Book: Повелитель. Принцесса-вампир утерянной страны



Повелитель. Принцесса-вампир утерянной страны

Повелитель. Принцесса-вампир утерянной страны

Повелитель

Принцесса-вампир утерянной страны


Повелитель. Принцесса-вампир утерянной страны

Пролог.

Сидя на троне, Момонга проигнорировал слабое удовлетворение и удвоенный стыд, который он на мгновение почувствовал, и начал осматривать интерьер комнаты, после чего увидел Себаса и горничных, стоящих без движения, словно статуи. Их неподвижный вид заставлял чувствовать себя немного одиноко.

Он вспомнил, что для такого были команды. Момонга пролистал в голове список виденных прежде команд, а затем протянул руку, и осторожно взмахнул ею сверху вниз.

— Преклоните колено.

Альбедо, Себас и шесть плеяд – все они преклонили колени перед ним так, как слуги преклонялись перед своим хозяином.

Это было хорошо.

Момонга поднял левую руку и проверил время.

23: 55: 48,49,50…

Как раз должно быть время.

Прямо сейчас, ГМы[1], вероятно, безостановочно вещали, а другие запускали фейерверки снаружи. Однако Момонга, который заблокировал все эти вещи, не знал о них.

Момонга прислонился к трону и медленно поднял голову к потолку.

Он построил Назарик, самое сложное подземелье, со своими друзьями. По этой причине Момонга подумал, что какая–нибудь группа игроков захочет вторгнуться в этот последний день.

Момонга ждал.

Он поприветствовал бы всех претендентов как Гильдмастер.

Он разослал сообщения всем бывшим членам, но число людей, которые действительно прибыли, можно было пересчитать по пальцам одной руки.

Момонга ждал.

Он поприветствовал бы всех вернувшихся друзей как Гильдмастер.

— Пережиток прошлого, да…

Момонга думал.

Хотя сейчас от гильдии осталось одно название, в прошлом он потратил множество приятного времени здесь.

Он перевел взгляд на гигантские флаги, свисающие с потолка. Всего их было сорок один, столько же было и членов гильдии. На каждом флаге была эмблема. Момонга вытянул костлявый белый палец, указав на один из них, и дал пробудиться воспоминаниям в его голове… Но его рука остановилась в середине движения.

"Сейчас не время для таких вещей!"

Момонга подумал о некоем плане, который он подготовил на сегодня.

План восхитительного финала в конце.

Чтобы отпраздновать с друзьями, которые вернулись в последний день работы сервера, чтобы сделать что–то большое с ними в самом конце, Момонга отправился в торговый район, который он почти никогда не посещал, покупая огромное количество предметов, намереваясь использовать их для проведения мероприятия.

Однако, хотя несколько его друзей и вернулись в гильдию, к сожалению, никто из них не остался до самого конца.

Те немногие друзья, которые вернулись… конечно же, ставили свои настоящие жизни на первое место. Поскольку Момонга наблюдал, как многие его товарищи покидают гильдию по этой же причине, он мог предвидеть такой исход.

Несмотря на это, Момонга всё–равно чувствовал себя ужасно одиноким и, в то же время, ужасно разочарованным.

Именно потому, что эти две эмоции заполнили его сердце, он полностью забыл, что его первоначальное намерение состояло в том, чтобы принять участие в мероприятии со своими друзьями. Нет, возможно, потому, что он не хотел помнить это.

Возможно, всё могло бы быть по–другому – он забыл бы о запланированном событии и сидел бы на троне ожидая конца.

Тем не менее, он продолжал думать об этом.

В таком случае…

Момонга внезапно встал с трона.

"Мне нужно идти! Даже если буду только я! В конце я должен сделать весь этот великолепный финал, даже если буду только я!"

Времени ждать больше не было.

Момонга отпустил Посох Аинз Оал Гоун, который крепко сжимал, и сразу же активировал кольцо на правом безымянном пальце – Кольцо Аинза Оал Гоун.

Когда он воспользовался кольцом, появился список мест для телепортации.

Однако первым была его собственная комната. Почему, черт возьми, оно стоит на первом месте? Момонга ругнулся на то, что обычно никогда не беспокоило бы его, и пролистал список.

— Нашел!

Момонга не мог удержаться от восклицания.

Найдя ближайшое к поверхности место телепортации, Момонга уже собирался коснуться его, когда он на мгновение заколебался.

Глаза Момонги устремились к посоху Аинз Оал Гоун.

Будучи оружием гильдии, его уничтожение означало бы уничтожение самой гильдии. С этой точки зрения, оставить его было самым безопасным выбором, который он мог сделать.

Однако, разве Момонга ранее уже не задумался об этом?

"Правильно, пойдём со мной – ты доказательство того, что когда–то существовала Гильдия Аинз Оал Гоун".

Момонга крепко сжал посох и активировал силу кольца.

Телепортация произошла моментально, и он оказался в обширной комнате.

По обе стороны от него стояли два ряда узких каменных столов, на которые клали трупы, хотя сейчас они были незаняты. Пол был сделан из полированного известняка. Сзади был лестничный пролет, спускавшийся вниз к двойным дверям, ведущим на второй этаж Великой подземной гробницы Назарик.

Это было самое близкое к поверхности место, куда его могла перенести сила кольца.

Отображаемое название места указывало, что это был Центральный мавзолей Великой подземной гробницы Назарик.

"Мне нужно поторопиться!" – крикнул Момонга, подталкивая себя.

Он посмотрел на часы на левой руке, и время было…

23:58:03

У него почти не осталось времени.

Казалось, он слышит, как звук закрывающихся дверей поезда прекратился, сменяясь шипением газа изнутри.

Момонга применил заклинание [Полёт], чувствуя себя будто простым служащим, бегущим вверх по лестнице

Несмотря на его панику, движения Момонги, когда он прокручивал консоль и выбирал заклинание полета, ни в коем случае не были медленными.

Каждое заклинание имело место на панели заклинаний.

Если бы он не знал этих вещей, если бы он делал какие–то ошибки, когда ему нужно было наложить заклинания, это влияло бы на такие вещи, как бой. По этой причине Момонга потратил больше года на запоминание позиции каждого заклинания на панели. Наряду с тем, что это усилие оставило других его товарищей по команде ошеломлёнными, Момонге всё равно никогда не удавалось победить Тач Ми хотя бы один раз, не зависимо от проделанного труда. Несмотря на это, Момонга всегда чувствовал, что его хороший послужной список в PVP объясняется его трудолюбием, и это, вероятно, было правдой.

Момонга изо всех сил летел к великому болоту, которое окружало Великую подземную гробницу Назарик.

Контролировать позу во время полёта оказалось неожиданно сложно. Он однажды слышал от кого–то, что это похоже на игру в воздушный бой. Тем не менее, если лететь по прямой, то простых движений достаточно. Точнее, вообще не нужно было ничего делать. Все что необходимо, это не касаться интерфейса управления.

Покинув наземную часть Назарика – другими словами, кладбище – позади него, он оказался в районе болота, заполненном туманом.

Очертания монстров проявлялись среди мглы, но прямо сейчас все активные мобы были переведены в неактивное состояние, так что они не нападут, если он не ударит первым.

Это переключение в неактивный режим было реализовано примерно неделю назад. В сочетании с частыми экскурсионными мероприятиями, это, по всей видимости, привело к многим новым открытиям.

Даже Момонга не смог сдержать восторженного вздоха, посмотрев видео с этими открытиями. И наоборот, относительно тех открытий, что не вызвали подобной реакции в нём, он проклинал в своих мыслях словами "Откуда, чёрт возьми, кто–то мог знать об этом, разработчики, вы тупые?"

"Я думал, что кто–то попытается вторгнуться к нам для осмотра достопримечательностей. В конце концов, они смогут пройти через болото Гренбера, не тратя никаких ресурсов".

Но никто не пришёл.

Конечно этому стоило радоваться, но вместе с тем, это заставляло его чувствовать себя одиноким, как будто он был полностью забыт миром. Что–то вроде того.

Момонга сощурил глаза – хотя выражение лица не изменилось. Он достиг своей цели – острова, плавающего на болоте.

Это был необычный маленький островок.

Не очень большой, но заполненный множеством цилиндрических предметов, достаточным для покрытия всей поверхности.

Момонга достал из карманного измерения похожий на палку предмет с кнопкой, и взял во вторую руку, которой не держал Оружие Гильдии

— Сейчас!

Громко воскликнув эти слова, которые он обычно не использовал, Момонга сильно нажал на кнопку.

В этот момент, цилиндры, размещённые так плотно, что не было пространства между ними, испустили шары света в небо. Они были настолько близко друг к другу, что это выглядело как гигантский шар света.

Это были фейерверки, проданные разработчиками ИГГДРАСИЛя – или, может, проектной группой – по низкой цене.

Момонга приобрёл около десяти тысяч фейерверков и разместил на этом острове. Однако, он не установил их все, потому что ему стало скучно на половине проделанной работы. Прямо сейчас у Момонги, вероятно, было как минимум четверть этих фейерверков в инвентаре.

— …Завтра мне нужно вставать к четырём, хах.

Момонга глядел на удаляющееся остаточное свечение в небе, угрюмо бормоча про себя и наблюдая, как шары света медленно поднимаются вверх. Изначально он намеревался насладиться этой сценой со своими друзьями, которые вернулись, чтобы отпраздновать последний день игры с ним. Однако сейчас рядом с Момонгой никого не было.

А потом мощный взрыв прогремел в небе. Свет перекрывался ещё большим количеством света – это больше не было фейерверком, но чем–то наподобие сверхуровневого заклинания [Падение небес].

Вспышки света окутывали Момонгу пока он летел.

"Ах…"

Момонга не знал, как это будет ощущаться, когда сервера DMMO отключат.

Потому что Момонга, нет, Сузуки Сатору не играл ни в какие игры, кроме ИГГДРАСИЛя. Но он был уверен, что это не закончится очень приятно. Он был уверен, что будет похоже на внезапный разрыв струны, и его с силой вытолкнет обратно в реальность.

Всё–таки…

"Может, будет лучше, если всё закончится, пока я окружён светом…"

Через несколько секунд он вернётся в реальный мир.

Всё–таки, этот момент будто создан ярко показать радость Сузуки Сатору.

А затем…

…Момонга впал в панику.

Он думал, что как только свет погаснет, он опять увидит привычную обстановку своей комнаты. В конце–концов ИГГДРАСИЛЬ собирались отключать. Однако, в действительности перед ним было совсем другое.

— …Что это? – Пробормотал сам себе Момонга.

Не от одиночества, а потому, что столкнулся с чем–то непонятным.

Первое, что предстало перед его глазами, было ночное небо. Сверкали созвездия, и медленно плывущие облака, казалось, пытались скрыть их свет. Вдалеке виднелись высокие вершины гор, а у их подножия под ветром колыхались тёмные леса.

Это был вид, который он не мог увидеть в реальном мире, создавалось ощущение, будто он и не покидал игру.

Он посмотрел вниз – и увидел, что парит в воздухе. Ну, это понятно, Момонга ведь только что использовал заклинание [Полёт].

Однако внизу под его ногами было совсем не болото.

Это были руины

Это не просто одно или два здания, это больше походило на поселение – нет, это было нечто большее. Вдалеке он увидел здание, похожее на замок, и стену, окружавшую город. Эти руины когда–то были довольно большим городом. Судя по многочисленным следам, его не завоевали, а по какой–то причине бросили.

Находясь в нескольких сотнях метров над городом, он не мог точно знать, что находится внутри города. Между тем, Момонга не мог не вспомнить заброшенный подземный город с автоматизированным заводом по производству кукол, Вилисиртерию.

"Нет, это не похоже на Вилисиртерию. Этот город выглядит иначе… что, чёрт возьми, это за место?"

С удивительным спокойствием Момонга посмотрел на часы на левой руке.

0:03:45, 46, 47…

— …Ха?

Момонга снова огляделся по сторонам. Пейзаж был незнакомым. Конечно, Момонга никак не мог знать каждый квадратный дюйм карты ИГГДРАСИЛя. Может быть, в каком–нибудь уголке игры есть такие пейзажи.

Но это был последний день игры. Серверы в полночь должны были быть выключены. Но это время уже прошло, и вряд ли часы сломались.

"Как, что это?"

Отключение ИГГДРАСИЛя отложили. Или, скорее всего, ему всё это показывают наподобие заставки, потому что он не вышел самостоятельно. В голове мелькали разные варианты.

"Они отложили отключение сервера?"

Наиболее вероятно, что какая–то определённая – неоспоримая – причина привела к задержке отключения серверов.

Если в этом дело, то ГМы должны были дать объявление. Момонга поспешил открыть коммуникационную консоль, которую он себе до этого отключил – и застыл на месте.

Консоль не открывалась.

"Что… случилось? Как это так?"

Смесь сомнений и тревоги наполняли его, пока Момонга пытался активировать другие функции.

Ни одна не работала.

Как–будто его полностью отрубили от системы.

"…Что происходит?"

Сейчас нужно думать что делать дальше. "Где интерфейс управления заклинанием [Полёт]?" – однако как только Момонга об этом подумал, он сразу понял, что в нём нет необходимости.

Момонга медленно снизил высоту.

"Что происходит? Что всё это значит? Почему я могу использовать [Полёт]? Нет, стоп, это ещё не всё, так ведь?"

Момонга вдруг "осознал", что может спокойно сам управлять заклинанием [Полёт], как–будто для него это было совершенно естественно.

Это очень странная ситуация.

После этого Момонга посмотрел на свои руки.

Левой рукой он держал символ гильдии, Посох Аинз Оал Гоун. А в правой был пульт запуска фейерверка.

Ничего не поменялось. Без сомнений, эти костяные белые руки – те же самые, что были у него в ИГГДРАСИЛЕ.

Но восприятие отличалось. Точно описать разницу было немного сложно, но было сильное ощущение, что это его собственные руки. Хотя это были те же самые руки из ИГГДРАСИЛЯ, в них было совершенно естественное чувство, как будто он смотрел на свои собственные руки из реального мира.

Однако больше всего его испугала способность сохранять спокойствие, несмотря на то, что он находился в подобной ситуации.

Бессознательно Момонга вспомнил слова своего друга:

"Тревога – это семя поражения, вы должны мыслить логически и всегда быть хладнокровным. Сохраняйте спокойствие, расширяйте свое видение, не увлекайтесь мелкими деталями и позвольте своим мыслям течь…"

"Ахх, да."

Первое о чём он должен был подумать – "что это за место"?

"Если бы тут я мог кого–нибудь спросить… нет, ведь лучше, чтобы тут никого не было, верно?" – думал Момонга, спускаясь к земле. Возможно, ему следует разведать окрестности используя [Полёт]… или нет. Хотя город выглядел руинами, но в нём всё ещё было много сохранившихся домов. Там могут быть отряды лазутчиков. Казалось, что кто–то мог прятаться в маленьких переулках между разрушенными домами и смотреть на него.

Свободные пространства дают хороший обзор, но это, по сути, значило открыть себя врагу.

Хотя он и не думал, что ввиду последних необъяснимых событий кто–то вообще пожелает его заПКшить[2], и вообще вполне вероятно, что он тут единственный оказался, но он всё равно должен двигаться незаметно, пока не узнает, что тут происходит.

К тому же, Момонга держал в руках символ гильдии – Посох Аинз Оал Гоун. Это должно снизить вероятность быть заПКшеным.

Учитывая всё перечисленное выше, первым что он должен сделать…

[Совершенная Неизвестность]

Момонга использовал заклинание. Оно было высокого уровня и намного превосходило [Невидимость].

Теперь он должен стать полностью невидимым, за исключением использования противником какого–либо специального заклинания или способности. Хотя это не было серьёзным препятствием для определённой группы игроков, всё же это должно снизить шансы его смерти.

Момонга взглянул на свои костляво–белые руки и посмотрел вниз. Он всё ещё мог видеть себя, но не было значка, который говорил бы о его невидимости. В общем, он не был уверен в себе.

По мере того как он спускался, становились видны детали города. Жители, должно быть, оставили его довольно давно, так как можно было увидеть прогнившие, рухнувшие дома.

"Что случилось с этим городом? Более того, что сейчас происходит? Открытие ИГГДРАСИЛЬ 2? Или это скрытый ивент от разработчиков? Что–то вроде принудительной телепортации сюда, если ты не вышел из системы? Но в таком случае, как объяснить этот реализм?"

Как бы он ни мучился, ответа ему было не найти.

Спускаясь, Момонга задумался об использовании умения.

Было много хороших заклинаний, но использовать создание нежити, будучи невидимым, не сделало бы ничего хорошего. Всё, что оно бы сделало – раскрыло его позицию. И хотя он мог использовать его, чтобы установить ловушку, в данной ситуации это могло бы обернуть кого–то потенциально дружелюбного против него.

"Должен ли я закрыть своё лицо? Нет, мне кажется, что люди, скрывающие свои лица, подозрительны… тьфу…"



Момнога активировал одно из своих умений. Возможность обнаруживать нежить.

В ИГГДРАСИЛе такие места часто содержали нежить. Поэтому Момонга использовал это умение почти подсознательно. Когда он это сделал, умение передало Момонге плохие новости.

[!][3]

Изначально Момонга спускался медленно, но теперь он внезапно рухнул с большой скоростью и спрятался в двухэтажном здании с разрушенной крышей.

От его спуска поднялось облако пыли. Момонга торопливо махнул рукой, пытаясь опустить его, но тщетно.

Это была довольно просторная комната. Мебель внутри была раздавлена упавшей крышей, и под воздействием времени она полностью сгнила.

Он настроил [Полёт], чтобы его ноги не касались земли. Он принял во внимание то, что половые доски могут разрушиться под его весом. Если он сможет понаблюдать за ситуацией, у него получится узнать больше.

Однако, у Момонги были проблемы побольше.

"Что, чёрт подери, происходит? Почему вокруг столько нежити? Куда я телепортировался?!"

Дело в том, что Момонга осмотрел местность вокруг на наличие сигнатуры нежити, прежде чем нырнуть в этот дом, и он определённо увидел там фигуру, похожую на человека. Её несогласованные движения, скорее всего, не были движением живых.

Момонга неподвижно замер у стены и сосредоточился на наблюдении пространства снаружи. Даже если он может обнаружить нежить, он не может определить их силу. Среди самой могущественной нежити были и способные видеть сквозь [Совершенную Неизвестность].

Прямо сейчас Момонга мог сделать две вещи.

Первая – уйти, а точнее, – бежать как можно дальше отсюда, пока сигнатура нежити не пропадёт.

Вторая – попытаться разузнать уровень и прочую информацию о нежити, и, если она была бы относительно небольшого уровня, узнать, где он сейчас находится

Значит, ему нужно выбрать одно из двух.

Однако, уйди он – не было гарантий, что он будет в безопасности. В таком случае, лучше остаться и исследовать сигнатуру нежити. В добавок, Момонга так же был нежитью, так что вполне вероятно, что его не атакуют, если не предпримет никаких враждебных действий.

"Ну, в конце концов, это ведь просто нежить."

Момонга вспомнил чувство использования [Полёта], и его переполнила уверенность.

"Всё будет хорошо. Не знаю почему, но я уверен, что я так же могу использовать атакующие заклиная без проблем… это на самом деле плохо. Я больше не чувствую себя собой… Нет. Подумаю об этом позже. Более важно, что у меня будет множество путей сбежать, если я смогу использовать [Телепортацию]."

Момонга посмотрел вокруг, потом на пол – укрытый остатками разрушенной крыши – а потом на обломки

— Надеюсь, не обвалится.

Разговор с самим собой был признаком беспокойства.

Игровой персонаж Момонги был бы в порядке, даже если бы на него обрушилась крыша.

Но, в конце концов, это было в ИГГДРАСИЛе, и даже если он сможет нормально использовать заклинания и навыки, не было никакой гарантии, что его тело будет функционировать так же, как и в игре.

"Но тогда, мои глаза. Я могу нормально использовать своё ночное видение. Значит ли это, что мои пассивные навыки так же работают нормально? Кстати, не является ли технический уровень здания немного устаревшим?"

В здании не было стальной арматуры или бетона. Осколки, разбросанные у его ног, было трудно разглядеть, учитывая, что они стёрты в пыль, но, похоже, они были из дерева и кирпича.

"Это ведь… всё ещё ИГГДРАСИЛЬ? Нет, хотя кажется, что ответ где–то рядом…"

Сколько бы он не думал, не было похоже, что это реальный мир. Но даже если это было бы так, многие вопросы оставались без ответа.

Момонга отложил этот вопрос на время и произнёс заклинание. Он начал с [Сообщения]. Он должен посмотреть, может ли он связаться с кем–то ещё, будь тот ГеймМастером или другим человеком.

Немного спустя он начал ворчать.

— Не могу соединится, ха-а…

Он не мог ни с кем связаться и не мог выйти из системы. Как будто он был заперт в этом мире.

"Дальше… попробуем осмотреться и собрать информацию. В таком случае я использую…"

— [Удаленный Взор].

Он создал магический датчик и пустил его по воздуху.

Это была игра на удачу. Было бы неприятно, если существовала нежить, способная видеть сквозь невидимость, но было бы ещё хуже, если у противника были способы сопротивляться разведывательным заклинаниям или даже контратаковать их.

Однако, Момонга впал в замешательство.

— Что это за…

То, что он видел, в корне отличалось от ИГГДРАСИЛя. В игре, используя [Удалённый Взор], создавалось небольшое окошко в углу зрения. Можно было отрегулировать размер окна на усмотрение, но по факту оно будет отображаться как другое изображение.

Однако, в этот раз всё было по–другому.

Будто бы он открыл новую пару глаз, а в месте с ней – новый угол обзора.

Он не знал, считать ли это увлекательным или странным. Тем не менее, это не было проблемой. Для него это было естественно, и он мог использовать заклинание как обычно. Он даже чувствовал, что он полностью изменился.

Момонга проигнорировал небольшое замешательство и использовал [Удалённый Взор], чтобы посмотреть на нежить.

Нежить шла, спотыкаясь.

Мутные глаза смотрели из под открытых век, и не похоже, что они моргали.

Он не был похож на высокоуровневую нежить. Скорее, на низкоуровневого зомби. Только внешность зомби обычно была ужасной, но не в этом случае. Не было похоже, что он сильно пострадал или сгнил. Он был похож на чистый, движущийся по округе труп.

"Такая нежить… если это был ИГГДРАСИЛЬ… нет, почему я думаю об этом, как будто это не ИГГДРАСИЛЬ? Возможно, это какой–то большой патч… но после закрытия серверов? Как такое возможно?"

Момонга внезапно кое–что понял, и он закричал так, чтобы не услышали зомби неподалёку.

— Это незаконно! Это незаконное удержание! Выпустите меня отсюда!

Если это действительно была игра, и если этим кто–то управлял, то очень вероятно, что эти слова будут записаны. В шлеме, который носил Сузуки Сатору, в соответствии с Законом о компьютерах, это также будет записано. Если компания заметит, они, вероятно, предпримут какое–то действие. Тем не менее, он не заметил ответа.

"Как я и думал… это ведь не ИГГДРАСИЛЬ? Я не думаю, что компания, умышленно выбрав меня целью преступления, что–то с этого выиграет… Но игра, ставшая реальностью – это невоз… или это не невозможно? Кроме того, чрезвычайно странно, что я использую навыки и заклинания, как будто они часть меня."

Момонга покачал головой.

Теперь очень важно было подвести итоги ситуации. Сначала он должен был защитить себя. Если он умрёт, закончится ли игра выходом из системы, или это будет просто конец, потому что теперь это реальность?

Момонга позволил созданному заклинанием сенсору проплыть мимо глаз зомби–мужчины.

Он не отреагировал.

Мужчина продолжал двигаться, волоча ноги.

"Он не увидел… но можно ли быть уверенным, что это зомби?"

Наблюдая, как человек уходит, Момонга отправил [Удаленный взор] дальше по дороге.

На дороге он увидел ещё более десятка нежити, и все они были зомби.

И всё же, тут их наверняка целое множество.

Какие–то ходили кругами внутри своих домов, другие бродили по улицам.

Выглядело так, словно весь город заполонила нежить.

В ИГГДРАСИЛе такое не было странным. На самом деле, там было довольно много подземных городов, наполненных нежитью. В том числе и те локации, которые могли стать базами, если победить местных боссов. И хотя Момонге не довелось побывать в подобном месте, на опубликованных видео можно было увидеть прекрасные райские города.

Вскоре Момонга закончил исследовать окресности.

Всё, что он узнал, так это то, что помимо зомби, другой нежити здесь не было, и что все окрестности – это одни сплошные руины, без выживших.

"Ха", – выдохнул Момонга, не понимая, как его костлявое тело без легких могло это сделать, и деактивировал свои заклятия [Удаленный взор] и [Совершенная неизвестность].

Он волновался по поводу того, что следует делать, если ему вдруг встретятся Игроки, особенно ПКшеры, но, видимо, он зря беспокоился. К тому же, в зависимости от ситуации, при контакте с другой стороной он может просто поднять руки, чтобы выудить информацию о них.

Подумав немного, Момонга проверил, что он всё ещё может нормально телепортироваться, после чего решил покинуть дом и выйти на улицы.

Хоть он и не осмелился полностью поверить в свою силу, но если он сможет использовать те же заклинания, что и прежде, то никаких проблем возникнуть не должно. Нет, даже если все пойдет под откос, он все равно сможет сбежать.

По возможности, он хотел бы проверить свою силу, убив зомби, но это было слишком опасно.

Хоть это и были лишь его знания об ИГГДРАСИЛе, нежить с низким уровнем интеллекта, типа этих зомби, принимала Момонгу за своего и не нападала на него. Однако, совсем другое дело, если он начнет атаковать первым. И даже возможно, что зомби в округе начнут агрессировать на него, словно по эффекту домино, пока каждый из них не станет враждебным.

К таким методам, что потратят его силы и увеличат количество его врагов, он прибегнет в последнюю очередь. А сейчас ему следует сфокусироваться на сборе информации.

Момонга покинул разрушенный дом.

Его первый шаг потребовал немало мужества и заставил его сердце биться, хотя у него и не было никакого сердца, но первый встретившийся зомби не был к нему враждебен и просто прошёл мимо Момонги, будто бы его тут и не было. Словно гора, давящая на Момонгу, сорвалась с его плеч.

Он обследовал близлежащие улицы и сделал выводы.

Для начала, местные технологии не были особо развитыми. Ни следа электроприборов, а современные способы строитесльства не использовали бы цемент и кирпичи неодинаковой формы. Возможно, под землей были закопаны линии электропередач, но тогда было бы абсолютно невозможно жить нормальной жизнью. Это было впервые, когда он видел печи за пределами ИГГДРАСИЛя. И еще…

"Это ИГГДРАСИЛЬ? Нет, это совсем на него не похоже. Неужели это правда возможно?"

Постепенно Момонга осознавал, что такого не может быть в игре.

Но тогда, что насчёт него самого?

Для начала, как тело, полностью состоящее из костей, могло двигаться?

У него не было ни мышц, ни нервов.

Он мог двигаться как будто он был таким всегда, такое бывает только в играх. Но, если задуматься, как насчёт этой невероятной силы – "магии"?

Момонга пошёл по главной улице. Все знания, что он накопил к сегодняшнему дню, были разбиты, и он не знал, как это исправить.

— В любом случае, всё что я могу – продолжить собирать информацию.

Число бродячих зомби резко увеличилось, возможно потому, что это была главная улица.

Чтобы не толкаться с зомби, Момонга снова произнёс заклинание [Полёт] и продолжил двигаться на небольшой высоте.

Было похоже, что это главная дорога города, потому что, посмотрев прямо перед собой, он мог видеть широко открытые городские ворота.

В другой стороне стоял красиво выглядевший замок. Возможно, так казалось, потому что он был построен по–другому, но не похоже, что он пострадал так же сильно, как остальные дома.

"Я бы, вероятно, заметил какие–то повреждения от погоды, подойди я ближе. А если они есть, стоит предположить, что этот город заброшен довольно давно… не говорите мне, что люди этого мира (думаю, мне стоит думать о нём, как о другом мире) не могут победить простых зомби? Или тут как в тех зомби–фильмах, где всё живое вымерло?"

Неужели они даже не способны победить самую слабую нежить во всём ИГГДРАСИЛе? Или тут всё отличается от ИГГДРАСИЛя и все зомби чрезвычайно сильны?

Нужно было найти ответы на эти вопросы как можно скорее.

Как раз, когда Момонга размышлял над местным зомби–апокалипсисом и над тем, как так вышло, он внезапно что–то почувствовал.

"Что?"

Среди массы сигнатур нежити вокруг, одна из них постепенно удалялась от него.

— Что это такое?

Момонга прищурился.

Он ощущал определённую степень разумности в её действиях, чего не было у простых зомби.

— Это игрок? Я не позволю тебе уйти, ты – ценный источник информации!

Он медленно поплыл по воздуху. Учитывая отсутствие сомнений в выборе пути, можно сделать вывод, что она знакома с городом. Тем не менее, для того, кто использует [Полёт], застройка не играла роли.

Плывя по воздуху по прямой, Момонга заметил чью–то фигуру.

Маленькая фигура в плаще с капюшоном несколько раз оглядывалась назад, туда, где был Момонга, когда бежала по узким переулкам.

"Я использую подавление нежити… нет, это последнее средство. И, кроме того, вдруг мне не стоит подавлять её."

Подавление нежити считалось актом агрессии. Если фигура перед ним связана с этими зомби, то вполне вероятно, что он навлечёт на себя гнев всех зомби в городе. Если эта фигура является игроком, ему не было нужды беспокоиться, напротив, для неё он может стать более опасным врагом.

Момонга приземлился перед фигурой. Она как раз в этот момент оглядывалась назад и столкнулась с Момонгой. Это был легкий удар, и он ничего не значил для Момонги. Но крошечная фигура не выдержала столкновения и упала на задницу.

Он мог смутно разглядеть под капюшоном светлые волосы.

— …Добрый вечер. Сегодня поистине много звёзд на небе.

— Э-э-э…

Фигура не ответила на приветствие Момонги. Всё, что он слышал, это учащённое дыхание.

Они не могли говорить, или не понимали японский? Информации было недостаточно, чтобы сделать вывод, поэтому Момонга продолжал говорить.

— Я прощу прощения за это, но я сейчас в полном замешательстве. Есть несколько вещей, о которых я хотел бы спросить у вас. Не возражаете?

Другая сторона также могла быть игроком, как и Момонга, что могло значит, что их видимый и действительный возраст могли не совпадать. Поставив мысленную галочку, Момонга сделал запрос в вежливой форме. Конечно, он не забыл склонить голову в знак приветствия.

Момонга встретился взглядом с малиновыми зрачками из–под капюшона.

"Одета как ребенок? Это житель этого мира? И на НИП[4] не похоже… хм?"

Момонга бессознательно вспомнил Великую подземную гробницу Назарик со всеми НИП, которые кланялись ему. Что с ними случилось? Из всего, что он успел понять, скорее всего, он потерял чудесное место, которое построил совместно с друзьями.

Однако… Момонга лишь покачал головой.

Прямо сейчас у него не было времени размышлять об этом.

Момонга изучал человека, стоящего перед ним, стараясь не показаться грубым.

Это была довольно молодая девушка, вероятно, старше 10 лет. Ее глаза, расширившиеся от шока, отдавали алым цветом свежей крови.

То, что он считал плащом с капюшоном, при ближайшем рассмотрении оказалось просто куском ткани, грубо закреплённым веревкой. Конечно, только нежить будет так небрежно привязывать что–либо к своей шее.

Одежда под плащом, изодранная и обесцвеченная от попадания грязи и песка, напоминала собой женскую, но свободные рукава были подвязаны верёвкой, а то, что когда–то представляло собой юбку, было завязано в некое подобие штанов. Абсолютно прагматичный наряд.

Эта девушка не источала запаха гниения вокруг себя, в отличие от других зомби, хотя он понятия не имел, как его костяное тело могло чувствовать запахи. Вероятно, вопреки потрепанному состоянию её наряда, отсутствие запаха было связано с тем, что у нежити нет метаболических процессов.

— …Повторю, я бы хотел узнать кое о чём. Ведь всё в порядке? А-а-ах, прошу прощения, – сказал Момонга, протягивая ей костлявую руку. Тем не менее, сидящая на земле девушка не показала никаких признаков желания взяться за неё. Она всё ещё настороженно относится к нему?

— В таком случае, вы не против, если задам вопрос?

Девушка кивнула в ответ.

Момонга был слегка удивлен, поняв, что они могли беспрепятственно общаться на одном языке. Раз они понимали один язык, значит ли это, что она – игрок?

— С чего бы начать… Я… Сузуки Сатору. Могу я узнать ваше имя?

Алые зрачки, казалось, сменяли форму на идеальные круги.

— А, у… а… а.

Девушка говорила очень хриплым голосом. Он не мог ничего понять из того, что она сказала.

"Это не Японский? Значит ли это, что она – житель другого мира? Или, нет, быть может она – игрок, который слишком увлёкся своей ролью? Не понимаю."

Момонга, нет, Сузуки Сатору ответил ей, старясь воспроизвести профессиональный, деловой тон.

— Я искренне извиняюсь. Кажется, ваш голос прозвучал слишком тихо. Не могли бы вы повторить, если вас не затруднит?

— …А, у… а… а.

В конце концов, ответ был тем же.

— Так тебя зовут Ауаа? Какое странное имя… хм?

Девушка замотала головой. Сейчас он был уверен – она действительно понимает японский.

— Разве нет? Тогда, может, ты не можешь разговаривать?

Она снова замотала головой.

Девушка изо всех сил старалась высказаться, но Сузуки Сатору не мог разобрать какой–либо смысл в её отклике.



— Тогда позволь сменить тему. Ты – Игрок?

На лице девушки появилось озадаченное выражение.

— Значит, ты не игрок? Понятно. В таком случае, твои родители…

Однако, посередине мыслей Сузуки Сатору внезапно вспомнил, что она являлась нежитью. У неё не могло быть родителей. Тем не менее, реакция девушки оказалась несколько странной.

Она покачала опущенной головой.

Такой ответ подразумевал, что они у неё были. Когда–то, но не сейчас.

"Что же мне делать?"

В таком случае, должен ли он просто извиниться и уйти? Тем не менее, она – ценный источник информации. Такая трата была бы ужасной.

Сузуки Сатору посмотрел на девушку, издававшую странные звуки, и погрузился в размышления. И лишь тогда он услышал очень мягкий голос.

— …но …срис Инве…

Слова, которые она повторяла, наконец стали достаточно различимыми, чтобы Сузуки Сатору мог их разобрать.

— Моё имя – Киино Фасрис Инверн.

Так звали девушку.

Глава 1: Встреча в Утерянной Стране.


Повелитель. Принцесса-вампир утерянной страны

Часть 1.

И вот, Сузуки Сатору размышлял.

У него не было ни малейшей идеи о том, кем являлась эта девочка Киино. Так или иначе, она, несомненно, важный источник информации. Ему понадобится ослабить её настороженность, чтобы она была более заинтересована в общении с ним.

Для начала, судя по её реакции, она была не игроком, а жителем этого мира. Он хотел бы это проверить, но понятия не имел, как достичь этой цели.

Кроме того, он не мог сказать, заслуживает ли она доверия. Ведь можно было получить и поддельную информацию. Прямо сейчас он должен принять меры, чтобы завоевать её доверие.

Держа это в своей голове, Сузуки Сатору начал с улыбки бизнесмена, но затем понял, что не может сделать это в своем нынешнем состоянии. Поэтому он пытался смягчить свой тон. Его голос нельзя было назвать сладостным, не смотря на это, он старался говорить как можно мягче.

— Ох… Я… я уже представился, но давай попробуем снова. Меня зовут Сузуки Сатору.

— Господин… Сатору?

У Сузуки Сатору расширились глаза – хотя в этом теле выглядело это, как в глазницах вспыхнули огни. Он не ожидал, что она немедленно обратиться к нему по имени. "Она очень фамильярна", – подумал Сузуки Сатору. "И она также уже назвала своё имя. Мне стоит его запомнить. Должно быть, она поступила таким образом, чтобы подчеркнуть этот момент."

— Можно просто на вы. Тогда… вы Киино, я прав?

Теперь настала очередь девочки выпячивать глаза. Сузуки Сатору задался вопросом, не сказал ли он что–то неуместное.

Киино Фасрис Инверн.

Киино, возможно, было её первым именем, а Инверн, вероятно, фамилией. Или, может быть, Фасрис–Инверн? Он не был уверен что есть что, и её удивлённое выражение лица, наверно, связано с тем, что она обратилась к нему по имени, а он, на самом деле, назвал её фамилию? Возможно, она подумала, что это отказ от её благих намерений.[5]

Или это потому, что он обратился к ней на Вы, несмотря на то, что она была ребёнком?

— Ах, д–да…

— В таком случае, поднимитесь пожалуйста. К тому же, для разговоров это место… а как вы его называете? Что же, да. Я, конечно, могу создать башню при помощи магии… но она будет выше окружающих зданий. Также у меня есть предметы с похожими способностями… но вы не хотите особо светиться здесь, верно?

Киино едва удалось удержаться на ногах после того, как Сузуки Сатору поднял её, а затем она робко кивнула.

"Понятно", – Сузуки Сатору сделал у себя в голове ментальный эквивалент суженых глаз.

Это означало, что Киино знала о магических предметах. Были ли это общеизвестные знания для жителей этого мира, или это были профессиональные знания, доступные только ей? Или она всё–таки была связана с ИГГДРАСИЛЕМ?

Тем не менее, ему было как–то не по себе пытаться найти какую–то характерную черту в девочке–нежити, которую он нашел в городе, кишащем зомби.

А что касаемо того, почему она не хотела привлекать внимания – это потому, что в этом городе были другие разумные представители нежити, помимо зомби, или потому что вокруг есть враждебные существа, и это место не безопасно? Звучит весьма вероятно.

— В таком случае, если вы знаете безопасное место, могли бы вы отвести меня туда?

Тело Киино дрожало.

Он мог понять, что она чувствовала.

Будь Сузуки на её месте, он не хотел бы привести кого–то, кто мог быть ПКшером – в данном случае подозрительным скелетом – в своё безопасное убежище. Поэтому он должен сдать назад и согласиться пойти в место, где они могли бы спокойно поговорить. Может быть, у Киино не было запасного убежища?

Можно было бы сказать "ты недостаточно осторожна", но, поскольку он не знал, через что прошла Киино, у него не было права говорить нечто подобное. Даже Сузуки Сатору не продолжил бы играть в ИГГДРАСИЛЬ, если бы не встретил друзей. Другими словами, действия человека основывались на его опыте и прошлом. Возможно, Киино не нужно быть такой осторожной в своей повседневной жизни.

Сузуки разговаривал с ней как с неопытным новичком из ИГГДРАСИЛя.

— Мне не нужно, чтобы вы отвели меня в своё основное убежище. Знаете ли вы какие–либо другие места, которые считаете безопасными? Какой–нибудь дом неподалёку, или что–то в этом роде?

Честно говоря, он действительно хотел знать, где находится её основное убежище. Но Сузуки Сатору был исполнен морального обязательства седого ветерана давать советы новичку, и поэтому он искренне предложил другую альтернативу.

Кроме того, Киино может оказаться не единственным жителем в этом убежище. Или это место было таким же важным для неё, как для Сатору его товарищи? Сузуки Сатору прекрасно понимал желание не подвергать опасности своих друзей.

— Если вы не можете принять решение самостоятельно, я не возражаю, чтобы вы вернулись после разговора со своим лидером. В таком случае я подожду поблизости… там, где нет нежити.

Он не хотел позволить ей сбежать, но и не хотел преследовать её для получения информации. Позволить ей доверять ему не так уж и плохо, Сузуки Сатору великодушно заявил в своем сердце, что его чувство долга как игрока высокого уровня было на первом месте.

Киино пошла с робким и застенчивым видом.

— Большое вам спасибо, Киино.

Плечи Киино дернулись, когда она услышала, как Сузуки Сатору произносит эти слова позади неё. Затем она поспешно повернулась, чтобы посмотреть на него.

— Хм? Что, в чём дело?

— Ах, нет, это н–ничего…

Киино тихо пробормотала это и пошла дальше.

Сузуки Сатору задавался вопросом, что происходит? Она просто была осторожна, или он действительно был таким пугающим?

На самом деле, Киино шпионила за ним из узкого переулка, хотя сама была нежитью. Должен ли он предположить, что они когда–то были врагами?

В таком случае, что она за нежить?

Было много видов нежити – даже Сузуки Сатору, в некоторой степени – которые имели красные глаза. Однако очень немногие из них выглядели так же презентабельно, как Киино. На ум пришли слова "вампирская невеста", но не похоже, что она была одной из них.

Именно в этот момент Сузуки Сатору онемел от своего явного невежества.

Если это действительно был другой мир, то вполне возможно, что он может содержать уникальную нежить. Однако он не мог сказать, что мир совсем не связан с ИГГДРАСИЛем. В противном случае никак не объяснить, почему Момонга мог использовать свои навыки и заклинания из игры.

Сузуки Сатору оставил дальнейшие размышления над этим вопросом. В конце концов, учитывая, как мало ему сейчас известно, никакие мысли не дадут ему ответа.

К счастью, никто из них не встретил зомби, поскольку они шли в тишине несколько минут. Киино остановилась, достигнув окрестностей городских стен. Там был небольшой одноэтажный дом с лестницей, ведущей вниз. И в арку в конце пути была вставлена перекрестная решетка.

"Что это? Если он ведет к подземному погребу, то не должен ли он находиться внутри здания? Это подземный акведук? Или нет, я должен назвать это канализацией?"

Киино повернула голову.

— Ах, это тут, место.

Ее глаза были опущены, как будто ей было стыдно за то, насколько жалким было её жилые.

Это место действительно трудно назвать тем, где стоит оставаться девушке. Кажется, в мире Сузуки Сатору сбежавшие дети жили в подобных местах.

— Понимаю. Я слышал, что изменения температуры под землей намного менее экстремальные, чем на поверхности. Вы выбрали хорошее место.

Большинство нежити имели очень высокую устойчивость к холоду, и перепады температуры не причиняют им неудобства. Поэтому Сузуки Сатору некоторое время отчаянно размышлял, прежде чем неуклюже произнести эти слова.

— Кто–нибудь ещё живёт здесь, кроме вас?

Киино мягко кивнула в ответ на вопрос.

— Понятно… тогда, пожалуйста, покажи дорогу.

Киино отодвинула металлическую решетку в сторону. Похоже, она не использовала силу нежити, или какие–либо особые способности, или заклинания – она просто была открыта. И тот факт, что она знала об открытой решётке, также является доказательством того, что она относилась к этому месту как к своему основному убежищу.

Киино продолжала спускаться по лестнице перед ней.

Хотя лунный свет быстро пропал, это не повредило им обоим. В конце концов, вся нежить обладала способностями видеть в темноте.

Они достигли подножия лестницы, и, похоже, это действительно была канализация. Однако по дороге Сузуки Сатору понял, что здесь не было запаха канализации. На самом деле здесь вообще не было проточной воды, только небольшая влажность в воздухе.

Возможно, это потому, что прошло много времени с тех пор, как жители этого города стали нежитью. Дождевая вода временами попадала сюда, но свежие сточные воды не проходили через это место.

Вероятно, поэтому Киино не пахла сточными водами, несмотря на то, что её убежище находилось в канализации.

Приступ эмоций внезапно охватил Сузуки Сатору.

В его эпоху дождь был кислотным и дурно пахнущим. Однако на теле Киино не было кислого зловония, это означало, что дождевая вода этого мира всё ещё была такой же прозрачной и чистой, как и в прошлом.

— Возможно, Блю Планет почувствовал бы себя сентиментально, будь он здесь.

Киино обернулась, услышав, как Сузуки Сатору разговаривает сам с собой, и посмотрела на него с боязливым выражением лица.

— Извините, я просто разговаривал сам с собой.

— Ах, о, я понимаю.

По мере того, как слова Киино постепенно становились понятнее, Сузуки Сатору отчётливее слышал в них страх, испытываемый к нему.

"И всё это время я был так добр к ней", – Сузуки Сатору не смог удержаться от жалобы. Конечно, он не забыл о последствиях своей внешности скелета. Ведь первые впечатления было сложно изменить.

Пока он думал о том, стоит ли закрывать лицо, они достигли своей цели. Однако это было не потому, что он долго думал, а потому, что цель находилась недалеко от того места, где они вошли в канализацию.

Войдя в канализацию, они прошли примерно 20 метров, повернули налево, а затем прошли ещё 20 метров, прежде чем подойти к двери. Она толкнула дверь, видимо, сделанной из металла, и дверь со скрипом открылась.

— Это здесь, место.

Сузуки Сатору последовал за Киино в комнату.

Она была не очень просторной. И, вероятно, использовалась для хранения инструментов, необходимых для ремонта канализации, а в углу стояла куча кирок и других инструментов.

Перед ним было несколько грязных кусков ткани – не от пятен, а от времени – лежавшие на полу.

Здесь также были старые и простые стол со стулом.

Вот и вся мебель в этой комнате. Она вообще не выглядела подходящей для жизни. Комната, в которой не было чего–нибудь для развлечения или бытовых предметов.

Хотя он мог понять её образ мыслей, учитывая, что она нежить, но Сузуки Сатору никогда не захотел бы оставаться в таком одиноком и пустынном месте в течение длительного периода времени. Погодите минутку…

Неожиданная волна родственных чувств поднялась в нём. Подумать только, его дом в реальной жизни был почти таким же.

Однако в этой комнате его привлекла куча книг и свитков. На корешках книг были символы, которых Сузуки Сатору никогда раньше не видел. По правде, он в основном и не знал других языков, кроме японского.

— Вам нужна лампа или стул?

Он вынул из инвентаря лампу в западном стиле и открыл створки, позволяя белому свету освещать помещение.

Это был магический предмет, зачарованный заклятием [Вечный свет].

Конечно, у него были под рукой магические предметы более высокого качества для освещения. Однако Сузуки Сатору решил, что не нужно выставлять напоказ что–то более мощное. Сейчас не время раскрывать свои карты. Кроме того, один из них мог излучать свет, похожий на солнечный, что могло бы оказать негативное влияние на состояние вампиров. Если Киино была вампиром, она могла бы расценить это как враждебное действие. Таким образом, он ни при каких обстоятельствах не мог его достать.

Свет лампы освещал лицо Киино, но она не выглядела чересчур удивленной. Однако он не мог сказать, было ли это потому, что она уже видела магический предмет, подобный этому, или это потому, что она узнала заклинание [Вечный свет].

После этого Сузуки Сатору дважды использовал заклинание [Создание крупного предмета].

Изначально это заклинание было предназначено для создания оружия, но у Сузуки Сатору закралось подозрение, что в этом мире – если предположить, что он отличается от того, в котором он ранее жил – это заклинание будет иметь более широкое применение. Результаты заклинания совпали с его предсказаниями.

Как он и ожидал, появилась пара черных металлических стульев.

Глаза Киино расширились, как блюдца, когда она стала свидетелем такого чудесного события. Выражение её лица было удивлённым. Сузуки Сатору обратился к девушке своим самым заботливым тоном.

— Ах, это просто пара мелких вещей, которые я создал своей магией. Пожалуйста, присаживайтесь если хотите.

Киино окольными путями постаралась отказаться, но в итоге села на него. Только после того, как она это сделала, Сузуки Сатору сел на другой, потому что деловой этикет, утверждавший, что клиент занимает место первым, глубоко укоренился в нем.

Однако сразу после того как сел, он понял, что сделал ошибку.

Ощущение металла под его задом, исходящее от чего–то, что должно было быть стулом, вызывало дискомфорт, но он не выучил никаких заклинаний, которые позволили бы ему создать подушки.

До этого он подумал, что сидеть одному было бы ужасно грубо, поэтому он сотворил два стула. Вспоминая то, как он уговорил её сесть на этот холодный жёсткий стул, ему стало так стыдно, что он захотел найти дыру и заползти в неё.

Единственное спасение теперь заключалось в том, что он не начал с пустых любезностей, вроде того, что стулья в комнате выглядят довольно хорошо. Будь оно так, это, вероятно, разрушило бы любые отношения, которые он хотел построить между собой и Киино.

Сузуки Сатору поспешно достал из инвентаря мантию, что казалась достаточно мягкой, и разговаривая, начал складывать её.

— Мне ужасно жаль. Стул действительно слишком жёсткий. Пожалуйста, используйте это как подушку.

Киино с тупым удивлением уставилась на мантию, которую ей предложил Сузуки Сатору, и затем она энергично замотала головой.

— Эм, но… такие великолепные одежды, в них нет нужды. Я, у меня есть одеяло, которое я обычно использую.

— Нет, нет, не нужно церемониться, это мелочь.

Мантия, может, и выглядела изысканно, но только и всего. Это был предмет, не содержащий никаких редких кристаллов данных.

Итак, между Сузуки Сатору и Киино произошел ещё один интенсивный обмен любезностями. В конце концов, Киино осторожно приняла добрые намерения Сузуки Сатору и присела на сложенную мантию.

— Теперь, пожалуйста, извините за то, что я перейду прямо к делу. Я хотел бы, чтобы вы рассказали мне, что случилось с этим городом, насколько это возможно, Киино. Конечно, я не собираюсь делать это односторонним взаимодействием. Я предъявлю Вам доказательство моей собственной искренности. Тем не менее, хотя я, как правило, обмениваюсь информацией равной ценности, с сожалением должен признать, что очень мало знаю о ситуации, поэтому вместо этого я намерен платить Вам магическими предметами или твёрдой валютой. Могу я узнать, что Вы думаете об этой сделке?

Киино закусила губу, а затем посмотрела на Сузуки Сатору с тем, что казалось ненавистью в её глазах.

Сузуки Сатору не мог сдержать своего удивления.

Он не ожидал такого ответа от неё.

Однако прежде чем он успел спросить её о причине, Киино, смотря на землю, начала говорить слабым и дрожащим голосом.

Часть 2.

вк.com/translate_overlord

Сквозь плотно закрытые веки она могла чувствовать падающие на неё лучи солнца, пробившиеся через двойную защиту из штор и балдахина из тонкого шёлка. "Доброе утро, пора вставать" и "Дай мне еще немного поспать" – эти две её половины боролись за контроль над её телом.

Пока она находилась в состоянии полудрёма, дверь осторожно приоткрылась, и кто–то вошёл. Хотя толстый ковёр и приглушал шаги, она всё ещё чувствовала чьё–то движение по комнате.

Этот человек подошёл и остановился у её кровати.

— Доброе утро, госпожа Киино. Погода сегодня отличная.

— У… м-м… мхм…

Она лениво открыла глаза и увидела знакомую улыбку горничной Насташи.

Причина, по которой этой горничной дозволялось обращаться по имени к ней – принцессе этой страны – заключалась в том, что она была личной служанкой Киино.

Насташа была одной из высокопоставленных слуг в замке, и в её юности ходили слухи, что она станет следующей главной горничной. Её навыки были исключительны, и она даже углубленно изучала магию, можно сказать, что путь до её нынешнего положения прошел гладко.

Киино – единственная дочь своего отца, а этой горничной было дозволено стоять подле неё, что показывало, насколько сильно горничная была оценена. Но Киино не думала, что Насташа станет главной горничной, потому что она, скорее всего, в конечном итоге выйдет за какого–нибудь дворянина и уйдет со своей должности.

Увидев, что Киино встала, Насташа подошла к окну и с силой открыла его. И как она описала ранее, ослепительные лучи утреннего солнца наполнили комнату.

Она только–только покинула сладкий мир грёз, а её глаза тут же болезненно опалило светом, так что Киино не смогла не зажмуриться снова. И лишь после того, как её глаза привыкли к солнечному свету, она медленно их открыла.

Теплый солнечный свет ворвался в комнату, словно говоря ей, что сегодня будет славный, мирный денёк, наполненный теплом.

— Хорошо, госпожа Киино. Сейчас я подготовлю вам воды.

На маленьком круглом столе стоял серебряный таз. И как только Насташа прочитала заклятие, он тут же заполнился чистой водой.

Насташа просто применила заклинание первого уровня, используемое в повседневности, также известное, как бытовая магия, под названием [Создать Воду]. Заклятия нулевого уровня могут создавать питьевую воду, но вода, созданная этим заклинанием, на вкус слаще.

Раз они оба требовали одинаковое количество магии, было распространено мнение, что та вода лучше, которая вкуснее, даже если и не создавалась для питья. Судя по всему, Насташа думает также.

Поскольку заклятие [Создать воду] было первого уровня, оно создавало воды больше, чем вмещалось в один таз. И хоть у него было ограничение по времени, но общий объём созданной воды – который зависел от навыков заклинателя – можно было разделять на несколько использований. Поэтому вода не полилась через край, не смотря на применение только для одного таза.

Кстати, максимальный уровень заклятий, которые могла использовать Насташа, был второй. В холодные дни она могла применить бытовое заклятие [Изменение температуры], чтобы изменить температуру воды до приемлемой или даже обогреть комнату.

Киино вычитала из книги, что существует бытовое заклятие [Горячий источник]. Видимо, оно имитировало заклинание друидов [Гейзер]. Автор книги писал: "Оно очень удобное", и поэтому Киино хотела сама попробовать его как–нибудь.

Но, к сожалению, ни одна горничная в замке не могла применять бытовое заклятие такого высокого уровня. Поэтому Киино оставалось узнавать об эффектах [Горячего источника] только из книг.

Хотя в замке и были заклинатели магии третьего уровня, они обычно изучали боевые заклятия, и у них не оставалось времени на бытовые.

"Тогда я сама всему научусь", – сказала Киино окружающим её людям, особенно учителям магии. Тогда она была моложе и едва ли могла применять заклинания первого уровня. Нет ничего странного в желании маленькой девочки выучить заклинание третьего уровня – которые могли использовать только природно одарённые – обычно это расценивают как наивные заявления ребёнка.

Точнее, если бы тем самым ребенком была не Киино.

Её родители были чрезвычайно талантливыми, гениальными магами, отец был способен на магию четвертого уровня, а мать – пятого. И поскольку она была их дочерью, все считали, что с большой вероятностью она сможет оправдать те свои слова.

Поэтому уже через два часа после этого заявления её вызвали к отцу, где она получила строгий выговор. Существовало ограничение на количество заклинаний, которые каждый мог выучить, и, будучи королевской особой, она должна была выучить наиболее полезные заклятия.

Юная Киино ответила, что именно потому, что она была членом королевской семьи, ей не следовало изучать атакующие, защитные или разведывательные заклятия, а вместо этого изучать те заклинания, которые сделали бы всех счастливыми.

Но её отец сказал: "У нас не мирная страна. И нельзя сказать, когда эти тихие, мирные деньки подойдут к концу, и королю придется лично отправляться на поле боя. Поэтому любой, кто способен стать выдающимся заклинателем, должен изучить эффективную для боя магию".

Выслушав отца, Киино передумала изучать [Горячий источник].

Слова её отца были обоснованы, и она еще не была достаточно взрослой, чтобы полностью понять, что он имел ввиду. С одной стороны, ей не хватало смелости противиться суровому отцу, а с другой – она не была столь настойчива в своей погоне за горячими источниками.

Скорее всего, причина в том, что её отец говорил по–королевски, что напоминало ей истории о героических приключениях, которые Насташа когда–то читала ей. Он говорил совсем как те герои, что производило на неё огромное впечатление.

С тех пор Киино пожелала, что никому не расскажет, что однажды она станет сильной, как те самые герои из рассказов, или как её отец, и будет храбро сражаться за людей.

Девочка, хранившая эту мечту в своем сердце, встала с кровати, подошла к Насташе и принялась умывать лицо. Вода разбрызгалась вокруг, но её это не беспокоило вовсе.

Вода, созданная заклятием [Создать воду], и чья температура может свободно регулироваться в определенном диапазоне в соответствии с пожеланием заклинателя, полностью смыла сонливость.

Киино взяла протянутое Насташей полотенце, вытерла лицо и начала чистить зубы. Затем, набрав воды из стакана, прополоснула рот и сплюнула её в таз.

Как только Киино закончила, Насташа применила заклинание [Уничтожение воды].

Вода в тазу и та, что выплеснулась из него, исчезли, словно были лишь иллюзией.

Это заклинание первого уровня не относилось к бытовой, а принадлежало одной из четырех основных магических систем, также известной как элементная система, и могло быть использовано для нападения.

При использовании против живых существ оно наносит меньше урона, нежели другие заклятия того же уровня. Тем не менее, оно могло нанести довольно много урона Водным Элементалям и другим существам, тесно связанным с элементом воды. Версии более высокого уровня этого заклятия – третьего, так же могут в некоторой степени влиять на Слаймов. А заклятие четвертого уровня [Обезвоживание] может нанести большой урон вообще всем живым существам.

Слабые же версии этих заклинаний обычно использовались для устранения воды таким способом.

Ополоснув рот, Киино подошла к примерочному зеркалу, высота которого было примерно с её рост, и быстро переоделась в одежду, которую Насташа передала ей.

В обычных аристократических домах любая смена одежды было обязанностью вассалов, но семья Киино настаивала на самостоятельном переодевании. Это семейное правило было создано помочь научиться надевать доспехи самостоятельно, чтобы подготовиться к предстоящим битвам, однако им всё ещё приходилось полагаться на оруженосцев, дабы облачиться в полный комплект брони.

Тем не менее, было вполне приемлемо позволить кому–то помогать ей расчесывать волосы, пока она переодевалась. Намочив её завитые волосы при помощи [Создать воду], Насташа прижала их влажным полотенцем. Как только Насташа отпустила, волосы были выпрямлены.

И так, Киино Фасрис Инверн – единственная дочь Короля Фасриса – была готова.

В отражении зеркала она видела знакомую картину, представлявшую собой девушку, глаза которой переливались всеми цветами радуги.

Эти радужные глаза не были уникальными для Киино. Горничная Насташа, которая пристально смотрела на неё, проводя последние проверки, тоже была обладательницей подобных глаз. Их называли Радужными Глазами, что в стране радужноглазых людей было обычным зрелищем. Скорее, это люди, не обладавшие подобным, были редкостью.

— Теперь, пожалуйста, проследуйте в столовую, госпожа Киино.

— Сегодня они там вдвоём?

— Да. Они оба ждут вас, госпожа Киино.

Для Киино приёмы пищи были приятным времяпрепровождением, однако и они иногда оказывали давление на неё.

Потому что она могла увидеть там своего отца.

Её отец часто отправлялся в разъезды по делам – как в королевской столице, так и в других городах – из–за его стремления работать. Даже его дочь Киино не имела возможности увидеть его на протяжении многих дней. Поэтому она была очень рада встрече с отцом. Тем не менее, отец Киино был очень резок с ней и обычно ругал её всякий раз, когда они встречались, от чего ей было неспокойно.

И всё же, она не могла убегать от этого.

Следуя за сопровождающей её Насташей, Киино вошла в столовую.

Как Насташа и сказала, родители ждали её в столовой. Естественно, их горничные тоже присутствовали. В частности, старшая горничная и помощница старшей горничной стояли позади отца и матери.

У матери Киино было теплое и нежное выражение лица. И по правде, её личность почти соответствовало ему – у Киино было мало воспоминаний о том, как она когда–либо ругала её. Также она была заклинателем высокого класса в этой стране, хотя этого нельзя было сказать только по её внешности.

Ее отец, с другой стороны, был её противоположностью

Радужноглазые имели стройные тела и были одарёнными в обращении с четырьмя элементами, что приводило их к изучению соответствующих магических профессий. Поэтому, по сравнению с развитием физических способностей, отдавалось предпочтение улучшению магических навыков, отчего они не имели мускулистых тел. Однако отец Киино был исключением из правил. Не только могущественный огненный элементалист, его тело так же было самим воплощением силы и здоровья, а морщины на его лбу придавали суровости его строгому взгляду.

Не имело значения, трапезничал он или нет, он всегда носил на своей левой руке наруч, напоминавший когтистую хватку грифона.

Это было национальное достояние, известное как Лапа Грифона–Лорда. Магический предмет, способный раз в неделю вызвать Грифона–Лорда на 24 часа. Поскольку, даже будучи убитым, вызванный Грифонов–Лорд мог быть призван вновь через неделю, поколения королей исторически использовали его для себя в качестве авангарда. Однако отец Киино был единственным, кто не применял его таким образом.

— Доброе утро, Отец, Матушка.

— Доброе утро, Киино.

В отличие от нежного приветствия её матери, отец просто нахмурился и кратко кивнул, что было для него обычным. Наоборот, встреть он с улыбкой, как её мать – Киино бы удивилась.

Насташа отодвинула стул назад, чтобы позволить Киино сесть, после чего был подан завтрак.

В этой стране процветала молочная индустрия, и поэтому королевская столица даже не нуждалась в свежем сыре. Особо примечательным был тот факт, что на обеденных столах королевской семьи были как минимум три разных видов сыра. К тому же, были сметана, напитки, приготовленные из молока, смешанного со свежевыжатыми соками четырех разных фруктов, и так далее. А ещё были толстые ломтики равномерно прожаренной ветчины. Тарелки с белым хлебом сопровождались восхитительно красивыми кусочками золотистого масла.

Киино – вместе со своими завтракающими отцом и матерью – посмотрела на кольцо на правой руке, но установленный в нём сапфирово–синий драгоценный камень не изменил цвет.

Приём пищи был местом для этикета, который уже давно стал её частью с тех пор, как она стала совершеннолетней.

Пока они молча ели, отец с тихим звоном положил вилку на стол. Она оглянулась и увидела, что отец взял свою салфетку вытереть рот.

— Итак, Энни. Насколько её магические способности улучшились?

Энни было именем матери Киино. Её звали Энни Фасрит Инверн.

Энни положила вилку и вытерла рот.

— Мой муж, в данное время этот ребенок, кажется, почувствовал второй уровень. Кто знает, может, она скоро сможет овладеть основами.

— Я слышал это две недели назад. Другими словами, улучшения не было, я не ошибаюсь? Киино, что ты думаешь? Ты чувствуешь себя сильнее, чем раньше?

Киино проглотила еду, положила вилку и вытерла рот, как это делала её мать. А в это время она думала о том, как ответить отцу, но правда заключалась в том, что она не чувствовала особой разницы между сегодняшним днём и двумя неделями назад. Никто не мог сказать, насколько они вырастают за день, не измеряя свой рост.

Было правдой, что она почувствовала что–то странное, когда впервые стала способна творить заклинания первого уровня. Словно шестерёнки закрутились в её теле. Однако до этого никаких признаков не было.

Поэтому она могла ответить только честно.

— Я не уверена.

— Понимаю. Честность – это хорошая политика, но одного этого не достаточно. Ты мой первый ребенок. В будущем родятся твои младшие братья и сестры, и ты должна будешь стать примером для них.

— Мой Король… она еще молода…

— Молчать.

Отец холодно прервал надвигающуюся критику матери.

— Какой бы молодой она ни была, она всё ещё королевской крови.

Взгляд короля был резким, когда он повернулся к ней. Испуганная Киино умоляюще посмотрела на мать.

— Она девочка…

— Больше, чем девочка – она принцесса, она королевская особа. Нет необходимости превосходить всех остальных, но быть в тени проблематично. В конце концов, ты лучший заклинатель, чем я.

Ее отец отвел взгляд, чтобы посмотреть на пустое место и покашлял.

— Поэтому мы и поженились, не так ли? – пробормотал он. Затем он снова посмотрел на Киино своим суровыми глазами.

— По этой причине я отдал этого ребенка тебе – чтобы ты могла обучать её, но я думаю, что ты слишком мягка с её образованием. Реальный бой – лучшая форма обучения. Пока она ещё ребенок и не повзрослела, она определённо должна начать обучение оружию, не так ли? Важно понять, одарена ли она и в этой области.

Да, отец Киино уступал её матери как заклинатель. Однако, учитывая его способность сражаться копьём, он был лучшим бойцом.

— Я против этого. Судя по тому, что я видела, я не думаю, что этот ребенок наподобие вам талантлива в обращении с оружием. Пока она не пробудит склонность к одной из четырёх великих сил, мы должны продолжать тренировать её как заклинателя. Более того, я запрещаю ей принимать участие в таких опасных вещах, как боевые действия.

— Но раньше…

— …Всё было по другому. Вместо того, чтоб учиться писать двумя руками…

— …Быстрее научиться писать лишь одной – я знаю, что ты хочешь сказать. Но всё же, мы не знаем в чём заключаются её таланты. Ты не думаешь, что лучше дать ей испытать себя во всём? Я чувствую, что было бы лучше помочь этому ребенку подготовиться к её будущему.

— Тут я с тобой согласна. Тем не менее, я считаю стоит подождать, по крайней мере, пока она не достигнет второго уровня. Если ты хочешь, чтобы она приняла участие в боевом обучении, тогда нужно подождать, хотя бы пока её тело полностью не вырастет.

