Book: Не хочу тебя терять



Не хочу тебя терять

Райс Хайди

Не хочу тебя терять

Heidi Rice

ONE NIGHT, SO PREGNANT!


Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A. Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.


Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.


© 2012 by Heidi Rice

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

* * *

Глава 1

Тесс Тремейн, ритмично стуча каблучками, вышагивала по сверкающему гранитному полу зоны регистрации в тридцативосьмиэтажном здании «Грейстоун энтерпрайзис» в Сан-Франциско. Она сосредоточенно смотрела на матовую стеклянную дверь заветного кабинета Натаниэля Грейстоуна.

На душе у нее скребли кошки. Точно так же она себя чувствовала более десяти лет назад, в возрасте пятнадцати лет, когда увидела раскрасневшегося от злости отца, взирающего на ее намазанные гелем фиолетовые пряди волос в виде шипов и кольцо в носу.

Хорошая новость – у нее больше нет фиолетовых волос и кольца в носу. Теперь ее волосы имеют натуральный медовый оттенок и уложены в замысловатый пучок. Плохая новость – Тесс Тремейн по-прежнему необузданный ребенок.

Пусть она поменяла имидж и обзавелась приличным гардеробом, переехав через Атлантику, чтобы продолжить карьеру как наиболее востребованный планировщик развлекательных мероприятий, в душе она остается маленькой девочкой, ищущей внимания.

Остановившись и скрестив ноги, Тесс пригладила дрожащей ладонью юбку-карандаш, а потом снова зашагала вперед, удостоившись хмурого взгляда холеной секретарши Грейстоуна.

Тесс стало еще тяжелее, когда она увидела в окно справа от себя головокружительный вид на Бэй-Бридж.

Впервые после давней сцены в кабинете отца она не знала, что делать дальше. Ни жесткие разговоры, ни тяжелая работа, ни тщательный пересмотр своей жизни не помогали ей забыть безумие, которое произошло после вечеринки в Галловей шесть недель назад. В то время она была эмоционально подавлена, иначе ни за что не попала бы под обаяние Грейстоуна.

При нормальных обстоятельствах ей польстил бы его интерес, но она осталась бы хладнокровной и расчетливой. Однако в ту ночь обстоятельства были другими.

Дэн бросил ее после тринадцати месяцев знакомства. Она даже не подозревала, что в их отношениях начались проблемы. Он обвинил ее во фригидности. И хотя он, вероятно, был прав, потому что секс с Дэном был таким же захватывающим, как наблюдение за кривыми деревьями, Тесс до сих пор обижена и озадачена. Неужели секс единственное, что их связывало? А как же товарищеский дух?

Для своего заявления Дэн выбрал неподходящее время, потому что в тот день Тесс помогала организовать одно из крупнейших мероприятий года в Бэй-Бридж.

Пусть она была огорчена и рассержена, но ей не следовало пить шампанское на голодный желудок. Опьянев, она, после того как гости разъехались, упала в объятия Грейстоуна.

Ей не надо было смотреть на него, она не должна была распускать руки. Ей не следовало флиртовать с ним и поощрять его, потому что, как только он прибыл на вечеринку в элегантном черном смокинге, источая власть и серьезную опасность, якобы фригидная Тесс потеряла голову.

В ней проснулась прежняя бесшабашная девчонка, и она отдалась Грейстоуну с такой страстью, о которой не подозревала.

При воспоминании об этом ее словно опалило пламенем.

«Не думай об этом сейчас. У тебя уже достаточно проблем».

Да, их близость была короткой, жаркой и очень чувственной. Настолько чувственной, что, придя в себя, пресыщенная Тесс выскочила из стенного шкафа, забыв там трусики.

Тесс моргнула, чувствуя, как по телу снова разливается тепло.

К сожалению, забыть Грейстоуна и их краткую связь быстро не получится.

У нее вспотела шея при мысли о предстоящей встрече с Натаниэлем Грейстоуном.

Чеканя шаг, она проигнорировала резкий взгляд секретарши. Вполне вероятно, что Натаниэль даже не помнит Тесс. У него явно была куча любовниц после той вечеринки в Галловей.

Секретарша сдержанно ей улыбнулась.

– Я спрошу мистера Грейстоуна, есть ли у него время, чтобы принять вас, мисс Тремейн, – сдержанно сказала она. – Сообщите мне, пожалуйста, подробнее о цели вашего визита.

Тесс заставила себя улыбнуться и посмотреть в глаза секретарше.

– Скажите ему, что я организовывала мероприятие в Галловей, на котором он присутствовал двадцатого июля. – Остается надеяться, что он ее вспомнит. – Мне нужно поговорить с ним наедине.

Кратко кивнув, секретарша передала информацию боссу через интерком.

Наступило молчание, которое показалось Тесс нескончаемым. На ее верхней губе выступил пот. Что делать, если он откажется ее принять?

Уже запаниковав, Тесс услышала до боли знакомый мужской голос:

– Пусть войдет, Дженни. Ни с кем меня не соединяйте.


– Привет, Тесс! Вот так сюрприз.

Губы Натаниэля Грейстоуна растянулись в неторопливой улыбке, когда он прошагал по ярко-синему ковру навстречу Тесс. Ее сердце чуть не выскочило из груди.

– Большой сюрприз, – прибавил он, жестом приглашая ее присесть в одно из больших кожаных кресел вокруг журнального столика.

Тесс присела на край мягкого кожаного кресла и попыталась выровнять дыхание. Она оказалась не готова к встрече с Натаниэлем. Вместо элегантного смокинга на нем была светло-голубая рубашка, облегающая его широкие плечи, и серо-стальные брюки, подчеркивающие его тонкий торс и длинные ноги. Его коротко стриженные черные волосы, обманчиво мягкие на ощупь, резко контрастировали с яркими сапфирово-голубыми глазами, в которых читалось озорство, словно он знал непристойный секрет.

– Чему я обязан таким удовольствием? – спросил он, глядя на нее откровенно и оценивающе, как при их первой встрече в переполненном баре.

Тесс не могла отвести от него взгляд.

– Мне нужно было тебя увидеть, – сказала она.

Он не удивился ее ответу и решительнее улыбнулся.

На затылке Тесс приподнялись тонкие волоски. Конечно, он не удивлен. Женщины, без сомнения, вешаются ему на шею и бросаются к его ногам. Однако возмущение Тесс быстро сменилось чувством унижения.

Она встревожилась, поняв, что ее прежде всего очаровало в ту ночь его высокомерие. Она, которая десять лет управляла собственной судьбой, не устояла перед его властной мужественностью.

Он заставил ее почувствовать себя желанной. С Дэном она не испытывала подобных ощущений. Неудивительно, что она так бурно отреагировала на внимание Грейстоуна в ту ночь.

Его чувственная улыбка стала почти похотливой, а резкие черты лица – ребяческими. У Тесс замерло сердце.

Опершись о письменный стол, он скрестил руки на груди, и она увидела, как под светло-голубой хлопчатобумажной тканью его рубашки напряглись бицепсы. Он неторопливо оглядел ее с головы до ног.

– Позволь мне угадать, – произнес он глубоким голосом, и по ее спине пробежала дрожь. В уголках его глаз от веселой улыбки появились морщинки. – Ты пришла за своими трусиками?

Тесс откашлялась, когда ее соски напряглись, а все тело обдало жаром.

– Не совсем так, – хрипло прошептала она.

– Ты уверена в этом? – поддразнил он ее.

Тесс вскочила с кресла.

– Да… Я… – Она запаниковала, вспомнив, как изменилась вся ее жизнь сегодня ровно в восемь двадцать два утра. – Я пришла не ради быстрого секса.

Он лениво оглядел ее напряженные соски.

– Давай сделаем это медленно, – предложил он.

Чувство вины Тесс сменилось негодованием.

– У меня квартира в нескольких кварталах отсюда, – продолжал он, не дожидаясь ее ответа. – Конечно, то, что произошло в шкафу, незабываемо… – Их взгляды встретились. – Но в кровати будет удобнее.

Тесс пришла в ярость и начала ему дерзить:

– Я пришла не для того, чтобы с тобой переспать, высокомерный наглец. Я здесь, чтобы сообщить, что сегодня утром я трижды сделала тест на беременность. – С каждым словом она говорила все решительнее. – И все три результата положительные.

Тесс недолго испытывала удовлетворение, потому что изумление Натаниэля быстро сменилось равнодушием.

– Черт побери, как быстро ты сумела убить во мне желание, – сказал он.

* * *

Натаниэль Грейстоун держал себя в узде, хотя от притворно-беспечной улыбки у него заныли щеки.

– Я полагаю, ты сейчас заявишь, что ребенок от меня? – спросил он.

Он сразу забыл о том, как рад снова видеть Тесс.

В ту ночь она свела его с ума легкими прикосновениями, прямолинейностью и несдержанностью. После бурной близости она сбежала от него. Натаниэль стоял в шкафу, не придя в себя после оргазма, со спущенными до лодыжек брюками. От Тесс ему остались только ее трусики и жаркие эротические сны. Он сразу заподозрил неладное – уж слишком быстро она ему отдалась. Он приложил все силы, чтобы не позвонить ей в последующие шесть недель. Он решил, что Тесс все подстроила от начала до конца, как когда-то сделала Марлена, которая бросила его, даже с ним не попрощавшись.

«Ребенок? – взвизгнула она. – Это еще не ребенок, а набор клеток».

Он внимательно ее оглядел. Судя по сверкающим расстроенным глазам, она на грани эмоционального срыва. Черт, она действительно хорошая актриса.

– В любом случае, – произнес он, – отец не я.

Тесс ничего не сказала.

– Слушай, дорогая. – Он продолжал улыбаться. – В ту ночь я надел презерватив. Мы были близки только один раз. И хотя у меня отменная сперма, она не может пробраться через латекс.

– Я знаю, что ты предохранялся, – ответила она. – Но, очевидно, презерватив ты надел плоховато.

Его удивила ее язвительность. Он ожидал, что Тесс будет раскаиваться и, возможно, начнет его соблазнять. Вместо этого она напряглась всем телом, словно приготовилась к драке. На ее щеках выступил румянец, а зеленые глаза угрожающе сверкнули. Натаниэль приказал себе не обращать внимания на растущее возбуждение.

– Я надел презерватив так, как полагается, – беспечно произнес он, чувствуя, как медленно растет его негодование.

Она мягко вздохнула и посмотрела на него скорее устало, а не расчетливо. Будучи убежденным, что она играет, он вдруг ощутил, как от волнения у него скрутило живот.

– Если ты так говоришь, – наконец едва слышно сказала она, вцепилась пальцами в ремешок сумки и отрывисто кивнула. – Я полагаю, нам пора попрощаться, Натаниэль. Та ночь в самом деле была незабываемой. – Его шокировал не столько ее задумчивый тон, сколько напряженные плечи, когда она пересекла кабинет и, не оглядываясь, вышла за дверь.

Глава 2

Тесс старалась выровнять дыхание, глядя в лобовое стекло своего старенького автомобиля, когда остановилась у дома в викторианском стиле в Хайт-Эшбери, где жила ее подруга Ева.

Ева и ее муж Ник переехали в этот дом шесть месяцев назад – после рождения сына Кармина или Кармагеддона, как назвал его Ник после того, как у мальчика начали прорезываться зубы. Строительные леса сняли с дома только на этой неделе. В широких окнах отражались лучи августовского солнца, на фасаде верхнего этажа была красивая голубая отделка.

Тесс размяла пальцы, которыми вцепилась в руль смертельной хваткой, и взяла подарок с пассажирского сиденья. Она не включила автомобильную сигнализацию, сомневаясь, что машину кто-нибудь захочет украсть.

Все заработанные за прошлый год деньги Тесс потратила на дизайнерскую одежду, которой будет гордиться любой профессиональный организатор мероприятий, но сейчас внешний вид волновал ее меньше всего. Она работала на внештатной основе и заключала выгодные контракты на год вперед. Тесс недавно переехала в новую квартиру, которую она обожала, но за которую ежемесячно платила более трех тысяч долларов. Она часто тратила много денег, но это ее не волновало, потому что карьера складывалась удачно.

Однако теперь ей придется контролировать свои расходы.

Тесс может потерять работу в любой момент. Хотя у нее довольно дешевая медицинская страховка и накладные расходы, из-за них она все равно наделает долгов, если сделает перерыв в работе.

Ей придется подыскать дополнительный заработок, купить более удобную машину и распродать кое-какую одежду через Интернет. И отныне придется думать о том, как она прокормит своего ребенка.

Тесс сердито моргнула, когда на глазах выступили жгучие слезы.

Поднявшись по ступенькам, она нажала кнопку звонка. От отчаяния к ее горлу подступил ком. Одно время она думала, будто никогда не почувствует себя такой одинокой, как в пятнадцать лет, но после катастрофического разговора с Натаном Грейстоуном сегодня утром она обнаружила, что заблуждалась.

Только бы Ева оказалась дома.

Тесс расправила плечи, засунула подарок под мышку и снова позвонила в дверь.

Ева была самым милым и отзывчивым человеком, которого она знала. Тесс познакомилась с ней в университете. Подруги сильнее сблизились, когда Ева переехала в Сан-Франциско три года назад и вышла замуж за Ника Делизантро.

Ева не осудит Тесс. Она ей посочувствует, утешит и подскажет, что делать дальше. Ева возглавляла успешный интернет-проект по генеалогии. Она была образованной и обладала аналитическим умом. У нее великолепный муж, который ее обожает, и красивый маленький сын.

Внезапно Тесс одернула себя. Она решила, что прямо сейчас не выдержит встречи с малышом Кармином. Она взглянула на часы. Карми наверняка будет спать после обеда. Ева четко соблюдала распорядок дня сына.

Тесс расправила плечи и прерывисто вздохнула, когда услышала приглушенные шаги. Звякнул замок, дверь распахнулась, и Тесс уставилась на круглолицего Кармина. Его пухлые щеки порозовели, а мягкие каштановые локоны торчали в одну сторону.

– Тесс? Здравствуй. Ах, боже мой, мы с тобой договаривались вместе пообедать? Должно быть, я забыла.

Тесс слушала подругу, но все ее внимание было приковано к совершенному малышу на руках Евы. И вот Кармин улыбнулся и протянул к Тесс пухлые ручки, как делал при встрече с ней, а потом рассмеялся.

И внезапно Тесс почувствовала себя ужасно виноватой.


Тесс поставила подарок на кухонный стол, пока Ева усаживала Кармина на качели и включала ему детскую песенку.

– Ты посмотри на него! – воскликнула Ева, когда ребенок расхохотался и стал вскидывать ручки, как борец сумо. – Проспал всего двадцать минут. – Она погрозила сыну пальцем, и он захихикал. – Я пожалуюсь твоему папе, шалунишка.

– Я принесла подарок. Но мне пора уходить. – Тесс сделала паузу, пытаясь придумать оправдание. Ее тут же затошнило, и она расплакалась.

Ева нахмурилась:

– Тесс, в чем дело? Ты ужасно выглядишь.

Тесс тяжело села на кухонную табуретку.

– Я беременна. – Она сцепила дрожащие пальцы в замок и положила их на колени.

Ева присела рядом с ней и накрыла ладонью ее руки.

– Мне следует тебя поздравить, но ты не выглядишь довольной. Когда это произошло?

– Шесть недель назад, – ответила Тесс. – В ту ночь, когда меня бросил Дэн.

– Понимаю. По-моему, это было не самое подходящее время, – мягко и сочувственно сказала Ева. – Ты сообщила Дэну о ребенке?

– Это не его ребенок, – машинально ответила Тесс.

Ахнув, Ева воздержалась от очевидного вопроса.

– Он бросил меня во второй половине дня. Джули заболела гриппом и попросила меня помочь провести мероприятие, которое она организовала в Галловей. У меня появилась отличная возможность найти потенциальных клиентов, поэтому я не могла отказаться.

«Прекрати лепетать. Прекрати оправдываться. Что сделано, то сделано. Ева не станет тебя ненавидеть».

– Я была в шоке после разговора с Дэном. И когда меня пригласили в бар после мероприятия, я встретила там парня. Я сразу же им увлеклась. – Тесс закрыла глаза, представляя пристальный взгляд Натаниэля Грейстоуна, от которого у нее даже сейчас замирало сердце, а по телу разливался жаркий трепет. – Он, такой сексуальный и великолепный, обратил на меня внимание, и я была польщена. – Открыв глаза, Тесс обнаружила, что Ева смотрит на нее в недоумении. – И после двух часов флирта мы набросились друг на друга как сумасшедшие. – Тесс глотнула воздух. – Я отдалась ему в стенном шкафу.

– Понимаю, – сказала Ева.

– Он предохранялся, но мы были такими необузданными. – Тесс всплеснула руками. – Сегодня утром я сделала три теста на беременность, и все они оказались положительными.

– Ладно, – пробормотала Ева. – Но почему ты уверена, что ребенок не от Дэна?

Тесс наклонила голову набок:

– Это очень маловероятно. Последний раз мы с ним занимались сексом примерно три месяца назад.

Ева усмехнулась:

– Ну, я не удивлена.

– Что? – Тесс была немного озадачена резким тоном Евы, которая всегда симпатизировала Дэну. Возможно, Тесс так просто казалось.

– Ну, Дэн был тебе не пара.

– Разве это было так очевидно?

Ева посмотрела на нее с упреком.

– Зачем ты вообще с ним сошлась? Мы с Ником умирали от скуки, общаясь с ним, но думали, что он великолепен в постели. Оказывается, он и там тебя не удовлетворял.



– Я думала, мы хорошая пара, – тихо сказала Тесс, понимая, что выглядит глупой, говоря подобное. О чем она думала? Зачем потратила столько времени на мужчину, который не сделал для нее абсолютно ничего полезного? Неудивительно, что она так быстро отдалась Грейстоуну. Она отчаялась и изголодалась по физической близости.

Ева хмыкнула, выгнула бровь, а потом скептически нахмурилась.

– Ну, я ошибалась на его счет, – застыдившись, согласилась Тесс.

– Довольно о Дэне! – Ева наклонилась вперед. – Расскажи мне о том мистере Фейерверке. Кто он?

Тесс фыркнула:

– Он не мистер Фейерверк. Он настоящий мистер Зло. Его зовут Натан Грейстоун. Сегодня после тестов на беременность я пошла прямо к нему, потому что решила, что это логично. – Тесс сглотнула, чувствуя приступ тошноты. Она наконец призналась себе, что совершила ужасную ошибку, отправившись к Натану.

Ева снова взяла ее за руки:

– Что сказал этот Натан Грейстоун, когда ты сообщила ему о ребенке?

Тесс вздрогнула при упоминании о ребенке.

– Ну, наша встреча прошла без оглушительного успеха. – Тесс взмахнула дрожащими пальцами, стараясь выглядеть легкомысленной. – Сначала он предложил мне снова развлечься, а потом заявил, что ребенок не от него.

Жаль, что Тесс не злится на Натана, а просто напугана. Внезапно осознав, какой жалкой она выглядела, разговаривая с ним, Тесс перестала сдерживать слезы.

– О, Тесс. – Ева крепко обняла подругу за плечи. – Не плачь. Все не так уж плохо.

– Куда еще хуже? – сквозь рыдания спросила Тесс. – Меня бросил самый скучный человек во Вселенной. Я беременна от парня, которого совсем не знаю и который считает меня лгуньей. У меня нет стабильной работы. Нет приличной медицинской страховки. Я только что переехала в квартиру, которая стоит три тысячи двести долларов в месяц. – Тесс сделала глубокий вдох и, наконец, озвучила то, чего боялась больше всего. – Это означает, что я должна сделать аборт. Но, думая об этом, я понимаю, что я ужасная и глупая эгоистка. – Она разрыдалась.

Когда Тесс выплакалась, Ева отстранилась от подруги и мягко спросила:

– Ты в самом деле хочешь сделать аборт?

– Нет, – машинально ответила Тесс, ее глаза снова наполнились слезами. – Я старалась притвориться, что это еще не ребенок. Но как только я узнала о том, что беременна, я почувствовала себя по-другому. Я связана с этим ребенком. Но, по-моему, у меня нет выбора.

Ева посмотрела на сына, который радостно подпрыгивал на качелях, потом взглянула на Тесс и спокойно улыбнулась.

– Если ты хочешь родить, ты должна родить. Все остальное отговорки.

Тесс подняла глаза на Еву, у нее заныло сердце. Если бы все было так просто.

– Я не могу его оставить. – Но, даже произнеся эти слова, Тесс понимала, что отказывается от собственного ребенка. И внезапно она испугалась.

– Ты можешь, Тесс, – тихо произнесла Ева. – Сейчас ты просто паникуешь. Тебе нужно все обдумать. Тебе придется изменить свою жизнь, но это достижимо. У тебя семь месяцев, чтобы пересмотреть свое будущее. И не забывай, что ты специалист по организации специальных мероприятий.

Через несколько секунд Тесс ответила:

– Ты права.

Ева сжала ее руки.

– Не торопись с решением. Поразмысли обо всем хорошенько.

Тесс судорожно вдохнула и прижала руку к животу, чувствуя единение со своим ребенком, которое она пыталась отрицать все сегодняшнее утро.

– Я хочу его родить, – сказала она и поняла, что ее больше не тошнит. – Но я не знаю, буду ли я хорошей матерью.

Ева вздохнула.

– Этого никто не знает, пока не станет родителем. – Она улыбнулась. – Тебе будет интересно и одновременно страшно. Ты будешь очень уставать. Легко тебе не будет никогда. Но зато это будет самое грандиозное приключение в твоей жизни.

– Ты отлично справляешься с ребенком. Посмотри на Карми. Ты прирожденная мать. Я не уверена, что справлюсь. – Мать Тесс умерла очень давно, поэтому она ее не помнила.

– Спасибо за комплимент, Тесс, но ты не подозреваешь, сколько ошибок мы с Ником сделали в отношении Кармина. К счастью, мальчик очень терпеливый. Ты можешь обещать ребенку только безусловную любовь. – Ее светло-голубые глаза сверкнули энтузиазмом. – И мы с Ником тебе поможем. У тебя есть друзья. Вполне вероятно, что отец ребенка захочет помочь, когда он привыкнет к мысли…

– Он не захочет помогать, – прервала ее Тесс. И она не станет просить его о помощи.

Если в ее голове и были глупые фантазии по поводу Грейстоуна, она избавилась от них сегодня утром. Несмотря на внешнюю сексуальность и привлекательность, Натан такой же холодный и осуждающий человек, как ее собственный отец.

Тесс одна воспитает своего ребенка.

– Хорошо, давай отложим разговор об отце ребенка, – осторожно сказала Ева. – Делай то, что считаешь правильным, чтобы не сожалеть об этом до конца жизни.

По щеке Тесс покатилась слеза. Она снова прижала руку к животу.

Запрокинув голову, она заморгала и уставилась на недавно покрашенный потолок в доме Евы, понимая, что скоро ее живот округлится. И это ее совсем не беспокоило.

– Я стану матерью, – прошептала Тесс.

Ева коснулась руки Тесс и рассмеялась:

– Добро пожаловать в великое приключение, мамочка!

Глава 3

– Зейн, спасибо, что пришел. – Натан встал в кабинке ресторана и положил руку на плечо своего лучшего друга. – Как доехал?

– Прекрасно. – Зейн Монтойя лучезарно улыбнулся, и Натан мгновенно вернулся в мыслях в детство, когда подобная улыбка Зейна означала только одно – проблемы. – Моя шестьдесят седьмая отлично проходит повороты. – Зейн вошел в кабинку, сел и вытянул ноги под столом.

Натан подозвал официантку и заказал два сорта мексиканского пива.

– Шестьдесят седьмая?

– Мое последнее приобретение, – ответил Зейн. Его лицо, соблазняющее тысячи женщин, по-ребячески светилось от радости. – «Форд-мустанг» шестьдесят седьмого года выпуска, двигатель кобра-джет-8, откидной верх, восстановленная коробка передач и шины с белой полосой по внешнему краю.

Натан присвистнул.

– Где ты ее раздобыл? – спросил он.

– У старушки в Пасадене. Я долго с ней торговался. Машине предстоял серьезный ремонт, потому что она сорок лет пылилась в гараже.

Зейн еще со средней школы обожал возиться с автомобилями. Второй его страстью были женщины – любого роста, возраста, объемов и религиозных убеждений.

Официантка поставила пиво на стол и мечтательно посмотрела на Зейна, а потом кокетливо хохотнула, когда он шутливо отдал ей честь бутылкой.

Натан медленно отпил холодного пива, когда девушка пошла прочь, покачивая бедрами. Он подумал, что Зейну никогда не приходилось долго соблазнять женщин, потому что все они жаждали быть им соблазненными.

– О чем ты задумался, дружбан? – спросил Зейн, перестав пялиться на официантку, когда она ушла в бар.

Натан откашлялся и поставил пивную бутылку на стол.

– Помнишь, я рассказывал тебе о красотке, с которой переспал месяц назад или около того?

– Англичаночка? С которой ты был в стенном шкафу? – Зейн резко хохотнул, и Натан почувствовал, как у него нагрелся затылок.

– Да, она. – Он подумал, что зря рассказал об этом Зейну. Тот будет подтрунивать над ним до конца жизни. Однако сейчас Натану нужно нечто большее, чем просто совет Зейна.

– Она заявилась ко мне на прошлой неделе. – Он сделал паузу, ему до сих пор было не по себе после разговора с Тесс. – Она говорит, что беременна.

Зейн слегка поднял брови, улыбка сошла с его губ.

– Проблема.

– Ребенок не от меня, – категорично ответил Натан, хотя в душе уже начинал в этом сомневаться. Он не понимал, почему не может забыть о Тесс. Ведь она даже не попыталась убедить его в том, что он отец ее ребенка.

– Ты в этом уверен? – спросил Зейн.

Натан пригладил волосы, ему не нравился подтекст в вопросе друга.

– Я предохранялся, – сказал он.

– Ну, это не всегда помогает. – Зейн поставил бутылку пива на стол, сохраняя спокойствие. – Если женщина, с которой я переспал, заявит мне о беременности, я постараюсь узнать наверняка, от кого ребенок.

Натан понял, что должен был ожидать подобного ответа. Отчасти он даже хотел услышать такой ответ. Обстоятельства рождения Зейна и его собственного детства заставляли Натана занимать жесткую позицию относительно отцовства.

– Пусть один из твоих парней выяснит, на самом ли деле она беременна и от кого. Я все оплачу.

– По-моему, не надо этого делать, – сказал Зейн.

– Почему нет? – прорычал раздраженный Натан.

Зейн владел самым престижным детективным агентством на Западном побережье. Расположенное в огромном стеклянном здании с видом на Биг-Сюр, «Монтойя инвестигейшн» обладало заслуженной репутацией первоклассного и профессионального агентства. Четыре года назад «Грейстоун энтерпрайзис» выделила средства на открытие этого агентства сразу после того, как Зейн уволился из полиции Лос-Анджелеса.

Натан и Зейн выросли вместе в огромном прибрежном поместье, построенном прадедом Натана. Они были близки как братья. И прямо сейчас Натану нужна дружеская поддержка, а не критика.

Зейн нахмурился, не выглядя слишком дружелюбным.

– «Монтойя инвестигейшн» не берется за такую работу. Ты не считаешь, что довольно жестоко собирать сведения о твоей подружке?

У Натана разболелась голова.

– Она не моя подружка, – пояснил он, его задел упрек Зейна.

Натан не жесток. Он осторожен. Однажды он обжегся. Ни за что на свете он не повторит прежнюю ошибку.

– Мне нужно выяснить, говорит Тесс Тремейн правду или лжет! – рявкнул Натан.

Он хотел получить доказательство ее лжи. Тогда он перестанет вспоминать ее упрекающий взгляд.

– Черт побери, Натан! Если ты хочешь узнать правду, выйди из своей башни из слоновой кости и поговори с женщиной, как обычный парень.

