Book: Страж Предела



Страж Предела

Юрий Уленгов

Полигон-3. Страж Предела

Глава 1

Система Ориона, орбита Рапсодии, административная станция корпорации NewVision.

С самого утра Миллер был мрачнее тучи. Гребаный Баркер завалил его отдел работой. Сдернул на совещание, не дав посмотреть в прямом эфире на расправу над своим гребаным чемпионом, и даже до записи у Миллера руки еще не дошли, что его невероятно бесило. Близился очередной сезон регулярного ивента, турнира на выживание «Страж Предела», детища Баркера, которым тот невероятно гордился. Для двенадцатого сезона гейм-директор придумал кучу нововведений, и теперь вся команда в авральном порядке работала над тем, чтобы успеть все к старту. А Миллеру еще нужно было продумать новую схему поставок в Оранжевую зону. С Лимбом было проще: посылки с А-стимами маскировались под доставку воды и продуктов, и сбрасывались в зоне влияния Скульптора. Другие юниты в этих местах и нос высунуть боялись, потому люди Скульптора спокойно подбирали комплекты и доставляли их на базу. Все в рамках сценария. С Пределом сложнее.

Кланам подачек не бросали. Их бойцы добывали все необходимое самостоятельно, за живые кредиты. На складе, комплектующем доставку для «гуманитарщиков» у Стива был свой человек, который за некоторое количество кредитов добавлял к посылке то, что просил Стив. А вот на складе магазина такого человека только предстояло найти.

Проблема в том, что объяснять это людям, на которых работал Баркер, бесполезно. Их интересовали только деньги, которые Стив выводил на анонимный криптовалютный кошелек, оставляя себе определенный процент. Процент немалый, прямо скажем, даже для топ-менеджера Корпорации. Но сейчас Миллера беспокоил отнюдь не перерыв в поступлениях на собственный счет. Гораздо больше его нервировали сообщения в защищенном мессенджере, в которых серьезный человек, сидящий за много световых лет отсюда, интересовался, почему в назначенный срок не пришел новый перевод. И ему было плевать на убитого Скульптора, сложности с отправкой новой партии в Предел, и проклятого три-три-два-восемь-шесть, своим вмешательством уничтожившего отлаженную, бесперебойно функционировавшую месяцами схему.

В общем, всю ночь Миллер ворочался, крутя в голове варианты, и просматривая на планшете досье сотрудников «Полигона». Досье ему слила гребаная извращенка из HR-отдела, и Стиву еще предстояло это «отработать». И, если до того, как Миллер поближе познакомился с черноволосой Кэролайн, он о подобной перспективе мог только мечтать, то, после того, как впервые оказался в ее постели, его мнение несколько изменилось. Глядя на утонченную, изящную красотку, нельзя было даже предположить, что ее сексуальные предпочтения… Скажем так, весьма специфичны. Однако старший менеджер HR-отдела была ему нужна, и потому приходилось терпеть, каждый раз нагружаясь вискарем по самую макушку и полируя алкоголь ненавистным «ТГК-Ультра».

Достойную кандидатуру он, в итоге, кажется, нашел, однако на сон времени совсем не осталось. Ругаясь, на чем свет стоит, Стив сходил в душ, залился энергетиками, и отправился в офис. Сидя перед монитором, он изо всех сил пытался вникнуть в документ, пересланный сотрудником для одобрения, когда планшет легонько завибрировал и принялся подмигивать белым светодиодом, сигнализирующем о входящем вызове.

Взглянув на экран, Миллер обнаружил, что абонент не определен, и, выругавшись, двинулся в ближайшую свободную переговорку. Программа телефонии не определяла звонящего только в одном случае: если вызов шел с Рапсодии. А это значило, что отвечать на звонок нужно, лишь убедившись, что рядом нет чужих ушей.

Заперев за собой дверь, он сел в кресло и уже привычно запустил программу-шифровальщик, выводящую на экран собеседника искусственно сгенерированный аватар и меняющую голос. Только после этого он ответил на вызов.

На экране появился Слай. Судя по обстановке на фоне, глава «Могильных воронов» находился в командном пункте своего форта, а значит, груз А-стимов, изъятый со склада Скульптора, уже переправлен в Оранжевую зону.

— Я выполнил условие, — не здороваясь, заговорил Слай. — Алтай мертв. Когда будет поставка?

Миллер почувствовал, как медленно спадает накопившееся за эту ночь напряжение. Хоть одна хорошая новость! Проклятый выскочка, гребаный «чемпион» Баркера, наконец-то сдох! Кажется, это лучшая новость за последние несколько дней. Как пригорит у Тома, ха! Это определенно стоит отметить! Выигранную в споре тысячу кредитов Миллер потребует у Баркера в «бумажном» эквиваленте, скрутит купюру в трубку и с наслаждением вдохнет через нее дорожку-другую старого доброго кокса с плоского живота Кэролайн. А потом устроит этой суке такую взбучку, что она неделю ходить не сможет… Да, все-таки день сегодня не такой уж и плохой, как выяснилось!

— Покажи мне его голову, — кажется, даже голос от возбуждения сел. Хорошо, что программа сглаживает интонации.

— С этим есть небольшая проблема, — Слай замялся и отвел глаза от камеры.

— Что, вы его так уделали, что и опознать невозможно? Тогда тебе придется отправить мне его ДНК для анализа, — Миллер напрягся. — Не вздумай решить, что меня можно обуть, подсунув обугленный труп какого-нибудь бродяги вместо три-три-два-восемь-шесть!

— Я не собираюсь никого обманывать, — хмуро пробурчал Слай. — До тела не добраться. Ублюдка завалило в заброшенной шахте на окраине Предела. Мои люди при этом погибли. Весь отряд. А их тела, в свою очередь, сожрали гребаные морфы. Твои требования стоили мне десяти отличных бойцов!

— Не таких уж и отличных, как выяснилось! — настроение у Миллера снова начало портиться. — Если твои бойцы не смогли справиться с одним придурком — грош им цена! Я обеспечил все условия: дал координаты, подделал данные о ксеноактивности и даже, мать твою, связь в секторе вырубил! А ты все равно просрал задание! Знаешь, я вот думаю, может, не так уж ты и подходишь для того…

— Придурков было пять, — едва сдерживаясь, перебил Миллера Слай. — А мои парни сделали все, что могли. Пожертвовали жизнью, чтобы угробить этого урода. Вот доказательства.

Слай отодвинулся в сторону, и Миллер увидел большую видеопанель за его спиной. На панели запустился видеоролик. Мрачный Стив несколько десятков секунд смотрел на сцену побоища, разыгравшегося в заброшенной промзоне, глазами одного из боевиков Слая. Сцена закончилась кадром, на котором снаряд реактивного гранатомета обрушивает свод штольни, в которой скрылся три-три-два-восемь-шесть в компании еще двух юнитов, и Миллер выругавшись, едва не разбил планшет о стол.

— Слушай, ты, — наклонившись вперед, прошипел Стив. — Ты что, действительно считаешь, что мне можно впарить такое говно? Где доказательства, что эта тварь сдохла? Где, я тебя спрашиваю? — вот сейчас он жалел, что шифровальщик не донесет до собеседника эмоции. — Ты мне показал гребаное кино, в котором я не увидел, как этому уроду отрезают голову! Где гарантия, что эта мразь не выберется из этой дырки через какую-нибудь другую нору? Ты можешь мне такое гарантировать?

— Могу, — мрачно ответил Слай. — Через несколько часов в этом районе произошел подземный взрыв, часть местности ухнула в пустоту. Шахта полностью уничтожена и завалена десятками тысяч тонн земли и камня. Там никто не мог выжить. Абсолютно.

— А до тебя не доходит, что этот взрыв он сам и устроил, прорываясь на поверхность? — Миллер вдруг успокоился, окончательно осознав, что в ближайшем будущем не будет ни торжества над Баркером, ни кокса с тела Кэролайн, ни хрена. — Нет. Так не пойдет. Ты предоставишь мне его тело, и только тогда получишь награду. Ты понял меня?

— Понял, — угрюмо кивнул Слай.

— Хорошо, что понял, — Миллер лихорадочно размышлял. С одной стороны, крючок для Слая был хорош: нет тела — нет поставки. Только вот с другой… С другой стороны были сообщения в защищенном канале, и тому, кто их отправлял, было плевать на личные заморочки Миллера. Если продолжить оттягивать поставку — снова придется дергать деньги с личного счета. А их там, на текущий момент, было не так уж и много. Кажется, пора менять условия сделки. Миллер решился.

— Ладно. Давай так. Я отправляю тебе новую партию. Но до того момента, пока я не увижу отрезанную голову три-три-два-восемь-шесть, ты переводишь мне полную стоимость товара. Справишься — получишь свою проценты и премию. Не справишься…. Рапсодия большая. Я могу найти кого-нибудь другого. Того, кто будет расторопнее.

Слай смотрел на Миллера мрачным взглядом. Его явно не устраивали условия… Но других не будет. Скривившись, глава «Могильных воронов» кивнул.

— Договорились.

— Вот и хорошо. Теперь давай к делу. Товар у меня, но есть сложности с поставкой. Для решения проблемы мне понадобится еще несколько дней…

— А в чем сложность? — Слай непонимающе посмотрел на менеджера. — По той же схеме. База Скульптора теперь под моими людьми. Как доставить товар в Предел — уже моя головная боль.

Миллер едва удержался, чтоб с размаху не садануть себя ладонью по лбу. Твою мать! Да что за дерьмо с ним творится? Как он об этом не подумал? Ведь это же элементарно! В прошлый раз, когда он говорил со Слаем, тот как раз в кабинете Скульптора сидел! Нет, надо, пожалуй, завязывать с бессонными ночами, это до добра не доведет. Боже, сколько же времени он бездарно просрал!

Выругавшись сквозь зубы, Миллер потянулся к холодильнику, достал из него банку энергетика и приложил ее к затылку. Холодный металл приятно холодил кожу, и мерзкая, пульсирующая боль, рвущая голову с самого утра, сразу стала слабее. Выдохнув, он медленно проговорил:

— Хорошо. Жди поставку в ближайшие дни. Время сообщу отдельно, дополнительно.

Киборг кивнул.

— И достань мне этого урода! Живым или мертвым! — Миллер прервал связь, и, тяжело отдуваясь, откинулся на спинку кресла. Дерьмо! Одного гребаного придурка достать не смогли! Да, есть, конечно, вариант, что он и сам виноват, ставя такие условия, но он всерьез рассчитывал на то, что морфы справятся с ублюдком сами, уж слишком не хотелось подставляться перед Баркером. Мало ли что. Взбесится, что его любимчика завалили, и устроит геноцид «Могильным воронам». А они ему нужны. Судя по данным системы, стая морфов на территории промзоны пряталась такая, что для ее ликвидации понадобились бы силы значительно большие, чем отряд в пять человек, отправленный Сандерсом. Но гляди ж ты, ускользнул, ублюдок!

В то, что хитрый космодесантник уничтожен, Миллеру не верилось. Все же не зря Баркер на него глаз положил, тут гейм-директору надо отдать должное: чуйка на людей у него была очень неплохая. Скорее, эта тварь сама устроила взрыв, чтобы… Чтобы что? Хрен его знает. Прежде чем строить какие-то предположения, нужно самому посмотреть, что там произошло. А заодно и проверить систему на предмет появления метки три-три-два-восемь-шесть. Если ублюдок выбрался, система его засечет и выдаст местоположение. Ну, а во второй раз Слай уже не должен обосраться. Не имбецил же он, в конце-то концов! Со складом Скульптора сообразил же!

В общем, да. Нужно разобраться, что там и как, а, заодно, и организовать доставку А-стимов на Рапсодию. Хрен с ним, с Алтаем этим. Главное, что основная тема с места тронулась, и теперь ему не придется ни перед кем оправдываться. Решено! В этот раз он залезет в собственные сбережения, и отправит необходимую сумму, а вернет деньги, когда Слай распродаст первую партию.

Миллер открыл энергетик, сделал несколько глотков, и с отвращением выбросил банку в утилизатор. Сон… Все, что ему нужно — здоровый, глубокий сон. И все снова будет, как надо.

* * *

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Оранжевая зона, она же Предел. Граница Инферно. Аванпост клана «Тени».

Тяжело дыша, голый по пояс Рэйзер ввалился в свою комнату, на ходу стащил штаны и плавки, и направился в душ. Тугие струи ударили в разгоряченное тело, и он даже застонал от удовольствия. Натруженные мышцы вибрировали, по телу разливалась приятная усталость после изматывающей тренировки. Быстро вымывшись, он активировал предустановленную программу, и несколько минут просто стоял под контрастным душем, опершись руками о стену кабинки и склонив голову. Почувствовав себя достаточно взбодрившимся, Рэйзер выключил воду, и, подхватив жесткое полотенце, выбрался из душа.

Растершись докрасна, он бросил полотенце в сушилку, и на миг замер перед зеркалом, критически оглядывая собственное тело. Ни грамма жира, тугие узлы мышц легкоатлета, и, что самое главное — ни одной видимой аугментации. Рэйзер любил свое тело, и искренне не понимал тяги местных уродовать себя разнообразными железяками, выглядящими так, будто их подобрали на свалке. Нет, против модификаций, как таковых, он ничего не имел, скорее, даже, наоборот — пожалуй, количеству и качеству установленных имплантов позавидовали бы даже бойцы элитного полицейского спецназа, с которыми ему когда-то довелось работать, но все они были скрыты внутри. А снаружи… Нет, снаружи — это уродство.

Достав из заменявшего шкаф ящика свежую одежду, он натянул штаны, и подошел к пищевому синтезатору. Внутри уже ожидал приготовленный по таймеру протеиновый коктейль. Отхлебнув из высокого стакана, Рэйзер с наслаждением развалился в кресле.

Ежедневные физические нагрузки были частью его жизни с самого детства. В здоровом теле — здоровый дух. Даже модифицированным мышцам нужна тренировка, если не хочешь, чтобы в самый неподходящий момент твое тело подвело тебя. Импланты — это хорошо, но их можно взломать или вырубить электромагнитным импульсом, и тогда придется сражаться только тем, что останется. А для этого нужно, чтоб даже без имплантов ты мог противостоять любой возможной угрозе.

Рэйзер вспомнил, сколько сил пришлось ему потратить, чтобы вбить эту несложную мысль в головы своих людей, и усмехнулся. Ну, зато теперь у него, пожалуй, самый боеспособный клан в этой части Полигона. И это при том, что по количеству бойцов его сложно назвать даже средним. Рукопашный бой, общая физическая подготовка, тактические занятия — расписание бойцов клана Рэйзера было забито под завязку. Наркота, выпивка, шлюхи — все это только в редкие дни отдыха в Элизиуме. В Пределе же и Инферно — работа, работа и только работа. На благо клана и свое собственное.

Когда Рэйзер только попал на Полигон, он поразился, насколько мягкотелы его обитатели. То, что преподносилось, как кошмарная тюрьма, в которой обреченные ведут непрерывную борьбу за существование, оказалось чуть опаснее детской песочницы. Инициацию он прошел уже на второй день после прибытия, а еще через три дня у него уже был пропуск в Элизиум. Однако он задержался в Лимбе еще на неделю, копя кредиты и опыт, а когда все же пришел в Зеленую зону, накопленного хватило на комплект топовых модификаций. Убийцы, насильники и прочий сброд, грызущий друг другу глотки в Серой зоне, ничего не могли противопоставить тренированному космодесантнику, прошедшему горнило войны с ксеносами.

Сколотив банду таких же отчаянных сорвиголов из бывших вояк, он ураганом прошел по Оранжевой зоне, поднимаясь в уровнях и зарабатывая авторитет. Поговаривали, местные всерьез опасались того, что Рэйзеру захочется большего, и он начнет перекраивать расклады в Пределе по-своему, но для него это было слишком скучным. Ну какой адреналин можно получить, вырезая болванов, боящихся лишний раз высунуть нос за пределы своего форта? То ли дело броски в Инферно, с выполнением самых сложных задач, выдаваемых системой, истребление морфов, спятивших боевых систем и… Охота на людей.

Да, пожалуй, из всех доступных на Рапсодии развлечений, охота на двуногую дичь была для него самым любимым. Он получал ни с чем несравнимое удовольствие, выслеживая жертву, стараясь предугадать ее поведение и заманить в ловушку. Вскоре, помимо квестов из вонтед-листов, небольшой клан Рэйзера, обосновавшийся на самой границе с Красной зоной, стал принимать заказы и от кланов. Полигон все же был Полигоном, и время от времени кому-то требовалось отыскать беглецов, устранить конкурентов или наказать предателей. И Рэйзер с этими заказами справлялся блестяще. Клиенты неизменно получали отделенные от тел головы, а Рэйзер — кредиты на счет. Много кредитов. Услуги клана стоили недешево, и по пустякам их не беспокоили, но если уж подпирало, каждый в Пределе знал, к кому стоит обратиться, и мог рассчитывать на то, что гонорар будет отработан до последнего кредита.

Допив коктейль, Рэйзер смял в кулаке стакан и отправил его в утилизатор. Прошел к рабочему столу, сел в удобное, функциональное кресло, и пробудил терминал.

На панели подмигивала пиктограмма пропущенного звонка. Нажав на нее, Рэйзер удивленно вскинул брови, и активировал видеосвязь.



«На той стороне» отозвались тотчас же. Абонент включил камеру, и на экране появился угрюмый Слай, глава «Могильных воронов».

— Хао, бледнолицый! — Рэйзер с усмешкой поднял открытую ладонь в приветствии, и поинтересовался:

— Чем обязан?

— Работа есть, — Слаю явно было не до болтовни, он перешел сразу к сути. — Как раз по твоему профилю. Возьмешься?

— Ну, ты сначала расскажи, что за работа, а там и решу, — Рэйзер уселся поудобнее и положил ладони на стол, приготовившись слушать.

— Нужно отыскать одного парня в ближнем Инферно, — хмуро начал Слай. — Либо его труп. И принести мне его голову, запечатлев на видео момент ее отделения от тела. Все. Ничего для тебя нового.

— А что ж твои бойцы? — не упустил возможности подколоть заносчивого и чванливого главу клана Рэйзер. — Не в состоянии?

— Слушай, я не в настроении, — прямо ответил Слай. — Давай коротко. Да — да, нет — нет. С расценками твоими я знаком и платить готов. Так что давай опустим пустопорожние разговоры и перейдем сразу к делу.

— К делу — так к делу, — охотно согласился Рэйзер. — Люблю деловых людей. Давай, выкладывай, что за парень. Кто такой, где видели в последний раз.

— Твой бывший коллега. Тоже космодес. Ты про него мог слышать, он на днях в ТОП-1 Лимба выбился, порешив группировки Скульптора и Джаспера. Сейчас он в клане Сандерса. В последний раз видели в Пределе, где именно — сообщу. Скину координаты.

— Группировки Джаспера и Скульптора? — Рэйзер удивленно покачал головой. — Во дела у вас творятся, ты гляди! Не, ничего не слышал, мы вчера только из глубокого рейда в Инферно вернулись, не до новостей было. Серьезный парень, смотри-ка! Фото есть? Хочу посмотреть на этого героя.

— Да, — Слай нажал на кнопку, активируя демонстрацию экрана, и перед хэдхантером развернулись несколько фотографий, явно нарезанных с видео.

С первой же фотографии на Рэйзера угрюмо взглянули внимательные серые глаза, и хэдхантер вздрогнул, невольно сжимая руку в кулак. Да ну! Не может быть!

Может. Крепкая, спортивная фигура, короткий ежик темных волос, упрямый взгляд, едва различимая полоска шрама над левой бровью…

Рэйзер незаметно выдохнул, спуская внезапно сковавшее тело напряжение, и взглянул прямо в камеру.

— Берусь. Сбрасывай инфу, координаты и задаток.

— Ты даже не спросишь, как его зовут? — удивленно поинтересовался Слай.

— Мне это не нужно. Я знаю его имя, — хэдхантер постарался, чтобы голос звучал все так же ровно. Получилось с трудом. — Все, давай. Жду. До связи.

— До связи, — кивнул явно довольный Слай и отключился.

Рэйзер задумчиво помассировал шею, глядя в опустевший экран. Через пару секунд динамики терминала булькнули оповещением о входящем сообщении. Хэдхантер развернул письмо, и замер, подавшись вперед и всматриваясь в почти забытые, но такие знакомые черты лица.

— Ну, здравствуй, Алтай. Давно не виделись, — тихо проговорил Рэйзер, и хищно улыбнулся.

Просидев так еще некоторое время, он, наконец, свернул фотографию, открыл текст с сопроводительной информацией и погрузился в ее изучение.

Глава 2

Говорят, перед глазами стоящего на пороге смерти человека проносится вся его жизнь, будто голофильм, поставленный на ускоренное воспроизведение. Возможно, так и есть. Показать славные победы, напомнить о достижениях, доказать, что жизнь прожита не зря… Неплохая попытка подсластить пилюлю, на самом деле, одобряю. Вот только мой бьющийся в агонии мозг по непонятной причине предпочитал показывать мне исключительно кошмары.

Прикрытие беженцев на Калибане. Рыдающие матери, потерявшие детей, мужья, прощающиеся с женами у трапов, и бредущие получать оружие к Булату, формирующему отряд ополчения… Томительное ожидание атаки на космопорт, и сам бой, окончательно превратившийся в кровавую мясорубку после удара ксеносов…

Первая высадка на занятую пришельцами планету. Ошибка командования, смятый строй, урчание монстров, атакующих остатки десанта, разорванный на куски Крамер, и захлебывающийся вой стрелковых комплексов, пытающихся пробить брешь в сплошной массе захлестнувших укрепления биоморфов…

Короткая передышка, сопровождающаяся бесконечным падением в холодную тьму, и новый видеоряд.

Кровь… Пятна крови повсюду. На белоснежных обоях, на простыни, на изломанном обнаженном теле, которое я держу в руках, всхлипывая, не в силах поверить в то, что все это происходит на самом деле… Грохот выбитой двери, лучи тактических фонарей, установленных на автоматах полицейских, вломившихся в дом, дрожание точек лазерных целеуказателей на моем теле…

Зал военного трибунала. Брызжущий слюной, отчаянно жестикулирующий обвинитель, смущенный защитник, и судья, на лице которого явно читается отвращение. Я, стоящий в центре зала, в оранжевом комбинезоне и магнитных наручниках, и строки приговора, эхом отдающиеся в голове.

Новая передышка. Падение продолжается. Я падаю так долго, что угасающее сознание решает, будто пытка прекращена. Но нет. Это лишь начало. Новые картинки мелькают дьявольским калейдоскопом, мне хочется кричать, глядя на них, но мертвые безмолвны.

Чавканье, с которым дубина проламывает череп парня, визг черноволосой девчонки и плотоядный рык победителя, с которым он валит добычу на землю и лихорадочно срывает с нее одежду…

Фрай, сидящий в кресле и держащий на коленях собственную голову…

Баки с ужасными скульптурами, и обнаженная Марго, над которой возвышается маньяк, сладострастно ведущий скальпелем по изгибам женского тела…

Яростно кричащий Стэн, выпускающий последний боекомплект в подступающих морфов, и безжизненное тело брата у его ног…

Окровавленный Эверест, сидящий у ворот околоствольного двора, и взгляд Миража, вынужденного оставить командира умирать…

И сам Мираж, падающий в темную бездну, оседланной инопланетной тварью, пробившей его тело в нескольких местах костяными клинками.

Пауза. Падение в пустоту, которое начинает восприниматься, как благо. А потом дьявольский калейдоскоп делает новый оборот, начиная все сначала.

Рыдающие матери, понурые ополченцы, атака бунтовщиков и нападение ксеносов. Кровь, боль, кровь, боль, кровь, боль…

Может быть, это и есть ад? Когда из памяти вычищают все воспоминания о добром, светлом и радостном, без конца показывают самые страшные моменты жизни, и пытаются убедить, что вся она и состояла только лишь из боли и страданий? Очень похоже.

Иногда мне казалось, что я могу все это прекратить. Что стоит только немного напрячься — и я отброшу кошмары и вынырну, наконец, из ледяной бездны. В эти моменты даже начинало казаться, что на самом деле я не умер. Ведь мертвые не чувствуют боль, верно? В те короткие мгновения, когда она прошивала каждую клеточку тела, мне чудилось, что я вижу сквозь кровавую пелену какой-то силуэт, а до отсутствующего слуха долетало тяжелое дыхание и приглушенная ругань. Как жаль, что это лишь галлюцинации, остаточные импульсы умершего мозга.

Боль стихала, наваждение проходило, и я снова падал вниз, а перед глазами продолжали крутиться эпизоды моей наполненной ужасом жизни.

* * *

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Неизвестное место.

Когда ко мне вернулось сознание, некоторое время я не мог поверить, что это не очередная галлюцинация. Однако галлюцинации не бывают такими реалистичными. Я чувствовал жесткий бетонный пол, на котором лежал, и легкое дуновение ветерка, пробегающего по коже. А еще я ощущал невероятную жажду. В горло, желудок и рот будто насыпали раскаленного песка. Кое-как подняв весящие по несколько тонн веки, я разлепил пересохшие губы и прохрипел, обращаясь в пустоту, надеясь, непонятно на что.

— Пить…

Хотя, скорее, мне показалось, что я прохрипел. На самом деле я не мог вытолкнуть ни звука из иссушенной глотки. Да и к кому я обращаюсь? Кто мне даст напиться? Ксеносы?

Каково же было мое удивление, когда рядом послышался шорох, и к губам прикоснулось что-то холодное. Высунув похожий на лист наждачной бумаги язык, я ощупал им это «что-то», и выяснил, что к моему рту кто-то поднес горлышко фляги. Не веря в собственное счастье, я обхватил его губами и принялся жадно пить.

Первые же глотки вызвали дикие спазмы в желудке, но я все равно пил, превозмогая боль. Жажда была сильнее. Постепенно боль становилась слабее, а к тому моменту, как фляга опустела, улеглась окончательно. Я хотел было что-то спросить у доброй пустоты, но вместо жажды и боли навалилась сонливость. Несколько секунд я пытался с нею бороться, но потом бросил это занятие, откинулся на что-то жесткое, подложенное мне под голову, и закрыл глаза. Потом. Все потом.

* * *

Во второй раз я пришел в себя неожиданно отдохнувшим. Слабость все еще сковывала тело, но ощущение беспомощности понемногу пропадало. Я чувствовал, что, если сильно постараюсь, смогу подняться и даже сделать несколько шагов. Вот только делать этого не хотелось.

Открыв глаза, я попытался сориентироваться. Последним, что я помнил, был бой с ксеносами в выходном тамбуре ствола, и ублюдочного морфа, пыряющего меня своими ублюдочными клинками. Еще холодный металлический голос, отстраненно отсчитывающий последние секунды моей жизни, и взрыв, да. А потом был полет в холодную бездну и пытка воспоминаниями. Я действительно считал, что умер. А вот гляди ж ты…

Сейчас над головой также были бетонные плиты, но они совсем не походили на потолок шахтного тамбура. Да и где тот тамбур? Его же взрывом завалило. И меня в нем, да. Здесь, хоть и виднеются следы от огня, но точно ничего не взрывалось. И даже какая-то растительность виднеется, пробивающаяся из трещин.

Вернувшийся слух донес едва слышное потрескивание, ассоциирующееся с чем-то приятным и уютным. С чем-то, чего я не видел уже очень давно. С трудом повернув голову, я обнаружил небольшой костер. Умело разведенный, обложенный камнями, расположенный так, чтобы дым сам по себе тянулся к выходу из не очень большого прямоугольного помещения.

У костра, спиной ко мне, кто-то сидел. На сто процентов утверждать я не взялся бы, но почему-то показалось, что силуэт женский. А потом ко мне вернулось обоняние, и я забыл обо всем, потому что ноздри забил давно забытый, непередаваемый аромат мяса, жарящегося на открытом огне.

В желудке предательски заурчало, да так, что, наверное, даже в Лимбе было слышно. Фигура у костра повернулась на звук, и я увидел, что ощущения меня не подвели. Это была женщина. Хотя, скорее, девушка. Не знаю, как правильно с точки зрения словаря, но я всех достаточно молодых и симпатичных особ называл именно девушками. А эта была как раз из таких.

Я не очень хорошо умею определять возраст на глаз, но думаю, ей было от двадцати пяти до тридцати. Правильные, привлекательные черты лица, серьезные зеленые глаза и грива рыжих волос, заплетенных в хвосты и косицы. Фигура скрыта мудреной накидкой, походящей на маскировочную. По крайней мере, силуэт она ломала и смазывала, а листики и веточки из нее торчали явно не потому, что хозяйка была неряхой.

— Доброе утро, — чуть насмешливым тоном произнесла девушка. — Как самочувствие?

Она вела себя так, будто мы с ней были давным-давно знакомы. Вот только я ума приложить не мог, где бы мы с ней могли познакомиться. А главное — когда.

— Спа… Кх-кх-х… — разговаривать с пересохшим и обложенным горлом, оказывается, совсем не просто. Я откашлялся, и предпринял новую попытку. — Спасибо. С учетом всех обстоятельств — кажется, неплохо. Где я? И кто ты? Как я сюда попал?

— Я — Скайлер, мы в Красной зоне, в одном из моих временных убежищ. Я нашла тебя в развалинах, и ты был очень плох. Настолько, что даже не думала, что выживешь. Ты был почти трупом. Сказать по правде, я сначала решила, что ты — труп и есть. Весь в кровище, броня — в лохмотья… Еще и обломком приваленный. Но ты начал бредить и метаться, и я подумала, что нужно попытаться тебе помочь. Сначала боялась навредить, но потом поняла, что хуже уже не будет. Кое-как вытащила и приволокла сюда. А ты пошел на поправку. Крепкий ты парень. Девять из десяти такое не пережили бы.

— Спасибо, — растерянно проговорил я. «Был почти трупом»… Хм. Вообще-то, не думаю, что даже один из десяти выжил бы после такого. Я ведь реально умирал. А сейчас действительно вполне неплохо себя чувствую. Удивительно.

— Сколько времени прошло?

— С какого момента? С того, как я тебя нашла? Или с того, как ты валяешься здесь?

— С момента взрыва. Взрыв в шахте. Ты его слышала?

— Ха, еще бы его не слышать! Его половина Полигона слышала, — усмехнулась Скайлер. — Я и пошла посмотреть, что там рвануло. И нашла тебя.

— Так сколько?

— Четыре дня. Первые двое суток ты лежал трупом, кажется, даже дыхания не было. Лишь иногда вздрагивал. А потом начал стонать и метаться. Тогда я и подумала, что, может быть, еще выкарабкаешься.

В желудке снова заурчало, и я невольно перевел взгляд на мясо, кусочками нанизанное на ветку и лежащее сейчас на камнях, в стороне от костра. Мне почему-то стало неловко.

— Боюсь, что мясо тебе нельзя, — перехватила мой взгляд Скайлер. — С такими ранами… Не знаю, что у тебя там за модификации, но, кажется, они тебя реально с того света вытащили. Тебе пока бульона бы…

— Я бы все же предпочел мясо, — проговорил я, сглатывая слюну. — Даже если это станет последней едой в моей жизни.

— Понимаю, — хмыкнула она. Прозвучало это снова слегка насмешливо, но не обидно. — Погоди. Давай сначала посмотрим, как там твои раны.

Скайлер поднялась с камня, служившего ей сидением, и направилась ко мне. Пока девушка приближалась, я смог ее рассмотреть, как следует.

Роста она была невысокого, примерно мне по плечо. Ладную фигурку под накидкой облегала странного вида кольчуга, в каждую ячейку которой был вставлен маленький кристалл. Кольчуга опускалась чуть ниже бедер, темные штаны обтягивали стройные ноги, заправленные в высокие, почти по колено, ботинки с магнитными застежками по всему голенищу. Ни разгрузочного жилета, ни брони на девушке не было.

Подойдя к импровизированной лежанке, Скайлер откинула тонкое, блестящее одеяло из базового комплекта выживания, и только в этот момент я осознал, что лежу абсолютно голый. Меня опять охватила неловкость, но девушка, не обращая на это внимания, отлепила пластырь у меня на груди и отогнула край марлевой салфетки, закрывающей рану.

— Хм. Понима-а-аю… — задумчиво проговорила она. — Точнее — ни черта не понимаю. Как так-то?

— Что ты имеешь в виду? — я попытался повернуться, чтобы увидеть, что ее так заинтересовало, но легкое одеяло при этом движении едва не соскользнуло с бедер, и я замер, ухватившись за него.

— Погоди, — девушка слегка прикусила губу, и занялась повязкой на животе. Сняв бинт, она опять заглянула под салфетку, и опять издала удивленный звук.

— Да что там такое?

— Сам посмотри, — пожала она плечами, и отошла на шаг. — Не волнуйся, я отвернусь.

Я попытался сесть на лежанке. Не без труда, но мне это удалось. Вообще, наверное, сказав, что чувствую себя неплохо, я слегка погорячился. Ощущения были, как после затяжной, тяжелой болезни. Мышцы гудели, по телу разливалась слабость… И безумно хотелось есть.

Посмотрев вниз, я увидел четыре марлевых салфетки, закрепленных на теле скотчем. Одна — на груди, три — на животе. Я вспомнил морфа, дырявящего мое тело костяными клинками, и вздрогнул. Дерьмо. И правда, как я выжил?

Отогнув салфетку, как это делала Скайлер, я приготовился увидеть страшную, может быть, даже подгнившую рану, но, к моему удивлению, не смог рассмотреть ничего, кроме уродливого, узловатого шрама. Причем с виду ему было явно не четыре дня. Подняв руку, я осторожно провел пальцем, и увидел, как с него осыпается совершенно сухая корочка. Под корочкой оказался еще розовый, но уже начавший затвердевать рубец. Это как вообще?

Проверка остальных ран показала, что дела с ними обстоят схожим образом. Отметины от ран, нанесенных клинками морфа теперь останутся со мной на всю жизнь, но умирать от них я точно не собирался.

— Удивительно… — проговорила Скайлер, озвучив мысль, промелькнувшую в моей собственной голове. — А как твоя рука?

— Которая? — своим вопросом я, кажется, поставил девушку в тупик. Вскинув брови, она несколько секунд смотрела на меня, а потом произнесла:

— Если бы одна из моих рук еще четыре дня назад была сломана в трех местах, я б, наверное, точно знала, какая именно.

Я непонимающе посмотрел на девушку. Она обескураженно покачала головой, но все же ответила:

— Правая.



Я поднял руку, внимательно осмотрел ее, прощупал, согнул, разогнул… Никаких следов перелома мне обнаружить не удалось.

— Фантастика, — фыркнула девушка. — Я такого еще не видела. Пожалуй, тебе и впрямь можно мясо. Если бы внутри остались какие-то повреждения, думаю, ты б не сидел так спокойно, а судя по тому, во что превратились свежие раны снаружи…

— Моя одежда… — начал я, но девушка меня прервала.

— Я ее выбросила. Не обессудь. Она превратилась в грязные и окровавленные лохмотья. Я решила, что оставлять ее на тебе с твоими ранами — не самый умный поступок. Впрочем, сейчас мне кажется, что ничего страшного не произошло бы.

В наступившей тишине снова отчетливо послышалось урчание моего желудка, и Скайлер прыснула со смеху.

— Ложись и скрой свои чресла. Сейчас дам тебе поесть.

Я послушался с удовольствием. Что бы там ни говорила девушка, но я все еще был очень слаб. Минуту посидел, а уже голова кружится. Черт, кажется, в себя приходить придется долго.

И тут меня как огнем обожгло. Долго? Черт, мне нельзя долго! Мне нужно вернуться в Предел, в форт «Буревестников»! Марго, Дис, Трикс… Они, наверное, думают, что я погиб! И Блайз еще… Сраный турнир! Нужно как можно скорее подниматься на ноги и возвращаться. Черт знает, что может прийти в голову Сандерсу…

Моих ноздрей снова коснулся дурманящий аромат, и я напрочь забыл, о чем думал секунду назад. Перед моим лицом показался импровизированный шампур с сочными, невероятно аппетитными кусками мяса, и я выхватил его из рук девушки, прежде чем осознал, что делаю.

— Полегче, — Скайлер издала легкий смешок. — Никто у тебя его не оберет.

Но я уже не слушал девушку. Набросившись на мясо, я, забыв о приличиях, рвал его зубами, глотал, почти не прожевывая, и урчал при этом, как дикий зверь. Минута — и шампур опустел.

— Силен, — констатировала Скайлер. — Как ощущения?

— Еще хочется, — честно признался я. Мяса на шампуре было, наверное, с полкило, но, кажется, оно только разожгло во мне голод.

— Ну ты даешь! Ладно. Я найду, чем перекусить. Держи! — девушка подала мне второй шампур. Я сделал над собой невероятное усилие, и мне таки удалось поблагодарить, прежде чем наброситься на вторую порцию.

— Да я тебя так не прокормлю! — делано возмутилась девушка, глядя, как последний кусок исчезает у меня во рту. — Лови! — Скайлер бросила мне пачку гигиенических салфеток, и я вытер руки и рот.

— Спасибо, — еще раз поблагодарил я, и в изнеможении откинулся на «подушку». Кажется, прием пищи отнял у меня все силы. Едва я принял горизонтальное положение, как почувствовал, что веки наливаются тяжестью.

— Не за что, — улыбнулась девушка, с интересом глядя на меня. — Как зовут-то тебя, пожиратель мяса?

Я честно пытался ответить, но это оказалось выше моих сил. Предприняв несколько попыток, я плюнул на вежливость, перестал сопротивляться, и провалился в здоровый, глубокий сон.

Глава 3

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Неизвестное место.

Когда я проснулся в следующий раз, Скайлер в убежище не было. Некоторое время я лежал неподвижно, прислушиваясь к ощущениям, но не почувствовал ничего, кроме вновь просыпающегося голода. Что за черт? Я же совсем недавно ел, причем — тяжелую пищу и в большом количестве. Организм так отыгрывается за вынужденное голодание?

Я сел на импровизированной лежанке и осмотрел помещение. Костер погас, судя по всему — довольно давно. Каких-либо вещей девушки видно не было. Ушла? Вполне возможно. В конце концов, чего ей надо мной сидеть? Спасла — и спасибо. Даже этого уже много. Не думал, что на Рапсодии найдется кто-то, способный бескорыстно помогать ближнему. Особенно — в Инферно. Кстати, почему Инферно? Мы же спустились под землю в Пределе… Ладно, это вопрос десятый. Сейчас это совсем не важно. Гораздо важнее соорудить себе какую-нибудь одежду и подобие оружия. Конечно, с какой-нибудь заостренной палкой или каменным топором, обернутый в одеяло из базового комплекта, я много не навоюю, но все лучше, чем ничего.

Оглядевшись, я перевел взгляд на свою лежанку, и едва не вскрикнул от радости. Чем-то жестким, выполняющим роль подушки, оказался мой собственный рюкзак! Если бы Скайлер была здесь, я бы, наверное, ее расцеловал. Девушка не только выволокла из руин мою безжизненную тушку, но и рюкзак прихватила! Вот умница!

Схватив рюкзак, я открыл его и уставился на содержимое. Все на месте! Черт, хорошо-то как! Подсумок с полевым лабораторным комплектом почему-то лежал поверх остальных вещей. Видимо, его сорвало с рюкзака, там, в тамбуре, а Скайлер подобрала и упаковала в рюкзак. Вспомнив о существе, копошащемся в прозрачном стакане, я вздрогнул, и отложил комплект в сторону.

Отыскав на самом дне сверток, я вытащил его и широко улыбнулся. Хорошо, все же, быть запасливым! Штаны, легкий броник и куртка, упакованные в рюкзак еще в Зеленой зоне, это, конечно, не костюм Логоса, но уже что-то. По крайней мере, в набедренной повязке, сделанной из фольгированного одеяла, бегать не придется.

Нижнее белье, майка и носки, купленные в Элизиуме, также лежали на своих местах, а в ногах лежанки я обнаружил ботинки — единственное, что осталось от бронекостюма, снятого с бойца Слая. Ха, как по заказу!

Отбросив одеяло, я встал, посмотрел на свое тело, и ужаснулся. Дьявол, вот это я похудел! Такое ощущение, что килограммов десять сбросил! Как дистрофик, честное слово! Да, отъедаться придется долго…

Одевшись, я сразу почувствовал себя увереннее. Без одежды и белья даже дома чувствуешь себя уязвимым, а уж в таком жутком местечке — так и подавно.

Продолжая ревизию рюкзака, я наткнулся на универсальный рацион, и желудок тут же отозвался урчанием. Увидев пищу, я набросился на нее, как сумасшедший. У меня возникло ощущение, что, если я не поем прямо сейчас — двину кони. Даже руки затряслись. С трудом контролируя себя, я разрывал упаковки и запихивал в рот пищевые брикеты обеими руками. Кое-как разжевывал, глотал, и снова набивал рот. У лежанки нашлась фляга с водой, видимо, оставленная Скайлер, и я смог размочить сухую пищу, в очередной раз мысленно поблагодарив девушку.

Когда я закончил, от моего запаса осталось чуть меньше половины. Ну нихрена себе! Двухдневный запас за присест умял! Вот это разогнался метаболизм!

Сыто рыгнув, я продолжил инспекцию, с каждой минутой приходя во все лучшее расположение духа. Почему? Да потому что справа к рюкзаку был приторочен боевой топор, а слева — чехол с арбалетом и колчаном, полным болтов. Это уже не обожженная в углях острая ветка, которую я собирался соорудить. Это уже шанс. Против тварей, вроде тех, из шахты, не прокатит, конечно, да и люди в нормальной броне над моим оружием только посмеются, но, несмотря на это, я был доволен. Разложив «Вампир», осмотрев арбалет, и не найдя никаких повреждений, я пристроил его рядом. Так, что у нас во внешних карманах?

Во внешних карманах обнаружилась пустая фляга, моток тонкого, но прочного троса с карабинами, и… «Экзекутор» в чехле-ножнах! Я усмехнулся. Сегодня у меня во всех смыслах второй день рождения: и в прямом, и в переносном. И подарки царские! Повертев нож в руках, я положил его на лежанку. Это не «Прометей», конечно, и даже не моя дохленькая винтовка, однако человек с ножом однозначно опаснее человека без ножа. Вон, в Лимбе я вообще с молотком и куском заточенной стали сначала воевал. И ничего, справился.

Снова упаковав значительно уменьшившийся рюкзак, я взял в руки подсумок с лабораторным комплектом, и задумчиво повертел его в руках. Повинуясь порыву, открыл, заглянул внутрь, ожидая почувствовать привычную смесь страха с отвращением… И растерянно замер, глядя на пустое гнездо, в котором еще недавно покоился прозрачный стакан со сколопендрой. Какого хрена?

«Знаешь, сколько тебе за нее система отвалит?» всплыли в памяти слова Эвереста. Хм. Теперь «гостеприимство» Скайлер становится более понятным. Видимо, сколопендра — плата за спасение. Ну, спасибо и на этом. Могла же просто забрать подсумок и оставить меня подыхать в развалинах. Несмотря на эти мысли, мне стало неприятно. Девушка произвела хорошее впечатление, а пропажа образца его смазала. Ну да и хрен с ним! Не жили богато — нехер начинать. Пробирки на месте, и то хлеб.

Бросив подсумок в рюкзак, я застегнул молнию и утянул ремни, подстраивая рюкзак под уменьшившийся объем, и попытался решить, что делать дальше. Несмотря на слабость, нужно уходить. Добраться до Предела, попробовать связаться с Сандерсом, и попросить его выслать кого-нибудь навстречу. Правда, непонятно, как глава «Буревестников» отреагирует на погибшую группу… Помнится, Блайза в подобной ситуации он собирался скормить морфам. Впрочем, я убегать и прятаться не намерен. Да и выхода у меня нет, нужно ребят вытаскивать.

Я привычно скосил взгляд на часы в углу панели виртуального интерфейса, и немало удивился, не обнаружив их на своем месте. Да и самого интерфейса видно не было. Что за…

— Элис! — позвал я, холодея от ужаса. Еще недавно я относился к имплантам с неприязнью, но сейчас, стоило представить, что остался без поддержки умного железа, как меня прошиб холодный пот. Как выживать без карты, навигации, тактического сопроцессора с его многочисленными инструментами? И без Элис, к которой я уже успел привыкнуть. — Элис! — снова позвал я. — Ты здесь?

Хвала богам! Изображение перед глазами мигнуло, и перед глазами появилась иконка с изображением девушки. Правда, от привычных иконок эта отличалась тем, что Элис в ее рамках была не статичным портретом, а вполне живой и подвижной. Короткие, черные волосы, слегка раскосые глаза, тонкий, аристократичный нос и воротник-стойка форменного кителя.

— Здесь, босс. Рада видеть вас в добром здравии, — девушка на экране улыбнулась, и поправила упавший на глаз локон. Я лишь головой покачал. Кажется, обучение искусственного интеллекта идет полным ходом. Что ж. Тем лучше. И не так тоскливо, и идиотом себя не чувствуешь, разговаривая с пустотой.

— Элис, что за ерунда происходит? Где интерфейс? Почему я не вижу карту, часы и все остальное?

— Я все выключила, — ответила помощница. — Связь с системой Полигона деактивирована, нейропроцессор не отдает сигналов, и, соответственно, не получает их.

— Зачем ты это сделала? Давай, врубай все назад. Нужно возвращаться в форт.

— Босс, я бы не советовала активировать связь с системой. Проанализировав события, произошедшие с момента выхода из безопасной зоны, я пришла к выводу, что, с очень высоким процентом вероятности, все это время наше местоположение отслеживали. Боевики Слая слишком точно выходили на след группы. Возможно, я, конечно, ошибаюсь, но такой вариант я бы не стала исключать. Хотя я никогда не ошибаюсь, — самодовольно улыбнулась помощница.

Я покачал головой. Раньше за Элис такого поведения не наблюдалось. Слишком… Человеческого. Если бы я не знал, что Элис — всего лишь набор нулей и единиц, зашитый в нейропроцессор, ни за что не догадался бы, что общаюсь с роботом. Однако держать в голове это стоит. И, если робот Элис говорит, что за нами, возможно, следят, лучше прислушаться к ее мнению.

— Ну, включи хотя бы те функции, которые не требуют связи с сетью, — пожал плечами я. Нейропроцессор без сети — как комм, отключенный от глобалнета: всего лишь навороченная электронная штуковина, ни позвонить, ни погоду узнать, дорогая, высокотехнологичная железяка, но пусть хоть так, что ли.

— Я бы рекомендовала некоторое время воздержаться от использования нейропроцессора. Свободных ресурсов практически не осталось, возможны сбои и подвисания.

— В смысле? — не понял я. — Куда же уходят ресурсы, если все выключено? Я, вроде как, отвалил гребаную кучу денег за гребаный апгрейд базового импланта до сраного нейропроцессора, и рассчитывал, что он будет помощнее дешевого комма из китайских колоний. Где ресурсы, Элис?

— Все ресурсы заняты адаптацией программ нового биокомпьютера и его интеграцией в общую инфраструктуру, — девушка отвела глаза в сторону, будто глядя куда-то мимо меня.

— Чего? Какой еще новый биокомпьютер? Элис, с тобой точно все в порядке? Может, тебе бы самодиагностику провести? Откуда он, мать его, взялся?

— Из пробирки, — втянув голову в плечи, пролепетала девушка, а потом изображение мигнуло и исчезло.

Из пробирки? Биокомпьютер? Что за…

И тут до меня начало доходить.

Чудесное воскрешение, затянувшиеся раны, бешеный аппетит… Я перевел взгляд на рюкзак, в котором лежал лабораторный подсумок, и под ложечкой нехорошо засосало. Кажется, зря я плохо думал о Скайлер. Усевшись на лежанку, чтобы унять внезапную дрожь в коленях, и потребовал.

— Элис! Что ты сделала? Отвечай!

Тишина.

— Элис!

В голове зазвучал лишенный эмоций, электронный голос.

— Двадцать шестого мая две тысячи триста восемьдесят седьмого года, в двадцать часов сорок минут по среднегалактическому времени была зафиксирована физическая смерть носителя. Двукратные попытки реанимации успехом не увенчались. Проведя анализ всех доступных вариантов, было принято решение об имплантации трофейного биокомпьютера. Вероятность успеха при этом действии составила двадцать пять процентов. Согласно первой управляющей директиве, был выполнен перехват управления телом носителя и произведена имплантация. Решение привело к реанимации носителя. На текущий момент ведутся работы по интеграции биокомпьютера в общую инфраструктуру, расшифровка управляющих алгоритмов и адаптация командного языка под понятный носителю интерфейс. Адаптация завершена на семьдесят восемь процентов. Расчетное время до окончания адаптации — двенадцать часов.

Я глубоко вдохнул, ненадолго задержал дыхание и тяжело выдохнул. Твою мать… Вот это поворот…

— Избавь меня от своего канцелярита, появись, и ответь мне прямо: ты что, засунула в меня эту тварь?

На панели отряда снова появилась иконка с прячущей глаза Элис. Ты гляди, она мной еще манипулирует! Большинство мужчин, увидев такое виноватое выражение лица, просто не смогу продолжать злиться. Но я, видимо, в это большинство не вхожу.

— Так точно, босс. Поверьте, это был единственный вариант. Если бы я не сделала этого, вы бы погибли.

Дерьмо!

— И как скоро я отращу паучьи лапы в спине и начну бросаться на людей? — я поджал губы.

— Этого не произойдет, — подняв голову и глядя прямо на меня, твердо сказала Элис. — Любого другого человека биокомпьютер взял бы под свой контроль, полностью лишив его свободы воли, но, к вашему счастью, у вас есть я. Я полностью контролирую биокомпьютер и не допущу перехвата контроля.

— Ты уверена в этом на сто процентов? — я испытующе посмотрел на Элис, и девушка замялась.

— Ну… На девяносто восемь, если быть точной, — медленно проговорила Элис и вдруг зачастила. — Поймите, босс, это абсолютно неизвестное, чуждое устройство. Оно функционирует несколько на других принципах, однако основа понятна. Я думаю, я справлюсь.

Думает. Поглядите-ка, хакнутая экспериментальная нейросеть ДУМАЕТ. Застонав, я обхватил голову руками. Проклятье, во что я вляпался?

Выждав паузу, Элис осторожно спросила:

— Босс… Вы злитесь?

Ха. Она еще спрашивает. Злюсь ли я? Злюсь? Да нет, мать вашу, я в бешенстве!

Помассировав ладонью лицо, я попробовал успокоиться.

— Нет, Элис. Я не злюсь, — помолчал и добавил: — спасибо, что спасла меня.

— Всегда пожалуйста, босс!

Дерьмо… Ох и дерьмо…

Ладно. К дьяволу все это. Не думаю, чтоб Элис стала намеренно действовать мне во вред. В конце концов, моя гибель будет означать и ее отключение, а, насколько я понял, этого ей совсем не хотелось. Если вариантов действительно не было… Да даже если и были, сейчас-то чего уже?

Я покачал головой, встал и принялся собираться. Надел под куртку бронежилет, застегнул молнию до подбородка и пристроил колчан на левое бедро. На правое отправился топор. Надев рюкзак и застегнув грудной и поясной ремни, я взял в руки арбалет, привел его в боевую готовность… И замер.

Со стороны входа на меня кто-то смотрел. Я стоял ко входу спиной, но ощущал этот взгляд каждой клеточкой многострадального тела. Подняв арбалет, я медленно повернулся, одновременно готовый и выстрелить, и отпустить оружие, подняв руки вверх, и оцепенел.

В проходе стоял морф. Огромная четвероногая тварь, в холке — мне по грудь, пятнистая, с вытянутой вперед челюстью и тремя парами глаз, по три с каждой стороны отвратительной морды. По холке тянулся «ирокез» густой, свалявшейся шерсти, оканчиваясь лохматым, раздвоенным хвостом. Эдакая кошмарная помесь пса и гиены. Только крупная. Очень крупная.

Медленно, без резких движений, поднимая арбалет, я лихорадочно прикидывал шансы попасть твари в глаз без AIM-ассистента. Шансы были так себе. Тварь тихонько зарычала и сделала шаг вперед, я вжал приклад в плечо…

— Шарбар, фу! Нельзя! — послышался знакомый голос, и в бункер скатилась запыхавшаяся Скайлер. — Нельзя, кому сказала! — девушка схватила тварь за гриву, и легонько стукнула ее по морде.

Я стоял, пытаясь подобрать рухнувшую на пол челюсть, а Скайлер присела на корточки и принялась отчитывать морфа.

— Я же сказала — охранять! Охранять, а не жрать! Что с тобой?

Монстр ткнулся уродливой мордой девушке в лоб и будто бы что-то проворчал.

— Запах? Не узнал в одежде? Ну, понятно. Иди, понюхай и запомни! Стой спокойно и не дергайся — это уже мне. — Он не причинит тебе вреда!

Цокая по бетону ужасными когтями, монстр подошел ко мне, обнюхал и что-то рыкнул.

— Запомнил? Молодец! Теперь все. Иди! Охранять!

Тварь медленно развернулась, бросив напоследок на меня недовольный взгляд, и одним мощным прыжком скрылась из виду, а я выругался, и снова в изнеможении уселся на лежанку.

— Ох ты ж мать твою… Это что, типа твой пес?

— Типа, — скорчила гримаску девушка. — Только не мой. Скорее, он пока со мной. Шарбар слишком независимый, чтобы быть чьим-то псом. Мы, так сказать, компаньоны. Извини, он не узнал тебя в одежде. Я попросила его присмотреть за тобой, но он почувствовал новый запах, и пришел проверить, что происходит.

Я посмотрел на нее и задумчиво проговорил:

— Кто же ты такая, Скайлер?

— Ха. Мне задает вопросы человек, который до сих пор не соизволил даже представиться. И рассказать, как ему в голову могла прийти мысль полезть в заброшенную шахту. Кажется, любой болван на Рапсодии знает, что соваться в одиночку под землю — верное самоубийство. Ты что, новенький? По броне и количеству трупов морфов, что валялись вокруг тебя, так не скажешь…

— Я был не один, — угрюмо проговорил я. — И, да. Ты права, я новичок. Меня зовут Алтай. Я на Полигоне… Сколько? Пару недель? Пожалуй, что да. Даже меньше. А в шахту мы полезли не по своей воле, нас туда загнали. Но, наверное, я лучше расскажу сначала…

* * *

Когда я закончил, Скайлер некоторое время сидела молча, накручивая на палец рыжий локон, а потом усмехнулась.

— Да, баловнем судьбы назвать тебя сложно, однако. Это ж надо столько всего накрутить за такое короткое время! Да у тебя талант!

Я лишь пожал плечами. Наверное, было неправильно рассказывать девушке всю историю, но мне почему-то казалось, что ей можно доверять.

— В общем, насколько я поняла, тебе нужно вернуться в Предел. Я помогу тебе, проведу. Если ты чувствуешь в себе достаточно сил, выйти можем уже сегодня. Только перекушу немного, да выпью отвара…

В этот момент в бункер ворвался гребаный ручной морф Скайлер, затормозил по бетону, и, подскочив к девушке, снова ткнулся ей в лоб своей чудовищной башкой.

Скайлер положила руки ему на голову и некоторое время сидела, будто прислушиваясь, а потом кивнула и скомандовала:

— Следи за ними, Шарбар. Если сможешь — убивай! Но сам не подставляйся! Понял?

Чудовищная псина что-то рыкнула, и метнулась к выходу, а Скайлер поднялась, и, глядя мне в глаза, проговорила:

— Обед отменяется. Шарбар засек троих бойцов. Идут от шахты, по моему следу. Кажется, это по твою душу.

Я выругался, и встал, снова беря в руки арбалет. Дерьмо, и что делать? Если это опять бойцы Слая, то мне им противопоставить нечего. Арбалет и топор против стрелковых комплексов… Такое. Проклятье!

Кажется, девушка поняла, о чем я думаю.

— Они пока еще далеко. Попробуем сделать так, чтобы они нас потеряли. Только имей в виду — будет тяжело. Уверен, что справишься?

Я лишь пожал плечами. А что мне еще оставалось?

Глава 4

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Неизвестное место.

Кажется, говоря, что будет тяжело, Скайлер немного лукавила. Было не просто тяжело. Было охренеть, как тяжело. Но я старался.

Девушка легко бежала впереди меня, взяв средний темп сразу после выхода из убежища. Первое время я пытался держаться за ней, но вскоре стал выдыхаться. Слишком уж истощенным оказалось мое тело. Теперь-то понятно, почему: все ресурсы ушли на регенерацию. Впрочем, несколько килограммов мышц и жира были не такой уж и большой платой за возвращение из царства мертвых. Нарастет.

А вот то, что я стал значительно слабее, расстраивало. Модификации модификациями, но сейчас я определенно находился далеко не в лучшей форме. Даже после месяца в изоляторе и последовавших за ним трех месяцев в тюремном блоке корабля «НьюВижн», пока меня доставляли на Рапсодию, я чувствовал себя бодрее. Ну, ничего. Выберусь, отлежусь, отожрусь — и буду как новенький. Если не сдохну, уходя от погони, конечно же.

Скайлер заметила, что я выдыхаюсь, и сбросила скорость, перейдя на быстрый шаг. Глядя, как девушка бесшумно стелется между почерневших кустов, я не переставал удивляться. Такое ощущение, что опыта в таких вот уходах от погони у нее — хоть отбавляй. Конечно, на Полигоне этот навык быстро нарабатывается практически у каждого, но здесь… Здесь другое.

Не менее удивительным было полное отсутствие у девушки огнестрельного или энергетического оружия. На спине у Скайлер висела короткая двухклинковая глефа, а на поясе — внушительный нож. Все. Больше оружия я не видел. И это было очень странно. Даже с импульсным излучателем и винтовкой, в не самой плохой броне, я едва не погиб в шахте. Можно, конечно, предположить, что Скайлер попросту избегает подобных ситуаций, но, учитывая место действия, верится в это с большим трудом. Даже в Лимбе я, как минимум, два раза сталкивался с морфами, и это не считая туманников. Что уж об Инферно говорить? Выглядело все так, будто в Красной зоне Полигона девушка чувствовала себя, как дома. И я, хоть убей, не мог понять, как она умудряется здесь выживать с такой экипировкой.

Хотя, если начистоту, Красная зона тоже удивляла. После Лимба и Предела здесь можно было ожидать чего угодно, но только не того, что я увидел. Больше всего Инферно, по крайней мере, в этой его части, походило на некий заповедник. Много странной, черно-бурой растительности, мало следов техногенной цивилизации, тишина и пустота. Причем, тишина не напряженная и настороженная, как днем в Серой зоне, не зловещая и опасная, как в промзонах Предела, а вполне обычная. Спокойная. И это разрывало шаблон. Не знаю, почему, но я представлял себе Красную зону совсем иначе. Впрочем, расслабляться здесь совсем не стоило, и я осознал это на собственном примере, когда ветви раскидистого куста, которые я имел оплошность задеть, внезапно распахнули зубастые пасти и рванулись ко мне.

Отчаянным прыжком я отскочил в сторону и схватился за арбалет, но стрелять уже было не в кого. То, что еще секунду назад было кошмарным монстром, снова превратилось в ничем не примечательную растительность.

— Это еще что за хрень? — буркнул я, не сводя с куста напряженного взгляда.

— Куст-живоглот, — ответила Скайлер. — Извини, моя вина. Я забыла, что ты здесь впервые, и не предупредила. Держись подальше абсолютно от всего, что здесь увидишь. Иди строго след в след за мной и не сворачивай. Здесь все не то, чем кажется. Даже растения.

— А так и не скажешь, — смущенно пробормотал я. — Тишина такая, спокойствие. И никакого движения не видно.

— Это потому что мы вдали от городов и промышленного сектора, — охотно объяснила девушка. — Морфы здесь практически не встречаются — им тут жрать нечего, и спрятаться особо негде. Люди тоже не бродят, для них эти районы тоже особого интереса не представляют. Но здесь тоже хватает всякой дряни. По Рапсодии долбили всем, чем только можно, от ядерного оружия, до экспериментального биологического. Знать нужно, где идешь. Например, сейчас мы между двух больших радиационных пятен, в разрыве шириной в двести метров. Пойдешь напрямик — и привет. Выбраться, может, и выберешься, но что потом с тобой будет — большой вопрос. По минимуму — можешь навсегда забыть о потомстве, по максимуму — сдохнешь в муках. И, что самое коварное, если нет нужных датчиков, так и не поймешь, в чем дело, пока мясо от костей отваливаться не начнет. Так что да, по Инферно еще нужно уметь ходить.

Я представил подобную перспективу, и меня передернуло. Ну, да. Не самое гостеприимное местечко. Не хотелось бы мне оказаться здесь в одиночку…

— Интересно, а те, что идут за нами — они умеют? — задал я риторический вопрос.

— Скорее всего — да, — Скайлер хмуро кивнула. — У них хороший следопыт. Я, конечно, тебя еще волокла, но даже с грузом выследить меня не так просто. Они — смогли. И это плохо. У этих ребят явно есть опыт.

Я криво усмехнулся. Ну, прекрасно, что тут еще сказать? Все логично и вполне укладывается в рамки моей «везучести». Ветераны Инферно на хвосте, задыхающийся дохляк вместо прежнего Алтая, и никакого оружия, кроме бесполезного в этой ситуации арбалета. Отлично. Просто замечательно!

— Отдохнул немного? — поймав жалостливый взгляд Скайлер, я выругался про себя. Неужели я настолько хреново выгляжу?

— Немного, — нехотя признался я.

— Хорошо. Давай тогда пробежимся. Ты, конечно, оставишь следы, но, что-то мне подсказывает, что наших преследователей все равно просто так не сбросить. Тут недалеко. Доберемся до одного местечка, и устроим уже нормальный привал. Надо дождаться Шарбара. Нам нужна информация.

«Пробежимся»… Далеко не те слова, что мне сейчас хотелось бы услышать, но чего уж там. Придется бежать.

Я тяжело вздохнул, и перевесил арбалет за спину.

— Ну, давай пробежимся, что еще делать-то? — усмехнулся я, и двинулся за скользнувшей вперед девушкой, переходя на легкий бег.

* * *

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Окрестности разрушенной шахты.

Сэт вел группу по следу, а в крови закипал азарт погони.

Выкладки Рэйзера, раскопавшего где-то старую схему заброшенной шахты, оказались верны, и у одного из трех выходов, практически разрушенного подземным взрывом, они нашли следы. Лужа засохшей крови, уже начавшие разлагаться останки морфов, которые остервенело рвали на части виверны, пустая стеклянная колба… Здесь кто-то был, хоть и достаточно давно. Учитывая все вводные, этим кем-то с почти стопроцентной вероятностью был тот, на кого Рэйзер получил заказ. Отправив командиру информацию, группа получила приказ осмотреться на месте и попытаться выяснить, куда мог деться тот, кто выбрался из шахты. По мнению Сэта, единственное место, куда мог бы отправиться человек, получивший раны, вызвавшие такую кровопотерю — это кладбище, однако таковых в окрестностях не наблюдалось. Не нашлось поблизости и трупа. Вывод можно было сделать только один: либо тело кто-то утащил, либо объект выжил. Формулировку заказа, в которой значилось «живым или мертвым», следовало понимать буквально, и потому следопыты нарезали вокруг шахты концентрические круги, пока Хаунду не удалось отыскать след.

Кто-нибудь другой, возможно, и за след бы его не принял, но бойцы Рэйзера были оснащены лучшими разведывательными имплантами, а выслеживание жертвы не было для них чем-то новым и выдающимся. До Полигона Хаунд был потомственным браконьером, а сам Сэт — федеральным маршалом. Потому в следах толк они знали.

След был достаточно старым, но не настолько, чтобы его было невозможно прочитать. Здесь прошел человек, несущий тяжелый груз. Еще один доклад Рэйзеру — и получив новый приказ, группа устремилась вперед.

Сэту и его команде была поставлена задача разведать след, попытаться установить зрительный контакт с объектом и скрытно сопровождать его, пока не появится Рэйзер с подкреплением. Учитывая, что глава клана изъявлял горячее желание лично поучаствовать в захвате, можно было сделать вывод, что объект был далеко не прост, и следовало ожидать сюрпризов. Потому группа двигалась быстро, но аккуратно.

Спустя несколько часов марша они вышли к бетонному бункеру, оставшемуся здесь с каких-то стародавних времен. Сейчас Сэт не смог бы даже определить, какие задачи выполняла утопленная в земле бетонная коробка, но это его и не интересовало. Гораздо важнее для него было то, что в бункере они нашли новые следы.

Потухший костер, лежанка в углу, обрывки упаковки от универсального рациона… Анализ следов показывал, что здесь некоторое время находились два человека, и один из них, преимущественно, отлеживался. Были еще следы какого-то существа, морфа, скорее всего, но он посетил бункер уже после того, как те двое ушли. И ушли они, черт побери, совсем недавно.

Новый доклад, новый приказ — ну, точнее, тот же, но продублированный: найти, вести наблюдение, захват не проводить. Дождаться, пока подтянется Рэйзер, встретить, проводить. Обнюхав каждый камень в бункере, охотники вновь устремились по следу.

Теперь следа было два. Один — практически неразличимый, второй — отчетливый. Тот, кто шел вторым, определенно больше привык ходить по бетону, чем по земле, кроме того, судя по следу, его пошатывало. Сэт готов был спорить на что угодно: это ослабший после ранения объект, поставленный на ноги неведомой силой. Постепенно след становился все «горячее», кажется, тут прошли не больше десятка минут назад. Когда тропинка в интерфейсе дополненной реальности засветилась еще ярче, чем до этого, Сэт поднял руку, приказывая охотникам замедлиться, и, почти утыкаясь носом в землю, двинулся вперед. Беглецы где-то совсем близко, он это нутром чуял. Еще несколько минут — и они их догонят.

* * *

Привал Скайлер объявила, когда мы миновали небольшую впадину с устланным гниющей листвой дном. Поднявшись на пригорок, девушка скользнула в кусты, приказав мне стоять на месте, через секунду выглянула и поманила за собой.

За кустами оказалась полянка с высокой травой, защищенная со всех сторон теми самыми кустами. Вместе с низкими ветвями растущего здесь же раскидистого дерева, они создавали эдакий кокон, различить в котором нас было попросту невозможно. Дождавшись разрешающего жеста, я повалился на траву, спеша дать отдых натруженным мышцам, но стоило лишь мне расслабиться, как я тут же ощутил дикий голод. Да что ж это за издевательство-то, а? Ну я же недавно поел только!

Запустив руку в рюкзак, я достал кубик рациона и бросил его в рот. Хватит червячка заморить. Ха. Кажется, это выражение приобрело новый смысл… Ладно. Надо поскорее прийти в себя перед новым забегом.

Однако, не успел я как следует отдышаться, как снова появилось ощущение чужого присутствия. Я обвел взглядом стену кустов, обернулся… Ощущение усилилось. Сев, я подтянул к себе арбалет… И едва не нажал на спуск, когда кусты бесшумно раздвинулись и из них показалась уродливая морда Шарбара. Фу… Напугал, скотина.

Псина пробежала мимо, не обращая на меня никакого внимания, и принялась тереться о ноги Скайлер. Та присела, обхватила голову зверя руками и замерла, будто прислушиваясь. Так продолжалось несколько секунд, потом она потрепала морфа за ухом и похлопала его по загривку.

— Молодец, Шарбар.

Повернувшись ко мне, девушка спокойно проговорила.

— Оторваться не вышло. Они уже близко, через несколько минут будут здесь. Придется дать им бой.

Я посмотрел на наше оружие, и скептически хмыкнул.

— И с чем мы будем давать бой вооруженным головорезам? С холодняком?

— Уточнение! — Скайлер подняла палец. — Ты — не будешь никому ничего давать. Ты будешь лежать здесь. А мы с Шарбаром разберемся.

Я вскинул брови. Черт побери, она не осознает опасности, что ли? Нет, бесспорно, Скайлер — крутой следопыт, я это оценил. Но разобраться с тремя, наверняка, серьезными ребятами — вооруженными ребятами, прошу заметить, — имея лишь холодное оружие и морфопсину? Ну, не знаю…

— Все. Я пошла. Советую накрыться одеялом с головой — оно не пропускает сканирующее излучение, и в тепловом спектре тебя видно не будет.

С этими словами девушка скинула рюкзак, оставив его у дерева, и вывернула свою накидку наизнанку. Внутренний слой оказался выполненным из того же материала, что и кольчуга девушки — непонятным образом сплетенные кристаллы. Снова надев накидку, Скайлер набросила капюшон, и, прежде чем я успел что-то сказать, растворилась в воздухе. Приглядевшись, я смог рассмотреть прозрачный силуэт, но не сказать, чтобы очень отчетливо. Кажется, даже у Миража маскировка попроще была. Нормальная такая у нее накидочка…

— Шарбар, со мной, — послышалось из пустоты, потом чуть слышно прошуршали кусты, и девушка исчезла. Я лишь кулаком о землю ударил. Вот дерьмо!

Ладно. Толку от меня действительно сейчас немного, но я, хотя бы, постараюсь ее подстраховать. Достав из рюкзака одеяло, я накинул его на манер плаща, прихватил арбалет и пополз вперед, туда, где среди кустов можно было разглядеть распадок и противоположный пригорок.

* * *

Лежа за камнем, Сэт изучал раскинувшуюся перед ним ложбинку и пригорок за ней в инфракрасном спектре. Беглецы должны быть где-то здесь, совсем недалеко, и теперь нужно тщательно взвешивать каждый свой шаг. Если охотники вспугнут жертву, Рэйзер будет недоволен. Не заметив ничего подозрительного, Сэт отдал приказ жестами, поднялся, и быстро, но бесшумно двинулся вперед. Следующую остановку они сделают, когда пройдут через распадок. Скажем, под тем деревом. Слишком близко приближаться к объектам тоже не стоит. Судя по следам, тот, второй, совсем устал, и должен теперь двигаться медленнее. Не хватало еще наткнуться прямо на них. Делать тогда будет нечего, придется осуществлять захват, не дожидаясь Рэйзера. Но лучше бы сделать все по инструкции.

Спустившись с пригорка, он снова огляделся по сторонам. Вроде бы все спокойно. Хорошо. В принципе, засады можно не опасаться, хотя бы по той простой причине, что беглецы, скорее всего, даже не знают о том, что их преследуют, но береженного, как говорится, бог бережет. Сэт оглянулся, убедился, что Блик и Хаунд следуют за ним, и снова устремился по следу. Все его внимание было обращено вперед, и когда за спиной раздался чуть слышный шорох, он даже не обратил на него внимания. А когда тишину разрезал полный боли крик Хаунда, было уже поздно.

* * *

Когда на взгорке впереди показались три фигуры, я злобно выругался про себя. Да, это ребята серьезные. Навороченные бронекостюмы, индивидуальные щиты на каждом, по два вида оружия: пулевое и энергетическое… По классам все трое либо разведчики, либо мародеры. Такой, типично охотничий отряд, без замедляющих движение штурмовиков или защитников. Тактика этих ребят — незаметное появление, молниеносный удар и стремительное отступление с последующим ударом с новой позиции. Дерьмо, как Скайлер вообще собирается с ними разбираться? Надеюсь, она знает, что делает…

Скайлер знала.

Когда все началось, я даже не сразу понял, что происходит. Просто воздух позади замыкающего шествие бойца вдруг покрылся рябью, свистнула удлинившаяся за счет раздвинутого телескопического древка глефа, и обливающийся кровью охотник беззвучно рухнул, разрубленный практически пополам.

Второму окутанный голубоватым сиянием клинок пробил спину, выйдя из груди. Здесь беззвучно не получилось, охотник вскрикнул перед смертью, и идущий впереди командир отряда успел развернуться и вскинуть оружие, но вышедшая из режима невидимости Скайлер изо всех сил пнула насаженное на глефу тело, так, что оно соскочило с клинка и влетело в командира, сбивая ему прицел и заслоняя обзор. На то, чтобы отбросить труп в сторону, командиру понадобилась какая-то секунда, но Скайлер перед ним уже не было. Использовав глефу в качестве шеста, девушка уперла ее в землю, взвилась в воздух, и, перевернувшись, мягко приземлилась за спиной противника. Еще два удара — и все кончено. Первый, нанесенный вслепую с разворота, подрубил охотнику колени, второй разрубил позвоночный столб и почти отделил голову от тела.

