Book: Время жестоких чудес



Время жестоких чудес

Родривар Тихера

Часть четвертая

Время жестоких чудес

Быль, быль, быль, быль или небыль этот путь?

Боль, боль, боль, боль, отпусти когда-нибудь!

Пыль, пыль, пыль, пыль от шагающих сапог…

Отпуска нет на войне!

Года пройдут — вспомнит тот, кто уцелел,

Не смертный труд, не бомбёжку, не обстрел,

А пыль, пыль, пыль от шагающих сапог.

Отпуска нет на войне!

Евгений Агранович «Подражание Киплингу. Пыль»

Глава пятнадцатая

Мертвая зыбь

Как сказал когда то давно в совершенно ином мире один очень умный человек: «Только проигранная битва вызывает большую печаль, чем битва выигранная». Воистину, получилось совсем как в анекдоте — «посчитали — прослезились»: то, что за примерно восемь тысяч уничтоженных республиканских боевых кораблей пришлось заплатить почти пятью тысячами своих, если считать с флотами союзников — черт с ним! — Куда хуже потери живого личного состава — это не дроиды, их на фабриках не наштампуешь. Пять миллионов человек… пусть самих тионцев только половина — союзников и надежные наемные части тоже жалко до слез. Конечно, формально р'гат'а погибло совсем немного — то есть, когда распадается сама «личность»: менее десяти тысяч. — Но вот если посчитать погибших ам'акэ… тут счет переваливал уже за миллион «тел»! — Они то, кстати, и внесли свои двадцать процентов в общую статистику потерь: дроиды, ведшие учет, в особенностях жителей Гатариэкка разбирались слабо. Тринадцать тысяч он'гат'акэ — тоже неприятная потеря, правда, обученных одаренных из них было всего пара сотен. Мои Чародеи, к счастью, уцелели в боях все — сказался опыт. Вообще говоря, господа генералы бодро рапортовали о резко возросшем потоке добровольцев, желавших присоединиться к моему воинству — и о том, что через пару месяцев боеспособность войск полностью восстановиться. — А еще через полгодика Тионская Добровольческая Армия численно вырастет, как минимум, раза в полтора! — желающих быть на стороне победителей всегда больше, чем желающих быть на стороне проигравших.

По кораблям и восполнению потерь боевой техники все не так печально: во-первых — отжал для своих армии и флота значительную часть «общей» продукции подконтрольных военных заводов и верфей — даже Ганрей пикнуть против не посмел! — А во-вторых — есть надежда восстановить несколько сотен доставшихся нам более-менее целыми трофейных республиканских кораблей. Ну, с маломерными летательными аппаратами и наземной техникой еще проще — собрать из трех битых один «новый» любой рукастый техник, имеющий светлую голову, сможет. А уж имея в наличие нужные запчасти — тем более. В этом, кстати, здорово поможет тайный обмен техдокументацией с Куатом: внутрикорпоративная стандартизация рулит везде — и многие детали и системы кочуют из одного образца техники в другой, не меняясь ни на йоту. — Так что, с производством запчастей к трофеям проблем возникнуть не должно. Впрочем, все битое «железо», которое только удастся обнаружить и выловить, на местах боев, тоже пойдет в дело, пусть даже после переработки: битый корабль это не только груда бесполезного хлама — это еще и источник ценных материалов и деталей. Некоторые металлы или сплавы проще вот так выковырнуть из битых судов, чем попробовать купить их на черном рынке — когда они в страшном дефиците у всех, то не факт, что и за десятикратную стоимость вам что-то продадут! Ну, и совсем просто было с теми кораблями, истребителями или иной техникой и дроидами, что попали под огонь ионного оружия — там требовалась, обычно, всего лишь массовая замена сгоревших предохранителей: куда больше времени и сил занимало потом полное перепрограммирование.

Как ни странно, основной проблемой было — кто станет охранять все мои новые приобретения? Нет, конечно, всегда можно попросить об услуге союзников. Одна беда — слишком велик шанс, что через полгода окажется: ваши честно завоеванные миры вам как бы уже и не принадлежат. Как говориться: «Дружба дружбой, а табачок врозь» — за потраченные «на охрану» деньги, союзники, совершенно законно, захотят иметь какой-то профит. А свои, это не респы — их просто так потом не выгонишь! — Вот и приходилось крутиться, растягивая и без того ослабленные силы еще и на защиту захваченных новых миров. Одно хорошо — флот Республики получил такую плюху, что проведение, в ближайшее время, даже демонстративных наступательных операций в нашем квадранте, вряд ли возможно. Только, если на Корусанте решат бросить на произвол судьбы какие-то другие участки огромного фронта. С учетом тактики Республики: «Все удержать и ничего не отдавать» — это вряд ли будет. Да и невыгодно оно сейчас Дарту Сидиусу: чтобы организовать новый «навал» на Тион, ему придется подписывать на это дело Орден — а джедаи потребуют, для себя, чего-то существенного взамен. — Сейчас-то баланс в политике смещен в сторону Канцлера — а тогда может и Орден инициативу перехватить: это Сидиусу нужно? Так что, скорее всего — полгода относительно «мирного» времени у Тиона будет. А будет ли спокойное время у меня самого? — вот здесь сильно сомневаюсь: слишком уж много разных «мозолей» я вольно или невольно поотдавил. — Причем, не только тем, кто находится в Республике, но и нашим — из Конфедерации.

То, что республиканский корабль так вовремя, и так точно упал на командный бункер моего приемного отца, оказалось — произошло не просто так. И то, что у нас тут, в Тионе, полно республиканских «кротов» — подтвердилось целиком и полностью. К сожалению, все доказательства — косвенные: никаких конкретных имен или названий организаций. Но, это теперь забота ландграфа Дориана Д'Арсан-Эриина — у мужика в этом деле есть еще и личный интерес: вместе с Гарольдом Тионом погиб его младший сын — полковник Тионской Милиции Ларион Д'Арсан-Эриин. Я сам парня помнил только в лицо: высокий, светловолосый, с отменной военной выправкой — но приемный отец о нем не раз очень хорошо отзывался. Да и по докладам моих спецслужб, Ларик — как все его звали — пользовался любовью своей семьи, и уважением сослуживцев. Как мне передали, новоиспеченный глава Регентского Совета Тиона уже рыл носом землю, в поисках следов тех, кто стоял за этим предательством. Более того, Дориан кажется четко определился в своих приоритетах: сидевший ранее где то на Корусанте его старший сын, Тарик Д'Арсан-Эриин, вернулся на днях обратно в Тион. Формально — чтобы занять место отца на Эреденне, а фактически — показывая, что дом Д'Арсан-Эриин больше не будет лавировать между КНС и Республикой. Глядя на него, и под впечатлением наших побед, и многие другие тионские Благородные Дома заняли более четкую позицию, что было совсем неплохо — более надежный тыл давал лишние шансы уцелеть в этой войне…

Поминальная церемония по Гарольду Тиону и всем, погибшим в том грандиозном сражении, прошла на Раксус Секундус: на индустриально-помоечном Раксус Прайм все еще разбирали развалины — там, где они вообще остались, разумеется. Кроме меня самого с семьей и родичами, и, представителями всех Домов тионской аристократии, на церемонии был дядя — как лидер КНС. А так же кое-кто из членов Совета Сепаратистов — прежде всего те кто, так или иначе, был связан теперь с Тионом взаимными интересами. Сенат КНС тоже присутствовал практически в полном составе: господа сенаторы Конфедерации, в отличие от Нута Ганрея, драпать с Раксуса не поспешили — и теперь, наверное, сами себе казались отчаянными храбрецами. Правда, людей грех было обвинять в желании заработать лишние очки в пиар-гонке: кое-кто так и, на самом деле, вообще действовали как настоящие герои — и их моральную помощь Алгору Мелассину, в критический момент сражения, и вправду трудно переоценить. — То, что удалось избежать паники, после бегства Ганрея, это просто большая удача. Кстати, церемония транслировалась на весь ГолоНет — ребята Пассела Ардженте, с Марканы, постарались вовсю: даже довольно циничного меня, после просмотра записей, проняло — представляю, как устроенный из поминок спектакль подействовал на неподготовленную публику!

Да, Нут Ганрей поднасрал всем нам изрядно. Впрочем, дядя, посовещавшись с Дартом Сидиусом, решил действий Ганрея не дезавуировать: де, атака респов показала, как легко может быть парализована вся структура управления КНС. — А тут, вроде бы, при рассредоточенном расположении, парализовать работу всех властных структур Конфедерации одним-единственным ударом проблематично. Теоретически оно все вроде бы было верно: политические решения в КНС, так или иначе, исходили и проходили через тот же Сенат. — Беда только в том, что вся эта «политика» воплощалась в жизнь исключительно через «уполномоченные структуры»: проще говоря — через главных игроков КНС. С одной стороны — это было быстро, удобно и куда менее затратно, по времени и деньгам, чем у тех же республиканцев — с их массой бюрократов. — А с другой стороны — фактически, все решения проводились в жизнь после согласования в Совете Сепаратистов: на самом деле, чтобы парализовать деятельность КНС как государственной структуры, достаточно был просто нарушить работу именно Совета Сепаратистов. В голове у меня тогда, в очередной раз всплыли крохи полезной информации: Тунбак Тура, Марат Вуоро, да и иные, более мелкие деятели КНС, оказавшиеся тогда, в том варианте событий, у «разбитого корыта» — и попытавшиеся продолжить борьбу. — Если бы они могли скоординировать свои действия! — не думаю, что победа новообразованной Империи была бы такой быстрой и решительной. Это, если бы победа вообще была: как мне помнилось, отдельные осколки КНС там сопротивлялись режиму Палпатина чуть ли даже не после битвы при Явине — и добили их имперцы, уже в процессе войны с Альянсом Повстанцев. Кстати, не факт, что без наличия этих «осколков» и сам Альянс вообще состоялся бы: изначально, значительную часть боевой техники и опытных бойцов господа Мон Мотма и Компания получили именно от них.

По всему выходило, что Сидиус начал, потихоньку, претворять в жизнь свои собственные планы. И тут возникал вопрос: что в этом бегстве Ганрея, сопровождавшемся эвакуацией на Като Неймодию всего рабочего аппарата Совета Сепаратистов, было от трусости неймодианца — а что от приказов и интриг Сидиуса? Хреново! — думаю, в ближайшее время последуют аккуратные попытки замазать дядю в разного рода «военных преступлениях» с одной стороны, в сочетании с такими же аккуратными попытками слить его самого. Очень уж мне кажется странным, в тех моих приобретенных воспоминаниях, как дядя якобы провоцировал Скайуокера — сталкиваясь с ним, там и сям, несколько раз подряд. Спорный метод перетаскивания кого-то на свою сторону, мягко говоря. Вроде бы, к Корусанту, во время не менее странной атаки Гривуса, Скайуокер прилетел уже достаточно взвинченный прежними «наездами» Графа — и этого хватило, чтобы по единому приказу Палпатина убить совершенно беспомощного, после проигранной схватки дядю! Черт, джедай это, прежде всего, психология: для адепта Светлой Стороны «отправить на другую сторону Силы» того, кто ему самому не угрожает смертью — почти физически невозможно. — Тут надо, сначала, самого себя о колено сломать, что называется. Светлая Сторона она, точно так же, как и Темная: дает форсъюзеру определенные бонусы, но требует взамен своей цены — и эта цена бывает неизменно одинаковой для всех адептов. В общем, я абсолютно убежден: тогда и там дядю и Энакина намеренно сводили в клинче — до тех пор, пока Скайуокер не надломился. Энакин то, понятно, мог и не представлять, к чему неизбежно придет дело — но Граф? — как ему-то Сидиус мозги запудрил? Готового ответа у меня не было.

Ладно, Энакин теперь, по крайней мере, в курсе — что могло когда-то и где то произойти: на такую же удочку не попадется. Дядя… вот с этим сложнее: но и здесь есть некий эффект — Граф, кажется, начинает задумываться об истинных мотивах Дарта Сидиуса. Мое долгое и осторожное капание ему на мозги, дало положительный результат — во всяком случае, я на это надеюсь. Что же, теперь оставался я сам. То, что Каданн подписал против меня каких-то джедаев, со счетов сбрасывать, совсем не стоило — тем более, что речь там шла еще и о каком то личном агенте Палпатина: значит, старший ситх как минимум в курсе, и закрыл глаза на это. — Осторожно проконсультировавшись, по данному поводу, у дяди, я понял — против меня будут работать настоящие профи! Тут надо сказать, что обычно джедаи работали парами — учитель вместе с учеником: так лучше идет процесс обучения у падавана, да и мастер может доходчивее все объяснить на примерах из реальной практики. — Как говориться: «Нужда самый лучший учитель». Если какие-то большие группы и собирали, то исключительно под конкретное дело или операцию: джедаев всегда было мало, по сравнению с размерами галактики — отправлять их на ординарную миссию целой кучей, это все равно, что стрелять по гизкам из турболазера. Однако, были и исключения: коллективное руководство небольших Праксеумов или Анклавов — или такие вот специальные «охотничьи» команды, действовавшие на постоянной основе. Ну, с провинциальными филиалами Ордена все было понятно: в одиночку, без помощников, даже настоящий мастер ничего толкового не сделает. А вот насчет всяких команд — пережитка Новых Ситских войн. — По словам дяди, в последнее время подобные постоянные «рабочие группы» стали настоящей редкостью: большие накладные расходы при неочевидных результатах. — Кто-то в руководстве Ордена посчитал, что обычной, хорошо подготовленной, пары «учитель-ученик» — особенно, если она имеет соответствующую «специализацию» — будет достаточно практически при любом развитии ситуации. Как следствие, теперь уцелевшие «охотничьи команды» имели низкий приоритет в снабжении и комплектации — считаясь «наверху» чем-то вроде «отстойников для балласта». Да и использовал их Высший Совет, зачастую, совершенно для других целей — к чему их члены не имели ни склонности, ни опыта. Но, с другой стороны, держались эти группы в основном за счет энтузиазма и преданности свих членов. — И, хорошей спайки: чувство локтя, в бою, великая вещь! Сработавшаяся, понимающая друг друга с полунамека команда — серьезные противники. А ведь у этих ребят наверняка будет еще и сторонняя поддержка: тионские предатели никуда ведь не делись. — Для них дороги обратно уже нет — или побеждает Республика, или… вот это «или» держит их на стороне Корусанта, сейчас, лучше любого поводка. Хуже всего, я совершенно не представляю: когда и откуда придет удар — и кто именно его нанесет. Даже жаль, что никого из осведомленных подручных Каданна или Кронала не удалось захватить живьем, в качестве «языков».

В общем, на будущее надо быть начеку: осторожность, осторожность и еще раз осторожность — и, никуда без охраны! — Как известно, береженого — Сила бережет, а не береженого — конвой стережет. К Леонии и детям это тоже относится: надавить на меня через них — самый простой способ воздействия. Понятно, что как раз джедаи этого делать не станут — но есть ли уверенность, что от подобного воздержаться их «союзники»? Или, если уж на то пошло — Сидиус?

* * *

А между тем, жизнь шла своим чередом. И самой животрепещущей новостью на просторах ГолоНета было уже не отгремевшее в Тионском кластере сражение, а удивительная находка археологов Университета Рудрига, сделанная ими на Даллалте. Товарищи нашли, ни много ни мало, место крушения прославленного флагмана не менее знаменитого древнего владыки Тиона — Ксима Деспота. Сейчас по каналам галактической Сети гоняли ролики, посвященные этому событию, причем — на любые вкусы: и сделанные для простых обывателей, и серьезные — рассчитанные на профессиональных историков. Само собой, все это органично переплеталось с текущими событиями: видео с обломками древней «Королевы Ранруна» соседствовали с голоснимками новейшего супердредноута КНС, носящего то же самое название — и официально вошедшего, с недавних пор, во флот Тиона. По многим каналам бодрым ритмом неслась переписанная мной, и запущенная в Сеть анонимно, песенка из чужого мира.

На «первый-второй» рассчитайсь!

Первый-второй…

Первый, шаг вперед! — и в рай.

Первый-второй…

А каждый второй — тоже герой, —

В рай попадет вслед за тобой.

Первый-второй,

Первый-второй,

Первый-второй…

А перед нами все цветет,

За нами все горит.

Не надо думать — с нами тот,

Кто все за нас решит.

Веселые — не хмурые —

Вернемся по домам, —

Невесты белокурые

Наградой будут нам!

Все впереди, а ныне —

За метром метр —

Шагают по Вонтору

Солдаты группы «Центр».[1]

— что самое удивительное, популярность мелодия имела по обеим сторонам фронта! — Кажется, что в ВАР она прижилась даже больше, чем у нас. Отчасти в этом, наверное, виноват «состав» нашей армии: дроидам на эмоции и искусство пофигу — ну и упор на Тионское древнее прошлое, остальным членам КНС был как то не особо интересен. А вот клонов эта песня чем-то серьезно зацепила — как я слышал, в «заявках с фронта» эту песню просили передавать часто. Несколько популярных в галактике музыкальных групп даже включили ее в свой репертуар.



Надо ли говорить, что археологи полетели на Даллалт не просто так? Другое дело, что я никак не рассчитывал на то, что их находка совпадет по времени с атакой Великой Армии Республики на Тионский кластер. Максимум, на что я рассчитывал: умеренный пиар, и сплочение тионского общества — патриотизму требовалось топливо особого сорта. — Сделать подобное с помощью привлечения почти легендарных, героических страниц истории Тиона, было самое лучшее дело. Действительность превзошла мои самые смелые ожидания: Тут смешалось все — и личность Ксима, давно превратившаяся среди простых тионцев в легенду, и долгожданный реванш за разгром незапамятных времен. — И теперешний подъем тионской экономики, которому потребовался — с политической точки зрения — еще и идеологический фундамент. Неожиданно, «Комитет по историческому наследию Тиона» — к чьему появлению я приложил руку — начал обзаводиться массой филиалов и филиальчиков. — Причем, что характерно, не только в самом кластере, но и на тех мирах, которые когда то входили в империю Ксима! Но, этого мало — комитет начал оказывать и влияние на политические настроения, на местах. — Из-за связи с правительствами объединенного Тионского кластера — то есть, со мной. Как я уже говорил, на стороне победителей желают быть все. Теперь нужно было аккуратно воспользоваться плодами этой акции — но, при этом не поссориться с союзниками. Впрочем, та же Шу Май, или Пассел Ардженте, воспринимали такие связи просто как еще одну гарантию стабильности бизнеса. А политические деятели с этих самых планет — вроде сай миртианки Тунбак Туры, с которой я вот совсем недавно встречался и разговаривал лично, — как возможность получить для себя еще один канал поддержки, в обмен на лояльность. Все это резко увеличило мой политический вес в конфедератских раскладах: может, на уровне с членами Совета Сепаратистов я пока еще и не встал, но теперь ко мне начали прислушиваться даже там — причем, не только мои союзники. Оставалось дождаться, как на весь этот кипишь отреагируют Дарт Тираннус и Дарт Сидиус! Хотя, дядю это наверняка больше забавляло — да и усиление позиций именно у меня, играло, в общем-то, в его пользу. А вот старший ситх… формально он вообще не отреагировал никак. Неформально — про то, что он не только не захотел помешать Каданну с Кроналом «разобраться» со мной чужими руками, но даже разрешил использовать в этом деле одного из своих личных агентов, я уже знал. — Чем он может, и захочет напакостить мне еще? — и, станет ли вообще отвлекать на меня свое внимание? Ведь, если я прав, и старший ситх повел дело к развязке, то я для него вообще не предмет заботы: победив, он и так получит все! — как бы я там, потом, не пытался трепыхаться.

Чтобы лучше воспользоваться плодами победы, начал серию «инспекционных поездок» — плюнув на все возможные угрозы. Армия, флот и мои новые владения — эти в первую очередь: подчиненные должны знать, что начальство о них не забыло, что оно о них заботиться. А личное посещение главнокомандующим любой воинской части, или главой государства — одной из провинций, самый лучший способ наглядно показать заботу о подданных и солдатах со стороны верховной власти! В общем, как говориться — нужно быть ближе к людям, нужно быть проще — и тогда люди к вам потянутся. Но, начать все равно пришлось с церемонии коронации, и с программной речи перед делегацией Сената Конфедерации: как известно, это война — продолжение политики, а не наоборот.

Если вам скажут, что самая комфортабельная поездка, это поездка в роскошном лимузине, оснащенном всеми мыслимыми и немыслимыми удобствами и приспособлениями, предназначенными делать путешествие приятным для пассажиров — смело плюньте ему в физиономию! — Как человек опытный, заявляю вам, что самая комфортабельная поездка — это та, для которой обеспечен наивысший уровень безопасности. В случае нужды, как говориться, выспаться можно и на голых досках — а отрубленной голове мягкая подушка уже ни к чему. Так что, да — путешествую я с комфортом: трехкилометровая туша дредноута «Черный Скимитар», в качестве транспортного средства — и три десятка боевых кораблей в качестве эскорта и обеспечения, — самое оно! Траектория полета была… причудливая: Тион, Раксус — затем Эстария, Сембла и Кар Шиан. О Кар Шиане «широкая публика», разумеется, не знала: официально от Семблы я должен был лететь — с краткими остановками на двух «военных аванпостах» — к Арде и захваченному у респов Корпиру. — На самом деле, именно Корпир, с которого бежавшие республиканцы утащили все, что только можно было оторвать, полезного, как и система Арды, представлявшая из себя просто удобный «хаб» на перекрестке нескольких гиперлейнов, как раз и проходили по категории «незначительных». А настоящими целями этого этапа поездки, были не они, а Кар Шиан и Гатариэкк — те самые «военные аванпосты» из голоновостей.

Номером один стояло место, где располагалась, когда-то, цитадель Наги Садоу: полностью развернутая промышленная зона имела, в качестве видимой части айсберга, четыре колоссальных сборочных эллинга — в которых могли строиться корабли размером с «Покоритель». Шедевр инженерной мысли искусников из Техно Союза — кстати говоря, те производственные комплексы, что я выкупил у Сэна Хилла, были более «компактными» и усовершенствованными копиями кар шианских. Сейчас, после того как промзона у Раксус Прайм немного пострадала в ходе боев — а такая же, но у Гатариэкка, еще не набрала полностью обороты после «визита» респов, это был мой самый существенный актив. То есть, был он, конечно, не совсем мой: нынешние сорок процентов от его производимой продукции — это не все сто! — Но, по сравнению с прежними десятью, пусть даже и полученные в доступ временно, это о-го-го. Если мерить «в слонах», то Кар Шиан мог выдавать, в год, четыре штуки полностью укомплектованных «Покорителя» — ценой работы именно на их постройку львиной доли всех своих частей и подразделений. — Несколько комплектов тут даже заготовили: часть оборудования, потом, переправили на Кларив, для окончательной сборки — а вторую половину, на Гатариэкк. Где все это богатство якобы и погибло, при атаке респов. Ну да, вместо четырех «Покорителей» можно было построить, за то же самое время и из тех же самых объемов материалов, деталей и комплектующих — тут же производящихся, целых десять «Ассегаев». Как говориться, «в птичках» счет шел бы уже сразу на несколько тысяч кораблей. Но руководство КНС решило, что дредноуты его флоту нужнее! — Тем более, что те же «Щедрые», или даже «Бунтари», можно было собирать и на верфях попроще уровнем — а «Ассегаи» нет.

Вот и сейчас, два дредноута проходили испытания: один уже ходовые, а второй — пока еще только швартовые — и другую пару кораблей готовили к выводу из эллингов, убирая «пуповины» рабочих коммуникаций и отводя гигантских сборщиков-«ассемблеров». Ассемблеры сами были размером с хороший корвет или фрегат — на их фоне стандартные дроиды-сборщики выглядели мошкарой перед мордой терентатека. Когда место в эллинге освободиться, ассемблеры потащат туда уже готовые новые секции — собирать следующий дредноут. Приятное зрелище, поскольку два из этих дредноутов отойдут мне: тот, что сейчас проходит швартовые испытания, и один из тех, кого собираются вытаскивать наружу. — Конкурс что ли среди населения Тионского кластера объявить, на лучшие названия? — подыграть чувству местного патриотизма, так сказать. С удовольствием полазил по верфям, насколько хватило запаса времени — Молчаливый Философ и Черно-Зеленый, что отвечал теперь здесь за всю текущую работу, составили мне компанию: у них в этом деле был свой интерес, связанный с Уариканом. Потом мы посетили цеха, где наладили выпуск новой, модернизированной модификации истребителя «Меч Сверхновой» — все же, Тофен Вейн убедил меня купить у «Субпро» лицензию на производство этих машин. Летные качества этой новой модификации истребителя здорово выросли, а по дальности действия она значительно превосходила и «Бешеных Бант», которые строились тут же, на Кар Шиан — в соседних цехах. — И новейшие сиенарские истребители с Лианны, которые имели гиперпривод, тоже. А истребитель дальнего радиуса действия, в противовес республиканскому ARC-170, заставлявшему все больше и больше с собой считаться, был моему флоту крайне необходим. Особенно с учетом того, что из-за утапауанских претензий я не только пролетел с лицензией на их «Разбойника», но и производство «Белбуллаба» — для своего флота — вынужден был свернуть: деятели с Утапау отказались предоставлять техническое сопровождение, прицепившись к каким-то пунктам лицензионного соглашения. То, что за пауанами стоит Ганрей, было ясно и так — а вот понять, нахрена это было ему нужно… особенно учитывая, что КНС по прежнему делала ставку на летающих дроидов? Все же, странно — и сами неймодианцы ничего против свободного лицензирования не имели, и вдруг — на тебе. В общем, этот истребитель оказался неожиданно востребованным — а господа из «Субпро» решили, что деньги не пахнут, продав тайком полный пакет техдокументации. Конечно, и «Бури» и «Джинивексы» были еще круче — но на их массовый выпуск у меня просто не было денег! — эти истребители так и остались уделом немногочисленной элиты. В завершение, поглядел и на сборочные конвейеры, выпускающие дроидов разных модификаций — от туповатых «понял-понял» B-1, до дроидов-ремонтников, и дроидов-астромехаников. — Ну, и на оружейные цеха тоже: с производством тяжелых турболазеров и мощных ионных пушек, хвала Силе, все здесь было в порядке.

То, что мы потом еще смотрели, уже с одним Молчаливым Философом, располагалось на самой луне: «Питомник», где выращивались и обучались он'гат'акэ — благо, с ящерками-исаламири, после того, как респы оставили Дромунд-Каас, не было никаких проблем! Два десятка Чародеев, сменивших тут братьев Эстелсейнов, которых мне снова спешно пришлось направить в распоряжение дяди, вполне освоились в роли «нянек» и учителей. Тем более, что много уже обученных он'гат'акэ осталось с ними в качестве помощников: своеобразный «конвейер» по подготовке одаренных бойцов наконец-то заработал как надо — счет шел даже не на десятки, а на сотни подготовленных рекрутов ежегодно! И это не считая десятков тысяч попутно обученных он'гат'акэ, у которых в полной мере так и не удалось пробудить дар управлять потоками Силы: просто хорошие пилоты или элитные солдаты тоже на дороге не валяются. Карока и Ванока дядя, кстати, направил на Салюкамей — там у него были лаборатории, в которых проводились опыты по клонированию одаренных. Работы с генетическим материалом расы никто дала, наконец, положительный результат. — И дядя хотел использовать братьев Эстелсейнов, вместе кое с кем из своих Аколитов, чтобы начать обучение новых, особых солдат Конфедерации. Были у меня «воспоминания», про этот дядин проект: там все кончилось пшиком — очевидно, что ни Сидиусу, ни джедаям такое массовое пополнение среди форсъюзеров, которых можно было бы выращивать десятками тысяч, в цилиндрах Спаати, было совершенно не нужно. Сильно сомневаюсь, что Графу позволят довести этот проект до логического завершения и здесь. Конечно, на Салюкамее еще только «намеки на успех», не более того — но, станут ли на Корусанте рисковать? Что-то мне подсказывает — и это отнюдь не Сила! — что здесь и сейчас все кончится точно так же: разгромом и ликвидацией потенциальной угрозы. Вопрос: как мне успеть вытащить оттуда обоих братьев? — да и дядины Аколиты… Конечно, там у Графа та еще компашка подобралась — один псих Сора Балк со своим приятелем Толом Скорром чего стоили! — Остальные члены фракции дядиных джедаев-перебежчиков были не столь известны и знамениты, но, во-первых — их было довольно много, около сотни точно — а может и больше, а во-вторых — насколько я помнил, эти ребята все потом погибли, но предать дядю не предали. Намекнуть Графу на возможный удар по Салюкамею? — Но как? — на кого мне ссылаться: в то, что эти сведения добыла моя доморощенная разведка, дядя точно не поверит! Ладно, черт с ним, рискну просто высказать это как свое предположение — и скажу, что «расселяю» р'гат'а'кай'и по разным планетам и из-за таких опасений тоже. — Мол, есть и у меня небольшие успехи в аналогичной деятельности, и, кажется, что господа джедаи про это что-то пронюхали — так что, может и про армию клонированных Моргукаев что-то могут знать.

Кстати говоря, раньше, состав этих самых Аколитов украшали собой такие «светлые» личности, как Сев'ранс Танн, Ша'ала Донита, Асажж Вентресс, Квинлан Вос и многие другие широко известные в узких кругах персоны. Что же, иных уж нет, а те — далече: в живых, как я слышал, остался только один Квинлан Вос, вернувшийся в Орден и покаявшийся. Война штука жестокая, а джедаи народ упорный — своих изменников искали и уничтожали при первой же возможности, если те не соглашались покаяться и «отринуть Тьму». В общем, даже при наличии у меня присягнувших Чародеев, и хороших связей с Тундом — потеря дядиных «карманных» форсеров будет для КНС ударом. А такой риск есть: что-то не помню, что после сражения при Салюкамее — там, в той реальности — кто-то из них остался в живых. Джедаи они, конечно, джедаями — но, вопрос: а сам ли Орден стоял за ликвидацией проекта создания клонов Моргукаев? — Или его по-тихому слил Дарт Сидиус, лишив дядю поддержки собственных форсъюзеров на конечном этапе войны…

В общем, именно с такими мыслями я и отправился дальше, на Гатариэкк. Не мешало бы посовещаться, по этому поводу, с Пурпурным и Булатом: незваные гости могли еще раз нанести визит и на Гатариэкк, а не только на Салюкамей. — Тем более, оба они как раз сейчас находились у себя на родине: проводили что-то вроде тотальной мобилизации — для переселения на Уарикан и в анклавы на Клариве, и в Холодной Кузнице требовалась масса рабочих рук, а ведь были еще нужды армии и флота, про которые тоже нельзя забывать. В свое время, когда моя экспедиция обнаружила планету с ее обитателями, на Гатариэкке давно уже установилось что-то вроде гомеостаза: р'гат'а'кай'и достигли максимума возможного расширения своего «лебенсраума». Там, для того, чтобы можно было массово позволить появляться новым р'гат'а, требовалось физически выпилить такое же количество уже живущих. Несколько раз у них там что-то подобное происходило — но большой пользы не принесло. Получался замкнутый круг: чтобы подтолкнуть прогресс, и вырваться, наконец, в большой космос, нужно было увеличить численность населения — а сделать это не позволяли малые наличные ресурсы. У р'гат'а'кай'и даже освоить собственную планетарную систему самостоятельно не получилось: как раз попытки освоения и сжирали накопленные для этого ресурсы раньше, чем бывали получены положительные результаты, провоцируя вспышку очередной гражданской войны убивавший все в ноль. — После чего и начинался новый, мучительный цикл подъема. В какой то момент, по словам Пурпурного, р'гат'а'кай'и такое биение собственным лбом в дюрастиловые ворота прекратили — в виду полной бесперспективности. Другое дело, с тем притоком нужных ресурсов извне, что организовал для них я: и свою планетную систему удалось нормально освоить — и первые колонии р'гат'а'кай'и у иных звезд появились. Короче говоря, народ Пурпурного принялся «плодиться и размножаться» со всей доступной ему скоростью: если армии и флоту требовались десятки, а то и сотни миллионов ам'акэ — в преддверии ожидания новых сражений, и новых потерь, — то новым колониям и анклавам нужны были уже миллиарды новых «тел».

Гатариэкк встретил меня деловитой суетой, как огромный муравейник-переросток: все при деле, все заняты тем, чем полагается — никто не филонит, и не бьет баклуши. Не знаю, как тут Пурпурный с Булатом соплеменникам особенности текущего момента разъясняли, но в Силе чувствовалось редкое единомыслие и… надежда — р'гат'а'кай'и, кажется, по настоящему поверили, что у них есть перспектива. Атмосфера всеобщего энтузиазма — давненько я подобного не чувствовал: Светлая Сторона Силы царила сейчас над этим миром. — После жгучего холода отголоска эха давнего владычества Тьмы на Кар Шиан — как контрастный душ! Не сказать, что это было неприятно, но по нервам пробежало… не знаю — нет у меня в словарном запасе такого понятия. — А изливать потоки мыслей, слов и метафор, это зря сотрясать воздух. Самое близкое ощущение: как электротоком тряхнуло — только напряжение за миллион вольт при этом зашкаливало…

У Яростного Огня все здесь было под полным контролем — муха не пролетит. Службу у него знали туго: все три основных вектора гиперпрыжков контролировались эскадрами полного состава — сотня с лишним боевых и вспомогательных кораблей в каждой. Резервная оперативная группа, включавшая все три боеготовых корабля типа «Покоритель», находилась возле самого Гатариэкка — готовая прийти на помощь любому атакованному врагом соединению. Насколько я знал, дроиды-разведчики держали под контролем все окрестные звездные системы — на случай появления там разведки респов. На парковочных орбитах, внутри системы, ждали своего часа даже не десятки, а сотни построенных и уже прошедших полный цикл испытаний кораблей — в ожидании экипажей и десантных групп. Полностью восстановившие, после визита в систему флота Республики, свою работу верфи исправно выдавали пополнение.



Здесь, в отличие от Кар Шиана, было всего два больших сборочных эллинга вместо четырех — зато имелась еще куча стандартизированных сборочных стапелей: корабли-супергиганты на них строить было невозможно, а вот обычные «Левиафаны», «Щедрые» и «Центурионы» они выпекали вполне себе исправно, как духовка горячие пирожки. В общем, объемы производства с каршианскими были примерно сопоставимые — разве что в «грех гигантомании» здешние инженеры и рабочие впадать не собирались. Собственно, четвертый «Покоритель», который заканчивали сборкой из оставшегося задела деталей и готовых секций, будет тут последним — а сборку «большой» версии «Бунтарей» тут закончили еще год назад, до нападения респов. Бои моей оперативной группы с флотом Республики в Тионском кластере показали, что когда к управлению боем подключается Сила, к тому же подкрепленная еще и продвинутыми боевыми информационными управляющими системами, — несколько сотен связанных вместе, в единую сеть, обычных боевых кораблей, вполне могут заменить дорогие и редкие супердредноуты! Что толку было респам, что их «Претор» был способен выдержать натиск тысячи обычных разрозненных боевых кораблей, вроде «Щедрых» или «Бунтарей», за один раз — и даже победить в этой схватке! — Если точный концентрированный огонь трех сотен моих кораблей раз за разом пробивал его защиту. Правда, сам он, при этом тогда, был связан боем с «Черным Скимитаром» — что ни говори, а существенный нюанс: придется или каждой оперативной группе придавать такой вот суперкорабль, или добавлять к ней вторую такую же группу. А это уже получается полное оперативное соединение. Впрочем, учитывая общее число таких вот супердредноутов всех типов, имеющихся у меня в наличии, — эти корабли как раз и придется поштучно прикреплять именно к оперативным соединениям.

Кстати, из четырех наличных «Покорителей», импульсные ионные пушки стояли всего на двух: на «Темном Пламени», уже прекрасно показавшем себя в бою — и на еще только достраивающемся «Сиятельном». «Тишина» был переделан в корабль разведки и радиоэлектронной войны: способный «просматривать» и анализировать перемещение кораблей класса до корвета включительно, в пределах чуть ли не всего пространства от Тиона до Мандалора, и от Руурии до Металорна — и заглушить, при нужде, всю связь в целом секторе. А на «Длинной Руке» были смонтированы сверхмощные гравипроекторы: их назначением было не столько создавать тяговые лучи с большим радиусом действия, способные заблокировать боевое маневрирование целой эскадры каких-нибудь «Венаторов» или «Дредноутов». — Нет, их главным предназначением было: точнее наводить по траектории полета «снаряды» собственных масс-драйверных орудий корабля. Я уже как то упоминал, что масс-драйверы на боевых кораблях периодически то занимали нишу главного калибра, то вообще практически пропадали из номенклатуры корабельных вооружений. До этого турболазеры имели абсолютное лидерство, по соотношению мощности, компактности и боевой эффективности — но, существующие технологии их строительства уже подошли к своему пределу. Турболазеры одиннадцатого класса мощности можно было устанавливать только на боевых станциях, или ставить неподвижно, в виде курсовых орудий, с соответствующим эффектом — как на тех же «Щедрых» или «Бунтарях». Ну, или пытаться построить под них, в качестве носителей, суперкорабли — мало уступавшие по размерам боевым станциям: как мне пришлось изворачиваться с «Ассегаями». Инсайдерская информация — о том, что ученым Империи Палпатина удалось-таки сделать достаточно компактные турболазеры подобного класса, сейчас мало помогала: я просто был не в курсе, как именно им это удалось осуществить! Определенные надежды давали работы, которые оружейники вели с киберкристаллами — но тут, как говориться, у меня еще и банта не валялась. К тому же, все подобные спецы в КНС были уже так или иначе мобилизованы дядей в рамках какого-то сверхсекретного проекта — какого, я примерно догадывался, — и в то, что мне позволят забрать для собственных нужд хоть кого-то оттуда, не верил. Зато разработанные недавно новые модели масс-драйверов повышенной мощности, изначально предназначенные для боевых станций или планетарной обороны — в качестве систем ПКО, способных сбивать тяжелые крейсера еще на подлете к планетам, пришлись как раз к делу. Почти пятикилометровая длина «Покорителя» позволяла не экономить на размерах разгонных линейных ускорителей — а колоссальная мощность питающих реакторов, которая была нужна для работы импульсных ионных орудий, была вполне достаточна, чтобы разогнать в масс-драйвере болванку до такой скорости, чтобы она была способна пробить любой планетарный щит. Что еще удобнее — для размещения линейных ускорителей можно было воспользоваться коридорами, предназначенными для внутреннего магнитолевитационного транспорта корабля. Вопрос стоял только с тонкой и точной наводкой: ее то и обеспечивали батареи генераторов притягивающих лучей — они формировали что-то вроде гигантских «гравитационных линз», на пути пролета снарядов, корректируя, тем самым, их полет к цели. Кстати, Яростный Огонь доложил мне, что уже провели успешные испытания этой системы вооружения. — На полигоне, расположенном в соседней звездной системе, с двадцати астрономических единиц уверенно попадали в цель, размером с планету-гигант.

Понятно, что в реальном бою размеры цели будут несколько… меньше. Хотя, по планетам земной группы можно было уже уверенно стрелять с полутора астрономических единиц. Судя по словам Яростного Огня, эффект был великолепным: генераторы планетарных щитов «болванку» не держали — а орудия ПКО ответным огнем по атакующему их противнику, с такой дистанции могли попасть если только случайно. Еще лучше масс-драйверные пушки проламывали защиту боевых станций любых типов. Правда, с малоразмерными, скоростными и маневрирующими целями было не все так радужно. Стрельба даже по «протяженным» целям, вроде плотного строя эскадры боевых кораблей, причем «кластерными снарядами», имеющими вид роев разогнанных почти до субсветовых скоростей твердых «дробин» весом от нескольких сотен грамм до нескольких килограмм каждая, была эффективна на дальности не более двадцати-тридцати тысяч километров. — Через чур велико было рассеивание, даже при наличии корректирующей системы гравитационных проекторов. Работы по повышению эффективности стрельбы велись, но лучших результатов добиться, пока, не удавалось.

После завершения инспекции флота и «технической части», пообщался с командой дежурящих здесь Чародеев: техника техникой, а иллюзорные щиты приходилось поддерживать. Причем, не столько от возможных залетных разведчиков республиканцев, сколько от разного рода визитов, инспекций и проверок союзников по КНС — местный ВПК, как ни крути, строился все же на общие деньги Конфедерации. — Ответственные товарищи имели право знать: как тут, и что делается! Вот, кстати, недавно сам Уот Тамбор прилетал: проверить, как идет внедрение в производство новых боевых дроидов, разработанных для меня его инженерами. Конечно, со скакоанином я мог бы позволить себе откровенность: он-то знал, что такое «коммерческая тайна», и сколько может стоить утечка информации даже якобы «дружественным» структурам — и мог бы поступиться сиюминутной выгодой ради будущих перспектив. Но, сказав «А», мне придется говорить и «Б» — а у меня, между прочим, даже дядя пока был не в курсе аферы с истинными размерами степени «разгрома Энота», устроенными тут респами. Так что, приходилось от всех тихариться. От своих — прежде всего: перспектива, что Дарт Сидиус, или тем паче джедаи, узнают о моей здешней «заначке», меня совершенно не грела! Впрочем, с этой стороны все было прекрасно: Инкар Асим поработал над установкой здешней защиты как следует — никто из визитеров ни разу никакие «незарегистрированные» объекты у Гатариэкка не обнаружил. — Против ситской Алхимии техника оказалась слабовата. Для постороннего наблюдателя, тут все как в официальном отчете: большая охранная эскадра на орбите, стерегущая с трудом восстанавливаемые обломки былого великолепия, и все — а куда не положено, посторонних просто не пускали. Не сомневаюсь, что в случае осложнений Яростный Огонь приказал бы стрелять в любого нарушителя, не раздумывая — но, к счастью, благодаря Чародеям все, до сих пор, обходилось благополучно.

* * *

Наблюдать за военными маневрами, занятие на любителя: сам я в операциях наземных войск разбирался постольку поскольку — в пределах общего военного образования. Ну, чисто как флотский офицер и военный пилот — чтобы знать: куда и как правильно «приложить» на земле несомый груз бомб, или огонь корабельных орудий, чтобы достичь максимального эффекта. Впрочем, Булат об этом был в курсе — цель устроенных им «показательных выступлений» была скорее техническая. — А я тут выступал, больше, в роли дополнительного стимула, для его офицеров: находясь на глазах у высокого гостя даже р'гат'а проявляли больше рвения, чем в случае повседневной рутинной службы. На мой вопрос: не является ли мое, со свитой, присутствие чем-то вроде дезорганизующего фактора, усложняющего управление войсками, Булат только посмеялся, как умеют смеяться р'гат'а. — Невольный хаос, создаваемый присутствием на учениях, моей свиты и меня, учитывался в штабных планах как «неосознанное вражеское противодействие». Нда, черт этих «сапогов» разберет, с их идеями…

Для меня лично важнее было не определить и утвердить более отвечающее задачам штатное расписание воинских частей — с этим Булат и его подчиненные сами справятся лучше, чем я, с моими поверхностными знаниями. — И даже не озабоченность уровнем военной подготовки новых военных контингентов. Тут, надо было выбирать: что из техники и вооружений, исходя из полученного реального боевого опыта, стоило производить в больших количествах. — А производство чего лучше было по-тихому свернуть, пока можно: перепрофилировав производство на выпуск чего-то куда более насущного. По части рассчитанной на живых солдат боевой техники можно было сказать уже совершенно определенно: старые добрые ААТ и МТТ по-прежнему рулили — когда то изначально разработанные под органиков, они перепрофилировались из управляемой дроидами техники в обычные танки и БТРы легко и быстро. Очень хорошо к ним в дополнение пошло мое относительно «свежее» приобретение: выменянный у Куата легкий боевой шагоход АТ-РТ — более быстрый и маневренный, чем репульсорные танк и тяжелый БТР, он еще и мог, в придачу, применяться на сложной в плане рельефа местности. — Или там, где было велико воздействие атмосферного электричества, и бушевали ионные шторма — и где репульсоры просто не могли работать нормально. В таких же местах очень хорошо шла, в качестве вспомогательной патрульной и разведывательной машины, другой легкая боевая машина — утапауанское «колесо с ногами» — Tsmeu-6. Что интересно: если с истребителями, разработанными на Утапау — кроме «жестянки» «Манквима», — у меня были проблемы, то вот с лицензионным выпуском Tsmeu-6 все было тип-топ: возможно, другие тамошние разработчики не хотели лезть в политику, или они больше любили деньги? К сожалению, проект «Скакун», на который возлагались такие большие надежды, что называется — «не пошел». Если с боевой эффективностью у четвероногого персонального легкого транспорта все было в порядке, то вот цена… то же «колесо» Tsmeu-6, даже в «боевом» варианте, с установленным на месте пассажира модулем с вооружением, было попросту дешевле. А куатский двуногий шагоход АТ-РТ, при сопоставимой стоимости, был более эффективен как боевое средство — и к тому же, был надежнее, проще в обслуживании и дешевле в эксплуатации. Возможно, будь у моих тионцев побольше времени, они все и отладили бы — но война имела свои приоритеты. В результате, и Корлакс, и Джаминере перешли на выпуск лицензионных АТ-РТ и Tsmeu-6. — А оставшиеся «Скакуны» постепенно переходили в разряд понтовых статусных игрушек — вроде «представительского» личного транспорта для полевых командиров в частях живых солдат КНС. Впрочем, и респы «Скакунами», в качестве трофеев, не брезговали — так же как, например, джеонозианскими спидербайками: а те тоже охотно использовались и у меня, и в силовых структурах других членов КНС как легкий многоцелевой персональный транспорт. Хотя, более массово для армии, в качестве спидербайков у живых солдат, использовали платформы STAP. — Подчиненные Уота Тамбора с Металорна смогли удачно переделать их под использование не только дроидами: может, не очень удобно «висеть на руле», да и доспехи пилоту нужны — зато с самим спидербайком получилось дешево и сердито.

Вся эта пилотируемая техника подкреплялась несколькими типами дроидов-танков, игравших роль своеобразных «штурмовых орудий», средства огневой поддержки: колесная ракетная платформа «Огненный град», гусеничный дроид-танк «Увещеватель» и карликовый дроид-паук у меня выпускались массово, по лицензии. — Было намерение выпускать и продвинутую версию дроида-паука: пусть она и сильно подороже, чем старая версия, зато ее боевая эффективность куда выше, как показали испытания. А вот модернизированный репульсорный дроид-танк GAT, так много обещавший сначала, «не сыграл»: его нишу тупо заняла дроид-канонерка — Тяжелая Ракетная Платформа. — Которая, в качестве средства огневой поддержки, потеснила еще и «наводящегося дроида-паука», вместе с тяжелым треножником — «Октуптаррой». — Производство и OG-9, и Три-дроида у себя я даже вообще организовывать не пытался, покупая готовые у того же Техно Союза — тем более, что их и требовалось моей армии относительно немного. Из более легких, занимающих промежуточное положение между боевыми дроидами — «пехотой», и дроидами-танками, у меня сейчас строились только Дройдеки. Эти коликоидские «колобки» показали себя незаменимым средством огневой поддержки пехоты, и прекрасным контрабордажным оружием во флоте. Обычных «Октуптарр» и дроидов-крабов я закупал для своей армии у того же Уота Тамбора в ограниченном количестве: у одних было плохо с живучестью, а другие слишком дорого стоили…

Между тем, закончив свои экзерсисы, воинство Булата чинно продефилировало перед местом, где мы с ним располагались: артиллерия — начиная от буксируемых протонных пушек J-1и кончая самоходками на базе шасси ААТ — тоже, кстати, массово производимые как здесь, так и в пределах других миров Тиона системы вооружений. — А так же штатная боевая техника и транспортные средства. Строем, в разных сочетаниях живых солдат и «механики», прошли подразделения р'гат'а в сопровождении боевых дроидов. Пока что, в основном В-1 и В-2 — жестянки были дешевы в изготовлении, и достаточно эффективны, если ими непосредственно управляли — через тех же дроидов-тактиков — р'гат'а. Сами эти дроиды-тактики. Еще более дорогие дроиды коммандос типа ВХ, и разведчики — «хамелеоны» типа «Спелункер». Несколько раз в строю мелькали редкие дроиды-ассасины А-серии и новые типы дроидов, разработанных специалистами Уота Тамбора по моим заказам. Над всем этим чинно плыли проб-дроиды — в качестве ближней разведки и боевого охранения «парадных колонн».

Впрочем, нормальное авиационное прикрытие и авиационная поддержка — из тех же ТРП или «Стервятников» здесь тоже присутствовало. И то, и другое было импортным — точнее, с других моих подконтрольных предприятий, — но не с Гатариэкка. А вот барражирующие в вышине модифицированные перехватчики «Манквим» были продуктом местного розлива! В свое время, поняв, что горшки с аэрокосмическими фирмами с Утапау у меня побиты крепко, решил не иметь дальше с ними дел: как говорил ранее, лицензию на «Разбойник» мне так и не продали, а производство «Белбуллаба» я вынужден был свернуть — несмотря на все внутриконфедератские соглашения. С «Манквимом» все оказалось куда интереснее и сложнее: разрабатывали то его тоже инженеры с Утапау — а вот права на эту разработку, числились за Техно Союзом, в лице моего доброго знакомого Уота Тамбора. Поэтому, когда недавно встал вопрос об организации производства на Гатариэкке каких-нибудь истребителей, выбор закономерно пал на него: пробовать начать здесь делать что-то более сложное, было рискованно — а сиенарский «Кинжал», к тому моменту, полностью исчерпал весь потенциал для модернизации. К тому же, на самой Лианне его уже снимали с производства — неизбежно возникли бы проблемы с техническим сопровождением. Запущенный там же в производство ТАИ-файтер Сиенар, пока, лицензировать для других предприятий и фирм отказывался наотрез. То ли не хотел портить и без того натянутые отношения с Республикой — то ли Дарт Сидиус на него надавил. А жаль! Ну, а «Манквим» уже успешно производили в нескольких местах Тионского кластера: не очень эффективный, он был потрясающе дешев — успешно компенсируя числом свои не высокие летные качества. Но, р'гат'а'кай'и сейчас как раз и требовалось что-нибудь… «числом по более, ценою подешевле». Я тогда, на просьбу Пурпурного, только пожал плечами, и передал всю необходимую для организации производства техдокументацию.

Как выяснилось по ходу инспекции, местные умельцы здорово приложили свои ручки к конструкции, когда запускали здесь его массовое производство. С учетом того, что за образец для подражания они взяли поднятые здесь когда-то со дна океана старые республиканские истребители «Аурек», как раз и бывшие источником вдохновения проектантам самого «Манквима», результат вышел… интересным. Не сказать бы, чтобы вид машины изменился до первоначального: тот же самый фюзеляж в виде семечка-переростка — разве, что более сильно вытянутый. Смещенная взад кабина, была с характерными переплетами «белбуллабского» фонаря, за кабиной — генератор дефлекторного щита, стандартного для «Манквима» образца. Если глянуть сзади, то первое отличие было видно невооруженным глазом: мощный громоздкий однокамерный двигатель, с управляемым вектором тяги, от старого перехватчика, был заменен более легким и компактным — но не менее мощным двухкамерным движком. — От изменяемого вектора тяги отказались, в виду его малой эффективности — а хорошую маневренность обеспечивали стандартные реактивные микродвигатели, расположенные на законцовках гораздо более развитых, убираемых коротких крыльев. В общем, внешний вид модернизированного аппарата стал несколько более походить на своего древнего прародителя: истребитель «Аурек». Отличие было в расположении лазерных пушек: у «Аурека» они были прикреплены, на поворотных узлах, к тем же самым крыльям — а тут были вынесены вперед, по бокам фюзеляжа, на специальных поворотных лафетах — вроде как у республиканских «Нимбусов». Кстати говоря, как и у них, там стояло по спарке легких лазерных пушек, а не по одной тяжелой — как у «Аурека». Но, основное отличие новой модели в вооружении было не так заметно. В удлиненном фюзеляже находилась пусковая установка: для ракет и протонных торпед, а так же — наводящихся бомб — которую туда удалось впихнуть. — Слегка переработанный «подарок», взятый от «Гиены» — тоже на шесть единиц боеприпасов. Загружалась установка сверху: через откидную панель перед фонарем кабины — а выходной стрелковый порт для ракет, торпед и бомб располагался под фюзеляжем, с правой стороны от продольной оси машины. Номенклатура типов боеприпасов для пусковой установки была самая широкая: под любой возможный тип цели. Все это делало перехватчик не только неплохим догфайтером, но еще и легким ударным истребителем. Разумеется, к «меду» прилагался и «деготь» — как же без этого? Из-за потяжелевшей конструкции несколько упала скорость — так быстро летать на спринтерские дистанции, как мог старый «Манквим», обновленный истребитель уже не мог.

Впрочем, это с лихвой компенсировалось улучшением маневренности, и резким усилением огневой мощи. А вот то, что длительность активного полета так и осталась в пределах двух часов, было уже не так хорошо: малый радиус действия ограничивал боевое применение. Соответственно, ни гиперпривода, ни системы жизнеобеспечения ставить так и не стали — не было смысла, а во втором случае вполне достаточно было скафандра у пилота. Вот на гравикомпенсаторы разориться пришлось — летать то на нем не дроиды будут. Впрочем, насчет дроидов я не совсем прав: в истребитель впихнули, в качестве «автопилота» и прицельной системы, модифицированный дроидный «мозг» от «Стервятника» — нос машины, кроме штатного набора сенсоров, дополнительно украсился еще и парой характерных фоторецепторов. — Одному пилоту и «рулить» машиной в бою, и одновременно наводить оружие было затруднительно.

Когда был на одном из заводов, где велось производство истребителя, не отказал себе в удовольствии тряхнуть стариной, и лично облетать одну из новых машин. Что же, это конечно не «Буря», не «Джинивекс» и даже не ТАИ-файтер — но аппарат показался мне послушным и приемистым. — А ракеты и лазерные очереди на полигоне точно ложились в цель. Обязательно попрошу Тофена дать свое заключение, а пока заберу с собой несколько образцов — для дальнейших испытаний уже в Тионе — и техдокументацию. Модифицированная машина, конечно, подорожала втрое, но все равно — по деньгам она обходится удивительно дешево: дешевле даже ТРП. Да, в любой жестяной мастерской ее теперь тоже на коленке не сделаешь. Но, все равно — модель виделась мне чрезвычайно перспективной, к внедрению. Ладно, поживем и посмотрим. А пока, попрощавшись с Пурпурным, Булатом и иными знакомыми р'гат'а, отправился дальше — путь мне еще предстоял не близкий, и не скорый.

* * *

Разглядываю инфочип как готовую ужалить змею: по внешнему виду и не скажешь, что эта штучка способна взорвать солнца и опустошить планеты — а уж людей и вообще перебить без счета! — Ну, это смотря в чьи руки «бомба» попадет, само собой. Что же, я уж постараюсь, чтобы инфочип попал туда, куда надо. Только надо все сделать поаккуратнее…

Отбыв с Гатариэкка в самом прекрасном расположении духа, я скоро сильно подрастерял оптимизм. Как уже упоминал, эвакуировавшиеся с Корпира республиканцы ободрали планету до нитки. То, что смогли увезти — увезли, а то, что увезти не смогли — попросту подорвали — потраченной Великой Армией Республики взрывчатки хватило бы, наверное, чтобы разнести в куски целую армию вторжения. Умом я понимаю, что эту самую армию дроидов они мне там сэкономили, но видеть разваленную экономику и голодное население, которое надо как-то накормить — радости не приносит. Только заботы. На остальных новоприобретенных мирах, обычно, дело обстояло не намного лучше: или сторонники Конфедерации сами сдавали свои планеты респам только после разгрома — с соответствующими последствиями. — Или ВАР старательно «бомбила» все, уходя после провала атаки на Тион и последующего нашего контрнаступления. В любом случае, многие планеты, что хотя бы немного возвышались по своему технологическому уровню над планкой с надписью: «культурные дикари» — практически лежали в руинах. Более или менее уцелели лишь те миры, что официально считались нейтральными или неприсоединившимися — или те, откуда респы драпанули слишком быстро и неожиданно, ничего не успев поломать напоследок. Что самое хреновое: как правило, развитые планеты и население имели соответствующее — и это население надо было чем то, и на что-то кормить. Если с кормежкой все было еще туда-сюда — запасы продовольствия создавались еще с начала войны, да и производство его и у меня, и вообще в КНС, только росло. — То вот с восстановлением промышленности могли возникнуть серьезные проблемы: одному мне эту тяжесть не потянуть. В общем, пока летел, сделав огромную петлю от Корпира до Салинского Коридора, а потом по нему — до Колумекса, добираясь по Перлемиану дальше, до Лианны, успел прикинуть и обдумать несколько возможных вариантов действия.

По всему выходило, что без помощи от союзников у меня ничего не выйдет — поднять разваленную войной экономику даже одного мира, дело крайне сложное. А с другой стороны: население новых захваченных миров надо еще как то перетягивать на свою сторону — сторонниками Конфедерации там были отнюдь не все местные жители. И моим тионцам, и Техно Союзу, и Корпоративному Альянсу, и Коммерческой Гильдии — каждому хотелось новых рынков и новых горизонтов развития. Более того, бизнес был даже готов за это «заплатить» инвестициями в развитие местных инфраструктур! Ну, понятное дело — за очень хороший процент прибыли, в последующем — как же без этого? Будь это просто «временно оккупированные территории» — выдал бы желающим лицензии на грабеж. — За соответствующую плату, разумеется — и не парился бы потом. Но, я твердо решил обосновываться на новых территориях всерьез и надолго: как заявившего о себе лидера объединенного Тионского кластера, меня что-то меньшее, чем восстановление аналоги древней империи Ксима не интересовало — да и подданные меня тогда не поняли бы. Какой тогда выход? — привлечь инвесторов и сделать так, чтобы они не занимались откровенным грабежом «осваиваемых земель». Легко сказать! Впрочем, другого выхода не оставалось: придется как-то договариваться — тем более что, как сказал выше, ради перспектив развития товарищи готовы были постараться.

По прибытии на Лианну, тем не менее, пришлось снова заняться вопросами с «железом»: лицензировать свои разработки еще где-нибудь, кроме как на предприятиях концерна «Сиенар/Санте» Райт Сиенар по-прежнему наотрез отказывался. — То ли ждал еще манны небесной, в виде огромных заказов от ВАР и республиканского флота, то ли просто боялся гнева Палпатина. Короче говоря, «Мародеры» и «Левиафаны» можно было строить только и исключительно на Лианне, точно так же как и канонерки «Скипрей» с ТАИ-файтерами: можно делать вид, что за действия своих партнеров по бизнесу он ответ не несет! При этом, жадность старины Райта простиралась настолько, что договариваться о развертывании производства всего вышеперечисленного на Абине, верфи которого перешли под контроль «Систем Безопасности Санте», он прилетел на Лианну лично — война войной, а бизнес бизнесом. Надо сказать, что обнаруженные когда-то, на поднятых из глубин гитариэккского океана кораблях, шаттлы-дроидоносцы КТ-400 неожиданно заинтересовали руководство Сепаратистской Армии Дроидов: прежде всего, в силу особенности наших воинских контингентов. У КНС образовался некий провал в линейке десантно-штурмовых судов: крейсер «Алмаз» или десантная баржа С-9979, и даже транспорт «Хардселл» были достаточно крупными по размерам. — А приспособленные для переноски десанта Тяжелые Ракетные Платформы, или ксичарские «Звездные Вспышки» — слишком маленькими. Были, конечно, у КНС и другие челноки — но они на роль именно десантно-штурмовых судов не годились совершенно. Ну, а тут халява подвалила: поменять авионику и вооружение на новые — плевое дело! — И вот уже вполне себе готово транспортное средство, способное доставить в гущу боя, чуть ли не батальон «гуманоидных» боевых дроидов зараз. В общем, получалось что-то вроде МТТ, только летающее.

Естественно, в качестве платы за согласие лицензировать производство сиенарского модельного ряда хотя бы на Абине, предложил Райту поделиться будущими доходами от внедрения новой модификации КТ-400 через фирмы, в которых он имеет долю. Вот насчет этого Сиенар всегда готов был сказать свое «да»: запашка от денег Райт не чуял никогда — только запах самих денег. Увы, но насчет открытия новых предприятий «Сиенар/Санте» еще где-то в пределах Конфедерации Райт пойти опять категорически отказался. А была у меня мысль «подписать» Сиенара на долевое участие в модернизации орбитальной инфраструктуры у Баранкара и на Корлаксе — с прицелом организации там производства, прежде всего, ТАИ-файтеров, «Скипреев» и КТ-400. Так что, все это счастье будет строиться исключительно на самой Лианне, или на Абине. Пустячок, однако, неприятный: колоссальные производственные возможности самой Лианны не беспредельны, да и на Абине реконструкция идет еще полным ходом. — А претендент на продукцию тут не только я сам, с моими карманными армией и флотом, но и игроки посильнее и побогаче меня. Впрочем, это было бы еще полбеды: возможность потерять разом всю производственную базу, нанеси Республика один хороший удар, слишком велика — а на Корусанте сидят совсем не идиоты. Когда там начнут составлять более реальные планы, и аккуратнее проводить их в жизнь — легкая жизнь для нас мгновенно закончится.

Что бы Райт особо не зазнавался, и понимал, что на нем одном свет клином не сошелся, продемонстрировал ему «Манквим Марк 2». Как раз, присутствовавший здесь же Тофен Вейн нам с ним истребитель в полете и продемонстрировал — и в учебных боях с ТАИ-файтерами тоже. Перед этим, Тофен так же лично опробовал новую модель ТАИ-файтера, только что поставленную на конвейер — собственно, сам Сиенар и приехал на Лианну отчасти и из-за этого тоже. Райт все еще не оставлял мысли: побороться с Куатом за заказы ВАР — и продать им свой, более дешевый, истребитель. — Заключение Вейна, признанного одним из лучших асов по обе стороны фронта, было бы ему неплохим подспорьем в этом деле. В общем-то, Тофен положительно оценил и сиенарские творения, и обновленный «Манквим» — каждые в своем роде. Райт все равно… вилял: похоже, жадность у него все никак не могла победить страх перед возможной реакцией военных Республики, или еще хуже — самого Канцлера. — Так ничего больше толком и не добившись, в переговорах с ним, отдал приказ начать перевод заводов Баранкара, выпускавших «Манквим» массово, на выпуск модификации, сделанной инженерами с Гатариэкка. Вопрос с Уотом Тамбором я мог уладить отдельно: думаю, он и сам не откажется от такого «подарка», сулящего новые заказы от КНС — и большие деньги.

С женой и детьми удалось увидеться только мельком: когда побывал с визитом у леди Вальес Санте — Леония с Гарольдом и маленькой Тессией как раз прилетели к ней в гости, по ее приглашению. Увы, время промелькнуло совершенно незаметно — а дела уже не просто подталкивали в спину: они в нее буквально пинали коваными сапогами! Пробыл с близкими совсем немного — куда меньше, чем мне хотелось бы. Потом, попрощавшись с ними, леди Санте и Тофеном, полетел на Фелуцию — договариваться об инвестициях, которые могла бы сделать Коммерческая Гильдия в моих новых владениях…

Шу Май, быстро схватив суть моих проблем, согласилась пойти мне навстречу: понятно, на взаимовыгодной основе — но, иного я, в принципе, и не ожидал. Куда лучше было то, что требования госсамки, и в ее лице — Коммерческой Гильдии, были вполне приемлемыми. Естественно, на все новоприобретенное ресурсов у Шу Май не хватило бы, потому как у Коммерческой Гильдии и свои новые проекты были, но главное — лед тронулся! Отправляясь на встречу с Уотом Тамбором и Пасселом Ардженте, я уже имел в своем «инвестиционном портфеле» кое-что, для новоприобретенных территорий. Куривары моих ожиданий тоже не обманули: Пассел Ардженте согласился внести свой вклад в освоение «трофеев». — С учетом нашего нового совместного проекта на Эломе, даже гораздо больше, чем Коммерческая Гильдия — поскольку помощь «новым членам КНС» неплохо маскировала движение грузов и персонала в направлении нашего нового «ломмитового эльдорадо». — Деньги от разработки которого, кстати, уже пошли нам широким потоком — но, теперь, еще острее встал вопрос сохранения тайны. Так что, прибыв на Металорн, в тамошнюю резиденцию Уота Тамбора, я уже имел в активе достаточно средств. Скакоанин, впрочем, тоже не захотел отказываться от присоединения к хорошему, денежному делу — ну, или тому, что могло принести хорошие деньги впоследствии. Легко, и к взаимной выгоде, мы так же утрясли вопрос и с лицензированием «Манквим Марк 2»: потребность в относительно дешевом истребителе, рассчитанном на живых пилотов, в КНС ощущалась все острее. А еще, скакоанин выдал мне инфочип, с ключами-дескрипторами и программой, способной взломать блок памяти ганреева механического кресла…

Специалисты Техно Союза, совместно с аквалишами По Нудо, справились с заданием прекрасно. Понятно, что Уота Тамбора очень интересовало: нафига мне это нужно? — но скакоанин был со мной знаком уже достаточно долго, чтобы не задавать скользких вопросов. Впрочем, как я понимаю, ни он, ни По Нудо в накладе не остались: взлом протоколов защиты коликоидских дроидов сулил, в будущем, столько заманчивых возможностей, что уже одним этим окупал все затраты времени и сил на подобную работу. Естественно, об этой работе был в курсе только очень ограниченный круг лиц: ребята с Коллы-4 очень не любили, когда кто-то пытался совать свой нос в их секреты. Ну, а поскольку они вроде как были нашими союзниками… при огласке вонь стояла бы такая, что проще было бы застрелиться. Так что, и Уот Тамбор, и По Нудо были кровно заинтересованы, чтобы количество осведомленных об этом никак не расширялось.

Не удержался! У себя, на «Черном Скимитаре» просмотрел копию ганреева архива: Сидиус там был, и его было много! — прямо как настоящее портфолио звезды ГолоШоу. Да еще и с сопроводительным текстом. В общем, даже бывший не в курсе истинного положения дел Шутинг Стар, которого я использовал в качестве аналитика, сразу выдал заключение: таинственный визави Нута Ганрея не может быть никем иным, как Великим Канцлером Республики Шивом Палпатином. — И предложил то, от чего я немного охренел: арестовать Ганрея за измену делу Конфедерации! — это был финиш, простите за такое слово. В общем, приказав дроиду-тактику заблокировать у себя в памяти данную информацию — с доступом к ней только мне или дяде! — принялся размышлять, как лучше донести данное открытие до Скайуокера. Никому иному из джедаев я сейчас довериться не решился бы. Был у меня во Втором Бюро один человек… тот еще авантюрист — звали его Хаарн Виргаан. Точнее, полное его имя было куда длиннее, как и полагалось урожденному тионскому аристократу из обедневшей, но старинной и почтенной семьи. Собственно, как и многие тионцы, он начал работать еще на моего приемного отца — и только после начала войны Гарольд Тион уступил его мне, для ново организованной службы флотской разведки. У чела было надежное прикрытие: легальный бизнес. — А еще он вполне себе имел дипломатический иммунитет: благодаря связям с одним из правительств в системе Алмания, которое придерживалось прореспубликанской ориентации. В свое время, Хаарн прекрасно поработал на Мандалоре, в числе других моих агентов подготавливая операцию по ликвидации Мола и его брата. А сейчас он специализировался по операциям на черном рынке торговли стратегическими материалами — тоже благодаря именно своим легальным связям. Так что, причина, для визита на Корусант, у него будет основательная, с этой стороны никто не придерется…

* * *

От Металорна полетел «домой» не быстрым путем — через Перелемиан, на Лианну, и дальше до Джаминере — а отправился посмотреть на даллалтские находки. Не то, чтобы я ожидал чего-то неожиданного или сверхважного, но скреблось где то в глубине сознания странное любопытство. А такие намеки Силы надо всегда рассматривать самым тщательнейшим образом: само по себе это жу-жу-жу просто так не возникает! — Вопрос: а на что мне хотела намекнуть Сила? — можно было решить, только побывав на месте. С одной стороны, возможно было найти какие-то места Силы — годные для подпитки того же процесса создания дроидов-ассасинов А-серии: как то же Ксиму удавалось строить своих эффектных «боевых роботов» на примитивной технологической и элементной базе. Слухи про то, что к тионцам в древности попали в руки какие-то осколки технологий Империи раката ходили упорно с незапамятных времен. У раката вся техника работала или через Силу, или делалась с помощью Силы — от империи Ксима никаких останков, в которых было бы даже малейшее повышение фона Силы не осталось. — Даже на пресловутой Нусватте, которую те же джедаи, в свое время, облазили вдоль и поперек. Сейчас на месте, где в прошлом располагались знаменитые «сады» даже эхо от смерти многочисленных жертв местного изуверского культа Хо было едва ощутимым, где уж тут: «Сила, Сила» — двадцать пять тысяч лет это вам не перезрелый майлорун съесть. А с другой… ну был я и на Вьюне, и на Кар Шиан — и даже на Коррибане с Дромунд-Каасом: планеты и планеты, что сказать. — Фон Силы, конечно, был повышенный, и Темная Сторона там ощущалась очень отчетливо. Но, в той же сердцевине Кладбища Крона, этот фон зашкаливал еще больше. Да и на Туле, где есть природные аномалии, Темная Сторона в них была сильнее, чем даже на том же Коррибане — ну, кроме Долины Лордов, понятно. Только, какой дурак полезет в Долину Лордов без крайней нужды? Как говорят, хуже только пресловутая Долина Джедаев на Руусане — но не знаю, я там никогда не был. Да и не стремлюсь туда попасть, честно говоря: есть места, которые разумный всегда должен обходить стороной, по мере сил и возможностей. Особенно, если это одаренный разумный. И, не говорите, пожалуйста, про опасности Темной Стороны и прочую муть — в таких местах и Светлая Сторона Силы прекрасно сносит крышу человеку! Такие места они как напоминание: не стоит делать некоторые вещи, какими бы соблазнительным и невинными они поначалу не казались.