Натан вздрогнул, теряя терпение и хладнокровие.

– Я не такой как мой отец. – Он вытер вспотевшую ладонь о джинсы, чувствуя вину при упоминании о человеке, которого они оба презирали.

Зейн посуровел, его ясные голубые глаза враждебно сверкнули в затемненной кабинке.

– Да? – Он полез в задний карман брюк, достал бумажник и положил на стол десять долларов.

Натан сжал кулак под столом.

– Почему ты решил, что она сказала мне правду? – Он по-прежнему старался перетянуть Зейна на свою сторону. Тесс Тремейн оказывала на него непредсказуемое влияние, и Натан сомневался, что сможет контролировать себя рядом с ней. Она доказала ему это уже дважды. А пока он не научится себя контролировать, он не желает иметь с ней ничего общего.

Зейн встал, и его взгляд смягчился.

– Слушай, приятель, не все женщины такие, как Марлена.

Натан напрягся.

Зейн засунул руки в задние карманы брюк.

– А ты не похож на своего старика. В противном случае я бы с тобой не разговаривал. – Зейн посерьезнел. – Ты должен сам разобраться со своими проблемами. Тебе не нужен детектив. Поговори с ней. Это так просто. – Он выругался себе под нос. – Если после встречи с ней проблема не решится, я кое-кому позвоню. Но тебе придется сделать анализ ДНК, чтобы не сомневаться в отцовстве. Я детектив, а не врач. – Насмешливая улыбка коснулась уголков его рта. – Кроме того, ты всегда можешь вывести ее на откровенность в каком-нибудь стенном шкафу.

– Отличная мысль, – пробормотал Натан и разозлился, почувствовав возбуждение. – Между прочим, проблемы у меня начались именно после этого шкафа.

– О да, – растягивая слова, произнес Зейн, допивая пиво. – Удачи, дружбан! И держись подальше от стенных шкафов.

Натан заметил, как его друг подошел к официантке и что-то прошептал ей на ухо. Девушка кокетливо рассмеялась и игриво ударила его по руке, а затем мечтательно посмотрела ему вслед.

Виски Натана пульсировали от боли.

Зейну легко давать советы. Он обожает раскрывать женские секреты, о которых остальные мужчины даже не подозревают.

Но даже такой человек, как Зейн, не справится с непредсказуемой Тесс Тремейн.

Глава 4

Натан нажал на кнопку смартфона, перепроверяя адрес, присланный ему Зейном. Натан сидел в своем внедорожнике на улице в районе Парнаса, густо засаженном деревьями. Он уставился на дом напротив.

Бледно-желтый фасад, кнопки вызова на панели двери и ставни на окнах второго этажа. На углу здания располагался японский ресторанчик.

Он поерзал на сиденье. Вероятность того, что Тесс говорила ему правду, невелика, но она есть.

Она не звонила ему после их короткой встречи в его рабочем кабинете, чем отчасти подтвердила подозрения Натана. Она приходила просить у него денег, а когда поняла, что его не проведешь, решила больше не испытывать судьбу.

Однако он никак не может забыть ее расстроенный взгляд. Нужно поговорить с ней снова, чтобы во всем убедиться.

Он выпрямился, увидев стройную молодую женщину, которая забежала за угол и помахала кому-то в ресторанчике. На ней были мешковатые штаны с заниженной линией талии, обнажающие кремовую полоску кожи на животе, и облегающий топ. Двигаясь легко и изящно, женщина побежала вверх по лестнице к многоквартирному дому, а затем посмотрела на шагомер на запястье. Ее светлые волосы были затянуты в хвост, на лбу красовалась широкая фиолетовая бандана. Ее лица не было видно из-за тени ветвей клена, но Натан сразу ее узнал.

Сделав несколько упражнений на растяжку, женщина открыла входную дверь и придержала ее плечом. Натан резко тряхнул головой, заставляя себя вернуться в реальность. Вытащив ключи от замка зажигания, он выскочил из машины и побежал через улицу.

– Тесс? – крикнул он. – Подожди!

Она круто обернулась, когда он поднялся по лестнице, перескакивая через две ступеньки.

Ее грудь в области декольте была покрыта капельками пота.

– Чего тебе? – отрезала она.

Вглядевшись в ее лицо, он понял, что даже без макияжа и изысканной прически Тесс самая красивая женщина из всех, кого он знал. Высокие скулы, страстные зеленые глаза и полные губы, зовущие к поцелуям, розоватый румянец на щеках.

Он откашлялся и наконец выдавил:

– Я хочу поговорить с тобой.

Ее глаза сверкнули, она поджала губы в тонкую линию.

– Ну а я не хочу говорить с тобой, – парировала она, упершись рукой в бок. От этой враждебной стойки ее полная грудь, обтянутая хлопчатобумажным топом, приподнялась. От вожделения у Натана чуть не вылезли глаза из орбит. Ему показалось, что за прошедшие десять дней ее грудь сильнее округлилась. – А теперь уходи, – сердито произнесла Тесс.

Он оторопел от ее резких слов. Она почти вошла в дом, но он вовремя уперся в дверь рукой.

– Либо мы поговорим здесь и о нашем разговоре узнают все соседи, либо мы пообщаемся в твоей квартире наедине, – хрипло произнес он, не сводя взгляда с ее раскрасневшегося сердитого лица. – Выбор за тобой.

– О боже, – пробормотала она, но в конце концов уступила. – Отлично. Входи. – Она затопала вверх по лестнице, демонстративно повернувшись к нему спиной. – Ты уже испортил мне утро.

Он поднялся за ней по лестнице, благоразумно отведя взгляд от ее вспотевшей груди. Тесс сняла ключ с тонкой золотой цепочки, которая висела у нее на шее. Она открыла дверь квартиры на втором этаже, и Натану пришлось поторопиться, чтобы дверь не захлопнулась у него перед носом. Он оглядел светлую и компактную квартиру, радуясь, что Тесс относится к нему иначе после их последней встречи. Ему проще разговаривать с ней, если она настроена враждебно.

Деревянные полы из лиственницы, простые белые стены в гостиной, коробки на полу и ни одного предмета мебели. Натан услышал звук текущей воды, а потом увидел, как Тесс выходит из кухни.

Сделав большой глоток воды, она приподняла топ и вытерла им лицо. Он игнорировал реакцию своего тела, когда увидел ее белый хлопчатобумажный спортивный лифчик и тонкую талию.

Ее живот был по-прежнему плоским.

– Что нам с тобой обсуждать? – спросила она, опуская топ. – По-моему, мы обо всем договорились в прошлый раз.

– Где твоя мебель? – Он старался говорить непринужденно.

– Я переезжаю отсюда, но тебя это не касается, – ответила она нараспев, выпрямилась и оперлась ладонью о бедро. – Кстати, откуда ты узнал, где я живу?

– Будь со мной помягче, – сказал он, теряя терпение и чувствуя усиливающееся возбуждение. – Ты не пришла бы ко мне на прошлой неделе, если бы не хотела меня видеть.


Тесс свирепо уставилась на человека, стоящего в центре ее пустой гостиной. Его мощная фигура доминировала в комнате, в которой вдруг стало тяжело дышать. Сегодня Тесс мало тренировалась, пробежав всего четыре километра, поэтому непонятно, отчего у нее проблемы с дыханием.

– Это было тогда. – Ее взгляд ожесточился. – А сейчас я не желаю тебя знать.

– Плохо дело, – возразил он самодовольным тоном, – потому что я хочу с тобой поговорить.

– Да неужели? – Она прижала палец к подбородку. – Интересно, о чем? Ты пришел, чтобы снова обвинить меня во лжи?

Он сильнее нахмурился.

– Я ни в чем тебя не обвинял. – Его утверждение было настолько убедительным и нахальным, что ей захотелось его ударить. Такие люди, как Натан, никогда не извиняются за свои действия.



– Потрясающе. Ну, я рада, что мы все выяснили. – Она пренебрежительно махнула рукой. – Ты можешь уходить. – Она отвернулась.

Тесс не слышала, как он подошел ней. Повернувшись, она смутилась, потому что Натан стоял в шаге от нее. Она поставила стакан на стол, остро осознавая близость Натана.

– Если ты не уходишь, почему бы тебе не сказать мне, о чем ты собрался поговорить? – спросила она, раздраженная тем, что в присутствии Натана у нее перехватывает дыхание.

– Если ты на самом деле беременна от меня, то поймешь, о чем именно я захочу с тобой поговорить. – Он оглядел ее с головы до ног.

Если.

Он по-прежнему сомневается, что она сказала ему правду. Она не забыла, как уходила из его офиса более недели назад. Однако сейчас Тесс не чувствует себя шокированной или уязвимой. Она просто сердится и пытается не замечать, как у нее сжимается сердце.

– Тогда все в порядке. – Она скрестила руки на груди, снова привлекая внимание Натана. – Если ты так уверен, что я беременна не от тебя, зачем ты пришел?

До того, как ответить, она увидела похотливый блеск в его глазах. Его зрачки расширились, когда он обхватил рукой ее шею. Она машинально расцепила руки, как только Натан крепко прижал ее к себе, и наклонила голову. Их губы почти соприкасались. Она выгнула спину, и ее напряженные соски уперлись в его твердую грудь.

– Ты знаешь, зачем я пришел, – тихо произнес он гортанным голосом. – По этой же причине ты впустила меня в свою квартиру. Я не могу тебя забыть.

А потом он припал к ее губам. И все ее попытки быть благоразумной уступили место чувственности и страстному желанию.

Тесс запустила пальцы в его блестящие волосы и стала поглаживать голову Натана, пока он жадно целовал ее и покусывал ее нижнюю губу. Она скользнула языком в его горячий рот, целуя в ответ со всей страстью.

Натан прервал поцелуй. Резко дыша в ухо Тесс, он стянул с нее топ, а потом коснулся ладонями ее спортивного лифчика. Ее приглушенный крик отразился в его ушах.

– Я не понимаю, почему так безумно тебя хочу, – простонал он, повторяя ее мысли.

Расстегнув лифчик, он обхватил руками ее груди, а потом стал касаться горячими губами ее напряженных сосков. Тесс судорожно глотала воздух, пока он ласкал ее грудь. Она вскрикнула от внезапного и поразительно сильного удовольствия.

Обхватив Тесс за бедра, он легко приподнял ее и усадил на стол. Безвольно обмякнув, она прижалась к Натану. Стянув с нее штаны, он разорвал на ней фиолетовые шелковые трусики. Она смутно слышала, как он достает презерватив.

Его грудь тяжело вздымалась, он вперился в нее голубыми глазами:

– Я хочу тебя.

Тесс подняла руки и обняла его за шею, а потом обхватила его ногами за талию. Простонав, он взял ее руками за ягодицы и резко вошел в нее. Отстранившись, он снова решительно вошел в Тесс. Вскоре она кричала от наслаждения, обрушившегося на нее как лавина.

Глава 5

«Пожалуйста, пусть это будет эротический сон…»

Тесс зажмурилась, твердя эти слова, пока шла по коридору своей квартиры, вытирая влажные волосы после душа.

– Я приготовил кофе. Но я нашел только кофе без кофеина.

Взглянув на мужчину на своей маленькой кухне, она повесила полотенце себе на шею. Тесс напряглась, посмотрев на стоящего у стола Натана с кружкой кофе в руке.

Потрясающе.

Это был не сон. Это был кошмар. Она действительно занималась сексом с Натаном Грейстоуном, как обезумевший от вожделения кролик, двадцать минут назад.

Если не считать двух расстегнутых верхних пуговиц его белоснежной рубашки и взъерошенных густых черных волос, Натан не походил на человека, который недавно занимался сексом с нимфоманкой.

Тесс поборола желание застонать.

– У меня есть только кофе без кофеина. – Она избегала его взгляда.

– Я надеюсь, ты пьешь черный кофе, потому что я не нашел сливки, – сказал он, подавая ей чашку.

– Отлично. Черный кофе. – Она перегнулась через стол, чтобы взять чашку, которую он, должно быть, вытащил из коробки с вещами.

Тесс решила не подходить к Натану слишком близко. Этот человек имел на нее странное влияние – она теряла голову.

– Я переезжаю после обеда. Поэтому холодильник пустой, – произнесла она, не обращая внимания на его пристальный взгляд.

Обойдя кухонный стол, она прошла в гостиную.

Она слышала его шаги по деревянному полу – Натан понял ее намек на то, что она хочет держать с ним дистанцию.

– Слушай, Тесс. – Он откашлялся. – Я пришел сюда не за тем, чтобы… – Она повернулась, когда он умолк, и увидела на его щеках слабый румянец.

Она немного расслабилась при мысли о том, что Натан тоже смущен их безумным поведением.

– …взять меня прямо на кухне, – подытожила она.

На секунду Натан опешил, а потом хохотнул.

– Можно сказать и так. – Он отхлебнул кофе, пристально наблюдая за Тесс поверх края чашки, словно пытаясь оценить ее настроение. – Я перестаю себя контролировать, когда мы с тобой оказываемся в ограниченном пространстве.

Несмотря на испуг, она улыбнулась.

– Я тоже.

– Ты не сердишься? – Он искренне удивился.

– Зачем мне сердиться? – спросила она. – Ты спровоцировал меня, и я с радостью согласилась.

Он усмехнулся, его глаза весело сверкнули.

– Только не надо было рвать мои трусики. Они из индийского шелка.

– Я разорвал твои трусики?

– Да, и я могу предъявить тебе то, что от них осталось. Кстати, ты должен мне двое трусиков.

Ленивая улыбка смягчила черты его лица, и Тесс вспомнила, как почти два месяца назад этот безрассудный и бесшабашный соблазнитель так легко ее очаровал.

– Не волнуйся, я все исправлю. – Он коснулся рукой ее щеки.

Тесс отвернулась от его нежного прикосновения.

– Не надо, Натан, – сказала она, сдерживая желание, когда он опустил руку. – По-моему, двух раз достаточно.

Улыбка сошла с губ Натана, но Тесс решила не сожалеть об этом.

Их недавняя близость только усугубит неразрешимую ситуацию. Тесс решила оставить ребенка.

Она позвонила акушеру Евы, и та согласилась принять ее через несколько дней. Она купила книги по беременности и родам и каждое утро разговаривала по телефону с Евой, обсуждая тошноту и набухшую грудь. Она купила кучу витаминов в аптеке. Она записалась на собеседования в фирмы, организующие развлекательные мероприятия, и составила для себя солидное портфолио.

После недели тщательного планирования новой жизни Тесс была убеждена, что приняла верное решение. А Натан Грейстоун совсем не вписывался в ее планы.

Очевидно, после года отношений с мужчиной, который был настоящим ленивцем в постели, она увлеклась Натаном, чье либидо было сравнимо с безудержностью тигра, однако она не собиралась уступать своим желаниям.

Тесс обхватила себя руками за талию и постаралась успокоиться под пристальным взглядом Натана. Пусть он думает, что ему в голову взбредет. Ей нужно побороть влечение к нему. Быстро. Поэтому не следует с ним заигрывать.

– Так почему ты сюда пришел? – тихо спросила она, когда он ничего не ответил.

Его взгляд стал подозрительным.

– Я пришел узнать, действительно ли ты беременна и мой ли это ребенок.

– С какой стати ты вдруг передумал? – уклончиво спросила она. – В прошлый раз ты был уверен, что я лживая проститутка.

Натан нахмурился, в его глазах читался знакомый цинизм.

– Я этого не говорил.

Она поставила чашку с кофе на пол:

– Я сказала тебе, что я беременна. Ты ответил, что ребенок не от тебя. Я что-то не так поняла?

– Я переусердствовал, – сухо ответил он.

– Ну, это мягко сказано, – произнесла она. – Но ты не ответил на мой вопрос. Почему ты изменил свое мнение и решил, что я могу говорить правду?

Он сильнее нахмурился:

– Так ты беременна или нет? Если ты беременна, то почему решила, что ребенок мой?

Тесс засунула руки в задние карманы джинсов.

– Как бы ты отреагировал, если бы я сказала, что я беременна безусловно от тебя?

– Я не знаю. Не надо ходить вокруг да около. Отвечай прямо.

У нее екнуло сердце. Натан говорил отрывистым и разочарованным тоном. Он ничего не испытывает к своему будущему ребенку. Он пришел к ней из чувства долга. Она честно во всем ему призналась десять дней назад, но он не захотел ее понять. И вряд ли он захочет понять ее сейчас.

Если ее ребенок когда-нибудь спросит, кто его отец, она позвонит Натану. Но сейчас очевидно, что ребенок Натану не нужен.

– Ребенка больше нет, понятно? – сказала она.

Тесс ожидала увидеть облегчение на лице Натана, но он выглядел ошеломленным.

– Ты сделала аборт?

– Нет, – ответила она слишком поспешно. – Нет, я… – Она старалась придумать подходящий ответ. – Результаты теста оказались ложными.

– Но ты сделала три теста. Разве все они могут оказаться ложными?

Тесс сглотнула, стараясь выглядеть максимально равнодушной. Она никогда не умела врать.

– Это называется ложноположительный результат, – сказала она.

– Понятно, – скептически ответил он. – Значит, ты не беременна? И не была?

– Нет. – Она откашлялась. – Нет, я определенно не беременна. Поэтому ты можешь уходить и забыть обо мне.

Он посмотрел на нее так внимательно, что ей захотелось съежиться. Потом он уставился на ее округлившуюся грудь. Тесс скрестила руки на груди, сожалея, что не надела просторную футболку.

Она вдруг подумала, что, по иронии судьбы, сначала Натан не поверил, что она ждет ребенка, а теперь не верит, что она не беременна.

Пусть Тесс плохо знает этого парня, но одно понятно наверняка: у него серьезные проблемы с доверием женщинам. И он определенно не верит ей.

И да, Натан правильно предположил, что сейчас она лжет. Но она делает это ради своего малыша. И да, она делает Натану одолжение, позволяя ему избавиться от ответственности за будущего ребенка.

Наконец он поднял голову.

– Что бы ни случилось, я не забуду тебя, Тесс. – От его резких слов у нее покраснела шея. – Тебя невозможно забыть.

Она пыталась не замечать реакцию своего тела, но потом Натан провел большим пальцем по ее щеке и коснулся ее нижней губы. Тесс заставила себя уклониться от его дразнящего прикосновения.

Подойдя к двери, он бросил на Тесс последний взгляд через плечо. Когда за Натаном закрылась дверь, Тесс прижала руки к животу и почувствовала легкую дрожь в коленях.

«Не раскисай! Ты поступила правильно».

В предстоящие несколько месяцев у нее полно дел: нужно заботиться о себе, найти постоянную работу с лучшими медицинскими льготами и снять более дешевую квартиру, не злоупотребляя гостеприимством Евы и Ника.


Натан уселся на водительское сиденье своего внедорожника и достал смартфон из заднего кармана брюк. Он набрал в поисковике «ложноположительная беременность». Просмотрев соответствующие вебстраницы, он разыскал в Интернете «первые признаки беременности». Через пять минут он положил голову на спинку сиденья, от разочарования у него заныла шея.

Какого черта он снова занимался сексом с Тесс?

Он знал, что совершает ошибку, прикасаясь к нежной коже ее затылка и наклоняясь к ее губам.

Тесс Тремейн лишала его самообладания. С ней он действовал на автопилоте, чувствуя вместо того, чтобы думать и взвешивать факты. Сначала они пререкались, а через минуту занимались сексом на ее кухонном столе.

Натан потер руками лицо. К его разочарованию примешивалось смущение и неверие.

Снова положив голову на спинку сиденья, он посмотрел на улицу. Он не сомневался, что Тесс ему солгала о том, что не беременна. Она так и не ответила на его прямой вопрос. И он уже догадывался, почему она ему солгала на этот раз.

Он посмотрел на ее дом, задаваясь вопросом, куда она собралась переезжать. Он имеет право об этом знать, если она ждет ребенка от него.

Вдруг он представил себе своего будущего ребенка. У Натана сдавило грудь, а к горлу подступил ком. А вдруг Тесс уедет в Англию?

Натан набрал телефонный номер Уолтера Дженсена.

Он не желал думать о ребенке. И он не собирается о нем думать, пока не убедится, что станет отцом. Он не оставит Тесс Тремейн в покое. Она скажет ему правду. А если для этого Натану придется привлечь юристов, он так и сделает.

Глава 6

– Натаниэль, ты в курсе, насколько усложнены законы, регулирующие права отцов? – Уолтер Дженсен оперся руками о большой письменный стол из клена. Он одарил Натана взглядом, который тот ненавидел с тех пор, как ему исполнилось двенадцать лет и семейный адвокат объяснил ему спокойным и размеренным тоном, как плохо он поступил, взяв без спроса отцовский автомобиль, за что был задержан полицейскими. – Любой судебный иск потенциально может длиться годами. – Уолтер сделал паузу, чтобы перевести дыхание. Его грубоватый покровительственный голос вернул Натана в один из самых отвратительных периодов его жизни. – И ты не уверен, что это твой ребенок. Или что она на самом деле беременна.

Натан встал, чувствуя в теле напряжение от гнева.

– Она солгала мне о беременности, – сказал он. – И я не знаю, где она теперь живет. Меня не волнуют мои права, но я хочу знать правду. Я просто не могу оставить все как есть. Не могу, и ты об этом знаешь.

В светлых глазах Уолтера мелькнуло понимание. Натан почувствовал горечь сожаления. Уолтеру было за шестьдесят, но он по-прежнему обладал блестящим аналитическим умом и был профессиональным и проницательным юристом. Более того, он порядочный человек. Но Натан никогда не доверял ему полностью, потому что, как и большинство взрослых, которых Натан знал, будучи еще ребенком, Уолтер покрывал грязные секреты его отца.

– Ладно, успокойся, – сказал Уолтер, миролюбиво подняв руки.

Натан плюхнулся в кресло, смутившись тем, что поднял голос.

– Вот что я предлагаю, – продолжал Уолтер прохладным и бесстрастным тоном человека, привыкшего усмирять эмоциональных людей. – Мы пригласим мисс Тремейн сюда и проведем с ней переговоры. Если ты готов предложить ей щедрое содержание до рождения ребенка…

– Я готов, – прервал его Натан. Он хотел решить эту проблему раз и навсегда. Он желал договориться с Тесс. Но сильнее всего он хотел избавиться от отвратительного подозрения, мучившего его почти всю ночь, что он всегда будет сыном своего отца.

Уолтер поднял голову от документов на столе и смерил Натана взглядом:

– Тогда я уверен, что она прислушается к голосу разума.

Зная о противоречивости Тесс Тремейн, Натан все равно кивнул:

– Отлично. Когда мы это сделаем? Я хочу поскорее с этим покончить.

Он до сих пор не совсем понял, что будет делать, когда узнает правду. Хотя, если Тесс забеременела от него, он обеспечит ребенка и признает его. Это даже не обсуждается.

Уолтер посмотрел в большой кожаный планировщик, лежащий на столе:

– Ей назначат встречу на этой неделе. Если ребенок окажется твоим, то у тебя появится на него право как у биологического отца. Большинство судов по-прежнему определяют права отца тем, какое участие он принимал в воспитании ребенка.

Натан сухо кивнул, мысль о воспитании ребенка на секунду его парализовала.

– Договорились. – Встав с кресла, он протянул руку пожилому человеку, радуясь тому, что решил хотя бы один вопрос. Пригласив Тесс, они обсудят ситуацию трезво, как цивилизованные взрослые люди. А участие в переговорах третьей стороны просто необходимо, учитывая склонность Натана и Тесс заниматься умопомрачительным сексом при каждой встрече.

– Спасибо, Уолтер, я ценю твою помощь. – Он перекинул свой пиджак через плечо. Натан почувствовал больше уверенности с тех пор, как впервые встретил Тесс Тремейн. – Пусть мне сообщат, когда будет назначена встреча.

Уолтер закрыл планировщик.

– По-твоему, ты поступаешь разумно? – спросил он.

– Что ты имеешь в виду?

– Я должен сказать, сынок, что в последний раз видел тебя таким одержимым с той женщиной из семьи Дукатти десять лет назад. Будет проще и менее опасно, если моя команда юристов подключится к делу с самого начала.

Натан обдумал слова Уолтера. Да, он прав. Но внезапно в его мозгу возник образ Тесс, которой он овладел на ее кухонном столе.

Черт бы ее побрал!

Он просто не может ее отпустить. Пусть он ведет себя иррационально и немного по-детски, но он желает и дальше встречаться с Тесс Тремейн. Кроме того, он уже не глупый двадцатиоднолетний юноша, который легко поверил в ложь Марлены.

Тесс медленно сводит его с ума с той самой минуты, как он увидел ее в переполненном баре на крыше во время вечеринки в Галловей. Однако у нее нет над ним какой-то особенной власти. Как только она подпишет договор и возьмет деньги Натана, он утвердит свои права на ребенка.

– Я хочу, чтобы переговоры с ней вел ты, Уолтер, – сказал Натан, давая адвокату понять, что все решил.

Уолтер отрывисто кивнул, хотя не казался убежденным:

– Отлично. Я уверен, ты выиграешь.

«Нисколько в этом не сомневаюсь», – подумал Натан, выходя из кабинета.

И как только Тесс Тремейн наконец поймет, что выхода у нее нет, Натан насладится победой.


– Я не могу в это поверить! – Тесс повесила телефон на стену на кухне Евы.

– Что случилось? Кто звонил? – спросила Ева, делая паузу, чтобы отправить еду в открытый рот Кармина.

– Секретарша Уолтера Дженсена, – отчеканила Тесс. – Дженсен – адвокат Натаниэля Грейстоуна, генерального директора «Грейстоун энтерпрайзис». Он становится настоящей проблемой.

Ева вытерла рот Кармина и протянула ребенку пластиковую ложку, чтобы он ее облизал.

– Чего хочет его адвокат?

– Завтра я должна прийти на встречу с ними, чтобы обсудить условия договора.

– Какого договора?

– Я не имею ни малейшего понятия, а восхитительная миссис Шенберг не сильно вдавалась в подробности. Когда я попросила ее объясниться, она начала нести какую-то чушь о правах и обязанностях их клиента мистера Грейстоуна. Какие права и обязанности? – Тесс вышагивала по открытой кухне, сильнее волнуясь с каждой секундой. Ей казалось, будто ее затягивает в иную реальность, в которой царствует Натан Грейстоун. – Я никуда не пойду. У него нет на меня прав, и он ничего мне не должен. Я уже сказала ему об этом.

Она не хотела снова встречаться с Натаном. Достаточно того, что произошло между ними в прошлый раз.

– На самом деле, у него есть и права, и обязанности. – Ева многозначительно посмотрела на живот Тесс.

Тесс прижала руку к животу.

– За ребенка отвечаю я, а не он. Я не желаю, чтобы он его воспитывал.

– Почему нет? – возразила Ева. – Он отец ребенка.

– Нет. Он просто его зачал, вот и все.

Ева недоверчиво рассмеялась и улыбнулась сыну, который забивал ложкой невидимый гвоздь в стол.

– Возможно, Натан наговорил тебе глупостей, но он был шокирован, узнав о ребенке. Он мог передумать, поэтому предлагает тебе встретиться в присутствии своего адвоката.

– Шесть дней назад мы с ним встретились, и я сказала ему, что не беременна.

– Зачем? – Ева выглядела потрясенной.

У Тесс стало тяжело на душе. Хорошо, что Ева не знает, как именно проходила ее встреча с Натаном, а то была бы в шоке.

– Не смотри на меня так. – Тесс не хотела чувствовать себя виноватой. Она поступила правильно. – Он пришел ко мне, чтобы спросить о ребенке. Но он пришел только из чувства долга. На ребенка ему наплевать.

– То есть ты сообщила ему, что ребенка не будет? – взволнованно спросила Ева, и Тесс напряглась.

– По-моему, я поступила разумно. Моему ребенку не нужен отец, которому нет до него дела. Я не желаю, чтобы он повторил мою судьбу.

Ева забеспокоилась.

