать в клещи.

Но на удивление вся дорога до столицы империи, где и располагалась магическая академия, мы добрались очень даже быстро и без проблем. Сама столица меня удивила, она была поделена на три части рекой и была не такой уж и большой. Больше нашей, ясное дело, но я представлял прямо совсем что-то невообразимое, но нет. Но все оказалось просто, но обо всем по порядку.

Итак, три части города. Город делит река на две неравные части и остров. Большая часть города называется старой, выглядит она так себе, так как живут здесь в основном простые люди, мастеровые, мелкие дворяне и другие зажиточные жители города. В новом городе находятся представительства крупных торговых домов и поместья влиятельных семей империи. Мы, кстати, купили для нашего торгового дома небольшой домик в нижнем, как тут еще называют старый город.

Кстати, в город мы входили разными путями, так что я хоть и знал, где что и как, но решил пока не плодить лишних слухов. Со мной остался только верный Пилар, он наотрез отказался остаться в баронстве на хозяйстве. В карманах у нас двоих было одна сотня золотых, что по меркам столицы было грошами. Так что место для ночлега нам нужно было выбирать с умом.

Что же касалось последнего места, а именно острова, то на нем и находилось все самое главное. Там находились академия и императорский замок, и вся административная жизнь империи и города проходила там же. За всем этим я наблюдал, идя по грязноватой набережной старого города.

Удивительно, но остров и эта часть старого города были заселены примерно в одно время и считаются истинным центром столицы. Вот только с той стороны водной глади все блистало в чистоте и каком-то глянце, а с этой стороны даже воздух был какой-то серый и затхлый. Я посмотрел на старика Пилара, который шел рядом со мной, и улыбнулся ему. Тот мою улыбку понял прекрасно и поддержал ее. Да, еще несколько лет наше баронство было ничуть не лучше, чем этот берег старого города.

Эта часть города строилась по очень интересному проекту. Раньше, как рассказывал мне Леб, на Аврию, мир, в котором я оказался, часто нападали демоны и другая нечисть. И люди, чтобы защититься, строили дома-укрепления. В этом мире о лучшей защите пентаграммой или пентагоном не дошли, а потому остановились на квадратах.

Строился квадратный дом, с двором-колодцем внутри, в основном в два, редко когда в три этажа. Внешние стены первого этажа были совсем без окон, на втором еще иногда попадались окна в толстых решетках и со ставнями. Чаще всего на первом этаже размещали склады или мастерские, а на втором и третьем этажах уже жили. В центре двора был собственный колодец. И несколько плодовых деревьев.

Входов в такой дом было два, расположенных друг напротив друга. Запирались они основательными воротами. Причем внешние ворота имели своего рода спусковой механизм. Когда обе створки ворот закрыты, с обеих сторон дома, то дом накрывает магическим куполом защиты. Сами же внешние створки были сделаны таким образом, что их и тараном не сразу снесешь. А были ведь еще и внутренние. Они были похлипче, но тоже защищены магией и также активировали второй круг защиты.

С выходами этими тоже грамотно было сделано. У каждого дома они смотрели в свою сторону, как правило, в шахматном порядке. Это было сделано специально, в случае если в два соседних дома ворвутся демоны, чтобы люди, прорываясь через смежные ворота, не создали пробку на улице. А так получается, ворота открыл, а напротив голая стена, выбежал на улицу и беги куда хочешь, налево или направо, везде свободно.

Но и это не всё. Четыре таких дома, вовремя активировавших защиту, замыкали квартальную защиту. Образовывалась такая коробочка. Вот ее уже было в разы сложнее пробить. А если получалось четыре рядом стоящие такие коробочки, то и они замыкали свою защиту, и получалась «черепаха». Тот, кто создал такую защиту, был гением. И пробить эту «черепаху» было ох как непросто, даже кругу магистров.

Не знаю, есть ли комплекс из четырех «черепах», но хотел бы на это посмотреть. Но в наше время все эти дома пришли в такое, скажем так, скверное состояние, что я удивлюсь, если их защита вообще работает. Однако именно в одном из таких домов я и искал себе пристанище. Желательно чтобы он был поближе к реке и мосту на остров, но при этом был в более плачевном состоянии.

И только мне стоило об этом подумать, как мы выехали из-за изгиба дороги, и моему виду предстал дом. Старый, в какой-то копоти и рисунках, держащийся на честном слове, но пока еще жилой дом. Такой дом-укрепление раньше называли фактурным, но оно не прижилось. Их и раньше называли «коробка» или «черепаха», сейчас, уверен, иначе как клоповником и не называют. Уверен, что даже в нижнем городе район с «черепахами» считается самым отсталым и нерентабельным. И даже его расположение прямо напротив острова никак не меняет дела. Его ворота, которые теперь уже, наверное, никогда не смогут закрыться, смотрели на реку. Створки ворот покосившимися великанами были просто прислонены к стене дома, и было даже непонятно, кто кого подпирает.

У одной из таких створок как раз и сидел дедок и вяло потягивал трубку. К нему я и направился.

– Уважаемый, – начал было я, но меня перебили, сплюнув прямо перед моими ногами.

– Чего нужно? – невежливо проскрипел прокуренным голосом старик.

– Комнаты на постой сдаются? – улыбнулся я ему.

– Ну, может быть, и сдаются, – просипел он и почесал трубкой себе спину. – Тебе-то какая разница?

– Снять хочу, – продолжал улыбаться я.

– Ха, – начал надсадно кашлять он, – такой чистоплюй, как ты, и в нашем клоповнике снять комнату желает? Иди, ищи в другом месте.

– С чего вдруг? – удивился я и осмотрел сначала старика, а потом и здание. – Меня здесь все более чем устраивает, и я не так привередлив к чистоте, как вы на то намекаете.

– Ты мне голову не дури, – проскрипел старик, при этом стараясь угрожающе махать на меня своей трубкой. – Ты думаешь, я детишек благородных не узнаю? Да я их за версту чую, так что проваливай отсюда, пока кости целы!

– Чего ты разорался с утра пораньше, пень старый? – раздался голос показавшейся из ворот девушки.

– Да ходят тут всякие баронские сынки, – произнес он, ткнув в меня своей трубкой.

– А потом трусы пропадают, – не удержался я от продолжения, когда замолчал старичок, он-то замолчал, чтобы воздуха набрать, а я просто не сдержался.

– Какие такие трусы? – не понял он. – Ты мне голову не забивай, иди, говорю, куда шел.

– Так я и пришел. – И повернувшись к улыбающейся девушке, спросил уже у нее: – Не пустите на постой юношу и его сопровождающего? Мы в академию поступать приехали, да с финансами у нас не шибко все хорошо, а из вашей «черепахи» до академии всего пятнадцать минут пешим ходом.

– Вот оно как, – посмотрела на нас девушка и кивнула на ворота. – Раз такие дела, то проходите, устроим вас. Баронских, – при этих словах она посмотрела на деда, – апартаментов у нас нет, но чем богаты, тому и рады.

– Да что ты их слушаешь, Анечка, – заскрежетал дед, – видит бог, проходимцы какие-то.

– Не слушайте вы деда Потапа, – тихо сказала она нам. – Сильно он на знать обижен, после того как они отказались наши «черепахи» обновлять, а некоторые даже снести приказали.

– А чего так? – удивился я. – Хорошие же укрепления, уникальные в своем роде, секрет их строительства до сих пор не раскрыт, и вот так снести?

– А вы неплохо подкованы для человека, что еще только собирается поступать, – улыбнулась она нам. – Все как обычно упирается в деньги. А те «черепахи» уже совсем разрушились, там уже и не живет никто, вот их и снесли, там сейчас новые заводы строят.

– Да уж, – только и покачал я головой.

– Наш тоже хотели снести, – печально поведала нам Анна, – но немногочисленные жильцы, а также то, что формация «черепахи» еще действует, не позволили это сделать. Но сколько это еще продлится, непонятно.

Пройдя под аркой прохода, мы оказались в небольшом дворике. Первый этаж, как и во всех таких домах, был отдан под мастерские, но большая часть из них была закрыта. Те из мастеровых, кто мог позволить себе собственную мастерскую, уже давно переехали. Сейчас я насчитал только три мастерские и одну продуктовую торговую лавку.

Да, совсем тут, смотрю, все печально. В центре должен был быть колодец, но он был заколочен, с чем это было связано, я не совсем понял. Но его журавль хоть и обветшал местами, но был еще достаточно крепким, а вот крыша над колодцем совсем прогнила. С зеленью же вообще беда была, ее просто не было, даже трава и та не росла, только сухие деревья и кусты, вот и все. Указав глазами на все это безобразие, я спросил Анну, что здесь случилось?

– Колодец уже давно закрыли, – пожала она плечами, – да и зачем он нужен, если магический водопровод провели. А вот что с деревьями случилось, так и не поняли, даже слабого мага земли вскладчину нанимали, но он так и не смог найти причину.

– Ясно, – протянул я, – а кто старший по дому?

– А нет старшего, – огорошила меня Анна, – ну практически нет, сейчас я за него, но через неделю должны нового выбирать, но как обычно никого не выберут, а ключи опять у меня останутся.

– А чего так? – удивился я, как по мне, должность старшего по дому вполне себе почетна.

– Да никто не хочет на себя брать проблемы, – поморщилась она, и тут до меня дошло.

– Администрация и налоговая? – просто спросил ее я.

– Они самые, – скривилась она, – одни требуют выселиться из аварийного помещения, другие требуют непомерных налогов, а где деньги на них взять, если все местные с воды на воду перебиваются, за которую тоже платить нужно.

– Как я вас понимаю, Анна, – улыбнулся я ей. – Покажете мне мое новое пристанище?

– Да, конечно, – кивнула она и пошла к ближайшей лестнице, ведущей на второй этаж. – А как надолго вы собираетесь у нас остановиться.

– Ну… – задумался я, – если все удачно сложится, то не меньше чем на год это точно.

– На год? – удивилась она. – В нашем клоповнике?

– А что вас удивляет? – улыбнулся я ей.

– Ну, вы же собираетесь поступать в академию, – начала говорить она, – а там для всех студентов предоставляются комнаты в общежитии. А они явно будут лучше, чем жизнь в нашем доме.

– Понимаешь, в чем дело, – улыбнулся я ей, – я предпочитаю жить по своим правилам, а не по тем, что устанавливает кто-то другой. Тем более что моего поверенного туда просто не пустят, а оставлять его одного я не хочу.

– И ты предпочтешь жить в клоповнике сам, – удивленно смотрела она на меня, – чем оставить тут только слугу?

– Он не слуга, – впервые с моего лица сползла улыбка. – Да, он мой человек, но он не слуга.

– Странный ты какой-то, – пожала она плечами. – Но раз так хочешь, нам же лучше, хоть за что-то получится заплатить.

– И сколько будет обходиться мне аренда жилья? – спросил я ее, когда наше движение продолжилось.

– Два серебряных в день, – с какой-то даже опаской ответила она и тут же продолжила: – Сюда будет входить еще и завтрак.

– Меня это более чем устраивает, – улыбнулся я ей.

Дальше до самой комнаты, а вернее квартиры, мы шли молча. Квартира оказалась угловой, имела целых три окна на улицу и четыре комнаты, не считая кухни. Очень приличная квартира. По размерам меньше, чем у меня же в замке, но мне более чем достаточно. Нормально: две спальни, кабинет и зал, есть где устроиться, и цена за это более чем божеская.

Да, вся мебель была потертой и изношенной, а где-то даже требовала ремонта. Что-то явно придется выбросить, ну или пустить на запчасти, выкидывать я, конечно, ничего не буду, все в дело пойдет. Но в целом мне понравилось.

Выйдя к Анне, я просто протянул ей сразу десять золотых, этого должно хватить чуть больше чем на месяц. Видать, давно она таких больших денег одновременно не видела, что аж онемела, но пришла в себя быстро. Хотела сказать, что сейчас пришлет кого-нибудь убраться в квартире. Но я ее остановил и, вручив ей лично пару серебряных, попросил, чтобы нас никто не беспокоил, а с уборкой мы и сами справимся.

Радостная Анна упорхнула к себе (потом оказалось, что мы с ней фактически соседи). А мы с Пиларом приступили к уборке. Чего мы только оттуда ни выгребли. Но как я и говорил, просто так ничего не выбрасывали, даже тряпки (они использовались как половые, если были совсем непригодны для другого).

Пока старик наводил марафет, я делал легкий ремонт мебели. У меня с собой были некоторые инструменты, так что это не вызвало каких-то особых вопросов. Наши двери, как и окна, были открыты нараспашку, так как дышать пылью не было желания ни у меня, ни у старика. Поэтому мы периодически ловили на себе любопытные взгляды жильцов дома.

Удивительно, но либо все мужики были заняты, либо в этом доме в основном жили одни только дамы. Что еще удивительнее, но жильцы тут тоже делились на две категории, или старики, или молодые девушки типа Анны, а ведь она не намного старше меня. Вообще, как я заметил, людей тут не так и много, дом рассчитан как минимум на сотни две жильцов, тут же и полсотни не наберется.

В уборке и заботах прошел весь день. К концу которого я узнал, что мужики тут тоже водятся, дед Потап, кузнец Микул, который оказался на поверку гномом, и торговец Арам. Вот и все мужчины на весь большой дом, то-то он и выглядит таким потрепанным и запущенным. Хотя что с них взять, особенно с первых двух, первый дряхлый уже старик, второй трудится в кузне до седьмого пота. Торговец, конечно, мог бы помогать дамам с домашними делами, но у него банально отсутствовала одна из ног.

Интересный мне достался дом, думал я, попивая свой любимый отвар, сидя на террасе второго этажа и осматривая дом изнутри. Оказывается, все три мастерские, что работали в доме, содержали тоже дамы. Одна была швейной мастерской по пошиву простой одежды. Вторая принадлежала Анне и, к удивлению, занималась изготовлением обуви. Труд нелегкий, но вполне посильный даже девушке. Тем более что ей по возможности помогал дед Потап.

Последняя мастерская занималась изготовлением пуговиц и декоративных штучек из дерева и кости. Основными их покупателями были первые две мастерские, так как они делали ну совсем простые вещи. Хотя, наверное, брал кто-то еще, но совсем немного. Вот так скудно все они и жили тут, остальные жители, кто не работал в самом доме, трудятся в окрестных лавочках вблизи дома, как кузнец. Однако их суммарного дохода явно не хватало, чтобы погасить все долги, которые только росли.

Мой въезд в их дом должен был спасти их от финансового краха на какое-то время, а дальше посмотрим. Завтра у меня планы, да и если я правильно понял, то следующий приход налоговиков и представителей администрации будет только через неделю. Не зря же у них выборы нового главы через неделю, так что времени у меня более чем достаточно. Ну а сейчас пора спать.

На удивление, спалось на новом месте отлично. Так что выспался я просто замечательно. Встал, как и обычно, рано, буквально с первыми лучами солнца. Надел свой тренировочный костюм и отправился на пробежку. Удивительно, но не я один в эти утренние часы был ранней пташкой. Кузнец тоже уже направлялся к себе в кузню, да и многие жильцы уже выходили из своих квартир.

К моему возвращению в квартире меня ждал уже скромный завтрак и чашка моего любимого отвара из трав. Быстро ополоснулся в душе, да, с магическим водопроводом тут появились и блага цивилизации. После чего так же стремительно поел и собрался. Одет я был не по столичной моде, а так как привык. В просторные черные шаровары с черными же сандалиями. Такая же черная рубашка с серебряной жилеткой поверх. На голове две банданы, одна закрывает волосы и левый глаз, вторая всю нижнюю часть лица.

Кстати, я только сейчас задумался о том, что люди же не видят, как я им улыбаюсь, но при этом реагируют как-то на это. Может, по ауре чувствуют или мой единственный глаз в этот момент светится добром. Хотя мне какая разница, для меня главное людям улыбаться, а видят они это или нет, это их проблемы.

На поясе у меня сумка и туба с документами. Там же висели пара клинков, с которыми я тренировался. В целом я был готов. Пилар тоже, но у него сегодня была немного другая задача. Так что, выйдя из ворот здания, мы попрощались с ним и направились в разные стороны. Я прямо через мост в сторону академии. Пилар в сторону остановившегося торгового каравана. Нужно же узнать последние новости, да и других заданий я ему надавал.

До здания администрации добирался долго, спешить мне было некуда, принимали там в течение всего дня. А посмотреть на красивый город мне хотелось. Вот я и шел не торопясь, рассматривая красоты островной части города. Знаете, почти ничем не отличается от старого, приведи тот в порядок, и он будет так же блистать, но кто же будет так стараться для черни. Что и обидно, ведь, как и в любой стране любого из миров, именно люди – это главное богатство государства, а не лорды и знать.

К зданию администрации я добрался ближе к обеду, честно, не из-за того, что так уж засмотрелся, а из-за того, что потерялся. Да, к своему стыду, потерялся в этой кричащей красоте. Но каким-то чудом все-таки вышел к этому зданию, которое на фоне окружающей его роскоши выглядело несколько блекло.

Прошел по широким коридорам, где было достаточно много людей. На удивление большинство было из богатых и обеспеченных семей, они с неприязнью и спесью смотрели на меня и мою простую одежду. Я же на них вообще не обращал никакого внимания. До определенного момента, пока мне дорогу не попытался заступить какой-то щеголь. Попытался, потому что у него не получилось.

Он хотел нагло заступить мне дорогу, но не полностью, так чтобы я на полном ходу врезался в его плечо. По идее, при моей скорости и его выставленном плече, я должен был напороться, как волна на утес, и просто размазаться о его плечо. Он даже набрал уже в грудь воздуха, чтобы высказать что-то мне по этому поводу. Вот только не учло это чудо, что я смогу спокойно его обойти и дальше направиться по своим делам. Что я и проделал, и спокойно пошел дальше.

А это чудо, влекомое собственной инерцией, само себя ударило лбом о выступ стены в коридоре. Я даже не стал оборачиваться на сдавленный вскрик. Этот идиот себе еще и язык прикусил, а нечего рот разевать, когда падаешь. Я же аккуратно постучал в дверь, на которой было написано «Приемная комиссия», и, дождавшись разрешения войти, открыл дверь.

Только входя в дверь, я бросил взгляд назад и увидел ту куча-малу, что устроил этот идиот. М-да уж, это надо же так неудачно упасть. Он не только разбил себе лоб и нос о выступ в стене, чуть язык себе не откусил, так еще и падая, верещал при этом, и задел пару благородных девиц, оголив им грудь. Как он умудрился содрать с них тугие корсеты, я ума не приложу, но он как-то это умудрился это сделать.

Вся эта картина у меня уложилась всего за пару секунд, пока я открывал дверь комиссии и проходил в нее. Далеко заходить не стал, а как и полагалось по этикету, прошел два шага и встал, вытянувшись перед комиссией. Не во фрунт, но почти, тут не армия, но магическая академия, так что дисциплина приветствовалась.

– Что там за шум? – поморщился глава приемной комиссии. – Пойдите, проверьте, – махнул он стоявшим вдоль стены старшим ученикам. – А вы представьтесь.

– Баронет а'Кан де Шен, – с достойнством произнес я тихим, но спокойным голосом, – шестнадцать лет, прибыл для прохождения экзамена для поступления на первый курс магической академии.

– О, – улыбнулся глава, – очередной отпрыск благородной семьи де Шен решил посетить наше славное заведение.

На это я ничего отвечать не стал, я знал, что все мои предки имели не самую хорошую репутацию в этом заведении. Оно и понятно, наш род никогда не славился сильными магами, так что я не стал обращать внимания на подколки старого экзаменатора.

– Ну что же, – прищурился он, но его прервал ворвавшийся в кабинет отправленный им в коридор разбираться старший ученик: – Ну что там еще?

– Т-там, – заикаясь, начал он, но потом, сделав глубокий вдох, уже спокойно продолжил: – Господин князь Револ.

– Что князь Револ? – бледнея произнес старик и поднялся со своего места.

– Разбил себе нос и лоб, – затараторил ученик, – чуть не откусил себе язык и прилюдно раздел двух баронесс Нидари.

– Что-о?!! – вскричал старик, такого он точно не ожидал.

Он думал, что этот отпрыск учинил очередную драку или измывательство над слабыми и нижестоящими. А оказывается, его самого кто-то нехило так унизил. И тут взгляд старика опустился на продолжавшего молча стоять в гомонящем кабинете парня. Его глаза резко сузились, и он пристально посмотрел на него. Но он не смог по его эмоциям сказать: он это или нет, парень очень хорошо владел собой.

– Тихо всем, – гаркнул старик, продолжая пристально смотреть на парня. – Князю помощь оказали?

– Нет, – ответил ученик, но опережая гневный вскрик старшего, продолжил: – Его уже уводили личные слуги.

– Ясно, – и старик показал всем успокоиться, а ученику занять свое место. – Тогда продолжим экзамен. Первое испытание – источник.

– Есть, – коротко сказал парень и тут же сотворил заклинание, приложив свою руку к стоявшему напротив него шару. Там высветилась римская десятка.

– Ха, – усмехнулся старик, – подтверждаешь звание рода де Шен, источник ровно десять эргов, прошел. Второй экзамен – восстановление.

– Есть. – Так же четко и споро он справился со вторым заклинанием, приложив руку к шару, где были уже десятичные числа, равные единице и одной сотой.

– Ты точно истинный сын своего рода, – улыбнулся старик. – Третий экзамен – контроль энергии.

– Есть.

По идее эта часть экзамена была фикцией, так как не умей он контролировать энергию, то и первые два не смог бы сдать. Но правила есть правила. И парень создал светлячка, на первый взгляд обычного светлячка, но что-то было в нем не так. Что именно, все поняли, когда парень начал его растягивать.

В теории, после того как заклинание создано, то изменить его внешний вид очень трудно, можно, но сложно. Для этого нужно, чтобы линии, из которых он был создан, были как можно более тонкими. Парень же сейчас на глазах у комиссии взял шарик света и растянул его в струну, а потом еще раз, до тех пор, пока у него не получился жгут из света.

И знаете, что он сделал? Он начал прыгать через него, как на скакалке.

Комиссия, как завороженная, смотрела, как парень выполняет физические упражнения при использовании светляка. Сделав десяток прыжков, парень, освободив один конец, стеганул светляком как плетью. После чего тот скрутился обратно в светляк и подвис у того над левым плечом. Последним его действием была неяркая вспышка, после чего светляк совсем исчез.

– Думаю, что на этом экзамен можно считать успешно пройденным, – произнес он и повернулся к остальной комиссии.

Те только согласно закивали. Старик же махнул мне рукой с приказом подойти ближе, после чего быстро оформил нужные бумаги, а я в нужных местах поставил свою печать и подпись. Мой экземпляр отправился в тубу к важным документам, а их, наверное, в архив. Я уже собирался покинуть помещение, когда меня остановил старик и решил все-таки спросить.

– Скажи, только честно, – тихо обратился он ко мне, – это ты так князя уделал?

В ответ я только покачал головой, но видя недовольство старика, решил все-таки уточнить:

– Нет, не я, ему просто нужно аккуратнее ходить.

По его глазам я понял, что моих слов ему хватило, чтобы понять, что на самом деле случилось. Еще чуть-чуть и он не смог бы удержаться от смеха, но после пары глубоких вдохов совсем успокоился и предостерег меня.

– Будь осторожнее, – прошептал он, – эта семейка, а в особенности сам барон, еще те мра… Неприятные люди, так просто этого не оставят.

– Спасибо за совет, – искренне поблагодарил его я, – но это скорее им лучше меня не трогать. Я же живу по принципу: не тронь гуано, вонять не будет, так что сам я к ним лезть точно не буду.

– Как ты сказал, – удивился старик, – очень интересная фраза, разреши ей воспользоваться.

– Пользуйтесь, мне не жалко, – улыбнулся я ему. – Я могу быть свободен, а то дел еще много?

– Да, конечно, можете, – кивнул мне старик, отстраняясь. – Запомните, занятия начнутся через неделю. – И совсем тихо, для меня: – А я постараюсь, чтобы вы с этим гуано были в разных классах.

– Премного вам благодарен. – И поклонившись, я отправился дальше, даже не обратив внимания на глубокое удивление в глазах старика.

Какой интересный юноша, думал тот, глядя на удаляющийся темный силуэт. Да, экзаменатор был бакалавром, и, по сути, они были на равных ступеньках социальной лестницы. Вот только роду де Шен уже несколько тысяч лет, а он бакалавр всего сотню. И при этом этот юноша так легко ему поклонился, поклонился без всякой предвзятости и высокомерия. Надо будет за ним присмотреть, тем более он должен семье де Шен.

Глава 9

Управляющий

Домой я возвращался другим путем. Ну во-первых, чтобы больше увидеть, во-вторых, чтобы выйти в другой части нижнего города. Я, конечно, много что с собой взял, но не все, вот и хотел сейчас прикупить кое-что. А особенно цветов. Привык как-то к живой атмосфере кругом, а не к этой серой и убогой. Вот и решил порадовать жильцов.

Домой они с Пиларом вернулись считай одновременно. Оба довольные, уставшие и голодные. Удивительно, но дома их ждал ужин, хотя им обещали только завтраки. Но дареному коню в зубы не смотрят. Так что, быстро смыв дневную пыль и перекусив, мы отправились на террасу пить отвар и делиться новостями.

Я в первую очередь рассказал, что поступил в академию, но скорее всего нажил врага, и Пилару нужно будет навести справки о нем. Старик порадовал, что караван и торговый дом удачно зарегистрировались в столице и приобрели тут себе небольшой, но приличный домик в нижнем городе. Назад они отправятся через пару дней, после того как закупятся и хорошенько отдохнут. Здесь же останутся несколько проверенных людей, которые будут вести дела.

По моим же вопросам старик узнал, что налоговая и администрация мухлюют с местными, чтобы поскорее выжить их с этой земли. Кому-то просто понравился этот участок, вот и хотят согнать местных отсюда. Но он уже навел все нужные справки, а также подбил смету, осталось с Анной поговорить и узнать, сколько они платили. Думаю, сможем отбиться.

До начала учебного года была еще неделя, так что я планировал хоть немного привести дом в божеский вид. Чем и занялся прямо на следующий день. Первым делом вылез на крышу и прошелся по кровле. В целом она была крепкой, но в паре мест требовала ремонта, чем я и занялся, пока старик занимался моими поручениями.

Удивительно, но во всех моих начинаниях мне помогали местные дамы. Не все из них были на работе, кто-то недавно лишился ее и был этим очень сильно огорчен. Так что совместный труд по облагораживанию дома их только успокаивал. Таких было немного, но тенденция мне не нравилась – за прошедшую неделю было уволено уже три девушки. Старухи вроде бы никому были и не нужны, но они пока работали, а молодых выгоняли.

Вот мы сейчас бригадой в четыре человека и лазали по крыше и чинили ее. А так как я человек основательный, то чинил тоже основательно. В паре мест требовали замены подгнившие медные листы, а в других местах только деревянное основание, лаги да стропила. Проведя ревизию, спустился вниз и пошел к той мастерской, что занималась работой по дереву.

– День добрый, дамы, – произнес я, улыбаясь, выглядел я при этом, наверное, чудно, по пояс голый, но с покрытой головой и закрытым лицом.

– Добрый, – произнесла одна из дам постарше, – коли не шутишь.

– Скажите, – произнес я, при этом неопределенно разведя руками, – а насколько большие деревянные конструкции вы можете делать?

– А тебе зачем? – насторожилась та же дама.

– Да я вот тут ревизию крыши решил провести, – и указал на крышу дома. Что интересно, но девчата, что со мной там лазали, сейчас стояли в сторонке и в разговор не лезли. – Так вот, в целом крыша хорошая, но в паре мест ее укрепить нужно, а то стропила и балки так прогнили, что не дай бог провалится кому на голову, не хотелось бы. Вот и хотел у вас заказать стропила и балки. Сделаете, а я вам заплачу честь по чести?

– Э-э? – растерялась дама.

– Если покажешь, какие, – вмешалась другая, – и каких размеров, то сделаем.

– Вот такие, – произнес я и, как волшебную палочку, из-за спины достал здоровенный брус и стропилину.

Все работницы мастерской как по команде встали и посмотрели мне за спину, они не могли понять, откуда я мог взять такие махины. Но так ни к чему и не придя, они вернулись в мастерскую и стали рассматривать уже сами балки и стропила.

– Ну, тут ничего сложного нет, – пожала плечами вторая девушка, – длина какая?

– Такая же, – кивнул я на те, что держали они в руках, – я так понял, это запасные были, вот я их для образца и прихватил, но мне таких бы по десятку штук.

– Хорошо, – кивнула первая и задумалась. – По два серебряных за штуку будет.

– Тогда так, – произнес я и достал десять золотых, – давайте по двадцать пять штук и того и другого. Десять там совсем рухлядь, но есть места, которые тоже стоит заменить, а что-то, может, и про запас останется.

Девчата смотрели на меня как на манну небесную. Но я уже не стал слушать их щебет и отправился дальше, махнув невольным помощницам. Следовало найти еще и местного кузнеца. У того я хотел заказать два медных листа вместо проржавевших, но тому, чтобы назвать цену, нужно будет самому посмотреть на них. Может, еще и старые перекует, и выйдет дешевле.

Ну а пока мы ждали материалы, я всем вручил по швабре. И, подняв на крышу воду, мы приступили к чистке и мытью крыши. Она тут не только поросла не пойми чем, но еще и изрядно покрылась медной ржой. Ее-то мы и счищали вместе с грязью с крыши. За один день не справились. Так что вышли и на второй день.

Пока мыли крышу, выяснилось, что крыша выступала своего рода сборщиком энергии для накопителей энергии защитной формации. Но из-за своего состояния свою функцию она почти не выполняла, из-за чего защитные формации почти и вышли из строя. Очистив крышу, я прямо слышал, как загудели энергоканалы, проложенные в стенах дома.

Бедные накопители, что последние годы перебивались крохами энергии, впервые за долгое время получили нормальную порцию энергии. Мое же зрение выхватило легкий каркас защиты, что начал кружить вокруг дома. До этого ничего подобного тут даже не было. Но это скорее даже не защита, а сигнальная сеть и ловец душ. Защита от легких призраков и низшей нечисти.

Но в этой сети были прорехи, и я, кажется, догадываюсь, чем они вызваны. Их было немного, всего две. И если мне не изменяет память, то они как раз над тем местом, где проржавели медные пластины. Ну ничего, кузнец уже смотрел и сказал, что сделает их, по два золотых за штуку, и еще одна в запасе будет. Рисунок на самих пластинах вроде не сложный, я смогу его повторить, тут больше вопрос, хватит ли у меня сил.

Когда снимали пластины, я присутствовал, так что внимательно их осмотрел: с обратной стороны ничего не было. Для обычных людей не было, а вот для меня было. Была руна, вот только, как и чем она была выведена с той стороны, я пока не совсем понял. Было у меня предположение, но практика покажет.

За крышей, само собой, подошла и очередь ворот. Их на место пришлось ставить чуть ли не всеми наличными силами. Но после того, как заработала защита, о том, что их нужно ставить на место, вопрос даже не стоял. Как так получилось, кто и когда их снял с петель, местные не знали или просто не хотели говорить. Но упорный труд и сейфовые двери, сначала одна, а потом и вторая, встали в свои пазы как влитые, с таким приятным щелчком. Вот только закрывать их, естественно, никто не стал.

Кстати, ворота с обратной стороны оказались на своих местах, но были заколочены. Даже дверца в воротах была заколочена, и зачем так было сделано, тоже непонятно, но их пока не стали раскупоривать. Этим вопросом я озадачил старика, что-то такие тайны мадридского двора мне совсем не нравились.

Так дни на приведение дома в порядок летели один за другим, и вот должен был настать день выборов. Но случилось непредвиденное, враги-эксплуататоры заявились раньше времени, они, как немцы в сорок первом, без объявления войны заявились с утра пораньше. И потребовали к себе главу дома. А по правилам, как я уже выяснил, в день выборов все выборные должности отменялись и главы не было, а за непредставление административным сотрудникам выборного представителя налагался штраф. Вот только они кое-чего не учли.

– Ну, я старший в этом доме, – сказал я, стоя на террасе второго этажа и глядя на них сверху вниз. – А вы кто такие?

– Э-э, – замялся не нашедшийся что сказать сотрудник администрации. Такой подставы он явно не ожидал. Они знали, что тут не выбирают постоянного главу, а только временного, а потому и пришли пораньше. – А ты кто таков, самозванец, и по какому праву называешься тут главным? – пришел наконец в себя администратор и загнал сам себя в угол.

– Я-то, – произнес я и начал медленно спускаться по лестнице, а все жильцы вышли посмотреть на это представление, – по праву рождения.

После моих слов работник администрации, который набрал в легкие побольше воздуха, чтобы отчитать меня, поперхнулся им. Да, любой по праву рождения барон и выше без всяких выборов имеет право занять должность управляющего домом. Более того, обычно они автоматически ими и становились, без всяких там выборов.

– Вы так и не представились, – произнес я, спустившись и встав перед ними. – Кто вы такие и по какому праву что-то тут от меня требуете? – в моем голосе была не просто сталь, а желание убивать.

– М-младший административный сотрудник Увиц-цкий, – пролепетал тот, – и младший налоговый дьяк Пролов.

– Что такие неуважаемые мной люди забыли в сей прекрасный и обозначенный как день выборов день в сем прекрасном доме? – все таким же тихим, но убийственным голосом спрашивал его я.

– П-пришли взимать д-дань, – совсем тихо пролепетал он.

– Какую такую дань? – удивился я. – Ну-ка поподробней.

– М-месячную плату за аренду земли, – начал он, но я его перебил:

– Ложь. – При моих словах его лицо дернулось, будто я его ударил. – Продолжай.

– М-месячную плату за трату энергии общественных накопителей энергии, – он еще толком не успел закончить, как я опять его перебил:

– Ложь. – И опять он дернулся, как от удара. – Продолжай.

– М-месячная плата за использование магического водопровода, – произнеся это, он замолчал, но тут я ничего говорить не стал, и он немного приободрился. – Месячная плата за обеспечение коммунальными службами.

Вот тут я не выдержал и засмеялся, после чего мой единственный глаз так вперился в него, что он чуть не обмочился.

