Book: Основы теософии



Основы теософии

ОСНОВЫ ТЕОСОФИИ

Отправные идеи

Теософия имеет дело с реальностями, выходящими далеко за пределы человеческих понятий. И всё же она пользуется словами, чтобы показать некоторые направления, которые помогают решать проблемы человеческого существования. Определённые идеи, которые можно выразить словами, такие как единство мироздания, взаимодействие сознания и материи, периодичность или повторение циклов, карма или причинно-следственная связь, действительно способствуют пониманию глубоких структур, лежащих в основе того, что мы переживаем. И пока они не превратились в окостеневшие догмы, в теософии возможны дискуссии, связанные с определёнными базовыми темами.

Современные теософские авторы, каждый по-своему, описывают основные понятия. Их формулировки несколько различаются, однако следует отметить высокий уровень повторяемости. Это предполагает две вещи. Во-первых, действительно, есть некоторые основные идеи, с которыми согласны большинство теософов. Во-вторых, различие в формулировках и объёме описания показывает, что в теософии способы понимания и выражения всегда индивидуальны. Давайте рассмотрим теперь некоторые из этих главных идей.

Сначала нам следует проанализировать три основных положения, на которых базируется «Тайная доктрина» Е. П. Блаватской. Вкратце они следующие:

1. Некий вездесущий, вечный, беспредельный и неизменный Принцип, все рассуждения о котором не имеют никакого смысла, поскольку он выходит за пределы человеческого понимания, и любые выражения и сравнения, к которым человек может прибегать для его описания, приведут лишь к его умалению и искажению. Он недосягаем и недоступен для мысли – «немыслим и неописуем», по выражению «Мандукья-упанишады».

2. Вечность Вселенной in toto [в целом] как некоего беспредельного плана, периодически служащего «ареной для бесчисленных вселенных, которые непрестанно то появляются, то исчезают». Они называются «проявляющимися звёздами» и «искрами вечности». «Вечность странника» подобна мановению ока Самосущего. «Попеременное то появление, то исчезновение миров подобно регулярно чередующимся приливам и отливам».

3. Фундаментальная идентичность всех душ вселенской сверхдуше, которая сама является одним из аспектов «Неведомого корня»; а также необходимость странствования для каждой души – как искры сверхдуши – на всём протяжении цикла воплощений (или «необходимости») в полном соответствии с законами циклов и кармы. (Blavatsky, 1888, vol. I, pp. 14-17)

Основываясь на этом изумительном утверждении, мы сейчас составим список нескольких моментов, которые станут центральными в нашем подходе к теософии.

A. В основе всего, что есть или может быть, лежит единая бесконечная и непостижимая Реальность. Она выражает себя через сознание и материю, так что все явления представляют собой их сложное взаимодействие.

B. Вселенные, солнечные системы и миры развиваются циклически в соответствии с динамикой этого взаимодействия.

C. Индивидуальное человеческое существо, иногда называемое «странником», движется через эти вселенные и миры, проходя жизнь за жизнью, реагируя на карму и необходимость испытать множество разновидностей существования, прежде чем вернуться к Единому источнику.

D. В нашем мире имеется сокровищница мудрости, о которой известно всем, кто достаточно продвинулся на Пути, и в то же время доступная всем серьёзным искателям, что может помочь нам в понимании этих истин.

E. Развитие – это не только интеллектуальное обучение, но и посвящение, или внутренняя трансформация, и жизнь в соответствии с духом открытости и единства всех существ.

Другой список, который следует принять во внимание, хотя он и отличается от предыдущего, содержит «три провозглашённые цели» Теософского общества, которые публиковались в большинстве его документов и периодических изданий. Это важно потому, что они иллюстрируют разницу и взаимосвязь между «консенсусным» теософским учением о природе человечества и Вселенной (его мы уже представили) и конкретной ролью Теософского общества. Его целями являются:

1) формирование ядра всеобщего братства человечества независимо от расы, вероисповедания, пола, касты или цвета кожи;

2) содействие изучению сравнительной религии, философии и науки;

3) исследование необъяснённых законов природы и скрытых сил человека.

Единственным интеллектуальным обязательством, ожидаемым от людей, желающих вступить в Теософское общество, является их заявление о «симпатии» к этим целям. Не является обязательной никакая философская или теологическая доктрина, даже такая фундаментальная, как единство и вездесущность сознания. Просто рекомендуется изучать сравнительную религию, философию и науку, исследовать, как индивидуально, так и совместно с Обществом, необъяснённые законы природы и силы, скрытые в человеке.

Теософская традиция предполагает, что если человек будет заниматься этими исследованиями достаточно честно и глубоко, он осознает единство Вселенной, внутреннее значение сознания и другие консенсусные положения теософии. Но главное, что нужно понять и усвоить, – они никогда не должны восприниматься как догмы. Тот, кто соглашается с ними вследствие авторитетности людей или учреждений, их провозгласивших, на самом деле никогда не начнёт понимать их, даже если этот человек будет использовать «правильные» слова.

Во-вторых, мы видим в первом пункте программу, которая предлагает воплощение идеи консенсуса в очень широком понимании. Ибо теософия учит, что единство Вселенной является её самой главной реальностью, что сознание всегда связано с явлениями, а всё человечество проходит единый великий путь. Как это выразить социально, но так, чтобы подчеркнуть всеобщее братство человечества и не проводить различий по признаку расы, вероисповедания, пола, касты или цвета кожи? Для формирования ядра Теософское общество использует естественное братство. Искушённому наблюдателю эта организация покажется, конечно, маленькой и незначительной в сравнении с огромными противоречиями и неравенством, которые всё ещё преследуют человечество. Тем не менее, какой бы она ни была, она по-прежнему остаётся организацией межрасовой, межкультурной, межконфессиональной, приверженной принципам сексуального равенства, в отличие от многих более крупных организаций. Ядро не должно быть больше того, ядром чего оно является, или даже находиться точно в центре; это как сердцевина зерна или, скажем, главная часть коллекции произведений искусства, которая просто демонстрирует направление подлинного роста и способствует этому росту, не являясь всей коллекцией. Члены Общества считают, что оно спокойно исполняет свою работу, а его консенсусное учение достойно объясняет, почему лишь «всеобщее братство» может быть истинной целью человеческой истории.


Вездесущность сознания

Теперь мы должны вернуться к основным признакам консенсуса. После единства мироздания наиболее важным моментом является то, что наблюдаемая реальность есть результат взаимодействия сознания и материи, внешние формы которого представляют собой лишь отблески. Что же так эффективно объединяет всё существующее? Конечно же, связь между сознанием и материей: она скрепляет далёкое и близкое, прошлое и будущее – всё это присутствует в одной лишь мысли. Мысль есть сила, которая связывает все вещи.

Это значит, что сознание присутствует везде, где мы видим пространство, время и любую форму. Следуя обычным представлениям, мы можем предположить, что некоторые вещи, такие как камни и облака, относятся только к материи. Однако на атомном уровне даже самое твёрдое вещество переходит в чистую энергию, что подтверждает взаимодействие сознания и материи, двух неразделимых выражений фундаментальной реальности, лежащей в основе того, что кажется чистой материей.