– Почему ты решила, что была не нужна своему отцу?

Тесс встала, решив не уступать попыткам добродушной Евы всегда видеть в людях лучшее.

– Он выгнал меня из дома, когда мне было пятнадцать лет, и мне пришлось жить с моей теткой. Мне кажется, это довольно убедительное доказательство.

– О, Тесс, это ужасно. – Расстроенная Ева округ лила глаза. – Я не знала об этом. Это было после смерти твоей матери?

– Да. Через три года после ее смерти.

– Это ужасно. Как он мог? Мне очень жаль.

Тесс кивнула, отмахиваясь от чувства вины в ответ на сочувствие Евы. Дело в том, что поступки отца Тесс не были нелогичными. После смерти матери Тесс начала разгульную жизнь. На самом деле она превратила жизнь отца в сущий ад. Однако это вряд ли оправдывает то, что он с головой ушел в работу, часами сидел в рабочем кабинете и практически игнорировал Тесс. Он уделял ей внимание только тогда, когда она влипала в неприятности, а таких случаев было очень много.

Тесс уставилась на лупящего по пластиковому столу ложкой Кармина, сгорая от стыда за то, как она вела себя, будучи подростком. Ее нынешняя проблема не связана с отцом.

– Спасибо, Ева, но не нужно сожалеть. Я смирилась с тем, что произошло много лет назад. – Раньше Тесс возлагала всю ответственность на своего отца, но теперь понимала, что сама была во многом виновата. Однако она не намерена пересматривать свои прежние поступки прямо сейчас. – Дело в том, что Натан Грейстоун не захотел меня слушать, когда я впервые рассказала ему о беременности. И я не уверена, что он передумал.

– Но тебя приглашают на переговоры с ним, а это положительный знак. Возможно, он хочет воспитывать ребенка, – тихо произнесла Ева. – Разве он не заслуживает второго шанса?

– Но я не желаю, чтобы он воспитывал ребенка, – решительно сказала Тесс, стараясь убедить саму себя. Не потому ли она солгала ему шесть дней назад? Почему она уже не уверена, что поступила правильно? И отчего она никак не забудет нежного прикосновения его пальцев к ее щеке?

Ева вздохнула, чтобы успокоиться.

– Ты должна пойти завтра на эту встречу и сказать ему правду о ребенке. Тебе не помешает его финансовая поддержка.

– Да, но… – Тесс замолчала, когда до нее дошло, почему именно Натан настаивает на переговорах. – По-моему, он уже обо всем знает.

– Тесс, ты побледнела. В чем дело?

– Теперь понятно, зачем он привлек адвокатов. Он планирует заставить меня сделать аборт.

Ева ахнула:

– Это отвратительно. Не надо так говорить. – Однако шок и возмущение Евы не помогли Тесс избавиться от подозрения.

Жаль, что она не такая оптимистка, как Ева. Тесс вынуждена быть реалисткой.

Оставаясь реалисткой, она выжила, когда отец отправил ее жить с сестрой матери и сказал, что она может вернуться, когда научится прилично себя вести. Тесс плакала и умоляла его не прогонять ее, но он оставался непреклонен.

Потребовалось несколько месяцев слез и истерик, чтобы Тесс в конце концов поступила в новую школу и начала жизнь заново. Однако ее отношения с отцом оставались напряженными и сдержанными до конца его жизни. Она так и не вернулась в его дом. И она не простила его за то, что он от нее отмахнулся.

Забавно, но она предполагала, будто Натан Грейстоун похож на ее отца. Но оказывается, он еще хуже.

К сожалению, ирония не смягчит горького разочарования или суровой реальности, с которой Тесс придется столкнуться завтра.

Глава 7

– Как вы видите, размер предлагаемого содержания… – пожилой адвокат сделал паузу, пролистывая несколько страниц увесистого документа, копию которого он передал Тесс, приехавшей на переговоры десять минут назад, – указан на третьей странице договора. Оно очень щедрое и должно удовлетворить ваши потребности в обозримом будущем.

Тесс вцепилась пальцами в договор, когда Уолтер Дженсен снял очки и уставился на нее суровым взглядом. Она смотрела на него в упор, отказываясь читать договор, который лежал закрытым у нее на коленях. Траурная атмосфера в офисе «Дженсен и партнеры» была почти такой же устрашающей, как пристальный взгляд Натана Грейстоуна, вперившийся в затылок Тесс.

Дженсен поднял густые брови:

– Мне перечислить правила выплаты содержания?

– Нет, спасибо, – твердо ответила она, ее пальцы начали подрагивать. – В этом нет необходимости.

Тесс не намерена ни принимать, ни обсуждать это чертово содержание от Натана Грейстоуна.

Она положила документ на стол. Договор приземлился на полированную столешницу с громким шлепком.

– Мне не нужны деньги Грейстоуна, – сказала она. – Я могу сама себя обеспечить.

Ее заявление отразилось эхом от деревянных панелей на стенах кабинета, в котором пахло старыми книгами и полиролью с ароматом лимона. Тесс почувствовала, что теперь на нее смотрят все, кто присутствует на переговорах: и Натан Грейстоун, и Дженсен, и помощник Дженсена, Грант.

– Я понял, – наконец, произнес Дженсен. Она заметила, что он удивился, но быстро замаскировал эту эмоцию. – А если мы увеличим размер содержания?

Слова были произнесены спокойным и примирительным тоном, но Тесс пришла в ярость.

Она встала, ее тело дрожало от напряжения.

– Я уже сказала, что мне не нужны деньги Грейстоуна, – отчеканила она, не обращая внимания на то, что Натан проворчал и выругался.

Тесс посмотрела на Дженсена:

– Мой ребенок и я, мы не продаемся.

Прищурившись, Дженсен смерил ее взглядом.

– Значит, вы все-таки беременны? – спросил он. – Несмотря на то, что вы сообщили моему клиенту неделю назад.

– Ну, я… – Она услышала, как Натан Грейстоун постукивает ногой по полу, и насторожилась. Атмосфера в комнате накалялась. – Это не ваше дело. – Она посмотрела на Натана, отказавшись от намерения его игнорировать. – И это не касается Грейстоуна, – прибавила она с ложной бравадой.

Натан осуждающе нахмурился и сжал кулаки на подлокотниках кресла.

Тесс перевела взгляд на Дженсена, не замечая, что Натан теряет терпение. Пусть он думает о ней что хочет. У нее были причины, чтобы ему солгать. И она совсем в этом не раскаивается.

– Если вы забеременели от моего клиента, – встрял адвокат, – то, боюсь, это его касается напрямую. – Дженсен снова заговорил миролюбивым тоном. – Присядьте, мисс Тремейн. Давайте поговорим как взрослые люди?

От его заботливых слов Тесс почувствовала себя блудным ребенком, которого порицает отец. На ее глаза навернулись жгучие слезы. Она запретила себе плакать в присутствии стольких свидетелей.

– Нам нечего обсуждать, – сказала она максимально уравновешенным тоном, хотя ужасно злилась. – Повторяю, мне не нужны деньги Грейстоуна.

Натан выругался – все присутствующие в кабинете вздрогнули. Внезапно разъяренный Натан подошел к Тесс и встал, возвышаясь над ней.

– Хватит называть меня по фамилии. Меня зовут Натан. – Схватив Тесс за предплечье длинными сильными пальцами, он потянул ее к себе. – Ты звала меня по имени, когда мы занимались сексом неделю назад на твоей кухне.

Наступило испуганное молчание. Тесс высвободила руку.

– Сволочь. – Она резко толкнула его руками в грудь, обтянутую тканью накрахмаленной белой рубашки.

Как он посмел говорить об это в присутствии своих приспешников?

Она потерла руку, желая стереть прикосновение его пальцев, которое по-прежнему жгло ее кожу.

– Не воображай, что если тебе удалось соблазнить меня, то тебе удастся и мной манипулировать, – выпалила она, и он недоверчиво рассмеялся.

Ты шутишь?! – проревел он, придвигаясь к ней, его голубые глаза сверкали от ярости. – Я тобой манипулирую? Не смеши меня. Разве не ты бросилась мне на шею и прижалась ко мне так, что я едва мог дышать? Ты как ребенок, которого следует хорошенько отшлепать.

– Да? – Она вздернула подбородок и скрестила руки на груди. – А ты попробуй это сделать, громила!

Натан тут же схватил ее за предплечья.

– Отпусти ее сейчас же, Натаниэль! – прокричал Уолтер Дженсен. Пожилой человек пригладил редеющие волосы. – Сядьте оба, – проворчал он, тыча в них пальцем и краснея. – Все остальные могут уходить.

Помощник Дженсена засунул компьютер под руку и быстро направился к двери, но потом остановился и спросил:

– Я вам в самом деле не понадоблюсь?

Уолтер поднял руку.

– Грант, пожалуйста, – немного успокоившись, сказал он, – идите обедать. По-моему, очевидно, что юридическая помощь здесь больше не нужна.

– Что ты имел в виду? – спросил Натан, как только за помощником Дженсена закрылась дверь.

Дженсен одарил Натана тяжелым взглядом:

– Замолчи и сядь.

– Я не буду, – властно ответил Натан. – Ты забыл, кто оплачивает счета?

Пожилой адвокат даже глазом не моргнул и посмотрел на Натана почти с сожалением:

– Ты можешь нанять другого адвоката. После той сцены, что вы здесь устроили, я начинаю подумывать о выходе на пенсию.

Натан напрягся и слегка покраснел. Тесс стало любопытно, какие отношения связывают этих двух мужчин. Казалось, Дженсен не просто семейный адвокат.

– Я прошу прощения, Уолтер, – скрепя сердце ответил Натан. – Мне не нужен другой адвокат. Но ты обращаешься со мной так, будто мне двенадцать лет.

Дженсен фыркнул:

– Так не веди себя как двенадцатилетний мальчишка. Натаниэль, что, черт побери, с тобой происходит? Ты снова превратился в прежнего вспыльчивого подростка, которого я вытаскивал из тюрьмы.

От удивления у Тесс отвисла челюсть. Она оглядела внушительную фигуру дорого одетого Натаниэля Грейстоуна. Невозможно поверить, что он, будучи подростком, привлекался к суду.

Она откашлялась и сглотнула, отмахнувшись от мысли о том, что у нее и Натана была бурная юность. Она ничего не желает знать о прошлом Натана. Ей наплевать, что он был трудным подростком, как и она.

– Куда вы собрались, мисс Тремейн? – спокойно спросил Уолтер Дженсен, когда она направилась к двери.

Тесс развернулась к нему лицом.

– Я ухожу. Мне не нужны…

– Почему ты отказываешься от моих денег, если тебе даже негде жить? – произнес Натан.

– Откуда ты об этом знаешь?

– Я разговаривал со старшим по дому, в котором ты жила. Он оказался очень разговорчивым.

Тесс ахнула. Ей захотелось прикончить старшего по дому – старичка Эда Мейсона, который обожал распускать сплетни.

– Кто позволил тебе лезть в мою жизнь? – спросила она.

– Я могу делать все, что мне нравится, если женщина говорит, что вынашивает моего ребенка.

Тесс глотнула воздух и снова пришла в ярость.

– Замолчите оба, – произнес Уолтер Дженсен. – Вы. – Он указал пальцем на Тесс. – Сядьте и успокойтесь, иначе навредите ребенку.

– Но я… – Тесс умолкла, увидев отцовский взгляд Дженсена.

– Мисс Тремейн, если вы достаточно взрослая, чтобы забеременеть, то вы, несомненно, достаточно взрослая, чтобы вести цивилизованный разговор. И вы беременны? Я прав?

Тесс присела.

– Отличная идея. Да, давайте говорить цивилизованно. – Она исподлобья уставилась на Натана.

– Хорошо. – Адвокат взял документы со стола и решительно взглянул на Натана. – Теперь, Натаниэль, тебе нужно сделать то же самое. И я предлагаю тебе извиниться перед мисс Тремейн за то, что ты совал нос в ее личные дела.

Натан нахмурился, глядя на адвоката. Дженсен встал, засунул документы себе под мышку и подошел к двери.

– Погоди. Ты куда? – обратился Натан к адвокату.

Грустно улыбнувшись, Дженсен коснулся пальцами дверной ручки:

– Я иду обедать, сынок.

– Но ты не можешь. – Натан развел руки. Тесс услышала беспокойство в его тоне и обрадовалась, что не ей одной страшно вести цивилизованный разговор без посредников. – Я же тебе плачу.

– Пока помощь адвоката не требуется, Натаниэль, – ответил Дженсен дружеским и чуть снисходительным тоном. – Я абсолютно уверен, вы справитесь без меня.

Глава 8

Тиканье каминных часов только усилило напряженность, пока Тесс смотрела в спину Натана Грейстоуна. Примерно три минуты назад он вышагивал по ковру с длинным ворсом, словно тигр в клетке, а теперь молчаливо и свирепо пялится в окно.

В конце концов Тесс решила нарушить гнетущую тишину:

– Твой адвокат крепкий орешек. Ты давно его знаешь?

Натан развернулся к ней лицом и рявкнул:

– Что?!

– Мне просто интересно, – терпеливо ответила она. – Он сказал, что спас тебя от тюрьмы. Что ты натворил?

Взгляд Натана стал ледяным.

– Это было давно.

– Так давно, что ты не помнишь? – спросила она, решив, что провоцировать Натана удобнее, чем смотреть ему в спину.

Он пересек комнату и сел в кресло напротив нее.

– Какое это имеет отношение к нашей нынешней ситуации? – язвительно спросил он.

– Мне любопытно, – сказала она, хотя дело было не только в любопытстве. Просто она ни разу не видела, как Натан оправдывается. – Когда я была подростком, у меня было несколько стычек со школьными учителями.

Он невесело рассмеялся:

– Я почему-то не удивлен.

Поборов злость, она продолжала настаивать:

– Это такой большой секрет, Натаниэль? – Она намеренно назвала его полным именем. – Давай я расскажу тебе свою историю, а ты потом расскажешь мне свою? Вначале меня поймали за курением…

– Я угнал автомобиль, у меня не было водительских прав. Я оказал сопротивление полиции и напал на полицейского, – равнодушно перечислил Натан. – Был канун Рождества, и я решил отпраздновать его по-своему.

– Ты все это сделал за одну ночь? – спросила шокированная Тесс.

Он пожал плечами и отвернулся.

– Мне было двенадцать лет. Такого больше не повторялось.

– Но ты не похож на… Могу поспорить, твои родители были в ярости. – Тесс подумала, что отец убил бы ее, если бы она попала в полицию.

– Вряд ли, – сказал Натан. – Они были в Канкуне.

– Канкун? На Рождество? Ты шутишь? – Тесс изумилась сильнее, чем после его откровения о том, что в двенадцать лет он угнал автомобиль. Несмотря ни на что, отец всегда праздновал Рождество вместе с Тесс, даже после того, как она переехала жить к тетке.

Натан безучастно посмотрел на Тесс.

– Что они делали в Канкуне? – сказала она.

Он повел плечом:

– Пили и развлекались. Это у них получалось лучше всего.

– А кто присматривал за тобой? – спросила она, искренне жалея Натана.

– Прислуга. – Он многозначительно взглянул на часы. – Я предлагаю перестать тратить время на обсуждение моей юности и обсудить, зачем мы с тобой сюда пришли.

– Отлично. – Она положила локоть на подлокотник кресла. Итак, у Натана было паршивое детство. Но это не дает ему никаких прав на его будущего ребенка. – Для чего тебе понадобился этот так называемый договор?

– Для начала скажи мне, ты беременна или не беременна?

Она поерзала на месте и виновато покраснела.

Натан напрягся, а потом тихо выругался, приглаживая рукой волосы.

– Я так и знал. – Он крепко схватил ее за запястье. – Это мой ребенок? – холодно спросил он. – Говори правду.

Она пыталась высвободить руку.

– Я сказала тебе правду несколько недель назад. И ты мне не поверил. Забыл?

– Значит, ребенок мой. Ты уверена?

Она опустила голову и потерла запястье.

– Да, я уверена, – пробормотала она, внезапно почувствовав безысходность.

Натаниэль Грейстоун отец ее ребенка. Она навсегда связана с этим циничным и расчетливым незнакомцем.

– Ты будешь рожать? – спросил Натан.

Она встретилась с ним взглядом:

– Да. И тебе не заставить меня от него избавиться.

Он нахмурился, но выглядел ошеломленным, а не сердитым.

– Что?

– Ой, да ладно. По-твоему, я дура? Ради чего ты собрался мне платить?

Он резко выругался:

– Почему ты считаешь меня таким мерзавцем?

Тесс вздрогнула, но не отступила.

– Потому что ты не поверил, что ребенок твой, когда я сообщила тебе о своей беременности, – сказала она.

Он вскочил с кресла и прошелся по шелковому ковру. Когда он наконец повернулся к Тесс лицом, она увидела, что он смотрит на нее не зло, а разочарованно.

– Я вызвал тебя сюда не для того, чтобы оплатить аборт. Я понимаю, что скверно отреагировал, когда ты впервые сообщила мне о ребенке. Но я подумал… Я просто перепутал тебя кое с кем.

– С кем? – спросила она.

– Это не важно.

– Для меня это важно.


У Натана напряглись мышцы шеи и плеч. Он не хотел говорить о Марлене. Но, увидев выражение лица Тесс, которая смотрела на него с подозрением, он понял, что выбора у него нет.

Расправив напряженные плечи, он выдавил:

– Много лет назад я встречался с девушкой. Отношения не сложились, поэтому я порвал с ней. – По крайней мере, он сделал это, чтобы защитить себя. – Несколько месяцев спустя в прессе опубликовали большую статью о моем удачном бизнесе, и в ту же ночь Марлена появилась в моей квартире, на ней была только шуба и туфли на высоких каблуках. Через месяц она вернулась ко мне и заявила, что я буду отцом, и я поверил ей, хотя ужасно разозлился.

– Ты злился на нее за то, что она забеременела?

Многозначительный вопрос Тесс застал его врасплох. Он так погрузился в воспоминания, что почти забыл о Тесс, внимающей каждому его слову.

– Я злился на себя. – Ему было двадцать. Он был одержим идеей развития бизнеса. Он хотел исправить часть ущерба, который нанес бизнесу его отец. Натан решил, что ни на что не способен, если не умеет даже контролировать влечение к женщине. – Но я понял, что ошибся и должен все исправить. Я предложил ей содержание и согласился дать ребенку свою фамилию при условии, что я не стану его воспитывать.

– Какая щедрость!

Он услышал нотку пренебрежения в ее голосе.

– Мне казалось, это меньшее, что я могу сделать, – холодно сказал он.

– То есть ты вообще не собирался воспитывать ребенка?

– Нет, – откровенно ответил он, не испытывая вины по этому поводу. Пусть Тесс думает о нем все, что захочет, но в то время он считал свои поступки оправданными. Ему было проще заплатить за свою ошибку и отойти в сторону. Потому что ребенок Марлены казался ему ошибкой.

После родов Натана вызвали в роддом. Ребенок родился недоношенным. Увидев новорожденного мальчика, Натан испытал шок.

– Уолтер предложил мне сделать тест ДНК, – сказал Натан, вспоминая свои споры с адвокатом по данному вопросу. – Результаты теста показали девяносто девять целых и восемь десятых процента вероятности того, что я не отец ребенка. – В его голосе слышалась обида и неверие.

* * *

– Марлена заслуживала хорошей пощечины, – заявила Тесс. Натан поднял голову и посмотрел на нее. – Тебе бы я тоже с удовольствием залепила пощечину.

Натан назвал беспомощного ребенка ошибкой. Он откровенно признался, что не желал воспитывать малыша. Только за одно это его следовало презирать. И Тесс презирала его, пока он не сообщил ей о результатах теста ДНК. Выражение его лица при этом изменилось. Он не выглядел довольным от доказательства обмана Марлены. Натан казался обиженным.

– Я думаю, мы с ней квиты, – сказал он.

– Она поступила жестоко, солгав тебе, – произнесла Тесс.

– Тем более что ей не нужно было мне лгать, – ответил он, давая понять, что его слова относятся не только к Марлене, но и к Тесс. – В любом случае я дал ей деньги, в которых она нуждалась.

– Зачем ты это сделал? – Внезапно Тесс почувствовала укол ревности. Вероятно, Натан по-прежнему испытывает какие-то чувства к той женщине.

Он пожал плечами:

– Ребенку незачем страдать. Отец ребенка бросил ее, как только узнал, что она забеременела. Ей некому было помочь, поэтому она решила обмануть меня.

Слова Натана прозвучали пренебрежительно, но Тесс задалась вопросом, многие ли мужчины содержали бы чужого ребенка при подобных обстоятельствах. Едва ли кто-либо на это согласился.

– Но я не Марлена, и мне не нужны твои деньги.

– Я знаю, Тесс. – Он неохотно улыбнулся, и у нее екнуло сердце. Натану следует чаще улыбаться. – И я не собирался заставлять тебя делать аборт.

– Я решила рожать, – сказала Тесс, – поэтому буду сама содержать этого ребенка. Ты не должен нести за него ответственность. По-моему, это справедливо.

Он посерьезнел.

– Я не согласен, – произнес он.

– Почему нет?

– Ребенку нужен отец.

Эти простые и решительные слова удивили Тесс. Она понятия не имела, как реагировать на его заявление, потому что Натан оказался прав. Она очень нуждалась в отце после смерти своей матери. Она жаждала его одобрения и любви. Но она намерена защитить своего ребенка от человека, который не хотел его и не мог его любить. Однако она вряд ли имеет право принимать такое решение в одиночку.

– В идеальном мире это, безусловно, справедливо, – осторожно произнесла она. – Но многие дети растут без отца. Кроме того, ты не планировал воспитывать ребенка Марлены.

– Это тогда я так думал. – Он устало пригладил рукой волосы. – Но теперь планы изменились. Я не могу бросить своего ребенка.

– Почему нет? – Тесс отчаянно хотела услышать его ответ.

Но Натан ответил уклончиво:

– Это сложно объяснить.

Мелкие волосы на затылке Тесс приподнялись, и она сглотнула, поборов злость:

– Ты не ответил…

– Ты уже была у врача? – перебил он ее.

– Да, конечно, – машинально ответила она. – Это доктор Хиллер в Пасифик-Хайтс. У нее наблюдалась моя подруга Ева.

Он вытащил смартфон из заднего кармана брюк.

– Я прикажу, чтобы проверили, хороший ли она врач, а счет за ее услуги прислали мне.

– Нет, – решительно ответила Тесс. – Я сама оплачу услуги врача, большое спасибо.

Он посмотрел на нее:

– Угу. Как?

– Слушай, Натан, ты не обязан нести за это ответственность.

Он скептически выгнул темную бровь.

– Это мой ребенок, Тесс, – терпеливо сказал он, словно разговаривая с идиотом. – Поэтому я обязан оплачивать твои расходы на врача.

– У меня есть сбережения, – произнесла Тесс. У нее складывалось неприятное ощущение, что переспорить Натана ей не удастся.

Кто мог предположить, что Натан Грейстоун окажется самым ответственным человеком на планете? Возможно, он не желает становиться отцом, но он решил поступить правильно.

– Это не относится к делу, – сказал он, засовывая телефон обратно в карман. – Он поддел указательным пальцем ее подбородок, заставляя Тесс посмотреть ему в глаза. – Почему ты так хочешь все делать в одиночку, если в этом нет необходимости?

Она съежилась под его проницательным взглядом.

– Потому что я хочу оставаться независимой. Для меня это важно. – Она не желала зависеть от Натана. Тем более рядом с ним она не может контролировать свои желания.

Тесс покраснела, когда Натан откинулся на спинку кресла, разглядывая ее.

Он резко хохотнул:

– Тесс, через семь месяцев ты родишь ребенка. Поэтому о своей независимости ты можешь забыть прямо сейчас.

В его тоне слышались нотки нежности, и у Тесс сжалось сердце. Она поняла, что доверие Натана не самая большая ее проблема.

Рядом с ним она не может доверять самой себе.


Натан заметил румянец, выступивший на щеках Тесс от смущения, и поборол сильное желание ее обнять.

– Позволь мне помочь тебе, – сказал он.

Хотя Тесс Тремейн действительно требовалась финансовая помощь и у нее были все основания ее требовать, эта женщина старалась настоять на своем. Натан почти ею восхищался.

Коснувшись ладонью ее щеки, он заправил прядь волос ей за ухо и задался вопросом, откуда в ней такая тяга к независимости.

– Мы зачали этого ребенка вместе, поэтому будет справедливо, если мы оба станем отвечать за последствия, – произнес он.

– Я не думаю, что…

– И это касается не только оплаты медицинских услуг. Где ты будешь жить? – прервал он ее, подходя к проблеме рациональнее. – Ты не можешь постоянно жить у Евы.

Она нахмурилась:

– Я прикончу Эда, как только увижу его в следующий раз.

– Не вини Эда. Я могу быть очень убедительным.

– В этом я не сомневаюсь. – Ее щеки стали пунцовыми, она вздернула подбородок. – У Ника и Евы очень хорошая гостевая комната. Кроме того, я регулярно читаю объявления о сдаче жилья. Я уверена, что в ближайшее время я найду более стабильную и высокооплачиваемую работу.

В этом Натан сомневался. Экономический кризис сильнее всех отразился на тех, кто организовывал развлекательные мероприятия.

Хотя Тесс продолжала упрямо на него смотреть, Натан решил не повторять очевидное еще раз. Он уже пытался ее запугать и заставить принять его помощь, и это привело к неприятным последствиям. Теперь он знает, что ее гордость и желание оставаться независимой не помогут ему решить проблему.

– Если ты не хочешь брать мои деньги, то, по крайней мере, согласись переехать в мой дом.

– Какой дом? – настороженно спросила она.

– У меня есть поместье примерно в часе езды за городом, недалеко от Хаф-Мун-Бэй.

– Я не стану жить вместе с тобой. По-моему, мы оба знаем, что это закончится катастрофически. – Тесс говорила так непреклонно, что Натан чуть не озвучил свое золотое правило: никогда не приглашать женщину пожить в его доме.

Но, оглядев полную грудь Тесс, он понял, что при иных обстоятельствах нарушил бы это золотое правило. Ну, если ненадолго.

Он отмахнулся от этой мысли.

К сожалению, Тесс была права. Взаимное искушение приведет их к катастрофическим последствиям. Пусть Тесс самая независимая женщина из всех, кого он знает, однако секс с ней только усложнит Натану жизнь и лишит самоконтроля.

– Я там не живу, – небрежно сказал он и приуныл, заметив, что Тесс меньше упрямится. – Этот дом принадлежал моему деду. Я там вырос, но дом пустовал последние десять лет. Там предстоит сделать ремонт. – Натан планировал найти покупателя этого чудовищно огромного поместья.

– Спасибо, но я не уверена, что мне захочется жить на строительной площадке.

Едкий комментарий заставил Натана улыбнуться, потому что в глазах Тесс читалось беспокойство.

– На самом деле ремонт в главном доме почти закончен. Но ты могла бы жить в коттедже. – Он посмотрел на часы, стараясь не выглядеть слишком оптимистичным. – Давай я отвезу тебя туда завтра после обеда? Ты посмотришь коттедж.

Тесс насторожилась и стала возражать:

– Я не…

– Ты не обязана ничего мне обещать, – уговаривал он, сильнее желая услышать ее согласие. – Но тебе нужно постоянное место для проживания. Если тебе не придется платить арендную плату, ты сможешь сэкономить, пока подыскиваешь новую работу.

– Хорошо, я посмотрю дом. Завтра я приеду туда после обеда. Но если я все-таки решу там остаться, то после того, как я найду работу, я буду платить тебе арендную плату.

«Нет, не будешь», – подумал он и промолчал, решив не торопить события.

Решительно коснувшись ее поясницы, он подвел Тесс к двери кабинета Уолтера:

– Дай мне номер своего мобильного телефона. Я вышлю тебе сообщение с адресом поместья. Когда ты сможешь туда приехать?

