Book: Волшебная диадема



Андрей Дерендяев

Сокровища Манталы. Волшебная диадема

Глава 1

Оливер посещает ярмарку неприятностей

Осторожно помогая себе локтями, Оливер ловко пробирался сквозь ярмарочную толпу. Он с интересом пробежал взглядом по выложенному на прилавках товару. Старинным кувшинам причудливой формы, богато украшенным кинжалам, таинственным амулетам, пугающим своей уродливостью янтарным фигуркам. Тут взгляд Оливера привлекли книги. Они высились на прилавке горой, и такого огромного количества Оливер еще никогда не видел. Некоторые были толщиной с ладонь взрослого мужчины, другие, напротив, тонкие, всего в несколько страничек. Многие в дорогих кожаных переплетах, приятно пахнущих и завораживающих одним видом драгоценных камней, их украшающих. Другие потертые, выцветшие; видимо, очень старые и, скорее всего, необычайно редкие. В стороне от книг лежали свернутые в трубочки листы папируса, испещренные текстом на незнакомом языке. А рядом — Оливер даже ахнул от возбуждения — диковинный, привезенный из далеких таинственных земель пергамент.

Засмотревшись, Оливер лишь в самый последний момент успел выдернуть ногу из-под тяжелого башмака, готового опуститься ему на ступню. Едва избежав неминуемой травмы, Оливер тут же чуть не врезался в толстого, раскрасневшегося на жаре торговца водой, с невероятно умным видом идущего прямо на него.

Торговец моментально принялся изрыгать бесконечный поток грязных ругательств, мгновенно перекрыв своим голосом висевший в воздухе несмолкаемый шум. Растерявшись от обиды, Оливер все же сумел заметить, что толстяк, произнося свой эмоциональный монолог, ни разу не повторил дважды одно и то же проклятие. Глядя на пребывающего вне себя от ярости мужчину, он вежливым тоном заметил:

— Не стоит вам волноваться, особенно на таком солнце. Может и удар хватить.

И постарался улыбнуться. Улыбка, видимо, вышла настолько искренней и сочувствующей, что торговец, оторопев, гневно уставился на него:

— Что? Что ты сказал, мальчишка?

— Солнце… удар…

Оливер вновь улыбнулся, краем глаза замечая, что проходящие мимо зеваки поглядывают на них, а некоторые с явным интересом останавливаются и наблюдают за разыгрывающейся сценой. Не желая испытывать судьбу и тем более служить объектом развлечений, он решил, что пора покидать своего нового знакомого. И не говоря больше ни слова, скользнул в толпу. Но судя по всему, толстяк не был настроен прерывать совсем недавно начавшийся разговор. Оливер не успел сделать и пары шагов, как услышал:

— Стой! А ну, постой! Я научу тебя вежливости, негодник!

«Негодник? — повторил про себя Оливер. — Боюсь, дело начинает пахнуть неприятностями и тумаками».

Не то чтобы Оливера пугали неприятности, отнюдь. Жизнь в приюте ко многому приучила. Но если можно избежать проблем, то зачем нарываться? Лицо торговца водой не сулило ничего хорошего. А за сироту никто не вступится. Никогда.

Поискав глазами ушедшую далеко вперед сестру, он увидел ее возле лотка с пирожками. Оливия с безмятежным, искренне равнодушным лицом прохаживалась неподалеку от прилавка. Но Оливер слишком хорошо знал этот взгляд и сразу догадался, что она намерена непременно стащить несколько румяных булочек.

— Да стой же ты! — продолжало нестись ему вслед.

«Ха! Как бы не так! Не на того нарвался».

И ускорил шаг, плавно переросший в бег.

— Бежим! — выкрикнул он, поравнявшись с сестрой, как раз в тот самый момент, когда она, делая вид, что во все глаза смотрит на проходящего мимо разукрашенного мима, украдкой тянула руку к лотку.

Мигом отдернув ее, Оливия гневно повернулась к нему. Оливер знал, что сестра не разделяет его принципов, заключавшихся в том, что брать чужое нехорошо. Ведь всегда существует риск быть пойманным, глупо так рисковать по пустякам. Но Оливия считала, что не делает ничего предосудительного и опасного.

— Я голодна, — любила повторять она. — А у них не убудет. Я взяла совсем чуть-чуть. К тому же у меня нет денег, и я не могу это купить. И что же: ты прикажешь мне бояться и поэтому ходить не попробовав?..

А далее следовало подставить нужные названия: сырный пирог, пирожки с кремом, джемом, медом, пирожные, торты и так далее и тому подобное.

Наверняка сейчас Оливия попросту решила, что брат специально не позволил ей стащить лакомство. По крайней мере в ее взгляде бушевало неподдельное раздражение.

— Спасибо, братишка, — прошипела она. — Вновь за старое.

Продавщица, низенькая старушка, с подозрением уставилась на них.

— А ну, кыш отсюда, хулиганы! — взвизгнула она и замахала руками, словно отгоняла назойливых мух.

— Не за что, Черепашонок, — отозвался Оливер.

Он прекрасно понимал, что сестра разозлится, услышав это прозвище, но не смог удержаться от удовольствия немного отомстить за попытку воровства.

— Не смей меня так называть, — мгновенно отреагировала Оливия.

— Стой же! — не умолкал тем временем преследователь.

Оливия нахмурилась.

— И во что ты угодил?

— Ни во что особенное. Но предлагаю делать ноги.

— И все-таки? — поинтересовалась она уже на бегу. — Ты же у нас вроде паинька? Где отличился?

— Посоветовал одному толстому торговцу водой не нервничать на жаре. Вид у него был неважнецкий, я высказал опасение, что его может хватить удар.

Оливия обернулась.

— Толстяк, говоришь? Почему тогда нас преследует худощавый?

Оливер недоверчиво покосился назад, но, сколько ни силился, так и не смог разглядеть позади себя изрыгающее проклятия раскрасневшееся лицо.

— Ты все выдумал? — сбавляя скорость, спросила Оливия. — Он точно преследует именно нас? Уверена, худой знать о нас не знает. Ты все специально подстроил.

— Глупость, — ничего не понимая, ответил Оливер. — Но, поверь, он действительно преследует именно нас. И я понятия не имею, что ему нужно. И не хочу знать.

— Я тоже, — несколько смутилась Оливия.

Оливеру не понравилось выражение ее лица.

— Точно? Уверена? Что, уже успела украсть?

— Нет! Ничего я не брала… Меня не могли заметить… Что за люди пошли такие жадные? Из-за какой-то груши, к тому же кислой и невкусной, готовы, не жалея сил, носиться по жаре. Знала бы, не брала.

— Остановитесь! — выкрикнул преследователь. — Остановите вон тех двоих детей!

Дело начало принимать совсем скверный оборот. Несколько настырных и крепких рук попытались схватить Оливера. Увернувшись, он со всех ног кинулся в сторону и чудом не врезался в женщину в широченной юбке. Та замахнулась на него зонтиком от солнца и больно огрела по спине. Толпа словно назло уплотнилась, не желая расступаться.

— Набедокурили, детишки? — участливо поинтересовалась сухая старушка в ярком платке на голове и, подмигнув, неожиданно взвизгнула: — Стража! Стража! Они тут. Держу их.

Оливия дернула за платок, натянув его бабуле на лицо, и толкнула на стоявшие рядом хрустальные вазы. Раздался мелодичный звон, следом послышалось сдавленное оханье.

— Да что вы такое творите, бездельники! — К ним выскочил низенький лысоватый продавец хрусталя с перекошенным от ярости лицом.

— Это все она, — Оливия пальцем ткнула в незадачливую помощницу стражей порядка, — с нее спрашивайте. Что, бабушка, уже совсем плохо видите? Вазочки не заметили?

Продавец перевел взгляд на старушку. Напиравшие со всех сторон зеваки возбужденно загалдели.

— Держите их! — вновь послышался окрик. Оливеру показалось, что сейчас голос звучал не так бодро и решительно. Резко развернувшись, он бросился вдоль рядов. Теперь их уже никто не попытался задержать. Напротив, толпа попятилась, расступаясь. Зато в спину полетели ехидные, саркастические замечания, наполненные презрением.

— Постойте! — не отставал преследователь. — Я дру… аше… сем…

Большая часть последних слов потонула в заливистом вопле тощего пацаненка, предлагавшего посетителям ярмарки купить самые, по его словам, вкусные сладости в городе.

«„Дру“, „аше“, „сем“… — на бегу подумал Оливер. — Что он имел в виду? Я дружу с вашей… С кем „нашей“?»

— Остановитесь же вы, наконец! — не оставлял своих попыток обладатель явно обессилевшего голоса. — Я не причиню вам ничего плохого. Я только хочу поговорить с вами.

«Наивный, однако, — хмыкнул про себя Оливер. — А какой упорный попался! И все из-за груши… Не на тех напал. Я тебя не знаю, и говорить мне с тобой не о чем. К тому же грушу уже не вернешь».

— Быстрей! Быстрей! Мы почти оторвались, — поторопила Оливия, вновь бросив короткий взгляд назад. — Он совсем выдохся.

И действительно, голос преследователя вскоре окончательно затих. Пробежав еще несколько рядов, желая подальше уйти от погони, брат с сестрой, наконец, остановились и перевели дух.

— Уфф, — тяжело дыша, произнесла Оливия. — Вообще-то, насколько я помню, продавщицей была тетка с крючковатым носом. Рядом с ней еще вертелась ее прыщавая дочка. А вот худого не помню… Странно все это. Кто он такой и что ему от нас надо?

— Муж продавщицы? — предположил Оливер. — Хотел отучить брать чужое?

— Вполне возможно, — поморщившись, согласилась Оливия, бросив в сторону Оливера недовольный взгляд, и уже более веселым тоном добавила: — Одно я знаю наверняка. Кем бы он ни являлся, мы от него убежали.

Оливеру было трудно не согласиться со столь явным утверждением. Вытерев ладонью вспотевший лоб, он постарался не думать о тех обрывках фразы, до сих пор вертевшихся в голове.

«Позже. Вернусь к ним позже. В более спокойной обстановке. Я дружу с вашей… С кем вашей? Начальницей приюта миссис Доусон? Няней мисс Флауэрс? Нет, он сказал что-то другое… Стоп, Оливер. Хватит. Ты же решил — потом. Значит, потом».

Тряхнув головой, он попытался отогнать приставучие мысли. Желая отвлечься, скользнул взглядом по проходящим мимо людям, разглядывая их лица, прически, одежду. И заметил дешевое кукольное представление. Такое частенько встретишь на каждом оживленном месте. Гнусавые актеры, постоянно забывающие текст; плоские, несмешные шутки; скучный до банальности сюжет. Правда, толкавшиеся неподалеку маленькие дети возбужденно галдели и, громко смеясь, тыкали в тряпичные фигурки вытянутыми пальцами. Поэтому Оливер решил немного постоять и посмотреть. Он обожал разные интересные истории. Вдруг и эта, что, конечно, маловероятно, окажется занимательной?

— Я тебе сейчас покажу! — напыщенным тоном пообещала одна из кукол другой. На ее продолговатую голову был нахлобучен полый серый шар с отверстием впереди. За спиной болтался огрызок тряпки непонятного цвета, в руке виднелась палка, которой она усиленно пыталась махать. — Отучу обижать слабых и беззащитных!

Вторая кукла, длиннее и шире первой, с ухмыляющимся ртом до ушей и маленькими, едва видимыми глазками, с ужасом отшатнулась и отчаянно всплеснула руками:

— Ты что, славный герой? Ты же добрый. Ты не должен бить беззащитного. Гляди, я не вооружен.

Фигурка повернулась к зрителям, демонстрируя отсутствие оружия.

— Дети, подтвердите мои слова.

Оливер увидел у него за спиной короткую палку, видимо служившую кинжалом.

— Герой, герой, — закричали несколько мальчишек, — он тебя обманывает!

— Не слушай их, — стараясь их перекричать, раздалось несколько голосов, — нет у него ничего!

— Герой! — На сцене появилась кукла с огненными рыжими волосами и в мятом платье, несколько лет назад, скорее всего, считавшемся розовым. — Помоги! Надвигается страшная беда. Только ты способен избавить нас от нее.

— Поколоти же, наконец, разбойника, — потребовал толстый парнишка, — а то становится скучно. Или хотя бы рыжую. Она только все портит.

— Беда? — Рыцарь повернулся к девушке. — Я всегда там, где беда. Я ничего и никого не боюсь. Я ваш защитник!

— Вот глупый, — разбойник засмеялся, вернее — тряпичная фигура задергалась в разные стороны, и Оливер догадался, что сейчас, по задумкам устроителей представления, ее должен разбирать смех, — а я, наоборот, стараюсь находиться подальше от бедствий и несчастий. Дети! Кто из нас прав?

— Тебе не надоело? — Оливия закатила глаза. — Как ты смотришь такую чушь?

— Еще немного, — попросил он. — Сейчас начнется самое интересное.

— Ах, разумеется… — фыркнула Оливия. — Ты же читал эту историю. Зачем тогда тратить время? Ты ведь знаешь, чем все закончится. Даже лучше, чем актеры.

— Так что же за беда стряслась? — трубным голосом поинтересовался рыцарь. — Дракон? Огромный тролль? Или другой монстр?

— Враги, благородный герой, — плаксивым голосом произнесла девушка, тряся волосами и, видимо, таким образом изображая страх. — Нам угрожает великая опасность.

— Великая? — радостно воскликнул рыцарь. — Твои слова — бальзам на мое сердце.

— Все! Хватит! — не выдержала Оливия. — Идем.

Оливер нехотя последовал за сестрой.

История, разыгрываемая на маленькой сцене перед десятком скучающих и не выражающих явного интереса детей, была ему давно известна. Он читал о ней в книге сказок, единственной вещи, доставшейся от родителей. И теперь с удовольствием бы посмотрел. Разумеется, то, что он сейчас видел, и близко не напоминало прочитанное. Устроители спектакля все сильно упростили, превратив сказочный эпос в обыкновенный балаганный фарс с элементами комедии. И все же досмотреть до конца ему очень хотелось. Непроизвольно рука скользнула за пазуху и коснулась потертой обложки.

«Оливия узнает — поднимет на смех», — подумал он, удостоверяясь, что дорогая сердцу вещь на месте.

Оливер знал, что в приюте книгу родителей никак нельзя оставлять. Если с ней хоть что-то случится, он никогда себе не простит. А случиться может всякое. Местные постояльцы в своей основной массе только и ждали, чтобы напакостить соседу или соседке. И, видя его любовь к книге, непременно постарались бы ее стащить.

Повернувшись спиной к сцене, Оливер вдруг почувствовал, как ему на плечо опускается чья-то рука.

— Ну что? Набегались? — послышался прямо возле уха негромкий, но наполненный злостью и угрозой голос.



Глава 2

Оливер присутствует на аукционе волшебных зверей

— Вечно вы путаетесь под ногами, — добавил второй голос: холодный, лишенный эмоций.

Оливер обернулся. Перед ним стояли трое парней в дорогих одеждах, с длинными, до плеч, волосами и надменными лицами.

«Вот влипли, — угрюмо подумал он. — Угораздило же нарваться…»

Тот, кто держал его за плечо, сильно напоминал недавнего преследователя. Худой, высокий, смуглый, с голубыми, словно вечерний лед, глазами, тонкими, гнущимися в презрительную гримасу губами.

— Что вам от нас надо? — поинтересовалась Оливия, попробовала сделать шаг в сторону, но один из парней грубо перегородил ей дорогу.

— Я предупреждал вас, — сквозь зубы процедил худой. — Я ведь велел сидеть в вашем вонючем приюте. А вы мало того что вылезли из него, так еще имели наглость носиться сломя голову, пугая почтенных граждан. И в довершение ко всему явились сюда.

«Похож, сильно похож, — между тем размышлял Оливер, мысленно сравнивая преследователя с тем, кто стоял перед ним. — И все же длинный моложе. И голос другой. У того вроде как добрее… — Он одернул себя: — И почему я сейчас думаю об этом?»

Он взглянул прямо в лицо худому и не увидел в его взгляде ничего хорошего ни для себя, ни для сестры.

«Плохи дела. Лучше бы нас догнал хозяин груши. Оливия получила бы хороший урок, а мне вообще бы ничего не было».

К удивлению, он почти не испытывал страха, разве что совсем чуть-чуть. Присутствовала лишь злость от невозможности изменить ситуацию.

Оливер слышал об этих парнях: о тех, кто стоял перед ним. Его с сестрой поймала известная на весь город шайка, в которую входили дети богатых горожан. То ли от скуки, то ли от желания испытать судьбу и пощекотать нервы, чувствуя близкую опасность, то ли от недостатка внимания и воспитания в раннем детстве они вечерами грабили одиноких прохожих и избивали подвыпивших гуляк, не имевших возможности дать достойный отпор. С недавних пор члены шайки ополчились на приют сирот и принялись задирать его обитателей, гонять с улиц, а в последнее время и вовсе запретили выходить за порог. И ничего нельзя было поделать. Жалобы в муниципальную стражу ни к чему не привели. Ее руководители предпочли закрыть глаза и сделать вид, что ничего не происходит, опасаясь испытать гнев родителей хулиганов, многие из которых, по слухам, входили в городской совет.

— Ярмарка — не ваша, и ты мне не указ, — прошипела Оливия, топнув ногой и сжимая кулаки. — Отвали с дороги.

Она попыталась оттолкнуть парня; тот только усмехнулся, но с места не сдвинулся.

«Шансов в драке с ними у нас нет никаких, — внимательно оглядывая обидчиков, подвел неутешительный итог Оливер. — Нас двое, а их трое. К тому же каждый из них старше нас года на три. — Он посмотрел в сторону и невесело улыбнулся. — Даже пятеро». — Чуть поодаль маячили еще две фигуры в богатых одеяниях.

— Весело, сиротинушка? — поинтересовался парень, стоявший справа от Оливера. — Я выбью из тебя все веселье. Скоро станет нечем улыбаться.

Оливер не стал отвечать, посчитав излишним.

Они находились в самом центре ярмарки, на небольшой площади, где не было торговых рядов. Вместе с временными лавчонками отсутствовало и множество людей; только группа детей, смотревших кукольное представление, да парочка зевак, стоявших неподалеку от высокой, просторной сцены, дальний конец которой оканчивался занавесом. По ней, то поднимая, то опуская темно-красную, тяжелую на вид ткань, деловито сновали люди в необычных одеждах и диковинных, виденных Оливером только на рисунках в книжках головных уборах. Они выкатили на середину нечто большое, выше человеческого роста, кубической формы, сверху накрытое разноцветными покрывалами, и поставили немного левее центра. За ним последовал еще один такой же куб, тоже накрытый покрывалом, правда, в отличие от первого, размером поменьше. Затем еще один, следом четвертый, пятый… И все разной величины. Вскоре Оливер сбился со счета, да и как-то сложно внимательно следить, когда рядом стоят и угрожают хулиганы.

«Как всегда, нам никто не поможет, — констатировал он. — Да и кто станет спасать сирот?»

— А теперь хорошенько запомните мои слова, — медленно проговорил худой, — вам следует передать их вашим друзьям.

— Ничего я передавать не намерена, — огрызнулась Оливия. — Сами придите и скажите, что хотите. Или слабо?

Двое парней, стоявших поодаль, начали медленно приближаться к ним.

Между тем люди на сцене принялись расставлять по краям горящие тусклым синеватым огнем факелы. Воздух вокруг наполнился легким свечением и слабым, дурманящим ароматом.

Видя, что готовится необычное представление, начали подтягиваться люди. Шли не спеша, глазея по сторонам, бросая любопытные взгляды на таинственные кубы, многие вытягивали шеи, пытаясь проникнуть взглядом в тоненькие щелочки между покрывалами.

Заметив, что происходит, стоявший возле Оливера парень заволновался:

— Авл, слишком много народу.

— Тебя это когда-то останавливало, Джо? — осклабился тот. — Так даже веселей.

— Слишком много, — упорно повторил Джо. — В прошлый раз мы едва не попались.

— Не попались же! — жестко отрезал Авл и перевел взгляд сначала на Оливию, затем на Оливера. — Девчонке говорить бесполезно…

— Да что ты!.. — притворно закатила глаза Оливия, но он не обратил на ее слова никакого внимания.

Двое парней наконец подошли к ним и встали позади, перекрыв дорогу к торговым рядам. Один был пухлый, с подбитым глазом. Второй низенький, коренастый, с огромными кулаками.

— …но ты, надеюсь, запомнишь и сумеешь повторить все в точности, — продолжал Авл, глядя в упор на Оливера. — Итак, слушай. Никогда — повторяю: никогда — не смейте выходить в мой город. Сидите в своем приюте, а когда вырастете, валите подальше отсюда. И без вас нам хватает всякого отребья.

— Да, вижу, — не удержавшись, брякнул Оливер, красноречиво глядя на Авла, и сразу пожалел о своей несдержанности.

— Смешной ты, однако… — Авл побледнел. Губы сжались, став еще тоньше, глаза превратились в маленькие щелочки, сделавшись черными.

«Не убьет же он меня, — продолжая корить себя, подумал Оливер, — тут все-таки столько людей…»

Толпа между тем действительно увеличилась в размерах, заполнив собой все пространство возле сцены и полностью окружив ее, образовав бурлящий, шумящий от нетерпения живой полумесяц. Теперь они стояли на самом ее краю и, судя по количеству постоянно прибывающих новых зрителей, вскоре должны были оказаться поглощенными ею.

Находившимся за спиной двоим парням пришлось встать к своим друзьям почти вплотную.

— Пора веселиться, — нетерпеливо прогнусавил толстый. — Ты закончил со своей проникновенной речью?

— А вас разве не учили? — силясь закрыть рот, но все равно ничего не сумев с собой поделать, поинтересовался Оливер. — Папа с мамой не рассказывали? Неприлично обижать девушек.

— Девушек? — заржал толстяк. — Это разве девушка?

Он протянул руку и дернул Оливию за волосы. Та в ответ ударила его по пальцам.

— Ты сам напросился, — прошипел все это время хранивший молчание Авл. — Послание передаст она. А ты… — Он окинул своих приятелей мрачным взглядом. — Уходим! Я придумал нечто получше.

Его дружки схватили Оливера и принялись тащить в сторону расходящихся вдаль рядов. Пытаясь упираться, Оливер краем глаза заметил, что рядом изо всех сил отбивается, но все же помимо своей воли идет Оливия.

«Что задумал этот Авл?» — внутри все похолодело, страшное предчувствие неприятно колыхнулось в груди.

— Добрый, добрый вечер! — Стоявшие кругом шум и гвалт мгновенно оказались перекрыты громким, уверенным голосом. — От всей души приветствую вас, жители несравненной и прекрасной Лавинии. Меня зовут Альд Аир Мано. Я прибыл к вам из далекой страны: мой корабль преодолел глубокие моря, побывал в страшных штормах, пару раз едва не сел на мель. Хотя последнее не следовало говорить, — он весело засмеялся, — моя команда, к счастью, не знала об этом. И теперь они, боюсь, перестанут относиться ко мне с прежним почтением. — В толпе послышались смешки и нетерпеливые выкрики. — Понимаю, понимаю. — Альд Аир усмехнулся. — Начнем то, ради чего мы все тут собрались. Итак, спешу представить вам, дамы и господа и конечно же славные дети, поистине уникальных животных. Твидлов! Или, как их еще называют, — двузверей!

Едва он произнес последние слова, как заиграла торжественная музыка, следом раздалась дробь десятков барабанов, вызвавших такую сильную вибрацию, что у Оливера земля заходила под ногами.

«Твидлы? Неужели они существуют? Они не выдумка?»

Ему так нестерпимо захотелось на них посмотреть, что его силы буквально удесятерились, и он сумел почти освободиться.

— Сильный, однако, какой, — выругался Джо, а коренастый друг толстяка молча и резко опустил свой правый кулак на голову Оливера.

Мгновенно все вокруг потемнело, лишь красные круги да белые искры в глазах не дали ему погрузиться в кромешную тьму.

— Негодяи, убийцы! — донесся казавшийся ему чуть слышным истеричный вопль Оливии.

— Еще нет, — оборвал ее глухой голос Авла, прозвучавший словно из-под толщи воды.

Медленно, очень медленно Оливер начал приходить в себя. Ощущения были не из приятных. Ноги дрожали и подкашивались, сильно болела голова, к горлу подступала противная тошнота. Он огляделся. Они находились в узком проходе между нависавшими с обеих сторон деревянными стенами одноэтажных лавчонок. В глубине виднелась массивная дверь с огромным замком, другая часть выходила, видимо, в один из торговых рядов. Оттуда лился яркий солнечный свет и доносились радостные голоса.

— Очнулся, — глядя ему в глаза, сообщил толстяк.

— Ты как? — Оливия попыталась приблизиться, но ей не позволили.

Оливер кивнул, показывая, что с ним все в порядке, и подмигнул, намекая на стену. Сестра поняла, мгновенно успокоившись, и внешне расслабилась.

— Очень хорошо, — обрадовался Авл, — а теперь пора веселиться.

— Веселиться? — делано удивился Оливер. — Какой смысл был тогда покидать, как мне показалось, весьма увлекательное представление?

— Потому что, недотепа, у нас свои предпочтения в развлечениях, — отозвался толстяк.

— Потому что ты вел себя очень невежливо и заслуживаешь смерти, — добавил холодным тоном Авл, вытаскивая короткий нож.

— Вот как… — побледнел Оливер. — У вас странные представления о вежливости. И к тому же я не хочу умирать, доставляя вам удовольствие.

Он с силой ударил ногой по деревянной стене. Действовал практически наудачу, но это было все, что придумала его раскалывающаяся от боли голова. Падая на землю, он успел увидеть, что Оливия поступила точно так же.

«Молодец, догадалась».

Расчет оказался верным. Иссохшаяся на солнце временная конструкция не выдержала и обрушилась, погребая под собой Авла и его дружков. Не теряя времени, Оливер пополз к выходу. Вскочил на ноги и помог выбраться Оливии. Вслед неслись проклятия и угрозы.

— Они вскоре выберутся оттуда, надо бежать! — Оливия припустила прочь, но толпа мгновенно преградила дорогу.

Сотни людей нескончаемым потоком двигались в одну сторону: туда, откуда разносился громогласный голос Альд Аира:

— …незаменим для тех, кто занимается науками. Станет вам помощником, всегда готов дать бесценный совет. Истинный кладезь блестящих идей.

Оливер остановился, не в силах протиснуться сквозь такое количество народа.

— Вон они! — раздался полный ярости возглас Джо. — Я их вижу.

Оливер вслед за сестрой принялся расталкивать зрителей, пытаясь уйти от погони, но с каждым шагом сделать это становилось все труднее, толпа уплотнялась по мере приближения к сцене, словно сливки, превращающиеся вначале в сметану, а затем в масло.

— При таком скоплении они могут нас запросто убить, никто и не заметит, — усиленно работая локтями, сообщила Оливия. — Надо уходить в сторону.

Они попытались, но тщетно. Их медленно несло прямо к сцене. Оливер взглянул на нее и обомлел, позабыв об опасности. В ярком разноцветном свете факелов он увидел несколько десятков клеток, а в них зверей и птиц. Толстого, с коричневой шерстью, медведя, большого попугая с невероятно ярким оперением, скалящегося во все стороны волка, черную, словно сама ночь, и необычайно гибкую пантеру, нахохлившуюся мрачную сову с сонно прикрытыми глазами. Животные были очень красивы, но казались самыми обыкновенными. А Оливер ожидал увидеть нечто волшебное, ведь он столько читал о них.

Правда, спустя мгновение он начал менять первоначальное мнение. И приглядевшись внимательнее, понял, что ошибся. Обитатели клеток напоминали своих диких сородичей разве что отдаленно. Волк, щелкая челюстями и демонстрируя окружающим острые зубы, перебрасывался с пантерой короткими, насмешливыми фразами на самом настоящем человеческом языке. И Оливер был готов поклясться, что хищники флиртуют. У попугая оказалось такое умное выражение лица (именно лица, по-другому и не скажешь), что Оливер решил, будто птица закончила все университеты мира. Сова, поблескивая огромными, словно две луны, глазами, неожиданно разразилась проклятиями. И их поток лился бурной, нескончаемой рекой из разных, незнакомых Оливеру слов и оказался столь долгим, что он от удивления открыл рот, остановившись на месте и не обращая внимания на постоянные тычки и толчки со стороны окружающих. Наконец птица замолчала, вновь нахохлилась и прикрыла глаза.

— Ходячая энциклопедия, — провозгласил Альд Аир. — Вернее, летающая. — Он лучезарно улыбнулся под пронесшийся по толпе смех. — Знает великое множество ругательств почти на всех языках. Даже меня обучила нескольким. — Он вновь улыбнулся, и зрители снова засмеялись.

— Хватит пялиться. — Оливия влепила Оливеру звонкую оплеуху, тот вздрогнул, приходя в себя. — Нашел время…

Оторвав взгляд от сцены, он посмотрел назад. Авл с приспешниками медленно, но неуклонно продвигался к ним, с ледяной улыбкой глядя в их сторону. Вожак молодых аристократов казался бледным и неестественно спокойным. У Оливера по спине пробежал холодок.

— Надо убираться отсюда.

— Да что ты говоришь! — саркастически рассмеялась Оливия. — Не я стояла, как истукан, пялясь на зверушек. Едва докричалась до тебя.

— Это не просто зверушки, это твидлы. Как ты не понимаешь! — возразил Оливер, бросая взгляд на клетки.

Наконец взял себя в руки и повернул влево, двинувшись вдоль сцены.

— Простите, извините, — принялся бормотать Оливер в ответ на недовольные ворчания.

Дело, несмотря на активно работающие локти, все равно продвигалось медленно. Преследователи, напротив, пользуясь широким телом толстяка, пристроились за ним гуськом, а тот, двигаясь вперед с невероятной легкостью, убирал со своего пути людей. Те пытались возмущаться, но встретившись с ним взглядом, мгновенно замолкали, предпочитая пропустить.

— А теперь вы станете свидетелями такого… — голос ведущего выдержал значительную паузу, дождавшись момента, когда все обратят на него внимание, — …такого, о чем вы будете рассказывать своим детям спустя много-много лет. Чуда из чудес. — Его тон неожиданно сделался доверительным и менее торжественным. — Сам каждый раз, когда вижу, изумляюсь. Поистине невероятно. — Альд Аир выдержал паузу и продолжил: — Как только сядет солнце, вы увидите невероятное, подлинно волшебное зрелище. Это не балаганный фокус и не цирк. Все, что вы увидите, произойдет взаправду. Так… Еще чуть-чуть…

Оливер, не удержавшись, кинул взгляд на Альд Аира. Тот стоял, воздев руки вверх, а на его ладонях и причудливом головном уборе играли лучи заходящего солнца. Но не поза мужчины заставила Оливера остановиться, вытаращив глаза. На сцене действительно происходили чудесные вещи.

«Они превращаются, — пронеслось в голове одновременно со вздохом толпы. — Потрясающе…»

С животными, сидевшими в клетках, начало твориться нечто поразительное. Они окутались синеватой дымкой и принялись съеживаться, словно воздушный шарик, из которого выходит воздух.

— Ты что? С ума сошел? — Оливия больно ударила в спину, выведя из состояния транса. — Давай, двигайся!

— Ты разве не видишь?

— Вижу что?

— Это. — Он указал на сцену. — Они превращаются. Точно так же, как написано в книжках.

— Оливер, — едва сдерживаясь, чтобы не закричать, процедила Оливия, — это самое обычное представление. Шарлатанство. Мы и не такое видали. А в твоих книжках много чего пишут. Ты уже взрослый и сам знаешь: не всему следует верить. А теперь бежим, пока у нас еще есть такая возможность.

Бросив взгляд в сторону преследователей, Оливер понял, что шансов скрыться от погони у них почти нет.



«Позвать на помощь? Кому до нас есть дело. Взобраться на сцену? А там будь что будет? На глазах у такого количества народа нас наверняка побоятся убивать».

Он схватил сестру за руку и потащил в свет факелов. Попробовал в одном месте, в другом, но все тщетно. Толпа расступаться не хотела. Стоя невероятно плотно, плечом к плечу, восторженно горланящие зрители не пожелали уступать своих мест. Кинув взгляд назад, он заметил, что и продвижение хулиганов хоть немного, но замедлилось.

Чуть в стороне, слева от центра сцены, идти оказалось немного проще. Медленно, шаг за шагом, Оливер продвигался вперед, вернее — наискосок. И чем дальше, тем быстрее. Вскоре они были уже сбоку, и Оливер мог протянуть руку и дотянуться до горевшего необычным огнем факела. Оливия попробовала взобраться, но кто-то схватил ее и, сильно тряхнув, опустил обратно на землю.

— Ты что творишь? — набросился на нее бородатый мужчина, с взъерошенными волосами и маленькими, похожими на свиные, глазками. — Одна такая умная? Мой сын, между прочим, тоже не прочь там побывать.

Он указал на стоявшего возле него мальчика. Тот такими же крохотными глазами восторженно взирал на превращающихся зверей. Теперь вместо волка, пантеры, совы и попугая в клетках сидели гриф, коршун, ласка и рысь.

— А теперь перейдем к самому главному. — Голос Альд Аира стал звонким, но в то же время интригующим; на мгновение замолчав, в следующую секунду он торжественно выкрикнул: — Сегодня вам, жители Лавинии, невероятно повезло. Этим вечером каждый из вас имеет шанс увести домой любого из моих волшебных и невероятных зверей. Но вас так много, а животных так мало…

Он развел руками, на лице появилось озадаченное выражение. Оливер повернул голову и только теперь смог хорошенько разглядеть говорившего. Аккуратно подстриженная, густая борода, небольшой, но заметный животик. Одет в белую рубашку и широкие красные штаны, подпоясанные толстым поясом, на котором висел кривой кинжал в ножнах. На ногах узкие, с заостренными носами, башмаки без задников, на голове причудливый головной убор, представлявший собой кусок цветной ткани, несколько раз обмотанный вокруг макушки.

— Как же быть?.. — вопросил наконец Альд Аир. — Как разрешить возникшую проблему?

— Кто больше даст денег, того и звери! — выкрикнул кто-то из толпы. — Я готов за попугая хоть сейчас заплатить, сколько надо.

— Кто больше даст? — хитро улыбнулся Альд Аир. — Хотите аукцион?

— Хотим! Хотим!

— Так тому и быть!

Мальчик с поросячьими глазками запрыгал, хлопая в ладоши, а его папа, напротив, сделался мрачнее тучи и попытался украдкой заглянуть в кошелек.

Толпа еще сильнее заволновалась. Оливера отбросило в сторону от сцены и он оказался возле пристроенного к ней одноэтажного строения, сильно прижатым чьим-то плечом к стене. Попытался вернуться, но сразу понял всю тщетность попытки. Возбужденные, оказавшиеся на грани истерики зрители стояли плотной, почти каменной стеной.

— Хватит отдыхать! — Оливия потащила его вдоль здания. — Авл с дружками совсем близко.

— Вон они! — услышал он, словно в подтверждение ее слов, громкие крики. — Хватай их, ребята!

Не оборачиваясь, Оливер со всех ног припустил за сестрой, бегущей вдоль стены. Теперь они наконец сумели выбраться на сильно разреженное пространство. Людей тут находилось мало, беги не хочу, но все дело в том, что бежать было некуда. Хулиганы во главе с Авлом оказались намного быстрее и проворнее. Расстояние между ними сокращалось с пугающей скоростью.

«Что же делать?» — В голове замелькали панические мысли, а рука непроизвольно легла на находящуюся за пазухой книгу.

Неожиданно он заметил небольшую дверь. Оливия пробежала мимо нее и, глядя лишь перед собой, не обратила внимания.

«Только бы оказалась открыта…»

Он остановился, одновременно хватаясь за деревянную ручку и останавливая сестру, понимая, что лишает их единственного шанса на спасение, если дверь окажется закрытой. К счастью, ему повезло. Толкнув ее от себя, он ввалился внутрь. Кругом царили полумрак и затхлый запах. Оливия, не пытаясь возмущаться, последовала за ним.

— Зачем? — спокойным, лишенным эмоций тоном поинтересовалась она. — Зачем ты затащил нас сюда? Теперь нам некуда бежать.

Он закрыл дверь, чувствуя, как в нее спустя мгновение забарабанили. Дерево прогнулось под ударами. И Оливер почувствовал — надолго ее удерживать у него не хватит сил.

— Глупо, — продолжила Оливия. — Они скоро откроют. У этой двери нет даже засова. Хотя… — Глаза девочки загорелись, в них появился блеск, сменяя апатию.

Она нагнулась и принялась двигать большой ящик. Спустя немного времени рядом с первым появился второй, следом третий.

— Они хоть немного, но сумеют их задержать, — закончив, удовлетворенно выдохнула она.

Удары продолжали сыпаться, но теперь Оливер смог отпустить дверь. Та сразу немного сдвинулась на него.

— Бежим! У нас не так много времени. — Оливия метнулась в темноту.

Оливер поспешил следом. Глаза постепенно привыкали к мраку, обнаруживая вокруг неясные силуэты диковинных предметов. Он осторожно, стараясь не шуметь, продвигался в глубь помещения. Вскоре, нащупав руками стены с двух сторон, Оливер понял, что они оказались в длинном, узком коридоре. Оливия, шедшая впереди, вдруг резко остановилась и попятилась назад. Следом загорелся яркий свет, заставивший Оливера инстинктивно зажмуриться. Одновременно послышались голоса: судя по всему, разговаривали двое. И тут же за спиной раздался топот, сопровождавшийся громкими криками и смачными ругательствами. Это Авл с дружками наконец проникли внутрь.

— Ой! — испуганно прошептала Оливия, с силой сжимая Оливеру руку. — Кажется, мы попались.

Глава 3

Оливия начинает верить в магию

Оливер открыл глаза, щурясь и стараясь разглядеть, что происходит. Но Оливия не позволила остановиться. Продолжая отступать, она с такой силой вдавила его в стену, что та неожиданно сдвинулась с места.

«Что за чудеса?»

Ничего не понимая, Оливер вновь оказался в темноте. И только сейчас начал догадываться. Они попали в маленькую, лишенную окон комнатку. Видимо, дверь в нее, открытую и не видимую в потемках, он просто не заметил.

— Вы кто такие?! — прогремел Альд Аир; топот ног смолк и на мгновение повисла тишина. — Убирайтесь отсюда!

— Не горячись, мужик, — холодно отозвался Авл, — я не за твоими зверьками явился. Тебя это не касается. Постой в сторонке и не мешай.

— В сторонке? — Голос Альд Аира стал елейным. — В сторонке, значит? Не мешаться, пока ты будешь тут хозяйничать? Я правильно понял?

Оливера начало одолевать любопытство, и он попытался выглянуть, желая разглядеть происходящее в коридоре.

— Ты что творишь? — шикнула Оливия, крепко хватая его руками. — С ума сошел?

— Всего одним глазком, — попросил он. — Они все равно заняты разборками друг с другом и не увидят меня.

— И лишиться его? А вместе с ним — и жизни? Нет, ни за что! — Сестра принялась оттаскивать его от двери.

— Совершенно верно, — холодно подтвердил Авл. — А теперь — с дороги. Не заставляй меня повторять.

— Капитан, вы позволите ему так с собой обращаться?

— Ты разве настолько плохо меня знаешь, Марко? — таким же спокойным, полным благодушия тоном поинтересовался Альд Аир — и вдруг неожиданно громко скомандовал: — Ребята! Все сюда!

Послышались крики, торопливый топот множества ног. Коридор наполнился десятком возбужденных голосов.

— Преподайте им урок. Пусть знают, как связываться с Альд Аиром Мано.

— Ты еще пожалеешь, — прорычал Авл. — Ты не знаешь, у кого встал на пути. Уходим. Вернемся сюда позже.

— Отчего? Прекрасно знаю, — усмехнулся Альд Аир. — С сосунком, вообразившим себя мужчиной. И бегущим при первой опасности. Беги, малец, беги. И больше не показывайся мне на глаза. А то в следующий раз сниму штаны и выпорю.

Последние слова он произнес под радостные улюлюканья своих людей.

— На выход? — поинтересовалась Оливия.

— Я бы не торопился, — прошептал Оливер. — Не нравится мне этот торговец. К тому же, как объяснить, зачем мы забрались сюда? И, главное, что мы не друзья Авла?

— Хм… — согласилась Оливия.

— А теперь и поговорим, — тем же спокойным голосом продолжил Альд Аир. — Надеюсь, Марко, ты порадуешь меня.

— Капитан…

— Не здесь, — мягко прервал его торговец. — Возьми факел и пойдем вон в ту комнату. Там нам никто не помешает.

«В какую именно? — насторожился Оливер. — Надеюсь, не в эту?»

— Прячемся! — опережая ход его мыслей, Оливия метнулась в самый темный угол, таща брата за собой.

Едва они успели убраться от входа, в помещение вошли Марко с Альд Аиром. Все вокруг наполнилось ярким, с красноватыми отблесками, светом. Укрывшись за высокими ящиками, Оливер не удержался и осторожно выглянул.

Спутник торговца оказался высоким смуглым парнем, с прямым носом, большими глазами и черными курчавыми волосами. На вид он выглядел немного старше Оливера. Хотя пару лет ему могли добавлять дерзкий взгляд и наглая усмешка в уголках губ.

Марко зажег от огня факела несколько свечей, вынутых из кармана, и расставил их на низком маленьком столике. Альд Аир уселся на единственный стул, выпятил живот и выжидающе взглянул на своего спутника.

— Ну, как дела с первым заданием?

— Отлично, капитан.

— И как все прошло? Тебя никто не видел?

— Обижаете. Я все сделал быстро и гладко. Как всегда, между прочим. Вы же меня знаете, капитан. В доме никого не было, поэтому проблем тоже не возникло.

«О чем, интересно, они?» — заинтригованно подумал Оливер.

— И где он? Покажи, — потребовал торговец нетерпеливым голосом. — Хочу посмотреть. Очень интересно, зачем он ему.

— Он здесь, извольте, — с этими словами Марко взял одну из свечей и направился в ту сторону, где сейчас прятался Оливер.

Все произошло настолько быстро, что Оливер даже не успел испугаться, лишь инстинктивно подался назад и почти сразу уперся спиной в стену. Оглянулся по сторонам, но бежать было некуда.

«Кажется, на этот раз точно попался… Хоть бы Оливию не нашли».

Марко склонился над ним и сдвинул в сторону один из ящиков.

— Идите сюда.

Альд Аир, недовольно ворча, подошел.

— И что в нем такого? — поинтересовался он. — Я ничего необычного не вижу.

— Не знаю, капитан. С виду самый обыкновенный. Немного меньше, чем обычно, но, думаю, еще подрастет.

— И я о том же… Ничего необычного… Ладно, забудь. О том, что ты сделал, никому не рассказывай. Понял?

— Конечно. Нем, как рыба.

«Они что, не видят меня?» — Оливер боялся пошевелиться, поэтому не мог разглядеть происходящее.

Он вжался в стенку ящика, а другой, стоявший на нем, размерами несколько больше первого, судя по всему, закрывал его от говоривших. Те находились совсем рядом, но прятавшийся оказался в тени, и тусклый свет свечи был не в силах ее разогнать.

«Неужели действительно не видят? — Ожидание становилось невероятно томительным, взгляд упал на пыльный ботинок, видимо, принадлежавший Марко. — Они же совсем близко. Все, насмотрелись, милости прошу обратно к столику… Давайте, ребята».

— Теперь второе задание. — Голос Альд Аира прозвучал буквально возле уха Оливера, тот вздрогнул, сжав зубы.

«Столько времени провел на сцене — неужели ноги не устали? Там же возле стола удобный стул…»

Словно услышав его мысли, торговец развернулся и медленно направился обратно. Оливер с облегчением проследил, как из виду исчезает башмак Марко.

Опасность миновала, и Оливером вновь одолело любопытство.

«А что в ящике? Что-то обыкновенное, но могущее вырасти. Интересно… Щенок редкой породы? Или котенок? Больше в такой маленький ящик никто не поместится».

— С этим вышли затруднения, — ответил между тем Марко.

— Так…

— Я разыскал человека. И выяснил, что она у него.

— И…

— Он отказался со мной говорить.

— Это еще почему?

Парень на мгновение замолчал, а потом через силу продолжил и Оливеру сразу стало ясно его нежелание рассказывать.

— Он дал понять, что не испытывает ко мне доверия. Я, дескать, выгляжу как обыкновенный уличный мошенник. Я отвечал, что у меня есть деньги, а остальное не имеет значения. Но он мне не поверил.

— Вот как… — Альд Аир пожевал губами. — Не обессудь, но так и есть. Я просил тебя одеваться приличнее. Где он сейчас?

— В одном трактире. Называется «Пять голубей».

Оливер слышал об этом заведении. Оно имело крайне сомнительную репутацию. Там в основном собирались посетители, столь похожие на бандитов и уголовников, что он даже близко опасался к нему подходить. Оливер вспомнил одежду Марко и удивился, чем она не нравилась Альд Аиру и тем более — одному из завсегдатаев «Пяти голубей». Но затем вспомнил одеяние торговца. По сравнению с Марко он выглядел словно правитель далекой сказочной страны. Штаны из дорогой ткани, ослепительно белая рубашка, кожаная обувь замысловатого вида и богато расшитая, а головной убор… Оливер был готов поклясться, что видел на нем, когда его обладатель сидел на стуле, крупный рубин. Хотя, может, это лишь игра света…

— Знаешь, где находится? — поинтересовался капитан.

— Конечно.

— Тогда идем, проводишь. Лично пообщаюсь с этим манерным субъектом.

Оливер, не веря ушам и не смея радоваться раньше времени, со всей осторожностью выглянул из укрытия. И, к своему облегчению, увидел, как Марко с Альд Аиром покидают помещение. Громко хлопнула дверь, сладостной мелодией отозвавшись в сердце.

«Уфф, ушли. Посмотрим, что в том ящике…»

Он хотел встать и заглянуть туда, но не успел. К нему подскочила Оливия и заключила в крепкие объятия.