«Тайная доктрина» говорит нам, что время «является всего лишь иллюзией, порождаемой последовательной сменой состояний нашего сознания по мере нашего движения в потоке Нескончаемой длительности, и там, где нет сознания, в котором могла бы возникнуть эта иллюзия, там не существует и времени – оно „спит“». Нескончаемая длительность, как нам говорят, – это не время, каким мы его представляем, а процесс, в котором вечно существующие идеальные формы проходят через «математическую линию», известную как настоящее, в «область воспоминаний, которую мы называем прошлым». Только своего рода размытие в уме даёт нам ощущение временной продолжительности (там же, p. 37).

Можно отметить, что это описание Вселенной и сознания замечательно сходится с голографической моделью мира, предложенной в 1970-е годы Карлом Прибрамом из Стэнфорда. Голография – это трёхмерная картина, или изображение, полученное путём отражения света от фотопластинки, на которой отпечатан голографический код. Ключевой характеристикой голограммы является то, что все её части содержат целое; в случае повреждения изображение можно воспроизвести из любого её фрагмента.

Прибрам пришёл к выводу, что мозг работает на основе своего рода голографического процесса; он конструирует реальность, создавая внутри себя голографические образы из идеальных форм, которые не имеют собственной временной или пространственной реальности. Таким образом, первичный порядок Вселенной – это не фактические пространство, время или субстанция, а предшествующие им безразмерные волны, которые разум голографически интерпретирует как материальную реальность. В конечном счёте, Вселенная не состоит из сущностей, локализованных в пространстве и времени: из этих звёзд здесь, из тех звёзд там, событий, происходящих сейчас, за миллион лет до этого или через миллион лет в будущем. Как и в Нескончаемой длительности Блаватской, все возможности присутствуют сразу, скрытые в каждой части Вселенной, как в голографическом коде, готовые к воспроизведению из любого его фрагмента, включая фрагмент, представляющий собой человеческий мозг.

Таким образом, Вселенная с её историей, а также наши собственные биографии – это просто серия картин, выбранных нами из бесконечного множества доступных нам изображений, или истории, которые мы рассказываем самим себе, благодаря голографическим частотам в нашем уме. Согласно Анри Бергсону, наш разум работает как редукционный клапан, пропуская лишь крошечную часть бесконечного количества сенсорных и других доступных ощущений.

С теософской точки зрения, конкретный мир, который каждый из нас создаёт из невообразимого многообразия доступных голографических кодов, основан на сродстве, или карме (этот теософский термин мы вскоре обсудим более полно).

Попутно заметим, что в этой модели Вселенной не существует концептуальных ограничений для таких психических явлений, как ясновидение (осведомлённость об отдалённых событиях), предвидение (знание будущих событий), ретроспекция (восприятие сцен прошлого как сейчас происходящих) или телепатия. Ибо близкое и далёкое, прошлое и будущее – всё это поддаётся голографическому воспроизведению из каждого фрагмента пространства и времени, если, так сказать, «свет» падает на него подходящим образом или же воспринимающий ум способен должным образом адаптироваться. Хотя это и не относится к центральному направлению теософии, такие явления всегда считались важными, поскольку они давали подсказку об истинной природе реальности и играли важную роль в истории Древней мудрости.

Теософия не связана с моделью Прибрама или с какой-либо другой моделью реальности: религиозной, философской или физической, потому что такие модели приходят и уходят по мере развития человеческой мысли. Тем не менее, эти модели, демонстрирующие сближение с духом теософской традиции, могут служить метафорами, которые помогают пониманию истины. Впрочем, и сам теософский язык следует рассматривать лишь как указание на истину, но не саму истину.

Однако, в данном случае оба подхода, видимо, указывают на концепцию, согласно которой всё существующее является единым в подлинно радикальном смысле, ибо, в конечном счёте, вся эта бесконечная и вечная масса «первичного» сознания и материи обрабатывается «разумами», чтобы создать видимую Вселенную. Блаватская формулирует это так: вселенский процесс представляет собой всего лишь то, что «универсальная и вечная реальность   периодически отражает себя в бесконечных глубинах пространства. Это отражение, которое вы рассматриваете как предметную материальную Вселенную, мы считаем всего лишь временной иллюзией, и ни чем иным». Личности, как она поясняет, похожи на внезапные вспышки северного сияния, «которые реальны лишь постольку, поскольку существуют в тот момент, когда вы ими любуетесь», хотя они так же иллюзорны, как и всё в мире: ничего реального здесь нет, вспышки не так важны в сравнении с силами, которые их произвели. (Blavatsky, 1889, pp. 84-85)

Или, как сказано в «Тайной доктрине»:

Нет ничего постоянного, за исключением единого абсолютного Бытия, скрытого от нас и содержащего в себе ноумены всех без исключения реалий. Всё, что существует на том или ином плане бытия, вплоть до высочайших дхиан-чоханов, – это лишь своего рода тени, отбрасываемые на белый экран волшебным фонарём. Тем не менее, все вещи обладают относительной реальностью, ибо познающий и сам является лишь проекцией, и для него познаваемая вещь так же реальна, как и он сам. (Blavatsky, 1888, vol. I, p. 39)

Эта иллюзия/реальность названа санскритским термином «майя», который, между прочим, связан с нашим словом магия, и это наводит на мысль, что видимая Вселенная сродни шоу мага. По мере того, как мы продвигаемся в нашем развитии, мы всё больше осознаём природу её реальности, хотя в течение длительного времени этот процесс может означать только замену одной иллюзии на другую. Способ самореализации путём медитации с использованием интеллектуального анализа называется в Индии джнана-йогой. Елена Блаватская рассказала о нём в последний год своей жизни, как следует из заметок, сделанных капитаном 3 ранга Робертом Боуэном, её учеником.

Идя по пути джнана-йоги, человек чувствует, что у него возникают новые концепции, которые он осознаёт, тем не менее, не имея возможности ни выразить их, ни придать им форму мысленного образа. С течением времени эти концепции примут вид мысленных образов. В этот период следует быть особенно осторожным и не давать ввести себя в заблуждение идее, что этот новообретённый прекрасный образ является изображением реальности. Это не так. Продолжая свою работу, человек обнаруживает, что образ, некогда приводивший его в восхищение, тускнеет и перестаёт его удовлетворять и, в конце концов, совершенно стирается и отбрасывается. Здесь его подстерегает другая опасность, поскольку в тот момент, когда он оказывается как бы в пустоте и лишён какой-либо концепции, способной его поддержать, он может поддаться искушению оживить отброшенный образ с тем, чтобы обрести более надёжную опору. Настоящий же ученик, не обращая на это внимания, продолжит свою работу, и наконец, перед ним вновь забрезжит неясный свет, из которого со временем опять возникнет образ величественнее и прекраснее прежнего. Но теперь он уже будет знать, что никакой образ нельзя считать представляющим Истину. Этот последний великолепный образ тоже потускнеет и исчезнет, как и прочие. Так будет продолжаться до тех пор, пока, наконец, не останутся позади и разум, и созданные им образы, и тогда ученик окажется в мире бесформенном и пребудет в этом мире, бледным отражением которого являются любые формы.

Настоящий исследователь «Тайной доктрины» – это джнана-йог, и этот путь йоги является истинным путём для западного ученика. Для того, чтобы дать ему ориентиры на этом пути, и была написана «Тайная доктрина». (Bowen, 1980, pp. 66-67)

Следует отметить: если всё, что существует, возникает в результате взаимодействия сознания и материи, тогда всё оно – живое, то есть, нет мёртвой материи или абсолютно бестелесного духа. В этом взаимодействии все формы можно рассматривать как стадии развития. Принятие этой отправной точки позволяет всем другим концепциям теософии стать на свои места.

