Book: Счастье есть



Счастье есть

Счастье есть

Olie

Пролог

Сегодня мой день рождения, мне исполняется двадцать. Только радости никакой от этого факта не было. Все дело в том, что этот день, как впрочем и все остальные, мне придется праздновать одной. Родители, как всегда, забыли обо мне. Они слишком заняты собой или своими друзьями, до дочери никакого дела им нет. Так было на протяжении всей моей жизни, так продолжается и сейчас. Именно в день моего рождения родителям нужно было то в командировку, то в гости, то по неотложным делам. Я привыкла всегда быть в гордом одиночестве именно в свой праздник, потому я его с детства терпеть не могла.


Друзья тоже оказались все заняты именно в этот день. У каждого нашлись неотложные дела, которые никак не могли подождать, но я на них уже не обижалась. Смысл? Я ведь прекрасно знаю, что настоящих друзей у меня нет. Только те, кому что-то от меня надо. Кто-то все время пользуется моей добротой, постоянно прося написать то курсовую, то контрольную, да, с этим проблем у меня нет. Я и в университете учусь на отлично, причем не прилагая особых усилий.


Кто-то все время пользуется моей щедростью. Родители у меня довольно обеспеченные, сколько их помню, они всегда на работе, на меня у них времени никогда не было и нет до сих пор. Поэтому, моим верным спутником почти всю мою сознательную жизнь было одиночество. Даже находясь в толпе, я была одинока.


На данный момент я встречалась с парнем. Умница, красавец, всегда умеет поддержать беседу и преподать выгодно себя. Но и он сегодня не смог прийти ко мне, так как именно сегодня у его брата помолвка, на которой необходимо присутствие моего парня. Обидно, досадно и очень неприятно. Но… Я уже привыкла к таким поворотам Судьбы. Потому, просто решила выйти вечером и пройтись по ночному городу, подумать о жизни и о том, что счастья в жизни нет.


Хорошо хоть погода радовала. Вечер был теплым, на небе только-только появлялись первые звезды. Луна была полной, ярко светила, освещая все вокруг. Было хорошо, тепло, легкий ветерок обдувал и трепал мои короткие белые волосы, которые я сегодня даже не стала укладывать в прическу, просто провела по ним пятерней и все, так сойдет. Все равно мне сегодня не перед кем красоваться, меня оставили все, занятые своими делами. Но этого и следовало ожидать. Я старалась расслабиться и отогнать прочь свою хандру и тоску, все-таки обида продолжала грызть изнутри, ничего с ней не могла я поделать. Редкие прохожие не обращали на меня внимания, каждый из них спешил по домам, и на медленно прогуливающуюся девушку никто не обращал внимания. Хотя нет, не так. Проходя мимо беседки, стоящей в тени деревьев, до меня донеслись призывы выпить вместе пива. Судя по всему там гуляла компания, которая по доброте душевной решила меня пригласить. Но я благоразумно отказалась. Сейчас я не хотела ни с кем общаться, знакомиться и вместе пить. Одна бы с удовольствием нажралась.


Гуляя, даже не осознавала, куда бреду, и очнулась только тогда, когда передо мной замаячило разноцветными огнями заведение. Не то бар, не то ресторан, да и какая, в сущности, разница. Пойти, что ли, отметить свой день рождения в гордом одиночестве? К тому же мысль напиться как раз недавно мелькала в голове. Что меня толкнуло туда зайти, не знаю, наверное, само провидение, ведь я терпеть не могу такие заведения.


В самом углу нашелся свободный столик, за который я и приземлилась. Недалеко от меня стояла клетка, в которой извивался парень, постепенно оголяясь. Заметив мой пристальный взгляд, официант, возникший будто из-под земли, предложил:


— Если понравится кто-нибудь из парней, они всегда к вашим услугам, — я сначала машинально кивнула, не сразу сообразив, о чем он говорит, всматриваясь как раз в того, который извивался почти рядом со мной. В полумраке помещения лицо сложно было рассмотреть, а вот на тело падал свет прожекторов. Именно благодаря им я и заметила отличительный знак, который так часто гладила и целовала. Если бы не своеобразная родинка на бедре в форме ромба, я бы никогда в жизни не узнала своего парня Гошу. Так вот чем он был занят. Хм, помолвка брата? Обязательное присутствие? Ложь. Одна ложь. Я даже скривилась.


- Нет, спасибо, я не пользуюсь услугами проституток, — жестко ответила я, а Гоша, краем глаза наблюдающий за нами, вздрогнул. Он попытался рвануть ко мне, но клетка оказалась закрыта. Как я поняла, до конца представления их оттуда не выпускали. Я бросила на парня, теперь уже бывшего, неприязненный взгляд, полный презрения. Не став здесь больше задерживаться, так как мне было гадко и противно от осознания того, что тот, с которым я делила постель, которому верила, оказался всего лишь шлюхой, или правильнее сказать — альфонсом? Но не суть важно, я резко поднялась, едва не опрокинув стул, и направилась к выходу.


— А как же заказать что-нибудь? — удивился официант, на что я только махнула рукой и, не оборачиваясь, произнесла:


— Я передумала, дома поем, — даже спиной чувствовала прожигающий спину взгляд. Ну и ладно. Не стану же я здесь оставаться и наблюдать за выкрутасами Гоши. Да и смотреть мне на него уже даже не хотелось. В груди была обида и злость на саму себя, что сразу не заметила, насколько он профессионален в постели.


Медленные, тягучие движения, ласки, поцелуи. О, как я плавилась каждый раз под его руками и губами. Он ласкал с такой страстью, что у меня все пылало перед глазами. От его поцелуев сносило крышу. Я чувствовала в такие моменты, что он меня любит, боготворит. Столько нежности было в каждом мимолетном касании, столько обожания. Он старался доставить мне максимум удовольствия. Доводил до оргазма одним своим языком. Я была безмерно счастлива. В те моменты я не хотела замечать однообразия, главное, что мне было хорошо. Восемь месяцев, что мы встречались с Гошей, я считала себя принцессой из доброй сказки. А на деле оказалось…


Движения всегда были автоматические, каждый раз одинаковые, даже страстный шепот и тот был как отрепетирован. Это сейчас я понимала, что на этом Гоша зарабатывал деньги, оттого и оттачивал свои движения до автоматизма. Интерес к нему затмил все доводы разума, позволяя закрывать на многое глаза. Недаром говорят, что все влюбленные резко глупеют, именно это произошло и со мной. Еще бы, такой красавец обратил на меня внимание, не зная, кто я, давно у меня такого не было, вот и повелась. Не замечала я и того, что он без зазрения помощи пользовался моей кредиткой, принимал подарки. А сейчас словно пелена с глаз упала, и стало так противно, гадко внутри, что выть захотелось. Наверняка этот гад все заранее просчитал и хорошенько обо мне разузнал. Что-то мне слабо верится, что он стал бы за мной ухаживать, будь я бедной студенткой.


Мне вслед раздавались его крики, которые тонули в грохоте музыки, но я их проигнорировала, не став обращать внимания. По улице я бежала, не разбирая дороги. Предательские слезы застилали глаза, мешая рассмотреть дорогу. Мой мир рухнул. В очередной раз меня постигло разочарование. Было больно, гадко и противно на душе. Захотелось исчезнуть куда-нибудь подальше, ото всех, чтобы меня никогда не нашли. Все равно я никому не нужна. Родители, я уверена, даже не заметят моего отсутствия. Про друзей и говорить нечего. Может и покачают удрученно головой, когда им понадобится помощь, но заморачиваться не станут.


Прибежав домой, только собралась открыть дверь, как нога за что-то зацепилась. Странно. Неужели кто-то решил мне преподнести подарок? Около двери лежал сверток, подняв который, я стала разворачивать уже входя в квартиру. В свертке оказалась книга, только была она довольно странной: кожаный переплет был слишком мягким, листы слегка пожелтели от времени, книга явно была старинной.


Открыв первую страницу, удивилась. Она была абсолютно чистой. И что это может означать? Что за шутки такие? Видно же, что это явно не блокнот, пусть и красивый, а именно книга. Пришлось закрыть ее и пойти чего-нибудь приготовить себе, так как в баре я так и не поела, а проходила по улице довольно долго. Пока готовила, все думала об этом необычном подарке. А главное о том, кто мне мог его преподнести. Может быть родители в кои-то веки вспомнили обо мне и решили сделать сюрприз? Я даже стала прислушиваться, вдруг они сейчас появятся с поздравлениями… И тут из комнаты раздался какой-то звук.


- Ну вот, так я и думала, — вслух произнесла я, расплываясь в довольной и предвкушающей улыбке, направляясь на звук, в твердой уверенности, что сейчас в гостиной увижу маму и папу. Щемящая радость и предвкушение стали подниматься изнутри. Радость охватила тело. Вера и надежда предвкушающе встрепенулись.


Выйдя из кухни, удивилась, заметив, что эта самая книга светится. Ни фига себе! Родителей не было, а этот самый звук, который я услышала, издавала та самая книга. Я даже уже разочароваться не смогла, так как необычное явление поглотило меня с головой. Я все пыталась понять, что это за фокус такой интересный. Подскочив, открыла ее и пораженно уставилась на буквы, которые стали появляться прямо на глазах. Вот только сам текст был довольно необычным, во всяком случае, я ничего не поняла. Буквы незнакомые, какие-то закорючки. Интересно, что за шутник вручил мне китайскую грамоту? Зачем нужны книги, которые не можешь прочесть?


И тут на листе появилось изображение некоей пентаграммы, от нее шла стрелка вниз. Я машинально посмотрела на пол. Это что? Получается мне предлагали перерисовать ее прямо на полу? Ага, сейчас, делать мне больше нечего. Побаиваюсь я таких вещей. Пусть и не верю в мистику, но рисковать не особо хочется. Никто ведь не знает, чем может обернуться такой эксперимент. Захлопнув в сердцах и со злостью эту слишком странную книжицу, я собралась было вернуться на кухню, но тут она снова открылась, приподнялась и со всей дури ударила меня по руке. Вот тут я и офигела. Если до сего момента все происходящее воспринималось еще как-то адекватно — подумаешь, светящаяся книга, эка невидаль — то в эту секунду я поняла, что сошла с ума. Видимо, на меня так повлияло расстройство, печаль, хандра и накатившая депрессия. Немудрено, что мозг не выдержал. Будто желая поиздеваться, книга еще раз ударила меня уже в плечо.


— Ты чего? С дуба рухнула?! — завопила я, отступая назад. Мне стало страшно. Что же это творится? Книги сами пишутся, листы сами открываются, да еще и дерутся. И это в наш век технологий. Это же самая настоящая мистика. Такого просто быть не может. А вдруг я сплю? И все это мне снится? И Гоша в том баре тоже был сном, а на самом деле он скоро позвонит в дверь, разбудит меня и скажет, что я медленно схожу с ума… Нет, это не из той оперы.


Я даже ущипнула себя, чтобы удостовериться, что я бодрствую, но тут же завопила. Это и вправду оказалось реальностью, а не сном. И что мне теперь делать? Ничего рисовать я не собираюсь, потому что элементарно боюсь. Ведь никто не знает, чем для меня это может обернуться.


Но и книга не собиралась сдаваться. Она еще несколько раз долбанула меня по рукам, по плечам, даже над головой полетала. Я собиралась выскочить за дверь. Но скрыться от нее не получилось. Она вдруг стала летать по всей комнате, никуда меня не впуская и не выпуская.


— Я тебя сейчас в камин брошу, — пригрозила я, за что все-таки по голове получила. Моя угроза не возымела действия. — Отстань от меня, сожгу ведь к едрене фене, —, но вместо того, чтобы отцепиться, эта гадина, еще раз основательно приложив меня и по плечу, и по руке, снова открылась на той странице, где была нарисована пентаграмма.


Я попыталась выскочить из комнаты, чтобы спрятаться за дверью, а там и вовсе покинуть квартиру, но кто же мне даст-то смыться, эта штука стала летать вокруг меня, не давая выйти: то кидаясь под ноги, то метя в лицо, но не подпуская к двери. Как я ни пыталась от нее отмахиваться, ничего не получилось. Синяков она мне наставила немерено. Вот как мне в универ завтра идти такой красивой?


Тяжело вздохнув, я нашла маркер и стала очень медленно, стараясь потянуть время, пока думаю над планом побега, вычерчивать тот рисунок, который предлагала мне эта штука. Но в голове все время крутились мысли, что все, кранты, пора вызывать скорую помощь, но ведь так не хочется в палату с мягкими стенами. Да и что вообще происходит? Этого ведь в принципе не может быть. Ну, не бывает такого. Но больше всего в данный момент я злилась на того шутника, который притащил мне это чудо. И ведь бурная фантазия у дарителя оказалась. Знать бы кто он — голову бы открутила — не задумываясь. За то, что мне испортили день рождения, за мое вынужденное одиночество — оторвалась бы на шутнике по полной программе, чтобы впредь думал хоть иногда, кому и что дарить.


Когда рисунок оказался готов, как я ни пыталась рисовать его медленно, да и придумать ничего не удалось, как на зло, я выпрямилась и посмотрела на книгу, которая все время лежала спокойно. А может у меня все это время был глюк? И мне просто показалось? Вон, лежит же тихо, даже не шевелится.


Собравшись уже с чистой совестью отправиться на кухню, поесть, наконец, то, что приготовила, как меня вдруг резко толкнуло в ту самую пентаграмму, которую я сама же и нарисовала.


— Ты… — договорить я уже ничего не успела. Вокруг меня заклубился туман, что-то засверкало, заискрило и меня стало крутить-вертеть. — А-а-а-а… Я же… Не… Собираюсь… В космонавты… — орала я, едва находя в себе силы вообще хоть что-то произнести. Ответа, естественно, не последовало. — Поставьте… Меня… На место-о-о-о…


Но меня продолжало мотать и кружить. Тошнота подкатила к горлу, в глазах уже мелькали разноцветные круги. Мой голодный желудок, который так и не получил еды, настойчиво урчал, требуя к себе внимания. А тело продолжало вертеть. Мне даже на ум пришло сравнение: как курица на вертеле. Осталось дожарить и можно употреблять в пищу. Ой, лишь бы не накаркать чего. И так непонятно что сегодня творится, не хватало мне накаркать…


Вся эта круговерть резко и быстро закончилась, туман передо мной рассеялся и… Я с ужасом обнаружила себя, сидящую в том самом кругу пентаграммы, но… Проблема была в том, что находилась я уже не в своей квартире, а в непонятной комнате, где свет был приглушен. Пол был деревянным, вокруг круга, в котором я сидела, стояли зажженные свечи, от которых исходил довольно приятный запах, но у меня все равно заслезились глаза. И только я собралась было их протереть, как передо мной раздался возглас, от которого я вздрогнула:


- Ура! У меня получилось! Я его вызвал! — глаза я все-таки протерла, и только тогда смогла рассмотреть того, кто так радостно орал все это время. Вот тут-то мне и стало реально плохо…


Передо мной сидело мелкое блондинистое чудо… С острыми ушками и когтями, которым позавидовала бы любая девушка, только маникюрчика не хватает для полного счастья, и это я не говорю о его длинных пушистых ресницах и длинных густых волосах, которые каскадом ниспадали до самой задницы.


— А-а-а… Э-э-э-э… Кого «его» ты вызвал? — слова у меня закончились. В голове были только маты, но при ребенке этого делать я не стала. — Малыш, а ты вообще кто? — найдя более-менее цензурные слова, поинтересовалась я.


— Какой я тебе малыш?! — возмутился и взревел тот, ага-ага, писк хомячка, напугал-то как. — Я будущий магистр! — при этом его подбородок гордо вздернулся, а я чуть не засмеялась. Кажется, прогрессирующая шизофрения передается воздушно-капельным путем. И передо мной сидел еще один кандидат в психушку, если только это не игра по одному из авторов-фантастов. Сейчас, насколько мне было известно, слишком много ролевиков развелось. Может это чудо — один из них? Тогда надо ему подыграть. Зачем разочаровывать ребенка?


— Но ведь пока еще не магистр? — пошла я на попятный. Кажется, в дурку меня все же упекли, понять бы, когда только успели, и кто ее вызвал.


— Пока нет, но теперь точно им стану, — уверенно заметил он. — Так как у меня получилось вызвать тебя, самого наисильнейшего демона.


— Чего?! С дуба упал?! Или с луны свалился?! — заорала я, понимая, что игра зашла слишком далеко, и все происходящее мне уже совершенно не нравится. — Я вообще-то человек, а не демон, ты чего? Глаза-то разуй! К тому же, я девушка, они не могут быть демонами, — он с сомнением осмотрел меня, а потом, указав на мою голову, а потом куда-то позади меня, ехидно поинтересовался. - Ага, а рожки и хвостик это так, в нагрузку? Да и сиськи у тебя маленькие для демонессы. У них знаешь, какие? Ого-го! — он жестом обеих рук показал приблизительный объем груди демониц, я содрогнулась. — Я на картинках видел. Так что…


Дальнейшего я не слышала. Попросту зависла и реально выпала в осадок. О чем это он глаголет? Какие рожки, какой хвостик? Потрогав голову… Чуть не заорала, там действительно были аккуратные рожки, а оглянувшись, заметила и хвост с острой кисточкой. А эта малявка, наблюдая за моими действиями, только захихикала.




— Г-г-где-е-е я? — заикаясь, спросила я, сидящее напротив чудо, оглядев меня, подошел ближе, присел на корточки и охотно ответил:


— В Академии Магии и Чародейства. А куда ты собиралась попасть? — вот теперь я почувствовала, что мой мозг резко покинул меня, отправившись в длительный отпуск, даже разрешения не спросив. Как же я тут оказалась-то? И почему в таком виде? Откуда вообще взялись рога и хвост? Чья это неудачная шутка? Хороший выдался у меня день рождения, ничего не скажешь. И куда делась та вредная книга, которая в собственной квартире заставила меня рисовать непонятно что. И как итог: я неизвестно где, с лишними частями тела, в непонятном виде, без денег, без еды, без паспорта. О, хоть одно радует, вроде с языком проблем не было. Мы с малышом поняли друг друга хорошо. Но в мозгу стучала и билась настойчиво гадская мысль, что я попала, причем очень и очень сильно. И мне предстоит узнать много нового и интересного. Главное, чтобы это не было смертельным, а все остальное переживу как-нибудь.


Мои глаза сами собой закрылись, и я стала проваливаться в небытие.


— Слабонервный какой-то демон попался, — удрученно заметил парень. — А мне говорили, что они сильные и злобные… Хотя, наверное, если бы в круг угодил демон, может он и был бы более агрессивным, а девки, они всегда были намного слабее. И зачем только их ставят на вызовы? Толку-то от них все равно нет. И что с ней сейчас делать?


Усмехнувшись про себя, я хотела было ответить что-нибудь едкое, колкое и грубое, но мой мозг уплыл, темнота накатила и накрыла с головой. Прекрасно, не успела попасть неизвестно куда, а уже потеряла сознание. Надеюсь, в первый и последний раз. Иначе… Что иначе, я уже не додумала, отрубилась окончательно.

Глава 1

Очнулась я от того, что на лицо мне льется вода, причем, те места, куда она попадала, неимоверно жгло и щипало. Открыв глаза, заметила склоненное над собой лицо блондинистого чуда. Он усиленно поливал меня водичкой из кувшина. Заметив, что я открыла глаза, он тут же отскочил за пределы пентаграммы. Чего это он так резво козленочком скачет? Неужто меня боится? Я такая страшная стала? Тревога и страх стали закрадываться в душу. Но я постаралась отмахнуться от них, все равно изменить уже ничего не смогу. Так какой смысл переживать?


— Пришла в себя? — насупив брови, поинтересовался он, пытаясь казаться грозным и серьезным, но получалось у него плохо, я же в ответ усмехнулась, боясь расхохотаться от этой картины, и резко села, поджав под себя ноги. Благо одежда на мне осталась моя: джинсы и короткий топ, только ноги остались босыми, я же в собственной квартире хожу босиком.


— С таким-то доктором… — с улыбкой произнесла я. — И мертвый бы очнулся, — малыш меня явно не понял, так как удивленно приподнял одну бровь. — Чего она жжется-то? — поинтересовалась я, указав на воду в кувшине, а тот даже присел от моего вопроса.


— Что значит, жжется? — переспросил он. — Это обычный целебный настой, и он не должен жечься, он абсолютно безвреден.


— Но у меня все жгло и щипало, пока ты меня усердно поливал, — не унималась я, начиная чесать те места, куда попадала вода, на что он только огрызнулся:


— Неправильная ты демонесса. И вообще, ты должна сейчас не сидеть и мило со мной общаться, а грозить мне всеми небесными карами за то, что я тебя вызвал, — поучительно произнес он, а я все-таки не выдержала и расхохоталась.


— Еще недавно я была обычным человеком в своем мире и ни о каком демоне слыхом не слыхивала, — печально вздохнула я. — И как вообще тут оказалась ни сном, ни духом. У меня вообще день рождения сегодня, — я сникла. Вот тебе и подарок. Оригинальный, ничего не скажешь. — Может ты знаешь? — с надеждой глянула я на него.


— Такого не может быть, — уверенно заметил парень, а я воззрилась на него, как на восьмое чудо света, и решила узнать, откуда такая категоричность и чего не может быть.


— Почему не может? И кстати, это ведь не Земля? И кто ты такой? Почему у тебя уши такие острые? — спросила я, и сама же улыбнулась, вспомнив сказку из моего детства про Красную шапочку. Осталось только поинтересоваться, почему когти острые, глаза большие и… Ну, зубы его я не видела, он все время даже улыбался с закрытым ртом. Может они у него кривые, что он их прячет?


— Потому что обычного человека ко мне бы не притянуло — это раз, значит, ты не человек. Нет, это никакая не Землия, это Кирея, мой мир - это два. Я эльф, светлый, причем, чистокровный, — с гордостью произнес он, а заметив, что я собираюсь задать еще вопрос, махнул рукой, заставляя меня помолчать. — Потому и уши острые.


— А что, есть и нечистокровные? — не удержалась-таки я. А малыш даже подскочил. Его глаза засверкали от ярости. Он набычился и, выпятив грудь вперед, собрался уже было читать мне лекцию, но тут дверь в его комнату открылась, и в нее вошел еще один субъект в длинной зеленой мантии с книгой в руке.


— Арниэль, смотри, что я еще нашел, — не отрываясь от чтения, произнес он, но чудо только фыркнуло и ответило:


— Хватит уже, наискался. Мне одного неправильного демона достаточно, больше экспериментов я не хочу, — и тут только вошедший поднял голову и пораженно уставился то на меня, то на эльфа.


— И чем же она неправильная? — переспросил он, рассматривая меня во все глаза. А мне в эту минуту тоже захотелось посмотреть, на кого же я сейчас похожа. Ведь, судя по кончикам волос, которые вдруг из коротких стали немного длинноватыми, из блондинки я явно превратилась в брюнетку, а вот что касается всего остального… Мне очень интересно увидеть себя.


— Она твердит, что человек, прибывший с какого-то странного мира — Землия. Я даже никогда не слышал о таком, — начал объяснять эльфенок. Гость задумался на пару минут, и тут с ним произошла метаморфоза. Глаза увеличились в размерах, волосы встали дыбом, рот то открывался, то закрывался, пока, наконец, он с трудом не выдавил из себя:


— Но ведь это закрытый мир, не имеющий ни толики магии, — я на это согласно кивнула — уже хорошо, что хоть кто-то слышал о моем мире, может есть возможность вернуться обратно, — а он продолжил: — И как ты тут оказалась? Что должно было произойти, чтобы ты появилась здесь, пройдя сквозь усиленную защиту своего мира?