– Наглая ложь, – процедил я, – итак, господа, в нарушение всех правил, норм и традиций, вы пришли в выборный день, ну да бог вам судья. Вот только вы просчитались с тем, думая, что в этом доме нет старшего. За нарушение правил в ваши ведомства уже направлены все необходимые бумаги. За клевету, что вы только что попытались возложить на жильцов этого дома и меня как управляющего, также будут составлены документы и отправлены в соответствующие органы. За минусом того, что я назвал ложью, сколько за водопровод?

– П-пятнадцать медных, стандартная такса для таких домов в месяц. – Из-за резкого перехода в разговоре он сразу сказал правду. Это то, что мне было и нужно.

– Превосходно, – улыбнулся я, – так вот, все то, что вы уже за многие месяцы и годы незаконно выманили из жильцов этого дома, пойдет в счет будущей уплаты за водопровод. Вот только это будут делать уже ваши родственники, по судебному распоряжению, пока вы с дьяком будете на имперских рудниках работать во славу империи. Сейчас же вот вам серебряная монета в счет уплаты за прошедший месяц, все-таки суд еще не состоялся, ко мне еще какие-то вопросы есть?

– Н-нет, – только и ответили они.

– Тогда можете быть свободны, – ответил я им и отправился обратно к себе под гробовое молчание.

Я успел подняться на две ступеньки, прежде чем до моего слуха донесся еле слышимый писк, это, оказывается, был дьяк.

– Можем ли мы узнать, с кем имели честь говорить?

– После всего, что вы тут мне наговорили? – я удивленно изогнул бровь. – Скажите спасибо, что уходите на своих двоих и со своими зубами.

– Спасибо, господин, – поклонились они в пояс и скрылись за открытыми воротами.

Я же спокойно поднялся к себе и принялся переодеваться. Экие они пташки ранние, пришли бы чуть позже, и я бы успел на свою тренировку уйти. Но как же удачно все сложилось, теперь не нужно будет их весь день высиживать. Когда я спускался вниз, во дворе меня встречали уже все жильцы дома.

– Ну, и что вы тут собрались сейчас все? – спросил я их. – У вас других занятий, что ли, больше нет?

– Так выборный день же, – как-то неуверенно ответил дед Потап, – выходной вроде.

– Так вроде или выходной? – улыбнулся я ему.

– Да теперь черт его знает, – задумался он и почесал себе макушку. – А вы и правда ваше благородие?

– Угадал ты, дед Потап, – улыбнулся я ему, – баронский сын я, только не из местных.

– От оно как, – удивился он. – Я же тогда сгоряча ляпнул.

– А прав оказался, – кивнул я ему.

– Тогда это ваше по праву, – произнесла Анна и поднесла мне металлическую плашку ключа. – Да и деньги мне вам ваши как бы вернуть нужно.

– Ключ я, конечно, возьму, – улыбнулся я ей, – а вот насчет денег, это к Пилару, он у меня за казначея, так что с ним и решай, деньги все-таки не мои, а домовые, понятия не путай.

– А… – удивилась она, – обычно…

– Я не обычный, – только и улыбнулся я ей.

– А что вы этим насчет земли говорили? – это в разговор кузнец включился.

– Эх вы, – покачал я головой, – а еще коренными жителями себе называете, вы хотя бы законы свои для начала узнали и изучили. Земля, на которой стоят такие вот дома, давно уже по приказу старого императора отдана жителям домов. И налог за аренду с нее не взимается.

Все жители смотрели на меня вылупив глаза. Я им сейчас тайну века открыл. Оказывается, их вот уже несколько лет пытались обуть и нагреть, а они велись как дети.

– Это что же получается… – начала Анечка.

– Это получается, что ваша земля кому-то понравилась, но законных путей у вас ее отобрать у него нет, вот он и решил вас выселить, – прервал я ее. – И заметьте, у него это почти получилось.

– Вот же…

– Да, этот нехороший человек, – остановил я гнома, – явно не удовлетворится таким результатом, у него есть еще три легальных способа у вас эту землю отобрать.

– Три? – это выдвинулась знакомая дама из столярной мастерской.

– Да, – кивнул я ей. – Озвучиваю: первый, с полного письменного согласия всех жильцов. Второй, со смертью всех законных жильцов дома. Третий, с разрушением и вынужденным переселением на новые квартиры всех жильцов дома.

– Это все… – на этом моменте мадам споткнулась, но справилась и продолжила: – способы?

– На самом деле есть еще один, – почесал я переносицу, – но он из разряда фантастики, но все же. Так как вся эта земля принадлежит императору, он может пожаловать ее любому, но только землю, без учета имеющегося на ней дарованного другим имущества.

– И что вы нам предлагаете, – спросила Анечка, – что вы можете посоветовать в нашем положении, господин барон?

– Баронет, – автоматически поправил я ей, – я пока баронет, но давайте рассмотрим все возможные варианты чуть позже, допустим через час, а то я и так уже задержался со своей утренней тренировкой, да и вам нужно обдумать сложившуюся ситуацию.

После чего я откланялся и отправился на прогулку. Бегал я по набережной со стороны старого города. Людей тут почти не было, оно и понятно, зачем идти по грязи, если можно перейти мост и идти в чистоте. Мой маршрут был достаточно извилистый и протяженный, но при наличии энергии бежать я мог долго, а бегать я и раньше любил. Энергией я, правда, не пользовался, да и бегал с утяжелением. За час я успевал пробежать чуть более двенадцати километров.

Вернувшись, я увидел, что большая часть жильцов уже занята своими делами, но комиссия по встрече меня уже ожидает. Махнув им рукой, я позвал всех за собой. Ну право слово, не на улице же разговаривать. Пока дамы с Пиларом вытаскивали на террасу стулья и готовился отвар, я быстро искупался и привел себя в порядок.

– Итак, дамы и господа, – произнес я, отпивая любимого варева, – к чему вы пришли?

– Если честно, – прокашлялась дама из столярной, – толком так ни к чему и не пришли.

– Простите?.. – обратился я к ней, как бы спрашивая, как ее зовут.

– Елена, – ответила она, а я задумался о том, как много в этой империи знакомых мне имен.

– Тогда давайте рассуждать логически, Елена, – предложил я, – пойдем от обратного. Из-за того, что я затеял уборку и легкий ремонт крыши, выяснилось, что она является главным накопителем энергии для защитных формаций дома. Следовательно, просто так дом уже не разрушить, значит, третий вариант из моего списка можно вычеркнуть, согласны?

– Тут сложно поспорить, – согласились все.

– Со вторым списком все будет заметно сложнее. – Тут я задумался. – Безусловно, на ночь нужно закрывать ворота и активировать формацию, чтобы ни у кого даже мыслей не было лезть в дом. Но вот днем с безопасностью жителей уже просто так не поступишь. Понятное дело, что столица – это не город на границе с республикой, но нижний город сам по себе не самое безопасное место. Но думаю, до этого не дойдет, смерть даже двух людей из одного дома вызовет слишком большие подозрения, а после той шумихи, что я вызову в суде, это тоже будет не вариант. Хотя и полностью списывать его не стоит.

– Согласен, – это высказался кузнец.

– Остается последний вариант, – и тут посмотрел на всех. – И как по мне, он самый возможный из всех. Запугать или просто предложить местным людям достаточно денег, и те согласятся променять свой старый дом на новый и уютный.

– Где их тихо и мирно прирежут, – прорычал кузнец.

– Ну, это само собой разумеется, – кивнул я ему.

– Почему само собой разумеется? – не поняли дамы.

– Никто не отпустит вас с такими деньгами, – просто покачал я головой. – Да, вам дадут пожить спокойно какое-то время, может месяц или два, а потом по одному прикончат, причем так, что не подкопаешься. Более того, замечу, новые дома всем вам будут предложены так, чтобы все были как можно дальше друг от друга.

– И что же, у нас нет выбора? – спросила растерянная Анечка.

– Запомни, – посмотрел я прямо на нее, – выбор есть всегда, в данном случае вам просто нужно бороться, а я вам помогу, чем смогу. Ну и конкретно сейчас мы сделали максимум, так что ждем ответной реакции, может, ее и вообще не последует.

– Маловероятно, – проскрипел кузнец.

– Маловероятно, – согласился я с ним.

– Так, может, мы вам… – начала было Аня, но я ее остановил.

– Тоже маловероятно, – покачал я головой, – я хоть и из благородных, но не принадлежу империи, и претендовать на землю в ее чертах не могу, не заслужил права. И даже если вы все подпишете прошение, это может сыграть только против вас, это могут выставить как сговор против короны, оно вам надо?

Дамы, да и кузнец, тут же активно закрутили головами. Пока над вторым этажом сгустилась тишина, мой взор опять уткнулся на запечатанные вторые ворота.

– А может мне теперь кто поведать, – спросил я, разрывая тишину, – что случилось со вторыми воротами?

– Их заколотили по приказу этих же проходимцев, – пожал плечами кузнец.

– А что с той стороны улицы? – поинтересовался я.

– Да ничего особенного, – задумался он, – в основном такие же дома, как и наши, ну может чуть более оживленная улица, а что?

– Понятно, – произнес я, отпивая отвар, и посмотрел на кузнеца. – Вы сейчас сильно заняты?

– Да как бы нет, – пожал он плечами, – выходной же.

– Тогда не поможете мне в распечатывании ворот? – спросил я его, поднимаясь.

– Помогу, – произнес он, тоже поднимаясь, – чего не помочь-то, только зачем они нужны-то, нам и одних хватает?

– А вы так и не поняли, – удивился я, – зачем вам закрыли тот проход?

– Эм… – это были уже все собравшиеся на втором этаже, – нет.

– Да вам же искусственно создали дефицит клиентов, – покачал я головой. – Ну кто будет обходить весь ваш дом в поисках чего-то, если это можно найти ближе. Да и вам самим будет так ближе до работы добираться, разве нет?

– Ну работают все, допустим, с той стороны, – сказала Елена и указала на главный вход. – Но вот про клиентов это вы верно сказали, мы же и сами работу стали искать, чтобы поближе ко входу было.

Ворота с этой стороны были заколочены наспех, так что вскрыть их было не сложно, да и состояние их было явно лучше. Так что открыли мы их легко и просто. Нужно было видеть лица людей, что привыкли уже, что эти двери давно стоят закрытыми, а тут их взяли и открыли. А по нашему двору сразу загулял приятный ветерок.

– Надо бы все механизмы смазать и почистить, – произнес я после осмотра дверных петель и замков. – Займетесь, Микул?

– Займусь, – кивнул он.

– Тогда к Пилару подойдите, решите вопрос по необходимым средствам на смазку, – кивнул ему я, а сам отправился знакомиться со святая святых, с подвалами. Если быть точным, то в подвалах стояли накопители для защитных формаций дома, на них я и хотел посмотреть. Ключ же, что так торжественно мне вручили, был нужен несколько для других целей, но и здесь тоже требовался.

Спустившись в подвал, первое, что заметил, это светильники, такие же, как и в замке, сейчас они горели ровным огнем, что говорило о полных накопителях. Первый уровень подвалов использовался, как и в обычных домах, под разные хозяйственные нужды. Мне нужен был второй, в который вел отдельный вход.

На втором этаже подвалов меня ждал менгир из неизвестного мне минерала, метров двух, не выше. Он был весь покрыт рунами и странной вязью, что заключала эти руны в сложный рисунок. И если сам менгир был светло-серого цвета, то руны и вязь была темной, почти черной, такое впечатление, будто это была краска. Вот только это явно не краска, и мои догадки все больше кажутся правдой.

Менгир мерно пульсировал, но ни грамма энергии от него не отходило. Не обладай я особым зрением, то и не заметил бы в этом камне ничего необычного. На самом же деле, от камня в шесть сторон уходили толстые жгуты каналов, по которым пока тонкими струйками текла энергия. Еще четыре жгута подавали на менгир энергию, причем, если мне не изменяет зрение, один из них где-то пробит, так как по нему почти энергия не поступает.

И все, больше ничего в заветной комнате управления защитой дома не было. Не будь у меня ключа, я бы сюда вообще попасть не смог, но я ожидал большего. Хотя, зная, что именно может эта защита, говорить так о ней уже кощунственно, тем более что ее секрет так и не раскрыт.

Завтра у меня первый учебный день, так что на сегодня я решил закончить и просто прогуляться по окрестностям. Нужно же знать, что, где и что есть рядом. Выйдя через вновь открытые ворота, я не спеша начал накручивать круги по городу. Не знаю почему, но идя по этим грязным и запыленным улицам, видя изможденных и побитых жизнью, городом и судьбой людей, я в первую очередь видел возможности. Почему не видели их все окружающие, не могу понять, но постараюсь до них это донести.

Домой я вернулся поздно и весьма задумчивым. Сразу за мной были закрыты сначала одни, а потом и другие ворота. Остановившись в центре двора, я с интересом наблюдал, как под куполом неба расцветает пленка зашиты. Она совершенно не мешала смотреть за звездами, нет, она даже их подсвечивала, делая их искры более выразительными и яркими.

Отвлекшись от созерцания неба, я увидел, что был не одинок в своем порыве, заметив рядом троицу вынужденных помощниц, поманил их пальцем. Одну из них попросил позвать Елену и Аню, а остальных отправил к себе наверх, с просьбой, чтобы Пилар приготовил на нас всех поздний перекус. За нашим местным торговцем сходил сам, как и помог подняться всем наверх. Когда все уселись, разговор я начал именно с него.

– Аркам, скажите, – обратился я к торговцу, – а где вы заказываете еду?

– На самом деле это острый вопрос, – произнес он, – с недавних пор где придется.

– Как это понимать? – удивился я.

– Пока я состоял в торговой гильдии, – начал он пояснять, – проблем с поставками не было. Но после того, как я несколько раз не смог выплатить налог в торговую гильдию, со мной разорвали договор, и приходится заниматься поставками самостоятельно, а как вы понимаете, я несколько стеснен в передвижении.

– Я вас понял, – кивнул я. – Тогда у меня предложение сразу к вам четверым, – обратился я к торговцу и девушкам. – Торговый дом моей семьи открыл в столице империи свое представительство, он только начинает свою деятельность, и ему требуются исполнительные местные сотрудники. Думаю, девушкам они будут тоже рады, тем более с моей рекомендацией.

– А при чем тут я? – уточнил Аркам.

– Как насчет того, чтобы заключить договор с торговым домом моей семьи на поставку еды? – спросил его я. – Для нашего дома сейчас любой контракт будет в радость.

– Но контракт со мной не прибавит вашему дому популярности и власти в нашем городе, – уточнил торговец.

– О, поверьте, – улыбнулся я ему, – в первую очередь нас интересуют сами люди, и если они достойны, то мы будем с ними торговать, а если они шваль подзаборная, то будь они хоть короли, мы с ними торговать не будем.

– Как так? – удивился он.

– А вот так, – еще больше растянул я свои губы в улыбке, – скажи, ты знаешь такой дом Вартарез?

– Д-да, – протянул он, даже заикаться начал.

– Они очень плохо себя повели у меня дома, и теперь на них наложено эмбарго на торговлю с нами.

– А-а, – опешил он, – они же…

– Представители сразу нескольких влиятельных кланов эльфов, – продолжил я за него, – более того, скажу, в их торговом доме могут быть только полукровки, даже квартероны не могут быть.

– И вам не страшно? – спросил он меня.

– Страшно, – пожал я плечами, – не боятся только дураки и герои, первые не умеют, вторым некогда. Я ни к первым, ни ко вторым отношения не имею. С другой стороны, я, как и моя семья, не того поля ягода пока, чтобы на нас внимание обращать. А когда станем, может будет уже и поздно, и бояться придется не мне, а им.

– Интересная позиция, – почесал он затылок.

– Очень помогает жить, – улыбнулся я ему, – так что скажете насчет моего предложения?

– Думаю, что да, – кивнул он, – с каждым разом искать поставщиков нам в квартал все сложнее и сложнее.

– Это замечательно, – кивнул я. – Завтра Пилар проводит дам до представительства торгового дома, где передаст все необходимое. Думаю, уже к вечеру будет организована первая поставка, главное, сообщите, что вам необходимо.

– А как же цены? – вдруг спохватился он.

– О, – улыбнулся я ему, – думаю, вас они приятно удивят. Что касательно вас, дамы, – повернулся я к трем молодым девушкам, – представительство находится отсюда не так уж и далеко, и если возвращаться вдоль набережной, с вами будет все в порядке. Вы согласны на работу?

– А что нам предстоит делать? – спросила одна из них, и мне все больше кажется, что они сестры.

– В первую очередь встречать людей в торговом представительстве, – улыбнулся я им. – Не бойтесь, там вас всему научат.

– Но у нас нет приличной одежды, – начали они.

– Не одежда украшает человека, а человек одежду, – перебил ее я, – но и с этим вопросом, думаю, мы решим, в том ателье, что работает в нашем доме, шьют вполне красивую и приличную одежду, думаю, ее будет более чем достаточно. На это вам выделят деньги, на наличные расходы тоже, будьте уверены.

– Тогда мы согласны, – кивнула все та же девушка.

– Вот и отлично, – и повернулся к Елене и Ане. – Я тут прогулялся по округе. Картина складывается похожая на ваш дом, где-то лучше, где-то хуже, но в целом одна и та же, догадываетесь, к чему это ведет?

– Что не только наш дом кому-то понравился, – первая поняла Елена, о чем именно я хочу сказать.

– Именно, – кивнул я ей, – а потому вариант того, что от нас отстанут, все больше кажется мне туманным. Но выход есть, – тут же продолжил я, увидев печальные глаза девушек. – Ваши клиенты это в основном такие же люди из ближайших домов. Вот и поделитесь с ними сплетнями. – И видя, как у них разгораются глаза, сразу остудил их пыл: – Только осторожно. Не надо рассказывать, как прогнали дьяка и работника администрации, об этом и так скоро узнают. А вот о том, что крышу помыли и защита вернулась, говорить стоит. Да и что я вас учить буду, как сплетни распускать нужно?

– Не нужно, – улыбнулись мне девушки, – сделаем.

– Только с защитой бы поторопиться надо, – покачал я головой, – некоторые дома так печально выглядят, что без нее точно скоро жильцов лишатся.

– Так, может, помочь? – спросили они.

– Помочь это, конечно, хорошо, – посмотрел я на них, – а вам кто-нибудь из них помогал, когда вам плохо было? Вот то-то и оно, нет, голодному человеку нельзя давать рыбу, ему нужно дать удочку, справится – молодец, нет – туда ему и дорога, значит, изначально не хотел даже пробовать.

– А-а… – не нашлись что сказать на мои слова дамы.

– Ладно, на сегодня хватит, – сказал я и поднялся, – завтра много дел, пора бы и честь знать.

Арам отказался от помощи и сам дохромал до своей квартиры. Я же занес стулья в квартиру и отправился спать, завтра и правда тяжелый день. По идее, первый учебный день не был нагружен занятиями, а был посвящен знакомству с классом и академией. Но мы же не знаем, что может нести нам завтрашний день.

Глава 10

Учеба

Проснулся я так же рано, как и обычно. Учеба начиналась в десять часов, так что я вполне успевал со своим утренним моционом. Бегая по улицам нижнего города, уже в который раз замечаю, что тут красиво, просто не прибрано. И у меня все больше чесались руки устроить тут большую генеральную уборку. Но в одни руки, да даже руками одного дома, я тут ничего не сделаю. Хотя возле своего дома точно уборку сделаю, решено, там я и сам справлюсь.

За два часа справился со всеми своими обязанностями и привычными уже упражнениями. Умылся, сполоснулся, перекусил и без двадцати десять был у здания администрации академии. Там уже праздно шаталась целая толпа разномастно одетых вновь поступивших учеников. Как я уже успел узнать, ежегодно академия пропускала через себя сотни учеников, вот только далеко не все из них достигали высот.

Вообще, если посмотреть на систему обучения в академии, то она выглядит следующим образом. Первый год считается решающим. Если ты за этот учебный год не смог достичь ранга адепта, то академии с тобой не о чем говорить. Для того же, чтобы это сделать, ты должен как минимум удвоить свои показатели на вступительных экзаменах и удачно пройти ритуал слияния со стихией.

Ритуал абсолютно безвреден, но определяет твою склонность к работе с той или иной стихией. Не смог сделать этого, значит, не смог получить перстень адепта. Перстень является главным атрибутом любого мага. Это артефакт, который делается по древним технологиям, он растет вместе с магом и отражает его истинную силу. Так что если ты не заслужил перстень, то какой ты маг.

Обо всем этом я размышлял, стоя в тени прекрасного дуба, рассматривая бестолковую толпу и думая, кто из них будет моими сокурсниками. Но все когда-нибудь заканчивается. Прозвенел колокол, и нас погнали в главный актовый зал академии, помимо нас там были ученики и второго-третьего годов обучения.

Кстати, о них. Второй курс тут длится два года, и дается он для того, чтобы прорваться на ранг младшего ученика. Следующий курс длится уже пять лет, требующиеся для прорыва на ранг ученика. Дальше курсов как таковых нет. Формально они хоть и называются четвертый и пятый курсы, они должны привести к первой стадии мастерства, то есть к бакалавру. Но там десять и двадцать пять лет.

Да о чем говорить, если уже третий курс как таковой учебным не считался. Там только в первый год нам, может, и будут лекции читать, но на это и все, а дальше вольное плавание. Собственные изыскания и практика, практика и еще раз практика. Желательно где-нибудь на передовой или в горячих точках. Что примечательно, но сертификат давали уже после полностью оконченного второго курса академии.

В актовом зале нас собралось прилично, человек под полтысячи точно, если не больше. Ну, так тут три разных года обучения собрались. И пока шла вступительная речь ректора академии, я не особо прислушивался, а осматривался по сторонам. Нас не просто так пускали в зал, а в особом порядке. И, кажется, я понял, в каком именно, нас пускали поклассно.

По мере того, как ректор заканчивал свою речь, актовый зал покидали старшие курсы. Сначала третий год обучения, потом второй, пока не осталось полторы сотни нового набора. А нас больше, чем я думал. Когда кроме нас и учителей никого не осталось, ректор сменил тональность и перешел на деловой тон.

– Итак, уважаемые ученики академии, – начал он, – думаю, вы уже догадались, что вас уже заранее поставили так, как вы будете учиться далее. Да, сейчас вы стоите уже разделенные на классы, но это еще не всё, – продолжил он. – Сейчас я буду выдавать вашим классам номера и цвет, соответствующий среднему успеху, поступающему в класс. Надеюсь, все ознакомлены с цветовой градацией успехов в постижении, и вопросов ни у кого не будет?

А дальше пошли номера. Честно, я совершенно не удивился, что нашему классу был вручен номер сто тринадцать, черный. Градация-нумерация очень проста. Первый курс, класс номер тринадцать, кстати последний, средний успех в постижении черный, наихудший. И хоть уровень моего контроля над тонкими линиями был хорош, во всем остальном был откровенно плохим, так что я совершенно этому не удивился. Как и все остальные из моего класса, в отличие от других классов.

Кстати, спасибо большое старику, слово он свое сдержал. В один класс с князем я не попал. А ведь он не так уж далеко от меня ушел, он был в десятом желтом классе и сейчас громче всех возмущался. Мой же навык манипуляции тянул явно выше желтого, но за счет слабого источника и его восполнения я вполне мог попасть в желтый класс.

Поймав взглядом старика, я еле заметно кивнул ему, выражая свою благодарность, он реально скрыл мой уровень манипуляции. В ответ он только смежил веки, более ничем не выдав своего внимания ко мне. Пока же все остальные выясняли отношения, почему их зачислили именно в этот класс, нас, а именно тринадцатый черный, вывела угрюмая женщина и повела в сторону академических классов.

Шли мы не так чтобы далеко, но из главного корпуса вышли и попали в небольшой замкнутый городок. Здесь повсюду стояли небольшие одноэтажные здания, какие-то большие, какие-то меньше. Мы же шли вглубь этого городка, если меня не обманывает мое ориентирование на местности, то куда-то в сторону моего дома.

В итоге мы пришли к небольшому покосившемуся зданию. Его вполне смело можно было назвать развалюхой. Дом, конечно, прямо сейчас не развалится, он был еще достаточно крепким, но выглядел при этом невзрачно и убого. Но что мне понравилось, находился у самой академической стены, где имелся запасной вход-выход на территорию, вполне открытый. А также он был скрыт от посторонних глаз густыми зарослями деревьев и кустов, правда давно не обрабатываемых, но это дело поправимое.

Изнутри дом также не радовал, тут тоже давно никто не убирал, да и кое-что отремонтировать не мешало бы. Но в целом вполне пригодно для жизни и занятий. Провели нас в одну из комнат, их тут был не так и много, буквально по пальцам пересчитать можно. Но именно в этой были предусмотрены скамьи и парты для учеников и даже доска. Махнув нам рукой, учитель, а видать, это наш классный руководитель, предложила нам присаживаться, тем кто захочет.

Я не стал отказываться от предложения и, подойдя к ближайшему столу со стулом, критически его осмотрел. Вроде выдержать должен. У меня было с собой немного воды в бутыли, ей я смочил поднятую с пола тряпку и протер пыль со стола и пары стульев. Убирать не стал, а просто положил на соседний стол, кто хочет сам возьмет и воспользуется. Один стул я предоставил учителю, на второй уселся сам.

Учитель, как и часть учеников, посмотрел на меня странно. Но что удивительно, первым воспользовался моим предложением парень, по внешности похожий на гнома. Он протер стул рядом со мной и, поставив бутыль на стол позади себя, сел рядом, правда перед этим взглядом спросив, можно или нет, я тоже молча кивнул. Когда он сел, протянул ему руку и тихо сказал: «Кан», он пожал ее и так же тихо сказал: «Рик». Вот и познакомились.

Пока остальные воспользовались моим предложением и рассаживались, преподавателю пришлось нас ждать. Пришлось бы ждать нас стоя, но я же почистил для нее стул, так что дожидалась она нас с комфортом и настроение ее чуть поднялось. Хотя видно было, что она не очень рада, что именно ей выпала честь вести «черный» класс. Когда все сели, учитель заговорила.

– Разрешите представиться, – прокашлялась она, – меня зовут Ольга, я бакалавр академии и назначена вашим классным руководителем. Сейчас я расскажу, в какой жо… ситуации мы все оказались и что вам предстоит, – произнесла она и помассировала себе виски. – В первую очередь вы все считаетесь не просто неодаренными, вы считаетесь ошибкой природы, и вам не следует здесь учиться, готовьтесь к тому, что вам будут говорить об этом постоянно.

Во-вторых, как ученикам черного класса, вам не положено общежитие. – В этот момент в классе поднялся гул. – Да, я понимаю ваше разочарование, но таковы правила академии, отбросам, которыми вы и считаетесь, блага не положены. Так что вам самим придется озаботиться крышей над головой.

В-третьих, ваша стипендия будет урезанной и будет составлять всего два золотых в неделю. – Опять гул голосов. – Пояснять причину нужно? Нет, вот и хорошо, но вы можете рассчитывать на бесплатные обеды в столовой в академии, хоть какие-то хорошие новости, – произнесла она и взъерошила себе волосы. А я наконец-то понял, что ее волнует не столько наш класс, сколько эти дурацкие правила.

– В-четвертых, очередь на реагенты, полигоны вы будете получать в последнюю очередь, – она хотела сказать что-то еще, но в этот момент я дисциплинированно поднял руку, так как хотел задать вопрос. Она воззрилась на меня как на проблему, которая все равно бы возникла, так какая разница, когда именно. – У тебя вопрос? Задавай!

– А доступ в библиотеку нам будет ограничен? – задал я явно не тот вопрос, который она ожидала, и сначала даже опешила.

– Н-нет, – ответила она, не понимая, что еще ожидать от меня.

– Ну слава богу, – улыбнулся я, – а то думал, уже и учиться запретят.

После моих слов ситуация в кабинете резко разрядилась, а остальные ученики в классе начали тихо смеяться. Учитель тоже улыбнулась. Впервые на ее памяти был такой странный «черный» класс, а ведь ее предупреждали. Она уже не первый раз ведет проблемные классы, но еще ни разу у нее не было с ними проблем. И она не чувствовала себя среди них себя комфортно, а все этот странный парень в черном.

– Ладно, – улыбнулась она, – на этом, собственно, и всё. Занятия начинаются с завтрашнего дня, расписание можете узнать у главного здания, но смысла в этом пока нет, все их буду вести я и в этом здании. Так что на сегодня все свободны.

После чего она первая поднялась и направилась по своим делам. Но выходя из класса, она обратила внимание, что ни один из учеников так и не встал из-за столов. Ну да ей сейчас не до странного класса, у нее наметился прорыв в исследованиях, и она спешила вернуться в свою лабораторию.

Стоило за учителем закрыться двери, как я поднялся и повернулся к классу:

– Разрешите представиться, меня зовут Кан, можете так и звать. Я так понял, что у многих возникли проблемы с жильем? – услышав подтверждающий гомон, продолжил: – Сам я устроился в доме в старом городе, буквально в пятнадцати минутах отсюда. Устроился недорого, за два серебряных в день, и завтраки сюда тоже входят. Понимаю, что от стипендии тогда почти ничего не останется, но это все же лучше, чем на улице, да и какая-никакая денежка останется. Кто согласится, то найти нужный вам дом будет не сложно. Если выйдете через боковой выход сразу у нашего учебного класса, то идите по этой дороге к реке, сразу в дом и упретесь, спросите Анну или Пилара, вас устроят.

После моих слов часть класса сразу встала и направилась на выход. Кстати, удивительно, но нас было целых семнадцать человек. Многовато, но такова реальность, людей с талантом или просто с усидчивостью гораздо меньше. В классе осталось человек пять и Рик, но и они быстро покинули класс, уйдя по своим делам, остались только мы с гномом.

– А ты чего решил остаться? – спросил первым меня Рик.

– Честно? – улыбнулся я ему. – Просто хочу тут все осмотреть и привести хоть в какой-то божеский вид, не хочу заниматься в свинарнике.

– Согласен с тобой, – улыбнулся он, – помощь нужна?

– Буду только рад, – и пожал его лопатообразную руку.

Хозяйственный инвентарь нашли быстро, так что уборка пошла споро, заодно и помещения осмотрели. Их и было всего три. Учебный класс, зал для работы с реактивами и зал для медитаций. Был еще подвал, но там всего одна комната для занятий по практической магии. Кстати, заниматься я бы там не стал, защита слабая и та уже на ладан дышит. Вода нашлась на улице, а тряпок и так хватало, так что привести здание в относительный порядок много времени не потребовалось.

А вот для того, чтобы привести в порядок утварь и сам инвентарь, как и само здание, нужны инструменты, которых у нас собой, естественно, не было. Так что договорились встретиться завтра тут же пораньше и привести, что сможем, в порядок. На том и попрощались.

Домой я вернулся раньше, чем даже сам рассчитывал. И приятно был удивлен, что десять моих соучеников устроились на постой в один со мной дом. Так как время у меня освободилось, я решил заняться тем, что давно уже собирался сделать, а именно очистить двор от старых высохших деревьев и кустов. Быстро переодевшись, я прихватил топор и отправился во двор заниматься лесоповалом.

Двор был не особо большой, но место в нем использовалось бестолково, а потому и деревьев в нем оказалось немного. Всего девять штук. Так что к вечеру я справился, даже несколько пеньков успел выкорчевать. Весь сушняк я отдал в местную столярную мастерскую, дамы были очень рады. А то я со своим заказом сильно их запасы уменьшил. Кстати, скоро кузнец должен привезти медные листы устанавливать.

Вечером я уже по устоявшейся традиции пил свой любимый отвар на террасе второго этажа, любуясь на сверкающие небеса. Мои соученики все как один высыпали посмотреть на это чудо, не все из них и слышали про такие дома, не то что видели вживую. Я же больше наслаждался идиллией и отдыхал телом и душой.

На следующее утро я как обычно встал в пять утра, вместе с местными, не удивившись, увидев и некоторых одноклассников. Непонятно только, чем они будут заниматься все это время, у меня-то все по минутам расписано. А они явно привыкли вставать так рано по хозяйству управляться. Ну да найдут чем себя занять, не маленькие.

К зданию нашего класса я подходил к восьми часам, за спиной у меня висела сумка с инструментом и кое-каким материалом. Рик уже был там, но по его виду было понятно, что он сам туда только подошел. И был он не один. С ним был еще один такой же, как и он, парень из нашего класса. Пожав руки и быстро представившись, мы отправились внутрь.

В первую очередь поднялись на крышу, она требовала самого большого ремонта. Там была старая деревянная черепица, она была еще приличная, но из-за того, что ее давно никто не чистил и не ладил, она немного разошлась. Почистили мы ее еще вчера, так что сейчас занимались тем, что заново переукладывали. В три пары рук это делать было заметно быстрей. В паре мест лаги подгнили, но кроме как зачистить и усилить мы тут ничего сделать не смогли.

За час справились, объем не такой уж и большой, тем более умеючи, а все умели. После чего перешли внутрь и поправили полы, ну там, где успели. Так нас и застали ученики с учителем, попами кверху, когда мы ровняли паркет в классе. Оторвавшись от своего занятия, я поднялся и посмотрел на их толпу и, показав пять пальцев, уже голосом пояснил:

– Пять минут, и мы закончим, – осмотрев их, я уточнил: – Хорошо?

В ответ нам только кивнули. Справились мы, конечно, не за пять минут, но никто особо настаивать не стал. Ходить по ровному паркету все же приятнее, чем по тому вздыбленному нечто, что было. Я вместе с Риком сели на заднюю парту, решив пока не отсвечивать, зачем лишний раз на себя внимание обращать, но не получилось.

– Какой интересный класс, – произнесла учитель и посмотрела на свой стол и кафедру, это мы с Риком постарались. – Хорошо, сегодняшнее занятие я хотела начать со знакомства, – произнесла она и положила папку на стол.

И началось, она поднимала с первых парт учеников и просила их представиться. Я особо не вслушивался, там были в основном обычные имена типа Олег Ложечников. Имена были разные, как привычные мне русские имена, так и совсем непривычные, по типу моего. Слушал я все это краем уха, пока дело не дошло до нашей парты и попросили подняться меня.

– Кан Шен, – произнес я и собрался уже садиться, но меня остановила учительница.

– Полностью, пожалуйста, – произнесла она.

А я думал, что все просто скрывают свое происхождение, и я тоже не стал выделяться, а оказывается, что ничего подобного.