Важно подчеркнуть, что теософия не является какой-то формой метафизического идеализма или ментализма, заявляющего, что сознание предшествует материи, или что всё, что мы видим в материальном мире, есть всего лишь проекция разума, не имеющая никакой реальности. Заблуждения на этот счёт совершенно безосновательны, потому что теософия говорит о сознании, пронизывающем всё, что мы видим, каким бы «материальным» оно ни казалось.

Но и материя в той или иной форме всегда присутствует; без неё сознанию было бы нечего формировать и не на что реагировать в своей творческой деятельности. Всё было бы так же пусто, как и при материи без духа. То, что предшествует, – это не сознание в том виде, в каком мы его знаем, а Неведомый корень, из которого проистекают и сознание, и материя. Таким образом, Вселенная – это великая совокупность взаимосвязанных сущностей, материи и духа, большого и малого, внутреннего и внешнего. В «Тайной доктрине» сказано:



Всё в мире форм и бытия – от богов до людей, от миров до атомов, от звезды до тоненькой свечи, от солнца до живой теплоты самой ничтожной органической твари – представляет собой некую гигантскую цепь, все звенья которой тесно связаны между собой. Закон аналогии – вот самый первый ключ к пониманию проблем мироздания, и эти звенья должны стать предметом комплексного изучения во всех их оккультных взаимосвязях. (Blavatsky, 1888, vol. I, p. 604)


Внутри и снаружи

Давайте подумаем о вездесущности сознания несколько иначе. Что это за Вселенная, в которой мы, странники, оказались? Мы изучаем сознание двумя способами: наблюдая то, что видим своими глазами, и то, что можем познать изнутри. Эти два подхода очень разные. Один из них – это, по сути, изучение поверхностей, неподвижных или движущихся. Например, наблюдая за другим человеком, вы пытаетесь интуитивно понять, что происходит с ним внутри: вы исследуете, как он перемещается, как меняется выражение его лица и как он разговаривает. Совершенно иной способ познания – изучение себя изнутри. Это даёт ощущение осознанности, полученной из первых рук, однако при этом нет уверенности, что изучена ваша внешняя сторона, потому что, как глаз не может видеть себя сам, так и вы не можете видеть себя таким, каким вас видят другие.

Конечно, можно предположить, что внешнее изучение является более надёжным. Оно позволяет видеть гораздо больше объектов Вселенной, чем внутреннее видение. Оно даёт возможность измерять, анализировать и предсказывать. И всё же сомнения остаются. Кроме самого себя, и того, что я могу интуитивно понять в других людях, имеется ли во Вселенной что-то ещё? Смогу ли я когда-нибудь узнать, что она такое на самом деле, видя лишь её внешнюю сторону?

Я также полагаю, что какой бы большой ни была та часть Вселенной, которую я вижу извне, с помощью телескопов и микроскопов, она никогда не будет чем-то большим, чем крошечный фрагмент её, будь то самый маленький организм или миллиард других миров.

Блаватская пишет:

Ограниченный ум соглашается с наукой и говорит: «Бога нет». Но с другой стороны, наше Эго, которое живёт, мыслит и чувствует себя независимым от нас в нашей смертной оболочке, не только верит. Оно знает, что есть Бог в природе, ибо этот единственный непобедимый Изобретатель всего живёт в нас так же, как мы живём в Нём. Никакая догматическая вера или точная наука не в состоянии искоренить это интуитивное ощущение, свойственное человеку, если он однажды полностью осознал его. (Blavatsky, 1877, vol. I, p. 36)

Здесь Богом считается вселенский Неведомый корень, Эго же – его духовное проявление как сознания, которое, в конечном счёте, уверено в знании своей истинной сущности так же, как внешнее «я» уверено в истинности своего имени. Поэтому остаётся единственный способ узнать, что такое Вселенная на самом деле: не изучать снаружи её внешнюю сторону, а рассмотреть изнутри наше собственное «я», как пример или тестовый образец внутренней природы Вселенной, доступный каждому из нас. Тогда мы убедимся, что реальность сознания так же фундаментальна, как и реальность материи: его внешние особенности, даже мысли и сны, являются лишь направленными вовне выражениями. Аналогично нашим собственным выводам:

Функционирование Вселенной протекает и направляется изнутри вовне. Как вверху – так и внизу, как на небе – так и на земле, а человек – микрокосм, миниатюрная копия макрокосма – является живым свидетелем действия этого всемирного закона и того, каким способом он действует. (Blavatsky, 1888, vol. I, p. 274)

Точно так же, как мы управляем собой изнутри, когда наш невидимый ум приказывает двигаться нашим рукам и ногам, так же управляется и Вселенная. Ещё раз сошлёмся на Блаватскую:

Тайное учение провозглашает фундаментальную идентичность всех душ вселенской сверхдуше, которая сама является одним из аспектов «Неведомого корня»; а также необходимость странствования для каждой души – как искры сверхдуши – на всём протяжении цикла воплощений, или «необходимости», в полном соответствии с законами циклов и кармы (там же, p. 17).

Таким образом, индивидуальность представляет собой сознание, специализирующееся на взаимодействии с материей, сознание, выделенное для целей странствования. Можно сказать, что души подобны зеркалам. В «Голосе Безмолвия» Блаватская так и говорит: «Ум подобен зеркалу». (Blavatsky, 1889a, p. 28) Вселенная напоминает волшебный зал с зеркалами, в котором реальность каждого существа, каждого странника, зависит от того, под каким углом он отражает все другие зеркала. Этот угол даёт каждому из нас особую уникальность, которую мы высоко ценим. Однако у нас нет ничего, что мы можем отдать, кроме отражённого света. Угол отражения смещается в течение эонов, и свет в зеркале становится всё ярче и ярче.

Мы уже говорили о другом аспекте индивидуализации сознания, который имеет отношение к эволюции: установление сродства. Монадические зеркала-сознания притягиваются друг к другу благодаря подобию, которое создаётся личной фильтрацией вселенской голограммы. Те, для кого их мир более или менее одинаков, обнаруживают, что создают и переживают его вместе. Например, у тех из нас, кто достиг той стадии своего бесконечного странствования, которая связана с планетой, называемой Землёй, с её днями и ночами, радостью и болью, надеждой и отчаянием, и кого на этот раз ветра кармы занесли в двадцатый век со всеми его экстравагантными дарами и ужасами – у нас должно быть много общего, раз уж мы встретились. Другими словами, хотя каждое из наших зеркал наклонено чуть-чуть по-своему, однако при этом все они фокусируют большую часть света в одном и том же направлении, и этот свет помогает нам создавать наш общий человеческий мир.


Непрерывная эволюция

В то же время этот мир не стоит на месте. Мы уже видели, что на уровне манифестации явления постоянно изменяются так же легко и свободно, как свет и тень. «Тайная доктрина» напоминает нам, что «на земле нет ничего, что имело бы реальную длительность, поскольку ничто здесь не остаётся неизменным – то есть одним и тем же – даже в течение одной миллиардной доли секунды». (Blavatsky, 1888, vol. I, p. 37) И всё же эти изменения не бесцельны и не случайны, поскольку все они во власти Необходимости, во власти Единого закона, которому подчиняется всё, что существует.