Они оба смотрели друг на друга, ни один из них не сдавался.

Некоторое время спустя её отец отвернулся.

— Я понимаю. Она останется на твоём попечении.

— Я глубоко благодарна, мой король.

— …Киино.

Киино подпрыгнула, услышав стальной голос своего отца. Он заметил это, но проигнорировал и начал говорить.

— Как королевская семья этой страны, мы наслаждаемся роскошной жизнью и преданностью многих людей. И всё это потому, что мы выполнили свой долг как королевская семья нации. Поэтому ты должна всему учиться, всё усваивать и эффективно применять свои знания. Это правда, что в нашей стране сейчас царит мир. Но кто знает, может на нас когда–нибудь нападут. Поэтому нам нужна здоровая нация и сильная армия.

— …Я не хочу нападать на других.

Её отец изменился в лице.

Был ли он зол, смеялся, или ему было грустно? Было трудно определить выражение его лица. Однако, в следующих словах не было строгости.

— Нет нужды нападать на других. Сильная армия – это сдерживающий фактор. Однако запугивания приведут к конфликту. Долг лидера – собирать информацию о других державах, достигать баланса, и стремиться к росту силы своей страны. Или ты считаешь, что военная мощь не важна?

— Нет.

Киино замотала головой.

Их пятимиллионная страна – девяносто процентов населения которой составляли радужноглазые – не была слишком большой. Тем не менее, как раз из–за того, что соседние страны были примерно такого же размера, мог быть достигнут баланс. В последние полвека не было никаких масштабных войн. Однако это просто означало, что не было захватнических кампаний. Когда появлялись монстры, которые сами по себе были чрезвычайно сильными, решалась судьба нации… И в зависимости от обстоятельств, могло потребоваться создание альянса.

Например, когда появился Бегемот, более 50 000 людей погибло, и память об этом всё ещё была свежа в сердцах многих. Киино прекрасно знала, насколько важно собирать сильных вместе, чтобы справиться с такими противниками.

— Не нужно делать всё самой. Собери людей, которым доверяешь, и позаимствуй у них силы. Среди многих королей за всю историю у меня исключительная сила, но даже у меня есть люди, которым я доверяю.

Если взглянуть на историю королевской семьи, то найти людей, сравнимых по силе с её отцом – что уже в шаге от царства героев – можно было только среди первого поколения.

— Поэтому, окружать себя сильными и искать такую силу, которой у тебя нет, может быть правильным решением. Но что это значит? Возможно, один из вариантов – изучать магию, которая сделает всех счастливее. Тем не менее, это мой совет, как твоего отца. Ты не можешь пренебрегать своей силой. Люди чувствуют себя спокойнее под защитой сильных. Быть членом королевской семьи – это сила, что ведёт за собой массы. Естественно, для такой силы нужно обладать шармом, богатством и авторитетом. Но если пойти в крайности, то личная сила короля – это самая понятная сила из всех, и она лучше всего обеспечивает безопасность. В конце концов, шарм, богатство и авторитет не всегда обеспечивают безопасность.

— Да, отец, – сказала Киино.

— Хорошо – ответил Король, снова поднимая вилку. Другими словами, это означало, что он продолжит есть. Её мать и сама Киино также поспешили повторить за ним.

После того, как они закончили, горничные подали три светло–фиолетовых напитка. Это был пурпурный чай с добавлением капли молока. Всё это сопровождалось слегка подслащённым печеньем.

Все трое посмотрели на свои тарелки и не смогли удержаться.

Киино – у которой был чувствительный язык – потягивала остывший чай. Только тогда она поняла, что две пары глаз смотрят на неё.

Она нарушила какую–то форму этикета? Киино понятия не имела, что происходит. Однако, время от времени такое происходило – Киино могла молча есть, а они уставившись смотрели на неё. Чаще такое случалось с её отцом, с которым она редко встречалась.

Она попыталась взглянуть вверх, но он не выглядел сердитым. Так какого черта творится? Киино наклонила голову и выпила свой пурпурный чай. Он смыл сладкий вкус печенья, который задержался у неё во рту. Пить слишком много было бы жадно. Она не могла неправильно оценить баланс между чаем и печеньем.

Киино сосредоточилась на последовательной подаче печенья и чая в рот, и взгляд отца покинул её.

— Так, что ещё у тебя запланировано на сегодня, Киино?

— После этой трапезы мы будем изучать магию в моей комнате до обеда. После этого она, как обычно, будет заниматься с учителем Баленом.

— Понятно. В таком случае, давай я сегодня понаблюдаю, как ты будешь её учить. Мне очень интересно, как проходят уроки Киино.

Киино не могла не удивиться.

Это, должно быть, первый раз, когда отец действительно заинтересовался её обучением.

— Хе-хе.

Её мать улыбнулась и морщины между бровями её отца углубились.

— Что тут такого смешного?

— Мне было интересно, почему вы вдруг сказали что–то подобное. Хех…

— Просто пришло в голову. Нет никаких других причин.

— Хорошо, хорошо. Хе-хе… тогда я скромно буду ожидать вашего прихода, мой Король.

— Нет никаких причин ждать меня. Я не хочу мешать образованию Киино.

— Я знаю. Тем не менее, я всё ещё думаю, что лучше всего сначала выбрать для Киино жениха. Уже немного поздновато для принцессы… даже для наследницы благородного рода. Я помню, мне тогда было восемь лет.

— Нет. Тебе было девять.

— А-а, разве? Не могу поверить, что вы ещё помните.

Её мать улыбнулась, а отец хмурился.

— Кхм! Я знаю, что ты пыталась сказать. Но Киино – единственная дочь с нашей родословной. В этом деле нельзя быть небрежным. Не следует ли нам подождать?

— Если мы не начнём думать об этом на раннем этапе, к тому времени все хорошие кандидаты уже найдут себе супруг. Тогда наш ребёнок станет старой девой, на которую никто не позарится.

— Не говори мне о сватовстве и незамужних… Побыть еще несколько лет ребёнком не проблема, не так ли? Я тщательно рассмотрю этот вопрос. Понятно? Вот и всё на эту тему.

— Да, да, да…

"Надо усерднее работать над этим", – услышала она шёпот матери. Её отец сморщил лоб, оглянулся на горничных, а затем потянулся к десертам.

После того, как десерт закончился, Киино вернулась в свою комнату, где взяла различные учебники, прежде чем отправиться в комнату своей матери.

Она постучала в дверь комнаты, и ответившей ей была личная служанка её матери, которая являлась помощницей главной служанки, а также служанкой номер два в замке.

Она зашла в комнату и начала обучение с матерью.

Независимо от того, какую магическую традицию изучали, главным для начинающего – почувствовать её. Большинство людей, которые научились использовать магию, сделали это благодаря ощущению контакта с миром. Любой, у кого нет такого опыта, не сможет произносить заклинания. Тем не менее, не было учителей, которые могли бы преподавать эту часть своим ученикам достаточно подробно, и множество людей спотыкались именно на этом месте.

Однако, Киино уже преодолела это препятствие. Она уже выучила то, что ей нужно будет знать для будущей деятельности.

Мать Киино была волшебницей, и поэтому она сосредоточилась на улучшении своей способности к мистической магии, а у Киино был талант колдуньи, поэтому полученные уроки были сосредоточены на улучшении её колдовских способностей.

По сравнению с волшебниками, колдуны больше полагались на чувства. Поэтому тренировка Киино была сосредоточена на том, чтобы закрыть глаза и своим сердцем почувствовать волны магии, которые её мать излучала при произнесении заклинаний.

Она не знала, сколько времени прошло с начала занятий.

…Внезапно, Киино что–то ощутила.

Это чувство трудно было описать словами. Однако, оно было сильнее, чем от её матери – великая волна, что–то, неподдающееся описанию.

Это было ощущением, которого она никогда не испытывала, и Киино открыла глаза.

Она увидела свою мать, которая удивилась своей дочери, внезапно открывшей свои глаза. И в этот момент…

Боль пронзила Киино.

Никогда прежде не испытываемая агония, лишённая всякого смысла.

Киино рухнула на землю от боли, будто бы с неё что–то содрали.

Боль была настолько сильной, что она не могла говорить. Киино не могла поверить, что в мире что–либо могло причинить такое.

От боли она плакала слезами. Своим затуманенном зрением она увидела, что две служанки также рухнули на землю, их лица были искажены болью и муками. Рядом с ней мать переживала то же самое.

Лицо её матери исказилось в агонии и лоб промок от пота. И не смотря на это…

— [Усиление брони].

Её мать произнесла заклинание над Киино.

Тем не менее, ощущаемая боль не изменилась. Оно не уменьшилось ни на малость. Должно быть, её мать заметила это по выражению лица Киино.

— [Защита от зла].

Киино лишь сжала зубы от боли и пыталась не стонать, и, как только она это сделала, то почувствовала, как её мать снова применила заклинание. Однако мучившая её агония осталась неизменной.

— Ду…ша? Или тело? [Форма Нежити].

Будучи продвинутой версией [Разума Нежити], это заклинание на короткое время наделяло свою цель различными свойствами нежити, как полезных, так и губительных. Это заклинание сейчас подействовало на Киино, но даже так, оно не смягчило боль.

— Оуугх! Лишь, это… дитя!

Её мать прокусила губу – тут же брызнула ярко–красная кровь – и схватила Киино за руку. Конечно, Киино бы простонала от боли, ведь её мать приложила слишком много сил. Но агония, испытываемая ей по всему телу, была слишком сильной, и Киино совсем не чувствовала боли в её руке.

Её мать шла к двери, волоча за собой Киино – нет, она её тащила. Вернее, неправильно говорить, что она шла – её мать отчаянно ползла вперёд на четвереньках.

— Уа-а-а-а…

Она услышала вой боли. Источником такого глубокого звука была Насташа.

— Уо-о-о-о-о-о!

Она зарычала глухим и грубым тоном, затем встала, чтобы прислониться к двери, схватив дверную ручку и толкнув её. Однако сразу после этого Насташа тихо захныкала и рухнула.

Она не двигалась, будто бы лишилась сознания от боли, или словно умерла.

Ее мать приблизилась к крошечной щели, ради которой Насташа пожертвовала собой. Охватившая Киино боль, была достаточной, чтобы человек потерял сознание или даже умер, и была настолько сильна, что украла силы кричать или плакать. Однако её мать терпела ту самую боль, всё ещё прилагая усилия, чтобы взять её и сбежать.

Несмотря на то, что она пересекла несколько метров за бог знает какое количество минут, её мать не думала сдаваться.

Дверь начала открываться с другой стороны, остановившись лишь когда ударилась об голову Насташи.

Её мать подтянула руку Киино к себе и сжала покрепче.

Возможно, её мать подумала, что виновник сего непостижимого деяния вот–вот себя объявит, но этого не случилось.

Человеком, показавшимся из двери, был её отец.

Он выглядел так, словно в мгновение постарел на десятки лет. Используя своё копье в качестве трости, он двигался в сторону них двоих.

— Мой… король…

— Кии… в… порядке?

Похоже её отец также страдал. Но даже в таком состоянии ему удалось пройти весь этот путь, потому что его сила преодолела способности обычного человека.

— Через… город. Используй… телепортацию.

— Поня… ла.

Речь её отца была нарушена тем, что ему приходилось выдерживать огромную боль. Но мать Киино, казалось, полностью поняла значения слов её отца.

Отчаяние на лице матери сменилось ужасом. Это произошло не только из–за боли, охватившей её. Заклинания высокого уровня требовали огромной сосредоточенности. Естественно, заклинатель, умеющий применять вышеупомянутые заклинания высокого уровня, как правило, развивал столь же мощные способности к концентрации. Это не являлось проблемой в нормальных условиях. Но были случаи, когда им нужно было сосредоточиться даже в особых обстоятельствах, подобных этому.

Возможно, из–за боли, или из–за того, что ей нужно было сосредоточиться для применения заклинания, но на лбу её матери проступило больше пота. И затем…

Заклинание не сработало.

— О-о-ох. Нет… провал. Это… вмешательство!

— Что?..

Размытым взглядом Киино увидела, как выражение лица её отца сменилось недоумением, забыв о боли. После этого они напрыгнули на Киино, как будто пытались раздавить её.

Тяжело.

Но Киино осознала чувства этой пары.

Киино могла осязать, как сильно они её любили, а из её глаз полились слёзы – уже совсем не от боли.

Но агония никуда не делась. Не обращая никакого внимания на их любовь, она мучила Киино всё теми же страданиями, что и раньше.

Было настолько больно, что она потеряла всё своё чувство времени.

Она даже не могла почувствовать тяжесть их тел на себе. Её тело полностью лишилось чувств. Всё, что осталось – усиливающаяся боль.

Она должна была умереть.

Почему…

Зачем…

Что…

Кто…

Кто бы стал делать такую ужасную вещь?

Вопросы продолжали бурлить в её голове, но подобно пузырькам… они лопались. В то же время и её сознание тоже… в этот момент Киино почувствовала, что вступает в контакт с чем–то огромным. Это очень походило на тот момент, когда она произносила заклинание, но не совсем похоже.

Это ощущение почти невозможно было выразить словами. Однако, Киино могла ощутить своего отца, свою мать, Насташу и всех людей, работавших в замке.

И всё.

И после этого Киино потеряла сознание.

Она не знала сколько времени прошло к моменту её прихода в сознание

Боль исчезла, как будто все это было неправдой. Это даже заставило её задуматься, не приснилось ли ей все это.

Киино внезапно подумала: как её отец и мать?

Она перевела свой взгляд и сразу же заметила их.

Её мать и отец были там. Они оба стояли в комнате.

— Ма…

Киино успела выговорить лишь половину слова. Оставшаяся половина застряла в её горле, не смея выходить наружу.

Это потому, что она увидела странности своего отца, своей матери и двух горничных. Но терзающий её ужас был быстро потушен.

Киино сдержала глубоко неприятный упадок настроения и посмотрела на лица четверых.

Это не было слабоумием. Все четверо шатались при движении, как будто потеряли сознание. То, как они это делали, сильно напоминало некую нежить, о которой Киино узнала во время лекций про монстров.

Киино прикоснулась к своему лицу.

…Холодно.

Она проверила свой пульс.

…Его не было.

Она предположила, что просто проверила в неправильном месте и поэтому сместила палец к шее, но где бы она не проверяла, нигде не было пульса.

В панике Киино оглядела комнату и нашла гардеробное зеркало. Она посмотрела на себя. На первый взгляд казалось, что ничего не изменилось. И всё же было одно место, которое стало совершенно другим.

Её алые глаза.

Часть 3.

— Это моя… нет. Это история Красноглазой Нежити, Киино Фасрис Инверн. День, когда все случилось.

Киино наконец начала говорить ясно. Оказывается, когда они только встретились, она плохо разговаривала из–за того, что уже очень давно ни с кем не говорила. И всё же, поскольку она была нежитью, её тело не старело, и поэтому она быстро восстановилась, как только выдался шанс поговорить.

"Ясно", – ответил Сузуки Сатору, и Киино продолжила свою историю, начиная с того дня.

Осознав, что не только люди в комнате, но и во всем замке, и даже во всем городе, стали безмозглой нежитью, то есть зомби, у Киино было два возможных пути.

Первый – она покидает город и просит кого–нибудь спасти её людей.

Другой – она остается здесь и ждет помощи из других городов.

И, как можно догадаться, Киино решила остаться.

Хотя сама Киино и не испытывала ненависти к живым, но нежить, как правило, ненавидела живых. И как подобное существо вообще может просить живых о помощи? Если бы они увидели Киино, то без сомнений, они захотели бы уничтожить её и напали бы. А еще, даже став нежитью, она не может вот так просто бросить семью и уйти.

Что еще более важно, Киино была слабой и не могла противостоять атакам монстров и зверей, поэтому шансы на то, что она достигнет ближайшего города, были крайне низкими. К тому же, она всё ещё сохраняла мелкую надежду на то, что люди из других городов приедут для расследования, учитывая, что это была столица их королевства.

Однако… никто не пришел.

Спустя два, и даже три года, у городских ворот она так никого и не увидела.

Возможно, этот феномен, обративший всех в нежить, распространился на близлежащие города, или даже затронул всю страну. Когда эти мысли возникли в голове Киино, она принялась усердно работать и начала изучать нежить, обитавшую в её стране, дабы разобраться в этом феномене, чтобы исцелить всех.

Помимо этих мыслей так же были и "Что я могу сделать? Я же всего лишь ребенок", но у Киино не было выбора.

Киино иногда покидала город и возвращалась с различными учебными книгами. Таким образом, она научилась более мощным заклятиям. Будучи нежитью, не требующей отдыха, Киино могла работать буквально день и ночь.

Минули годы, а может и десятилетия – этого было достаточно, чтобы она утратила счет времени. Похоже, Киино так и жила в одиночестве, ища способы вернуть всех в первоначальное состояние.

Однажды, вид пролетающих мимо птиц, не превращенных в зомби, придал ей уверенности в том, что во внешнем мире всё ещё остались живые существа. Однако, когда она наблюдала за городскими воротами, то всё, что она видела – это трупы различных животных, которых убили зомби. Она так и не встретила живых людей.

Послушав историю Киино, Сузуки Сатору наконец понял, почему существует такая огромная разница между взрослым поведением Киино и её юной внешностью.

Когда он спокойно все обдумал, то ситуация стала ему абсолютно ясна. Поскольку она была нежитью, то очевидно, что между её кажущимся возрастом и реально прожитыми годами будет несоответствие, если забыть о том, верно ли считать, что она 'прожила' их. Другими словами, телом она не изменилась, а вот разумом выросла. Нельзя было полностью избавиться от страха и других эмоций, и поэтому со временем её разум также постепенно изменился.

"Но тогда, не будет ли грубо обращаться с ней, как с ребенком?" – подумал Сатору. "Я просто подожду, пока она не выкажет свои пожелания", – решил он. Из жизни он знал, что сегодня к женщинам лучше обращаться как к молодым, а не как к пожилым.

И вот, её история подошла к концу.

Раньше Киино проводила эксперименты в замке, но теперь живет в канализации.

Это произошло из–за того… что она сбежала.

Тогда она почувствовала, что за чертой города появилась сильная нежить, куда сильнее её самой или даже её родителей, и потом нежить вошла в город. Она не верила в свою победу, и поэтому, взяв всё, что только смогла унести, сбежала из замка сюда.

И теперь сегодня.

Как раз, когда Киино планировала отправиться в замок на поиски какой–нибудь связанной с магией литературы, она вдруг увидела в воздухе невероятно сильную нежить, Сузуки Сатору, что и привело к текущей ситуации.

— Понятно…

Теперь он понимал её нынешнее состояние и состояние города. Однако он понятия не имел, почему он появился здесь, или почему она и город оказались такими.

Тем не менее, похоже, этот мир не был создан из–за прибытия Сатору. Как и ожидалось, лучше поискать другие причины (хоть и не было ясно, какие), почему Сузуки Сатору перенесло в этот мир.

Кстати говоря…

Сузуки Сатору уставился на Киино, эта нежить была в облике маленькой девочки.

"А мне и правда повезло, что мне встретился кто–то знающий, как устроен этот мир. И вдвойне, что это оказалась нежить."

Она говорила об этом в своей истории, но только когда он подробно расспросил её, он узнал, что нежить везде ненавидят, и не будет ничего удивительного в том, что её уничтожают при встрече. И поэтому ему будет весьма трудно получить помощь. Что означало, что Киино была для него очень ценна.

Это правда, что Сатору больше всего хотел узнать о своих старых друзьях и о Великой Подземной Гробнице Назарик. Но Киино было о них ничего неизвестно. Тем не менее, это не означало, что она теперь бесполезна. Всё же следовало ожидать, что она не знает о них. Куда разумнее было бы судить, что Сузуки Сатору прибыл в этот мир один, а все остальное исчезло вместе с игрой.

"Если получится, то я хотел бы заполучить её доверие и узнать побольше об этом мире. Мне хотя бы следует заполнить пробелы между тем, что я знаю, и тем, как работает этот мир… Это наверняка займет много времени. Если я возьму её с собой в мир людей, это сократит время, да и я наберусь опыта и знаний… Но как я могу требовать от неё столького?"

Пока Сузуки Сатору размышлял над этой проблемой…

— …Все, все они для меня очень важны.

Киино опустилась на колени и, положив ладони на землю, склонила голову.

— Прошу, умоляю вас. Пожалуйста, сделайте всех обратно такими, какими они были прежде.

— …Э-э?

Что она имела ввиду?

Даже если ты просишь – нет. Такова была первая реакция Сузуки Сатору.

В игре ИГГДРАСИЛЬ нежить Момонга был заклинателем мистической магии. Он должен обладать такой же силой в этом непонятном другом мире.

Однако у него не было возможности обращать нежить в людей.

Если горожане стали зомби из–за негативного эффекта, тогда, возможно, если убить и воскресить их магией, они станут людьми.

Хотя так нельзя было делать в игре, очевидно, в других играх существовала такая тактика; скажем, убить того, кто получил неизлечимый негативный эффект – грубо говоря, избить до полусмерти, а потом воскрестить, чтобы убрать негативный эффект

Однако, посколько в игре такого небыло, то ни одно из заклинаний Сузуки Сатору не могло обращать людей, ставших нежитью. Как бы странно это не звучало, но даже воскрещающие предметы или заклинания, которые можно было использовать на нежить с 0 ХП[6], не делали их теми, кем они были до того, как стать нежитью.

Тем не менее, у предметов, изменяющих расу, может получится. К сожалению, как только человек становится нежитью, большинство предметов, изменяющих расу, не смогут убрать статус нежити. Если бы это и было возможно, то только с Предметами Мирового Класса

Случись такое с игроком, проще было бы удалить персонажа и начать заново.

"У меня их и нет, а даже будь они при мне, я бы их не использовал, но, возможно, "Семена Мирового Древа" могли бы позволить нежити спокойно сменить свою расу, если предположить, что Предметы Мирового Класса работают тут так же, как и в игре. Или смогло бы [Загадать Желание] обратить их, даже если не всех?"

В любом случае, Сузуки Сатору не собирался тратить свои козыри.

Пока он думал, Киино продолжила рыдать кровавыми слезами.

— Почему, почему Вы сделали это с нами? Я даже не догадываюсь. Может быть, это была моя вина. Я заплачу за свои грехи, поэтому, пожалуйста, пощадите всех!

— Хм? – Он услышал то, что не мог просто проигнорировать, пропустив мимо ушей. – Я сделал это с вами?

Неужели Сузуки Сатору превратили всех в городе в нежить, не осознавая этого? Нет, он никогда такого не делал, даже в ИГГДРАСИЛе.

Растерянный Сузуки Сатору застыл в шоке. Киино немного подняла голову и посмотрела на Сузуки Сатору.

— …Извини меня. Честно говоря, я не очень понимаю о чём ты говоришь. Разве это я сделал что–то подобное? Хм-м? – сказал он.

Сразу за Сузуки Сатору, Киино издала звук удивления.

— Ха-а?

— Ха-а?

Они оба смотрели друг на друга.

Девушка словно окаменела. Он подождал немного, но не похоже, чтоб она собиралась отвечать. Поэтому Сузуки Сатору начал говорить о себе. Очевидно, он не мог сказать, что он был из другого мира или ещё что–то. Поэтому он изменил свою историю, как будто он проводил магический эксперимент и его неожиданно телепортировало в воздух над городом.

— Итак, если ты живёшь в этом городе достаточно долгое время, я полагаю, что в произошедшем нет моей вины?

— Ах, хм, значит, всё случилось не из–за вашей силы, господин Сатору?

— Под силой ты имеешь ввиду превращение всех в этом городе в нежить? Нет, об этом я ничего не знаю… ах, я правда не знаю, понимаешь? Тогда, моя очередь задавать вопрос? У тебя есть какие–то доказательства или основания полагать, что я сделал всё это?

По правде говоря, сознание Сузуки Сатору пробудилось только недавно. Если его тело неосознанно крушило всё вокруг, ему действительно нечего было сказать в свою защиту.

— …

Её реакция понемногу сменилась с шока на боль.

Прямо как дитя, она не могла скрыть перемены на своём лице. Даже если она уже столько прожила, слова Сузуки Сатору, не смотря на подавление эмоций нежити, сильно задели её.

— А–ах, когда я была одна в городе, появилась сильная нежить… Я испугалась и убежала.

Иммено из–за этой нежити, которую только что упомянула Киино, ей пришлось переместить базу из замка сюда. Он ещё не слышал деталей по поводу этой нежити…

— Ах-х-х, я понимаю, так та нежить была очень похожа на меня… и это всё, так?

— Да.

Такой слабый, казалось бы, почти отсутствующий голос Киино, вместе с отражением понимания на её лице, сняли тяжёлое бремя с плеч Сузуки Сатору.

Это не Момонга, без ведома Сузуки Сатору, сделал всё это, что ещё больше уверило его – он только недавно переместился в этот мир. В то же время Сузуки Сатору не мог поверить, что Киино ему настолько поверила.

Конечно, Сузуки Сатору был очень откровенным и честным с ней, пытаясь расположить её к себе. Однако именно она примет окончательное решение, доверять ли ему. Другими словами, она поверила словам нежити, которую только что встретила.

Если она так сильно доверяла ему, то он должен сделать то же для неё. Это необходимо для построения здоровых отношений между людьми.

— А–а, Вы злитесь? Простите, мне так жаль, я всё не так поняла, господин Сатору!

— Ах-х, не нужно этого. Не волнуйся. Говоря об этом, ты уверена, что эта нежить стоит за превращением горожан в нежить?

— Нет, я не уверена. Но, я думаю, тут есть какая–то связь, иначе она бы не появилась в городе.

— Понятно, в этом есть доля смысла.

И хотя на словах он с ней согласился, у Сузуки Сатору были кое–какие сомнения по этом поводу.

В теории было полно дыр.

Более вероятно, что эта нежить появилась бы сразу. Но, к моменту как она появилась, Киино почти потеряла счёт времени, значит прошли, по меньшей мере, годы. Не значит ли, что это скорее всего несвязанные события?

Кроме того, причина её появления, скорее всего, было в желании тут поселиться, не так ли? Будучи нежитью, её бы не атаковала низкоуровневая нежить, и живые обходили бы это место. Если отложить проблемы с нападением живых, не было бы это место самым комфортным для нежити?

Однако, он не сказал Киино о своих предположениях.

Не может быть, чтобы она не подумала о чём–то таком, что Сузуки Сатору предположил моментально.

Скорее всего, ей хотелось верить, что эта нежить стоит за всем этим. Вот почему она извинилась перед Сузуки Сатору за то, что приняла его за ту нежить.

Она хотела верить, что всё ещё можно было всех спасти.

Сузуки Сатору посмотрел на стопки книг в комнате. Все они были затасканы, что говорило об её тяжёлом труде. Однако, вероятнее всего, она просто цеплялась за каждое такое убеждение, потому что понимала, что не может их спасти, или потому, что её исследования не давали ей способа как это сделать.

"Её рассказ о том, что произошло в тот день, был очень подробным."

Первая половина её рассказа, её описание событий дня, был очень конкретным и она ясно описала ситуацию, настолько, что даже описала свои чувства. Напротив, вторая половина её истории – после того, как она стала нежитью – казалась смешанной. Возможно, в последующие дни для неё мало что менялось, поэтому и не было о чём рассказывать.

Но очевидно, что они отличались.

Последний раз она была человеком за завтраком.

Это были её самые яркие воспоминания, и только о них она могла говорить так долго и так детально.

Сузуки Сатору взял посох Аинз Оал Гоун в руки. Он услышал удивлённый вздох Киино, но не обратил внимания.

Он чувствовал сильную досаду.

"Да, вот как всё обстоит".

Он понимал чувства Киино.

Киино испытывала по отношению к городу, в котором находились её родители, и который помог воспитать ее, те же чувства, что и Сузуки Сатору к гильдии Аинз Оал Гоун. Если бы был кто–то способный помочь Сузуки Сатору вернуться в былые блестящие дни, он бы с радостью пал ниц пред ним и просил помощи.

Чувство, что росло в нём, было виной.

Было достаточно просто сказать, что она ошибалась, ожидая так много от Сузуки Сатору.

Однако…

— Ах, да, Киино – сказал Сузуки Сатору, покрепче сжав свой посох.

Он заметил, как плечи Киино дернулись, но Сузуки Сатору решил проигнорировать это и продолжил говорить.

— Если уничтожение этого неживого существа обратит преобразование людей в городе, тогда я с радостью помогу Вам.

Ранняя теория Сузуки Сатору была основана только на его знаниях из ИГГДРАСИЛЯ. Если эта нежить действительно была виновником, то можно было бы восстановить людей, победив его или прибегнув к другим способам.

Если всё живое в городе превратилось в нежить, то как можно было бы выяснить, "кто это сделал"?

— Если всё обстоит так, как Вы считаете, Киино, а враг – это некто, кто может обратить целый город в нежить, то, конечно, он не будет легким противником. По этой причине я чувствую, что захватить его живьём будет сложно, но уничтожить всё же возможно.

Сказав это Киино, Сузуки Сатору мысленно одернул себя: "Ты что, Нарберал?"

В лучшем случае, нежить, похожая на Сузуки Сатору, будет Повелителем. Если бы все его знания ИГГДРАСИЛя были применимы, он мог бы придумать способ справиться с ним. Однако, в этом мире, вполне возможно, местный эквивалент Повелителя был противником уровня 1000+.

Тем не менее, кажется, маловероятно, что этот противник превзойдет ожидания Сузуки Сатору.

Причиной этому было описание Киино своих родителей. Её отец, восхваляемый в песнях и рассказах, был способен читать заклинания четвёртого уровня, в то время как её мать, которая могла использовать заклинания пятого уровня, считалась гением. С этой точки зрения, с ИГГДРАСИЛЯ мало что изменилось, точнее, здесь было больше слабаков, чем в игре.

И всё же, сможет ли он победить их – ещё предстоит выяснить.

Его насмешка над собой была направлена на глупые слова, что он сказал после того, как приравнял опыт игры к реальному боевому опыту, в дополнение к недостатку знаний.

По возможности, он хотел бы на некоторое время забрать Киино из этого города и связаться с людьми в этом мире, которые были хорошо знакомы с нежитью, чтобы получить как можно больше информации о своем враге, прежде чем подготовить безупречную стратегию, с помощью которой можно бросить ему вызов.

Для начала, он не знал силы своего противника. Возможно, Киино видела только одно неживое существо, но после этого враг мог продолжать улучшать свою боевую мощь в городе.

В таком случае, его первоочередной задачей становится сбор информации, и после этого ему придётся потратить ещё большее количество времени и усилий на подготовку.

Однако, он не думал, что Киино одобрит его идею. Несомненно, девочка, отказавшаяся покинуть город, полный ужасающей нежити, не согласится с простым предложением третьей стороны: "Давай свалим отсюда". И всё же, попытаться стоило.

— Тем не менее, я хотел бы, чтобы Вы тщательно обдумали это. Действительно ли стоит уничтожать его? Возможно, что даже если Вы уничтожите ту нежить, жители города не смогут вернуться в нормальное состояние, не так ли?

Киино покачала головой и вытащила книгу из груды литературы.

Сложенные сверху книги повалились вниз, но она даже не посмотрела на падающие книги, и принесла ту, что вытянула, и открыла страницу, чтобы показать Сузуки Сатору.

Первой его мыслью было: "Всё–таки это не японский".

Пока Сузуки Сатору нащупывал магический предмет, Киино указала на отрывок в книге и прочитала его.

— В этой части говорится, что для воскрешения убитого существа–нежити требуются чрезвычайно мощные заклинания воскрешения, и даже после воскрешения они все равно будут нежитью. Но если хозяин–нежить уничтожен, существует вероятность, что его жертвы могут быть восстановлены, если им повезёт. Вот что здесь написано.

По большей части, всё обстояло так же, как и в игре. Однако, чтобы ставший нежитью персонаж из ИГГДРАСИЛЯ снова стал человеком, понадобится предмет мирового уровня, хотя тут дела могут обстоять иначе. Чем больше он осознавал различия между двумя мирами, тем больше росла важность Киино.

"Черт возьми!" – подумал Сузуки Сатору.

Если бы Киино ответила: "Может быть они не обратятся", то Сузуки Сатору мог направить диалог в русло: "Тогда, давай не будем его уничтожать и найдём другой путь, почему бы нам не покинуть город ненадолго и собрать больше информации?" Вот на что он рассчитывал.

Этот план провалился. Что ж, ничего не поделаешь.

В этом случае ему просто придётся его уничтожить.

Уничтожить эту нежить.

Конечно…

"…если только я справлюсь".

— Понятно. В таком случае… ах, да, должна же быть оплата.

— Да.

— И платой будет… Я хочу знать всё обо всём. Я хочу знать всё, что знаете Вы.

Казалось, выражение лица Киино вопрошало "ха?".

— Вас это удовлетворит?

— Да. Я чувствую, накопленные вами знания к сегодняшнему дню, очень ценны.

Сузуки Сатору перевел взгляд с книги в руках Киино на стопки других книг в этой комнате. Ему нужна была основная информация о мире, но Киино может встревожиться, если он скажет об этом. Поэтому он представил ситуацию так, что это даст ей ошибочно решить, будто он ищет магических знаний. И судя по реакции Киино, она купилась.

— Х–хорошо, но все эти знания не смогут всех спасти, понимаете?

— Всё в порядке. Если и так, они все–равно ценны для меня.

— Большое спасибо, – пробормотала Киино и склонила голову.

— В том числе было бы хорошо, если вы можете поделиться любыми деньгами или магическими предметами, – сказал Сузуки Сатору, небрежно доставая золотую монету ИГГДРАСИЛя. – Могу я использовать их в этой стране?

Киино взяла монету, повертела её туда–сюда в руках и вернула Сузуки Сатору.

— Да, можете. По крайне мере, могли бы. Но я не знаю точно, сколько она стоит, не проверяя содержание золота в ней…

— Понятно. Тогда я был бы счастлив получить больше золотых монет, как эта, которые можно использовать в окружающих землях.

— Я, Киино Фасрис Инверн, торжественно клянусь вам, что заплачу столько, сколько вы пожелаете, господин Сатору.

Сузуки Сатору тихонько втянул воздух.

Царственные, по настоящему королевские манеры Киино превзошли даже самого успешного продавца, которого знал Сатору.

— Раз так, я очень благодарен. Стало быть наше соглашение обрело форму. В таком случае…

Чтобы научиться использовать свою силу, ему нужно было узнать, как магия ИГГДРАСИЛя взаимодействует с магией этого мира.

— Кстати, Киино, я должен упомянуть, что могу использовать заклинания десятого уровня.

— …Понимаю.

Киино улыбнулась так, что проглядывалось легкое огорчение.

"Почему, почему ты так улыбнулась? Разве ты не считаешься гением, если можешь применять заклинания пятого уровня? Я могу в два раза больше, знаете ли! Почему ты так спокойна… это потому, что она нежить?"

Став нежитью, Сузуки Сатору на опыте испытал, как его эмоции будут подавлены, достигнув определённого уровня. То же самое творится и с Киино?

"Не говорите мне, что заклинания 10 уровня – это ерунда. Что, если уровни начинаются с десятого, и с ростом мощи номер уровня становится меньше? Подождите, разве это не делает меня заклинателем первого уровня?"

— А… здесь существует заклинание третьего уровня под названием [Огненный шар]?

— Ха? Да. Такое заклинание есть, хотя я не знаю, как его использовать.

— Твои родители были способны применять заклинания четвёртого и пятого уровней, значит для них не было проблемой использовать его, правильно?

— Мама могла и не выучить его, но мой отец мог применять это заклинание.

— Понятно. Случайно, заклинание [Молния] также третьего уровня, я не ошибаюсь?

Киино указала, что так и есть.

Итак, похоже, заклинания в этом мире занимали те же уровни, что и в ИГГДРАСИЛе. Другими словами, знания Сузуки Сатору о магии можно было применить напрямую.

Это была превосходная новость, но он должен убедиться в этом.

— Раз так, Киино, не могли бы вы применить одно из ваших заклинаний… как насчет такого, используйте заклинание первого уровня на мне? Лучше всего атакующее заклинание.

— Э-э-э-э-э!?

Только увидев широко раскрытые глаза Киино, он понял, что не объяснил достаточно подробно.

— Ах, я хотел бы проверить, нормально ли работают мои силы. И хотел бы использовать ваши атакующие заклинания как индикатор, Киино.

В конце концов, было бы неприятно, если они похожи только по названию и уровню, но совершенно отличаются по эффектам и разрушительной силе.

— Э, а, ясно. Я понимаю.

Киино набралась решимости, встала, затем повернулась к Сузуки Сатору.

Её непоколебимость бросила Сузуки Сатору в дрожь. Несомненно, большинство людей на мгновение заколебались или встревожились бы, разве не так?

Было ли это тоже особенностью нежити? Пока он обдумывал этот вопрос, Киино применила её заклинание. Пара [Магических стрел] устремились к нему с теми же спецэффектами, как и в ИГГДРАСИЛе. А затем… они в тот же момент исчезли, коснувшись тела Сузуки Сатору.

— Э-э-э-э!? – воскликнула в удивлении Киино.

Сузуки Сатору… нет, Момонга обладал способностью, известной как Высокоуровневый Магический Иммунитет. Это была сила, сводящая на нет все заклинания шестого и ниже уровней. Пока оно было активировано, простое заклинание первого уровня было совершенно бесполезно.

— Похоже, сила, защищающая меня, функционирует без проблем. Теперь попробуйте ещё. В этот раз я понижу свою защиту.

Он деактивировал пассивный навык. По какой–то причине он ощущал себя, будто голым под дулом пистолета.

Один из членов гильдии как–то сказал, что боится, когда на него наставляют пистолет, даже если в него вживлены подкожные пуленепробиваемые волокна. Сейчас он мог представить, что они чувствовали. Яркие эмоции нежити будут подавлены, но эмоции не достигнувшие этого порога, похоже, остаются нетронутыми.

— Поняла, – сказала Киино, и без единого сомнения снова применила заклинание.

— [Магические стрелы].

Лучи света снова выстрелили и ударили в центр тела Сатору.

Было не больно. Нет, здесь было что–то, что можно расценивать как боль. Но называть это "болью" – позорить само слово.

Его чувства притупились, потому что он нежить? Подумав об этом, ему захотелось посмеяться над тем, как тело, состоящее исключительно из костей без плоти, нервов или даже кожи, может чувствовать боль. А ещё, как, чёрт возьми, тело без голосовых связок или лёгких вообще могло говорить?

То же самое было и с Киино, которая не дышала. Именно так вещи и работали, и у него не было выбора, кроме как принять это.

Он взглянул на неё, и лицо Киино – даже атаковав Сузуки Сатору дважды – оставалось спокойным. Вернее, похоже, её выражение лица говорило, что она ожидала такого с самого начала.

"Что это с ней…"

Как она могла без колебаний напасть на своего помощника Сузуки Сатору? Было ли это потому, что она была психопаткой, или потому, что она была нежитью, или просто этот мир так работал? Бесчисленные вероятности пронеслись в его голове.

"Не говорите мне… она считала, что это шанс убить меня? Или нет, она думала, если я умру, то "вот и всё, что ты из себя представляешь" – что–то беспощадное вроде этого?"

Вопрос, достаточно ли он силён, чтобы сотрудничать с ней, должно быть, очень важен для Киино. Вот почему она могла атаковать без колебаний.

"Тем не менее, я ведь её союзник… я думал, что некоторые сомнения вполне ожидаемы… ну ладно."

Никакие размышления не дадут ему ответа. Сейчас ему надо воспринимать её, как жуткую маленькую девочку. Он не мог позволить себе увлечься её юной внешностью и хорошеньким личиком. Она была девушкой, в которой было что–то опасное.

В любом случае, теперь он знал, что вступать в бой без проведения экспериментов очень опасно. Если этот мир отличался от ИГГДРАСИЛя и смерть была окончательной, тогда ему нужно было знать, каково получать повреждения – испытывать боль. Страх боли может привести к проигрышу в бою, который он мог бы выиграть.

— Киино, вы говорили, что в прошлом могли использовать заклинания второго уровня, но что насчёт сейчас? Второй уровень до сих пор ваш максимум?

— Да… Я сосредоточилась на расширении своих знаний, а не на улучшении способностей к заклинаниям, так что…

— Понимаю. Это значит…

Хотя уровень и способности Киино были неизвестны, но независимо от того, как она будет пытаться атаковать известными ей заклинаниями второго уровня, она не сможет причинить ему никакой боли по сравнению с атакующими заклинаниями его противника – предположительно, уровня Повелителя. Она была совершенно бесполезна для этой цели.

— В таком случае, я приношу свои извинения, но я всё же хочу продолжить свои исследования. Мне нужно использовать атакующие заклинания, сосредоточенные на себе. Поэтому можете ли вы сказать мне, есть ли какие–либо открытые площадки, где это будет относительно безопасно?

Собственные заклинания Сузуки Сатору должны быть в состоянии нанести ему определенный урон. Кроме того, была одна вещь, которую он вынужден был уточнить.

Стоило узнать, действовал ли дружественный огонь. В зависимости от того, был ли ответ да или нет, менялся и его стиль боя. Например, использование заклинаний действующих по площади и так далее.

— Вы говорите, открытая площадка? Насколько большой она должна быть? Самое большое пространство, которое я знаю в канализационных трубах – да… около 50 метров в ширину.

— 50 метров, хм…

Ему придётся избегать заклинаний с эффектом атаки по площади и заклинаний, которые воздействовали исключительно на стены и другие объекты. Только в этом случае такой размер будет считаться адекватным.

Было бы разумнее телепортироваться за пределы города и провести там свои тесты. Однако он не ожидал, что ситуация обернётся таким образом, поэтому он не запомнил ни одного места назначения за пределами города.

В ИГГДРАСИЛЕ приходилось использовать маркеры, но в этом мире, похоже, достаточно просто запомнить место.

Что же творилось у него в голове после того, как он узнал об этом? Кстати говоря, у него вообще имеется мозг в этом теле? Начав обдумывать такое отклонение, Сатору покачал головой и изгнал эту бесполезную мысль из головы, прежде чем ответить Киино.

— Хм. Понятно. Можете отвести меня туда?

Место, куда его привели, в действительности было довольно просторным. Вероятно, то был центральный резервуар для сточных вод, протекающих через основной слив и ответвления канализационных линий. Однако теперь он был пуст, за исключением отметок, оставшихся десятилетия назад.

Он активировал свою способность, чтобы убедиться, что в округе нет зомби.

Могут возникнуть проблемы, если поблизости будут шнырять зомби–крысы. Если он вдруг попадет в такую и убьет, то в итоге может стать целью всех зомби в городе.

Слаймов, кстати, нельзя зомбировать. Хотя и можно было превратить в зомби или скелетов любую расу, существовали определенные исключения. Расы без костной системы не могли быть обращены в зомби или скелетов. Так было в ИГГДРАСИЛе, и после некоторых экспериментов с Киино подтвердилось, что так было и в этом мире.

Проведя несколько экспериментов, Сатору незаметно взглянул на Киино, стоявшую на высоте.

Не было похоже, что она хотела сбежать. Это из–за того, что она доверяла ему или же посчитала, что была полезна, а может потому, что не было никакого смысла бежать?

"…Что ж, приступим."

— [Призыв Великого Грома]!

Это заклинание девятого уровня было самым лучшим молниевым заклятием для атаки в одиночную цель. Да, заклинание огненного типа сработало бы не хуже, но он несколько опасался огня, всё же это была одна из его слабостей, и поэтому он выбрал молнию. Безусловно, он мог бы использовать что–то слабее, к примеру, заклятие пятого уровня, но он выбрал заклинание такого высокого уровня, потому что хотел знать, сколько урона нанесет ему заклятие девятого уровня, и насколько сильную боль он ощутит.

Кроме того, это было одно из заклинаний, которым обычно пользовались Повелители, и он хотел проверить, сможет ли направить одиночно–целевое заклятие на самого себя.

Плотной колонной молнии рванули вниз, озарив изнутри всю канализацию слепящим светом.

И тогда… ощущая боль, Сузуки Сатору осознал, что она была терпимой.

Боль, видимо, оказалась подавлена. Был ли это побочный эффект от превращения в нежить?

Сатору не мог не рассмеяться.

Хотя он и оказался несколько шокирован тем фактом, что его тело стало скелетом, но именно благодаря этому телу Сатору теперь мог проявить все свои способности.

Если бы Сузуки Сатору остался прежним мешком мяса, который мог в полной мере ощущать боль, он наверняка куда сильнее опасался бы битв, или, быть может, даже предпочел бы избегать их.

Следом Сатору достал свиток из инвентаря. Он должен был проверить, сможет ли он нормально использовать свитки.

Он высвободил силу свитка, и палящее пламя вдарило ввысь.

Это было заклятие [Напалм].

Сначала по небу пронесся грохот.

А теперь поток обжигающего пламени.

Волнение и ужас охватили Киино Фасрис Инверн.

Слов "Колдун" или "Нежить" уже не хватало, дабы описать это. Это была сила, которую могло использовать только существо, превосходящее их обоих. Проще говоря, это была магия богов или сравнимых с ними существ. По крайней мере, Киино очень в это верила.

Королевская семья Инверн верила в На’Бэл, последователи этой веры были и в соседних государствах. Во главе божественного пантеона этой веры стояли бог солнца Бэй Ниала, держащий в руке самоцвет, и богиня луны Лю Кинис, держащая посох, украшенный драгоценностями.

Впрочем, всё же эта вера была рождена не благодаря внутренней набожности, ведь это была государственная религия. В этой стране помимо радужноглазых также жили и другие люди, и На’Бэл, будучи государственной религией, использовалась для укрепления связей между людьми разных национальностей. Более того, можно даже сказать, что они использовали религию для создания связей с другими странами.

Тогда Киино была молода и не знала этих вещей, поэтому она искренне верила в бога.

Но в тот день и все последующие дни боги не помогли Киино. Её вера рухнула. Однако сила богов заключалась в другом.

Существование сил богов доказывали заклинатели божественной магии. Поэтому Киино проводила исследования, чтобы попросить, отобрать или даже украсть силу у богов, дабы попытаться сделать всех снова людьми. Однако, всё, что она перепробовала, не возымело никакого эффекта – возможно, ей недоставало таланта в этой области – и поэтому она прекратила исследования.

Отказавшись от своих исследований и многих лет работы, Киино возвращала позаимствованные в храме книги, как раз тогда она и увидела ту самую нежить, входящую в город.

Это был чистейший скелет без единого куска плоти, он носил мантию и держал магический посох, они были похожи на мощные магические предметы. Скелет излучал ауру могущества, что исходила лишь от сильных, и, казалось, был куда сильнее её отца.

Всё ещё держа в руках несколько книг, Киино сбежала.

Добравшись до безопасного места, она начала жалеть о том, что сделала. Не должна ли она была попытаться договориться, чтобы спасти свой народ?

С тех пор она так и не перестала жалеть об этом. "Конечно, теперь уже слишком поздно, чтобы пытаться, не так ли?" – эта мысль не раз сдавливала её сердце.

И вот наступил сегодняшний день.

Но увидев сегодня плывущую по небу фигуру, она снова сбежала.

Даже с расстояния она могла сказать, что его непревзойденная мантия была пропитана магией. А потом, этот золотой посох – предмет, сделать который человеку не под силу. Одно лишь его присутствие, и от её горьких сожалений и решимости не осталось и следа.

Киино считала, что он – Сузуки Сатору – владел огромной мощью. Поэтому, когда он попросил её применить заклятие, она сделала это без единого колебания. Она считала, что её ничтожные заклинания не смогут даже поцарапать его – так все и случилось.

— Отец. Мама. Насташа. Должен быть способ, наконец, всех спасти.

До сих пор Киино тратила время впустую.

Она проштудировала всевозможные магические гримуары, проводила исследования, по полной пользуясь преимуществами своего не требующего сна тела. Хоть Киино и была самоучкой, наверняка она знала больше любого среднестатистического мага.

Возможно, Киино Фасрис Инверн не смогла бы спасти никого в этом городе, независимо от того, как бы сильно она ни старалась.

Но если это великое существо сможет спасти всех, то, будучи единственным выжившим членом королевской семьи этого королевства, она исполнит любое его желание, даже если оно будет означать её уничтожение.

"И всё же я не думаю, что у меня есть что–то, чем я смогу отплатить ему… он попросил знания, потому что пожалел меня? Я не понимаю. Но всё, что мне остается – это верить."

Киино Фасрис Инверн поставила всё, что у неё было, на это могущественное существо.

Она не знала, окончится ли все триумфом или трагедией, а может, это будут воспевать в героической балладе, какой никогда прежде не видывал этот мир. В любом случае, в истории Киино началась новая глава.

Глава 2: Двое отправляются в путь.


Повелитель. Принцесса-вампир утерянной страны

Часть 1.

Прошло два дня с того момента, как Сузуки Сатору встретил Киино Фасрис Инверн.

Он потратил это время на изучение расхождений между его знаниями и способностями с этим миром, а также на проверку способностей предметов, которые он носил.

Утром, когда приготовления были закончены, они прибыли к окрестностям королевского замка.

Укрывшись за стенами заброшенного дома – что некогда был роскошной резиденцией, принадлежащей какому–то дворянину – они время от времени выглядывали, чтобы следить за ситуацией внутри замка.

Нежить обладала способностью видеть в темноте. Поэтому, хоть и лазутчики, и стражники были нежитью, ночь не была ничьим союзником. Однако некоторая нежить – например, вампиры – были бы ослаблены солнечным светом, что уменьшило их способности.

Если бы нежить, захватившая замок, на которую они охотились, была Повелителем, то он не имел бы слабости к солнечному свету, чего не скажешь о его миньонах. Имея это в виду, они решили атаковать днём.

В замке ничего не изменилось с того момента, как они его вчера разведали. Это всё ещё могла быть ловушка, но если всего бояться, то ничего не сможешь изменить.

— Мы действительно собираемся войти с главного входа?

"Ты уже в пятый раз спрашиваешь об этом" – подумал Сузуки Сатору, и после ответил ей.

— Это первый шаг. Ну, нас скорее всего заметят. Тем не менее, то, как поступит враг в данной ситуации, будет ключом. Мы изменим наш собственный план действия в этой точке, для того чтобы соответствовать нашему настороженному врагу, находящемуся в замке, в то же время было бы лучше сразу точно определить местонахождение вражеского лидера и устроить засаду, чтобы быстро уничтожить его. В конце концов, шансы на провал растут тем быстрее, чем больше времени проходит между первым столкновением и уничтожением вражеского лидера.

Киино знала, что Сузуки Сатору может использовать заклинания десятого уровня, и, очевидно, она предполагала, что он атакует врага издалека с помощью мощного заклинания. Однако такое было невозможно, особенно если враг находился на уровне Сузуки Сатору. Он бы не пал от одного заклинания.

После этого, как только хозяин замка узнает, что к нему направляется убийца, он, вероятно, усилит свою охрану. В этом случае Сузуки Сатору, которому не хватало воровских навыков, было бы очень трудно проскользнуть самостоятельно.

Сузуки Сатору взглянул на Киино.

Она была экипирована различными предметами, которые позаимствовала у Сузуки Сатору. Самым ярким примером была перчатка с блестящим драгоценным камнем на тыльной стороне ладони.

То был превосходный пример тонкой работы под названием "Рукавица основных цветов".

Он был зачарован тремя заклинаниями:

[Тело сияющего берилла], которое уменьшало дробящий урон,

[Тело сияющего гелиодора], которое уменьшало рубящий урон,

и [Тело сияющего аквамарина], которое уменьшало колющий урон.

Таким образом, можно сказать, что перчатка уменьшала весь физический урон, нанесенный владельцу. Обычно эти три заклинания переписывают друг друга при зачаровании, и поэтому они не могут сосуществовать, но эта рукавица существовала в качестве исключения из правил. Более того, каждое заклинание может один раз полностью отражать урон, которому они противостояли, данный предмет также сохранил и эту способность.

Однако этот предмет был не настолько удобен, как это могло показаться.

Предмет сломался бы, если использовалась любая из способностей отражения. И всё же некоторые могли рассматривать вариант сбора большого количества таких перчаток и использования их в качестве одноразового предмета. В то же время он также имел критический изъян, заключающийся в том, что в течение четырех часов после его разрушения нельзя надевать любые другие предметы в этот слот. Кроме того, активация этих способностей не зависела от владельца – скорее, он будет автоматически активирован, если будет получено определенное количество урона. Честно говоря, игроки уровня Сузуки Сатору считали этот предмет мусором, поэтому штук десять завалялось в его инвентаре.

Вероятно, в сокровищнице Назарика было как минимум вдвое больше.

Подумав о Назарике, он вздохнул. Если бы только у него имелось больше предметов, ему стало бы доступно множество вариантов на выбор и он мог бы взять на вооружение стратегию, основанную на мощных заклинаниях.

"Ничего не поделаешь…"

Великая Подземная Гробница Назарик исчезла, когда игра закончилась. Остались только наследие этой гильдии – персонаж Момонга, Кольцо и Посох.

— А теперь, – сказал Сузуки, и, собравшись с духом, начал использовать [Призыв нежити: первый ранг], чтобы призвать зомби–животного, точнее зомби–собаку.

Зомби двигались медленно, и зомби этого города выглядели не так, как зомби, созданные Сузуки Сатору. В ИГГДРАСИЛЕ он не мог переодеть их в другую одежду, но здесь это не являлось невозможным. В общем, в конце концов, он всё же выбрал зомби–собак из–за их скорости.

После этого он использовал [Взор немертвого раба].

Таким образом, Сузуки Сатору мог видеть то, что видит зомби–собака.

Бестелесные Призраки могли проходить сквозь стены и были хороши для проникновения, но он не мог использовать [Взор немертвого раба] на них. Сузуки Сатору знал, что когда–то в игре это было возможно, но в какой–то момент это было исправлено. Вероятно, патч не имел влияния в этом мире, поэтому он проверил заклинание, но не сработало.

Возможно, было бы лучше учесть, что все способности Сузуки Сатору действуют в соответствии с правилами последних патчей.

В таком случае, что произойдет, если Киино использует [Взор немертвого раба]? Этот вопрос приходил ему в голову, он не мог проверить это, потому что она не могла произносить заклинания такого уровня. Однако магия ИГГДРАСИЛЯ и этого мира была довольна похожа, так что, возможно, она так же будет использовать заклинания последних версий.

"Да что не так с этим миром?"

Он не мог поверить, что это просто игровой мир, как бы он ни старался. Также он не мог поверить, что Сузуки Сатору столкнулся с несчастным случаем в реальном мире, и это был сон, который он видел перед моментом своей смерти.

Может быть, лучше сказать, что он был перенесен в другой мир… или переродился в нем. Пожалуй, это объяснение может быть похоже на правду.

"Ну, сейчас у меня нет времени думать о таких вещах, не так ли? Если мой враг окажется на уровне Повелителя, то потеря концентрации означает смерть для меня. Мне нужно полностью уничтожить его и не оставить ему путей для побега."

Наконец, он дал ему покупной предмет, чтобы зомби–собака держала его во рту.

Он назывался статуэткой рокировки.[7]

И расстояние, которое прошел Сузуки Сатору, и тот факт, что Киино находилась рядом – всё было тщательно рассчитано с учетом этого предмета. Если бы он не мог использовать этот предмет, тогда не было нужды приводить Киино вообще.

На этом его приготовления закончены.

Он отдал мысленную команду "иди", и зомби–собака пошла вперед.

Лично ему бы хотелось, чтобы собака побежала, но он проверил и подтвердил, что зомби–псы в городе не бегали. По этой причине бег собаки был бы очень подозрительным, и поэтому он приказал ему идти.

Собака перепрыгнула разрушенную часть оборонительной стены замка и прошла прямо через ворота.

Сузуки Сатору думал, что появятся миньоны нежити. Он почувствовал себя немного разочарованным, когда их не оказалось.

По словам Киино, существо–нежить, захватившее замок, не привело с собой миньонов, когда она впервые его увидела. Однако, с момента захвата замка прошло много времени, и поэтому он мог набрать себе несколько миньонов, скорее всего, нежить.

"Ну, я думаю, мне повезло, что их нет… хотя я не могу быть уверенным, что их вообще нет."

[Взор немертвого раба] взял контроль над зрением зомби–собаки. Однако способность Сузуки Сатору видеть сквозь эффекты невидимости не работает. Таким образом, было возможно, что вокруг есть невидимая нежить. Но продолжая забиваться в угол от всего, ты ничего и не сможешь сделать.

Сузуки Сатору понял, что зомби–собака вошла в замок. Из внешнего наблюдения он уже знал, что по всему замку бродят зомби. Так как они были защищены от погоды, то были одеты лучше, чем другие зомби, что позволяло другим понять, что они – люди, работавшие в замке.

Эти зомби не проявляли враждебность к зомби–собаке, точно так же они относились к Сузуки Сатору, когда он впервые пришел в этот мир. Другими словами, они не находились под контролем таинственной нежити, что в замке.

Тем не менее, даже если они обладали такими же способностями, как у Сузуки Сатору, они наверняка не применили бы способности ограниченного использования на простой зомби–собаке.

— Зомби, и… Нет, здесь только зомби.

— Да. Внутри замка зомби… все до единого, кто там был, обращены в зомби.

Другими словами, он не мог рассматривать их в качестве оборонительных сил.

Когда зомби–собака продолжила движение, Сузуки Сатору начал озадачиваться.

Здесь должна была быть нежить высокого уровня, сторожащая входы и проходы. Но, конечно, здесь не было никого.

"В ИГГДРАСИЛе существовал максимальный предел суммы уровней всей подконтрольной нежити. В этом мире тоже такое правило должно существовать, поэтому возможно, он мог бы поместить могущественных существ нежити рядом с собой. Упоминая это… разве он не мог разместить хотя бы одно такое существо у входа в замок?"

Он продолжил продвигать зомби–собаку глубже в замок.

Ему никто не препятствовал, хотя повсюду бродили зомби.

Беспокойство Сузуки Сатору начало расти постепенно.

Это не должно было идти так гладко. Он начал задаваться вопросом, была ли это ловушка.

"Согласно руководству 'ПКшинг для чайников' от Пунитто Моэ, сейчас я должен отступить и оценить ситуацию, верно? Однако, это предполагает случаи, когда противник того же уровня, что и я, и имеет опыт ПК. Возможно ли, что у него нет опыта ПК, поэтому его защита полна дыр и ему, похоже, не хватает осторожности?"

Зомби–собака продолжала идти мимо бродивших зомби, в соответствии с планом проникновения. Её шаткая походка сейчас была рассчитана на то, чтобы заставить врагов думать, что это была обычная зомби–собака, которая случайно забрела сюда.

"Я не думаю, что от этого есть польза. Все же самая неразумная нежить – подконтрольный вид, который знает, как выполнять только простые приказы – вероятно, не заметит или не убежит рассказывать своему хозяину."

Вчера он спросил Киино: "Если вам нужно расставить часовых, где бы вы их расположили?" – и зомби–собака шла по пути, который, по её мнению, был безопасным. Путь оканчивался в комнате отца Киино – большой и самой роскошной комнате в замке. Если тут есть вражеский лидер, то он, скорее всего, был бы найден здесь.

К счастью, пол и потолок не разрушились, и зомби–собака вскоре приблизилась к месту назначения. Если бы противник развернул на большую область эффект [Задержка Телепортации], тогда все его планы развеялись бы дымом; поэтому он также учёл максимальный радиус такого эффекта.

— Мы собираемся вступить в прямой контакт. Используйте кристалл в чрезвычайной ситуации.

— Поняла… Я рассчитываю на вас, господин Сатору.

Он запомнил окружение, которые видел глазами зомби–собаки, а затем отпустил её. Сузуки Сатору всё ещё мог поменяться с ним местами, используя покупной предмет, если он почувствует себя в опасности, поэтому он искренне надеялся, что он сможет успешно сбежать.

Затем он начал усиливать себя.

Он не забыл применить заклинание обнаружения. У зрения зомби–собаки были ограничения. Возможно, на пути действительно была невидимая нежить, и нельзя было сказать, следовала ли она за собакой. Такая осторожность была оправдана.

А потом была самая важная вещь – [Совершенная Неизвестность].

Также не было необходимости менять его снаряжение. Прежде чем прийти сюда, он уже был готов встретить этого некроманта.

В тот момент, когда Сузуки Сатору произнес [Великая Телепортация], он был перенесен в запомненное место.

Он оглянулся вокруг, чтобы увидеть, есть ли какая–нибудь нежить, которую пропустила зомби–собака.

…Никого.

Пока что он не мог расслабиться. Он был в напряжении, которое порождено страхом, заполонившим его костяное тело.

Мысль о том, что он находится в центре вражеской территории, заставила его несуществующее сердце биться. Однако, он не одеревенел от страха, вероятно, потому что он был нежитью.

Он двинулся вперёд без звука, используя полет, чтобы не касаться пола.

Он медленно приблизился к покоям короля.

Он был почти у комнаты. В этот момент дверь внезапно открылась, и за ним он увидел нежить.

Сузуки Сатору побледнел.

Это был один из худших сценариев.

Это была неожиданная встреча.

Внешний вид и снаряжение нежити, который он видел, были очень похожи на то, что описала Киино.

Вид нежити, похожего на Повелителя, не прибавил уверенности Сузуки Сатору. А скорее, уменьшил. Вспомнилось слово "отступление", но план заключался в разведке боем – как он мог уйти, не увидев ни одного из козырей противника?

Переговоры с противником не были вариантом с самого начала. Поэтому, подобно убийце из тени, Сузуки Сатору произнес заклинание.

— [Тройная Предельная Магия: Рассечение Реальности]!

Он начал с самого разрушительного заклинания. Это был хороший ход, который позволил ему игнорировать сопротивление противника. Но это не позволит ему получить много информации. Тем не менее, он не заботился о поиске сопротивлений врага, и у него не было времени использовать заклинание [Остановка Времени] и подобные ему, чтобы распознать его слабости.

Заклинание, известное как самое разрушительное из заклинаний десятого уровня, поразило нежить, которая покачнулась.

Сузуки Сатору сразу обдумал свой следующий шаг.

"Я не могу уничтожить Повелителя одним ударом. Тогда как насчет повторения того же заклинания? Нет, враг может телепортироваться и вернуться с подкреплением. Тогда я должен заблокировать его телепортацию? [Совершенная Неизвестность] была рассеяна, когда я атаковал, должен ли я снова использовать его, а затем убежать? Если подумать, почему он показался в одиночестве перед незваным гостем, который мог забраться так далеко на территорию могущественной нежити? Где его приспешники? Он относится ко мне легкомысленно?"

Пока он быстро соображал, его внезапно осенило.

Это была ловушка, созданная для того, чтобы разделить Сузуки Сатору с Киино.

— Тц!

Сузуки Сатору не мог удержаться от восклицания, когда тревога охватила его.

Это очень похоже на правду.

А затем нежить, распластавшаяся на земле, рассыпалась в прах, как будто прошло много времени, оставив только свое снаряжение кататься по земле. Среди них была важная вещь, о которой упоминал Киино – хрустальная палочка.

— Он… он мертв?

"Невозможно", – подумал Сузуки Сатору. Та единственная атака не могла победить Повелителя.

"Может, это иллюзия?"

Сузуки Сатору сразу же исключил это предположение. Всё, кроме особых иллюзий, создаваемых специальными классовыми навыками, было бесполезно против нежити, вроде него. Поэтому, скорее всего, это не было иллюзией.

"Нет, погоди, может, это что–то уникальное для этого мира – Повелитель, специализирующийся на иллюзиях? Что–то, чего нет в ИГГДРАСИЛе? Если мы руководствуемся основным принципом потери чего–то, чтобы получить нечто взамен, тогда возможно ли, что он потерял способность доминировать над другой нежитью в качестве цены за свои способности? Это ведь не исключено, правда?"

Конечно, у Сузуки Сатору также возникали сомнения в том, что ”Киино переоценила силу противника, и они на самом деле были очень слабыми". Однако любые потери, вызванные переоценкой противника, должны быть легче потерь, понесенных в результате их недооценки.

В первом случае это был бы пустяк, но если тут второй вариант – то всё уже не так просто. Поэтому Сузуки Сатору отверг возможность того, что он переоценил своего врага.

Учитывая нынешние обстоятельства, остается только один ответ.

— Это ловушка!

Какова была цель этой ловушки?

Почему противник заменил свое снаряжение на такое непримечательное? Он действительно вышел из комнаты по чистой случайности? Если дело было не в этом, то противник уже знал о его планах.

"Произошла утечка информации? Тогда, это может быть ловушка для меня или Киино… или даже для нас обоих"

Если ловушка предназначалась только для Сузуки Сатору, то это могло быть местом где он встретит свою роковую судьбу, и с каждым мгновением, что он упустил, опасность становилась всё больше. Но что если Киино была их целью? Или они оба?