Что же, пообщался и с ученой братией, и с местными аборигенами — и автохтонными обитателями Даллалта, и теми бедолагами, что были потомками экипажа «Королевы Ранруна», нашедшей здесь последнее пристанище. Потомки бывших гвардейцев Ксима, кстати говоря, были почти поголовно сенситивами: не одаренные, в прямом смысле — уровень мидихлориан в крови был всего, в среднем, раза в полтора выше обычного для хуманов. — Однако, кое-что они умели — и, самое главное, бережно передавали крохи этих умений своим потомкам. Вообще, интересный оказался народец: их лояльность обошлась мне совсем недорого, а польза от их преданий и легенд была несомненная — вместе с этими самыми их приемами ментальных техник. А еще интереснее оказались те самые «военные роботы» Ксима, которых я впервые увидел в работоспособном состоянии. — И это несмотря на прошедшие две с половиной сотни веков! Большая часть боевых роботов была не тем, чем являются обычные дроиды — а чем то вроде дистанционно управляемых модулей-дронов. Фактически, любые «мозги» у них отсутствовали как класс: микропроцессоры, отвечавшие за движение, коммуникации и стрельбу не содержали даже намека на наличие искусственного интеллекта. Эффективность такого дрона, как боевой единицы, полностью зависела от качества подготовки его оператора. Правда, огневая мощь этой своеобразной ходячей платформы огневой поддержки, даже по сегодняшним временам, внушала уважение. Да и возможность держать оператора такой жестянки во втором, а то и третьем эшелоне, тоже несомненный плюс — судя по всему, каким бы деспотом Ксим не был, своих солдат он всячески берег. Теоретически, современные боевые дроиды — даже подчиняющиеся Станции Управления В-1, - были гораздо более эффективными, в плане использования в военных целях: они не требовали операторов вообще. Но, применительно к р'гат'а наличие таких вот дистанционно управляемых модулей имело некоторый интерес — не сомневаюсь, что обитателям Гатариэкка освоить ментальное управление таким жестянками вполне по силам!

Куда интереснее оказались так называемые роботы-гвардейцы: вот это были уже вполне себе настоящие боевые дроиды! — причем, сделанные и вправду с применением каких-то техник Силы. А вот каких именно техник… сказки местных были странные, а временами так и просто страшненькие — но, ни в одной не говорилось: как же, именно, их предки делали такие замечательные механизмы, при отсутствии у них форсъюзеров высокого класса, к тому же — знакомых с ситской Алхимией. Нет, про ракат Выжившие прекрасно помнили — однако, совершенно не связывали их со своим железным воинством. А что мы имеем в результате: металлические болваны почти трех метров ростом, покрытые сплавом кириума — материал неплохо держал лазерные и плазменные выстрелы, кстати. — С набором самого разнообразного вооружения: ракеты, гранаты, лучевые пушки — что-то вроде комбинации плазменного и лазерного оружия, огнеметы и совсем уж галимая экзотика, вроде электропушек и сонических шокеров. Круче того, этот болван несет внутри такие же микрочипы, сделанные на основе кристаллов митаг, что и его более «тупые» собратья — а «соображалка» у него, при этом, ничуть не хуже, чем у какого-нибудь протокольника или астромеханика! Нет, работает это совсем не как эвристический процессор: возможностью самообучения там даже и не пахнет — скорее, это похоже на что-то вроде высокоуровневый базовый процессор, которые ставят на боевых дроидов типа GX-1. — Кстати, по своим боевым возможностям «гвардеец» примерно им и соответствует. Но, главное даже не в этом: как раз эти дроиды отпечаток Силы вполне себе несли! — и благодаря этому могли действовать не просто самостоятельно, а еще и вполне «осознанно», как бы «чувствуя» окружающее пространство.

Оставался нерешенным вопрос: где именно местные могли «заряжать» потоками Силы своих жестянок? Насчет природных аномалий подходящего свойства тут было туго. А предания Выживших четко гласили: собирать дроидов их предки могли еще несколько столетий спустя, после катастрофы «Королевы Ранруна». — Обычных же военных роботов они, по их словам, вообще могли делать с нуля еще каких-то пару тысяч лет назад: мастерская была разрушена в результате набега неизвестных и непонятных агрессоров. От налетчиков отбились, уничтожив в ноль — в том числе и благодаря помощи «гвардейцев», — но и производственные мощности, и люди, которые умели на том оборудовании работать, погибли. Как ни странно, ответить на этот вопрос мне помогли не местные жители, а археологи с Рудрига. Роясь внутри Сокровищницы Ксима на Даллалте, они наткнулись там, на остатки одной необычной конструкции — кстати, именно рядом с помещением, где находилась эта конструкция, и были расположены те самые мастерские, где когда-то делали военных роботов. Как это обычно бывает у археологической ученой братии, непонятное сооружение они сразу записали в культовые сооружения. Даром, что Выжившие были народом удивительно не религиозным, так они еще и прямо сказали, что это никакая не «молельня» — а совсем даже часть древней фабрики. При обследовании, мне вся эта конструкция показалась до ужаса похожей на чертов Собиратель Силы: конструкция немного другая, но спутать эхо Силы, когда находишься в фокусе концентратора, с чем-то другим — было попросту невозможно. Только вот если Собиратель излучал — через Силу — собранную вокруг жизненную энергию вовне, в виде эманаций Темной Стороны, тем самым уничтожая вокруг все живое, что не находилось в специальных «затененных» зонах работающей установки. — То эта штука отводила потоки выкачиваемой жизненной энергии куда-то вовнутрь — куда и зачем, было непонятно: все сооружение сильно пострадало еще в незапамятные времена. Настораживало и другое: вокруг этого места совсем не было фона Темной Стороны — который неизбежно там должен был бы появиться, удайся хоть кому то запустить эту «машину смерти» в работу, даже один-единственный раз. Не было там ничего, и все тут!

Поскольку в развалинах ничего интересного больше не нашлось, то попросил товарищей с Рудраига ознакомить меня с результатами работ по реконструкции облика древнего флагмана Ксима. И вот тут меня ждал сюрприз, да еще какой! — в одном из отсеков корабля археологи нашли обломки, которые четко коррелировались по своей конфигурации и составу с объектом в развалинах, что я видел ранее. Более того, тамошня установка была, судя по всему, в полном комплекте. И археологи — фанфары! — дружно записали ее в разряд культовых сооружений, разглядев, в том числе, пресловутые пиктограммы и знаки культа Хо. — Даже по «элементам» все сооружение разбили: «алтарь», «жертвенник», «загоны для жертв» и прочее. — Мне и смонтированный компьютерный голофильм-реконструкцию показали, как эта механическая скотобойня, якобы, работала. Что же, надо сказать, что меня они впечатлили: ребята даже не догадывались, как они ошибались в своих предположениях — тут не приносили в жертву животных, тут убивали людей! — Или, во всяком случае — разумных существ: жизненная энергия животных почти совсем не годиться для того, чтобы преобразовывать ее в потоки Силы. А от обломков этой гигантской «мясорубки» до сих пор несло Тьмой — казалось, сам металл был пропитан эхом бесконечной агонии жертв. Не требовалось даже дара Психометрии, чтобы понять, как именно подручные Ксима делали ему таких замечательных боевых дроидов: выкачивание Жизненной Силы из убиваемых разумных существ сопровождалось ее преобразованием в потоки Силы — через Собиратель. — После чего, сконвертированные потоки Темной Стороны — а только они могли идти через «мертвое железо» — подавались на своеобразный конвейер, по которому к установке доставлялись военные роботы. Я тут кое-что прикинул, воспользовавшись бесполезно лежавшими в голове, до сих пор, знаниями по ситской Алхимии: для трансмутации одного военного робота в «гвардейца» требовались жизни двух-трех обычных разумных. — А замучив здесь одного одаренного, можно было бы получить сразу несколько таких дроидов. — Хреновая арифметика получалась!

От греха подальше, изъял у господ археологов все материалы по этому вопросу, и не поленился лично промыть им мозги с помощью майнд-трика — не хочу рисковать, чтобы какому-нибудь засранцу в руки попали эти сведения. Никто не знает — некому будет и воспользоваться этой хренью! Вот интересно, а не были ли неудачи последних лет царствования Ксима своеобразным «откатом» — местью самой Силы за вот такие фокусы? — А хатты и их клевреты просто исполнили работу палачей, когда незримый судья безмолвно огласил свой приговор. Или, это мне просто так мерещиться? В любом случае, мое возвращение домой оказалось не таким радостным и легким, как я надеялся. Вот спрашивается — зачем мне еще и эта головная боль?

Интерлюдия 15

Холод Стикса

Таллисибет уже два месяца, как жила на этом странном корабле: «Песчаная Бабочка» то осторожно кралась где-то в лабиринтах Спирали Индрексу, то чего-то искала у Кладбища Крона — а то вообще ушла из Тионского кластера в пространства Корпоративного Сектора Автаркия. Цель стремительного броска от Корусанта до Тиона, чтобы потом бессмысленно мотаться где-то по задворкам обитаемых миров кластера, была девушке совершенно неясна — а просветить ее относительно задания и намерений их команды, никто из наставников не поспешил. Она попробовала разузнать что-то у Маарека — но паренек и сам не представлял: что они в тех местах забыли? Пытаться узнать какие-то подробности у антарианцев? — ну, она не настолько наивная! И экипаж корабля, и команда «ледорубов» и аналитиков — и даже старательно избегаемые тем же Маареком боевики, — никто из них не отказывался обучить девушку тому, что ее интересовало. — Понятно, в том деле, в котором они сами были специалистами. Все это началось еще тогда, когда они сидели на Корусанте: мастер и другие джедаи пропадали неизвестно где, и подолгу — и они, с ее новым другом, оказались предоставленными самим себе. Кто именно предложил «улучшить уровень образования»: она сама, Маарек или это аккуратно сделал кто-то из команды, проинструктированный кем-то из наставников, — девушка не могла бы сейчас вспомнить даже под страхом смертной казни. Да это было и не существенно. В результате Таллисибет здорово продвинулась в постижении искусства астронавигации, взлома чужих датападов и даже дроидных мозгов — и узнала кучу полезнейших сведений по тактике малых групп: вот этому, кстати, юнлингов и падаванов в Ордене не учили совершенно! А, между прочим, жаль: как по ходу ее обучения выяснилось, работа в команде здорово облегчает жизнь любому бойцу или разведчику — будь он хоть обычным человеком, хоть джедаем. Узнав о том, чему она учиться у антарианцев, мастер Харрод только похвалил ее: по его словам, Сила могла помочь не во всем, и не всегда — в ином случае, как сказал мастер Мика'авин, добрый бластер был куда лучше джедайского меча. Что ее наставник под этими словами имел в виду, Таллисибет, тогда, в начале ее обучения у Рейнджеров, не совсем поняла. Это понимание пришло к ней немного позже — когда Учитель плотнее занялся ее обучением сам.

До этого Таллисибет считала себя хорошим мастером прятаться и ускользать от чужого внимания: свое прозвище — Лазутчик — она получила от друзей и знакомых по Ордену не просто за красивые глаза. Природный талант, развитый с помощью Силы — хорошее подспорье в делах. Так и было, пока Харрод Мика'авин не предложил ей поиграть в игру: «тука против нуны» — в отсеках, коридорах и переходах «Песчаной Бабочки». И вот здесь быстро выяснилось, что мастер без труда находит ее. — Всегда и везде, где бы она ни пыталась спрятаться, — при всех ее ухищрениях. — И даже притом, что никакими техническими средствами, или помощью других джедаев и команды, он совершенно не пользовался! Наоборот, это ей самой он приказал дать полный доступ к системе внутреннего наблюдения. Все равно, результат был один и тот же: десять провалов на десять попыток. Таллисибет пробовала и забиться куда поукромнее, и перемещаться постоянно — чтобы не попасться «охотнику». Все было бесполезно. Еще более обидным щелчком по носу были попытки обнаружить на «кореллианце» самого мастера Харрода, когда он, в свою очередь, спрятался от нее — и, искала она, тоже имея доступ к системе внутреннего наблюдения. Неожиданно оказалось, что кораблик, длиной-то всего в двести шагов, исхоженный и изученный за пару недель вдоль и поперек — тогда они все еще были на Корусанте, — превратился в бесконечный лабиринт. Ей потребовалось двенадцать часов проблуждать по этому лабиринту, чтобы признать свое полное поражение!

После этого Таллисибет думала, что ее с позором выгонят обратно в Храм — и, что Сельхозкорпус тогда для нее будет еще очень почетным назначением. Как оказалось, все произошло с точностью наоборот. К тому времени, все члены команды и пассажиры «кореллианца» уже собрались на его борту, и отлет планировался не через дни, а через считанные часы. Собрав всех форсъюзеров своей команды в крошечной кают-компании джедайского отсека — было тут и такое помещение, рядом с местом, где располагались каюты джедаев, которое экипаж «Песчаной Бабочки» и прозвал «джедайским отсеком», — Харрод Мика'авин официально представил ее всем, кто еще не успел познакомиться с Таллисибет, — своего нового падавана. Вообще, как потом признался Маарек, его самого во время такой же «проверки» гоняли меньше — и «ловили», при этом, куда раньше: у Таллисибет, оказывается, был повод гордиться. Только вот сама девушка никакой такой «гордости» совсем не испытывала, поскольку уж в этом то деле, привыкла считать себя ровней совсем не падаванам, настоящим рыцарям. Хотя… слова нового друга грели: последнее время ее хвалили не так уж и часто, особенно в таких провальных ситуациях. Заодно, именно тогда она близко и познакомилась со всеми своими собратьями по Ордену, которые составляли джедайскую часть команды мастера Мика'авина.

Сам Харрод Мика'авин, его помощница джедай — женщина-гран Кийрас Брэк, и ее падаван, новый друг Таллисибет, Маарек Штель уже были ей достаточно хорошо знакомы. Мастер Брэк так еще и пару уроков работы с Силой ей дать успела — а уж чему они вместе с Маареком научились за пару недель, по части военного дела, техники и прочего! Двое первых представленных, что было дико для девушки, и совершенно непривычно, явно составляли пару. — Ладасен Се Веаве: эффектная красавица с длинными платиновыми волосами, имевшими золотистый отлив, большими зелеными глазами и красивой фигуркой, гибкость и плавные линии которой не могла скрыть даже джедайская роба — длинные заостренные ушки указывали на то, что раса девушки была явно в родстве с народом сефи. Рядом с Ладасен Таллисибет сама себе казалась бескрылой нуной, посаженной рядом с красивой птицей, имевшей яркое оперение. Державшийся всегда рядом с рыцарем Се Веаве забрак, несмотря на статную фигуру и легкие изящные движения умелого фехтовальщика, совершенно терялся на фоне своей спутницы. Хотя, как скоро успела убедиться Таллисибет, Ган Даиас умел не только виртуозно орудовать мечом. Ощущение в Силе, которое шло от этих двоих, было для нервов — как прикосновение к коже льда, или огня — а то, и того и другого одновременно. Остальные ее новые соратники не видели в этих двоих, кажется, совсем ничего странного! А у Таллисибет в голове крутились слова катехизиса: и про отказ от привязанностей, и насчет слишком близких личных отношений — того, что в Ордене категорически не приветствовали. Девушка вдруг подумала, что если бы тут сейчас, рядом с ней, сидел Уи Малро — это совсем никого не удивило бы, и уж тем более — не вызвало бы никакого осуждения. Только невероятным усилием воли ей удалось не допустить того, чтобы лицо не залилось краской смущения — а мысли не вырвались наружу, на всеобщее обозрение. Ее новые знакомые или на самом деле не заметили ее невольного смущения, или хорошо сделали вид — пока мастер Харрод представлял ее следующему джедаю.

Несмотря на свойственное забракам крепкое телосложение Ган Даиас, он все равно проигрывал в этом отношении еще одному участнику собрания: пожилой деваронец Донар Вилоун казался красной морщинистой, покрытой шрамами и отметинами глыбой камня. Каковую глыбу зачем-то упаковали в джедайскую униформу самого милитаризированного образца: черная кожа и грубая синтетика такого же цвета — единственным ярким элементом выделялся только световой меч на поясе джедая. Вообще говоря, забрак был даже выше деваронца — если считать «без рогов», — но бугристые мышцы на тяжелом, плотном теле не оставляли сомнения: кто именно из этих двоих победил бы в рукопашной. Понятно, если действовать только на чисто физической мощи, не используя Силу. Вообще говоря, размеры и подобное телосложение были для деваронцев не характерны: обычно они бывали более низкого роста, жилистыми и поджарыми. Правый рог у деваронца явно был отрублен в какой-то схватке, причем давно: все успело зажить — а из левого рукава торчал протез кисти руки, затянутый в черную перчатку, в тон одежде. Рыцарь приветливо кивнул Таллисибет: блеснули белым острые зубы во рту. — И, неожиданно подмигнул, усмехнувшись: «Не тушуйся, мол, девочка». Вот, старый деваронец совсем не выглядел добряком, с виду — а на душе у девушки, от этой его улыбки, сразу потеплело. Поднявшееся настроение не испортил даже вопрошающий и слегка недоуменный взгляд последнего участника этой немного странной «вечеринки».

На фоне деваронца невысокий крепыш с коротким рогом, торчащим прямо из голой безволосой макушки — наследием предков-рептилий, и уродливой физиономией, по имени Косс Виндим казался почти карликом — представители расы адвозсек, насколько Таллисибет знала, не были частыми гостями в рядах Ордена. Асоциальный характер этих существ, как она помнила из лекций, плохо сочетался с орденским коллективизмом — когда интерес организации считался заведомо выше и существеннее, чем личный интерес индивида. Трудно ломать собственную биологию, даже имея доступ к Силе. Тем интереснее было наблюдать, своими глазами, живого рыцаря-джедая этого народа: возраст и висящий на поясе меч неопровержимо свидетельствовал о его звании — даже если не принимать в расчет слова учителя, когда тот их знакомил. Окинув Таллисибет взглядом и поприветствовав ее, после слов мастера Мика'авина, адвозс тут же выкинул ее из головы — как показалось девушке, — обратившись к ее учителю с вопросом.

— Эта девочка — все подкрепление, которое нам дали, Харрод?

— Я просил, даже Арлигана Зея подключил к этому делу — а он всегда относился с пониманием к нашим нуждам. Но… хорошо, что мне хотя бы разрешили взять падавана — вместо кого-то из наших опытных коллег. Людей не хватает катастрофически: Лину и Гарх'нотта, с их падаванами, — на перевод которых к нам я рассчитывал — направили в Юго-Западные Пределы. Как я слышал, там сейчас сложилась крайне хреновая ситуация на фронте — наши союзники из секторов Сенекс и Дживекс запросили подкрепления. А с Эриаду ничего уже снять нельзя — тем бы самим удержаться! Скажи спасибо, что Высший Совет нас опять как диверсантов не мобилизовал — а то крутились бы сейчас в Тионском кластере, и хорошо — если не в виде обломков. Слышал, что там наши «военные гении» из Генерального Штаба наворотили? И, между прочим, обзавестись падаванами уже не мешало бы и тебе с Ганом: в Храме сейчас таких, как эта девочка, более чем достаточно — потерявших прежних наставников, и успевших понюхать запах крови!

— А ты помнишь, чем нам в прошлый раз аукнулось прикрепление вот таких, не обученных товарищей? Сам знаешь: прочность цепи определяется прочностью ее самых слабых звеньев. А у нас в команде двое совсем пацанов, если что.

— Так помоги научить! Таллисибет, как и Маарек, девушка сообразительная — а учить заново всегда проще, чем переучивать уже закоснелых в догмах людей — пусть и опытных в своей сфере деятельности. Прошлый раз был обычным форсмажором.

— Как будто ты сам не знаешь, что у нас вся служба сплошной форсмажор — и то, что как бы чего ни происходило, рассчитывать мы сможем только на себя самих.

— Ладно, не ворчи: в этот раз, хоть Совет усиливать нашу группу и не стал, но и никуда в мясорубку совать не собирается. — Там, похоже, все-таки дошло, что забивать микроскопом гвозди — не лучшее занятие. Как обычно: мы работаем за команду быстрого реагирования — и попутно выполняем свою основную работу. А поскольку там, куда мы сейчас полетим, на фронте установилось затишье — время натаскать падаванов как следует, у нас еще будет.

Дальше разговор стал общим, перейдя к обсуждению разных технических деталей. О том, куда и для чего они отправятся в путь, так и не было сказано ни слова. Единственное, что Таллисибет узнала: вылет будет завтра, в шесть часов утра по средне-корусантскому времени — учитель Харрод даже разрешил ей, если она захочет, попрощаться с друзьями из Храма. Разумеется, только через комлинк: дальше, как поняла девушка, вообще будет затруднительно поддерживать и такую связь. С кем она могла сейчас поговорить? — Уи куда-то улетел со своим новым Мастером, Асока… имя, пришедшее ей в голову, невольно заставило Таллисибет вздрогнуть. Нет, не с кем ей больше в Храме прощаться. Постепенно разговор увял, Донар Вилоун встал с кресла и заявил, что идет к себе — ему, мол, не мешало бы выспаться как следует.

Мастер Мика'авин напомнил ему, что он еще не разливал «отвальную»: кажется, у команды учителя Харрода были в ходу весьма любопытные обычаи. Деваронец кивнул в ответ и рассмеялся. Народ стал вставать с мест, поднялись и Таллисибет с Маареком, до этого тихонько сидевшие, пристроившись в уголке — чтобы не мешать старшим. Харрод Мика'авин достал из встроенного в стену шкафчика небольшой поднос, уставленный крошечными стопками, с металлической флягой посередине, поставил его на стол в центре кают-компании — и, открыв фляжку, наполнил восемь стопок. Как раз по числу участников собрания, отметила Таллисибет: ее с Маареком тоже, выходит, не забыли — и… это что, их считают за равных, или как? Между тем, Харрод Мика'авин поднял взятую со стола стопку.

— За новый поход — пусть он будет легким и закончится там же, откуда мы завтра уйдем!

После слов ее мастера, все дружно выпили стопки одним глотком. Таллисибет едва не задохнулась, когда огненный комок обжег рот, и ухнул куда-то вниз живота — будто пробив желудок навылет. Ничего столь же крепкого девушка никогда раньше не пила, хотя спиртное пару раз и пробовала, в компании. Все стали прощаться, расходясь по каютам. Мастер Харрод, с легкой улыбкой на губах, подал Таллисибет стакан сока — она даже не заметила, откуда он его взял — посоветовав промочить горло. — Девушка с благодарностью его приняла. Допив сок, она, вместе с Маареком, вышла в коридор — в кают-компании остались только мастер Харрод, и Кийрас Брэк — явно желавшие еще что-то обсудить напоследок.

* * *

Сигнал пришел на комлинк неожиданно: объект наблюдения направляется в сторону Сената — как раз в тот сектор, который нарезали для наблюдения Пешку Эк'буну. Видеокартинка была четкой — опознать и вычленить из потока искомый аэроспидер сумел бы и мальчишка, не то, что опытный филер. Тааак-с, вот и они, в натуре — быстро добрались! Ну да, управляющий аэроспидером славился умением летать на всем, на чем только можно: досье «ведомого» детектив Эк'бун изучил хорошо. Объект привез к зданию Сената от Храма двух спутников: Мэйса Винду Пешк опознал сходу, а вот второго… эти хуманы все на одно лицо! Выбравшись из аэроспидера следом за другим джедаем, Мэйс махнул Скайуокеру рукой, явно отпуская того восвояси — а потом пошел, вместе со спутником, к входу в здание. Пешк приготовился аккуратно следовать за ним, активировав управление служебным спидербайком: «Ночной Сокол» самое то, для подобного рода покатушек — и быстрый, и не особо выделяется из потока. Странно: джедай никуда улетать, с посадочной площадки Сената, не стал — явно еще кого-то ожидая. Ну да, вон потянулся за комлинком! С кем там Скайуокер разговаривал, частный детектив был не в курсе, но джедай явно настроился ждать. Вон, даже вылез из аэроспидера и подошел зачем-то к охранникам. Решил поболтать, скрасив время ожидания? — ну, зря стараешься, парень: должен уже знать, что эти ребята, находясь «при исполнении», ни с кем трепаться не станут — даже с джедаем.

Долго все же ждать не пришлось: из здания на посадочную площадку вышла целая толпа «избранников народа», вместе с секретарями, референтами и прочими прихлебателями. Господа сенаторы стали рассаживаться по ожидающим их уже транспортным средствам. Вот Скайуокер вошел в поредевшую толпу… однако! Так вот кого тут ожидал джедай, то: госпожа Падме Амидала была личностью широко известной, в узких кругах. Чутье опытного охотника на супругов-изменников сделало стойку, а потом, так же быстро, успокоилось — джедаааай, чтоб его! Проще поверить, что либо Орден, либо Канцлер сейчас как то начали обхаживать популярную политическую фигуру. Как Пешк слышал краем уха, Амидала недавно засветилась в каком-то новом сенатском скандале. Ну а знакомство… с этим вообще все просто: недавно Скайуокер как раз вытащил госпожу сенатора из настоящей западни, на Сципио. — То-то она с ним любезничает на людях! Жаль, но тут, похоже, ничего интересного не будет: судя по всему, господин джедай решил подвезти сенатора до ее апартаментов.

Разговаривая на ходу, сенаторша и джедай подошли к его аэроспидеру, и заняли места: Скайуокер за панелью управления, а Амидала рядом с ним. Включилось силовое поле, прикрывшее кабину, и аэроспидер плавно оторвался от посадочной площадки. Черт, как неудобно! — поле сильно мешало наблюдению: видны были только расплывчатые силуэты в салоне, и все. Джедай летел аккуратно: Пешк не только без труда держался на хвосте его аэроспидера, но еще и успевал следить за картинками с пары проботов, летевших параллельно — и передававших изображения джедайского транспорта. К сожалению, видеокамерам даже через ультрафиолет в салоне скайуокеровской машины ничего толком разглядеть не удалось. Но, по крайней мере — за то, что джедай и сенаторша не тискаются там, на сидении, опытный в таких делах ботан готов был дать голову на отсечение. — Совсем ничего криминального, похоже: просто вежливый рыцарь подвозит до дома уставшую на работе народную избранницу — что тут такого? Ладно, плевать — платят ему не за философию: будем смотреть дальше.

Аэроспидер Скайуокера вошел в охраняемую зону комплекса номер 500 по улице Республики. Пешк Эк'бун досадливо сморщил нос — дальше «пасти объект» было увы нельзя: здешняя охрана славилась безошибочным умением определять любого, кто может хоть как то доставить беспокойство постоянным обитателям этого места. И к тому же, она имела скверную привычку ловить и дотошно трясти подозрительных личностей. Нафиг, нафиг — лично ему премию за риск в этом деле не платили. Скорее, наоборот, с этим объектом наниматель велел частному детективному бюро, в котором имел честь работать Пешк, быть предельно аккуратным и незаметным. И Пешк это прекрасно понимал: все же герой Республики, рыцарь-джедай и лицо, приближенное к самому Канцлеру, как Пешк слышал — это вам не какой-нибудь брачный аферист. Кстати, ревнивые мужья, ищущие доказательства неверности своих жен, или ревнивые жены, желающие вывести на чистую воду неверных супругов, были основными клиентами бюро — работа по этому профилю была не пыльной, но требовала большой аккуратности и не допускала огласки. По крайней мере, до суда. Хотя бюро не брезговало заниматься и промышленным шпионажем, и даже негласными проверками лояльности сотрудников коммерческих фирм — именно семейно-постельные разборки и были самым стабильным источником работы. И если не самым хлебным направлением, то уж самым безопасным точно. Правда, похалявить немного, и за приличное вознаграждение слегка рискнуть шкурой Пешк, и его коллеги, тоже никогда не отказывались — в конце концов, жизнь в столице стоила недешево. Интересно, может таинственный наниматель и вправду что-то темнит, и истинный объект наблюдения — Амидила? Это, по крайней мере, имело под собой хоть какую-то логику: у сенаторши была масса воздыхателей — и тайных, и явных.

А в данном случае, похоже, с излишне любопытными ушами можно расстаться сразу вместе с головой — с джедаями шутки плохи. Сначала было, до того, как узнал у своих коллег, какие именно объекты будут вести они, Пешк решил, что кучу денег на слежку потратил именно какой-то ревнивый поклонник сенатора Амидалы — возможно даже отец ее будущего ребенка: желтая пресса объявляла сенаторшу «беременной» уже несколько раз. Ну, или жена этого счастливого отца — в его карьере и подобные случаи тоже бывали. Но потом передумал — слишком уж разнополой и разнонаправленной по своей принадлежности и жизненным интересам была эта самая целевая группа, за которой их агентство подрядили вести наблюдение. Да и Амидала совсем не выглядела женщиной «в положении»: на это глаз у детектива был наметанный — можно сказать, профессиональный перекос. А еще от этого задания прямо таки разило политикой и смертью — на этот счет у самого Пешка было чутье, выработанное еще за время службы, в молодости, в юстициарах. Итак, сенаторы, джедаи, пара крупных бизнесменов — и все, или почти все, связаны с оппозицией или с нейтралами. Вот как хотите, а тут дело пахнет не супружеской изменой или, там, любовной интрижкой…

Ну-с, что у нас сегодня для дневного отчета? — полеты Скайуокера куда то еще, кроме Храма, маловероятны. Впрочем, подождем еще немного: вдруг Скайуокер полетит отсюда не в Храм? — по любому, болванку отчета на датападе можно ведь набить и заранее. Так, с утра объект терся в офисе Канцлера: там за ним наружное наблюдение как раз вел именно ботан. — Потом, примерно на час залетел в Храм — от офиса Канцлера Скайуокера вели уже коллеги, — и оттуда отправился к зданию Сената — вместе с двумя спутниками, один из которых сам Мэйс Винду. Кто второй, предстоит еще узнать. Именно тут его вторично принял для наблюдения Пешк. А еще через несколько минут: ботан посмотрел на хронометр и зафиксировал время — объект уехал оттуда с набуанской сенаторшей, повез женщину на своем служебном аэроспидере к ее апартаментам. Поскольку служебная машина Скайуокера оборудована системой противодействия средствам прослушивания и скрытого наблюдения, то сообщить, имели ли место какие либо разговоры между объектом и сенатором Амидалой в аэроспидере, не имею возможности. После того, как аэроспидер Скайуокера вошел в зону безопасности комплекса номер 500 на улице Республики, и по истечении контрольного времени, наблюдение было прекращено…

С чувством выполненного долга Пешк Эк'бун закрыл датапад, приготовившись честно прождать еще пару часиков. Вообще то, Пешку показалось, что во время полета сенатор и джедай не только переговаривались, но вроде бы Амидала и что-то передала Скайуокеру. Но он был честным служакой, и никогда не писал в отчетах то, за что со стопроцентной долей уверенности не мог бы поручиться — а видеозапись, сделанная в полете, к сожалению, подтвердить его догадки не могла в силу объективных причин. Наверное, история пошла бы совсем по-другому, внеси свои предположения в отчет детектив-ботан: те, к кому этот отчет очень быстро попал, в числе множества других, умели анализировать и сопоставлять факты. Умели они и еще много чего, не совсем обычного. Но видно не судьба.

* * *

Хааран Эрнест Ксим Виргаан с облегчением опустился в удобное кресло, в шикарном номере дорогущего корускантского отеля. Все же чертовски удобно путешествовать под нормальной дипломатической личиной, а не изображать из себя невесть кого — а то и вообще просачиваться сюда нелегально, как это пришлось делать в прошлый раз. Впрочем, теперешние дела и вправду удобнее всего было провернуть совершенно законным способом. Можно отдохнуть теперь денек, поглазеть на Корускант еще один раз, и вперед — на Набу. От мысли расслабиться в общество какой-нибудь симпатичной девочки по вызову Хааран отказался. Не только из-за накатившей вдруг внезапно головной боли, но и потому, что не имел привычки смешивать отдых и работу. А работа была сделана пока только наполовину. Так что расслабляться можно будет лишь по ее завершении, в обществе набуанских девочек и набуанского вина — и то и другое, как помнилось, всегда было самого отменного качества. Имелась и еще одна причина вести себя осторожно: от здания Сената его аккуратно «пасли» — только колоссальный опыт позволил на чистой интуиции определить слежку за собой. Но как раз тут Хааран совершенно не удивлялся — куда удивительнее было бы именно отсутствие слежки, учитывая, что он прибыл с территории, контролируемой Сепаратистами. Он невольно улыбнулся: как все тут удачно сложилось — если так же гладко дело пройдет и на Набу, то Конфедерация получит такое важное для нее дефицитное сырье и материалы двойного назначения. Воистину, ради денег эти тупые жадные респы продадут даже веревку, на которой их самих же потом и повесят: «Бизнес, ничего личного» — не пуганные идиоты, даже Гривус своими выходками их не сумел пронять! Ну да ничего, будет время — мы еще вобьем в эти пустые республиканские головы немножко ума.

Шеф будет доволен: тут сделать удалось все, что было запланировано — остались только переговоры по закупкам плазмы и биоматериалов на Набу. Интересно, что это набуанка так трепетно возлюбила сепаратистские военные песни? — Как сказал король Райден на невысказанный вопрос Хаарана, именно они были записаны на инфочипе, который он передал очаровательной сенаторше. Впрочем, побыть немного в обществе такой женщины как Амидала, пусть даже только по делу — это не он шефу оказал услугу, это шеф ему сделал приятное! А переданный инфочип сущий пустячок — Хааран улыбнулся еще раз, через боль. Голова разболелась еще во время полета от Сената — может это все же обнаруженная слежка так подействовала? Он налил себе воды, взяв бутылку со стоявшего на столике рядом с креслом подноса с напитками и стаканами, бросил в рот пару капсул с болеутоляющим, извлеченным из карманной аптечки «на все случаи жизни», и залпом опустошил стакан. Снова откинувшись в кресле, расслабился и закрыл глаза: спустя некоторое время головная боль ушла — а сам Хааран незаметно крепко уснул. С удивлением проснувшись в кресле посреди ночи, перебрался оттуда на кровать — скинув «по дороге» одежду, и спокойно проспал до утра. Следующий день принес свои хлопоты: оформление транзитных документов и подготовка к отлету на Набу — пару раз он опять вспоминал тамошнюю сенаторшу. Про переданный Амидале «подарок» от шефа, ставшего недавно новым королем Тиона, — было забыто начисто.

* * *

Наверное, в первый раз в своей жизни Энакин хотел как можно быстрее покинуть жилище Падме — инфочип, который передал через нее Райден, буквально жег кожу прямо через ткань. Жена, видя беспокойство Скайуокера, не стала его удерживать: разве что заставила съесть домашний обед — кажется, ее явно беспокоил усталый вид мужа. Поцеловав на прощание Падме, и отделавшись от болтливого Золотника, попытавшегося пристать к нему с каким-то пустяком в коридоре, Энакин направился к крохотной личной посадочной площадке, которая была положена его жене-сенатору по статусу — чертовски удобная вещь в условиях Корусанта. Кивнув напоследок ребятам из набуанской охраны, и заработав в ответ ревнивый взгляд от начальника этой охраны — капитана Тайфо, джедай ловко запрыгнул в салон своего аэроспидера. Активировав управление и закрыв защитным полем кабину: лететь сейчас с открытым верхом было бы непростительным риском! — Энакин резко сорвал машину в полет. Комплекс номер пятьсот с улицы Республики был расположен не так уж далеко от Храма: если бы ненужно было соблюдать правила уличного движения, то Энакин домчался бы до «дома» всего за пару минут. — Впрочем, подумать по дороге ему так ни о чем и не удалось — и вовсе не из-за того, что полет все равно закончился слишком быстро. Передав техникам из Ангаров аэроспидер, и поблагодарив их, джедай быстро поднялся к себе в комнаты. Без присутствия Асоки жилище казалось пустым и слишком просторным: Энакин так и не смог до конца заполнить пустоту в душе, возникшую после ухода его ученицы из Храма… и из Ордена. И пусть потом ему, с помощью мастера Синубе, удалось отыскать девочку, пристроившуюся в каких то трущобах, на нижних уровнях Корусанта: помочь деньгами, подбодрить — и даже всучить лично сделанный настоящий голокрон, в котором жил Хранитель. — Чтобы не бросала учебы. Все равно, на душе было неспокойно: нижние уровни Корусанта это не то место, где можно было долго продержаться и взрослому матерому головорезу, не замаравшись в крови от макушки до пяток. — Даже родной проклятый Татуин, в этом плане, был куда более, нет, не безопасен — предсказуем. В этой клоаке вообще можно было нарваться на что угодно: выжить, конечно, можно было и там — а вот остаться джедаем, нет! Недавно Оби-Ван высказал одну интересную мысль… если уговорить Асоку, то может неплохо получиться. Тогда и он будет спокоен, и Оби-Ван — да и Сатин от присутствия рядом одаренной точно польза будет. Тем более, что Асоку на Мандалоре знали, и у нее там были друзья. Решено, он с ней обязательно об этом поговорит!

Собравшись с духом, Энакин достал комлинк, и сделал пару вызовов — теперь оставалось только ждать! Позвав верного Арту и еще парочку «трофейных» дроидов, которых он, в свое время, собрал из обломков и перепрограммировал для собственных нужд — и в качестве помощников своему астромеху — джедай решил заняться важным делом. Проще говоря, проверить свое жилище на наличие подслушивающих устройств. Мандалорианский дроид «легионер», для непосвященного выглядящий как обычный протокольник, а вовсе не как дроид-убийца, и якобы «охранный» дроид IG-86 деловито прощупали сканерами все закоулки помещения. — Арту, посвистывая на бинарном, осуществлял общее руководство поисками — а потом отрапортовал хозяину, что все чисто. Сам Энакин не поленился проверить все еще и с помощью Силы, но тоже ничего подозрительного не обнаружил. Вообще говоря, этой здоровой паранойей джедай обзавелся после общения с одним своим знакомым, из Тионского кластера. Надо сказать, что эта самая здоровая паранойя оказалась весьма полезным чувством: куча найденных в Храме «жучков» — причем, не только в его собственных комнатах! — И, как черрис на праздничном пироге, пойманный «на горячем» дроид-шпион. Что самое обидное, этого дроида сам же Энакин в Храм и притащил, в свое время: подобрал битого на одной из корусантских улиц, во время очередного задания, подлатал и восстановил — оставив в Храме. Вот жестянка и отплатила за помощь и спасение! — а хозяином у этой твари, как ни странно, оказался никто иной как, адмирал Уилхуфф Таркин. Мдааа… подручный и конфидент господина нашего Канцлера.

Так и не сброшенная хроническая усталость напомнила о себе неприятным чувством легкого одеревенения в мышцах, едва он расслабился в ожидании прихода гостей. А ведь уже неделя прошла, с тех пор, когда они с Оби-Ваном возвратились из крайнего похода. А до этого было еще много чего. Внешнее Кольцо, потом, напоследок, сектор Юкер и эта чертова Ринго-Винда — и бойня, которую им там устроил старый знакомый: адмирал сепов Тренч. Кому вообще пришла в голову эта идиотская идея: пробовать взять реванш на предыдущий провал на том же самом месте, когда противник готов и имеет абсолютное превосходство в силах? В результате: минус один джедай, минус несколько тысяч клонов, минус куча побитых кораблей и истребителей. — В какой-то мере Энакин был даже благодарен бедолаге Тапу — если бы у него не поехала крыша из-за нештатной работы биочипа, они бы там убили еще больше собственного народу. А тут Энакин мог с чистой совестью скомандовать отступление. Потом была эта нервотрепка: сперва с Тапом, а после его гибели — с Файфсом. Если бы не предупреждение Райдена, то черта с два Энакину удалось бы организовать и оформить документально «смерть» своего бойца! А так… ребятам, конечно, пришлось рассказать — хотя и не все. Но клоны поняли и приняли все как надо. Ну а эти чертовы биочипы у себя из головы постепенно выковырнули все бойцы 501-ого — что-то делать в отношении солдат других частей, Скайуокер побоялся: ни он тамошних клонов особо хорошо не знал, ни его не знали. Еще одно: выволочку по этому делу от Высшего Совета он помнит до сих пор! — делать что-то вне пределов своей прямой компетенции именно сейчас — глупый риск. Хотя, если им всем из-за этого «прилетит», сознание своей правоты будет очень слабым утешением! Ладно, хоть Файфса пристроил тут, у надежных людей: потом, при первой возможности — когда все окончательно уляжется — надо будет помочь ему переехать куда-нибудь в место поукромнее, чем столица. Да, отдохнуть потом так и не удалось: его и Оби-Вана, как имеющих опыт работы джедаями-следователями, бросили на расследование истории с пропажей магистра Сайфо Диаса — Пло Куну случайно удалось напасть на старый след.

Искали, искали… и нашли непонятно чего: а судя по реакции того же Высшего Совета — лучше бы совсем не находили! Нет, после того откровенного разговора с Райденом Энакин примерно даже представлял, за какие такие «хвосты» им с Оби-Ваном удалось потянуть — и чего именно испугалось руководство Ордена. Но легче от этого все равно не становилось. Вера в незыблемость миропорядка, и так уже изрядно подточенная, казалось пошла трещинами — Асока, его отношения с Падме, ставшие разменной политической монетой. Теперь вот еще эти проклятые биочипы, оказавшиеся совсем не сказкой-страшилкой — а напоследок: ясное осознание того, что Орден замазан в незаконном создании армии клонов дальше некуда! Их послали вовсе не для того, чтобы узнать правду, а потому, что хотели «поглубже спрятать мертвые тела в песок», как говорили на Татуине в подобном случае. По всему выходило, что Райден был абсолютно прав: Орден твердо намеревается побороться за свой кусок власти над Республикой — и для этого Совет старается убрать любые следы компромата, к которым могли бы прицепиться недоброжелатели джедаев. Неудивительно, что за всей этой подковерной возней Орден просмотрел ситха — Палпатин казался всего лишь одним из игроков: не слишком сильным, и, в общем даже как бы полезным делу джедаев. А потом стало уже поздно что-то делать: ложный шаг обернулся «Приказом ╧66» — причем, благодаря нашим же господам-советникам, для всех джедаев поголовно. Сам дали против себя оружие ситху, причем — совершенно законно! — Дурак был бы Палпатин, не важно — какой из них двоих, — если бы этим не воспользовался.

И ведь не все было бы потеряно, если бы, не раскол среди самих джедаев: Совет не доверял своим подчиненным — а те не верили в мудрость руководства. Та же история с Асокой и Бэррис: что было бы, если бы Совет не решил так глупо и подло пожертвовать «пешку» ради сомнительной сиюминутной выгоды, в попытке обелить грязные одежды? — Ведь публичное осуждение что той, что другой уважения и доверия к Ордену все равно бы не прибавили! Лучше было бы показать Сенату и корусантским «домашним воякам», как испытания сплачивают Орден — а не разделяют его: кто бы ни был преступник, все равно он находился в юрисдикции джедаев, а не республиканской юстиции. Вспомнить, что Руусанская реформация четко отделила «орденское» от «республиканского». Но, нет, кое-кому оказалось, что проще и выгоднее прогнуться перед Сенатом, Канцлером и Генеральным Штабом — выдав на расправу своего: и не важно, был тот виновным, или нет. Важен принцип. Если высшее руководство считает рядовых членов Ордена за расходную монету, которой можно расплатиться по счетам, то с чего простым джедаям верить таким вождям? Не в этом ли причина, что разгром Ордена был таким полным, и, признать честно — окончательным: там, в видении Райдена Йода и Оби-Ван остались совершенно одни! А ведь даже по тем смутным образам, что получил от Силы Дуку-младший, следовало, что после приказа номер шестьдесят шесть уцелела, чуть ли не четверть всех джедаев — не считая персонала Корпуса Обслуживания.

Звякнул негромким сигналом вызова комлинк — ну вот, кажется, скоро и гости пожалуют!

Оба гостя зашли в его жилище почти одновременно: сперва незаметной тенью проскользнула маленькая легкая фигурка, а потом, следом, в дверь просочился его бывший учитель. Те, с кем, по словам Райдена, он мог говорить более или менее откровенно. Велев обоим трофейным дроидам выйти, и ждать окончания разговора в коридоре, и если что — то сообщить нему, Эникин замолк, не зная с чего начать разговор. Оби-Ван посмотрев, как дроиды выходят из комнаты, только покачал головой — явно намереваясь терпеливо ждать, пока ему не объяснят цели этого странного приглашения. Гранд-мастер Йода явно склонен был проявлять меньше терпения: чувствовалось, что старого магистра что-то гложет — и у него явно нет желания забивать голову еще какими-то посторонними проблемами.

— Зачем пригласил ты нас к себе тайно, Энакин Скайуокер?

Деревянная тросточка тихонько постукивала по полу, когда гранд-мастер прошел мимо Арту к низкому сидению: не то скамейке, не то кушетке — одному из двух, в этой полупустой пародии на гостиную. — Затем, устроившись на нем поудобней, снова обратился к молодому рыцарю.

— О каких делах желаешь ты поведать нам, о которых другие слышать не должны?

Оби-Ван, в свою очередь устроившийся на другой, такой же сидушке, согласно кивнул головой: причина, по которой Энакин просил прийти тайно, неожиданно его заинтересовала. — Через Силу вдруг пришло ощущение того, что сейчас он услышит что-то столь важное, что оно, возможно, изменит вся его дальнейшую жизнь — а может, и жизнь всего Ордена тоже! Вид у Энакина был такой, какой Кеноби наблюдал у него только однажды: когда выросший на безводной планете парень в первый раз полез в океанский прибой.

— Я… мне достали ключи-дескрипторы, которые помогли прочитать блок памяти того механического кресла, что я захватил когда то на Като Неймодии. В общем, сейчас сами все увидите и поймете…

— Надеюсь, ты потом расскажешь нам, где это находятся такие интересные места, откуда можно получать знания того, как узнавать секреты Сепаратистов?

Тон Оби-Вана был шутлив, но вопрос он Энакину задавал вполне серьезно. Гранд-мастер Йода согласно кивнул головой, легонько стукнув тросточкой по полу — как бы подтверждая вопрос Кеноби.

— Сначала, прошу вас посмотреть кое-что из того, что сумел воспроизвести из записей архива Нута Ганрея Арту, расшифровав видеофайлы. Потом… я отвечу на все ваши вопросы.

Энакин велел своему дроиду-астромеханику включить воспроизведение расшифрованных записей. Когда внутри голопроекции появилась фигура, закутанная в глухие черные одежды, с опущенным на лицо капюшоном, оба магистра невольно вздрогнули — вот он, ситх! Кадры и сцены сменялись одни другими, смысл разговоров, которые они слышали, кричал об опасности и предательстве. А потом было осознание: кто именно там, на этих записях, закутан в ситскую мантию с головы до пят…

* * *

Оба магистра напряженно всматривались в сменяющие друг друга голограммы, не произнося при этом ни слова. Почти час, пока длился сеанс этого головидео, склеенного из нарезки кучи разных записей. Изображение того самого ситха, в обнаружение места нахождения и разоблачение личности которого они все еще никак не могли поверить до конца. Имя. Титул. Явный страх и пресмыкательство Ганрея перед тем, кто стоял за спиной Конфедерации. И, как вот сейчас выяснилось — за спиной у Республики, тоже! Дарт Сидиус, Темный Лорд ситхов — Шив Палпатин, Великий Канцлер Республики. Одно и то же лицо. Осознав этот факт, рассудок задавал себе простой вопрос: почему же никто не заметил очевидного раньше? — Впрочем, это теперь выводы делать было просто, когда с глаз словно упала застящая их пелена.

Йоде вдруг стало понятно, почему граф Дуку так и не пошел с ним на мировую, при их последней встрече: кто будет беспокоиться об исходе партии, если фигурки для дежарика ты двигаешь на игровой доске сразу за обе стороны? — Ну, или если тебе так кажется, и ты в этом совершенно уверен. Было обидно от осознания — чем именно смог зацепить старший ситх того, кого сам Йода когда-то считал своим вероятным преемником на посту главы Высшего Совета Ордена. — Зацепить так, что тот стал его вернейшим и преданным помощником: ситх предложил бывшему джедаю возможность осуществить его старые мечты о переустройстве Республики! Подумалось, что шаги Палпатина идут как раз в том направлении, пойти по которому предлагал когда то джедай Дуку — и чего не захотел делать Орден. То, что Дуку поверил в искренность ситха, это не следствие падения его на Темную Сторону, как он ошибочно полагал — это следствие неверия его в цели и намерения Ордена. — А он не мог не поверить в искренность замыслов Палпатина-Сидиуса: граф всегда был таким… яростным, настойчивым и целеустремленным — когда был убежден в правильности выбранного им пути. Если ситх, когда-то, сыграл на лучших чувствах графа, это могло объяснить все произошедшее в дальнейшем: создание Конфедерации, эту войну, которая кажется чем дальше, тем все более бессмысленной. При их последней встрече, Йоде было понятно, что Дуку искренне верит в то, что делает — и верит тому, кого считает своим вождем. Он же, гранд-мастер Ордена джедаев, так тогда убедить графа в своей правоте и не смог! И, ведь Палпатин точно так же обхаживал и Скайуокера: покровительствовал юному джедаю, старался продвинуть вверх при малейшем успехе — прикрывал от недоброжелателей в случае редких неудач. Пытался подготовить замену излишне самостоятельному и идеалистичному Дуку? — очень может быть: не даром древние говорили, что путь ситха, это предательство!

Тем приятнее иметь даже небольшую радость — видеть, что тогда, тринадцать лет назад, они в этом мальчике не ошиблись. Доказательства измены и преступного сговора, что он добыл, помогут Ордену завоевать доверие и поддержку большей части Сената. С этими записями из архива Нута Ганрея можно не просто работать с теми, кто не любит Палпатина — по тем или иным причинам. — С такими доказательствами можно перетянуть на свою сторону даже кое-кого из тех, кто сейчас поддерживает ситха в Сенате: повлиять на тех разумных, которые искренне считали, что Палпатин действует, прежде всего, в интересах Республики. Да что говорить — он сам, гранд-мастер Йода, в это до последней минуты верил! Но, у ситха сейчас очень сильные позиции — им придется действовать предельно аккуратно и осторожно: иначе вместо торжества Света может произойти кровавая бойня. Те чрезвычайные полномочия, которые предоставил Канцлеру Сенат, на время войны, — обойти их будет совсем не просто. Отменить их законным путем, как хочет оппозиция? — не тогда, когда война разгорается все сильнее: тут ситх подстраховался лучше некуда. — Еще хуже то, что они сами же ему и помогли — пускай и невольно. Но теперь другое дело: больше в политической игре ситху его крапленые карты не помогут…

Оби-Вана Кеноби беспокоили более приземленные вещи: насколько хорошо ситхи контролировали процесс ведения войны? — Обладая и военным талантом, и житейским опытом, магистр вполне себе отдавал отчет, что некоторые эпизоды в его военной биографии иначе как чисто случайными совпадениями быть не могут. Зато другие… — например, вся эта предвоенная беготня с интригами и покушениями: сейчас было совершенно ясно, что Республику тем или иным путем подводили к началу гражданкой войны. Оби-Ван подумал, что любой его с Энакином тогдашний шаг неизбежно вел к эскалации насилия — в любой момент количество неизбежно могло перейти в качество, и галактика бы, так или иначе, полыхнула бы. Не на Джеонозисе, так в другом месте — да хоть и на той же Камино: не факт, что ее кто-нибудь «не вовремя» не нашел бы. — А клоноделы не поделились бы с автором «находки» сведениями: для кого они готовят армию. Могло быть даже еще хуже, чем произошло в действительности. С одной стороны это позволяло легче вздохнуть: на Джеонозисе от него, Энакина и Падме практически ничего не зависело! Но с другой стороны, коробило душу сознание, что усиливая своими действиями государство, он помогает усиливать свои позиции и ситху тоже. Ситхи раньше всегда желали гибели Республике: вредили и пакостили, где только могли — если не были в состоянии напасть на нее открыто. Все их усилия были тщетными — и сгинула, в итоге, не Республика, а их империя. Точно так же, как потом бесславно сгинули и их самозваные последыши. Только вот, как выяснилось, если одни ситхи канули в небытие — то другие ситхи уцелели. И, что еще хуже, среди них нашелся один такой, кто не стал биться о стену головой, а попробовал ей подумать. Да уж, подумал, называется! — и поступил по старинной поговорке: «Если не можешь помешать, тогда присоединись и возглавь». Вот и имеем теперь ситха во главе государства, да еще и наделенного такими полномочиями, каких никогда не имел ни один Канцлер, со времен Руусана! Сердце кольнул холодок нехорошего предчувствия: как скоро государственная машина Республики, восстановленная, расширенная и укрепленная — в том числе, и благодаря усилиям Ордена! — окажется настолько эффективной, что перестанет нуждаться в услугах джедаев? Республиканской военной машине для этого понадобиться еще не более полугода: когда пойдет массовый выпуск кадетов из созданных иждивением Канцлера и его сторонников военных школ, училищ и центров военной подготовки. — А ведь им всем сначала казалось, что патриотическое движение только пойдет на пользу Республике — и поможет хоть немного сократить траты на заказы все новых и новых партий клонированных солдат. Вот, оно уже не за горами — когда количество рожденных естественным путем станет в ВАР большим, чем количество сделанных на Камино бойцов. — К этому все идет гигантскими шагами: как Высший генерал-джедай, Кеноби имел хорошее представление о размахе вербовки и обучения таких пополнений. Тогда задавать тон в Великой Армии Республики станут не клоны, которых контролировали джедаи, а хорошо мотивированные добровольцы, пошедшие на войну из идейных соображений — которых Орден, как раз, никоим образом контролировать не мог, — в отличие от Канцлера и Генерального Штаба. Идеи и война. Оби-Ван когда-то уже видел, к чему такое может привести — на Мелида-Даан! Клоны… какая-то мысль скользнула в голове, не успев оформиться… — Энакин велел своему дроиду показать им еще какую-то видеозапись.

* * *

Арту закончил показ архивной нарезки. Скайуокер вздохнул, и сказал своим гостям, что сейчас они посмотрят еще одну запись. Эту запись джедай случайно сделал тайком в апартаментах Канцлера, и до этого показывал только одному человеку. Маленький дроид-астромеханик начал трансляцию другого головидео — гораздо более короткого. По донесшимся отголоскам эха Силы, Энакин понял, что лицезрение сразу двух канцлеров, не оставило магистров равнодушными: но если гранд-мастер Йода только чуть крепче сжал в руках тросточку, то Оби-Ван аж ругнулся на хаттезе. Запись быстро кончилась, но магистры молча сидели еще несколько минут — явно переваривая все ранее увиденное. — А потом, как Скайуокер и ожидал, потребовали от него подробностей: причем, всего, что он знал. — И даже того, о чем только мог догадываться.

Йоду и Оби-Вана интересовало буквально все: и то, почему Энакин стал шпионить за Канцлером, и то, кто помог ему с расшифровкой архивированных файлов. — О последнем спросили особо — собственные ледорубы Ордена пока так и не нашли ключика к той информации, что содержало трофейное кресло неймодианца. Джедай говорил, говорил, говорил… — потом показывал свои воспоминания: ментальная картинка давала порой куда более емкие и четкие образы, чем любые слова. Пару раз Энакину даже пришлось сделать перерыв, чтобы смочить горло — полутора литровый кувшин с водой опустел полностью. Правда, жажда мучила не только его одного — старшие собратья тоже приложились к живительной влаге: неожиданная информация проняла и их. Наконец, джедай закончил свой рассказ. Мельком глянув на хронометр, Энакин с удивлением понял, что сидят они здесь уже четыре часа. Похоже, так или иначе, стоит закругляться: и гранд-мастера, и Кеноби могут хватиться — и тогда им всем не избежать вопросов. Конечно, любопытство любопытством: как возникло, так и пройдет, заслоненное новыми событиями — да и напрямую спрашивать не посмеют, — но кое-кто может сделать неприятные для них выводы.

— Уверен ты в искренности Райдена Дуку?

Неожиданный вопрос Йоды слегка смутил Энакина. В самом деле: насколько он уверен в том, что младший Дуку не имел еще каких-то намерений, кроме тех, о которых рассказал ему?

— Не знаю, Учитель Йода. Сейчас, после всего произошедшего, я почти уверен: рассказать про то, кем на самом деле является Канцлер, он собирался мне еще тогда, когда собрался помирить меня с Тофеном Вейном.

— Ссорой вашей с юным Вейном воспользовался он, чтобы доверие твое завоевать?

— Знаете, нет! — я совершенно твердо уверен: тогда его заботило только спасение жизни Тофена. Райден был совершенно уверен — я чувствовал это через Силу! — Дарт Сидиус решил избавиться от виконта Вейна: видел что-то такое, когда пытался разглядеть грядущее. По словам Райдена, Граф хоть и был против, но старшему ситху перечить не стал. — Они хотели как-то столкнуть Вейна и меня в бою. Опять же, по словам Райдена, итогом этого противостояния неизбежно становилась бы смерть Тофена Вейна — а если этого противостояния не случается, то виконт мог остаться в живых. Вейн и его пилоты как то спасли Райдену Дуку жизнь — он хотел вернуть долг!

— И он вот так, ничего больше не хотел?

Оби-Ван тоже включился в разговор, очнувшись от легкой задумчивости, в которой, казалось, пребывал с самого окончания просмотра видеозаписей.

— Вообще то, он убежден, что старший ситх умышленно хочет стравить меня и Графа в поединке: чтобы я непременно убил Дуку!

— С чего вы оба решили, что его видение — истинно? — Сила никогда не дает однозначных ответов: вероятность даже того, что это якобы грядущее нападение Гривуса на Корусант пройдет именно так, как он увидел — ничтожно мала. Чего же тогда говорить обо всем остальном: поле вероятностей будущих событий будет таким большим, что возможность реализации видения упадет до нуля. Впрочем, с теорией Ясновидения ты и так знаком.

— Он видел и другие варианты — события, произошедшие в других местах. Просто, по его словам, до нашего с ним откровенного разговора, данный вариант развития событий ранее был самым вероятным.

— Все равно, как то слабо вериться: слишком много нужно случайных или маловероятных совпадений, чтобы все это реализовалось!

— Про то, что случиться на Сципио, и про то, что произошло на Ринго-Винде, он мне тоже говорил. — И про Асоку он знал: даже извинился, что не предупредил — думал, что обойдется. Не обошлось!

Между тем, что-то обдумывавший Йода, спросил Энакина.

— Когда выяснить судьбу Сайфо Диаса послали мы вас, а потом приказали прекратить расследование — ты не удивился?

— Да, Райден сказал, что его дядя обдумывал заказ клонов у каминоанцев вместе с мастером Сайфо Диасом, когда тот еще был членом Высшего Совета. Он говорил, что Совет в курсе того, откуда взялась армия — что вас интересует, только то, куда делся Сайфо Диас. Но, что Совет совсем не заинтересован в том, чтобы информация о давней сделке с каминоанцами стала достоянием широкой публики, и Сената. Про биочип он тоже знал — более того, по его словам, Дарт Сидиус и Дарт Тираннус тоже про это знают, и не только про это.

— Спорить не стал ты с нами тогда, и промолчал о знаниях своих!

Старый гранд-мастер недовольно сжал тросточку, и легонько стукнул ею в пол, как бы утверждая свои слова. Энакин невольно мотнул головой, почти в жесте отрицания.

— Гранд-мастер, Райден сказал, что у ситхов есть специальный мастер-код, который может активировать биочип по первому сигналу! Что я должен был думать: что Высший Совет, в полном составе, сошел с ума — когда разрешил каминоанцам ставить в голову каждому клону это? — и должен был быть готовым к тому, что после такого заявления сумасшедшим объявили бы уже меня самого?

— Твою… налево!

Ругательство сорвалось с губ магистра Кеноби настолько внезапно, что Энакин и Йода даже вздрогнули, повернув к Оби-Вану лица.

— Я идиот! Мы все идиоты! Спасибо, Энакин — никогда больше не стану читать тебе нотации по поводу твоего поведения: кажется, ты только что спас весь Орден от гибели.

Кеноби перевел дух, и в ответ на вопрошающие взгляды своего бывшего ученика и гранд-мастера продолжил.

— Я по дурости полагал, посмотрев видеозаписи, что у Ордена в запасе есть еще хотя бы полгода — до массового наплыва в армию не клонированных бойцов. Теперь я вижу, как жестоко ошибся, считая, что хотя бы на преданность клонов мы можем полагаться наверняка!

Скайуокер хмыкнул.

— По крайней мере, хотя бы эта проблема решается быстро и наверняка: биочип без труда удаляется хирургическим путем! Собственно… у всех моих, из 501-ого легиона, этой гадости уже нет: после истории Тапа, и поняв, что это за штука — убрать ее у себя из головы не отказался никто из бойцов. — Они давно уже считают себя настоящими людьми, а вовсе не мясными дроидами.

— Жаль Файвса: там, где мы были слепыми, целиком полагаясь на Силу, он единственный прозрел истину…

— Файвс жив, мастер Йода — мне и ребятам удалось инсценировать его гибель, а потом спрятать. Кстати, спрятали тут — на Корусанте. Я был бы очень благодарен, если бы Орден помог сделать ему надежные документы: не только из благодарности — я чувствую, что он нам еще не раз поможет!

Йода и Кеноби переглянулись, и дружно кивнули, соглашаясь со словами Энакина. Между тем, Оби-Ван снова нахмурился, явно подумав о чем-то неприятном.

— С извлечением биочипов из голов у всех клонов у нас могут быть проблемы: легко сделать это удастся только там, где не будет посторонних глаз! Есть и еще одно обстоятельство — полностью мы можем быть уверены только в тех частях, бойцы которых доверяют своим генералам-джедаям, или, по крайней мере, находятся под их непосредственным командованием. — Слишком много таких частей и соединений, где влияние джедаев чисто номинально, или оно отсутствует вообще. Если кто не понял — это я про Гвардию Корусанта: они все фанатично преданы Канцлеру!

— Сделать что можем, должны мы! — Даже малый результат большое значение иметь будет.

— На крайний случай, всегда можно сослаться на происшествие с Тапом, и сказать, что Сепаратистам стало известно, как можно активировать этот биочип на расстоянии — думаю, Сенат немедленно даст добро на проведение изъятия: не думаю, что кому то из господ сенаторов будет комфортно находиться рядом с потенциальными «ходячими бомбами».

Об-Ван недовольно вскинул брови.

— Ложь это не путь джедая, Энакин!

— А кто сказал, что нам придется лгать? Мы просто… недоговорим! Как ты любишь выражаться, покажем им истину с «некоторой точки зрения». Кстати, гранд-мастер, в Сенате про биочип ведь знают?

— Сказали мы про это, после Джеонозиса — но не всем в Сенате: в секрете убедили мы знающих это держать. Иначе не хотели сенаторы армию иметь!

— Значит, тем проще нам будет все устроить: иметь возможность повернуть клонов против Ордена, как страховка, это одно. — А перспектива получить полчища неуправляемых психопатов с оружием — это совсем другое. Так что, в крайнем случае, приказ об экстренном изъятии биочипов можно будет провести через Сенат — если возникнет реальная опасность, что ситх вот-вот попытается устроить государственный переворот.

Оби-Ван задумчиво потер лицо рукой, в характерном жесте: чувствовалось, что данная проблема его серьезно напрягает. Впрочем, Энакин был с ним в этом солидарен: перспектива получить бластерный залп, в спину, от своих собственных бойцов, кого угодно бы обеспокоила — об устранении угрозы стоило хорошо подумать. Впрочем, как оказалось, Кеноби думал сейчас совсем не о клонах.

— Энакин, Райден Дуку тебе ведь не просто так помогать решил: что он хочет взамен?

— Уцелеть в этой бойне. Если получиться — спасти жизнь своему дяде, графу Дуку. Да и других близких защитить тоже. Он убежден, что Дарт Сидиус несет нам всем только гибель, а с Республикой и Орденом можно договориться по-хорошему. — После того, как гранд-мастер пробовал договориться с Графом, у него есть надежда, что можно попробовать сделать это снова — и, что без старшего ситха это удастся сделать. Конфедерация и Республика уже пытались вести переговоры раньше, но ситх их срывал раз за разом. Единственное его условие: никаких ультиматумов друг другу!

Между тем, время поджимало: зайти к собрату на несколько часов, для совместной медитации — такое объяснение никого особо не удивит. Если эти «несколько часов» растянутся на половину дня — у окружающих будет много вопросов. И подозрений тоже. А в том, что у ситха в Храме есть свои уши — не сомневался сейчас никто из присутствующих. Им многое требовалось еще обсудить: как и что делать — кого проинформировать, а перед кем стоит промолчать. Риск был слишком велик, но теперь они хотя бы не представляли собой слепцов, бредущих во тьме неведомо куда. Условившись пока делать вид, как будто ничего не произошло, договорились о новом месте встречи — если не случиться чего непредвиденного. Пока у них еще есть время, нужно действовать предельно осторожно — любой ошибки враг им не простит…

* * *

Оба новых истребителя были запиханы в предназначенный для них отсек корвета, вместо старых «Манквимов». На взгляд Таллисибет — такая же дешевая сеповская жесть, как и та, которую они на «Песчаной Бабочке» заменили. А вот Маарек с ней в этом был совершенно не согласен! — парень и сейчас, вместе с техниками, ковырялся в «потрохах» доставшейся на халяву «обновки»: обследуя, изучая и что-то, попутно, выверяя и регулируя. Краем уха девушка слышала, что их прежние перехватчики «Манквим — 814» Главный механик уже кому-то успел загнать, связавший со своего служебного комлинка по внешнему каналу, прямо с посадочной площадки. — Сразу, как только они приняли новую технику у нежданного гостя. Собственно, по другому нормально впихнуть «лишнюю» пару истребителей в небольшой ангарный отсек корвета типа CR-90 было бы и невозможно — там и две то невеликих по размеру машины помещались, что называется, «впритык». К счастью, этот якобы новейший истребитель Сепаратистов, называвшийся «Манквим Марк 2», по размерам был точно таким же, как и свой прародитель — хоть с этим экипажу «Бабочки» голову ломать не пришлось. Попутно пришлось повозиться и с погрузкой кучи запчастей: как выяснилось, оба истребителя только с виду были похожими — внутренняя «начинка» у обоих различалась радикально. Хорошо, что их «спонсор» позаботился и о ЗИПах тоже — впрочем, в ином случае «подарок» могли бы и не принять. Как Таллисибет уже не раз успела убедиться, на «Песчаной Бабочке» подобралась та еще компания недоверчивых перестраховщиков. — Как сказал ей, в ответ на вопрос об этом, мастер Харрод: «Именно поэтому все присутствующие на борту до сих пор еще живы». — Вот так, ни убавить, ни прибавить!

Собственно, девушка сейчас и поднималась с нижнего уровня к твиндеку жилой палубы, ведущему в «джедайский отсек», для того, чтобы дать отчет Учителю о приемке и размещении «подарков». — Не Главмеху же, в конце концов, про такие пустяки начальству докладывать! Вообще говоря, «Песчаная Бабочка» всю последнюю неделю зачем-то проторчала на одном из бесчисленных космодромов Зейгеррии. Команда занималась мелким текущим ремонтом и профилактическими работами, а их с Маареком усиленно «дрессировали» наставники — и присоединившийся к ним Косс Виндим. — Похоже, слова о том, чтобы «натаскать» собственных помощников, джедай-адвозс воспринял как руководство к действию. Постоянно вне корабля работали только трое: Ладасен, как обычно, на пару с Ганом, и старый деваронец где-то пропадали — скорее всего, вели разведку. В другое время Таллисибет работающим «в поле» позавидовала бы, но только не сейчас. Местечко было крайне неуютным: мало того, что эти уроды, красиво выглядящие только снаружи, были работорговцами и пиратами — они еще и за Конфедерацию повоевать решили. — Ну, когда у них появлялось время, в перерывах между занятием основными видами местного «бизнеса». А еще, что-то тут мелькало иногда в Силе — нет, не сам ее фон, пропитанный злобой и безнадежностью, хотя и он давил на сознание достаточно неприятно. — Что-то еще, непонятное и зловещее. Хуже всего, никто другой из джедаев ничего этакого странного не чувствовал совсем — даже Маарек, у которого к ментальным техникам и Предвидению был самый сильный талант, в их команде. Не то, чтобы девушку это так уж сильно напрягало — но все равно было неприятно находиться в этом месте. Вообще говоря, за последние два месяца девушка продвинулась в изучении техник Силы больше, чем за все предыдущее время обучения в Храме — только вот приобретенные ей у Учителя, и других джедаев на борту «Песчаной Бабочки» умения были, как бы это помягче сказать… своеобразными. Более того, Таллисибет еще и подозревала, что некоторые изученные ей приемы в Храме не одобрили бы! А вот Учителю хоть бы хны: только улыбнулся, когда она ему про это сказала — и посоветовал не забивать голову ерундой. — Мол, то, что помогает джедаю выжить в схватке со злом, не может быть плохим…

Занятия были прерваны самым неожиданным образом: к ним заявился посетитель, и потребовал встречи с мастером Мика'авином. Представлялся новоприбывший коммерсантом — торговцем оружием, но Таллисибе совершенно точно знала, что этот человек — агент Убиктората. — Точнее, про это ей Учитель сказал. Красивый молодой парень — Таллисибет не дала бы ему больше тридцати стандартных лет. — Посетитель держался с достоинством, уверенно и без подобострастия, свойственного профессиональным коммивояжерам. Странно, обычно профессиональные разведчики и агенты стараются, даже оказавшись на время среди своих, не выходить из образа, что диктовала им избранная легенда — рефлекс, который вбивается намертво. Пришелец девушке не понравился! — Вот не понравился, и все тут: что именно в госте настораживало, она сказать не могла — но уж точно не его статус, или его поведение. Как с удивлением поняла Таллисибет, Учителю посетитель не нравился точно так же, как и ей самой — сработали их с ним узы: мастер и падаван связаны через Силу куда больше, чем другие форсъюзеры. — Только, как догадалась девушка, причина для недовольства у мастера Харрода была какая-то совершенно иная, чем у нее — и возможно, куда более основательная. Только, вряд ли Учитель ей что-то, на этот счет, расскажет. Между тем, мастер Харрод повел гостя в кают-компанию — в общую, а не их маленькую джедайскую: делать вид, что обсуждают условия сделки. Из услышанного разговора Таллисибет уяснила, что этот господин доставил им, якобы по предварительному договору, два новых истребителя, взамен имевшихся у них на борту — дальше мастер отправил ее на поле космодрома: принимать, вместе с Маареком, Главным механиком и ребятами из технической службы «Песчаной Бабочки» доставленный прямо к их корвету «подарок». И вот сейчас девушка спешила к наставнику: доложить об окончании работ по приемке техники.