— Я думала — всё, они увидят и схватят тебя! — выпалила она. — Перепугалась страшно. Давай уходить отсюда, пока не появился еще кто-то.

— Конечно, конечно. Но разве не интересно, что в ящике?

— Интересно, но не сейчас. — Она потянула его за руку. — Пойдем. Поторопимся, у нас еще есть шанс уйти отсюда невредимыми. Не нравится мне этот Альд Аир.

— Мне кажется, Марко — вор, — настаивал Оливер. — И то, что в ящике, он украл.

— Ты так думаешь? — Оливия явно не верила его словам.

Оливер насупился и высвободился из объятий сестры. Быстро шагнул к находившейся возле стены коробке, возле которой, как он видел, стоял Марко, и открыл. Внутри оказалась клетка, накрытая пестрым узорчатым платком. Оливия в нетерпении сорвала его.

— Птица? — удивилась она. — Сова? Зачем Альд Аиру красть самую обыкновенную сову? Их на рынке полным-полно.

— Совенка, — поправил ее Оливер. — Смотри, какой красивый. Давай выпустим?

— Совенок очень важен для него, — засомневалась Оливия. — Ты уверен?

— Здравствуйте, меня зовут Рэнделл. И я сычик, а не совенок.

Оливия от неожиданности отпрыгнула назад, зацепилась ногой за какой-то предмет и с шумом упала. Оливер лишь раскрыл рот и, не удержав равновесия, сел прямо на пол. Он не сразу понял, кто говорит. А когда понял, не сразу поверил.

— Простите, я не хотел вас напугать.

— Говорит! Она говорит! — Оливия с вытянувшимся лицом и широко раскрытыми глазами принялась трясти Оливера за плечо. — Птица разговаривает. Ты видишь?

— Разумеется… — Оливер пришел в себя. — Это твидл, двузверь.

— Какой еще двузверь? Ты о чем? Я вижу только сову. И притом только одну.

— Есть такие звери; правда, до сегодняшнего дня я не верил в их существование. А ты вообще на сцену глядела?

— На сцену? Как-то не до представления было. Меня больше занимали Авл с дружками.

Сычик кашлянул, и они одновременно повернулись к нему.

— Я очень сожалею, что так вышло.

— Ты кашляешь? — Оливия смешно захлопала глазами. Крайняя степень изумления отразилась на ее лице. — Совы не умеют кашлять.

— Оливия… — Оливер дернул сестру за рукав и прошептал, надеясь, что Рэнделл не услышит: — Возьми себя в руки. Ты ведешь себя неприлично.

— Неприлично? — Она уставилась на него. — Птица разговаривает. У меня мир перевернулся. А ты — «неприлично»… Кто еще существует? Драконы? Говори! Что ты вычитал в своих умных книжках?

— Нет, драконы, разумеется, не существуют. Это все сказки.

— Заранее прошу меня простить, — Рэнделл переступил с лапы на лапу, — но ты неправ.

— Что? — Оливер метнул в него недовольный взгляд. Обычно ему редко кто мог указать на подобные ошибки. В приюте он был единственным, кто прочел всю местную библиотеку.

— Драконы существуют. Их мало, и они прячутся, но они есть.

— Что, правда? — Оливер не на шутку обиделся. — И ты их видел?

— К счастью, не довелось. Поговаривают, что они обладают крайне вероломным и жестоким характером. Мало кто может повстречать дракона и остаться в живых.

— Значит, ты передаешь чужие слова… — Лицо Оливера слегка посветлело.

«Сейчас я его поймаю. А то строит из себя умника. Еще и вежливого…»

— Колдунам стоит доверять, — неожиданно услышал он слова Рэнделла. — Колдуны, в отличие от людей, не имеют привычки к хвастовству. И ради красного словца не станут выдумывать.

— Колдуны? — пропищала Оливия. — И они?..

— Про них ты тоже только слышал? — Оливер скрипнул зубами.

— Вот их я видел. Когда был маленьким.

— Маленьким? — хихикнула Оливия. — Ты и сейчас не очень большой.

Рэнделл внимательно взглянул на Оливию. Оливеру показалось, что желтые, немигающие глаза смотрят с укором. Ему стало жалко сычика и одновременно сильно захотелось поговорить, расспросить про колдунов и драконов. Он никогда не бывал дальше городских стен, а Рэнделла наверняка привезли издалека. Ведь, как писали в книгах, твидлы жили на очень далеких островах.

— Пойдешь с нами? — предложил он.

Сычик кивнул, но при этом заметно погрустнел.

Оливия открыла клетку и поинтересовалась:

— Альд Аир украл тебя?

— Да.

— Зачем?

— Не знаю… Мне нравилось у прежнего хозяина. Он хорошо относился ко мне. Все было замечательно. Пока не явился тот парнишка… А сейчас мне так страшно… Для чего я им?

Глядя на испуганного Рэнделла, Оливер почувствовал, как защемило сердце.

— Мы вернем тебя домой, — пообещал он и протянул руку.

Рэнделл запрыгнул на нее и расправил крылья. Вид у него стал совсем печальным.

— Вы такие добрые. Спасибо вам. Но, боюсь, ничего у нас не выйдет. Я не знаю, где мой амулет.

— Амулет? — удивилась Оливия.

— Амулет повиновения, — вспомнил Оливер.

«И как я мог забыть?»

— Без него я не могу никуда уйти. Я обязан повиноваться приказу.

— И что? — усмехнулась Оливия. — Слишком правильный? Не можешь позволить себе ослушаться?

— Не могу. Хоть и хочу.

— Магия? Волшебство? Вы серьезно? — Потрясению сестры не было предела. — Мне казалось, я уже ничему не удивлюсь. И что, без амулета серьезно — никак?

Оливер принялся объяснять:

— Марко наверняка сказал что-то вроде: «Сиди и не выходи из этой комнаты». И Рэнделл не сможет ослушаться. Амулет не позволит. Он на ментальном уровне заставляет повиноваться таким командам.

Сычик вздохнул и полез обратно в клетку.

— Нет, так дело не пойдет, — возмутилась Оливия. — Получается самое настоящее рабство. Любой домашний питомец имеет право сбежать. А тут… — Она взмахнула кулачком. — Надо отыскать этот ваш амулет.

— Только где… — Оливер огляделся.

Подошел и осмотрел стол, стул…

«Альд Аир не стал бы его здесь оставлять. Поэтому и не закрыл дверь. Наверное, хранит в другом месте. Или носит с собой».

Быстро поделился своими соображениями с сестрой.

— Ну да… — улыбнулась она. — Или там, или там. Не особо помогает. Мне не улыбается излазить тут все помещения, рискуя нарваться на людей Альд Аира. Или еще хуже — вернувшегося Авла. Предлагаю идти за торговцем в город.

— А вот мне как раз этого меньше всего хочется, — возразил Оливер. — Только, боюсь, именно этим мы сейчас и займемся.

— Хочешь сказать — амулет с ним?

— Именно. Пораскинь мозгами. Последний час Альд Аир находился на сцене. Потом он встретился с Марко. И парень пошел показывать Рэнделла. Он только вернулся. Иначе они поговорили бы раньше. Значит, амулет все это время был с ним. Рэнделл очень важен для Альд Аира. Помнишь, он приказал Марко никому о нем не рассказывать? Представление заканчивается сегодня, завтра никакого продолжения не предвидится. Такую вещь прятать на несколько часов никто бы не стал. Получается, сейчас амулет либо у Марко, либо у Альд Аира. Я ставлю на второе. В данный момент они вдвоем направляются на встречу. Выходит, для нас нет разницы, у кого амулет. Главное — его украсть.

Оливия выслушала, не перебивая, только пару раз кивнула, соглашаясь.

— Молодец. Только, смотри, не возгордись. Идем?

— Постой. — Оливер взглянул на сычика. — Я все-таки хочу попробовать. — Рэнделл, можешь выйти из клетки?

Тот с готовностью выпрыгнул на пол. Оливер подошел к двери и тихонько, стараясь не шуметь, открыл ее. В коридоре стояла темнота и умиротворяющая тишина.

— А теперь наружу?

Рэнделл направился к выходу, но за несколько шагов до порога остановился. Желтые глаза наполнились грустью.

— Не могу…

— Чудеса. — Оливия присвистнула и тут же испуганно зажала рот. — А если так…

Она попробовала подвинуть Рэнделла вперед. Сычик испуганно замахал крыльями и кинулся к клетке.

— Попытаться стоило. — Оливер закрыл коробку. — Мы скоро вернемся за тобой, — пообещал он Рэнделлу.

— Буду ждать, — ответил тот.

— Альд Аир ушел довольно давно, — напомнила Оливия, выходя в коридор. — А до «Пяти голубей» путь не близок.

— Значит, нам следует поторапливаться, — отозвался Оливер, но весь его боевой настрой неожиданно испарился, уступив место недоброму предчувствию.

Глава 4

Оливер становится корабельным грузом

— Как нам украсть амулет? — поинтересовался Оливер у сестры, едва они оказались на улице.

Небо за то время, пока они находились в здании за сценой, потемнело, став фиолетовым. Солнце успело скрыться, уступив место молодому месяцу, а вместе с ним и ночи.

— Украсть амулет? — задумчиво переспросила она.

— Это возможно? Видела, как Альд Аир разговаривал с Авлом? Он нисколько его не боялся. Вдруг нас поймают? Боюсь представить, что он с нами сделает.

— Боишься? — Оливия чуть сбавила шаг. — Ведь ты первым предложил спасти сычика!

Проходы между рядами почти опустели. Большинство лавчонок закрылись. Люди не спеша тянулись в сторону города.

— Я думал, все намного проще. Откроем клетку и выпустим Рэнделла. Затем осторожно вынесем. Я предположить не мог, что придется красть. Да еще и у такого человека, как Альд Аир.

Оливия криво улыбнулась:

— Мне казалось, сычик понравился тебе.

— Понравился. Еще как! Столько всего знает. Настоящая энциклопедия, только с перьями. Он так много мог бы мне рассказать. Про драконов, колдунов, других твидлов…

На его лице застыло мечтательное выражение, в глазах промелькнули искорки блаженства.

— Тогда перестань волноваться. — Голос Оливии вернул брата в реальность. — Идем. Упустим время. И тогда не видать нам твоей энциклопедии.

— Тебе-то зачем это?

— Он такой милый, беззащитный. — Ее щеки вспыхнули краской. — А с ним так гадко обошлись. Украли из дома. Везут невесть куда. Мы просто обязаны помешать. Кстати, нам следует возвратить Рэнделла прежнему хозяину?

— Думаешь, нам надо вернуть его? — Оливер замялся. — Его владелец упустил свое счастье. Следовало лучше приглядывать.

— А если Рэнделл сам захочет к нему? Чем мы тогда лучше Альд Аира?

— Прежний хозяин сам наверняка где-то купил Рэнделла. У нас такие животные не водятся. И всяко держал у себя дома против его воли. Ладно… Когда получим амулет, спросим у сычика, с кем он хочет остаться. Поступим честно.

А сам подумал:

«Надеюсь, все же со мной…»

Трактир «Пять голубей» находился неподалеку от порта. Собственно, называть это место портом было слишком большим преувеличением. Примерно с десяток обычно пустых причалов, если не считать скучающих чаек, несколько одноэтажных, всегда закрытых построек, служащих складами, да двухэтажный дом с черепичной крышей, в котором находилась местная администрация, почти постоянно обедающая. Вот и все. В детстве Оливер читал, что на находящихся неподалеку от Лавинии островах порты занимают огромные территории и тянутся так далеко вдоль берега, насколько хватает глаз. В них работают тысячи людей, и каждую минуту к какому-нибудь причалу пришвартовывается очередное судно. Кругом стоит несмолкаемый говор на десятках языков, в разные стороны спешат одетые в причудливые одежды матросы, важно вышагивают капитаны и владельцы судов. Начитавшись таких рассказов, он одно время, несмотря на бурные протесты Оливии, часто приходил сюда, но каждый раз оставался разочарованным — их порт и близко не напоминал тот, из книжек.

Правда, одно сходство все же имелось — как и его собратья, порт Лавинии находился в крайне неблагополучном районе, посещать который без крайней надобности не рекомендовалось даже днем.

— Заблудились, ребятки?

Едва они вышли на спускавшуюся к морю дорогу, как к ним с завидным проворством подскочила скрюченная пополам старушка с кривой палкой в руке.

— Лучше тебя знаем, куда идти, бабушка, — отмахнулась от нее Оливия.

Уже окончательно стемнело. Свет падал лишь из нескольких неплотно прикрытых окон да от тонкого, молодого месяца, робко висевшего в небе.

— Охотно верю, милая. — Местная жительница бесцеремонно перегородила путь. — Помогите, чем сможете. Еле ноги передвигаю. А кушать сильно хочется. Два дня не ела.

— Голодать полезно. — Оливия сделала попытку обойти ее справа, а Оливер — слева, но попрошайка неожиданно ткнула в него концом палки.

— А если по-плохому? Выворачивайте карманы, живо!

И словно по команде, из темноты выскочили трое крепких парней, широкоплечих, круглолицых, с квадратными челюстями и маленькими глазками.

— Маму обижать удумали? Идите-ка сюда.

«Им бы лес валить да в армии служить, а не мелочь из детей вытрясать, — подумал Оливер. — А ваша мама сама кого хочешь обидит, зря вы за нее волнуетесь».

Не говоря ни слова, он с силой рванул палку на себя, намереваясь вырвать из рук старушки. Но та вцепилась в нее поистине мертвой хваткой.

«Одной ногой же уже в могиле, — напрягая мускулы, возмутился он. — Неужели все пожилые люди только притворяются немощными?»

Тогда Оливер решил сменить тактику и резко выпустил клюку. Грабительница не ожидала такого подвоха и моментально грохнулась на дорогу.

— Негодяй! — взвизгнула она, пытаясь подняться.

— Мама, держись! — отозвались сыновья и бросились к ней.

Воспользовавшись моментом, Оливер кинулся бежать. Рядом спустя секунду пристроилась Оливия.

«Еще парочка таких дней — и можно смело записываться в сборную города по бегу».

— Дураки! — неслось им вслед. — За ними! Да не ко мне! Марш за ними. Не вздумайте упустить.

«Как бы не так», — усмехнулся Оливер и прибавил скорости.

Бегал он хорошо, приютская жизнь научила проворству и выносливости. А сейчас, в отличие от ярмарочного столпотворения, никто не мешал, неожиданно вставая на пути. Через несколько минут погоня отстала, а еще через пару — впереди показалось двухэтажное здание. Над покосившимся входом тусклый свет чадившего факела высветил потрепанную непогодой вывеску, на которой кривыми буквами разной толщины, высоты и цвета было намалевано название: «Пять голубей». Правда, разглядеть Оливер смог только четырех, и напоминали они скорее тощих кур, чем всем известных городских птиц. Куда девался пятый, интересовало его давно, и он в свое время, за неимением ответа, придумал парочку собственных историй на сей счет, но Оливию они не впечатлили.

— Уф… — Сестра остановилась и тяжело перевела дыхание.

— Да уж… — Оливер вытер взмокший лоб. — Мои ноги гудят и определенно выражают недовольство.

— Тсс… — Оливия неожиданно шикнула и пригнулась. — Нам везет. Успели как раз вовремя. Гляди.

Он проследил за ее рукой. Неподалеку от входа стояли две фигуры. Одна толстая и высокая, вторая ниже и значительно тоньше.

«Марко и Альд Аир, — отступая на шаг и пытаясь выискать место потемнее, подумал Оливер. — У кого из них амулет?»

Новые хозяева Рэнделла, не замечая их, тихонько переговаривались, поглядывая на трактир.

— Ничего не слышно, — пожаловалась Оливия. — Давай подберемся поближе.

Оливер вытаращил на нее глаза, с трудом подавляя возмущенный возглас, и попробовал схватить за локоть, стараясь удержать рядом с собой, но тщетно. Сестра бесшумной тенью скользнула в сторону говоривших.

«Поймают — поделом. Даже не попытаюсь помочь, — с упреком посмотрел он ей вслед. — Будет уроком».

Но в следующее мгновение ноги сами двинулись за сестрой.

— Хорошо, капитан. Я распоряжусь, — донесся до него голос Марко. — Ни о чем не беспокойтесь.

С этими словами парень повернулся и быстро зашагал по улице.

«О чем распорядится? Что они задумали?» — мелькнуло в голове у Оливера, пока он прижимался к стене дома, стараясь с ней слиться.

Оливии повезло больше. Она успела нырнуть в дверной проем. И даже зная, что сестра там прячется, Оливер, сколько ни силился, не мог ее разглядеть.

Альд Аир между тем сунул руки в карманы штанов, беспечно огляделся вокруг и, насвистывая веселую мелодию, вошел в трактир.

— Даже не вздумай идти за ним. — Оливер схватил Оливию за руку. — Там опасно. Очень, очень опасно.

— Я знаю, — отмахнулась она.

— Ты, видимо, не совсем хорошо осознаешь степень опасности. Оттуда можно и не вернуться живым.

И словно в подтверждение его слов дверь, около которой они стояли, с грохотом раскрылась, и прямо на них полетел человек. Упав возле их ног, он громко и тяжело застонал.

— Видишь? — Оливер быстро оттащил сестру подальше от лежавшего тела.

Следом на улицу выскочил мужчина с небритым лицом, всклокоченными волосами и огромными кулаками, которыми безостановочно грозил в разные стороны.

— Думаешь, самый умный? Без денег захотел поиграть? Совсем страх потерял? Чтобы ноги твоей здесь не было! Иначе…

Он смачно плюнул и скрылся внутри.

— Видишь? — повторил Оливер, заглядывая Оливии в глаза.

— Вижу, — ответила она.

— А-а-а… — прохрипел игрок. — Кто вы? Помогите… — Он с трудом сел. — Детишки? Деньжата водятся? За сущий пустяк с удовольствием организую вам тут экскурсию. Вы же за этим пришли?

— Нет, — отрезала Оливия, брезгливо морщась, — мы не те, за кого вы нас приняли.

— А что вы тогда тут делаете?

— Не ваше дело. — И, не говоря больше ни слова, она шагнула в раскрытую дверь.

У Оливера от неожиданности перехватило дыхание.

— Почему ты не слушаешь меня, Черепашонок?.. — простонал он и поспешил за ней.

На него мгновенно обрушились яркий свет, крики десятка глоток, пытавшихся нескладно пропеть одну очень известную песню, приглушенный говор, непонятный и весьма противный запах, смешанный с ароматом жареного мяса, звон посуды, ругань, споры и… страх. Он сразу почувствовал его. Ослепленный и ничего не видевший перед собой, Оливер испытал резко накатившую панику. Руки затряслись, колени предательски подкосились.

— Я ничего не вижу… — прошептал он, прикрывая глаза ладонью.

— Если тебе станет легче, то я — тоже, — так же тихо ответила Оливия.

Он сделал несколько шагов вперед и спрятался за одной из множества массивных колонн, поддерживающих низкий потолок зала. Немного переждав в импровизированном укрытии, медленно, стараясь приспособиться к обстановке, двинулся вдоль стены, пытаясь держаться плохо освещенных участков. К счастью, на них никто не обращал внимания. Трактир оказался битком набит людьми, но большинство посетителей сидели отдельными компаниями за столами и не глядели на других. Спустя некоторое время глаза Оливера привыкли, и он понял, что на самом деле здесь не так и светло, скорее даже наоборот. Просто снаружи, в отсутствие должного освещения, улица пребывала практически в кромешной тьме.

— Я его вижу, — сообщила Оливия и осторожно показала рукой.

Оливер взглянул, куда она указывает, и увидел между двумя близко стоящими колоннами укромный закуток. Там за маленьким столом, развалившись на широкой скамье, сидел Альд Аир. Правой рукой он держал огромную деревянную кружку, которую время от времени подносил ко рту. Левая пряталась в складках одежды. Его собеседник имел субтильную фигуру, сосредоточенное выражение лица и короткий меч с широким лезвием.

— У меня такое чувство, что они в любую секунду готовы поубивать друг друга, — прошептал Оливер сестре.

— Поменьше читай свои книжки, — отозвалась она. — Кругом люди. Хоть мы и в «Пяти голубях», но не каждый разговор тут заканчивается поножовщиной.

Альд Аир между тем широко улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами, залпом допил содержимое кружки и с громким стуком поставил ее на стол.

— Видимо, не судьба, — беззаботным тоном объявил он. — Слишком непосильную цену ты запрашиваешь, уважаемый.

— Непосильную? — ухмыльнулся сидевший напротив. — А я слышал, твои волшебные животные стоят поистине баснословных денег.

Оливер напряг слух, стараясь не пропустить ни слова, хотя сделать это в таком шуме было весьма сложно.

— Байки, — отмахнулся торговец не моргнув глазом. — Россказни и сетования тех, кто потерпел неудачу на аукционе. Такие всегда винят в своих бедах обстоятельства, цены, окружающих, но только не себя. К тому же, — продолжил он доверительным тоном, — не забывай, мне еще надо платить команде, и причем немало. А расходы на обратную дорогу? А портовые сборы? А взнос на участие в ярмарке? Ваша мэрия готова последнее забрать.

Собеседник замотал головой:

— Мне неинтересны твои проблемы.

— Я знаю, — вздохнул Альд Аир, вставая.

— Это твое последнее слово? Ты не один хочешь купить ее. Есть и другие претенденты. И они не столь скупы.

— Жаль, жаль, жаль… — сочувственно произнес Альд Аир.

— Чего жаль? — удивился продавец.

— Тебя жаль!

И с этими словами торговец резко придвинулся к нему, одновременно наклоняясь и выбрасывая вперед руку. Блеснуло лезвие кинжала. Сидевший попытался схватиться за оружие, но опоздал. Сталь полоснула его по ладони, заставив инстинктивно ее отдернуть. В следующее мгновение Альд Аир схватил его за волосы и с силой ударил лицом о стол. Незадачливый противник дернулся, обмяк и повалился на пол. Победитель склонился над ним, ощупывая карманы.

Все случилось настолько быстро, что Оливер не сразу сообразил, что произошло, лишь в страхе отступил на несколько шагов назад, опасаясь оказаться замеченным.

Разом в сторону торговца и его поверженного противника повернулись десятки посетителей.

— Перепил! — крикнул им Альд Аир и указал на кружку, удивительным образом стоявшую теперь со стороны незадачливого продавца. — Лишнего хлебнул. С кем не бывает?

В ответ послышались смех, шутки, и спустя минуту в сторону Альд Аира уже никто не смотрел. Тот усадил лежавшего на стул, прислонил к столу, положив голову на деревянную поверхность. И только сейчас Оливер заметил в его руке свернутый трубкой потертый пергамент.

«Вот что он хотел купить. Интересно, что там?»

Еще секунда — и Альд Аир спрятал пергамент в складках одежды. Выпрямился, отряхнулся, поправил причудливый головной убор и направился к выходу.

— Теперь я еще меньше испытываю желание красть амулет, — заявил Оливер сестре. — Такой если поймает, то… боюсь представить, что с нами сделает.

— Согласна. Но мы должны, — твердым голосом объявила Оливия. — Мы обещали. И кто, кроме нас, защитит слабого сычика?

— И что ты предлагаешь? — поинтересовался Оливер, выходя на улицу. — Каков твой план?

— Идти следом и ждать удобного случая. И самое главное — не занудствовать.

Альд Аир легкой походкой, несмотря на свою фигуру, направился в сторону порта. Оливия двинулась за ним. Оливер, тихонько бурча себе под нос, следовал чуть позади.

Удобного случая по дороге так и не представилось. Торговец шел без остановки до самого причала. Затем свернул вправо и пошел вдоль него к единственному находившемуся там судну. Возле того кипела работа. По узким сходням резво взбегали матросы, таща на своих спинах большие ящики. Около борта их виднелась целая гора. Завидев приближающегося Альд Аира, трудившиеся задвигались еще быстрей. От них отделилась высокая фигура. Оливер узнал Марко.

— Все по графику, капитан, — отрапортовал он.

— Отлично. Где мой подарок?

Парень показал на стоявший рядом ящик.

— Отнеси в то помещение возле трюма и покрепче запри, — приказал Альд Аир. — Сделаешь, и на сегодня свободен.

— Рэнделл здесь, — обратился Оливер к сестре, — и сейчас его отнесут на корабль. — Он взглянул на судно и вслух прочел название: «Черная медуза». Ты же не собираешься…

— Именно, — хитро улыбнулась Оливия. — И теперь у меня есть план…

— Нет… А если они сейчас отплывут?

Она задумалась, но всего на мгновение.

— Не думаю. Альд Аир отпустил Марко. Значит, отходить не собирается.

Оливер проследил за парнем, поднимавшимся на борт и несшим в руках клетку с Рэнделлом.

«Эх, не нравится мне эта затея. С другой стороны, и амулет, и Рэнделл сейчас на корабле. Одним выстрелом двух зайцев, как говорится…»

— И как ты собираешься туда попасть?

— Вон в тех коробках. — Она указала на груду ящиков.

Вздохнув, но не имея собственных идей, Оливер осторожно подобрался к горе коробок. Внутри находились какие-то вещи, вероятно, с представления. Выкинув их, Оливер обнаружил, что хоть и с трудом, но может залезть в одну из самых больших. Теперь оставалось надеяться, что матрос, которому предстоит его нести, не пожелает узнать, отчего груз вдруг так прибавил в весе…

— Ух ты! — раздалось прямо над ухом. — Тяжко…

Оливер почувствовал, что все вокруг зашаталось и затряслось. Ударившись локтем, а затем коленкой, он в итоге оказался перевернутым вниз головой.

— Не жалуйся, Гейл, — услышал он другой голос. — Тебе лишь бы поныть. Неси и не ворчи.

— А ты сам попробуй. Тебе всегда достается намного легче, чем мне.

— Ну, давай, проверю, — проворчал второй матрос. — Посмотрю, что там у тебя.

В следующую секунду ящик кинули на землю. Оливеру пришлось закусить губу от боли, с такой силой он врезался макушкой в деревянную поверхность. Затем опять все зашаталось. И на сей раз он уже оказался в лежачем положении. Так хотя бы было несколько удобней.

— Действительно, тяжеловат, — согласился второй матрос. — Любопытно, что там?

— Говорил я тебе… — обрадовался Гейл. — Давай узнаем, что внутри.

Оливер замер, боясь пошевелиться.

«Уверяю, ничего интересного. Ты разве никогда не видел детей?»

— Что вы там возитесь? — послышался еще один голос. — Гейл! Сэм! Опять за вас приходится всю работу делать. Давайте, пошевеливайтесь. Мне, в отличие от вас, еще в город хочется прошвырнуться.

— Не кричи, — буркнул Гейл, — передохнуть уже нельзя…

И вновь все вокруг закачалось. И, к неудовольствию Оливера, он в очередной раз оказался вниз головой. Пыхтя и бормоча себе под нос, Гейл начал подниматься на борт «Черной медузы».

«Как там Оливия? — принялся размышлять Оливер, пока его под видом груза несли в трюм. — И где может находиться амулет? У Альд Аира в кармане? Или до сих пор у Марко? Тогда мы сглупили, пойдя за торговцем. Нет, уверен, что Марко передал амулет Альд Аиру… Надежда только на то, что тот сейчас лежит в его каюте. И так, чтобы мы смогли найти. В противном случае даже не знаю, как быть… Воровать из карманов я не умею, Оливия — тоже, это не грушу с прилавка стащить. К тому же сделать это придется на чужом и незнакомом корабле…»

Бах! От неожиданности Оливер лишь в самый последний момент невероятным усилием воли удержался, чтобы не взвыть от боли. Из глаз посыпались искры, а голова, на которую пришлась наибольшая сила удара, едва не раскололась. Перед взором замелькали алые круги, вызвав неприятные ощущения в желудке.

«Добро пожаловать на борт, — хмуро усмехнулся он, пытаясь потереть ушибленную макушку. — В качестве презента наша команда награждает вас шишкой».

Глава 5

Оливер знакомится с грустным волком и веселым котом

Только придя в себя, Оливер сумел сообразить, что произошло. Вероятно, Сэм, поленившись, без зазрения совести кинул ящик на палубу, ничуть не заботясь, что внутри могут оказаться хрупкие вещи. В подтверждение догадки он услышал быстро удаляющиеся шаги.

Мысленно послав другу Гейла самые страшные проклятия, какие только знал, Оливер нащупал книгу и только затем попытался выбраться наружу. Но едва он высунул нос, как вдалеке раздался шум. Громко стучали тяжелые башмаки. Оливер лишь сумел разглядеть полутемное помещение, освещаемое одним-единственным масляным светильником. Повсюду высились ряды ящиков, коробок, сложенных друг на друга мешков, пузатых бочек и глиняных, с большими, словно уши слона, ручками, кувшинов. Спустя секунду он увидел приближающуюся тень и посчитал за лучшее спрятаться.

Вошедший с грохотом скинул принесенную вещь и неторопливо удалился.

«Команда у Альд Аира явно не горит желанием трудиться», — улыбнулся Оливер и вновь предпринял попытку покинуть свое убежище.

— Кто тут? — послышался слабый голос Оливии. — Оливер? Помоги. Я не могу открыть крышку.

Но помощь пришлось отложить. К ним опять приближался очередной матрос. На сей раз Оливер предпочел скрываться за бочками. Дождавшись, когда они остались с сестрой вдвоем, он наконец освободил ее.

— Сколько у нас времени? — поинтересовалась она. — Не хочется оставаться на корабле, когда он начнет отплывать.

— Я слышал, один матрос собирается в город, как только закончит с погрузкой. К нему могут присоединиться и другие. У нас есть немного времени, думаю, до утра. Знать бы только, где искать…

Пока они прикидывали, куда идти в первую очередь и где на корабле должна находиться капитанская каюта (тут в основном рассуждал Оливер, вспоминая прочитанные книжки про морские путешествия), они спустя некоторое время заметили, что давненько не видели никого из команды «Черной медузы».

— Пора, — произнесла Оливия, прислушиваясь и пытаясь уловить малейший звук.

Оливер вдруг вспомнил.

— Рэнделл должен быть где-то поблизости.

— С чего ты решил? — удивилась Оливия.

— Мы сейчас в трюме. А Альд Аир приказал Марко отнести его…

— Да, да. Слышала, — перебила она. — Идем.

Следуя за сестрой, Оливер вышел в узкий и низкий коридор. Тот уходил вперед и заканчивался лестницей, ведущей наверх. Возле нее находилась дверь.

— Заперто… — разочарованно протянул Оливер, видя, что Оливия не может ее открыть. Он несколько раз дернул за ручку, но безрезультатно. — И ключ, разумеется, у того, кто закрывал. У Марко… И он нам его, конечно, не даст.

— Не ной, — прошептала Оливия. — Постараемся обойтись без ключа. Он не всегда требуется.

Она вытащила из волос заколку и принялась ковыряться ею в замке.

— Ты… — изумился Оливер. — Ты…

— Я… Я… — передразнила она его. — Не только булочки таскаю.

— Ты самая настоящая взломщица, грабительница…

— Не преувеличивай. Всего пару раз открыла дверь в нашу столовую. К твоему сведению, ее постоянно вскрывают. Поэтому через день меняют замки. Ты разве не знал?

— Нет.

— А, ну да… Толстая книга, в которую ты постоянно утыкаешься, скрыла это от тебя. Бывает…

Раздался щелчок, и Оливия осторожно вошла внутрь. Оливер, скрипя зубами, шагнул следом.

— Рэнделл, — позвала она. — Это мы. Оливер и Оливия. Ты здесь? Отзовись.

Тишина. И темнота. Ничего не было видно, лишь слабые, едва заметные очертания предметов.

— Его тут нет, — разочарованно протянул Оливер. — Мы ошиблись.

— Оливер? — вдруг услышал он в тот самый момент, когда хотел уже идти обратно. — А я не верил. Значит, вы действительно хотите мне помочь?

— Разумеется.

— Спасибо. Вам удалось узнать, где амулет?

Внезапно помещение залилось серебряным светом: в находившееся у потолка окно заглянул молодой месяц. Он отразился в круглых желтых глазах, и Оливер наконец увидел сычика. Тот сидел в стоявшей на полу клетке. Грустный, нахохлившийся, с низко опущенным клювом.

— Прости, — Оливер испытал угрызение совести, — мы не смогли его достать. Но мы здесь и не оставим попытки.

— Спасибо. — Рэнделл расправил крылья. — Я вам благодарен, вы ради меня рискуете…

— Правильно, — вмешалась Оливия. — И предлагаю свести риск к минимуму, перейдя от слов к делу. Мы тебя нашли. Сиди и жди нас. А мы — за амулетом.

И с этими словами она потащила Оливера обратно в коридор.

— Постой. — Он остановился и обернулся к Рэнделлу. — Ты, случайно, не знаешь, где он может находиться?

— У Альд Аира. Я видел: тот парень, укравший меня, отдал амулет ему.

— Значит, на поиски Альд Аира! — наигранно бодрым тоном воскликнула Оливия. — Идем, Оливер. Не стоит терять время.

Прикрыв дверь, чтобы никто не догадался, что замок вскрыт, Оливер следом за сестрой вышел в коридор.

— У Альд Аира… — мрачно проговорила Оливия, ее бравурно-показное настроение мигом испарилось. — Я не карманник и не хочу им становиться. Как взять амулет и остаться незамеченной?

— Понятия не имею. — Оливер сжал губы. — Предлагаю заглянуть в его каюту. Если не получится отыскать амулет там, то остается только одно — забирать клетку вместе с Рэнделлом и бежать. И надеяться, что с ним ничего плохого не произойдет. Все-таки он ослушается не по своей воле.

Оливия кивнула. Тихо, стараясь не шуметь, они принялись красться вверх по лестнице. На счастье, палуба пустовала. Видимо закончив погрузку, большинство членов команды решило отправиться в город.

— Тут кругом эти канаты, — ругалась Оливия, пока они пробирались к каютам, — и каждый норовит опутать мне ноги. Полнейшая безответственность и тотальное отсутствие мало-мальских норм безопасности. Не удивлюсь, если парочка человек все же свернули тут себе шею.

Первая дверь, к которой они подошли, оказалась закрыта.

— Оливер, — поинтересовалась Оливия, направляясь к следующей, — ты у нас вроде считаешься умным и образованным, книжки пытаешься читать. Скажи, как мы поймем, что каюта — капитанская?

Он задумался.

— Хороший вопрос… Думаю, она должна быть самой большой. И в ней обязательно стоит стол.

— Стол? Зачем?

— Для совещаний.

— Хм… — Оливия прислушалась. — Надеюсь, на этом судне стол имеется не у каждого. Как вообще выглядит амулет?

— Он похож на драгоценный камень. Крупный такой и прозрачный. Внутри видны песчинки. В центре — волос или перо.

— Волос? — удивилась Оливия. — Зачем?

— Для подчинения обладателя. И в нашем случае, если хорошенько приглядеться, можно рассмотреть изображение сычика. Короче, увидишь — сразу поймешь.

— Такой, наверное, стоит кучу денег.

— Камень на самом деле недрагоценный, он только похож на драгоценный, если ты об этом.

Пока шел разговор, Оливия пыталась заглянуть подряд во все каюты. Некоторые оказались открыты, но были очень маленькими и явно не подходили под определение «капитанская». И лишь в самом конце, когда Оливер уперся в тупик, которым оканчивался коридор, они оказались перед широкой и массивной дверью.

— Она… — сказал он. — Вне всяких сомнений.

— Очень похоже, — согласилась Оливия и попыталась войти внутрь.

К удивлению, у нее получилось. Помещение было просторным, с двумя окнами, шкафом и квадратным столом посередине. Его ножки, видимо, во избежание перемещения во время качки, намертво прикреплены к полу. И, главное, оно пустовало.

— Как бы не попасться… — насторожился Оливер. — Бежать отсюда некуда. Странно, что дверь не заперта. Вдруг Альд Аир неподалеку?

— Тогда поспешим. — Оливия принялась деловито осматриваться. — Помоги. Тебе первая половина, мне вторая.

— Первая половина чего?

— Каюты, болван. А еще книжки читаешь. Так, быстрей. Все работаем.

Но как ни пытались, амулет отыскать не удалось.

— С собой носит, — выругалась Оливия. — Предусмотрительный какой попался… Видимо, опасается своих. Хорошая, значит, у него команда, честная. Сильно на контрабандистов смахивают. Ты видел их лица? — Оливер кивнул. — Все, уходим. За Рэнделлом — и на берег. А то мне тут не очень уютно.

И тут Оливер услышал чей-то голос.

— Кто там? Капитан, вы? — послышались шаги, с каждым мгновением звучавшие все громче. — Сэр?

— Пора паниковать! — Оливия всплеснула руками. — Я в шкаф, ты под кровать.

Она метнулась к стене, открыла предательски заскрипевшую дверцу и юркнула внутрь.

— Нам конец. — Оливер застыл, не в силах пошевелиться.

— Ты чего… — закрывая дверь, зашептала Оливия. — Под кровать…

Оливер сумасшедшим усилием воли заставил себя двигаться и лишь в самый последний момент успел спрятаться.

— Никого. — Каюту осветил яркий свет, и на пол легла длинная тень. — Наверное, показалось. Или крысы, будь они неладны. Надо завтра их потравить, достали уже.

Свет исчез, следом закрылась дверь.

Оливер выбрался из-под кровати, вытирая ладонью холодный пот на лбу. Сердце бешено колотилось: казалось, что оно стучит, словно барабан, так отчетливо слышал он его стук в наступившей тишине. Никогда еще Оливер так не боялся. Даже сегодня, оказавшись в руках Авла, не испытывал такого страха. Тогда был план, можно было действовать, а вот сейчас… Оставалось лишь скрываться и надеяться на лучшее. К счастью, пронесло.

— Ушел. — Оливия, успевшая покинуть шкаф, осторожно высунула голову в коридор.

Еще осторожнее двинулись обратно. Сычик все так же сидел, понурив клюв. Большие желтые глаза смотрели грустно, но с робкой надеждой.

— Нам не удалось, — Оливер предпочел сразу сообщить о неудаче, — амулет по-прежнему у Альд Аира. Капитан опасается расставаться с ним даже на корабле.

— Жаль. — Рэнделл принялся переминаться с лапы на лапу. — Все равно спасибо.

— Еще не за что. — Оливер попытался открыть клетку, но маленькая дверца, которая в прошлый раз легко отворилась, теперь оказалась заперта навесным замком. — Вот незадача… — Он несколько раз дернул замок, но безуспешно. — Тебя хорошо стерегут. Только зачем? Ты же не можешь убежать.

— Не могу, — кивнул Рэнделл. — Но хочу.

Оливия присела на колени.

— М-да… придется повозиться. Не проще взять вместе с клеткой?

— А что вы задумали? — заволновался сычик.

— Хотим тебя освободить и забрать с собой.

— Вы что! — перепугался Рэнделл. — Не надо. Нельзя.

— Почему? — удивился Оливер. — Ты ведь приказ не нарушишь, ведь так?

— Так…

— В чем же проблема?

— Не знаю. Но прошу, не надо.

— Не могу, — выругалась Оливия. — Дурацкий замок. Кто их только делает? Как прикажете такой открывать?

— Ключом, — подсказал Оливер. — А то, что ты делаешь, называется взломом.

— Не умничай, без тебя знаю.

— Тихо! — Оливер вновь услышал шаги.

Он до сих пор окончательно не пришел в себя после предыдущего случая, поэтому пребывал настороже, обращая внимание на малейший звук. Следом за Оливией он метнулся за бочки и настороженно уставился на дверь. Спустя мгновение та открылась и на пороге возникла худая фигура.

«Марко, — узнал его Оливер. — Что мешает спать? Ответственный ты мой…»

Парень задумчиво помялся на месте.

— Вроде закрывал, — пробормотал он. — Странно… Устал, наверное. — Медленно подошел к Рэнделлу. — Не смотри на меня волком. Хотя… — Он громко засмеялся. — Спи лучше и не пугай своими разговорами команду. Ребята ведь не знают, что ты на борту.

Развернувшись, он вышел в коридор, закрыв за собой дверь.

— Нет. — Оливия бросилась следом. — Только не это!

Щелкнул замок, она потянула ручку на себя и в бессилии опустилась на пол.

— Что такое? — Оливер, чувствуя недоброе, склонился над ней. — Ты же откроешь ее?

— Прости. — Она сокрушенно покачала головой. — Тут такой же замок, как и у нас на кухне, работает только с одной стороны…

— Нет… — Он, не веря, принялся трясти дверь за ручку. — Вот попали так попали. Ничего, — взгляд проследил полоску лунного света, — есть окно. Вылезем через него.

— Окно? — Оливия оживилась, но спустя секунду продолжила обреченным голосом: — Оно высоко и такое маленькое… К тому же закрыто.

— Попробовать стоит. Не оставаться же на судне. Мало ли куда оно плывет. А мне нравится наш город.

— Ты прав, ты прав. — Оливия поднялась, отряхивая одежду. — Надо только изобрести способ до него добраться. Подожди, дай минутку… — Она задумчиво оглядела помещение. — Так… если это сюда… а это вот сюда…

Оливер не выдержал:

— Говори, что ты там придумала, изобретатель.

— У меня мысль. Если поставим под окном те бочки, на них ящики, то получится что-то вроде лестницы. По ней и доберемся до верха.

— Тогда за работу.

Оливер с энтузиазмом подскочил к ближайшей бочке, но почти сразу почувствовал, насколько та тяжела. Весь пыл мгновенно улетучился. К тому же на Оливию не следовало сильно полагаться. Она все-таки девочка и такие тяжести таскать просто физически неспособна. Максимум, на что следовало рассчитывать, — это то, что она подстрахует и не даст упасть с высоты.

В итоге понадобилось весьма продолжительное время, пока нужное количество бочек оказалось под окном. С ящиками вышло несколько проще. Правда, только до того момента, пока Оливер переносил их к бочкам. Дальше вновь начались сложности. Поднимать наверх, а с каждым разом все выше и выше, было трудно и неудобно. Создаваемая конструкция сильно шаталась, готовая в любой момент обрушиться и таким образом сдать их команде «Черной медузы».

И все же, несколько раз рискуя упасть и только каким-то чудом удерживая равновесие, отдавив при этом парочку пальцев, получив с десяток заноз и столько же ушибов, он наконец справился.

Первой, как более легкая и ловкая, полезла Оливия. Немного повозившись, она открыла окошко и выглянула наружу. Спустилась разочарованная.

— Что не так? — набросился на нее Оливер, с трудом держась на ногах от усталости, ноги и особенно руки гудели, каждая мышца ныла, требуя объяснений, за что с ней так поступили.

— Слишком маленькое, — объяснила она. — Клетка в него не пролезет.

— Мы не бросим Рэнделла, — насупился Оливер. — Мы не поступим с ним так.

— Кажется, — шепотом заметила Оливия, — он не особо рвется…

— Без амулета. Он боится. По правде сказать, я тоже не знаю, что в таком случае произойдет. Но раз мы уже здесь и так далеко зашли, то стоит попробовать.

— Тогда надо открыть замок. — Сестра направилась к клетке. — У меня есть одна идея.

Оливер присел рядом, облокотившись на коробку, и закрыл глаза.

«Всего на минуту», — решил он.

Все тело болело, моля об отдыхе, и отказывалось слушаться, словно мстя за такой титанический труд. Наступила тишина. Оливия молча возилась, бесшумно орудуя заколкой, сычик старался не двигаться и не раскрывать клюв, боясь помешать. Оливера окутала приятная дрема, и он не заметил, как уснул.

…Он стоял на высоком, покрытом густой травой холме. Внизу, у подножия, текла широкая река. Течение отсюда, сверху, казалось быстрым, стремительным. Блеснуло несколько бликов, отражая солнечные лучи.

«Странное место, — подумал Оливер. — И незнакомое».

И действительно. Зелень казалась тусклой, словно выгоревшей на солнце, а он привык к густой, насыщенного цвета. Вдалеке виднелись деревья, опушка леса. Но то были скорее деревца, низкие, кривые, и росли они редко, оставляя вокруг себя слишком много пространства.

«Незнакомое… — усмехнулся он собственной мысли. — Разумеется, незнакомое. Это же сон. А во сне может происходить что угодно и где угодно. Это же фантазия моего разума».

Становилось жарко, и Оливер почувствовал, что сильно взмок. Обильный пот выступил на лбу, струйками побежал по спине. Только сейчас он заметил, что одет в доспехи, тяжелый панцирь из кожи и бронзовых пластин. На ногах болтались наколенники, на голове отчетливо ощущался неудобный и сильно мешавший шлем. Левая рука держала круглый щит, правая нащупала рукоять меча.

«Глупо как… На таком пекле, и так упаковываться. Еще пару минут — и я самым натуральным образом спекусь».

Несмотря на сон, Оливер явственно чувствовал, что температура под панцирем начинает подниматься. Расстегнув ремешок, он сорвал с себя шлем, подставляя лицо прохладному ветру. Но вместо облегчения почувствовал себя только хуже. Ни ветра, ни прохлады не было и в помине. Он не испытал ни малейшего дуновения, только обжигающую жару.

«Так дело не пойдет».

Оливер принялся стягивать с себя панцирь, но остановился, уставившись в небо. Насыщенного синего цвета и бескрайнее, словно море, оно походило на густой мармелад. И ни тучки, ни облачка на нем не наблюдалось. За исключением одного-единственного, которое быстро приближалось, полыхая красноватым заревом, будто в нем бушевали молнии.

«Нет, это не молнии, — поправил себя Оливер. — Это — дракон. — И задумался. — Отчего я так решил? Я никогда их не видел. Только читал. Откуда я могу знать? Надеюсь, не заметит и пролетит мимо…»

Не тут-то было. Зверь стремительно спикировал вниз, раскрывая пасть и демонстрируя ряд огромных клыков. Схватив валявшийся у ног шлем, Оливер нахлобучил его обратно и кинулся бежать. В следующую секунду в то место, где он только что стоял, ударил поток пламени. Трава, вспыхнув, обуглилась, оставив после себя дымящуюся золу.