Оглядевшись, он не увидел никаких признаков того, что противник начал атаку.

"Ах!"

Вполне вероятно, что эта ловушка была нацелена на Киино. Как–никак, Сузуки Сатору появился всего лишь несколько дней назад.

"…Нет! Стоп! Возможно ли что эта нежить призвала меня в этот мир? Но… может ли это быть правдой? Иначе говоря, это должно быть ловушкой для Киино."

Или, возможно, этот замок скрывал какой–то секрет, и поэтому он искал Киино, что была ключём к нему. Возможно, он наблюдал за всем, что делали Сузуки Сатору и Киино, так же, как Сузуки Сатору наблюдал за противником. Враг, вероятно, ждал своего шанса отделить Киино от её козырной карты, Сузуки Сатору.

"Это возможно!"

Считая, что это вполне вероятно было ловушкой, Сузуки Сатору сердечно поздравил своего врага.

Возможно, он всё это время был словно на ладони у своего противника.

Если он сейчас отправится проверить Киино, вполне вероятно, что он попадёт в смертельную засаду, устроенную основными силами противника, и приготовленную заранее. Сузуки Сатору… нет, Пунитто Моэ поступил бы таким же образом.

Если бы это затеял он, то он, возможно, использовал Киино в качестве заложника, чтобы начать переговоры с его противником.

Убить двух зайцев одним выстрелом.

Прямо сейчас лучшим курсом действий для Сузуки Сатору было бы телепортироваться в безопасное место. После этого, если Киино будет схвачена врагом, ему предстоит найти способ спасти её. И если бы у него действительно не было способа сделать этого, тогда это означало бы прощание с ней.

Не убивать Сузуки Сатору, с точки зрения противника, объяснялось тем, что они попросту остерегались его. Если бы Сузуки Сатору убежал бы прямо сейчас поджав хвост, его бы не преследовали. По крайней мере до тех пор, пока они не получат информацию от Киино.

— Тцк.

Сузуки Сатору цокнул языком и выглянул наружу, затем решил телепортироваться в воздух.

Его поле зрения внезапно изменилось, как в начале, когда он вторгся в замок. Казалось бы, не было никаких мер по блокировке телепорта. Наихудший сценарий, которого Сузуки Сатору хотел избежать, заключался в том, что он смог бы телепортироваться в замок, но не сумел бы уйти тем же способом.

Нельзя было телепортироваться внутрь или наружу из Великой Подземной Гробницы Назарика, также в игре было много подземелий, которые запрещали побег при помощи телепортации.

При наблюдении с неба, внешние стены дворянской усадьбы, где скрывалась Киино, можно было увидеть сразу. Улучшенным зрением игрового аватара Момонги было видно с воздуха, что до и после его вторжения не было никаких изменений. Как бы внимательно он не смотрел, он не мог обнаружить врагов вокруг Киино.

"Он… использует Киино в качестве наживки? Понятно. Возможно, его план в том, что я попадусь и он схватит нас обоих. Хорошо сыграно."

Сузуки Сатору улыбался.

Это была улыбка того, кто полностью видел планы своего противника.

Сузуки Сатору использовал [Совершенную Неизвестность] и наблюдал с неба.

Когда противник заметит меня в небе и попытается что–то предпринять, действуя на земле, появится хороший шанс спаси Киино.

Сузуки Сатору наблюдал за Киино с воздуха в надежде предугадать намерения своего противника.

Итак, прошло три минуты.

За исключением звуков ветра, бегающего по воздуху, ничего больше не ощущалось, ничего не летало, и ничто не атаковало Киино.

"Что, что происходит? Почему враг ничего не делает! Может ли… он ждет, когда я сделаю свой ход, а затем уже нанесёт удар?"

— Проклятье! Вы очень хороши! – пробормотал Сузуки Сатору.

Противник довольно умен. Они знают, что мы тоже не хотим умереть. В таком случае… сделаем это.

Сузуки Сатору решил сделать ход и переломить ситуацию.

Он свяжется с Киино при помощи [Сообщения] и сменит место сражения.

— Киино, это я, Сатору. Я наблюдаю за тобой с воздуха. Твоё текущее местоположение опасно. Направляйся в своё убежище в канализации прямо сейчас.

— [Обманщик!]

После этого [Сообщение] прервалось.

— Чего!?

Что всё это значило? Нежить Сузуки Сатору запаниковал от совершенно непонятной реакции Киино.

"[Сообщение] было ложью?.. Не говорите мне, что Киино уже была под заклинанием врага? Но она нежить, верно? Она не должна подвергаться влиянию разума. Нет, это только мои знания из ИГГДРАСИЛЯ. Неужели нежить в этом мире уязвима и для умственных воздействий? Я не понимаю! Киино была в союзе с врагом все это время? Но она была тем, кто показал мне своё укрытие, не говорите мне, что враги поступают подобным образом… что мне делать?"

В справочнике ПКшинга не было ситуаций подобных этой, и Сузуки Сатору не имел информации на которую он мог бы ссылаться.

"Может мне стоит просто забыть обо всем этом и сбежать", – подумал Сузуки Сатору. Он наблюдал за окружением Киино полных семь минут и ничего не поменялось.

Устав слушать свист ветра Сузуки Сатору тихо сказал.

— …Вообще нет никаких признаков движения.

Бессмысленное ожидание уничтожило волнение от участия в битве не на жизнь, а на смерть.

Нет, это тоже ловушка врага. Время ничего не стоит для нежити… проще говоря ожидание тяжело вынести, но это не проблема. Враг, должно быть, ждёт, пока я забеспокоюсь и поспешу.

Голос в его сердце сказал: "Вероятно дело в этом", – и Сузуки Сатору отбросил свои планы о побеге. Вместо этого он продолжил ждать.

Прошло десять минут.

"…Очень странно. Что–то определенно было не так. В любом случае, я начну, задействовав зомби–собаку… ах. Но тогда зомби–собака с покупным предметом может исчезнуть… И я вряд ли смогу найти этот предмет. Ургх…"

Он также не мог заставить её доставить что–либо Киино.

Он не мог призвать или создать нежить.

"Мне нужно принять во внимание, что противник сбежал от нас и ушёл в канализацию, а затем разместил там мощную нежить. Если я уничтожу эту нежить сейчас, то мне нужно будет беспокоиться о том, устроил ли противник засаду, пока отступал."

Подумав об этом, он переключил своё внимание на зомби–собаку, которую он вызвал избытками маны. Собака уже вернулась к воротам замка и стояла в ожидании.

"Теперь должен ли я отправить собаку к Киино, чтобы показать ей дорогу?"

Возможно, враг не атаковал, потому что он обнаружил Сузуки Сатору в воздухе. Поэтому, если Сузуки Сатору исчезнет, враг может перейти к активным действиям.

Учтя этот момент, Сатору снова применил заклятие [Великая Телепортация] и телепортировался во двор дома, неподалеку от места, где была Киино. Убедившись, что из замка его не видно, он отправил зомби–собаку к Киино.

Видимо, Киино использовала [Невидимость], так как зомби–собака не видела её. Однако, когда зомби–собака пришла к месту, которое Сатору видел с воздуха, внезапно появилась Киино.

Зомби–собака потянула за край платья Киино.

Киино, кажется, сразу поняла и побежала за зомби–собакой туда, куда она вела её.

Затем, когда Сатору наконец вышел из укрытия, то увидел Киино, которую привела зомби–собака. Однако, расслабляться было рано. Нежить с высокоуровневыми навыками вора была редкостью, но всё же существовала. И кто–то такой вполне сможет атаковать скрытно.

— Господин Сатору! Вы в безопасности!

Времени прошло больше, чем планировалось, и она, вероятно, сильно волновалась. Киино очень обрадовалась, но сейчас не было времени на это.

— Сюда!

Сатору выскочил и схватил Киино за руку. Киино широко раскрыла глаза, но не было времени все ей объяснять. Он сразу же активировал [Великую Телепортацию] и забрал Киино вместе с зомби–собакой на их базу в канализации.

Попав на место, он осмотрел окружение, особенно вход. Не похоже, что дверь была открыта. Глазной Мертвец, парящий в воздухе, также не был поврежден. Он мог быть уверен, что здесь безопасно.

— Хух.

Только вернувшись сюда, Сатору позволил себе вздохнуть с облегчением. А затем он вспомнил, что ему еще нужно все объяснить Киино.

Забрав покупной предмет, Сатору изгнал зомби–собаку и взялся за объяснение. Сперва он рассказал, что уничтожил нежить, о которой говорила Киино, но этот скелет оказался слишком слаб, поэтому вполне возможно, что это мог быть двойник или нечто подобное. И поэтому он решил отступить.

— Нет, я так не думаю. Господин Сатору, вы не считаете, что победили его с такой легкостью, потому что вы – могущественный заклинатель?

— Если бы это был Повелитель, такой как я, то конечно, он не умер бы так быстро.

— Разница в силе между нами была слишком велика, поэтому я смогла бы лишь сказать, что он был очень силен. Это возможно?

— Я тоже думал об этом… в таком случае, я пойду один и проверю еще раз.

Опасное решение, но это был и единственный путь.

Сатору мог чувствовать нежить, но не уровень их силы. Поэтому у него не было иного выбора, кроме как оценить все самому.

— Большое спасибо!

— На осмотр может уйти один–два часа, поэтому вам придется подождать здесь.

Приказав Глазному Мертвецу защищать Киино, Сатору снова телепортировался в дворянское поместье. Оттуда он следил за внутренней частью замка, но не заметил ни суеты, ни признаков увеличения уровня боеготовности.

Активировав заклятие [Призыв Нежити: 10 ранг], он сотворил мощную нежить и отправил её в замок. Однако сражения не последовало. Теперь Сатору стал достаточно решителен, чтобы проследовать за ним.

Он прошел по следам зомби–собаки до тронного зала.

На своем пути он встретил лишь зомби, другой нежити не было.

Дверь в тронный зал всё ещё была открыта. По земле были разбросаны роба и снаряжение этого скелета.

"Быть не может… неужто он и вправду оказался настолько слаб?.. Ах, плохо дело, я ошибся. Наверно, это действительно был двойник, а оригинал тогда сбежал, посчитав, что не сможет меня победить. Это, безусловно, возможно. Если бы я тогда об этом знал, то не лучше было бы начать с [Запирание Измерений] или какого–нибудь другого заклинания контроля поля боя, а не атакующего?"

"Я сделал плохой ход", – корил он себя, отправляя находящуюся рядом с ним нежить в комнату. Сигнатура нежити не реагировала ни на кого внутри, но Сатору не мог исключать того, что там могла быть охрана, не являющаяся нежитью.

Увидев, что его миньон не подвергся нападению, Сатору подошел ко входу в зал и заглянул внутрь.

Внутри было много столов, и многие из них были перенесены сюда из других комнат. Они были завалены книгами настолько, что их можно было назвать миниатюрной горой.

Это походило на комнату ученого или бюрократа, занимающегося бумажной работой.

— Вся информация здесь… но тут никого нет?

Сатору поместил все предметы, что были на земле, в свой инвентарь.

Он практически перевернул в замке все верх дном.

Спустя два часа он сложил руки и принялся думать.

"Я нигде не могу найти его! Он сбежал… Нет, вряд ли. Одно дело, если бы он сбежал один, но быть не может, чтобы он сбежал вместе со всеми своими миньонами прямо у меня из под носа. Более того, он оставил здесь все эти вещи, похожие на документы. К тому же, судя по всему, другие комнаты не использовались… в общем, можно делать вывод, что противник был слишком слаб."

Сатору был обескуражен тем, сколько времени и нервов ушло впустую. Это можно было назвать абсолютным провалом, причиной которого стало то, что он начал битву, не спланировав все заранее.

"Если бы Пунитто узнал об этом, то он бы еще долго не давал мне покоя, говоря: "Это тебе еще повезло, что все прошло так хорошо" и т. д."

"Но дело в том, что было бы куда хуже, если бы враг не оказался таким слабым. Это уже не игра. Возможно, у меня даже есть только одна жизнь… я ведь так и не узнал о принципах работы магии воскрешения… Так что мне следует быть осторожнее."

Вновь все обдумав, Сатору вернулся к Киино.

— Ну вот… Зомби так и остались зомби… как и думала, вернуть их будет не просто. Но именно поэтому это так важно… но когда дойдет до дела, вы правда сможете спасти всех?

Из своего инвентаря Сатору достал жезл, который недавно подобрал. Он взглянул на него и, положив обратно, телепортировался.

Часть 2.

Сатору вернулся в замок вместе с Киино. На этот раз он планировал более тщательно обследовать его изнутри. Он одолжил Киино предмет, позволявший владельцу использовать заклятие [Полет], и оба они, активировав [Полет], принялись исследовать замок. Киино должна была только показать на то, что тут поменялось с тех пор, как она жила в нем. И даже так, проверка такого огромного замка заняла довольно много времени.

В конце концов, они не нашли ничего особенного. Киино заперла своих родителей в комнате матери. Пока они являются нежитью, с ними ничего не случится. Кажется, того скелета ничего не интересовало, он лишь сделал тронный зал своей исследовательской лабораторией.

И вот, ненадолго они вернулись в канализацию. Затем, когда магия Киино восстановилась, они вновь применили [Полет] и направились в тронный зал для более тщательного осмотра.

Солнце зашло, и ночь медленно опустилась на город.

Тронный зал состоял из трех комнат: первая, комната с дверью, была завалена книгами, вторая была завалена сокровищами, собранными со всего города, а в последней комнате та нежить устроила лабораторию. Там было несколько любопытных растворов, и стояло зловоние, которое не собиралось уходить.

Выслушав, что об этом думает Киино, Сатору решил переместить все предметы в свой инвентарь, поскольку там они ничего не весили, и положил их в случайную ячейку.

Изначально Киино предложила вернуться в её комнату, но Сатору отказался. Если бы они собирались осмотреть её в первую очередь, то им не стоило применять заклятие [Полет].

Тогда они решили посетить комнату, когда–то принадлежавшую горничным. Когда Сатору был там в первый раз, он и его нежить–миньон вот–вот собирались войти, но вместо этого они получили в лицо белой пылью. Сейчас же тут было менее пыльно.

— Как же тут пыльно…

Сатору был морально готов к этому, и все, что он мог сделать в ответ на жалобу Киино, лишь пожать плечами.

— Ну, здесь ведь уже давно никто не жил.

Пол покрывала пыль, а значит, тут уже давно никого не было. Поэтому, увидев это, они вошли, не задумываясь.

Первой вошла Киино. Она прошла на другой конец комнаты и открыла окно.

Образовавшийся сквозняк поднял тонну пыли. Если бы там были живые существа, которым нужно было дышать, они наверняка бы закашлялись. И всё же, оба они были нежитью без подобных потребностей, поэтому максимум, что им могла сделать эта пыль, немного мешать.

— Могу я прибраться в этой комнате?

"Тебе не нужно спрашивать у меня разрешения", – подумал Сатору и ответил:

— Я не против. Однако, как на счет того, чтобы убрать эту комнату по–моему?

Сатору достал свиток. Будучи ужасным скрягой, он не тратил расходные предметы по пустякам. И всё же, этот предмет был низкого уровня, и у него было много куда более лучших аналогов, поэтому этот свиток для него ничего не стоил.

В свитке находилось заклятие [Призыв Монстра: 1 ранг].

С помощью этого свитка можно было призвать низкоуровневого Малого Элементаля Воздуха. Ему не нужно было ничего приказывать, поскольку у призванного существа со своим мастером было нечто вроде телепатической связи, и таким образом мысленно ему можно было отдавать приказы.

Элементаль начал вращаться и разом выдул всю пыль из комнаты наружу.

— Киино, в этом свитке тоже есть заклятие, не хотите с его помощью попробовать призвать Элементаля Воды?

Сатору дал ей свиток. Киино, активировав заклятие, призвала Малого Элементаля Воды, как он и сказал.

— Благодарю, господин Сатору.

— Нет необходимости быть столь формальной. Не бери в голову. Элементали, вызванные свитком первого уровня, просуществуют совсем недолго. Пожалуйста, придерживайся приоритетов при уборке в комнате.

— Хорошо!

— Да и еще, теперь можно деактивировать заклинание [Полет].

— Поняла!

Хоть их положение и не изменилось, но, возможно, из–за того, что она вернулась домой, Киино заметно повеселела. Видя явные перемены в настроении Киино, Сатору сохранял спокойствие, что удивило даже его самого.

Он дал Киино свиток не просто так.

Проведя множество испытаний с тех пор, как он пришел в этот мир, он впервые использовал расходный предмет, типа того свитка.

"Понятно… значит, жители этого мира могут использовать свитки ИГГДРАСИЛя. А что если попробовать наоборот? Кстати, элементали, вызванные свитком, существуют недолго, но, видимо, она не посчитала это чем–то странным. Значит, мои знания о свитках ИГГДРАСИЛя также применимы и в этом мире… верно?"

Хотя он и спрашивал Киино об этом раньше, но теперь у него были доказательства. Не то, чтобы он не доверял ей, просто лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

Как он и сказал, оба Элементаля вскоре исчезли, но к тому моменту комната уже была достаточно чистой.

— С чего мы теперь начнем осмотр?

— Я бы взглянула на ту стопку пергаментов.

Что тому скелету тут было нужно?

И кто это вообще был такой?

Какова цель всего этого?

И самое главное, действительно ли существовал способ вернуть людей, ставших зомби?

Эти вопросы, ни на минуту не дававшие ей покоя, вселяли слабую надежду, что она сможет найти ответы в этих пергаментах, и именно поэтому она хотела начать расследование отсюда.

В тот момент, когда Киино собиралась развернуть один из скрученных пергаментов, заподозрив неладное, Сатору остановил её.

— Что–то не так, господин Сатору?

— Позвольте мне напомнить вам, что для начала следует проверить их на предмет скрытых ловушек. Вы сделали это? Разве не может один из этих свитков оказаться магической ловушкой?

— …Э-э?

— Некоторые ловушки можно замаскировать под свитки. И когда кто–то попытается использовать такой предмет, он взорвется, или нечто в этом роде.

— З–значит и такое бывает?

— Хм? Хотите сказать, не бывает?

Они уставились друг на друга.

— А, эм, господин Сатору, так, значит, вы знаете, что нужно делать?

— Я плох в обезвреживании ловушек. Полагаю, будет лучше, если я создам какую–нибудь нежить и дам ей развернуть свиток.

Сказав это, Сатору создал Рыцаря Смерти.

Он приказал Рыцарю Смерти выйти из комнаты, отойти на некоторое расстояние и развернуть пергамент. Но была одна проблема. Если случится взрыв, то остальной пергамент тоже может сгореть, поэтому он должен был вынимать каждый свиток и проверять его безопасность по одному.

Провернув это с каждым пергаментом, они взялись за книги.

Пока Рыцарь Смерти делал свое дело, Киино просматривала пергаменты, которые уже были проверены на безопасность.

Но внезапно выражение на лице Киино вдруг застыло.

— Простите, господин Сатору. Я не могу прочесть, что тут написано…

— Хм…

Ранее он слышал, что в этом мире существовало множество языков. Сатору встал позади Киино и заглянул в пергамент. Ого, быть не может, это же японский… на самом деле – нет. То, на что он так надеялся, не случилось.

— Тогда… – Сатору достал из инвентаря монокль, – Возьмите пока это. Он должен помочь в прочтении других языков.

Сатору не стал использовать его сам, потому что не был уверен, что сможет понять, о чем идет речь в этих исследованиях.

Будучи настоящим взрослым, ему следовало бы проверить, нет ли там каких непотребств, но это всё же лучше, чем пялиться в пергамент и говорить: "Это слишком узкопрофильная область, в которой я не разбираюсь", и поэтому предоставил это Киино.

Видимо, не заметив, что глубоко внутри Сатору принизил себя, Киино поблагодарила его. Затем она надела монокль и начала читать.

Кажется, монокль работал, ведь Киино начала бегать взглядом по содержимому пергамента.

Молча прочитав первый пергамент, она потянулась за следующим. Чтобы не мешать Киино, Сатору отошел в сторону.

Поскольку он никогда не относился к магии как к науке, он бы ничего не почерпнул из этих свитков. Иногда Киино поднимала тему о принципах магии… но для Сузуки Сатору она была слишком запутанной. Он не строил из себя умника и просто отвечал "Я не знаю".

Хотя Сатору создавал впечатление, что действительно ничего не знает, Киино, похоже, ему не верила.

Все же, по факту он продемонстрировал свою невероятную мощь, и существовали некоторые классы, что управляли магией с помощью чувств, а не теоретических знаний. Должно быть, она приняла его как раз за такого заклинателя, полагающегося на чувства.

Глядя на задний оборот небольшой книги, что держала Киино, Сатору начал раскладывать предметы, которые обнаружил на полу.

Он использовал заклятие, чтобы увидеть, какая магия сокрыта в этих предметах. Первым он обследовал небольшой жезл.

Увидев магию, что была внутри жезла, он, чувствуя растерянность, позвал Киино.

— Извините, но не могли бы вы подойти и взглянуть на этот предмет?

— А? Конечно!

Киино быстро обернулась.

— На счет этого…

— …Ах!

Киино вскочила с места и подбежала к предметам, среди которых она и нашла жезл.

— Это он! Мы нашли его!

Киино была очень рада, хотя и казалось, что в какой–то момент она становилась прежней, но неосознанно вновь начинала улыбаться.

— Так, значит, это тот воскрешающий предмет, о котором вы говорили ранее?

Его мысли подтвердились. Это был предмет, что остался от той, пришедшей в город, нежити.

Этот жезл являлся одним из национальных сокровищ, среди которых были и Маска Ирубии Хордан, Роба Первого Инверна и Лапа Грифона–Лорда (рукавица).

Прозрачный жезл, который вырезали из огромного кристалла, а после обработали.

Он назывался Исчезнувший Белый.

Если она сказала вчера правду, то Сатору рассчитывал, что внутри этого жезла будет заклятие пятого уровня [Оживление Мертвого]. Но по результатам его недавно проведенных исследований, заклинания работали немного по–другому. Точнее, даже если он выглядел как жезл, и его можно было использовать как жезл, но, по сути, он может оказаться предметом другого типа.

Ему показалось немного стыдным использовать его как жезл.

Но, хоть у Сатору и были предметы с высокоуровневой магией воскрешения, до вчерашнего дня он не планировал использовать их.

Одна из причин была такова, что он не был уверен, работала ли магия воскрешения в этом мире по тем же принципам, что и в игре. Но также верно и то, что он скрывал, что владел подобными предметами.

Сатору не был таким толстокожим, чтобы честно рассказать об этом. Хотя о какой коже теперь может идти речь.

— Да! Теперь точно можно будет всех…

Киино прикусила губу, вероятно, потому что невозможно было спасти всех предметом с ограниченным количеством использований. Нет, было очевидно, что такой сильный предмет будет иметь какие–то ограничения. Сейчас Киино пришлось бы решать, кого ей спасти.

— Даже если так, нужно их уничтожить перед тем, как обращать в людей.

— И как мне вернуть их к жизни?

— Хмм, как насчёт убить их, пока они зомби, и попробовать воскресить их этим предметом?

— Понятно… в таком случае, мы не сможем сделать это в замке, – Сатору объяснил озадаченной Киино.

— Хотя мои знания могут отличаться от того, как всё на самом деле, но если мы уничтожим зомби здесь – извини, если мы здесь кого–нибудь убьём – вполне возможно навлечём на себя всех остальных зомби. Чтобы этого избежать, нужно отвести тестовго зомби как можно дальше, куда–то где убийство не вызовет столько враждебности. Однако, я понятия не имею насколько далеко. У тебя есть идеи?

— Ха-а? Ах, да, так вот как всё работает?

— А разве нет?

Они уставились друг на друга.

Не столько из–за того, что у них было разное понимание мира, сколько они оба были не до конца уверены, в чём проблема. Следовательно, им стоило обсудить плюсы и минусы такого плана.

В конце концов, они решили сначала дать Киино дочитать все книги. Решение в надежде, что какая–то из них даст ответ, доверив свою удачу небесам.

После того, как Киино подняла свои книги снова, Сатору продолжил изучать предметы оставшиеся от нежити.

Сузуки Сатору поднял серебряное ожерелье и нахмурил свои несуществующие брови.

"Это не магический предмет… это зачарованное ожерелье. Что–то вроде аксессуара?"

Нельзя носить несколько магических предметов в одном слоте. Хотя на шею можно было надеть много магических предметов, Сатору слышал от Киино, что только одетый последним предмет возможно использовать, так что, похоже, в этом мире были те же правила, что и в ИГГДРАСИЛе.

Хотя, и не было ничего такого, будь эта нежить одним из тех, кто наряжается бессмысленными украшениями, похоже это не так. У него не было никаких других немагических предметов, кроме этого ожерелья.

В этом должен быть какой–то смысл.

В ожерелье был круглый серебряный объект. Он выглядел довольно изношенным, но было ясно видно что–то похожее на вырезанные символы и буквы.

"Есть ли в них какой–то смысл? Или это ключ к чему–то? Нет, это может быть какой–то святой символ для нежити. Или это был какой–то ключевой религиозный предмет? Кажется, сзади есть что–то похоже на… значок гильдии… ах! Значит ли это, что он принадлежит какой–то организации?"

Он сомневался в их предназначении, поэтому можно было лишь догадываться. Однако было бы плохо, если нежить принадлежал какой–то группе.

"Это вполне возможно, поэтому я так насторожен… Надеюсь, Киино знает, что значит та эмблема."

Киино читала, быстро пролистывая книги.

Со стороны он увидел её напряженное испуганное лицо. Вероятно, хороших новостей он не услышит.

— Киино, извини, что отвлекаю тебя, не могла бы ты взглянуть на это ожерелье?

— А? Ах, да… давайте посмотрю, не похоже на буквы. Это… метки?

— Ясно. А как у тебя идут дела?

Было две кучи книг: одна с прочитанными, вторая те которые она ещё не читала. Он спросил, потому что первая куча была куда больше второй. Киино тяжело вздохнула. Вздох, как у сотрудника которому ещё работать всю ночь. Совсем не такой вздох, который должен быть у маленькой девочки.

— Во–первых, эти книги связаны с различными видами магии. С другой стороны, в пергаментах, были вещи которые изучала та нежить – беспорядочно написанные исследовательские заметки. Но они слишком сложные, поэтому в той или иной степени, я могла их неправильно понять.

Киино опустила плечи. Её голос звучил угрюмо.

— Просто… та могущественная нежить, как я думала, связана с превращением всех в городе в нежить, но похоже это не так.

"Как я и думал", – промелькнуло в голове у Сатору.

Нежить была слишком слабой для того, чтобы превратить целый город в зомби.

— Я нашла что–то похожее на дневник, там сказано, что та нежить, которую Вы убили, была так же озадачена вопросом, как все в городе превратилась в зомби, и то что он хотел бы разобраться в этом, будь у него время. А ещё…

Киино уж собиралась что–то сказать, но потом передумала.

— …Это всё. Эта нежить была ни при чём.

— Вот как? И что собираешься делать?

— …Даже если так, я всё ещё хочу узнать, можно ли их обратить.

Киино сказала это голосом полным решимости. Она, наверное, знала, что это бесполезно. В конце концов, именно она сказала, что всё можно исправить, если устранить виновника, а теперь она говорит Сузуки Сатору, что та нежить, которую он убил, была ни при чем. Тем не менее, даже если она всё понимает, всё равно стоит попробовать.

Сузуки Сатору посмотрел на девушку, и подумал об огне.

Даже оставшись одной, не нужно было пытаться тушить огонь, приготовленный для других.

— Раз так… в таком случае, мы не используем твоих родителей. Проведём эксперимент на одном из стражей.

Лицо Киино скривилось от слова "эксперимент". Однако она ничего не сказала, потому что знала, что красивые слова не изменят ситуации.

Для начала, Сатору открыл окно и выпрыгнул в него, и, используя [Полёт], завис в воздухе. Оттуда он запомнил локацию далеко на горизонте, за городом, и телепортировался туда. Как только он это сделал, он осмотрелся, используя свою способность, и, убедившись, что вокруг нет нежити, использовал [Великую Телепортацию] чтобы вернуться к Киино.

После этого, они оба вышли из комнаты. Киино отвела его к стражу, который при жизни, должно быть, был довольно сильным, и Сатору использовал [Врата].

Он схватил стражника за броню, но так, чтобы тот не принял это за атаку, и затащил его во [Врата].

Итак, все трое оказались за пределами города.

Не успела Киино сказать "Я сделаю это", как Сатору убил зомби, одним ударом, молча.

Он не разбил ему голову в дребезги дробящим оружием. Вместо этого он отрубил его голову магически–созданным мечом.

— Теперь, можешь использовать тот предмет?

— Х–хорошо…

Чисто белый свет переместился с жезла к трупу зомби–стража.

Труп медленно поднялся на ноги, но это не значило, что он ожил. Это был обычный зомби, который вновь двигался.

Киино опустила голову, и Сузуки Сатору, который волновался о нападении, позволил своей осторожности угаснуть. Зомби бесцельно ходил, не проявляя признаков враждебности, видимо, вся агрессия исчезла вместе с его смертью.

— Что будем делать? – спросил Сатору. После непродолжительного молчания Киино подняла голову и посмотрела ему в глаза.

— …Господин Сатору. Думаете, я смогу всех спасти, если достаточно сильно постараюсь над своими исследованиями?

Её голос звучал тяжело и был поникшим.

Это голос человека, не верящего в себя. Голос человека, надежды которого разбились вдребезги.

Сузуки Сатору ненадолго задумался. Он мог утешить её, или просто замылить ситуацию. Он так же мог попробовать перевести разговор в другое русло. Однако несколько дней назад он уже смирился со своим новым имиджем и отбросил все эгоистичные мысли.

Он глубоко вдохнул, после чего встретился с Киино взглядом и заговорил.

— Я бы не сказал, что шансов ноль. Хотя я не учился магии в академии, я думаю, в этом мире есть кто–то, знающий, что тут случилось. Если мы попросим его о помощи, возможно, нам удастся найти решение. Однако… это будет очень сложно.

— …Я тоже так думаю.

Нежить не могла плакать. Она физически не могла.

Однако Сатору знал, что Киино плачет.

— На самом деле, я давно уже это поняла. Тут не выйдет никакого хеппи энда, где все просыпаются с восходом солнца. В конце концов, у меня не вышло никого спасти, я не смогла ничего для них сделать…

— Ты не можешь быть так уверена, что их не выйдет спасти.

— Но так же я не могу быть уверена, что их можно спасти, да?

Сузуки Сатору молча согласился. Однако, всё было основано на его знаниях из ИГГДРАСИЛя.

— …Как я и говорил, нельзя точно сказать, что шансов нет.

Сузуки Сатору посмотрел на небо, и лица его бывших друзей проступили на нём. Окончательно решив, Сузуки Сатору выдохнул.

— …У меня есть подруга Ямаико. Она часто говорила, что дети – это сокровище. Прямо сейчас, я выполню её волю.

Сузуки Сатору достал Кольцо Звездопада, которое ему подарила Ямаико. Честно говоря, он не хотел так его тратить. Но Ямаико отругала бы его, не используй он его сейчас.

"В конце концов, я смогу использовать два других желания на что угодно."

Странное ощущение охватило Сузуки Сатору, когда он активировал кольцо.

Он понял, как использовать заклинание [Загадать Желание].

Он мог бы пожертвовать несколько уровней опыта, чтобы загадать большее желание. Однако он планировал потратить опыт всего лишь одного уровня. Другими словами, загадывая желание, был больший шанс исполнения маленького желания, нежели большого. Но если не удастся, опыт сгорит, и ничего не произойдёт.

Он догадывался, что "Вернуть родителей Киино к норме" осуществится с большей вероятностью, чем "обратить всех в городе в людей". Тем не менее …

— Я ЖЕЛАЮ! Узнать способ обратить всех в городе обратно в людей!

Вот и всё.

Как только он узнает способ, он сможет его осуществить.

Однако, после того, как одна из трех падающих звезд, вырезанных на кольце, исчезла, единственное, что почувствовал Сузуки Сатору – разочарование. А потом он засомневался, что ответить Киино, которая смотрела на него пустым взглядом.

Он несколько раз кашлянул, и посмотрел на Киино утружденным лицом.

— Я только что использовал предмет который исполняет желания. И я кое–что понял… Киино, я перейду к сути. Зомби в городе – то есть жителей – невозможно обратить в людей.

Таков был ответ. Сатору навсегда утратил одно желание ради него.

В ИГГДРАСИЛе желание нужно было выбирать из списка случайных вариантов, так как всё же лучше? Сузуки Сатору поторопился продолжить.

— Тем не менее! Эту информацию я получил с помощью своей магии. Может существовать другой способ. Поэтому… Давай исследовать мир вместе. Мы найдём кого–нибудь, кто намного, намного лучше нас, попросим их о помощи, и посмотрим что можно сделать.

— Существуют ли такие люди?

— Я думаю, да.

Хотя одна его часть удивлялась тому, что он зашел так далеко, чтобы подбодрить её, Сатору не забыл о родстве, которое он недавно чувствовал к ней.

Киино смотрела на Сузуки Сатору, а затем кивнула.

— Хорошо… я верю, что такие люди вправду есть. Но всё ли в порядке?

Сатору спросил у Киино, что может быть не в порядке, и она ответила.

— Пойти исследовать мир вместе. Разве нормально мне сопровождать Вас? – Киино посмотрела на свои маленькие ручки. – Я имею ввиду, что просто буду мешать Вам.

— …Не будешь.

— А?

— Мне так же нужна твоя сила. Кроме того… копийка грывню бережет, как говорится, – По крайней мере, пока она не сможет путешествовать сама. – В противном случае, я думаю, Ямаико и Тач Ми не простили бы мне. Киино Фарсис Инверн. Давай… да, давай путешествовать вместе.

Киино взяла протянутую руку Сузуки Сатору.

— С–спасибо… большое… господин Сатору.

Киино опустила голову и задрожала. Хотя она и не могла плакать, она рыдала без слёз.

Тем не менее, не стоит так сильно его благодрить. Ведь у него были свои скрытые мотивы.

"Ладно, проехали", – подумал Сатору. В конце концов, она потеряла всё. Если я ей немного помогу, хуже не будет.

В любом случае, у него не было своих целей. То, что он должен был защищать – исчезло, все связи, которые он должен был поддерживать, также пропали. Всё, что у него осталось – это кольцо и посох, просто как сувениры.

— Тогда поторопимся закончить все приготовления и уйдём. Мне кажется, что у нас осталось не так много времени.

Киино озвучила свои сомнения, но Сатору объяснил что имел ввиду.

Если та нежить пренадлежала какой–то организации, они могли с ним поддерживать связь. То бишь, если связь прервётся, они что–то заподозрят, поэтому он догадывался, что вполне вероятно, они отправят подкрепление. Хотя он, вероятно, убил бы их всех, если сила этого существа была хоть сколько–то значимой, нельзя было утверждать что не было никого сильнее его самого. Таким образом, лучшим вариантом было взять всё, что они могли унести, и уйти как можно скорее.

Поэтому он подготовил несколько сюрпризов в разных местах, чтобы информация не утекла.

После того, как он увидел, что Киино всё поняла, они снова вернулись в замок.

Часть 3.

— Итак, мы собираемся путешествовать, Киино, у вас есть опыт путешествий, простите меня, я имею в виду, за границу?

— Я извиняюсь, господин Сатору. Когда я была моложе… моложе, чем сейчас… думаю, я ездила по разным местам внутри страны, но сейчас я едва помню это.

— Понятно… в таком случае, вы не знаете, что взять с собой.

— Мы нежить. Нам не нужно есть или спать. Конечно, было бы здорово ничего не иметь, верно?

— Что ж, это так. Но согласно тому, что вы сказали, Киино, нежить – враги всех живых существ, и они должны быть уничтожены на месте, я прав? Жить открыто в мире, полном врагов… ну, я не уверен, что это считается жизнью, но даже если мы просто существуем, я думаю, что нам понадобится маскировка?

— Маскировка? Ты имеешь в виду, носить маски, как принц Фении, да?

Глаза Киино зажглись светом. Впервые с тех пор, как они познакомились, он видел её такой.

Она позволила себе расслабиться? Она почувствовала себя менее стесненной? Или это предвкушение внешнего мира? Это не было плохо, поэтому он не стал комментировать, но кто был этот Принц Фении? И у него было такое чувство, что, если он спросит её об этом, она ему все уши прожужжит. Все возникшие вопросы он ещё успеет задать во время путешествия, а пока он принимал всё, как есть. Только позже он узнал от неё об этом короткий рассказ.

— Ах, нет. Люди заподозрят, что мы замышляем что–то нехорошее, если наденем маски… может быть, это не так уж плохо… нет, они заподозрят нас.

— Вот как?

Выражение детского восторга на лице Киино исчезло, чему впервые удивился Сузуки Сатору, но он скрыл свои чувства и продолжал говорить.

— Хоть маскировка подразумевает изменение внешности, это также влечёт за собой отказ от некоторых действий, что может вызвать подозрения у других. Ты не думаешь, что люди заподозрят неладное, если ты не поешь с ними?

Конечно, существовали средства, чтобы объяснить подобное, но если им придётся растолковывать всё каждому встречному, они могут случайно сорвать своё прикрытие. Вместо этого лучше вообще не вызывать подозрений.

— Мы притворимся, что едим и спим, как другие путешественники, но самое главное – принимать паровую баню, чтобы очищать себя от дорожной грязи.

— Паровая баня? Вы имели в виду сауну?

— Ах, у них тоже есть такие? Тогда, сауна или баня.

У нежити не было метаболизма, поэтому они не производили отходов, но грязь, пыль и тому подобное всё ещё могли испачкать их кожу. Хотя это и не доставляло ему особых неудобств, он чувствовал себя лучше, когда чист.

— Но сможем ли мы войти в город, господин Сатору?

Сузуки Сатору прикоснулся к её лицу.

— Мне нужно подумать об этом. В любом случае, я ищу знающих людей. Я уверен, что мы сможем найти способ проникнуть в город, не вторгаясь в него с помощью магии, и налаживая дружеские контакты с ними.

Киино несколько раз одобрительно кивнула.

— Поэтому… ну, я думаю, нам нужно что–то на дорожные расходы и пошлины. Разумеется, у меня есть свои деньги, а также драгоценные камни и предметы, которые можно продать.

Сузуки Сатору не спеша вынул драгоценный камень из своего инвентаря. Киино сглотнула, увидев рубин размером с её ладонь. Симпатичное личико Киино на миг помрачнело, но перемена была такой незаметной, что Сузуки Сатору показалось, будто ему померещилось. Кстати, почему такой большой драгоценный камень делает её мрачной?

— И всё же я не знаю, хватит ли этого.

— Мы не знаем, сколько времени займет это путешествие, и, вероятно, придется дарить подарки, когда мы встретим этих знающих людей, а также, возможно, придется покупать дорогие вещи. Это все?

— Да. Итак, если это возможно, возьмём все богатства этой страны или этого города? Конечно, распоряжаться этим будете вы, Киино. Мы можем оплачивать дорогу самостоятельно.

— Все это?

— Да. Я извиняюсь за сказанное мной, но этим людям, которые теперь нежить, не нужны деньги, не так ли? Кто знает, может быть, какая–нибудь страна пошлет свои войска, чтобы захватить все богатства здесь. Поэтому мы должны эффективно воспользоваться этим… – Сузуки заметил расстроенное выражение на лице Киино. – Вам это не нравится?

— Эх? Ах! Я очень извиняюсь. Это не то, что я имела в виду. Если вы так думаете, тогда я соглашусь с этим, господин Сатору.

Выражение лица Киино сразу же сменилось на очаровательную улыбку.

— Киино.

Тело Киино задрожало.

— Ах, ах, пожалуйста, простите меня, господин Сатору.

— Ах, все хорошо, я не сержусь, Киино. Мы вместе путешествуем, и раз уж мы вместе, то мы должны быть честны с друг другом. Вот и всё. Вы знаете, что можете высказать свое мнение по любому вопросу?

Однако после этих слов Киино опустила голову.

Это было довольно неприятно для Сузуки Сатору. Киино лучше понимала, как устроен мир, поэтому, если она не заговорит сразу, это может привести к фатальной неудаче.

— В чем дело, Киино?

Киино на мгновение заколебалась, но потом её лицо напряглось, и на нем появилось расстроенное выражение.

А потом она тихо сказала. Как будто время повернулось вспять, и она заговорила так же, когда они впервые встретились. Однако острый слух Сузуки Сатору всё же сумел уловить речь.

— Я… я вам не ровня, господин Сатору… я не имею права говорить, учитывая, что я полагаюсь на вашу милость, господин Сатору.

Действительно, так оно и было.

Получение знаний о мире были платой Сузуки Сатору за уничтожение нежити в городе. Это больше не может служить условиями обмена. К тому же, путешествуя больше одного года, он накопил бы достаточно знаний. После этого у него больше не будет причин помогать Киино, и в этом не будет ничего зазорного для него.

Другими словами, у Киино не было ничего, что она могла бы предложить ему за помощь. Увидев огромный драгоценный камень, который только что достал Сатору, она поняла, что одних денег недостаточно, чтобы впечатлить Сузуки Сатору.

— И всё же… я больше не хочу быть одна. По сравнению с этим… я бы предпочла вообще ничего не говорить.

На этот раз Сузуки Сатору затаил дыхание.

Временами ему казалось, что эта девушка лишь немного похожа на него. Но, увидев её несчастное лицо, он понял, что она точно такая же, как и он.

Разве он не чувствовал себя так же, как и она, заходя ИГГДРАСИЛЬ, и пребывая в Назарике в одиночестве?

Сузуки Сатору встал на одно колено, так что его глаза оказались на одном уровне с глазами Киино.

— Давай дадим обещание. Киино. Я не брошу тебя ради личных… нет, ради моих собственных причин.

Да.

Я хотел, чтобы кто–нибудь сказал мне это.

Я хотел, чтобы кто–то оставался со мной до самого конца.

Он мог видеть разнообразные эмоции в глазах Киино.

— Это, это все взаправду?

— Ах, как я уже говорил, мы путешествуем вместе. Так что… давай путешествовать. Да, в путешествие, чтобы открывать неизвестное. Не надо нам никаких "еще чуть–чуть". Давай найдем способ спасти твоих родителей.

Наступило молчание, и Киино низко склонила голову. Затем она снова и снова повторяла “Спасибо, спасибо".

— А теперь не могли бы вы поднять голову?

Сузуки Сатору достал золотую монету и показал её Киино, которая взглянула на монету только после того, как он трижды попросил её об этом.

— Во время нашего путешествия будут моменты, когда мы не достигнем согласия в чем–то. И конечно, будут моменты, когда мы не сможем определить, кто прав, даже после того, как обменяемся мнениями. В такие моменты…

Сузуки Сатору бросил монету пальцем и позволил ей упасть на ладонь. Он был поражен тем, как монета так удачно упала на его костлявую руку. Своё удивление тому, что это получилось очень естественно, стоит сохранить в секрете.

— Мы бросим монету. Мы используем результаты броска монеты, чтобы определить, по чьему мнению мы пойдем. Что думаешь?

— Как я могу! Если возможно…

— Всё в порядке. В конце концов, мы путешествуем вместе… да, мы друзья.

Когда он произнес слово "друзья", перед ним внезапно возникли лица его бывших товарищей по гильдии.

"Друзья", – снова и снова повторяла Киино.

— Как насчет этого?

— Я поняла, господин Сатору.

— Можно Сатору. В свою очередь, я буду называть тебя Киино.

— Но ведь к старшим… – Киино начала заикаться, – Гос…Сатору, а сколько ва… тебе лет?

— Мой возраст, хм… – С точки зрения прожитого времени, Киино, несомненно, превосходила его. – А, я буду звать вас просто Киино.

Она должна понять это. На лице Киино появилось сложное выражение, и она пробормотала: "Мне не нравится это", прежде чем надуть щеки и шлепнуть их.

— Значит, Сатору и Киино.

— Э-э-э? То есть обращаться по имени, но на Вы, – не годится?

— Ну, можно и так! Но мы ведь всё же друзья, так что нам следует обращаться друг к другу более фамильярно. Итак, Киино. Я спрошу ещё раз. Ты недовольна моим предыдущим предложением?

Киино немного подумала и кивнула.

— Под всем богатством ты имеешь в виду и все деньги в домах?

— Да, именно это я и имел в виду.

— Гос… Сатору? Пожалуйста, не делайте этого. Ведь оно принадлежит всем.

Она сказала это, потому что верила, что все могут выздороветь и быть теми же людьми, как раньше? Или она говорит как принцесса, стоящая выше простого народа? Сатору не знал, какая из причин, но, по правде говоря, тратить время на мелочь определённо не стоило.

Лучше покинуть это место как можно скорее.

— Вот как. Я понял. Тогда я соглашусь с этим. Но как насчет денег в замке? Как думаете, взять их будет нормально?

— Гм… наверное?

Похоже, она задала этот вопрос себе, а не Сузуки Сатору. Поэтому Сузуки Сатору ничего не ответил, но подождал, пока Киино придет к собственному выводу. А потом, минутой позже…

— Да, думаю, все будет хорошо.

Возможно, её жесткая манера говорить объяснялась тем, что она не могла определить расстояние между ними. Сатору сам находил очень раздражающими таких людей, которые немедленно сокращали дистанцию и вели себя с ним дружелюбно.

Более того, с точки зрения Сатору, даже если клиенты, покупающие продукты его компании, скажут: "Мы друзья, верно?" – это не особенно расположит его к ним. Только время могло решить эту проблему.

— Тогда мы это сделаем. Давайте возьмем все деньги и вещи из сокровищницы… ах, да, как насчет мебели?

— Э?

— Я показывал вам несколько раз, что я могу хранить предметы в карманном измерении. Конечно, для этого есть ограничение по весу, но можно разместить в нем шкафы и кровати. Я не против, если ты возьмешь их с собой. Конечно, мы не сможем использовать их в нашем путешествии…

Он подумал о Назарике, что теперь в прошлом.

Это была замечательная база, которую он построил вместе со своими друзьями, и которую он наполнил всевозможными товарами из магазинов.

Он говорил Киино, что всё в порядке, потому что не хотел, чтобы она чувствовала ту же пустоту, что и он.

— Нет, в этом нет необходимости. Эм, ладно. Я хочу взять с собой несколько небольших вещей, которые должны быть в сохранности, хорошо?

— Хорошо. Тогда идем в сокровищницу.

Кивнув, Киино пошла, показывая путь в сокровищницу.

Пока они шли, Сузуки Сатору начал думать.

В ИГГДРАСИЛе золотые монетки укладывались в стопку и не имели веса. Так было, ввиду того, что это была игра, но это свойство сохранялось и сейчас. Но будет ли такое правило работать на валюту этого мира? А если вес каждой монеты будет складываться? Это было бы неприятно.

Хотя он мог бы взять камни и обменять их на деньги и предметы, всё может отличаться от того, каким это было в игре, и ему, возможно, придется приложить усилия для переговоров.

Сокровищница, в которую его привели, была по меркам ИГГДРАСИЛя крошечной.

Монеты были сложены не в объемную кучу, как в Назарике, а в отдельные мешки. Кроме этого были картины, чья ценность ускользала от Сузуки Сатору, множество столового серебра, украшений и тому подобного. Также тут находилось большое количество оружия, которые с виду уже использовались. Они поразили его – в качестве экспонатов музея – в сравнении с художественной галереей.

Красочный образ Сокровищницы ИГГДРАСИЛя, рожденный в голове Сузуки Сатору, исчез.

— Итак, Киино. Все это теперь принадлежит тебе, как принцессе.

— Э? Разве вам не нужно это, господин Сатору, то есть Сатору? Это все сокровища королевской семьи, и я готова предложить их, эм, я хотела сказать, подарить их… нет, не так…

Сузуки Сатору улыбнулся Киино, запутавшейся в своих мыслях.

— Тебе не нужно утруждать себя столь сложными речами, знаешь ли. Как бы там ни было, это богатства твоей семьи, накопленные за долгие годы. Учитывая обстоятельства, они должны перейти тебе, как единственной сохранившей свои чувства, разве не так? Собери их все в этот рюкзак. Это магический предмет, позволяющий нивелировать вес предметов до пятисот килограммов. Я дам тебе один.

— Э-э? Но разве это не высококлассное оборудование? Я не могу себе позволить такое, Сатору.

"Разве?" – Сузуки Сатору всерьез задумался.

Эта вещь не считалась особенно ценной в ИГГДРАСИЛе. Скорее, было обычным делом использовать несколько таких рюкзаков для организации содержимого своего инвентаря.

— Нет, не волнуйся об этом. Если ты все равно беспокоишься, считай, что я его тебе одолжил. Если он станет тебе не нужен – да, если нам нужно будет расстаться, верни его мне.

— Ч–что, если мы будем вместе навсегда?

— Тогда ты можешь оставить его при себе навсегда, разве нет? Хорошо, теперь бери.

Сузуки Сатору заставил Киино взять рюкзак.

Он, вероятно, должен был сперва проверить его содержимое, прежде чем передавать. Это было нормальным делом для игроков ИГГДРАСИЛя – забыть предметы из убитых монстров, сохраненные в рюкзаке.

Увидев, что она приняла его без возражений, Сатору сделал вывод, что обитатели этого мира не обладают местом под хранение инвентаря. Однако, она не была удивлена эффекту магического предмета, поскольку когда–то слышала о существовании подобного.

"Похоже, что я мог бы стать кем–то вроде торговца, если бы придумал подходящее применение своему инвентарю."

Однако, все может быстро осложниться, если он использует силу, которой не обладает никто более, для получения прибыли.

Даже кто–то не слишком осведомленный, как Сузуки Сатору, быстро понял бы, как лучше использовать инвентарь, после недолгих размышлений. Конечно, иные люди, более умные, могли бы желать подобного. Он мог бы продавать информацию как брокер, но тогда с большой вероятностью он выдал бы себя как нежить – врага всего живого. Поэтому, он должен изо всех сил избегать использования этой способности для сбора вещей.

С нежностью во взгляде он наблюдал за тем, как она бережно кладет в сумку предметы. Предметы внутри не могли столкнуться или повредить друг друга, даже если бы их сумбурно закидывали внутрь. Но, разумеется, ребенок, не знавший о таком, складывал их подобным образом.

Даже пожелай он помочь ей, это всё ещё были её фамильные ценности. Это не касалось посторонних, не так ли? Он, разумеется, помог бы, если бы она попросила, но Киино также нежить. Ее тело не знает усталости, потому очень маловероятно, что она ожидает помощи.

— Киино. Что ты намерена делать с этим оружием?

Сузуки Сатору применил заклинание, позволяющее различить магию, наложенную на предметы. Все они были посредственными, всех их можно было классифицировать как низкоуровневые предметы в ИГГДРАСИЛе. Хотя все они по сути были бесполезны, они оставались магическими предметами этого мира и в глазах Сузуки Сатору представлялись редкими.

Кстати, тот наруч уровня национального сокровища была редкого класса. Хотя разброс характеристик предметов, попадавших в эту категорию, был очень велик, эта вещь относилась к верхушке своего уровня.

— Можем ли мы… забрать их?

— Тебе решать. Но поскольку они источают магическую силу, они должны быть магическими предметами. Если не возражаете, я бы провел оценку.

После получения разрешения от Киино, он использовал [Оценку Магического Предмета] для проведения более подробного анализа.

Как он и думал, они не представляли собой ничего особенного. Броня была зачарована на увеличение защиты, оружие – на увеличение атаки, и тому подобное. Все эти вещи казались очень скучными.

— Киино, эти предметы содержат зачарования, повышающие их эффективность как боевого оружия. Что же касается их стоимости, я затрудняюсь ответить точно.

Сказав это, Сузуки Сатору поднял меч и взмахнул им. И тогда – меч выпал на землю.

Он видел как Киино в шоке уставилась в направлении, откуда донесся звук звенящего металла.

— Ч–что…

— В чем дело, господин Сатору! Что–то не так с этим мечом?

Могла ли её манера речи вернутся к прежней из–за этого меча?

— Это, это не важно, прошу прощения. Похоже, что моя рука соскользнула. Ха–ха–ха, должно быть, у меня ладони вспотели!

"Как, черт его дери, могут вспотеть костяные руки" – подшутив над самим собой, Сузуки Сатору небрежно вернул меч на стол.

"Меч выскользнул из рук прежде, чем я осознал это. Может ли быть такое, что мое тело не способно использовать мечи? Что происходит?"

— Ах, Киино. Не могла бы ты взять – нет, подержать его, не так. Не могла бы ты взмахнуть им?

— Эм? Этим мечом?

— Да, это верно… но он выглядит немного крупным для тебя, Киино…

Киино немедля подняла меч.

Затем, она со свистом рассекла им воздух.

Киино, чьи пропорции тела соответствовали ребенку, размахивала мечом в собственный рост, идеально сохраняя баланс.

— Он кажется очень легким. Все дело в магии, уменьшающей его вес?

— Нет… Киино, ты всегда была очень сильной?

— А?

Выражение лица Киино сказало ему, что это было не так, и глядя на неё, Сузуки Сатору подумал "я понял". Все вставало на места, если допустить, что она получила такую силу после превращения в нежить.

Существовали ограничения для всякого человеческого существа на приложение физической силы, предположительно, это была защита от разрыва собственных мышц. Были ли сняты эти ограничения, после становления нежитью?

Это было правдоподобно, но вероятно, была иная причина за этим.

— Киино, какой расой ты стала после превращения в нежить? Люди в городе низкоуровневые зомби, но ты совсем не похожа на них. Ты сохранила рассудок и не подвержена разложению. Например, я отношусь к расе Повелителей, но твое тело не сложено из костей, как мое.

— Я, я не знаю…

— Не считаешь ли ты, что выявление твоей расы могло бы прояснить ситуацию? Говоря об этом, могу я попросить тебя ответить на несколько вопросов?

Хотя он не имел представления о том, насколько его знания из ИГГДРАСИЛя применимы к этому миру, узнать расу Киино отнюдь не казалось плохой идеей.

Проведя небольшой опрос, он подошел к казалось бы верному ответу.

Она была Вампиром.

Однако…

"Вампиры ИГГДРАСИЛя смотрятся более отвратительно, так… или же она как Шалти, созданная Перорончино? Или она уникальна для Вампиров этого мира? Она совсем не изменилась внешне после превращения, может ли её случай быть особенным?"

Вампиры ИГГДРАСИЛя стандартно были бойцами передовой – воинскими классами.

Возможно, именно по этой причине сила Киино так возросла, однако, тот факт, что её рост не поменялся, становился существенным недостатком. Очень невыгодно было иметь короткие руки.

"Быть может, ей стоит стремиться стать Фехтовальщиком… будет ли ошибкой позволить Киино самой выбрать свой путь развития?"

Сузуки Сатору был бойцом арьергарда, Киино же бойцом передовой. Однако, было немного неловко использовать ребенка в качестве щита. Конечно, в такой игре, как ИГГДРАСИЛЬ, о подобном бы не задумались…

"Честно. Раньше я не относился к тем людям, которые беспокоятся всякий раз, как встречают трупы уличных сирот, в конце концов, они появляются так часто, что перестали быть редкостью, но сейчас…"

Изменился ли он сам, или же он стал волноваться за Киино?

— …Я проверю это позднее. Прости, что отвлек тебя. Тебе стоит поторопиться и собрать всё из сокровищницы.

Сузуки Сатору в это время разнес пыль по сокровищнице, скрыв факт того, что здесь кто–то побывал.

— Итак, мы разобрались с сокровищницей. Есть ли что–то еще, что ты хотела бы взять?

— Да. Помимо этого, я хотела бы взять несколько небольших вещей из своей комнаты.

В определенный момент она снова вернула свою манеру вежливой речи. Сатору подумал о том, что она могла бы быть более расслаблена в диалогах, а затем ответил:

— Я верю, что ты осознаешь, что мы вскоре покинем это место. Однажды, некто может заявиться сюда, с намерением прибрать все в замке к рукам или даже разрушить здесь все.

Сейчас, он всё ещё был не уверен в причине обращения всех людей в городе. Вероятно, случилась некая болезнь, способная обращать людей в нежить. Если мыслить подобным образом, то прибывшие сюда люди могут быть намерены сжечь все здесь, устранив угрозу.

Хотя она уже задумывалась о подобном ранее, сейчас, услышав это из уст Сузуки Сатору, Киино явила шокированное выражение на своем лице.

— Никто не хотел бы подвергнуться атаке нежити, верно? Тогда становится вероятным исход, при котором они решат, что вся нежить в городе должна быть уни… – Он уже было собирался сказать "уничтожена", но в этот момент осознал, что такое выражение может показаться слишком резким, и тогда Сузуки Сатору решил подобрать иное слово, – должна быть устранена. Это обычный ход мыслей, не так ли? В конце концов, для живых, это была бы возможность предотвратить угрозу нападения нежити из этого города.

— …М… Думаю, я понимаю.

— Поэтому… раз уж мы собрались уходить, я бы хотел, чтобы ты морально подготовилась к такой возможности. В конце концов, это может быть последний день, когда ты видишь этот город. По этой причине, Киино, поскольку есть лишь ограниченный набор вещей, что ты могла бы взять с собой, тебе следует быть уверенной в том, что не пожалеешь о своем выборе. Сейчас я затрудняюсь сказать, но если воспоминания нежити однажды могут исчезнуть, если это всё же случится, тебе следует понимать, что ты можешь также позабыть это, а потому, тебе следует бережно отнестись к вещам, которые ты решила сохранить. Тогда, пока они остаются с тобой… м-м, они станут твоими незабываемыми воспоминаниями.

Сузуки Сатору вынул картинку.

Это была памятная фотография, сделаная, когда Великий Склеп Назарик всё ещё был подземным склепом – другими словами, когда он впервые был покорен.

Это был снимок всей их группы.

— Да, такое никогда не забудется.

— Что это?

— Это мои друзья. Это наша совместная фотография, – Сузуки Сатору мысленно улыбнулся, услышав вопрос Киино, – Ах, да, если нам выпадет случай во время нашего путешествия, я расскажу тебе о приключениях, которые были у меня вместе с моими друзьями.

— Конечно!

Сузуки Сатору усмехнулся её веселому ответу.

— Хорошо! Тогда давай соберем некоторые вещи, которые ты бы сохранила в качестве своих воспоминаний, Киино… к сожалению, твое тело теперь никогда уже не вырастет, поскольку ты нежить, если только ты не особая нежить, что я еще не встречал. По этой причине, ты сможешь носить свою одежду очень долго.

— Конечно! …Эм? Но стоит ли мне радоваться этому?

— Разве вечная молодость не мечта всех женщин?

— Но я была бы рада подрасти еще немного…

— Это важно?

— Это не важно?

Как мужчина, Сузуки Сатору не до конца понимал такие вопросы.

"Наверное, она может противиться тому, чтобы выглядеть как ребенок и никогда не расти снова."

— Итак, почему бы тебе не начать с выбора одежды?

— Хорошо! Так и сделаю!

"По правде говоря, я не представляю, чтобы у принцессы оказалась одежда, подходящая для путешествий. Что же по поводу меня, ну, очевидно, что у меня подходящей нет."

В ИГГДРАСИЛе было обычным делом видеть людей, расхаживающих тут и там при полном вооружении и в броне, но её облик и внешность той нежити, что он встретил в городе – другими словами, внешний вид нормальных для этого мира жителей – говорили о том, что его роба будет слишком выделяться. В таком случае, ему стоило бы переодеться в одежду, которая бы позволила ему лучше вписываться в городское окружение, но у него не было никакой скромной, обычной одежды.

Даже окажись при нем такая, это было бы низкосортное оснащение с маленьким количеством данных. Он мог бы оказаться под угрозой, если использует его в битве.

Другими словами, он нуждался в чем–то с приемлемой защитой и прочностью, но простым на вид. А с учетом Киино, ему потребуются два комплекта подобных вещей.

После проверки значения очков здоровья Киино при помощи [Эссенции Жизни], он мог сказать, что они очень низки. Она вполне может погибнуть, оказавшись сметена волной от массового заклинания.

"По правде говоря, я не хотел бы принимать участие в битве достаточно масштабной, чтобы она оказалась втянута."

К сожалению, Сузуки Сатору не обладал магией предсказаний, и пускай он мог поддерживать определенный уровень бдительности с помощью магии, он не был уверен, что способен предотвратить внезапную атаку на все 100%.

Вероятно, лучше всего было просто дать ей несколько предметов для защиты. Однако, если он предоставит ей высокоуровневый предмет, и это сделает её целью врага, эффект окажется прямо противоположным желаемому.

"Слишком много того, что я должен продумать. Может мне стоит подготовить два набора вещей, одни для прогулок по городу, другие для походов за его стенами… нет, если я не ошибаюсь, у меня должна была заваляться мантия с эффектом быстрой смены вещей… забудь, не хочу думать об этом сейчас."

— Пойдем в твою комнату, Киино.

— Хорошо… эм, но… такого рода вещи, ах, нет, эм, возможно, я должна спросить. Принимая риск вас обидеть, но вы ведь мужчина, не так ли, Сатору?

— Разумеется. Пусть даже внешне это определить сложно.

"Я, очевидно, говорю голосом Сузуки Сатору. Почему ты вдруг задаешь такой странный вопрос? Неужели в этом мире есть женщины с голосом, как у меня?"

— Ох, немного грубо говорить такое своему благодетелю, но в мою комнату не допускали мужчин, кроме моего отца… кхм, было установлено такое правило.

"Хм?" – Сатору был несколько удивлен.

Она, может, и ребенок, но всё же она была принцессой, однако эти правила, кажется, всё ещё были довольно строгими.

— Понятно. Ну, правила есть правила. Тогда я просто подожду снаружи, ладно… ты же сможешь справиться со всем сама, верно, Киино?

Он подумал о зомби в униформе горничной. Должна была быть горничная, которая помогала Киино с её повседневными задачами.

— Хм, это не проблема… о, точно, поскольку вы мой спаситель, будет нормально пригласить вас в мою комнату. Нет, прошу, входите… или вы не хотите?

Когда Киино спросила, она потянула за край робы Сатору.

— Ох, нет. Мне нет причин отказываться.

Он сказал, что не войдет, только потому, что Киино рассказала, что посторонним входить запрещено. На самом деле, Сатору не было особо важно, войдет он или останется снаружи.

Он использовал [Полет], чтобы добраться до комнаты Киино, и проследовал за ней внутрь, чтобы взглянуть. Её комната была гораздо богаче в сравнении с комнатой Сатору, но в тоже время она меркла на фоне личных покоев Момонги.

Но как только Киино открыла свой шкаф, он увидел внутри целое множество платьев. Это определенно походило на комнату принцессы. Однако расцветка и декор нарядов был куда проще, чем в ИГГДРАСИЛе; или точнее, одежды ИГГДРАСИЛя были намного более роскошны.

Киино рылась в платьях – хотя некоторые уже облиняли – и затем обернулась к Сатору, чтобы задать вопрос.

— Как думаете, какое из них подойдет наиболее всего?

"Кто же однажды сказал, что вопрос: "Что тебе нравится больше?", – заданный женщиной, является одним из самых сложных вопросов в мире? Не ТачМи ли?"

Сатору очень хотел сказать: "Мое чувство прекрасного как у картошки, прошу, не спрашивай меня". Но она спросила его, потому что доверяла ему, так что он должен ответить ей на полном серьезе.

— Хотя я считаю, что все они тебе очень идут, если мы возьмем их все, то могут возникнуть проблемы. К примеру, что если та нежить состояла в организации, то они могут отправить подкрепление и узнать о твоем существовании. И поскольку мы собираемся в путь, то разве кто–то будет так наряжаться в долгое путешествие?

— Вот в чем… нет, правда так может быть?

Сатору не понимал общих реалий этого мира, поэтому мог лишь ответить: "Скорее всего". Однако он чувствовал, что, возможно, это не так уж далеко от истины.

— Кроме того, если ты хочешь оставаться незаметной, то тебе не стоит расхаживать в одежде, как у членов королевской семьи… да, кстати, Киино. Прости, но у меня возник вопрос. Могут ли люди из других городов или даже стран узнать твое лицо?

— Я не совсем уверена. Может быть, кто–то меня и помнит, ох, наверно. Члены королевских семей из других стран должны знать меня. Я помню, как однажды мы обменялись портретами.