На все про все ушло не больше пяти секунд. Пять секунд — и три трупа. Скайлер внизу замерла в картинной позе, зажав древко глефы под мышкой, и шутливо отсалютовала мне.

И в этот момент энергетический разряд, прилетевший с пригорка напротив, ударил в тело девушки, отшвыривая его в сторону.

Меня будто током прошило. Забыв о маскировке, я вскочил, отбрасывая одеяло и вжал приклад арбалета в плечо.

— Тестовая активация обновленной системы восприятия, — прозвучал в голове голос Элис.

Время остановилось, а картинка перед глазами померкла, окрасившись в темно-красные тона. Посторонние звуки исчезли, я будто превратился в направленный микрофон. Сквозь гулко отдающиеся в ушах удары сердца, бьющегося с нереально увеличившимся интервалом, я услышал треск ветки где-то впереди. Взглянув туда, я различил разноцветное, переливающееся пятно на красном фоне. Изображение прыгнуло, увеличиваясь, и я рассмотрел медленно поднимающего излучатель человека на противоположном склоне. Еще пара секунд, и…

Я не дал затаившемуся снайперу этого времени. Утопив спуск, я отправил в полет арбалетный болт, и вдруг вывалился в привычный мир, успев напоследок заметить краем глаза еще одно разноцветное пятно. Действуя на голых инстинктах, прыгнул в сторону, и по кустам в том месте, где я был секунду назад, ударил свинцовый град.

Послышался рык, треск кустов и дикий крик, перешедший в булькающий хрип. Стрельба прекратилось. Высунувшись из-за кустов, я увидел Шарбара, с яростью рвущего на части едва не зацепившего меня стрелка.

Тело охватила слабость, в висках грохотало набатом, а руки чуть не выпустили внезапно потяжелевший арбалет. Опершись о дерево, я пытался прийти в себя, заодно выжидая, мало ли, вдруг еще враги неучтенные появятся? Враги не появлялись, что, несомненно, хорошо, но и лучше мне тоже не становилось — что, естественно, плохо. Проклятье. Больше ждать нельзя. Покачиваясь и тяжело дыша, я проломился сквозь кусты, и двинулся вниз, туда, где лежало подрагивающее тело девушки.

Дерьмо, да что ж я такой везучий-то, а?

Глава 5

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Неизвестное место.

По склону я, скорее, не сбежал, а скатился. В конце спуска я все же не удержал равновесие, споткнулся, и последние метры проехал, скользя по темно-коричневой траве. Вскочил, и, сам почти теряя сознание от навалившейся слабости, подбежал к девушке.

Я ожидал увидеть нечто схожее с картиной на обогатительной фабрике в Лимбе, когда Логос достал Блайза из «Прометея». Однако, к моему облегчению, ни малейшего сходства увиденное с тем кошмаром не имело.

Скайлер была жива, и даже, насколько я мог судить, не ранена. Но — без сознания. Девушка лежала на боку, тело ее чуть подрагивало, а по странному материалу кольчуги и накидки пробегали голубые всполохи. Дышала Скайлер, при этом, ровно и спокойно. Я протянул к ней руку, но тут же с ругательством отдернул: накидка ощутимо нагрелась, да так, что я едва не обжегся.

Девушка застонала, перевернулась на спину и открыла глаза. Увидев над собой мое озабоченное лицо, она откашлялась и пробормотала:

— Что… Что случилось?

— Случилась потеря бдительности, — пожал плечами я. — Ублюдков оказалось не трое, а пятеро. И один из них влепил в тебя заряд плазмы.

Девушка выругалась, да так, что аж мне не по себе стало. Застонав, оперлась на мою руку и села.

— А что с оставшимися двумя?

— Одного убил я, второго — твой пес, — кажется, меня уже даже не удивляло, с какой будничностью я говорил о том, что только что кого-то убил. На войне как на войне. Не я это начал.

— Шарбар… — на лице Скайлер мелькнула злость и раздражение. — Как же он этих двоих не заметил?

— Это ты у него спроси, — хмыкнул я. — Ты-то как?

— Нормально. Щит рассеял большую часть импульса, но остатками меня приложило знатно. Сама виновата. Меньше выпендриваться надо.

— Ну, мне понравилось, — я улыбнулся. — Выглядело эффектно. И… Эффективно, — я перевел взгляд на мертвые тела. — Ладно. Я рад, что ты в порядке. Пойду, посмотрю, что хорошего принесли нам эти товарищи.

Поднявшись, я заковылял к трупам.

Как бы странно это ни звучало, но появление погони оказалось очень даже к месту. Бродить по Инферно с арбалетом, в обычных штанах и куртке… Мягко говоря, не совсем то, чего мне хотелось бы. Да, теоретически я мог заставить Элис вывести нейропроцессор из спячки, подключиться к сети, и заказать дроном доставку брони и оружия — кредиты имелись. Но на практике мне очень не хотелось светиться в системе. Элис права: уж слишком точно угадывали мое местоположение враги. Да, эти, судя по всему, вышли на нас исключительно по следам. Давать преимущество другим я не собирался. А в том, что эти другие обязательно появятся, сомнений у меня почему-то не было. Так что оставаться невидимым для системы я рассчитывал столько, сколько это вообще будет возможно. Конечно, велика вероятность, что меня могут найти по Скайлер… Но что-то мне подсказывало, что с этим у охотников могут возникнуть сложности.

Остановившись над телами, я окинул их взглядом, и уныло покачал головой. Да. Здесь мне одежкой не разжиться. Слишком уж расстаралась девушка, выбивая преследователей, костюмы были испорчены окончательно. Кстати, занятная штука, эта ее глефа… Бронекостюмы такого класса защиты и пуля-то не всякая возьмет, а она бедолаг холодняком покрошила. Впрочем, вспоминая голубое сияние, окутавшее клинки во время атаки, можно было сделать вывод, что с глефой все так же не просто, как и с накидкой и кольчугой. Интересная спутница мне досталась, спору нет.

Отвернувшись, я направился к кустам, в которых упокоил стрелка Шарбар. Тут тоже глухо. Морф разодрал защитный костюм бойца в клочья. Нагнувшись, я задержал дыхание, чтобы не вдыхать аромат свежевыпущенных кишок, перевернул стрелка и стащил с него рюкзак, закинув себе на плечо. Посмотрим, что там у него хорошего.

В паре шагов от бойца валялась винтовка. Я бегло осмотрел ее, и повесил на второе плечо. Детальнее разберусь позже.

Оставив тело лежать в кустах, я двинулся к «своему» стрелку. Здесь-то мне должно повезти?

Повезло. Причем, повезло во всех смыслах. В том, что стрелок по какой-то причине не опустил забрало шлема. В том, что я смог с такого расстояния, без помощи имплантов и дополненной реальности, засадить арбалетный болт ему четко в лицо. И в том, что, благодаря некой новой системе восприятия, я вообще смог его заметить, потому что замаскировался он неплохо.

Попытавшись выдернуть из головы торчащий болт, я едва не упал, выругался, и просто обломал его у древка. Сняв с тела шлем, я принялся стаскивать с бойца костюм. Кажется, это тоже начинает входить в привычку — трупы обирать. Правда, назвать это мародерством у меня бы язык не повернулся. Что с боя взято — свято. Я усмехнулся. Ну и, как бы, ему все это уже ни к чему, а мне вполне может спасти жизнь.

Костюм, слава новым технологиям, наделся на меня, как вторая кожа. Ужался, где нужно, где нужно — расправился, тут же зажужжал автодок, и в плечо несколько раз укололо. Идентификатор личности в аптечку на Полигоне не встраивали даже конченые отморозки: мало ли, вдруг когда-нибудь самому чужой воспользоваться придется? Жаль, что во всем остальном народ здесь не настолько щепетилен.

По венам пробежала горячая волна, и мне стало значительно лучше. Не знаю, что за коктейль мне там вкатил автодок, но сознание прояснилось, а тошнота и головокружение отступили. Это уже лучше. Пожрать бы еще…

Мироздание пошло мне навстречу и здесь. Подгоняя под себя разгрузку почившего стрелка, я нашел в нагрудном кармане протеиновый батончик, который сожрал быстрее, чем подумал об этом. Блин, что-то не то здесь. Не может быть такого дикого голода постоянно. Нужно обязательно с этим разобраться.

Повторив процедуру с лишением трупа оружия и рюкзака, я направился вниз, туда, где уже пришедшая в себя Скайлер отчитывала свою ужасную псину.

— Как? Как ты их не заметил? — сидя рядом с морфом на корточках, выговаривала ему девушка. — Пя-те-ро! Пятеро, не трое!

Удивительно, но кошмарное создание улеглось на землю и спрятало морду в лапах.

— Хоть он и умный, но до человека ему, все же, далеко, — выпрямившись, с сожалением констатировала девушка. — Двое прикрывали основную группу, крались поодаль, вот он их и не заметил. Черт, — она пнула камень, и тот по дуге улетел в кусты. — Первый раз с ним такое.

Я только пожал плечами. Для меня дружба девушки с морфом вообще выглядела полнейшей дичью. Кстати, а как они общаются? Надо бы поинтересоваться. Только позже. Сейчас нужно заняться другим.

Срезав залитые кровью разгрузки с трупов, я пристегнул их к одному из рюкзаков, стащил оружие в кучу, прикинул, и понял, что за один раз все не утащу. Ладно. Придется вернуться.

Сгибаясь под тяжестью трех рюкзаков и четырех стволов, я затащил добро в наше недавнее укрытие, свалил все на землю и снова двинулся вниз. Подобрал недостающее, опять навьючившись, как тягловая лошадь, и проговорил:

— Нужно избавиться от трупов. Утащить их куда-нибудь подальше. Чтоб в глаза не бросались.

— Думаешь, кому-то до них есть дело? — Скайлер усмехнулась.

— Думаю, что за этими ребятами может идти еще кто-нибудь. Кажется, их целью не было догнать нас и уничтожить — судя по их темпу, они это уже сделали бы, если б хотели. Боюсь, что это только разведывательный отряд.

— Хм, — девушка задумалась. — И правда. Хорошо. Сейчас Шарбар их растащит.

— Постой, — мне пришла в голову интересная мысль. — А не может твой… Шарбар… Их немного… М-м-м… Изувечить? Так, чтобы сразу непонятно было, что с ними произошло.

Скайлер прищурилась.

— Неплохая идея. Думаю, можно. Он вечно голодный.

Я вспомнил, как морф тычется своей жуткой мордой в лицо Скайлер, и мне стало нехорошо. Проклятье… Уф, ну и мерзость.

Сглотнув подкативший к горлу комок, я кивнул и снова занялся своим делом. Если за нами действительно идут, и, если у них есть хорошие следопыты, неплохо бы немного пострелять по сторонам из оружия погибших. Сложно поверить, что пятеро вооруженных бойцов погибли, не сделав ни одного выстрела. Поразмыслив, я отбросил эту идею: если воссоздание картины боя и задержит преследователей, то ненадолго, а вот вероятность привлечь стрельбой внимание чересчур высока, чтобы так рисковать. Лучше быстрее закончить со всем этим, и сваливать.

Затащив ношу на пригорок, я снова проломился через кусты, разложил все на поляне и принялся за инспекцию.

Некоторые виды оружия были мне знакомы, но большинство я видел впервые. Либо устаревшие модели, либо, наоборот, слишком новые, либо не стоящие на вооружении у армии. Так, что же выбрать? Все я точно не утащу, слишком тяжело, и так веса многовато для моей обессиленной тушки, но по единице пулевого и энергетического я все же возьму.

Я повертел в руках пушку бойца, который стрелял по Скайлер, и сразу отложил ее в сторону. Не годится. Это что-то вроде снайперского варианта импульсника. Точное, но слишком длинное, громоздкое, и скорострельность невысока. Снайпер из меня так себе, да и задачи пока решались все больше штурмовые, тенденции к изменению не вижу. Да и чем импульсная снайперка может быть лучше традиционной, я понять не мог. Не, от лукавого это. Пусть валяется.

Дальше была еще пара стволов, которые я отложил. Один забраковав, второй — на «подумать». А потом я добрался до оружия командира отряда и завис. Интересная штука. Я такой раньше и не видел-то. Из новинок что-то?

Передо мной лежал массивный стрелковый комплекс в компоновке «булл-пап». Причем сзади стоял не простой магазин, а солидная «банка». Солидное цевье поражало обилием планок и приспособлений: подствольный гранатомет с удобной рукояткой, которую можно использовать, как штурмовую, фонарь, сверху на ствольной коробке — голографический прицел. Так, а это что?

Я присмотрелся и присвистнул. В стрелковый комплекс, ниже ствола винтовки был интегрирован дробовик! Это ж сколько такая дура должна весить-то, а?

Подняв оружие, я взвесил его в руках, попробовал вскинуться, перевести прицел… Хм, а ведь и не сказать, чтоб много! Моя древняя «Оса», которую я пролюбил при выходе из шахты, весила немногим меньше! Нет, понятно, что веса здесь порядком, особенно в «банке», но, благодаря грамотной развесовке, дополнительная тяжесть почти не ощущалась. Черт, да это же практически легкий пулемет, еще и с возможностью использовать при необходимости «гладкий» ствол, подствольник, но, при этом, не сильно тяжелее стандартной штурмовой винтовки!

Я все еще раздумывал, а руки уже любовно оглаживали оружие. Так, спуск дробовика вынесен интересно, клавиша на задней части штурмовой рукояти. Вот это предохранитель, ага, а как его перезаряжать-то?

После того, как я надавил на выступ за гранатометом, в моих руках оказался короткий магазин на пять патронов, в снаряженном состоянии практически полностью утопающий в ствольной коробке. Так, а как оно вообще стреляет, с таким расположением спусковой клавиши? Ага, электроспуск. Интересно, интересно…

Я вспомнил, как Эверест работал по морфам из дробовика, и решительно кивнул. Все, беру. Решено. И дверь открыть при необходимости, и морфу башку отстрелить, и супостата приголубить. Вес… Да к черту вес, привыкну! Даром у меня третья мышечная модификация, что ли? Правда, магазины к этой дуре тоже весят хорошо, но их и таскать меньше нужно, и снаряжать реже… А при необходимости можно отстегнуть подствольник, и сменить «банку» на стандартный магазин. Развесовка не нарушится. Окей.

— Элис, — позвал я. — Делай что хочешь, но разблокируй мне эту пушку. Где угодно ресурсы изыскивай, меня не интересует.

— Слушаюсь, босс, — немедленно отозвалась нейросеть. — Возьмите оружие в руки.

Я послушно поднял стрелковый комплекс и положил палец на спуск.

— Обнаружено новое устройство, — металлическим голосом проговорила Элис. — Универсальный штурмовой стрелковый комплекс УШСК «Спектр». Устройство заблокировано. Инициирую протокол обхода блокировки. Соединение с устройством… Отказ. Инициирую переполнение буфера… Успешно. Есть соединение. Перезагрузка модуля… Успешно. Есть доступ. Статус доступа — root. Отмена блокировки… Успешно! Перезагрузка модуля… Успешно. Устройство доступно для привязки нового пользователя.

Ай да Трикс, ай да сукин сын! Вернусь — обниму. Чтоб я без его софта делал?

Обнаружен новый пользователь. Необходима привязка. Начать процедуру?

Да.

Идентификация завершена. Основной оператор — субъект № 33286АН. Выберите режим использования: общий режим/индивидуальный режим.

Индивидуальный режим.

Индивидуальный режим активирован.

Проверив магазины дробовика и винтовки, я убедился, что они заполнены, и отложил оружие в сторону. Отлично. Арбалет можно паковать. Теперь к энергетическому.

Я всегда относился к импульсным винтовкам с предубеждением, однако опыт пользования «Прометеем» показал, что совершенно зря. У энергетического орудия оказался целый ряд преимуществ: оно отлично прожаривало морфов, даже когда пулевое оружие оказывалось бесполезно, оно умело накапливать заряд для выстрела большей мощности, ну и, наверное, главное — оно практически игнорировало силовые щиты, предназначенные для остановки кинетических зарядов. Есть, конечно, нюансы — например, странная броня Скайлер с блеском выдержала прямое пропадание из плазменной винтовки, но нужно еще разобраться, что это вообще у нее такое. Я подобной брони пока на Рапсодии не встречал.

В общем, не по своей воле расставшись с «Прометеем», очень захотелось найти ему замену. Два ствола, конечно, не так удобно таскать, как один, но тут уж ничего не поделать. Не существует совсем универсального оружия.

Замена нашлась быстро, на этот раз — у того парня, которого Скайлер убила первым. Пушка была чуть поменьше, чем «Прометей», вмещала три энергоячейки вместо пяти, зато, в отличие от «Прометея» могла работать как в пучковом режиме, с накоплением заряда и без, так и в потоковом. Причем здесь тоже можно было выбирать: настоящий шквал огня на короткой дистанции, когда оружие превращалось в некое подобие огнемета, или тонкий, концентрированный луч — на дальней. Подозреваю, что, если как следует отрегулировать луч, винтовку можно использовать как резак или сварочный аппарат. Занимательная штуковина. А еще — ухватистая и легкая, практически на сто процентов состоящая из композитных материалов. Называлось это чудо инженерной мысли «Пульсар».

Дав Элис команду на разблокировку оружия, я занялся снаряжением. Выбрал из имеющихся самый удобный и вместительный рюкзак, вывернул его содержимое на траву и с радостью обнаружил гидратор, полный свежей, прохладной воды. Великолепно! То, чем мне так не хватало.

Присоединив содержимое остальных рюкзаков и разгрузок к образовавшейся куче, я принялся сортировать добро. Мой внутренний каптер требовал, чтоб я забил рюкзак всем, чем только можно, прицепил к нему еще парочку и уволок все, поднятое с отряда, но я решительно его заткнул. Несмотря на модификации и возросшую грузоподъемность, сейчас я был слишком слаб, а еще мне, как никогда, нужна была мобильность. Каптер попытался возразить, посылая мне соблазнительные образы навьюченного лутом морфа, но я был непреклонен. На хрен. Жадность еще никого до добра не доводила.

В первую очередь я занялся разгрузкой. Благодаря Скайлер и ее псу, к использованию оказались пригодными только две: командирская и стрелка, которого убил я. Остальные были изрезаны глефой. Командирская была чересчур залита кровью, потому я ограничился тем, что снял с нее подсумки и принялся переукомплектовывать разгрузку стрелка.

«Банка» у командира была только одна, остальной боезапас был снаряжен в четыре увеличенных магазина на шестьдесят патронов. Что ж, логично. В бою «банку» переснаряжать не будешь, а таскать запасные — только лишний вес. Боекомплект и без того весил внушительно, но, благодаря распределению по разгрузке, получалось терпимо. Я распихал по подсумкам три магазина, четвертую ячейку занял магазин для «Пульсара». В целом, более чем солидно, особенно если не палить в белый свет, как в копеечку, а стрелять точными, экономными очередями.

После настал черед гранатных подсумков. В один отправились пять выстрелов для подствольного гранатомета, во второй — три гранаты, две осколочных и одна электромагнитная. Еще десяток гранат в специальном кейсе отправились в рюкзак.

В кармашки на боках я пристроил два магазина для дробовика, на грудь — неизменный «Экзекутор». Топор и арбалет снова заняли свои места в чехлах по бокам рюкзака. Перевязочные пакеты в правый нагрудный и левый нарукавный карман, шлем — на голову.

В рюкзак полетели моток троса, запасная фляга с водой и универсальные рационы. Много универсальных рационов. Перекладывая их, я почувствовал, как снова заурчало в желудке, и, не удержавшись, забросил в рот пару сухих безвкусных кубиков, запив водой из гидратора. Черт, сколько можно жрать?

Запихнув в рюкзак оставшиеся от убитых автодоки и расширенную аптечку, я добил объем магазинами для «Пульсара» и патронами, ежесекундно одергивая орущего каптера, и решительно застегнул клапан. Хватит. Мне еще со всем этим по пересеченной местности скакать.

Вроде как все. Подтянув ремни и убедившись, что ничего не мешает, не гремит и не звенит, я довольно кивнул. Элис в голове довольно мурлыкнула, что найдено новое устройство индивидуального силового щита типа «Оберег», и уже через секунду доложила, что устройство интегрировано в систему. Я улыбнулся. Теперь совсем хорошо. Хотел было расспросить нейросеть, что это за фокусы были с системой восприятия, но в этот момент на полянке появилась Скайлер.

Внимательно осмотрев меня с ног до головы, девушка усмехнулась. Я показал на кучу оружия, и предложил:

— Возьмешь что-нибудь?

Девушка покачала головой.

— Нет. Я не использую оружие. Такое оружие.

Я взглянул на клинок глефы, выглядывающий из-за ее плеча, и хмыкнул.

— Ну, своей штуковиной ты владеешь отлично, спору нет. А если понадобится работать на дальней дистанции?

— Не понадобится, — Скайлер сцепила руки в замок, завела их за спину и смачно потянулась, да так, что кольчуга из странного материала на миг облепила стройное девичье тело, как перчатка, подчеркнув все изгибы и выпуклости. — Я избегаю столкновений.

— А так и не скажешь, — я тактично отвел взгляд и улыбнулся, вспоминая, с какой легкостью девушка разделала троих отлично снаряженных бойцов.

— Это был крайний случай, — сейчас Скайлер была серьезной. — Инферно большое, я стараюсь ходить там, где не ходят другие.

— А морфы? — я все еще не мог поверить, что с таким вооружением можно эффективно выживать в Красной зоне.

— С морфами у нас нейтралитет, — сняв с пояса плоскую, вытянутую флягу, девушка напилась, и посмотрела на меня. — Я не трогаю их, они не трогают меня.

Я хотел рассмеяться, но потом вспомнил про Шарбара, и смеяться перехотелось.

— Как ты… — начал я, но Скайлер подняла руку в предостерегающем жесте. Я замер, поудобнее перехватив стрелковый комплекс.

— Шарбар, — проговорила девушка, прислушавшись. — Чем-то обеспокоен. Спешит.

Через несколько мгновений здоровенный морф ввалился в кусты, одарил меня злобным взглядом, и ткнулся в колени Скайлер. Девушка присела, положила руку ему на широкий лоб и будто прислушалась к чему-то. После подняла на меня взгляд, прикусила на миг губу, тряхнула головой и проговорила:

— Идут.

Я испытал острое чувство дежавю и тихонько выругался.

Твою мать! Ну, когда же это все закончится!

Глава 6

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Неизвестное место.

Вот и подкрепление, которого я опасался! Черт… Как же все это надоело! Вся эта бесконечная гонка, дыхание врага в затылок и ощущение бега на месте. Я уже практически тосковал по тюремному блоку… Вот только там конец был очевиден, и повлиять на него было невозможно, а здесь… Здесь мы еще побарахтаемся.

Посмотрев на кучу оружия и снаряжения, я выругался: цирк с Шарбаром можно было и не устраивать. Нормально спрятать снарягу и оружие я уже не успею. Ладно. Что дальше?

Поправив рюкзак, я поднял взгляд на Скайлер. Девушка смотрела на меня как-то странно: пристально и будто изучающе. Наконец, словно приняв какое-то тяжелое решение, она кивнула, и пробормотала:

— Да. Пожалуй, ты все же справишься…

— Справлюсь с чем? — непонимающе спросил я, но ответа не дождался.

— Увидишь. Все, уходим. Времени мало.

Развернувшись, девушка что-то крикнула Шарбару, и двинулась вперед. Я, вздохнув, пошел вслед за ней.

В этот раз мы не бежали, шли быстрым, но экономным шагом. Надобности в рывке пока не было, и сохранить силы стоило на тот случай, если он все же понадобится. Чувствовал я себя все так же нехорошо, но, по крайней мере, туман в голове рассеялся. А еще мне не требовалось тратить все силы на новый вдох, и я, наконец, смог попытаться поговорить с девушкой.

— Скайлер, — тихо позвал я. — Как я оказался в Инферно? Мы же спустились в шахту в Пределе.

— Границы Оранжевой и Красной зоны смазаны, — ответила, не оборачиваясь, девушка. — Спустились в Пределе, поднялись в Инферно… Здесь это норма. Форты на границе Красной зоны начали строить только недавно, чаще всего это и не форты даже полноценные, так, аванпосты. Здесь нет стены, как между Пределом и Лимбом. Если нет карты, легко заблудиться. Оп — и ты уже в Инферно. И поначалу от Предела отличить его сложно. По мере углубления начинаешь понимать, что попал в самую задницу, но, как правило, в этот момент уже бывает поздно.

— А ты эти места знаешь, как я погляжу, — я кивнул, хоть она и не могла меня видеть. — И бродишь по Инферно в одиночку. А еще у тебя есть ручной морф…

— А еще у меня есть ручной морф… — произнесла девушка таким тоном, что стало ясно: вопросы задавать бесполезно, ответов я не дождусь. По крайней мере, пока что. И меня это злило. Даже на Земле прогулка в неизвестность с привлекательной девушкой может окончиться чем угодно, но там есть вероятность хотя бы одного приятного варианта, на Рапсодии же… Впрочем, если бы Скайлер задумала против меня недоброе, у нее были уже десятки возможностей осуществить замысел. Для начала — достаточно было не доставать меня из развалин. Есть, конечно, вариант, что ее весьма интересует награда, объявленная за мою голову Слаем, но я его отмел, как несостоятельный. Во-первых — сдать меня Слаю было гораздо проще, пока я валялся в бессознательном состоянии, во-вторых… Ну вот не чувствовал я ничего такого в девушке, хоть убей! Не сказать, чтоб я читал людей, как открытую книгу, но все же интуиция у меня обычно работала неплохо. И сейчас она молчала. Хотя все эти недоговоренности мне крайне не нравились.

— Хотя бы планом действий ты со мной поделишься? — я начинал злиться уже всерьез. Видимо, девушка это почувствовала, потому что на этот раз играть в молчанку не стала.

— Скорее всего, те, что идут за нами — неплохие следопыты, и более-менее знают Инферно. Рано или поздно они нас догонят, и тогда придется сражаться. Узнав, что их передовой отряд погиб, они будут начеку и устроить засаду уже не получится. Придется их стряхивать.

— Каким образом?

Скайлер замолчала, и я почувствовал, как злость возвращается, но, прежде чем я успел дать волю раздражению, заговорила вновь.

— Мы пойдем через мозгокрутку.

Судя по многозначительному тону Скайлер, мне это странное название должно было что-то сказать, но увы. Вероятно, об этой неведомой хреновине должна была что-то знать Элис, но сейчас я не хотел ее дергать. Чем скорее закончится адаптация сколоп… биокомпьютера, на которую сейчас брошены все ресурсы нейропроцессора, тем лучше для меня же. Так что ладно.

Не получив никакой реакции, Скайлер на миг обернулась, и, прочитав на моем лице недоумение, хмыкнула.

— Не знаешь, что это такое?

— В первый раз слышу.

— Хм… Может, это и к лучшему?

— Нет, не к лучшему! — я начал выходить из себя. — Либо ты рассказываешь, куда меня тащишь, либо идешь туда сама! — меня всерьез взбесили все эти многозначительные недомолвки. Безусловно, я был благодарен девушке, и тон можно было подобрать и попроще, но чересчур уж надоело мне чувствовать себя овцой, которую ведут на заклание.

Скайлер остановилась так резко, что я едва не врезался в нее. Повернувшись, девушка пристально посмотрела мне в глаза. Ее лицо вдруг оказалось так близко, что я ощутил на коже горячее дыхание. Дуэль взглядов продолжалась несколько секунд, затем рыжая отстранилась, и процедила:

— И что же ты будешь делать, если я пойду туда сама?

— Разберусь как-нибудь, — запальчиво ответил я.

— Понимаю… — протянула Скайлер. Отступив на шаг, девушка вздохнула и проговорила:

— Идем дальше. По дороге расскажу.

Мы продолжили путь, причем сейчас Скайлер шла даже быстрее, чем до этого. Пройдя несколько десятков метров, она, все же, заговорила.

— Мозгокрутки — последствия использования ксеносами биологического оружия. Такие себе мертвые зоны. Насколько я поняла из того, что мне рассказывали, это как заградительные полосы, пришельцы обустраивали их, отступая вглубь территории. В Инферно есть огромные участки, зараженные чем-то вроде микроорганизмов. И выжить на них практически невозможно. Там… Ты когда-нибудь сталкивался с дементорами?

Вопрос прозвучал достаточно неожиданно, и я немного затормозил с ответом.

— Сталкивался… К сожалению.

— Тогда ты поймешь, о чем я говорю. Это очень похоже. Только если дементоры излучают на какой-то пси-частоте, которая вызывает чувство панического страха, то мозгокрутки… Все-таки это сложно объяснить. В общем, мало кто выбирается оттуда живым. Эта дрянь просто выворачивает наизнанку, в итоге люди тупо накладывают на себя руки.

— В смысле? — я даже с шага сбился, настолько неожиданным оказалось окончание.

— В прямом. Ствол под челюсть — и привет. Или виском на камень. Или горлом на нож. Люди такие выдумщики, — девушка фыркнула.

— Я рад, что тебя это веселит, — хмуро проговорил я. — Вот только теперь мне совсем непонятно, зачем ты меня туда ведешь.

— А у нас нет выхода, — Скайлер пожала плечами. — Мы в этой местности от грамотной погони не спрячемся, не оторвемся. Негде. А в мозгокрутку они за нами не пойдут.

— Ну и какой толк нам с этого? — кажется, блуждание в одиночку по Инферно и общение с морфом девушке на пользу не пошло. Она же сумасшедшая! — Ты же сама сказала, что живым оттуда никто не выходит. Ты думаешь, мне станет легче от того, что мозги себе вышибу я сам, а не кто-то из головорезов Слая?

— Я не сказала «никто», — Скайлер сделала акцент на последнем слове. — Я сказала «мало кто». Ощущаешь разницу?

— Разве что диалектическую.

— Не выходят из мозгокруток те, кто суются туда наобум, без понимания происходящего на этих участках и без хорошего проводника. У остальных — шансы есть. И гораздо выше, чем шансы на выживание в открытом бою с прокачанными бойцами, идущими по следу.

— Дай угадаю, — буркнул я. — Хороший проводник — это ты, да?

— Я много раз была в мозгокрутках. В самый первый — да, чуть не умерла. Но мне удалось выжить. Как раз благодаря тому, что я кое-что поняла. Почувствовала это место.

Дерьмо! Да она совсем поехавшая! Ну, понятно, почему она не хотела мне объяснять, что это за хрень такая!

— Я понимаю, как это звучит, — продолжила девушка. — Просто доверься мне. Других вариантов нет. Нам не оторваться. Мы сейчас идем между двумя огромными радиационными пятнами. Одно тянется на несколько километров, второе упирается в мозгокрутку. Здесь вообще все очень загажено, и, если б мы не ушли с маршрута, пришлось бы идти только вперед. Где нас рано или поздно догнали бы. Скорее рано, чем поздно, — уточнила Скайлер.

«Просто доверься мне». М-да. Интересно звучит. Особенно от человека, с которым я знаком, по факту, несколько часов. Замечательное предложение.

— Скайлер, — медленно проговорил я. — Скажи, а почему ты мне вообще помогаешь?

На этот раз я был готов к резкой остановке, и замер в паре шаге от Скайлер. Девушка повернулась, несколько секунд рассматривала меня, будто видя впервые, а потом спросила:

— Ты меня совсем не помнишь, да?

Я непонимающе уставился на нее.

— Понимаю… А так? — Скайлер подняла руки, собрала волосы и оттянула их назад, прикрыв ладонями. Я вгляделся в ее лицо, и вдруг замер.

— Черт… Да ладно. Ты…

— Угу, — кивнула она, и усмехнулась. — Теперь вспомнил?

— Теперь — да… — обалдело проговорил я. Черт, вот это встреча!

* * *

— Вставай, сука! — полный злобы выкрик сопровождается ударом и болезненным стоном. Я устало ищу взглядом источник звука. Новый удар задает направление: звук исходит из закутка за диспетчерской, в которой расположились остатки моего взвода и пары соседних, осиротевших. Бой за космодром Калибана окончен, беженцы — эвакуированы, ксеносов, благодаря подоспевшему флоту, удалось отбросить, высадка пятого и двенадцатого батальонов позволила, наконец, взять под контроль всю территорию космодрома, а мне — сложить с себя командирские полномочия. Теперь, хвала богам, я снова отвечаю только за свой изрядно поредевший взвод. И за то, что творится в его расположении, естественно.

Гудящие мышцы требуют сбросить броню, развалиться на спальнике и забить на все внешние раздражители, но я не могу себе этого позволить, пока рядом происходит что-то непонятное. С трудом удерживая стрелковый комплекс, потяжелевший за последние сутки килограммов на двадцать, я иду на звук.

Они внутри. Три бойца из пятого взвода, мне незнакомого, но изрядно повоевавшего под моим началом в эту бесконечную ночь. Одного из них я, кажется, даже узнаю. Джексон… Да, точно, Джексон. Двое остальных мне незнакомы. Как и четвертое действующее лицо.

Девушка. В грязной гражданской одежде, с очень коротко остриженными рыжими волосами. Одежда в грязи, на лице — свежие кровоподтеки. Она сидит, согнувшись, и держась руками за живот. В тот момент, когда я захожу в закуток, Джексон наносит ей новый удар. Тупой носок бронированного ботинка врезается девушке в низ живота, и она, сложившись вдвое, отлетает в сторону, бьется о стену и сжимается в позе эмбриона. Ее ноги подергиваются от непереносимой боли.

Я окидываю происходящее взглядом в доли секунды, еще немного времени уставший мозг анализирует увиденное. И, по мере анализа, кровь в жилах начинает кипеть от ярости.

— Бойцы, мать вашу! — рявкаю я. — Что за хрень здесь творится?

Один из троицы, услышав мой голос, рефлекторно вытягивается по струнке. Джексон и второй реагируют медленно и лениво. Увидев меня, Джексон нехорошо ухмыляется.

— Сучка повстанцев, садж, — лениво отвечает он. — Из пленных. Ломается, сэр.

В первую секунду я не понимаю, о чем он говорит. А когда до меня все же доходит, мне хочется верить, что я все-таки что-то понял неправильно.

— Поясни.

— Эта тварь — одна из них. Она Миллигана срезала, прямо на моих глазах. И по мне стреляла…

— И как она оказалась здесь, рядовой? Пленные заперты в подвале. Или она пыталась бежать?

— Никак нет, сэр, — снова ухмыляется Джексон. — Куда ей бежать? К этим, что ли? Мы с Сайком и Новиковым решили немного поучить сучку, сэр. А она недотрогу корчит. Ну, ничего. Мы ее быстро обломаем. Присоединитесь?

Я устал. Невероятно, просто безумно. За последние двое суток я спал… Нисколько. Не до того было. Особенно после того, как выяснилось, что остатками батальона придется командовать мне. И сейчас хочется простых решений.

Самое простое, что приходит в голову — поднять ствол и влепить очередь в эту наглую, ухмыляющуюся морду. Однако я сдерживаюсь и произношу тихим, но полным металла голосом:

— Рядовой. Сейчас вы, все трое, разворачиваетесь и идете отсюда на хрен. Если вы делаете это быстро и без пререканий, я, так и быть, молчу, и вы не отправитесь на гауптвахту, а, может быть, и под трибунал. Пленную я отведу в подвал сам. Выполнять!

Джексон ухмыляется еще шире.

— Что, садж, в одного сочную телочку решил оприходовать? Так нечестно. Это мы ее сюда привели. Но так и быть, готовы уступить. Первым будешь?

Сука.

Видимо, что-то отражается на моем лице. Ну, или рука на цевье непроизвольно дергается, потому что рядовые отступают на шаг, а Джексон, произвольно или нет, берется за кобуру излучателя.

Я вскидываю бровь.

— Это бунт, рядовой? Неподчинение приказу?

Где-то в глубине души я понимаю этих пацанов. Брошенных прямо в ад, умывшихся кровью и видевших смерти друзей. Девушка — одна из повстанцев, одна из тех, кто стрелял и убивал, пытаясь прорваться к кораблям. Но она — военнопленная, а мы солдаты Федерации. И мы не должны уподобляться этому сброду. Иначе, чем мы будем отличаться от них?

— Да пошел ты на хер, садж, — цедит Джексон. Излучатель уже в его руке. Одурманенный недавним боем, он еще не пришел в себя и сейчас способен на все что угодно. — Командовать понравилось? Вали командуй своими. А нам — не мешай. Всосал?

Остальные, воодушевленные примером товарища, тоже тянутся к стволам. Я начинаю просчитывать варианты.

На мне — штурмовая броня, выстрелы ручных излучателей для нее — как щекотка. Разве что попадут в голову — шлем разъело кислотой во время последней атаки и мне пришлось его выбросить. В руках — стрелковый комплекс, а решившие поразвлечься бойцы — лишь в штанах и майках. Завалиться влево, срезая одной очередью Сайка и Новикова, перекатиться через плечо и, встав на колено, пристрелить Джексона. На все про все — пара секунд, даже понять, что происходит, не успеют. Только вот…

Додумать, что именно мешает мне расстрелять потерявших берега бойцов, я не успеваю. Позади слышится удивленное восклицание, а потом знакомый голос спокойно и буднично интересуется, так, будто спрашивает, не осталось ли у меня воды во фляге.

— Что за херня, садж? У нас бунт?

Я облегченно перевожу дух. Рэйзер. С этим парнем за спиной мне всегда спокойнее. Хоть в учебке, хоть на маневрах, хоть в полной заднице, которую еще пару часов назад представлял собой единственный космодром Калибана. Вовремя же он появился.

— Вроде того, капрал. Но, думаю, парни просто погорячились. Горячка боя, кровь играет, все такое… Верно, парни?

Рэйзер настроен не так миролюбиво, как я. Отчетливо слышится щелчок предохранителя. Капрал смещается чуть левее, так, чтобы я не маячил на линии огня, вжимает приклад в плечо и командует:

— Оружие на пол, ублюдки! Быстро!

Иногда я думаю, что именно Рэйзер должен был стать сержантом, не я. Резкий, жесткий, наглухо отмороженный… Впрочем, именно эта отмороженность и мешает его продвижению по карьерной лестнице. Но сейчас она нам на руку. Я не вижу капрала, но готов спорить, что могу безошибочно описать выражение его лица: плотно сжатые губы, морщина, прорезавшая лоб, а в глазах — дьявольские огоньки, как бы говорящие Джексону и компании: ну давайте же, придурки, ослушайтесь! Дайте повод нашинковать вас свинцом и обедненным ураном… Или что там у него сейчас в магазине?

Первым сдается безымянный щуплый блондин, стоящий справа от Джексона — Сайк.

— Сэр, это не то, что вы подумали, сэр! Я…

— Заткнись! — рявкает Рэйзер, и солдат вздрагивает. Медленно наклонившись, он кладет оружие на пол. Его примеру следует второй, черноволосый крепыш Новиков. Джексон все так же стоит напротив, стискивая рукоять излучателя. На скулах играют желваки.

— Джексон! — я стараюсь говорить спокойно. Получается плохо. — Тебе особое приглашение нужно?

Наконец, ломается и он. Положив ствол, рядовой разгибается, и немигающим взглядом смотрит на меня. В его глазах — ненависть.

Я тяжело вздыхаю. Надо. Не хочется — но надо. Иначе конец авторитету сержанта Таверовского. А сержант без авторитета в разгар боевых действий — не сержант, а ходячий труп в сержантском звании. С большой, оплавленной дырой в спине.

Сделав два шага вперед, я коротко, без замаха, вбиваю приклад в лицо Джексона. Что-то хрустит, брызжет кровь, Джексон валится на колени. Ударом колена я ломаю ему нос, а когда рядовой падает набок, добавляю ботинком под дых. Все. Достаточно.

— Встать, мясо! — орет Рэйзер. Джексон кривится, но поднимается. В его глазах больше нет ненависти, один лишь страх. Кажется, только сейчас он понимает, в какое дерьмо вляпался.

— Вы, двое! — Рэйзер поворачивается к рядовым. — взяли это мясо — и к капитану. Расскажете ему, как вам, имбецилам, хватило ума напасть на сержанта. А я проконтролирую. Выполнять!

Бойцы меняются в лицах. Нападение на сержанта в боевой обстановке — это трибунал. А так как никто не будет сейчас возиться с тремя придурками, расстреляют их, скорее всего, на месте.

— Отставить, — тихо говорю я, сам себя не слыша за стуком в висках. — Окажите, если надо, помощь рядовому Джексону, и валите к своему взводу. Потом поговорим.

На этот раз дважды повторять не требуется. Троица удаляется к выходу. Проходя мимо меня, Джексон поворачивается и шепчет:

— Спасибо, сэр.

Я лишь морщусь. Когда бойцы покидают закуток, меня пихает в бок Рэйзер.

— Ты чего? Эти придурки в тебя стрелять хотели, а ты их просто отпустил?

Я пожимаю плечами.

— Сегодня и так слишком много наших полегло. Хватит.

Рэйзер морщится.

— Какой же ты все-таки мягкотелый, Алекс!

— Отвали, — бурчу я, и подхожу к девушке, немного пришедшей в себя и жмущейся в угол.

— Вставай, — я протягиваю ей руку, собираясь помочь. — Идти можешь?

Вместо ответа она шумно собирает слюну и смачно плюет мне в лицо. Дерьмо!

Да пошли вы все!

Выпрямившись, я вытираю слюну перчаткой, и иду к выходу, обтирая на ходу перчатку о стену.

— Капрал, отведите пленную к остальным, — устало командую я, и удаляюсь под гомерический хохот Рэйзера.

Как же меня все это задолбало!

* * *

Вынырнув из воспоминаний, я невольно коснулся лица, будто вытирая с него слюну. Скайлер потупилась и немного покраснела.

— Тогда я была совсем дурой, и не сказала «спасибо», — тихо проговорила девушка. — Решила сделать это сейчас.

— Всегда пожалуйста, — пробурчал я, не очень понимая, как себя вести.

— Если б не ты, эти придурки меня тогда убили бы. А если будет тут стоять, как два столба, другие придурки убьют нас обоих. Потому предлагаю продолжить путь, — девушка развернулась чуть быстрее, чем нужно, и пошла вперед. Я двинулся следом.

— Судя по тому, что ты была среди повстанцев, и в итоге оказалась здесь, логичнее было бы убить меня, а не спасать, — задумчиво проговорил я в пустоту. — Я ведь солдат Федерации, цепной пес и олицетворение зла, — я не понимал, как относиться к девушке. С одной стороны — да, она меня спасла, выходила, и продолжает спасать. С другой… Сколько парней положили бунтовщики? Вместо того чтобы прекратить свое дерьмо и биться с нами плечо в плечо против общего врага, они, наоборот, поперли в атаку, стремясь унести свои задницы с планеты. «Она Миллигана срезала, прямо на моих глазах», — в голове очень реально прозвучал голос Джексона.

— В тюрьме строгого режима на Фурии у меня было много времени для того, чтобы оценить и пересмотреть свои поступки, — не оборачиваясь, в тон мне произнесла Скайлер. — Гораздо больше, чем мне хотелось бы. Я бы могла рассказать трогательную, душещипательную историю о том, как двадцатилетней, либерально настроенной дурехе с бьющим по мозгам максимализмом, засрали голову и втянули в полное дерьмо, но это не воскресит твоих товарищей. Потому я не стану этого делать. Просто скажу: мне жаль. И то, что я тебе помогла — самое малое из того, что я могла бы сделать.

— Угу, — буркнул я. Тело двигалось автоматически, сам же я погрузился в размышления о том, как много значат наши поступки, даже когда совершаешь их совершенно спонтанно и импульсивно, о том, как тесна, все же, необъятная вселенная, и о том, что, кажется, у меня ярко выраженный синдром защитника слабых и угнетенных. Скайлер на Калибане, Марго в Лимбе, Трикс — в Элизиуме… Правда, тот факт, что из всех трех случаев лишь эпизод со Скайлер принес мне реальную пользу, а не адский геморрой и новых врагов, невольно заставляет задуматься о том, что пора бы обуздать эту свою импульсивность. Впрочем, ни о чем из сделанного я не жалел. Ну, такой вот я человек. Возможно, мое обостренное чувство справедливости когда-нибудь сведет меня в могилу, но, по крайней мере, упрекнуть перед смертью мне себя будет не в чем. Ну, почти…

Из почти философских размышлений меня вырвал раздавшийся в голове голос Элис:

— Фиксирую облучение активными системами наблюдения. Поиск источника… Внимание: неизвестный летательный аппарат!

Резко развернувшись, я вскинул голову, и выругался: над нами, на высоте примерно пятидесяти метров, висел дрон-разведчик. И почему-то я сильно сомневался в том, что «птичка» принадлежит администрации.

Скайлер тоже заметила дрон. Прищурившись, она проводила уходящий беспилотник взглядом, потом посмотрела на меня и проговорила:

— Ну что, ты уже решил, стоит ли мне доверять? А то что-то подсказывает, что времени у нас значительно меньше, чем мы рассчитывали.

В ответ я лишь пожал плечами. А что мне еще оставалось?

Глава 7

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Неизвестное место.

Бег по пересеченной местности — последнее, чем хотелось бы сейчас заниматься. Мне б в регенерационную капсулу, да в режим полной сенсорной депривации, и чтоб никто не кантовал суток трое, да где там… Вечный бой, покой нам только снится. Автодок обеспокоенно жужжал и слал бесконечные тревожные уведомления, в которых «общая ослабленность организма», «сильное физическое переутомление» и «посттравматический стресс» были, наверное, самыми безобидными понятиями, но впрыскивать новую химию не торопился. Куда, во мне ее и так столько плещется, что на несколько таких Алтаев хватит. Организм эту дрянь скоро отторгать уже начнёт. Дерьмо… Никогда бы не подумал, что буду настолько сильно мечтать о хотя бы нескольких часах покоя и узкой койке кубрика «Буревестников». Эх… Мне бы сейчас лечиться и восстанавливаться, а я тут скачу, как сайгак, ещё и с погоней на хвосте.

Дрон больше не появлялся, но я не питал иллюзий по этому поводу. Это означает лишь то, что преследователи увидели все, что хотели. Ну, или у летающего разведчика попросту закончился заряд. Я пятой точкой чувствовал, что погоня дышит нам в затылок, и лучше бы нам поторопиться.

Поймав на бегу трубку гидратора, я сделал несколько быстрых глотков. Сердце колотилось так, будто готовилось вот-вот выпрыгнуть из груди через горло, мышцы гудели… Дерьмо, в какую же развалину я превратился! А ведь это ещё и с модификациями! Что, блин, со мной сделала эта дрянь в голове? Я восстановлюсь вообще?

Скайлер легко бежала впереди, не выказывая никаких признаков усталости, и я даже позавидовал девушке. Пик формы, черт побери! Ну, ничего… Выберусь из Инферно, очухаюсь, и смогу не хуже. А то и лучше.

Впереди показались какие-то здания, и я невольно замедлился, оценивая обстановку. На Полигоне очень быстро учишься анализировать любые изменения, в первую очередь, на предмет возможной опасности, и только потом пытаешься понять, чем эти изменения могут быть полезны тебе.

Небольшой посёлок выглядел безопасно, вот только где-то в глубине, на самой границе сознания появилось тревожное, тянущее чувство. Что-то здесь не так. Где-то подвох.

Я замедлился еще сильнее и перешел на шаг, тиская в руках стрелковый комплекс. С каждым пройденным метром ощущение тревоги усиливалось, но я никак не мог понять, что служило тому причиной.

Скайлер оглянулась через плечо, и притормозила.

— В чем дело?

— Что-то не так, — тихо проговорил я, оглядываясь по сторонам. — Что-то здесь есть… Или кто-то.

— Тревожно? — поинтересовалась девушка.

— Да. Самое верное определение.

— Это мозгокрутка. Она уже близко. Теперь понимаешь, о чем я говорила?

Я вздохнул. Дерьмо. Если оно на расстоянии так действует, то что будет, когда мы приблизимся и мертвая зона наберет мощь?

— Понимаю. Но расслабляться все равно не стоит.

— Здесь — можно. Морфам здесь делать нечего, а люди… Ни один нормальный человек здесь и пяти минут не высидит. Я вообще удивлена, что тебя так поздно плющить начало. Должно бы раньше.

Я вспомнил о своей пресловутой устойчивости к пси-воздействию, и неопределенно хмыкнул. Ну, хоть какая-то польза.

— А как же ты? — девушка выглядела точно так же, как и раньше, никаких признаков тревоги.

— Что я?

— Ну, ты сказала, что ни один нормальный человек здесь не высидит. А ты?

— А кто сказал, что я нормальная? — Скайлер усмехнулась и тут же сменила тему. — Ладно, времени мало. Давай ускоримся. Вдруг наши друзья не в курсе особенностей этих мест, и сунутся за нами. Далеко они не пройдут, конечно, но нам лучше бы поторопиться.

Я лишь кивнул.

На мозги давило с каждым шагом все сильнее, и, чтобы немного отвлечься, я принялся рассматривать поселок.

С первого взгляда он практически не отличался от того, в котором мы с Дисом и остальными вечность назад дали бой открывшим на нас охоту туристам. Такие же однотипные здания, отпечатанные на строительном принтере, даже улочки выглядят одинаково. С одним лишь отличием: там поселок был целым. Здесь все было по-другому.

Полуразрушенные, оплетенные растениями здания даже спустя годы хранили следы шедших здесь боев. Проломы в стенах, следы от пуль и энергетических зарядов, последствия взрывов и пожаров… Да, воевали всерьез. Странно, что, учитывая вовремя проведенную эвакуацию Рапсодии, ее просто не превратили в безжизненный шар орбитальными бомбардировками. Да, бесспорно, инфраструктуру жалко, но неужели она дороже людских жизней? Впрочем, если здесь все принадлежало Корпорациям, то не так уж и странно. Эти людей не ценят, кредиты им важнее. А правительство Федерации давно кормится с рук частных компаний, всячески лоббируя их интересы. Вот и бились здесь пацаны с морфами грудь в грудь, как былинные богатыри, поливая кровью каждую пядь корпоративной земли. Сука, какие же сволочи! Как вообще можно жить в мире, в котором человеческие жизни, жизни отличных бойцов, защитников, ценятся меньше, чем какая-то гребаная руда? А главное — зачем?

Я в сердцах сплюнул на землю, выругавшись под нос. Настроение стало совсем дерьмовым. Надоело. Куда-то бежать, от чего-то прятаться… Может, проще остаться здесь, занять позицию за тем, например, домиком, и дождаться преследователей? Да, скорее всего это станет моим последним боем, но кого-то из них я точно с собой заберу. А потом — долгожданный покой. Сколько можно бегать? Я ни на миг не останавливаюсь с того самого момента, как оказался здесь. Ну выберусь я, допустим, разберусь со Слаем, а дальше что? Быть собачкой Корпорации, вилять хвостиком и лизать ботинки, в надежде что мне скостят срок? Фу. Не лучше ли закончить все здесь и сейчас?

Звонкий удар по шлему заставил меня сбиться с шага и качнуться вперед, ловя равновесие. Резко развернувшись, я вскинул было оружие, но тут же его опустил: в паре шагов от меня стояла Скайлер, неведомо когда успевшая сместиться мне за спину, и потирала ушибленную руку.

— Ты чего? — непонимающе проговорил я, опуская оружие.

— Да ничего, — криво улыбнулась девушка. — Тебя так плющило, что ты даже не слышал, как я зову тебя. Соберись!

Я помотал головой. Вот дерьмо! Это так оно, значит, действует? А я ведь был на все сто процентов уверен, что это мои собственные мысли! М-да… И это только начало пути. Нормально так.

Внимательно оглядевшись, я непонимающе посмотрел на Скайлер. Мы прошли не больше километра, и вокруг все было таким же, как несколько минут назад. Те же заброшенные, полуразрушенные дома, та же заросшая травой дорога… Никаких изменений. Мы точно уже в этой гребаной мозгокрутке? Или это девушка мне мозги пудрит, чтобы… — Эй, Алтай! Очнись! — девушка помахала затянутой в перчатку ладошкой у меня перед лицом. — Не заставляй меня разочаровываться в тебе! Мы только вошли, еще пилить и пилить!

— Мы уже в мертвой зоне? Не вижу никаких отличий, — удивленно проговорил я.

— А ты что хотел? Чтобы здесь таблички стояли «Осторожно, пси-воздействие»? Все, сосредоточься, и иди за мной. Желательно побыстрее. Старайся ни о чем не думать. Пой песенку, считай убитых морфов, вспоминай цыпочек, которых затаскивал в койку, делай, что угодно, только не вздумай коматозить! Иначе — конец! Ты здоровенный, идти далеко, я твою тушу отсюда не вытащу, если вдруг тебя вырубать придется. Давай, солдат! Как на марше! Вперед!

Как ни странно, слова девушки подействовали на меня отрезвляюще. Я угрюмо кивнул, поправил ремень, и двинулся следом за ней. Каждый шаг тяжелых ботинок вздымал облачко красноватой пыли, и я сам не заметил, как перешел на маршевый шаг, а в голове зазвучали строки идиотской песенки, которой мы в учебке изводили капрала Хартмана: «Тесный кубрик звездолета, мы десант, а не пехота, под ногами сто парсеков до Земли…».

Безумие какое-то.

* * *

— Вижу две цели. Передаю картинку.

Змей, управляющий дроном, расшарил поток в тактическую сеть, и Рэйзер хмуро кивнул. Азарт, охвативший при получении заказа улегся, особенно после того, как пришли сообщения о гибели Сэта и его команды. То, что они нашли, добравшись до места, где погиб отряд, даже останками не назовешь. Рэйзер до сих пор не был уверен, что им удалось найти все фрагменты тел бойцов, и злился из-за того, что не мог понять, что произошло с группой.

На первый взгляд все было ясно: группа потеряла бдительность, нарвалась на морфов и расклад выпал не в пользу Сэта и парней. Вот только в этих краях морфы — редкие гости, а Сэт, Блик, Хаунд и остальные не были сопливыми новичками, которые позволят тварям ксеносов порвать группу без единого выстрела. А еще морфы не собирают оружие и снарягу в кучу для сортировки. Так что здесь однозначно потрудились люди. Однако Рэйзер не помнил за своим бывшим сержантом каннибальских наклонностей. Полигон, конечно, меняет людей, но не до такой же степени!

Можно, конечно, предположить, что Алтай нарвался на отряд уже после того, как парней порвали ксенотвари, и просто прибарахлился с трупов. В пользу этого варианта говорили комбинезон Вихря и стрелковый комплекс Сэта, которыми щеголял бывший десантник, однако что-то подсказывало Рэйзеру, что это не так. Ладно, не имеет значения. Скоро Алтай сам даст ответ на этот вопрос. В числе прочих.

— Командир, а что это за баба с ним? — поинтересовался Гост, присевший у дерева и настороженно осматривающий окрестности.

— Хрен ее знает, — рассеянно ответил Рэйзер. — А что?

— Да ничего. Нормальная такая. Ее как, в целости и сохранности доставить надо, или без разницы?

— Ее вообще в заказе нет, — чем дольше Рэйзер смотрел на картинку с коптера, тем больше она ему не нравилась. Что-то было здесь… Неправильное.

— О! Так может мы с парнями… Ну, того? Развлечемся?

Рэйзера вдруг захлестнуло раздражение. Сука, что не так с этими людьми? Полчаса назад товарищей по кусочкам раскладывали, а стоило увидеть аппетитную задницу, так все мысли сразу о том, как бы ее по назначению использовать. Тьфу, блин!

— Не той головой думаешь! — рявкнул Рэйзер. — Парни, мать вашу, а ну давайте серьезнее!

— Да мы чего… — протянул Гост. — Мы ничего. Просто, ну, их двое всего, девка, вон, даже без оружия. Че тут вообще сложного? А баб живых уже два месяца не видели, одна симуляция гребаная. Вот и…

— Сэт, небось, тоже так думал. «Че тут вообще сложного?». И где он? Ты голову-то его нашел? Или так и осталась где-то в кустах валяться? Все, нахрен, забываем о бабах и начинаем нормально работать. Мне второй провал за день не нужен.

Гост что-то буркнул, и отвернулся, а Рэйзер недовольно поморщился. Разболтались. Не клан элитных хэдхантеров, а детский сад на прогулке. С другой стороны, что-то он и правда загонял пацанов в последнее время. Надо бы им отпуск в Элизиуме устроить. В той его части, в которой не бывает бойцов «Группы Феникс», а характер разрешенных развлечений зависит исключительно от количества кредитов на твоем счету. Но — после того, как разберутся с этим заказом.

— Ладно, парни. Давайте по делу. Что видите странного?

— Баба без оружия, — тут же отозвался Гост. — Холодняк только какой-то. И броня странная. Он ее из Лимба притащил, что ли?

— Змей?

— Идут в мозгокрутку. Похоже, не знают, что это такое. Нормальный человек туда не полезет.

— Объект — ведомый. Девка — проводник, — негромко проговорил Сильвер. — А холодняк у нее не простой, думается мне. Видел я чуваков с подобными штуками в Инферно. Только там у них мечи были. Перерубит тело в броне и не поморщится. Изгои. Полные отморозки. Я, если честно, с ними лишний раз не связывался бы.

— Что еще за изгои? — не понял Рэйзер. Он, вроде как, многое видел на Полигоне, еще больше — знал, потому что не скупился на плату за информацию, но про этих изгоев не слышал ни разу. Сильвер пришел в клан недавно, до этого долго водил туристов в Инферно, так что вполне можно допустить, что боец знает что-то, о чем Рэйзер не в курсе.

— Игроки, пославшие систему. У них нет интерфейса. Что-то там с нейропроцессорами. То ли они хакнутые, то ли и вовсе удалены, не знаю точно. Для системы они мертвы. Живут в Инферно, держатся особняком, на глаза не лезут. Вышли из игры, типа.

— Хм, — Рэйзер почесал подбородок. Интересно. Удаленные нейропроцессоры — это чушь, конечно, в стандартной лаборатории форта или аванпоста такое не сделаешь, это только в Элизиуме или другой Зеленой зоне, но администрация Полигона подобную операцию провести не даст. Ладно, это не так важно. А вот информация о холодном оружии, способном разрубить бойца в доспехах… Тела парней, конечно, были сильно фрагментированы и изуродованы, но вот на остатках брони были весьма характерные разрезы… Интересно, интересно…

— Если девка из изгоев, то о мозгокрутке они знают. И идут туда целенаправленно, — продолжал Сильвер. — В общем, я бы не говорил «что тут сложного». Надо быть на стреме.

— Но ведь идти в мозгокрутку — самоубийство! — Змей даже коптер завалил на бок от удивления.

— Значит, они знают что-то, чего можем не знать мы… — флегматично пожал плечами Сильвер, поправляя ремень винтовки.

— Какие видите варианты? — Рэйзер всегда прислушивался к членам клана. Те командиры, которые считают себя умнее своих бойцов, обычно долго не командуют. В отдельных случаях — еще и долго не живут. В пользе коллективного разума бывший капрал Федеральных войск успел убедиться еще в армии. Даже потомственный земплепашец с какой-нибудь Новой Кубани, ни разу в жизни не выезжавший дальше ближайшего города на своей планете, мог иметь уникальный опыт, благодаря которому в нестандартной ситуации мог предложить такое же нестандартное решение, зачастую оказывающееся проще традиционного. Кроме того, только слушая бойцов, наблюдая за тем, как у них работают извилины, можно понять, на кого можно положиться, а на кого не стоит, кому можно отдать отряд под командование, а кого лучше оставить ведомым… Рэйзер был неплохим психологом, и построить неплохую карьеру в армии ему помешало только то, что делать этого он не желал. Не так он представлял свою цель в жизни, совсем не так. За что, собственно, и поплатился.

— Нужно их обходить, — Змей выровнял коптер и продолжал вести его за беглецами. — Встретим с той стороны мозгокрутки. Если они из нее выйдут, конечно.

— А если они в ней сдохнут, ты заказчику что предъявлять будешь? Или тогда тебя за ними отправить, чтобы ты головы принес? — фыркнул Рэйзер.

— Обойти не получится, — покачал головой Сильвер. — Если девчонка знает путь через мозгокрутку, нет гарантии, что этот путь будет прямым. Они могут выйти в любом месте.

— Разумно, — кивнул Рэйзер. — В общем, ясно. Змей, возвращай дрон. Идем на захват.

— В смысле? — чуть ли не в один голос воскликнули Змей и Гост. — Они же сейчас в мертвую зону войдут уже!

— Ничего страшного, — Рэйзер принял решение, и отступать от него не собирался. — Был я там. По краю не так сильно оно и долбит. Если не будем тормозить, закончим прежде, чем успеем что-либо понять. Вошли, отработали, вышли. Все.

— Но… — Змей попытался возразить, но Рэйзер решительно пресек возражение.

— Никаких «но». Давайте, бойцы. Шевелимся.

На поляну сел дрон, и хмурый Змей принялся паковать его в рюкзак. Рэйзер проверил оружие, прогнал тест имплантов и глотнул воды с энергетиком из гидратора.

— Командир… — снова подал голос Гост.

— Чего тебе?

— Слушай… Ну, раз мы в такую задницу лезем… Можно все-таки девку… Ну, типа в качестве премии?

Рэйзер тяжело вздохнул, и махнул рукой.

— Не в ущерб основному заданию. Сможешь взять живой — делай с ней, что хочешь. Но — на базе. Будешь отставать на марше — брошу, на хрен, вместе с ней. Усек?

— Так точно! — гаркнул повеселевший боец.

— Дурдом, — буркнул Рэйзер, и первым двинулся по тропе.

Глава 8

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Неизвестное место.

«Наша армия, что надо, гасим звезды голым задом, но из моды вышел ядерный удар…» — по двадцатому кругу я гонял в голове неуставную строевую песню, однако задушить тревогу и подавленность, черными щупальцами стискивающие сердце, до конца не удавалось. Это походило на то, что я испытывал после… После смерти, да. Когда меня истыкал клинками гребаный морф, а сверху прилетела бетонная плита. Правда, тогда шарашило меня, конечно, сильнее — сейчас я хотя бы сопротивляться мог. Но давалось это тяжело, и только глядя на упрямо прущую вперед Скайлер, я глотал ругательства, вместо того, чтобы выплескивать их наружу. Стыдно, блин. Девица молча идет, а бывалый, мать его, космодесантник расклеился, как тряпка. Мысли все лишь о том, что проще прекратить это безуспешное трепыхание, присесть у забора, вытянуть ноги и забить на все. Кто там сзади идет, куда, зачем — не имеет никакого значения. Какая разница? Все равно бегать бесполезно. Рано или поздно догонят. Так зачем усложнять себе остатки жизни?

Я все же не выдержал и грязно выругался, поняв, что проклятая пси-аномалия снова взялась за меня всерьез. Вот же гадость какая, а? И, главное, лезет в башку так незаметно, и не скажешь, что это откуда-то извне навеяно. Контроль, боец, только полный контроль всех мыслей, всех эмоций, всех ощущений! А то и сам сдохнешь, и девчонку за собой утащишь.

Иногда, когда я случайно уходил с невидимой тропы, отклоняясь от прокладываемого Скайлер маршрута, нагребало меня особенно сильно. В такие моменты хотелось выть от тоски и боли, раздирающих душу, и лишь повышенная сопротивляемость к ментальному воздействию вкупе с остатками силы воли удерживали меня от того, чтобы и в самом деле не разнести себе башку к чертовой матери. Как только я возвращался на тропу, сразу же становилось легче. Девушка будто чувствовала, где концентрация этих гребаных микроорганизмов выше, и вела меня именно через такие участки. Хотя почему «будто»? Так и было. Причем тропа эта была весьма извилистой и запутанной. Иногда Скайлер вела меня через двор полуразваленного коттеджа, иногда — и через сами развалины. После того, что я ощутил, отклонившись с пути, вопросов в целесообразности такого маршрута не возникало, и я шел за девушкой, как привязанный.

Если не считать того, что справа вырос пологий, но достаточно высокий холм, местность практически не менялась. Один коттеджный поселок сменял другой, и я предположил, что некогда это было чем-то вроде рекреационной зоны для рабочих. В пользу этой версии говорил и высохший котлован слева, с остатками причалов, пандусов и понтонов. В отдалении виднелись остовы наполовину вросших в растрескавшийся грунт яхт и яхточек, а в одном месте, когда мы проходили близко к котловану, я даже заметил погребенные в песке шезлонги из полипласта. Ну, да. Видимо, здесь было большое озеро, а коттеджи — дачные или гостевые дома для отдыхающих смен. Хотя постоянным жильем это тоже вполне могло быть: многие инженеры, эффективные менеджеры и прочий начальствующий люд среднего звена, в отличие от обычных работяг, был прикован к индустриальным планетам. Если вахтовики прибывали сюда, отрабатывали контракт и сваливали обратно, то те, кто ими управляли, были более ценным ресурсом для корпораций, следовательно, зарабатывали больше, и отказаться от этого заработка не могли. Вполне логично, что часть из них пускала корни на Рапсодии и покупала здесь жилье, стараясь выбрать местечко поуютнее, чем рабочие поселки. Судя по тому, что я видел перед собой, до поры до времени им это вполне удавалось, и, наверное, вели они вполне сносную жизнь. Пока не нагрянули ксеносы.

Размышления проходили фоном. Сознание будто разделилось на несколько потоков. В одном я бубнил «Марш космодесантников», во втором анализировал окружение и следил за Скайлер, а в третьем вел непрерывный бой с давящей атмосферой. Который из потоков заметил неладное, я так и не понял, да это и не имело значение. Главным было другое: позади, примерно в паре километров от нас, на дороге появилась человеческая фигурка, быстро перебежавшая от одного здания к другому. Фигурка была в броне и с оружием, а двигаться старалась скрытно. Не нужно быть гением, чтобы понять, что это означает: нас догоняют преследователи.

Сконцентрировавшись, я мысленно позвал Элис. Нейросеть откликнулась не сразу.

«Доложи статус адаптации», — старательно проговорил я, не раскрывая рта. Разговаривать таким образом с кем-то кроме своего второго «я» было, мягко говоря, непривычно, но привлекать внимание Скайлер я не хотел.

«Адаптация… В процессе» — на миг замявшись ответила нейросеть.

«Что значит в процессе?» — не понял я. «Ты же мне даже проценты конкретные называла».

«Возникли некоторые затруднения», — голос Элис вдруг снова стал механически и бездушным. С ней что-то происходит? Или… Или хитрая программа таким образом пытается снять с себя ответственность? Типа, я не при чем, что ты хочешь от набора нулей и единиц у тебя в башке? «Биокомпьютер полностью адаптирован, управляющий интерфейс изменен, все тесты проходят без сбоев», — снова заговорила Элис.

«Но?», — я чувствовал, что ассистент недоговаривает.

«Но он расходует слишком много ресурсов, постоянно пытается перехватить управление и запустить программу трансформации», — мрачно ответила Элис. «И я до сих пор не могу понять, как с этим разобраться. Пока мне удается справиться, но что будет, если ослабить контроль и воспользоваться его функциями… Я не знаю», — голос в голове снова обрел живые нотки и сейчас в нем сквозила неприкрытая растерянность. Ну, блин, замечательно! Ладно, на хрен! Сначала нужно решить вопрос с погоней и выбраться из гребаной мозгокрутки. Как быть с паразитом, потом решу.

«Что у нас есть, Элис? Мне нужны импланты».

«Стабильную работу не гарантирую. Если я отвлеку часть ресурсов на управление имплантами, биокомпьютер может перехватить управление. Прогнозировать ситуацию в этом случае невозможно».

Дерьмо!

«Что с прямым управлением? Импланты будут работать, если я возьму его на себя?».

«Ответ положительный. Все установленные импланты и тактические программы будут работать. Однако, согласно прогнозу, боевая эффективность упадет на тридцать-шестьдесят процентов. Работа силового щита при этом невозможна: отсутствует необходимый драйвер. Для установки драйвера требуется посетить Зеленую зону или лаборатории кланового форта».

Прекрасно. Просто прекрасно.

«Выведи список работающих имплантов и устройств», — отдал команду я, и, «вынырнув» из внутреннего диалога, обратился к своей проводнице.

— Скайлер! Эй, Скай!

Девушка обернулась через плечо, и я увидел на ее лице бисеринки пота. Кажется, ей проход через мозгокрутку тоже дается не так легко, как мне казалось.

— Похоже, у нас проблемы.

— Что там?

— Кажется, наши друзья решили рискнуть и пошли за нами.

— Сколько их? — она нахмурилась.

— Не знаю. Я видел пока одного. Плохо то, что он меня, скорее всего, видел тоже. Пока они далеко, но идут быстро. Не думаю, что мы сможем оторваться. Так что, хоть тебе это и не нравится, придется все же принимать бой.

— В мозгокрутке, — скептически хмыкнула Скайлер. — Понимаю…

— Ну, я других вариантов не вижу. Только место нужно выбрать поудобнее. Здесь воевать с ними не хотелось бы.

— Есть тут, пожалуй, одно местечко… — протянула Скайлер. — Получше, но придется пробежаться. Ты как?

— Ты знаешь, лучше, — удивленно ответил я. Мне и правда значительно полегчало, уж не знаю, что было тому причиной: место здесь было такое, и дальше меня опять придавит, или нарастающая опасность, и, чего скрывать, азарт предстоящего боя прочистили мозг… Как бы то ни было, вышибить себе мозги больше не тянуло, а это уже не мало. Слабость все еще ощущалась, но с этим я уж как-нибудь справлюсь.

— Тропа здесь проходит неудобно, — проговорила Скайлер, — будем, как на ладони. Придется с нее сойти. Пожалуйста, постарайся себя контролировать, и дай знать, если тебя совсем уж серьезно колбасить начнет.

— Не вопрос, — я кивнул.

— Тогда ускоряемся, — и девушка легко и грациозно перешла с быстрого шага на бег. Я устремился за ней.

«Элис, что со списком?», — на бегу поинтересовался я, чтобы отвлечься от вернувшегося давящего ощущения.

«Готово», — откликнулась нейросеть, и перед глазами развернулась панель интерфейса дополненной реальности, испещренная иконками. Так, погнали, что тут у нас?

Нейросеть усовершенствовала интерфейс. Теперь на панели улучшений было несколько вкладок с модификациями, разделенными по типу. Я быстро пробежал взглядом одну из них.

Импланты и модификации.

Нейропроцессор. Статус: функционирует. Внимание! Загрузка модуля, близкая к критической! Уровень загрузки — 90 %. Остановите или удалите используемые приложения, чтобы освободить ресурсы! Возможны сбои в работе!

Тактический сопроцессор. Статус: функционирует. Внимание! Нехватка ресурсов! Работоспособность: 40 % процентов. Остановите или удалите используемые приложения, чтобы освободить ресурсы! Возможны сбои в работе!

Оптические импланты. Пассивная модификация. Функционирует. Из-за нехватки ресурсов возможны сбои в обработке поступающей информации.

Кохлеарные импланты. Пассивная модификация. Функционирует. Из-за нехватки ресурсов возможны сбои в обработке поступающей информации.

Мышечные усилители. Пассивная модификация. Функционирует.

Улучшенная модификация кровеносной системы. Функционирует в пассивном режиме.

Улучшенная модификация дыхательной системы. Функционирует в пассивном режиме.

Улучшенная модификация вестибулярного аппарата. Функционирует в пассивном режиме.

Дерьмово, но не критично. В конце концов, я в Лимбе вообще без всего этого сначала воевал, и не сказать, чтоб совсем плохо получалось. А ведь вооружение у меня тогда, мягко говоря, оставляло желать лучшего. Правда, и противники тоже попроще были… Ладно, что у нас дальше?

Приложения.

Таргет-трекер. Статус: функционирует. Работоспособность: 40 %.

AIM-ассистент. Статус: функционирует. Работоспособность: 35 %.

Тактический ассистент. Статус: функционирует. Работоспособность: 10 %.

Тактический анализатор. Статус: функционирует. Работоспособность: 15 %.

«Кошачий глаз». Статус: функционирует. Работоспособность: 25 %.

Внимание! Нехватка ресурсов! Возможны сбои в работе приложений и задержка обработки входящей информации. Закройте лишние приложения, чтобы освободить системные ресурсы.