– Баронет а'Кан де Шен, – с легким вздохом произнес я, а в комнате установилась тишина, ну точно, я единственный благородный в классе. – Не имперского происхождения, родовые земли находятся далеко за пределами империи, так что прошу называть меня просто Кан, – закончил я свою речь и сел.

Весь класс смотрел на меня пораженными взглядами, даже Рик смотрел как-то странно, но не осуждающе, а с каким-то интересом. А потом наступила его очередь, и я все понял.

– Сын главы изгнанного клана Рикьер дер Кран, – произнес он, – не имперского происхождения, родовых земель нет, так что можете звать меня просто Рик.

Вот оно что, Рик, оказывается, сын правителя, он по социальной лестнице даже чуть выше меня, но он из изгнанного клана. Дальше я не слушал, после нас представился его друг, а как оказалось, брат по клану Слаг, и еще трое человек, тоже сидевших на задних партах. В этот момент мы с Риком шутили друг над другом: какое это его высочество руками работает, а я говорил, которое в свинарнике жить не хочет.

– Какой интересный класс, – еще раз произнесла преподаватель. – Итак, на повестке дня у нас сегодня три темы. Введение в общую магию, рунопись и медитация. Дальше так и будут строиться наши дни, две лекции и одно практическое занятие. Длительность занятий, как лекций, так и практики, определяется учителем, но обычно все заканчивается к двум часам пополудни. За дополнительными занятиями, факультативами и всем остальным к главному корпусу, там все написано и рассказано. А сейчас достали свои рабочие тетради и приготовились слушать.

Лектором Ольга была отличным, я бы даже сказал замечательным, она умела, а главное любила рассказывать, так что лекции пролетели быстро и как-то незаметно. А вот как практик она просто ужасна, в плане именно рассказать и помочь. И, по сути, в зале медитации мы были предоставлены сами себе.

Нет, первые полчаса она пыталась нам помочь, но потом махнула на все рукой и честно призналась, что в этом не сильна. После чего сказала, что в подарок большинству из нас были дарованы техники медитации, вот их и тренируйте. Тем же, кому не повезло, и кому досталось что-то другое, вместо техник медитации, то или идите в библиотеку и ищите там, или просите кого из одноклассников. После чего просто удалилась.

Я посидел еще пять минут, после чего встал и пошел открывать все окна. Зал для медитаций был круглым и наполовину застекленным, вот эта застекленная часть и открывалась полностью. Пока я этим занимался, все одноклассники смотрели на меня, но я просто открыл окна и вышел на широкую террасу. Там, подставив лицо солнцу, сделал несколько глубоких вдохов и начал делать плавные движения своей медитативной техники.

Прошло, наверное, минут пять, прежде чем меня все-таки осмелились спросить. Это был Рик, который подошел и прямо, а главное громко, молодец, спросил:

– Ты что это тут устроил за разминку?

– Это не разминка, – не останавливаясь, ответил я ему с перерывами, дыша в особом ритме, – это одна из доставшихся мне техник медитации.

– Брешешь, – удивился он.

– Не-а, – улыбнулся я ему.

– Не может достаться несколько техник сразу, – пояснил он свой порыв.

– А, ты об этом, – улыбнулся я, – конкретно эта техника моя, но у меня были предки, которым тоже достались свои техники, потому я так и сказал.

– Не, не может быть это техникой медитации, – все-таки пришел к каким-то своим выводам гном, – это просто разминка.

– А ты попробуй повтори, – улыбнулся я.

– Да легко, – повелся он и встал рядом со мной.

– На дыхание внимание тоже обрати, – мой голос сразу стал жестче, – дыши как будто рывками, не глубоко, поверхностно, одним носом и диафрагмой.

Через пять минут гном упал весь мокрый как мышь, а я продолжал как ни в чем не бывало. Еще минуту он лежал и пыхтел, как паровоз, пытаясь прийти в себя, и даже вроде хотел что-то сказать, но его язык просто не слушался его.

– Может, просто откажешься, – улыбнулся я ему.

– Н-нет, – с натугой сказал он, поднимаясь. – Эта твоя бешеная медитация всего за пять минут почти эрг энергии мне восстановила, я теперь этого просто так не оставлю.

– Оригинальный у тебя способ попросить обучить тебя медитативной технике, – усмехнулся я, прекрасно понимая всю суть подоплеки произошедшего. – Но справишься ли ты, – посмотрел я на него строго, – у данной техники шестьдесят шесть уровней, а ты даже первого не выдержал.

После моих слов в классе повисло гробовое молчание. Я не совсем понял, чем именно оно было вызвано, но по взгляду Рика понял, техники медитации с таким количеством уровней если и есть, то не так и много. Теперь он от меня точно не отстанет. Но не успел он ничего сказать, как ко мне подошел один из учеников, из обычных.

– Извините, – начал он тихо, – я тут услышал, что вы знаете несколько техник медитаций, могли бы вы и меня научить одной из них. – И сделав круглые глаза, понял, что попросил, тут же добавил: – Только не такой сложной, как эта, – и указал на все еще не могшего подняться гнома.

Отвечать ему сразу я не стал, а просто поднялся, мне все-таки пришлось прерваться. Склонив голову набок, чтобы лучше видеть тех, кто стоял за парнем, кивнув им, я спросил:

– Вы с тем же вопросом?

Ответом было мне не очень стройное, но качание голов. Парень, за которым, как за баррикадой, выстроились еще четыре человека, сначала даже не понял, к кому я обращаюсь, и, только обернувшись, удивился. Он так был поглощен своей проблемой, что не заметил, что за ним выстроилась очередь.

– Давайте начистоту, ребята, – произнес я, присаживаясь и махая им рукой, чтобы тоже рассаживались вокруг. Пока они рассаживались, заметил, что и остальные подсели поближе, даже из темных углов подтянулись.

– Я не меценат, – начал я, когда ребята сели и успокоились, – и просто так делиться семейными тайнами не буду. А потому скажу тем, кто решится, я сначала хочу получить знание о том, что вам досталось в награду, согласитесь, вполне равнозначные знания.

– Но ты же начал учить Рика, – высказался кто-то из задних рядов.

– А у нас с ним уже свои заключенные договоренности, – просто пожал я плечами.

– А если нам не подойдет твоя техника? – спросил один из впереди сидящих.

– А вот это уже хороший вопрос, – поблагодарил я его, – я уже и сам хотел к нему перейти. Да, такая вероятность есть, а потому перед тем, как предоставить вам ту или иную технику, я хотел с вами провести пару занятий. Каких-то ваших тайн это мне не откроет, не бойтесь.

– А если по результатам занятий у тебя не найдется техники? – спросил все тот же парень, но видно, что это не его вопрос, а потому я посмотрел в глаза сидящей за ним девушки.

– О, не волнуйтесь, – улыбнулся я, – у меня был замечательный учитель, который поделился со мной не только методиками, но и техниками. Но даже если я не смогу подобрать вам технику, то мы просто отправимся с вами в библиотеку и подберем нужную вам там.

– Даже так? – удивилась она.

– Даже так, – строго посмотрел я на нее, – я всегда действую по принципу: если взялся кого-то учить, то делай это до конца и с максимальной отдачей.

– А ты нас и учить будешь? – спросил первый парень.

– Если решитесь на мои техники, тогда да, – пожал я плечами.

Минут пять они обсуждали и думали, но в итоге все решил Рик, который просто их спросил, где они найдут предложение лучше. Так что все, их было не так уж и много, всего семь человек, у десяти включая меня, значит, были свои техники.

– Что же, – вставая, произнес я, – раз все решили, тогда начну с простого, с того, что нужно всем, без разницы, есть у вас техника или нет, это будет полезно знать всем. Начнем с дыхания, – произнеся это, я улыбнулся. – Девяносто пять процентов всех живущих на земле людей и не людей дышат неправильно. Кстати, вот вам первое домашнее задание, вспомните, как менялся ваш прогресс от техники медитации с тем, как менялось ваше дыхание, но это так, лирика. Итак, дыхание, кто не дышит, тот кто? Правильно – тот труп. Но дышать тоже нужно уметь. Когда мы рождаемся, мы все дышим естественно и правильно, диафрагмально, но с возрастом наше дыхание смещается в область груди. Обратите внимание… – в этот момент я снял с себя рубашку, оставшись только в штанах и своей лицевой маске. Девушки, которые преобладали в классе, сразу зарумянились. – Ну что вы сразу покраснели, такое впечатление, будто голого мужского торса ни разу в жизни не видели?

– Будь уверен, – поддел меня Рик, – даже я такого мужского торса не видел.

– Хочешь сказать, ни разу в баню с мужиками не ходил? – приподнял я бровь в вопросе.

– Что такое баня? – тут же сделал стойку гном.

– Ясно все с тобой, – отмахнулся я от него, – потом покажу, как найду или построю. А сейчас возвращаемся к уроку. Ну что опять не так? – произнес я и посмотрел на девушек, что до сих пор сидели пунцовые как маков цвет. Да, мое молодое и поджарое в тугих мышцах тело было слегка посечено шрамами от занятий, но не так сильно и заметно. – Я могу продолжать урок?

– Сейчас, шеф, – произнес Рик и куда-то ушел, но вскоре пришел с ведерком воды, после чего слегка обрызгал девушек водой, после чего те пришли в себя. – Вот теперь можешь.

– И что с вами не так? – покачал я головой. – Ладно, продолжим. Как я уже говорил, со временем наше дыхание смещается в сторону груди. – И приложив руку к груди, сделал пару показательных вдохов грудью. – Но это неестественное для нас дыхание, за счет этого страдает наше тело и в первую очередь дыхательные органы, которые тянут за собой спину и внутренние органы. Естественным же для нас является диафрагмальное дыхание, – я прижал руку к верху живота и низу реберной дуги. – Именно здесь у нас крепится диафрагма, – произнес я, проведя себе по реберной дуге. – Помимо естественных плюсов диафрагмального дыхания, таких как полный вдох и нормальная работа органов грудной клетки, это и нормализация работы вспомогательных дыхательных мышц, что перестают нагружать нашу спину и тазобедренный сустав, а за ним и внутренние органы. Для нас как для магов диафрагмальное дыхание жизненно необходимо, кто скажет, почему? – и я осмотрел внимательно слушающих меня учеников.

– Что, ни у кого даже предположения нет? – удивился я и еще раз осмотрел класс, пока не увидел одну руку из угла класса. Там сидела одна из наших самых маленьких в плане роста учениц. – Да, слушаю.

– Может, потому что там расположен источник? – спросила она.

– Верно, – кивнул я ей, – молодец. Именно здесь и чуть выше, – показывал на своем голом торсе, проводя пальцами, – находится наше с вами средоточие. И при правильном диафрагмальном дыхании мы его как бы массируем, стимулируя и укрепляя с каждым нашим вдохом. Теперь понимаете, почему так важно дыхание, – и я обвел класс взглядом, ответом мне было утвердительное покачивание головой и гул голосов.

– На самом деле, – продолжил я, – упражнение для того, чтобы вернуть себе правильное дыхание не сложное, но требует контроля, особенно на начальной стадии. Проще всего начать перед сном, за полчаса, ложитесь на кровать или просто на ровную поверхность и контролируете свою грудь, чтобы при дыхании она не двигалась. Можете прямо руками ее держать, главное почувствовать этот момент, когда начнет работать диафрагма, а не грудь. Потом, как научитесь делать это лежа, пробуйте делать это сидя, поверьте, сидя это сделать заметно сложнее. Но как научитесь делать это сидя, стоя получится делать почти на автомате, а там и сами не заметите, как будете дышать правильно. Ну и как я уже говорил, для тех, у кого уже есть техника медитации, поделитесь с нами, как она изменится со сменой дыхания. А на сегодня думаю хватит, завтра продолжим.

Я не спеша оделся и направился в сторону столовой. За мной нестройной толпой направился и весь класс. Кушать и правда хотелось, а у большинства с финансами были проблемы, так что пренебрегать бесплатными обедами многие не стали. Мне же было просто интересно. Мы-то с Риком еще потом собирались доделать легкий ремонт в нашем учебном классе, а мне хотелось еще и в библиотеку местную попасть.

А местная столовая поражала, она была просто гигантская. Ну оно и понятно, помимо студентов непонятно какого количества курсов, тут еще и учителя со служащими административного корпуса питались. Да и кормили вполне себе приятно и вкусно, не как дома, но вполне себе на уровне, не придерешься.

Удивительно, но первый поход в столовую обошелся даже без эксцессов, нас просто старались не замечать. Такое впечатление, будто над нами повесили клеймо и старались лишний раз не замечать, ну нам же и лучше. И пока остальные разошлись по своим делам, мы с Риком и его товарищем продолжили латать наш учебный класс.

Сегодня я в библиотеку так и не попал, так как мы вскрыли одну из стен, а оттуда посыпалась труха. Пришлось разбирать все стены, чистить и выгребать оттуда скопившийся за годы мусор. Рик все смеялся надо мной, что я какой-то неправильный барон. Руками работать умею, грязи не боюсь, смеялся до тех пор, пока я не ответил ему словами одного сиятельного человека, что убирать грязь не стыдно, стыдно жить в грязи.

После этих моих слов он только посматривал на меня странно, но работать мы молча не могли, а потому шутили на другие темы. И тут я узнал, в чем был конфуз с дамами в классе, оказывается они почти все были из Махакамского союза. А там все настолько строго, что одежда от подбородка до пят затянута, да и голова чаще всего покрыта. Так что да, они впервые увидели голый мужской торс.

Рик мучил меня насчет бани, но я ему сказал, что это проще один раз показать, чем много раз хорошо рассказать. Тем более я знаю, где можно будет построить баню, есть у меня один знакомый кузнец. Думаю, он будет не против, места у него на кузне много, а она стоит на отшибе и возле реки, самое оно для бани.

На том с ним и попрощались. Дома, сидя на террасе второго этажа, смотрел за суетой во дворе. Жизнь в доме возобновлялась. Открытие вторых ворот увеличило поток клиентов, да и просто мимо проходящих. Поставки хороших продуктов в лавку Арама резко увеличило количество посетителей. Да и вообще, как я стал замечать, не один наш купол защиты начал окрашиваться, что говорило о многом, район оживал.

Вместе с поставками еды Араму, заключили договора на поставку разного всего и ателье, и столярная мастерская. Даже Анечка нашла, что заказать у нашего торгового дома. Я же заказал саженцев, не своих родных, вывозить их за пределы баронства не собирался, а местных сортов плодовых деревьев. Надо озеленить двор, а то тут как-то совсем голо, как на собрании в стихах Маяковского.


Дальше наши дни тянулись один за другим. Сначала выступала Ольга как наш лектор по общей магии и руноглифу. Общему для всех магов языку. Именно на руноглифе писались все современные, да и древние заклинания. Так что изучение его важно для нас так же, как и развитие собственного источника.

А вот с практикой она нас просто оставляла самих с собой, признав тут свое поражение. Но тут в свои права вступал я, и начинались уже мои лекции напополам с практикой. Ребята реально старались, большинству из них или некуда было идти, или они не хотели туда возвращаться ни под каким предлогом, вот и старались получить свободу.

Неделю, ровно столько гонял я всех, пока не определился. Да, для каждого у меня нашлась своя техника медитации. Каждому я выдал по методичке с подробным описанием, как именно ему ею пользоваться и развивать. Никому другому она не поможет. Ну и помимо методички продолжал их учить, очно помогая и направляя.

Из семи полученных взамен техник интересных было только три. Первая у Рика. Называлась она просто «Дух оружия», и это название передавало всю суть техники. Кстати, техника ему досталась другая, не та, что он тренировал со мной, она называлась «Воплощение в камне» и принадлежала моему предку, тому самому старшему ученику. Но ему она вошла, что называется, по самые уши.

Вторая техника, что мне понравилась, была у той миниатюрной девушки. Она называлась «Длань духа», это была исцеляющая способность, слабенькая, но работала на все тело разом. А вот ей моя техника хорошо подходила, так что теперь мы тренировались вместе.

Ну и последняя способность была от того парня, что первый подошел. Она называлась «Копье», позволяла формировать из энергии копье и орудовать им как реальным. То, что мне и нужно. Для него техники из этого мира не нашлось, но я был богат на техники, а потому поделился техникой из другого мира.

Остальные техники были так себе, типа импульс или воздушный кулак, но воротить нос я не стал, для меня слово важнее. Так что всем досталось то, что досталось. Как-то так получилось, но за время занятий ко мне подходили за консультацией и те, у кого уже были техники, им я тоже помогал, но уже просто так. Но был случай, когда я сам подошел к одной из учениц.

– Разрешишь? – спросил я, подойдя к ней, пока все были заняты своими медитациями. Та насторожилась, но все же разрешила мне присесть рядом с собой. Рядом с ней сидело еще двое, эти трое всегда ходили вместе и редко общались с остальным классом. Даже сейчас они сидели в дальнем и темном углу медитативного класса.

– Скажи, – посмотрел я на нее строго, – ты хочешь стать магом или загубить свой дар?

– Что? – опешила она.

– Зачем ты используешь не свою технику, которая не только тебе не подходит, – прошептал я, смотря ей в глаза, – но и потихоньку губит твой дар.

– Да что ты можешь знать, – вскочила она, распаляясь.

– Позволь, – произнес я и без спросу сделал быстрый шаг и просто ткнул ее пальцем в точку на теле. Эффект был как от разорвавшейся бомбы, девушка закричала как резаная, упала на четвереньки и начала блевать на пол смесью крови и чего-то черного.

Две девушки из ее окружения вскочили и собирались кинуться на меня, но сзади меня уже стояли Рик с братом, но я махнул ему рукой, а сам взрычал:

– Стоять, хотите, чтобы она сдохла? Нет? Тогда помогите мне. Рик, организуй воды и выведи всех отсюда быстро, – осмотрев зал быстрым взглядом, остановил взгляд на крупном парне. – Иван, иди сюда, поможешь мне. А все остальные, выйдите пока отсюда.

Больше не реагируя ни на что, я нагнулся над продолжающей извергать из себя черное нечто девушкой и с ходу ударил ее пальцем в основание челюсти. Рот ее открылся еще шире, и из него вывалился какой-то комок серо-черной слизи. Но она наконец-то перестала извергать из себя потоки всего и вся.

Оттянув ее немного в сторону, резким движением руки просто сорвал с нее верхнюю одежду. Девушки, что были с ней, хотели опять кинуться на меня, но увидев, что тело той, кого они должны были защищать, покрывают какие-то черные разводы, впали в ступор. Как и думал, толку от них никакого. А вот Иван молодец, сразу понял, что от него будет требоваться, потому снял свою куртку и перемотал девушке руки и прижал их так, чтобы не мешали, и зафиксировал верх.

Я сидел на девушке сверху, но перед тем, как начать процедуры, тоже подстраховался и своими ногами зафиксировал ей ноги. В этот момент в комнату вернулся Рик с ведром воды, он сначала похабно свистнул, но потом подвинулся и подавился своим же свистом. Он увидел черноту и явно узнал, что это такое. Поставив рядом ведро, он всем весом навалился на ноги девушки.

Нам бы еще кого, но его брат стоит на выходе, отгоняя любопытных, а провожатые длинноухой в отрубе пока. Но медлить уже больше нельзя, а потому пора действовать. Не знаю, как тут борются с этой гадостью, потому буду действовать так, как привык. Да, я уже сталкивался с одержимостью на Земле, очень неприятная вещь, я вам скажу.

И ладно бы это была одержимость тьмой, как это пишут в книгах, так нет, это нечто другое, это одержимость духом. Когда человек всего себя отдает какой-то идее, в том числе и душу, тогда-то и рождается эта одержимость, и откуда она черпает энергию, один бог знает. Но точно не из обычной тьмы, тьма это всего лишь отсутствие света, а здесь что-то омерзительное.

Короче, меньше слов, больше действий. Вынув из кармана вишневую палочку, я сунул ее в рот девушке, а сам приступил. Акупунктура вещь интересная и многогранная, в том числе способна и выдавить из тела все лишнее и постороннее. Чем я и занимался. С каждым новым ударом по ключевым точкам тело все сильнее и сильнее дергалось.

Проблема было только одна, просто так пробить точки я не могу, а значит, тратил на это энергию, но с каждой новой точкой каркас становился прочнее, и пробить его становилось сложнее. И начал понимать, что банально не смогу пробить все точки, мне просто не хватит энергии. Но тут мне в спину уперлась лобастая голова гнома. И я почувствовал прилив энергии. Она вливалась в меня нервными пучками, но ее было достаточно много, чтобы я мог закончить начатое.

На всю процедуру ушло почти полчаса. Я выложился по полной. Под самый конец, когда выжал последнюю точку, чернота по всему телу девчонки резко сошла, а через горло выскочил очередной отвратительный ком. Вот только он отличался от первого и был псевдоживой. Именно для этого мне и была нужна вода. Хорошо, что он своим полетом не может управлять, а потому я просто ногой подвинул ведро, куда и упал тут же зашипевший комок слизи.

– Что это было? – раздался голос одной из девушек.

– Очнулись, – посмотрел я на них, – одержимость, ваша госпожа настолько сильно хотела стать магом, что пошла на всё, даже на технику, которая ее убивает, лишь бы стать магом.

– Что с ней теперь будет? – спросила другая.

– Не знаю, – почесал я нос, – проспится, дайте воды попить, может голова будет болеть, ну или понос разберет, я не особо в одержимости разбираюсь.

– П-ха, – не выдержал Рик и хохотнул, прикрыв рот рукой. – Ничего с ней не будет, проспится и все нормально будет, ну может действительно голова поболит, а так нормально все будет, не волнуйтесь.

– Мы можем ее забрать? – спросила первая.

– Да больно она нам нужна, – махнул я рукой, – забирайте, ни мяса с нее, ни костей, даже холодца нормального не сваришь.

– Что за холодец? – тут же навострил уши гном.

– Приходи в гости через недельку, – почесал я затылок, прикидывая, – думаю, к этому времени успею приготовить, вот и попробуешь.

– Уговорил, черт языкастый, – улыбнулся он.

– Слушай, – спросил я его, – а у тебя самовара нет?

– А это?.. – начал было он.

– Значит, нет, – улыбнулся я, – надо будет подумать, как и его сварганить. – В этот момент девушки уже почти утащили бесчувственную длинноухую. – Передайте своей госпоже, что если она не хочет действительно сдохнуть или потерять свой дар, пусть приходит в гости, мне есть что ей предложить. – В ответ те только кивнули, что передадут, но я на них уже не смотрел и повернулся к Рику. – Слушай, у тебя попить не найдется, а то чего-то так кушать хочется, что аж переночевать негде.

Под задорный басовитый смех Рика мы отправились в столовую. Где после сытного обеда и всего произошедшего идти в библиотеку совсем не хотелось. Так что я отправился к себе домой. Там уже у Арама заказал свиные голени и голову, сам полез на крышу. Наконец-то приехали пластины.

Вот вроде и размер их был не особо и большой, полтора на полтора, и сантиметр толщиной, но вес-то приличный. Так что поднимались они с трудом, но благо по периметру крыши были установлены передвижные блоки. К каждой пластине шло по четыре же специальных медных граненых гвоздя.

Но перед тем как устанавливать их на места, я решил провести эксперимент. Если не удастся, то я от этого ничего не потеряю, а вот если удастся, то выиграю заметно больше. Но для этого мне нужно все-таки попасть в библиотеку, так что это остается на завтра. Пластины пока просто положил на место, на случай если дождь пойдет, то не так сильно все намокнет. Хотя защита должна и тут помочь.

Ну, а раз решил заняться ремонтом, то грех уже останавливаться. Активировав ключ, тот самый, что выдала мне Анечка, стал рассматривать схему дома. На нем отображалась не только схема дома, но и все важные его узлы, в том числе и энергоканалы. Вот один как раз подсвечивался красным и даже мигал, оповещая тем самым, что там возникла проблема. Ага, это противоположная сторона дома, там как раз уже давно никто не живет, пойдем, посмотрим.

Нашел проблему быстро. Шахта, в которой проходил канал, что собирал энергию с этой стороны крыши, в этом месте была нарушена. А сам канал был перебит. Но что хорошо в таких ситуациях, тут главное убрать помеху, то есть починить шахту, и остатки структуры канала сами себя восстановят. Что, собственно, и произошло, стоило мне только вытащить кусок бруса, что подгнил и от ветхости сломался и вошел внутрь шахты, как канал сам себя уже восстановил.

Жаль, что это происходит только с действующими магическими многоуровневыми контурами. Вот чего они крышу сами не починили-то. Нет, все на своем горбу таскать приходится. Теперь еще и шахту латать нужно, но тут не сложно. Как раз к ночи закончил все работы, теперь и не скажешь, что тут дыра была. Правда, опять ограбил девчат из столярки.

Глава 11

Спор

На следующий день, естественно, троица из угла не явилась, учительница даже спрашивать не стала, но я решил уточнить, что им вчера плохо на занятиях стало. На что она просто пожала плечами и сказала, что это исключительно их проблемы. Да никто тут за посещением студентов не следит, это проблема самих студентов, главное экзамены сдать в конце года, дальше хоть весь год отсутствуй.

Потеряшки появились только на третий день. Но на это никто так и не обратил внимания, кроме меня. Но и я потерял всякий к ним интерес. Мне было интереснее, что рассказывала Ольга. Тем более с эльфами у меня в этом мире как-то не заладилось, в отличие от гномов.

В библиотеку, кстати, я все-таки попал. Она была великолепна, огромна и поражала количеством книг. Но далеко не везде я мог побывать. И тут сказался на мне статус черного класса, ограничивая и так не очень великий набор доступных разделов для первого курса. Но даже так я посещал библиотеку регулярно, выискивая все возможные знания, какие только она могла мне дать.

Мой эксперимент с медными пластинами, кстати, удался, что говорит, что я не зря ходил. Один из разделов, куда мне все-таки был доступ, был на стыке магии крови, алхимии и артефакторики. Очень интересный раздел, я стал там завсегдатаем. Так вот, использовав свою кровь, я вывел руну на оборотной стороне пластины. А вот на внешней стороне для воссоздания рисунка я использовал состав из своей крови, серебра, набора трав и вина.

Для нанесения всего этого использовал самодельную кисть из вишневой веточки и пучка своих волос. На веточке вычертил руны, для лучшего контроля потока энергии, у меня ее и так не много. А в саму смесь слил весь запас энергии, еще и круговорот, это теперь почти сорок эргов энергии. После чего почти два часа особым мелком повторял рисунок с соседних плит. И еще четыре часа на каждую плиту по отдельности, чтобы нанести сам рисунок.

Но у меня получилось. Теперь наша защита была полной и не зияла прорехами, в перспективе у меня было восстановить рисунки на всех плитах. Но сколько у меня на это уйдет сил и энергии, я даже боюсь представить. Главное же для меня, что я нашел интересный для себя раздел и погрузился в его изучение. Особенно для меня были интересны руны и их кровавое исполнение, вернее причина запрета на их прямое использование.

После двух недель трудов я сидел на втором этаже террасы, отдыхая после веселого дня. Сегодня приходил Рик с братом, и я угостил их холодцом с горчицей. Нужно было видеть их лица. Поначалу этакая смесь отвращения с презрением, а потом чавканье и битва ложками за последний кусочек. Я тогда с гордой улыбкой посмотрел на них и сказал:

– Ей-богу, братья, вы как с гор за солью спустились, а вас в академию забрали.

– Х-ха, – засмеялся Рик, – блин, Кан, ты порой такие перлы выдаешь, что хоть записывай, – произнес он, вытирая слезы. – Но мы ведь и правда с гор спустились.

– Ничего, – махнул я рукой, – я еще научу вас плохому.

– Спасибо тебе за всё, – произнес он, переходя он строгий тон, – особенно за братьев, это нам было особенно приятно.

– В моей семье считается, – произнес я, также поднимаясь, – что разделившие трапезу становятся фактически одной семьей, именно поэтому мы никогда не будем есть за одним столом со своим врагом.

– Очень мудрые слова, – медленно произнес Рик, – я передам твои слова.

– Давай без этого, – поморщился я, – нормально же общались, – и улыбнулся я. – Запомни, друг, мой дом всегда открыт для тебя и твоей семьи, обращайся, если будет в том нужда какая.

– Договорились, – произнес Рик и пожал мне руку.

Сейчас я сидел и, попивая отвар, вспоминал наш разговор. Мне нравился этот парень и его подход к делу, не думаю, что его семья в этом сильно отличается, обычно яблоко от яблони недалеко падает. Это я исключение из правил. Но так уж сошлись звезды. Кстати, сегодня они особенно красивы.

– Пришла все-таки, – не поворачиваясь, произнес я, – присаживайся, в ногах правды нет, угощайся чем бог послал.

– Как ты меня заметил? – спросила она, выходя из тени.

– Вы не настолько тихие, как на самом деле думаете, – пожал я плечами. А когда вышел Пилар, то попросил уже его: – И вон для тех двух застенчивых особ еще два отвара, пожалуйста, принеси.

На мои слова Пилар никак не прореагировал, а вот две тени вышли из тени. Я предложил им тоже сесть, но они предпочли постоять, их право. Дождавшись, когда у всех гостей будет по кружке отвара, я повернулся к гостье в ожидании.

– Ты сказал, – начала она, – что у тебя есть предложение.

– Есть, – кивнул я.

– Каково твое условие? – спросила она. – Также хочешь узнать, что мне досталось?

– Это меня не интересует, – отмахнулся я от нее, – скажи мне, в каких вы отношениях с курирующими торговый дом Вартарез кланами?

– Можно сказать, что враждуем, – медленно произнесла она, – а что?

– Ничего, – ответил я и положил перед ней довольно толстую тетрадь, – для меня этого более чем достаточно. Это, – я указал на тетрадь, – называется техника «Первый весенний лист», она подойдет тебе идеально. Но для его тренировки тебе нужно будет выбрать растение, желательно дерево, но можно и цветок. Это потребуется не сейчас, но, если хочешь достичь мастерства, задумайся уже сейчас, с каким из растений свяжешь свою жизнь.

– Откуда эта техника у тебя? – По мере рассказа глаза девушки расширялись, она явно понимала, что эта техника как будто придумана для эльфов.

– Там, где взял, уже нет, – улыбнулся я ей, – но скажу так, это только первый уровень. Не зря же она называется «Первый весенний лист». Всего их семь. Но тебе об этом рано пока думать.

– Я так понимаю, есть и лето с осенью, – задумчиво протянула она.

– Есть и зима, – кивнул я ей, – но до них еще дальше. Кстати, позовите уже сюда тех двух девушек, не помню, как их зовут, что вы их за воротами-то оставили? – это я обратился уже к сопровождавшим девушку эльфам. Судя по выражению лиц, с эмоциями они не справились. Они удивились, бросили взгляд на девушку, и та кивнула.

Когда привели давешних девушек, я указал им на стулья, вот эти жеманничать не стали и уселись. Пилар тут же появился и поставил два стакана с отваром и новые вазочки с печеньем и вареньем, нашим, из дома. Пока девушки устраивались, я положил по тетради уже перед ними.

– Так, – начал, уже обращаясь к ним, напрочь забыв про первую девушку, которая начала осторожно пробовать мое варенье, тут такого еще не знали. – Вам придется забыть про свои техники, они все равно вам не очень подходят, а у тебя, – указал на ту, что пила, – вообще не твоя. Где вы их только взяли, – покачал я головой, – ладно бы еще с толком. Так нет же, но она тебе хотя бы не вредила, а ты, – повернулся я к первой, которая от моего маневра чуть не поперхнулась вареньем, – чуть не угробила себя.

– Ладно. Теперь ты, – указал я на ближайшую. – Твоя новая техника называется «Песчаная дева». Несмотря на название, ничего связанного с песком не имеет. Что такое оазис, знаешь? – и посмотрел на нее, та только кивнула. – Вот это типа королева оазиса. Подробности, как и что делать, поясню на уроках.

– Теперь ты, – перевел взгляд на вторую девушку, – с тобой все гораздо интереснее, ты у нас редкая птица, и подобрать для тебя технику оказалось сложнее. Однако теперь твоя техника называется «Висп», что это такое, знаешь? – в ответ получил отрицательный кивок. Но я ответить не успел, так как ответ поступил сзади, со стороны стражников.

– Висп – дева стражница леса, – раздался строгий голос.

– Молодец, – произнес я и, подхватив вазочку с печеньем, повернулся к стражам: – Возьми печеньку. – И тот, видимо, под моим напором, все-таки взял ее, и только потом понял, что сделал. – Как верно сказал ваш товарищ, Висп – это дева стражница леса. Странно, что вы этого не знаете, – покачал я головой. – Ну да ладно, сейчас это не главное, все эти три техники взаимосвязаны. Будете тренироваться втроем и взаимодействовать, без этого никак, иначе ни одна из вас просто не выдержит напора ваших техник. Это хоть понятно?

– Понятно, – кивнула их госпожа. – А что это такое? – и указала на варенье.

– Вареная кровь абрикоса, – с каменным лицом произнес я, следя за ее реакцией, она сначала побледнела, потом позеленела, а потом покраснела, когда сзади раздалось тихое кряхтение скрываемого смеха.

– Издеваешься? – прошипела она.

– Есть немного, – улыбнулся я, – на самом деле это варенье, оно делается из мякоти абрикоса, мой собственный рецепт, нравится?

– Твой рецепт? – удивилась она.

– Ну да, – пожал я плечами, – а что тут такого?

– Не может быть такого, – заявила она и отвернулась.

– Давай на спор, – улыбнулся я ей ехидно.

– Какой? – с подозрением повернулась она ко мне.

– Я предложу тебе съесть лепесток вишни, – улыбнулся я, – а ты не только не сможешь отказаться, но при этом он окажется очень вкусным и красивого цвета.

– Этого просто не может быть, – отмахнулась она.

– Ну так, значит, тебе и терять нечего, – пожал я плечами.

– Предмет спора? – тут же спросила она.

– Если выиграю я, – я задумался и коварно оскалился, – то я выбираю наряды, в которых ты будешь посещать академию весь ближайший месяц.

– Что?! – протянула она. – Этому не бывать!

– Ну, ты же и так уверена в своей победе, – пожал я плечами, – дай мне хоть помечтать.

– Хорошо, – улыбнулась она, – тогда если выиграю я, то ты снимете эту дурацкую маску со своего лица.