— Вот значит как… хотя тебе, вероятно, и следует быть осторожной, но прошло уже много времени с тех пор, как ты стала нежитью. А значит, вероятность, что ты встретишь таких людей, должна быть очень невелика. Ладно, остановимся пока на этом. Опустив вопрос о платьях в путешествии, или о чем мы уже поговорили, тебе следует взять что–то на память, то, что тебе хотелось бы сохранить. В любом случае, если мы вернемся сюда через несколько лет, и никто к тому времени не обчистит это место, то мы сможем забрать все с собой. А пока просто выбери несколько платьев, которые тебе больше всего нравятся, и пошли.

Неважно как, но, очевидно, они не могли приглядывать за этим местом столько лет.

Киино потребовалось некоторое время, немного больше, чем ожидал Сатору, чтобы выбрать четыре платья, а затем она принялась приводить в порядок мелкие вещи в своей комнате.

Поскольку, если что–то передвинуть, то останется след, подсказывающий, что на этом месте что–то было, она решила подвигать все в комнате, чтобы скрыть эти следы.

— Это все, что ты решила взять? Тогда мы закроем твоих родителей и горничных в комнате в канализации. Так они не будут попадаться на глаза каждому, кто решит приехать в этот город.

— Хорошо… это наверно… лучший выбор.

— Если знаешь способ получше, чтобы избежать внимания посторонних, ищущих укрытия, мы можем воспользоваться твоим вариантом.

Киино покачала головой.

Значит, лучшего выбора не было, поэтому они должны были просто сделать то, что решили.

— А теперь, Сатору.

— М-м?

— Поскольку мы собираемся в путь, не могли бы вы помочь мне подстричься?

— Э?

Тема сменилась так внезапно, что Сатору неуклюже ответил.

— Хм, дело в том, прошу взгляните, – активировав заклятие [Полет], Киино пролетела к другому концу комнаты и ловко достала книгу с книжной полки, – Это третий том "Хроники Принца Фении". В этой книге, когда принцесса отправляется в путешествие, она подстригает свои длинные волосы.

Киино выглядела несколько смущенной, но сияние в её глазах было ярким.

— Кхм. Ладно, я не против…

Пока Сатору размышлял, стоит ли из–за этого стричься, Киино вернулась к нему с ножницами.

— Тогда, прошу, окажите мне честь!

— Я, ох… я никого никогда раньше не стриг, и поэтому для начала давай расставим точки над "и". Я не совсем уверен, что смогу сделать тебе красивую прическу. Быть может, если бы у меня была машинка для стрижки волос, то я и смог бы сделать что–то сносное… Но прежде я хотел бы кое о чем сказать.

Сатору взял ножницы и отстриг прядь волос Киино. Отрезанные волосы упали на его ладонь. Они начали стариться и седеть, словно для них прошло несколько сотен лет, пока вовсе не превратились в прах, который исчез так же, как исчезает нежить, когда их уничтожают.

— Киино, я наложу на тебя заклинание. Не сопротивляйся, ладно?

— Э? Хорошо. Все нормально.

Он вернул ей ножницы и, всё ещё удерживая прядь волос Киино, применил атакующее заклинание [Луч Негативной Энергии]. Негативная энергия наносит урон живым, но исцеляет нежить.

После магической "атаки" волосы Киино, а именно прядь в руке Сатору, восстановили свою изначальную длину.

Так все и было.

Когда кто–то становится нежитью, то его внешность останется неизменной. Тогда, что станет с людьми, ставшими нежитью, если до этого у них не было конечностей, или они были искалечены как–то иначе? Этот вопрос возник в голове Сатору, но он не мог придумать ответа, да и это все равно не имело бы смысла, поэтому он выбросил эту мысль из головы.

— Киино, кажется, стрижка волос считается для тебя повреждением.

— Э-э? Правда!?

Ему хотя бы не придется убирать стриженные волосы.

— Так что, даже если я что–то испорчу, то смогу начать заново… Поэтому на этот раз я позволю себе быть неосторожным.

— Неосторожным!?

Сатору проигнорировав удивленный вскрик Киино и применив заклинание [Эссенция Жизни], он отстриг её длинные волосы по самые плечи.

— Хорошо. Урон настолько мал, что ты в состоянии его игнорировать.

— Э? Э-э-э!?

И только когда она вновь почувствовала позади себя волосы, то успокоилась.

— Сатору! Когда вы сказали, что позволите себе быть неосторожным, это было моим самым большим потрясением в жизни!

Услышав упрек в голосе Киино, Сатору подумал: "А? Тогда не стоит ли мне извиниться?" – и всерьез размышлял над этим вопросом. Нет ничего хорошего в разрушении отношений со своим будущим спутником.

— Киино, я виноват.

— Ах, нет, все нормально, кхм… теперь все нормально…

"Тогда почему ты только что так хотела обвинить меня?" – Сатору едва удержался, не сказав этого.

"Киино же просто ребенок… А? Ребенок? Она же не старая тетка, верно?"

Сатору вдруг начал думать об этом… но в итоге перестал. Как бы то ни было, он подстриг её волосы примерно до плеч. Затем он одолжил гребень, – хотя, если честно, то он абсолютно не был в себе уверен, – чтобы причесать её.

— Готово. Точнее… я думаю, что готово.

Киино встала перед зеркалом, но оно было все в пыли, поэтому она не видела себя в отражении. Она собиралась вытереть зеркало, но её рука остановилась на полпути, когда она вспомнила, почему всё ещё использовала заклятие [Полет]. Затем Киино развернулась и спросила Сатору.

— Как оно смотрится?

— Тебе к лицу. Да, смотрится отлично, – ответил Сатору.

— Правда? Я так рада.

Киино одарила его очаровательной улыбкой.

Кажется, она была в приподнятом настроении. Сатору ничего не смыслил ни в красоте, ни в таких вещах, как женские прически. Но, кажется, сказанное им, отлично сработало.

— Т–теперь давай приступим к следующему шагу.

Заперев родителей Киино и горничную в комнате в канализации, которая была её базой, Сатору заковал дверь ржавыми цепями, чтобы она не открывалась.

Зомби, нежить без интеллекта, не смогут открыть дверь сами, но на всякий случай будет лучше, если она будет заперта.

У Киино были смешанные чувства, когда она смотрела на дверь комнаты, и Сатору заговорил с ней.

— Хорошо, что ж… Киино, каким способом ты хочешь путешествовать?

— Хм?

— Мы – нежить. Мы не устаем, нам не нужно есть или спать. Мы можем отправиться прямо сейчас, налегке. Но таким образом, когда мы войдем в город, люди станут что–то подозревать. Я бы хотел сделать что–нибудь, чтобы не вызывать подозрений.

— Например, возьмем с собой большой багаж?

— Разве это не вызовет у людей подозрений? – на самом деле, Сатору понятия не имел, как путешествуют люди в этом мире. Поэтому он и не понимал, как им избежать подозрений.

Киино повернула голову в сторону, сказав, что не знает.

— В таком случае, вариант взять повозку или пойти пешком, какой тебе больше нравится?

— Мне без разницы… оба устраивают. Мы ведь не устаем в конце концов. Ох, но хожу я очень медленно, поэтому…

— Все нормально, не волнуйся. Киино, я сбавлю скорость до твоей.

Тем не менее, раз они были нежитью, разве они не могли все время бежать на полной скорости? Но увидев, что взрослый бегает вместе с маленькой девочкой, мало ли чего дурного могут надумать люди.

— Тогда я пойду искать повозку…

— А что насчет лошадей… Эм… где мы достанем хоть одну?

— Да… верно. Лошади…

Сатору выглянул в окно. Лошадей он не увидел, одних лишь зомби. Хотя, даже если лошади и были бы, то они наверняка оказались бы уже зомбированы, да и если запрячь зомби–лошать в повозку, то люди уж точно не позволят им проехать в город. Такой вариант абсолютно не годится. И именно в этот момент у Сатору вдруг появилась мысль.

— Не волнуйся. На счет лошадей я что–нибудь придумаю. Просто расслабься и предоставь это мне. Сейчас надо решить вопрос с повозкой. Мы возьмем крытую повозку, или грузовую повозку, а может карету? Кем мы вообще собираемся стать в нашем путешествии?

— Э?

— Мы будем "Принцесса и её маг–прислужник"? Если да, то на моей родине было нечто вроде тыквенной кареты. Она наверняка подойдет нам лучше всего.

Сатору сказал это в несколько шуточной манере, но Киино, заволновавшись, ответила:

— …А как на счет, "Милосердный маг и его прислужник"?

— …Так, я на всякий случай хочу уточнить. Значит я буду милосердным магом, а ты моей прислугой?

— Да.

— Тогда предложение отклоняется.

Сатору не думал, что сможет в полной мере использовать Киино, как свою прислугу. "Тогда…", – сказала Киино и задумалась. Затем она рассеяно заговорила.

— Тогда, может, "Друзья"?

— Друзья, хм… то есть мы – "Путешествующие соратники"… Ладно, значит, наша легенда будет состоять в том, что мы друзья?

Обратив внимание на разницу в возрасте, большинство людей посчитают странным тот факт, что они друзья. Однако Сатору так не думал. В прошлом на работе среди сотрудников он часто видел детей, только–только закончивших начальную школу, а в ИГГДРАСИЛе вообще было очень трудно определить возраст другого игрока.

На самом деле, даже гильдию, соперничавшую с Аинз Оал Гоун, возглавлял ребенок. И наоборот, были игроки, которые выглядели как дети, но на самом деле были в пару раз старше самого Сатору. Когда он однажды услышал, как они говорят о внуках, то на мгновение встал в ступор. Он всё ещё вспоминал те дни с ностальгией.

Для Сатору не было странностью относиться к Киино, как к своему другу.

Да, Сатору знал, что Киино слабее него, поэтому они, вероятно, были защитником и защищаемой.

И всё же, в ИГГДРАСИЛе очень часто опытные игроки брали в группу новичков, чтобы помочь им набрать уровни, и небоеспособных ремесленников, чтобы дать им проветриться.

— Когда мы окажемся в городе, нам всё ещё понадобится разъяснение, чтобы убедить людей, что мы друзья. Но, полагаю, с этим можно пока повременить и обдумать все в дороге.

— Хорошо… но, когда ты упомянул тыквенную карету, то имел ввиду съедобную тыкву? Эту карету можно использовать на крайний случай, если нас будет одолевать голод?

— Эм, нет, это просто форма выражения…

Посчитав, что объяснить будет слишком сложно, Сатору полез в инвентарь.

— Думаю, у меня должно быть…

Он достал фотоальбом, где были он и его друзья.

Сатору быстро пролистал его.

Из–за вызванных фотографиями воспоминаний его объяло ностальгией. Хотя отчасти он хотел побольше посмотреть на фото, но всё же заставил себя дальше листать страницы.

Фото, которое он искал, тут не оказалось. Сатору взялся за другой альбом, а затем за третий.

— Вот оно. Киино, взгляни на эту картинку. На этом фото одна моя подруга вместе с той самой каретой.

Киино подошла сбоку, и тут её челюсть отвисла.

— Слайм в платье… женщина? Она – Принцесса–Слайм?

Подняв высоко щит, принцесса в белом платье стояла на карете… это была Букубукучагама. Фотографию делали, чтобы отметить завершение транспортировки, но в итоге Букубукучагама стала главным объектом внимания на фото. Это также указывало и на то, кто тут был наиболее поразителен.

— Ха–ха–ха, как–нибудь в пути я об этом расскажу. Вот, чуть ниже карета в форме тыквы. Я слышал, что такую форму все девочки видят во сне. Поэтому она такая довольная.

Хотя брат Чагамы однажды пробормотал: "В таком возрасте её уже нельзя называть девочкой…".

— … – с озадаченным лицом Киино посмотрела на Сатору, – Ты хотел сказать: "в ночном кошмаре"?

— Ха-ха-ха… что? – Сатору вдруг оказался шокирован.

Ему правда было весело, вот он и рассмеялся, но он резко почувствовал дискомфорт, когда его радость была подавлена.

"Вот только не говорите мне, что эмоциональное подавление нежити воздействует не только на отрицательные эмоции. …Нет, если подумать, то все верно. Мне не нужно есть и пить, с одной стороны это не плохо, но с другой, я не могу есть еду, дающую усиливающие эффекты. У этого есть свои плюсы и минусы…"

— Что–то не так? Сатору?

Его беспокойство внезапно ушло, возможно, поэтому Сатору мягко ответил ей: "Все в порядке".

"И всё же мои чувства не были полностью подавлены. Походу я всё ещё могу получать удовольствие от жизни."

— Ладно, нам нужно найти повозку. В идеале, это должна быть старая дорожная повозка, которая не вызовет подозрений.

— Да!

— Киино, ты ведь говорила не брать чужие вещи, разве тогда не будет плохо, если мы заберем чью–то повозку?

Киино немного подумала и ответила:

— Мы за неё заплатим, так что все будет в порядке.

Затем она подняла свой рюкзак.

— Понятно… что ж, Киино, могу я тогда занять у тебя немного денег?

— Э?

— Как я и говорил, денег у меня достаточно. Но мои золотые монеты не были вовлечены в оборот в этой стране. И я считаю, что будет опасно использовать их.

— Правда? Ну, если ты так считаешь, то я одолжу… нет, я дам тебе немного.

— Нет, Киино, правда не стоит. Ведь эти деньги в некоторой степени являются наследием твоих родителей. Ты не можешь просто так отдать их кому–то.

— Я–ясно.

— Хотя в этой ситуации ты, возможно, не сможешь согласиться со мной, но это касается и реликвий твоих предков. Тебе не следует тратить их вот так просто, ясно?

— Я понимаю.

Может, Киино так и сказала, но по выражению её лица можно было ясно понять, что она не совсем поняла. Возможно, Сатору просто навязывал ей свои взгляды.

— …И поэтому, могу я занять у тебя немного денег? Когда продам самоцветы, которые у меня сейчас с собой, я верну долг.

— Хорошо!

— Прекрасно. Итак, мы разделим стоимость повозки. Мы же друзья, и поэтому мы заплатим поровну.

— Конечно!

— Отлично! Теперь вперед, искать повозку!

— Да!

Сатору энергично развернулся на ответ Киино, и оба они двинулись по улице.

Пока они шли, Сатору положил монеты, что он занял у Киино, в свое карманное измерение.

Хотя они и хранились отдельно от монет ИГГДРАСИЛя, они, кажется, не имели веса. Если бы имели, то он бы не смог ничего хранить в своем инвентаре. Это было прекрасное дизайнерское решение для игры, но ведь теперь он в реальном мире.

"Это и вправду удобно, но подобные моменты как бы ломают реализм… я правда не в игре?"

Хотя его тело нежити и подтверждало, что он находится не в игре, удобство его инвентаря заставило его в этом усомниться. Такое неприятное ощущение, словно игра переписывала реальный мир.

Ну, в конечном итоге, сколько бы Сатору не задумывался об этом, к ответу он так и не приблизился.

Что важнее…

"Есть еще много всего, о чем стоит подумать."

Они нашли несколько повозок, но обе они больно поизносились и выглядели так, словно сядь на неё, и она тут же развалится. Он не хотел тратить много времени, но разделяться было слишком опасно, поэтому он взял Киино с собой.

Прошло много времени до того, как они нашли исправную крытую повозку в маленьком сарае, пристроенном к большому дому. Странно было то, что в подвале этого сарая оказалась какая–то тюрьма, где находилось огромное множество зомби женского пола.

Чтобы проверить повозку, Сатору толкнул её со своей нечеловеческой силой. Она заскрипела, но не было похоже, что оси вот–вот сломаются. Кажется, важные места этой повозки были зачарованы.

"Они не зачаровали её целиком. Почему?"

Все же, задумываться об этом не имело смысла. Сатору создал [Врата] перед повозкой и принялся её толкать. Киино подошла к нему, чтобы помочь. У неё возникла идея призвать Грифона–Лорда, но Сатору попросил её поберечь силы.

Хотя было сложно сказать, была ли сила Киино большой помощью, ну, они вместе вытолкали повозку за город. Он оставил [Врата] открытыми и, прежде чем деактивировать заклинание, схватил за рубаху всё ещё бродящего поблизости охранника и потащил, чтобы протолкнуть за [Врата].

— Итак. Я подготовлю замену лошади.

Сатору достал величественную статуэтку лошади, стоящей на дыбах. Статуэтка животного: Боевой Конь; он поставил её на землю, и она мгновенно превратилась в могучего коня.

— Ого! Какой потрясающий конь! У нас в доме даже и близко ничего подобного не было! Сатору, ты удивителен!

Улыбка на лице Киино, кажется, впервые соответствовала её внешности. Увидев её искреннюю реакцию, Сатору самодовольно усмехнулся.

Он скомандовал голему–коню подойти к передней части повозки, где Сатору запряг его с помощью веревок.

Он сел на место кучера и приказал двигаться вперед, голем–конь подчинился.

И только теперь Сатору почувствовал облегчение.

Он был рад, что лошадь, созданная из предмета, годилась, чтобы запрячь её в повозку.

Раньше Сатору никогда не сидел на лошади и даже не трогал её, поэтому он просто не смог бы заставить обычную лошадь тянуть повозку. Но, к счастью, эта проблема была решена. Сатору никак не мог нарадоваться своему быстрому мышлению.

— Что ж, Киино, давай для начала посетим соседний город и посмотрим, как там дела. Так мы когда–нибудь узнаем, почему все стали зомби, и найдем способ всех спасти!

— Да! Рассчитываю на вас, Сатору!

Глава 3: Пятилетняя подготовка.


Повелитель. Принцесса-вампир утерянной страны

Часть 1.

Ночными Личами называли существ, которые поглотили огромное количество маны, а затем вышли за область Старших Личей. Такое происходило крайне редко за всю историю, и в том была удача для всего живого.

Так было сказано по той причине, что Ночные Личи были чрезвычайно могущественны.

Эти создания свободно использовали высокоуровневые заклинания, превосходившие предел человеческих способностей – так называемый шестой круг. Их боевой потенциал был сравним со взрослой особью Дракона. Кроме того, они владели множеством особых навыков, собирали вокруг себя орды нежити, полагались на свой непревзойденный интеллект и огораживались от мира многоуровневыми неприступными бастионами.

Они способны были даже править государствами, становясь королями нежити.

Вообще говоря, было известно о трех Ночных Личах:

Ночной Лич Дракон, Гуфандера=Аргорос;

Ночной Лич Титан, Саен;

Безымянный Ночной Лич, владыка теней, известный как Страх.

Их владения по размерам походили на небольшие государства, окружающие же народы видели в них воплощения ужаса.

По этой причине, имя "Ночные Личи" всегда произносили тихо, дрожащим голосом. Можно было сказать, что их воспринимали как мифических существ, походивших на природное бедствие.

И прямо сейчас, пред одним из этих пугающих созданий – Ночным Личом, – тем, который уединился от мира, скрывшись во тьме – Кунивелой – внезапно возникла пара фигур, появившись буквально из ниоткуда.

Один из незнакомцев был одет в робу. Второй также носил робу, но их телосложение сильно различалось, делая их похожими на взрослого и ребенка.

Даже нежить Кунивела оказался сбит с толку происходящим, когда этот таинственный дуэт возник прямо перед ним, ничем не предупредив свое прибытие.

Его исследования были плодотворными, он обладал большими магическими знаниями, став весьма известным в своей области. Он понимал много вещей, о которых другие даже не слышали – возможно, он даже смог бы сотворить заклинание девятого круга. Но даже он понятия не имел, что произошло.

Кунивела обустроил свое логово в доме разрушенного города, выкопав под ним подвал.

Никто, даже члены организации, не должны были знать про это место. Кроме того, миньоны нежити были разбросаны им по городу. Как им удалось избежать обнаружения и всех расставленных магических ловушек? В конце концов, Кунивела даже прибегнул к магии предсказаний, чтобы укрыться.

Однако, Кунивела вообще никак не смог обнаружить их приближение, прежде чем эти двое возникли прямо перед ним.

Но его недоумение быстро уступило. Страх сменил его.

Во всем мире Ночные Личи входили в число сильнейших существ. Как верховное существо, способное взирать на прочих свысока, он не мог быть напуган кем либо. Это было особенно верно для тех, кто был знаком с его подавляющей силой.

Но стоило принять во внимание случай годовалой давности.

Мысль проскочила в сознании Кунивелы.

— Мысль о том, что "они пытаются убить меня!"

Он не намерен был вести разговор с этой внезапно возникшей парой. Кунивела незамедлительно произнес заклинание. Он не прибегнул ни к атакующей, ни к защитной магии, но использовал [Телепортацию].

Он предпочел покинуть город и телепортироваться в отдаленное укрытие, которое счел безопасным – хотя и свое прошлое убежище он также считал безопасным – без всяких колебаний.

Сражение не рассматривалось как вариант. Он точно не мог позволить себе такой выбор. На самом деле, только полностью безмозглый мог бы подумать о таком.

Пусть даже ни один из них не источал ауры силы. Даже признаков маны на их телах он не ощущал.

Но именно это делало их столь пугающими.

В обыденной ситуации, он поприветствовал бы чужаков атакующим заклинанием, подарив глупцам, решившим к нему приблизиться, незабываемый урок.

Однако, эта пара проскользнула сквозь систему наблюдения Ночного Лича Кунивелы. Это наводило на мысль, что эти неизвестные настолько превзошли уровень Кунивелы, что он даже не мог ощутить их приближения.

Несомненно, организация нежити стала бы насмехаться над Кунивелой, который бросил все, решив немедля бежать. Однако, такая реакция была бы ожидаема лишь год тому назад.

Теперь же, члены организации абсолютно точно поддержали бы выбор Кунивелы, назвав его неоспоримо верным решением.

[Примечание английских переводчиков:

Ночные Личи записаны на японском как Naitoritchi, что при чтении звучит как Night Lich или Knight Lich (читается одинаково). В силу контекста, решено было оставить название Ночные Личи.]

Существовала организация с именем "Тело Бездны".

Она представляла собой группу нежити, наделенной способностями заклинателей. Первоначальной целью этой организации стала работа на общие интересы и избегание конфликтов.

Последнее было особенно важно для нежити – существ вечных – ступающей по одному пути изучения магии, без возможности избежать столкновения интересов.

Лишенная трех великих побуждений, нежить открывала для себя свои собственные, мощные желания, а в случае нежити–заклинателей, они обычно имели тенденцию жаждать знаний. Таким образом, если конфликт за получение знаний начинался, он неминуемо продолжал расти. Ни одна из сторон не могла остановиться, покуда всё не перерастет в разрушительную битву на уничтожение.

Если бы три великих побуждения живых существ оказывались собраны в одной точке, то несомненно, это единственное желание стало бы неуправляемым. Это было характерным явлением для нежити, когда вступив в непрекращающуюся вражду, обе стороны наносили друг другу такой урон, что появлявшиеся затем живые могли уничтожить обоих, поглощенных своей борьбой.

По этой причине, наконец, возникла нежить, осознавшая разумность заключения сделок и сотрудничества, предпочитая этот путь битве, способной лишить их и знаний, и магических предметов. Так появился список имен.

Он представлял собой лишенную чар каменную табличку с именами участников, нанесенными неизвестной магией, которая позднее получит название "Начертания Гранайл".

В то время лишь четыре имени Ночных Личей и три имени Старших Личей значились на ней. Был набор из нескольких правил, нарушители же могли оказаться атакованы объединенными силами всех остальных. Такими были их расплывчатые отношения.

Но двести лет спустя, постепенно образуется полноценная организация.

Благодаря росту числа членов, список имен пополнит еще сорок восемь, которые сформируют крупную организацию с пятьюдесятью пятью членами, семь из которых по "рангу опасности" достигнут отметки сто пятьдесят.

В то же время, лишь несколько человек будет знать о существовании этого сообщества.

В организацию входило два вида нежити.

Один из них наращивал свое влияние среди живых, используя их для достижения своих целей. Другой не имел с ними дел вообще, работая тихо.

Очень немногие среди нежити рисковали действовать, как первая категория существ, прочие же члены организации относились ко второму случаю. В результате, их дела почти не вызывали волнений в обществе живых.

Что же касается тех, кто планировал наращивать свое влияние среди живых, то вместе с тем они увеличивали и число своих врагов. В частности, поскольку нежить считалась врагом всего живого, иногда возникали даже международные союзы против неё. По этой причине членов первой группы стало еще меньше. Конечно, всё ещё оставались те, кто пустил корни глубоко во тьме мира живых, но столь искусных представителей нежити оказалось немного, они оказались разбросаны далеко друг от друга.

В итоге, "Тело Бездны" стало организацией, существовавшей лишь по слухам. И три упомянутых ранее известных Ночных Лича не приглашались в организацию, дабы избежать привлечения лишнего внимания.

Вот почему прошло так много времени, прежде чем обнаружилась проблема.

Первым, заметившим неладное, был один из старейших членов внутреннего круга. Входивший в число основателей организации, Бенжели Анзис, также известный под прозвищем "Бездна".

Шестирукий двуглавый Ночной Лич, знакомый с шестым кругом тайной магии, а также шестым кругом заклинаний иных школ, чудовищное существо, за пределами человеческого воображения. Пожелай он стать известным, пугающий список Ночных Личей вырос бы до четырех.

В тот день он направлялся в крепость Гранца Локка, члена внутреннего круга, практикующего восьмой круг магии.

Преподнеся щедрые дары, он намеревался вызнать у Гранца, как тот достиг восьмого круга. Но Гранц не появился в тот день. Тогда Бенжели посетил его убежище.

Не было особенно удивительным, когда бессмертная нежить забывалась в своих исследованиях. Ожидая подобного от Гранца, Бенжели поспешил на место назначения. Однако, спешившись со своего Дракона–Нежити, его телохранителя и ездового животного, Бенжели замер на месте, ощутив странную атмосферу вокруг замка Гранца.

У Гранца на страже стояли десятки Старших Личей, которых тот гонял, словно своих слуг. Обычно, один из них сразу же пребывал навстречу Бенжели, предлагая показать дорогу, но сейчас никто не появлялся, даже когда он немного подождал.

Бенжели призвал своих приспешников и осторожно проник в крепость, где он немедленно осознал случившееся.

Всё забрали. Исследования и сокровища пропали бесследно.

Нежить была врагом живых созданий, потому не было странным видеть уничтоженную нежить. Даже столь могущественная нежить могла пасть от руки еще более сильного живого существа. Но странность заключалась в отсутствии следов битвы. Словно обитатель замка просто внезапно вышел на улицу.

Гранц был Ночным Личем. Другими словами, он находился на вершине нежити. Мог ли подобный ему пасть без возможности оказать сопротивление?

Со странным чувством беспокойства на душе, Бенжели проверил статус членов организации.

Именно тогда – организацию потрясло.

Из пятидесяти пяти членов, двадцать один не выходили на связь. Среди них были не только члены внешнего круга, но даже некоторые из внутреннего круга.

Прежде чем кто–то смог это осознать, сорока процентов всего состава группы не стало. Словно холодок пробежался по их спинам, заставив бессмертных созданий ощутить настоящий страх – те, кто способен уничтожить целые нации, пропали, даже не имея возможности оставить сообщение, словно их стерли с лица земли, не позволив дать никакого отпора.

Как могущественные личности, каждый из них мог организовать падение целого государства самостоятельно. Привыкшие быть высокомерными, они редко работали сообща и никогда прежде не функционировали как организация. Однако, более такой роскоши у них не было. Каждый предоставил доступ к своим источникам информации, собрав с остальными силы. Некогда многие члены отсутствовали годами на собраниях, но теперь каждый месяц можно было видеть всех.

Даже так, их число продолжило сокращаться.

Никому неизвестное создание неспешно, но целенаправленно, отслеживало и уничтожало членов организации.

Эти существа, впервые за свою вековую жизнь, прониклись ужасом.

В этот момент их более не волновали лицо или репутация.

Увеличив частоту встреч сначала до месяца, по мере сокращения числа уцелевших, они стали собираться каждые два дня. Вид того, что все прибыли, успокаивал их, но если кого–то вдруг не хватало, то оставшиеся лишь еще больше проникались страхом, ожидая, что они станут следующими. Некоторые из них даже стали заселяться вместе.

Несмотря на все их усилия по сбору информации, им так и не удалось поднять завесу тайны.

Они не знали даже причины нападений на них. Могли ли мотивом послужить эмоции, такие как ненависть или жажда мести? Или же некто интересовался плодами их исследований, а может быть богатствами? Но ключевым вопросом был…

— Кто стоит за всем этим?

Цели отходили на второй план. Лучшим курсом действий для них представлялась безоговорочная капитуляция, попытка вымолить себе пощаду любой ценой. Сперва некоторые предлагали сражаться, но в данный момент среди уцелевших более не витало таких мыслей.

Организация Ночных Личей, именуемая "Телом Бездны", попала во власть террора со стороны неизвестных.

При таких обстоятельствах Кунивела решил использовать заклинание [Телепортация].

Он предпочёл сейчас не сдаваться, не потому, что мог сбежать. Скорее, потому что ему нужно привести его мысли в порядок для переговоров с ними. Помимо этого, он не хотел говорить с ними лично. "Лучшим решением будет сначала отступить, а затем сдаться всем вместе", – подумал Кунивела.

Однако через мгновение после того, как [Телепортация] начала действовать, Кунивела замер.

Он всё ещё стоял перед парой таинственных личностей. [Телепортация] не возымела эффекта. Скорее всего, какое–то заклинание отменило её.

Кунивела, один из нежити, сегодня стал свидетелем многих вещей, которых он никогда ещё не встречал. Чувство страха возросло ещё раз, и его глаза расширялись, пока он изучал пару перед ним.

Высокая фигура в мантии протянула руку.

Это была рука скелета.

В его сознании мелькали множества имен скелетов заклинателей, но все они были чудаками. Никто из них не смог бы победить ночного лича Кунивелу. "Так что же это за существо?" – в тот момент, когда его мысли достигли этой точки, они застыли.

Его разум находился под контролем.

Он даже не мог сопротивляться.

Кунивелу, ночного лича, на самом деле подчинили, будто низшую нежить. Его разум, как и его душа, уже признали существо, стоявшее перед ним, его повелителем, его господином. Тот, кого можно было воспринимать максимум как равного себе, стал его хозяином, которому он теперь обязан быть верным.[8]

Он мог сказать, что это было умение доминировать над нежитью, которым он также обладал. Однако этот навык был эффективен только на нежити слабее, чем он сам – значит, его господин был значительно сильнее его самого. Оказавшись под контролем, Кунивела не будет в состоянии избавиться от этого до тех пор, пока другая сторона не захочет отказаться от подчинения. Всё, что ему оставалось, это умолять его Господина проявить милосердие.

Господин откинул капюшон, скрывавший лицо.

Показался костлявый череп. Судя по костлявой руке, которую он протянул мгновение назад, это была не маска, а его настоящее лицо.

За намерением не убивать Кунивелу, но подчинить его, таился какой–то смысл. Если так, то это хорошо, потому что он считал, что быть убитым будет позорно – лучше всего, если ему сохранят жизнь – размышлял контролируемый Кунивела.

— Итак, начнем с того, что вы предоставите все свои исследовательские записи, а также сокровища.

— Давай их сюда!

Меньшая фигура сбоку также сняла капюшон.

У неё были светлые волосы и красные глаза.

Она выглядела, как человеческое дитя, но она несомненно была нежитью. Учитывая её ум и внешность, он заключил, что она была вампиром, порожденным из человека. Поскольку она была компаньонкой его господина, он не мог заставить себя испытывать к ней враждебность.

— Слушаю и повинуюсь. Тогда я начну с моих сокровищ.

Кунивела открыл ключом сокровищницу в своей комнате и вынул оттуда все мешки.

В общей сложности там было 15 мешочков. Каждый из них содержал тысячу золотых монет, на общую сумму 15'000 монет, весом в 150 килограммов. Нежить не нуждалась в деньгах напрямую, но были времена, когда живые были готовы заключить сделку, как правило это были люди с тёмной стороны общества. Выполнение их заказов вознаграждалось золотом, которое являлось ценным товаром при сделках с ними, поэтому, естественно, он накопил много золота.

Кроме того, в дополнение здесь был мешочек с драгоценными камнями. На столе так же находились свитки заклинаний, зачарованные палочки и другие магические предметы.

— Так же еще у меня есть три убежища. Вторая половина моих сбережений находится там.

Поскольку он был подчинен, он правдиво раскрыл место нахождение всех спрятанных им сокровищ, чтобы максимизировать выгоду для своего господина.

— Хо–хо, это довольно много.

— Это действительно так!

— …Захватчик дома №2… тебе не кажется, что ты должна проявить немного сдержанности? Ты в самом деле себя распустила, не так ли? Я думал об этом некоторое время… Я должен сегодня это сказать. Разве ты не должна вести себя как принцесса? Как тогда, при первой нашей встрече.

— Номер Один. Мы путешествовали вместе в течение пяти лет, знаешь ли? После стольких испытаний даже нежити свойственно в какой–то степени изменится.

— Кхм. Что–то я сомневаюсь на этот счет. Логически рассуждая, нежити не свойственно меняться на ментальном уровне – означает ли это также, что они не смогут развиться? Значит ли это, что твоя личность всегда была такой, Номер Два?

— Мне так не кажется… и если уж на то пошло, это всё из–за тебя, Номер Один. Вся эта невообразимая магия, магические предметы, каждый из которых превосходит по стоимости целое королевство, и призываемые монстры, которые выглядят так, будто способны в одиночку стереть целое государство…

Не обращая внимания на болтовню девушки, Господин открыл мешок и достал из него несколько золотых монет.

— …Значит они ведут сделки с помощью денег? Это поможет мне во многом. В конце концов, обменять большую сумму денег довольно проблематично.

Вычисление содержания золота в монетах различных государств было весьма трудоёмко, и поэтому для облегчения торговли Кунивела использовал только эти монеты.

— Именно поэтому вы всё это время использовали переделанные монеты ИГГДРАСИЛя, Номер Один?

— Вы видели их раньше, не так ли? Именно так, Номер Два. В таком случае перейдем к сути дела. Мой первый вопрос: каковы дальнейшие действия вашей организации? Насколько они опасаются меня?

— Мы, конечно, опасаемся вас, но в этот момент все готовы сдаться безоговорочно. Кажется, некоторые из них также покинули группу.

— Назовите их.

Кунивела прочитал список бывших членов клуба, которые сбежали. Всего их было шестеро.

— Что ты думаешь, Номер Два?

Девушка взглянула на листок бумаги, находящийся в руке, и кивнула.

— Похоже, двум удалось сбежать. Что мы будем делать, Номер Один?

— Их нужно выследить и убить. Если мы не устраним проблему в корне, мы никогда не сможем хорошо выспаться.

— …Это великолепно, Номер Один! Твоё чувство юмора стало намного лучше! Видишь, нежить так же может развиваться! Теперь нам нужно поработать над твоим стилем именования!

— Это не было шуткой.

— Ух, хм…

Господин ничего не ответил. Девушка прикусила губу и взглянула на Господина.

Грубость в отношении Господина была невыносимой, тем не менее Кунивеле не было дозволено атаковать.

А кроме того…

"Повезло или же нет тем двоим, что бежали? Исходя из направления разговора, вряд ли их ждет пощада…"

— Неужели подбираемые мной имена столь плохи?

— …Честно говоря, так и есть. Ах, но Гетероморфный Зоопарк был хорош. Это звучало забавно.

— Забавно, хех…

— Все же, Блонди было ужасным!

Девочка сложила руки на бедрах.

— Те стражники тогда так косо смотрели на меня, и это так смущало!

— Но они все время молчали…

— Это потому, что значения имен различаются у разных рас, и не будет странным оказаться убитым, высмеяв чье–то имя. Люди более трепетно относятся к таким вопросам в крупных городах со смешанным населением. Но они все равно не могут скрыть то что думают…

— Но мы не возвращались туда после того…

— Простите, Господин? – Кунивела нервно спросил. Оба его глаза – Кунивелу заботило лишь то, чтобы взгляд его Господина был направлен на него, – Все заклинатели нежить, входящие в "Тело Бездны", намерены сдаться вам, Господин. Устраивает ли это вас?

— Ах, да, давайте сперва разберемся с этими вещами. Пусть даже отвечать вопросом на вопрос считается дурным тоном, я всё же переспрошу: почему я должен принять это?

Кунивела сглотнул, услышав выказанное Господином "сомнение".

— Это все пустые слова. Почему я должен щадить вас? Лишь вырвав вас с корнями, я избавлю себя от будущих проблем.

— Мы никогда не посмеем совершить ничего такого. Мы не смеем даже бросить вам вызов…

— Ах, я устал слушать это. А что произойдет, узнай вы наши слабости?

Он не мог ничего скрыть, отвечая на вопросы Господина.

— Если это позволит нам сокрушить нашего врага, то узнав о его слабостях, мы это сделаем.

— Вот видишь?

— При всем уважении, приняв в расчет те элементы, что Господин сочтет вредными, сделав из нас вассалов, нам точно можно будет найти полезное применение. Я могу гарантировать, что как мозговой центр по работе с информацией, мы превзойдем любого, покуда будем вместе, и, разумеется, нас можно использовать как солдат против врагов Господина; хотя ваша сила несравненна, число иногда также дает преимущество.

Кунивела отчаянно пытался показать, чего он стоит.

— Хм, это правда. У меня есть тема для исследования. Но по словам ваших коллег, от которых я избавился ранее, никто не способен на такое. Так ли это?

Каждый имел приблизительное представление о том, кто и что изучает в группе. Они делились информацией, дабы избежать борьбы за ресурсы и дублирования усилий. Однако, не было никаких гарантий, что каждый из них говорил правду. Даже сам Кунивела имел свои секретные исследования.

Возможно, подобные секретные материалы можно использовать как повод для переговоров. Если он ответит "каждый из нас располагает тайными исследованиями", тогда Господину придется расспрашивать каждого, что потребует от него усиления атак на организацию. Вероятно, остальные также подумали об этом, поэтому предпочли умереть, ничего не сказав, и именно поэтому Господин не сомневался по этому поводу.

— Тогда, как насчет того, если мы будем подносить установленную сумму каждый год? Располагая огромными деньгами, вы могли бы привлечь на свою сторону больше живых для поиска своего ответа…

— Я не нуждаюсь в деньгах.

— М-м.

Девочка рядом кивнула.

— Тогда, тогда почему вы велели мне вскрыть свою сокровищницу в самом начале?

"Разве это не странно?"

В ответ на вопрос Кунивелы, Господин небрежно пожал плечами.

— Я просто высматривал редкие предметы среди твоих запасов. Ах, я также пытался насладиться духом искателя приключений, собирающего сокровища после зачистки подземелья.

Кунивела был озадачен вложенным смыслом в слова "дух искателя приключений".

Неужели он решил истребить их всех ради подобного?

Конечно, он сражался бы изо всех сил, не будь над ним контроля. Разумеется, это не более чем бессмысленная фантазия.

— У меня есть еще вопросы к тебе. Покуда ты попал под мой контроль, придут ли другие члены организации спасать тебя, или же эта крепость самоуничтожится позднее – я хочу сказать, есть ли для нас неудобства оставаться здесь?

Трудно было объяснить, в чем могли заключаться эти неудобства.

Исчезновение Кунивелы заставит остальных подумать, что с ним что–то произошло. Но кто вообще станет рисковать в подобной ситуации? Вероятно, все они придут, но не с целью спасти Кунивелу или нападать на Господина. Скорее, они огласят свою сдачу и попросят переговоров.

При любом исходе, ничто не сможет обернуться неблагоприятно для Господина. Однако, нельзя упускать из виду возможные трудности, последующие за этим.

— Таковых нет. Однако, это верно на ближайшие пару дней или около того. Когда минует несколько дней – когда пройдет больше времени, весьма вероятно, что кто–то заподозрит неладное. Кроме того, на этой базе всё ещё присутствует управляемая нежить. Что станет с ней? Если они продолжат расхаживать по округе, то могут атаковать.

Кунивела находился под контролем, но только он. К прочим неживым созданиям здесь сейчас это не относилось. Вероятно, они исполнят приказ убить незваных гостей, встретив Господина.

С другой стороны, сейчас, когда Кунивела пребывал под контролем, прочая нежить, которую Кунивела контролировал ранее, освободилась. Эти создания, должно быть, сейчас пытаются убежать и едва ли проявят враждебность.

— Ах, если вопрос лишь в нежити здесь, я могу легко о них позаботиться, даже если она нападет вся единовременно. Не стоит беспокоиться об этом.

— Господин!

Кунивела склонил голову.

Он уже понял это ранее, но услышав как легко его Господин говорит о своем могуществе, Кунивела потерял слова.

— Итак, теперь перескажи свои открытия Номеру Два; поспеши.

— Понял.

Исследования нежити – членов "Тела Бездны" – заключались в их основной цели получить могучую магию. Хотя он сомневался, что девочка поймет, он все равно рассказал.

В это время Господин собрал все сокровища в магическое карманное измерение.

— …И на этом все.

— Хорошо, спасибо тебе за труд. Итак, следующий вопрос: расскажи мне все о членах организации. Их способности, местоположение, область работ и так далее.

Вот оно как происходило. Он использовал эту силу доминировать над другими, а затем заставлял их рассказать все, прежде чем уничтожить одного за другим.

В прошлом, все они действовали независимо, но теперь каждый обменивается информацией о своем положении с другими, они все словно оказались связаны незримыми нитями. И вместо утомительного процесса сбора урожая, когда добыча проглотит наживку, Господину останется только потянуть за нить и вытянуть всех разом.

Он не желал говорить, но Кунивелла рассказал обо всем. Благодаря Подавлению Нежити, он не мог чего–либо утаить или обмануть.

Девочка иногда вставляла уточняющие вопросы по ходу разговора. Вероятно, так они сверялись с данными, полученными от уже мертвых членов.

— Благодарю.

Хотя Господин выразил признательность Кунивеле за честность, возможно, его слова имели иное значение.

— Наконец, последний вопрос…

Прозвучавшее "последний вопрос" привело Кунивелу в панику. Он еще никак не доказал свою полезность, и если все продолжиться в этом духе, назревает худший конец.

— Достаточно, Номер Один.

Девочка прервала его тоном, выказывающим усталость или истощение жизненных сил.

— Этого достаточно, Номер Один. В конце концов, я сама успела провести не мало исследований, теперь я понимаю… ты ведь знаешь, что я имела ввиду тогда, сказав, что уже два года как я перестала следовать пустой мечте?

— …Это по поводу Священной Девы Солнца? Но это ведь не только для тебя, Номер Два. Я уже говорил тебе не один раз, здесь есть и мои личные интересы. Это не для тебя, но для меня.

Выражение на лице девочки было странным; оно являло собой одиночество и счастье единовременно. Кунивела не понимал что это значит.

— Итак, я спрошу. Известно ли тебе что–либо о том, как пала страна Инверия и все её жители обернулись зомби?

Он тщательно перебрал все свои воспоминания по слову Инверия, но всё, что он знал, что это была далекая страна.

— Нет, мне не известно ничего.

— Вот как… Тогда, известно ли тебе хоть что–то о возможности вернуть кого–то из состояния зомби в нормальное, то есть сделать обратно живым? Не важно, сколь это маловероятно.

Почувствовав, что пришло его время набить себе цену, Кунивела, тем не менее, ничего не знал об этом вопросе. Не будь над ним полного контроля, он наверняка попытался бы сделать что–то для своего спасения, или солгал бы о намерении начать исследования на эту тему.

— Нет, не знаю. Но, говорят, легендарные существа, такие как Лорды Драконы, могут знать о таком.

— Это имя всплывает часто. Большинство из этих существ парят в небесах, как Сияющий Лорд Дракон.

— Кроме того, есть также…

Он огласил имена всех Лордов Драконов, о которых знал. Но он не мог ни добавить, где они сейчас, ни даже существуют ли они вообще.

Кунивела чувствовал, что это его шанс и отчаянно пытался продать себя.

— Если вы дадите мне время, я немедля отыщу местоположение Лордов Драконов.

— Хорошее предложение, но я все равно собираюсь уничтожить тебя.

Ответ последовал незамедлительно.

— Но, но почему? Разве я не могу быть полезен?

— Потому, что позволить другим знать о нас, слишком невыгодно. И потому, что ты ничего о нас не знал, ты не мог придумать, как нам противодействовать.

— Но невозможно предать вас, если вы используете способность к подавлению над каждым.

— Действительно, так и есть. Но как ты знаешь, есть пределы для Подавления Нежити, как в наивысшем уровне, так и в общем количестве. Слишком много недостатков будет, если я позволю себе такую роскошь, как контроль над тобой. Также, нет никаких гарантий, что однажды ты меня не предашь.

— Мы никогда не предадим…

— Разве я не объяснил тебе это только что?

Кунивела проглотил слова.

Ему было нечего более продемонстрировать бессмертному существу перед ним, чтобы изменить его решение.

— Итак, давайте положим этому конец.

Часть 2.

вк.com/translate_overlord

Сатору и Киино продолжили поездку в своей крытой повозке.

Это была не та крытая повозка, которую они "купили" в Королевстве Инверия, где жила Киино, а та, которую они купили около года назад. Кстати, это уже четвертая такая повозка: первая была уничтожена, вторая сожжена, а третью им пришлось оставить.

Сидя вдвоем на месте кучера, Сатору держал поводья, а Киино рядом была с магическим томом на коленях, они болтали о пустяках, так обычно было, когда их путь пролегал через тихие равнины.

Волосы Киино, опущенные до её тонкой, хрупкой шеи, развевались на ветру.

Когда она попросила Сатору постричь её, он считал, что ей будет лучше надеть капюшон. Все потому, что не было уверенности, что волосы не пропитаются запахом грязи и пыли в воздухе.

Однако, он ни за что не сказал бы этого вслух.

Ведь Киино была в трудном возрасте.

Если бы Сатору поднял эту тему, то она, надув щеки, ответила бы лишь "Хмпф…". Настроение Киино было лучше, когда Сатору не относился к ней как к ребенку, поэтому он старался не заводить подобных разговоров.

Сорок лет она была одна, и еще пять они были вместе. Её склад ума должен был повзрослеть. Однако она вовсе не казалась хмурой.

Он взмахнул поводьями и ударил по заду лошади.

Это действие было абсолютно бессмысленным. Запряженная в повозку лошадь была тем же големом, что тащил их повозку и раньше. Но все это было частью их образа. Они оба много репетировали во время путешествия.

Верно, они являлись нежитью, и у них был голем–конь. Им не требовался сон, и они могли видеть в темноте. И всё же, они по–прежнему ставили палатки на ночь, чтобы избежать подозрений. Да и, поскольку им не нужно было спать, они обычно сидели в палатках и болтали до самого рассвета.

Хотя по факту Киино и была старше Сатору, у неё не было большого жизненного опыта, ведь она никогда не покидала своего родного города. Следовательно, у неё довольно скоро закончились темы для разговоров, и она могла лишь вновь говорить о науках, которые изучала.

С другой стороны, рассказы Сатору очень заинтересовали Киино. Не его истории о реальном мире, где жил Сатору, мире полностью затянутом облаками, а рассказы об ИГГДРАСИЛе.

Поскольку эта девочка жила в мире мечей и магии, приключения Сатору в ИГГДРАСИЛе взбудораживали настолько, что её глаза начинали прямо сиять.

Сначала было довольно много всего, в чем Киино сомневалась. Ей эти рассказы казались слишком надуманными и смешными. Но у Сатору были доказательства. Хотя это и не могло описать всего, но в его фотоальбоме были снимки того, о чем он говорил.

Киино не знала, что такое фотографии, и поэтому считала их изысканными картинами. Но увидев фотографии себя и Сатору, сделанные вскоре после их отъезда, она согласилась, что они были точными изображениями вида.

Затем все было просто.

Эти фото доказали, что пугающие Киино приключения уже были пережиты Сатору. Проще говоря, приключения великого мага Сузуки Сатору были правдой.

Сатору видел, как восхищение в глазах Киино вскоре переросло в сияющее уважение. Это очень сильно подняло ему настроение, от чего его рассказы уже стало не остановить. Вскоре Киино знала о приключениях Аинз Оал Гоун как свои пять пальцев.

Так они провели пять лет.

И сегодня также история закончилась, когда повозка покачнулась.

— И так, каждый из Аинз Оал Гоун дал начало еще одной легенде. Ты невероятен Сатору.

— Ха-ха~ Ничего особенного, Киино. С такими товарищами достигнуть всего этого было проще простого. Вот фото тех времен.

Сатору отпустил поводья и отдал устный приказ голему–лошади.

Уже свободными руками он достал альбом и, бормоча "Где же оно", пролистал его. Он нашел их фотографию, где они сразили Сурта, Огненного Гиганта–Лорда.

— Ого! – вскликнула Киино в восторге, – Ты просто невероятен… Поверить не могу, что тебе удалось победить такого могучего гиганта… М-м-м, нет. Такое стало возможно благодаря всем в Аинз Оал Гоун… Всё же, кто как ни вы смогли бы победить Гиганта–Лорда, у которого был такой мощный огненный посох?

— Да… может ты и права.

Забрав и убрав фотографию, он вспомнил, сколько раз они убивали Сурта.

Это было не особо сложно, так как его стихийное сопротивление было максимально сконцентрировано на одном элементе. Но Сатору не хотел разочаровывать её, так что он не стал говорить этого и разрушать её девичьи фантазии. Поэтому он просто улыбнулся.

— Именно! Сатору, ты и твои друзья, вы просто невероятны!

Настроение Сатору поднялось, и он просто поддался взбудораженности Киино.

— Верно! Думаю да! Было просто прекрасно, что всем удалось избежать смерти и продержаться даже после того, как он отбросил свой меч и выхватил Леветайн.

— Ага! Все были потрясающими! Они смогли победить благодаря тебе, Сатору!

— Ты так думаешь? А-ха-хах!

Сатору был в очень хорошем настроении и рассмеялся.

— Сатору, ты со своими друзьями правда повторял все эти невероятные приключения?

— Это правда. Но, разве теперь мы не отправились тоже в большое приключение?

Киино горько улыбнулась.

— Правда? Но что–то это не похоже на какое–нибудь фантастическое приключение.

— Разве все не зависит от того, как на это посмотреть? Уже пять лет прошло, с тех пор как мы покинули твою страну. Мы ведь побывали во многих странах и увидели множество разных таинственных вещей, разве нет? Знаешь, сражение – это еще не все.

Получать удовольствие от неизвестности.

Отправиться в путешествие и своими глазами увидеть мир – разве не такое приключение должен был предоставить ИГГДРАСИЛЬ? Теперь он понимал, что чувствовали исследователи миров.

Конечно, не было неправильным играть в игру для того, чтобы вместе с друзьями сражаться против сильных противников. Но Сатору был уверен, что его путешествие с Киино было тем самым путешествием, которое им следовало совершить.

— Я… полагаю. Семикратно Опаленная Равнина и Чистое Озеро были обе довольно удивительны.

— А мне Равнина не понравилась, но вот Чистое Озеро было очень красивым. Оно выглядело прямо как стекло.

— Ага! Это невероятно!

Оба они и дальше вспоминали об этом прекрасном зрелище, продолжая путь.

— Хотела бы я снова посмотреть на это.

— Мы можем еще раз сходить туда, если смотреть уже будет не на что. Мы бессмертны, в конце концов.

— Верно, – ответила Киино.

— Кстати… Киино, ты стала сильнее, чем раньше. Хочешь попробовать победить сильного врага?

Путешествия и сражения были неразрывно связаны. И речь идет не о безопасности; когда кто–то отправлялся в малонаселенные места, обязательно появлялись монстры, считающие его добычей, и если посещать живописные места, то есть шанс встретить сильных врагов. И всё же, Сатору встретил только одного противника, которого посчитал сильным. Но было множество врагов, способных убить Киино в мгновение ока, будь она одна.

Сатору отвечал за сражения, а Киино занималась умственным трудом, но она всё ещё должна быть в состоянии противостоять атаке сильного существа.

— Просто… просто я не хочу… ох! Я знаю, что ты волнуешься обо мне, Сатору, и я рада! И еще ты одолжил мне несколько невероятных предметов! Как ты это называешь? О, прокачка, тебе не кажется, что она не действует? В смысле, я не хочу брать палку и вновь и вновь избивать умирающего дракона с отчлененными конечностями… дело не в твоем плане, а скорее в том, что ты проигнорировал его мольбы о пощаде, эм, да, это немного ужасает… нет, все не так. Конечно, я понимаю, что тебе такое тоже не по душе, и ты делаешь все это только ради меня. А еще я очень боюсь испачкать эту красивую одежду, что ты одолжил мне. Я просто думаю, что в следующий раз, может, можно будет сделать это как–то по–другому?

Киино выдавила эти слова в чрезвычайной спешке.

Кажется, ей не понравился тот случай, когда она тренировалась на драконе. Ну, заставлять девочку делать такие вещи было немного бесчеловечно, и Сатору сожалел об этом.

"Может, в следующий раз мне следует подыскать ей соперника, на которого она не будет против напасть. Воров и прочих, недостойных милосердия, возможно, стоит использовать попозже, так как они умеют говорить. Может, какое–нибудь неговорящее существо или даже лучше какой–то предмет?"

Сатору начал перебирать у себя в голове разных монстров.

"Как по мне, то нечто вроде гигантского насекомого неплохо подошло бы."

— Я тебя понял, Киино. Для следующей тренировки я все спланирую лучше.

Он улыбнулся и показал "класс" большим пальцем. Киино ответила на это выражением, которое было сложно описать словами. Он любил этот взгляд, и мог увидеть его лишь раз в год. Нет, когда они только начали свое путешествие, то он, кажется, видел это выражение чаще, но он не совсем был уверен в своих воспоминаниях пятилетней давности.

— Хм. И всё же, я не знаю, насколько изменились твои очки кармы. И поскольку у меня они отрицательны, дабы компенсировать это, я надеюсь, что твои станут положительными. А значит, тебе нужно убивать противников с отрицательной кармой.

— А, чего? Нет, это, э… Сатору, давай поговорим об этом в другой раз. Смотри, уже видно город. Он и правда очень бросается в глаза.

— Ах-х, так оно и есть.

Сатору видел впереди город. Он знал о нем из слухов, но это был довольно большой город–крепость. Слово "Большой" в данном случае подразумевает не его масштабы, а в прямом смысле сами здания и городские стены были большими. Особо следует отметить огромные скалы по обе стороны от ворот. Они были примерно ста пятидесяти метровые или около того. Скалы были поставлены по обе стороны от ворот и стали частью городских стен.

Эти скалы были поставлены так не для того, чтобы сформировать городские стены, просто гиганты, что обитали поблизости, притащили их из мест, где они жили, в качестве дружеского жеста. После этого, благодаря дружеским отношениям с этими гигантами, некоторые части города, как, например, здания, городская планировка и так далее, были изменены в размерах для того, чтобы гигантам не пришлось испытывать дискомфорт, ну или, по крайней мере, об этом слышал Сатору.

"Сколько же гигантов потребовалось, чтобы притащить их, и каким способом они это сделали?"

Поразмыслив с растущим интересом над этим вопросом, Сатору указал Киино в капюшоне сменить кольцо.

Поскольку Киино является вампиром, на неё воздействуют штрафы от солнечного света. Однако, надев кольцо сопротивления солнцу, она сможет избежать их. Указание заключалось в том, чтобы она заменила это самое кольцо на какое–то другое. Даже в капюшоне она не защищена от штрафов, и все равно будет чувствовать усталость, но если она хотя бы немного не потерпит, могут возникнуть проблемы.

Он одолжил Киино четыре кольца: "Кольцо ослабления штрафов от солнечного света", "Кольцо сопротивления контролю и изгнанию нежити", чтобы даже Сатору не смог подчинить её, "Кольцо блокировки разведывательной магии" и "Кольцо невосприимчивости к связыванию и другим видам контроля, ограничивающего перемещения". Он даст ей и другие, если того потребуют обстоятельства.

И сейчас она наденет "Кольцо блокировки разведывательной магии" и "Кольцо сопротивления контролю и изгнанию нежити", оба они были очень важны при входе в город.

Сатору же, напротив, не пытался скрыть своего костяного облика. Ведь он в течение этого пятилетнего путешествия, можно сказать, тренировался входить в город, не скрывая лица. К тому же, ему было сказано, что лучше показывать лицо, пытаясь войти в город. Если бы он был более прямолинеен и не скрывал свой облик, то ему было бы проще обманом прокладывать себе путь.

Раньше он пытался использовать иллюзии, чтобы замаскироваться, но из–за одного несчастного случая он больше на них не рассчитывает.

— Кстати, Сатору.

— М?

— Зачем мы сюда возвращаемся?

Родные земли Киино были совсем не далеко от этого места. За последние пять лет Сатору не приводил её сюда.

— Хм? Мы побывали уже во всем мире, но мы же так и не были тут. Разве не было бы здорово взобраться на вон те горы, что едва видны вдалеке?

— Я поняла.

Судя по тону её голоса, эта причина, кажется, не особо убедила Киино. Учитывая, что они провели вместе уже пять лет, Сатору мог ей рассказать. Но он не собирался объяснять Киино смысл приезда в этот город.

Повозка, запряженная големом–лошадью, без промедлений понесла их к главным воротам. Может он выбрал удачное время, но у ворот не было никого, кроме Сатору.

Стража собралась у ворот, и в воздухе повеяло опасностью. Каждый из них держал копье наготове. Сатору взглянул на стены и увидел собравшихся там лучников. Не нужно было говорить, что все они было насторожены по отношению к нему.

— Стоять!

Их окликнули суровым голосом. Он, кажется, принадлежал какому–то капитану стражи. Сатору равнодушно проигнорировал это и ответил громко и четко.

— Эй, хорошая сегодня погодка.

Среди стражников мгновенно распространилось недоумение, но вскоре они вновь вернули своё суровое отношение.

— Что тебе тут надо, нежить!?

— Нежить? Где?

Сатору осмотрелся, словно нарочно.

— Что за бред ты не…

— …Так это вы меня приняли за нежить!?

Он прервал рев солдат и прокричал в ответ.

— Я не нежить. Я Сатору из расы Древнекостных!

— Древне… костные?

Солдаты переглянулись и покачали головами. Он слышал, как они спрашивали друг у друга: "Ты слышал раньше о таких?", "Кажется, я впервые о них слышу".

— Не кажется ли вам, что ошибочно принять Древнекостного за нежить – это вопиющая грубость? Да вы оскорбляете мою нацию!

Стражники у ворот снова переглянулись. Капитан, так пока будем его называть, ответил очень рассеянным тоном. Но он даже и близко не опустил оружия. Все же этого следовало ожидать.

— Говорите, вы не нежить?

— Я же уже сказал. Я Сатору из славной расы Древнекостных.

— Нет, ох, мои извинения. Простите моё невежество, но я раньше никогда не слышал о Древнекостных.

— Что!? Ты никогда не слышал о великих и могучих Древнекостных? Что за захолустный городок…

Гордые стражники, естественно, обиделись на то, как их назвали. Хотя они и были недовольны этим, кажется, они ослабили бдительность.

В этом мире было множество рас. И помимо человеческих, было много разных полулюдей и гетероморфов со странной внешностью. Расовая дискриминация может вызвать гнев всей его нации. Если это приведет к войне, то может случиться так, что одна из сторон будет уничтожена. На самом деле, таким образом уже было уничтожено несколько стран.

И поэтому стражников у ворот попросили адекватно реагировать в подобных ситуациях. Чем больше будет рас, с которыми их страна установит контакт, тем быстрее национальная стража научится их распознавать.

Проще говоря, они не станут действовать опрометчиво, если будут думать, что он не нежить, а часть расы Древнекостных.

И ключевым моментом теперь было то, что он должен воспользоваться путаницей и взять ситуацию под свой контроль.

— Кажется, я должен сообщить этой невежественной нации о величии Древнекостных. Я Сатору, родом из Великого Токио, национальной столицы Древнекостных. Я прибыл сюда… в поисках чего–нибудь ценного, хотя, видимо, здесь моему глазу зацепиться будет не за что.

— …Вы торговец?

— В точку. И всё же, я не смогу ничего купить, если ничего не увижу.

— Для начала нам следует проверить ваш багаж, но прежде нам правда нужно… эм… как же это… ох… обыскать вас. Вы же понимаете, верно? Если вы согласны, то… прошу вас подождать тут. Я позову священника.

Тон капитана по отношению к Сатору постепенно сменился на уступчивый.

— Понимаю. Хотя мне очень интересно, каким дикарем нужно оказаться, чтобы принять Древнекостного за нежить, но мы невероятно снисходительны.

— Что там за девочка?

— Она мой спутник, и так же является одной из Древнекостных.

— Э?

Капитан в шоке посмотрел на Киино, а затем принялся сравнивать её с Сатору. Было слышно вопросительный шепот, типа: "Он сказал, что она Древнекостная?", "Они же вообще не похожи".

— Весьма похожа, разве нет?

— …А, эм.

Капитан опустил взгляд, кажется, он был в замешательстве.

Вскоре Сатору увидел солдата, который вел за собой священника. Тот был толстый и, кажется, небольшой бег заставил его уже задыхаться.

Когда он пришел, то вытер носовым платком пот со лба и тяжело дышал, словно боролся за каждый вздох.

Капитан сказал: "Извините", и подошел к священнику.

— Благодарю, что Ваше Преподобие проделало весь этот нелегкий путь.

— Ну что вы, Капитан. Это наш долг. И всё же, я надеюсь, что в следующий раз вы не будете меня так сильно торопить. Не хотелось бы на полпути к вам отправиться на небеса.

Когда священник отвечал, его дыхание было похоже на всхлипывания.

Оба они старались быть как можно тише, но даже находясь в отдалении, Сатору их слышал.

— В храме все так же нет лошадей?

— О чем вы, Капитан? Вам не жалко лошади, которая будет везти меня?

— Ваше Преподобие… вам лучше обучиться верховой езде.

— Моему заду и бедрам будет больно, так что я пас, если вы не возражаете, – сказал священник и, проигнорировав ответ капитана: "Но ведь у вас есть магия исцеления", уставился на Сатору, – Что ж, хорошо. Я сделаю то, зачем меня сюда позвали. Я прогоню нежи…

— Нет, они утверждают, что являются Древнекостными. Кажется, они не нежить.

— Что? Древнекостные?.. Но, как по мне, они похожи на нежить.

— Правда? Тем не менее, могут возникнуть серьезные проблемы, если они действительно окажутся не нежитью…

— Хм… ладно. В конце концов, плохо прогонять тех, кто способен пожертвовать нашему храму, но кто знает, как верха меня осудят. Если я в итоге стану деревенским попом, то… кхем!

— Нет, это не проблема, Ваше Преподобие.

— Нет, это проблема, Капитан. Это место находится во владениях Маркиза. Даже если он в некоторой степени предоставил нам самоуправление, нас изгонят, если будем делать все, что заблагорассудится, не считаясь с интересами страны. Более того, инцидент обострится, если мы оскорбим кого–то из высокопоставленных представителей другой расы. Капитан, вы же не хотите, чтобы о вас вспоминали в истории как о глупце, спровоцировавшем уничтожение страны? А я, конечно же, нет. Кроме того, если такое случится, то всевозможные неприятности затронут всех!

— …Так вы поняли. Значит, могу я просить вас проверить, действительно ли они не являются нежитью?

— Это очень проблематично, вы не можете просто пропустить их? Пусть кто–то из солдат присмотрит за ними в качестве эскорта, или типа того.

Они оба переглянулись, но в итоге священник пораженчески опустил плечи.

— Ладно, ладно, я сделаю это.

Ворча о том, что ему придется бесплатно применять заклинание, священник подошел к Сатору и поприветствовал его бодрой улыбкой.

— Приветствую, почетный гость из нации Древнекостных. Я служитель городского храма. И хотя я верю вашим словам, мне всё же нужно наложить заклинание, чтобы развеять сомнения других. Молю вас, не противьтесь этому.

Тот факт, что он даже не назвал своего имени, показывал, как сильно он пытался избежать неприятностей. Можно сказать, что все шло по плану Сатору.

— Я понимаю. Пожалуйста, продолжайте, Ваше Преподобие.

— [Обнаружение Нежити] …понятно. Действительно, Капитан, он не является нежитью, поскольку никакой реакции не последовало. И еще… Ийааа!

Священник поднял руку. Сатору почувствовал некую силу, толкающую его. Вероятно, это была какая–то уничтожающая нежить способность. Но она была абсолютно неэффективна против Сатору и Киино. И хотя одной из причин этого была их разница в уровнях, но главной причиной неэффективности этой способности были их магические предметы.

— Как я и думал, реакции не было. Он не нежить.

— Правда?

— Я же говорил. Я Сатору, Древнекостный. И меня раздражает то, что вы относитесь ко мне как к нежити.

Он увидел, как стражники вокруг опустили копья. И хотя они всё ещё окружали его, напряжение в воздухе растворилось.

— Значит, я выполнил свой долг, верно? Ах-х, где бы вы нашли такую спокойную и дружелюбную нежить? Еще до того, как прибыть сюда, я уже знал, что он не может быть нежитью, – сказал священник, обведя взглядом всех стражников, – И вы все равно позвали меня сюда. Я ведь могу подумать, что вы пытались меня оскорбить!