Для понимания смысла вселенской эволюции давайте рассмотрим ещё раз три фундаментальных положения, которые в «Тайной доктрине» используются как отправные идеи.

«Некий вездесущий, вечный, беспредельный и неизменный Принцип, все рассуждения о котором не имеют никакого смысла, поскольку он выходит за пределы человеческого понимания… он недосягаем и недоступен для мысли» (там же, p. 14). Мы уже указывали на эту Реальность и отождествили её – насколько это возможно – с Неведомым корнем, из которого проистекают и сознание, и материя. Он также может быть идентифицирован как Абсолютное сознание, но не следует путать его с активным сознанием, которое взаимодействует с материей, чтобы сформировать мир, каким мы его знаем.

«Вечность Вселенной in toto как некоего беспредельного плана, периодически служащего ареной для бесчисленных вселенных, которые непрестанно то появляются, то исчезают. Они называются проявляющимися звёздами и искрами вечности. Вечность странника – монады, или бессмертного принципа каждой индивидуальности – подобна мановению ока Самосущего. Попеременное то появление, то исчезновение миров подобно регулярно чередующимся приливам и отливам» (там же, pp. 16-17).

Такова проявленная Вселенная сознания и материи. Прежде чем продолжить, мы должны сказать, что эта ошеломляющая картина всей Вселенной как «беспредельного плана», в которой бесчисленные отдельные вселенные мерцают, как огни, в соответствии с непреложным законом периодичности, наводит на мысль о современной космологии, а Тайное учение девятнадцатого века – на мысль о современной голографической концепции сознания. Теория происхождения Вселенной из единственной точки с её последующим в течение двадцати миллиардов лет расширением, известная как «Большой взрыв», в течение некоторого времени стала общепринятой. Накапливается всё больше доказательств, что Вселенная содержит достаточно материи, чтобы этот процесс в определённый момент «остановился» и началось сжатие, и что продолжительность всего цикла составляет около восьмидесяти миллиардов лет.

Тем не менее, теория единственной пульсирующей Вселенной не полна, поскольку с каждым циклом энтропия будет расти, а продолжительность цикла будет всё больше и больше: возвращаясь назад во времени, можно было бы, в конечном итоге, достичь первого «большого взрыва». Другими словами, пульсирующая Вселенная всё равно не будет бесконечной во времени. Проблема первоначального творения остаётся.

Но в 1970-х и 1980-х годах возникла новая космология, предложившая концепцию «суперпространства», в котором бесчисленные вселенные возникают в виде пузырьков, запускаемых случайными квантовыми событиями, в соответствии с принципом неопределённости Гейзенберга. Флуктуации скрытой энергии вакуума, начинающиеся как точечные возмущения, могут при определённых обстоятельствах генерировать лавинообразно растущую энергию, что будет выглядеть так же, как «большой взрыв» при зарождении Вселенной, и в конечном итоге, это может привести к появлению галактик, звёзд, жизни и разума. Опять же, следует помнить о предварительном характере научных гипотез, и мы не должны абсолютизировать мостик, сближающий «Тайную доктрину» и современные физические модели, однако это наводит на размышления.

Ибо это суперпространство, в котором вселенные постоянно возникают и исчезают – когда их огни угасают в «тепловой смерти» или сжатии – напоминает непознаваемое, но абсолютное Единство, Неведомый корень, безграничный план, который является спящей матрицей нашей и всех прочих вселенных, упоминаемых в «Тайной доктрине».

«Что всегда было, есть и будет, независимо от того, имеется какая-то вселенная или нет, и существуют боги или нет?» – спрашивает эзотерический катехизис, написанный на языке сензар. И ответ на этот вопрос звучит так: «Пространство» (там же, p. 9).

Опять таки:

Это и есть Единая Жизнь вечная, вездесущая, не имеющая ни начала, ни конца, однако с регулярной периодичностью проявляющая себя, промежутки же между этими периодами проявления скрыты непроницаемой завесой тайны Не-бытия; она бессознательна, но при этом является абсолютным Сознанием, непредставима, однако выступает как единственная самосущая Реальность; воистину, она – «хаос для чувств и космос для разума». Её единственным абсолютным атрибутом, составляющим саму её Суть, является вечное, непрекращающееся Движение, называемое на эзотерическом языке «Великим дыханием», которое представляет собой постоянное движение Вселенной, в смысле беспредельного и вечно существующего Пространства.    Бездвижное не может быть Божественным (там же, p. 2).

В другом месте «Тайная доктрина» сообщает нам, что то, о чём говорится в эзотерических источниках, как о Жизни, – это то, что для науки является энергией. Тогда мы получаем поразительную картину безграничного изначального суперпространства, недифференцированного, но потенциально оживляемого энергией, в котором спонтанно могут происходить квантовые события и возникать вселенные; их периодичность, о которой неоднократно говорит Блаватская, наводит на мысль об одном из статистических методов, связанных с квантовой активностью.

«Тайная доктрина» говорит о высшей Реальности, или суперпространстве, так же, как об абсолютном Сознании, что мы уже отмечали, отличая его от эманируемого сознания, которое взаимодействует с различными состояниями материи. Абсолютное сознание как Абсолютная реальность есть нечто, пока ещё не обсуждаемое современной теоретической космологией с научной точки зрения, однако сам термин не приводит к каким-либо философским затруднениям. Мы не говорим о сознании что-либо более определённое, равно как и об энергии, направляемой в суперпространстве на конкретные цели. Это имеет смысл только после возникновения реальных вселенных вместе с более конкретными сознаниями.

Но могло ли сознание – способность Вселенной знать о себе через определённые сущности – появиться в ней, если бы оно не было первым в матрице, из которой эта Вселенная вышла? Как показывает голографическая модель, мы всё больше и больше осознаём, что сущность сознания неотделима от проявленного мира, который мы знаем. Понятия пространства, времени и материи не имеют никакого смысла без знания о них. Подходя к этому вопросу с другой стороны (что также рассматривается в теософии), все религии постулируют некую форму сознания – Бога, богов, Абсолюта – до сотворения или проявления феноменального мира.

Космологи всё больше задумываются над ещё одним замечательным аспектом нашей конкретной Вселенной. Мало того, что невозможно исследовать Вселенную без учёта, каким способом разум наблюдателя препарирует её; так же трудно не принимать во внимание то, что в нашей Вселенной есть нечто особенное, что сделало возможным само существование наблюдателя. Некоторые её особенности, например, значения фундаментальных констант или скорости расширения, оказываются «очень подходящими» для появления звёзд, тяжёлых элементов и холодных планет, на которых возможна жизнь. Если бы хотя бы одна из фундаментальных констант была лишь немного «другой», появление в нашей Вселенной даже одной планеты, пригодной для жизни, было бы исключено.

Поскольку совпадение благоприятных факторов поразительно, мы должны выбрать один из следующих выводов:

а) имеется некоторая внутренняя связь между тем, как устроена Вселенная, и существованием в ней разума, который отражает её, или же

б) существует очень большое (или даже бесконечное) количество случайных вселенных, и тогда нам просто повезло, поскольку возникли условия для появления жизни, поэтому мы здесь, или же

в) оба предыдущих утверждения верны. Теософы, как правило, выбирают последнее утверждение, указывая однако, что если сознание присуще даже нашей Вселенной, оно может проявляться в разных вселенных на разных планах совершенно по-разному. Разумная жизнь на планетах является далеко не единственным способом, когда энергия, производимая путём взаимодействии сознания и материи, проявляет себя.