Связавшись с кают-компанией и переговорив с Кийрас Брэк, Таллисибет узнала, что «официальная часть» и обед, от которого гость не отказался, закончились — и теперь мастер Харрод зачем то пригласил их гостя к себе в каюту. Поколебавшись, девушка решила просто дойти до каюты мастера — и вызвать его по комлинку уже от двери, чтобы не терять времени. В коридоре их дждайского отсека ее неожиданно одолело дурное любопытство: а она еще искренне считала, что уже избавилась от детской привычки подслушивать и подглядывать! — шагнула к двери «джедайской кают-компании», и вошла внутрь помещения. Уговаривая саму себя, что в этом нет ничего дурного, приложила ухо к переборке, разделяющей кают-компанию и каюту Харрода Мика'авина, и позволила Силе течь через свое тело, и композит переборки — так, как ее недавно научил Косс Виндим. Считалось, и Таллисибет до последнего времени была в этом уверена, что воздухонепроницаемые корабельные переборки не передают звук. Как оказалось, не в случае, если вы умеете делать некоторые вещи с помощью Силы: разговор в соседней каюте, явно подходивший к своему концу, она различала очень даже хорошо…

— Господин Малорум, я уже вам говорил: мы не диверсанты, и не отряд коммандос ВАР — у нас несколько иная… специальность. И наш общий знакомый, насколько я знаю, вам об этом четко сказал!

— Рыцарь Мика'авин, меня связывает режим полной секретности: мне просто не к кому больше обратиться! — А передавать запрос по команде… к сожалению, сейчас идет война, если вы не забыли! И, кстати, здесь я — Даргер Вахс'саар — прошу вас, обращайтесь ко мне по этому имени даже наедине: даже если риск раскрытия и провала минимален.

— Хорошо, Даргер… но это не меняет основной проблемы: то, что вы предлагаете в своем плане, это диверсия чистейшей воды! Захватить мятежника — пожалуйста! Захватить человека, незаконно и злонамеренно использующего Силу — это наша работа! Но убивать, при этом, еще и кучу совершенно посторонних разумных… увольте, но это не для джедаев.

— У меня инструкции: обеспечить изъятие данного господина, с целью доставки его на Корусант — для предания законному суду. Эти инструкции утвердило и ваше собственное руководство, в том числе — вы видели там визы двух членов Высшего Совета Ордена, рядом с визами Канцлера и господина Айсарда. И я вам совершенно точно заявляю, что простым способом вам этого человека не достать: на чем он обычно перемещается, и как работает его охрана, вы видели сами! — А последнее время меры безопасности были даже еще и усилены.

— Мы проводили успешные операции и в более трудных условиях.

— У тех ваших «объектов» была такая охрана, и такие силы и связи за спиной?

— Нет, но…

— Поймите, речь идет не о какой-то моей блажи, или чьем-то мелочном самолюбии: речь идет об интересах Республики!

— Как интересы Республики могут пересекаться с поимкой форсъюзера, использующего Темную Сторону Силы? Насколько мне известно, данный господин вообще никогда не использовал Силу в бою против Великой Армии Республики — по крайней мере, напрямую.

— Ну да, если не считать Боевой Медитации, судя по докладам моих информаторов. А возможно, и еще кое-чего — здесь доверять моим агентам я не могу: они не одаренные.

— Почему вы не хотите, чтобы мы сами разработали и осуществили всю операцию, от начала и до конца?

— Проблема как раз в моих агентах: они не просто сторонники Республики — они имеют законное право на власть в Тионе!

— И наш «объект» как раз и стоит между их «правом» и этой властью — я прав?

— Именно! К сожалению, нам приходится работать с разными… сторонниками. Так вот, это люди более чем заинтересованные и мотивированные в деле успеха нашего предприятия — а еще: им некуда отступать, и агенты вражеских спецслужб их уже ищут. — И, Республика не может себе позволить потерять немногих своих верных людей в Тионском кластере — пусть даже их верность имеет несколько… шкурный интерес.

— Хорошо, но почему именно тогда и там?

— У моих агентов есть туда допуск, и есть возможность провести ваш корабль в док — это стопроцентно надежно! К сожалению, подобное может сработать только один раз. Взрыв… вам придется уничтожить боевой корабль, а не гражданскую станцию! — Там будут только комбатанты, причем горстка, если считать в относительном масштабе: львиная доля экипажа этого монстра состоит из боевых дроидов. По любому — уничтожение такого корабля и связанная с этим паника, это возможность беспрепятственно уйти, пока там будет неразбериха. — И что еще существеннее: возможность замаскировать захват под гибель «объекта» — будет лучше всего, если его все посчитают мертвым, погибшим в результате диверсии или несчастного случая. Так сторонникам Республики, потом, будет проще произвести государственный переворот. Эту войну давно пора кончать — если у нас с вами все получиться, то окончание войны будет совсем близким! — можете не сомневаться.

В разговоре возникла долгая пауза — Таллисибет даже хотела идти, решив, что разговор уже окончен.

— Ладно, вы меня убедили — будем придерживаться вашего плана: в крайнем случае, переиграть его мы всегда успеем, если что-то пойдет не так. Ну а сейчас… нам пора расстаться: скоро сюда поднимется мой падаван — кажется, погрузка истребителей уже завершена…

Таллисибет как ошпаренная отскочила от переборки — Учитель почувствовал ее присутствие! С трудом уняв волнение и постаравшись придать себе деловой вид, девушка вылетела в коридор и подошла к двери каюты наставника.

* * *

Закутанная с ног до головы во все черное высокая фигура сидела в самом темном углу одной из кантин, возле Главного Рынка Скинтел. В ресторации, рассчитанной больше на приезжих, чем на коренных жителей, весело «оттягивались» от трудов неправедных представители самых разных народов и рас. Данная публика попала сюда не в трюмах кораблей работорговцев — наоборот, эти господа как раз такими кораблями и управляли. — Ну, или составляли их экипажи. Иногда между разгоряченными выпивкой и спайсом посетителями вспыхивали потасовки, но, по странной случайности, все местные эксцессы обходили темный уголок стороной. Вот и сейчас, повздорившего по какому-то явно важному поводу с хозяином-бесалиском, Дунсом Укезе, пропитого и накачанного спайсом по самые кончики леку желтокожего твилека, двое дроидов охранников IG-86, игравших в заведении еще и роль вышибал, аккуратно подтащили к двери и выкинули наружу. — А когда он попытался силой ворваться внутрь кантины снова — просто оглушили из выставленного на «нелетал» бластера. Потом, так же деловито, по молчаливому кивку хозяина, заковали бывшего посетителя в кандалы, и кинули, предварительно освободив от целой кучи «посторонних» предметов, вроде оружия или средств связи, в пристроенный к наружной стене здания кантины «загон для скота». В просторной металлической «вольере» уже томилось изрядное количество невольных «посетителей»: что поделаешь, приходилось соответствовать! — «Кантина Укезе» считалась тут «приличным» заведением, куда дроидам, животным и рабам вход был заказан.

Фигура в черном слегка покачала головой, открыв татуированное лицо датомирской ведьмы — удачно, что обошлось без лишнего шума. Вытянутое, похожее на топор, с длинным крючковатым носом лицо пожилой женщины прорезала неприятная улыбка: местный закон во всей его красе — пока «посетитель» считался посетителем, хозяин кантины его даже за неуплату не мог притянуть к ответу. — А как только вышибалы выкинули его за порог, он тут же потерял статус «гостя» — и повторная попытка проникнуть внутрь сразу же получила определение «преступные действия» в глазах местного закона. Если бы твилек убрался отсюда по-хорошему, что старина Дунс ему бы права не имел ничего предъявить — выпей он тут, в заведении, хоть глоток воды! — Ну а теперь идиот придет в себя уже на рабском рынке: успеют выкупить знакомые или сообщники — хорошо. Если нет, то поедет отсюда на какое-нибудь Кадаво, а может и не повезут никуда — здесь кайлом махать приставят: Зейгеррия сейчас переживала настоящий бум строительства. Старой ведьме местные обычаи казались донельзя странными и глупыми, но — кто она такая, чтобы учить местных, как им правильно жить? До тех пор, пока ее никто тут не трогал, все местные разборки ее совершенно не интересовали. А вот сама атмосфера этого местечка очень хорошо помогала прятаться от поиска через Силу! В последнее время женщина научилась ценить такие вот маленькие пустячки: облегчить жизнь самой себе, и затруднить ее, как можно больше, врагам. Вот, кстати, насчет врагов… женщина активировала комлинк, и принялась читать текстовые сообщения, которые доставила ей галактическая Сеть. Она уже было собралась отключать комлинк, когда прибор мигнул индикатором, подав сигнал, что получено еще одно сообщение… — закончив чтение, ведьма снова улыбнулась, хищно блеснув в полумраке зубами…

Когда через пять минут в кантину вошел еще один посетитель, и направился в тот угол, где сидела ведьма, женщина только отрицательно мотнула головой, на вопросительный жест хозяина: не мешайте мол, у меня деловая встреча. Такая же безликая фигура закутанная в плащ, с натянутым по самый нос капюшоном. — Только и понятно, что новичок мужчина — даже о телосложении или возрасте посетителя судить было трудно. О расе, впрочем, тоже — кстати, все прочие шумные «гости» кантины обращали на новичка так же мало внимания, как и на женщину, скромно сидевшую в одиночестве в уголке. Подойдя к столику, за которым сидела ведьма, пришелец пододвинул себе стул, и уселся на него, аккуратно расправив полы плаща. Не обращая внимания на стоявшие на столике напитки, и что-то вроде легкой закуски, на которые ему кивнула женщина, новый посетитель сразу перешел к делу.

— Джедай согласился на наш план!

— Он ничего не заподозрил?

— Что он мог заподозрить? — указания по поводу содействия мне, в моей работе, он получил прямо с Корусанта! Ну да, покривился по поводу сопутствующего теракта: джедай же, что с них взять? — однако, когда я обрисовал ему иные варианты, и последствия их осуществления — сдался.

— А что с нашим общим знакомым — рандитом, и его якобы другом — джедаем, которые и вывели тебя на этого Харрода Мика'авина? — Мне не нравиться, когда люди пропадают непонятно — как, и непонятно — куда! — особенно, если они тем или иным боком участвуют в наших с тобой планах.

— Хозяин… дал мне понять, что эти господа больше никому не помешают: не вовремя начали выяснять отношения между собой. — И, вроде бы, как довыяснялись… до взаимного убиения! — Подробностей, понятно, мне никто не сообщил.

— Это хорошо — одной заботой меньше! Не люблю, когда в дело бывает, замешано слишком много лишнего народа — оно обязательно закончиться провалом. Твои исполнители и информаторы готовы?

— Да, в Тионе все в полной готовности: как только наша мишень окажется на объекте — все придет в действие. Команда джедаев этого Мика'авина будет ждать в полной готовности — как только они сработают, мои люди зачистят за ними все концы. К сожалению, все наши действия мы вынужденно подгоняем под перемещения «цели»: ловушка может сработать надежно, только когда он окажется там, где нужно. Так что, придется ждать…

— Сколько, хотя бы примерно?

— Ожидается, что примерно месяц — но, он дважды откладывал личное посещение объекта! Так что, возможно, график еще сместиться. В любом случае — тионцам деваться некуда! — А джедаи приданы в мое распоряжение до конца операции. Придется запастись терпением.

— Хорошо, я согласна еще подождать. Но, чем больше мы тянем, тем больше шанс, что меня кто-то найдет — даже здесь.

— Я помню о своем интересе! К сожалению, пока от меня не все зависит…

Они еще посидели немного, для порядка. Потом мужчина поднялся из-за столика, и ушел. Немного подождав, ведьма жестом подозвала хозяина: рассчитаться, и добавить несколько кредиток «за беспокойство». — Как женщина не раз убеждалась, за долгие годы своей жизни, щедрая плата делает удивительные вещи с памятью у разумных. Когда она расплатилась по счету, и вышла из кантины, ее визави уже и след простыл. Хорошо… точнее — плохо, но могло быть и хуже! — А уж если бы она не успела вовремя убраться с Датомира… впрочем, тогда ей, наверное, было бы уже все равно. Пока же, она уцелела: ведьма опять нехорошо улыбнулась — ее враги скоро почувствуют ужас ее мести!

Итак, если этот скользкий паренек не врал, то Кронал все, спекся — интересно, кто прибил эту гнилую тварь? Когда этот предатель нашел ее, Матери Талзин показалось, что все — жизнь закончена! — Рандит просто поиграет с ней, как хищный зверек с добычей, и гордо отнесет и положит к ногам своего хозяина. То, что отступник задумал какую-то новую аферу, для участия в которой ему, зачем то, понадобилась ее помощь, вернуло Талзин призрачную надежду снова ускользнуть от ситхов, хотя бы на время. Эта призрачная надежда превратилась в уверенность, когда Кронал свел ее с одним молодым человеком, которого небрежно представил как своего помощника…

Интересно, догадывался ли рандит о том, какие мысли и чувства бродят в голове у этого парня с подлой душонкой? Да уж, сильные обычно не склонны замечать амбиций и претензий слабых, или еще хуже — позволяют себе, иногда, посмеяться над ними, если все же узнают про них. Сила Кронала была столь велика, что он мог бы одним пальцем стереть в порошок этого Малорума! — Однако, если бы Талзин кто-нибудь предложил побиться об заклад, то она не задумываясь поставила бы на молодого: Сила Силой, но в настоящей схватке все решают ум, изворотливость и… подлость. Кронал, под рукой у Сидиуса, отучился думать — а вот этот парень думать умел: голая Сила же всегда пасовала перед мозгами. Разумеется, было у этого паренька и слабое место: он сам хотел стать сильным, как… ситхи! — и, благодаря этому, стать одним из них. Талзин оказалось достаточно всего лишь показать ему записи: какими были Мол и Саваж до Бассейна Перерождения — и какими стали после. — И этот парень стал принадлежать ей весь, целиком, вместе со своими потрохами и тем дерьмом, что в них содержалось!

Что же, хорошо, что не пришлось убирать Кронала самой, или, того хуже, использовать для этого Малорума — не хватало еще случайно привлечь внимание ситхов! Да и парня со счетов сбрасывать тоже не стоит: амбиции амбициями, но Малорум совсем не дурак — ей только и не хватало, чтобы он насторожился и начал сейчас в чем-то сомневаться. — Этот простой пешкой никогда быть не согласиться. Сказочка о том, что только в момент хорошей заварушки, которая отвлечет внимание ситхов от планеты, Талзин удастся вернуться на Датомир, чтобы беспрепятственно провести ритуал, — она тогда долго не продержится! — А потерять, в данный момент, ценного помощника было бы чертовски жалко. Но, с другой стороны, что ей мешает самой немного поработать в Тионском кластере? Если ее юный помощник считает, что она без него там ничего не сможет сделать, то он глубоко ошибается: связи там у нее есть — и через эти связи она уже нашла подходы к нужным людям.

* * *

— Таким образом, Владыка, ведьма проглотила наживку — и сама отправилась в Тионский кластер: готовить месть собственными руками!

Голограмма фигуры коленопреклоненного человека висела в воздухе, прямо перед лицом Дарта Сидиуса. Ситх про себя улыбнулся — старание достойное награды! — Если бы остальные его подчиненные работали бы так же хорошо и эффективно. Оставались, правда, неясными некоторые нюансы… — но с ними можно и обождать — на мелочи сейчас попросту нет времени. А вот относительно джедаев…

— Харрод Мика'авин точно будет придерживаться плана? Напоминаю, что диверсия сама по себе — дело не менее важное, чем похищение.

— Да, я убедил его в том, что нашим тионским друзьям содействие Республики крайне необходимо — а у этого Харрода насчет интересов Республики, похоже, пунктик.

Дарт Сидиус прикинул еще раз необходимую последовательность действий. Первый пункт — предварительные действия: все готово к тому, чтобы начать операцию «Осады Внешнего Кольца». Кампания в республиканских СМИ уже начата. И его сторонниками проводится соответствующая разъяснительная работа в Сенате, которая начала приносить свои плоды — господа сенаторы понимают, что время игр кончилось. — По крайней мере, большинство. Генералы и адмиралы… скажем так: тоже поняли, наконец, кто тут главный, и в чем их настоящий интерес — контроль над военными… достаточный. С финансами, после Сципио, проблем тоже не будет. Джедаи… — вот здесь, да, еще не все идет как нужно. — Но Орден сам, своими руками готовит себе могилу: задача Сидиуса просто направить эти усилия в более «конструктивное» русло — и джедаи сами решат данную проблему. Собственно, столкнуть их с Тираннусом и его джедаями-ренегатами — шаг в правильном направлении: при проведении «Осад Внешнего Кольца» пусть друг друга и перебьют, в как можно больших количествах!

Итак, Харрод Мика'авин и его команда будут свято уверены, что они являются частью новой грандиозной кампании, начатой Республикой, по возвращению контроля над мирами Внешнего Кольца. Лишние вопросы ни он, ни его люди тионцам задавать не будут, это факт — да сторонников Дома Исалар-Тион, которые будут их партнерами в проведении операции по захвату объекта, и осуществлению диверсии, самих используют втемную. — Дом Исалар-Тион обычная амбициозная пешка, которой он легко пожертвует. Тем более, что у него есть еще много таких же пешек. Вот, хотя бы, Дом Вар-Адеан — к представителям которого Малорум так искусно «подвел» эту ведьму, Талзин: еще одна куча амбициозных дураков с претензиями. — Им, видите ли, отдайте контроль над королевством Крон! Надо же, эти слизняки, которые проглотили и объединение королевских домов Тиона с и Крона, и смирились с Дуку-младшим в качестве их наследника, теперь хотят что-то требовать от него. Самодовольные уроды… ситх, бывало, уничтожал вставших ему поперек дороги и за меньшее. Ну, пусть поработают вместе с этой тварью, Талзин — потаскают грязь и дерьмо своими собственными ручками: а потом их можно точно так же сдать, как и Исаларов. Вот Дом Нусватта, те действуют куда как более разумно — сразу показали, что Сидиус для них Хозяин, с большой буквы. Поэтому именно они и получат корону Тиона, по итогам — когда Тионский кластер вернется в лоно Республики. — Разумеется, как умные люди, на слишком многое — то есть, на весь кластер и окрестности — они даже не замахиваются.

Итак, Исалары искренне считают, что работают на самих себя — после проведения диверсии и исчезновения объекта попробуют захватить власть — сторонники для этого у них есть. — Точнее, это они так считают: вот только Великая Армия Республики за них, против карманной армии и флота нового короля Тиона не вступиться! А еще есть Вар-Адеаны, намеренные заполучить не корону Тиона, а наследницу Крона — воспользовавшись помощью ведьмы. — Такие же амбициозные дураки. Но невольными услугами, и тех и других ситх с удовольствием воспользуется: очень удобно, когда есть, на кого переложить вину. Так, имеется вопрос по возможному ходу этой части операции: точнее, по границам компетентности — надо спросить. Вон, Малорум покорно ждет воли хозяина.

— Жена и дети объекта в руках Вар-Адеанов — насколько это вообще осуществимо технически, не считая возможной помощи им от Талзин? — И исключая ситуацию, когда они могут попасть ей самой в руки?

Судя по всему, у парня были соображения, на сей счет, которые он Сидиусу и озвучил.

— У Вар-Адеанов под контролем будет несколько боевых кораблей, с преданными экипажами — при всем желании, наемникам Талзин просто нечего будет им противопоставить.

— А ведьма точно не рискнет влезть в это дело сама, и ограничится только их поддержкой?

— Не думаю, Владыка, — с ее точки зрения, это неоправданный риск: слишком велик шанс раскрыть себя перед вами! Вот попробовать убить женщину и детей… такой приказ своим наемникам она отдать может.

— Тогда намекни тем Вар-Адеанам, чтобы те были настороже — и ведьме, с ее людьми, особо не доверяли: дай понять, что они лишь временные попутчики, а не партнеры, как ты.

После чего ситх милостиво поблагодарил помощника за проделанную работу, и отпустил. Подчиненный откланялся. Связь прервалась…

Дарт Сидиус опять подумал о надежности самого Малорума: слишком многое в этом деле шло сейчас через него. Конечно, с Талзин он сработал более чем удачно — дав шанс старшему ситху разыграть отличную комбинацию! При любом раскладе, ведьма будет главной виновницей произошедшего, в глазах и Дарта Тираннуса, и младшего Дуку — разумеется, если они сами выживут в последствии. — А Сидиус такого вовсе не исключал: и дядя, и его внучатый племянник не раз делом доказывали, как они умеют находить выход из трудных положений. А вот ведьма… что же, у него есть кому теперь, и помимо Малорума, довести до Талзин мысль: надо украсть жену и детей врага самой! Тионцы? — ну, пешками-то всегда можно пожертвовать — ему, Сидиусу, не привыкать такое делать.

Итак, настало время обрезать лишние, ставшие ненужными, связи. Прежде всего — Дарт Тираннус и его так называемые «аколиты». — А заодно и проект на Салюкамее: то, что у Тираннуса есть некоторые успехи, это даже хорошо — Орден проявит больше рвения в уничтожении лабораторий по клонированию! Попутно решиться и проблема «аколитов» — по крайней мере, большего их числа: в то, что джедаям сразу удастся зачистить всех клевретов Тираннуса, старший ситх не верил. Ну да пусть их — в случае чего, добить уцелевших не составит большой трудности. Следующая, по важности, проблема — как раз младший Дуку. Все это как раз очень хорошо можно будет решить под прикрытием начавшейся операции «Осады Внешнего Кольца».

Захват короля Тиона джедайской охотничьей командой Сидиуса устроил бы полностью: потому, что сам он, при этом, оставался бы в стороне — а из джедайских спецтюрем пока еще никто не убегал. Вариант, когда младший Дуку все же избежит джедайских ловушек, но потеряет семью, тоже неплох — и тем, что это сулит господину Райдену скорое и глубокое падение во Тьму, и тем, что вся вина будет лежать на Талзин. Уж Сидиус постарается донести до Тираннуса или Райдена, если они к тому времени будут еще живы, кто именно стоял за похищением женщины и детей!

Теперь, сам Дарт Тираннус: кажется, к счастью, Дуку все еще считает — идет выполнение их старого, совместного плана. — Поэтому следовать указаниям Сидиуса он будет беспрекословно. Это племянником он может и не захотеть пожертвовать — а вот Аколиты уже совсем иное дело: ради великой цели Граф их гибель как-нибудь перенесет! Но, несомненно, захочет за них Республике отомстить. Что же, ударный флот Гривуса почти уже собран, и вполне готов атаковать Корусант. Направить дражайшего Графа еще раз «подразнить» Скайуокера — и вызвать прямиком к Столице, где Сидиус как раз закончит инсценировку своего похищения! И вызвать туда же Армаду Скайуокера — на помощь атакованной сепами планете: а уж организовать, по ходу, новую «горячую» встречу Графа и Избранного, это дело техники. В принципе, Дарт Сидиус даже не очень бы расстроился, если бы Скайуокер опоздал — организовать Тираннусу «несчастный случай» он может тогда и сам. Другой вопрос: кого ему назначить своим «спасителем»? — публике ведь непременно нужен будет герой перед глазами. И этот герой никак не может быть самим Канцлером. Вот это может стать серьезной проблемой! Ну а потом можно будет стричь политические купоны от «разгрома флота Конфедерации», и собственного счастливого спасения — и с того, что джедаи, обязанные оберегать Корусант, Сенат и правительство, будут показаны СМИ севшими в большую лужу.

Ну а потом, после гибели Дарта Тираннуса, можно будет раз и навсегда решать вопросы с руководством КНС и Орденом — именно так, в таком порядке…

Сидевший перед погасшим голопроектором ситх скривил губы в легкой усмешке: видение Силы нахлынуло вдруг мощным потоком, накрывшим его с головой. Гигантский амфитеатр Сената, и он, объявляющий с летающей канцлерской платформы о создании Галактической Империи. Рядом верный Мес Амедда, Слай Мур… кажется еще кто то — и эхо невероятной эйфории, что его захлестывает, прокатывается через Силу откуда-то издалека. Шепот где-то вовне, хотя говорит и он сам: «Абсолютная власть…» — и Видение гаснет…

Глава шестнадцатая

Ложные шаги

Повидал я много миров, но зрелище новой планеты все равно было… интересным. Полосы бешено несущихся наперегонки друг с другом облаков то и дело прорезались гигантскими разрядами молний. Вихри чего то, напоминавшего циклоны на более приветливых небесных телах, крутились тут и там, на подсвеченном яростным светом голубоватой главной звезды диске небесного тела. — Тусклый свет второй звезды этой безымянной системы, красного карлика, добавлял свой скромный мазок в бело-оранжево-коричнево-голубоватую гамму цветов здешней атмосферы. Преддверие ада, как оно есть: с учетом температуры на поверхности, зашкаливающей за четыре сотни градусов, и атмосферного давления, в сотню раз выше стандартного, да плюс еще то, что обычно называется «химически агрессивная среда» — очень милое местечко! Корпус дроида-геологоразведчика типа «Спелункер», изначально спроектированного для работы практически в любых условиях, эта атмосфера превращала в труху, буквально за пару недель. — Это если дроида не заносило в какое-нибудь особо поганое место, которыми безымянная планета, имеющая только каталожный номер, изобиловала — тогда жестянка находила еще более скорый конец. Однако же, именно этот небесный шарик и был целью моего пребывания здесь. Вообще говоря, в галактике — даже той ее малой части, что была у меня под контролем, — имелась масса куда более приятных по своим климатическим условиям планет, богатых природными ресурсами. Увы, для моих целей все они практически не представляли никакого интереса, в плане осуществления некоего… нет, пока еще никакого не проекта — просто: желания удовлетворить собственное любопытство за казенный счет! — И, не надо мне про то, что я никакой не ученый, и про то, что любопытство кошку сгубило — все это я и сам знаю! Но, все равно, принесла вот нелегкая сюда, и все тут: кристаллы митаг, в нужных количествах и при необходимых кондициях, больше нигде, в известных мне доступных местах, не попадались…

Ладно, рассказывать надо по порядку. Начать стоит с того, что мне не давали покоя даллалтские находки: простота и даже изящность решения сложнейшей проблемы взаимодействия Силы с материальным миром вызывали невольное восхищение. Если оставить в стороне моральный аспект проблемы, то ребята, когда то научились, как говориться: из говна и палок! — делать такие вещи, которые мы сейчас можем повторить, только имея доступ к самым высоким технологиям. — Или, как ни стыдно это признать, вообще не способны воспроизвести нужный результат — ну, по крайней мере, за приемлемую цену и в необходимых количествах. Вон, как дроидов А-серии. Досталось ли древним тионцам уже готовое решение, в виде «освоенных» технологий только что покинувших галактическую арену ракат, или там нашлись какие-то свои неизвестные миру гении — уже не важно! — А важен конечный итог: система, способная из низкоуровневого материала создавать сложноорганизованные квазиразумные объекты, выражаясь канцелярско-техническим языком. Что самое интересное: эта фигня должна была работать практически по принципу черного ящика. — Насыпь ингредиентов в котел, поставь на огонь, помешай, скажи волшебные слова «крекс, фекс, пекс» — и вот тебе настоящее волшебное зелье: остужай и разливай по бутылкам. Насчет «формы и размеров котла», а так же — чего бросать в огонь и как помешивать, вопросов не было. Затык, лично для меня, пока был с этой самой волшебной абракадаброй, которую в плохих сказках злой волшебник цедит воющим голосом, пугая зрителей до усрачки: как говориться, дикцию и тембр голоса в таких делах всегда приходиться подбирать практическим путем. Но, здесь мне все удалось сделать почти в лабораторных условиях. Однако, серия незатейливых опытов с Силой выяснила один очень неприятный факт — выбор «сортов говна», из чего можно было лепить разного рода боевых големов, оказался до ужаса ограниченным. Точнее — все уперлось в материал, который был бы пригоден в качестве основы их «мозгов». Может быть, имея в наличие схемы преобразования с иными параметрами, я и смог бы подобрать что-то получше, и поудобнее в использовании… но, имеем то, что имеем: кроме природных кристаллов митаг ничего, пригодного для моих целей, не подходило. — А использовать кибер-кристаллы, в качестве носителей, прошу не предлагать!

К счастью, моя изыскательская служба даром свой хлеб не ела, и бездельем не маялась: среди кучи отчетов, нашлось описание одного места, где было практически все, мне нужное. Поскольку строить что-то вроде действующей модели смысла не было, из-за влияния эффекта масштабирования — в малом объеме резонанс Силы, почему то, не возникал, — строить мне пришлось сразу полноценный «завод»: избыточную мощность придется куда-то девать, если не имеешь желания устроить из места работы место применения ОМП. — Вот лучше и использовать ее на что-то полезное, а не засирать ей все вокруг! Перерабатывающая станция типа «Лормар», в качестве базового блока сооружения, подошла для моих целей как нельзя лучше — и есть где Преобразователь поставить, и места для рабочих зон хватит с избытком. Ну а чтобы найти применение полученным материалам и оставшейся части энергии, приделал к перерабатывающей станции шесть штук стандартных Телгронских ремонтных доков, по периметру нижнего кольца. Получившееся сооружение напоминало, при взгляде снаружи, что-то вроде гигантской металлической «снежинки». Станция добралась до безымянной звездной системы своим ходом, а разобранные на секции доки перевезли на место уже после ее прибытия. Поскольку данный «объект» был делом не только не имеющим гарантии нормальной работы в будущем, при всех опытах и прикидках, но и содержал в себе своеобразные… «компоненты», для всех работ я использовал только дроидов. — Мне как то ни подражатели совсем не нужны, ни, тем более, не нужны контролеры от Конфедерации, с вопросом: «На что потрачены народные деньги»? — Допустить на объект последних, значит вообще чуть ли не проорать Дарту Сидиусу прямо в ухо: «Смотри сюда»! В общем, все это было доставлено сюда окольными путями, и собрано в единую конструкцию. — Преобразователь, компоненты которого были изготовлены для меня по отдельности — в разных местах и у разных производителей — дроиды монтировали под моим личным руководством: все действия пришлось выверять с помощью Силы. В этом деле халтура не допустима: иначе, как минимум, вся работа пойдет насмарку — ну а что будет, если не скомпенсированный «откат» пойдет по максимуму, я даже не хочу себе представлять. — Но, в голове, почему то, упорно вертится образ Кладбища Крона. В общем, выкроил из своего плотного графика неделю времени, и всю ее убил тут — устанавливая и подгоняя необычное «оборудование». Добираться пришлось своим ходом — на старом добром шлюпе типа «Панворкка-116», когда то презентованном мне дядей, вместе с дроидом-пилотом FA-4: «парусник» давал хорошую гарантию, что направления моих полетов никто не отследит. — Шлюп я, в свое время, немного переделал под собственные нужды — и немало помотался на нем по просторам галактики. Потом, правда, «средства передвижения» пришлось использовать совсем другие: сколько я уже не пользовался корабликом, года три? — теперь вот опять извлек его из дальнего угла личного ангара. Пригодился…

Монтаж, настройка и юстировка чертовой конструкции утомили меня страшно: пять суток без сна, манипулируя потоками Силы — это вам не в мячик поиграть! — А прервать процесс было никак нельзя — без окончательной фиксации, все настройки слетели бы мгновенно. Проще всего было сделать «разводку» и согласование работы «силовых струн» и волноводов, идущих от Внешнего Контура Преобразователя, к элементам конструкции и рабочим зонам сооружения: будущая «нервная система» и «система регулировки потоков Силы» внутри всего комплекса, в одном флаконе. Кое-где хватило примитивной ситской Алхимии, насколько эта дисциплина вообще может быть «примитивной» — а в большинстве случаев я просто работал с материалом конструкций посредством Стихий: прикладное использование техники Внешнего Изменения. Когда вся эта хренотень была собрана и встроена — кое-где так просто вплавлена или растворена — в конструкции базового блока и оконечных секций, я собой представлял выжатый досуха плод спелого майлоруна. Поневоле пришлось делать перерыв. В результате, снова на объект я смог попасть, для окончательного согласования настроек контуров и схем Преобразователя и запуска конструкции в работу, только через месяц — другие то дела и заботы тоже никуда не делись, и требовали пристального внимания!

Огромный бок подсвеченной обоими солнцами планеты, к которой мой шлюп подлетел уже достаточно близко, окрашивал внутренности пузыря носовой кабины в оранжевые оттенки — парус был давным-давно убран, и теперь мой кораблик перемещался исключительно с помощью репульсоров. Наконец, крошечной мошкой на фоне диска планеты появилась станция, быстро превратившаяся в пародию на черную металлическую снежинку, лежащую на поверхности блюда с цитрусовым желе. Дроид-пилот замедлил скорость полета до безопасного минимума, подводя шлюп к шлюзу станции. На связь вышел номинальный «хозяин» этих мест — дроид-тактик TX-77: доложить, что все на вверенном его заботам объекте в порядке, и происшествий нет. Очень хорошо! Из дальнейшего доклада стало понятно, что в части добычи и предварительной переработки ресурсов комплекс уже начал плановую работу: натасканное автоматизированными Трилонскими добывающими барками сырье пущено в дело, и накоплен необходимый запас полуфабрикатов для пробного пуска задуманного мною гигантского автономного 3D-принтера. На добывающих барках — как и везде тут, работали модифицированные дроиды — в основном, типа В-1: для рутинной однообразной работы их возможностей вполне хватало. А еще дроид-тактик доложил, что на станцию неделю назад прибыл тюремный транспорт — и что его «пассажиры» размещены в отведенных для них «апартаментах». — При этом указав, что продовольствия на станции, для такой прорвы народу, не предусмотрено: еще через неделю привезенные запасы кончатся — и тогда арестантам придется, есть друг друга. Блин, а еще говорят, что у дроидов совсем нет чувства юмора!

Высадившись в ангаре, где меня встречал сам дроид-тактик с подобающим эскортом, приказал FA-4 вывести шлюп в космос, и отойти подальше от станции. Если что-то все же пойдет не так, хочу иметь, хоть какое-то спасательное средство под рукой! Согласовав с TX-77 план действий, направился к пока еще мертвому сердцу всего этого сооружения. Коридоры, переходы, транспортеры и лифты — в конце всего этого: камера управления Потоками, с Точкой Фокуса в самом центре. Чистое, аккуратное небольшое шарообразное помещение, с подвесным полом и возвышением в центре — местом для медитации. — Узкие прорези в стенах… точнее — оболочке, дают вид на внутренности огромного — пара сотен метров в диаметре — зала Резонатора. Занимаю место на этом возвышении, предварительно закрыв за собой двери в камеру: «защита от дурака» — пока двери не закрыты, процесс не запуститься. О правилах техники безопасности неведомые мне творцы этой системы представление вполне имели, и окончить жизнь самоубийством вовсе не желали! Усаживаюсь поудобнее, подоткнув, под себя, полы плаща — сидеть мне тут долго — и старательно унимаю дрожь в похолодевших руках. — Чувство предстартового мандража, когда гонка со Смертью еще не началась, а адреналин уже потек по венам. Пока еще можно все отыграть назад: сейчас все вокруг просто мертвое железо, и ничего более — даже, несмотря на мою прошлую возню со всем этим хозяйством. — А вот когда я начну формировать потоки Силы, думать уже будет поздно! Нет, к черту… второй раз попробовать я, потом, просто не решусь: ТАКУЮ вещь можно себя заставить сделать только один раз в жизни…

Еще один удар сердца, и я цепко хватаюсь за потоки Силы, пронизывающие все вокруг. Это принцип Темной Стороны: форсъюзер меняет течение окружающих его потоков Силы сам, нужным образом — а не выбирает кропотливо подходящий для работы поток из множества других. Если бы я сейчас прибегал к Светлой Стороне Силы, то мне надо было бы просто открыться этим потокам, и дать им свободно течь через мое тело — выбирая для работы те, которые подошли бы по назначению. — Теоретически, именно так даже можно было бы все сделать! — лет за пятьсот. Увы, у меня столько времени в запасе не было, поэтому приходилось прибегать к способу опасному, грязному до ужаса — но очень быстрому: если все пойдет без осложнений, то на весь процесс Трансформы уйдет от силы пять дней. — Максимум — семь. Кстати, больше времени, при проведении «процесса перехода», я могу и физически не выдержать: мощь потоков Силы, которую могла без вреда пропускать через себя собранная конструкция, превышала всякое воображение — как я уже упоминал, видение вспышки Сверхновой у меня было. — Человеческое тело на такие фокусы не рассчитано! Оставалось только верить, что неведомые древние форсъюзеры хорошо представляли себе пределы таких возможностей. Во всяком случае, я на это надеюсь. Сила покорно течет от меня во все стороны одновременно, охватывая каждый элемент конструкции, любую деталь или механизм — все, начиная от Управляющей Станции дроидов, посредством которой TX-77 командует армией своих подчиненных, до его самого и последнего мелкого дроида-ремонтника. — Все, заканчивая массой разумных в тюремных клетках «вивариев» и миллионами тонн запасенного «порошка» полуфабриката разных сортов и марок — последние, пока еще, мне не нужны, как и арестанты.

Конструкция Преобразователя начинает «петь» в резонанс с потоками Силы, что я пропускаю сейчас через конструктивные элементы станции и пристыкованных к ней ремонтных доков — составляя одно целое, эти части будущего сооружения еще чувствуются каждая по себе. Так же резонируют все работающие источники энергии «на борту», и молекулярные печи, где процесс разделения сырья должен идти непрерывно, согласно технологии — только «частота» этого резонанса немного другая. — Но работать с источниками энергии мне тут совсем не надо, ни к чему: направляю потоки Силы исключительно в элементы конструкции Преобразователя и его «периферийных» систем. Одновременно увеличиваю прогоняемый мной объем Силы до максимума. Не к месту приходят на ум слова: «Чувствую себя маленьким кусочком масла, который размазывают по огромному ломтю хлеба». — Черт, как я тебя понимаю, неведомый мне Фродо Бэггинс! — нельзя попробовать надеть на палец Кольцо Всевластья и не измениться, при этом. Попробовать выковать такое Кольцо самому — еще круче! — даже если ты просто повторяешь уже сделанную кем-то работу. Помниться, когда Саурон выковал Кольцо, само Кольцо перековало Саурона… ааа! — все, нечего теперь бояться: теперь все, остается только как в том анекдоте — «трясти надо».

Камера Управления. Внутренний Контур. Резонатор. Цепь положительной обратной связи. Контур Преобразования. Цепь отрицательной обратной связи. Внешний Контур. Контур Стабилизации — он же, Накопитель. Главный Контроллер. Эффекторная Система — те самые силовые струны и волноводы, с настройки которых я, больше месяца назад, начал процесс ввода объекта в эксплуатацию, если это так можно назвать. Сейчас я, «прислушиваясь» к отзвукам текущих по всем этим элементам конструкции системы потоков Силы, приводил их «звучание» к общему «тону» — так же с помощью Силы, но используя уже другие техники, предназначенные для работы с материей. Где-то что-то поправлял — там, где это ощущалось как что то «неправильное». Где-то что-то «соединял» — там, где потоки Силы не текли свободно. Я почти потерял счет времени. Наконец, мне показалось, что вся конструкция стала единым целым — во всяком случае, так она теперь мной ощущалась сквозь Силу. Что же настала пора проверить, так ли это есть на самом деле…

С помощью Силы воздействую на пространство внутри камеры Резонатора — обычный Форс Слэм, ничего особо сложного. В другом месте мой удар просто пришелся бы в пустоту, или, если бы во что-то попал, просто размолотил бы все в труху — если, конечно, объект попадания был бы недостаточно крепким. Здесь… трудно передать словами, как исказилось внутренне пространство камеры Резонатора — искажения сопровождались и световыми эффектами: на всех хоть чуть выступающих элементах внутренних конструкций вспыхнули светляки — почти как огни Святого Эльма. — Вот только я совсем не ощущал там даже капли статического электричества! Добавил больше Силы в новое воздействие, потом еще… от пола до потолка Резонатора встали зигзаги разрядов — Молнии Силы. Через Внутренний Контур поток энергии пошел к Камере Управления — я тут же перекинул его на Контур Преобразования. Сила, не та, что шла от меня, а та, что пронизывала окружающее пространство, добавила свою мощь к той, что уже была закачана за эти множество часов в конструктивные элементы Преобразователя. Эхо Силы, которое пронеслось в пространство, заставило «откликнуться» все объекты внутри этой звездной системы — начиная от самих здешних солнц, и кончая соседней планетой, на орбите которой висела станция. Сработала Цепь положительной обратной связи, и вся эта умноженная мощь вернулась — через Внутренний Контур — прямиком в Резонатор. Дальше процесс повторился, постепенно увеличивая амплитуду колебаний: казалось, Сила текла внутрь конструкции отовсюду снаружи. Когда потоки Силы достигли опасной величины, грозившей разрушением системы, перекинул часть потоков во Внешний Контур, подпитывая Силой уже его. Посредством Внешнего Контура, через Цепь отрицательной обратной связи, подключил к работе Контур Стабилизации. Все, дальше надо ждать пока идет процесс насыщения: без заполнения Накопителя до необходимого уровня пробовать включать в работу Главный Контроллер и прокачивать Эффекторную Систему просто нет смысла. — Все банально «заглохнет» от недостатка энергии, так и не начав работать!

Поскольку дальше моя задача свелась только к контролю процесса резонансных автоколебаний всей системы, шедшему с медленно нарастающей амплитудой, появилась возможность даже немного перевести дух. Оказалось, что просидел я в Камере Управления почти трое суток! Самочувствие… такое бывает даже не с глубокого похмелья: когда отравишься чем то. Казалось, будь у меня сейчас полный желудок — вывернуло бы наизнанку. Одежда была буквально пропитана потом. Руки и ноги заледенели и одеревенели — с трудом встал с неудобного седалища, и походил внутри помещения Камеры Управления, разгоняя кровь. Потом попробовал выяснить: что твориться снаружи — не с помощью Силы, понятно, а техническими, так сказать, методами. Помехи были такими, что связаться со своим шлюпом мне удалось с большим трудом: приказал дроиду-пилоту включить наружные камеры, и вести непрерывную запись всего, что будет, или не будет, происходить со станцией. Дроид-тактик жаловался на сбои в работе практически всех систем станции, когда я, в свою очередь, вызвал его на связь. Посоветовал TX-77 дать команду Станции Управления — отключить всех дроидов, не задействованных на вахте, или текущих работах. Между тем, воздух в камере Резонатора буквально «рябил», а тусклые вначале «огоньки» превратились в настоящие «фонари», заливавшие затененное раньше помещение призрачным, неестественным светом. Так, все! — чувствую, что для пробного пуска накопленной энергии уже вполне достаточно. Снова вмешиваюсь в процесс распределения потоков Силы, запуская Главный Контроллер — и начиная накачивать Силой Эффекторную Систему. Иииии, есть!! — сейчас я, находясь внутри Камеры Управления, чувствую — через загнанные в контуры и цепи системы потоки Силы — всю собранную и работающую как надо конструкцию, до последней силовой струны или волновода! Стоп, еще рано радоваться: надо зафиксировать рабочие параметры — и надо попробовать повторить цикл…

На все это у меня уходит несколько часов. Система работает прекрасно. Более того, в выкаченной «извне» Силой, мне удалось буквально сварить, сплавить всю конструкцию в единое целое — сейчас, наверное, те же ремонтные доки от центральной секции можно будет оторвать, только подорвав места соединения, или отпилив их лазерными резаками. — А может и не удастся: соединения, упрочненные Силой, плохо поддаются разрушению. И все же, если работать на этом «инструменте» подобным образом, то результат будет, мягко говоря, не блестящим — один я, в качестве «батарейки», как впрочем и целая команда форсъюзеров, сможем разве что нескольких дроидов А-серии в день сделать. Обычный промышленный комплекс, таких же размеров, выдавал бы продукции на несколько порядков больше! Чтобы эта фигня работала так же, необходимо сделать последний шаг: провести Трансформу системы. Но, для этого требовалось несколько иное «топливо».

Вспомнил цифры из доклада TX-77: на борту станции сейчас находилось двадцать тысяч семьсот тридцать пять заключенных. Та еще публика — на всех висели смертные приговоры, а на некоторых, даже не по одному: бандиты, убийцы, пираты и прочий подобный сброд. — По всем веревка, газовая камера и прочие — экзотические и не очень — способы казни давно и долго плакали горючими слезами. Понятно, что как и везде в цивилизованных местах, отправить преступника на эшафот — не быстрое дело: закон любит основательность, и не любит делать ошибки. — Вот и заждались товарищи возможности поехать на тот свет за казенный счет. С «билетами» на тюремный транспорт сюда, освободились многие камеры смертников в Тионском Кластере и его окрестностях. К сожалению, дроид-тактик сообщил, что еще семеро из этой компании покинули нас: окочурились от разных причин уже тут, по прилету — очень надеюсь, что пока я здесь проводил настройку и запуск системы, еще никто больше не преставился. Было бы чертовски обидно лишиться сейчас ценного материала, необходимого для продолжения работы — эти сволочи должны народу Тиона столько, что просто обязаны отработать все, до кредитки и калории, потраченных на их поимку и содержание! Кстати, пока я тут делом занимался, у них, теперь, еда должна была подойти к концу. Хотя, сегодня их еще должны были покормить, напоследок — TX-77 говорил, насколько я помню, про неделю сроку — а иды марта еще не закончились!

Управление камерами «вивария» имело выносной терминал, расположенный прямо тут, где находился центр управления всей системой. Когда Преобразователь не работал, то находиться рядом с его конструкциями было практически безопасно — но создатели этой штуки подстраховались и тут. Касаюсь нужного сенсора на панели терминала, и механизмы буквально вытряхивают содержимое тюремных камер внутрь Резонатора — тесновато, конечно, судя по доносящимся приглушенным воплям смертников, но это помещение рассчитано на куда большее количество «расходного материала». Кстати, чтобы не возникло давки, Резонатор заполняется постепенно — партия за партией. По коже пробегает холодок. Кстати, поскольку света в камере Резонатора достаточно, а Камера Управления просматривается, оттуда, хорошо — меня уже увидели: кое-кто из них даже тычет пальцем, показывая в мою сторону. Наконец, все арестанты перемещены — на панели терминала загорелся сигнал окончания работы. Снова занимаю место на возвышении, и погружаюсь в транс, уже не обращая внимания на то, что происходит снаружи. Проверка готовности: отклик эха Силы есть! — Подключаю Главный Контроллер к внутренним цепям и контурам Преобразователя — дальше процесс пойдет сам, лавинообразно, повинуясь заложенным в матрицы Контроллера схемам и созданным прошивкам. Набранные из миллионов обработанных кристаллов митаг разных размеров, эти матрицы и будут тем сердцем, что станет основой информационной структуры, что возникнет после проведения Трансформы. Теперь главное — хватит ли для проведения этой трансформации Силы, которой удастся получить…

Смерть множества разумных… я много где ее раньше ощущал: на Датомире, в сражениях с армией и флотом Республики. — Но соединенный вопль тысяч голосов, которые донесла до меня сейчас Сила, не мог сравниться, ни с чем. Внутренности камеры Резонатора заполнились каскадами Молний Силы, в которые превратились призрачные огни, освещавшие ранее ее внутренности — их свет слепил не хуже, чем свет мощнейшего прожектора или даже яркого солнца. Сама конструкция Преобразователя, а потом и конструкции станции, казалось, пришли в движение — так велика была мощь Силы, которая текла, в эти мгновения, в данном месте. Сместилась и сдвинулась будто бы сама реальность: что-то ломалось, перестраивалось — и возникало заново, из праха небытия. Потом это «нечто» словно бы глянуло на меня слепыми глазами. Где то в голове отголоском дальнего, нездешнего эха прокатилось: «Хозяин?» — и все закончилось! Нет, нахрен, так не северный олень показывается публике на глаза — так обычно приходит толстый полярный лис…

Все успокоилось без моего вмешательства — даже ощущение присутствия Тьмы за оболочкой Камеры Управления пропало начисто! Глянул на хронометр: весь процесс трансформы занял от силы четверть часа — точное время начала я как то не засек. Глянул внутрь камеры Резонатора, где снова зажглись обычные светильники. — Абсолютно чистая поверхность: ни следа того, что совсем недавно там находилось более двадцати тысяч разумных существ… ни пепла, ни пылинки. И следов от каскада Молний Силы, что хлестали там вот только что, совсем недавно, никаких — металлы, транспаристил и керамику словно отполировали и вычистили так, что все аж блестело: ни оспинки, ни щербинки. Нахрен! — все равно не сделаю туда ни шага: на Даллалте, в изъеденных коррозией и временем обломках такой же камеры, эхо Силы было таким, что становилось дурно. Понятно, почувствовать сразу это мог только одаренный, обычный человек мог там быть достаточно долго, и ничего не почуять. Но, в конце концов, если находиться в таком месте достаточно долго, то проняло бы любого. Осторожно отпускаю Чувство за пределы Камеры Управления — стараясь не касаться Резонатора, понятное дело! — Все, как и должно быть, по идее: Внутренний Контур дает чистый отклик Светлой Стороны, Контур Стабилизации, наоборот — сохраняет еще изрядную долю мощи Темной Стороны Силы. Похоже, после Трансформы — перестройки всей системы в рабочее состояние, — остался неиспользованный резерв. Резерв небольшой, процентов десять от силы, может — чуть больше. По-любому, эту накопленную энергию надо куда-то использовать. — Оставлять все в «заряженном» состоянии слишком опасно: система не рассчитана на длительное хранение заряда — а когда начнет «течь», то мало вокруг никому не покажется! Хорошо, что в закромах родины уже накоплен изрядный запас «полуфабрикатов»: заодно и испытаю в действии то, что у меня, в результата, получилось. Так, ладно, идем дальше: Контур Преобразования, вместе с Цепями положительной и отрицательной обратной связи сюрпризов тоже не преподносят — слабо фонят следами обеих Сторон Силы. А вот Внешний Контур фонит Тьмой, что, в общем-то, и должно быть, пока в Накопителе есть остаточный заряд — как раз через него то и пойдет возможная утечка. Главный Контроллер…

Черт, есть отклик! — примерно такой же, как если пытаешься активировать работающий голокрон: Хранитель пытается узнать, что за недоумок потревожил его покой. Не задумываясь, даю команду осуществить тестовый прогон системы. Отклик приходит практически мгновенно: система полностью целостна, исправна и готова к работе — периферийные устройства задействованы на тридцать восемь процентов. Энергетический ресурс — тринадцать процентов от нормы, материальный ресурс — двадцать восемь процентов от нормы. Желательно оптимизировать работу периферийных устройств: предполагаемый расход остатка энергии — пятьдесят пять процентов. — Предполагаемый расход материальных ресурсов — тридцать пять процентов от имеющихся в наличии. Даю подтверждение. — И, в течение получаса вижу внутренним взором странные картины: как незримая сила струйками и потоками переносит заготовленные заранее полуфабрикаты из складских помещений во внутренности рабочих камер 3D-принтеров. Как в этих камерах появляется призрачный свет, начинают бить, ниоткуда, молнии и возникают коронные разряды — и невидимые руки начинают скатывать, растягивать и что-то лепить из разноцветной массы. Итог работы… офигителен! — внутри десятка больших камер, которые были использованы для работы, стоят десять штук новеньких Трилонских добывающих барок. В двух малых камерах — сотня дроидов нескольких разных типов: как я понимаю, заодно это «Нечто», которое обитает теперь в Главном Контроллере, сделало кораблям и штатный «экипаж». Блин, мне даже пресловутое: «крекс, фекс, пекс» — не пришлось говорить! Меня, пока, настораживает только то, что я никак не могу «увидеть» это самое «Нечто» из Главного Контроллера — на обычного Хранителя голокрона — даже ситхского! — это ничуть не похоже. А незнание, оно… напрягает: поковырялся я, в свое время, в одной такой штучке, будь она неладна.

Между тем, Контроллер — назову его так, рапортует, что желательно сбросить остаточный заряд из Накопителя до безопасного уровня. Поскольку состав периферийных устройств, на данный момент, оптимизирован — возможно, следует испытать полный цикл работы 3D-принтеров внутреннего расположения: от сканирования образцов, до их воспроизведения. Снова даю «добро». Между тем, на связь со мной выходит TX-77 — с паническим докладом: Станция Управления дала нескольким дроидам не предусмотренные программой приказы! Нихрена себе — мало того, что этот тактик юморист, так он еще и паникер, в придачу. Впрочем, на его месте я бы тоже запаниковал: действующая помимо программ и приказов Управляющая Станция это что-то вроде говорящей банты: такое если и бывает, то только в плохом цирке. Объясняю дроиду, что идут наладочные испытания новой системы производства — вот, даже не погрешил против истины! — для этого и задействованы дроиды из экипажа станции. Ничего сверхординарного. Кажется, TX-77 принял объяснение за чистую монету — все же звучало вполне логично. Дальше, опять через Силу, наблюдаю процесс сканирования: почти такой же «красочный», как и процесс воспроизводства — разве что дроидов не плавили, не мяли, и не рвали на куски. Потом «образцы» были отпущены обратно — на рабочие места или в ангары. — А 3D-принтеры вступают в работу: еще полчаса, и целый полк, состоящий из дроидов типа B-1, B-2 и «Дройдек», рожденный среди вспышек молний и блеска раскаленного «песка», используемого в качестве рабочего материала, выкатывается в коридоры станции. Впрочем, вопросов, где можно разместить ново созданное воинство не возникает: ангары, и склады для готовой продукции на станции стоят пустыми — даю TX-77 команду разместить «новичков», и внести их в боевое расписание станции. Да уж, нихреново: остаток в тринадцать процентов энергии, это жизни не то 2695, не то 2696 из тех поганцев, которых я «скормил» своему монстру. Это что же получается? — На Трансформу самой системы ушла энергия жизни чуть более восемнадцати тысяч разумных существ: на гигантскую металлическую «снежинку» диаметром почти, пять километров! За счет, примерно, половины оставшейся «не оприходованной» энергии, добытой таким образом, было создано десять Трилонских добывающих барок, заодно с экипажами из дроидов — весьма хитрая и технологически совсем не простая штучка, между прочим, цены немалой. — А за счет оставшейся энергии, Контроллер «напечатал» 2117 дроидов типа B-1, 379 дроидов типа B-2 — и 112 «Дройдек»! — Причем, из всех B-1 202 штуки принадлежали к подтипу ООМ, допускавшему более серьезное программирование. Обычно серию ООМ использовали как пилотов, канониров, младших офицеров или снайперов. Интересно, как там Контроллер вообще выводил пропорции, по которым он их штамповал?

Все, теперь Накопитель разряжен до необходимого уровня — фон Темной Стороны хоть и запредельно высок, но никакой рвущейся наружу мощи больше не ощущается. Контроллер… уснул — иначе не скажешь! — но абсолютно уверен, что по первому моему зову это «Нечто», существующее теперь там, откликнется. К сожалению, испытать Эффекторную Систему удалось только частично: внешние Эффекторы, находящиеся на секциях, бывших ранее ремонтными доками, задействовать так и не удалось — остаток энергии, не использованной во время Трансформы, попросту оказался для этого маловат. Как я понял из тех образов, что транслировал мне Контроллер, пытаться начать сканирование чего-то большего, чем корвет, не имело смысла — на его воспроизведение могло просто не хватить мощности: при сканировании больших объектов, насколько я понял, тратиться целая прорва энергии. Впрочем, у меня под рукой, здесь, даже и корвета сейчас не было. Кстати, судя по тем же образам, что передал мне Контроллер, после завершения Трансформы объем возможной энергии, которую можно будет накапливать в Преобразователе, увеличился почти на порядок. — И будет возможно заполнять Накопитель в несколько приемов: теперь система Преобразователя способна будет подобный режим работы выдержать. Короче говоря, опыт придется повторить — если я на это все же решусь! — когда у меня будет еще партия мерзавцев, готовых отправиться в расстрельный подвал. — Ну, и «объекты сканирования» тоже придется заранее приготовить. Возможность «выпекать» объект размером с «Левиафан» за пару часов, вместо пары месяцев — много стоила! — А если удастся так делать что-то большее по размерам, как я надеялся, то будет еще лучше. Мучил меня, правда, один вопрос: где я возьму столько негодяев, чтобы ими «отапливать» этот адский котел, чтобы он мог работать? — Но я, как героиня одного романа, пообещал себе, что подумаю об этом завтра. Отдав последние распоряжения дроиду-тактику, вызвал к станции свой шлюп — пора было лететь домой.

Только оказавшись на своем кораблике, по настоящему понял, до какой степени устал. Спать хотелось неимоверно — даже в ионную камеру освежителя забрался с превеликим трудом. Но, иначе я просто не мог — до такой степени чувствовал себя грязным и пропитанным аурой смерти и Тьмы! Одежду просто пришлось выкинуть в утилизатор, благо, на шлюпе имелись несколько запасных комплектов, пригодных на все случаи жизни: от «парадного прикида», до обычного рабочего комбинезона — и белье тоже. А выбравшись из освежителя, вдруг почувствовал себя совсем ожившим — до этого я сам себе казался обычным зомби. Придирчиво оглядел себя в зеркале: там, на станции, мне казалось, что вот-вот пойдет струпьями кожа, повылезут из-под нее расширенные вены и появятся стигматы — след воздействия Темной Стороны Силы, при ее большом и длительном использовании. Оказалось, ничего подобного — ну, рожа небритая, как с бодуна, ну — темные круги под глазами… бывало и похуже! Вообще, чем дальше FA-4 уводил мою «Панворкку» от станции, тем лучше мне становилось. Напомнил о себе желудок, вот только что утверждавший, что не примет в себя даже крошки, под угрозой расстрела — вдруг заявив, что я должен дать ему ПОЖРАТЬ! Ладно, сейчас прыгнем в гипер, и можно будет заморить червячка — тут, рядом со станцией, любая жратва, наверное, будет для меня отдавать тухлятиной. Вышел в носовой пузырь пилотской кабины, где FA-4 как раз выполнял процедуру раскрытия паруса. Желтый диск планеты, с бешено несущимися по нему облаками, и, кажется, еще интенсивнее полыхающими в атмосфере гигантскими молниями, сильно уменьшился — а черную, на его фоне, «снежинку» станции теперь не было видно совсем. Наконец, парус полностью раскрылся и шлюп начал разгон по выбранному для первого прыжка треку. Почему то вспомнилось последнее посещение мной Альдераана, и смерть «дорогой бабушки», будь она неладна, и в голове всплыли строки одной нездешней песни:

Равнодушен Господь, как крупье,

И напрасно молить его

Проигравшим о милости.

Здесь на нашей земле, на зелёном сукне

Вдоволь места, чтоб всех

Обеспечить могилами.

Господа, ставки сделаны,

Господа, ставки сделаны,

Господа, ставки поздно менять.

Что нам жизнь, деньги медные,

Мы поставим на белое,

Жребий скажет кому умирать.

Гусарская рулетка жестокая игра,

Гусарская рулетка, дожить бы до утра,

Так выпьем без остатка за всех «шампань» со льда.

Ставки сделаны, ставки сделаны,

Ставки сделаны, господа.[2]

* * *

Дело потихоньку идет к развязке — вопрос только, к какой именно? Как и там, в том мире моих нездешних видений, Республика начала полномасштабное наступление. Те самые «Осады Внешнего Кольца», которые привели, в конечном итоге, к контрудару Гривуса по Корусанту, «пленению» Канцлера, его освобождению Скайуокером и Кеноби… и, последующему феерическому проигрышу драки всеми серьезными ее участниками — кроме Дарта Сидиуса, которому и достались плоды победы. На этот раз товарищи с Корусанта действовали медленно, методично, и осторожно: дерзкие рейды по нашим тылам и удары по стратегически важным точкам, разумеется, присутствовали. — Но, в отличие от прежних генеральных наступлений, теперь эти ударные группы республиканцев подпирали общие согласованные действия всех их Секторальных и Системных армий — научились, наконец, ребята воевать, на нашу голову! Кажется, джедаи нашли приемлемую форму «модус операнди», если говорить на высоком галактическом наречии: научились правильно использовать своих подчиненных-клонов, ауксилариев, набранных из добровольцев и местных милиций — и наладили нормальное взаимодействие с обычными офицерами и генералами ВАР и республиканского флота. Не то, чтобы Сепаратистской Армии Дроидов вот так сразу наступил кирдык. Нет, сейчас он даже как-то не просматривается: огромные размеры нашего «железного воинства», которому заводы гнали пополнение широкой рекой, и куча понастроенных еще в мирное время кораблей — делали задачу Республики по выпиливанию Конфедерации очень нетривиальной задачей. Если не знать всей подоплеки, то я бы сказал: задачей вообще не выполнимой! — армия и флот КНС в численном выражении, по количеству боевых единиц, до сих пор превосходила силы Республики. К сожалению, по качественному составу преимущество уже было целиком за последней: счет «Аккламаторам» и «Венаторам» пошел уже на десятки тысяч, а в боях у респов в товарных количествах участвуют и предназначенные чисто для «линейного» боя больших кораблей «Победы». — Которые так неожиданно хорошо зарекомендовали себя еще во время неудачной попытки прорыва блокады Фороста. И, что еще хуже — невооруженным глазом просматривались те времена, когда республиканские вооруженные силы догонят Сепаратистов и по числу боевых вымпелов основных классов.

Собственно, в этом плане не особо удивляет, что Сидиус склонил большинство Совета Сепаратистов пойти ва-банк и «сделать ход конем», с этим налетом на Корусант. В случае удачи этой авантюры ход войны и вправду можно было бы резко поменять: положение Республики сильно бы ухудшилось, а положение Конфедерации наоборот — стало бы очень хорошим. Увы, Совет Сепаратистов не знал о двух существенных факторах: предательских намерениях Дарта Сидиуса, и резко возросшей боевой эффективности флота Республики. Если о действиях новообразованных Армад республиканского флота наша разведка еще могла собрать какие-то достоверные сведения, которые должны бы были заставить Совет насторожиться — если, не удержав его совсем от склонности к авантюрам, то хоть ограничив масштаб подобных телодвижений. — То, подумать о предательстве на самом верху, находясь в здравом уме и твердой памяти, вряд ли кто мог. Понятно, кроме меня самого.

Не то, чтобы ваш покорный слуга мог как-то противодействовать замыслам старшего ситха напрямую. — Все, даже гипотетические, возможности для этого мной были потеряны давным-давно, если они вообще у меня были. — Пытаться «открыть глаза» дяде и членам Совета Сепаратистов сейчас ни к чему хорошему не приведет. Нет, «зашел» я с другой стороны: установил контакт с джедаями. Точнее, с одним из них, по имени Энакин Скайуокер — который, как лицо кровно заинтересованное, имел все основания не допускать известного развития событий. Как мы познакомились и поладили, я уже рассказывал ранее. Сейчас… передав, через Скайуокера, руководству Ордена джедаев ключ к разгадке тайны Дарта Сидиуса, мне оставалось только ждать результата. И постараться, за это время, не дать обстоятельствам свернуть шею ни себе, ни кому-то из своих близких. А вот с этим были проблемы: про самого Графа я даже не говорю — он официально оставался объектом ╧1 в джедайской охоте на лидеров КНС. — Последствия срыва всех ранее предполагавшихся попыток переговоров между Республикой и Конфедерацией. Обо всех ранее предпринимаемых попытках как то договориться с Конфедерацией, республиканский Сенат, стараниями Дарта Сидиуса — и, к сожалению, самого дяди, с его подачи — практически забыл: теперь речь шла только о «жестком» варианте «решения сепаратистской проблемы». Не думаю, чтобы Граф не видел, какой оборот принимают дела, но, похоже, ему было все равно — он был искренне уверен, что их с Сидиусом план четко исполняется, пункт за пунктом. — И куда приведет выполнение этого самого плана, на самом деле, даже не предполагал. Несмотря на все мои старания, через чур аккуратные — по понятной причине, мне так и не удалось переубедить дядю, что дожать Республику до настоящих переговоров чисто силовым путем не получится, и нам надо всерьез искать с респами разумный компромисс. Одно хорошо: мое осторожное капание на Графу мозги все же заставило его хотя бы не складывать все яйца в одну корзину зараз — не уведомляя об этом Дарта Сидиуса, дядя вывел часть своих Аколитов с фронта. Причем, отозваны были менее всего засветившиеся, не самые одиозные последователи графа Дуку из числа бывших джедаев — тех, на чье временное удаление с арены не сразу обратят внимание. — А если и обратят, то не придадут этому большого значения: товарищи не так широко известны в узких кругах, как Тол Скорр, Сора Балк или барон Накс Кирван. Впрочем, последний как я слышал, уже встретился на узкой дорожке с кем-то из более крутых, чем он, джедаев — и теперь, как я понимаю, является «гостем» одного тайного орденского пенитенциарного заведения…

В общем, жизнь форсъюзеров, что служили Конфедерации, осложнилась теперь до предела. Предполагаю, что Сидиус — руками джедаев — затеял кампанию по зачистке любых форсъюзеров, что готовы и могут стать потом угрозой его будущего режима. Донести до дяди мысль, что полезных людей надо беречь, и они еще много полезного могут сделать впоследствии, оказалось гораздо проще, чем настроить его более критически по отношению к Сидиусу. Придержать часть своих форсъюзеров в тылу, в таком случае, было верным ходом. Тем более, что дроидам Боевая Медитация и иные полезные вещи, которые можно было сделать на войне с помощью Силы, никак не помогали. Кроме того, опять же по моему совету, Граф сильно сократил число Аколитов, занятых в проекте создания клонированной армии последователей культа Моргукаев, на Салюкамее. С одной стороны, на службу к дяде пошло много культистов Моргукаев, из народа nikto — так сказать, доморощенные «джанго фетты» для этих клонов были в достатке. — А с другой стороны, с ускоренным обучением обычного пушечного мяса можно было справиться, используя что-то вроде поточного метода: это не падаванов учить, по полной программе! Сослался на свой опыт работы с он'гат'акэ — и на запредельный процент «брака» при этом. Но, в том-то и дело, что у меня — официально! — было всего несколько сотен таких вот «недоучек». — А у Графа дело сразу было поставлено с размахом: десятки тысяч обучаемых одновременно. Правда, если у меня — опять же, «официально, для посторонних»! — с он'гат'акэ работал лишь я сам, да Карок с Ваноком. — У дяди на Салюкамеее топталось более сотни форсеров! Причем, как доложили братья Эстелсейны, использовались они, в работе с клонами никто, не самым эффективным образом — что я и довел до Их Сиятельства. Формально, там, среди подчиненных Скорру и Балку форсъюзеров провели что-то вроде ротации — кого-то дядя, наоборот, перевел туда, а кого то — убрал. Для Дарта Сидиуса — перераспределение было проведено с целью улучшения процесса обучения новых бойцов, — и в некоем тайном месте был создан еще один центр подготовки. Это самое «где-то» находилось не слишком далеко от Салюкамея — на Боз Пити: место было достаточно глухим, но, вместе с тем, расположенным недалеко от магистральных гиперпутей. Об этом Сидиусу было доложено, а вот о другом… под прикрытием создания этого центра, Граф и отправил команду из двух десятков Аколитов на Вьюн. — И еще две, такого же примерно состава, на Туле и Явин — я на всех этих планетах, по его приказу, организовал постройку сборочных линий, для производства дополнительных партий дроидов А-серии: в таких местах работать с Темной Стороной Силы было проще. К сожалению, ни Карока, ни Ванока дядя ко мне обратно не отпустил — работы на Салюкамее ситхи считали более успешными и приоритетными, чем мои якобы малоудачный эксперименты с р'гат'а'кай'и.

Ладно, надеюсь, что братья Эстелсейны выживут, когда респы ударят по Салюкамею, ребята уже не маленькие. А в то, что это произойдет в самое ближайшее время, я абсолютно уверен: судя по словам дяди, первые обученные и сформированные из клонов никто воинские части уже находятся в готовности. Зато можно будет, потом, покапать еще Графу на мозги, насчет того, сами джедаи про салюкамейский центр клонирования узнали, или их на него кто-то аккуратно навел: капля, она, как известно, камень точит! Надеюсь, что Сидиус скоро вынужден будет задергаться — и начнет совершать ошибки. — Или станет делать такие шаги, которые будут идти вразрез со старым ситхским планом переустройства галактики. Который когда-то составили дядя, и его единомышленники. Вот тогда мои намеки Граф к сведению и примет, по-настоящему. А уж если Орден прижмет Дарта Сидиуса как следует, и избавит галактику от его присутствия по эту сторону Силы, так будет вообще прекрасно: уверен, что без него, и его влияния, дядя будет куда более склонным к тому, чтобы действовать разумно.

Теоретически, сейчас нам следовало бы постараться повысить связность территорий, контролируемых КНС. «Центр» в лице Тионского кластера и прилегающих к нему пространств, контролируемых теми или иными членами Конфедерации, удалось «соединить» с нашими территориями возле Хайданского пути, и дальше — до Канца и территорий, которые контролировали мууны и Торговая Федерация. А вот пространства наших союзников вдоль Кореллианского пути и на Юге и Юго-Западе все еще оставались слабо связанными друг с другом. Кроме того, что то обязательно нужно было делать с системами Эриаду и Кашиика, являющимися узлами — перекрестками стратегически важных гиперлейнов. И за тот, и за другой «объекты» бои велись уже давно — и все время малоуспешно, для нас. Между тем, возможность пользоваться прямыми и удобными гиперпутями, вместо того, чтобы летать по всяким труднопреодолимым закоулкам, она на войне очень дорого стоила. Одна возможность своевременно и быстро перебросить подкрепления на угрожаемый участок фронта резко повышала его устойчивость к вражеским атакам. Казалось бы, это азы стратегии! — но до некоторых членов Совета Сепаратистов прописные истины почему-то доходили с большим трудом. Будь у нас — то есть, у КНС — нормальные отношения с хаттами, по крайней мере, половины всех проблем с логистикой удалось бы избежать. Так что, приходилось танцевать от той печки, которая была в нашем распоряжении.