— Вот и мне это интересно узнать, — согласилась с ним я. — А пока, я бы хотела зеркало, чтобы глянуть, во что я превратилась за время перехода, — попросила я, на что гость без всяких разговоров и вопросов щелкнул пальцами, и передо мной предстало огромное, в полный рост, зеркало в резной оправе.


Когда я глянула на себя, то едва не подскочила от поражения и шока. На меня смотрела довольно спортивная девушка с шикарной фигурой, с черными, как смоль, волосами, карими глазами, обрамленными длинными пушистыми ресницами. Тонкие дуги бровей имели ровную форму. Губы презрительно кривились, ноздри прямого носа гневно раздувались. На голове торчали маленькие аккуратные рожки, которые только придавали пикантности образу, тонкий длинный хвостик с острой кисточкой жил своей жизнью, то обвиваясь вокруг бедер, то снова безвольно обвисая.


Да уж, то, что та девица в зеркале оказалась очень красива — было бесспорно. Н-да, в такую бы точно влюбились многие. Я даже позавидовала, а потом сообразила, что это же я сама и есть, после чего хлопнула себя по лбу.


— Что-то я тупить начала, а это не к добру, — пробурчала сама себе под нос. И только потом обернулась к двоим парням. — Я есть хочу, — произнесла я, а мой желудок подтвердил мои слова. — И кто-нибудь из вас сможет мне объяснить, как же я все-таки тут оказалась, и как мне вернуться обратно? У меня день рождения сегодня, — горестно вздохнула и села, скрестив ноги по-турецки.


— День рождения? — в один голос воскликнули оба парня и устроились рядом с кругом. А я, сама не зная почему, рассказала им все, что со мной сегодня произошло, и про странную книгу тоже. Они слушали молча, не перебивая ни разу. И только в конце рассказа, тот, который пришел после, спросил:


— А где она сейчас, эта книга? — только я пожала плечами и ответила:


— Откуда же мне знать. Наверное, там и осталась, — как вдруг мне на голову свалилась виновница всех моих бед и злоключений. - О! Вспомни г… вот и оно, — за что еще раз получила по голове и по рукам за такие слова, от чего взвыла. — Отстанешь ты от меня или нет, наконец? Тебе мало, что изменила мою внешность, засунула непонятно куда, так еще и драться снова вздумала! Отвали от меня!


Эльфы, наблюдая за моей войной с книгой, расхохотались.


— Вам смешно, а мне больно, — насупилась я. Те честно пытались успокоиться, сделать серьезные лица, но от этого выглядели еще комичнее: глаза блестят, плечи подрагивают, щеки раздуваются. Выглядеть серьезными у них не получилось. И по комнате разносился хохот и заливистый смех. А эта вредина спокойно улеглась у моих ног, будто и не она только что дубасила меня со всей дури.


И тут, отсмеявшись, оба парня выскочили за дверь. Я даже крикнуть ничего не успела. А вернулись они довольно быстро, причем не одни, а еще с одним типом. Но тот постарше будет, чем они, и мантия у него была почти черная.


— Это наш ректор, магистр Радомир, — представил эльфенок, который меня и вызвал, а этот самый магистр подошел ко мне ближе и вдруг спросил:


— Ты из круга выйти сможешь? — странный вопрос. И тут только я сообразила, что даже и не пыталась этого сделать. Потому, недолго думая, встала, сделала шаг, потом второй и… Преспокойно вышла за пределы пентаграммы. — Н-да-а-а-а… — протянул он. — Была бы демоном, не смогла бы выйти. Кто же ты такая?


— Не знаю. Вы ректор, вам и карты в руки. Это вы мне скажите, кто я, — огрызнулась я. Меня стало все раздражать, особенно этот тип, который с умным видом рассматривал меня сейчас, словно подопытного кролика. Так и хотелось послать его далеко и надолго. — Вы бы лучше сказали, как мне назад вернуться, а не строили из себя умного, — ух ты! Если бы взглядом можно было убивать, то я бы уже былатстопроцентно мертва, испепелена.


— Для начала стоит разобраться, что ты есть, а потом уже решать, что с тобой делать, — менторским тоном произнес он.


— Не что, а кто, — поправила я. — Или вас здесь такому не учат? Тогда чем же вы вообще занимаетесь, если элементарных вещей не знаете? Нельзя на одушевленного человека говорить «что», — теперь ментора включила я, чем окончательно разозлила его, а оба эльфа стояли и во все глаза смотрели то на меня, то на магистра. На него с благоговейным ужасом. Странные они. Неужели боятся? Было бы кого. Я даже фыркнула, чем окончательно взбесила этого типа.


Он протянул ко мне руку и что-то зашептал, в ту же минуту я почувствовала, будто меня комар стал кусать, потому, отмахнувшись, отправила его обратно к ректору, пусть его кусает, мне и так хватает синяков, а стоило мне отмахнуться от того, что показалось мне всего лишь комаром, как вдруг… Мантия надменного типа воспламенилась, а сам он вдруг посинел и стал задыхаться, но, что-то прошептав, все исчезло. И теперь на меня смотрели, как на врага народа, и только эльфенок, подойдя поближе, робко дернул меня за рукав и спросил:


— А как ты это сделала? — теперь пришла моя очередь удивляться.


— Что сделала? — не поняла я, а он показал на магистра и потом пояснил:


- Ну, вот это… Заклятие очень сильное и не каждому дано, особенно пройти защиту магистра, — вот тут-то ноги у меня подкосились.


— Так я… Это… Ничего и не делала, просто отмахнулась от того, что послал на меня этот тип, там комар какой-то назойливый был, вот я и смахнула его с себя, а делать… Я точно ничего не делала… Просто не смогла бы, так как не знаю всех ваших штучек-дрючек, — мне стало на миг страшно. Но потом я отошла от шока, так как желудок продолжал предательски урчать.


И в эту минуту мне стало интересно, меня накормят перед тем, как пустить на опыты, ведь именно о таком намерении свидетельствовал взгляд магистра: пристальный, оценивающий, сканирующий и… препарирующий. Наверняка в своих мыслях уже вскрыл меня и во внутренностях успел поковыряться. Он даже чуть руки не потер от удовольствия, после чего, махнув рукой, пригласил следовать за собой.


— А кормить меня тут будут? — чуть ли не топнув ногой от возмущения, спросила я. Страха не было, почтения к неизвестному субъекту тоже. Он пока ничем не заслужил ни уважения, ни почтения. В отличие от эльфов, я не знала возможностей их ректора, потому и бояться его было рано. Тот удивленно оглянулся и ответил:


— Именно туда мы и идем. Или тебе персонально принести надо? — ну-ну, ехидничай. Посмотрим, кто из нас будет ехидничать последним. Больше ни слова не говоря, я пошла следом за ним, а оба эльфа семенили за нами. Даже книга вылетела из круга и маячила позади нас. Еще одна надзирательница на мою голову.


Выйдя из комнаты эльфа, я стала оглядываться по сторонам, пытаясь все рассмотреть. По длинному широкому коридору туда-сюда сновали парни и девушки, вот только в каждом из них хоть одна деталь, которая указывала на то, что людьми они не являлись.


У кого-то были рожки, подлиннее, чем у меня, и изогнутые назад, хвосты и крылья, а у кого-то, кто более или менее напоминал человека, оказывались торчащие изо рта клыки. Бр-р-р-р… Не хотела бы я себе такие. Ужасно смотрятся, дико и страшно. На меня же практически никто не обращал внимания.


Пару раз свернув, мы, наконец, дошли до столовой, это было ясно по запахам, от которых у меня началось обильное слюноотделение. Я чуть не подавилась. Войдя внутрь, застыла. Столько нелюдей я никогда не видела. Тьфу, блин. Я их вообще никогда не видела. Потому и смотрела во все глаза на эту разномастную толпу, которая, поглощая пищу, тихо между собой переговаривалась. И тут раздался какой-то гул, от которого заложило уши, и… Вот это скорость. За секунду в столовой никого не оказалось, кроме нас четверых. Но магистр, обернувшись к эльфам, строго на них глянул и спросил:


— А вас что, это не касается? А ну, марш на занятие, - тех, как корова языком слизала. Только стояли тут, рядом со мной, а в следующую минуту их уже не стало.


— Это как? Вот это скорость! Толтко что были и р-р-раз — уже нет, — удивленно глянула я на магистра, тот усмехнулся, но, как ни странно, ответил вполне нормально, безо всяких заморочек:


— Телепортация, — мне пришлось покивать с умным видом. Да, действительно, когда-то я любила читать фэнтези, и что такое телепортация знаю. Но никогда бы не подумала, что мне придется столкнуться с ней воочию. Да что греха таить, я бы вообще никогда не подумала, что окажусь в другом мире, да еще по чьей-то странной прихоти дарителя, который будто в насмешку, преподнесет мне странный и необычный подарок. Интересно, я когда-нибудь узнаю, от кого он вообще был?


Мы прошли за столик, на котором тут же возник поднос с разными блюдами, причем ни одно из них знакомо не было: странные зеленые рулеты с фиолетовой массой внутри — выглядели неаппетитно, но пахли вкусно; несколько маленьких тарелочек с, можно сказать, бутербродами — три-четыре слоеных субстанции, напоминающих булку с колбасой и мясом. Хм, странное сравнение, но ассоциации были именно такие. Еще одна тарелка была с чем-то жидким, вот от его запаха у меня началось обильное слюноотделение. И все же, в силу своей вредности я не удержался от ехидства и поинтересовался:


— Надеюсь, отравить меня не захотите? Зря я, что ли, покидала свой мир? А то не успею на ваш посмотреть, как вы меня к праотцам отправите, чтобы под ногами не мешалась, — тот только хмыкнул, но, демонстративно взяв некое подобие вилки, только чуть больше размером и всего с тремя зубьями, наколол кусочек с одной из тарелок и отправил его себе в рот, только после этого я последовала его примеру и набросилась на еду.


Все оказалось очень вкусным и питательным. Насытилась я быстро, хотя глаза так и шарили по столу — съесть хотелось все, чтобы попробовать и оценить, но полный желудок был категорически против что-то в себя пихать, я сдалась, после чего, откинувшись на стуле, погладила живот и поблагодарила ректора за столь вкусную еду. Посидев в тишине и подождав, пока еда немного осядет и уляжется, я не выдержала. Меня угнетала неизвестность, я не знала, что из себя представляет мир, в котором я оказалась, я не имела представления, чем мне здесь заниматься, и, наконец, у меня не было элементарных средств гигиены. Раздумывая над своими проблемами, я ушла глубоко в себя. Магистр что-то спрашивал, но я его не слышала. Сколько я ни думала, ни к какому решению сама не пришла. Мне определенно нужна была или помощь зала, или помощь друга. Потому, отмерев, вперила взгляд в мужчину, сидящего напротив, подперла подбородок, некультурно поставив локти на стол, и поинтересовалась:


— И что дальше? Как мне быть? Что делать? Чем заняться? Я домой хочу, но прекрасно понимаю, что не просто так, ради глупой прихоти меня сюда забросило. Должна быть весьма веская причина. И мне было бы очень интересно ее узнать. Но больше меня волнует, где, а главное — на что я буду жить? — магистр, пару минут подумав, ответил:




— Сейчас пойдем определять, есть ли в тебе магия, а если есть, то какая, и… — при этом он хитро ухмыльнулся и закончил. — Станешь адепткой нашей Академии…


— Стоп-стоп-стоп! Что значит, есть ли магия? Особенно, какая? А их что, много? Я всегда считала, что магия, она и в Африке магия, одна-единственная и неповторимая. Хотя у нас вообще никакой нет, ну да ладно. Так с чего бы их такое количество? — но тут до меня дошли слова ректора, как до утки, на пятые сутки, и я возмутилась: - Что? Адепткой? Оно мне надо?! — воскликнула я. — Я домой хочу, у меня там университет еще не закончен, не хватало мне… — договорить мне не дали, зыркнув так, что я подавилась окончанием фразы.


— Не зря тебя сюда перебросило, — заметил он. — Видно кому-то это очень надо, вот только знать бы кому и зачем, но… Думаю, что очень скоро мы об этом узнаем, — после чего он встал, мне тоже пришлось это сделать, и он пошел на выход, а я засеменила за ним. Что мне еще оставалось? Не сидеть же все время в столовой, хотя я бы тут поселилась: тепло, вкусно кормят, жаль только, спать негде.


Вот интересно, за что мне такое? И так не было счастья в жизни, так еще и это. И что же меня тут ожидает? Скоро я наверняка об этом узнаю.

Глава 2

Далеко идти не пришлось. Пройдя несколько метров, мы зашли в один из кабинетов, где стояли различные сферы, был полумрак и вокруг все сияло и переливалось. На стенах висели серебристые и золотистые нити. Мне на ум пришло украшение на новый год. Интересно, здесь есть такой праздник? Ой, не о том я думаю. Наверняка, тут у этого украшения совсем другое назначение. Довольно странная комната, мечта наших шарлатанов, появись они здесь, сразу бы их авторитет взлетел до небес, так как содержимое внушало доверие, заставляя проникнуться. Даже я начала верить в чудеса. Я оглянулась на ректора и вопросительно глянула на него. Тот подошел ближе, взял несколько штук и поставил их на длинный стол, и только тогда, указав на них, произнес:


— Теперь тебе предстоит взять каждую в руки и попытаться о чем-нибудь подумать. Чего тебе больше всего хочется? — заметив мои загоревшиеся глаза, поспешил пояснить: — О возвращении домой не может быть и речи. Это должен быть просто обычный материальный предмет, не более того.


— Обломщик, блин, — возмутилась я, не обратив внимания на фамильярность. Да и сам ректор не стал меня одергивать, только усмехнулся снисходительно. Я сосредоточилась и тут же подумала, чего бы мне хотелось. На ум пришло только одно: шоколадное эскимо на палочке, о чем я и стала думать, беря в руки первую сферу, которая была нежно-голубого оттенка.


Стоило мне только взять ее в руки, как она потемнела, нагрелась, внутри послышался легкий гул, слегка напугав меня —, а ну как взорвется —, а на столе тут же оказалось мое мороженое, которое я схватила, едва не выронив шар. Магистр удивленно наблюдал за тем, как я разворачиваю обертку и с каким наслаждением облизываю лакомство. И тут… Что это с ним? Он вдруг стал таким пунцовым, нервно сглотнул, его глаза мгновенно потемнели, он на миг их прикрыл, овано выдохнул и снова открыл и отвернулся от меня, на что я недоуменно глянула на него.


- Эй! Вам чего, плохо стало? Хотите мороженку? — отложив свое в сторону, схватила первую попавшуюся сферу, которая оказалась коричневого цвета, и загадала еще одну порцию, побольше размером, чтобы порадовать мужчину, которая незамедлительно появилась. Я даже любезно развернула ее для этого типа и протянула ему. - Вот, попробуйте, это вкусно, — он с опаской взял предложенное и только потом сообразил, что шар был другим, не тем, который я брала первый раз.


Съев мороженое, правда магистр ел его, отвернувшись от меня, вот же странный тип, довольно крякнул — видимо, понравилось лакомство. После он указал еще на четыре шара, которые я еще не использовала. А я задумалась о том, чего бы мне еще хотелось. И тут вспомнила, что у меня вообще-то сегодня День рождения, потому, хитро ухмыльнувшись, подумала о большом трехъярусном торте со свечами.


Ну, что же, приступим. Какую бы мне выбрать? Передо мной лежали зеленая, черная, белая и фиолетовая. Ладно, возьмем черную. Закрыв глаза и представив этот шедевр кулинарного искусства, даже поднатужилась, в красках рисуя каждую розочку, оформление и даже вкус, который хотела бы ощутить, но, открыв глаза… Ничего не увидела. Даже расстроилась. Пришлось брать зеленую и загадывать тоже самое…


Ура! Получилось! Глянув на ректора, чуть не осела на пол от смеха. Он сейчас напоминал маленького ребенка, увидевшего чудовище, потому и не знающего, как к нему отнестись.


— Да что с вами такое? — воскликнула я, когда заметила, как его огромные глаза рассматривали это произведение искусства.


— Это что такое? — поинтересовался магистр, с трудом отводя взгляд от торта на меня, после чего пришел мой черед удивляться. Что-то за последний час удивление стало для меня привычным состоянием. Хотя порадовал факт, что не для меня одной. Вон какие глаза стали у мужика, аж в пол-лица. Они что тут, никогда тортов, что ли, не видели?


— Торт, — просветила любезно я. — У меня день рождения сегодня, вот и решила себя, любимую, порадовать. А что, у вас такие не пекут?


— У нас вообще не пекут этих самых то-р-тов, — по слогам произнес он. А мне стало совсем грустно. Что же это за мир такой, где даже не знают, что такое тортики. Пирожных у них тоже, скорее всего, нету.


— А что у вас пекут? Какие сладости вы едите? Только не говорите, что их вообще нет, я этого не переживу, — все же решила уточнить я. Он на миг задумался и ответил:


— Булочки, крендели, печенье сахарное. Достаточно? — я снисходительно кивнула. Уже легче. Сладкое я очень люблю и прожить без него не могу, потому, хоть что-то. — Мы отвлеклись. Продолжим. Пока только черная сфера тебя не приняла. Не быть тебе некромагом.


- Э? Кем? Это что за звери такие? — само слово мне уже не понравилось, от него так и веяло угрозой, меня немного передернуло, потому я была рада, что мне не быть этим некром.


— Это те, кто в основном специализируется на зомби и мертвецах, - ой, кажется, мне поплохело. Мертвяков я не любила, хотя часто слышала выражение: «Бояться надо живых, мертвые уже ничего не смогут сделать». Но тем не менее, каждый раз я вздрагивала, если приходилось оказываться рядом с мертвым. Я бы никогда и не смогла на них специализироваться. Поэтому, очень хорошо, что мне этого делать не придется. — Бери белую, — тут же скомандовал магистр, что я и сделала. Но и тут вышел облом. Как я ни хмурилась, как ни сосредотачивалась, ничего у меня не получилось. А я и загадала-то всего ничего: свой музыкальный центр. Не чужой же, а свой. Почему не получилось?


Радовало только то, что у меня в запасе оставалась еще фиолетовая сфера. Взяв ее с молчаливого согласия ректора, только успела подумать о том же предмете, как он тут же возник на столе, из динамиков как раз звучала музыка, мой любимый рок. Магистр вздрогнул и воззрился на это чудо.


— А это что такое? — ректор даже некультурно ткнул в него пальцем. Я едва не захихикала. Вот не одной мне сегодня удивляться больше положенного, сейчас мы с мужчиной были в одной лодке, он тоже перевыполнил лимит в таких ощущениях. Я поспешила объяснить, что это и с чем его едят, то бишь, слушают. Единственное, что удручало, электричества-то у них тут нет. И как мне слушать, когда батарейки сдохнут? А судя по прерывистости звучания, произойдет это довольно скоро.


Я даже показала принцип работы и пожаловалась на неправильность их мира без электричества. Но тут магистр дотронулся до моего центра, и он заиграл без всяких батареек, они-то у меня в руках были, так как успела вытащить, чтоюы потереть их друг о друга, продлить немного время их работы. Я даже рот открыла.


— И я так хочу! — в азарте воскликнула я. — Как вы это сделали? - он, зараза, только усмехнулся, но ответил:


— Вот станешь учиться, и ты так сможешь, — да уж, отличный ответ, ничего не скажешь. А до того, как я научусь, что мне делать? Именно об этом я и поспешила спросить.


На что он просто поднял мою вещь в воздух, сграбастал ее и ответил:


— А пока не научишься, она побудет у меня, — я даже рот от такой наглости открыла, но ответить он мне не дал. — Итак, ты универсал. В тебе четыре вида магии, что, признаться, редкость для нашего мира, потому… — тут он ехидно усмехнулся, а я вдруг почувствовала, что ничего хорошего он мне не скажет. — Учить тебя буду я сам, — вот это засада. Только этой ехидны мне в учителя и не хватало для полного счастья.


— А по-другому никак? — с затаенной надеждой поинтересовалась я, так как у меня возникли очень не хорошие предчувствия, на что он отрицательно мотнул головой. И только потом произнес:


— Пойдем, я покажу тебе комнату, в которой ты будешь жить, — и развернувшись, направился на выход, даже не проверив иду ли я следом. Естественно, я шла, и он знал, что одна я тут не останусь.


Сейчас в моей голове крутился ворох мыслей, я все пыталась сообразить, как могло случиться такое, что я оказалась в другом мире, да еще и непонятно кем. И что стало там? Как к моей пропаже отнесутся родители, пусть они за всю жизнь и не уделяли мне внимания, но они любили меня по-своему, баловали, ни в чем не отказывали. Поэтому, мое исчезновение их явно не обрадует.


Задумавшись, не заметила, как этот тип остановился, а я впечаталась в его спину. Твердая какая! Из стали он, что ли?


— Аккуратнее надо быть, — строго заметил магистр, сверкнув на меня красными глазами. Ой! Как-то мне сразу поплохело немного. Вот это взгляд.


Между тем, он открыл дверь в комнату и приглашающе махнул рукой. Я вошла. Огляделась. А ничего так, уютненько. Большая кровать стояла около стены. Посредине стоял стол и два стула. Около кровати находилась тумбочка, простая, без всяких изысков. Большое окно на всю стену было завешено плотной шторой. Стены были обиты бежевым, на полу лежал пушистый ковер. Слева находилась еще одна дверь, туалет, наверное, с ванной вместе. Потом посмотрю. А ничего так комнатки в этой Академии, не чета нашим общежитиям. Тут и жить-то можно. И клопов наверняка нету.


Оглядевшись, повернулась к ректору и все-таки поинтересовалась:


— А что с моим исчезновением в том мире, откуда меня принесло? — магистр подумал о чем-то, сдвинув брови, а потом непонимающе переспросил:


— А что с ним? Он остался на прежнем месте, никуда не исчез. Да и что с ним может статься? — вот же тугодум. А может он просто издевается надо мной?


— Но ведь родители же волноваться будут, — недовольно ответила я, поражаясь его непонятливости, на это он достал какой-то камень и, что-то прошептав, повернул ко мне. Местная видеокамера? Довольно оригинально, надо сказать. А там…


Посреди моей квартиры стояли мои родители и… Держали на руках младенца, укачивая его. Их лица светились таким счастьем, что мне стало даже немного завидно. Хотя нет, не немного. Сильная такая зависть змеей расползлась внутри. Как бы я хотела увидеть хотя бы раз такой взгляд, обращенный на меня. Но не судьба.


— Это кто? И как… — договорить мне не дали, магистр посмотрел на меня, как на дауна, и принялся объяснять, как маленькому ребенку:


— С твоим исчезновением все в том мире поменялось. Изменился ход истории. Это их ребенок. А ты… Тебя там больше нет и, как ни прискорбно для тебя это звучит, никогда и не было, — я даже подскочила на месте. Размахивая руками от такой несправедливости, завопила:


— Как это нет? А я… А как же… Мои товарищи… Но ведь… — магистр махнул рукой и у меня резко пропал голос.