Многоуровневая Вселенная

Теософское учение утверждает, что сознание одинаково действует во всей Вселенной, раскрывая внешнюю форму изнутри. Ключевой отрывок из «Тайной доктрины» гласит:

Парабрахман (Единая реальность, Абсолют) является полем деятельности Абсолютного сознания, то есть, такой Эссенции, которая никоим образом не связана с качественно обусловленным существованием, а потому сознательное бытие – это просто символ, наделённый определёнными качествами. Но стоит нам только мысленно отступить от идеи Абсолютного ничто (для нас), как мы тут же сталкиваемся с двойственностью, выражающейся в противопоставлении духа (или сознания) и материи, субъекта и объекта.

Однако дух, или сознание, и материю следует рассматривать не как две, не зависящие друг от друга реалии, но как два символа, или аспекта, Абсолюта, которые составляют основу обусловленного Бытия, как субъективного, так и объективного (там же, p. 15).

Здесь мы видим формулирование того, что можно назвать многоуровневой Вселенной, содержащей две Реальности: безусловную и обусловленную. Это разграничение, как правило, является основополагающим для религий, когда заходит речь о священном и мирском, о Боге и мире, о Брахмане и майе. Всё это представляется теософией в философских терминах, приближающихся к научной космологии.

Давайте начнём с обусловленной реальности, поскольку именно о ней большинство из нас знает больше всего. Мы постоянно ограничены пространством, временем и конечностью человеческого разума. Если мы находимся, скажем, в Чикаго или Лондоне, то не можем тогда пребывать в Кейптауне или Катманду. Если мы живём в двадцатом веке, то не можем быть так же в девятом столетии с Карлом Великим или в двадцать пятом – с Баком Роджерсом. Обычно мы не можем думать более чем об одной вещи одновременно; мы помним только крошечный фрагмент того, как проходил наш путь; многие из нас не смогут перемножить в уме числа, которые больше простых двузначных чисел. Что ещё хуже, наше мышление обусловлено всевозможными желаниями, страхами и представлениями о себе, с которыми мы не расстаёмся. Каждый из нас сознательно (или неосознанно) думает о себе, что он – человек, который всегда к чему-то стремится, чего-то боится, которому что-то нравится, что-то не нравится, который во что-то верит, во что-то не верит. Таким образом, с тех пор, как мы заковали себя в эту виртуальную клетку – не менее прочную, чем клетка из железных прутьев, в которой мы не смогли бы даже шевельнуться – мы только через неё можем контактировать с другими людьми, когда хотим понять их мысли. Таков характер обусловленной реальности.



Некоторые могут подумать, что обусловленная реальность – это единственное, что существует, или, по крайней мере, единственное, о чём можно знать. Однако, теософия, как и религия, предлагает иное: обусловленная реальность не могла бы существовать или была бы непостижимой без своей противоположности. Точно так же, как положительные заряды предполагают наличие отрицательных, как вещество предполагает существование антивещества, так и обусловленная реальность предполагает существование Безусловной реальности в качестве своей противоположности и матрицы, в которой неразделимо сплавлены все времена и все места, а мысль и энергия беспредельны. Это есть чистое пространство и чистое сознание.

Взаимодействие духа, или сознания, и материи с первым пузырьком-вселенной распространяется из этой области. Их смешение даёт начало конкретным вселенским формам, включая нас самих. Оба вселенских аспекта исходят из первичной области, каковой является Неведомый корень, то есть, Абсолютное сознание, или Безусловная реальность. Из безусловного сознания исходит дух, из безусловного движения, или энергии, появляется материя (которая, как мы знаем из физики, представляет собой просто конкретные формы энергии). Но теперь они взаимодействуют, создавая энергетическое поле, которое производит обусловленное сознание в том виде, в каком мы его знаем, а это сознание, в свою очередь, создаёт (или, скорее, отбирает для себя из вселенской голограммы) определённые конфигурации материи.

Особо следует отметить использование слова «символ» в приведённом выше отрывке из книги Блаватской, поскольку сознательное существование там названо «обусловленным символом», а дух и материя – «двумя символами» Абсолюта. В мировых религиозных и духовных традициях «символ» является очень важным термином. По-гречески он буквально означает «совместное снижение», предполагая нечто, связаное с чем-либо, но более важное. Теолог Пауль Тиллих сказал о символах как об участвующих в том, что они изображают. Другими словами, взаимодействие с символом – это более чем взаимодействие с самой вещью, поскольку оно устанавливает контакт с другой реальностью.

Здесь следует различать знак и символ. Знак, сообщающий, сколько миль до следующего города, просто даёт информацию, понятную для большинства людей. Этот знак не «принимает участия» в тех милях. Но если бы водитель был человеком, возвращающимся после долгих лет отсутствия в город, в котором он вырос, изображение этого знака могло бы оказать влияние, далеко выходящее за рамки фактической информации о том, сколько миль ему ещё предстоит проехать. Оно могло бы вызвать в памяти водителя прежние картины, звуки, даже запахи, пока бы он думал о названии этого города. Точно так же для влюблённого мысли о его любимой – это не просто случайное воспоминание о ком-то, как и для верующих крест на церкви или звезда и полумесяц на мечети – нечто большее, чем просто знаки, указывающие на тип этих зданий, поскольку они могут вызвать искреннее религиозное чувство и ощущение божественного присутствия, которое они символизируют.

Когда говорят о нашем сознательном существовании, а также о духе и материи как символах Безусловной реальности – это важное утверждение. Оно означает, что наше собственное сознание и наше собственное физическое существование – а также всё, что мы видим вокруг нас как материю, сформированную её сложным взаимодействием с духом – позволяет нам быть частью Высшей реальности. Мы принимаем участие в ней посредством этих символов настолько, насколько мы участвуем в нашей собственной реальности. Мы могли бы узнать, что мы сами и всё, что нас окружает, представляет собой скрытую Высшую реальность, безграничное Бытие и Блаженство, если бы мы могли раскрыть её тайну. Это похоже на тезис учителей дзен, которые говорят, что природа Будды – это изгородь в глубине сада, и просветление можно найти в мытье посуды после обеда. Согласно теософии, рассматривая непростые связи между изначальной Безусловной реальностью и нашей действительностью, мы никогда не должны забывать, что они не являются связями в нашем пространстве и времени, тем не менее Безусловная реальность всегда рядом с нами – здесь, сейчас и внутри обусловленной реальности.

Большая часть «Тайной доктрины» формально является комментарием к эзотерическому тексту под названием «Стансы Дзиан», который на странном мифическом языке красочно описывает процесс возникновения Вселенной, опирающийся на сознание и материю. Следующий пассаж может поначалу показаться довольно эксцентричным тем, кому язык современной науки более привычен:

Последняя вибрация седьмой вечности пробегает сквозь бесконечность. Мать раздувается, расширяясь изнутри наружу, как бутон лотоса. Вибрация распространяется, касаясь своим быстрым крылом всей Вселенной и зародыша, пребывающего во тьме: в той тьме, что дышит над дремлющими водами жизни. Тьма излучает свет, и свет отбрасывает один-единственный луч в глубь матери-бездны. Луч пронзает девственное яйцо, заставляя вечное яйцо начать трепетать, чтобы выбросить из себя невечный зародыш, который сгущается в мировое яйцо (там же, p. 28).