В общем, с трудом, через дядю, но продавил скоординированный «навал» нашей «Южной группы войск», во главе с самим Гривусом, на Эриаду. Этим я достигал двух вещей: Во-первых, клан Таркинов и тамошние союзники Республики, вроде Круи Вандрона наверняка запросят у Корусанта помощи. — Вопль: «Гривус на фронте!» — это всегда повод задергаться, для господ республиканцев. Хоть в этом от калишца польза есть. Уж точно респы не снимут тогда с «Юга» войск для переброски на другие угрожаемые участки. Изначально, Нут Ганрей, как самый заинтересованный в действиях на «южном театре», желал бы направить удар в район оконечности Кореллианского пути. — Там Армада Разомкнутого Кольца прорвалась, силами своих отдельных эскадр и боевых групп, аж до Дикого Космоса. — Республиканцы планомерно зачищали сектор за сектором, которыми до этого, имея мандат КНС, как раз правили неймодианцы. Но, Пассел Ардженте отказался от своей доли в контроле за Дорваллой — если ее удастся захватить у респов, понятно — в пользу Торговой Федерации. — И Ганрей стал горячим сторонником идеи: «Снесем, наконец, Эриаду нахрен» — потому как без выноса Эриаду захватить Дорваллу было очень проблематично. Бабло в очередной раз победило зло — хотя бы в локальном масштабе. Зачем мне, спрашивается, было лезть туда, где у меня не было даже тени интереса? — А вот это будет уже, во-вторых: следовало, наконец, полностью очистить от респов сектор Митаранор — а для этого необходимо выбить их из системы Кашиика. При полном контроле над Митаранором можно будет подумать о том, чтобы попытаться пробить безопасный коридор до Андо и Паквепури. Понятно, что Республика будет резко против: мясорубка у Кашиика ожидается страшная, и сил респы не пожалеют — подкинут все, что могут взять из резервов. Вот, чтобы этого не произошло, мууны забашляли талассийцам, зейгеррианцам и еще каким-то отморозкам — с целью открыть еще один фронт — на «Севере». — Заодно и силы ВАР от Майгито можно оттянуть: мууны ребята ушлые и деньги они хорошо считать умеют — и в искусстве сбивать одним камнем пару птичек в полете, с ними тоже трудно состязаться. Интересно, много там господам банкирам этот сброд навоюет? Впрочем, даже если эта публика просто отвлечет внимание ВАР от более важных участков фронта — будет уже хорошо!

На участие в операции по зачистке Митаранора подписался даже я сам: выделил часть новых, свежее сформированных войск, для проведения данной операции. — И это, кроме того, что мои войска помогали силам Шу Май, и армии и флоту Уота Тамбора — отбивать атаки респов на их владения. Мои собственные территории, после прошедшей битвы за Тионский кластер, сейчас почти не трогали — так как они оказались в глубоком «тылу» у Конфедерации. — Или не представляли для респов стратегического интереса, вроде звездных систем Гордианского Предела. Странно, но в секторе Мон Каламари респы тоже практически не высовывают носа с планет, контролируемых «рыбками» — ушли в глухую оборону, ограничившись исключительно защитой принадлежащих мон-каламари систем. А группировка флота и наземных сил там очень немалая — честно говоря, это сильно напрягало: республиканский плацдарм у меня в тылу это не есть хорошо! Правда, неожиданно активизировались тайные переговоры между «умеренными» фракциями куарренов и мон-каламари — и те, и другие опять не прочь были бы видеть меня в качестве посредника. Что же, если им удастся договориться, и вялотекущее бодание там закончится — мне будет только в радость: тогда «рыбки» на своей территории республиканские армию и флот вряд ли потерпят! Еще более неожиданно удалось договориться с руководством Корпоративного Сектора Автаркия: корпоранты, наконец, не просто твердо заявили о своем нейтралитете, но и согласились подписать кучу выгодных КНС и Тионскому кластеру торговых договоров. Не то, чтобы раньше корпоранты давали повод считать, что они присоединяться к какой-то из сторон конфликта — но они, скажем так, постоянно виляли, пробуя усидеть сразу на нескольких стульях. Получить от них гарантии, подкрепленные материальными свидетельствами — дорогого стоило. Правда, за все эти выгоды руководство КСА потребовало поставок современного вооружения. Сами понимаете: во время войны никакое оружие лишним не бывает — но, пришлось пойти навстречу. Со своей стороны, сделал встречное предложение: при долевом участии сторон, построить на территории КСА современный военно-промышленный комплекс — а если господа корпоранты вложат побольше денег, то даже не один. Заодно, показал их делегации верфи Раксус Прайм и заводы на Джаминере — товарищи прониклись. Разумеется, с учетом напряженности своих собственных финансов, намекнул о выгодной сделке партнерам. Поучаствовать в таком благом деле согласились все — даже далекие аквалиши. В общем, сотню боевых кораблей и несколько миллионов дроидов разного назначения мне пришлось от сердца оторвать — Силы Безопасности КСА требовалось усилить как можно быстрее. Не думаю, что на Корусанте понравиться усиление позиций Конфедерации в этом регионе — а значит, вполне возможно и прямое военное противодействие со стороны Великой Армии Республики. Хорошо вооруженный партнер лучше сможет позаботиться о собственной безопасности.

На фоне этого незапланированного повышенного расхода вооружений и военной техники с дроидами, пришлось думать, как восполнить потери. К сожалению, хотя производственные возможности Гатариэкка были не только восстановлены, но даже еще и расширены, объема выпуска оружия и техники все равно не хватало, для увеличившихся нужд. Новейшие производственные комплексы на Милиусе, Уарикане и Тунде хотя и были практически смонтированы — и даже выдали первые серийные образцы продукции! — были еще очень далеки от выхода на полную мощь. Про те два комплекта оборудования, что Уот Тамбор поставил мне последними, и которые полетели в Холодную Кузницу, даже говорить нечего: в самом лучшем случае, производственные комплексы заработают там не ранее, чем через год. А вооружение, боевые дроиды и корабли были нужны мне вот прямо сейчас — и, чем больше, тем лучше! В связи с этим я вспомнил про даллалтские находки: связываться с этим дерьмом совершенно не хотелось, но иного выхода я, пока, не видел — старинная ксимовская система была проста в изготовлении и эксплуатации. Более того, я сходу — знания то не пропьешь! — нашел несколько способов улучшить систему Преобразователя, по сравнению с оригиналом. Два месяца на сборку, настройку и проведение необходимой Трансформы — чтобы система заработала как нужно. Ощущения у меня, в конце, были премерзейшими: казалось, что Тьма и безумие буквально впитались в кожу. — Расслабился я, работая больше со Стихиями, чем с Силой, напрямую. Но, эта созданная мной фигня работала — да еще как! Что самое интересное и неожиданное: после трансформации мне самому соприкасаться с Силой, при работе системы, уже не требовалось — этим занялась та странная Сущность, возникшая после моей работы, что поселилась в кристаллических носителях информации Главного Контроллера. Честно говоря, непонятное явление напрягало: сама по себе Темная Сторона Силы была вещью опасной и… своеобразной — но от нее хотя бы знаешь, каких последствий ждать. Чем мне придется, потом, платить ЭТОМУ, я пока совершенно не представлял. А вот в том, что платить придется, не сомневался — бесплатным сыр бывает только в мышеловках!

Выкраивая время, еще несколько раз на короткое время летал в ту звездную систему, где находилась работающая копия моей собственной Звездной Кузни, которую я для себя обозвал просто — Репликатор. Пробовал разные режимы работы, добавлял и улучшал конструкцию — точнее, приделывал новые секции: с учетом огромной емкости Накопителя, потребовалось расширить как фабрики, производящие перерабатывающие сырье в полуфабрикаты, так и увеличить количество вспомогательной и обслуживающей техники. Заодно, попробовал кормить этого монстра разными видами живности: от простейших одноклеточных, до нескольких экземпляров одаренных культистов-изуверов. Увы, но мой «ручной» монстр в «еде» оказался чрезвычайно привередлив. Обычная «биомасса» улетала в камеру Резонатора миллиардами тонн — а «выхлоп» с нее был минимальным. Как солома: горит ярко, а жара не дает. На выходе сотня дроидов типа B-1, за все про все — пусть даже, куда более сообразительных и самостоятельных, чем обычные «понял-понял». Да, еще для сравнения — ту же самую роту B-1 я получил, «скормив» Преобразователю одного-единственного жреца культа Пепла Валы. К сожалению, разных форсеров-изуверов у меня было раз-два, и обчелся. Где-то через полтора месяца «эксперименты» закончились, и подошло время испытать Репликатор в настоящей работе. Большинство из тех тридцати тысяч «зэков» второй партии, которую правоохранительные органы Тионского кластера нагребли на этот раз, к Силе отношение если и имели, то исключительно опосредованное — как носители разного количества мидихлориан. Но мне их вполне хватило, чтобы испытать Эффекторную Систему в работе — причем, в полном объеме. Результат работы: шесть полностью укомплектованных дроидными экипажами и вспомогательной техникой «Щедрых» — с десантными партиями, оснащенными по полной программе, и дроидами-истребителями бортовых авиагрупп. Просто тупо запихал под сканеры Внешних Эффекторов готовый «Щедрый» в полной оснастке, вместе с командой — а потом дал приказ: «копировать»! Полдня работы, считая вместе с подготовкой и заполнением Накопителя. При этом, Репликатор работал даже не в полсилы. — Теоретически… за месяц непрерывной работы он мог бы выдать столько же готовых кораблей, техники и боевых дроидов, сколько должен был выдавать, при полной загрузке и за то же время, один из моих новейших автоматизированных промышленных комплексов. Только Репликатор требовал на порядок менее развитой обслуживающей его инфраструктуры. Зато, для эффективной работы ему была необходима «разумная живая еда» — которую я не знал, где взять. — А до того, чтобы бросать в пасть монстра невинных людей, я, хвала Силе, пока еще не дошел!

* * *

Пока я занимался организацией скоординированного контрнаступления, насколько мне позволяли это делать обстоятельства. — И пока я возился со своей новой «игрушкой», в свободное от политических интриг и всевозможных совещаний и согласований позиций. — События неожиданно набрали нешуточный оборот: ВАР отвлекла внимание руководства КНС, атаковав — не знамо, в какой уже раз, — Фелуцию и Майгито. — А когда наши резервы были брошены для ликвидации угрозы столичным планетам муунов и Коммерческой Гильдии — респы нанесли молниеносный удар по Салюкамею! И, пускай я этого удара ожидал, реальность оказалась неприятной: несмотря на мои советы и предостережения, ситхи вообще и дядя в частности, по-настоящему оборону планеты так и не укрепили — войска, которые возглавлял один лично Оппо Ранцизис, один из членов Высшего Совета, вынесли наши войска за пару недель. Клоны-моргукаи, что называется, «не взлетели»: сырые, абсолютно неслаженные части — даже под командованием дядиных Аколитов — не смогли оказать респам достойного сопротивления. Битва хоть и была крайне ожесточенной и повлекшей огромные потери с обеих сторон, но Республика добилась своей главной цели: центр по клонированию КНС был уничтожен. И те клоны-моргукаи, что находились в это время на Салюкамее, тоже погибли практически полностью — заодно с подавляющей частью дядиных форсъюзеров: погибли и Сора Балк, вместе с Толом Скорром — и еще множество других джедаев, перешедших на сторону Конфедерации. К сожалению, ни Карок, ни Ванок в мясорубке на Салюкамее тоже не уцелели. Как я уже сказал, победа респам далась недешево — погиб даже сам Оппо Ранцизис! — мне передали, что у нас были все шансы на благоприятный исход, если бы ВАР своевременно не ввела в дело резервы, которые возглавил ни кто иной, как Квинлан Вос. Да уж, вот воистину кто знал все наши секреты! — то, что дяде, в свое время, казалось очень удачной комбинацией, принесшей большую выгоду — обернулось катастрофой. Дядя сумел перебросить туда резервы, когда стало уже поздно: респы не приняли боя, и попросту эвакуировались — оставив за собой только обломки и трупы.

Тут же подтвердилось, что Республика в курсе наличия и второго центра подготовки клонов-моргукаев — на Боз Пити: Кладбище оказалось следующей целью атаки крупных сил ВАР. На этот раз Граф не оплошал, выдернув с «Юга» даже Гривуса, которого поставил во главе наших войск. Результат был, мягко говоря, не блестящий: точно такая же мясорубка, примерно так же закончившаяся. — Наши давили, но в последний момент, как чертик из табакерки, выпрыгнула свежая эскадра республиканского флота — и все быстро закончилось. Естественно, совсем не нашей победой! И опять потом республиканцы отступили, оставили систему Боз Пити — перебросив войска, технику и корабли на другие участки фронта. Еще из неприятного: произошел мятеж на Бал'демнике — местные аборигены, кон'ми, захватили и разрушили кортозисные шахты, и выгнали администрацию, поставленную там КНС. Восстановить контроль над планетой, загнав дикарей обратно в те дыры, откуда они повылезали, было бы несложно — но в тамошней звездной системе очень «вовремя» появилась сильная республиканская эскадра. Хреново, на Бал'демнике был расположен один из самых обильных и доступных для нас источников кортозиса. Кстати, если с Фелуции респов быстро удалось «попросить» — в том числе, благодаря и моей своевременной помощи, — то на Майгито упорное бодание сторон продолжалось по-прежнему. А еще, войска Республики высадились на Туле и Даллалте — тоже рядом с моими границами, как и возле Бал'демника. Точнее, Даллалт был уже моей планетой! Впрочем, как раз с Даллалта респы вылетели так же быстро, как и попали на него — а вот на Туле… чует мое сердце, что кто-то все же стукнул на Корусант, куда Граф дел часть своих форсеров. А может, и нет: в той инсайдерской информации, из лжеголокрона, вроде мелькало, что на Туле респы и так высадились ближе к концу войны. В общем, черт его знает — но бои на Туле развернулись нешуточные.

Еще из хренового — Паммант тоже «все»: что там произошло в секторе Мон-Каламари так и не понятно, но республиканский флот вдруг развил бешеную активность, пытаясь атаковать куарренские колонии. В процессе такой атаки на Паммант и произошел этот «несчастный случай», как объявили случившееся на Корусанте: республиканский супердредноут «Квестор», якобы из-за навигационной ошибки, врезался в планету, выходя из гиперпространства! Планета вроде бы уцелела, точнее — сохранилась одним куском, но местная биосфера погибла практически полностью. Разумные обитатели Памманта погибли уж точно все. Знаменитые верфи планеты, находившиеся внутри нее, в области пустотелого ядра, превратились в мешанину из обломков и битых кусков окружающих горных пород. — Вместе с несколькими тысячами строящихся там боевых кораблей, размером от «Бунтаря» до колоссального «Покорителя», находившихся в разной степени готовности. Как уцелели верфи Миннтуина, я даже не представляю — возможно, только из-за того, что у респов не нашлось еще одного такого же «булыжника», как «Квестор». Как ни удивительно, но «рыбкам» произошедшее, почему-то, сильно не понравилось. Очевидно, мон-каламари посчитали, что их терки с «кальмарами» — это их личное дело, а вовсе не забота Республики. — И уж точно не на Корусанте должны решать: кому и как жить в их секторе. В результате, на Клариве прибавилось работников-куарренов, а тайные переговоры, которые они и мон-каламари вели при моем посредничестве, заметно активизировались. Воистину — не было бы счастья, да несчастье помогло.

Дальше все пошло как по писаному: Дарт Сидиус, виртуально присутствуя на очередном внеочередном заседании Совета Сепаратистов, простите за каламбур, предложил «нанести удар в сердце Республики». — Ударить собранной «южной группировкой» не по Эриаду, как ранее планировалось — а по Корусанту! При этом, за счет внезапности ситх обещал обеспечить крайнюю эффективность удара — вплоть до того, что Республика вынуждена будет оставить ранее захваченные ей позиции не только во Внешнем Кольце, но даже в Регионе Экспансии и Колониях — а возможно, и в Ядре. А в помощь тем силам Сепаратистской Армии Дроидов, что сражались в «южных» секторах, должен был вылететь, для оказания поддержки на месте, сам Граф. Кстати, по плану старшего ситха, его присутствие должно было бы отвлечь внимание Республики от возможного удара по ее собственной столице — и наверняка оттянуть на себя внимание джедаев, что тоже было крайне полезно для плана Сидиуса. Дядя не возражал, Нут Ганрей, которому Сидиус пообещал личную помощь Графа — тоже, остальные… соблазнились легкостью простого решения. — В общем, все как там, в тех моих видениях! Я как раз в очередной раз ковырялся с этой своей непонятной игрушкой — выяснял ее истинные возможности, и искал — нет ли где, в ее работе, подвоха. Поэтому, вся эта афера прошла мимо моего внимания: вернувшись «в люди», я был поставлен перед фактом — дядя куда-то таинственно свалил, якобы «по важному делу». — А Гривус с флотом исчез в неизвестном направлении. Надо отдать ситхам должное: маршрут и график движения его флота они держали в строжайшей тайне — была даже вброшена деза, что якобы планируется очередная атака на Тайферру и сектор Тапани. Таким образом, мои подчиненные толком не знали ничего. Меня самого, во время личного разговора, просветил Уот Тамбор — взяв слово держать сведения в тайне…

А потом пришло сообщение от Энакина Скайуокера, и я было поверил, что ухватил Судьбу за волосы! Короче говоря, Энакин с Кеноби, и дядя таки встретились на Тайте — с практически тем же результатом: Граф джедаев «подразнил», но захватить в плен себя не позволил. Тем временем, для Армады Разомкнутого Кольца пришел срочный приказ: лететь на помощь атакованному Гривусом Корусанту. — Поскольку все другие крупные соединения флота Республики или увязли в боях, или были не достаточно боеготовы для эффективного противодействия нагрянувшей к Корусанту армаде КНС. Еще до того, как Армада Разомкнутого Кольца начала лихорадочную подготовку к рейду на помощь столице, Энакин каким-то чудом ухитрился слетать с эскадрильей клонов на трассу предполагаемого полета Графа к столице Республики — и подстрелить его личный шлюп, «Панворкка-116». Как ему удалось все просчитать и почуять? — а фиг его знает: Избранный он и есть Избранный! Главное, дядя, в итоге, пару недель продрейфовал в обычном пространстве, где то между звезд сектора Картакк — пока его не подобрал один из кораблей Конфедерации, принявший сигнал бедствия маяка его кораблика. В результате, все события возле Корусанта прошли без него! — и закончились практически так же, как это случилось в моем видении: разбитый флот КНС бежал, следом за Гривусом, а Скайуокер и Кеноби спасли Канцлера. Отличие было в том, что на этот раз Орден сумел приписать львиную долю лавров этой победы себе: мол, несмотря на всю внезапность нападения джедаи не растерялись, и действовали достойно. Гривус сумел прорвать оборону планеты и захватить Палпатина? — ну, и что тут такого: покушение на господина Канцлера не первое, за оборону Корусанта отвечал не только Орден. Кто еще? — ну, не будем указывать пальцем! — тем более, что все честно выполняли свой долг в пределах своих полномочий и собственной компетенции. Палпатина могли убить? — так не убили же. — Более того, именно благодаря усилиям джедаев Канцлера, в конце концов, и спасли, а флот Гривуса — разгромили. В общем, гранд-мастер Йода в очередной раз пожинал плоды своей мудрости, выразившейся в своевременной отдаче приказа о возвращении Армады Разомкнутого Кольца к столице. Палпатин, на этом фоне, смотрелся величественно, но бледновато — а в Сенате раздались голоса начет того, чтобы усилить охрану Канцлера. Энакин со смехом сказал, что теперь он «главноохраняющий», как я ему и предсказывал. А еще он сказал, что за объектом нашего прошлого разговора пристально следят надежные люди — и ему осталось уже недолго…

Когда я встретил вернувшегося, наконец, дядю, Граф выглядел не очень расстроенным или озабоченным срывом атаки Гривуса — или собственными приключениями в секторе Картакк. Похоже, у ситхов уже появились какие-то новенькие планы, которые он и собирался претворять в жизнь — подробностями Граф со мной не поделился. В свете продолжающейся заварушки на Туле, и успешно отбитого наскока на Даллалт — а так же всеми прочими «телодвижениями» ВАР вокруг Тионского кластера, я решил осуществить еще одну инспекционную поездку по своим владениям: показать себя подданным, и подбодрить своих живых солдат. Всего лишь на пару дней задержался на Эмбариле, с Леонией и детьми — и улетел на Джаминере, а потом на Даллалт. Вот честно — не было у меня нифига никакого дурного предчувствия, совсем не было! Даже когда «Черный Скимитар» прибыл к Клариву, я тоже абсолютно ничего не почувствовал: может, работа с Репликатором и та порция эманаций Темной Стороны, которые я получил, когда создавал его, «отбили нюх»? Не знаю! Вообще говоря, это посещение Кларива задумывалось как кратковременная рутинная проверка — ну, еще как мое личное посещение, наконец-то, «Королевы Ранруна»: побывать на, официально, самом большом корабле флота Тиона я собирался уже давно. Вот, втиснул и то и другое в рамки жестко расписанного протокольного визита. Еще, на Клариве меня должен был встретить Дориан Д'Арсан-Эриин. Глава Регентского Совета Тиона располагал какими-то важными материалами, связанными с гибелью моего приемного отца, прежнего короля Тиона — и желал как можно быстрее доложить о результатах расследования. Собственно, к его прибытию я там как раз собирался закончить со всеми инспекционными мероприятиями. Посещение «Королевы Ранруна» было последним в списке намеченных дел. Я уже изрядно приустал, несмотря на помощь Силы в избавлении от последствий переутомления, но отменить запланированное было никак невозможно: на данное мероприятие была приглашена пресса — пиар есть пиар, а в ценности ребят из Башни Ардженте я уже успел убедиться. И даже там, в коридоре, ведущем в огромный реакторный зал системы боевого питания импульсных ионных пушек супердредноута, я не почувствовал тогда совершенно ничего — ни малейшего отклика в Силе! Просто, в один момент в глазах потемнело, и я потерял сознание…

* * *

Это какая-то дурная традиция: очнуться неведомо — где, и незнамо — в каком состоянии. Одна разница — сейчас моя тушка не валялась на полу, как тогда — в нашем замке, а висела в воздухе. Причем, висела непросто так, а была надежно зафиксирована за щиколотки и запястья. Жесткие металлические «браслеты» оголенной кожей рук, из-за съехавших вниз рукавов, ощущались вполне себе четко, а вот о наличии кандалов на ногах можно было только догадываться потому, что попытка шевельнуть хоть одной из них ни к чему не привела. Судя по ощущениям — силовые кандалы: «браслеты» запитывались от внешнего генератора и фиксировали мое тело в висячем посредством нескольких микро тракционных лучей. — То самое ощущение, когда держат «сильно но аккуратно» — вроде и не жестко, но не вырвешься, хоть руки-ноги поломай. Одежда… вроде бы вся на мне — даже пояс на талии по-прежнему чувствуется. Хотя, плаща на плечах точно нет — а он был, когда я… что я там делал? Ладно, фиг с ним, с плащом то, — продолжаем обревизовывать организм: не смотря на «фиксацию», суставы не вывернуты и, кажется, внутри тоже ничего не отбито — а отсутствие боли в мышцах и связках говорит, что подвешен я был вот прямо совсем недавно. И, скорее всего, именно тогда мне вкололи какую-то химию, благодаря чему я пришел в себя.

Тут же, тупой болью в затылке, пришел сигнал, что с моим организмом все не так уж хорошо, как я сперва себе представил. Голова вообще разболелась дико, стоило только мне попробовать пошевелиться. Интересно, это последствия того, что меня по ней чем-то приложили, или это последствия поступления внутрь организма каких-то посторонних «химически активных веществ». Что самое скверное — я ничего не вижу! — То есть, ну совсем ничего, мрак полнейший. Жаль, потрогать веки и потереть глаза нельзя. Но, тут выбор нехитрый: либо я ослеп — либо, что более вероятно, в помещении, где я нахожусь, выключен свет, а источников естественного освещения тут нет. Инстинктивно тянусь к Силе… облом! — тааакс, без химии тут точно никак не обошлось. Мозги лихорадочно работают: от правильности определения состава того, чем сейчас наполнена моя кровь, зависит способ, каким следует чистить организм от этой дряни. Но, сперва привожу организм в состояние «полной боевой готовности»: Контроль он хоть с доступом к Силе, что без доступа к ней — всегда работает одинаково. Особенно, если человек умеет состоянием своего организма управлять, и регулировать его работу усилием воли. Ну, а без этого форсъюзером стать вообще невозможно: и у джедаев, и у ситхов — и уж тем более у Формовщиков Кро Вара. Как раз вбитые там раз и навсегда рефлексы, и запускают в действие цепь действий по внутренней проверке самого себя. Дааа… гематома на голове, прямо на затылке — точно, именно сюда меня чем-то аккуратно и приложили, вырубив напрочь. Причем, так, что я даже потерял ориентацию во времени и пространстве: когда это было, и сколько времени с тех пор прошло, сказать не мог бы, сейчас, даже под угрозой расстрела. Уровень молочной кислоты в мышцах подсказывает, что подвесили меня тут совсем еще недавно — скорее всего, именно тогда, когда вкололи что-то, что должно было привести меня в чувство. И… нейтрализовать то, что до этого меня держало в бесчувственном состоянии. С последними выбор был не особо велик: или агарр-2 или тиглариум — последствия от «приема вовнутрь» чего-то более «тяжелого» были бы сейчас куда хуже. А эти препараты прекрасно усыпляли хуманов вообще, и одаренных хуманов — в частности. Кто сказал «клофелин»? — не, от аналогов клофелина меня бы сейчас корежило не по-детски! А это точно тиглариум — пробовал я однажды на себе этот транквилизатор: ощущение сейчас один в один. Тогда, вкатили мне недавно севаллус — сколько помню из курса полевой медицины, именно он является для тиглариума антидотом. Значит, «хозяева», у которых я сейчас нахожусь в недобровольных «гостях», скоро пожалуют ко мне. — Сам-то я, по понятным причинам, уйти отсюда никуда не могу.

Тем временем, усилия Контроля более или менее привели мою тушку в состояние нормы — понятно, если не считать шишку на затылке и коктейль из разной химии в крови. Впрочем, ни то, ни другое мне больше не помеха — доводилось работать и в куда более хреновом состоянии. Понимая, что пробовать вырваться из силовых кандалов — дохлый номер, пытаюсь воспользоваться Дальним Зовом: связаться телепатически с кем-нибудь из своих охранников он'гат'акэ — и опять облом. Впрочем, к этому я как раз был готов: будь кто-то из моей охраны в живых, я бы тут сейчас не висел! Боюсь, что судьба дроидов-охранников была такой же. Сейчас, когда в мозгах что-то более-менее прояснилось, и они начала работать, я вспомнил последние события: инспекция «Королевы Ранруна», реакторный отсек системы питания главного калибра, до главного поста управления которым я так и не добрался — и мне снова стало дурно. По всему выходило, что «приняли» нас там крутые профи, которые взяли в расчет все: и меня, и охрану — и сработали четко и аккуратно. «Четко», потому что никто из нас не смог даже не то, чтобы оказать сопротивления — мы засаду этих профессионалов даже не заметили там! А «аккуратно», потому что иначе этим ребятам, с моей бессознательной тушкой в качестве трофея, уйти с борта супердредноута вряд ли удалось бы. Это значило, что Лилилона, Прямой Взгляд, Кобр, Мона Асия, Вороненый клинок, Карие Глаза — все мои он'гат'акэ, бывшие в этой смене в качестве сопровождающих, как минимум мертвы: утащить незаметно одно «упакованное» тело непросто, а уж брать с собой еще и недобитых охранников… профессионалы так не делают. Дроиды-магнастражи… кто и когда вообще церемонился с дроидами, в таких случаях? Ясно как день, что моим похитителям был нужен только я сам — все остальные были балластом и обузой. Если оставить их в живых…

Снова пробую Дальний Зов: теоретически, так можно достать «абонента» даже на другом конце галактики. И снова безрезультатно: не ответили ни дядя, ни Тофен, ни Далл — ни вообще кто другой, про кого я только вспомнил. Только странное эхо в ментале, и шум в голове. По ходу, тут кто-то умеет создавать помехи телепатической связи — иначе объяснить я это не могу! Плохо. Так же плохо, как то, что мои похитители вполне себе знают хотя бы о некоторых моих умениях и возможностях. Вопрос: насколько хорошо они вообще обо мне знают? — В этом плане, успешная засада совсем не показатель — форсъюзеры никакие не супермены: даже Силу можно обмануть! Вообще, по всему выходит, что на «Королеве Ранруна» служил предатель — я больше скажу: этот предатель занимал в командной цепочке очень высокое положение: иначе провести на борт группу посторонних лиц было бы просто невозможно. А там точно работала группа: даже супермен не справился бы со мной, и с моей охраной в одиночку — да, даже стандартная пара джедаев бы, не справилась — без того, чтобы не поднять тревоги! Интересно, знают ли уже мои люди о моем похищении — и предпринимают ли они шаги к тому, чтобы отыскать меня, и спасти? В том, что со мной что-то случилось, все узнали сразу же, как только я не вышел на связь, в контрольное время — у меня же была запланирована встреча с главой Регентского Совета Тиона. Да и репортеры… что-то все же здесь не то! — не могли эти ребята, которые меня схватили, уйти совсем без шума, не могли. Черт, отдал бы что угодно за то, чтобы знать: сколько времени прошло с того момента, когда я потерял сознание на борту «Королевы Ранруна» — и где мы сейчас находимся. То, что я сейчас пребываю на борту какого-то космического корабля, я уже понял и так — профессионализм: опыт не пропьешь! Так-с, попробуем прощупать Силой помещение, где я сейчас нахожусь, и попробовать отключить аппаратуру, что фиксирует меня — если мне это дадут, разумеется.

Естественно, сделать мне никто и ничего не позволил: вспыхнул яркий свет, заставивший меня невольно зажмурить глаза — и в помещение кто-то вошел. Хвала Силе, со зрением у меня все впорядке. Впрочем, глаза я открыл почти сразу же: уже неплохо очищенный Силой организм быстро среагировал на изменение уровня освещения. Вошедших внутрь — а Сила четко подсказала, что в помещение вошли двое, я сперва не увидел — дверь находилась где-то сбоку и за спиной от меня. А вот лабораторию, или — медицинский отсек? — разглядел очень хорошо: стандартное оборудование, очень неплохое и недешевое — и пара меддроидов в деактивированном состоянии. — Интересно, а кто же вводил мне тогда антдот? Краем глаза замечаю, справа, такую же силовую ловушку, в которой сейчас нахожусь, в висячем положении, я сам — только ловушку деактивированную. Так, значит точно больше тут никаких других «пассажиров» нет? Между тем гости, а точнее — хозяева, наконец, показываются мне на глаза — выйдя на пустое пространство в центре отсека, прямо перед моим лицом. Мужчина, хуман — будь мы в другом месте, я бы сказал — «азиат»: узкий разрез глаз, желтоватая кожа. Пожилой мужик, гладко зачесанные назад волосы с проседью, собраны сзади в хвост. Женщина-гран… с этой сложнее, но Сила подсказывает, что она моложе спутника — и ниже его по положению Даже без джедайских роб, одетых на обоих — световые мечи на поясе четко указывают, к кому именно «в гости» я попал. К сожалению, Чувство так до конца и не заработало нормально: «рассмотреть» своих визитеров в подробностях, используя возможности Силы, мне так и не удается. А вот за попытку этого следует… не наказание, нет — укоризненный взгляд мужчины, типа: «что же ты, разве можно». — Неудобно, но чувствую себя последним идиотом. Между тем, до меня наконец дошло, что если меддроиды и выключены, то практически вся остальная аппаратура «медотсека» работает: товарищи что, снимали характеристики того, как я буду — или не буду — работать с внешним окружением посредством Силы? Хм, очень даже может быть! — вон, как они быстро прибежали то, стоило мне только очнуться, и дернуться. Однако, пора брать дело в собственные руки…

— Могу я узнать, куда попал, и что случилось? И почему джедаи — я мотнул головой, как бы указывая на их светошашки, висящие на поясе — ведут себя подобно бандитам?

— Помалкивай, негодяй!

Голос у женщины-грана был каким-то колючим, недобрым — словно я перед этим нанес ей личную обиду. Одно плохо: совершенно не помнил, когда и где мог это сделать — поскольку до этого мы раньше с ней точно не встречались. Ее спутник мягко коснулся рукой спутницы, призывая ее к спокойствию.

— Райден Дуку, мое имя — Харрод Мика'авин. Можно — рыцарь Мика'авин. Моя спутница — рыцарь Кийрас Брэк. Мы являемся полномочными представителями Ордена джедаев, и действуем по поручению Сената Республики. Вы арестованы за измену и вооруженный мятеж против законной власти. Подробнее с пунктами обвинения вы будете ознакомлены на Корусанте, где состоится суд, которые определит вашу дальнейшую судьбу. У вас есть еще какие-нибудь вопросы и пожелания?

— Я и буду вот так висеть весь путь, до самого Корусанта? И, кстати, где мы, сейчас, находимся, и какое сегодня число.

— Мы находимся на борту корвета «Песчаная Бабочка», а висеть до самого Корусанта здесь вам, разумеется, не придется…

Нифига себе! Если мужик не врал, то я провалялся у них в полной отключке почти неделю: судя по ощущениям моего организма, который, по нарастающей, настоятельно желал жрать, пить и облегчиться — так оно и есть! Между тем, кто-то активировал меддроидов — и это точно были не эта гран, или тем паче сам Харрод! — и жестянки начали активно суетиться. Ого, хорошо, что я не пытался дергаться — тут, оказывается, внешнее наблюдение работает. Один дроид поперся прямо ко мне, держа в манипуляторах какую-то штуку, а второй что-то сделал за одним из пультов в медотсеке — и силовые путы мягко опустили меня на пол прямо перед джедаями. Руки безвольно опустились, мышцы пронзила боль — висение все же не прошло даром для моей тушки. На ногах я устоял с трудом.

— Сейчас мы переведем вас в более комфортное место пребывания.

Слова, которые произнесла джедай-гран, сопровождались какой-то странной гримасой: только мгновение спустя до меня дошло, что женщина улыбается. Между тем, подошедший меддроид явно намеревался поднести к моему запястью, все еще охваченному браслетом силовых кандалов, что-то вроде инъектора. Я невольно дернулся. С той же самой гримасой-улыбкой, женщина гран достала из складок робы шокер, и, стремительно выбросив вперед руку, приложила его к моему телу. Мир вспыхнул разноцветными искрами, и его свет погас у меня в глазах…

Спасибо, что на этот раз ощущение времени не потерял — судя по внутренним часам, пробыл «в отключке» всего-то минут сорок от силы. За это время меня перетащили в другое помещение. Отсек представлял собой уже в настоящую мини-тюрьму: отгороженный у дальней стены решеткой от основного зала «обезьянник» — что-то типа «общей камеры», и пара силовых клеток у боковых стен — и то и другое просматривается насквозь. Как раз в одну из этих силовых клеток господа джедаи и засунули мою тушку. У другой стены, почти рядом с единственной дверью, находилось место для внутреннего охранника-наблюдателя — чувствовалось, что в деле охраны хозяева автоматике до конца не доверяют. Когда я очнулся, это место не пустовало: в нем как раз сидела моя новая знакомая — «рыцарь Кийрас». На все мои вопросы о распорядке и прочих житейских мелочах, последовало полное игнорирование со стороны охраны. Только когда я забывшись, попытался использовать Телекинез, чтобы стащить с пояса у гордого рыцаря ее меч, меня со всей дури тряхнуло электротоком. Лишь после этого охранница соизволила обратить на меня внимание, и процедила, чтобы я подождал. При этом, сколько именно мне надо будет ждать — не уточнила. Ну, ждать так, ждать — я человек терпеливый. Заодно и подумать не грех, насчет того, в какой заднице я оказался, и как мне теперь отсюда выбираться.

В общем, фигово! — похоже, что хрень, которая была в инъекторе у меддроида, являлась чем-то вроде «контрастного препарата» — вроде тех, что используются при томографии. Только назначение у нее другое. Во все времена что джедаи, что ситхи мучились над одним вопросом: как можно легко и безопасно удержать в плену одаренного врага? — Так, чтобы пленник в темнице не окочурился раньше времени. Конечно, медикаменты и шокеры вещи простые и действенные — но, не сказать, чтобы очень надежные: за тысячелетия разработана куча техник Силы, которые помогают преодолеть последствия даже самого жестокого надругательства над организмом. Вроде того же Круциторна или Тутаминиса. Да и нейтрализация действия разных ядов на организм, это то, чему в любой приличной организации форсеров адептов учат в обязательном порядке. К тому же, потерявший контроль над Силой форсер, пытающийся преодолеть дурман или боль — та еще проблема: может неожиданно рвануть почище атомной бомбы. — Оно пленителям надо? Силовые кандалы давали неплохое решение: вырваться из них нельзя, потому что генератор априори тупо сильнее человеческого тела — сколько бы в том теле не было мидихлориан! Вон, сидели в «зиндане» у пресловутого Хондо Онаки мой дядя, одновременно со Скайуокером и Кеноби — и дернуться не могли. Другое дело, что силовые кандалы совсем не мешали использовать саму Силу: открыть с ее помощью замки, или что-то еще подобное сделать — собственно, дядя так, вместе с джедаями, от Онаки и сбежал. Ультимативной формой узилища для одаренного стала Силовая клетка: мало того, что силовой барьер и металлические прутья мешали сбежать — в случае использования арестантом Силы, его немедленно били разряды электротока или внутрь силового пузыря впрыскивался транквилизатор. — А чаще всего, применялось и то и другое разом. И постоянное сканирование сидельца немедленно давало знать, что он пробует делать что-то с помощью Силы — как раз для этого ему периодически и вкатывали раствор с препаратом-маркером. Такая штука как то взаимодействовала с мидихлорианами в крови — и реагировала, если поток текущей через занимаемый объем Силы превышал определенное значение. — Чем больше используешь Силы, тем выше «контрастность»! Слышал, что до того, как изобрели портативные анализаторы крови, измеряющие уровень мидихлориан в организме, с помощью подобных препаратов, при сканировании, определяли форсъюзеров — хлопотно и неудобно, зато надежно. Вот принцип работы подобного сканера и положен в основу работы Силовой клетки: от механического воздействия работают прутья — силовой пузырь скорее не дает выйти наружу той отраве, которую могут впрыснуть прямо в клетку. — А при попытке пленника работать Силой, поднимает тревогу сканер. Просто и надежно. Только, разумеется, не для меня: Телепатию такая хрень исключала совсем — не знаю, на какой уровень выставлен у них «алярм», но межзвездный обмен информацией требует таких затрат энергии, что он наверняка сработает! — И это даже если тут стены отсека не покрыты какой-нибудь защитой из нейраниума — от джедаев можно ждать всего, а контора они богатая — могут себе позволить такую роскошь. Значит, позвать кого-то на помощь, отсюда, я не смогу. Но… есть одно «но» — вопрос: на какой именно уровень изменения потоков Силы настроены здешние сканеры?

Вопросик совсем не праздный: как я уже успел убедиться, на большое усилие клетка реагирует мгновенно — хорошо еще, что газом не притравило! С другой стороны, при использовании Контроля поток Силы тоже увеличивается, хотя и в меньшей степени: самолечение и тому подобные вещи без Силы невозможны, пусть даже ее используется минимум. Да, что там говорить — даже у обычного человека уровень потоков Силы, проходящих через его организм, постоянно меняется. — И становиться много больше, если его организм испытывает нагрузки, или человек находится в сильно возбужденном состоянии. Так, не думаю, что «алярм» тут выставлен на слишком низком уровне — иначе бы Силовая клетка на каждый мой чих реагировала бы! — А я, после удара током, чисто инстинктивно, занялся самолечением — и мне за это совсем ничего не было, однако. Собственно, скорее всего, именно поэтому тут и сидит живой охранник — точнее: одаренный охранник. Еще один «контур безопасности». На случай всяких «нестандартных» арестантов, умеющих делать нестандартные вещи, с помощью Силы. Вот пределы срабатывания двух этих «контуров»: джедайского и электронного — мне теперь и предстоит выяснить, на собственной тушке. Иного пути нет. Электрошок, как и вполне вероятный пуск газа, это неприятно — но, все равно придется экспериментировать, — иначе я отсюда точно не выберусь. А от возможной встречи с республиканской фемидой никакой радости я совсем не испытываю — потому, как в ее милосердие не верю совершенно.

Тем временем, сменилась охрана: эту Кийрас Брэк сменил адвозсек — расу мужчины я вспомнил с трудом, потому, что до этого с ее представителями мне лично встречаться как-то не приходилось. — Тоже джедай, понятно, судя по висящему на поясе световому мечу. Интересно, где мои мечи? — несмотря на то, что внутренности отсека я уже ощущал, с помощью Силы, вполне отчетливо, отклика от кристаллов из моих светошашек не было. — Это из-за экранировки? — не думаю, что этот Харрод и его подчиненные выкинули такой трофей за борт. В том, что Харрод Мика'авин является тут главным, я не сомневался — хотя мне об этом никто не говорил, но, птицу видно по полету. Вообще, живых я на борту корабля чувствовал много — сотни полторы, не меньше: для корвета типа CR вещь вполне обычная. Еще я ощущал здесь присутствие десяти, нет, все же — восьми одаренных: двое других, скорее всего, просто были чуть более чувствительными к Силе, чем обычные люди. Плохо… слишком много возможных противников, о боевых качествах которых я не имею ни малейшего представления! Между тем, адвозсек — не пожелав даже представиться — показал, как пользоваться в моей клетке встроенными «удобствами», после чего я стал для него словно пустым местом. Ну что же, спасибо хоть на этом: припирало меня сильно, да и пить хотелось не меньше — и толчок, и поилка были к моим услугам. А еще, такая прелесть как ионный душ и очиститель: привыкнув следить за своим внешним видом с помощью Силы, трудно сохранять опрятность просто так — а тут не только руки, лицо и волосы привел в порядок, но и одежду немного почистил. Присутствие постороннего меня не смущало. За два часа своей «вахты» адвозсек не сказал ни единого слова — так, молча, и ушел — когда его не сменил сам Харрод Мика'авин. Новый страж принес мне поесть: просто пихнул сквозь прутья клетки клонский полевой рацион. На мои слова благодарности чуть улыбнулся, и занял отведенное место.

Понимая, что говорить лучше пытаться сразу с начальством, попробовал задать Мика'авину несколько наводящих вопросов. Узнать, из-за чего они наехали именно на меня — и что с моими подчиненными. Судя по тому, что на вопрос о моих охранниках джедай вообще предпочел промолчать, наиболее вероятными являются, наверное, мои самые худшие предположения: все они мертвы или выведены из строя. Кажется, джедай совершенно не опасался погони, хотя корабль сейчас явно висел в обычном пространстве, а не летел куда-то. На все остальное Харрод Мика'авин отвечал мало и неопределенно. Впрочем, я был ему благодарен уже за то, что он не стал трындеть о справедливости и милосердии джедайского и республиканского суда, как я было испугался. Все это время я пытался аккуратно сканировать окружающее пространство Силой — и, опять без особого успеха: тюремный отсек и джедай ощущались прекрасно, а вот то, что находилось снаружи — не очень. — А сканировать в полную силу я не хотел: устраивать провокации пока еще рано — попробуем изображать примерного заключенного. Тем более, что рыцарю Мика'авину явно больше нравилась роль «доброго полицейского». Когда через два часа пришел его сменщик — помятый жизнью деваронец немалых габаритов, я успел убедиться, что все попытки что-то «прочувствовать» обычным способом ничего не дают: то ли правда какая-то экранировка, то ли кто-то из джедаев мне постоянном мешает, через Силу. Впрочем, в последнее я не очень верил — активное противодействие легко почувствовать.

За время моих «экзерсисов», никаких карательных мер не последовало — из чего я сделал вывод, что уровень срабатывания Силовой клетки выставлен достаточно высокий. Похоже, джедаи не хотели каждый раз «дергаться по пустякам» — а то еще и откачивать потом не так повернувшегося, или случайно воспользовавшегося чуть-чуть Силой пленника. Да и присутствие живого охранника-джедая, наверное, посчитали совершенно достаточной страховкой от всех возможных и невозможных происшествий. Ну, ну… можете верить в это и дальше, ребята. Что же, раз спасение утопающих — дело рук самих утопающих, не будем ждать у моря погоды. Мысленно вздохнув, и скрестив наудачу пальцы, начал действовать — но, не так, как раньше. В общем, пока деваронец пялился в потолок отсека, старательно делая вид, что игнорирует мою персону, я аккуратно ухватился, по очереди, за Стихии: Огонь, Ветер, Земля, Вода — для них не было тут преград. Получилось, и сканеры не сработали! — у меня все получилось: не будь включена силовая защита, доступными мне сейчас потоками Стихий я вполне мог бы поломать прутья клетки — один за другим! Все равно, даже если была бы такая простая возможность — пока рано: сначала «дистанционная» разведка. За пару часов я не только детально обследовал этот, и соседний — тот самый «медицинский» — отсеки. — Плетения Стихий отлично резонировали как с конструкциями корабля, так и с его пассажирами и грузом — я успел еще немного «пробежаться» и по самому кораблю. Снаружи вроде бы обычный корвет типа CR-90, а вот внутри… все было гораздо интереснее: начиная от массы нестандартного оборудования, и заканчивая расположением помещений и отсеков. — Незнакомый человек легко заблудится, и уж точно не попадет туда, куда ему нужно. Кстати, удивительно — как много разной стреляющей и убивающей начинки можно загрузить в трюмы такого небольшого корабля, как CR-90 — даже пару истребителей ухитрились в отсеки нижнего трюма впихнуть! Что хорошо — отыскал свои мечи: они лежали в одной из кают, расположенных чуть дальше — почти сразу за «медотсеком». Как я подозревал, это была каюта самого Харрода Мика'авина. Что было еще лучше — прямо с этого уровня, почти от интересующей меня каюты, вел аварийный ход к спасательным капсулам правого борта! Теперь мне осталось поставить контрольный эксперимент — проверить, как повлияют мои плетения Стихий на нужные участки конструкции корабля. — И не сработает ли раньше, чем я добьюсь нужного результата, местная «аварийная сигнализация»: получить вот так удар электротоком, пока я буду работать со Стихиями, мне бы категорически не хотелось.

«Настоящие» одаренные с изрядным пренебрежением смотрят на всякого рода «дикарей-самоучек»: считается, в целом вполне справедливо, что нормально обученный джедай — или ситх, если на то пошло — разберется в одиночку с целой толпой каких-нибудь культистов. — Ведь он может использовать всю мощь Силы, в отличие от едва чувствующих ее потоки слабаков. Понятно, что наличие исключений из правил тот же Орден признавал, но в целом, у джедаев максиму: «порядок бьет класс» — считали руководством к действию. Дядя как то говорил, что из-за этого, в конечном счете, погибла его ученица, Комари Воса. — Тупо не рассчитала сил, решив, что слабоодаренные противники — это несерьезно, попала в плен и была сломлена пытками культистов, перейдя на Темную Сторону Силы и став Падшей. Я это к чему: способности «среднего» Формовщика, с точки зрения джедаев, представляются совсем мизерными — даже юнлинг, только что ставший падаваном, в этом плане выглядит покруче! Ну, то, что с Силой Формовщики работают несколько по-другому, чем обычные форсеры, в Ордене во внимание никогда особенно не принимали. Джедай имеет априори более высокий потенциал, и все! В чем-то они, может быть, были и правы: то, как мастер Сеи Вукто сметал все на своем пути с помощью техники Изменения Внешнего Окружения, я прекрасно помню до сих пор. Вопрос только в том, что у джедаев вот так, как он, с Силой могут работать десятки, в лучшем случае — сотни адептов, а на Кро Варе каждый Формовщик работает только с техникой Изменения Внешнего Окружения — поскольку иному там просто не умеют учить. — Работает средний Формовщик, может, и не так эффектно и масштабно, как мастер Вукто — зато уровень мидихлориан в его организме обычно в разы меньше, чем было бы нужно для приема в Орден. Эффект достигается тем, что в дело идут не слабенькие внутренние возможности форсера, а внешние потоки Силы. Смертельно опасно? — ну, в общем-то, да — народу, при обучении, там гибнет изрядно. Зато уж те, кто выучились, могли работать с Силой в таких условиях, в которых те же «обычные» джедаи давно бы утратили контроль и над ней, и даже над собственным телом. Конечно, про настоящих мастеров речи не идет — там уже другие критерии сравнения. Но, я что-то не думал, чтобы в этой «охотничьей команде» такие мастера были. Они тут, конечно, специалисты в своем деле — однако, как говорил некто Козьма Прутков, полнота специалиста односторонняя. Профессиональная самоуверенность, помноженная на обычную самоуверенность джедаев, их подвела — не подумали, что я как то могу обойти все их технические примочки, и ускользну от контроля в Силе, со стороны охранников. Будь я на их месте — просто закатал бы пленника в карбонит, чисто для перестраховки. Ну а раз у меня, их милостью, есть возможность действовать, не привлекая внимания — почему бы ею не воспользоваться как надо?

Менять Харрода Мика'авина пришла гран. Да, неприятно — из восьми одаренных на борту я пока что видел только половину. Случись чего, я даже «в лицо» своих возможных убийц не опознаю — маскировку способностей с помощью Силы никто не отменял! — Тем более, прокрались же они как-то на «Королеву Ранруна», так, что их никто не почуял. А если дергаться на каждый чих и подозревать в каждом встреченном в коридорах корабля разумном джедая — это верное средство провалить побег. Необходимо помнить, что попыток у меня будет всего одна — глядя на этого Харрода, я ничуть не сомневался, что в случае какого-то нестандартного развития ситуации, шлепнут меня без сожаления. Принципы принципами, а безопасность доверенных тебе подчиненных — превыше всего, даже у джедаев. Ладно, пока охранница уже привычно сверлит меня взглядом, попробую послушать, что там болтают по корабельным коридорам и отсекам. Причем, желательно послушать кого-то из офицеров или джедаев — Стихии мне в этом помогут…

— Есть ли новости с Корусанта?

Ого, сам господин Мика'авин у кого-то, наверное — у вахтенного, спрашивает! — это я удачно попал.

— Нет, мастер Харрод — по-прежнему идет сигнал, что доступ в Храм временно закрыт. Кажется, на Корусанте какие-то проблемы: мы тут поймали обрывки передач из ГолоНета — там что-то про «мятеж» и «бои в Столице» было. К сожалению, что именно там происходит — не ясно.

— Так, вы пытались связаться с Майгито? — насколько мне известно, там сейчас должен находиться магистр Ки-Ади-Мунди. Он, как член Совета, точно должен быть в курсе происходящего! И… на всякий случай — попробуйте вызвать Салюкамей и Като Неймодию: ударные группы ВАР, под командованием Пло Куна и Стас Аллие там тоже, вроде бы, должны находиться. Мы не можем висеть тут вечно: тионцы уже должны были догадаться, что Райден Дуку не погиб при взрыве их супердредноута — нас уже наверняка ищут…

Чтооо! Я не ослышался? — эти ребята взорвали «Королеву Ранруна», чтобы прикрыть мое похищение и обеспечить свое бегство? Или у джедаев были сообщники, предатели из числа тионцев… кто мне скажет! Послушать, о чем там говорил Мика'авин дальше, мне не удалось — мощный разряд электротока выкинул меня из состояния концентрации и заставил отпустить потоки Стихий. Щелчок курка по пустой каморе револьвера в проклятой «гусарской рулетке» я услышал — сквозь Силу — вполне отчетливо: снова пронесло! Блин, да меня чуть не убило, при «откате» — я что, превысил уровень использования Силы, и заставил сработать охранную сигнализацию?

— Ты что там делаешь, темная тварь! Смотри мне в глаза!

Несмотря на то, что в мое тело по-прежнему бьют электрические разряды — сейчас, отпустив Стихии и сосредоточив все усилия на Контроле, я переношу их гораздо легче, — почти, что вздыхаю от облегчения: нет, это не автоматика, это просто садистка-джедайка нажала сенсор на пульте перед собой. Наверное, что-то заподозрила, точнее — почуяла в Силе угрозу, а может — я ей чем-то не понравился, и теперь она просто воспользовалась предлогом, чтобы дать пинка «темной твари» — пусть даже не своим собственным сапогом. Да, если бы она и вправду что-то серьезное заподозрила, то, держу пари — я бы уже дышал газом-транквилизатором! Поднимаю взгляд на джедайку — три ее глаза тут же впиваются взглядом мне в лицо.

— Сейчас я узнаю… что ты там себе думаешь, негодяй! Все… узнаю.

Я чувствую, как что-то… постороннее пытается влезть ко мне в голову. Нихрена себе, мозголомка на мою шею выискалась. Даже через боль от электрических разрядов, инстинктивно ставлю Огненную Завесу — короткий вопль, и давление у меня в голове исчезает. А вместе с ним пропадают и электрические разряды: точно джедайка на сенсоры давила, дрянь такая!

Между тем, до меня, наконец, доходит весь ужас моего положения: сидя в Силовой клетке, я дал понять своим врагам, что обладаю возможностью работать с Силой даже находясь тут! Сейчас наблюдатель — а я не сомневаюсь, что он сидит где-то за пультом, в другом отсеке! — вот-вот он свяжется с начальством. Что тогда будет, я думать не стал — я начал действовать, пустив еще до конца не оформленные планы банте под хвост: сейчас меня могли спасти только быстрота и неожиданность…

Беру себя в руки, и снова, несмотря на хреновое самочувствие и боль во всем теле, хватаюсь за потоки Стихий — у меня все должно получиться! Быстро вхожу в состояние единения с корабельными конструкциями с системами. Какое счастье, что я уже успел провести предварительное обследование этого корабля! И как плохо, что я совершенно не могу работать в полную силу — потребуется больше времени, а мне его могут и не дать. Тянусь к энергомагистрали… нет, не к той, что питает мою Силовую клетку — а к главной энергомагистрали корабля. Броня и изоляция у таких систем всегда делаются очень хорошими, но, Силе противостоять не может ничего — если знаешь, где ломать, и умеешь сделать это вот так, «дистанционно». Вопрос только в затраченном для этого времени… секунды тянутся как годы! — вот прошла уже минута: наблюдатель наверняка должен уже делать доклад шефу. Ну, пусть не Харроду Мика'авину, или кому то еще из джедаев — но уж вахтенного офицера он должен поставить в известность немедленно, как только понял, что в тюремном отсеке что-то неладно! Наконец, бронированная оболочка и электрическая изоляция разрушены потоками Земли, Огня и Воды настолько, что происходит пробой — и цепь, наконец, закорачивает. Свет в отсеке погас, а потом загорелся снова, но уже в полнакала — сработала система аварийной защиты, и переключила питание на резервные батареи. Наплевать! — даже этого мгновения, ушедшего на переключение, мне вполне хватило, чтобы теми же плетениями Огня, Земли и Воды вывести из строя Силовую клетку. К сожалению, решетка осталась на месте — эта хрень поднималась вверх, и испортив клетку, я ее фактически заблокировал в закрытом состоянии. Ну да ничего — есть способ решить и эту проблему. Заодно, получу и оружие. Телекинезом срываю с пояса у джедайки ее световой меч, и тащу его к себе…

Проклятая клетка сделана не иначе как из фрика или бескара — зеленого цвета клинок ее практически не берет. Ну и черт с ним: еще раз прибегаю к услугам Огня и Земли — и рву прутья клетки, выгибая их острыми концами наружу — расплавленный и отвердевший металл напоминает нелепые, растущие параллельно земле сосульки. Пока выбираюсь наружу, с пола отсека вскакивает очнувшаяся джедайка — живучая, даже пары минут не провалялась в отключке! Ухожу от ее броска в сторону, «добавляя» ускорения потоком Воздуха: все как в каратэ — нападающего тяни, падающего толкни. Приземлилась моя противница крайне неудачно: напоролась на один из выгнутых наружу прутьев клетки, как бабочка на булавку, в энтомологической коллекции. Точно живучая! — сучит ногами, и пытается стащить себя с металлического прута, вцепившись в него обеими руками — ну, Сила ей в помощь, а мне некогда. Прорезать дверь тюремного отсека даже на пытаюсь, разрушая ее с помощью Стихий — так оно быстрее будет. А вот меддроидов, чисто на всякий случай, я покромсал — черт знает, как тут они у них запрограммированы: удара в спину мне сейчас только и не хватает, для полного счастья. Двери из медотсека во внешний коридор, разумеется, уже заблокированы: вахтенные разобрались, что к чему. Ну, ребята, вам это не слишком поможет! — опять тянусь потоками Стихий к системам энергопитания сервисных систем, выводя из строя все механизмы внутренних дверей и опуская гермозатворы по всему корвету — заодно, попутно, вывожу из строя систему внутреннего наблюдения. Теперь отследить мои перемещения внутри корабля можно только с помощью Силы — ну, если они смогут: я и сам не лыком шит, по части маскировки!

В коридорах корабля так и продолжает гореть аварийное освещение — судя по всему, ремонтная партия до сих пор никак не может переключить питание на резервную магистраль. Проверка внутренних камер наблюдения показывает, что они тоже мертвы — еще лучше. Добираясь до того места, где были спрятаны мои мечи, пришлось прорезать всего пару дверей. Отсек, где находилась каюта Харрода Мика'авина, встретил меня пустотой — вызвав невольный вопрос: а где все? Впрочем, ответ был, скорее всего, вполне очевиден: в месте, где постоянно обитали джедаи, посторонним делать было нечего. А, где же тогда сами джедаи? — быстрый поиск в Силе показал, что деваронец — я запомнил его «метку», находится где-то дальше в корме, в двигательном отсеке. Джедайка-гран… жива — но, это все, что я мог сейчас про нее сказать. Мика'авин и адвозсек, вместе с какими-то еще двумя одаренными — впереди, на командном мостике. Они все, конечно, сейчас кинутся мне на перехват — но между нами слишком много заблокированных дверей и глухих переборок. Как я понимаю, мне дико повезло: господа джедаи решили связаться со своим корусантским начальством чуть ли не в полном составе — вот уж и вправду, везение так везение. Сканируя корабль дальше, я понял, что мое везение имеет очень четкие границы: отсеки, в которых на корвете хранились истребители, были пусты. — А сами эти истребители, вместе со своими пилотами-джедаями, ощущались на самом пределе чувствительности — где то далеко в открытом космосе. Похоже, осуществляли патрулирование, охраняя корабль-носитель от возможных нежеланных визитеров? Ну, хоть так — главное, не рядом с кораблем. Между тем, взламываю сейф, в котором хранились мои мечи — оба на месте! — и, в последний момент, замечаю на столе включенный в корабельную сеть датапад. Вот это удача так удача! — быстро выхожу на навигационный компьютер, и скачиваю текущие координаты места нахождения корвета. Все, больше мне тут делать нечего. Хотел было бросить меч джедайки, когда мои заняли законные места на поясе, но потом решил оставить — все же, трофей. Так и держал в руках, до самой спаскапсулы, трофейный меч и датапад с координатами.

Выбежать из каюты и прыгнуть в аварийный эвакуационный люк, было минутным делом. К сожалению, спасательные капсулы уже охраняли — активированный зеленый клинок отбил несколько плазменных болтов, пока я не снес охранников одним Ударом Грома — впечатав всех троих разом в переборку. Помощь к ним прийти так и не успела. Проверять, что там со стрелками, я не стал, нырнув в люк спасательной капсулы, и нажав на панель аварийного сброса. Собственно, аварийная капсула она на то и аварийная, что ее отделение невозможно блокировать в принципе — для этого экипаж охрану тут и выставил. Зато аварийную капсулу ничего не мешает расстрелять в полете, когда она совершенно беспомощна. Такой возможности я экипажу «Песчаной Бабочки» не дал — дотянулся потоками Стихий до хранилища топлива, и коснулся его плетениями Огня и Земли. Капсула уже успела отлететь от обреченного корабля на довольно приличное расстояние — двигатели включились сразу после отделения, — когда черноту космоса прорезала мощная вспышка. Я, было, уже приготовился отводить от капсулы Телекинезом разлетающиеся куски, но все обломки прошли в стороне от меня. Даже не вериться, что я уже почти свободен. Скреблась только в голове мысль про джедайские истребители, которые летали где то тут, рядом. И нарастало внутри ощущение чего-то непоправимо-страшного, про что я пока еще не знал — и о чем, почему-то, молчала Сила.

Интерлюдия 16

Воды Флегетона

Сигнал тревоги, как всегда бывает в подобных случаях, поступил на комлинк неожиданно: Энакин как раз перемещался между зданием Генерального Штаба и Храмом — ну, хотя бы менять маршрут служебного аэроспидера, наводя кого-то на подозрения, не потребовалось. Доклад Рекса, которого Скайуокер оставил на станции слежения и перехвата контролировать все переговоры «объекта номер шестьдесят пять», не оставлял сомнений: Дарт Сидиус назначил личную встречу кому то очень важному. Воспользовавшись, для этого, одним из своих защищенных шифрованных каналов связи — совершенно безопасным, как он ошибочно считал. Этим кодированным каналом связи ситх пользовался только в исключительных, самых важных случаях — причем, обмен информацией по нему был обычно предельно краток и вполне конкретен: оговаривалось место и время встречи. Да, точное место предполагаемой встречи службе перехвата тоже удалось установить надежно — им было старое, давно заброшенное здание корпорации «Ли-Мердж». Неиспользуемая, постепенно ветшавшая промзона, которую власти Корусанта собирались «очистить» и перестроить вот уже лет тридцать — есть, где спрятаться, затаиться, или оторваться от возможной погони — если что-то пойдет не так. Прекрасное место для того, чтобы ситхи организовали там одно из своих «гнезд». Что же, Дарт Сидиус был бы очень опечален, если бы узнал, что его «гнездышко» вычислили и обнаружили — и вели теперь за ним тщательное и аккуратное непрерывное наблюдение. Так же, впрочем, как и еще за десятком других конспиративных квартир, а то и целых особняков или иных объектов: принадлежавших неизвестно кому и купленных через подставных лиц — но законно оформленных и с безупречной налоговой репутацией — никто не придерется. Хотя, как были убеждены и гранд-мастер Йода, и Оби-Ван — да и сам Энакин тоже, не факт, что тайное расследование выявило все укромные норы их врага. Сидиус, как и его клон-двойник, оказались настоящими мастерами путать следы. В процессе наблюдения и розыска были вскрыты многочисленные тайные связи ситха, а так же, обнаружено несколько десятков его особо доверенных клевретов и тайных сторонников. Что удивительно: часть этой публики, работавшей на ситха, похоже, не подозревала, что он имеет какое-то отношение к Канцлеру Палпатину — и наоборот! По большому счету, собранных материалов уже хватало для того, чтобы идти с ними в Сенат: с такими доказательствами против Палпатина проголосовала бы даже не только явная оппозиция, но и вполне лояльные сенаторы! — Обманщиков и двурушников не любит никто.

Но, в свое время, посовещавшись и прикинув все возможные последствия и трудности, Йода и Кеноби со Скайуокером, решили непременно попробовать поймать Дарта Сидиуса на чем-то по настоящему «горячем». Одновременно с ним требовалось захватить и его двойника: клон не просто слишком много знал — он и представлял нешуточную опасность из-за вовлечения в дела управления государством. — Трудно было даже представить, что могут натворить во время войны несколько отданных, с самого верха, предательских приказов. К сожалению, все это нужно будет проделать практически без подготовки: к предположению Райдена о наличии в рядах Ордена возможных агентов Сидиуса, а то и просто откровенных предателей, и Йода и Оби-Ван отнеслись самым серьезным образом. Даже малейшей утечки информации нельзя было допустить — а избежать этого, расширив круг посвященных в тайну, было практически невозможно. Оставалось лишь полагаться на преданность клонов из 501-ого и их обретенное на войне искусство в проведении специальных операций. С массовым изъятием в войсках биочипов, под благовидными предлогами, решено было пока тоже повременить, чтобы усыпить бдительность ситха — а вот чипы у своих подчиненных Скайуокер приказал удалить, не поставив в известность начальство, уже давным-давно. Теперь это здорово пригодилось: было, обоснованное опасение — что аппаратура передачи кодированных сигналов может еще и как-то отслеживать положение организмов — носителей биочипов. Но, в конце концов, имея по штату одного нормального, полноценного меддроида-хирурга на взвод бойцов — можно было относительно четко и быстро убрать адские образования из голов солдат. — Причем, проделав это даже в полевых условиях — опыт был. К несчастью, с корабельными экипажами эту операцию было осуществить сложнее, в виду их большей численности и неоднородности состава — но зато там имелись в наличии штатные, хорошо оборудованные госпиталя и лазареты — и это давало надежду успеть, в случае неприятного развития событий, справиться с проблемой биочипов и там…

Вообще говоря, когда Энакин пошел «сдаваться» гранд-мастеру Йоде и своему бывшему учителю, он даже не предполагал того эффекта, который произведут его слова. Как ни странно, поверили ему сразу и полностью — даже еще не посмотрев те самые расшифрованные записи из ганреева кресла. В общем, к видениям Райдена Дуку, про которые он рассказал обоим магистрам, те отнеслись очень серьезно: слишком уж хорошо они соответствовали тому, что происходило в жизни. — Старшие собратья даже подтвердили существование пары вещей, про которые Энакин не подозревал, но о которых были намеки в информации, полученной от младшего Дуку. Падме и их будущие дети… Йода твердо пообещал разрешить все проблемы семьи Скайуокеров — так или иначе: даже если Энакину все же придется покинуть Орден, его семья не пострадает. Так же, гранд-мастер дал понять, что будет защищать и Райдена Дуку — и даже самого графа, перед Сенатом и руководством Ордена. Когда решали, что и как делать со старшим ситхом, то пришли к общему выводу: не торопиться, и подготовиться к решению этой задачи самым тщательным образом — к конечной пользе как Республики, так и Ордена. — Что бы, упаси Сила, дело не кончилось кровавым бардаком — если ситх успеет как-то подать сигналы на биочипы клонов. А такая возможность у него было! — причем, сделать это он вообще мог в любой момент: собственно, именно из-за этого им и пришлось таиться ото всех. Даже от своих братьев.

Так вот и получилось, что вновь утвержденный, формально — в качестве одного из командующих Армадой Разомкнутого Кольца, а фактически — ее истинный командующий в одном лице, — Энакин вынужден был жить как бы двойной жизнью. Хотя, и Йоде и Оби-Вану пришлось поступить точно так же! — Кеноби даже от своего нового падавана пришлось свои истинные мысли и намерения скрывать. Вот, кстати, Уи Малро оказался чертовски полезным пареньком… прямо, как когда то Асока. Энакину начало казаться временами, что он вот-вот услышит рядом и ее веселый язвительный голосок… глупая мечта. Последнее время Великая Армия Республики окрепла уже настолько, что могла позволить себе начать одновременное наступление сразу по нескольким направлениям. Армада Разомкнутого Кольца — то целиком, а то — разбившись на несколько частей, — стала одним из самых эффективных инструментов республиканской военной машины. А Энакин и мастер Кеноби, с Уи Малро, всегда были на острие ударов — что в атаке, что в обороне. Мастер Сэси Тийн, являющимся номинальным командующим Армадой — как имеющий самый высокий чин, среди джедаев и обычных генералов и адмиралов — просто следил, чтобы им никто не мешал, и не создавал помех. Мастер Тийн вообще был личностью своеобразной: член Высшего Совета Ордена, непревзойденный пилот-ас, не хуже самого Энакина — но, не имея таланта военного командира, никогда рулить чем-то большим, чем эскадрилья истребителей или батальон клонов, не пытался. — И этим он, кстати, отличался в лучшую сторону от многих рыцарей и мастеров. В общем, с непосредственным «командованием» Скайуокеру и Кеноби реально повезло! — А их подчиненным повезло еще больше: путь Армады Разомкнутого Кольца сопровождала практически непрерывная цепь побед — при относительно небольших потерях в технике и личном составе.

Первый «звонок» — что вот оно, началось! — Энакин получил во время стычки на Тайте: несчастном мире, где судьба снова столкнула его с Графом. Выкрутился он тогда исключительно удачно. А еще удачнее получилось со шлюпом Графа: положившись на волю Силы и Предвидение, Энакин — взяв с собой эскадрилью ARC-170 — сумел перехватить корабль в одной из безымянных систем сектора Картакк. Аккуратно отстрелил механизм управления парусом, и, повредив гипердрайв, Скайуокер оставил шлюп старшего Дуку дрейфовать в пустоте — ожидая, когда корабли сепов его обнаружат, и придут на помощь. Эскорт из ARC-170 пригодился: в этот раз Графа сопровождал десяток Магнастражей на «Разбойниках» P-38 — так, как обычно сопровождала Гривуса его охрана. Клонам пришлось постараться, пока они добили жестянок. Когда он вернулся к Армаде, их всех уже ждал приказ гранд-мастера Йоды — лететь к мирам Ядра. Разумеется, часть боевых кораблей пришлось оставить на месте — кому то надо было держать фронт! Как по ходу выяснилось, старый джедай все почувствовал и рассчитал как надо: когда Армада Разомкнутого Кольца сделала промежуточную остановку у Библоса, пришло известие, что Корусант атакован армадой Гривуса. Дальше все пошло как в видении Райдена: сражение на орбите, где Терринальду Скриду сильно не повезло, хотя до конца оборону столицы Гривус подавить так и не сумел — и сообщение о пленении Канцлера, которому сразу никто даже не поверил. Когда защитники Корусанта, удерживая фронт из последних сил, с ужасом смотрели и слушали прямую трансляцию с «Незримой Длани» — а Гривус уже потирал, в предвкушении, все свои четыре механические лапы, — в небе над столицей Республики появились новые действующие лица…

Когда то, еще во время обсуждения вариантов возможных действий, троица джедаев решила не отступать от вероятного развития событий: ликвидировав одного Сидиуса, и оставив его клона в кресле Канцлера — можно ли добиться победы? Кроме того, не было уверенности в том, кто может быть на борту «Незримой Длани» — «оригинал», или вообще «копия»? В общем, Энакину все равно пришлось сажать обломок гривусовского флагмана на Корусант! — а потом ускользать от голокамер всевидящих и вездесущих журналюг, чтобы иметь возможность обнять жену. Сколько времени и нервов Скайуокеру пришлось потратить, чтобы заставить Падме уехать домой, на Набу — пока не родится их дети, это вообще отдельный разговор: считая, что после разгрома Гривуса всякая опасность миновала, Падме, с упрямством маленькой банты, никак не желала покидать Сенат в такой важный политический момент. Зато, когда жена уехала, Энакин почувствовал, что теперь возможной схватки с ситхом бояться нечего — и был готов принять участие в любых возможных интригах.