Священник закончил шутливым тоном. Капитан посмотрел на своих людей и ответил таким же беззаботным образом:

— Молодцы, что заставили Его Преподобие бежать сюда! Я всегда думал, что его размеры – это проблема. В следующий раз так же используйте эту возможность, чтобы заставить его побегать!

Капитан и священник посмеялись. Их смех был как будто сквозь зубы, словно на самом деле они думали о чем–то другом.

Они прекратили так, будто им просто надоело смеяться. Священник отвернулся от Сатору и направился в город, а капитан снова встал перед Сатору.

— Мои извинения, господин Сатору, торговец нации Древнекостных. Теперь прошу, позвольте нам осмотреть ваш багаж.

— Непременно. Однако, мой багаж практически пуст, поскольку я приехал делать покупки.

Сатору и Киино спешились, и, в свою очередь, несколько людей, что внешне немного отличались от стражников у ворот, приступив к работе с полной серьезностью, залезли в повозку. Это были специалисты по оценке грузов, они отвечали за проверку багажа и взимали налог за проезд.

Повозка была загружена лишь на десятую часть, и девяносто процентов груза составляло зерно. Даже исходя из объема, налог на такое количество зерна будет очень мал.

Сатору и Киино прошли через небольшой обыск, чтобы убедиться, что они не проносят контрабанды. В этот момент вернулись специалисты, которые обыскивали повозку. Один из них нес маленький сундук.

— Не могли бы вы отпереть этот сундук с сокровищами?

— Безусловно.

Когда Сатору открыл его, полилось сияние золота. В сундуке находились 500 золотых монет, пригодных для торговли. Еще внутри была кожаная сумка со множеством драгоценных камней. Это большая сумма, но для торговца издалека она не была чем–то особенным.

Специалист закатал рукав и протянул руку, чтобы проверить внутреннюю часть сундука.

— …Ничего. В повозке тоже нет скрытых отсеков. Только стоит отметить, что лошадь – не живое существо.

— Это голем–конь.

— …Древнекостные правда могут управлять подобным?

— Конечно. Голему–коню не требуется сон и еда. А ужасному монстру не напугать его. Разве они не идеальны для грузоперевозок?.. Тот факт, что у вас таких нет, говорит о том, что вы деревенщины.

Сатору продолжал насмехаться над ними, словно хотел, чтобы ему сказали угомониться. Это так же было частью его образа, и в мыслях он извинился перед ними.

Услышав это, специалисты собрались для обсуждения. Вероятно, они определяли размер налога за голема–лошадь, поскольку раньше такого не случалось. После короткого разговора они решили, что сейчас объем налога будет такой же, как и за обычную лошадь, а позже они обсудят остальное с Маркизом.

Оплатив пошлину за Сатору, Киино, лошадь и зерно, они получили разрешение на въезд в город.

Когда Сатору взялся за поводья и собрался погнать лошадь, к нему обратился Капитан.

— Э, да. Я должен это сказать. Торговец нации Древнекостных… я скажу прямо. Лучше вам не показывать своего лица в этом городе.

— Почему это… а–а, потому что ты думаешь, что люди примут меня за нежить? Чтобы МЕНЯ спутали с нежитью…

— Ах-х-х, я понял, понял.

Капитан отмахнулся от Сатору, когда тот резко повысил голос.

— …Было бы плохо, если бы меня перепутали. Тем не менее… хотя ничего удивительного, что мы испытываем ненависть по отношению к нежити, но, кажется, ваша реакция немного чрезмерна. Что–то случилось?

— Ох, да. Но это было более двадцати лет назад. Орды нежити однажды вторглись в нашу страну, это прозвали Бедствием Нежити. Тот случай нанес большой ущерб, а этот город непосредственно оказался под ударом, и у нас всё ещё остались люди, которые потеряли тогда семью и друзей… Понимаете?

— Бедствие Нежити, говорите?

"Судя по всему, это было связано с тем, что произошло в стране Киино, где все превратились в зомби."

Это случилось не только в стране Киино. Зомбирование затронуло все в пределах двухсот пятидесяти километров. За годы исследований Сатору сделал вывод, что это привело к гибели четырех наций.

"Но ведь эта страна была далеко оттуда, и между ними находилась еще одна страна. Зомби из тех стран просто бродили по округе. Почему они стеклись в эту страну?"

Видимо, еще было слишком рано делать какие–то выводы.

— И это еще не все. Если отправитесь на северо–запад отсюда, то увидите столько же или даже больше нежити. Кажется, их и сейчас там слишком много, чтобы разобраться со всеми.

Он показал в сторону противоположную той, откуда пришли Сатору и Киино, в том направлении находилась страна Киино.

— Хм… – Сатору задал деликатный вопрос, – Думаю, должна быть причина, из–за чего появилась вся эта нежить. Велась какая–то масштабная война? Обычно трупы, оставленные на поле битвы, начинают шевелиться.

Капитан покачал головой.

— Я не совсем в этом уверен. Я знаю только то, что нежить появилась внезапно. Ходят слухи, что это случилось из–за какого–то заклятия, вышедшего из–под контроля… но это всего лишь слухи. Я слышал, что для защиты от нападений соседние страны разместили свои войска вдоль границы.

Сатору не знал, что ответить. Правительство этой страны было достаточно умным, раз не воспользовалось этой возможностью, чтобы вторгнуться к соседям, которые сдерживали для них нежить. Нет, нежить была их общим врагом, поэтому вполне вероятно, что они послали бы свои войска в качестве поддержки.

— В любом случае, вот почему мы так осторожны с нежитью. И поэтому я надеюсь, что вы не сделаете ничего, что заставит других неверно вас понять.

— Хорошо… кхм, мои извенения, – Сатору слегка кашлянул, – Я понимаю, что вы имеете ввиду. В таком случае я скрою лицо под маской… но не могли бы вы сделать мне одолжение?

— Какое?

— Если вы порекомендуете мне высококлассную гостиницу, могу ли я просить вас послать человека, который поможет кое с чем? И пусть он скажет, что торговец нации Древнекостных придет, чтобы поселиться у них. Это избавит нас от многих проблем. В конце концов, большинство гостиниц не принимают подозрительных гостей в масках.

На мгновение лицо капитана стало несколько удрученным. Он, вероятно, не хотел, чтобы стражи ворот были на побегушках у простого торговца.

— Знаете, если поможете мне, это улучшит наше мнение – мнение Древнекостных – об этой стране.

— …Ох, ну, хорошо. Что поделать. Пусть это будет извинением за то, что принял вас за нежить. Эй! – крикнул он ближайшему стражнику, – Иди в гостиницу "Балдахин".

Получив приказы, солдат побежал.

Услышав, что капитан рассказал солдату, как пройти в гостиницу, Сатору достал кожаный мешочек и дал золотую монету капитану.

— Премного благодарен. Вот, возьмите, купите выпить своим парням.

— Понятно. Вы, Древнекостные, действительно не похожи на нежить. И вы, маленькая ле… кхрм, я хотел сказать, госпожа, берегите себя.

— Спасибо.

Киино, которая все это время молчала, кивнула ему, и повозка пересекла городские ворота.

Часть 3.

Гостиница была огромной.

И речь не о площади помещения, а о размерах всего здания – каждая дверь была не менее четырёх метров высотой. Однако гостиница всё равно не смогла бы вместить такие крупные расы, как гиганты, и поэтому, грубо говоря, их попытки угодить всем не увенчались успехом.

Сузуки Сатору толкнул тяжёлые двери.

Вопреки ожиданиям, двери легко распахнулись. Он не потратил много сил – даже ребёнок мог бы их открыть.

Это, похоже, гостиничный ресторан, учитывая людей вокруг, сидящих и пьющих в середине дня. Они выглядели удивленными, посмотрев на маску Сатору.

Он не обращал внимания на их реакцию, а затем заметил бармена. "Понятно, не удивительно, что гостиницу построили такой гигантской", – пробормотал Сузуки Сатору.

Барменом был массивный мужчина, ростом более двух с половиной метров, и у него был крупный рог, торчащий из его лба и направленный в небо.

Мускулистый, с хорошо развитой грудной клеткой, выпирающей из белой униформы. Он походил не столько на владельца, сколько на вышибалу, и, честно говоря, вполне может так и оказаться.

Рядом с ним Сузуки Сатору выглядел всё равно, что ребенком. Он направился прямо к нему и с некоторым усилием взобрался на табурет у стойки.

— Мне нужна комната для двоих, на одну ночь. Это не будет проблемой?

— Вовсе нет, и мне стоит извиниться, маленький человек, наши стулья здесь не слишком подходят для невысоких.

"Он высмеивает меня?" – подумал Сузуки Сатору. Однако по его лицу было видно, что это не так, а значит, он был искренен.

— Всё в порядке, не беспокойтесь об этом.

— Учитывая размеры вашего маленького друга, я мог бы порекомендовать вам несколько других гостиниц, но они тоже не слишком подойдут вам, маленький человек. Также есть гостиницы для больших парней, но подходящих и для вас… только они будут пониже стандартом. Если не возражаете, я могу рассказать о них.

— У меня нет никаких намерений снижать качество своего жилья.

Во время путешествия было много способов развлечь себя, но жизнь в роскоши была ценной для них, раз они не могут наслаждаться хорошей едой, поэтому они всегда останавливались в гостиницах высшего класса, когда пребывали в город.

— Вот как. Тогда, как насчёт одноместной комнаты? В ней даже одной кровати будет достаточно для вас двоих, и выйдет даже дешевле.

— В этом нет необходимости. У меня нет недостатка в деньгах. Дайте мне двухместный номер.

Владелец гостиницы присвистнул.

— Я бы тоже хотел поступать так, как мне нравится. Тогда вперёд, скидывайте мне денег и продолжим. Так, посмотрим… – Хозяин наклонился, а когда поднялся, в руке у него был ключ. – Держите это. Ах да, могу я спросить, как двое почётных гостей прибыли сюда?

— Мы взяли крытую повозку. Солдат, подошедший ранее, позаботится о ней. Наш товар – всего несколько мешков зерна.

— О, а что насчёт зверя, запряженного в вашу повозку? Корм оплачивается дополнительно, и у нас есть конюх, который может этим заняться.

— Это лошадь–голем. Ей не требуется питание.

— Хах! – внезапно воскликнул владелец. – И такие вещи существуют. Похоже, в этих делах я отстал от времени. Здорово.

Сузуки Сатору почувствовал, как посетители, поначалу спокойно выпивавшие, сейчас сосредоточились на нём. Привлекла ли их тема голема, или они бессознательно обратили на него внимание, в ответ на повышенный голос хозяина?

"Они не отвернулись спустя некоторое время, значит, должно быть, первый вариант", – подумал Сатору.

Если бы второй, то они быстро потеряли бы интерес. Поскольку они не отводили взгляда, можно было подумать, что они что–то знают о големах.

Это потому, что здесь в городе работают големы, или все путешественники слышали о таких вещах?

— Покупка этой лошади–голема обошлась мне в солидную сумму. Ох, сколько будет плата за номер? И да, не могли бы вы исключить стоимость еды? Мы планируем прогуляться и попробовать местные деликатесы.

Хозяин гостиницы на момент проявил подозрительность, но тут же принял его объяснения. Возможно, он вспомнил, как охранники описывали Сузуки Сатору.

— А, так вот как оно всё планируется, маленький человек. Эх, да, возможно, это и к лучшему. Может, ты и сможешь вместить всё в себя, но мне кажется, что твой маленький друг с этим не справится.

— Не справится?

— Ну, наших порций достаточно, чтобы набить свои животы. Большая порция где–то около двух кило. Сможешь с таким разделаться?

— Невероятно.

— Ха–ха–ха, – громко рассмеялся хозяин, услышав быстрый ответ Сузуки Сатору. После этого он назвал цену, что оказалась весьма низкой по сравнению со всеми остальными, с которыми им пришлось столкнуться во время их путешествия.

Осталось только выяснить, справедливая ли эта цена. В конце концов, цены варьировались от города к городу, а также зависели от предоставленной комнаты. Всё могло стать даже сложнее, будь это крупный город во владениях Маркиза. И тем более, в элитных гостиницах на территории столицы страны обычно очень мало свободных номеров, и расходы на ночлег в одной из них будут в пять–десять раз больше, чем здесь.

После вопроса, почему цена такая низкая, был получен ответ: "Это без стоимости еды".

Кажется, эта гостиница не только предоставляла большое количество еды, но также они были уверены в качестве их кухни. Сузуки Сатору вдруг почувствовал укол сожаления из–за неспособности кушать. Нет, если быть честным, он чувствовал это всякий раз, когда посещал новую страну, новый рынок, или новую площадь.

— Киино.

— Да.

Одного слова было достаточно для Киино, чтобы понять мысль Сузуки Сатору. Она достала кошелёк и протянула запрошенную сумму. Нет необходимости говорить, что это всего лишь задаток.

— Обращайтесь ещё!

Хозяин гостиницы вручил Сузуки массивный ключ и кратко рассказал о расположении комнаты. А затем Сузуки Сатору и Киино поднялись по лестнице, ведущей в их комнату на втором этаже.

Каждая отдельная ступенька была очень высокой, и Киино было труднее подниматься по ним, чем Сузуки Сатору. Тем не менее, они оба были нежитью, и этого пути по лестнице недостаточно, чтобы утомить их. Их комната была весьма просторной, и первым они заметили очень высокий потолок. Затем они обратили внимание на две огромные – размерами больше королевских – кровати, которые были установлены прямо посередине комнаты, а после они увидели исключительно большой шкаф и скамейки.

Киино воскликнула от восторга и бросилась на кровать, а затем – трудно было описать выражение её лица. Вероятно, она ожидала, что кровать её подкинет вверх после прыжка, но внутри не оказалось пружин, а взамен её встретило жёсткое ощущение.

Тем не менее, одни только чистые белые простыни более чем заслуживали похвалы.

— Итак, когда мы сходим на рынок, Сатору?

Для них стало традицией каждый раз по прибытии в новый город посещать рынки. Это не только удовлетворяло требованию приобретать необходимые для путешествий предметы, но и позволяло им исследовать рынок.

— Ну, насчёт этого… приятно пройтись по улицам города, да и нам нужно найти рынок и прочувствовать обстановку, пока зерно ещё не сгнило. Тем не менее, я надеялся узнать больше о соседних странах. В конце концов, твои знания устарели, Киино.

Киино слегка прищурилась, услышав это.

"Я и мой большой рот", – Причитал Сузуки Сатору, увидев её реакцию. Однако извинения сейчас, вероятно, сделают только хуже, так что лучше притвориться, что ничего не заметил.

— В таком случае, не будет ли бард предпочтительнее торговца?

— Верно. Бард больше подходит.

Кажется, она не особо рассердилась. Услышав её ответ, Сузуки почувствовал, как у него отлегло от сердца.

Путешествующий купец, или бард, или какой–нибудь другой торговец, вероятно, лучше знают окрестности. Наёмник скорее обращает внимание на ситуацию в близлежащей стране, а торговец может владеть слухами о том, что произошло в более отдалённых землях, но в то же время барды могли приходить из ещё более далёких мест.

Выбирая между ними, торговцы были лучше в области точной информации, но с точки зрения общих тем – барды выступают на первом месте.

Поскольку необъективная информация может привести к огромным потерям, торговцы обычно тратят много усилий, чтобы обеспечить надёжность своих новостей. В свою очередь, барды ищут истории из более отдалённых мест, и их не слишком заботит достоверность – достаточно быть интересной. Однако были случаи, когда некоторые истории – интересные лакомые кусочки из далёких мест – казавшиеся фальшивыми, действительно происходили.

Короче говоря, так как Сузуки Сатору и Киино хотят знать больше, очевидно, что они выберут барда.

Даже если полученные новости окажутся фальшивкой или просто слухами, это встретят лишь вздохи сожаления: "Ах, какой позор, похоже, весь путь проделан зря. Куда теперь мне идти?" Всё потому, что они нежить – обладая бесконечной продолжительностью жизни, они могут позволить себе эту легкомысленность.

Можно даже сказать, что они могут вкушать удовольствие от ситуации, так как они нежить.

Удовольствие от бесплодных усилий.

Кроме того, была другая причина выбрать барда.

Они считали, что повествование историй – это работа. И барды охотно делают это, если им заплатить.

С другой стороны, торговцы относились к тому типу людей, чья информация касалась их интересов. Иногда могло быть трудно получить что–нибудь от них, и они не могли честно поделиться знаниями с Сузуки Сатору и Киино, поскольку те были незнакомцами. Если они пытались войти в гильдию торговцев, то одна проблема заключалась в том, что гильдий было столько же, сколько и самих товаров, а другая – члены гильдии обычно были холодны с посторонними, ссылаясь на такие причины, как соглашения о секретности, правила гильдии и тому подобное. Обычно это заканчивалось очень хлопотно.

У бардов тоже были свои гильдии, но их структура руководства была далеко не такой, как у гильдий торговцев. Конечно, у некоторых из них были строгие правила, но опытным странникам из далеких земель – другими словами, бардам более высокого уровня – обычно было легче в гильдиях. Однако Сузуки Сатору и Киино не интересовались такими деталями.

— Тогда наймём барда. К тому же, мы получили целую кучу сокровищ с последнего дела, достаточно для трат в течении нескольких жизней, так что мы будем более щедрыми с вознаграждением.

Он ухмыльнулся про себя, и, похоже, Киино этого не заметила. Но она наморщила лоб и горько улыбнулась по некоторой другой причине.

Сузуки Сатору почувствовал, что её выражение лица скрывает какой–то другой смысл, и решил выслушать её оценку его шутке про жизнь.

— Около тридцати очков?

— Действительно… Ты уверена, что не занижаешь сейчас?

— Я подумала, что вполне как раз. Шутка не была особо забавной или запоминающейся.

— Э-эх…

Он и не ожидал, что это будет очень смешная шутка, но всё жё было разочаровывающе получить такой низкий балл. Если бы это была оценка производительности или какая–то цель отдела, Сузуки Сатору, вероятно, начал бы торговаться со своим боссом.

— Ну ладно, давай поднимем настроение и найдём барда. Сначала спросим об этом хозяина гостиницы.

После уплаты предварительного взноса хозяину, мужчина быстро привел барда, которого ранее рекомендовал. Он был представителем гуманоидной расы с четырьмя глазами, родом из земель, несколько отдалённых отсюда, и одетый в наряд, такой же причудливый, как и сама гостиница. Короткая беседа с ним показала, что он довольно много путешествовал – другими словами, был бардом довольно высокого уровня. Тем не менее, он не был в состоянии сравнится с Сузуки Сатору.

Конечно, во время своих странствий он столкнулся только с одним существом, сравнимым с ним по силе.

Это, должно быть, существо, восседающее на вершине, которую люди назвали бы высочайшей на континенте, могучий враг, повелевающий великой силой, известной как Дикая Магия – Сияющий Лорд Дракон, чьё противостояние с Сузуки Сатору может закончиться ничьей.

Сузуки Сатору и Киино слушали рассказы барда.

Они понятия не имели почему, но в этом мире иностранные языки при разговоре автоматически переводились на распознаваемую форму. Определённые существительные сохранили своё первоначальное произношение, но прочая лексика переводилась. Вопросы – кто это сделал и как им удалось это сделать – оставались неразгаданной тайной. Логика перевода текста песен была сомнительной: слова певца низкой квалификации походили бы на бессмысленную, исковерканную нелепицу. Также умение исполнителя не было единственным критерием – аудитория тоже нуждалась в определенной культуре и понимании. По словам Киино, умение точно понимать песню было признаком социального статуса в верхних слоях высшего общества, и на самом деле для таких вещей были специальные классы.

В любом случае, такой обыватель, как Сузуки Сатору, который не только не имел вкуса, но и был некультурен до мозга костей, был способен только думать "Что за хрень этот парень поёт", независимо от того, насколько искусным был певец. Конечно, он мог бы понять слова, если бы их автоматически не переводило – то есть, если кто–то пел их на японском языке. Однако за все прошедшие годы он никогда не слышал, чтобы кто–нибудь говорил по–японски.

Однако делать вывод, что никто здесь никогда не использовал языки мира Сузуки Сатору, будет поспешным решением.

Части их культуры передавались из поколения в поколение, и Сузуки Сатору лично мог наблюдать предметы, доказывающие их существование.

Поскольку мысли Сузуки Сатору были сосредоточены на подобных вещах, песня барда входила в одно ухо и выходила через другое, но для Киино, получившей королевское образование, это было совсем другое дело. Она затерялась в прекрасной музыке, и поэтому Сузуки Сатору также сделал вид, что слушает песню.

Он понятия не имел, что поет бард, но аплодировал вместе с Киино в конце каждой песни. Хотя он находил это невероятно скучным, но не позволял этому показаться на своём лице, как часть базового этикета служащего.

После нескольких песен пришло время для разговора, которого Сузуки Сатору так долго ждал.

Сузуки Сатору не терял времени и начал расспрашивать его о слухах из соседних стран и о том, что он видел по дороге сюда.

Примерно через три часа Сузуки Сатору почувствовал, что он достаточно многое узнал от барда, и поэтому он ненадолго покинул свое место. Вернувшись, он положил на стол кожаный мешочек.

— Боже мой! Все эти деньги для меня?

Не скрывая удивления, бард достал из кошелька золотые монеты.

— Вы не ошиблись с суммой?

В ответ на вопрос барда Сузуки Сатору своей позой показал откровенную щедрость.

— Лично я думаю, что этого недостаточно для твоего чудесного голоса…

Кивнув, Киино издала возглас одобрения. Если бы Сузуки Сатору заплатил незначительную сумму, вероятнее всего, она достала бы собственный кошель, что бы отплатить ему – Сузуки Сатору давно заметил её желание вознаградить его.

Содержимое собственного кошеля Сузуки Сатору не вызывало сомнений, в то же время кошель Киино так же был полон. Они поровну разделили средства полученные от различных членов "Тела Бездны". Изначально Киино отказывалась, но поскольку они путешествовали вместе, это подразумевало, что они были равными партнерами.

Тем не менее, Сузуки Сатору отвечал за большую часть украденной суммы, а Киино отдавала драгоценные камни и тому подобное. Для этого была определенная причина, и Киино, похоже, не испытывала недовольства по этому поводу.

— Вы слишком добры, я не думала, что мое выступление будет так хорошо воспринято. Спасибо!

Бард так широко улыбался, что не мог закрыть рот.

Сумма, только что выплаченная барду, хотя и больше, чем обычно, но пока делаешь вид, что это признание его навыков, такое количество не вызовет подозрений.

В обмен на признательность от Сузуки Сатору другая сторона проявляла дружелюбное отношение. Пример того, как подходящий денежный подарок может открыть сердца других – урок, который они усвоили во время своих путешествий.

Естественно, десять золотых монет были мелочью для Сузуки Сатору. Если бы он захотел, то даже заплатив в несколько сот раз больше, он и бровью не повел бы. Однако, это не то, как должны вестись дела. Переплата, особенно намного превышающая рыночную цену, обычно привлекала внимание нечестных и расчетливых людей и все неприятности, которые они приносили с собой.

— Она высоко оценила ваше пение, а я был впечатлен вашими знаниями. Мы останемся здесь на несколько дней. В течении этого времени, я надеюсь, вы будете продолжать собирать информацию; если это доставит мне удовольствие, я продолжу вам платить.

Глаза барда загорелись, когда он услышал это.

Сузуки Сатору полагал, что лучше сэкономить усилия на выискивании различных личностей и вытягивании информации, и вместо этого передать эту задачу барду. У торговцев барды вряд ли вызовут подозрения, и так же ему будет легче судить о том, насколько достоверна их информация.

Другими словами, Сузуки Сатору только что заплатил большую сумму, что бы привлечь барда на свою сторону и убедиться в том, что он полностью посвятил себя задаче сбора информации.

— Хорошо. В таком случае позвольте откланяться.

— Отлично. Ах, да, учитывая, что вы схожего с нами роста, могу я узнать, где вы остановились?

— О! Ну, действительно, большинство гостей этого города, как правило, имеют свойство быть большими. Я живу в гостинице, управляемой гильдией.

— Тогда, очевидно, мы не сможем туда попасть. Понимаю. Раз так, могу я пригласить вас сюда снова через три дня?

— Несомненно! Оставьте это на меня!

Бард покинул гостиницу в приподнятом настроении. Люди с глубокими карманами делали его походку изрядно легкой.

Закрыв дверь в номер, Киино оживлённо посмотрела на Сузуки Сатору.

— Посмотри, как он был уверен! Он действительно хорош!

— Да, он был.

Раз Киино так сказала, скорее всего, так оно и было.

"…Не уверен, от того ли это, что я стал нежитью, но я не чувствую себя тронутым произведениями искусства."

Впрочем, Киино – что также была нежитью – осталась под впечатлением от прошедшего, так что, вероятно, причина не в этом. Тем не менее, Сузуки Сатору не мог до конца отклонить этот вариант. Киино продолжала говорить, не замечая Сатору, впавшего в задумчивость. Возможно, нормальная Киино и почувствовала бы, что гложет её спутника, но сейчас она была слишком взволнована, чтобы обращать внимание на подобные вещи.

— Хотя я в предвкушении новой встречи через три дня, я не думаю, что он достигнет той же планки, что и сегодня, если успеет написать новую песню.

— Хм-м, наверное.

Это, возможно, прозвучало как согласие, но Сузуки Сатору совсем не понимал этих песен. Киино прищурилась и посмотрела на него.

— Лжец.

— Кгх!

— Забудь, на этот раз спущу это тебе с рук. Ну так, мы собираемся позже прогуляться по южным улицам?

— Таков был изначальный план, но… – Сузуки Сатору посмотрел в окно, в которых были толстые стёкла, что пропускали не так много света. – Солнце уже село. Мы довольно долго слушали его.

— Извини меня. Всё потому, что я…

— Не, не, не! Не пойми меня неправильно, Киино, я не жалуюсь. Возможность раствориться в такой замечательной музыке это удовольствие, которое редко тебе достаётся. Всё что я хотел сказать, что было бы лучше, если мы будем аккуратнее следить за временем. И кроме того, если уже поздно, это всего лишь значит, что ты не можешь выйти.

Киино надула щёчки и поджала губы.

— Это потому, что я ещё не выросла?.. Я знаю это, а что насчёт соврать, будто я из другой расы и уже совершеннолетняя?

Теоретически, это возможно. В конце концов, как есть расы больших существ, так есть и маленьких. Невозможно было определить, что Киино ребёнок, основываясь только на её росте, но и блефовать было невозможно с её тонкими, изящными чертами лица. Несомненно, её план может вызвать много проблем. Стражники у ворот, может быть, и не стали бы уделять внимание этому вопросу из–за чувства вины за то, что перепутали Древнекостного с нежитью, но если они не представят себя в надлежащем образе, они могут снова заподозрить неладное.

А также, можно было по лицу понять, совершеннолетний ли это перед ним, даже если и маленького роста. Хотя, обычно отличия во внешности могли определить только кто–нибудь из похожей расы. Например, если получеловек улыбнётся, это может быть воспринято гуманоидом как запугивание.

В любом случае, если они будут настаивать на совершеннолетии Киино, полулюди, возможно, ничего не скажут, но большинство гуманоидов, скорее всего, на это не купятся.

— В этом городе довольно много гуманоидов, так что это не сработает.

— Тогда, что если надеть маску?

— И насколько ты хочешь быть подозрительной?

— Тоже верно…

Ношение маски может вызвать подозрительные взгляды от прохожих, если только не проходит какой–нибудь религиозный фестиваль. Собственно, внешность Сузуки Сатору уже привлекла много глаз, и если бы не тот единственный раз, когда он сделал попытку и провалился, использовав иллюзию, чтобы скрыть свои черты, он бы тоже предпочёл ходить вокруг, не открывая своё лицо.

— Мы можем попробовать в следующий раз, когда отправимся в место, где мало или вообще нет гуманоидов. Полагаю, это можно будет расценивать как эксперимент, купятся ли люди на это оправдание.

Взгляд Киино будто расцвёл.

— Но не в этот раз.

И лицо Киино снова стало угрюмым.

— У–у–у… а–а, Сатору…

— Я на это не куплюсь. Кроме того, как люди будут смотреть на меня, если я приведу с собой ребёнка ночью на главную дорогу?

На самом деле слова Сузуки Сатору были не совсем верны, ведь если пройтись в район нищих, там можно увидеть толпы бездомных детей. И единственное, на что там смотрят, это на степень изношенности твоей одежды.

Но учитывая, что Киино была одета в чистую одежду, это привлекло бы много внимания. Даже если охрана на главных улицах была хорошей, ночью всё становилось иначе.

К тому же, если Киино напялит лохмотья, то это вызовет ещё больше проблем. Когда какой–нибудь ребёнок разгуливает в обносках рядом с прилично одетым взрослым, последнего могут принять за выродка, который купил себе ребёнка для собственных утех.

Естественно, Сузуки Сатору не хотел, чтобы его восприняли как такого человека. Определённо нет!

Но в таком случае, как он мог позволить Киино свободно разгуливать по ночным улицам?

Решением будет, если Сузуки Сатору и Киино оба оденутся в потрепанные вещи.

Таким образом, люди из нищих районов, возможно, не будут на них реагировать.

Однако они договорились встретиться кое с кем сегодня вечером, так что этот вариант тоже отбрасывается. И поэтому он не мог пойти вместе с Киино.

Значит, учитывая обстоятельства, им обоим нужно будет перемещаться отдельно.

Переодеваясь в поношенное, Киино могла гулять ночами по улицам без привлечения внимания. И не смотря на то, что Киино была маленького размера, она всё же оставалась вампиром. Её физические данные намного превосходят возможности среднего взрослого человека. В сочетании с прогрессом в её магических способностях за последние пять лет, она должна быть в состоянии справиться с чем угодно. Плюс, у неё есть магические предметы, которые ей одолжил Сузуки Сатору, так что она всё равно сможет убежать, даже если столкнётся с кем–то более сильным.

Тем не менее, никто из них не хотел притягивать неприятности.

Нежить была врагом живых – если возникает проблема, их никто не станет слушать.

— Но…

— Я понимаю, что ты чувствуешь, и знаю, что тебе это не нравится. Но я всё равно должен настоять, чтобы ты осталась тут, пока солнце снова не взойдёт.

Сузуки Сатору знал, о чём думала Киино. Нежити трудно проводить скучные ночи, раз им нет необходимости спать или отдыхать. Вдобавок, ночи в городе выглядят довольно интересно – можно увидеть много сцен, которые кардинально отличаются от дневного времени. Иногда это бывает весьма опасно, но это только делало их более захватывающими, особенно, когда упомянутые опасности были совершенно несущественны для них двоих, и испытывать эти острые ощущения было всё ещё очень весело.

— Киино, разве я не говорю тебе об этом постоянно? Всякий раз, когда мы приезжаем в новый город, мы должны оставаться на ночь, прежде чем выясним обстановку.

У Киино может быть и достаточно боевой мощи для своей защиты, но противостояние врагу уровня героя всё ещё очень опасно.

Всё это время он заставлял её оставаться на месте, пока не убедится, что в городе нет ничего, с чем она не справилась бы.

— Тогда ты должен остаться и поговорить со мной, Сатору.

Последние пять лет они проводили ночи, когда солнце отсутствует на небе, разговаривая.

Отсутствие потребности в отдыхе означало, что они вдвоём проводили больше времени – с точки зрения обычных человеческих отношений, это как если бы они путешествовали друг с другом десять лет.

Это так же было причиной прибегнуть к такому плану действий.

Возможно, в обычный день он бы согласился, но сегодня Сузуки Сатору был непреклонен, и покачал головой.

— Это тоже хорошая идея, но я займусь тем, что делаю всегда – соберу информацию с ночных улиц.

— Ха? Разве ты не изучаешь обстановку днём?

— Да, обычно я бы так и сделал, но сегодня мне было очень скучно.

— Ты жульничаешь!

— Вот почему мне нужно, чтобы ты осталась и присмотрела за домом, маленькая мисс Киино. Ты понимаешь?

— …Ладно, я поняла. Пойду почитаю какие–нибудь записи, которые мы забрали. Если мне придется проводить какие–то эксперименты, ты должен мне помочь, хорошо?

— Ну конечно.

Исследования, которые они изъяли у "Тела Бездны", были направлены на повышение их способности доминировать над более мощной нежитью, изучение заклинаний более высоких уровней, улучшение атрибутов нежити, и так далее. Поэтому Киино взяла на себя роль поддержки Сузуки Сатору в надежде, что завершение одного из направлений может привести к его усилению.

К сожалению, ни одна из попыток не привела к успеху.

Однако, дело было в Сузуки Сатору.

Самой Киино это принесло пользу. Похоже, она стала немного сильнее. На самом деле, она – у которой не было способностей доминировать над нежитью – теперь им обладала. Исходя из расовой системы ИГГДРАСИЛя, и его системы классов рабочих, это было невозможно.

В таком случае, почему это не сработало на Сузуки Сатору?

Возникают две возможности.

Первая – Сузуки Сатору больше не может изучить новые умения, другими словами, он был завершён.

Другая заключалась в том, что некто на уровне Сузуки Сатору нуждался в куда более глубоких исследованиях для своего усиления.

В любом случае, исследования не могли быть закончены самим Сузуки Сатору, и поэтому Киино с удовольствием погрузилась в эту работу.

Сказав: "Старайся как следует", – что, похоже, сделало её безрадостной – Сузуки Сатору оставил Киино и покинул номер.

Часть 4.

Придя к месту назначения, Сузуки Сатору – которому ничего не оставалось, кроме как переодеться и скрыть лицо иллюзией – открыл указанную дверь, ведущую в магазин, и слегка удивился.

Это был бар.

Тем не менее, это место не походило на ночной ресторан в таверне, и так же его нельзя было назвать забегаловкой, а скорее местом, где посетители могли продегустировать изысканные вина в спокойной обстановке – иными словами, высококлассное заведение.

Крайне изысканное место, а атмосфера – просто нечто.

"Ясно", – Сузуки Сатору понял, почему ему назначили встречу именно здесь.

Он никогда не бывал в местах, подобно этому, во время их странствий. Сузуки Сатору, как бессмертному существу, не нужно было ни есть, ни пить, естественно, не было нужды в таких местах, не говоря о том, что бы взять с собой Киино, которая на вид была ребенком. Даже в своем прежнем мире он бывал в подобных местах всего несколько раз, что бы развлечь клиентов.

Иначе говоря, Сузуки Сатору понятия не имел, как вести себя здесь. Тем не менее, шоу необходимо продолжаться. Будет очень плохо, если он опозориться здесь. В тот момент, когда Сузуки Сатору был в замешательстве, к нему подошел стильно одетый сотрудник.

— Добро пожаловать.

Сотрудник поклонился.

Прежде чем мужчина подошел к нему, Сузуки Сатору почувствовал, что тот оценивает его наряд. Если бы он не прошел проверку при входе в бар, его, вероятно, вежливо попросили бы удалиться. Другими словами, первую проверку он прошел.

Из предосторожности он переоделся после того, как услышал об атмосфере внутри этого места. И похоже, это было верным решением.

Тем не менее, он, вероятно, должен молчать о переодевании посреди улицы под прикрытием [Совершенной Неизвестности].

Он посмотрел во тьму бара – это не могло быть проблемой для Сузуки Сатору, который являлся нежитью – и увидел человека, машущего ему с дивана.

Он был человеком с острым пристальным взглядом, а его одежда ясно показала его мускулистое тело. На его голове красовался единственный кристаллический рог. Этот человек принадлежал к расе гуманоидов, известных как Остророги.

Сузуки Сатору притворился, что не сразу заметил мужчину, и некоторое время продолжал осматриваться, прежде чем подойти.

Он сел на диван напротив мужчины.

— Долго ждете?

Он решил принять высокомерное отношение как демонстрацию силы. Мужчина, казалось, не возражал, но этого и следовало ожидать. Работодатель – или, скорее, деньги – были боссом; это оставалось неизменным, независимо от того, в каком мире он находился.

— Нет, нет, вы пришли вовремя. Я просто пришел слишком рано.

На столе перед мужчиной не было стаканов, но, судя по запаху алкоголя, он уже выпил несколько. Этот человек пришел пораньше, потому что это было заведение высокого класса, а счет оплачивал Сузуки Сатору. Конечно, это еще не всё.

Он был лидером опытной группы наемных разведчиков. Видимо за этим скрывалась другая причина, помимо выпивки.

Эти разведчики не походили на отряды наёмников, которых насчитывалось несколько десятков или сотен. Для начала, их было меньше десяти, все элитные в их группе. Они брались за работу, не будучи связанными национальными обязательствами. Задания, которые они принимали, включали в себя войны между нациями, исследование руин, считавшихся логовищами монстров, очистку от монстров и различные другие задачи, связанные с насилием. Если быть вежливым, их можно назвать элитными наемниками. Если нет, то это банда головорезов.

Более месяца назад Сузуки Сатору нанял их в соседнем городе для проведения расследования. Сегодня он пришел сюда, что бы узнать результаты их работы.

— Ну что ж, говори.

— Ой–ой. Я думал об этом некоторое время, но вы ведь не пьете? Знаете, мне будет плохо, если я буду пить в одиночестве. Употребление алкоголя также может упростить переговоры.

Мужчина, казалось, использовал какую–то пословицу, но Сузуки Сатору никогда ранее о ней не слышал. Конечно, Сузуки Сатору знал, что ему не хватает знаний, так что, наверное, это нормальный способ разговора. Мужчина подозвал официанта и тот спокойно подошел.

— Дайте пожилому джен… … ах, мои извинения. Подайте моему щедрому работодателю что–нибудь выпить.

— Нет необходимости, – Сузуки Сатору холодно возразил.

Это был спектакль, как и прежде. Что бы не приходилось отказываться от различных предложений, ему было легче действовать таким образом. С точки зрения взрослого, если бы кто–то отказывался от приглашений пойти выпить, то в конце концов люди перестали бы его приглашать.

— Ах, да мне все равно, пей, если хочешь.

— Как я только что сказал… – мужчина замолчал, почёсывая затылок. – Э-эх, в таком случае я возьму Клэр.

— Отлично. Какой год?

— Восьмой. Ничего не добавляй.

— Конечно.

Сузуки Сатору проводил взглядом официанта, после чего мужчина понизил голос и заговорил.

— А теперь… я расскажу вам о наших находках. Город, который нам сказали исследовать, был захвачен зомби. Неизвестно, живет ли там кто–нибудь.

— Понятно.

Такой исход он и ожидал, поэтому голос Сузуки Сатору был спокоен. Возможно, мужчина был недоволен этим, потому что он изменил свой тон. Хотя он мог и притвориться, он был из тех людей, которые не позволяли себе проявлять свои истинные чувства даже в пьяном состоянии. Поэтому он, вероятно, пытался подчеркнуть, что он чувствовал.

— Это уже третий наводненный зомби город, который вы заставили нас проверить, понимаете?.. Самое время рассказать нам почему, не так ли? По какой причине вы не позволите нам пойти в города и провести подробное расследование? Чего вы добиваетесь?

Хотя не было необходимости отвечать на этот вопрос, будет не хорошо, если они решат вмешаться по собственному желанию. Будет лучше, если он ответит так, что бы не выдавать своих намерений и устранить их интерес к этому вопросу.

— Тогда я отвечу вопросом на вопрос. Я установил железное правило: "вы не должны входить в город". Вы вошли?

— Нет.

— И по какой причине я должен верить вам?

— Мы подчиняемся указаниям нашего нанимателя. Я лично это гарантирую. В конце концов, вы нам так много платите.

Это не заслуживало доверия. Сумма, которую согласился выплатить Сузуки Сатору, выглядела бы сущим пустяком, если бы они проникли в город и разграбили его сокровища.

Еще не пришло время, что бы узнать правду с помощью заклинаний контроля над разумом. Это был не лучший выбор; когда заклинание закончится, начнутся неприятности. Он мог схватить его и применить [Управление Памятью] на нем, но он не был уверен в своей способности корректировать воспоминания с помощью магии.

На то, чтобы добиться успеха в этих переделках, уйдет очень много времени, а его практика будет включать превращение человека в овощ. Учитывая, что он не обладал надлежащей базой операций, это был нереалистичный курс действий.

Должен ли он заставить его замолчать или довериться ему?

Сузуки Сатору хотел заткнуть его навеки.

Если они истребят зомби и разграбят городские сокровища, вероятнее всего это будет значительной угрозой государству Киино. Для независимых групп это совершенно естественно, чьи действия очень сложно контролировать.

Похоже, что страны вокруг Инверии не посылали свои армии, чтобы зачистить эти города.

Тем не менее, этим странам уже должно быть известно, что все граждане их соседей стали зомби. А некоторых из этих стран то же самое могло случиться и с их народом. Ещё предстоит выяснить, решили ли эти страны принять военные меры или только готовятся к ним.

К сожалению, проверить это было невозможно. Путешественник наподобие Сузуки Сатору не смог бы узнать такие государственные тайны, сколько бы он ни заплатил. Тем не менее, он мог бы назвать несколько причин, по которым окружающие страны ещё не приняли мер.

Нежить были врагами всех живых существ, но не было никакой прямой выгоды в их уничтожении.

Даже если они уничтожат зомби и освободят город, все, что они получат – это землю без рабочей силы. Такая земля для них бесполезна.

Возможно, она стала бы полезна, если бы у них нашлись лишние рты и достаточная рабочая сила. Но если у них нет столько населения, то захват и удержание ненужной территории обернётся только бременем, так как по мере роста территории требовалось бы больше гарнизонных сил.

Но если они оставят нежить в покое, это может привести к появлению более могущественной нежити, так что в конце концов им придется послать свои армии. Однако переговоры понадобятся для того, чтобы не волновать соседей при перемещении своих сил, и тогда дворяне будут перекладывать ответственность за участие в истреблениях и так далее друг на друга. На это уйдет очень много времени.

Другая загвоздка – пока причина произошедшего неизвестна, отправка их войск может привести к тому, что они тоже станут нежитью. Любой, у кого есть мозги, может такое предположить.

В силу этого, свободные люди, предоставленные сами себе, движимые желаниями, были здесь более угрожающей стороной.

Следовательно, ему нужно развеять их намерения с помощью превентивных мер, даже если это предполагает ложь.

— Понятно… это хорошо, – сказал Сузуки Сатору, намеренно понизив голос. – Послушай, как ты думаешь, почему люди в городе стали нежитью?

— Вы хотите сказать, что это не из–за появления монстра? Знаете, как например пожиратель душ? Я слышал, что много людей погибло, когда этот монстр появился в некой стране.

"Ну да, много людей погибло бы, разгуливай такой по улицам, да ещё с активными способностями", – Сузуки Сатору горько улыбнулся про себя. Конечно, такая нежить не представляла для него ничего особенного, но, похоже, они были очень сильны в этом мире.

"Я помню, среди членов Тела Бездны был воин–маг верхом на пожирателе душ, но он был невероятно слаб. Ну что ж…"

— Я так не думаю. Мы считаем, что это результат какой–то чумы или проклятия.

Выражение лица мужчины не изменилось, когда он услышал “Мы". Сузуки Сатору, не обращая на него внимания, продолжал:

— И, вероятно, это не яд. Если бы существовало ядовитое облако, которое могло покрыть целый город – конечно, вместо облака, превращавшего существ в нежить, могло быть что–то другое – но я никогда раньше не слышал ни о чём подобном.

— Так, это и не чума, значит?

— Нет, чума более вероятна, чем яд. В конце концов, есть разные виды чумы, уникальные для нежити. Возможно, эта зомби–чума представляет из себя нечто очень заразное, распространяемое воздушно–капельным путём, и которую нельзя убрать [лечением болезни]… Проклятая болезнь.

— А, а… понятно. Как в случае с демонической лихорадкой, получается. Вот почему вы не хотели, чтобы мы вошли.

Похоже, он проглотил наживку.

— Я рад, что ты понимаешь. Обычно инфекционные организмы должны были уже умереть после столь долгого времени, но, похоже, тут всё не нормально. Эта особая болезнь отличается от других и может скрываться в телах зомби. Кроме того, они могут быть не обычными зомби, а новым видом – инфецированными зомби.

Мужчина молча слушал, а Сузуки Сатору продолжал ткать свою сказку.

— Мы не знаем причины всего этого, но то, что один из вас мог бы заразиться, вполне вероятно. Было бы довольно скверно, превратись вы в зомби прямо там на месте, но самый худший сценарий – если есть фиксированный инкубационный период. Это было бы проблематично. Инфекция может распространиться на этот город и окрестные деревни.

— Эй, эй, эй, эй, босс. Вы должны были заранее рассказать нам об этой опасности, верно?

— А если бы я сказал об этом, кто бы взялся за работу? К тому же, смерть бы доказала, безопасно ли в городе или нет. В любом случае, я не потеряю и минуты сна, если ты умрёшь, потому что не смог следовать инструкциям.

Взгляд мужчины стал жёстким.

— Так мы канарейки, значит…

Сузуки Сатору холодно улыбнулся, но ничего не ответил.

— Тогда позволь мне спросить ещё раз. Вы входили туда?

— Нет. Я придерживаюсь своих соглашений… и я клянусь, что продолжу следовать своему слову в будущем.

Ответ пришел мгновенно. Увидев, что он не колеблется и нет нервозности, Сузуки Сатору был уверен, что мужчина не лжёт.

— Что ж, какая жалость… Ах, я имел в виду, что вы упустили шанс раздобыть большую сумму, то есть собрать богатство целого города.

Мужчина, будто нарочно, нахмурился.

— Вы хорошо платите, но вы ужасный босс.

— Неужели? Будь я действительно ужасным боссом, разве я не убедил бы вас войти в город? Я бы соблазнил тебя какой–нибудь редкостью, не так ли?

Человек, казалось, принял эти слова.

В этот момент официант принес вино.

Мужчина набрал полный рот и громко выдохнул насыщенный алкоголем воздух.

— Ладно, спасибо за работу. Тогда мы возьмем плату, как договаривались.

Сузуки Сатору бросил на стол небольшой мешочек. Далее он положил рядом большую сумку, издав бряцающий звук.

Мужчина открыл мешочек поменьше, убедился, что внутри четыре больших драгоценных камня, и снова закрыл его.

Поскольку золотые монеты были слишком тяжёлыми, крупные сделки обычно совершались с драгоценными камнями и тому подобным. Некоторые страны использовали драгоценные камни для изготовления чрезвычайно дорогой валюты, называемой самоцветными монетами, или изготавливали монеты из мифрила или адаманта, или делали "золотые пластины", которые имели ценность выше их веса, но эта страна такого не делала.

— А… это?

Мужчина уже открыл сумку и увидел золотые монеты внутри. Там лежала большая сумма.

— Эти два мешка вместе – плата за работу. Возьми их.

— Вы бы могли просто использовать драгоценные камни для обоих мешков. Трудно нести это домой, когда ты пьян.

— Извини за это, пожалуйста, но придется смириться. Этих денег недостаточно для драгоценного камня, – Сузуки Сатору далее пробормотал про себя: "С финансами у меня тоже туго…"

Возможно, не было никакого смысла в этой выдумке, но попробовать стоило. Если это поможет хоть немного задержать человека, то всё в порядке.

— Тогда мы вместе сходим к оценщику. Стоимость драгоценных камней…

— …Ах, в этом нет необходимости. Не поймите неправильно, но я вам доверяю. В конце концов, вы наняли нас уже в третий раз, и ни разу не надули с оплатой и не попытались поторговаться в цене. Если после такого я буду в вас сомневаться, это будет довольно бессовестно с моей стороны.

— Нет, не имеет значения, даже если ты мне не веришь. Чтобы не допустить неприятностей, нам нужно убедиться, что между нами нет никаких проблем.

Мужчина взорвался смехом после этих озвученных слов.

Недолго посмеявшись, он далее обратился к Сатору, на его лице все ещё оставалось веселье.

— Это ведь Вы нам не доверяете, верно? Что же, ничего не поделаешь. Ха–ха! Тогда позволь мне прояснить. Я не захотел с вами уйти отсюда, потому что это шикарное место, и у меня нет возможности часто сюда приходить, поэтому я хотел, чтобы вы купили мне ещё немного вина.

"Понятно… другими словами, он хочет, чтобы я оплатил счёт. Ладно, пускай так…"

— Что ж, тогда на этом всё. Я уйду первым.

Сузуки Сатору поднялся со своего места, мужчина поднял бокал и проводил его взглядом.

— Пожалуйста, продолжайте заботиться о нас.

Но будет ли следующий раз? С этой мыслью Сузуки Сатору многозначительно улыбнулся.

Использование одних и тех же исследователей могло вызвать подозрения, поэтому он больше не хотел нанимать команду этого человека. Вот почему он заплатил ему золотом.

Заплатить драгоценными камнями было бы достаточно просто, но он не сделал этого, потому что хотел переложить золото, украденное у Тела Бездны, в его руки.

Он вспомнил, что некоторые заклинания прорицания могут определить местоположение помеченных предметов. Чем выше уровень заклинания, тем точнее они могут отследить место. Однако, в этом мире сам он не мог поставить такую метку, пока предмет не имеет четкого отличия от другим массово производимых вещей.

Например, если он хочет проследить слиток, он должен иметь явные отличия от других слитков – поэтому всякие мелочи, такие как заметная царапина на нём или какой–нибудь другой след, очень важны.

Однако, если используется заклинание не очень высокого уровня, то его нельзя будет найти, как только предмет будет помещён в запечатанный контейнер или в какое–то другое место – например, в его инвентарь. Даже высокоуровневые заклинания не смогут обнаружить его сквозь соответствующую магическую защиту.

Тем не менее, приняв во внимание опасность хранения чего–либо, имевшего даже слабую возможность отследить его положение, Сузуки Сатору решил распространить эти монеты повсюду. Он держал это в секрете от Киино.

Естественно, когда он брал под контроль нежить из Тела Бездны, он несколько раз спрашивал их, можно ли использовать предметы в качестве отслеживающего объекта. Но никто из них не слышал, чтобы кто–то делал такое. Тем не менее, если даже Сузуки Сатору мог придумать такую ловушку, кто мог быть уверен, что нечто подобное не придёт в голову членам Тела Бездны?

"То, что могу я, могут и другие… кто знает, где–то там может жить существо, способное контролировать меня с помощью [подавления нежити]."

И он, и Киино, оба были экипированы предметами, улучшающими их сопротивление к подавлению нежити, но это ни в коем случае не было гарантией защиты. Даже Сузуки Сатору, в высшей степени специализированный некромант, не мог этого утверждать. Более того, корни знаний Сузуки Сатору берутся из ИГГДРАСИЛя.

Правда, последние пять лет показали, что большая часть его игровых знаний оказалась верной, и это оказало большую услугу Сузуки Сатору. Но было также верно и то, что некоторые вещи – например, функционирование заклинания [Загадать Желание] – были изменены. В этом случае, вероятно, существовал и способ подавить такое существо, как нежить сотого уровня…

Легкомыслие – удел глупцов.

Сузуки Сатору не стал бы беспокоиться, даже если Тело Бездны захватили бы этого человека для допроса.

Этот человек не знал истинного лица Сузуки Сатору, и сказанное им в большинстве своём было ложью. Всё, что они могут узнать от него, в итоге наоборот только защитит Сузуки Сатору.

Проблемой не окажется, даже если они узнают, для чего их нанял Сузуки Сатору. Если члены Тела Бездны попытаются использовать это в своих схемах, это только сыграет ему на руку. Ведь в результате их действий он может напасть на них, и только больше получить информации.

"…Но с ними пока ничего не случилось. Я заплатил им уже дважды… что ж, я ничего не потеряю, даже если мои усилия будут напрасны. Но ситуация в которой я оказался… разве это не похоже на отмывание денег?"

Пока он рассеянно размышлял обо всём, Сузуки Сатору заплатил бармену втрое больше того, что тот мужчина успел выпить.

Невозможно было сказать, сколько ещё мужчина выпьет, но, поскольку он уже дал ему так много, он мог заплатить и за остальное из собственного кармана, если этого всё ещё недостаточно. С этой мыслью Сузуки Сатору покинул бар.

Мужчина – Бэз Ку Бровэн (Бэз, сын Бровэна, из племени Ку) выпил довольно много, и он чувствовал, как алкоголь циркулирует внутри него. И всё же этого было недостаточно, чтобы он оказался нетвёрд на своих ногах. Но в самый раз, если это просто замедлит ход его мыслей. Будучи наёмником, нажившим себе немало врагов, Бэз никому не показывал своих слабостей.

Хотя бывали моменты, когда он действительно напивался, чтобы выманить врага, но тогда с ним были друзья. А сегодня – с ним не было друзей.

"Может, я бы и хотел, чтобы они следили за клиентом… но, в действительности, делать это было бы глупо."

Инстинкт наёмника подсказывал ему – это всё равно, что наступить на хвост дракону.

Бэз махнул официанту.

— Счёт, пожалуйста.

Во внутреннем кармане у него лежал мешочек, так туго набитый, что с ним было трудно ходить. По сравнению с тем, что заплатил ему клиент, его расходы здесь были ничтожны.

— Нет, в этом нет необходимости.

Услышав, что сказал подошедший официант, Бэз весело рассмеялся.

— О, прошу прощения.

Он просто пошутил тогда про покупку вина, но, учитывая, каким образом его клиент оплатил за него, и даже не заказал выпить себе, похоже, его наниматель не имеет никаких трудностей с финансами.

Хотя ему очень хотелось сделать тост за клиента в знак благодарности, но стакан перед ним был пуст, а он был не в настроении заказывать ещё.

"Тогда потопали", – подумал он. Только поднявшись на ноги, он понял, что официант ещё не отошёл от него.

По какой–то причине, когда официант начал говорить, грозный взгляд появился на лице мужчины.

— Уважаемый клиент. Могу я узнать, кто был тот гость?

— Хм?

Бэз нахмурил брови в неудовольствии: подумать только, он на самом деле спрашивал личную информацию о клиенте – чему, чёрт возьми, в этом месте обучают своих людей?

Возможно, он бы не возражал такому вопросу, будь это какая–нибудь дыра среди городских таверн. Но это место было другим. Должно было быть уважение к частной жизни клиентов, соответствующее тем суммам, что текли здесь из рук в руки. Вероятно, за этим местом стоит какая–то могущественная гильдия. Необходима определённая степень влияния, чтобы отвадить всякий сброд отсюда. Возможно, они имели связи с нелегальными организациями, чтобы легко справляться с трудными клиентами.

— Я чрезвычайно извиняюсь. Этот клиент был одет в изысканную одежду, поэтому я задавался вопросом, какого сорта этот человек. Я очень заинтересован в этом.

Официант проговорил всё это, не смотря на молчание Бэза. Другими словами, это говорило: "Мы тоже поделимся с вами информацией, поэтому, пожалуйста, откройте нам что–нибудь".

— А, его одежда, ах…

— Фасон, покрой, материал – это всё отменное. Он, вероятно, один из самых хорошо одетых клиентов, которые у нас были за это время – фактически, самый лучший. По правде говоря, я даже понятия не имею, из чего сделана его одежда.

Если даже работники этого элитного заведения не знают, то это, должно быть, нечто удивительное.

Бэз первый раз посещает это заведение, но он слышал, что это место пользуется покровительством от граждан высшего круга. Возможно, сюда могут приходить вожди племён на уровне королей.

"Эй-эй-эй, он же и правда был очень круто одет, хм… но, серьезно, откуда этот парень?"

"Значит, он будет даже круче главы племени?" – хотел бы он спросить, но это может быть воспринято как согласие на обмен информацией. Бэз не собирался ничего рассказывать, а потому пожал плечами.

— Я слышал, что он торговец, – звучало невероятно фальшиво, но он все равно сказал это, – Поэтому я полагаю, что его одежды сделаны из тканей далекой страны. Кто знает, может, в той стране такой материал используется повсеместно.

— Ой, да вы шутите. Если бы все было, как вы сказали, значит, он торговал с очень развитыми нациями… в этом регионе таких нет.

— В таком случае, разве это не означает, что он приехал из реально далекого места?

Хоть он так сказал, на самом деле Бэз и сам был крайне заинтересован в своем клиенте.

Бэз сказал, что его клиент был торговцем, но ему показалось, что это было не так уж и далеко от истины. Это потому, что он не почувствовал враждебности со стороны клиента… он казался обычным человеком.

Когда он нанимал команду Бэза в первый раз, то один его друг, Зверь–воин, фыркнул, почитав, что победить его будет просто. Но при их второй встрече он начал сомневаться.

Для начала, если хорошенько подумать о деталях его миссии, то она покажется странной. Было похоже, что их клиент посылал разведать место, зная, что там можно что–то найти. И еще, какая вообще клиенту выгода от этих разведданных?

Как будто он намерено способствовал утечке информации.

Похоже на то, что он принимал меры предосторожности, чтобы не дать Бэзу сунуть нос куда не следует, но также было похоже, словно он обманывал его. Если верно первое, то все подозрения Бэза развеялись бы, но возможность второго варианта никак не давала ему покоя.

Однако…

— Сожалею. Но клиент, который гасит чек и не жалуется, да еще и платит за мою выпивку, – лучший клиент, о котором можно только мечтать. Так что я больше ничего не скажу.

Он не хотел наступать дракону на хвост.

Богатств целого города… нет, трех городов, хватало, чтобы он пустил слюну. Но если за его клиентом стоит страна, то лучше его не злить.

Казалось бы, забрать сокровища да и сбежать в другую страну, но все было не так просто. Иногда ненависть может породить невиданную силу. Бэз не хочет всю оставшуюся жизнь отбиваться от элитных ассасинов, нанятых какой–то страной.

Пока его не предадут, не предаст и он. В этом заключался успех Бэза.

— Вот как? Тогда, прошу прощения.

Официант достал сумку с кучей денег. По глазам Бэза было видно, что он спрашивает: "Что это?", и официант ответил:

— Выпивка была за счет заведения, так что я возвращаю деньги. Приходите еще, и, пожалуйста, поблагодарите своего клиента от нашего имени.

Возможно, это было в качестве извинения от бара, за то, что он любопытствовал о его клиенте, или же это взятка за его молчание.

Бэз чуть не отказался. Но он решил, что это будет плохим решением, из–за которого между ним и баром могут возникнуть враждебные отношения.

Хотя он не думал, что угроза его жизни возникнет сразу, но это будет зависеть от того, какие планы у этого бара на его клиента. Если они хотят сохранить отношения с его клиентом, то с Бэзом может произойти что–то, прежде чем он наговорит своему клиенту лишнего.

И чтобы не навлечь на себя проблем, он должен принять деньги.

"Так, значит, лучше не задавать вопросов."

Несколько раздраженный Бэз вырвал у него сумку

— Я еще зайду.

Быть вежливым не повредит.

— Всегда рады видеть вас.

Услышав за спиной слова официанта, Бэз вышел.

По пути он заглянул в сумку, что дал ему рабочий бара, и увидел среди золотых монет драгоценный камень. Его наниматель вряд ли заплатил бы им за выпивку, так что, кажется, всё же лучше отнестись ко всему этому как к взятке за молчание.

У Бэза не было столь острого чутья, как у рейнджера или вора, но у него было собственное чутьё, отточенное после множества сражений. Он полностью сконцентрировался и, чтобы проверить, нет ли за ним слежки, пошел окольным путем обратно в свою гостиницу.

На первом этаже гостиницы была секция столовой, и его друзья собрались, чтобы выпить, в самом её углу.

— Здаров.

Взглянув на этикетку бутылки, он понял, что это вино было получше, чем обычно… лучшее в этой гостинице. И конечно, оно и близко не стояло с тем, что подавали в баре, где только что пил Бэз.

— С возвращением… видать, все прошло гладко. Выглядишь навеселе, вернулся поздно и от тебя несет спиртягой.

Это сказал человек, который был 120 см ростом. Нет, он не был ребенком, это настоящий взрослый. Он был человекоподобной расы, известной как Холмовые Дворфы. Хотя они и были родственниками обычных Дворфов, всё же они были больше предрасположены к профессии Рейнджера и имели острые органы чувств.

— Ведь случись чего, ты бы вернулся раньше.

Теперь говорил человек, чьё копье стояло у стены. Не человек, но получеловек. У него была змеиная голова, а все тело покрывала чешуя. Его раса называлась Людозмеи.

— А-ах-х-х, он заплатил, как и обещал. Правда, без надбавки.

— Ха! Да если б она и была, ты бы пропил все напрочь. Я не переношу спиртного, так что не бери на это деньги из общака.

— А как много свежего мяса ты сожрал? И был вовсе не прочь взять денег оттуда, не так ли?

Человек, который говорил сейчас, был человекоподобной расы. Его раса была родственной с Орками. Из–за его крепкого телосложения он казался в пару раз больше Бэза. Хотя его расу и можно назвать родственной с Орками, они больше похожи на высший вид Орков, прямо как Хобгоблины для Гоблинов.

Меч на его поясе был длиной более двух метров и назывался Одачи. Имея класс Ронин, он мог умело орудовать им.

Помимо этих трех, у Бэза были еще два товарища, которые сейчас отсутствовали.

— Ладно, ладно. Ну, давай посмотрим сколько там. Бэз, доставай драгоценные камни.

Бэз передал сумку с драгоценными камнями Холмовому Дворфу. Тот вынул содержимое на стол и начал оценивать их под светом лампы. На каждый камень ушло по минуте, прежде чем он закончил. Другие к тому времени уже посчитали золотые монеты и сообщили сумму.

— Все верно. Столько, на сколько и договаривались. Цена на камни будет варьироваться от покупателя к покупателю, но это уже не проблема клиента.

Людозмей повернул голову так, как обычный человек не смог бы, и посмотрел на Бэза. Даже если Бэз и привык к его безэмоциональному взгляду, от этого ему всё же стало несколько не по себе.

— Так почему он заплатил столько за такую простую работу? Ты что–нибудь выяснил, после того, как выпил с ним несколько раз?

Вот зачем он устраивал встречу с клиентом в столь дорогом заведении.

От них требовалось всего–то разведать город, и хотя там водилась нежить, это были лишь низкоуровневые зомби, так что, учитывая все вышесказанное, вознаграждение оказалось до смешного щедрым. Поэтому Бэз был крайне заинтересован в реальных целях своего клиента.

Однако…

— Ничего.

Бэз пожал плечами. Он так поступил, поскольку считал, что будет безопаснее не влезать во все это.

— Эй, эй… а может случиться так, что на нас натравят чистильщиков?

— Без понятия, – "чистильщики", так называемые ассасины, – Мы нормально справились со своей работой. Думаешь, он скорее прикончит нас, чем будет использовать?

— Ну, если б нам сразу дали еще работы, то мне было бы поспокойнее.

— Жалость какая. Я сделал все, чтобы показать нас, но клиент не дал нам нового поручения немедленно. Может, он обсуждает все со своим боссом?

Удостоверившись в серьезности взглядов своих друзей, Бэз принялся рассказывать им о их разговоре в баре и о своих предположениях на этот счет.

— Хм… раз так, полагаю, твои выводы попали прямо в точку, Бэз. То есть, мне даже нечего добавить.

— Ага. Он, должно быть, из какой–то страны. Ох… разграбить сокровища трех городов, да это просто мечта…

Холмовый Дворф согласился со словами Орка. Наемники Бэза были профи, они абсолютно уверены, что не проиграют местным солдатам. Но, как и Бэз, никто из них не хотел провести остаток своих дней в бегах.

— Так и что будем делать? Мы тут много где успели поработать. Нас уже начинают ненавидеть.

— Согласен. Возможно, стоит переметнуться в Собу? Я слышал, Царь восточных стран вербует способных наемников. Может, это правда не плохая идея. Короче, в первую очередь стоит подготовиться к переезду.

Услышав одобрение своих товарищей, Бэз кивнул.

***

Сатору вышел из бара и, немного пройдясь, завернул в небольшой переулок.

Убедившись, что никого нет, он активировал заклятие [Совершенная Неизвестность].

Он прождал почти минуту, но никто в этот переулок так и не вошел.

Кажется, он мог быть уверен, что за ним не было слежки. Как показывал его опыт, Сатору знал, что в этом мире было очень мало существ, достаточно могущественных, чтобы видеть сквозь магию такого уровня.

Сначала Сатору активировал заклинание [Полет], а затем [Великая Телепортация], именно в таком порядке.

Его пункт назначения находился в километре над городом.

Шум ночного города не был слышен на такой высоте. Здесь царило лишь мягкое сияние лунного света.

Прямо в воздухе Сатору ловко сел, поджав ноги, и достал карту из инвентаря, которую положил на колени.

"Так… значит там тоже всех превратило в нежить. Выходит…"

Он взял ручку и отметил города, в которых побывали наемники.