Почему бы не считать это красочной метафорой квантового события (кванты – частицы света), породившего Вселенную? Далее следует описание яйца, дающего начало отцу и матери, которые в свою очередь рождают лучезарное дитя: дух, материю и новое индивидуализированное сознание со всеми его чудесами и ужасами.

Язык «Тайной доктрины», как и теософии в целом, является не более чем «наводчиком», способным дать вдохновение в процессе джнана-йоги, который, в конечном счете, должен быть отброшен, чтобы освободить место для более глубокого понимания, каковое тоже не будет окончательным. Никогда не будет конца исследованию Высшей тайны. Тем не менее, этот язык выполняет замечательную функцию, подобно мифу и ритуалу в любой религии.

Граница между обусловленной и Безусловной реальностью – вовсе не на замке. Она имеет множество «дверей и окон», через которые передаются сообщения, а люди приходят и уходят. Эти «двери и окна» есть символы и инструменты религии; к ним относятся её доктрины, обряды, институты, её искусство, а также практики, такие как молитва и медитация. Их главная ценность заключается в том, что они придают Безусловной реальности человеческую значимость. Они окрашивают и преломляют, подобно витражам, её белый свет: так появляются учителя, спасители, обряды исцеления и священные собрания. Подобно порталам, они открывают специфические пути, ведущие на Другую сторону в соответствии с духовной традицией: это молитва, медитация или вера. Преобразуя Безусловную реальность в определённые формы, они делают её способной говорить на языке нашего мира, в котором всё конкретизируется: люди, места и времена, обычаи и концепции. Безусловная реальность становится сутью особенного Человека-спасителя, святого места или времени, священного обряда и, наконец, истинной идеи. Придавая Безусловной реальности человеческое лицо, связующие «двери и окна» делают её, как и должно быть, частью нашего мира, поскольку из неё он и вышел.

Как мы уже видели, теософия признаёт важность образов и идей, ведущих нас посредством джнана-йоги к Высшей реальности, указывая в то же время, что они, в конечном счёте, должны быть отброшены. «Тайная доктрина», используя слова о чреве и зародыше, отце, матери и ребёнке, показывает человеческую значимость момента творения. А почему бы и нет? Ведь этот момент в невообразимой бездне времени переплетается с нашей сегодняшней жизнью.

То, чем мы являемся сейчас, началось, когда вспышка света пробудила частицу энергии, ставшую великим домом, каким является наша Вселенная. Мужчина и женщина, родитель и ребёнок, возможно, не появились бы в нынешней человеческой форме, чтобы заселить наш мир, если бы уже тогда не присутствовали латентно в творческом взаимодействии духа и материи. Использование языка мифа для рассказа о латентном в терминах реализованных форм не вредит истине, а лишь подчёркивает её. Это демонстрирует глубокие аналогии и взаимосвязи, существующие во всей вселенской системе жизни: ибо плод закодирован в цветке, а цветок – в семени.

В частности, говоря о принципах, которые можно представить на протяжении всей вселенской эволюции как мужскими, так и женскими, Блаватская предлагает картину, несомненно, более привлекательную, чем та, в которой другие религиозные системы для описания божественного используют терминологию, связанную исключительно с одним полом.


О странствовании

Как уже было сказано, третье основное положение из «Тайной доктрины» таково:

Фундаментальная идентичность всех душ вселенской сверхдуше, которая сама является одним из аспектов «Неведомого корня»; а также необходимость странствования для каждой души – как искры сверхдуши – на всём протяжении цикла воплощений, или «необходимости», в полном соответствии с законами циклов и кармы (там же, p. 17).

Эволюция от низшего к высшему через все царства природы является обязанностью каждого странника. Любая душа, как нам говорят, должна «пройти через каждую элементальную форму феноменального мира этой манватары» (или проявленной Вселенной) и «обрести индивидуальность вначале за счёт естественного импульса, а затем посредством самостоятельных усилий, предпринимаемых и сознательно выбираемых в соответствии с её кармой, продвигаясь, таким образом, через все уровни интеллекта, от низшего до высшего манаса [разума], от минерала и растения до святейшего архангела», прежде чем она исполнит свой долг и станет полностью свободной (там же, p. 17).

Эти отдельные сущности называются душами, монадами или странниками. Они появляются в результате изначального взаимодействия духа и материи, неизбежно приобретая конечные формы. Ибо, когда дух соединяется с материей, его существование ограничивается последней в форме энергии, подчиняющейся естественному закону. Материя может притягиваться и отталкиваться, изменяться и разлагаться. Она постоянно стремится к более низкому уровню выражения, что видно по замедлению колебаний маятника, охлаждению раскалённого железа или неизбежной смерти любого организма. И наоборот, дух стремится ко всё более полному выражению. Когда материя соединяется с духом, она переходит в промежуточное состояние между своей обычной инертностью и стремлением духа к высшей безусловной Реальности, как своему истинному дому. Стремясь плыть против потока распада, свойственного обусловленному миру, дух творит эту обусловленную реальность, пытаясь превзойти её. На этом пути он самовыражается через разнообразные формы, начиная от минерала, растения и животного, вплоть до человека и бога, продвигаясь в своих материальных оболочках к своему вечному дому.

Мы должны ещё раз напомнить, что говоря так, мы используем язык одного уровня джнана-йоги. Как сказано в том же отрывке из «Тайной доктрины», в более глубоком смысле все «пермутации, психические, духовные и физические, на плане проявления и бытия в виде форм» являются «майявическими», то есть «не более чем эфемерной иллюзией наших чувств» (там же, p. 18). И всё же, каким бы важным ни было это понимание, не следует ожидать на пути к высшей мудрости более быстрого продвижения, чем соответствующее тому, что человек действительно думает о себе, но никак не тому, о чём он теоретически философствовал.

Если то, как мы живём большую часть жизни, действительно подтверждает, что мы - отдельные индивидуумы со своими собственными желаниями, убеждениями и страхами, тогда тропа нашего развития, возможно, приведёт нас сначала к большей добродетели и более ясным убеждениям, не подвластным страху и эгоистичным желаниям. Однако некоторые претенденты будут отброшены далеко назад при своих попытках погрузиться в глубинные уровни сознания вместо того, чтобы терпеливо культивировать свой первый проблеск истины. Если же эгоистичный соискатель попытается рассматривать внешний мир только как иллюзию, то результатом этого будет всего лишь солипсическое безумие, всё глубже и глубже затягивающее его в чёрную дыру эгоцентризма.

Длительное странствование управляется, как сказано в только что процитированном нами отрывке, двумя «регуляторами»: законом циклов и кармой, то есть, причинно-следственной связью на всех уровнях мыслей и поступков, о которых мы уже упоминали. Эти неумолимые законы удерживают нас от путешествий со скоростью, не соответствующей дороге, несмотря на сильное стремление духа к своему дому, а материи – к покою. В то время как получивший своё средство передвижения в превосходном рабочем состоянии действительно может добиться реального прогресса, он, тем не менее, всегда путешествует в более крупной компании и никогда не оставляет в пути свои дела незаконченными.