Интриги со своим началом не замедлили: произошло то, чего Скайуокер ожидал, и чего он боялся — Палпатин назначил своего «телохранителя» в Высший Совет Ордена, в качестве личного представителя. Формально, вроде бы, даже не подкопаешься — раз Канцлер является Верховным Главнокомандующим, то вполне логично, что он должен знать о том, что и как планируют в органе, который реально управляет полевыми частями ВАР и боевыми флотами. Как бы даже и протокол соблюден: Канцлер же не вояку какого своим представителем назначил — он предложил Совету в качестве кандидатуры рыцаря-джедая. Понятно, что обычный народ в тонкостях получения места в Высшем Совете у джедаев не разбирался. Понятно, что заслуги Энакина на военном поприще — по армейским понятиям — давали ему право на «внеочередное получение звания». Понятно, что вмешательство Канцлера во внутренние дела Ордена вообще, и назначение в Высший Совет простого рыцаря в частности, — да еще и в обход более заслуженных, с точки зрения джедаев, магистров и мастеров — все это вызовет очень неоднозначную реакцию в Храме. То, что Палпатин старался если и не поссорить, то окончательно отдалить Скайуокера от остальной массы джедаев, и от Совета — вполне сработало: Энакин чуть ли не физически чувствовал возникшее между ним и многими другими членами Ордена напряжение. Что странно, джедаи-«фронтовики» отнеслись к назначению Скайуокера как то спокойнее, и даже местами одобрительнее: война быстро учит ценить наличие у себя по настоящему компетентного командования! — а вот те, кто работал в тылу — другое дело. — Для них он был обычным удачливым выскочкой, не больше. В Совете… тоже все было не так однозначно — хотя Йода и Кеноби, кажется, как то сгладили углы: такого резко отрицательного отношения к своему назначению, какое он знал из видений младшего Дуку, не было. Впрочем, от этого Энакину совсем не стало легче. Немного выручил Йода: старый гранд-мастер таки ухитрился подловить Палпатина на его интриге! — сумел продавить назначение Скайуокера заместителем командира Силами Обороны Корусанта. Фактически, с учетом своего служебного положения — как член Высшего Совета Ордена — Энакин даже становился на один уровень с Терринальдом Скридом.

Найти общий язык со старым юстициаром, который был слепо предан Канцлеру, а так же с начальником Генерального Штаба, Уилхуффом Таркином, было не просто — но джедай с этой задачей худо-бедно справился. Обоих адмиралов примирило с реальностью то, что их соратником мог стать и не так хорошо разбирающийся в военном деле джедай… этого Скриду и Таркину вполне хватило, чтобы начать нормально сотрудничать. Собственно, первым делом, которым пришлось заняться Энакину — кроме «охраны» особы Канцлера и «заседаний» в Совете, — была организация специальной ударной группы, которая должна была, наконец, «окончательно решить проблему Гривуса». Жестяной генерал так напугал господ сенаторов во время своего последнего «визита в столицу», что за предложение Канцлера: «Найти и уничтожить монстра любой ценой» — проголосовали, чуть ли не единогласно, чего в Сенате удавалось добиться в редчайших случаях. Как то так незаметно получилось, что львиную долю кораблей Армады Разомкнутого Кольца Энакину удалось, под теми или иными предлогами, оставить возле Корусанта — в своих старых соратниках джедай был куда более уверен, чем в здешних «домашних вояках». С Кеноби улетели в основном либо те, кто ранее охранял столицу, либо совсем свежее пополнение. Офицеров, которые полетели с Оби-Ваном, Энакин тоже подбирал из «местных»: повысив в чинах тех, кто отличился при обороне планеты от армады Гривуса, назначил их на более высокие командные должности в ударном соединении у Кеноби. Этим он убивал сразу двух гизок: удалял потенциально самых опасных, в случае военного противостояния, офицеров, которые точно были бы на стороне ситха в схватке — и заодно укреплял кадровый состав флотилии Оби-Вана. С учетом того, что его бывший учитель в космосе чувствовал себя не так уверенно, как в наземных операциях — нужная и своевременная мера: Гривус, он шутить не будет. Хотя, Скайуокер сильно сомневался, что Сидиус, при текущем развитии событий, так же легко отдаст полезного ему генерала-киборга на убой.

Так, в общем-то, и оказалось: по последним известиям, ударное соединение Оби-Вана Кеноби успело освободить Утапау — не застав там ни Совета Сепаратистов, что было ожидаемо. — Ни генерала Гривуса — что было неприятным сюрпризом. Кеноби, посовещавшись с Корусантом, совсем было, уже собирался направляться на Мустафар — сославшись перед Палпатином на некие мифические «сообщения осведомителей», — когда пришло известие о том, что Гривус ударил по Эриаду. Понятно, что оперативному соединению пришлось лететь туда — вызволять таркиновских родственников и земляков. Между тем, в столице атмосфера медленно накалялась: с одной стороны, Орден сумел использовать плоды победы в сражении за планету для поднятия своего авторитета по максимуму — а с другой, в ГолоНете началась явно инспирированная ситхом кампания по дискредитации джедаев. Нет, не всех и каждого — подручные ситха были умны и компетентны в своем деле. Просто, некоторые «герои фронта и тыла» из Ордена дали столько компромата на себя и своих собратьев в целом, что мешать дерьмо было с чем. Но больше всего муссировался вопрос: «Ну, вот мы победили — а когда же кончиться эта война?» — и все подобные публикации, обычно, кивали как раз на Храм. Как будто Верховным Главнокомандующим был не сам Канцлер. Палпатин… ситх умело ушел в тень: не то пострадал сильно, и теперь залечивал раны, не то строил великие планы — которые, разумеется, потом спасут Республику. — Нанятые борзописцы работали и на этом фронте…

Не раскрывая до конца источника информации, Йода все же поговорил откровенно еще и с Мэйсом Винду — решающие события приближались, и в Совете требовалось полное единство. А имея Мэйса в команде этого было проще добиться. Как заметил Энакин, последнее время магистр Винду выглядел усталым и задерганным: как ни крути, а именно на его плечах лежала забота о повседневных делах Ордена — а они были, сейчас, далеко не блестящи, несмотря на весь показной оптимизм. Высокие потери среди джедаев, недоверие простых обывателей к Ордену, непонятные политические пертурбации, которые ставили Храм в крайне двусмысленное положение — все это давило на Винду даже больше, чем на всех остальных членов Высшего Совета. Давило так, что даже железный Мэйс Винду начал терять свою знаменитую выдержку и хладнокровие. Известие о том, что проклятый ситх наконец то найден, и все происходящее Йодой контролируется, принесло коруну невероятное облегчение. И то, что Йода, вместе с Кеноби и Скайуокером, следят за происками Дарта Сидиуса, и даже сумели уже раскрыть многие его тайны и секреты, позволяло надеяться, что скоро эта проблема будет успешно решена. Да, Скайуокер принял «назначение» от Палпатина именно с согласия Йоды — для дела! — он надежен. В решающий момент понадобятся быстрые действия — и не будет времени, чтобы отвечать на возникшие вопросы. К необходимости соблюдения тайны Винду отнесся с полным пониманием: если это поможет вырвать организацию ситхов с корнем — ради этого стоило поступиться формальностями.

И вот, наконец, рыбина попала в расставленные сети… интересно, кому же Сидиус, все-таки, назначил встречу в том гиблом местечке? Так, гранд-мастер оповещен: он, вместе с самим Энакином и его ребятами из 501-ого как раз и полетят туда — брать ситха с поличным, вместе с его неизвестным конфидентом. К сожалению, много народу с собой взять не получится — есть шанс, что Сидиус почует, и сбежит раньше! — а вот один-единственный НВШТ никаких подозрений вызвать не должен. А уж сам Энакин, и тем более — Йода, способны закрыть свое присутствие в Силе достаточно надежно. А в это время Мэйс Винду с несколькими джедаями должен будет арестовать клона Палпатина — последний, в этот момент, наверняка должен будет находиться на рабочем месте — обеспечивая хозяину стопроцентное алиби. Обстановка сейчас благоприятна еще и в том смысле, что все сенаторы и представители находятся на Корусанте — на внеочередной сессии Сената: Палпатин пытался пропихнуть через него какие-то новые законы и постановления. Тем лучше — не надо будет искать, и тащить в Сенат «народных избранников» — каждого по отдельности. А еще лучше, что Падме сейчас здесь нет: она дома, на Набу — хотя бы ей и детям ничего не угрожает…

* * *

— Что ты говоришь, Сола!

— То, что ты слышала, Солнышко: твоим детям нужна будет нормальная жизнь, да и тебе самой с твоим мужем — тоже.

— Но мы… Энакин… дети!

— Вот именно, дети. Подумай о них — если о себе и семье ты думать совсем не хочешь.

— Наоборот, я думаю — и о семье, и о них. Энакин хотел уйти из Ордена! — вот закончится эта война, и он…

— Твой муж боевой генерал. Пока война не закончилась, он никуда не уйдет: дезертирство всегда и при любых обстоятельствах выглядело некрасиво — а уж в этом случае, будет выглядеть так еще больше. Но, не надо сейчас о твоем муже — поговорим о тебе самой.

— И, что со мной не так, моя милая прагматичная сестрица?

— То, что ты, как ни странно, тоже на службе — где то эта служба даже еще хуже и требовательнее, чем у твоего милого муженька. Ты политик, сестра! И сама прекрасно знаешь, как ревниво политика относится к «изменам» тех, кто следует ее путем. И… ты должна понимать, сколько нажила непримиримых врагов, защищая правду и справедливость. Мерзавцы, которых ты хоть когда-то, хотя бы один раз, ставила на подобающее им место за время своей политической карьеры, с удовольствием припомнят тебе все — если узнают!

— Кому какое дело до моих личных забот?

— У политиков, политиков такого уровня как ты, нет понятия «личные заботы» — и ты должна была бы знать это куда лучше меня. Все «личное» тебе полагалось выбросить на свалку, когда тебя избрали: сначала Королевой, а потом выбрали в Сенат! Падме, милочка, я все понимаю! — но к матери приходил Тайфо, а потом отец разговаривал с Панакой. Если Тайфо совсем не в курсе происходящего — и просто ревнует тебя к мужу, то Панака настроен серьезнее — и он-то знает, что вы с Энакином вполне себе законные супруги. По обычаям Набу, разумеется — и Панаку сильно беспокоило, как к вашему браку может отнестись вся остальная галактика, поскольку, вы оба лица публичные. Тебе передать, что сказал Куарш Панака отцу? — или ты сама догадаешься о последствиях, если о твоем браке станет известно широкой публике: как политических, так и юридических?

— Панака, кому он еще говорил?

— Только Палпатину. Но, тот будет молчать — инцидент, в котором пострадает репутация Набу, ему совсем не нужен. Вопрос в другом: пока речи не было про детей, предъявить вам с мужем фактически было нечего — дроидам можно стереть память, а священник имеет право хранить молчание даже перед законом. Детей вы не спрячете.

— То, что ты предлагаешь, будет еще хуже!

— То, что я предлагаю, решит все ваши проблемы. Ну и что, что твои мальчик и девочка будут звать тебя «тетя», а не «мама» — пока не подрастут, и им можно будет сказать всю правду? Зато их никто не тронет, и не обидит — не заберет в тот же Орден, против вашего с мужем согласия. Или ты сомневаешься, что я и мой муж будем любить их меньше, чем наших собственных дочерей?

— Он что, в курсе?

— Именно Дарред все и организовал, когда нам стало понятно, чем это дело может тебе грозить! Падме, пойми: мы одна семья! — если тебе и Энакину не поможем мы, то кто вам вообще поможет?

— Как то это нехорошо… я ведь думала, что у тебя и вправду родилась двойня, так обрадовалась…

— Да уж, пришлось постараться. К сожалению, тут слишком многие знали, что после рождения младшей дочери я больше не могла иметь детей. Ну а новорожденные… мы ведь нигде с ними и не показывались: сделали объявление и все. Сказали, что младенцы родились недоношенными и слабыми — подрастут побольше, тогда и будет официальное представление для родни и знакомых.

— И никто не поинтересовался подробностями?

— Ну, мы с Дарредом не джедай с сенаторшей — кому мы нужны? — пара заметок на задворках колонок светской хроники, и все, никаких сенсаций. — А родственники согласны подождать более благоприятного времени, чтобы увидеть наших «деток» своими глазами.

— Так значит, никаких таких твоих новорожденных детей нет совсем?

— Падме, ну ты что, считаешь нас совсем живодерами? — конечно, не было и нет! Как мужу удалось все организовать — отдельный разговор. Но дети будут, если ты согласишься с нашим планом — и всем будет хорошо: и репутации Набу, и твоим деткам, и нашей семье. И у тебя с Энакином тоже головы болеть меньше будут. Или ты сомневаешься, что какой-нибудь Ганрей, который — я знаю! — нанимал несколько раз убийц для тебя. — Он, или кто другой из твоих врагов, постесняется отыграться за прошлые неудачи на невинных детях?

— Но как же…

— Когда придет время рожать — а это уже скоро, не так ли? — сделаем вид, что произошел несчастный случай, что ты попала в госпиталь. Выйдешь оттуда уже без признаков беременности. Никаких официальных объявлений, разумеется, делать не будем: для всех ты ведь не замужем. А неофициально, для репортеров желтой прессы и другой подобной братии — из-за травмы у тебя начались преждевременные роды. — Твою жизнь врачи спасли, а вот детей спасти не удалось. И пусть все борзописцы галактики гадают: так ли это на самом деле! Ну а я, тем временем, покажу родственникам своих новорожденных детишек — за пару дней до того, как у тебя якобы случатся «неудачные роды». Соотнести двойню, которая родилась почти на два месяца раньше, и твоих вроде бы не выживших детишек не сможет никто — все будет сделано чисто и аккуратно.

— Ты меня не осуждаешь, за все эти хлопоты и беспокойство, что я вам доставила?

— Наоборот, я рада, что ты все же не похоронила себя заживо. Знаешь, еще тогда, когда ты прилетела в первый раз со своим будущим мужем домой, я поняла — у вас обязательно что-то будет. И, хорошо, что получилось, сестренка.

— Сестрица, почему политикой у нас в семье занялась я, а не ты!

— Тебе правдивую версию, или красивую рассказать…

* * *

— Боевая тревога! Всем занять места согласно штатному расписанию! Аварийным группам приступить…

Голова у Далла раскалывалась: только прилег отдохнуть после почти суток на ногах, и вот — на тебе! — Быть выдернутым из сна подобным образом — приятного мало, даже для форсъюзера. Хорошо хоть остатки сонной одури как рукой сняло: адреналин в крови сыграл роль самого лучшего стимулятора — а с головной болью он как-нибудь справиться. Но кто, кто мог подумать: дома, в своей собственной базе взрывается новый флагман тионского флота! Причем, самое странное — взрывается именно в тот момент, когда на его борту с инспекцией находится сам король, собственной персоной. Есть от чего голове заболеть, черт ее подери. Пока Далл выслушивал голос старшего вахтенного офицера «Черного Скимитара, доносящийся по интеркому, в голове копошилась одна мысль: «Что с Райденом»? Несмотря на то, что но уже многое знал и умел делать с помощью Силы, Далл все же не считал себя великим форсером — но даже его способностей хватало, чтобы телепатически разговаривать с Райденом с расстояния в несколько тысяч световых лет. Но, все его попытки дозваться друга через ментал остались безуспешными. Однако, в то же время, Сила почему-то упрямо твердила Даллу Борджину, что Райден жив! Что же тогда с ним случилось и где он, раз не может ответить на его зов? Находится в бессознательном состоянии и медленно умирает где-то среди обломков «Королевы Ранруна»? — поисковые и спасательные партии еще не закончили работы среди искореженного до неузнаваемости корпуса дредноута. Собственно, эти работы лишь недавно начались, хотя — некоторые предварительные результаты, судя по докладам вахтенных, уже есть. Спасательные службы кларивских верфей и местной военной базы работают выше всяких похвал — это следует признать. Но Далл от этого никак не легче, как и остальным живым солдатам, членам корабельных экипажей и офицерам вооруженных сил Тиона, которые сейчас находились тут — их король и главный командир пропал без вести после взрыва.

Так, кого необходимо немедленно оповестить о случившемся? — Без сомнения, в первую очередь — Графа. Потом Тофена и Маргаара Крона, Глава Регентского Совета Тиона вот-вот сам прибудет в систему Кларива. Кого еще? — Да тех, кому Райден больше всего доверял: Алгора Мелассина, Джейма Эззера, Пурпурного, Булата, Ассегай, Яростного Огня — и Джодела Горани, несомненно! — Дальше, немедленно отдать приказ о приведении Тионской Добровольческой Армии, флота и спецслужб в состояние полной боевой готовности: Далл ни в какие совпадения не верил — это не случайный взрыв, это диверсия или теракт! И это напрямую ставило вопрос: оповещать ли о случившемся леди Леонию? — Да, сообщить, причем — немедленно! — Если это диверсия или теракт, то следующим объектом атаки может стать она, или их с Райденом дети. Другие руководители КНС и политические союзники Райдена… нет, никого еще оповещать пока не будем — нам сейчас только лишнего ажиотажа, а то и паники не хватало…

Что еще, чего он забыл? — Далл обратился к старшему вахты, находящейся сейчас на мостике «Черного Скимитара».

— Наррен, скажи пожалуйста, система Кларива уже полностью закрыта?

— Так точно, мой командир: через три минуты после катастрофы движение полностью приостановлено — прибывающие суда входят свободно, а отлет не разрешен никому. Все под контролем, нарушителей не зарегистрировано — народ понимает и не возмущается, даже вольные торговцы готовы подождать.

Почему Далл хотел узнать о том, покидали ли кто систему Кларива, он и сам до конца понять не мог — но, вот хотелось иметь ясность, и все! — Не иначе, что-то связанное с Силой. Так, был взрыв — потом был отдан «стоп приказ» Службой Управления Движения — это все понятно. Что-то он мог упустить, пока задремал. Сколько он спал то, вообще? — получается, что всего где-то полчаса «мертвого» времени… Райден, в это время, уже примерно часа полтора как был на борту «Королевы Ранруна»…

— Наррен, посмотри, сколько кораблей — вплоть до фрахтовиков, — покинуло пределы системы Кларива примерно за полчаса до взрыва. Что за корабли: откуда прибыли, куда направляются — особенно интересно, отлетал ли кто-то, в это время, с борта «Королевы Ранруна».

— Хорошо, сэр! — но дело это не быстрое: Кларив очень «бойкое» место, с насыщенным графиком полетов космических кораблей — в том числе, и транзитных тоже. Сейчас дам приказ аналитикам.

— Я не тороплю, главное — проверить все тщательнее. Свяжитесь и с гражданскими диспетчерами тоже — любая странная и необычная информация нам будет интересна…

* * *

Едва увидев на покрытом пылью и налетом ржавчины покрытии пола ангара стоящий там памятный шлюп, Энакин подумал, что они с гранд-мастером чуть было, не опоздали! Поскольку ангар был расположен внутри здания, снаружи — даже при полностью открытых главных воротах — шлюп был совершенно незаметен. Полумрак и кажущееся запустение вокруг: внутри голо и все ценное давным-давно ободрано — только исполинские балки торчат вверху, как ребра гигантского дохлого дракона. Мельком оглядев кораблик, внутри которого, в носовой кабине, неподвижной куклой застыл дроид-пилот, Энакин отметил места, где шлюп поразили лучи лазерных пушек его истребителя. Все починено, и даже свежее защитное покрытие нанесено: если не знать, то и не найдешь, куда в прошлый раз попали его выстрелы. Так вот с кем Сидиус планировал сегодня встречу! Энакин отдал приказ пилотам НВШТ держать корабль Графа под прицелом — на случай, если тот прорвется и попытается на нем скрыться. Остальным клонам джедай приказал следовать за ним и Йодой — прямо к внутренним воротам посадочной площадки старинного офисного комплекса.

Внутренние ворота, меньшие по размеру, чем главные ворота ангара, тоже были открыты полностью. — И, в отличие от ангара, коридор, который начинался за ними, был неплохо освещен: то ли сохранились старые светильники, помнящие еще времена процветания «Ли-Мердж», то ли теперешние «пользователи» заброшенного комплекса позаботились о собственном комфорте. А вот дальше — в зале, куда выходил коридор, царил настоящий мрак, который почти не рассеивал странный призрачный свет, идущий откуда-то снизу, от пола просторного помещения. Оставляя холодные мурашки, пробежали по коже потоки Силы: металлический привкус во рту, словно от крови, и такое чувство, что резко поменялось атмосферное давление — словно истребитель с не имеющей герметизации кабиной вылетел от поверхности земли куда-то в стратосферу. — Где то там, впереди, сейчас проводился ритуал, в котором использовалась Темная Сторона Силы. Энакин невольно перешел на бег, чувствуя, что Йода бежит где-то следом за ним — маленькому гранд-мастеру нелегко было поспевать за своим более рослым молодым подчиненным.

— Арестовать ситхов должны мы, убивать врагов только в крайнем случае допустимо!

Голос старого джедая был ровен и спокоен, как будто им не предстоял сейчас бой не на жизнь, а на смерть.

Скайуокер прикинул возможную тактику действий: в Силе, впереди, кроме двоих одаренных, никто не ощущался — но это, ни о чем не говорило — на войне случалось всякое. Так, одно отделение клонов осталось сзади, у входа в коридор, ведущий к их транспорту и кораблю графа Дуку: не то в качестве охраны, не то — как засада, — на самый крайний случай. Рекс с остальными сейчас бежит рядом.

— Второе отделение — уходите вправо, как только пройдем коридор! Третье отделение — уходите влево! Рекс, ты с первым отделением — держитесь за мной и магистром Йодой!

Когда Энакин это произнес, они как раз почти влетели в большой полутемный зал. Стол? Алтарь? — Что-то непонятное в центре, на котором находится не то чаша со светящейся субстанцией, не то какая-то голопроекция: две темные фигуры тянут к ней руки, из пальцев которых летят на этот алтарь настоящие молнии! Привлеченные шумом у входа, обе фигуры оборачиваются в их стороны, прерывая свой ритуал. Невысокую, закутанную в мантию с натянутым на лицо капюшоном фигуру одного их ситхов трудно опознать. Зато второй… благородный профиль лица графа, с его неизменной аккуратной седой бородкой, металлический блеск изогнутой рукояти светового меча на поясе — бросается в глаза сразу же.

— Сдавайтесь! Именем Республики вы арестованы!

Единственной реакцией на слова Скайуокера являются вытянутые вперед руки обоих ситхов — и каскад молний, которые вылетают навстречу ему, Йоде и солдатам. Чисто инстинктивно, повинуясь Боевому Предвидению, Эникин прыгает вверх и вперед — перескакивая в длинном прыжке смертельно опасные разряды. Судя по крикам сзади, его бойцам не так повезло… плохо, черт побери — Молнии Силы это не игрушка! Еще в полете джедай зажигает клинок своего меча, готовый встретить им новые молнии, если они последуют вслед за первыми разрядами — и видит вспыхнувший перед собой алый клинок: похоже, Граф решил не меряться с ним голой Силой, а пустить в ход свое искусство фехтовальщика. Энакин почувствовал, что одновременно с ним Йода тоже прыгнул — по направлению к Сидиусу. Что ж, каждому свой противник!

Быстрый и беспорядочный обмен ударами дает неожиданный результат: граф Дуку не то слишком устал, потратив, перед этим, много сил во время проводимого тут ритуала — или перенапрягся, пуская молнии, не то просто из-за чего-то отвлекся — но меч Энакина зацепил ногу противника, заставив того оступиться и припасть на колено. Чисто инстинктивно, джедай тут же провел обезоруживающий прием: потерявший равновесие, раненый граф выпустил из руки меч, не сумев парировать сильный удар соперника, нанесенный тем по его клинку. Телекинезом Энакин подхватывает вражеский меч, взяв его потом свободной рукой, и скрестив вместе со своим, подносит их к горлу стоящего перед ним на колене графа — и, опомнившись, чудом останавливает удар! — Даже еще до того, как слышит крик Йоды, обращенный к нему.

— Не делай этого, Скайуокер!

На мгновение Энакин теряет концентрацию. Этого оказывается вполне достаточно, чтобы Силовым Толчком граф сбил его с ног, вышибив воздух из груди и заставив самого выпустить из рук оба клинка: свой и трофейный. Прежде, чем джедай сумел пошевелиться, граф поднялся с пола и Телекинезом потянул к себе свой меч…

Дуку не успел совсем чуть-чуть: клоны, про которых сцепившиеся в полутемном зале форсъюзеры, казалось, начисто забыли, неожиданно напомнили о себе — пыльный сумрак прорезали лазурные треки бластерных разрядов. Даже имей Граф в руках клинок, ему это вряд ли помогло бы — выставленные в режим повторителей бластерные карабины солдат создали такую плотность огня, обрушив на цель настоящий шквал плазмы, что любое искусство отведения и перенаправления выстрелов было бы бессильно…

Скайуокер поднялся и проковылял к тому месту, где лежал его выпавший из рук меч, бросив по дороге взгляд на поверженного врага. Казалось, в уже тронутых смертью глазах графа Дуку застыл немой удивленный вопрос: «Как же так, почему»? — «Что я скажу Райдену»? — в свою очередь пронеслось в голову у Энакина. Даже сработавшее в очередной раз Боевое Предвидение, заставившее его мгновенно зажечь подобранный с пола клинок. — И инстинктивно попытаться принять на него ту порцию Молний Силы, что была предназначена лично ему — из того каскада, который обрушил на всех, кто в это время находился в зале, Дарт Сидиус. — Все пропало зря! Удивительно, но, ни он, ни клоны, в этот раз, совершенно не пострадали — гранд-мастер Йода почему-то не стал закрываться от молний ситха собственным клинком, а… Скайуокер решил, что данное действие лучше всего могло бы быть описано словами: «втянул в себя». Энакин вообще не думал, что такое было возможно! — и уж тем более не знал, как может называться подобная Техника Силы. Тот шквал темной энергии, что должен был бы обрушиться на всех врагов Сидиуса, находившихся здесь, в этом зале, достался одному Йоде. Маленькая фигурка магистра зашаталась, под потоком ситховых молний, и упала на грязный, затоптанный пол зала. До джедая донеслось полубезумное хихиканье… Палпатина: во время схватки капюшон сорвало с головы ситха, показав всем присутствующим его лицо — бледное, с растрепанными седыми волосами и горящими расплавленным золотом и кровью глазами. Скайуокер отстраненно подумал, что хотя бы у части клонов камеры на шлемах должны были работать — и запись у них будет! Между тем, с того места, где Скайуокер сейчас находился, было видно, что ситх находится рядом с открытой широкой дверью, которая выводит на ветхую металлическую подвесную площадку, от которой куда-то в сторону уходил виадук — явно готовый путь для бегства Сидиуса.

Понимая, что ему просто не допрыгнуть сейчас, почти через весь зал, до ситха, который по прежнему поливал тело гранд-мастера молниями, Энакин попытался хотя бы спасти Йоду. Слишком измученный короткой, но тяжелой схваткой, джедай не понадеялся сейчас на свое искусство: призвав на помощь Стихии, Скайуокер просто воспользовался приемом Удар Грома — почти так же, как Граф, со своим Силовым Толчком. Только, эффект был куда как сильнее: удар Стихий буквально выкинул Палпатина в открытый дверной проем. — Продолжая разбрасывать с рук молнии в полете, как настоящий генератор электрических разрядов, ситх пронесся над изъеденными коррозией конструкциями площадки, пробил ограждение — и с воплем рухнул в покрытую мраком бездну. Когда Энакин, вместе с несколькими клонами, подбежал к краю площадки, внизу уже ничего ни видно, ни слышно не было. Джедай открылся Силе: Сидиус не ощущался совсем, никак — опять закрылся? — Или эта тварь, которая прикидывалась его другом и покровителем все же мертва? — нет, на такую удачу Скайуокер не рассчитывал: такие легко на ту сторону Силы не уходят! Попробовав чуть расширить восприятие, джедай буквально запнулся о комочек бесконечной боли и страданий, находившийся сейчас где-то у него за плечами — Йода, ему надо помочь! Превозмогая боль и усталость, он бросился обратно в зал, где рядом с клоном-санинструктором уже работал вызванный с НВШТ штатный меддроид IM-6, и стояли репульсорные носилки. Только бы успеть! Спросив у Рекса, оставшегося, к счастью, в живых и даже, кажется, не сильно помятого: есть ли нормальные записи всего, что происходило внутри здания — получил утвердительный ответ. После чего тут же сделал несколько вызовов по защищенному служебному комлинку: Мэйсу Винду, в Палаты Целителей — и Уи Малро, которого ему оставил в помощь Оби-Ван, когда улетал на эту свою охоту за Гривусом, оказавшуюся пока столь бессмысленной.

* * *

Если бы Мэйс Винду не умел полностью управлять своим гневом, он, наверное, сейчас бегал бы по стенам Зала Совета, и крушил все направо и налево! Хорошо продуманная, и казавшаяся такой легкой операция по захвату приспешников ситха чуть не закончилась полным провалом: секретарша Палпатина, Слай Мур вообще сумела сбежать — а его клон, который, как Мэйс надеялся, станет главным свидетелем обвинения против ситха, погиб при задержании! Черт, да эта почти бездарь чуть не убила, первым же ударом, Агена Колара! — если бы, не бдительность Сэйси Тийна, который был в кабинете лже-Канцлера вместе с забраком, у этой куклы Палпатина могло бы даже получиться. Оплошность совершенно непростительная, хотя Колара тоже можно понять: кто вообще ожидал, что имевший в организме мидихлориан меньше необходимого уровня, этот клон так ловко умеет махать световым мечом? — А потом и вообще, практически, кинется на клинок магистра Тийна. Жаль, оба этих персонажа наверняка знали больше про делишки хозяина, чем остальные их подельники. Впрочем, большинство негодяев из списка, который ему дал Йода, схватить удалось без проблем. Например, помощника Канцлера по связям с общественностью Кинмана Дориану — а так же некоего Ладдинара Торбина, который так вообще оказался одаренным, да не просто одаренным — а настоящим ситхским Аколитом. — Тут Кит Фисто со своей командой хорошо постарался — четко сработали. Мес Амедда… нет, с чагрианином придется действовать аккуратнее: Спикер Сената это не та фигура, которую можно взять за жабры, как мелкого уголовника. Но, то, что Амедда про «темные» делишки Палпатина-Сидиуса достаточно много знал, сомневаться не приходится. Ладно, разберемся! Тем более, что Энакин сделал им сейчас отличный подарок. — Магистр Винду уже практически полностью успокоился: удачно полученные записи схватки в заброшенном здании компании «Ли-Мердж», и ее результат — а так же не менее эффектные кадры того, как махал мечом клон ситха. — Мэйс был уверен, что на Сенат это произведет нужное впечатление — и им хватит голосов, чтобы провести все необходимые для спасения Республики политические решения! Итак, аккуратно надавить на Амедду: его сотрудничество с Орденом сейчас было бы очень не лишним — а еще, показать собранные материалы Уилхуффу Таркину. При всем самомнении Таркина, и его неодобрительном отношении к участию Ордена в войне и назначению джедаев командирами ВАР, Уилхуфф, несомненно, патриот Республики. Вообще, многие сторонники Канцлера поддерживали его именно потому, что видели в нем человека, который может укрепить и спасти государство! — Вот на почве этого патриотизма, вполне искреннего, с ними и нужно работать. А пока, его ждет Сенат: некоторые вопросы необходимо решить немедленно…

Черт, как же не вовремя гранд-матер Йода получил ранение! Удивительно, как маленький магистр вообще ухитрился остаться в живых: принять на себя такое количество Темной Энергии, в виде Молний Силы… воистину, могуществу Йоды можно было только удивляться. Как Мэйс понял из объяснений Скайуокера, гранд-мастер защищал солдат: Молнии Силы Дарта Сидиуса клонов просто убили бы! — Да и сам Энакин, возможно, не успел бы защититься от атаки — граф Дуку его здорово потрепал в схватке. Дуку… известие о гибели графа магистр Винду встретил со смешанными чувствами: с одной стороны, это усложняло всю возможную дальнейшую политику Республики и Ордена — а с другой, в чем-то резко ее упрощало. — И Мэйс затруднялся сказать, к добру это было, или к худу. Да еще и какое-то неожиданно обнаружившееся «движение» среди мастеров и магистров — не то, чтобы оно как то открыто выражало недоверие политике Высшего Совета в Ордене в целом, но — тем не менее, все это сейчас так не к месту! В это время отсутствие гранд-мастера во главе Высшего Совета было очень большой потерей: Йода хорошо умел сглаживать острые углы и находить приемлемые для всех компромиссы. Как заявили Целители, к которым Скайуокер доставил находившегося в бессознательном состоянии Йоду, жизни магистра уже ничего не угрожало — но процесс выздоровления обещал быть долгим и трудным. В Покоях Целителей Мэйсу даже не могли определенно сказать: когда именно гранд-мастер придет в себя и очнется.

И вот теперь приходилось изворачиваться перед господами сенаторами самому: пугать, обещать и чего-то там гарантировать. К счастью, все прошло более чем успешно — записи с кресла Нута Ганрея сильно добавили веса и достоверности видеозаписям с заброшенного комплекса компании «Ли-Мердж», и того, что произошло в покоях Канцлера. Все предложения магистра Винду Сенат поддержал абсолютным большинством голосов: объявил ситха вне закона, назначил самого Винду на должность Лорда-Протектора — спешно придуманный титул, означающий временно исполняющего обязанности Канцлера. — И назначил Скайуокера исполняющим обязанности старшего командира в системе Корусанта, что в свете полной неопределенности положения было совсем не лишним! В Генеральном Штабе тоже все прошло гладко: адмирал Уилхуфф Таркин был не только военным, но и политиком — все санкции и распоряжения Сената там подтвердили, и разослали по войскам в качестве официальных циркуляров. К сожалению, быстро произвести процедуру полного изъятия биочипов у клонов оказалось просто невозможно — зато неплохо сработала идея с созданием мобильных «глушилок», забивавших нужные частоты. Очень вовремя!

Потому, как Дарт Сидиус вовсе не собирался уходить в подполье: у ситха имелся даже какой-то резервный пункт управления — откуда он сигнал с «приказом номер шестьдесят шесть» в войска и отдал! Если бы не заранее приготовленные и включенные системы электронного противодействия… последствия могли бы быть самыми печальными — даже, несмотря на то, что всех джедаев, находящихся в армии, сразу же предупредили. Там, где «глушилки» не сработали, как надо, дело обернулось большой кровью. Хуже всего пришлось в тех местах, где и обычные офицеры оказались приверженцами Палпатина, не отступившимися от него. К сожалению, в большинстве своем это как раз были части, дислоцировавшиеся в системе Корусанта — и корабли охранявшего его флота! Если бы Скайуокер чуть опоздал с тем, чтобы принять командование силами флота на орбите Корусанта, что остались верными Республике, все могло бы обернуться совсем скверно. К счастью, молодой рыцарь успел вовремя: когда адмирал Скрид от своего имени, и от имени своих подчиненных, объявил, что остается верным Палпатину — флот Республики был уже готов ответить на эту угрозу.

Жаль, что новая должность никак не позволяла Мэйсу Винду сейчас самому принять участие в бою: насколько же легче правильно действовать, когда видишь перед собой реального противника, а не его неясную тень…

* * *

Сама Сила кричала во весь голос: Умер! Умер! Умер! — только слышали этот ее крик лишь те, кто были способны Силой повелевать. На Корусанте, на Датомире — и еще на сотнях и тысячах иных миров галактики. В ярости боя, никто почти не заметил сам момент, когда погиб великий ситх — последний истинный ситх в галактике: только эхо отголоска этой гибели услышали все форсъюзеры, у кого доставало таланта и умения по-настоящему слушать Силу. Лорд ситхов погиб от одного случайного, нелепого выстрела — промахнувшегося по намеченной цели, но попавшего по совсем другой — просто не во время оказавшейся на линии огня. — Неодушевленная, упертая на «цифре» математических теорий и физических законов Материя оказалась сильнее самой Великой Силы, с ее отрицанием случайности и неопределенности! Когда в небольшом, по космическим масштабам, объеме пространства над столицей Республики, пока еще Республики — и теперь уже, наверное, надолго Республики, оказались слишком велики концентрация и плотность огня турболазеров. — И оказалась слишком велика ярость схватки двух только что бывших братскими флотов боевых кораблей, схлестнувшихся вдруг насмерть в новой битве там, где еще совсем недавно они били общего врага. — Воля этой ярости битвы превзошла волю самой Силы: подброшенная в очередной раз Судьбой монетка встала на ребро…

Боевая Медитация не терпит как потери концентрации, так и отвлечения внимания на защиту самого себя — поэтому Дарт Сидиус не мог ни почувствовать, ни попытаться как то избежать того рокового выстрела третьей башни главного калибра с правого борта стардестроера «Гуарлара». Выстрела, который вообще-то был нацелен вовсе не в челнок низложенного Верховного Канцлера, а в тяжелый крейсер типа «Дредноут» — до которого этот челнок так безуспешно пытался добраться. — Тяжелый крейсер, в отличие от кораблей из Армады Разомкнутого Кольца, остался верным бывшему Главнокомандующему Великой Армией Республики, и еще подчинялся его приказам. В том числе и последнему, из списка Чрезвычайных, — тому, что стоял там под номером шестьдесят шесть. Но, если многие корабли Флота Обороны Корусанта, чьи экипажи, состоявшие в основном из таких же точно клонов, как и экипажи флота Скайуокера, подчинялись воле и Силе того, кого они по-прежнему считали главой государства — всего, лишь ложно обвиненного подлыми заговорщиками и врагами Республики. — То те, кто выполнял другой приказ из «чрезвычайного списка» — под номером шестьдесят пять — думал совершенно иначе. И никто из них не хотел уступать другим. Впрочем, если уж быть до конца честными и точными, то, мысли экипажей и той, и другой армад были не целиком их собственными. Конечно, боевая медитация не майнд-трик, но по настоящему синхронно и слаженно, подобно шагающему в ногу монолитному строю, в бою можно действовать только тогда, когда в голову приходят одинаковые мысли — а все объединенные ей существа начинают чувствовать себя клетками одного гигантского организма. Нет, такой взаимной синхронизации, какую обеспечивает Боевое Слияние, так добиться невозможно — но Боевое Слияние достижимо только между одаренными, а не между простыми существами, нечувствительными к Силе. Только вот и при использовании Боевой Медитации степень управляемости войсками и флотом поднимается до такого уровня, который не в состоянии обеспечить никакие электронные средства коммуникации. Более того, Боевая Медитация способна охватывать в единое целое лишь живых существ — мертвое железо дроидов для нее не существует, — те, кто в свое время заказал каминоанцам клонов для республиканской армии, это прекрасно знали. А еще, Боевую Медитацию не могут подавить никакие «глушилки» — ей можно только противопоставить свою Боевую Медитацию. Или попытаться вывести из строя того форсъюзера врага, который ее применяет. Последнее, как правило, является самым эффективным из всех возможных методов противодействия.

Способность к Боевой Медитации не такая уж частая — но и не слишком редкая между форсъюзерами. И поэтому когда отрешенный от власти, на спешно собранном чрезвычайном заседании Сената, Палпатин обратился к оставшимся верным ему войскам не только на словах, но и в Силе, у его врагов тоже нашлось, кому и чем ему ответить. Но если на земле, в районе комплекса правительственных зданий, Сената и Храма джедаев, превосходству бойцов из 501-ого легиона, и других боевых частей ветеранов, пропалпатиновским разрозненным отрядам абсолютно нечего было противопоставить, то ситуация на орбите была совершенно другой. Конечно, флот охраны Корусканта, где все назначения отслеживались бывшим канцлером особо тщательно, и куда попадали только люди заведомо ему лояльные, очень сильно пострадал при нападении армады Сепаратистов. И свежее пополнение кораблями и людьми не было столь надежно — ни по лояльности экипажей, ни по степени их подготовки. Но даже с учетом того, что часть кораблей подчинилась приказам Генерального Штаба, заявившего о лояльности Сенату, и была не намерена лезть в схватку, преимущество флота Палпатина над оставшимися кораблями из оперативной группы Армады Разомкнутого Кольца, что пришла на помощь столице при отражении атаки Гравуса и теперь поддержала Сенат, было подавляющим. Только тот, кто командовал этой оперативной группой, имел на этот счет свое мнение.

Любому мало-мальски разбирающемуся в военном деле было ясно, что даже исправно работающие планетарные щиты не остановят победителя в схватке на орбите. Урок, преподанный Гривусом, был еще свеж в памяти у всех — победивший в космосе получит все. Когда пришла информация с земли: о том, что начались бои между силами Республики, попытавшимися найти и арестовать вновь заявившего о себе низложенного Канцлера, и оставшимися верными Палпатину войсками. — Энакин Скайуокер, спешно утвержденный Сенатом в должности командующего флотом, находящимся в системе Корусканта, приказал немедленно открыть огонь по тем кораблям, которые не подчинились воле законного правительства. Таких, к сожалению, оказалось слишком много: где то командование удержали преданные сторонники Палпатина, где то не сработали спешно изготовленные системы глушения сигнала — и у клонов сработали не извлеченные из голов биочипы. Конечный результат был один — большая часть Флота Обороны Корусанта проигнорировала приказ Сената и Генерального Штаба — и заявила о своей преданности бывшему Канцлеру. Казалось, время повернуло вспять — небо над столицей снова окрасилось зловещими огнями войны. Замерший подобно древней статуе, уставившейся невидящими глазами в транспаристил обзорных окон, на мостике флагманского «Венатора» Скайуокер, погруженный в Силу, дотянулся через нее до каждого из боевых кораблей признавших его своим командиром. Сила, текущая через пространство и время подобно безбрежной реке, направленная волей и талантом джедая, коснулась каждого разумного существа в экипажах кораблей, от их командира, до последнего помощника техника, соединив их всех во что то, объединенное единой волей ради общей цели. Палпатин всего лишь на миг промедлил, поскольку еще не успел добраться ни до одного из «серьезных» кораблей своего флота, пусть даже какого-нибудь захудалого корвета, — вынужденно начав медитацию прямо в салоне своего личного челнока класса «тета».

И пусть загодя объявленная «готовность номер один» позволила обеим сторонам заранее приготовиться к бою. — Но, закачать колоссальное количество энергии в накопители турболазеров перед выстрелом, открыть боевые порты ракетных батарей, поставить дефлекторные щиты или выбросить через давно открытые огромные створки ангаров тучи истребителей и бомбардировщиков — все это требовало секунд, а то и минут времени. Еще больше ушло времени на то, чтобы «холодные» основные двигатели кораблей вышли сначала на рабочий, а потом и на форсированный режим, и эти громады смогли, наконец, начать боевое маневрирование. Космос безжалостен: потерянные напрасно секунды не вернешь обратно ни чем — в этой лотерее кто не успевал, тот опаздывал. — Причем, опаздывал обычно сразу на целую жизнь. Только боевой опыт позволял эти самые лишние секунды если не вернуть у самой Судьбы, то хотя бы давал шанс отыграть у менее удачливых конкурентов — и в этом у Скайуокера и экипажей его кораблей тоже было преимущество перед «корускантскими тыловиками». Ракеты и протонные торпеды, выпущенные кораблями Скайуокера, все еще летели к намеченным целям. — А первые ответные выстрелы, сделанные энергетическим оружием флота Палпатина, уже сверкали вспышками пока еще безвредного огня — разбиваясь бессильно о поверхности дефлекторных щитов, которые противник успел-таки поставить до первых попаданий, в отличие от них самих. — Выстрелы турболазеров Армады Разомкнутого Кольца и тех кораблей Флота Обороны Корусанта, что подчинились новой власти, рвали броню и беззащитные борта кораблей своих противников — генераторы щитов которых не успели выйти на боевой режим! Оба флота уже выпустили тучи своих загруженных под завязку боекомплектом истребителей и бомбовозов, и теперь судорожно шарили стволами скорострельных лазерных батарей и тракционными лучами — ощупывая пространство в поисках вражеских ракет, торпед и их шустрых маленьких, по сравнению с громадами боевых кораблей, носителей. Стремительно понеслись через пространство «плевки» ионных пушек, каждое попадание которых грозило выходом из строя всей электроники и превращением невезучей мишени в груду мертвого железа, с еще живыми, пока еще, существами на борту. Наконец, где то посередине между обеими армадами встретились две волны истребителей…

Те лишние секунды, отвоеванные заработанным потом и кровью в бесчисленных битвах жестокой войны опытом, позволили скайуокеровским истребителям и бомбардировщикам быстрее и лучше построиться для атаки. Одинаковые машины и даже, кое где, одинаковая раскраска заставляли пилотов надеяться только на спешно перепрограммированные системы опознавания «свой-чужой». И молить Силу о защите от «дружественного огня». Если в бою с дроидами-истребителями сепов была надежда хотя бы на собственное мастерство, то тут в кокпитах вражеских машин сидели точно такие же клоны, обученные по тем же программам, на том же оборудовании и, зачастую, теми же самыми инструкторами. Даже военный опыт был понятием растяжимым: текучесть кадров и регулярные ротации среди летного состава изрядно уравнивали шансы сторон — плюс, недавнее грандиозное сражение в этом же самом куске пространства тоже дало «местным» кое-чего, в плане полезного опыта. Жизнь обычного пилота на войне так же коротка, как у мотылька-однодневки. Впрочем, признанному асу долгой жизни тоже никто не гарантирует: сплошной стене заградительного лазерного огня на опыт и искусство пилота абсолютно наплевать — равнодушная и безжалостная статистика всегда находится на ее стороне. Впрочем, джедаи — да и вообще, все одаренные — обычно в эту самую статистику укладываются крайне плохо.

Казалось бы, прописная истина: «Порядок бьет класс». — В войне побеждает не превосходство в численности, и даже не превосходство в технике — в войне всегда побеждают порядок и организация. И то, и другое сейчас было на стороне Скайуокера: ни таланты и могущество Палпатина в Силе, ни численное превосходство его флота не могли заменить опыта экипажей и авиагрупп Армады Разомкнутого Кольца — и таланта флотоводца-джедая, выкованного за три кровавых года войны. Четкий строй палпатиновской армады начало потихоньку раздирать на куски — как не старались этому помешать Терринальд Скрид и его офицеры. Предвидя это, бывший Канцлер отправился на орбиту еще до первого выстрела в космическом сражении, что бы быть в центре гигантской мясорубки, — и попытаться свести все к простому размену «корабль на корабль», — что было для его флота самым реальным шансом на победу. Отвлеченный на борьбу в ментальном плане: в противостоянии одной Боевой Медитации другой, Палпатин просто физически не мог отвлекаться еще и на Боевое Предвидение тоже — как, впрочем, не мог этого делать и Скайуокер. Но если Скайуокер уже пребывал под защитой брони и дефлекторных щитов своего флагманского стардестроера, то небольшой челнок Палпатина, или вернее Дарта Сидиуса, мог противопоставить огню корабельного оружия только скорость и маневренность, и еще — удачу.

Вот как раз удачи, в этот день, ситху и не хватило: выстрел турболазера главного калибра стардестроера типа «Венатор» способен обратить в пыль небольшой астероид — челнок типа «Тета» имел в длину меньше двадцати метров. Да, на челноке была установлена дополнительная броня, да, мощность его дефлекторных щитов тоже была куда выше стандартной — но все это было рассчитано только на защиту от оружия «одноклассников» или обычных истребителей. Попадание заряда турболазера «Гуарлары» мгновенно превратило челнок, вместе с его содержимым, в облако высокотемпературной плазмы. Короткое время это облако еще поиграло в небе над столицей мерцающими отблесками какого-то нездешнего огня. Потом облако плазмы рассеялось и погасло…

Казавшаяся только что несокрушимой стена палпатиновского флота сломалась, потеряв опору в виде его протянутой к каждому из своих бойцов ниточки воли. Казалось, из армады адмирала Скрида кто-то невидимый вытащил стержень, на котором все только и держалось. Мгновенно почувствовавший изменение токов Силы Скайуокер выпал из состояния медитации в реал: слишком соблазнителен был шанс сейчас разом прекратить бойню и спасти как можно больше жизней солдат теперь уже снова ставшей единой Республики — дав бойцам противника, которые были подобны слепцам, вдруг потерявшим своего вожака, шанс на жизнь.

— Передать на корабли адмирала Скрида предложение прекратить огонь! Доложить обстановку по флоту!

Почти одновременно выпалил приказы Энакин, отворачиваясь от обзорных окон мостика к Уи Малро, сегодня прикрывавшему его спину — так, на всякий случай, — и к штабным офицерам. И раньше, чем кто-либо успел сказать хоть слово, он добавил

— Палпатин только что погиб!

Почувствовав гибель ситха в Силе, чуть дернул ручкой управления своей «Эфирной Феи», едва не врезавшись, при этом, в чужой истребитель посреди грандиозной «собачьей свалки», Сэйси Тийн.

Мгновенно напрягся, а затем слегка расслабился, в кабине истребителя вечный оптимист Кит Фисто — возглавляющий поднимающуюся от поверхности планеты к месту схватки свежую авиагруппу.

Нервно сжал ладонь на рукояти не активированного пока светового меча Аген Колар, что пробирался через нижние уровни в тыл врага, к штабу одному из пропалпатиновских подразделений Гвардии Корусканта, вместе с командой клонов из 501-ого легиона.

На мгновение умолк обсуждавший с офицерами Генерального Штаба и представителями Сената текущую обстановку Мэйс Винду.

Каждый из них слушал Силу, вещавшую о гибели последнего из их вечных врагов. Свершилось! И как то вдруг не интересны уже стали ни посыпавшиеся донесения о прекращении огня с вражеской стороны, ни первые известия о капитуляции, причем без всяких условий, только что бывших до смерти верными Палпартину кораблей, подразделений и просто одиночных истребителей — ни даже о том, что отдельные очаги сопротивления все еще остаются не подавленными. Все кончилось!

Но даже те, кто мог слушать Силу, были не способны видеть сейчас ее горестный лик — и у тех, кто «слышит» Силу, нет для этого «глаз». — Ведь Силе безразличны и «стороны» и «цвета», и она одинаково любит всех своих детей: что Светлых, что Темных — без разницы. Впрочем, Сила плакала не над тем, для кого все уже закончилось, и кто слился с ней навечно — она сейчас плакала о живых.

* * *

Суун Бейтс нервно расхаживал по комнатам, которые он занимал в Храме: гостиная, она же прихожая, маленький и уютный кабинет — и такая же небольшая спальня. — Санузел… там сейчас делать нечего, точно так же, как в пустующей комнате, которую когда то занимал его бывший падаван — впрочем, в «падаванскую» он тоже пару раз уже заглядывал! Черт, никак не удается посидеть спокойно: Суун знал за собой такую черту, которую многие почему-то воспринимали как суетливость, или, тем паче, как неумение контролировать собственные эмоции. «Нет эмоций, есть покой» — отлично срабатывавшая у других мантра Бейтсу не слишком помогала. Может быть, потому, что мастер Суун никаких эмоций, на самом деле, вовсе не испытывал? — просто, странная особенность организма: иная реакция на внешние раздражители, чем у других людей. Мозг Бейтса работал сейчас четко и эффективно — а мысли были такими же ясными, как после хорошей глубокой медитации…

Последние события хорошо всколыхнули Орден: привели в движение глубинные пласты казавшейся монолитной массы джедаев — и, неизбежно выкинули на поверхность грязную пену. Первое было хорошо: сам Суун Бейтс, как и его единомышленники, видели в этом начало долгожданных перемен, которые должны были вдохнуть в Орден новые силы. Второе было, как бы это поточнее сказать… нет, не плохо — просто неприятно. Но, абсолютно неизбежно, во всякое «время перемен». От мусора требовалось избавиться, и, чем скорее — тем лучше. — А, такой вот подъем разной «мути» наверх, является лучшим способом выявить само ее наличие в любом деле или организации. Ведь, пока то, что не должно присутствовать в рядах Ордена, не вытащено на свет, то и речи не могло идти о том, чтобы начинать от этого избавляться. Хуже всего, когда гниение начинает идти с самого верха: не ослабни воля и мудрость всех без исключения Советов Ордена — как Высшего, так и иных — разве ситх сумел бы вообще забраться так высоко? Хвала Силе — мастера и магистры наконец-то задумались: что и где у них идет не так. Еще лучше, что многие наконец-то осознали, что сидеть и ждать, когда оно все само рассосется, нельзя — и нужно действовать. Причем поняли, пусть и с опозданием: действовать надо, чем быстрее — тем лучше. Были, конечно, среди джедаев и сомнения, каким именно, путем и в какую сторону идти. Но это тоже вещь неизбежная: для того, по большому счету, и создавались все Советы — обсудить проблемы, выбрать пути их решения и проконтролировать последующее исполнение приказов! Однако, изначально подразумевалось, что во всех Советах Ордена — а особенно в Высшем — будут находиться компетентные и ответственные разумные! Вот как раз с этим то и выявились накладки.

Высший Совет, по мере разрастания этой бессмысленной и губительной войны, все больше и больше выпускал из своих рук нити управления событиями. Другие Советы, сосредоточившись на управлении повседневной жизнью Ордена, самоустранились от решения общих проблем. Результат вот он: попытка государственного переворота, неудачный мятеж и паралич органов власти Республики — и все это в такой степени, что джедаи теперь вынуждены брать на себя не свойственные им функции. А ведь можно было, в самом начале, действовать куда более жестко и решительно! — Тем более, что еще тогда умные люди хорошо понимали, к чему все идет. И не надо говорить, что у сколоченной Дуку КНС тогда были уже и флот, и армия из дроидов — а у Республики совершенно ничего не было. У Ордена — и Республики! — было двадцать тысяч бойцов, способных парализовать все усилия мятежников массой точных, хирургических ударов. Хотя бы, как было проделано с теми же дикарями-калишцами. Пока еще можно было обойтись малой кровью. Те, кто бессмысленно погиб на Арене Петранаки, могли бы отдать жизни более… осмысленно — и по настоящему предотвратить большую войну, а не дать своей гибелью старт галактической бойне. Мало джедаев на целую галактику? — А кто запрещал привлечь к наведению порядка еще и Корпуса Обслуживания? — Бейтсу было совершенно точно известно, что многие члены Корпусов добровольцами рвались на фронт, в бой. Не было ли для Ордена целесообразнее пожертвовать жизнями этих добровольцев, а не посылать, например, в бой молоденьких падаванов, еще вчера бывших обычными юнлингами? Бесполезная, и зачастую бессмысленная гибель будущего Ордена. И, пожалуй, самый болезненный промах: почему так мало внимания уделялось росту численности рядов Ордена — особенно, если была уверенность, что имеющихся сил недостаточно? Иметь сведения о миллионах потенциальных членах Ордена — и не сделать ничего, чтобы взять на обучение не стони, а тысячи кандидатов! Учителей бы хватило с избытком: есть опыт «летающей академии» Чу'унтора, есть опыт разного рода провинциальных Праксеумов и Анклавов Ордена — и, еще большее число таких старых мест до сих пор стоит заброшенными, и никак не используется. Вопросы, вопросы… готовых ответов, к сожалению, у него нет — так же, как и у других мастеров, с кем Суун Бейтс разговаривал на эту тему.

Что это — глупость или измена? Как ни печально осознавать, но явно имело место и то, и другое! Йода… вина за теперешнее состояние дел лежит, прежде всего, именно на нем: вождь он на то и вождь, чтобы вести за собой других. — Но, разве другие члены Высшего Совета не несут своей доли вины за произошедшее? Ладно, гранд-мастер все же осознал свой долг, пусть и не сразу. Но, Йода пока находится в Палатах Исцеления — и, ни один Целитель не может сейчас сказать, когда он может вернуться к активной деятельности. Мэйс Винду? — Суун готов был признать, что корун неплохо справился с политической частью: сумел поставить Сенат на место, и дал понять всем, что Орден не оставит Республику без своей поддержки. Но, этот титул, который он принял от Сената, и, что еще хуже — эти его заигрывания с военными! — Сейчас джедаям только обвинений в том, что они хотят вернуть доруусанские порядки, не хватало для полного счастья: неужели нельзя было найти подходящих подставных фигур, которые могли бы занять соответствующие места? То, что весь этот объем чрезвычайных полномочий и рычагов управления, которые прибрал к своим рукам Палпатин, необходимо было разделить между несколькими персонами — сомнений нет. — Но джедаи должны оставаться над схваткой: только тогда у них будет возможность контролировать работу республиканской государственной машины — и задавать ей нужное направление. А не подстраиваться под текущие обстоятельства, как сейчас приходится делать магистру Винду. Лорд-Протектор, надо же — похоже, Мэйс еще не набил себе достаточно шишек, с начала войны, раз продолжает стучать лбом в запертые двери, пытаясь «играть в политику» по правилам самих политиков! Остальные члены Высшего Совета… да, тут еще хуже: ставленники своих фракций, которыми Йода и Винду вертели, как хотели. Ну, положим, как раз с другими фракциями теперь, когда ситуация поменялась, можно будет договориться напрямую. Вопрос в другом: на поддержку кого он и его единомышленники могут рассчитывать в Высшем Совете? Ки-Ади-Мунди? — несомненно! — А еще, этот старый консерватор обладал сейчас, пожалуй, самым большим влиянием в Совете, после Йоды и Винду. Сам магистр Винду? — сейчас это тоже вынужденный союзник, по ситуации. Но, может выступить и как противник — особенно, с его теперешней «должностью». К сожалению, у Винду в Совете крепкие позиции: Кит Фисто несомненно всегда поддержит товарища — и Сэйси Тийн, который демонстративно сторонится всяких политических игр, тоже. Как ранее их преданность принадлежала Йоде, так теперь она будет принадлежать Мэйсу — просто по факту того, что он формальный лидер. Кеноби… вот с этим могут быть проблемы: слишком уж крепко держался он за мнение гранд-мастера — даже Тийн всегда действовал куда как свободнее. Пло Кун — вот этот точно темная банта: его и Мэйс, в свое время, подставил — с делом падавана Скайуокера. — Но, и с некоторыми нашими сторонниками он, мягко говоря, не в лучших отношениях. Однако, с ним по любому придется считаться: за Пло Куном стоит сильная фракция, лидером которой является он сам!

Бейтс поморщился: если те, кого он вспомнил раньше, так или иначе претендовали на какое-то лидерство, то дальше шли магистры, которые были не лучшим выбором для Высшего Совета в такие непростые времена. Ну, с Агеном Коларом все понятно — «Меч Совета» это, прости Сила, не мозги, а чисто служебная функция. Да, с врагами Ордена он разбирался лихо, этого не отнять — но, членов любого из Советов ценили не только за умение хорошо махать мечом. Впрочем, насколько знал Бейтс, забрак был достаточно честолюбив, и тяготился навязанной ему в Совете ролью: с Коларом можно будет поработать — и привлечь на свою сторону. Коулман Ккай, в каком-то смысле, другая крайность: несмотря на умение махать мечом, совсем не вояка по натуре — Консул, как он есть. Член сильной фракции, что не маловажно — и возможный будущий союзник: усиления военных, так же, как и сам Бейтс с единомышленниками, никак не желает. Остались две самые «слабые» фигуры из числа членов Высшего Совета: Шаак Ти, и Стасс Алли. Самое шаткое положение в Совете у тогруты. В работе с клонами вылезла такая дыра, и, пусть даже магистр Ти и не виновата в ее происхождении — но принять меры, когда ей поступил сигнал, она была обязана! Да и это «похищение» Палпатина, теперь уже ясно — разыгранное им и Гривусом: опять «в ответе» оказалась Шаак Ти, вместе со Стасс Алли. Так позволять связать себя по рукам и ногам каждодневной рутине для магистра вещь недопустимая. Однако, тогрута проверенный и надежный товарищ — помочь ей преодолеть чувство неуверенности, и у них будет сильный сторонник в Совете! Теперь, последний член Совета — Стасс Алли. Вот уж, воистину, ясный пример того, как низко пал Высший Совет: мастер его членом становится не в силу своих заслуг, а исключительно потому, что фракция, выставившая его, до этого потеряла там своего прежнего ставленника. Бейтс понимал, что представительство всех сил Ордена в Советах — основа стабильности организации. — Но, не вот так же! В конце концов, если Ади Галлия занимала свой пост по праву, и по заслугам, то назначение ее двоюродной сестры в Совет — чистой воды профанация: с точки зрения здравого смысла, даже назначение в Высший Совет Скайуокера — как представителя Канцлера — было более целесообразно. Кстати, а не подсказало ли это, в свое время, Палпатину его ход, с проталкиванием в Совет Скайуокера — раз уж члены Высшего Совета «съели» толатианку, то могли съесть и обычного джедая, даже не мастера? Да уж, ситх их ловко разыграл.

Итак, остается он сам, Суун Бейтс. — Теперь он член Высшего Совета, вместо покинувшего его Скайуокера. Что же, парень будет заниматься тем, что у него получается лучше всего: руководить Флотом Обороны Корусанта. — Тут, пожалуй, Мэйс Винду удачно дело провернул — хуже, если Сенат назначил бы на этот важный пост какого-то обычного вояку. Обеспечение безопасности столицы слишком важный вопрос, чтобы Совет и Орден выпускали его из поля зрения: Сепаратисты уже не раз доказывали, что с этим делом у ВАР не все в порядке — вот пусть Скайуокер и займется этим делом. Последний вопрос: кого можно временно выдвинуть в Высший Совет, пока Йода не сможет вернуться к своим обязанностям? — им всем сейчас дееспособный и эффективно работающий Совет более чем необходим!

Сработавшее Предчувствие, подсказало, что у него гость. Даже не постучав в двери, и не дав о себе знать иным образом, в комнаты Бейтса почти ворвалась Олана Чион. Суун внутренне поморщился: дала Сила союзничка! — но приветливо кивнул, как бы приглашая нежданную гостью внутрь.

— Мастер Бейтс, простите, что я без уведомления — у меня срочные известия!

Суун снова мысленно поморщился: какие у этой женщины могут быть «срочные известия»? — последнее время все ее «дела» сводились к слежке за Скайуокером. А он сейчас был почти вне политики — насколько может быть вне политики человек, возглавляющий оборону Корусанта. Между тем, Олана была из-за чего-то сильно возбуждена… интересно.

— Мастер, помните слухи, что Скайуокер, перед атакой Гривуса на Корусант, где то в Картакке якобы перехватил и подстрелил личную яхту графа Дуку? — А потом спокойно вернулся назад, на свой корабль, оставив подбитую яхту дрейфовать в пустоте. И не сделав даже попытки взять графа в плен!

— Ну, да, помню. Что, этому есть подтверждение?

— Смотрите сами! — вот здесь записи регистраторов с пары истребителей той эскадрильи, что сопровождала тогда Скайуокера. Кстати, если надо, то у этого дельца нашлись и живые свидетели-клоны.

— Маловато для обвинений в чем-то… серьезном.

— А вот здесь у меня результаты экспертизы обследования шлюпа графа — с подтверждениями следов недавних попаданий лазеров в корабль: судя по отремонтированным повреждениям, тип и мощность оружия как раз соответствуют тому, что стояло на тогдашнем истребителе Скайуокера. И, что еще важнее, блок память дроида-пилота графа: там есть про тот же бой, только как бы взгляд с другой стороны. А еще, там есть интересные комментарии самого графа, на все происходящее…

— Заговор? И Скайуокер, по-твоему, один из его участников?

— Да! И я прошу Вас, мастер, поставить этот вопрос на ближайшем заседании Высшего Совета. Пусть Скайуокер объяснит свои тогдашние действия!

* * *

Тофен Вейн придирчиво оглядел собственное отражение в зеркале: от фуражки на голове, до начищенных сапог на ногах — хоть сейчас на рекламный плакат! Это хорошо, теперь еще физиономию сделать поувереннее, и можно начинать видеоконференцию: господа политики любят уверенно выглядящих военных — и плохо доверяют тем из них, кто не демонстрирует напоказ бодрости духа. А бодрость духа им всем сейчас потребуется немалая, особенно с учетом последних известий. Одно хорошо: у респов, кажется, тоже вылезли какие-то внутренние проблемы, и им сейчас не до войны — а то КНС, наверное, можно было бы брать голыми руками…

До этого Тофен несколько часов подряд общался с коллегами и сослуживцами-подчиненными: то, что Тионская Добровольческая Армия и флот сохраняли, в целом, лояльность, очень радовало. Отдельные эксцессы… сейчас они были практически неизбежны: пропажа одного лидера, и сообщение о смерти другого, самого главного, кого угодно могут выбить из равновесия — даже людей военных. Вот с дроидами такой проблемы не было, но зато вылезла другая: протоколы подчинения, будь они неладны! — впрочем, подчиненные из штаба уверяли, что технические специалисты с этим скоро справятся. Хотелось бы верить. Вообще, все открытые попытки неповиновения, или прямой измены, были успешно пресечены — число погибших и материальный ущерб от этого, к счастью, был минимальным. Неясно было, как поведут себя разного рода частные армии, и иные военные организации, которые присоединились к ТДА постольку, поскольку. Штаб передал приказ им всем, чтобы оставались на своих местах — но как исполнение приказа проконтролировать? — И, самое главное, что здесь делать в случае выражения нелояльности, или еще хуже — открытого мятежа? Слишком резкая реакция может дать обратный эффект. Тем более, что лимит вынужденных «резких действий» Тофен уже выбрал подчистую. Затевать сейчас еще одну гражданскую войну — уже внутри Тионского кластера — очень бы не хотелось! А, судя по тому, что ему сообщили Далл Борджин и глава Регентского Совета Тиона, Дориан Д'Арсан-Эриин, до этого вполне может дойти дело…

— В общем, Тофен, имела место диверсия — это мы выяснили стопроцентно!

Вид у Далла был тогда, три дня назад, до крайности усталым, но говорил он бодро и уверенно. Чувствовалось, что в системе Кларива сейчас все под контролем — а расследование идет полным ходом. Потом адмирал Борджин продолжил, и у Тофена невольно зашевелились волосы на затылке, от его слов.

— Джодел Горани, недавно прибывший сюда, и уже включившийся в работу, однозначно считает, что это похищение! Более того, он даже сказал, какая именно джедайская команда могла здесь работать: один из чужих кораблей, корвет типа CR-90 под фальшивыми опознавательными знаками, который зафиксировали службы слежения — был им опознан. Его настоящее название — «Песчаная Бабочка», и принадлежит он, судя по словам Джодела, к кораблям Ордена джедаев. Мастер Горани раньше с этими ребятами сталкивался, хоть и вскользь — по его словам, это серьезные профессионалные людоловы. С одной стороны это хорошо — можно считать, что Райден жив, а с другой — самому убежать от таких, мало шансов. Я тут вышел на Второе Бюро: они утверждают, что «Песчаная Бабочка» на Корусанте не появлялась — у них там свой человек сидит, на контроле трафика, поэтому сведения надежные. Если возле Корусанта и вправду имела место какая-то заварушка, то этой команде «охотников» могли дать приказ где-то переждать, затаившись. И, да, еще — они по своей линии подтвердили: Граф и вправду мертв! Так что, у нас не просто проблемы — у нас большие проблемы.

— Хорошо, Далл, я дам распоряжение Яростному Огню, чтобы задействовали по полной «Тишину» и активировали электронные системы противодействия в самой системе Гатариэкка. Такой же приказ передам на Кар Шиан — и попрошу об услуге союзников, с Марканы: нам сейчас потребуется задавить как можно больше чужих каналов связи. И каналов пропаганды, разумеется! — по крайней мере, пока мы не сможем вытащить Райдена из плена. Поисковые мероприятия… Чародеи примерно не определили, где он сейчас может находиться? — у Горани и его людей больше опыта в таких делах.

— К сожалению, ничего определенного. Единственное, они считают, что эта «Песчаная Бабочка» все еще находится где-то близко. Тут аквалишские «слухачи» очередной массив дешифрованных респовских переговоров циркулярно скинули — одна передача с Корусанта, по словам дроидов-аналитиков, вполне относится именно к корвету «Песчаная Бабочка». Это приказ оставаться на временной стоянке, пока не разрешатся проблемы в столице. К сожалению, передач с самой «Песчаной Бабочки» перехвачено не было, и где находится эта их «временная стоянка», мы можем только предполагать. Пока я организовал поиск теми силами, что есть у меня в распоряжении.

— Хорошо, Далл, я выделю дополнительные силы. Постараемся прочесать все подозрительные места. Что-нибудь еще?

— Не у меня, а у господина Дориана.

Место Далла Борджина у комлинка занял представительный тионец. Тофен был с ним мало знаком, поскольку по службе с политиками почти не пересекался. Ну, если только на приемах, раутах и подобного рода мероприятиях.

— Добрый день, господин Главнокомандующий, если день вообще можно считать добрым.

Тофен так же поздоровался с главой Регентского Совета Тиона, потом Д'Арсан-Эриин продолжил.

— Расследование гибели короля Гарольда, которое проводилось под моим патронажем, выявило причастность Благородного Дома Нусватта к этому делу. Но теперь, по ходу расследования дела о взрыве «Королевы Ранруна», выяснилось, что к этому теракту несомненно причастен Благородный Дом Исалар-Тион: старший офицер «Королевы», происходивший из младшей ветви этого Дома, который должен был находиться на корабле, во время взрыва там отсутствовал. — А доступ во внутренний док дредноута неизвестный корвет, позже опознанный как «Песчаная Бабочка», получил именно с его разрешения. Корвет покинул док дредноута за пару минут до первого внутреннего взрыва. Этот офицер до сих пор нигде не обнаружен, а Дом Исалар-Тион отказывается дать, по этому поводу, какие-нибудь объяснения. Исалары сейчас пытаются вести какие-то переговоры с другими Благородными Домами — в сложившихся условиях возможна попытка открытого мятежа. Кроме того, мои агенты доносят о странной активности, внутри Благородного Дома Вар-Адеан, которую можно охарактеризовать, как попытку провести экстренную мобилизацию.