– Договорились, – пожал я плечами и, привстав, протянул ей руку, но не видя понимания, пояснил: – Скрепим договор рукопожатием. – А заполучив в руки ее хрупкую ладошку, осмотрелся и произнес: – Кто будет нашим секундантом и разделит наш спор, напомню, в случае мухлежа судья будет вынужден сам выполнить условия сделки.

Удивительно, но разбили наше рукопожатие сразу четыре руки, обе девушки, один из стражей и Пилар.

– Ну что же, – произнес я, присаживаясь, – не обговорен был только срок, но мне хватит недели, готова ли ты подождать столько?

– Согласна, – кивнула она, поднимаясь, – через неделю я увижу твое лицо.

Остальные эльфы встали, и буквально через минуту их уже не было, только Пилар убирал пустые кружки со стола.

– Интересно, – спрашивал я больше пустоту, чем верного друга, – они вообще умеют говорить спасибо? Спасибо, что организовал такой замечательный вечер, я видел, ты передал охраннику баночку нашего варенья.

– Не стоило?

– Нет-нет, – замахал я руками, – наоборот, сам хотел предложить, но смотрю, ты меня опередил, так что не стал даже говорить, молодец. Можешь позвать Анечку, Елену и Софию. Спасибо.

В ожидании других гостей я продолжал попивать отвар, который готов литрами пить, вместо воды и всего остального. София была хозяйкой ателье. В своих талантах я совершенно был уверен, так что изготовлением первого платья нужно было озаботиться уже сейчас. Тем более что готовить его будут долго, слишком непривычное для этих мест.

– Дамы, – произнес я, вставая и приглашая всех присаживаться, – отвару с печеньем и вареньем?

– Не откажемся, – улыбнулась Анечка, – ваше варенье тут все любят.

– Дамы, у меня к вам очень деликатная просьба, – после первого перекуса продолжил я, – у меня недавно состоялся спор, в том, что я его выиграю, у меня нет и тени сомнения, так что мне необходимо подготовить свой выигрыш.

– Позвольте узнать, – удивилась София, – в чем же ваш выигрыш, если вы его сами же заказываете?

– Дело в том, что суть спора такова, – улыбнулся я ей, – что когда я выиграю, то буду выбирать фасон одежды некой особы для ношения в течение месяца. Вот и хотел бы заранее приготовить первый наряд для нее, чтобы не терять время, а то знаю я ее, скажет, что время вышло.

– Какой вы хитрец, – улыбнулась она. – А что вы хотели заказать? Возможно, фасоны моего ателье не лучший для этого вариант.

– Госпожа София, – отмахнулся я от нее, – уверяю вас, с качеством выпускаемой вашим ателье одежды я ознакомлен, и оно мне нравится. И с моим заказом вы справитесь. Не скажу, что оно такое уж сложное. Хотя нет, оно скорее необычное.

Стоило мне повернуться, как Пилар протянул мне бумагу и карандаш.

– Благодарю.

Я тут же начал рисовать эскиз платья, а вернее классическое кимоно, из отреза ткани длиною семь метров. Естественно, я использовал упрощенный вариант, эта хрупкая девушка просто не сможет ходить в традиционном кимоно. Но это не просто отрез ткани, его нужно правильно скроить и вышить узором, а еще пояс. На эскиз у меня ушло минут пятнадцать, это время девушки тихо что-то обсуждали. Я передал альбом с эскизом и размерами. София замерла, изучая его.

– Что это? – удивленно произнесла она.

– Это называется кимоно, – улыбнулся я ей, – сможете такое изготовить?

– Очень необычно, – произнесла она, – тут почти нет швов.

– Если быть точным, – поправил я ее, – то их там вообще нет, кроме тех, что скрепляют подкладку, чтобы скрыть вышивку. Все остальное это специально скроенный отрез ткани, который особым образом надевается и повязывается поясом, и всё.

– А что вышить нужно? – спросила она. – Думаю, это будет самой долгой работой.

– Вышить нужно будет… – задумался я и, попросив назад альбом, сделал набросок. Я изобразил неизвестную тут сакуру и летящие лепестки на фоне заходящего солнца. Протянув альбом, дал пояснение: – Пояс цвета спелой молодой листвы, сама ткань белого цвета. Дерево немного темнее обычного коричневого, а вот лепестки как самого дерева, так и те, что летят, должны быть розового и… – я задумался, – …как лепестки цветка абрикоса.

– Э-это, – в задумчивости, видимо представляя себе всю картину целиком, сказала она, – будет очень красиво.

– Я в этом уверен, – улыбнулся я и повернулся к оставшимся девушкам. – К подобному платью должны быть и подобающие аксессуары. В данном случае я выбрал обувь, зонтик и заколки для волос.

Попросив альбом, я быстро набросал сначала обувь, как самый простой элемент.

– Это гэта, – показал я Анечке, – особая деревянная обувь с кожаными ремешками сверху. Думаю, тут ничего сложного нет, и сделать такие не составит особого труда. Единственное, что прошу, выдержать общий стиль и украсить их, покрасив лаком в цвет закатного солнца.

– Это не сложно, через пару дней будут уже готовы, – улыбнулась она мне.

– Я в тебе и не сомневался, – ответно улыбнулся я ей. – Госпожа Елена, теперь к вам. Тоже не менее сложный и тонкий заказ. – Над эскизом зонтика я сидел дольше, так как это механизм хоть и простой, но его суть тоже нужно еще передать. Хорошо, что я еще рисую неплохо и с черчением у меня все в порядке, так что схемы для меня начертить не проблема. После же зонтика изобразил и сами заколки в виде двух китайских драконов.

– Вот это зонтик и его механизм, – подсаживаясь ближе к девушке, произнес я, передав ей альбом со схемой. – Поверху клеится лакированная бумага. Она будет легче, чем даже самая тонкая кожа, и позволит складывать зонтик именно так, как нам надо.

– Очень интересный механизм, – покивала Елена, – а я могу его потом делать на продажу?

– Да пожалуйста, девушки, – улыбнулся я им. – Если мы станем законодателями моды в столице и к вам ломанутся покупатели за новыми вещами, я буду только за. Вы мне главное скажите, во сколько мне обойдется весь мой экспромт.

– Думаю, – начала София, – мы пока не готовы сказать, сколько именно, тут нужно сначала подсчитать.

– Тогда давайте так, – произнес я и положил на стол по две золотые перед Еленой и Софией и золотой перед Анечкой. – А потом, как посчитаете, окончательно рассчитаемся.

– Хорошо, – сказали девушки и разом встали.

– Единственное что, – произнесла Елена, – не уверена, что успею с заколками.

– А, не переживайте, – отмахнулся я на этот счет, – их я сделаю сам, что-то сам давно с резцом не сидел, надо бы это дело исправить.

Само яство я мог бы приготовить уже к вечеру следующего дня, но оно было бы не таким вкусным. Так что оставил это на последний день, пока часть желе, сиропов и соков настаивается. Сам занялся изготовлением заколок. Их образ как-то сам сложился у меня в голове, так что над ними я особо не думал, а сразу начал творить.

В качестве материала выбрал веточки волшебного дуба, хотя поначалу думал, что жирно будет, но потом подумал, что это все-таки мой подарок, и решил не жадничать. Не из моего дуба, конечно, а из его потомка, но тоже очень крепкое и необычное дерево. С ним мне и работать интересно.

Естественно, что наш спор не остался секретом и уже к концу недели о нем знал весь класс. Да что там, все о нем судачили уже на следующий день, просто тактично делали вид, что не знают. Даже учитель каким-то чудом узнала о нем, но тоже молчала, только задумчиво смотрела иногда на нас.

Анечка, как и обещала, уже на третий день принесла мне обувь. Она вышла даже дешевле, так что мне даже сдача вернулась. Я тут же попросил для себя такие же, только черного цвета, естественно, с серебряной кожей. После чего спустился в ателье и спросил, успеют ли они сделать еще одно кимоно, но черное, без рисунка, с серебряными отворотами и поясом.

Если бы была нужна вышивка, то они бы не успели, а так вполне успевали сделать второй комплект. Кстати, я посмотрел на то, что уже у них получилось. Ребята из торгового дома молодцы, постарались и смогли найти ткань, очень похожую на шелк. Заготовка уже выглядела красиво и элегантно.

Чем ближе приближался день спора, тем все вокруг становились более нервными. Удивительно, такое впечатление, будто это они спорили, а не я. Свою же часть экипировки я закончил на шестой день, чуть не запоров весь спор. Мне вдруг захотелось, чтобы это были не просто заколки, а хоть и простенькие, но артефакты. Если бы не Рик, то я бы и не справился.

Тот пришел в крайний перед судьбоносным днем вечер ко мне домой и чуть ли не жить тут не остался. Но я был ему за это благодарен, не за психологическую поддержку, так как нервничал он больше меня, а именно за физическую. Я переоценил себя, и когда творил магию, не рассчитал объем своего источника и требуемый расход. Тот, как и в прошлый раз, просто влил в меня свою энергию, помогая завершить начатое. Тогда он сказал одну очень интересную фразу.

– Знаешь, я очень плох в контроле, а мое естественное восстановление на уровне плинтуса пола было, – почесал он кончик носа, – но зато мой источник невероятно большой.

Когда же я варил яство, он мне чуть всю кухню не уделал. Сначала ужином, а потом слюнями. Да, поначалу сам процесс не то чтобы приятный, он отвратительный, но вот потом по кухне витали такие ароматы, что на запах сбежались все жители дома. Благо я знал, что делал, а потому готовил очень большую кастрюлю, на всех хватило. Мне даже не дали разложить готовое блюдо в посуду, ели прямо так.

Но для завтрашнего дня я подготовился. Специально для этого по моей просьбе было сделано четыре ящичка. Один под заколки. Один, большой, под всех учеников класса и два маленьких, персонально для эльфийки и учителя. Именно туда я и сложил в специальных бумажных коробочках получившиеся у меня желатиновые шарики. После чего плотно закрыл коробки.

Рик, кстати, так и остался ночевать у меня, так на следующий день помогал мне нести коробки. Он буквально на руках перед собой нес большую коробку и пылинки сдувал. Я только смеялся над ним. На самом деле эту коробку можно было нести и под мышкой, ничего содержимому не сделается.

Честно, я боялся, что по пути с нами или коробками что-то случится, или мы встретим кого-то, но до класса мы добрались спокойно. В классе нас уже все ждали, в полном составе, даже учитель, а ведь до занятия было еще двадцать минут. В полной тишине войдя в помещение, я встал у конторки и взял у гнома коробку, поставил ее там, а небольшую шкатулку на стол учителя. С последней шкатулкой в руках я подошел к эльфийке, что стояла у первой парты.

– Все свидетели нашего спора здесь? – вроде тихо спросил я, но как по мановению руки за моей спиной выстроились четыре человека. – Согласно спору, я должен предоставить блюдо, э… – и замялся, так как до сих пор не узнал имя этой эльфийки, но мне на помощь пришел стражник, прошептав на ухо: «Эссириэль». – Эссириэль. Блюдо в виде шарика, с вишневым лепестком внутри, который она не сможет устоять, чтобы не съесть. Всё верно?

– Всё верно, – ответили хором четверо, а потом и Эсси:

– Всё верно.

– Я приготовил это блюдо для всех, а кто-то уже даже успел его попробовать, – улыбнулся я и посмотрел на гнома. – Но для чистоты эксперимента попрошу не открывать пока своих коробочек, – это было сказано учителю, которая хотела уже открыть свою коробочку. – Прошу, – произнес я и передал девушке простую деревянную лакированную шкатулку.

Перед тем как ее открыть, она непроизвольно сглотнула, но упрямо взглянув мне в глаза, открыла замочек и открыла крышку. По комнате тут же разнесся просто чарующий аромат спелой ягоды. Он плыл по комнате, накатывал на нас волнами, врываясь в мозг и заставляя почувствовать себя стоящим в центре цветущего сада.

На обитой красным бархатом внутренней части коробочки в белой резной салфетке, раскрывшейся вместе с футляром, лежала чистая, как родниковая вода, капля желе. В центре нее плавал распустившийся бутон вишни, по которому стекала капля росы.

Вся комната и люди в ней замерли в каком-то чудесном миге ожидания и волшебства момента. Секунды тянулись, а запах не ослабевал, он только набирал обороты, вот появились новые нотки, в них чувствовалась свежесть горных луговых цветов. А вот нахлынул легкий морской бриз и придал свежести, но все закончилось на одинокой, но гордой горной вишне, что стойко противостоит всем невзгодам.

В этот момент девушка не выдержала и дрожащей рукой взяла лежащую там же специальную ложечку и аккуратно зацепила немного желе. Когда ее губ коснулся сок, наверное, охнули все в комнате, такая гамма эмоций и вкуса пронеслась у нее на лице. И в полной тишине я услышал, как откинулась крышка еще одной крышки, это уже не выдержала учитель и накинулась на свой десерт.

Не став более мучить остальных, я сходил за большой коробкой и, подойдя ближе к классу, открыл ее и приглашающе сказал:

– Налетайте.

Меня чуть не снесло шквалом людей, спасибо тренировкам деда, напор я выдержал, еще и смог раздать всем по одной в руки, а то были там одни волосатые руки. Досталось всем, в том числе и охраннику с Пиларом. Ели молча, кто-то плакал, кто-то просто улыбался и смотрел куда-то вдаль. В общем, трапеза удалась. А урок слегка задержался. Когда все вкусности были съедены, я повернулся к девушке и произнес:

– Жду завтра с утра пораньше, тебе нужно будет привыкнуть к новому наряду на эту неделю, – улыбнулся я ей и отвернулся, так как меня вовсю теребил гном.

– Что это было? – спросил он меня шепотом, который слышал весь класс. – Вчера тоже вкусно было, но чтобы так…

– А, – отмахнулся я от него, – просто настояться должно было.

– А ты полон сюрпризов, брат, – улыбнулся он мне.

– Кстати, зайди ко мне после занятий, я и для ваших коробочку собрал, – улыбнулся я, а тот аж поперхнулся на моих словах.

– Так, все успокоились, – вступила в свои права Ольга, – всех с приятным завтраком, но пора начинать занятия.

И дальше понеслись лекции. Но сегодня они шли как-то вяло, даже Ольга не могла зажечь в нас огонек интереса, и в итоге лекция как-то сама собой заглохла через полчаса, каждый думал о своем. Тогда Ольга обернулась ко мне.

– Скажите, барон Кан, – начала она, но я ее мягко остановил:

– Можно просто Кан, – попросил ее я.

– Откуда такие таланты? – спросила она меня.

– Так уж случилось, – печально улыбнулся я ей, – что я некоторое время был прикован к постели, а потом долго восстанавливался, и далее кухни и туалета со спальней самостоятельно выходить не мог. А лежать и смотреть в потолок неимоверно скучно.

– Это что же, – удивилась она, – у вас дома такие искусные повара?

– О нет, – отмахнулся я от нее, – вполне обычные, но любовь к кулинарии они привить мне смогли. А столица нашего баронства большой перевалочный пункт, там бывают люди разных талантов. А я люблю и, главное, умею слушать.

– Да, – кивнула она, – этого у вас не отнять. И много у вас таких вот, – на слове таких она запнулась, – рецептов?

– Достаточно, чтобы всех вас удивить еще несколько раз, – улыбнулся я ей.

– Я смотрю, вы вообще человек многих талантов, – улыбнулась она вдруг. На это я не нашел что сказать и просто пожал плечами. – Я уже некоторое время наблюдаю за вашими медитациями, – пояснила она мне. – Меня просто удивило, что ни один ученик так и не подошел ко мне за помощью с техниками.

На это я тоже не стал ничего говорить, а просто развел руками, типа не виноватый я, они сами ко мне пришли. Ольга на это только улыбнулась и сказала, что на сегодня занятия закончены, и мы можем заниматься чем хотим. Но перед тем как покинуть учебный класс, она еще раз его осмотрела: какой все-таки интересный достался ей класс.

Они уже месяц занимаются, и ни драк и споров, а успехи, судя по показаниям, лучше, чем у некоторых классов более выдающихся учеников. А все этот странный барон. А это его пирожное, в нем же не было и капли магии и запрещенных веществ, она проверила, но при этом все просто голову потеряли.

Я же не обращал внимания на суету, ребята были на подъеме. Лекции хоть и отменили, отменять занятия по медитации я не стал. Как меня ни просили, в честь чуть ли не праздника, но посмотрев на всех мрачным взглядом, я спросил: все уже забыли, в каком именно классе они находятся? Или всем так резко домой захотелось? Нет? Тогда марш в класс медитаций.

Моя отповедь подействовала на всех как ушат холодной воды, и они осознали, в каком мире живут. Так что я решил их приободрить.

– Ребят, не волнуйтесь, – улыбнулся я всем, – будет и на нашей улице еще праздник, я еще что-нибудь приготовлю, и мы все вместе это отметим. Но забывать про тренировки я никому не позволю, и пока вы выбрали меня своим тренером, я сделаю все от меня возможное, чтобы все мы прошли этот путь достойно и в конце получили статус адепта и кольцо.

– Я смотрю, ты умеешь приободрить, – тут же рядом нарисовался гном и ткнул меня локтем в бок.

– Ну, слишком сильно я их в правду жизни макнул, – пожал я плечами, – это на пользу тренировкам не пойдет.

– Слушай, я что спросить хотел… – замялся гном.

– Да говори уже, – посмотрел я на замявшегося гнома.

– А сколько ты для моих оставил гостинцев? – произнес он и покраснел.

– А сколько нужно? – произнес я, понимая, что дело тут не такое простое, как кажется на самом деле.

– Двести два, – протянул он, пыхтя и еще сильнее краснея.

– Тогда завтра заберешь, – пожал я плечами. – На всех у меня не хватит, вчера много съели. Я так понимаю, что таким принято делиться со всей семьей, – пристально посмотрел я на него.

– Да, – только и пробухтел он.

– Договорились, – улыбнулся я ему. – Честно, боялся, вас больше будет, могло и продуктов не хватить.

– У нас маленький род, – погрустнел он, – а еще больше убили.

– Сожалею. – И выдержав небольшую паузу, произнес: – Опрокинешь за них от меня чарку пива, тогда та партия, что уже готова, будет только для твоей семьи, договорились?

– Договорились, – улыбнулся гном, и мы пожали руки.

День как-то незаметно пролетел, сначала в медитациях и небольших лекциях и помощи классу. Но с каждым днем требовалось ее все меньше, они все лучше выполняли свои техники. Конечно, большую роль играла правильно подобранная техника, так что справлялись они хорошо. Даже эльфы, которые включились позже, но они, видать, вообще все свободное время только медитации посвящали.

Следующий свой день я начал так же рано, как и обычно, вот только в воротах дома столкнулся с Эсси. Увидев ее, сказал, что не так рано ее ждал, но раз пришла, то пойдем. Отправился к Анечке. Она была схожей с эльфийкой комплекцией, так что на ней я показывал, как именно надевать кимоно. Ей я его и вручил с наказом все показать и рассказать, вручив обувь и зонтик.

Вернувшись со своей прогулки и силовых упражнений, заглянул к девушкам, узнать, как у них идут дела. Через дверь услышал о себе много чего интересного, но меня заверили, что скоро будут готовы. Кивнув дверям, сам отправился одеваться в похожий костюм. Только черный с отливом серебра.

В девять часов девушка все-таки была готова и вышла из комнаты Анечки. Выглядела она очень симпатично, кимоно кого угодно сделает красивым, если ты изначально не сильно толстый. У меня под мышкой была шкатулка с цепочкой, там лежали заколки, эта же шкатулка могла выполнять функцию сумки-клатча. Подойдя к девушке, я достался заколки и произнес:

– Последний штрих. – И быстро соорудил ей высокую прическу. (Не удивляйтесь, у меня были сестры, и я многое что умею из женских причесок. Тем более руки у меня из нужных мест растут.) – Это не обычные заколки для волос, – произнес я, критическим взглядом осматривая ее, – это заготовка под источник энергии с вложенным заклинанием купольной защиты. Правда, он работать не будет, пока источник не активируется, для его активации нужно влить в заколки десть тысяч эрг энергии. Вольешь обычную не структурированную энергию, будет простой универсальный малый источник. Вольешь все десять тысяч только энергии леса, будет малый источник леса, поняла? – Та завороженно на меня смотрела, но кивнула. – Это тебе мой подарок, – произнес я и, повесив сумочку ей на плечо, помог разложить зонт, после чего повернулся вполоборота и протянул руку: – Пойдем?

– Пойдем, – отважно кивнула она и сделала первый широкий шаг, чуть не полетев с лестницы, благо я держал ее за руку.

– Привыкай, – улыбнулся я в ее красное от стыда и злобы лицо, – в этом наряде ходят медленно и не спеша.

На занятия мы еле успели. Не говоря уже о том, что на нас смотрел весь город, особенно островная его часть. Мы не просто привлекали взгляд. Мы были как магниты, притягивая к себе внимание и интерес. Эсси терпела, но краска стыда и злости периодически пробивалась сквозь ее взор.

– Не знаю, чем ты недовольна, – говорил я ей, – тебе очень идет, смотрится очень красиво и сделано, по-моему, шикарно.

– Я не ношу юбки, – прошипела она.

– Это не юбка, – покачал я головой, – ты просто юбок не видела.

В классе мы тоже произвели фурор. Ну да, наша одежда выглядела очень экзотически и непривычно, но главное, была очень красивой. Особенно на Эсси смотрелось, мое-то черное всем уже приелось. Однако главное шоу было, оказывается, не утром, а вечером, когда мы шли обратно.

Каким-то чудом люди разузнали, что мы учимся в академии, хотя мы особо и не скрывались. Так что обратно нас сопровождала целая толпа, и не только девушек, но и парней, что с любопытством рассматривали наши наряды. Они явно заинтересовались необычными нарядами, некоторые даже подходили и спрашивали, где именно мы их заказали. Я беззастенчиво рекомендовал ателье госпожи Софии.

Вечером, уже переодевшись и отпустив девушку домой с сумкой одежды, сказал, что жду ее в этом же наряде. Сам вызвал троицу девушек и кузнеца на чаепитие. Когда все выпили отвару и попробовали изделия моего кулинарного искусства, отдав должное мастерству, я заговорил.

– Первый выход в свет побил все рекорды, – улыбнулся я девушкам. – Наши наряды понравились очень многим, так что ждите гостей. Но если честно, мне надоело каждому говорить, что и где, поэтому сделайте для меня свои визитки.

– Визитка? Что это такое? – спросила меня Анечка.

– О, они бывают разные, – улыбнулся я, – но чаще всего это просто плотный кусок бумаги, где написаны название мастерской и контактные данные, где ее можно его найти и когда и как она работает.

– Какое интересное изобретение, – задумались девушки.

– Кстати, – посмотрел я на них, – кто-то из наших местных может открыть мастерскую по их изготовлению, раз такое еще не распространено тут, просто пусть на обратной стороне мелким шрифтом пишут, что данная визитка сделана в мастерской там-то и там-то.

– Как умно, – покивала Елена, – но из наших некому заняться этим.

– Хорошо, – задумался я и посмотрел на Пилара. – Тогда Пилар все организует. Но я собрал вас тут не для этого, пора готовиться ко второй части, – улыбнулся я. – Для этого мне и потребуетесь вы, мой друг, – обратился я к кузнецу.

– Но при чем тут я и платья? – не понял он.

– О, – улыбнулся я, – сейчас все объясню, от вас мне нужен будет тонкий металлический каркас, – я взял в руки альбом и быстро набросал, какой именно и с примерными размерами. – Он должен быть достаточно жестким, чтобы держать ткань, но не настолько тяжелым, чтобы его можно было нести.

К кузнецу поближе подсела София и внимательно посмотрела на каркас и перевела на меня вопросительный взгляд.

– Объект, оказывается, очень не любит носить юбки, – улыбнулся я, – и посмела обозвать кимоно, полноценное классическое платье, юбкой, вот я и хочу ей показать, в чем разница. Разрешите, – и протянул руки за альбомом, и рядом с эскизом каркаса лег еще один. На нем я изобразил, как должна лечь ткань на каркас. Там будет несколько слоев, создающих пышность, в идеале использовать что-то типа шифона. Верх же наоборот будет заужен и стянут корсетом, создавая тот самый образ бабы на чайнике. А ведь будет еще и чепчик. И веер.

Но за веером это к Елене. В этот раз самая простая работа у нее. А вот Анечке досталась работа поинтереснее, обувь под названием туфли-лодочки с бутоньеркой. В этот раз композиция вся будет в небесных тонах, этакое облачко. Мой костюм был прост и был представлен обычным камзолом, так что ничего интересного собой не представлял. Такие тут уже делали, хотя и нечасто.

От традиции я решил не отступать и решил приготовить сладость на очередное платье. Так как платье на европейский манер, то и сладость решил взять из европейской кухни. Правда, пока не определился, что именно делать. Поначалу думал про торт «Наполеон», но после цветка он не вызовет должного отклика, но потом я вспомнил про «Пьяную вишню» и улыбнулся.

Рику я, как и обещал, сделал большую порцию на весь их клан. Умаялся, но сделал на всех.

Как я и предсказывал, с каждым днем наши платья вызывали все больший ажиотаж, и все чаще спрашивали, где мы их купили. Так что найденный Пиларом человек, который очень споро организовал процесс выпуска визиток, пришелся очень кстати.

Этот человек оказался бездомным уличным художником, который с радостью взялся за работу. А у меня в городе появился первый бизнес, вернее доля. Но человек оказался очень интересным и весьма талантливым, вечерами рисовал картины. Я посмотрел его картины, он реально очень здорово рисует, вот только его работы почему-то не пользуются спросом, хотя для них можно уже галерею открывать.

А это идея, нужно будет его картины по мастерской развесить, да и саму мастерскую в стиле галереи оформить. О своей идее я рассказал Пилару, думаю, он вместе с художником все оформят в лучшем виде, а то его картины пока просто пылятся в углу.

Очень скоро наш двор, как и ателье госпожи Софии, стали очень знамениты, у нее начали заказывать платья новых для этого города фасонов одежды. Город явно оживился, а я для большего антуражу взял и украсил наш дом и ближайший квартал бумажными фонариками. Устроив тем самым неделю японской культуры.

А тут еще и одна оказия случилась. Две дамы в возрасте лишились своей работы. И проведя небольшие тесты, я решил устроить еще один бизнес, думаю, он будет не менее популярен. Короче, я решил открыть кондитерскую. Со знанием многих рецептов из своего мира, думаю, я тут смогу занять свою нишу.

Организацией всего необходимого опять-таки занялся Пилар, и к концу недели небольшое кафе-кондитерская уже работало на территории нашего дома. И те, кто не знал о ней, находили ее по запаху. А тут вам и выставка картин с возможностью заказать портрет или визитку. Здесь же модное ателье одежды, обуви и аксессуаров. Оказывается, Елена, София и Анечка объединились и открыли единый магазин, предоставляющий сразу всё.

Так что в учебе и заботах и эта неделя пролетела незаметно. Не будь у меня столько помощников, я бы всего этого не выдержал и организовать не смог. А так и учиться успевал, и развлекаться. Особенно мне нравилось посещать библиотеку академии, мне как частому гостю делали исключение и пускали туда, куда моих соучеников пускать было не положено.

В понедельник, в пять утра Эсси уже была у меня, она уже знала, что сегодня у нее смена имиджа, так что ждала у входа с кислой миной. Сегодня тренировку мне придется пропустить, так как сначала следует сделать ей прическу, а только потом надевать остальной наряд. Так что, осмотрев ее критическим взглядом, махнул ей рукой, зовя за собой.

Поднявшись на второй этаж, усадил ее на стул, а сам взял в руки расческу и шпильки. Шпилек мне кузнец наделал из медной проволоки. Тут такого не знали, но я особо и не напрягался, а прикинув, что хочу увидеть в итоге, приступил к заплетанию волос. Как я уже говорил, у меня были сестры, а именно три, и все они хотели себе модные и красивые прически, а денег в семье не было, вот и приходилось старшему брату изгаляться.

На создание прически у меня ушло почти два часа, после чего я передал Эсси Анечке, с улыбкой сказав, что она вся ее. Сам же пошел сполоснуться и переодеться в свой камзол. Наши квартиры были соседними, так что я слышал ругань Эсси и тихо смеялся. Представляя, как она сейчас злится. Специально на этот раз выбрал для нее веер, чтобы она свою злую моську за ним прятала.

В девять часов, с коробкой в руках, я постучался в двери квартиры Анечки и услышал почти портовую ругань, и только потом нежный голос Анечки, что они почти готовы. И действительно, через пару минут в проход еле протиснулась красная как помидор и злая как сто чертей Эсси.

– Вот теперь ты знаешь разницу между юбкой и классическим платьем, – улыбнулся я ей. – Прошу, – и протянул ей руку, но та подхватила подол своего платья и чуть ли не кубарем скатилась с лестницы. Мы с Анечкой переглянулись и дружно рассмеялись, после чего я помахал ей на прощание рукой и направился вслед за злой эльфийкой.

В воротах я столкнулся с Риком, что с недоумением смотрел в спину удаляющемуся шарику из ткани. Он только пальцем ткнул и промямлил: «Это Эсси?» Я кивнул и, всучив ему в руки коробку, кинулся ее догонять. Успел почти вовремя, еще чуть-чуть и она бы уткнулась носом в брусчатку. Но я успел поймать ее за руку, и дальше мы шли уже под руку.

Шли молча, так как она готова была взорваться, и думаю, ее речь была бы далека от политесов, а грузчики в порту аплодировали бы ей стоя. Как и в прошлый раз, мы вызвали не меньший фурор, только в этот раз нас уже знали, так что к школе нас сопровождала уже солидная толпа. А по улицам перед нами летела весть о новом чудо-платье.

Так что ничего удивительного, что молва о нашем шествии добралась быстрее нас и до школы, так что у нашего класса собралась и приличная часть школы. Как знал, веер пришелся очень даже впору. Эсси спряталась за ним, как за спасательным стальным щитом. Рик был уже тут и восхищенно наблюдал за нашим пришествием.

Долго мариновать Эсси под лучами славы я не стал, а сразу завел ее в класс, тем более что оставалось пять минут до занятий. За нами гурьбой ввалились и одноклассники, а в окна смотрели другие ученики школы. До тех пор, пока в класс не вошла преподаватель Ольга. Одним взглядом в окно она заставила испариться всех наблюдателей.

– Какое интересное платье, – посмотрела на Эсси Ольга. Кстати, в ее образе тоже что-то изменилось, но что, я не сразу понял, пока не обратил внимание на пояс. Пояс, почти такой же, какой используется в кимоно, только чуть уже, смотрю, уже и модификации пошли, но что-то я не видел ее у нас во дворе. Похоже, через посыльных заказывала.

– А я тут сладенького принес, – прервал я затянувшуюся паузу и, взяв у Рика коробку, тут же раскрыл ее. По комнате разнесся чудесный запах пряной вишни. Быстро разрезав тортик на равные порции, разложил на уложенные тут же бумажные розетки и выставил на столе. Единственные, кому я подал сам, это учителю и Эсси, остальным просто предложил налетать, по пути еще прихватил себе, Рику и его брату по порции.

Ели под мычание, всхлипы и восторженное сопение. «Пьяная вишня» была не так богата на вкусы, как «Цветок вишни», но она была по-своему хороша. Если «цветок» брал разнообразием вкусов, то вишня своей насыщенностью, которая заставляла погрузиться в глубины своего я. Ее мягкий вкус раскрывал свою сладость с каждой секундой нахождения на языке.

– Что же ты с нами делаешь, – произнесла Ольга, даже не пытаясь выйти из той неги, в которую ее погрузила сладость вишни. – Не думаю, что сегодня я смогу вам что-то рассказать, так что лекции на сегодня отменяются, делайте что хотите.

И чтобы как обычно встать и уйти, она просто продолжила сидеть и наслаждаться вкусом торта. Да, «вишню» нужно есть медленно и не торопясь, а еще хорошо бы и под хороший напиток. Так что я встал и достал из оставленной еще вчера сумки все необходимые снасти. После чего собрал небольшой походный мангал.

Рик должен был принести сегодня недостающие мне ингредиенты. И он сдержал слово. Так что совсем скоро по залу разлился терпкий запах подогретого красного вина и пряностей. Я готовил один из любимых моих напитков, и, по-моему, он как нельзя лучше подходил к вишне.

Как только глинтвейн был готов, я разлил его по чашкам и отнес учителю и Эсси, остальным предложил присоединяться. Рик уже и сам налил себе порцию. Кто-то высказался, что ему еще рано пить спиртное, но я заверил его, что в этом напитке нет ни грамма спиртного.

– Что это? – удивленно спросила Ольга, попробовав напиток.

– Его называют глинтвейн, – поделился я, – говорят, он очень хорош в холодные зимние вечера, но… – в этот момент я развел руки, – проверить это мне пока не удалось, но как по мне, он как нельзя лучше подходит к торту, что я вам сегодня принес.

– Действительно, – произнесла она, – а как он называется?

– Хе, – улыбнулся я, – он называется «Пьяная вишня», это из-за того, что вишня, которая используется в его изготовлении, вымачивается в роме и настаивается сутки. Но во время выпекания все спирты испаряются и остается только ромовый сироп, что и придает такой необычный глубокий вкус вишне.

– Как необычно, – произнесла она. – Скажите, а вы знаете о рейтинге классов? – неожиданно сменила она тему.

– Я знаю о нем, – не стал я скрывать своего знания, чем несказанно удивил не только учеников, но и учителя. – Мой учитель бывший старший ученик академии, – поделился я источником своих знаний. – Но насколько я знаю, он начнет действовать только через два месяца со дня начала учебы, после промежуточных испытаний, разве нет?

– Все верно, – кивнула она, – но на самом деле вас оценивают уже сейчас, исподволь, только вспомогательными средствами, но оценивают.

– И чем нам это грозит? – напрягся я.

– В теории ничем, – покачала она головой, – но изначально это вводилось для стимуляции классов для развития, самые лучший класс по итогам года получит практику от академии. Вы понимаете, что это значит?

– Да, – кивнул я, но, видя непонимание на лицах своих одноклассников, пояснил: – В конце каждого года академия выбирает лучший по результатам учебы класс. И по протекции академии его вместе с лучшими магами отправляют в одну из горячих точек или точек, близких к горячим. Где класс, под присмотром лучших из лучших, проходит практику и набирается опыта, получая соответствующие записи в свой сертификат.