«Простите меня, ноженьки, но вам опять придется потрудиться».

Двигаться в доспехах, наколенниках, с тяжелым щитом и норовившим зацепиться за любую неровность длинным мечом оказалось довольно трудно. К тому же мешал шлем, постоянно сползавший на глаза. Не выдержав, Оливер снял и выкинул его. Подпрыгивая, тот покатился к подножию холма. Издав довольный рык, дракон выпустил в его сторону струю огня. Металл мгновенно расплавился, превратившись в пузырящуюся лужицу.

«Зачем мне тогда все это оружие? — выругался Оливер. — Оно только мешает и нисколько не помогает».

Спустившись, он, тяжело дыша, встал возле толстого дерева, прислонившись спиной к стволу и выставив перед собой щит. Ноги отчаянно гудели, неудобные наколенники сделали свое черное дело, больно натерев их.

«Как только рыцари могут двигаться и тем более сражаться? Ведь в таком вооружении и шагу невозможно ступить».

Чешуйчатый зверь, взлетев высоко в небо, широко расправил крылья и приготовился нападать.

«И почему следует обязательно драться? Чего бы просто не отправиться дальше? Кто такое придумал, что, завидев человека в доспехах, дракону просто кровь из носу необходимо вступить с ним бой? Может, я просто собирался хорошенько пропотеть!»

Дракон ударил хвостом себя по боку и ринулся вниз, рассекая воздух. Оливер завороженно смотрел, не зная, что делать дальше. Просто прятался за щитом, неловко тыча перед собой мечом. Маленькие желто-зеленые глаза противника встретились с его взглядом, и дальше все начало происходить будто бы не с ним. Он словно глядел со стороны на разыгрывающийся на сцене спектакль, в полной уверенности, что находится в безопасности.

Вот раскрылась пасть, хищно лязгнули острые зубы. Из ноздрей вырвался дым и тут же исчез за маленькими ушами. Следом появился огонь и начал набирать скорость. Он летел впереди дракона, собираясь уничтожить все, к чему прикоснется.

«А ведь он меня гипнотизирует. Помню, читал про такое в книге, думал — сказки…»

В самый последний момент Оливер стряхнул с себя оцепенение и отпрыгнул в сторону. Стоявшее позади дерево вспыхнуло и с треском рухнуло на землю. Поток пламени ударил в щит, и Оливер, ослепленный ярким светом, зажмурился. Жар показался в первый момент нестерпимым, поистине обжигающим и всепоглощающим, но он сумел выдержать. И открыв глаза, понял, что еще жив.

«Вот так сюрприз! А щит хорош. Не подвел».

Дракон тоже выглядел удивленным. Не давая ему опомниться, Оливер ударил мечом, делая глубокий выпад вперед.

И получил в ответ чувствительный удар. Затем еще один, еще…

— Оливер! Оливер, проснись.

Сквозь туман сна и узкие щелки не желавших двигаться век он увидел Оливию. Сестра сидела перед ним на коленях и хлестала по щекам.

— Больно ведь, — пытаясь увернуться, буркнул он. — Такой сон испортила…

— Сон? — изумилась она. — Как ты можешь спать?

— Могу, а что такого?

Только сейчас до него дошло, что он не в своей кровати в приюте, а в полутемном трюме «Черной медузы». В маленьком оконце под потолком виднелось тусклое предрассветное небо.

— Я открыла клетку. Рэнделл свободен.

— Ой! — Оливер подскочил на месте, окончательно проснувшись, быстро поднялся, но тут пол под ногами покачнулся и снаружи послышались громкие крики.

— Что происходит? — заволновалась Оливия. — Судно отчаливает? Давай, хватай Рэнделла и бежим.

Оливер, пытаясь удержать равновесие, посмотрел в сторону окна, прищурившись от упавших на лицо утренних лучей солнца. Повернулся назад — и обомлел.

— Волк! — Он медленно попятился, столкнувшись с Оливией.

Сестра, недолго думая, забралась на бочку и принялась размахивать руками, шикая на зверя.

— Уйди! Пошел вон. Оливер, как он сюда попал?

Оливер, продолжая отступать, уставился на зверя. Шелковистая на вид шерсть, две темные полосы вдоль спины, большие, внимательно глядящие глаза, и ряд мелких, острых зубов, которыми хищник вдруг резко щелкнул. Вздрогнув от неожиданности, Оливер стремительно взлетел по недавно созданной им конструкции под самый потолок.

— Не знаю, — пробормотал он. — Рэнделл? Ты где? С тобой все в порядке? — Сычика нигде не было видно. — Он его съел. — И зло посмотрел на хищника.

— Этот волк, — отозвалась Оливия, — всю ночь сидел с нами? Ужас какой! Как мы не заметили? Волк-весельчак? Растягивал удовольствие?

— Нет, — ответил тот грустным голосом.

— И он говорящий?! — взвизгнула Оливия.

— Это я, Рэнделл. Вам не стоит меня бояться. Следовало сразу вам сказать. Но я думал, вы знаете.

— Твидл, — простонал Оливер, спускаясь вниз и помогая слезть Оливии. — Как я мог забыть? Днем одно животное, ночью другое.

«Как же я так? Следовало спросить у Рэнделла, кто он ночью. Забыл во всей этой суматохе».

— Серьезно? Такое бывает? — Оливия внимательно оглядела Рэнделла.

Пол закачался еще сильнее.

— Сдается мне, мы отплываем, — опомнился Оливер. — Ты сможешь пролезть в окно? — обратился он к волку.

Тот кивнул.

— Тогда — наверх. — Оливия первой принялась взбираться по импровизированной лестнице. — Теперь нам нечего бояться, с нами хищник. Кто попытается помешать, пожалеет.

При этих словах Рэнделл заметно погрустнел.

— Даже не знаю… — замялся он. — На палубе сейчас наверняка почти вся команда. А я маленький… — Волк действительно был небольшой. — У них сабли, сети…

— Ты боишься?

Оливия остановилась на полпути и обернулась, едва не упав. Ящик, на котором она стояла, шатался так сильно, что, казалось, готов сорваться вниз в любую секунду.

— Не то чтобы боюсь. — Рэнделл выглядел смущенным. — Не поймите меня неправильно…

— Мы рискуем ради тебя, — возмутилась Оливия. — Ты же вступишься за нас?

— Вступлюсь, но только поможет ли…

— Поможет, — отрезала Оливия. — Ты волк. Хищник. Я тебя испугалась, когда увидела. И другие испугаются. Такие зубы… Покажи их — и полдела сделано.

— Идем. — Оливер попытался улыбнуться Рэнделлу.

— Поторапливайтесь, — прикрикнула Оливия, протискиваясь в узкое окошко.

Оливер взял волка на руки и медленно, с трудом удерживая равновесие, последовал за сестрой.

— Тут никого нет, — сообщила она. — Но есть и плохая новость. Корабль действительно отплывает. Как раз сейчас отходит от причала.

— Бегите, а меня оставьте, — предложил Рэнделл. — Без меня у вас больше шансов.

— Нет, — стиснув зубы, ответил Оливер, — я тебя не брошу.

Тело после вчерашних приключений дико болело. Ноги ныли, а мышцы на руках отказывались повиноваться. С невероятным трудом ему все же удалось взобраться наверх.

— Быстрей, быстрей… — Оливия, изводясь от нетерпения, помогла волку выбраться на палубу.

— Сейчас, — отозвался Оливер, собираясь с последними силами. — Уже почти…

— Можешь теперь не торопиться, — услышал он вдруг обреченный голос Оливии. — Нас поймали.

Кинув взгляд на палубу, Оливер увидел, что к ним вразвалочку направляются трое матросов. А впереди важно вышагивает холеный, невероятно толстый кот.

Взгляд затуманен,

Беда приключилась:

На борт воришки пробрались, —

промурлыкал хвостатый. Его черная шерсть едва заметно отливала серебром, а две узкие белые полоски на спине в первый момент приводили в замешательство. Матросы сделали свирепые лица, но один не сдержался и рассмеялся.

«Еще один твидл, — угрюмо подумал Оливер, становясь рядом с сестрой. — Угораздило же связаться. Один трусит, другой скалится и мнит себя стихоплетом».

— Не подходите к нам, — пригрозила Оливия. — Дальше ни шагу. Или спускаю на вас волка.

— Волка? — послышался насмешливый голос, и из-за угла вышел Марко. — Какая воинственная. Не обижай нас, пожалуйста. Мы не сделали ничего плохого.

Зверь лесной передо мной,

Хищный лязг клыков;

Я дрожу, —

наигранно дрожащим тоном промурлыкал кот и, усевшись на палубу, прикрыл глаза лапами.

Оливия смутилась, но тут же вскинула голову:

— Я вас не знаю и не имею понятия, чего от вас ожидать. Нам с братом надо сойти на берег.

— Конечно, дорогуша, разумеется, — с другой стороны показалась фигура Альд Аира. — На берег? Легко. Марко, доложи, что тут происходит. И кто это?

— Капитан, — парень осклабился наглой улыбкой, — только что задержали прямо на месте преступления. Пытались бежать.

— Нехорошо. — Альд Аир покачал головой. — Ой, как нехорошо. У честных работящих людей воруют последнее. — Он нервно посмотрел на Рэнделла, меняясь в лице, но быстро взял себя в руки. — Брат с сестрой? Папа, мама знают?

— Знают, — не моргнув глазом отозвалась Оливия. — Они и послали. — Торговец на миг опешил от таких слов. Судно тем временем все дальше отходило от причала. — Поворачивайте назад.

— Я не могу. — Капитан «Черной медузы» развел руками. — Ты хочешь обанкротить меня? Девочка, ты не представляешь, во что мне выльется простой корабля.

— Мне все равно. — Оливия исподлобья метнула в него взгляд. — Прикидываетесь честным, а сами не лучше нас. Зачем похитили Рэнделла?

— Похитил? — Альд Аир на мгновение запнулся, но почти сразу улыбнулся, усмехнувшись. — Не говори ерунду, девочка. Ты слишком юна и многого не понимаешь. Скажи на милость, для чего мне твидл без способностей?

— Без способностей? — перепросил удивленный Оливер. — Разве такое бывает?

— Как видишь, бывает. Я не крал его. Бывший хозяин сам отдал. А волк, видимо, недопонял и придумал невесть что… А ты не волнуйся. В ближайшем порту я отпущу вас, и вы вернетесь домой. Представьте, что выиграли морской тур. Увлекательный и до безобразия короткий.

— Я не верю вам, — уже не так грозно заявила Оливия, и Оливер почувствовал в ее голосе сомнение. — Вижу, вы не хотите нас отпускать. И ладно. Рэнделл, покажи им!

Волк попытался зарычать. Даже раскрыл пасть, но, посмотрев на столпившихся вокруг людей, которых с каждой минутой становилось все больше, внезапно поджал хвост и попятился.

— Ой, не могу, — развеселился Марко. — И ты им нас пугала? Комнатная собачка и то страшней.

Оливер зло взглянул на парня. Тот не нравился ему все сильнее. Наглый, задиристый, высокомерный. Хотя Рэнделл тоже хорош. Мог бы и рыкнуть.

А царь зверей,

Совсем не царь,

Даже жаль, —

громко продекламировал кот, театральным движением убирая лапы от морды. Матросы дружно заржали. А один склонился над ним и почесал за ухом.

— Ну ты, Йоши, молодец, повеселил.

Йоши поднялся и выгнул спину, сделав хвост трубой, но не удержался и едва не упал. Раздался новый взрыв смеха.

— Бежим, — шепнула Оливия, — пока на нас не смотрят.

Уговаривать не пришлось. Оливер схватил Рэнделла под мышку и кинулся к борту. На миг все опешили и поэтому не успели помешать. Подбежав, он уже хотел прыгнуть, как услышал истошный вопль Альд Аира:

— Стоять! Слушайся меня, я твой хозяин!

И в тот же миг Рэнделл с глухим утробным рыком вывернулся и шлепнулся на палубу. Оливер попытался подхватить волка обратно на руки, но не смог сдвинуть с места. Того словно удерживала неведомая сила. И сколь он ни пытался, не мог двинуться ни на шаг.

— Ты чего? — собираясь прыгнуть в воду, опешила Оливия. — Давай!

— Рэнделл, — прохрипел от напряжения Оливер, напрягая отчаянно болевшие мышцы. — Его что-то держит.

— Отпусти, это все амулет, — сообразила сестра.

— Оливия права, — поддержал ее волк, — я подвел вас, оставь меня здесь, а сам спасайся…

— Нет, — оборвал его Оливер, — я не бросаю друзей.

И тут он почувствовал, как в него вцепились несколько рук и с силой повалили на палубу.

— Так скоро решил нас покинуть? — Над ним склонился ухмыляющийся Марко. — Расслабься и побудь с нами еще немного. И отдай то, что тебе не принадлежит.

С этими словами он вырвал из рук Оливера скулящего Рэнделла.

Рядом ругалась Оливия, раздавая налево и направо тумаки. Окружившие ее плотным кольцом матросы громко смеялись.

— Отпустите нас! — во все горло закричала она.

— Тебя никто насильно не держит, — спокойно произнес Альд Аир. — Я лишь не позволил вам забрать то, что принадлежит мне. — Он кивнул Марко, и тот понес Рэнделла обратно в трюм. — Хотите, можете теперь прыгать. Боюсь только — не доплывете. Берег далековато. А предложение про ближайший порт все еще остается в силе. Правда, за попытку воровства круиз превращается в работу. Придется помогать моим ребятам на палубе. У меня правило: халявщиков не держу. Что скажете?

Оливия посмотрела на Оливера. Он ответил ей утвердительным взглядом.

— До ближайшего порта, — ответили они вместе.

— Разумеется. Я хоть раз кого-то обманывал? — Альд Аир широко улыбнулся и весело подмигнул Йоши.

Глава 6

Оливия изобретает новый способ мытья палубы

— Что будем делать? — тихо спросил Оливер, когда ушел Альд Аир, а вместе с ним и большая часть экипажа «Черной медузы».

Рядом остались лишь несколько человек. Они с сосредоточенными лицами принялись тянуть в разные стороны канаты, которые казались бесконечными. Двое полезли на мачту и начали поднимать парус. Возле двери, ведущей в какие-то помещения, уселся Йоши. Мурлыкая веселую мелодию, он занялся утренним умыванием. И матросы и кот делали вид, что потеряли к Оливеру и Оливии всякий интерес, но время от времени украдкой бросали в их сторону внимательные взгляды.

— Не знаю. — Оливия обхватила голову руками. — Не доверяю я этому Альд Аиру.

— Я тоже. Хотя, надеюсь, он сдержит обещание.

— А после? У нас нет денег. Бесплатно никто обратно не повезет.

— Придумаем, когда придет время.

Оливия облокотилась о деревянный борт и посмотрела на воду. Рассекаемая носом корабля, она вспенивалась вдоль бортов судна, оставляя за кормой отчетливый белый след.

«Дорога домой, — горько подумала Оливия. — Была бы дельфином, смогла бы ею воспользоваться».

Ей стало не по себе и сильно захотелось оказаться в приюте. И хоть там, разумеется, никто не ждал, кроме нянечки миссис Шелтон (и то чтобы устроить взбучку за отсутствие ночью в спальне), но там все было привычно, спокойно и хотя бы безопасно.

«Домой… — усмехнулась она. — На самом деле у меня его нет. И никогда не было».

Она не помнила родителей и из всех родных знала только Оливера. Несколько раз пыталась выспросить про отца и маму у начальницы приюта, но добилась только недельного дежурства на кухне.

— Ничего я не знаю, — отрезала миссис Доусон.

— Скажите хотя бы, как я тут появилась, — пыталась настаивать Оливия.

— Как и большинство остальных детей, приставучая девочка, — скривилась начальница. — Добрые люди оставили на нашем крыльце. Будь они неладны. Скорее всего, это сделала твоя мать. Или папаша, если у матери не хватило духу. Но, так или иначе, они отказались от вас.

— Я вам не верю. — В тот раз она едва сдержала слезы, хотя плакала очень редко: в приюте нельзя показывать слабость.

— Дело твое, — скривилась миссис Доусон, — но ты меня расстроила. Не люблю говорить на трагические темы. Придется тебя наказать…

В воздухе кружили крикливые чайки. Их резкие, противные голоса вывели Оливию из задумчивого состояния.

— Раньше у тебя всегда был план, — услышала она недовольный голос брата.

— А теперь нет, — обиделась она. — Остается ждать и надеяться на честность Альд Аира. В противном случае… станем действовать по обстановке.

— Легок на помине, — прошептал Оливер.

К ним наглой походкой направлялся Марко. Йоши выгнул спину, потянулся и попытался потереться о его ногу. Парень в самый последний момент убрал ее, и кот завалился на палубу.

— Мяу! — Он недовольно ударил хвостом. — Я ведь просил никогда так не делать.

Марко подхватил Йоши на руки и подбросил высоко вверх.

— Мяу! — возопил тот. — А так — тем более.

— Терпеть его не могу, — тихо пожаловался Оливер и уже громко добавил: — Где Рэнделл?

— Я тоже, — вслух согласилась Оливия, а сама из-под опущенных ресниц принялась наблюдать за парнем.

Он и близко не напоминал ни одного мальчика из приюта. И даже ни одного из знакомых, живших на соседних улицах. Загорелый, высокий, мускулистый, с большими глазами, в которых прыгали бесовские искорки. Она почувствовала, что краснеет.

«Почему не надела то синее платье? — укорила она себя. — А прическа… Ее попросту нет. На ее месте лохмы и грязные патлы…»

Ее охватило раздражение.

— Чего тебе? — набросилась Оливия на Марко. — Мы не хотим с тобой говорить.

— Не хотите — не говорите, — улыбнулся парень. — Не заставляю. Больно надо. — Он опустил Йоши на палубу. — Я на самом деле не к вам шел…

«Не к нам? — Она все же попыталась хоть что-то сделать с волосами и несколько раз провела по ним рукой. — Не поможет. Все слишком запущено…»

Отряхнула одежду и с ужасом обнаружила, что туфли покрыты толстым слоем пыли. Настроение окончательно упало.

«Он смотрит на меня и видит оборванку из приюта. Если, конечно, смотрит…»

— Вот и иди, куда шел, — проворчал Оливер, так и не дождавшись ответа на свой вопрос. — И кота своего забери.

— Ай-я-яй. — Йоши сокрушенно покачал головой. — До чего же невоспитанный подросток… — И обиженно добавил:

Душа нараспашку,

В ответ — плевок,

Насилу в себя прихожу.

— Вот и приходи в себя в другом месте, — посоветовала Оливия.

— Как скажешь, — кивнул Марко. — Пошли, Йоши.

«Я совсем не это хотела сказать». — Она едва сдержалась, чтобы не топнуть от разочарования ногой.

— Только знайте, завтрак в восемь. А после вас ждет боцман.

— Зачем? — удивился Оливер.

— Начнете отрабатывать круиз, — ухмыльнулся парень и пошел на корму.

Йоши ленивой походкой семенил следом…

Еда оказалась сносной, в приюте частенько готовили хуже. Съев несколько яиц, сваренных вкрутую, парочку тостов с маслом и запив все это виноградным соком, она почувствовала себя лучше. Однако совсем ненадолго.

— Нет, нет и еще раз нет, — заявила она спустя пять минут розовощекому боцману с черной двухдневной щетиной на лице, на полголовы ниже ее, зато упитанному, словно хорошо откормленный поросенок.

Моряк оскалился, сложив руки на груди. Столпившиеся вокруг матросы принялись ухмыляться.

— Девчонка не промах, — заявил один из них, стоявший прямо возле нее. — Как она тебя, Кит, а?

— Что пялитесь? — прорычал Кит. — Работы мало? Всем разойтись по своим местам. — И вновь повернулся к Оливии. — Третьего раза не будет, пойдешь за борт. Еще раз повторяю, идешь на бак и помогаешь убирать канаты.

— Давайте я, — предложил Оливер. — Какая вам разница?

— Разница? — Боцман побагровел. — Мои приказы не обсуждаются. Ты идешь красить, сестра — убирать канаты. Понятно?

— Понятно, но нет. — Оливия тоже скрестила руки на груди. — Видела я те канаты. К вашему сведению, я девочка, а не мужик. Не собираюсь надорваться, таская тяжести.

— Может, все-таки я… — вновь сделал попытку Оливер.

— А ну марш работать! — Боцман сверкнул в его сторону глазами. Оливер, бросив на нее ободряющий взгляд, поспешил к банкам с краской.

— Так, так, так… — Кит оскалился.

— Даже не думайте. — Оливия выдержала взгляд маленьких, недовольных глаз. — Это неженская работа. Или вы все тут от долгого пребывания вдали от берега с ума посходили?

— Знаешь, что, лапочка?

— Что?

— Канаты не для тебя, — боцман ехидно улыбнулся, но было видно, что под улыбкой он скрывает сильное негодование, — тебе лучше подойдет… — Он задумчиво огляделся. Теперь они остались вдвоем, и он вновь принял свой бравый вид, с которым встретил ее с братом после завтрака. — Иди в кладовую. Там возьми ведерко и тряпочку. Можешь выбрать любую, наиболее понравившуюся. Вся палуба в твоем распоряжении. Через два дня — чтобы блестела. Понятно?

— Понятно.

Оливия с грустью, сменившей вспыхнувшее на мгновение в душе торжество, оглядела поле предстоящей работы. «Черная медуза» была большим кораблем. Пожалуй, самым большим из всех когда-либо ею виденных. Мыть ей здесь — не перемыть.

— И запомни, — угрожающе прошипел боцман, — впредь никогда не обсуждай мои приказы.

— Мур. — Возле кладовой, находившейся на корме, лежал Йоши, с блаженством вытянувшись на солнце и щурясь от яркого света. — Вливаешься в команду?

Оливия посмотрела на плескавшуюся в ведре воду.

— Тоже хочешь? Вижу, тебе стало жарко.

Кот разгадал ее намек, но не сдвинулся с места, даже ухом не повел.

— Злая ты девочка. Послушай, в точности про тебя. Сочинил этим утром, глядя на чудесный восход:

Плохое всем покажу,

Хорошее припрячу,

Чтобы не лезли.

Оливия непонимающе посмотрела на кота.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Ты и сама поняла. — Йоши спрыгнул. — Загляну на камбуз. И тебе советую. Наш кок утром рыбачил. Обожаю рыбные головы. Пойду, попрошу, пока он их всех не извел на уху.

Не испытывая особого желания заниматься мытьем палубы, Оливия с тоской взглянула себе под ноги. Создавалось такое впечатление, что уборкой никто не занимался с самой постройки корабля. Палубу покрывал толстый слой соли, смешанной с грязью, песком и еще непонятно чем.

«Мне и за год не справиться».

Она вылила немного воды и попыталась потереть тряпкой. Вышло только хуже. Мутный налет принялся набухать, но смываться отказывался наотрез. Зато кожа на ладонях, не привыкшая к такому, покраснела, и вдобавок сильно заболела согнутая пополам спина.

«Так не пойдет. — Оливия выпрямилась. — Надо как-то ускорить процесс, оптимизировать».

Отыскала в углу кладовки палку, прикрепила к ее концу вторую поменьше. Получилась швабра.

«Уже лучше…»

Затем отправилась на камбуз. Там, притворившись голодной, состроила глазки молодому повару, чуть старше Марко, и попросила накормить. Пока он накладывал на тарелку оставшуюся после завтрака еду, стащила несколько баночек моющего средства.

Теперь следовало не торопиться и не счищать грязь слишком быстро. С этим Оливия справилась блестяще. Смотрела за работой других, когда надоело, принялась любоваться морем, игравшими и плескавшимися в его волнах дельфинами. Немного поглядела на белый, огромных размеров парус, надувавшийся под порывами теплого, наполненного соленым запахом ветра. После обеда сходила и проведала Рэнделла. Волк по-прежнему сидел в клетке. Только теперь в другой, более просторной. А после, удостоверившись, что поблизости не шатается Кит, сбегала к Оливеру. Брат удивился, узнав, что волк до сих пор заперт, и принялся задумчиво рассуждать:

— Рэнделл же не может сбежать. Мы в море. К тому же амулет… Видимо, он очень важен Альд Аиру. Странно, он ведь без способностей… А если без способностей, то зачем он понадобился Альд Аиру? И почему его скрывали от команды?

— О каких способностях вы постоянно талдычите? — поинтересовалась Оливия.

— У каждого твидла есть уникальные способности, — начал объяснять Оливер, быстро водя кистью по деревянному борту «Черной медузы». — Зверь не только превращается с восходом и заходом солнца в другого, но и обладает определенными талантами. Возьмем, к примеру, лису-рысь.

— Лиса-рысь? — прыснула, не удержавшись Оливия.

Неожиданно появившийся с важным видом боцман быстро кинул в их сторону взгляд, и ей пришлось спешно прятаться.

— Весело? — сухо спросил Кит.

— Море, солнце, воздушные ванны, — отозвался Оливер. — Чем не повод для радости?

Кит скрипнул зубами, но ничего не ответил.

— Лиса днем, — продолжил Оливер, когда боцман ушел, — рысь ночью. Способность лисы красиво петь.

— Петь? — Оливия с трудом сдержалась, чтобы опять не засмеяться; в голове возник образ существа с рыжей шерстью, вытягивающего вверх мордочку и раскрывающего пасть, из которой льются слова песни.

— Петь, — кивнул Оливер. — Рысь же охотник. Часто охраняет хозяина. И так — у всех зверей.

— У каждого по две способности? — уточнила Оливия.

— Именно, по две на каждое перевоплощение.

— А откуда они взялись, эти твидлы? — спросила Оливия. — Они поистине волшебные.

— Не знаю, — смутился Оливер.

Ближе к вечеру, за пару минут до ужина, когда Оливия делала вид, что заканчивает работать, а на самом деле уже окончательно извелась и не знала, чем себя занять, она увидела Марко.

«Идет», — всплеснула руками и быстро провела ими по волосам.

В течение дня, пользуясь достаточным количеством времени, она соорудила на голове прекрасную, по ее мнению, прическу. Привела в порядок одежду и вымыла обувь. Подкрасила случайно найденным куском угля брови, а ослепительно-белым мелом почистила зубы и придала коже лица аристократическую бледность.

Но стоило Марко приблизиться, как она все испортила. Едва взглянув на него, Оливия выпалила:

— Обязательно здесь таскаться? Я целый день мыла! Хватит меня доставать. Что тебе нужно?

Парень вспыхнул.

— Не нужна ты мне. Больно надо, — осклабился он, засовывая руки в карманы. — И чтобы ты знала, я шел вовсе не к тебе. У тебя с головой все в порядке?

— Ты назвал меня больной? — Оливия закипела от гнева, хотя злость сейчас была направлена исключительно на себя. — Да как ты смеешь? Ты… Ты… — В бессилии придумать гадость она стиснула кулаки. — Ты… Ты…

— Что я?.. — Марко с легкой улыбкой смотрел на нее.

— Ты… Ты… Не смей ко мне подходить! — наконец выкрикнула она. — Никогда!

— Как скажешь. — Парень пожал плечами. — Не особо и хотелось.

Развернувшись, он пошел прочь, а Оливия с трудом удержалась, чтобы не ударить лбом в деревянную дверь кладовки.

«Учудила так учудила. Как так можно?»

Глава 7

Оливия побеждает островного царя

Весь следующий день она продолжала мыть палубу. Моющее средство оказалось даже лучше, чем Оливия думала вначале. Грязь, соль и вросший в дерево песок удалялись без особого труда. Боцман, пришедший посмотреть, как у нее идут дела, и наверняка намеревавшийся отругать ее, в изумлении вытаращил глаза.

— Невозможно… — выдавил Кит спустя несколько секунд, в течение которых стоял с открытым ртом. — Поразительно… Тебе кто-то помогал? Кто? Признавайся!

— Помогал? — презрительно скривилась Оливия. — Дождешься… Вторые сутки на вашем судне, а джентльменов до сих пор не встретила.

Кит, взяв себя в руки, удовлетворенно заметил:

— Я в тебе не сомневался. Это талант, лапочка. Умение расставить вверенный персонал по нужным местам — редкое качество. И, к счастью, я им наделен.

— Заметно, — съехидничала Оливия.

Но боцман не заметил в ее словах иронических ноток и, довольный, пошел дальше.

Оливер продолжал красить, теперь вся его одежда была заляпана краской, и он стал похожим на разноцветного попугая. Правда, без перьев и крыльев. Брат постоянно интересовался Рэнделлом. Вечером, когда Оливер, освободившись от работы, имел возможность сходить к волку, возле клетки крутились Альд Аир с Марко. Поэтому Оливия, желая узнать последние новости и заодно подбодрить, пробралась к Рэнделлу сразу после обеда.

Тот лежал, положив голову на лапы, и глядел в стену. Рядом стояла нетронутая миска с едой.

— Привет, — обрадовался он ей.

— Привет, — ответила она. — И Оливер передает тебе привет.

Рэнделл оживился.

— Как он? Не сильно обижается на меня? А ты?

— Не говори глупостей. Я обязательно придумаю, как тебя вытащить. У меня и план уже есть.

— Правда? — обрадовался волк.

— Правда.

— И в чем он состоит?

— Он еще не до конца продуман… Надо утрясти некоторые детали, — уклончиво отозвалась Оливия. — Но время еще есть.

«И зачем я ляпнула про план? — укорила она себя, поднимаясь на палубу. — Ведь я даже не думала ни о чем таком. Просто хотела немного поднять ему настроение. А теперь придется…»

Всю следующую ночь она пролежала без сна, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Но никаких умных мыслей в голову не приходило.

«Самое скверное, — размышляла Оливия, — не на кого рассчитывать, не у кого спросить. Каждого следует опасаться и от любого ждать подвоха. Единственное, что надо, — выкрасть амулет. А я даже не знаю точно, где он».

При встрече с капитаном сразу после ужина она внимательно оглядела его, но ничего похожего на драгоценный камень не увидела. Ей все больше казалось, что амулет хранится в каюте торговца. Но попасть в нее не представлялось возможным. Ее окна выходили прямо на капитанский мостик и почти круглые сутки были открыты.

И тут представился неожиданный случай. Выйдя утром на палубу, Оливия обомлела от увиденного. В прохладном утреннем воздухе, наполненном свежестью и криками чаек, она разглядела на горизонте хорошо заметную полоску земли. Подбежав к борту, она устремила в ту сторону напряженный взгляд.

— Неужели все? — Рядом встал Оливер, непроизвольно переминаясь с ноги на ногу.

Заветный берег вдалеке,

Сердце радостно поет,

Забудь, то лишь мираж.

Наполненный иронией голос Йоши заставил вздрогнуть, едва Оливия осознала смысл сказанных котом слов.

— Что?

— Перед тобой остров. Называется, кажется, Иотика. И на нем никто не живет.

— Остров? — Оливия повернулась к Йоши. Ей сильно хотелось выкинуть мохнатого в воду и посмотреть, как он станет там бултыхаться. Она слышала, что коты не любят воду, вот и замечательный случай проверить. Но сдержалась. — А ты не знаешь, когда мы прибудем в порт?

— Знаю.

— Когда?

— И в какой именно? — добавил Оливер.

— В Бахару. И сие событие случится завтра.

— В Бахару… — протянула Оливия.

Это название ничего ей не говорило.

— В Бахару? — удивился Оливер. — Но ведь по пути в нее есть и другие порты. Почему мы не зашли в них?

— Приказ капитана. Хочешь подробностей, спроси у него.

Остров между тем приближался. Стали видны песчаный берег, изрезанный бухтами, росшие чуть в глубине деревья, вздымающаяся к небу гора, покрытая густым лесом. Через некоторое время Оливия разглядела поблизости еще несколько островов. Одни были побольше, другие поменьше, парочка совсем маленькие.

— Это архипелаг, — принялся объяснять Оливер — он часто любил демонстрировать свои познания, вычитанные в книжках, — называется Мимлады. Иотика считается крупнейшим…

— Мне все равно, — оборвала Оливия брата. — Давай как-нибудь в другой раз.

Он обиженно пожал плечами и замолчал. Вскоре появился Альд Аир. Улыбнувшись ослепительной улыбкой, поздоровался со всеми и отдал приказ готовить лодку.

«Вот он, шанс». — У Оливии перехватило дыхание, и она опустила взгляд, стараясь не выдать себя радостным блеском в глазах.

Не веря счастью, она смотрела, как торговец, прихватив с собой четырех человек, плывет к берегу.

«Главное, чтобы не взял амулет с собой, — осторожно посмотрела на окна каюты. — Закрыты. И на мостике никого».

— Оливер, — едва шевеля губами, прошептала она, — не знаю, сколько у нас времени, поэтому действуем быстро…

— Ты о чем? — удивился он.

— Мы не имеем права не воспользоваться ситуацией. — Оливия указала рукой на опустевшую палубу, даже Йоши куда-то исчез.

— Что ты задумала?

— Бежать. Разве не понятно? Я не доверяю Альд Аиру. Не знаю, как ты, а мне он не нравится. Даже не знаю, как объяснить…

— Я тоже чувствую себя неуютно на этом корабле, — кивнул Оливер. — И вздохну спокойно, только оказавшись подальше от его команды.

Оливия обрадовалась, что брату не пришлось ничего долго объяснять.

— Тогда ступай, освободи Рэнделла. А я за амулетом.

Оливер кивнул и уже собирался идти, как появился Марко. Оливия мгновенно почувствовала, как учащается дыхание, и запоздало поняла, что щеки заливаются предательским румянцем.

«Так не пойдет, — одернула она себя. — Мигом успокойся!»

— Чего тебе? — Оливер сверкнул глазами на парня. — Иди, куда шел.

— И пойду, — ухмыльнулся тот. — Только вам, хотите или нет, придется пойти со мной.

— С какой стати? — огрызнулся Оливер.

— Да так… выбора у вас нет. — Марко внимательно посмотрел на Оливию и добавил: — Боцман велел набрать воды. Сказал — взять вас с собой. Хотите, отправляйтесь к нему и лично сообщите, что отказываетесь.

Оливия услышала неприятный звук и в удивлении взглянула на брата. Тот, плотно сжав челюсти, скрипел зубами.

Выпрыгнув с лодки, она огляделась. И, хотя пребывала в паршивом настроении от упущенной возможности, все же не смогла не залюбоваться прекрасным пейзажем. Прямо перед ней начиналась стена высоких, стройных деревьев с висевшими на ветвях аппетитными, сочными плодами. Между деревьями росли изумительной красоты цветы. Прозрачный, подернутый легкой голубоватой дымкой воздух разрезали проникающие сквозь кроны солнечные лучи. Отовсюду неслось пение птиц, сливавшееся с успокаивающим плеском воды.

«Если существует рай, то он должен быть здесь», — решила она.

И внезапно все закончилось. Прямо над ухом раздался голос Марко:

— Не советую убегать, — он с улыбкой посмотрел на нее с братом, — остров необитаемый. Гоняться за вами никто не станет. Оголодаете — сами вернетесь.

Матросы, несшие на плечах огромные кожаные бурдюки, дружно засмеялись.

— Держи. — Ближайший матрос протянул ей один.

Стоявший рядом Оливер получил в руки такой же.

Медленно двинулись вдоль берега. Ноги вязли в песке, и идти оказалось непросто. Через пару минут Оливия, запыхавшись, начала выбиваться из сил и всучила свою ношу брату. Так стало несколько легче. Марко, идя бодрым шагом, вскоре был уже далеко впереди, за ним гуськом следовали матросы. Оливия с Оливером замыкали колонну.

Вскоре свернули вглубь острова, теперь их со всех сторон окружали деревья. Песчаный пляж закончился, и они вступили на узкую, постоянно петляющую тропинку. Тонкая нитка дорожки, словно играя, то и дело норовила исчезнуть, время от времени пряталась в траве, иногда просто растворялась, но каждый раз вновь появлялась, стоило пройти немного вперед.

Шагать по земле оказалось легче, чем по песку. Оливия не без удовольствия принялась разглядывать свисавшие сверху огромные зеленые листья, любопытных птиц, странных на вид существ, чем-то напоминающих исхудавших медвежат, бесстрашно раскачивающихся на длинных, гнущихся под тяжестью их тел ветках. Несколько раз она оглядывалась, заслышав позади едва уловимый шорох.

— Это же лес, — смеялся Оливер, видя ее испуганное лицо, — тут кругом множество самых разных животных.

— Я вижу.

— Это лишь малая часть.

— Малая? — Она пристальнее огляделась.

— Большую ты увидишь только тогда, когда они сами захотят.

— В книжках прочел?

— Ага…

Оливия все больше отставала от идущих перед ней матросов. А Оливер, несший бурдюки, шел еще медленнее. Крутя во все стороны головой, она вдруг поняла, что не знает, куда идти. Тропинка неожиданно пропала окончательно, а вместе с ней — и команда «Черной медузы».

«Может, к лучшему?» — решила она в первый момент.

Но затем ей стало не по себе. Высокие, словно уходящие в небо, деревья теснились со всех сторон, закрывая солнце. Вокруг царил полумрак и слышались непонятные, пугающие звуки.

— Оливер, — жалобным голосом сообщила она, — кажется, мы потерялись.

— Да ладно тебе, — отмахнулся он, — надо просто двигаться вперед, они не могли далеко уйти… или… — Брат огляделся, внимательно посмотрел под ноги, задумался. — Эй! — громко закричал он. — Постойте! Мы вас не видим!

— Тише ты, — испугалась Оливия, — нас могут услышать.

— Этого я и добиваюсь.

— Не они — другие… местные… всякие страшные звери, которые прячутся и только ждут удобного момента, чтобы нас съесть.

— Глупость какая… Никто нас не съест, — заявил Оливер с умным видом, но нагнулся и подобрал длинную палку, несколько раз взмахнул ею и с довольным видом улыбнулся. — Главное — соблюдать осторожность. Я недавно победил дракона. Что мне теперь какой-то обыкновенный зверь?

— Это был сон, — напомнила Оливия.

— И что? Навык настоящего сражения все равно остался.

— Что же нам теперь делать? Предлагаю пойти обратно. Вдруг найдем тропинку и по ней вернемся к берегу?

— Так и сделаем, но позже. Марко с матросами шел за водой. Нам надо отыскать ближайший источник. Наверняка они еще возле него.

— Или остаться на месте, — возразила Оливия. — Они пойдут обратно этой же дорогой. Нам надо только их дождаться. Или?..

— Или они решат вернуться другим путем, тогда мы проторчим тут до ночи. А ночью я не хочу бродить по лесу. Я столько читал о просыпающихся в это время хищниках…

Оливия представила бросающихся на нее клыкастых и зубастых оголодавших зверей и решила, что с нее хватит.

— Ты как хочешь, а я иду обратно. Берег вон там!

Она уверенно указала рукой.

— Ошибаешься, — возразил Оливер, — он вон там.

И показал в противоположную.

— Издеваешься?

— Я читал в книжках об ориентировании на местности. По моим прикидкам…

— Ты читал… — Оливия усмехнулась. — Все! Я иду.

И действительно пошла. Брат быстро догнал.

— Так мы точно заблудимся. Предлагаю вот что… Давай отыщем место, откуда будет виден берег.

— Хочешь взобраться на дерево?

— Нет. На гору. — Он указал на вздымавшуюся к небу вершину. — До нее совсем ничего. — Видя, что она не разделяет его плана, Оливер насупился. — Можешь предложить что-то получше?

— Отдохнуть и успокоиться.

Оливия увидела впереди, за расступающимся лесом, изумительную поляну. В центре блестел синевой небольшой водоем, а вокруг него росли прекрасные, манящие к себе цветы. Окружающий воздух был наполнен дурманящим голову ароматом.

— Поздравляю, — проворчал Оливер, — теперь мы точно заблудились. Я не помню такого места.

— Может, Марко с матросами шел именно сюда? — с надеждой в голосе спросила Оливия. — Марко! Ау-у-у!

— Видимо, они успели набрать воды, — Оливер указал на речку, впадающую в водоем, — и пошли дальше. А нас даже не подождали. Вероятно, решили полюбоваться местными красотами. Предлагаю двигаться следом. Не стоит терять время.

— Я попью воды? — попросила Оливия. Она дико устала и хотела передохнуть. А сил на дальнейшие споры у нее уже не было.

Оливер остался стоять, а она направилась к водоему. Не спеша напилась и, желая позлить умничающего брата, принялась разглядывать растения вокруг. Одно сразу привлекло ее внимание. Похожее то ли на маленькое раскидистое дерево, то ли на большой куст, оно имело тонкий сочно-зеленый ствол, от которого во все стороны росли прямые ветки. А на них — крупные разноцветные бутоны. Отдаленно они напоминали розы, только больших размеров.

«Какая красота». — Оливия почувствовала, что не может оторвать взгляд.

Она всегда испытывала слабость к цветам и мечтала, что наступит тот момент в жизни, когда ей подарят пышный букет. Правда, вначале придется встретить того, кто захочет подарить. В глубине души, скрывая даже от самой себя, она надеялась, что уже встретила…

— Оливия, — нетерпеливо позвал Оливер.

— Сейчас… — Она протянула руку, собираясь, пока этот момент еще не наступил, сделать самой себе подарок.

— Оливия, — голос брата теперь звучал встревоженно, — не двигайся!

— Что? Ты с ума сошел?

— Не шевелись. Поверь, я не шучу.

— Объясни мне, что происходит?

— Теперь медленно, очень медленно сделай шаг назад.

— Ты издеваешься? Нашел время.

Она отвернулась и вновь протянула руку к бутону.

— Оливия. Это Херба мортиферум…

— Чего? Какая еще, как ее там… Херма?

— Ее цветы смертельны. Главное — не шевелись. Она реагирует на резкие движения.

— Глупости! Цветы такие красивые и милые…

В голове возник образ букета, большого, прекрасного, перевязанного разноцветными лентами. А следом — и того, кто его дарит. Оливия вздохнула, на мгновение мечтательно прикрыв глаза.

А едва открыла веки — в ужасе закричала. Ближайший к ней бутон раскрылся, обнажив несколько рядов маленьких, острых зубов. Отшатнувшись, она отдернула руку. И растение сразу пришло в движение. Ствол изогнулся в ее направлении. Ветки, словно руки, потянулись к ней. Один за другим бутоны стали обнажать зубы.

— Не двигайся! — истошно выкрикнул Оливер. — Не двигайся, и оно тебя не тронет!

Теперь он стоял рядом, судорожно крутя в руках палку.

— Оно ядовитое?.. — сдавленным голосом поинтересовалась Оливия.

— Да. И яд смертелен.

— Смертелен?

Судорожно сглотнув, попыталась унять нервную дрожь. Больше всего на свете она боялась отравиться и поэтому не терпела несвежую пищу.

«Спокойно, все хорошо, Оливия, все хорошо… Нет, не хорошо!»

Взвизгнув, она устремилась в сторону. Ветка с зубастым цветком стремительно рванула за ней. Раздалось клацанье, челюсть Хербы мортиферум сомкнулась на ее одежде, всего чуть-чуть не достав до кожи. В следующую секунду Оливер с силой ударил по ветке палкой. Продолжая истерично орать, Оливия кинулась бежать, не разбирая дороги.

Клац!

Справа возник еще один зубастый бутон.

Клац! Клац! Клац!

Поляна пришла в движение. Хербы мортиферум, казалось, росли повсюду. С трудом уворачиваясь, Оливия припустила в лес.

Клац! Клац! Клац! — неслось ей вслед.

Она с огромным трудом избежала смертельного укуса, в следующее мгновение ударила ногой по особо ретивому цветку, сделала несколько шагов вперед, перепрыгнула через маленькое, но от этого не менее настырное растение и наконец оказалась среди деревьев, окутанных синеватыми тенями.

Пробежав еще немного и почувствовав себя в относительной безопасности, Оливия только сейчас сообразила, что Оливера нет рядом.

— Оливер! — останавливаясь, позвала она брата. — Оливер! Ты где? С тобой все в порядке?

Вдруг неожиданно земля ушла из-под ног и она полетела вниз. Бух! Падение вышло неприятным и болезненным. Пытаясь пошевелиться, Оливия посмотрела вверх. Небо сжалось до крошечного голубого пятнышка и находилось теперь очень высоко и пугающе далеко.

«Что случилось?»

Она осторожно подвигала вначале руками, затем ногами.

«Вроде целы…»

Встала и поняла, что очутилась в глубокой, узкой яме. Попробовала выбраться, но, сорвавшись на осыпающейся земле, вновь упала.

«Самой мне отсюда не вылезти».

— Оливер! — снова позвала она. — Ты где?

Ее голос потонул в слое сырой почвы, так и не вырвавшись наружу.

«Он не бросит меня тут, — принялась успокаивать она себя. — Обязательно найдет и поможет».

И все же еще раз прокричала:

— Оливер! Я в яме. Я упала. Помоги!

В ответ — тишина. Разумеется, относительная. По-прежнему переговаривались на своем языке птицы, пищали, издавая разные непонятные звуки, насекомые, шумели на ветру листья. Лес жил своей жизнью и не обращал на Оливию никакого внимания.

«Что-то он меня не ищет…» — переминаясь с ноги на ногу, начала она волноваться.

Опять попробовала вылезти, но все с тем же неутешительным результатом. Отряхиваясь от грязи, постаралась прогнать тревожные мысли.

«С ним все хорошо. И со мной тоже… будет…»

Становилось холодно. Земля была холодной и сырой. В подгнивших листьях начали шевелиться жирные, длинные черви, а из торчавших отовсюду грязных корней, осмелев, принялись появляться огромные жуки. Оливия почувствовала, как к горлу подкатывает комок.

— Мама… — только и сумела выдавить она из себя.

— Вообще-то — Марко. — Заслоняя небо, сверху показалось делано серьезное лицо. — Как ты? Что ты там забыла?

— Марко! — Оливия радостно подпрыгнула. — Помоги мне. Я упала.

— Вижу. А как же приказ не приближаться к тебе?