— Хорошо, господин Д'Арсан-Эриин, я буду иметь это в виду. Немедленно отдам приказы взять под самый плотный контроль все их военные активы. И даже те, которые они только могут привлечь на свою сторону…

Отданный, после этого разговора, приказы несколько сбросили напряжение, хотя и не убрали его совсем. Что бы там не хотели сделать все эти Нусватты, Исалары и Вар-Адеаны, но при сложившейся неопределенной ситуации они побоялись дергаться. Особенно, когда верховное командование Тионской Добровольческой Армии пригрозило мятежникам немедленными репрессиями, вплоть до проведения орбитальных бомбардировок! — Пока тайно переданные угрозы продолжали действовать, и бунтовать никто не пытался — но, долго ли это еще продлиться? Тем более, к сожалению, что слухи о гибели графа Дуку полностью подтвердились. Вовремя принятые меры не дали хотя бы распространиться панике по их квадранту пространства: системы электронного противодействия пока удачно забивали республиканские передачи по ГолоНету. А вот то, что лежит за Канцем, и дальше на «Север», и то, что лежало дальше к «Югу» от границы с Пространством Хаттов… там было реально хреново! Паника, разброд и шатание! — это если мягко говорить. Черт, сколько же в Конфедерации держалось на личном авторитете и харизме Графа! Одно пока хорошо: удалось переподчинить себе все вооруженные силы, действующие под флагом самой КНС, на всем пространстве от Хайдана до Мон Каламари, и от Корпоративного Сектора до Пространства Хаттов. А еще лучше, что удалось договориться о взаимодействии с офицерами Коммерческой Гильдии, Корпоративного Альянса и Техно Союза — чьи штаб-квартиры как раз были расположены на данном пространстве. Аквалишские военные тоже выразили готовность присоединиться к образовавшемуся внутри КНС альянсу, но, увы — они были слишком далеко, им бы самим отбиться: если будет атака прямо на Андо, Тофен вряд ли сумеет сейчас им помочь. К сожалению, ни мууны, ни неймодианцы на контакт не пошли — а это, как ни крути, почти половина валентных сил Конфедерации!

Собственно, сейчас Тофен Вейн готовился к разговору с членами Совета Сепаратистов, не так давно переехавшими на Мустафар — предстояло объяснять господам политикам свои действия. А заодно, попытаться донести до них простую истину: поодиночке Республика всех их передавит очень быстро. — Его собственные аналитики, из штаба, давали на это пару лет, максимум — и это еще при удачном раскладе. К сожалению, видимо это не всем было понятно: когда Тофен активировал пульт гиперсвязи, он получил этому полное подтверждение — прямо со слов самого Нута Ганрея.

— Почему вы позволили себе захватывать корабли, которые принадлежат Сепаратистской Армии Дроидов?

Первый же вопрос, заданный неймодианцем, показал, что надеяться на конструктивный диалог не приходится. Хотя, Тофен попытался обратиться к здравомыслию и осторожности Ганрея.

— Господин вице-король, мои действия…

— Обращайтесь ко мне: «Глава Конфедерации»!

Ого, разве Сенат Сепаратистов уже провел специальную сессию, и утвердил Ганрея в этой должности? — Тофен об этом ничего не знал! Он вообще был уверен, что последнюю неделю Сенат не собирал у себя кворума — и даже самих сенаторов на Раксус Прайм теперь было не так уж и много: кто-то поспешил домой сам, многих экстренно отозвали на родину. Господин Ганрей метит в самозванцы? — ну что же, если это пойдет на пользу делу, то почему бы не попробовать подыграть?

— Хорошо, господин Глава Конфедерации. Все корабли КНС, сосредоточенные сейчас в нашем квадранте пространства, переведены мной под свое начало по одной единственной причине: желание обеспечить максимальную эффективность действиям армии и флота Конфедерации в этом регионе! Я думаю, главам Торговой Гильдии, Корпоративного Альянса и Техно Союза их офицеры уже доложили подробности — мы провели, по этому вопросу, консультации и согласовали порядок действий в случае нападения сил ВАР на наши миры…

Тофен объяснял, обещал и пытался выкручивать Ганрею руки: неймодианец требовал передачи «конфедератских» сил обратно под его непосредственное управление. Точнее — под управление Гривуса, как главкома Сепаратистской Армии Дроидов. Киборг, кстати, присутствовал на заседании Совета Сепаратистов, вместе, с остальными руководителями КНС. Насколько мог понять Тофен, Гривус хотел собрать под своим началом как можно больше сил — якобы для запланированной атаки на Эриаду. Вейн заверил членов Совета, что немедленно направит в распоряжение Гривуса оперативную группу от Кашиика, оставив там только силы, достаточные для обороны. К счастью, на остальных лидеров Конфедерации подействовало предложение Тофена: создать такие же временные укрупненные «оперативные командования», какое вот сейчас создал он сам в Тионе, и по другим квадрантам галактики тоже — разумеется, временно. — Вейн еще посетовал, что это его предложение командиры войск Торговой Федерации и Банковского Клана проигнорировали — хотя как раз им оно было бы сейчас еще нужнее, чем войскам, которые находятся под его началом. В общем, Тофен сумел отговориться… пока. Где же Райдена до сих пор Сила носит! — виконт Вейн на участие политических интригах не подписывался. А войска Гривусу он сейчас все равно не отдаст!

* * *

Несмотря на чувство легкой паники, которое охватило Таллисибет после того, как напрочь отрубилась вся электроника ее истребителя, девушка не потеряла головы: место, где висела «Песчаная Бабочка» в Храме было известно, и их несомненно найдут. — И она, и Маарек джедаи, способные «растянуть» скудные ресурсы систем жизнеобеспечения от паспортных нескольких часов, до недели, а может и больше. Тем более, что эти самые СЖО у них остались во вполне рабочем состоянии, как ни странно! Сейчас главное, не наделать глупостей самой — в Маареке, как ни странно, Таллисибет было более уверена: с любым «железом» парень всегда был, что называется, на «ты», а уж с летающим железом — тем более. Теперь главное — дать знать на Корусант, что произошла катастрофа…

Казавшийся совершенно рутинным и ненужным, патрульный вылет был прерван сигналом боевой тревоги: на корвете что-то произошло. Одновременно, на рабочей частоте, она услышала вскрик Маарека. На вопрос, в чем дело, Штеель ответил, что он ощутил, как мастер Кийрас получила тяжелую рану, может быть даже — смертельную. Таллисибет, встряхнув свои куцые знания, предположила, что это сработала связь между учителем и учеником: парень уже давно тренировался под руководством джедайки-грана. Загнав собственную тревогу поглубже, девушка чуть ли не потребовала, чтобы Маарек связался с мостиком «Песчаной Бабочки», и узнал — что там происходит. — А заодно, чтобы вел их поближе к кораблю — вдруг там понадобиться их помощь? В конце концов, он же ведущий в их паре! Как ни странно, такая встряска подействовала на паренька самым благотворным образом. С мостика передали об аварии на главной энергомагистрали корабля. — И то, что благодаря этому арестант сбежал из заключения — очевидно, из-за сбоя в работе Силовой клетки, — попутно тяжело ранив Кийрас Брэк. Поскольку, скорее всего пленник будет прорываться к спасательным капсулам, то их задача — блокировать возможный отлет.

Увы, все сразу пошло не так, как планировалось Маареком и ей самой. Еще до того, как они подошли к месту, где неподвижно висел их корвет, произошел сильный взрыв, буквально разорвавший корабль на куски! — Ей с товарищем пришлось резко сбрасывать скорость, и даже совершать маневры уклонения, чтобы избежать встречи с крупными обломками. По мелким осколкам, к счастью, хорошо сработали дефлекторные поля истребителей. Вообще, сеповские жестянки, на поверку, оказались не такими уж и жестянками, как с удивлением узнала Таллисибет на собственном опыте. Впрочем, кажется, это была совершенно новая модификация истребителей типа «Манквим» — может быть, все дело в этом? По нервам ударило откликом Силы на гибель множества разумных где-то рядом. Учитель! — Таллисибет отчаянно пыталась дозваться мастера Харрода Телепатическим Зовом… безрезультатно. Наконец, сенсоры истребителей засекли среди роя обломков спасательную капсулу… всего одну! Кто там? — и сама девушка, и Маарек попытались вызвать спасательную капсулу на связь одновременно. Человека, который появился на голограмме, спроецированной проектором аппаратуры связи, Таллисибет видела всего один раз, мельком — когда он находился в бессознательном состоянии, — но сразу его узнала. Райден Дуку!

То, что произошло дальше, девушка вспоминала сейчас со стыдом: она потеряла самообладание, и с криком — «убийца!» — пыталась атаковать, на своем истребителе, спасательную капсулу. Маарек что-то пытался ей кричать, но Таллисибет его не слышала. А потом на ее истребителе одна за другой, разом, отключились сразу все системы — кроме системы жизнеобеспечения. Как она поняла, у Марека произошло то же самое — заметив в стороне так же беспомощно дрейфующий, как и ее собственный, истребитель товарища. И уже потом, чуть погодя, в голове, как шелест ползущей змеи по сухой траве, раздался тот голос.

— Не бойся, девочка, скоро к нам придет помощь. Больше ничего плохого не случиться.

Наконец, справившись с паникой, девушка взяла себя в руки. Что бы ни произошло, она джедай! — и у нее есть долг. К счастью, полевой комлинк из стандартного набора выживания работал: Таллисибет быстро, но обстоятельно пересказала все, что тут у них произошло — сделав запись и архивировав ее в пакет. После этого она активировала передатчик. Комлинк пискнул, и загоревшийся почти тут же индикатор сообщил, что информационный пакет ушел к адресату — в Храм. Девушка приготовилась ждать: теперь, исполнив долг и передав сообщение, она примет свою судьбу, какой бы та не была — как это должен делать настоящий джедай.

Девушка не могла знать, что ей невероятно повезло: дредноут «Тишина», который менял сейчас место дислокации, на время перелета в гиперпространстве вынужден был отключить все свои системы подавления связи. — Послание Таллисибет дошло до получателя. И тем более она не могла знать, что именно ее сообщение и стало той песчинкой, которая изменила судьбу другого человека — а вместе с ним, может быть, и всей галактики.

* * *

То, что происходит что-то нехорошее, Леония поняла, когда «Цветок Тиона» содрогнулся от прямого попадания заряда турболазера: как сообщил капитан Саррен, их обстреливал тот, кто должен был охранять — «Белый Ранкор». Почему крейсер типа «Левиафан», принадлежащий флоту Тиона, обстрелял их корвет, никто на борту «Цветка Тиона» никогда не узнал — капитан Ксер Вар-Адеан, несмотря на все попытки выйти с ним на связь, так и не откликнулся. А когда вышли из строя двигатели, и аварийно отключился главный реактор, даже самым несведущим людям стало ясно, что им следует готовиться к приему абордажной команды. — Как сообщили с Поста Слежения «Цветка Тиона», крейсер прекратил огонь, и пошел на сближение с совершенно беспомощным корветом. — К счастью, еще не все сенсорные массивы корабля были выведены из строя, и теперь хотя бы можно было следить за действиями врага, прикидывавшегося до этого другом. Пока Ги Саррен и командир ее личной охраны, он'гат'акэ по имени Легкое Перо, обсуждали — что и как им делать, — Леония невольно вспомнила начало этой странной эпопеи. Которая, как тут по ходу выяснилось, вполне может стоить ей и детям жизни!

С чего же все началось то? Пожалуй, с того, что Райден не ответил на ее вызов по комлинку. Уже тогда ей стоило бы насторожиться: если муж собирался отбыть в те места, где могло не быть доступа к сети ГолоНета, он ее всегда предупреждал! Потом эти дикие известия: о гибели Графа, и о якобы идущих на Корусанте боях — непонятно кого, и с кем. Потом пропала связь — даже с родными можно было связываться исключительно по военным каналам. Впрочем, дома у родителей, кажется, все было хорошо. Поползли разные нехорошие слухи, которым королева не желала верить. А два дня назад, через капитана крейсера «Белый Ранкор», который как раз пришел с Чандаара, отец предложил ей перебраться к ним — на время, пока Райден не вернется. Леония даже связывалась с отцом еще раз: капитан Вар-Адеан любезно предоставил для этого услуги мощного центра связи своего корабля — все остальные военные каналы, которыми она обычно пользовалась, были сейчас буквально забиты передачей какой-то важной информации. Отец выглядел неважно, он сказал, что им с матерью было бы спокойнее, если бы она и внуки были сейчас с ними. Тогда-то Леония и решилась лететь. То ли какое-то внутреннее сомнение, то ли еще что — дурных предчувствий у нее не было! — женщина решила добираться до родителей не на корабле Ксера Вар-Адеана, который тот любезно предложил к ее услугам, а на собственном корвете. Ну а «Белый Ранкор», раз уж он назначен к ним в качестве эскорта, пусть сопровождает их до Чандаара.

Сама Леония, маленький Гарольд и крошка Тессия, вместе с охраной и слугами, заняли места на «Цветке Тиона» — и они тронулись в путь. От Раксуса до Десевро добрались без всяких происшествий — все было спокойно. А потом, с «Белого Ранкора» пришло сообщение, что корабли Республики видели в системах Барсег и Джантория. На предложение капитана Саррена — лететь вглубь Тионского Кластера, капитан Ксер заявил, что по последним сведениям, система Таниум занята тионскими войсками: путь через нее до системы Аркан, и дальше — до Чандаара, будет быстрее и безопаснее. К сожалению, из-за постоянных перебоев со связью, подтвердить или опровергнуть опасения было невозможно — и все решили принять предложение капитана Вар-Адеана…

Увы, никаких тионских войск в системе Таниум не было — зато по ним открыл огонь их собственный корабль охранения. И вот теперь Леония, которая находилась на командном мостике корвета — вместе с Ги Сарреном и Легким Пером, лихорадочно искала выход из сложившейся ситуации. То, что это попытка похищения: ее самой и детей — было совершенно ясно. Но возникал вопрос: кто за всем этим стоит? Республика? — сомнительно! — на Корусанте такими вещами не баловались: арестовать самого Райдена, может, и попытались бы, а вот тронуть его семью — нет. — Другие методы работы. Что тогда — попытка государственного переворота? Вполне может быть. — Даже, скорее всего. — Все эти слухи, последнее время, да и гибель приемного отца мужа, короля Гарольда. Для любого, разбирающегося в политике, намеков было предостаточно. И, что она может сейчас сделать? Что они все могут сделать: экипаж и горстка ее охранников — живых и механических: как Леония знала, на крейсерах типа «Левиафан» может находиться до полка десантников. Их просто раздавят…

— Сэр, операторы систем слежения передают, что к Таниуму вышла военная эскадра!

Доклад вахтенного на мгновение вселил в сердце женщины крупицу надежды. Которая, впрочем, тут же сменилась разочарованием, после вопроса капитана Саррена.

— Это наши? Если так, то немедленно подать сигнал бедствия!

— Нет… нет, сэр. Это корабли Республики.

Между тем, молчавший до этого Легкое Перо обернулся к Леонии и заговорил.

— Госпожа, простите, но я чувствую присутствие на «Белом Ранкоре» сильного форсъюзера. До этого он маскировался, а сейчас… вот опять пропал. Причем, это Темный форсъюзер! Если честно, никогда не встречал еще кого-то такого же сильного — кроме разве господина Райдена, или Графа…

Корабль сильно тряхнуло. Последовал новый доклад вахтенного.

— Капитан, они зацепили нас тракционными лучами!

Леония спросила у Ги Саррена.

— Капитан, когда до нас смогут добраться республиканцы — если, конечно, они пожелают вмешаться?

— Часа полтора, а может и два — даже если мы сейчас запросим помощи. Возможно, их истребители смогут прибыть сюда быстрее. Думаете, стоит подать сигнал бедствия? Только, боюсь, что к этому времени нас уже успеют взять на абордаж — и «Белый Ранкор» даже сумеет потом сбежать отсюда: респы, к сожалению, почти на другом конце системы.

— Все равно, дайте сигнал! Это наш шанс — на «Белом Ранкоре» точно наши враги, кто бы они ни были…

Сама Леония быстро прошла с мостика по направлению к отсеку корвета, который занимали ее апартаменты. Легкое Перо тенью двинулся за ней. Семеро он'гат'акэ, подчиненные Легкого Пера, встретили их на входе в отсек — по докладу старшего из них, внутри все было в порядке. Дети находились под присмотром двух живых и нескольких механических нянек. Тессия спала, а Гарольд играл с одним из дроидов, присматривающих за малышами. По углам каюты тенями торчали оба дроида-слуги, которых приставил к детям и к ней самой Райден — два F-III, которых звали Молчун и Собеседник. Как сказал муж — «последний рубеж охраны». На миг женщина задумалась: стоит или не стоит делать то, что пришло ей в голову — но, потом все же решилась.

Шкатулку, которую Леония отыскала среди своих вещей, она возила с собой постоянно — личный подарок! При прикосновении ней, женщина почувствовала невольный укол ревности, вспомнив ту, кто сделал этот подарок. Алирра Тетсу… они с ней даже никогда не виделись, хотя — Леония как то видела ее голографию: точеное краснокожее лицо, черные волосы и золотистого цвета глаза. Чародейка с Тунда. Форсъюзер, такая же, как и ее муж — и, по словам Райдена, замечательный алхимик и артефактор, что бы это ни значило. И в этой шкатулке хранились два специально сделанных Алиррой защитных амулета — для нее и ребенка: когда чародейка их создала, у нее был еще только один Гарольд. Все это время Леония так ни разу и не решилась воспользоваться необычным подарком: по словам Райдена, амулеты делали тех, кто их носит, «невидимыми» — форсъюзеры не могли отыскать их обладателей через посредство Силы, если желали причинить им зло. Примерить… ну, примерить это совсем не значит носить. А так, безделушки были красивые — вкус у чародейки был хороший. И вот теперь настало время воспользоваться этим подарком — чтобы ее дети остались живы! Потому, что если Легкое Перо не ошибся, то просто так никому со «Звезды Тиона» сбежать, теперь не удастся.

Леония надела амулеты на детей: так, как объяснял Райден — чтобы металл касался кожи. — Тессия захныкала, но не проснулась, а Гарольд рассмеялся, и начал теребить ручками красивую золотую штуковину. — Потом обернулась к Легкому Перу, оставшемуся стоять возле дверей детской. Судя по тому, как раскрылись и без того широкие глаза гатариэккца, амулеты и вправду действовали.

— Что ты чувствуешь?

Легкое Перо не замедлил с ответом.

— Дети! — их как будто не стало. Точнее, их присутствие ощущается, но в привязке к этой каюте — а не к ним самим. Удивительно! — никогда не думал, что такое вообще может быть.

— Отлично!

Леония кивком подозвала к себе Молчуна и Собеседника.

— Госпожа что-то желает?

Женщина так и не поняла, какой именно из дроидов задал вопрос. Это Райден их различал безошибочно — для самой Леонии оба дроида-слуги так и остались «на одно лицо»: кстати, данный образ совершенно неприметных, исполнительных «халдеев» Молчун и Собеседник ревностно поддерживали.

— Да, желаю. Мы не можем сопротивляться предателям — захват ими «Цветка Тиона», это вопрос времени. Благодаря амулетам, которые я одела на детей, их невозможно будет обнаружить с помощью Силы. А, по словам начальника охраны, на «Белом Ранкоре» сейчас находится сильный форсъюзер — который наверняка сможет отследить любое движение живых на нашем корвете. Сейчас вы возьмете детей, и отправитесь к одной из спасательных капсул. Другие еще пригодные к использованию капсулы займут некоторые из членов экипажа. После чего, все эти капсулы будут отстрелены от корабля. Если те капсулы, в которых будут находиться живые, враг или попытается захватить — или… может открыть по ним огонь. — А вот по тем, в которых будут находиться дроиды, как они станут считать, стрелять вряд ли будут — и пытаться ловить тракционными лучами, тоже. Из-за амулетов Гарольда и Тессию обнаружить с «Белого Ранкора» не должны: артефакты способны обмануть и обычные детекторы форм жизни тоже, как говорил Райден. Ваша задача: добраться потом до кораблей республиканцев, и попросить у них помощи! — Лгите, убивайте, делайте что хотите — но доставьте наших детей к моему мужу!

— А вы, госпожа? — Хозяин велел нам охранять вас так же, как и детей.

— Я… стану отвлекать внимание врага. Так у вас будет больше шансов. И, чем быстрее вы доберетесь до Райдена с детьми, тем скорее он сможет заняться помощью мне и экипажу «Цветка Тиона».

Леония посмотрела на дроидов и командира охраны. Легкое Перо утвердительно кивнул головой, молча подтверждая ее приказ…

Когда женщина и он'гат'акэ вернулись на мостик, громада крейсера уже была видна в иллюминаторах невооруженным глазом. Выслушав то, что Леония сказала капитану, Ги Саррен согласился с ее задумкой — и немедленно отправил к спасательным капсулам нескольких членов экипажа, без которых в предстоящем абордажном бою можно было обойтись. Все семь неповрежденных спасательных устройств были отстреляны от корвета практически одновременно — теперь Леонии оставалось только молиться и надеяться! Между тем, капитан Саррен сообщил, что от респов получено подтверждение: они приняли их сигнал с просьбой о помощи. Интересно, почему на крейсере предателей даже не попытались воспользоваться системами электронного подавления? Между тем, начальный импульс, с которым аппараты отделялись от обреченного корабля, был достаточно сильным: это было предусмотрено в качестве защиты от возможного взрыва носителя — шанс успеть отлететь подальше. А там должны уже были работать собственные движки капсул. Прошла минута, другая… вахтенные доложили, что шесть из семи капсул, попытавшихся включит двигатели, были или расстреляны канонирами крейсера, или зацеплены тракционными лучами так же, как и их корвет. Во всех этих капсулах как раз были живые пассажиры, как показывали корабельные сканеры. Та, что на сканерах выглядела безжизненной, так и продолжала уноситься все дальше и дальше в открытый космос…

Когда, спустя еще семь минут, корпус «Цветка Тиона» со скрежетом соприкоснулся с бортом вражеского крейсера, все с трудом могли устоять на ногах. Леония подумала, что теперь можно позаботиться и о себе самой, обратившись к капитану Саррену, впервые назвав его по имени в официальной обстановке.

— Ги, пожалуйста, прикажите выдать мне бластер! Не хочу встречать этих тварей безоружной…

* * *

Сказать, что Энакин устал, значит не сказать ничего: даже Сила уже плохо помогала бороться с переутомлением. Сейчас бы выспаться, хоть немного! — несбыточная мечта: дел столько, что хоть землеройной машиной греби, а офицеров на флоте катастрофически не хватает. Кто-то погиб, кто-то под следствием, кого-то выгнали с флота — а кто-то ушел сам. Вот оставшимся и приходится крутиться быстрее, чем вертится механический гироскоп — а их командиру приходится крутиться еще быстрее. Хорошо хоть Уи всегда рядом, что бы он вообще без паренька делать стал? — разве что, взять, наконец, себе другого падавана? Отголоском давнего воспоминания сжалось что-то внутри — интересно, как там Асока? И от Падме вестей что-то долго нет. Скайуокер почти машинально коснулся сенсора маленького плеера: те песни, что напел и записал для него когда-то Райден, интересно бывало послушать, под настроение — особенно, если выбрать запись случайным образом. Странные слова и странная музыка навевали тревогу и завораживали…

Можно верить и в отсутствие веры

Можно делать и отсутствие дела

Нищие молятся молятся на

То что их нищета гарантирована

Здесь можно играть про себя на трубе

Но как не играй все играешь отбой

И если есть те кто приходит к тебе

Найдутся и те кто придет за тобой

Также скованные одной цепью

Связанные одной целью

Скованные одной цепью

Связанные одной…[3]

Пискнул входящий сигнал комлинка… кому это он мог понадобиться аж за полночь по времени Корусанта? Энакин отключил запись, и приготовился ответить на вызов. Ого, сам Мэйс Винду!

Временно исполняющий обязанности лидера Высшего Совета, а заодно и Лорд-Протектор Республики, сухо потребовал от Скайуокера срочно явиться в Храм — возникли какие-то неотложные вопросы, которые магистр не желал обсуждать даже по защищенному коммуникационному каналу. Что же, придется лететь — только надо будет предупредить адъютантов и младших флагманов: кто знает, когда он сможет освободиться, если у Совета что-то срочное и важное наметилось! Энакин подумал: стоит ли ему брать с собой Уи Малро? — Но, потом решил дать парню спокойно выспаться — вряд ли Совету понадобится еще и падаван Кеноби. Так, лететь ему, до Храма, минут десять — если взять личный истребитель, и примерно вдвое больше, если воспользоваться услугами «разъездного» НВШТ. Нет, пусть Арту остается здесь, вместе с Уи — а он лучше поедет вниз пассажиром: за двадцать минут можно недурно покемарить в пути! Усмехнувшись, джедай приготовился отдать все необходимые распоряжения.

Глава семнадцатая

Свет погасшей звезды

Наверное, так себя чувствует человек, который упал с крыши многокилометрового небоскреба — до земли все еще далеко, но место «приземления» видно уже невооруженным глазом. — И финиш стремительно приближается к тебе, ну — или ты летишь к этому финишу: с какой стороны посмотреть. Причем, про то, что смерть будет быстрой, и практически безболезненной, как то не думаешь — наоборот: воображение рисует такие страсти, что удара о землю ждешь уже как избавления. В какой-то мере человеку, который пришел в себя в палате реанимации, должно быть легче, поскольку все уже позади: черт с ним, что позвоночник сломан, и ноги нет, а остальное тело так вообще из кусков собрали — главное, что жив остался!

Примерно так я себя чувствовал когда, вырвавшись на свободу, получил первые известия о том, что творилось в галактике в то время, пока я был «гостем» у джедаев. Дядя пропал без вести, и по слухам — погиб. Конфедерация находится в «прединфарктном» состоянии. А для полного счастья, еще и в самом Тионском кластере заговорщики зашевелились. Одно пока хорошо: Республика почему-то не напала! — опять же, по слухам, у респов появились какие-то свои проблемы. То есть, жить теперь пациент будет, вопрос только — как долго? Обидно — пока валялся в отключке, все и произошло: и гибель дяди, и якобы смерть Дарта Сидиуса. — И я даже ничего не почувствовал. А вот то, что на меня давило, когда я сбежал с джедайского корыта, перед тем, как подорвать его нафиг, стало ясно уже потом — когда я оказался среди своих. Вот тогда-то меня и посетило то нехорошее чувство падения в пропасть — вместе с ужасом ожидания скверного конца, о чем мне все это время настойчиво шептала Сила. Впрочем, рассказывать стоит, наверное, по порядку — начиная с момента моего побега.

Оказавшись за бортом «Песчаной Бабочки» я, прежде всего, снова попытался воспользоваться Дальним Зовом — то есть, попробовал телепатически связаться с кем-нибудь из своих знакомых форсъюзеров, через пределы космоса. Дядя не откликнулся — но, тогда я не придал этому особого значения: Граф иногда вот так закрывался, от внешнего вызова. Особенно, если при этом делал какие-то дела с Дартом Сидиусом. Собственно, для меня это было чем-то вроде индикатора: если дядя «вне зоны доступа», то примерно понятно, в каком направлении его можно искать, если что. И как с ним связаться: позывные для его дроида-пилота FA-4 у меня были, точно так же, как и позывные еще для трех других дроидов, выполнявших для него функции секретаря, камердинера и личного помощника. Но, все это стало бы мне доступно, только когда я вернулся бы домой — в общем, я тогда не особенно забеспокоился. А то, что я не мог вообще ничего почуять, выйдя из бессознательного состояния — так Сила она запоздалых посланий не приносит, как заблудившийся почтальон! Зато Далл Борджин и Тофен Вейн на мой Зов откликнулись почти мгновенно: чувство облегчения, которое охватило друзей, я ощутил, даже находясь за тысячи световых лет от них. Но, вместе с облегчением до меня долетели обрывки совсем других чувств, и образы, которые отнюдь не добавили мне радости и оптимизма.

Разумеется, Телепатия тоже имеет свои ограничения: разговоры на абстрактные темы через бездны космоса вести очень трудно — в ментале приходится оперировать конкретными чувствами и образами. При этом нарисовать то, чего не видел сам, воображению очень трудно — а лишние эмоции зачастую создают такой «фон», в шуме которого теряется всякая полезная информация. Но то, что с дядей неладно, а у Конфедерации вообще и у Тионского кластера в частности наметились серьезные проблемы — я прекрасно понял. Теперь осталось только дождаться помощи, и там уже начинать заниматься конкретикой: как только я сбросил друзьям координаты с трофейного датапада, Далл мне тут же заявил, что ближайший корабль моего флота находится всего в двух часах полета от того места, где я нахожусь. — Но, по словам друга, мне лучше будет дождаться его самого: «Черному Скимитару» и его группе сопровождения до меня лету было часов десять. Немного подумав, решил ожидать прилета своего флагмана — за десять часов со мной ничего не случиться, а объявить о своем возвращении к активной жизни и не иметь при этом надежной защиты, значит напрашиваться на новые неприятности. В таком деле, анонимность является самой лучшей броней. Слишком уж мне не понравились те намеки, что Сила донесла до меня, от Далла и Тофена, — про то, что проблемы могут оказаться куда серьезнее, чем они мне видятся.

Теперь нужно было еще как-то разобраться с парочкой уцелевших джедаев. А ребята ко мне, тем временем, приближались — явно намереваясь узнать: кто там, и как спасся с их взорвавшегося корабля. К счастью, электроника спасательной капсулы работала исправно. — Даже смогла, несмотря на всю ее примитивность, определить: что именно ко мне подлетает. Полученные сведения помогли сильно облегчить мою задачу — как именно нейтрализовать малейшую угрозу со стороны противника. Оба джедая пользовались трофейными «Манквимами» — причем, что совсем странно, их новейшими модификациями. А ведь «Манквим Марк 2» еще только-только начала распространяться среди вооруженных сил членов КНС — широко живут, господа джедаи то. Что же, мне это даже на руку: на Гатариэкке эти машины я изучил более чем хорошо! Впрочем, сначала я все же попытался решить дело миром: деваться орденцам отсюда все равно было некуда, потому как «Манквимы» встроенных гиперприводов не имели — а ресурсы их систем жизнеобеспечения были рассчитаны всего на несколько часов работы. Оно, конечно, любой хорошо обученный форсъюзер способен растянуть на дни — а некоторые умельцы и на месяцы! — и такие запасы. — Но где гарантия, что даже за это время тебя найдут — если ты не можешь указать товарищам своих точных координат? Не то, чтобы во мне вдруг взыграл альтруизм: враг он и есть враг — а эти люди обманом захватили меня в плен, и, скорее всего, участвовали в убийстве моих людей! Однако, в том, как их команда смогла меня так ловко «упаковать», была масса неясностей: я надеялся, что на кое-какие вопросы эти ребята смогут мне, вольно или невольно, дать ответы.

К сожалению, вспыхнувшие над приемной панелью комлинка голопроекции подтвердили мои опасения: в кокпитах обоих истребителей сидели падаваны. Вообще, я надеялся, что хотя бы один из пилотов окажется рыцарем — джедаи обычно всегда работали в парах, учитель и ученик. Но, не в этот раз. Собственно, по колебанию потоков Силы мне с самого начала показалось, что связь с ней, у обоих пилотов, достаточно слабая и неустойчивая — и вот подтверждение опасений. Ладно, будем работать с тем, что есть: обычно наставники стараются дать своим подопечным как можно больше полезной информации — наверняка разбор операции по моему захвату для этих учеников тоже проводился. Все же, почти неделя прошла. Увы, нормально поговорить не получилось: один из падаванов, девушка, закричал что-то вроде — «убийца»! — И ее истребитель явно начал ускорение, с целью занять удобную позицию для атаки моей капсулы. Вот этого я уже допустить никак не мог. Добраться, с помощью плетений Стихий, до генераторов обоих истребителей, а так же до дроидных «мозгов», которые там играли роль систем управления, было делом одной минуты. — И вот уже оба МЛА поплыли в пространстве кусками мертвого железа: без энергии и навигации не очень-то полетаешь! Впрочем, резервных систем связи я у них не трогал: без привязки от навигационных систем они сюда быстро себе подмогу не вызовут. — А иметь возможность поговорить в любой момент — оно всегда полезно. Огонь по мне никто из джедаев открыть так и не успел — хотя, как я понял потом, у парня все же были неплохие шансы на успех, попытайся он начать стрельбу. Впрочем, как раз сам он оценивал эти шансы не очень хорошо, пытаясь докричаться до своей впавшей в неистовство подруги, чтобы остановить ее атаку.

Кстати, с парнем мне поговорить было проще. Отчасти, может быть, вследствие того, что он имел больше склонности к работе с ментальными техниками — а отчасти потому, что раньше девушки сумел прийти в себя. Девица сперва повела себя не очень адекватно, потом что-то порывалась сделать с аппаратурой истребителя — а в конце попросту впала в апатию. Парень вообще оказался разговорчивым: пока висели в том необитаемом уголке космоса, вполне себе смог вытянуть из него много интересного. Имена обоих, кстати, мне оказались знакомы по старым моим видениям. Вот тут я немного удивился: если встретить девушку я еще вполне как-то мог, исходя из знания того, что она воспитывалась в Ордене — война все же. — То вот встретить Маарека Штеля, да еще и бывшего джедаем, ну совершенно никак здесь не ожидал. Вообще, удивительно много можно услышать даже от незнакомого человека, если показать себя заинтересованным и благодарным слушателем, перед которым он может выговорить все свои проблемы и заботы. Ну, особенно если этому немного, совсем малость, помочь Силой: Эмпатия она не только на животных может действовать успокаивающе — но и на младших братьев по разуму, так сказать. Тут, главное, надо на самом деле не желать зла объекту воздействия — иначе Сила не подействует. А как раз против этих детишек у меня ничего не было…

Вся короткая и неказистая жизнь падавана Штеля буквально прошла у меня перед глазами — я ведь еще и «слушал» парня через Силу. Война, смерть родителей, подобравшие его джедаи… тепло и уют нового дома. Потом, быстрое осознание, что уют какой-то убогий, а за полученное тепло придется отрабатывать всю оставшуюся жизнь. Впрочем, по сравнению с тем ужасом, который он пережил, перспектива пополнить собой ряды Корпуса Обслуживания паренька совсем не пугала. Разве что вот… летать он не сможет! — этого парень жалел больше всего. А потом произошло чудо: его взяли в падаваны! — Да, та самая джедайка-гран. Как я понял, учеба у парня шла довольно туго — слишком уж разными по складу характера и жизненным устремлениям оказались падаван и его наставница. Но, недавно глава их «команды» тоже взял себе падавана — и в ее компании получать новые знания у Маарека получалось гораздо лучше. Так же, к слову, как и у девушки: оба ученика старались, прежде всего, друг перед другом. Чем их наставники не преминули воспользоваться — везде, где только можно, ставили их на задания парой. Вот как в этот раз. Кстати, здесь ведущим пары был Маарек — как более опытный и искусный в деле пилотирования истребителей. Как я понял, когда они вместе отрабатывали боевые приемы, то лидером становилась как раз Таллисибет. В общем, пока я так трепался с пареньком, время у нас пролетело незаметно. До тех пор, пока из глубин гиперпространства не вынырнул «Черный Скимитар»…

К концу нашей «робинзонады» потихоньку оттаяла и начала участвовать в разговоре и девочка. Правда, ее первым заявлением было: «Ты убил мастера Харрода»! На что паренек тут же заявил, что мастер Харрод как раз не хотел лететь на Кларив, и на этой диверсии настоял тот корусантский хлыщ — тут я сразу насторожил уши. Таллисибет что-то пробормотала про «долг» и «приказ», но Маарек был непреклонен.

— Ты сама рассказывала, про тот разговор мастера Харрода и этого, как его там по-настоящему — Малорума? Если бы не этот скользкий тип, то все были бы сейчас живы!

— Но, ты же сам видишь — он Темный! А борьба с теми, кто использует Темную Сторону — наш прямой долг.

— Никакая борьба с Тьмой не означает, что мы должны устраивать взрывы и диверсии — мы джедаи, а не бандиты!

Послушав эту перепалку минут двадцать, узнал массу интересного: и про то, как джедаям удалось меня захватить, и как они проникли на «Королеву Ранруна» — и благодаря чему потом сумели так ловко скрыться. Подробности и мелкие детали я уже вытянул из ребят сам, когда подключился к их разговору. На пацанов очень сильно подействовало мое заявление, что этот самый Малорум, которого они вскользь упомянули, работал на ситха, за которым как раз охотился их Орден. Когда первый шок от моих слов прошел, обсуждения и споры вспыхнули снова. Для меня интерес представляло то, что Маарек, во время этого спора, выдал хороший образ этого самого Малорума. Составить фоторобот красавчика — для своих спецслужб, — мне будет несложно: мыслил паренек ярко, и разглядел, в свое время, Малорума очень хорошо. Да и для форсъюзеров такой образ — находка. А то примерные словесные описания, что были в распоряжении у моей контрразведки и у Чародеев, плохо подходили для поиска и идентификации шпиона. Теперь же можно будет пересмотреть и старые видеозаписи: мысли о докладе главы Регентского Совета о предателях никак не выходили у меня из головы — особенно после того, как я услышал в разговоре ребят несколько знакомых имен. Черт! — и это только то, что случайно всплыло в разговоре мало осведомленных о внутренней подоплеке событий падаванов. Что тогда вообще творилось сейчас в моем царстве-государстве, если слух о моем пленении вырвался все же наружу? Смог ли вообще Дориан, при поддержке моей «команды силовиков» удержать вожжи? — очень хотелось бы надеяться на это. Или, похоже, как в той поговорке — теперь только массовые расстрелы спасут Тион! А сейчас совсем не то время, чтобы начинать широкомасштабные репрессии, которые окружающие сочтут необоснованными — проще говоря: никак нельзя перегибать палку…

Нет, вот как раз необходимость жесткого подавления открытых мятежей или заговоров все признают: в военное время иначе нельзя! А вот, если начать «охоту на ведьм», то все может посыпаться — народ массово побежит за защитой к Республике. Беспредела наша общественность просто не поймет — тем более, что пока абсолютное большинство населения война и ее последствия напрямую не задевали. Народ просто морально не готов к тому, чтобы кого-то рвать за свою свободу зубами. Финансовые потери? — ну, здесь кое-кто даже неплохо выиграл, в результате роста тионской экономики на военных заказах: «тучные» годы пока еще не сменились «тощими». Еще работает инерция положительной динамики роста. Но, если государство посыплется, то экономика полетит под откос немедленно вслед за тем, как рухнет порядок и закон перестанет действовать. И, надо постараться направить все недовольство населения на тех, кто может эту хорошую жизнь им испортить: респов, заговорщиков, предателей — главное, четко указать конкретных врагов! Причем, обязательно постараться найти врагов реальных, а не мнимых: доказательств то от меня потребуют настоящих, а не липовых. Впрочем, если Дориан Д'Арсан-Эриин и вправду нарыл что-то стоящее, особенно — если все это можно будет привязать к попытке респов захватить меня в плен, у меня будут развязаны руки. Предателей не любит никто — а у меня тогда появится возможность перевести стрелки, и возложить вину за тяжелое положение на них.

КНС… вот с Конфедерацией никакой определенности: если на события в Тионском кластере я как то могу воздействовать — и даже направлять их ход! — то с КНС я не был уверен ни в чем. Повлиять на тех, с кем мне удалось выстроить личные отношения, я попробую — но, тут тоже никаких гарантий нет: слишком уж все привыкли меня воспринимать только как «второе Я», тень Графа. Претензии на лидерство придется как-то доказывать — это, если доказательства вообще примут во внимание. Насчет Ганрея, Сэна Хилла и еще кое-кого, калибром поменьше, у меня была четкая уверенность: эти слушать, просто так, никого не станут! А неймодианцы, мууны и компания контролировали более половины Сепаратистской Армии Дроидов, и флота КНС — если Гривус окажется на их стороне, в чем я практически не сомневался, то возможно, что даже три четверти всего состава. Протоколы подчинения у дроидов-командиров такая хитрая штука: в цепочке командования я стою где-то в конце второго десятка имен, из высших должностных лиц КНС — а доступа к мастер-коду, как у Дарта Сидиуса, у меня нет. Те силы, что у меня сейчас есть — респам, в полномасштабной войне, на один хороший хлопок ладонью: прибьют как назойливое насекомое, если что. Понятно, если перед этим все члены КНС просто расползутся по своим углам, и позволят Корусанту передавить себя поодиночке, забив на общие действия даже перед угрозой собственной гибели. Но, к сожалению, инстинкт самосохранения у бонз КНС штука довольно непостоянная: если те же джедаи начнут искать подходы к каждому индивидуально — Конфедерации конец! У нас все держалось на авторитете дяди, и на страхе перед всемогуществом Сидиуса — которое тот, время от времени, демонстрировал перед Советом Сепаратистов, как ловкий фокусник свои умения перед толпой. Теперь и надсмотрщика, и вождя не стало — если сведения о гибели и Графа, и Дарта Сидиуса на самом деле верны…

Республика — с этой тоже все, совсем непонятно: какая именно хрень там твориться, и кто там в кого стрелял возле Корусанта? В принципе, я благодаря этой неразберихе у респов и смог сбежать от джедаев: те просто побоялись держать меня долго под действием «химии», а лететь до Храма почему-то не могли — судя по приказу ждать, который к ним пришел — если я правильно понял. Остальное было уже делом техники. Меня беспокоило, что Энакин Скайуокер тоже не ответил на мой Зов — как и дядя перед этим. С ним что-то случилось? Могу ли я тогда полагаться на влияние гранд-мастера Йоды и Оби-Вана Кеноби, чтобы попытаться как-то договориться с Республикой о мире на приемлемых условиях? — Про то, что Кеноби и Йода в курсе наших с Энакином совместных действий, он мне в последнем нашем сеансе связи сказал. Другой вопрос: во что обошлось Ордену ликвидировать Дарта Сидиуса? — И, черт возьми, как дядя то ухитрился попасть туда во время этой разборки! Зайдя в своих рассуждениях в тупик, я решил дождаться того момента, когда попаду к себе, на «Черный Скимитар». — И смогу, наконец, узнать подноготную прошедших событий из более достоверных источников — и смогу взять все доступные нити управления в свои руки.

* * *

О чем не думаю, все равно в голову лезет только монолог одного парня, по имени Гамлет — тот самый: «быть или не быть». Хочу обратно, в спасательную капсулу! — и снова слушать бестолковое препирательство двух молодых людей. Пребывать в счастливом неведении… я даже согласен опять переживать неясную тревогу, что тогда меня глодала изнутри. Потому, что тревога гложет меня по-прежнему — даже еще больше, а то почти счастливое состояние успокоительного невежества кануло в бездну…

Когда нас подняли на борт «Черного Скимитара», я впервые увидел обоих падаванов вживую. Виду и ребят был помятый и слегка испуганный: меня они, кажется, бояться уже перестали — но страшные сепы пугали их все равно, и пугали сильно — хотя оба и старались этого не показывать. Прямо в ангаре отдал Таллисибет и Маарека под опеку Моне Ланкарр и Зуреку Веаси, которые пришли меня встречать: не сажать же ребят в карцер, в самом деле — а так, пусть учатся и набираются опыта, пока находятся у меня «в гостях». — Добрым словом и добрым делом можно получить гораздо больше, чем, если просто вешать кому-то лапшу на уши — а мне сейчас любые полезные связи в Ордене ох как пригодятся! — Даже если эти «связи» всего лишь такие вот недоучившиеся падаваны. Впрочем, Зурек и Мона пришли в ангар не один, а вместе с Даллом Борджином и остальными свободными от вахты офицерами, Чародеями и форсъюзерами-он'гат'акэ — и не только ими. Почувствовать через Силу, как тебя рады видеть… наверное, только это и помогало мне потом держаться — потому как куча информации, которую вывалил на меня Далл, когда мы остались с ним наедине, ничего хорошего не содержала. А та, что дополнительно поступала извне, только еще усугубляла безвыходность положения. Но, благодаря реакции подчиненных, ситуация из разряда: «Ужас, ужас, ужас» — переходила в разряд «просто ужас». — А с этим уже как то можно было жить и бороться!

Если попробовать охарактеризовать положение, в котором мы очутились, то лучше всего подошло бы определение — «задница». Причем, от состояния «полная задница» нас отделяло, только то, что Великая Армия Республики и вправду практически прекратила активные боевые действия: не то проводила перегруппировку, не то ждала отмашки сверху. В любом случае, только благодаря этому паралич, который охватил Конфедерацию, еще не перешел в агонию. По словам Далла, Сенат Конфедерации пребывал в полном замешательстве: известие о смерти дяди, и заявление с Корусанта, что таинственный Дарт Сидиус — тайный покровитель КНС, и Шив Палпатин это одно и то же лицо, буквально взорвало все наше политическое сообщество. Но, если те же члены Совета Сепаратистов как то еще могли игнорировать общественное мнение, и тянуть время, в надежде на улучшение ситуации — то сенаторам приходилось иметь со своими согражданами дело напрямую. А на местах уже начала задавать резонные вопросы: «Кто виноват и, что делать»? — И, самое главное — кого теперь назначить крайним. Внушало надежду, что Тофен Вейн сумел договориться и скоординировать действия, в плане обороны, с нашими соседями — Техно Союзом, Коммерческой Гильдией и Корпоративным Альянсом. Еще лучше, что мои соратники догадались вовремя начать информационную компанию в ГолоНете по стабилизации обстановки, подключив к ней «Башню Ардженте» на Маркане. Ну и нашу военную аппаратуру электронного противодействия тоже задействовали ох как вовремя! — Как я узнал, в целом ситуация в Тионском кластере и возле него, была куда более спокойной и стабильной, чем в других частях КНС. Хоть какой-то плюс. Спокойствие это, однако, было мнимым: три созревших заговора, во главе которых стояли Благородные Дома, ориентирующиеся на Республику, грозили внутренним взрывом. Пока что, сложилось шаткое равновесие: мятежники боялись выступать, не получая прямой поддержки с Корусанта — а мои силовые структуры боялись их трогать, чтобы не усложнять и без того непростую ситуацию. Теперь, наверное, в глазах народа проиграет тот, кто первым сделает шаг к конфронтации — он то и будет считаться зачинщиком беспорядков. В общем, самой неотложной проблемой сейчас был вопрос с Сенатом — потому, что его нужно было решать немедленно, — все остальное могло, так или иначе, подождать. Из-за этого «Черный Скимитар» сейчас летел прямиком к Раксус Прайм…

Тревога, что меня никак не желала отпускать — неясное предчувствие, которое раз за разом пыталась донести до меня Сила… к чему оно? Еще и Леония не выходила на связь: судя по сообщению с Раксуса, она решила отправиться с детьми к своему отцу — не такой уж и плохой шаг, в теперешних условиях. Только вот Маргаар Крон, немедленно откликнувшийся на мой вызов, сообщил мне, что дочь ему о предстоящем визите ничего не сообщила… странная секретность. Эстарию и Ливиен «Цветок Тиона», вместе с сопровождавшим корабль крейсером, прошел согласно графику. — А вот ни к Лианне, ни к Аркану вовремя не пришел, хотя должен был это сделать еще вчера, или сегодня утром — в зависимости от того, какими именно «рукавами» и ответвлениями Перлемианского пути они воспользовались. Мне это начинало не нравиться — любой дополнительный форс мажор был бы совсем не ко времени! Ладно, сперва Раксус Прайм и Сенат — потом будем разбираться со всем остальным. Тем более, что следующий прыжок как раз приведет «Черный Скимитар» в систему Раксуса.

* * *

В который раз убеждаюсь, насколько права поговорка: глаза бояться, а руки делают! Всего то и оказалось, что нашим сенаторам требуется только точка опоры — дальше они будут работать сами. Кворум оказался не полон: на Раксус Прайме осталась едва треть сенаторов и представителей — но, благодаря помощи с Марканы и Андо удалось наладить видеомосты практически со всеми более или менее влиятельными планетами, членами КНС. Разумеется, к видеоконференции подключился и Мустафар. Впрочем, из текущего Совета Сепаратистов там не было Уота Тамбора и Пассела Ардженте — один вышел на связь с Металорна, а другой — с Бомис-Кури. А дальше начался цирк с гуарларами: Нут Ганрей снова выкатил свои претензии на лидерство — попытался давать ценные указания Сенату. На что некоторые сенаторы, вполне резонно, задали ему вопрос: какого хрена вице-король молчал все это время? — тут понимаешь, бардак твориться, и люди волнуются! Как обычно, неймодианец начал заикаться и что-то пытаться доказывать — забыв, что он не перед дядей или Сидиусом оправдывается: люди ждали конкретных предложений и дельных указаний, а не пустых претензий и общих фраз. Тут еще и Гривус всех «обрадовал» — вылез в эфир с заявлением, что сил для атаки на Эриаду маловато. Понять, что в такой обстановке никто от себя корабли и войска отрывать не будет, чтобы потрафить его амбициям, наш «и.о. военного гения» был, кажется, не способен. О чем генералу и было выказано: где намеками, а где и прямо — многие наши планеты сами находились под ударом ВАР. В общем, Сенат подтвердил правомочность местных властей временно, до прояснения обстановки, переподчинить себе те части Сепаратистской Армии Дроидов, которые в это время находились на их территориях. Понятно, что тут каждый из народных избранников думал, прежде всего, о своих избирателях — и ничего особо хорошего от этого, на самом деле, в будущем не предвиделось. — Но это решение Сената явочным порядком легализовало все приказы Тофена Вейна тем частям и соединениям армии и флота Конфедерации, что он сумел подчинить себе — как старший военачальник в районе Тионского кластера и его окрестностей.

Вот это было действительно хорошо: судя по тем материалам, что предоставил мне Далл Борджин, пока мы добирались до Раксус Прайм, от данного маневра Тофена силы Тионской Добровольческой Армии и флота практически удваивались! Семнадцать тысяч кораблей, в том числе — более двенадцати тысяч боевых кораблей основных классов. Почти полмиллиарда боевых дроидов, и около миллиона единиц тяжелой техники. Конечно, все это еще предстоит сколотить в единый организм, но главное — что эти силы у меня теперь есть. Пожалуй, я был теперь сильнее любого из основных игроков в Конфедерации! — Конечно, силы каждой из галактических корпораций были гораздо больше моих, но у них у всех они были размазаны практически на полгалактики — а мои сейчас были сконцентрированы на относительно небольшом участке. Конкуренцию мне мог составить разве что Гривус со своей армадой…

Между тем, совместное заседание продолжало идти своим чередом. Постепенно, вместо делового обсуждения насущных проблем, начали возникать склоки и споры, вызванные старыми претензиями членов КНС друг к другу. — То, чего я боялся больше всего остального! Требовалось срочно что-то предпринять, и я решил попробовать взять дело в свои руки — попросив спикера Сената предоставить мне слово. Мысль о том, что сейчас меня будут слушать, чуть ли не во всех уголках цивилизованной части галактики, подстегнула не хуже порции допинга.

— Господа сенаторы и представители народов Конфедерации Независимых Систем! Уважаемые члены Совета Сепаратистов! Мне больно видеть, как в это непростое и тяжелое время, когда мы потеряли своего лидера, между нами одерживают верх рознь и непонимание…

Через Силу пришло ощущение, что я сумел овладеть вниманием аудитории. Оставалось только правильно использовать это обстоятельство — и тогда еще можно будет исправить положение!

— Вместо того, чтобы единым фронтом сплотиться в борьбе за наше право самим определять свою судьбу, мы сами разрушаем сейчас наше единство. А ведь как раз в единстве и есть наша сила: это то, что три с лишним года сдерживало поползновения Республики восстановить на наших землях свой режим…

В общем, использовав все доступные мне приемы уличного демагога, я сумел убедить слушателей выработать какую то консолидированную позицию. И, сам же предложил начать с Республикой переговоры, объявив временное прекращение огня на всех фронтах. Поскольку, Конфедерации срочно требовалась передышка — да и Республика, судя по приходившим с Корусанта известиям, находилась сейчас в состоянии, не очень-то пригодном для ведения войны. — А потом, когда мой проект приняли за основу, сделал несколько более конкретных предложений: по утверждению полномочий для представителей от КНС, при контактах с Республикой — и по организации эффективного управления Конфедерацией в кризисный период. Эти предложения, хоть и не пошли «на ура», но, тем не менее, были приняты к исполнению и утверждены Сенатом. Ну а поскольку инициатива, как известно, наказуема — все предварительные переговоры с республиканцами я предложил взять на себя. Задействовать свои связи у «нейтралов», чтобы довести предложение о перемирии до Сената Республики. Обещая предложить Республике «мир без аннексий и контрибуций», как я выразился, нагло присвоив себе чужую идею. Не то, чтобы я сам верил в возможность скорого и легкого окончания войны — но, люди услышали то, что услышать хотели: мы и Республика будем говорить о мире. Все остальное было вещами обсуждаемыми, собственно — для этого и существуют политики и дипломаты: решать взаимные претензии переговорами, а не войной. Что удивительно — даже неймодианцы и мууны не стали спорить, когда Сенат утвердил мои полномочия! Один Гривус попытался было гнать волну, но его быстро поставили на место, напомнив разгром у Корусанта — и посоветовали получше готовиться к новым боям на случай, если респы не пойдут на перемирие. Дальше, я попросил Совет Сепаратистов и Сенат выбрать своих представителей — для помощи мне в ведении переговоров — понятно, если они состоятся. А сам пообещал немедленно связаться с герцогиней Мандалора, чтобы просить ее быть посредницей в налаживании контактов с властями Республики. На этой благостной ноте все и закончилось, как я тогда ошибочно посчитал. Увы, жизнь быстро показала мне всю беспочвенность надежд на простое и легкое решение всех вопросов.

С Сатин я связался прямо из здания Сената на Раксусе Прайм: моя просьба была выслушана, и герцогиня обещала оказать все возможное содействие в поиске взаимопонимания с Корусантом. К сожалению, что в столице Республики сейчас твориться, толком выяснить я так и не смог — связаться с Энакином мне не удалось ни через Силу, ни используя технические средства. Черт, неужели со Скайуокером, во время боев там, случилось что-то нехорошее? Собственно, как раз подробностей об этих боях моя разведка добыла более чем достаточно, так же, как и об обстоятельствах гибели дяди с Дартом Сидиусом: республиканский Сенат был тем еще дырявым ведром, информация из которого утекала в прессу широченным потоком — только ее хорошо фильтровать приходилось. То, что Энакин пережил битву на орбите планеты, и потом даже принял капитуляцию остатков верного Палпатину флота, я знал — но, мои агенты утверждали, что уже как минимум пару дней Скайуокера нигде не видели. То есть, вообще нигде! — отправлен на какую-то их дурацкую джедайскую миссию, наплевав на действительно насущные заботы? — ну, с джедаев, пожалуй, станется. Кто-то из штаба его флота даже вроде бы сделал запрос в Храм, оставшийся без ответа… странно это, очень странно! Попросить Сатин связаться с гранд-мастером Йодой или Кеноби? — но, Оби-Ван, насколько я был сейчас в курсе, все еще не вернулся из Внешнего Кольца: недавно, кстати, он отбил у Конфедерации Утапау. Короче говоря, решил подождать ответа герцогини: что скажет Республика на мою попытку заключить перемирие, и на предложение начать мирные переговоры. А самому, тем временем, попытаться разгрести внутренние дела собственного государства.

Так уж водится, что любое государство, в своей жизни, немедленно обзаводится гражданским и военным чиновничьим аппаратом — КНС, в этом смысле, исключением не была. Во время нападения респов на систему Раксуса, когда Ганрей срочно «эвакуировал» весь персонал, который обслуживал работу Совета Сепаратистов, вся эта «простая» чиновная братия была им здесь и брошена. Как верно считал неймодианец, за полной бесполезностью его интересам: привыкнув решать все вопросы келейно, через Совет, или, как крайний случай — через ситхов, Ганрей кажется, даже не представлял, насколько эффективность работы любого государства зависит от эффективности работы его чиновников. Впрочем, неймодианец вообще воспринимал КНС исключительно как инструмент удовлетворения собственных запросов. Кстати, этим у нас страдал не он один — если что, то я совсем не про старшего ситха говорю! Фактически, все это время чиновники находились в подвешенном состоянии: постоянно с ними работал, и пользовался их услугами в основном дядя — ну и, понятно, сенаторы. Поэтому, когда я вызвал к себе глав служб и департаментов КНС, поговорил с ними всеми о делах, и поставил задачи на перспективу — народ с радостью кинулся мои приказы исполнять. Не то, чтобы я ожидал каких-то необыкновенных результатов от этой деятельности. Просто, само по себе реанимирование государственных институтов Конфедерации было уже настоящим благом для нас…

Теперь предстояло решить, куда лететь: на Тион, разбираться с делами королевства, или сначала все же на Лианну? Нет! — пусть поисками Леонии и детей занимаются военные: Тофен Вейн уже проинформировал меня, что разослал приказы всем патрулям в предполагаемых районах нахождения «Цветка Тиона». Со своей стороны, Маргаар Крон сообщил, что высылает на поиски и группу своих собственных космических сил. По любому, требовалась хоть какая-то конкретная зацепка — иначе пропажу можно было бы искать бесконечно! — Космос он большой. Попробовать провести поисковую медитацию, с привлечением Чародеев и других форсеров, находящихся у меня на службе? Несомненно, это стоит сделать: сейчас любая подсказка была бы жизненно необходима — особенно, если корабль с моей семьей потерпел где-то крушение. И, ведь когда то я сам настоял, чтобы планируемые маршруты перелетов моей семьи держались в тайне, даже от своих: доклады постам наблюдения и патрулям следовали только при прохождении точек их расположения. Теперь эти меры безопасности работали против нас же. Хуже всего было то, что не было никаких известий и о сопровождавшем «Цветок Тиона» крейсере — а ведь корабль типа «Левиафан» отнюдь не иголка! — Его просто так не уничтожишь. Если только они не попали в заранее расставленную ловушку — но, кто мог знать маршрут их полета? Так мучительно раздумывая, добрался с Раксус Прайм на орбиту, где меня ждал мой дредноут. Едва я очутился на борту, то отдал приказ: следовать на Тион — меня ждал Регентский Совет, и разбирательство с непростой ситуацией, которая сейчас сложилась в Королевстве Тион и на территориях Союзного Тиона. Однако, пока навигаторы Далла Борджина еще считали оптимальные векторы короткого прыжка до соседней системы, на меня накатило Видение. Это было хуже, чем когда я почувствовал гибель своего приемного отца! Боль потери, она была не физической… но от этого мне лучше ничуть не было. На какой-то миг я, похоже, даже потерял сознание, выпав из реальности, оставшись, правда, стоять на ногах — так быстро все это произошло. Миг длиною… в целую жизнь — которой больше уже не будет! Привели меня в чувство только расширенные, полные страха глаза Зурека Веаси, с которым я, в это время, обсуждал возможные маршруты моих дальнейших полетов — после Тиона. — Интересно, что такого неглупый, обладающий богатым жизненным опытом, прошедший огни и воды потомок истинных ситхов мог увидеть такого на моем лице, что напугало его до полусмерти? Или, может, ему тоже было какое то видение от Силы, пришедшее одновременно с моим…

Надо держаться, надо держаться, надо держаться! — убеждал я сам себя. Я ведь мог не понять того, что донесла до меня Сила… не до конца! — еще есть надежда… ну, хотя бы тень надежды. Впрочем, кого и в чем я хотел уверить? — Сила не ошибается никогда: я даже представлял — где, в каком именно месте бескрайнего пространства галактики погибла Леония. В голове всплыли строки, пришедшие ко мне когда-то издалека, и невольно вызвавшие сейчас отклик в душе.

Вдовец печальный, безутешный, принц Аквитанский я…

Разрушенная башня предо мною.

С ней рухнула надежда — звезда моя мертва;

И лалами украшенная лютня рождает звуки.

То гимн немому солнцу — Меланхолией зовут его.

Оно — черно!..

Запекся королевы поцелуй на лбу моем;

В том гроте, обитель где сирены сладкогласной,

Я вижу сны…

Ликующий, я дважды Ахерон одолевал…[4]

Увы, через Ахерон мне не перебраться — если только с дорогой в один конец. Но, пока еще рано: я еще должен достать ту сволочь, которая виновна в смерти моей жены — да и Леония бы не одобрила. И… Гарольд и Тессия! — что с ними? Так, нужно срочно взять себя в руки и действовать. Достав из ячейки на поясе комлинк, вызываю Далла Борджина.

— Далл, цель полета срочно меняется! Пожалуйста, выйди на связь с Дорианом Д'Арсан-Эриином и извинись, от моего имени, за задержку. Пусть навигаторы считают самый быстрый маршрут до Таниума. Мы с Зуреком сейчас поднимемся на мостик.

Я киваю в сторону чародея, который, вроде бы пришел в себя. Далл задает всего один вопрос.

— Что-то о твоей семье?

— Да, я почувствовал, что Леония умерла. Место… примерное место ты знаешь, я его назвал.

— Дориану не говорить?

— Нет, скажи. И, пусть там будут начеку: не думаю, что нападение на мою семью было случайным делом! Столица, самое вероятное место, где может «полыхнуть». Если что, пусть действует от моего имени — и максимально жестко. Увеличения хаоса и бардака нам сейчас совершенно не нужно. Да, еще — сообщи Тофену и всем прочим старшим командирам армии и флота: вполне возможно, что заговорщики попробуют начать активные действия не только в одном месте. Так же, предупреди службы Безопасности и Разведки. Впрочем, ты уже и так прекрасно знаешь, как нужно действовать в подобной ситуации.

Далл молча кивнул мне в ответ, и связь прервалась. Я позвал Зурека Веаси, и мы двинулись с ним в сторону турболифтов — мостик дредноута был двумя уровнями выше от нас.

* * *

Напрямую от Раксуса до Таниума пути не было — мешала Спираль Индрексу. Сперва был прыжок до Эстарии, где я сам уже вышел на связь с Тофеном Вейном: и получить свежие новости от всех разведслужб, которые стекались к нему как к командующему вооруженными силами Конфедерации в нашем квадранте Внешнего Кольца — и чтобы отдать еще кое-какие распоряжения. Тофен сообщил, что в Мирах Таниума снова появились республиканские эскадры: патрули засекли перемещение нескольких десятков военных кораблей, принадлежавших флоту Республики. В основном, «Венаторы» и «Аккламаторы» с эскортом из легких сил. Интересно, они опять на Фелуцию решили набег устроить — медом там респам что ли намазано? — Для атаки той же Лианны таких сил будет маловато, а для какого-нибудь Галидраана или Таркоса они попросту избыточны. А Фелуция все же главный мир Коммерческой Гильдии — и, при этом, Шу Май никогда не держала там особо больших сил. Но, почему сейчас? — Сатин Крайз совсем недавно выходила со мной на связь: мои мирные предложения, сделанные мной от имени КНС, она до республиканского Сената уже довела — и, по ее словам, они были приняты. Что, респы все же решили не идти на мировую? — это сейчас было бы совсем хреново! Да нет, проще предположить, что эта набеговая операция была задумана, и началась еще до того, как случилась вся эта заварушка: смерть дяди, гибель Сидиуса, разборка на самом Корусанте. И теперь респы просто мотаются в космическом пространстве: приказ на отмену атаки им дали, а операцию еще не отменили. — Что же, может оно так и есть — просто будем иметь в виду наличие сил ВАР у нас под боком. Кстати, на присутствие респов Тофен уже оперативно среагировал: от Кар Шиан к Мирам Таниума была отправлена Двадцать Третья эскадра Соединенного Флота Тиона — так теперь, по новому именовались мои космические силы. Командовал ею Горги Вар-Висев, произведенный в адмиралы после недавних успешных действий против флота Республики у Дромунд-Кааса. Это хорошо, в случае чего, лишняя огневая мощь мне совсем не помешает.

От Эстарии мы прыгнули прямиком к Барсегу: удобный, прекрасно изученный и хорошо проверенный Перлемианский Путь это позволял. И уже оттуда, вынырнув в обычное пространство только для того, чтобы скорректировать навигационные расчеты, совершили следующий гиперпрыжок — непосредственно в систему Таниума, куда должна будет прибыть и Двадцать Третья эскадра…

Двадцать Третья эскадра нас там и ждала — в компании с примерно равной ей по численности группой республиканских военных кораблей! Надо сказать, что контр-адмирал Вар-Висев, памятуя про то, что нами предложено Республике перемирие, не стал первым атаковать корабли республиканцев. Респы, в свою очередь, видимо тоже не рвались в бой. Сканирование системы Таниума показало, что в гуще строя республиканских кораблей находится что-то, что можно было принять за обломки корвета типа CR-90, которые системы опознавания «Черного Скимитара» идентифицировали, как принадлежащие «Цветку Тиона». И как это изволите понимать? — у меня было много вопросов к тому, кто командовал сейчас силами респов у Таниума! Вызовы от Двадцать Третей эскадры, и с республиканского флагмана пришли практически одновременно. Я сперва решил выслушать Горги Вар-Висева.

— Сэр! В связи с приказом не открывать первыми огонь, мной принято решение не проводить каких-либо агрессивных действий по отношению к эскадре Республики. Мне, перед вашим прибытием, был сделан с их флагмана запрос: готов ли я принять челнок со спасенными пассажирами с какого-то нашего корабля — что мне им ответить, сэр?

Сердце невольно пропустило удар, когда я услышал эти слова адмирала — неужели есть что-то определенное о судьбе моих близких? Поблагодарив Горги, я ответил, что сам разберусь с этим вопросом. И приказал связистам соединить меня с республиканским флагманом. Красивую, невероятно грациозную и обворожительную синекожую тви'леку я узнал с первого взгляда.

— Приветствую уважаемую Айлу Секуру. Заранее хочу предупредить: мы здесь совсем не для того, чтобы вас атаковать — вам не надо ничего опасаться! Но, нас интересует корабль, обломки которого находятся сейчас среди кораблей вашей эскадры. Могу я узнать, о каких спасенных людях идет речь, и если вас это не затруднит, не могли бы вы подробнее рассказать мне об обстоятельствах спасательной операции, в результате которой они к вам попали?

— Мы подобрали спасательную капсулу, в которой находились двое малолетних детей, которых сопровождали и охраняли два дроида-слуги. Могу я узнать, с кем разговариваю?

— Райден Дуку, генерал Секура.

Странно, у джедайки что-то дрогнуло на лице — она что, не узнала меня? Понятно, что я не самая распиаренная личность в галактике, но и совсем не безвестная: у джедаев вон, в их розыскных листах, числюсь — как враг народа и Сената Республики. А у джедаев очень хорошая память, как впрочем, и у любых форсъюзеров. Между тем, генерал Секура кивнула кому то, находившемуся сбоку от себя, а потом продолжила разговор.

— Если вы не против, могу доставить детей и дроидов к вам на борт лично. Вместе с теми материалами, что нам удалось собрать, исследуя обломки корвета, и с записями нашей корабельной аппаратуры слежения. Но, предупреждаю — качество записей не лучшее: мы были слишком далеко от места боя, точнее — расстрела этого корвета неопознанным крейсером типа «Левиафан».

— Буду вам очень благодарен, госпожа генерал! Со своей стороны, гарантирую вам полную безопасность на борту моего корабля. Да, еще, у меня здесь двое падаванов — буду рад вернуть их представителю Ордена целыми и невредимыми.

— Хорошо, тогда ждите мой челнок через… полчаса.

Полчаса, которые прошли с момента окончания сеанса связи, тянулись для меня как вечность. Я даже сам в ангар спустился — встречать генерала Секуру. Таллисибет и Маарек, которых привела Мона Ланкарр, были здесь же. Настроение у обоих ребят было совершенно разным: если Таллисибет явно была рада оказаться скоро среди своих, то Маарек что-то выглядел не очень довольным. Наконец, челнок типа «Мю» вплыл в створ ангарных ворот. Погасив скорость и сложив крылья, кораблик аккуратно коснулся выпущенными опорами пола ангара — высший шик пилотажа! Какие глупые мысли лезут в голову… и через Силу, почему-то, совсем ничего не чувствуется. Откинулась носовая аппарель челнока. Первой на палубу спустилась джедайка, за которой следовали… мои дроиды! Собеседник тянул за собой маленькую репульсорную платформу с колыбелькой, а Молчун нес любопытно вертящего во все стороны головой Гарольда прямо на руках. Последним из челнока вышел обычный клон — в броне и при оружии, но со снятым шлемом. Да нет, ни хрена он никакой не обычный — судя по истершейся цветной маркировке, и кое-каких дополнительных элементах снаряжения — это целый клон-маршал! Наверное, не ошибусь, если предположу, что это Блай собственной персоной. — Черт, а ему то, что тут у меня нужно? Ладно, посмотрим! — а пока, надо поприветствовать гостей…

Я вам уже говорил, что дроиды типа F-III отличаются умом и сообразительностью? Ну, если говорил раньше, то повторю это еще раз: в разговоре, Айла Секура призналась, что Собеседник ее таки уболтал — убедил, что они случайно сумели сбежать с атакованного неизвестными врагами сепаратистского корабля. Уговорил поискать возможных других уцелевших, кто мог выжить в этом бою. Словом, смог получить помощь со стороны опытной, не слишком доверчивой джедайки, обладавшей богатым военным и житейским опытом. Тут надо сказать, что респы и так были сильно заинтригованы развернувшейся на их глазах схваткой. И вот то, что явно сепаратистский «Левиафан», судя по эмблемам на его борту, прямо у них на глазах обстрелял, а потом взял на абордаж корвет, которые нес такие же опознавательные знаки, им показалось очень странным. Пассажиры подобранной спасательной капсулы, подавшей сигнал бедствия — когда она достаточно сблизилась с республиканской эскадрой, еще добавили таинственности: то, что дроиды, и младенцы, которых они оберегали, принадлежат какой-то непростой семье, было понятно сразу. Собеседник заявил, что мальчик и девочка, о которых они заботятся — дети некой знатной семьи с Дуинарбулона. Родственники королевской семьи Крона. В общем, старался создать впечатление, что нападение — возможная разборка между тионскими Великими Домами. И просил у генерала Секуры, которая была старшим командиром среди республиканцев и к которой их доставили, защиты и помощи. Заодно, просил сообщить о них королю Крона — поскольку он родня детям, и может их защитить. Понятно, что немедленно проверить слова дроида-слуги у республиканцев не было никакой возможности — его слова можно было лишь принять на веру. Или не принять — что на войне случается гораздо, гораздо чаще! — особенно, если говорит тот, кто принадлежит к другой стороне конфликта.