– Все верно, – кивнула Ольга, катая свой стакан так, будто у нее в руках был бокал с лучшим вином, – учителя таких классов тоже получают свои награды. Но это вас мало должно интересовать. Главное для вас сейчас то, что по показателям ваш класс далеко не худший, не лучший, но и не худший. Не знаю, что ты… – на этих словах она оторвалась от стакана и посмотрела на меня, – что ты делаешь с ними на своих занятиях с медитациями, но сейчас вы как минимум на желтом уровне.

Ее слова произвели фурор, класс молчал. Каждый думал о своем и одновременно об одном. Все понимали, что они смогли добиться так многого только благодаря мне, но еще больше все хотели выиграть. А потому смотрели на меня и спрашивали, что им нужно еще сделать, чтобы точно победить.

– Чаепитие закончено, – произнес я печально, понимая, что с сегодняшнего дня, после слов Ольги и выбора одногруппников, не смогу их подвести. – Пять минут, чтобы убраться в классе, и идем в медитативный зал.

– Может, мы сами уберемся, – вдруг сказала одна из девушек, но осеклась под моим взглядом.

– Запомните, – повышая голос, произнес я и посмотрел всем в глаза, – все мы в одной лодке, все мы черный класс, так что все мы делаем вместе. Вместе едим, вместе пьем, вместе учимся, вместе побеждаем и вместе делим неприятности, только так и никак иначе. Как только один из нас возвысится, как не станет нас, не станет класса и не станет той единственной возможности победить, так что встаем, убираем за собой и идем в класс медитаций.

– И еще одно, – произнесла Ольга, когда мы уже выходили из класса, – в конце месяца, после первых промежуточных, начнутся практические занятия по заклинаниям, а еще через два месяца, после вторых промежуточных, будут первые межклассовые соревновательные бои. Будьте готовы, вас будут ненавидеть уже после первых промежуточных.

Все благостное настроение начала дня с нас слетело, и тренировались мы до седьмого пота. Мне было сложнее всего, с моим изуродованным энергетическим телом. Но я не отступал и старался, раз за разом повторяя срывающиеся техники. Видя мои старания, за мной подтягивались и все остальные.

Обратный променад я даже не заметил. Настолько был поглощен своими мыслями, что чуть не отложил в сторону создание нового костюма. В этот раз это будет косоворотка и шаровары для меня и расписное платье с кокошником для Эсси. А готовить я буду медовик. Нет, турнир турниром, а спор спором.

Кстати, я обратил внимание, что заколки Эсси перестала носить на второй день, но примерно представлял причину, почему. Я и себе думал создать заготовку под источник, но не хотел делать его универсальным. Нет, я хочу научиться сначала оперировать силой своего элемента, тем более что я знаю, какой он у меня.

Более того, скажу, я уже даже продвинулся в этом направлении. Вообще, по идее, только с уровня адепта можно оперировать чистой энергией. Но мне тут попалась одна очень старая книжка, где говорилось, как провести малый ритуал познания стихии. Точнее будет сказать, я его вывел. Все-таки мой «Архив» – это нечто.

Собрав воедино знания из нескольких книг, я смог воссоздать ритуал, который позволял не только познать сродство со стихией. Он позволял еще до уровня адепта начать работать со своей стихией. Да, это будет сложнее, вот только сродство будет крепче. Правда, и риски выше, потому ритуал и оставляют до стадии адепта.

Вот только в моем случае мне нельзя медлить, я чувствую, как костенеют суставы и твердеет мое энергетическое тело. Еще немного и оно останется таким насовсем, и я ничего уже не смогу с этим поделать. В ходе же ритуала я планирую не только сродниться со стихией, но и провести работу над своим тонким телом. Да, это будет еще сложнее и, возможно, просто смертельно для меня. Но оставлять все как есть я не намерен.

Но для ритуала мне были нужны частички истинной энергии каждого из шести элементов. И я знал, как их получить без сторонней помощи. Еще раз спасибо тебе, царь Соломон, ты при помощи этих печатей демонов запечатывал, а я энергию запечатаю. Правда, мне для этого нужен будет горный хрусталь, который я уже заказал из дома. Осталось только дождаться, когда его привезут.

За работой и заботами я как-то не заметил, как пролетела и эта неделя. А у ворот меня в очередной раз ждала Эсси, которая обреченно смотрела на ворота дома. В этот раз ее можно сначала одеть, а только потом косы заплести, так что я отправился на свою тренировку-забег. Вот только возвращаясь заметил нешуточное столпотворение у нашего дома.

Оказывается, народ уже тоже пронюхал про наш спор и ожидал новый выход в свет. Те, кто мог, сидели внутри в устроенном мною кафе и пили отвар, поедая вкусные пирожные и любуясь картинами. Кто-то даже заказал себе портрет у нашего художника. Покачав головой, я прошел по лестнице и, постучав в дверь Анечки, крикнул, чтобы выводила клиентку через полчаса на террасу, буду делать ей прическу.

Быстро приведя себя в порядок и надев свой костюм, вышел на террасу. Там уже на стуле сидела Эсси в ожидании. В расписном и нарядном традиционном русском платье она выглядела необычно. Это хорошо, что у нее были пышные и длинные волосы, а то была бы беда. Плести обычную косу-колосок мне не захотелось, хотя она сюда ложилась идеально.

Я решил немного отойти от образа и сделал французскую косу с растянутыми кольцами. В которые пропустил небольшие косички. При этом я использовал не всю копну волос, а только половину. Оставшиеся волосы, что были под косой, я разделил пополам, и с двух сторон спереди пропустил через верх начала косы, получилось интересно. Оставшись довольным, водрузил поверх макушки кокошник и сказал, что все готово.

В этот раз ей пришлось идти со мной под руку от самого второго этажа, люди-то смотрят, тем более что этот наряд никаких дополнительных аксессуаров не предполагал. За нами так и вилась целая свита, обтекая со всех сторон. Благо хоть за стены академии не последовала. Но там нас уже дожидалась другая комиссия по встрече.

До своего класса мы добирались окруженные свитой не хуже, чем за ее пределами. Оно и понятно, тут учатся же в основном дети высшей знати, особенно на высших курсах. Вот им и были интересны новые фасоны одежды. Но стоило нам пройти в свой класс, как толпа тут же рассосалась. Правда, на этом ничего не закончилось. Оказывается, внутри нас уже ждала другая комиссия по встрече.

На первых партах сидели незнакомые мне личности, но если брать в расчет то, что на второй парте сидит ректор, то это кто-то очень важный. Мы с Эсси синхронно, так, будто тренировались, сделали реверанс. Каждый по-своему, но синхронно. В моем случае он больше походил на военное представление, а у Эсси книксен. Вошедшая за нами бакалавр Ольга сделала похожий книксен и тихо произнесла:

– Ваше величество.

– Представьтесь, – произнес сравнительно молодо выглядящий мужчина.

– Принцесса Эссириэль из клана Черного листа, – произнес я, слегка поведя рукой в сторону девушки. – Баронет а'Кан де Шен, к вашим услугам, ваше величество, – произнес я и поклонился.

– А что, у вашей подруги голоса нет? – удивился император.

– Она стесняется, – улыбнулся я, все еще находясь в поклоне.

– Простите? – не понял император.

– Она стесняется своего внешнего вида, ваше величество, – уточнил я, – а потому не хочет своим голосом причислять себя к своему роду.

– А, вот что, – улыбнулся он, – а я думал, из-за того, что их изгнанный клан вычеркнут из всех кланов, и так смело произносить его имя не принято.

– Этого я не знал, – произнес я, – прошу простить мою неосведомленность.

– Но откуда-то ты же узнал название ее клана, – улыбнулся мне император.

– Я неплохо разбираюсь в геральдике, – просто ответил я.

– Вот это новость, – удивился он, – мне кажется, сами эльфы в своей геральдике не очень хорошо разбираются, а тут человек заявляет, что неплохо разбирается в их геральдике.

– Своих врагов нужно знать в лицо, – просто ответил я, твердо смотря в лицо императора.

– Как интересно, – посмотрел он на меня. – До меня доходили слухи, что у нас в столице началась неделя мод, – внезапно сменил он тему, – это все ты придумал?

– Никак нет, – покачал я, – просто интересные варианты того, что слышал и видел у себя дома.

– Да, баронство де Шен в последнее время стало очень популярным местом торговли, – покивал император. – Говорят, там даже своя школа магии открылась.

– Это сложно назвать школой магии, но да, – кивнул я ему.

– Почему же вы приехали учиться к нам? – спросил он меня, это можно было бы принять за оскорбление или издевательство, будь я помладше.

– Все знания, что там могут дать, я уже получил, – просто пожал я плечами.

– Так ты прибыл сюда в поисках знаний? – спросил меня император.

– Да.

– Тогда что за балаган ты мне тут устроил? – показательно взъярился он.

– Согласитесь, что устроил не я, а ваши поданные, – улыбнулся я ему. – Просто я дал им то, что им не хватает, правда сам того не зная. А все, что вы видите, это всего лишь следствие нашего с Эссириэль спора.

– В чем суть спора? – спросил император. – Хочу услышать из первых уст.

– Принцесса усомнилась в моих кулинарных способностях, – начал я пояснение, – вследствие этого и случился спор. Я должен приготовить листок вишни так, чтобы она не смогла устоять от соблазна съесть его. Если не сможет, то в течение месяца я определяю, что она будет носить, если выигрывает она, то я снимаю свою маску.

– Хм, – задумался он, – а почему именно такие условия, я про одежду?

– Она прекрасная юная дева, а одевается не пойми во что, вот я и решил показать ей всю прелесть разных нарядов. Для чего было приготовлено очень красивое классическое платье из дальних земель. Но оказалось, что юная принцесса даже не видит разницы между юбкой и платьем. Именно поэтому и был создан второй наряд. А так я бы отделался чем-нибудь более классическим для этих мест, но пришлось идти на крайние меры.

– Вот даже как, – посмотрел на нас император, – но должен сказать, что ваши наряды очень интересные и выбиваются из общей массы. Но что же вы такого приготовили, что столь юное дарование не смогло устоять и все-таки съело вишневый листок?

– Ваше величество, это проще один раз показать, чем сотню раз рассказать, – только и развел я руками.

– Ты возьмешься изготовить сей чудный десерт к императорскому столу? – удивился он.

– Ваше величество, – вступила в разговор Ольга, – если мне будет разрешено сказать… – и она замолчала.

– Разрешаю, – милостиво кивнул он.

– Я лично пробовала сей десерт, – произнеся это, она непроизвольно сглотнула, – он достоин вашего стола.

– Вот даже как, – посмотрел он сначала на нее, потом на меня, – скажи, а ты знаешь, кто за тебя заступается?

– Бакалавр академии, – начал было я, не совсем понимая, в чем вопрос.

– Она бакалавр алхимии, – поправил меня император, – лучший в академии алхимик, если быть точным.

– Вот даже как, – произнес я и покосился на нее, нам она этого не сказала, хотя, с другой стороны, нам-то какая разница, бакалавр каких наук она.

– Именно так, – кивнул император, после чего хлопнул по столу. – Решено, готовь свой десерт, сколько тебе нужно времени?

– Разрешите минуту подумать. – И я действительно задумался. Через неделю должен приехать караван, он привезет свежие фрукты с моей личной фермы. С ними эффект от десерта получится еще лучше. Три дня на сиропы и настои и день на то, чтобы приготовить само желе, еще сутки на то, чтобы настояться. Два дня на всякое непредвиденное.

– Мне нужно будет две недели, – произнес я через минуту и тут же начал пояснять: – Через неделю привезут свежие фрукты из моего дома. Три дня на приготовление сиропов и настоев. Сутки на приготовление самого желе и еще сутки на то, чтобы оно настоялось. Два дня беру на непредвиденные ситуации.

– Честно, – улыбнулся он, – значит так тому и быть, и прекращай уже с этим балаганом, – произнес он и начал подниматься.

– Еще один, – произнес я в поклоне.

– Что еще один? – опешил император.

– Остался еще один наряд, и мы прекратим, – пояснил я.

– Ну что с молодых взять, – отмахнулся он, – ладно, еще один наряд и всё.

Дальше весь класс дожидался склонясь, пока не стихнет последнее шуршание одежды. И даже после этого еще пару минут все стояли в поклоне. Только после этого я с кряхтением распрямился и поохал. Это послужило спусковым крючком, все резко распрямились и заохали.

– Ну ты, брат, даешь, – произнес подошедший Рик, – так на равных говорить с императором.

– Скажи мне, брат, – посмотрел я на него, – если убрать ярлык статуса, в чем между нами двумя была принципиальная разница?

– Э-э?.. – не нашелся он что сказать.

– Да ни в чем, – пришел я ему на помощь, – он такой же человек, как я и все вокруг здесь собравшиеся. Вся разница между нами в статусе и личной силе. Он не является моим императором, так как мое баронство не входит в состав его империи, так что я имею полное право не преклоняться перед ним как перед императором. Но я сделал это, так как уважаю его личную силу и его статус как человека, да и его возраст. Да и как человек, который смог сплотить империю после раздрая, он заслуживает уважения. Так что я в первую очередь склонялся перед ним в дань уважения, а не перед как императором. А перед чем склонялись все вы, задумайтесь?

В классе наступила тишина, которую я тут же развеял:

– Запомните, никакой статус не исправит человека, если он гнида. И склоняясь перед таким, вы в первую очередь признаете его право командовать собою. А статус полученного им имени в большинстве случаев ничего не стоит. Брось такого человек в клетку со львом, и что будет стоить его звание и имя? Да ничего, у нас даже анекдот на этот случай есть.

– Что за анекдот? – тут же поинтересовался Рик.

– Да в одно село пришел проверяющий, весь из себя, грудь колесом, всем в лицо грамотой с печатями тычет, какой он важный и что он может проверять тут всё и вся. И что он тут вообще царь и бог. Ну, мужики прониклись к важному гостю и говорят: начальник, да легко, проверяй что хочешь, только на тот холм не ходи. Тот: как не ходи, вы что, сдурели, я тут главный, куда хочу, туда и хожу. Ну и пошел он на тот холм. А там бык племенной пасся с рогами по полметра и детородным органом не меньше, он как начальника увидел, давай за ним бегать. Тот от него убегает, кричит, плачет. Мужиков зовет. А те ему кричат: «Ты ему грамоту, грамоту покажи!»

С секунду в комнате тишина стояла, а потом грянул хохот. Когда все отсмеялись, я посмотрел на всех и спросил:

– Ну что, есть-то будем?

Есть желали все. Так что новый тортик я разрезал под смешки и тихие пересказывания истории. В этот раз я прихватил с собой большую бутыль с холодным отваром и сразу разлил по кружкам, так что все наслаждались тортиком, запивая его отваром из трав.

– Ты сколько сюда меда угрохал-то? – утолив первый голод, поинтересовалась Ольга.

– Не поверите, – улыбнулся я, – но там и грамма меда нет.

– Что?! – она даже подскочила и уставилась на свой кусочек торта. В ее правой руке была зажата ложечка, да так воинственно, будто медовик на нее готовился напасть. – Не может быть, откуда тогда такой богатый и насыщенный вкус меда?

– Магия кухни, – улыбнулся я ей, – не зря же говорят, что алхимия и кулинария очень похожи.

– Похоже, нам нужно поговорить с тобой на тему алхимии, – посмотрела она на меня серьезно. – Мне кажется, ты знаешь в ней больше, чем говоришь.

– Кто знает, – пожал я плечами и отправил еще один кусочек торта в рот.

Сам же я все это время исподволь наблюдал за Эсси. Для меня действительно стало новостью, что их клан был изгнан, а название вычеркнуто из Книги бытия. Что же такого они должны были сотворить, что с ними так поступили? Она же сидела словно мышка и тихо ела свой кусочек торта.

– А над чем вы работаете? – обратился я к Ольге для поддержания разговора.

– Вряд ли ты поймешь, – улыбнулась она. – Проблемой передачи и хранением энергии не в твердом виде, – как можно проще постаралась объяснить она.

– Так используйте кристаллический песок, – со свойственным только русским мышлением (типа раз нельзя руками, используйте ноги) дал я совет.

– Что, простите? – опешила она от моего ответа.

– Возьмите материал с высоким энергосохраняющим свойством, – пояснил я, – и пропустите его через дробилку, и получится кристаллический песок с теми же свойствами, только мягкий и пушистый.

– Ты сейчас шутишь, – от волнения стакан в ее руках задрожал.

– Отчего же, – покачал я головой, будучи более чем серьезным. – Даже по самым скромным прикидкам на коленке, – в этот момент я хлопнул себя по колену, – потери не должны составить более десяти процентов. А на самом деле емкость только вырастет, не сильно, где-то в пределах тех же десяти процентов, но тут будет зависеть от качества помола.

– Не может быть, – расширившимися глазами смотрела она на меня, в которых я читал, что ее мозг уже вел сложные вычисления, которые говорили, что это вполне возможно.

– Пользуйтесь, – улыбнулся я ей.

Глава 12

Званый ужин

Она, более ничего не говоря, просто вылетела из кабинета, а весь класс переводил взгляд с меня на дверь. Махнув им рукой, я сказал: еще пять минут и уборка, а потом идем тренироваться.

По пути домой нас сопровождало уже заметно меньше народу, но интерес к нам совсем не пропал, как я ожидал.

Вечером я собрал уже привычную троицу и предложил им создать последний наряд, он будет самый сложный из всех, что они уже делали. Это будет два классических костюма-тройки: мужской и женский варианты. Так что без кузнеца не обошлось, так как ему пришлось заказывать запонки. Но не обычные, а с символикой клана и рода. Мне вот теперь еще голову ломать, что наложить на них.

А еще были нужны серьги, но тут я попросил у Елены несколько костей из ее запаса и решил сам выточить серьги-клипсы. Тоже еще вопрос, что бы такого в них вложить, чтобы это были не просто безделушки. Но на это время еще есть, подумаю на досуге.

В итоге решил, что на запонках будет слабый барьерный щит. На что-то серьезное мне ни мастерства, ни способностей не хватит. Тем более ее заколки с таким заклинанием забрали. А вот на серьги-клипсы буду наложены два разных заклинания. Причем на ту, что будет большой. Да, я решил делать их разными по фасону. Я наложу заклинание из разряда усиления. Тоже слабенькое, но хоть что-то.

А на маленькую серьгу-клипсу будет наложено заклинание тишины. Вдруг Эсси нужно будет затаиться. У кузнеца пришлось заказывать еще и тонкую серебряную проволочку. Из нее уже сам сплел тонкую цепочку для серьги. А тот кусочек горного хрусталя, что у меня еще оставался, я огранил и сделал камень-вставку. Но отложил его на потом.

Все артефакты я делал со знанием дела и искусства, так что контуры сбора энергии в них были. Слабенькие, но им хватает. Так как и артефакты, скажем правду, слабенькие, но сделанные из самых тонких линий. А вот в камушек горного хрусталя я собирался поймать немного энергии леса. Настоящего леса я тут не найду в округе, но вот роща в академии была очень даже ничего себе.

Так что через неделю, когда все было почти готово, я чуть не забыл про сладкое. И решил пойти от противного и сделал мороженое, обычное ванильное с кусочками ягод. Главное было подготовить тару, в которой все это готовить и нести, так как холодильники тут были своеобразные. Но я справился. Так что еще одна сласть скоро появится в нашем кафе-кондитерской.

* * *

Последнее утро своего позора, как считала Эсси, она ждала с нетерпением. И тем удивительнее было увидеть этого несносного парня уже на улице. Он явно ждал ее в нетерпении, и как только увидел, тут же призывно махнул рукой. Ей и просто рукой, вот какой нахал, да над ней уже все в клане смеются.

Да что в клане, в академии учатся не только из ее клана, и такое позорище для ее клана, но ей приказали терпеть. Во-первых, никто не тянул ее за язык и спорить при всех. Во-вторых, он спас ей жизнь. В-третьих, он одарил ее и подруг просто поистине отличными техниками. Но все это меркло по сравнению с тем, какой он ей сделал подарок вместе с первым платьем.

Она не знала, был ли он в курсе, но судя по разговору, что состоялся при императоре, то нет, что их род был не просто изгнан, он был отрезан от силы леса. А это самая страшная кара для эльфийского клана, какая только может быть. С тех пор прошло уже много лет уже, и даже причину изгнания мало кто помнит, а последствия этого уже дают о себе знать. Их продолжительность жизни начала сокращаться от поколения к поколению.

Уже ее поколение почти ничем не будет отличаться от обычных людей, что там эти три сотни лет, когда их предки могли жить почти вечно. Но не это главное, с каждым поколением все меньше рождается в роду и клане одаренных, способных к магии эльфов. И тут такой подарок, возможность создать источник, пусть малый, но источник леса. Он не решит всех проблем клана, но поможет отсрочить падение рода. А возможно, хоть как-то стабилизирует их в этом страшном мире.

Если бы не это, она бы не примирилась с таким унижением, хотя нужно отдать ему должное, готовит он и правда блестяще. А что он творит с ее волосами, это что-то нечто, дамы в ее роду каждый раз по нескольку часов колдуют над ее головой, чтобы понять, как он это сделал. Ну и если быть совсем откровенной, хотя бы с самой собой, то он смог затронуть в ней какие-то струны, и все эти платья уже не казались такими уж ужасными.

Поднявшись вслед за этим странным парнем, она уже покорно села на приготовленный стул и с какой-то затаенной даже для себя надеждой стала ждать, что он сделает на этот раз. Его руки всегда так приятно и мягко трогали волосы и еще ни разу не дернули их, что порой она ловила себя на мысли, что готова замурлыкать под его руками.

* * *

В этот раз я решил делать прическу деловой леди, все-таки у нас деловой костюм. Но одно ушко мы специально оставим открытым. Ах, было бы чуть больше времени, я бы еще и кулон сделал, но чего нет, того нет. Придется обходиться тем, что есть. В этот раз уложился чуть быстрее, всего за полтора часа.

Опять-таки мне не мешают все эти взгляды зевак, а вот наша красавица уже вся извелась. Передав ее в руки Анечки, сам направился переодеваться. Классический костюм-тройка не требует спешки, так что одевался я не спеша. После чего надел свои запонки и взял в руки шкатулку-клатч, отправился к квартире Анечки.

Подойдя к двери, я деликатно постучал. Вот не было еще ни разу так, чтобы я вышел, а меня уже ждали. Дамы. Пять минут, удивительно, но это был голос Эсси, а не Анечки. Это было настолько удивительно, что я даже на дверь посмотрел, не перепутал ли апартаменты. Но нет, все было верно, и через пять минут двери отворились и в них показалась Она. Именно так, с большой буквы.

Оказывается, в этом мире были и помада, и румяна, и Анечка именно тем и занималась, что делала мейкап. Так что передо мной стояла почти образцовая деловая леди в остроносых лакированных красных туфлях на высоком каблуке. В строгой юбке-карандаш. Но образ был еще не завершен, во-первых, тут не умели завязывать галстуки, во-вторых, запонки были еще у меня.

– Разреши, – произнес я и, передав ее в руки сумку-клатч, сам быстро, буквально в три приема завязал ей тонкий галстук, не люблю толстые. После чего открыл клатч и достал зажим и запонки. Увидев герб на них, глаза Эсси стали как блюдца, – все три элемента образуют хоть и слабенький, но довольно прочный барьерный щит. Активируются мысленно, после привязки к хозяину, – после чего специально уколол ей палец и смазал все три предмета ее кровью.

– И последние элементы, – произнес я и достал сначала маленькую костяную клипсу. Отодвинув копну волос, что свисала на одну сторону справа, я осторожно повесил ее на ухо сверху и прижал, там был один острый элемент, что чуть проколол кожу. – Серьга тишины, – прошептал я ей. – Если захочешь остаться одна или чтобы тебя не услышали, просто пожелай этого, действует пять минут, потом сутки восстанавливается, слабенький, но на большее я пока не способен.

На левое ушко я вешал целую гирлянду. Три костяные клипсы, связанные серебряной цепочкой. Одна клипса крепилась на удлиненном ушке снизу, у самого кончика, вторая почти у мочки. Еще одна клипса охватывала уже саму мочку уха, и уже с нее свисал на серебряной цепочке камушек горного хрусталя. Внутри горного хрусталя бился осенними цветами живой огонек.

– В самой серьге, – которую я тоже активировал, сжав одну из клипс, чтобы она чуть пустила кровь владелицы, – обычное усиление. На пять минут усилит тебя, ничего сверхъестественного, но если что сможешь убежать. Вся фишка в камне. Он называется «Слеза Азоры». Не думаю, что кто-то поймет, что это такое, но в случае особой опасности просто сорви его и сожми в руке. Поняла?

– Зачем ты это делаешь? – вместо ответа спросила она.

– Кто знает, – на самом деле задумался я, – я и сам не готов сейчас ответить на твой вопрос. Пошли?

– Пошли, – кивнула она, но перед тем, как взять меня под руку, осторожно погладила пальцами камень.

В этот раз сопровождала нас особенно многолюдная толпа. Наш наряд был слишком необычным и выделялся даже среди тех, что мы уже показывали. Но особенно мне нравился наш дробный перестук каблуков по мостовой. Эсси за последний месяц благодаря мне наловчилась ходить на каблуках, так что новая обувь не стала для нее испытанием.

Ну хоть в академии нас никто не встречал, и дошли мы туда вполне нормально, хоть и в толпе глядящих на нас очень недружелюбно. Однако в самом классе нас уже ждала преподаватель Ольга. Она в последнее время все больше в облаках витала, чем лекции вела, а сегодня прямо вообще даже не заметила нашего пришествия. Ну почти.

– Кан, – обратилась она, с трудом вырвавшись из своих грез, – нам с тобой нужно будет серьезно поговорить, твой совет про…

– Это, конечно, замечательно, – мягко перебил я ее и указал взглядом на Эсси: – но у нас сегодня последний день спора, хотя бы зацените наряд, который я для этого придумал.

Переведя непонимающий взгляд с меня на Эсси, Ольга сфокусировалась на ее новом наряде, и чем больше она на него смотрела, тем больше я находил в нем отклика и заинтересованности. Она даже поднялась и подошла рассмотреть костюм поближе, что до этого ни разу еще не делала. Значит, я все-таки угадал.

Все были заняты разглядыванием нового костюма, который неожиданно приглянулся очень многим девушкам, в том числе и самой Эсси. Это я понял еще у себя дома. Это главная проблема всех миров, наверное, все женщины хотят, чтобы их принимали как равных, а значит, хотели отчасти и одеваться, как мужчины. А тут костюм с явно выраженным мужским стилем, но такой женский.

– Народ, может, хватит уже, – я отвлек всех от созерцания и, достав мисочки и открыв коробку, предложил: – Давайте по мороженому.

– Прости, по чем? – не понял меня Рик, но уже с любопытством заглядывал в коробку. Я просто нагреб ему в мисочку содержимого и воткнул туда ложечку.

– Только осторожно, – предупредил я его, но не успел, он запихал полную ложку и выпучил глаза, – оно холодное.

Все одноклассники подходили и получали свою порцию странного угощения, но пробовать не спешили. Все смотрели на странный танец гнома с ложкой во рту. Я же пожал плечами и, взяв маленькую порцию, отправил в рот и зажмурился от наслаждения. Первой не выдержала Эсси и тоже попробовала, но, как и я, взяв чуть-чуть на ложку. За ней последовали и остальные, что называется, лед тронулся.

– Не торопитесь, – покивал я, – но и не держите долго, а то растает и будет не вкусно.

– А что это? – влезла как всегда любопытная Ольга.

– А вы, как бакалавр алхимии, что можете сказать на этот счет? – посмотрел я на нее с ехидцей и отправил в рот очередную порцию мороженого.

– Ну, это явно что-то замороженное, – начала размышлять она вслух, – но вот что именно?

– Верно мыслите, товарищ, – улыбнулся я ей, – далеко-далеко, на лугу пасутся ко… – и посмотрел я на нее.

– Это что, молоко? – удивилась она.

– Почти верно, – кивнул я, – это молочные сливки, взбитые с кусочками фруктов, ванилью и сиропом, доведенные до стадии заморозки.

– И всё? – удивилась она.

– А что вы хотели, чтобы это было прогнано через тройной куб перегонки, настояно на потрошках и заключено в магический ритуал, а еще с бубном вокруг обязательно побегать?

– А бубен-то зачем? – не поняла она.

– Значит, с остальным вы согласны, – поддел я ее.

– Да ну тебя, – отмахнулась она.

– Всё гениальное просто, – сжалился я над ней, – и не надо ничего лишнего придумывать там, где достаточно пнуть ногой, чтобы оно само поехало.

– Что ты только что сказал? – Ольга в этот момент не смотрела на меня, типа надулась, но после моих слов очень медленно повернула ко мне голову.

– Проще, говорю, надо быть, – улыбнулся я, – и люди к вам потянутся.

– Ах ты, мелкий, – с ложкой во рту начала надвигаться она на меня.

– Кстати, – глядя ей точно в разрез декольте, спросил я, – а когда у нас промежуточный экзамен?

– А куда это ты смотришь? – и получил подзатыльник почему-то от Эсси. Вот что за мир, а?

– В два часа пополудни, – произнесла Ольга, садясь и поправляя свое декольте, – и вам лучше быть к нему готовым.

– Что там будет? – я тут же навострил уши.

– То же, что и на вступительных, – пожала она плечами, – вот только оценивать будут не только личные результаты, но и общие по классу.

– Как интересно, – произнес я и создал светляка.

– Своим светляком ты вряд ли там кого удивишь, – произнесла Ольга, но конец своей фразы она заканчивала на автомате. Я уже успел его растянуть и сделать из него световой кнут. Вообще в моих руках светляк мог превратиться в любой предмет, без особых проблем, что я и демонстрировал.

К примеру, Эсси, что успела отойти от меня на пару шагов, ее талию захватило световой дугой и притянуло, после чего по классу разнесся смачный такой шлепок. Месть – это блюдо, которое подается холодным. Отпустив от себя Эсси, я успел световым кнутом смахнуть каплю мороженого с лица Ольги. После чего оно просто намоталось мне на запястье, где повисло обычным браслетом, почти не выделяясь.

– Что это, мать твою, такое? – произнесла в тишине Ольга.

– Обычный светляк, – улыбнулся я, – что вряд ли вызовет особое удивление.

– Но как?.. – произнесла она, но тут ее взгляд зацепился за мои волосы. В кои-то веки я не полностью покрыл голову, и теперь у меня над головой торчал «конский хвост». – Не может быть.

– Детская непосредственность и взрослая расхлябанность, – грустно улыбнулся я ей, – и очень много времени на восстановление.

– Насколько много? – посмотрела она на меня.

– До сих пор, – пожал я плечами.

– Так вот почему у тебя так все плохо? – посмотрела она на меня, но оторвав взгляд от меня, она увидела недоумевающие взгляды всего класса. – Думаю, они должны знать, – посмотрела она на меня, на что я только пожал плечами и, устроившись поудобнее, продолжил есть мороженое. – Вы удивитесь, но среди вас самым худшим учеником по показателям, ну, кроме контроля, – поправилась она, – будет именно Кан. Да, тот, кто больше всех вас делает, и тот, кто больше всех вас знает и учит вас, сам будет худшим по развитию своего источника, врат и каналов. А все потому, – в этот момент он с силой сжала ладони, – кто-то в детстве дал ему концентрат сильнодействующего эликсира.

– Отец с дедом, – ответил я просто, – чтобы подтолкнуть мое слабое развитие в самом начале.

– Но инструкции, я так понимаю, для слабаков, – посмотрела она на меня, на что я кивнул. – И ему дали выпить концентрат разом. Если честно, я не знаю, через что пришлось ему пройти, но его волосы, – в этот момент все обратили на тугой пучок моих серебристых волос, – принял такой цвет, а его энергетический каркас был так сильно поврежден, что энергия внутри его тела проходит с большим трудом. Мне вообще сложно понять, как он умудряется при этом развиваться и через что ему приходится проходить, чтобы пробивать себе путь в маги. Но посмотрите на него и на себя, полных сил и лишенных недостатков тела. Да, у вас нет таланта, но у вас есть упорный труд и живой пример, что всего можно добиться.

– Так те шрамы… – не спросил, а скорее просто для себя подтвердил Рик, а все остальные закивали.

– Что за шрамы? – тут же насторожилась Ольга?

– На первом занятии по медитации, – вступила в разговор обычно молчаливая и самая маленькая из девушек Машени, – он рассказывал нам о дыхании, его особенностях. И для наглядности показывал на себе, сняв с себя рубашку. Многие тогда удивились, – даже сейчас, вспоминая тот эпизод, она слегка покраснела. – Но такого тела никто из нас не видел.

– Быстро раздевайся, – без лишних слов повернулась ко мне Ольга.

– Ну не при детях же, – выпучил я свой глаз, от моей фразы сначала засмеялся Рик, а щеки Ольги покрылись румянцем.

– Верх снимай, – поправилась она, – шутник, блин.

– Эх, музыку бы сейчас, – произнес я в пустоту, смотря в потолок, и начал показательно медленно раздеваться. Рик меня понял и начал отстукивать ритм, не совсем то, что мне нужно, конечно, но и так сойдет. Делая легкие плавные, почти незаметные танцевальные движения, я расстегнул свой галстук и кинул его в девчат. Которые как-то подозрительно быстро скучковались вокруг Эсси, которая, кстати, еще непроизвольно потирала пятую точку.

Потом были запонки и небрежно сброшенный пиджак, который отлетел в сторону учительского стола. Сделав пару плавных движений в сторону учителя, я на ходу расстегнул ремень, после чего приступил к рубашке. К моменту, когда я снял с себя рубашку, по классу пронесся вздох женской части, а учитель сидела вся красная, с прикушенной нижней губой.

Но стоило ее взгляду опуститься вниз, как вся томность из ее взгляда сразу исчезла. Ее руки сами собой стрельнули вперед и пробежались по моим, казалось бы, еле заметным шрамам. Да каждый раз, когда я занимаюсь с энергией, они наливаются краснотой и дают о себе знать. Но эта та боль, которую не тяжело и потерпеть.

– Сколько бушевало пламя? – спросила она через пару минут осмотра.

– Три дня, – произнес я и начал снова одеваться. Всё, представление окончено, несмотря на вздохи разочарования.