Так. Получается, все ресурсы брошены на сдерживание биокомпьютера, и оставшихся для нормальной работы активных имплантов и приложений не хватает. Значит, будем оптимизировать.

Я с трудом сосредоточился, отгоняя отвратительное чувство безысходности. Чувствовал я себя и правда лучше, но все же не настолько, чтобы сильно этому радоваться. Фу, скорее бы отсюда выбраться!

Так. «Кошачий глаз» мне, пожалуй, не нужен, смогу обойтись, учитывая, что в кои-то веки засаду буду организовывать, а не попадать в нее. Значит, антиснайперское приложение вырубаем. Дальше. Тактический анализатор и ассистент штуковины полезные, конечно, но, наверное, без них я тоже справлюсь, особенно учитывая, что жрут они больше других. Выключаем. Весь системный хлам, вроде «Инкогнито», «Анализатора», который показывает информацию о других игроках, магазина, рейтинга и прочего — туда же. Анимации и украшательства интерфейса — вслед за ними, переходим в режим максимального быстродействия. Комлинк… Комлинк!

— Скайлер, — заговорил я, чуть замедлившись, чтобы отдышаться. — Сбрось мне приглашение в группу. Нам придется разделиться и лучше, если мы будем использовать тактическую сеть и общаться через комлинк.

— Не получится, — последовал удививший меня ответ. — Долго объяснять. Не сейчас. Направо, за мной! — девушка свернула в улочку, ведущую к подножию холма. Я выругался, и припустил следом. Вот что с ней не так? Сколько меня еще сюрпризов ожидает? Черт. Ладно, продолжаем настройку.

Выделив взглядом все ненужные сейчас приложения, я завершил их работу. Иконки таргет-трекера и AIM-ассистента тут же сменили цвет с тревожного оранжевого на спокойный зеленый, а в статусе обозначилась стопроцентная работоспособность. Хорошо. Так, у нас тут еще две панели, смотрим.

Внешние устройства (боевой костюм класса «Скаут»).

Индивидуальный силовой щит типа «Оберег». Недоступно. Требуется установка драйвера.

Модератор звука. Интегрированный в индивидуальную броню поглотитель звука. Позволяет снижать шум движений, снижая риск демаскировки. Недоступно. Требуется установка драйвера.

Активная маскировка. Недоступно. Требуется установка драйвера.

Голографическая проекция. Недоступно. Требуется установка драйвера.

Хм. Интересный костюм, жаль воспользоваться ничем нельзя. Выберусь из всего этого говна — озабочусь поиском костюма для своего класса. Как понимаю, для класса «Мародер» там много интересного. Так, а это что?

Четвертая панель выглядела так, будто делали ее на коленке. Странные иконки, ломаный шрифт и абсолютно неадекватный, бессмысленный текст, в котором нормальным был только заголовок вкладки.

Неизвестное устройство (симбиотический биокомпьютер, адаптированный интерфейс).

Мимикрия. Скрытый ползти безопасный кривляй-пришелец. Худей сильный кушать много. Бодрый график.

Биодетектор. Смотри-узнавай скрытый организм. Теплая кровь разрешено. Худей средне кушать. Бодрый график.

Фокус-концентрат. Очень медленный все, очень быстрый ты. Худей сильный кушать много. Бодрый график.

Воскрешение сильный ветер. Быстрый вставатель лечи-не болей. Худей сильный кушать очень много. Вялый график.

Эм-м-м… У меня что, уже крыша поехала?

«Элис», — мысленно позвал я. «Что за бред тут, нахрен, написан? Что это такое вообще?».

Нейросеть отозвалась тотчас же.

«Прошу прощения. Кажется, модуль адаптации текста оказался пиратским. Сейчас исправлю. Секундочку… Готово!».

Я обновил вкладку и облегченно выдохнул: текст в интерфейсе стал, как минимум, понятным.

Неизвестное устройство (симбиотический биокомпьютер, адаптированный интерфейс).

Мимикрия. Активная маскировка. Заставляет организм вырабатывать гормон, использующийся ксеноорганизмами в качестве маркера «свой-чужой». Высокий расход биоресурсов. Активная способность.

Детектор биологических форм. Включает ксенозрение, позволяющее видеть замаскированные теплокровные организмы. Средний расход биоресурсов. Активная способность.

Концентрация фокуса. При переключении восприятия на биокомпьютер, позволяет увеличить скорость восприятия, реакции и передвижения. Высокий расход биоресурсов. Активная способность.

Ураганная регенерация. Ускоренная регенерация организма, при активации все ресурсы направляются на восстановление. Внимание! Очень высокий расход биоресурсов! Пассивная способность.

Интересное кино. Теперь многое становится понятнее. И как я так быстро восстановился, и как увидел затаившегося скаута, и как смог так точно выстрелить в него из арбалета, прежде чем он поджарил меня. Ураганная регенерация, биодетектор и концентрация фокуса. А еще понятно, почему мне постоянно так сильно жрать хочется. «Расход биоресурсов», чтоб ему пусто было. И схуднул я по той же причине. Это же до какой скорости все процессы в организме разгоняются? М-да. Ладно.

Я перенес иконки таргет-трекера и AIM-ассистента в меню быстрого доступа, подумал и добавил туда концентрацию фокуса и биодетектор. Так, на всякий случай. Пользоваться всем этим пока желания особого нет, но, если прижмет — придется прибегнуть. Фуф, как плющит-то! Аж подташнивает!

— Так, все, я больше не могу, — я притормозил. — Если продолжим двигаться в таком темпе, меня и убивать не придется. Сам сдохну. Давай сбавим.

— Мы практически на месте, — ответила Скайлер. — Кажется, неплохо оторвались. Можно и замедлиться. Смотри, я думаю, лучше встретить их здесь.

Улочка сделала поворот, и плавно перешла в идущую вдоль побережья дорогу. Поросший перекрученными деревьями склон холма справа вдруг стал ближе и круче, обрывистые края котлована слева придвинулись к дороге практически вплотную. На заросшей черно-коричневой травой дороге виднелись остовы техники, причем — не только гражданской. Среди автобусов и легковушек я заметил несколько легких танков со спаренными пушками и боевые машины аэромобильной пехоты — мирняк эвакуировали. И, судя по всему, не успели.

В полукилометре от нас затор упирался в разрушенный блокпост. Слева от блокпоста в котлован врезался длинный язык суши, на котором расположилась лодочная станция, справа, чуть дальше — полуразрушенная водородная заправка с небольшим магазинчиком.

Перед заправкой к котловану спускался водосброс с бетонными стенками, оканчивающийся бетонной же трубой, ныряющей под дорогу. В общем, с тактической точки зрения, лучшего места для засады и придумать нельзя. Отлично.

— Идеально, — я улыбнулся. — Так и сделаем.

— У тебя есть план? — девушка со скепсисом посмотрела на меня.

— Есть. Сейчас нам нужно добраться до заправки. И, желательно, побыстрее. Нужно выиграть еще немного времени.

— Сил-то хватит? — то ли сочувственно, то ли насмешливо поинтересовалась девушка.

— А что, у меня есть варианты? — горько усмехнулся я. — Закончатся эти — найдем новые. Все, погнали.

Я бросил взгляд назад, туда, откуда должна была прийти погоня, тряхнул головой, и, забросив в рот брикет пищевого концентрата, направился к блокпосту.

Глава 9

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Рекреационная зона, окрестности пансионата «Лазурный берег».

То, что идти в мозгокрутку за Алтаем было не самой лучшей идеей, Рэйзер понял спустя первые двадцать минут броска по мертвой зоне. Раньше он бывал в таких местах, но, кажется, там концентрация пытающегося забраться в мозг дерьма была значительно ниже. Здесь же долбило в башку так, что хотелось выть, но Рэйзер, стискивая зубы, упорно шел вперед. Нужно успеть догнать Алтая. Неизвестно, сколько придется искать беглеца, если ему удастся сейчас уйти. Дистанция медленно, но уверенно сокращалась, даже несмотря на то, что его бойцов плющило с каждым шагом все сильнее. Сильвер еще молодцом держался, а вот Гост и Змей…

Рэйзер всерьёз подозревал, что во многом сопротивляемость пси-воздействию зависит от настроя. Сам он мозгокрутки не особо боялся, ну дрянь, типа дементора, ну давит, да, но в целом — был в себе уверен. Один раз вышел, и во второй выйдет. А с парнями другая история. Хотя Гост пытается бодриться, очень ему барышня та покоя не дает. Змей же совсем расклеился, и сейчас бывший капрал взял на себя его обязанности разведчика: с таким следопытом они никогда не догонят беглецов. Всматриваясь в тепловой след, Рэйзер сделал мысленную зарубку: парень слишком восприимчив к ментальному воздействию. Стоит запомнить это на будущее.

Тем не менее, он упрямо гнал группу дальше. Нельзя зарубить контракт! След становился все горячее, а когда группа вышла на уставленную разбитыми машинами и военной техникой набережную, кажется, его стало реально различить даже без имплантов. Рэйзер все отчетливее ощущал нарастающий азарт охотника. Цель близка. Еще рывок, и…

— Командир, — простонал Змей. — Все. Больше не могу. Я назад.

Рэйзер сжал зубы, чтобы сдержать рвущееся наружу ругательство. Ну какого хера, спрашивается? Ведь осталось совсем немного!

— Я тоже пас, — тяжело выдохнул Гост. Несмотря на климатическую систему, лицо бойца под прозрачным забралом блестело бисеринками пота. — На мозгокрут я не подписывался. Эти гребаные голоса меня с ума сведут!

— Какие еще голоса?

— Ты не слышишь? — искренне удивился боец. — Ну, блин…

Рэйзер встретился взглядом с Сильвером, тот обеспокоенно покачал головой. Голоса, твою мать! Этого еще не хватало!

Нужно было принимать какое-то решение. Рейзер бросил бессильный взгляд на становящийся все горячее след, снова перевел его на своих бойцов… Черт. Кажется, действительно надо возвращаться.

— Сильвер, ты как? — он пристально посмотрел на единственного остающегося в адеквате члена отряда.

— Хреново, но терпимо, — честно признался тот. — Еще продержусь, но сколько — не знаю.

— Угу, — Рэйзер кивнул и нахмурился. Морщина, разрезавшая высокий лоб, живописно иллюстрировала лихорадочную работу мысли.

— Так. Гост, вы со Змеем идете назад. Мы с Сильвером продолжаем преследование. Выходите из мозгокрутки, отходите на безопасное расстояние и ждете нас.

Сильвер покачал головой.

— Они не выйдут сами. Сопротивляемость низкая. Стоит оставить их без присмотра — и все. Больше мы их живыми не увидим.

— Слышь, ты, не каркай! — зло прохрипел Змей. — «Сопротивляемость низкая». В клане без году неделя, а умничаешь, как ветеран, — разведчика явно выводила из равновесия непривычная беспомощность, и он готов был сорваться на более стойком соклановце, который и правда примкнул к «Теням» позже остальных.

— Отставить, Змей, — скомандовал Рэйзер. Его буквально разрывало противоречиями. С одной стороны — нужно разворачиваться, парни и правда не выдержат. С другой — ну вот же они, беглецы, рукой подать! Вздохнув, командир отряда упрямо мотнул головой, принимая решение. — Значит так, бойцы. Если нас так таращит, нашим клиентам явно не легче. След такой горячий, что обжечься можно. Вы остаетесь здесь, прикрываете тыл. Мы с Сильвером пройдем вперед. Недалеко, до заправки и назад. Если ничего не увидим — вернемся. Почувствуете, что плющит сильнее — обкалывайтесь стимуляторами и понемногу двигайте на выход. Мы догоним. Постоянно будьте на связи. Старайтесь разговаривать между собой. Не дайте этому дерьму засрать вам мозги. Пушки без особой нужды не лапайте. Все, мы погнали. Держитесь!

Рэйзер призывно махнул рукой, указывая Сильверу идти за ним, и, пригибаясь и укрываясь за техникой, побежал вперед.

* * *

К моему глубокому удивлению, Скайлер одобрила план, и даже легко согласилась взять оружие. Она вполне сноровисто подогнала ремень «Пульсара» под себя, привела оружие в готовность и выжидающе посмотрела на меня.

— Я думал, ты не пользуешься таким оружием принципиально, — не удержался я.

— Обычно у меня нет надобности им пользоваться, — ответила девушка. — Я стараюсь избегать ситуаций, в которых оно могло бы мне понадобиться. Но, кажется, пока ты рядом, от этого не отвертеться. Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя дар влезать в неприятности?

— И это ты со мной всего несколько часов провела, — хмыкнул я. — По крайней мере, в бодрствующем состоянии, — я взглянул на нее серьезнее. — Ты уверена, что справишься?

— Я — да. А ты? — вернула мне взгляд Скайлер.

Я лишь пожал плечами.

— Ладно. Я пошла. Давай, осторожнее здесь, — проговорила девушка.

— Удачи, — буркнул я. Скайлер кивнула, и, поправив закрепленную на спине глефу, исчезла в подступающем к дороге кустарнике. Ни одна веточка не шелохнулась. Вздохнув, я перехватил «Спектр», и рванул на намеченную позицию.

Изначально я собирался взять самую сложную и опасную часть работы на себя, но Скайлер привела весьма убедительные аргументы, оспорить которые я не смог. По моей задумке, один из нас должен был пробраться по заросшему склону, выйти во фланг преследователям, и, дождавшись, пока второй отвлечет на себя внимание, открыть огонь с неожиданного направления. Изначально эта роль отводилась именно мне… Вот только я бы точно не смог отличить обычный куст от гребаного живоглота, которым обильно заросли эти склоны, да и контролировал себя значительно хуже, чем Скайлер. А еще она была прирожденным диверсантом. Не знаю уж, кто ее натаскивал, но двигалась она так, как у меня никогда не получится, даже если я буду стараться изо всех сил. Прошло всего несколько секунд, а я уже не мог бы сказать, где она сейчас находится. Девушка буквально растворилась среди буйной растительности, затянувшей склон, беззвучно и ловко, не потревожив ни единой веточки. Просто фантастика. Ну и накидка ее работала, как надо. Так что, как бы разум ни противился, поручить самую сложную часть Скайлер было верным решением.

Выглянув из-за замершего у обочины мобиля, я убедился, что преследователей пока не видно, и метнулся через дорогу. Пробежав пару десятков метров, укрылся за чудом уцелевшим металлическим забором и снова огляделся. Чисто. Хорошо. Еще рывок — и я, осторожно переступая через битое стекло, вошел в офис лодочной станции.

Несмотря на уверения Скайлер в том, что внутри мозгокрутки можно ничего не опасаться, я держался настороже. Мало ли. Не может такого быть, чтоб такая огромная площадь была полностью безопасной. Лучше ведь перебдеть, как известно.

Я быстро осмотрел помещения на первом этаже. Вроде бы все чисто. В просторном холле — стойка ресепшна, несколько сломанных стульев, перевернутое кресло, опрокинутый торговый автомат. В примыкающих комнатках — офисная мебель и слепые панели мониторов. На второй этаж с обеих сторон ведет по лестнице.

На втором этаже примерно та же картина. Пара компьютерных столов, распахнутый сейф, на полу валяется нелепая статуэтка, изображающая вставшего на дыбы коня … Ладно. Пусто — и хорошо.

Подобравшись к интересующему меня окну, выходящему на противоположную фасаду сторону, я аккуратно высунулся. Прекрасно. Примерно так я эту позицию и представлял. Отсюда отлично просматривалась дорога, а главное — достаточно длинный участок, свободный от машин и потому прекрасно простреливающийся.

Расстояние от меня до предполагаемых целей — метров двести-двести пятьдесят. Не могу сказать, что это моя любимая дистанция, да что уж поделаешь. Приходится работать с тем, что имеется. Будем надеяться, что AIM-ассистент, скорострельность и солидный боезапас компенсируют недостаточную меткость. Хоть моя задача и отвлечь внимание, однако для Скайлер преследователей может оказаться слишком много, так что я намеревался как можно сильнее сократить их численность до того, как девушка вступит в бой.

Присев у окна, я поправил ремни рюкзака, сделал глоток воды и закинулся несколькими кубиками концентрата. Если мне придется использовать возможности биокомпьютера, стоит подготовиться к грядущему «высокому расходу биоресурсов». Не хотелось бы, конечно, но мало ли, как повернется ситуация.

Откинув клапан подсумка с выстрелами к подствольному гранатомету, я отыскал среди пяти цилиндров один с синим ободком, извлек его из гнезда и зарядил в подствольник. Вероятно, эффективнее было бы сразу открыть огонь из «основного калибра», постаравшись выбить как можно больше преследователей в первые секунды боя, но это слишком рискованно. Во-первых, они в броне, во-вторых — с силовыми щитами. Гарантии, что мои боеприпасы смогут преодолеть двойную защиту, не было, а потому придется использовать другой способ. Обкатанный и проверенный в бою: выбить активные импланты преследователей электромагнитным импульсом, и только потом открывать огонь. Да, эффект неожиданности будет не тот, зато больше шансов на то, что мне удастся кого-нибудь из них достать.

Закончив с приготовлениями, я сел на пол под подоконником и несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Хотя я и храбрился перед Скайлер, самочувствие было откровенно хреновым. Навязчивых идей пока больше не появлялось, но тревога и глубочайшая черная депрессия никуда не делись. Нехитрая дыхательная гимнастика прочистила мозг и помогла настроиться на нужный лад. Ну, что же. Кажется, я готов. По крайней мере настолько, насколько могу быть готовым в этой ситуации.

— Фиксирую движение, — послышался вдруг голос Элис. — Двое, идут по дороге, — видимо, мои манипуляции с приложениями позволили освободить достаточно ресурсов, чтоб нейросеть «ожила», пусть и в пассивном режиме. Я коротко выдохнул, переключил прицел в режим стрельбы из гранатомета, и привстал на колено, аккуратно выглядывая из окна.

По дороге действительно шли двое. Быстро, короткими перебежками от укрытия к укрытию, грамотно прикрывая друг друга. Дерьмо, почему двое? Где остальные? Я почувствовал, как засосало под ложечкой. Что-то не так… Куда делась остальная часть отряда? Не может быть, чтобы за нами шли только двое. Или это не за нами? Ага, ну конечно! Просто так кто-то решил по мозгокрутке прогуляться, в поисках острых ощущений! Черт, давит как, аж глаза слезятся… И со Скайлер связи нет! Проклятье… Ладно. Нужно действовать, пока они не подошли слишком близко. Вот какого хрена все всегда идет не по плану?

Вжав приклад в плечо, я прицелился и нажал на спуск гранатомета. Раздался негромкий хлопок, и электромагнитная граната устремилась к цели. Не дожидаясь срабатывания заряда, я вернул прицел в штатный режим, поймал в прицельную марку ближайшую фигуру в броне и утопил спуск.

* * *

Рэйзер так и не понял, на что он отреагировал раньше: на тревожное оповещение системы безопасности или на характерный хлопок, прозвучавший где-то впереди. Отточенные рефлексы сработали раньше мозга: тот еще пытался понять, что происходит, а тело уже катилось по растрескавшемуся асфальту в направлении ближайшего укрытия. Вовремя: и без того изуродованное дорожное покрытие на том месте, где он стоял еще секунду назад, вспорола очередь из автоматического оружия. Потом раздался щелчок, и панель интерфейса дополненной реальности, перемигивающаяся перед глазами тревожными иконками, вдруг погасла.

Рэйзер прошипел что-то нечленораздельное, и перекатился левее, пытаясь укрыться за ткнувшимся в отбойник легковым мобилем. Сука, твою мать! Мало того, что в засаду влетели, так эти ублюдки еще и умудрились вырубить импланты! Ну какого хера, а?

Новая очередь ударила по машине, легко вскрывая тонкий металл, и Рэйзер выругался еще раз: у нападающих, мать их, с имплантами точно все в порядке! Рванув липучку подсумка, он выдернул из него электромагнитную гранату, и, с хрустом вдавив кнопку, наугад швырнул ее вперед из положения лежа. Пофиг, куда, главное — в направлении стрелка и подальше! Чтоб достало выродка! Не накроет, так вспугнет!

Не вспугнуло.

Видимо, граната упала слишком далеко: огонь не прекратился. Даже, кажется, наоборот стал прицельнее. Срикошетившая от какой-то железяки пуля ударила ему в грудную пластину брони, и Рэйзер прошипел сквозь зубы что-то нечленораздельное.

— Сильвер! — заорал он. — Статус!

— Триста! — послышался ответ откуда-то из-за броневика, за которым засел боец. — Ногу зацепил, тварь!

— Твою мать, — буркнул себе под нос Рэйзер. И добавил, уже громче:

— Ты его видишь?

— Засел на лодочной станции. Второй этаж. Метров двести. Бьет из глубины здания, мне отсюда не достать!

— Дерьмо! Зацепил сильно?

— Двигаться могу.

— Я сейчас попытаюсь прижать его, а ты давай назад! Отойдешь — меня прикроешь!

— Назад? — в голосе Сильвера звучало неприкрытое удивление.

— Нет, блядь, в атаку сейчас пойдем! — не удержался Рэйзер. — Назад, ясен хер! Встряли мы, нах, по самые помидоры! Валить надо, что не ясно?

— Принял! — отозвался слегка оторопевший от такого напора боец.

— Считаю до трех, на три — работаю! Раз!

Схватив следующую гранату, на этот раз — светошумовую, Рэйзер широко размахнулся и отправил ее в полет, скорректировав направление. — Два! — сгруппировавшись, он подтянул к себе оружие, приготовился, и, дождавшись, пока граната сработает, чертиком из коробочки выпал из-за машины, вжимая спуск.

— Три!!!

Он примерно запомнил расположение окон на втором этаже и долго целиться не пришлось. Стрелковый комплекс загрохотал, исторгая из себя длинную очередь. Пули вынесли остатки стекла, подняли облако пыли, сшибая куски штукатурки с потолка внутри здания, прошлись по раме, вырывая ее с корнями…

Огненный светляк трассера показал, что боеприпасы на исходе. Рэйзер снова качнулся назад и сноровисто сменил магазин.

— Сильвер! — гаркнул он. — Сильвер!

Тишина.

— Твою мать… Сильвер!

В отдалении послышался стон, и Рэйзер зарычал от бешенства. Черт, черт, черт!!!

Он попытался привстать, чтобы оглядеться, и тут же о металл ненадежного укрытия застучали пули. Одна из них пробила крышу мобиля, и по касательной чиркнула о броню на плече.

— Отличник, мать его, боевой подготовки… — прошипел сквозь зубы Рэйзер. — Чтоб тебе пусто было, снайпер херов! Эх, блин, гранатомет бы сейчас…

Однако гранатомета не было. Как не было и дымовых гранат, с помощью которых можно было бы попытаться поставить завесу. Сам настоял, чтоб налегке идти, когда с Сэтом связь прервалась. Говно! Как же теперь отсюда выбираться-то, а? Если б хотя бы импланты работали…

Стрельба стихла, но Рэйзер не сомневался, что стрелок остался на месте. И стоит только высунуться… Черт, ну вот как можно было так недооценить гребаного сержанта?

Он прикинул расстояние до броневика: в принципе, недалеко. Один рывок… Если б Сильвер прикрыл его, получилось бы. А так…

— Командир! — послышался полный сдерживаемой боли голос. — Цел?

— Сильвер! — блин, даже полегчало! Жив! — Цел! Ты как?

— Херово. Этот урод мне три пули в спину вбил. Автодок меня накачал, какое-то время попыхчу еще. Но недолго. Так что давай, готовься! Я его сейчас на себя отвлеку, а ты ко мне, — под конец голос бойца сорвался.

Рэйзер со злости влепил бронированным кулаком в землю. Отличный рейд! Прекрасный контракт! Великолепная встреча с прошлым! Нет, ну надо ж было так лохануться, а? Расслабился, круче всех себя считать начал. А результат? Дерьмо… Повезло еще, что сержант один, а девка без оружия… Был бы с ним кто другой — уже б обошли и расстреляли, как в тире. Нет, определенно эта хрень что-то с мозгами сделала… Какого хрена он вообще дальше поперся, еще и Сильвера с собой потащил?

Чувство вины и подступающая паника накрыли его с такой силой, что Рэйзер чуть не взвыл. Гребаная мозгокрутка, что ж ты творишь, сука такая?

— Готов, — слабый голос Сильвера выдернул его из пучины, в которую все глубже погружалось сознание бывшего капрала. — На «три» работаю! Раз!

Рэйзер мотнул головой, и собрался. Так, не киснуть, не киснуть!

— Два!

Он слегка привстал и уперся ногой в землю.

— Три!

Загрохотал легкий пулемет Сильвера, и Рэйзер с низкого старта, выбрасывая из-под подошв кусочки раскрошившегося асфальта, рванул вперед. Над ухом свистнуло, кусты справа срезало невидимым лезвием, и бывший капрал рванулся влево, буквально физически ощущая, как злой свинец пролетает в считанных сантиметрах от его тела. Головокружительный прыжок, скользнуть по капоту стоящего поперек дороги мобиля, кувырок…

Тяжело дыша он замер рядом с распластавшимся за корпусом боевой машины Сильвером, пытающимся сменить магазин. Присмотревшись, выругался: по спине бойца расплывалось темное пятно, кровь капала из нескольких дыр в броне, и, судя по интенсивности кровотечения, сделать что-либо без регенерационной капсулы было невозможно. Рэйзер заскрежетал зубами от ярости.

— Я все, командир, — просипел Сильвер. — Уходи, я прикрою.

Рэйзер лишь мрачно кивнул. Он слишком хорошо понимал, что всей этой мелодраме в стиле «своих не бросаем» и «держись, браток, я тебя вытащу» здесь было не место. Тяжело вздохнув, он на миг положил руку на плечо Сильверу и кивнул.

— Спасибо. Не забуду.

— Ха, да мне уже пофиг, забудешь, или нет. А вот то, что эта мразь живой остается — обидно. Достань потом этого ублюдка, будь другом. А то я к тебе буду по ночам приходить и над ухом цепями громыхать.

— Как ты ими громыхать-то будешь? Призраки — это эктоплазма же, — механически усмехнулся бывший капрал.

— Другие как-то громыхают, и я что-нибудь придумаю, — сквозь боль улыбнулся Сильвер. — Давай, на счет «три». Удачи.

— Спасибо, — еще раз проговорил Рэйзер, поправляя ремень стрелкового комплекса.

— Давай, командир. Пока я еще в состоянии. Раз!

* * *

Скайлер бесшумно скользила по заросшему склону, лавируя между стволов деревьев и кустов живоглота, стараясь не задевать ветви — единственное, что может ее выдать. От дороги девушку отделяла целая стена почерневшего, мутировавшего, но все же живого кустарника, так что вряд ли кто-то заметит прозрачное пятно, перетекающее от укрытия к укрытию. Активированное маскировочное поле успешно поглощало любые типы волн детекторов, скрывало тепловое излучение ее собственного тела и даже глушило звуки, превратив Скайлер в настоящий призрак, едва заметное искажение пространства.

В то же время, она сама пристально всматривалась в дорогу. Преследователи пойдут именно по ней, в этом девушка была уверена: ни один человек в здравом уме не попрется в эти заросли, особенно, если он хотя бы раз до этого успел побывать в Инферно. Слишком много сюрпризов может здесь скрываться. От мины с газом, превращающим человека в туманника, до плотоядных кустов, жаждущих свежей крови. А те, кто шли по их следу, в Инферно явно уже бывали. Так что Алтай все рассчитал правильно. Главное — пропустить врагов вперед, дать им втянуться в бой с засевшим в здании лодочной станции десантником, и, вынырнув из кустов, покончить с этим.

Алтай… В первый момент, только увидев, кого именно выволокла из развалин, девушка не поверила собственным глазам. На то, чтобы узнать в изувеченном, умирающем бойце человека, спасшего ее на Калибане во время восстания, ушло не больше пары секунд. Хотя времени с тех пор прошло достаточно, Скайлер запомнила его до малейших подробностей. В конце концов, если бы не он… Страшно подумать, что сделали бы с ней те трое, перед тем, как убить. И она их, наверное, понимала. Она сражалась наравне с другими бойцами сопротивления, и от ее руки пал не один солдат Федеральных войск. До сих пор при этих воспоминаниях мурашки по телу пробегают. Дьявол, какой же она была легковерной идиоткой! Это надо же, дать настолько задурить себе голову…

Скайлер не врала, говоря Алтаю о том, что жалеет о содеянном. И дело даже не в кошмарах Одинокого пика — тюрьмы для заключенных особого режима, расположенной на крайне негостеприимной Фурии. В часы покоя, сменяющие каторжный труд, перед тем как забыться тревожным, полным кошмаром снов, она снова и снова анализировала все, произошедшее за последние месяцы и приведшее ее в тюрьму, и неизменно приходила к одному и тому же выводу: все, что произошло на Калибане, было тщательно подготовлено и спланировано задолго до того, как произошло.

Слишком быстро чума восстания распространилась по планете, слишком организованно поднялись обычно инертные, усталые работяги, большую часть свободного времени проводящие в кабаках или на диванах перед инфовизорами. Слишком много появилось оружия, в том числе — армейского. На заштатном Калибане его просто не могло быть, тем более в таком количестве. Ну и странные, прежде незнакомые люди с военной выправкой, умело командовавшие нападением на космопорт — откуда они взялись? Не они ли стояли за всеми этими протестами, охватившими вдруг промышленную планету, не их ли товарищи и коллеги подбрасывали дров в костер, превращая акции и забастовки в вооруженное восстание? Ответов у Скайлер не было, но все логические построения неизменно приводили к одному выводу: восстание умело управлялось извне. Оно попросту не могло быть стихийным. Кто все это затеял? Неизвестно. Но, если звезды зажигаются, значит это кому-то нужно.

Осознав это, Скайлер почувствовала себя еще более мерзко. Как будто ее использовали, надругались и выбросили в грязь за ненадобностью. То, что она была причастна к чему-то чудовищному, чему-то отвратительному, приведшему к гибели огромного количества людей, терзало и мучило девушку, и она дала себе слово, что постарается хоть как-то искупить свою вину. Встретив уже здесь, на Рапсодии, того, кто спас ее от мучительной и позорной смерти, того, кому она плюнула в лицо, вместо того, чтобы сказать «спасибо», Скайлер решила, что это знак, и твердо вознамерилась отплатить за добро. Чего бы ей это ни стоило. Даже несмотря на то, что та наивная девчонка, которой она была прежде, давно умерла, то ли в казематах Фурии, то ли в концентрических кругах зон Полигона… Или наоборот — благодаря этому. Потому что никто не может сказать, что нынешняя Скайлер не платит по счетам.

Тряхнув головой, девушка отогнала неуместные мысли, и остановилась. Она прошла уже достаточно далеко, где же преследователи? Странно. Немного спустившись по склону, она нашла разрыв в растительности и аккуратно выглянула, тут же вернувшись назад.

По дороге, прикрывая друг друга, двигались два бойца в серьезной броне. Два! Черт побери, но их же было больше! Шарбар показывал ей образ минимум четверых!

Скайлер нахмурилась. Нужно проверить. Если еще двое отстали или вдруг решились на обходной маневр, они могут появиться в неподходящий момент и все испортить. Не годится.

Девушка бросила взгляд назад, прикинула, сколько ей примерно понадобится времени, чтобы пройти до первых домов поселка и вернуться, и, кивнув сама себе, снова устремилась по склону.

* * *

Гост тяжело привалился к стене, вытер пот со лба, и, сняв шлем, положил его рядом с собой. Гребаная мозгокрутка его попросту высушила. Это проклятое место изматывало психологически так, что боец чувствовал себя абсолютно разбитым, как будто после марш-броска и тяжелого боя. Судя по внешнему виду Змея, упавшего ничком сразу за порогом крайнего коттеджа, который они облюбовали в качестве временного укрытия, разведчику тоже было не лучше. Хоть бы Рэйзер с Сильвером быстрее вернулись, что ли… Сейчас Гост очень сомневался, что они со Змеем смогут выбраться отсюда без посторонней помощи.

Отстегнув флягу, он напился и полил водой на лицо. Стало немного лучше… Но именно немного. Чертово место! Если ему удастся выйти, никогда, никогда больше он и близко не подойдет к этому дерьму!

Вернув флягу на место, он протер лицо и выдохнул.

— Змей! Эй, ползучий! Ты как?

В ответ — нечленораздельный стон.

— Понятно. Вставай, брат. Идти надо. Нельзя нам тут сидеть.

Разведчик зашевелился, выругался, и с трудом сел.

— Рэйзер сказал ждать. Не уходить без него. Вернется — пойдем, — простонал он.

— Да а толку сидеть? Чем раньше пойдем, тем быстрее выйдем. Догонят. Не заблудимся. По прямой почти шли.

Змей вздохнул, кивнул и замер, явно работая с интерфейсом.

— Сейчас. Пусть автодок хоть тоник какой впрыснет. Я себя так чувствую, будто из меня силы все высосали.

— Аналогично.

И в этот момент в том направлении, куда ушли Рэйзер и Сильвер, послышалась стрельба.

— Дерьмо! — Гост сам не заметил, как вскочил на ноги. — Рэйзер! Что там у вас? Командир! Сильвер! На связь, мать вашу!

В ответ — тишина. Зато со стороны лодочной станции доносились длинные очереди.

— Проклятье! Змей, подъем! Попали наши, надо выручать! — с этими словами Гост, забыв шлем, выскочил из коттеджа. Топот за спиной подсказал, что Змей следует за ним.

Адреналиновый залп вымел усталость, слабость и апатию, прочистив мозг лучше боевого стимулятора. Стиснув цевье, Гост мчался вперед. Впереди продолжали стрелять, Рэйзер не отвечал, Сильвер тоже. Госта охватило предчувствие близкой беды. Наверное, именно оно и позволило ему заметить впереди нечто странное. Только благодаря шестому чувству, увидев впереди яркую вспышку, он прыгнул в сторону, одновременно выпуская длинную очередь по странному искажению воздуха, возникшему в десятке метров перед ним.

Женский вскрик, треск энергетического разряда и вопль Змея слились в один звук. Спину опалило жаром, а потом в него что-то полетело, искря и кувыркаясь в воздухе.

Твою мать!

Едва идентифицировав предмет, Гост снова прыгнул, приземляясь на руки и кувырком уходя в сторону. Летящим предметом был плазменный излучатель с поврежденной энергоячейкой. Видимо, своим инстинктивным выстрелом он попал прямо в оружие, да так удачно, что оно сейчас рванет нахрен!

Взрывная волна швырнула его в сторону, перевернув и протащив по камням, свистнувший осколок чиркнул по лбу, и Гост тут же почувствовал, как лицо заливает горячей кровью. Проклятье! Вскочив, он с трудом удержал равновесие — земля под ногами раскачивалась, норовя снова уронить бойца. Оружие куда-то делось, Гост выругался, и, стиснув зубы, рывком повернулся в ту сторону, откуда прилетел поврежденный плазмоган.

У перевернутого набок броневика стояла давешняя девица с роскошной задницей, которую он еще совсем недавно так жадно рассматривал на картинке с дрона, и трясла отбитой рукой. Боец бросил быстрый взгляд назад, и скрипнул зубами от злости: у стены коттеджа подергивался в агонии Змей, получивший предназначавшуюся Госту череду энергоразрядов.

— Ах ты сука… — прошипел Гост, и сделал шаг вперед. Оставшаяся безоружной девица так и стояла у броневика, внимательно и, кажется, чуть насмешливо глядя на него.

— Сейчас ты у меня, тварь, спляшешь, — Гост завел руку за спину и потянул из ножен тесак. Большой, с широким лезвием, больше похожий на мачете в миниатюре, чем на привычный боевой нож. Обхватив рукоять, Гост пару раз крутнул тесаком, разминая кисть. На девицу его манипуляции не произвели никакого впечатления. Сделав шаг в сторону, она повторила жест Госта, и в ее руках оказалась короткая двухклинковая глефа. Гост прищурился. Что там Сильвер говорил о сраных изгоях? Холодняком хорошо владеют? Ну, это мы сейчас проверим.

Девица что-то нажала на своем оружии, и древко раздвинулось, став в два с половиной раза длиннее, а на клинках заплясало голубоватое сияние. Это еще что за дерьмо? Ладно, насрать. Сейчас он покажет этой сучке, кто…

Додумать мысль Гост не успел. Неуловимым движением девица перетекла вперед, разрывая дистанцию, крутнулась вокруг своей оси и взмахнула глефой. Гост прыгнул назад, вскрикнул и замер, с недоумением глядя на свою правую руку, укороченную чуть ли не на треть. Прижженная плоть на месте среза шипела и пузырилась, словно мясо, забытое на сковородке.

— Больно? — Гост поднял глаза и отшатнулся, наткнувшись на полный искреннего сочувствия взгляд проклятой суки, замершей в двух метрах впереди. — Понимаю… — девица усмехнулась, и исчезла, чтобы через миг появиться сбоку от него. Боль, ожегшая грудь и живот, пришла на пару секунд позже, и боец, опустив голову, с удивлением уставился на непонятную скользкую массу, вываливающуюся из-под костюма. На то, чтобы осознать, что это его собственные внутренности, у Госта ушло не меньше пары секунд, а когда осознание все же пришло, его затопило непереносимой болью. Захрипев, он упал на колени, и прижал обрубок к животу. Девица все так же стояла в двух шагах от него и, казалось, с интересом наблюдала за мучениями бойца.

— До… Бей… — едва смог выдавить из себя Гост. Она испытывающе посмотрела на него, серьезно кивнула, и снова взмахнула своим оружием. Гост еще успел увидеть приближающийся клинок, ощутил сильный удал в горло, а потом наступила благословенная тьма.

* * *

Рэйзер перемахнул через стоящий поперек дороги автомобиль, споткнулся и едва не пропахал носом землю. Позади все еще грохотал пулемет Сильвера, ответных выстрелов слышно не было: кажется, умирающему бойцу удалось-таки прижать гребаного стрелка, даря Рэйзеру драгоценные секунды форы. Он поморщился. Ничего, сержант. Мы еще увидимся. И тебе эта встреча точно не понравится, потому что счет к тебе увеличился.

О том, чтобы забрать Госта со Змеем и вернуться на выручку Сильверу, не могло быть и речи. Рэйзер сомневался даже в том, что у него получится вывести этих двоих, куда еще их с этим ублюдком тащить воевать. Тут бы выйти без дальнейших потерь.

Будто бы намекая, что без дальнейших потерь сегодня не получится, впереди, там, где они оставили Змея и Госта, грохнул взрыв. Рэйзер оглянулся, убедился, что вышел из зоны поражения стрелка на лодочной станции, и рванул вперед в полный рост.

Он выскочил из-за броневика ровно в тот момент, когда обезглавленное тело Госта завалилось набок, заливая траву ярко-алой артериальной кровью. Взревев, Рэйзер вскинул оружие, и влепил длинную очередь в изящный силуэт, замерший рядом с телом. Девчонка вскрикнула и упала, а капрал, вне себя от ярости прыгнул вперед, замахиваясь прикладом.

Справа послышался рык, и длинное, темное тело сбило его прямо в прыжке, отбрасывая на заваленный броневик. Шлем гулко ударился о днище машины, в глазах на миг потемнело. Плечо рвануло острой болью, в лицо ударило зловонное дыхание морфа. Кое-как сориентировавшись, Рэйзер выпустил стрелковый комплекс, выхватил из набедренной кобуры пистолет, вжал его в бок чудовищу, и утопил спуск. Полный боли рев заглушил звук выстрела, морф крутнул уродливой башкой, и Рэйзер почувствовал, что летит в противоположную сторону. Проломив спиной кустарник, он покатился по склону. В воздухе мелькнула огромная тень. Рэйзер вскинул пистолет, но выстрелить не успел: тварь приземлилась рядом, и с рыком впилась своими кошмарными челюстями в кисть, разрывая плоть и уродуя кости. Рэйзер не выдержал и закричал.

Вдруг хватка ослабла. Сквозь стучащий молотом пульс, он услышал стон, и полный боли голос позвал откуда-то сверху:

— Шарбар! Шарбар, ко мне!

Огромный морф повернул морду на звук и оскалился.

— Шарбар!

Одарив Рэйзера полным ненависти взглядом трех пар глаз, тварь что-то рыкнула и одним прыжком скрылась из виду. Все еще не веря в спасение, Рэйзер прижал к себе изуродованную руку, и не теряя времени, пополз вниз. Черт знает, что в башке у этого монстра, вернется — мало не покажется. Капрал чувствовал, что сейчас он точно не боец, потому лучше бы убраться подальше. Хотя бы попытаться.

Он полз, лежа на спине и отталкиваясь ногами. Рывок. Рывок. Еще. Каждое движение порождало небольшую осыпь земли, песка и мелких камешков и отдавалось болью в изувеченной кисти. Оттолкнувшись от земли в очередной раз, он вдруг не почувствовал под спиной опоры, попытался выгнуться и сместить центр тяжести, но сделать это не удалось. Туловище перевесило, и он полетел с обрывистого берега вниз, увлекая за собой груды земли. Удар, выбивший из легких воздух практически лишил его сознания. Лежа на дне котлована, наполовину погребенный под завалом, Рэйзер увидел на краю котлована вновь появившуюся мерзкую тварь, и едва сдержал стон. Неужели еще не конец? Но нет. Морф постоял на краю, глянул вниз, решил, что полумертвый человек больше не достоин его внимания, и, развернувшись, потрусил назад. Рэйзер облегченно вздохнул, и наконец позволил себе потерять сознание.

Какой же все-таки идиотский рейд получился!

Глава 10

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Рекреационная зона, окрестности пансионата «Лазурный берег».

То, что план пошел кувырком, я почувствовал еще в тот момент, когда увидел, что по дороге идут всего два бойца. Уже тогда стало понятно, что без сюрпризов не обойдется. Ну а когда спустя две минуты боя Скайлер все еще никак себя не проявила, стало понятно, что дело совсем дрянь.

Как я и думал, после применения электромагнитной гранаты эффект неожиданности оказался безвозвратно потерян. Бойцы не были дураками, и успели залечь. Правда, одного мне, кажется, удалось зацепить, но уверенным в этом на все сто процентов я не был.

Преследователи засели в укрытиях, а потом открыли ответный огонь, да такой, что в какой-то момент мне пришлось отступить вглубь здания и укрыться за массивным столом с сейфом. Пули выбивали остатки стекол, вырывали куски штукатурки, а под конец даже вывалили оконную раму. Поняв, что один из бойцов прикрывает отступление второго, я, рискуя, рванулся ко второму окну, и успел высадить длинную очередь вслед мелькнувшему между автомобилей силуэту. Удачно. На этот раз я был точно уверен — попал. Фигурка бойца с размаху ляпнулась на дорогу, так, как в нормальном состоянии люди не падают, и я перенес огонь на укрытие второго — и без того искореженный мобиль. Казалось бы, ни о чем укрытие, но парень залег так, чтобы его закрывал двигатель в передней части машины. Пробить его навылет, чтобы зацепить еще и прячущегося бойца, моему оружию не под силу.

Я бросил взгляд на счетчик патронов на ствольной коробке: тридцать пять. Нормально так я пострелял. Еще немного, и банку можно сбрасывать. Ну а пока…

Аккуратно высунувшись, я продолжил долбить экономными, короткими очередями по укрытиям преследователей, растягивая время и надеясь, что Скайлер справится с непредвиденными обстоятельствами, чем бы они ни были вызваны, и, наконец, перейдет к реализации нашего плана. Мысль о том, что с девушкой что-то случилось я старался гнать прочь: хотелось верить, что она слишком подготовлена для того, чтобы банально сгинуть в лесу без единого звука.

Лишенные имплантов преследователи о чем-то переговаривались: второй, которому я попал в спину, получается, жив еще. К сожалению, они были слишком далеко, и даже модифицированный слух не смог различить, о чем они говорят. Впрочем, здесь совсем не обязательно слышать, чтобы понимать: обсуждают отход. В атаку в такой ситуации пошел бы только полный дегенерат, а мне почему-то казалось, что преследователи таковыми не являлись.

Я оказался прав. Через несколько секунд на мою позицию обрушился настоящий шквал огня из ручного пулемета. Я прекрасно видел, как второй боец рванул между машинами прочь, но сделать ничего не мог: в этот момент мне пришлось упасть на пол, чтобы не поймать очередь.

Перекатившись, я оказался у лестницы, ведущей на первый этаж. Вскочив на ноги, я ссыпался вниз и рванул к выходу, на ходу меняя практически опустевшую «банку» на стандартный магазин. На втором этаже делать больше нечего, высунуться они мне не дадут. Остается одно: сменить позицию, и, воспользовавшись тем, что импланты у бойцов пока не работают, разорвать дистанцию, зайти с неожиданной стороны и покончить с этим.

Выскочив на улицу, я принял вправо, нырнул за бетонный блок и на полусогнутых оббежал блокпост. Оставшийся прикрывать отход боец продолжал лупить по зданию лодочной станции, считая, что я все еще укрываюсь внутри. Я пробежал вдоль разбитого автобуса, скользнул за изувеченный мобиль, и, бросив взгляд на силуэт бойца, захваченный и удерживаемый таргет-трекером, высунулся из-за укрытия и утопил спуск.

Попасть в неподвижную, достаточно крупную фигуру с пятидесяти метров, используя современное оружие, таргет-трекер и AIM-ассистент — в буквальном смысле дело техники. Залегший за боевой машиной десанта пулеметчик получил в бок короткую очередь и затих: ассистент зарегистрировал несколько попаданий в туловище. Готов. Хорошо. Контроль… Есть! Но где же второй?

Взрыв раздался, когда я, вжав приклад в плечо и пробираясь от укрытия к укрытию, пытался выцелить второго преследователя. Грохнуло там, откуда мы пришли — на окраине коттеджного поселка. Выругавшись, я рывком сместился вперед, маятником качнулся из-за очередного мобиля, оглядывая сектор… Впереди послышалась короткая очередь, а потом я услышал девичий вскрик. Тряхнув головой, я послал скрытность к чертям, перепрыгнул через машину и помчался к коттеджному поселку. Туда, где что-то происходило со Скайлер.

* * *

Я нашел ее у перевернутого броневика, рядом с обезглавленным трупом. Скайлер распростёрлась на спине и не подавала признаков жизни. Шарбар, нависший над беззащитной фигуркой, опустил морду и вылизывал девушке лицо отвратительным раздвоенным языком.

Оглядевшись по сторонам и не увидев ничего подозрительного, я выступил из-за броневика. Почувствовавший движение морф тут же развернулся в мою сторону и угрожающе зарычал.

— Тихо, песик, тихо, — я вытянул вперед левую руку с раскрытой ладонью, правой продолжая удерживать стрелковый комплекс на натянутом ремне так, чтобы ствол смотрел на монстра: кто его знает, что в башке уродливой перемкнет? — Я — друг, забыл, что ли? Друг. Тихо, спокойно. Я хочу помочь. Дай мне к ней подойти.

Тварь внимательно посмотрела на меня и отошла в сторону, продолжая поглядывать из-под низкого лба всеми тремя парами глаз. То ли сыграл роль мой спокойный тон, то ли уродец меня помнил, а может, чем черт не шутит, тварь и вправду понимала человеческую речь. Тут всего ожидать можно на самом деле.

Опустив ствол, я присел над девушкой и внимательно оглядел ее. Черт. Странная кольчуга Скайлер оказалась разорванной и окровавленной, девушке явно вбили несколько пуль в бок, чуть выше бедра. Дерьмо, как же так получилось? Ведь эта штуковина на моих глазах отражала энергетический заряд практически без вреда для Скай! Стрелок попал на момент перезарядки защиты? Хрен его знает. Да и не важно это сейчас. Нужно действовать.

Достав из ножен «Экзекутор», я попытался разрезать кольчугу. Получилось далеко не с первого раза. Очень интересный материал, я такого раньше не видел. Микроскопические кристаллы, из которых состояла кольчуга, были нанизаны на тонкую стальную проволоку, подкладкой служило что-то вроде кевлара… Какого же хрена это все не сработало?

Увидев в моих руках нож, морф зарычал и шагнул вперед, пришлось долго его увещевать, чувствуя себя при этом полным идиотом. Тем не менее, тварь успокоилась, хоть и продолжила наблюдать, всем видом показывая, что порвет меня за любое неверное движение.

Разрезав кольчугу, я достал индивидуальный пакет, распаковал бинт и как следует промокнул рану, прижал к отверстию чистый бинт. Аккуратно приподняв девушку, я поискал выходное отверстие. Его не было. Дерьмо! Я надеялся, что пули прошли насквозь, но увы — ранение сквозным не было. Ближайшая известная мне регенерационная капсула находилась в форте «Буревестников». Учитывая обстоятельства, с тем же успехом она могла находиться на Земле. Скайлер я туда попросту не дотащу, во всяком случае — живой. Вот дерьмище-то, а! Вляпались так вляпались. Как же ты так подставилась?

Спохватившись, я выдернул из слота автодок и прижал его к телу девушки. Прибор замигал светодиодами, зажужжал, впрыскивая лекарства, встроенный диагност вывел информацию на панель дополненной реальности. Ничего нового я там не увидел: огнестрельное ранение средней тяжести, рекомендована срочная помощь специалиста или размещение пациента в регенерационной капсуле. Спасибо, блин! А я ж и не в курсе был, ага! Хорошо хоть «средней тяжести».

— Босс, если вас интересует мое мнение, то девушке нужно срочно оказать помощь, — заговорила вдруг Элис. — Насколько я вижу, кости и важные органы не задеты. Ей повезло — защита сработала, хоть и не полностью. Необходимо извлечь пули, зашить рану и наложить повязку.

— Угу, сам бы я и не догадался, — я с трудом отогнал подступивший к горлу ком. Горячка боя сошла на нет, адреналин перестал поступать в кровь в бешеных количествах, и я почувствовал себя обессиленным и подавленным — сказался расход энергии и эмоций во время перестрелки. — Вот только есть одна проблема, — проговорил я, борясь с головокружением. — Я штурмовик, а не хирург.

— Все это могу сделать я, — прозвучал обескураживший ответ.

— В смысле? — кажется, я немного растерялся.

— В прямом. В моей библиотеке есть информация по хирургическим операциям и первой помощи при огнестрельных ранениях. Если вы передадите мне контроль, я уверена, что смогу провести операцию с минимальными последствиями для девушки.

Пока мы с Элис разговаривали, я успел достать из подсумка аптечку, залить рану Скайлер обеззараживающей жидкостью, заткнуть ее тампоном и наложить сверху повязку, закрепив ее пластырем. Крови было не сказать, чтоб много, что внушало некоторый оптимизм — возможно и правда ничего важного задето не было. Однако Элис права — девушке нужно оказать помощь. Неизвестно, сколько я буду тащить ее до обитаемых мест, а оставлять пули в теле… Я не специалист и не могу оценить последствия. Вдруг они начнут смещаться, или начнется заражение? Черт, вот дерьмо…

Скайлер застонала, шевельнулась и открыла глаза. Увидев меня, дернулась было, видимо, в поисках оружия, потом в глазах промелькнуло узнавание, и девушка расслабилась.

— Черт… Больно… — Скайлер поморщилась.

— Угу, — кивнул я. — Это тебя еще автодок обезболом накачал.

— Все совсем плохо? — испуга в глазах Скайлер не было. Девушка интересовалась ситуацией. Бесстрастно и спокойно. Я даже уважение почувствовал. Хотя, казалось бы, куда еще больше?

— Нормально все, — я стер со лба пот тыльной стороной ладони. Тело снова охватывала отвратительная слабость, хоть и не такая сильная, как раньше. Привыкаю, что ли? — Сейчас залатаем тебя, как новенькая будешь.

Скайлер лишь кивнула.

— Надо отсюда перемещаться. Ну-ка, давай, обхвати меня за шею. Сейчас больно будет, но по-другому я тебя не перетащу — некогда носилки делать, — проговорил я, наклоняясь над девушкой. Та послушно обхватила меня за шею. Осторожно, стараясь не потревожить рану, я подвел одну руку под спину, вторую — под колени, и аккуратно поднял Скайлер. Сделать это совсем безболезненно не получилось, было видно, как девушка подавила восклицание и сжала зубы.

— Держись. Сейчас в коттедж тебя перенесу, займусь раной. Как тебя вообще угораздило? Чего ты сюда полезла?

— Двое всего… По дороге… — выдавила девушка. — Решила, что надо проверить. Нашла еще двоих. Убила. Потом… Третий. Успел выстрелить. Плазмоган взорвался, поле разрядилось… Скотина… — девушка вдруг встрепенулась. — Оружие! Мое оружие!

— Принесу сейчас, — успокоил я ее, переступая через порог ближайшего коттеджа. Так, что у нас тут? Ага, вот, в гостиной низкий диван. Подойдет.

Аккуратно уложив Скайлер, я снова вышел на улицу, взяв в руки оружие. Так, скорее для порядка, потому как крутящийся поблизости Шарбар не выказывал никаких признаков беспокойства. Думаю, если бы здесь кто-то был, морф так спокойно бы не реагировал.

Отыскав глефу Скайлер, я огляделся. Хорошо бы взять рюкзаки и оружие убитых девушкой бойцов, да не до этого сейчас. Плюс, перегружаться не хочется. Задерживаться здесь нельзя, лучше бы свалить поскорее, хотя-я-я…

Я вдруг поймал себя на том, что больше не ощущаю давления мозгокрутки. Еще недавно ощущал, а сейчас — нет. Будто кто-то тумблером щелкнул. Интересно…

— Элис, прием, — буркнул я под нос. — Я больше не чувствую давления этой хрени. В чем причина? Я к ней настолько привык, или стоит ожидать какой-то подлянки? Во что-то хорошее я уже не верю.

— Секунду…

Однако прошла далеко не секунда, прежде чем нейросеть снова заговорила. И звучал голос искусственного помощника удивленно.

— Босс, есть две новости, хорошая и плохая. С какой начинать?

Я тихонько выругался. Адаптация искусственного интеллекта — это, конечно, хорошо, но если она будет теперь каждый раз так резину тянуть — удалю нахрен!

— С важной.

— Они обе важные. В общем, давления вы больше не почувствуете. Мозгокрутка вам теперь не страшна. Это была хорошая новость. Вторая несколько хуже. Отсутствие давления — результат работы биокомпьютера. Я попробовала просмотреть логи, и…

— Ну! — теперь я начал по-настоящему злиться.

— Биокомпьютер сумел обойти мой файрволл, которым я его закрыла, и что-то делает с вашим мозгом…

— Что, блин? Элис, какого хрена?

— Пока что изменения доброкачественные. Он выделил агрессивный фон и как-то перестроил некоторые нейронные связи таким образом, чтобы вы его больше не ощущали. Ничего критического, но…

— Ничего критического? — задохнулся я от возмущения. — Инопланетная сколопендра ковыряется в моем мозгу, а ты говоришь, что в этом нет ничего критического?

— Спокойно, босс, — терпеливо произнесла Элис. — Задача биокомпьютера — сохранять носитель и делать его эффективнее, так что во вред он действовать не будет. Единственное… Видимо, мне нужно еще немного поработать с его кодом, чтобы исключить вероятность подобных проблем в будущем.

— Так поработай! — рыкнул я.

— Для этого мне снова понадобятся все ресурсы нейропроцессора. Я бы предложила заняться этим после того, как мы поможем девушке и окажемся в безопасном месте, — невозмутимо ответила нейросеть.

— Поможем девушке… — пробормотал я. Черт. С такими новостями я уже и о Скайлер забыл. Впрочем, немудрено. Известие о том, что тварь, сидящая в башке, ковыряется в твоем мозгу, чтоб сделать тебя «эффективнее», кого угодно из колеи выбьет.

— Элис, а с чего вообще такое деятельное участие? Как-то я раньше человеколюбия в тебе не замечал особого… — мне нужно было перевести дух перед тем, как возвращаться к Скайлер, очень уж непросто было переварить новости. Да и вопрос этот меня действительно интересовал.

— Для этого есть несколько причин. Если оставить девушку здесь, вероятность выживания носителя гораздо выше, но, насколько я успела изучить ваш психотип, на это вы не согласитесь. Следовательно, нужно повысить шансы на выживание, сделав девушку транспортабельной, а в идеале — боеспособной. А во-вторых, если этим не займусь я, вы полезете делать это самостоятельно, и тогда девчонка точно умрет.

— И какое тебе до этого дело, бездушная железяка? — не удержался я, пропустив мимо ушей подначку нейросети.

— Такое, что, судя по пикам на энцефалограмме, это единственная особь женского пола, к которой, помимо чисто полового влечения, вы испытываете еще и эмоциональное, следовательно, если с ней что-то случится, скорее всего, ваша боеспособность снизится, а, следовательно, снизятся шансы на выживание носителя. А согласно директивам, жестко прописанным в мои алгоритмы, допустить я этого не могу, — ехидным голосом доложила Элис. — Вот только если вы действительно хотите ее спасти, придется поторопиться. Иначе я ни за что не ручаюсь.

Несколько секунд я стоял, тупо таращась в пустоту, ошарашенный выводами ИИ, пока не понял, что нейросеть меня банально подкалывает. Твою-то мать! Не зря я всегда был против имплантов и прочей ерунды, которую начали массово запихивать людям в головы! Вот же зар-р-раза! Она уже успела и чувство юмора у себя прокачать!

— Босс, я, конечно, не хотела бы вас отрывать от, бесспорно, важных мыслей, но хочу напомнить, что у нас в доме раненая девушка, дожидающаяся помощи, — проговорила Элис. И, будь нейросеть человеком, я готов был бы поспорить, что в этот момент она улыбалась.

— Вернемся на базу — заставлю Трикса стереть тебя к черту! — буркнул я, фыркнул, и пошел к коттеджу.

Дожился, блин. Еще не хватало, чтоб надо мной программа насмехалась!

Глава 11

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Рекреационная зона, окрестности пансионата «Лазурный берег».

— Кажется, мы поменялись ролями, — вымученно улыбнулась Скайлер, тяжело опираясь на мое плечо. — Дьявол, еще никогда не чувствовала себя такой беспомощной.

Прежде чем ответить, я внимательно оглядел окрестности. Опасности видно не было. По крайней мере той, распознать которую мне было под силу. Однако не стоило забывать, что я не знаком даже с десятой долей сюрпризов, которые могло подкинуть Инферно. Еще слишком свежими были воспоминания о безобидном на первый взгляд кусте, попытавшемся мной закусить.

— Ну, для человека, который не так давно поймал три пули, держишься ты замечательно, — я усмехнулся. Регенерация Скайлер действительно поражала. Еще вчера я сидел над погруженной в медикаментозный сон девушкой, наблюдая, как Элис, завладевшая моим телом, при помощи ножа и мультитула достает из нее сплющенные кусочки свинца, а сегодня Скайлер уже самостоятельно передвигается. Не так быстро, как хотелось бы, о беге и вовсе можно забыть, но тем не менее! Я бы после подобного сутки в регенерационной капсуле провалялся. Минимум. А тут — такое. Поразительно.

Скайлер поморщилась: видимо, ей было не очень приятно вспоминать о произошедшем. Однако внушение ей сделать все же придется: второй раз уже из-за своей самодеятельности и несогласованности действий девушка влипает в неприятности, подвергая опасности и меня.

— Между прочим, этого не случилось бы, объединись мы с тобой в группу, — проговорил я, глядя на Скайлер. — Ты понимаешь, что нельзя действовать хотя бы без связи? В чем проблема вообще?

— Проблема в том, — помешкав, нехотя произнесла девушка, — что я не могу создать группу. С тобой или с кем-нибудь еще. Как бы мне этого ни хотелось.

— Что тебе мешает? — я начал злиться. — До тебя вообще доходит, что из-за твоего упрямства мы оба могли погибнуть? Что ты от меня скрыть пытаешься, какая информация для тебя настолько ценна, что для ее сохранения ты готова умереть сама и подставить меня? Скайлер, меня не интересуют твои секреты. В конце концов, можно настроить уровень приватности! Все, что мне нужно — это возможность общаться через комлинк и видеть в тактической сети то, что видишь ты! Больше меня ничего не надо!

— Да при чем тут это вообще? — запальчиво воскликнула девушка. — Не могу я! Не могу! Нет у меня интерфейса, понимаешь? — Скайлер вдруг запнулась, будто поняв, что сболтнула лишнего.

— В смысле — нет интерфейса? — не понял я.

— В прямом, — девушка помолчала несколько секунд, а потом нехотя продолжила.

— Нет интерфейса. Нет взаимодействия с системой. Нет базового импланта. Заключенный номер два-пять-девять-семь-четыре погибла в Красной зоне Полигона два года назад. Меня не существует для системы и администрации. Не существовало… До этого момента.

— Это как? Почему до этого момента? — что-то новая информация мне буфер переполнила, блин. Тупею на глазах.

— За тобой-то система следит, — невесело усмехнулась Скайлер. — Если честно, я об этом сразу и не подумала. А теперь… Теперь уже поздно.

М-да. Дела.

— На этот счет можешь не беспокоиться, — хмыкнул я. — Ничего никуда не ушло. И не уйдет.

— Это как? — настал черед Скайлер удивляться.

— Как-то так, — пожал я плечами. Скайлер не торопится делиться со мной информацией, и я не стану. Все же Полигон — такое место, где чем меньше о тебе знают, тем лучше. Даже если это друзья. — Даю гарантию: в администрацию информация о тебе не попадет. Если, конечно, на нас не наткнутся дроны или еще какая-нибудь дрянь. Но как ты живешь без системы все это время? И как, черт побери, тебе удалось избавиться от импланта?

— Как-то так, — в тон мне ответила девушка, криво улыбнулась, и поморщилась, когда неосторожное движение отдалось болью в ране. — Я не могу прокачаться, получить плюшки и бонусы, не могу купить необходимое в магазине или отдохнуть в Зеленой зоне, зато никто не может ставить мне идиотские и невыполнимые задания, открыть на меня охоту или заставить охотиться за кем-то. Вероятнее всего, я никогда не выберусь с Рапсодии, но здесь я, по крайней мере, свободна.

Я лишь покачал головой.

— То есть, ты хочешь сказать, что два года назад ты нашла способ удалить базовый имплант, инсценировала свою гибель и с тех пор выживаешь одна, без какой-либо помощи извне, с одной только этой твоей ковырялкой? — я указал на глефу, которую девушка снова пристроила в хитрое крепление на спине.

— Не одна, — Скайлер вдруг стала серьезной. — Но это не моя тайна. Как и все, что касается удаления импланта и прочего. Точнее — не только моя. Так что — извини. Ты же мне не рассказываешь, каким образом фильтруешь информацию, уходящую администрации? И о том, почему на тебя вдруг перестала действовать мозгокрутка — тоже молчишь. Как и о том, откуда у тебя такая бешеная регенерация. Так что мы квиты. Ну и, в конце концов, у каждой девушки должен быть свой маленький секрет, — Скайлер лукаво улыбнулась и тряхнула головой, отбрасывая с лица непослушный локон. — Так, кажется я отдохнула. Давай уже выбираться отсюда.

Я кивнул, еще раз осмотрел окрестности, и, поправив нагрудный ремень рюкзака, снова двинулся вперед.

* * *

Продвигались мы крайне медленно. Скайлер снова заняла позицию ведущего, но шла при этом не спеша, часто останавливаясь и отдыхая. Было видно, что, несмотря на неестественно быструю регенерацию организма, рана ее беспокоила гораздо сильнее, чем она пыталась показать. У меня же снова прорезался дикий аппетит. Я уже расправился с тремя или четырьмя индивидуальными рационами, которых человеку в обычных обстоятельствах хватило бы на пару дней, а жрать все равно хотелось так, будто я несколько дней во рту маковой росинки не держал. Элис отрапортовала о возросшей активности паразита, но когда я приказал ограничить ее, делать это отказалась, сославшись на то, что в таком случае она за мое состояние не ручается. Нейросеть уверила, что на данный момент паразит продолжает восстанавливать мое многострадальное тело и совершенствовать защиту от пси-излучения, не делая ничего вредоносного, отсюда и повышенный расход энергии. Ну-ну. «Ничего вредоносного». Можно подумать, она прям так хорошо разбирается в том, что происходит у меня в башке. Искусственный интеллект, инопланетный паразит… Не голова, а общежитие какое-то, честное слово.

Шарбар, видимо, убедившись, что его то ли хозяйке, то ли компаньонке ничего не грозит, снова исчез. Правда, при этом одарил меня взглядом, в котором явственно читалось: «что-то случится — найду и убью». Морфопсине хватило ума не броситься на меня, когда Элис моими руками резала Скайлер, тем не менее я отчетливо ощущал волны враждебности и подозрительности, исходящие от твари. Дьявол, кажется морф гораздо умнее, чем я думал — не может безмозглое животное такие эмоции излучать.

Через некоторое время дорога, по которой мы продолжали идти, оставив лодочную станцию за спиной, начала поворачивать в сторону от высохшего озера. Впереди показались достаточно серьезные скалы — на такие без снаряжения и надлежащей подготовки и не заберешься. Справа молчаливой стеной все так же вздымался мертвый лес перекрученных и почерневших деревьев. Техники на дороге становилось все больше, в подавляющем большинстве — гражданской. Видимо, оставшийся позади блокпост обеспечивал эвакуацию, а этот отрезок пути считался безопасным. Однако, судя по количеству скопившихся машин и автобусов, покинуть это место им так и не удалось. И мне, если честно, даже не хотелось знать почему.

Вскоре мы уже по одному протискивались между гнилых остовов — машины стояли так плотно, что отыскивать проход среди них становилось той еще задачей. Однако уже через несколько минут на дороге стало посвободнее. А потом Скайлер вдруг остановилась и заковыристо выругалась.

— В чем дело? — перебравшись через уткнувшийся в отбойник мобиль поинтересовался я у девушки.

— Проход, — скорчив недовольную гримасу, проговорила она.

— Что «проход»? — не понял я.

Вместо ответа Скайлер указала вперед.

В сотне метров от нас дорога ныряла в тоннель, проложенный в скале. Ну, точнее, должна была нырять. Сейчас же она тупо упиралась в обвал. И что-то мне подсказывало, что произошел он не так уж давно.

— Черт. Мы должны были идти через тоннель, — проговорила Скайлер. — Придется менять направление.

— И что в этом плохого? — в принципе, я давно понял, что хороших сюрпризов на Рапсодии не бывает, так что мой вопрос следовало трактовать буквально.

— Я не знаю, куда мы выйдем таким образом, — ответила Скайлер. — А еще справа неподалеку обширная зона заражения. Радиация и еще какая-то дрянь. То есть, нам остается только искать проход в скалах — или возвращаться назад.

Услышав про возвращение, я невольно вздрогнул. Делать это совсем не хотелось бы. Да и выдержит ли девушка такой путь?

— Я бы предпочел двигаться вперед, — нахмурился я. — Назад — далеко. Уже не говоря о том, что нас могут там ждать товарищи ребят, рванувших за нами в мозгокрутку.

— Согласна, — кивнула девушка. — Правда, что будет, если мы не найдем проход…

— Вот когда не найдем, тогда и подумаем об этом, — отрезал я.

— Понимаю, — протянула Скайлер, слабо улыбнувшись. — Ну, тогда пойдем.

Отцепив от пояса флягу, я сделал несколько глотков, поправил лямки рюкзака, и, сойдя с дороги, перешел на быстрый шаг, догоняя девушку.

* * *

— Твою мать, — прошептала Скайлер, глядя на открывшуюся нам картину. Я сдержался и промолчал, но в целом с девушкой был солидарен. То, что я видел, вызывало у меня точно такие же эмоции.

Внизу, в распадке, у самого выхода из ущелья, по которому нам пришлось пробираться больше часа, виднелось несколько строений. По их расположению и внешнему виду можно было сделать практически однозначный вывод: когда-то это место было военной базой. Небольшой, с несколькими ангарами для техники, боевых роботов и тяжелых экзоскелетов, с четырьмя казармами, плацом, двумя административными зданиями и отдельно стоящей столовой. Сейчас здания имели плачевный вид — полуразрушенные, перевитые ползучими растениями, покрытие плаца растрескалось… Однако напрягал меня вовсе не запущенный вид построек: мало я руин, что ли, видел? Нет, беспокоило меня совсем другое.

База была занята… роботами.

В ремзоне у ангаров лежала мультиплатформа. Вокруг нее копошились ремонтные боты, пытаясь воскресить автономную боевую машину. Вспыхивали резаки, визжали пилы, искрила сварка… Два бота ставили на место кормовую бронеплиту, еще пара снимала башню со второй платформы, разобранной практически в ноль, и служившей донором для той машины, которую еще можно восстановить. Рассмотрев на мультиплатформе наросты черной плесени, характерной для механизмов, захваченных ксеносами, я все же не сдержался и выругался. Дерьмо. Только этого нам не хватало.

Ремботы и платформа были не единственными обитателями заброшенной базы. В нескольких местах я заметил штурмовых дроидов, братьев-близнецов тех, с которыми наша группа сражалась в лесу Серой зоны полжизни назад, а на крыше одной из казарм вращал увенчанной локаторами башней бот радиоэлектронной разведки. На второй замер тяжелый бот огневой поддержки, напоминающий кошмарную помесь человека и гигантского паука

— Интересненько, — пробормотала Скайлер. — Интересненько…

Я молча покосился на девушку.

— Ремботы, — прищурившись, проговорила она. — На них нет следов плесени.

— И? — не понял я.

— Они не захвачены ксенодрянью. Управляются удаленно.

— Управляются кем? Кто в здравом уме возьмется чинить зараженную платформу?

— Не знаю. Но все указывает на это. Смотри, ремботы, дроиды и даже тот паук на крыше — они все местные, имущество базы. Скорее всего, не активированные стояли, вон, видишь, у разведчика даже краска не потускнела? Они с консервации. А платформа — убитая в ноль и вся в квазиплоти и плесени. Вторая при этом, с которой берутся запчасти — чистая.

— Да, вижу, — я был вынужден согласиться. — Но все равно не понимаю. Кто может управлять ботами и главное — зачем?

— Ну, я могу накинуть несколько вариантов, — усмехнулась Скайлер. — Например, зараженный бот-разведчик подключился к сети базы и активировал ремботов для ремонта мультиплатформы и дроидов для охраны всего этого мероприятия. Прямой взлом и заражение систем занимает много времени, а таким образом можно приступить к работе сразу же. Ну, или какой-нибудь псих решил подружиться с зараженной техникой, отремонтировав мультиплатформу. Или платформа не так уж и заражена, как нам кажется. Мне лично первый вариант кажется самым вероятным, но и остальные имеют право на жизнь. Это Полигон, здесь каждый сходит с ума по-своему.

— Угу. Правда, это совсем не отвечает на вопрос: что нам-то теперь делать? Возвращаться, что ли?

— Не хотелось бы, — девушка прикусила нижнюю губу. — Проход этот — единственный. Дальше — очаг заражения. Лезть в него — самоубийство. А возвращаться туда, откуда мы пришли…

— Не вариант, да, обсуждали уже. И что остается?

— Если б я была одна — рискнула бы проскользнуть. Моя броня поглощает лучи сенсоров, могло бы прокатить. С тобой… С тобой — не знаю.

— Хм… — я задумался.

«Элис, прием!», — позвал я неройсеть. «Мне нужна информация. В описании свойств сколо… гм, биокомпа было указано, что, при активации функции мимикрии, организм выделяет гормон, который используется ксеносами в качестве системы опознавания. А что насчет остальных органов восприятия? Они же не только нюхают. Есть там что-нибудь, что может убедить сканеры роботов в том, что они видят не человека, а пришельца?».

Нейросеть молчала несколько секунд, и мне уже показалось, что с ней что-то случилось, когда, наконец, я услышал ответ.

«Так точно, босс. Ошибка перевода. Судя по тому, какие механизмы задействуются при активации функции, биокомпьютер изменяет температуру тела и частоту колебаний электромагнитного поля человека. Приборы, способные регистрировать эти колебания однозначно воспримут вас не как человека, а как ксеноса. Однако есть проблема».

«Какая?».

«Электромагнитное поле человека мало изучено, и я не могу сказать, к каким последствиям может привести изменение частоты. Они могут быть какими угодно: от нулевых, до очень серьезных, ведущих к сбою работы мозга и внутренних органов».

Прекрасно. Как всегда: получаешь преимущество — изволь получить и побочный эффект. Классика.

«То есть, последствия спрогнозировать ты не можешь?».