Джедай это не только Светлая Сторона Силы — это еще и образ жизни: несмотря на то, что подчиненные уговаривали Айлу как можно быстрее покинуть систему Таниума, где вот-вот могли появиться патрульные корабли Сепаратистов, генерал Секура приказала оставаться на месте. Для члена Ордена отказать в просьбе о помощи, обращенной к нему, — это надо иметь очень вескую причину! Попытаться найти тех, кто мог выжить и помочь им, если есть возможность, для рыцаря Айлы Секуры было важнее обеспечения скрытности. Увы, к сожалению, ничего кроме обломков и мертвых тел в расстрелянных с «Левиафана» спасательных капсулах, республиканские военные не нашли. В обломках корвета — тоже: с «Цветка Тиона» нападавшие, похоже, забрали не только живых, но и тела мертвых. — Во всяком случае, ничего кроме разрушения, следов боя и гари на искореженных внутренних переборках, респы на корабле не нашли. А когда генерал Секура обдумывала: как бы ей можно было переправить спасенных детишек, и их сопровождающих на Чандаар — в системе Таниума появилась Двадцать Третья эскадра.

По счастью, адмирал Вар-Висев, следуя инструкциям, тут же связался с республиканской эскадрой и подтвердил, что намерен соблюдать объявленное нами, пока в одностороннем порядке, перемирие. Заодно уточнил: не получали ли респы никаких сигналов бедствия — и не наблюдали ли они, по пути, чего-нибудь подозрительного? Ну, Секура сразу же сообщила, что да — наблюдали прямо здесь финал схватки корвета типа CR-90 с крейсером типа «Левиафан». — И, даже смогли подобрать кое-кого из спасшихся. Задала и встречный вопрос: сможет ли адмирал принять на борт этих спасенных, и доставить их туда, куда они укажут — поскольку сделать это самой генералу Секуре, или ее подчиненным, по понятным причинам будет несколько затруднительно…

Ну а дальше, на сцене появился «Черный Скимитар» со своими кораблями сопровождения. К сожалению, поговорить достаточно долго и более-менее откровенно в ангаре, на виду у множества глаз, не представлялось возможным. Думаю, Айлу Секуру за ее благородный поступок по головке не погладят: война она не располагает к сантиментам — а спасенные дети были бы слишком удобным способом давить на их родственников! — Это даже если точно не знать, из какой именно они семьи. Ну а после того, как я признал и дроидов, и малышей: успокоив начавшего было проситься ко мне Гарольда, и взглянут на спящую дочь — чьими именно являются спасенные дети, респам станет абсолютно ясно. В общем, пара выглядевший совершенно обалдевшими, от всего происходящего, падаванов — самая малость, что я мог для генерала Секуры сделать: это будет для нее хоть каким-то оправданием. К жизни и безопасности своих членов, особенно молодых, Орден все же относился трепетно. Правда, во взгляде Айлы, что я поймал, совершенно не чувствовалось никакого раскаяния от совершенного поступка — скорее, наоборот, удовлетворение! Ну, что сказать — джедаи, это диагноз! Увы, не мог даже поцеловать руки этой прекрасной женщине: боюсь, меня бы совсем не так поняли. Единственное, что я еще смог — пообещал ей постараться освободить всех узников из нашей специальной тюрьмы у Лола Сайю. Там, в основном, у нас сидели или пленные джедаи, или высокопоставленные республиканские офицеры и чиновники, тоже попавшие к нам в плен. Это самое меньшее, что я могу сделать для прекрасной джедайки! Ну и, что уж греха таить: это будет прекрасным пиар ходом для начала будущих переговоров с Республикой и Орденом.

Попрощавшись, и проводив гостей, направился вместе со своей небольшой свитой к апартаментам, которые я занимал на «Черном Скимитаре». Меня заинтересовал один вопрос: и Зурек, и вот теперь Айла Секура на меня как то странно смотрели — как будто не узнали. Дождаться комментариев от охранников он'гат'акэ, или тем более дроидов, было бессмысленно — а вот у Моны спросить можно. — Что я, собственно, и сделал. Мы как раз достигли уже моего жилища — чародейка осторожно коснулась моей руки, и поманила по направлению к одной из зеркальных панелей, которая была встроена в переборку «прихожей». Подойдя, я глянул в зеркало: на меня оттуда смотрел незнакомец — бледное, осунувшееся лицо, красные от недосыпа и перенапряжения глаза — и поседевшие пряди растрепанных волос…

* * *

Ну что, как говориться: «Пацан сказал — пацан сделал»! — Хотя, освободить из тюрьмы на Лола Сайю пару сотен тамошних сидельцев особого труда не составило — тамошняя охранная эскадра беспрекословно выполнила приказ Тофена Вейна, а тюремная охрана, в новых условиях, не посмела мне возражать. Полтора десятка бывших зеков были джедаями, попавшими к нам в плен за время войны: изможденные и измученные, но не сломленные — хотя, режим в тюряге был не сахар, особенно для одаренных. Из всех заключенных, я ранее знал только одно имя — Антиннис Тремейн. — Имена остальных мне совершенно ничего не сказали. Конечно, на каждого имелось небольшое досье — но изучать их, для меня, теперь не было совершенно никакого интереса. Выделив освобожденным надежный транспорт, и обеспечив безопасный перелет до ближайшего опорного пункта респов, на Роше, я мог считать свой долг перед Айлой выполненным. Черт возьми, если бы и все остальные вылезшие на поверхность проблемы можно было бы решить так же просто и быстро!

Для начала, то, чего я больше всего в душе опасался: открытый мятеж сторонников Республики в Тионском кластере — все же произошел. Нам повезло только в одном: заговоров было аж три штуки, и никто из заговорщиков не позаботился о том, чтобы согласовать свои действия — тогда все могло обернуться намного хуже. Дом Исалар, или Тион-Исалар - как они себя высокопарно именовали, поднял мятежи на Ливиене, Канавере, Анк Ки'Шоне, Раксусе, Аргуне и Клариве. Дом Вар-Адеан — на Кадинте, Барсеге, Корлаксе, Джаминере и Дравионе. А Дом Нусватта попросту попытался захватить Лианну — собрав туда все доступные им силы, в том числе и наемников. Быстрее всего был разгромлен мятеж Дома Исалар: слишком близко к его основным очагам находились верные мне силы армии и флота, да и Регентский Совет Тиона не дремал. — Фактически, Дориан Д'Арсан-Эриин, Алгор Мелассин и генерал Булат уложились меньше чем в неделю, прихлопнув мятежников как назойливое насекомое — дальше Дориану оставалось только трясти верхушку Исаларов, захваченную чуть ли не полностью: с целью докопаться до корней мятежа, и выявить их связи. Дольше всех пришлось разбираться с мятежом Вар-Адеанов. Но, исключительно потому, что в самой глубине Тионского кластера попросту было недостаточно сил, чтобы быстро подавить сопротивление — а подмоге пришлось туда добираться достаточно долго: на все про все ушло две недели. В результате, многим главарям мятежа, да и их подручным тоже, удалось скрыться от возмездия. Единственным светлым пятном в этой истории было то, что Джоделу Горани, по наводке ребят из армейской Службы Безопасности, удалось поймать на Корлаксе Малорума! — Вот это действительно была удача. Я даже тогда не предполагал — какая именно, хотя и подозревал, что негодяю должно быть известно очень и очень много полезного.

Опаснее всего дело обернулось с попыткой Дома Нусватта овладеть Лианной, с ее стратегическим положением в пространстве, и с огромными верфями и военными заводами. Дом располагал не такими уж и большими собственными силами — но их оказалось вполне достаточно, чтобы на пару часов парализовать действия Сил Безопасности Санте. В это время в системе Лианны вышла из гиперпрыжка большая эскадра вражеских кораблей: наемники из Пространства Хаттов и корабли с Андоанских Колоний — несколько сотен вымпелов! К сожалению, леди Вальес Санте всегда неодобрительно относилась к присутствию в ее вотчине чужих военных кораблей, поэтому, когда эскадры, которые направили к Лианне Джейм Эззер и Ассегай, достигли ее звездной системы — враг уже успел захватить значительную часть орбитальной инфраструктуры. — Кое-где наемники Дома Нусватта даже успели высадиться на саму поверхность планеты — куда враг не ступал практически с самого начала войны! Хуже того, когда этих наемников опознали, то оказалось, что это были атлонцы — двести тысяч отборных, прекрасно вооруженных и обученных убивать головорезов. Самое фиговое, что подручные Дома Нусватта организовали вещание с какой-то мобильной передающей станции, через ГолоНет. Смысл их пропаганды сводился к тому, что де верные сыны Тиона, преданные Республике, сбросили, наконец, иго преступной Конфедерации… и тому подобную чепуху. — А потом обратились к Сенату Республики с просьбой о помощи. Уже через несколько часов их передачи были задавлены нашими системами РЭБ, а передающий центр выявлен и уничтожен — но, слово, как известно, не гизка: вылетело, уже не поймать!

В общем, понервничать пришлось изрядно: предложения о мире они предложения и есть — а тут предлагают ключевую систему на блюдечке с голубой каемочкой. — А от ближайшей республиканской флотской группировки, стерегущей сейчас Рош, до Лианны, по удобному и быстрому гиперлейну, долететь — раз плюнуть. Хорошо еще, что пока я гостил у джедаев в плену, их силы были выбиты из системы Бал'демника и с Туле: постарались Тренч и Тофен Вейн — а то угроза могла бы быть еще сильнее. Впрочем, оно и без того все было предельно хреново: наемники наемниками, а атлонцы всегда работали прежде всего на Республику — я уже не говорю про корабли с Андоанских Колоний. — Тамошние аквалиши были вернейшими клевретами респов, и злейшими врагами своих собратьев с Андо, которых я относил к числу своих союзников. К счастью, похоже, для самого республиканского командования, и для властей на Корусанте, данный мятеж был полной неожиданностью: республиканский Сенат, с обычной его неторопливостью, прообсуждал обращение мятежников о помощи и признании до тех пор, пока мои войска их не задавили — кроваво и безжалостно. Разрушения и повреждения от боев были такими, что мастер Сеи Вукто теперь вспоминался мне очень осторожным и аккуратным воякой! К их чести, атлонцы в плен не сдались, и предпочли драться до конца, насмерть. Так же, как и аквалиши-республиканцы. А вот наемники из Пространства Хаттов и прихлебатели Дома Нусватта оказались не столь крепкими — когда я прибыл в систему Лианны сам, после Таниума, те из них, кто уцелели к тому времени, уже сдались. Кстати, в добивании атлонцев я даже поучаствовал лично: очень уж хотелось выпустить на ком-нибудь пар! — До этого, остатки флота мятежников и их наемников, что не успели сдаться сразу, Далл Борджин вынес всего несколькими залпами главного калибра «Черного Скимитара» — и мне в этом деле никакой работы не досталось. Увы, с окончанием боев ничего не кончилось: как очень скоро выяснилось — все еще только начинается!

Не то чтобы события в Тионском кластере радикально повлияли на текущие политические расклады в галактике, но, несомненно, свою лепту в это дело они внесли. И без того неустойчивая обстановка обострилась еще больше: если ранее мне еще как то удавалось поддерживать баланс и взаимодействие среди членов КНС, то теперь осуществлять все это стало почти невозможно. — Если не можешь поддержать порядок в собственном доме, то кто же тебе поверит? С Раксуса началось тихое постепенное бегство представителей планет и целых регионов, из Сената Конфедерации — из числа тех, кто не покинул столицу КНС еще раньше. Более-менее твердо держались на местах только депутаты от тионских планет, или от тех миров, что находились поблизости от Тионского кластера. — А еще — представители миров, входивших с Коммерческую Гильдию, Техно Союз и Корпоративный альянс. Но, эти корпорации имели часть своих владений рядом с Тионом — им тоже порядок в регионе был жизненно необходим! — отсюда и стремление сохранить за собой связи на Раксусе. У представителей миров дальних регионов галактики, или тех, кто входили в число клиентов Торговой федерации, или Банковского Клана, такого стимула не было. Распада наверняка можно было бы избежать, находись на Раксус Прайм сам Совет Сепаратистов — хотя бы даже в неполном составе: решительное поведение исполнительной власти всегда благоприятно влияет на порядок в любом государстве. Пусть даже это государство было у нас таким своеобразным, как Конфедерация Независимых Систем. Не раз я поминал теперь незлым тихим словом Нута Ганрея: скольких бы проблем нам удалось избежать, не будь этой трусливой «эвакуации», при атаке респов на Тионский кластер! Может быть, имей я больше свободного времени, то сумел бы убедить многих представителей с Сенате остаться на месте. Но, приходилось отрывать внимание еще и на другие дела, совершенно не терпевшие отлагательств. И, мои собственные мятежники были не единственной такой проблемой.

Как я упоминал ранее, КНС в значительной степени держалась на авторитете дяди: Граф умел разруливать внутренние проблемы, не доводя дело до силовых конфликтов между союзниками. — Теперь, когда дяди не стало, моим дипломатам и недавно назначенным чиновникам Конфедерации стало чертовски трудно проделывать подобные вещи. Сам же я, к сожалению, не мог разорваться и успеть везде: получалась пресловутая ситуация с кафтаном некоего Тришки! — И нити, что ранее связывали движение Сепаратистов в единое целое, слабели и рвались — чем дальше, тем больше. Пока еще я с трудом сохранял относительный контроль в «Северо-Восточном» квадранте Внешнего Кольца: над пространствами от Мандалора до Централии, и от границ Пространства Хаттов до границ Корпоративного Сектора. К сожалению, чтобы отбить Бал'демник, нашим войскам пришлось оставить стратегически важную систему Кашиика. Точно так же, как для ликвидации вторжения респов на Туле, Тофену Вейну пришлось снять войска с «Севера»: теперь дальше там, за границами сектора Д'Астан, мое влияние практически не ощущалось. Чертова нехватка сил! — даже с теми эскадрами, и армейскими подразделениями КНС, что ранее подчинялись напрямую Совету Сепаратистов — и которые сумел переподчинить себе Тофен Вейн. Отдай под наше с ним командование часть своих войск и флота другие «сильные» игроки из наших мест — можно было бы удержать позиции и у Кашиика, и в Канце. А это, помимо всего прочего, еще и обеспечило бы связь с другими «северными» частями территорий КНС, вроде владений муунов и их союзников, — и с территориями аквалишей и паквепури. Если на «Севере» респы пока особой активности не проявляли — даже военные действия на Майгито практически прекратились! — То вот в Ломте все произошло с точностью наоборот: ВАР активно занимала более-менее важные транспортные коридоры, и отдельные системы в промежутке от Ботавуи до Ланника. Конечно, от той же Андо можно было до нас добраться и через Пространство Хаттов — благо, за умеренную мзду слизняки спокойно закрывали глаза на пролет чужих боевых кораблей и военных транспортов, — но связность наших коммуникаций там резко ухудшилась. На то, что творилось за Кореллианским Путем, и дальше — к «Юго-Западным Пределам», я вообще повлиять никак не мог. Но, это уж пусть сейчас у Ганрея голова болит: в тех местах расположены в основном их территории, либо территории их клиентов. Да и флот под командованием Гривуса, как серьезную силу, никто со счетов не сбрасывал! Киборг, кстати, обещал там свою поддержку всем, кто был в этом хоть немного заинтересован: и неймодианцам, и Шу Май, и Пасселу Ардженте, и Уоту Тамбору — давайте мол, только, деньги и ресурсы…

Деньги и ресурсы, однако, были нужны всем — и каждый участник этой Большой Игры изыскивал их, где только мог. — И какими угодно способами — вплоть до грабежа соседей и пиратства. Хуже того, там, где такие «борцы за вашу и нашу свободу» не могли ограбить сторонников Республики — потому как тех защищала ВАР, или хорошо вооруженных и готовых дать сдачи «нейтралов», вроде тех же мандалорцев, — они начинали нападать на своих бывших союзников. — Из тех, более слабых, что раньше защищала сама Конфедерация. Мои войска, попутно с подавлением мятежей, занялись и наведением прядка на окрестных территориях — ставя на место, при необходимости, таких вот «экспроприаторов». Ну, заодно и бюджет неплохо удавалось пополнять: как за счет пожертвований от тех, кого мы брали под защиту, так и за счет трофеев. К сожалению, как я уже говорил ранее, войск катастрофически не хватало. — Точнее, войска были. — Но, несмотря на, вроде бы даже, затихшие боевые действия, снимать «лишние» соединения и части с фронта, для того, чтобы навести порядок в тылу, было совершенно невозможно. Давать такой соблазн Республике: решить проблему Сепаратистов одним ударом — было бы до крайности глупо! Вот и приходилось метаться туда и сюда, пытаясь решить возникающие проблемы по мере их даже не возникновения, а резкого обострения. Удавалось это… плохо — но, в общем, пока удавалось.

И вот, в подобных условиях, мои представители встретились так на Мандалоре с представителями Сената Республики и джедаями: попробовать согласовать предварительные условия, необходимые для начала мирных переговоров. Потом, туда же, подтянулись и представители других влиятельных сил КНС. Только, к сожалению, вместо конструктивной работы по поиску точек соприкосновения и сближению позиций, стороны начали выкатывать друг другу взаимные претензии, и выдвигать заведомо невыполнимые требования. У меня были надежды на посланцев Ордена, которые не оправдались: джедаи не только не способствовали сближению позиций сторон, для выработки условий начала нормального переговорного процесса — они еще и сами подбросили хвороста в костер, выдвинув еще и свои претензии. Не сказать, чтобы требования Корусанта были крайне жесткими — однако, они затрагивали очень принципиальные вопросы. В частности, вопросы наказания «мятежников и военных преступников», и вопросы выдачи на суд Ордена форсъюзеров, которые участвовали в боевых действиях на стороне КНС. Собственно, с такими требованиями, говорить о чем-то конструктивно, было практически невозможно: от нас, фактически, требовали безоговорочной капитуляции — только, не сказали нам этого напрямую. Впечатление было таким, что ребята были абсолютно уверены: нам просто некуда будет деваться — и, что они, в случае начала активных боевых действий, смогут потом снести всех участников Конфедерации разом, и без большого труда. Ну, ну… бог в помощь, как говориться! — при всем при этом, тогда я еще надежды на мирный исход не терял. Напрягало только одно: почему не выходит на связь со мной Энакин. — А еще, вызывало беспокойство отсутствие на публике гранд-мастера Ордена. На то, что Йода может сказать веское слово в пользу мирного процесса, я тоже возлагал очень большие надежды…

Предпринятые мной освобождение и отправка «домой» заключенных военной тюрьмы на Лола Сайю было, при таком раскладе, еще одной попыткой как то активизировать диалог с респами. Правда, похоже, что мой жест доброй воли на Корусанте восприняли не как проявление добрых чувств, а как признак слабости! — Вот этого, честно говоря, я совершенно не ожидал: уж Высший Совет Ордена должен был бы расценивать мой поступок более объективно. Или, доклад генерала Секуры о нашей встрече они не рассматривали совсем? Вообще, судя по донесениям агентов моих разведслужб, на республиканской стороне наблюдалось странное оживление: после краткого периода неопределенности и неразберихи, вызванной сменой власти и последовавшей за тем небольшой междуусобной войной. — Республиканская пропагандистская машина, ненадолго притормозившая с военной агитацией, снова начала набирать обороты: голоса с требованием «окончательного решения вопроса Сепаратистов» начинали звучать все громче и громче. Одновременно, Сенат Республики вотировал новый военный заем — и Банковский клан выдал им запрашиваемую сумму. Теоретически, этот заем был вроде как текущим, техническим: переговоры о его предоставлении с Банковским Кланом начало еще правительство Палпатина! — Однако, вместе с оживлением республиканской пропаганды, это навевало разные мысли, и неопределенность в данном вопросе не сулила ничего хорошего.

* * *

Вот среди этого пожара в борделе, произошедшего во время наводнения, мне сейчас и приходилось крутиться. Даже хуже чем с деньгами или материальными ресурсами, обстояло со свободной военной силой вообще, и новыми вооружениями в частности. Если мобилизовать дополнительное количество добровольцев, под лозунгом «Отечество в опасности», еще было можно, то вот найти: чем их вооружить и снарядить — с этим возникали большие проблемы! Тут одной общественной и политической поддержки мало. К сожалению, того, что строилось из военной техники у меня, для полного удовлетворения потребностей было мало: этим удавалось только компенсировать потери — и отчасти помочь союзникам, которых тоже не следовало бросать без поддержки. То же самое приходилось делать и Техно Союзу с Коммерческой Гильдией и Корпоративным Альянсом: они тоже укрепляли, в первую очередь, свои войска — и помогали собственным клиентам. Конечно, я мог бы отжать ту долю продукции, которая, по договорам внутри Конфедерации, предназначалась для Торговой Федерации, Банковского Клана — и кое-кого еще. Ни Нут Ганрей, ни Сэн Хилл ничего реально мне бы сделать не могли! — но, это означало бы конец КНС как единого целого: вот тогда точно бы все рассыпалось на куски. И обвинили бы во всем меня. Думаю, такого бы даже мои самые преданные союзники не поняли бы. Конечно, новые производственные комплексы у Тунда, Милиуса и Уарикана уже начали свою работу. Даже первые партии вооружений и военной техники оттуда поступили. Только все равно, этого мало — а до выхода промкомплексов на полную мощность, по графику, потребуется еще от двух до четырех месяцев. А дополнительное оружие, боевые дроиды и корабли мне нужны уже сейчас, немедленно — и с этим нужно что-то делать.

Нет, был, конечно, Гатариэкк: теоретически, способный производить более полутора тысяч «условных» боевых кораблей основных классов в год, при соответствующем количество малых летательных аппаратов, а так же — наземной техники и дроидов всех моделей. — И про него, сейчас, никто не знал — ни в высшем руководстве КНС, ни в Республике. Не считая Скайуокера, разумеется. Будь у меня в запасе лет десять, оно бы и хватило, в принципе — у меня сейчас, под непосредственным контролем, было не намного больше того, что там могли понастроить за десяток лет. Вот в том то и дело, что у меня даже полугода в запасе не было: как я все больше и больше убеждался, с Республикой на равных можно разговаривать только тогда, когда имеешь за спиной флот тысяч в пятьдесят вымпелов. Теоретически, на текущий момент, Конфедерация располагала, куда большими силами. Другое дело, что это превосходство было только на бумаге: некогда единый флот уже начали активно растаскивать по кускам. Фактически, Тофен Вейн этот процесс и начал, с моего благословения — повод был достойным, но последствия вышли не очень хорошими, в итоге. А договариваться нам надо, чем быстрее — тем лучше. — Вечно находиться в подвешенном состоянии вопрос войны и мира не может: война способна вспыхнуть вновь от любого пустяка — даже без прямого моего желания, или желания ребят с Корусанта, если на то пошло. И, чтобы эти самые господа с Корусанта не давили слишком сильно, и надо иметь за спиной достаточно мощные армию и флот. — Тогда Республика будет стараться договориться, а не пытаться качать права, вот как случилось на Мандалоре.

Да уж, бегают мысли по кругу, как зверек белка в колесе — и все без толку: это «колесо» как стояло на месте, так и стоит! Собственно, поэтому практически никакого выбора у меня не оставалось — только снова воспользоваться Репликатором. Даже, несмотря на то, что лезть снова в эту адскую машину мне категорически не хотелось: ох, неспроста меня джедаи смогли подловить именно после возни с этим агрегатом, неспроста! — А что еще остается делать? — мне не то, что полгода — сомневаюсь, что даже три более-менее спокойных месяца удастся пережить. Как я уже говорил выше, среди участников Конфедерации имелись те, кто был не прочь выкроить себе королевство побольше, из ее распадающегося организма. Окрестных любителей халявы я пока достаточно запугал, но надолго ли этого запугивания хватит, если его не подкреплять достаточной военной силой? Да и остальные союзники и партнеры по КНС ведут себя куда дружелюбнее, если покажешь у себя наличие лишней тысчонки-другой боевых кораблей. В общем, мне срочно нужны были во флоте несколько дополнительных оперативных соединений: два, а еще лучше — четыре! — Жизнь сразу стала бы гораздо проще.

Надо сказать, что мои соратники все это тоже отлично понимали. Кстати, с Тофеном, Даллом и Пурпурным с Булатом я про свою поделку информацией поделился: теперь я даже на неделю не смогу улететь куда то «просто так» — хоть кто-то должен был быть в курсе, где меня искать, если что! Всем четверым Репликатор не понравился, от слова «совсем» — даже едва-едва чувствующие Силу р'гат'а'кай'и чувствовали себя в этом месте… неудобно. Полноценные форсъюзеры, Далл и Тофен ощущали «неправильность» этого места еще сильнее и четче. Причем, без разницы: и у более склонного к работе с Темной Стороной Силы Борджина, и у гораздо более «светлого» Вейна. И, тем не менее, узнав, что именно может делать созданный мной по древним лекалам артефакт, все четверо согласились с его полезностью — хотя бы на текущий момент. В результате подавления мятежей, и зачисток наших территорий от разного рода бандитов и ловцов рыбы в мутной воде, у нас образовались набитые даже не десятками, а сотнями тысяч заключенных концентрационные лагеря. Отпускать эту публику на волю… ну, после фильтрации и выяснения кого то и можно будет отпустить. — А вот по остальным даже не тюрьма, а петля плакала горькими слезами: в лагеря «простых» пленников обычно не отправляли. К тому же, судя по докладам, несколько тысяч этого сброда там уже откинуло коньки, от недостатка медицинского обслуживания и прочих бытовых проблем — кроме людей, там сидела еще и масса алиенов из самых разных рас. — А условия содержания для всех были общими. Ну и внутренних разборок среди этих зэков было предостаточно. Как результат: напрасный расход ценного биоматериала. В общем, поморщившись и повздыхав, с решением использовать эту «биомассу» как топливо для Репликатора согласились все. Особенно, когда увидели своими глазами фрегаты, которые я сделал в прошлый раз с помощью атрефакта.

Теперь надо было думать: как заставить работать эту адскую машину, когда меня здесь не будет? — А вырываться в систему безымянной звезды я теперь смогу только урывками: политическая ситуация бросать дела на самотек не позволит! В принципе, Тофену и Даллу я доверял — но как раз они-то были мне нужны в «большом мире», для работы по своим военным специальностям. Посадить в Камеру Управления кого-то из он'гат'акэ, достаточно обученных работе с Силой? — Вот сомневался я, что кто-то слабый вообще потянет работу с моим ручным чудовищем: то, что Сущность, которая поселилась в Контроллере, не так уж проста, я понимал в полной мере. Был и еще один вопрос: проблема с лояльностью у той «продукции», которую выдаст Репликатор? — Я имею в виду, с той, у которой будут собственные «мозги». У того «железа» что артефакт сделал под моим руководством, мои приказы имели приоритетное значение — а вот с тем, что Репликатор сделает под присмотром даже самого лояльного постороннего, — я не был уверен. Конечно, можно было провести несколько опытов, и практически выяснить все нюансы — да и, поточнее определить оптимальные режимы работы самого Репликатора не мешало бы: от прошлого раза у меня остались некоторые вопросы. Но, это «техника», а не «политика», в отличие от проблемы с операторами. — Впрочем, кое-какие идеи, на данный счет, у меня были. Пока вопрос с переговорами подвис, а ситуация в самом Тионском Кластере несколько устаканилась, можно было заняться этим делом. Особенно, когда во внутренней политике КНС тоже наступило некое затишье: надо бы, конечно, слетать на Мустафар самому… или, нет — Ганрей и Гривус меня точно слушать не станут. — А остальные, из тех, что там еще сидят, практически ничего не решают: был бы на месте Сэн Хилл, еще бы можно было что-то попытаться в Совете протолкнуть, дельное. Но, муун пару дней назад покинул Мустафар — как предполагалось, отбыл куда-то в сторону Майгито. А Шу Май еще раньше улетела на Фелуцию — сразу, как только узнала, что у меня в Тионе начался бардак. Короче, на Мустафар сейчас лететь просто бесполезно — а «поговорить за жизнь», если что, я могу и через ГолоНет. В общем, некое «окно» у меня пока что есть — почему бы им не воспользоваться? Тем более, что сидеть на месте и просто ждать было совершенно невыносимо: сразу накатывали мысли о жене…

Маленьких Гарольда и Тессию я отправил к дедушке и бабушке: и мне спокойнее, и им утешение — тем более, что Чандаар охранялся хорошо. Расследование обстоятельств их похищения шло своим ходом, так же, как и расследование произошедших мятежей. Некоторые интересные результаты уже были получены. А вот эту сволочь, Малорума, тогда еще не поймали: возможно, будь у меня возможность «поговорить» с ним до своего отлета к Репликатору — все могло бы пойти иначе. А так, все пошло, как пошло!

Пока я экспериментировал с режимами работы артефакта, мой дроид-пилот на «Панворрке-116» свозил к Репликатору, по очереди, всех осведомленных теперь о его существовании — для того, чтобы посмотреть своими глазами. Как я говорил выше, несмотря на то, что агрегат не понравился — каждому из визитеров по своим причинам, — все сошлись во мнении, что работать с ним надо: больше нам «лишних» кораблей, дроидов и боевой техники взять сейчас было совершенно неоткуда. В общем-то, в процессе дальнейших опытов вполне себе подтвердился прежний результат: делать сразу боевой корабль заодно с экипажем, вооружением и прочим, было примерно в полтора-два раза более «энергозатратно», чем, если бы Эффекторы собирали их из ранее заготовленных стандартных деталей и секций. При масштабировании этот эффект даже возрастал, с ростом размеров конечной продукции! А еще, я сумел-таки обойти вопрос: «кто будет сторожить сторожей» — создав, с помощью самого же Репликатора, нет, не клона… скорее «дубля» самого себя. Помнил я содержание одной интересной книги, которое досталось мне вместе с кучей самых разных чужих воспоминаний, когда-то. Называлась она странно: «Понедельник начинается в субботу» — притом, что в тамошней неделе между этими днями был еще один день… впрочем, как раз это не важно. — А вот то, как тамошние герои — «маги» делали точные копии самих себя, пригодные для выполнения простейших работ, мне показалось очень интересной идеей! — Которую я с блеском и осуществил. Как там сказал тот генерал то? — «Дайте мне трех рекрутов, и я сделаю из них одного унтер-офицера»! Вот мне тоже троих недобитых на Лианне атлонцев оказалось достаточно, чтобы сделать точную копию себя самого — ну, почти точную: со свободой воли у нее было не ахти, да и соображалка была так себе. Зато мозги у него работали как компьютер! — а еще, этот мой болван был немного чувствителен к Силе: чуть-чуть, но для работы с Репликатором вполне достаточно. Но, одного «подсадного» мне показалось маловато, а может — просто паранойя разыгралась. Тут же, как говориться — не отходя от кассы, сделал еще пару таких же: работать посменно, вместе с первым. Так их, не мудрствуя лукаво, и обозвал: Первый, Второй и Третий — и ощущались они в Силе, как отштампованные на конвейере пластиковые игрушки, в отличие от тех же клонов! Однако, «пластик» там, или не «пластик», а в части технических знаний у них было все в порядке: матрица моих знаний и опыта легла на их мозги нормально. Так что, проинструктировав, на предмет контроля и подчинения, местного «кума» — дроида-тактика TX-77, я дал троице задание: к моему следующему прилету заготовить как можно больше деталей и узлов для техники. Благо, что сырья и полуфабрикатов было достаточно, а корабли с «живым топливом» для моей адской печки потянулись в систему, где находился Репликатор, караванами. Начало массового процесса сборки готовой продукции, когда запас деталей и узлов будет достаточен, я собирался проконтролировать лично. Еще раз убедившись, что все работает как нужно, я покинул систему безымянной звезды. Меня снова ждали галактические дела.

* * *

Ну что за подлость такая — даже на неделю дела бросить совершенно невозможно! Как всегда: при возвращении меня ждали две новости — одна вроде бы хорошая, а вторая — хуже некуда. О хорошей новости я уже мельком упоминал: при проведении силового задержания членов Дома Вар-Адеан на Корлаксе, вместе с ними был схвачен агент республиканского Убиктората, и по совместительству — ситхский аколит, Малорум. Собственно, схватили его почти случайно. Ребята из армейской Службы Безопасности просто расследовали обстоятельства уже подавленного мятежа, организованного в Союзном Тионе Благородным Домом Вар-Адеан. Для того, чтобы напасть на след спрятавшихся в тайном убежище недобитых мятежников, СБ привлекла служивших мне Чародеев и он'гат'акэ: обычные методы результата не дали, и руководители операции решили попробовать положиться на помощь Силы. Получилось более чем удачно — команда форсъюзеров, которую возглавил сам Джодел Горани, сумела не только выйти на след мятежников, но и выявила все их схроны. А уж извлечь из них сидельцев, было делом техники — в прямом смысле этого слова. Особенно Джодела обрадовало, когда среди пленников, притравленных газом, оказался особо разыскиваемый мной товарищ! Тут еще и сработал опыт ренатасийца: постоянно держа пленника под прессингом, тот давил его именно в плане выяснения — как и почему он связался с Вар-Адеанами. — Не показывая, что о его связи с Дартом Сидиусом нам тоже известно. Между тем, в этом деле всплыли дополнительные подробности. Оказалось, что именно Дом Вар-Адеан причастен к похищению моей семьи! — Именно они добыли коды Соединенного Флота Тиона, и сделали фальшивые опознавательные коды для зейгеррианского крейсера «Харш-Агор», который выдавали за тионский корабль «Белый Ранкор». Поскольку крейсера типа «Левиафан» поставлялись практически всем государствам, членам КНС, обман не раскрыли во время. Кстати, и роль капитана фальшивого «Белого Ранкора» тоже играл один из Вар-Адеанов — настоящий, действующий офицер флота: еще один способ обмануть охрану, которую я приставил к своей семье. Самое обидное, Малорума схватили как раз тогда, когда я отправился снова работать с Репликатором. — И, буквально за день до того, как со мной срочно попытался связаться — через герцогиню Сатин, — Оби-Ван Кеноби! Увы, герцогиня действовала по обычным каналам, а не по экстренной связи — глава Регентского Совета Тиона, Дориан Д'Арсан-Эриин ответил ей, что я занят важными делами, и смогу выйти на связь только через четыре дня…

Чертова насмешка Силы — мне не хватило дня, даже — каких-то нескольких часов! Не раздумывая, поменял бы эту тварь, Малорума, на жизнь Энакина: месть местью, но спасти знакомого, почти друга — это дело святое. Что там произошло? — Когда мне, потом, рассказал Кеноби, я чуть за голову не схватился: и как это джедаи вообще до такой хрени опустились!? Хотя, чему тут удивляться то? — после того, как их Высший Совет, почти в том же самом составе, выдал на неправый суд — и расправу! — бывшего падавана Скайуокера.

В общем, хреновая новость состояла в том, что Энакин Скайуокер погиб… глупо и нелепо. От всей этой истории попахивало такой подлостью и грязью, что я сначала в нее даже не поверил. Сам Оби-Ван, во время начала тех событий, находился на фронте: безуспешно пытался поймать Гривуса. Вызвали его на Корусант уже только тогда, когда над Скайуокером устроили судилище — причем судили, фактически, уже постфактум: после несчастного случая, как это в Совете представили Кеноби, Энакин потерял связь с Силой! Будучи неплохим следователем, и заручившись поддержкой других опытных джедаев, которым он доверял, Оби-Ван провел собственное расследование всех обстоятельств того, что произошло…

По всему выходило, что кто-то в Ордене, возможно — даже кто-то из членов одного из Советов, долгое время вел слежку за Скайуокером. Зачем и почему? — тут Кеноби концов так и не нашел: дело настолько шло в разрез с обычаями джедаев, что даже никакими моральными соображениями оно не оправдывалось. — Понятно, что те, кто слежку затеял, предпочли не афишировать свое личное участие в этом мероприятии, даже сейчас. Долгое время этим господам удача не улыбалась. А потом, кто-то из них прознал про перехват Энакином дядиного шлюпа «Панворкка-116», после схватки на Тайте. Записи регистраторов с истребителей сопровождения, которые был на месте схватки с вместе со Скайуокером, сохранились. То, что он бросил дрейфовать подбитый кораблик дяди, не попытавшись его захватить, удалось точно доказать, когда этот шлюп обследовали после схватки в брошенном комплексе «Ли-Мердж». То, что ранее было всего лишь косвенной уликой, превратилось в прямое обвинение: по всему выходило, что Энакин умышленно не взял в плен Графа. Все бы ничего: ну, поставили бы на вид герою войны милосердие к врагу — но, это ведь по джедайски! — Если бы не команда Харрода Мика'авина, которая в это же время сцапала вашего покорного слугу — естественно, вывернув при этом у меня карманы. К сожалению, на моем комлинке оказалась не стертой запись последнего разговора, который был у меня со Скайуокером. О чем Харрод немедленно доложил каким-то своим кураторам в Храме… и все завертелось!

Гранд-мастер Йода, судя по словам Кеноби, все еще находился под неусыпным надзором целителей — пострадал в схватке с Сидиусом. — И в работе Совета, естественно, совсем не участвовал: вместо него туда воткнули какого-то временно исполняющего обязанности. Магистр Винду, который сейчас занимал еще и должность временного главы исполнительной власти в Республике, до выборов Канцлера, на заседаниях Высшего Совета тоже не присутствовал — или присутствовал виртуально: слишком много дел одновременно не способен сделать даже форсъюзер, с его доступом к Силе! А ведь только они, да еще Кеноби, знали об истинной подоплеке раскрытия заговора Канцлера Палпатина. — Который, по совместительству, оказался еще и Лордом ситхов, по имени Дарт Сидиус. К тому же, еще и сам Энакин, в это время, покинул Высший Совет — целиком занявшись проблемами обороны Корусанта и флотскими делами. Благо, это его назначение, в отличие от спорного попадания в Совет, было честно оформлено специальным решением Сената Республики. В общем, как я понял, эти самые «новички» в Высшем Совете всю эту бодягу и начали. В тихую, не информируя даже Сенат, арестовали Скайуокера — вроде бы, «до выяснения». — То есть, когда меня доставят на Корусант: устроить нам очную ставку, и выяснить — кто будет врать, а кто скажет правду. Потому как, по словам обвинителей, Скайуокер вступил в сговор со мной — и, возможно, еще с кем-то в КНС. С целью устранить ситхов и захватить власть самим — не больше и не меньше! Обвинение дикое, но ему поверили настолько, что в Высшем Совете Ордена оно получило желанный вотум: проголосовавшие против Кеноби, Винду, Пло Кун и Тэйси Тийн с Китом Фисто, были вынуждены подчиниться воле большинства. — Гребаный «демократический централизм», мать его!

Черт знает, как бы оно там пошло дальше — но я ухитрился сбежать. И кто-то там, в Ордене решил, что Скайуокер может «выкрутиться», избегнуть «заслуженного» наказания…

Тут Кеноби огорошил меня еще одним хреновым известием: оказывается, сенатор Амидала потеряла детей. — Какой-то несчастный случай произошел с ней на родине, во время семейной прогулки — ее доставили в больницу, и тут начались роды. Случившееся даже попало на страницы местной «желтой прессы» — правда, журналюгам быстро заткнули рты: случай был, прямо говоря, весьма деликатный, и власти Набу не хотели огласки. Саму мать врачи спасли, а вот дети… что-то меня в словах джедая насторожило, но я, тогда, придавленный страшной информацией, не придал этому большого значения. В общем, едва оправившись от болезни, Амидала немедленно вернулась на Корусант — ее тоже, оказывается, беспокоило, что с Энакином нет никакой связи. Разумеется, в Храм ее даже не пустили, и со Скайуокером встретиться не позволили. Как я подозреваю, потому, что несчастье уже произошло, и задний ход дать было нельзя. Какая-то тупая идиотка, то есть — джедайка, у которой был зуб на Энакина, постаралась донести до него — сидевшего в это время вроде как под «домашним арестом», известия о случившемся. Не просто донести, а, судя по тому, что узнал Кеноби — еще и прокомментировать, в соответствующем ключе! В результате, Энакин просто схватил Форс Грипом эту тупую… тварь, и начал душить. А вот дальше, произошло то, что потом господа из Совета и квалифицировали как «несчастный случай»: двое Стражей Храма, которые стояли в это время на часах, у двери ведущей в комнаты, которые занимал Скайуокер, не придумали ничего лучше, чем нанести по нему удар Стеной Света. Прием достаточно эффективный и рассчитанный, прежде всего, на применение против адептов Темной Стороны: когда человек не использует Темную Сторону Силы, он вообще не работает! — Прием довольно подлый: фактически, даже «светлый» форсъюзер там или иначе, хоть чуть-чуть, но с Темной Стороной соприкасается — это жизнь, а сама Сила стороны не разбирает. В общем, эту Технику всегда применяли с очень большим разбором: слишком уж неприятные последствия этот способ мог дать на том, на ком его применяли. — Вон, хоть Улика Кель-Дрому можно вспомнить. Относительно Энакина… он ведь, в тот момент, как раз использовал прием Темной Стороны, к тому же — дав волю гневу! Последствия были соответствующие: когда Энакина, пребывающего в бессознательном состоянии, притащили к Целителям, то их вердикт был суров и безапелляционен — нарушена связь с Силой. — Вполне возможно, что Скайуокер теперь больше никогда не смог бы работать с Силой, вообще.

И вот, вместо того, чтобы разобраться: как та хабалка оказалась в месте заключения обвиняемого, и почему впустившая ее стража потом так резко «положила кирпич на газ» — Высший Совет, в очередной раз, просто решил «замести мусор под коврик». Проще говоря, раз уж теперь Скайуокер отрезан от Силы, и стал совершенно бесполезен для Ордена — то не проще ли чохом повесить на него всех собак? — И назначить чуть ли не главным виновником в том, что произошло — начиная от схватки с Палпатином в старой промзоне, и заканчивая тем, что у респов уже обтекаемо обозвали: «Мятеж клонов». Собственно, тогда-то Кеноби обратно на Корусант и дернули: постарался Мэйс Винду — до которого наконец-то дошло, что в Ордене творится что-то странное. Возвращение Кеноби делу совсем не помогло: новое голосование дало тот же самый расклад, что и старое — семеро против пяти. Скорее от отчаяния, чем надеясь как то переменить решение Совета, Оби-Ван предложил магистру Винду задействовать Сенат: поскольку Скайуокера, попутно, обвиняли вроде как в измене Республике, то можно было попробовать начать разбор его дела в сенатском суде — и апеллировать уже там. Именно поэтому Кеноби и хотел связаться со мной через герцогиню Мандалора: я мог стать самым важным свидетелем защиты! Увы, те, кто хотели не выметать сор из избы, и желали сохранить белые одежды джедаев незапятнанными, видимо решили по своему. — Когда Скайуокера, вызванного на первый допрос в специальную комиссию, созданную таки в Сенате с подачи Мэйса Винду, везли из Храма к зданию Сената, на НВШТ произошел внутренний взрыв — спасенных не было. Просто огненный шар, вспыхнувший в небе над Корусантом, и рассыпанные по окрестностям мелкие обломки…

Потом, на Совете, Кеноби поинтересовался — почему транспорт летел таким замысловатым маршрутом, а не напрямую, и почему якобы «опасного преступника» охранял, не пойми кто? — ответа он так и не получил. Зато в ответ ему самому начали задавать разные вопросы, связанные с охотой на ситхов. Расследование в Сенате стало набирать обороты: к нему, кто бы сомневался, подключилась Амидала — начали поднимать старые дела, причем даже дела тех, кого официально уже амнистировали! И тогда Совет, большинством голосов, решил-таки сделать заявление: о якобы имевшем месте заговоре, о вине Скайуокера и его гибели. — Но, вместо того, чтобы утихомирить страсти, эффект от этого заявления был прямо противоположным — в Республике, похоже, намечалась настоящая «охота на ведьм». После всего случившегося, Оби-Ван просто «хлопнул дверью»: отказался и от места в Высшем Совете — и даже ушел из Ордена! — Разговаривал я с ним, когда он уже находился на Мандалоре, вместе с Сатин Крайз.

* * *

Ситуация все больше напоминала не Тришкин кафтан, а расползающуюся на куски гнилую материю: тот вброс информации, про якобы «измену» Скайуокера и его связь с Сидиусом, Графом и мной самим — что наделал шуму в Республике, неожиданно громко отозвался и у нас тоже. Сначала, когда разведка донесла до меня реакцию республиканских обывателей на выплеснутые в СМИ политические помои, я даже обрадовался. Теперь мне показалось, что представители респов на мандалорских переговорах перестанут выдвигать одно неприемлемое требование за другим. — И начнут работать конструктивно — стараясь найти вместе с нашими людьми некий консенсус: даже обнадеживающие сигналы из Сундари начали поступать. Но, ситуация на Корусанте быстро вышла из-под контроля: члены так называемых Комитетов в Защиту Республики, когда то поддержанные Палпатином и явно не собирающиеся снова уходить в тень, сумели не просто устроить беспорядки — они сумели вывести на улицы столицы Республики миллиарды! Товарищи сыграли на страхах столичных жителей мастерски: мало того, что они еще нападение Гривуса не позабыли, так еще и у них — вот совсем недавно! — опять дрались не на жизнь, а насмерть. Обыватель был напуган, обывателю казалось, что предательство свило свои гнезда везде — и, если не принять меры немедленно, то все погибнет. — Вот их вожаки, вроде Ишина-Ил-Раца, постарались довести «чаяния народа» до властей — в первую очередь, до Сената. В общем, получалось, что народ в Республике не доверял больше и джедаям, и военным — а особенно, как ни странно, джедаям-генералам: попытка Высшего Совета «отыскать крайнего» дала совсем неожиданный эффект. Общественность требовала немедленно начать чистки: убрать из армии и с флота неблагонадежных офицеров, заменив их на «настоящих патриотов». Про джедаев, понятно, никто ничего напрямую не говорил, но общий настрой был таким, что «фронтовиков» надо срочно отозвать из действующей армии и с флота: люди мол, работают на износ — отсюда и все эти «срывы с нарезки»! — Их не наказывать, их спасать необходимо — потому, как других джедаев у Республики нет. Надо Ордену изыскивать резервы и дать отдых тем, кто воюет с первого дня — пусть Совет об этом побеспокоиться. Формально, это была вроде бы как забота… а на самом деле, я получил известия, что поступки и решения всех тех, кого отозвали с фронта, изучают чуть ли не под микроскопом — в поисках малейших следов крамолы. Причем, аккуратно трясли и джедаев-генералов, и обычных кадровых офицеров — одних по линии Ордена, других по линии республиканской Службы Безопасности. — А еще, за всем этим маячили Комитеты в Защиту Республики, в качестве добровольных помощников по части поиска «ведьм» и новых кадров: в Великую Армию Республики стали активно зазывать обычных граждан, о чем Сенат ранее даже думать не желал! Ну, с кадровыми то вопросами было проще: кого и за что вытурили с военной службы, республиканский ГолоНет информировал смачно и с подробностями — хотя, насчет фактов и доказательств там, у респов, все же было слабовато. — Скорее, разные группировки республиканских военных сейчас просто сводили счеты, под шумок. А вот джедаи… — тут наружу почти ничего не просачивалось: Орден все же был вещью в себе. — И уж всяким разным Комитетам нос в свои дела они сунуть ни разу не позволили! Но, кое-кто из джедаев исчез непонятно куда, а кого-то вполне себе «показательно» распихали по разным Анклавам, Праксеумам и прочим филиалам Храма, разбросанным по необъятным просторам галактики. Все же, надо отдать респам должное: кто бы там у них сейчас, на самом деле, не заправлял — эту первую поднятую волну они, в общем, удачно спустили на тормозах. Ситуация выглядела относительно стабильной — по крайней мере, с внешней стороны. — И вооруженные силы Республики никак не демонстрировали признаков распада, из-за потери управления — нашли на Корусанте и новых офицеров, и новых джедаев, для отправки на притихшие было сейчас фронты. Хотя, при таком развитии событий, я не исключал и новых приступов истерики и шпиономании на той стороне…

У нас же, дело обернулось куда хуже, чем у респов! Когда Высший Совет Ордена обнародовал все подробности о ситхах, и их роли в этой войне — разумеется, в своей собственной интерпретации! — Для Конфедерации это был настоящий удар: обидно чувствовать себя пешками и расходным материалом тому, кто до этого представлялся не иначе, как вершителем судеб галактики! Только, было, снова заработавшая государственная машина Конфедерации окончательно встала: младшие партнеры требовали от верховной власти дать объяснения — и никто не желал выполнять ни чьи приказы. Мне с Тионским кластером и родной Серенно было проще: дома передача власти произошла явочным порядком, а в Тионе верные мне войска чуть ранее выпилили всех моих активных противников. — Тех, которые могли и хотели бы мне помешать, а то и вообще уничтожить. Как по аналогичному поводу говорилось в одной книге: «Штандартенфюрер тоже, но Хунта успел раньше». Кроме того, очень хорошо поработал Комитет по Историческому Наследию Тиона: организация вполне уже превратилась из чисто историко-культурного клуба по интересам, в нормальную общественно-политическую организацию. Это, конечно, не какая-нибудь «партия нового типа», но по результатам его работы, получилось не хуже, чем у Комитета по Защите Республики. А еще, ребятам очень хорошо удалось наладить работу в окрестных секторах — прежде всего тех, которые когда-то входили в империю Ксима: общее прошлое оказалось неплохой идеей для взаимного объединения. Нет, от КНС никто всерьез не отказывался — скорее, декларировалась цель не что-то «сломать», а «углубить и расширить». И, поскольку отделения Комитета формировались по территориальному принципу, то никакой ксенофобией на низовом уровне даже и не пахло: «землячества» формировались из «своих». — А на верхнем уровне уже вполне себе работал принцип: «Против кого мы будем дружить»? Кстати, мои союзники и партнеры из Коммерческой Гильдии, Корпоративного Альянся и Техно Союза дергаться по поводу деятельности «Комитета» не стали — так как в его уставе четко декларировалась поддержка всем, кто развивал миры бывшей ксимовской империи. В общем, с Шу Май, Пасселом Ардженте и Уотом Тамбором я мог говорить вполне откровенно: политики они все тертые, и прекрасно понимали, что тут в белых перчатках действовать было невозможно. — Оценив все расклады, каждый из них вполне отдавал себе отчет в том, что Дарт Сидиус явно собирался их всех слить! Собственно, они даже приняли мою точку зрения — что дядю, фактически, тоже поставил под удар старший ситх: ради возможности получить абсолютную власть. Сдаваться на милость Республике, каяться и идти в тюрьму? — никто из моих партнеров ни разу не считал себя виноватым! Как все: они боролись за интересы своих фракций — только и всего. Если за это судить… нахрена им сдалась эта Республика, с ее абсолютно неэффективной властью, коррупцией и бессилием перед реальными жизненными проблемами? Как говориться, они и сами обойдутся!

Неожиданностью завершились тайные переговоры между куарренами и мон-каламари, что велись при моей поддержке: Тиккес и молодой король «рыбок» сумели-таки договориться! Мне кажется, свою роль в этом деле сыграло и то, как респы обошлись с Паммантом: у народов, населявших Дак, терки бывали часто — но до прямого геноцида они никогда не доходили! Конечно, по настоящему там к миру сделан всего лишь первый шаг, но — лиха ли беда начало? А вот то, что мон-каламари «попросили» из своего сектора войска Великой Армии Республики, и корабли республиканского военного флота — очень радовало. Тут был только один вопрос: а подчинятся ли воле мон-каламари республиканцы, убравшись восвояси? — Или, просто попробуют оккупировать миры сектора…

Увы, на этом все хорошие новости кончались, и начинался тихий ужас: та, «большая» Конфедерация, которую когда то создал дядя, рассыпалась буквально на глазах! Первыми, тихо и ни с кем не попрощавшись, ушли мууны: господа банкиры обнародовали декларацию о возвращении в состав Республики и покаянии — а так же, твердо пообещали выдать на суд виновных «в измене». Сэн Хилл… старый скользкий ловкач просто исчез, испарился — как и многие его активные приспешники. Поскольку именно мууны обеспечили быстрое получение Республикой последних займов у Банковского Клана, а так же оказали материальную помощь Корусанту — и передали под контроль джедаев свою часть войск бывшей КНС! — Я не сомневался, что на Корусанте Хилла и его соратников искать будут не слишком усердно. Ну, если мууны очень удачно «переобулись в полете», то у Торговой Федерации то же самое вышло совсем не гладко: Ганрей идти сдаваться явно боялся, уже отведав разок респовской тюремной баланды. Пока неймодианцы пытались, по своей привычке, торговаться и купить на грош пятаков, жизнь сама дала им пинок по соответствующему месту. Неожиданно захватившие планету джеонозианские колонисты, просто выкинули с Мустафара Нута Ганрея, и остатки штата Совета Сепаратистов, что еще не свалили оттуда раньше сами! — Как ни удивительно, генерал Гривус этот фортель инсектоидов не только не пресек, но даже и поддержал, наплевав на все ранее достигнутые с неймодианцем договоренности. Часть военных и чиновников Торговой Федерации неожиданно тоже послала свое перетрусившее, и потерявшее всякий контроль над ситуацией руководство по известному маршруту. В результате, Нут Ганрей и его ближайшее окружение просто сдалось на милость республиканцев. Как я слышал, в руководство обновленной Торговой Федерации уже собирались вернуться представители Куата — и вновь должен был начать действовать, как в старые времена, Наблюдательный Совет.

Вышел со мной на связь По Нудо: аквалиши с Андо капитулировать перед респами не собирались! — Только, как нам теперь им помочь то, если придет нужда — после того, как мы вынуждены были оставить систему Кашиика? Так же радовала определенность с Чародеями: с Тунда дали понять, что от нашего с ними договора там не откажутся. А вот Джеонозис на мои вызовы не отвечал. Хуже того, с Милиуса тоже не было никаких известий уже несколько дней! — Что, соплеменники Поггля намеревались проделать там фокус, подобный мустафарскому? — Нет, ребята — мы так с вами не договаривались…

Ну и напоследок: у меня нарисовались активные и всамделишные враги — следователи из Службы Безопасности, при активной поддержке Джодела Горани раскололи Малорума, который запел соловьем, в надежде спасти хотя бы жизнь. Отыскались, наконец, те, кто стоял за похищением моей семьи и смертью Леонии, как и остальных моих людей со «Звезды Тиона». Выползла на свет старая тварь Талзин… и ее подручные с Зейгеррии: бывший прихвостень Палпатина сдал их всех, без исключения — а информирован Малорум оказался очень и очень хорошо. Что же, дела могут еще немного подождать: хуже уже, наверное, точно не будет! — А эту мразь, ведьму датомирскую, и ее подручных я достану… лично, сам! Заодно неплохо будет и еще кое-кому урок преподать: как известно, турболазером и добрым словом всегда можно добиться большего, чем одним только добрым словом…

Интерлюдия 17

Кризис веры

Абсолютная тишина… как будто слух полностью потерян: было у Энакина такое несколько раз, когда по ушам ударной волной от близких взрывов прилетало. Правда, тогда все достаточно быстро проходило, да и способность к самоисцелению с помощью Силы всегда была к его услугам. «Была»… как много смысла может таиться в одном простом слове. На мгновение, его внимание отвлек какой-то слабый скрежещущий звук: странно — здесь, в тюремной камере, отличная звукоизоляция! — к чему бы это? Взгляд невольно дернулся сначала в один полутемный угол, затем — в другой: туда, где стояли видеокамеры наблюдения. Ага, снова звук! — на этот раз более отчетливо. Похоже, нет — точно! — это идет из-за решетки вентиляции. Все ясно: скорее всего, какой-то технический микродроид просто проводит плановое обследование и чистку вентиляционных каналов. А он тут уже вообразил себе невесть что. Нет, пожелай кто-то из собратьев, точнее — бывших собратьев, убить беспомощного пленника так же, как Баррис, когда то, убила ту террористку, никакого шума вообще бы не было. Форс Грип шума не производит — шум издает только мертвое тело задушенного, если небрежно бросить его на пол…

Вздорные мысли никак не хотели уходить из головы Скайуокера. Возможно, потому, что он сам этого неосознанно желал? — занять голову какими-то пустяками, чтобы совсем не думать о том, что по-настоящему важно. Например, о том, что эта самая «тишина» означает сейчас вовсе не то, что он оглох. Невольно вспомнилось, что тогда, когда он временно терял слух в прошлые разы, то все равно на звуки и шумы вокруг реагировал так же четко — потому, что «слышал» их с помощью Силы. Да и сама Сила… как и для любого форсъюзера, для него понятие «тишина» было чем то совсем уж экзотическим, и в принципе не достижимым — если ты, конечно, не валяешься в бессознательном состоянии. Сила постоянно была рядом: то «шептала», то буквально «кричала». — Предупреждая о чем то, давая намек, побуждая к действию, или наоборот — стараясь «отговорить» от, чего-то нехорошего. А еще, Сила всегда несла с собой иные голоса, и чужое присутствие: везде, где была жизнь. — Эти «голоса» были просто бессмысленным шумом где-то в дикой глуши, где не было вокруг ни одного разумного существа — или они несли какой-то свой, непонятный но, тем не менее, упорядоченный и наполненный собственным значением смысл — если ты находишься среди множества людей. Только одного никогда не было, с тех пор, как ему исполнилось десять лет, и он научился по-настоящему использовать свою связь с Силой — не было такого вот ощущения абсолютной тишины. Словно в насмешку, обычный слух у него сейчас стал чувствительным до крайности. Взять хотя бы этого дроида, что шуршал в вентиляционных каналах: Энакин готов был биться об заклад, словно болельщик на гонках подов — мелкая железяка орудует даже не в этом блоке, а где то на соседнем этаже. — Так, что до него доносится только эхо, отголосок ее шума — и сам канал вентиляции, выходящий в общую систему, просто играет роль звукового волновода: как некая переговорная труба, вроде той, которую он когда то видел в одном забавном диком местечке. Умом Скайуокер понимал причину: подстегнутый постоянными тренировками и Силой организм развил все свои физические способности до предела — и даже превзошел его! Теперь, когда Сила от него ушла… насовсем? — эти умения и способности никуда не делись: тело все равно было сильнее, быстрее и ловчее тела обычного человека… хумана. То же самое и с чувствами. Просто, раньше мозг переполняло то, что доносила до него Сила — а сейчас он целиком полагался на обычные органы чувств, что раньше обычно игнорировал. Не было нужды — Сила обеспечивала мозги более качественной, не забитой бесполезным мусором и «шумом», информацией, да еще и в большем количестве. Впрочем, период сенсорной ломки у него уже прошел: сказался поставленный жестокими тренировками Контроль. — Хотя, забить на мыслительную деятельность оказалось ооочень трудно! — потруднее, чем заставить себя притворяться перед камерами наблюдения безобидным «растением»…

Ну ладно, если уж не получается совсем не думать, так не проще ли попробовать найти место, когда все пошло наперекосяк? Черт с ним, что придется рвать корку с незаживших ран души, которые и без того кровоточат — вернувшаяся боль малая плата за то, чтобы разобраться в себе самом. К тому же, он отсюда, так или иначе, когда то выйдет — и надо быть к этому готовым. В то, что его отпустят на волю, Энакин совершенно не верил — Совет не любил, и не желал, выставлять на всеобщее обозрение следы собственных ошибок! Принять покорно свою судьбу? — это не для татуинца, пусть даже и бывшего раба: спина у него плохо гнулась даже в детском возрасте. Попробовать сбежать? — уже теплее! — Но из внутренней тюрьмы Храма точно не удерешь. Значит, остается только момент транспортировки… куда? Ну, ему это вряд ли скажут. Если бы здесь был Оби-Ван, и была возможность с ним поговорить! — Как подозревал Энакин, Кеноби если и вернулся в Храм, то Совет мог просто напрямую запретить ему общение с арестантом — а против прямого приказа Совета Оби-Ван не пойдет. Ладно, что толку сожалеть теперь о том, что недоступно? Итак, вероятность того, что его вот просто так отпустят, на все четыре стороны, мала — Силой же он теперь воспользоваться не может, правда? — слишком уж много он знает! Сам бы Энакин такого вот себя точно никуда не отпустил — разве что в виде мертвого тела, — и не считал бывших «коллег» по Совету излишне сентиментальными: даже если забыть про самого себя, история с Асокой никуда не делась. Тем более, война пока, вроде не кончилась — и Конфедерация не сдалась на милость Корусанта, как он был в курсе, — насколько вообще можно было доверять кусочкам случайно подслушанных чужих слов и фраз. Но, в Храме его до бесконечности тоже держать не станут. Значит что? — или отправят в какой-нибудь Анклав, или, что более вероятно, в тюрьму особого режима: как-никак, официально он все же государственный преступник! Вот будет забавно, если повезут в ту самую «тюрьму-призрак», про которую он узнал из видений Райдена — особенно если учесть, что вроде как большинство из теперешних тамошних «сидельцев» попали туда именно благодаря его заслугам. Теоретически, могут еще отдать на суд властей Республики: поскольку он теперь вроде бы как не форсъюзер, его могут судить и обычным судом — а не судом Ордена. Впрочем, как раз суд Ордена как раз вроде бы формально уже был — и его осудили за использование техник Темной Стороны Силы! Наказание… ну, если считать наказанием то, что он теперь отрезан от Силы, то он его тоже — формально — получил. Если бы не война… нет! — все равно его просто так не отпустят: в Совете явно идет какая-то подковерная возня. — Райден был прав: разные фракции вступили в борьбу за власть и влияние — за возможность определять, в будущем, политику и Ордена, и Республики в целом! При таких раскладах — кому интересна теперь жизнь одного бывшего джедая? Как там Райден то говорил: «Есть человек — есть проблема, нет человека — нет проблемы» — это, теперь, вполне себе про Энакина сказано.

Мозг, как незажившая рана с сорванной повязкой, пульсировал болью от воспоминаний. Тот вызов, на экстренное заседание Совета — с которого все и началось. Ворох фактов, вперемешку с чьими-то измышлениями, который на него и членов Совета вывалил магистр Суун Бейтс — откуда он вообще эту ересь взял? Странно, но Совет в нее поверил — а вот словам самого Энакина, нет! Он тогда рассказал и объяснил, кажется, все: откуда узнал, почему так сделал — попробовал даже донести до членов Совета мысли Райдена на этот счет. Выводы, которые Совет сделал из его слов и тех домыслов, что привел магистр Бейтс, были по-настоящему оглушительны: выходило, что именно он, Энакин Скайуокер, вместе с Райденом Дуку затеяли не больше и не меньше, как государственный переворот. — Пожелали руками Ордена свергнуть обоих ситхов, чтобы самим захватить власть над КНС, а впоследствии — и над Республикой тоже. Впрочем, насчет Республики как раз большинство членов Совета не настаивало. Энакин отдал магистру Винду, исполнявшему обязанности главы Совета, инфокристалл с записями ключей-дескрипторов, что передал ему Райден — и благодаря которым только и оказалось возможным вывести Сидиуса на чистую воду. Рассказал о месяцах слежки и наблюдения — вплоть до того момента, как им с гранд-мастером пришлось лететь к брошенному комплексу «Ли-Мердж». Он ссылался на Йоду — ему ответили, что гранд-мастер еще находится в Палатах Исцеления, и пока не пришел в себя. Он просил связаться с Оби-Ваном — в ответ получил заявление, что связь неустойчивая, и что магистр Кеноби вне зоны доступа: война, однако! Но, Мэйс Винду, кажется, был на его стороне. Йода ведь с ним говорил. — Как раз перед началом операции по поимке старшего ситха, закончившейся так трагически. Корун и предложил не рубить с плеча: поместить Энакина в его собственных комнатах, что он занимал в Храме — вроде как под «домашний арест», — и дождаться, когда гранд-мастер Йода придет в себя, а магистр Кеноби вернется на Корусант. Поскольку дело было уж очень сомнительным, а доказательства — слишком шаткими, Совет решил последовать этому предложению. Правда, охрану из Стражей Храма к дверям его жилища поставили…

Одного Энакин не мог понять: какого черта к нему тогда приперлась Олана Чион? Нет, он знал, что девушка его очень не любит — хотя, о причинах этой нелюбви и обо всех ее прочих претензиях имел весьма определенное, нелестное мнение. Только, раз презираешь кого то — нафига лезть к нему? Воспоминание вытащило на поверхность образы и слова…

— Про сенатора Наберри передают интересные слухи в ГолоНете…

Энакин невольно поднимает голову, вглядываясь в глаза посетительницы: абсолютно никаких колебаний в Силе! — интересно, какое ей вообще есть дело до Падме? Фон, которым тянуло от Оланы… этакая смесь чувства собственного превосходства с ощущением легкой брезгливости: как будто кто-то на тупую неразумную тварь, бесцельно копающуюся в грязи, смотрел! И, абсолютное чувство собственной правоты — и Света, — впрочем, иного от любого джедая ждать было сложно. Разве что… последнее время Энакину больше приходилось общаться с теми джедаями, что сомневались — не сомневающихся, на войне убивали слишком быстро! Помниться, разум тогда кольнула мысль: такую чистоту ауры может иметь только тот, кто отсиживается в тылу — подальше от смертей и чужого горя! — ну да, Олана же демонстративно отказалась возвращаться на фронт, после гибели наставника, и того, как ее посвятили в рыцари. Чистоплюйка…

Похоже, девушка что-то такое уловила сквозь Силу. А может, ей просто не понравилось, что на ее слова не реагируют.

— Ну, чего ты молчишь!

— А что я должен тебе говорить? И, что ты вообще тут у меня забыла?

— Твоя *:;╧? тут недавно чуть концы не отдала — а ваши…

Олана запнулась, проглотив грязное словцо, что явно собиралась сказать — а потом продолжила.

— Умерли, оба, а она выжила — так что, радуйся, грязная тварь — вы еще сможете с ней покувыркаться в постели! Какой позор! — ты понимаешь, что позоришь Орден? Или тебе наплевать…

Дальше был какой-то поток слов, которые Энакин уже не воспринимал — похоже, эта «рыцарь» сейчас просто пересказывала ему содержание передачи какого-то грязного, скандального новостного канала, откуда-то из провинции. Тамошние «журнализды» из ГолоНета обожали такого рода лживые жареные сенсации. Мозг никак не хотел соотнести вот эту белизну ауры пришедшей к нему с непонятными претензиями дуры, с грязью и мерзостью ее слов. Слов, которые она говорила про его якобы чуть не умершую жену, и детей, которые — если верить ее словам — не выжили…

Энакин понял, что пытается сжать в кулак сведенные судорогой пальцы левой руки, которые он вытянул вперед — по направлению к замолчавшей, наконец-то, Олане Чион. Сама Олана бессильно сучила ногами, не достававшими пола, вися в воздухе — и цепляясь обеими руками за горло! Разъехались в стороны двери, ведущие из маленькой прихожей в общий коридор — и на него обрушалась ослепительная стена из огня, света, и боли. Потом он потерял, от этой боли, сознание.

* * *

Мэйс Винду расхаживал по кабинету — из угла в угол. Те, кто хорошо знал джедая, сразу бы сказали, что магистр недоволен, точнее — очень недоволен. У обычного человека такая степень недовольства обычно называется: «Находится в ярости» — но, джедаи народ необычный, и с эмоциями справляться умеют прекрасно. Вот и Винду тоже, справился… ну, почти! — во всяком случае, желание кое-кого придушить у него уже почти пропало. Но, черт! — почему так вышло-то — проспать почти, что настоящий переворот в Ордене? Опыт же говорил: собратья иногда могут быть такими же упрямыми бантами, прущими напролом, как и идиоты из Сената! — Так какого хатта, спрашивается, он сосредоточился исключительно на республиканских проблемах? Нет, Мэйс — то, что произошло, это, прежде всего, твоя вина: в отсутствие гранд-мастера Йоды упускать из виду наш любимый «клуб по интересам» — то есть, Высший Совет — никак не следовало. В конце концов, чем Совет отличается от Сената? — и там, и там сидят люди, которые выражают интересы каких-то групп, или фракций. А ты про это забыл, или — предпочел не придавать этому значения! Вот теперь и имеешь то, что имеешь — и Скайуокер это лишь начало: твое чувство определять Уязвимую Точку, место «перелома», тебя еще никогда не подводило! — История с Энакином это именно перелом, однозначно…

Так в чем дело? — А дело в том, что КНС скоро прикажет долго жить — так, или иначе: вон, те же мууны уже вовсю зондируют почву для сделки, и готовы вернуться в Республику на любых, более или менее приемлемых условиях. Даже новичку в политике абсолютно ясно: без Графа Конфедерация не жизнеспособна — только он умел, обходя острые углы и сглаживая противоречия, держать в узде эту свору корпорантов. — Где каждый был озабочен, прежде всего, исключительно собственным благополучием: «дружили» они все только против Республики! То есть, возвращение «блудных детей» под крыло Корусанта — это всего лишь вопрос времени. Ну и того, кто и на каких условиях согласится прогнуться: возможно, что самых упорных и придется убеждать силой — потом, когда основная масса их бывших подельников и союзников уже снова окажется в составе Республики. Да, всем это понятно… и в Ордене тоже многие это сразу поняли. Окончание войны сильно поменяет расклады и в самой внутренней жизни Храма. Те, кто вернутся с фронта, могут задать кое-кому вопросы, вроде: «А вы, в каком полку служили?» — и не факт, что после этого они вступят, и поддержат «твою» фракцию. — Особенно, если ты за всю войну ни разу и на фронте то не был! Что это значит? — а значит это, что кому то срочно могло понадобиться чем то «проявить» себя: записать себе несколько очков в актив. Только политика все же не азартная игра.