– Твой источник и врата не должны были выдержать, – покачала она.

– А они и не выдержали, – улыбнулся я ей.

– Ч-что?.. – посмотрела она на меня.

– К тому моменту у меня были открыты только одни врата, – произнес я, – и те схлопнулись, вслед за средоточием.

– Но тогда как?.. – пораженно смотрела она на меня.

– Сила воли, – посмотрел я на нее, – и бескрайняя жажда жизни и магии.

– Кто еще знает об этом? – спросила она тихо.

– Мой учитель и вы, – пожал я плечами.

– Это он помог тебе восстановить источник? – спросила она.

– Скорее наоборот, – улыбнулся я ей, – думаю, вы знаете некоего Леба из академии.

После моих слов глаза Ольги стали, как те блюдца, из которых мороженое ели.

– Он жив? – прошептала она.

– И даже возглавил созданную мною школу, – улыбнулся я ей и увидел слезы на ее лице.

– Когда-то он был и моим учителем, – произнесла она.

– Только ученица давно переросла учителя, – улыбнулся я.

– Ему просто не дали, – покачала она головой.

– Это я уже понял, – я улыбнулся ей, – сейчас ему в этом уже никто не помешает, кроме его собственного желания.

– Можно будет с ним?.. – начала она.

– Позже поговорим об этом, – произнес я, и поворачиваясь к классу: – Всё, закончили прохлаждаться, направляемся в класс для медитаций, у нас есть пара часов, будем ваши лучшие стороны подтягивать.

По залу разнесся протяжный стон, но все взяли свои чашки и начали убираться, за этим я всегда следил строго, свинства я не любил. Подтягивать же сразу все стороны и гнаться за всеми зайцами я не видел никакого смысла, именно поэтому каждый ученик развивал то, что лучше всего у него получалось. Остальное шло по остаточному принципу. Но не подумайте, всему мы уделяли пристальное внимание.

Они просто еще не знали, что скоро наступит момент, когда все кардинально поменяется, и мы будем развивать то, что у них получается хуже всего. Но в нашем случае правильно подобранные техники медитации играли большую роль, плюс моя скромная помощь и корректировка в познании. Так что были все шансы, что мы покажем хороший результат на этих промежуточных испытаниях.


За полчаса до экзамена за нами пришла Ольга и повела в главный корпус, где и будут проходить испытания. При этом она все посматривала на едва светящийся браслет на моей руке. Понимаю ее, энергии в него вложено на эрг и исчезнуть он должен был уже давно, но он до сих пор был у меня на руке.

Честно, я думал, что экзамен мы будем проходить каждый класс по отдельности. Но нет, нас собрали в одном большом зале, где выстроили согласно порядковым номерам классов. После чего начали с первого класса и по списку с лучшего ученика класса начали проходить экзамен. За раз проходило три ученика. Их результаты тут же высвечивались на общее табло над головой экзаменаторов.

Табло было разбито по классам, внутри класса уже список учеников. У каждого ученика были свои стартовые баллы, они считались стартовыми, от которых шел отсчет, так что напротив каждого ученика справа была цифра ноль и в скобках стартовый балл. У тех, кто уже прошел проверку, цифра ноль сменялась на разницу между стартовым и нынешним показателем. Чем выше твоя цифра, тем лучше ты вырос за эти два месяца и тем выше твое имя над другими учениками класса.

С левой стороны таблицы была одна большая цифра ноль, она показывает средний балл по классу. Так же, по аналогии с личным рейтингом, в скобочках был показан стартовый средний уровень по классу. В общем и целом система понятна. Чем выше рейтинг средний рейтинг класса, тем выше он над другими классами.

Если смотреть конкретно мой уровень, то он равен тридцати баллам, это минимальный проходной балл для поступления. Средний балл в нашем классе был равен сорока семи баллам. Удивительно, самый высокий балл в нашем классе был у Машени. У нее было целых семьдесят три балла. Ей совсем чуть-чуть не хватило, чтобы попасть в красный класс.

Главные монстры были в первом белом классе. У них было от ста пятидесяти до двухсот одного балла. Мне даже сложно представить, что они должны были показать на вступительных, чтобы столько баллов заработать. С другой стороны, смотрю сейчас на их заслуги, и что-то их результаты не очень впечатляют. Или они там ленятся все поголовно, или двигаться дальше им неимоверно сложно.

Наш класс был последним, так что я, недолго думая, дал распоряжение, и мы все сели в позу для медитации, прямо там, где и стояли. Остальные классы посмотрели на нас как на идиотов и даже в открытую смеялись. Но мои ребята молодцы, вообще не обращали на них внимания. А что, ждать нам не меньше пары часов, чего зря время терять.

Но если остальные сидели молча, как изваяния, то я и Машени выполняли подвижный комплекс. Ей он так понравился, что она погружалась в него с головой. Да и в паре его всегда делать интереснее, так что на всех тренировках мы стояли рядом. Так что ничего удивительного, что на нас начали показывать пальцем. Это хорошо, что я переоделся в спортивный костюм для медитаций, а не в строгом костюме был.

Тут мне пришло в голову интересное решение. Я посмотрел на Машени и во время своего исполнения создал еще одного светляка. После чего мы начали перебрасывать его друг другу, как горячую картошку. Вот теперь зал резко затих, такого еще никто не делал, передавать управляя заклинанием. Не просто перехват чужого заклинания, удержать над ним контроль, стабилизировать и вернуть.

Двойная тренировка, не только медитация, но и контроль. Мы уже не раз так с ней делали. Да и все наши так делали, у кого были схожие техники медитации. Самое интересное было у Эсси с ее подругами, так как их было трое, а не пара, там они кидали сразу два заклинания. Причем тому, который ожидает, было сложнее всего, так как он не знал, кто первым стабилизирует и кинет в него свое заклинание. Бывало, что и сразу два прилетало, но потом приноровились.

Как я и думал, пока дошла очередь до нашего класса, прошло почти три часа. Так что занятия прошли не просто так. А уже через полчаса на нас и вовсе перестали обращать внимание. Первой, как я и думал, вызвали Машени, так как она была у нас в классе по баллам лидером. В целом картина уже вырисовалась, и борьба шла между первыми пятью классами. Что и не удивительно, с учетом того, какие монстры там были.

Но уже первые результаты моих соучеников заставили замолчать всех и прервать легкие шепотки и смешки в зале. Машени со своими стартовыми семьюдесятью тремя стартовыми баллами к концу проверки показала результат равный в сто сорок семь баллов. То есть она свой результат увеличила вдвое. А потом пошли остальные, и они не сильно отставали от Машени.

До тех пор, пока не вышел я. Ну да, за эти два месяца мой резерв вырос не особо, всего на один эрг, и то с трудом. Да чуток подросло естественное восстановление энергии, что не особо отличалось от моих стартовых показателей. Так что после моего выхода по залу прошел облегченный выдох и громкий шепоток, что все-таки черным класс не просто так прозвали. Типа затесалось «истинное» дарование среди остальных нормальных учеников.

Я даже голос узнал, это был тот самый князь, что сам себе нос сломал. От его шуток зал наполнился легким гулом голосом. Ровно до тех пор, пока я не подошел к экзаменаторам и не снял с руки браслет, положив его перед ними, и отступил на пару метров назад. После этого смех прорезался уже более явно. Никто так и не понял, что я с руки снял не браслет, а заклинание. Ну, кроме экзаменаторов, а вот те подобрались и уставились на браслет, как на змею.

– Сколько? – так как это был первый вопрос со стороны экзаменаторов, то естественно, что он прервал гул в аудитории.

– За три часа до испытания, – я прикинул по времени, когда именно надел его на руку.

– Кто сможет подтвердить? – раздался следующий вопрос.

– Помимо всех учащихся моего класса, – пожал я руками, – наш классный руководитель, бакалавр академии Ольга.

– Подтверждаю, – я не успел даже толком договорить, как она оказалась рядом и подтвердила мои слова.

– Что за заклинание, – последовал следующий вопрос, – сколько затрачено энергии?

– Эм, – мы с Ольгой переглянулись, – это обычный светляк, с зарядом в один эрг. – После чего я манящим движением призвал его к себе. Закрутив вокруг руки (светляк при этом разгорелся ярче), я схватил его рукой и отправил в пол. Тот послушно отскочил как мячик и вернулся обратно мне в руку. Сделал так пару раз, после чего в какой-то момент пола коснулся уже не мячик, а плеть.

Световая плеть сделала два не особо мощных, но звонких шлепка по полу, после чего я вернул его на руку, свернув в браслет. Вот только энергии в нем уже не осталось, так что, когда снимал, он просто рассыпался у меня в руках искрами света. Я особо не расстроился. Кому нужно, все поняли.

В зале воцарилась полная тишина. Только что-то негромко обсуждали между собой экзаменаторы. Мне же, как и Ольге, они махнули рукой, отправляя обратно. Обсуждение моей окончательной оценки заняло больше всего времени. И если до задания по контролю мой показатель выглядел как тридцать два балла, то сколько сейчас мне давать, они просто не знали.

Итогом их почти получасового совещания стало то, что я получил сто баллов. Ровно столько засветилось над моим именем, а это значит, что я не так уж и сильно занизил показатели нашего класса. А если посмотреть со стороны, то вообще смешно получается, наш последний черный класс занял первое место на первых промежуточных испытаниях по среднему баллу учащихся.

Выведенные окончательные цифры поразили всех. На такое явно никто не рассчитывал. Да и черный класс заведомо составлялся из тех, кто не мог стать кем-то особенным в среде магов, а тут такое. Ну просто до этого в черном классе не было меня, от скромности я, конечно, не умру, но если бы меня не было, ситуация выглядела бы совершенно иначе.

– Согласно правилам, – вышел вперед первый экзаменатор, – первые три класса, набравшие наивысшие средние баллы, получают награду. Занявший последнее место класс, наоборот, получит штраф. Итак, насчет наград.

За третье место полагается одно дополнительное занятие в неделю с вашими техниками медитаций под присмотром младшего магистра академии. Сроком на два месяца.

За второе место полагается одно дополнительное занятие в неделю с вашими техниками медитаций под присмотром младшего магистра академии. Плюс еще одно дополнительное занятие в неделю по контролю заклинаний. Сроком на два месяца.

За первое место под ваше управление передается малый академический полигон для отработки практических навыков с полным правом доступа сроком на два месяца.

За последнее место полагается уборка территории и всех его помещений, в том числе и нужников, сроком на два месяца. Понятно, желтый класс?

– Да вы знаете, кто мой отец? – тут же взъярился знакомый голос.

– Правила существуют для всех, – бесстрастно ответил главный экзаменатор, – на их невыполнение единое наказание – исключение из академии.

– Вы за это еще поплатитесь, – он почему-то угрожал нам.

Мы-то тут при чем, если они два месяца ничем не занимались.

А вот полигон – это хорошо. Следующие два месяца будут посвящены не только лекциям и медитациям, но и практическим тренировкам с заклинаниями. Вот только контроль у некоторых хромает. Да и кто сказал, что я все два месяца буду заставлять своих поодиночке заклинания кидать. Нет, уже недельки через две у нас будут первые спарринги, пусть привыкают, что в них летит всякое.

Я же готовился к приему у императора. Ко мне даже приходил человек из канцелярии его императорского величества с напоминанием. У него я уточнил, сколько будет гостей на приеме, нужно же знать, сколько готовить сладостей. Помимо этого я готовился к своему собственному ритуалу, мне он нужен как воздух, иначе мое развитие замедлится слишком сильно. Я и так уже отстаю от своих одноклассников.

Прием приемом, однако кристаллы за меня никто не расставит. И если, где взять свет, воду, землю и тень, я еще знал, то вот вопрос, где мне взять воздух и огонь, стал проблемой. Подготовленную мной схему по ловле энергии я уже проверил на кристалле в серьге, отработала она на все сто. Кое-что поправить в ритуале все-таки пришлось, но и без испытаний такие штуки рассчитать довольно сложно, особенно без погрешностей.

С огнем мне неожиданно помог кузнец Микул. Я пришел к нему место под баньку смотреть, и выяснилось, что у него в печи элементаль огня сидит. Тайно ловушку в таких условиях не поставишь, но я с самим кузнецом договорился, он и не против был. Так что с камнем огня разобрался. Остался только один: где взять воздух?

С этим вопросом провозился почти до самого приема у императора, но без помощи Ольги вопрос этот так решить и не смог. Та же со своим патентом на кристаллический песок меня уже замучила. Я согласился, что мое имя будет в документах, но как соучастника. Слава изобретателя еще и магического кристаллического песка мне пока ни к чему. Взамен попросил помочь с воздухом.

На это она привела меня в одно из мест силы академии, которым пользуется сама как бакалавр. Там я и оставил свою ловушку с кристаллом. Ему заряжаться целую неделю, а тут и прием на носу, еще неизвестно, как он пройдет. Главное, что мне не мешали готовить, хотя попытки были, но все ингредиенты хранились у меня в квартире, а после активации защиты дома туда попасть не так-то просто.

Нам же еще за неделю сообщили, что так как впервые в истории академии черный класс занял первое место на промежуточных, то мы все приглашены на прием к императору. Хоть успели подготовиться и заказать на всех кимоно, так как я решил обставить все в восточном стиле. Помимо традиционных платьев, мною были изготовлены и бумажные фонарики двух типов. Одни для запуска в небо, другие будем нести в руках.

Дамам из ателье пришлось очень сильно постараться, чтобы сделать заказ вовремя. Но имея все лекала на руках, а также опыт, они с этим справились. Почти впритык, но справились, так что в последний день перед приемом мы, а точнее я и Эсси, рассказывали, как именно нужно носить и надевать это платье.

Сам день, когда должен был состояться императорский прием, прошел как-то даже буднично. На нас злобно косились, особенно желтый класс, которому после занятий приходилось еще и академию драить. Правда, помещения классов так и остались закреплены за каждым классом по отдельности.

Но этот вечер был особенным, все собрались у меня дома. Ну а где еще собираться, если большинство и так тут жило. Так что я, переодевшись, вручил всем по коробке со сластями, которые были тщательно упакованы. А то запах из них больно уж убойный выходил, могли и не выдержать. У меня самого была коробка со сладостями для императора.

За нами прибыла целая вереница карет. В которые мы дружной гурьбой и погрузились. Ехать не сказать, чтобы далеко, да и идти не больше часа, ну может полутора, но так положено. Так что до дворца, где и должен состояться наш прием у императора, нас довезли с ветерком.

У самой резиденции нас ожидал уже целый отряд из лакеев и не пойми вообще кого. Естественно, что сразу вести нас в главный зал, где и будет проходить встреча, никто не стал. Более того, я уверен, что мы далеко не самые главные и важные гости на этой вечеринке, просто так получилось, что мы вообще смогли на нее попасть.

Конечно, без осмотра того, что мы с собой принесли, не обошлось, правда тут чуть конфуз не вышел. Один из проверяющих так на слюну изошел, что чуть не испортил десерт императора. Но беды удалось миновать, я вовремя закрыл крышку, и слюна этого идиота попала на нее, а не на десерт.

В зале ожиданий мы просидели еще с полчаса, прежде чем нас позвали. Вместе с нами была и Ольга, как наш классный руководитель, и еще неизвестно, кто из нас больше нервничал, мы или она. Но вот момент настал, и распахнувшиеся широкие и высокие, почти до самого потолка, двери предоставили нам проход в главный зал. Лакей или дворецкий, не знаю, как их тут величают, тот, что открыл двери, вышел перед нами и представил нас:

– Сто тринадцатый черный класс из академии магических искусств в полном составе под представительством бакалавра Ольги Леммонт прибыл.

Удивительно, но я только сейчас узнал, какая у Ольги фамилия. Она, оказывается, из достаточно знаменитой семьи, или их можно даже считать рода, алхимиков. Но судя по тому, как она скривилась при представлении, а также, что до этого никто не именовал ее полностью, есть у меня сомнения, что у нее с своей семьей дружественные отношения.

– О, – хлопнув в ладоши, вызвав тем не только тишину, но и удивленные шепотки по залу, воскликнул император, – надеюсь, наш договор в силе?

– Да, конечно. – И хоть император обращался просто в нашу сторону, кому конкретно был задан вопрос, было и так понятно. – Разрешите, ваше величество?

– Давай уже скорее, – сказал он, потирая руки в нетерпении. – Честно сказать, ты меня так заинтриговал, что мне не терпится попробовать.

– Сию минуту, – произнес я, и в сопровождении Эсси и Машени, которые несли на специальных держателях бумажные фонарики, мы направились в сторону императорского стола. За нами следовали и остальные ученики, они несли в своих руках коробки, тщательно и плотно закрытые.

Мы почти в полной тишине, сопровождаемые сотней удивленных глаз, в странных одеждах, проследовали через весь зал. За императорским столом сидело четверо. Сам император, его жена и дети, дочь и сын. Так что в моей коробке было ровно четыре порции, на каждого члена императорской семьи.

У подножия, так как сам стол стоял на небольшом возвышении, девушки остановились, так что к столу я поднялся в гордом одиночестве. Честно, так и подмывало сделать какую-нибудь гадость, упасть там, споткнуться или просто уронить коробку, но я пересилил себя. Откуда вообще такое желание у меня могло вдруг появиться?

Из-за этой мысли я слегка замедлился и украдкой быстро осмотрел зал и нашел то, что искал. На меня пристально смотрело несколько человек. Ну как же, молодой князь не мог быть не приглашенным на такое мероприятие. А вот один из его свиты выглядел как уже состоявшийся маг, скорее всего из рода, и его вид был несколько обескураженным. Похоже, это он внушал не свойственные мне мысли, запомним.

К императору я поднялся полностью собранным, и уже никакие посторонние мысли меня не тревожили. Аккуратно поставил на стол специально для этого случая сделанную коробку. Она сама по себе была произведением искусства. Над ее созданием потрудились мы с Еленой, выдав максимум, на который были только способны. Но в итоге шкатулка получилась что надо.

Она выглядела как мини-замок, этакая деревянная крепость в миниатюре. Со всеми причитающимися любому замку элементами. Башенками, портиками и даже флагами с гобеленами. Кстати, гобелены и флаги были настоящими, из бархата. А на вратах, являющихся запором к шкатулке, был вырезан императорский герб.

– Очень интересное оформление, – оценил наши старания император, – надеюсь, что то, что внутри, не менее превосходно.

– Прошу, нажмите на герб, ваше величество, – произнес я.

Он очень внимательно посмотрел на меня, но все же выполнил мою просьбу. Стоило ему нажать на герб, как тот немного провернулся, и начали открываться врата. Вверх поднялась крышка шкатулки, а в стороны отъехало два отделения. В раскрывшейся шкатулке было четыре мини-сундука, в которых и лежало угощение.

Но еще только начала открываться крышка шкатулки, как по залу прокатился просто удивительный и чарующий запах. Он разносился по залу волнами, с каждым разом становясь только мощнее. В мини-сундуках лежало четыре росинки, настолько прозрачным было желе. В каждой из них плавало по бутону цветка, но не просто так, они были сложены в короны.

– Можно брать прямо сундучки, – пояснил я, когда на меня поднялся вопросительный взгляд императора. – Снимете пробу?

– Да я сейчас слюной захлебнусь, – почти про себя сказал он, но дождался, когда лакеи расставят сундучки перед каждым членом семьи.

– И как это есть-пить? – посмотрел он на меня.

– О, оно достаточно твердое, чтобы его можно было есть вилкой, ваше величество, – произнес я и поклонился.

– Ну-с, попробуем, – произнес он в звенящей тишине, которую сопровождали только судорожные сглатывания. – М-м-м, – только и произнес император, не в состоянии произнести и слова. И я его понимаю, на эти четыре шарика я потратил лучшие ингредиенты, что у меня были.

– Разрешите подавать остальным, ваше величество? – спросил я у него, на что тот от меня только отмахнулся, чтобы не портил момент. Я же понял его прекрасно, и повернувшись, показал своим друзьям условный знак. Они тут же порхнули каждый к своему столу. И только заняв места, они по общей команде, теперь уже Эсси и Машени, так как я не мог отвлекаться, открыли коробки.

Да, у императора были самые качественные из десертов. Но то количество коробок, что было разом открыто, просто создало вкусовую бомбу. Императору и его семье было уже не до этого, а вот остальные не смогли устоять перед этим и просто бросились к столам, пробовать невиданную доселе сладость.

Полчаса, не меньше, все утоляли свой голод и интерес, а я продолжал стоять у императорского стола. Ну, меня же никто не отпускал, просто император и семья были заняты. Так что я спокойно стоял и ждал, когда все придет в порядок. По залу же только и носились восторженные возгласы и всхлипы счастья.

– Это было неожиданно, – произнесла императрица, – до сих пор мне не доводилось пробовать ничего подобного.

– Согласен с тобой, дорогая, – произнес император, возвращаясь из своих грез. – Что же, свою часть уговора ты сдержал, теперь слово за мной. И чем тебя одарить после такого?

– Вашего доброго слова о моем искусстве будет более чем достаточно, ваше величество, – произнес я с поклоном.

– Скромность – это хорошо, – покачал он головой. – Но после того, что ты тут устроил, меня просто не поймут, – произнес он и кивнул в зал. А там действительно творилась легкая вакханалия.

– Но и уговора как такового не было, – пожал я плечами.

– А это уже ничего не значит, – произнес император и покачал в воздухе десертной вилкой. – Да, задал ты мне задачку, ладно, иди, я подумаю над наградой для тебя.

– Слушаюсь, ваше величество, – и уже собирался спуститься, прямо так в поклоне и спиной назад, как меня остановили.

– Кстати, я краем уха услышала, что ты что-то еще припас сегодня на вечер? – вдруг спросила меня императрица.

– Так точно, – кивнул я, поднимаясь, – но это скорее услада для глаз, чем для желудка, и она требует наличия чистого темного неба над головой.

– Как интересно, – произнесла она, посмотрев на меня, – вы умеете заинтриговать, молодой человек.

– А я тебе что говорил, – произнес император и с улыбкой посмотрел на императрицу. – Я дам знать, когда вам готовиться, а сейчас можешь быть свободен.

Я говорить ничего не стал и в поклоне спиной вперед спустился с помоста, где под руки с Эсси и Машени отправился к остальным ученикам класса. Все вроде прошло более чем достойно, и императору, и его семье понравилось. Так что есть время немного отдохнуть. Но не успел я подойти к своим, как нам подошла целая свора во главе с молодым князем.

– Не сильно радуйтесь, чернь, – через губу произнес он, – императорская любовь коротка, а моя ненависть к вам будет вечной.

– Извините, – остановил я мимо проходящего лакея, – у вас явно что-то случилось с системами удаления нечистот и неприятных запахов.

– Что? – всполошился он.

– А вы разве не чувствуете, падалью потянуло, – говоря это, я смотрел в глаза князя. – А еще такое чувство, будто какой-то нужник засорился, а его не почистили, а духами залили. – С каждым моим словом князь наливался краской.

– Знаете, – сказал лакей и с силой втянул носом воздух, – и правда какие-то посторонние и неприятные запахи присутствуют. Прошу меня извинить, я срочно должен известить об этом главного смотрителя. – И лакей унесся в какие-то дали.

На князя было страшно смотреть, он как тот светофор, цвет его лица менялся так быстро, что даже нельзя было понять, какого цвета он сейчас. А самое интересное, что все те, кто были с ним рядом, и так держались от него немного в стороне, а после слов лакея дружно сделали шаг в сторону. Такого он уже выдержать не мог и побежал на выход, на ходу бросив мне:

– Ты еще пожалеешь об этом, смерд.

– Вообще-то я баронет, – произнес я ему вслед, но не удержался и вдогонку все-таки вставил: – Не забудь нужник качественно почистить, а то главный смотритель будет недоволен.

Свита, что была с князем, как-то незаметно рассосалась, причем начала еще в середине моей речи. Так что к моменту его ретирады за ним последовало всего несколько человек. Одним из которых был тот самый маг, который прижимал к носу платок. Оставшись одни, мы не выдержали, и сначала легкие смешки, а потом и откровенный смех пробрал нашу группу.

– Зря ты так с ним, – покачала головой подошедшая к нам Ольга, – очень противный тип и просто так это не оставит.

– А какая разница, – я пожал плечами, а когда не увидел понимания в глазах Ольги, пояснил: – Он уже во всеуслышание заявил, что наш класс стал его врагом, конечно, не так прямо, как я, – пояснил я, – но сути это не меняет. Ко мне же у него давние счеты, он при нашей первой встрече сам себе нос разбил и чуть язык не откусил, а еще двух баронесс раздел, – пожал я плечами. – Так что пусть он лучше на мне сосредоточится, чем на всем классе.

– А ты не боишься?.. – произнесла Ольга и покрутила рукой, как бы высказывая, чего именно я должен бояться.

– Есть такая старая поговорка, – посмотрел я на нее, – волков бояться, в лес не ходить.

– Кого бояться? – не поняла она.

– В этих местах их называют зерами или волтами, – пояснил я.

– А, – покачала она головой, – но все одно, князь – это не безмозглый хищник.

– Знаешь, – посмотрел я внимательно на нее, – порой мне кажется, что у этих благородных животных мозгов больше, чем у этого князя.

– Ну, может быть, ты в чем-то и прав, – улыбнулась она.

Оставшийся вечер прошел вполне себе нормально, на нас, конечно, поглядывали, но в большей степени из-за нашей одежды, чем из-за того, кем мы являемся. В какой-то момент меня нашел очередной лакей и сообщил, чтобы мы готовились, через час император выведет всех в сад. Нам особо готовиться и не нужно было, так что я просто кивнул лакею и сказал, что мы готовы.

Своим же ребятам передал, что через час всех поведут в парк, так что готовимся запускать фонарики. Мы на пробу уже парочку запустили. Всем очень понравилось, так что мы приготовили их как можно больше. Нам даже пришлось крыши карет загружать коробками с ними. Благо весили они немного, а в одну коробку помещалось до сотни таких фонариков.

Денег, по идее, должно было уйти на все это просто уйма, но в империи недавно произошла реформа, и стоимость мероприятия сильно снизилась. На всё про всё ушло пять золотых, это почти на десять тысяч фонариков. Так что должно быть действительно красиво.

Ровно через час нас начали выводить в тенистый парк, когда меня выдернул лакей и сопроводил к императорской чете. Встретились мы с ними уже в парке, но тут было достаточно светло для того, что я задумал. Но что хорошо, парк был большой и выходил к реке, так что вид тут открывался поистине фантастический.

– Ну что, ты готов порадовать нас своим визуальным шедевром? – спросила меня императрица.

– У нас всё готово, ваше величество, – поклонился я ей. – Но здесь слишком светло для того, что я задумал. Если позволите, притушите огни в парке и в дворце.

– Свет? – удивился император и оглянулся. – Ты что, хочешь устроить огненное шоу? – и скривился.

– Нет, ваше величество, – покачал я головой, – не с моими силами и талантами такое устраивать и показывать.

– Ладно, – взмахнул он рукой, – будет тебе темнота.

– Спасибо, ваше величество, – поклонился я ему. – Также все желающие могут присоединиться, мы сделали их очень много, а чем больше их одновременно запускаешь, тем будет красивее. Для вас мы тоже приготовили.

– Интригуешь, – произнес он, – ладно, пять минут у вас есть, пока слуги будут тушить везде свет, а дальше начинай.

– Выполняю, ваше величество, – поклонился я и отправился к своим друзьям.

Те уже разгрузили кареты и распаковывали ящики. Я быстро сказал, что у нас пятиминутная готовность. И все еще быстрее зашевелились. Особенно с учетом того, что свет пока был, потом-то его выключат. И только я об этом подумал, вокруг начал меркнуть свет. Сначала погас дворец, а потом и лампы в самом парке.

Как только все окружение погрузилось в темноту, мы выждали еще минуту, после чего разом зажгли подготовленные свечи. И в воздух начали медленно подниматься первые фонарики. А мы все зажигали новые и новые. Нас было восемнадцать, но рук не хватало, но тут среди общей рабочей суеты, в единственном в парке уголке света я вдруг увидел рядом с нами императора с семьей.

Подтолкнув Машени к ним с уже подготовленным фонариком, подошел и я сам, быстро пояснив, что нужно просто поджечь небольшую свечку. После чего выждать пару мгновений и отпускать небесный фонарик. К императрице с готовым фонариком подошла уже Эсси, а детям императора помогал я сам. За императорской четой к нам потянулись и остальные гости.

Так как мы заранее выбрали место поближе к реке, там, где больше свободного места и простора, толкучки не было. Несколько учеников остались распаковывать фонарики, а остальные раздавали уже готовые гостям. В небо же взмывали тысячи небесных фонариков, даруя свет и чарующее настроение.

Да, в этом мире есть магия, которая может создать красивые эффекты, но когда ты вот так, своими руками, запускаешь в небо огонь, это чарует. А ведь не все из присутствующих гостей маги или даже воины. Тут хватало и обычных людей, для которых все это было сродни волшебству.

Но сколько бы мы ни готовились, даже десять тысяч фонариков закончились. Так что гости начали расходиться по парку, благо в нем уже начало появляться освещение. Рядом с нами осталась только императорская семья. Император с семьей смотрели на горящую в небе вереницу огней.

– Это было великолепно, – произнесла императрица.

– Благодарю вас, ваше величество, – поклонился я.

– Думаю, стоит завести праздник, – проговорила она, – вот только к чему его приурочить?

– Если мне будет позволено?.. – произнес я.

– Да говори уже, – покосился на меня император.

– Данный обычай, как бы он красив и радостен ни был, очень хорошо подходит для воспоминаний об ушедших, – произнес я. – И если в поминальный день объявить о запуске фонарей в честь всех ушедших и отдавших жизнь за империю, то это не только сплотит народ, но и покажет, что император помнит о их жертве, порой народу это очень важно и нужно.

– К-ха, – аж подавился император и посмотрел на меня, – какой интересный вариант.

– Очень интересный, – произнесла императрица. – Тогда сегодняшнее событие можно приурочить к памяти погибших при защите западной границы.

– А ведь и верно, – покивал в задумчивости император. – Вот опять задал ты мне задачку, – посмотрел он на меня строго, – я почти уже решил, чем тебя наградить, а теперь снова придумывать.

– Простите, ваше величество, – улыбнулся я, – я не намеренно.

– Еще бы ты это намеренно делал, – сварливо произнес он. – Ладно, идите, мне нужно будет еще подумать, – после чего перевел взгляд на полосу удаляющихся фонарей.

Я же не стал отрывать его мыслей, а с поклоном удалился в парковую тень. Дальше праздник прошел обыденно, и вскоре нас уже доставляли домой. Мои одноклассники, как и наш куратор, были возбуждены всем произошедшим. Я же задумчиво смотрел в окно кареты и думал о будущем.

* * *

– И что скажешь? – через пару минут произнес император, посмотрев на свою супругу. Он не только любил ее, но и не чурался спросить ее совета.

– Очень необычный молодой человек, – произнесла она.

– Это еще мягко сказано, – усмехнулся он.

– Вот только он не имперец, – произнесла она, посмотрев на супруга, – и его род как бы не более древний, чем наш. И чем ты собрался его наградить?

– Да, это проблема, – поморщился он. – Будь он имперцем, все было бы в разы проще. Я тут узнал, что род де Шен в последнее время начал резко развиваться, – покачал он головой. – Так что и помощью тут не ограничишься.

– Может, женить его на ком-то из местной знати? – спросила она.

– Не пойдет, – отмахнулся он. – Он слишком умен и просто так не согласится, тем более тут могут возникнуть лишние проблемы, а у него и так натянуты отношения с князем.

– Да уж, этот молодой князь… – поморщилась императрица.

– Я уже дал распоряжение, так что за ним присмотрят, – посмотрел он на свою супругу, – так просто он ничего не сделает. Но вот чем наградить этого молодого человека, – покачал он головой, – вопрос пока открытый. Хотя есть у меня один вариант. Как он там сказал, он приехал сюда учиться, вот и дадим ему такую возможность.

– Он и так уже учится, – покачала она головой. – И как я посмотрю, вполне успешно, так что это не сойдет за награду. Или ты хочешь?.. – удивилась вдруг она и посмотрела на своего мужа.

– Да, хочу, – кивнул он.

– Ты уверен? – спросила она. – Все-таки вход в императорскую библиотеку за последние сто лет смогли заслужить только трое.

– Уверен, – уверен он. – Кстати, ты знала, что это он натолкнул Ольгу на создание кристаллического песка?

– Вот даже как, – посмотрела она на мужа, – какой интересный молодой человек.

Глава 13

Учеба

Я сидел и думал над получившейся у меня схемой. По всему выходило, что мой ритуал, созданный на стыке сразу нескольких школ, должен сработать как надо. А значит, нечего еще выдумывать и нужно приступать, для него уже было всё готово.

Проводить его я собирался в классной комнате, в подвале. Ее я тоже, уже по знакомой схеме, подшаманил, так что теперь она нормально должна выполнять свои функции. В моем же случае она должна скрыть все мои манипуляции с энергией. Тем более что ритуал сродства со стихией мне проводить рано, не дорос еще до него.

Итак, благодаря «Архиву», мне не нужно предварительно вычерчивать модель схемы ритуала. Я просто спроецировал ее на полу заклинательной комнаты. После чего уже начал поверх проекции вычерчивать контур схемы ритуала.

Схема получилась сложной и многоступенчатой. На ее составление и вычерчивание у меня ушло два часа. Но тут нельзя спешить, все линии должны быть строго соблюдены, как и все знаки руноглифа и связки из рун. Особенно руны, они относились к древним и входили в тот раздел, который отвечал за магию крови. Тут вообще нельзя ошибаться, а с магией крови тем более.

Но у меня все получилось, по крайней мере, я потратил еще полчаса, чтобы все проверить. Нет разрывов, а все знаки и руны на своих местах. По своим местам легли и кристаллы с энергией. Осталась мелочь, на шею лег заранее приготовленный мною медальон. Над ним я тоже потрудился очень серьезно, и он был заготовкой для творимого ритуала.

То, что мы будем делать в конце учебного года, будет очень похоже, только в качестве заготовки будет использоваться перстень. В моем случае это стал костяной медальон, простой кругляш с ребром по кругу, как монетка, да и размерами был похож на пять рублей. Перед началом ритуала он займет свое место в отведенном ему месте в круге.