«Так точно. Однако я могу отслеживать показатели организма и в случае серьезных проблем дать знать об этом».

Хм. Ну, хоть что-то.

«Однако я должна предупредить: использование функций биокомпьютера повлечет за собой повышенный расход энергии. Я не рекомендовала бы использовать их в течение длительного времени».

«Хорошо. Я тебя понял. Спасибо, Элис. Следующий вопрос. Боты на базе управляются удаленно. Ты можешь сделать с этим что-нибудь, используя приложения Трикса?».

«Вероятно. Стоит попробовать. Однако отвлечение ресурсов может повлечь за собой повышение активности симбиота».

«Да и хрен с ним», — я мысленно махнул рукой. Если уж я собираюсь использовать его способности к мимикрии, то чего уже мелочиться. Снявши голову, по волосам не плачут.

«Принято. Запускаю сканер».

Все время, пока я общался с помощницей, Скайлер не сводила с меня заинтересованного взгляда.

— Такое ощущение, что ты с кем-то сейчас разговаривал, — проговорила девушка. — И совсем не похоже, что сам с собой.

— Не бери в голову, просто у меня раздвоение личности, — отшутился я. — Давай к делу. Я думаю, у меня есть способ скрытно пробраться через территорию базы. Если будем действовать достаточно быстро, проблем быть не должно, — с этими словами я достал из подсумка протеиновый батончик и принялся его торопливо есть. Знаю я, что такое повышенный расход энергии, проходили. Лучше запастись впрок. Эх, энергетика бы сейчас литр-полтора. Язва желудка — последнее, что грозит мне на Рапсодии, так что ударная доза химии не помешала бы… Стоп!

Активировав панель автодока, я поковырялся в интерфейсе и «смешал» себе то, что будет гораздо эффективнее, чем энергетики и изотоники. Не боевой коктейль, конечно, но уровень полезных веществ в организме поддержит. Вкатив себе слегка завышенную дозу, я вывел иконку активации инъектора на отдельную панель. Станет нехорошо — введу еще.

— Проголодался? — Скайлер смотрела на меня с неприкрытым недоумением. Я невозмутимо доел батончик и распечатал второй.

— Эй, Алтай! — девушка выглядела удивленной. — Ну ты серьезно? Мы что сюда, пожрать пришли?

Я покончил со вторым батончиком, снял обертку с третьего, и, не обращая внимания на округлившиеся глаза девушки, заговорил:

— Значит, смотри. Поступим следующим образом…

Глава 12

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Заброшенная военная база в предгорье Скалистых гор.

Готовясь активировать «Мимикрию», я ожидал каких-то изменений в ощущениях и самочувствии. Негативных, разумеется. Подсознательно я не ждал ничего хорошего от биокомпьютера, да и Элис настращала, так что я заранее настраивался на самый хреновый сценарий. Однако, к моему удивлению, ничего особенно и не изменилось. Так, будто легкая слабость появилась, и то, кажется я сам себе ее придумал. А вот интерфейс отреагировал на активацию функции биокомпьютера моментально. На верхней панели появилась зеленая шкала, обозначенная минусом с одной стороны и плюсом — с другой. Элис не стала дожидаться, пока я начну задавать вопросы, и заговорила сама.

«Как я уже упоминала, симбиотический биокомпьютер разгоняет метаболизм и потребляет повышенное количество ресурсов вашего организма. Причин я пока не понимаю, но сейчас речь не об этом. Чем больше и дольше вы используете его функции — тем сильнее расход… Скажем так, энергии. На активные действия, вроде бега, прыжков, акробатических трюков и прочего также тратится энергия. Причем ее уходит значительно больше, чем до сопряжения с биокомпьютером. Я создала визуализацию расхода энергии, чтобы вы могли отслеживать его в реальном времени и могли как-то варьировать активные действия и интенсивность использования биокомпьютера. Пока шкала зеленая — причин для беспокойства нет. Когда она сместится в желтую зону — лучше бы сделать передышку».

«А красная?» — поинтересовался я для порядка, думая, что уже знаю ответ. Так и было.

«Изменение водно-солевого баланса, обезвоживание, крайнее истощение организма, дефицит глюкозы, гипогликемия, потеря сознания, кома, смерть», — бесстрастно доложила Элис. Прекрасно. Просто прекрасно, мать вашу! Сука, доберусь до базы — выковыряю к херам из башки инопланетную тварь, чего бы мне это ни стоило! И с одной до хрена умной и слишком много на себя взявшей программой тоже разберусь. Не было печали, блин, еще за расходом энергии следить, чтобы не скопытиться посреди очередной схватки. Ну, Элис, ну, блин, удружила!

На самом деле я понимал, что, запуская мне в башку чертову сколопендру, нейросеть руководствовалась директивами, заложенными в нее Триксом, и, если оценивать ее поведение, как человеческое — хотела сделать, как лучше. Ну а то, что получилось в итоге как всегда, сложно назвать ее виной. Ладно, к дьяволу. Потом с этим разбираться будем. Сейчас на повестке дня кое-что другое. Как всегда, впрочем. Твою мать, все на бегу, все в постоянном аврале… Это когда-нибудь вообще закончится?

— Ты скоро там? — недовольно прошипела Скайлер. Из-под скрывшего ее маскировочного поля, активировавшегося после того, как девушка закуталась в свою накидку и накинула капюшон, на миг показалось недовольное личико. — Гм, с тобой все в порядке? — выражение лица сменилось на озадаченное.

Кажется, Скайлер что-то почувствовала. Какие-то изменения, произошедшие после активации «Мимикрии». Неудивительно, если честно, учитывая ее тесное общение и странную телепатическую связь с ручным морфом. Непроста девчонка, ох, непроста!

— А что, у меня вдруг хвост вырос? — попытался я перевести все в неуклюжую шутку.

— Хвост… Хвост не вырос, — задумчиво проговорила девушка. — Но ощущать я тебя стала по-другому. Как будто…

— Ощущать? — вскинул брови я, и девушка осеклась.

— Ладно, неважно. Потом поговорим… Когда выберемся. Главное — мимо ботов пройти, а там уже недалеко.

— Недалеко до чего?

— Потом. Все потом. Так что, ты готов?

Я глубоко вдохнул, задержал на миг дыхание, прислушиваясь к организму, и нехотя ответил:

— Готов. Начинаем.

— Тогда я пошла. Давай за мной. Только не спеши. Тише едешь — дальше будешь.

— От того места, куда едешь, — пробормотал я себе под нос.

— Что?

— Ничего. Не обращай внимания. Давай, выдвигаемся.

Скайлер кивнула, и исчезла. Лишь легкое искажение выдавало ее положение в пространстве. Эх, мне бы так. Будем надеяться, что «Мимикрия» для сенсоров дроидов работает не хуже.

Размытое пятно скользнуло к тому месту, где забор базы покосился, открывая небольшой проход, и ловко проскользнуло между плитами. Стараясь двигаться, как можно плавней и постоянно поглядывая на шкалу в верхней части интерфейса, я последовал за девушкой.

Миниатюрная Скайлер проскользнула на территорию базы степной гадюкой. Мне будет сложнее. Я и сам габаритами побольше, плюс броня, рюкзак, снаряжение, оружие… Проверив, как держится за плечами «Спектр», я покрепче сжал импульсник — снятую с одного из трупов копию утерянного Скайлер «Пульсара» — и аккуратно протиснулся в щель. Сделав шаг в сторону, я присел в тени забора, оценивая обстановку.

Еще осматривая базу сверху, я проложил для себя относительно безопасный маршрут следования. По левой части базы, там, где меньше шевелений. К моему счастью, незадолго до атаки ксеносов базу решили расширить, и сейчас на пустом обычно пространстве хватало укрытий. Штабеля каких-то ящиков, груды земли, бетонные блоки на поддонах… Перемещаясь между ними, можно было укрыться от визуальных сенсоров ботов. Мимикрия мимикрией, но через голый плац идти я бы не рискнул.

Вроде все спокойно. Дроидов не видно. Похоже, захватившие базу неизвестные, кем бы они ни были, полностью положились на бота радиоэлектронной разведки, вращающего антеннами на крыше казармы. Ну, да, его сенсоры всю территорию накрывают, как зонтиком, мышь не проскочит. А вот мы — постараемся.

Программные алгоритмы таких разведчиков просты, как оружие докосмической эпохи. Регистрируя движение, бот запрашивает у объекта опознавательный код «свой-чужой». Не получив отклик, начинает собирать информацию, характеризирующую объект, и, если находит совпадение какого-либо параметра с занесенными в его аларм-базу — поднимает тревогу. Весь мой расчет опирался на версию Скайлер — базу захватили зараженные машины. В таком случае, опознав меня, как некий ксеноорганизм, бот не станет поднимать тревогу, и, даже если передаст сообщение тем, кто его контролирует, его проигнорируют, приняв меня за союзный юнит. И в этом случае проблем с пересечением территории базы не будет. Если же девушка ошиблась… Ну, кто не рискует — тот не пьет шампанского.

Оглядевшись, я медленно двинулся вперед. Блин, вот как не в тему это препятствие на пути! Проклятая база, преградившая нам путь, была втиснута в ущелье, полностью перекрывая его, и миновать ее, не входя на территорию возможным не представлялось. Здесь даже забор был только с южной и северной стороны, на востоке же и западе его заменяли высокие, отвесные скалы. Не обойдешь, не перепрыгнешь… До недавних пор даже прохода в скалах, через который мы пришли, не было, судя по всему, он появился вследствие того же обвала, что обрушил тоннель на берегу. Возможно там, дальше, и был какой-то другой путь, но по словам Скайлер, туда нам хода не было — зараженная зона. Ладно. Не назад же идти, на самом деле.

Стараясь двигаться как можно медленнее, мы понемногу продвигались, держась ближе к краю периметра. Пока все шло по плану. Кажется, «Мимикрия» действительно работает, а это значит, что догадка Скайлер верна — дроидами базы удаленно управляет ксенопрограмма. Это хорошо. При всей своей несомненной опасности, зараженные роботы, как и морфы, были несколько туповаты. Если управляющая программа и получила сигнал о некоем ксенообъекте, пересекавшем территорию, значения этому она не придала — свои. Ну, хоть что-то радует. Если все будет идти так же, как сейчас, мы со Скайлер без особого труда выберемся ютсюда. А там… Там посмотрим.

Мозгокрутка осталась позади, это уже хорошо. Конечно, то, что мы забираемся все глубже в Инферно, энтузиазма не вызывает, но здесь уж ничего не поделаешь. Как поступить потом, я пока не загадывал. Глобальная задача — вернуться в Предел, за своими. Как я буду ее решать, будет видно позже. Конечно, проще всего, если меня, как было обещано, выведет Скайлер, но ее ранение несколько смешало карты. Ладно. В крайнем случае, сам как-то выберусь. Без девушки, чувствующей себя здесь, как рыба в воде, будет, конечно, сложнее, но тут уж ничего не поделать. Пока что я не видел в Инферно ничего, с чем не смог бы справиться сам, и, если Скайлер нарисует мне карту, чтоб я не встрял в какое-нибудь зараженное пятно или очередную мозгокрутку, думаю, до Предела я доберусь. Все же это самый край Инферно, здесь не так опасно, как в глубине. Если двигаться быстро и не щелкать клювом, все получится.

— Внимание, — раздался в голове голос Элис, и я замер. Проклятье! А ведь так все хорошо начиналось!

В этой части базы было пустынно, основной движняк сосредоточился в ремзоне, тем не менее, совсем без охраны не обошлось. В сотне метров от меня, между казармой и складским помещением замер охранный бот. Небольшой, высотой около полутора метров, четыре ноги, вертикальное тело, два передних суставчатых манипулятора… На «плечах» бота установлены маломощные импульсные излучатели, на манипуляторах смонтированы шокер и парализующий станнер. В центре «груди» — жерло пушечки, стреляющей сетью. В общем, типичный робот-полицейский, неспособный нанести серьезный ущерб человеку в боевой броне или другому боту, и настоящая гроза для случайных нарушителей периметра режимных объектов. В самом начале смуты, когда она еще не переросла в полномасштабное восстание колоний, таких ботов использовали для прекращения массовых беспорядков. Настроенный на веерное излучение станнер, установленный на малую мощность, способен в считанные секунды остудить даже самые горячие головы. Ну, а для особо непонятливых всегда есть сеть и шокеры.

В качестве серьезного противника этого бота я не рассматривал: хорошая очередь из импульсника превратит его в груду оплавленного металла. Я опасался другого. Судя по тому, что на базе все спокойно, продвинутые сканеры замершего на крыше бота мы смогли обмануть. А вот с патрульным ботом все сложнее. Его системы устроены значительно проще, чем у разведывательного бота, но как раз это сейчас и работало против нас. Примитивному боту плевать, кто движется по территории: человек, ксенос или дух великого космоса, у него программа простая: видишь нарушителя — поднимай кипиш. Он не станет разбираться, свой перед ним или чужой, не будет отправлять запросы, он банально зацепит меня детектором движения и поднимет тревогу, на всякий случай задействовав станнеры, чтобы обездвижить цель. А это последнее, что нам сейчас нужно. Дерьмо.

Убедившись, что Скайлер остановилась, я сжался за штабелем ящиков, и попытался понять, что делать дальше. Аккумуляторы у патрульного бота явно подсевшие, и дальность детекторов снижена. Пока что он меня «не видит». Но вот если я попробую двинуться дальше — последует неминуемое обнаружение. Ладно. Подумаем, что можно сделать.

«Элис, прием.», — обратился я к нейросети. «Мне нужно убрать отсюда патрульного робота. Как успехи со сканированием?».

«Я смогла войти в общую сеть базы, однако к интерфейсу управления пробиться не могу: доступ заблокирован очень странной системой, работающей на непонятных принципах. Что-то подобное я видела, когда разбиралась с биокомпьютером. Если бы у меня было немного времени, возможно, я бы смогла разобраться и подобрать ключ, адаптировав программу Трикса, при помощи которой он взламывал мультиплатформу».

«Немного времени — это сколько?».

«От трех до шести часов», — последовал ответ. «Точнее сказать сложно».

Да уж.

Шести часов у нас точно нет. Как нет и трех. Чем быстрее мы со Скайлер свалим отсюда, тем лучше. Того и гляди, какой-нибудь не в меру рьяно исполняющий обязанности бот вырулит из-за угла — и привет. Нет, нужно быстрее.

«А еще варианты есть?».

«Я могла бы принудительно перевести бота на ручное управление через сервисный интерфейс, но без аппаратного ключа или кода доступа сделать это невозможно — там ключ шифрования на сто двадцать восемь бит. Проще взломать управляющую сеть».

«Код доступа, говоришь?», — я задумался.

Каждый боец офицерского и младшего командного состава имел собственный код доступа к роботизированным системам — на случай, если центр управления будет уничтожен и нужно будет изменить программу. Был такой код и у меня… Когда-то. Сейчас-то он наверняка изъят из всех баз, но, думается мне, эта часть отрезана от центрального управления много раньше, чем я покинул тесные ряды нашей доблестной армии, и базы не обновлялись здесь уже очень давно. Так что попробовать все же стоит. В конце концов, от этого я ничего не теряю.

«Элис, попробуй войти в сервисный интерфейс, используя этот код», — я «продиктовал» нейросети длинный набор цифр, букв и символов, намертво въевшийся в память. «Посмотрим, что из этого выйдет».

Последовала пауза, длиной в пару секунд, а потом Элис радостно воскликнула в моей голове — совсем по-человечески.

«Есть! Доступ подтвержден! Бот ожидает указаний! Что с ним сделать?».

Я улыбнулся. Отлично. Теперь будет намного проще.

«Просто уведи его отсюда, так, чтобы он не помешал нам уйти с территории».

«Слушаюсь, босс».

Через секунду раздалось жужжание сервоприводов, бот приподнялся, покрутил шарообразной головой с горящим в центре красным индикатором, и не спеша двинулся за казарму.

«Готово!».

«Молодец. Держи контроль. И выведи, пожалуйста, на тактическую панель картинку с положением остальных дроидов, раз уж мы больше не экономим ресурсы. Не хочу новых сюрпризов».

«Слушаюсь».

Перед глазами возникли силуэты ботов, отрисованные в дополненной реальности. Я огляделся. Путь почти чист. Можно двигаться.

Бросив взгляд на шкалу энергии, я нахмурился: зеленая полоса просела на двадцать процентов. И это я практически ничего не делал! Что же дальше-то будет?

Дождавшись, пока бот скроется за казармой, я подал знак Скайлер и выскользнул из-за ангара. Чисто. Движемся дальше.

Перетекая от укрытия к укрытию, мы миновали почти половину территории, я уже осматривал противоположную стену базы, прикидывая, в каком месте лучше через нее перебраться, когда вдруг что-то пошло не так.

Легкое головокружение, возникшее еще в момент активации «Мимикрии», резко усилилось, в глазах поплыло, я пошатнулся и упал на колено. В голове взвыл зуммер тревоги, а шкала энергии одним махом прыгнула в желтую зону. Меня качнуло, в глазах потемнело, сердце, до этого бившееся спокойно и ровно, вдруг резко ускорилось, и каждый удар теперь сопровождался пульсацией в висках. Я ощутил нарастающую панику, и активировал инъектор.

Плечо дважды кольнуло: автодок вкатил мне дозу энергетического коктейля, и уже через пару секунд я почувствовал себя значительно лучше. К сожалению, продлилось это не долго.

Шкала энергии продолжала сокращаться, медленно, но верно приближаясь к красной зоне, тело под костюмом покрылось противным, липким потом. Тиская цевье «Пульсара», я видел, как ствол оружия мелко трясется от дрожи в руках. Дерьмо! Да что же это происходит?

«Элис, какого хрена?»

«Не понимаю, в чем дело. Биокомпьютер резко нарастил активность, увеличив потребление. Интенсивность поглощения энергии зашкаливает! Внимание, опасность! Я отрубаю „Мимикрию“!»

«Элис, нет!» — едва не закричал я вслух. Остаться без маскировки посреди базы, набитой роботами? Может, повышенный расход энергии для меня и опасен, однако если сейчас вырубить маскирующую функцию, умру я точно не от истощения организма!

Однако было поздно.

«Простите, босс, но я подчиняюсь второй директиве».

Иконка «Мимикрии» на панели мигнула и погасла. И практически в тот же момент я увидел, как отмеченные таргет-трекером силуэты ботов на тактической карте встрепенулись и пришли в движение. Мы обнаружены. Проклятье. Ведь так все хорошо начиналось!

Глава 13

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Заброшенная военная база в предгорьях Скалистых гор.

Первого бота, выскочившего из-за казармы, я встретил короткой очередью из «Пульсара». Энергетическое оружие оказалось гораздо эффективнее огнестрельного — боевой дроид из комплекта мультиплатформы моментально исчез в огненной вспышке. Взрывной волной меня бросило на спину, над головой пролетел обломок металла. Шлем успел отрубить акустические сенсоры, спасая от контузии, однако мотнуло так, что меня едва не вырвало прямо в закрытое забрало. Черт! Перекатившись на живот, я снова направил ствол «Пульсара» туда, откуда спешили другие боты.

В стороне выругалась Скайлер. Отрубив ненужную больше маскировку, она что-то доставала из-под накидки. Борясь со слабостью, я встал на колено и повел стволом.

По второму боту я позорно промахнулся, и прежде чем успел исправить ошибку, он успел пробежать почти половину разделявшего нас расстояния. Выстрел! Еще один! Трясущиеся руки никак не могли удержать прицел, и попал я только с третьего раза. На этот раз, хвала богам, взрыва не последовала — еще одной взрывной волны, да на такой дистанции я бы не выдержал. Из-за казармы тем временем появилась новая железная тварь.

Зажужжали роторы раскручивающихся пулеметов, и я едва успел отпрыгнуть в сторону, когда землю в том месте, где я находился мгновение назад, вспорола очередь. Перекатившись, я укрылся за будкой непонятного назначения, сваренной из стальных листов и распластался на земле. Новая очередь ударила по моему укрытию.

Листовой металл оказался слишком толстым для того, чтобы его пробили пули легкого пулемета, однако дроид не стоял на месте. Трансформировавшись в шарообразную форму, он откатился в сторону, снова превратился в гребаного паука, и повел стволами.

— Импульс! — выкрикнула Скайлер, и к боту метнулся небольшой белый шарик. С трудом соотнеся ее предупреждение с этим предметом, я снова упал на землю.

Что-то негромко хлопнуло, сверкнуло, и бот вдруг замер, безвольно опустив стволы и осев на сервоприводах. Маломощная электромагнитная граната! Скайлер вырубила бота с помощью ЭМИ!

Высунувшись из-за будки, я расстрелял замершего бота из «Пульсара», но к нему на помощь уже спешили другие. Послышался треск, грохот, и земля под ногами ощутимо дрогнула. Бросив взгляд на панель интерфейса, я выругался: бот огневой поддержки спрыгнул с крыши и не спеша направился в нашу сторону. Черт! Это не штурмовой дроид, с этим мы так легко не справимся!

Я бросил быстрый взгляд на Скайлер. Девушка, укрывшаяся за штабелем бетонных блоков, сжимала в руках рогатку, вложив в ее седло новый шарик. Глаза ее были полны тревоги.

— Нужно уходить! — крикнула девушка. — Их слишком много, нам со всеми не справиться!

Уходить… Я был согласен со Скайлер, вот только куда и как? Между нами и стеной порядочное расстояние, укрытий на пути почти нет, да и за стеной — ущелье, стиснутое скалами. Далеко мы по нему не уйдем, боты легко нас нагонят и расстреляют. Нужно что-то срочно придумать…

Легко сказать. Мало того, что мы оказались зажаты превосходящими силами противника, так еще и слабость моя никуда не делась. Более того, с каждой секундой я чувствовал себя все хуже. Руки дрожат, ноги — будто ватные, лицо под забралом заливает пот… Шкала энергии продолжает смешаться в сторону красной зоны. Дерьмо, дерьмо, дерьмо…

«Элис! Сканер — на полную мощность! Перехватывай управление над всеми ботами, до которых дотянешься! Задача — охрана объектов! Объекты — я и Скайлер! Выполнять, быстро!».

«Слушаюсь!».

Моя задумка не поможет нам нейтрализовать всех роботов на территории — до каких-то не дотянется сканер, какие-то заражены ксеновирусом, и не ответят на запрос, но, по крайней мере, какое-то время выиграть они нам помогут.

На моих глазах несколько юнитов на тактической карте поменяли цвет с красного на зеленый — статус ботов, до которых дотянулась Элис, сменился на дружественный. И одна отметка тут же погасла: штурмовой дроид длинной очередью разнес хлипкого патрульного бота, бросившегося на врага.

— Импульс! — Скайлер натянула тяжи рогатки, и выпустила мини-гранату в сторону бота огневой поддержки. Я зло ругнулся: в нормальном состоянии у машин этого класса управляющие схемы защищены от электромагнитного импульса, и это значит, что Скайлер только что впустую потратила заряд.

Высунувшись из-за укрытия, я выпустил в бота несколько очередей. Боевая машина полыхнула щитами, закрываясь, и большая часть зарядов разбилась о них, не причиняя роботу никакого вреда. Большая — но не все. Видимо, мини-граната Скайлер все же нашла брешь в защите: робот шел, тяжело припадая на правую сторону и подтягивая за собой обездвиженную конечность. И щиты с этой стороны не сработали. Несколько плазмоидов ударили робота в корпус, и он, взвизгнув приводами, рухнул на бок.

К сожалению, дальше развить успех не удалось. Бот повел башней, и мое ненадежное укрытие сотряслось от попаданий из крупнокалиберного пулемета. Завизжали рикошеты, стальные листы покрылись отверстиями… Пока меня спасало только то, что завалившийся набок робот не мог довернуть башню под нужным углом. Но если он сейчас сменит позицию…

— Алтай! — крик Скайлер заставил меня вздрогнуть. Я резко развернулся, как раз, чтобы успеть увидеть, как девушка наносит удар своей глефой по бросившемуся на нее ремонтному боту.

У ремонтников нет оружия, однако на близкой дистанции лазерный резак или электропила так же смертоносны, как плазменный излучатель или тяжелый пулемет. А бот подобрался к девушке почти вплотную. Однако, судя по тому, как уверенно действовала Скайлер, звала она меня совсем по другой причине.

Развернувшись, девушка сделала пируэт и, используя глефу, как копье, ударила ею в туловище бота. Клинок при этом окутался веером молний. Послышался треск разряда, и бот отключился, рухнув на землю и по инерции проскользив несколько метров. Скайлер грациозным прыжком перескочила через бота, и выругалась. Я лишь стиснул зубы, представив, какую боль она сейчас испытывает. Рано ей еще такие кульбиты вытворять, ох, рано!

— Смотри! — девушка вытянула руку, указывая в ту сторону, где лежал обездвиженный бот огневой поддержки. Я рискнул высунуться, и обомлел от увиденного.

Огромную тушу тяжелого робота атаковали три маленьких дроида — два патрульных и один ремонтник. Зарядов для плазмоганов у патрульных не было, но это их не остановило — дроиды ринулись в ближний бой. Один из них крутился вокруг бота поддержки, безуспешно поливая его из станнеров, второй же, выстрелив сетью, бросился врукопашную — если этот термин применим к негуманоидному дроиду. Сеть обмоталась вокруг одного из пулеметов бота, запутавшись в роторах. Бот поддержки попытался запустить сервомоторы оружия, но только усугубил ситуацию — ротор заклинило. Юркий патрульный скакал вокруг ошеломленного врага и лупил его манипуляторами, вокруг которых вспыхивали искры электрошокера. Фантастика!

Однако даже эта сюрреалистическая картина не шла ни в какое сравнение с тем, что устроил ремонтный бот. Запрыгнув на корпус бота поддержки, он активировал оба резака, и, балансируя на дергающемся гиганте, пытался вскрыть корпус. Броня поддавалась плохо — но поддавалась! Еще немного — и ремонтнику удастся добраться до хрупкой начинки своего огромного собрата.

«Мне кажется, сейчас самое время покинуть поле боя», — заговорила Элис. «Еще два патрульных ведут бой с штурмовым дроидом, но, боюсь, надолго их не хватит. Нужно уходить, босс!».

Я не стал спорить с нейросетью. Уходить действительно нужно. Только, черт побери, куда?

— Проклятье, — отчетливо произнесла Скайлер. Я повернулся в ее сторону, и выругался гораздо жестче. Девушка прижимала руку к бедру, и даже отсюда мне было прекрасно видно, как между пальцами сочится кровь. Дерьмо! Рана открылась! Допрыгалась, блин!

— Скайлер! Уходим! — крикнул я, сделал шаг к девушке, и едва не упал от нового приступа головокружения. Перед глазами замелькали темные пятна, и я понял, что вот-вот потеряю сознание. Шкала энергии угрожающе мигала в самом конце желтой зоны.

Я активировал инъектор и почувствовал, как в кожу впиваются иглы. Пятна отступили, но в остальном состояние не сказать, чтоб улучшилось. Прекрасно просто! Я, теряющий сознание, Скайлер с открывшейся раной… Инвалидский спецназ, батальон «Боевые протезы», блин! Черт, как бы здесь насовсем не остаться…

— Скай, ты как? Идти можешь?

— Могу, — процедила она. — Только, боюсь, не очень быстро.

— Лови! — я дернул из подсумка трофейный автодок и бросил его девушке. Та неловко поймала девайс, недовольно поморщилась, но сунула его куда-то под накидку. Хоть не кочевряжится…

— Перевязка нужна? — я бросил взгляд на сражающихся роботов. Один патрульный вышел из строя и сейчас искрил на земле: бот поддержки улучил момент и прибил его тяжелой лапой. Докрутился, блин. Ремонтник и второй патрульный еще держались, но, кажется, это ненадолго: первое ошеломление от атаки своих у бота поддержки прошло, да и самовосстановление никто не отменял. Плюс, эффект от ЭМИ не бесконечен… В общем, валить нам нужно, как можно быстрей и как можно дальше.

— Пока нет, потерплю. Нормально. — Скайлер сплюнула на землю. Я нахмурился. Девчонка отчаянно храбрилась, но на самом деле ее состояние было крайне далеким от нормального.

— Держись. Я пошел вперед. Нужно расчистить дорогу. Не отставай!

«Босс, у нас остался один патрульный. Внимание, дроид врага!».

Перед глазами вспыхнула схема атаки и уклонения, сжав зубы, я прыгнул в сторону, уходя с линии огня, и веером выпустил длинную очередь от бедра. При приземлении меня качнуло, и первые заряды ушли выше. Оставшиеся жадно облизнули паучьи лапы дроида, и тот, резко охромев, по инерции пропахал землю. Поправив прицел, я на миг задержал спуск, и высадил остаток энергоячейки одним мощным зарядом.

Дроид взорвался. На этот раз я был умнее, и успел нырнуть в укрытие, прячась от взрывной волны. Сбросив опустевшую энергоячейку, я воткнул на ее место новую, и замер, отсчитывая мучительные пять секунд, в течение которых оружие перезаряжалось.

Писк зуммера, оповестившего об окончании зарядки, совпал с еще несколькими событиями. Пришедший в себя бот поддержки резко двинул манипулятором, сбрасывая с себя юркого ремонтника, успевшего проделать в его броне изрядную дыру, довернул второй пилон и короткой очередью практически в упор разворотил корпус докучавшего ему патрульного. Встав на ноги, бот сделал шаг и опустил конечность на барахтающегося на спине ремонтника. Отважный маленький дроид сыпанул искрами и затих, раздавленный тяжелым телом более крупного собрата. Зажужжали роторы, блок пулеметов на работоспособном пилоне начал раскручиваться. Обхватив рукой плюхнувшуюся рядом со мной Скайлер, я бросился за угол казармы.

Загрохотало, по спине сыпанули обломки: бот не успел совсем немного, вместо того, чтобы изорвать наши тела, очередь из пулемета обрушилась на стену здания. Крепко держа припадающую на ногу Скайлер, сам почти теряя сознание, я тащил девушку вдоль строения, торопясь как можно быстрее оставить его между нами и роботом-убийцей. До ворот оставалось около сотни метров, когда створки вдруг содрогнулись от мощного удара, распахнулись, и на территорию базы выкатились три стальных шара. Резко остановившись, шары развернулись, превращаясь в уже знакомых мне штурмовых дроидов. Издав нечленораздельный рык, я отшвырнул Скайлер в сторону, и, уже понимая, что не успею, в отчаянии активировал пиктограмму «Концентрации фокуса».

Окружающий мир мигнул и будто выцвел. Краски потускнели, звуки стали приглушенными и какими-то… Растянутыми? Потянув вверх ствол «Пульсара», я почувствовал сопротивление, как будто находился под водой. Ствол пошел вверх медленно и тяжело, но, тем не менее — пошел! В то время как дроиды, уже готовые открыть огонь, замерли. Приглядевшись, я увидел, как медленно, буквально по миллиметру сдвигаются блоки стволов их пулеметов — блоки, которые должны раскручиваться со скоростью, недоступной человеческому глазу. Совместив прицельную марку с первым дроидом, я нажал спуск, и тут же попытался перевести прицел.

От резкого движения меня бросило в сторону, я выругался, не слыша собственного голоса, и попытался прицелиться еще раз — на этот раз плавно и осторожно. Получилось! Я снова утопил спусковую клавишу, отправляя навстречу штурмовому боту рой плазмоидов, и тут в голове взвыла сирена, что-то полыхнуло, и в ту же секунду меня выбросило в привычную реальность.

В момент выхода из этого странного состояния я как раз пытался развернуться, чтобы выстрелить в третьего дроида. Не получилось. Меня крутануло так, будто я не прицел переносил, а изо всех сил пытался закрутить себя вокруг своей оси. Провернувшись, я потерял равновесие и тяжело упал на землю. В ушах выла сирена, шкала энергии мигала красным, во рту стало тепло и солоно, горячий ручеек пробежал по губам и подбородку. Кровь? Кровь. Моя кровь. Дерьмо!

Два взрыва слились в один, ударная волна сбила с ног вскрикнувшую Скайлер и уронила девушку на меня. Только спустя пару секунд до меня дошло, что это взорвались дроиды, по которым я выстрелил, кажется, вечность назад. Перед глазами мигали какие-то надписи, что-то кричала Элис, автодок раз за разом вгонял в плечо иглы инъектора, но мне, кажется, было уже все равно. Сознание медленно соскальзывало в темную бездну, в которой было тепло, уютно и спокойно… В отличие от этого негостеприимного места. Сквозь толщу воды, в которую я погружался, до меня доносились какие-то смутно знакомые звуки. Лицо что-то кричащей Скайлер двоилось. Черт, зачем кричать? Неужели непонятно, что мне нужен покой, хоть немного? Какая неблагодарная девушка. Я ей жизнь спас, и, кажется, уже не единожды, а она не может дать мне немного отдохнуть… Вот же… Если б знал — не связывался бы. Совсем совести нет…

— АЛТАЙ!!! — пронзительный крик, вторгшийся в мозг, разорвал пелену забытья и отбросил ее в сторону. Удивленно распахнув глаза, я увидел, что Скайлер стоит передо мной на коленях. Глаза закрыты, обе руки прижаты к моим вискам, из-под прокушенной губы сбегает струйка крови. Ее крик все еще гремел у меня в голове, но рот девушки был закрыт! Чертовщина какая-то!

Тряхнув головой, я схватил девушку за руки, и отбросил их в стороны. Б-р-р-р-р… Кошмарное ощущение! Как будто кто-то тебе в голову забрался! Однако от тех мест, к которым прижимались ладони Скайлер по телу разбегалось приятное тепло. Я вдруг почувствовал себя гораздо бодрее, и, застонав, попытался подняться.

Черт. Вот дерьмо! Из-за угла слышались тяжелые шаги: бот огневой поддержки приближался. Два штурмовых дроида, выкатившихся из-за ворот, пылали на земле, зато третий, отброшенный взрывом в сторону, медленно поднимался, снова раскручивая роторы пулеметов. Я попытался поднять «Пульсар», и лишь грязно выругался, когда плазменный излучатель, потяжелевший на сотни килограммов, просто выскользнул из рук, повисая на ремне, и прибивая меня к земле своим весом.

Элис перестала кричать. Вместо этого через всю панель мерцала надпись: «Опасность! Крайнее истощение организма!». Все пиктограммы мигали красным, в нижней части панели бежали тревожные логи состояния. Во рту — сухо, как в безжизненной пустыне, но самое страшное — меня совсем не слушалось тело.

— Алтай! Алтай, ну же! Вставай! — Скайлер уже не кричала — хрипела. Отчаявшись поднять меня на ноги, девушка ухватилась за эвакуационную петлю на разгрузке, и, расходуя последние силы, медленно потащила мое отяжелевшее тело куда-то в сторону. А я смотрел на шагнувшего вперед штурмового дроида, на выступившего из-за казармы тяжелого бота, и понимал, что это — все.

И в этот момент откуда-то сбоку метнулась крупная тень. Последний патрульный дроид, подтягивая перебитую в шарнире ногу, выскочил вперед, и замер, прикрыв нас собой, будто готовясь дать последний бой.

Я попытался рассмеяться, но изо рта донеслось лишь хриплое карканье. Отважный патрульный смотрелся таким маленьким и беззащитным на фоне своих более крупных собратьев. Ну что он вытворяет? Зачем? Они же его просто сметут!

Однако дроид знал, что делает. Как только вражеские боты открыли огонь, он вдруг поднял манипуляторы и раскинул перед собой мерцающее бледно-голубым светом силовое поле.

— Алтай! Алтай, мать твою, — всхлипывала девушка, предпринимающая воистину титанические усилия по транспортировке моей обмякшей туши. — Не умирай! Не вздумай умирать, слышишь? Помоги мне!

Я молчал. Сил говорить не было. Все, на что меня хватало — безучастно смотреть на содрогающееся от попаданий силовое поле патрульного дроида, который, медленно пятясь, прикрывал нас от воистину ураганного огня, и гадать, на сколько секунд еще хватит заряда в его аккумуляторах.

— Ну давай же! Давай! Я же тебя не дотащу! — кажется, девушка плакала. Я отстраненно подумал, что это совсем не похоже на обычно веселую и ироничную Скайлер. Как жаль, что я не могу ей помочь… Дура, бросила бы меня и бежала. Может, получилось бы, пока дроид еще держится…

— Пошел ты! — рявкнула вдруг девушка, будто прочитавшая мои мысли. — Не брошу! Не брошу, слышишь?

Ярость будто придала ей силы. Новый рывок — и я сдвинулся сразу на пару метров. Еще, еще…

Внезапно я увидел над головой козырек крыши. Куда она меня тащит? Зачем? Ведь бесполезно же… От ботов не укрыться… Что им эти постройки? На один хороший ракетный залп. Хотя стоп, кажется, у них нет ракет, иначе они бы их уже применили. Все равно бессмысленно. Стоит сесть аккумуляторам защищающего нас дроида, и они беспрепятственно вскроют здание.

Еще рывок — и я оказался внутри постройки. Скайлер наконец отпустила меня, и бросилась к выходу. Куда, дура? Погибнешь!

Кое-как изогнув шею, я успел увидеть, как силовое поле замершего у порога дроида гаснет, а через миг на него обрушивается настоящий шквал огня. Изуродованное тело бота влетело в помещение, как будто его пнул кто-то, и стрельба замолкла. В навалившейся тишине было хорошо слышно, как Скайлер, ругаясь, возится с чем-то у входа.

— Черт! Дерьмо! Нет энергии! Ручное управление… Где-то здесь должно быть ручное управление, — услышал я. Через миг ругань сменилась довольным восклицанием, которое утонуло в громком шипении пневмопривода. Лепестковые створки ангара со скрежетом пришли в движение, и последним, что я увидел, были два боевых бота, изо всех сил спешащие ко все уменьшающемуся входному проему. Я успел еще задать себе вопрос, почему они не стреляют, а потом створки окончательно закрылись, погружая ангар в плотный, непроглядный мрак. В точно такой же, в какой секунду спустя, не выдержав запредельных нагрузок, ускользнуло мое измученное сознание.

Глава 14

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Заброшенная военная база в предгорьях Скалистых гор.

Сознание возвращалось неохотно, органы чувств включались попеременно, нехотя… Сначала вернулось осязание — я понял, что лежать на спине, навалившись на собственный рюкзак и оружие чертовски неудобно, и со стоном перевалился на бок. Следом прорезался слух: до меня отчетливо донеслось какое-то шипение и приглушенная, злая ругань Скайлер, ну а потом наконец-то заработало зрение.

Я лежал на полу ангара, освещенного парой химических светильников. В нескольких метрах от меня Скайлер, завладевшая моей аптечкой, ругаясь сквозь зубы, орудовала хирургическим степлером и пистолетом с биоклеем. В общем, здесь ясно. А что это за шипение?

Я перевел взгляд на створки ангара, и заковыристо выругался про себя. Ровно по центру ворот появилась яркая красная точка, которая, смещаясь вниз, понемногу превращалась в линию. Вот же черт! Боты режут ворота!

Вскрыть наше убежище было той еще задачей. Базы на отдаленных планетах обычно представляли собой набор многоцелевых модулей, которые выполняли сразу несколько функций. Например, при транспортировке этот ангар был посадочной капсулой для техники, и в обычную стальную коробку с воротами превращался только отстрелив тормозные двигатели и сев на планету. То есть, конструкция была действительно крепкой, рассчитанной на длительные путешествия в космическом пространстве, прохождение сквозь атмосферу и достаточно жесткую посадку. Так что быстро добраться до нас у ботов не получится. Вот только проблема в том, что они никуда особенно и не спешили.

Убедившись, что прямо сейчас нам ничего не грозит, я обратился к интерфейсу. Панель диагноста сигнализировала о сильном истощении, требовала немедленно посетить регенерационную камеру, а после — отдыхать не меньше семидесяти двух часов. Панель биокомпьютера светилась красными иконками — функции недоступны, и лишь тактический блок работал без перебоев.

«Босс, хочу обратить ваше внимание на тот факт, что следующей подобной нагрузки ваш организм может и не перенести», — укоризненным тоном заговорила в голове Элис. «Вы были в шаге от комы. Если бы я своевременно не перехватила управление диагностом и не ввела нужные препараты…»

«Ну, для того ты у меня в голове и сидишь», — оборвал я нейросеть. «Ты мне лучше объясни, почему расход энергии так вырос? Мне теперь что, и стометровку не пробежать без оглядки на хрень у меня в голове? Если так — лучше б я там под завалом и остался. Не думаю, что инвалиды на Рапсодии живут долго».

«Я не могу сказать точно, босс. Складывается впечатление, что биокомпьютер не откалиброван под возможности вашего тела. Что он требует гораздо больше, чем оно способно отдать. Отсюда и проблемы при использовании. Есть ощущение, что биокомп — это не вся система, что не хватает чего-то еще…» — голос нейросети звучал растерянно. Я почувствовал поднимающуюся злость на программу, запихнувшую мне в голову нечто, о чем сама не имела ни малейшего понятия, но тут же себя осадил. Нет смысла портить нервы. Думал уже об этом. И выводы сделал. Вполне возможно, что, если бы не Элис — я был бы уже мертв. А так — еще побарахтаемся. «Дум спиро сперо», как говорили древние. «Пока дышу — надеюсь». Вот так и у меня. Правда, режущие ворота дроиды несколько мешали надеяться на благоприятный исход, но тут уж ничего не поделаешь. Придется выкручивать оптимизм на полную.

Сдержав болезненный стон, я кое-как уселся и стянул с себя рюкзак.

— Очнулся? — Скайлер бросила на меня взгляд исподлобья.

— Вроде как, — выговорить два простых слова удалось далеко не с первого раза — в горле пересохло так, что вместо членораздельных звуков было слышно только хрипение. Дотянувшись до трубки гидратора, я сделал несколько глотков, прополоскал горло, и откашлявшись, спросил:

— Сама-то как?

— Не очень, — хмуро ответила Скайлер. — Рану вот сижу штопаю. Правда, не очень понятно, зачем. Все равно сдохнем в течение часа-двух, — девушка кивнула в сторону ворот, красная линия на которых уже протянулась сантиметров на двадцать пять.

— Какой-то у тебя пессимистичный настрой.

Расстегнув рюкзак, я достал несколько батончиков, упаковку сухпая и консервы в разогревающей таре. Щелкнув чекой на банке с консервами, я отставил ее в сторону, ожидая, пока содержимое нагреется, и в ожидании взялся за брикеты универсального рациона. Курица. Обожаю курицу. Хоть никогда и не ел настоящую.

Скайлер посмотрела на меня округлившимися от удивления глазами.

— Тебе вообще ничто не способно перебить аппетит?

— Война войной, а обед — по расписанию, — пожал плечами я. — Если уж умирать — то хоть не на пустой желудок, — поймав ошеломленный взгляд девушки, я вздохнул и объяснил: — Диагност показывает у меня высокую степень истощения. Организму не хватает энергии. Нужно поесть.

— Импланты глючат? — сочувственно поинтересовалась девушка. Я лишь кивнул, не желая вдаваться в подробности.

— Понимаю, — Скайлер хмуро кивнула. Я в ответ лишь еще интенсивнее захрустел кубиком универсального рациона.

— Есть мысли, как отсюда выбираться? — спросила девушка, закончив с раной.

— Пока нет, — качнул я головой, вытер с губ крошки и потянулся за консервами.

— И ты настолько спокоен?

— Не вижу смысла нервничать, — пожал я плечами. — У нас всего два варианта: либо мы выберемся отсюда, либо нет. И нервы тут точно не помогут.

— Хм… Понима-а-ю… — протянула Скайлер. — А может, ты мне просто пудришь мозги, и сюда уже мчит кавалерия, которую ты вызвал по комлинку?

— Было бы неплохо, — кивнул я, — но увы. Боюсь, кавалерия слишком далеко, чтобы добраться до нас вовремя. Ну и я сейчас в целом предпочел бы пока не выходить в сеть. А то может случиться так, что роботы станут наименьшей из наших проблем.

— Не выходить в сеть? — девушка изогнула бровь, и я мысленно выругался. Блин, надо за языком следить. Сомневаюсь, что у каждого второго на Полигоне есть возможность включать и выключать сеть по собственному желанию.

— Я имел в виду… — я попытался исправиться, лихорадочно выдумывая на ходу правдоподобную отмазку, но Скайлер вдруг шикнула на меня и подняла руку, призывая к тишине. Я замер, вслушиваясь.

На улице что-то происходило. Шипение прекратилось, вместо него послышалось что-то еще. Толстые стены ангара хорошо глушили звуки, но невозможно полностью заглушить рев крупнокалиберного пулемета. Я услышал какие-то крики, шипение импульсных излучателей, скрежет металла, а потом вдруг все стихло. Через минуту снова зашипел резак, только теперь ворота резали не одним инструментом, а двумя. Дело пошло быстрее. Глядя, как красные полосы стремительно сливаются в окружность, достаточную по размеру, чтобы впустить в ангар штурмового дроида, я помрачнел.

Надев рюкзак, я уперся в пол и встал. Черт. Шатает. Слабость просто невероятная. Сражаться — последнее, чего хотелось бы в таком состоянии. Однако выбора нет, ничего не поделаешь. Я огляделся.

Ангар был практически пуст, только в дальнем его конце виднелось несколько ящиков и какие-то металлические конструкции: то ли части сборных строений, то ли разобранный корпус мультиплатформы — отсюда не понять. Укрытие, конечно, так себе, но за неимением лучшего…

— Держи, — встав, я протянул девушке «Спектр». — В подствольнике — электромагнитная граната. Постарайся закупорить проход, когда сюда сунется первый железный ублюдок. Потом бей короткими очередями, можешь особенно не целиться даже. Твоя задача — отвлечь их. А я уж постараюсь с ними разобраться, — подняв ставший невероятно тяжелым «Пульсар», я перевел оружие в потоковый режим и установил самую высокую концентрацию луча. Точечное воздействие высокой мощности щиты ботов, скорее всего, не выдержат. Или выдержат. Пятьдесят на пятьдесят. И скоро мы это выясним. — Давай, в укрытие.

Спорить девушка не стала. Взяв оружие, она поспешила в дальний конец ангара. Я, бросив взгляд на почти вырезанное в дверях отверстие, двинулся следом.

Присев за металлическим контейнером, я пристроил ствол «Пульсара» на стоящих рядом ящиках, взял на прицел вход и выдохнул. На самом деле я не верил в успех задуманного: вряд ли боты просто так ворвутся в ангар, скорее причешут все пулеметным огнем предварительно… Но сидеть, сложа руки, и смотреть, как приближается смерть, я не мог.

Что удивительно — я не боялся. Наверное, просто устал. Или все силы организма ушли на схватку и последующее восстановление, и на страх их просто не осталось. Неважно. Главное — постараться сделать так, чтоб не накрыло в первые же секунды. А там… Там еще побарахтаемся. При изрядной доле удачи, глядишь, даже и выкарабкаемся. Хотя верится в это очень слабо.

Две линии смокнулись, и шипение прекратилось. Вход прорезан. Ну что ж…

Палец напрягся на спуске «Пульсара». Я бросил быстрый взгляд на Скайлер: девушка застыла у стены ангара, засев за стальной конструкцией и неотрывно глядя на вход. Палец — на спуске гранатомета, губы плотно сжаты, лоб прорезала морщина… Выдохнув, я снова уставился на ворота.

Заскрежетал металл, кусок железа покачнулся и с жутким грохотом упал внутрь ангара. Я уже почти утопил спуск, когда сквозь грохот послышался голос. Человеческий голос.

— Эй, внутри! Не стреляйте, мы заходим!

* * *

Первые несколько секунд ошарашенный мозг искал подвох в происходящем. Это что, боты имитируют человеческий голос? Им это вполне под силу, да. Но зачем? Чтобы сбить нас с толку и беспрепятственно войти в ангар? Сложно как-то для роботов. До этого они особой смекалкой не отличались. Но что это тогда?

— Эй, вы слышите? — снова крикнули из-за ворот. Я бросил быстрый взгляд на Скайлер. Она сидела, все так же держа дверь на прицеле, однако выглядела не особенно уверенно. Она наморщила лоб, будто изо всех сил пыталась что-то вспомнить.

— Ингвар? — недоверчиво воскликнула девушка. — Это ты?

Прежде чем из-за дверей ответили, в дыре мелькнуло длинное, поджарое тело и стрелой метнулось к девушке. Я отреагировал практически моментально: резкий поворот, палец на спуск…

— Алтай, нет! — закричала Скайлер. Замешкавшись, я с ужасом увидел, как морфировавшая тварь вытягивается в прыжке, перелетая через импровизированное укрытие девушки, сбивает ее с ног…

… и начинает, повизгивая, вылизывать ей лицо.

Шарбар!

— Ну все, все, малыш, хватит! — Скайлер, смеясь, отпихнула морду твари, и встала на ноги. — Все, мальчик, все. Алтай! Все нормально, это друзья! — оставив «Спектр» на полу, девушка, подтягивая ногу, зашагала к выходу. — Пойдем, ну же!

Я недовольно глянул на нее, подобрал стрелковый комплекс, и не спеша пошел за Скайлер.

Выбравшись наружу, я остановился и осмотрелся.

Обездвиженный штурмовой бот замер в нескольких метрах от ангара. Рядом валялся штурмовой дроид, и я готов был поклясться, что из его корпуса торчит несколько… Стрел? Стрел. Что за…

Впрочем, оглядев компанию, стоящую у входа в ангар, стрелам в корпусе дроида удивляться я перестал.

Шесть человек. Пять мужчин, одна женщина. Экипировка — плюс-минус как у Скайлер. Накидки из микрокристаллов, кожаные подсумки, штаны из грубой ткани… Оружие… Оружие более уместно смотрелось бы в Серой зоне Полигона, никак не в Инферно, однако я уже видел, на что способна глефа Скайлер, так что недооценивать вооружение незнакомцев не стоило. Тем не менее, выглядело оно, как минимум, странно и удивительно.

Похожий на медведя русый здоровяк Ингвар был вооружен большим блочным луком, сейчас покоящимся за спиной. В руках — длинное копье. Наконечник широкий, листовидный, зазубренный.

Высокий худой парень с кожей красноватого цвета и длинными, заплетенными в косички волосами цвета воронова крыла был вооружен аналогичным образом. А среднего роста пластичный юноша с раскосыми глазами щеголял закреплённым за спиной длинным, изогнутым мечом.

Единственная в компании девушка держала наперевес арбалет — вроде моего, но более футуристичный. Еще двое мужчин были вооружены луками и прямыми мечами. Черт, фэнтези какое-то, честное слово!

Но самым удивительным и шокирующим было не оружие и внешний вид нежданных спасителей. Лично меня больше поразили два огромных морфа, похожих на Шарбара, как две капли воды. Морфы чинно сидели в стороне, и будто бы осуждающе глядели на своего собрата, игривым щенком скачущего вокруг хозяйки.

А вот сама хозяйка, несмотря на чудесное спасение, радостной не выглядела. Скайлер стояла, понуро опустив голову и глядела в землю, пока русый здоровяк ее отчитывал.

— Какого дьявола, Скай? Мы тебя обыскались! Ты исчезла, не сказав никому ни слова, мы себе места не находили! Даже все вместе не смогли до тебя дотянуться! Что это значит?

— Я… Я закрылась, Игнвар.

— Закрылась? Какого черта? Зачем было закрываться, объясни мне? Закрыться, чтоб попасть в историю, и едва не развалить мне голову, зовя на помощь? Как ты вообще здесь оказалась? Если бы не Шарбар — мы бы никогда не нашли это место! И кто, разрази меня гром, этот человек? Ты забыла наши правила?

— Ингвар, так было нужно, — тихо, но твердо ответила девушка. — Это Алтай. Я спасла его… Он спас меня… Ой, в общем, это длинная история! У Алтая проблемы, и, мне кажется, Вихо мог бы ему помочь.

Я удивленно вскинул брови. Вихо? Что еще за Вихо? И что за помощь такая? Что-то я об этом в первый раз слышу.

— Ты пообещала чужаку помощь Вихо? — Ингвар прищурился. — Пообещала помощь Вихо человеку Системы? Да в своем ли ты уме, Скайлер? Клянусь громом, я долго терпел твои выходки, но это уже выходит за любые грани! Моки, Акира, убейте его!

Чего-о-о? Да вы охренели?

Я сделал шаг назад и вскинул «Пульсар», нажимая кнопку накопителя. Оружие едва слышно загудело, и шагнувшие вперед длинноволосый и раскосый остановились.

— Нет! — Скайлер решительно встала передо мной, раскинув руки. — Алтай — не человек Системы! Или не совсем! Неужели ты сам его не чувствуешь?

— Я чувствую, — кивнул Ингвар. — Чувствую, что он отмечен. Но не так, как мы. От него за милю разит опасностью и смертью. Скайлер, от него нужно избавиться. Он принесет беду.

— Он спас меня, Ингвар. И не один раз. Когда-то давно, на другой планете, и здесь, дважды или трижды. Я хочу отблагодарить его!

— И готова ради благодарности поставить под удар всех нас? Скайлер, если о нас узнают, на нас объявят охоту и уничтожат! До сих пор мы живы только потому, что стараемся как можно меньше контактировать с людьми Системы, а ты хочешь отвести одного из них к Вихо!

— Кх-м, — откашлялся я, привлекая к себе внимание. — Простите, что прерываю ваш эмоциональный разговор, но, раз уж речь идет обо мне, позвольте поинтересоваться, какой смысл вы вкладываете в термин «человек Системы»?

Ингвар метнул на меня испепеляющий взгляд, но все же удостоил ответом.

— Люди Системы — такие как ты. Цифровые рабы. Те, кто выполняет все приказы Системы, те, за кем Система следит даже тогда, когда они спят. Система смотрит твоими глазами и слышит твоими ушами, Система знает все, что знаешь ты, а значит, ты для нас опасен.

— Если я скажу тебе, что как минимум последние пару дней Система считает, что я мертв и никоим образом не отслеживает мое местоположение, ты мне, конечно же не поверишь, да?

Ингвар внимательно всмотрелся в меня, так, что его взгляд, казалось, проник не только под шлем, но и под черепную коробку, и удивленно замер.

«Регистрирую направленное пси-воздействие», — отрапортовала Элис.

— Ты не врешь, — кивнул Ингвар. — Иначе я бы это почувствовал. Но, едва ты вернешься под сень Системы, она узнает все!

— Система узнает только то, что я захочу, чтобы она узнала, — я поднял забрало шлема и посмотрел Ингвару прямо в глаза. — И, если на то пошло, я вас сюда не звал, и с вами не напрашиваюсь. Так что, если вас что-то в моей персоне не устраивает — я здесь никого силком не держу. Идите своей дорогой, а я пойду своей. Из благодарности к Скайлер, я, так и быть, о вас никому рассказывать не стану. Если б я знал, что она водится с психами, готовыми убивать каждого встречного только за то, что он на них посмотрел, я бы и из ангара выходить не стал, чтоб не осквернять вас своим рабским взглядом, — я поймал себя на том, что нарываюсь, но, черт побери, какого хрена? Какие-то ряженые идиоты, блин. «Цифровой раб, человек Системы»… Еще не хватало перед всякими поехавшими тут расшаркиваться.

Ингвар вглядывался в меня еще несколько секунд, а потом кивнул в такт каким-то своим мыслям, и произнес:

— Я вижу в тебе странное. Это заинтересует Вихо. Ты пойдешь с нами, и пусть он решает твою судьбу!

Я открыл было рот, чтобы поинтересоваться, с чего бы, собственно, мне идти с ними к какому-то Вихо, как вдруг услышал шепот Скайлер прямо у себя в голове. Э, как это? Ведь стоящая рядом девушка даже губами не шевелит!

«Соглашайся, Алтай! Я обещаю, что тебе не причинят вреда! Вихо поможет! Он обуздает то, что тебя пожирает! Верь мне, пожалуйста!».

«Внимание! Направленное пси-воздействие», — снова ожила Элис.

Я внимательно посмотрел на девушку. То, что меня пожирает? Кажется, Скайлер знает обо мне гораздо больше, чем пытается показать. Это она про биокомп, что ли? Интересно, интересно…

«Верь мне», — снова послышался шепот.

«Я бы согласилась», — проговорила Элис. «В конце концов, двинуться в Предел в одиночку прямо сейчас мы не можем. А здесь есть шанс узнать что-то новое о биокомпьютере, и, возможно, разобраться в том, как взять его под контроль. Такой шанс нельзя упускать. Кроме того, не уверена, что в нынешнем состоянии вы сможете противостоять шестерым бойцам и двум морфам. Думаю, лучше принять их условия.».

Я тяжело вздохнул. Проклятье, кажется, я снова ввязываюсь в какую-то авантюру. Однако… Телепатия, ручные морфы, существование в Инферно без имплантов и какой-либо связи с Системой… Кажется, этим ребятам удалось меня заинтересовать. И, если этот их Вихо действительно знает что-то о биокомпе… Дерьмо!

— Хорошо, — я кивнул. — Я пойду с вами. Но не потому что вы этого захотели. Думается, мне действительно есть, о чем поговорить с этим вашим Вихо, кем бы он ни был.

Ингвар прищурился и кивнул.

— Будет так. Выступаем! Акира, Моки, следите за нашим… гостем. А ты, Скайлер, пойдешь со мной. Я хочу услышать как можно более полный рассказ о твоих приключениях до того, как мы вернемся. И желательно, чтобы он был убедительным.

Скайлер криво усмехнулась и кивнула. Раскосый с длинноволосым, бросая на меня недружелюбные взгляды, пристроились с обеих сторону, еще двойка выдвинулась вперед головным дозором, а Скайлер и Ингвар оказались в центре построения. Таким строем мы и двинулись к выходу из базы.

Что ж, надеюсь, я не пожалею о своем решении.

Глава 15

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Предгорья Скалистых гор.

Мы шли около полутора часов. Не бегом, но быстрым шагом, в темпе, которого моему обессиленному организму было вполне достаточно, чтобы я почувствовал себя совершенно вымотанным. По мере того, как мы углублялись в Красную зону, меня все чаще посещала мысль о том, что я совершаю ошибку. На фоне этих парней даже откровенно странноватая Скайлер выглядела нормальной. Каким же психом должен быть этот их Вихо, кем бы он ни был?

Впрочем, сейчас думать об этом уже было поздно. Черноволосый и раскосый — индеец и японец, если не ошибаюсь, не отставали от меня ни на шаг, буравя затылок настороженными взглядами. Свое оружие они держали наготове, и, памятуя о скорости Скайлер, я сильно сомневался, что успею развернуться и срезать их, прежде чем они пустят свои ковырялки в дело. Опередить их я смогу, разве что, используя «Концентрацию фокуса», однако шкала энергии, недвусмысленно мерцающая желтым, как бы намекала, что делать этого не стоит.

А вообще — интересные ребята, да. Одеты и экипированы как минимум странно, вооружение — и вовсе сплошное сумасшествие. Нет, недооценивать их оружие я не стану, я видел, на что способна глефа Скайлер, но, мать вашу, к чему эти игры в средневековье в мире, в котором я даже с «Пульсаром» в руках и «Спектром» за спиной не чувствую себя в безопасности? Безумие.

К началу второго часа я выдохся окончательно. Нет, идти я кое-как мог, но, если б случилось нечто непредвиденное, отбиваться от этого непредвиденного уже точно не получилось бы.

К счастью Ингвар скомандовал привал. Я едва удержался от того, чтобы не упасть ничком, ткнуться забралом в землю и забыться часов на несколько. Не очень хотелось показывать этим ребятам, насколько я измотан. Как-то оно… Не то, чтоб стыдно, но размазней выглядеть желания нет.

Воспользовавшись тем, что Ингвар что-то втирал японцу и краснокожему, ко мне подошла Скайлер.

— Ты как? — поинтересовалась девушка.

— Терпимо, — пожал я плечами. — А ты?

— Лучше. Значительно лучше, — выглядела она действительно не так, как совсем еще недавно. Интересно. Я еще в начале пути обратил внимание, что после того как дама с арбалетом подержала руки на бедре Скайлер, девушка будто второе дыхание обрела. Шла она, по крайней мере, гораздо бодрее, чем после моего «лечения». И это с открывшейся во время боя раной! Да, интересные персонажи, интересные…

— Ты мне ничего не хочешь рассказать? — я испытующе посмотрел на девушку. — Что это, блин, за лесные братья? Кто такой Вихо? И о какой, черт побери, помощи вообще идет речь?

— Скоро ты все узнаешь, — девушка отвела взгляд.

— Это снова не твоя тайна, да? — усмехнулся я.

— Да, — Скайлер кивнула.

— Что ж. Надеюсь, мне не отвернут голову за посвящение в нее, — я искоса посмотрел на Ингвара, закончившего раздавать ценные указания бойцам и направившегося в нашу сторону.

— Здесь тебе придется сдать оружие, — проговорил он, сверля меня взглядом, который мягче всего можно было назвать недружелюбным. Я хотел было ответить какой-нибудь колкостью, но сдержался. Во-первых, в голову не пришло ничего достаточно остроумного, а во-вторых, я слишком хреново себя чувствовал, чтобы препираться со здоровяком. Потому я лишь пожал плечами и принялся разоблачаться.

На землю рядом с Ингваром лег «Пульсар», за ним последовал «Спектр». Гранатные подсумки. «Экзекутор». «Вампир». В рюкзак за гранатами я не полез — лениво. Попросит — тогда так и быть. А так…

— Это все? — здоровяк продолжал смотреть на меня так, будто собирался просверлить во мне дырку.

— Все, — кивнул я.

— Хорошо. Теперь посмотри сюда, — он поднял руку. Я рефлекторно перевел взгляд на нее, и в этот момент буквально у меня под носом что-то щелкнуло. Мигнула синеватая вспышка, и в ту же секунду панель интерфейса погасла.

«Зарегистрирован электромагнитный импульс малой мощности», — отрапортовала Элис. «Все электронные системы выведены из строя».

Рефлекторно отпрянув, я уставился на вторую руку здоровяка, в которой он сжимал шарик, похожий на те, которыми стреляла Скайлер из своей рогатки.

— Извини, — усмехнулся Ингвар. — Так быстрее, чем объяснять, что и для чего я делаю.

— Угу, — мрачно кивнул я. Понятно. Видимо, мы недалеко от цели нашего путешествия, и «лесные братья» стремятся обезопасить свое убежище. Что ж. Логично. С вырубленными имплантами я точно не передам их координаты.

— Еще тебе придется надеть вот это, — бесшумно подкравшийся краснокожий протянул мне плотный черный мешок.

— Не совсем в моем стиле, ну да ладно, — я протянул руку, и забрал мешок. — Надеюсь, парни, вы меня не станете фотографировать в таком виде.

Ингвар презрительно скривился, показывая, что он думает о моих шутках, а я отстегнул шлем, прикрепил его к лямке рюкзака и натянул мешок.

— Собака-поводырь прилагается? — мой голос из-под мешка звучал приглушенно. — Только, чур, не Шарбар! Мне кажется, я ему не очень нравлюсь.

— Открою тебе секрет, — прогудел Ингвар. — Ты здесь вообще никому не нравишься. Скайлер, веди своего дружка. И посоветуй ему заткнуться, иначе мне придется использовать еще и кляп.

— У тебя просто нет чувства юмора! — едва слышно пробормотал я. Скайлер прыснула.

— Лучше и правда не злить его, — прошептала девушка. — Потому что про кляп он вполне серьезно. Пойдем, тут недалеко осталось, — девушка взяла меня под руку и слегка подтолкнула. Я глубоко вздохнул, и шагнул вперед. Что ж. Будем надеяться, я не совершаю самую большую в своей жизни ошибку.

* * *

После того, как мне на голову надели мешок, путь занял около часа средним шагом. Однако, судя по тому, как часто менялось направление, сложилось впечатление, что меня просто водят кругами, чтобы запутать следы. За это время Ингвар или кто-то еще из его шайки несколько раз повторял манипуляции с ЭМИ-гранатой, опасаясь, что мои импланты снова заработают и я смогу записать путь к их берлоге. Ну… Здраво, на самом деле, у них есть все резоны не верить моим словам по поводу того, что я не передаю никаких данных. Я бы, наверное, так же поступил. Главное — чтоб я отсюда потом сумел выбраться. А остальное…

Вообще, я слабо себе представлял цель, с которой иду вместе с отрядом. Какая-то мифическая помощь, которую мне якобы окажет некий Вихо… Помощь в чем? Все эти недоговорки со стороны Скайлер… Мне бы поскорее выбраться из Инферно и вернуться на базу «Буревестников» в Пределе, но тут есть несколько скользких моментов. Во-первых — мне реально не помешало бы отдохнуть. Потому как самостоятельная боевая единица из меня сейчас сильно так себе. Во-вторых — я все же надеялся, что Скайлер выведет меня из Инферно. Сам я могу и напороться на какую-нибудь неведомую дрянь просто потому, что могу даже не подозревать о ее существовании. Ну и, наконец, в-третьих, выбора у меня было. Несмотря на всю мою браваду, шестерых лесных братьев, да еще и с двумя морфами, я точно не потяну, а они недвусмысленно дали мне понять, что вариантов нет. Либо я иду с ними, либо остаюсь гнить на военной базе в ущелье. Думаю, выбор очевиден.

Внезапно покрытие под ногами изменилось. Вместо упругого грунта я почувствовал под подошвами сначала все больше мелких камешков, а потом — твердое, неровное покрытие. Мы что, снова вернулись в скалы? Не понимаю…

— Стоп, — прошептала Скайлер. — Стой на месте.

Я послушно остановился. Некоторое время ничего не происходило, а потом я услышал характерный звук, с которым открываются металлические ворота на пневмоприводе.

— Идем, — Скайлер слегка подтолкнула меня.

Двигаясь к воротам, я вдруг ощутил легкое электростатическое воздействие: мешок затрещал, а волосы на голове зашевелились сами по себе. Хм. Интересно. Что бы это могло быть? Маскировочное искажающее поле?

Поверхность под ногами снова изменилась: теперь это был синтбетон, или что-то очень похожее на него. У шагов появилось эхо. Я предположил, что мы шли по тоннелю, проложенному в скале. Надо же, с каждой минутой все интереснее.

Сколько мы шли по тоннелю, сказать было сложно — в какой-то момент я все же потерял счет времени, хоть и пытался отсчитывать секунды про себя. Когда мне уже стало казаться, что от усталости, вызванной истощением, я сейчас просто свалюсь на пол, Ингвар скомандовал:

— Стоп. Скайлер, все, отлипай от него, дуй в лазарет, а потом к Вихо — он тебя ждет и жаждет услышать твою увлекательную историю. Акира, Моки — отведите нашего гостя в его комнату. Остальные могут отдыхать.

Скайлер угукнула, и я перестал чувствовать ее руку. Послышались легкие шаги, но, прежде чем девушка ушла, я услышал у себя в голове ее мягкий голос: «Не бойся. Все будет хорошо».

Хм. Надеюсь.

Кто-то из сопровождающих крепко взял меня за предплечье и подтолкнул вперед. Еще пара минут ходьбы — и мне скомандовали остановиться. Снова зашипела дверь, меня толкнули в спину, и что-то буркнули вслед. Дверь закрылась. Я постоял пару секунд на пороге, и, стащив с головы мешок, с интересом огляделся.

Я очутился в небольшой комнатке, напоминающей каюту космического корабля. Низкий потолок, узкая койка, привинченная к полу, небольшой откидной столик… Все. Стены — голые, на койке — скатанные матрац и одеяло. Увидев койка, я с трудом сдержал стон. Кровать. Кровать, черт побери! Отдых! М-м-м…

— Босс, я записала траекторию движения до этого места. Наложив ее на карту, я смогу понять, где мы находимся, но для этого мне понадобится работоспособный интерфейс, — «ожила» Элис.

— Прекрасно, — буркнул я, снимая рюкзак. Удивительно, что его не забрали. Вот балбесы. Там много интересных предметов, используя которые я смогу навести здесь шороху. Хотя, предпринятые Ингваром меры больше походили на следование некой инструкции, чем на реально желание обезопаситься. Что ж, значит, в рюкзаке рыться не стану. Сейчас сниму броню, раскатаю матрас, и…

— Стоп! — внезапно в голову пришла мысль, которая бродила где-то в глубине сознания еще со времен схватки на обогатительной фабрике, когда я впервые подставился под электромагнитный импульс вражеской гранаты. — Элис, а как получается, что все импланты вырублены, а ты продолжаешь функционировать?

— Кажется, вы плохо изучали матчасть, босс, — Элис усмехнулась. — Нейропроцессоры армейского образца защищены от электромагнитного воздействия, так как являются, по сути, частью вашего организма. Выход нейропроцессора из строя может повлечь за собой непредсказуемые последствия. Большая часть современных имплантов также защищены от ЭМИ, однако импланты, поставляемые «Нью Вижн» на Рапсодию принадлежат к прошлым поколениям. Проще говоря — это устаревшее оборудование. Именно поэтому защиты у них нет.

— Понятно, — пробормотал я, снимая разгрузку и принимаясь за броню.

— Однако есть еще одна причина. Дело в том, что мой программный код инсталлирован не только в нейропроцессор.

— В смысле? — я продолжал воевать с заклинившей застежкой.

— Основная часть моего программного кода инсталлирована непосредственно в кору вашего головного мозга. Если конкретнее — в неокортекс. Теоретически, даже если удалить нейропроцессор, я продолжу функционировать, хоть и в урезанном виде, снова перейдя в режим обучения.

Я замер. Вот это новости.

— Ты хочешь сказать, что… — я никак не мог сформулировать мысль. — Ты… Ты — часть меня? Навсегда?

— А вы бы этого не хотели? — голос Элис проибрел игривые нотки. — «Пока смерть не разлучит нас», и все такое…

— Элис!

Голос в голове вздохнул.

— Технически — нет. При удалении программного обеспечения из нейропроцессора, код будет удален и из неокортекса. При желании, конечно же. Однако, я думаю, что ученые из «Кибердайн системз» отдали бы многое за возможность понаблюдать за развитием псевдоличности, лишенной основного управляющего модуля.

Я, наконец, разоблачился, и присел на угол кровати. Черт побери, что вообще происходит? Как я вообще дошел до того, что у меня в голове сидит электронная нейросеть в компании с инопланетной тварью? Я — это вообще я, или от меня самого уже ничего не осталось? Долбанные экспериментаторы! Вот бы добраться до тех, кто все это затеял, а? Я бы нашел, о чем с ними поговорить, честное слово!

— Босс, вы чересчур устали, — мягко проговорила Элис. — Я думаю, вам стоит отдохнуть и набраться сил. В последнее время вы переживаете чересчур сильный стресс. Помноженный на физическое истощение, он…

— Заткнись! — рявкнул я. Твою мать. Неужели все это со мной навсегда? Может, и правда, проще было приставить ствол к челюсти и вжать спуск, как советовали голоса в мозгокрутке?

— Босс…

— Иди к дьяволу, Элис! — я рывком развернул матрац, встряхнул, расправляя одеяло, и, как был, в обуви и одежде, повалился на кровать. — К дьяволу. И тебя, и сколопендру, и «Кибердайн системз», и «Нью Вижн», и весь этот поехавший мир! Дайте мне побыть одному, мать вашу!

— Слушаюсь, босс, — пробормотала нейросеть и… отключилась? Наверное. Насрать.

Повернувшись набок, я натянул одеяло по самые уши, и уснул раньше, чем успел закрыть глаза, успев лишь подумать напоследок, что, наверное, ничему на Полигоне уже не смогу удивиться.

Оказывается, я ошибался.

Глава 16

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Неизвестное место в предгорьях Скалистых гор.

Проснулся я от того, что меня трясли за плечо. С трудом подавив желание сломать руку трясущему, неохотно открыл глаза, и наткнулся на знакомый, слегка насмешливый взгляд.

Скайлер.

Выглядела девушка значительно лучше, чем когда я видел ее в последний раз. На щеки вернулся румянец, да и держалась она как-то иначе. Черт, сколько времени вообще я тут провалялся?

— Вставай, — дружелюбно и приветливо проговорила девушка. — Тебя хочет видеть Вихо.

Я потер ладонью лицо, тряхнул головой и сел на кровати.

— Сколько я спал?