— Марко, — угрожающе произнесла она, — не смешно!

— Тебе — да; в твоем положении, разумеется, не до веселья. А вот мне…

— Марко…

— Приказ… — напомнил он. — С ним что станем делать?

— Какой приказ? Забудь!

Если бы Оливия могла, она прямо на месте придушила бы наглеца.

— Хватай крепко. — Парень кинул ей веревку, в которую она тут же вцепилась. — А теперь — держись.

И он начал тянуть вверх. Спустя немного времени Оливия оказалась на свободе. Отдышавшись и стряхнув с себя часть грязи, она подошла к довольному собой Марко и залепила пощечину.

— Странный у тебя способ выражения благодарности, — хмыкнул он, потирая ушибленное место, но улыбка по-прежнему играла на его губах.

— Мог сразу помочь, а не заставлять упрашивать.

— А почем мне знать, что ты там не от меня пряталась?

«Пряталась?.. Зачем?»

— Как ты меня нашел?

— Очень просто. Первое правило поиска — ищи возле воды.

— Что, правда? Ты, оказывается, умный. Ты не видел моего брата?

— Видел.

— И где?

— Там. — Марко рукой указал в сторону реки.

— И что он там делает? Почему не ищет меня?

— Он занят.

— Занят? Чем?

— Он, как бы это сказать, вступил в неравную схватку. Хотя лучше пойдем быстрей, покажу.

— В схватку? С кем? Что с ним? Говори! — Оливия поспешила обратно на поляну.

— Когда я его видел, — на ходу принялся рассказывать Марко, — с ним все было хорошо.

— Было? — Она с негодованием взглянула на парня. — Почему ты не помог ему?

— Я решил, что ты больше нуждаешься в помощи, — отозвался он. — Я видел, что с вами случилось на поляне. Но не успел помочь. Затем ты побежала, причем очень быстро. Я не смог тебя догнать. Оливер остался, продолжая сражаться с теми жуткими растениями. После отступил к реке. Растения отстали от него, но напали какие-то животные…

— Животные? — вскричала Оливия, округляя глаза и представляя огромных диких хищников, невероятно лохматых, с торчащими изо рта длинными острыми клыками.

— Вначале я хотел ему помочь, но твой брат и без меня прекрасно справлялся. Тогда я решил отыскать тебя.

— Меня? — У Оливии сердце едва не выпрыгнуло из груди.

«Меня… Он хотел мне помочь… Как мило…»

— Я пошел следом за тобой, но ты неожиданно исчезла. Я не знал, что ты упала в яму. Ходил и искал. В конце концов нашел.

Они вышли к реке, мелкой, узкой, но с быстрым течением. И Оливия обомлела, в ужасе уставившись на происходящее. Оливер стоял по колено в воде, размахивая во все стороны палкой. А вокруг прыгали, дико орали и протягивали к нему крючковатые лапы с острыми когтями те самые миловидные существа, которых она видела мирно висящими на ветках. Она насчитала их примерно с два десятка. Толпясь на берегу, животные пытались схватить Оливера, некоторые бросали в него маленькими камнями. Ее бедный брат уже с трудом двигался, его движения стали медленными и неуверенными.

— Еще немного — и он достанется им без всякой борьбы, — сделал неутешительный вывод Марко. — Мохнатые берут твоего братца измором.

— В воду!.. — завидев их приближение, прохрипел Оливер. — Игнавии не любят ее.

— Игнавии? — переспросил Марко, поглядывая на Оливию. — Твой брат — зоолог?

— Нет. Он читатель. Прочел все книги в нашем приюте. Он знает все и обо всем.

— В приюте? — удивился Марко. — Так у вас нет родителей?

— Не задавай глупых вопросов. Лучше помоги ему.

Тут игнавии увидели их. Громко заверещав, так, что у Оливии заложило уши, животные устремились к ним.

— Вот засада, — выругался Марко, принимая боевую стойку.

Он подобрал лежавшую неподалеку корягу и с размаху огрел ею ближайшую игнавию. Животное с диким криком отпрянуло в сторону, остальные его сородичи остановились и настороженно уставились на Марко с Оливией. К несчастью, палка от сильного удара сломалась, а другой поблизости не наблюдалось.

— В воду, залезайте быстрей в воду… — вновь прохрипел Оливер, он оперся на свою палку, тяжело дыша и вытирая мокрый лоб.

— Мы бы рады последовать твоему совету, — отозвался Марко, — но кое-кто против. Поговоришь с ними?

Игнавии угрожающе зашипели. Оливия увидела блеснувшие на солнце огромные клыки.

«Что за остров? Как тут хоть кто-то выжил? Каждый норовит съесть…»

— Предлагаю, пока не поздно, — прошептал Марко, — нападать первыми. Возьмем этих тварей неожиданностью.

— Неожиданностью?

— По моей команде бежим в реку.

— А они? — Оливия показала на игнавий.

— Старайся, чтобы не укусили. Давай!

Он стремительно кинулся вперед. Проклиная Марко и его чудо-план, Оливия последовала за ним. В первый момент животные попятились, перестав шипеть. Оторопев от такой наглости, они даже расступились. Но почти сразу пришли в себя и, в свою очередь, набросились на них.

— Ай! — Оливия почувствовала, как острые маленькие зубы вырвали кусок из ее платья. — Ай! Ай! — Несколько острых когтей полоснуло по ногам.

И все же план сработал. Стоя по колено в реке, Оливия обняла брата.

— Что дальше? — спросил Марко. — Долго так?

— Пока твой корабль не уйдет с острова, — зло ответил Оливер.

— Вот как… Так не пойдет. Я не хочу здесь оставаться.

— Тебя никто не держит.

Оливия почувствовала, что замерзает, вода была очень холодной, почти ледяной.

— Оливер, — обратилась она к брату, — я не хочу оставаться на острове.

— Что?

— Мы и полдня на нем не провели, а нас уже столько раз пытались убить…

— Думаешь, на «Черной медузе» будет лучше? Я не доверяю Альд Аиру. И ему, — он красноречиво посмотрел на Марко, — тоже.

— Хорошо, — тот развел руками, — хоть в чем-то мы сходимся.

— И почему? — Оливер вдруг прищурился и лицо его сделалось жестким. — Почему вы вышли из леса вдвоем? С тобой все хорошо? — Он перевел взгляд на Оливию.

— Лучше, чем было бы, не найди я ее, — холодно произнес Марко. — Пока ты строил из себя рыцаря утренней зари, резвясь с мохнатыми монстрами, я вытаскивал твою сестру из глубокой ямы, в которую она угодила.

— Правда? — недоверчиво спросил Оливер, все еще продолжая пристально глядеть на нее. Оливия кивнула. — Спасибо, что вытащил, — тон брата стал более миролюбивым, — но мое отношение к тебе все равно не изменилось. Зачем ты украл Рэнделла?

— Тебе не все ли равно? — Голос Марко сделался угрожающим. — Давай решим этот вопрос в любое другое время. Я не хочу, чтобы «Черная медуза» действительно уплыла без меня.

Оливер сверкнул глазами, но спорить не стал. Игнавии тем временем кинули в их сторону несколько камней, бесцеремонно напомнив о себе.

— Почему бы нам не перейти на другой берег? — предложил Марко.

— Бесполезно, — мрачно изрек Оливер. — Я пытался, они нам не позволят.

— Твари ведь боятся воды? — уточнил парень.

— Попробуй, — пожал плечами Оливер, — ведь все равно больше нечем заняться…

Марко одарил его испепеляющим взглядом и начал медленно выходить из реки. Игнавии громко закричали. Пять или шесть ловко залезли на росшие рядом деревья и, раскачавшись на ветках, перепрыгнули на противоположный берег. Грязно выругавшись, Марко вернулся обратно.

— Я не могу стоять без дела; к тому же, — он посмотрел на начавшее темнеть небо, — скоро наступит вечер, а за ним и ночь. И неизвестно, кто еще злой и голодный отправится прогуляться по лесу.

Оливию передернуло. Ноги сильно замерзли, зубы выбивали громкую дробь, а тело настойчиво требовало отдыха. К тому же дико хотелось есть.

— А где остальные? — спросила она у Марко. — Те, с кем ты шел за водой.

— Наверное, уже на корабле.

— А они не пойдут тебя искать?

— Может, и пойдут. Только насколько быстро отыщут? Они не такие умные, как я.

Он улыбнулся, но улыбка вышла уже не такой жизнерадостной, как прежде.

— Надо придумать… что-то придумать… — Оливия, желая согреться, принялась ходить взад-вперед, вызвав невероятный переполох среди игнавий. — Думай, давай, думай…

— Она всегда такая? — поинтересовался Марко у Оливера.

Тот мрачно посмотрел на него.

— Какая «такая»?

— Загадочная.

— Довольно часто. — Оливер немного подумал и добавил: — Можно сказать, почти всегда. Обожает придумывать всякие разные вещи, нужные и ненужные. Одним словом — изобретатель.

— Тогда не станем мешать, — предложил Марко. — У меня, если честно, никаких идей нет.

Оливия, слушавшая разговор вполуха, была благодарна, что мальчишки наконец догадались замолчать.

«Они должны чего-то бояться… — Мысли от холода и усталости путались, не желая выпускать наружу нужную. — Они и боятся… — ответила она сама себе. — Воды… И как это использовать? У нас нет ни шлангов, чтобы поливать, ни емкостей, чтобы в них набрать…»

Вдруг ее взгляд упал на спину Марко.

«Бурдюк!»

Она едва не запрыгала от радости. Игнавии, едва немного успокоившиеся, тут же вновь принялись бесноваться, яростно рыча.

— Он много вмещает? — поинтересовалась она у парня, указывая на кожаный сосуд.

— Достаточно. Зачем тебе? Смерть от жажды нам в ближайшее время точно не грозит.

— До конца леса хватит?

— До конца леса?.. — Глаза Марко округлились, он начал понимать, куда она клонит. — Чистое безумие, но я согласен. Все лучше, чем мерзнуть в бездействии.

— Глупо, — заявил Оливер. — К тому же я два своих оставил на поляне. И они боятся лишь большого количества воды.

— Ты уверен? — Марко зачерпнул немного влаги в ладони и с разбегу плеснул в сторону игнавий.

Те кинулись врассыпную, стараясь избежать даже самых маленьких капель.

— А как же дождь? — возразил Оливер. — Он ведь тут бывает. И думаю, часто, судя по пышной растительности.

— Что ты хочешь этим сказать, книжный червь?

Оливия никак не хотела расставаться с надеждой.

— Прячутся в пещерах, — она указала рукой на гору.

— Я не думаю, что нам хватит воды в бурдюке, — упорствовал Оливер.

— А я предлагаю попробовать, — вновь брызгая ею на игнавий, настаивал Марко. — Идем, Оливия. В лесу еще есть палки и камни.

Он решительно двинулся к берегу, на ходу снимая со спины бурдюк.

— Безумие, — продолжал твердить Оливер, — у них очень острые зубы.

— Я знаю, — ответила Оливия. — Успела убедиться.

— Ладно, хорошо. — Оливер потряс корягой, все еще находящейся у него в руке. — Надеюсь, сумеем прорваться.

Идущий впереди Марко выбрался на берег и окатил наиболее рьяных игнавий струей воды. Те отпрянули, яростно щелкая зубами. Оливия догнала парня и встала за его спиной, следом двигался Оливер, размахивая своим импровизированным мечом. Вскоре животные догадались, что наибольшая опасность исходит от Марко, и разумно расступились перед ним, принявшись нападать на Оливера с Оливией. Брат, как мог, защищал ее, но ей все равно приходилось тяжело.

Медленно, отвоевывая буквально каждый шаг на пути, они прошли через поляну и вступили в лес. И тут началось самое страшное. Игнавии, оказавшись в родной стихии, изменили тактику. С громкими криками взобрались на деревья и принялись атаковать сверху. Теперь поливать их водой стало намного труднее. Оливия, сумев подобрать толстую палку, попыталась отбиваться, но палку выхватили у нее из рук и несколько раз ударили ей же по голове.

— Вода заканчивается, — вскоре сообщил Марко. — Еще немного — и придется бежать.

Оливия попыталась разглядеть впереди синеву моря, но тщетно.

«Никогда бы не подумала, — горько усмехнулась она, — но я просто мечтаю вернуться на „Черную медузу“».

Несколько цепких лап вцепились ей в волосы, пытаясь затащить наверх. Она пригнулась, стараясь высвободиться. На глазах выступили слезы, когда она почувствовала ужасную боль, и ей показалось, что кожа на голове в любую секунду готова лопнуть. Невероятным усилием ей все же удалось вырваться.

— Ах вы, гады! — выкрикнул Оливер.

И тут она увидела, как брат тоже лишается своего оружия.

— Бежим! — скомандовал Марко, размахивая пустым бурдюком.

Пересиливая боль и усталость в ногах, Оливия что есть сил бросилась вперед. Правда, сил осталось мало. К тому же почти сразу она зацепилась за предательски росшую прямо на пути корягу и, грохнувшись на землю, растянулась возле толстого дерева. Мимо, не успев помочь, пробежал Оливер. Марко оказался далеко впереди. А сверху, с длинных, толстых веток на нее с торжествующим кличем начали прыгать игнавии.

Откатившись вправо, она попыталась подняться. Одно из существ запрыгнуло на плечи, но Оливия сумела отбросить его и хорошенько приложить вдогонку ногой.

— Еще хочешь? — выкрикнула она.

Игнавия злобно зашипела и попыталась напасть, но Оливия вновь ударила носком обуви. Остальные сородичи игнавии вдруг остановились. И неожиданно Оливия осталась один на один с мохнатым существом.

«Что происходит? — удивилась она. — Почему остальные не нападают?»

Игнавия между тем начала медленно приближаться. Шерсть на ее теле казалась значительно гуще, чем у других животных, да и ростом она была вроде как выше. Сверкнули острые клыки, и хищник кинулся вперед. И тут же, дернувшись, остановился как вкопанный. Мгновение постоял на месте, а затем завалился на спину.

— Попал! — радостно выкрикнул Оливер.

Оливия увидела рядом с головой игнавии крупный камень.

— Беги! — поторопил ее Марко. — Пока остальные не опомнились.

Собрав последние остатки сил, Оливия пустилась наутек.

— Что это было? — поинтересовалась она, когда они наконец очутились на берегу моря.

К ее изумлению, игнавии не стали за ними гнаться, но они все равно остановились не раньше, чем сумели покинуть лес.

— Вероятно, ты столкнулась с их вожаком, — предположил Оливер. — Игнавии настолько уверовали, что нам от них не уйти, что их предводитель вознамерился собственноручно тебя одолеть.

— Ты серьезно? — рассмеялся Марко.

— Такое часто случается у диких животных, — с умным видом добавил Оливер, — у волков, например.

— Какой-то мохнатый карлик, ростом с годовалого ребенка, настолько обнаглел, что вызвал Оливию на поединок?

— Не совсем так. Это не был поединок, — принялся умничать Оливер. — Для поединка требуется взаимное согласие сторон, а в нашем случае ничего подобного я не заметил.

— Прекрати ты уже. И ты. — Оливия с упреком взглянула на Марко. — Вы оба. Я устала. И едва не погибла. А вы заладили: поединок, предводитель… Скажи лучше, зачем мы вообще плыли к этому острову?

— Набрать воды, — нахмурившись, ответил Марко.

— Да ладно… — отмахнулся Оливер. — Мы в море всего два дня. И запасались водой в Лавинии. Неужели она так быстро закончилась?

— Неправильно посчитали… — Марко отвернулся, делая вид, что высматривает «Черную медузу».

«Он явно что-то знает, но не хочет говорить…» — Оливии стало любопытно, она даже забыла об усталости.

— А куда отправился Альд Аир?

— Да, куда? Мы причалили сюда неслучайно. Зачем Альд Аир ушел на остров? Он же необитаемый. — Оливер, обожавший выяснять правду, в упор посмотрел на Марко. К тому же сейчас к любопытству примешивались личные чувства.

— Он капитан и не докладывает мне о каждом своем шаге. Думаю, просто отправился на экскурсию.

— Экскурсию, говоришь… — Оливер прищурился. — Что-то не верится… Хорошо, не хочешь говорить — не надо.

Оливия искоса посмотрела на Марко. Тот явно испытывал облегчение, что от него отстали. Она опять почувствовала себя усталой. И ей захотелось сейчас только одного — лечь в кровать и крепко уснуть.

Марко натянуто ухмыльнулся, подмигивая ей и переводя разговор на другую тему.

— И все-таки не могу удержаться и не сказать. Отныне ты смело можешь звать себя Оливия Победительница.

— Победительница?

— Да. Ведь ты одолела островного царя. Пусть мохнатого и к тому же карлика, но одолела.

Оливер выдавил смешок.

— Представляю… Он хотел покрасоваться перед подданными, показать, какой он смелый и храбрый. А теперь его, может, уже свергают. Мы произвели тут настоящий государственный переворот.

Оливия не удержалась и улыбнулась.

Глава 8

Оливия участвует в заговоре

До лодки, одиноко лежащей на песке, пришлось пройтись. Залезая в нее, Оливия почувствовала, что силы окончательно покидают ее. Мир вокруг неожиданно подернулся дымкой, и на краткий миг небо поменялось с морем местами. Не в силах издать ни звука, Оливия повалилась на деревянную скамейку, жесткую и покрытую толстым слоем соли. Волнения последних дней, падение в яму и время, проведенное в ней в одиночестве, нападение желавших съесть ее игнавий и схватка с их вождем — все это вдруг навалилось на нее, причем одновременно. Последние события, сменяя друг друга с калейдоскопической скоростью, не давали ни мгновения подумать и осознать, что происходит; она просто двигалась по течению, изредка предпринимая попытку выбраться, приняв в сторону. И вот теперь Оливия вдруг поняла, во что угодила. Осознала, где и с кем находится, как отвратительно и неряшливо выглядит, и самое главное — не имеет ни малейшего понятия, куда столь нежелательное приключение в итоге заведет, когда и, что самое важное, как закончится.

— Оливия! — Брат склонился над ней. — С тобой все в порядке? Выглядишь ужасно.

Она попыталась улыбнуться, едва сдерживая слезы.

«Даже мой брат заметил… Что тогда говорить о Марко…»

Парень оттолкнул Оливера и протянул взятый со дна лодки мех с водой.

— Попей, легче станет. Ты бледная, словно сметана. Видел бы Йоши, обязательно облизал тебя.

— Он не такой глупый… — попыталась она пошутить.

Парни сели за весла, и вскоре они втроем поднимались на борт «Черной медузы». Едва ступили на палубу, как к ним подошел Альд Аир.

— Живы? Здоровы? — Он внимательно оглядел вначале Оливера, а затем и его сестру. — Что-то ты неважно выглядишь.

— Устала… — Оливия приятно удивилась такому отношению и заботе капитана к ней и ее брату, на Марко при этом торговец даже не посмотрел.

«Ошиблась? Он, в сущности, не такой и плохой. А с Рэнделлом, видимо, просто вышло недоразумение. Надо бы с ним поговорить. Вот только что за способности отсутствуют у него? И почему без них он никому не нужен? Ой, столько всего, а голова не соображает…»

Наступал вечер. Оливия быстро помылась, насколько это, конечно, было возможно на судне, где множество взрослых мужчин и совсем мало воды. Затем переоделась в переданные Альд Аиром широкие и слишком длинные для ее роста штаны, белую, сильно выцветшую рубашку, размером, наверное, с парус, и отправилась ужинать.

Еда состояла из кусков холодного мяса, недоеденных командой «Черной медузы», печеной картошки, овощей и трехдневной свежести хлеба. Однако Оливия чувствовала такой сильный голод, что набросилась на пищу и остановилась только тогда, когда поняла — ее сейчас разорвет. Поблагодарив беззастенчиво пялящегося на нее кока, она вышла на палубу.

Настроение заметно улучшилось. Ей захотелось отыскать Оливера и вместе с ним отправиться к Рэнделлу, но тут она вспомнила о Марко.

«Я ведь так и не поблагодарила его за спасение из ямы… Если бы не он, я бы так и сидела в ней, а Оливер бился с игнавиями, причем, судя по всему, без малейшего шанса на успех».

Последние лучи заходящего солнца окрасили горизонт в красное, придав закату завораживающий вид. На Оливию накатило уныние. Она с тоской оглядела свою одежду.

«Выгляжу ужасно».

И все же отправилась к Марко. Его каюта находилась в противоположной части судна, неподалеку от входа в трюм. Парень, в отличие от большинства членов команды, имел собственное маленькое помещение, показывая этим свой высокий статус на корабле. Пробираясь по узкому и очень низкому коридору, Оливия увидела, что дверь в каюту открыта, а затем услышала тихий, едва различимый голос Марко. Вначале она хотела дать знать о своем присутствии, но затем решила немного повременить. По обрывкам фраз, долетевших до нее, она догадалась, что говорят о ней. Стало любопытно и, остановившись прямо возле порога, Оливия помимо своей воли прислушалась.

— …не верю. Он с ней так не поступит. Я столько его знаю. Нет, нет. Он ведь дал слово.

— Обижаешь, — ответил чей-то голос, очень знакомый, но Оливия никак не могла понять, кому он принадлежит, — собственными слышал ушами. А слух, как ты знаешь, отличный у меня.

Стараясь не дышать, Оливия заглянула в помещение. Оно представляло собой крохотную каморку с узкой, прибитой к полу кроватью вдоль стены, круглым окном и небольшим шкафчиком под ним. Марко сидел с угрюмым лицом, скрестив руки на груди и положив ногу на ногу. А рядом развалилось необычайного вида существо. Мохнатое, с огромной головой, покрытой белой шерстью, крохотными круглыми ушами черного цвета, черными же лапами и туловищем, темным носом и двумя широкими светлыми полосами, идущими вдоль спины. И оно разговаривало.

«Еще один твидл. — Оливия уже перестала удивляться. — Я три дня на корабле — и до сих пор его не видела. Откуда он взялся? Может, это за ним Альд Аир плавал на остров?»

— Медитировал я в каюте капитана… — продолжало между тем существо.

— Медитировал, — фыркнул Марко, — скажешь тоже… Честно надо говорить, нормальным человеческим языком: ленился и спал.

— Ленятся типы вроде тебя, а создания вроде меня — медитируют, — отозвалось существо.

Оливии оно казалось все более знакомым.

«Где я его могла видеть? Вернее, слышать… Видеть такое я точно нигде не могла. Обязательно запомнила бы…»

— Хорошо, хорошо, уговорил, — сдался Марко, почесывая существо за ухом.

— Так вот, медитирую я в капитанской каюте, а Альд Аир хвастается Дефуру, — он неожиданно заговорил голосом, очень похожим на голос торговца, — говорит: мол, все-таки мне везет. Удача по-прежнему со мной. И не позволила, чтобы с нашими гостями на острове приключилась беда. А то я уже начал беспокоиться.

Оливия растрогалась:

«Какой он, однако, хороший. Волновался за нас. А я о нем так плохо думала».

— Все так хорошо сложилось, — продолжало существо, мастерски подражая интонациям Альд Аира, — что грех будет не воспользоваться таким подарком.

«В смысле „воспользоваться“?» — удивилась Оливия.

— Я за них, говорит, выручу хорошие деньги, — закончило существо уже своим голосом.

«Хорошие деньги? За кого? — заволновалась Оливия. — Ой, почему я начинаю бояться?..»

— Не верю. — Марко откинулся назад. — Ты не так понял. Ты спал, и весь разговор тебе приснился. Он не такой.

— Не такой? — удивилось существо.

— Да, не такой. Провезти запрещенный товар — да; ограбить, если представится возможность, — да; пойти на убийство — и это может. Но то, о чем ты говоришь… так низко пасть? У меня в голове не укладывается.

Оливия по-прежнему не понимала, о чем они говорят, и, поэтому начала злиться. Нехорошее предчувствие неожиданно больно кольнуло в груди.

— И все-таки я слышал вот этими ушами, — существо коснулось лапой крохотных ушей, — а им я привык доверять. Пока не подводили.

— Может, он имел в виду Рэнделла?

— Ты о птахе-волчонке? Он на невольничьем рынке никого не заинтересует.

«На невольничьем рынке? На нем ведь… рабы… Альд Аир хочет кого-то продать в рабство? — Оливия почувствовала, что палуба начинает уходить у нее из-под ног. — Не меня ли с братом? Он же обещал…»

— Кому-то он его везет. И за хорошие деньги.

— Недаром он постоянно ходит и проверяет, как тот там, — поддакнуло существо. — Представляешь, ни разу еще не выпустил из клетки. Хотя куда волчонок-птенец сможет деться с корабля?

— У этого Рэнделла, как я слышал, нет никаких способностей, — Марко в задумчивости уставился в потолок, — а твидл без способностей стоит ненамного больше самого обычного зверя. Кому он нужен? Разве только глазеть, как он превращается…

— Чужая душа — потемки… — Существо перевернулось на спину и смешно задергало лапами.

Оливия, находившаяся в сильном замешательстве и не знавшая, что и думать, вдруг ощутила сильное головокружение. Палуба резко дернулась и ушла из-под ног. Не ожидав такого, она не успела схватиться руками за стену и, не удержавшись, упала.

— Кто это там? — Существо снова встало на лапы и посмотрело на нее. — Подслушиваем? Нехорошо.

Марко стремительно подскочил, она и глазом не успела моргнуть, как парень очутился возле нее.

— Оливия? Что ты тут делаешь? — Он помрачнел. — И что слышала из нашего разговора?

— Достаточно… — Она, держась за дверь, встала. — Про Рэнделла, рынок, рабов… Как ты можешь иметь дело с таким человеком?

Марко замялся.

— Я… я… Поверь, он не такой. Тут ошибка какая-то. Йоши что-то напутал. Альд Аир никогда так не поступал.

Несмотря на свое ошарашенное состояние, Оливия еще раз внимательно оглядела существо.

«Йоши? Невероятно… Хотя следовало догадаться. Хотя бы по шуточкам».

— На моей памяти — раз третий или четвертый, — возразил Йоши. — Соглашусь с тобой, наш капитан обычно занимается контрабандой. А с детьми вообще первый раз связался.

— Молчи! — шикнула на него Оливия. — Как я могу тебе верить, если даже не знаю, что ты за зверь?

— Панда я, — обиделся Йоши и отвернулся. — Не узнать как? Не видно разве?

Оливия, сверкая глазами, повернулась к Марко.

— Я уже начала доверять тебе. А ты… Скажи: тех, проданных на аукционе зверей, он так же украл?

— Э-э-э… Ммм…

— Те звери — иное несколько дело, — ответил Йоши, спрыгивая с кровати. — Отличный их случай от случая с Рэнделлом.

— Правда? Их выкрали ночью, а не днем? Или они дали добровольное согласие? В присутствии адвоката составили письменный договор и заверили своей подписью? Получили часть дохода с аукциона?

— Те звери не имеют к нашему разговору отношения прямого.

— И все-таки, — Оливия в упор посмотрела на панду, — я хочу знать, с каким человеком имею дело.

Йоши выглянул в коридор и сделал Оливии знак пройти в каюту Марко.

— Хорошо. Хотя знать не могу всего. Но известно кое-что мне все-таки…

Оливия приняла решительный вид, радуясь своей маленькой победе.

— С места не сдвинусь.

— «Черная медуза» — судно маленькое, — панда многозначительно посмотрел на нее и подмигнул, — ненароком услышит кто…

«Хуже, чем сейчас, быть уже не может», — решила она и вошла внутрь.

Марко закрыл за ней дверь и встал рядом. Йоши забрался обратно на кровать и развалился в ленивой позе. И закрыв глаза, размеренным тоном произнес:

Слеза течет:

Беда пришла.

Мир мой в смятении.

— Издеваетесь? — вспыхнула Оливия. — Вам смешно? Какие же вы подлецы!

Она сделала попытку выйти, но Марко не позволил.

— Успокойся и сядь.

Оливия вскинула голову, но и не подумала опускаться рядом с Йоши. Панда потянулся и открыл глаза.

— Тех зверей не крал Альд Аир.

— Не крал? Где он их тогда взял? — Она внимательно посмотрела на Йоши. — Купил на базаре волшебства и магии? Вместе с магическим компасом и никогда не рвущимися парусами?

— Неподалеку от Манталы приобретены они на островах…

— Мне ни о чем это не говорит, — перебила Оливия Йоши. — Я впервые слышу о Мантале и не имею ни малейшего понятия, что это такое.

— Мантала — страна, — пояснил Марко, — находится на краю мира.

— На краю мира? — не поверила Оливия. — У мира есть край?

— Так считается… После Манталы — только бескрайнее море. Никто не знает, что за ним находится и находится ли вообще, никто не смог его переплыть.

— Твидлы живут на тех островах, — продолжил Йоши. — А острова колдунам гильдии принадлежат.

— Колдуны? — изумилась Оливия. — Они все-таки действительно существуют?

— К несчастью, да… — Йоши поморщился. — И надолго покидать острова не любят, к счастью твоему. Гильдия в пользование вечное острова получила у правителя местного во времена незапамятные и без разрешения своего не пускает туда никого. Там просто замечательно… Солнце светит всегда, прохладный, освежающий ветер дует, можно на лианах качаться угодно сколько, и не помешает никто тебе…

Взор Йоши сделался задумчивым и мечтательным, мордочка приобрела блаженное выражение.

«Наверное, он там родился», — решила Оливия.

И не нашла ничего лучше, чем спросить:

— А что такое лианы?

— Лианы? — Панда мгновенно пришел в себя и посмотрел на нее с легким укором. — Растения вьющиеся… Больше нигде таких не встречал. Все бы отдал, чтобы еще разочек на них покачаться…

Выдержав деликатную паузу, Оливия напомнила:

— Альд Аир и твидлы…

— Оказал капитан услугу важную колдунам, и в награду они подарили ему их.

— Услугу? — не поверила Оливия. — Может, все-таки украл? Не верю я тебе что-то…

— Альд Аир с удовольствием бы их украл, — вступил в разговор Марко. — Они ведь стоят баснословных денег. Но вся проблема в амулетах. Без них звери сбегут, они ведь намного умнее обыкновенных. А амулеты изготовляют только колдуны, и для каждого животного — свой, индивидуальный.

— Значит, — заявила Оливия, — их он тоже стащил. Ты же сумел.

— Поверь, с колдунами шутки плохи, — Марко сделал серьезное лицо. — Никто в здравом уме не пойдет против них.

— Хорошо, — согласилась Оливия, — пусть так. Все равно сути дела это не меняет. Он хочет продать меня и моего брата в рабство. А вы ему помогаете.

— Смотреть на меня не надо так, — Йоши свесил вниз передние лапы, — отношения я никакого к делишкам преступным не имею. Панда я.

— В этом я Альд Аиру точно не помощник. — Марко глянул на Оливию с сочувствием. — Мне до сих пор не верится. Я думал, он не такой… Я был даже уверен, что он не такой. Кража, воровство, грабеж — одно, а продажа в невольники — совсем другое. Я обязательно с ним… — Тут он осекся и замолчал.

«Я обязательно с ним… — повторила про себя Оливия. — Что „с ним“?»

— Что «с ним»? — повторила она вслух.

— Забудь, — смутился Марко. — Тебе с братом надо бежать. У вас всего один шанс этой ночью. Завтра судно прибывает в Бахару.

— Почему ты мне помогаешь? — Она пристально взглянула ему в глаза. — Ты же у Альд Аира вроде как правая рука?

Марко едва заметно смутился.

— Да, он всегда был ко мне добр, многому научил, помог поверить в себя, но… продажа в рабство… неправильно так поступать с тобой… с вами. Не благородно. К тому же он дал при всех слово.

Слово сказав,

Следи за ним,

Тверже камня частенько оно, —

спрыгнув с кровати, изрек Йоши и потерся о ногу Оливии. — Поздно уже, а времени у тебя мало, — добавил он.

Оливия вышла в коридор, чувствуя, как палуба вновь начинает раскачиваться; разговор с Марко и Йоши немного отвлек, но теперь она снова осталась наедине со своими мыслями. Солнце окончательно зашло, погрузив все вокруг в темноту. Набежавшие облака скрыли толстым покровом звезды, а вместе с ними и молодой месяц; единственный свет исходил теперь от висящего на мачте масляного светильника.

«Где Оливер? Надо ему сообщить… — Оливия, пытаясь справиться с головокружением, побрела вперед. — Бежать… Легко сказать… Как сбежать с корабля, находящегося в море?»

Брат сидел рядом с Рэнделлом и тихо разговаривал с ним. Выслушав ее рассказ, он некоторое время молчал, а потом неожиданно заявил:

— Я не доверяю Марко. И Йоши. Зачем им помогать нам?

— Но Марко спас меня на острове, — возразила Оливия, — вытащил из ямы. И с игнавиями дрался, не бросил нас. Хотя напали они на тебя. А мог спокойно постоять в сторонке.

— То на острове. Но какой резон ему поступать так сейчас? Он ведь с Альд Аиром заодно. Нет, чую подвох.

— Марко сказал, что не разделяет желание Альд Аира продавать нас в рабство. Он был уверен, что тот отпустит нас в порту.

— Честный вор? — натянуто улыбнулся Оливер. — Забыла, он украл Рэнделла?

— Рэнделл — без способностей, — напомнила Оливия, начавшая уставать от споров, ей хотелось определенности и действий, а не заниматься уговорами. — Помнишь, Альд Аир упомянул про это?

— Без способностей? — Оливер повернулся к сычику. — Быть такого не может! Я думал, он врет.

Рэнделл заметно погрустнел.

— У меня действительно нет никаких способностей.

— Странно… — Оливер задумчиво потер лоб. — Каждый твидл наделен двумя способностями. Ты, наверное, просто еще не обнаружил их.

— Возможно, — неуверенно проговорил Рэнделл.

— Поверить не могу! — Оливер вскочил и принялся описывать круги вокруг клетки. — В книгах написано, что у твидлов всегда есть способности. И у определенного вида непременно одни и те же. А тут… Да, случаются, конечно, исключения… Но они очень редки.

— Значит, у нас именно такой случай. — Оливия попыталась вернуть разговор в прежнее русло. — Вернемся к нашим баранам… э-э-э… прости, Рэнделл; к тому, что нам делать дальше.

— Я без Рэнделла — никуда, — отрезал Оливер. — И я не верю ни Йоши, ни тем более Марко.

— Взаимно, — неожиданно раздался насмешливый голос, и, к ужасу Оливии, в дверном проеме появилась темная фигура.

«Попались… — Она сжала кулаки. — И много он слышал?»

Но тут узнала вошедшего.

— Марко! Что ты тут делаешь?

Парень выглядел рассерженным. Губы плотно сжаты, лицо бледное, глаза пылают яростным огнем.

— Я хочу помочь тебе, — он взглянул на Оливию, затем перевел взгляд на Оливера, — и твоему братцу-зануде.

— Мы не нуждаемся в твоей помощи, — Оливер выпрямился и высокомерно посмотрел на него, — как-нибудь без тебя справимся.

— Вот как?.. Замечательно… И что ты, умник, намерен предпринять?

— Я… я… Ну да, так я тебе и скажу… Размечтался! Чтобы ты сразу побежал к своему обожаемому капитану? Как бы не так…

— Хватит ссориться! — Оливия топнула ногой. Парни разом замолчали. — Нашли время. Оливер, так нельзя. Сами мы не выберемся отсюда.

— Понимаю, но мы о нем почти ничего не знаем. А вот то, что нам известно, не внушает доверия. Вдруг ему скучно? И он с этим жирным котом таким образом коротает время до прибытия в порт?

«Ох, что же делать?»

Оливия не знала, что и думать. Ей так хотелось, чтобы Марко действительно оказался хорошим, что она ясно осознавала свою неспособность принять взвешенное решение.

— Уходи, — наконец сказала она.

— Что? — Парень, казалось, не поверил в то, что услышал.

— Если желаешь нам помочь, просто уйди.

— Хорошо. — Марко, став еще более бледным, молча вышел.

— Ты правильно поступила… — похвалил ее Оливер.

— Заткнись, — оборвала она брата.

Ей хотелось броситься за Марко и остановить, но она пересилила себя. И, хотя сердце подсказывало обратное, разум продолжал твердить:

«Взвешенное решение, верное решение…»

А Оливия до сих пор привыкла доверять исключительно разуму.

— И все-таки, что станем делать дальше? — Оливер, сложив руки на груди, нарушил повисшее в помещении молчание.

— Выкрасть амулет, вытащить Рэнделла из клетки и бежать, — задумчиво отозвалась Оливия.

— Каким образом? Кругом вода.

— Понятное дело… Но на судне есть лодки. Парочка находится на корме. Воспользуемся одной из них.

— А я, — подал голос Рэнделл, — быстро слетаю, узнаю, в какой стороне земля, и стану указывать, куда плыть.

— Хорошая идея! — Оливер заметно повеселел.

Настроение Оливии, напротив, заметно ухудшилось, потому что ее взгляд упал на замок, висевший на клетке.

— Плохи дела, — мрачно произнесла она, опускаясь на колени и внимательно осматривая его. — Придется повозиться. Этот намного сложнее предыдущего. А у нас очень мало времени.

— Надо разделиться, — предложил Оливер. — И хотя мне всегда не по нраву подобная идея — обычно все книжные герои после таких слов обязательно попадают в неприятности, — но другого выхода не вижу. Ты разбирайся с замком, а я отправлюсь на поиски амулета.

И с этими словами вышел из помещения.

— Скажи мне, — как бы между делом поинтересовалась Оливия у Рэнделла, вытаскивая из волос шпильку, — Марко тебя действительно украл, ты ничего не напутал?

— Сложно напутать… — сычик посмотрел на нее укоряющим взглядом, — особенно когда тебя посреди дня в собственном доме запихивает в клетку вломившийся в него незнакомец.

— А если твой прежний владелец предварительно договорился обо всем с Альд Аиром? — продолжала настаивать Оливия, все еще не желая верить, что Марко поступил так скверно.

— Он бы сказал. Джо любит меня. Никогда не запирает, позволяет ночью летать по городу. Доверяет. Я бы не стал от него убегать. Мне было у него хорошо.

— А если все дело в способностях? То есть в их отсутствии?

— В отсутствии способностей? Что ты хочешь этим сказать?

— Джо понял, что их у тебя нет, и поэтому отдал Альд Аиру.

— Не верю, исключено. — Рэнделл, возмущаясь, громко захлопал крыльями. — Джо так бы не поступил. Его не интересовали мои способности. Он никогда о них не заговаривал. К тому же, даже если бы они у меня были, они не смогли бы пригодиться ему в его занятиях.

— То есть ты знаешь, какие у тебя должны быть способности?

— Да, знаю…

— Как?

— Обычно у одного вида они одинаковые.

— А какие должны быть у тебя?

— Ночью я превосходный охотник и сторож, днем — великолепный рассказчик и кладезь тысяч историй, — вяло ответил Рэнделл.

— Ну, историй, предположим, ты знаешь множество, — напомнила Оливия, — брату с тобой интересно. А он прочел всю приютскую библиотеку.

— Несколько десятков — это не множество, — возразил Рэнделл. — Вот мой дядя Агриппа — он действительно кладезь. Каждый вечер рассказывал что-то новое, и так интересно — всей семьей слушали, особенно в дождливую погоду. Папа много чего знал, только не очень любил говорить на публике. Дедушка ничем не уступал дяде, только его истории все были страшные, поэтому мы боялись их. А я не похож ни на дядю, ни на деда, даже на отца не похож. И знаю немногим больше твоего, просто несколько другое, чем ты. Рассказчик из меня и вовсе никудышный…

Он вздохнул и отвернулся.

— Есть другие сычики-волки? — спросила Оливия, желая отвлечь Рэнделла от грустных мыслей.

— Да. Нас много. Мы живем на островах неподалеку от Манталы. И Оливер прав. Очень редко случается, чтобы у твидлов одного вида имелись разные способности.

Оливия, сосредоточенно возясь с замком, слушала во все уши.

— А чем Джо занимается?

— Он антиквар, держит небольшой магазин и продает в нем разные старинные предметы.

— Оливер был бы в восторге зайти к твоему хозяину в гости, — Оливия наконец сумела надавить шпилькой туда, куда хотела, и замок, щелкнув, открылся.

Одновременно с щелчком позади нее раздался мрачный голос:

— Тебе бы на сцене выступать, замечательный получился бы номер. Думаю, следующие несколько лет ты этим и займешься.

От неожиданности Оливия подскочила, больно ударившись пальцем о дверцу клетки. Обернувшись, она увидела, что в помещение входит Альд Аир. На угрюмом лице явственно проступали признаки недовольства.

— А поможет тебе твой братец, — торговец вытолкал из темноты сопротивляющегося Оливера, — только боюсь, у него номер выйдет прескучнейший. Неудавшаяся попытка воровства! — рявкнул капитан. Он быстро подошел к Оливии и закрыл клетку. — Перехитрить меня решили? Заговор устроили? — Он в упор посмотрел на нее. — Даже Марко подослали ко мне.

Только сейчас Оливия увидела в коридоре осунувшегося парня. Сейчас он выглядел еще бледнее, чем совсем недавно.

— Знаете что? — разозлилась она. — Вы мне еще смеете указывать? Вы… вы… украли Рэнделла, причем не своими руками. Обманули нас, пообещав вернуть домой. А на самом деле собираетесь продать в рабство. Вы… вы… вам должно быть хотя бы стыдно!

— Стыдно? — Альд Аир на мгновение вытаращил на нее глаза. — Почему? Ты сама во всем виновата. Второй раз пытаешься нарушить мои планы. Мне не должно быть стыдно. Пусть тебе это послужит уроком. Тебе и твоему братцу. Нечего совать нос не в свои дела. Все! — Он повернулся к стоявшим матросам. — Закройте их тут. И хорошенько, чтобы не сбежали. Отвечаете головами. А с тобой, Марко, я поговорю позже. После того как приду в себя. Ты меня разочаровал.

Он быстро вышел в коридор. Дверь с громким стуком закрылась, щелкнул замок, и Оливия, ничего не видя перед собой, опустилась на пол.

Глава 9

Оливер прощается с сестрой

Он смотрел на глядящего в его сторону с сочувствием сычика, а на душе было паршиво.

«Так все испортить…»

Опустив взгляд, Оливер уставился на темный ряд бочек. Обида и злость на самого себя бушевали внутри, внешне же он оставался спокойным.

«Что теперь?.. Какой смысл?..»

Со стороны окна донесся стук. Посмотрев туда, он увидел деревянную решетку, приколачиваемую к оконной раме. Вздохнув, слабо улыбнулся.

«Прямо как в недавно прочитанной книге. Только там герой в конце концов нашел выход из тяжелой ситуации, а вот я… я сделал все только хуже».

— Что произошло? — спустя довольно продолжительное время после того, как закончили стучать молотки, спросила Оливия. — Не следовало тебе идти. Ты же никогда не воровал.

Оливер промолчал.

— Еще и Марко досталось. Он пытался помочь?

При упоминании имени ненавистного парня Оливер наконец пришел в себя.

— Что он так тебя интересует? Нет, я не имею ни малейшего понятия, отчего Альд Аир взъелся на него. Он и близко там не присутствовал. Хотя я рад.

— Странно… — Оливия выглядела обескураженной. — Что же тогда произошло?

Оливер помолчал, ему было стыдно рассказывать, но он пересилил себя и начал:

— Вначале мне сказочно повезло. Поднявшись на палубу, я увидел Альд Аира на капитанском мостике. Он оживленно разговаривал со своим помощником. Я было подумал — не судьба. Ведь с того места он прекрасно видел, что происходит в его каюте. Но тут он взял и отправился вместе с помощником на корму. Я быстро прошел по коридору, уверен, никто меня не видел. Дверь оказалась открытой. Я вошел, осмотрелся, туда-сюда… Отыскал амулет…

— Так ты нашел амулет?! — одновременно вскричали Оливия с Рэнделлом.

— Он лежал в большом ящике под кроватью.

— Так просто? — удивилась сестра.

— Ящик был закрыт на замок. Я не знал, как открыть, поэтому просто сломал. Взял амулет, и тут…

Оливер замолчал, говорить дальше становилось уже намного труднее.

— И что случилось? — участливо спросил сычик. — На пороге объявился Альд Аир?

— Я увидел на столе атлас.

— И… — Оливия потрясенно уставилась на него. — Только не говори, что ты…

— Мореходный атлас, большой, красочный, с описаниями. Я такого никогда раньше не видел. Не удержался и решил немного почитать. Совсем чуть-чуть… Атлас ведь такой интересный и редкий. А когда оторвался от него, было уже поздно. Простите меня…

Оливия задохнулась от негодования.

— Ты… ты… Книжный червь! Нашел время!

— Не переживай, ты не виноват, — сочувственно сказал Рэнделл.

— Виноват, но атлас такой подробный. А описания…

— Замолчи! — возмутилась Оливия. — Я стану рабыней из-за книжек с рисунками. Из-за каких-то карт… В голове не укладывается. — Сестра, надувшись, отвернулась. — Не смей со мной разговаривать.

— Прости, ты даже не знаешь, как я себя виню.

— Замолчи, я сказала.

Оливер, поняв, что сестра действительно обиделась довольно сильно, предпочел за лучшее выполнить ее просьбу. Так они и просидели до самого утра: молча и не глядя друг на друга. Вернее, Оливер несколько попыток все-таки сделал, но каждый раз, натыкаясь на испепеляющий взгляд Оливии, благоразумно закрывал рот. Рэнделл поступил хитрее. Он принялся расписывать, как прекрасно жил на островах, как там хорошо, тихо, спокойно, жизнь течет размеренно и неспешно. Оливер, любивший такие истории, с удовольствием слушал. И тут они с Рэнделлом услышали тихий, едва различимый скрип. Этот звук издавали зубы Оливии. Резко прервавшись на полуслове, сычик отошел в дальний конец клетки, где и провел все оставшееся время.

С первыми лучами солнца к ним заглянул боцман Кит. Подмигнув Оливии, он, почесывая жесткую щетину на лице, потребовал:

— Протяни ручки вперед.