– Не раньше четырех часов, – ответила она, сознательно не называя точное время, чтобы Натан не устроил совместный ужин.

– Значит, увидимся в четыре, – сказал он, решив, что с Тесс лучше отсрочить битву, чтобы выиграть войну.

Тесс вышла из кабинета впереди Натана, а он почувствовал, как она подрагивает.

Чтобы победить в войне, Натан должен выяснить, какое участие он согласен принимать в жизни ребенка, и заставить Тесс с этим смириться. Он выиграет войну, потому что должен это сделать. Он не позволит, чтобы ребенок повторил его судьбу.

Натан наблюдал, как уходит Тесс, соблазнительно покачивая бедрами, и чувствовал сильное возбуждение. Отказ от трофеев этой необъявленной войны будет для него непростым делом.

Глава 9

Тесс проехала мимо железных ворот, упомянутых Натаном в тщательном описании маршрута, и посмотрела на потрескавшиеся часы на приборной панели автомобиля.

Без пяти пять.

Она опаздывает почти на час. Натан наверняка уже на месте.

Двигатель ее автомобиля взвыл на крутом повороте трассы. Машина подпрыгнула, а из решетки радиатора повалил дым. Тесс упрекнула себя за то, что не осмотрела машину как следует, прежде чем села за руль. Она включила первую передачу и поморщилась, услышав громкий скрип коробки передач.

При одной мысли о предстоящей встрече с Натаном у нее чаще забилось сердце. Плохо дело.

Ей следует научиться контролировать свои чувства, потому что она будет вынуждена принять предложение Натана и остаться в его доме. Она поняла это сегодня утром, когда без предупреждения влетела на кухню, где миловались Ева и Ник. Ева густо покраснела, а Ник одарил жену многозначительным взглядом проказника. Тесс поняла очевидное: она провела в доме подруги целую неделю, и теперь ей пора подыскать новое место жительства.

Предложение Натана – единственный ее шанс. Если в коттедже есть крыша и вода, то Тесс будет благодарна подвернувшейся возможности туда переехать.

Когда-то она гордилась своим хладнокровием, которое помогло ей добиться успеха в сфере развлечений. Но после встречи с Натаном Грейстоуном она стала слишком эмоциональной. Однако Тесс сумеет обуздать свои чувства. А это означает, что она должна быть разумной и на время забыть о своей независимости.

Она не будет полагаться на Натана слишком долго. Во время поездки вдоль побережья в его поместье Тесс приняла несколько важных решений.

Во-первых, ей не удастся найти хорошую работу в крупной фирме по организации мероприятий в Сан-Франциско в ближайшее время. Во-вторых, мысль о том, что придется работать на кого-то, приводила ее в ужас. Тесс откладывала деньги, чтобы открыть собственную фирму по планированию развлекательных мероприятий. В прошлом году она окончила курсы веб-дизайнеров, чтобы разработать собственный сайт, и курсы веб-администраторов в местном колледже. Но у нее не хватало смелости сделать следующий шаг – отыскать инвестора своего проекта. Ева не раз предлагала ей финансовую помощь, но Тесс отказывалась брать деньги у подруги. Возможно, теперь она передумает.

Следующие шесть месяцев ей предстоит трудная работа. Но если Тесс удастся заключить договоры с клиентами, вложив в фирму свои сбережения и деньги Евы, у нее все получится. Открытие собственного бизнеса огромный риск, но Тесс решила, что будет работать сама на себя. Предложение Ната на переехать в коттедж оказалось как нельзя кстати. Но если она будет жить в его доме, ей следует позаботиться о том, чтобы снова не упасть в его объятия.

Тесс тихонько вздохнула и крепче взялась руками за руль.

В ближайшие месяцы она будет часто видеться с Натаном. Нужно постараться не попадать под его обаяние. Две их встречи закончились бурным сексом. Не следует забывать, что он ей не пара. Натан высокомерен, чрезмерно самоуверен и имеет плохую привычку диктовать Тесс, что ей нужно делать. Их связывает только безудержный секс.

У них семь месяцев, чтобы наладить цивилизованные отношения друг с другом и думать о ребенке, а не о безудержной страсти и близости.

Тесс пожевала нижнюю губу, видя, что из радиатора по-прежнему идет дым. Двигатель захрипел, и она с трудом повела машину на последний холм. Внезапно у Тесс от удивления отвисла челюсть.

Перед ней стояло огромное здание из камня, дерева, гранита и цветного стекла. Башни, башенки и коньки крыш, украшенные завитушками в стиле рококо, взмывали в небо. Буйная растительность живых изгородей и цветущие кусты роз обрамляли широкую изогнутую лестницу, ведущую к гигантским арочным дверям.

Натан ошибся, назвав это здание домом. Это настоящий сказочный замок. Красивое нагромождение архитектурных стилей прежних эпох.

Остановившись позади большого черного внедорожника, зачарованная Тесс выбралась наружу, и ее сердце забилось чаще.

Она уловила аромат бугенвиллеи и морской соли. Натана нигде не было. Оглядев его блестящий автомобиль, она снова удивленно взглянула на дом. Ее любопытство только усилилось.

Как он мог вырасти в таком месте и стать настолько серьезным и одержимым работой?

Оглядевшись вокруг, Тесс представила себе, как радовалась бы в детстве возможности бегать по такому поместью. Потом она повернулась к скалам и ахнула.

Ландшафтные сады поместья спускались по склону к красивому бассейну на краю обрыва, отгороженному от моря причудливыми греческими арками. Тесс не сдержала улыбку, проходя по ухоженному газону ближе к скалам. К счастью, она надела простую футболку, джинсы и кроссовки, поэтому не нужно беспокоиться, что она вывихнет лодыжку.

Подойдя ближе, она увидела мраморную статую Посейдона и возлюбленной русалки. Небесно-голубая вода искрилась и сверкала под лучами послеполуденного света. Тесс прикрыла глаза и посмотрела на волнорезы на побережье. Внезапно у нее екнуло сердце – она увидела, как в дальнем углу бассейна над водой появилась темноволосая голова, а затем загорелое и почти обнаженное мужское тело.

Натан.

Тесс узнала его мгновенно, хотя ни разу не видела его обнаженным. Широкие плечи, высокий рост, тонкий торс и длинные ноги. Он быстро наклонился и взял полотенце. Несмотря на волнение и трепет, Тесс не могла отвести от него взгляда.

У Натана Грейстоуна было самое великолепное тело, которое она когда-либо видела. И подумать только, он вынужден прятать такую красоту под деловым костюмом.

Тесс откашлялась, стараясь выровнять дыхание, когда Натан выпрямился, повернулся к ней лицом и посмотрел на нее в упор.

Сердце Тесс билось так сильно, что сердцебиение отражалось эхом в ушах. Она не слышала далекий рев прибоя, крик голодных чаек и слабый голос рассудка. Она боялась, что ее сердце вот-вот выскочит из груди. Чем ближе подходил к ней Натан, тем отчетливее она понимала, что не сможет отказаться от близости с ним, как решила раньше.

– Привет, Тесс! Наконец ты приехала. Извини, что я не встретил тебя. Ты опоздала. Стоит такая жара, что я решил искупаться.

– Никаких проблем, – прохрипела она.

Тесс закашлялась, изо всех сил стараясь не смотреть на дорожку волос на его животе. Она заставила себя взглянуть в его глаза.

Натан посмотрел через ее плечо, резко выругался и пробормотал:

– Только не говори, что приехала сюда на этой консервной банке.

Она оглянулась на свою машину, надеясь отвлечься и не пялиться на его прелести. Она не понимала, почему, слыша упреки Натана, она чувствует себя четырнадцатилетней девочкой, которая сидит в кабинете отца и ждет наказания за очередной проступок.

– Эта консервная банка отлично довезла меня сюда, – ответила она с придыханием.

– Ты опоздала на час, – сказал он, вытирая лицо краем полотенца.

– Тсс, – прошипела Тесс. – Говори тише.

– Почему?

– Она может тебя услышать.

– Кто?

– Моя деспотичная драндулетина, конечно. Она очень ранимая девочка.

Уголки его губ приподнялись в улыбке.

– Это что-то новенькое.

Тесс снова затрепетала от предвкушения и поняла, что зря спровоцировала улыбку Натана. Он глядел на ее лицо всего секунду, но ей показалось, будто он смотрел на нее тысячелетие.

– Поезжай по дороге мимо дома, – наконец сказал он, хрипло, но деловито. – Коттедж за кипарисовой рощей слева. Встретимся там. Мне нужно одеться.

– А где ты будешь одеваться? – прошептала она, чувствуя, как тяжело ей ворочать языком.

Он выгнул брови и повеселел.

– В домике у бассейна.

– Да. Отличная идея. – Протараторив, она выдохнула. – Тогда до встречи в коттедже.

Тесс поплелась к своей машине, запрещая себе смотреть, как Натан возвращается к бассейну. Ей не нужно видеть его красивый зад, обтянутый узкими плавками. Иначе решимость Тесс быстро испарится.

Воздержание – единственно разумная тактика в их ситуации. Но, забравшись в душную машину и засунув ключ в замок зажигания, Тесс задалась вопросом, почему эта тактика не кажется ей слишком разумной после того, как она увидела мокрого Натана Грейстоуна.

Глава 10

– Пожалуйста, детка, не изводи меня. – Тесс повернула ключ в замке зажигания уже в пятидесятый раз.

Машина захрипела, заскулила, вздрогнула, кашлянула и умолкла. Тесс ударила ладонью по приборной панели и едва не расплакалась.

Она откинулась на сиденье.

– Предательница! Ну, спасибо тебе.

Автомобиль не заводился. Он в самом деле превратился в консервную банку. И теперь она стоит посреди дороги и не может даже подъехать к коттеджу.

Тесс испытала унижение, увидев рослого Натана в черной футболке и выцветших джинсах. Он медленно шел к ней от бассейна.

Ну, по крайней мере, сейчас он одет. Тесс вышла из машины.

Хотя Натан был чертовски хорош собой даже в выцветших джинсах, Тесс никак не отреагировала на его близость, потому что у нее сильно разболелась голова.

– Проблема? – спросил он без нотки превосходства, которую она приготовилась услышать.

– Вроде. По-моему, моя драндулетина скончалась, – ответила Тесс. Ее воинственность сменилась разочарованием. Когда же, наконец, ее жизнь наладится? Без машины она не доберется ни до коттеджа, ни до ближайшего магазина в пяти милях отсюда.

Открыв капот, Натан засунул руки в задние карманы джинсов и сурово тряхнул головой.

– Похоже, поломка серьезная.

– Не волнуйся, – сказала Тесс. – Я могу вызвать такси. Вряд ли сейчас подходящее время, чтобы осматривать коттедж.

Он со стуком закрыл капот.

– Почему нет?

– Я не могу оставаться здесь без исправной машины.

Натан устало посмотрел на Тесс. Он сожалел, что не может решить проблему по мановению волшебной палочки. Он мог бы купить Тесс новый автомобиль, который доставили бы в поместье через несколько часов. Но, судя по ее вздернутому подбородку, она предпочтет добираться в город автостопом и не примет его подарок.

– Не обязательно. – Достав смартфон, он набрал телефонный номер Зейна. – Я не могу починить машину, но я знаю парня, который ее отремонтирует.

Зейн знал об автомобилях все, но и он не был чудотворцем. У Натана сложилось ощущение, что машине Тесс не поможет даже чудо. Но Зейн умеет очаровывать женщин. Он отвлечет Тесс, пока Натан придумает лучший способ убедить ее принять от него новый автомобиль.

– В самом деле? – Тесс так обрадовалась, что Натан простил себе ложь во спасение.

Натан хотел, чтобы она жила в его доме и он мог бы за ней присматривать. И его не слишком беспокоило то, что прежде он не хотел присматривать ни за одной женщиной.

Ни одну женщину он не желал так страстно, как Тесс. Вероятно, потому, что ее желание и порывистость соответствовали его собственным. Но это не значит, что он пойдет на поводу у своих желаний. Еще в подростковом возрасте он обнаружил, что чем сильнее хочешь чего-то, тем меньше пользы это тебе приносит.

Натан нажал кнопку вызова и стал слушать вызывные гудки. Тесс смотрела на него выжидающе, с надеждой, широко раскрыв глаза. Влажные завитки волос прилипли к ее тонкой шее, а некрупные белые зубы впились в нижнюю губу. Она выглядела измученной и взволнованной, ее вчерашняя враждебность во время их встречи в офисе Уолтера испарилась. Натан взглянул на ее плоский живот, задаваясь вопросом, не стала ли Тесс более нетерпеливой из-за беременности.

Как только приедет Зейн, Натан найдет способ убедить Тесс в том, что ей нужна новая машина. Зейн ему поможет. Он мастерски заставляет женщин делать то, что ему хочется.

– Дружбан, в чем дело? – послышался в трубке голос Зейна.

– Привет, Зейн! Ты можешь приехать сегодня в поместье Сан-Ревелль и взглянуть на неработающий двигатель?

Звук фоновой музыки стал тише, а голос Зейна громче:

– Твой внедорожник сдох? Не может быть. Ему меньше года. Это самая надежная модель.

– Нет, – прервал его Натан, прежде чем его друг умер от удивления. – Это автомобиль Тесс.

– Тесс? – озадаченно спросил Зейн и приглушенно хохотнул. – Это та англичанка, с которой ты был в шкафу?

– Нет, это Тесс, которая мать моего ребенка, – возразил Натан, с трудом сохраняя терпение.

– Значит, ты получил доказательство, какое хотел? – серьезно произнес Зейн.

– Ты можешь приехать или нет? – Натан не желал вести этот разговор в присутствии Тесс.

После долгой паузы Зейн ответил:

– Конечно. Я приеду через полчаса. – У Натана запершило в горле, как только он услышал вожделение в голосе Зейна. – Я хочу познакомиться с этой леди, – прибавил его друг.

Натан кашлянул.

– На самом деле, Зейн, забудь об этом… – Он не успел договорить, потому что услышал в трубке сигнал отбоя.

– Он приедет? – спросила Тесс.

– Да, – сказал Натан, запихивая телефон в карман и отмахиваясь от воспоминания об официантке в ресторане, которая млела от внимания Зейна.

Глупость какая. Пусть Зейн очаровывает женщин, но Натан никогда ему не завидовал. До настоящего времени необычный эффект, который Зейн производил на женщин, не беспокоил Натана.

Однако Натану стало не по себе при мысли о том, что Зейн и Тесс будут с вожделением пожирать друг друга взглядами.

От волнения у него засосало под ложечкой.

– Я отведу тебя в коттедж, – отрывисто произнес Натан. – Там ты попьешь воды.

Он прикоснулся к ее щеке, и глаза Тесс потемнели от желания, несмотря на ее усталость.

– Тебе жарко, а в коттедже есть кондиционер. – Он посмотрел на ее грудь, обтянутую тканью футболки.

– Когда приедет твой друг?

– Скоро. – Натан старался не показывать своего раздражения. – Но окажи мне услугу.

– Какую?

– Не пускай при нем слюни.

– Что? – Она озадаченно нахмурилась.

– Зейн красавчик, – неохотно признал Натан, коснувшись рукой поясницы Тесс, когда они пошли по подъездной дороге.

Она повернулась, уклоняясь от его прикосновения.

– К твоему сведению, я никогда не пускала слюни при виде мужчины. – Она выглядела обиженной.

Натан скептически поднял бровь.

– А что ты делала, когда я вышел из бассейна? Ты так на меня таращилась.

– Я… Это не… – Она покраснела. – До чего же ты самоуверенный!

– Итак, ты не отрицаешь моих слов.

– О, ради бога, прекрати самолюбование и покажи мне коттедж. – Повернувшись, она зашагала по дороге.

* * *

Тесс изнемогала от злости, разочарования и усталости.

Как Натан посмел говорить о том, что она таращилась на него, когда он вышел из бассейна? И это после того, как в телефонном разговоре со своим другом он объявил ее матерью своего ребенка. Такое ощущение, что Натан постоянно ищет повод выбить почву у нее из-под ног.

Завернув за высокий олеандровый куст с красивыми белыми цветами, она резко остановилась и забыла о негодовании, как только увидела большой одноэтажный коттедж. Розовые каменные ступени вели к внушительной деревянной входной двери с латунными накладками, покатая крыша была выложена терракотовой черепицей. Изысканная штукатурка и решетки в стиле рококо были такими же, как в главном доме.

Тесс подпрыгнула на месте, когда ее локтя коснулась теплая ладонь Натана. Он улыбнулся, глядя на нее сверху вниз.

– Пойдем на кухню. Мано сказал, что он оставит дверь открытой.

– Кто такой Мано? – спросила она, стараясь не глазеть на Натана, пока он поглаживал большим пальцем внутреннюю сторону ее локтя.

Он провел ее на крыльцо в задней части здания к очаровательному входу, увитому бугенвиллеями.

– Мано был главным садовником моего деда. – Натан открыл дверь, представляя взору Тесс светлую и просторную кухню с новой мебелью. Раскладной стол был у большого окна с захватывающим видом на скалы в сторону океана.

– Был?

– Сейчас он смотритель поместья. – Взяв тяжелый хрустальный стакан из стеклянного шкафа, Натан налил в него воды из-под крана.

– Он живет в поместье? – спросила она, стараясь, чтобы их пальцы не соприкоснулись, когда она брала стакан прохладной воды.

– Нет. Его здесь нет. – Натан прислонился к кухонному столу и скрестил руки на груди, глядя на Тесс. – Мы одни.

Она поспешно отпила воды, но это не помогло ей успокоиться.

– Но скоро приедет твой друг, – возразила она.

– Он будет через полчаса.

Она уловила подтекст в его словах. Они успевали сделать много чего за гораздо меньший промежуток времени.

Тесс поставила стакан на стол, обрадовавшись, что не пролила ни капли. Повернувшись к Натану лицом, она подумала, что ей не следует строить из себя скромницу.

Ему достаточно просто посмотреть на нее, и у нее напрягаются соски и тяжелеет грудь. Образ его обнаженной груди, покрытой волосками, сверкнул в ее мозгу, словно пламя.

– Не кажется ли тебе, что будет немного неразумно, если мы снова это сделаем? – сказала она.

Он расцепил руки и уперся ими в стол.

– Может быть. Но это не решает нашу проблему.

– Какая проблема? – Сердце чуть не выскочило у нее из груди.

– Я тебя хочу. Очень сильно. И судя по тому, как ты на меня таращилась у бассейна, желание взаимное.

– Я поймана с поличным, – пробормотала она, даже не пытаясь возражать. – Но секс сделает сложную ситуацию невыносимой, – произнесла она, затаив дыхание, зная, что спорит скорее с собой, чем с Натаном.

– Возможно. – Он подошел к ней, и она вдохнула дразнящий аромат соснового мыла. – Но он может ее упростить.

Тесс подняла руки, намереваясь оттолкнуть Натана, но он обхватил пальцами ее бедра и притянул к себе. Она почувствовала его возбуждение, которое было красноречивее любых слов.

Она уперлась локтями в его грудь.

– Каким образом? – спросила она, пытаясь придумать причины не заниматься с ним сексом.

– Нам нужно лучше узнать друг друга, – тихо произнес он и коснулся языком мочки ее уха. – А секс сделает процесс познания быстрее и увлекательнее.

Тесс прерывисто выдохнула. Хотя логика Натана была смехотворной, она решила уточнить:

– Ты предлагаешь остаться «друзьями с взаимной выгодой»? Ничего не получится.

– Кто так сказал? – Он наклонился и коснулся губами пульсирующей жилки у основания ее шеи. По телу Тесс распространился жаркий трепет.

– Так сказала я, – слабо ответила она, обхватила Натана руками за плечи и откинула голову назад, побуждая его продолжать. – Ну, по крайней мере, так мне казалось.

В юности она занималась поспешным и ужасным сексом с парнями, которых не желала вспоминать на следующее утро. С Натаном Грейстоуном она гарантированно проведет время приятно.

Натянуто рассмеявшись, Натан усадил Тесс на кухонный стол с удивительной легкостью. Она вцепилась руками в его плечи, чтобы сохранить равновесие, и почувствовала, как напряглись его бицепсы. Она гладила пальцами его твердые мускулы. Широко разведя ей ноги, он встал между ними.

– Я предлагаю попробовать, – сказал Натан. – Чтобы знать наверняка.

Он опустил голову и слегка прикусил чувствительную кожу у нее под ухом. Тесс тихонько всхлипнула.

– А как же ребенок? – простонала она, стараясь придумать отговорки.

Натан выпрямился. От вожделения его зрачки расширились, но он опустил руки.

Посмотрев на ее живот, он стиснул зубы:

– В чем дело? Во время беременности это небезопасно?

– Я не это хотела сказать… – начала она, но, увидев его озабоченность, умолкла.

Она хотела сказать ему о долгосрочных последствиях, которые возникнут после рождения ребенка. Им нужно время, чтобы все обдумать, и установить основные правила поведения. Но если он снова будет ее ласкать, они ни о чем не договорятся.

– Мне кажется, я должна проконсультироваться у врача, – осторожно ответила Тесс. – Как ты думаешь?

Он несколько секунд смотрел на ее живот, потом взглянул на ее губы.

– Я думаю, нам лучше не рисковать, пока ты не узнаешь наверняка. – Он протяжно вздохнул.

Его неохотное согласие взволновало Тесс. Она подняла руку, желая нежно погладить его мягкие темные волосы, но с улицы послышался сигнал автомобиля. Она отдернула руку, чувствуя, что ощущение единения с Натаном исчезло.

– Это Зейн. – Он улыбнулся. – Должно быть, он нарушил все дорожные правила, поэтому приехал так быстро.

Она встала со стола, чувствуя себя неловко. Натан открыл и придержал для нее кухонную дверь.

Тесс выпрямилась, когда они вышли на солнечный свет, и Натан собственнически коснулся рукой ее поясницы.

Глава 11

Тесс решила, что Зейн Монтойя не просто хорош собой, а ослепительно красив. Он держался непринужденно, а в его ясных голубых глазах плясали искорки лукавства. Пока он и Натан, прижавшись друг к другу, стояли у капота машины Тесс и приглушенно разговаривали, солнечные лучи придавали черным как смоль волосам Зейна голубоватое свечение. У него были мускулистая фигура, светло-оливковый цвет кожи и черты лица модели, которой впору рекламировать лосьон после бритья.

Тесс оценивающе хмыкнула, когда Зейн наклонился, чтобы открутить какую-то штуковину, и внимательно осмотрела его мускулистый зад. Потом она разочарованно вздохнула.

Зейн Монтойя был воплощением женских фантазий. Еще пару месяцев назад Тесс остановилась бы, чтобы посмотреть ему вслед. И возможно, она пустила бы слюни. Но сейчас он ее не волнует.

Отведя взгляд от очаровательного зада Зейна, она обнаружила, что Натан стоит за спиной своего друга и свирепо смотрит ей в глаза. Ее сердце испуганно екнуло.

Натан вынул руку из кармана, показал двумя пальцами на глаза Тесс, а потом на зад Зейна и губами произнес: «Прекрати пускать слюни».

Поглаживая грудь, словно женщина, которая собирается упасть в обморок, Тесс часто-часто заморгала и вытаращила глаза. Она добилась желаемого эффекта – Натан угрожающе нахмурился. И тут она пришла к ужасающему открытию. Натан привлекал ее не потому, что она изголодалась по сексуальной близости, пока была с Дэном.

Вот она сейчас стоит, смотрит на Зейна и понимает, что Натан Грейстоун нравится ей сильнее других мужчин.

Все оказалось хуже, чем она думала. А это означает, что ей придется хорошенько поразмыслить, прежде чем снова заняться с ним сексом. Она никогда не была одержимой сексом, даже в подростковом возрасте, когда старалась привлечь внимание отца. Она всегда знала, что делает, и умела себя контролировать. Но теперь она становится сексуально одержимой Натаном.

Он сказал, что тоже ее хочет. Очень хочет. Но хочет ли он ее так же сильно, как она его?

Она оглядела аппетитную фигуру Натана, который прислонился к капоту и разговаривал с Зейном. От желания прикоснуться к его коже у нее зачесались пальцы.

У нее чаще заколотилось сердце, когда она поняла, что безопасность ребенка и их будущее не единственное, о чем ей нужно беспокоиться, когда она снова решится на близость с Натаном Грейстоуном.

* * *

– Ты уверен, что у Зейна есть лишний автомобиль и он не будет возражать, если я возьму его машину на время? По-моему, он удивился, когда ты это предложил.

Натан взглянул на Тесс, когда они въехали в поворот, и сбросил скорость. Не следует торопиться обратно в город. Ему нравится, что Тесс сидит на пассажирском сиденье его внедорожника, хотя в ее присутствии ему не удается расслабиться.

Жасминовый аромат ее духов перебил запах новой кожи, царящий в автомобиле. В жилах Натана бурлила кровь, но сонный голос Тесс, опущенные веки и рука, свободно лежащая на ее животе, заставили его образумиться.

– Я говорил тебе, что Зейн собирает автомобили, – ответил он, пытаясь вспомнить, что именно он ей говорил. – Поэтому у него есть пара свободных машин.

Она изучала его, повернувшись на сиденье.

– Но это не объясняет, почему он так удивился твоему предложению, – сказала она.

Зейн выглядел удивленным, потому что не имел ни малейшего представления, о чем говорит Натан. Но, к счастью, он не стал ничего уточнять, а только решительно кивнул. У Натана и Зейна было бурное детство, поэтому они почти подсознательно понимали, когда следует прикрыть друг друга. Так Натан заставил Зейна признать, что он предоставит Тесс автомобиль в аренду.

– Мы с ним приятели. Если бы он был со мной не согласен, то сказал бы об этом. Но он промолчал.

Морщинки на лбу Тесс разгладились.

– Ну, он очень щедрый. Может быть, я когда-нибудь бесплатно организую для него вечеринку. Чтобы отблагодарить его. В его детективном агентстве проводятся вечеринки?

– Ты уже достаточно его поблагодарила, – прервал ее Натан, говоря довольно резко. Он сильнее сжал пальцами рычаг переключения скоростей.

Тесс хохотнула:

– Не знай я вас лучше, мистер Грейстоун, решила бы, что вы меня ревнуете.

– Я видел, как ты восхищалась его задницей! – заметил Натан, удивляясь своей реакции. Да, он поймал Тесс за разглядыванием задницы Зейна. Однако он заметил, что она не пускала слюни и не млела от прелестей Зейна. А это уже хороший знак.

– И это после того, как совсем недавно ты гладила мою задницу. – Он улыбнулся, посмотрел на Тесс и увидел ее усмешку. – Я не ревную. Я поражен твоей выносливостью.

– Я не восхищалась его задницей, – сонно сказала Тесс. – Я просто сравнивала вас двоих.

– Ну, мне сильно полегчало.

– Я обратила внимание, что у вас с ним одинаковый цвет глаз, – ответила она.

– Да?

– Такое ощущение, что вы с ним родственники, – произнесла Тесс.

Услышав ее случайный комментарий, Натан напрягся и посерьезнел.

– Должно быть, это из-за солнечного света, – глухо сказал он. Он не понимал, как Тесс заметила то, чего не замечал никто.

– Нет, свет тут ни при чем, – непринужденно ответила она, не обращая внимания на упрек в его тоне. – Я видела его глаза, пока мы были в коттедже и когда мы вышли на солнце. У вас глаза поразительно красивого голубого оттенка с темным ободком вокруг радужной оболочки. – Она зевнула во весь рот. – Значит, вы с ним не родственники?

– Конечно нет. Зейн наполовину мексиканец, наполовину американец, – произнес Натан, от отчаяния на его лбу выступила испарина. Он включил кондиционер, но от холодного воздуха пот стал липким.

– Несомненно, в жилах Зейна течет кровь англичан. Иначе откуда эти голубые глаза? Это рецессивный ген, да?