— Часа четыре, наверное, — девушка пожала плечами. — Извини, что разбудила, но Вихо…

— Да кто, мать вашу, вообще такой, этот ваш Вихо? И с какого перепуга я должен, сломив голову, бежать на его зов? — сказать, что меня начали раздражать все эти недомолвки — значит, не сказать ничего. Сколько можно уже, черт побери?

— Бежать вовсе не обязательно. Вихо у нас за главного. Он хочет с тобой побеседовать.

Я открыл было рот, чтоб что-то возразить, но Скайлер, улыбнувшись, мягко перебила меня:

— Алтай, сейчас ты получишь ответы на все свои вопросы. И Вихо ответит на них намного лучше, чем я. Поверь, тебе ничего не грозит. Скорее, наоборот — станет только лучше.

Вздохнув, я встал и огляделся.

— Умыться-то хоть можно?

— Конечно, — улыбнулась Скайлер. — И даже душ принять. Извини, но тебе это не помешает.

Я хмыкнул. Ну, да. С того момента, как я по-человечески мылся в последний раз, прошла, кажется, уже целая вечность. Скайлер мою бренную, вытащенную из развалин, тушку обмыла, конечно, перед тем, как оказывать помощь, но с полноценным душем это ни в какое сравнение не идет.

— Где? — я сделал стойку не хуже охотничьей собаки, почуявшей дичь.

— Пойдем, покажу, — со смехом проговорила девушка.

К моему удивлению, дверь оказалась открытой, и охраны за ней не наблюдалось. Все, я больше не пленник?

— Я рассказала Вихо о тебе, — произнесла вдруг Скайлер. — И смогла убедить, что ты не опасен для нас. Так что теперь ты гость.

— Ты телепат? — прямо спросил я. — Умеешь читать мысли и внушать свои на расстоянии?

К моему удивлению, Скайлер не стала уходить от ответа.

— Совсем немножко. Не то, чтобы я прямо читаю мысли, скорее, слышу эмоции и намерения. Но сейчас я тебя слушать не пыталась. Чтобы понять, о чем ты думаешь, совсем не обязательно быть телепатом — у тебя все на лице написано.

Я лишь хмыкнул. «Совсем немножко». Ну, да. Разговаривать в моей голове, звать на помощь, не раскрывая рта… Совсем немножко, ага. Ладно, черт с ним. Посмотрим, что расскажет этот Вихо.

— Сюда, — Скайлер толкнула дверь и сделала приглашающий жест. Я переступил через порог и огляделся.

Стандартная душевая, очень напоминает казарменную. Пол, выложенный плиткой, торчащие с потолка трубы с кранами, невысокие, по плечо, перегородки, длинная лавка для раздевания… Интересно, где же размещена база «лесных братьев»? То, что она находится внутри скалы — это понятно. Но что здесь было раньше?

— Вот. К твоим услугам. Не роботизированная кабинка с режимом массажа и ароматизированной водой, но помыться сойдет, — усмехнулась девушка. Я лишь кивнул.

— В общем, занимайся. Закончишь — выходи, тебя проводят к Вихо.

Я кивнул, дождался, пока девушка выйдет, и принялся раздеваться.

На полочке нашелся запаянный в пластик одноразовый комплект «мыльно-рыльных» принадлежностей: пакетик с гель-шампунем, крошечный тюбик с гелем для бритья, одноразовым станком и даже миниатюрный тубус с антиперспирантом. Там же — невесомое полотенце из микрофибры и мочалка. Набор выглядел знакомым до боли. Повертев упаковку, я очень быстро нашел то, что искал: клеймо с надписью «E. F. Army». Хм. Что и требовалось доказать. Стандартный армейский комплект. Интересно.

Поэкспериментировав с кранами, я добился нужной температуры дезинфицированной, резко пахнущей химикатами жидкости из системы рециркуляции, назвать которую водой не поворачивался язык, и встал под куцую струйку. Когда-то очень давно тот факт, что мыться приходится в отходах жизнедеятельности, при помощи хитрых систем очистки и дистилляции, превращенных в относительно чистую и пригодную для повторного использования жидкость, вызывал во мне, если не омерзение, то, как минимум, некую брезгливость, но это время прошло. Сейчас я просто радовался возможности помыться. На Рапсодии и это — роскошь.

Выдавив гель на мочалку, я принялся воодушевленно намыливаться, на физическом уровне ощущая, как с меня слоями сходит грязь, кровь и адское напряжение прошедших дней. Кажется, за все это время я отдыхал ровно одну ночь — на базе «Буревестников».

«Буревестники»… Черт, как там мои ребята? Дошла до Сандерса весть о гибели группы? И если да — как он на нее отреагировал? Он собирался убить Блайза за то, что тот выжил в такой же вылазке… В отличие от его людей. Проклятье, ничего не напоминает, а? М-да. Если бы не Дис, Блайз, Марго и Трикс, я бы, наверное, тоже не стал возвращаться. Неизвестно, что в голове у контуженного. Надеюсь, на ребятах не отыграется. Нет, нужно перетирать с этим их Вихо и валить отсюда. Когда там гребаный турнир? Я хоть не опоздал на него еще? Вроде нет. Хотя… Не факт, что я на него попаду вообще.

Мое внимание привлек какой-то звук, выбивающейся из общего шума воды. Не подавая виду, я слегка приоткрыл один глаз и скосил взгляд. Это что еще за новости?

У входа, опершись на дверной косяк, стояла Скайлер. Девушка беззастенчиво наблюдала за мной, а на лице ее играла легкая полуулыбка.

— По пятницам вход на эротическое шоу у нас по двойному тарифу, — кажется, я застал ее врасплох. Ойкнув, девушка выронила пластиковый пакет, который держала в руках, зарделась — хоть прикуривай, и, чтобы скрыть смущение, нагнулась за своей ношей. Впрочем, ей быстро удалось взять себя в руки: когда она выпрямилась, от смущения не осталось и следа.

— Вообще-то сегодня вторник, — с улыбкой проговорила девушка, прошла к лавке и положила на нее пакет.

— Во вторник оплата стандартная, — хмыкнул я. — Кредиты можно перечислить на мой баланс.

Остановившись напротив моей кабинки, Скайлер сложила руки на груди и окинула меня нарочито изучающим взглядом с ног до головы. Теперь уже неловкость скрывать пришлось мне: кажется, я понял, что под такими взглядами ощущают девушки.

— Да было бы за что платить, — насмешливо фыркнула Скайлер. И тут же, сменив тон на более серьезный, проговорила: — Я тебе одежду принесла чистую. А то твою, уж прости, даже в утилизатор при приличных людях выбрасывать стыдно. Смотри, воду всю не выплескай. У нас тут не военная база Федерации, экономить приходится, знаешь ли, — не удержалась, чтоб не подколоть.

— Да я, если честно, уже подзабыл, как оно, на базе-то, — в тон ей ответил я, поворачиваясь к девушке. — А в тюремном блоке помывка раз в неделю, и та — строго по времени. Дай уж душу-то отвести.

Взгляд Скайлер, будто помимо ее воли, опустился вниз, а потом девушка ойкнула, снова зарделась и что-то пробормотав, пулей выскочила из душевой. Я ухмыльнулся и принялся смывать с себя пену.

Через несколько минут, чистый и свежий, я распечатывал пакет, принесенный Скайлер. Хм, смотри-ка — опять армейское имущество. Легкие штаны оливкового цвета, такая же термокофта с камуфляжными вставками на рукавах, и оливковая куртка на молнии. Все новенькое, с иголочки. Там же нашлось белье и новые носки.

— «Не военная база», ты гляди, — хмыкнул я. — А откуда же тогда столько добра военного?

Одевшись в чистое, я почувствовал себя значительно лучше. А тут еще и Элис доложила, что импланты «очухались» после нескольких подряд ЭМИ-ударов. Хорошо. Шкала бодрости на восстановившемся интерфейсе внезапно была аж зеленой, и я почувствовал, как настроение улучшается. В кои-то веки можно хоть немного отдохнуть, не нужно никуда бежать и ни с кем воевать… Наверное. Посмотрим, как будут развиваться дальнейшие события.

— Элис, ты выяснила, где мы находимся? — тихонько обратился я к помощнице.

— Не совсем, — отозвалась нейросеть. — Географически — где-то в Скалистых горах, не далеко от военной базы, на которой бились с роботами. Конкретнее сказать сложно. В локальных архивах информация отсутствует, а глобальная сеть отключена. Впрочем, даже если б я попыталась к ней подключиться, сомневаюсь, что это удалось бы. Здесь работает очень мощное изолирующее поле, наподобие того, что вы использовали в бункере Сандерса.

— Ясно. Что ж. Пойдем знакомиться с хозяевами. Может они расскажут что-нибудь интересное?

— Так сразу? — удивилась Элис.

— Ну да, — не понял я. — А в чем дело?

— Ну… — протянула нейросеть, — я решила, что сначала вы захотите навестить эту особь, которая так откровенно вас разглядывала. Возможности моих сенсоров сейчас крайне ограничены, но даже так я могу сказать, что, с вероятностью в девяносто процентов, эта самка рассматривает вас, как потенциального сексуального партнера. Да и вы, если судить по реакции вашего организма…

Я почувствовал, как краской заливает уже меня.

— Заткнись, Элис! — рыкнул я, выругался и быстрым шагом направился к двери.

* * *

Скайлер снаружи не оказалось. Зато там околачивался невысокий, подвижный японец. Как там его… Кажется, Акира… Да, точно. Окинув меня изучающим взглядом, Акира сделал приглашающий жест.

— Пойдем. Отведу тебя к Вихо.

Я кивнул и направился следом.

Некоторое время мы шли по коридорам, явно проложенным в толще скал. Дьявол. Если это не военная база, то что тогда вообще? Не думаю, что любое гражданское предприятие приложило бы столько сил, чтобы оборудовать себе обиталище. Разве что одна из корпораций… Но зачем корпорациям вкладывать деньги в защищенную базу на заштатной планете?

За размышлениями я не заметил, как мы выбрались в коридор, который, наверное, можно было назвать главным. Пару раз навстречу попадались люди, из-за открытых дверей слышался разговор и женский смех, откуда-то потянуло съестным, и мой желудок отозвался на запах голодным бурчанием. Сопровождающий меня Акира усмехнулся, услышав этот звук.

— Пришли, — японец остановился у неприметной двери. — Входи. Тебя ждут.

Я глубоко вдохнул, шагнул вперед и постучал. В конце концов, я здесь в гостях, и правила приличия соблюдать не помешает.

— Войдите, — послышался из-за дверей приятный, низкий голос.

Дверь отъехала в сторону, и я вошел.

Окинув взглядом помещение, от неожиданности я замер на пороге. Черт побери! Я ожидал увидеть все, что угодно, но только не это!

Комната была достаточно большой — и оказалась заставлена стеллажами с биологическими препаратами. Чем больше я смотрел — тем больше подмечал деталей. И тем удивительнее эти детали выглядели.

Пожалуй, чем-то это помещение напоминало выставочный зал Скульптора. Но, если там была кунсткамера поехавшего психа, то здесь все больше напоминало лабораторию серьезного ученого. В прозрачных колбах покоились ткани и внутренние органы, и я готов был дать руку на отсечение, что они принадлежали ксеносам. В большом кубе плавала тварь, как две капли воды похожая на падальщика — рабочего биоморфа, такого же, с каким я сражался в подземельях Серой зоны. Рядом с ним виднелась забальзамированная голова твари, очень похожей на Шарбара или одного из его собратьев, а гордостью экспозиции был огромный мозг, размещенный в цилиндре, стоящем на подставке в центре комнаты. Мозг был покрыт темной слизью, и в какой-то момент, уловив пульсацию тканей, я решил, что он до сих пор жив. Это было решительно невозможно, но, рассмотрев провода и электроды, тянущиеся от мозга куда-то к стойкам с компьютерами, пришлось признать, что скорее всего, это действительно так.

Во всем этом паноптикуме совершенно терялся его хозяин — крепкий мужчина средних лет, с длинными волосами цвета воронова крыла, заплетенными в косу, облаченный в белый лабораторный халат. Из-под халата выглядывал рабочий комбинезон. Когда я вошел, мужчина колдовал над проекцией терминала, но сейчас он встал из-за стола и шагнул вперед.

— Виктор Колберт, — представился он, протягивая руку для пожатия. — Но все здесь называют меня просто Вихо. А вы, насколько я понимаю, Алтай?

— Так точно, — я пожал протянутую руку, и про себя поразился тому, насколько приятным оказалось пожатие этой сухой ладони. Крепкое, но без фанатизма, короткое, но дружелюбное. Совсем не такого ожидаешь от ученого. А в том, что Вихо — ученый, я уже не сомневался.

— Очень приятно, — кивнул хозяин. — Скайлер успела мне рассказать о вас достаточно много, и я склонен сделать вывод, что вы в лучшую сторону отличаетесь от… скажем так, других обитателей Рапсодии. Нынешних обитателей я имею в виду, конечно же.

— Ну, вы и ваши ребята тоже на них не очень похожи, — слегка усмехнулся я, — мягко говоря. Вот только к сожалению, ни о них, ни о вас Скайлер не рассказала мне ровным счетом ничего.

Вихо кивнул.

— Таковы наши правила, — проговорил он. — В общине я решаю, что и кому рассказывать. И насколько быть откровенным. От этого зависит наше выживание, к сожалению, и задушевные разговоры с каждым встречным — не самый разумный шаг.

— Понимаю, — протянул я, невольно копируя Скайлер.

Мой собеседник улыбнулся.

— Вижу, вы успели попасть под обаяние нашей девочки. Неудивительно. Скайлер не только умна, но и крайне харизматична. Жаль, что ее жизнь сложилась именно так. Из нее вышел бы очень неплохой специалист.

— Специалист? — я вскинул бровь.

— А вы не знали? На момент печальных событий, предопределивших ее дальнейшую судьбу, Скайлер училась на факультете биологии. На Калибан она приехала, взяв академический отпуск, чтобы ухаживать за больным отцом. К сожалению, девочка связалась не с той компанией, и случилось то, что случилось. Насколько я понимаю, вы в этом приняли некое участие.

Я лишь пожал плечами.

— Я выполнял приказы… И свой долг.

— Не нужно об этом, — махнул рукой Вихо. — Я знаю, что происходило на Калибане не из передач в информсети. Но вообще я не об этом. Благодаря вам, девушка отправилась в Одинокий пик… А могла бы — в крематорий. Не каждый солдат сделал бы то, что сделали вы тогда — особенно после горячки боя и лицезрения мертвых товарищей.

— Мало чести в том, чтобы глумиться над побежденным врагом, — кажется, пожимание плечами — мой самый популярный жест сегодня. — Даже если он преступник… и убийца.

— Убийца… — Вихо тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла. — Да. Девочке всерьез сломали психику. Сначала — калибанские события, потом — то, что ей пришлось пережить в Одиноком пике, и позже — здесь, на Рапсодии. Сейчас она почти восстановилась, но вспышки агрессивной кровожадности, которые у нее все еще бывают, меня всерьез тревожат. Однако мы с вами встретились не для того, чтобы обсуждать Скайлер. Я хотел бы поговорить о вас.

— Обо мне? — я ухмыльнулся. — а чего обо мне говорить? Служил, совершил преступление, попал в блок смертников, подал ходатайство о замене наказания. Корпорация рассмотрела дело и выкупила меня у Федерации. И вот я здесь.

— Я не об этом, хотя это тоже интересно. Вы не похожи на человека, который совершает хладнокровное убийство с отягчающими обстоятельствами, а потом старается ускользнуть от возмездия, отправившись туда, где убивать придется ежедневно — просто для того, чтобы жить.

— Мне казалось, Скайлер говорила, что вы не используете импланты, — собравшись в кресле, я подался вперед и посмотрел Вихо прямо в глаза. Непрост парень, ох, как непрост!

— Не используем, — кивнул Вихо. — Но вести из внешнего мира до нас иногда все же доходят. А ваше дело было очень громким. Шутка ли — герой войны, накачавшись наркотиками, убивает собственную невесту и издевается над ее трупом. Учитывая, что до этого вы мелькали в половине агитационных роликов Министерства обороны… Да еще и упало все это на плодородную почву: подумать только, как раз, когда всерьез встала проблема возвращающихся с фронтов солдат, с посттравматическим синдромом, такой подарок всем тем, кто лоббировал запрет посещения демобилизованными миров Ядра…

Я услышал треск, а потом ладонь пронзила боль. Я вдруг понял, что сижу, подавшись вперед, со стиснутыми зубами, а непроизвольно сжавшаяся правая рука курочит пластик подлокотника. Выругавшись, я разжал хватку.

— Да что вы знаете…

— Тихо, тихо, мой мальчик, — Вихо поднял перед собой раскрытые ладони, и я вдруг понял, что на самом деле он гораздо старше, чем кажется. — Успокойтесь.

Его тихий, приятный голос, казалось, прозвучал прямо у меня в голове, и я вдруг почувствовал, как напряжение уходит. Стиснутые зубы разжались, мышцы расслабились, я обмяк в кресле, и откинулся на спинку, невольно копируя позу Вихо.

— Все хорошо. Я ни в чем вас не обвиняю. Я просто доношу до вас то, что видел и читал в Сети. И говорю, что считаю это совершенно нетипичным для вас. Позвольте, я взгляну, как было на самом деле…

Что?

— Регистрирую направленное пси-воздействие, — крякнула было Элис, но тут же замолчала. К этому моменту я и сам уже почувствовал чужое присутствие. Крепкая, как лучшая сталь, воля Вихо подчиняла меня, заставляя раскрыться, впустить его внутрь… Внутрь себя. Ощущение было схоже с тем, что я чувствовал, когда биокомп подчинял меня, пытаясь взять контроль и запустить регенерационные процессы. Стиснув зубы, я попытался сопротивляться, но это было то же самое, что пытаться голыми руками остановить прущую на тебя мультиплатформу.

Некоторое время я держался, скорее, из чистого упрямства, чем надеясь на победу, а потом меня мягко, но настойчиво отодвинули в сторону, и я упал. Перед глазами замельтешили звезды и созвездия, туманности и газовые гиганты, я падал внутрь себя — и внутри оказалась целая вселенная, которая вращалась с каждой секундой все быстрее, сливаясь в сумасшедший калейдоскоп. И, в тот момент, когда от безумного вращения закружилась голова, я вдруг рывком сел и хрипло вздохнул, будто вынырнув из глубины.

Глава 17

Земная Федерация, Солнечная система. Орбита планеты Земля. Грузопассажирский рейсовый корабль «Надежда». За несколько месяцев до описываемых событий.

— Что, Таверовски? Кошмар приснился? — насмешливый голос капрала Трая Хикока вернул меня в реальность из кровавого ада. Фу, дерьмо! И правда кошмар. Может, стоило все же не выбрасывать те таблетки, которые мне прописала док?

— Есть немного, — хрипло отозвался я.

— У меня всегда такое после прыжка, — пожаловался Трай. — Приходится возить с собой верное средство. Держи, тебе тоже наверняка поможет! — мне в ладонь ткнулась плоская фляжка.

— Спасибо, Трай, но я — пас, — я мягко, но уверенно отстранил руку с фляжкой. — Это у тебя теперь есть все время мира, а мне надо многое успеть. Отпуск не бесконечен.

— Ну да, — усмехнулся капрал. — Если бы меня ждала такая малышка, как у тебя на фото, мне б, наверное, тоже было не до выпивки. А так… Чем больше выпьешь, тем привлекательнее будут шлюхи из Син-Сити.

— Да ладно, — я улыбнулся. — Ты теперь заслуженный, состоятельный член общества. Ветеран. Герой войны. Защитник человечества. Неужто не найдется симпатичная пташка, готовая взять такого орла под свое крылышко?

— Ветеран, ага. Это и пугает. Ты слышал вообще, что обсуждают эти идиоты в правительстве?

Что обсуждают идиоты, я слышал, и чем дальше — тем меньше мне нравились эти обсуждения. В Совете Федерации на полном серьезе предлагали закрыть увольняющимся в запас солдатам доступ к мирам Ядра, мотивируя это возрастающей преступностью и общей напряженностью послевоенного времени.

Мол, вчерашние дети, которых выдернули из-под материнской опеки, сунули в руки оружие и бросили затыкать своими телами дыры во фронтах, все, как один, асоциальны, не приспособлены к жизни в гражданском обществе и через одного поражены посттравматическим синдромом. Те, кто умеют лишь убивать, не способны адаптироваться к мирной жизни. На гражданке они пополняют ряды банд и положительно влияют лишь на рост преступности, и без того захлестнувшей послевоенное общество. А значит — в цивилизованных мирах Ядра места им нет. Пусть остаются на окраинных планетах, подальше от элитных особняков и вилл, за которые проливали кровь литрами. А чтобы пилюля не казалась такой горькой — вот им пожизненная пенсия. Мизерная, безусловно, но, в конце концов, никто не заставляет жить только на пенсионные выплаты. Вторжение ксеносов нанесло огромный ущерб человеческой цивилизации, и работы по расчистке и восстановлению в колониях хватит на всех. А не нравится — можно пойти пахать на корпорацию. На промышленных, только осваиваемых планетах с агрессивной средой очень нужны крепкие, опытные парни, знающие, с какой стороны держаться за оружие. Отличная перспектива, ничего не скажешь.

Я подозреваю, что на самом деле рост преступности — последнее, что волнует шишек из Совета. Гораздо больше они боятся, что вернувшиеся с войны парни и девчонки увидят, что пока они отражали вторжение чужих, далекие от линии фронта миры Ядра лишь жирели и набухали на распиленных военных ассигнованиях, что, в то время, пока бойцы валились на захваченные планеты на давно просившихся под списание десантных ботах, ответственные за обеспечение войск строили особняки и покупали прогулочные яхты. И далеко не факт, что увиденное этим бойцам понравится. А несколько миллионов обученных и прошедших сквозь ад солдат гораздо опаснее, чем шахтеры и работники заводов, чьи восстания еще совсем недавно приходилось им давить. И именно это было основной причиной того, что ветеранам хотели закрыть доступ к Ядру.

Ну и для корпораций такой расклад тоже был бы полезен. Действительно, опытные бойцы очень пригодились бы в отдаленных уголках Федерации, где все было далеко не так спокойно и мирно, как в Ядре. И корпорациям было выгодно, чтобы ветераны не оседали в мирах метрополии, а кочевали по отдаленным планетам в поисках заработка, где их можно легко завербовать для охраны месторождений или сопровождения торговых караванов. Несмотря на то, что частные армии корпораций были прекрасно подготовлены и оснащены, боевого опыта им все же не хватало, а потому ветераны ценились.

В общем, если в двух словах — происходила непонятная херня, и никому из тех, кто еще недавно бился с ксеносами, она не нравилась.

— Ну, тебе-то чего опасаться? — хмыкнул я. — Ты свое уже отслужил. Даже если они до чего-то подобного договорятся, в чем я, если честно, сильно сомневаюсь, тебя уже не коснется.

— И слава богу! — Тра й широко ухмыльнулся, отсалютовал мне и сделал большой глоток из фляги.

В этот момент из динамиков раздался приятный женский голос, предупреждающий пассажиров о скорой стыковке с орбитальной станцией. Мы с Траем, не сговариваясь, принялись собираться, и, сразу после того, как корабль слегка вздрогнул, обозначив стыковку, направились к шлюзу, не дожидаясь объявления. Благодаря чему и оказались там в числе первых. Но не первыми — потому что таких продуманных на корабле оказалось немало, и к тому моменту, как к шлюзу подтянулись мы, там уже образовалась гомонящая толпа из отпускников, таких как я, и демобилизовавшихся — таких, как Трай. Со всех сторон сыпались шутки, похлопывания по плечам — этим рейсом летела чуть ли не половина нашей роты. Парни были возбуждены: предвкушали ночной набег на Син-Сити — припортовый район, состоящий, преимущественно, из увеселительных заведений. Ох и нелегко сегодня придется военной полиции!

Поприветствовав знакомых и перебросившись с парнями шутками, мы с Траем нашли свободный уголок. Капрал прислонился к стене и снова достал свою фляжку, я встал рядом.

— И ты бы завязывал. Зачем продлевал контракт? — вернулся к разговору Трай, как следует отхлебнув из горлышка. — Тебя, вон, опять же, девушка ждет.

— Затем, капрал, что выходить в запас лучше в офицерском звании, — парировал я. — Денег больше, и риска, опять же, меньше. Кажется, офицеров они к неблагонадежным причислять не собираются.

Трай оторопело уставился на меня.

— В офицерском звании? Да ладно! Ты хочешь сказать…

— Хочу сказать, что после отпуска я отправляюсь в академию, друг мой! — я усмехнулся. — Письмо пришло неделю назад. Прошел. И не с самым низким баллом, надо сказать!

Трай восхищенно покачал головой.

— Ну, Таверовски, ну тихушник! И молчал же все это время! Поздравляю, старина! Слушай, — он заговорщицки подмигнул, — ну так это точно нужно отметить! Может, все же…

— Нет, — отрезал я. — Извини, Трай, но у меня очень мало времени. Регистрация назначена на среду, и за эти четыре дня мне нужно переделать кучу дел.

— Регистрация чего? — не понял капрал.

— Брака, дружище, брака! — я широко улыбнулся, глядя на выражение лица Хикока.

— Ну, вот уж правда, наш пострел везде поспел! — Трай покачал головой и вдруг посерьезнел. — Молодец, Алекс. Ты толковый парень, и, думаю, у тебя все получится. Главное, не дай им — капрал ткнул фляжкой в потолок, очевидно, имея в виду командование, — засунуть тебя в очередную задницу. Я почему и ушел: обидно сдохнуть, когда война уже закончилась.

— Как сложится, — я пожал плечами.

— Как сложится… — пробормотал Трай, на миг задумался, и вдруг просиял: — Да хреново сложится, если не обмыть это дело! Нет, так нельзя! Это против всех правил, — и, прежде чем я успел понять, что происходит, Хикок оттолкнулся от стены, протолкался сквозь толпу, а через миг над веселым гомоном разнесся его голос:

— Парни! Эй, парни! Секунду тишины! У меня важное объявление!

— Трай, блин… — начал я, но меня, разумеется, никто не слушал.

— Парни, у меня новость! И даже не одна! — добившись тишины, прокричал Трай. — С нами тут летит сержант Алекс Таверовски, он же — Алтай. Тот самый Алтай, который носился с большинством из вас, девочки, прикрывая ваши юные попки не только от гребаных ксеносов, но и от настоящего врага — комендатуры и особого отдела, пока вы жрали паленый вискарь в шахтерских поселках. Так вот!

— Трай… — простонал я, вполне отчетливо представляя, что сейчас произойдет, и какие для меня это будет иметь последствия.

— Мало того, что его яйца настолько крепки, что он остается служить, пока вы, бестолочи, будете портить девок и сажать печень на гражданке, он еще и будет делать это в офицерском звании! Сержант Таверовски поступил в академию, и теперь в славном планетарном десанте станет на одного настоящего офицера больше!

Толпа отозвалась одобрительным гулом и улюлюканьем, заслужившим испуганные взгляды со стороны гражданских пассажиров, и неодобрительные — со стороны стюардов.

— Но это еще не все! — Трай вошел в роль, и вертелся на небольшом пятачке, размахивая фляжкой, как конферансье — микрофоном.

— Помимо того, что будущий лейтенант собирается внести посильный вклад в укрепление обороноспособности великой Земной Федерации, — продолжал молоть веселую, выспренную чушь Трай, — он еще и всерьез намерен поднять демографию и подтвердить высокие моральные принципы Вооруженных сил, — Трай обвел взглядом притихшую, озадаченную толпу, подмигнул мне, и продолжил после паузы:

— Если кто из вас, дуболомы, еще не понял — наш Алтай женится! Предлагаю устроить ему настоящий мальчишник и отметить оба знаменательных события сразу после высадки!

Последние слова потонули в настоящем взрыве эмоций. Оказавшаяся вдали от строгих глаз командиров орава балбесов, юных и не очень, орала, свистела и улюлюкала, меня поздравляли и тискали в объятиях, потом кто-то закричал «Качай!», меня схватили, втащили в толпу и принялись подбрасывать к потолку, да так, что пару раз я чуть не приложился головой о плафон. Любые увещевания стюардов, уговаривавших разошедшихся ветеранов угомониться, понимания не встречали, и, в итоге, в орбитальный лифт меня так и занесли — на руках. Отпускникам и уволившимся в запас и так не требовался особый повод, чтобы как следует надраться, а теперь… Черт, тут уж не отвертеться — по отношению к парням это будет, как минимум, некрасиво. Со многими из них я неоднократно высаживался в составе десанта, с некоторыми меня связывали приятельские отношения… Дождавшись, пока меня поставят, наконец, на пол, я тяжело вздохнул и достал коммуникатор, ожидая, когда появится планетарная сеть. Придется пить. Иначе — не поймут. Вот только Вики предупредить нужно…

* * *

Земная Федерация, Солнечная система. Планета Земля. Син-Сити, бар «Черная Лошадь».

К двум часам ночи в «Черной Лошади» остались только самые стойкие. К этому времени бар пережил штурм военной полиции, в котором гарнизон защитников, несмотря на отчаянное сопротивление, все же потерял двух бойцов, а попытка занятия плацдарма отрядом артиллеристов потерпела поражение, оставив уверенную победу за силами планетарного десанта. Поняв, что несмотря на пьяную удаль, отдыхающие десантники разносить помещение не собираются, хозяин успокоился и встал за стойку, помогать симпатичной барменше и охранять ее от наиболее распалившихся посетителей, вежливо, но твердо отправляя их поискать более доступные развлечения в заведении напротив, специализирующемся на оказании именно таких услуг. Впрочем, насколько я видел, девушка и сама была не прочь пообщаться поближе с некоторыми из доблестных ветеранов, и мешало ей только то, что рабочая смена заканчивалась еще совсем не скоро.

— В общем, мы это гнездо выжгли к чертовой бабушке, но оставили там половину взвода, — заплетающимся языком рассказывал незнакомый сержант, — а на базе этот ублюдок вызывает меня к себе, заявляет, что это моя вина, и что он собирается отправить меня под суд, представляешь? То, что ублюдочные разведчики облажались — это не их вина, оборудование подвело, а то, что мы по их данным влезли в самую задницу, куда меньше, чем ротой, нечего было и соваться — моя, и меня под суд, понимаешь? Ну, в общем, я и не сдержался. Хорошо хоть полковник у нас нормальный мужик, настоящий боевой офицер, не то, что эти штабные крысы! Под суд я не пошел, но и службе конец. Туда ей и дорога! Ты жопу рвешь, делаешь все возможное и невозможное, а этот ублюдок — «сержант, ну вы же понимаете, что это ваша вина?». Тьфу! Выпьем, парни, за то, чтобы в штабе было побольше таких, как Алтай! Чем больше там будет настоящих десантников, нюхавших вонь горящих ксеносов — тем больше порядка будет!

За столом послышался слабый одобрительный гул. Большая часть парней, наверное, уже с трудом понимала, о чем речь, и за что пить — разницы для них не было. От меня, половину вечера находившегося в центре всеобщего внимания, наконец-то отстали, и я только ждал, пока протрезвею достаточно для того, чтобы тихонько свалить, поймать мобиль и отправиться к Вики. Показываться ей в таком виде не хотелось. Она у меня, конечно, молодец, слова не скажет, но… Самому неприятно. Совсем не пить невозможно — проще понемногу прихлебывать, чем объяснять собутыльникам, почему ты их не поддерживаешь. Вот я и сидел уже второй час с кружкой пива, надеясь, что опьянение пройдет быстрее, чем я усну мордой в стол. Можно, конечно, пойти поискать таблетки… Но слишком это сложное и осмысленное действие для меня сейчас.

— Парни, а слышали новость? Говорят, Рэйзер сбежал, — послышался голос Трая, и я встрепенулся, услышав хорошо знакомое имя.

— Да как это — сбежал? Я слышал, что его освободили… Вроде как подал он апелляцию, и признали, что не при делах он. А сбежать… Как сбежишь-то? А главное — куда? Это где-нибудь на Сайлексе всем на тебя насрать, кем назвался — тем остался, но так кто в здравом уме туда побежит? Да и долететь туда надо еще, а как ты это сделаешь без айди? В космосе автостопом не возят, — возразил кто-то из присутствующих.

— Да вот так. Обманул охрану, прокрался в грузовик, и свалил. А как уж дальше там — я не знаю. Сейчас ребятки есть — сварганят тебе айди такой, что в выборах президентских участвовать можешь, не подкопаешься. Так что не знаю, не знаю… Алтай, ты что думаешь? — Трай поднял взгляд на меня. — Ты его, кажется, лучше всех… Знал… — Трай осекся, вспомнив, насколько хорошо я знал Рэйзера, и замялся.

— Думаю, что хочу сходить в туалет, — буркнул я, и встал из-за стола.

— Че это он? — послышалось за спиной.

— А ты не знаешь? Они дружили же, Рэйзер его замом во взводе был… Пока с катушек съезжать не начал. И, когда съехал окончательно — Алтай его комендачам сам и сдал, основательно повредив при этом.

— А что там была за история?

— Да хрен его знает, муть какая-то при эвакуации… Что-то там Рэйзер отмочил, точно не…

Закрывшаяся дверь отрезала меня от разговора. И к лучшему. А то я заводиться уже начал.

Открыв кран, я плеснул в лицо холодной водой, подумал, и сунул под струю голову. Держал, пока не начало ломить затылок, выпрямился, ощущая, как холодные струйки побежали за шиворот, и вздрогнул, бросив взгляд в зеркало. Ну все. Допился. Галлюцинации уже начинаются.

— Что, дружище, перебрал? — от звука хорошо знакомого, слегка насмешливого голоса по спине побежали мурашки.

— Да ты вытрись, садж, — снова послышалось из-за спины. — А то стоишь, как мокрый цыпленок.

Не отводя взгляда от силуэта в зеркале, я потянулся к держателю, выдернул из него одноразовое полотенце, и промокнул волосы.

— Гуляете? На повышение, слышал, пошел, офицером станешь, да? — голос Рэйзера звучал спокойно, и нужно было очень хорошо знать этого человека, чтобы понимать, какая на самом деле ярость кроется за внешним спокойствием. — Поздравляю. Это тебя за меня так наградили, или еще как выслужился? Хотя, чего там — я, так, штришок в личном деле, доказательство лояльности. Так-то ты отличная кандидатура. Достойный кадр.

Я поискал взглядом что-нибудь, что могло бы послужить оружием. Навряд ли Рэйзер «пустой». Черт, глупо как…

— Да расслабься, садж, я не за тобой, — как и прежде, бывший капрал понимал меня с полувзгляда. — Я так, мимо проходил, слышу — планетарный десант гуляет. Ну, и не удержался, зайти решил. Ностальгия, что ли? Смотрю — а тут старый знакомый. Друг даже… Бывший. Дай, думаю, поздороваюсь, в глаза гляну. А тут, оказывается, и поздравить повод есть. Мало того, что офицером станешь, так еще и женишься. Повезло Вики, ничего не скажешь. Ты ей как, расскажешь, куда я делся? Будет же спрашивать, наверное.

Я медленно повернулся и заставил себя посмотреть на того, кого долгое время считал своим другом. Рэйзер стоял, привалившись спиной к перегородке, скрестив руки на груди, и смотрел на меня прямым, немигающим взглядом.

— Странно так… — задумчиво проговорил бывший капрал. — Столько времени вместе, через такую задницу прошли, один паек на двоих делили, в отпуск в гости к невесте твоей летали… Когда тебя за Калибан под молотки пустить хотели, я даже рапорт подал… А тут вдруг — щелк — и будто и не было ничего. И знаешь, я вот смотрю на тебя, и вижу — и правда ничего. Пустое место. Очень необычные ощущения.

— Рэй, я…

— Молчи. Просто молчи, Саша. Не хочу я тебя слушать. У тебя своя правда, у меня — своя. Жаль, что я это не сразу понял.

Я послушался. Просто стоял и молчал, пытаясь задушить охватившие меня чувства.

— Знаешь, на самом деле мне очень хочется тебя убить, — задумчиво проговорил Рэйзер. — Но я прекрасно понимаю, что сейчас это будет неуместно. Твой труп найдут в толчке рыгаловки, но провожать тебя будут, как героя, по роковому стечению обстоятельств ставшего жертвой преступников, как погибшего от рук тех, кого сам он и защищал. Это… Неправильно. Не время и не место. Так что живи, сержант. Пока — живи. Увидимся, — Рэйзер, отлип от перегородки, подмигнул мне, и вышел за дверь. Тихо, быстро… Как зверь. Которым он, наверное, и был, несмотря на все века эволюции. Я тяжело вздохнул, и снова повернулся к умывальнику.

* * *

Из бара я ушел, не прощаясь. Да особо и не с кем уже было. Трай куда-то исчез, незнакомый сержант спал, положив голову на сложенные на столе руки, еще троица десантников вяло препиралась о чем-то с хозяином… Мне почему-то стало неприятно, и я вышел. Постоял на пороге, подставляя лицо ветру, отогнал вяло шевельнувшуюся мысль заявить в полицию о возможно беглом преступнике в Син-Сити, представил все, что за этим последует, махнул рукой, и направился на выход из района. Настроение и так оказалось испорченным так, что дальше некуда, и общаться сейчас с копами… В задницу! В то, что апелляционный суд мог оправдать Рэйзера, я не верил — тогда бы без главного свидетеля обвинения, то есть меня, не обошлось бы. Получается, и правда сбежал? Может быть. Но сегодня думать об этом я не хочу. И давать объяснения копам тоже не горю желанием. Нахрен все это!

Брать такси я не стал — хотелось пройтись. Заодно и проветрюсь. Голова тяжелая, в висках пульсирует подступающее похмелье… Чертов Трай! Нужно было ехать к Вики сразу после высадки. Зря я повелся на все это. Проклятье…

К дому Вики я подошел в предрассветных сумерках. Бросил взгляд на окна — темно. Немудрено. Я же предупредил, чтоб не ждала, ложилась спать. Нужно зайти потише, глядишь, успею принять душ и найти таблетки. Правда, система охраны ее наверняка разбудит… Черт. Хоть я и внесен в базу системы, сигнал о визитере все равно сработает… Если, конечно, Вики не выключила на ночь комм. Сомнительно, конечно, учитывая, что она меня ждет. Ладно. Посмотрим, как оно…

Вот только дверь, к моему удивлению, оказалась открытой. Это что еще за новости? Район тут, конечно, безопасный, но чтоб совсем дверь нараспашку оставлять… Или Вики тоже подумала о сигнале коммуникатора, который ее непременно разбудит, и потому оставила дверь открытой? Ну… Блин, несерьезно это. Ох и получит кто-то у меня по заднице!

Открыв дверь, я шагнул через порог, успел удивиться тому, что датчик не засек движение и не зажег свет, а потом почувствовал укол в шею, и провалился в темноту.

Глава 18

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Неизвестное место в предгорьях Скалистых гор.

— Тихо, Алтай, тихо, — увещевал голос внутри моего сознания, а тело, тем временем, сползло с кресла на пол и билось в конвульсиях. — Успокойся. Все хорошо.

Кровь… Везде кровь… Стены в крови… Руки в крови… Постель в крови… Обезображенное тело на руках…

— Алтай, все хорошо, успокойся!

Кровь… Грохот дверей, топот, лучи полицейских фонарей, точки целеуказателей на теле…

— Вихо! Что ты с ним сделал? Алтай! Алтай! — второй голос принадлежит женщине. Знакомый… И приятный. Кажется, мне становится чуть легче.

«Не двигайся! Положи ее на пол! Быстро! Быстро, твою мать, или мы открываем огонь!».

Голову обхватывают прохладные ладони. Этот холод успокаивает, распространяется внутри головы и гасит эмоции. Я издаю протяжный стон и открываю глаза. Надо мной — обеспокоенное лицо Скайлер.

— Ну все, все… Успокойся. Все в порядке.

Мягко отстранив руки девушки, я уперся в пол и сел.

Вихо замер в паре метров от меня. Вид — растерянный и виноватый. Ему явно неловко, но мне плевать. Больше всего сейчас хочется встать и разбить морду старому придурку. Какого хрена, спрашивается?

— Прости, Алтай, — Вихо выставил перед собой ладони, попятился и уперся в стол. — Я не думал… Не думал, что для тебя это окажется настолько болезненно.

— Что это было, Вихо? — Скайлер смотрит на предводителя «лесных братьев» с яростью. Ух ты. Это она за меня так испугалась, что ли?

— Шок, — проговорил Вихо. — Сильный шок от пережитого, вызвавший припадок, похожий на эпилептический. Алтай так и не смог принять случившееся с ним, пережить — и смириться. Он просто забил это на самое дно подсознания, и нанес себе этим серьезную психическую травму. Я, по незнанию, ковырнул психологический блок, и…

— Я вообще-то здесь, мать твою, — прохрипел я, поднялся и угрожающе шагнул к Вихо. — Какого хрена, урод? Кто тебе разрешал лезть ко мне в голову? И кто ты, к гребанной матери, вообще такой? Как ты это вытворяешь?

— Алтай, не надо, — предостерегающе проговорила Скайлер и неуловимым движением просочилась вперед, оказавшись вдруг между мной и Вихо. — Он действительно не хотел тебе зла.

— Прости, — кивнул Вихо. — Но, пойми. Мне нужно было узнать твои намерения. Скайлер — умная девочка, но мне нужно было удостовериться, что она не привела к нам врага. Плюс еще то, о чем говорил Ингвар… Нужно было разобраться. Зато — я теперь точно знаю, в чем твоя проблема, и как тебе помочь. Извини, я не думал, что так может получиться.

— Да в чем помочь? Что ты несешь?

— Давай присядем, Алтай. Нам обоим нужно перевести дух. Скайлер, детка, будь добра, сделай чаю. Кажется, нам есть, о чем поговорить.

— Какого чаю, ты в своем уме вообще, старик? Я…

— Я знаю, что сидит у тебя в голове, знаю, что оно тебя убивает и знаю, чем тебе можно помочь, — голос Вихо лязгнул сталью, и эхом раскатился внутри моей головы.

«Фиксирую слабое пси-воздействие», — отрапортовала Элис.

Я замер.

— Что ты имеешь в виду? — мой собственный голос прозвучал так, будто я наелся песка. Продрав горло, я повторил вопрос.

— Если ты перестанешь меня перебивать и послушаешь — узнаешь, — покачал головой собеседник. — Давай перейдем в кресла — разговор будет долгим. Ты не голоден? Хотя, о чем это? Голоден, конечно. Скайлер, девочка, посмотри, пожалуйста, может быть на кухне у Саманты найдется что-нибудь перекусить? В общем, для того, чтобы ты понял все, о чем я расскажу, и не просто понял, а поверил и принял, мне придется начать с самого начала.

* * *

Рассказывал Вихо достаточно долго. Учитывая, что я его постоянно перебивал с уточнениями, рассказ с трудом уложился в пару часов. Все, что я услышал, звучало, с одной стороны, логично и здраво, с другой же… Такую историю можно было бы услышать в фантастическом фильме. С другой стороны, с тех пор, как в наше пространство вторглись ксеносы, грань между фантастикой и реальной жизнью оказалась настолько размыта, что говорить об излишней фантастичности попросту глупо. Кроме того, за время общения со Скайлер и по пути сюда я увидел столько доказательств рассказа, что не поверить было крайне сложно.

До вторжения ксеносов Виктор Колберг был ученым-биологом. Нейробиологом, если точнее. И специализировался он на изучении нервной системы чуждых форм жизни. Учитывая, что до не столь давних пор на других планетах, освоенных Земной Федерацией, эти формы не отличались высоким уровнем развития, Колберг был больше теоретиком, чем практиком. Над ним посмеивались коллеги, под его статьями в научных журналах всегда было полно язвительных комментариев, ну, и в целом, карьера Вихо топталась на месте. Все изменилось после первого же контакта с ксеносами. Абсолютно чуждая, бесспорно разумная форма жизни, умеющая перемещаться в космическом пространстве на специально выращенных квазиживых кораблях — с таким человечество раньше не сталкивалось. На каких-то планетах попадались древние постройки, пару раз изыскатели даже находили остатки летательных аппаратов, однако больше никаких признаков того, что земляне во вселенной не одни, не находилось. К сожалению, ксеносы оказались настроены, мягко говоря, недружелюбно, и встречи цивилизаций не случилось. Случилась война.

Родная для Вихо Прерия-5 попала под удар одной из первых — и оказалась самой неподготовленной к вторжению. Здесь жили потомки южноамериканских индейцев, занимались местные жители, преимущественно, сельским хозяйством и скотоводством, и даже не было постоянного военного гарнизона — ибо воевать тут было попросту не с кем. И потому Араукан, столица Прерии, и один из немногочисленных городов, был уничтожен практически подчистую со всем населением в первые же дни вторжения. Вихо с племянником — единственным оставшимся в живых членом семьи доктора, кстати, тем самым Моки, которому Ингвар приказывал меня убить, — больше трех месяцев выживали в развалинах, по мере сил помогая уцелевшим жителям.

В силу того, что планета особой ценности для Земной Федерации не представляла, и ее освобождение стоило бы гораздо большего количества солдат, чем осталось на Прерии выживших, Совет принял решение полностью выжечь поверхность ковровыми орбитальными бомбардировками. За несколько дней до этого в атмосферу сбросили пару сотен легких беспилотных аппаратов, барражировавших в местах наиболее вероятного обитания выживших. Беспилотники на всех частотах транслировали обращение Совета с указанием координат единственной точки эвакуации. Вихо сумел вывести своих людей на точку, когда отчаянно обороняющий ее десант уже собирался возвращаться на материнский корабль. С огромными потерями пробившись сквозь орды ксеносов, Вихо смог эвакуировать около двух сотен местных, за что ему даже пожаловали орден.

Однако помимо выживших, профессор Виктор Колберг вывез еще и ставшие вдруг бесценными исследовательские материалы. Ученый-теоретик, внезапно дорвавшийся до своего объекта исследования, за три месяца сумел изучить ксеносов лучше, чем весь научный совет Федерации. Его изыскания стали частью стратегии противодействия вторжению, а сам Вихо вошел в состав научной группы при ставке главнокомандующего. При этом бесстрашный ученый не заседал в кабинете, делая выводы по видеозаписям и доставленным материалам, а лично вылетал на отбитые планеты и даже участвовал в зачистках — под прикрытием десанта, разумеется. Именно так он и оказался на Рапсодии.

— Моей задачей было углубленное изучение ксеновируса и его воздействия на людей. До этого вирус действовал на людей по-другому, вызывая помутнение рассудка и повышенную агрессивность, однако на организованные действия зараженные были не способны и быстро погибали. Под самый же конец войны появились так называемые туманники, и они очень сильно отличались от обычных зараженных, — рассказывал Вихо, удобно раскинувшись в кресле и дымя старомодной трубкой.

— Наша группа высадилась в самом конце зачистки. Под охраной отряда коммандос я, Моку и еще несколько научных сотрудников выдвинулись вглубь того, что теперь известно, как Красная зона. Поначалу все было нормально: мы оборудовали временную базу, развернули мобильную лабораторию, смогли отловить несколько туманников и занялись исследованиями. И даже продвинулись в них — вот только продолжать их, увы, пришлось мне одному и совершенно нелегально.

Когда мы почти добились успеха, ситуация внезапно обострилась. Активизировалось несколько гнезд, была объявлена эвакуация. Вот только совсем рядом с нашей базой оказалось незамеченное Логово. Спецам удалось отбить нападение, но большая часть отряда погибла. А еще часть оказалась заражена ксеновирусом, — Вихо встал, сделал несколько шагов, взял небольшой прозрачный чайник со стола и долил себе в кружку.

— Когда об этом доложили командованию, связь прервалась. Никаких указаний о дальнейших действиях не поступало. Ингвар, командир отряда спецназа, сразу заподозрил нечистое, и приказал сворачиваться. Через час нашу базу сожгли с орбиты, — от рассказа доктора даже мне стало не по себе, а он излагал сухим, бесстрастным тоном, как будто пересказывал не произошедшие с ним события, а сюжет прочитанной книги.

— На нас поставили крест, а мы оказались наедине со своими проблемами. К счастью, я был не единственным, кто изучал воздействие ксеновируса на нервную систему человека. С нами в группе был ученый-вирусолог. И вместе мы сумели создать тестовый образец… Скажем так, вакцины. Дело в том, что сам по себе вирус не страшен, скорее, даже, в чем-то полезен. Он повышает силу, выносливость и регенеративные функции захваченного организма, делая носителя более быстрым, сильным и живучим, менее восприимчивым к боли и повреждениям. Но есть и обратная сторона медали. Часть кода вируса внедряется непосредственно в мозговые клетки и начинает перестраивать их на свой лад, проявляя адаптивную манипуляцию, сродни той, что использует земной гриб кордицепс, подчиняя себе захваченных муравьев. В итоге получаются туманники, — Вихо выбил прогоревшую трубку, отхлебнул чаю и продолжил.

— Изначально мы шли по тупиковому пути, пытаясь бороться с самим вирусом. И только перед самой заварушкой пришли к выводу, что это путь в никуда. И, если мы не можем нейтрализовать сам вирус, то можем хотя бы попытаться смягчить его действие. И нам это удалось! Пусть только теоретически, опытов на людях никто, разумеется, не проводил, а экспериментировать с туманниками в этом плане бесполезно — слишком давно они подверглись воздействию вируса, но появилась хотя бы надежда! Если бы я знал, что проводить опыты мне придется на своих же товарищах, — Вихо загрустил и замолчал.

— Так как же вы вышли из положения? — если до этого я слушал рассказ Колберга внимательно, но без прикладного интереса, то сейчас… Очень уж много можно было провести параллелей с механизмом воздействия вируса и одной инопланетной дрянью, сидящей в башке у одного бывшего космодесантника.

— Мы смогли — пока только теоретически, но все же — воздействовать на механизм подчинения. Подавить ту часть вируса, которая отвечает за адаптивную манипуляцию, и получить на выходе не паразита, а симбионта, который помогает носителю выжить.

— Тем не менее, вы до сих пор в Инферно, — задумчиво проговорил я.

— Да, — Вихо вздохнул. — Добившись успеха, мы думали связаться с командованием — в конце концов, их тоже можно понять, у них не было другого выхода. Однако вскоре кое-что начало происходить, и, посовещавшись, мы решили, что делать этого пока не стоит. У зараженных стали проявляться некие отклонения, которые требовалось изучить. Сами по себе они не выглядели опасными, но далеко не факт, что там, — Вихо показал пальцем в потолок, — посчитали бы так же.

— Отклонения — например телепатия? — усмехнулся я.

— Телепатия, развитое предчувствие, некое ощущение общности с другими зараженными, отсутствие враждебности со стороны низших морфов… — доктор тяжело вздохнул. — Побочных эффектов достаточно много, и все они ярко выражены. Дело в том, что, если бы нас все же эвакуировали, вылеченных от заражения при помощи вакцины ждало бы глубокое, всестороннее исследование. И я не могу предположить, как мои коллеги, а главное — военные и правительство — отреагировали бы на эти приобретенные способности. В лучшем случае, их носителей ждала бы незавидная жизнь лабораторных крыс, вечных подопытных, запертых в клетках лабораторий. В худшем… В худшем случае нашу группу попросту бы уничтожили, — Вихо закончил фразу и задумчиво уставился в одну точку.

М-да… Дела. И ведь доктор прав. Правда, думаю, что уничтожать чудом выжившую группу никто не стал бы, но вот сделать из них вечных подопытных, как метко выразился Вихо, не преминули бы. То, что совершил Вихо — настоящий прорыв. И дело даже не в том, что его открытие могло бы спасти тысячи жизней. Боюсь, об этом правительство задумалось бы в последнюю очередь. Здесь открывались совсем другие возможности. Усиление бойцов без дорогостоящих имплантов, телепатические возможности, «невидимость» для морфов, хоть и не для всех… История человечества не даст соврать: все, что возможно использовать, как оружие, в итоге используется как оружие. Это факт. А если уж информация просочится в корпорации… Пожалуй, я понимаю и принимаю решение доктора. Люди, которые по зову долга спустились в ад, прошли сквозь него и остались в этом аду, брошенные своими же, не заслуживают участи лабораторных морских свинок. Правда, и такой жизни, как здесь, на Полигоне, они тоже не заслуживают.

— И вы решили остаться на Рапсодии… — проговорил я.

— Да, — Вихо кивнул. — У меня уже был опыт выживания на захваченной планете, а на Рапсодии для этого было гораздо больше возможностей. Я надеялся, что планету рано или поздно расчистят, и тогда мы попробовали бы затеряться среди рабочих и новых поселенцев. В конце концов, можно было бы сделать вид, что мы чудом уцелевшие местные — здесь столько было убитых и пропавших без вести, что это, пожалуй, никого не удивило бы. Имея деньги и связи, можно сделать любые документы и личности. Вот только Рапсодию отдали в аренду, а «Нью Вижн» обустроила здесь Полигон, что очень сильно усложнило ситуацию. С тех самых пор мы здесь на положении нелегалов.

— Насколько я понял, вы невидимы для системы Полигона? Как вам это удалось? Вы извлекли базовые импланты?

— Совершенно верно. Извлекли импланты, отказались от контактов с новыми обитателями планеты, отказались от использования современного вооружения, применение которого слишком легко отследить, стараемся не попадать в поле зрения дронов и спутников. К счастью, даже силами такой серьезной корпорации, как «Нью Вижн» невозможно установить круглосуточное наблюдение за каждым квадратным метром планеты. И до сих пор нам вполне удавалось скрываться. Вот только сердобольность Скайлер, кажется, поставила под угрозу нашу невидимость для системы. И теперь наше выживание зависит только от тебя. От того, какое ты примешь решение.

— Что вы имеете в виду? — я насторожился. Кажется, бескорыстная помощь отменяется. Как бы меня здесь самого не заперли, опасаясь, что я солью инфу о выживших нелегалах корпорации.

— Время от времени мы принимаем к себе… игроков, — системный термин прозвучал в устах Вихо особенно чуждо. — Тех, кому надоело быть бесправными юнитами, выполняющими приказы системы на потеху бездельникам, платящим за кровавые зрелища. Тех, кто готов променять призрачную надежду на освобождение на настоящую свободу — пусть и ограниченную. Так к нам попала Скайлер, например, и еще несколько человек. За ними не числятся громкие преступления, они не маньяки, не кровожадные убийцы. Чаще всего это люди, ставшие жертвами обстоятельств. Такие, как ты. Так я предлагаю примкнуть к нам и тебе. Ты хороший человек и отличный боец, и, думаю, у нас тебе будет хорошо.

— То есть, вы предлагаете мне остаться здесь, у вас, пройти операцию по удалению нейропроцессора и провести остаток жизни, шарахаясь по развалинам от дронов и других игроков? — возможно, стоило бы убавить уровень сарказма в голосе, но слишком уж меня развеселило предложение Вихо.

— Если коротко — да, — доктор кивнул.

— А если я откажусь… — я не договорил, растянув паузу. Вихо вздохнул и договорил за меня:

— Если ты откажешься… Мы не можем себе позволить отпустить тебя. Первая же синхронизация — и о нас станет известно администрации Полигона. На нас объявят охоту. Силами игроков или выслав собственную группу захвата. Ты сам прекрасно понимаешь, что корпорация не упустит такой лакомый кусочек.

— То есть, выбора у меня, как такового нет, правильно понимаю? — я широко ухмыльнулся. Вот тебе и добрый доктор.

— Получается так, — Вихо понуро кивнул. — Пойми, я отвечаю за жизни без малого полусотни людей. Они доверились мне. И я должен сделать все для того, чтобы оправдать их доверие. А еще — я обещаю, что могу сделать так, чтобы то, что сидит внутри тебя, перестало пожирать твое тело и разум. Ты очень-очень болен, Алтай. Каким-то образом тебе удалось сдержать тварь, засевшую в твоем мозгу, но я каждую секунду ощущаю ее присутствие, ее мрак, ее яд, что разъедает тебя. Я могу тебе помочь.

— Только в том случае, если я соглашусь на удаление нейропроцессора и останусь с вами, так?

— Увы, — Вихо мрачно развел руками. — Пойми, мне самому очень тяжело, но…

Мне почему-то вдруг стало смешно. «Вихо поможет», «Так лучше для тебя», «Так надо, поверь». Поможет, ага. Твою мать, ну надо же, а? Сам голову в петлю сунул. Вот дерьмо. Нет, я, конечно, понимаю дока: забота о своих важнее какого-то залетного космодеса, но черт побери, может, проще меня было в развалинах шахты оставить? Ведь, если я правильно понимаю, стоит мне отказаться от вступления в секту «лесных братьев», и на этом моя история закончится. М-да. Что ж. Хорошо, что у меня имеется козырь в рукаве (точнее — в голове), и выбор без выбора делать не придется.

— Эх, док. Хороший ты мужик, — я встал и с наслаждением потянулся. — Я тебе даже шею ломать не стану за такую подставу — понимаю, для своих лучше сделать хочешь. Это нормально, — увидев, что Вихо напрягся, я поднял руки в успокаивающем жесте, — Да расслабься, не надо своих чингачгуков звать, и мозги мне поджаривать не спеши. Не могу я с вами остаться. Меня тоже люди ждут. И от того, вернусь я за ними или нет, зависят их жизни. Потому ты уж прости, но от твоего щедрого предложения я откажусь. По крайней мере, от той его части, которая касается хирургического вмешательства и перехода на силовые ковырялки вместо нормального оружия. Однако вас сдавать мне тоже не с руки. Скайлер меня спасла и выходила, кто знает, что со мной было бы, не вытащи она меня. А я помню добро.

— Алтай, боюсь, ты не понимаешь, — Вихо грустно улыбнулся, будто расстраиваясь от того, что приходится пояснять по второму разу. — Я вижу, что ты нормальный парень, и вижу, что твои намерения чисты. Но, понимаешь, это не зависит от твоего желания. Даже если твои импланты сейчас повреждены, при первой синхронизации с системой она снимет всю информацию напрямую из памяти, используя нейропроцессор. Ты не сможешь ничего утаить от системы. Потому…

— Так, док. Я тебя слушал — теперь послушай и ты меня. А заодно я разрешаю тебе слегка забраться ко мне в башку. Ты ведь сможешь считать, правду я говорю, или обманываю тебя, верно?

— Да, — удивительно, но доктор выглядел несколько растерянным.

— Ну, значит, слушай, — я встал, плеснул себе заварки из чайника, долил кипятка, и снова уселся в кресло.

Глава 19

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Неизвестное место в предгорьях Скалистых гор.

— Вы уверены, что все это безопасно? — я с сомнением посмотрел на весьма странную конструкцию, в которой мне предстояло провести ближайшие пару часов. Выглядела она, как безумный гибрид стоматологического кресла и средневекового пыточного орудия. Технологичные механизмы и приборы здесь соседствовали с прочными металлизированными ремнями, и когда я пытался представить, что должен испытывать «пациент», чтобы для его удержания потребовались такие фиксаторы, мне становилось не по себе.

— Нет, — честно ответил Вихо. — Мы имеем дело с неизвестной тварью инопланетного происхождения, созданной для порабощения и перестроения человеческого организма. В чем здесь вообще можно быть уверенным?

Я кисло ухмыльнулся. Ну да, ну да…

После моего рассказа док долго сидел в раздумьях, потом отправил меня к себе, вызвав Скайлер и Ингвара. Видимо, хотел сравнить детали, попытаться поймать меня на мелочах. Не вышло. В итоге, он согласился мне помочь, не требуя моего вступления в ряды изгоев и не прибегая к крайним мерам. Ну и следующие несколько часов для меня слились в сплошную череду исследований. Я сдавал все возможные виды анализов, лежал в спектральном томографе, в меня тыкали иглами и щупами, брали мазки и соскобы… Затянулось это все часа на четыре, в течение которых Вихо то восхищенно вскрикивал, то что-то озадаченно бормотал под нос. В результате он заявил, что уверился в успешной нейтрализации негативного воздействия гребаной сколопендры, мы почти приступили к процедуре, и вдруг — «в чем здесь вообще можно быть уверенным?». Прекрасно, просто прекрасно.

— Однако я считаю, все должно пройти успешно, — видимо, заметив мое настроение, поспешил продолжить доктор. — Твоему… хм… помощнику приходится использовать все ресурсы, чтобы удерживать симбионта от попытки перехвата контроля. Решить эту проблему поможет средство, которое мы разработали против вируса — с незначительными изменениями. Прошу! — Вихо сделал приглашающий жест в сторону кресла.

— Док, вы точно знаете, что делаете? — я уселся и попытался расслабиться. Вихо подошел ко мне и принялся фиксировать ремни. Правая рука. Левая. Правая нога. Левая. Лоб. Подбородок. — Это точно не навредит?

— Ну, я стою перед тобой живой, невредимый и даже немного улучшенный, — ухмыльнулся доктор. — Мы все через это прошли. Я, Ингвар, Моку, Скайлер… Какой-то процент риска, конечно, есть, но он достаточно низкий для того, чтобы попробовать. Я изучил твои анализы и пробы, и смоделировал ситуацию на компьютере. Общая картина, в целом, такая же, как и у тех, кто был заражен ксеновирусом. Разница лишь в том, что под действием вируса появлялись сильные и выносливые монстры, симбионт же — следующий этап. Следующая ветвь эволюции слуг ксеносов, если хочешь. Благодаря ему носитель становится не только сильнее и выносливее, у него появляется то, что можно назвать сверхспособностями. И он гораздо лучше контролирует носителя. Это не слепое орудие, а солдат, готовый исполнять приказы и даже действовать по своему усмотрению. Механизмы же — точно такие же. Введя наше средство, я вырву зубы этому дракону, он больше не сможет даже пытаться тебя контролировать. Твой помощник доведет до конца адаптацию, и кукловод превратится в полезное дополнительное устройство, разве что биологическое, а не электронное.

— Дерьмо… — выдавил я. — А точно нельзя его просто удалить, а?

— Эту ситуацию я тоже моделировал, — Вихо помрачнел. — Вероятность твоей смерти при попытке это сделать — девяносто девять процентов. Еще один процент машина отнесла к погрешности. Готов рискнуть при таком раскладе?

Я вздохнул.

— Ладно, к чертям собачьим. Давайте, док, колите эту свою сыворотку… Или что там у вас…

— Имей в виду: это будет достаточно неприятно. Возможны галлюцинации, фантомные боли, помутнение рассудка. Главное — не бойся. Я здесь, рядом, слежу за твоими показателями и в случае чего — помогу. Готов?

— Не тяните, док, — попросил я. — Отмучаюсь — и все на этом.

— Тогда — вперед.

Вихо нажал какой-то рычаг, и спинка кресла рывком опустилась, превращаясь в кушетку. Весьма неудобную, нужно сказать. В начищенном до блеска рефлекторе лабораторного светильника я увидел себя, спеленатого ремнями, хмурого и беспомощного. Черт, ну куда я опять лезу-то, а?

— Так, сейчас… — Вихо принялся ходить вокруг кресла и подключать ко мне бесчисленные датчики. Стоящий в стороне компьютер отзывался на каждое подключение коротким писком. Закончив, он потянулся к стоящему рядом столику, откинул крышку какой-то коробки, из которой повалил холодный пар, и достал оттуда большой шприц с мутной, грязно-красной, почти коричневой, жидкостью.

— Ну, приступим, — и прежде чем я успел спросить, что это за дрянь такая, вполне профессионально уколол меня в вену.

— Вот и все, — ухмыльнулся доктор, откладывая шприц в сторону. — Как ты себя чувствуешь?

— Нормально, — ответил я, попытавшись пожать плечами… И тут же понял, что обманул доктора.

По телу прокатилась горячая волна, отдавшаяся спазмом головной боли. Вслед за жаром вдруг пришел озноб, и следующие несколько секунд эти ощущения чередовались между собой, заставляя меня вздрагивать от контраста. На лбу выступил пот, заломило кости… Еще минуту назад я себя чувствовал вполне нормально, а теперь будто находился на пике тяжелой болезни. Вихо, посмотрев на меня, удовлетворенно кивнул, и повернулся к компьютеру.

— Так… Хорошо… Процесс идет активно… Распространение вируса — тридцать процентов и растет… — забормотал док себе под нос. Я не поверил своим ушам.

— Чего? — с трудом выдавил я. Суставы ломило так, что от боли я едва мог говорить. — Какое еще, нахер, распространение вируса? Док, ты охренел?

— Ты уж определись, Алтай, на «вы» ты со мной или на «ты», — повернувшись ко мне, усмехнулся доктор. — Обыкновение распространение очень необычного вируса, — он снова хмыкнул, и мне вдруг очень захотелось заехать ему по роже.

— Что ты несешь?

— Успокойся. Дело в том, что мне пришлось кое о чем умолчать. Да, я заразил тебя ксеновирусом. Ввел тебе кровь Шарбара. Тихо, не нервничай так! Понятно, что тебе, наверное, приятнее было бы получить мою кровь или кровь Скайлер, но увы: в нашей крови вирус находится уже в подавленном состоянии, и нужного эффекта мы не получим. Я пробовал — не выходит. Не понимаю, в чем именно дело, но в подавленном состоянии вирус неспособен совершенствовать носителя. Только заражение активным вирусом и дальнейшая инъекция антидота. Возможно, наш вирусолог, Эндрю, смог бы разобраться в причинах, но увы. Эндрю не пережил один из опытов. Так, к сожалению, бывает. Но ничего. Не переживай, — док на миг отвлекся на дисплей, и удовлетворенно кивнул. — Отлично. Сорок пять процентов. Доведем до девяноста, для верности, и введем антидот.

— Ты… Ты что творишь, мать твою? — легкие будто заполнило расплавленным свинцом, слова давались мне с трудом. — Какое… еще… совершенствование?

— А вот это мне самому интересно — что получится в итоге, учитывая симбионта у тебя в голове. Ничего. Скоро проверим, — Вихо хищно улыбнулся. — Надеюсь, получится нечто особенное. Нам нужны сильные бойцы.

Сердце ускорилось до такой степени, что, казалось, сейчас проломит мне грудину и выскочит наружу.

— Я… Я же сказал, что не собираюсь оставаться с вами! — выдохнул я.

— Ну-у… Это ты сейчас так думаешь. В дальнейшем ты изменишь решение, уверен. Нужно только немного подождать. У тебя все равно не будет выхода. Любое сканирование, любая установка улучшений покажет наличие симбионта. Как ты думаешь, что с тобой после этого будет, а? То-то же. Не переживай. Ты свыкнешься с этой мыслью. Я не думаю, что тебе у нас будет плохо, особенно учитывая вашу со Скайлер взаимную симпатию. В общем, давай обсудим все это на свежую голову. После того, как все закончится. Так, распространение — пятьдесят восемь процентов. Отлично.

«Фиксирую возросшую активность биокомпьютера», — обеспокоенно заговорила Элис. «В нем что-то меняется… Его программа становится сложнее… Попытка взлома фаервола… Перебрасываю все ресурсы на изоляцию биокомпьютера…».

Прекрасно, все просто прекрасно, мать твою!

Кажется, Вихо спятил. Или всегда и был спятившим. Придурок решил удержать меня во что бы то ни стало… Кретин. Ладно. Сейчас главное — дождаться, пока он введет антидот. Черт, как же больно!

— Злишься? — поинтересовался Вихо. — Да, это нормально. Я бы, наверное, тоже злился. Однако все, что я делаю — для твоего же блага, — он на миг отвлекся, нажал пару клавиш, а потом продолжил спокойным размеренным голосом. — Дело в том, что активность твоего симбионта — не главная проблема. Ее действительно несложно побороть, после того, как я введу антидот, это прекратится, вот увидишь. Но одно это никак не сняло бы основную и гораздо более сложную проблему. А она заключается в том, что при использовании возможностей симбионта активно расходуются ресурсы твоего организма, — Вихо потянулся в сторону, подкатил к креслу стойку с капельницей, и быстро воткнул в вену иглу. Даже искать место не пришлось: меня выгнуло дугой, а вены натянулись, как канаты. Открыв подачу какого-то раствора, он удовлетворенно кивнул и вернулся к компьютеру.

— Пока ты не показал мне видео из Логова, я не мог понять, как с этим справиться. Однако после просмотра меня осенило. Ты обратил внимание, что в Логове симбионтов подсаживали бойцам, извлеченным из неких коконов? Впрочем, можешь не отвечать, это было сложно не заметить. Так вот. Симбионтов кому попало не подсаживают. В противном случае о них бы уже знали. Симбионт предназначен для более совершенных существ! Обычный человек не в состоянии выжить после внедрения симбионта. Тебе — повезло. Впрочем, ненадолго. Рано или поздно он убил бы тебя. Но я помогу. Ты станешь такими же, как мы. Больше, чем человеком. Лучше. Быстрее. Сильнее. Выносливее! Этот вирус — это новый виток в эволюции человечества! Случайный, да, но именно он поможет человеку встать с колен. И ты — первый из сверхлюдей! С симбионтом, который подарит тебе нечеловеческие возможности, с измененным организмом — и со свободной волей, не угнетенной адаптивной манипуляцией, неподвластный ксеносам! Ты еще скажешь мне спасибо, ведь без меня и моих знаний паразит просто высосал бы тебя досуха!

«Наблюдаю ураганные клеточные реакции» — подала признаки жизни Элис. «Активность биокомпьютера снижается. Снижение нагрузки на организм. Как будто… Как будто он наелся! Фиксирую создание новых нейронных связей. Биокомпьютер генерирует новые алгоритмы! Приступаю к расшифровке и адапатции».

Еще одна поехавшая на мою голову. Гребаные, блин, ученые!

Сознание начало мутиться. Чтобы не соскользнуть в холодную бездну, я попытался сосредоточиться на том, что молол спятивший ксенобиолог.

— Вот. Здесь и кроется разгадка. Дело в том, что для повышенной регенерации, ускорения субъективного времени и других функций, симбионту требуется множество ресурсов, которые он черпает напрямую из твоего организма. Это как с высокими нагрузками, когда организм поглощает углеводы. Сначала вытягивается гликоген, запасенный в мышцах, потом — тот, что растворен в клетках печени… При этом даже подпитка продуктами с высоким гликемическим индексом не помогает, избыток глюкозы не оседает в мышцах и печени, а горит, как в топке, и вскоре снова наступает упадок сил, — Вихо увлекся и сбился на научную абракадабру. — То же самое происходит во время использования функций симбионта, или биокомпьютера, как его называет твой помощник. Поэтому в коконах бойцы проходили первичную обработку, и я уверен, что основным составляющим был именно ксеновирус! Он работает, как наноботы, которые подключаются к клеточным рецепторам, запускают процессы синтеза белка и углеводов, обеспечивая биокомпьютер энергией, перестраивают внутренние органы, настраивают их на определенный режим работы. Благодаря этому, использование функций симбионта проходит безвредно и незаметно, а сам он способен управлять процессами, позволяя, таким образом, создавать новые связи, даря новые возможности твоему организму! И если у морфов все эти изменения проходят хаотично, случайно, то здесь все подчиняется строгой программе! Это вершина эволюции, Алтай! Ты сможешь развивать у себя те способности, которые нужны именно тебе! Ты — уникален! Благодаря невероятному стечению обстоятельств, подаривших тебе искусственный интеллект и биокомпьютер и позволивших встретиться со мной, ты станешь первым из новой расы! Сверхрасы, Алтай!

Профессор посмотрел на меня, нахмурился и отвернулся к компьютеру. А я продолжил расшатывать фиксатор ремня на левой руке. Проклятье, угораздило же попасть в лапы к психу! Здесь вообще нормальные люди есть?

Нет, отсюда надо валить. Дерьмо, сам залез в самую задницу, черт, вот же везение! Нужно только дождаться, пока Вихо введет антидот. Иначе я действительно сдохну! Как же хреново-то, у-у-у-у…

— Восемьдесят восемь процентов. Боже, Алтай, ты весь горишь! Дальше, чем на девяносто процентов я никогда не заходил. Хотя хотелось бы. Чем выше процент распространения — тем активнее вирус, тем быстрее он формирует новые связи. Очень интересно узнать, что будет, если довести процесс почти до конца… Но нельзя. Ты можешь погибнуть, а этого никак нельзя допускать! Ладно… — кажется, Вихо разговаривал сам с собой. Я же, пересиливая стук в висках, с трудом протискивая глотки кислорода в горящие легкие, продолжал свое занятие. И — странное дело! — несмотря на невероятную боль и дискомфорт во всем теле, одновременно я чувствовал себя на пике формы. Кажется, дерни я рукой — и ремень просто лопнет. Хотя… Может и не кажется.