— Зачем? — Она мигом вскочила и спрятала руки за спину.

— Связать собираюсь, — сладким голосом продолжил Кит. — А попытаешься сопротивляться — сделаю бо-бо.

— Мы не станем сбегать, — пообещал Оливер.

— Разумеется, — улыбнулся боцман. — Но таков приказ капитана.

Спустя минуту Оливер следом за сестрой вышел на палубу. Толстые веревки, которыми опутал его Кит, больно впились в кожу. Но едва он оказался наверху, как мигом забыл о неприятном ощущении. Его взору предстало зрелище, о котором он так много читал и так жаждал увидеть. Разумеется, при совершенно иных обстоятельствах.

«Черная медуза», спустив паруса, пришвартовывалась к причалу. Вдоль него, насколько хватало взгляда, в бесчисленном количестве выстроились корабли. Большие и маленькие, высокие и низкие, с одним, двумя, тремя, четырьмя парусами. Встречались и вовсе без паруса, зато с несколькими рядами весел. Полукруглые, словно разрезанное пополам яйцо, и плоские, как брошенная на воду доска. Похожие на гигантские плавающие дома, вышиной в несколько палуб, и однопалубные, больше напоминавшие самодельные рыболовецкие лодки.

Причал буквально кишел людьми, одетыми в самые разнообразные одеяния и говорившими на десятке языков. У Оливера перехватило дыхание. С плохо скрываемым интересом он принялся пожирать метавшимся в разные стороны взглядом открывшееся ему зрелище. Вот ишак неспешно катит телегу с бочками. У телеги вместо обычных колес с осями — узкие деревянные болванки. Они стучат так громко, что закладывает уши. А вот лысый мужик, ростом ниже десятилетней Джейн из приюта, но с таким огромным животом, что его не смогла скрыть даже широченная туника. А за ним едет одноместная повозка, а в нее впряжено странное животное с огромными ушами и длинным отростком вместо носа. На повозке восседает важного вида человек. Многие из проходящих мимо кланяются ему, снимая головные уборы. А затем Оливер заметил на другой стороне, чуть поодаль, группу мужчин и женщин с осунувшимися хмурыми лицами. Руки и ноги у них скованы кандалами.

«Рабы…» — Настроение резко упало и, утратив всякий интерес к происходящему вокруг, Оливер попытался высвободиться.

Не тут-то было. Боцман знал свое дело и связал его, как сам признался с невероятно довольным видом, специальным узлом, лично им придуманным.

На палубу между тем с важным видом выплыл Альд Аир. Он подмигнул ему с сестрой.

— Потерпите, скоро все закончится. И главное — без фокусов.

— Еще чего захотел! — Оливия дернулась. — Помогите! На помощь! Меня с братом схватили разбойники и хотят продать!

— Кричи сколько хочешь, — капитан не сделал ни малейшей попытки ее остановить, — тут и не такое видали. Мы в Бахаре, глупышка. Крупнейшем в этом регионе центре работорговли. Здесь ты — моя собственность. И никто не придет тебе на помощь. Только горло зря надорвешь. — Он обернулся. — Долго еще собираетесь возиться? Давайте, заканчивайте. Скоро наступит жара. И оденьте девчонку в более подходящий наряд.

Протестующую Оливию увели вниз, чтобы вскоре привести обратно. Теперь на ней вместо ужасных штанов и огромной рубашки красовалась короткая приталенная туника без рукавов и открытые сандалии с длинными, до колен, ремешками.

— Замечательно, — удовлетворенно хмыкнул Альд Аир, оглядывая ее с ног до головы. — Этих двоих — в повозку.

Оливер почувствовал, что его грубо толкают в спину. Нехотя он начал спускаться по узким сходням на забитый людьми причал. Неподалеку стояла маленькая повозка, запряженная худым мулом, видимо предназначавшаяся для него и Оливии. Кинув прощальный взгляд на палубу, в надежде в последний раз увидеть Рэнделла, он среди сновавших по ней в разные стороны матросов сумел заметить только хмурого Марко. Парень, глядя под ноги, скорым шагом направлялся к входу в трюм.

— Пошел! — принялся понукать мула сидевший на козлах возничий.

Животное, неспешно передвигая ногами, потрусило вдоль причала. С каждой минутой становилось все жарче. Солнце, несмотря на раннее утро, припекало нещадно. Оливер помимо своей воли заметил, что почти не видит деревьев. Вначале он подумал, будто их специально срубили, чтобы в порту стало больше места, но, когда они углубились в город, понял, что такое здесь повсеместно.

Местная архитектура также заметно отличалась от той, к которой он привык в Лавинии. В большинстве своем город состоял из двухэтажных домов с плоскими крышами, хотя изредка попадались высотой и в три этажа. И почти в каждом из них на окнах имелись деревянные ставни: вероятно, для защиты от солнечных лучей. Здания, как отметил про себя Оливер, не жались к соседним, а напротив, отстояли друг от друга на приличном расстоянии. А улица, на которую они сейчас выехали, с первого взгляда поражала своей шириной и простором. На ней, как быстро прикинул Оливер, с легкостью могли разъехаться сразу три повозки. И, невиданное дело, улица шла все время строго прямо, не пытаясь даже слегка свернуть в сторону. В Лавинии такое и близко не встречалось.

— Знай, я с тобой по-прежнему не разговариваю, — Оливия наклонилась к его уху и быстро зашептала, — и до сих пор тебя не простила. Но у меня появился план.

— Какой? — так же шепотом, не поворачивая голову, словно продолжая любоваться очередными красотами, поинтересовался Оливер.

— Я делаю вид, что мне стало плохо, и теряю сознание. Ты вырубаешь возницу, и мы сбегаем.

Шанс действительно предоставился отличный. По какой-то причине Альд Аир и его люди остались далеко позади, а с ними сейчас находился только один человек, управлявший мулом. Правда, превосходный расклад напрочь портило одно обстоятельство.

«Вырубить возницу… легко сказать. Я, конечно, с удовольствием. Только как?» — мрачно размышлял Оливер, в очередной раз пытаясь высвободиться из намертво опутавших его веревок.

— Ах… — вскрикнула Оливия и, закатив глаза, начала вываливаться из повозки.

Выглядело настолько правдоподобно, что Оливер в первый момент растерялся, испугавшись за сестру, но затем истерично завопил:

— Ей плохо! Помогите!

Извозчик натянул поводья, останавливая мула. Оливия перегнулась через край, повиснув вниз головой, словно выброшенная кукла.

— Что такое? — Мужчина обернулся. — Положи ее в середину, пока не упала.

Оливер сверкнул глазами.

— Как? Я связан.

Оливия начала медленно сползать, еще немного — и она рискует удариться головой о вымощенную камнем дорогу. Оливер попытался ее удержать, прижав коленом, но тщетно. Ворча, извозчик спрыгнул с козел и в самый последний момент успел подхватить ее под локти.

— Ай! — закричал он, отшатнувшись в сторону. — Кусаться вздумала?

И тогда Оливер пнул его ногой. Целился в голову, но, не обладая должными навыками, угодил в грудь. Мужчина, издав глухой, отрывистый возглас, повалился в придорожную пыль. Оливия вскочила и скомандовала:

— Бежим!

Оливер с трудом слез. Без привычной помощи рук было неудобно, и дело заняло некоторое время. Сестра, уже стоявшая в начале уходящего в гору переулка, в нетерпении поглядывала на него.

— Быстрей ты, быстрей! — Оливия принялась нервно кусать губы.

Наконец справившись, он поспешил к сестре. Переулок вел в неизвестность, но она была намного лучше того, что их сейчас ожидало.

«Рэнделл, — вспомнил он вдруг. — Наобещали, а сами попались. Жаль беднягу. Но сейчас надо самим выпутаться. А потом придумаю, как его спасти».

Обернулся — и замер.

«Вот ведь незадача…»

Вдалеке, в самом начале улицы, показался Альд Аир верхом на невиданном животном. У того была длинная, изогнутая дугой шея. На голове виднелись маленькие округленные уши, а тело, покрытое коротким густым мехом, несли тонкие ноги, заканчивающиеся широкими двупалыми ступнями. Торговец раскачивался в такт движению, держась… Оливер не поверил глазам. Руки капитана «Черной медузы» покоились на хорошо заметной выпуклости, сильно напоминавшей горб. От изумления Оливер вытаращил глаза. Он читал о таких существах, но верил в них еще меньше, чем в твидлов.

— Давай же, — взмолилась Оливия, пытаясь сдвинуть его с места. — Он уже близко!

Рядом застонал возничий. Сделал попытку подняться и, хрипя, принялся громко ругаться на незнакомом языке.

— Ийок! — выкрикнул Альд Аир, ударив животное ногами по бокам, и оно, издав мерзкий звук, побежало, причем настолько быстро, что Оливер сразу понял: им не спастись.

Не желая сдаваться, он припустил по переулку. Оливия пристроилась рядом. На их несчастье, тут дома стояли плотно друг к другу, и им оставалось только одно — подниматься вверх, на гору. Он сделал несколько попыток войти внутрь, но все двери, которые он надеялся открыть, оказались заперты.

— Ийок! — Голос Альд Аира звучал теперь совсем рядом, почти над ухом.

Не сговариваясь, Оливер метнулся в одну сторону, сестра — в другую. Казалось, этот маневр обязательно должен был смутить преследователя. По крайней мере Оливер уже не чувствовал обдувавшего спину дыхания, исходящего от горбатого животного.

— Отпусти! — Крик Оливии заставил остановиться.

Обернувшись, он с упавшим сердцем увидел, что произошло. Болтая ногами и возмущаясь на весь переулок, Оливия, словно набитый мешок, лежала на спине зверя, между шеей и горбом. Альд Аир поглаживал сестру рукой по спине, одновременно глядя на него.

— Следовало дать вам сбежать, — процедил он сквозь зубы, — тогда бы вы на собственной шкуре узнали, что делают в Бахаре с беглыми рабами…

— Мы не рабы! — выкрикнул Оливер. — Отпусти ее.

— Ты готов заплатить три сотни золотых монет за сестру и столько же за себя?

— У меня нет таких денег. Но, клянусь, я найду.

— Хм… Мальчик, мне надо сейчас, а не потом. И на рынке я получу их уже сегодня. Давай, шагай. В наказание за побег остаток пути проделаешь пешком.

И не глядя больше на него, Альд Аир развернул горбатое животное обратно в сторону улицы. Оливия, продолжая дергать ногами, поехала вместе с ним. Оливер немного постоял, кусая губы и сжимая кулаки, но видя, как исчезает вдали сестра, последовал за торговцем.

До невольничьего рынка он добрался, вконец запыхавшись и едва волоча ноги. Вредный Альд Аир специально подгонял горбатое животное, заставив Оливера почти бежать. Мстя за попытку побега, торговец велел повозке ехать рядом. И всю оставшуюся дорогу побитый извозчик кидал на Оливера мрачные взгляды, а когда они наконец достигли нужного места, отвесил ему настолько сильную оплеуху, что из глаз непроизвольно брызнули слезы.

Продажа, а вместе с ней и покупка рабов происходили за городом, прямо возле крепостной стены. Чем-то она напоминала птичий базар, с той лишь разницей, что тут торговали людьми. Кругом разгуливали напыщенные господа, укрываясь от палящего солнца маленькими зонтиками. Причем все считали ниже своего достоинства держать их в руках, заставляя делать это своих слуг. Наиболее важные ехали в двухместных колесницах. Стоявший рядом возница одновременно управлял лошадьми и с помощью зонта старался сохранять голову богатея в тени. Медленно двигаясь вдоль рядов, вельможи останавливались возле выставленных на продажу рабов. Внимательно читали висевшие на их груди таблички, сообщающие имя, возраст, происхождение и навыки продаваемого. Далее начинали беседовать с продавцом, требовали показать у невольников зубы, а следовавший поблизости врач осматривал их на предмет болезней и травм.

На Оливера с сестрой надели кандалы и приковали короткой цепью к вбитому в землю столбу. Солнце поднялось уже достаточно высоко. И Оливеру, обливающемуся потом, казалось, что воздух в любую секунду готов взорваться от нестерпимого жара. Едва держась на ногах, он потер ушибленный извозчиком затылок. Горло противно жгло, сильно хотелось пить. Сплевывая песок, он с ненавистью посмотрел на Альд Аира. Тот, в свою очередь, бросив на него короткий взгляд, приказал:

— Чего встали? Быстро приведите мальчишку в надлежащий вид!

Помощник капитана подскочил к Оливеру и начал отряхивать его одежду. Ощущения Оливера при этом были настолько болезненными, что он, не выдержав, попытался уклониться от рук помощника.

— Что это такое? — Альд Аир нагнулся и поднял валявшуюся в пыли книгу.

Оливер непонимающим взглядом уставился на торговца, и, вдруг осознав, что произошло, принялся быстро себя ощупывать.

«Как она могла выпасть?»

— Это мое! Отдайте!

— Вот как… — Альд Аир внимательно повертел книгу в руках. — Любишь почитать? Грамотный… И молчал? Повезло мне, однако.

Осклабившись, капитан кинул книгу ему обратно.

— Что он имел в виду? — тихо спросила Оливия.

— Не знаю, но точно ничего хорошего. Вид у него сейчас, как у кота, обожравшегося сметаной.

— Девочка, четырнадцать лет, — громко выкрикнул Альд Аир. — Умная, находчивая, стирает, готовит, убирает, чинит.

— Я не стираю и никогда в жизни не готовила, — попыталась возмутиться Оливия, но помощник капитана зажал ей рот ладонью.

— Мальчик, четырнадцать лет, — продолжил торговец. — Сильный, выносливый, грамотен, умеет читать и писать, обучен корабельному делу…

— Сколько за нее?

Возле них остановился круглолицый толстяк в расшитой золотыми нитями тунике без рукавов. Позади с важными лицами ожидала свита из примерно десяти человек. Двое держали огромный зонт, один тащил на себе деревянный стул.

— Триста, господин, — сладким голосом отозвался Альд Аир. — Поверьте, она того стоит…

— Вижу… — Вельможа впился в Оливию маленькими глазками.

Давая ему возможность получше ее рассмотреть, помощник капитана убрал руку с лица Оливии и отошел в сторону. Она тут же закричала:

— Пошел прочь!

И дальше последовал такой поток грязных слов, что Оливер почувствовал, что краснеет.

— Да она у вас дикая, — отшатнулся жирдяй. — Такую нельзя продавать.

Слуги испуганно попятились, а державшие зонт едва его не выронили, больно ударив им своего господина по голове. Взвизгнув, толстяк с руганью набросился на них. Спустя минуту, продолжая возмущаться, он медленно двинулся дальше, пообещав Альд Аиру нажаловаться кому следует.

— Ты что творишь? — зашипел торговец.

— Думали, я вам жизнь стану облегчать? — рассмеялась Оливия. — Прикинусь паинькой? Как бы не так!

Альд Аир сжал кулаки.

— Не продам сегодня днем за триста золотых — утоплю вечером в море. Обещаю.

Оливия побледнела, хотела что-то сказать, но, открыв рот, так ничего и не произнесла, уставившись куда-то перед собой. Оливер проследил ее взгляд и поежился. Перед ним, глядя ему прямо в лицо, стоял пренеприятный старик. Высокий, худой, словно жердь, с абсолютно лысым черепом и начавшей седеть длинной, до середины груди, бородой. Огромный лоб покрывали глубокие морщины, делая голову похожей на печеное яблоко. Одет он был, несмотря на жару, в длинную, до земли, серую мантию с капюшоном, в руке сжимал искривленный на верхнем конце посох.

Оливер хотел попятиться, но не позволили цепи.

«Только не он… Кто угодно, но только не он…»

Старик внушал ужас, а особенно его большие бесцветные глаза, заглядывающие буквально в душу.

— Умеешь читать? — проскрипел он слегка дрожащим голосом.

— Да, господин. — Альд Аир подскочил к покупателю, расплываясь в услужливой улыбке. — Не просто умеет, а любит. И читать, и писать…

— Я разговариваю с мальчиком! — оборвал старик Альд Аира, не поворачивая в его сторону голову и продолжая внимательно смотреть на Оливера.

Тот почувствовал, что не в силах пошевелиться. С огромным трудом провел непослушным языком по пересохшим губам, отчетливо ощущая, как на лбу выступают капельки пота.

— Так ты умеешь читать? — повторил он.

«Если отвечу утвердительно — еще, чего доброго, купит», — с трудом соображая, подумал Оливер.

— Конечно, умеет, — не выдержав повисшего молчания, засуетился Альд Аир, — разве стал бы я обманывать такого почтенного господина?.. — Он ловко, одним движением, выхватил у Оливера книгу и показал старику. — Видите? Не расстается даже сейчас. Разве не показатель?

Покупатель вновь не удостоил торговца взглядом.

— Я не с вами говорю… — проскрипел он и теперь в его голосе промелькнули нотки раздражения. — Мальчик, ты действительно умеешь читать? Или я только теряю время?

Оливер почувствовал, как у него перехватило дыхание. Пот перестал течь. Вместо него, несмотря на дикую жару, по спине пробежал озноб.

— Да… — помимо своей воли выдавил он.

И даже не стал укорять себя: просто не было сил.

— Вот видите! — возликовал Альд Аир. — Умный! Начитанный! И стоит совсем недорого.

— Насколько хорошо? — поинтересовался старик. — И какими языками владеешь?

— Я из Лавинии. Знаю только аллаброгский.

— Аллаброгский — самый распространенный, хотя и не повсеместно. — Покупатель выглядел несколько расстроенным. — Правда, наивно с моей стороны искать здесь образованного полиглота. И насколько хорошо ты читаешь?

«Не вздумай сказать правду. Лучше нечто неопределенное. Вдруг отстанет?»

— Вслух или про себя? — Оливер не нашел ничего лучшего, чем ответить вопросом на вопрос.

Старик вздохнул и вытащил из складок мантии свиток.

— Сможешь прямо сейчас?

Оливер не сумел совладать с собой и уставился на протянутый свиток. Взгляд буквально вцепился в потертую, местами потрескавшуюся бумагу. Помимо своей воли, он испытал сильное желание схватить свиток в руки, усесться в сторонке и, углубившись в чтение, забыть обо всем на свете.

Покупатель осторожно развернул свиток.

— Попробуй…

«Ну уж нет. Не дождешься. Но ведь глянуть-то можно. Ведь интересно… Я видел такие только под стеклом в книжных магазинах…»

— В десятый год правления конунга… — медленно прочел он, разобрав витиеватый почерк.

— Достаточно. — Старик с удовлетворением свернул свиток и спрятал обратно. — Я покупаю. Сколько?

«Болван! Что я наделал?.. Он никогда не даст мне его почитать. Оливия… а что будет с ней?» — Оливер обернулся к сестре.

Та стояла, потрясенная.

— Молодец… теперь начитаешься у этого деда всласть, — буркнула она. — И все равно я люблю тебя. И обязательно разыщу.

— Или я тебя…

— Пятьсот пятьдесят золотых, — ответил покупателю Альд Аир. — Мальчик ведь не только читать умеет, но и писать. Плюс я обучил его мореходному делу.

«Какому, интересно? Красить? Или сидеть в трюме?»

В голове шевельнулась робкая надежда: вдруг старик, услышав цену, передумает; но сразу испарилась, едва он увидел, что тот вытаскивает кошелек и начинает отсчитывать деньги.

— А не хотите заодно и девочку купить? Отдам со скидкой.

— Нет. Она мне ни к чему.

— Тоже умеет читать. Замечательно готовит, моет, убирает.

Оливер посмотрел на покупателя, всеми силами желая, чтобы Альд Аир сумел его уговорить.

— Нет.

— Они, кстати, брат с сестрой, — не сдавался капитан «Черной медузы». — Плохая примета — разлучать близких родственников.

— Разлучаешь ты, работорговец, а не я, — презрительно проскрипел старик. — Снимите с него кандалы.

Пока его освобождали, Оливер не сводил глаз с сестры. Та тоже, не отрываясь, смотрела на него. Вдруг она не выдержала:

— Перестаньте! Хватит! Отпустите нас! Вы не имеете права!

Несколько проходивших мимо важных вельмож с любопытством посмотрели на сестру.

— Успокойте девчонку! — прикрикнул на своих людей Альд Аир.

— Идем. — Старик тихонько коснулся плеча Оливера.

Он только сейчас окончательно понял, что происходит.

«Неужели всё? И я вот так расстанусь с сестрой и больше никогда ее не увижу? Нет, я не хочу никуда с ним идти».

Взгляд метнулся в сторону пересчитывающего деньги Альд Аира. С торговца — на его помощника, а затем на возчика. Они совместными усилиями пытались зажать вырывающейся Оливии рот. После перешел на незнакомца, только что купившего его, словно хомяка на птичьем рынке. Старик, повернувшись к нему спиной, с безмятежным видом медленно шагал прочь, постукивая по земле посохом.

«Ну и пусть идет, а я останусь здесь, с сестрой. Никто не заставит меня бросить ее. Что со мной сделают? Не убьют же?»

И вдруг… ноги, помимо воли, понесли его следом за стариком. И он, не понимающий, что происходит, сумел лишь бросить на Оливию прощальный, полный грусти и отчаяния взгляд.

Глава 10

Оливия знакомится с эргастулом

— Гады! — Оливия попыталась укусить чью-то руку, грубо зажимавшую ей рот.

— Зубастая! — выругался возница. — Сейчас я тебе покажу!

— Отставить! — рявкнул Альд Аир. — С девчонкой справиться не можете…

— Это не девчонка, это демон во плоти, — пожаловался помощник капитана.

— «Демон во плоти»… — передразнил его торговец. — Испортите лицо — утоплю. И тебя, дорогуша, кстати, тоже. — Он подошел к Оливии почти вплотную. — А теперь начинай вести себя как паинька. Или берегись…

Оливия ответила полным злости и ненависти взглядом, мысленно посылая самые страшные проклятия, какие только знала, но кусаться и брыкаться перестала.

— Умница, — с удовлетворением ухмыльнулся Альд Аир. — Не проходите мимо! Умница, лапочка, паинька! Готовит, убирает, читает, пишет, физически вынослива и невероятно красива. Цена — сущий пустяк. Триста золотых.

— Вот чем ты, оказывается, занимаешься — вместо того, чтобы ехать прямо ко мне, как мы договаривались, — услышала вдруг Оливия негромкий, вкрадчивый голос. — Спекулируешь живым товаром…

Торговец резко замолчал, и выражение его лица мгновенно переменилось. С властного, решительного и высокомерного оно превратилось в подобострастное.

— Подойди.

Оливия взглянула на того, кто произвел с Альд Аиром такие разительные перемены. Человек полулежал-полусидел в паланкине, который держали четверо мускулистых невольников. Обнаженные по пояс, одетые только в узкие набедренные повязки, они имели темную, почти черную кожу. И каждый носил на шее металлический обруч. Незнакомец, обратившийся к Альд Аиру, откинул голову на подушки, скорчив недовольную мину. Его маленькие, слегка раскосые глаза невидящим взором смотрели только перед собой, и Оливии показалось, что их обладатель в любой момент готов заснуть.

Торговец семенящим шагом подскочил к нему и наклонился, чтобы оказаться на одном уровне с ним.

— Получилось?

— Да.

— Где он?

— Я отправил его вместе с другими вещами прямо к вам домой. Я пребывал в полной уверенности, что вы его уже давно получили.

— Проклятье. Мне сообщили, что твой корабль с раннего утра стоит в порту. Я ждал, что ты немедленно отправишься ко мне. А вместо этого? И почему твой человек столь медлителен? У меня нет времени ждать. Ладно. Собирайся, поехали. Нам есть о чем поговорить.

Альд Аир замялся, заметно морщась, словно принимал сложное решение.

— Девчонку продам — и мигом к вам.

— Эту, что ли? — Узкие глазки повернулись к Оливии. Ее словно окатило ледяной водой, настолько неприятным оказался взгляд. — Сколько хочешь? Мне как раз требуется служанка. Смекалистая, надеюсь?

— Еще какая… — обрадовался Альд Аир. — Для вас сделаю скидочку… Триста пятьдесят. Договорились?

— Она того стоит? — Неприятный человек оглядел ее с ног до головы. — Худенькая какая-то… С другой стороны — значит, мало ест. Хорошо. Включи в основной счет. А теперь залезай, поговорим.

— Мяу! — вдруг услышала Оливия и в следующую секунду увидела Йоши в сопровождении Марко.

— Ты где был? — набросился на парня Альд Аир. — Почему так долго?

— Простите, капитан, — угрюмо ответил Марко. — Свернул не туда.

— Не туда? Доставил вещи в дом господина Захира?

— Конечно. Как вы и сказали.

— Все?

— Разумеется.

— Всыпать бы ему палок десять, — все тем же тихим голосом, почти лишенным эмоций, предложил Захир, — в следующий раз будет порасторопней. Его стараниями я потерял полдня.

— Так и сделаю, — мгновенно отозвался Альд Аир. — В последнее время он совсем отбился от рук.

Марко побледнел, закусив губу.

— Я опоздал совсем чуть-чуть, — вскидывая голову, резко ответил парень. — У повозки сломалось колесо, пришлось чинить. Я пришел к вам всего через пять минут после вашего ухода.

— Не имеет значения. — Захир отвернулся и скомандовал, обращаясь к носильщикам. — Давайте, ко мне домой.

Альд Аиру пришлось на ходу запрыгивать в паланкин.

— Мяу! — Йоши стремительно сорвался с места и кинулся за ним следом. — Устал я чего-то. Да и жара здесь невыносимая.

Торговец подхватил кота на руки и почесал за ухом.

— Не возражаете?

Захир поморщился:

— Никогда не разделял любовь к кошкам. От них одни проблемы. Вот змеи — другое дело.

— Не могу не согласиться с вами. — Альд Аир расплылся в улыбке и сладким голосом поинтересовался: — Как поживает Асмадеус?

Дальнейший разговор Оливия слышать уже не могла, его заглушил звон цепей и снимаемых кандалов. Ее усадили в ту же повозку, на которой они с Оливером въехали в город. Рядом пристроился Марко. Он, как ей показалось, намеренно старался не глядеть в ее сторону. Взгляд парня был печальным, лицо — хмурым и сосредоточенным.

«Куда меня везут? — Занятая мрачными мыслями, она даже не испытала никакого радостного чувства от присутствия Марко. — И в какую сторону отправился старик, купивший Оливера? Где его искать, в таком огромном городе? Разбежалась… вначале надо самой освободиться».

Ей вдруг стало страшно, и на глазах выступили слезы. Она всегда могла успокоить себя, даже в, казалось бы, безвыходных ситуациях, придумав план дальнейших действий. Но сейчас мозг, обычно работающий как хорошо смазанный механизм, неожиданно встал и отказывался запускаться. Будущее представлялось туманным и пугающим, не сулящим ничего хорошего.

Впившись в губу зубами, Оливия остановила хлынувший поток слез и украдкой от Марко вытерла тыльной стороной ладони глаза.

«Если бы остальное исправлялось одним усилием воли…» — горько подумала она.

Колеса застучали по вымощенной камнем дороге. Мул вошел в город, и повозка быстро покатилась в неизвестность, изредка притормаживая на поворотах незнакомых Оливии улиц. Вскоре она остановилась возле огромного дома, окруженного высокой стеной.

Марко спрыгнул и убежал внутрь, скрывшись в узкой двери возле ворот, а Оливия решила не двигаться с места, посчитав, что торопиться ей сейчас уже некуда. Извозчик вскоре тоже куда-то ушел, и она осталась одна, если не считать груды вещей, сваленных у ее ног, и апатично глядящего перед собой тощего мула. Солнце теперь пекло просто нестерпимо, воздух стал раскаленным, обжигая кожу, а при каждом вдохе — и легкие. Оливия почувствовала, что у нее начинает кружиться голова, ведь она не ела и не пила со вчерашнего вечера.

Сойдя с повозки, она огляделась. Широкая улица, окруженная со всех сторон двух- и трехэтажными особняками, мрачными и угрюмыми, в большинстве своем построенными из крупного белого камня, выглядела пустынной. Лишь песок, гоняемый легким, не приносящим абсолютно никакой прохлады ветром, да несколько маленьких ящериц — вот и все, что она на ней увидела.

— Новая служанка?

В бесшумно открывшихся воротах показался смуглый мужчина в светло-зеленой тунике. Его лицо не выражало никаких эмоций, а большие темные глаза глядели куда-то в сторону.

— Не стой истуканом, — добавил он безжизненным тоном, — начинай заносить внутрь вещи.

— Что? — Оливия обомлела от такой наглости. — Я устала, хочу пить и есть.

— В доме господина Захира кусок хлеба надо заслужить. Я управляющий над всеми слугами. И зовут меня Кхарах. С этой минуты ты выполняешь каждый мой приказ. А теперь шевелись, если не хочешь остаться без ужина.

«Значит, обеда меня уже лишили?» — возмутилась Оливия, но сделала это про себя, посчитав за лучшее, пока не осмотрится тут, не злить всех подряд.

Схватив ближайшую коробку, она поспешила к дому.

— Э-э-э, нет, — остановил ее Кхарах, — так не годится.

Он положил сверху еще три коробки, немного поколебался и добавил мешок. Оливия почувствовала, что еще чуть-чуть — и все выронит. Вдобавок, тяжеленная ноша закрыла весь обзор, и теперь она не видела, куда идти. Пошатываясь, медленно побрела в сторону, где, как ей казалось, находятся ворота.

— Быстрей, быстрей, — прикрикнул управляющий, — я не собираюсь жариться на пекле.

«Тогда помоги», — зло подумала Оливия, проходя через ворота и понимая, что не знает, куда идти дальше, ведь Кхарах не удосужился сообщить.

Возле входа ее едва не сбил с ног сильно спешащий человек, коротко стриженный, обнаженный по пояс и с металлическим обручем на шее.

— А куда мне все это?.. — поинтересовалась она у него.

— Тсс, — шикнул слуга. — Ты что?.. Не так громко. Новая служанка? В помещение за кухней. И мой совет: старайся все делать бегом.

— Бегом? — изумилась Оливия.

Но ее новый знакомый уже бежал дальше по своим делам.

«Тут все такие важные и занятые…»

Отыскав кухню, она увидела за ней коридор, а в конце — огромное помещение, заваленное точно такими же коробками, которые несла. Освободившись от груза, Оливия вернулась на кухню, желая напиться. Там с сосредоточенными лицами работали трое худых, изможденных девушек, у всех троих на шеях виднелись металлические обручи. Двое с невероятной скоростью резали овощи, третья огромным ножом кромсала на мелкие куски мясо.

«Готовят еду, а сами такие тощие? — изумилась Оливия. — Животы болят? В приюте повара в двери с трудом проходят, а лица — как перезрелые помидоры, готовые в любой момент треснуть».

Она взяла висевшую на стене чашку и набрала в нее воду. Когда кухарки увидели, что она пьет, то все трое вытаращили на нее глаза.

— Сумасшедшая! Ты что делаешь? — воскликнула самая молодая, с короткой рыжей прической.

— Пью. Не видишь, что ли?

— Нельзя, только с разрешения.

— Не смешите меня, — не поверила ей Оливия, но взглянув на вытянувшиеся лица кухарок, натянуто улыбнулась. — Вы не шутите?

— Нет, — ответила вторая девушка, со спутанными темными волосами.

— И куда я попала? В тюрьму?

— Хуже. К Захиру, — грустно произнесла третья; она выглядела самой старшей из троих, и волосы ее уже начали отливать сединой, хотя на вид ей нельзя было дать больше двадцати пяти.

— Глупость какая, — делано бодрым голосом отозвалась Оливия, допивая и вешая чашку на место. — Как тут дело обстоит с кормежкой, я спрашивать не стану, по вам и так все прекрасно видно.

Потрясенная, она медленно побрела обратно.

«Надеюсь, Оливеру повезло больше. Не думала, что рабство настолько плохая штука… Бежать отсюда, бежать. И чем скорее, тем лучше. Надо обязательно придумать план».

— Оливия, — чья-то крепкая рука неожиданно потащила ее в сторону, — не бойся, это я, Марко.

Она попыталась оттолкнуть парня.

— Тебя мне следует бояться в первую очередь. А ну, отпусти!

Марко мгновенно послушался.

— Я не причиню тебе ничего плохого. Я хочу помочь.

— Помочь? — возмутилась она. — Как-нибудь обойдусь.

— Одной тебе не справиться. Захир, когда ловит рабов при попытке побега, сразу убивает.

У Оливии от услышанного перехватило дыхание.

— Я не верю.

— Послушай, у меня есть план.

— Отстань. Слушать не хочу. Ты человек Альд Аира. Почему я должна тебе верить?

— Потому что… — Марко на мгновение замолчал. — Потому что… я больше не работаю на него.

— Что? Ой, только не надо. Ты же лично привез меня сюда. Выполнял его приказ.

— Выполнял, — согласился тот, — но только чтобы он ничего не заподозрил.

— Это какая-то шутка? — Оливия, прищурившись, внимательно посмотрела на парня. — Игра? Забавляешься так?

— Верь мне, я действительно хочу помочь. Послушай, я понимаю твой скептицизм и отношение ко мне. Но я правда ухожу от Альд Аира. Перед заходом в Бахару, когда вы с Оливером пытались бежать, я имел с ним откровенный разговор.

— Мне неинтересно. К тому же «имел с ним разговор» никто сейчас не говорит.

Марко едва заметно улыбнулся.

— Такое выражение часто употребляют на моей родине. Но сейчас не об этом. Я спросил Альд Аира напрямую, выполнит ли он обещание, данное тебе и Оливеру.

— Ты серьезно? — Оливия тихо присвистнула. — Прямо взял и спросил? И что он ответил?

— Правду. Он с первого дня собирался вас продать.

— Понятно…

— Я пытался уговорить его не поступать так с вами. Упрекнул, что он действует нечестно. А он в ответ разозлился. Назвал меня олухом и глупцом. И сказал, что зря потратил на меня время. В итоге мы поругались.

Оливия вспомнила грустное, осунувшееся лицо парня во время швартовки в порту. Так же он выглядел и на невольничьем рынке. Да и Альд Аир вел себя по отношению к Марко странно: оскорблял и критиковал, чего раньше никогда не было.

— Так ты от него серьезно уходишь?.. Он знает?

— Конечно нет.

— Как-то в голове не укладывается… Стоило твоему любимому капитану обмануть двоих незнакомых тебе подростков, как ты сразу кладешь заявление об увольнении на стол. Как-то легкомысленно, не находишь? Ты просто обиделся, что по-твоему не вышло. Остынешь, уверена, и передумаешь. Нет, не верю я тебе.

— Дело ни в одном только обмане. Вы с братом не заслуживаете такой страшной участи. Никто не заслуживает. У меня есть определенные моральные принципы. До разговора с Альд Аиром я был уверен, что Йоши ошибся, услышал что-то не так. После, выяснив, что это правда, думал, будто хорошо знаю Альд Аира и сумею убедить так не поступать… — Оливия заметила, что с каждой секундой слова даются парню все труднее и поняла: он говорит правду. — И оба раза вышло, что я неправ. Я верил ему, доверял во всем. Пытался быть похожим на него. Смешно, но он был моим кумиром, путеводной звездой в жизни. Громко звучит, но Альд Аир заменил мне отца. Он понимал меня лучше всех. А теперь я ничего такого не чувствую… И капитан — я сразу это понял — в свою очередь, разочаровался во мне.

— И что дальше?

— Я хочу тебе помочь. У меня есть план. Если все получится, то ты будешь свободна и вернешься домой.

«Домой… — повторила Оливия про себя. — Вначале — Оливер…»

— Ты случайно не знаешь, где сейчас мой брат? — поинтересовалась она, слабо надеясь на положительный ответ.

— Знаю, — неожиданно ответил Марко. — В гостинице неподалеку от порта.

— Что он там делает?

— Ждет корабль вместе с купившим его стариком.

— Откуда ты знаешь? — не поверила ему Оливия.

— Я проследил за ними и подслушал разговор. Старик живет на каком-то острове. Корабль, идущий туда, отходит ранним утром.

— Поэтому опоздал к Захиру, и тот, явившись на рынок, купил меня? — с сильным сарказмом в голосе поинтересовалась Оливия.

— Нет, следил, как только выполнил поручение Альд Аира. Поговорив с капитаном, я долго сомневался, что делать дальше. Почти всю дорогу до рынка. Но увидев тебя, измученную и закованную в цепи, а затем Оливера, уводимого тем стариком, принял решение.

Оливия нервно сжала кулаки. Ей захотелось прямо сейчас бежать в ту гостиницу спасать брата.

«Старик не из Бахары. Уплывет из города — и ищи его потом. Надо спешить. Необходимо успеть до отхода судна».

— Вначале надо забрать Рэнделла, — твердо заявила она.

— Сдался тебе волк, — удивился Марко. — Он все только усложняет. Его трудней вывести отсюда. И не забывай про амулет.

— Нет уж, я не брошу его в беде. Мы с братом обещали спасти его. Он нам поверил. Следует довести начатое до конца.

— Хорошо, я что-нибудь придумаю. — Марко явно не выглядел довольным. — Теперь иди, пока тебя не хватились.

— Мяу! — раздалось прямо возле ее ног.

Вздрогнув от неожиданности, она увидела Йоши. Кот с довольным видом сидел на полу, аккуратно сложив вокруг себя черный хвост.

Планы, заговоры, интриги… Обожаю.

Обман и хитрость, жизнь моя

Никчемна без интриг,

От них бурлит лишь кровь.

— Где Альд Аир? — быстро поинтересовался Марко.

— С Захиром. — Йоши подмигнул. — Хотите, расскажу, что я услышал?

— Рассказывай быстрей. Оливию скоро хватятся.

— Тот крикливый субъект, что возле входа?

— В белой тунике и с ничего не выражающим лицом? — уточнила Оливия.

— Он довольно давно зовет тебя.

— Пусть еще подождет. Ему полезно солнце.

Ей и так не хотелось работать, а теперь, когда намечался побег, — и вовсе не испытывала никакого желания.

«Хватит, натрудилась, — решила она. — Пусть сам таскает коробки, раз ему нужно».

— Так что ты слышал, Йоши? — Марко посмотрел на кота.

— Наш капитан собирается добыть для Захира какой-то камень. Захир посулил ему за него кучу денег.

— Что за камень?

— Без понятия.

— И где находится этот камень? — Оливия заметила, как у Марко заблестели глаза.

— Не знаю, — отмахнулся кот.

— Сплетник ты наш усатый… — насупился парень, по его лицу пробежала гримаса разочарования. — Это все, что ты узнал?

Йоши принял загадочный вид.

— Помнишь карту?

— Какую?

— Которую ты перерисовывал Альд Аиру целую неделю.

— Помню. И?..

— У Захира точно такая же.

— Откуда ты знаешь?

— Видел. Едва они приехали сюда, как Захир побежал смотреть на Рэнделла. А затем они вдвоем отправились в кабинет. Там Альд Аир передал Захиру свою карту, а Захир достал свою. Выглядел, между прочим, весьма довольным.

— Глупость какая, — удивилась Оливия, — с чего бы Захиру радоваться и хвастаться одной и той же картой? Что на ней такого важного?

— Не одной и той же… — медленно, словно над чем-то размышляя, едва слышно пробормотал Марко. — Хорошо, что Альд Аир не обращает на тебя внимания. — Он почесал кота за ухом.

— Причем частенько. — Йоши от удовольствия выгнул спину. — Люблю лежать у него на коленях или медитировать на столе, когда он ведет важные и секретные разговоры. И думает, что я сплю, ничего не слыша и не понимая.

— Где новая служанка! — раздался неожиданно голос Кхараха. — Куда могла запропаститься? Кто видел?

«Опомнился…» — Оливия недовольно дернула плечами, словно увидела комара, собирающегося укусить.

— Я тебя найду… — шепнул Марко, отступая в темный угол. — Будет лучше, если нас не увидят вместе. Тогда ничего не заподозрят.

«Сейчас начнет кричать…»

Оливия повернулась и пошла в сторону орущего Кхараха.

— Где ты шатаешься?! — набросился на нее управляющий, едва увидел. — Повозка до сих пор не разгружена.

— Я заблудилась, — невинно хлопая ресницами, сообщила она. — Я впервые в этом доме. А тут, оказывается, столько коридоров… К тому же вы забыли сказать, куда все нести.

— Умная?.. — процедил Кхарах. — Или прикидываешься? Я тут подумываю: а не оставить ли тебя без завтрака?

«С ужином, значит, дело решенное, — догадалась Оливия. — Ну и ладно. А про завтрак можешь не беспокоиться. Разрешаю съесть самому. Я все равно не собираюсь на него оставаться».

Она постаралась улыбнуться, как можно глупее и наивнее.

— Давай, пошевеливайся, а не то запру в эргастул.

Это уже было что-то новенькое. Оливия понятия не имела, что такое эргастул, но судя по тону, с которым Кхарах произнес данное слово, пребывание в нем не сулило ничего хорошего. Вздохнув как можно громче и красноречивее, желая показать недовольство, она поспешила на улицу. Выйдя на открытый воздух, Оливия едва не лишилась чувств. Жара стояла настолько нестерпимая, что невозможно было понять, как ее выдерживает хоть что-то живое. Но не только ужасающее пекло так подействовало на нее.

Чуть правее от входа, прямо перед фонтаном с мутной водой, высилась статуя с человеческий рост. Но изображала скульптура вовсе не фигуру мужчины, и даже не женщины. Каменное изваяние представляло собой огромную змею с раскрытой пастью и высунутым раздвоенным языком. Ее застывшие, ничего не видящие перед собой глаза уставились прямо на Оливию. И хотя она прекрасно понимала, что змей не настоящий, ей стало не по себе.

— Что это?.. — заикаясь, выдавила она, пытаясь обойти статую как можно дальше.

— Не что, а кто, — торжественно произнес Кхарах. — Перед тобой Асмадеус.

— Асма-кто? — стараясь прийти в себя, удивилась Оливия.

«Столько патетики в голосе… Фи… терпеть не могу змей!»

— Скоро ты с ним познакомишься, — пообещал Кхарах. — Он любимиц Захира. И всех нас.

Впервые Оливия заметила на его лице проявление чувств.

«Любитель чешуйчатых? Понятно, отчего так плохо относится к людям. Он же сбрендил…»

Ее удивило, что она не заметила статую сразу, когда только входила в дом. Но затем поняла, вновь возвращаясь внутрь и неся очередную гору коробок. Сложенные высокой пирамидой, они попросту закрывали ее собой.

В животе сильно заурчало, и она едва дождалась, когда закончила работать. К тому же опять захотелось пить. Улучив момент, пока Кхарах, удовлетворенный тем, что она перетаскала весь груз из повозки, отстал от нее, Оливия отправилась на кухню. Там вовсю готовился обед. Жарилось мясо, варилась картошка, в бездонных кастрюлях булькала и ароматно пахла густая темно-красная жидкость, рядом стояли огромные миски с салатами. В углу на маленьком столе виднелись крохотные пирожные, рассыпчатая на вид халва, белый зефир и взбитые шоколадные сливки.

У Оливии потекли слюнки. Слушая непрерывное и становящееся все более громким урчание желудка и одновременно глядя на перепуганных кухарок, она медленно напилась воды. Затем подошла к столу и долго решала, что выбрать. Хотелось попробовать все, но она решила не слишком сильно наглеть в первый день своего рабства.

— Не надо, — принялась умолять ее рыженькая девушка. — Кхарах может увидеть. Не сносить тогда тебе головы.

— Глупость какая… — отмахнулась Оливия. — Он же не знает, сколько их тут. К тому же я не ела сегодня. — Она остановила свой выбор между пирожным и зефиром и теперь решала, что предпочесть. — Я наработала на сладость.

И протянула руку к пирожному.

— Так-так-так. А я тебя предупреждал… — раздался за спиной звенящий от злости голос управляющего. — В этом доме едят только с моего разрешения. Ты еще не заработала свой кусок хлеба.

— Нужен он мне больно, — усмехнулась Оливия, усиленно жуя. — Мне пирожные больше нравятся.

Лицо Кхараха не выразило никаких эмоций. Но кухарки, не сговариваясь, в ужасе прижались к ближайшей стене, с грустью смотря на Оливию во все глаза.

— Ты пожалеешь, — прошипел управляющий и хлопнул в ладоши.

Спустя минуту на кухню вбежали двое кривоногих парней, наголо обритых и с узкими, сжимающими шею обручами. Остановившись перед Кхарахом, они склонили лысые головы, ожидая приказаний.

— В эргастул ее! — рявкнул он, и по-прежнему ни один мускул не дрогнул на его лице. — И не выпускать, пока не распоряжусь.

Кухарки побледнели так сильно, словно наказали именно их, а не Оливию. Она ободряюще улыбнулась им и пошла следом за кривоногими слугами.

Эргастул находился глубоко внизу, в темном и мрачном подвале. Чтобы добраться до него, следовало выйти из дома, обойти здание, войти в мрачный проем, закрытый решеткой и тяжелой дверью, спуститься по узкой лестнице и долго идти по сырому, несмотря на жару снаружи, коридору. Сам эргастул представлял собой крошечное помещение, лишенное окон, света и каких-либо мало-мальских удобств. Оливия, часто шалившая в приюте, неоднократно оказывалась в местном карцере. Да, в нем имелась скамейка, служившая днем стулом, а ночью кроватью, драное одеяло, несколько охапок соломы и небольшое оконце, расположенное на уровне глаз. Здесь же ничего из перечисленного не было, помещение было совершенно пустым.

«Ну и ладно, — попыталась успокоить себя Оливия. — Недолго мне тут сидеть. Марко меня вытащит. Он обещал».

С наигранно беззаботным видом попрощалась с кривоногими парнями, принявшись насвистывать веселую мелодию.