– Что?! – рявкнул Натан, не в силах скрыть панику.

– Рецессивный ген. Это означает, что у него был родитель с голубыми глазами или…

– Почему Зейн так тебя заинтересовал? – прервал ее Натан.

– Он меня не заинтересовал, – осторожно сказала она. – Ты забыл, что я уже прошла тест на пускание слюней?

Натан понимал, что Тесс старается разрядить атмосферу, однако ему было не по себе. Он чувствовал боль в груди от чувства вины, сожаления и стыда, которое преследовало его в детстве и едва не разрушило его дружбу с Зейном во взрослой жизни.

– Хорошо. Тогда давай прекратим говорить об этом, – прохрипел он.

– Что случилось? – спросила Тесс, ее голос уже не был сонливым. – Почему ты приуныл?

– Ничего не случилось. – Он упрямо смотрел перед собой на дорогу.

– Останови машину, Натан.

– Что? Зачем? – Он резко взглянул на ее живот. – Ты в порядке?

– Я в порядке. Просто останови машину. – Она указала на стояночную полосу впереди.

Натан остановил машину.

– Что такое? – спросил он, кладя руку на руль.

– Что с тобой? – Она с нежностью и тревогой вгляделась в его лицо. – Ты ужасно выглядишь.

– Все нормально! – с горечью рявкнул он, и его руки задрожали.

Она накрыла его руки прохладными ладонями.

– У тебя трясутся руки. Что с тобой? Я что-то не то сказала?

Его сердце так болезненно сжалось, что он подумал, как бы оно не выскочило из груди. Он глубоко вздохнул, но не сумел успокоиться.

– По-моему, у нас с Зейном один отец, – пробормотал Натан.

– Ладно, – тихо и терпеливо ответила Тесс без шока или удивления и сжала его пальцы.

– Черт! – Он уронил голову на спинку сиденья и зажмурился. Отпустив руль, он обхватил пальцами руки Тесс. – Я не могу поверить, что сказал это вслух.

– Значит, вы с Зейном братья, – сказала она. – Почему это так плохо?

Натан повернул голову и открыл глаза, чтобы посмотреть на нее.

– Если бы ты однажды встретилась с моим отцом, ты не спрашивала бы почему.


Тесс была в оцепенении, пораженная болью, промелькнувшей в глазах Натана. Он отвернулся, взглянул в ветровое стекло и отпустил ее руки. Она решила, что должна оставить Натана в покое и не обсуждать болезненную для него тему, но вдруг он заговорил.

– Ты первая, кто прокомментировал наше сходство, – категорично и уныло сказал он. – Хотя я всегда думал, что это очевидно. Наверное, большинство людей, замечая разницу в нашем наследии, думали, будто они ошибаются.

– А Зейн знает? – Она задала глупый вопрос. Безусловно, Натан и Зейн обсуждали свое родство. Судя по тому, как они болтали друг с другом у машины, они добрые друзья.

Положив руки на бедра, Натан расслабился, откинувшись на сиденье.

– По-моему, он знает, – сказал он.

– Но ты не уверен? Разве вы никогда не говорили об этом? – выпалила Тесс, потрясенная до глубины души. Ну, мужчины славятся неразговорчивостью, а Натан умеет быть скрытным. Но как можно быть братом своего лучшего друга и никогда это не обсуждать?

Посмотрев в ее глаза, Натан резко хохотнул.

– Мы говорили об этом один раз, когда были детьми. – Он рассеянно потер большим пальцем маленький шрам в форме полумесяца на подбородке. – Больше мы не обсуждали эту тему.

– Что случилось? – Тесс понимала, что заходит на опасную территорию, но была не в силах остановиться. Натан выглядел таким одиноким. Его самоуверенность и самоконтроль ушли, и он предстал перед ней уязвимым человеком с недостатками, как и все остальные люди.

Он повел напряженными плечами.

– Я сказал Зейну, что подслушал телефонный разговор своего деда и отца. Они, как обычно, спорили, и дедушка упомянул мать Зейна, Марию. – Натан постучал пальцем по своему бедру, его взгляд потемнел от воспоминаний. – Она была экономкой дедушки. Я ее обожал. Я даже притворялся, что она и моя мама тоже. – Натан усмехнулся, словно эта мысль была глупой. – Она с Зейном жила в коттедже, в котором будешь жить ты. Мы с ним подружились, когда я переехал с дедушкой в поместье в Сан-Ревелль. Мария называла нас «два бандита». – На его губах играла легкая улыбка.

– Почему ты жил с дедом? – спросила Тесс. И почему он хотел, чтобы Мария была его матерью? Что случилось с родной матерью Натана?

– Мои родители жили в основном в поместье в Бель-Аир, – холодно ответил он. – Но они любили путешествовать и повеселиться. А дети, как правило, путаются под ногами и, взрослея, начинают отговариваться.

– Понятно, – сказала Тесс, хотя не поняла ничего. Она всегда считала, что отец бросил ее. Но так было задолго до того жестокого расставания, когда он выслушал ее горькие упреки. Она обвинила его во всем, даже в смерти ее матери. Она ненавидела его за попытки контролировать и обуздать ее, но, по крайней мере, отец Тесс занимался ее воспитанием. Родители Натана, казалось, были к нему совершенно равнодушны.

Так или иначе, – Натан пожал плечами, продолжая, будто расставание с родителями ничего для него не значило, – я слышал, как дедушка кричал на моего отца и говорил ему об обязанностях по отношению ко мне. Потом он что-то сказал о Зейне и о том, как может мой отец так относиться к своей плоти и крови. – У Тесс замерло сердце, когда она услышала отстраненный и обиженный тон Натана. – Мне потребовалось некоторое время, чтобы выяснить, что он имел в виду. Но, как только я все узнал, я так разволновался, что не спал всю ночь. От мысли, что Зейн мой брат, я потерял голову. Зейн на два года старше меня. Тогда ему было четырнадцать, но он казался мне по-настоящему крутым парнем. Под кроватью он прятал журнал «Плейбой». – Натан грубо хохотнул: – Я проснулся на рассвете следующего дня и побежал к коттеджу. Я думал только о себе. И о том, как здорово будет мне. Я не думал о Зейне и его матери, – с горечью произнес он.

– Конечно, ты об этом не думал, – возразила Тесс, чувствуя, как ей жаль того маленького мальчика, которому так нужен был брат. И жаль нынешнего Натана, который по-прежнему осуждает себя за естественную реакцию. Она положила ладонь на его бедро и почувствовала, как напряглись его мышцы. – Тебе было всего двенадцать. Дети в этом возрасте эгоцентричны. Особенно те, у которых нет любви и поддержки родителей.

Тесс подумала о собственной эгоистичной реакции на смерть матери. И о том аде, через который заставила пройти своего отца. Она впервые задумалась о своем поведении только сейчас. Она не удосужилась подумать о том, как повлияла на ее отца смерть его жены. Тесс вспомнила, что густые темно-рыжие волосы отца поседели за одну ночь после похорон ее матери. Под его глазами появились темные круги, он стал гневно поджимать губы, а глаза цвета зеленого мха до конца его жизни оставались печальными. Почему она не замечала этого раньше?

Может быть, она не была зрелым и приспособленным к жизни человеком, как всегда думала. Вероятно, именно поэтому она сделала поспешные выводы о Натане, решив, что он безжалостный и безответственный подлец.

– Что случилось, когда ты рассказал Зейну? – Она сжала рукой его бедро, побуждая продолжать.

Натан пригладил руками волосы.

– Он ударил меня. И он продолжал колотить меня, пока Мария не прибежала в спальню в ночной рубашке и не разняла нас. Она заклеила мне царапины пластырем и умоляла ничего не рассказывать моему деду. – Он ударил кулаком по рулю. – Мне тошно вспоминать об этом даже сейчас. Она умоляла меня, а злой Зейн сидел в углу. Костяшки его пальцев кровоточили, а на лице была такая ярость, какой я никогда не видел прежде. Она была в ужасе, что потеряет свою работу. Я не думаю, что мой дед выгнал бы ее. Он был старомодным и властным, но он понимал, что такое ответственность. В отличие от моего отца. – Натан опустил голову на сиденье, сухожилия на его шее напряглись. – Много лет спустя я узнал, что Мария работала горничной в Бель-Аир. Ей было шестнадцать лет, и она была красивой. Она забеременела от моего отца. Моя мать уволила ее, чтобы незаконнорожденный сын моего отца не портил веселую атмосферу дома, – глумился он.

У Тесс скрутило живот от жестокости двух людей, которые думали только о собственном удовольствии.

Неудивительно, что Натан содержит чужого ребенка. И он ужасно разозлился на Марлену за обман. И не зря он так настаивает на том, что должен нести ответственность за собственного ребенка. Но непонятно, как именно он будет относиться к Тесс и ее ребенку. Возможно, он ограничится только финансовой поддержкой. Однако Тесс этого явно мало.

– Что же сделала Мария? – спросила Тесс и сглотнула, поборов панику. Она не Мария. Она не была такой молодой и невинной. И ей не нужно от Натана больше, чем он готов ей дать, не в плане эмоций, так или иначе. Она вполне способна выжить самостоятельно.

– Она попросилась на работу к моему деду. Без рекомендаций у нее было мало шансов получить хорошее место, но он сразу же ее нанял. Я не в курсе, знал ли он, что она вынашивает ребенка моего отца, но, вероятно, догадывался. – Натан резко хохотнул. – Мой отец был несдержанным. Во всех отношениях. И он любил соблазнять женщин, которые на него работали. Им было гораздо труднее отказать работодателю, и они не поднимали шум, когда отец от них уставал.

– Мне так жаль, Натан. – Сердце Тесс учащенно колотилось от сожаления и сочувствия. Как ужасно, должно быть, чувствовал себя столь щепетильный Натан, вынужденный жить в тени своего отца.

– О чем ты сожалеешь? – озадаченно спросил он.

– Мне очень жаль, что твой отец оказался таким подонком! – воскликнула она и слегка поморщилась, когда Натан нахмурился.

Но потом он поднял брови и улыбнулся.

– Я никогда не считал его своим отцом, – сказал Натан. – Но ты права, он был подонком. Моя мать ничем не лучше. – Он расправил плечи и расслабленно улыбнулся. – Я не могу поверить, что все это рассказал тебе, – пробормотал он и взглянул на ее лицо. – Спасибо, что выслушала меня. Мне нужно было выговориться.

Тесс покорили нотки смущения в его голосе.

– Нам нужно лучше узнать друг друга, – ответила она. – Ты сам так сказал. По-моему, нам будет полезно рассказать друг другу о своем неприятном детстве.

Натан коснулся большим пальцем ее нижней губы, и Тесс вздрогнула.

– Я знаю способ получше, – сказал он, заметив, как она дрожит.

Отстранившись от его руки, она ответила:

– Это ты так считаешь.

Откинувшись на сиденье, он неторопливо растянул губы в соблазнительной улыбке:

– Значит, тебе тоже не повезло с родителями?

Она покачала головой и посерьезнела.

– Нет. Моя мать была… – Тесс колебалась. Как ей описать человека, которого она дольше оплакивала, чем знала? – Моя мать была веселой и милой. И она всю себя посвятила моему отцу и мне. Она погибла в автокатастрофе, когда мне было двенадцать лет.

Натан взял Тесс за руку и потер большим пальцем костяшки ее пальцев.

– Прости. – От его соболезнования и нежного поглаживания Тесс загрустила, вспомнив о горе.

– Годами я очень злилась, – тихо сказала она. – Я скучала по ней. Я хотела, чтобы она снова была со мной. Правда в том, я единственный ребенок в семье, и мать ужасно меня избаловала. Моя жизнь изменилась к худшему, и это казалось мне несправедливым. Через несколько недель после ее похорон я пожелала, чтобы умерла мама Джейни Присли, а моя мама вернулась. – Она покосилась на Натана. – Я недолюбливала Джейни.

Его губы изогнулись в усмешке.

– И ее мать тоже, судя по всему.

– На самом деле у нее была очень милая мать. Она постоянно спрашивала меня, как мы с отцом поживаем. Но я ненавидела ее за это.

– Итак, ты хотела видеть ее мертвой. По-моему, это достаточно справедливо, – дружелюбно сказал Натан.

– Нет, это ужасно, – возразила Тесс, вспомнив самые изобретательные способы убийства милой матери Джейни.

– Я не желал быть единственным ребенком в школе, чьи родители не удосужились показаться на школьных соревнованиях, научных выставках или родительских собраниях. Поэтому я ненавидел всех детей, чьи родители участвовали в их жизни. Но этих детей было так много, что ненависть меня вымотала.

Тесс рассмеялась, понимая, что он старается ее рассмешить.

– Дети эгоистичны, они стараются выжить любой ценой. Оставшись без матери, ты многое пережила. Не нужно ни о чем жалеть.

– Наверное, ты прав, – сказала она, будучи невероятно благодарной ему за поддержку. – Но я ужасно относилась к своему отцу. За три года я сошла с круга. Я курила, пила спиртное, вставила кольцо в нос и встречалась с плохими парнями. Я даже сделала татуировку!

– Татуировка? – Его глаза загорелись. – Где? Я не заметил ни одной.

Тесс хихикнула и игриво толкнула его локтем:

– Не горячись. Я удалила ее несколько лет назад.

– А как она выглядела? Где она была? – В его мозгу разыгрались сексуальные фантазии.

– Угадай. – Ее глаза лукаво сверкнули. – Мне было тогда пятнадцать лет.

Он усмехнулся:

– Неужели это был щенок на лодыжке? Или что-нибудь такое же миленькое?

– Я была бунтаркой. Я сделала татуировку «Поцелуй меня в задницу» на левой ягодице, слова были обрамлены в сердце, – объявила Тесс, глупо загордившись вульгарной татуировкой впервые за тринадцать лет, когда Натан запрокинул голову и расхохотался.

– Тесс? – произнес он, когда успокоился. – Ты неповторима. Но за каким чертом ты ее удалила?

– Она была некрасивой.

– На заднице? – поддразнил он. – Я сомневаюсь. – Он развернул ее руку и стал поглаживать большим пальцем ее ладонь. – Ты даже не представляешь, с какой радостью я подчинялся бы команде из этой татуировки.

Тесс стало жарко от его фантазии. Она высвободила руку, зная, что они оба насладились бы тем, как он подчиняется этой команде прямо в этом автомобиле, стоящем на обочине.

– Ты опоздал, Грейстоун, – заявила она, решив разрядить атмосферу. – Времена моего бунтарства прошли.

– Не будь так в этом уверена. – Он рассмеялся. – Так что же сделал твой старик? Не говори мне, что он узнал о татуировке!

На глаза Тесс навернулись жгучие слезы, когда она посмотрела на океан. Солнце садилось, окрашивая горизонт в оранжевый цвет.

– Эй? – Натан крепко обхватил пальцами ее подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. – Что случилось?

– Знаешь, в чем ирония? – начала она. – Еще двадцать минут назад я бы рассказала тебе длинную слезную историю о том, что мой отец был законченным ублюдком и выгнал меня из дома.

– Он выгнал тебя из дома за татуировку? Ты шутишь? – Возмущение Натана должно было ее успокоить. В юности она всегда обливала своего отца грязью. Но теперь она осознавала, что в значительной степени заслужила его презрение. Тесс понимала, какой эгоисткой была когда-то.

– Это была не просто татуировка. Он окончательно потерял терпение. Я его доконала. Я обвинила его в том, что он не поддержал меня, когда умерла моя мама. Он запирался в своем кабинете и часами плакал. Я слышала его плач и ужасалась. Я боялась потерять и отца, поэтому начала издеваться над ним, чтобы привлечь его внимание. – Она яростно моргнула, запрещая себе плакать. Она достаточно жалела себя. – Знаешь, что хуже всего? Он годами пытался восстановить наши с ним отношения после того, как он отправил меня жить к тетке. А я наотрез отказывалась даже встретиться с ним. – Она посмотрела на свои руки, сложенные на коленях. Ей было стыдно смотреть в глаза Натану. – Я продолжала изводить его, пока он не умер.

Натан поддел пальцем ее подбородок и посмотрел на нее с сочувствием. По щеке Тесс покатилась слезинка.

– Ты была ребенком, Тесс. – Он пальцем смахнул ее слезу. – В молодости мы все видим в черно-белом цвете. Мы принимаем глупые решения, совершаем дурацкие поступки, особенно когда у нас случается горе. – Он печально улыбнулся. – Я, например, угнал отцовский «порше» и оскорблял полицейского, который пытался остановить меня, чтобы я не разбился насмерть. – Он нежно поцеловал ее в губы, и она прерывисто выдохнула. – Несмотря на свои поступки, ты не стала плохим человеком.

Усмехнувшись, она позволила себе утешиться от его слов.

Тесс понимала, что на самом деле не заслуживает сочувствия Натана. В детстве и юности ему было намного тяжелее, чем ей. По молодости она совершала ужасные ошибки и позволила собственной глупости испортить ей остаток жизни. Потому что Тесс никогда по-настоящему не брала на себя ответственность за свои поступки. Но она может измениться теперь, хотя ей не удастся повернуть время вспять и в последний раз обнять отца. Ей пора перестать видеть мир в черно-белом цвете. И не надо думать, будто она может рассчитывать только на себя.

Сделав глубокий вдох, она медленно выдохнула. И почувствовала себя лучше. К сожалению, она по-настоящему повзрослела только сейчас – в двадцать семь лет.

– Спасибо, Натан, – сказала она.

Он улыбнулся, его ясные голубые глаза сверкнули. У нее чаще забилось сердце.

– Ты очень хороший слушатель, – прибавила она.

Он моргнул, на мгновение удивившись ее похвале, потом кивнул.

– По-моему, нам пора ехать, – сдержанно сказал он.

– Да, конечно, – ответила она, изумившись его внезапной отстраненности.

Натан оглянулся через плечо, чтобы проверить загруженность трассы, а потом, не произнося ни слова, выехал на дорогу.

Тесс не понимала, что такого сказала. Она не знала, что произошло с мужчиной, который совсем недавно так нежно ее целовал и разделял ее переживания.

Глава 12

– Он снова никого не принимает? – спросила Тесс, стараясь не огрызаться зрелой и слишком разумной секретарше Натана по имени Дженни. В конце концов эта женщина стала ее близкой знакомой. Или, по крайней мере, так Тесс казалось, потому что они разговаривали друг с другом по телефону последние три недели.

– Боюсь, что нет, Тесс. Он на очень важном совещании.

– Что? Снова совещание? – резковато сказала Тесс. У Натана ежедневно было по три важных совещания. Ему следует придумать другие отговорки.

Тесс услышала, как невозмутимая Дженни тихонько вздохнула:

– Я скажу ему, что вы звонили. Хотите оставить сообщение? Я прослежу, чтобы он его получил, – подытожила она.

Тесс выглянула в окно кабинета. Хищная птица низко кружила над скалами в поисках добычи, а затем нырнула в сторону прибоя и исчезла в зарослях папоротника. Наверняка птица набросилась на какого-нибудь грызуна.

– Передайте ему, что УЗИ назначено на десять часов утра, завтра, у доктора Хиллер. Адрес он знает.

Тесс не удавалось поговорить с Натаном Грейстоуном после того, как он отвез ее в дом Евы и Ника три недели назад. Сразу же после того, как они разоткровенничались друг с другом в его машине. С тех пор Натан ее избегал.

Он не появился, когда Ева и Ник организовывали ее переезд в коттедж две недели назад. Его отношение взбесило Тесс, потому что она трижды переодевалась, надеясь, что Натан отвезет ее в новый дом. Он прислал двух грузчиков, которые подогнали к дому огромный грузовик и передали Тесс небольшой подарок на новоселье. Она сразу поняла, что он куплен предусмотрительной Дженни. Просто невозможно было представить, чтобы Натан покупал Тесс ароматизированные свечи и полотенца цвета магнолии.

Тесс не стала ворчать по поводу того, что Натан оплатил дорогостоящую перевозку двух ее чемоданов с одеждой и шести коробок с предметами личного пользования. Ее возмутило, что он прислал ей записку с глупым оправданием. Якобы в субботу он слишком занят на работе!

– Я поняла, – облегченно сказала Дженни. – Я сообщу ему, как только у него закончится совещание. Я уверена, он захочет приехать в клинику, – обнадеживающе прибавила она.

Тесс поборола желание швырнуть телефон через всю комнату.

Она несколько раз вдохнула, чтобы успокоиться, и посмотрела на красивые скалы и океан.

Да, ее растрогал разговор с Натаном в машине во время ее первого приезда в поместье. И да, она решила, будто их отношения вышли на новый уровень благодаря взаимной откровенности. Она разволновалась как школьница и стала лелеять глупые надежды на то, что она и Натан узнают друг друга как следует, пока она живет в его коттедже. Она думала, что он будет время от времени приходить к ней, и они станут заниматься сексом. Тем более она проконсультировалась у врача, не навредит ли секс ребенку.

Но получается, что Тесс не стоит ждать с Натаном случайных свиданий, потому что он не показывается ей на глаза.

Но сильнее всего ее раздражало то, что, хотя она сама решила забыть об осторожности и согласиться на отношения с Натаном по принципу «друзья с взаимной выгодой», он не проявлял по этому поводу никакого энтузиазма.

Тесс ждала телефонного звонка Натана уже три недели и стала сомневаться, что мужчина, с которым у нее состоялся откровенный разговор, вообще существует. Его нынешнее поведение заставило ее чувствовать себя назойливой поклонницей, которая жаждет его внимания. И это ее очень раздражало.

Она не забыла, каким отстраненным и сдержанным он стал после того, как она поблагодарила его за доброту и поддержку. Чего он испугался? Неужели он решил, что она объявит ему о своей вечной любви к нему?

Она нажала клавишу на компьютерной клавиатуре, открывая рекламную листовку, над которой работала последние нескольких дней.

Пора отвлечься от Натана Грейстоуна и заняться работой, если она планирует запустить проект «Банкетный рай» в следующем месяце.

Внимательно просмотрев листовку, Тесс забыла о негодовании и погрузилась в работу. Она оформила в фотошопе несколько ярких фотографий, сделанных во время одной из последних вечеринок, которую она организовывала. Затем она напечатала крупный и бросающийся в глаза логотип: «Банкетный рай» – лучшие вечеринки для любого бюджета».

Рекламная листовка получилась красивой – одновременно строгой, современной и роскошной. Тесс твердила себе, что ее ждет успех. На обратной стороне рекламной листовки она решила указать реквизиты своих самых довольных клиентов.

Через двадцать минут она скачала файл с готовой рекламной листовкой на флешку и встала из-за стола. Тесс погладила слегка округлившийся живот и почувствовала внезапное удовлетворение.

Если Натан не появится завтра, она конечно же расстроится и даже огорчится, но выживет. После их последней встречи она хотела, чтобы он воспитывал их будущего ребенка. Она глупо надеялась, что они будут не только совместно решать вопросы воспитания малыша, но и станут заниматься умопомрачительным сексом до его рождения. Однако, если Натан не разделяет желаний Тесс, она не будет форсировать события.

Она огляделась, любуясь красивой маленькой комнатой. Она уже обожала этот уютный дом в испанском стиле. Кроме того, из окон открывался захватывающий ландшафт. Каждое утро Тесс отправлялась на пробежку через сады и вдоль скал, а также через лимонную рощу позади главного дома, откуда можно было попасть на частный пляж. Место было потрясающим. Ей уже не хотелось отсюда уезжать. Она решила, что, как только откроет свою фирму и начнет зарабатывать, сразу станет арендовать коттедж у Натана. Здесь идеальное место для ребенка. Больше она не станет звонить Натану. Если он появится завтра, она выяснит, что, черт побери, заставило его избегать ее так долго. Если он не приедет, она будет жить по-своему и забудет о намерении стать другом Натана – с взаимной выгодой или без нее.


Натан проверил GPS-навигатор на телефоне, потом сунул его в карман пиджака и прошагал в здание в центре города. Войдя в вестибюль, он сразу заметил Тесс, которая сидела у окна. На ней была узкая юбка и мягкая шелковая блузка, верхние две пуговицы которой были расстегнуты, представляя взору соблазнительное декольте. Она смотрела перед собой, сидя на краю кожаного кресла, крепко сжав руки на коленях и скрестив ноги в лодыжках. Ее золотистые волосы были уложены в пучок, несколько прядок падали на ее скулы.

Она выглядела ошеломляюще красивой, сексуальной и немного испуганной.

Натан засунул руки в карманы брюк, почувствовав внезапное возбуждение.

Ему не следовало приезжать в клинику. Но когда его секретарша Дженни положила сообщение ему на стол и раздраженно фыркнула, он понял, что больше не может откладывать встречу с Тесс.

Прошло три недели, но Натана по-прежнему преследовал ее взгляд, которым она одарила его, благодаря за то, что он ее выслушал. Его эмоциональный порыв оказался совсем неожиданным. Натан пытался понять, что с ним происходит, запрещая себе ездить в Сан-Ревелль, чтобы увидеться с Тесс. Эта женщина ждет от него ребенка. Конечно, он считает себя обязанным защищать ее и малыша. Но на самом деле ребенок казался Натану чем-то нереальным. Неким абстрактным понятием, за которое он должен нести ответственность. Когда придет время, он приложит все усилия, чтобы построить отношения с ребенком, хотя из него вряд ли получится хороший отец. Однако он будет стараться. Он даст своему ребенку все, что тот заслуживает. Потому что Натан знает, каково быть отвергнутым и ненужным. У него впереди шесть месяцев, чтобы смириться с неизбежной реальностью.

Но его беспокоили не чувства к будущему ребенку, а то, что он испытывал к Тесс.

Она оказалась совсем не таким человеком, каким он ее представлял. Туман недопонимания и взаимных обвинений развеялся во время их разговора на шоссе. Тесс была с ним предельно честна и откровенна. И в результате его чувства к ней стали осознаннее и глубже. Он делился с ней тайнами, о которых не говорил ни одной живой душе. А ведь они знакомы всего несколько месяцев, дважды переспали друг с другом и большую часть времени грызлись как кошка с собакой.

Он нахмурился, стоя в дверях и в очередной раз пытаясь понять, почему позволил себе обнажить душу перед Тесс.

Рассказав ей о Зейне и своем отце, о сумбурных эмоциях, которые едва не погубили его в подростковом возрасте, Натан почувствовал себя свободным. Когда Тесс открылась ему и он понял, каким одиноким ребенком она была, его облегчение и благодарность сменились желанием ее защищать.

Она понимала, что в душе Натана навсегда останется пустота, которую никому не заполнить. И он не желал, чтобы кто-нибудь видел его слабым. Он не хотел, чтобы она знала, как маленьким мальчиком он глупо надеялся, будто биологическое родство подарит ему шанс обзавестись семьей. Он не хотел думать о том, что у Тесс тоже есть желания, которые невозможно исполнить. Что она пережила несчастье и разочарование. И что теперь их объединяет нечто большее, чем бурный секс.

Натан возьмет на себя ответственность, он признает свои обязанности, но он не позволит себе быть уязвимым. Раскрывая кому-то душу, прося у людей заботиться о тебе, ты можешь ждать только одного – разочарования.

Конечно, Натан может рассчитывать на Зейна, но между ними всегда будет стоять темное прошлое. Натан хочет быть братом Зейна, но Зейн никогда не захочет быть братом Натана.

Он подошел к регистраторше, сидящей за столом.

– Чем я могу вам помочь, сэр? – Регистраторша улыбнулась.

– Я Натан Грейстоун, я здесь с моей… – Он сделал паузу. Как ему представить Тесс? Она не его жена, не любовница и даже не подруга. – Я с Тесс Тремейн. Мы пришли на прием к доктору Хиллер.

Регистраторша улыбнулась и что-то проверила в своем компьютере.

– Отлично, мистер Грейстоун. Доктор немного опаздывает, но она примет вас через десять минут. Мисс Тремейн уже здесь.