Путешествие с большой компанией относится к циклам. Ни одна теософская концепция не является более фундаментальной, чем утверждающая, что во Вселенной все явления связаны с периодичностью, то есть, с большими и малыми циклами. Как день сменяется ночью, так и вселенные, системы, миры и расы приходят и уходят. Без циклов не обходится ни один «план» материи от самой тонкой субстанции до физической материи, какой мы её знаем. Каждое проявление предоставляет уникальные возможности для накопления разнообразного опыта, который необходим для продвижения странника. Души, связанные родством или сопоставимые по стадиям роста, чаще всего переходят из мира в мир в компании. Некоторые из них могут идти в авангарде своей группировки или даже оторваться от неё, в то время как другие могут отставать, но это будет исключением из правила. В целом, именно циклы «программируют» опыт, необходимый для нормального роста, и развитие человека зависит от их определяющей скорости. (Конечно, в более глубоком смысле бывает отчасти наоборот – какой-то этап развития душ помогает сформировать мир, требуемый для их уровня.)

Карма – это санскритское слово, которое означает «действие», неразрывно связанное с его результатом. Причины и следствия имеют важное значение для всей деятельности; ничто в физическом мире не происходит без достаточной причины. Кроме того, любая деятельность сопровождается передачей энергии тому объекту, на который она направлена и который восстанавливается после воздействия. Аналогично восточным религиозным традициям, из которых концепция кармы исходит, теософия утверждает, что, кроме материального мира, похожая причинно-следственная связь имеет место также на моральном и духовном уровнях. Наши мысли, слова и поступки дают надлежащие плоды уже в этой или же в будущей жизни: хорошие плоды приносят нам благо, плохие – зло.

Карма и реинкарнация представляют собой неразрывно связанные понятия. Реинкарнация предполагает, что наша сущность, или принцип сознания, называемый монадой, или странником, переходит после физической смерти из одного тела в другое, пройдя также через промежуточное состояние в дэвачане. Перевоплощение, наряду с кармой, выражает кинетический причинно-следственный принцип, действующий на всех уровнях, как физическом, так и моральном. Этот принцип означает, что причина, приведённая в движение на любом уровне, не может исчезнуть, пока она не произведёт соответствующий эффект. Камень, брошенный в пруд, вызывает волны, которые сохраняются до тех пор, пока их энергия не истощится или пока они не достигнут берега. Жизнь человека не заканчивается физической смертью, потому что он всеми своими мыслями, словами и делами привёл в движение моральные и духовные энергии, которые должны истощиться. Поскольку они не угасли в течение одной человеческой жизни, они должны быть отработаны с соответствующими последствиями в следующей жизни.

Отработка энергий связана с основной целью воплощения монады. Для тех, кто достиг пути возвращения к Единому, она будет означать расширение сознания и увеличение силы для сострадания и служения через отказ от эгоцентризма. То есть наши энергии должны направляться на всё более глубокое осознание Единства и на взаимодействие всех существ, на осознание иллюзорной природы всего, что разделяет и разграничивает сущности этой духовно-материальной Вселенной, потому что сострадание и служение являются этической стороной Единения.

Поэтому, говоря кратко, всё, что мы делаем на пути бескорыстного сострадания и служения, принесёт в качестве логического следствия улучшенный опыт основополагающего Единства посредством расширения сознания и даже возможного воплощения в форме единения с великим святым или же с великой душой. Вот такая парадоксальная, но важная истина внушается всеми духовными учителями: «Тот, кто отдаст свою жизнь ради высшей цели, не потеряет её, но найдёт стократно».

Человек, который живёт, руководствуясь ложной предпосылкой, что индивидуальное «я» превыше всего, и что каждый индивидуум стремится к самоутверждению и превосходству над всеми остальными, получит воплощение в мире раздоров и горечи. Поскольку мы живём в том мире, в какой верим, тот, кто всего боится, найдёт на этой арене жизни много страха, а тот, кто любит – много любви. Немало мудрости содержится в старой поговорке: «Кто с мечом живёт, от меча и погибнет», и это подтверждается историей снова и снова. Карма учит нас, что человек, избравший насилие, похоть или ненависть, получит не только возмездие, но и обучится, испытав, каково жить в царстве зла. Убийца может подвергнуться ужасу внезапной жестокой смерти, а работорговец – испытать судьбу раба. Такое обучение может создать со временем внутреннюю пустоту, способную открыть человеку путь к пониманию Единства.

Это не значит, что мы имеем право проявлять безразличие к страданиям какого-либо человека на том основании, что он их «заслужил» из-за кармы. Не зная всех основных причин и целей кармы, мы не имеем права выносить такие суждения. Мы должны помнить, что кармические причины из других жизней, как правило, не известны. Работа кармы осуществляется на таком глубинном уровне, где вопрос облегчения непосредственных страданий не является главным. Но для нас в этом мире самым важным, безусловно, является путь сострадания и служения, независимо от того, в чём состоит причина страдания. Если человек полностью осознал, что его страдания являются следствием его эгоцентризма, то, скорее всего, он будет брать пример с того, кто помог ему в тяжёлый момент, тем самым показав величие любви и веры в Единство. Карма не предполагает детерминизма; выбрав мудрость и сострадание, мы своими собственными усилиями оказываем влияние на своё настоящее и будущее.

Таким образом, именно через циклы и карму, как причинно-следственную связь, мы вместе со всеми другими носителями сознания соединились в этой духовно-материальной Вселенной для того, чтобы пройти путь от первичной индивидуализации до окончательного возвращения. Но мы должны возвратиться не к первоначальному недифференцированному Неведомому корню, а к богоподобной ясности, которая объединит начальное безусловное состояние с всеобъемлющим совершенством мышления, приобретённым в результате длительного странствования. После бесконечных будущих вселенных нам предстоит пройти следующие невообразимые этапы. Но уже сейчас нам доступно знание того, что успех может быть достигнут только через мудрость и сострадание и что впереди нас есть те, кто, благодаря своей гораздо большей мудрости, могут протянуть нам руку помощи. Однако для нашего пока ещё недостаточного видения весьма затруднительно услышать или найти их, поскольку они глубоко погружены в Единство.


Древняя мудрость

Как утверждает теософия, такая Мудрость не принадлежит какой-то одной секте или какому-то народу, но является наследием всего человечества.

Принцип Единства применим к человеческой мудрости так же, как он применим ко Вселенной в целом. (Это ещё одна демонстрация основного теософского закона аналогии, или «как вверху, так и внизу»). Точно так же, как единство Вселенной более фундаментально, чем её разнородность, так и то, что наиболее широко распространено и лучше всего выражает сходность духовных и философских традиций нашей планеты, является, по мнению теософов, самым истинным.

Сходности, лежащие в основе, безусловно, не всегда могут быть очевидными. Вселенная едина, но она также демонстрирует в своём конкретном проявлении поразительное богатство разнообразия как часть своего могущества. Это великолепное многообразие пробуждает в нас чувство удивления, которое является начальной стадией мудрости, однако пределом мудрости может быть лишь глубокое осознание Единого. Подобным же образом исследователь должен рассматривать богатую панораму мировых религий и философий. На человеческом плане она пробуждает изумление, которое способствует углублённому внутреннему пониманию чужой культуры и другого общества. Всё это является отличным дополнением к упражнениям джнана-йоги, нацеленным на «интуитивное понимание сущностей», лежащих в основе бесчисленных форм религии, и в этих сущностях можно найти должным образом предсказанные сходности.