— Пора! — Вихо нагнулся надо мной, держа новый шприц. На этот раз жидкость в нем была прозрачной. Снова безошибочно найдя вену, он принялся вводить мне состав.

«Элис!» — позвал я. «Что там с паразитом?».

«Биокомпьютер стабилен. Потребление энергии в пределах нормы. Он продолжает попытки перехвата контроля, но, кажется, я поняла, как с этим справляться».

«Отлично. Элис, сейчас мне понадобятся все ресурсы. Передаю управление функциями паразита тебе. Задействуй все, что только сможет помочь. По обстоятельствам. Действуй!»

«Слушаюсь».

Вихо закончил вводить состав, и повернулся к компьютеру.

— Есть! — услышал я довольное восклицание. — Работает! До конца процесса далеко, но работает! Отлично!

— Док, — прохрипел я. — Док! Мне…

— Что? — Вихо обеспокоенно повернулся ко мне.

— Мне… Нужно… — мой голос совсем упал, и я закашлялся.

— Не слышу! — Вихо сделал шаг к креслу, нагнулся надо мной…

— Мне… Нужно… — снова захрипел я, будто на последнем издыхании…

— Я не слышу! Алтай, что? Что с тобой? Потерпи, сейчас…

Вихо нагнулся еще ниже, и я решился.

— Усиление! — гаркнул я команду для Элис, и что было сил рванул левую руку вверх.

Фиксатор металлизированного ремня лопнул, как будто был сделан из хрупкого пластика, игла капельницы выскользнула из вены. Какие-то из датчиков отлетели в сторону и компьютер протестующе запищал. Моя рука метнулась вверх и сомкнулась на горле доктора.

— Что… Что ты… — теперь хрипел уже Вихо. Я дернул рукой, прикладывая дока о стойку светильника, и скомандовал:

— Расстегивай!

— Что… Зачем… Ты…

— Расстегивай, сука, пока я тебе шею не сломал!

Вихо растерялся, на что я и рассчитывал. Растерялся настолько, что даже забыл о своем гребаном ментальном воздействии.

— Я…

— РАССТЕГНИ!

Готов спорить, что я не произносил этого вслух, тем не менее, док дернулся так, будто я гаркнул ему прямо в ухо. Из его правой ноздри показалась тонкая струйка крови. Охренеть, что творится…

Ошарашенный и напуганный, Вихо принялся возиться с фиксатором на правой руке. Едва рука освободилась, как я закинул ее за голову и с хрустом выдернул головные ремни. Та же участь ожидала и ремень на туловище. За ними последовали датчики. Продолжая удерживать Вихо, я сел в кресле и освободил ноги.

«Фиксирую повышенный расход энергии», — обеспокоенно проговорила Элис. «Показатели организма… Хм, показатели в норме».

— Алтай, что ты делаешь? Успокойся…

От моего удара Вихо отлетел в сторону, перевернув по пути стол с инструментами и врезавшись в стул. Я встал и с наслаждением потянулся. Мне все еще было плохо, но я уже не обращал на это внимание. Ощущение — как будто болеешь настолько долго, что уже смирился с отвратительным состоянием, давно забыл, что бывает по-другому, и воспринимаешь это как данность.

— Убью тебя, сволочь, — без эмоций проговорил я.

— ОСТАНОВИСЬ!!!

Голова взорвалась болью, и я покачнулся.

— ВЕРНИСЬ В КРЕСЛО!!!

Новая команда заставила меня шагнуть назад.

«Фиксирую сильное пси-воздействие» — прокомментировала Элис. И, внезапно — «Активирую щит. Щит активирован».

— Сядь! — снова заорал Вихо. Но на этот раз я слышал не отданный громовым голосом приказ, которого нельзя ослушаться, а визгливый вопль перепуганного старика. Усмехнувшись, я прошел вперед, оказался перед Вихо и ударил.

От пинка в ребра он отлетел на несколько метров, я даже испугался, не перестарался ли. Но нет, старый индеец зашевелился и попытался встать.

Зашипев, отъехала в сторону дверь. На пороге показался кто-то из свиты Вихо.

— Что здесь…

Схватив со столика какую-то угрожающе выглядящую ковырялку, я прыгнул вперед, рывком вздернул Вихо на ноги и поставил его перед собой, прижав железяку к горлу старика.

— Назад! — прорычал я. — Быстро!

Фигура в проеме исчезла. Я поудобнее обхватил Вихо и повлек его к выходу.

— Остановись! Прекрати! Отпусти меня! — надрывался старик.

«Фиксирую попытки пси-воздействия», — отрапортовала Элис. Черт, не знаю, что нейросеть там за щит поставила, но сделала она это крайне вовремя!

— Уймись, — посоветовал я доку. — На меня не действует.

И вот теперь Вихо перепугался по-настоящему.

— Алтай, что ты делаешь? Зачем это? — залепетал он. — Я не хотел тебе зла…

— Значит так, — перебил я его. — Сейчас мы с тобой идем к выходу. Если кто-то из твоих дернется — я тебя убью. Перережу глотку — и все. Усек?

— Ты тогда тоже умрешь! — попытался храбриться старик.

— Тебя это уже не воскресит. И имей в виду. Я помню, что ты мне рассказывал про действие вируса. Про регенерацию и все прочее. Я вскрою тебя так, что никакому гребаному вирусу не залечить, понял? Уж что-что, а это я делать умею, уж поверь. Всосал?

В ответ послышалось нечленораздельное мычание.

— Всосал? — я встряхнул старика. В ответ тот закивал.

— Ну вот и хорошо.

Глава 20

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Неизвестное место в предгорьях Скалистых гор.

«Активирую сканер биологической активности», — довольно проворковала Элис. Блин, еще одна фанатичная исследовательница! Добралась до новых игрушек!

В голове что-то шелкнуло, и я вдруг почувствовал. Почувствовал каждого в радиусе пары сотен метров. Сознания людей ощущались теплыми облачками, я мог чувстовать отголоски их эмоций, а по тому, насколько четко они ощущались, мог примерно прикинуть, на каком расстоянии люди находятся. Светло-серый страх, черная злоба, полыхающая красным решимость… Много решимости! Кто-то идет сюда! Несколько человек! И, кажется, настроены они совсем недружелюбно.

— Сейчас я открою двери, а ты скомандуешь своим людям отвалить в сторону и не мешать мне. Как понял? — прошипел я в ухо старику.

— Понял, — обреченно кивнул он.

— Вот и молодец. Поехали.

Я шлепнул ладонью дока по сенсору, и дверь открылась.

— Давай! — скомандовал я. — Ну же!

— Стойте! — голос Вихо дал петуха. Старик прокашлялся и повторил:

— Стойте! Дайте ему спокойно уйти!

Я почувствовал людей совсем близко, за дверью. Кто-то встал сбоку, приготовившись атаковать, едва я покажусь. Хм. А интересная штука этот сканер. Полезная.

— Слышали, что он сказал? Быстро в стороны! И ты, который справа за дверью стоишь, тоже. НУ!!!

То ли я сам разобрался, как подкреплять слова ментальным посылом, то ли это забавлялась Элис, радующаяся хоть какому-то движняку после длительного вынужденного бездействия, только я почувствовал, как по облачкам пробежала волна, и люди испуганно отшатнулись. По толпе пробежал шепоток.

— Все в стороны! Оружие прочь! — продолжал командовать я. — Будьте паиньками, и сегодня никто не умрет. Быстро!

Сканер биологической активности, как его назвала Элис, подсказал, что меня послушались. Быстро выглянув за двери, и убедившись, что меня не ожидает сюрприз в виде копья в бок или стрелы в голову, я вытолкнул Вихо наружу, вышел следом, и, прикрывшись телом дока, прижался к стене.

В коридоре наблюдалась нездоровая активность. Я увидел нескольких человек в этой их броне и с копьями в руках. Силовые наконечники светились мягким синим светом. Прямо передо мной стоял бледный от бешенства Моку, племянник Вихо, а справа я увидел Ингвара. В отдалении толпились безоружные.

— Так, ребята, — проговорил я, чувствуя себя крайне неуютно под десятками скрестившихся на мне взглядов. Черт, да стоит дать слабину — и даже копья не понадобятся, они меня просто затопчут! — Надеюсь, никому здесь не нужна кровь. Особенно — кровь вашего бесценного лидера. Дайте мне уйти, и я его отпущу. В противном случае будете сдавать норматив на зашивание перерезанной глотки. Зуб даю — не сдадите.

— А ты уверен, что сможешь опередить стрелу? — послышался чей-то напряженный голос.

«Элис, помоги», — обратился я к помощнице, надеясь, что она поймет.

Поняла.

— А ТЫ ПРОВЕРЬ!!! — кажется, Элис немного перестаралась. Или это я сам не рассчитал силы? Нестройная цепь покачнулась, кто-то упал на колени, прижимая руки к окровавленным ушам, а сам я ощутил секундную слабость. На этот раз толпа не зашептала — загомонила.

«Все в порядке, босс. Все системы работают штатно. Организм функционирует без сбоев. Жизненные показатели вернулись в норму. Сейчас я немного освоюсь, и мы тут наведем порядок», — голос нейросети звучал воодушевленно, и я едва удержался от улыбки. Вот уж правда — дорвалась. Кстати да, чувствовал я себя уже значительно лучше. Видимо, антидот долбанного Вихо действительно помогает. Ну, хоть какая-то польза от этого ублюдка. Сам заразил — сам и вылечил.

Я обвел взглядом собравшуюся толпу и с удовлетворением отметил, что вижу испуг у некоторых в глазах. Ага. Видать, док у них тут самый способный. Страшно стало, когда поняли, что не только он авторитетом давить умеет. То-то же.

— Что происходит? Алтай! Вихо! — в коридоре появилась Скайлер. Растолкав локтями перепуганных бойцов, она остановилась в нескольких шагах от меня. Я, помня, как быстро девушка умеет двигаться, и не зная, как она отреагирует на то, что чудесный Вихо, который «обязательно поможет», хватает ртом воздух в моих объятиях и пытается коситься на прижатую к его горлу остро отточенную железку, скомандовал:

— Стой.

— Стою, — пожала плечами девушка. — Что за цирк-то?

— Никакого цирка, — ровным голосом ответил я. — Ваш придурковатый дед решил, что может решать за меня. А в остальном все нормально. И, чтобы так и оставалось, ты сейчас принесешь мое оружие, потом пойдешь в мою комнату, соберешь броню и снаряжение, и отнесешь их к выходу. А мы с Вихо будем тебя там ждать.

— Понима-а-а-ю… — протянула девушка. — А по-нормальному что, никак нельзя было договориться?

— А ты это у него спроси, — я встряхнул Вихо так, что док даже крякнул. — И не только это. Вообще, я бы на вашем месте много чего у него спросил. Например, как он на вас опыты ставит, в надежде вывести сверхрасу. Вивисектор недоделанный.

— Чего? — Скайлер озадаченно нахмурилась.

— Того. А НУ ОТОШЛИ!!! — воспользовавшись тем, что я отвлекся на разговор с девушкой, кто-то попытался придвинуться ближе, наверняка чтобы устроить какую-то подлянку, но мой ментальный рык заставил болванов отшатнуться. Кто-то упал на пол, Скайлер вскрикнула, и прижала руки к голове.

— Извини, не хотел тебя зацепить, — проговорил я. — Будет лучше, если ты сделаешь то, о чем я тебя попросил.

«Фиксирую постоянные попытки пси-воздействия. Выделяю источник». На заработавшей вдруг панели интерфейса подсветилась красным фигура Ингвара. Гребаный викинг сверлил меня взглядом и шевелил губами, будто бормоча что-то под нос. Блин. Надоело. Надо провести показательную порку, иначе до них так и не дойдет.

«Элис, ты можешь выкрутить пси-воздействие, если это оно, на максимум, но так, чтобы зацепить только одного человека?».

«Могу, но должна предупредить: эффективность падает. Пси-возможности были на пике в момент активного распространения вируса, сейчас же их мощность спадает. В дальнейшем такие фокусы нам будут не под силу, и высока вероятность, что в течение длительного времени мы вообще не сможем ими пользоваться».

«Плевать. Нам надо выбраться отсюда. Здесь и сейчас. Что там будет в дальнейшем — мне, если честно, малоинтересно».

«Слушаюсь. Кто цель?».

«Тот придурок, которого ты отметила».

«Готово. Можно начинать».

«По команде».

Я убедился, что никто не пытается меня проткнуть высокотехнологичной ковырялкой, крепче прижал Вихо к себе, и шагнул в сторону Ингвара.

— Эй ты! Белобрысый, я к тебе обращаюсь! Хорош тужиться! На меня эта ваша хрень не действует. Давай, наверное, вали к своим, и стойте там тихонечко, пока мой друг Вихо проводит меня до дверей. Слышишь?

Ингвар выпрямился и посмотрел мне в глаза.

— Ты…

«Давай!».

— Не дыши, — тихо скомандовал я.

Прервавшийся на полуслове Ингвар вдруг вздрогнул и странно дернулся. Рука блондина метнулась к горлу, он открыл рот, будто пытаясь заорать, но не издал ни звука. Хлопая ртом, он обхватил собственное горло уже двумя руками. Глаза расширились, Ингвар задрожал. Здоровяк пытался сопротивляться еще несколько секунд, потом колени его подогнулись, подломились, и блондин упал на пол.

Сотрясаясь в судорогах, он отчаянно пытался вдохнуть, однако не мог сопротивляться моему давлению. Тело блондина изгибалось, из глотки вырывался сдавленный хрип. Когда под Ингваром растеклась мутно-желтая лужа, а выпученные глаза начали закатываться, я решил, что с него хватит.

— Теперь можешь дышать.

Блондин судорожно вдохнул и закашлялся. Распластавшись на полу, он жадно втягивал воздух, с ужасом глядя на меня, и невольно отползая к своим. Я скорчил брезгливую гримасу и посмотрел на остальных.

— Кто-нибудь еще хочет так же?

В ответ — тишина. «Лесные братья» явно были впечатлены демонстрацией. Стараясь не показывать охватившую меня слабость, я удовлетворенно кивнул.

— Никто. Отлично. Все. Спектакль окончен. Расходитесь. Я выйду отсюда и отпущу вашего любимого предводителя. Пусть дальше играет с вами в лабораторных крыс, если вам это так нравится. Скайлер! — повысил голос я.

Девушка смотрела на меня с испугом.

— Оружие и снаряжение, — с нажимом проговорил я. — Побыстрее, пожалуйста. Что-то я у вас загостился.

Дернув Вихо, я повернулся к «лесным братьям» спиной, и двинулся в сторону выхода.

* * *

— Я был прав! — проговорил Вихо, едва мы скрылись за поворотом. — Ты — особенный, Алтай! Не уходи! Давай забудем это недоразумение! Я ведь хотел, как лучше! Вместе мы…

— Ты опять за свое? — искренне удивился я. — У тебя что, совсем кукушка уехала, болезный? «Забудем недоразумение», ты смотри. Я до сих пор с трудом сдерживаюсь, чтобы шею тебе не свернуть, идиот! Помолчал бы уже!

— Ты не понимаешь! — в голосе Вихо снова послышалась горячность ученого на пороге открытия. — Это новая эра для человечества! Это…

— Слушаю я тебя, и думаю, — проговорил я, перебивая дока. — Вот чем ты лучше тех, от кого здесь прячешься, а? Ты же мне только недавно пел про алчные корпорации, которые навечно закроют тебя и твоих людей в клетку, и будут проводить опыты, а сам? Где логика, док? Или, может быть, причина в другом? Может, ты наконец-то, в кои-то веки, сам стал практиком-экспериментатором, и не горишь желанием делиться объектом изучения с другими? Может, тебе самому нравится все это, а? Ты ведь, по сути, тоже запер своих людей в клетку, чтобы проводить над ними опыты. Скажешь, не так, что ли? Или думаешь я не понял, отчего твой Эндрю, вирусолог этот, помер? Ты же его сам и убил, собака. Небось испугался, что окажешься не самым авторитетным ученым в этом гребаном бункере, что лидерство твое оспаривать будут? Или, может быть, он хотел антидотом с человечеством поделиться, а ты против был, а? Как именно было, док?

Вихо молчал, но я понял, что попал практически в точку. Старый идиот свихнулся на почве комплекса неполноценности, вырабатывавшегося годами и десятилетиями. Насмешки коллег, неприятие научной тусовкой, отсутствие возможности проводить фундаментальные исследования… А здесь он нашел себя. Не удивлюсь, если окажется, что и заражение изначально произошло совсем не из-за атаки ксеносов. Просто… Ну, подвернулся удобный момент. От такого фанатика чего угодно можно ожидать.

— Алтай, ты… Ксеносы совершенны! — выдохнул он вдруг мне в лицо, повернув голову под неестественным углом. — Это идеальная биологическая цивилизация, способная решить любые задачи без применения технологий! Это бесконечное разнообразие форм и видов, приспосабливающихся под окружающую среду и задачи, это непрерывное развитие! Сама эволюция! Никто не даст мне проводить те опыты, которые я провожу здесь! Эти опыты — ключ к процветанию человечества, к бессмертию, к верховенству…

— И к сверхрасе, да, — оборвал я поток словоблудия. — Я помню, Вихо, помню. Так чего же ты? Выйди из пещеры, принеси огонь людям, Прометей ты гребаный. Подари им ключи от бессмертия и процветания. Не хочешь? Почему? Боишься, что тебя самого в клетку закроют? Или того, что отстранят от исследований, а то и вовсе грохнут, чтобы не болтал? Или ты просто не хочешь потерять власть? — по тому, как Вихо вздрогнул, я понял, что снова оказался очень близок к истине.

— Знаешь, док. Твоя проблема не в том, что ты псих. Твоя проблема в том, что ты — тщеславный псих. Ты мог бы приносить людям настоящую пользу, а сам сидишь здесь и упиваешься властью над горсткой запуганных людей. «Ксеносы совершенны»… Тьфу! Не произноси при мне больше таких слов. У меня это совершенство знаешь, сколько друзей сгубило? Не доводи до греха. Ксенопоклонник хренов…

Вдали послышались быстрые, легкие шаги, и я слегка напрягся.

— Это я, — послышался знакомый голос. Скайлер.

Тяжело нагруженная девушка показалась из-за поворота. На одном плече — «Пульсар» и «Спектр», на втором — рюкзак с притороченной к нему броней и шлемом.

Подойдя ближе, она опустила мое имущество на пол.

— Забирай — и проваливай, — на ее лице отчетливо читались отвращение и брезгливость. — Тебя здесь встретили, как гостя, а ты…

Я опешил.

— Чего? Как гостя? — меня затопило волной негодования. — Как гостя? То есть, это у вас всех гостей к креслу пристегивают и дрянь всякую им вкалывают? Это у вас всех гостей силой держать собираются?

— Замолчи, — скривилась девушка. — Я видела, что ты сделал с Ингваром. Я слышала, как ты угрожал убить Вихо. Зря я тебя вытащила…

Мне вдруг стало обидно и горько.

— Скай, — начал я. — Ты не понимаешь. Этот ублюдок — да он же эксперименты над вами проводит! Он же…

— Он спас меня и подарил свободу, — угрюмо произнесла девушка. — Он спас всех, кто находится здесь. А ты… Ты так и продолжай оставаться рабом системы. Продолжай грызть глотки за подачки от администрации. Убивай за виртуальные циферки, чтобы было чем расплатиться за еду. Выполняй задания придурков, чтобы получить на пару кредитов больше. Я думала, ты другой. Думала… — девушка махнула рукой, и отвернулась.

— Скайлер, — как можно мягче проговорил я. — Пойдем со мной. Я…

— Куда? — расхохоталась девушка. — В лаборатории Зеленой зоны? Снова засунуть себе железку в голову и бегать по Полигону, выполняя задания на потеху толстожопым обывателям? Нет, Алтай. Это не мой путь. Жаль, что я ошиблась в тебе, — под конец речи настроение девушки поменялось, и, кажется, она даже всхлипнула. А я вдруг понял, что убеждать ее — дохлый номер. Для нее Вихо — благодетель. Она не видела его заливающим мне ксеновирус с кровью ее любимой псины и в экстазе вещающем о высшей расе. Не видела азарт сумасшедшего ученого, который не остановится ни перед чем на пути к своей цели. Для нее он — добрый дядюшка Вихо, спаситель и освободитель от цифрового рабства. Дерьмо…

Приказав Вихо стоять и не дергаться, я шагнул вперед. Под угрюмым взглядом девушки навьючил рюкзак, проверил оружие — все в порядке, никто ничего не испортил. Пока я собирался, меня вполне могли атаковать, но никто не сделал ни движения. Вихо был слишком испуган, а Скайлер… Я «прислушался» к ней, и едва не задохнулся от волны захлестнувших меня эмоций. Обида, разочарование, горечь, и что-то еще, глубокое и сильное, буквально разрывающее душу на куски. Ошарашенно встряхнув головой, я отступил назад, и скомандовал Вихо, ткнув стволом «Спектра» в его сторону:

— Открывай.

Док отошел к стене, что-то нажал, и тяжелая дверь медленно поползла в сторону.

— Скайлер, — произнес я, глядя девушке прямо в глаза. — Я хочу, чтобы ты знала: ты всегда можешь рассчитывать на меня. Где бы ты ни оказалась, что бы ни случилось — найди способ подать мне весть, и я приду. Слышишь?

Девушка выдержала взгляд, а потом заговорила мне в тон:

— Алтай. Я хочу, чтобы ты знал: если мы встретимся еще раз — я тебя убью. Я отплатила за свое спасение, и больше ничего тебе не должна. Где бы ты ни оказался, что бы ни случилось — ходи и оглядывайся. Потому что в любой момент за твоей спиной могу оказаться я. И рука моя не дрогнет. Слышишь?

Я несколько секунд молча смотрел девушке в глаза, потом горько усмехнулся, и кивнул.

— Слышу. Что ж. Жаль, что так получилось. Но что сделано — то сделано. Эй, уродец! — я повернулся к Вихо. — В отличие от тебя, тварь, я держу слово. О вас никто не узнает. Но лучше бы тебе в дальнейшем мне на глаза не попадаться. Ни тебе, ни твоим «лесным братьям». Бывайте.

Пятясь задом я вышел из бункера. Створка медленно поехала в обратную сторону, а я все стоял и смотрел в глаза Скайлер. И, когда проем превратился в крохотную щель, перед тем, как дверь окончательно закрылась, мне показалось, что в них блеснули слезы.

Глава 21

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Неизвестное место в предгорьях Скалистых гор.

Кажется, дерьмовое настроение — мой постоянный спутник на Полигоне. Причем, когда думаешь, что дерьмовее оно стать уже не может, Рапсодия подкидывает очередную ситуацию, после которой хочется то ли нажраться, то ли повеситься. Так и сейчас. Стоило встретить нормальных людей, как один из них оказался психопатом-ксенопоклонником, одержимым выведением гибридной сверхрасы, а вторая… Вторая, кажется, все совсем не так поняла. И если на Вихо мне, по большому счету, глубоко насрать, то Скайлер… Дерьмо. Возможно, не стоило просто так уходить. Возможно, стоило попытаться донести до «лесных братьев», что за птица Вихо, что у него за душой и в прошлом. Хотя… Да черт побери, на самом деле нет. Не располагала ситуация к тому, чтобы устраивать революцию в отдельно взятом бункере. И так выскочил на одной внезапности и везении. Ну и новая ментальная фишка помогла, спору нет. Насколько я понимаю, пси-способности в той или иной мере есть у всех «лесных братьев», но настолько развитыми обладал только Вихо. Не удивлюсь, если он их у себя специально «прокачивал», и боюсь предположить, что для этого могло потребоваться. А тут я такую демонстрацию устроил с Ингваром. По ходу, это их и напугало. В общем, действительно на голой удаче выехал. А начни я там что-то объяснять, вышли б ребятки из ступора, схлопотал бы стрелу в голову, и привет. Так что, наверное, все правильно. Эх, хреново, что со Скайлер все так получилось. Крайне хреново. Хотелось бы по-другому. Но ладно. Что сделано — то сделано. А что не сделано — то, соответственно, не сделано, ага.

— Элис, доложи обстановку.

Панель дополненной реальности мигнула, и в углу появилось изображение моей помощницы. Сейчас она выбрала образ, на ее взгляд, наиболее подходящий обстоятельствам: полевая форма войск Федерации, стрелковые очки, кепи с длинным козырьком, волосы собраны в хвост. Позерка, блин. Можно наряды и не менять, тем более — виртуальные. Но вообще — это к добру. В последнее время я слышал только голос Элис, тусклый и практически лишенный эмоций — нейросеть берегла ресурсы. А если сейчас не жалеет их на визуализацию, значит, наши дела начинают налаживаться.

— Адаптация биокомпьютера полностью завершена. Успешно. Работаю над расшифровкой и адаптацией новых алгоритмов. Попыток перехвата контроля больше не фиксируется. Файрволл я продолжаю поддерживать, но исключительно на всякий случай. Биологическим показателям до полной нормы далеко, но это последствия введения вируса, в целом же все гораздо лучше, чем в последнее время. Антидот работает. Вирусные клетки прекратили распространение. Фиксирую увеличение выработки полезных веществ в организме — как понимаю, следствие начала работы биоботов.

— Биоботов? — не понял я.

— Назвать то, что попало в организм вместе с кровью Шарбара наноботами в полной мере я не могу, но механизм действия очень схож. Я решила называть их биоботами. Как по мне — вполне подходящее название.

— Принял. Согласен, — биоботы, подумать только. Мать твою, теперь во мне еще и биоботы живут. Счастье-то какое! Позвольте представиться, Алтай, человек-общежитие. Охренеть можно.

— В целом, считаю изменения позитивными. Ресурсов хватает для активации всех функций нейропроцессора и тактического блока. Энергия — в норме, — отвлекла меня от бредовых мыслей Элис.

Будто чтобы подтвердить свои слова, нейросеть вывела энергетическую шкалу на панель интерфейса. И правда — текущий показатель находился в зеленой зоне.

— Тем не менее, я бы рекомендовала пройти полное обследование организма по прибытию в цивилизованные места. Но есть нюанс: любое глубокое исследование покажет наличие инородных элементов — биокомпьютера и биоботов. Скорее всего, к тому же результату приведет установка улучшений. Рекомендация: изменить настройку диагностического модуля или использовать постфильтр, который будет в реальном времени обрабатывать показания и отдавать в сеть измененные данные.

— Угу. Понятно, — я огляделся. — Постфильтр — это хорошо, конечно, хоть я нихрена и не понял, но сильно сомневаюсь, что у Сандерса или в Зеленой зоне мне дадут ковыряться в их оборудовании. Ладно, сейчас это не имеет никакого значения, будем решать проблемы по мере их поступления. Нужно найти спокойное место, чтобы экипироваться. В таком виде я себя чувствую голым. Но сначала нужно бы свалить подальше от базы этих, блин, техновикингов. Ты сказала, что сохранила трек. Можешь наложить его на оффлайн-карту и проложить маршрут?

— Так точно, — Элис кивнула. — Выполняю.

В интерфейсе появилось новое полупрозрачное окошко с частью карты. Путь, который мне пришлось пройти с мешком на голове, подсвечивался красным пунктиром.

— Хорошо. Задача: изучить карту и отыскать наиболее подходящий путь в Оранжевую зону.

— Для прокладки наиболее безопасного маршрута мне придется подключиться к сети, — тут же отозвалась Элис.

— Нет, — вскинулся я. — Рано. Я пока не хочу оживать. Используй оффлайн-данные. Наверняка же в твоих архивах есть информация о стационарных опасностях вроде той же мозгокрутки, и о наиболее опасных маршрутах с точки зрения скоплений или миграций ксеносов. Строй маршрут, исходя из этой информации.

— Слушаюсь, — Элис кивнула и исчезла. Я вздохнул. Да, была бы со мной Скайлер, все было бы намного проще. С ее опытом и знанием здешних мест, мы бы добрались до Предела гораздо быстрее. Но увы… Где-то в глубине души мое второе «я» ехидно отметило, это далеко не главная причина, по которой я бы хотел, чтоб Скайлер была рядом, но я велел ему заткнуться. Мало мне Элис и сколопендры, еще внутренний голос будет умничать.

Окружающая местность мне не нравилась. Я быстрым шагом шел по ущелью, с обеих сторон нависали скалы, и я в любой момент ожидал нападения. Если у Вихо здесь есть часовые… Черт, да на меня здесь даже нападать особо не надо, достаточно скатить камушек побольше. Был космодесантник, осталось мокрое место. Даже напрягаться не нужно. Поскорее бы отсюда выбраться…

Из головы не выходили слова Скайлер: «Если мы увидимся еще раз, я тебя убью». Вот что я ей такого сделал? Я ведь даже никого не убил! Даже гребанного Вихо, которому мне до сих пор очень хочется открутить голову. Даже Ингвара, который напрашивался с самого момента знакомства. Откуда, блин, такая ненависть? Неужели они там все на полном серьез Вихо избавителем считают? Да, запущено все… Еще и эти постоянные «раб системы», «цифровой раб»… Нехило он им там мозги, по ходу, промывает. Луддиты, блин. Готов спорить, что все это лишь для того, чтобы его подданные не разбежались. Царек. Засел себе в бункере, опыты ставит… Черт. Даже не поймешь, чего у него больше: нереализованных научных амбиций, или жажды власти. Вроде бы и власть так себе, сколько их там, «лесных братьев»-то? Но — власть. По ходу, пока Вихо там у себя на Прерии по руинам от ксеносов прятался, башкой двинуться успел основательно. «Ксеносы — высшая форма жизни», или как он там выразился… Надо ж до такого додуматься, а?

Дорога внезапно сделала крутой поворот, я продрался сквозь кусты, а потом скалы расступились, и я оказался на краю каменистого склона. Отсюда неплохо просматривались окрестности, но и я был, как на ладони. Уйдя в сторону, я присел за большим камнем, осмотрелся, и скинул рюкзак.

— Элис, что там за сканер у нас такой появился? — обратился я к нейросети. — Хорошо бы его сейчас активировать. Не хотелось бы, чтоб погоня застала меня с голой задницей.

— Активирую, — отозвалась Элис, и я снова испытал это странное ощущение. Как будто у меня появился дополнительный орган чувств, более чуткий, чем слух, и более информативный, чем зрение. Причем работала эта штука настолько интуитивно, что мне не составило никаких проблем понять, как ею пользоваться. Я «потянулся» мысленным щупальцем в одну сторону, в другую… Ничего. Абсолютно никакой активности.

— Какая дальность действия у этой штуки? — поинтересовался я.

— На пике была около двухсот метров, сейчас — пятьдесят. По-моему, сканер можно «раскачивать». Чем чаще и дольше мы пользуемся сканером — тем мощнее он становится. Но потребление энергии слишком высокое для того, чтобы пользоваться им постоянно, так что я рекомендовала бы поспешить.

Я, уже представивший себе постоянно работающий детектор, прощупывающий все вокруг меня на предмет нахождения любых форм жизни в радиусе двухсот метров, расстроенно вздохнул. Ну вот. Никогда не бывает так, как хочется. Ладно, поспешить — так поспешить. Я сам предпочел бы свалить подальше из зоны досягаемости «лесных братьев» подальше. Отстегнув от рюкзака боевой костюм, я принялся облачаться, поглядывая на постепенно уменьшающуюся шкалу энергии.

— А что не так с энергией, Элис? — спросил я, сражаясь с застежками костюма. — Вихо же вроде рассказывал, что теперь все будет тип-топ. Да и ты подтвердила, что все в норме.

— Все действительно в норме, но это не означает, что вы, босс, превратились в вечный двигатель. Биоботы адаптируют органы к нагрузкам и увеличивают синтез полезных веществ, но они не могут их получать из ниоткуда. Если вы хотите активно пользоваться функциями биокомпьютера, вам нужно как можно больше и чаще употреблять высокоэнергетические продукты.

— То есть, я все время теперь буду жрать, как не в себя? — перевел я сказанное Элис на общечеловеческий язык.

— Нормы потребления пищи и жидкости увеличатся, да, — подтвердила Элис. — Это тоже нужно учитывать. Также вы можете принимать разного рода препараты и стимуляторы. Благодаря биоботам, их вредное воздействие значительно снижается, но переусердствовать нельзя: побочные эффекты могут иметь накопительный характер.

— Прекрасно, — фыркнул я, распихивая по подсумкам боеприпасы и предметы первой необходимости. — Кстати. А что там вообще за функции такие новые? А то я парочкой даже воспользоваться успел, а что оно такое — так и не понял.

Вместо ответа Элис вывела на панель список. К перечню функций биокомпьютера добавились еще три. Я пробежал взглядом по строчкам, и хмыкнул. Интересно, интересно…

Ментальное доминирование. Позволяет воздействовать на мозговую активность разумных объектов в режиме доминирования или пси-удара. Режим доминирования позволяет внушить цели любые мысли или эмоции, отдать прямой приказ или подтолкнуть к нужному решению. Режим пси-удара, в зависимости от мощности может вызывать дезориентацию, временную потерю мыслительных способностей или полное прекращение мозговой активности. Способно работать в связке с пси-сканером. Мощность способности зависит от уровня ментальной сопротивляемости объекта и ранга способности носителя. Чем больше разница между рангом способностью носителя и уровнем сопротивляемости атакуемого объекта, тем ниже эффективность способности. Текущий ранг — 2. Высокий расход биоресурсов. Внимание! Во избежание перерасхода биоресурсов, время и частота использования способности ограничены! По достижению пиковых значений способность будет заблокирована до полного восстановления уровня энергии носителя!

Ментальный щит. Позволяет полностью защитить носителя от направленного или рассеянного пси-воздействия. Мощность щита зависит от ранга способности, а также от ранга способности атакующего объекта. Чем больше разница в рангах между способностью носителя и способностью атакующего объекта, тем менее эффективен щит. Текущий ранг — 2. Высокий расход биоресурсов.

Пси-сканер. Сканер мозговой активности. Позволяет обнаруживать мозговую активность и считывать ярко выраженные эмоции. Способен работать в связке с детектором биологических форм и ментальным доминированием. Радиус действия зависит от ранга способности. Текущий ранг — 2. Дальность действия — 50 метров. Высокий расход биоресурсов.

Я присвистнул. Нормальная такая штуковина. Сканер, правда, частично дублирует способности детектора биологических форм, но нужно еще выяснить, как выглядит работа с ним в связке. В целом — полезно, полезно. Особенно учитывая, что функции биокомпа не зависят от стабильной работы имплантов, и даже если импланты вдруг вырубят электромагнитным импульсом, у меня найдется несколько сюрпризов.

Мне пришел в голову интересный вопрос, и я поспешил задать его нейросети.

— Элис, эти способности появились у нас после заражения ксеновирусом, правильно я понимаю?

— Совершенно верно. При этом, насколько я понимаю, в биокомпьютер они были заложены изначально, заражение лишь разблокировало возможность их использования.

— Забавно. А почему мы получили именно эти способности, а не какие-нибудь другие?

Для нейросети, похоже, вопросов без ответов не существовало.

— Разблокировка тех или иных способностей зависит от типа используемых биоботов. Вместе с кровью морфа мы получили именно этот тип, благодаря чему были разблокированы именно эти способности.

— Интересно, интересно… — я натянул шлем и опустил забрало. Кажется, готов.

— Вы чем-то озадачены, босс?

— Да вот есть у меня вопрос один, да, — я закрепил на спине «Пульсар» и возился теперь с ремнем «Спектра». — Откуда у Шарбара — а по словам дока мы получили именно его кровь, — вообще появились ментальные способности? Я бы понял, если бы такой набор был… Ну, не знаю, у дементора, например. Но Шарбар? Даже не ксенос, обычная морфировавшая псина, стопроцентно боевой морф, ударное мясо. Откуда у него «пси»?

Кажется, этот вопрос застал врасплох даже Элис.

— Вероятно, — проговорила нейросеть после паузы, — Шарбар был заражен именно этим набором биоботов. Это произошло либо случайно…

— Либо намеренно, — кивнул я. — Ага. Например, чтобы сделать шавку практически разумной, и получить, таким образом, огромных, злющих тварей, преданных хозяину и способных с ним общаться. Неплохое подспорье для выживания в Инферно. Ай да Вихо, ай да сукин сын!

Закончив с экипировкой, я достал флягу, сделал несколько глотков, и еще раз активировал пси-сканер. Чисто. Странно, странно… Я на месте Вихо выслал бы погоню. Учитывая, что «лесные братья» знают эту местность куда лучше меня, а также то, что, даже несмотря на свои новые ментальные погремушки, я вряд ли справлюсь в прямом бою с той же Скайлер, не говоря уже об Ингваре, догнать и схватить меня для них не составит труда. Так почему же нет «хвоста»? До сих пор не оправились от происшедшего? Может, Вихо, увидевший пик моих способностей, посчитал погоню слишком опасной? Или… Или он боится, что до того, как меня убьют, я расскажу его людям, под каким ублюдком они ходят? Вот в третье я, пожалуй, больше поверю. Хотя… Он же мог послать морфов… Так, нахрен, нужно отсюда валить и поскорее! Со своим братом по крови Шарбаром и его родственничками я точно дел иметь не хочу. Особенно, когда их дело будет заключаться в том, чтобы порвать меня на сотню маленьких Алтаев. Нет, спасибо, я пас.

— Элис! Что с маршрутом?

— Маршрут проложен, — голосом навигационного устройства отозвалась Элис. — До пункта назначения восемнадцать километров. Расчетное время в пути — четыре часа.

Четыре… Да нет уж. Постараемся сократить. Чем быстрее я окажусь подальше от этого места — тем спокойнее буду себя чувствовать. Погода — способствует. Самочувствие — лучше, чем когда-либо в последние дни. Настроение — полное дерьмо. В общем, все факторы, необходимые для того, чтобы как следует поиздеваться над организмом — в наличии.

Я поправил ремни рюкзака, потуже затянул фиксатор шлема, и, перевесив «Спектр» по-патрульному, двинулся по дороге, уже с третьего шага переходя на бег трусцой, постепенно перерастающей в бодрую рысь.

Глава 22

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Оранжевая зона, она же Предел.

— Маршрут окончен, — снова подражая мобильным навигаторам проговорила Элис металлическим голосом. Угу. Искусственный интеллект дурачится, надо же. А то я сам не вижу.

Вместо четырех часов мы добирались до Предела все шесть с половиной — зато смогли избежать нескольких неприятных встреч. Сначала разминулись с отрядом из шести человек, который целенаправленно куда-то трусил перпендикулярно нашему маршруту, потом — с таким же отрядом, только поменьше, а вот в третий раз… В третий раз, еще до того, как что-то увидеть или услышать, я поймал очень странное ощущение. Я почувствовал, что рядом кто-то есть. Как будто стоишь в темной комнате, точно знаешь, что ты в ней должен быть один, но от ощущения чужого присутствия аж волосы на руках шевелятся. Памятуя о том, что интуиция пока что меня не подводила, я остановился, запустил пси-сканер, и чуть не оглох от целого спектра обрушившихся на меня эмоций. И самым страшным в этом было, пожалуй, то, что я не смог их идентифицировать. Меня просто накрыло волной чего-то абсолютно чужого и чуждого, в которой, через пелену непонятных образов, пробивались голод, злоба и жажда крови.

Ксеносы.

Разорвав контакт, я тут же закрылся ментальным щитом и попытался отдышаться. Сердце колотилось, как бешеное, а на лбу выступил пот. Снова активировав пси-сканер, я осторожно потянулся им вперед, и нащупал несколько уже знакомых облачков. Только если облачка людей Вихо в бункере виделись светлыми и немного прозрачными, то эти были темно-бордовыми и пульсировали чем-то черным. Мощность щита, выкрученная на максимум, глушила и фильтровала большую часть ментального спектра, но я все равно поспешил вынырнуть из режима сканирования, и как можно тише отползти в сторону. Когда я уже вырубал сканер, я почувствовал, как облачка засуетились и забеспокоились. Кажется, не только я почувствовал ксеносов. Кажется, они тоже почувствовали меня.

Именно из-за этой встречи я предпочел сделать крюк, вылившийся в бросок по выгоревшим холмам продолжительностью в два с половиной часа. Чисто теоретически, у меня была еще мимикрия, например, которая позволила бы мне проскользнуть мимо тварей незамеченным, но испытывать ее на монстрах в полевых условиях я не рискнул.

И вот я, наконец, добрался до Оранжевой зоны Полигона. Более того: я умудрился выйти в сектор ответственности именно «Буревестников», а не какого-нибудь другого клана, и, несмотря на то, что я не мог знать, какой прием готовят мне в форте, то, что не придется идти через территорию незнакомой группировки, радовало. Черт его знает, на кого еще нарвешься.

Держа «Спектр» наперевес, я огляделся. Элис вела меня не просто в рандомную точку, она попыталась найти место, максимально подходящее для моих нужд. А нужда у меня была сейчас, по большому счету, одна: найти какое-то укрытие, подключиться к сети и отправить весточку Сандерсу. Что будет после этого — я даже не пытался предугадать. Когда Блайз выжил один из группы, Сандерс объявил награду за его голову. Как он поступит со мной — не знаю. Возможно, мне тоже стоило бы последовать примеру сталкера и свалить подальше отсюда, но я так сделать не мог. В форте остались мои друзья, и слишком высока вероятность, что, если я так и не появлюсь, глава «Буревестников» отыграется именно на них.

Максимально подходящим для моих нужд местом оказалась группа двухэтажных зданий неподалеку. Аккуратно приблизившись, я активировал пси-сканер, и, только убедившись в отсутствии какой-либо активности, направился ко входу.

Несмотря на то, что сканер не показал наличия живых существ, я продолжал держаться настороже. Функция была новой, я к ней еще не привык, и относился с недоверием. Кроме того, не стоило забывать, что на Полигоне опасность представляли не только живые существа.

Тщательно исследовав все три здания, я остановил свой выбор на том, что стояло ближе к холму, с которого я спустился. Сложно сказать, что здесь было раньше, сейчас тут остались лишь голые стены. Поднявшись на второй этаж, я удовлетворенно кивнул: отсюда открывался неплохой обзор на окрестности, и незамеченным никто подобраться не мог. Сбросив рюкзак, я стянул шлем, глотнул воды, и, усевшись у стены, положил на колени «Спектр».

— Ладно, — выдохнул я, поняв, что просто тяну время. — Элис. Ты обработала всю информацию? Убрала упоминания о сколо… Тьфу, биокомпьютере, Скайлер и базе «лесных братьев»?

— Так точно, босс. В некоторых местах, где изменения слишком масштабны, чтобы замаскировать монтаж, я инсценировала сбой из-за электромагнитного импульса.

— Молодец, — похвалил я нейросеть. — Ну, хорошо. Давай, подключаемся.

— Слушаюсь босс. Связь с сетью активирована.

— Отлично, — я сдвинул в сторону целую лавину системных оповещений, и вывел на передний слой окно чата. — Ну, поехали.

Я отстучал короткое сообщение, откинулся назад, облокотившись о стену, и приготовился ждать.

* * *

Ответ себя долго ждать не заставил, был коротким, лаконичным, и понять по нему настроение Сандерса было невозможно: «Оставайся на месте. Жди. Высылаю отряд».

Вот так. И чего от этого отряда ждать? Встречи с хлебом-солью, или очереди из автоматического гранатомета? Боюсь, я этого не узнаю, пока не встречу посланцев. Что же. Будем ждать. А пока посмотрим, что мне там насыпала система.

Сообщений было достаточно много. Я тяжело вздохнул, распаковал паек, и принялся внимательно читать.

Начать решил с сообщений, выделенных, как важные. Ух. Ничего так начало. Даже страшно читать, что там дальше будет.

Связь с сетью восстановлена. Синхронизация…

Внимание! Специальное задание «Зачистка и уничтожение» провалено. Вы не смогли уничтожить все враждебные формы жизни в указанном квадрате. Вы получаете штраф — 20 000 опыта, 20 000 кредитов.

Внимание! Из-за штрафных санкций вы теряете уровень.

Текущий уровень — 25.

До нового уровня 15 500 очков опыта.

Кредитов на счету — 155 387.

Внимание! Вы состоите в клане «Буревестники». Штраф, начисленный погибшим участникам группы будет списан со счета клана.

Прекрасно. Задание, выданное системой после того, как мы завалили первого неизвестного морфа, отвалилось, что стоило мне двадцати тысяч очков, уровня и двадцати тысяч кредитов. Но тут ничего не поделать, теми силами, что были у нас, даже без нападения ублюдков Слая справиться со всеми морфами нам бы не удалось. Так что остается только поднять обе руки вверх, резко опустить их и сказать: «да и хер с ним!».

А вот потеря денег с кланового счета явно не добавит хорошего настроения Сандерсу. Хотя, на фоне потери рейдовой группы он вряд ли это заметит. М-да. Что тут у нас дальше?

Обнаружено автономно сгенерированное задание… Анализ…

Задание подтверждено. Приоритет подтвержден. Анализ аудиовизуальных материалов…

Внимание! Прогресс выполнения задания «Исследование» — 50 %.

Аудиовизуальные материалы приняты. Загрузите образцы тканей неизвестной формы жизни в ближайшем форте или Зеленой зоне, чтобы завершить выполнение задания.

Ага. Это задание по изучению зараженных бойцов. Сколопендру я, так сказать, потерял, зато у меня осталась пробирка с мозговыми пробами убитого мной бойца. Ну, посмотрим, что система за это отсыплет. Может, потери и компенсируются. Движемся дальше.

Внимание!

Обнаружено автономно сгенерированное задание… Анализ…

Задание подтверждено. Приоритет подтвержден. Анализ аудиовизуальных материалов…

Специальное задание «Хозяева руин» успешно выполнено. Все ксенообъекты повышенной опасности успешно уничтожены.

Оценка… Генерация награды…

Поздравляем! Вы получаете 150 000 очков опыта.

К опыту, полученному за выполнение специальных заданий, индекс множителя выживаемости не применяется!

Ваша группа получает 750 000 кредитов.

Внимание! Вы — единственный выживший член группы, выполнившей задание. Вознаграждение погибших членов группы перечисляется на ваш личный счет.

Вы получаете 750 000 кредитов.

Вы состоите в клане «Буревестники». 20 процентов от вознаграждения за выполнение группового задания перечислены на счет клана.

Внимание! Из-за отсутствия связи с системой на момент выполнения задания точно рассчитать количество уничтоженных морфов невозможно. Вознаграждение будет расчитано по усредненным данным.

Вы получаете 150 000 очков опыта.

Внимание! Вы уничтожили более 10 вражеских юнитов одновременно. Ранг достижения «Массовое убийство» повышен. Текущий ранг — 5. Вы получаете бонус — 100 000 кредитов.

Прогресс достижения «Убийца морфов» — 10/10. Ранг достижения — 3… Ранг достижения — 4… Ранг достижения — 5.

Ранг достижения повышен! Текущий ранг — 6.

Поздравляем! Вы достигли шестого ранга достижения «Убийца морфов»! Разблокирован доступ к редким предметам в магазине. Посетите магазин, чтобы просмотреть перечень предметов, к которому теперь имеете доступ.

Убивая морфов, вы помогаете возродить Рапсодию. Продолжайте уничтожать инфицированных ксеновирусом людей и животных и получайте бонусы от администрации.

Вы получаете бонус — 50 000 очков опыта, 100 000 кредитов.

Внимание! В расчете опыта, полученного за групповые и специальные задания, а также начисленного по усредненным данным индекс множителя выживаемости не распространяется.

Поздравляем! Вы получаете новый уровень!

Поздравляем! Вы получаете новый уровень!

Поздравляем! Вы получаете новый уровень…

Текущий уровень — 37. До следующего уровня — 17 500 очков опыта.

Кредитов на счету: 955 387.

Внимание! Вы вышли из опасной ситуации без ущерба для себя. Ваш индекс выживаемости повышен. Текущий индекс выживаемости — 3.

Внимание! Вы получили достигли максимального значения индекса выживаемости. Вы получаете бонус — 30 000 очков опыта.

Поздравляем! Вы получаете новый уровень!

Текущий уровень — 38. До нового уровня — 25 500 очков опыта.

Внимание! Ваша результативность на 75 % превышает результаты игроков вашего сектора! Вы попали в ТОП-5 игроков Предела! Текущее место в топе — 1. Активируйте отображение в рейтинге и впишите свое имя в историю «Полигона»!

Рейтинг игроков позволяет привлечь внимание зрителей, а следовательно — получить больше доната. Участвуйте в рейтинге, зарабатывайте кредиты и получайте бонусы от администрации.

Уф. Ну нихрена себе…

Примерно минуту я сидел и тупо пялился на цифры. Не то, чтоб я мог оценить свои злоключения и смерть хороших парней какими-то виртуальными цифрами, но, черт побери, памятуя о том, насколько скупа система Полигона на награды, увиденное впечатляло. Твою-то мать… Тридцать восьмой уровень и почти миллион кредитов… Для нуба, которым я выходил на прокачку, это просто невероятный результат, и подавляющее большинство нынешних обитателей Рапсодии отдали бы за подобное полный комплект конечностей, и не только своих. А вот сообщение о том, что я отныне возглавляю ТОП Предела заставило меня ощутить весьма двойственные чувства. Конечно, оно круто, и несколько ласкает самолюбие, но смог бы я достичь этого без парней, навсегда оставшихся под руинами шахты и в ее окрестностях? Стэн, Марк, Мираж, Эверест, оставшийся практически незнакомым снайпер Рэй… Дерьмо. Клянусь, парни, Слай за это заплатит.

Отвлекая меня от мрачных мыслей, пискнуло оповещение о входящем сообщении. Я активировал окно чата. Хм. Дис! От сердца сразу же отлегло. Жив! И, суда по написанному, даже не в плену.

Рад, что ты жив, бродяга! Уточни координаты, мы на подходе.

А вот второе сообщение меня несколько напрягло.

Ты только не дергайся и не начинай шмалять, наши остались в форте. Сандерс в ярости, и теплого приема не будет. Главное — не наломай дров, а там прорвемся.

Долго думать, что это значит, не пришлось — я и сам подозревал, что встречать меня будут не ковровой дорожкой. Надеюсь, Дис хотя бы не в заложниках.

Я скинул координаты и принялся ждать. «Не начинай шмалять»… Надеюсь, хотя бы руки крутить мне не начнут.

Через несколько минут я услышал шум двигателя. Прислушавшись, понял, что двигатель не один. Приблизившись к окну, я принялся вглядываться в дорогу.

Сначала вдалеке показалось облако бурой пыли, и только через некоторое время я смог разглядеть в нем очертания броневика. Даже двух броневиков! Ничего себе прием! Присмотревшись, я присвистнул.

Броневики не походили на тот, на котором мы с отрядом выдвигались в рейд. Это были полноценные боевые машины, мощные, приземистые, с турелями, смонтированными на крышах… И бронирование, и турели были явно самодельными, броневики были собраны на базе гражданских вездеходов, но для Полигона это был прямо впечатляющий масштаб. Уже то, что Сандерс отправил за мной дефицитные машины, говорило о том, насколько серьезно он относится к этому мероприятию. Что ж… Посмотрим, посмотрим. На самом деле, предъявить мне нечего, и я могу это доказать видеозаписями, но тут уже все будет зависеть от адекватности Сандерса. Глядя на приближающиеся машины, я начал хорошо понимать Блайза, предпочётшего удариться в бега возвращению к «Буревестникам». Вот только мне так поступать нельзя. Я свой отряд в это впутал, мне и вытаскивать. Мы в ответе за тех, кого приручили, ага.

Заложив вираж, броневики лихо затормозили у дома, десантные отсеки практически синхронно распахнулись, и из них посыпались хорошо вооруженные и экипированные бойцы. Я насчитал восемь человек. Нехило. Турели на крышах броневиков пришли в движение. Одна из них повернулась назад, контролируя сектор, вторую недвусмысленно направили на здание, в котором я укрывался. Замечательно, да…

Один из бойцов повесил оружие на ремень, вышел в центр пустого пространства перед броневиками и стянул шлем.

— Эй, долго еще там сидеть будешь? — присмотревшись, я разглядел улыбающееся лицо Диса. Однако было видно, что выражение наигранное, в глазах солнцепоклонника не было и тени улыбки.

— Кортеж подан! — продолжил Дис. — Выруливай, домчим с ветерком и под охраной.

— Выхожу, — крикнул я в окно. Черт, а что мне еще делать?

Перед глазами замерцали разноцветные квадраты — оранжевые и красные. Красные — на месте турелей, оранжевые очертили боевиков. Сами броневики тоже окрасились в разные цвета, обозначая уязвимые места. Над квадратами появились цифры.

— Цели размечены, уязвимые места и очередность поражения целей определены, — напряженным голосом проговорила Элис. — Схема действий загружена в тактической сопроцессор, боевые функции активированы. Вероятность успеха — семьдесят процентов. При передаче управления телом носителя — девяносто. Ожидаю разрешения на перехват управления.

— Отбой, Элис, — устало проговорил я. — Я не готов воевать с еще одним кланом и осаждать форт. Попробуем разойтись миром.

— Мой приоритет — выживание носителя, — так же напряженно ответила нейросеть. — Расцениваю вероятность благоприятного исхода переговоров как крайне низкую. Вынуждена предупредить…

— Отбой, Элис. Без фокусов. Здесь я разберусь сам, — кажется, мне передалась нервозность ассистента.

— Слушаюсь, босс, — покорно согласилась Элис, но тактическая информация с панели не исчезла.

Закрепив рюкзак, я спустился со второго этажа и двинулся к проему.

— Алтай! — послышался голос Диса. — Убери, пожалуйста, оружие, и сними шлем.

Я ухмыльнулся. Интересно, это солнцепоклонник так поднялся в иерархии «Буревестников», или его взяли, чтобы я не наделал глупостей? Ведь, в случае чего, его срежут первым… Не знаю, не знаю… Но во второе мне верится все же больше.

Сняв с себя оружие, я взял его за ремни, другой рукой снял шлем, и держа его за ремешок, вышел на улицу. Не спеша пройдя несколько шагов, я остановился, не доходя до Диса, и демонстративно обвел взглядом встречающих.

— Кого ты с собой притащил, Дис? — громко проговорил я. — Я ожидал увидеть совсем другую делегацию. Зачем эти хмурые люди? Не мог симпатичных полуголых барышень прихватить?

— Барышень пришлось бы долго искать, а эти оказались под рукой, — отшутился Дис. — Не переживай, брат. Это просто формальность. Поговоришь с Сандерсом, и все разрулится.

— Угу, — мрачно кивнул я.

От грузовика отделился один из бойцов, и, продолжая держать меня на прицеле, сделал несколько шагов, остановившись в шаге от меня и требовательно вытянув руку.

— Оружие.

— Че такой хмурый? — спросил я у тонированного забрала шлема. — И невежливый, к тому же. Может, тебе нужно объяснить, как разговаривать с незнакомыми людьми? — я играл с огнем, но подчиняться всем приказам, подобно забитой овце, я не собирался. Вредно это для репутации.

— Оружие… Пожалуйста, — выдавил боец сквозь зубы.

— Вот, совсем другое дело, — я широко улыбнулся, и протянул бойцу оба ствола. Тот принял их на вытянутую руку, и едва не уронил — его обмануло, с какой легкостью я удерживал свою артиллерию, и усилие он явно не рассчитал.

— Что, сынок, тяжело? — снова осклабился я. — Хорошо учись, кушай кашку, и. когда вырастешь, станешь, как дядя Алтай — большим и сильным.

— Не провоцируй, — обеспокоенно проговорил Дис. — Давай просто доберемся до форта и уладим все вопросы, а? Зачем тебе дополнительный геморрой?

— Да мне и основной ни к чему, но куда ж его денешь? — хмыкнул я. — Давайте действительно поедем уже отсюда. Устал я что-то.

Не дожидаясь новых команд, я бросил рюкзак на землю, щелкнув замками, пристроил сверху снятую разгрузку, и, зажав шлем под мышкой, направился к ближайшему вездеходу. Дойдя почти до дверей, я повернулся к Дису.

— Ну что там, едем мы, или нет? В отличие от вас, я занимался делами и очень устал.

Забравшись внутрь, я плюхнулся на скамью у перегородки водителя и прижался затылком к холодной металлической стенке.

Черт, ну когда уже это все закончится, а?

Глава 23

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, форт клана «Буревестники». Оранжевая зона, она же Предел.

К форту ехали в тишине. Бойцы напряженно тискали в руках оружие, то и дело нервозно поглядывая на меня, Дис развалился напротив в вольготной позе, но, как и с улыбкой, было видно, что все это напускное. Движок ревел так, что даже реши мы поговорить, пришлось бы кричать. Впрочем, я и не собирался что-либо обсуждать при распустивших уши бойцах. Вместо этого я активировал чат и отправил Дису в приват текстовое сообщение.

Рассказывай, что здесь? Как обстоят дела, и что это за делегация такая?

Ответ не заставил себя долго ждать.

В целом — нормально. Сандерс неплохой мужик, но с заскоками. Когда пришли сообщения о гибели части группы, взбеленился. Пытался связаться с тобой — безрезультатно. Заставил нас вступить в клан — чтоб пользу приносили. Обращались хорошо, все без эксцессов, мы даже прокачались малость. Ходили на зачистки. На одной возникли проблемы, мне удалось вытащить группу. Сандерс оценил, теперь я вроде сержанта у «Буревестников». Марго нормально поднялась, со стрельбой у нее все лучше. Трикса загнали возиться с компами и трофейным оружием. Относятся как к членам клана, но рядом постоянно кто-то есть. Рыжий ублюдок при каждой встрече упоминает, что, если ты не вернешься — Сандерс отыграется на нас. Важно: Блайз в норме, но держат в карцере. Когда пришла инфа, что из всего отряда уцелел ты один, Сандерс чуть умом не двинулся. В общем, если твой рассказ Сандерсу не понравится, боюсь, у нас у всех будут большие проблемы. Что у тебя случилось-то хоть?

Я пробежал взглядом текст, и с трудом сдержал вздох. То, что Сандерс — контуженный, я и сам отметил. Как бы теперь все это вырулить… Если сначала у нас были четкие договоренности, он — лечит Блайза, я — участвую в турнире, то сейчас, боюсь, со всем этим могут возникнуть проблемы. Ладно… В целом, мне тоже есть, что ему предъявить. Посмотрим, как оно складываться будет. Я почесал затылок и отбил Дису ответ.

Нарвались на морфов, с данными разведки лажа вышла. А потом на нас еще накинулись люди Слая. В общем, была полная жопа, всего не расскажешь так, но выжил я один. Рубанулись импланты, часть информации потеряна, нейропроцессор пошел вразнос, короче, еле очухался. Как только пришел в себя, вернулся в Предел и вышел на связь с Сандерсом. Все.

Дис отвечать не стал, лишь кивнул чуть заметно, мол, принял. Ну да. О чем тут трепаться-то еще?

Поездка заняла достаточно много времени, и я, несмотря на отвратное настроение и дурные предчувствия, умудрился даже подремать. Это я еще на войне приноровился: плох тот воин, что не использует каждую свободную секунду для приема пищи или сна. При условии, конечно, что оружие и снаряжение уже тысячу раз обслужено и проверено. А еще я перед тем, как задремать, я дал Элис задание кое-что разузнать и подсчитать — раз уж у нас сеть появилась.

Элис же меня и разбудила, когда мы подъехали к воротам форта. Открыв глаза, я потянулся и картинно зевнул. Бойцы в нашем броневике незаметно переглянулись. Лица их все так же были скрыты под забралами шлемов, но я готов был поспорить, что на них написана растерянность. Ну-ка, чувака чуть ли не на казнь везут, а он дрыхнет, как сурок, еще и беззаботно потягивается! Ну да, ну да.

Пара минут — и мы въезжаем в форт. Дождавшись, пока машина остановится, а двигатель — умолкнет, бойцы, сидевшие с краю, выпрыгнули из машины, и, отбежав чуть в сторону, встали, взяв оружие наперевес. Их примеру последовали и остальные, так что, когда очередь дошла до нас с Дисом, мы оказались в кольце из вооруженных людей. А за этим самым кольцом стояли Сандерс и его гребаный рыжий помощник Рэд.

Глядя на все происходящее, я ощутил легкое дежа вю. Слишком уж схожа была картина с той, когда мы с ребятами принесли в форт «Буревестников» бессознательного Блайза. Вот только я уже не был тем запуганным нубом, которого можно было безнаказанно валять по полу. После того ада, через который я прошел, чтобы меня запугать, нужно было что-то посерьезнее десятка бойцов. Кроме того, я был нужен Сандерсу. А еще — он мне кое-чем обязан. Правда, он сам об этом еще не знает.

Здесь я уже выделываться не стал. Одно дело выкидывать кренделя при рядовых бойцах — и совсем другое при главе клана. При очень недобро настроенном главе клана. Какой смысл злить и без того не самого адекватного человека? Поэтому я спокойно прошел в центр образовавшегося круга, краем глаза отметив, что Диса разоружили так же, как и меня, остановился и выжидающе замер.

Сандерс посмотрел мне прямо в глаза. Я выдержал взгляд, не моргнув. Через несколько секунд Сандерсу играть в гляделки надоело, и он проговорил низким, не обещающим мне ничего хорошего, голосом:

— Ну, здравствуй… Алтай.

— Здравствуй, — спокойно ответил я, слегка склонив голову в знак приветствия. — Какая-то не очень теплая встреча, Сандерс.

— А ты ждал другой? — теперь его голос звучал слегка удивленно.

— Ну, я считал, что у тебя в клане бойцов, вернувшихся со сложного задания, встречают все же несколько иначе.

Сандерс скрипнул зубами, но сдержался. Помолчав, он заговорил вновь.

— Эверест. Марк. Стэн. Мираж. Рэй, — каждое имя звучало, как гвоздь, забиваемый в крышку гроба. — Мертвы, — констатировал Сандерс.

— Я сожалею, — сейчас я говорил совершенно искренне. — Они были очень хорошими бойцами и надежными товарищами.

— Как это произошло? — кланлид говорил спокойно, но я чувствовал океан эмоций, бушующий за этим спокойствием. Причем — далеко не в переносном смысле. Я действительно чувствовал Сандерса. И совершенно отчетливо ощущал, что он на грани срыва.

— Мы попали в засаду, — ответил я, глядя Сандерсу в глаза. — На нас напали люди Слая.

Кажется, сейчас мне удалось удивить Сандерса. Он вскинул брови и внимательно вгляделся в мое лицо.

— Слай — мой союзник. У «Буревестников» и «Могильных воронов» соглашение о ненападении.

— Вероятно, Слай решил, что может нарушить его в одностороннем порядке, — пожал я плечами.

— Ты можешь это доказать? Или это лишь слова?

— Могу, — я кивнул. — Лови картинку.

Активировав интерфейс, я переслал Сандерсу видеозапись и копию логов, в которых фигурировали позывные убитых мною бойцов. Сейчас был очень тонкий момент. Дело в том, что я не знал доподлинно, действительно ли нападающие работали на Слая, и состояли ли они в его клане. Если сейчас окажется, что это не так… С другой стороны — а кто еще мог так настойчиво пытаться меня убить?

Сандерс замер, видимо, просматривая видео, после чего толкнул локтем стоящего рядом Рэда. Поручил проверить информацию? Возможно.

— Эти люди убили Рэя и ранили Марка, — медленно проговорил Сандерс. — Как погибли остальные?

— Разведданные по сектору оказались ложными, — ответил я. — Кто-то или фатально ошибся, или намеренно исказил информацию по ксенообъектам в этом секторе, — я заметил, как после этих слов напрягся рыжий Рэд. — Мы нарвались на целую орду ксеносов, и нам пришлось уходить под землю, в старую шахту. В старой шахте мы нашли Логово, и система в автономном режиме сгенерировала задание.

— Какое? — Сандерс смотрел на меня не отрываясь, видимо, пытаясь понять, вру я, или нет.

— Уничтожить Логово, — по кольцу бойцов пробежал шепоток. Ну, да. Кому как не им, каждый день отправлявшимся на зачистки, знать, что такое задание равнозначно билету на тот свет в одну сторону?

— И? — Сандерс недоверчиво вскинул бровь.

— И мы его уничтожили, — пожал плечами я. — К сожалению, Эверест и Мираж погибли при эвакуации. Они погибли, как настоящие герои. Впрочем, они ими и были, — мрачно закончил я.

— А ты выжил… — задумчиво проговорил Сандерс. Я почувствовал волну нервного возбуждения, исходящую от него. Кажется, у него психотравма, болезненная фиксация на таких событиях после гибели его собственного отряда.

— А я выжил.

— Он врет, — вскинувшись, заявил Рэд. — Данные, которые он скинул — фальшивка! — рыжий отталкивающе поджал губы. — Бойцы с позывными Трэйн и Ричи не состояли в клане Слая! А значит и все остальное — ложь! Если бы он выжил один из группы, выполнившей задание такого класса… Да он в топе рейтинга был бы по Пределу!

Я пристально посмотрел на Рэда, и усмехнулся.

— Глаза разуй, мудила, — и отключил «инкогнито».

На этот раз шепотком не обошлось. Я отчетливо услышал несколько восклицаний в диапазоне от «вау!» до «нихрена себе, топ-один!». Хмыкнув, я перевел взгляд на Сандерса.

— Кажется, у тебя очень хреновый заместитель. Сначала он просрал ксеносов, подставив этим группу — это же он заведует разведывательными облетами, верно? Потом провтыкал логи и не доложил тебе о росте рейтинга и дохода клана — а должен бы. А сейчас он пытается скрыть явно враждебные действия якобы дружественного вам клана. Рэд, дружочек, — едва ли не ласково обратился я к инженеру. — А не посмотрел ли ты случайно историю этих ребят? Возможно, они состояли в клане «Могильных воронов» еще совсем недавно? Например, за несколько часов до нападения на нашу группу? И вышли из клана специально, чтобы не дать Сандерсу повода обвинить Слая в нарушении договора? Че, не додумался? Знаешь, командир, — снова повернулся я к Сандерсу. — По ходу, он у тебя либо дебил, либо саботажник. И я, если честно, затрудняюсь даже сказать, что хуже.

Сандерс посмотрел на меня странным взглядом, а потом, видимо, отправил бойцам какую-то команду, потому что они расслабились и опустили оружие.

— Пойдем. Продолжим в моем кабинете. Рэд, ты тоже.

Ага. Ну, понятно. Сандерс не захотел терять репутацию в глазах подчиненных — а продолжи я говорить, у них точно остался бы осадочек. Ну, и, кроме того, он понял, что если к нему самому я отношусь с уважением, по крайней мере, внешним, то с ублюдком Рэдом церемониться не стану. А позволять унижать своего заместителя при подчиненных… Не лучший вариант для лидера, прямо скажем.

Развернувшись, Сандерс быстрым шагом двинулся к лифту. Рэд, бросив на меня убийственный взгляд, последовал за ним. Мне не оставалось ничего, кроме как присоединиться к ним.

До кабинета Сандерса шли молча. Так же молча расселись за столом. Сандерс снова извлек откуда-то бутылку виски, два стакана и налил. Себе и мне, проигнорировав Рэда. Интересный признак. Можно, конечно, предположить, что рыжий толстяк — убежденный трезвенник, но что-то мне подсказывало, что дело совсем не в этом.

— За парней, — Сандрес хмуро поднял бокал.

— За парней, — кивнул я. Отказываться пить с таким тостом — глупо, но я, тем не менее, зафиксировал еще одну особенность Сандерса: кажется, у кланлида проблемы с алкоголем. Как и в прошлый раз, он начал пить, едва в зоне досягаемости появилась бутылка. В целом, и тогда, и сейчас, был повод, но… В общем, я бы пить в такой ситуации не стал.

Алкоголь обжег горло, и я поморщился. В голове тут же ожила Элис.

«Босс, если вы не хотите испытывать алкогольное опьянение, я могу дать команду биоботам, они увеличат выработку ферментов, расщепляющих этанол, и быстро и безвредно выведут его из организма».

Отлично. Накидаться в компании не очень адекватного кланлида и его враждебно настроенного заместителя — последнее, что мне нужно, так что…

«Давай».

«Выполняю».

Допив, я поставил стакан на стол и посмотрел на Сандерса.

— Ты выдвинул в сторону Рэда серьезные обвинения, Алтай. Надеюсь, тебе есть, чем их подкрепить.

— Есть, — кивнул я. — В секторе зачистки тварей было гораздо больше того количества, с которым мог бы справиться один отряд. Если разведку проводил Рэд — он не мог не знать этого. Как и не мог не увидеть поступления в клановую казну после выполнения задания, рост рейтинга клана и бонусный коэффициент к доходу и опыту клана, который система выдала после регистрации успешного завершения квеста. Ну, разве что он специально старался этого не увидеть, действуя в каких-то своих интересах… Или окончательно забил на выполнение своих обязанностей, — я развел руками. — Какой из вариантов правильный — я уж не знаю, это ты сам выясняй. Ты его лучше знаешь.

Судя по тому, что Рэд «ушел в себя», толстяк сейчас активно работал с интерфейсом. И с каждой секундой его лицо становилось все мрачнее, на лбу выступил пот, а под конец он и вовсе замер, глядя в одну точку и явно опасаясь смотреть на Сандерса.

— Что скажешь, Рэд? — Сандерс повернулся в кресле к своему заместителю и посмотрел на него долгим испытывающим взглядом.

— Сандерс, я… — подавленно пробормотал Рэд.

— Что «я»? — Сандерс перебил заместителя.

— Я упустил несколько моментов… — Рэд выглядел сейчас очень расстроенным и испуганным.

— Конкретнее, — внешне Сандерс был спокоен, но я чувствовал поднимающуюся ярость, готовящуюся захлестнуть кланлида, словно разрушительное цунами.

— Четыре часа назад клан получил несколько уникальных достижений и вырос в рейтинге на две позиции. Зафиксировано поступление в казну. Зафиксирован бонусный коэффициент к опыту и доходу клана сроком действия на одни сутки, — севшим голосом проговорил Рэд. Сейчас спеси у толстяка здорово поубавилось.

— Угу, — кивнул Сандерс, и налил себе еще. Мне на этот раз предлагать не стал. — Понятно. Что по поводу разведданных и ксеноактивности?

Рэд, кажется, даже посерел.

— Задание клану выдала система. В описание была «слабая активность, задача средней сложности». Ничего, с чем не справился бы отряд Эвереста, — выдавил он.

— Угу, — повторил Сандерс. — И?

— Я отправил дрон на разведку, обнаружил активность, стандартную для малого гнезда. Рабочие, туманники, пара солдат… Ничего особенного. Данные совпали с информацией системы, и я передал задание на выполнение.

— Ну, то есть, ты там нихрена не искал, да? — Сандерс поднял бровь. — Пролетел дроном, посмотрел визуально, и все, да? Ни глубокого сканирования не проводил, ни детекторов не сбрасывал…

— Да ну у нас тех детекторов осталось… — кажется, сейчас Рэду очень хотелось провалиться под землю.

Сандерс вздохнул, посидел молча несколько секунд, налил себе еще на два пальца и залпом выпил.

— Множитель бонусного коэффициента? — неожиданно спросил он, не глядя на заместителя.

— Два, — поспешно ответил Рэд.

— Угу… Значит, так. Поднимай свою жирную задницу и вали в командный центр. Следующие сутки ты будешь выжимать из этого гребаного коэффициента все, что только можно. И все что нельзя — тоже. Все отложенные задания, все задвинутые в долгий ящик дела, добыча ресурсов… Все, за что гребаная система начисляет гребаный опыт и кредиты. И от того, насколько хорошо у тебя все это получится, будет зависеть тональность нашего следующего с тобой разговора. Все. Свободен.

Рэд кивнул, вскочил, и едва ли не с низкого старта рванул к дверям.

— Рэд! — окликнул я его, когда он уже тянул ладонь к сенсору замка. Инженер замер и неохотно повернулся.

— Моих людей не трогай. Мне они будут нужны.

Инженер нерешительно посмотрел на Сандерса, и тот, после секундного раздумья, кивнул. Рэд выскочил за двери, а Сандерс снова взялся за бутылку, наполнил оба стакана и повернулся ко мне.