Дверь с лязгом закрылась, оставив ее в одиночестве. Ничего не видя перед собой, Оливия медленно подошла к двери — тяжелой, массивной, обшитой металлическими листами и имевшей целых четыре замка, — и ее настроение начало падать. Вскоре стало прохладно. Оливия обнаружила, что откуда-то дует очень холодный воздух. Стены, пол и потолок покрывала какая-то слизь, отчего она решила пока не садиться, оставшись стоять. К тому же внутри была кромешная темнота, абсолютная, поистине беспросветная. Сколько ни силилась, Оливия не сумела разглядеть даже свою руку, которую поднесла прямо к глазам.

Через некоторое время сделалось совсем холодно. Зябко поеживаясь, она попробовала согреться, перемещаясь по помещению, но эргастул оказался настолько крохотным, что, несколько раз больно ударившись, она посчитала за лучшее прекратить бездумно прыгать в разные стороны.

«Ничего, — подумала она, — глаза скоро привыкнут, и тогда будет чуть легче».

И тут Оливия услышала какой-то непонятный звук и поначалу обрадовалась ему: хоть какое-то разнообразие, а то тишина уже начала угнетать и сводить с ума; но почти сразу поняла, что стучат ее зубы. От холода, страха и безнадежного положения.

«Хватит! — попыталась она себя взбодрить. — Не смей раскисать».

А затем раздался писк. В первый момент — робкий, едва заметный, идущий словно из самой глубины дома, затем нарастающий, становящийся с каждой секундой все громче.

«Крысы!» — Оливия в ужасе подскочила и едва не поскользнулась на скользком, влажном полу.

Завертела во все стороны головой, но ничего не смогла разглядеть. А писк все приближался, вскоре к нему добавился едва заметный шорох. И Оливия была готова поклясться, что слышит топот маленьких когтистых лапок. Или только представила?..

И тогда она бросилась к двери и, забыв про свою гордость, заколотила в нее, умоляя выпустить отсюда.

Глава 11

Оливия увольняется из рабынь

Бах! Бах! Бах!

На мгновение прислушалась — тишина. И вновь забарабанила. Все сильней и сильней. Кулаки отчаянно заболели, кожу саднило, костяшки пальцев при каждом ударе отзывались резкой, невыносимой болью. Но Оливия не чувствовала ее. Позади продолжали пищать мерзкие мохнатые зверьки с длинными голыми хвостами.

Представив, что крысы совсем рядом, может, уже возле ног, и вскоре коснутся ее своими холодными лапками, она истошно завопила. От собственного крика заложило уши и закружилась голова. Или опять только показалось? В кромешной тьме ничего нельзя было понять. Писк неожиданно прекратился, и Оливию окутала тишина…

Ощущение дикого, пробирающего до костей холода внезапно выдернуло ее, и она поняла, что лежит на полу. А по телу и ногам кто-то ползает, больно царапая кожу.

«Крысы!»

Оливия попыталась вскочить, но, сильно замерзнув и долго находясь без движения, не сумела. Мышцы будто задеревенели и отказывались слушаться. Оливия по-прежнему не могла ничего видеть, зато отлично чувствовала, как на нее гигантскими волнами накатывает паника.

Схватившись рукой за стену, она начала подниматься, одновременно пытаясь стряхнуть с себя наиболее дерзких крыс. Те продолжали крутиться возле нее, пища и царапаясь. Некоторые настолько обнаглели, что сделали попытку укусить.

С трудом двигаясь, Оливия сумела добраться до двери и вновь в нее заколотила.

— Выпустите меня! Выпустите!

Преодолев подкативший к горлу комок, она схватила висевшую на плече крысу и отбросила в сторону.

— Выпустите же меня!

И тут послышался звук открываемых замков. Дверь с шумным лязгом распахнулась, и в глаза больно ударил яркий свет. Все еще ничего не видя перед собой, Оливия, зажмурившись, попятилась. Теперь стало не так страшно. И в ней вновь взыграла гордость.

— Что надо? — с вызовом поинтересовалась она.

— Это же я… — ответил удивленный голос. — Оливия, это же я, Марко.

Оливия сделала попытку открыть один глаз. И разглядела перед собой контуры стройной фигуры. Следом пришла очередь и второго глаза. В коридоре было довольно темно, хотя, конечно, не как в эргастуле, но парень держал в руке факел, более-менее освещавший окружающее пространство.

— Марко! — обрадовалась она и с трудом удержалась, чтобы не повиснуть на его шее.

— Прости. — Он спрятал факел за спину, давая ее глазам привыкнуть к свету.

— Как ты меня нашел?

— Не сейчас; надо уходить. Расскажу по дороге.

Марко схватил ее за руку и, словно слепого котенка, повел за собой.

Оливия настолько сильно замерзла, что у нее зуб на зуб не попадал. И она даже не почувствовала, как Марко коснулся ее.

— Ой! — Парень отдернул ладонь. — Ты как ледышка… Что они там с тобой делали? — Он заглянул в эргастул. — Брр… Нечеловеческие условия. Ты в порядке?

У Оливии, все еще не пришедшей в себя после общения с таким количеством крыс, да еще и на жутком холоде, голова наотрез отказывалась соображать, а мысли постоянно путались. Поэтому она не поняла вопроса. Ей по-прежнему было противно и буквально воротило от писка, когтистых лапок и голых хвостов.

Внезапно она ощутила резкую боль в ноге. Посмотрев вниз, увидела крысу, вцепившуюся зубами в щиколотку. От охватившего омерзения, Оливия с такой силой пнула мохнатое существо, что зверек, отчаянно вереща, улетел далеко в темноту.

— Идем. — Марко, так и не дождавшись ответа, потащил ее к выходу.

Путь обратно показался Оливии намного дольше, чем тогда, в компании кривоногих слуг. Правда, сейчас, все еще плохо видя, она постоянно спотыкалась и ударялась о стены. Но шли они весьма продолжительное время, и зрение наконец вернулось окончательно.

— Я видел, как тебя увели сюда, — рассказывал Марко, когда они шагали по безлюдному и тихому коридору. — Осторожно проследил и только искал подходящего случая. Во время ужина стащил ключи, дождался, пока большая часть обитателей дома уляжется спать…

— Я просидела там полдня? — ужаснулась окончательно пришедшая в себя Оливия.

— И некоторую часть ночи, — с виноватым видом признался Марко. — Вход сюда хорошо охраняется, пришлось приложить усилия, чтобы добраться до тебя.

— Когда меня вели, я никого не видела, — призналась она.

— Наверное, некого было сторожить. А теперь появилась ты…

Он улыбнулся, и в красноватом отблеске факела выглядел таким красивым, что Оливия, залюбовавшись, споткнулась и едва не расшибла нос.

— Не знаю, не знаю, — возразила она. — Ты не заметил, что в этом доме очень скверно обращаются со слугами?

— Захир вообще странный человек, весьма своеобразный.

— Именно! Ты видел статую перед входом? Жуть! Кому может понравиться каменная змея? Меня при одном взгляде на нее воротит.

— Захир обожает змей. Его любимый твидл — Асмадеус. И днем тот как раз змея.

— Фу! Гадость какая… А видел Кхараха? Если честно, я его немного побаиваюсь. У него на лице нет никаких эмоций. Болен, наверное…

— Я заметил.

— И оживился он только один раз, когда рассказывал про Асма-как-его-там… Культ у них здесь, что ли, какой-то?

— Тсс… — Марко приложил палец к губам; они подошли к лестнице и, потушив факел, начали по ней подниматься.

— Ты говорил, вход охраняется… — напомнила Оливия шепотом, — как же ты вошел?

— Так же, как теперь выйдем… — едва слышно ответил Марко, — сейчас узнаешь.

Оказавшись наверху, он осторожно приоткрыл дверь и выглянул наружу.

— Все спокойно, идем.

Оливия последовала за ним. Очутившись снаружи, она увидела троих слуг, двое из них были ей уже знакомы, те самые кривоногие, ведшие ее в эргастул. Они стояли возле входа, облокотившись на стену дома. Она не поверила своим глазам.

«Что происходит? Неужели Марко…»

Трое стражников, не двигаясь, смотрели прямо на нее. Оливия мельком взглянула на Марко и увидела, что парень не проявляет ни малейших признаков беспокойства. И только сейчас заметила, что слуги ведут себя очень странно. И, приглядевшись повнимательней, поняла, что они… вроде как спят.

— Что ты с ними сделал? — испугалась она.

— Не он, а я…

Из темноты прямо к ее ногам бесшумно скользнула тень с большой головой.

— Йоши! — Оливия от неожиданности едва не взвизгнула, но Марко вовремя зажал ей рот.

— Я самый. — Панда лениво потянулся. — Скучное место тут, негде повисеть даже.

— Что с ними? — Оливия указала на неподвижных стражников.

— Щепотка болотного багульника, две щепотки измельченного корня ползучего пырея, меду немного и хорошенько размешать все это в теплой воде. И настояться дать… — Йоши опять потянулся. — Молодец я, правда?

— Он у нас специалист по травам, — пояснил Марко. — К сожалению, только ночью. Когда панда.

— Ох, выяснится когда, и получат… Какой скандал случится… — Йоши театрально расширил глаза. — Посмотрю, надеюсь. А то после твоего с братом столь неожиданного появления на корабле больше не случилось ничего интересного.

— Ты выяснил, где Рэнделл? — спросил Марко.

— Лучше… — Йоши открыл рот, и Оливия увидела блеснувший в лунном свете драгоценный камень.

— Это то, что я думаю?

— Без понятия, — пожал плечами панда. — Знать откуда могу я, думаешь ты о чем сейчас?

Марко схватил камень за приделанную к нему длинную серебряную цепочку и, повесив на шею, спрятал под рубашкой.

— Да, — пояснил он, — это амулет Рэнделла. Идем.

Оливия предпочла бы держать его у себя, но Марко взял камень с таким уверенным видом, что она промолчала, не став возражать.

Парень пошел вдоль дома. Оливия осторожно следовала за ним. Йоши смешно бежал рядом.

— Как тебе удалось?

— Легко. Доверяет мне Альд Аир. Знаю я много про него. Знал и амулет где лежит. Видел, когда он прятал. Я же Альд Аира любимец.

— И так с ним поступаешь?

— Но не он же мой любимец, в конце концов. И не забывай, оказался с ним я не по воле своей.

— А ты не пытался бежать?

— Бежать? — Йоши остановился и задумался. — Бежать, ты говоришь? — Оливия впервые увидела панду озадаченным. — Нет, никогда.

— Тихо… — шикнул Марко.

Они подошли к главному входу в дом и сейчас стояли напротив каменного изваяния Асмадеуса. Оливия поежилась. Даже в темноте ей казалось, что змей глядит на нее внимательным, проникающим буквально в душу взглядом.

«Успокойся, он всего лишь статуя».

Оливия посмотрела на Йоши с Марко. Те, казалось, даже не замечали каменного змея. И ей стало несколько легче.

— Пойду, нет ли там кого, посмотрю… — предложил Йоши. — А вы постойте тут. Меня не заподозрит, в отличие от вас, никто.

Панда бесшумно скрылся за дверью. Повисло молчание. Марко настороженно всматривался в темноту, а Оливия косилась на статую Асмадеуса. Змей все не хотел уходить из головы.

— А что ты намерен делать дальше? — не выдержав тишины, поинтересовалась она у парня.

— Дальше?

— После того как поможешь мне бежать и уйдешь от Альд Аира.

— Не знаю, еще не думал. — Марко едва заметно помрачнел. — К тому же мы еще не разыскали твоего брата. Так что пока есть чем заняться. А дальше?.. Дальше будет видно.

— Ты хочешь мне помочь искать Оливера? — обрадовалась Оливия, прокручивая в воображении красочные картины беснующегося братца, узнающего, какую роль сыграл Марко в его освобождении.

— Если ты не против…

«Не вздумай показывать радость, — строго предупредила Оливия себя. — Еще вообразит невесть что…»

И тут же подумала:

«А пусть воображает. Мне не жалко».

— Я? Нет. Буду только…

В этот момент дверь открылась и в нее просунулась большая голова с маленькими ушами.

— Спокойно все, — сообщил Йоши. — Мирно спит дом, и путь свободен. После гулянки грандиозной такой, Захиром устроенной, под окнами колесом ходить можно и песни горланить, никто и слова не скажет. Выход ваш, герои, спасите пленника несчастного.

— А ты с нами не пойдешь? — удивился Марко.

— Я? Под ногами путаться у вас?

— Помогать и следить за обстановкой.

Йоши, не говоря больше ни слова, исчез в доме.

Дом действительно спал, разве что не храпел. Оливия представила, как шевелятся стены, словно огромная грудная клетка, и едва сдержала смешок. Марко непонимающе покосился на нее.

— Рэнделл наверху, — прошептал он.

На второй этаж вела широкая мраморная лестница, освещенная масляными лампами. Осторожно поднимаясь по ступенькам, стараясь идти на цыпочках и почти не дышать, Оливия, напрягая уши, прислушивалась, ловя малейший шорох. Но потом сообразила, что с ними Йоши, а у панды слух намного лучше, чем у нее. И успокоилась.

Дальше шли по широкому, устланному толстыми коврами коридору. Вдоль стен стояло множество статуй, и Оливия удивилась, что змеи среди них не преобладали. Дойдя до конца, они свернули налево и оказались в полутемном проходе. Здесь горел один-единственный фонарь, причем тускло, и казалось, что он в любой момент готов потухнуть. Марко вдруг уперся в стену, и почти ничего не видевшая перед собой Оливия от неожиданности налетела на него.

— Ничего не напутали? — поинтересовалась она.

— Птах на балконе, — едва слышно пояснил Йоши, его большие глаза светились загадочным желто-зеленым светом.

Марко отодвинул не замеченную Оливией в первый момент штору и открыл скрываемую ею дверь, почти полностью сделанную из стекла. В лицо подуло прохладой.

— Рэнделл, — тихо позвала Оливия, выходя наружу.

В дальнем конце она разглядела придвинутую к ограде клетку, а затем услышала хлопанье крыльев.

— Оливия! — обрадовался сычик.

— Оливия, тише, — попросил Марко.

— Поздно, нас, кажется, заметили, — добавил Йоши.

— Что? — одновременно спросили Марко с Оливией.

— По коридору кто-то идет… очень тихо… вроде один… — Йоши немного помолчал и добавил: — А может, и двое…

Теперь она и сама видела красноватые отблески на стенах. Появилась длинная, узкая тень. Шедший нес факел. Марко быстро втащил Йоши за собой и попытался закрыть дверь. Но снаружи она не имела замка. Не было даже засова или щеколды. Парню пришлось держать ее рукой, в противном случае дверь норовила открыться.

«Вот попали так попали…»

— Ты вроде уверял, что все спят? — напомнила Оливия Йоши.

— Видимо, это стойкие самые. Или бессонницей страдающие. — Панда не выглядел обескураженным. — В любом случае остальные дрыхнуть точно должны. Прорветесь.

Оливия взглянула вниз. Темнота скрывала истинное расстояние до земли, но даже по самым примерным прикидкам, балкон находился весьма высоко.

«Ох, не хочется обратно в подземелье…»

При воспоминании об эргастуле и стае крыс ей сделалось плохо.

— Храбрые герои в ловушку угодили смертельную, — едва слышно проговорил Йоши, — и нет у них спастись никакой возможности. Что же делать? Как быть? Погибнут неужели?

Оливия недовольно посмотрела на панду.

— Не время шутить! Лучше бы помог.

— И вся надежда только у них на храброго и великодушного Йоши.

Он бесшумно подошел к клетке с Рэнделлом и просунул острый коготь в замок.

— Я забыл закрыть штору! — стукнул себя по лбу Марко.

Оливия через стеклянную дверь бросила взгляд в коридор. И поняла: их заметили. Йоши оказался прав. На них уставились двое слуг, со злыми, лишенными малейшего намека на доброту лицами. Правда, они пока были еще далеко.

— Тут все такие странные… — прошептала она.

— Особенно тот тип, мучил который тебя, — проворчал Йоши. — Я видел, как он с метлой в руках гонял по двору котенка. А после кормил змею, причем из блюдечка, и вдобавок — молоком.

— Согласен, — буркнул Марко. — Интересно, они ограничатся тем, что отругают нас? Или захотят воспользоваться вон теми длинными саблями?

Оливия увидела, что в руках слуг блеснули клинки.

— Джог!

Замок на клетке щелкнул и открылся. Сычик с радостным возгласом взмыл в небо.

Слуги приблизились к двери и потянули ее на себя.

— Мне пора. — Йоши с удивительной для его фигуры быстротой подскочил к краю балкона. — И вам советую.

И не медля больше ни секунды, прыгнул. Оливия с завистью проследила, как он исчезает в темноте.

— Караул! — завопил один из слуг, увидев, что клетка пуста. — Грабеж! Все сюда! Держите вора!

«Видимо, эргастулом теперь не ограничатся…»

Второй слуга резким движением разбил стекло и ринулся в атаку. Оливия в ужасе отшатнулась. Марко выпустил бесполезную дверь и схватил Оливию за руку.

— Ты мне доверяешь?

При этих словах он начал настойчиво подталкивать ее к краю.

«Э-э-э… даже не знаю… А есть выбор?»

Оливия чуть помедлила, но видя, как по коридору бегут еще трое слуг, и у каждого в руке — обнаженная сабля, а лица не менее свирепы, чем у тех двоих, выпалила:

— Конечно!

— Тогда закрой глаза.

Оливия так и поступила. На краткий миг ей стало хорошо и спокойно. В следующую секунду она услышала грозные окрики, проклятия на непонятном языке. И почувствовала, что Марко крепко сжимает ее в объятиях. Затем ноги, то ли от переполнявших чувств, то ли оттого, что ей сделалось плохо, оторвались от земли. В лицо ударил порыв ветра, встрепавший волосы и едва не сорвавший с нее легкую тунику. И тут все неожиданно закончилось. Лишь громкие возгласы не желали смолкать, правда, доносились они теперь откуда-то сверху.

— Оливия? Теперь можешь открывать.

Она стояла на земле. Рядом хмурился Марко, потирая ногу, неподалеку парил сычик.

— Ты прыгнул оттуда? — До нее наконец дошло, что случилось. — Ты сумасшедший! Мы же могли погибнуть. Ты в порядке?

— В полном, только ногу слегка подвернул, — он вновь поморщился, — да ничего. Терпимо.

— Вот так славные герои, следуя примеру отважного и прекрасного Йоши, вырвались из ловушки, — произнес из темноты голос панды. — К сожалению, враги и не думали отступать. Что ждет наших героев в дальнейшем? Неужели вновь придется проявлять себя смекалистому Йоши?

— Йоши прав. Надо бежать.

Марко схватил Оливию за руку и потащил прочь от дома.

«Все спят? — сердилась она на ходу. — Разведчики из панд никудышные».

Во дворе становилось все светлее. Один за другим загорались светом окна. Со стороны центрального входа выскочило пятеро слуг с факелами и саблями в руках и начали озираться, выискивая ее с Марко.

— Рэнделл, ты с нами? — спросила она у сычика.

Тот замялся:

— Ты же знаешь, я не могу…

— Марко смог раздобыть твой амулет.

— Да, он у меня. — Парень коснулся рукой груди. — Я разрешаю тебе покинуть этот дом. Я разрешаю тебе делать все, что ты захочешь. Ты свободен!

— Благодарю вас, — обрадовался Рэнделл. — А где Оливер? Он нас где-то ждет?..

— После! — оборвал его Марко. — Поговорим потом.

Он потащил Оливию через двор. Рядом бесшумно, невидимой тенью спешил Йоши, а над ним, с явным удовольствием махая крыльями, летел Рэнделл.

И тут раздался истошный вопль, от которого у Оливии по спине пробежали мурашки, а сычик едва не свалился на землю. Даже Йоши сбился с шага и начал оглядываться.

— А-а-а! У-у-у! Немедленно остановить их! Птенца! В первую очередь — птицу! А затем и остальных! У-у-у! Никому не дайте уйти! А-а-а! Никому, слышите меня?!

Оливия увидела, как на улицу выбегает Захир. Он был одет в расстегнутый халат, на ногах болтались узкие туфли без носков, волосы на голове спрятаны под сеточку. Он корчил злобные рожи, яростно размахивал руками, смешно дергал ногами, подпрыгивая на месте, и усиленно раздавал тумаки пробегавшим мимо слугам.

— А-а-а! Сбегут же! Сбегут! Где Альд Аир? У-у-у! Ведь сбегут!

В противоположность его словам Оливия заметила, что расстояние между ними и погоней сокращается. Она могла бы бежать намного быстрее, да и Йоши перемещался весьма резво, о Рэнделле вообще говорить не стоило, но вот Марко… Парень заметно хромал и, стиснув зубы, морщился от боли при каждом шаге.

«Так мы далеко не уйдем…»

Оливия задумалась, но никаких сногсшибательных и даже мало-мальски спасительных идей в голову не приходило, сказывались усталость и волнение последних дней.

— Йоши, что делать? — бросила она на ходу, кивая в сторону Марко.

— И вновь лишь находчивость несравненного Йоши дает героям шанс одолеть врагов. — Панда сбросил скорость и приблизился к Оливии. — Все, что приходит в голову — разделиться.

— Ты хочешь сказать — все пропало? И каждый за себя? Нет, я так не поступлю.

— Сказать я хочу, не дающая мне договорить нетерпеливая девочка, что Захиру нужны птица и амулет в первую очередь. И только потом ты и Марко. Станут все кого ловить, если дилемма возникнет?

Оливия все поняла. Но все равно сомневалась. Она еще имеет шанс спастись, но вот Марко с его больной ногой…

— Йоши прав. — Парень, слышавший их разговор, в упор посмотрел на нее, — ты не должна позволить себя схватить. Помни о брате. Ты нужна ему. И не волнуйся за меня. Я и не из таких переделок выбирался.

— Хорошо, — согласилась она, хотя сердце отчаянно протестовало.

— Дай мне амулет, — потребовал Йоши у Марко.

Тот отказался.

— Глупец, — уже совершенно другим тоном, звучавшим настолько серьезно, что казался чужим, скороговоркой принялся объяснять панда, — тебя, скорее всего, поймают. И тогда напрасно все будет. В клетку вернется обратно Рэнделл. Дай его мне, и шанс получит совенок на спасение.

Марко поколебался с секунду, но затем снял с шеи цепочку и протянул Йоши камень. Мгновение все смотрели друг на друга, а затем сычик взмыл вверх. Следом скрылся в темноте панда, да так быстро, что Оливия в первый момент посчитала, будто он волшебным образом растворился в воздухе. Они остались вдвоем. Видя, что погоня приближается, Оливия опрометью кинулась влево, а Марко продолжил бежать прямо.

«Хоть бы сработало…»

— На улице, за углом, — услышала она удаляющийся голос Марко, — повозка. Садись в нее и уезжай. Встретимся в порту.

Оливия хотела крикнуть в ответ: «А как же ты?» — но ноги уже унесли ее в сторону, к стене, высившейся вокруг дома Захира. Краем глаза она заметила, что за ней погналось лишь двое. Догнали в тот самый момент, когда она пыталась перелезть через каменную ограду. Один схватил на ногу, а второй попытался потянуть вниз за тунику. Спасение было так близко, что Оливию вдруг охватила ярость. Она не может позволить себя схватить, когда свобода совсем рядом! С силой лягнула первого слугу свободной ногой, угодив ему прямо в лоб. Тот от неожиданности крякнул и, отпустив ее, сел на землю, потирая голову. Второй выхватил саблю, но воспользоваться ею не успел, получив удар в грудь. Зашатался, выронил оружие и удивленно посмотрел на Оливию. Дальше она не стала ждать. И пока слуги не успели прийти в себя, подтянулась вверх, перевалилась через стену и оказалась на пустой и тихой улочке.

Отряхнувшись и уже не слыша истошных воплей Захира, а вместе с ними и звуков погони, она побрела вдоль соседнего дома. Вдалеке раздалось приглушенное фырканье, и Оливия разглядела в темноте повозку, запряженную тем самым худым мулом, привезшим ее сюда. Ей показалось, что случилось все полжизни назад и даже вроде как не с ней. Приют, местные ребята, вечно недовольные нянечки и высокомерная начальница представлялись Оливии чем-то сказочным и столь далеким, словно из другой жизни.

Забравшись на козлы, погладила мула по спине. Тот даже не обернулся, лишь в удивлении приподнял уши.

«Как там остальные? Удалось ли им сбежать? А Марко? Хоть бы спасся…»

Она понятия не имела, куда ехать. Где находятся порт и тем более гостиница, в которой сейчас держат брата? Но Марко говорил, что корабль, на котором должен плыть Оливер, отходит утром. Следовало поторапливаться. Она натянула поводья, мул с готовностью подался вперед, но вместо этого Оливия медленно начала слезать на землю. Нет, она не могла оставить друзей в беде.

Тут послышалось хлопанье крыльев, и рядом с ней появился Рэнделл.

— Как Марко? — набросилась на сычика Оливия. — С ним все хорошо?

— Не знаю, — смутившись, ответил он. — Я старался отвлекать слуг, летал над ними. А они все норовили схватить меня. У них никак не получалось, мне даже стало немного весело. Пока не появился тот толстый капитан…

— Альд Аир?

— Именно. Он принес огромную сеть. Я думал, он неповоротливый. И едва не поплатился за расслабленность. Меня почти накрыли ею. Насилу вырвался и улетел. А Марко я не видел. Может, ему удалось сбежать?

— Надеюсь…

«Если там Альд Аир, то лучше не возвращаться…»

— Скажи, Оливия, почему Марко помогал нам?

— Он поссорился с Альд Аиром. За то, что тот продал меня с братом в рабство. — Она помедлила, задумавшись, и продолжила: — Теперь он наш друг.

— Хм… интересный поворот судьбы, — проухал Рэнделл, — меня спас мой же похититель. И кто же это вызвал в нем такие разительные перемены?

Оливия смутилась и, велев мулу ехать по улице, предпочла переменить тему.

Дорога, тихая и одинокая в ночной темноте, шла в неизвестность, а время до отхода судна, увозящего Оливера, неумолимо сокращалось.

— Славный Йоши вновь оставляет в дураках плохих парней, а хорошим позволяет торжествовать. — Повозка заметно прогнулась, и Оливия увидела, как в нее забирается панда. — И девушкам тоже. К сожалению, фраза испорчена. Не подумал…

— Ты Марко не видел?

— Я думал, он с тобой. — Йоши нахмурился. — Не волнуйся: я уверен, что с ним все в порядке. Как понимаю, ты собираешься попасть в порт? Тогда тебе желательно сейчас свернуть. А чтобы сбить погоню со следа, лучше всего — вон туда…

Некоторое время ехали молча.

— А как ты сбежал без амулета? — наконец поинтересовался Рэнделл.

— Сбежал? — удивился панда. — Я никуда не сбегал.

— Ты же сейчас с нами, — обернулась ошарашенная Оливия.

— Великодушный Йоши не может смотреть, как страдают невинные. Разумеется, я с вами. Но не значит это, что в бегах я теперь. Провожу вас — и обратно вернусь.

— Ты не боишься гнева толстого капитана? — изумился Рэнделл. — Ты настоящий храбрец.

— Я знаю… только за что ему на меня сердиться?

— За помощь нам.

— Он ведь не знает. Не думаю, что сумел разглядеть меня в такой темноте. Я хорошо прятался.

Оливия, продолжавшая переживать за Марко и слушавшая разговор краем уха, все же отметила про себя, что Йоши действительно старался все время оставаться незамеченным. Всегда находился в тени, держался за углом и вел себя довольно тихо.

«Ну где же он? Где? А если схватили? И мучают?..»

В голове промелькнули сцены, в которых Марко сидит связанный на стуле, а вокруг со злыми, перекошенными от ярости лицами расхаживают Альд Аир с Захиром. Парень молчит и только усмехается им в глаза. И тогда его тащат вниз по длинному, темному коридору в эргастул.

«Лучше бы меня вместо него… — Открывается оббитая металлом дверь, и на Марко, пища́, бегут полчища крыс с голыми хвостами. — Ужас какой… Нет, простите, погорячилась».

— Бросаешь, значит?

К повозке, отделившись от стены двухэтажного дома, скользнула тень. Оливия в первый момент испугалась, едва не вскрикнув. Сычик, стремительно взлетев, спрятался у нее за спиной. Только Йоши да флегматичный мул по-прежнему оставались спокойными. Приглядевшись, она заметила, что фигура сильно прихрамывает, и в следующую секунду обрадовалась, с трудом удержавшись на козлах.

— Марко!

Парень, морщась от боли, устроился рядом с пандой.

— Всем привет. Так, значит, бросаешь?

Йоши замялся. Зато заговорила Оливия:

— Как тебе удалось убежать? Ты еле ходишь… Больно?

— Пустяки. Мне повезло. Почти все кинулись ловить Рэнделла… — Он на секунду сделал паузу, видимо позволяя Йоши вставить ремарку, но панда продолжал отмалчиваться. — Тогда я добрался до ограды и перелез через нее. Опоздал всего немного, видел, как вы уезжаете, но не смог догнать. И решил отправиться в порт, как и договаривались. Срезал путь по одному проулку и услышал вас. Предлагаю поторапливаться. Уверен, за нами гонятся все слуги Захира. Да и Альд Аир скоро подключит своих людей.

Он пристально посмотрел на панду.

— Хочешь, вернемся за твоим амулетом? Дом сейчас пустой. Никто его не охраняет.

— Не стоит, — Йоши стал совсем грустным. — Я останусь с Альд Аиром. Мне у него хорошо.

— Хорошо? — Марко в изумлении вытаращил глаза.

— Комфортно, не цепляйся к словам.

— Я думал, мы друзья…

— Друзья. Стал бы я иначе тебе помогать… Я, между прочим, рисковал.

— Прячась в тени? — вступила в разговор Оливия.

— Я шел на разумный риск. Всегда следует учитывать возможность провала и шанс иметь к отступлению и примирению со стороной враждебной.

— Вот именно, — с жаром проговорил Марко, — с враждебной. Как ты можешь оставаться у него? Альд Аир же тебя не ценит. Ты сам говорил.

— Не ценит, — согласился панда. — Лишь развлечение я для него. Забавная зверюшка.

— Поехали за амулетом, — не желал сдаваться Марко. — Ты знаешь, где он?

— Сдался тебе амулет… — проворчал Йоши. — Да, я знаю, где он.

— Знаешь? — переспросила Оливия. — И до сих пор не забрал?

— Отчего? Забрал. — Йоши раскрыл рот и вытащил темно-красный камень. — Не тот, птицы. А, вот. — И извлек другой, побольше, очень похожий на изумруд.

— Он у тебя? — Оливия едва не упала.

— И как долго?.. — прошептал потрясенный Марко.

А Рэнделл, видимо потерявший дар речи, громко заухал.

— Месяца четыре…

— Так о чем тогда речь, — Марко придвинулся к Йоши и обнял за плечи, — хватит артачиться, давай с нами. Поможем Оливеру с Оливией. А потом, если хочешь, отправимся на твои острова. Научишь качаться на лианах.

— На лианах… — Панда закатил глаза. — Даже не знаю…

— Ты же не бросишь друзей? — продолжал настаивать Марко. — Не бросишь меня? Мы ведь вдвоем через столько прошли… Ты, получается, хочешь сказать, что тебе лучше с Альд Аиром?

Йоши почесал за ухом:

Друзья навек, давно решил —

За мира край я с ними,

Но только чтоб кормили.

Все радостно засмеялись, а панда с довольным видом добавил:

— Запомните все. Вечером имею я привычку медитировать. Прошу не мешать.

— Конечно, — ответили все хором.

— А сейчас давай займемся твоей ногой. — Йоши повернулся к Марко. — Думаю, в твоем случае примочки помогут из настоя зверобоя, тысячелистника и донника. Для верности корни аира добавлю.

Порт в предрассветный час выглядел притихшим и походил на задремавшего человека. Причалы в основном пустовали, и лишь возле нескольких происходила неторопливая погрузка.

Оливия с тоской остановила повозку и огляделась.

— Как нам узнать, на каком из кораблей плывет Оливер?

— С помощью языка, — ответил Йоши. — Правда, этим лучше заняться вам двоим. Не уверен, что местные работники на говорящую панду адекватно отреагируют. А уж на птицу… боюсь представить.

Рэнделл попытался его клюнуть, но Йоши ловко увернулся.

— Мой пернатый друг, — возмутился он, — мы в одной команде. Следует мнение чужое уважать.

Оливия направилась к группе смуглых грузчиков, желая спросить про брата, но Марко остановил ее.

— Не советую. Позволь мне.

Он вынул из кармана серебряную монетку, подбросил на ладони и ленивой походкой двинулся к грузчикам.

— Ребята, не подскажете? Я ищу лысого старика с мальчиком. Звучит смешно, но…

Дальше Оливия уже не слышала, но видела. Через минуту разговора монета оказалась в руке одного из грузчиков, а Марко с довольным видом поспешил обратно.

— Тридцать второй причал, судно называется «Леди Аннабет».

Вернувшись к повозке, они поехали вдоль ряда судов. Начинало светать. Небо из черного превратилось в фиолетовое, мрачные тени съежились, медленно растворяясь в утреннем воздухе.

«Двадцать восьмой, — вглядываясь вперед и начиная невольно подгонять мула, прочла Оливия на табличке. — Двадцать девятый, тридцатый…»

Тридцать первый причал стоял пустой, а вот тридцать второй… Оливия в отчаянии увидела, что ранее пришвартованное к нему судно, с очень низким бортом и сильно напоминающее разрезанную пополам камбалу, отчаливает от берега. Мелькнул ряд весел, вдоль борта вспенилась вода, несколько матросов ловко взобрались на мачты.

— Давай же! Давай! — прикрикнула Оливия, пытаясь заставить исхудавшее животное двигаться еще быстрей, но в глубине души понимая, что не успевает. — Давай! Давай!

Повозка, стуча колесами, пролетела тридцатый причал, выскочила на тридцать первый, но было уже поздно.

— Оливер! — Оливия на полном ходу выпрыгнула и со всех ног кинулась бежать.

Рядом летел Рэнделл, с каждым взмахом крыла поднимаясь все выше. Судно между тем неотвратимо отходило все дальше и дальше. Чуть накренившись, повернуло в сторону, направляясь к выходу из бухты. И вскоре исчезло из виду, скрывшись за другими кораблями, стоявшими на рейде.

— Стой! — У самой воды Марко схватил Оливию за плечо.

— Нет!

Она попыталась вырваться, намереваясь броситься в море и поплыть следом за «Леди Аннабет». Но парень держал крепко.

— Ты утонешь, но брату ничем не поможешь.

— Рэнделл! — обратилась Оливия к сычику. — Лети, пожалуйста, к Оливеру. Передай ему, что я свободна и обязательно его найду. — Быстро повернулась к Йоши. — Отдай ему амулет.

Панда подбросил камень в воздух.

Рэнделл щелкнул клювом и схватил амулет. Несколько взмахов крыльев — и он уже парил над водой.

— Я не хочу тебя расстраивать, — раздался позади Оливии голос Йоши, — но восходит солнце.

Глядящая во все глаза на полет Рэнделла Оливия лишь отмахнулась. Сейчас она желала только одного: чтобы сычик догнал «Леди Аннабет».

— Какая разница?

— Мяу, вот какая.

Рэнделл следом за увозящим Оливера кораблем скрылся из виду, и в ту же секунду на все еще вспененную воду упали первые лучи солнца.

Глава 12

Оливия участвует в собачьих бегах

— Надо идти! — Марко, продолжая держать ее за плечи, принялся настойчиво тянуть в сторону. — Тут скоро будут люди Альд Аира.

— Мне все равно… — Она неотрывно смотрела на море. — Я опоздала… опоздала… Если бы чуть-чуть поторопилась…

— Мы обязательно найдем Оливера. Не переживай, с ним теперь Рэнделл.

— Если долетел…

Оливия чувствовала себя полностью опустошенной. Не было ни сил, ни желания вновь бежать, прятаться, скрываться. Хотелось прямо тут сесть, окунуть ноги в прохладную морскую воду и обо всем забыть. А затем, обернувшись и встретившись с братом взглядом, молча пойти в приют. Вместо этого она, собравшись, повернулась к Йоши.

— Давно стал котом?

Тот смутился, округлив и без того огромные глаза.

— Вопрос некорректен, но, так и быть, отвечу. Минуту-две назад. Обычно превращение происходит в момент появления из-за горизонта солнца.

— У всех твидлов одновременно?

— Чего не знаю, того не знаю. Слежу только за собой.

— У Рэнделла был шанс долететь до корабля?

— Если птенец работал крыльями как орел…

Так и не успокоившись и продолжая мучиться от неопределенности, она позволила повести себя к повозке.

Вдруг Марко резко остановился.

— Только не это…

Оливия проследила его взгляд и увидела вдалеке надвигающуюся на них группу из пяти-шести человек. Шедший впереди коренастый бородатый тип с неприятным лицом держал на привязи свору собак. Животные вели себя на редкость тихо и миролюбиво, лишь пристально глазели во все стороны, время от времени принюхиваясь.

— Мяу… — Шерсть на теле Йоши встала дыбом. — Вот и приходит конец нашему повествованию о невероятных свершениях доблестных героев. Блистательный и несравненный Йоши вынужден окончить повесть, дабы не травмировать психику благородных слушателей. Бежим!

Он развернулся и припустил к стоявшим сразу за причалами складским помещениям.

— Не стой как истукан! — Марко схватил Оливию за руку и потащил следом.

— Кто это? Они не похожи на слуг Захира. И Альд Аира среди них нет.

— Они хуже Захира и Альд Аира, вместе взятых. Видела псов?

— Тех милых песиков?

— Милых? Это твидлы. Днем гончие, невероятно выносливые, не ведающие пощады и очень умные…

— А ночью…

— Ночью с ними вообще лучше не встречаться.

— Гав! — разнеслось по причалу. — Гав! Гав! Гав!

Оливия предпочла не оборачиваться. Добежав до склада, они попробовали проникнуть внутрь, но дверь оказалась слишком крепко заперта и не пожелала поддаваться, когда они нервно бились в нее.

— Не успеть, — пытаясь отдышаться, сообщил Марко. — Бежим дальше.

Гавканье раздавалось теперь совсем рядом. Ткнувшись с тем же успехом в следующие две двери, они наконец обнаружили открытую. Из нее только что вышел человек в белой тунике, они как раз видели его спину. Видимо, сюда сгружали привезенный товар.

— Ну и вонь… — зажимая нос, пожаловалась Оливия, едва ввалилась внутрь.

— Похоже на специи, — взглянув на валявшийся поблизости мешок, объяснил Марко, — дорогие и очень хорошие.

Оливии от висевшего в воздухе запаха стало плохо, и сильно закружилась голова.

— Я не могу тут находиться.

— Потерпи, — попросил парень, — их аромат собьет собак со следа.

— А тех людей?

— С ними сложней.

Они спрятались в темном углу. Спустя мгновение в помещение кто-то вошел. Оливия надеялась, что пришедший является хозяином столь пахучего продукта, но вскоре поняла — повезло им не настолько сильно.

— Р-р-р… — разнеслось приглушенное рычание. — Я их не чувствую.

Голос звучал хрипло, грубо и был наполнен звенящей злобой. Оливия не сразу поняла, что принадлежит он собаке.

«И таких снаружи еще несколько…»

В носу настойчиво засвербело. Оливия, не любившая даже сладкий желтый перец, почувствовала, что из глаз начинают течь слезы. Ноздри нестерпимо жгло, и она едва сдерживалась, чтобы не чихнуть.

— Проклятые специи, — проворчал пес. — От меня тут мало толку. Разве что пройтись и осмотреться…

Марко, видя, что творится с Оливией, сжал ей руку, прикладывая палец к губам. А затем принялся тереть ее переносицу. Стало чуть легче.

Теперь она смогла отчетливо услышать шаги. Шли двое, и прямо к ним. Марко попятился, упершись спиной в стену.

— Дети, я знаю, вы здесь. Лучше выходите по-хорошему. А то Мазак начинает злиться. А когда Мазак злится, он кусается.

«Почему никого не интересует, что происходит, когда злится Оливия?»

В носу засвербело еще сильней. Не помогало даже усиленное потирание переносицы.

— Давай за мной… — едва слышно прошептал Марко.

Она обернулась и не поверила своим глазам. Парень буквально растворился в темноте. Остолбенев, Оливия пошарила вокруг себя рукой и наткнулась на стену, возле которой еще секунду назад находился Марко. Пальцы нащупали твердую, деревянную поверхность.

«Доски. Еще одна… еще… Куда он делся?..»

И тут ладонь угодила в пустоту. Оливия всем телом подалась туда и спустя мгновение очутилась в кромешной тьме.

— Тихо; только, пожалуйста, тихо, — прямо в ухо попросил Марко. — Я случайно нащупал шатавшуюся доску. Вытащил из нее гвозди. Нам повезло, за ней больше ничего не находилось. Теперь дай поставлю на место, пока Мазак и те, кто с ним, не догадались.

Оливия, постепенно привыкавшая к темноте и начинающая различать очертания стеллажей, бочек и кувшинов, почувствовала себя в безопасности, расслабилась и вдруг, не удержавшись, оглушительно чихнула.

В первый момент она подумала, что сейчас обвалится склад. По крайней мере, на ногу ей упала и больно ударила тяжелая доска. Но потом поняла, что помещение как стояло, так и стоит целехонькое. От такого хоть и громкого, но всего лишь звука, с ним ничего не должно случиться, а вот с ней и Марко…

— Гав! Они здесь! — прорычал совсем близко Мазак.

— Не успел поставить на место, — выругался Марко. — Зачем ты так?

Она пожала плечами, затем поняла, что парень все равно не видит и, коря и ругая себя за несдержанность, побежала в ту сторону, где, по ее представлению, находилась дверь.

— Там нас ждут, — Марко догнал ее, — давай поищем другой выход.

— Мяу! — На верхнем стеллаже блеснули два желтых глаза. — Прочистила нос? Точно? Тогда несравненный и самый прекрасный из всех котов, Йоши вновь приходит на помощь двум героям, вступившим в справедливую, но неравную схватку с псами-демонами. Вы в курсе, что этот Мазак ночью видит лучше меня, а летает быстрее коршуна?..

— Йоши, сейчас не до этого, — оборвал его Марко, — дожить бы еще до ночи…

— Хм… Благодаря мне ваши шансы возрастают многократно. Давайте сюда.

Оливия принялась карабкаться наверх. Вскоре они оказались почти под самой крышей. Внизу тем временем открылась входная дверь, и раздались заливистый лай, крики и громкие команды.

— Верните твидла, — рычал Мазак, — а то не ручаюсь за себя, покусаю!

— Он вас не чует, — радовался, глядя на него, Йоши. — Какая прелесть.

— Нас, может, и нет, но тебя — в состоянии, — оборвал веселье Марко. — Тебя в том помещении не было. Ты специями не пахнешь.

— Что правда, то правда, — погрустнел кот. — Тогда, как ни жаль, придется покидать вечеринку. Хотя я нисколько не печалюсь. Такая шумная компания — не по мне.

Он повел их по узким шатающимся балкам к противоположной стене. Несколько раз Оливия едва не сорвалась, но Марко ей помог. Вскоре внизу загорелись лампы, а следом появились факелы. Оливия разглядела бегающих в проходах собак и внимательно осматривающих каждый закуток людей.

— Вот и все, — сообщил Йоши. — Еще не поздно попрощаться с новыми знакомыми. Хотя я воздержусь.

Он юркнул в маленькое окошко. Марко последовал за ним.

— Гав! — раздалось прямо под Оливией.

Она с трудом удержалась и, не стерпев, посмотрела вниз. Задрав морду и скалясь в зубастой ухмылке, на нее глядел Мазак.

— Готовься. Покусаю, — рыча, пообещал он ей. — Где твидл, которого ты украла у господина Захира?

Оливия побледнела, но пересилила себя и перестала бояться.

«Как мужчины любят представить все в выгодном для себя свете!»

— Далеко! — крикнула она. — Тебе не добраться. — И показала язык.

— Зато ты близко, — напомнил Мазак. — Бойся темноты, девочка. Когда она придет, тебя уже ничто от меня не спасет.

— Пока, дворняжка.

Оливия помахала рукой и полезла в окно. Ступила ногой на узкий карниз, подтянулась и взобралась на крышу.

— Ты дразнила Мазака? — набросился на нее Йоши. — Ну зачем? Поговаривают, он имеет привычку каждое утро в течение часа мучить котенка. И теперь ты своим необдуманным поступком превратила обычную рутинную работу в личную обиду. Эх, угораздило же… И кто за язык тянул?

Он повернулся спиной и, тряся толстыми боками, засеменил прочь.

— Не бери в голову, — тихо попросил Марко. — Хотя он прав. Врага лишний раз лучше не злить.

«Какие все тут манерные…» — Оливия скривила губы.

— Они на крыше, — раздалось снизу, — я их вижу.

Марко попытался помочь, протянув руку, но Оливия состроила настолько недовольную гримасу, что он отдернул ладонь, словно ее облили кипятком.

— Гав! Гав! — Воздух наполнился лаем и грозным рычанием, смешанными с выкриками людей.

Оливия увидела беснующихся собак и бегающих возле них людей. Видимо, они искали способ подняться наверх. Один Мазак спокойно трусил вдоль стены, выразительно поглядывая на нее.

И никто не собирался останавливать нападавших. Работников порта будто сдуло свежим морским ветром.

Она быстро огляделась. Склады тянулись далеко вдоль берега, некоторые строения уходили вглубь порта. Следовало воспользоваться ситуацией, пока посланные Захиром преследователи не отыскали способ взобраться на крышу.

Осторожно ступая, Оливия поспешила вслед за Марко. Убежавший далеко вперед Йоши уже перебрался на другое здание, бросил на нее хмурый взгляд и, подняв хвост, припустил дальше. Вскоре кот исчез из виду, и она решила, что Йоши отыскал возможность спуститься. Но, подбежав к тому месту, где, как ей показалось, видела его в последний раз, поняла, что ошиблась.

— Гав! Гав! Гав!

Лай становился все громче и злее. Оливии начинало казаться, что еще немного — и псы сойдут с ума от бешенства. Поэтому она благоразумно переместилась к противоположному краю, принявшись высматривать, где бы слезть на землю.