Он подошел к Тесс, и она, увидев его, округлила глаза. Быстро справившись с эмоциями, она стряхнула с юбки воображаемую пылинку.

– Ты получил мое сообщение? – осторожно и почти равнодушно спросила она. Натан не понимал, почему его раздражает ее сдержанный тон.

– Да. Спасибо, что ты предупредила меня. – Он присел рядом и, уловив жасминовый аромат ее духов, снова почувствовал возбуждение.

– Мог бы не приезжать, – произнесла она, сильнее раздражая Натана. – Я не ждала твоего приезда. Я думала, у тебя очередное ОВС.

– Я хотел приехать, – ответил он, предпочитая общаться не с отстраненной Тесс, а с Тесс, приводящей его в ярость. – Что такое ОВС?

Она смерила его взглядом.

– Очень Важное Совещание, разумеется. По словам Дженни, у тебя в последнее время много таких совещаний.

Натан в самом деле проводил в последнее время много совещаний. «Грейстоун энтерпрайзис» планировала скупить контрольный пакет акций разоряющейся компании, выпускающей программное обеспечение, на которую Натан недавно положил глаз. Совещания с бухгалтерами и менеджерами из отделов развития, подписание контрактов через адвокатов – все это отнимало у него много времени. Большая часть работы инвестиционной компании сводится к приобретению маленьких, но перспективных фирм, а это требует составления бесконечных графиков, отчетов и смет.

Натан мог переложить часть своей работы на помощников, но прошедшие три недели он очень старался не думать о Тесс, поэтому с головой ушел в работу.

– Ты устроилась в коттедже? – спросил он, отмахиваясь от ее комментария.

– Да. – У нее порозовели щеки. – Дом удивительный. – Ее изумрудные глаза светились энтузиазмом. – Мне там очень нравится.

– Отлично, – ответил Натан, вдруг приревновав Тесс к очаровавшему ее коттеджу. Глупая реакция. – А как автомобиль Зейна?

– Замечательно. – Она прикусила нижнюю губу. – Хотя мне немного не по себе, что я арендовала машину на неопределенный срок.

– Почему? – безучастно спросил Натан, очень надеясь, что она не догадается об уловке.

– Пробег машины всего пятнадцать миль, Натан. По-моему, она абсолютно новая. И запах в салоне, как у нового автомобиля. А если я разобью машину?

– Ты ее застраховала?

– Ну да, но…

Он накрыл ладонью ее руку и почувствовал, как Тесс вздрогнула. Ее щеки сильнее покраснели.

– Тогда никаких проблем, – сказал он.

– Мисс Тремейн? Мистер Грейстоун? Доктор Хиллер готова вас принять.

Натан убрал руку, радуясь приходу регистраторши. Ему не следовало прикасаться к Тесс. После трех недель вдали от нее каждое прикосновение к ней казалось ему пыткой.

Он встал.

– По-моему, нам предстоит интересный опыт, – сказал он.

Он подождал, когда Тесс пойдет впереди него, поборов желание прикоснуться к ее пояснице.

– Если только все в порядке, – едва слышно ответила она.

Он взял ее за локоть, услышав озабоченность в ее тоне.

– Эй, ты в порядке?

– Да-да, – как-то неуверенно произнесла она.

Он коснулся рукой ее поясницы.

– Как ты себя чувствуешь? – Он упрекнул себя за то, что не удосужился спросить у нее об этом последние три недели.

– Прекрасно, – немного увереннее ответила она.

– Значит, не о чем беспокоиться?

– Ты прав. – Тесс кивнула. – Конечно же ты прав.

Прижимая ладонь к ее спине, он почувствовал желание защищать и оберегать Тесс. Она нуждается в его моральной поддержке, а не только в его деньгах. А это означает, что избегать общения с ней ему больше не удастся.

Глава 13

– Вот ручки и ножки ребенка. – Доктор Хиллер указала на экран, прижимая прохладный сенсор к животу Тесс.

У Тесс перехватило дыхание, когда она увидела головку и крошечное тельце ребенка. Она не предполагала, что ребенок будет виден так отчетливо.

Натан схватил ее за руку, и Тесс подняла голову. Он сидел и смотрел на нее сверху вниз. Показалось ли ей, или он на самом деле выглядит ошеломленным?

– Здорово, да? – тихо спросил он, сжимая ее пальцы, чтобы она успокоилась и перестала дрожать.

– Да, – прошептала она в ответ.

Ее переполнили эмоции, пока врач спокойно говорила о результатах осмотра. Учащенное сердцебиение малыша показалось ей серией звуковых ударов в фоновом режиме.

Тесс смахнула слезу, радуясь, что Натан сосредоточенно смотрит на трехмерное изображение на мониторе и не замечает, что она потеряла самообладание.

Однако Тесс продолжала крепко держать его за руку.

Она убедила себя, что обойдется без Натана. Что ей все равно, приедет он сегодня в клинику или нет. Но она испытала подавляющее облегчение, когда его увидела.

Натан засыпал врача вопросами, и довольная Тесс решила отвлечься и позволить ему самому выслушать ответы доктора Хиллер. У нее разыгрались эмоции. Однако рациональные вопросы Натана вернули ее в реальность, и она запаниковала.

Да, она справится в одиночку, но уже не хочет этого делать. Осознание этого ошеломило Тесс. Поборов это пустое и бессмысленное чувство, она отпустила руку Натана.

Их взгляды встретились в темноте. Острые черты лица Натана освещались флуоресцентным свечением экрана. Тесс первой отвела взгляд и посмотрела на изображение ребенка.

Она рада, что Натан приехал, но он ей не нужен. Она продолжала убеждать себя, что обойдется без него.


– Это был умопомрачительный опыт, – пробормотал Натан. В его мозгу по-прежнему был детальный образ ребенка. Малыш больше не казался ему чем-то абстрактным.

Натан понял, что вел себя как трус, избегая общения с Тесс последние три недели. Он увидел обвинение в ее глазах, когда она вдруг отпустила его руку, словно сожалея о том, что обратилась к нему за поддержкой.

Тесс шла впереди него, когда они вышли от врача. Он заметил, что она так вцепилась пальцами в ремень сумки, что побелели костяшки ее пальцев. Увидев ее новенький красный автомобиль, он взял ее за локоть, чтобы она не оступилась, сходя с бордюра.

– Осторожней, Тесс! Давай я отвезу тебя в Сан-Ревелль? – предложил он. – А обратно я уеду на такси.

Она смерила его раздраженным взглядом.

– Это зачем? – спросила она.

Он колебался, зная, что, если скажет правду, они поссорятся.

– Ты выглядишь уставшей, а я не хочу, чтобы ты ехала одна по прибрежной дороге.

Резко выгнув брови, она пожала плечами.

– Я доеду без твоей помощи, – выпалила она, давая ему понять, что отлично обходилась без него целых три недели.

Он поборол чувство вины.

– Конечно. Но позволь мне отвезти тебя.

Слегка прищурившись, она посмотрела на машину, опустила плечи, тихонько вздохнула и полезла в сумку.

– Ладно. – Она положила ему на ладонь ключи от машины. – Но не воображай, что я прощу тебе все эти Очень Важные Совещания!

Он не сдержал улыбку, когда Тесс зашагала впереди него к машине.

Тесс нуждается в нем, но она капризная и упрямая и дорожит своей независимостью. Поэтому действовать с ней нужно предельно осторожно.


– Место великолепное, но разве тебе не хочется перевезти сюда свою мебель?

Тесс выглянула в кухонную дверь и сделала большой глоток холодного лимонада, надеясь успокоиться. Казалось, что рослый Натан доминирует в гостиной коттеджа.

Войдя в гостиную, она огляделась и ответила:

– По-моему, такая мебель больше подходит этому месту.

Она протянула Натану стакан лимонада. Он посмотрел в ее глаза, беря стакан. Их пальцы соприкоснулись.

– Спасибо, – резковато произнес он.

Тесс шагнула назад, пристально глядя на его сильную шею, пока он отпивал лимонад.

Она указала стаканом на прихожую.

– Я покажу тебе, как я устроилась, – сказала она.

Она быстро прошла по темной прихожей и почувствовала, что немного успокоилась. Экскурсия по коттеджу – дань вежливости. Это поможет достичь взаимопонимания с Натаном.

Однако его молчание лишь сильнее нервировало Тесс. Каждый раз, когда она поворачивалась, чтобы выйти из комнаты, он оказывался позади нее. При виде его широкой груди и пристального взгляда она с трудом переводила дыхание. Показав ему вторую маленькую спальню, Тесс наклонилась, прошла под рукой Натана и направилась обратно в гостиную. Она заявила, что хочет показать ему сады. Ее сердце билось так часто, что едва не выскакивало из груди.

– Эй, ты забыла еще одну комнату! – крикнул он вслед Тесс, когда она вошла в просторную гостиную.

Она остановилась, повернулась и увидела, что он стоит у двери ее спальни. На его губах играла веселая и самодовольная улыбка.

– Что здесь? – будто не зная, спросил он.

Тесс стояла как вкопанная и пялилась на Натана.

Она ни в коем случае не покажет ему свою спальню.

У нее нет желания снова с ним переспать. Этот человек избегал ее целых три недели после того, как, по ее мнению, они достигли согласия. Она не готова ему уступать, а потом снова чувствовать себя отвергнутой.

К сожалению, ей не удалось открыть рот и ответить ему. У нее пересохло в горле, хотя она выпила целый стакан лимонада.

Прислонившись к дверному проему, он повернул дверную ручку и распахнул дверь. Заглянув в спальню, он соблазнительно улыбнулся.

– Красивые подушки. – Он разглядывал комнату. Подняв брови и изогнув губы в улыбке, он посмотрел на губы Тесс. – Кровать удобная?

Она шумно сглотнула:

– Тебе незачем об этом знать.

Он грубо хохотнул:

– Подойди поближе и скажи еще раз.

Натан бросил ей вызов. Хотя Тесс не верила, что выиграет эту битву, задетая гордость заставила ее подойти к нему до того, как она оценила свои шансы на победу.

Остановившись перед Натаном, она уперлась рукой в бедро и посмотрела на него снизу вверх.

– Тебе незачем об этом знать. – К сожалению, она заговорила нерешительно и с придыханием.

– Да?

Твердой рукой он обхватил ее затылок и страстно припал к ее губам. Его язык скользнул в ее рот, и она чуть не задохнулась от волнения и возбуждения. Дрожа от желания, она поцеловала его в ответ, их языки переплетались в провокационном и страстном танце.

Глотнув воздух, она вцепилась пальцами в накрахмаленную рубашку Натана и прижалась к его груди. Он едва сдвинулся с места, но поднял голову и посмотрел на Тесс ясными голубыми глазами.

Она прерывисто дышала.

– Этого не произойдет, – сказала она, не обращая внимания на ощущения, от которых у нее дрожали ноги и руки.

– Почему нет? Это безопасно, да?

– Да, но это не главное.

– А что тогда главное? – Он посерьезнел. – Ты хочешь этого так же, как и я. – Обхватив рукой грудь, он погладил большим пальцем ее напряженный сосок. – Иначе ты не была бы такой возбужденной.

– Я этого не отрицаю! – Глотнув воздух, она убрала его руку от своей груди, поражаясь нахальству Натана. – Ты избегал меня три недели, Натан. Ты не можешь просто так появиться рядом со мной, ничего не объясняя.

Тихо выругавшись, он запустил пальцы в волосы и шагнул назад, упершись спиной в дверной проем.

– Мне нужно было побыть одному и понять, как нам с тобой жить дальше. И что нам делать с тем, что между нами происходит. Я не хочу, чтобы ты питала иллюзии.

– О, верно! Это же прекрасно! – Она кричала, ее возмущению не было предела. – Значит, ты три недели делал вид, будто я не существую, и решал, что нам делать дальше. А я? – Она ткнула указательным пальцем ему в грудь. – Почему ты не спросил мое мнение?

Он нахмурился, словно с трудом подбирал слова.

– И о каких иллюзиях идет речь? – Однако Тесс не следовало задавать этот вопрос. Она все поняла в тот момент, когда Натан отгородился от нее после их разговора в машине три недели назад.

Она сжала кулак. Ей пришлось напомнить себе, что она взрослая женщина, поэтому не стоит бить Натана в челюсть. Хотя ей очень этого хотелось.

– Я раскрыла тебе свое сердце во время нашего общения в машине, – сказала она и заметила, как он вздрогнул. Но она решила говорить дальше, вне зависимости, захочет Натан услышать ее претензии или нет. – Ты рассказал мне о себе, и я поняла… – Она помолчала и прибавила: – Я поняла, что ты намного сложнее, чем я думала.

– Сложнее? – выпалил он и с подозрением прищурился. – Это как?

– Ты непростой человек, как все люди, – ответила она, теряя терпение. – Я благодарна тебе за то, что ты поведал мне о своем прошлом. Я благодарна тебе за то, что ты выслушал рассказ о моих непростых отношениях с отцом. Но я не ожидала, что после этого наши отношения как-то изменятся. Поверь мне, я ничего от тебя не жду. – Она обхватила рукой живот, вспоминая образ ребенка на мониторе во время УЗИ. – Прямо сейчас мне меньше всего нужны эмоциональные потрясения. У меня нет на них времени и сил. А ты самодовольно решил, будто после взаимных откровений о нашем прошлом я буду питать какие-то иллюзии по поводу тебя. – Она уперлась руками в бока. – Я ценю свою независимость так же, как ценишь ее ты.

Она сердито посмотрела на него, приготовившись услышать его резкий ответ. Однако Натан опустил голову и вздохнул.

Когда он поднял голову, его губы растянулись в медленной и самоуничижительной улыбке.

– Прости, – тихо сказал он и погладил большим пальцем ее щеку. От его мягкого прикосновения у нее сжалось сердце. – По-моему, я чуть-чуть сбрендил.

– Чуть-чуть? – недоверчиво спросила она, хотя почувствовала облегчение. Она больше не хотела с ним спорить. Споры с Натаном были утомительными. Но, более того, она наконец достаточно повзрослела, чтобы понять, что ссоры ничего не решают. – Так почему же ты так себя повел? – спросила она. – Ведь я не бросалась тебе в ноги и не умоляла взять меня замуж.

Он повел плечом и засунул руку в карман брюк, стараясь не смотреть Тесс в глаза.

– Я никогда ни с кем не откровенничал. – Он посмотрел ей в глаза, и она увидела его озадаченный взгляд. – Я испугался. Я не понимал, почему все это тебе рассказал. И почему я почувствовал, что поступил правильно.

У Тесс замерло сердце. Получается, Натан научился ей доверять? Она отмахнулась от этой мысли, запрещая себе лелеять напрасную надежду.

– Может быть, это последствия шока, который ты испытал, узнав, что будешь отцом? – спросила она, стараясь убедить скорее себя, чем его. – В последнее время мы оба пережили большой стресс. Ребенок – большая ответственность, а ни у тебя, ни у меня не было времени, чтобы привыкнуть к этой идее. Я знаю, что довольно сильно переоценила свои силы.

– Да. Может быть.

– Ты не планируешь поговорить с Зейном? – произнесла Тесс, надеясь, что Натан на это решится. – Вы оба повзрослели и стали мудрее.

Он потер ногой глянцевую плитку на полу, словно обдумывая предложение Тесс, а затем покачал головой.

– Нет, некоторые вопросы лучше не поднимать, – сказал он.

Хотя Тесс не согласилась с ним, она промолчала. В конце концов, это ее не касается.

Как только Натан взял ее ладонью за подбородок и провел большим пальцем по ее губам, из головы Тесс вылетели все мысли.

– Я понимаю, что тебе не нужны лишние эмоциональные потрясения. Они и мне не нужны. – Он сильнее прижал большой палец к ее нижней губе, и у Тесс сильнее забилось сердце. – Но как ты отнесешься к тому, если мы заново попробуем быть «друзьями с взаимной выгодой»?

Уголки губ Тесс приподнялись в улыбке. Судя по хриплому тону, Натан предлагает ей совсем не платонические отношения. Хмыкнув, она наклонила голову набок, притворяясь, будто обдумывает его слова.

– Я могу согласиться при условии, что мой новый друг не сбрендит снова.

– Да? – Его глаза потемнели, когда он уставился на Тесс и серьезно спросил: – А что, если твой новый друг по-прежнему захочет получить выгоду?

Он произнес последнее слово нараспев, и от волнения на затылке Тесс приподнялись волоски. Она оперлась о дверной проем, чтобы устоять на ногах, когда почувствовала, как дрожат колени. Заложив руки за спину, она выгнула спину, и ее грудь уперлась в ткань блузки.

– Я полагаю, меня удастся убедить, – поддразнила она Натана, когда он посмотрел на ложбинку между ее грудями, – что получать выгоду очень приятно.

Натан посмотрел в ее лицо, и она увидела страстный блеск желания в его глазах. Радужная оболочка его глаз стала почти черной, он стиснул зубы.

Обхватив Тесс за талию, он резко прижал ее к себе и припал к ее губам в жадном, решительном и требовательном поцелуе.

Она запустила пальцы в его короткие шелковистые волосы над ушами и разомкнула губы, упиваясь ощущениями, которые ей дарили движения его языка.

Резко остановившись, Натан подхватил Тесс на руки и вошел в спальню. Она держалась за него, у нее немного кружилась голова.

– По-моему, я смогу тебя убедить, – сказал он и опустил ее на подушки.

Они избавились от одежды в считаные секунды. Натан ласкал ее грудь, слегка покусывая ее зубами, обводя языком и посасывая.

Он ухмыльнулся, глядя на Тесс сверху вниз.

– Ты чертовски сексуальная, – пробормотал он, поглаживая пальцами ее возбужденные соски.

Внезапно Тесс перевернулась и толкнула Натана на кровать. Впереди у них был целый день. Яркие и знойные солнечные лучи падали на загорелое тело Натана, и ей захотелось как следует его разглядеть. Она уселась на него верхом.

– Эй, что ты делаешь? – запротестовал он, когда она уперлась руками в его широкие плечи.

– Беременной леди нельзя отказывать, – заявила она. – Я ни разу не видела тебя обнаженным, Натан. Ты такой красивый. Я хочу тебя целовать.

Он резко поднял брови.

– Я не красивый! – возмущенно ответил он, но плюхнулся на матрас и заложил руки за голову. – Но я к твоим услугам.

– Вот и хорошо. – Она улыбнулась в ответ и стала неторопливо поглаживать и целовать его тело. Она радовалась, слушая его прерывистые вздохи.

В конце концов Натан не выдержал и перевернул Тесс на спину, а сам опустился поверх нее.

На этот раз их близость не была такой поспешной, как прежде. Натан подарил Тесс массу новых ощущений, заставляя громко стонать от кульминационной волны удовольствия. Блаженное забытье накрыло ее, словно облако. Она поглаживала гладкую спину Натана, наслаждаясь весом его тела и прикосновением его головы к ее плечу.

Почувствовав, как в душе снова просыпается глупая надежда, Тесс отмахнулась от нее. Она и Натан просто друзья. Друзья с взаимной выгодой. Изумительно приятной выгодой.

Глава 14

– Эй, Тесс? Я принес ужин. – Натан постучал в дверь коттеджа, вошел на кухню и поставил пакет с едой на кухонный стол.

После того как неделю назад Тесс сделали УЗИ, а после они занимались умопомрачительным сексом, Натан по привычке приезжал к ней без предупреждения. Он всегда приносил ей еду, но никогда не оставался у Тесс на ночь, чтобы не нарушать их договоренность. Однако ему с каждым разом было все труднее и труднее запрещать себе спонтанные поступки в отношении Тесс.

При мысли о встрече с ней у него чаще забилось сердце. Он не виделся с ней уже пару дней. Он нарочно не приходил к ней, надеясь, что Тесс сама ему позвонит и попросит его приехать. Они прекрасно провели время в выходные дни и в будние вечера, но Тесс ему не звонила, поэтому он решил снова взять инициативу на себя.

Не имеет значения, позвонила она ему или нет. В этом он убеждал себя, входя в ее гостиную. Пусть она настаивает на том, что для нее крайне важна независимость, а Натан ей не нужен, он все равно поступит по-своему.

– Тесс, ты где?

Натан посмотрел на часы. Сегодня он приехал пораньше. Но где она, черт побери? У него волосы встали дыбом, когда он увидел, что дверь ее кабинета в конце коридора открыта, а письменный стол пуст. Куда она ушла?

Потом он услышал сдавленный стон, и его раздражение тут же улетучилось. Он прошел по коридору, переполняясь тревогой.

– Тесс, что случилось? – Он распахнул дверь в ее комнату, но та была пуста. Постель была аккуратно заправлена, а подушки сложены у спинки кровати.

Он так запаниковал, что сердце едва не выскочило у него из груди.

– Тесс, отзовись!

Он услышал очередной слабый стон.

– Я в порядке.

Натан рванул в ванную комнату. У него похолодело в груди, когда он увидел, что Тесс стоит, перегнувшись пополам, над унитазом и держится рукой за живот.

Он бросился к ней, но она выпрямилась и едва заметно ему улыбнулась.

– Натан, ты рано приехал.

– Тесс, что происходит, черт побери? – Отведя волосы от ее лица, он обхватил ее руками за щеки. Она выглядела измученной и крайне уязвимой. – Это из-за ребенка? Ты в порядке?

Она накрыла ладонью его руку, потом отстранилась от него и повернулась, чтобы спустить воду в туалете.

– Конечно. Обычная утренняя тошнота.

Он опустил руки и, слегка успокоившись, произнес:

– Но сейчас шесть часов вечера! – Он поборол разочарование. Никогда в жизни он не чувствовал себя таким бессильным. Почему Тесс ведет себя так спокойно, если ей нездоровится?

Тихо рассмеявшись, она подошла к раковине и взяла зубную щетку.

– Похоже, у ребенка проблемы с хронометражем времени, – сказала она. – Обычно меня не тошнит так поздно.

Разочарование накрыло Натана с новой силой, когда Тесс принялась чистить зубы. Когда она проходила мимо него к двери ванной комнаты, он осторожно взял ее за руку.

– Подожди. Обычно? Значит, тебя и раньше тошнило?

– Несколько раз, – сказала она, отталкивая его руку. – Это совершенно нормально.

Натан пошел за ней по коридору:

– Сколько раз?

Он догнал ее на кухне. Судя по тому, как Тесс избегала его взгляда, ее тошнило довольно часто.

– Черт побери, Тесс! Почему ты мне не сказала?

Их взгляды встретились, она устало улыбнулась.

– Давай поругаемся в другой раз? Сейчас я не в настроении. – Она побледнела.

Он тихо выругался, когда Тесс покачнулась, и подхватил ее на руки.

– Все в порядке. Я тебя понял.

– Натан, опусти меня, – слабо возразила она, когда он понес ее в гостиную. – Все нормально.

Он тяжело опустился на диван, непринужденно держа Тесс у себя на коленях.

– Ну, у меня не все нормально, – пробормотал он и с облегчением увидел, как порозовели ее щеки.

Проводя пальцем по ее теплой коже, он наблюдал, как усиливается ее румянец. Каждый раз, когда Натан приходил в коттедж, они почти сразу начинали срывать друг с друга одежду. Они всегда ужинали остывшей едой, потому что их аппетит друг к другу был гораздо сильнее желания поесть. Тесс нисколько не смущалась, когда Натан видел ее обнаженной и ласкал ее так, что она всхлипывала от удовольствия. А теперь, когда он увидел ее рвотные позывы, она жутко смущается.

– На самом деле я в порядке, Натан. Ты раздуваешь их мухи слона. – Она попыталась встать с его колен, но он крепко обхватил ее руками за талию.

– Не двигайся, – тихо сказал он, стараясь говорить беспечно. – Ты только что прибавила мне седых волос. Дай мне передохнуть.

Он приложил все силы, чтобы не наорать на Тесс. Она не сказала ему о тошноте из-за своей пресловутой независимости. Хотя он ни о чем ее не спрашивал. Он даже не удосужился узнать, как изменится ее организм в ближайшие несколько месяцев. Потому что он слишком увлекся ее телом и наслаждением, которое от него получал. Но все должно измениться. Дело не только во взаимной выгоде. Он будет лучше заботиться о Тесс, нравится ей это или нет.


Тесс постаралась рассмеяться при виде кислого выражения на лице Натана, но смех получился неестественным. Потом он прижался лбом к ее лбу, а его пальцы спустились с ее талии на бедра. У Тесс потеплело внизу живота, и она почувствовала, как тошнота и слабость наконец отступают. Натан продолжал ласкать ее бедра медленными круговыми движениями, а она очень старалась игнорировать его собственнический жест. Тесс с трудом сглотнула, когда он поднял голову. Его глаза потемнели от беспокойства.

– Никогда больше так меня не пугай, ладно? – тихо сказал он не слишком веселым тоном.

Она одарила его слабой улыбкой, от нежности и уязвимости у нее сдавило горло. Она быстро моргнула, не предполагая, что отреагирует на его слова таким образом. Она не говорила ему о тошноте, чтобы лишний раз ему не навязываться. Она просто предположила, что Натану, вероятно, наплевать на симптомы ее беременности. Он начал регулярно приезжать к ней, и ей это нравилось. У них был удивительный секс, но она постоянно позволяла себе надеяться на нечто большее. Они ужинали едой, которую он приносил, сидя на кровати со скрещенными ногами. Она спрашивала его, как он провел день. Он спрашивал ее, чем она занималась. И им было комфортно.

Однако Тесс не ожидала такой близости с Натаном. И она не была уверена, что справится со своими чувствами. Ей не хотелось постоянно желать, чтобы Натан был рядом с ней. Но в то же время она не могла отрицать, что ей приятно, когда он ее обнимает и заботится о ней.

– Что тебе принести поесть? – спросил он, и у Тесс часто заколотилось сердце. – Я привез суши, но, по-моему, ты их не будешь.

Она сморщила нос. Она любила суши, но не была уверена, что сейчас они уместны.

– Доктор Хиллер рекомендовала съесть сухой тост и выпить травяного чая, – сказала она.

– Круто. – Спустив Тесс с колен, он встал. – Побудь здесь, а я принесу тебе тост и чай.

– Натан, ты не знаешь, что и где лежит на кухне. Я могу сама… – Она попыталась встать, но он положил руки ей на плечи, приказывая сесть.

– Тесс, я сам разберусь, ладно? Это не так уж сложно.

Натан ушел на кухню, оставив Тесс сидеть на диване. Она старалась убедить себя, что он прав. Но ей это не удавалось. Ее тело покрылось мурашками.

Их отношения так или иначе изменились. Они стали ближе друг к другу. И при одной мысли об этом у Тесс чаще заколотилось сердце.


– От тебя по утрам так хорошо пахнет, – прошептал Натан у волос Тесс. Обняв ее рукой за талию, он притянул Тесс спиной к своей груди.

Она улыбнулась, глядя на его отражение в зеркале ванной комнаты. Волосы Натана были по-прежнему влажными после душа, который они принимали вместе. По ее телу пробежал приятный трепет, когда Натан уткнулся носом в ее шею. Она отложила в сторону тушь для ресниц. Не надо пытаться сделать макияж, пока Натан стоит рядом с ней в ванной комнате. Он или она в конце концов потеряют голову, и в конечном счете Тесс останется с одним накрашенным глазом.

Ладонь Натана коснулась ее округлившегося живота, и у нее задрожали колени. А ведь они занимались сексом менее двадцати минут назад.

– Как поживает наш младшенький? – пробормотал Натан, грызя мочку ее уха.

Она накрыла его руку ладонью, радуясь тому, что о ребенке Натан спрашивает все непринужденнее.

В тот день, когда Натан узнал о ее тошноте, он впервые остался у нее на всю ночь. Он мягко поглаживал ее живот, пока она засыпала. А утром он приготовил ей завтрак.

Тесс отмахнулась от воспоминания. Не нужно придавать особый смысл его действиям. Натан остался с ней на ночь только потому, что не захотел ехать обратно в город поздно ночью.