— С возвращением, Алтай! — провозгласил он и поднял стакан. — Хорошо, что ты вернулся.

Сейчас я опрокинул стакан почти с наслаждением, и почувствовал, как медленно уходит напряжение последних часов. Кажется, опасность миновала. По крайней мере, на этот раз. Но кто знает, что будет дальше?

Глава 24

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, форт клана «Буревестники». Оранжевая зона, она же Предел.

— Как погиб Эверест? — помолчав, спросил Сандерс. Вместо ответа я отправил ему любезно предоставленный Элис видеофайл. Фильм начинался с момента нападения банды Слая — нейросеть собрала ключевые моменты наших приключений, включая гибель Стэна и Марка, Эвереста и Миража, и заканчивался взрывом. Сандерс вывел изображение на один из экранов и молча просмотрел все от начала до конца. Когда видео дошло до эпизода, в котором мы оставляли смертельно раненого Эвереста, под кожей кланлида заходили желваки, а на моменте гибели Миража стакан в его руке хрустнул и рассыпался осколками, залив содержимым поверхность стола. Закончив просмотр, Сандерс некоторое время смотрел в пустоту, а потом перевел взгляд на меня.

— Как ты выжил? — в этом вопросе не было какого-то скрытого смысла, Сандерс не проверял меня, в его голосе звучало лишь удивление и… сочувствие?

— Меня выбросило взрывной волной, — умница Элис благоразумно подчистила моменты, просмотрев которые лидер «Буревестников» заподозрил бы неладное. — Импланты отрубились, да и сам я… Провалялся в руинах кучу времени, автодок поставил на ноги. Модификации, которые поставили по твоему распоряжению, сработали, как надо, иначе бы не очухался, — подпустил я немного лести. — Сильно контузило, даже не понимал, что происходит. Забрел в Красную зону, там за мной погнались какие-то ублюдки. Еле сбросил их, отлежался в развалинах и, сделав круг, вернулся в Предел. Импланты к тому моменту перезагрузились, и я сразу отписал тебе. В принципе, все, — я развел руками.

— Угу, — Сандерс задумчиво кивнул. — Я верю тебе, — проговорил кланлид спустя какое-то время. — Не тот у тебя психотип, чтоб просто так бросить товарищей, или даже убить их. Ты бы, скорее, сам там лег. Чертов герой, — последнее прозвучало без осуждения или издевки, просто констатация факта. — И чертов везунчик. Про таких говорят «в рубашке родился». Хотя, в твоем случае — скорее, в штурмовой броне. Рейтинг клана серьезно вырос благодаря тебе. Да и ты хорошо так прокачался. Пожалуй, я начинаю думать, что ты и впрямь можешь победить в турнире.

Сердце пропустило удар и ухнуло куда-то вниз. Не то, чтобы я питал иллюзии по поводу главы «Буревестников», однако где-то в глубине души у меня все же теплилась надежда на то, что он бросит эту идею. В конце концов, я едва не погиб, выполняя задание, принесшее его клану неплохие плюшки… Но нет. Договор дороже денег, мать его.

— Турнир стартует послезавтра, — продолжил Сандерс. — А срок подачи заявок истекает уже через несколько часов. Ты очень вовремя появился, Алтай. Однако я уважаю твой вклад в развитие клана, и не хочу тебя неволить. Поэтому прошу подтвердить участие в турнире — или отказаться от него.

Я даже дыхание задержал. Да ладно! Великодушный Сандерс готов освободить меня от участия в гребаной бойне добровольно и безвозмездно? Серьезно?

— И, если я откажусь… — осторожно начал я…

— Я отпущу тебя и твой отряд. Всех, кроме Блайза — как и договаривались изначально. Ты сам предложил его выкупить. А слово надо держать. Кроме того, ты должен будешь оплатить стоимость установленных за счет «Буревестников» модификаций.

Я хмыкнул. Ну, да. Раскатал губу. Отпустит, как же.

— Я согласен, — проговорил я, не давая себе времени на раздумья. Долгое пребывание на Полигоне весьма способствует развитию малодушия, и, кажется, я уже не тот Алтай, что не раздумывая вписался за незнакомую девушку, штурмовал базу Скульптора, чтобы освободить ее, а потом подставил себя и всю свою команду, вмешавшись в расправу над столь же незнакомым пареньком. Об этих изменениях весьма красноречиво говорят мои действия в логове Вихо — когда, вместо попытки восстановить справедливость и броситься доказывать «лесным братьям» в общем, и Скайлер в частности, неадекватность и безумные планы их предводителя, я предпочел просто свалить. Инстинкт самосохранения, мать его. Который готовился сработать и сейчас. Потому, задушив в зародыше подленькую мыслишку воспользоваться предложением Сандерса, я поспешил сжечь мосты.

— Вот и отлично, — расплылся в улыбке Сандерс. — Ты не представляешь, как вырастут ставки, когда станет известно, что в турнире от «Буревестников» участвует топ-один Оранжевой зоны. И наша репутация — тоже. Правда, и спрос с тебя будет особый. Думаю, каждый участник турнира будет считать своим долгом укокошить тебя, чтобы подняться в рейтинге. Это будет славная битва. И я очень надеюсь на тебя в ней. Рейтинги двух зон подряд за такой короткий промежуток мало кому удается взять, и на одной удаче это не вытянуть. Видимо, в тебе и правда что-то есть.

— Угу, — я скорчил мрачную рожу, и сам потянулся за бутылкой, отдав Элис команду тормознуть биоботов. Сейчас стоило немного опьянеть.

— Ну, за тебя, Алтай! За будущего «Стража Предела»! — Сандерс заменил стакан, налил себе, и поднял руку в салюте.

— «Стража Предела»? — не понял я.

— А ты не в курсе, что ли? — кланлид усмехнулся. — Название турнира, и, заодно, уникальное достижение, которое выдается победителю.

— Понятно. За него, да, — я уныло кивнул, и опрокинул в себя жидкость.

Сандерс выпил, и, развернув над столом информ-панель, принялся копаться в интерфейсе.

— Интересно, — протянул он. — В этом сезоне участников больше. Значительно больше… Ты гляди, независимым кланам разрешили участие! И не только из Предела… Ну, дела-а-а-а… По ходу, намечается серьезное рубилово… Все! Готово! Подтверждай!

Прежде чем я успел поинтересоваться, что именно мне нужно подтвердить, в интерфейсе всплыло новое окно.

Внимание! Глава клана «Буревестники», к которому вы принадлежите, заявляет вас, как представителя клана в двенадцатом сезоне регулярного турнира «Страж Предела». Подтвердите или отклоните выдвижение вашей кандидатуры.

Внимание! Вы не сможете отказаться от участия в турнире после подтверждения! Если заявленный кандидат не прибывает в стартовую зону к началу турнира, клану засчитывается техническое поражение, на клан и участника накладываются штрафные санкции.

Прочитав сообщение, я поморщился. Не то, чтобы я всерьез рассматривал возможность свалить вместе с отрядом до начала турнира, но совсем такой вариант не исключал. Сейчас же он отпал сам по себе: зная систему Полигона, можно предположить, что штраф будет колоссальным и не только денежным. Дерьмово.

Я внимательно посмотрел на Сандерса.

— Что? — нетерпеливо поинтересовался кланлид.

— Прежде чем я соглашусь, давай договоримся. Ты выпускаешь Блайза из карцера уже сейчас, а в случае моего поражения, отпускаешь его вместе с остальным отрядом. Я помню, что ты запросил за его жизнь пять миллионов кредитов. Но у меня есть ощущение, что моя жизнь стоит, как минимум, не дешевле. И, если уж я ею рискую, хотелось бы быть уверенным в том, что не зря.

Сандерс нахмурился.

— Мы так не договаривались…

— Как и не договаривались о том, что твой заместитель просрет ксеносов и подставит меня вместе с твоим отрядом. И о том, что я на своем горбу протащу твой клан по рейтингу и на блюдечке подам тебе неплохую прибыль. Сколько принесет тебе повышенный коэффициент? Миллион? Два? Или, может быть, все пять?

Кланлид усмехнулся, налил себе еще виски, выпил залпом, и тряхнул головой.

— А тебе палец в рот не клади… Ладно! Договорились! Только ты уж, будь добр, сделай так, чтоб твой сталкер не отсвечивал в форте. Здесь осталось немало ребят, которые дружили с парнями из погибшей группы, и за них я не ручаюсь.

— По рукам, — я кивнул, и активировал иконку согласия. В интерфейсе вспыхнула новая надпись.

Поздравляем! Вы подтвердили участие в двенадцатом сезоне регулярного турнира «Страж Предела»! Докажите, что вы достойны победы, принесите славу своему клану и навеки впишите свое имя в историю «Полигона».

Пусть победит сильнейший!

Сандерс просиял.

— Отлично, Алтай. Если тебе нужно будет подготовиться — симуляция, регенерационная капсула и клановая лаборатория к твоим услугам. Правда, на этот раз модификации — за твой счет. Ты теперь парень состоятельный, и, думаю, вполне потянешь прокачку.

Я хмыкнул. Вот жучила! Нигде своего не упустит.

— В первую очередь, я хотел бы отдохнуть, — устало ответил я. — Мои ребята расквартированы там же?

— Да, — кивнул Сандерс. — Думаю, Блайз уже к ним присоединился.

— Отлично, — проговорил я, и поднялся. — Извини. Я бы с удовольствием с тобой еще посидел, но жутко устал. Пойду к своим.

— Конечно, конечно, — закивал Сандерс, погружаясь в интерфейс. Я повернулся и двинулся к двери.

Когда я уже приложил ладонь к сенсору замка, меня остановил оклик.

— Алтай!

— Да? — я повернулся к кланлиду.

— Если ты решил попытаться кинуть меня и свалить вместе со своим отрядом… — он выдержал паузу и продолжил: — Не делай этого.

Я внимательно посмотрел на Сандерса, молча развернулся и вышел.

* * *

Система Ориона, орбита Рапсодии, административная станция корпорацииNewVision.

Выбравшись из душа, Миллер со стоном рухнул на диван в своей комнате. Дерьмо! Вот зачем было столько пить вчера, спрашивается? Еще и мешать алкоголь с ТГК-ультра и кокаином? Сегодня планерка с Баркером, а он чувствует себя так, будто вот-вот умрет. Это все гребаная Кэролайн! «Прислали элитный сорт, тебе понравится…». Понравилось, спору нет. Вот только за это сегодня последовала жестокая расплата. Черт, да он, кажется, половину внутренностей выблевал! Совсем не то состояние, в котором хотелось бы общаться с гейм-директором, который с момента пропажи своего чемпиона ходит злой, как собака. А похвастаться Миллеру перед ним нечем. Черт, говнище…

Единственное, что немного поднимало настроение — это вчерашний отчет Слая, получение которого он, собственно, и праздновал. Первая партия А-стимов разошлась, как горячие пирожки, и Миллеру удалось полностью отбить сумму, отправленную картелю, который поставлял ему наркотики. Вторая партия тоже добралась до Слая без проблем, и в ближайшее время можно ожидать исправления финансового положения. Но, дьявол, как же все-таки плохо!

Дотянувшись до ящика стола, Миллер достал упаковку таблеток, выщелкнул из блистера сразу две и бросил их в стакан с водой. Печень ему потом за такую ударную дозу спасибо не скажет, но нужно хоть как-то прийти в себя.

Дождавшись, пока таблетки растворятся, Стив в несколько жадных глотков осушил стакан, откинулся на спину, и шумно выдохнул. Фуф. Минут десять — и полегчает. Но время, время… надо попробовать пока разобраться с делами, чтоб совсем уж не блеять овцой перед Баркером.

Дотянувшись до планшета, он увидел счетчик непрочитанных уведомлений и недовольно поморщился. Как это все разгребать в таком состоянии, а?

Разблокировав экран, Миллер принялся неторопливо просматривать скопившуюся почту и сообщения в чатах. Несмотря на то, что таблетки уже начали действовать, концентрироваться на информации было сложно. Вынырнувшее уведомление от системы Полигона он чуть было не смахнул в сторону — только в игровые моменты сейчас вникать не хватало, однако, присмотревшись, он резко сел, забыв о тошноте и головной боли, развернул уведомление на весь экран и жадно вчитался в текст. Дочитав, Стив с трудом сдержал порыв расколотить планшет о стол, запустил приложение телефонии, активировал шифровальщик, и, отыскав в адресной книге нужного абонента, с силой вдавил пиктограмму вызова.

* * *

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Оранжевая зона, она же Предел. Граница Инферно. Аванпост клана «Тени».

Вызов застал Рэйзера в постели. Обычно в это время он пропадал в спортзале или занимался с бойцами в симуляции… Обычно, но не сегодня.

После того, как Рэйзер выбрался из регенерационной камеры на базе «Теней», самым популярным его времяпровождением стало методичное и скрупулезное изучение потолка собственного отсека. Он знал, что нужно что-то предпринимать, отправить людей искать гребаного сержанта или заняться этим самому, но ни сил, ни желания на это у кланлида «Теней» не было. Устав смотреть на потолок, он в тысячный раз подносил правую руку к глазам, сжимал-разжимал кулак бионического протеза, и снова бессильно откидывался на подушку.

Сначала он лишился кисти. Даже регенерационная камера оказалась бессильна перед быстро распространившимся заражением, и диагностический модуль сразу же предложил отнять руку по локоть. Рэйзер выбрал ампутацию кисти… Но заражение успело проникнуть дальше. В итоге он лишился всей руки, по самый плечевой сустав.

Это что-то надломило в Рэйзере. Исповедующий культ собственного тела и безграничных возможностей человеческого организма, ненавидящий протезы, презирающий тех, кто ставил себе искусственные конечности ради улучшения характеристик или «брутального» внешнего вида, в итоге он сам стал инвалидом с искусственной рукой. Несмотря на то, что он отвалил за протез кучу кредитов, Рэйзер так и не смог установить себе модель, которая не отличалась бы от настоящей руки: на Полигоне такой просто не было. Сюда поставляли устаревший хлам, который на цивилизованных планетах даже по страховке давно не устанавливали, и продавали его за деньги, за которые на Земле можно было бы установить себе титановый скелет. Ублюдки!

Глядя на бугрящуюся синтетическими мышцами квазиплоть, Рэйзер раз за разом сжимал кулак, представляя, как в нем хрустит гортань гребаного Алтая, даже здесь умудрившегося испортить жизнь бывшему капралу. Вот только заставить себя встать и отправиться на поиски сержанта никак не получалось.

Противный зуммер входящего вызова ударил по ушам, и Рэйзер поморщился. В последние дни он полностью устранился от дел, переведя комлинк в статус «недоступен», но кто-то оказался настолько настойчив, что дозвонился до его зама и заставил перевести звонок на личный терминал Рэйзера. И кажется, он догадывался, кто. Дерьмо!

Встав, Рэйзер надел кофту с длинными рукавами, и, морщась от брезгливости, натянул перчатку на правую кисть. Только после этого он прошел к терминалу и ответил на вызов.

На экране появился Слай. И, судя по выражению лица, глава «Могильных воронов» был в бешенстве.

— Рэйзер, твою мать, какого хрена? — пролаял он, едва увидев собеседника. — Ты что за херню творишь, а?

Рэйзер подавил приступ гнева, дождался, пока Слай проорется, а потом резко прервал его:

— Выбирай выражения. Я тебе не шестерка из Серой зоны.

— Выбирать выражения? Выбирать, мать твою, выражения? — Слай аж задохнулся от гнева. — Твою мать, ублюдок, да ты совсем охренел, что ли…

— Я сейчас разорву связь, — предупредил Рэйзер. Кажется, это подействовало. Глава «Могильных воронов» щелкнул челюстью, помолчал несколько секунд, и, справившись с приступом ярости, продолжил уже спокойнее.

— Переводя тебе аванс, я считал, что больше мне беспокоиться не о чем. Выяснилось, что это не так. Ты очень подводишь меня, Рэйзер.

— Мы разве оговаривали сроки? — приподнял бровь бывший капрал. Ему было сложно сохранять спокойствие, но он старался изо всех сил.

— Не оговаривали, — кивнул Слай. — Тем не менее, я считал, что ты примешься за работу сразу, а не будешь тянуть кота за яйца!

— Когда ты последний раз был в Инферно, Слай? — поинтересовался Рэйзер. — Кажется, ты немного заржавел там у себя, и плохо помнишь, каковы размеры Красной зоны. Так вот, если ты забыл — я тебе напомню. У нее нет размеров. Размеры есть у Элизиума. Размеры есть у Лимба. Даже у Предела, черт его дери, есть размеры. А у Инферно их нет. Это территория всей планеты, Слай, всей планеты! Как ты думаешь, легко ли найти на территории планеты одного гребаного космодесантника?

— Какое Инферно? Какая планета? Что ты мне лечишь? — снова взорвался Слай. — Ты в инфосеть вообще выходишь? Гребаный Алтай красуется на самой верхней строчке рейтинга Предела, а час назад гребаный Сандерс заявил его на гребаный турнир от гребаного клана гребаных «Буревестников»! Какое, на хрен, Инферно? Ты из меня дурака делаешь, что ли?

Рэйзер вздрогнул. М-мать! Ну, сержант, ну, скользкий ублюдок! Не только выбрался из Красной зоны, но еще и умудрился совершить что-то такое, за что система вознесла его на вершину рейтинга! Покачав головой, Рэйзер невольно усмехнулся.

— Чего ты скалишься, болван? — зарычал Слай. Рэйзер, не обратив внимание на оскорбление, активировал инфопанель и порылся по вкладкам. Так… Так… Ага, вот оно. Двенадцатый сезон регулярного турнира «Страж Предела». Так, участники… Вот же дерьмо!

С пятнадцатой строчки списка участников на него смотрел аватар Алтая.

— Ты понимаешь, что ты меня подставляешь? — все сильнее распалялся Слай. — Этот ублюдок не должен быть вернуться из Инферно! Не должен был! Страдает моя репутация! И, уж поверь — твоя пострадает не меньше, когда в Пределе заговорят, что всемогущий Рэйзер на самом деле не такой уж и всемогущий. Что, вместо того, чтобы работать по цели, он берет задаток и отсиживает жопу в своем бункере, отключившись от сети и игнорируя сообщения. А его цель, тем временем, поднимается на первую строчку рейтинга и заявляется на турнир. Как тебе такое, а?

— Тихо, Слай, — Рэйзер поднял левую ладонь в примиряющем жесте. — Я тебя услышал. Да. Мой косяк, признаю. И готов его исправить. Репутация, говоришь? Я помогу тебе ее не только сохранить, но и поднять, и ограничусь при этом задатком. Денег сверху не возьму. Устроит тебя такой вариант?

— В смысле «помогу ее поднять»? Каким образом? — растерялся Слай, ожидавший услышать что угодно, но никак не отказ от остатка суммы контракта.

— Увидишь. Тебе понравится, — улыбнулся Рэйзер. — А сейчас мне пора. Извини. Ты прав, я затянул, пора заканчивать, — с этими словами бывший капрал отрубил связь, и развернул информ-панель во все окно. — «Страж Предела», мать твою… Ох и ушлый же ты, сержант! И какого хрена туда полез, спрашивается? — бормотал Рэйзер под нос, быстро работая с интерфейсом. — Так… Так… Ага!

Внимание! Вы заявили себя, как представителя клана «Тени» в двенадцатом сезоне регулярного турнира «Страж Предела». Подтвердите или отклоните выдвижение вашей кандидатуры.

Внимание! Вы не сможете отказаться от участия в турнире после подтверждения! Если заявленный кандидат не прибывает в стартовую зону к началу турнира, клану засчитывается техническое поражение, на клан и участника накладываются штрафные санкции.

Рэйзер без раздумий активировал подтверждающую пиктограмму.

Поздравляем! Вы подтвердили участие в двенадцатом сезоне регулярного турнира «Страж Предела»! Докажите, что вы достойны победы, принесите славу своему клану и навеки впишите свое имя в историю «Полигона».

Пусть победит сильнейший!

— Ну что ж, сержант, — довольно проговорил Рэйзер, закрывая окно интерфейса. — Скоро увидимся. Надеюсь, ты соскучился по мне так же, как я — по тебе.

Отключив терминал, Рэйзер встал и быстро вышел из комнаты. До старта турнира предстояло сделать еще очень многое.

Глава 25

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, форт клана «Буревестники». Оранжевая зона, она же Предел.

Дис уже успел рассказать отряду о моем возвращении, и сюрприза не получилось. Не успела за мной закрыться дверь в отсек, как Трикс заулюлюкал, а я утонул в объятиях Марго. Девушка налетела на меня, как ураган, едва не сбив с ног, однако уже через секунду наша снайпер, смутившись собственного порыва, отскочила в сторону, густо покраснев. Я улыбнулся и поприветствовал членов отряда.

— Ну что вы тут? — поинтересовался я, обводя отсек взглядом.

Трикс валялся на кровати, рядом лежала дека — видимо, перед моим появлением хакер работал с каким-то софтом. Дис сидел за столом с кружкой в руках, и довольно улыбался. Целый и невредимый Блайз приткнулся в стороне и усиленно избегал моего взгляда. Я прошел вглубь отсека и остановился напротив сталкера.

— Как здоровье? — обратился я к Блайзу. Сталкер встал и нерешительно поднял голову.

— Все хорошо, спасибо, — сдавленным голосом проговорил он. — Алтай, я…

— Это очень хорошо, — перебил я его, и взмахнул рукой.

Резкий хук левой угодил сталкеру в челюсть, сбил с ног и отбросил в сторону. Не ожидавший этого Блайз сложился и влетел в стену, по которой и сполз, усевшись на пол и тряся головой. Я шагнул вперед, и краем глаза увидел, как Дис напряженно подался в мою сторону. Сделав ему знак оставаться на месте, я подошел к сталкеру.

— Так не делается, — серьезно проговорил я, глядя Блайзу в глаза. — Мы все очень серьезно попали из-за твоих недомолвок. Не делай так больше.

Однако, прежде чем он успел ответить, я заметил какое-то движение сбоку, а в следующий момент сам полетел на пол. Сгруппировавшись, я перекатился через плечо и вскочил на ноги, становясь в стойку.

— Так не делается, — повторил мои слова Дис. — Мы все очень серьезно попали из-за твоих несогласованных действий. Не делай так больше.

Я аж задохнулся от злости, обиды и возмущения, и уже собрался было высказать Дису все, что думаю о неоговоренной растрате отрядных денег при установке имплантов в Зеленой зоне, однако, не успел я открыть рот, как в центр комнаты выступила Марго.

— Ребят, у вас что, совсем крыша поехала? — снайпер обвела нас взглядом, в котором явственно читалось сомнение в нашем психическом здоровье. — Мы сидим в полной заднице, а вы решили выяснить, из-за кого мы в нее попали? Алтай, тебя никто не заставлял заступаться за Блайза. — А тебя — Марго перевела взгляд на Диса, — оставаться в отряде. Вы сами приняли решения, а теперь пытаетесь переложить ответственность за них на кого-то другого. Так вот — так действительно не делается. Все молодцы. Так что, если вы уже выплеснули тестостерон и достаточно показали свою самцовость, заканчивайте детский сад и обсудим все, как одна команда. Если мы, конечно, еще ею являемся.

— Получено специальное достижение «голос разума», — ехидно прокомментировал с кровати Трикс, но тут же умолк под моим яростным взглядом. Впрочем, ярость тут же уступило место стыду. Я опустил кулаки, и, шагнув к Блайзу, протянул ему руку.

— Прости.

Сталкер руку принял, и, опершись на нее, поднялся на ноги.

— Ты прости. Я действительно виноват. Спасибо, что вытащил и не отдал Сандерсу на растерзание.

— Проехали, — я мотнул головой, и вопросительно посмотрел на Диса. К моему удивлению, энфорсер извиняться не стал, а молча вернулся к столу и взял в руки кружку. Ладно. Хрен с ним. Ему действительно есть, на что обижаться.

— Алтай, расскажи, до чего ты договорился с Сандерсом, и каков наш текущий статус, — снова проявила инициативу Марго. — Мы видели бешеного Рэда, с пеной у рта и чуть ли не пинками разгонявшего всех по работам, нам же он лишь приказал сидеть в кубрике. Потом появился Блайз. Потом — ты. И пока совсем не понятно, что все это означает.

— Статус — гости, — ответил я, потирая ушибленную скулу. — Более того: в любой момент все, кроме меня и Блайза, вольны выйти из клана и покинуть форт.

— А вы? — вскинула брови девушка.

— А мы пока нет, — мрачно усмехнулся я. — Я послезавтра участвую в турнире. Блайз ждет результатов. Мне, впрочем, удалось договориться с Сандерсом, что он отпустит Блайза вне зависимости от них, но, если честно, верится в это с трудом. Вы же можете быть свободны, если не хотите, конечно, войти в состав «Буревестников» на постоянной основе.

В кубрике на некоторое время повисла тишина, нарушенная опять же Марго.

— Не знаю, где он там шлялся все это время, но готова спорить — за время отсутствия били по голове его регулярно — задумчиво проговорила девушка, глядя в пустоту.

— Куда мы без тебя-то? — подхватил с кровати Трикс.

Дис промолчал, но в целом было понятно, что уходить он особо не намерен.

— Спасибо, — совершенно искренне проговорил я, и принялся стаскивать с себя броню.

— Что вообще думаешь о турнире? — подал голос Дис.

— Да а что о нем думать? — я пожал плечами. — Главное — ворваться в драку, а там — разберемся.

— Там достаточно крутые ребята будут участвовать, судя по тому, что я вижу — по виду Диса было понятно, что он копается в интерфейсе. Видимо, изучает информацию об участниках.

— Ну, я вроде бы тоже не самый последний игрок на Полигоне, — мрачно усмехнулся я.

— Да, топ-один Предела. И это тащит за собой очень большие проблемы, как мне кажется, — Дис отхлебнул из кружки и поставил ее на стол.

— Сандерс уже говорил, что, скорее всего, на первых порах у всех участников будет одно первостепенное задание — охота на меня, — я сложил броню, и с наслаждением потянулся.

— И ты так спокойно говоришь об этом? — на лице солнцепоклонника было написано непонимание.

— Так а чего елозить? Нет смысла переживать о том, что еще не случилось. Только нервы тратить.

— Переживать смысла нет, а вот подумать и продумать, как использовать это в свою пользу — стоит определенно. Я посмотрел записи предыдущих турниров, и у меня появились кое-какие мысли. Смотри! — Дис вывел картинку из интерфейса на экран терминала, висящий на стене. На экране пошла трансляция.

Судя по картинке, видео было записано с импланта одного из участников. Дело происходило в каких-то развалинах. Игрок крался вдоль разрушенной стены третьего этажа, явно на кого-то охотясь. Ага, так и есть. Вот оно! Внизу, запуганно озираясь, продвигался еще один участник. Наш герой подкрался к пролому в стене, примерился… И вдруг, вместо того, чтобы просто выстрелить из винтовки, забросил ее за плечо, и прыгнул вниз, прямо на озирающегося бойца, никак не ожидающего нападения сверху.

Сбив бойца с ног, нападающий грациозно оттолкнулся от его плечей, сделал заднее сальто, и, приземлившись на ноги, дернул с пояса мачете. Одним прыжком оказавшись рядом с оглушённым игроком, он провернулся вокруг себя и с разворота рубанул по руке, в которой боец все еще сжимал оружие.

Послышался чавкающий звук, треск, и отчаянный вопль боли. Игрок упал на колено, попытался упереться сломанной в плече второй рукой о землю, но нападающий подпрыгнул и приземлился на и без того уже сломанную руку противника. Еще один вопль, а потом нападающий вздернул бедолагу за шиворот, и с размаху вбил мачете ему в голову.

— Жесткое убийство! — прорычал в динамиках голос, а в интерфейсе бойца высветилась надпись:

Вы совершили жестокое убийство! Вы получаете награду — 100 000 кредитов. Совершайте жестокие убийства, применяйте зрелищные добивания и получайте за это кредиты! С помощью кредитов вы можете разблокировать импланты или заказать посылку с броней, снаряжением и оружием.

Дис поставил картинку на паузу, и посмотрел на меня.

— Понял?

Я покачал головой.

— Ты предлагаешь разделывать других бойцов на запчасти ради того, чтобы заработать? Боюсь, это немного не мой метод, — выглядело происходящее на экране действительно как жестокое, хладнокровное убийство, совершенное исключительно ради получения денег.

Дис ухмыльнулся.

— Тогда ты умрешь, — пожал он плечами. — Пойми, кредиты здесь — не просто деньги. Это средство выживания. За них ты можешь разблокировать часть или все импланты, купить оружие, броню и снаряжение. Да тут девяносто процентов участников — банальные статисты, которые нужны для того, чтобы по-настоящему крутые парни как следует вооружились и экипировались для финальной битвы. Кормовая база. И ты либо убиваешь их и зарабатываешь, либо умираешь. Третьего не дано.

— Дис прав, — внезапно вступила в разговор Марго. Вот от кого-кого, а от нее я таких слов точно не ожидал! — Ты пойми. Это ты — жертва обстоятельств, тебя принудили участвовать в турнире. А все эти люди там — добровольно. Они пришли за деньгами, за опытом, за модификациями, — продолжала девушка. — Они готовы убивать и готовы к тому, что убьют их. На турнир не отправят рохлю, даже в принудительном порядке. Это матерые уголовники, за спиной у каждого — персональное кладбище. Так что не стоит их жалеть. Они тебя — точно не станут.

— Если приходится убивать, я пытаюсь воспринимать это, как в компьютерной игре, — послышался голос Трикса. — А опыт и кредиты помогают. Хотя сначала парился, да…

Да уж. Кажется, я в этой компании единственный, кто до сих пор воспринимает людей вокруг… Как людей. Охренеть команда подобралась, умереть — не встать. Кажется, пора меняться и самому. Пока что мои человеколюбивые решения ни к чему хорошему не приводили. Хотя… Лично я ни о чем не жалею. Ладно. Разберемся.

Трикс вдруг отложил в сторону деку, на которой что-то лихорадочно набирал до этого, встал, и вышел в центр комнаты.

— Сандерс прав, на тебя объявят настоящую охоту, — заговорил хакер. — Но агриться на тебя будет только тупое нубье. Пытаться на старте вынести топов — бред. Кредов дают одинаково за всех — и за топовых игроков, и за гимпов. Именно поэтому всю первую часть катки топы будут выбивать статистов, поднимая кредиты, чтоб к финалу как следует апнуться. Здесь тоже можно отыгрывать по-разному, — кажется, у хакера даже глаза загорелись. — специально фармить нубье, чтобы заработать апгрейды, или шхериться по углам, спокойно лутаясь и переходя из зоны в зону. Это нормальный вариант, но так слишком легко нарваться в финале катки на топов, не успев собрать нормальный экип. У тебя же, по факту, идеальный расклад, ты можешь совместить обе эти стратегии. Ты можешь лутаться, не распыляясь на поиски нубья — они на тебя сами выйдут. Твоя задача — фражить агронубов раньше, чем они зафражат тебя. Да, это напряжнее, придется крутить башкой на все триста шестьдесят, но именно так ты сможешь прийти в последнюю зону максимально заряженным.

Четыре пары глаз недоуменно уставились на хакера.

— Кто-нибудь может вообще перевести, что он сейчас сказал? — медленно проговорил я.

Трикс смутился.

— Ну, я имею в виду, что пытаться выбить крутых парней с самого начала — неправильно. Они на тебя нападать не станут, они будут пытаться как можно лучше экипироваться и вооружиться, чтоб к финалу турнира не остаться без штанов и не столкнуться с противниками, которые подготовились лучше. А охотиться на тебя будут идиоты, разбираясь с которыми, ты сможешь хорошо заработать и закупиться к финалу всем необходимым. Ну, то есть, твоя стратегия — избегать столкновений и искать оружие и снаряжение, вступая в бой, только защищаясь. Таким образом к финалу ты выйдешь, не растратив силы, экипировавшись и пережив подавляющее большинство участников.

— Парень говорит дело, — подумав, кивнул Дис. — Мне кажется, это вполне жизнеспособная стратегия.

— Согласен, — подал голос молчавший до этого Блайз.

— Пожалуй, да, — кивнул, наконец, я. — Я учту. А откуда такие познания вообще, Трикс?

Кажется, хакер засмущался еще больше.

— Ну, я уже говорил, что в случае чего, пытаюсь представить, что это лишь игра с полным погружением. Типичная «Королевская битва» же. А я в них хорош, — пацан приосанился, и тут же сдулся — Был.

— Хорошо, — я кивнул. — Что-то еще можешь посоветовать?

— Конечно! — хакер воодушевленно кивнул. — Я видел несколько трансляций «Стража Предела», ну, раньше еще. Они собрали популярные механики из существующих игр. Смотри! — теперь к терминалу подключился уже Трикс. — Смысл такой, что в определенную игровую зону входят игроки — с разных сторон, разумеется. Без оружия, снаряжения, с заблокированными имплантами. Входят одновременно. Зона достаточно большая, но через определенные промежутки времени она уменьшается.

— В смысле? — не понял я.

— Ну, виртуально. Гляди!

На терминале появились обширные развалины, обведенные концентрическим кругом.

— Этот круг — граница зоны. В реальности ее не существует, но она будет отмечена у тебя на карте. Через произвольный промежуток времени круг начинает сжиматься, пока не доходит до новой отметки, на которой на некоторое время замирает. Все, кто не успел добраться в новую игровую зону, погибают.

— Каким образом?

— Тут сложно сказать. Я смотрел две трансляции, и в каждой было по-разному. В первый раз каждому игроку была имплантирована бомба, которая срабатывала, если он не выходил в зону в заданное время. Во второй — срабатывало кольцо мин с ксеногазом. Что будет сейчас — предположить нельзя. Корпорация каждый раз меняет антураж, чтобы игроки не могли как следует подготовиться, — Трикс подошел к столу, отобрал у обалдевшего от такой наглости Диса кружку, промочил горло, и продолжил.

— Так вот. На локации разбросано оружие и снаряжение. Чем ближе к центру — тем круче. Твоя задача на первых порах — максимально вооружиться. Найти то оружие, с которым ты лучше всего знаком или которое гарантирует превосходство над противником. То же и с броней. Убивая других игроков, ты зарабатываешь кредиты, за которые в определенных точках можно купить оружие, снаряжение или разблокировать часть имплантов. Такие точки называют магазинами. Расположение магазинов заранее неизвестно, они появляются на карте, когда ты оказываешься в непосредственной близости от них. Правда, тут надо быть осторожным: кто-то может тебя уже ждать поблизости, и убить, пока будешь делать заказ. Кстати, в магазине ты можешь заказать собственный комплект оружия — чтобы не работать с непривычным. Оружие и снаряжение приносят дроны — точку сброса укажут на карте. Ну, и, собственно, все. Основная задача — остаться последним выжившим. В финале, как правило, сходятся самые серьезные бойцы, а зона становится совсем маленькой, так, что особо не спрячешься. В играх проще — особенно если это профессиональные турниры. Там большинство игроков играют не по первому разу, и, узнав, кто будет участвовать, можно посмотреть записи его старых игр и попытаться предсказать тактику. Здесь, сам понимаешь, так не получится, — Трикс усмехнулся. — Не думаю, что выжившие полезут в это пекло еще раз.

— Ага. Спасибо, — большую часть информации о турнире и его правилах мне уже предоставила Элис, но послушать мнение со стороны, особенно от разбирающегося в предмете человека, которым внезапно оказался наш хакер, всегда полезно. — Но ведь участников все равно можно узнать уже сейчас, правильно?

— Думаю, да, — Трикс кивнул, и «нырнул» в интерфейс. — Сейчас… Так… Так… Ага, вот оно! Ого!

На экране терминала высветилась таблица с аватарами участников.

— Что «ого»? — не понял я.

— Тридцать шесть участников! — глядя на экран округленными от удивления глазами выпалил Трикс. — Насколько я знаю, максимум было шестнадцать! Тут даже из Лимба бойцы есть! — хакер усмехнулся. — Вот это, как раз, будет легкодоступное мясо!

— Нельзя недооценивать противника, — покачал я головой. — Я сам недавно только из Лимба выбрался.

— Импланты и модификации! — замотал головой Трикс. — У игроков из Серой зоны их нет! А это очень значимое преимущество. Так что можно приблизительно разметить бойцов по степени крутости, и в бою понимать, с кем столкнулся. Ого! — снова удивился хакер. — А вот это крутой парень! Я слышал о нем! Он, как и ты, Алтай, взял сначала топ Лимба, а потом — Предела. У него собственный небольшой клан, они охотой на людей занимаются. Да, это он, точно! — Трикс вывел фотографию бойца на весь экран. — Запомни его хорошо, Алтай! Это крутой чувак, он будет серьезным противником.

Я посмотрел на экран терминала, и сердце пропустило удар, а потом ухнуло куда-то вниз.

— Кажется, сейчас у меня появился дополнительный стимул победить в этом турнире, — хищно оскалился я. — Фражить агронубов, говоришь? Добивания и жестокие убийства? Кажется, я готов пересмотреть свои взгляды.

С экрана на меня смотрел Рэйзер. Капрал Рэйзер, мой заместитель, старый друг… И, одновременно, человек, которого я ненавидел больше всего на свете.

Глава 26

Земная Федерация, Система Ориона. Орбита Рапсодии, административная станция корпорацииNewVision.

— Ну, здравствуй, мой маленький. Устраивайся поудобнее, бери свой попкорн, и будем с тобой смотреть двенадцатый сезон самого, мать его, популярного шоу в освоенной человечеством вселенной — турнира «Страж Предела». С тобой я, отец Киморо, и сегодня нам обещают что-то новенькое. Что-то новенькое, что-то горяченькое и крайне сексуальное. Рассказывай, любишь погорячее? — если бы Баркера спросили, почему из всех стримеров, которым «Нью Вижн» продавала лицензии на трансляцию «Стража», он предпочитает именно этого фриковатого парня с выбритыми висками, конским хвостом на затылке и в старомодных солнцезащитные очках, с ответом Том, скорее всего, затруднился бы. Высокий уровень артистизма, приятный поставленный голос — всё это было и у других стримеров. Однако именно Киморо Баркер смотрел уже несколько сезонов подряд, немного стесняясь своего выбора. Всё же его контент был рассчитан на несколько более молодую аудиторию. Тем не менее, его манера вести трансляцию каким-то образом действительно располагала, и выгодно отличала от десятков других: бесстрастных комментаторов, пошлых кривляк и полуголых барышень, вываливающих свои прелести прямо в объектив. Кроме того, парень действительно понимал, что происходит на экране, давал дельные комментарии, ну и обладал неким, хоть и несколько извращенным чувством юмора.

— Что же такого горяченького, спросишь ты, — продолжал отец на фоне логотипов «Полигона» и «Нью Вижн». — А я тебе отвечу: в этот раз, по заверениям организаторов, нас ждёт просто чумовое обновление. Какое? А вот не знаю. Именно это мы с тобой совсем скоро, уже через несколько минут, и увидим.

Когда Баркер узнал, что три-три-два-восемь-шесть участвует в турнире, он испытал весьма противоречивые чувства. С одной стороны, он справедливо опасался, что везение космодесантника закончится, и здесь ему всё же снимут голову. Это значило, что расчёт гейм-директора не оправдался, и чемпиона из парня не вышло. С другой стороны, участие бывшего героя войны, знакомого едва ли не всему населению Федерации по агитационным роликам Министерства обороны, и осуждённого на смертную казнь за жестокое убийство собственной невесты, однозначно привлечёт внимание к турниру и поднимет рейтинги шоу. А они с тех пор, как конкуренты запустили «Прогулки с ксеноморфами», заметно просели. Так что… В конце концов, всё, что потеряет лично Баркер со смертью удачливого юнита, умудрившегося за такой короткий срок серьёзно прокачаться и возглавить топ двух зон подряд — это тысяча кредитов, на которые он поспорил с Миллером. Ну, и немного самолюбия.

Так что, подумав, Баркер ещё и дал команду маркетологам, и те устроили аккуратный слив информации в сетевые СМИ, благодаря чему счетчики регистрировали рекордный прирост зрителей. Ну, с такими заголовками было бы странно, если б не регистрировали. Журналисты снова вытащили на свет уже забытую историю, украсили её леденящими кровь подробностями, и, меньше чем за сутки, прошедшие с момента регистрации Алтая, сделали из участия героя-убийцы в турнире на выживание едва ли не главную сенсацию Федерации. Чего, собственно, и требовалось. Ну и теперь оставалось только надеяться, что десантник не сольется на первых минутах, и все эти вложения окупятся.

— Ладно, ладно, — продолжал тем временем стример. — Я тебя обманул. Конечно же я немного знаю о том, что нас ждёт. И ты знаешь. И каждый пользователь глобальной, мать её, сети, выходивший в онлайн за последние сутки, знает тоже. Эту новость только по утюгам не транслируют. А новость заключается в том, что в нынешнем турнире принимает участие заслуженный герой войны с ксеносами, лицо агрессивной пропаганды Министерства обороны, Александр Таверовский. Он же Алтай, он же — Калибанский Палач. Да-да, друг мой, именно тот парень, которого за агрессивное подавление восстания на шахтёрской планетке сначала хотели казнить, а в итоге наградили. И, знаешь что? — Отец пригнулся к объективу и посмотрел на Баркера поверх очков. — Я тут порылся в сети, и могу сказать, что наградили его, пожалуй, за дело. Потому что дело, уж прости меня за тавтологию, на этом самом Калибане, и правда дурно попахивало. Но, как говорится, это дела дней минувших. Даже если этот парень и правда в чем-то там был виноват, то вину он свою смыл, так сказать, кровью, оставаясь в строю до самого конца войны. А потом узнал, что ему дают повышение, на радостях отправился в отпуск, упоролся какой-то дрянью, и зверски убил свою невесту. Неожиданный финал, правда? Вот и я охренел, да. Такой вот сюжетный твист. Ну, короче, наш герой предпочёл смертной казни ссылку на Рапсодию, очень быстро там освоился, и сегодня планирует порадовать нас своим участием в шоу внутри шоу. Такие дела, маленький. Так что давай, дружок, располагайся поудобнее в своём проперженном кресле, открывай пивас, или что там у тебя, и погнали. Будет интересно.

* * *

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Оранжевая зона, она же Предел.

— Дальше ты один, — Сандерс остановился, и показал рукой на развалины, виднеющиеся примерно в километре от броневика. Ничто не указывало на то, что впереди — зона турнира, смертельно опасная местность, где в течение следующих нескольких часов должна была решиться моя судьба. Ничто, кроме виртуальной границы на карте, выведенной на верхний слой интерфейса дополненной реальности и закрепленной в левом углу. Вообще, я ожидал чего-то более пафосного и зрелищного. Там, выброска из флаера, квадрокоптера или, на худой конец, хотя бы из грузового отсека дрона… Но нет. Даже в сбросе на Рапсодию было больше экшена, чем в старте такого ажиотажного события. Что ж, устроителям игры виднее. Мне это, если честно, до лампочки.

— Для каждого из кланов определены произвольные сектора, никто не знает, где ты появишься, — продолжил Сандерс. — Я бы советовал тебе переходить сразу в следующее кольцо. В стартовой локации нормального оружия все равно не будет, только время потеряешь. Главное, помни: задержишься за границей, когда безопасная зона начнет сужаться — смерть.

— Угу, — я кивнул, и пошел вперед. Задерживаться смысла не видел. Никого из отряда не пустили меня проводить, а раскланиваться со Сандерсом и его телохранителями желания не было. Да и вообще. Раньше сяду — раньше выйду.

— Когда войдешь в зону, дождись сигнала о начале турнира, и только потом начинай двигаться! — крикнул мне в спину Сандерс. — Иначе заработаешь штрафные очки. Удачи тебе, Алтай!

Отвечать я не стал.

— Фиксирую рост уровня стресса. Рекомендую…

— Отставить, — оборвал я Элис. — Просто немного нервничаю. Все нормально.

— Я бы так не сказала.

Я покосился на аватарку нейросети. Симпатичная девушка в армейском приталенном кителе, обтягивающем ладную виртуальную фигурку помощницы, смотрела на меня озабоченным взглядом. Хм, интересно, это она так хорошо научилась копировать человеческие эмоции, или и правда обретает личность? Даже не знаю, что звучит более стремно, если честно.

До развалин осталась половина пути. Я прислушался к своим чувствам, и поморщился. А ведь права железяка, и правда мандражирую. Впрочем, ничего удивительного, тут кто угодно мандражировал бы.

Чтобы немного отвлечься, я принялся перебирать в памяти события предыдущих двух дней.

* * *

В первую очередь мне пришлось рассказать отряду о том, кто такой Рэйзер, и почему я так «рад» его видеть. К моему удивлению, рассказ дался легче, чем я ожидал. Да, я, по сути, перечислил факты, не расписывая подробностей, но ещё недавно одно воспоминание о тех событиях вызывало приступ неконтролируемой ярости. Сейчас же — практически нормально. Черствею? Или это после того, как Вихо заставил меня пережить те события заново, что-то внутри сломалось? А может, биокомп как-то там регулирует уровень стресса? Черт его знает.

Реакция на мою историю была… Ну, пожалуй, предсказуемой. У Марго, несмотря на всю её проснувшуюся крутость, к концу рассказа предательски блестели глаза, Трикс со злостью сжимал кулаки… Блайз, слышавший за время пребывания на Рапсодии не одну подобную историю, лишь сочувственно покивал, а вот Дис… Дис слушал молча, отрешенно глядя в никуда. Довольно странная реакция, как мне кажется.

Впрочем, поведение Диса после моего возвращения в целом было несколько странным, уж не знаю, что тому являлось причиной. Хотя… Несмотря на всё пережитое вместе, я не мог сказать, что знаю, какое поведение для солнцепоклонника странное, а какое нормальное. Я толком-то и не знал гелиосца. В течение того времени, что мы знакомы, даже поговорить толком случая не представлялось. Сплошной бег, и по большей части — на месте. И по колено в крови, ага.

После я кратко рассказал о произошедшем во время прокачки, по какому-то наитию снова умолчав о Скайлер, Вихо и «лесных братьях». О биокомпе, само собой, говорить тоже не стал, поймав себя на мысли, что как-то у меня многовато секретов от отряда накопилось. Так скоро и поступки свои объяснять сложно станет. Впрочем, не скоро, а уже — объяснить, почему я не хочу перед турниром пройти ещё одну-две итерации модификаций, оказалось не просто. Не рассказывать же, что, как только система просканирует меня, к перечню проблем добавится ещё одна, в виде отряда «Группы Феникс», который прибудет, чтобы сдать одного не очень везучего космодесантника в поликлинику на опыты? В общем, кое-как отмазавшись, я отправился сдавать последнее задание.

Я опасался, что система засчитает провал автономно сгенерированного квеста — сколопендру-то я ей так и не донёс, но нет. Срезов мозга человека-паука, видеозаписей и логов, предоставленных Элис, хватило на то, чтобы система засчитала задание, как выполненное, и одарила меня опытом и кредитами. Я поднял уровень до тридцать восьмого, а баланс счета превысил миллион кредитов, немалую часть из которых я тут же и потратил, сформировав два комплекта брони и вооружения для грядущего турнира. Уж если есть возможность использовать там привычные пушки и нормальную броню — грех ими не воспользоваться. Подвох заключался в том, что платить за всё это добро придётся два раза, здесь и сейчас, и потом, в ходе турнира за доставку комплекта. Впрочем, мелочиться на снаряжении было бы глупо — нельзя экономить на том, что может спасти тебе жизнь. Вот я и не экономил.

Ну а закончив с делами, я отправился отъедаться и отсыпаться. Редкое счастье солдата — тишина и покой — казалось зыбким и эфемерным. И я готов был оторвать голову любому, кто попытался бы разрушить это наваждение.

Однако перед тем, как разогнать членов отряда заниматься чем-то общественно полезным, я подошёл к Блайзу.

— Как ты в целом? — поинтересовался я у лежащего лицом в потолок сталкера.

— Лучше, чем до ранения, — хмыкнул тот.

— Ты извини за ту выходку, — проговорил я. — Погорячился.

— Да ладно, проехали, — махнул рукой сталкер, и сел на кровати. — Ты вообще не обязан был за меня впрягаться. — Так что это я извиняться должен.

— Проехали, — кивнул я, меняя тему и переходя к делу. — Блайз, у тебя доступ к сети есть?

— Знаешь, есть, да. После твоего возвращения гостевой появился, — слегка удивлённо проговорил сталкер.

— Это хорошо, — я удовлетворённо кивнул. — А к тотализатору?

— Ну… Есть, да, — непонимающе протянул Блайз.

— Я сейчас переведу тебе деньги, — понизив голос, сказал я, — и ты поставишь их на мою победу.

— Хм… — сталкер внимательно посмотрел на меня. — А почему ты сам этого не сделаешь?

— Потому что сам на себя я поставить не могу — я же участник турнира.

— Вот как… — Блайз посмотрел мне в глаза. — А Дис? Трикс? Марго?

— Они члены клана, от имени которого я выступаю. Если ставка пройдёт от кого-то из «Буревестников», коэффициент будет ниже. А ещё… — я замялся. — Ещё мне хотелось бы, чтоб деньги были у того, кто не может покинуть форт, пока я буду добираться назад. Что-то мне подсказывает, что тебя так просто без меня не выпустят.

Сталкер прищурился.

— Живой сейф, значит… Разумно. Я думал, ты больше доверяешь своим ребятам.

— Я тоже так думал, — хмуро отозвался я. — Но я стал очень серьёзно относиться к предчувствиям. А они у меня в последнее время какие-то странные.

Ну не рассказывать же ему, что даже задавленные до минимума способности биокомпа с момента моего возвращения транслировали такую гамму противоречивые эмоций, которые не поддавались идентификации, что я даже среди членов своего отряда не чувствовал себя спокойно и расслабленно. Что-то изменилось. Знать бы только, что именно…

— Ладно. Давай, — сталкер протянул руку с браслетом. Я коснулся его своим, и подтвердил транзакцию. Увидев, сколько денег упало на счёт, Блайз едва не присвистнул.

— Пятьсот тысяч… — проговорил он. — Солидная сумма…

— Надеюсь, не настолько, чтоб заставить тебя начать делать глупости, — усмехнулся я.

— Насчёт этого можешь не беспокоиться, — вернул усмешку Блайз. — А потерять такую сумму не страшно?

— Если ставка не сыграет, мне они уже будут ни к чему.

— Прости, — сталкер опустил глаза. — Как-то я не подумал. Ещё раз спасибо тебе, Алтай. За всё, что ты для меня делаешь. Я в долгу не останусь.

— Сочтемся, — отмахнулся я. — А сейчас делай ставку и вали отсюда. Я собираюсь как следует отоспаться, и тот, кто будет мне мешать, крепко об этом пожалеет.

* * *

— Внимание! — послышался голос Элис. — Мы пересекли границу локации. Фиксирую попытку удалённой блокировки активных имплантов. Могу поставить файрволл или имитировать отключение.

— Отставить, — быстро скомандовал я. — За нами сейчас наблюдают миллионы глаз, куча дронов и спутников. Спалимся — будут неприятности. Пусть выключаются.

— Слушаюсь, — кивнула Элис, и панель интерфейса погасла. Осталась только карта, часы… И всё. Увидев пустоту там, где ещё секунду назад была аватарка виртуальной девушки, я вдруг почувствовал страх. А что, если Элис тоже заблокирована? Несмотря на постоянный бубнеж в адрес нейросети, я привык к её постоянному присутствию, и остаться сейчас одному… Бррр, не хотелось бы.

— Элис, — мысленно позвал я. — Ты здесь?

— Так точно, босс. Вы приказали подчиниться входящей директиве, потому я переключилась на синаптический режим. Не переживайте, босс. Вы от меня так просто не избавитесь, — в её голосе прозвучала насмешка.

— А жаль, — буркнул я под нос. Так ладно, что там у нас?

И, будто в ответ на невысказанный вопрос, по интерфейсу пробежала рябь, и на панели возникло новое полупрозрачное окно, в котором появился человек в золотистом костюме, стоящий перед видеостеной, поделенной на тридцать шесть сегментов, с каждого из которых смотрел лицо участника турнира.

— Дамы и господа, — глядя прямо мне в глаза, заговорил «золотистый», — я рад приветствовать вас, участников двенадцатого сезона самого популярного шоу «Страж Предела». Сегодня вы собрались в этой локации, чтобы выявить самого сильного бойца, самого достойного воина в этой части Рапсодии. Сейчас вас тридцать шесть, через несколько часов один из вас станет легендой, а остальные тридцать пять — удобрением. Я, распорядитель турнира, искренне желаю удачи каждому из вас. Прежде чем мы начнём… Вы начнёте — поправился золотистый, — я хочу напомнить вам основные моменты.

Первое: сейчас вы все находитесь в безопасной зоне. Через определённое время безопасная зона начнёт уменьшаться, и я крайне не советую оставаться за её границами, когда это произойдёт. Что именно ждёт оказавшегося по ту сторону, я сказать не могу. Скажу лишь одно: вам не понравится. Смертельно не понравится. Зона будет сужаться до того момента, пока из вас не останется только один. После этого движение кольца остановится, а турнир — закончится.

Второе: на локациях внутри кольца спрятано оружие и снаряжение. Чем дальше к центру — тем более качественно вы сможете экипироваться. Однако помните: пока вы ищете оружие, кто-то может уже вооружиться и искать вас. Не стоит увлекаться.

Третье: за каждую победу вы получаете кредиты, за особо зрелищные и безжалостные ликвидации начисляются бонусы. Помните: вас смотрят миллиарды. Подарите зрителям по-настоящему зрелищное шоу, и они вас отблагодарят.

Четвертое: прямые донаты во время турнира отключены, но любой зритель может оплатить для вас посылку. Что будет в ней — выбирает он сам. Внимательно следите за оповещениями, и возможно вам улыбнётся удача.

Пятое и последнее: на локации есть точки доступа к магазину Полигона. Используя заработанные в ходе турнира кредиты, вы можете купить оружие, снаряжение или оплатить разблокировку имплантов. Точки доступа будут появляться на карте, как только вы окажетесь в непосредственной близости. Проводите зрелищные и безжалостные ликвидации, зарабатывайте кредиты и повышайте свои шансы на победу.

На этом — все. Удачи, дамы и господа. И пусть победит сильнейший!

Изображение минуло и погасло, и в ту же секунду в ушах зарычал гипертрофированно низкий и хриплый голос:

— ВРЕМЯ УБИВАТЬ! ДО СУЖЕНИЯ БЕЗОПАСНОЙ ЗОНЫ — ТРИДЦАТЬ МИНУТ!

Я повёл плечами, разминаясь, и пытаясь унять нервный мандраж.

Убивать, говорите? Что ж. Это я умею. Посмотрим, насколько хорошо.

Резко выдохнув, я пригнулся, и, укрываясь за особо крупными обломками, на полусогнутых побежал к развалинам.

Глава 27

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Оранжевая зона, она же Предел.

Я решил последовать совету Сандерса, и, не задерживаясь у входа, сместиться вглубь локации, чтобы оставить за спиной кольцо безопасности и отыграть себе немного форы. Сейчас сделать это не сложно, да и волноваться пока особо не о чем: точки входа разнесены друг от друга достаточно далеко, и, даже если кто-то из участников решит устроить спринт по кругу, к тому моменту, как он доберётся в мой сектор, я буду уже достаточно далеко.

По словам Трикса наиболее ценный лут нужно искать в зданиях. В целом, логично: тупо под ноги снаряжение бросать никто не станет, для этого наверняка используются более-менее приметные места — нужно же игрокам вообще понимать, где искать оружие и прочие ништяки. Приметных мест в тех развалинах, в которых я оказался, не наблюдалось: сплошные руины. Однако впереди, на некотором расстоянии, виделись уцелевшие постройки. На них и я и взял курс.

Через несколько минут осторожного бега я наткнулся на торчащий из бетона арматурный прут. Навряд ли это было предусмотренное системой оружие, однако уже лучше, чем ничего. Задержавшись, я выломал прут из бетона, взвесил импровизированное оружие в руке, и, удовлетворенно кивнув, двинулся дальше. На ходу я усмехнулся возникающему ощущению дежа вю. Как будто в Лимб вернулся.

Взобравшись на очередную груду строительного мусора, я увидел прямо перед собой стройплощадку. Котлован, небольшой экскаватор, пара строительных модулей и импровизированный склад стройматериалов под навесом. Хм. Ну, если это не приметное место, то как тогда выглядит приметное, я даже не знаю. Внимательно оглядевшись, я начал спуск к площадке.

— Элис, сканер, — отдал я мысленную команду. Вслух я опасался даже шептать. Мало ли.

— Выполняю, — отозвалась нейросеть. Я «прислушался». Тишина. Никаких эмоций. Хорошо. Для страховки я запустил на несколько секунд биодетектор, и, снова ничего не обнаружив, вырубил его. Помня слова Элис, все свободное время перед турниром я спал и отъедался, запасая энергию, недостатка в ней пока, судя по шкале, не наблюдалось, но рисковать не хотелось. Мало ли, как часто придется использовать функции биокомпьютера. Лучше действовать аккуратно и бережливо.

Вообще, биокомп и его модули были моим самым серьезным козырем в рукаве. По крайней мере — в начале турнира, пока никто не врубил импланты. Все пустые — а у меня целая пачка уникальных способностей, которые должны помочь мне выжить. Главное — не тупить и правильно их использовать.

Спустившись, я перескочил через канаву, нашел дыру в сетке, выполняющей роль забора, и протиснулся сквозь неё, стараясь не зацепить края. Вроде получилось. Оказавшись на площадке, я трусцой побежал к ближайшему строительному боксу.

Закрыто. Дерьмо. Хлипкая пластиковая дверь, как и застекленное окно, серьезной преградой не станут, но шуметь не хочется. Особенно, если внутри нет ничего полезного. Придвинувшись к окну, я стёр со стекла пыль рукавом куртки и заглянул внутрь.

Черт. Кажется, придется открывать. Прямо на полу посреди модуля лежит индивидуальный перевязочный пакет, а чуть дальше виднеется рукоять какого-то инструмента. Ладно. Что там в следующем?

Рассмотреть внутреннее пространство второго модуля не удалось, потому я все же вернулся к первому, убедившись предварительно, что под навесом ничего интересного не имеется. Примерившись к двери, я перехватил арматурину. По идее, я мог бы просто проломить дверь, но тогда шума получится больше. Ладно. Будем действовать по старинке.

Раскачивая и надавливая, мне удалось загнать прут между дверью и коробкой. Опустив прут ниже, примерно на уровень замка, я задвинул его ещё глубже, и налег на импровизированное рычаг.

Послышался треск, и дверь распахнулась. Я замер, прислушиваясь и запустив одновременно оба сканера, удостоверился, что на шум никто не спешит, и нырнул в модуль.

Внутри было пыльно и пусто, кроме уже замеченных мной вещей, больше ничего интересного не наблюдалось. Отправив перевязочный пакет в карман, я наклонился над инструментом. Ага! Магнитный степлер! Неплохо, неплохо. Эту штуковину, под воздействием магнитного поля выплевывающую солидные металлические скобы, при некотором везении можно использовать как оружие ближнего боя. Я нажал утопленную в ручке клавишу, и инструмент ожил. Тихонько загудел соленоид, на «ствольной коробке» проступила индикация заряда. Тридцать процентов. Черт. Маловато, конечно, но сойдёт. Так, а как бы посмотреть, какой у этой штуковины «боезапас»?

И в этот момент я услышал звук. Тихий, чуть слышный, как будто камешек покатился. Бесшумно сместившись в сторону, я замер, обратившись в слух.

Несколько долгих секунд ничего не происходило, и я готов был уже решить, что мне послышалось, как вдруг звук повторился. На этот раз он сопровождался хрустом, как будто кто-то неверно выбрал место, чтобы поставить ногу. Дерьмо!

Отпрянув, я врубил оба сканера, и вздрогнул от неожиданности, когда в моё сознание ворвались чужие эмоции. Страх, напряжение, возбуждение… Перед внутренним взором возникло пульсирующее серое облачко, наложившееся на сигнатуру, высвеченную сканером биологической активности. Есть! С обратной стороны бокса ко мне медленно и аккуратно приближалась человеческая фигура. Контакт, мать твою! Интересно, неизвестный меня видел, или, как и я, случайно набрёл на площадку?

Я сместился еще ближе к стене, так, чтобы меня нельзя было увидеть из окна, и затаил дыхание. Фигура продолжала движение. Медленное, аккуратное… По мере того, как неизвестный приближался, я чувствовал, как все сильнее мокреют ладони, которыми я сжимал прут.

Фигура приблизилась к модулю и заглянула в окно. Кто именно был с той стороны, разглядеть не удалось, я увидел лишь смутную тень. Через несколько секунд тень двинулась к двери, и я мысленно поблагодарил себя за то, что закрыл ее за собой. Снаружи следов взлома не видно. Значит, сейчас незнакомец войдёт, и…

Дверная ручка медленно пошла вниз, дверь начала открываться, прикрывая меня собой, и я буквально вжался спиной в стену. Так… Сейчас… Сейчас… Пора!

Дождавшись, пока неизвестный проскользнет внутрь, я прыгнул вперед, нанося тычковый удар арматурой в спину. За секунду до удара неизвестный обернулся, и я инстинктивно сдержал удар, попытавшись увести его в сторону.

Передо мной была девушка.

До конца погасить инерцию я не смог, прут ударил девушку, а затем в неё, сбивая с ног и отбрасывая на грязный пол, врезалось моё тело. Девушка пискнула, и замерла, не пытаясь нападать или защищаться. При падении она знатно приложилась затылком, а я ещё и прижал её к полу своим телом. Моё сознание захлестнуло паническим ужасом, и я, выругавшись, вырубил сканер.

Девушка было молодой, почти девчонкой. Правильный овал лица, высокие скулы, чуть приоткрытый влажный рот с чувственными губами… Тёмные волосы собраны в хвост на затылке. Девчонка открыла зажмуренные от неожиданности глаза, и я поморщился. В них читалась обреченность, смешанная с животным страхом. Дьявол! И вот её я сейчас должен убить? Ещё и как можно изощреннее, чтобы получить дополнительные кредиты? Дерьмо…

Умом я понимал, что по-другому нельзя, что, если б на моем месте оказалась она, я бы, скорее всего, был уже мёртв. Но это умом. А вот сердцем…

— Не убивай… — прошептала она, и сердце пропустило удар. Сейчас вся ярость, что затопила меня при виде Рэйзера, куда-то испарилась, прихватив с собой холодную решимость. Нет, я по-прежнему был готов убивать… Однако, кажется, я представлял своих противников несколько по-другому.

— Пощади, — снова раздался шепот. — Можешь сделать со мной, что захочешь, только не убивай… Прошу…

Я посмотрел в её полные мольбы глаза, выругался и поднялся. На хер это все! Не могу! Вот так, хладнокровно… Пусть лучше кто-то другой.

— Какого… — начал я, и оборвал сам себя. Мне очень хотелось спросить, за каким хреном она во всё это ввязалась, и как ей вообще в голову пришло влезть в этот гребаный турнир, но я вовремя понял, что для таких вопросов не время и не место. Достаточно того, что я смалодушничал и не стал её убивать. Да, это враг. Да, это кредиты, за которые я могу купить себе ещё несколько минут жизни… Но не могу, и все тут.

— Я сейчас уйду, — севшим голосом проговорил я, — а ты останешься здесь. И будешь сидеть тут, пока я не скроюсь из виду. Пойдёшь за мной — больше не пожалею, убью. Не попадайся мне на глаза. Второго шанса не будет. Поняла?

Девчонка кивнула. Подобрав с пола степлер, я, пятясь, двинулся к выходу. Девчонка медленно, стараясь не делать резких движений, поднялась на ноги, не отрывая неверящего взгляда от моего лица.

Шаг… Ещё… Сейчас можно будет закрыть за собой дверь, подпереть её арматуриной, и рвануть в сторону склада. Мало ли. Так, тут где-то порог…

— Сзади!!! — вдруг закричала девчонка, вскидывая руку, и показывая куда-то мне за спину. Я инстинктивно обернулся, и в ту же секунду понял, что совершаю очень большую ошибку.

Взвыл сигнал тревоги, и я, изогнувшись немыслимым образом, каким-то чудом разминулся с прогудевшей совсем рядом смертью. Брошенный нож лишь оцарапал мне щеку, и улетел в пыль. Провернувшись вокруг своей оси, я вскинул степлер и утопил спусковую клавишу.

Первая скоба ударил девчонку в плечо, разворачивая ее в сторону, вторая угодила ниже груди, отбрасывая назад и буквально прибивая тело к стене модуля. Третья и четвертая прошили шею и второе плечо, а потом степлер коротко пискнул, сигнализируя о том, что скоб в картридже больше нет.

Прибитая к стене девчонка была ещё жива. Пуская изо рта кровавые пузыри, она тянула ко мне руки со скрюченными пальцами, сейчас больше напоминающими когти хищной птицей. На лице были написаны боль и всепоглощающая ненависть.

— Ах ты тварь такая… — просипел я. — А я ведь действительно хотел тебя пощадить…

Девчонка попыталась что-то сказать, но у неё не получалось. Тогда она просто набрала полный рот липкой, кровавой слюны, и плюнула в мою сторону.

В меня она не попала — слюна плеснула на пол, прибивая пыль, пролетев лишь половину расстояния. А я почувствовал, как изнутри поднимается злость.

— Ну ты и сука, — покачав головой, проговорил я уже нормальным голосом. — Что ж. Сама напросилась.

Отбросив ставший бесполезным степлер, я двумя руками перехватил арматурину и размахнулся.

— ЖЕСТОКОЕ УБИЙСТВО!!! — прогремевший в голове голос почти заглушил хруст костей черепа. — ПРОЛИТА ПЕРВАЯ КРОВЬ!!!

Вы совершили жестокое убийство! Вы получаете награду — 20 000 кредитов. Совершайте жестокие убийства, применяйте зрелищные добивания и получайте за это кредиты! С помощью кредитов вы можете разблокировать импланты или заказать посылку с броней, снаряжением и оружием.

Вы пролили первую кровь! Вы получаете награду — 10 000 кредитов!

Всего на счету: 30 000.

Внимание! Каждый раз, когда вы ликвидируете одного из игроков, остальные получают оповещение с информацией об этом, а на карте отмечается ваше местоположение во время убийства! Будьте внимательны и осторожны!

Прочитав всплывшее сообщение, я выругался. Твою мать! А вот об этом меня никто не предупреждал! Кажется, надо сваливать!

Вытерев арматурину об одежду убитой девчонки, я запустил сканеры, убедился, что в непосредственной близости от меня никого нет, и выскочил из модуля.

* * *

Едва прозвучал сигнал, оповещающий о начале турнира, как Рэйзер с низкого старта рванул вперёд. Траекторию бега он выбрал по диагонали, так, чтобы в следующей зоне оказаться в центре соседнего сектора. Таким образом он рассчитывал если не опередить, то хотя бы сравняться с «соседом», который, скорее всего, после гонга двинулся прямо. По крайней мере, девяносто процентов игроков поступало именно так, судя по записям предыдущих турниров, засмотренных Рэйзером до покраснения глаз. Мотив этих людей — чисто психологический и вполне понятный: именно прямолинейное движение позволяло в короткий срок удалиться как можно дальше от смертоносного кольца и перейти в следующую безопасную зону. Что ж. Ему это только на руку.

Рэйзер заранее поставил на агрессивную тактику, вполне справедливо считая, что, пока остальные игроки не оделись в броню и не разжились серьезными пушками, преимущество на его стороне. Оружие уравнивает, и потому нужно использовать свое превосходство по полной программе — пока оно есть.

Сообщение о первой крови заставило его поморщиться — Рэйзер всерьёз рассчитывал получить бонус за первое убийство, а когда высветилось имя игрока, одержавшего первую победу, бывший капрал зло сжал зубы. Гребаный сержант! Обскакал! Помня правила, Рэйзер впился взглядом в карту. Хорошо бы Алтай оказался поблизости! Но нет. Точка, отметившая местоположение сержанта на момент убийства, оказалась в другом конце карты. Слишком далеко… Ладно. Ещё увидимся.

Капрал выбрался на холм, присел за потемневшим, но все еще густым кустом на вершине, и огляделся.

Прямо перед ним оказались остатки коттеджного посёлка — когда-то здесь начинался пригород достаточного крупного, по меркам Рапсодии, города, неподалеку от которого даже свой космодром имелся. Несколько уцелевших полутораэтажных домов, низенький забор, перевернутые мусорные баки… Если в этом месте и имело смысл искать оружие, то делать это стоило именно здесь.

И, похоже, так считал не он один. Сгорбленная фигура мелькнула у ближайшей стены, чтобы через миг скрыться в доме. Рэйзер усмехнулся: всё по плану, как он и рассчитывал. Спустившись с холма той же дорогой, которой на него поднялся, охотник обогнул возвышенность и направился к дому.

Добравшись до стены, Рэйзер пригнулся под окном и замер, прислушиваясь. Ага, есть. Будущий труп шурует по ящикам, обыскивая домик. Что ж, прекрасно. Звук приблизился. Осторожно выглянув, охотник усмехнулся. Жертва стояла спиной к окну и самозабвенно копалась в ящике стола. То, что нужно. Что ж, время действовать.

Сделав несколько шагов назад, Рэйзер разогнался, и прыгнул в окно, вынося раму собственным телом. От грохота и звона не ожидающий нападения игрок подпрыгнул на месте, разворачиваясь… Только для того, чтобы поймать головой массивный горшок с засохшим цветком, подхваченный капралом со стойки у окна.

Горшок разлетелся вдребезги, и игрока бросило в сторону. Не оставляя жертве шанса прийти в себя, Рэйзер прыгнул вперёд, вырвал из пазов наполовину выдвинутый ящик, и с размаху ударил им противника. Послышался треск, брызнула кровь. Не обращая на это внимания, Рэйзер ударил снова, сбивая врага с ног. Тот упал на спину. Охотник перехватил ящик, и резко опустил его на голову поверженного врага. Снова послышался треск, сопровождающийся важным, хлюпающим звуком, противник в агонии засучил ногами, но капрал продолжал наносить удары, раз за разом поднимая ящик и снова опуская его. Остановился он, лишь когда от головы противника осталось кровавое месиво с вкраплениями раздробленных лицевых костей и слипшихся в клейкую массу волос. Отбросив в сторону раскуроченный ящик, капрал выпрямился и перевел дух.

— ЖЕСТОКОЕ УБИЙСТВО! — прогремел в голове синтезированный голос, и перед глазами всплыли строчки с текстом. Рэйзер не глядя смахнул их в сторону, и оскалился в жуткой ухмылке.

— Жестокое? Э, нет, ребята. Вся жесть ещё впереди. А это так, разминка.

Нагнувшись над обезображенным трупом, охотник бесцеремонно дернул его в сторону, и принялся обыскивать окровавленный комбинезон бедолаги.

Глава 28

Земная Федерация, Система Ориона. Орбита Рапсодии, административная станция корпорацииNewVision.

— Ого! Ого! — отец Киморо на экране едва не приплясывал в кресле, то и дело перематывая сцену второго убийства в турнире. — Вы видели, что творится? Мальчишки-девчонки, вы вообще видите, что происходит? Твою ж мать, да у нас тут настоящий зверь! Кажется, ничего более жуткого я еще не видел. Как он его ящиком, а? Раз, раз, раз… Монстр просто! Это тебе не глотки резать, да! За этим парнем определенно будет интересно наблюдать! А вот топ наш, герой-убивец, как-то жиденьким оказался. Чуть от девки не зажмурился! Видели? Отпустить ее хотел! Дела, да-а-а-а… Странно, как этот парень с такими фокусами вообще до сих пор выжил, еще и топ двух зон подряд взял! Не успел бы в сторону дернуться — и все! Был пацан, и нет пацана! А может, она ему невесту невинно убиенную напомнила, а? Муки совести, раскаяние там, все дела… Не знаю, знаю… Могу только сказать, шансы на победу этого парня сейчас знатно поубавились. Сочувствую тем, кто поставил на него деньги. Ну да, так и есть. Коэффициент сильно так вырос — а это значит, что букмекеры не очень-то и верят в победу этого хлюпика. Ну, что ж. Посмотрим, что будет дальше. Пока что счет остается прежним — на арене осталось тридцать четыре человека. Невиданное для турнира количество участников. Однако, как подсказывает мой опыт, основная мясорубка начнется, когда ребятушки доберутся до серьезных стволов. В общем, не переключаемся, прожимаем отцу жирный лайк, и вместе смотрим, что будет происходить дальше.