— Тебя сейчас стало слишком много, это утомляет, — заметил он, а мне только и оставалось сверкать глазами от злости, открывать и закрывать рот в бессильной злобе выдавить хоть слово, чтобы рассказать о моих мыслях на такое самоуправство, что он вот так бесцеремонно меня заткнул. — О тебе никто не помнит, словно тебя там и не было. Что здесь непонятного? Все взаимозаменяемо в мирах, если ты появилась здесь, значит по определению должна исчезнуть там. Никто никогда не должен знать о таких переходах, это может изменить равновесие. Раз уж ты оказалась здесь, значит в том мире твоего следа быть не должно. Никто о тебе больше не помнит. А у твоих родителей в данный момент родился долгожданный ребенок, которого они очень сильно ждали и уже не надеялись на такое чудо. Поэтому, его ожидает любовь, ласка и забота. А ты…


Пока он говорил, слезы накатывались мне на глаза. Любовь, ласка, забота — у этого ребенка будет все, чего была лишена я. Как бы мне хотелось хотя бы на один денечек оказаться на его месте, чтобы почувствовать, что это это такое, когда тебя искренне и самозабвенно любят. Но я об этом, к сожалению, уже не узнаю. Хорошо, что этому малышу повезло. Магистр тем временем на миг замолчал, о чем-то задумавшись, к чему-то прислушиваясь, а потом продолжил:


— Это был не твой мир, потому, ничего хорошего тебя там не могло ожидать. Тот мир не принял тебя, вот и не было у тебя счастья. Ты была для всех чужая, даже для собственных родителей. И, уверен, друзей там у тебя тоже не было. Я ведь прав? — я кивнула. Чего скрывать очевидное, он ведь абсолютно точно все сказал. — Не расстраивайся, все дело в восприятии. Ты, как фантом, вроде и есть, но в то же время тебя там нет. Оттого и ассоциации у других складывались в отношении тебя неоднозначные. Ты была словно проекция.


— А как узнать, кто я, откуда, кто мои родители? — задала я вопрос скорее интуитивно. О! Мне вернули голос? Но злиться расхотелось, как-никак столько интересного предстоит узнать. Ведь если тот мир не мой, значит, должен ведь быть и тот, который меня примет, да и у каждого существа обязаны быть родители, не из воздуха же я появилась. Но магистр мотнул головой, тем самым показывая, что ответов он не знает. Я сникла. Любопытство — страшная штука, особенно, когда хочешь узнать правду о себе.


— Это может знать только древний дракон, но он, увы, не ответит, — я даже подскочила, готовая сию минуту броситься к нему. И меня не смутил тот факт, что идти придется к дракону. Удивляться мне наскучило, здесь все новое и необычное, так почему бы не быть и драконам? Хотя в голове все еще слабо усваивалась информация, может поэтому и не сразу осознала последнюю фразу ректора. А когда до меня дошло, то поспешила уточнить смутившие меня слова:


— Почему не ответит? Ему что, сложно? А может и он не будет этого знать, как и вы? — на это ректор прищелкнул языком и ответил:


— Он живет отшельником, никого не хочет ни видеть, ни слышать, никто не знает, что произошло, но пытаются узнать, только безуспешно. Близко к его жилищу подойти невозможно, стоит огненный заслон, проникнуть через который можно только по приглашению самого дракона, а он никого не желает видеть, — вот же засада. Как некстати.


— И что теперь? — окончательно поникла я. Разговаривать с ректором было легко и комфортно. Он совершенно не воспринимался как преподаватель, да и по возрасту выглядел не намного старше меня. Только иногда в его глазах я видела мудрость прожитых лет, но демонстрировал он ее только в редкие минуты задумчивости. В остальное же время в них сверкали хитрые искорки. Наверняка я для него была неведомой зверушкой, которую интересно изучать. Будто прочитав мои мысли, магистр, усмехнувшись, ответил на мой вопрос:


— Учиться, а там видно будет, — после чего просто вышел за дверь, оставив меня в гордом одиночестве. Только я пыталась сообразить, что мне делать дальше, как…


- Ой! Зараза! Сожгу, порву, мышам отдам, — подскочив, завопила я, потирая ушибленную голову, по которой опять попало от этой противной книги. Мало ей оказалось перенести меня неизвестно куда, так еще и продолжает драться. И что я ей плохого сделала на этот раз? Стояла, никого не трогала, задумалась о насущном, а тут, бац, и сразу по башке. Что этой заразе опять не так?


Но тут мой взгляд упал на раскрытую страницу, на которой было написано… Судя по-всему, расписание занятий. Там же стояло и время. Нельзя было все это культурно показать? Драться-то зачем?


Ну вот и приплыли. Сейчас начинается моя новая жизнь. И я очень надеюсь, что смогу привыкнуть к ней, ведь в старую мне все равно возврата больше нет. А что будет дальше, жизнь покажет, но я очень надеюсь, что здесь мне повезет намного больше, чем в прошлой жизни, ведь недаром ректор сказал, что тот мир не мой. Интересно, как примет меня новый мир? .. Может быть тут мне даже удастся найти свою любовь, которая не предаст и не променяет на деньги.


А до дракона я все-таки доберусь, чего бы мне это ни стоило, и выведу его из спячки, должна же я узнать все секреты и получить ответы на свои вопросы.

Глава 3

Никогда не думала, что просыпаться буду от противного писка, который раздавался прямо над ухом. Попытавшись отогнать противное пищащее насекомое, ничего не почувствовала, более того, этот противный писк стал еще громче. Да что ж такое? Пришлось открывать глаза, но, оглядевшись вокруг, ничего и никого не увидела. А писк, тем не менее, продолжал раздражать.


— Заткнешься ты, наконец, или нет?! — завопила я, поднимаясь на кровати. — Встаю я уже, встаю, прекрати верещать! — понять бы еще, что это такое, только вот увидеть ничего так и не смогла. Ничего себе, вот это у них система ниппель, наверное от такого будильника никто не просыпает.


Пришлось вставать, только собралась одеться, как на том месте, куда вчера швырнула свою одежду, ее не обнаружила. Что за… Мне что теперь, голышом расхаживать?


И тут, обведя комнату глазами, заметила на стуле аккуратно висящую форму, а на другом стуле плащ. Хм, интересно. А куда же моя одежда делась? И кто эту принес? Я даже не услышала гостей. Облачившись, собралась выходить. Открыв дверь, едва не врезалась в того самого эльфа, который меня как бы вызвал. Он только занес руку, еще бы немного, и получил бы по лбу.


— Арниэль, кажется? Тебе чего? — еще не до конца проснувшись, не совсем любезно спросила я. По утрам я всегда хмурая и злая. А сегодня еще и побудка была раздражающая, потому и не удивительно, что любезность сдохла в смертных муках.


— А ты уже успела все тут изучить, что не нуждаешься в сопровождающих? — в свою очередь, вопросом на вопрос ответил он. Хорошо, что не обиделся, только хитро и понимающе изучал мое кислое выражение лица. А вот он, в отличие от меня, был бодр и свеж, я даже позавидовала.


- А, да, точно! — пришлось согласиться мне, так как я даже не знала, в какую сторону мне двигаться в этих лабиринтах коридоров. И куда вообще двигаться?


— Идем, занятия скоро начнутся, — вздернув нос, копируя надменность ректора и разворачиваясь, произнес он.


Мне ничего не оставалось, как идти следом, протирая глаза и пытаясь проснуться. Было сложно, хотелось упасть куда-нибудь в уголок и поспать еще бы пару часиков. Но тут я кое-что вспомнила и, дернув эльфа за мантию, спросила:


— Подожди, а куда ты меня ведешь? Этот тип, ваш магистр Радомир, сказал, что заниматься я буду с ним, — мне даже пришлось остановиться.


- Да, именно так, — даже не обернувшись, ответил он. — Но после основных занятий, где тебе предстоит пройти вводный курс лекций, — важно заметил он, останавливаясь вслед за мной и пропуская меня вперед, в открытую дверь класса. Ого! Так мы уже пришли? Быстро однако, я-то приготовилась к долгому блужданию по коридорам, а тут всего-то минут пять-семь идти пришлось.


— А зачем он мне, этот вводный курс? — опешила я. - Что, магистр не знает этого? А чему он тогда меня учить собрался? — отвечать мне не пожелали, только снисходительно посмотрели, как на малое дитя, не забыв при этом фыркнуть, я насупилась. Ну и ладно, не очень-то и хотелось. Потом у самого ректора поинтересуюсь.


Войдя в класс, застыла на пороге, разглядывая сидящих за одноместными столами учеников. Насчитала я их десять, а с нами получается двенадцать. Так мало? У меня в универе группа была двадцать человек, это стандартное количество. Почему же здесь всего двенадцать? Впрочем, не о том мне сейчас надо думать. На меня смотрели нелюди, от взгляда некоторых хотелось нацепить паранджу, чтобы спрятаться от откровенных и похотливых глаз. Меня даже в какой-то момент передернуло. Это ж какая самоуверенность у самцов, что они так откровенно раздевают меня глазами? А некоторые так наверняка уже и поимели меня в разных позах. Вон как облизываются плотоядно.


Охарактеризовать принадлежность к расам, я, понятное дело, не смогла. Да, были и длинноухие, и хвостатые, и крылатые. Единственный, кого я определила, был наг, его миндалевидный разрез глаз, вертикальный зрачок, от которого просто дух захватывало, и змеиный хвост ни с чем не спутаешь. О них я много и часто читала в прошлой жизни. Вот так! Сейчас моя жизнь разделилась надвое: прошлая и настоящая. О прошлой придется забыть.


Из двенадцати существ было четыре девушки, две брюнетки, причем жгучие, только у одной кожа была белее мела, а глаза сверкали красным, а у другой кожа оказалась смуглой, и глаза у нее были зелеными, как у кошки. И они обе с неудовольствием косились друг на друга. Да уж, между ними явно нет теплых дружеских отношений. Это было ясно по взглядам, которыми они обменивались.


Две девушки оказались блондинками, причем, у одной из них за спиной были белоснежные прозрачные крылья. Для красоты, наверное, так как летать на них вряд ли получится. Слишком тонкими и непрочными они казались.


Рассмотреть остальных я не успела. Эльф, подтолкнув меня в спину, указал на свободное место. К нему я и направилась. А позади меня в класс входил учитель, только я его пока не видела, глаз на спине у меня не было. Вот ведь повезло сидеть на занятиях и шарахаться от чертовой дюжины, ведь с преподом будет тринадцать существ. А что тогда будет в пятницу тринадцатого?


Идя по проходу, едва не споткнулась о хвост нага, который он выставил специально. Ну, а я что… Привычки-то с универа остались, потому, особо не заморачиваясь, с разворота врезала ему по морде. Отпор таким нахалам я научилась давать, пользуясь тем, что я девушка, и получить сдачу вряд ли мне грозит, так как у многих парней рука не поднимется ударить в ответ женский пол.


— Еще раз выставишь, отрежу к едрене фене, — сквозь зубы процедила я. Знакомство состоялось, называется. Тот широко распахнутыми глазами смотрел на меня пораженно. Видно не привык к отпору, что же, мне не сложно, научим. Только он собрался что-то сказать, как позади раздался холодный голос:


— Что здесь происходит? Ты кто? И что себе позволяешь? — обернувшись, заметила юношу в коричневой мантии, стоящего около стены.


— А ты кто? — набычившись, в свою очередь, спросила я. Еще одного самоуверенного самца моя психика не переживет. — И позволяю я себе всего лишь дать отпор. Ты что-то против имеешь? — добавив угрозу в голос, собралась уже надвинуться на него, вызвав смешки нелюдей и заинтригованные взгляды, как этот тип, что-то прошептав, махнул рукой в мою сторону.


Я, устало вздохнув, снова, как было в случае с магистром, отмахнулась, решив использовать ту же систему, и тут… Этого типа вдруг перевернуло в воздухе, он завис головой вниз, а к нему медленно приближалась розга.


Он расширенными от ужаса глазами следил за ее приближением, что-то пытаясь шептать. И тут в класс даже не вошел, а ворвался ректор. Махнув рукой, он убрал розгу, плавно поставил парня в нормальное положение, недовольно и строго воззрился на меня пылающими от гнева глазами и только потом обратился ко мне:


— Так и думал, что без происшествий не обойдется. Что ты натворить уже успела? Первый учебный день, а ты уже отличилась, — я чуть не задохнулась от злости от такой несправедливости. Не я ведь нападала первой, не я начала кидаться заклинаниями, не я полезла нарожон.


- Я?! Почему сразу я? Подумаешь, одному врезала, так было за что, а от второго всего лишь отмахнулась, так нечего кидать в меня неизвестно что. И вообще, вот этот тип, — кивок головы на того, кто еще недавно болтался вниз головой. — Сам виноват, это он на меня чего-то наслал, за что чуть не поплатился. Не могли прийти чуть позже? — сощурившись, спросила я. — Я тут уже собралась попкорн себе организовывать, за развлечением наблюдать, а вы все испортили.


Я даже языком прищелкнула от досады. Но вот когда оглядела учеников, то очень сильно удивилась. Они все сидели застывшими каменными изваяниями, а в глазах у всех стоял ужас. Они переводили взгляд с меня на ректора, потом на красного от гнева юнца, который натужно пыхтел, пытаясь сказать что-то. Чего это они, интересно?


И тут магистр строго посмотрел на меня, удрученно покачал головой, прищелкнул языком в досаде и только после этого произнес:


— Сколько же от тебя еще проблем будет? — не дав мне даже слова вставить, хотя я собралась уже разразиться гневной тирадой от такой несправедливости, он продолжил: — Садись на место. А это магистр теоретической магии, Диментиль.


Упс! Вот этого я точно не ожидала, что этот тип окажется преподавателем, слишком уж он молодо выглядел. Стало стыдно. Но потом накатило раздражение: что он за преподаватель, если позволяет себе пользоваться своим положением? Он ведь вознамерился опозорить меня перед остальными, а значит, получил то, что заслужил. Так ему и надо, мстительно подумала я. Более того, не успев сдержать свой язык в узде, спросила:


— А не слишком он молод для магистра? Или у вас есть возможность получать это звание почти с пеленок? — этот тип покрылся красными пятнами от возмущения, это много позже мне пояснили, что внешность — слабая его сторона, слишком часто его путают со студентом, от чего он злится и впадает в бешенство. А тут еще и я…


— Магистру семьсот тридцать два года, — строго заметил ректор, но в его глазах при этом поблескивали смешинки, которые он всячески пытался скрыть от самого преподавателя. Меня порадовало то, что на меня уже не злились. Хоть какая-то радость.


— Ух ты! Столько же не живут! — воскликнула я, выплескивая свои эмоции, ведь в прошлом мире срок жизни был всего сто лет, да и то редко кто доживал до них, а тут целых семь с лишним веком, это ж каким древним стариком надо быть? Я некультурно высказалась о близости к земле данного индивида, чем вызвала удивление абсолютно у всех.


— Почему? — переспросил ректор. — Вот мне, например, почти две тысячи лет, и я… — договорить я ему не дала. Страх и почтение перед ректором пересилило любопытство и искреннее недоумение. Подойдя ближе, обошла его по кругу, разглядывая, и даже некультурно потыкала пальцем в плечо — твердое, после чего заметила:


— То-то я смотрю, с вас песок уже сыпется, все никак не могла понять, почему, оказывается — от старости, — от моей наглости ректор разозлился. Я понимала, что веду себя совершенно неадекватно, по-хамски, но во мне будто появилось нечто, не дающее вовремя остановиться. Хотя умом я осознавала, что смахиваю сейчас на тех грубоватых и неадекватных девиц, ко орых сама же не уважала. Надо с этим что-то делать и срочно. А то ведь неизвестно, до чего меня может мой язык довести. Прослыть хамкой и идиоткой мне никак не хотелось. Я виновато посмотрела на магистра. Ой! Он не принял моего взгляда. Кажется, меня сейчас будут медленно убивать.


Надо срочно что-то придумать, иначе мне точно кирдык будет. И тут я вспомнила фильмы с Гарри Поттером и решила кое-что уточнить.


— А мне волшебную палочку выдадут? — если ректор и хотел в этот момент меня расчленить, то уже в следующий — едва не подавился собственным заклинанием. А позади меня раздалось мерзское и ехидное хихиканье, но оборачиваться и смотреть, кому весело, я не стала.


— Зачем? — удивленно спросил он. — Что ты будешь с ней делать?


— Как это что? — вот же непонятливый какой. — Взмахнула палочкой и… Р-р-р-раз… Все в ауте, — в этот момент у меня создалось ощущение, что если бы тут были дурки, мне бы уже давно вызвали. Даже представлять не хотелось, как я выгляжу со стороны.


— Что р-р-раз? — перекривлял меня Радомир. — Это не совсем удобно, — произнес ректор. — Палочку подбирать надо, они еще не каждого слушаются, более того, они теряются, ломаются, да и просто начинают своевольничать, и растрата сил на них слишком большая, да и проблемы могут быть, — тут он ехидно прищурился. — Вот перепутаешь заклинание, оно против тебя же и обернется.


— Как можно перепутать заклинания? — не поняла я. Хотя, если честно, я вообще ничего не понимала, но меня любезно просветили:


— Захочешь левитировать предметы, а взлетишь сама, и хорошо, если это будет на улице, а не в помещении, где ты можешь о потолок собственную голову разбить.


— Может поумнеет, — процедил сквозь зубы преподаватель. Я только зло зыркнула на него, вот не получалось у меня воспринимать его как преподавателя, так и хотелось сделать пакость этому надутому от собственной значимости индюку.


— Так чтобы летать, я метлу возьму, — не растерялась я, сделав вид, что не услышала реплики этого типа. Незачем лезть в пекло раньше времени. И так, чувствую, он на меня затаил злобу, и если по его предмету есть экзамены, то мне вряд ли удастся их сдать. Я еще найду время с ним поквитаться.


— Какая метла?! — едва не схватился за голову ректор. — Ей уже почти тысячу лет не пользуются. Всего-то достаточно открыть портал и переместиться.


Пришлось принять и это. Задумавшись, стала вспоминать, чего бы еще спросить. Но тут я вспомнила еще кое-что, о чем часто читала в книжках фэнтези.


— А фамильяр у меня будет? — магистр готов был рвать и метать, мои вопросы его уже не просто раздражали, а бесили знатно, ученики уже ушли в полную прострацию, наблюдая за нами.


- Хм, и зачем он тебе? Это лишние проблемы, его кормить надо, выгуливать… — заметил ректор, но тут я поняла, что он чего-то не договаривает.


— Я не боюсь проблем, — уверенно заметила я, твердо глядя на мужчину. — Так будет у меня это чудо? Когда? Его же вызывать надо? И как это сделать? — я уже представляла себе большого и жирного говорящего кота, о котором частно писали в книгах. Там у всех магичек и ведьм обязательно был кот, готовый прийти на помощь хозяйке. А помощь, как мне казалось, определенно понадобится в ближайшем будущем.


— Будет видно, — уклонился от ответа ректор, тем самым обрывая поток моих вопросов. — А сейчас, может ты все же позволишь начать урок? — и тут раздался звон, как я поняла, извещающий о конце занятия. Ехидно усмехнувшись, я шутовски поклонилась и произнесла:


— Я бы с радостью, но, увы… — готовая сорваться с места, уже вожделенно поглядывала на дверь, но, вопреки ожиданию, ректор только в ответ так же ехидно усмехнулся. Что-то он задумал?


— Вот и прекрасно, присаживайся, занятие начинается, — на мой удивленный взгляд и сконфуженный вид он любезно пояснил: — Я повернул время вспять, так что… Отвертеться не получится, — вот же изверг, и тут все сделал по-своему.


Мой скрип зубов слышал, наверное, весь класс, но делать было нечего, пришлось присаживаться и слушать лекцию.

Глава 4

Ректор удалился, при этом довольно зыркнув на меня. Еще бы, сделал гадость, теперь у него на сердце радость. Мне же совершенно не хотелось присутствовать на занятии у напыщенного индюка, который смотрел на меня, как на враза народа, и, уверена, замышлял гадость, вон, едва ли не руки потирает в предвкушении. Ну-ну, смеется тот, кто смеется последним.


Урок начался. Этот недомагистр о чем-то распинался, но я не поняла ни слова из того, что он вещал. А еще бесило то, что никому даже в голову не пришло поинтересоваться, как меня зовут.


Под мирный бубнеж препода, я склонила голову на изгибы локтей, лежащие на столе, и мирно задремала, надеясь, что никто не заметит. Мне снился родной универ, товарищи… Один из них как раз подошел ко мне, собираясь дать подзатыльник, но я решила его опередить.


Сделав выпад, со всей дури, подумаешь, спросонья силу малость не подрассчитала, врезала в грудь подошедшего, его отбросило метра на три от меня. Сон вдруг как рукой сняло, я осознала, что все произошло взаправду. И я действительно на кого-то набросилась. И что за невезение такое? Пытаясь окончательно прийти в себя, недоуменно оглядывалась.


И тут только до меня дошло, где я нахожусь, и кто так неосторожно оказался в непосредственной близости от меня. Н-да, в очередной раз не повезло этому недомагистру. А нечего было подкрадываться. Он сам виноват, я ни при чем.


— Во-о-о-о-он!!! — заорал он, покрываясь пятнами. А что я такого сделала? Кто ж ему виноват, что попал под горячую руку? — И чтобы на моих занятиях я тебя больше не видел!


— Не очень-то и хотелось, — не осталась в долгу я. — Из тебя преподаватель, как из козла балерина, — в сердцах выдала я, не обращая внимания на его статус магистра. Ну не воспринимался он у меня так, ничего не могла с этим поделать. К тому же, раздражал меня этот тип своим высокомерием. Преподаватель не должен показывать своего отношения к ученикам, это, насколько я помнила, запрещено преподавательской этикой. А этому типу было на нее наплевать. И раз уж мне путь заказан на лекции данного субъекта, так хоть оторвусь. Умирать, так с музыкой. — Не умеешь ничего объяснять, не суйся в преподаватели, — надменно заявила я, заставив напыщенного индюка рассвирепеть окончательно.


После высказанных слов, не обращая больше на магистра внимания, гордо задрала голову и удалилась… Попав прямиком в кабинет ректора. Ну вот, а собиралась тихонько посидеть на подоконнике до конца лекции. Не вышло.


— И снова здравствуйте, — устало произнесла я, опускаясь в кресло. На меня смотрели строгие глаза ректора. Он нахмурился, а мне стало страшно. В данную минуту от добряка и рубахи-парня не осталось и следа. Сейчас передо мной сидел очень злой, готовый убивать мужчина. Я сжалась в кресле.


— Что на этот раз произошло? — холодно осведомился он, по моим венам будто лед пропустили, а мне показалось, что он уже обо всем знает прекрасно. Потому и отвечать необязательно.


— Вам же уже доложили, — пискнула я, вжимая голову в плечи, но не вдаваясь в подробности. Он на это только усмехнулся и ответил:


— Мне интересно твою версию послушать, — предложил он, мне пришлось все обстоятельно рассказать. Не забыв при этом присовокупить свое отношение к преподавателю, с которым я ничего не могла поделать. Ректор несколько минут задумчиво смотрел в одну точку, после чего подал голос: — И что мне с тобой делать прикажешь?


— Отправить к нормальным и адекватным преподам, которые, в отличие от этого недоумка, знают свое дело, и на чьих занятиях интересно и спать не хочется, — протараторила я на одном дыхании. Успокаивало то, что мужчина больше не злился на меня, видимо, не я одна такая, которая не восприняла магистра всерьез. Но он сам виноват, надо относиться к ученикам с толикой уважения, а не демонстрировать на них свое превосходство. Магистр смотрел на меня удивленно и только потом спросил:


— А что, бывает и такое? — сначала я не поняла его вопроса, а когда до меня дошло… то теперь пришла моя очередь смотреть на него офигевшим взглядом.


— Вы хотите сказать, что у вас все преподаватели такие же идиоты, как и этот? — шокированно поинтересовалась я, не заметив, как перешла грань допустимого, а магистр немного разозлился:


— Ты говори, но не заговаривайся, — попенял он. — И выбирай выражения! Нет, не все, но лекция, на то и лекция, чтобы быть познавательной, а не развлекательной.


— Как говорил наш преподаватель по высшей математике, — начала я. — Даже в скучнейшей лекции можно найти изюминку и провести ее так, что вся аудитория будет слушать, затаив дыхание, — процитировала я слова нашего преподавателя, на лекциях которого действительно скучно не было, даже желания поспать никогда не возникало, он умел подать материал так, что его хотелось слушать и слушать. Высказавшись, с легкой долей превосходства уставилась на магистра. Он в ответ пытался по моему взгляду понять: шучу я или говорю серьезно.