Все было готово, и я без промедлений аккуратно вступил в заготовленный мной магический круг. Для старта нет нужды ни в ключах-фразах, ни в специальных цепочках из руноглифа. Для начала достаточно просто влить в магическую структуру всю доступную телу энергию. Причем именно свою, пользоваться заемной строго запрещено, иначе результат будет непредсказуемый.

Точку, для приложения своих сил, можно было выбрать в теории любую, но у меня было на этот счет свое мнение. Так что в моем ритуале присутствовала точка старта. Туда я и вложил все свои одиннадцать эрг энергии. Мог бы и больше, используя круговорот, но как уже говорил, лучше не надо.

Поначалу ничего не происходило, но спустя еще мгновение вокруг меня начал закручиваться вихрь силы. Еще мгновение – и я оказался в пространстве, разделенном на шесть секторов. В каждом секторе в воздухе вилась искра энергии, той самой, что была в кристаллах. Не особо думая, я сделал шаг навстречу к зеленому огоньку.

Стоило мне войти в сектор магии Земли, как меня просто обволокло теплой и такой нежной и родной стихией. Да, я еще в бытность на Земле знал, что мой элемент – земля. И хоть тут у обладателя тела и его родственников было повышенное сродство с элементом огня, я давно уже понял, что хоть огонь мне и близок, но моя стезя – это земля.

Вокруг меня буйствовала зелень. Прямо из каменного пола заклинательного круга пробивалась молодая поросль. Трава росла так быстро и стремительно, что всего за секунды достигла моей груди. За моей же спиной выросло деревце, хоть и маленькое, но вполне себе крепкое.

По буйству растительности можно было понять, насколько я близок с магией земли. И по тому, как вокруг меня все закрутилось, я понял, что с землей я очень даже в ладах. И пусть в этом мире, как и во многих других (хотя я о них знаю только из книжек фантастов), к магии земли все относятся предосудительно, но только у меня лично нет никаких предрассудков.

Еще какое-то мгновение вокруг меня было буйство растительности, а уже через секунду оно все втянулось в медальон. Тот самый, из кости, что я вырезал и оставил на причитающемся ему месте. Все это мог бы увидеть посторонний зритель, которого здесь не было. Для меня же все эти мгновения слились в одну сплошную гонку с болью.

Энергия земли, что прошлась через меня, просто скрутила меня в узел и затем развязала. С учетом состояния моего тонкого тела, это было чересчур больно. Вот только эффект от ритуала превзошел все мои ожидания. Каналы с рывком и хрустом вставали на нужные места. Да, они были тонкими, мелкими и ломкими. Но мое тонкое тело встало на свое место.

Со стоном я разомкнул глаза и уставился в каменный потолок. Даже не помню, когда упал без памяти, но судя по архиву, не прошло и десяти минут с окончания ритуала. Я сделал первый пробный вдох, и он был так легок и сладок. Да, мои старые каналы были безжалостно вырваны и на их место встали новые и хрупкие, но это лучше, чем было.

Да, мне придется опять начать с дыхательных техник, по крайней мере в первое время, дыбы просто не порвать каналы. Но уже сейчас я чувствую, что приток по ним в разы больше, чем был по старым. Можно, кстати, и не прекращать гимнастику с Машени, она даст новым каналам гибкость, о которой многие могут только мечтать.

Легкий же осмотр помещения показал, что, кроме меня и медальона, больше ничего не напоминает о проведенном тут ритуале. Подобрав костяной медальон, я внимательно в него всмотрелся. На его круглой поверхности появился такой же деревянный круглый щит с римской девяткой в центре. Между кромкой щита и самого медальона пересыпался песок.

А вот и зримое доказательство моего ранга. Я – пробужденный, о чем говорит деревянный щит. Интересно, что он круглый, так как на кольцах он каплевидный. Девятка на щите говорит, что у меня девять открытых врат, это, кстати, может стать проблемой. При прохождении схожего ритуала на ранг адепта нужно будет сделать прорыв только на пяти вратах. Надеюсь, что это поможет.

Ну и пересыпающийся песок свидетельствует о моем сродстве с энергией земли. Вообще, по-хорошему, этот медальон нужно спрятать, но я так поступать не буду, и сразу повесил его на шею. Он не обладал какими-то особыми способностями, но и бесполезным не будет. В первое время при работе с энергией земли он будет особенно полезен.

Бояться, что он привлечет внимание мне вообще не стоит, так как ранговые медальоны магов в этом мире отсутствуют, только кольца. Так что его скорее воспримут за какой-то защитный артефакт или еще что. Сам же раскрывать тайну своего медальона я точно не буду. А как окрепну, можно будет задуматься и об источнике.

Я, кстати, уже думал насчет того, что мог давно начать создавать свой собственный малый источник. Тем более можно было использовать мои ловушки для накачки их энергией. Но все оказалось не так просто. Заготовка под малый источник поглощает энергию только из живого источника, то есть из человека, а из ловушки не хочет. Уже проверено, минус одна заготовка.

Так что как только окрепнут каналы для круговорота, и я смогу нормально оперировать энергией земли, я сразу начну накачивать уже приготовленную для этого заготовку. Кстати, мне тут пришла интересная мысль недавно, в плане того, что наши источники активнее развиваются, когда мы раз за разом опустошаем и заполняем его.

Вот я и поговорил с Ольгой. Теперь на каждом занятии по медитации весь класс сливает свою энергию в кристаллический песок, и так раз за разом. Так что тут двойная польза. За наполнение кристаллического песка энергией академия нам доплачивает. Немного, по десять медных за эрг энергии, но моим одноклассникам этот заработок нужен как воздух. Ну а эффективность наших тренировок возросла в разы, так что никто и так не роптал, а после доплат так и тем более.

А еще у нас начались занятия по основам магического конструирования. Там нас не просто просили заучить очередное заклинание, а объясняли, как оно было получено и как самим построить подобное. Нам объясняли стандартные правила построения заклинаний, но, как и везде, были свои «но». Чем сложнее заклинание, тем большим требованиям в первую очередь должен был отвечать сам маг.

Естественно, как и сами маги, все заклинания имели свои ранги. Их, собственно, было, как и магов, десять. И до определенного ранга они внутри делились еще и на ступени, как и сами маги. Нам был доступен только первый или, как тут принято его называть, нулевой круг. Заклинания, требующие сырую энергию.

Даже те заклинания, которые в своем названии и действии имеет одну из природных эссенций, на нулевом круге не имеют с ним ничего общего. Взять ту же искру, что при использовании отправляет в противника небольшое огненное заклинание, она к стихийным не имеет никакого отношения. Но если то же заклинание нулевого круга использует Адепт огня, то при прочих равных в его руках она будет в разы сильнее.

И тут дело не в его более высоком уровне и способности к работе с более тонкими линиями энергий. Нет, тут все дело именно в энергии огня, что он в нее вложит. И хоть это заклинание нулевого круга, при работе с родственным элементом оно получится мощнее. Хотя и использовать искру нулевого круга адепту смысла нет, он при тех же затратах энергии и сил может использовать Пламень первого круга.

А вот уже это заклинание на голову обставит заклинание искры от Адепта огня. Да даже если это будет искра от бакалавра или магистра, у кого сродство со своей стихией выше уровнем, а у магистра, может, и стихийные врата открыты. Но даже так сила их искры будет уступать даже самому слабому Адепту огня с его Пламенем.

И все из-за того, что самое заклинание не рассчитано на работу со стихийной энергией. Если же в контуре заклинания искры поменять символы, отвечающие за работу с простой энергией, на стихийную, то получится уже Пламень. Его, собственно, так и получили. И так во всем, чем выше круг заклинания, тем выше требования к магу, его использующего.

Если брать как пример того же магистра и соответствующий ему восьмой ранг, то для того, чтобы использовать заклинания восьмого круга, обязательны открытые стихиальные врата. Для магистров это считается нормой, да даже некоторые младшие магистры имеют открытые стихиальные врата. Но они открыты далеко не у всех, а значит, не всем под силу заклинания восьмого круга. Какие требования для заклинаний девятого и десятого круга, даже думать страшно, да пока и рано.

Сейчас же нас учили банальным вещам, как составить простейшие цепочки из руноглифа, чтобы получить результат. А ведь были еще и схемы, но они появляются в заклинаниях с первого круга, и нам пока рано об этом думать. Ну, кому и рано, а у кого-то появился абонемент в императорскую библиотеку на целых полгода.

Что хорошо, ходить куда-то даже не нужно было, она находилась в академии, просто в отдельном закрытом от всех здании. Теперь я там был частым гостем. Хотя я многих там удивил, особенно обитателей, сиречь служителей, которые не ожидали такого и даже прогнать меня хотели, пока не увидели абонемент, подписанный императором.

Но даже там я смог всех удивить, особенно соглядатаев, которых отправили за мной наблюдать. Когда я забурился в отдел с основами, я не пошел сразу в закрытые и тайные отделы, нет, я пошел в отдел, где более подробно были описаны основы работы с магией. Там было всё, начиная от заклинаний, заканчивая основами работ со стихиями. Собственно, ради основ работы со стихиями я туда и полез, но и про заклинания много интересного узнал. Да и вообще, пренебрегать основами, это строить колосса на глиняных ногах.

А через три недели, после промежуточных испытаний (да, дал своим чуть больше времени, а заодно и своим новым каналам окрепнуть), у нас на малом полигоне началась потеха под названием дуэли. Причем я сначала разбил всех по парам, но так как нас было нечетное количество, то был один счастливчик, который прохлаждался. Но ровно до следующего занятия, пока карусель не сдвинется на один шаг.

Делал я так для того, чтобы все привыкали к спаррингам как таковым, но основная идея была привыкнуть к разным противникам. Вернее, не привыкать к одному сопернику. А так как у каждого ученика был свой набор заклинаний, то никогда нельзя было узнать, что в тебя прилетит здесь и сейчас.

Особенно не любили меня, так как мои заклинания обладали особой пластичностью, что позволяла придать им любой вид. А еще мой уровень контроля позволял в разы быстрее составлять заклинания, тем более такие простые, как нулевого круга, мне даже толком не нужно было составлять цепочки символов. Но хоть со мной и не любили сражаться, но сражались всегда остервенело.

Мне же, если быть честным, из-за малого объема своего источника, было проще сражаться в ближнем бою. Используя воплощение оружия Ильи, я спокойно мог атаковать и отражать заклинания. Главное, что мне хватало на него энергии, так как это заклинание хоть и было из нулевого круга, но брало на себя десять эрг энергии. С моим естественным восстановлением нечего и надеяться на пополнение источника во время боя.

Мое естественное природное восполнение после ритуала подросло, где-то до полутора эрг в час. Но что такое полтора эрг в час, когда бой идет в лучшем случае десять минут? А чаще всего и пары минут не длится. Так что призванное духовное копье было моим единственным защитным и атакующим средством. Пока.

Другое дело, что за счет работы с тонкими линиями, которые я не утратил после ритуала, само копье в моих руках могло существовать долго. Но еще обладало и невероятной пластичностью, так что надеяться, что оно будет вести себя, как обычное копье, точно не стоит. За что уже не один мой одноклассник поплатился.

С самим же копьем я управлялся более чем хорошо, не зря же меня отец и дед, а потом и Макс тренировали. Да и сам я занятия с копьем не оставлял и уже здесь с ним тренируюсь, хотя и не так усердно, как дома. Но и совсем не забрасываю, а после полигона так и вообще возобновил свой прежний уровень тренировок с копьем и вообще весь комплекс. Как показала практика, маг в ближнем бою практически не соперник.

Так что на полигоне, перед общей тренировкой, я начал устраивать еще и часовую тренировку на общее развитие. Оно, может, для будущих повелителей стихий сейчас совершенно и ни к чему. Но как говорится, в здоровом теле здоровый дух. Да и как сказал Рик, порой так приятно просто кому-то в зубы дать без всякой магии, что он только за.

Вот и занимаемся. А раз в неделю я устраиваюсь веселье. Ну, для меня веселье, а все остальные стонут. Короче, я устраиваю марафоны один против всех. Толпа на толпу и подобные развлечения. Особенно мне марафоны зашли. Когда один стоит на поле, а к нему по очереди выходят все одноклассники, потом меняется человек на поле, и все по новому кругу.

Так мы и резвились, до середины второго месяца. Пока я не сказал, что всё, баста, пора делать прорыв к вратам. На меня тогда выпучился весь класс. Ну а что они хотели. Думали, в сказку попали? Нет, товарищи, будем прорывать и уже сейчас закладывать наше будущее адептов, а кто не согласен, прошу на свободу, дома ждут всех. Что-то, правда, после моих слов про дом не было ни одного желающего.

Так что мы начали прорыв к вратам. Ну как прорыв. Врата-то у всех уже открыты, но повторный прорыв не менее сложен, чем первый. Но все было под моим четким руководством и поддержкой всех остальных. Так что ко второму промежуточному экзамену весь класс прорвался к своим первым вратам повторно. Только вот об этом мы пока все молчали.

Затеял я все это не просто так, мне нужно было скрыть свои девять открытых врат, а как это сделать лучше всего? Правильно, прятать лучше на видном месте, для этого я и заставил весь класс прорываться. Тем более это им всем только на пользу пойдет. Да уже пошло.

По уже устоявшейся традиции на день экзамена я приготовил на весь класс мороженое. Да и не собирался я их сегодня гонять, в этом просто не было особой нужды, да и отдых нужен не меньше, чем тренировки. Именно поэтому раз в неделю я всегда устраивал выходной, несмотря ни на что.

Так что в зал приема промежуточных экзаменов мы пришли в благостном настроении. На нас смотрели как на больных. Ну, естественно, после прошлой пощечины, что получили от нас, все классы пахали, чтобы не допустить подобного. А тут черный класс приходит расслабленный и с блаженными улыбками на лицах.

Как в прошлый раз медитировать мы не стали, сегодня был как раз тот самый выходной, так что мы просто сели на пол и стали ждать. Менять из-за нашей прошлой победы традицию никто не будет, так что нам опять придется ждать не меньше трех часов. Так что на нас косились, но в этот раз совсем по другой причине.

Если честно, меня беспокоил белый класс, там собрались одни гении, так что там тоже могут быть прорвавшиеся. Но когда он весь прошел и не показал ни единого прорвавшегося к следующим вратам, я успокоился. Если там никто не прорвался, то в остальных классах если и будут, то только единицы, что прорвались в частном порядке.

Так и оказалось. Один прорвавшийся был в фиолетовом классе и неожиданно еще один в оранжевом. И все, на весь поток в полторы сотни человек было два прорвавшихся из разных классов и весь наш класс. Как-то негусто, то ли учителя мышей не ловят, то ли я ничего не понимаю в учебе.

Нет, мне-то это все выгодно было, и я затеял это специально. Но остальные-то чего ждут? Ведь чем дольше ждать, тем тяжелее будет. Наше тонкое тело костенеет, и совершать прорывы будет только сложнее. Уже сейчас некоторым из моего класса пришлось помогать энергией, чтобы они смогли прорваться, а что будет дальше?

Когда наступила очередь нашего класса, все смотрели на нас с каким-то даже ожесточением. Но все видели наше расслабленное состояние, и один великовозрастный придурок подумал, что мы просто сдались и повторить прошлый наш подвиг не в состоянии. Вот он и выдвинул, на его взгляд, верное предположение, что чего париться, раз мы и так проиграем.

Вперед вышла Машени, и все судья объявили, что она повторно прорвалась к своим первым вратам. Вот тогда гомон и смешки стихли и все напряглись. За повторный прорыв давали сразу двести баллов, высший балл на промежуточных, и вызывали следующего ученика. А когда и его объявили вновь прорвавшимся, гомон в зале, наоборот, усилился.

Наш класс проверили быстрее всего. Не было смысла в остальных проверках, уже наличие повторного прорыва давало нам максимальный балл. Так что на проверку каждого нашего ученика у экзаменаторов уходило не более минуты. После чего вердикт – прорыв и двести баллов в копилку. И так у каждого ученика. Впервые за историю академии класс получил максимальный средний балл, так как все ученики получили максимальный балл.

Сказать, что были удивлены все, значит, ничего не сказать. Была удивлена даже наш куратор, но она старалась сделать каменное лицо, это ей не особо удавалось, но она старалась. Да на нее никто особо и внимания не обращал. Все просто таращились на экран, на котором магические знаки сами собой обозначали, что наш класс так и остался на первой строчке со значением в двести единиц плюсом.

– К-хм, – прокашлялся главный экзаменатор. – Такого на моей памяти еще не было, – произнес он и, покачав головой, продолжил: – За первые три места полагается награда. За последнее место в рейтинге положен штраф.

За третье место полагаются тренировки в заклинательном покое под присмотром младшего магистра раз в неделю сроком на два месяца.

За второе место полагаются тренировки в заклинательном покое под присмотром младшего магистра раз в неделю сроком на два месяца. Дополнительно еще одно групповое занятие на малом полигоне под присмотром младшего магистра раз в неделю сроком на два месяца.

За первое место в ваше распоряжение передается средний полигон с малой ареной академии сроком на два месяца. Также вам полагается набор индивидуальных эликсиров от факультета алхимиков академии, с этим вам может ваш куратор.

Ну а о наказании вы уже знаете, да, желтый класс?

Зал, где проходили промежуточные испытания, мы покидали под гробовое молчание. Только одна особа дышала злобой в нашу сторону. Проходя мимо них, я не удержался и тихо сказал князю, чтобы он лучше нужники чистил, может, за это ему даже грамоту дадут и учтут при следующей оценке. В ответ мне полетела только отборная и грубая брань.

Придя к себе в класс, Ольга объявила, что через неделю начнутся первые бои между классами. Так что нам стоит к ним подготовиться. То, что мы уже почти полтора месяца к ним готовимся, она была не в курсе. Ну да, она же не ходила на наши занятия на полигоне. Она довольствовалась уже тем, что на медитациях мы сливаем ей весь свой запас энергии в песок. За это академия платит нам деньги.

– А что за эликсиры нам обещали? – спросил я у нее.

– А, это, – поморщилась она, – ну вообще, как бы они рассчитаны упростить ваш повторный прорыв к первым вратам. Но так как вы уже это сделали, то не вижу в этом особого смысла.

– Я вообще не вижу в них особого смысла, – покачал я головой, но увидев непонимание в глазах Ольги, пояснил: – По моим расчетам, да и не только моим, эти эликсиры упрощают прорыв к первым вратам, но усложняют прорыв к остальным вратам. И если ко вторым вратам всего процентов на десять, то к пятым уже на все пятьдесят, а это приличная такая сумма. И чем чаще их пьют на рангах выше, тем сложнее прорываться, – покачал я головой. – Так что это вообще не вариант, только для совсем отчаявшихся.

– С этой стороны я на проблему не смотрела, – произнесла она.

– Почитайте выводы Летера Ле’Града, – посоветовал я ей, – очень грамотно описано, на мой взгляд.

– Обязательно почитаю, – с удивлением посмотрела она на меня, – а где ты вообще нашел его записи?

– Вы удивитесь, – улыбнулся я ей, – но в библиотеке, в доступных нам разделах по алхимии есть сборник статей, там я их и нашел.

– Да уж, – покачала она, – а ведь его считают не лучшим в плане понимания алхимии оратора.

– Зря, – покачал я головой, – очень толков и, главное, просто и доступно все объясняет.

– Да? – удивилась она. – Нужно будет перечитать.

– Возвращаясь к эликсирам, – перевел я ее мысли в нужное русло, – а можно нам тогда эликсир «Чистой росы»?

– Откуда ты про нее узнал? – спросила было она, но сама же ответила: – То, что Летер ее и изобрел? Но это же в общем-то простенький эликсир, зачем он вам?

– Может быть, и простенький, – пожал я плечами, – но просто так его не достать, даже под заказ, узнавал. Вот только его свойства нам более чем нужны, они не только снимают побочные эффекты от неправильных тренировок с техниками, но и очистят наши каналы от лишнего шлака. Думаю, это сейчас наиболее важно. Особенно после прорыва качественно почистить каналы дорогого стоит.

– Ну, мне без разницы, – пожала она плечами и оглядела класс. – Это ваш выбор, с ним все согласны?

– Думаю, – произнес Рик, – я озвучу мысли всех, ну или большинства, лично я потерял суть разговора еще на словах «эликсир прорыва». Так что вообще не понимаю, о чем вы говорите. А Кану я привык доверять, пока все, что он для нас делал, было только нам на пользу.

На его слова класс утвердительно загудел, на что Ольга только плечами пожала. Ей реально разницы нет никакой, какое из зелий варить. На этом собственно разговор тогда и закончился. Мы же отправились по своим делам. Лично я в библиотеку, у остальных своих дел хватало.


Следующая неделя пролетела как-то незаметно. Мы тренировались особо усиленно. Доступ к малой арене дал нам многое, в первую очередь оценить обстановку того, как будут проходить бои. Да и знание площадки, где будут проходить бои, может сыграть нам на руку.

Хотя, что там, обычная круглая арена с песком, диаметром двадцать метров, и это малая арена. А есть еще средняя и большая. А еще у нас появился инструктор. Он шел вместе с малой ареной в комплекте, так сказать. Тогда же мы узнали и общие правила участия в боях.

Оказывается, мы могли использовать оружие. Ну как оружие, то, что у магов считалось оружием. То есть магические посохи, жезлы и прочая атрибутика. Разрешалось использование защитных и прочих амулетов, но только личного или, так сказать, классового производства.

Так что я озаботился некоторыми артефактами для себя. У меня до сих пор оставался самый маленький резерв источника. Да, он за прошедшие два месяца подрос до пятнадцати эрг, но этого было ничтожно мало. Так что я решил обзавестись простенькими артефактами, на что-то сложное у меня все равно не хватит пока ни умений, ни знаний, ни энергии.

Хотя Пилар отыскал в городе старого мага-артефактора, и теперь у нас в доме открылась еще одна мастерская, где я подрабатываю. Где он нашел этого самородка, я не знаю. Но он был реально гениален в своей области, правда его источник был мал и на что-то серьезное он был не способен, в теории. Вот только то, что он делал, было такого качества, что куда там некоторым бакалаврам.

Опять повторюсь, где Пилар отыскал этого старого младшего ученика, непонятно, только его способности были явно выше его возможностей. И если быть честным, то он просто так не хотел пускать меня к себе в мастерскую, до тех пор, пока я ему не подогнал заготовку под малый источник. Вот тогда мы нашли с ним общий язык.

В общем, к первым боям я не успел подготовить свои артефакты, но болванки уже носил, привыкал к ним. Дело в том, что они были из железа и выглядели как обычные обручи на руки и ноги. Сделал я их такими специально, не только в глаза особо не бросаются, так еще и служат такими утяжелителями. Одна болванка весит с полкило, не особо много, но за день так машешься, и руки с ногами просто отнимаются.

Сетка боев была вполне себе стандартная. Класс на класс, где каждый учащийся сходился с учащимися из другого класса. Понятное дело, что все было рассчитано так, чтобы все успели максимально восстановиться. И между боями было время для отдыха. Нашими первыми противниками ожидаемо стали ученики красного класса.

Его мы размотали без особых усилий, они как-то даже особо и не сопротивлялись. Хотя мне было тяжелее всех. При моем стиле боя и запасах энергии было сложнее всего. Время между боями играло против меня, так как я не мог отпустить уже призванное мной копье, иначе оставался совсем без оружия. У меня, конечно, богатый арсенал заклинаний нулевого круга, вот только сражаться ими я смогу ровно один бой, а дальше мой резерв будет пуст.

Так что пришлось идти на ухищрения. Вернее, использовать магический посох. Ну как магический посох, на самом деле это была ветка моего дубка, перед самым отбытием он вырастил ее специально для меня. Она была длиной ровно два метра, и я готовился сделать из нее для себя копье. Обычные магические посохи не мой стиль.

Так вот призыв копья с ним в руках, так сказать поверх него, давался мне в разы проще, и удержание контроля, и расход энергии резко сократился. Узнал я об этом случайно, просто во время утренней тренировки с посохом (ну не было у меня нормального копья) я решил призвать духовное. И оно так четко легло на посох, что орудовать им было одно удовольствие.

На следующий бой я вышел не только с артефактами, но и со своим посохом. И если артефакты мне не требовались, то вот посохом я орудовал на ура. Вкупе с духовным копьем получился удивительный симбиоз. Так что у оранжевого класса не было и шанса. Хотя они сопротивлялись. Но в целом, что с красными, что с оранжевыми мы расстались нормально.

Свою очередную победу мы пошли отпраздновать в столовую, собственно, как и прошлую. Вот только мне не давал покоя пристальный взгляд Эсси. Когда я пришел сегодня со своим посохом, она просто не спускала с меня глаз. А когда мы были в столовой и дружно болтали с Риком, она подошла к нашему столу и прямо спросила, строго смотря на меня:

– Откуда у тебя этот посох?

– Отстаньте, вьюноша, я не по мальчикам, – отмахнулся я от нее, она опять вырядилась в свои излюбленные мужские костюмы.

– Ну, она так-то девушка, – хмыкнул Рик.

– Оу, прошу прощения, – осмотрел я ее стальным взглядом, – но я не бобер, бревна не люблю. – И похабно улыбнувшись, добавил: – Я так-то кобель, мне мясо подавай, – и показал руками, какое конкретно мясо.

Эсси покраснела, развернулась и убежала от нашего стола, более не проронив ни слова. Вслед ей смотрело две пары глаз, Рика и его брата. После чего он покачал головой и посмотрел уже на меня.

– Чего ты на нее так взъелся-то? – посмотрел он на меня.

– Знаешь, – произнес я и почесал вилкой закрытую глазницу, так чтобы ткань приподнялась и был виден шрам. – Не всякое знакомство с эльфами одинаково полезно, – и приоткрыл глаз с шрамом, откуда на Рика смотрело бельмо. – Я достаточно сделал для нее и ее семьи, а она даже ни разу спасибо не сказала и не извинилась, сколько можно терпеть еще ее поведение.

– М-да уж, – произнес Рик и непроизвольно почесал себе глаз, после чего передернул плечами. – Ты же знаешь, что она из изгнанного Великим лесом клана Черного листа?

– Ну да, – пожал я плечами, – и что, ваш клан тоже изгнанный.

– Это, конечно, так, но не совсем, – покачал он головой и посмотрел в сторону, где сидела нахохлившаяся Эсси. – Их клан не просто изгнали из Великого леса, их отлучили от энергии леса и срубили их родовой мэллорн, – произнес он, но видя, что мне это ничего не говорит, пояснил: – Для эльфов отлучение от энергии леса и тем более срубание родового древа хуже проклятия рода. Наши старцы говорят, что с каждым поколением срок жизни в их роду будет сокращаться, – и, посмотрев в сторону Эсси, добавил: – И что-то мне подсказывает, что ее поколение уже не особо будет отличаться от нас, гномов, а следующее и от людей.

– М-да, дела, – покачал я и отодвинул свою еду, есть совсем расхотелось, – вот только спесь свою они чего-то не растеряли.

– Что есть, то есть, – улыбнулся Рик. – И зря ты про бревно, по-моему, у нее там все более чем достойно.

– В том-то и дело, – покачал я головой, – старался ей показать, что то, что она считает недостатком в своем теле, может быть ее оружием, но она опять напялила на себя эту робу.

Тогда мы еще поговорили о разном, в основном о девушках и их достоинствах, и разошлись. Вот только мою голову не покидали слова друга. Если в их роду все так печально, то мой подарок им немного поможет, насколько, не берусь сказать. Только это их точно не спасет, замедлит стагнацию, но не остановит полностью. Ладно, время еще есть, подумаю над этой проблемой.

Наша перепалка в столовой никак не повлияла на тренировки и ее послушание в классе. Но это максимум, что она себе позволяла, ни о каких разговорах и речи не могло быть. И ведь сама виновата в том, что нарвалась на отповедь, и понимает это, и сама же на это обижается. Ну да не до нее. Захочет, подойдет и поговорит нормально.

Мы же готовились к бою с желтым классом. Я ожидал, что там могут быть сюрпризы. Так что к этим боям мы готовились серьезно. Но вот того, что там может случиться, мы никак не ожидали. Бой обычно начинали два самых старших по баллам ученика. В нашем случае это была малютка Машени, а со стороны желтых был князь, что и не удивительно.

Но вот в том, что эта тварь пойдет на обман и будет использовать на матчах запрещенные в схватках артефакты, никто не ожидал. Бой начался вполне ожидаемо, и Машени его начала теснить, но в какой-то момент над полем просто разнесся крик боли. Далеко не все успели заметить, что именно произошло. А среагировать так тем более.

Я успел среагировать и понять, что случилось, только благодаря своему зрению, когда миниатюрное тельце Машени еще падало на песок арены, отброшенное тараном. По сути, это простое заклинание школы магии воздуха, но оно было первого круга. И ученик первого курса сам не мог создать артефакт с таким заклинанием. Девочка молодец, она успела выставить щит, но что он мог поделать при такой колоссальной разнице в силе.

Я успел подхватить ее и не дать упасть на песок, и еще на лету использовал сразу две длани. Да, это простенькие исцеляющие заклинания, но они должны снять хотя бы боль. К нам уже спешили учителя и мастер хранитель арены, они тоже поняли, что случилось, вот только среагировать не успели.

– Так будет с каждым смердом, – процедил князь, удаляясь в сторону своего класса. Что удивительно, но на него не смотрели даже соученики.

Мастер арены хотел пойти разбираться с неправомочным использованием артефакта завышенной силы. Но я его остановил и просто попросил дать мне с ним сразиться как есть. Мастер тогда посмотрел мне в глаза и хотел что-то сказать, но видать, что-то в моем взгляде было, что он просто кивнул и отошел.

Прошло еще несколько боев, в которых наши просто под орех разделали желтых. Все просто пылали жаром в праведном гневе. Машени любили все, она была любимицей в классе, и никто не простит такого к ней отношения. Когда объявили следующий бой князя, я поднялся со своего места и молча направился на песок арены. В руках я сжимал свой посох, сегодня мне еще бить не приходилось, так что духовное копье в нем еще не было активировано.

– Ну, давай, плебей, – громко произнес князь, – я сломаю тебя так же, как и твою девку, и тебе не поможет твоя палочка, которой только в попе ковыряться.

На его слова я никак не реагировал, а только закрыл глаза и ждал начала боя. Когда же прозвучал гонг, означающий начала боя, я просто воткнул в песок свой песок и пошел в сторону князя. Шел я не спеша и совершенно спокойно. Тот смеялся и кричал, что я совсем спятил. Но когда между нами было метров пятнадцать, он кинул в меня первое заклинание.

Это был воздушный кулак нулевого круга, его я просто отбил голой рукой, не прибегая ни к каким техникам. Ну почти, только йога и контроль энергий. То, с какой легкостью я отбил его заклинание, поразило не только князя, но и всех смотрящих, а на бои приходили посмотреть весь первый курс, но и часть второго.

А я продолжал молча идти в его сторону. И тут князь запаниковал и начал кидать в меня один воздушный кулак за другим. Но я просто отклонял их в сторону и шел себе дальше. Когда же между нами осталось пять метров, я резко ускорился и пропустил мимо себя таран, который он выпустил из кольца на своей руке.

Не знаю, кто делал ему этот артефакт и как часто он может запускать свой воздушный таран, да мне и без разницы. Я действовал на инстинктах. Проскочив мимо тарана, я мгновенно оказался с левой стороны от князя. Мой удар кулаком в челюсть – и его просто отрывает от земли. Но просто так я не даю ему упасть. Делаю быстрый подшаг в сторону летящего тела – и с разворота моя правая пятка бьет его в живот.

Его подкидывает всего на метра полтора, но мне больше и не надо. По правилам арены победа одного конкурсанта над другим считается в четырех случаях. Первый, когда противник упал лопатками на песок арены. Второй, когда он вылетел за пределы арены. Третий, когда один из сражающихся признает свое поражение. Ну и четвертый до первой крови, так что ломать мне его нужно осторожно, без крови. Поэтому бил в челюсть, а не в нос.

Первым своим ударом я не только вырубил князя, я сломал ему челюсть, так что признать свое поражение он не сможет. Удерживая его тело в воздухе, я не даю упасть на песок арены. Осталось только не вышибить его за пределы арены, но тут я постараюсь.

Пока он еще подлетает вверх, я начинаю наносить удары руками. Первым же ударом я ломаю ему левую ногу в коленной чашечке, от чего князь пробуждается, но кроме мычания ничего сказать не может. Челюсть я ему свернул качественно. Еще одним ударом я ломаю ему и левую руку, после чего ударами снизу заставляю его тушку развернуться в воздухе.

Спасибо тебе, Макс, за науку, тебя все-таки не просто так прозвали Кровавым генералом. Тушку этого убого я держал в воздухе не менее десяти минут, избивая и ломая все, до чего мог только дотянуться. Ничего, денег у его семьи много, починят, Машени я тоже починю, никаких денег не пожалею.

Последний удар, которым я просто припечатал тушу избитого и слабо что-то там повизгивающего князя к земле, пришелся на его промежность. Ее я практически вырвал с корнем, своим ударом втоптав ее в песок арены. От моего удара даже волна по земле прошла, а ведь я за весь бой даже и грамма энергии не использовал, все на голой физической силе.

– Запомни, ходячий труп, – прошипел я, наклоняясь к мычащему на одной ноте князю, – за своих я порву на части и не посмотрю, каких ты там кровей, понял меня, говночист?

Глаза князя сквозь слезы, страх и боль просто пылали злобой, но он кивнул мне.

– Тронешь кого-то из моих, – произнес я, невзначай наступая на сломанную ногу, – и эта боль покажется тебе цветочками.

После этого я поднялся и направился в сторону своего класса. В полнейшей тишине я дошел до своей части арены и, проходя мимо мастера арены, я уважительно кивнул ему. После чего повернулся в сторону противников и громко сказал:

– Можете забирать этот кусок дерьма. – Удивительно, но за все то время, что я был на арене, к князю так никто и не подошел, пока я не сказал.

Дальнейшие бои, если это можно было так назвать, завершились всухую в нашу пользу. А где-то на середине всего этого балагана желтый класс просто сдался, признав нашу полную победу. Честно, мне было не до того и все мое внимание было сосредоточено на раненой девушке. Через Ольгу я договорился с лучшим лекарем академии, который по ее личной просьбе уже прибыл на арену и уже занялся пострадавшей.