– У младшенького все отлично. – Она взяла карандаш для подводки губ. – А теперь уходи, потому что мне нужно накраситься.

Простонав, Натан шагнул назад. У нее потеплело на душе, когда она увидела, что он стал повязывать галстук. Она сглотнула ком, подступивший к горлу, когда заметила, как Натан сосредоточенно нахмурился. За прошедший месяц она привыкла ко многим мелочам, связанным с Натаном. Например, к тому, как он любил поворковать с ней после страстной близости. Он легко просыпался в шесть часов утра, а она с трудом поднималась только к полудню. И еще он постоянно сосредоточенно хмурился, повязывая себе галстук.

Повернувшись, она отвела пальцы Натана в сторону и сама затянула узел его галстука, как уже не раз делала.

– Какие у тебя планы на сегодня? – спросил он, наклоняясь вперед, чтобы проверить узел галстука в зеркале.

– Ева наконец приедет ко мне вместе с Карми, а потом я должна осмотреть отель в Хаф-Мун-Бэй, где можно будет организовывать свадьбы.

– Угу. – Натан слегка поправил узел галстука, а затем аккуратно закрыл им пуговицы рубашки. Приподняв ее подбородок пальцем, он поцеловал Тесс в губы. От его нежного взгляда у нее опять участилось сердцебиение. – Ты обдумала мое предложение об инвестициях?

Она повернулась к раковине, рассердившись на его небрежный вопрос. Она не хотела обсуждать это снова, особенно теперь, когда она чувствовала себя уязвимой и расслабленной в его обществе.

– Я серьезно, Тесс. Я хочу инвестировать в твой бизнес. Я не понимаю, почему ты отказываешься даже подумать о моем предложении?

Тесс встретила его взгляд в зеркале и увидела маленькую морщинку на его лбу. Натан казался испуганным.

– Я знаю, что ты не шутишь, – сказала она. – Но почему ты не веришь, что мне не нужны твои инвестиции?

– Почему нет? Этим занимается моя компания.

Она схватила тушь для ресниц.

– По той же причине, по которой ты не захочешь даже слышать о договоре аренды этого коттеджа, – лаконично сказала она, аккуратно нанося тушь на ресницы. – Мне не нужны твои деньги.

Это была не единственная причина. Но Тесс не могла сказать ему, что ребенок будет достаточным напоминанием о связи между ними, когда их договоренность «друзья с взаимной выгодой» закончится. Что ей и так трудно жить в этом коттедже и постоянно встречаться с Натаном, даже не соглашаясь на его инвестиции в ее бизнес.

– Тесс? – Он взял ее за плечи и развернул лицом к себе. – Я же не просто дам тебе денег. Это инвестиции. Чем больше будет начальный капитал компании, тем проще тебе будет ее расширить…

Она отстранилась от его рук.

– Я уже говорила тебе, что большой начальный капитал мне не нужен. Начальные затраты были минимальными, и компания начинает с малого, как было задумано.

Кроме того, она знала, что его предложение инвестировать связано не с бизнесом, а с обязанностями перед ребенком. Но как она могла ткнуть в это Натана носом, не намекнув, что она ждет нечто большего, чем его приверженность ребенку?

– Слушай. – Она устало вздохнула, увидев его решительный взгляд. – Я согласилась, что ты оплатишь мою медицинскую страховку, верно? Я согласилась, что ты создашь целевой фонд для ребенка. Я даже смирилась с тем, что ты не берешь с меня арендную плату за проживание в коттедже!

Он стиснул зубы.

– Я ни за что не позволю тебе платить арендную плату. И я не знаю, почему ты решила, что я вообще согласился бы брать ее с тебя. Мой ребенок будет жить здесь с тобой еще пять месяцев. – Он посмотрел на ее живот. – Кроме того, я сам практически живу здесь последние три недели.

– Да, но это не будет продолжаться вечно, – тихо произнесла она, отмахиваясь от неприятного ощущения, что Натан не станет это отрицать.

Она снова отвернулась от него, не желая показывать ему, что расстроилась.

Очевидно, что на более поздних сроках беременности сексуальное желание Тесс неизбежно угаснет, и они перестанут заниматься сексом и останутся просто друзьями. После рождения ребенка у Тесс появятся гораздо более важные заботы. И у Натана тоже. У них не будет времени для спонтанного секса – они будут слишком заняты, изучая новые принципы жизни с ребенком. А пока они могут наслаждаться друг другом. Они так условились. И это правильно. Ни ей, ни ему не нужны лишние эмоциональные потрясения. Вот только непонятно, почему эти оправдания тяготят Тесс все сильнее и сильнее? И отчего ее удручает мысль о том, что Натан не будет заходить к ней в гости, чтобы получить «взаимную выгоду»?

Неужели Тесс настолько мелочная и эгоистичная? Ей предстоит родить ребенка, и это единственное, о чем ей действительно следует беспокоиться, а не мечтать о головокружительных и острых ощущениях после того, как она получит от Натана сообщение о том, что он скоро приедет. И не чувствовать прилив адреналина, слыша по вечерам стук в дверь коттеджа, открывая дверь и видя, что Натан стоит на крыльце, держа в руке пакет с едой.

Отмахнувшись от размышлений, Тесс стала аккуратно подводить глаза жидким карандашом. У нее слегка подрагивали пальцы.

И почему она беспокоится об этом сейчас? У нее и Натана вперед еще несколько месяцев.

– Давай перестанем это обсуждать, – сказала она, поймав его взгляд в зеркале. Натан молча стоял у нее за спиной, явно придумывая очередной способ убедить ее поступить так, как ему нужно. – Я не позволю тебе инвестировать в мой бизнес. Разговор окончен.

Положив руки на ее бедра, он развернул Тесс к себе лицом:

– Ладно, Тесс. Пока я отступлю. – Он провел большим пальцем по ее нижней губе. – Мы поговорим об этом снова в другой раз.

Она сдержала стон разочарования. Похоже, Натан совсем ее не слушает. Прежде чем она успела опять ему возразить, он обнял ее за талию и поцеловал в губы. Она тут же поцеловала его в ответ, наслаждаясь стремительными и пьянящими ощущениями.

Она сжимала пальцами его плечи, встав на цыпочки, чтобы было удобнее его целовать.

Натан отстранился от нее первым:

– Черт, я должен идти. Жаль, что мне пора на работу.

Тесс поняла, что он имел в виду, потому что почувствовала его сильное возбуждение.

– Все в порядке. В любом случае скоро приедет Ева. – Она посмотрела на выпуклость на его брюках и лукаво усмехнулась. – У нас все равно не хватит времени.

– Ах, ты!.. – воскликнул он. – Ты заводишь меня, а мне предстоит торчать в пробке целый час.

– Я тебя завожу? – дерзко спросила она.

– Перестань! – Он, посмеиваясь, снова ее поцеловал.

Ей показалось, что Натан смеялся довольно напряженно.

– Скоро увидимся, – сказал он, шлепнул ее по заднице и ушел.

Тесс услышала, как захлопнулась дверь кухни, и подошла к маленькому окну ванной комнаты, чтобы встать на цыпочки и проследить за Натаном. Он пробежал между пальмами, держа портфель под мышкой, галстук приподнялся и упал ему на плечо.

Она открыла окно, желая позвать Натана и спросить, когда они увидятся снова. Заедет ли он к ней в эти выходные, чтобы они смогли искупаться в бассейне, а затем устроили пикник с жареной курицей и салатом из капусты, который она приготовит? Они станут ужинать, а солнце будет садиться за горизонт, как в прошлый уик-энд. Или он приедет к ней завтра вечером, чтобы, как обычно по пятницам, посмотреть вместе кино? Они снова станут препираться, решая, какой фильм выбрать, триллер или романтическую комедию, но смотреть кино все равно не будут, потому что займутся более интересным делом на диване.

Однако Тесс поборола желание позвать Натана и медленно закрыла окно, когда он исчез из поля ее зрения. Она разжала пальцы, которыми хваталась за оконную раму, и опустилась на пятки, отмахиваясь от неожиданного разочарования.

Она не спрашивала Натана о его планах, а он никогда не говорил ей о них, потому что так было проще. И веселее. Она предпочитала, когда он появлялся без предупреждения и проводил с ней пять или шесть вечеров в неделю. Такие встречи выглядели более спонтанными и сексуальными.

Если они начнут планировать свои встречи, их отношения перестанут быть просто дружескими.

Тесс замечала, что Натан постепенно становится тем человеком, каким был, пока они разговаривали по душам, сидя в его машине. И самое главное, он больше не отгораживался от нее. Она обнаружила, что на самом деле он ей очень нравится. Натан был веселым, очаровательным, умным и чувствительным. И хотя ее разочаровывало его стремление сильнее контролировать свои чувства, времена взаимных откровений пойдут им обоим на пользу и сыграют им на руку, когда они будут вместе воспитывать ребенка.

Тесс никогда не была домоседкой и втайне боялась стать старой и скучной раньше времени. Но это были отголоски ее прошлого. В душе она оставалась прежней ненадежной и безрассудной искательницей острых ощущений, как в юности. Однако она чувствовала себя в Сан-Ревелле как дома, когда рядом был Натан.

Она нахмурилась, убирая личные вещи Натана из ванной комнаты перед приездом Евы. Не следует снова становиться сентиментальной. Она скучает по Натану и чрезмерно радуется общению с ним только потому, что сейчас ее организм гормонально перестраивается и у нее играют эмоции. Не нужно придумывать лишнего и строить неосуществимые планы на будущее с Натаном.


– Какое потрясающее место! – Ева, держа на бедре Кармина, повернулась вокруг, чтобы оглядеть комнату. Ребенок захихикал и вскинул пухлые ножки.

Тесс сидела на диване и улыбалась им обоим, радуясь, что Еве и ее сыну наконец-то удалось приехать к ней в гости в Сан-Ревелль. Она жила в коттедже уже месяц и жаждала показать его своей подруге с тех пор, как сюда переехала. Кроме того, общение с Евой поможет ей не думать о Натане.

– Ты еще не видела бассейн, – сказала Тесс. – Он похож на бассейны из немого кино. – Рядом с Евой она забудет о чрезмерном волнении после утреннего спора с Натаном.

– Тут есть бассейн? – Ева удивленно округлила глаза. – Ты шутишь?

– Нет. Я думаю, мы поплаваем перед обедом.

Ева рассмеялась, прижимаясь носом к носу хихикающего сына:

– Что скажешь, Карми? Искупаемся? – Она подошла к Тесс и сжала ее руку. – Ты сияешь. Здесь так красиво. Настоящая идиллия. Жаль, что я не приехала к тебе раньше. И ты не платишь арендную плату? Круто!

– Ну, пока я ее не плачу. – Тесс посерьезнела. – Потому что Натан поразительно упрямый. – Она наморщила нос, снова вспоминая их спор.

Когда Натан приедет к ней в следующий раз, она с ним объяснится. Она уступила ему во многом, но ни за что не согласится жить в его коттедже бесплатно. Особенно после того, как бизнес станет приносить ей деньги.

Фирма Тесс уже вызвала позитивный интерес на рынке развлечений. Она раздавала рекламные листовки в кафе и художественных галереях вблизи Хаф-Мун-Бэй и в других маленьких городках на побережье. Она также обзвонила небольшие местные предприятия, которым может понадобиться организатор вечеринок. Тесс поместила большое объявление в городской газете, чтобы привлечь частных клиентов, а три недели назад запустила собственный сайт в Интернете. Она уже договорилась с удивительным флористом и парочкой дорогих фирм общественного питания в соседнем Редвуд-Сити. А на прошлой неделе Тесс подписала первый контракт с замечательной парой стареющих хиппи, которые хотели возобновить брачные обеты во время полета на параплане! Тесс улыбнулась, подозревая, что ей будет нелегко найти священника, который захочет полетать с этой парой на параплане.

Конечно, еще рано говорить об успехах. Достойный доход она сможет получить только в следующем году, но Тесс уже может не сомневаться, что заняла свою нишу в отрасли развлечений. Если она будет организовывать оригинальные, эффектные и хорошо спланированные мероприятия, приносящие прибыль, ее фирма будет процветать.

Она хотела быть самостоятельной. Независимость для нее важнее всего. И ее раздражает, что Натан, кажется, этого не понимает или не хочет понять. Но она все равно сделает по-своему.

– А как поживает мистер Фейерверк? – Ева нахально посмотрела на Тесс, хлопая ресницами. – Вы часто с ним видитесь?

– Не очень, – уклончиво ответила Тесс. Она не упомянула о том, что они с Натаном «друзья с взаимной выгодой», потому что Ева была безнадежно романтична. Тесс понимала, что ее подруга сразу придумает то, чего нет.

– Не очень – это как часто?

– Изредка. – Тесс принялась складывать в сумку полотенца, которые собиралась взять в бассейн. – Поместье принадлежит ему, поэтому я иногда его вижу. – Ну, это явное преуменьшение. – Он ходит со мной к врачу.

– Да? Но это замечательно. – Глава Евы мягко заблестели.

Тесс решила сменить тему.

– Давай его мне. – Тесс взяла Кармина из рук Евы. – Надень купальник, а я пока поменяю ему подгузник. Ты привезла с собой купальник?

– Естественно. – Ева вытащила полосатый купальник из огромной сумки, которую повсюду таскала с собой. – Хотя ты могла бы предупредить меня о бассейне. Мы бы с тобой попрыгали в воду со скалы.

Тесс усмехнулась.

– Мы сделаем это в другой раз. – Она усадила хихикающего Кармина на бедро. – Когда Карми достаточно вырастет, чтобы присоединиться к нам.

Ева рассмеялась и протянула сумку Тесс.

– Там подгузники. – Наклонившись к сыну, она принюхалась. – Но, по-моему, подгузник менять не надо.

– Отлично! – сказала Тесс, когда Ева отправилась в ванную комнату, больше не вспоминая о Натане.


Однако через десять минут Ева снова огорошила Тесс.

Стоя прислонившись плечом к дверному проему, Ева держала в руке флакон одеколона.

– С каких пор ты пользуешься мужским одеколоном? – спросила она.

Тесс подошла и взяла флакон у Евы.

– Ты что роешься в моих вещах? – сказала она, и у нее зарделись щеки.

– Ни в коем случае. Одеколон стоял на полке над душем. Более того, ты покраснела, – заметила Ева, когда Тесс прошла мимо нее в ванную комнату.

Тесс прижала ладони к горячим щекам, увидев себя в зеркале.

– И ты раньше не краснела, – прибавила Ева, взгромоздив Кармина себе на бедро.

Ну прямо сейчас Тесс покраснела.

«Отлично! Ева не отстанет от меня с расспросами».

– Значит, это одеколон мистера Фейерверка? – спросила Ева.

Поставив одеколон Натана в шкафчик, Тесс многострадально вздохнула, заметив взволнованную улыбку на губах Евы.

– Его зовут Натан.

Ева шире растянула губы в улыбке:

– И?

– И ничего больше. Он время от времени здесь ночует, вот и все.

Ева подпрыгнула, а Кармин радостно захлопал в ладоши.

– Фантастика! Ты молодец. И у вас будет ребенок. – К ужасу Тесс, взгляд Евы стал мечтательным. – Тесс, я, наверное, сошла с ума. Я не могу поверить, что ты не рассказала мне о таком серьезном повороте в ваших отношениях. А почему я до сих пор с ним не познакомилась?

– Я не говорила тебе, потому что я знала, как ты отреагируешь. – Тесс фыркнула, ее подбородок задрожал без видимой причины. – Нет никаких серьезных поворотов в наших отношениях. Это просто секс.

– Значит, это хороший секс?

Тесс вынужденно рассмеялась и снова густо покраснела:

– Перестань, Ева!

Ева уточнила:

– Я так и знала. Ты снова покраснела. У вас не просто хороший секс, да? Ты никогда не краснела, говоря о слабаке Дэне.

– Да, у нас отличный секс, – подтвердила Тесс. – На самом деле он фантастический и безудержный. Именно поэтому мы им занимаемся. Но это просто секс. У нас с Натаном нет близких отношений. Так что не придумывай ничего лишнего.

– Нет такого понятия, как просто секс, – прервала ее Ева. – Ведь у вас будет ребенок. Не говори глупостей!

– Наша договоренность никак не связана с ребенком, – сказала Тесс, хотя такой ответ показался глупым даже ей самой. – Наш ребенок родится через пять месяцев. Поэтому пока мы с Натаном наслаждаемся друг другом. Но после рождения ребенка все прекратится.

На этот раз рассмеялась Ева:

– Ты только послушай, что ты говоришь! Ты хоть догадываешься, до чего глупо ты выглядишь?

Тесс перевела взгляд на окно ванной комнаты, ее лицо пылало от смущения. Озвучив свои идеи, она поняла, до чего они нелепые.

Ева вошла в ванную комнату и, утешая Тесс, погладила ее по руке.

– Во-первых, зачем вам прекращать отношения, если вам хорошо вместе? – спросила она.

Тесс пожала плечами, по-прежнему не в состоянии смотреть в глаза подруге.

Потому что они так условились с Натаном. Потому что даже если ее отношение к нему изменится, его чувства к ней останутся прежними, и он наверняка снова решит, что Тесс питает глупые иллюзии по поводу их будущего. Она хотела, чтобы Натан воспитывал ребенка вместе с ней. Но если она признает, что ситуация оказалась намного сложнее, чем ожидалось, и они стали не просто друзьями с взаимной выгодой, она не сможет расстаться с Натаном.

– Тесс, ты просто светишься от счастья. Я никогда не видела тебя такой. Ты стала спокойной, сосредоточенной и довольной. – Услышав искренние слова Евы, Тесс стиснула зубы. – По-моему, это из-за твоего нового бизнеса, этого дома и беременности.

– Ну, возможно, – прошептала Тесс, и у нее сдавило горло. Внезапно ей расхотелось лгать.

– Но ведь причина не только в этом? – спросила Ева, хотя ее вопрос походил на утверждение. – Это из-за мистера Фейерверка?

Тесс шмыгнула носом и достала несколько бумажных салфеток.

– Пожалуйста, не называй его так. – Она шумно высморкалась и принялась складывать салфетку в крошечный квадрат. Забавное имя больше не подходило Натану, потому что ситуация вдруг показалась Тесс крайне серьезной.

– Я не понимаю, – сказала Ева. – Почему ты грустишь? Вы зачали ребенка. Вы наслаждаетесь друг другом. У вас фантастический секс. Почему это не может стать началом чего-то прекрасного?

– Потому что мы договорились оставаться просто друзьями с взаимной выгодой, – ответила Тесс.

– Друзья?.. – Ева с отвращением цокнула языком. Кармин причмокнул губами, пытаясь ей подражать. – Что это вообще значит?

– Раньше это казалось разумным, – запинаясь, ответила Тесс, не понимая, почему теперь эта идея выглядит бессмысленной.

Вероятно, она ухватилась за эту возможность, чтобы иметь шанс откусить свой кусок пирога и съесть его, а не собирать крошки со стола. Они решили наслаждаться друг другом и не думать об эмоциональных последствиях. И Натан не единственный, кто хотел простых и красивых отношений без лишних обязательств. Тесс не желала в него влюбляться. В юности у нее не было проблем со случайными романами и расставаниями с мужчинами. Но теперь ей двадцать семь лет. И она неожиданно забеременела. А потом у нее разыгрались эмоции, и она стала надеяться на чудо.

Тесс переживала худший кошмар. Возрождение бурлящих эмоций и обид, от которых она страдала в подростковом возрасте.

У Тесс разболелась голова, и она присела на край ванны.

– По-моему, я обыкновенная идиотка.

– Зачем ты так говоришь? – спросила Ева.

Тесс наконец рискнула посмотреть на Еву, чье сочувствие заставляло ее сильнее раскисать.

– Я не могу поверить, что я влюбилась в него, а ведь он мне совсем не пара.

– Почему он тебе не пара?

Тесс поморщилась.

– Почему он мне не пара? – переспросила она, решив осмыслить бурлящие чувства. – Дай-ка подумать. Во-первых, я ценю свою независимость, а он хочет мной руководить. Я бываю импульсивной, а он одержим ответственностью. Из нас не получится идеальной пары.

– Идеальных отношений не бывает в принципе, – ответила Ева. – Люди не рождаются идеально подходящими друг для друга. Все начинается с взаимного влечения, а потом приходится работать над отношениями.

Если бы только это было правдой. Отношения Тесс и Натана развивались совсем не так, как у Евы и Ника. На Еву не взвалилась внезапная ответственность после того, как во время секса порвался презерватив. Тесс и Натану приходится нести ответственность как за ребенка, так и за себя самих.

– Тесс, ты говорила с ним о своих чувствах?

– Конечно нет! Прошло всего два месяца. И я даже не знаю, что именно к нему испытываю. Любовь – слишком сильное определение.

Ева посмотрела на нее с сомнением.

– Ладно, если ты так говоришь. Но можно мне дать тебе совет?

Тесс приготовилась держать удар.

– Да, хорошо. – Она так запуталась, что ей сейчас поможет любой совет.

– Не позволяй ему перехватить инициативу в этом вопросе. Однажды я позволила Нику так поступить, потому что я была слишком неуверенной в себе и слишком застенчивой, чтобы постоять за себя или чего-то потребовать. Я позволила ему уйти от меня. Он вернулся только после того, как я набралась смелости сказать ему, чего я хочу.

– Но дело в том, – сказала Тесс, – что я не знаю, чего я хочу.

– Ну, тебе придется это выяснить, – терпеливо произнесла Ева. – Будь честной с самой собой. И не думай, что если он ничего не говорит, то он знает, чего он хочет. Он может просто уклоняться от этого вопроса, как и ты.

– А вдруг я потребую у него того, чего он не хочет? – Тесс услышала свой неуверенный голос и застыдилась.

Тесс испугалась. Она боялась попросить у Натана то, в чем он может ей отказать. Именно поэтому она скрывает свои чувства. Именно поэтому она боится признаться самой себе, что ее отношения с Натаном вышли за пределы физического влечения до того, как они стали спать вместе регулярно. Тесс просто страшится, что Натан ее отвергнет. Она не понимала, почему позволила ему стать хозяином положения. Ведь он, как и она, не понимает, что именно между ними происходит.

И откуда она узнает, чего он хочет, если она ни разу его об этом не спрашивала? Черт побери, да она ведет себя как жалкий трус.

– Ничего не говори, – сказала она Еве до того, как подруга озвучила очевидное. – Я вела себя как идиотка, да? Я не могу поверить, что согласилась на отношения «друзья с взаимной выгодой»!

Чем дольше Тесс думала об этом, тем сильнее злилась. На Натана за его уклончивую тактику и на себя – за трусость.

Конечно, Натан не хотел долгосрочных отношений с обязательствами, потому что он любил контролировать ситуацию. И Тесс уступила ему, не желая рисковать своим спокойствием, как когда-то в юности.

Прежде она совершила кучу глупых поступков из-за страха, горя и незрелости. И она наделала кучу новых ошибок, потому что прошлое ее ничему не научило. Она потратила целый год на слабака Дэна и даже подумывала выйти за него замуж, хотя он ей совсем не нравился. И она старалась не признавать, что полюбила Натана, потому что знала, что такого человека, как он, любить будет непросто.

Но разве страх неудачи веская причина для отказа от счастья? Ведь им будет хорошо вместе.

Неужели Тесс в самом деле согласится на меньшее просто потому, что она слишком боится озвучить свои истинные желания?

Глава 15

Натан резко выпрямился, услышав громкий звонок видеофона, и пролил большую ложку чили на свой любимый свитер.

– Черт!

Он посмотрел на часы. Кого принесло в такое время? Половина одиннадцатого вечера, четверг. Встав, он затопал на кухню, чтобы вытереть свитер, и отмахнулся от восторженной мысли о том, что, вероятно, к нему в гости пожаловала Тесс.

Сегодня он сознательно не поехал к ней в коттедж. Он решил, что после сегодняшнего утреннего спора необходимо не встречаться с Тесс пару дней, чтобы забылось их непонимание. Он бросил бумажное полотенце в мусорное ведро. Ну, один день, по крайней мере, он без нее выдержит.

Сегодня Натан решил, что после того, как Тесс отказалась от его инвестиций в ее бизнес, он должен сделать так, чтобы отношения «друзья с взаимной выгодой» приносили ему максимум пользы.

Конечно, она ценит свою независимость, но теперь они спят друг с другом регулярно. И пусть это не продлится вечно, как любит утверждать Тесс, пока это продолжается, он хочет, чтобы она чаще на него полагалась. Но, к разочарованию Натана, чем больше проходило времени, тем реже она просила его о помощи.

Когда он увидел, как ее тошнит, и остался с ней на ночь, он решил, будто она поймет причину его поведения и все изменится. Но ничего не изменилось.

Она ни разу не призналась ему, что ей нужно от него что-то большее, помимо секса. Ему постоянно приходилось давить на нее, чтобы она, в конце концов, неохотно принимала его помощь, и Натана начинало это раздражать.

Он едва не начал выяснять с ней отношения сегодня утром, но потом, увидев ее усталость, передумал. И он решил не ездить к ней сегодня вечером, пока не придумает план, который улучшит ситуацию к его удовлетворению. Он, наконец, осознал, занимаясь сегодня вечером в тренажерном зале, что единственный способ добиться своего – это жить вместе с Тесс, по крайней мере до рождения ребенка.

Узнав, что ее тошнит, он собрал информацию в Интернете и понял, что должен торопиться, так как беременность сильно изменит Тесс в ближайшие месяцы. Он решил, что не позволит ей жить в коттедже одной. У нее был уже второй триместр беременности. Кроме того, Тесс упряма, а это означает, что логичнее переехать к ней сейчас и взять огонь на себя раньше, чем позже.

Но сначала он должен заставить ее привыкнуть к идее совместного проживания. Он будет действовать осторожно и постепенно, не позволяя ей настоять на своем.

Натан не заметил, как перестал контролировать свои сексуальные желания. Кроме того, он рискует привязаться к Тесс эмоционально. Весьма вероятно, что он будет чувствовать себя точно так же, как в детстве, когда ждал любви от своих родителей, которую они не могли ему дать. Эта глупая надежда едва не погубила его. В конце концов он решил, что никогда и ни от кого не станет ничего ждать. Проведя ночь вдали от Тесс, он докажет себе, что способен сдерживать свои чувства.

Ему было трудно не встречаться с ней потому, что он стал ею одержим. Ему нравилось заниматься с Тесс сексом и просто с ней общаться. В детстве, переехав к деду и получив отказ от Зейна, Натан научился быть одиночкой и наслаждаться уединением. Однако в последнее время Натан предпочитал проводить время с Тесс, а не торчать дома в одиночестве.

И к сожалению, он хотел быть с ней не только из-за секса. Конечно, Тесс настолько сексуальна, что он возбуждается при одной мысли о ней, но, помимо этого, она остроумна, образованна и совершенно непредсказуема. Он никогда не знал, что она скажет или сделает в следующую минуту. Ее противоречивость казалась ему привлекательной и стимулирующей.

Натан невесело рассмеялся, когда снова загудел видеофон. Ничего удивительного в том, что он так пристрастился к Тесс. Он нажал кнопку видеофона и увидел зернистое изображение с камеры наблюдения.

– Тесс? – Сердце едва не выскочило у него из груди. – Как ты?..

– Привет, Натан! – прервала она его потрясенный возглас. – Извини, что застала тебя врасплох, но ты сегодня не приехал, а мне нужно с тобой поговорить. Можно войти?

– Конечно. – Он нажал кнопку, впуская Тесс и испытывая опьяняющее волнение и предвкушение от предстоящей встречи с ней.

* * *

– Привет, Натан! – Тесс быстро поцеловала его поджатые губы и вдохнула знакомый запах его тела и мыла, а потом отошла от него в сторону, не позволяя себя обнять.