Наша война взглядами продолжалась недолго. На столе передо мной возникла стопка книг, внушительная, надо сказать, стопочка. И с сарказмом ректор, указав на сие чудо, произнес:


- Ну, что же, вот тебе литература, ознакомься с ней, а потом я хочу знать, как ты сможешь рассказать мне о прочитанном так, чтобы я не уснул, — у меня глаза стали размером с блюдце. Такой подлянки я не ожидала. А этот гад, ухмыляясь, еще и добавил: — Думаю, суток тебе должно хватить, а сейчас иди.


— Каких суток?! С ума сошел?! С глузду съехал?! С дуба упал?! — орала я, эмоции зашкалили, когда я смотрела на толстые талмуды и представляла, что мне предстоит их все выучить, не заметив, что непроизвольно перешла на «ты», но тот только ухмылялся, а потом и вовсе, махнув рукой, просто переместил меня в мою комнату со всей этой стопочкой.


И что мне теперь делать? Я и одну-то не осилю за сутки, не говоря уже про восемь книг, с как минимум семьюстами страницами. Это же форменное издевательство надо мной. И ведь сама виновата, полезла нарожон. Вот зачем, спрашивается, надо было говорить об интересных лекциях? Дернул же меня черт за язык. Теперь придется все учить.


Упав духом и окончательно сникнув, села прямо на пол и обхватила голову руками. И тут рядом со мной приземлилась та самая книга, хорошо хоть на этот раз не долбанула меня по башке, и то радость. А когда я хотела было уже отмахнуться от нее, заметила появляющиеся в ней буквы.


«Не падай духом, я помогу, — и как, интересно, она мне помогать собралась? Напомогалась уже, спасибо огромное. Но она продолжала писать: — Сейчас я выделю основное со всех книг, там много лишнего и ненужного, а ты прочтешь, да и мое объяснение будет более понятным, чем-то, что понаписали умники в этих талмудах».


Я готова была ее расцеловать. Даже забыла о пакостях, которые она мне устроила, садясь удобнее и приготовившись к учебе. И через пару минут стала читать о сотворении мира и заклинаниях, которые были особо распространены в этом мире и какое для чего служило. А так же ознакомилась с растениями и изучила, какое для чего применяется. Что удивило больше всего, вся информация откладывалась в мозгу, все довольно хорошо запоминалось. Это мне понравилось.


Но в данный момент меня заинтересовал сам мир, в котором я оказалась — Кирея. На нем было семь материков, три больших океана и восемь морей. Каждый материк населяли отдельные существа. На одном, Веалия, жили вампиры, на другом, Азалур, обитали гномы, оборотни и наги. На третьем — эльфы, только светлые, темные жили в горах, глубоко под землей, на другом материке, Диаре. На пятом — вейлы, дриады, русалки с русалами, водяные, феи и лесовики. На шестом — драконы, на седьмом… Никто не жил. Он пустовал. Странно.


— И почему он пустует? Столько гектаров земли пропадает, — заметила я, обращаясь к книге.


Ответа на свой вопрос я не получила. Потому, продолжила дальше. Теперь мне было предоставлено описание каждой расы в отдельности. Ну, там ничего для себя интересного я не углядела. Трудолюбивые гномы, злые вампиры, бесхитростные феи и дриады… Это все я пропустила, к огромному неудовольствию книги, которая несколько раз треснула меня по рукам.


А дальше мне были предоставлены несколько пунктов, что такое магия и с чем ее едят. А так же несколько наипростейших заклинаний, которые я даже попыталась сразу же использовать. Левитация предметов, исчезновение-появление их же. Еще книга показала мне заклинание, произнеся которое, в горшке, стоящем на окне, стал расти необычный и красивый цветок, причем, прямо на глазах. Потом, прочитав еще одно, с удовольствием увидела, как откуда-то полилась вода, поливая это чудо.


А что, мне понравилось. Может еще чего попробовать? Но тут ко мне в комнату ворвались два эльфа. Они со сверкающими глазами уставились на меня и только в ладоши не хлопали. Я сразу как-то и не смогла сообразить, с какими намерениями они примчались.


— Арниэль, ты не заболел? — поинтересовалась я, а тот отрицательно мотнул головой и только потом решил поинтересоваться:


— Слушай, а как тебя зовут? - ну, наконец-то, хоть кто-то решил поинтересоваться этим фактом. — А то ведь ты так и не представилась.


— Алекса, — назвала свое имя я и вопросительно глянула на второго товарища, он-то тоже еще своего имени не называл.


— Дарниэль, — церемонно поклонился тот, присаживаясь рядом со мной и наблюдая за моими попытками учиться самостоятельно. — Ух ты! Как интересно, вот бы и нам так! А то приходится столько талмудов читать, чтобы хоть что-то понять.


— Так зачем дело стало? — удивилась я, а потом обратилась к книге. — Поможешь молодым дарованиям? Они же будущие магистры, — не удержалась от шпильки я. На что на странице высветилось:


«Конечно, тем более, что и тебе это тоже необходимо», — вот же… В эту минуту мне стало интересно, может она знает хоть что-то обо мне, ведь недаром в этот мир закинула, но только я собирался у нее поинтересоваться, как она снова выдала:


«Не спеши, а то успеешь, скоро все сама узнаешь, пока не время», — вот же ехидна. Могла бы и помочь в качестве компенсации, так сказать. Но я даже возмутиться не успела, как получила по рукам и меня заставили читать написанное. Эльфы занялись чтением вместе со мной.


Сколько прошло времени не знаю, но за окном стало темно, я устала, буквы уже расплывались перед глазами, потому, предложила на сегодня закончить, со мной все согласились. На вопрос Дарниэля:


— И чем займемся? — я предложила сыграть в козла и очко. Они первый раз об этом слышали, — еще бы, наши миры кардинально отличались и не только технологиями, но и пристрастиями, увлечениями и азартными играми, но несмотря на незнание, парни все же согласились.


Учились эльфы быстро, так что, к середине ночи из нашей комнаты раздавались веселые возгласы, окрики и хлопанье в ладоши, когда кому-то удавалось меня обыграть. Заглядывать к нам с просьбами не шуметь, никто не спешил. Но этот факт прошел мимо меня, может тут в порядке вещей — ночные шумные посиделки — кто их знает? Вот пробуду здесь некоторое время, изучу все, а потом и выводы стану делать.


А утром… Опять занятия.


Сидя на которых поняла, что у меня это самое очко, которому всю ночь эльфов обучал, жим-жим, так как эти гады ушастые знали все, а я нет, с большего-то я имела представление, успела вчера ознакомиться, но не все — самое основное, а этого было слишком мало. Несмотря на неполные знания предмета, сдаваться без боя я не собиралась.


Когда Радомир, лично проводящий это занятие, вызвал меня для того, чтобы узнать, чему я научилась и какую информацию почерпнула, я решила немного развлечься, сейчас я им открою Америку Куком. Мой рассказ о возникновении нашей планеты, вернее, их, заставил всех снова впасть в ступор.


— Наша планета плоская, стоит на трех слонах, а те, в свою очередь, на огромной черепахе, которая плывет в безграничном океане времени. Населяют нашу планету по переписи населения ранних лет — люди, а вот по последней — помимо людей, появились эльфы, вампиры, феи, оборотни… Ну, и прочая нечисть.


А что я такого сказала, что у магистра пар из ушей повалил? Я же исторические факты излагала. Ничего лишнего почти и не сказала. Процитировала то, что было написано в талмудах, выданных магистром. Но меня сейчас точно начнут расчленять.


— И где ты такие исторические факты вычитала? — еле сдерживаясь, поинтересовался Радомир. Я задумалась, чего бы такого ляпнуть. Если магистр задает глупые вопросы. Ну где еще я могла почерпнуть свои знания, как не в книгах, которые он мне собственноручно вручил? Поняв, что толку и адекватности от меня не будет, ректор, махнув рукой, отправил меня на свое место. — Позже разберемся, — грозно заметил он, а я нисколько не удивилась. Опять что-то пошло не так, только на этот раз я никак не могла понять, что же его так злит. Даже расстроиться не успела.


Подойдя к своему столу, просто упала на стул, заметив недоумение в глазах эльфов. Что им не так, интересно? Как-то все идет по-дурацки. Мое переменчивое настроение, рвущееся из меня хамство, недоуменные взгляды, назначения которых я совершенно не понимала. Два ушастых, которые ничего не пожелали объяснить. Ладно, потом все-таки у них все расспрошу. Сижу, в ус не дую, пытаюсь слушать лекцию. Только взгляды этих двоих напрягают. И тут раздался спасительный звонок с урока. Не успел Радомир покинуть класс, как ко мне подскочили эти двое, а остальные столпились вокруг, ожидая чего-то. Я притихла, ожидая объяснения. Как-то напрягали меня такие пристальные и предвкушающие взгляды. Ощущение грандиозной подставы повисло в воздухе, мне даже дышать тяжело стало.


— Встань, — попросил Дарниэль, что я и сделала, даже задавать вопросы не хотелось. На стуле оказалась уже порядком примятая колючка с огромными иголками. Меня затопил гнев. Я представила, что могло бы произойти, если б я на нее села и моя пятая точка напоролась на острые иголки. Чувствую, меня бы вынесло из класса, впрочем, как и всех остальных от звуковой волны, которая вырвалась бы из меня. Вот же заразы ушастые. — Как тебе удалось ее даже не почувствовать? — удивился эльф.


Вместо ответа я просто вытащила из штанов картонку, о которой никогда не забывала, зная собственные развлечения с кнопкой в универе. Ой, как пригодилось мне тут это. А я еще думала, подкладывать или нет, оказывается, некоторые развлечения во всех мирах довольно схожи. Остальные только расхохотались, заметив мои манипуляции.


— Как ты узнала? — с обидой в голосе спросил ушастик.


— Элементарно, подкладывать кнопки и прочие колюще-режущие предметы — излюбленная практика у меня в университете… была, — уточнила я, вызвав вздох разочарования от своей неоригинальности. Я только улыбнулась ободряюще, сделала зарубку на будущее. Эльфов я, конечно, пожалела. Но решила все-таки им отомстить, чтобы жизнь не казалась сказкой, ведь не только им надо мнлй прикалываться, я тоже хорошо умею это делать. На следующем занятии на листках бумаги написала: «Пни меня! Поцелуй меня! Обними меня». А на перемене, подойдя к эльфам, хлопнула каждого из них по спине, незаметно прилепив листочки им на спину, и поспешила отойти.


А дальше началось самое интересное. Этих двоих и пинали, и пытались поцеловать, и обнять, они не успевали шарахаться, пытаясь дать отпор. В классе, ожидая следующего занятия, одна из девушек, которая оказалась дроу, ткнула пальцем в спину Дарниэля и холодно произнесла:


— Тебе чего-то не хватает? Очень остроумно, сначала пнуть, потом поцеловать и в конце обнять.


— Ты о чем? — таким голосом можно воду в стакане замораживать, не ожидала, если честно, от него такого. Оказывается, эльфенок может быть надменным и отчужденным. Хорошо, что со мной он вполне дружелюбный, не хотела бы я видеть такую надменность в свою сторону. Хотя вынуждена признать — удивилась и поразилась я очень сильно.


— Вот об этом! — девушка сорвала с его спины лист и протянула парню. Прочитав, он зло уставился на меня. Конечно, больше же некому такое сотворить. Но я только постаралась как можно более миролюбиво улыбнуться. Не прокатило. Развернув Арниэля, он содрал и с его спины такой же лист.


— Долг платежом красен, знаешь такую пословицу? — состроив невинный взгляд, поинтересовалась я. Возразить тем было нечего. Но, судя по их мордашкам, они что-то еще задумали.


Ну-ну, посмотрим, кто кого. Развлечение обещает быть интересным.

Глава 5

После занятий, на которых больше ничего интересного не происходило, я отправилась за пришедшим по мою душу Радомиром. В довольно красивом саду, который я и рассмотреть толком не успела, магистр стал задавать мне различные задания, диктовать заклинания, которые мне надлежало выучить. Я усердно повторяла за ним, делала все так, как мне говорили. Только с каждым разом я все больше сникала. Если что-то и получалось, то не так, как надо. А именно, вместо того, чтобы на дереве добавить дополнительные листья, получилось, что прямо из коры стали расти цветы. А вместо этих самых цветов среди зеленой травы, стали появляться… Красные листья. Почему красные? Этого я и сама не знала.


Магистр только удрученно качал головой. Он и сам не понимал, как и отчего такое происходит, ведь заклинания произнесены правильно, сосредоточенность стопроцентная… Тогда что было не так? Как мы ни бились, ни пытались пробовать еще что-нибудь, получалось все наоборот. Попытавшись вызвать дождь… Окатила нас двоих фонтаном воды, вырвавшимся из-под земли.


- Все, на сегодня достаточно, — заключил ректор, устало вздыхая и с непониманием разглядывая меня, а я не удержалась от вопроса:


— А магию огня мы сегодня не будем испытывать? — тот чуть было не шарахнулся от меня, но сдержался и просто, мотнув головой, поспешил ретироваться, напоследок бросив, что он еще хочет пожить немного, ему хватило того, что я успела его вымочить до нитки, едва не утопив. И ведь не поспоришь с таким утверждением. Ну и ладно, не очень-то и хотелось.


Я села прямо на траву, задумавшись о том, почему все пошло наперекосяк, но ответа не было. Сама бы я точно не нашла его, ведь в этом мире я новичок, а уж в магии и подавно ничего не смыслю. От раздумий меня отвлекли оба эльфа, возникшие передо мной, как из-под земли.


— Ты чего хмурая такая? — поинтересовался Дарниэль, пришлось все рассказать. Те долго смеялись, пока я сидела надутая — хоть кому-то весело, а потом предложили: — Слушай, ты, вроде, девушка веселая, давай с нами.


— Что с вами? — не сразу поняла я, о чем он толкует. Они переглянулись между собой, после чего Арниэль стал объяснять:


— Понимаешь, мы любим пошутить, но наши шутки никто не понимает, многих это задевает, что неудивительно, иногда мы выходим за рамки дозволенного, но это ведь не со зла, к тому же нам интересно смотреть на изменение надменных лиц вампиров и хмурых оборотней и нагов, когда они попадают в нелепые ситуации.


— Не без вашей помощи, конечно? — ехидно осведомилась я, оба только согласно кивнули. Ну, а я что? Я только за. Это дело я тоже очень люблю, потому, естественно, согласилась. Они даже в ладоши захлопали, подскакивая на месте. Ну натуральные дети, увидевшие живого Деда Мороза.


Обсудив планы на ближайшее время, разошлись по комнатам. У себя я попыталась узнать у книги, почему так получилось с заклинаниями, она мне, понятное дело, не ответила, только написала снова, что скоро все узнаю. Как же меня достали эти загадки. Вот почему нельзя сразу все рассказать, объяснить? Зачем мучить недосказанностью?


Спала я в эту ночь, как убитая. Утром едва не проспала на занятия, даже вездесущий будильник едва меня поднял с кровати. Направившись в ту самую заветную дверь, которую так и не удосужилась до сих пор осмотреть, замерла на пороге. Огромная комната, посредине которой находился бассейн, мраморный пол сверкал от чистоты, ни пылинки нигде не было. Раздевшись, без промедления нырнула в прохладную водичку. И тут со всех сторон ко мне потянулись какие-то жгуты, а я чуть не взвыла от страха. Но они стали меня намыливать, натирать, мыть, а мне осталось только тащиться от удовольствия, поражаясь такой системе. И почему я раньше не дошла, смогла бы не только расслабиться, но и унять разбушевавшиеся гормоны.


Вымывшись, оделась и отправилась на занятия вместе с пришедшими за мной эльфами. Настроение резко подскочило до отметки «хорошо». Я довольно осмотрела парней. С некоторых пор они стали моими провожатыми.


Первым занятием было левитация. Вот и научусь летать сегодня. Я уже предвкушала новое и необычное ощущение. Ведь летать — это самое прекрасное, что можно представить, всегда мечтала о том, чтобы подняться к облакам и увидеть землю с высоты птичьего полета, хотелось еще ощутить чувство свободы и невесомости. Как только нам сказали, что нужно делать, я сразу повторила заклинание. Ух ты! Супер! Хоть тут получилось с первого раза, это уже радовало. Я взлетела. Пока парила над землей сама, все было хорошо и здорово, а вот когда стали парить другие, то мне стало скучно, что они висят, как сосиски. У меня в голове возникла идея. Глаза загорелись. Поэтому, заговорщицки переглянувшись с эльфами в предвкушении потерли ручки.


Ну, что же, начнем, пожалуй. И тут первому везунчику, а им оказался вампир, который мне не понравился с первой встречи своей надменностью, «повезло», он со скоростью ракеты взмыл ввысь и так же резко пикирнул вниз, при этом перевернувшись вниз головой, а земля перед его глазами все приближалась. Он визжал, выкрикивая заклинания, которое должно было его перевернуть в нормальное положение, куда только вся чопорность и надменность делись, но я же старалась в своих желаниях, что даже магистр, который нас и учил, не мог справиться и вернуть горе-летуна в нормальное положение. Перед самой землей он завис, чуть ли не носом бороздя по ней. А затем сделал сальто в пять оборотов на триста шестьдесят градусов и начал раскачиваться, как маятник. И только когда магистр пригрозил виновникам всеми карами, несчастный грохнулся носом об землю. Мы втроем получили грозные взгляды, как от потерпевшего, так и от магистра. Виновных вычислили сразу. И наша троица, так как больше ни на кого подумать не могли, направилась в кабинет к ректору…


- Так, знакомые все лица, — протянул ректор. — Что же вы на этот раз натворили? Надеюсь, живы остались все? Жертв нет?


— Почему сразу мы? — возмутилась я вполне натурально. Эльф пытался дернуть меня за рукав, но я отмахнулась от него, продолжая. — Если ему не дано летать, как в пословице: «рожденный ползать — летать не может», то мы здесь причем? Чуть что, так сразу все на нас спихивают.


— А вы, бедные несчастные, ни в чем не повинные существа, которых каждый обидеть норовит, так? — я усиленно закивала головой. Понятливый какой магистр попался. Все-то он знает, все-то понимает… — Сегодня до конца дня вы отправляетесь на безмагическое поле, где будете собирать личинок мангуоров, которые вечно поедают колосья. А я потом проверю, сколько вы набрали, — не обращая внимания на мой невинный взгляд, озвучил наказание ректор.


Эльфы едва не взвыли, с чего бы это? Что такого ужасного нам надо было сделать? Пока я находилась в блаженном неведении, то и не осознавала размера катастрофы. Но вскоре мне предстояло это узнать. Когда магистр, открыв портал, просто швырнул нас в него, мы оказались на том самом поле. Там было жарко, от палящего солнца некуда было деваться, более того, ходить собирать эти самые личинки надо было почти в полусогнутом состоянии, так как находились они, как правило, в основном у самого основания колоска. А так как двигаться и уж тем более сгибаться совсем не хотелось, я стала думать, что делать. Ведь как успели объяснить товарищи, магичить здесь запрещено, да и бесполезно. Но ведь мне же закон не писан. Правила нужны для того, чтобы их нарушать.


Парни стояли и наблюдали за моим умственным процессом. Взгляды у них были скептические, они попросту не верили, что я хоть на что-то способна. Но я не обращала на них внимания, в голове что-то крутилось, я все пыталась уловить мысль и схватить ее за хвост. И тут я вспомнила липучку из своего мира, на которую мухи слетались, как на мед. Может и тут прокатит? Но как быть с магией? Ее, как я поняла, здесь нет. Но ведь попытка не пытка. Верно?


Сосредоточившись, даже глаза закрыла от напряжения, стала представлять себе ту самую липкую ленту огромных размеров. Сразу ничего не получалось. Я едва не лопнула от натуги, пробуя раз за разом, не оставляя попыток и надеясь на удачу, но тут услышала, наконец, одновременный радостный и удивленный возглас ушастиков:


- Ура! А что это?! И как у тебя получилось? — открыв глаза, заметила рулон этой самой ленты, которую я стала аккуратно разматывать, чтобы не прилипнуть к ней, а то ведь неизвестно, как тут подействует моя магия, я уже успела усвоить ее неоднозначность. Размотав все, разложила на земле. А сама просто уселась в высокую траву и принялась наблюдать, сработает или нет.


Оба парня подсели ко мне. Они с интересом наблюдали за странным в их понимании предметом. Дарниэль, не выдержав, поинтересовался:


— Алекса, а как у тебя это получилось? — он глазами указал на липкую ленту. — Здесь же магичить нельзя, то есть… — он запнулся, а его подхватил второй эльф:


— Не то, чтобы нельзя, здесь это попросту невозможно. Антимагическое поле полностью блокирует любое проявление силы, над ним стоят мощнейшие щиты, сюда ссылаются для наказания студенты, злоупотребившие магией, чтобы научить их пользоваться только подручными средствами, не используя силу. Как правило, день физических работ, обычно возвращает мозги на место. Так как же все-таки у тебя вышло наколдовать странную штуковину? — повторил он вопрос вслед за товарищем.


— Не знаю, — сама удивилась я, пожимая плечами. — Просто вспомнила, как это было в той комнате, где меня Радомир испытывал на магию. Там надо было сосредоточиться и очень сильно чего-то захотеть. Вот я и захотела. Не гнуть же нам спину, собирая всякую гадость.


И тут мы увидели нашествие личинок на ленту. Их будто манило к ней, они целеустремленно ползли, словно бабочки на огонь слетались. Я поразилась количеству паразитов. И нам надо было их собрать? Фу! Они же впридачу ко всему еще и такие мерзопакостные. Личинки ползли к ленте со всех концов поля, а, подползая, прилипали. Нам это только и надо было.


- Ну, что же, теперь можно и поспать, — удовлетворенно заметила я, откидываясь на спину и закладывая руки за голову. Эльфы, понаблюдав за тем, как личинки сами подползают и прилипают к своей тюрьме, успокоились. Работа делалась без нашего участия, значит, можно отдохнуть. Товарищи последовали моему примеру. Мы не заметили, как пригрелись на солнышке и уснули.


Разбудил нас возглас, точнее рык:


— Это что такое? Вы чем должны заниматься? — открыв один глаз, посмотрела на разозленного Радомира. Пришлось сесть и протереть глаза.


— Вот чего вы расшумелись? А? Вон ваши личинки, спокойно кучкуются на липкой ленте, так что, мы ваше задание выполнили, — ответила я.


— Но как… — договорить я ему не дала, а то сейчас бы начал распинать нас, разглагольствуя о нашей безответственности и прочих гадостях, вспомнил бы то, чего и не было никогда, да еще неизвестно, к чему бы в итоге это привело. Потому, вскакивая и твердо глядя ему в глаза, я тихо произнесла:


— А вот как — это уже другой вопрос, не относящийся к делу. Главное, что ваше задание мы выполнили, — и тут же решила уточнить на всякий случай, а то вдруг окажется, что мы чего-то не так сделали: — Ведь выполнили же? — он только согласно кивнул, глянув на ленту, на которой собралось наверное тысячи личинок.


Ничего другого ему не оставалось, как, вздохнув обреченно, открыть портал и вернуть нас обратно.


Вернувшись, я сразу же ушла к себе, оставляя этих двоих ушастых наедине. Мне надо было кое-что обдумать. Ведь завтра у нас урок некромантии. Я же буду не я, если все пройдет без сучка и задоринки. На этот раз меня не пугали покойники, как сказали эльфы, их тут оживлять — в порядке вещей. Сначало было дико от такого заявления, а потом как-то само по себе напало полное равнодушие, страх и неприязнь исчезли. И теперь я раздумывала над тем, что можно сотворить на том занятии. Надо только будет подговорить своих корешей по проделкам, эльфов, чтобы они мне помогли, они тоже непоседы, но до меня им далеко. Зато сочетание моей фантазии и их искусства в магии дает еще те плоды, я то ведь еще в магии новичок.