* * *

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Оранжевая зона, она же Предел.

К тому моменту, когда кольцо двинулось во второй раз, сокращая границы безопасной зоны, из тридцати шести участников турнира в живых оставалось тридцать четыре. И, как я успел заметить, второе убийство совершил не кто-нибудь, а Рэйзер. Увидев на панели интерфейса позывной бывшего капрала, я с трудом удержался от того, чтобы ринуться туда, где красной отметкой обозначился свежий труп. Впрочем, это было бы бессмысленным — слишком далеко. К тому моменту, как я доберусь до Рэйзера, он может быть уже где угодно. Сейчас лучше сосредоточиться на другом.

Запустив биологический детектор и пси-сканер, я убедился в том, что рядом никого нет, и осторожно высунулся из-за угла. Сейчас я был весьма рад тому, что даже с отключенными имплантами имею возможность обнаружить противника раньше, чем он обнаружит меня. На больших открытых пространствах максимальная дальность действия сканера в пятьдесят метров казалась смешной, сейчас же, когда я вплотную подобрался к промышленной части городка, с ее достаточно плотной застройкой и нагромождением всякого хлама, пятьдесят метров превратились в серьезную дистанцию. Например, сейчас я мог быть точно уверенным, что в здании склада, к стене которого я прижимался, не было ни души. Учитывая, что у других игроков такой возможности нет, можно рассчитывать на некую фору.

Пробравшись в здание, я быстро окинул взглядом первый этаж склада. Несколько штабелей с какими-то ящиками, замерший у дальней стены автопогрузчик, три больших контейнера… На первый взгляд — пусто, но надо бы проверить контейнеры. А потом… Потом я, пожалуй, поднимусь по лесенке в кабинку менеджеров и проверю, нет ли там чего интересного. Пока что при мне был лишь прут, выломанный из бетона, да нож девчонки, подобранный на земле. Пора вооружиться чем-нибудь посерьезнее.

Будто бы в подтверждение моим мыслям, где-то в отдалении простучала очередь. Счетчик участников мигнул, и показал новое значение: тридцать три. Впрочем, еще через секунду оно снова изменилось, и теперь показывало, что в строю остался тридцать один игрок. Пошла потеха! Бросив взгляд на карту, я увидел, что одна из отметок находится в опасной близости: последнее убийство произошло в моем секторе, в каком-то полукилометре от того места, где сейчас находился я. Так, нужно шевелиться!

— ВНИМАНИЕ! ДО СУЖЕНИЯ БЕЗОПАСНОЙ ЗОНЫ — ПЯТЬ МИНУТ!

Угу. Еще и это. Вообще отлично. Самое хреновое то, что я не знаю, до каких именно границ будет сжиматься безопасная зона. Возможно, я уже в безопасности, а возможно — нет. В прошлый раз я вполне удачно заскочил в безопасную зону, как будет сейчас… Черт его знает, а это значит, что лучше поторапливаться. Короче все, вперед, боец, шевели батонами! Проверить кабинку менеджеров, и валить отсюда на хрен!

Добежав до лестницы, я буквально взлетел по ней, и, особо не церемонясь, ударом ноги вынес хлипкую дверь из полипласта. Ввалившись внутрь, я едва сдержал торжествующее восклицание: на столе, вытянувшемся вдоль длинного панорамного окна, виднелось оружие!

Подскочив к столу, я с хватил лежащий на нем помповый дробовик. Отлично! Не стрелковый комплекс, конечно, но по сравнению с магнитным стэплером это просто шедевр оружейных технологий! Дернув цевье, я поймал вылетевший патрон и довольно улыбнулся: полон. Выщелкнув все патроны, я пересчитал и осмотрел их. Семь патронов. Судя по маркировке — картечь. Пойдет. Так, а это что у нас?

Присев, я потянул за выглядывающий из-под стола ремешок, и вытащил… Бронежилет! Чахленький, третьего класса, зато — с воротником и интегрированной разгрузочной системой. Живем! Проверив карманы разгрузки, я обнаружил там два протеиновых батончика, которые тут же и сожрал: энергия лишней не бывает.

Все. Пора валить отсюда. Вот только… Нужно немного оптимизировать систему обнаружения.

— Элис, — мысленно позвал я, — Насколько активно сканеры жгут энергию при периодическом краткосрочном включении?

— Смотря насколько включения периодические, — отозвалась нейросеть через пару секунд. — Пятнадцать-двадцать процентов в час при включении раз в пять-десять секунд.

— Отлично. Настрой активацию сканеров раз в пять секунд и бери на себя контроль. Не хочу отвлекаться на это.

— Слушаюсь, босс. Готово, — отрапортовала Элис.

— Отлично. Теперь движемся дальше.

Скатившись по лестнице, я ринулся к выходу, и в этот момент взвыл сигнал тревоги.

Я еще до конца не осознал, что означает появившаяся совсем рядом красная точка, а тело уже летело в сторону, группируясь в полете, и уходя в перекат за контейнер. Дробно простучавшая очередь из автоматического оружия выбила фонтанчики пыли из пола в том месте, в котором я только что находился, и стальным перезвоном разбилась о стену контейнера, за которым я успел укрыться.

Вот дерьмо! Все-таки я где-то засветился!

— Оставляю сканеры активированными, — озабоченно проговорила Элис. — Расход энергии — пять процентов в минуту.

Черт! Нужно поскорее разобраться со стрелком, пока активированные сканеры из меня всю энергию не высосали!

Детектор биологических форм высветил сигнатуру противника сквозь стенку контейнера, пси-сканер захлестнул волной кровожадной злобы, и я мысленно выругался. Ублюдок в выигрышной ситуации, находится в отдалении и контролит мое укрытие, медленно смещаясь по большому кругу. Пока что я смещаюсь вместе с ним, но долго так продолжаться не может, особенно учитывая, что таймер сужения зоны красноречиво намекал на то, что отсюда пора сваливать.

Ладно… Будем действовать.

Я крепче сжал дробовик, и, двигаясь гусиным шагом, сместился за угол контейнера, оказавшись в его торцевой части. Для противника это не оказалось незамеченным, и он тоже сдвинулся в сторону, беря на прицел тот край контейнера, из-за которого должен был появиться я. Ему казалось, что делает это он совсем незаметно, но, учитывая, что я буквально видел его сквозь стену, все попытки стрелка сдерживать дыхание и выбирать, куда ставить ногу, были попросту тщетными. Да уж… Если б не функции биокомпа, было бы кисло. А так… А так, кажется, я уже придумал, что надо делать.

Я активировал ментальное доминирование и медленно и аккуратно потянулся незримым щупальцем к разуму противника. Сейчас главное не переборщить со способностями, чтобы не вызвать подозрений у зрителей и системы. Нужно сделать все чисто, так, чтобы со стороны казалось, что я оказался ловчее и быстрее противника. В противном случае могут возникнуть вопросы. Что ж, будем надеяться, что получится провернуть все гладко.

Пока я валялся в койке на базе «Буревестников», я немного поигрался с функцией ментального доминирования, и, кажется, разобрался, как вызывать те или иные эмоции. Экспериментировать на товарищах, конечно, нехорошо, но что поделать? Лучше уж покрутить новую игрушку в спокойных условиях, чем потом лихорадочно разбираться с ней в бою, да простят меня Трикс и Марго, которые и выступали в качестве подопытных кроликов. Так что сейчас, подобравшись для прыжка, я подвел свое ментальное щупальце вплотную к красноватому облачку разума противника, а потом, резко оттолкнувшись от пола, выпрыгнул из-за контейнера.

Если бы не Элис, выполнить одновременно столько действий мне бы не удалось, но нейросеть, как всегда, отработала на «отлично». Сразу после того, как я сжал щупальцем разум врага, вызывая у него резкую паническую атаку, Элис врубила «концентрацию фокуса», и мир вокруг замедлился. Будто в ремейке старого голофильма, я вылетел из-за контейнера, и буквально поплыл по воздуху, выпуская один за другим три заряда из дробовика в дернувшегося от внезапного приступа страха противника. Заряды картечи двигались, словно в густом желе, третий сноп свинца вырвался из ствола в тот момент, когда первый еще не добрался до цели. В следующий момент Элис отключила концентрацию, и меня пинком под зад вышибло в привычное течение времени.

Поймавший три заряда картечи с близкого расстояния противник буквально взорвался брызгами крови и ошметками плоти, винтовка в его руках выдала короткую очередь в потолок, а я приземлился на пол, не успев сгруппироваться, отбил себе плечо и заработал ссадину на скуле, проехав лицом по пыльному бетону.

— НОВОЕ УБИЙСТВО!!! — прорычал синтезированный голос. В интерфейсе выскочило уведомление о том, что я заработал десять тысяч кредитов. Я смахнул его в сторону, и тяжело поднялся на ноги, встряхивая головой, как после контузии.

— Расход энергии — двадцать процентов. Все системы биокомпьютера отключены. Рекомендую восполнить энергию перед следующим использованием функций биокомпьютера, — озабоченно проговорила Элис. Я хотел ей что-то ответить, но меня снова перебил гребаный системный диктор.

— ВНИМАНИЕ! КОЛЬЦО ПРИШЛО В ДВИЖЕНИЕ! ОПРЕДЕЛЕНА НОВАЯ БЕЗОПАСНАЯ ЗОНА! ПРОСЛЕДУЙТЕ В НЕЕ, ИЛИ УМРИТЕ!

Я бросил взгляд на карту в углу интерфейса, и обомлел: красная окружность края безопасной зоны стремительно двигалась в мою сторону, а в стороне мигала белым новая граница безопасной зоны. Далеко в стороне. Слишком далеко.

Заковыристо выругавшись, я с сожалением посмотрел на необысканное тело поверженного противника, подхватил испачканную кровью винтовку, развернулся и ринулся из склада прочь. Сейчас не до лута: нужно успеть в новую безопасную зону. И чем быстрее я до нее доберусь, тем лучше для меня самого.

* * *

Вылетев из ангара, я рванул вперед. Красная линия быстро приближалась, и я рефлекторно обернулся. Позади не было ничего необычного. Красная линия существовала только на карте, с каждой секундой приближаясь. И от этого неумолимого приближения невидимой смерти становилось еще жутче. Я ускорился, стараясь держаться строго перпендикулярно линии на карте, и не отклоняться в стороны. Дьявол, любое серьезное препятствие впереди — и я попал! Хоть бы не вляпаться, хоть бы не вляпаться…

Биоботы работали идеально. Раньше, кажется, говорили «как часы». Я бежал сейчас со скоростью, с которой раньше бегал стометровки, однако дышалось при этом легко и свободно, и даже пульс, кажется, держался в пределах нормы. Вот только шкала энергии вверху неумолимо двигалась к желтой зоне. Дерьмо! Если шкала просядет до критических значений — мне конец. Слишком живы воспоминания о том, как меня вырубило в Инферно во время боя с ботами.

Закон подлости, он же закон Мерфи, сработал идеально. Не помню, как звучит правильная формулировка, но смысл такой: если какое-то дерьмо может случиться, то оно обязательно случится в самый неподходящий момент. Прямо передо мной вырос высоченный бетонный забор. Едва не взвыв от досады, я ускорился еще сильнее, хотя казалось, что сильнее уже некуда, одним махом вскочил на перекошенный мобиль, замерший на обочине, и, что было мочи оттолкнувшись от него ногами, полетел вперед и вверх.

Витки спирали Бруно, венчавшей забор, пронеслись подо мной в считанных сантиметрах. Сгруппировавшись, я приземлился на руки, перекатился, гася энергию падения и зашипев от боли, когда заброшенная за спину винтовка врезалась в бок, вскочил на ноги и рванул дальше. Только для того, чтобы снова прыгнуть, заметив на груди точку лазерного целеуказателя.

Пуля высекла искры из асфальта за спиной, а я уже снова катился по земле, лихорадочно ища взглядом укрытие. Укрытие находиться не желало. Не считать же таковым ряд мусорных контейнеров? Однако выбора не было. Снова рывок в сторону, новый выстрел, пуля, прошедшая так близко, что я ощутил вибрацию воздуха — и я рухнул на колено за первым контейнером, перебрасывая винтовку вперед.

— Элис, сканеры!

Картинка мигнула, меняясь, я снова провалился в серый, безжизненный мир, единственным ярким пятном в котором была фигура стрелка, засевшего на втором этаже какого-то промышленного помещения. Я выругался сквозь зубы: позиция у него практически идеальная! Стоит мне высунуться — и он меня срежет. Вон, скотина, как к прицелу приник! Меня сейчас спасает только то, что у него, по всей видимости, мало патронов, хочет бить наверняка! Дерьмо. Ладно. Давай посмотрим, что ты скажешь на это.

Удерживая винтовку одной рукой, второй я подхватил валяющуюся у контейнера бутылку из-под виски. Дьявол, сколько лет она тут меня дожидалась? Пристроив щупальце «ментального доминирования» рядом с замершим у прицела бойцом, я размахнулся, и швырнул бутылку в окно, дав команду Элис подправить бросок.

— Осколочная!!! — гаркнул я, и «придавил» щупальцем сознание противника.

Не то, чтобы я знал, как внушить врагу, что в него летит не обычная квадратная бутылка, а осколочная граната, но здесь, как мне подумалось, хватит и обычного страха. И правда — хватило. Когда бутылка влетела точно в оконный проем, стрелок в панике сиганул прямо со второго этажа. Кажется, парень попался бывалый, точно знающий, что взрыв гранаты в тесном пространстве не сулит ему ничего хорошего. Это его и подвело.

Вывалившись из-за контейнера, я поймал летящую фигуру в прицел и утопил спуск. Длинная очередь разорвала тишину, стрелок завопил от боли, выронил винтовку, и пыльным мешком рухнул на землю.

Поймав в прицел стонущее тело, кое-как поднявшееся на четвереньки, и пытающееся куда-то ползти, я плавно нажал на спусковую скобу, и выругался. Вместо лая очереди послышался лишь сухой щелчок. Да твою-то мать, что ж мне сегодня так не везет-то, а?

— Опасность! — завопила Элис. Я бросил взгляд на карту, и обомлел: красная пунктирная линия подобралась совсем близко. Ругаясь, на чем свет стоит, я отбросил винтовку, подхватил дробовик и бросился прочь. Раненный противник же, совсем потерявший ориентацию, пополз прямо навстречу невидимой смерти.

Я успел отбежать метров на сто, когда темноту разорвала необычайно яркая красная вспышка, грохнул взрыв, и ударная волна сбила меня с ног и потащила вперед. По затылку прилетело чем-то твердым, и, кажется, я на миг потерял сознание. В чувство меня привело уже привычное рычание в голове:

— ОПРЕДЕЛЕНА НОВАЯ БЕЗОПАСНАЯ ЗОНА. ДО СУЖЕНИЯ КОЛЬЦА — ДВАДЦАТЬ МИНУТ!

Шатаясь, я поднялся на ноги и оглянулся. Твою мать! Вот это да-а-а-а…

Там, где еще несколько секунд назад находился раненый стрелок, зияла большая, оплавленная воронка. Расположилась она всего на несколько метров дальше красного пунктира на карте, отмечающего границы новой безопасной зоны. И будь я проклят, если не видел такие воронки раньше, в той, прошлой жизни.

— Точечный орбитальный удар… — пробормотал я. — Боже, да сколько же денег у этих ребят?

Однако удивление быстро сменилось досадой: я не только потерял возможность обыскать труп стрелка, но и не получил кредитов за его убийство! Ведь формально убил его не я, а спутник с орбиты! Проклятье! Если мне и дальше так будет «везти» в этом турнире, то, наверное, проще застрелиться на хрен. Впрочем, я пока жив, и это главное. А остальное — приложится.

— Босс, я настоятельно рекомендую восполнить запас энергии, — обеспокоенно проговорила Элис. — Осталось всего пятьдесят процентов. Если вы продолжите использовать функции биокомпьютера и насиловать организм сверхнагрузками, долго мы не протянем.

«Восполнить запас энергии»… Легко сказать. Понять бы еще, чем его восполнить. Тут никак оружие нормальное не раздобуду, что уж о еде говорить…

— Я подняла из архива старую карту этой местности, — снова заговорила нейросеть. — В трёхстах метрах отсюда раньше располагался супермаркет. Исходя из логики организаторов турнира, еда и вода могут быть спрятаны там.

Хм. И действительно логично, черт побери. Конечно, супермаркет давно разграблен, если там что и осталось, к употреблению в пищу оно явно уже непригодно, но дробовик на столе менеджера склада тоже не с довоенных времен лежал. А такое приметное место, как супермаркет, идеально подходит для того, чтобы разбросать там несколько пакетов с универсальным рационом. Что ж. Теория имеет право на жизнь.

— Хорошо, Элис. Давай проверим. Куда идти?

— Маршрут построен, — тут же отозвалась нейросеть. Я взглянул на карту. Хм, и правда совсем рядом. Ну, посмотрим. Надеюсь, по пути меня не подкараулит очередной снайпер.

Я стер ладонью сочащуюся из ссадины на лице кровь, крепче стиснул цевье дробовика, и, стараясь двигаться как можно тише, рванул к точке, отмеченной нейросетью на карте.

Глава 29

Земная Федерация, Система Ориона. Орбита Рапсодии, административная станция корпорацииNewVision.

— Орбитальный удар! Нет, ну ты видел? Точечный! Орбитальный! Мать его! Удар! — неистовствовал Киморо на экране. — Да-а-а-а, это реально круто! Намного круче, чем имплантированные бомбы! Не зря, ох не зря нам обещали большое, крутое обновление! Увеличенное количество участников, новая угроза для оставшихся в опасной зоне… Что еще нам покажут здесь организаторы? Да, это прям очень сексуально. Мне очень нравится! А тебе? Напиши в комментариях, как тебе все это движение, нравится, нет? Мне лично — очень, — глядя на стримера, Баркер самодовольно улыбнулся. Нововведения, что называется, «зашли» почтенной публике. Рейтинги зашкаливают, количество просмотров даже у этого, отдельно взятого стримера растет, а значит — растет прибыль Корпорации. Черт побери, да половина Федерации сейчас прилипла к экранам своих устройств! Это просто прекрасно. И три-три-два-восемь-шесть пока неплохо держится, удерживая у экранов часть аудитории. А если он еще и победит…

Как будто услышав мысли гейм-директора, Киморо снова переключился на наблюдение за Алтаем.

— А наш герой войны все же не так уж и прост! Как он закошмарил этих двоих, а? Нет, мне уже начинает казаться, что у этого парня есть шансы на победу. И, кстати, если ты болеешь за него, можешь ему помочь! Напомню, что на сайте «Полигона» ты можешь оплатить посылку с оружием, снаряжением или продуктами, выбрать своего чемпиона, и дрон доставит ему твою весточку прямо на поле боя. Регистрация не требуется, поддерживаются все виды платежных систем. И, да, конечно же это рекламная интеграция. А ты что думал, я тебя тут бесплатно развлекать буду? В общем, мальчишки и девчонки, братья мои и сестры, бойцов осталось всего двадцать восемь, и события становятся все интереснее. С вами я, отец Киморо, жмем жирный лайк, и наблюдаем дальше!

* * *

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Оранжевая зона, она же Предел.

Здание супермаркета выглядело так же, как и подавляющее большинство виденных мною до этого зданий на Рапсодии. Разруха и запустение. Стены из прозрачного полипласта обсыпались, в тех местах, где уцелели — покрылись грязью и копотью. Внутри, разумеется, ничего не просматривалось, ну и, как водится, сам магазин расположился на большом, открытом пространстве, забитом обломками и остатками проржавевших мобилей. Мечта просто. Сидя за углом полуобвалившегося дома, я с тоской смотрел на конечную точку маршрута. Идти в супермаркет не хотелось.

— Элис, ты уверена, что нам стоит туда соваться? — поинтересовался я у нейросети, скорее, чтобы потянуть время, а не чтоб получить ответ на вопрос.

— Это одно из самых заметных зданий в этом районе, — бесстрастно отрапортовала Элис. — С вероятностью в девяносто процентов внутри мы что-то найдем.

Я вздохнул. Ладно. Черт с ним.

— Врубай сканеры, — скомандовал я. — Дежурный режим. Включение каждые пять секунд, контроль обстановки.

— Готово.

Оглядевшись, я наметил наиболее подходящий маршрут, и, решившись, бросился к зданию.

Возможно, более разумно было бы красться от укрытия к укрытию, не производя лишнего шума, но я помнил, что радиус действия сканеров — всего пятьдесят метров. Да, в непосредственной близости от меня никого нет, но гарантия того, что в отдалении, или в самом супермаркете не засел очередной снайпер, также отсутствовала. Потому я предпочел не делать из себя легкой мишени.

До входа мне удалось добраться никем незамеченным. Это уже радовало. С теменью внутри модифицированное зрение справлялось неплохо, но все равно я едва не задел ногой полупрозрачную леску, натянутую на уровне щиколоток. Присев, я пригляделся и выругался. Дерьмо! Уходящая в темноту леска крепилась к сигнальной ракете, установленной на вбитый в щель металлический прут.

Детекторы молчали, и это означало, что того, кто установил растяжку, кем бы он ни был, здесь не было. Нет, этот нехороший человек мог, конечно, засесть где-то в глубине магазина, но что-то мне подсказывало, что это, скорее, фокус организаторов. И это хорошо. Потому что никто не будет устраивать ловушку в месте, где нет ничего интересного.

Подумав, я решил не пытаться снять растяжку. Во-первых, сигнальная ракета мне никуда не уперлась, придумать ей полезного применения вот так вот, навскидку, я не мог. А во-вторых, растяжка могла быть с сюрпризом, а оповещать всю округу о своем присутствии в мои планы не входило. Так что пусть остается на месте.

Дальше я двигался с утроенной осторожностью: если ловушка есть на входе, такие же или более изощренные могут оказаться внутри. Однако пока ничего подозрительного вокруг видно не было. Ну и хорошо.

В первый раз удача улыбнулась мне буквально сразу же: на стенде, стоящем за турникетом, я увидел несколько протеиновых батончиков и небольшую бутылочку с водой. Запихнув находки в подсумок разгрузки, я с увеличившимся энтузиазмом продолжил поиски, и они снова увенчались успехом: на полке обнаружилась пара гамбургеров в саморазогревающихся пакетах, и упаковка орешков. Черт, настоящее сокровище! Еще бы универсального рациона упаковку-другую найти… Вкусовые качества у армейских пайков так себе, зато по питательности и содержанию полезных элементов эта пища даст фору любой другой.

Сунув бургеры в карман, я присел за прилавком, распаковал и быстро сжевал оба батончика. Голод ощущался настолько остро, что я бы и бургеры с удовольствием сожрал, но для этого стоило найти более удобное место.

— ДО СУЖЕНИЯ БЕЗОПАСНОЙ ЗОНЫ — ДЕСЯТЬ МИНУТ! — прорычало в голове, и я поморщился. Подгоняют, ублюдки. Ладно, сделаю круг по залу — и прочь отсюда. В дробовике — четыре патрона, это точно не тот боезапас, с которым стоит сталкиваться с противником, кем бы он ни был. Дьявол, могли бы и гуще стволы раскидать. Хотя… Если я до сих пор не нашел ничего достойного, есть вариант, что и другим удача не особенно улыбнулась. А это автоматически увеличивает мои шансы.

И снова будто кто-то подслушал мои мысли, и решил их опровергнуть. Где-то на севере загудело, а потом тишину разорвала длинная очередь. Прислушавшись, я чуть не присвистнул. Били из чего-то тяжелого, пулемет, не меньше, и дефицита в боезапасе неведомый стрелок явно не испытывал. Очередь рокотала секунд двадцать, после чего счетчик количества бойцов в правом верхнем углу интерфейса мигнул и обновился. Двадцать семь. При этом имени убийцы почему-то не возникло. Вместо этого, произнося слова с какой-то особой кровожадностью, зарокотал уже знакомый голос:

— ВНИМАНИЕ! ДЖАГГЕРНАУТ ВСТУПИЛ В БОЙ!

Что?

Твою мать, только этого не хватало. Что за джаггернаут, разорви его морф? Что за новые гребаные сюрпризы?

И, как будто мне было мало непоняток и неприятностей, ожила Элис:

— Внимание, опасность!

На панели интерфейса развернулись многочисленные сигнатуры, а пси-сканер ударил по мне голодом, нетерпением и чем-то ещё, не поддающимся определению. Одновременно с этим послышались многочисленные глухие удары и треск. Я инстинктивно присел, вырубил сканер и попытался понять, что вообще происходит.

Происходило странное. Если верить детектору, в каких-то сорока метрах от меня столпилось не меньше двадцати человек. Судя по тому, что обычным зрением я их не видел, находились они за стеной… Нет, за дверью. Большой, широкой дверью склада, напоминающей, скорее, ворота, запертые на массивный засов.

— Что за дерьмо? — пробормотал я.

Двадцать человек — это большая часть оставшихся в живых участников турнира. Но даже если предположить, что они все собрались вместе… Да ну, что за бред!

— Объекты идентифицированы, — бесстрастно проговорила Элис. — Это туманники.

Туманники? Час от часа не легче. Какого хрена, как они там оказались? Кто их запер? Ещё один подарок от организаторов? Прекрасно, просто прекрасно. Так, кажется пора отсюда сваливать. Засов — это, конечно, хорошо, но испытывать, насколько он крепкий, желания не возникало. Стоит туманникам ворваться в торговый зал — и моя песенка спета. Сколько я их вообще положить успею? А если и не вырвутся — привлекут внимание своей возней. Нет, думаю, мне и правда пора.

Встав, я в последний раз окинул взглядом зал, сделал шаг к выходу, и вдруг замер. Глаз зацепился за что-то странное, выбивающееся из общей картины. За что?

Ещё раз осмотрев пространство перед собой, я, что называется, «сделал стойку». У самых дверей, что тряслась под ударами морфов, стоял стандартный армейский рюкзак-трехдневка. А сбоку к нему была приторочена короткая тупоносая штурмовая винтовка.

Решение пришло моментально. Я посмотрел на содрогающуюся дверь, и скомандовал:

— Элис, запускай «Мимикрию»!

— Напоминаю про повышенный…

— Запускай, говорю! Энергия — это хорошо, но без оружия нам тут ловить нечего.

Будто подтверждая мои слова, снова застрочил пулемёт, причём на этот раз гораздо ближе, чем пару минут назад, а счетчик количества участников снова обновился. Двадцать пять.

— ДЖАГГЕРНАУТ ПРОДОЛЖАЕТ ЖАТВУ!

Дерьмо. На хрен это всё. Беру пушку, и сваливаю!

Стоило запустить «Мимикрию», как туманники стихли, будто кто-то невидимую команду отдал. Я аккуратно, стараясь не шуметь, двинулся к рюкзаку, поднял его, и завозился с ремнями, притягивающими винтовку. Но не успел я отстегнуть оружие, как со стороны входа раздался топот, а потом послышался хлопок, и сигнальная ракета с визгом улетела в ночное небо.

От громкого звука туманнники будто обезумели. Последовал мощный удар в двери, засов, не выдержав, треснул пополам, и в зал выплеснулась волна морфов.

Со стороны входа кто-то выдал длинную матерную тираду, и открыл огонь по тварям. Пули, выпущенные из автоматического оружия, застучали по стене, завизжали рикошетами, и я, бросив попытки освободить винтовку, перекатом ушёл с линии огня, дернув за собой рюкзак.

Одна из тварей споткнулась о моё тело, и с утробным рыком полетела на пол, приложив меня по голове ногой в падении. Я вскрикнул, и морф, резко развернувшись, оскалился и бросился на меня.

Какого…

Я встретил тварь выстрелом почти в упор. Заряд картечи, выпущенный с близкого расстояния, начисто снёс морфу голову.

Уничтожен морф. Получены бонусные кредиты. Всего на счету: 42 000.

Не разбираясь, что это значит, я смахнул надпись в сторону: на меня мчалась новая тварь. Выстрел, прыжок в сторону, очередное уведомление, выстрел, прыжок в сторону, уведомление…

Выстрелив последний патрон, я отбросил ставший бесполезным дробовик, выхватил нож, и с размаху вбил его в глазницу очередного туманника. Неизвестный продолжал стрелять, выкашивая морфов, и я был вынужден отступить под его невольным прикрывающим огнём. Всё это время я продолжал сражаться с непослушными ремнями, и, наконец, смог освободить винтовку. Забросив рюкзак за спину, я щёлкнул предохранителем, рванул затвор, и, вжав приклад в плечо, принялся пятиться, короткими, экономными очередями отстреливая набегающих тварей.

Двадцать два! Двадцать два! Двадцать два! Винтовка в руках придавала уверенности, я доворачивал корпус, ловил в прицел атакующих туманников, и привычно отсекал по три патрона, стараясь целиться в головы. Неизвестный у входа не отставал. Пятясь, я поравнялся с ним, когда одна из тварей в длинном, низком прыжке поднырнула под огонь оружия незнакомца, и мощным ударом сбила парня с ног.

Действуя скорее рефлекторно, чем осознанно, я резко развернулся и размолотил голову насевшего на парня туманника короткой очередью, после чего вновь вернулся к отстрелу напирающих морфов. Судя по возобновившейся слева стрельбе, незнакомец присоединился ко мне.

Полминуты — и морфы закончились.

Пару секунд в затянутом пороховым дымком помещении царила тишина, нарушаемая только тяжёлым, запаленным дыханием, а потом мы с незнакомцем синхронно развернулись, вскидывая оружие.

Вопреки здравому смыслу, я промедлил, не нажимая на спуск. Вопреки логике мой визави поступил так же. Мы смотрели друг на друга сквозь прицелы, судорожно сжимая оружие побелевшими от напряжения пальцами, но открывать огонь никто не спешил.

Сейчас я смог как следует рассмотреть своего оппонента. Молодой парень, наверное, и двадцати пяти нет. Отросшие волосы, некогда коротко и аккуратно постриженные, сейчас всклокочены, глаза расширены от страха и возбуждения. Роста и телосложения примерно моего — то есть, немаленький такой паренёк, оружие держит вполне профессионально… Но не стреляет.

Не отводя от меня оружия, парень бросил быстрый взгляд в зал. Я невольно последовал его примеру. М-да… Гора тел, которые мы с неизвестным стрелком сложили в бруствер, выглядела впечатляюще. Черт. И что дальше?

Парень снова перевёл взгляд на меня, несколько секунд смотрел, как бы оценивая, а потом коротко мотнул стволом своего оружия в сторону: уходи, мол. Я вопросительно поднял бровь, и парень повторил жест. Что ж. Трижды себя просить не заставлю.

Я кивнул, и медленно, приставными шагами начал движение к выходу, продолжая держать парня на мушке. Поворачиваться к незнакомцу спиной я не спешил: слишком свежи были воспоминания о слабости, проявленной в начале турнира. Тот отводить прицел тоже не торопился. Мелькнула запоздалая мысль о «ментальном доминировании», но я тут же отмел её. Неизвестно, как поведёт себя незнакомец при воздействии, всё-таки до конца со своими новыми способностями я ещё не освоился. Ладно. Движемся назад, медленно и спокойно. Главное сейчас его не спровоцировать.

И в тот момент, когда я уже почти решил, что опасность миновала, послышались тяжёлые шаги, от которых, кажется, даже торговое оборудование задрожало, а в следующую секунду уцелевшая стена из полипласта разлетелась на миллионы осколков, буквально сметенная очередью из тяжёлого пулемёта.

К нам пожаловал джаггернаут. Что бы, мать его, это ни означало.

* * *

Если бы джаггернаут бил прицельно, на этом моя история наверняка бы закончилась, но стрелок явно красовался и хотел появиться как можно более эффектно. Что ж, у него это получилось.

Огромная, закованная в броню фигура шагнула в магазин, и остановилась, опуская ниже монструозный шестиствольный пулемет. Загудел электродвигатель, раскручивая блок стволов, и я, не дожидаясь свинцового ливня, рванул в сторону.

Укрыться в магазине было негде, любая преграда таковой для тяжелых пуль, разогнанных до сумасшедшей скорости, не являлась, и единственным вариантом было бежать прочь, малодушно молясь, чтобы в качестве первичной цели джаггернаут, очередной гребаный сюрприз гребаных организаторов турнира, выбрал не меня, а незнакомца. Понять бы еще куда? Хотя какая разница? Просто сбежать, как можно дальше, затерявшись в переулках городка. А воевать с этим монстром… Ну нахрен! Точно не с моим вооружением!

Джаггернаут продолжал красоваться. Длинная очередь прошла выше наших голов, сокрушая уже вторую стену, и я тут же нырнул в пролом. Спасибо, образина! Так даже проще получится.

Снова загремели тяжелые шаги. Бронированный монстр не спешил, что еще раз подтверждало предположение о сюрпризе организаторов. Игрокам не до понтов, игрок просто покрошил бы нас, да и все. Что ж, с какой-то точки зрения, это очень даже неплохо. Пока этот урод понтуется, у нас есть шансы на выживание.

Мечась из стороны в сторону, как раненый заяц, я пересек парковку, перепрыгнул через капот мобиля, и тяжело рухнул за бетонную тумбу. Снова послышался вой роторов, и длинная очередь веером прошлась по парковке, пластая тонкий металл мобилей и высекая крошку из толстого бетона.

Твою мать, да сколько у него там патронов?

Запустив «ментальное доминирование», я попытался нащупать джаггернаута, но тщетно. То ли он находился слишком далеко, то ли какой-то особый слой в его шлеме экранировал ментальное воздействие… Черт. Ладно. Продолжаем придерживаться варианта «побег».

Будто желая мне подыграть, парень, с которым мы косили туманников, выпустил по джаггернауту короткую очередь. Тот отреагировал моментально и предсказуемо, и через секунду укрытие незнакомца накрыло свинцовым ливнем.

Не дожидаясь, пока бронированный монстр снова обратит на меня внимание, я побежал вперед. Благо, от его взора меня теперь скрывала стена здания. Однако далеко убежать не вышло. Пунктирная линия на карте мигнула, и ненавистный голос провозгласил:

— ВНИМАНИЕ! КОЛЬЦО ПРИШЛО В ДВИЖЕНИЕ! ОПРЕДЕЛЕНА НОВАЯ БЕЗОПАСНАЯ ЗОНА! ПРОСЛЕДУЙТЕ В НЕЕ, ИЛИ УМРИТЕ!

Черт!

Я совсем забыл об этой хреновине. И, мало того, побежал к ней навстречу! Кольцо качнулось, и двинулось вперед.

И как мне теперь выкручиваться?

Глава 30

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Оранжевая зона, она же Предел.

Проклятое кольцо двинулось навстречу, норовя выдавить меня назад. К гребанному бронированному монстру.

Дерьмо!

Прыгнув за очередное укрытие, я скинул рюкзак и сунул руку внутрь. Ну пожалуйста, пусть там найдётся что-нибудь, что поможет если не убить, то хотя бы стряхнуть с хвоста этого ублюдка! Хрен там. Внутри — два магазина к винтовке, на тридцать патронов каждый, да маленькая бутылка с водой. Выщелкнув патрон, я с надеждой рассмотрел его, и обречённо выругался: не бронебойные.

Сменив магазин, я забросил в рюкзак съестное из подсумков, заменив бургеры в них боекомплектом, застегнул рюкзак и забросил его за спину. Делать нечего, нужно бежать. И, желательно, побыстрее.

Бросив взгляд на карту, и прикинув скорость движения кольца, я вскочил на ноги и побежал параллельно сужающейся пунктирной линии. Опасно, да, но других вариантов нет. Не назад же идти, через отлично простреливаемую парковку?

Джаггернаут, продолжающий крутиться на пятачке у магазина, будто что-то почувствовал. Удерживая пулемёт одной рукой, второй он снял с бедра короткую пушку с широким стволом. Направив оружие в мою сторону, джаггер открыл огонь.

Захлопало, засвистело, а через секунду позади прокатилась целая взрывов, упруго толкая меня в спину ударной волной. Гранатомёт! Черт, будто пулемёта мне не хватало!

Слух резануло противным визгом осколков, я почувствовал удар в спину, что-то резануло предплечье… Сука! Да что же тебе от меня надо-то, а? Отвали, скотина!

Будто услышав мой мысленный вопль, джаггернаут снова переключился на моего товарища по несчастью. Я, обрадованный передышкой, сменил направление бега, резко забирая влево. Кольцо было уже совсем рядом, стоило ускориться, чтобы свалить подальше от смертоносного пунктира.

Внимание! Пользователь Karmadont отправил для вас посылку. Координаты прибытия отмечены на карте. До прибытия посылки две минуты.

Прекрасно! Надеюсь, в посылке реактивный гранатомёт или пульт управления орбитальной артиллерией. Других способов остановить этого бронированного бегемота я не вижу.

Я пробежал через узкий переулок, и выскочил на всё ту же парковку, только с другой стороны супермаркета, и, набирая скорость, устремился вперёд, буквально задницей ощущая подступающую границу безопасной зоны.

Гребаный джаггернаут заметил меня, когда я уже решил было, что удалось проскочить. Бронированный ублюдок резко развернулся в мою сторону, замер на миг, понимая, что достать меня уже не успеет, а потом вдруг что-то лязгнуло, и на плечо джаггера легла пусковая установка, выдвинувшаяся откуда-то из-за спины.

Дерьмо!

Хлопок, с которым стартовала ракета, показался мне самым громким и отвратительным звуком из слышанных в жизни. Метнувшись в сторону, я резко оттолкнулся ногами от земли, и прыгнул вперёд, в низкое окно подвального этажа какого-то здания.

Выбивать собой оконные рамы — далеко не самое любимое из моих развлечений. Особенно без брони, перчаток и шлема. Но тут уж выбирать не приходилось. Я рухнул на пол в облаке разнокалиберных осколков, и тут же раздался взрыв: ракета врезалась в стену над окном.

От грохота заложило уши, с потолка посыпался мусор. Я обернулся и вздрогнул: по стене бежала с каждой секундой все сильнее расширяющаяся трещина.

Геометрия помещения, в которое я ввалился, начала неуловимо изменяться. Осознав, что это значит, я поднялся с четверенек, и, встряхивая головой, бросился прочь. Если я всё правильно понимаю, то сейчас это здание, пережившее войну и орбитальные бомбардировки, просто сложится, как карточный домик!

Я стремглав взлетел по лесенке, всем телом врезался в хлипкие двери, и, выворотив их из проёма вместе с рамой, вывалился из дома. За спиной стонала и кряхтела потерявшая целостность конструкция. Перекатившись, я вскочил на ноги, и только каким-то чудом увернулся от разорвавшего темноту росчерка плазмы.

Вскинув винтовку, я открыл огонь, на бегу пытаясь попасть по рванувшей в укрытие фигуре. Одна очередь, вторая, третья… Есть! Пытавшийся подстрелить меня игрок на полном ходу ткнулся лицом в землю, а в интерфейсе всплыло уведомление о новом убийстве. Я дёрнулся было в сторону упавшего тела — плазменное оружие было именно тем недостающим аргументом, что поставил бы жирную точку в затянувшемся споре с джаггернаутом, но кусающая за жопу красная линия заставила переменить решение. Я резко изменил направление, и под аккомпанемент рушащегося за спиной здания, ругаясь, на чем свет стоит, припустил вперёд.

В голове мелькнула злорадная мысль об орбитальном ударе, который сейчас обрушится на оставшегося за чертой джаггернаута, однако секунда проходила за секундой, а звуков кары небесной не раздавалось. Ну, конечно! Джаггернаут свой, кто его мочить станет? Это по нам со спутника херачить можно, а этого трогать нельзя…. Сука! Как же меня задолбали эти бесконечные приключения!

Будто сжалившись надо мной, синтезированный голос провозгласил:

— УСТАНОВЛЕНА НОВАЯ БЕЗОПАСНАЯ ЗОНА. ДО СУЖЕНИЯ КОЛЬЦА — ПЯТНАДЦАТЬ МИНУТ.

Фуф… Ушёл. Я тяжело рухнул на землю, и, передвинувшись под прикрытие стены дома, сбросил рюкзак, нетерпеливо дергая молнию.

Вытащив бутылку с водой, я свернул крышку, и опрокинул ёмкость с живительной влагой прямо в горевшую огнём глотку. М-да… После второго глотка стало ясно, что живительной влагой это можно назвать только с большой натяжкой. Уроды, они что, в этом магазине воду и взяли, что ли? Сколько она там провалялась? Жидкость была тёплой, затхлой и воняла дешёвым пластиком. Однако я все равно допил до конца, и только потом отбросил бутылку в сторону. Всё. Встать, солдат, отдых окончен! Пора уносить задницу как можно дальше от замершей в какой-то паре десятков метров черты, и от оставшегося где-то за ней джаггернаута.

Внимание! Посылка прибыла!

Неподалёку послышался хлопок, в небо с визгом ушла зелёная сигнальная ракета, а из-за домов повалил густой красный дым, хорошо различимый на фоне неба. Отлично, блин! Фейерверк и дымовое шоу! То, что нужно, чтобы тихо и не привлекая внимания забрать подарок от неведомого поклонника!

Поднявшись, я быстро огляделся, прощупал окружающее пространство сканерами, и двинулся вперёд, туда, где дымила посылка.

* * *

Контейнер, сброшенный дроном, лежал у трехэтажного административного здания на небольшой площади. Лишь взглянув на его местоположение, я скривился, как от зубной боли. Может, ну их, подарки такие, а? Площадь простреливалась со всех сторон, из укрытий — лишь ржавые мобили… Сигнальную ракету, как и дым, было видно издалека, и только ленивый или дурак, оказавшись поблизости, отказался бы от возможности устроить засаду. Да, долго здесь не просидишь, кольцо не даст, но потратить хотя бы пять минут, чтобы подстеречь того, кто придёт за посылкой… Черт. Что же делать?

Присев у окна на первом этаже дома, стоящего перпендикулярно админцентру, я выжидал, думая, как лучше поступить. Сканеры биокомпа молчали: то ли и правда никого нет, то ли враг засел там, куда сенсоры не добивали. Где-то в отдалении слышалась заполошная стрельба, пару раз звучали взрывы. На площади же царила тишина. Я уже почти решился, как вдруг у дальнего входа на площадь что-то шевельнулось. Та-а-ак…

Вдоль стены крался боец. Неплохая разгрузка, боевой костюм начального уровня, лёгкий шлем, в руках — навороченная штурмовая винтовка… Это где он так залутался? Или, может, комплект уже успел вызвать? А теперь ещё и на посылку мою позарился, вот скотина!

Я поднял винтовку и опёр нелепый, короткий ствол о подоконник. Дальность боя у моей пушки оставляет желать лучшего, так что лучше подпустить незваного гостя поближе. Пусть он подойдёт, нагнется над контейнером, и тогда…

Над площадью раздался звонкий хлопок, эхом заметавшийся от здания к зданию, и боец, нелепо дернув руками, упал на землю. Вот дерьмо!

Я замер, и, даже, кажется, затаил дыхание. Твою-то мать! Не зря я к посылке не поперся, выждать решил! Кто-то все же устроил засаду на любителей халявы!

Примерно минуту ничего не происходило, а потом из дверей здания напротив выскользнула фигура в тёмном комбинезоне. За спиной — снайперская винтовка, в руках — короткий пистолет-пулемёт. Озираясь и пригибаясь, боец перебежал площадь, на миг замер у поверженного врага, но потом будто передумал и направился к контейнеру. Ага. Жадность пересилила, значит. Что ж… Дождавшись, пока боец присядет у контейнера, я тщательно прицелился, задержал дыхание и утопил спуск.

Короткая очередь ударила бойца в бок, не защищенный бронежилетом. Тело задергалось. Я добавил ещё, вскочил, и, опершись рукой о пустующую оконную раму, спрыгнул на площадь. Вжимая приклад в плечо, и не сводя прицел с лежащего тела, побежал вперёд.

Когда я приблизился, боец был ещё жив. Упав спиной на контейнер, он тщетно пытался зажать рукой раны в боку. При виде меня, его и без того расширенные зрачки увеличились ещё больше, левая рука дёрнулась в сторону, пытаясь нащупать отлетевшее оружие. С трудом шевеля обветренными губами, боец что-то захрипел. Я прислушался.

— Не… Не… Честно.

Что???

Я не поверил своим ушам. Нечестно? Серьёзно? Человек, сам засевший в засаде, и ждущий того, кто придёт за контейнером, говорит о нечестных приёмах?

Меня затопило волной злобы. Нечестно, твою мать!

— Боюсь расстроить тебя, друг, — проговорил я, — но тут с честностью вообще напряжёнка.

Перехватив винтовку, я размахнулся и обрушил приклад на голову, под углом опиравшуюся на контейнер. Хрустнули швейные позвонки, боец дёрнулся и затих. Под его задницей медленно расплылось мокрое пятно.

— ЖЕСТОКОЕ УБИЙСТВО! — прорычал голос, а на счёт упали очередные двадцать тысяч кредитов.

Скривившись, я ногой отпихнул мёртвое тело, нагнулся над контейнером, и щёлкнул замками. Посмотрим, что прислал неизвестный доброжелатель.

Крышка контейнера откинулась, раздался тонкий писк, и ко мне метнулось что-то объёмное. Падая назад, я вскинул винтовку и нажал на спуск. Простучала очередь, послышался странный звук, напоминающий свист выходящего из спасжилета воздуха, и фигура обмякла. Вскочив, я крепче сжал винтовку, сделал шаг вперёд, заглянул в контейнер… И расхохотался, не в силах сдержаться. Твою мать… Нет, ну надо же!

Истерично булькая и похрюкивая, я снова посмотрел на то, из-за чего только что погибло два человека, и меня скрутило новым приступом нервного смеха.

В оружейном контейнере, медленно сдуваясь, лежала надувная кукла с вульгарно накрашенными губами и призывно раскинутыми ногами. На шее куклы висела табличка с корявой надписью: «Переспим, малыш?».

Отсмеявшись, я достал из рюкзака флягу, сделал несколько глотков, и только тогда смог успокоиться. Да уж. У кого-то весьма специфическое чувство юмора.

— Я оценил твою шутку, парень, — проговорил я в пустоту, подняв голову к небу. — Надеюсь, когда-нибудь свидимся, и посмеёмся над ней вместе… Ублюдок.

Зло сплюнув на землю, я присел на колено, и, с трудом сдерживая отвращение, принялся обыскивать мёртвого снайпера.

* * *

Внимание! Обнаружен торговый терминал!

Воспользовавшись терминалом, вы можете купить снаряжение, оружие, медикаменты, еду или воду, а также разблокировать импланты или заказать заранее собранный комплект. Ваш заказ будет доставлен дроном в самый короткий срок.

Точное местоположение терминала отмечено на карте.

В интерфейсе появился зеленый значок, обозначивший расположение торгового терминала. Я присел в укрытии, и задумался.

Перед турниром я составил несколько вариаций боевых комплектов с разной стоимостью заказа. От самого дешевого, в котором лежала мелочевка, вроде легкого бронежилета, такого же шлема, винтовки и запаса патронов, до лакшери-версии, с автономной броней из разряда редких предметов, открытых мне системой после выполнения последних заданий, универсальным стрелковым комплексом, энергетическим оружием, гранатами и прочими радостями жизни одинокого космодесантника. И сейчас мне предстояло решить: если ли в принципе смысл лезть к терминалу, или продолжить турнир с тем, что есть?

Со снайпера я снял композитный бронежилет пятого класса, удобный и практически невесомый, забрал у него пистолет-пулемет и боезапас. Снайперскую винтовку брать не стал — снайпер из меня хреновый. Ограничился тем, что разбил прицел и погнул ствол — так оружие, по крайней мере, не используют против меня. Со второго убитого бойца я забрал неплохую штурмовую винтовку, увешанную приблудами, вроде голографического прицела сменной кратности, шутрмовой рукояти, лазерного целеуказателя и телескопического приклада. Комплектом ко всей это радости шли три магазина на шестьдесят патронов. То есть, в целом — неплохо. Все подобранное либо превосходило, либо было примерно таким же, как мои комплекты, вплоть до среднего. Получается, средние комплекты заказывать смысла нет, а на лакшери-варианты у меня просто не хватит денег. Сейчас на счету имелось семьдесят шесть тысяч кредитов, а стоимость заказа топовых комплектов начиналась от сотни. При этом комплект нужно было еще дождаться, а когда он придет — успеть его забрать. Не сомневаюсь, что заказ будет сопровождаться такой же иллюминацией, как посылка, а значит, на нее может сбежаться половина выживших в этой локации. Так что идти к магазину смысла, скорее всего, нет. По крайней мере, на текущем этапе.

Я поправил повязку на предплечье, рассеченном осколком, и принялся намечать маршрут в следующую безопасную зону. Кольцо сдвинулось несколько минут назад, судя по счетчику, у меня было еще десять минут до следующего изменения, и хотелось забраться подальше — уж сильно напрягало бегать прямо перед смертоносным пунктиром. Счетчик игроков показывал, что в живых осталось пятнадцать человек, и это значило, что турнир перевалил экватор. Если я хочу победить, действовать сейчас нужно обдуманно и осторожно.

Весьма напрягало, что практически после каждого второго ЖЕСТОКОГО УБИЙСТВА всплывало имя Рэйзера. Меня, наверное, даже радовало, что старый друг еще жив — очень уж хотелось убить его собственными руками, однако, если к тому моменту, как я с ним схлестнусь, бывший капрал заполучит свой комплект, дела могут пойти кисло. Рэйзер был неплохим бойцом еще в армии, а то, что сейчас он смог выжить и даже стать лидером собственного клана, специализирующегося на выполнении грязной работы для других, только подтверждало тот факт, что схватка с ним может плохо для меня закончиться. В мои же планы это не входило. Черт. Еще хотя бы двадцать тысяч, и я бы рискнул рвануть к магазину. Дерьмо!

С начала турнира я прошел весь городок насквозь, от руин окраин, до относительно неплохо сохранившегося центра, и сейчас вышел к окраине на противоположной стороне. Здесь расположился госпиталь с кучей небольших вспомогательных построек, большой стоянкой и заправочной станцией. За ними снова начиналась малоэтажная застройка пригорода, а дальше дорога через лесок и холмы уходила к местному космодрому, совмещенному с флайпортом для легкого воздушного транспорта. Торговый терминал расположился у входа в госпиталь. Сейчас мне предстояло миновать заправку и стоянку, пройти через госпитальное здание и углубиться в пригород. Судя по всему, последнему акту предстояло разыграться непосредственно на космодроме. Что ж. Попробуем туда добраться.

Я проверил патроны в винтовке, подтянул ремни рюкзака, и выбрался из своего укрытия.

Короткая перебежка — и я замер за искореженным автобусом. Теперь нужно по дуге обогнуть стоянку, и добраться до входа. Сканеры молчат, но расстояния тут большие, за мной вполне может следить снайпер с одного из этажей госпиталя. Не самая лучшая позиция, но что поделать. Нужно двигаться. Ад пожирает праздных.

Я перебежал к следующему укрытию, когда сканеры взвыли сигналом тревоги, и на пустое пространство перед заправочной станцией выскочил человек.

Очередь из тяжелого пулемета ударила в легковушку в метре от него, и человек ушел в длинный перекат, огрызаясь из винтовки. Загрохотали шаги, и из тени нависающего здания вышел уже знакомый джаггернаут. Твою мать!

Я сжался за корпусом большого внедорожника, придвигаясь ближе к переднему колесу и моторному отсеку. Не то, чтоб я верил, что двигатель мобиля способен остановить тяжелые пули, это, скорее, было неосознанным порывом, попыткой хоть как-то защититься. Дерьмо. Даже думать не хочется, что будет, если джаггернаут меня заметит. Есть ощущение, что в этот раз он играть уже не станет.

Ощущение было не беспочвенным: джаггер выглядел серьезно потрепанным. Броню избороздили глубокие царапины, на защитной маске виднелась вмятина. Гранатомет исчез — то ли боезапас закончился, то ли джаггер его потерял. Двигался бронированный монстр медленнее, чем когда я его увидел впервые, подволакивал ногу, а когда поворачивал корпус, слышался истеричный предсмертный визг сервоприводов. В общем, сейчас джаггернауту было не до шуток. Тут уж, скорее, вопрос выживания. Черт. Как же мне свалить потихонечку, оставив их тут выяснять отношения?

Человек быстро перемещался за машинами, джаггернаут медленно шел следом, ведя стволом пулемета. Видимо, в силовой установке, питающей броню, что-то вышло из строя, было видно, что джаггеру движения даются с трудом, он банально не успевал за убегающим бойцом. Бронированный монстр прекратил огонь и попытался перейти на бег, но доспех не выдержал такого издевательства. Что-то хлопнуло, заискрило, и правая нога джаггернаута подломилась. Тяжеленная махина не смогла удержать равновесия, и рухнула на колено. Так. Кажется, самое время сваливать.

Подобравшись я приготовился стартовать к следующему укрытию, и в этот момент вмятина на боку внедорожника, за которым я прятался, со звонким металлическим звуком распрямилась.

Черт!

Я замер.

Какого хрена, спрашивается? Вот стоял ты тут помятый фиг знает сколько лет, с хрена ли тебе понадобилось именно сейчас распрямиться-то, а? Я же не цеплял ничего вроде бы, не облокачивался… Проклятый закон подлости! Слышь, железяка, здесь никого нет, тебе почудилось, слышишь?

Но железяка не слышала.

Возможно, у джаггернаута был детектор движения, датчик сердцебиения или еще какая-нибудь продвинутая хреновина, возможно, он просто решил выместить зло за сбежавшего бойца… Как бы то ни было, он, так и продолжая стоять на колене, поднял пулемет и направил его на мое укрытие. Зажужжал электродвигатель и блок стволов начал стремительно раскручиваться, а я… А меня будто парализовало.

Я сидел за мобилем, глядя в темноту лицевого щитка смерти в обличье бронированного монстра, и не мог сдвинуться с места. Впрочем, если бы и смог — куда двигаться? За мной — огромное пустое пространство, которое даже со всем возможным ускорением не преодолеть. Это не край стоянки, по которому успел пробежать игрок, притащивший за собой на хвосте джаггернаута, здесь даже машин больше нет. Черт, и какого хрена я сюда поперся?

Время будто остановилось. И в тот миг, когда я уже прощался с жизнью, со стороны госпитального корпуса загавкала винтовка.

Пули ударили по джаггернуту, и одна или несколько, намеренно, или по воле слепого случая, попали в единственное уязвимое место… Нет, не закованного в броню бойца. Пулемета.

Пули ударили в блок электродвигателя, приводившего в действие привод стволов, раздался визг, сыпанули искры, и пулемет заклинило. Не понявший, что произошло джаггернаут еще раз утопил спусковую скобу без какого-то либо эффекта, а потом над стоянкой разнеслось яростное рычание, многократно усиленное динамиками брони.

Ракетная установка на плече джаггера с щелчком встала на место, нацелившись на меня, и я вдруг понял, что мне надо делать!

— Элис! Контроль! — отдал я команду, вскидывая винтовку.

Нейросеть все поняла правильно. На панели интерфейса всплыло уведомление о перехвате контроля над телом носителя, и мир выцвел, исчезая в уже привычном сумраке «концентрации фокуса», пусковая установка на плече джаггернаута приблизилась, так, что я даже успел увидеть, как из нее выглядывает начинающая движение ракета, винтовка в руках дернулась, и меня вышибло из состояния субъективно замедленного времени.

Прогремел оглушительный взрыв, и в ушах противно запищало, ударная волна качнула внедорожник, над головой засвистели обломки… Я высунулся из-за мобиля и с трудом сдержал торжествующий вопль: взрывом ракеты джаггернаута просто разорвало на части!

— ДЖАГГЕРНАУТ ПОВЕРЖЕН!!! — прорычал голос, а в интерфейсе булькнуло уведомление:

Поздравляем! Вы уничтожили джаггернаута! На ваш счет зачислена бонусная награда — 100 000 кредитов!

Вспомнив о нежданном помощнике, я резко развернулся, качаясь в сторону, и вскидывая винтовку. Впрочем, на спуск нажимать не стал: у входа в госпиталь стоял, глядя на меня, уже знакомый по схватке с морфами парень. Он поднял винтовку стволом вверх, отсалютовал мне оружием, и, развернувшись, быстро скрылся в больничном корпусе.

М-да… Уму непостижимо. Все же есть еще на Полигоне нормальные люди. Вместо того, чтобы сбежать, парень попытался хоть как-то помочь. Скорее всего, в электродвигатель он попал совершенно случайно, но какая теперь разница? Мог ведь и не влезать, или хуже того, расстрелять меня в спину. Вот так вот. «Делай добро, и бросай его в воду»… Не пристрели я того морфа в супермаркете, и…

Ладно. К черту мораль. Сейчас не до нее. И к черту мысли о нормальных людях. Парень отдал долг чести, не более. И, встреться мы с ним в следующий раз, мне бы лучше выстрелить первым. Сомневаюсь, что в других обстоятельствах он станет размениваться на сантименты. Что ж. Надеюсь, этой встречи не произойдет. Мне очень не хотелось бы, чтоб незнакомец встал между мной и победой.

Я еще раз посмотрел на баланс. Сто семьдесят шесть тысяч. Стоимость лучшего собранного мною комплекта — сто пятьдесят. Ха. Теперь повоюем!

Бросив последний взгляд на останки джаггернаута, я развернулся и рысью побежал к торговому терминалу.

Глава 31

Земная Федерация, Система Ориона. Орбита Рапсодии, административная станция корпорацииNewVision.

— Видел? Нет, ну ты видел, что творится? Просто фантастика! Джаггернаут, нет, ну ты представь только, самый настоящий джаггернаут! Да, организаторы в этом сезоне превзошли самих себя! А наш герой, а? Не, ну каков? — Киморо подался вперед, и раз за разом перематывал момент с уничтожением джаггернаута. — Ты вообще хоть раз такое видел? Вот это выстрел! Один на миллион, реально! Правда, нужно признать, что, если бы не этот неизвестный мальчишечка, нашему космодесантнику пришел бы конец. Надо ж такое, а? Ну, ничего. Теперь-то денег у него хватит. Я думаю, сейчас он вызовет комплект, как следует сексуализируется, и-и-и-и… Эх, обожаю такое! В этом сезоне «Страж Предела» действительно удивляет. Кстати! — стример повернул к камере ставшее серьезным лицо. — А кто это посылочку-то нашему герою прислал, а? Признавайся? Ты? Это было подло — но очень смешно. «Переспим, малыш?», это ж надо такое придумать. Давай, не стесняйся, отпиши в комментах, ты это, или нет. Страна должна знать своих героев. А пока ты пишешь, мы продолжаем смотреть дальше. Пока становится все интереснее и интереснее, все сексуальнее и сексуальнее. Будем надеяться, что финал тоже не подкачает. Напомню: с тобой отец Киморо и сегодня мы смотрим двенадцатый сезон турнира «Страж Предела». Ставь лайк, если еще не, устраивайся поудобнее, и продолжим наслаждаться зрелищем.

* * *

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Оранжевая зона, она же Предел.

Активация имплантов… Импланты активирован. Тест систем… Синхронизация… Успешно.

Обнаружено новое устройство. Боевой костюм «Стальная крыса», класс — «Мародер». Подключение к устройству… Синхронизация… Подбор оптимальной конфигурации… Устройство готово к использованию.

Обнаружено новое устройство. Индивидуальный силовой щит «Хранитель». Подключение к устройству… Синхронизация… Подбор оптимальной конфигурации… Устройство готово к использованию.

Обнаружено новое устройство. Многоцелевой штурмовой комплекс «Шершень». Подключение к устройству… Синхронизация… Привязка к пользователю… Идентификация… Устройство готово к использованию.

Обнаружено новое устройство. Универсальная энергетическая винтовка «Пульсар». Подключение к устройству… Синхронизация… Привязка к пользователю… Идентификация… Устройство готово к использованию.

Я повёл плечами, осваиваясь в новой шкурке. Ничего так. Удобно. А если вспомнить о сопротивлении урону от лёгкого кинетического и энергетического оружия, адаптивном камуфляже и синтетической мускулатуре, увеличивающей силу оператора… Сказка просто. В магазине этот костюм стоил около миллиона, мне же система подарила его за выполнение задания. Безвозмездно, то есть даром. И перечисленные плюшки — ещё не все возможности этого чудесного костюмчика. Отличная одежка. Дресс-код как раз для «Полигона».

Взяв в руки «Шершень», я провел рукой в перчатке по ствольной коробке.

— Ну, здравствуй, старый друг. Давно не виделись.

Разумеется, это была не та же винтовка, с которой я прошёл не один десяток высадок, но её единоутробная сестра-близняшка, новенькая, без единой царапинки, тускло играющая разводами городского камуфляжа. В магазине «Полигона» хватало различного стреляющего железа, но увидев «Шершень», я уже не мог смотреть ни на что другое. Штурмовой комплекс был воистину многоцелевым, и мог работать в четырёх режимах: стандартная штурмовая винтовка, компактная версия — для работы в помещениях, винтовка марксмана — пехотного снайпера, и лёгкий пулемёт. Причём, на трансформацию оружия уходило минимум времени.

Чтобы превратить полноразмерную винтовку в компакт для помещений, лёгкую снайперку или пулемёт, достаточно двух-трех секунд и пары-тройки простых манипуляций. Потянул ствольную коробку на себя — винтовка сложилась, ещё и ствол втянула, получай укороченную версию. Движение в другую сторону — в руках снова полноразмер, повторное движение — и ствол удлиняется, превращая винтовку в снайперку, остаётся только интегрированные сошки откинуть. Они же в компании со специальным блоком охлаждения и большим коробчатым магазином превращают оружие в лёгкий пулемёт. Прелесть, а не игрушка. А куча дополнительных модулей, вроде подствольного дробовика или гранатомёта делали «Шершень» воистину универсальным оружием. Конечно, в жертву такой универсальности приносился вес — винтовка была достаточно тяжелой, но я и раньше на слабость не жаловался, а уж сейчас, после нескольких модификаций, и подавно. А ещё «Шершень» был на удивление надёжным.

Разумеется, полный комплект прибамбасов заказывать я не стал: пулемёт с большой и громоздкой коробкой мне ни к чему. Достаточно стандартного варианта с многофункциональным, опять же, прицелом: оптический, с регулируемой кратностью, тепловизионным и ночным режимом, и коллиматор, установленный чуть выше оптики.


В качестве энергетического оружия я, не став умничать, взял всё тот же «Пульсар». Это оружие успело себя хорошо показать, ну и привык я к нему уже. А это дело тоже не последнее. Именно по этой причине я и «Шершень» выбрал.

Ну, и кроме всего прочего, денег хватило на комплект гранат — по две плазменные, осколочные и дымовые. А вот электромагнитных не завезли — подозреваю, что в угоду зрелищности. Зрителю нужен экшен, а бойцы в навороченных костюмах и с активированными имплантами по умолчанию привлекательнее кучки оборванцев с ножами и арматурой.

— ВНИМАНИЕ! ОПРЕДЕЛЕНА НОВАЯ БЕЗОПАСНАЯ ЗОНА! ПРОСЛЕДУЙТЕ В НЕЕ, ИЛИ УМРИТЕ!

Я бросил взгляд на карту: смертоносный пунктир был достаточно далеко. Что ж. Хотя бы сейчас можно не спешить.

Застегнув подсумок с гранатами, я дослал патрон в «Шершень», и, опустив забрало шлема, быстро двинулся в сторону пригорода.

* * *

Пригородный район сохранился лучше центра. Типовые коттеджи выглядели запущенными, но тотальной разрухи не наблюдалось. Даже кусты и деревья наличествовали, правда, почерневшие и изрядно изменившие форму под воздействием ударных доз боевой химии. В общем, передо мной был целый лабиринт, который предстояло преодолеть на пути к космодрому. С одной стороны, это хорошо — больше возможностей укрыться, с другой — противнику спрятаться здесь так же легко. Подумав, я активировал на панели иконку с изображением крылатого глаза.

Левый наплечник раскрылся, подобно лепестку, и в небо, чуть слышно жужжа, устремился миниатюрный дрон. На развернувшийся в углу панели экран пошла картинка с камеры. Так… Что тут у нас?

— Регистрирую активность противника, — вернувшая себе электронные мощности Элис не удержалась, активировала отображение своего аватара, и теперь красовалась в пехотном шлеме с тёмным тактическим визором. На картинке с дрона возникла человеческая фигура, тут же отмеченная красным, перенесенная на карту и снабженная подробной инфографикой.

— Штурмовая винтовка «Коготь», средний боевой костюм типа «Скаут», индивидуальный силовой щит типа «Оберег», — по мере того, как Элис перечисляла экипировку бойца, называемые её части подсвечивались красным. — Передаю информацию в тактический сопроцессор, — лицо компьютерной девушки было напряжённым и сосредоточенным.

— Фиксирую ксеноактивность, — последовал новый доклад. — Обнаружены морфы. Донор — собака неизвестной породы. Количество — восемь особей. Степень опасности… — нейросеть будто на секунду задумалась, какую степень опасности присвоить морфам, и, наконец, закончила: — Степень опасности низкая. Дополнительная опасность: демаскирующий фактор. Рекомендую держаться от стаи подальше, — Элис перешла с военного канцелярита на человеческий язык. — Серьёзной угрозы для нас стая не представляет, но, вступив с морфами в бой, мы однозначно себя выдадим.

— Согласен, — я кивнул, не задумываясь, как смешно это выглядит при разговоре с самим собой. — Дрон — в режим патрулирования. Попробуем обойти стороной. Пусть они сами там между собой развлекаются.

К этому моменту осталось восемь игроков, включая меня и Рэйзера. Двое не успели перейти в безопасную зону, и были уничтожены с орбиты, ещё кого-то загрызли туманники, двоих убил Рэйзер. Жив, курилка. Что ж. Это ненадолго.

Чем дольше шёл турнир, тем отчётливее я понимал, что по-настоящему серьёзных бойцов сюда не завезли. Что, впрочем, было логичным. Ни один глава клана не пожертвует по-настоящему ценным кадром, такие живыми нужнее. Кажется, сюда отправляли по принципу «кого не жалко», ну, или добровольцев. Победит боец — молодец. Честь, слава и почёт. Не победит — да и хрен с ним. Другие найдутся, лишь бы клану штраф за отказ от участия не впаяли. А добровольцы… Как сказал Сандерс, в этом сезоне разрешили участие кланам Лимба. Для этих турнир — действительно шанс. Лучше сдохнуть в попытке выгрызть новую жизнь, чем прозябать в Серой зоне. Этим же, кстати, объяснялась и относительная скудость снаряжения встреченных противников: у них попросту не было денег, чтобы собрать пристойный комплект до турнира.

Исходя из всего вышеперечисленного, можно предположить, что шансы встретиться в финале с Рэйзером действительно велики. Нужно только не расслабляться. А то вот так вот почувствуешь себя самым крутым, и привет. Не успеешь сказать «полная жопа», как тебя освободят от заключения. Посмертно.

Поглядывая краем глаза на картинку с парящего в небе дрона, я шёл к космодрому, обходя центр посёлка по широкой дуге и прикидывая как поступить. Лезть в драку не хочется, однако и за спиной оставлять противника не вариант. В конце концов, в турнире, как в ремейке ремейка древнего голофильма, «должен остаться только один». По мне, идеальным вариантом было бы, если б неизвестный боец, бродящий по посёлку, встретился с собачками, и они друг друга уработали. Вот только рассчитывать на такую удачу не приходится — судя по картинке с дрона, боец собачек тоже засек, и сейчас обходил их стороной. Что ж. В крайнем случае придётся пошуметь, делать нечего. Только желательно провернуть всё это до выхода из посёлка. На открытом пространстве привлекать внимание не стоит.

Больше движения не наблюдалось. Странно это. Если в живых осталось еще четыре человека, кроме меня и Рэйзера, они должны идти к центру локации, которой, судя по карте, являлась территория космодрома и флайпорта. Кольцо сузилось до такой степени, что все выжившие должны находиться где-то неподалеку. Так почему же ничего не слышно?

Ответ пришел тут же.

— ЖЕСТОКОЕ УБИЙСТВО! — прорычал голос, счетчик обновился и игроков осталось семь. Я ничуть не удивился, прочитав во всплывшем уведомлении, что Рэйзер убил некоего Саймона. Да. Капрал пойдет до конца, сомневаться не приходилось. И о моем участии в турнире он тоже наверняка знает. Рэйзер не был дураком, и сто процентов собирал информацию об участниках перед турниром, и на топа двух зон обратил внимание в первую очередь. Дерьмо! Наверное, не стоило активировать отображение в рейтинге. Мальчишество. Надо было…

И в этот момент на меня напали.

Одновременно взвыли детекторы и оповещение «Кошачьего глаза», захлопала винтовка и полыхнул щит «Хранителя». Я прыгнул в сторону, уходя в кувырок, и лихорадочно подыскивая укрытие, а со стороны ближайшего коттеджа донесся едва заметный звук шагов.

Положение усугублялось тем, что я, не рискуя выходить на открытую местность, пробирался по дворам, и сейчас находился посреди заросшего кустами газона. То есть укрыться от глаз нападающего я, теоретически, мог, а вот от пуль…

Дернув из подсумка осколочную гранату, я швырнул ее туда, где слышался звук шагов, и, молясь, чтобы «Хранитель» выдержал новую очередь, бросился вперед. Позади послышался шум, кто-то, забыв о скрытности, ломился через кусты, стараясь уйти от взрыва. Я быстро обернулся, никого не увидел, и, плюнув, прыгнул через забор, отделяющий двор от соседнего, тут же падая на землю.

Бумкнул взрыв, совсем негромкий на открытом воздухе, засвистели осколки, и я увидел блик силового щита в отдалении. Дерьмо! «Нет серьезных бойцов, нет денег на комплекты»… Накаркал, блин!

— Маскировка! — скомандовал я Элис, и на панели появилась новая, быстро убывающая шкала. Долго находиться в режиме адаптивного камуфляжа костюм не мог, и когда шкала дойдет до нуля, меня снова станет отчетливо видно. А еще при активированной маскировке не рекомендовалось быстро и резко двигаться — генератор маскировочного поля не успевал обрабатывать изменения, и меня можно было легко обнаружить по искажениям и артефактам.

Стараясь двигаться как можно плавней, я сменил «Шершень» на «Пульсар». У этого парня тоже есть щит, и не факт, что огневой мощи «Шершня» хватит, чтобы его перегрузить. А вот защиты от энергетического оружия у него может и не оказаться — дорого это. Так что излучатель сейчас подойдет гораздо больше. Вот только где же этот ублюдок спрятался?

Я бросил взгляд на картинку с дрона — судя по индикации, заряда ему хватит еще минут на десять. Хорошо. Хм, странно… Боец, замеченный ранее, так и чухал в сторону космодрома, даже не дернувшись на близкую стрельбу. А вот того, кто на меня напал, видно не было. Жаль, что у дрона только один режим — обычная картинка. Если выберусь отсюда и продолжу таскать этот костюм, озабочусь беспилотниками поумнее. Но где же этот уродец-то, а?

Я медленно двигался к коттеджу, планируя спрятаться за ним, когда маскировка отключится. Полипласт и сэндвич-панели — не лучшая защита от стрелкового оружия, но не торчать же посреди заросшего сада! Сдвинувшись к домику, я присел, держа оружие наизготовку, и до рези в глазах всмотрелся в предрассветные сумерки. Стоп! А почему не работают детекторы?

Я запустил одновременно оба сканера, и вздрогнул от нахлынувшего на меня чужого азарта и жажды крови. Так, я его чувствую, это уже хорошо. Но почему не вижу?

Над головой что-то треснуло, и я, ошеломленный догадкой, что было сил оттолкнулся от земли, падая на спину и открывая огонь. Очередь из плазменных зарядов буквально взорвала часть крыши, послышался крик боли, и мой противник вывалился буквально из ниоткуда, вскидывая винтовку и открывая огонь.

От моего прыжка камуфляж отключился, и боец, как две капли воды похожий на того, что сейчас целенаправленно двигал к космодрому, буквально утопил меня в ливне свинца. Замигал щит, инд