– Я надеюсь, ты понимаешь, что останешься у меня ночевать, – произнес он разочаровывающим, но все-таки приятным приказным тоном, закрывая за ней дверь. – Ты не сядешь за руль ночью.

– Как приятно, что ты меня пригласил, – поддразнила она его, махнув рукой у себя за спиной, когда босой Натан затопал позади нее по кафельному полу.

Она почувствовала восторг и предвкушение, когда вошла в основную жилую зону его пентхауза, и прошагала в бар цвета черного оникса и на безупречно чистую кухню со столами из нержавеющей стали и темными кожаными диванами.

Обстановка была потрясающей, стильной и очень дорогой.

Но она не подходила человеку, которого Тесс довелось узнать. У Натана Грейстоуна было так много теплых, прекрасных и интригующих качеств. Оставалось надеяться, что после ее откровений он не отгородится от нее снова.

Быстро вздохнув, чтобы набраться смелости, она резко повернулась к Натану лицом.

– Я принимаю твое приглашение, – сказала она, – но при условии, что я буду сверху.

Он одарил ее печальной улыбкой, выглядя очень соблазнительно в выцветших джинсах, старом свитере и с босыми ногами.

– Ты все равно приняла бы мое предложение, потому что у тебя нет выбора, – сухо ответил он. – Но я готов обсудить детали.

– Я уверена, нам с тобой понравится обсуждать детали, – произнесла Тесс и расхохоталась.

Если все пойдет так, как она надеялась, то сегодняшняя ночь станет началом нового этапа в их отношениях. Этапа без осторожности, уловок и ограничений. Этапа познания друг друга, ожидания и надежды. Переговорив с Евой, Тесс поняла, что, без сомнения, сильно любит Натана. Настолько сильно, что готова ждать, когда он ответит на ее чувства.

Да, они очень разные, но нельзя пускать под откос их отношения только из-за различий в характерах. Ведь они оба могут постараться и стать по-настоящему счастливыми.

Ах, только бы у нее все получилось!

Обняв Тесс за талию сильными руками, он прижал ее к себе. Его глаза потемнели от страсти.

– Я рад, что ты приехала, – сказал он, касаясь лбом ее лба. – Я скучал по тебе.

– Я тоже соскучилась, – ответила она, обхватив пальцами его мускулистые предплечья. Она погладила Натана по голове, чувствуя, что готова умереть от счастья.

Если его чувства к ней так же сильны, как ее чувства, то необходимо заставить Натана в этом признаться. Какие же они все-таки дураки, если убегают от своей судьбы.

– Пойдем в постель, – сказал он и коснулся губами пульсирующей жилки у нее на шее. – Поговорим завтра.

Тесс напряглась в его объятиях.

– Нет, я должна сказать тебе об этом сейчас, иначе у меня сдадут нервы.

Натан недоуменно усмехнулся, но отстранился от нее.

– О чем ты хочешь говорить? – спросил он.

Он опустил руки, когда Тесс шагнула назад, чтобы лучше видеть его лицо.

– Мы изначально договорились быть друзьями с взаимной выгодой. Но меня больше не устраивает эта договоренность, – ответила она.

Он слегка нахмурился.

– Продолжай.

– Я считаю… – Она прерывисто вздохнула. – Мне нужно нечто более постоянное. Потому что я…

– Это замечательно, – сказал он, не давая ей возможности объясниться должным образом. При виде улыбки Натана у нее потеплело на душе.

– Да? – спросила она, немного удивляясь тому, что все оказалось так легко.

– Я думал о том же.

– Разве?

– Я хочу переехать к тебе в эти выходные, – произнес Натан.

– Переехать ко мне? В коттедж? – глухо спросила она.

Он кивнул:

– Да, конечно.

– Ну да, это было бы потрясающе. Если ты этого хочешь. – Она старалась не волноваться из-за его типично прагматичного подхода к решению вопроса.

Тесс хотела бы видеть Натана рядом с собой каждое утро, просыпаясь, и каждый вечер, засыпая. И, по правде говоря, он уже практически жил с ней, поэтому его переезд в коттедж ничего не изменит. Однако Тесс приуныла от его предложения.

– Здорово! – Он подхватил ее на руки, его глаза светились энтузиазмом. – Я не хочу, чтобы ты жила там одна, особенно в твоем нынешнем положении. Я должен быть рядом, когда у тебя начнутся роды. А теперь пошли спать.

Ей потребовалось мгновение, чтобы осознать смысл его слов. Надежды и оптимистичный настрой Тесс начали рушиться.

– Подожди, – сказала она, когда он прошагал к спальне. Тесс высвободилась из его рук, и он поставил ее на пол. Она уперлась ладонью в его грудь, он снова попытался взять ее на руки. – Постой, Натан. По-моему, ты не понял, о чем я хотела тебе сказать.

– Тесс, не мучай меня. Пойдем в постель. Обсудим детали утром.

– Нет, мы не можем. Ты не слушаешь меня.

Он нетерпеливо скрестил руки на груди.

– Ладно, говори, что хотела сказать, но поторопись. Я на грани.

Она сделала медленный вдох и выдохнула, запрещая себе уступать Натану. Если он будет и дальше таким настойчивым, то все испортит.

– Я хотела сказать не о твоем переезде ко мне.

– Только не надо идти на попятную! – Он повысил голос. – У нас была договоренность. Ты сказала, что эта идея тебе понравилась, и…

– Знаю, знаю. – Она замахала руками, приказывая ему молчать. Не хватало еще, чтобы он снова заговорил о своих обязанностях. – Эта идея мне действительно нравится. Но речь не о ребенке или моей беременности. Я говорю о более тесных отношениях между нами из-за того, что я к тебе чувствую. Потому что я хочу, чтобы мы были вместе. Потому что мои чувства к тебе гораздо глубже, чем я рассчитывала. – Последние слова она произнесла в отчаянной спешке.

Но как только Тесс сделала признание, ей захотелось забрать свои слова обратно.

Натан сдвинул брови и вместо того, чтобы прыгать от радости и волнения, уставился на нее совершенно пустыми глазами.

– Ты шутишь, – произнес он с примерно таким же энтузиазмом, какой испытывал бы, если бы Тесс передала ему неразорвавшуюся бомбу.

Она попыталась улыбнуться, но не получилось.

Отчасти ей хотелось спасти свою гордость и согласиться с Натаном, притворившись, будто она пошутила. Но, оставаясь в душе прежней безрассудной девушкой, Тесс решила положиться на маленькую искорку надежды.

– Нет, я не шучу, – терпеливо сказала она. – Я пытаюсь признаться, что я влюбилась в тебя, Натан.

– Ты не любишь меня. Ты не можешь, – уныло произнес он. Жестокое выражение его лица было сродни пощечине. – Ты говорила, что тебе не нужны эмоциональные потрясения.

– Ну, – сказала она, заставив себя растянуть губы в жалком подобии улыбки. – Я ожидала услышать от тебя другой ответ.

Тесс чувствовала себя ужасно под его осторожным и сдержанным взглядом. Натан молчал. Сейчас он отреагировал так же, как несколько недель назад после их разговора в машине. Она почувствовала жгучую боль в груди от одиночества и беспомощности. И еще она смутилась от того, что, по всей вероятности, не просчитала ситуацию.

Натан пытается найти деликатный способ отмахнуться от ее признания. При мысли об этом у нее задрожали колени, ей стало трудно дышать.

– Слушай, я должна уходить, – произнесла она, торопливо подходя к двери. – Ты прав. Мы так не договаривались. Все нормально. Забудь о том, что я сказала.

«Не раскисай, Тесс! Ты уже выставила себя дурой. Не прибавляй себе проблем».

Он схватил ее за запястье.

– Тесс, подожди. Не делай поспешных выводов. Для меня это сюрприз. Я просто не ожидал.

Она высвободила запястье.

– Пожалуйста, успокойся, Натан. Как ты однажды сказал мне, все не так уж страшно. – Она хотела уйти, прежде чем ее накрыли эмоции и она разрыдалась перед Натаном. В глубине души она всегда знала, что такую, как она, вряд ли можно любить. И сейчас она получила очередное тому подтверждение.

Выбежав из квартиры, она вызвала лифт и обрадовалась, когда он приехал почти сразу же.

– Черт побери, вернись! – крикнул Натан. – Мне нужно обуться!

Она слышала, как Натан вылетел из квартиры следом за ней. Он опоздал, потому что, по-видимому, пытался надеть ботинки. Когда двери лифта закрылись, он врезал по ним рукой.

Тесс расплакалась. Ее надежды рухнули. Прижавшись спиной к стенке лифта, закрытой ковром, она выпрямила ноги и погладила рукой растущий живот.

Шмыгнув носом, она смахнула слезы с лица.

Все в порядке. Не нужно придавать значение тому, что произошло. Следует думать только о ребенке и забыть о том, какими могли быть ее отношения с Натаном.

Тесс только что совершила ошибку. Глупую ошибку.

Уже в который раз.

Глава 16

Натан врезал кулаком по кухонной двери коттеджа. Его сердце барабанило как сумасшедшее, а к горлу поступала тошнота. Если Тесс не окажется в доме, то он не представляет, что будет делать дальше.

Он мчался вниз по лестнице своего дома после того, как двери лифта закрылись у него перед носом, но к тому времени, когда он добрался до гаража, Тесс уже уехала. Он пару раз позвонил на ее мобильный телефон, но она не ответила. Он решил ей больше не звонить. Не следовало выяснять с ней отношения, пока она за рулем. Вернувшись в квартиру, он схватил ключи от автомобиля и бумажник. Было уже за полночь, когда он подъехал к поместью.

Натан снова ударил кулаком по двери, не обращая внимания на боль. Его тело онемело в ту самую минуту, когда Тесс посмотрела на него и сказала, что хочет, чтобы они были вместе. И что она его любит.

Сначала он подумал, что она шутит. А потом решил сделать все, чтобы защитить свои чувства.

Он просто отгородился от Тесс. Его лихорадило от смущения, надежды, желания, уязвимости и слепой паники. И прежде чем он успел прийти в себя и попытаться разобраться со своими чувствами, Тесс выбежала из его дома. И теперь он не знает, лежит ли она в спальне коттеджа или попала в смертельную аварию.

Он судорожно вдохнул и выдохнул сквозь стиснутые зубы.

Нельзя раскисать.

Поборов панику, которая не оставляла его во время, казалось, нескончаемый езды по гористой дороге, Натан наконец догадался взяться за ручку двери. Он распахнул дверь и вошел на затемненную кухню. Свет полной луны отбрасывал жуткие тени на кухонную мебель.

Он вздохнул с облегчением, потом снова разволновался. Ему следует сказать Тесс, чтобы она запирала дверь на ночь.

Натан услышал легкие шаги и резкий вздох, а потом включился ослепляющий свет. Он выругался, резко зажмурившись.

– Натан! Какого черта ты здесь делаешь? Ночь на дворе.

Его глаза привыкли к свету, и он наконец увидел Тесс. Ее стройную фигуру закрывала тонкая ночная рубашка. Она стояла в дверях кухни, подбоченившись, светлые волосы беспорядочно падали на ее плечи. Одну руку она прижимала к груди, а другую занесла над головой, держа в ней, словно оружие, книгу в кожаном переплете.

Натан никогда не видел ее такой красивой. Однако его облегчение быстро сменилось гневом.

– А что, по-твоему, я здесь делаю? – спросил он, чувствуя возбуждение при виде ее напряженных сосков. – Я приехал проверить, как ты добралась до дома. Я же говорил тебе не садиться за руль.

Она выругалась, с вызовом вздернула подбородок и бросила книгу на стол.

– У меня все прекрасно, как ты видишь, – сказала она. – Если только не считать, что из-за тебя у меня чуть не случился сердечный приступ, когда ты начал стучать в дверь, а затем вломился сюда посреди ночи.

– Я не вламывался! – сердито заорал он. – Дверь была не заперта. Ты даже не удосужилась…

– Слушай, уйди, а? – Она затопала по коридору, оставляя Натана на кухне. – Я возвращаюсь в постель.

Он пошел вслед за ней.

– Иди ко мне.

– Я не желаю, чтобы ты ко мне присоединялся, – прибавила она и вошла в спальню.

Он схватился за дверь до того, как она закрыла ее у него перед носом.

– Я приехал не ради секса! – крикнул в ответ, однако его ярость и злость улетучились, когда он увидел, что Тесс расстроена.

– Неужели? – сказала она, подняв подбородок. – Зачем еще тебе приезжать?

Увидев, как дрожат ее губы, он почувствовал себя законченным мерзавцем. Он причинил ей боль, ведя себя как эгоист. Хотя он по-прежнему не знает, как поступить правильно, он обязан исправить ситуацию.

– Мы можем об этом поговорить? – спросил он.

Она кулаком смахнула слезу, и Натану показалось, будто в его сердце вонзили раскаленный нож. Неужели он все испортил? Неужели нет никакой надежды?

– Нет, я думаю, это необязательно, – сказала она. Ее голос слегка дрожал, и Натан сильнее расстроился. – С меня хватит унижений.

– Унижения? – Он смутился, когда она опустила голову и прерывисто вздохнула.

В ее глазах цвета зеленого мха стояли невыплаканные слезы, сверкающие в лунном свете, когда она встретила его взгляд:

– Ты в самом деле хочешь, чтобы я все тебе объяснила, Натан?

– Да, я этого хочу. – Он прижал ладонь к ее щеке, стараясь утешить Тесс, но она откинула голову назад, уклоняясь от его прикосновения, и он почувствовал сожаление.


Тесс совершила ужасную ошибку. Но зачем Натан хочет наказать ее за это?

Слегка тряхнув головой, Тесс отвернулась.

– Я сказала, что люблю тебя, и ты этому ужаснулся. – Она заставила себя смотреть в его глаза. Сейчас она не имеет права трусить. – Для меня это огромное унижение.

– Я не ужасался, – сказал он.

– Разве? – произнесла она, понимая, что не выдержит, если он начнет ей лгать. – Выглядело так, будто ты был в ужасе.

– Неправда. – Он резко пригладил волосы рукой. – Черт! – Повернувшись, он прошел в гостиную.

Тесс отправилась следом за Натаном, желая услышать, что он ей скажет. Почему он так отреагировал на ее признание? Может быть, он ее не любит. Но ей хочется узнать почему. Возможно, она не будет так мучиться, когда узнает, что недостаточно хороша для него. Будучи подростком, она долго и упорно вырабатывала в себе самоуверенность. Она научилась не зависеть от мнения окружающих, чтобы выжить. Она не может снова стать неуверенным в себе человеком, даже ради Натана.

Он опустился на диван, закрыл голову руками и приглушенно произнес:

– Я не ужаснулся. Я просто испугался.

Тесс присела рядом с ним. Казалось, что каждое слово дается Натану с огромным трудом.

Прижав руку к его колену, она почувствовала его дрожь и резко хохотнула.

– Чего ты испугался, Натан? Я не собиралась требовать от тебя любить меня.

Повернувшись к ней лицом, он посмотрел на нее темно-голубыми глазами:

– Я испугался не тебя. Я испугался себя.

– Я тебя не понимаю.

– Ты сказала, что хочешь быть со мной. И вдруг я понял, что я лгал себе. Все эти тупые отговорки о переезде сюда ради ребенка или ради тебя. Я хотел переехать сюда ради себя самого… Но я испугался того, как сильно хочу тебя. – Он устало вздохнул. – Я побоялся облажаться.

Натан говорил очень искренне. От его слов душа Тесс должна была парить от счастья, но совсем недавно ее постигло горькое разочарование. На этот раз она будет осторожнее.

– А почему ты решил, что ты облажаешься?

– Потому что… Ну, ты знаешь. – Он слегка кивнул, словно намекая ей на что-то.

– Нет, я не знаю.

– Потому что я давным-давно хотел того же, что и ты. Так сильно хотел, что я не мог себя контролировать. – Его голос дрогнул от переживаний. – И я все испортил.

Она прижала пальцы к губам, слезы облегчения навернулись на ее глаза. Она в очередной раз слишком эмоционально отреагировала на слова Натана.

– Тесс, почему ты плачешь?

– Это слезы счастья, – сказала она с глубокой тоской.

Она уселась на колени Натана и обвила руками его плечи, наслаждаясь его решительными прикосновениями к своим бедрам.

– Натан, время от времени мы будем недопонимать друг друга. Никто не гарантирует нам идеальную жизнь.

– Я знаю, – ответил он, продолжая ее ласкать. – Но я не желаю тебя подвести.

– Это путешествие, а не конечный пункт назначения. Тебе нужно только согласиться отправиться в путешествие вместе со мной. Вот и все.

– Но я никогда никого не любил. И я уверен, что меня тоже никто не любил. Я не умею любить.

– О, Натан. – Она уткнулась лицом в его шею и вдохнула запах его тела, который нравился ей все сильнее.

Она крепко обняла его и пожалела, что не сумеет утешить того маленького мальчика по имени Натаниэль, которого следовало любить, а не отвергать. Неудивительно, что он не научился любить.

– Я тоже никогда никого не любила, – призналась она. – Но я научилась. Я уверена, мы справимся вместе, если будем действовать не торопясь. – Она погладила его по щеке, и у нее замерло сердце, когда Натан прильнул к ее ладони. – И если ты пообещаешь мне не терять терпение, я обещаю, что не стану перегибать палку.

Его губы изогнулись в усмешке.

– По-моему, это я смогу тебе обещать.

– Будет замечательно, если ты пообещаешь не слишком меня опекать, – произнесла она, полагаясь на удачу. – Ты не должен нести за меня ответственность. Я могу отлично сама о себе позаботиться.

Натан уставился на нее, продолжая поглаживать ее бедра. Потом он покачал головой, удивляя Тесс.

– Не получится, Тесс, – ответил он. – Это не ответственность, которую я должен нести. Это нечто большее. Я хочу заботиться о тебе. – Он коснулся ладонью ее живота. – И о нашем ребенке. И будет намного проще, если в этом ты мне уступишь.

– Ну ладно, – пробормотала она, чувствуя себя любимой и желанной. Она сглупила, решив, что он стремится заботиться о ней, чтобы ее контролировать.

Она тихонько ахнула, когда его пальцы погладили внутреннюю сторону ее коленей, а затем скользнули по бедру под ее ночную рубашку.

– Но только при условии, что я тоже буду о тебе заботиться, – прибавила она.

Он улыбнулся, когда она наклонилась, чтобы его поцеловать.

– По рукам!

Тесс разомкнула губы, и он скользнул языком в ее рот, поцелуем подтверждая их договоренность. Натан обхватил руками ее ягодицы, и она вдруг ощутила странное щекотание около пупка.

Она отпрянула от Натана, оттолкнула его руки и чуть не вскочила с его колен.

– Что случилось? – Натан обнял ее за талию и притянул к себе. – Что не так?

– Ничего, ничего. – Схватив за руку, она прижала его ладонь к своему животу. – По-моему… – сказала она и снова почувствовала то ли щекотание, то ли биение.

– Что такое? Проблемы с желудком? – Он выглядел шокированным и озадаченным.

– По-моему, ребенок толкается.

Выругавшись, Натан положил обе руки на ее живот и почувствовал сквозь хлопчатобумажную ткань ночной рубашки мягкие толчки. От удивления он округлил глаза и посмотрел на Тесс.

– Вот это да! – прошептал он, и на ее глаза навернулись жгучие слезы. – Как здорово! Он пинается.

Она приподняла бровь:

– Почему ты решил, что это мальчик?

Он усмехнулся:

– Судя по удару, это определенно не девочка.

Тесс рассмеялась вместе с ним, и они рухнули на диван. Приятный вес его руки, прижатой к ее животу, его размеренное дыхание и лунный свет дарили Тесс ощущение безопасности и любви.

– Пошли. – Он встал и подхватил ее на руки.

Она обняла его руками за шею, теребя короткие завитки волос на его затылке.

– Куда ты меня несешь? – кокетливо улыбаясь, спросила она.

– В кровать, – улыбаясь, сказал он, глядя на нее сверху вниз. На его лице читалось желание и нежность. – Я предлагаю начать наше путешествие прямо сейчас.

Она прильнула к нему, чувствуя себя по-настоящему счастливой.

Одно ей было известно наверняка: путешествие с Натаниэлем Грейстоуном будет очень увлекательным.

Эпилог

Тесс тихо простонала, почувствовав тянущую боль в животе.

Десять секунд. Двадцать секунд. Тридцать секунд…

Напрягшись, она лежала на кровати, вцепившись пальцами в простыню мертвой хваткой, ожидая окончания схватки. Когда схватка закончилась, она облегченно вздохнула и посмотрела на часы на тумбочке.

Последняя схватка продолжалась почти на минуту дольше предыдущей, а разрыв между ними составлял менее десяти минут. Погладив большой живот, она повернулась, чтобы посмотреть на Натана. Его красивое лицо казалось мирным и довольным в лунном свете. Он лежал на животе и тихо похрапывал.

Она взглянула на свой живот.

– Итак, малыш, – прошептала она в темноту, – по-моему, нам с тобой пора будить папочку. – Она передвинулась на месте, стараясь облегчить тупую боль в пояснице. – Но приготовься к фейерверку.

Потянувшись, она прижала руку к широкому плечу Натана и решительно его толкнула:

– Натан, проснись! Пора.

Открыв глаза, он сонно на нее посмотрел:

– Что?

– У меня начались роды. Вероятно, нам следует ехать в больницу.

Тихие слова Тесс заставили его широко раскрыть глаза и резко взглянуть на ее живот.

– Но до родов еще неделя. – Он стремительно сел в кровати, словно его ткнули раскаленной кочергой. – Ты уверена?

– Вполне уверена. – Она усмехнулась при виде его замешательства и страха. – Регулярные схватки продолжаются уже четыре часа, и разрыв между ними меньше десяти минут. И схватки усиливаются.

– Четыре часа! – крикнул он. – Какого?..

Вскочив с постели, он начал ругаться себе под нос, носясь по спальне, собирая свою одежду и стараясь одеться на бешеной скорости.

– Почему, черт побери, ты меня не разбудила? – заорал он и нахмурился, когда она хохотнула.

– Потому что я знала, что ты будешь с ума сходить, но помочь мне не сможешь. – Она улыбнулась, хотя чувствовала приближение новой схватки. – Ага?

– Это не смешно. – Он стоял посреди комнаты, приглаживая волосы и озираясь, словно судорожно искал что-то. – У тебя большие неприятности, леди. – Он снова выругался. – Где твой чемодан? Нам нужно ехать в больницу прямо сейчас.

– Он под кроватью, – простонала она, когда началась очередная схватка.

Она наблюдала, как сердитое выражение лица Натана становится взволнованным, когда он бросился через комнату. Схватив за руки, он целовал костяшки пальцев Тесс, пока она судорожно дышала, отчаянно пытаясь облегчить агонию схватки.

– Продолжай дышать. Ты отлично держишься, – сказал он.

Тесс сдавленно вскрикнула и ответила сквозь стон:

– Я не могу. Слишком больно.

– Кричи, если это поможет, – произнес он. – Скоро все закончится.

Его слова и решительный взгляд придали ей уверенности. Схватив Натана за руки, она впилась ногтями в его ладони и громко закричала.

Наконец схватка отпустила ее, и она откинулась на подушки.

– Ох, это действительно больно! – слабо сказала она, немного удивившись силе схваток.

Коснувшись ладонью ее лица, Натан отвел ото лба влажные пряди ее волос.

– Ты великолепна, – сказал он и нежно поцеловал ее в губы.

Натан отстранился от нее, и Тесс сглотнула ком, подступивший к горлу при виде благоговения в его взгляде.

– Я напомню тебе об этом, когда мы в следующий раз будем спорить, – пробормотала она.

Он усмехнулся, встав с кровати.

– О чем ты говоришь? – Он взглянул на нее притворно невинно, и она рассмеялась. – Мы никогда не спорим друг с другом.

Тесс улыбнулась, когда он достал из-под кровати чемодан, который она упаковала неделю назад, и положил его на покрывало на кровати.

– Ага, так я тебе и поверила, – язвительно ответила она.

Они не просто спорили – они много спорили. Тесс подозревала, что спорят они чаще большинства пар. Но, вероятно, оба наслаждались этими спорами. У обоих был сильный характер и собственное мнение, и они не боялись его озвучить. Они не соглашались друг с другом и по поводу имени ребенка, и по поводу того, какую пиццу заказать. Не говоря уже о более важных вещах. После нескольких месяцев сожительства Натан все-таки перестал изводить Тесс своим желанием инвестировать в ее бизнес, зато стал ее донимать, требуя сказать, когда она согласится выйти за него замуж. По этому поводу они спорили всего два дня назад после того, как Натан начал настаивать на том, чтобы устроить свадьбу в июне. После долгих препирательств и даже воплей Тесс наконец удалось заставить его перенести дату свадьбы на август, чтобы она успела похудеть к этому времени.

Однако такая жизнь вполне устраивала Тесс. Она радовалась и спорам с Натаном, и периодам затишья. Они научились уважать мнения друг друга, радоваться взаимным успехам и поддерживать друг друга, когда это требовалось. Их нельзя было назвать идеальной парой, но они были готовы противостоять любой трудности, чтобы их отношения улучшились. Они научились идти на компромисс и договариваться друг с другом, а в тех редких случаях, когда они все-таки орали друг на друга, за спорами следовало бурное примирение.

Тесс обрадовалась, когда Натан подошел к двери, его движения были твердыми и решительными, он больше не паниковал. Она любила этого упертого, неукротимого, прагматичного и до смешного напористого парня. Потому что он пробил все преграды, которые она возвела вокруг своего сердца, и доказал ей, что она заслуживает любви и нежности.

– Я выведу машину из гаража, и мы поедем в больницу, – произнес он с порога.


Натан вернулся менее чем через две минуты. Тесс заметила, что паниковать она на самом деле не перестал, а просто старательно скрывал свои чувства. Он помог ей надеть пальто и сапоги и поддерживал ее, пока она переживала очередную схватку. Усадив Тесс в машину, он завел двигатель.

Тесс задумчиво вздохнула, смотря на прекрасный восход солнца. Она прижала руки к животу, обдумывая, что ждет ее дальше. Она с восторгом ждала рождения малыша, хотя немного пугалась предстоящей боли. Она слегка грустила по поводу того, что после рождения ребенка они с Натаном больше не будут всегда одни. Будь у нее возможность выбора, она предпочла бы проводить с ним наедине больше времени. Оставалось только надеяться, что они будут оставаться вдвоем довольно часто. И что их дружба и любовь достаточно сильны, поэтому не пострадают от проблем, которые могут возникнуть с появлением малыша.

– Для нас с тобой начинается новая жизнь, Натан, – тихо сказала она. – Я надеюсь, мы с тобой ничего не испортим.

Притормозив у ворот при выезде из поместья, Натан погладил Тесс по руке.

– Нет. – Он покачал головой. – Мы ничего не испортим. Потому что это не новое путешествие, это всего лишь очередной поворот в пути. И я нашел своего идеального попутчика.

Тесс рассмеялась, переполняясь любовью и надеждой. Поборов свои страхи, она прошептала:

– И я тоже.


Брэндон Зейн Тремейн-Грейстоун родился через шестнадцать мучительных часов весом почти четыре килограмма. Уставшая Тесс держала его на руках и улыбалась. Она слегка вздрогнула, когда он ухватился губами за ее грудь и стал жадно сосать.

– Какое счастье, – прошептала она, глядя на будущего мужа, который склонился, чтобы погладить темные кудри ребенка. – Какой он хорошенький.

Натан мягко поцеловал ее в висок. Усталость на его лице сменилась горделивостью и самодовольством.

– По-моему, на этот раз мы с тобой не оплошали, – сказал он.

Тесс рассмеялась. По ее щекам катились слезы радости. Она чувствовала, как ее страхи отступают перед уверенностью в том, что впереди у нее замечательная жизнь с любимым мужем и прекрасным сыном.


home | my bookshelf | | Не хочу тебя терять |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения



Оцените эту книгу