У Киино глаза на лоб полезли бы, увидь она её. Карта была невероятно точна и изображала страны, соседствующие с её родиной. Она была нарисована за счет огромного количества золотых монет, что были забраны у "Корпуса Бездны". Если высокопоставленные лица соседних стран увидели бы её, то не пожалели бы денег, чтобы её заполучить.

За последние пять лет, с тех пор, как они отправились в путь, Сатору провел много времени в исследованиях и обнаружил, что зомбирование затронуло очень большую территорию. И хотя он не был уверен, когда именно происходил каждый случай зомбирования, но, изучив собранную им информацию, он смог предположить, что разница во времени между всеми случаями была не слишком большая.

Вопрос в том, кто это сделал, и цель всего этого до сих пор была неясна, но, кажется, это происходило не для того, чтобы напасть на Киино, и очень маловероятно, что это дело рук "Корпуса Бездны". Если в этой организации был маг, способный вызвать подобное явление на столь обширной территории, то их бы не вышло так просто выловить одного за другим.

И вероятность того, что это было сделано не собственными силами членов "Корпуса Бездны", а с помощью какого–то предмета, полученного неизвестно откуда, так же была очень мала. Так что, наверно, лучше не говорить Киино, что они охотились за "Корпусом Бездны" только для того, чтобы раздобыть ресурсов и забрать их исследования, на которые эта нежить потратила так много времени.

Он не говорил об этом Киино и потому, что она была слишком мягкосердечна.

Сатору плевать на всех, кроме себя самого и Киино. Он действовал лишь в своих личных интересах. Но она бы не смогла относиться к этому так просто. Так что, он не рассказывал ей и для того, чтобы она не чувствовала собственной вины.

"Что ж… какое место наиболее подозрительно? Согласно собранной информации, кажется, феномен зомбирования не вышел дальше вот этой области."

Сатору указал пальцем на безопасные города, которые не были отмечены.

"А значит…"

Он забегал глазами и остановил взгляд в углу карты.

Есть определенная точка на горном хребте, из центра которой и исходит этот феномен зомбирования.

Об этом горном хребте ходила одна легенда.

Где–то в горах находится источник мудрости, и, искупавшись в нем, можно было обрести эту мудрость. Но на пути к нему стояло множество испытаний. И говорили, что еще никому не удалось вернуться оттуда живым.

И даже так, этот горный хребет был еще и логовом для сильных монстров, таких как Виверны. Поэтому весьма вероятно, что эти монстры прикончат тебя прежде, чем ты успеешь отдать свою жизнь на испытании. Хотя, может, это и было одним из испытаний.

Возможно, было бы забавно проверить эту легенду, если бы у него было время, но пока что ему есть чем заняться.

Сатору прошептал название самой высокой вершины этого горного хребта.

— Кейтениас, значит.

У него не было доказательств, что именно это место и есть источник феномена. Он просто вспомнил Сияющего Лорда–Дракона, который жил на самой высокой горной вершине на континенте.

И всё же, учитывая масштаб карты, погрешность может оказаться очень большой, даже несмотря на то, что он ищет эпицентр, откуда расходился феномен.

Но если предположить, что источник действительно там. Если причиной феномена был магический предмет, который спровоцировал зомбирование в тот момент, когда его перевозили, то тут нечего было бы поделать. Искать его все равно, что искать жемчужину посреди пустыни.

И даже если феномен вызвало какое–то существо, то наверняка оно уже давно сбежало.

Если подумать об этом… то быть не может, чтобы мудрецы соседних государств не смогли заметить того, что смог заметить даже Сатору.

Но это было всё ещё возможно.

Да, такое правда возможно.

Видимо, никто не отправлял отряды для расследований.

Сатору использовал [Великую Телепортацию] для путешествий между соседними странами, потратил много ресурсов и нанял людей для проведения расследования, пусть даже они и не приносили немедленных результатов.

Если бы кто–то сделал бы тоже самое, что и Сатору, он, вероятно, пришел бы к тем же выводам. Однако, судя по всему, никто до сих пор этого не сделал. Но даже если бы кто–то захотел подтвердить достоверность своей информации, то им понадобилось бы куда больше времени, чтобы получить информацию того же качества, которой располагает сейчас Сатору.

В общем, Сатору, вероятно, был ближе всех к разгадке этой тайны.

А значит, он мог найти в тех горах хоть какую–то подсказку.

Однако, взобраться на неё будет весьма трудно. Ведь он не может телепортироваться туда, где никогда раньше не был. Ему оставалось только телепортироваться в ближайший к горе город, и уже оттуда идти пешком. Естественно, это займет много времени, и поэтому ему придется рассказать Киино о многом. Ему до сих пор с трудом удавалось вешать ей лапшу на уши, и от всех этих мыслей у Сатору разболелась голова.

Два года назад был день, после которого Киино не говорила о своём родном городе.

Раньше она искала способ, которым можно исцелить зомби, чтобы помочь своим людям. Но с того самого дня… нет, спустя несколько дней после, она больше не поднимала эту тему. С тех пор, она, кажется, была счастлива, что отправилась в приключение вместе с ним.

"Она правда смирилась со всем, или же просто скрывает это?"

Сатору не мог сказать, что из этого было верным. Возможно, это Киино хорошо скрывала свои чувства, а может, это Сатору плохо читал сердца других. Но быть слишком дотошным тоже не очень хорошо, поэтому–то они и пробыли вместе так долго.

"…Думаю, было бы неплохо спросить её. И всё же, я ничего не сделал. Это из–за того, что я не хотел чувствовать беспомощность от неспособности облегчить страдания своего товарища по путешествию?"

Единственные, кто так долго был с ним в его путешествиях, это его согильдийцы, и за столь долгий срок Киино превзошла даже их. Поэтому он решил не соваться в это дело, дабы сохранить свои чувства в комфортной среде.

"От меня правда никакого толка… но что мне теперь делать?"

Он собирал всю эту информацию в основном только потому, что ему было это интересно. Но заодно он должен был найти способ облегчить боль Киино, пусть даже немного. Однако, даже собрав столько информации и определив подозрительное местоположение, он начал сомневаться.

Он не знал, какая будет выгода от всего этого. Однако на ум сразу же пришло немало недостатков.

Если там окажется виновник этого феномена; тот, кто вызвал широкомасштабное происшествие, обернувшееся трагедией для всех без разбору, не может быть обычным человеком. Если Сатору действительно столкнется с ним, то, конечно же, битвы будет не избежать.

Были ли у него шансы на победу против того, кто способен воздействовать на столь обширную область, которую даже магия ИГГДРАСИЛя не способна покрыть?

Скорее всего, этот феномен больше не повторится, но даже если это и случится, то очень маловероятно, что он повлияет на Сатору и Киино.

И если это превращение может зомбировать даже Повелителей и Вампиров, то куда безопаснее было бы избегать таких опасных людей.

"Если этот феномен случился из–за неправильной работы предмета, то починить его – звучит, как хороший план… Мне бы определенно хотелось заполучить неизвестный предмет Мирового Класса. Но если кто–то намеренно вызвал это явление, то с какой целью?"

Возможно он смог бы найти ответ, если бы знал цели своего соперника, но сейчас он знал слишком мало.

Сатору коснулся предмета Мирового Класса, что находился у него в животе.

"Опаснее будет оставить все как есть, или же провести расследование?"

Если кто–то действительно что–то замышляет в тени, то давать ему время – худший вариант.

Если они окажутся на уровне Сияющего Лорда–Дракона, а он продолжит вот так сидеть и смотреть, как они становятся сильнее, то в итоге ему не останется ничего, кроме как бежать и прятаться.

"Кажется, Лорды–Драконы враждуют с игроками ИГГДРАСИЛя… если кто–то подобный продолжит становиться сильнее, то я не смогу с ним справиться, верно? Я вышел на равных против Сияющего Лорда–Дракона… нет, это едва ли была ничья, все потому, что я сбежал… Ну, если тогда он выложился на полную, то в следующий раз я, возможно, смогу победить его."

Он не был упрямым или неумеющим проигрывать достойно.

Оба они в тот раз скрывали свои козыри и позволяли противнику наносить удары, потому что готовились к следующей схватке.

В ИГГДРАСИЛе во время ПВП Сатору всегда так делал. Из–за правила "до двух побед", он спокойно сдавал первый раунд. Но ничего не поменялось, даже в его первой битве насмерть.

Плюсы от такого стиля боя никуда не девались, даже когда он сражался в экстремальных условиях, например, когда не был уверен, что воскреснет.

Победоносная стратегия, которой его однажды научил старый друг, работала даже сейчас.

…Нет.

Именно потому, что он сражался в такой экстремальной ситуации, он должен был еще больше верить своим старым друзьям.

И всё же, Сатору не хочет снова столкнуться с противником такого уровня. Лучше всего было держаться подальше от опасностей.

Разумно было сражаться только тогда, когда ты уверен в своей победе, а если уверенности нет, лучше сразу сбежать.

Сатору взглянул на этот мир.

Даже когда этот ночной мир был окутан молчанием, он всё ещё сиял ослепительным блеском.

Быть может, его старые друзья сказали бы нечто вроде: "Я хочу защитить этот прекрасный мир!" Но Сатору не испытывал подобных чувств.

Однако.

— Это больше всего злит меня, – тихо пробормотал он.

Верно.

Сейчас Сатору был невероятно зол.

Глава 4: Сверхсущества.


Повелитель. Принцесса-вампир утерянной страны

Часть 1.

— Скажи, Сатору, зачем мы сюда прибыли?

Тот подозрительный горный хребет был точкой назначения этого путешествия.

Особого внимания заслуживал город вблизи горного хребта, Кейтениас.

Это был город Лиги Айна, располагавшийся у гор, – иными словами, сосед Инверии – Селюк–3.

Хотя он и не был столицей Лиги Айна, это был один из крупнейших городов в окружающих странах, имевший численность населения свыше 400.000 человек.

Оба путешественника тряслись в крытой повозке на пути к городу уже более четырех дней. Киино не могла сдержать себя и задала этот вопрос.

Прошло пять лет с тех пор, как они покинули Инверию.

До сих пор они даже не приближались к ней, и вот, внезапно – сильно отклоняясь от их изначального направления пути – двинулись в сторону Селюка–3, так что было тяжело винить Киино за такую реакцию.

По правде, у него не было причины продолжать скрывать правду от Киино. Ему стоило лишь сказать: "Этот горный хребет может содержать причину твоего превращения в нежить, так что я хотел проверить его."

Даже так, Сатору не мог заставить себя сказать это.

Потому что сам бы он не смог объяснить причины своего прибытия сюда.

С его точки зрения, любопытство служило наибольшей мотивацией для Сатору в походе туда, но если он вправду сказал бы так, Киино накинулась бы на его объяснение с разных сторон, а затем заставила бы его сменить направление повозки в другую сторону. Скажи Киино так: "У тебя нет причины подвергать себя опасности, Сатору" – тогда он смог бы лишь только ответить: "Ну да."

Другой причиной было его нежелание обнадёживать Киино.

Чем выше взлетят чьи–то надежды и ожидания, тем большим разочарованием будет их крушение. Именно так, как когда Сузуки Сатору цеплялся за надежду на возвращение его согильдийцев, а после впал в отчаяние от осознания того, что никто не пришёл.

Три года назад он видел, как Киино делала вид, что рассталась с надеждой. В таком случае, что бы случилось, верни ей Сатору надежду сейчас?

Он явно чувствовал себя нелегко, мельком взглянув в прошлое, – когда он впервые встретил Киино.

Поэтому Сатору сделал всё, чтобы провести её.

— Хм? В этом нет особой причины.

— …Правда?

Киино обернулась глянуть на лицо Сатору, но он не был испуган. Скелетное лицо было безэмоциональным, и ему не приходилось волноваться о биении своего сердца.

Иными словами, вероятно, он мог бы лгать без возможности быть пойманным.

Однако то, как Киино сузила свои глаза и продолжала рассматривать Сатору, заставило его чувствовать себя немного неловко. Хотя его тело и не могло потеть, он всё же вытер об робу руки, державшие поводья.

И после этого она вынесла вердикт.

— Вру-у-у-у-ун.

— Я не вру.

Сатору ответил немедленно. Он обманывал сам себя, вот в чём дело. Вот почему он сумел ответить так быстро. Даже хотел похвалить себя.

Его слова были составлены безукоризненно, и он не выказывал никаких эмоций. Любой слышавший их, определённо, подумал бы, что Сатору говорит правду. Однако…

— Да, ты врёшь, Сатору. Ты, должно быть, в каком–то затруднении. Я путешествовала с тобой на протяжении пяти лет – даже если это не отображается на твоём лице, я могу определить, когда ты врёшь.

— …

В словах Киино присутствовала сила, и он мог почувствовать её твёрдую уверенность. Она была убеждена в том, что Сатору имел некую иную цель в уме. Он хотел сказать, что она себя накручивает, но она видела его насквозь.

Сатору бессознательно ощутил своё лицо. Оно было холодным, твёрдым и костистым, без всякого признака выражений, – как, чёрт возьми, такое лицо могло выказывать эмоции, которые Киино могла бы прочесть?

— …Неплохо вышло, Киино, – Сатору вздохнул, как бы сдаваясь.

— У-ху-ху, – она радостно хихикнула. – Прошло пять лет. Я могу приблизительно догадываться, о чём ты думаешь. В конце концов я была с тобой всё это время.

— …Прошло пять лет, ух. Действительно, возможно, после столь долгого времени ты способна определять моё настроение, просто смотря на моё лицо.

Выражения лиц персонажей не могли меняться в ИГГДРАСИЛЕ. Лишь только по голосу можно было определить, как кто–то другой себя чувствовал. Вырабатывать нормальный голос и минимизировать случаи отклонения не было уникальным умением Сузуки Сатору. Некогда он был подавлен, и кое–кто другой так же мог видеть сквозь его принудительно весёлый вид.

Слова, сказанные этим человеком, до сих пор держались в его сердце: "Мы всё же друзья. Наверное, поэтому я могу понять."

— …Действительно, это так, Киино.

— Хм? Что не так? Ты чувствуешь себя одиноким?.. Очень счастливым? Сатору?

— Ах… это так. Киино, твоя способность понимать мои чувства определённо вызывает не одиночество. Если бы я выразил это словами… я бы назвал это признательностью.

Сатору выпустил поводья из рук.

Он принял решение.

Он подготовил себя к этому.

Он был переполнен непоколебимой решимостью.

По этой причине, Сатору высказал заранее подготовленную ложь.

— Нашим местом назначения является город Лиги Айна, Селюк–3. Я узнал, что там находился редкий предмет, и нашей целью в этот раз будет заполучить его.

— Ты же… врёшь? Я не слишком уверена, но всё ещё чувствуется, что ты врёшь. Ну ладно, не бери в голову. Ты что–то скрываешь, но ты должно быть переживаешь за меня, правда, Сатору?

Сатору колебался над тем, не должен ли он переживать, но сделав так, он бы выдал ей свою ложь.

— Всё в порядке, Сатору. Не волнуйся об этом. Просто поехали.

— Ах, спасибо тебе, Киино.

Приблизившись к границам Лиги Айна, они обнаружили, что их путь заблокирован длинной защитной линией. Она была сделана не из тяжёлых каменных блоков, а лишь из простого деревянного заграждения.

Нетрудно было представить, что она была построена для остановки распостранения зомби. Таких защитных конструкций было достаточно, чтобы справиться с зомби, но настоящая угроза от зомби состояла в их численности. Если зомби целой страны – миллионы – хлынут одновременно, она будет совершенно бесполезна. Однако, нескольких лет было недостаточно для того, чтобы построить многокилометровое заграждение вокруг границ государства.

Несколько поотдаль он остановился и использовал [Полёт] для быстрого осмотра местности, но нигде не обнаружил ничего, напоминающего точку досмотра. Все дороги, ведущие к Многорасовой Лиге Айна, были перекрыты. Кроме того, он обнаружил патрули.

Он знал, что они, скорее всего, не позволят им проехать, даже в случае просьбы: "Пожалуйста, пропустите нас". Поэтому он использовал [Врата], чтобы телепортировать себя с повозкой вперёд.

После этого они направили повозку дальше по неиспользованным дорогам. Они чувствовали, что не было нужды притворяться, делая привал на ночь, так что поддерживали скорость и путешествовали днём и ночью.

Они проехали через несколько городов, заполненных скитающимися зомби и были менее чем в дне пути от Селюка–3. Однако почувствовали, – что–то было не так.

— Это странно.

— Действительно, очень странно.

Они видели все виды зомби в стране Киино. Не все из них прежде были людьми. Казалось, всё живое больше определённого размера превратилось в зомби. В дикой природе они встречали зомби бродячих животных. Так же было в Многорасовой Лиге Айна.

Однако их нигде не было видно при приближении к Селюку–3.

Возможно, кто–то изничтожил зомби, но обычно они бы также истребили зомби животных снаружи.

Проблема была именно в этом.

Сатору глядел прямо вперёд. Селюк–3 располагался далее по дороге перед ним, а за городом находилась гора Кейтениас.

Если этот феномен ограничен окружающей местностью, здесь должна была быть какая–то связь.

После этого не было происшествий, и они прибыли к главным воротам Селюка–3. Затем нисходящий от горы Кейтениас горный хребет медленно появился в поле зрения.

Ворота обозначали размер и великолепие города.

Многорасовая Лига Айна изначально была страной, созданной союзом многих рас. Среди них были высокоинтеллектуальные Гиганты. Скорее всего, зацепка была именно здесь.

Однако нигде вокруг не было видно зомби.

В некоторых городах можно было увидеть зомби, вываливающихся из городских ворот, но здесь их не было видно. Определённо, это не было бы вопросом, будь ворота закрыты.

Но ворота были распахнуты настежь.

"…Мог ли город иметь какой–то вид защиты, препятствовавший превращению в зомби?"

Сатору немедленно отмёл эту возможность.

Население Селюка–3 составляло 400.000 человек.

Конечно, так много выживших создали бы немалый переполох. Если бы они не покинули город, они бы остались внутри, используя обширные защитные приспособления.

Однако ни единого шороха не было слышно от Селюка–3, не говоря о системах безопасности.

Истинно то, что они всё ещё находились на некотором расстоянии. Но было слишком тихо, даже на такой дистанции.

Там не было ни обитателей, ни зомби. Казалось, будто город был заброшен.

"Пришёл ли кто–то сюда и вычистил зомби? Такое не было совершенно невозможным, но тогда почему они не освободили и остальные города по пути? Или же все они были взяты под контроль нежитью с определённой силой, вроде "Тела Бездны"?"

Несомненно, это место было довольно хорошим местоположением, рассматривая расстояние от городов живых и окружавшим заражением нежити. Поскольку это был крупный город, он должен был содержать магические предметы и книги для исследований.

— …Такое место вполне подошло бы по вкусу магу нежити.

Пробормотав себе это, Киино в его мыслях начала поучать его, так что у Сатору не было выбора, кроме как сконцентрироваться и думать серьёзно.

Однако им не хватало информации. Казалось, у него не было выбора, кроме как войти в город.

— …Скажи, Сатору. Ты собираешься в город? Чем ближе мы подъезжаем, тем меньше зомби мы видим… мы в первый раз видим такое.

— Хотя я не добирался сюда по этой причине… похоже, мне необходимо провести некоторые расследования.

Сатору растерялся, не зная, что поручить делать Киино.

Стоило ли ему использовать [Создание Крепости] снаружи города для возведения крепости и дать ей остаться там? Или ему стоило бы взять её в город с собой? Хотя он хотел бы иметь возможность опираться на её знание, ему следовало оставить её в безопасном месте.

Селюк–3 был не более чем базовым лагерем для исследования горного хребта. Он прибыл сюда лишь из–за удобства телепортации.

Он не ожидал здесь чего–то такого аномального. Спокойно размышляя об этом, он понял, что ни разу не рассматривал возможности того, что виновник и причина всего могли исходить не из гор, а из этого города. Раздражающая ошибка.

— Я тоже хочу пойти. А, возможно, ты мог подумать, что это опасно и собираешься оставить меня здесь саму, но мои магических знания обширнее твоих. Следовательно, я иду с тобой, и если возникнет стычка – ты защитишь меня, не правда ли, Сатору?

— …Ах, да. Я защищу тебя. Такова моя работа – ты занимаешься интеллектуальной деятельностью, в то время как я разбираюсь со всем, требующим применения насилия.

По правде, он бы чувствовал себя лучше с Киино поблизости в случае нахождения существующих улик.

В таком случае, мог бы Сатору, как человек, ответственный за грубую силу, защитить Киино, находясь под угрозой?

Это должно было быть возможным.

Ему удавалось держать Киино в безопасности, даже когда его оппонентом был Сияющий Лорд–Дракон, самый могущественный противник, попадавшийся ему до сих пор. Если быть точным, он достаточно оттянул время, чтобы сбежать. Однако только дурак действовал бы слепо и заносчиво. Он должен был аккуратно наметить свой курс ради будущего и не мог быть беспечным и в этот раз.

— Киино, я даю тебе обычный кристалл. Если я подам сигнал или ты будешь атакована, тебе следует использовать его без промедления, хорошо?

Предмет, извлечённый им из своего инвентаря, был запечатывающим магию кристаллом, наполненный [Великой Телепортацией].

Запечатывающие магию кристаллы были одними из редчайших магических предметов. В свою очередь, их было очень легко использовать, и даже на высоких уровнях они применялись в больших количествах. В результате, Сатору не имел много экземпляров с собой, как и почти не было их в вещах, оставленных ему друзьями.

Он доверил этот ценный предмет ей во имя безопасности.

Сатору мог уничтожить Киино одной атакой. Следовательно, встреть он противника своего уровня, тот мог бы сделать так же.

Единственно уместным было принять обширные меры предосторожности, чтобы они могли справиться с такой стычкой.

В то время, как Сатору передавал кристалл, он задумался, было ли встроенное в него заклинание подходящим.

[Совершенная Неизвестность] могла бы быть более полезна для бегства, но [Великая Телепортация] была лучшим выбором, если он хотел увеличить шансы на выживание Киино.

Использование Киино [Совершенной Неизвестности] может быть недостаточным, чтобы гарантировать удачный исход.

Хотя у него были свитки, содержащие [Совершенную Неизвестность], низкоуровневый заклинатель вроде Киино не смог бы использовать их. Жезлы не могли содержать это заклинание, так что у Сатору не было такого. Захоти он заполучить подобное, потребовался бы предмет Мирового Класса, позволяющий делать запросы к разработчикам. Возможно, Киино могла бы использовать посох, но, к сожалению, у Сатору не было посохов, зачарованных [Совершенной Неизвестностью].

[Совершенная Неизвестность] на первый взгляд выглядело очень эффективным заклинанием, однако невозможность применения его к другим означала, что его удивительно редко использовали в групповой игре. Хотя сидящие в засаде и могли его использовать, Сузуки Сатору и враги уровня Момонги имели немало заклинаний или способностей, чтобы видеть сквозь него.

В худшем случае ты мог оказаться невидимым для друзей, но не для врагов, а это значило, что ты не мог быть исцелен или поддержан своими друзьями.

Проще говоря, многие игроки считали [Совершенную Неизвестность] личным заклинанием против низкоуровневых или многочисленных противников.

Следовательно, обычный игрок не изучал это заклинание, а вместо этого использовал расходуемые предметы для компенсации недостатка.

Сатору был противоположностью. Имея возможность использовать много заклинаний, он избрал учить их самому вместо того, чтобы полагаться на расходуемые предметы. Поэтому, сейчас он не мог дать ей никаких соответствующих предметов.

Не мог он предположить, что эта практика станет помехой в такие времена.

— М-м-м, поняла. Стоит ли мне установить точку телепортации на обычное место?

Сатору выразил одобрение.

В городе на расстоянии более 2000 километров был небольшой дом, который был назначен одним из их пунктов телепортации.

После этого Сузуки передал Киино предмет класса "Наследие", известный как Плащ Гилли.

Хотя он и выглядел как изодранный плащ со свисающими тканями и нитками, он являлся предметом, обладавшим исключительными способностями сокрытия.

Несмотря на то, что он был почти бесполезен без навыков скрытности, он обладал дополнительными эффектами, и эти эффекты были достаточно хороши.

Как только Киино надела бы его, даже Сатору 100–го уровня увидел бы её расплывчатой, – как будто она сливалась с ландшафтом. Это было очень эффективно против противников с низкими способностями восприятия.

По случайности Сатору забыл, у кого он его купил, и у него был только один экземпляр, поэтому он сохранил его в первоначальном состоянии.

Он сказал Киино, которая была размытой и нечёткой благодаря силе Плаща Гилли, использовать [Полёт] и [Невидимость].

Сверху вниз, они оба смотрели на город.

Отсутствие препятствий значило, что их противники также будут иметь ясное представление о них, поэтому весьма вероятно, что они будут атакованы. С другой стороны, это также означало, что собирать информацию во время полета будет легко.

Взвесив одно с другим, Сатору решил, что последнее важнее. Конечно, он также использовал [Задержку Телепортации] и прочие подобные заклинания для своей защиты. Если на них нападут, он сможет защитить и Киино, будучи рядом с ней. Такова была сила его рукавиц, предмета класса "Наследие", называемых Герои–Хранители.

Когда они осмотрели город, аномальность этого места стала еще более очевидной.

— Сатору… здесь вообще никого нет.

— Да, здесь никого нет, и к тому же… вокруг нет никаких зомби.

После проверки окрестностей, он размышлял о странности этого города, спускаясь с Киино на уровень земли.

Пришедшая ему в голову возможность состояла в том, что кто–то вторгся в город, а затем уничтожил 400.000 зомби.

Но это наверняка должно было быть очень сложно сделать.

Не по той причине, что они бы потерпели поражение от зомби, слабейшей нежити, но по крайней мере они должны были оставить трупы.

Трупы исчезали со временем в ИГГДРАСИЛЕ, то же происходило и с трупами зомби. Но в этом мире трупы зомби должны были остаться навсегда после того, как их убили. Конечно, мертвые зомби начинали гнить, и через некоторое время они становились скелетами, а после этого кости разрушались.

Кроме того, движущиеся зомби не будут гнить или вмещать личинок, поскольку они были оживлены негативной энергией. Однако потеря негативной энергии после поражения означала, что они будут гнить как обычно, мухи могут откладывать в них яйца, а маленькие животные будут грызть их.

Прошло уже более 40 лет с того происшествия.

Возможно ли, что кто–то похоронил или кремировал 400.000 трупов…

— …Киино, считаешь ли ты, что армия вторглась в это место, убила всех зомби, похоронила их, и затем ушла?

— Я сомневаюсь в этом. Хотя и можно взять около 10.000 солдат, чтобы выкопать большую яму, и затем похоронить всех там, это было бы слишком заметным, а здесь сейчас нет признаков такого.

— Что насчёт кремации?

— Звучит ещё менее вероятно. После убийства зомби, его можно просто кинуть в дом и сжечь вместе с ним. Но в целом, я не вижу никаких следов горения.

На данный момент Сатору также не видел похожих признаков.

Было предельно ясно, что Киино осмотривала местность внимательнее его, но от такого не стоило тревожиться. Это стало ясно определённым фактом на протяжении их пятилетнего путешествия.

— Если бы был способ сделать это, то наверняка собранием высокоуровневых жрецов, одновременно обращающих нежить, верно?

— Понимаю…

Это уничтожило бы зомби и объяснило бы их отсутствие. Однако было дневное ограничение на количество использований обращения нежити, и священники низкого уровня не могли часто использовать эту способность. Поэтому, вероятно, было бы невозможно уничтожить кружащую вокруг орду из 400.000 зомби без выделения значительных сил для выполнения такой задачи.

Хотя новости просачивались бы легче, чем больше людей принимали бы участие, Сатору не слышал ни о чем подобном, хотя он и содержал шпиков, слушавших всё и повсюду.

— Или это могло бы быть "сверхуровневое заклинание", вроде тех, что ты использовал, Сатору? Конечно, существование заклинания с таким радиусом действия было бы совершенно другим вопросом, но мы бы не смогли понять, не войди мы в город, правильно?

— Это верно. В таком случае, мы будем действовать с осторожностью.

— Ага!

Они оба вошли через городские ворота.

Тогда как [Фазовая Дверь] могла бы сделать вход в город более безопасным, они должны были обнаружить, что произошло, и прятался ли кто–нибудь внутри, используя себя в качестве приманки.

Естественно, Сатору был бы в порядке, даже если бы на него напали изнутри города, поэтому он подошел к Киино, чтобы заблокировать линию огня в её сторону. Хотя это было бы бессмысленно при атаке противником по области, он был бы для неё отличным щитом от точечной атаки.

Они прошли через городские ворота без происшествий и увидели широкую улицу.

Это была, вероятно, самая большая улица в городе.

Не было никаких признаков зомби в том месте, где должно было быть живо и шумно. Они не могли услышать ничего, несмотря на напряжённый слух. Осталась лишь только тошнотворная тишина.

Выглядело, словно все жители города покинули его. Однако было не похоже, что они это сделали по своей воле. Хоть и протухшие и ржавые, но все товары в магазинах были на своих местах, и после проверки даже деньги внутри были нетронуты.

В то время как жители города явно покинули его не по своей воле, было не похоже, что в него вторглись извне.

"Нет… возможно ли, что целью вторгшихся в город были не деньги?"

Магические предметы были ценнее гор золота и серебра. Если в городе был могущественный магический предмет, то он мог быть ценнее, чем все богатства этого города вместе взятые.

Однако эта версия также была подозрительной. Если такой предмет действительно существовал, то было много более легких путей его получения. К примеру, послать в город кого–то с навыками вора и т. д.

— Точно, Сатору, ты же можешь контролировать нежить? Ты бы смог использовать эту способность на зомби и приказать им выйти наружу?

— Я бы смог, но у этой способности есть несколько нюансов. К примеру, есть предел тому, сколько нежити можно контролировать одновременно и насколько сильную нежить можно подчинить. Если весь город превратился в зомби, то повторять процесс вывода их наружу было бы утомительно.

— Даже так, будь они нежитью, то им ведь не будет важно, как много времени это займет?

— Ты имеешь ввиду совет нежити–заговорщиков, вроде "Тела Бездны"? Хоть такое действительно возможно… думаешь, что они бы ходили вокруг и раз за разом подчиняли нежить в этом городе? Я бы на их месте оставил все как есть, так как они тоже нежить и не будут атакованы… хм, но если кто–то и правда сделал это, то сложно не восхититься их усердием.

— Может, это следствие использования какого–то предмета?

— Насколько я знаю, не существует безлимитных предметов для такого рода занятий.

Если бы настолько несбалансированный предмет действительно существовал, то он бы был предметом Мирового Класса, не меньше.

— …Хм. Как бы много я не думал, не могу выйти за пределы воображения. В конечном счёте, нам действительно нужна информация.

— Тогда, может, обследуем замок?

Киино указывала на замок маркиза, что управлял этими землями. Он был расположен на маленьком холме, и взгляда на него было достаточно, чтобы увериться в прочности его стен.

Сатору согласился с этим предложением.

Если кто–то и оставил за собой следы, то они найдут их в замке. В конце концов, это было самым роскошным зданием в городе, что делало его отличной базой. К тому же, в замке было несколько высоких башен, идеально подходящих для обзора города.

Они использовали [Полет] и направились прямиком к замку.

Под ними был опустошенный город, в котором не было даже мелких животных. Как ни странно, вид слоняющихся вокруг зомби был бы менее пугающим.

— Здесь всё ещё нет никакого движения.

Хотя он спокойно сказал что–то про движение, Сатору не был уверен в сказанном. Однако справедливым было то, что некоторые монстры обладали ошеломляющей аурой присутствия. Пока что сильнейшим существом, которое он встречал, был Сияющий Лорд–Дракон.

— …Был ли этот город разрушен чем–то иным… хм?

— Чума? Яд? Но это было бы странным, верно? Будь это чума, им бы пришлось сжигать жертв, но в городе нет и следа этого.

Они нашли что–то вроде районов нищих при осмотре города с высоты, но не было ничего похожего на остатки костров.

Как только Сатору начал восхищаться сосредоточенностью Киино, она продолжила.

— Раз в районах нищих с наибольшим шансом распостранения болезни нет никаких её признаков, то можно вычеркнуть этот вариант.

Сатору не задумывался так далеко наперёд. Он решил просто довериться Киино.

— В таком случае… может уничтожение города привело к некой цепной реакции обращения в зомби? К примеру, монстр с аурой мгновенной смерти расхаживал по городу или что–то вроде того?

— Но тогда разве не странно, что вокруг нет трупов? Больше похоже на то, что все внезапно испарились. Тем более странно было бы для жителей покинуть город, оставив все свои ценности…

Сатору и Киино озадаченно покачали головами.

Достигнув замка, они без промедления прошли внутрь.

Киино взялась за руку Сатору.

В такой опасной ситуации это было ошибочным движением.

Сражаться, держась за чью–то руку, крайне невыгодно. Но Сатору лишь покрепче сжал руку Киино без лишнего шума.

В конце концов, они быстро обыскали замок, но не нашли никаких следов. Конечно, ни Сузуки Сатору, ни Киино не обладали навыками обнаружения, так что они не смогли бы заметить любых высокоуровневых воров, прячущихся здесь. Однако было доказательство, заставившее их сменить предположение.

— Много пыли. Похоже, что замок пустует уже долгое время, и с тех пор в него никто не заходил.

Выглядело, словно его покинули еще до процесса превращения всех в зомби, или же это произошло в одно время.

— Что будем делать?

— После поверхностного осмотра, мы не нашли ничего, что объяснило бы ситуацию. Сперва, нужно осмотреть сокровищницу. Там могут быть могущественные предметы.

— Хорошо.

Они выломали крепкую дверь и обезвредили все магические ловушки с помощью магической сопротивляемости Сатору, а затем начали расхищать сокровищницу. Но это было не ради денег, а ради интереса в получении редких вещей для Сатору.

Они оценивали вещи прямо на месте, поэтому оценка закончилась быстрее, уже через час после конца грабежа.

— Ничего стоящего.

— Да. Хоть тут нет могущественных предметов, похоже есть несколько исторически ценных.

Он знал, что это были аксессуары или вроде того, но на этом его познания заканчивались. Киино же, ответственная за умственный труд, была знакома с искусством, высшим магическим обществом и так далее, но её опыта не хватало, чтобы оценивать историческую ценность той или иной вещи. Все, что она знала, так это что они выглядели ценными.

— Мы же не сможем их продать, верно?

— Да. Ну я бы в любом случае их не продал, так как денег у нас достаточно. К тому же, продажа исторически ценных вещей может привести к назойливым проблемам.

Киино звонко рассмеялась.

— Тот предмет из ИГГДРАСИЛЯ, что ты продал, поднял немало шума, Сатору.

Сатору не мог не смутиться. Сейчас это лишь случай, послуживший хорошим уроком, но он все равно хотел извиниться перед Киино за ту проблему, которую он ей доставил ранее.

— Я не повторю подобную ошибку снова. В конце концов, выделяться из толпы – не самая лучшая идея, особенно для нежити вроде нас.

Этот мир основывался на аксиоме о враждебности нежити ко всем живым существам. За желание войти в мир живых они двое были еретиками, практически предателями.

— Тем не менее, нам удалось вытащить кого–то из беды в результате продажи этой вещи, не так ли, Сатору? Я думаю, что твое решение было правильным.

Казалось, Киино что–то неправильно поняла. Его совершенно не заботила судьба незнакомых ему людей. С тех пор, как его тело стало таким, он не чувствовал ни любви, ни других чувств к своим знакомым и кому–либо еще. Сатору важны были лишь его друзья.

— …М-м? Что–то не так, Сатору?

— Нет, все в порядке. Нам нужно показать эти предметы оценщику. Если они происходят из очень далеких земель, это снизит их историческую ценность. Сложная задачка…

— Хоть я и говорила это раньше, ты же не забыл, что тебе не нужно заботиться о моей доле, верно? Как–никак, ты отдал мне столько разных вещей……

— Не волнуйся об этом. В конце концов, для старшего естественно заботиться о младшем.

Будучи нежитью, им не приходилось тратиться на бытовые нужды. Продажа исторически ценных аксессуаров отнюдь не была жизненно важной для них, однако это были предметы, полученные в результате совместных приключений, поэтому отдать половину Киино было его моральным долгом.

Он серьезно относился к разделу трофеев даже среди членов гильдии и потому не мог позволить себе расслабиться.

— Более того, наши издержки в дороге были полностью оплачены тобой, не так ли, Киино? Эти вещи должны быть разделены поровну. Думаешь, я сделал бы нечто столь глупое, как удержание полученных нами денег? Только давай не будем говорить о том, на ком лежит большая ответственность, ладно? Мы разделили нашу работу на физическую и умственную… м-м? Значит, жалование оперативного труда у нас есть, а управленческого нет?

Киино взглянула на Сатору с непонимающим выражением лица, словно говорящим: "Что ты несёшь?"

— Кхм, в общем, поэтому мы должны разделить ценности пополам. Поняла?

— Эм… хорошо. Спасибо тебе, Сатору.

— Нет, тебе правда не стоит благодарить меня. В конце концов, мы – команда, и временами я нуждаюсь в твоей силе, Киино.

— Но я не понимаю, чем я помогла…

— Ну, ты превосходишь меня в знании искусства, а теперь еще и в знании магии, верно? Нам нужно смотреть в будущее. Иными словами, это инвестиция.

— Поняла. Я буду стараться!

Он бы не возражал, даже если бы она не работала на полную. Киино и без того была крайне полезна, однако, отвергнув её решимость, он бы нанес ей душевную травму, поэтому лучшим решением было принять её.

— Думаю, у нас все получится, Киино.

Видя её восторг, Сатору вспомнил причину, по которой он пришел сюда.

— А теперь давай продолжим исследовать замок и все–таки найдем причину отсутствия нежити в этом городе.

— Что нам следует сделать?

— Ах, да, можно пойти наверх или вниз. Давай сначала осмотрим нижнюю часть.

— Тюрьму? Учитывая, что этот большой замок не должен был быть крепостью, скорее всего её бы разместили в другом месте, не думаешь?

— Разве в твоем замке не было тюрьмы, Киино?

— Да, была. Однако она использовалась не для обычных людей, а лишь для временного содержания оных с высоким статусом. Впрочем, не похоже, чтобы она была использована хоть раз с моего рождения.

— Возможно, тут тоже есть подобная тюрьма. Давай посмотрим. Если здесь не найдем, то пойдем в город и проверим камеры на постах охраны.

Вскоре они нашли тюрьму. Пустую. Внутри она была покрыта толстым слоем пыли, едва ли кто–то был там в последнее время.

— Как жаль. Ну, пошли тогда обратно наверх. Осматривая замок снаружи, я видел несколько башен, давай изучим окрестности оттуда.

— Ага!

Вероятно, самая высокая башня использовалась как посадочная площадка для летающих монстров. Она была очень широкой и крепкой, защищенной от атак и вторжений.

— Вау~

Киино ахнула от открывшегося ей панорамного вида на город.

Сатору подумал: "Ты видела это все с воздуха, используя [Полет], почему этот вид так удивляет тебя?" К счастью, он был достаточно умен, чтобы не произносить это вслух.

Ступив на вершину, Сатору и сам был удивлен тому, сколь большое пространство охватывал открывшийся ему вид. Но что действительно оставило глубокое впечатление, так это последовавшее за ним зрелище.

Он увидел, как Киино возбужденно бегала по кругу и смотрела по сторонам. Такое проявление инфантильности, столь подходящей к её внешности, вызвало у него улыбку.

Сатору решил начать изучение города, понимая, что из них двоих хотя бы кто–то должен делать то, ради чего они пришли в этот город, пусть даже в одиночку. И тут он нашел то, что вызвало у него беспокойство.

Хотя все ворота, ведущие в городскую часть города, были на месте, те из них, что вели в сторону гор, были буквально расколоты.

— Киино, посмотри на это. Как думаешь, что это значит?

— М-м… это выглядит так, словно ворота были сломаны не снаружи, а изнутри. Хотя… если они не были уничтожены какой–то невероятной силой… как это объяснить?

— Не хочешь взглянуть?

Получив её одобрение, Сатору применил [Полет], и они отправились прямо к воротам. А затем…

— Сатору, это…

— Да, ты права. Что–то странное произошло здесь… нет, в городе тоже.

Одна из створок ворот была накренена, произошло это явно не из–за её возраста. Кроме того, Сатору мог видеть здесь городских жителей.

Нет, наверное, лучше сказать, что когда–то они были ими.

Бесчисленные кости были разбросаны перед воротами, внутри и за ними. Они выглядели так, словно были растоптаны в щепки.

Он не был уверен, можно ли назвать это стечением обстоятельств, но, вероятно, даже большее количество оных было превращено в пыль под действием внешней среды и унесено ветром.

А так как они были раздроблены, способа узнать причину смерти их владельцев нет.

— Полагаю, нет сомнений, что однажды они были жителями этого города?

— Да… произошла ли тут какая то чрезвычайная ситуация, которая привела к тому, что им пришлось спасаться бегством? Или же они превратились в зомби, были подчинены и убрели наружу?

— Скорее всего последнее. Я не могу увидеть раскиданного вокруг багажа, только кости и одежду.

Во время исследования кучи костей они нашли кольца и прочие аксессуары, но не было драгоценных камней или прочих вещей, которые обычно забирают с собой при бегстве.

Сатору взглянул за ворота – туда, куда скорее всего направлялись зомби этого города.

— …После использования [Создания Нежити], призванная нежить должна будет находиться под контролем призывателя…

После осознания того, что хотел сказать Сатору, выражение шока застыло на лице Киино.

Перед ней была высокая, крутая гора.

Гора Кейтениас.

Ее вершина была укрыта за облаками, и она не могла увидеть ее.

Сатору вытащил карту и проверил, куда должна была вести большая дорога от городских ворот.

Похоже, она шла вокруг подножия горы Кейтениас по направлению к другим городам. Идя по ней, можно было добраться до соседних стран.

— И теперь… жди здесь, Киино.

— Эм-м, может не надо? Все точно будет в порядке?

Киино говорила так, будто была испугана. Скорее всего, она уже поняла настоящую причину их приезда в этот город.

— Все будет в порядке, Киино. Мы ведь охотились за "Телом Бездны" именно из–за этого. Ты ведь сама слышала? Разумная нежить остается живой даже после смерти её создателя. Даже после того, как я уничтожу виновника превращения людей в зомби, это на тебя никак не повлияет, Киино.

— Нет, ты не понял! Я волнуюсь за тебя, Сатору!!!

— А?

— Ведь это существо, способное превратить стольких людей в зомби! Это не нормально! Даже ты на такое не способен, Сатору!

— Ах, хм. Да, я бы не смог провернуть что–то такое.

— Тогда! Тогда…

Лицо Киино исказилось в агонии, но она быстро приняла свое обычное выражение перед тем, как оно снова изменилось.

— Разве это не означает, что ты можешь потерпеть поражение, Сатору?

Это было правдой и он должен был признать её. Он не мог сказать "Этого не случится".

— Сатору, тебе нравилось путешествовать со мной?

— …Да. Я чувствовал, будто вновь нахожусь рядом с моими товарищами. Да, я определенно был счастлив.

Он наконец понял, почему эти Исследователи Мира занимались тем, что он считал бессмысленным. Он также понял чувство наслаждения от изучения мира, которое разработчики игры хотели передать игрокам.

Его путешествие с Киино было очень приятным.

— Тогда, может, продолжим путешествовать? Мы оба нежить, поэтому мы можем путешествовать вечно, верно? Давай увидим весь мир! Там столько мест, которых мы еще не видели! Давай просто забудем об этом, ладно?

— …Я мог бы. Неправильно делать то, что не понравится моим друзьям. Пытаясь оказать медвежью услугу, можно лишь досадить им.

— Д–да. Давай, давай просто путешествовать вместе, ладно? Только мы вдвоем. Мы ведь нежить! Прошу, не делай ничего опасного и просто путешествуй со мной…

Верно.

Сатору не вправе решать за Киино. Если она счастлива просто путешествуя с ним, то есть лишь одно правильное решение. Однако…

— Киино Фасрис Инверн! – вскрикнул Сатору, и Киино отшатнулась от него.

— Д–да… Прости, Сатору. Пожалуйста, не злись…

— Я не злюсь… Быть принцессой – это ведь тоже работа, верно?

— Что?

Рот Киино глупым образом распахнулся. Всем своим видом она показывала, что не понимала причины резкой смены темы. Сатору посмеялся над собой в душе. Эх, этого не избежать.

— Как я и сказал, быть принцессой – это ведь тоже работа?

— Д–да? Я никогда так не думала…

— Тогда короли и королевы – безработные? Разве это тоже не своего рода работа?

— Ну если думать в этом ключе, то все так… не правда ли?

— Что же, двигаясь к следующему вопросу: нужно согласие больше половины членов гильдии – ну, в ней остался лишь один человек, поэтому засчитаем это как больше половины.

Озадаченный взгляд появился на лице Киино.

— К тому же, Киино, ты – Вампир, а это гетероморфная раса. То есть, ты выполнила все требования. Итак, Киино Фасрис Инверн. Я признаю тебя как члена гильдии Аинз Оал Гоун. Теперь ты сорок второй член гильдии. Или, может, мне следует сказать, второй член гильдии Новая Аинз Оал Гоун?

Сатору достал из инвентаря кольцо Аинз Оал Гоун и передал его Киино.

Эмоции страха на лице Киино сменились обычным выражением, а затем удивлённым.


Повелитель. Принцесса-вампир утерянной страны


Она бесчисленное множество раз слышала от Сатору о том, насколько важно для него это кольцо. Это так тронуло её, что активировалось подавление эмоций.

— Могу ли я?!

— Да. Киино, теперь ты член семьи, член Аинз Оал Гоун. Ты по праву можешь носить это кольцо.

Конечно, оно было бы по–настоящему полезным лишь в Назарике. А без него это кольцо только лишь доказывало её членство в гильдии.

"…Ну вот, теперь в Аинз Оал Гоун есть два участника… кто знает, может, неплохо было бы найти еще пятьдесят восемь членов из этого мира."

— Сатору, спасибо тебе!

Киино с наслаждением надела кольцо, словно уже позабыла, что сейчас произошло.

Наблюдая за ней, Сатору изобразил кашель и заговорил.

— Итак, Киино. Есть кое–что, что я не буду ни в коем случае терпеть. Я ни за что не прощу того, кто, причинив боль моему согильдийцу, до сих пор находится на свободе.

— Нет, это ведь лишь небольшие невзгоды. Путешествие с тобой…

Сатору прервал её, не дав закончить предложение.

— …Я, возможно, смогу сделать твоих зомбированных родителей снова людьми.

Киино застыла, а её глаза задрожали.

— …Киино, разве ты на это не надеялась? Хочешь же остаться нежитью и вернуть родителей, или я не прав? Или ты хочешь стать человеком вместе с ними?

— Т–ты правда сможешь сделать это?

— Я не знаю. Но ведь ничто не сможет осчастливить тебя больше, верно?

Посмотрев по сторонам, Киино опустила голову и тихо ответила.

— Да.

Таким образом… цель Сузуки Сатору была определена.

Вполне естественно, что глава гильдии будет сражаться за своих согильдийцев.

— …Киино.

Киино резко подняла голову, услышав стальной голос.

— Не позволяй своему чувству вины сковать тебя. Не нужно этого. Сначала я пойду один и посмотрю, что же явилось причиной всего этого, а потом, в зависимости от обстоятельств… мне очень жаль, Киино, но ты должна остаться тут.

После нескольких секунд колебания Киино кивнула.

Она не была глупой и понимала, что будет ему лишь обузой.

— Теперь я использую заклятие [Создание Крепости], чтобы построить крепость неподалеку. Подождешь меня в ней, ладно?

Часть 2.

Оставив Киино в сотворённой крепости, Сузуки Сатору взглянул на гору Кейтениас – её склоны были скудны, лишь с небольшой порослью. Пришло время сменить план.

Первой задачей было определить пункт назначения, куда направились жители города.

Он бы мог использовать [Полет] для её решения, но в случае нахождения рядом врагов, его было бы гораздо проще заметить, чем если бы он шёл по земле. Хоть он и мог использовать [Совершенную Неизвестность] вместе с [Полетом], по некоторым причинам Сатору не хотел так поступать.

"Лучше всего сработал бы спокойный и рассудительный подход."

Хотя ему и стоило использовать [Полет] для обнаружения врага с воздуха, но Сатору был уверен, что рядом есть сильный противник.

Конечно, он не мог быть полностью уверен в собранной информации, но то, что за всем этим стоит некое разумное существо, было неоспоримо.

Его главной целью была победа над противником и спасение Киино и её родителей от превращения в нежить. В идеале, он бы мог восстановить всех жителей страны Киино.

Шанс того, что он не сможет договориться со своим противником, был до раздражения высок. Особенно после всего ущерба, что тот нанес. По меньшей мере, он был таким же существом, как и Сатору, не имевшим привязанностей к другим.

Но маленький шанс, что они смогут пойти на сделку, все таки был. В таком случае, проблемой будут условия второй стороны.

Для начала, вторая сторона определенно не потребуют никаких материальных ценностей, вроде сокровищ. Ведь если бы его целью были именно они, то он бы мог приказать подконтрольной нежити добыть все это, будучи их создателем и повелителем. Но все ценности города были на своих местах.

Тогда, может, он сумеет победить врага и заставить его обернуть превращения в обмен на его жизнь?

"Возможно ли это? Я действительно смогу его одолеть?"

Сатору уже признал своего врага равным себе по силе. Нет, на самом деле он считал, что противник может быть даже сильнее его. Но было сложно представить такое существо.

Во время своего пятилетнего путешествия он собрал информацию о многих яростных существах. Неважно, была ли добыта эта информация с помощью денег или же грубой силой, все соглашались с тем, что самыми могучими существами в этом мире были Лорды–Драконы. Он уже удостоверился, что один из них имел такую же боевую мощь, как и у него.

Но нельзя было сказать, что он был намного сильнее Сатору.

В таком случае, используя стратегию и тактику, он сможет одолеть своего врага, будь он хоть Лордом–Драконом.

"Всё же не покидает чувство, что я направляюсь в логово врага. Это дает ему преимущество удобной территории. После этого…", – Сатору вспомнил уроки из "ПК для Чайников" – "После выхода обновления… да, похоже, это было бы верным временем, а когда сильные игроки нападают малыми группами – они едины. Что же будет в этот раз? Не знаю. Но… это определенно будет авантюрой."[9]

Конечно, все это было основано на том предположении, что виновный за обращение в зомби сможет повернуть все вспять, или хотя бы знает, как это сделать.

Но если это не так…

— …То он поплатится за свою глупость.

Сатору сменил экипировку.

Он снял все вещи из ИГГДРАСИЛЯ, и надел вещи, полученные от "Тела Бездны", оставив лишь кольцо божественного класса на левой руке.

После этого он надел символ "Тела Бездны" на шею, с запечатанным внутри кристаллом с заклинанием.

По правде говоря, сейчас Сатору был слабее, чем недавно. Не считая ослабления его атакующей и защитной мощи, его сопротивляемость была полна изъянов.

Хоть его здоровье соответствовало его уровню, он не мог слишком на него надеяться. К тому же, он должен был избегать атак, которые могут убить его моментально.

"Есть еще кое–что, но как мне это сделать? Похоже, нужно еще немного подготовиться перед отправкой в путь."

Сатору отправил [Сообщение] Киино, и передал, что ему понадобится немного больше времени.

После этого он телепортировался к своей цели.

Закончив с приготовлениями (занявшими немного больше времени), Сатору вернулся обратно и начал двигаться с помощью [Полета]. Он направлялся к горе, не слишком отрываясь от земли – будто бы скользя по ней, и раздумывал над своей стратегией.

Случайно разбросанные кости указывали ему путь. Хоть они были раздавлены в порошок и унесены ветром, обнаженная гора бросалась в глаза.

У Сатору не было способностей для слежки, но он летел по ясным следам вверх по горе. Будто бы кости вели Сатору для мести тому, кто сотворил с ними такое.

Он взобрался на гору и вскоре…

"Ну вот мы и здесь. Значит, нежить, да?"

Его способность обнаружения нежити была вроде всестороннего радара. И на этом радаре горела точка.

Сатору взглянул в этом направлении.

— Он здесь? Виновник всего этого действительно здесь?

Своей способностью он мог лишь почувствовать присутствие нежити, но узнать её личность или оценить способности он не мог. Хоть это было в большей степени предположением, но существо, которое превратило жителей города в зомби и привело их сюда, должно было быть там.

Применив [Полет] на себя, Сатору сделал шаг вперед и остановился.

Несмотря на то, что его лицо не могло сменить выражение (возможно, Киино всё же могла различать его), сейчас оно ожесточилось.

Потому что с каждым шагом сигналы присутствия нежити неуклонно росли.

"Что это…"

Множество точек были расположены друг на друге, превратившись в огромный шар света.

Сатору остановился и поглядел вперед. Местность была довольно скалистой, поэтому он не смог разглядеть местоположение шара света.

"Неужели оно приманило к себе всех зомби, собрало их вместе и что–то с ними сделало?.. Что же мне делать? Может, отправить вперед зомби, а после выяснения личности моего противника поразмыслить, что делать дальше?"

У этого варианта был один минус.

Если его противник был достаточно разумным или же обладал магическими знаниями, то это было плохим ходом. К тому же… Сатору вздохнул. "О чем ты думаешь в такой ситуации", – упрекнул он себя.

Сатору развеял [Полет] и начал идти пешком.

На поддержание [Полета] не уходило много маны, но при использовании других способностей, его восполнение маны могло уйти в минус. Более того, показывая своему противнику, что он может использовать [Полет], он мог поставить себя в невыгодное положение.

Сатору продолжил идти.

С каждым шагом, он чувствовал возрастание силы сигналов нежити вокруг.

— А-а-а! У меня нет доказательств, но я примерно догадываюсь, что это, – пробормотал Сатору. В ИГГДРАСИЛЕ была нежить, выглядящая согласно его представлению, но на радаре она показывалась как единое существо.

— А теперь – [Ложные Сведения – Жизнь], [Ложные Сведения – Мана].

Сатору применил на себя два заклинания.

Затем он перешел в ПВП режим.

…Нет.

Он перешел в ПК режим.

Местность у пункта назначения была на удивление открытой. Эта часть горы была неёстественно плоской во всех направлениях. Она была примерно два километра в длину и ширину. Это определенно было являнием неестественного происхождения.

Без всякого сомнения, это было сделано с помощью магии.

Затем перед глазами Сатору появился причудливый объект, созданный из некогда живших в том городе.

Гигантская округлая масса состояла из бесчисленных трупов, сваленных друг на друга. Её размера было достаточно, чтобы повергнуть наблюдателя в шок. Только подумать, что что–то столь большое можно было создать, собрав вместе 400.000 людей…

Значит, его враг собрал всех зомби только ради такого? Сатору не мог вникнуть в ход мыслей своего противника. Нет, если бы его целью было создание "этого", то оно определенно должно было иметь возможность двигаться.

— Это что–то вроде доспеха? Или, возможно, часовой?

Сказав это, Сатору мысленно обдумывал различные варианты действия, смело идя по площади к объекту, который он решил ориентировочно назвать "Большой Шар Нежити".

Хоть расстояние между ними быстро сократилось, Большой Шар Нежити не спешил действовать. Может, Сатору всё ещё был вне радиуса его атаки, или же ему было приказано не атаковать? Возможно, его разум был таким же, как и у обычного зомби, и он не атаковал Сатору, считая его одним из них? Или же…

"Кто же это сказал? Ах да, это был Люци*Фер. Как там было? Если долго вглядываться во врага, то враг начнет вглядываться в нас. Какая удивительная фраза. Как бы сказать, она очень многозначительна. Все–таки Люци*Фер был крайне умен."

Сатору улыбнулся, ностальгируя по словам своего друга, а затем крикнул Большому Шару Нежити:

— Ладно, ладно, так зачем ты собрал здесь всех этих зомби?

В ответ ему вокруг лишь тихо подул горный ветер.

Это больше не простое отсутствие реакции – он определенно игнорировал Сатору. Все равно, что разговаривать со стеной. Было бы крайне неловко, если бы Большой Шар Нежити вообще не имел разума.

— …Что такое? Молчишь, потому что боишься меня? Как же скучно. Я – Ночной Лич Момон. Величайший заклинатель из всех подобных! Посмотри на себя, настолько напуган, что не можешь сказать ни слова. Но я тебя не виню. Любой бы потерял дар речи от страха при виде магических предметов, надетых на мне.

Но Большой Шар Нежити и не шевельнулся.

Это что–то вроде охраны? Это значило бы, что противник собрал множество зомби и приказал им соответственно реагировать на любые нападения, чтобы заблокировать вход в какую–то пещеру.

Или же никакого могущественного врага не существовало, и всех зомби собрал какой–то предмет, застрявший в середине этого шара?

Чтобы проанализировать своего противника, он должен хоть что–то делать. Если он никак не реагирует, то у Сатору не оставалось никаких вариантов. Атаковать, чтобы выудить хоть каплю информации, было крайним средством.

— Да что же такое… похоже, тебе следует преподать урок за то, что не поприветствовал меня как следует. [Призыв нежити: третий ранг]!

Сатору призвал Скелета–воина.

Затем, он приказал ему идти к Большому Шару Нежити.

Со стороны было ясно, что он настороженно относится к действиям своего противника, но входить в радиус атаки врага было довольно страшно. К тому же, это не входило в его планы.

"Но он всё ещё не атакует… если он собирался использовать все эти трупы, чтобы раздавить любого, кто приблизился бы, то расстояние для него не имеет значения. Или это действительно просто предмет?"

Если это просто куча трупов, то это вполне мог быть Гигант–из–трупов. Но он был почти уверен, что это орда зомби. В таком случае, это вполне могла быть нежить, уникальная для этого мира, о которой Сатору ничего не знал. Может, ему следует называть это Комбо–Зомби? Сатору приказал Скелету–воину подойти ближе к Большому Шару Нежити.

— …Да чтоб тебя, так это просто кучка зомби, собранных вместе. Подумать только, я принял это за что–то действительно сильное.

Большой Шар Нежити начал покачиваться. Затем, будто бы вылупляясь из яйца, он начал постепенно менять свою форму.

— Неужели это… Дракон?

У него была длинная шея, лицо, как у рептилий, и крылья. Ног у него было шесть, а хвост был стройным, словно плеть. Он напоминал дракона в западном стиле.

Но его шея была значительно длиннее, чем у обычного дракона. К тому же, из–за чрезмерно тонкого хвоста он выглядел как микс Западного и Восточного дракона. Точнее, он выглядел, будто кто–то приделал шесть ног и крылья змее. Он был уродлив, без намека на красоту, свойственную драконам. Возможно, это из–за того, что он был сделан из зомби.

Кроме того, он был слишком большим.

В нем было по меньшей мере 150 метров с головы до пяток. Даже по меркам ИГГДРАСИЛЯ он был огромным.

Сатору уже понял, что это другая форма Большого Шара Нежити. Иными словами, это был дракон, собранный из 400.000 зомби. Но когда он вновь оглядел его с ног до головы – для этого ему пришлось вытянуть шею – действительно ли 400.000 зомби было достаточно, чтобы сделать тело длиной в 150 метров? К тому же, оно определенно не пустое внутри…

— Сперва я собирался игнорировать столь глупое существо, как ты, но забудь. Для нежити среднего уровня у тебя довольно большой рот.

Пасть дракона медленно раскрылась и басистый голос звучал эхом по всем сторонам.

То, что он называл пастью, было лишь кучей зомби, сложенных воедино. Определённо, голос принадлежал кому–то другому. Но откуда мог идти этот голос, звучавший будто все зомби говорили одновременно?

"Может, его настоящее тело в его пасти?"

Она была достаточно большой, чтобы с легкостью проглотить Сатору, поэтому вполне вероятно, что кто–то размером с Сатору мог находиться у него в голове.

Наблюдение издалека не дает много информации, но у Сатору не было выбора.

Пасть дракона состояла не только из зомби–гуманоидов, но также и из зомби–зверей.

Это объясняло, почему по дороге сюда он не видел животных. Все звери на этой горе скорее всего были обращены в зомби и поглощены Большим Шаром Нежити. Похоже, что Большой Шар Нежити – или же зомби–дракон – все таки состоял из больше чем 400.000 зомби.

Но было кое–что более важное, соскользнувшее с языка противника.

По его реакции стало понятно, что ему известно о Ночных Личах. К тому же, он не знал, что Сатору на самом деле был Повелителем.

Другими словами, все шло по плану Сатору, но было не время расслабляться.

"…Это может быть блефом. Я бы сделал вид, что купился на этот трюк, даже разгадав ложь врага. Похоже, нужно узнать побольше о козырях, скрытых в рукаве противника…"

Отступив на шаг назад, Сатору не перестал оценивать и анализировать происходящее.

— Ч–что ты, что ты такое? Ты не простой Гигант–из–трупов…?

Драконья морда шевельнулась. На самом деле шевелились зомби, но ими очень хорошо управляли.

Если предположить, что противник может контролировать не только тех зомби, что управляют его мордой, но и остальные 400.000, составляющие его тело, то его навык контроля нежити должен был быть гораздо выше, чем у Сатору.

Если так, то остаётся другой вопрос.

Почему же враг не попытался сразу подчинить Сатору?

Уж не потому ли, что уровень Сатору слишком велик, чтобы его получилось подчинить? Или же у самого подчинения есть какие–то условия, например, подчинена может быть лишь собственноручно обращенная нежить?

Пока Сатору думал, морда Дракона вновь шевельнулась. Непонятно, можно ли было назвать эту морду выразительной, или же дело было лишь в контроле над зомби, но было очевидно, что она насмехалась над Сатору.

— Что? Ты не знаешь обо мне… и смеешь насмехаться надо мной со своим жалким знанием? Как глупо с моей стороны тратить на тебя время.

— Для Гиганта–из–трупов, принявшего форму дракона, у тебя слишком много гонора. Ты мог обрести разум благодаря огромной набранной массы, но так и остался слеп, и не можешь осознать, насколько я сильнее тебя!

Драконья морда вновь шевельнулась, открыв пасть.

— А-ха-ха-ха! Подумать не мог, что ты так меня развлечешь! Не думал, что издеваться над глупцом может быть так забавно. А-ха-ха-ха!

Смех неожиданно прервался.

— Эх, мелкая, жалкая нежить, ты… не станешь ли ты моим шутом? Даже делать ничего не придётся. Просто стой там и развлекай меня. Хоть обычно для роли шута и требуется определённый ум, похоже, в этом мире есть прирождённые клоуны!

— Что? Что в этом смешного? Я – нежить, что вселяла ужас в сердца народов по всему миру!

— А-ха-ха-ха!.. Эх, нет–нет–нет, всё ,что ты говоришь, настолько забавно. Ладно, теперь о том, что ты хотел… подзабыл твоё имя, я ведь всё равно собирался тебя уничтожить… Неважно, забудь. Ночной лич. Будешь служить моим шутом? Ты ведь понимаешь, что я и пощадить тебя могу в случае твоего согласия, не правда ли?

— …Не желаю, чтобы надо мной смеялось неживое существо, которое не может набраться смелости даже назвать своё имя.

Гигантское тело вновь зашевелилось.

— Понимаю. Хоть представляться нежити такого мелкого масштаба и кажется глупым – я Кюр Илим, XX Лорд–Дракон.

— Что?

— А, да… Точно! Меня называют… Лорд–Дракон Древнего Гроба!!

— Понятно…

Так значит это Лорд–Дракон. Другими словами, он был наравне с Сияющим Лордом–Драконом. Проще говоря, он был очень силён.

Сатору пронзила боль.

Теперь любой неверный шаг может обернуться катастрофой.

Но вот загвоздка… действительно ли Кюр Илим в этой штуке? Или он дёргает за ниточки издалека?

— Конечно же, даже слабак вроде тебя должен знать истинную суть Лордов–Драконов?

— Поверить не могу, что жалкая кучка зомби зовёт себя Лордом–Драконом. Похоже, ты сильно продвинулся. Или же это Лорды–Драконы так низко пали? Как бы то ни было, тебе точно не стоит красоваться перед столь великой и могучей нежитью, как я, не считаешь?

— А-ха-ха-ха! Ну что за превосходный шут! Воистину, ты занимательный!

Атмосфера около Кюр–Элима резко изменилась.

— Всё же… нежить действительно раздражает меня. Даже стоя предо мной, на грани исчезновения, ты не знаешь страха.

Передняя лапа Дракона внезапно вздулась, и огромное количество зомби рванули вперёд, словно верёвка. Стянув Скелета–Воина, они затащили его под драконью лапу.

Скелет–воин попытался вырваться, но из–за численного превосходства врага его поражение было неизбежно.