Что это за сходности? Их несколько, особо важных для теософского мировоззрения.

Единство. Практически все религии постулируют единственный источник Реальности: Бог, Брахман, Дао, в буддизме махаяны - дхармакая. Провозглашается ли определённый момент   творения или же утверждается, что мир является вечным (или циклическим) процессом – это всё вопрос относительной истины. Решающим моментом является то, что Вселенная множественности всегда рассматривается, как зависящая от Единого. Даже большинство политеистических систем содержат фундаментальный принцип единства, который показывает, что все боги, в конечном счете, работают слаженно, например, «верховный бог» и сознание природы – у первобытных людей или принцип Маат и верховная власть Амона – в древнем Египте.

Духовная энергия. Далее, религии утверждают, что Единый действует в мире посредством силы или «субстанции», которая представляет собой особый флюидический вид энергии, такой как Божья благодать и Святой Дух – в христианстве, шакти или майя (в смысле божественной власти над явлениями) – в индуизме, барака или божественная энергия, окружающая святых, – в мистическом исламе.

Центральной темой «Разоблачённой Изиды», первой крупной работы Елены Блаватской, является универсальная пригодность разрежённой энергии, известной мудрецам любой страны, с помощью которой можно выполнять действия, похожие на магические; однако, строго говоря, это не магия, поскольку здесь используются малоизвестные, но естественные законы. Эта энергия, по сути, есть дух, который, как мы видели, вместе с материей вышел из Единого в начале существования нашей Вселенной и который, взаимодействуя с материей, ускорил индивидуализацию сознания. В действительности, функционирование сознания является «магическим» и ничем не отличается от иллюзий магов или психокинеза адептов, поскольку оно вызывает действия, такие как движение тела, без явной материальной причины. Тем не менее, без энергизирующего воздействия духа, являющегося причиной эмоций и субъективной осведомлённости мозга, тело было бы просто автоматом. Этот дух, как сказано в «Разоблачённой Изиде», может быть также использован как «независимая» сила теми, кто знает его секреты.

Циклы. Если главной темой «Изиды» стала «магия», то в «Тайной доктрине» – это фундаментальная циклическая природа реальности. Циклы в природе достаточно очевидны; религия же, как и теософия, склонна видеть периодичность и в делах людей. Индуизм и буддизм (как и учение Платона на Западе) видят мир, каковой без начала и без конца, через огромные периоды времени, снова и снова зарождается и уничтожается; на Елену Блаватскую оказали непосредственное влияние именно эти источники.

Западные монотеистические религии – иудаизм, христианство и ислам – вообще приписывают нынешнему миру определённую точку творения ex nihilo [из ничего] и видят его завершение в какой-то определённой точке будущего. Но они также определяют в истории отдельные «эпохи» или «произволения», имеющие большое духовное значение; в случае христианства – те, которые управляются «заветами» Бога: с Адамом, Ноем, Авраамом, Моисеем – и Христа: с его искупительной смертью. Теософия фактически следует внутреннему смыслу обоих этих подходов. Она подтверждает извечный циклический подход Востока, в то же время соглашаясь с западными верованиями в том, что история тоже имеет значение, что циклы не идентичны, но проистекают один из другого, так что последовательным человеческим эпохам, так же как и последовательным мирам и вселенным, присуща эволюция и улучшение.

Посвящения. Широко известна главная идея посвящения как мистерии смерти-и-возрождения или самореализации в религиозном контексте. Практически во всех конфессиях определённый ритуал – внутренний, внешний или оба вместе – помогает верующему пройти основные этапы жизни – от рождения до полового созревания и от зрелости до смерти. Посвящение может также провести человека через порог особого призвания, такого как шаман или священник, или же отметить великий этап его духовного продвижения к святости и освобождению.

В примитивных религиях посвящение мальчиков включает в себя изоляцию, обрезание и «квест видения»; зов шамана состоит из предварительного «безумия», испытания смертью (которое может включать в себя «извлечение» собственных костей для их подсчёта), финального дара чудесного полёта, власти над духами и знания путей мёртвых. В христианстве посвящение включает в себя крещение, рукоположение священников и служителей (по-видимому, после духовного призыва) и переходы более глубокого уровня, такие как «крещение Святым Духом» пятидесятников и «тёмная ночь души» св. Иоанна Креста.

Теософская традиция принимает универсальный принцип посвящения и признаёт свидетельства, полученные после прохождения через ритуалы любых конфессий, а также масонских и подобных им лож. Тем не менее, в своей собственной организации именно внутренние посвящения, даваемые, как правило, невидимыми Учителями, или Адептами, считаются наиболее выдающимися.

Продвинутые духовные Учителя. Вера в «Учителей» иногда кажется довольно странной особенностью теософии, но фактически она столь же универсальна, как и любая идея мировых религий. Почти во всех религиях в той или иной форме утверждается, что некоторые люди, благодаря особой духовной практике или божественной благодати, обретают мудрость и силу, намного выходящие за пределы обыденности. Будь то в этой жизни или на каком-либо другом плане, эти люди исполняют то, что нам кажется полубожественным: они ведут и защищают человечество. Но есть один важный момент – эти возвышенные существа когда-то были людьми, такими же хрупкими и подверженными ошибкам, как и мы. Они поднялись до высот, к которым мы тоже можем стремиться, и согласно теософии, в конце концов, достигнем их. Это: святые – в христианстве (особенно в католицизме и православии) и в мистическом исламе; риши и дживанмукты – в индуизме; будды и бодхисаттвы – в буддизме; бессмертные – в даосизме.

Теософия поддерживает общую концепцию продвинутых благодетелей, предлагаемую мировыми религиями, и подтверждает, что все святые - реальны. По мнению теософов, они образуют сообщество, которое охраняет и направляет человечество. Многие теософские литературные источники утверждают, что Учителя, несмотря на их замечательные способности, находятся в человеческих телах. В дополнение к известным святым и провидцам других религий теософия называет ещё нескольких, например, таких как махатмы Мория и Кутхуми, которые были особенно близки к Елене Блаватской и другим основателям Теософского общества. Наиболее увлекательно и подробно они описаны в теософской книге Чарлза Ледбитера «Учителя и Путь».

Однако некоторые общие представления об Учителях являются очень важными для теософского мировоззрения. Одно из них состоит в том, что Учителя образуют великое Братство, сформированное для служения. Кроме этого, они образуют Иерархию, иногда называемую «внутренним правительством мира». Наконец, отметим, что Учителя видят искренних и квалифицированных искателей. Многие теософы приняли и признали верной старую поговорку: «Когда ученик готов, появляется и Учитель». Несколько теософских историй рассказывают о таких встречах.


Литература

Blavatsky H. P. 1877, «Isis Unveiled», 2 vols. New York: J. W. Bouton.

Blavatsky H. P. 1888, «The Secret Doctrine», 2 vols. London: Theosophical Publishing Company.

Blavatsky H. P. 1889, «The Key to Theosophy». London: Theosophical Publishing Company.

Blavatsky H. P. 1889a, «The Voice of the Silence». London: Theosophical Publishing Company.

Bowen R. 1980, «The Secret Doctrine and its study». In «Foundations of Esoteric Philosophy from the Writings of H. P. Blavatsky». London: Theosophical Publishing House.


home | my bookshelf | | Основы теософии |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения



Оцените эту книгу