Это стоило мне некоторых секретов, но мне было плевать, девушка пострадала очень сильно, и если бы не скорая помощь, то она могла стать калекой. Тем более что заклинание задело не только ее физическое тело, но и тонкое энергетическое тело, а это было в разы страшнее. Но помощь того лекаря пришлась как нельзя кстати, он очень качественно подлатал Машени. С тонким телом получилось не так хорошо, но тут уже я знаю, чем ей помочь.

С лекарем, который оказался таким же, как и Ольга, фанатом от науки, мы сошлись на том, что я ему кое в чем помогу. Причем часть долга отдал, не сходя с места. Акупунктурные точки, при воздействии на которые было легче работать с тонким телом. Не покажи я их, и он не смог бы так хорошо подлатать и тонкое тело Машени. В общем, мне есть что ему рассказать и показать, не выходя за рамки.

* * *

– Ты слышал, что произошло на последнем соревновательном бою на арене? – спросила императрица, входя в кабинет мужа.

– Более того, – сказал он и указал на проекцию, что была над его столом, там как раз прокручивался бой знакомого им молодого человека с князем.

– Какая интересная техника движений, – произнесла она, всматриваясь в картинку, – он не просто бьет его, он бьет его в определенные места.

– Ага, – кивнул император, – а еще он за весь бой и крупицы энергии не потратил.

– Как это? – посмотрела она на мужа. – Он что, все это проделал на чистой физике?

– Да, – улыбнулся он, – а еще вот. – И по повелению мужчины проекция отмоталась в начало боя. Вот молодой человек втыкает посох в землю и просто идет к своему оппоненту. Тот что-то кричит, но парень не обращает на это внимания. И вот князь кидает первое заклинание, а парень его просто отбивает голой рукой.

– Вот так просто голой рукой и без энергии? – удивленно уставилась на мужа женщина.

– Да, вот так просто и без энергии, – кивнул он и откинулся на спинку своего рабочего кресла, – я уже раз десять пересмотрел, но так и не понял, как он это сделал.

– Ты уверен, что он не применял энергию? – уточнила женщина.

– Мастером в тот день на арене был Зоран, – покачал он головой, – и он был категоричен в своем суждении: энергии он не использовал.

– Да уж, – покачала головой женщина, – кто же он такой?

– А знаешь, что еще интересного сказал Зоран? – спросил он супругу и посмотрел на нее, но та только вопросительно бровь приподняла. – Он сказал, что ему знаком стиль, в котором двигался парень, вот только единственный владелец этого стиля сгинул как тридцать лет назад.

– Очень интересно, – посмотрела на него женщина, – и кто это был?

– Максимилиан дер Тор, – произнес мужчина, внимательно следя за супругой. От произнесенного имени глаза женщины округлились.

– Тот самый? – спросила она.

– Да, тот самый Кровавый генерал, – кивнул он. – А знаешь, как зовут нового главу корпуса стражи у де Шенов?

– Ты хочешь сказать, что Максимилиан? – удивилась она.

– Почти, просто Максим, – улыбнулся он ей, – правда, нам так и не удалось узнать, откуда он взялся у де Шенов.

– Но ведь дер Тора казнили, разве нет? – спросила она у мужа.

– Почти, – покачал он головой, – у него запечатали врата и отправили в пустыню, где его след и пропал.

– Это мало чем отличается от казни, – поморщилась женщина.

– Мало, но шанс выжить все-таки есть, – в задумчивости посмотрел он на жену.

– Сколько же в нем загадок, – произнесла она и посмотрела на молодого человека, что через минуту будет ломать тело князя.

Что удивительно, но ни у одного, ни у другого человека в комнате не возникло даже желания пожурить парня за жестокость. Более того, император думал, как бы его наградить за сие благое дело. А то сын графа себе слишком много начал позволять.

Так что бумага от самого графа, с просьбой о наказании молодого барона, так и осталась лежать на столе императора без дела. И даже более того, за нарушение кодекса академии князю было выдвинуто первое предупреждение, второго не будет, его просто выкинут за стены академии. А старому графу пора подумать об обучении своего чада уму-разуму, но что-то подсказывает императору, что там уже поздно что-то делать.

Глава 14

Конец первого курса

После произошедшего на арене с желтым классом остальные бои временно отложили на несколько дней. Но после объявили о дисквалификации желтых и выбывании из марафона, бои на арене продолжились. Честно, я ожидал, что и ко мне будут применены санкции, но нет, я действовал в рамках установленных правил.

А вот князь их нарушил, как оказалось, его артефакт был заряжен даже не воздушным тараном, а его некой модификацией. При этом само заклинание явно создавал как минимум младший бакалавр. Так что фактически его сила была на уровне второго круга и даже не на его начале, а где в середине табели о рангах.

Но князя я отделал знатно, так что ожидал все-таки весточки от его родственников или администрации о чрезмерном превышении полномочий. Вот только в ответ мне прилетело кольцо-артефакт, то самое, с тараном. И это было более чем странно, по сути, мне намекнули, что я сделал все правильно.

В боях же мы встретили достойное сопротивление только с первыми четырьмя классами. Особенно туго было с белым, там собрались уникумы, семьи тратили деньги на их воспитание. И если с остальными тремя классами мы кое-как смогли добыть победу, то вот с белыми еле вытянули на ничью.

Мне приходилось сложнее всех. Малый резерв и даже прорыв ко вторым вратам не особо исправил положение. Хоть использование в боях посоха и облегчало мои страдания, но не могло заменить источник. Я его активно развивал, как и каналы, которые крепли день ото дня. Вот только я приближался к планке в двадцать эрг, когда у остальных было минимум в два раза больше.

Меня спасал только контроль и работа с тонкими линиями энергии. Пластичность моих заклинаний и моего тела спасала меня, хотя и мне пару раз знатно так прилетело, спасли только браслеты со щитами. Ну и мой стиль сражения многих выводил из себя. Ну не принято тут, чтобы маг вступал в контактный бой. А у меня просто выбора другого не было.

Когда заканчивались силы на копье, у меня оставались только руки и ноги. Тем более что я нашел немного другое применение воздушным кулакам. За счет пластичности моих заклинаний я их буквально наматывал себе на кулаки, что при ударе создавало еще и ударную воздушную волну.

За счет контроля и работы с максимально тонкими линиями мои заклинания получали не только пластичность, но и силу. Не уровня адепта, конечно, но тоже кое-что могу. Жаль, в моем арсенале нет ничего связанного с силами земли, кроме заклинания основы, что просто примораживало меня к месту, где я стоял. Хотя и этот прием меня выручал, особенно с одним будущим воздушником из белых.

Был такой в белом классе, один из топов, что явно благоволил к стихии воздуха, так вот все его атаки были так или иначе с ними связаны. И сила их была явно выше, чем у остальных, многих его воздушная волна или стена просто сметала с арены. Не многие из наших смогли устоять против его воздушных атак.

Я и сам чуть не улетел с арены, когда он кинул в меня свою стенку. Успел использовать основу на самом краю, зависнув над краем арены, как Нео. Но я все-таки смог устоять и даже подняться. Второй раз он поймал меня в прыжке, вот только на это я и рассчитывал. И когда в меня полетела вторая его стена, я использовал копье для того, чтобы прыгнуть еще выше.

Тогда я просто перепрыгнул его стенку, чего он явно не ожидал, за что и поплатился, получив посохом по голове. Его даже добивать не пришлось, он просто рухнул как подкошенный. Попотеть пришлось, я прыгал вокруг него минут пять, прежде чем смог так близко подобраться. Его воздушные кулаки были быстры и опасны, и просто так рукой я их отводить опасался. Но все же я его подловил.

Что удивительно, но белые встретили нас без привычной чванливости, как это было с другими классами. Не со всеми, но три предыдущих были именно такими. Эти же приняли нас достойно и сражались с нами в полную силу. Достойные противники, одним словом.

Так что к следующим промежуточным испытаниям никто уже не удивился, что наш класс опять оказался первым. Во-первых, мы опять все прорвались ко вторым вратам. Это произошло почти сразу после того, как нам дали зелье «Чистой росы». Оно не только очистило организм от лишнего, но и помогло повторно прорваться ко вторым вратам.

Ну и в общем рейтинге в боях между классами мы занимали лидирующую позицию. Так что полугодие мы встретили очередным первым местом. А в качестве награды на каникулах нам устроили экскурсию в военный гарнизон на горном перевале на севере страны.

Помимо суровых условий пребывания, там были еще и тертые жизнью маги и воины, что целый месяц тренировали нас. Как по мне, это было лучшей наградой из всех. Нас гоняли по горам, как тех горных козлов, драли в хвост и в гриву. Но через месяц жизни в том гарнизоне мы были готовы к любым ситуациям.

Машени за это время я полностью поставил на ноги. Правда, пришлось делать это в присутствии лекаря. Скажем так, лечил он под моим четким присмотром. Лечение началось с простого, я спросил его, есть ли у него схема каналов энергий в теле человека? А потом понеслось.

Используя принесенные мною серебряные иглы, он дозированно через узлы в акупунктурных точках вливал в нее свою лечебную магию. Так что мы не только ей каналы полностью подлатали, но и некоторые старые болячки подлечили. Особенно мне не понравились шрамы на ее спине, которые очень сильно напоминали удары кнута. Но мы их вообще свели на нет.

Маг, которого, кстати, звали Николай, просто пищал от счастья. Новое слово в медицине, как я уже говорил, он был фанатом от науки, такой же, как и Ольга. Ясное дело, что я не стал раскрывать ему все известные мне точки на теле человека. Ему хватило и десяти тех, что я ему уже показал. Он просто горел исследовательским огнем, и если все нормально будет, то он и сам еще парочку найдет.

Так что к походу в горы мы все были готовы, в том числе и Машени, которая, как и все мы, повторно прорвалась к своим вторым вратам. К концу каникул, когда мы измотанные, истощенные и изрядно потасканные возвращались обратно в академию, все мы были гордыми обладателями прорыва к третьим вратам.

Так что следующее полугодие, которое, по сути, длилось не полгода, а всего три месяца, мы встретили промежуточными испытаниями. Которые показали, что единицы в других классах прорвались ко вторым вратам, в то время как мы прорвались уже к третьим. И хоть по результатам этого промежуточного испытания не вручалась награда, оно влияло на счет в целом.

Следующий промежуточный экзамен будет только через три месяца. Все это время, как и прежде, будут идти соревнования на арене между классами. Но также будет проводиться наша подготовка к работе в команде. Дело в том, что как бы маги ни были могучи по отдельности, их работа в команде всегда будет сильнее.

Так что в наш распорядок дня вклинилось еще одно занятие, на котором нам сначала рассказывали теорию построения малого круга магов. Это своего рода трансформатор, который аккумулирует в себе энергию всех в круге, при том, что они ее еще и активно собирают из окружающей среды.

В этом круге обязательно присутствовало два главных трансформатора, первый я назвал аккумулятором. Он находился в центре круга и должен был удерживать всю собранную кругом энергию. Это требовало, помимо контроля, еще и хороший большой внутренний резерв. На это место лучше всего подходил Рик с его поистине бездонным источником.

Его контроль, конечно, хромал, но на удержание энергии внутри себя его вполне хватало. Как и направить ее контролеру, второму по важности человеку в круге. Он не просто принимал накопленную энергию, он должен был направить ее на творимое заклинание или в нужную точку.

Обычно так создавались мощные заклинания или наполнялись накопители энергии. В нашем случае мы сливали все в песок Ольги, чему она была только рада. Мы тоже, так как получали за это деньги. И если для меня они не были целью, то для многих они были важны, так как большинство учеников из класса были из бедных семей или вообще сбежали из нее, как это было с Машени.

Да, наша малышка, оказывается, сбежала из своей семьи, и денег на существование у нее вообще не было. Каким чудом она смогла добраться до академии, остается загадкой. Но тут она живет под крышей моего дома, и я никому не дам над ней надругаться. И сделаю все от меня зависящее, чтобы она продолжала учиться, как и все остальные.

Вот такой я человек, взяв ответственность над людьми, я привык за них отвечать полностью. И пока сам человек не выйдет, что называется, из-под моего крыла, то я буду делать все от меня зависящее. Так меня воспитали еще на Земле, этим правилам следую я и здесь. И всех в классе я считаю своими людьми и никого не дам в обиду. Даже взбалмошную Эсси или застенчивого увальня Илью.

На практике в работе малого круга магов (большой, как я успел узнать, состоит из нескольких колец магов) мы все прошли через две важные роли в круге. Кто-то справлялся, а кто-то откровенно не подходил. Так, к примеру, я на роль аккумулятора не очень подходил из-за своего малого резерва. А Рик не очень подходил на роль контролера, так как не мог нормально контролировать поток выпускаемой энергии.

Тренировки по кругу мы делали только под присмотром опытного мага, им был тот же смотритель арены. По крайней мере, в нашем случае был именно он. И его советы очень нам помогли, по крайней мере, многие смогли освоиться на любом месте в круге. Даже мы с Риком худо-бедно выполняли свои обязанности на местах.

На арене с желтым классом мы, кстати, не встречались. Их не допустили к арене, все по той же причине. Этот идиот князь попытался повторно протащить на арену артефакт схожего действия. Но после того инцидента их класс проверялся особо тщательно, так что их просто дисквалифицировали.

И если к остальным учащимся желтого класса мы относились ровно и даже нормально здоровались, то с самого князя и его прихвостней мы просто игнорировали, как пустое место. А при виде меня князь и вовсе старался исчезнуть из вида. Починили его качественно, но память о том, как я его ломал, еще живет в нем. Тем более что ломал я его со знанием дела, просто он еще не понял всей глубины своего падения. А может, и понял, на промежуточных после каникул он до сих пор так и не прорвался ко вторым вратам. И что-то мне подсказывает, что сделать это ему будет очень сложно. А ведь каждый срыв прорыва накладывает свой отпечаток на тонком теле, и прорываться становится еще сложнее. А все дело в том, что я не просто бил его, нет, я бил по определенным точкам.

Да, я совсем не использовал энергии, но бил от души, ломая его тело и кости. А при правильном ударе в нужные места можно сделать очень многое и с тонким телом человека. Вот я и бил по этим местам, заставляя их перегреваться. Внешне все будет выглядеть нормально, но при любых манипуляциях с энергией у него будет застой в точках, что приведет к их разрушению.

А разрушенный узел тонкого тела это падение, падение к истокам. Этот процесс в его теле будет длительным, и чем отчаяннее он будет прорываться, тем страшнее для него будет регресс. А я более чем уверен, что он не обойдется без эликсира прорыва. Что только усугубит его положение. Так что в теории через пару лет он станет калекой с открытыми вратами и источником, но порванными связками.

Это равносильно тому, как профессиональный спортсмен получает травму. Она вроде не влияет на его успехи. Но с каждым днем и тренировкой он приближает день своей отставки и превращения в инвалида. Его агония будет долгой, но он так и не поймет, с чем именно она связана. А нечего было поднимать руку на моих людей.

Ну да и бог с ним. На личных тренировках, когда мы занимались сами, я устраивал ребятам разные упражнения. В том числе и с кругом магов. Только не полноценным, а разбитым на тройки и двойки. Они просто гоняли энергию по кругу, учась контролировать ее. Это как игра в «горячую картошку», когда с каждым новым кругом к тебе прилетает все более горячая картошка из чистой энергии.

Когда они уже не могли ее контролировать, то просто сбрасывали ее в кристаллический песок Ольги. Ей было без разницы, как именно мы заполняем ее песок, которого с каждым разом только больше становилось. Для нее было главное, что мы заполняли его почти под горлышко.

Все эти тренировки нужны были не только для улучшения контроля и развития способностей, но и для прорыва. Да, я использовал малый круг магов для того, чтобы мы все могли повторно прорваться к четвертым вратам. Мои схемы были странными и не то чтобы не укладывались в стандартные схемы прорывов, они вообще на них не походили. Но всем из класса было как-то все равно, все видели, что это работает.

А я наконец-то понял, почему до меня никто не применял ничего подобного. На самом деле применял, и я даже нашел об этом упоминание в хрониках. Да, в самых обычных исторических хрониках, которые также читал, особенно это удивляло наблюдателей в имперской библиотеке. Там я так и не поднялся выше второго уровня, я упорно изучал все доступные книги на каждом этаже, не пропуская ни одной. Даже, казалось бы, романы и автобиографии, которым не место в личной библиотеке императорской семьи.

Но я, наверное, один из немногих в этом мире, кто понимает ценность информации, любой информации. Так я и узнал, почему до сих пор методы, что практиковал я, не применяются. А все банальное просто, потому что магов учат быть единоличниками.

И малый, и большие круги магов большинство из магов оценивают как неизбежное зло, а не как полезный инструмент в своих руках. Наш же класс выбивался из обычных представлений этого мира о магах. Мы были одной сплоченной группой, которую не так-то и просто было разбить. Попытки были, так что я знаю и уверен в каждом из своих соучеников, а некоторым запросто разрешу защищать свою спину без раздумий.

С моих глаз спала пелена непонимания. Я никак не мог понять, почему белый класс, где собраны одни гении, отстает по развитию от нас? А все просто, потому что они там все сами по себе. И будь ты хоть трижды гением, без помощи и поддержки ты никто, что и показало время.

Уже сейчас на арене они для нас были сильными и неудобными противниками, но ни о какой ничьей уже не говорилось. Не скажу, что мы их спокойно, но вполне достойно победили. Я даже обратил внимание на то, как они стоят. Если мы стоим одной группой и болеем за каждого своего на арене, то их класс хоть и стоит вместе, но каждый сам по себе. А о поддержке во время сражения и говорить нечего.

Так что ничего удивительного, что и в конце года мы были на первом месте. Мы показали лучший результат не только в сражениях на ринге. Наш прорыв к четвертым вратам всем классом также не остался не замеченным. Ну и наш малый круг магов смог выдать энергии на семьсот двадцать два эрга. Это больше, чем все наши резервы, в два раза.

Второй по качеству результат был всего пять сотен эргов и был равен сумме их внутреннего резерва на всех участников. Остальную энергию они потеряли во время передачи. Контроль хромал, и энергия просто уходила в воздух. А ведь были и те, кто даже свой резерв полностью передать не смогли, потеряв часть при передаче.

Так закончился наш первый год обучения. Впереди нас ждало почти полгода перерыва. Своеобразные каникулы между учебными годами. Но на самом деле, это время давалось нам на то, чтобы мы повторно прорвались и вышли на минимум ранга адепта. Нам же, как победителям этого года, была дарована обещанная награда.

Нас отправили на восток страны, а точнее за ее границу в дружественное королевство. Для меня это было отчасти даже выгодно, это было на полпути к моему дому, так что после двух месяцев тренировок с гарнизоном магов добираться до дома будет ближе.

В королевство нас отправили не просто так, там разгоралась смута, и нас попросили помочь властям. Ну как нас, попросили императора, а мы просто прицепом прилетели. Причем реально прилетели, до этого я только слышал, ну и видел, конечно, их в небе, но летать на местных дирижаблях не приходилось.

Но нас вместе с корпусом магов при поддержке пары рот воинов перебросили в столицу дружественного королевства. Еще когда мы только прилетели, я понял, что дело плохо. Поэтому по максимуму облазил не только сам замок, но и окрестные земли. Благо нас разместили рядом с замком короля, буквально в его парке. Так что возможность у меня была.

Хотя с нашими инструкторами было не расслабиться. Так что мы активно тренировались, но я и сам понимал, что ситуация не очень. Вот наши командиры и зверствовали, а я только хвосты своим накручивал. Да они и сами видели, что вокруг творится.

Но даже так начало бунта мы прозевали. Он случился в середине второго месяца нашей службы. Нам оставалось еще две недели, и мы покинули бы этот бурлящий котел, но не сложилось. Что такое бунт и его последствия, представляю себе прекрасно, поэтому начал действовать еще до того, как нам был отдан четкий приказ.

Нам как учащимся первого курса был отдан приказ спрятаться. Не с нашими силами и знаниями встречать разъяренную толпу. Так что я собрал своих и повел их в место, которое сам считал более-менее безопасным. И хотя нам был отдан приказ спрятаться в конкретном месте, туда я не пошел, слишком очевидное и лакомое место.

Вот только мы чуть-чуть не успели. Заговорщики уже ворвались в замок, так что нам пришлось чуть ли не с боем прорываться к нужному помещению. Благо в том направлении пока никого не было, и мы встретили только шальных грабителей, которым крышу снесло от вседозволенности. Их мы смели быстро, но до нужного крыла в здании добирались бегом, так как шум за нашими спинами нарастал.

До места мы успели добраться вовремя, даже забаррикадироваться успели, когда нас догнал шум, треск и грохот. Что-то в замке явно обрушилось. Но не успели мы даже дух перевести, как в артефактные двери, что мы не только закрыли, но и активировали, прилетел мощный удар.

– Да что им от нас-то нужно? – выразил общее удивление Иван, который не понимал, зачем кому-то штурмовать защищенную комнату с учениками.

– Думаю, они пришли не за нами, – произнес я, указав рукой себе за спину, – а за ней.

После моей реплики все разом повернулись и уставились на молодую, даже юную девушку, возможно даже еще ребенка. Просто то, в какой среде ей пришлось расти, повлияло на нее. Она же пристально смотрела на нас, держа перед собой нож.

Одета она была не то чтобы богато, но явно не слуга. Смотрела она на нас затравленно, но даже не пыталась угрожать или что-то говорить. Оценив ее и ситуацию в целом, почти все просто отвернулись от нее. Сейчас есть проблемы и поважнее, к примеру, кто-то так активно стучится в дверь. Не уверен, что если так и продолжится, что она долго выдержит.

– И что делать будем? – спросил Рик, поворачиваясь ко мне.

– Я думаю над этим, – улыбнулся я ему. – Для начала нужно активировать маяк, чтобы наши знали, где нас искать. Ну и нужно что-то делать с дверью, она так долго не продержится.

– А чего они вообще в нее бьются? – Посмотрел он на сотрясаемую ударами дверь.

– Потому что в стены биться тут бесполезно, они зачарованы похлеще некоторых хранилищ банков. Окон тут нет, остается единственный проход, и самое слабое звено дверь.

– А как же?.. – не понял он и указал на два резных окна.

– Это просто иллюзии, считай их за светильники, – просто отмахнулся я.

– Да как так то, – произнес он и пошел постучать по окнам, но окон не нашел, а его рука просто постучала по стене. – Ты-то откуда знаешь, что это иллюзия?

– Когда замок исследовал, – посмотрел я на него, но перевел взгляд обратно на дверь, она все сильнее трещала. – Нашел и эту комнату, мне тогда показалась она странной, вот я и исследовал ее более тщательно, так и узнал, что окна не настоящие.

– А про стены откуда узнал? – посмотрел на меня Илья.

– Кренон рассказал, – пожал я плечами, – они в замке все такие.

– Сейчас это не важно, – прервала наш треп Эсси, – дверь скоро выломают, что нам с ней делать?

– Есть у меня одно предложение, – почесал я бороду, – но оно вам не понравится.

– Да и фиг с ним, – махнул рукой Рик.

– Тогда поехали, – кивнул я и покосился на дверь, она уже держалась на честном слове. – Все быстро в круг магов. Рик, ты в центре, Эсси, ты за координатора.

– Но ты в этом плане лучше меня, – удивилась она.

– Ничего, ты справишься, – отмахнулся я от нее, – слева от тебя сядет Машени, справа Сира, они помогут тебе обуздать поток и удержать его.

– И куда мне направлять энергию? – не понимала Эсси.

– На меня, – после чего начал заголять себе рукава. – Всё, время вышло, быстро в круг, вы справитесь, главное дайте мне максимум энергии, на который будете способны.

Ребята рассаживались по местам и готовились к кругу магов. Кстати, тоже моя задумка, в обычном построении маги просто сидели рядом. В моем построении мы не просто сидели рядом, мы держались за руки, возложив их себе на плечи. В таком построении контроль над энергией был лучше, да и поток был более стабильным.

Но мне сейчас не до этого. Я достал свой излюбленный нож из ветки моего дубка и начал на руках вырезать себе вязь рун. От локтя к кистям тянулись цепочки небольших порезов, они почти не кровили, так, только выделяя путь кончика ножа. На тыльной стороне ладони я вырезал символы алмазного щита. Он состоял из двух цепочек и двух рун. Каждая была на своей руке.

– Мы готовы, – донеслось у меня из-за спины. Эсси сидела лицом из круга, так ей было проще передавать энергию, особенно когда она видит цель передачи.

– По моей команде, – начал я, но вокруг все резко завертелось.

Дверь была наконец-то проломлена и в дыру уже лезли противники. Я видел их оскаленные в злобе лица, но мне было уже все равно, я нараспев, быстро, но четко произнес заклинание на древнем языке.

Еще только мой голос начал разноситься под сводами комнаты, как с той стороны заголосили, и дыра в двери начала резко освобождаться. Но я уже закончил и сделал последний шаг, который сотряс небольшое помещение. После чего с большим усилием свел кулаки вместе. В мою сторону летел заряд неизвестной мне магии, но он не успевал.

Между стенками дверного проема, что выступали внутрь комнаты на добрый метр, возникла полупрозрачная пленка алмазного щита. Он закрыл собой все, от стены до стены и от пола до потолка, вот только лично моих сил хватит на пару секунд его удержания.

– Давай, – выдавил я из себя, сплевывая кровь. При взрыве двери в меня попал один из его осколков, очень неудачно попал, он пробил мне одно легкое, но нужно терпеть. За своих я не переживал, веря, что они сработают как надо, и не успело эхо моих слов затихнуть, как в меня потоком начала поступать энергия.

Она была хорошо структурирована и стабилизирована. Так что справиться мне с ней не составило труда, и я всю ее отправил на щит. С той стороны ярился какой-то мужик, что-то грозил и кидался заклинаниями. Но я его не слушал, мне и так было тяжело, а еще этот кусок двери, что торчит из груди.

Когда на пол начала капать моя кровь, поток энергии резко скакнул, да так, что я его еле удержал, заскрипев зубами. Эсси, мать твою, ты что творишь, мысленно заорал я на нее, так как говорить уже не мог, мне и так тяжело, а ты меня еще и добить хочешь. Удивительно, но после моей мысленной отповеди поток опять стабилизировался. А мне даже почудился какой-то писк в мыслях, но я на него даже внимания не обратил.

С каждой минутой держать щит было все тяжелее и тяжелее. А еще этот мужик, что продолжал кидаться заклинаниями, да когда они у него уже закончатся?.. В какой-то момент к мужику кто-то подбежал и что-то сказал, тот взъярился, кинул в нас еще одно заклинание, но на этом и закончил.

Перед тем как удалиться, он подошел к стенке щита и внимательно посмотрел на меня. Он что-то сказал, но у меня в ушах давно уже шум стоял, так что я его не услышал. В ответ я только плюнул ему в лицо. Что было потом, не помню, я просто закрыл глаза и продолжал держать щит.

* * *

Ольга была просто в бешенстве, ее подопечных отправили в замок под защиту, но та часть замка, куда их отправили, просто взлетела на воздух. Вот как, как она могла разом потерять всех своих учеников. Но сокрушалась она не долго, так как неожиданно для нее пришел сигнал от маяка ее учеников, совсем из другого места.

– Кренон, – закричала женщина, поворачиваясь к мужчине, – они живы.

– Как? – удивился он. – Где?

– Идем, я покажу дорогу. – И в составе пятерки магов они бросились в сторону замка.

Там творился форменный беспредел, люди, что ворвались сюда, грабили, убивали и насиловали. Группе магов приходилось просто расчищать себе путь, вырезая всех встреченных. Защитников в замке не осталось, так что группа не боялась применять силу. Однако даже им до места, где окопались ученики, пришлось добираться не меньше получаса.

Все это время они чувствовали применяющуюся сильную магию, и чем ближе они становились, тем отчетливее Ольга понимала, что это оттуда, где засели ее ученики. Во что они опять ввязались, вот о чем были ее мысли в этот момент. О том, что Кан тут ни при чем, она совершенно не верила. Этот парень был себе на уме, но именно на него она и надеялась, когда узнала, куда отправили группу учеников, и про случившийся взрыв.

Только она не понимала, как они могли оказаться совершенно в другом месте, разве что они изначально шли не туда, куда приказали. Все может быть. Когда же они прибыли к месту, где засели ее ученики, ей предстала ужасная картина. Помещение было полностью разгромлено, вот только из него был еще один проход.

– Это твои ученики? – спросил Кренон и указал а затянутую пленкой алмазного барьера дверной проем.

– Д-да, – произнесла она и, запинаясь, направилась к барьеру.

За прозрачной сетчатой пленкой барьера она видела фигуру Кана, что стоял чуть согнувшись, с закрытыми глазами. На его руках сияли руны, вырезанные прямо в его плоти. А в его груди напротив сердца торчал осколок двери, об этом говорила дверная ручка, что упиралась ему в грудь. За его спиной она увидела остальных своих учеников.

Они были измучены, но продолжали выдавать стабильный поток энергии. Они сидели, положив руки друг другу на плечи, и только за счет этого и держались. Эсси, единственная, сидевшая лицом к двери, отвела взгляд, она продолжала выполнять поставленную перед ней задачу. Железный Рик стоял на коленях, уперев руки в землю, но упорно собирал энергию, передавая ее Эсси.

Все это она оценила буквально в мгновение ока. Она просто не могла поверить, что ее ученики смогут создать такую мощную защиту, да еще так долго ее удерживать. А судя по тому, как расплавились стены в дверном проеме, атаковал их далеко не простой маг. Но они выстояли и продолжают держать защиту, пока не придет подмога. Она со всей дури, на которую только могла, ударила кулаком в барьер, но на нее никто не прореагировал.

– Хватит, – вскричала она, сама не замечая, как по ее лицу катятся слезы, – все закончилось.

– Пароль, – донесся приглушенный барьером слабый голос Кана, и он даже смог открыть и посмотреть на нее своим глазом.

– Какой еще пароль? – удивилась она, но потом кое-что вспомнила и произнесла: – Дурак, пароль – мороженое.

– Ребята, вы молодцы, – прошептал парень, отпуская руки, – вы справились.

Барьер еще не успел полностью исчезнуть, а Кан просто уткнулся в него головой, начав сползать по щиту с той стороны, оставляя кровавые разводы. Когда щит спал, парень просто рухнул вперед, но его подхватила Ольга и аккуратно положила его на пол.

– Дурак, – донеслось из комнаты вместе с рыданием, подняв глаза, Ольга увидела, что весь класс сидит, склонив головы. Они все видели и знали, что с их лидером случилось, но они до самого конца выполняли поставленную им задачу. Задачу, которая его убивала. И что он сделал, когда все закончилось, он похвалил их всех за то, что они его убили.

– Какой интересный у тебя класс, – произнес Кренон, – откуда только знают про алмазный щит?

– Лучший класс, который я когда-либо видела, – произнесла она и, посмотрев на старшего, продолжила: – Знал бы ты Кана получше, понял бы: он способен и не на это.

– Ну, если мы поторопимся, – произнес он, склоняясь над парнем, – то у меня есть все шансы узнать его получше.

– Что? – произнесла Ольга и подняла на него заплаканные глаза.

– Этот твой Кан, – произнес он, – наложил на себя печать лечебного сна, и, если мы поторопимся, то есть все шансы, что он не помрет.

Эпилог

Я валялся на дне повозки, прислушиваясь к своим ощущениям. Собственно, подлатали меня знатно, и таких мер, как отлеживаться, можно было и не применять. Но лекарь был категоричен. Обломок, который из меня вытащили, краем пробил мне сердце, но он же и закупорил рану. Так что я чудом избежал смерти.

Именно поэтому я сейчас и валялся на дне телеги. Хотя это была крытая повозка, но будем называть вещи своими именами, просто крытая тентом телега. С соответствующими удобствами, то есть неизвестно, что лучше подойдет моему телу, неспешная езда верхом или тряска в телеге. Вот только будь на то моя воля, я бы уже давно ехал верхом. Но меня окружали одни предатели, по недоразумению называющиеся моими одноклассниками.

Да, мы давно уже покинули вставшее на дыбы королевство. Срок нашей вынужденной службы закончился раньше времени и нас отправили по домам. Но большинству просто некуда было возвращаться. Так что я всех пригласил к себе в гости, это все лучше, чем сидеть в городе, тем более там я совсем не уверен в их безопасности.

С нами отправились почти все, только Эсси и Рик были вынуждены вернуться в столицу к своим кланам. Перед тем как расстаться с ними, я попросил их передать весточку своим родителям, что у меня есть к ним серьезное предложение и что я буду ждать с ними встречи у себя дома. Оба восприняли мои слова более чем серьезно, так что обещали посодействовать, тем более что они оба обещали приехать погостить.

И по всему выходило, что они могут добраться ко мне домой чуть ли не быстрее меня. Наш караван, в который меня и остальных определили, кстати, Ольга тоже отправилась с нами, двигался ну очень медленно. По всему выходило, что прибудем мы только через месяц, и это только половина пути.

Но на этом сюрпризы не закончились. Девушка, которую мы защитили, оказалась внучкой правящего короля. Только скажем так, она была не любимой внучкой. Ей предложили временно переселиться в империю. Вот только она отказалась покидать нашу группу. Оказывается, мои не забыли о ней, и когда пришла помощь, вывели ее из замка и заботились о ней.

Вот она и отказалась ехать с неизвестными в империю, а решила отправиться с нами к черту на кулички. Не хватало мне забот, так на шею повесили Эльвиру, внучку свергнутого правителя, единственную из рода. Я вообще не понимаю, как ее могли отпустить неизвестно с кем. И как я уже говорил, девушка на деле оказалась еще ребенком двенадцати лет. Ну ничего, сдам ее родителям, они как раз девочку хотели, вот пусть и нянчатся.

Примерно так у меня и текли мысли, вяло, как и сам караван. Но ничего, большая часть пути уже позади и скоро должны показаться стены Срезе. Как давно я, оказывается, не был дома, подумал я и услышал свист караванщиков. Они сообщали о том, что показались стены. Выглянув из-за тентового полога, я увидел далеко впереди горный проход, перекрытый белыми стенами.

Наконец-то я дома.


Конец первой книги


home | my bookshelf | | Первый курс |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 16
Средний рейтинг 4.0 из 5



Оцените эту книгу