Как назло, здания были разной высоты. И ей приходилось, переходя на следующее, либо прыгать, либо подтягиваться вверх. Спустя непродолжительное время она окончательно выбилась из сил. Видя ее состояние, Марко предпринял очередную попытку оказать помощь, но опять безуспешно. Оливия с таким возмущенным видом закатила глаза, что парень предпочел не настаивать.

Наконец они достигли строений, уходящих вглубь порта и в сторону от моря. Теперь преследователи не могли их видеть, и потому разразились настолько громкими криками, что, казалось, затряслись стены.

В этой части порта вдоль складской территории тянулся высокий забор. Его наличие выглядело странным, особенно если учесть, что в том месте, где Оливия пробралась на склады, никакого забора и близко не было видно.

Пробежав еще немного и чувствуя, что ноги наотрез отказываются идти дальше, она вдруг заметила, что ограда вплотную примыкает к зданию.

«Неужели…»

Другой такой возможности могло больше и не представиться. Рискуя сорваться с приличной высоты, Оливия принялась спускаться. Марко, успевший убежать вперед, не слыша больше звука ее шагов, обернулся и вернулся к ней. И как раз в тот момент, когда пальцы соскользнули и она повисла в воздухе. Еще мгновение — и Оливия полетела бы вниз. Тщетно выбросив вверх руку, она попробовала зацепиться хоть за что-то, и тут почувствовала, что падение все не начинается.

Марко! Он крепко держал ее. Облегченно выдохнув, нащупала ногами верх забора, перенесла на него тяжесть тела, с трудом удержала равновесие и спрыгнула на землю.

«Уфф…»

Парень с невероятной ловкостью, словно и не бегал по крышам, спустился следом.

— Гав! Гав! Гав! — Лай звучал теперь приглушенно, зато злобы и ярости в нем заметно прибавилось.

— Идем. — Марко помог подняться.

Они находились возле огромной кучи мусора, за ней высилась еще одна стена. Оглядевшись, Оливия поняла, что через нее придется лезть. И на сей раз не стала отказываться от помощи. Едва она взобралась наверх, как увидела Мазака. Бесшумно, словно тень, он выскочил из-за горы отходов и кинулся к ней. За ним неслись еще пять псов, морды перекошены от ярости, клыки обнажены, глаза в упор уставились на нее.

«Ой!» — От такого пугающего зрелища Оливия, сорвавшись, упала прямо на Марко.

— Ты что! — Он едва поймал ее, припав к земле на одно колено.

— Девочка, ты здорово меня разозлила, — донесся из-за ограды хриплый голос. — Я хорошо запомнил твой запах еще на пристани. И запах твоего дружка. Можешь бежать сейчас, но знай, от Мазака еще никто не скрылся.

— Все когда-то происходит в первый раз… — с издевкой ответила Оливия.

— Опять за старое? — Марко попробовал зажать ей рот, но она увернулась.

— Верни твидла, девочка. Тебе в Бахаре негде скрыться. Ворота закрыты с раннего утра. Стражники осматривают каждого, кто покидает город. Ты делаешь только хуже. Чем дольше я тебя ловлю, тем худшую участь ты готовишь себе в будущем. Господин Захир очень зол на тебя. А его гнев — ничто по сравнению с моим.

Оливия предпочла больше не слушать. Сразу за стеной шла узкая улочка, и она направилась по ней.

— Я слышу твои шаги, — угрожающе произнес Мазак. — Неверное решение. Что ж, дело твое…

Она хотела опять ответить и даже придумала, что именно, но Марко, пребывающий настороже и заранее угадавший ее намерения, успел зажать рот.

— Пусти… — Спустя несколько секунд она сумела вырваться, но придуманная саркастическая фраза оказалась благополучно забытой.

Некоторое время шли молча. Оливия немного успокоилась. Опасность вроде миновала, а рядом вышагивал такой красавчик… Не желая упускать момент, она, состроив страдальческое лицо, жалобным тоном произнесла:

— Марко, прости, но я так устала, что больше не могу идти.

Парень всплеснул руками и с готовностью подставил плечо. Оливия с удовольствием и даже некоторым блаженством облокотилась на него.

«Ах…» — Она прикрыла глаза, предоставив ногам самостоятельно делать свою работу.

А когда открыла, увидела катившуюся к ним повозку, знакомого тощего мула и Йоши, с ленивым видом жмурившегося от солнца.

«Не мог объявиться позже?»

Кот все испортил, и мгновение счастья закончилось.

— Что станем делать дальше? — сухо поинтересовалась она, усевшись на козлы.

Рядом пристроился Марко, а Йоши, сидевший до этого впереди, перебрался назад.

— Придется некоторое время переждать, — ответил парень, — а потом искать судно, идущее на остров к твоему брату.

— Кто нас возьмет на него?

— За деньги — возьмут. У меня их, правда, немного, но должно хватить.

Оливия с благодарностью взглянула на Марко.

— Спасибо, я все отдам.

— Не стоит…

— Не стоит спорить об этом.

— А где будем пережидать? — забеспокоился Йоши. — Я привык хорошо питаться. К тому же подходит время утренней медитации. — Он поднял голову и отыскал солнечный диск. — Хотя… я опоздал. — И осуждающе глядя на Оливию, добавил: — В первый раз за последние несколько лет. А все из-за тебя. Не злила бы Мазака, он давно бы от нас отстал.

Улица между тем наполнялась людьми. С недовольными, еще сонными лицами они покидали свои дома, спеша на работу.

Марко остановил повозку возле здания, построенного из крупных серых блоков. Над широким проемом входа висела вывеска. На ней яркой, свежей краской была нарисована пузатая рыба, покрытая золотой чешуей. Под ней виднелась надпись: «Рыбное место».

— Я бы сейчас поел рыбки, — с тоской в глазах промурлыкал Йоши и выразительно посмотрел на Марко.

— Нам не следует попусту расходовать деньги, — возмутилась Оливия. — Вдруг не хватит на билет?

— Без пищи мы рискуем не доплыть до твоего братца, — возразил кот. — Помереть в пути. Или ты предлагаешь ловить мышей? В любом случае решать Марко. Сейчас он главный. Уверен, он сделает все правильно.

— Вначале нам надо снять комнату. — Парень спрыгнул на землю и шагнул внутрь заведения.

Оливия последовала за ним.

— Ты не обязан тратиться на нас, — быстро заговорила она, надеясь, что Йоши не слышит. — Я, к примеру, не хочу есть. Я хорошо поела в доме Захира.

В ответ на такую наглую ложь желудок настойчиво заурчал. Но она сделала вид, что не замечает его намеков. При мысли, что Марко готов расстаться ради нее с последними деньгами, ей вдруг стало неловко. У нее никогда не водилось крупной суммы, и по этой причине она привыкла дорожить каждой монеткой.

— Я уговорил Йоши сбежать от Альд Аира, — пояснил Марко. — И в ответе за него. И за тебя, кстати, тоже.

— Я способна позаботиться о себе, — вспыхнула Оливия, сама не понимая отчего, то ли от возмущения, то ли от удовольствия, — я не кот.

— Ты в чужом городе, и ты в опасности, за тобой гонится Захир. И я взялся защитить тебя. Не забыла? А я не привык делать дело лишь наполовину.

Оливия замерла. В животе пробежало приятное чувство, словно по нему провели мягким пером. Никто никогда ее не защищал. Оливер не в счет. Он, разумеется, пытался, и неоднократно. Но в основном выходило плохо. Обычно он вступался за нее перед мальчишками и неизменно получал от них.

— И к тому же, — улыбнулся Марко, подмигивая ей, — ты обещала все отдать.

Они позавтракали восхитительной ухой, свежим, еще теплым хлебом, сыром и румяными булочками с медом. Запили все странным на вкус прохладным напитком. Темный цвет вначале смутил Оливию. Но, немного привыкнув, она нашла его освежающим и невероятно ароматным.

Марко снял на третьем этаже крохотную комнату с узкой кроватью и огромным, буквально на всю стену окном. К счастью, окно находилось в той части здания, на которую сейчас не светило солнце, поэтому в помещении было не так жарко.

Йоши сразу улегся на единственную подушку. Оливия вначале отказывалась от предложения Марко, что он поспит на полу. Но потом ощутила себя настолько уставшей, что не заметила, как оказалась рядом с Йоши. И в следующую секунду провалилась в глубокий сон.

Глава 13

Оливия попадает в волшебный магазин

Просыпаться не хотелось. Сквозь сладкую дрему слышались отдаленные, приглушенные звуки улицы. Прямо возле уха, приятно щекоча щеку, звучало довольное мурлыканье. По телу пробегали расслабляющие волны отдыха: никуда не надо бежать, прятаться, скрываться…

И вдруг все закончилось. В голове возник образ Оливера, и, едва она вспомнила о брате, как сразу резко открыла глаза. Через плотно закрытые ставни на пол текли жиденькие ручейки света. Судя по всему, все еще был день.

«Видимо, я спала совсем недолго…»

Оливия потерла глаза и зевнула. Марко отсутствовал. Зато рядом лежал Йоши. Хвост кота, видимо недовольного ее подъемом, вел себя будто разгневанная змея.

— Мяу! — Йоши потянулся, переворачиваясь на спину, и, подмигнув, произнес:

Лежал бы так вечность,

Но незадача вот:

Желудок опустел.

— Мы только недавно ели, — удивилась Оливия.

— Недавно? — засмеялся кот. — Тебе достаточно один раз в день? Диета? Брр… На мой скромный вкус, ты чересчур стройна.

— А где Марко?

— В порту. Ищет для нас корабль. Так мы пойдем обедать? Марко оставил немного денег.

— До ужина не дотерпишь? — Оливии не хотелось в отсутствие Марко тратить его сбережения.

— Ужин здесь так себе… — скривился Йоши. — И шумно слишком. А вот обед — замечательный.

— Ты тут бывал раньше?

— Раньше? Нет, никогда. Вчера я оказался в этом скромном заведении впервые.

— Вчера?..

— Тебя что-то удивляет, Оливия?

— Сколько я спала?

— Долго, очень долго. Мой рекорд, правда, превзойти не удалось.

— Я думала, пару часов… — Оливия озадаченно потерла лоб. — Выходит, сейчас следующий день… И чем вы занимались?

— Я в основном медитировал. А Марко провел время с меньшей пользой. Он часами пропадает в порту.

Оливии стало не по себе. Она столько провалялась без дела, продрыхла, словно сурок, а Марко — рисковал собой. В голове всплыл образ скалящегося Мазака.

— Почему не разбудил меня? Почему не пошел с ним? Он ведь там один. Вдруг с ним что-то случилось! Давно ушел?

— Еще утром. И не волнуйся, все с ним в порядке. Альд Аир не может находиться сразу везде. Мне ли не знать…

— А Мазак?

— Мазак? — Йоши вздрогнул. — Мазак — другое дело… М-да… вот дела… Я так сильно его боюсь, что предпочитаю о нем вообще не думать. Вот и забыл. А ты напомнила. Теперь я еще сильнее хочу есть. Пойдем вниз.

— А не лучше ли в порт? Помочь Марко.

— Он прекрасно справится самостоятельно. К тому же в первую очередь ищут тебя. Во вторую — меня. И только в третью — Марко.

— Ты забыл про Рэнделла, — напомнила Оливия.

— Птаха среди нас нет. Он в безопасности, — Йоши опустил взгляд к полу, — если, конечно, долетел…

На первом этаже располагалась таверна. Она состояла из просторного помещения, сплошь заставленного грубыми деревянными столами, очага с едва горевшим огнем и скучающего хозяина, дремавшего за стойкой. Народу почти не было. В углу сидел сутулый старик, без видимого удовольствия ковырявшийся в тарелке. Возле входа расположились два молодых типа с отрешенными небритыми лицами. Напротив каждого — по деревянному стакану, в которые, опустив головы, оба отрешенно пялились. И все. Остальные столы были пустыми.

Разбудив владельца, Йоши принялся делать заказ. Хозяин таверны спросонья не сразу догадался, что происходит, и вначале замахал на кота, решив, будто Йоши — злой демон, явившийся по его душу. Воспользовавшись страхами мужчины, Йоши выторговал значительную скидку.

Думая о подвергавшемся опасностям Марко и находящимся неизвестно где брате, Оливия почти не притронулась к еде. Она вполуха слушала кота, поглядывая то на потолок, то на входную дверь. И поэтому не сразу заметила, как к ним подошел незнакомец. Он был высоким и худым и, несмотря на жаркую погоду, кутался в шерстяной плащ, на ногах виднелись кожаные сапоги до колен. Когда он заговорил, голос его показался знакомым.

«Где я могла с ним встречаться? Судя по одежде, он не местный. Значит, только в Лавинии… Вдруг он поможет нам с братом вернуться домой?»

Но тут до нее начал доходить смысл сказанных им слов.

— …ты так похожа на одну женщину. Кто твои родители?

— Родители?.. — переспросила удивленная Оливия. — Не знаю. Я их не помню.

— Ты из Бахары?

— А какая вам, собственно, разница? — Оливия нахмурилась: незнакомец определенно переставал ей нравиться.

Йоши молча поглощал двойную порцию ухи, равномерно выкладывая по краям тарелки кусочки вареной картошки, которую принципиально не ел. Краем глаза кот поглядывал на неожиданного собеседника, но в разговор не вступал.

— Ты не понимаешь… — Незнакомец сел рядом. — У тебя есть брат? Одного с тобой возраста?

— Знаете что… — Оливия отодвинулась в сторону. — Я сейчас позову на помощь. Вы даже не представляете, что тут делают с такими, как вы.

— Ничего, — улыбнулся он. — В этом городе никому ни до кого нет дела. Но тебе нечего бояться. Я не причиню вреда. Кстати, меня зовут Гарольд Макалистер.

— Мне все равно, я не хочу с вами знакомиться.

— Я друг. — Макалистер очень внимательно посмотрел на нее. — Друг твоих родителей.

— Что? — Оливия почувствовала, как опускается вниз челюсть; должно быть, это выглядело очень смешно.

— Теперь я узнал тебя. Я увидел твоего брата на ярмарке в Лавинии несколько дней назад. Ведь вы были там?

— Допустим… — пропищала она, все еще не осознавая до конца смысл последних слов.

— Я кричал вам с братом, хотел поговорить, но вы убежали.

«Вот почему мне знаком его голос. Он — тот длинный мужик… А мы думали, за нами гонится владелец груши».

— И?..

— Ты вся в мать, такой же взгляд. Я не сразу тебя узнал. Просто не поверил вначале, что могу столкнуться с тобой в Бахаре. Еще эта одежда… Как твое имя?

— Оливия…

— Мне надо кое о чем тебя спросить, Оливия. Это очень важно.

«Он знал родителей, знал маму и папу. Может рассказать, какие они были…»

Она не поверила своему счастью, ведь в последнее время перестала надеяться, что сумеет узнать, как их хотя бы звали. Выяснить свою настоящую фамилию…

— Оливия… — Йоши, доевший уху и приступивший к жареной рыбе, неожиданно пригнулся и начал медленно сползать под стол. — Опасность.

Она быстро оглянулась и увидела, как в таверну входят те самые люди, что гнались за ней в порту.

«Нет, только не сейчас! — Она в отчаянии уставилась на вход, а затем быстро перевела взгляд на Макалистера. — Я ничего не успела спросить. Столько просидела — и не задала ни единого вопроса…»

Стараясь не привлекать внимания, Оливия последовала примеру кота. У Макалистера глаза полезли на лоб.

— Что происходит? Ты в беде? А где твой брат?

— Тихо, вы! — шикнула Оливия.

Скрываясь за рядами столов, она принялась пробираться к двери. Макалистер встал и медленно двинулся по помещению, делая вид, что не смотрит на вошедших. Но один из них, бросив короткий взгляд, окрикнул его:

— Ты не видел тут случаем парня с девушкой? С ними еще был жирный котяра.

— Жирный котяра?

Макалистер задумался. Люди Альд Аира мгновенно направились к нему. Пользуясь моментом, Оливия почти подобралась к входной двери.

— Черный такой. С огромными глазищами.

— Черный, говорите? — Новоявленный знакомый усиленно потер лоб.

Йоши ползком выбрался наружу и скрылся в ослепительном свете дня.

— С ним девушка и парень еще. Так ты их видел?

— А парень — какой из себя?

— Смуглый… На вид лет семнадцать.

«Семнадцать? — удивилась Оливия. — Я думала, шестнадцать. Хорошо сохранился. Вот что значит свежий воздух и физические упражнения».

Она скользнула вслед за Йоши. Сделала пару шагов, оглянулась и неожиданно налетела на кого-то.

— Кажется, я видел их наверху, — наконец сообщил Макалистер.

Тут же раздались возбужденные возгласы и топот ног. Люди Альд Аира устремились к лестнице.

Оливия тем временем замерла от страха. Из горла начал вырываться испуганный крик, но в следующий момент застыл на губах, так и не сорвавшись с них. Чья-то ладонь секундой ранее зажала рот.

— Это я, не бойся. — Перед ней стоял Марко. — Бежим. — И взяв за руку, быстро повел по улице.

— Тут один человек… — уперлась Оливия; пройдя немного, она остановилась, решив больше не двигаться с места и обязательно дождаться Макалистера. — Он знал родителей.

— Твоих? — Марко вскинул в удивлении брови.

— Моих. Я их никогда не видела. Они давно умерли, когда мы с братом были совсем маленькими.

— Вот как… Оливия, мне жаль. Сюда направляется Мазак. Надо уходить.

Оливия в нетерпении кинула взгляд в только что покинутое помещение. Макалистер спешным шагом шел к ней. Но все равно был еще далеко.

— Больше нельзя ждать, — умоляющим голосом произнес Марко. — Мазак уже совсем близко.

— Гав! — раздалось вдалеке, их заметили.

— Встретимся завтра возле городских ворот! — выкрикнула Оливия название единственного знакомого ей места в Бахаре, если не считать невольничьего рынка и дома Захира. — В это же самое время.

И со всех ног побежала прочь, увлекаемая Марко. В самый последний момент она успела заметить, как поменялось лицо Макалистера. Из довольного и расслабленного оно превратилось в раздосадованное.

— Постой! — попытался он ее остановить. — Я так долго тебя искал!

— Гав! Гав! Гав! — разнеслось по улице, и с каждой секундой звучало все ближе.

Оливия в страхе обернулась. Распугивая прохожих, вдоль домов несся Мазак. Следом, чуть отстав, злобно рычали на бегу еще четыре собаки. Через пару секунд они достигли входа в таверну.

— И снова здравствуй, девочка. Я весьма рад нашей встрече. — Мазак резко, отрывисто выплевывал каждое слово. — Господин Захир просил передать свое недовольство. Он увольняет тебя со службы. И этим развязывает мне лапы. Я могу делать с тобой что захочу.

«Уфф… Я теперь не рабыня. Не может не радовать».

— Спасибо, что сообщили, — на бегу выкрикнула она, — но на чаевые у меня нет денег. Не стоит так настаивать.

И тут произошло невероятное. Макалистер, на которого Мазак не обратил внимания, вдруг выбросил прямо перед собой правую руку. Одновременно он произнес низким гортанным голосом непонятную фразу — и в воздухе возник красный шар, размером с яблоко. Вращаясь, шар начал быстро расти и вскоре стал больше самого огромного арбуза. Макалистер слегка подтолкнул его в сторону ничего не подозревавшего Мазака. Сфера, набирая скорость и продолжая вращаться, быстро догнала псов и поплыла над их спинами.

Марко свернул за угол, Оливия на миг задержалась и вновь обернулась. И не поверила своим глазам. Шар с громким хлопком взорвался, и на мохнатых преследователей посыпались огненные искры. Спустя мгновение псы резко остановились и с оглушительным воем начали кататься в пыли, пытаясь потушить загоревшуюся шерсть.

— Твой знакомый — колдун? — воскликнул потрясенный увиденным Марко. — Почему ты не сказала?

— Времени как-то не было. Да я и сама не знала.

— Не нравится он мне… Колдуны просто так не помогают.

— Вернемся и выясним? — предложила Оливия.

Парень замялся. На лице появилось явное нежелание идти обратно к таверне.

Тогда, видя, что они не собираются направляться к нему, Макалистер сам поспешил к ним. Но не успел сделать и пары шагов, как из двери позади него выскочили люди Альд Аира. Увидев, что случилось с собаками, они изумленно уставились на них.

— Что пялитесь? Бестолочи! — прорычал Мазак. — Трое, схватить вон того мужика. Остальные — за девчонкой.

Макалистер побледнел, он оказался зажатым с одной стороны псами, а с другой — людьми Альд Аира.

— Они же… — вскричала Оливия. — Мы должны ему помочь…

— Ты что? — перебил ее Марко. — Он колдун. Прекрасно справится сам. А нам надо бежать.

Оливия поглядела на парня с укором.

— Ты же с ним договорилась, — напомнил он. — Уверен, все с колдуном будет хорошо. А вот с нами…

К ним приближались люди Альд Аира. Медлить было уже нельзя, и Оливия позволила себя уговорить.

Они поспешили по улице.

— Мяу! — Возле настежь открытой двери нетерпеливо прохаживался Йоши. — Что вы так долго? За мной. — И запрыгнул внутрь.

Оливия поспешила следом и оказалась в полутемном помещении, сплошь заставленном стеллажами с книгами.

— Тут нас в жизни не найдут, — сообщил кот. — К тому же не всех сюда пускают. — И указал на висевшую табличку с изображением перечеркнутого силуэта собаки.

— Книжный магазин? — удивилась Оливия.

— Книжная лавка Бахары, — поправил Йоши. — Идем скорее.

Он смешно засеменил вдоль полок. Оливия, краем глаза поглядывая на стоявшие на них толстые тома, шла рядом.

«Оливер, наверное, остался бы тут навсегда… — горько подумала она. — Хорошо ли обращается с ним тот мерзкий старик?»

— Ты посмотри здесь, — раздались голоса со стороны улицы. — А мы — дальше. Она не могла далеко сбежать.

Осторожно выглянув, Оливия увидела, как в магазин входит озирающийся по сторонам человек.

«Мы пропали… А почему Йоши так спокоен? Может, он знает про второй выход?»

Кот продолжал уходить все дальше и дальше. Оливия вскоре перестала поспевать за ним. И сколько ни шли, все еще не достигли дальнего конца лавки. А стеллажам все не было конца.

— А снаружи магазин не казался таким огромным, — потрясенно произнесла она.

— Я же тебе говорю, ты в книжной лавке Бахары.

— И что?

— В ней огромное количество книг. Большая часть всех известных в мире. Представляешь, каких размеров должна быть лавка?

— Огромной…

— Именно. А если воспользоваться магией?

— Она заколдована?

— Всего лишь парочка заклинаний, изменяющих пространство.

— Чего?

— Внутри всегда хватит места для любого количества книг.

— Тише вы. — Марко, настороженно поглядывавший назад, шикнул на них.

— Тот человек не встретит нас, — довольным тоном пояснил Йоши. — Уверен, твой братец знает об этом магазине. Лавка одна такая и известна во всем мире. Вы никогда не столкнетесь с другим покупателем, только если не войдете вместе с ним или не возьметесь одновременно за одну и ту же книгу. Успокойтесь, мы в безопасности.

И словно в подтверждение своих слов, он с блаженным видом растянулся на полу.

— И к тому же сюда не пускают собак, — закрывая глаза, добавил кот. — А теперь не мешайте. Я второй день не могу придумать заключительную строчку для нового стихотворения.

Оливия переглянулась с Марко.

— Что-то не верится… — протянул парень.

— А ты, мой друг, чем-то еще в этой жизни интересуешься, кроме корабликов, парусов, канатов и сабель? — не открывая глаз, поинтересовался Йоши.

Марко криво улыбнулся.

— То-то же… — правильно понял его молчание кот. А теперь — всё. Прошу тишины.

Они находились в магазине довольно долго и действительно так и не встретили внутри ни одного человека. В том числе и хозяина заведения. Только когда снаружи начало темнеть, друзья осмелились выйти на улицу.

— В гостиницу нельзя нам, — ворчал Йоши, успевший стать пандой. — Засада там точно. Где заночуем, Марко? А ужин, когда будет он у нас? Я слишком думал много сегодня, а деятельность умственная калорий требует значительного числа.

— Можно остановиться неподалеку от порта, — предложил парень, — там и поедим. Заодно сходим и заплатим за билет. Я нашел судно. Отходит завтра вечером.

— Отлично! — обрадовалась Оливия. — А денег хватит?

— Пришлось продать телегу и мула…

— И правильно, — обрадовался Йоши. — Считай, что Альд Аир дорогу нам оплатил. Ведь это его вещички ты толкнул барыгам. Надеюсь, не продешевил? Животное худосочное вызывало у меня симпатию некоторую. Обидно, если ты отдал его задаром почти.

Судно оказалось в два раза меньше «Черной медузы» и имело всего один парус. Встретивший их одноглазый капитан, одновременно являвшийся и владельцем судна, неожиданно огорошил:

— Отход через час.

— Через час? — изумился Марко.

— Планы поменялись.

— И каким образом и, главное, когда вы собирались мне это сообщить?

— Ты платил вперед?

— Нет.

— Тогда чего возмущаешься? — Одноглазый капитан почесал рыжеватую бороду. — Странное существо с огромной головой сойдет за ребенка. С него, так и быть, возьму полцены.

— За ребенка? — возмутился Йоши. — И не такая большая голова у меня, в самый раз, чтобы вместить интеллект недюжий.

— Говорящий? — Капитан даже ухом не повел. — Если продолжит кричать, удвою сумму. На моем корабле голос повышаю только я один. Усвоили?

— Мы не можем уплыть этой ночью, — вдруг вспомнила Оливия. — А как же Макалистер? Мы же с ним договорились.

— Нашел один раз тебя, найдет и второй, — хмыкнул Йоши.

— Следующего судна можно ждать неделю, — Марко недовольно покосился на капитана. — Прости, что так вышло. Решать тебе…

Оливия растерянно огляделась. Ей хотелось бежать спасать Оливера, но было и очень любопытно узнать, чего от нее хотел знакомый родителей. Они ведь так нормально и не поговорили. А спустя полдня она поняла, что вела с ним себя глупо. Ей представился такой случай узнать про маму и папу, расспросить про них, выяснить их имена, свою настоящую фамилию. Может, у нее есть родственники, и тогда ей наконец повезет, и ее с братом заберут из приюта…

— Мне вообще-то некогда, — одноглазый прервал ее размышления, — плывете или как?

— Плывем, — глухо ответила Оливия, делая выбор в пользу брата.

Глава 14

Оливер поселяется в замке

Очертания Бахары таяли на глазах. Крыши и стены домов, портовые сооружения и здания складов, стоявшие возле причалов суда становились с каждой минутой все меньше, постепенно съеживались и исчезали.

Оливер, находясь на корме, глядел невидящим взором на пенившуюся воду, играющие среди волн утренние солнечные лучи, покачивающихся на морской поверхности разноцветных медуз, мелких рыбешек, всплывавших с песчаного дна. Прямо над головой, едва не задев верхушку мачты, пролетела огромная белоснежная птица, очень похожая на альбатроса. Следом, наполняя воздух противным резким криком, мчалась стая чаек. Часть из них закружилась над кораблем, некоторые расселись вдоль борта, с важным видом поглядывая по сторонам.

Оливер несколько раз пытался сбежать и теперь корил себя за упущенные возможности, но тогда, когда чувствовал подходящий момент, им овладевала нерешительность и необъяснимый страх, а ноги подгибались, отказываясь слушаться. А возможностей действительно было предостаточно: в толпе, когда он следовал по улицам Бахары; в гостинице, пока старик расплачивался с хозяином; ночью во время сна и сегодняшним утром по дороге в порт. И каждый раз дед, словно специально, не смотрел на него, а он отчего-то трусил.

«Леди Аннабет» повернула вправо, и направлявшиеся в порт суда скрыли от Оливера причал. Постукивая пальцами по деревянной обшивке, он тяжело вздохнул. Думать ни о чем не хотелось. Нащупав книгу, он вытащил ее и вдруг услышал звук, напоминавший падение в воду тяжелого камня.

«Оливер! — пронеслось в голове. — Оливер, помоги!»

Он быстро огляделся. Вокруг никого, лишь вдалеке двое матросов, тихо переговариваясь, складывали промокшие канаты.

— Оливер! — раздалось теперь не в голове, а совсем рядом, откуда-то снизу. Слова сопровождались бульканьем и плеском воды. — Оливер, помоги! Это я… Рэнделл…

«Рэнделл?»

Не веря своим ушам, он крутанулся на месте. Рядом по-прежнему никого нет. И тогда посмотрел вниз, за борт. Отчаянно молотя лапами по воде, полностью в нее погружаясь и вновь всплывая, отплевываясь и фыркая, за «Леди Аннабет» плыл Рэнделл.

Оливер на мгновение потерял дар речи. Округлившимися глазами он уставился на волка. Тот в ответ скрылся из виду, успев лишь выкрикнуть:

— Я не умею плавать!

Судорожно дернувшись, Оливер подскочил к валявшемуся поблизости канату и бросил конец Рэнделлу. Вынырнув через пару секунд, волк вцепился в него зубами. И Оливер начал тащить.

Мокрый Рэнделл оказался значительно тяжелее сухого. К тому же он совсем не умел взбираться наверх. Оливеру потребовались неимоверные усилия, чтобы поднять друга на борт.

Наконец они оба, обессиленные, упали на палубу.

— Как тебе удалось сбежать? — спустя продолжительное время спросил Оливер.

Рэнделл оскалился, и из раскрытой пасти вывалился темный рубин на длинной цепочке.

— Йоши помог…

— Котяра?

— Еще Марко…

— Марко? — Оливер не знал, что и думать. — Ты ничего не путаешь?

— Альд Аир продал ее одному страшному человеку. Тому же, к которому вез меня. А Марко и Йоши спасли нас.

— Оливия свободна? — обрадовался Оливер. — Странно… Зачем им так поступать? Они же с Альд Аиром заодно… А где Оливия сейчас? С ней все в порядке?

— Да, с ней все хорошо…

И Рэнделл принялся рассказывать.

— Она в безопасности. — Оливер поднялся и почесал волка за ухом. — Хочешь сказать, я ошибался насчет Марко?

— Я не знаю, что думать, но о твоей сестре он точно заботился. Кстати, она просила передать, что непременно разыщет и спасет тебя.

— Значит, будем ждать, — кивнул Оливер. — Раз Оливия послала тебя ко мне — видимо, знает, куда плывет судно, и сумеет найти нас. Можно не сомневаться. Надо только потерпеть.

Настроение заметно улучшилось, но одна мелочь его несколько омрачала.

«Как-то слишком назойливо Марко вьется вокруг Оливии, — подумал он. — Сдается мне, подбивает к сестре клинья. При встрече непременно закатаю ему губу».

— А ты как? — в свою очередь, поинтересовался Рэнделл.

— Меня купил один старик. Странный такой… И мерзкий. Он меня сильно пугает. Везет к себе домой, на какой-то остров.

— Далеко?

— Не знаю. Не говорит. Старик не из болтливых. Я, например, до сих пор не знаю, как его зовут.

— И где он? — Рэнделл оглядел палубу. На нее начали потихоньку выходить первые пассажиры.

— В каюте. К себе не пускает. Да больно надо… Он приобрел меня, когда узнал, что я умею читать. Даже не знаю, что дед от меня хочет.

Так они и просидели следующие три дня. Вначале на Рэнделла опасливо косились пассажиры и члены команды, некоторые из особо ретивых даже предлагали выкинуть волка за борт. Но узнав, что он твидл, успокоились, хотя все равно старались обходить стороной. Оливер с удовольствием воспользовался создавшейся ситуацией и принялся расспрашивать Рэнделла про его родные острова, местных обитателей, колдунов и соседние страны.

Старик за все время плаванья ни разу не показался. Оливер втайне надеялся, что тот по старости лет помер, и мечтал по прибытии на остров сойти с корабля свободным.

Однако таким смелым надеждам сбыться было не суждено. Три дня пролетели незаметно, и вот вдалеке показалась серая полоска земли. Она начала быстро расти, разбегаясь в обе стороны горизонта. Еще несколько часов — и «Леди Аннабет» уже стояла в крохотном порту возле единственного причала.

Обожавший все новое Оливер во все глаза смотрел на узкую дорожку, бегущую к пузатому холму с плоской вершиной. Вокруг теснились маленькие одноэтажные домики. Сразу за ними начинался лес. В нем росли странные на первый взгляд деревья, низкие и ужасно кривые. Они почти не имели листьев, зато были густо усеяны неизвестными плодами совершенно невероятной формы.

— Тут ничего интересного нет… — раздался прямо возле уха негромкий скрипучий голос. Оливеру не требовалось оборачиваться, чтобы понять, кто к нему обращается.

«Жив, значит. Прискорбно… Жаль, что его не добила морская болезнь. Ничего, все равно сбегу. Вот только дождусь сестру».

— Кто это с тобой?

При этих словах Рэнделл, поджав хвост, вжался в борт и тихо заскулил.

— Мой друг.

— Забавный твидл. Придется оставить здесь. Тебе будет не до него.

— Вы не можете.

Старик вскинул седые брови.

— Хорошо, как хочешь. Кормить станешь сам. Начнет мешать или бегать, тявкая либо воя на Луну, — умерщвлю. И запомни. Сегодня ты в первый и последний раз перечил мне. В следующий раз пожалеешь.

Говорил старик медленно, ровным голосом, почти лишенным эмоций, словно читал длинный и нудный текст. Но Оливер сразу поверил во все угрозы. А Рэнделл мгновенно затих, прижав уши к голове.

— Теперь иди и возьми мои вещи, — глядя куда-то в сторону, приказал старик.

Оливер поспешил выполнить поручение. Войдя в каюту, он остолбенел. И не сразу поверил своим глазам. Она была буквально набита книгами и свитками. С трудом перевязав их выпрошенными у матросов веревками, он спустился на причал.

Старик терпеливо ожидал, едва заметно раскачиваясь из стороны в сторону.

Оливер надеялся, что дед возьмет напрокат одну из повозок, которые стояли неподалеку, но тот, не глядя на них, медленно побрел в город.

— А-а… — Оливер уже было раскрыл рот, но, вспомнив недавнее предостережение, предпочел закрыть.

«Ладно, — успокаивал он себя, — недолго мне горбатиться; скоро приплывет Оливия, и мы вдвоем покажем тебе…»

Вскоре сильно заныла спина, заболели руки и начали подкашиваться ноги. И Оливер поймал себя на довольно интересной мысли: первый раз в жизни он не радовался такому количеству книг.

Городок, когда они вошли в него, при ближайшем рассмотрении оказался небольшой деревенькой. Местные жители, завидев их, отчего-то принялись в спешном порядке скрываться в своих домах.

«Эге! — ухмыльнулся Оливер. — Наш дедуля не пользуется здесь популярностью. Видимо, в чем-то провинился. Может, стоит сбежать? Нет, не стану. Оливия обещала разыскать, потерплю».

Пройдя деревню насквозь, они начали подниматься на холм. Дорога шла вверх не резко, а довольно плавно, но все равно давалась Оливеру с великим трудом.

— Нельзя было поселиться ближе к морю? — ворчал он себе под нос, с ненавистью поглядывая в спину любителю домашних библиотек.

А тот все шел и шел. Дома закончились, местность сделалась безлюдной. Кряхтя, Оливер брел, шатаясь из стороны в сторону. Рэнделл подбадривал, как мог. Попробовал взять в зубы связку книг, но нечаянно перекусил веревку.

На вершине холма, ровной и плоской, словно ребенок-гигант срезал ее верхушку огромным ножом, старик остановился.

— Устал? — проскрипел он.

— А вы как думаете? Разумеется!

— Это тебе урок. И ты, я вижу, хорошо его усвоил. Я думал, начнешь жаловаться и откажешься идти, но ты справился, молодец.

Он едва слышно пробормотал какие-то слова и щелкнул пальцами. Стопки книг, пригибавшие Оливера к земле, поднялись в воздух и медленно поплыли вдоль дороги. Оливер, не веря в то, что видит, оторопел.

«Настоящее волшебство! Старик — колдун?»

И вдруг разозлился.

— Вы могли сразу так сделать, верно?

— Конечно. — Колдун едва заметно улыбнулся в бороду.

— Но предпочли меня мучить.

— Я не мучил. Я преподал урок. Впредь не оспаривай мои слова.

Оливер скрипнул зубами.

«Вот ведь тип… Оттаскать бы за бороду да намазать лысину вареньем».

— И запомни еще одно. — Старик оперся на свою палку. — Меня зовут Орозий. Но ты должен звать меня «господин Орозий». И никак иначе. Понятно, мальчик?

— А вам мое имя запомнить трудно? — Оливер с вызовом выпрямился, вскидывая голову.

Рэнделл, вздрогнув, осуждающе посмотрел на друга.

— Отнюдь, мальчик. Но твое имя меня не интересует.

— А зачем я вам?

— Слишком много вопросов… — Орозий повернулся и бодро зашагал вслед за книгами. — Ты умный, скоро и сам все поймешь.

— Хватит его злить, — прошептал Рэнделл, — он же колдун. Ты разве еще не догадался?

— Вижу, не дурак. Он из тех, кому принадлежат острова, на которых ты раньше жил?

— Не уверен. Хотя все может быть. Колдуны не очень любят покидать те места.

— Этот такой вредный, что его могли просто выгнать. Чтобы не портил настроение… — предположил Оливер.

Волк засмеялся, но, опомнившись, прикрыл пасть лапой.

«Понятно теперь, почему я не смог сбежать, — догадался Оливер, — видимо, старикашка наложил на меня одно из своих заклятий. Надеюсь, его магия — не навсегда?»

Лес, росший за холмом, вблизи выглядел еще более странным. Земля под деревьями была густо усыпана сухими ветками и подгнившими листьями. Кругом торчали толстые корни, судя по всему, принадлежавшие деревьям. В воздухе стояла гнетущая тишина, и, сколько Оливер ни старался, он не смог разглядеть поблизости ни одного животного или птицы.

Плоды, росшие на ветках, имели странную, пугающую форму. Создавалось впечатление, что, пока они росли, их каждый день мяли, выжимали и кусали. И вдобавок с них капал густой маслянистый сок, распространяя вокруг дурманящий аромат.

Оливер не испытывал особого желания идти вглубь леса, особенно учитывая, что день начал подходить к концу, уступая место вечеру. И как долго еще брести среди этого уродства, он не имел ни малейшего понятия. Правда, Оливер успокаивал себя, что с ними колдун, и, бросая на старика внимательные взгляды, удивлялся, что тот даже ухом не ведет, ничуть не беспокоясь при виде столь странного пейзажа.

— А вдруг он сам все тут заколдовал? — предположил Оливер. — И гадкий лес — творение его рук. Вот и прохаживается по нему перед сном, любуясь работой и исправляя изъяны.

Рэнделла такая гипотеза не впечатлила.

— Волшебники — серьезные люди. Не думаю, что кто-то из них стал бы коверкать природу.

— Орозий — нелюдим, и живет непонятно где, — не унимался Оливер, все еще обиженный на старика за шутку с книгами. — А если прямо в лесу? Угораздило же нарваться…

Рэнделл недовольно тявкнул, явно соглашаясь с его опасениями.

«Оливия сможет найти тут путь? Знака даже не оставишь, веточку не сломаешь… — Оливер обеспокоенно оглянулся; настроение еще больше ухудшилось, он теперь не был так уверен, что сестра скоро его разыщет. — В чаще явно что-то не так. Ощущается нечто жуткое и неприятное».

Лес, однако, вскоре закончился. Они опять вышли на дорогу, намного шире и ровнее предыдущей. Идти стало легче, хотя уставшие ноги настойчиво напоминали о привале. Но Орозий, казалось, не ведал усталости, уверенно вышагивал впереди, постукивая палкой. И ни разу не обернулся, узнать, идет ли Оливер за ним.

И в тот момент, когда Оливер уже начал подумывать, а не юркнуть ли в так удобно росшие густые кусты и все же попытаться сбежать, как увидел замок. Строение появилось буквально из ниоткуда. Еще секунду назад Оливер поглядывал вперед и ничего такого не видел. И вот перед ним возвышается огромное здание, с высокими башнями, крепостными стенами, сложенными из грубых, неотесанных камней. Постройку опоясывал широкий ров, а перекинутый через него мост валялся на другом берегу возле ворот, прятавшихся за железной решеткой.

— Настоящий… — ахнул Оливер. — А во рву есть вода?

Он подбежал и посмотрел вниз. Но кроме самой воды увидел еще и зубастых рыб размером с собаку, и жутких на вид зеленых существ, которые одновременно, будто по команде, уставились на него.

— Зачем они там? — осторожно заглядывая Оливеру через плечо, поинтересовался Рэнделл.

— Чтобы отпугивать незваных гостей, — проскрипел Орозий.

— Радушие и хлебосольство у вас, видимо, не в почете, — не удержался Оливер.

Промолчав, колдун взмахнул рукой — и мост, поднявшись в воздух, полетел к нему. На полпути остановился и мягко опустился своими концами по разным сторонам рва.

Идти по мосту было довольно страшно. Он сильно шатался, а прямо под ним зубастые рыбы и зеленые существа, раскрывая пасти, старались схватить за ноги.

Едва Орозий перешел на другой берег и ступил на землю, как железная решетка начала бесшумно подниматься, а находящаяся за ней оббитая металлом дверь — открываться.

Оливер глядел во все глаза, но никого не видел. Ему стало не по себе. Теперь он точно был уверен, что тот ужасный лес сотворил именно Орозий. И отчего-то совсем не хотелось заходить внутрь. Мало ли что его там ожидает… А еще он начал сильно беспокоиться за сестру. Лес, ров с водой, зубастые рыбы: сможет Оливия преодолеть такие препятствия?

Он попытался остановиться, но ноги продолжали двигаться помимо его воли. Так он и вошел в замок. И оказался в огромном зале, освещенном сотней светильников, свисавших с потолка или прикрепленных к стенам. Начищенный до зеркального блеска пол украшала цветная мозаика, изображавшая неизвестные Оливеру цветы и растения. Он разглядел несколько дверей, видимо ведших в помещения первого этажа, и две широкие каменные лестницы с толстыми перилами, расходящиеся в противоположные стороны.

К одной из них Орозий и направился. Бежавший рядом с Оливером Рэнделл пожаловался:

— Не нравится мне это место.

— Мне тоже.

— От него веет чем-то нехорошим. И запах такой… не внушающий доверия.

Оливер втянул воздух ноздрями, но ничего такого не почувствовал.

По лестнице шли долго, Оливеру показалось, что бесконечно. Наконец оказались перед маленькой дверью. Открыв ее, Орозий вошел в небольшую комнату. Оглядевшись, Оливер увидел кровать с тонким одеялом, деревянный стол со стулом, узкое, похожее на бойницу окно и крохотный камин.

— Тут ты будешь спать, — скрипнул старик.

Оливер поежился. Помещение выглядело мрачно. Темные стены с паутиной по углам, серый, с намечающейся плесенью потолок, по углам гуляет сквозняк, а из дымохода доносится завывание ветра.

«Даже в приютской спальне комфортнее и уютнее, — мрачно подумал он. — А внизу тепло, светло и пол отдраен до идеальной чистоты. Ничего, здесь я ненадолго. Скоро обязательно сбегу».

— И не думай пытаться сбежать, мальчик, — скрипнул колдун.

Оливер содрогнулся.

«Он и мысли читает?»

— Дровишек дадите? — кивая, выдавил он из себя.

Старик даже не взглянул на него, стукнул посохом и, не удостоив ответом, вышел в коридор.

— Наверное, родители в детстве перестарались, твердя, что молчание — золото, — проворчал Оливер, подходя к окну.

Выглянул наружу и понял, что находится в одной из башен. Высота была такой, что он смог разглядеть и уродливый лес, и холм, лишенный вершины, и море с опускающимся в него пурпурным солнечным диском.

Постояв так немного, направился к двери. И тут заметил, что Рэнделл успел превратиться в сычика. Теперь он сидел на столе и сосредоточенно чистил перья.

Толкнув дверь, Оливер понял, что та заперта, хотя не видел на ней никакого замка и не помнил, чтобы слышал звук закрываемого засова. Да и самого засова, входя сюда, не видел.

— Проклятая магия…

Рэнделл с сочувствием проухал.

— Хоть один из нас в любой момент может покинуть это место… — Оливер улегся на кровать и за неимением подушки положил под голову книгу. — И зачем я ему? У деда, должно быть, сотня слуг, следящих за замком и исполняющих любой каприз.

— Не забывай про колдовство, — напомнил сычик. — А тебя он приобрел явно не полы драить. Вспомни, как допытывался, насколько хорошо ты читаешь.

— Помню, помню, — пробормотал Оливер, закрывая глаза. — И все равно ничего не понимаю… Не вслух же читать он меня купил…

— А что у тебя за книга? Давно хотел спросить.

Оливер тяжело вздохнул. Закинув руку за голову, он потрогал твердую, обтрепанную обложку. Он слышал этот вопрос, наверное, в сотый раз. И давно перестал на него отвечать, потому что понял: никому не интересно, о чем книга, всем любопытен сам факт ее наличия.

— Так необычно и странно, — однажды призналась молоденькая нянечка, — мальчишек в твоем возрасте привлекает все, кроме чтения.

Вначале он собирался проигнорировать слова Рэнделла, но вопрос прозвучал настолько искренне, что он передумал.

— Сказки… — не открывая глаз, ответил Оливер. — Истории для детей…

— Обожаю сказки, — обрадовался Рэнделл.

— Я думаю, книга принадлежала родителям… Мне бы хотелось, чтобы принадлежала… По крайней мере, она у меня с того самого момента, как себя помню. Когда я еще не умел читать, то разглядывал картинки и придумывал к ним приключения.

— И какая твоя самая любимая? У меня — про совенка, мечтавшего добраться до солнца.