Скелет–воин исчез под драконьей лапой, и Сатору услышал вдалеке хруст его перемалываемых костей. Вместе с этим он почувствовал, как его связь со Скелетом–воином была разорвана.

— Понятно… Ты неплох.

Использовав [Полёт], Сатору отступил.

— Неплох?.. А-ха-ха-ха, ты на самом деле забавен. Правда, ты прирождённый шут.

— …П–ф–ф. Думаешь, разрушив призванную мной низшую нежить, ты победил? [Огненный шар]!

Заклинание третьего уровня поразило зомби, принявших форму дракона, и во все стороны разлетелись волны пламени.

Да, на фоне огромного тела дракона, взрыв казался очень незначительным. Но Сатору всё равно прищурился, осматриваясь. Дело в том, что он увидел, как именно поражённые зомби разрушались и выпадали.

Как только поджаренные зомби разлетелись вокруг, на их место изнутри вылезли новые.

— Ч–что это? И там тоже зомби?!

— [Огненный шар]… искажённая магия, распостранённая этими проклятыми ублюдками. Ты не только жалкий, но и приводящий в ярость… кстати, это должно быть достаточно низкоуровневым заклинанием. Ночной Лич, попробуй магию уровнем повыше… ведь я хочу убедиться в завершенности этого тела.

— Да ка–ак ты! Да как ты смеешь использовать меня для своих опытов!

Будь Сатору живым, он бы взбесился до пены на губах, но Кюр Илим лишь залился смехом.

— Ну, я так и планировал. Даже своей пустой черепушкой, думаю, ты должен это понимать.

— …Понятно. Так ты обратил людей этого города в нежить, чтобы защитить себя? Броня из зомби поверх твоего хрупкого тела, так?

— Возможно.

Может быть, лишь потому, что Кюр–Элим считал Сатору значительно слабее себя, он и решил поболтать. Или же всё это время говорить ему было просто не с кем.

— Нет, моя цель не настолько тривиальна. Души людей этого города – и не более – были использованы мной лично.

— Эх, и как же ты это сделал? В чём твоя цель?

— У меня нет причин тебе отвечать.

— …Конечно, ты можешь рассказать мне это в виде прощального подарка, прежде чем я отправлюсь в мир иной?

"Я этим одержим?" Так подумал Сатору. Однако, простой руганью и колкостями ничего не добиться. Вспомнив про Киино, и поняв, что его оппонент всё ещё был разговорчив, он решил узнать максимум из возможного.

[Примечание английских переводчиков: По каким–то причинам, автор не объясняет, что титул Лорда–Дракона Древнего Гроба перед обращением в нежить потерял своё значение в этом мире, так что эффект автоматического перевода не сработал на Сатору. Это останется загадкой вплоть до конца книги, пока автор это не объяснит. Похоже, ЛДДГ знает, что его старое имя больше не работает, поэтому и придумал новое на ходу.][10]

— А много ли ты объясняешь низшим формам жизни… муравьям, ползающим по земле? Если так – ты весьма щедрая душа. А, нет, ты прирождённый шут. Возможно я уже давно раскрыл это, сам об этом не подозревая.

— …Тц. Хм. Раз ты зовёшь себя Лордом–Драконом, то я должен быть Лордом–Нежитью? У меня, знаешь ли, сотни слуг, но я сделаю исключение, и сражусь с тобой один на один. Ты должен быть благодарен.

— Муа-ха-ха-ха! Ну разумеется! Лорд–Нежить! А-ха-ха-ха!

— Что смешного?

— А то, что ты не понимаешь, насколько это всё потешно!

Атмосфера изменилась. Сатору всегда был обыкновенным существом. Хоть у него и был опыт касательно "присутствия силы" и "жажды крови", полученный за пять лет путешествия, всё же эти вещи оставались ему непонятны. Тем не менее, он явно чувствовал боевой дух Лорда–Дракона.

Однако, сложно было назвать это серьезным отношением.

— Хоть я и могу просто подставиться под твой навык, но, думаю, было бы плохо настолько поддаваться тебе, господин Повелитель Нежити. Возможно мне тоже стоит выдать атаку? Попытайся уклониться, чтобы тебя не убило, ладно?

Кюр Илим сделал свой ход.

И пусть его движение было достаточно неуклюжим и медленным, но дистанция между ними сократилась поразительно быстро.

С подозрением, Сатору сразу понял причину такой удивительной разницы. Зомби под лапами Кюр Илима, касающиеся земли, зашевелились после первого его шага, двигая тело, как тележку по рельсам.

Если бы этому удалось обмануть его, Кюр Илим был бы уже прямо перед ним.

Сатору прищурился.

Кюр Илим поднимал правую лапу издалека, замахиваясь, будто собирался сделать быстрый пинок.

С такого расстояния ему ничего не угрожало. Он не понимал, почему Кюр Илим сделал это, но инстинкты Сатору подсказывали, что всё не настолько просто, из–за чего он решил пригнуться, уклонившись от атаки.

И в этот момент лапа растянулась, словно рулон бумаги.

Массивная лапа из зомби пролетела над головой Сатору, который пригнулся настолько низко, что почти встал на колени.

Скорость взмаха не была большой. Даже Сатору, чьи навыки были близки к воину тридцатого уровня, мог уклониться. Но он не знал, что Кюр Илимом намеренно замедлил свой удар.

— А-ха-ха-ха-ха-ха! Отлично увернулся! Но выглядишь при этом жалко!

Сатору понял смысл атаки Кюр Илима, как только услышал громкий смех. Тот хотел показать своё превосходство, заставив Сатору упасть на землю. Сатору поднял голову, и гневно крикнул.

— Да как ты посмел заставить меня ползать по земле!

— А-ха-ха-ха-ха!

После удара, лапа свернулась, словно змея, и её тень упала на Сатору. Возможно это из–за того, что она состояла из зомби, но инерции в её быстрых движениях не ощущалось. Зомби, находящиеся в суставах, хрустели и хлюпали, как будто их перемалывало во время движения.

Сатору отчаянно пытался выйти из радиуса атаки Кюр Илима. У него даже не было времени на [Полёт], пришлось убегать на своих двоих.

С глухим звуком лапа опустилась на то место, где только что был Сатору. Раздалось хлюпание, так как множество зомби оказались раздавлены.

Он всё ещё не действовал всерьез.

Эта атака, заставившая конечности зомби растянутся, как рулон бумаги, могла задеть его. И лишь по одной причине она этого не сделала.

Это больше походило на игру кошки с мышью.

— [Молния].

Сатору направил заклинание на лапу Кюр–Илима, что стояла на земле.

Бело–голубой разряд [Молнии] пронзил огромную, толщиной со ствол дерева, лапу.

Однако это принесло даже меньший результат, нежели недавний [Огненный шар]. Несколько зомби упали, но изнутри сразу вылезли новые, словно забивая протечку.

Всё выглядело так, будто тела зомби просто выплюнули. Он не знал, было ли это работой Кюр Илима, или же происходило само по себе. Но, с учётом, что тело противника состояло более чем из 500.000 зомби, не похоже, что каждого из них можно контролировать отдельно, так что второй вариант выглядит реалистичнее.

— Муа-ха-ха-ха!

Лапа вновь сдвинулась, как только Кюр Илим начал смеяться.

— И-и-и-их!

Часть передней лапы, что стояла на земле, вытянулась, и выстрелила в направлении Сатору.

Более десяти зомби протянули к нему руки, словно желая его тела. Зомби растянулись, как связанные верёвкой, и оказавшиеся позади держали тела, находившихся впереди. Таким образом им удалось растянуться на несколько метров, не касаясь земли.

Именно эта атака уничтожила Скелета–воина.

Сатору разобрался с ней в спокойной, неспешной манере.

Он немного отлетел назад с помощью [Полёта]. Зомби, которым не удалось схватить его, медленно вернулись к лапе Кюр Илима.

По сравнению с тем, как они тянули Скелета–воина, они стали намного медленнее. С чего бы это?

— Что ты сделал?! Никогда не видел, чтобы кто–то так использовал нежить! Как ты это сделал?

— Нежити твоего пошиба такого не понять. На это способен только я.

— С чего бы! [Ледяной шар]!

Хоть это и был навык, сравнимый по площади и силе с [Огненным Шаром], ледяные навыки сами по себе слабы против нежити. Так что зомби он не нанёс особого вреда. Кюр Илим даже не потрудился отвечать на него.

Похоже, это была игра в поддавки. Ну, раз так, можно делать что угодно.

— [Кислотная Стрела]!

Он активировал точечное заклятие второго уровня.

Поражённый им зомби упал.

— В чем дело, шут? Чтобы меня убить, тебе понадобятся десятки тысяч заклинаний такого уровня. Ты же Ночной Лич, не так ли? Так давай же, используй на мне своё мерзкое заклятие более высокого уровня. Или хочешь сказать, что… ты не можешь?

— Нгх!

— Тогда мы сейчас это проверим.

Кюр Илим атаковал вновь. Теперь он нацелился на Сатору.

Как и ожидалось, это был удар, но урон оказался настолько ничтожен, что надетое на нем сейчас снаряжение полностью его поглотило. Однако, кинетическая энергия никуда не делась. Сатору несколько раз кувыркнулся по земле и остановился.

Пошатываясь, он поднялся на ноги.

— Что–то случилось, шут? Мой эксперимент еще не закончен, так что смотри не умри там.

Кюр Илим тем же отвратительным образом вновь сократил дистанцию с Сатору. На этот раз он поднял левую переднюю лапу. Затем, он повторил свою обширную атаку по площади.

От неё было просто уклониться, но этой атакой все не ограничилось.

Его передняя конечность пронеслась мимо и вытянулась, став похожей на длинные и толстые щупальца. Они открыли пасти и, вцепившись в Сатору, обвили его.

Сатору принял их за змей, но потом понял, что ошибся.

"…Это драконы!!!"

Он не мог уклониться от огромной пасти зомби–дракона, и тут челюсти сомкнулись, закусив его от правого плеча по самую грудь. Зубы впились в его лопатки и, заскрипев, нанесли ему урон. Может это и был зомби, всё же он был драконом.

И хотя он знал о существовании зомби–зверей, он не ожидал, что даже дракон может стать зомби, что стало его очень большой ошибкой.

Сила зомби зависела от существа, из которого он был создан. Конечно, зомби из дракона будет в несколько раз сильнее, если не в десятки раз, чем зомби из человека. И большее количество очков здоровья означало, что для убийства одного такого ему не хватит одного лишь заклинания третьего уровня.

Хотя они не представляли опасности для Сатору, но существование зомби–драконов означало, что у него в запасе могут оказаться и более могущественные зомби–монстры. Нет, следует сказать, что они определенно были где–то там.

Сатору вдруг пришла в голову мысль.

Он не забрал жителей страны Киино, потому что они были ему не нужны.

Четыреста тысяч зомби размером с человека из города Селюк–3 было достаточно. А затем он обратил в зомби более мощных существ и спрятал их в этом теле.

"Это весьма вероятно… нет, это единственная возможность."

— …Только подумать, что ты будешь использовать себе подобных!

— Подобных? Муа-ха-ха-ха! Какой же ты шут. Да чтобы я относился к этим низшим формам жизни, как к себе подобным!?

Чем больше был дракон, тем он был сильнее. Можно ли так сказать про него? Или Лорды–Драконы были существами абсолютно другого рода? Сатору не знал. Однако, раз этот Лорд–Дракон смог обратить нескольких драконов в зомби, то часть боевой стратегии против него следовало бы изменить.

Что–то подняло Сатору.

Тело дракона начало возвращаться в переднюю ногу Кюр Элима, затаскивая Сатору с собой.

Сбежать было довольно просто. Может, это и был дракон, но всё же это был просто зомби. Сатору просунул руки в щели между зубов, впившихся в его плечо, и с силой раздвинул их.

Нижняя челюсть открылась. Сила Сатору превзошла мощь дракона, а это означало, что он не успел вырасти полностью.

Пока он думал, что таким образом он сможет потихоньку освободиться, появилась огромная рука.

— Что!

Рука, превосходящая размеры таковой у обычного человека в несколько раз, схватила Сатору.

— Еще и гиганты!?

Гигант появился из–за дракона и схватил Сатору. Он не мог определить вид этого гиганта, но он, вероятно, обитал где–то неподалеку.

Скорость затаскивания внезапно возросла, и Сатору оказался втянут в переднюю лапу Кюр Илима.

Подавления нежити, которого он опасался больше всего, не происходило. Конечно, чтобы защититься от этого, он никогда не отключал своё Высшее Сопротивление III. Кажется, его не пытались контролировать, а просто поглотили.

Это означало, что подавление нежити происходило лишь с зомби, которых он поднял собственной силой.

Пасть, кусавшая его за плечо, и рука гиганта, державшая его за торс, отпустили хватку. А вместо них рука, размером с человеческую, схватила и прижала его.

Вокруг него было так много зомби, что он не видел внешнего мира. Однако, он чувствовал, словно его несло течением. Или, если сказать точнее, то движение создавали окружавшие его зомби.

Пока он задавался вопросом, куда же его несут, его голова вдруг оказалась снаружи.

"Умело же ты управляешь нежитью", – Сатору взаправду восхищался Кюр Илимом.

Снаружи место, где он оказался, было похоже на плечо Кюр Илима. По–видимому, сюда его протащило с самого низа внутренностей.

Та же голова, только теперь она была в несколько раз меньше, смотрела на него сверху вниз.

Нет, она выглядела иначе.

Эта голова никак не могла быть сделана из зомби.

Это был истинный облик Кюр Илима. Ранее завернутый в зомби, Кюр Илим теперь показал настоящего себя.

Сатору видел только голову, и она очень походила на ту, что была сделана из зомби. Однако эта была красивой. Его яркие чешуйки струились, словно были живыми. И хотя Кюр Илим был утоплен в куче зомби, своим обнаружением нежити Сатору мог ощутить основную часть его тела. Это огромное существо перед ним тоже было нежитью.

Кроваво–красные глаза с вертикальными зрачками смотрели прямо на него.

Когда Сатору увидел эти глаза, ему вдруг вспомнилась Киино… он старался скрыть беспокойство изо всех сил.

— Аи-и-и-ие-е-е!!!

Сатору закричал.

Это был противный крик, который и следовало бы ожидать от того, кто осознал, что не сможет победить.

— Муа-ха-ха-ха, – Кюр Илим прищурился и изогнул шею, – Какой восхитительный крик. Похоже, даже нежить способна издавать подобные звуки, осознав, что конец близок.

— П–подожди! Лорд–Дракон. Нет, господин Лорд–Дракон! Я, я был неправ! Молю, примите мои извинения! Вы… вы невероятно сильны, и теперь я понял это. Я оказался неправ, поэтому прошу, сжальтесь!

— Хмпф! И только теперь ты, наконец, понял.

— Да! Вы – наимогущественнейший Лорд–Дракон! А я был неправ!

— …Вот как. Что ж…

Сатору мог предсказать, что дальше скажет Лорд–Дракон. Вот почему зомби, удерживавшие его правую руку, усилили хватку. Зомби, вероятно, прикладывали много сил. Когда их мышцы рвались, то издавали хлюпающие звуки, и Сатору прямо чувствовал, как гниющие жидкости брызжут на него. Но это было не важно. Он притворился, что его левая рука застряла. И тогда, достав свой скрытый предмет, он приготовился в любой момент использовать его.

— Так исполняй же свою роль шута до самого конца. Позволь мне насладиться криками глупой нежити, пока её давят в лепешку!

— Не-е-е-е-е-ет!

Это чувство сдавливания лишь росло, и Сузуки Сатору завопил в совершенно нехарактерной манере. Одновременно с этим он поднял кристалл, который держал в руке, чтобы Кюр Илим мог его увидеть, и активировал заключенное в нём заклинание.

— [Великая Телепортация.]

Он очутился у главных врат Селюка-3, запомненных им ранее, что и дало возможность телепортироваться к ним.

Сузуки спокойно прошел через врата и скрылся, чтобы Кюр Илим не смог его увидеть. Он навострил уши и внимательно осматривал окресности. Вымерший город, как и горы, был совершенно тих.

Не похоже, чтобы его побег привёл Кюр Илима в ярость, и погони за ним явно не было.

Это из-за неповоротливости столь огромного тела, или же противник не счёл нужным гоняться за мелкой сошкой? Потратив немного времени на наблюдение, Сузуки Сатору счёл второй вариант более подходящим.

— Итак…

Поведение Сузуки Сатору вдруг изменилось. От его недавнего жалкого образа не осталось и следа, взамен же появилась спокойная рассудительность, будто он делал выводы, анализируя результаты опытов.

Сузуки Сатору активировал анти-разведывательные заклинания. Теперь он сразу поймет, если противник попытается найти его с помощью магии.

Но Дикая Магия, которой мог пользоваться его противник, совершенно отличалась от навыков, которыми владел сам Сузуки Сатору. Нельзя было исключать, что эта магия сможет пробить все его защитные заклинания. Поэтому ему нужно действовать аккуратно, будто всякое его действие уже известно оппоненту.

Сузуки Сатору прищурился.

Он потратил столько времени на приготовления именно потому, что рассчитывал на это.

Проанализировав произошедшее в битве, он направил взор в направлении Кюр Илима.

— А ты и правда сильный.

Не хотелось признавать, но даже слов "Могучий противник" было бы недостаточно, чтобы описать это. Было сразу понятно – враг безумно силён.

Как и Сияющий Лорд-Дракон, тот тоже был силён, но Кюр Илим оказался ещё сильнее, и…

— И какой же проблемный…

Прежде всего, тот факт, что настоящее тело Кюр Илима было нежитью.

Сузуки Сатору (а точнее его персонаж Момонга) владел огромным числом разных навыков, как и полагалось нежити-магу. Но на этот раз он сражался с оппонентом, подобным себе, так что набор его эффективных защитных мер был очень ограничен.

Можно быть уверенным в том, что Кюр Илим окружил себя огромным количеством зомби. Хоть зомби и были самым слабым видом нежити, но разобраться с таким их числом – это большие затраты и времени, и маны. Что ещё хуже, там были не только зомби-люди, но и зомби-драконы. Даже если он разделается с ними, после этого Сузуки Сатору, потратившему всю свою ману, придется столкнуться с невредимым Кюр Илимом. Его положение было незавидным.

Но если судить по заклинаниям, которыми он пользовался прежде, похоже, особых зомби там не было, да и пробить высокоуровневое сопротивление физическому урону, которым обладал Сузуки Сатору, у них не вышло. Поэтому он мог игнорировать опасность получения урона и сосредоточиться на сохранении достаточного количества маны, позволив им бить его сколько угодно… Но всё было не так просто.

Когда чья-то броня ломается, естественно ожидать, что он отступит, восстановит броню и тогда уже сразится снова. Будь это так, они бы сбежали. Но не похоже, что Кюр Илим вообще думал о побеге. Хотя и возможно, что он остаётся там по какой-то особой причине, но это выглядит не особо правдиво.

Если у Кюр Илима есть способ собрать всех зомби с окрестностей, хотя Сатору не был уверен, сколько зомби находилось в соседних странах, вполне возможно, что их там десятки миллионов. И если он позволит дракону сбежать, то, в конечном итоге, чтобы добраться до Кюр Илима, ему, возможно, придется прогрызаться через всех этих зомби.

И если это случится, то такая же тактика дважды не сработает.

Чем больше они будут воевать, тем ниже будут шансы Сузуки Сатору на победу.

В этот раз ему удалось сбежать, но перед следующим боем лучше убедиться, что его высокоуровневое сопротивление физическому урону будет эффективно.

Анализировать полученную информацию, и попытаться предугадать и предотвратить действия противника – это естественно. Кюр Илим наверняка сделает ровно то же. Только глупец посчитает глупцом своего врага.

И, кстати, надо учитывать и то, что противник может попытаться помешать твоим собственным планам. Ведь он был Лордом-драконом, как Сияющий Лорд-дракон, а значит, мог владеть Дикой Магией – несравненной силой, которой в ИГГДРАСИЛЕ просто не было.

Нет… ему придётся учитывать это.

Лучше переоценить своего врага, чем его же недооценить.

Кстати, позволять ему сбежать тоже нельзя, ведь в худшем случае он объединит силы с Сияющим Лордом-драконом и атакует Сузуки Сатору снова.

Даже если Сатору удастся снять с него зомби-доспех, то, окажись его противник равным ему по силе, тот наверняка попытается сбежать.

Произойди такое, и удаче Сузуки Сатору был бы конец.

Иными словами…

— В следующем бою я должен победить и убить Кюр Илима.

Он не знал, сможет ли он это сделать.

Но иного выбора у него не было.

Прежде всего, надо уничтожить многослойную броню из зомби. Иначе настоящему телу Кюр Илима не нанести урон. Но чем больше времени он затратит на это, тем выше будет риск. Он даже не знал радиуса действия способности противника призывать зомби, и если её будет достаточно, чтобы тот смог восстановить свою зомби-броню, у Сузуки Сатору не будет и шанса.

В таком случае был нужен навык, что смог бы и пробиться глубоко внутрь, и одновременно поразить достаточно большую площадь.

В таком случае, оставался ещё один вариант…

— Сверхуровневая магия.

Сузуки Сатору задумался о самых мощных заклинаниях, что были ему доступны. Было ли среди них то, что было способно уничтожить разом всех зомби Кюр Илима?

Несколько вариантов пришли на ум сразу, но ни в одном из них не было полной уверенности.

Кстати, ведь даже если всех зомби удастся уничтожить, он не знал ничего о силе истинной формы самого Кюр Илима, так что битва всё равно была рискованной.

Удовлетворит ли Сатору добыча, или, скорее, сам факт победы?

И, рассуждая об этом, он внезапно рассмеялся.

— О чём я вообще думаю? Ведь награда за этот бой в любом случае бесценна. Я же делаю это ради Киино.

Сузуки Сатору, а точнее, его персонаж Момонга, может, и был гильдмастером, но на самом деле основная масса его усилий была направлена на создание приятной для всех атмосферы. Он не был лидером, что стоял бы над всеми и указывал им путь.

Поэтому сейчас сердце Сатору ликовало, переполненное эмоциями.

Ведь он сражался на передовой ради своего друга.

И ради счастья этого друга он жертвовал собой.

— Кюр Илим, сегодня твоя история завершится.

Голос Сузуки Сатору был тих и спокоен.

Но эти слова таили за собой огромный вес.

Часть 3.

вк.com/translate_overlord

Сатору начал сменять экипировку. Открыв раздел колец в своем инвентаре, его взгляд остановился на Кольце Аинз Оал Гоун.

Но лишь на мгновенье.

Сегодня он лично будет сражать на передовой, как гильдмастер, поэтому должен быть уверен в своей победе. Раз от кольца не было толку, то стоит отложить его, даже если оно символизирует гильдию.

Без раздумий, Сатору поменял кольца на те, что, согласно собранной информации, были наиболее эффективны в предстоящей битве против Кюр Илима.

Он поставил десять колец перед собой и использовал покупной предмет. Затем, он начал надевать их одно за другим.

Теперь эти десять колец, что были наиболее действенны против Кюр Илима, были закреплены за ним. Покупной предмет, что он только что использовал, позволял менять закрепленные кольца, и у Сузуки Сатору было лишь две его копии. Использование такого редкого предмета могло показаться глупым, но умереть, не сделав этого, было бы намного глупее. На данный момент самым главным было увеличение шансов на победу в предстоящей битве.

Наконец, он надел пару кожаных перчаток. Они не были магическими предметами, но позволяли спрятать кольца.

Ходили слухи, что у драконов есть способность обнаружения сокровищ.

Даже не зная уровень этого Лорда–Дракона или сохранилась ли у него эта способность, лучше было подготовиться и к такому ходу событий. Если его враг сильнее него, то повышение шанса на победу на 1% или даже на 0.1% было бы отлично.

Затем он открыл окно экипировки и выбрал ту, что была особенно эффективной против нежити или драконов.

Наконец, он достал свою козырную карту – Посох Аинз Оал Гоун.

Посмотрев на посох у себя в руке, Аинз улыбнулся от всего сердца.

Использовать Оружие Гильдии в настоящем сражении, чего раньше никогда не случалось, было за гранью его самых смелых мечтаний. Скорее всего, его товарищи даже не задумывались о подобном.

— Ты – доказательство существования нашей гильдии. Сделаем это.

Словно отвечая на слова Сатору, черный дым повалил из посоха, олицетворяя его намерения.

По пути сюда Сатору задумывался об одной вещи: после прихода в этот мир посох вполне мог обрести разум.

— Собери всю накопленную ярость от долгого заключения и выплесни её в этой битве! Докажи вместе со мной, что Аинз Оал Гоун непобедимы!

Он разговаривал сам с собой, поэтому никто ему не ответил. Но Сатору всё же почувствовал странное удовлетворение.

Конечно, они были непобедимы лишь на словах. В прошлом их не раз постигали неудачи. Порой, охотясь на других игроков, они сами становились добычей. Но гильдия не знала поражения, способного пошатнуть их. С их точки зрения, ты не проиграл, если можешь восстановиться.

Он вернул посох обратно в инвентарь, вытащил обычно носимый им предмет Мирового Класса и надел его. Теперь его защита была идеальной.

Если Кюр Илим может использовать ту же магию, что и Сияющий Лорд–Дракон, – а именно, Дикую магию, – то он будет бессилен против неё без этого предмета.

На этом его приготовления завершились.

Сатору взглянул на сотворенную им крепость. Должен ли он что–то сказать Киино перед битвой с Кюр Илимом?

Он покачал головой.

Говорить было нечего.

Совсем ничего.

От него требовалось лишь победить и вернуться к ней целым.

Но было кое–что поважнее.

Сатору отправил [Сообщение], а затем дал указания предмету, который мог сообщать время голосами его друзей из гильдии.

Теперь уж точно закончив с приготовлениями, он вернулся на тропу, ведущую в горы.

Он мог использовать [Полет] или же телепортироваться, но он этого не делал. Отчасти из–за того, что ему нужно было идти строго по графику, восстановить ману и много других причин, но еще из–за того, что Сузуки Сатору было немного страшно.

Раньше он сражался, считая, что всегда может убежать, поэтому он продумал множество путей отхода.

Но не на этот раз.

В отличии от ИГГДРАСИЛЯ, сейчас на кону была жизнь Сатору.

— Я лишь единожды сразился с Сияющим Лордом–Драконом и еще не привык к такому.

Сатору остановился и взглянул на свои белесые, костяные руки.

Воображение играло с ним злую шутку, или же они действительно тряслись?

— …Мне страшно.

Он только что собрался с мыслями раз и навсегда, он был настроен сражаться за товарища по гильдии, и всё же теперь он стоял на грани.

Сатору мог лишь посмеяться над собой.

— Ладно… [Хранитель Дыхания].

— [Полет].

— [Бич Драконов].

— [Благословление Заклинателя].

— [Бесконечная Стена].

— [Эссенция Жизни].

— [Эссенция Маны].

— [Великий Полный Потенциал].

— [Свобода].

— [Сквозное Зрение].

— [Паранормальная Интуиция].

— [Великая Сопротивляемость].

— [Мантия Хаоса].

— [Неукротимость].

— [Усиление Чувств].

— [Великая Удача].

— [Усиление Магии].

— [Драконья Мощь].

— [Великое Укрепление].

— [Божественная Аура].

— [Поглощение].

— [Почитание].

— [Сопротивление Природному Оружию].

— [Великий Магический Щит].

Он накладывал усиления одно за другим.

Судя по обнаружению нежити, Кюр Илим все это время не двигался.

Сатору взволновался. Может, он недооценил Лорда–Дракона?

Могло ли все это быть ловушкой? Может, его противник предугадал все его действия и сейчас полноценно готовится убить его? Может, ему давно стоило оставить Большой Шар Нежити там и сбежать куда–нибудь подальше?

Его тревога росла с каждой секундой. Он все искал причины для бегства.

Сатору не смог сдержать смешок.

Он смеялся над своей слабостью.

Сатору устремил глаза вперед, поднял правую ногу и сделал шаг.

И еще один левой ногой.

Теперь он не остановится.

Множество причин уйти всплыло у него в голове, но он отверг их все.

Он был близок к свой цели.

Затем Сузуки Сатору, гильдмастер Аинз Оал Гоун, встал лицом к лицу с Кюр Илимом.

— Мне казалось, что ты убежал, шут, но вот ты вновь стоишь передо мной. Вернулся, чтобы поклясться мне в верности? Но… что это на тебе надето?

Сатору прищурился от его слов.

Не было причин с ним разговаривать. Нанести удар заклинанием первым выглядело намного разумнее. Но атаковать магией он мог в любое время, а сделать кое–что он мог только сейчас. Не было гарантии, что это сработает, но нужно было хотя бы попытаться, вне зависимости, насколько мал этот шанс.

Сатору крикнул:

— На сей раз мы сразимся по–настоящему! Либо умру я, либо ты, Лорд–Дракон!

В отличии от Кюр Илима, который беспечно смеялся, Сатору встал в позу, в которой его кристалл был на виду.

— Хм, так это и есть источник твоей уверенности? В этот раз ты не уйдешь!

Тонкая, перепончатая субстанция расширилась и, казалось, покрыла всю гору. Она была огромной, с площадью не менее чем два километра.

Сатору не знал её названия, но он знал, для чего она была нужна.

Это был барьер, блокирующий телепортацию. Такую же Дикую магию использовал Сияющий Лорд–Дракон.

Другими словами, все шло, как он и рассчитывал.

Но было бы хлопотно, если бы они лишь выглядели похоже, а действовали совершенно по разному. Сатору тихо отдал приказ [Сообщением], а затем крикнул:

— Что ты наделал?!

— Разве не ты хотел сражаться до смерти? Тогда тебе нельзя убегать, как в прошлый раз.

Сузуки Сатору использовал заклинание из кристалла. Это был далеко не самый эффективный способ его использования, но сейчас это было необходимо.

Этим заклинанием было [Расширенная Магия: Акулий Циклон]. Обычно магию высокого уровня нельзя было поместить в кристаллы, но Расширенная Магия была исключением.

Появился торнадо шириной в 100 и высотой в 200 метров. Черный ураган, охвативший землю, разделил их.

Кюр Илим начал передвигаться.

Его взор заслонял торнадо и он не видел Кюр Илима, но способность Сатору обнаружила массу сигналов нежити за торнадо.

Когда Кюр Илим решил прорваться сквозь торнадо, Сатору бросился на него первым.

"Он не насторожен и не пытается уклоняться… В какой он стороне?"

Тени, плывущие по торнадо будто по океану, были шестиметровыми акулами, которые разрывали зомби на мелкие куски. Но это было незначительно, по сравнению с массивным телом Кюр Илима. При вхождении в торнадо немного зомби было уничтожено, но этим все и закончилось. На поверхности Кюр Илима было их бесчисленное количество. Огромная разница в размерах позволяла ему спокойно пройти сквозь торнадо, отделавшись потерей нескольких зомби.

Огромный Кюр Илим мог посчитать это заклинание лишь бессмысленным сопротивлением. Было странно для Сузуки Сатору выбирать именно его, но он должен был в кое–чем удостовериться.

Он начал быстро думать.

Почему Кюр Илим решил прорываться сквозь торнадо?

Найдя ответ, он ответил: "Понятно".

Надевая кольцо, он задавался вопросом, в чём была причина, но теперь все стало понятно.

Обычно, у драконов прекрасное зрение. Порой они могут даже видеть, что происходит за песчаным штормом. В таком случае, ему не нужно было прорываться сквозь торнадо. Он мог просто отправлять зомби с его конечностей в атаку, находясь при этом в безопасном расстоянии от торнадо. У надменного Кюр Илима не было причин нападать лично.

Но почему же он решил действовать так?

Ответом было то, что как и при [Взоре Немертвого Раба], Кюр Илим смотрел через глаза зомби. Может он и использовал для этого магических зверей с невероятным зрением, но после обращения в зомби большинство их способностей терялось. Поэтому зрение этих зомби могло быть лишь выше среднего, и Кюр Илим, скрытый тысячами зомби, не мог видеть сквозь это торнадо.

Вполне вероятно, что он мог видеть и глазами зомби с его крыльев или ног, но его движения и то, как он двигал головой, чтобы захватить цель, ясно давали понять, что он использовал зомби с головы – а точнее, с области глаз.

У Сатору был план на этот случай.

Он вытащил Оружие Гильдии из инвентаря и выпустил его.


Повелитель. Принцесса-вампир утерянной страны

— Вперед, Посох Аинз Оал Гоун! Запустить режим автоматического перехвата!

Посох, повинуясь приказу, начал двигаться сам по себе.

В то же время Сатору воспользовался брешью в обороне противника.

Козырь, который могли использовать лишь игроки, прокачавшие класс Затмение.

Этот уникальный навык назывался [Цель Всей Жизни – Смерть].

Часы, предвещающие смерть, появились позади Сузуки Сатору, и он использовал мощное заклинание на Кюр Илима, прорывающегося сквозь торнадо.

Словно второй Сатору, посох использовал наиболее подходящее заклинание.

В посох было вставлено семь драгоценных камней божественного класса, соответствующих элементам Солнца, Луны, Земли, Огня, Ветра, Воды и Времени, с возможностью использовать заклинания каждого из камней.

Сперва он использовал заклинание Камня Огня.

Это было божественным заклинанием областного типа [Огненная Буря].

Волшебное пламя окутало голову Кюр Илима. Зомби, служившие ему глазами, были уничтожены и зомби изнутри начали занимать их места.

Но он уже предвидел это. Ему было нужно лишь ослепить Кюр Илима на мгновенье.

В то же время, его ноги слегка замедлились, видимо, из–за слепоты, что не могло не радовать.

Сатору с посохом сошли с траектории Кюр Илима, чтобы он не раздавил их при разбеге, и использовали свои заклинания.

Огромный магический круг образовался возле Сузуки Сатору.

Это означало, что он читает сверхуровневое заклинание.

Сузуки Сатору использовал покупной предмет и сократил время его чтения.

И затем…

— [Подношение Тёмного Урожая (Йа Шаб–Ниггурат)]!

Что–то похожее на черный ветер пронеслось мимо него. И хоть торнадо тоже подымало ветер, эти заклинания были принципиально разными. Черный ветер не имел физического воздействия и физические средства не могли ему противодействовать.

Сверхуровневое заклинание [Йа Шаб–Ниггурат] не было особо устрашающим. Оно имело ауру мгновенной смерти, поэтому было бесполезным против нежити, големов и других безжизненных существ. Будучи эффективным против живых игроков и противников в целом, было сложно представить кого–то на уровне Сузуки Сатору без иммунитета к мгновенной смерти.

Откровенно говоря, маленькое странное заклинание, которое имело лишь ауру мгновенной смерти. Но с помощью умения класса Затмение, оно превратилось в злобную, ужасную магию.

Часы за Сатору пробили двенадцать, и, с прочтением заклинания, стрелки начали двигаться.

В это время Сатору уже начал приготовления к следующему шагу.

Он не мог дать Кюр Илиму времени на размышления. Сейчас все решится. Если он позволит противнику хоть немного укрепить свою защиту, или же [Йа Шаб–Ниггурат] будет прерван, то это будет неминуемым поражением Сузуки Сатору.

Он бы мог использовать [Остановку Времени], но она была неэффективна в битве против Сияющего Лорда–Дракона, значит и не сработает с настоящим телом Лорда–Дракона Кюр Илима. Однако нельзя было сказать того же про зомби вокруг него. Если бы их защита была на том же уровне, что и у Кюр Илима, то все предыдущие атакующие заклинания не возымели бы эффекта, и сейчас бы не было столько поверженных зомби.

Другими словами, у них не было никаких магических предметов.

Надетые магические предметы наделяли владельца своими способностями и имели схожую с ним сопротивляемость. Например, надетое на Сатору ожерелье имело бы одинаковую прочность с таким же, лежащим на земле, но его было бы значительно сложнее сломать.

В нынешней ситуации защита Кюр Илима не распространялась на его зомби. Они считались не снаряжением, а скорее подконтрольной нежитью, висящей на его теле.

Проще говоря, они были обычными зомби. Если он использует [Остановку Времени], то это сработает на всех зомби, даже если сам Кюр Илим не будет ей подвержен. Они станут тюрьмой, сдерживающей его внутри.

Это казалось ему отличным ходом, но кое–что не давало ему покоя.

А именно, какова природа сопротивляемости к остановке времени у Сияющего Лорда–Дракона?

У самого Сатору она была особенностью экипировки, но было не похоже, что на Сияющем Лорде–Драконе было что–либо надето. Значит, это была врожденная сопротивляемость?

Если это так, то хорошо. Но можно ли распространить её на других, скажем, каким–нибудь защитным заклинанием?

Безусловно, заставить противника использовать подобное заклинание было бы весьма неплохо, но проблемы возникнут, если оно также сработает против козыря Сузуки Сатору.

Именно поэтому он не решался использовать [Остановку времени].

Вместо этого он произнес другое заклинание.

Первым делом нужно выиграть время.

Было бы плохо, если противник начнет игнорировать его и углубится в защиту, поэтому сперва следовало сбить его с толку. Его противник, как и подобает нежити, не поддался бы эмоциям, но если он будет использовать различные атаки, заставив его забыть о защите, то этого будет достаточно.

В то же время он отменил [Акулий Циклон]. Это было не самое подходящее время, но Сатору обнаружил собаку–зомби, которая все это время находилась позади Кюр Илима. Она находилась так далеко, что без сверхзрения нежити, он бы вряд ли заметил её.

— [Армагеддон – Силы Зла]!

Тьма, закручиваясь в вихрь, сгустилась вокруг Сатору.

Пространство вокруг него пузырилось, издавая булькающие звуки, и из бездны родились демоны.

Первыми возникли Низшие Демоны с уровнем ниже 10. Всего их было 128. Нет слова более подходящего им, чем "уроды". Раздутая голова, левая рука была неёстественно тощей, тогда как огромная правая состояла из скрученных воедино щупалец, а ноги были разного размера. У них не было отличительных половых признаков, а из многочисленных отверстий в теле вытекал желтый гной.

Все их существо говорило, что они рождены, чтобы осквернить этот мир.

Демоны, рожденные для убийства и разрушения, не были под контролем Сатору и нападали на все без разбору. Так уж случилось, что рядом с ними оказался Кюр Илим, который и стал их мишенью.

И вся орда демонов ринулась в атаку.

— Прочь с дороги! Жалкие слабые демоны!

Рев Кюр Илима вызвал улыбку на лице Сатору.

Вот и все.

Как только Кюр Илим восстановил зрение, его тело начало извиваться, а слой зомби, покрывавших его голову, сформировали толстые щупальца. Более 20 конечностей в миг обрушились на демонов.

Демона нельзя одолеть одним ударом. Однако зомби–щупальца хватали демонов и засасывали их внутрь тела Кюр Илима. Одному низшему демону было сложно сопротивляться силе десятка зомби.

Поглощенных демонов скручивали и терзали, пока их останки не превратились в кашу, а затем вернулись в преисподнюю.

Тем не менее, все было в порядке.

Даже хорошо, что все обернулось именно так.

Было бы проблемно, если бы победа над ними заняла у него много времени.

Так случилось, что призванные существа были крайне слабыми. Было бы крайне неприятно, если бы Кюр Илим не знал, что это всего лишь демоны, и воспринял бы их как сильного противника. Не без удовольствия подтвердив это, Сатору не позволил проявиться насмешливой улыбке на своем лице.

Из черной воронки вокруг него вновь проявились пузыри, породившие демонов в районе 20 уровня – Адских Жнецов.

Эти демоны были похожи на смесь человека, богомола и прочих существ. Их гигантские косы были покрыты ядом и сверкали стальным блеском.

Всего их было 64 демона.

Расправив свои богомоловые крылья, они, как и Низшие Демоны, направились к Кюр Илиму.

Возможно, запаниковав, тело Кюр Илима начало извиваться, пульсируя изнутри. А затем, щупальца, состоящие из Драконов и Гигантов, бросились на демонов.

Одно из них потянулось к Сатору.

— [Стена Скелетов]!

Щупальце врезалось в возникшую стену. Это была невероятно быстрая и мощная атака, словно машина, ехавшая прямо на него на полном ходу.

Стена из костей не могла устоять перед такой подавляющей силой и была разрушена. В то же время куски плоти зомби, что составляли щупальце, раскидало во всех направлениях после удара о стену.

— Что?!

— Ты опоздал. Время вышло.

Как только Сатору, который все это время тихо отсчитывал в своей голове, произнес это, часы, предсказывающие смерть, завершили оборот, и их обе стрелки вновь указывали на небо.

И в этот момент – мир умер.

Земля обратилась в пустыню. Даже воздух казался мертвым.

Все виды зомби, которых определенно оказалось больше 400.000, а может и более миллиона, рухнули на пустынную землю. Сатору подлетел обратно, сократив огромную дистанцию между ними.

Это заклинание также прикончило и демонов, которым для жизни был необходим воздух. Но это ничего не значило для Сатору. Все потому, что теперь истинная форма Кюр Илима была раскрыта.

Вся эта куча нежити действительно имитировала тело Кюр Илима. Но хоть они и были похожи, всё же истинная форма выглядела более изящно. Настоящее тело Дракона–нежити было похоже на кошачьего хищника, чьи хвост и шея были очень длинными.

В то же время вокруг него вновь образовались черные пузыри, из которых появились демоны порядка 30 уровня – Гниющие Демоны. Они были ростом более двух метров, а их черная смолистая кожа напоминала бурлящее болото. Пузырьки поднимались вверх и лопались на поверхности, выпуская желтый газ, вызывающий гниение. Несмотря на то, что Сатору был окружен ими, газ был для него безвреден, так как он был нежитью.

Всего появилось 32 демона.

Сатору пожал плечами.

— Ты уменьшился, Лорд–Дракон.

— Так ты ублюдок Императора–Дракона? Это заклинание… это мощное снаряжение… Я никогда не забуду это…

В его голосе читалась искренняя ненависть. Сатору вспомнил, что Сияющий Лорд–Дракон тоже сказал что–то в этом духе, и, не отрываясь, смотрел на Кюр Илима. Конечно, он также не забыл нажать кнопку на браслете, где был запечатан голос его друга.

— Тебе не кажется, что ты запоздал с выводами?

— …Твой шутовской акт выдался на славу. Я был полностью обманут твоей шарадой.

Черные пузыри снова возникли, и из них в этот раз появились демоны 40 уровня – Молельщики. У них были женские тела и голубовато–белая кожа. С первого взгляда и не скажешь, что это демоны. Однако их глаза, носы и рты были зашиты нитками, а руки были сшиты вместе, будто моля богов о милости. Их было восемь.

Кюр Илим передней лапой смел Гниющих Демонов, бросившихся на него, убивая их одним ударом.

Призванные демоны разом напали на Кюр Илима, словно ожидая этого момента. Однако Кюр Илим направил свой взор на Сатору, будто бы подчеркивая, что только тот был для него противником. Он взмахнул своими передними лапами, крыльями и хвостом, уничтожая демонов одного за другим.

На Кюр Илима не действовало ни "оханье" Молельщиков, ни "гниющий газ" Гниющих демонов. Вероятно, не только потому, что он был нежитью, но и из–за наличия сопротивления к ним.

Демоны стали атаковать с помощью магии, но из–за различий в их уровнях урон оказался незначительным.

Сатору, наблюдая за этим, как обычно сохранял спокойствие. Изначально он поставил Кюр Илима вровень с Сияющим Лордом–Драконом. Для такого могущественного существа истребление подобных демонов было бы детской забавой. Если бы такую комбинацию атак принял на себя Сатору, то даже он получил бы ощутимый урон.

Но конечно, он не собирался позволять подобному случиться.

Появилось еще больше черных пузырей и появились демоны примерно 50 уровня – Дьяволы Войны. Это были демоны в полном комплекте латных доспехов, выглядящие как воины. В руках у них были мечи, объятые черным адским пламенем, а их черные крылья прорывались сквозь броню. Их было четверо и они правда выглядели весьма круто.

Обычно это заклинание призывало двух 60–уровневых и одного 70–уровневого демонов, но вместо этого Сузуки Сатору решил призвать побольше низкоуровневых демонов. Поэтому, тут было вдвое больше демонов с уровнем от 10 до 30.

На этом эффект заклинания закончился.

Дьяволы Войны использовали способность, которая работала как командирское усиление, улучшающее способности всех призванных демонов. Но столь незначительное усиление не имело значения против высокоуровневого дракона, который крушил демонов своим длинным хвостом, когда они читали свои заклинания.

Кюр Илим выглядел необычайно спокойным, аккуратно истребляя всех этих демонов.

"Это нехорошо", – подумал Сатору. Лучше бы он продолжал смотреть на него свысока, как до этого.

— Пришло время тебе умереть. Твоя…

— Погоди–погоди, зачем так спешить? У меня есть к тебе просьба, как же это называлось… умереть, ни о чем не жалея? Разве так сложно проявить хоть немного милосердия ко мне?

— У меня нет ни капли жалости к тебе подобным, что загрязняют собой этот мир.

Кюр Илим со свистом свернулся.

Драконы напоминали кошачьих хищников, к примеру, своими грациозными движениями. Поза Кюр Илима означала, что он собирается наброситься на свою добычу – Сузуки Сатору.

Он собирался игнорировать всех демонов вокруг, что было верным решением. Встреться Сатору с существом, способным ему навредить, и существом, которое не может, вполне очевидно, кого он будет больше опасаться.

Решив, что он больше не сможет потянуть время, Сузуки Сатору начал провоцировать Кюр Илима. Хоть он и старался вывести его из себя, было ощущение, что это не сработает, так как его противник был нежитью.

— Муа-ха-ха-ха, куда делась твоя улыбка? Что стало с твоим пренебрежением? Не торопись…

Глаза Кюр Илима сузились в ненависти.

— …И прочувствуй своё уничтожение, ублюдок Императора Драконов!

Затем, словно это было заклинание, Кюр Илим начал бежать, давя зомби на своих ногах. Но это его нисколько не замедлило.

Летающие между ними Дьяволы Войны попали под его атаку и были далеко отброшены. Хоть это их не убило, из–за полученных травм они были практически мертвецами.

— Ой–ой, – посмеялся Сатору приближающемуся Кюр Илиму, – Я еще не закончил атаковать.

Черная сфера всплыла в воздухе.

А затем упала на землю, словно ожидая приказа Сузуки Сатору.

Неожиданное развитие событий заставило Кюр Илима отскочить назад, сохраняя дистанцию с Сузуки Сатору. Как ему удалось так резко отступить, сведя на нет набранную скорость, несмотря на инерцию?

Упавшая сфера разорвалась, как мешок воды или плоды фруктов при столкновении с землей. Изнутри вылилась черная, смолистая субстанция, не отражающая свет, которая выглядела, будто окрасит все, к чему прикоснется, в черное.

Она поглотила всех зомби.

Черная грязеподобная субстанция пропитала его ноги, но Сузуки Сатору не боялся.

Он следил за Кюр Илимом, уничтожавшим демонов. Сузуки Сатору не предпринимал попыток атаковать его и вел себя довольно расслабленно.

Между ними выросло дерево.

Сперва оно было одно, затем их число стало расти. Два, три, пять, десять… это были щупальца, раскачивающиеся даже без ветра.

— М-М-МЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е!!!

Внезапно послышалось приятное блеяние козы. И она была не одна – их было словно стадо.

Словно вытягиваясь за этим звуком, жидкость испустила глухой стон, и из неё что–то появилось.

Эти существа были ненормальными, слишком ненормальными.

В высоту они были почти 10 метров, но это не считая их щупалец.

Они были похожи на репу с бесчисленными черными щупальцами вместо листьев. Их плотные корни напоминали комки плоти, и у них было пять козьих копыт.

Часть с корнем, то есть комкообразная часть, была разломана и расколота в нескольких местах.

Даже Кюр Илим настороженно наблюдал за всем этим. Не похоже, что он собирался атаковать.

Это напомнило ему Лорда–Дракона, с которым он сражался ранее.

"Ах, так вот оно что. Они… никогда раньше не сражались с существами такого уровня, по крайней мере, не очень часто."

Почуяв возможность, Сузуки Сатору улыбнулся, а затем…

— М-М-МЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е!!!

Приятное блеяние исходило из этих разломов.

Это были пасти, сочившиеся слюной.

Эти пять внушающих страх монстров назывались "Тёмные Младые".

Это были монстры, появившиеся в количестве пропорционально количеству жертв [Йа Шаб–Ниггурат].

У них не было никаких особых способностей, но они обладали исключительной защитой и их уровень был свыше 90.

— Хо-хо, это новый рекорд… Кюр Илим, похоже, все люди, которых ты пожертвовал ради своего глупого плана, жаждут твоей смерти!

Это было невозможно. У мертвых нет своей воли.

Но это могло быть возможно в этом мире. Мысль, что Тёмные Младые вобрали в себя последние желания умерших, не покидала головы Сузуки Сатору.

Их щупальца были чрезвычайно длинными, и похоже, что они ожидали приказа Сатору. Возможно, дело было в этом.

— Ладно, вперед!

Тёмные Младые заблеяли и рванули на Кюр Илима.

Кюр Илим ударил хвостом прямо по корпусу Темного Младого и вырвал из него кусок тела, вызвав извержение смолянистой крови. Однако тот задрожал лишь на мгновение, а затем его толстые ноги крепко встали на землю, без видимого замедления в скорости передвижения.

— Что!?

Возможно, он предполагал, что Темный Младой будет отправлен в полет, или просто исчезнет, как прочие демоны. Но тот сблизился с Кюр Илимом в момент его замешательства и они столкнулись.

Кюр Илим пошатнулся от удара.

Тёмные Младые окружили его и нападали, ударяя Кюр Илима своими щупальцами бесчисленное количество раз, иногда даже приближаясь для укусов.

— Не смотри на меня свысока!

Окруженный Темными Младыми, Кюр Илим крутился и уворачивался в стиле кота, используя свои крылья, хвост, ноги и клыки для контратаки.

Только теперь Сатору применил на него заклинание. Ему больше не нужно было притворяться надменным. На сей раз он закроет пути действий для своего оппонента и приведёт его к тому, что был заготовлен.

Он использовал заклинание [Односторонняя Дуэль].

Заклинание третьего уровня, оно привязывало заклинателя к цели таким образом, что когда цель пыталась сбежать с помощью телепортации, оба оказывались в одном и том же месте.

Такой эффект мог игнорировать даже использование целью [Задержки Телепортации] и телепортировать их обоих в обозначенную зону. Однако у заклинания был фатальный недостаток. Если цель телепортировалась к своим друзьям, заклинатель также появлялся там благодаря их связи, и оказывался окружённым.

Такой была причина нахождения вроде бы полезного заклинания в пределах третьего уровня. До одного из обновлений, его можно было использовать на члене команды и телепортироваться вместе с ним, но после патча его можно было применить лишь на врагов.

Разумеется, если бы Кюр Илим решил телепортироваться к Сияющему Дракону–Лорду или к подобному по силе Дракону–Лорду, главным приоритетом станет немедленный побег. Как и подразумевало название [Односторонняя Дуэль], заклинание предоставляло преимущество того, что если заклинатель телепортировался прочь, его противник не перемещался вместе с ним, что делало бегство тривиальной задачей.

Затем посох гильдии также применил заклинание.

Им было заклинание восьмого уровня, [Запирание Измерений].

Хотя демоны, ангелы и прочие аутсайдеры часто использовали эту способность в форме умения, одноимённое заклинание имело ту же функцию. Оно предотвращало моментальное перемещение с помощью телепортации наружу своей зоны действия, но не ограничивало физические передвижения. Для избежания этого, Сатору следовало зорко следить за каждым шагом Кюр Илима.

Тот находился внутри зоны [Запирания Измерений]. Попытайся он покинуть зону и телепортироваться снаружи, [Односторонняя Дуэль] возымела бы эффект.

Сатору с посохом гильдии соорудили магическую темницу. Тёмные Младые служили физической темницей.

Похоже было на то, что Тёмные Младые находили нападавших на них демонов раздражающими.

Хотя они и были призваны одним заклинателем, демоны, вызванные с помощью [Армагеддона – Сил Зла] были доступны как приемлемые цели. По этой причине призванные одним и тем же заклинателем монстры могли сосуществовать.

Поскольку он не мог отдавать приказы демонам, не находящимся под его контролем, у него не было выбора помимо приказа Темным Младым мириться с этим.

Сатору приказал Темным Младым "мириться с этим, поскольку демоны не повредят вам, даже если не будете защищаться", а затем применил заклинание.

— [Тройная Предельная Магия: Рассечение Реальности].

Атакующее заклинание высшего ранга впилось в тело Кюр Илима.

Скорее всего, это был самый большой объём урона из полученных им среди всех битв до сих пор, и глаза Кюр Илима словно пытались прожечь Сузуки Сатору насквозь.

Посох гильдии применил заклинание, запечатанное в Камне Солнца – [Сияющий Взрыв].

Это было заклинание с воздействием на площадь, наносившее дополнительный урон злым существам и нежити, тем сильнее, чем ниже было значение их кармы. В свою очередь, с увеличением кармы цели, урон по ней снижался или обнулялся.

Разумеется, Тёмные Младые так же были бы под ударом, поскольку Кюр Илим находился между ними. Но поскольку значение их кармы равнялось 0, несмотря на их внешний вид, они не получали много урона.

Демоны же получали урон по площади и начали воспринимать посох гильдии как врага. Однако поскольку демоны были связаны единым правилом: "не нападай на своего призывателя", – они не атаковали посох, считавшийся частью снаряжения их призывателя.

То, как демоны удвоили интенсивность атак на Кюр Илима и Темных Младых могло выглядеть, будто они выплёскивали своё раздражение.

— Аа-а-а-а-а-а-а-ах! Чёрт бы тебя побрал! Чёрт тебя побери, ты, ублю-ю-ю-ю-ю-юдок!

Голос Кюр Илима звучал стеснённо. Шах и мат. Мелкая разница в уровнях ничего не значила теперь, когда последняя фигура вступила в игру.

Всё было бы совсем иначе, будь Кюр Илим определённым исключением, о котором знал Сатору. Он не ослаблял атак, поскольку знал монстров типа "танк", не позволявших нападавшему определить, насколько сильно они были повреждены.

— [Тройная Предельная Магия: Рассечение Реальности].

Он продолжал применять сильнейшее известное ему атакующее заклинание, поскольку он был настроен не давать врагу времени перевести дыхание и победить его здесь и сейчас. В то же время посох гильдии применил своё заклинание.

[Призыв: Первородный Огненный Элементаль].

Пламя взвылось в небеса, достигая шести метров в высоту, а затем медленно сгустилось в гуманоидную форму.

Лучший возможный ход для укрепления преимущества.

Хоть Сатору и желал сделать это сам, к его сожалению, он не мог.

Призванный Первородный Огненный Элементаль проделал свой путь между Темными Младыми и ударил Кюр Илима пламенными кулаками.

— [Тройная Предельная Магия: Рассечение Реальности].

Посох гильдии применил заклинание девятого уровня, божественного ранга, [Разлом Земли].

Как только Кюр Илим был поранен [Рассечением Реальности], земля разверзлась и трещина поглотила ногу Кюр Илима, оставляя его застрявшим в ней, как животное в медвежьей ловушке.

Эффект мгновенной смерти не активировался, как Сатору и ожидал. Однако эффекты урона со временем и препятствия движению должны были примениться.

Хотя он и не мог понять, как трещины в земле могли возникнуть в пустыне, таков был принцип заклинания.

"Я победил… да нет же."

Сатору моментально напрягся в момент расслабления.

Истинно то, что Кюр Илим должен был лишиться вариантов действий в таких обстоятельствах. Даже Тач Ми не смог бы, наверное, выбраться из такого. Но дело бы обстояло совсем иначе, имей Кюр Илим козырь в рукаве. Это очень походило на битву с Сияющим Лордом–Драконом… Лорды–Драконы такого уровня имели супер умение в виде Дикой магии. Он всё ещё не мог терять бдительность.

Пока посох гильдии применял свои атакующие заклинания, Сатору осмотрел корпус Кюр Илима, его правую сторону, затем верхнюю от неё, и нацепил на себя браслет. Как хорошо сможет адаптироваться к обстоятельствам его собственный туз в рукаве, и как сыграет его оппонент? Это должно было стать моментом, определяющим победу и поражение.

"…Киино… Я вернусь к тебе в безопасности…"

"Почему?" – думал Кюр Илим в глубине своего хаотичного разума.

Почему он был доведён до такого отчаянного положения, несмотря на его безукоризненное планирование? Ублюдок Императора–Дракона… почему он, наиболее самоотверженный из шести Драконов, готовившийся уничтожить заразу этого мира, был загнан в такую ситуацию?

Ответ был очень прост.

Кюр Илим знал о существование врагов своего уровня, но никогда не сражался с ними.

В прошлом он избегал существ уровня Сузуки Сатору. Не потому, что он был слаб, но поскольку его интеллект подсказывал ему, что их невозможно победить.

Из–за особенности своего ума Кюр Илим потерял шанс к пониманию и изучению. Важность предварительной подготовки, правильное использование силы, необходимость откинуть гордыню и работать с другими – он не понимал ничего из этого.

Сузуки Сатору и Кюр Илим.

Таковы были различия между этими могучими существами.

Во время игры Сатору накопил обширные объёмы опыта в битвах с равными себе и понимал необходимость сражаться вместе с друзьями. Кюр Илим же не знал об этом ничего.

Имей Дракон подобный опыт, он бы не был принижен до такого состояния. Он мог бы быть способен убить Сатору.

Однако… он не смог.

Таким образом для Сатору, анализировавшему способности врага и делавшему приготовления для гарантии превосходства, было естественным выйти победителем.

Но лишь в теории. Нельзя было так просто решить это в реальности.

Существовала разница в личной силе.

Точно так же, как муравей не мог надеяться даже потревожить слона, без разницы от уровня подготовки. Различие в личной силе могло бы стать предельной преградой. Драконы всё же были мощнейшими существами даже после превращения в нежить, поскольку их базовые способности сильно превосходили таковые у Сузуки Сатору.

Все Истинные Лорды–Драконы также обладали определённой могущественной силой. В случае Кюр Илима, он оттачивал эту силу, готовясь разделаться с Игроками.

По этой причине Кюр Илим сделал себя таким.

Дикая магия.

Дикая магия Кюр Илима считалась самой зловещей из всех заклинаний, которые могли применить Лорды–Драконы.

Естественно, она требовала уплаты огромной цены за своё использование.

Но поскольку Кюр Илим чувствовал, что будет уничтожен, продолжи всё так идти, он применил заклинание.

Кюр Илим открыл свою пасть.

Это происходило не так, как змея бы заглатывала свою добычу. Его пасть разверзлась, пока щель не достигла диаметра его шеи. Разделённая часть отвисла, как будто гигантская пасть в несколько дюжин метров шириной собиралась поглотить всё.

И затем оно изверглось из этого массивного рта.

"Дыхание Душегуба".

Заклинание Дикой магии, считавшееся равным по мощи предмету Мирового Класса "Лонгину". Это была неотразимая сила, способная отделить душу у любого, к кому она применялась.

Необычайно зловещая сила поглотила всё вокруг.

***

Киино не могла отвести глаз от черной сферы, парящей над горой.

Даже с такой дистанции она осознала, насколько это штука огромна.

Но что это такое? Какого черта там вообще происходит? Вопросы сменялись новыми вопросами, но по настоящему важным был лишь один: "Что за сила могла сотворить такой ужас?"

Была ли это секретная техника её спутника Сузуки Сатору? Или то было творение его противника, того самого существа, что отнял у Киино её страну, её семью и всё, что ей было дорого?

Чем бы ни была вызвана эта аномалия, ясно было лишь одно – подобная мощь лежала далеко за пределами способностей Киино. Подобное по силам лишь стоящим на вершине мироздания.

Если это дело рук Сатору, то все в порядке. Хотя нет… это не так.

Ведь если так, то это означает что Сатору, способный играючи сокрушить любого противника, кроме Сияющего Лорда–Дракона, столкнулся с кем–то, потребовавшим использовать такую силу.

Иными словами – Сузуки Сатору встретил равного себе.

Могущество Сатору было несомненно.

Кинно провела с ним пять лет. Дольше она знала только своих родных. И за годы странствий Киино хорошо изучила своего спутника.

Он был далеко не идеалом.

У него был ужасный вкус, когда дело доходило до названий, он с пренебрежением относился к живым, мог мгновенно выдумывать самые невероятные небылицы, с легкостью пожертвовал бы жизни других ради себя… и ради Киино. Он был жестокой личностью.

Но при этом у него имелось множество достоинств.

Он всегда и со всеми был вежлив. Он был очень любопытен. Он всегда с нетерпение ждал встречи с неизведанным. Он даже научился правильно расчесывать ей волосы. Сатору всегда относился к ней, как к равной, несмотря на то, что Киино было слаба и лишь обременяла его. И самое главное – он был очень добр.

Киино обняла себя за плоскую, детскую грудь, которая уже никогда не вырастет.

Ведь Сатору был тем, кто защищал её, сражаясь с невероятными монстрами, даже с самим Сияющим Лордом–Драконом. Более того, он смог выжить и благополучно отступить в том бою. Он наверняка к ней вернется, верно же?

Но неважно как она убеждала себя в этом, Киино не могла не чувствовать страх перед лицом такой силы.

— Ты ведь вернешься, верно? Ты целым и невредимым вернешься ко мне, правда ведь?

Именно Сатору спас её, когда она лишилась абсолютно всего.

И Киино верила, что он продолжит быть её спасителем.

Киино Фасрис Инверн обрела вечную жизнь. Теперь она – ненавистное живыми существо, и даже если она заведёт живых друзей, в конечном итоге время заберет их всех.

И тогда, когда она чувствовала себя похожим образом, пришла та ночь.

Как же ей повезло встретиться с ним в мёртвом городе…

Сатору смог бы шагать с ней навстречу вечности. Он бы никогда не позволил ей вновь познать одиночество брошенного в этом мире. Их встреча была предопределена судьбой.

— …

Но сейчас его не было рядом. Сатору мог отказаться от неё и сбежать в любой момент. Это беспокойство без остановки терзало Киино.

Но она хорошо знала, что Сатору пошёл на битву ради неё. И Киино была благодарна.

— Сатору, постарайся…

Киино молилась.

Когда–то она верила в богов, но после обращения в нежить боги в её сердце умерли вместе с ним. Киино осознала, – Боги никогда не отвечали мольбам.

Поэтому она возносила молитвы лишь ему одному.

Она молилась тому единственному, кто смог облегчить её боль.

Она молилась Сузуки Сатору.

"Пожалуйста, береги себя и вернись ко мне."

***

Он мог видеть что–то чёрное в пасти Кюр Илима, нечто настолько зловещее, что даже такая нежить, как Сатору, испытала холодок по телу. Нечто настолько ошеломительное, что его природные инстинкты самосохранения были на пределе.

Слишком опасно, слишком жутко.

Столкнувшись лицом к лицу с чем–то, затмевающим его собственную силу, Сатору потерял хладнокровие и выкрикнул:

— Тёмные Младые, блокир…

С приказом всё было в порядке. Но было уже слишком поздно.

Кюр Илим изверг нечто похожее на массивный и плотный луч тьмы.

Луч поглотил всё перед собой.

Мгновение спустя Сатору почувствовал (благодаря своей связи с призванным монстром) как Тёмный Младой был уничтожен, едва только луч света коснулся его тела. Огромная туша, чей уровень превышал девяностый и защита превосходила таковую у Сатору, была уничтожена.

Вероятно, это был не эффект мгновенной смерти, поскольку Тёмный Младой отражал такое воздействие.

Тогда что же это… Сатору думал о своём козыре, который он только что использовал. Было ли это нечто подобное?

Но чёрный луч, выпущенный Кюр Илимом, не был скован недостатками козыря Сатору.

Было ли это улучшенной версией его умения?

Чёрный луч дико прыгал по целям вокруг себя благодаря кручению Кюр Илимом своей длинной шеи, и уничтожил очередного Тёмного Младого. Первородный Огненный Элементаль также не сумел избежать моментального искоренения. За ним последовали третий и четвёртый Тёмный Младой, вместе с демонами. А затем…

Сатору вспомнил один видеоклип. На видео игрок, собиравшийся уходить из игры, отдал свой ценный предмет важному НИП. Посреди шторма проклятий наподобии "Чёрт побери!", "Дерьмовый гад!", "Чёртовы гуманофобы!" и т. д., он вспомнил название предмета…

Это был…

— Лон… [Стена Скелетов]!

В это время, посох применил [Покров Луны].

Обе защиты развернулись перед ним в один момент. Это была двухслойная защита, состоявшая из физического и нематериально–магического барьеров.

Однако краем своего ума он спокойно принимал тот факт, что защитные барьеры были бесполезны против предмета Мирового Класса типа "Лонгина".