Вечером, встретившись с ними, рассказала о своей задумке. Глазки у них загорелись. Уточнить только у ушастиков пришлось, как проходит урок некромантии. Все оказалось просто и скучно, перед тобой лежит труп, а ты должен заставить этот труп подняться над столом и зависнуть в воздухе, либо поднять ему руку, ногу, заставить открыть глаза, это на нашем этапе. Дальше уже сложнее, надо будет ставить вертикально, заставлять двигаться и с каждым разом по мере совершенствования мастерства задания и заклятия будут усложняться. Я постаралась не думать о том, что покойник будет шевелиться, мои мысли потекли в другом направлении.


Так вот что я решила и предложила эльфам: пробраться ночью в комнату, где находится труп, и устроить на занятии шоу. Что мы и сделали. По дороге нам нието не встретился, что несказанно порадовало. Эльфы знали заклятие невидимости и открытия замков у дверей, да и много еще чего они знали. Я даже обзавидовалась. По дороге в кабинет некроманта, забежали в живой уголок, это я его так назвала, а как они его называют, не интересовалась, и прихватили небольшого ужика. Попав в комнату с трупом, приготовленным к завтрашнему занятию, попросила наколдовать им линзы, сначала, правда, объяснила, что это такое и с чем их едят. Эльфы никак не могли понять, зачем в глаза что-то вставлять. Я пока объясняла, начала звереть. Наконец, до них дошло.


И вот передо мной контактные линзы со спецэффектами, которые мы вставили в глаза трупа. Затем приспособили нашего ужика и наложили заклятие недвижимости, чтоб до нужного момента он не уполз. И с чистой совестью отправились спать, в предвкушении завтрашнего занятия и лиц своих одноклассников и магистра.


Утром мы почти бегом бежали на занятие, чем удивили всех. Но мы не обратили внимание на недоуменные взгляды, нас подгонял азарт. Урок начался, как всегда, скучно. Сначала один поднимал труп, потом второй, третий и тут на четвертом мы решили пошутить. Хватит скучать, когда пришла очередь нага, труп с помощью эльфов стал вертикально и завис. Затем его глаза распахнулись, все замерли, но то, что они увидели в его глазах, заставило всех открыть рты в немом крике.


Глаза сначала показались драконьи, затем они стали полыхать пламенем, переходящим в глаза птицы, а напоследок завершил шоу глаз футбольными мячами. Все стояли в оцепенении, труп закрыл глаза, послышался вздох облегчения. Но не тут-то было. Одежда в районе паха стала топорщиться и приподниматься, лица всех, в том числе и магистра по некромантии, надо было видеть и запечатлеть на видео. И с каждой минутой, размер поднятия одежды увеличивался и увеличивался, все смотрели на достоинство трупа, и кто-то завидовал его размерам. Так слегка член под одеждой пораскачивался и обмяк. Мы с эльфами давились от смеха, все офигевали. Со стояком трупа помог нам ужик, которого эльфы заставили магией вытянуться и пошататься из стороны в сторону. Но вот всем этого знать не надо.


Только когда ужику надоело сидеть на одном месте, он решил выползти из своего укрытия, вот тут-то несколько слабонервных потеряли сознание. С чего бы это они? Объяснять нам никто ничего не стал, магистр с укором смотрел на нас. А мы что? Сделали самый невинный вид, это не мы и точка. А тут и звонок так кстати прозвенел, мы ломанули на следующее занятие по зельеварению.


На уроке нам показывали и рассказывали, как готовить тонизирующее средство для поднятия духа. Отпросившись на пару минут выйти из класса, я быстро смоталась за тем самым мылом, которым меня мыли утром. Вернувшись в класс, подошла к эльфам, попросила их о создании невидимости минут на пять, что они и сделали, предвкушая интересное зрелище. Шустренько пробежав по всем ученикам, добавила им в бутылочки это жидкое средство, кроме нашей, естественно, троицы, после чего быстро вернулась обратно. Хорошо, что никто ничего не заметил. Хотя на нас и смотреть не надо, как что случалось, виновными оказывались все равно мы, никто даже разбираться не желал, так это или нет.


Когда все закончили, магистр предложил каждому выпить по глотку этого чудодейственного эликсира, что все и сделали, и тут… У всех, кто успел хлебнуть, прихватило животы и пузырики изо рта полетели. Мы втроем радовались, как дети, едва ли не в ладоши хлопали от радости. А вот нечего нас цеплять было, тоже мне, нашли груши для битья, точнее, предметы для насмешек. Может нам удастся выбить весь эгоизм из наших одноклассничков и сбить с них спесь? И тогда они перестанут нас цеплять.


Наша радость долго не продлилась. Как уже водится, нас сделали виномными. Через десять минут мы снова оказались в кабинете ректора…

Глава 6

Мы сидели в кабинете ректора, низко опустив голову, а он распинался о том, что могло случиться с учениками из-за нашей шутки. Только все его разглагольствования проходили мимо меня.


— Так они же бессмертные, — удивилась я. По этому поводу эльфы уже успели меня просветить основательно. — Что могло случиться? Подумаешь, пронесло бы их и все, очищение желудков очень полезная вещь, — наставительно заметила я, эльфы не удержались, захихикали. А вот ректор не разделял нашего веселья, он все больше хмурился, разглядывая нашу троицу. Но в этот раз его взгляды не действовали на меня, на товарищей, понятное дело, тоже, они давно к ним привыкли, а я только начала осваиваться.


— Вот что мне с вами делать? — задумался магистр. — Ладно, пока можете быть свободны, я подумаю, как вас наказать в этот раз, — заметив наше удовлетворение на лицах, пригрозил: — И не думайте, что вам это сойдет с рук. Не отделаетесь.


Мы состроили прискорбные выражения, которые должны были сойти за раскаяние, но нам нисколько не поверили. Особенно эльфам, уж больно хитрые мордашки у них были. Я бы тоже им нисколько не поверила. Только мы встали и собрались покинуть нашего гостеприимного хозяина, как он вдруг хлопнул в ладоши и воскликнул:


— Стоять! — мы застыли. Ощущение скорой расправы нависло над головой. — Я придумал. Вы прямо сейчас отправляетесь ловить светлячков, — я чуть не засмеялась от такого задания, но, глянув на эльфов, у которых били слишком удрученные лица, попыталась сдержаться, понимая, что не все так просто, как я думаю. Я честно хотела сделать серьезное лицо, проникнуться ситуацией… Не получилось.


— Нас послали на ху…тор бабочек ловить? — невинно поинтересовалась я, но меня никто, естественно, не понял, а продолжать я не стала, махнув рукой, схватила эльфов и потащила их в столовую.


— Вы куда это собрались? — строго заметил ректор, на что я удивленно воззрилась на него и с благоговейным ужасом поинтересовалась:


— А нас что, даже не накормят? Ловить мотыльков лучше на сытый желудок, веселее будет. Голодные мы злые, еще всех насекомых сожрем. Не жалко вам их? — на что тот нахмурился и в ответ спросил:


— А кроме еды ты о чем-нибудь можешь думать? — я согласно закивала головой.


— Конечно, я все время только и думаю о том, как я тут оказалась и когда мне предстоит встреча с вашим мифическим драконом, но… — заметив, что Радомир что-то собирается сказать, поспешила закончить, выпалив почти на одном дыхании: — Я растущий организм и мне надо много еды. Особенно сейчас, когда чья-то злая шутка превратила меня в демонессу. Была бы человеком — меньше бы ела, как-никак, необходимо было бы за фигурой следить, в тонусе себя держать. А демонессе что? Все калории сами сжигаются, толстота ей не грозит.


Пока я говорила, эльфы стояли, непонимающе наблюдая за мной. Закончив свою прочувственную речь, окинула смиренным взглядом магистра. После чего все-таки вытащила двоих эльфов и собралась было бежать в столовую, пока ректор находился в прострации от моих высказываний, но тут оба отмерли, усмехнулись, просто открыли портал, и мы оказались в зале.


— А как вы это делаете? — спросила я. — Я тоже так хочу.


— Тебе еще рано, — наставительно заметил Дарниэль. — Сначала научись рассчитывать траекторию, иначе можешь попасть или в стену или вообще замуруешь сам себя где-нибудь в скале. Это мы учимся открывать простые порталы с детства, а ты новичок, поэтому, пока не стоит торопиться. Может быть чуть позже, под нашим чутким руководством, сможешь произвести простейшие расчеты и попытаться открыть портал на близкое расстояние, мы проконтролируем, а потом уже можно будет расширить радиус действия.


На это мне пришлось всего лишь вздохнуть и признать правоту ушастого. Сев за стол, я решила узнать у эльфов, почему они были удручены наказанием, мне ответили, что ловить этих светлячков довольно муторное и утомительное занятие. Похлеще, чем возиться с личинками на поле.


Но из его пояснений я так ничего и не поняла. Не успела все досконально расспросить, как перед нами возник магистр. Что-то у меня на него стала развиваться стойкая аллергия. Меня пробило на апчхи. Вот такую чихающую, вместе с товарищами, нас и перекинули в ночное поле. Хорошо еще, что хоть доесть позволили, не пришлось выслушивать завывание своего желудка.


Вокруг была такая темнота, хоть глаз выколи. Я стала оглядываться вокруг, пытаясь определить, где находятся оба эльфа, но рядом никого не было. Выставив руки вперед, сделала неуверенный шаг. Ведь разглядеть, куда иду, было невозможно. Главное, чтобы здесь не было ям, а то не хватало еще ноги переломать к едрене фене.


- Эй! Вы где? — сначала шепотом поинтересовалась я. А когда не получила ответа, уже громче произнесла: - Так, господа ушастые, вы куда пропали? Почему не отзываетесь? Предупреждаю, если чего задумали, то не забывайте о последствиях. Я ведь девушка не злопамятная, отомщу и забуду, а потом снова отомщу. Так что…


— Я тебе сейчас за ушастого по голове врежу, — донеслось до меня метрах в четырех впереди. Даже договорить не дал. И чего он злится? Что тут такого? Он ведь и правда ушастый. На что тут обижаться? Были бы у него клыки, назвала бы клыкастым.


- Ой, ли, — отозвалась я. — Прям так по голове. Может по морде все же? — съязвила в очередной раз. Темнота напрягала, и такими перепалками хоть как-то можно было отогнать страх.


— А какая разница куда бить, самое главное нанести удар, — подал голос Арниэль. — Интересно, как долго нам предстоит ждать? Не нравится мне здесь совершенно. Я спать хочу, а не светлячков ловить. И зачем они нашему ректору?


— Хорошо, что вы оба здесь, а то еще и вас пришлось бы искать в этой кромешной темноте, — продолжала я их подкалывать. — А я в темноте не вижу, да и очки ночного видения дома забыла.


— Чего забыла? — подали голос сразу двое. — Что это такое и для чего они тебе нужны?


— Очки, — повторила я и поняла: придется еще часа два объяснять, что это такое и с чем их едят. А мне было откровенно лень. Хотелось света. Хотя по идее, демоны же — создания ночи, должны любить тьму, но я, как заметил однажды ушастик, неправильный демон, и в такое темноте мне было очень даже не комфортно.


- Так, мальчики, — начала я пускать пыль в глаза. — А как выглядят эти ваши светляки, что-то я не вижу, чтоб они светились. И как нам их предстоит ловить? А главное — во что? Нам ведь ни емкостей никаких не выдали, ни сачков. Или мы должны их руками отлавливать?


— Вот в них-то и проблема. Эти маленькие фонарики очень шустрые и они как летают, так и бегают очень быстро, — начал Дарниэль и тяжело вздохнул. — Так что задание не из легких, а ловить-то нам их нечем. Голыми руками не получится, — закончил он.


И тут небо озарилось мерцающими огоньками, а параллельно по земле пробежала светящаяся полоска. Скорость, с которой пронеслась полоска, могла сравниться со скоростью звука. Да, мы, похоже, попали. И вот мы, как три болвана, начали гоняться по земле за ними, аха, догнали, так они и дались. Но сдаваться мы не хотели.


— И вот за кой-черт нашему ректору они дались, эти светляки? — задала я вопрос эльфам, изловчившись, все-таки поймала одного. Но куда мне его засунуть, не придумала, так и застыла со светящимся наекомым в руке.


— Мы бы сами хотели знать, — откликнулся Арниэль. Ему тоже удалось поймать одного, и он, так же как и я, не понимал, куда его запихнуть. Так как света оказалось достаточно, то мы с ним переглянулись, затем осмотрели свой трофей.


— А может ради того, чтобы очередной раз нас помучить, — вздохнул Дарниэль. — Разве вы не поняли еще? Ему просто нравится над нами издеваться. Он нашел жертв, и теперь методически нас изводит. Наверное, даже если бы мы вели себя тише воды и ниже травы, он все равно нашел бы к чему придраться.


И тут Арниэль вспомнил, что светляки слетались всей кучей на свет другого светляка. А теорию надо проверить. Подумав пару минут, я вспомнила, что бабочек и всякую насекомую мелочь можно поймать сачком. Поднатужив мозг и воображение, представила большой и прочный сачок, который материализовался у меня в руках. Теперь процесс пойдет быстрее, ведь стоит только одного поймать и на его световой сигнал SOS слетятся другие. А тут и мы. Но только собралась использовать свой пойманный трофей, как горестно вздохнула. Он исчез. Вот зараза светящаяся, подловил момент, когда я отвлеклась.


— Братцы эльфы, а во что мы их будем собирать? — спросила у эльфов. — Чем ловить я уже сообразила, а вот куда их складывать — ума не приложу.


Тут мне по спине что-то ударилось, проматирившись, решила посмотреть, что там меня шибануло. Как оказалось, это был специальный контейнер для светляков и записка с извинениями от магистра, что сразу забыл нам ее передать. Еще битый час наперевес с сачком гоняли за светлячками, будь они не ладны, пока удалось поймать одного. Мы были готовы прыгать от восторга, что план удается, но, очередная засада не заставила себя долго ждать. Светляк перестал светиться. И как мы его ни уговаривали, он с перепугу упал на спину кверху пузом и вытянул ноги, дал понять, что на него рассчитывать не стоит — он откинул копыта. Мы готовы были выть на этих светляков.


— Да что ж они как мухи на дерьмо не слетаются, — стонала я. Так как спина уже не разгибалась и со скрипом сгибалась.


— Причем здесь это? — уточнил Дарниэль. Он иногда не понимал моих высказываний, часто переспрашивал и просил объяснить попопулярнее.


— Что это? Что я такого сказала? — удивилась я, на это раз не понимая вопроса товарища. Что именно его заинтересовало? ..


— Что как мухи на дер…


Вот тут-то меня как по голове тюкнули. Я даже собралась выругаться, определенно в этом мире мой мозг дает сбои, начиная часто тупить и тормозить. И ему просто необходим ощутимый пинок. В данный момент, прокрутив свои же слова еще раз, поняла, как и что можно сделать. Договорить эльфу я не дала своим криком:


— Эврика! — и начала танцевать джагу-джагу под шокированным взглядом товарищей по несчастью. Они определенно решили, что я окончательно двинулась умом. Бедолаги, они наверняка решали, как меня сдать с рук на руки ректору, пока я окончательно коней не двинула.


— Алекса, с тобой все в порядке? — услышала я вопрос ушастых. И голос у обоих был такой ласковый-ласковый, словно медом приправленный.


- Да, да, — в тот момент я готова была их расцеловать. Даже не стала обращать внимание на снисходительный тон, которым говорили ушастые. У меня появилась оригинальная мысль. И отвлекаться на что-то другое я не хотела, потом им все объясню, а пока пусть пока побудут в неведении. Сюрприз сделаю. Порадую друзей.


Представила светящуюся сферу, закрыв глаза. С каждым разом это становилось все легче, будто на автомате. Вот и сейчас, мне хватило пары минут, чтобы нарисовать в уме желаемое. А когда открыла глаза, то с радостью увидела, как в воздухе зависла эта сфера.


— Алекса, как тебе это удается? — удивились эльфы. — Здесь же тоже, как и на поле, магия не действует. К тому же, мы не почувствовали никаких потоков силы. Как такое вообще возможно?


— Это ваша не действует, неправильная она у вас. А вот моя действует, — и я показала им язык, довольная собой. Главное желание, а оно у меня было слишком велико, может поэтому и получилось все так, как я и хотела.


Пока мы вели легкую перебранку, — эльфы все пытались выяснить, каким образом я могу использовать силу там, где это в принципе невозможно — на свет, как и предполагалось, стали слетаться и сползаться светлячки, которых мы очень быстро наловили оптом. Как только контейнер, выданный ректором, оказался полон, мы собрались присесть и передохнуть. Ага, мечтать не вредно.


Только мы присели, как, словно чувствуя, что с заданием мы справились, портал открылся и нас за шкирку вытащили снова в уже знакомый нам кабинет. Что ж, не придется сидеть на сырой земле, и то радость. Я уже предвкушала свою комнату и теплую кровать.


Радомир посмотрел на наш улов, или как там его назвать, усмехнулся, ничего не сказал. Да и что он мог нам сказать, ведь с его заданием мы прекрасно справились. Отчитывать нас было не за что, ругать — тем более. На мгновение на лицо ректора набежала тень, было видно, что он о чем-то хотел поинтересоваться, но не стал этого делать. А просто махнув рукой, отправил нас спать. А мы и рады. Так как ни рук, ни ног мы уже не чувствовали. Спину ломило так, что хотелось просто упасть на горизонтальную поверхность, протянуть ноги и не двигаться.


Уже около моей комнаты оба эльфа заговорщицки переглянулись между собой и тихо, словно их кто-то мог подслушать, прошептали:


— Алекса, у Радомира скоро день рождения. Надо что-то придумать, —, а у меня в этот момент загорелись глаза, я даже на миг забыла об усталости и пригласила их войти, чтобы кое-что предложить.


— У тебя уже есть идея? — удивился Дарниэль, я, усмехнувшись, кивнула и стала излагать, только для ее осуществления нам нужна была та, которая неровно дышит к нашему ректору и та, которой он и сам симпатизирует. На мое счастье такая девушка-индивидуум нашлась. Это была наша одноклассница, Вернигора, вампирка из правящей семьи.


— Н-да, такую сложно будет уговорить, но возможно, — прищелкнула языком я, выдавая эльфам свою задумку. Те сначала некоторое время смотрели на меня расширившимися глазами, а потом расхохотались и захлопали в ладоши.


— Праздник удастся на славу, — заключил Арниэль. — Только как быть с этим стирп…стрипи…


— Стриптизом? — переспросила я, он согласно кивнул. — Не проблема. Научим. Не захочет — заставим. Нашел проблему, — заключила я, а мои товарищи со мной согласились. После чего, уставшие, но довольные, мы завалились спать все втроем прямо у меня на кровати, сил возвращаться к себе у эльфов не было.


А уже утром мы стали осуществлять задуманное…

Глава 7

Утром, войдя в класс, мы сразу же направились к столу вампирки. Она недоуменно смотрела на нас, не понимая, что нам могло от нее понадобиться. Но когда мы озвучили ей свою затею, она едва не рассвирепела. И спасло нас только ее хваленое хладнокровие. Участвовать в нашей затее она отказалась напрочь. Я переглянулась с поникшими эльфами и заметила, как бы между прочим:


— Ну и ладно, проблема решается легко, — на удивленные взгляды товарищей и самой девушки, которую мы пытались вовлечь в авантюру, я пояснила: — Мы просто найдем другую, сделаем из нее конфетку, а уж из того, что должно получиться в итоге, результат может быть самый непредсказуемый.


— Что ты имеешь ввиду? — надменно осведомилась клыкастая. О, гляди-ка, а глазки-то засверкали, дыхание сбилось. Хм, теперь я прекрасно знаю, на что следует надавить. И девица сама еще прибежит и попросит об участии, когда поймет, чем это чревато.


— Только то, что нашему ректору девочка, из которой мы сделаем конфетку, может очень даже понравиться, особенно то, что она будет вытворять под моим чутким руководством, а в этом я очень постараюсь, чтобы было сногсшибательно и умопомрачительно, — произнесла я, прищелкнув языком и собравшись уже было идти к своему столу, но меня остановил окрик вампирши.


— Стой! — я про себя улыбнулась и застыла, оборачиваться пока не стала, так и осталась стоять к ней спиной. — Ты что имеешь ввиду? — других вопросов она, наверное, не знает, промелькнула у меня мысль. Могла бы и разнообразить свои вопросы, а то создается ощущение ущербности, а еще наследница, мать ее итить.


— Только то, что уже озвучила, — пожала я плечами. — Для сюрприза мне подойдет любая, главное научить ее правильно эротично и соблазнительно двигаться и… Дело в шляпе. Ректор будет сражен наповал.


— С ума сошла? — возмутилась вампирша. — Только попробуй, — она зашипела не хуже змеи и даже медленно привстала из-за стола, собираясь двинуться на меня грозной тушей.


— Напугала, — фыркнула я. — И что ты мне сделаешь? Покусаешь? — эльфы прыснули. — Так я боюсь, отравишься, а виноватой, как всегда, сделают меня. Оно мне надо? Лучше побереги клыки, они тебе еще пригодятся в будущем.


— Мы не кусаем никого уже давно, — надменно заметила она. — Но я найду, как тебя проучить, — стала угрожать девушка, метая молнии глазами. Ой, как мне сразу страшно стало, что я едва сдерживалась, боясь рассмеяться. Но все же сдержалась, и сделав равнодушное лицо, ответила:


— Это уже будет потом, и мне все равно, а вот сюрприз я все равно устрою, с тобой или без тебя, но он будет, — несколько минут мы смотрели друг на друга, не отрывая взгляда. Видимо моя уверенность склонила клыкастую в правильную сторону. Так как битву взглядов она не выдержала первой. Вздохнув, обреченно кивнула головой и произнесла:


— Ладно. Что делать надо? — я готова была скакать на месте от радости, но пока решила не показывать своего триумфа. Ведь она же не могла знать, что искать я все равно никого не собиралась, а просто банально блефовала. Нам нужна была именно эта вампирка и никакая другая, ведь ректор неровно дышит только к ней, на другую все равно бы он не повелся. А так такой блеф всегда мне удавался, потому я оказалась на высоте, девица у нас в кармане. Теперь главное, чтобы нас и правда не покусали, когда узнают, что надо делать.


Только я собралась объяснить ей нашу задумку, как в класс вошел учитель и занятие началось. Только на небольших переменах я вкратце рассказывала девушке, что и как надо делать, показывая ей только самые простые движения, от чего на нас смотрели все ученики, как на душевнобольных. Но мне было плевать, сюрприз должен быть на первом месте. Мы договорились встретиться вечером, после моих занятий с ректором, в саду, подальше от любопытных глаз, где я ей покажу, как это все должно выглядеть в оригинале. Она согласилась…


Несмотря на то, что занятия с Радомиром меня изрядно вымотали, я летела в сад чуть ли не на скорости света. И все равно моя будущая ученица пришла раньше, только собралась возмутиться, что я опоздала, как я махнула рукой и произнесла:


— Начнем, пожалуй, у нас мало времени, — клыкаствя спорить со мной не стала, усаживаясь прямо на траву и наблюдая за моими действиями. Только я собралась начинать, как сбоку раздался окрик Дарниэля:


— Подожди, без нас не начинай, — пришлось ждать, пока они подбегут и сядут рядом с вампиркой. Глаза у всех оказались слишком заинтересованными, каждый из них ожидал чего-то необычного, и я не могла позволить себе разочаровать зрителей.