Кому само наличие Скайуокера могло игру поломать? — настолько, что тот решил убрать его с «доски для политического дежарика» совсем. По всему выходит, что самый заинтересованный здесь — Суун Бейтс! Как он вообще попал в Высший Совет? — да очень просто: его фракция, «прогрессивные традиционалисты» — как они себя называли, выдвинула его как временно замещающего отсутствующего по болезни Йоду. Ничего странного: подобная практика, связанная с привлечением временных членов взамен постоянных — была обычным делом. — Занятых, в данное время, важными делами и, поэтому, не могущих принять нормальное участие в работе Совета членов подменял кто-то из авторитетных и компетентных, в обсуждаемом вопросе, мастеров. К тому же, это еще и помогало готовить своеобразный «кадровый резерв» для Совета — на случай каких-нибудь непредвиденных обстоятельств. Того же Бейтса, ранее, к работе в составе того или иного из Советов Ордена привлекали несколько раз. Правда, на постоянной основе он так нигде и не задержался… многие говорили, что Йода якобы был против. — Но, тут Мэйс не мог сказать абсолютно ничего, по этому вопросу. А потом… Палпатин, воспользовавшись крошечной лазейкой в законе, смог настоять на том, чтобы в Высший Совет ввели Энакина Скайуокера — как его личного представителя. Мол, раз Совет занимается военными делами, то Канцлер, как Главнокомандующий ВАР, имеет право знать — какие именно стратегические решения там принимаются. Формально, и выбор Скайуокера был как бы сделан не просто так: Энакин вполне уже успел проявить себя, как лучший из генералов-джедаев. То, что это было против всех обычаев, и против Руусанских законов тоже — Палпатин списал на форсмажор: война идет, мера временная и чрезвычайная! Место должно было достаться, по праву, Луминаре Ундули. Но, после той истории, со своим бывшим падаваном, Луминара отказалась от возможности войти в совет: считала себя виновной в поступках Бэррис. Вот, кстати, интересно — тогда ведь и имя Бейтса тоже упоминалось, в числе прочих кандидатов…

Так, на чем он остановился? — Мэйс даже перестал ходить, на мгновение. — Фракция! — фракция магистра Сууна: их интерес, и где именно он пересекался с Энакином Скайуокером. Ну, кроме «неожиданного» назначения того в Высший Совет. По всему выходит, что это связано с командой Харрода Мика'авина: тем удалось захватить племянника Графа, Райдена Дуку — который, ни много ни мало, стал королем Тиона. С одной стороны, Райден Дуку был важным винтиком в машине Конфедерации — превратившись, в последнее время, в изрядную занозу для ВАР в том районе галактики. К тому же, он еще и был форсъюзером — причем, опять же, Темным форсъюзером! А с другой стороны: политическая элита Республики очень косо смотрела на то, что кого-то из ее представителей джедаи хватали просто так, без одобрения Сената. Даже если эти представители числились вроде бы как мятежники: захватить кого-то в ходе военной операции — да, пожалуйста! — А вот тайно «изъять» кого-то в ходе спецоперации, да еще и сопряженной с жертвами — это никак. Да, операция, которую чужая пропаганда неизбежно провозгласит «похищением» и «терактом»… это ведь очень плохо может отразиться на имидже Республики. В общем, требовалось получить санкцию в Сенате — на проведение этого самого «изъятия», — без чего Бейтс и его сподвижники спокойно обошлись. Кстати, Совет тоже был не в курсе! — о том, что Райдена Дуку захватили в плен, члены Совета узнали уже постфактум. Ну, ладно — такое бывало и раньше: победителей не судят, да и про то, что захваченный — Темный, тоже не стоило забывать. Если бы не одно «но»: как Мэйс знал — а ему сообщил сам Йода! — именно Райден Дуку помог Ордену выйти на след ситха! Ладно, плюнем на мораль: цель оправдывает средства. — Но, у этого Райдена, оказывается, был план — как примирить снова членов Конфедерации с Республикой, и закончить проклятую войну. Самое смешное, или печальное — Энакин про пленение Дуку не знал: он, в это время, уже добровольно покинул состав Совета. А вот Бейтс и его друзья последствия наверняка прикинули — как и то, что уж Скайуокер то молчать не будет. Если бы Харрод Мика'авин немедленно доставил пленника на Корусант, то все для них и обошлось бы: Сенат санкцию, задним числом, дал бы — особенно, в свете напугавшей его схватки на орбите столицы, с флотом сторонников Палпатина! В конце концов, сепом больше, сепом меньше — какая рядовому сенатору разница? Но, пока над Корусантом шел бой, Дуку-младший как-то ухитрился сбежать — да при этом, еще и уничтожил корабль джедайской команды, вместе почти со всеми, кто находился на его борту. И вот тут эти ребята задергались: то, что должно было принести неплохие политические дивиденды, и укрепить позиции фракции внутри Ордена, грозило обернуться маленьким скандалом.

Уже когда Суун Бейтс попросил собрать внеочередное заседание Совета, Мэйс должен был насторожиться — особенно, когда узнал: какой именно вопрос хочет поставить на повестку магистр Бейтс. Не насторожился, ситх его побери! — время сейчас непростое, неоднозначное и… нервное. Вот он и посчитал, что все на заседании Совета закончится обычной говорильней. Ну, пропесочат они Скайуокера еще раз за мнимые грехи. В конце концов, история его личного знакомства с Райденом Дуку вполне укладывалась в логику Силы: Дуку-младший, оказывается, имел видение о том, что если он не помирит виконта Вейна и Скайуокера, то они попробуют поубивать друг друга. Бывает: человек товарища спасти хотел, что тут странного? — любой форсъюзер вам скажет, что Воля Силы это очень важно, и игнорировать ее не следует никогда! А то, что он сепаратист и Темный — как раз не столь важно: перед Силой все равны. Когда Бейтс начал свой доклад, он все еще продолжал так думать. А вот когда Совету были предъявлены якобы «улики», следы «сговора», то уже понял — что-то здесь не так! И надо, надо было тогда любой ценой потянуть время — хотя бы для того, чтобы можно было связаться с Оби-Ваном: к сожалению, связь с флагманом Кеноби тогда была неустойчивой, и он так и не смог нормально участвовать в работе Совета. Вместо этого, он позволил выдернуть с орбиты, с его флагманского корабля, самого Энакина — для дачи объяснений. Когда через час Скайуокер предстал перед Советом, Бейтсом были продемонстрированы видеозаписи с камер истребителей клонов, которые сопровождали Энакина в его перехвате яхты Графа в секторе Картакк — вместе с комментариями «эксперта»: Оланы Чион. Нет, в том, что Чион великолепный пилот, настоящий ас, не сомневался никто — так же, как и в ее профессионализме. Насторожить Совет обязано было отношение Оланы к Скайуокеру, которое ни для кого не было секретом! Но, вместо этого на Совете прозвучало слово «измена». Только когда Энакин стал объяснять свои действия, ссылаясь при этом на него, Мэйса Винду, магистр опомнился.

Расклад голосов на Совете — вот что выбивало Мэйса из колеи: четверо против шести — вместо отсутствующего Йоды и находившегося «вне зоны доступа» Кеноби пока никого не приглашали, а Бейтс числился действующим членом, после ухода Скайуокера из Совета. То, что против Энакина выскажется Ки-Ади-Мунди, Винду совсем не ожидал! — тот, как и сам Мэйс тоже, когда то учил юного Энакина постигать Силу: такое бесследно не проходит. Ученик, даже временный — не случайный человек, для мастера. Но, слово обвинения было сказано. Не помогли и слова самого Энакина, когда он объяснял свои поступки: оставалось только удивляться — когда они все перестали доверять друг другу? Когда Скайуокер показал Совету тот носитель записи, на котором были переданные ему Райденом Дуку ключи-дескрипторы к архиву кресла Нута Ганрея, Мэйс было посчитал, что сумеет повернуть мнение коллег. Увы, собратья уперлись, словно ранкор вцепившийся в добычу. Единственное, в чем Мэйс смог их убедить — это подождать прилета Кеноби, как владеющего полной информацией по всем действиям, связанным с поимкой ситхов. Ну, или дождаться, пока не придет в себя гранд-мастер Йода…

Что же, Мэйс и сам был уже не прочь вытащить Оби-Вана с его затянувшейся «охоты» за Гривусом — тем более, что тут такие дела начинали закручиваться: теперь, похоже, в Совете был на счету каждый сторонник! Надо было, и поработать кое с кем из коллег — и Аген Колар, и Ки-Ади-Мунди казались Мэйсу людьми, оказавшимися на другой стороне чисто случайно: просто не ко времени в уши попала сомнительная информация, которой те поверили. Вот вернется Кеноби, и может — чем Сила не шутит? — очнется гранд-мастер Йода. — И вся эта глупая история окажется просто дурным сном. Даже, внес предложение: оставить Скайуокера, пока, в Храме — в его собственных комнатах, но под охраной Стражей Храма, — до прояснения ситуации, и вторичного созыва Совета по этому вопросу. Как ни странно, так рьяно старавшийся «потопить» Энакина Суун Бейтс, ничего против этого не имел: как и все остальные — проголосовал «за». А через пару дней, перед самым прибытием на Корусант магистра Кеноби, произошло несчастье…

Конечно, про отношения Скайуокера и сенатора Наберри знали в Ордене многие. И, в общем-то, это никого особо не напрягало: в конце концов, любить джедаю совсем не запрещалось! — наоборот, это даже подразумевалось самой природой Светлой Стороны Силы. — Не одобрялась «привязанность» — считалось, что любые формальные обязательства джедая кому-то, кроме клятвы служения Ордену и Силе, недопустимы. Одно из наследий Руусана, которое в Ордене воспринимали и принимали отнюдь не все! — но которое, тем не менее, имело силу почти непреложного обычая. Другое дело, что на такие «отношения» обычно всегда закрывали глаза — особенно, если «подозреваемые» вели себя аккуратно, и на людях своих чувств, старались не демонстрировать. Впрочем, некоторых не останавливала даже такая малость: вот хоть друг Кит, позволявший себе очень вольное поведение с Айлой Секурой чуть ли, не в самом Храме — а лезть в чужие взаимоотношения у джедаев считалось делом неприличным. Честно говоря, Мэйсу и в голову прийти не могло, что упоминание сплетен светской хроники так заденет Скайуокера, что тот совершенно потеряет контроль над собой! Но, с другой стороны: какой демон понес Олану Чион в жилище Скайуокера? — что ей вообще там могло понадобиться, если отбросить предположение, что она хотела спровоцировать вспышку гнева у Энакина умышленно? А если… Олана и вправду хотела сделать именно это? — тем более, что дежурившие у дверей скайуокеровского жилья Стражи Храма совсем не прятались. — И они совершенно точно начали бы действовать, если бы любому «гостю» зашедшему к подозреваемому, угрожала бы, хоть малейшая опасность.

Магистр Винду встал как вкопанный, прямо посреди кабинета: А ведь дежурные Стражи и стали действовать! — практически мгновенно, как только почувствовали в комнатах Скайуокера применение техники Темной Стороны. Ну да, этому же учили всех Стражей — чувствовать Тьму, и ее проявления вокруг себя… все верно. Совет, кстати, провел тщательное расследование инцидента: по крайней мере, Стражи действовали в пределах своей компетенции — но, вот вопрос чрезмерного употребления Силы его коллеги как-то попытались обойти стороной, а жаль. И уж совсем странно, что никто в Совете даже слова не сказал о поведении рыцаря Чион. Хотя… здесь дело приняло совсем странный оборот: оказывается, установленные в жилище Скайуокера, после того, как его посадили под домашний арест, голокамеры почему-то работали просто отвратительно! Мало того, что качество самой видеозаписи было плохим, так еще и звук почти невозможно было расслышать. Совет удовлетворился предположением Агена Колара, что Скайуокер мог умышленно повредить систему записи, но Мэйсу было совершенно непонятно — зачем ему могли это понадобиться? — В конце концов, эти видеозаписи обеспечивали и его собственную безопасность… теоретически, по крайней мере. Итак, если предположить, что Олана Чион пришла для того, чтобы сознательно спровоцировать Скайуокера на какие-то ответные, желательно силовые, действия — уверенная, что Стражи у двери тут же вмешаются! — то в этом есть определенный смысл. Вопрос: зачем ей это надо? — если бы Стражи не перестарались, пытаясь «навести порядок», и это затмило собой все остальное, то ее действия тоже непременно послужили бы объектом разбирательства Совета. Или, не послужили бы? — если бы Совет все же снова сосредоточился бы исключительно на разборе поведения Энакина Скайуокера. Подстегнутые Силой воспоминания вылезли, наконец, на поверхность: Суун Бейтс последнее время оказывал рыцарю Чион покровительство — собственно, ей даже звание то, после гибели наставника, дали исключительно благодаря его поручительству! А еще интереснее, что оба Стража, что стояли в тот момент у комнат Скайуокера, тоже принадлежали к той же фракции, членом которой был и магистр Бейтс — Мэйс Винду вспомнил их имена: Т'Ка Элвиин и Ваан Ра-Сейт. Элвиин был человеком, то есть — хуманом, откуда-то из миров Ядра, а Ра-Сейт принадлежал в близкой к хуманам расе, проживающей в одном из миров Среднего Кольца. Между прочим, до того, как стать рыцарем, второй был падаваном первого. Еще интереснее: Т'Ка Элвиин подобрал паренька-экзота в Алмасской Академии — весьма своеобразном провинциальном учебном заведении.

Сколько не напрягал дальше память магистр Винду, никаких дополнительных зацепок воспоминания больше не принесли. Однако, чутье опытного политика кричало, что он движется в правильном направлении. И, если получится доказать, что провокация со Скайуокером была умышленно подстроена Сууном Бейтсом, и его фракцией, то Мэйсу будет проще вернуть контроль над тем, что сейчас происходит в Совете! Провести расследование самому — нет ни времени, ни возможности. Но, магистр знает одного старого джедая, на ум и честность которого всегда можно положиться…

* * *

Скребущиеся звуки из вентиляции раздражали: Будь у Энакина возможность отвлечься, или чем-то заняться — оно бы совершенно не мешало, а так — было чертовски неприятно. Как все равно камнем по стеклу водили. Оказывается, у развитых с помощью тренировок и Силы способностей тела, были и свои отрицательные последствия. Вот как сейчас — банально мешает заснуть, наводя рассудок на бесплодные размышления: снов и снова гоняя те же самые мысли по кругу. Он уже передумал их все, разобрал и свои, и чужие действия до последнего винтика или песчинки. Не было у него никаких шансов! — те, кто подослал к нему эту дуру, действовали наверняка: Энакин не удивился бы, если бы выяснилось, что за ним следили, и анализировали потом каждый его поступок. Были иногда у него подозрения, насчет аккуратной слежки за собой — но он тогда погрешил на агентуру ситха: у Палпатина были и возможности, и мотивы организовать за ним квалифицированное наблюдение. Что же, возможно, что этих «наблюдателей» было не одна, а две разных команды? — а он тогда этого не понял…

Все это рассуждения не давали ответа на главный вопрос: зачем «им» понадобилось так его подставлять? — В том, что это была именно тонко рассчитанная подстава, Скайуокер не сомневался — опыт работы полевым агентом Ордена, еще до Джеонозиса, не пропьешь! Во внутреннюю политику Ордена он никогда не лез, точно так же, как и Оби-Ван до войны. А до последнего времени Энакину хватало забот на фронте, или на должности комфлота! Временное членство в Совете? — ну, это совсем смешно: тут он вообще был фигурой, а не игроком в дежарик. Да и, как в Совет пришел, так и ушел — и то, что это могло кому-то не понравиться… Энакину всегда, с первого дня пребывания в Ордене вдалбливали мысль: «Джедай не может действовать, исходя из понятий «нравиться» или «не нравиться»! Или, может, эти правила писались тут не для всех? По всему выходило, что «прилетело» ему как раз из-за внутриорденских интриг, которые не выносились мастерами на обозрение простых джедаев.

Энакин сел на лежанке: сна все равно не было ни в одном глазу — хотя, в эти самые глаза, словно песку насыпали. Полумрак — свет в камере, не имеющей окон, полностью не гасили никогда. Тишина… словно после песчаной бури в пустыне на Татуине — только осыпающийся со свежих барханов песок чуть слышно шумит, на пределе слышимости. Черт, опять он не сможет выспаться! — Даже вездесущий Контроль, кажется, уже перестал помогать. Скайуокер попробовал уйти в глубокую медитацию: обычно это всегда хорошо помогало. — Выровнять дыхание, поправить ритм сердца, снизить давление крови в венах… в другое время, раньше, он бы уже сливался сознанием с потоками Силы, которые пронизывали все окружающее. Ничего! — точнее: что-то присутствует, на самой грани чувств — скорее, эхо в сознании, чем отголосок шума бесконечного океана Единой Силы. И все это совершенно забивают, чертовы скрежеты и шорохи, которые сочатся из-за решеток вентиляционной системы — отзвук внешнего мира, от которого его так же сейчас отрезали, как и от Силы.

В этом то и была вся проблема: он совершенно не чувствовал Силы! — То есть, разумом он понимал, что ее потоки вот они, рядом, даже внутри него самого — но знать, как именно идет их распределение, Энакину теперь было недоступно. Контроль остался, как подозревал Скайуокер — способность манипулировать потоками Силы у него тоже сохранилась, пусть даже в ослабленном до крайности состоянии. — Но без наличия Чувства сделать хоть что-то с Силой было совершенно невозможно. Не сможешь найти те потоки, которые тебе нужны — или еще хуже: будешь работать с теми потоками, которые тебя просто напросто убьют. «Слепец, который вышел на дорогу с интенсивным движением наземного транспорта» — пришла в голову неожиданная ассоциация. Может случиться чудо: водитель одного из мчащихся по дороге каров остановиться, сжалившись над несчастным слепцом — и доставит его куда нужно. Или, что произойдет почти наверняка: при попытке выйти на «проезжую часть» поток транспорта, которым управляют безмозглые дроиды, просто снесет и раздавит того кто попытался сунуться в эту лавину, не видя того, куда ступает. Но ведь говорят, что у Улика Кель-Дромы как-то получилось, до того, как его не убили…

Редкие удары сердца, медленное спокойное дыхание — Энакин целиком погрузился в нечто, бывшее отражением каких-то иных измерений и пространств. Голоса Силы слышно не было — только где-то, на пределе, ощущалось нечто похожее… на шум Ветра! Черт, как же он мог забыть: уроки Райдена и собственные успехи в управлении потоками — нет, не Силы, а Стихий! Тогда это показалось ему просто забавным — ну и, что уж там говорить, полезным: особенно, когда он узнал, как с помощью этих техник можно вырваться из Захвата Силы. Потом были и другие полезные открытия, на этом пути — большой пользы джедай тогда в этом не видел, но иногда это сильно выручало. Например, как в кабинете Палпатина — когда он узнал, что «канцлеров» было двое! И все же, Стихии всегда оставались для него чем-то… несерьезным: сама Сила, когда он обращался к ней напрямую, делала то, что ему было нужно и быстрее и проще. Ну да, когда у него еще была с Силой нормальная связь. Не теперь. Скайуокер попробовал коснуться Ветра: того, что доносил сейчас до него те звуки, что блуждали по вентиляционным коридорам и каналам внутри огромного здания Храма — и у него получилось! То, что еще мгновением назад было набором бессмысленных звуков, обычным шумом, вдруг превратилось в россыпь тысяч разных голосов. — Одни были громче, другие тише, третьи вообще были на грани слышимости — но все различались четко и ясно: каждый голос по отдельности.

— Мастер Вокара, хочу напомнить вам, что гранд-мастеру Йоде еще рано принимать участие в делах: он не до конца прошел курс реабилитации! — как его лечащий врач…

— Прости, Антиннис, но тут я ничем не могу тебе помочь! Решение провести расследование в отношении всех побывавших в плену у сепов джедаев принимал Совет. В Сенате подняли вопрос о проверке лояльности…

— Кеноби не имел права так поступать! Это вызов не только Совету, но и всему Ордену! Я знаю, что это…

— Помалкивай, Дора — и ты, и я обычные джедаи — даже не мастера. Что там решил Совет, не нашего ума дело! Дали приказ — будь добра выполнить. А то кончишь как Скайуокер…

Упоминание собственного имени привело Энакина в чувство. И почти выкинуло из состояния медитации. Но, Ветер все равно продолжал петь свою песню у него в сознании — и теперь это уже не воспринималось как надоедливый, утомительный шум. Так, теперь аккуратно попробуем коснуться Воды… у тебя, судя по словам Райдена, как раз к этой Стихии сродство — должно получиться легче и проще! — Подумал Скайуокер

Узник не видел себя сейчас со стороны, а дежурный наблюдатель Стражи отвлекся, на мгновение, от мониторов — Сила так захотела! — Поэтому никто не наблюдал ни смену целой гаммы эмоций на лице у заключенного, ни того, как шевелились его волосы, словно овеваемые, незнамо каким образом, дующим в камере сильным ветром. Запись… кто их смотрит то, эти записи? — если не происходит чего-то чрезвычайного. И эта запись, на которой потом были запечатлены и другие малозаметные с первого взгляда, но очень интересные — для понимающего человека — моменты. — Она тоже ушла, через сутки, в архив, где и затерялась среди массы другой, совершенно бесполезной информации.

С этого момента Энакин снова почувствовал себя живым. Даже неприятные и болезненные воспоминания, связанные с пробуждением в Палатах Целителей — и осознанием, что он, возможно, никогда больше не сможет чувствовать Силу! — даже это ушло куда-то на задний план. Вот то, как он во второй раз предстал перед Советом, чуть подлеченный Целителями, и все еще чувствовавший себя слабым и больным — это царапало душу. Честно говоря, Скайуокер не ждал особого сочувствия, да ему и самому вспоминать то, как он потерял контроль над собой, пытаясь придушить Олану, было стыдно. В голове всплыли слова одной из райденовских песенок, записи которых тот ему передал. Удивительно похожее тогда у него было ощущение…

Сейчас, как в вытрезвителе ханыгу,

Разденут, стыд и срам, при всех святых,

Найдут в мозгу туман, в кармане — фигу,

Крест на ноге и кликнут понятых.[5]

Он готовился отвечать на вопросы, и даже на обвинения — а ему просто сразу зачитали приговор: все обсудив, и осудив его заочно — даже без самого обвиняемого! Сколько он провалялся у Целителей, пока в себя не пришел? — день, два от силы. Подождать, наверное, Совет не мог — были какие-то другие, более важные дела! Зато, чтобы лично сообщить Энакину свое решение, вытащили его к себе прямо от медиков… чтобы тут же запихнуть уже в самую настоящую тюремную камеру.

Кстати, а сколько же он тут вообще сидит? — по всему выходило, что всего недели три, четыре от силы: редкая вещь, в кои-то веки чувство времени его подвело. Впрочем, теперь с этим должно быть попроще: неожиданный источник информации приносил ему столько обрывков разговоров, которые велись обитателями и работниками Храма, что сознание даже не успевало весь этот поток просеивать как надо. Некоторые новости были тревожными, некоторые — обескураживающими. Оказалось, что кто-то из военных поинтересовался-таки судьбой своего командира — настолько, что, не получив ответа из Храма, сумел сделать запрос через кого-то из сенаторов. Понятно, что игнорировать официальный запрос Сената Высший Совет не мог: обстановка сейчас не та! — и магистры сделали заявление. Там было все, в чем его обвиняли: сотрудничество с Темными форсъюзерами, и возможно даже ситхами, измена Республике — и, заодно, текст обвинительного приговора орденского суда. Возможно, Совет считал, что этого будет достаточно, и Сенат перестанет проявлять любой интерес по отношению к осужденному. Однако, члены Совета не учли мнения «улицы»: информация, доведенная до Сената, быстро стала достоянием прессы — а потом и широкой публики. И вот политически активные граждане, участвующие в работе Комитетов по Защите Республики, стали бомбардировать сенаторов требованиями: провести тотальные проверки во всех силовых структурах Республики. Странно, почему эти пропалпатиновские «политкружки» до сих пор никто не распустил? Наоборот, Комитеты, неожиданно, получили поддержку части населения Корусанта, и кое-кого из Сената. — Там была даже создана некая «комиссия по расследованию антиреспубликанской деятельности»! — Звучит длинно и бредово, но похоже народ стали трясти очень даже нехило: как удалось Энакину понять, из обрывков разговоров, которые он ухитрился выловить, — допросы начали с бывших флотских офицеров. Терринальд Скрид был, конечно, сложным человеком, и отношения у него с Энакином были не безоблачными: старый юстициар с трудом терпел «молодого выскочку» джедая. — Но, сработались они неплохо — до того времени, когда пришел момент выбирать: быть с Палпатином, или быть против него. Что там сенаторам наговорил Скрид, Скайуокер не знал — но Сенат запросил у Ордена: доставить его в эту «комиссию» для допроса, по расследованию обстоятельств «мятежа клонов». Так обтекаемо теперь стали звать короткую гражданскую войну между республиканскими частями, и войсками, которые остались верными бывшему Канцлеру. Если чей-то разговор, что он услышал совсем недавно, был правдой, то завтра или послезавтра его должны были свозить в Сенат: Совет, испугавшийся волны митингов на улицах столицы, решил пойти навстречу господам сенаторам. Это был шанс!

Следовало вспомнить все, чему он смог научиться, осваивая кроварский метод работы со Стихиями — пригодиться, может все, что угодно. Черт знает, что там захотят у него выпытать в этой самой сенатской комиссии, но они могут потом и не вызывать его к себе, повторно. А это значит, что данная поездка может стать единственной возможностью побега: транспорт наверняка будет сопровождать сенатская стража — от Ордена выделят максимум пару джедаев. — Кто будет опасаться отрезанного от Силы преступника? А на обратном пути даже сенатской стражи, скорее всего, не будет… ладно, тогда и посмотрим, что делать! Придется подстраиваться к обстоятельствам. Может, удастся даже увидеться с Оби-Ваном… интересно, чем это он мог разозлить Совет? Энакин невольно вспомнил сцену оглашения приговора, где Кеноби присутствовал наравне с другими членами Совета — успел вернуться с Внешнего Кольца. Скайуокер уже не мог воспользоваться Ощущением, чтобы поймать отголоски эмоций окружающих, а выражение своих лиц присутствующие контролировали очень хорошо. Только сейчас он с удивлением узнал, что Кеноби, вместе с магистром Винду, Сэйси Тийном, Китом Фисто и Пло Куном голосовали тогда в его пользу! — но потом вынуждены были подчиниться решению большинства. Да, встретиться с кем-нибудь из тех, четырех он бы тоже не отказался: можно было бы хоть узнать — какую судьбу уготовил ему Совет в дальнейшем. Остальные бывшие собратья… он теперь даже не знал: кому вообще можно верить!

Вот и Падме тоже как то странно себя ведет. Что там, на самом деле, случилось с их детьми? — откуда пошли эти дикие слухи и сплетни, что вывалила на него Олана Чион? Из разговоров в Храме Энакин уяснил, что сенатор Амидила вернулась к исполнению своих обязанностей — и даже успела побывать в Храме! Правда, с кем и о чем она тут говорила, собеседники не упоминали. Зато в разговоре мелькнуло, что ее фракция в Сенате тесно сотрудничает с этой самой «комиссией по расследованию антиреспубликанской деятельности». Чем черт не шутит, может им удастся увидеться там, в здании Сената — если она будет в курсе, что его вызывают на допрос — и поговорить, наконец? Как же плохо, что он не может почуять через Силу — все ли с ней в порядке!

Оторвавшись от бесплодных размышлений, Скайуокер снова устроился на лежанке, изображая перед возможными наблюдателями попытку занятия медитацией. Следовало как можно быстрее восстановить навыки работы со всеми остальными Стихиями: от самого простого, к более сложным приемам. Даже если повезут его завтра, он должен быть готов. Когда, через несколько часов, усталый, Энакин взял со столика чашку с водой, налитой из кувшина, стоявшего там же, — никто из наблюдавших не разглядел, что пальцы руки, якобы подносившие чашку ко рту, совсем не касались ее стенок…

* * *

— Падме, это безумие!

— Почему, Бэйл? Энакин мой… хороший знакомый! — и, да, я не верю обвинениям, которые против него выдвинуты. Совет уже ошибался, раньше: помнишь ту историю, с падаваном Энакина? — тогда справедливость было восстановлена! Так что, я непременно буду в числе тех, кто станет представлять нашу фракцию на слушаниях Комиссии… нам всем надо узнать правду, а не то, что некоторые джедаи за таковую считают.

— А если они все же правы, и он на самом деле виноват?

— В чем бы ни была его вина, я не верю, что он изменник!

— Я тоже. Но, ты помнишь, что нам рассказал Оби-Ван Кеноби?

— Оби-Ван рассказал нам явно не все, что знает. К тому же, его здесь просто не было, когда все произошло! — лучше все узнать из первых рук, чем принимать решения, довольствуясь чужим пересказом…

— Хорошо, я поддержу любое твое решение — в конце концов, мы не только политические единомышленники, но и друзья. Только, пожалуйста, будь осторожнее в словах: ты знаешь, как я относился к Палпатину, но одно я могу сказать точно — такого непочтения к закону, которое началось сейчас, при нем бы точно не было! Толпа угрожает Сенату — от нас требуют, чтобы мы начали арестовывать народ пачками. Сейчас требуется максимальная аккуратность в словах и действиях.

— Спасибо, я очень ценю твою заботу Бэйл! Мне пора идти, встретимся завтра в Сенате…

Бэйл Органа смотрел, как сенатор Амидала уходит с посадочной площадки внутрь своего жилища. Небольшая свита, встречавшая ее здесь, последовала за ней — кроме пары охранников и капитана Грегори Тайфо: явно собираются дождаться, когда его спидер, на котором он доставил Падме Наберри от здания Сената, улетит. Вежливые ребята, и бдительные — это хорошо, времена сейчас ох какие непростые. Что-то не давало Бэйлу покоя… — вспомнил! — пара дроидов, что сопровождали Амидалу: их, и этого недотепу Бинкса он доставил сейчас вместе с ней, до дома.

— Капитан Тайфо, можно вас на минутку?

— В чем дело, господин вице-король?

Парень был отменно вежлив и корректен — не заискивал, и не пытался держаться запанибрата. Набуанец ему определенно нравился: профессионал, знающий свое дело!

— Скажите, эти дроиды… точнее, дроид-астромех — откуда он у госпожи Амидалы?

— Ну, протокольник у нее служит года три. А астромеханика недавно ей привезли клоны: вроде бы, этого дроида она давала Скайуокеру — но, по закону это набуанское имущество. Вот нам его и возвратили. А в чем дело?

— Я помню, что эти дроиды были как-то связаны с Энакином Скайуокером. Вы видите, капитан, что сейчас происходит на Корусанте?

— Ну, да… порядок на улицах Лорду-Протектору навести бы, не помешало!

— Если бы только это! К сожалению, сейчас очень удобно сводить старые счеты — а у госпожи Амидалы много… недоброжелателей в Сенате: у нас не любят честных политиков. Завтра намечаются слушанья в сенатской Комиссии по Расследованию антиреспубликанской деятельности. Многие знают, что ваша хозяйка была близко знакома со Скайуокером. Могут задать очень неудобные вопросы — но, как раз это ничего не значит. А вот эти дроиды… точнее — их блоки памяти! — в них наверняка содержится слишком много того, что сенатор Амидала никогда не пожелает сделать публичным достоянием.

— К чему вы клоните, господин Органа?

— Когда этим дроидам последний раз чистили память?

— Аааа! Вот оно что — спасибо, господин вице-король! Я позабочусь о том, чтобы моей госпоже ничего не угрожало…

Бэйл попрощался с капитаном Тайфо. Через минуту его аэроспидер уже парил в подходящем транспортном потоке, высоко над поверхностью планеты, неся сенатора к его собственному жилищу. Что же, одной заботой меньше: роль лидера фракции, которую Органа последнее время все чаще на себя примерял, вещь хлопотная.

* * *

— Ну, рассказывай Мэйс, как ты докатился до жизни такой?

Мэйс хмуро посмотрел на старого, седовласого косианца: нет, не шутит. Настроение, и без того поганое, ухудшилось еще больше. Судя по риторической фразе старого мастера то, что он нарыл в своем расследовании, ничего хорошего не сулило. Ладно, правила игры нужно соблюдать…

— Я думал, что это ты, мастер Тера, что-то мне расскажешь.

— Рассказать мне есть чего. С каких новостей мне начинать? С плохих, или с очень плохих?

— Хороших новостей, как я понимаю, у тебя нет?

— Почему же — Кеноби со своим падаваном, и еще с парой молодых ребят, благополучно добрались до Мандалора. В наше время, это уже хорошая новость. Но, тебе ведь не про это нужно?

— Считаешь, что Оби-Вану могло что-то угрожать?

— Мэйс, не прикидывайся наивным юнлингом! — После того, как он высказал Совету все, что о вас думает, и заявил, что уходит из Ордена совсем… — я удивляюсь, что ему вообще удалось покинуть здание Храма! А уж то, что с ним улетело трое падаванов, так с точки зрения наших любителей блюсти Свет, нравственность и порядок — вообще ни в какие ворота лезть не должно.

— Там, на Совете, мне показалось, что никто не поверил, что Кеноби собирался уходить всерьез. Точнее, уходить из Ордена: Ки-Ади-Мунди даже собирался уговорить его остаться и в Совете тоже.

— А Оби-Ван быстро сделал ноги, как по аналогичным поводам обычно выражаются на нижних уровнях Корусанта. По моему, так очень вовремя!

— Ты говоришь так, как будто дело идет о какой-то банде, вроде Черного Солнца!

— Ох, магистр Винду — откройте глаза пошире: сейчас у нас тут обстановка не лучше, чем в этой почтенной организации теневого бизнеса. Уже разборки за власть и влияние, с человеческими жертвами, пошли!

— Хорошо, а можно подробнее?

Старый мастер, согбенно опирающийся на тросточку, слегка покачал головой и начал рассказывать Мэйсу то, что ему удалось разузнать по тем вопросам, которые интересовали магистра.

— В общем, Мэйс, поимели вас всех классически, с помощью элементарной подставы! Просмотрел я видеозаписи из комнат Скайуокера, и показал их надежным людям. Уже одно то, что записи были якобы «частично испорчены», и не содержали звукового сопровождения, должно было бы насторожить Совет: вам такое дерьмо ведь уже скормили, один раз, не правда ли? — когда ложно обвинили Асоку Тано. Любой полицейский сразу же скажет: имел место сговор между охраной, и Оланой Чион. Цель сговора? — спровоцировать Скайуокера на агрессию! — чтобы охрана имела полное право применить Силу для его «нейтрализации» На юридическом языке это называется «обеспечить алиби».

— Я знаю, что такое алиби.

— Не перебивай! Я еще не закончил. Кстати, Кеноби со Скайуокером разговаривал — пусть даже в присутствии кого-то еще?

— Нет, а что?

— Значит он на самом деле такой хороший следак, как мне про него говорили: смог как то зацепиться за улики и откопать истину сам. Как мне тут донесли, что он подробностями этого «несчастного случая» интересовался: и кое-кого из причастных к тому делу расспрашивал, сам. Так что, я как раз не удивлен его бегством с Корусанта.

— Тогда, почему он не сказал мне, или еще кому? — это же не его личное дело: если вы и он правы, то дело идет о безопасности Ордена!

— Мэйс! Все эти несоответствия, нелепости и улики были у Совета перед глазами все это время — почему никто из вас не ударил пальцем о палец, чтобы установить истину? Почему вы вообще поверили этим вздорным обвинениям против не самого плохого члена нашего Ордена? Между прочим, того, кто не раз делом доказывал свою преданность!

— Но, Суун Бейтс…

— Несомненно, достойный джедай! — ни пятнышка Тьмы в ауре. Ни разу ни в чем не ошибся, в отличие от Скайуокера. То, что Скайуокер все время занимался делами, которые ему поручали Совет и Республика, это же не считается? — И не учитывается, что когда делаешь дела, то неизбежны и ошибки…

— Как будто Бэйтс делами не занимался!

— Скажем так: есть дела — и есть дела. Делом жизни мастера Бэйтса является получить возможность указывать Ордену путь, по которому ему надо следовать — причем, согласно воззрениям магистра Сууна. Проще говоря — получить как можно больше власти и влияния в Храме. Так вот, переходя к сути моего расследования: Как мне стало понятно, Суун Бейтс и группа его единомышленников в Ордене — не так уж и большая, но и не малая! — взяла на себя право претворить эти свои воззрения в жизнь. Любыми подходящими, с их точки зрения, способами. Не то, чтобы они имели что-то лично против Скайуокера — Энакину просто не повезло оказаться на пути осуществления их великих планов…

Итак, с технической точки зрения все было сделано топорно, но эффектно: Скайуокер действительно сорвался! Личность провокаторши, не побоюсь этого слова, мы обсуждать не будем — это просто мелкая фигурка на доске. Скорее даже — отыгранная карта. Недаром Бейтс и компания даже не убрали ее из Храма: ее, как ту террористку, саму использовали втемную — пользуясь ее негативным отношением к Скайуокеру лично. Идем дальше. Оба Стража Храма, что замешаны в этом деле — совсем другая история: для Бэйтса это ценные кадры! Как я узнал, обоих практически тут же, сразу после поверхностного расследования, услали с Корусанта с какой-то мелкой миссией — явно на случай более серьезного разбирательства.

— События вокруг Алмасской Академии нельзя назвать «поводом для мелкой миссии».

— Мелкая, мелкая! — для проведения расследования было бы достаточно одного джедая, занимающегося подобными делами профессионально — вроде того же Кеноби, или еще кого. Ни Т'Ка Элвиин, ни Ваан Ра-Сейт подобным опытом не обладают: вся их карьера — это служба в Страже. Конечно, мастер Элвиин имеет богатый опыт — но это опыт иного рода. А если братьям с Алмаса нужна была силовая поддержка, то пару джедаев отправлять тем более было бессмысленно — тут нужна была бы целая команда! — или хотя бы легион клонов, в придачу к этой парочке.

— Считаешь, нужно их отозвать, и заняться разбирательством?

— Да нет, бессмысленно: эти тебе ничего полезного не скажут — хотя я уверен, что оба знают очень и очень многое! Ты сплетнями не интересуешься?

— К чему подобный вопрос?

— Я про личную жизнь кое-кого из наших братьев: кто-то романы с красивыми и полезными делу Ордена сенаторшами или герцогинями крутит — а кто-то обходится тем, что имеет под рукой…

— Странный намек. Как я понимаю, это про Элвиина и Ра-Сейта?

— Про них, про них: Стража у нас вообще очень закрытая корпорация внутри Ордена — но, кое-что просачивается наружу и оттуда. Только намеки и сплетни — не более! В суд я бы с таким не пошел — а то еще и самого могут привлечь к ответственности, за клевету и диффамацию.

— Так эти двое…

— Джедаям любить не запрещено, да. И нигде не сказано, что предмет любви не может быть с тобой одного пола.

— Полагаешь, Суун Бейтс может держать их в руках, шантажируя отношениями?

— Шантаж… ну, не так грубо! Да и Суун там не один, сам по себе. В общем, из этих ты ничего не выколотишь. По крайней мере, если их не удастся связать с теми мерзавцами, что прилетели за Скайуокером — представившись Стражей Сената.

— Тут дело наверняка глухое: когда все произошло, тех двоих уже не было на планете!

— А ты поищи! Сейчас в твоем распоряжении все силовые ведомства и спецслужбы Республики — пока ты Лорд-Протектор. Тот же Айсард: прокол с мнимыми «стражниками» это тень и на Убикторат тоже — он будет искать не за страх, а за совесть. — И своих людей работать заставит, на все сто. Ну, и еще прошедшие беспорядки, с выдвижением политических требований — силовикам это точно не понравилось. Намекни им, что беспорядки могли возникнуть не просто так. Нужны улики, а не ощущения в Силе — дальше надо работать не форсъюзерам, а государственной машине. Эти ребята наверняка оставили массу следов, когда организовывали теракт, чтобы убить Энакина — как важного свидетеля. Было им, что скрывать, раз они его так открыто убрали! Вот, возьми — то, что мне удалось накопать самому…

Тера Синубе протянул Мэйсу инфокристалл, который тот сразу же спрятал в одном из кармашков на поясе.

— Тера, зачем ты стараешься помочь мне против Бейтся и его единомышленников?

— Потому, что ты барахтаешься, тянешь на себе эту неподъемную ношу Ордена и Республики, одновременно. Тянешь в целом, в правильном направлении. Может быть и плохо, но уж как есть. А куда нас заведут, с такими методами, Бейтс и компания, я предположить, способен — и мне эти предположения совсем не нравятся! Можешь считать меня старым сентиментальным дураком, но Энакин Скайуокер был самым лучшим нашим возможным будущим — таким, каким я хотел бы его видеть. Не просто винтиком в республиканской машине, чем мы стали после Руусана, а неотъемлемой частью обычной жизни — парень бы смог…

— С Лордами-джедаями, джедайскими родами и семьями…

— А хоть бы и так! Если нам придется остаться у руля Республики, что-то подобное все равно появится, так или иначе, — может, форма просто будет несколько иной, чем в старые времена. Ты же вон, Протектором заделался — и Республика не рухнула в пропасть. Ладно, нам пора расходиться: место здесь тихое, но лишний раз поберечься не помешает — как-то не хочется, на старости лет, оказаться еще одной жертвой «несчастного случая».

Мэйс попрощался со старым джедаем, и они разошлись. В голове у магистра уже крутились варианты того, к кому и как лучше стоит подойти, чтобы начать решать эту проблему. Следовало поторопиться, а пешком идти переходами и лестницами далеко. Темнота в проходе под Храмом ему не мешала, а вот когда ее мрак впереди прорезал какой-то отблеск света, магистр Винду насторожился — в той крипте под Храмом, мимо которой он должен был пройти, сейчас, по идее, никого быть вообще было не должно…

* * *

Чем ближе был предполагаемый вызов на слушания в сенатской комиссии, тех труднее становилось Энакину сохранять спокойствие. А допускать того, чтобы стража заподозрила хоть малейшее изменение в настроении заключенного, никак не следовало: не стоило считать своих врагов благодушными дурачками! Именно врагов: теперь уже бывший, джедай четко разделил своих прежних собратьев на тех, кому на него было, в общем-то, наплевать — и на тех, кто сделал все, чтобы он оказался именно здесь, и в таком состоянии. Нет, было еще несколько тех, кто боролся за него до конца… — но их голоса так и не были услышаны. То, что сам он потерял способность чувствовать Силу, совсем не значило, что никто из других форсъюзеров не мог почуять, через нее, намерения арестанта. Перспектива того, что охрану, которая должна будет сопровождать его в Сенат, могли значительно усилить, была бы совсем нерадостная. Так что, держимся перед камерами так, как будто ничего не изменилось — и изо всех сил демонстрируем наблюдателям обычное поведение, к которому они уже привыкли, и которое им наверняка прискучило лицезреть. Не то, чтобы Стихии, контроль над которыми Энакин более-менее восстановил, давали какую-то четкую картину. — Просто, он отметил постепенное падение активности работы с голокамерами, установленными в его камере: «зрителям» явно было скучно!

Что же, пусть скучают и дальше — Энакин их не подведет: будем и дальше изображать смирившегося со своей участью заключенного. Жаль, что из-за этого плотного наблюдения так и не удалось толком проверить: вернулась ли способность манипулировать Стихиями в достаточном объеме. Но, тут уж придется рискнуть — другого шанса ему может и не представиться! Вообще, Скайуокер решительно не понимал, почему его все еще держали в Храме. Ладно бы, если бы на нем хотели бы потренироваться Целители — все же, джедаи теряют связь с Силой совсем не каждый день. Так нет, после того, как он пришел в себя, он ни одного Целителя рядом с собой даже не видел. Он вообще никого не видел, кроме Стражей, в их неизменных масках. И, это раньше, пока он мог пользоваться Чувством Силы, он различал через нее каждого живого разумного даже без помощи зрения. Сейчас, кроме глухих масок он так ничего увидеть и не смог бы: пользоваться техникой Формовщиков Кро Вара, в присутствии бдительной охраны, чтобы «срисовать» их портреты с помощью Стихий, было слишком рискованно — даже в таком виде использования, возмущение в потоках Силы были все равно. Понять, что из себя будет представлять его охрана, очень хотелось бы. Но, не ценой того, чтобы эта охрана ни с того ни с сего всполошилась бы, на якобы пустом месте. Ладно, постараемся включить логику. И еще, тот небольшой жизненный и профессиональный опыт, полученный, когда они с Оби-Ваном — еще до войны — летали по галактике. Защитники мира и справедливости, да…

Когда за ним пришли, Скайуокер сделал вид, что удивлен и встревожен: так было проще замаскировать то, что он воспользовался плетениями Воздуха и Воды, чтобы лучше чувствовать конвоиров. Джедаи… никак не отреагировали! — раз заключенный не демонстрировал угрозы, то чего суетиться — не так ли? Пара обычных безликих, за масками, Стражей, повела его по коридорам — не вверх, к известным ему ангарам или посадочным площадкам, а куда-то наоборот, вниз. Энакин добавил к уже используемым Стихиям Землю и Огонь: так лучше чувствовалась техника. Где то впереди, да — почти на этом же уровне, явно стояло что-то летучее: характерное ощущение от работы включенных на холостой ход репульсоров, не спутаешь ни с чем. Вообще, когда пропало то постоянное чувство единства с Силой, Стихии, казалось, потихоньку начали заменять его. Еще сидя в камере, за каких-то несколько часов, не двигаясь и даже не вставая с лежанки, Скайуокер ухитрился осторожно исследовать конструкции и коммуникации здания Храма на несколько десятков метров вокруг себя. Нет, чувство было не таким, как если бы от привычно воспользовался потоками Силы. В одном случае, работало что-то вроде томографа, сканирующего живую ткань, а в другом — дефектограф «просвечивал» мертвую материю жестким излучением и ультразвуком. Но, результат и то, и другое давало похожий. Итак, сейчас рядом с ним шли: высокий пауан, и среднего роста толатианка — во всяком случае, таков был результат его небольшого дистанционного «исследования». Ни один из Стражей, кажется, ничего не заподозрил.

Пискнул вызов коммуникатора, закрепленного на запястье у мужчины. Пауан дал знак своей спутнице остановиться. Та потребовала того же от Скайуокера, преградив ему дорогу своим деактивированным двухклинковым мечом. Энакин невольно передернул плечами: так небрежно действовать, это никуда не годиться! — Обленились и зажрались они тут, в Страже — захоти он, обезоружить и даже, возможно, убить толатианку, Скайуокер мог бы даже в своем теперешнем состоянии. Причем, не прибегая к помощи Стихий! Сила Силой, но такая потеря бдительности… это что-то ненормальное. Особенно сейчас, когда мало того, что появилась масса клонов, которых джедаям «прочувствовать» было очень трудно, так еще и появились нехитрые методики того, как научиться прятать свои агрессивные намерения от одаренных. Что там говорить, если он сам когда-то — еще в прошлой жизни! — у Боз-Пити, помниться, учил республиканских офицеров тому, как обмануть вражеских форсеров, если придет случай. Случай не пришел, и Моргукаев Графа ликвидировали без абордажных боев на орбите… — однако, кое-кто из его тогдашних «учеников» проявил поразительные успехи в сокрытии мыслей и намерений. Хотя, какое ему теперь дело до джедаев? — пусть ребята занимаются своими проблемами дальше сами…

Между тем, перед глазами ушедшего шагов на двадцать вперед пауана вспыхнула голограмма, неплохо различимая даже отсюда: сто лет не видел! — магистр Суун Бейтс собственной кислой персоной. Ветер донес тихий шелест вокабулятора комлинка отчетливо и ясно.

— По прибытии в ангар, сдайте арестанта на руки служащим Сенатской гвардии: это приказ Совета!

— Но, магистр, по правилам…

Кажется, Страж таки большой формалист! Или, возможно ему чем-то не нравиться происходящее? Послушаем дальше…

— Стражи Элвиин и Ра-Сейт, к сожалению, уже находятся в Сенате — их тоже будут опрашивать. Как свидетелей.

Ого, знакомые имена! Интересно девки пляшут, как говаривал по поводу таких странных делишек Райден Дуку. Между тем, пауан явно был недоволен.

— Магистр Бейтс, по правилам, заключенных должны сопровождать джедаи. Я…

— Не беспокойтесь, Страж, все согласовано. Неужели вы боитесь, что этот несчастный сбежит? Гвардия Сената свое дело знает хорошо. Тем более, что вместе с сенатскими гвардейцами он полетит только до здания Сената — оттуда, обратно, его доставят уже ваши коллеги.

— У меня нехорошее предчувствие, магистр Бейтс! Я привык доверять тому, что говорит мне Сила…

— Понимаю, скорее всего, это из-за той обстановки, что сложилась сейчас на Корусанте. В том числе, и усилиями того молодого человека, что вы конвоируете. Возмущение в Силе чувствуют многие наши братья. Тем не менее, нам нужно делать то, что надлежит делать — то, что кроме нас не может сделать больше никто. А обычными делами пусть занимаются обычные люди. Насчет же безопасности… Совет это волнует не меньше вас! Кстати, по нашей настоятельной просьбе, для транспортировки заключенного выделили два НВШТ: один как собственно транспорт, а второй — для сопровождения.

Ого, это может сильно осложнить все дело: Энакин лихорадочно принялся выстраивать про себя возможный порядок работы со стихиями. — Водяная Завеса хороша против живого взгляда. Дыхание Ветра… нет! — его он, конечно, тоже не забудет — но это для предугадывания чужих намерений, а ему нужно будет скрывать свои действия. Огненная Стена? — тоже нет: она против ментальных техник, а там, как он понял, будут неодаренные. Разве что, видеокамеры вывести из строя — там плетение чуть другое будет, только и всего. Но, это те, что будут рядом или достаточно близко — ему нужно, же нейтрализовать еще и те, что будут на окрестных зданиях, и пролетающем там-же постороннем транспорте. Песчаная Буря не годится — она, конечно, забьет помехами все виды сканеров, а не только одни голокамеры… но эта техника сама по себе мощный демаскирующий фактор: как дымовая завеса. Инцидент то, если его побег удастся, будут потом расследовать профессионалы! Мираж или Зеркало… Райден эти технику показывал. Черт, знал бы — попробовал бы раньше отработать: и там, и там вместе с Водой и Воздухом ему придется применять Огонь. Много Огня… — а другого выхода, кажется, нет! Тем более, что любая техника полета тоже потребует сплетения Ветра с Огнем — и еще немного в Землей: техники Стихий левитацией не оперировали, только чистая механика и термодинамика. Так, стоп! — а тепловой след? — «Ночные» камеры могут брать и инфракрасную картинку. Конечно, не факт, что этот режим будет задействован и ясным днем, но, тем не менее — подумать об этом стоило: устраивать взрывы и пожары как то не хотелось! Да… уйти аккуратно вряд ли получится. Может, лучше все же попробовать сделать ноги на обратном пути? — особенно, если тогда его будут сопровождать в Храм два тех самых гаденыша. Жаль, так и не удалось увидеть морды ни того, ни другого — только маски Стражей.

Между тем, пока Энакин так размышлял, разговор Стража и магистра Бейтса закончился. Пауан призывно махнул рукой, и его соратница опять небрежно ткнула рукоятью меча Скайуокера в бок — двигай, мол, вперед! Энакин покорно пошел туда, где их ожидал второй Страж…

Ангар открылся за очередным поворотом коридора: относительно небольшое, и совершенно пустое помещение — широкие ворота стояли настежь распахнутыми, с полностью разведенными створками. Несколько дроидов из храмовой прислуги, да какой-то незнакомый джедай, стоявший возле пары устроившихся на полу ангара НВШТ. Рядом с ним стояло всего двое Гвардейцев, в своей синей полевой броне. Похоже, пилоты и стрелки наружу даже не вылезали. — Судя по тому, что было видно через блистеры, это были обычные клоны из числа корусантских стражников: очень уж характерной была раскраска их доспехов. Зачем этих-то привлекли? Странно, очень странно! — У Сенатской гвардии вполне себе были свои собственные средства транспорта и воздушной поддержки. Энакин насторожился: приобретенный еще до войны опыт, и уроки Оби-Вана утверждали, что такого рода несоответствия обычно несут угрозу. Только вот, какую?

Наконец, они пересекли ангар и подошли к транспортам. Джедай, явно знакомый с его конвоиром-пауаном, представил тому обоих гвардейцев: лейтенант Са» аррел и сержант Чинк Ол-Авер — названные вояки поочередно кивнули, но шлемов так и не сняли. Вообще то, это, по меньшей мере, невежливо — хотя знающим понятно, что форсъюзеры «видят» окружающее не только глазами. Но, Стражи, видимо, посчитали достаточным того, что этих гвардейцев как-то знал этот незнакомый джедай. Тем временем, подошедший к Скайуокеру лейтенант снял с пояса силовые наручники. Энакин покорно подставил запястья: что-то подобное он и предполагал. Он внимательно окинул взглядом экипировку гвардейцев. Вообще говоря, гвардейская броня была, в известной мере, скопирована с армейской брони клонов — разве что материалы использовались покруче, да встроенных приспособлений напихать можно было больше: высокая цена эту контору не смущала, с их финансированием. Стандартные армейские карабины, пистолеты в качестве запасного оружия, набор гранат, висящих у каждого на поясе, джетпак… так, стоп! — За каким чертом у них гранаты и джетпаки? — глаз невольно зацепился еще за одно несоответствие: совсем нет никакого нелетального оружия. То есть, совсем нет — возможность выставить в оглушающий режим карабины и пистолеты не в счет. А внушительный набор гранат, к тому же висящих так, что их можно пустить в ход практически моментально, в конвойной службе так совсем ни к чему. Им бы дополнительные связные устройства были нужнее, как и еще разная специальная «полицейская» электроника, положенная тем же Сенатской гвардии по штату — но, ничего подобного Энакин не заметил. Только встроенные в наручи брони боевые комлинки.

Лейтенант приказал грузиться в ближайший НВШТ — обычный многофункциональный низко-высотный штурмовой транспорт: вооружение на внешних подвесках отсутствовало. Зато второй НВШТ был оборудован как канонерка — шаровидные прозрачные турели из транспаристила, с уже сидящими в них стрелками, были втянуты в корпус по-походному. — Вот у него ракеты на крыльях висели! Когда Скайуокер подошел к транспорту, сержант грубовато подтолкнул по направлению к десантной кабине — как будто тот сам не знал, куда идти. Между тем, лейтенант приложил кодировочный цилиндр к датападу, который протянул в его направлении Страж-пауан. Потом, кивнув головой джедаям, подошел к НВШТ, где в десантном отсеке уже стояли Энакин и второй гвардеец. Под взглядами молча наблюдавших за ними орденцев, лейтенант дернул Скайуокера за скованные руки, и закрепил его наручники, зацепив их силовым жгутом за поручень. «Перестраховщик» — пронеслось в голове у парня…

Репульсоры плавно оторвали НВШТ от пола ангара. Сперва один транспорт, а потом и второй вылетели наружу — в каньон свободного от застройки пространства, опоясывавший Храм. Странно, почему они не закрывают створки дверей десантного отсека? — словно у нас тут намечается боевой вылет с последующим десантированием на голову врага! Снаружи, справа и выше, мелькнул силуэт второй канонерки: стрелковые турели уже отведены наружу, по-боевому — вот там ребята службу знают. Между тем, лейтенант явно что то скомандовал пилотам, а может, говорил и еще с кем: перед этим от потыкал сенсоры комлинка — но звуков, понятно, из-под шлема не прозвучало. Черт, тут он сам виноват! — Скайуокер потянулся за потоками Стихий, прежде всего — Ветра: надо лучше контролировать обстановку, а не пытаться ловить пролетающих нетопырок открытым ртом…

— …действуйте по плану!

Отзвук чужой речи, эхом отдавшийся в голове, был ясен и отчетлив. Что же, послушаем разговорчики. — Наблюдать за полетом глазами Энакин тоже не переставал: оба транспорта забирались все выше, выходя в более удобные для полета к Сенату эшелоны. Через некоторое время разговор его конвоиров возобновился: о том, что их могут подслушать, те, кажется, даже не подозревали.

— Как будем рубить хвосты, Зак?

— Как запланировали, так и обрубим! — чего ты нервничаешь, парень? Хорошо, что здесь джедаев нет — а то бы нас спалили. Вон, тот чертов дылда в маске: мне никакой Силы было не нужно, чтобы понять, что он нам не доверяет — а еще ты мандражишь! — Они такое враз чуют.

— Ничего я не мандражирую! И… так нам даже больше поверили: ведь этот парень ох как непрост — такого и нужно опасаться…

— Гы-гы-гы! — он был непрост, когда то. А теперь, Балабол точно сказал, что пацан спекся по ихней, джедайской части — то есть был, да теперь весь вышел!

— Боевой опыт не пропьешь — это ни какая не сила-шмыма, и прочие фокусы для публики в цирке. Это, во-первых. А во-вторых — ты уверен, что Балабол нас не кинет, после этого дела? — Рисково же…

— Я с ним начинал работать еще до этой войны. Балабол… он, конечно, балабол — но мы ему нужны, для таких вот грязных делишек! Обо что он и его друзья, понятное дело, не хотели бы пачкать свои чистые джедайские ручонки. Так что, не дрейфь, Мунк — мы еще подоим эту банту! Сейчас отойдем подальше от Храма, сыграем спектакль — и ходу…

Разговор этих двоих временно затих. Хотя, Ветер доносил отголоски эмоций обоих субъектов: этот «Мунк» явно не был убежден словами своего спутника. Чего же это он так побаивался то, а? — это уже даже не странно: это по настоящему опасно. Энакин сейчас готов был съесть собственные сапоги, если бы его кто попытался убедить, что его конвоиры — настоящие Сенатские гвардейцы! Наемники… опытные — это да: чувствуется хватка. Но не солдаты. Кто они, и откуда? Забрезжившую было в душе надежду — может, это ему кто побег организует? — он тут же отбросил: был в Ветре какой-то запашок… неприятный, что ли. Интересно, а где же тогда настоящие лейтенант Са'аррел и сержант Чинк Ол-Авер — или они тоже участвуют в этом деле, обеспечивая прикрытие этим головорезам? Между тем, НВШТ явно вписались в нужный им транспортный поток — и этот поток вел совсем не в сторону Сената!

— Куда мы летим?

Задавая свой вопрос, Энакин вовсе не надеялся на ответ. Главное — привлечь внимание охраны: он ни на минуту не сомневался, что в десантном отсеке работают голокамеры, и ведется наблюдение и постоянная запись. Ну, не идиоты сидели с Высшем Совете: контроль за его перемещением должен был быть налажен! Конечно, эти наемники действуют в связи с кем-то в Храме, несомненно — но, точно не в интересах всего состава Совета. В общем, надо посмотреть, как «охрана» отреагирует на обвинение. Реакция была неожиданной: конвоиры на его слова не ответили вовсе — только «лейтенант» выглянул, зачем то, за борт. Впрочем, зачем именно он выглядывал, стало понятно тут же — после его слов подельнику.

— Все, Мунк, подлетаем к точке отхода! — готовь взрывчатку, а я отработаю «обращение к публике».

«Сержант» молча, снял с пояса сразу все гранаты и стал прикреплять их к дальней от Скайуокера стенке десантного отсека — прямо около пилотской кабины! Две осколочных, ионная, электромагнитная… и термодетонатор! — мозг отметил детали чисто машинально. По идее, одного единственного термодетонатора на НВШТ со всем его содержимым хватило бы с избытком — зачем ему еще и другие гранаты понадобились? А сам «лейтенант» достал из штатной десантной боеукладки ракетомет, одновременно передав приказ, через комлинк, канонерке сопровождения — подойти, и встать вровень с ними, у борта. Когда пилот второго НВШТ стал выравнивать свой аппарат метрах в двадцати с их правого борта, «лейтенант» поднял ракетомет, и выстрелил. Форс пламени ушел из отсека за борт, через открытые двери, никого у них не задев — а ракета тут же воткнулась в летящий рядом НВШТ. От ударной волны их транспорт бросило в противоположную сторону — пилот с трудом удержал его от сваливания в штопор! Энакин удержался на ногах, но наручники больно врезались в запястья. Нет, нахрен такое счастье! — надо срочно освобождаться от кандалов. Да и оставаться тут тоже чревато — этот урод с гранатами тоже явно хочет тут всех убить, кроме самих наемников. Между тем, «сержант» явно закончил возиться с взрывными устройствами — выставив все на подрыв по встроенным таймерам.

— Все, Зак, у меня готово! — В запасе минута времени, не больше.

«Лейтенант» отбросил в угол отсека пустой тубус ракетомета — и включил вокабулятор своего шлема. До этого наемники переговаривались по закрытому каналу, да еще «лейтенант» вторую НВШТ через комлинк подозвал поближе — перед тем, как выстрелить в канонерку ракетой. Вслух тут, за все время полета, говорил только сам Энакин… до этого момента.

— Скайуокер! Наш наниматель передает тебе «пламенный» привет — в прямом смысле.

«Лейтенант» кивнул на стенку, улепленную его напарником взрывными устройствами, и продолжил.

— Райден Дуку велел еще передать, что за тобой должок: жизнь его родственника! — расплатишься по прейскуранту. Проценты он тебе решил скостить — так что, умрешь легко. Ну, ладно — мы пошли: счастливо оставаться.

Когда «лейтенант» кончил болтать, фальшивые гвардейцы одновременно, с разных сторон прыгнули за борт канонерки — оставив Энакина в отсеке одни на один с активированными взрывными устройствами. Скайуокер, быстро повернув голову из стороны в сторону, проводил их взглядом: грамотно ушли, за корму — чтобы пилоты НВШТ не заметили сразу. Почти тут же бабахнули два взрыва… за бортом, — наподдав напоследок транспортнику пинка, для скорости. А этот, теперь уже покойный «Мунк», оказывается, был не так уж и неправ, в своих опасениях! — кто-то явно поработал с джетпаками обоих наемников, убрав нежелательных свидетелей и сообщников…

Секунд сорок осталось, может даже и меньше… он просто ничего не успеет сделать: при попытке отодрать взрывные устройства с помощью плетений Земли они, скорее всего, просто сдетонируют немедленно. А отключить таймеры… — если бы он мог чувствовать Силу, как прежде! Энакин, с помощью потоков Земли и Огня сломал силовые наручники, освободившись от оков, и рыбкой выпрыгнул следом за незадачливыми убийцами. В голове была только одна мысль: достанет его ударная волна взрыва, энергии которому добавит топливо двигателей канонерки — или нет.

* * *

Приятели звали его Длинным Ножом, и это имя биттхеврианец принял как новое — вместо того, каким его называли на давно покинутой родине. Двухметровый, страхолюдного вида громила, Длинный Нож был главным пугалом в банде у Черного Кота. Сам Кот, ловкий и обходительный — когда ему это было нужно, — ботан, очень ценил своего зубастого и мускулистого подручного именно за способность нагнать страха на «клиента». Часто, именно такая метода приносила их шайке наилучший результат. Вот как сегодня: воспользовавшись неразберихой из-за митинга каких-то здешних хуманов, непонятно чего добивавшихся от своего правительства, банда Черного Кота ловко подломила ювелирный магазин, закрывшийся из-за уличной демонстрации на вынужденный перерыв. Хозяин магазина, увидев физиономию Ножа, впал в такое состояние, что безропотно выдал грабителям все содержимое денежного сейфа, запертого на кодовый замок с зуболомным шифром — это в дополнение к той ювелирке, которую они собрали с витрин. Как Нож понял из разговора Кота с их главным спецом по драгоценностям, малорослым унготом по кличке Ершик, ничего особо ценного на витринах не было. — Магазин был не из дорогих, и расположен был не на самом престижном уровне столицы. К тому же, как понимал занимающийся криминальным ремеслом уже многие годы Нож, перекупщики все равно не дадут за «стекляшки» настоящей цены — перепродать можно будет только за пределами планеты. Драгметаллы, понятно, пойдут подороже, но тоже с большим «дисконтом». — У местных ювелиров было принято, почему то, делать записи о изотопном составе материала, из которых были сделаны украшения, придется переплавлять. Жадные твари! — Нож считал себя воином, и торгашей любого сорта презирал. Обычный улов, бывало и получше. Если бы не «касса», которую они взяли… вот тут им по-настоящему повезло! Наличность, причем — не только лишь одни республиканские «фантики», которые по теперешним временам не стоили даже половины номинала — Нож уже усвоил, что такое «инфляция». — Кроме тридцати тысяч республиканских кредиток, сейф содержал еще тысяч двадцать в кредитных чипах Банковского Клана. Отдельно там еще лежала коробочка с несколькими кристалликами разного цвета — Ершик, кстати, почему-то усиленно отговаривал Кота ее брать. Однако, Кот сказал, что знает, кому «это» — он выделил слово, — можно предложить. Что же, если Нож правильно все понял, то на круг они срубили тысяч на сто, в твердой валюте — совсем неплохо, для такой паршивой лавки!

Теперь следовало быстрее убраться из этого района, и даже из этого гребаного хуманского сектора: лавочник, или кто из его работников или близких, уже наверняка оповестил корусантскую полицию. Конечно, полицейских наверняка задержит толпа демонстрантов — но, не стоило недооценивать прыти «копов»: Нож уже не раз убеждался, какой расторопной и назойливой может быть хумановская полиция. Особенно тут, в «чистых» районах, на высоких уровнях. Оставив заранее нанятый аэроспидер несколькими уровнями выше, шайка Кота сейчас старалась побыстрее спуститься несколькими уровнями ниже, используя технические лестницы. Тут было очень опасное место, как было известно Ножу — зато видеонаблюдение точно не велось: в их работе это было самым важным. Наверняка уже описания, и даже голографии Кота, Ножа, Ершика и четверых других членов их шайки — виквая по кличке Молчун, раттатака Нура, и твилеков Ствола и Когтя, — были разосланы по сети во все уголки планеты-города. Теперь им главное — добраться до подземки: дальше их уже никакая полиция сверху не достанет. Удачно они сегодня сходили. Длинный Нож не знал, кто надоумил Кота брать этот магазин, и кто сообщил ему о бардаке на тамошних улицах — но бухла он бы ему поставил! Так, сейчас будет самое опасное место: им придется выйти на открытую площадку — отсюда идет ход вглубь массива застройки. — И только в этом месте можно без голокамер перейти с одной лестницы на другую: поскольку таких лестниц, от этой площадки, идет штук двадцать — искать, куда они пошли дальше, можно очень долго. Тем более, что Нур и Ствол не забывали обрабатывать оставленный ими след специальными реагентами. Перейдем от одной арки к другой…

Наверху что-то громко бухнуло. Нож с удивлением поднял вверх голову: что это там взрывается, в небе? — или опять сюда сепы решили наведаться… — а может и сами респы чего между собой не поделили? Честно говоря, биттхеврианец не любил ни тех, ни других — сдохни они все вместе разом! Глаз сперва зацепился за быстро рассеивающийся шар горячего дыма в узком секторе неба, видимом между рукотворных стен гигантских монолитов блоков городских кварталов. Потом, практически одновременно, сверкнули еще две ярких вспышки, сопровождавшиеся грохотом — Нож готов был поклясться всем, чем угодно, что это взорвались джетпаки двух каких-то фраеров, выпрыгнувших вооон с того, пролетающего в вышине НВШТ! А дальше, рванула сама эта канонерка — разбросав дымящиеся обломки на весь видимый кусок небосвода. Нихрена себе, дела тут творятся! Нож уже хотел было сказать Коту, который, как и все другие члены шайки, таращился сейчас вверх, что нужно делать отсюда ноги — скоро тут будет не продохнуть от клонов и полицейских! — Но, ботан уже и сам пришел в себя. Уйти с площадки они не успели…

Раздавшийся глухой хлопок совсем не походил на взрыв — скорее, так обычно лопается воздушный шарик. Очень большой воздушный шарик, однако! Порыв ветра смел всю пыль с пермакрита, бросив ее в физиономии ошарашенных бандитов: неизвестно откуда, прямо из воздуха, перед ними выпал на площадку… кто? Между тем, упавший со стоном поднялся с поверхности площадки: одетый в какое то обгорелое тряпье, ободранный и сильно обожженный… хуман! — Точно, обычный хуман. Интересно, где это его так подпалило то, неужели там, на одной из канонерок? Длинный Нож прикинул высоту: и как он тогда, целым и невредимым, попал сюда, на эту площадку — которая на несколько сотен метров ниже? — без джетпака… без ничего! Хуман что-то промычал, кажется — просил о помощи. Первым, как всегда, опомнился атаман.

— Молчун, Коготь! — скиньте этого… недожаренного вниз: нам лишние свидетели ни к чему.

Виквай и второй твилек двинулись в сторону обгорелого хумана, и грубо схватив его за руки, потащили к краю площадки. То, что произошло дальше, заставило биттхеврианца на миг оторопеть: хуман небрежно — словно текучая вода между пальцев! — ушел из захвата. — А потом, одновременным толчком обеих рук, отправил Молчуна и Когтя туда, куда велел скинуть его самого Кот. Вопли товарищей еще не успели заглохнуть в ушах бандита, когда он, вместе с Нуром и Стволом, кинулись к противнику, повинуясь новому приказу Кота. От него самого, или от унгота пользы в рукопашной было бы не очень много — а стрелять, здесь и сейчас, было бы большой ошибкой: хозяева этого места подобного очень не любили. И они то, в отличии от полиции, могли тут появится в любой момент — если им покажется, что посторонние угрожают их покою. Нееет! — они с этим гаденышем и так разберутся: порежут, нахрен, на ленточки! Биттхеврианец входил в боевой раж, которым так славен был его народ. Вот сейчас он схватит этого хлюпика и…

Сильный порыв ветра — нет, урагана! — неожиданно подтолкнул Длинного Ножа в спину, придав ему дополнительное ускорение. Биттхеврианец с трудом устоял на ногах, на мгновение, потеряв из виду цель. Ноги заскользили по шероховатой поверхности пермакрита посадочной площадки, словно это был голый лед… не успев ухватить чертова хумана, здоровяк перевали