На деле луч с лёгкостью прошел сквозь барьеры, будто их и вовсе не было, продолжив поглощать всё на своем пути.

Луч тьмы, направлявшийся к нему, не нёс в себе никакой очевидной разрушительной силы или давления.

Однако это был смертельный удар.

Когда все досадные помехи были устранены, Кюр Илим вытащил лапу из расщелины.

Хоть и было небольшое ощущение боли от ноги, это ничего не значило. Возможно, будь он живым, необработанная рана могла бы навлечь замедление скорости передвижения из–за повреждённой конечности, но такой негативный эффект не действовал на нежить.

К тому же, нежить не страшилась боли.

Это и стало одной из причин, почему Кюр Илим, который когда–то был трусом, решил стать нежитью.

Дракон посмотрел перед собой, и в его алых глазах пылала ненависть. Перед ним лежал мир, превратившийся в пустыню, абсолютно чуждую всему живому. Здесь же была стена из костей и мерцающая разными цветами завеса, будто бы созданная из тончайшей ткани.

Его острое драконье чутьё подсказывало ему.

Загрязнитель мира все ещё был здесь. Как будто они ждали, пока Кюр Илим осознает это, две стены исчезли, словно растворились в воздухе.

Заклинатель, что довёл Кюр Илима до предела, спокойно стоял перед ним. Позади него левитировал посох.

Хоть у него и не было причин сомневаться в своих чувствах, его противник не был никоим образом повреждён.

Подобные стены не могли остановить Дыхание Душегуба. В таком случае, как его оппонент смог сделать это?

Возможно, он телепортировался за пределы заклинания, пока линия взгляда Кюр Илима была преграждена. Барьер Искривления Мира, которым Кюр Илим начал бой, лишь взаимодействовал с телепортацией через барьер. Телепортация внутри барьера не блокировалась. Он мог просто перенестись к границе барьера и затем пройти прямо сквозь сам барьер.

Мог ли он избежать действия луча таким образом? Нет, не мог.

Было невозможно избежать его таким способом. В таком случае, был лишь один способ, чтобы остановить эту атаку.

— Дикая Магия…

Лицо Кюр Илима исказилось чистой злобой. В результате того, что он был нежитью, сильные эмоции были взяты под контроль, однако его бурлящие внутренние порывы не могли принять такого. Они воспламенялись, успокаивались, а затем воспламенялись снова и снова.

— Уничтожу! Тебя! Ублюдок! Даже костей твоих не останется…

Только теперь, его враг протянул руку. Он словно пытался сказать: "постой, погоди немного."

— …Кюр Илим. Меня зовут Сузуки Сатору.

Что ещё он мог сказать в такой момент? Лицо Кюр Илима скривилось.

Не было нужды узнавать это. Или же он пытался вручить своё имя противнику перед тем, как уничтожить его, в виде некоего трофея?

Это вызвало лишь больше недовольства.

Если бы его оппонент был равным ему, тогда обозначение имени стоило бы того, чтобы его запомнить. Однако просто хранение в уме имён, и даже их частей, этих жалких наростов, вызывало в нём рвотные порывы.

— Называешь ли ты каждый кусок дерьма на своём пути по имени? Ты, загрязняющий мир ублю-ю-ю-ю-ю-ю-юдок!

Его гнев перешёл в могучий рёв. Взрыв гнева, казалось, потряс сами основы земли. Однако его враг просто пожал плечами. Такое хладнокровие заставило Кюр Илима быть ещё более насторожённым по отношению к нему.

Его оппонент был цел, в то время как его собственные силы были почти исчерпаны. Потому ли он был так спокоен? Или же он расставил какую–то ловушку?

— …Должны ли мы теперь заключить сделку?

Кюр Илим был застигнут врасплох этими словами. На мгновение, он не мог разобрать, что они значат.

— …Что. Ты. Говоришь!? Мы так долго боролись и ты всё ещё пытаешься!?

— Моей целью не было уничтожить тебя. На самом деле, я просто пришёл сюда выяснить, что произошло, есть ли способ развеять твоё заклинание превращения в нежить. Ты ведь знаешь? Окружающие страны назначили большую награду за это. Понимаешь?

Он не мог быть уверенным, было ли это правдой. Однако было возможным то, что эта заражённая чернь могла пытаться сделать что–то с результатом магии Кюр Илима.

Однако это лишь сильнее разозлило Кюр Илима.

Борьба за такой совершенно бессмысленный мотив, как деньги, невероятно приводила в ярость.

Кюр Илим в тишине смотрел на своего врага.

Прошло несколько секунд, нет, почти минута прошла. Его оппонент, по видимому, ощутил, что Кюр Илим не желает говорить, так что он продолжил свой монолог.

— Деньги очень важны, и было бы просто замечательно, если бы я мог получить их без необходимости убивать тебя… поскольку твоё уничтожение послужило бы дополнительным источником дохода. Другими словами, я бы хотел получить двойную оплату за ту же работу… Ах, да, у меня есть другой вопрос. Все известные мне Драконы собирают огромные кучи сокровищ по мере своего усиления. Касается ли это и тебя тоже? Если я убью тебя, это будет значить, что я смогу наложить свои руки на огромную кучу сокро…

Внезапно, несколько заклинаний врезалось в тело Кюр Илима.

Это были высокоуровневые заклинания силового типа.

Они с лёгкостью пробили барьер, защищавший его тело и нанесли значительный урон. Их использовала группа довольно высокоуровневых заклинателей.

Кюр Илим в спешке свернул свою шею в поисках источника заклинаний, и нашёл их позади себя.

Там было несколько неживых существ. Его драконье чутьё подсказывало, что посохи этой нежити содержали в себе великую силу.

А с шей этой нежити свисали… Кюр Илим повернулся для взгляда на врага.

— Не договаривались ли мы о том, что это будет схватка один на один!?

Демоны, эти чёрные монстры, и этот посох. Кюр Илим не имел возражений на их счёт. Всё, что ты можешь призвать своей собственной силой, было частью тебя. В конце концов, Кюр Илим собрал 1.200.000 зомби. Однако это был иной случай. Нельзя было приводить с собой подкрепление на бой один на один. Конечно любой почувствовал бы себя, как Кюр Илим, с какой стороны не посмотри.

Однако его враг лишь легко пожал плечами и беспечно ответил:

— А–а–а? Мы же пытаемся убить друг друга, не так ли? С чего это я должен подчинять такому правилу? Всё сгодится для победы. Для моей победы.

На мгновенье его разум затуманился…

— Ах ты ублю-ю-ю-ю-юдок!

Кюр Илим резко рванул вперед. Но его целью был не противник перед ним, а нежить, читавшая заклинания за его спиной.

Было понятно, кого легче устранить. Стоило уменьшить число отвлекающих факторов.

— Презренная сволочь!

Предыдущий диалог служил лишь для того, чтобы выиграть время до прибытия подкрепления.

Попасться в такую ловушку и сковать себя правилом битвы один на один было действительно глупо. Вернее будет сказать, что позорно было не ожидать подобных грязных трюков от противника.

Как и ожидалось от ублюдка.

И поверить в такую откровенную ложь ублюдка было действительно глупо.

Даже будучи нежитью, Кюр Илим не мог сдержать гнева, и бросился на отряд нежити с самой большой скоростью, на которую он был способен.

Несколько высокоуровневых заклинаний полетело в него, снижая здоровье Кюр Илима.

А затем последовала высокоуровневая магия ублюдка Императора–Дракона. Это мерзкое заклинание с ошеломляющей мощью могло разорвать его тело тремя невидимыми ударами. Но он понял, что заклинания отряда нежити уничтожат его раньше, чем он сможет убить хотя бы одного врага, поэтому ему оставалось только игнорировать их.

Его драконьи чувства говорили ему, что дует сильный ветер. Этот ветер взмывал высоко в небеса.

Он осмотрелся и увидел могучего Элементаля Ветра, похожего на недавнего Элементаля Огня. Должно быть, его противник пытается завладеть воздушным пространством и зажать Кюр Илима в клещи.

Внезапно в мыслях Кюр Илима всплыло слово "отступление". Но оно было немедленно забыто, так как он увидел перед собой отряд нежити, размахивающий посохами.

— Прочь с дороги, прихвостни ублюдка!

В отличие от ублюдка, эта нежить не была сильной. Но на всякий случай он применил Дикую магию и увеличил разрушительную мощь своего хвоста.

Устранив помеху, он мог сосредоточиться на противнике. Когда придет время, Кюр Илим использует эту магию на свои когти и клыки, и закончит сражение в ближнем бою, не давая ему улететь. Он прижмет его когтями к земле и раздавит его на кусочки своими клыками.

Возможно, ему следовало расширить Стену Разделения Миров, чтобы предотвратить появление новых подкреплений со стороны врага. Но на это уйдет много сил, поэтому он предпочел этого не делать. Однако, в зависимости от ситуации, у него могло не остаться выбора.

Достигнув приспешников ублюдка, он взмахнул длинным хвостом, чтобы смести их всех силой ветра.

— Что!

Кюр Илим был шокирован. Что–то определенно было разрушено его хвостом, но почти половина нежити оказалась нетронутой.

Кюр Илим не считал свои удары хвостом мощнее всех прочих. Он и рядом не стоял с хвостом Лорда–Дракона: Мастера Меча, но для нежити невозможно было уцелеть.

"Они как–то заблокировали ту атаку? Или… они такие же сильные, как и ублюдок Императора–Дракона?"

Это было невозможно. Если это действительно так, то ему следовало драться и с ними. Но если нет, то какие еще могут быть причины?

Заклинания оставшейся нежити настигли Кюр Илима и ещё больше ослабили его. Враги позади также прочитали два заклинания. Элементаль Ветра не собирался спускаться.

"Что мне делать?"

"Как мне перевернуть ситуацию в свою сторону?"

Кюр Илим задумался.

В конечном итоге он мог лишь сражаться, или бежать.

Часть его хотела сбежать, так как у него почти не осталось сил. В сложившейся ситуации, будет крайне сложно победить противника. Было самое время отступить и привести себя в порядок для следующей битвы.

Но вторая его часть сказала:

"Вновь собираешься бежать? После высвобождения накопленных душ и использования Дикой Магии, тебе больше нечего показать? Хочешь, чтобы всё так и закончилось"?

"Точно!"

Кюр Илим уже попрощался со своей слабостью характера.

Он уже не такой, каким был раньше.

Он поклялся уничтожить ублюдка Императора–Дракона, здесь и сейчас.

Поставив перед собой цель, Кюр Илим использовал свою самую сильную атаку.

Даже если она не сработает на его заклятом враге, она обязана сработать на нежити перед ним.

Поэтому…

Из пасти Кюр Илима выстрелил черный луч.

Сатору убедился в этом, использовав [Полет], чтобы подобраться поближе.

Члены "Тела Бездны", которых заставили сражаться, были уничтожены. Даже Первородного Воздушного Элементаля, охранявшего небо на случай бегства Кюр Илим, постигла та же участь.

Естественно, Сатору тоже попал под атаку, но благодаря защите от предмета Мирового Класса она была бесполезной.

Будь он всё еще в игре, он бы уже кричал "чёртовы разработчики" за то, что такую нечестную атаку можно было использовать дважды подряд. Однако в настоящем сражении он мог лишь принять это.

Сатору вздохнул с облегчением.

Факт того, что его противник выбрал сражение вместо побега, делал его счастливее, чем то, что он смог свести на нет его атаку.

Это и было причиной его провокации. Но, принимая во внимание особые качества нежити, было вполне вероятно, что враг сбежит, как только ситуация окажется для него безнадежной. На его месте Сатору поступил бы так же. У него не было причин этого не делать. Поэтому, Сатору несказанно повезло.

Однако было странно, что его противник не позвал своих друзей. Если не можешь победить в одиночку, то следует напасть группой.

Сатору напряг мозги в поисках решения этой загадки.

Может, дело в гордости или вроде того?

Если это так, то можно было только посмеяться.

Высокомерие сильных – наслаждение слабых.

Члены "Тела Бездны" испарились, и луч Кюр Илима остановился.

Сатору от всей души поблагодарил его. Кюр Илим повернулся и заговорил неожиданно спокойным голосом, полутон которого, тем не менее, был пронизан адским огнём.

— Один раз. Я могу использовать это ещё один раз.

Это было ложью.

Сатору насмехался над словами Кюр Илима. Где это видано, чтобы кто–то раскрывал свою слабость перед врагом?

— Этот день… все мои усилия ради этого дня! Подумать только!

Не было необходимости отвечать. Вместо этого он запустил в него заклинание. По правде, посох уже сигналил Сатору идею "надрать ему задницу", но он не мог не ответить Кюр Илиму.

— …Ты разрушил жизнь моего друга и втянул её в бездну несчастья! Дело всей твоей жизни заслуживает сгинуть в пустоте, сукин ты сын!

Больше не нужно слов.

— [Тройная Предельная Магия: Рассечение Реальности]…

— …[Тройная Магия: Стена Скелетов].

Глаза Сатору расширились.

Стена костей внезапно появилась перед Кюр Илимом, преграждая [Рассечение Реальности].

За стеной, разрушенной [Рассечением Реальности], был Кюр Илим, готовящийся к выпаду.

"Он не использовал уровневые заклинания до этого момента. Неужели у него ещё остались силы для сражения?"

Сатору начал паниковать.

Здоровье его врага почти иссякло, но мана была полной.

Он почувствовал вопрос от посоха: "Можем мы его наконец завалить?" – и ответил: "Погоди секунду."

— [Тройная Магия: Вечное Пламя].

Как только проявился эффект этого заклинания пятого уровня, сцепленные клыки и когти Кюр Илима засверкали бело–голубым пламенем. Заклинание добавляло урон огнём и негативной энергией.

Сатору завершил на протяжении последних пяти лет все запланированные эксперименты. Однако было похоже на то, что данный эффект был изменён. Попавшая под заклинание нежить более не получала бесконечное лечение, как это происходило раньше из–за ошибки в игре.

В таком случае, он, должно быть, планировал добавить урон огнём к своим естественным атакам. Подобное использование заклинания делало его ещё менее ценным.

"…Неужто он находится в каком–то режиме, где может использовать лишь специализированные заклинания некромантии?"

Сатору размышлял, может ли это быть причиной, но недостаток информации не давал возможности прийти к выводу.

Он не применил никакого заклинания к Кюр Илиму, а вместо этого отдал приказ посоху: "Действуй!"

Посох использовал заклинание под названием [Призыв: Первородный Водный Элементаль].

Вырвавшаяся из земли вода приняла форму массивного гуманоида. В этот момент, Кюр Илим рванул вперёд без промедления. При виде этого, Сатору не мог не испытать облегчения.

Его противник определённо пытался добиться победы в ближнем бою, не желая быть втянутым в перестрелку на дистанции. Проще говоря, враг решил, что не справится с Сатору в битве заклинаний. С данной точки зрения, даже противник с обширным запасом маны не сможет использовать её под натиском.

Тогда как противник сделал свой выбор в пользу ближнего боя, Сатору уже вызвал свой щит.

"Зачем же он ждал так долго, прежде чем использовать уровневые заклинания?", – задавался вопросом Сатору, прежде чем прийти к достойному ответу.

Кюр Илим не желал использовать магию так называемого "ублюдка Императора–Дракона". Так что он нарушил своё табу и прибёг к этому, как к последней мере, будучи доведённым до предела отчаяния.

"Э–эх, ну и идиот."

Сатору высмеял в душе глупость Кюр Илима.

По правде, Кюр Илим мог бы победить.

Из–за разницы в их размерах, он мог просто раздавить Сатору. Однако его легкомысленность, невежество и, что важнее всего, гордыня, привели его к поражению.

Даже перед лицом безрассудной самоубийственной атаки Сатору не расслаблялся. Поскольку он заподозрил в этом лишь видимость, рассчёт был на попытку врага улизнуть.

"Кто знает, он может просто сбежать с поля боя."

Размышляя о такой возможности, он подготовил достойный ответ в виде заклинания. По этой причине он ничего не делал, а лишь наблюдал за рывком Кюр Илима.

Посох применил одно из своих заклинаний с использованием раз в сутки, [Алую Нову], опаляя им плоть Кюр Илима.

Однако это не замедлило его скорость ни на йоту. Потому ли, что нежить не чувствовала боли, или же его решимость превзошла её?

"Это уже не имело значения."

Действительно.

Ничего из этого уже не имело значения. Не было нужды изучать душевное состояние Кюр Илима. Так же, как и не было нужды задумываться о мыслях того, кого невозможно спровоцировать. Всё, что оставалось, – лишь измотать его до смерти.

Перед Кюр Илимом встал Первородный Водный Элементаль, служивший щитом для Сузуки Сатору.

Он не пытался прорвать сквозь преграду, а вместо этого схватил Первородного Элементаля за глотку.

Возможно он планировал использовать свой вес, чтобы опрокинуть призванного монстра, но Первородный Элементаль сопротивлялся подобным действиям. Как и у всякой нежити, атаки Кюр Илима могли нанести различные негативные эффекты. Однако Первородный Элементаль так же обладал высокой сопротивляемостью к таким атакам. Он был практически неуязвим для негативных эффектов.

В то время, как Кюр Илим впился в его шею и яростно раздирал его своими острыми когтями, высокоуровневый элементаль всё ещё имел достаточно здоровья, чтобы держаться. Как и ожидалось от превосходного слуги, атакованного драконом со значительно большей силой.

"Э–эх, ну что за идиот. У тебя же был ещё один выстрел, следовало бы использовать его."

Разорвав глотку Элементеля, Кюр Илим направил связанные ненавистью алые глаза на Сатору.

Дракон почти что лишился сил. Огромные запасы его здоровья практически иссякли, как свечка на ветру.

Высокоуровневые заклинания посоха и Сузуки Сатору (заключившего, что его оппонент не намерен бежать) впивались в Кюр Илима, пока тот боролся с Первородным Элементалем.

Огонь в его алых глазах горел ярко… а затем погас.

— Чёртов ты… чёрт-чёрт… чёртоооов тыыы… чёртов… чёрт… ты…

Всё ещё выплёвывая проклятия своей глоткой, разрушенное тело Кюр Илима начало исчезать и расслаиваться на куски. В этот момент Первородный Элементаль хлёстко ударил со взрывной силой и разломал тело Кюр Илима пополам. Как кусочки стекловолокна, останки Кюр Илима разлетелись по ветру и исчезли, растворяясь в воздухе.

Не осталось ничего… самая невыгодная победа. Сатору мог бы извлечь какой–то толк из останков, если бы осталось хоть что–то. Случилось ли так потому, что это был Дракон–нежить? Или же он приберёг своё последнее Дыхание для того, чтобы не оставить ничего победителю?

У Сатору не было идей на этот счёт.

— …Из праха вышел и в прах обратился, хех.

Воздвигнутый вокруг них барьер испарился, и все сигналы нежити пропали. Просто на всякий случай он проверил окружающую территорию, чтобы удостовериться, – противник полностью уничтожен. Хотя он и встречал много разновидностей нежити, он ни разу не слышал о такой, что смогла бы восстановиться после уничтожения. Всё же он не отметал данную возможность.

"Фу-у-у-у-ух…", – Сатору вздохнул с облегчением.

— У меня не представилось возможности использовать ядерную мину, Рыцарей Смерти и Повелителя: Генерала Нежити.

Остались ещё две неразыгранные карты, а также он обладал преимуществом на протяжении всей второй битвы. Хотя и приходилось быть на волоске на протяжении этого боя, в конце концов его противник вполне мог иметь пару тузов в рукаве. Но так уж вышло, что он сумел полностью блокировать все действия противника и таким образом победил с лёгкостью.

Именно по этой причине Сатору так не любил сражаться с оппонентами, о которых у него было мало информации.

Он желал отпраздновать свою победу, но испытывал так мало радости, что это было жалким ощущением.

Победа досталась ему не из–за личной боевой мощи, а благодаря использованию тактики и стратегии, что привели к победе в конце. Провались любая часть плана, и Сузуки Сатору стал бы тем, кто был уничтожен и развеян по ветру. Стань он небрежным из–за этой ошеломительной победы, вполне может быть уничтоженным в следующем бою. С этой мыслью в голове, Сатору стал ещё более осторожным в душе.

В определённом смысле, он проиграл.

"Я не сумел найти способ спасти родителей Киино, эх."

Он беспокоился о том, что удели он больше внимания информации, Кюр Илим наверняка использовал бы это против него и вырвал бы победу. В конце концов, показывая свои слабости, вы даёте шанс использовать их против себя.

В итоге тогда это закончилось его цоканьем "тц", поскольку он знал, что потерял свой единственный шанс собрать информацию.

Сатору окинул взглядом безлюдную пустыню вокруг себя.

Поскольку он не знал, когда прибудут подкрепления Кюр Илима, было бы лучше просканировать окрестности в поисках подходящей информации. Но перед этим, было кое–что, что он должен был сделать.

— Итак, теперь я должен отправить ей [Сообщение].

***

Должна ли она говорить, что всё было так, как она и ожидала? Прежде чем дверь открылась, вид цепей на дверной ручке выдал ей всё. Даже так, Киино тихо закрыла свои глаза, и затем медленно открыла их.

Ничего не изменилось. То, что она видела перед собой, было не каким–то обманом или иллюзорным ландшафтом, а реальностью.

Она находилась в канализации Инверии. Киино открыла скрытую комнату, закрытую ею пять лет назад, но находившиеся внутри трое людей были всё теми же безмозглыми зомби.

Как она и думала, ничего не решилось легко.

— Киино…

Позади неё стоял самый могущественный заклинатель в мире, и по совместительству попутчик Киино. Он с волнением позвал её. Киино обернулась, позаботившись улыбнуться.

— М-м-м. Не стоит беспокоиться, Сатору. Меня это не тревожит. Я просто подумала о том, какой это был путь в конце концов.

— Так ли это…

— М-м-м… Насташа, Папа, Мама…

Она посмотрела на трёх стонущих людей в комнате, и обратилась к ним.

— Сатору отомстил за всех.

Вероятно, они бы не были счастливы от такого известия, поскольку не обладали достаточным интеллектом. Она знала, что ничего не случится, но пронзающая сердце Киино боль немного смягчилась.

— …Киино.

— Я в порядке. Всё нормально, Сатору. Тебе не стоит волноваться. Мир велик. Следовательно… возможно, где–то может быть предмет, способный помочь всем, ты так не думаешь?

— Конечно!

Лицо Сатору было невыразительным, но его голос подсказал ей, что он был весьма счастлив.

Определённо, любой человек с таким отношением к близким должен быть очень добр.

— Именно так, мир широк. Давай повидаем всё в этом мире… вместе.

— Да! Я знаю, что могу обременить тебя немножко, но… я буду под твоей опекой, Сатору.

— Эх, это должен был сказать я, Киино.

Она оглянулась назад, на своих членов семьи в этой камере.

Будет ли нормальным оставлять их вот так?

Киино сжала руку в кулак.

Не будет ли милосердием убить их и освободить их души от этих безобразных тел? Возможно, их души до сих пор страдают.

Но один человек не может решать судьбы других, даже если бы это было правильным делом. Слишком высокомерный ход мыслей. Однако, был лишь один человек, способный принять такое решение, – Киино.

Она чувствовала, что не сможет найти способа вернуть свою семью в нормальное состояние, даже обыскав весь мир. Поэтому она оставила эту мысль. Однако теперь, когда Сатору уничтожил виновника этой катастрофы, у неё появилась нить надежды.

Она могла понять, что Сатору волновался о её душевном состоянии. Решение нужно было принять прямо сейчас, в ином случае даже Сатору станет переживать из–за этого.

В этот раз, Сузуки Сатору сражался за неё. Так что…

— …Пора снова отправиться в путь. Поехали, Сатору.

— А-а-ах, хорошо. Если ты считаешь, что так нужно, Киино.

Она помахала троим людям внутри и вышла с Сатору.

Киино решила оставить проблему позади.

Изначально она решила прикончить всех трёх собственноручно и не подвергать Сатору опасности из–за этого в будущем. Таким образом она хотела поблагодарить того, кто проявил к ней столько доброты. Однако она не смогла заставить себя сделать это, даже сейчас.

Киино оглянулась на канализацию, скрытую в темноте… на комнату с её семьёй… в последний раз.

Вернувшись сюда в следующий раз, сможет ли она спасти их, или же уничтожит?

Киино отвернула глаза в сторону спины Сатору, туда, куда она смотрела вот уже почти пять лет.

Затем она ускорилась, пока они не поравнялись бок о бок, и взяла его за руку. Они шли вместе. Как много времени прошло с тех пор, как она вела себя столь по–детски?

Она чувствовала, что это из–за того, как Сатору на неё смотрел.

Но она ничего не сказала ему, как и он не сказал ей. Их руки… их объятые ледяным холодом руки, не выдававшие ничего человеческого… казались тёплыми для Киино.

Затем, они оба отправились в путь.

Эпилог.

Существовала пустыня слегка к юго–западу от центра континента.

Она называлась пустыня Долор, или пустыня Ди Гаворса, в соответствии с названием великой империи, однажды располагавшейся здесь.

Хоть это и была весьма обширная пустыня, в определённые сезоны случались ливни, так что разнообразные расы (включая монстров) обитали в этом регионе. Здесь располагалось Великое Королевство людей–скорпионов Пабилсаг, небольшая страна джинов Слутарн, а также религиозная группа, почитавшая Дракона Чистого Света как верховное божество (вера в него была широко распостранена среди кочевников), содержала здесь главное святилище.

На границе пустыни существовал гигантский торнадо, возникавший раз в тридцать лет. Он был больше тысячи метров в ширину и неимоверно высок.

Существовали небольшие погрешности в точном времени его появления, но торнадо всегда появлялся в одном и том же месте.

Таков был сухой остаток проваленного магического ритуала великой империи, когда–то существовавшей здесь. Столица её ныне проступала из песков. Феномен был вызван невероятно сильным магическим предметом, известным как Скипетр Песков, а произошёл этот инцидент после рождения и первого полёта Мушуссу. Торнадо было вратами, ведущими в другой мир, и всасывало всё вокруг. Было много толкований его природы, но никто из тех, кто вошёл в торнадо для раскрытия его загадки, так и не смог вернуться.

Многие люди исследовали место появления торнадо до его прибытия, но не обнаруживали абсолютно ничего необычно, не было даже признаков того, что там что–то было. Поскольку можно было предсказать день появления торнадо, многие люди планировали дождаться его в месте возникновения, в самом центре урагана. Но, как и ожидалось, они так и не вернулись назад. Прочие пробовали проникнуть в него с воздуха, но и они исчезли.

Таким образом, ни у кого не было идей о том, почему торнадо появилось или что находилось в его центре.

В итоге со временем наблюдение за гигантским торнадо с расстояния стало событием, которым занимались все окружающие жители каждые 30 лет.

***

Буря ударила по его телу.

В местах с осложнённым передвижением, вроде пустыни, было нелегко противостоять сильным ветрам, они сбивали с ног. Человек мог легко упасть по небрежности.

"Если бы я мог использовать [Созидание], кто знает, как облегчился бы мой путь?"

Подавив пустынный торнадо с помощью [Созидания], он мог и не докопаться до разрешения загадки циклона. Эта глупая идея пришла в голову Сузуки Сатору только потому, что его текущее состояние было несколько обременительным, и поэтому он сразу же отмёл её.

Сатору выкрикнул так, чтобы перекричать порывы шторма.

За ним шли двое компаньонов, держась вместе с помощью мифриловой цепи.

Он начал кричать тому, о ком больше всего беспокоился.

— Киино, ты в порядке!?

Голос подобной громкости раздался позади него.

Он принадлежал занимавшей Второе Место в Новой Аинз Оал Гоун, Киино Фасрис Инверн.

— Я в порядке!

Хотя голос девочки был сильным, он не мог не предположить, что возникнут проблемы.

Стоило лишь сравнить их. Хоть Сатору и состоял лишь из костей, он был значительно тяжелее её. Таким образом, Киино с большей вероятностью могла быть унесена ветром.

Разумеется, он поручил Киино нести различные вещи, дабы утяжелить её. Но если бы она несла слишком много, то увязла бы в песках пустыни.

— Киино! Ты должна была ждать в таверне, в конце–то концов! Я отправлю тебя обратно с помощью телепортации, как только мы достигнем цели!

— Ты всё ещё говоришь так, даже зайдя настолько далеко, Сатору!?

Киино ответила, как будто у неё было нечего сказать по существу.

— Ты хочешь сказать, что планируешь пройти всё путешествие на своих двоих, верно?

Сатору горько улыбнулся.

Был случай, когда они взбирались на горную вершину, известную своей высотой на всём континенте.

Несмотря на то, что они не сумели увидеть так называемое "золотое собрание", память о разговоре, когда они стояли на вершине мира и взирали вниз, до сих пор была яркой.

— Конечно. В тот раз мы говорили именно так! Я до сих пор помню, как нас в это время накрыла лавина!

— Да уж! Весьма удивительно вышло, правда?

Этот случай произошёл на полпути к вершине.

Используя [Полёт], можно было всё значительно упростить, но это бы сделало затею скучной, так что они оба решили использовать свою сверхчеловеческую силу, чтобы взобраться на скалу напрямую.

Затем произошла затмившая их взоры лавина.

Повреждение от холода не грозило им, но дробящий урон от лавины всё ещё был серьёзным. Конечно, они ожидали подобный исход и применили на себя защитные заклинания. Тем не менее, этот случай оставил глубокое впечатление.

Даже будучи погребёнными под лавиной, их неуязвимость к помехам передвижению позволила им вынырнуть из снега в тот же миг, как они оказались под ним, что было довольно забавно.

Сильные эмоции были моментально подавлены особыми свойствами нежити и превратились в лёгкий юмор. Сатору тогда же и пожурил Киино, а та лишь была настроена решительно на приключения.

Сузив глаза от ностальгии, Сатору услышал голос позади себя.

— Еш-ш-шли бы эт-т-то бы-ы-ы-ыл я. За-а-а-авиду-у-у-ую. Х-хотел бы-ы-ы я тож-ж-ж-же эт-то ув-в-видет.

Андрогинный и весьма выразительный (хоть и немного искажённый) голос раздался позади Киино.

Хоть Сатору и не мог увидеть его из–за мощной песчаной бури, там должен был быть гетероморф, выглядящий, как комок песка.

Четвёртое Место в Новой Аинз Оал Гоун, Нурунуру.

Он был мутантом–отпрыском из расы Веревочников под названием Стадные Веревочники. Они обладали коллективным сознанием, но некоторые из них могли родиться отделёнными от него. Таким был Нурунуру. Когда Сатору, Киино и Скрея обнаружили его, он выразил желание путешествовать вместе с ними.

Сатору назвал его Нурунуру, поскольку сам он не обладал личным именем. Поначалу лишь временное имя, оно тем не менее прижилось.

Его (или её) голос производился двумя щупальцами с отверствиями на концах, называемых голосовыми нитями. Из–за этого в таких шумных местах его голос сильно забивался шумом окружения. Однако, используя заклинания, он не полагался на вербальные или соматические механизмы, так что применял их моментально без необходимости делать что–либо. Воистину загадочно.

— Ха-ха! Нуру, я понятия не имею, что ты говоришь!!

Этот голос раздался изнутри мантии Сатору.

— Я тож… буэ!

А этот голос оборвался посередине фразы скорее всего из–за того, что владелец наглотался песка в процессе.

Им владел Пятое Место в Новой Аинз Оал Гоун, Кристал из расы Гнатор.

Представители этой расы были не длиннее 20 сантиметров, с полупрозрачными крыльями, напоминающие крылья Фей, но скорее походили на насекомых. Они использовали свою схожесть с Феями при охоте на них, так как были хищниками.

Сатору не думал, что они как–то связаны с феями, но заклинания, действующие только на гуманоидов и полулюдей, на них не работали, поэтому его посчитали гетероморфом и разрешили присоединиться к группе. Однако заклинания против гетероморфов также на нём не работали, поэтому Сатору всегда сомневался, был ли он действительно таковым.

Нурунуру был заклинателем духовной магии, а Кристал имел воровской класс, а именно: убийца. После одного случая они были не в ладах друг с другом, но после другого случая они стали друзьями.

— Помолчал бы, Кристал. Неужели прошло настолько много времени, что вы уже начали ностальгировать по этому случаю?

— Так уже лет 40, верно!?

— Серьёзно? Это было так давно…

Пробормотал Сатору и взглянул вперед.

Неживое тело Сатору могло видеть в темноте, но когда торнадо взметнул песок в воздух, он лишился обзора. То же самое и с Киино. У Нурунуру не было глаз, но он мог получать информацию об окружении с помощью вибрации.

— …Если подумать, мы и правда где только не были!

— Точно! Мы были в… – счастливый голос Киино резко прервался. – Буэ! Песок залетел мне в рот!

Конечно же Киино надела маску перед входом в бурю. Это была столь любимая Сатору Маска Зависти. Он одолжил Киино маску, которую она считала безвкусной, в основном с целью пошутить.

Вероятно, песок залетал ей в рот даже с надетой маской из–за того, что при разговоре между маской и лицом открывался зазор.

Сатору тихо захихикал, чтобы никто не услышал, но Киино смогла разобрать этот смех сквозь свирепую бурю и ответила недовольным тоном:

— Так нечестно, Сатору! К тебе он не залетает!

— Точно… буэ!

Кристал горько улыбнулся, отвечая Киино.

— Нет, у меня всё же есть странное чувство, что что–то туда попадает. Всё же неясно, настолько ли это неприятно, чтобы упоминать, или можно не обращать внимание…

— Ш-ш-шуш-ш-шу-шу-шу.

— …Нуру, я понятия не имею, что ты там говоришь!

— И всё же это несправедливо! Вот если бы у меня было такое тело, Сатору!

— А разве у тебя хуже? Если хочешь мое мнение, твое тело куда лучше, Киино. Из–за него ты не встреваешь во всякие неприятности!

— Все потому, Сатору, что, как только ты показываешь свое лицо, так сразу начинается очередная заварушка…

Зачастую так и происходило, всё же нежить ненавидели повсеместно.

— Тем не менее, Киино, ты сама по себе доставляешь немало хлопот!

Порой Киино встревает в истории, когда в одиночку собирает информацию. Особенно в небезопасных районах. Несмотря на то, что она являлась самым слабым членом Новой Аинз Оал Гоун, она всё ещё была сильнее обычного человека и с легкостью могла поставить на место какую–нибудь самоуверенную шпану.

Но главные проблемы подстерегали её в местах с хорошей безопасностью и исходили от приличных людей, которые пытались узнать её получше.

Если бы у них были злые намерения, то это всегда можно было решить насилием, однако с их добрыми намерениями было трудно справиться.

Гетероморфы, что хотели мирно путешествовать, зачастую сталкивались с подобными проблемами.

— Похоже, люди всегда доставляют проблемы… даже когда мы скрываем свою внешность, они все равно норовят проявить любопытство…

Положение людей среди прочих рас крайне низкое. Поскольку они гораздо слабее остальных, им куда легче попасть в неприятности.

Как только они вздохнули, у их ног послышался стук. Нет, этот звук был больше похож на удар.

Сатору наклонился, чтобы найти источник звука. Он выудил камень из песка. Хотя этот заостренный кусок руды выглядел куда прочнее простого камня. Должно быть, его сдуло сюда сильным ветром.

Сатору напряг свой слух.

— Шу-у-уо-о-ошу-у-у-ушу-у-у-ун-н-н!

— Что ты говоришь… кха–кха!

— Берегись! Это не два–три камешка! Их впереди целая туча!

Среди шума ветра до них доносились звуки бесчисленных камней, рассекающих воздух.

Было очень трудно избежать летящих в них камней, особенно с такой плохой видимостью. Вероятно, они могли бы уцелеть, если бы носили чрезвычайно тяжелые доспехи, но с такими в пустыне особо не походишь.

Определённо, такая атака могла уничтожить любую экспедицию.

— Все! Защищайтесь и идите вперед! Киино, ты в порядке?

Нельзя сказать, сколько потребуется времени, чтобы выбраться отсюда, однако, поскольку эти камни вызваны торнадо, останавливаться и делать укрытие было бессмысленно.

— Я в порядке! Не останавливаемся!

— Шу-у-уо-о-он!

Киино ответила утвердительно. Также ответил и Нурунуру, по крайней мере так казалось по его тону.

Пока Нурунуру накладывал на себя защитное заклинание, Киино использовала силу Бога, предка вампиров.

Она получила эту силу, изучив разграбленные исследования Тела Бездны. Однако эта сила была доступна лишь для могущественных сущностей. И поскольку она получила её, имея столь слабое тело, эффект был значительно снижен. Так что следует называть её скорее силой Выродившегося Бога.

Если бы возникли какие–либо трудности, он думал дать ей магический предмет, который сделал бы её невосприимчивой к обычным незачарованным снарядам, но, как оказалось, в этом не было необходимости.

Длинная мантия Сатору защищала тело Кристал от всего, кроме песка.

Сам Сатору был невосприимчив к любым атакам ниже 60 уровня.

— Сатору!!

— Что случилось, Киино!?

— Становится довольно интересно!!

Это не было шуткой или сарказмом. Звучало так, будто она наслаждалась этим от всего сердца.

— Верно, Киино!!

Сатору чувствовал то же самое.

Именно такие трудности делали их двоих… нет, всех членов Нового Аинз Оал Гоун счастливыми.

Заводить друзей и путешествовать с ними по всему миру. Раскрывать всевозможные тайны и идти туда, где раньше не ступала нога человека. Именно поэтому они с такой охотой преодолевали очередное испытание.

— Ну погнали!! Ни шагу назад!!

— Ага!!

— Ш-ш-шу-у-у-у!!

— Да… губф-ф!

Летящие осколки попадали по ним снова и снова, но никто, казалось, и не думал отступать.

— Сатору!! Держись! Кажется, заклинание скоро исчезнет!!

— Киино!! Я рассчитываю на тебя!!

— Хорошо!!

Киино вытащила из сумки свиток, стараясь, чтобы его не сдуло ветром.

— [Массовый Компас]!

Заклинание второго уровня было многоцелевой версией первоуровневого заклинания [Компас]. По этой причине группа могла безошибочно двигаться в своём направлении – к глазу урагана.

— Спасибо, Киино!!

— Шу-у-у-уо-о-он!

— Не за что, Сатору, Нуру!! Как я понимаю, мы близки к нашей цели!!

— А–а–а! Так и есть!!

Каждый член Новой Аинз Оал Гоун имел собственную долю ответственности.

Среди них, Второе Место (Киино), Шестое Место (Брандона) и Седьмое Место (Муки) отвечали за сбор информации. Естественно, у остальных также были свои обязанности.

Это не решалось в результате обсуждений и никто не был принуждён делать что–то определённое. Скорее, они занимались тем, что знали и умели делать. В дальнейшем трое упомянутых членов разделили свои обязанности и внутри своей сферы деятельности.

Между прочим, сам Сатору, занимавший Первое Место, был ответственнен за координацию усилий и бои с неприятелями.

Они проигнорировали постоянно возрастающее число летящих камней и их растущую силу, вместо этого продвигаясь без промедления.

— Всего лишь ещё немного!!

— У-у-у-у-ух!!

— Шу-у-у-ун!

— Ах…кхе!

И в конце концов…

— Вау!!

…Их взор прояснился.

Киино вскрикнула от радости.

Ветер внезапно стих. Когда они оглянулись назад, увидели, будто бесконечные чёрные стены, раскинувшиеся вверх и вниз, вправо и влево.

Смотря вокруг, казалось, что они вошли в гигантскую трубу.

Всё, что виднелось – обширное и спокойное пространство чистейшего белого песка. Кое–где омрачённая небольшими участками случайной ряби, местность была совершенно белой.

— Эй! Смотрите на небо!!

Словно привлечённые голосом Киино, – Сатору, Кристал (вытянувший голову из–под мантии Сатору) и, возможно, Нурунуру – все смотрели на небеса.

Ночное небо предстало перед их взором, но оно было необычным. Звёзды находились буквально прямо перед ними.

Как в детских сказках – огромные, ярко сияющие звёзды выглядели так, словно ты мог приблизиться и потрогать их.

Это вызвало память о прошлом, когда они стояли на вершине высочайшей горы континента, но сейчас расстояние до неба казалось даже более близким, чем тогда.

— Но почему? Почему же звёзды кажутся такими близкими к нам?

— Возможно, это из–за атмосферного преломления?

Голосовые нити Нурунуру вибрировали во время объяснения. Сатору просто кивнул в ответ.

— А?

— Я предполагаю, что атмосфера здесь была искажена, сформировав нечто вроде гигантских линз. Возможно, так произошло из–за торнадо? Причина может быть в этом.

— Нуру, что ты только что сказал?

— Другими словами, над нашими головами может быть нечто вроде телескопа?

— Теле… скопа? Это одна из тех штук, изобретённых с помощью той странной технологии под названием "наука"?

— "Наука" бестолковая, созданные ею вещи не могут сравниться с магическими предметами.

Кристал не был ни капельки смущён, сказав это. По правде, сам факт того, что магия могла создавать что–то из ничего, значил, что не зазорно говорить о превосходстве магии над наукой.

Такова была гипотеза, но Сатору полагал, что все знакомые ему технологии могли быть повторены с использованием магии. Однако изучение магии требовало наличия таланта, и навыки у всех разнились. Кто–то мог изучать магию, а кто–то нет.

Слова Кристала предполагали, что он относился к первой группе.

Сатору похлопал, чтобы привлечь внимание.

— Теперь пойдём исследовать причину этого феномена до того, как торнадо исчезнет.

— Конечно, но не похоже, что мы что–то выясним. Причина явления до сих пор загадка.

— М-м-м, я также не чувствую никакого возмущения элементов вокруг. Лидер, что насчёт подхода с магической точки зрения?

Сатору применил заклинание и посмотрел далеко вперёд.

— Также ничего. Думаю, причиной этому было не заклинание.

Киино взлетела на определённую высоту и затем спустилась к земле.

— Я не вижу здесь вокруг ничего, даже напоминающее здание… что это, чёрт возьми, такое?

— Естественное явление? Только так мы можем объяснить это, верно?

Услышав, что сказал Сатору, остальные ответили согласием. В подобной манере, как существовали обратные водопады, в которых вода поднималась вверх, в этом мире было немало удивительных вещей в виде природных явлений.

— В любом случае, пойдём к центру торнадо и посмотрим. В конце концов, мы немножко порасследуем, и, если ничего не найдём, посмотрим на звёзды, по крайней мере.

Никто этому не возразил, и группа во главе с Кристалом направилась к центру торнадо. А затем…

— Здесь ничего нет.

— Ничего, а?

— Но здесь же ничего и не должно быть, верно?

— Как жаль.

Таков был результат бурного поиска.

— Что нам теперь делать, Лидер? Продолжать искать?

Сатору пожал плечами на вопрос Нурунуру.

— Я полагаю, в этом нет нужды. Не можем найти, значит, не можем найти. Без разницы. К тому же, нашей целью было пройти туда, где ранее никто никогда не бывал, и, поскольку мы сделали это, все могут заниматься чем угодно до тех пор, пока торнадо не стихнет.

— Тогда я пойду прогуляюсь по этой местности с Нуру.

— Со мной? Ну, неплохая идея. Понял тебя. Пойдём вперёд.

— Вы правда пойдёте? Тогда потрудитесь не уходить слишком сильно!

Они оба выразили своё понимание перед тем, как покинуть группу.

Несмотря на то, что сказал Сатору, он не волновался об их безопасности. В рамках ИГГДРАСИЛЯ они бы с лёгкостью были выше 40 уровн. В этом мире они были одними из самых мощных существ на свете, и оба обладали превосходными сенсорными способностями. Даже попав в засаду, они были достаточно умелы, чтобы вернуться живыми.

— Сатору, тогда что мы будем делать?

— Не хочешь тоже пройтись вокруг?

— Ещё бы!

Киино перешла на бег.

Её следы покрыли чистый белый песок. Сатору следовал по следам, лишь немного растягивая шаги по сравнению с тем, как он шёл вместе с ней. Всё же, Сатору это нравилось.

В конце концов Киино уселась на песок и медленно вытянулась на нём. Сатору присел рядом с ней и затем тоже улёгся.

— Звёзды такие огромные.

— Да, они правда очень большие.

Если бы только его товарищи… его друзья из Аинз Оал Гоун могли увидеть это восхитительное зрелище.

Эти воспоминания примерно 200–летней давности… с каждым путешествием с Киино и остальными они постепенно исчезали.

Но когда он вспомнил лица своих единственных друзей, Сузуки Сатору посмотрел на загадочное зрелище с ностальгией в сердце.

— Всё же, это воистину поразительно.

— Да, наше путешествие не было напрасным, раз мы смотрим на такие вещи.

— Да…

Они оба лежали на песке в тишине, наблюдая за этим чудом света, завесу тайны которого никто другой не мог приоткрыть до сих пор.

А затем… звёзды постепенно сжались, или скорее медленно вернулись в норму. Сатору выровнялся и увидел, как стены торнадо вокруг них медленно исчезали.

— Эх, всё закончилось.

— Да, подходит к концу. Пройдёт ещё 30 лет до того, как мы сможем увидеть что–то подобное. Итак, теперь… не хочешь передать остальным, что мы видели здесь?

Сатору спросил Киино, а та поднялась и потрясла головой.

— Как ты можешь увидеть радугу, не пройдя сквозь шторм?

— В этом есть смысл, верно подмечено. Видишь ли, на сей раз у меня вышло превзойти тебя.

Сатору улыбнулся.

— Ого, а вы двое выглядете весьма счастливыми! Что–то особенное случилось?

— Нет, ничего особенного.

Двое их спутников, скорее всего, увидели ослабление торнадо, так что они вернулись. На руках у них не было никаких находок, так что, скорее всего, они всего лишь блуждали вокруг некоторое время.

— Тогда отправляемся назад в таверну.

— Ага. Полагаюсь на тебя, Сатору. Но перед этим давайте стряхнём с себя песок. Его не так уж много, но не охота заносить его с собой в нашу комнату.

Все вывернули свои одежды и вытряхнули песок. Нурунуру одевал одолжённый у Сатору предмет и помог остальным почистить их вещи.

После этого Сатору применил [Врата], и группа вернулась в их комнату в таверне.

***

— Ну, мы тогда пойдём.

— Спасибо, народ.

— Спасибо, спасибо.

— Неплохо постарались, ребята. Доброй ночи.

Нурунуру и Кристал (сидящий у того на голове) покинули комнату.

— Я тааааак устала, – высказалась Киино. В этом, конечно, не было смысла. Они оба были нежитью и не накапливали усталость. Но Сатору понял её. Усталость возникла не от тела, но от разума.

— Ты тоже устала, да, Киино?

Сатору сбросил свою мантию и мгновенно сменил её на другую одежду, поскольку мантия обладала эффектом быстрой смены вещей. Киино также сменила одежду подобным образом.

Сатору откинулся на софу и взял в руки ручку и бумагу из своего инвентаря.

Это был его дневник.

Он не вёл записи каждый день, но лишь если случалось что–то особеное. Таким образом, он был лишь на своей четвертой книге после 200 лет.

Он перевернул страницу, планируя записать увиденное им сегодня, но затем знакомый вес налетел на него.

— …Киино, ну почему ты не пошла принять ванную? Я хотел сделать запись в своём дневнике…

— Ну так пиши.

— …Это не то, что я имею в виду. Как я должен писать дневник, когда ты лежишь на мне?

— Хм, тогда ты можешь писать его на обратном пути.

В душе Сатору потряс головой и вздохнул.

— …Ладно–ладно–ладно, как прикажет моя Принцесса.

— М-м-м, очень хорошо, мой Рыцарь.

"В прошлый раз я был её придворным магом", – подумал Сатору, закрывая свой дневник. Хотя он мог бы просто проигнорировать её и продолжить писать в дневнике, это бы вызвало проблемы в будущем. Хоть интенсивные эмоции нежити и подавлялись быстро, это позволяло мелким обидам накапливаться, делало их сильнее.

— Что ты теперь планируешь делать? Куда мы направимся?

— Я думал… в прошлом мы проходили через центр континента, где располагались крупные государства. Возможно, мы могли бы устроить там базу для себя с целью путешествий по округе. Может быть, нам стоит заглянуть в заброшенный город.

Существовало много государств в центре континента, где представители гуманоидного вида были внизу пищевой цепи. Все эти страны представляли проблему для существ, вроде Киино, имевших гуманоидный внешний вид. Хотя они и предоставляли определённые права для путешественников, это ни в коей мере не гарантировало безопасность.

Например, однажды на рынке страны Орков её приняли за сбежавшую еду.

А в землях Минотавров кто–то заявил: "Давайте посмотрим, кто лучше относится к своим рабам", и она получила "опыт" так называемой рабской жизни. Подобные проблемы приходились на её участь.

В первом случае она замазала дело, поломав пару рук и несколько рёбер. Во втором случае она позволила им самим испытать рабскую жизнь, а затем спросила, как им понравилось.

— Заброшенный город… ты имеешь ввиду тот, где множество людей погибло из–за появления Пожирателей Душ? Кажется, весь город был сохранён в целости…

— Именно. Вход запрещён, но мы может пойти туда, если захотим, не правда ли?

— Да, пойти туда звучит очень хорошей идеей.

Сатору рассмеялся.

На протяжении многих лет они были в местах, недоступных обычным людям. Или, скорее, услышав о неком святилище или божественном месте, они принимали на себя задачу отправиться туда. Говоря о причинах, однажды им удалось даже обнаружить там предмет Мирового Класса.

Таким образом Киино получила свой предмет… Мандалу Двух Миров.

Они видали и другие предметы Мирового Класса на протяжении своего путешествия.

Однако у них были владельцы, так что ничего не вышло. Сатору изначально хотел забрать их, но в итоге отказался из–за Киино, находившейся вместе с ним. В конце концов, оне не хотел заниматься такими нелицеприятными вещами, как грабежом людей в её присутствии.

Мандала Двух Миров была национальным сокровищем, но служившая ей пристанищем страна была уничтожена, а на её месте возникло новое государство. Таким образом, они притворились, что предмет был бесхозным. В качестве компенсации они оставили немало предметов, огромные драгоценности и т. д., так что смогли обойти эту скользкую ситуацию.

— Но я хочу отправиться на запад.

— На запад? А что там?

Он проглядывал в своей памяти, но не мог вспомнить ничего стоящего внимания на западе.

— Ну, это информация, полученная от Му. Он сказал, что три страны пали на севере континента. Следовательно, я хочу направиться на запад и посмотреть, что происходит.

Поскольку эту информацию предоставил Седьмое Место, она должна была быть верной.

Он выглядел совершенно не соответствующим милому прозвищу Му, но, скорее всего, он казался таким для своей матери… или, возможно, сестры. Сатору пока отбросил вопрос о его внешности и начал вспоминать карту мира.

— Северо–западные… границы…

Он вспомнил, что 200 лет назад там существовало несколько человеческих государств, но, поскольку это были внутренние районы континента, он не сильно задумывался об этом.

— Ну, для стран подвергнуться уничтожению – не редкость, но чтобы три из них пали одновременно…

В мире существовали невероятно сильные монстры, и иногда они проявляли себя, уничтожая одну–две страны, а затем новые государства занимали их место. Наверняка некоторые крупные страны не могли быть уничтожены так легко, но часто случалось так, что подобные вещи вызывали внутренние распри или вторжения, со временем приводящие к гибели страны. Но на его памяти не было случая, чтобы несколько стран было уничтожено в одно и то же время.

— Что, чёрт возьми, произошло?

Когда Сатору думал повернуться и посмотреть на Киино (примостившуюся на его спине), он услышал её милый вскрик "Ай!" перед тем, как она слетела с него.

— Жадина! Не двигайся так сильно!

— …Конечно, конечно.

Сатору снова плюхнулся на стол, и Киино снова оседлала его.

— Ну, я думал, что он говорил нечто о появлении логова воистину могучих демонов.

— Логова? Могучих демонов?

— М-м-м. Как оно называлось? …Великая Подземная Гробница Назарик?

— …Что?

Это имя звучало довольно знакомо.

КОНЕЦ

Персонажи


Повелитель. Принцесса-вампир утерянной страны


Повелитель. Принцесса-вампир утерянной страны

Киино Фасрис Инверн

Принцесса–вампир Утерянной страны

2–е место в Новой Аинз Оал Гоун

Место жительства: Постоянного нет(ходит за Сатору)

День рождения: 41–й день Синего Цвета

Хобби: Путешествовать по миру в компании, чтобы увидеть много всего интересного.


Расовые уровни(всего – 11):

— Истинный Вампир = 7ур.

— Выродившийся Бог(предок вампиров) = 4ур.


Классовые уровни(всего – 23):

— Принцесса–вампир = 3ур.

— Колдун = 8ур.

— Мудрец = 5ур.

— Высший Мудрец = 7ур.


В этом рассказе была показана лишь возможность того, как могла сложиться жизнь девушки по имени Ивилай. Кстати, данные этого листа показывают её состояние на момент эпилога. Сузуки Сатору очень сильный, и поскольку он защищал её, уровень Киино гораздо ниже, чем у Ивилай, и нельзя даже сказать, получила ли она такие же классы. Так случилось из–за того, что она решила отправиться в приключения с Сатору.

Помимо этого, её хобби тоже изменилось, так что она не создавала никаких особых заклинаний.

Ну, взамен она получила классы, которые компенсировали недостатки Сатору (например, классы, связанные со знаниями), поэтому он очень оберегал её. И конечно, еще одной причиной такого отношения к ней было то, что она являлась членом его гильдии.

Её талант можно охарактеризовать как: "Она запоминает любое увиденное заклятие, или которое было наложено на неё, а затем использует его как свое собственное". И это работает даже со Сверхуровневой и Дикой Магией.

Все условия к уровням для запомненного заклятия автоматически считаются соблюдены. Однако, мощь этого заклинания будет соответствовать её способностям, и все требования к компонентам[11] такого заклятия всё ещё должны быть соблюдены. К примеру, возьми она сверхуровневое заклинание [Низвержение], оно все также будет требовать времени на активацию, но из–за того, что Киино слабее Аинза, заклятие окажется менее разрушительным.

Кстати, о недостатках. Она не может избавиться от запомненного заклинания по собственному желанию, а лишь единожды использовав его. Но именно ей решать, какое заклятие запоминать. Как уже упоминалось в эпилоге, она вряд ли когда–то использует эту способность.

Причина, по которой она стала вампиром, а не зомби, заключается в том, что тогда она, неосознанно использовав свой талант, случайно скопировала и активировала Дикую Магию Кюр Илима. Она высосала души всех людей в округе и превратилась в нежить, которой хотел стать Кюр Илим… превратилась в еще одного Кюр Илима.

Тем не менее, даже будучи нежитью, она сохраняет свой рассудок из–за того, что эта магия постоянно активна (точнее говоря, её заклинание отличается от такового у Кюр Илима). Поэтому талант больше нельзя использовать. Но если она сделает это и деактивирует Дикую Магию, то тут же станет безмозглым зомби.

Хотя у неё и самые низкие уровень и боевые способности, она всё же занимает второе место в Новой Аинз Оал Гоун. Благодаря знаниям, накопленным за многие годы, её уважает каждый член гильдии, и к ней относятся как к мудрецу. И поскольку она сильнее всех поддерживала чудовищного Сатору, в их команде именно она была заместителем лидера.


Повелитель. Принцесса-вампир утерянной страны

Кюр Илим Лос Мальвар

Раньше: Лорд–Дракон [*****]

Сейчас: Лорд–Дракон Древнего Гроба

Место жительства: Гора Кейтениас

День рождения: Неизвестно

Хобби: Накапливать силы


Расовые уровни(всего – 51):

— Дракончик(Дитя) = 10ур.

— Юный = 10ур.

— Взрослый = 10 ур.

— Старый = 10ур.

— Старейший = 5ур.

— Древний = 5ур.

— Дракон Истинный Вампир = 1ур.


Классовые уровни(всего – 44):

— Примитивный Заклинатель = 10ур.

— Некромант–дракон = 10ур.

— Мировой Сопрягатель = 9ур.

— Повелитель–дракон = 10ур.

— Осквернитель Душ = 7ур.

— Колдун = 1ур.


Лорды–Драконы разделились на тех, кто вступил в альянс и накапливал силы, и тех, кто этого не делал. Сначала, когда альянс только сформировался, в него входило шесть Лордов–Драконов. Если бы они сражались с игроками сотого уровня, исход битвы был бы под вопросом.

Кюр Илим, состоя в этом альянсе, создал заклятие [Душегуб], которое является мощнейшим и ужаснейшим среди заклинаний Дикой Магии. Есть только пять заклинаний Дикой Магии (не будем говорить, существуют ли они в данный момент), которые могут поравняться с ним. На самом деле есть некоторые сомнения по поводу того, правильно ли называть его ужаснейшим, но это лишь небольшое замечание, так что не будем зацикливаться на нем.

Заклятие [Душегуб] создавалось на основе Дикой Магии Лорда–Дракона Глубокой Тьмы, правда, получилось более чудовищным. Любой, кроме горстки существ с защитой мирового уровня, будет убит этим заклятием без возможности сопротивления. Жертва этого заклинания лишается души, и поэтому обычное воскрешение не способно оживить её. Но оно чрезвычайно истощает своего пользователя, так что даже нежить Кюр Илим может использовать это заклятие лишь три раза.

Как правило, после смерти… точнее, став нежитью, Лорд–Дракон теряет способность использовать Дикую Магию. Тем не менее, Кюр Илим, применив свою Дикую Магию, поглотил великое множество душ и использовал их, чтобы компенсировать недостатки превращения в нежить, так что он сохранил способность использовать Дикую Магию. Однако использование этой магии в его случае похоже на то, как если бы он использовал обычные уровневые заклинания, и при этом без восполнения Очков Магии. Каждый раз, когда он использует Дикую Магию, она безвозвратно уничтожает определенное количество собранных душ. Как только он потратит все свои души, то станет безмозглым Зомби–драконом. И именно по этой причине, когда он понял, что магия не сработала, то больше не использовал её. Тем не менее, он может использовать низкоуровневую Дикую Магию как обычно.

Хотя Лорды–Драконы не способны применять уровневую магию, но Кюр Илим больше не Лорд–Дракон, а нежить, так что теперь он в состоянии использовать уровневые заклятия некромантии. И он воспользовался этой лазейкой, чтобы усилить себя.

Ему не хватало боевого опыта, он недооценивал ранговую магию, не считался с важностью сбора информации, а также не сотрудничал со своими собратьями, что и привело его к поражению. Однако чтобы победить Кюр Илима, нужно быть в состоянии нанести достаточно урона, чтобы сначала убить по меньшей мере миллион зомби, и единственные, кто на это был способен, это, вероятно, другие Лорды–Драконы или же обладатели Мировых Предметов. Можно сказать, что кому–то в одиночку победить его практически невозможно, но даже если против него будет сражаться группа, то он мгновенно уничтожит их [Душегубом].

Учитывая вышесказанное, Сатору в наибольшей степени является для него сложным соперником.

И еще кое–что. В живом состоянии Кюр Илим не сможет использовать [Душегуб]. Но захоти он для этого пожертвовать своей душой… возможно, на разок бы хватило?

Послесловие.

А вот и уголок для излияния автора, более известный как "Послесловие"… Я напишу тут о том, чего не написал там! И раз я с той же радостью пишу тут, как и там, то, пожалуйста, проявите понимание, если заметите тут какие–нибудь опечатки!

Хм? В отличие от предыдущих, это послесловие написано в ином стиле? Хм. Может и так. Я ведь даже не написал финальные благодарности, как это делал раньше. Возможно, все мои размышления писались так всегда!

…Итак, для меня это 14–я книга. Поэтому я извиняюсь перед теми людьми, которые с нетерпением ждут 14–го тома, но по моим личным ощущениям, я будто бы уже закончил 14–й том. Значит, следующий будет 15–м…

Что скажете теперь, когда прочитали этот спин–офф?

Считаете ли, что Сузуки Сатору, как главный герой романа, отличается от того Повелителя, что мы видели прежде?

Сцена битвы в этой книге, возможно, показалась вам запутанной. Может, ранее стоило бы объяснить "вот почему он сделал то–то и то–то", но я намерено опустил это. Данное произведение действительно будет тяжелым для читателя. Возможно, я потерпел неудачу, как писатель романа, но, как я уже много раз говорил, лично я думаю "ничего страшного, даже если вы не особо понимаете написанного".

Кстати, зачастую мой редактор говорил мне: "Сделай это проще для понимания", но последнее время я от него этого не слышал. Как, например, я не хотел напрямую употреблять термин "мужчина" по отношению к Маре. И я использовал свои собственные придуманные термины, думая: "Кто знает, тот поймет, верно?" Но затем мой редактор отговорил меня от этого. Эх, воспоминания. Такая маленькая закулисная история о создании первого тома.

Это издание подразумевалось как эксклюзивный бонус, но я эгоистично настоял, чтобы они опубликовали его как книгу. Как думаете, она достойна стоять на одной полке вместе с остальными томами? Если да, то я буду невероятно счастлив. Я еще сначала хотел добавить в конце историю о Первом из Тринадцати Героев, но мне показалось, что это испортит тон эпилога, так что я вырезал её. Такое ощущение, что Overlord закончится, так никогда и не затронув эти истории!

Итак, мои мысли о персонажах:

Сатору: Он такой человек, который будет использовать любые грязные приемы для победы. Вы же помните, насколько "честен" он был в сражении с Шалти. С учетом вышесказанного, этот Сатору, в целом, открывается нам как хороший парень. Не будь с ним Назарика, он, пожалуй, таким бы и был. Может, по–вашему, он чуть–чуть похож на кого–то другого? Но он должен иметь такой же искаженный характер, как у его воплощения из оригинальной сюжетной линии.

Киино: Обрела ли она счастье в этой истории..? Ладно, ну… кхм!

Касаемо того, как все будет идти после эпилога – у меня есть смутное представление об этом. Но, пожалуйста, все вы можете фантазировать на этот счет, как вам нравится… Но как же все будет развиваться? Будут ли они сражаться? Или сбегут? Или они встретятся? Или, может, всё обернется совсем по–другому? Мне будет очень приятно, если перед сном вы поразмыслите над этим в стиле: "Вот если бы писал я, то…" Мне кажется, что если Сатору поделится своими знаниями со всеми из Новой Аинз Оал Гоун, то с отрядом Плеяд они смогли бы справиться и сами. Эти ребята даже могли бы стать командой мечты мирового уровня. Ну, до тех пор, пока другие могущественные существа не присоединятся к битве.

Кюр Илим: Если вы видели его лист персонажа в конце книги, то должны знать, что он на пять уровней ниже Сатору. И если вы думаете, что Сатору, очевидно, может победить его, то вы ошибаетесь. Даже беря одинаковые уровни, если сравнить по силе ТачМи с персонажем, имеющим сотню классов первого уровня, то они будут отличаться, как небо и земля. С другой стороны, будучи драконьей расы и имея мощные классовые уровни, Кюр Илим, на самом деле, более могущественен, чем подразумевают его 95 уровней. Конечно, поскольку присутствует корректировка урона из–за разницы в уровнях, его шансы на победу ниже. Существует ли он в оригинальной сюжетной линии, пока остаётся секретом. Но если существует, то его 200 лет изучения и накопления сил означают, что у него будет меньше слабостей, чем в этой книге.

Что ж, вот что я думаю обо всём этом. Ну, я с нетерпением жду встречи с вами в следующем томе, который выходит в середине этого года по календарю Маруямы.

Пока–пока.


Апрель, 2019.

Золотой Маруяма.


Повелитель. Принцесса-вампир утерянной страны


Примечания

1

GM – game master, координатор или модератор игры.

2

ПК – англ. PK, player killing, убийство игроков.

3

Скилл заметил присутствие нежити, далее – сигнатура нежити.

4

НИП – NPC, не игровой персонаж.

5

У японцев принято обращаться друг к другу по фамилии, поэтому он посчитал её фамильярной, когда она назвала его имя. И наоборот, когда Момонга назвал её по имени, а она удивилась, он посчитал, что, вероятно, он ошибся, и Киино это её фамилия.

6

0хп – 0hp, health point, очки здоровья.

7

Такую же статуэтку Момонга дал Газефу при нападении теократии на деревню Карн.

8

Тут имеется ввиду, что скелеты обычно слабее личей, а тут один такой смог себе подчинить лича.

9

п.п.: Автор использовал идиому из труда Мэн–цзы – "Нападай в нужном месте, в нужное время, с нужными людьми."

10

В социальных сетях был комментарий о том, что это может иметь некий смысл на уровне привязанности демонов к своим именам.

11

Компоненты заклинаний – это стоимость магии, время на активацию, необходимые катализаторы, и т.д.


home | my bookshelf | | Повелитель. Принцесса-вампир утерянной страны |     цвет текста   цвет фона