Тогда я, за неимением музыки, начала сама себе подпевать и плавно двигаться в такт музыке. Все трое сидели, застыв, и наблюдая за моими действиями. Потом я, плавно подойдя к клыкастой, подняла вампирку и стала двигаться вместе с ней, показывая как надо это делать. Сначала у нее получалось грубо и топорно, будто паралитика выпустили на сцену, но постепенно движения становились все более плавные, изгибы соблазнительные. Вернигоре понравилось то, что я ей показывала, ее и бз того красные глаза загорелись азартом, она сама заинтересовалась.


Да, за один день достигнуть нужного результата практически невозможно, потому мы решили заниматься каждый вечер. Она уже просто предвкушала результат. Только бедняга не догадывалась, что танец — это еще не все, там будет еще и костюмчик эротического содержания, трусы уж точно, но этого ей пока не стоит знать. Всегда надо сначала заинтриговать. А потом, в последний момент она уже не отвертится.


Несколько дней мы усиленно занимались. У девушки получалось с каждым разом все лучше, вероятно, она и без меня тренировалась. День икс неумолимо приближался. Теперь передо мной возникла проблема, как же мне намагичить торт. Ведь без той самой сферы, как я ни напрягалась, у меня ничего не получалось. За день до назначенного времени я поделилась своей проблемой с эльфами и вампиркой. Те задумались. Им самим стало просто невмоготу увидеть произведение искусства, которое я собиралась намагичить, а если получится, то и попробовать, ведь они никогда не ели тортов, даже не знали, что это такое. Потом у клыкастой блеснули глаза, она явно что-то придумала. Но нам не сказала. Только спросила:


— Какая из сфер тебе нужна? — на это я ему ответила, не задумываясь:


— Любая, кроме белой и черной, — она согласно кивнула и тут же исчезла. Вот не привыкну я к этим их резким исчезновениям. Еще и давят на больную мозоль — я ведь тоже так хочу, а у меня не получается. Предупреждали бы, что ли. А то заикой стану во цвете лет. Кому я тогда нужна буду?


Занятие прошло плодотворно. Сейчас я с гордостью заметила, что движения клыкастой стали четкими, плавными, соблазнительными, эротичными, как раз то, что нужно. Закончив оттачивать мастерство, поползла в комнату. По-другому свои телодвижения я назвать не могла. Так как все эти дни меня выматывало так, что все тело ныло и болело, а отдохнуть было некогда. Поэтому сегодня я решила основательно выспаться… Мечтать не вредно.


Не успела я лечь в кровать, и только собралась отправиться в объятия Морфея, как в дверь раздался стук. Пришлось вставать и идти открывать. За ней оказалась Вернигора с фиолетовой сферой в руках. Протянув ее мне, она произнесла:


- Вот, держи, то, что ты просила. Только надеюсь, что за ночь ты управишься, утром ее надо вернуть на место, — я готова был взвыть от такого. Но делать нечего. Забрав из ее рук шар, согласно кивнула и только тогда задумалась, что мне еще пригодится.


Вампирка, как я и думала, тут же исчезла. А я… Ха, придумала. Надо не забыть еще и о костюмчике для нашей модели из торта. Вот уж сюрприз ожидает нашу надменную Вернигору. Главное, после всего самой в живых остаться, а то ведь меня могут растерзать в тот же момент. Мне даже уже жаль стало девушку, когда я представила ее реакцию на костюмчик, но… Ладно, пора заняться делом.


Полночи я пыталась сообразить торт и костюмчик для нашей клыкастой. Ведь сначала надо было все тщательно продумать, а уже потом магичить. И только под утро я поняла, чего хочу. Сосредоточившись, даже глаза закрыла, представляя себе придуманное. И…


У меня все получилось. Оставив торт, который получился с меня ростом, прямо на полу, а костюмчик пока спрятала, вечером как раз и покажу, решила подремать хотя бы часик, ага, так мне и дали. Не успела я лечь, как снова меня потревожил стук в дверь. Да что же это такое? Дадут мне сегодня хоть немного подремать? Но дверь пришлось открыть. За ней стояли оба эльфа и Вернигора с ними.


Заметив это произведение искусства, все открыли рты. А я, кое-что вспомнив, спросила:


— Ребят, а можно соорудить вокруг торта что-то типа холодильника? А то ведь пропадет, — и тут только поняла, что сказала. У них такого чуда сроду не было. Пришлось объяснять для чего сей агрегат нужен. Как ни странно, меня поняли прекрасно. Вот только прежде, чем все это соорудить, вампирка обошла вокруг торта несколько раз, а потом не выдержал аи спросила:


— А как я туда попаду? — пришлось показать конструкцию, где верхний ярус и был крышкой, через которую можно было проникнуть внутрь. Она согласно кивнула, они втроем соорудили вокруг торта стену и добавили туда холод. Я кивнула, а потом все же не выдержала:


- Все, а сейчас я хочу поспать хотя бы час, — вручив сферу обратно вампирке, сказала, что больше она мне не нужна, и можно уносить. А сама тут же упала на кровать и отрубилась, даже не стала смотреть, свалила от меня троица или осталась в комнате.


А разбудили меня эльфы перед самым началом занятий. Но как ни странно, я выспалась довольно неплохо, несмотря на то, что мало. Занятия пролетели быстро, каждый из нас был в предвкушении вечера, когда и состоится празднование дня рождения ректора. По этому случаю он даже отменил наши с ним мучения. Этот факт обрадовал неимоверно.


Как только нас всех отпустили готовиться к торжеству, я схватила вампирку за руку, подмигнула эльфам, которые бросились за нами. Стоило нам войти ко мне в комнату, как я достала костюмчик для вампирки. Пару минут стояла тишина, эльфы даже забыли, как дышать, а клыкастая… Она смотрела расширившимися от ужаса глазами на то, во что ей предстояло облачиться. А посмотреть там было на что.


— Эт-т-то что? — заикаясь, поинтересовалась девушка. Вы когда-нибудь видели краснеющих вампиров? Лучше не стоит на это смотреть, зрелище не для слабонервных, вкупе с красными полыхающими глазами — жуть полнейшая, фильмы ужасов отдыхают и нервно курят в сторонке. — Я это не надену!


— Значит, все сорвется, — равнодушно заметила я. — И ректор останется без сюрприза, а все, к чему мы готовились, пойдет насмарку. И вообще, думай быстрее, времени нет.


Оно действительно утекало, спорить было некогда, раз подписалась сама на сюрприз, то и идти на попятный поздно, придется надевать. Меня окинули убийственным взглядом, взяли в руки наряд двумя пальцами, еще раз осмотрели. Наконец, она решилась. Быстро натянув все на себя, слевитировала в торт.


Праздник был в самом разгаре, когда эльфы помогли вынести торт пред ясные очи ректора, чем неимоверно удивили не только его, но и всех гостей, которые собрались на празднование. Такого чуда никто из них еще никогда в жизни не видел. Вот только в глазах самого Радомира, я прочла сомнения и предвкушение. И он не ошибся. Я откинула крышку торта легким движением руки с хитрой усмешкой на губах.


Из него поднялась вампирка. На ней была кожаная жилетка, кожаные обтягивающие шорты и такие же обтягивающие сапоги, темные очки, по телу было внахлест перекинуто несколько ремней, грудь была спрятана в кожаный лиф, завершала образ полицейская фуражка. Слевитировав из торта, она отбросила в сторону очки и стала страстно и нежно, не отрываясь, смотреть на Радомира и плавно двигаться, танцевать. Во время всех последующих движений — строить ректору глазки, призывно облизывать губы и вздыхать…


Затем девушка развернулась спиной к зрителям, и не спеша, плавно, провела руками по всему телу сверху вниз, а затем снизу вверх. Затем тоже самое повторила, уже повернувшись лицом к зрителям, но взгляд был направлен на Радомира.


Медленно снимая с себя жилетку, бросила ее имениннику, также не спеша сняла с себя ремни, перетягивающие ее тело и шорты, бросив все это в офигевших зрителей. При этом девушка не забывала призывно улыбаться, ее язык то и дело порхал по губам, увлажняя и смачивая их, ее глаза блестели от азарта, ей нравилась реакция Радомира на все, что она вытворяла.


Все действия вампирки сопровождались сексуальными движениями, не спеша, по-кошачьи грациозно и изящно, насколько это смогло выглядеть за несколько дней репетиций. Повернулась спиной, поставила ступни на ширину плеч, наклонилась и кокетливо посмотрела на Радомира сквозь проем между ногами. Затем резко выпрямилась, красиво встряхнув волосами.


Далее некоторое время двигалась под чарующую музыку в своё удовольствие, принимая соблазнительные позы, упала на пол, оперившись на руки, и начала плавные движения, повторяющие секс, хотя в качестве воображаемого партнёра у нее в данный момент был пол.


И вот час икс. Теперь пришло время снять нижнее белье, она проделала это очень медленно, постепенно. Сначала несколько раз поиграла, приспуская стринги, которые сначала не знала как надеть, и каждый раз возвращая их на место, что еще больше распаляло всех присутствующих. А затем начала медленно, мучительно медленно, расстегивать молнию на стрингах — да-да, это была моя прихоть, сама никогда такого не видела, но решила соорудить. И вот ее нижняя часть полностью снята, все сглотнули, а сама вампирка, как ни странно, покраснела. Легкими движениями она поиграла сама с собой, поднялась чуть вверх, продолжая поглаживания шеи, груди, живота, ягодиц, и продолжая себя ласкать, направилась к Радомиру, да тот и так уже был на грани нервного срыва. Жарко, красиво, нежно и чувственно. Даже я чуток возбудилась от этого зрелища. Гости так вообще были в полном экстазе, многие уже успели удалиться, чтобы снять напряжение, я на это только усмехнулась, до меня доносились ахи-вздохи из всех более-менее затемненных ниш.


На последних аккордах музыки Вернигора подошла к Радомиру, села ему на колени, слегка прогнувшись назад, стала приподниматься и опускаться вверх-вниз, при этом откровенно лаская шею и грудь именинника, доводя беднягу едва ли не до оргазма на глазах у всех и завершением стало то, чего никто не ожидал от вампирки. Она, прижавшись всем телом к ректору, подарила ему страстный поцелуй.


Все просто застыли, а сам именинник, больше не в силах сдерживаться, подхватив на руки свою прекрасную соблазнительнуцу, исчез с ней на довольно длительный срок. Его можно было понять. В зале до сих пор было жарко от происходящего, а когда все дейсвие было направлено на конкретного индивида — тому снесло башню окончательно и бесповоротно. Я даже грешным делом подумала, что нас, наконец, хоть не надолго оставят в покое, не будут наказывать. Мы с эльфами хлопнули друг другу в ладоши, улыбнулись, и я констатировала:


— Сюрприз удался…

Глава 8

У нас сегодня занятие по боевой магии, так и хотелось сказать, дождались, а то все были травки-муравки, пестики-тычинки, летающие трупы. В жизни все может пригодиться. Всех разбили по парам, со мной не очень много было желающих встать в спарринг, все уже изучили мои штучки и были в ожидании очередного изобретения, проще говоря — пакости. А после того, как я свела Вернигору и Радомира, так сыскала себе такую славу… Что-то я отвлеклась.


Каждая пара вставала друг против друга и должна была сотворить огненный шар, направив его в соперника. Шарики из огня мы давно научились создавать, поэтому, задание было усложнено тем, что в тот момент, когда в тебя летит шар, надо было поставить щит перед собой.


Ребята свою часть заданий выполнили, правда, не без казусов, но все же. Зато при каждой неудаче, либо проколе, девушки над парнями так прикалывались, что те краснели, пыхтели, а ответить достойно не могли, им попросту нечем было крыть. Мне повезло в том, что именно это действо — сотворение щитов — всегда получалось у меня отлично. Проколов ни разу не было. А вот эльфам не повезло, пару раз их «убили», как я для себя это называла. Им не удалось поставить вовремя щит именно той силы, которая была нужна. Вот и подшучивали девушки над ними. Теперь посмотрим на их мастерство. Ведь наверняка, чтобы смеяться над другими, необходимо самим превзойти. Я тоже с интересом стала наблюдать за их действиями.


В центре круга оказались самые надменные девушки: вампирка и дроу. Да, вид они приняли воинственный, нечего сказать. Шары загорелись в руках и направились в соперниц, все ближе и ближе к каждой. А дальше у них начался ступор, и вся воинственность слетела. В глазах мелькнул испуг и растерянность. Пусть всего на секунду, но я его увидела. Мне этого хватило. Не могу пройти мимо, когда слабый пол в беде. За что потом и поплатилась. Я не считала себя сильнее их, но и дать упасть лицом в грязь тоже не могла.


Все начали им кричать, что надо ставить блок, а они стояли, как куклы, и моргали глазами. Все кто старался им помочь, в том числе и магистр, успеха не имели. Так как вокруг круга, где и проходило состязание, стояла защита, которую извне было не пробить.


Помещение для данного занятия не давало такой возможности, каждый выкручивается сам или получает по заслугам. Мне стало не по себе, представила, как резко дергаю за волосы этих двух кукол и тяну к себе. Мои мысли воплотились в реальность, естественно, с помощью эльфов. Сама бы я ни за что не справилась. Но вот что последовало после спасения, было шоком. Я о таком даже и подумать не могла.


Они накинулись на меня не с благодарностями за спасение, а с претензиями за такое жестокое обращение с девушками, чего только я от них не наслушалась.


— Ты… Кретинка! Личинка сиргантиуса (ядовитая крылатая змея)! Червяк под ногами! — орала дроу. А я только поражалась, насколько неблагодарны бывают эти зазнавшиеся особы. Надо было дать им поджариться, знали бы тогда, на кого бочки катить.


— Презренная демоница! Никчемная и неумелая! Кто тебя вообще сюда взял? Без роду, без племени, а позволяешь себе… — чуть не задохнулась собственной слюной вампирка. И эта туда же. Знала бы, что так получится, ни в жизнь бы не помогала, пусть бы друг друга спалили.


— Линчевать тебя надо за то, что посмела себе такие выходки, — заметила дроу, вздернув нос. Вот сгорела бы от того шарика, некому линчевать бы было.


— И вздернуть на башне, чтобы другим неповадно было, — глядя на эльфов, вторила клыкастая. Я же окинула ее придирчивым взглядом. Ты на ней гораздо бы лучше смотрелась, подумала я про себя, но вслух ничего говорить не стала, только взяла на заметку.


Ах, вы… Я вам это припомню. Они разозлили меня окончательно. Вот, клушки, а как еще их назвать, раскудахтались, как в курятнике. Я вас не трогала, жила себе тихо-мирно, ну, или почти тихо-мирно, соблюдала принцип «Не бить слабых», но раз так, то правило отменяется, и им можно с чистой совестью врезать… Так что, девочки, теперь пришла и ваша очередь… Не успела подумать, как девчонки начали кудахтать, да так громко, пытаясь зажимать себе рты, но кудахтанье все равно рвалось наружу. Они стали вертеть испуганными глазами. У всех нарисовался шок, но магистр быстро взял себя в руки, и вернул им голос. Я отделалась только выговором от нашего ректора, ага, помнит добро. Только я не собиралась так легко отказываться от воспитания наших прелестниц, смеется тот, кто смеется последним. И ведь я неоднократнл говорила, что не злопамятная, отомщу и забуду.


Что ж, вот завтра и посмеемся на занятии. Ночь пролетела в разработке плана с эльфами, они больше понимают в магии, я все еще пока новичок, мне не все понятно, я еще многое не умею, к тому же мои заклятия все равно срабатывают неправильно, хотя я много раз пыталась, занималась, очень многому научилась. Начался урок театрального искусства, где надо было принимать невозмутимую позу и строить лицо кирпичом в любой ситуации. Нас учили хладнокровию. Вот кому скажи — никто ж не поверит, что существует такое занятие, но у нас оно было. Задание было опять для пар, один должен был выводить второго из себя, а второй парировать и показывать, что он ни причем. А счастье подвалило прямо сразу. Наши Марьи Искусницы вызвались оттачивать свое мастерство в пофигизме первыми, вот повеселимся, мы перемигнулись с эльфами.


Концерт по заявкам зрителей, то есть, нашей троицы, начинается. Какое заклятие наложили эльфы я не уточняла у них, только девочки вдруг начали изображать из себя индюков, сов, лягушек, зайцев, одна представила себя змеей, как она обтерла пол кабинета, изворачиваясь, вторая возомнила себя страусом, чуть лоб не расшибла об пол, пряча голову от страха. Вот в таком веселье на наше занятие и пожаловал Радомир, отойдя от пятисекундного шока, произнес:


- Ты, ты и ты, — при этом тыкнув в каждого из нас пальцем. — За мной, — ну вот, ничего нового. Снова его кабинетик увидим.


Когда мы выходили, то видели, в каком восторге были пришедшие в себя девушки, а цвет кожи у них стал ярче мака, говорят, что не краснеют. На прощание, прежде чем покинуть кабинет, послала им воздушный поцелуй. Пусть думают, что хотят, мне плевать. Нам вручили тряпки и ведра для приведения всех окон учебного заведения в порядок.


— Магию не применять, — ехидно ухмыльнулся Радомир, посмотрев на моих товарищей, те сразу сникли. Пришлось мне одной согласно кивнуть, еще и состроить самый невинный взгляд из моего арсенала, жаль, конечно, что старалась зря, мне нисколько не поверили.


На нас сбежалась посмотреть половина Академии. Не каждый день ученики окна без магии драят. В нашу сторону летели шутки, временами неприятные и колкие. Но мы стойко терпели и даже никому не ответили. Но таких шутников приметили, на всякий, так сказать, случай. Один раз, правда, я не удержалась и, просто представив себе самого язвительного шутника с рогами и длинными ушами, а еще с пупырышками на лице, как у жабы, толкнула эльфа и шепотом попросила помочь с магией. Тот, заметив мой ехидный прищур, тут же послал мне волну силы. И…


В толпе раздался крик, началось столпотворение. То тут, то там хохотали и орали, тыкая пальцами в шутника. Мои напарники едва не вывалились из окна, когда заметили, что я сотворила. В конце коридора показался Радомир, я быстро отвернулась, принявшись усиленно драить окно, создавая видимость усиленной работы, при этом еще и мурлыкала песенку, сделав вид, что меня не касаются ни крики, ни вопли, ни взгляд, буравящий спину.


— Что у вас происходит? — рыкнул ректор и только тогда заметил того, кого я наделила лишними частями тела. — Это что? Кто? — и тут же глянул на меня. А я что? Драила себе окошко спокойно, ни на кого не обращала внимания. — Алекса!


- А? Что? — состроив щенячий взгляд, посмотрела на ректора. — Что сразу Алекса? Мыла себе окна, никого не трогала, а теперь меня крайней сделать хотят. Что хоть случилось-то? — невинным тоном спросила я и посмотрела в ту сторону, куда указал Радомир. - Ой! Это что? Кто ж его, бедолагу, так разукрасил? А может он ветрянкой заболел?


Со всех сторон раздался хохот. А магистру ничего не оставалось, как попытаться снять все, что мы с эльфами намагичили. После этого, продлив наше наказание еще на пару часов, удалился. А вместе с ним стали расходиться и все остальные, во избежание последствий. Каждый понял, что шутить с нами опасно для собственных нервных клеток. Потому и поспешили удалиться от греха подальше.


Драить пришлось долго. По комнатам мы расходились настолько вымотанные, что не хотелось ничего, даже язвить и устраивать пакости. Но радовало одно, что больше ехидных шуток не было. Нас стали остерегаться. Потому, с чистой совестью и чувством выполненного долга, я отправилась в страну сновидений, но, видимо, ее бог решил меня за что-то наказать. Так как спала я в эту ночь, как убитая, без сновидений.


Несколько дней прошли в относительном спокойствии. Мы вели себя тише воды, ниже травы. Ректор странно на нас поглядывал, но ничего не говорил. Только вампирка как-то подошла и шепотом выдала великую тайну, сути которой никто из нас не понял:


— Чувствую, что нас ожидает нечто грандиозное, — мы с эльфами удивленно на нее посмотрели, пытаясь сообразить, к чему она ведет, а потом я не выдержала и поинтересовалась:


— С чего взяла? — та расхохоталась. И что я такого смешного спросила? Настала моя очередь уставиться на нее. Первый раз вижу хохочущего вампира. Но с этой девушкой мы немного подружились после дня рождения ректора.


— Затишье перед бурей, — констатировала она, удаляясь. А мы переглянулись между собой, заговорщицки усмехнулись и пошли на занятия.


Оу! Сегодня в Академии радостная новость: скоро состоится бал по случаю присвоения звания ученикам старших курсов. Я назвала это мероприятие по простому — дискач. Слово эльфам понравилось. Они ходили целый день и все время его повторяли. Запомнить, что ли, пытались? Еще гостей ожидаем. Соберется весь свет этого мира разных национальностей. Тьфу, блин, рас, видов, сословий — сама запуталась, как тут правильно.


Меня и эльфов за компанию, чтобы ничего не успели совершить, отправили на занятие по вокалу. Н-да. Сочувствую я всем. С моим-то голосом… Что же, сами напросились. Мы и тут отличились, за что и были снова наказаны, а всего-то спели, благодаря мне, вместо заунывной песни про какую-то непонятную зеленую полянку, на которой ярко светит солнышко, «Боже, Царя храни!» голосами Доминго, Карузо и Паваротти, тут, кстати, магия эльфов очень пригодилась. А голоса я им дала послушать с помощью моего центра, который свистнули на время у ректора, очень в тему было, особенно, учитывая количество гостей.


Нас с нашими талантами, за такой концерт, отправили наряжать зал. И за что наказали, спрашивается? Хорошо же спели. Только нас никто не понял. Полянка для них оказалась важнее.


Битых три часа наряжаем, опять без магии, так как к нам приставили распорядителя и дали ему строгие указания. Вроде бы все готово, но когда я оглядела всю ту роскошь: цветочки, ленточки, свечечки и еще много всего, не перечислишь, то задала вопрос:


— А что, светомузыки не будет? — у распорядителя ваза из рук выпала. И что я опять такого сказала? Даже эльфы заинтересовались, уши так и подергивались в предвкушении. Пришлось объяснять, что это такое. Тут распорядитель пошел навстречу и решил чуток поколдовать, но как я не пыталась представить все устройства, ничего не получалось. До сфер мне не добраться. Такие крупные предметы я могла шаманить только со сферами, а мелкие, такие как тогда липкую ленту, да сачок, сотворялись легко. Но сейчас нужен был большой агрегат. Решение пришло само собой.


Зал пестрел разноцветьем, я попросила эльфов создать несколько зеркальных сфер, с чем они очень прекрасно справились. Эти сферы мы подвесили к потолку и замаскировали до поры, до времени. Вот и все готово, но сюрприз за нами, надо все только разъяснить эльфам, без них я не справлюсь, а то знаю эти балы, раз-два-три, раз-два-три, разворот, поклон, приседание, поклон, фу, древность.


Бал начался. Гостей было видимо-невидимо. Все время, пока мы тихонько стояли в сторонке, Радомир следил за нами взглядом. Мы чуть не умирали от скуки. Вот как такое может нравиться кому-то? Потому мы и решили разнообразить сие действо, как только предоставится такая возможность. А именно, чтобы ректора отвлекли. Хоть и всего на пару минут, но нам бы и этого вполне хватило. Изначально мы хотели еще и девочек-эльфиек привлечь к нашему развлечению, но подумали, что не переживут гости зрелища наших учениц в образе Мадо́нны. Потому и решили обойтись только собственными силами.


И вот в самый разгар бала, на всякий случай, попросив еще и вампирку подольше занять своего жениха, когда все танцевали какие-то странные танцы с приседаниями-реверансами, мы улучили момент, и со сфер слетела маскировка, по залу побежало разноцветье красок, а в центре зала, как по мановению волшебной палочки, появилась наша троица в образе Лемешева, Баскова и Моисеева. Да и музыка сменилась. Недаром столько времени я учила эльфов нашим танцам и песням. Наши голоса раздавались под сводом огромного зала, движения завораживали своей резкостью, необычностью и страстью.


Отожгли мы не хило. Сначала, правда, ввели всех в ступор, а некоторых и в ярость, но… Потом наше выступление захватило всех, а доля магии еще и заставила всех танцевать. Они пытались подстраиваться под ритм, под наши движения, но выходило немного топорно. Только это уже никого не волновало. В азарт вошли все, даже коронованные особы. За ними наблюдать было одно удовольствие.


Одна музыка сменяла другую. Репертуар у нас большой оказался. Да и программа обширная. Только глядя на девушек в длинных платьях, которые путались в них, несколько раз едва не упали, становилось смешно. Но больший смех вызвало то, что когда эльфы соорудили туфли на огромной шпильке и с помощью магии обули в них наших куриц-красавиц, а они, не привыкшие к такому, летали по всему залу, задрав подол, мы радовались от души. Будут знать в следующий раз на кого бочки катить. Я же, щеголяя на шпильках, показывала всем мастер-класс. Почти все девицы завистливо вздыхали, особенно, когда видели, насколько легко я даже танцую на них.


Но и это еще не предел нашим шалостям, мы не будем занозами в пятках, если все пройдет гладко, поэтому представление закончилось быстрым разоблачением одного образа и превращением в Пре́сли, Дже́ксона и Меркьюри.


Вот это всех сразило окончательно. А мы только и успели подумать, что придумает Радомир на этот раз в качестве нашего наказания. Так как выражение его лица явно свидетельствовало о том, что нам предстоит пройти все круги ада и испытать все кары мира. Но… Это будет потом, а пока, развлекаемся дальше, доводим всех до белого каления.

Глава 9

Под утро и мы выдохлись. Еще бы, так отплясывать, заводить народ, не давать скучать. И только собрались идти отдыхать, как к нам подошел Радомир. Пристально разглядывая нашу троицу, он нахмурил брови и строго заметил:


— Похоже, общество с большим количеством персон вам на пользу не идет, зато я заметил, что общество друг друга, где только вы наедине, там ваша троица очень сплоченно работает. А потому, придется вам подумать о смысле жизни и сделать выводы. Вы все трое отправляетесь в уединенное местечко на несколько дней, после посещения которого, в борьбе за пищу и тепло, и спокойный сон, вы, вернувшись, сделаете определенные выводы. Надеюсь, они будут правильными. И еще, как всегда, делать все будете своими ручками. Без магии, — последнее он словно припечатал. А я глянула на товарищей и заметила, как их мелко затрясло. Губы задрожали, даже уши задергались. Хм, странно. С чего бы это?


- Э? И куда нас отправляют? — с придыханием спросил Арниэль. Он даже голову вжал в плечи, будто боясь ответа ректора.


— Ты правильно понял, — усмехнулся магистр, заметив реакцию обоих эльфов. — Именно туда. На пустынный материк.


Эльфы обхватили головы руками. Я пока не понимала всего масштаба катастрофы, потому только и могла наблюдать за удрученным видом товарищей. А Радомир, усмехнувшись, осмотрел нас всех по очереди и произнес:


— Идите, готовьтесь. На сборы вам полчаса, возьмите все необходимое, а после я вас отправлю на место вашего наказания, — развернувшись, он ушел, а мы так и остались переваривать услышанное. Вот только я никак не могла понять, что за скорбь на лицах товарищей. Ну, материк, ну, пустынный… Что там может быть страшного? Только на мои вопросы оба эльфа ответили:


— Скоро сама все увидишь, — и убежали готовиться. Н-да, весьма информативно. Я посмотрела вслед убежавшим товарищам и вздохнула. Ладно, потом сюрприз будет. А уж приятный или нет — на месте разберусь. Мне ничего не оставалось, как тоже пойти к себе. Правда, что брать с собой я не знала, но и тут на помощь пришла книга. Когда она открылась, я увидела список того, что нам может понадобиться. Она же решила мне помочь перетащить половину вещей из моего мира, например, зажигалку, для разведения костров, магии-то там не было, а еще спальные мешки и разную утварь, о которой, я уверена, эльфы даже не знают, не говоря уже о том, чтобы об этом позаботиться.


Сложив все в рюкзак, который я тоже перетащила из своего мира, при этом, мне помогли все вещи уменьшить в размерах, напихать туда всяких круп, приправ, соли и еще несколько мелочей. Вот теперь я готова и утрамбована. Можно выдвигаться.


Подойдя к месту сбора, увидела в руках у эльфов небольшие сумки-мешки, похожие на бурдюки. Удивилась, что они взяли с собой так мало всего. Но пока ничего не говорила им, только остановилась рядом с ними, дожидаясь ректора. И тот не заставил себя ждать. Появившись, он сразу же открыл портал и фактически выкинул нас в него.


А вот дальше… Мы оказались в пустыне, где солнце палило нещадно. Эльфы тут же скривились, оглянулись и стали размышлять.


— В какую сторону нам идти? — спросил Арниэль. Риторический вопрос, ведь никто этого не знал, потому только пожали плечами. И тут из моего рюкзака выскочила книга, открылась и стала чертить стрелочки. По ним мы и пошли. Сколько шли, не знаю, но прошло, наверное, часа два, как ландшафт резко поменялся, и мы уже оказались в болотистой местности. Перед нами была трясина. А мы стояли на небольшом пятачке суши. Двигаться было просто некуда, так как любой шаг грозил засосать нас в грязную, вонючую жижу. Интересно, эта зараза нас специально сюда притащила? Решила избавиться от всех сразу? Но зачем тогда было перекидывать меня в этот мир? Что-то я ее совершенно не понимала. То помогает, то в трясину заманивает. Где логика? А ее нет — издохла в смертных муках. Я посмотрела на поникших товарищей, они поглядывали на небо и молчали.


Нам осталось только ждать. Но вот чего? С моря погоды? А в нашем случае — с болота какой-нибудь радости. Мы присели, прижавшись друг к другу, чтобы ненароком не свалиться, так как места было очень мало. Дарниэль стал напевать какую-то песенку, а потом, снова подняв голову к небу, замер. Песня оборвалась на полуслове.


— Ты чего? — не удержалась я, тоже поднимая голову, надеясь рассмотреть там то, что так удивило ушастого. Но ничего не увидела.


— Смотрите, — показал он нам на какие-то разводы на небе. — Сейчас все изменится, — произнес он, а мне оставалось только удивляться, с чего он это взял. Но, как ни странно, тот оказался прав. В следующую минуту вокруг нас все резко изменилось, и мы оказались… По колено в снегу.


Холод пробирал до самых костей. Ноги не двигались. Одежда на нас была определенно не по сезону, зубы тут же начали выбивать чечетку.


— Ч-ч-ч-ч-что эт-т-т-т-то такое? — еле выдавил из себя ушастый. Они что, никогда снега не видели, что ли? Удивительно. Мне пришлось объяснить, что это и когда данное явление бывает.


Стоять на одном месте было чревато: могли замерзнуть и превратиться в ледяные статуи. Потому я предложила двигаться хоть куда-нибудь, только бы не стоять на одном месте. Продвигались мы очень медленно, еле переставляя ноги. У всех зуб на зуб не попадал, но мы продолжали упорно двигаться по стрелкам в книге.


— Дар-р-р-р-ниэль, что там с изменениями? — спросила я эльфа, так как сама в упор не видела никаких знаков на небе.


— С-с-с-с-сейчас из-з-зменится, — с трудом шевеля посиневшими губами, произнес он. И действительно, все вокруг снова изменилось. Теперь мы находились в дебрях с москитами. Но это уже лучше. По крайней мере замерзнуть нам уже не грозило, так как снова стало жарко. Все проголодались, решили развести костер, это хоть как-то отгонит этих приставучих гадов.


Вот тут-то и оказалось, что эльфам мысли о костре даже в голову не приходили. Они тут же стали канючить, что магии тут нет и развести костер будет нечем. Наивные. Вечно на магию надеются. Достав из рюкзака все необходимое, я развела с помощью зажигалки костер, благо эльфы хоть хвороста насобирали, при этом все время стоная, что смысла в хворосте нет, раз огонь не разожжется. Я на их стенания только ухмылялась. Когда ушастые увидели зажигалку, запрыгали как дети малые, удивленные таким интересным и необходимым в хозяйстве предметом. Я же только посмеивалась. Как только костер ярко запылал, я поставила треногу, а на нее повесила котелок. Стала готовить нам… Хм, вот только что: завтрак, обед или ужин, это осталось загадкой.


Мысли так и роились в голове. Занесла нас нелегкая к черту на кулички. И чем мы такое заслужили только, ведь всех же развеселили? А нас за это сюда. Несправедливость какая. Пока думала, каша была готова. Эльфы удивились такому блюду, они даже не знали, что такое гречка. Вот сейчас и попробуют. Как ни странно, но им понравилось. Они уплетали за обе щеки. Жаль только мяса никакого не было. Но оставалась надежда, что мы сможем поймать дичь и запечь ее. Иначе на одних крупах мы далеко не уедем.


— А где ты это взяла? — удивился Арниэль, поглядывая на зажигалку, лежащую около костра, дым от которого все-таки отогнал от нас москитов.


— Мне книга помогла собраться в поход, — честно призналась я, а они только кивнули, больше ничего не спрашивая. И тут, будто только и ожидая, пока о ней вспомнят, она открыла пустую страницу, на которой появилась надпись: «Надо идти. Быстрее». После чего появилась стрелка.


Тяжело вздохнув, мы очень быстро все сложили и отправились в ту сторону, куда нам указали. Шли недолго. Ландшафт опять изменился, и мы оказались в горах. Книга снова потеплела. Достав ее, я заметила еще одну надпись: «Искать пещеру. Срочно».


— Вот же, любительница поуказывать, — пробурчала я, со мной все согласились, но стали делать, как она написала. Ведь она явно хотела нам помочь, а не ради прихоти раздавала указания. Мы стали искать пещеру. Очень долго ходили кругами, ничего не видя, одни сплошные камни кругом. Но тут вдруг меня куда-то повело, словно по инерции, я шла так, будто меня вели за руку. Эльфы следовали за мной.


И мы увидели. Огромный валун перекрывал вход, но было небольшое пространство, сквозь которое мы и протиснулись, так как сдвинуть огромный камень у нас не хватило бы никаких сил.


Внутри было сухо, темно и мрачно. Я зажгла зажигалку, чтобы хоть немного осмотреться. Да, не густо. Одни камни кругом. Хотя, что я ожидала тут увидеть, не знаю. Но нам повезло, что возле одной из стен мы обнаружили вязанку хвороста. Потому, недолго думая, тут же разожгли костер. Света стало значительно больше. Вот тут-то мы и заметили, что пещера имеет еще один ход, который уходит в глубь горы. Решили пока передохнуть, а потом обследовать его.


Но долго одни мы не остались. Из того самого входа показался старец. Сгорбленный, с седыми волосами, он, еле-еле двигаясь, приближался к нам. Вот это номер. Неужели тут может кто-то жить? Это нас настолько удивило и поразило, что мы застыли статуями, наблюдая за приближением старика.


Подойдя ближе, он с трудом опустился около костра, протянул к нему руки и произнес:


— Доброго времени суток. Что привело вас на этот Демиургами забытый материк?


— Нас так наказали, — признался Дарниэль, а старец недоуменно посмотрел на нас.


— Это что же такое надо было совершить, чтобы отправить адептов почти на верную смерть? — грозно спросил старик, поглядывая на нас по очереди.


Я рассказала про наши развлечения: в красках, с выражением, еще и показывая некоторые движения, объясняя, что разнообразили такой скучный праздник. А потом не сдержалась и пожаловалась, что наказали нас определенно незаконно. Ведь всем же было интересно, даже коронованные особы остались довольны. Старик сначала слушал молча, внимательно следил за моими действиями, а потом расхохотался.


— Радомир вообще из ума выжил, если за такие шалости решил вас отправить сюда, — заключил он. А я не смогла удержаться и спросила:


— А кто вы такой? И что тут делаете один? Тут же умом тронуться можно, — глядя на этого немощного старика, я готова был провалиться сквозь землю от того, что вдруг почувствовала, как меня тянет к нему. И чувство оказалось отнюдь не жалостью, а чем-то большим. От осознания этого факта я едва умом не тронулась, кажется, мое собственное пророчество, сказанное только что старику, начинает сбываться, только в отношении меня. Приплыли, называется.


— Я дракон, — произнес он. Заметив, что ушастые хотят что-то спросить, он махнул рукой, призывая к молчанию, и продолжил. — Когда-то, очень давно, несколько веков назад погибла моя единственная. Я очень долго пытался пережить утрату, но так и не смог. Как вам известно, драконы бессмертны, — мы закивали головой. Это успела изучить даже я. — Поэтому, умереть они не могут сами. Вот для этого и есть этот материк, где нет магии, которая и поддерживает наши тела в одном состоянии, не изменяя. А здесь, не имея возможности обернуться некоторое время, мы становимся почти, как люди. Тело начинает стареть, и мы умираем от старости. Но сколько я тут нахожусь, мне так и не удалось проститься с жизнью. Некая невидимая нить не дает мне покинуть этот мир. И что это за нить, не знаю даже я.


— Даже вы? — удивилась я. — Почему «даже»?


— Потому что я оракул, и знаю все и обо всех, — сказал он, а я подпрыгнула на месте от радости. Вот тебе раз. Ни думала, ни гадала, а счастье рядом оказалось. Теперь я точно узнаю, кто я и зачем здесь нахожусь.


— Какое счастье! — я все-таки вскочила, едва не бросившись к старику обниматься — такая радость меня переполняла, что я нашла того, кого не мог найти никто. — Тогда вы должны знать, за каким надом меня перенесло сюда, в ваш мир. И что мне делать дальше, — я засыпала его вопросами, рассчитывая, что вот сейчас услышу ответы…


— Скоро все узнаешь, пока еще не время, — осадили меня. Вот это облом. Самый огромный, вселенского масштаба обломище. И этот туда же. Мало мне книги, ректора, так еще и он произнес фразу, которая уже оскомину набила.


— Но… Как же так? — смутилась я, присаживаясь обратно и наблюдая за языками пламени. Стало так горько и обидно. Вот он, тот самый дракон-оракул, сидит рядом с нами, разговаривает, а отвечать на элементарные вопросы отказывается. Почему? Что я ему плохого сделала? И когда это «скоро» наступит? Я же изведусь вся и постарею, как этот старец.


— Не расстраивайся, — попытался успокоить меня он. — Тебе пока действительно не стоит этого знать. Но я тебе обещаю, что вскоре сам лично все тебе расскажу, - ага, в следующей столетке. Когда я уже буду древней старухой и мне будет неинтересно. К тому же, я все никак не могла привыкнуть к тому, что так же, как и многие существа, наделена долголетием.


— Но я сейчас хочу знать, — во мне просто взыграло чувство противоречия. Хотелось всего и сразу. А еще очень злило то, что чем дольше я нахожусь рядом с этим стариком, тем сильнее меня к нему тянет. Да что же это за наваждение такое? Это точно гребанный материк виноват. И надо же было ректору закинуть нас именно сюда. Что-то тут происходит непонятное.


- Нет, не сейчас, — строго осадил меня дракон. Эльфы сидели тихо, как мыши, только их глаза перебегали с меня на старика и обратно. Они следили за нашим диалогом, затаив дыхание. Странно, что их так могло напугать? Вроде старец-дракон не такой уж и страшный. Только глаза в свете пламени блестели и отчетливо стал виден вертикальный зрачок.


— Ладно, тогда давайте займемся ужином? — предложила я, чтобы перевести тему, все согласились. Я достала все необходимое, приготовила на всех. Поев, повалились, кто где сидел. Единственное, что мне удалось сделать, это достать спальные мешки и раздать всем, попутно показав, как с ними обращаться. Очень уж мы устали блуждать по этому странному материку. А старику пришлось еще и помочь забираться в него.


Снился мне какой-то странный парень: довольно красивый, статный, с небольшим шрамом около губы, но он его не портил, а придавал пикантности. Юноша не поднимал глаз, но все время твердил, что мы уже скоро встретимся, и он даст ответы на все мои вопросы. А стоило мне поинтересоваться у него, когда же это скоро наступит, как он исчез, а я проснулась. Образ юноши стоял перед глазами, я томно вздыхала, очень уж он мне понравился, только было непонятно, почему он не смотрел на меня, а прятал взгляд? Мне, конечно, хотелось верить, что он боялся оказаться сраженным моей красотой, но умом я понимала — причина была другая.


Следующие несколько дней мы безвылазно сидели в пещере, только краем глаза из-за валуна наблюдая за катаклизмами, которые сменялись с равномерной периодичностью. Еда подходила к концу. Надо было что-то придумать для пополнения запасов. Иначе в пещере нас найдут в виде скелетов.


И тут прямо в пещере открылся портал, в который нас просто затянуло. И мы оказались в пресловутом кабинете ректора.


— Ну как? — спросил он. — Понравилось вам там?


- Да, очень понравилось, — ответила я за всех, причем вполне искренне. — И еще, мы нашли того самого дракона…


Что это с ректором? Он вдруг посинел весь, его глаза расширились, он смотрел на нас, как на врагов народа. И что я такого опять сказала?


— Этого не может быть, — на выдохе заметил он, оседая в кресло. — Значит, все же решился…


Объяснять нам ничего не стали, отправив по комнатам, отдыхать и набираться сил. Что мы и сделали. Хотя вопросов становилось все больше, а ответов на них нам, судя по всему, никто давать не собирался.


Несколько дней прошли в относительном спокойствии. Нас никто не трогал, только смотрели с уважением. Как же, пробыть, как оказалось, две недели на пустынном материке и не сойти с ума, не каждому под силу. Некоторые пытались узнать, что же там происходит. И мы охотно рассказывали все, кроме встречи с драконом. Об этом говорить нам строго-настрого запретил Радомир.


А вот на пятый день после нашего прибытия по Академии разнеслась весть, что к нам прибывает какой-то очень большой гость. Кто он и что из себя представляет- оставалось тайной для всех.


С утра нас собрали в огромном зале, чтобы поприветствовать прибывшего. Все напряженно ждали. Дверь открылась и в проеме показался юноша…


Где-то я его уже видела? И тут мозг взорвался…

Глава 10

Юноша оглядел всех нас, остановившись на мне. А у меня в эту минуту все перевернулось внутри. Я не могла отвести от него глаз. Это оказался тот самый парень из моего сна. Теперь я хорошо видела его глаза, они были миндалевидной формы, янтарного цвета с вертикальным зрачком. Дракон? Но что ему тут понадобилось? Его огненные волосы опускались ниже талии, создавая ощущения языков пламени на теле. Я смотрела на него, как завороженная. Только краем уха слушала шепот наших красавиц: вампирки и дроу, которые уже решали, кому из них он достанется, кто из них первой затащит его в постель.


Их разговор покоробил, более того вызвал неконтролируемую волну гнева, мои кулаки сжались, но я ничего не сказала, постаралась сдержать себя в руках, да и не имела я никакого права что-то решать за красавца-дракона. Хотя внутри стало больно, как только я представила на секунду, что этот тип все-таки отдаст предпочтение кому-нибудь из них. Я стояла и не понимала, что, черт возьми, со мной происходит. Что за собственнические замашки. Ведь мы даже не знакомы, да и видела я его впервые. Хотя на периферии сознания мелькала какая-то мысль, но я никак не могла ее поймать за хвост, а потом и пытаться перестала, мозг оказался занят другими мыслями.


А этот тип, наклонившись к Радомиру, что-то прошептал ему на ухо, ректор согласно кивнул, после чего, махнув рукой, изрек:


— Все могут разойтись по классам. Занятия начинаются, — толпа потянулась на выход. Только девочки оказались совсем недовольны таким раскладом. Они-то надеялись на другое. Даже выходя, продолжали строить глазки парню, который не обращал на них никакого внимания, глядя только на меня, что смущало и радовало одновременно.


Но стоило нам двинуться вместе со всеми на выход, как позади нас раздался снова голос ректора:


— Алекса, Дарниэль, Арниэль, а вам стоит задержаться, — тут же на ум пришла фраза из небезызвестного фильма: «А вас, Штирлиц, я попрошу остаться!» Мы застыли, как вкопанные. Что еще за сюрпризы приготовил для нас ректор? Опять мы куда-то вляпались? Так ведь вели же себя примерно, чем и самих себя удивили, и одногруппников. Вроде же ничем не провинились, наказывать нас не за что. Тогда что ему надо?


Что гадать без толку, вот сейчас все и узнаем. Стоило нам остаться в зале впятером, как этот самый тип, глядя на меня и улыбаясь, поинтересовался:


— Ты же хотела получить ответы на свои вопросы, вот и пришло время, — я смотрела на него во все глаза. Ничего ни у кого не спрашивала, молчала, как рыба, да и его первый раз в жизни вижу, а он… Какие ответы? Какие вопросы?


— Вы о чем? — решила все же поинтересоваться я, тот расхохотался. — Что я такого смешного сказала? — удивленно и немного обиженно переспросила я у него.


— Я так и подумал, что ты меня не узнаешь, — произнес он, а я вообще офигела. Как можно узнать того, кого ни разу не видела, если только во сне, да и то, он же не может об этом знать.


— А должна? — этот тип напрягал и поражал меня все больше и больше. Я никак не могла определиться в своем мнении об этом парне. Одно я знала точно: меня к нему тянуло со страшной силой, мне хотелось почувствовать его объятия, ощутить вкус его губ, прикоснуться к голой коже… Ой, что-то меня унесло. Щеки загорелись, я смутилась окончательно.


— Я дракон, — наконец, выдавил он из себя. Его глаза потемнели, я смотрела в эти омуты и понимала, что меня засасывает все глубже.


— И что? Это и дураку понятно, — пожала плечами я, стараясь оторваться от него, но у меня это не получалось. Зато юноше было определенно весело. Улыбка выползла на лицо, делая его еще красивее. Хотя я считала, что уже больше некуда. — Да и поняла я это прекрасно, — буркнула я.


— Я дракон-оракул, — пояснил он, а мы с эльфами зависли окончательно, совершенно ничего не понимая. Может это еще один оракул? Ведь тот, которого мы видели в пещере был седовласый старик. А этот…


— А много у вас здесь оракулов? — задала ему вопрос.


Эльфы фыркнули. Радомир был готов меня придушить собственными руками, это я прочла по его взгляду. Однако он ничего не говорил, только зло зыркал глазами, обещая мне все кары мира. Видно и правда этот парень — большая шишка, что даже наш ректор слово без его согласия не произносит. Да и смотрит с благоговейным ужасом, хотя это удивляло. Что может сделать парень, который и выглядит-то лет на двадцать, не больше. Дракон рассмеялся.


— А ты, как я вижу, приколистка, — ответил он. Я на это хмыкнула: какие он слова знает, оказывается. И где только нахватался? Я вроде их не произносила. — Но должен буду тебя огорчить, оракул только один, и он перед тобой.


- Хм, странно, — я даже подошла поближе, обошла его вокруг, чуть ли не ощупывать начала, тот стоял смирно, наблюдая за моими действиями. - Нет, ты не он, — сделала вывод я. Радомир едва сознание не потерял. Он с ужасом смотрел то на меня, то на дракона. — Тот был седым старцем, а ты… На старца никак не тянешь, — выдала, наконец, я, глядя в упор на юношу.


— Вот об этом мы сейчас и поговорим, — заметил он, взмахивая руками, тем самым организовывая нам всем стулья, на которые мы уселись, ожидая рассказа и объяснений.


Стоило нам всем разместиться, как дракон начал говорить:


— Ты же помнишь, о чем я рассказывал, почему решил уйти из жизни? — кивнула не только я, но и эльфы. Мы пока решили принять за аксиому то, что это и есть тот старик из пещеры. — Меня не отпускала некая нить, значение которой я понял, когда вы покинули меня, — мы затаили дыхание, ожидая продолжения. — И эта нить - ты, — оп-па, вот это номер.


— Это как? — удивленно переспросила я. Он улыбнулся тепло и искренне.


— Это так, что ты и есть моя пара, которая и попала в этот мир, благодаря старинной книге, которая из поколения в поколение передавалась в нашем роду по наследству. Как только я решил уйти из жизни, она отправилась искать мою истинную, чья реинкарнация произошла в другом мире. И ведь нашла, — нежно улыбаясь, заметил он, а мне стало не по себе.


— Все это, конечно, хорошо, но я не хочу быть заменой какой-то покойной истинной, — удрученно и с обидой ответила я, отводя глаза. Мне больше не хотелось смотреть на его улыбку, не хотелось ощущать тепло его тела, ничего не хотелось. В голове набатом билось: Замена… Замена… Всего лишь замена… Все просто, как водопровод с сорванным вентилем, там любовь прям хлещет и хлещет, беспрерывным потоком…


— Вот я и вернулся обратно, обратившись, вернул свой прежний облик, — закончил тот, с тревогой глядя на меня. — Что случилось? Ты чем-то расстроена? — тут же подскочил он ко мне. — Скажи мне, — видимо, он не расслышал того, что я только что говорила.


— Все нормально, ничем я не расстроена, — попыталась я отмахнуться от него, но не тут-то было. Он пристально посмотрел мне в глаза и заметил:


— Не забывай, мы истинные, и я могу чувствовать малейшее изменение твоего настроения, — мне от этого еще больше поплохело. Вот, попала. Этого только не хватало. От него же ничего не скроешь.


— Интересно получается, если у меня запор будет и мне плохо от этого станет, ты тоже почувствуешь? — съязвила я ему. — Раз уж мы истинные.


- Да, — ответил он. Вот так все просто?


— А я так смогу? — расставлять все точки, так сразу. — Почему же я ничего не чувствую?


— Скоро и ты научишься этому, — стал пояснять он. — Просто сейчас тебя что-то сдерживает, ты не можешь или не хочешь меня принять, хотя я не понимаю, с чем это связано, — пожал плечами он. Я в этот момент просто отвернулась, чтобы ничем не выдать себя. Он-то все равно не сможет понять моего смятения. А как ему объяснить все, я не знаю. К тому же в этот момент до меня дошла истина: так вот почему меня с такой силой влекло к старику в той пещере. Он на самом деле оказался довольно молодым и красивым, и я не сошла с ума, как изначально полагала. Вот только никакой роли это не играло, все равно мне не хотелось быть на месте той, другой девушки, которую он любил. Пусть и реинкарнация, как выразился дракон, но я не она, я — это я. И хочу, чтобы любили меня, а не образ, который запечатлелся в памяти.


— Ладно, я могу идти? — вставая, спросила я. Находиться здесь оказалось пыткой. Сама не знаю почему, но на глаза наворачивались слезы. Мне ни о чем не хотелось думать, не хотелось находиться тут. Надо было срочно все обдумать.


— Конечно, — расстроено произнес дракон. — Но может ты мне скажешь, что с тобой происходит? Я очень волнуюсь.


— Не сейчас, — отрезала я, боясь показать свою слабость прямо тут и сейчас. Еще не хватало разреветься перед ним. Я сильная, справлюсь, и не такое проходили. Значит, и сейчас выдержу. — Может быть позже.


Встав, направилась на ватных ногах к себе. Не видя и не разбирая дороги, двигалась, как сомнамбула. Ученики удивленно смотрели на меня. Еще бы, я шла со стеклянным взглядом, глядя в никуда. И думала… Думала… Думала…


— Алекса, ты чего? Радоваться должна, что у тебя пара нашлась, и ответы на свои вопросы ты уже получила, — догнал меня Дарниэль, за ним бежал и Арниэль.


— Нечему радоваться, — махнула я рукой, продолжая идти к себе. Они не отставали.


— Почему нечему? — не отставал Арниэль. — Что произошло?


Ответила я только тогда, когда зашла в свои покои. Закрыв дверь, прислонилась к ней. Вздохнула. Я поделилась с ними сомнениями по поводу замены. Что парой дракона являлся та, которая и раньше была истинной. Каким боком я тут, понять мне было не дано.


— Вот идиотка, — возмутился Дарниэль. — Ты что, не понимаешь, что ты и есть она. И ни о какой замене речи быть не может, — я смотрела на него во все глаза и не могла понять, о чем он вообще говорит.


— Что значит я это она? Ты меня запутал, — глядя во все глаза на ушастого, поинтересовалась я. Тот, приняв позу нашего магистра, начал говорить.


— Ты вообще знаешь, что такое реинкарнация? — я согласно кивнула. Конечно, знаю, только недавно проходили это. Где же мне не знать? — Значит, это не придется объяснять, уже хорошо. Так вот, ты жила раньше в этом мире, — заметив, что я собираюсь возразить, тот поднял руку вверх, призывая к молчанию. — Именно ты, и никто другой, не спорь, — хорошо, я кивнула, пусть будет так. — После своей гибели, твоя душа отправилась к Демиургам. А потом переродилась в другом мире. И твоя душа была раньше, есть и сейчас, — заключил он, а потом, о чем-то задумавшись, продолжил: — Кстати, спроси у дракона, остались ли у него картины его пары. Интересно глянуть, тело осталось твоим или…


— Мое тело осталось в том мире, — перебила не совсем любезно я его. — А тут я в другом. С добавлением лишних частей тела, — показав на рожки и хвост, произнесла я. — К тому же, пусть душа и осталась прежней, засунутой в другое тело, но раз я не помню свою прошлую жизнь, значит, я — не она. А дракон любит ту, другую, не меня. Улавливаешь разницу? Он видит ее, не меня.


— Н-да… Значит, тут ты оказалась в теле демона, но… — тут Дарниэль поднял палец кверху. — Твоя душа осталась с тобой. А значит, тело никакой роли не играет, — сделал вывод он. — Главное душа, которая и оказалась истинной, а в каком сосуде она находится, не столь важно, — интересно, они вообще слышали, о чем я им распиналась? Такое чувство, что мы сейчас разговариваем как слепой с глухим. Они или правда меня не понимают, или не хотят осознать мою проблему.


— Так что, зря ты себя накрутила, — подвел итог Арниэль. — И не вздумай эту чушь рассказывать дракону, — посоветовал он, а до меня дошло, что я даже имени его не знаю.


— А как его зовут-то хоть, кто-нибудь знает? — решила узнать я, так как до меня только сейчас дошло это. Ведь и в пещере старик так и не назвал своего имени, мы и обращались к нему или «старик», или «дракон». Мой вопрос озадачил товарищей, широко распахнутыми глазами глядя на меня, оба отрицательно замотали головами.


— Вот вместо того, чтобы себя накручивать, лучше бы поинтересовалась его именем, — нравоучительно заметил Дарниэль. Я посмотрела на друга, решая сделать еще одну попытку объяснить суть обиды или нет? Но глаза эльфа сияли огнем азарта, он явно был не расположен принять мое пояснение.


— Хорошо, завтра обязательно поинтересуюсь, — удрученно пообещала я. И только после этого оба ушастых покинули меня, отправляясь к себе. А на столе засветилась книга.


Подойдя к ней, увидела портрет девушки, на котором была… Я? Только на нем я была почти прежней, но с рожками и хвостом. Получилась этакая смесь: меня из прошлого мира и из этого.


— И кто это? — уже предвидя ответ, спросила я. И не ошиблась. Надпись была такая: «Ты из прошлой жизни».


Это в некоторой степени обрадовало. Значит, я и правда зря себе все напридумывала? Вот идиотка. Ладно, завтра же с утра пойду к этому дракону и попрошу его все мне рассказать.


Ночь пролетела, как один миг. Даже не помню, что мне снилось, но знаю одно: что-то очень хорошее, так как проснулась я бодрой, в отличном расположении духа, с прекрасным настроением. Казалось, только-только закрыла глаза, а уже надо просыпаться.


Подскочив, как ужаленная, с твердым намерением найти оракула-дракона, я очень быстро оделась и выскочила из комнаты. Только бежала я не в класс, а в кабинет ректора, где надеялась узнать месторасположение дракона. На вопросы своих одноклассников, встреченных по дороге и удивленных тем, что бегу я в другую сторону, отвечала односложно, не вдаваясь в объяснения.


А заскочив в помещение, обомлела… Рядом с драконом стояла наша красавица-дроу, облокотившись на кресло, в котором сидел парень, и что-то говорила ему, чуть ли не касаясь губами его губ. Его лица я не видела, он сидел в пол-оборота так, что мне была видно только половина его тела. Да и эта грымза закрывала обзор, не давая все детально рассмотреть.


Мне стало плохо, ревность разыгралась с катастрофической силой, изнутри поднималась злость и ярость… Значит, все эти разговоры об истинности — пустые слова? Он просто поездил мне по ушам? А сам прекрасно развлекается с этой курицей? Вот же сволочь чешуйчатая. Я в этот момент даже не могла осознать, на кого больше злюсь. Контролировать себя к меня больше не получалось. Жгучая обида, ярость и ненависть затопили изнутри. Сама не поняла, от чего все вокруг заклубилось, завертелось, раздались крики девушки. Голос ректора над ухом, слов я разобрать не могла. В мозгу билось только: «Уничтожить».


Что тут началось…

Глава 11

В кабинете стоял визг и крик. Меня они нисколько не волновали. Но тут я почувствовала, как меня обдало теплой волной, которая помогла успокоиться. А ласковый голос на ухо вызвал толпу мурашек по моему телу. Злость сама собой быстро исчезла, словно ее и не было.


— Алекса, успокойся, все хорошо, я рядом, я с тобой, — мой взгляд начал становиться осмысленным. Я огляделась по сторонам. Ох! Е… Это все я натворила?


В кабинете было все вверх дном. Эта курица сидела на полу, волосы всколочены, горло посинело, словно ее пытались душить, лицо опухло и выглядело так, словно передо мной утопленник, пробывший в воде, как минимум, суток пять. Глаза едва не вылезли из орбит. Она переводила взгляд с меня на дракона и обратно, при этом пытаясь глотнуть хоть один глоток воздуха. Зато глаза полыхали ненавистью, она готова была меня придушить.


— Т-т-ты… Снова ты?! — по мере восстановления, ее голос становился все громче. — Как же ты мне надоела. Радомир, ей мало оказалось попутешествовать по пустынному материку, отправь ее…


— Если не заткнешься, порву, как Тузик грелку, — как-то слишком спокойно заключила я. На меня напала отстраненность, эту наглую курицу я уже не воспринимала всерьез. Более того, появилось пренебрежение. — И никто мне ничего не сделает. Я действовала в состоянии аффекта. Меня любой суд оправдает, — ее глаза полыхали ненавистью, только мне до этого не было никакого дела.


— Радомир, что ты стоишь, сделай… — завыла она, а ректор, подойдя к ней, хлестнул ее наотмашь по лицу, отчего ее голова дернулась в сторону. Этот жест удивил не только меня, сама девица едва глаза в кучку собрала, настолько оказалась шокирована действиями магистра.


— Тебе же посоветовали заткнуться, — голосом ректора можно было море заморозить. — За то, что ты собиралась сделать, я бы сам лично тебя расчленил, несмотря на то, что ты моя сестра. А теперь пошла вон. Я с тобой потом поговорю.


Ее как ветром сдуло. А Радомир повернулся к нам, посмотрел в пылающие яростью глаза дракона, и, не став испытывать судьбу, выскользнул за дверь, оставляя нас наедине. Гнев юноши был направлен на девицу, но коснулся и ректора, так как тот не смог вовремя усмирить сестрицу. Хотя то, что у них родственные связи, лично я узнала впервые. Они ведь даже не похожи.


— Что на тебя нашло? — удивился юноша, несмело притягивая меня к себе. Я не стала сопротивляться. Прислонилась к его сильному телу, прикрыла на миг глаза. В его объятиях было так хорошо, так уютно, так правильно.


— Как тебя зовут? — вместо ответа, задала я давно мучающий меня вопрос. Если я его и удивила, то стоит отдать ему должное, вида он не подал. Только нежно улыбнулся и, склонившись ко мне, вдохнул запах моих волос. Мне даже на миг показалось, что он поцеловал меня в макушку.


— Ландис, — представился он. — А сейчас может ответишь, что случилось, отчего ты впала в такую ярость, что твоя сила вырвалась наружу?


— А ты не понял? — меня удивило, что он не мог понять элементарного. — Ревность. Она пыталась напроситься на поцелуй. К тому же, развесила перед тобой свои прелести, готовая вот-вот отдаться прямо здесь, — меня передернуло, злость снова начала подниматься из глубин.


— Никогда бы этого не произошло, — уверенно заметил он. — У меня есть ты, этим все сказано. И твоя ревность беспочвенна.


— Это я сама решу почвенна она или нет, — стала еще больше злиться я. Ландис только ближе прижал меня к себе, целуя в висок.


— Глупая, я же имел в виду, что никто и никогда не сможет добиться моей благосклонности по той простой причине, что наша связь не даст мне этого сделать, да и желания никакого не будет, — стал уверять меня дракон. А я просто таяла в его объятиях, уже не прислушиваясь к словам, а только поражаясь, какое благоприятное впечатление он на меня оказывает.


Он заметил, что я витаю в облаках, поэтому, подхватив меня на руки, вот это силища, открыл портал и занес в незнакомую мне комнату.


— Ты позволишь? — прошептал он, вовлекая меня в поцелуй, а у меня стало кружиться все перед глазами, желание разливалось по телу, хотелось всего и побольше, потому, не имея сил ответить, только согласно кивнула. Когда он находился рядом, я готова была позволить все, что угодно. Более того, мне и самой хотелось многого. А дальше все смешалось: чувства, эмоции, ласки, поцелуи, стоны страсти, крики — все слилось воедино. Мне казалось, что я в раю, я парила. Тела сплетались, души объединялись, руки ласкали, а губы искали. Я даже не почувствовала проникновения, настолько мне было хорошо.


Мы двигались в унисон, Ландис не прекращал меня ласкать, в эту секунду я остро ощущала его эмоции, они накрывали с головой. Нежность рук и губ гармонировала с резкими и властными движениями, глаза не отрывались от меня, ловя каждый вздох и каждый стон, откликаясь и подаваясь навстречу. Несколько раз он склонялся, чтобы обхватить губами сосок, сжать его, слегка прикусить, а потом вобрать в рот. Я уже безостановочно стонала, то комкала покрывало, натягивая его на себя, то цеплялась за спину дракона, прижимая его к себе, стараясь вжаться в него, слиться с ним в одно целое. Мы дарили друг другу наслаждение, получая взамен океан нежности и любви.


Когда мощнейший оргазм накрыл меня с головой, я отключилась на несколько минут. Это было изумительно. Такого я никогда в своей жизни не испытывала. Тело приятно ныло, в нем была легкость, от которой хотелось парить. Я немного отключилась. Очнулась от того, что меня снова ласкали. И страсть с новой силой вспыхнула во мне. Хотя даже представить себе не могла, что это возможно. Да и мой дракон оказался неутомим.


Несколько часов кряду мы дарили друг другу нежность, ласку и любовь. А потом усталые и довольные собрались идти в купальню. Вот только проходя мимо зеркала, я замерла, пораженно уставившись в свое отражение.


По всему телу были огненные завитушки, будто умело нанесенный боди-арт. Повернувшись боком, возникло ощущение, что они пылают, как живые.


— Что это? — удивленно воззрилась я на парня, который довольно улыбался.


— Это означает, что наше единство принято, — ответил он, но я почувствовала в его голосе легкую недосказанность. Странно. И что это значит?


— И все? — на всякий случай уточнила я, а он смутился. — И почему на тебе такой росписи нет? — задала я встречный вопрос.


— Можно я тебе все расскажу после церемонии? — попросил он. Ох, чувствует моя пятая точка, что от меня что-то скрывают. И наверняка это что-то может мне не понравится, поэтому чешуйчатый и молчит. Сюрприз готовит?


— После какой церемонии? — он сегодня не переставал меня удивлять. Говорит загадками, я его перестала понимать.


— После нашей церемонии заключения брака, — просветил он меня, отчего я тут же расплылась в широченной улыбке. Хотя где-то на задворках души царапнули коготки — он ведь даже не предложил мне ничего, а просто поставил перед фактом, словно мое мнение его абсолютно не интересует. Да, я пыталась его оправдывать тем, что наши чувства взаимны, потому лишние слова абсолютно не нужны. Но сомнения все же остались.


— Хорошо, — несмотря на подозрения, все-таки легко согласилась я. Не хотелось начинать нашу совместную жизнь с обид. — А когда она будет?


— Завтра на рассвете, — вот это скорость. Вот это я понимаю. Сейчас как раз подошла ситуация «без меня меня женили». Фактически ведь меня вели к алтарю без моего согласия.


— Так быстро? Но ведь надо же приготовиться, успеть договориться с вашим ЗАГСом, пригласить гостей, — стала перечислять я. Он только кивал головой, а потом ответил:


— Все сделаем, не волнуйся. А что такое ЗАГСом? — поинтересовался он, пришлось просвещать его о назначении сего учреждения.


- А, понятно. Нет, здесь этого делать не надо, в храме есть служитель, который проводит обряды в любое время, — терпеливо пояснил он.


— Так все просто? — не унималась я, он кивнул. — И что, венчают всех?


- Нет, сначала идет обряд принятия Демиургами данного брака, и только потом… — он посмотрел на мое лицо, которое застыло в сомнениях. — Не волнуйся, нам это не надо.


— Почему? — вскинул голову я.


— Потому что мы только что прошли этот обряд, — улыбнулся он, разворачивая меня к зеркалу и показывая на те самые завитушки. — Вот это и есть свидетельство нашего единения.


Я хотела задать вопрос, почему только я сияю таким украшением, но мне самым наглым образом заткнули рот поцелуем. А потом я просто забыла, о чем хотела спросить, да и стало совсем не до этого. Невозможно находится рядом с драконом и думать о посторонних вещах.


В Академию мы вернулись только вечером, сообщив Радомиру о предстоящем. Он порадовался за нас, но не удержался от реплики:


— Только не надейся, что ты покинешь нашу Академию, тебе еще предстоит долго учиться, вот только… — он на миг запнулся. А дракон улыбнулся и продолжил:


— Не волнуйся, магистр, о наказании мы потом подумаем. Вместе, — вот и приплыли. Думала, хоть тут обойдется, ан нет, не прокатило. Да и о каком таком наказании они судачат? Спелись? Хорошо хоть не спились, и то радость. С их непомерной фантазией я даже боюсь представить, какое же наказание они придумают вдвоем.


— А может они одумаются и обойдутся без своих проказ? — улыбаясь, обратился Радомир к Ландису, но смотрел при этом на меня. Ага, теперь до меня дошло — они обсуждают на будущее. Ну-ну, надеются, что мы станем примерными учениками? Да щаз!


— Ни за что, — категорично отрезала я, произнеся слова по слогам. — Ни за какие коврижки. Тогда вся Академия сдохнет со скуки, и вы в том числе. И не стоит отрицать очевидного. Мы вносим разнообразие в жизнь вашего учебного заведения.


После разговора с магистром, мы направились ко мне в комнату, где провели просто чудесную ночь, а утром…


Меня разбудил поцелуй и шепот над ухом:


— Пора вставать, нас уже ждут, — как бы я ни хотела еще понежиться в теплых объятиях, но вставать пришлось. Ведь сегодня наша свадьба. Меня била легкая дрожь. Все было новым и непривычным. Я волновалась очень сильно. Но Ландис поспешил меня успокоить, слегка поглаживая и сам одевая меня.


В храм мы выдвигались едва ли не всей Академией. Рядом со мной, довольно улыбаясь и задрав нос выше головы, шли оба эльфа. Они несли какие-то шкатулки, о содержимом которых я даже не догадывалась, только искоса поглядывала на них, перебирая в уме варианты, заранее зная, что все равно не угадаю.


Храм располагался на открытом воздухе, только колонны и трибуны указывали на его размеры. Вся дорога утопала в лепестках. Пока мы шли к постаменту, гости рассаживались. А когда все заняли свои места, жрец начал читать. Его слова походили на песню. Я слушала, затаив дыхание, хотя не понимала ни слова. Но звучало это очень красиво и умиротворяюще.


После того, как служитель замолчал, к нам подошли оба эльфа. Они открыли шкатулки, в которых оказались браслеты. Они меня поразили тем, что были из живых цветов, стебли плюща с листьями сплетены в браслеты, а в них вплетены цветы фрезии (может здесь называются иначе, но уж очень они были похожи на фрезии из моего мира). Выглядело красиво, но могли бы и на что-то приличное раскошелиться, да и жалко, ведь завтра же завянут. Один браслет взял Ландис, второй я. Одновременно надев их друг другу, ахнули. Что оба? Я, конечно же, переборщила, ахнула только я.


Они тут же засветились и стали впитываться в кожу, а на их месте образовалась вязь, похожая на тату. Я крутила рукой из стороны в сторону, рассматривая рисунок, щупая руку, пытаясь нащупать там атрибут нашего соединения, но его не было, он растворился, остались цветы фрезии, оплетенные плющом в виде тату.


Дальше начались поздравления, крики радости, пожелания любви и счастья…


Только двое были белыми воронами на этом празднике жизни. Обе девушки: вампирка и дроу, оказались недовольны таким раскладом. Но стоило подойти ректору и что-то им шепнуть, как они вообще с выражением ужаса на лице исчезли. Больше мы их в ближайшие несколько дней не видели. А потом стало просто не до них.


Через три месяца я узнала-таки, о чем еще символизировала та самая вязь, о которой не договорил мой супруг. Она означала, что во мне зреет новая жизнь. Первым побуждением было покалечить своего мужа и отлюбить его с садистским удовольствием, но когда он мне это позволил, весь садизм испарился, исчез, и я любила его со всевозможной страстью и нежностью.


А шалости мы с эльфами продолжали вплоть до самых родов… От нас стонала вся Академия. И когда во время схваток при очередной пакости меня забирал супруг, многие вздохнули с облегчением.


— Еще не вечер, господа, я обязательно вернусь, — успокоила я всех и исчезла в воронке портала вместе со своим супругом…


Эпилог


И ведь вернулась спустя три месяца. Мой малыш остался с отцом, они занимались тем, что учились оборачиваться в драконов, летать и ловить потоки. Сначала я поверить не могла, что мой малыш станет расти настолько быстро. Но один день у него проходил как месяц, а то и пять. И через три месяца малыш выглядел на восемь-десять лет. Потому я и вернулась в Академию, оставив сына с отцом.


Эльфы были несказанно рады моему возвращению, а вот студенты… теперь старались держать языки за зубами, все выучили мое выражение: «мы не злопамятные, отомстим и забудем». И вот чтобы этого не произошло, каждый из них вел себя вполне дружелюбно.


Но ведь свинья грязь везде найдет, так и мы с друзьями, всегда находили повод пошалить. Радовало то, что на этот раз наше наказание было, к неудовольствию ректора, чисто символическое.


Я окончательно освоилась в этом мире, он принял меня, показав, что счастье все-таки есть…

Конец


home | my bookshelf | | Счастье есть |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 19
Средний рейтинг 3.8 из 5



Оцените эту книгу