— А у меня — про героя, спасшего страну от великой опасности.

— Тебе нравятся битвы и сражения? — удивился Рэнделл.

— А еще рыцари в красивых доспехах. — Оливер вспомнил свой сон и добавил: — Только в легких доспехах. Чтобы легче было сражаться. У героя в сказке есть меч и щит. С их помощью он побеждает всех врагов.

— Что-то такое я слышал… — задумчиво отозвался сычик, — только это вроде легенда. И в ней еще говорится о волшебной короне.

— Корона? — оживился Оливер. — Расскажи! Обожаю такие истории.

— Да?.. Я не очень хорошо ее помню, — Рэнделл пришел в замешательство при виде возбуждения, охватившего Оливера, — могу напутать…

— Ничего. Все равно скучаем.

— Хорошо. — Сычик понял, что не отвертеться, и несколько раз кашлянул, прочищая горло. — Давным-давно в одной стране приключилась беда. Напали враги. Ну прямо как в твоей сказке.

— Да, таких легенд полным-полно! — нетерпеливо воскликнул Оливер. — Продолжай.

— Страна была большой и богатой, а армия — маленькой и слабой. Местный правитель не любил воевать и старался со всеми жить в мире и согласии.

— Откуда же тогда взялись враги?

— Из далеких земель. В один совсем не прекрасный день явились огромным полчищем и начали грабить и убивать. Армия у врагов была такой большой, что правитель не решился вступить с ней в бой.

— Что, не стал драться? Генеральное сражение, и все такое?

— Он поступил по-другому: собрал всех своих солдат в столице и приготовился к осаде, надеясь на крепость и высоту стен. Он рассчитывал, что враги удовлетворятся полученной в окрестностях добычей и не станут штурмовать город.

— Как-то не по-сказочному…

— Однако ошибся. Неприятель окружил столицу со всех сторон и приступил к осаде. Помощи ждать неоткуда, приступ идет за приступом, и правитель понимает, что еще немного — и город падет.

— И что дальше? — Оливер совсем забыл про сон — история действительно выходила очень интересной.

— Отчаявшись, правитель созвал совет. На нем стали решать, что делать дальше. Думали, думали и ничего не придумали.

— Город пал? — Оливер выглядел обескураженным.

— Еще нет. Совет пока продолжается. И тогда один из приближенных правителя вспомнил, что в соседней стране живут известные мастера. Они изготовляют поистине волшебные изделия, и в том числе оружие. И поговаривают, что оно делает его владельца непобедимым в бою.

— Класс! И что за оружие?

— Терпение, — отозвался Рэнделл. — Все в свое время. Так вот… Только стоит это оружие огромных денег. И все равно, даже за такую плату мастера не всегда берутся за работу.

— Манерные? — удивился Оливер.

— Наверное, просто не хотели давать такую силу в плохие руки, — предположил сычик. — Рискуя жизнью, посланник правителя выбрался из осажденной столицы и отправился к мастерам. Вернулся через несколько недель.

— И его не поймали?

— Если бы поймали — не было бы легенды, — заметил Рэнделл. — Вместо нее осталась бы очень скверная история. А так посланник сумел уговорить мастеров и пронес в столицу меч, корону и щит.

— Меч, корону и щит? — переспросил Оливер.

— Да. Каждая вещь обладала особыми свойствами. Меч сокрушал любого противника, щит защищал, делая неуязвимым в бою, а корона…

— Корона? — повторил Оливер, садясь и прислоняясь к стене.

— Корона позволила правителю принимать верные решения в битве. Он вывел свою армию из города и повел в атаку. Враги не устояли перед силой волшебного оружия и бежали. Страна была спасена, и все вновь стали жить мирно.

— Как бы я хотел иметь такой меч, — зевая, размечтался Оливер, — тогда меня никто не продал бы старику. Я бы освободил Оливию, а потом мы вернулись в родной город…

— А я не отказался бы от щита, — тихо засмеялся Рэнделл. — И никого уже не боялся.

— Но это всего лишь сказка, — засыпая, пробормотал Оливер. — Или?..

Но ответа не услышал, провалившись в приятную дремоту, а следом и в крепкий, без сновидений, сон.

Глава 15

Оливер обнаруживает таинственную дверь

Проснулся от холода. В помещении было темно, но он сумел разглядеть на столе силуэт Рэнделла. Сычик спал, спрятав голову под крыло. Встав и накинув на плечи одеяло, Оливер прокрался к двери и потянул на себя. Безрезультатно. Вздохнув, подошел к окну. Светало. Но солнце вставало в противоположной стороне, поэтому эта часть неба все еще чернела тьмой. Подросший месяц прятался за самой дальней башней, бросая на крышу серебряные отблески.

В коридоре послышались шаги. Дверь, едва слышно скрипнув, отворилась, и на пороге возник висевший в воздухе поднос с едой: яичницей, тостом с маслом и стаканом молока. Все еще не привыкший к такому Оливер попятился, а только что превратившийся в волка Рэнделл зарычал.

Поднос плавно проплыл через комнату и опустился на стол, а следом вошел Орозий.

— Насыщайся — и иди за мной, день тебе предстоит трудный.

Поделившись едой с Рэнделлом, Оливер неохотно последовал за колдуном. Облизывающийся и явно все еще голодный Рэнделл бежал рядом.

Шли долго. Вначале по лестнице на два этажа вниз, затем петляли по бесконечному коридору, после опустились еще на этаж, прошли два поворота и вновь поднялись.

«Куда идем?» — Оливер крутил во все стороны головой, но видел только стены, пол, горящие бронзовые светильники, лестничные пролеты и множество ступенек. И ни одного человека.

Стало страшновато. Немного отстав, он тихо зашептал:

— А если он ведет нас на опыты? Колдовские?

— Для этих опытов ему обязательно нужен грамотный?

— А вдруг? — Оливер покрылся мурашками. — И меня пугает, что, кроме старика, в огромном замке мы не встретили ни одного человека.

Рэнделл принюхался:

— Может, замок и безлюдный, но не безжизненный. Я кое-кого или кое-что чую. Запах незнакомый, но явно принадлежит живому существу.

— Это наверняка крысы, — отмахнулся Оливер; правда, он до сих пор не встретил тут ни одной.

— Крысы пахнут по-другому. Я их навидался на «Черной медузе». А этот запах специфический и очень сильный. Существо либо большое, либо их здесь очень много.

Они свернули за угол и оказались в тупике. Коридор резко заканчивался стеной. В ней едва различимо виднелись контуры двери. Если бы Орозий не начал ее открывать, Оливер никогда бы не заметил.

Дверь вела в просторное помещение. Как только Оливер переступил порог, у него перехватило дыхание.

— Библиотека… — восторженно прошептал он.

Огромная, с высоким потолком и массивными колоннами, с уходящими вдаль и поэтому почти неразличимыми на таком расстоянии стенами, она была сплошь заставлена книгами. Они находились везде: на бесчисленных полках, сотнях стеллажей, стоявшем в углу диване, двух столах около окна, на полу, стульях и креслах.

— Слушай меня внимательно, мальчик, — начал скрипеть Орозий, пока Оливер пытался подавить в себе волны счастья. — Я привел тебя сюда не для удовлетворения твоей жажды чтения. А сделать одну конкретную работу.

— Работу? — с трудом отрывая взгляд от толстенного тома, лежавшего прямо у ног, переспросил Оливер.

— Сегодня ты должен просмотреть все эти книги, — колдун указал на два десятка стопок, высившихся на столах почти до потолка, — и отметить в них любое упоминание Калегелха, Каледелма либо Каметела. Или что-то похожее.

— Кале-что? Что это вообще такое?

— Меч. Остальное ищи в книгах, — Орозий направился к выходу. — Для этого я и купил тебя. И не разочаруй меня. В противном случае пожалеешь.

Сказано было так, будто Орозий грозился лишить на обед сладкого, но у Оливера по спине пробежал холодок.

— Меч Кале-как-его-там… — Едва старик вышел, Оливер взглянул на Рэнделла. — Зачем он деду? На рыцарский турнир собрался? Или коллекцию собирает?

— Никогда и близко не слышал даже похожего названия, — волк улегся на полу, — но не всякому оружию дают имя. Меч должен принадлежать как минимум рыцарю или лорду.

Оливер направился к столу и не без удовольствия погрузился в чтение. Спустя полдня, одурев от просмотренного количества информации, он покончил с книгами на первом столе и перешел ко второму. Те давались значительно труднее, но героически выдержав это, Оливер внимательно проглядел их все.

Дремавший большую часть времени Рэнделл чутко повел ушами, едва тот закончил, и спросил:

— Есть успехи?

— Нет. Дед или издевается надо мной, или выбрал книги наугад.

Потерев ладонями уставшие глаза, Оливер подошел к окну. Снаружи наступал вечер. Солнце привычно направлялось к горизонту и собиралось опускаться в море, небо начинало менять цвет, становясь из синего лиловым.

Неожиданно волк навострил уши и, вскочив, спрятался под стол. В тот же момент открылась дверь, и в помещение вошел Орозий. Не говоря не слова, он вопросительно уставился на Оливера.

— Ничего, — покачал головой Оливер.

Старик скривил губы и пристально, буквально сверля глазами, глядел на него очень долгое время.

— Завтра продолжишь, — скрипнул он отрывисто, — а теперь иди спать.

Видя, что колдун не собирается провожать, Оливер напомнил:

— Я в вашем замке первый день. Не найду дорогу обратно.

Орозий недовольно поморщился и, наставив ему в голову палку, едва слышно произнес непонятное слово.

— Теперь отыщешь.

Дверь призывно дернулась, и Оливер поспешил выйти в коридор. Рэнделл, выскочив из-под стола, кинулся следом.

— Брр… — хрипло проворчал он. — От него пахло нетерпением и гневом.

Дверь закрылась, и они остались стоять в кромешной темноте.

— Ты хоть что-то видишь? — с надеждой спросил Оливер.

— Неа… но зато чую такое… Тот запах стал еще сильней. Одежда Орозия пропахла им насквозь. Видимо, он подходил близко к тому существу.

Оливер втянул ноздрями воздух, но опять ничего не унюхал. Осторожно сделал шаг вперед — и неожиданно рядом с ним вспыхнул светильник. Еще шаг, еще… Развешанные на стенах лампы одна за другой загорались, а те, которые он оставлял позади себя, спустя несколько секунд гасли.

Вначале Оливер пытался вспомнить, в каком направлении следует двигаться, но сколько ни пытался — лишь сильнее убеждался, что затея бесполезна. Тогда он предпочел просто идти, поглядывая по сторонам и надеясь, что ноги сами выведут. Те действительно шагали в каком-то конкретном направлении и сворачивали именно туда, куда хотели сами, а не в ту сторону, в какую собирался Оливер.

Внешний вид коридора не отличался разнообразием. Темно-серые стены из крупного кирпича, пол, покрытый потертой плиткой, встречающиеся то тут, то там статуи незнакомых рыцарей и королей. Дважды попался неработающий фонтан, а один раз — огромных размеров шкаф. Оливер попытался открыть одну из дверей, но, сколько ни тянул на себя, не сумел сдвинуть даже чуть-чуть. Но в основном он видел двери. Большие и маленькие, высокие и низкие, широкие и узкие, тяжелые, оббитые металлом и хлипкие, на которые надави плечом, и они сразу откроются. Оливер так и поступил. Вначале дернул ручку на себя, затем от себя. Дверь затрещала, петли напряглись… Он уже обрадовался, предвкушая, что заглянет внутрь, но больше ничего не произошло. И как ни бился, ни пинал ногами, ни тряс обеими руками и наваливался всем телом, все было бесполезно. Дверь не поддавалась.

А еще одна вызвала повышенный интерес. Вернее, не у него, а у Рэнделла. Едва они стали к ней приближаться, как волк повел себя странно. Шерсть на нем встала дыбом, пасть оскалилась, обнажив клыки, и из нее вырвался угрожающий рык.

— Что с тобой? — Оливер опасливо огляделся.

— Запах идет оттуда. — Рэнделл указал лапой на видневшуюся вдалеке дверь.

С виду она казалась самой обычной. Деревянная, покрытая простым узором, с маленькой ручкой и… Приглядевшись, Оливер заметил, что вокруг нее распространяется слабое голубовато-красное свечение.

— Давай откроем, — предложил он. — Узнаем наконец, кто не дает тебе покоя своим немытым телом.

— Мне кажется, не стоит на ночь глядя встречаться с неизвестным монстром, — запротестовал волк.

— Не смеши! Зачем дедуле держать за самой обычной дверью монстра?

— Ты видел, сколько их в том рву? Вдруг всем места не хватает? Лучше пойдем. Вот завтра, если все еще будет любопытно, и заглянем.

— Завтра? — Оливер задумался. — Мы одни, и старика рядом нет. Предлагаю бежать.

Рэнделл в изумлении уставился на Оливера.

— В темноте идти через тот жуткий лес?

— А вдруг другого шанса не будет?

Он быстро зашагал в сторону, противоположную той, в которую двигались до сего момента его ноги. Немного пройдя, они увидели лестницу, идущую вниз. За ней располагался тот самый зал с бесчисленным количеством светильников и статуй. Впереди виднелась широкая дверь, ведущая наружу.

Бросившись к ней, Оливер попытался ее открыть.

— Непослушный мальчик, — скрипнул за спиной голос Орозия. — Один раз сказал тебе; значит, недостаточно.

Рэнделл от неожиданности взвыл, а Оливер с мрачным видом обернулся:

— Вы думали, я с радостью останусь у вас жить?

— Нет конечно. — Колдун стоял совсем рядом. — Если честно, мне все равно, что ты там хочешь и думаешь. Я приобрел тебя для конкретной цели. И изволь ее выполнить. А теперь — спать.

Он ткнул ему в грудь посохом, и Оливер, вовсе того не хотя, быстрым шагом направился в обратную сторону.

— Дождусь Оливию и обязательно сбегу, — тихо проговорил он. — Втроем мы точно справимся с тобой.

Миновав еще несколько поворотов, они вышли на лестницу и, поднявшись по ней, увидели знакомую дверь. При их приближении она распахнулась, но стоило переступить порог, сразу захлопнулась.

В середине комнаты в воздухе кружилась маленькая тарелка, наполненная оладьями со сметаной. Рядом плавал стакан с яблочным соком. Оливер без всякого аппетита проглотил пищу, не забыв поделиться с Рэнделлом, и повалился на кровать.

Едва он закрыл веки, как над ухом заскрипел знакомый голос:

— Заканчивай дрыхнуть, мальчик.

«Еще же ночь…» — возмутился Оливер, пытаясь подняться.

Глянул в сторону окна и увидел начинающийся рассвет.

Очередной день выдался точно таким же, как и предыдущий. За ним последовал еще один, потом еще. Оливер часами корпел над грудой предварительно сложенных Орозием книг, постепенно начиная их ненавидеть. Потом тащился по коридору, делал слабую попытку открыть дверь, за которой скрывался пахучий монстр, давал Рэнделлу уговорить себя не делать глупости именно сегодня, возвращался в спальню, ел и падал на постель.

Он просмотрел, наверное, несколько десятков тысяч страниц, а может, и сотен, но никакого упоминания Калегелха, Каледелма или Каметела так и не встретил.

С каждым вечером колдун раздражался все сильней. Голос становился еще скрипучее, слова отрывистее, а фразы короче.

Оливер заметил, что намного чаще поглядывает в окно башни, ожидая появления сестры.

«Уже скоро, — твердил он себе. — Максимум — пара дней».

И вот, когда Оливер уже начал забывать, что ищет, он это нашел. Вначале не поверил своим глазам. Несколько раз перечитал про себя, а после — вслух. Дремавший Рэнделл проснулся и, зевая, уставился на него.

— Нашел! — закричал Оливер. — Я нашел!

— Нашел? — Дверь неожиданно открылась, и в помещение ворвался Орозий.

Он выхватил у Оливера книгу и впился в нее взглядом.

— Так… так… так… — забормотал старик.

— Что там написано? — шепотом поинтересовался Рэнделл.

— Меч с названием Каледелм семьдесят лет назад после одного рыцарского поединка, устроенного королем Моррисом, правителем Дэллии, достался сэру Роберту. До того им владел сэр Джейсон. Если честно, мне их имена ни о чем не говорят.

— Все-таки от тебя есть какой-то прок, — с удовлетворением пробормотал колдун.

Он захлопнул книгу и повернулся к Оливеру. Голос Орозия перестал скрипеть, а непроницаемое и лишенное эмоций лицо наполнилось решительностью и азартом.

— На сегодня свободен. Завтра не приходи.

Оливер устало опустился на стул.

— Зачем вы ищете меч? — спросил он.

Орозий оперся на палку, глаза в упор смотрели на Оливера.

— Меньше знаешь, мальчик, — дольше живешь.

— Вы заставили меня просмотреть столько книг, что вашими стараниями я умру молодым и, вероятно, слепым.

Колдун осклабился.

— Скажу одно: владеющие этим мечом люди не имеют на него никакого права.

— А кто имеет?

Орозий отвернулся, не удостоив ответом. Оливеру стало обидно.

«Я проделал такую работу, а старик даже говорить со мной нормально не хочет…»

Он неожиданно вспомнил недавний разговор с Рэнделлом. И ему сделалось интересно, к тому же представился весьма удобный случай.

— А тогда другой вопрос. Признайте, я заслужил.

Собравшийся было уходить колдун, остановившись, обернулся.

— Что ты хочешь знать, мальчик? Только быстро.

— У вас столько книг, и вам должно быть очень много лет…

— Ближе к сути, мальчик.

— Я читал в детстве одну сказку. В ней говорится про героя, спасающего свой народ от опасности с помощью щита.

— И?..

— Я всегда думал, что подобные истории основаны на реальных событиях.

— Такое в порядке вещей. Особенно когда автор дешевых книжонок напрочь лишен воображения. Думая, что он самый умный и никто не заметит, халявщик берет описание какого-нибудь события, переделывает по-своему и преподносит как собственную историю.

— Значит, тот герой существовал на самом деле?

— Нет, никогда.

— Вы… — Оливер растерялся. — Вы уверены? Выходит, он выдуман?

«А что я, собственно, хотел? — хмуро подумал Оливер. — Я ведь прочел о нем в книге детских сказок».

— Тебе так важно? — Губы Орозия расплылись в подобии улыбки. — Есть одна очень старая легенда. Настолько древняя, что глупые людишки за давностью времен все перепутали и превратили ее в побасенку для малышей. А может, намеренно перепутали. Никто ведь не в силах осилить книгу нормальных размеров, все способны только на тонкие. Ты, кстати, не исключение.

— О какой легенде вы говорите?

— Любой мало-мальски грамотный человек, хоть немного интересующийся историей и не ленящийся читать, знает ее.

— Расскажите, — попросил Оливер, — пожалуйста.

Орозий хмыкнул и направился вглубь помещения, скрывшись за рядами стеллажей.

Оливер решил, что колдун проигнорировал просьбу и, разозлившись, крикнул вдогонку:

— Если трудно рассказать, могли хотя бы книгу дать почитать.

Ответа не последовало.

Оливер немного подождал, надеясь, что Орозий вернется, но тот все не показывался.

— А что я, собственно, от него хотел?! — воскликнул он в сердцах. — Он же антисоциальный.

И тут увидел, что колдун медленно идет назад. В руке старик нес старую и очень толстую книгу, весьма больших размеров. Было видно, что весит она прилично. Положив книгу на стол, Орозий стал быстро листать пожелтевшие от времени страницы. Оливер заглянул ему через плечо. Их покрывали замысловатые письмена на незнакомом языке, сделанные красными чернилами.

— Кажется, вот… — Орозий ткнул пальцем в текст. — Тут говорится… Нет, лучше прочту полностью. Важно каждое слово. А ты своим слабым умом все не так поймешь.

Он замолчал и некоторое время стоял, молча уткнувшись в книгу. Оливер, проигнорировав оскорбление, терпеливо ждал. Наконец колдун заговорил:

В для мира самый трудный час

Защитник явится для нас,

С ним дружбы редкое творенье —

Волшебный щит, а в нем спасенье.

Народа мелкого страданья

Он прекратит, дав обещанья,

Тьму в свет нежданно он пропустит

И друга помощь не забудет,

Вспять времени ход поворотит,

Навеки ушедшее он возвратит.

В схватке со злом неравной сойдется,

Победа не знает, к кому повернется,

И вверх возьмет герой лишь тогда,

Когда от крови родной примет смерть навсегда.

Резко захлопнув книгу, Орозий отошел от стола.

— Не очень похоже на то, что я читал, — признался Оливер. — Вернее, совсем непохоже.

— Тогда, мальчик, ничем не могу помочь. Это единственная легенда, в которой так явно присутствует щит. По крайней мере, я знаю только одну такую.

— То, что вы прочли, больше смахивает на предсказание. В моей книге, получается, только часть легенды?

— В твоей книжонке — наивная сказка, выдуманная, чтобы детишки быстрее засыпали. А здесь сказано о том, что произойдет на самом деле.

— Так это действительно предсказание?

— Которое рано или поздно обязательно сбудется. Человек, сделавший его, еще ни разу не ошибся.

— А кто он?

— Мастер Магнусон, по прозвищу Халдей. Известен тем, что назвал точную дату своей смерти, вплоть до минуты. Он еще в юности написал и зашифровал будущую историю своей страны на следующие сто пятьдесят лет. А после уехал из нее, так опечалила его ее судьба… — Орозий на мгновение замолчал. — И оказался прав. Впрочем, как и всегда. Ашаледония просуществовала ровно указанный им срок.

Оливер изумленно покачал головой.

— Как интересно…

— Интересно? — Седые брови колдуна едва заметно приподнялись. — Хотя что с тебя взять. Ты еще слишком мал… — Он бросил взгляд на окно. — Заболтался я что-то с тобой… — Орозий резко направился к выходу, бросив на ходу: — Не вздумай долго болтаться по коридорам. И особенно заходить в комнату, что находится на втором этаже в башне, в которой ты живешь. Ослушаешься — пожалеешь.

Едва они остались вдвоем, Рэнделл сразу подбежал к Оливеру и тихо заговорил:

— Я был прав. Там действительно кто-то прячется.

— Или что-то. А ты меня не пускал.

— И правильно делал. Разве ты не слышал, что Орозий велел туда не ходить?

— И, по-твоему, я должен его слушаться? Умоляю… Надо непременно узнать, что там.

— С ума сошел? — Рэнделл, усевшись, в отчаянии закрыл глаза передними лапами. — Орозий ведь только что предупредил тебя!

— Вот поэтому я и собираюсь туда заглянуть. И не спорь. Вдруг там выход из замка? Пойдем сегодня после заката. Ты превратишься в сычика, и тебе нечего будет бояться. В любой момент сможешь улететь.

Рэнделл обиделся.

— Я беспокоюсь за тебя, а не за себя.

Времени до вечера оставалось еще предостаточно, и он решил исследовать библиотеку колдуна, вернее — ее содержимое. За те дни, что он тут провел, Оливеру не удалось как следует в ней осмотреться. А теперь предоставлялся отличный шанс. И если принять во внимание, что сегодняшний день мог стать для него последним проведенным в замке, то Оливер просто не имел права упустить такую возможность.

Книг у Орозия скопилось немерено. Бесконечные ряды стеллажей, высотой в три человеческих роста, сменялись один другим. Скоро Оливеру начало казаться, что здесь собрана вся литература мира, и минимум в двух экземплярах. Если бы он начал читать, то ему вряд ли хватило бы десяти жизней; и то он, скорее всего, не осилил бы и половины.

Тут имелись книги по истории, географии, ботанике, горному и мореходному делу, стихи, поэмы, эпосы, сочинения по философии и эзотерике, алхимии и астрономии, гаданию по руке и астрологии, риторике, трактаты о войне и искусстве править государством. Оливер шел, изучал названия, и от увиденного у него начала кружиться голова.

— Орозий времени зря не терял, — Рэнделл даже тявкнул от восхищения, — уверен, лучшие библиотеки перессорятся за право обладать такой коллекцией. А ты что скажешь?

Оливер молчал, продолжая вчитываться в названия. Теперь он находился в секции магии. Правда, пока ему попадались в основном брошюры по фокусам и ярмарочным розыгрышам. Ему нестерпимо хотелось протянуть руку и взять хоть какой-то томик. Но едва он приближался к облюбованному, как следующий казался еще интереснее, а стоявший за ним — толще и, значит, подробнее… Не в силах остановиться и сделать выбор, он шел дальше.

Далее хранились книги по настоящей магии. Приворотная магия, магия зелий, магия оккультизма, белая магия, темная магия, история магии, составление заклинаний…

Он остановился перед книгой в грубой черной обложке. Ее название почти стерлось, и Оливер с трудом разобрал лишь ее автора — Квинтус Амулий. Непонятно отчего, но ему казалось, что она выделяется на фоне остальных. С трудом сдерживая любопытство, он взял ее с полки и, усевшись прямо на пол, раскрыл на первой попавшейся странице.

— У-ух! У-ух! — крутившийся рядом Рэнделл неожиданно заухал.

Не успев разобрать ни единого слова, Оливер повернул к другу голову. Волк менялся прямо на глазах: съеживался, терял шерсть, покрываясь перьями, а вокруг тела мерцала голубая дымка.

— Что? Уже вечер?

Он неохотно вернул книгу на место. И действительно, кругом царил полумрак. Только прямо над ним ярко горели, свешиваясь с потолка, светильники. Оливер не заметил, как пролетел остаток дня. В первый момент он хотел остаться в библиотеке и заняться изучением труда Квинтуса Амулия, который виделся ему крайне интересным, но затем сумел перебороть себя.

«Я должен узнать, что находится за той дверью. Вдруг выход? А почитать смогу в любое другое время».

Оливер решительно направился обратно. Рэнделл, взмахнув крыльями, уселся ему на плечо.

— Не передумал?

— Нет.

— Если честно, я сейчас никакого запаха не чувствую.

Оливер на мгновение остановился, но потом догадался, что Рэнделл сейчас сычик, а не волк, а клювом довольно сложно учуять то, что любой зверь легко улавливает носом.

— Не пытайся меня отговорить.

— Даже не думал, — невинным тоном произнес Рэнделл. — Просто констатация факта. Запах пропал.

Сегодня ноги вели совсем другими коридорами, мимо абсолютно незнакомых дверей. И только когда он начал подниматься по лестнице и уже мог видеть дверь, ведущую в спальню, Оливер понял, что Орозий применил какое-то заклятие: видимо, чтобы он лишний раз не проходил мимо той двери.

«Значит, дедуле есть что скрывать за ней».

Теперь ему еще сильнее захотелось ее открыть и узнать, что там находится. Остановившись, прислушался. Стояла такая тишина, что было слышно, как в масляных светильниках потрескивают горящие фитили. Развернувшись, Оливер спустился на второй этаж.

— Еще не поздно повернуть назад, — тихо, прямо в самое ухо попросил Рэнделл. — Ты собираешься ослушаться не кого-нибудь, а колдуна. Вдруг, разгневавшись, Орозий превратит тебя в мышь, а меня заставит ее съесть?

Оливера передернуло от такой перспективы.

— Мы тут не по своей воле, — отозвался он. — По крайней мере я. И не собираюсь соблюдать навязанные мне правила.

Решившись, он повернул направо. Нужная дверь теперь находилась прямо перед ним. Взявшись за кольцо, он попробовал открыть. Как бы не так. Она не сдвинулась даже на крохотное расстояние.

— Закрыто, — проухал Рэнделл. — Крепко-накрепко. Тут явно не обошлось без заклинания. Зря время теряем.

Но Оливера было не остановить. Он отошел назад и со всего разбегу врезался плечом в таинственную дверь.

Глава 16

Оливер знакомится с комнатным драконом

— Тут их столько… — Рэнделл, взлетев, принялся кружиться под потолком. — Обязательно надо ломиться именно сюда?

Вместо ответа раздался треск. Не выдержав, затрещали вырываемые из пазов петли.

— Такое варварство нам с рук не сойдет, — испугался сычик. — Орозий сразу поймет, кто учинил разгром. Ох, и достанется же нам на орехи…

Оливер понял, что Рэнделл прав. Следовало менять тактику. Если только он не собирается сразу же бежать отсюда.

«Нет, слишком рано, — подумал он. — Надо дождаться Оливию. Прошло столько дней, она должна быть уже близко».

Внимательно осмотрел дверь и увидел узкую щель между нею и косяком.

«Сестра непременно смастерила бы какую-то штуку, и на раз-два открыла. Но Оливии рядом нет… Так… как бы она думала… Вот, если засунуть что-то в щель и как следует надавить…»

Оливер оглядел коридор. Ничего, чем можно воспользоваться.

«Надо поискать в спальне».

Зайдя туда, начал быстро осматриваться. Внимание привлекли ножки стола и кровати. У кровати они оказались толще. Тогда Оливер принялся отламывать ту, что принадлежала столу.

— Не надо, — предпринял Рэнделл слабую попытку его остановить.

— Есть другие мысли?

— Успокоиться и лечь спать.

— Не сейчас. Теперь я еще сильнее хочу узнать, что там такое.

Последовал треск — и Оливер, сжимая в руке деревянную ножку, поспешил к выходу. Толкнул дверь, но та не открывалась. Сильней, еще сильней. Она и не думала поддаваться. Попробовал испытанный способ плечом — безрезультатно. В отличие от той, что на втором этаже, эта открывалась внутрь.

«Хитрый дед…» — скрипнув зубами, Оливер, шатаясь, проковылял к постели и упал на нее.

От расстройства не было сил даже злиться.

Рэнделл уселся на качающийся стол.

— Еще будет возможность… — ободряюще произнес он.

— А ты и рад, — огрызнулся Оливер.

— Не отрицаю.

— Старик ведь завтра обязательно увидит, что я натворил. И, боюсь, такое устроит…

— А вдруг пронесет?

Оливер не верил. Приготовившись к худшему, он без всякого аппетита поел и, закрыв глаза, не заметил, как уснул.

Проснулся от яркого света, падавшего на лицо. Заглянув в окно, обнаружил, что сейчас уже довольно позднее утро. Потянулся и встал. Рядом лежал Рэнделл, подергивая во сне всеми четырьмя лапами.

«Дедуля что-то запаздывает».

Не спеша позавтракал овсяной кашей и запил ее стаканом апельсинового сока.

«Не то чтобы я его сильно жду… просто интересно…»

Волк проснулся и, потягиваясь, зевнул, продемонстрировав острые зубы.

— Орозий вроде устроил тебе выходной, не забыл? — словно прочитав его мысли, напомнил Рэнделл.

— Верно; и все-таки — где он шатается?..

Подойдя к двери, Оливер потянул ее на себя. Та бесшумно открылась.

— Вот тебе на… — Он осторожно выглянул в коридор.

— Может, Орозий таким образом хочет сказать, что мы свободны?

— И чтобы сильней радовались, запер на ночь?

— Пытался уберечь. К примеру, от ночной прогулки по лесу. Он тут давно живет и наверняка знает, кто там бродит во тьме.

— А вдруг он?.. — От внезапной мысли учащенно забилось сердце. — А вдруг старик умер?

— Умер? — Рэнделл принюхался.

— А что? Дедуля — человек пожилой, в его возрасте такое не редкость.

Рэнделл с явно скептическим видом покачал головой.

— Давай проверим, — Оливер шагнул в коридор, — все равно больше заняться нечем.

Они вышли из комнаты и принялись ходить по замку. Бродили долго, заглядывая в открытые помещения и пытаясь проникнуть в закрытые. Орозия нигде не было видно.

— Сгинул. — Устав от хождения по бесконечному количеству залов, лестниц и коридоров, Оливер уселся на каменный подоконник возле открытого окна. — Может, тела колдунов после смерти исчезают? Растворяются в воздухе?

— Никогда такого не слышал, — возразил Рэнделл; он высунул язык и тяжело дышал. — Предлагаю заглянуть в библиотеку, вдруг Орозий там.

Оливер помрачнел. О библиотеке он совсем забыл. И с явной неохотой побрел туда. Открыв дверь, вошел внутрь. Тишина. Два стола, как и днем ранее, завалены книгами, и рядом с ними никого нет.

— Эй! — крикнул он. — Есть здесь кто-нибудь? Орозий! Господин Орозий!

— Розий! Розий! …ий! …ий! — отозвалось эхо.

— Неужели действительно… — прошептал Рэнделл.

— Не поверю, пока лично не удостоверюсь. — Оливер сложил руки на груди. Он вспомнил о толстенном томе по заклинаниям и решил, пока никто не мешает, изучить его содержимое.

— Ты собираешься читать? — изумился волк. — Прямо сейчас? А не лучше ли убраться отсюда?

— Из замка? — уточнил Оливер.

— Разумеется.

— У меня возникла одна мысль, — Оливер направился вдоль стеллажей, Рэнделл, недовольно рыча, следовал рядом, — вдруг дед жив? Просто отправился куда-то. А нам не сказал. Специально, чтобы не воспользовались отсутствием.

— Вполне возможно… Тем более надо бежать.

— Согласен, только уже прошло полдня. А мне и при солнечном свете тот лес внушал страх, а идти в него на ночь глядя совсем не хочется. Думаю, следует поступить так… — Он остановился перед нужной полкой. — Подождем до утра. Если дедуля не объявится, завтра утром бежим. У нас будет время подготовиться. И заодно открыть ту дверь, вдруг за ней действительно выход.

— А если Орозий знал, что его ждет? — предостерег Рэнделл. — И там нас ждет ловушка? Знал, что мы не устоим от соблазна, поэтому специально сказал про нее…

— Вот и узнаем.

Оливер взял в руки книгу и, раскрыв ее, уселся на пол. К счастью, она была написана на известном ему языке; правда, довольно давно, потому что Оливеру часто встречались неизвестные слова. Углубившись в чтение, он не заметил, как наступил вечер. Со всех сторон подступили наливающиеся чернотой тени, а под потолком, пытаясь их прогнать, начали вспыхивать светильники.

Рэнделл, тихо дремавший, пока Оливер читал, проснулся и зевнул во всю пасть.

— Пора. — Оливер встал и хотел вернуть книгу на место, но передумал. Он не прочел и половины. И привычно, как часто поступал в интернатовской и тем более в городской библиотеках, засунул книгу под рубашку.

— Боюсь, твое «пора» не сулит ничего хорошего, — пробурчал Рэнделл хмурым тоном.

— Не трусь, — Оливер присел и потрепал волка за ухом, — тебе разве не интересно, что за дверью?

— Интересно. Но степень опасности перевешивает и даже частично охлаждает любопытство. Давай лучше попробуем вначале через главный вход.

Оливер задумался.

— А ты мыслишь верно… Идем.

Они быстро спустились вниз, вышли в холл и подошли к двери. Потянув за толстое золотое кольцо, Оливер попытался ее открыть. Та стояла как влитая.

— Бесполезно… — Он разочарованно отступил назад. — Даже не стану пытаться сломать, она слишком большая и толстая.

Рэнделл согласно затявкал.

— Идем к той, что воняет?

— Есть другие идеи?

Наученный горьким опытом, Оливер решил не возвращаться обратно в комнату, а сбегал в библиотеку и, сломав стоявший возле окна стул, взял одну из его ножек. Вскоре он уже стоял напротив так и не открытой им вчера двери. Вокруг нее вновь распространялось голубовато-красное свечение, которое Оливер заметил в первый раз, и сегодня оно стало заметно сильнее.

— Странно, — продолжал ворчать Рэнделл, — раньше оно было вроде слабее.

— Хм… — Оливер напряг память. — Ты прав.

И принялся засовывать ножку от стола в щель между дверью и косяком. Раздался хруст. Напрягши все свои силы, Оливер почувствовал, что на какое-то мгновение дверь поддалась. Но затем, сколько ни пытался, не смог сдвинуть ее дальше.

— Магия, — догадался Рэнделл. — Ее держит магия. Ты же на самом деле почти сорвал ее с петель…

Начиная злиться, Оливер отскочил назад и с разбегу врезался в дверь. Плечо пронзила острая боль.

— Помоги, — простонал он.

Рэнделл подошел и положил на деревянную поверхность передние лапы, навалившись всем телом. Ничего не произошло. Даже их совместных усилий не хватало, чтобы одолеть удерживаемую колдовским заклинанием конструкцию.

— Давай! — выкрикнул Оливер. — У нас почти получилось.

Волк уперся головой — и тут дверь немного приоткрылась. Щель теперь стала настолько широкой, что в нее можно было заглянуть.

Так Рэнделл и поступил, сунув в нее нос.

— Еще один коридор, — сообщил он. — Похоже, ты прав: там выход.

Оливер понял, что справился. Дверь, ни за что не держась, волшебным образом висела в воздухе.

— Я теперь могу смело звать себя — Оливер Победитель волшебства, — улыбнулся он, вытирая со лба пот.

Рэнделл, не разделявший оптимизма, прислушиваясь, повел ушами.

— Вроде тихо… — и помолчав, добавил: — Тебе не кажется, что это я открыл дверь?

— Ты? — изумился Оливер. — Я так старался, плечо отбил. Нет, мы открыли вместе. Но согласен, без твоей помощи я бы не справился.

Протиснувшись сквозь образовавшийся проход, он вошел в коридор. По полу, стенам и потолку явственно растекалось голубовато-красное свечение, и шло оно откуда-то снизу. Волк принюхался.

— Фу… Запах стал еще сильнее. И еще невыносимее. Не очень похоже на выход.

— Может, у дедули здесь продуктовый склад? — предположил Оливер. — Тогда почему не хотел сюда пускать?

— Нет, пахнет не едой.

Они поспешили вперед и вскоре вышли к узкой каменной лестнице, ведущей вниз.

— Чтобы там ни находилось, оно мне не нравится. — Рэнделл обнажил клыки, и шерсть на нем встала дыбом.

Спустившись на несколько пролетов, Оливер увидел еще один коридор, короче и шире предыдущего. А в конце — очередную дверь: тяжелую, массивную и, разумеется, закрытую.

— Нам ее не открыть, — сразу сдался Рэнделл. — И так хорошо прогулялись. Орозий нас надолго запомнит, восстанавливая поломанную мебель.

Не желая сдаваться, Оливер взялся за ручку и потянул на себя. К его удивлению, дверь поддалась, и он вступил в просторное, окутанное полумраком помещение. Голые каменные стены и пол, тускло горевший в дальнем конце камин, стоящее рядом с ним кресло, в углу стол, несколько больших деревянных шкафов, посередине ковер, а на нем…

Оливер попятился, но дракон уже смотрел на него своими большими немигающими глазами. Из ноздрей вырвались тоненькие струйки дыма, а длинный, покрытый маленькими блестящими чешуйками хвост недовольно приподнялся. Выглядел он точно так же, как и в том сне, только сейчас был настоящим.

— Дракон, — прошептал Рэнделл, — вот влипли…

«Это конец, — успел подумать Оливер. — А все любопытство… Сейчас поджарит, словно куриную котлету, и съест. А Оливия даже не узнает…»

Стало обидно и жалко. Не столько себя, сколько Рэнделла, которого втянул в такую передрягу. Продолжая пятиться, он, не отрываясь, глядел на огромную морду. Дракон молчал и пока не выказывал никаких признаков враждебности.

«Развлекается от скуки, — решил Оливер. — Тянет время».

— Здравствуйте, сэр, — пролепетал он едва шевелящимся языком. — Мы не хотели вас беспокоить. Простите. Ошиблись дверью.

Дракон по-прежнему не говорил ни слова, лишь внимательно их разглядывал.

— Ну, мы пойдем? Рады знакомству.

Он начал быстро отступать в коридор.

Взгляд дракона сосредоточился на Рэнделле.

— Твидл? — неожиданно поинтересовался он, расправляя крылья, которые заняли большую часть помещения. — Давно не видал. Как зовут?

Волк от неожиданности присел.

— Рэнделл… — и чуть помолчав, добавил: — Сэр.

— Давайте заканчивайте с этим вашим «сэр», — пророкотал дракон, складывая крылья, — я тут обычный наемный работник.

«Правда, большой и зубастый. Наверное, пасты тратит немерено».

— А меня — Стив, — продолжал дракон. — А тебя? — обратился он к Оливеру.

— Стив? — Оливер, видя, что дракон есть его не собирается, по крайней мере — пока, прыснул от смеха. — Тебя зовут Стив?

— А что такого? — обиделся тот. — Так меня назвали родители.

— Рады познакомиться, но нам пора. — Рэнделл, пятясь, ступил задними лапами на порог.

— Уже? — расстроился Стив. — Вы же только пришли… Побудьте еще. Осмотритесь; вы же за этим явились?

— Не слушай его, — зашептал Рэнделл. — Драконы славятся коварством. Наверняка он готовит нам ловушку.

— Ничего я не готовлю, — услышав, обиделся Стив. — Я серьезно, можете тут все осмотреть. Я же вижу, вы не вооружены.

— А что? — поинтересовался Оливер. — Сюда часто заглядывают другие люди?

— Не так часто, как мне бы хотелось. Но заходят. — Стив вздохнул. — Обычно являются с оружием. Пытаются из-за угла выстрелить в меня из арбалета, потом громко кричат и больно тыкают мечами в бока. Приходится убивать.

— Убивать? — в ужасе выдохнул Рэнделл. — Я же говорил!

— А что прикажете делать? Думаете, мне нравится? Они первые нападают. Я только защищаюсь. Орозий наказал тут все сторожить, я и охраняю. Смотреть можно, а выносить нельзя.

— А что тут хранится?

— Все что видите. Говорю, можно все трогать. Забирать нельзя.

«Орозий держит тут нечто ценное… — Оливер едва не расплылся в довольной улыбке. — Вот бы найти… Отомстил бы ему за все. Узнать бы что?»

Он еще раз оглядел помещение.

— Так вы действительно разрешаете?

— Конечно. — Стив выпустил из ноздрей клубы дыма. — Чувствуйте себя как дома. И хватит «выкать». Давай на «ты».

— Дома… — проворчал Рэнделл. — Я как ни пытаюсь, не могу отделаться от мысли, что все еще в гостях. Оливер, — он ухватил друга зубами за край рубашки, — пойдем лучше отсюда. — И покосившись на Стива, тихо произнес: — Он же дракон!

— Я знаю… — Ему и самому было тут не по себе, но желание подложить Орозию свинью перевесило страх.

Поджав хвост, Рэнделл быстро скользнул вдоль стены и улегся возле камина, а Оливер приступил к осмотру.

Начал со стола. Но ничего ни в нем, ни на нем существенного и важного не обнаружил. В выдвижных ящичках лежали перья для письма, несколько пустых чернильниц и аккуратно разрезанные листы пергамента.

«Стоят, наверное, состояние», — потрогав один из них, мысленно прикинул Оливер.

Пока он крутился вокруг стола, Стив без умолку болтал. Рассказывал, как ему здесь скучно и тоскливо.

— Я забыл, как выглядит мир снаружи, — с грустью в голосе жаловался дракон, — не помню солнце и луну, свист ветра в ушах и запах свежескошенной травы. Сижу тут безвылазно. Грустно… Я превратился в комнатное существо, наподобие собачки. — И покосился на Рэнделла.

«В комнатного дракона», — мысленно уточнил Оливер.

Затем подошел к шкафу. Внутри на полках стояли книги по магии, лежали географические карты — некоторые очень старые и сохранившиеся лишь частично.

«Зачем они Орозию? — рассматривая их, гадал он. — Наверное, редкие, раз держит под такой охраной».

Стив, продолжая свой душещипательный монолог, прикрыл один глаз и положил голову на лапы, а другим неотрывно следил за ним. Длинный хвост, живший своей жизнью, напротив, постоянно шевелился, периодически меняя положение.

Во втором шкафу оказалось еще менее интересно. Там хранились какие-то записи, видимо сделанные самим Орозием. Оливер попробовал читать, но быстро понял, что написаны они на незнакомом языке. К следующим двум шкафам решил уже не подходить.

Взгляд скользнул по лежащему и зовущему вглядом на выход Рэнделлу, горящим поленьям в камине, висящему над ним красивому щиту.

«Не из-за него же люди рисковали своими жизнями? Что же тут есть особенного?»

Он внимательнее посмотрел на щит. Большой, в половину человеческого роста, прямоугольной формы, с округлыми краями. Середину украшал герб: скрещенный меч с трезубцем, оплетавший их лавровый венок, а над ними — золотая корона. Вокруг герба виднелась россыпь драгоценных камней.

«Наверное, сюда наведывались коллекционеры-антиквары, — решил Оливер. — К сожалению, щит забрать не смогу. Тяжел, да и дракон не позволит».

Так ничего не найдя, присел в кресло отдохнуть и подумать, что делать дальше.

— Вам пора, — вдруг занервничал дракон. — Не подумайте, что я негостеприимен, но неожиданно вспомнил об одном очень важном деле. Непременно должен его сделать. А вы еще заходите, непременно заходите. Можно прямо с утра. Надеюсь, не обидел? Не подумайте, что я груб. Мы ведь друзья? Пожалуйста, быстрей. Дело, к сожалению, не терпит отлагательства.

Стив принялся настойчиво подталкивать их к выходу.

— Вот сейчас — точно съест… — с вытянувшейся мордой предположил Рэнделл и громко зарычал.

— Вы только не обижайтесь, — попросил дракон, — я не со зла, я добрый на самом деле. Просто тороплюсь.

Рэнделл стремительно выскочил за порог, Оливер бегом последовал за ним.

— Приходите еще! — крикнул чешуйчатый страж и, выпустив вслед им струю дыма, захлопнул дверь.

— Обязательно, — пообещал Оливер, уверенный, что тут он побывал в первый и последний раз.

Он с трудом догнал стремительно поднимавшегося по лестнице Рэнделла.

— Странный он какой-то.

— Он дракон, и этим все сказано. До сих пор не верю, что остался жив…

— У нас на повестке дня один важный вопрос, — объявил Оливер, — как сбежать…

— Предлагаю — чем раньше, тем лучше, — перебил Рэнделл.

— Теперь мне здесь нравится еще меньше. Зубастые рыбы во рву, комнатный дракон в подвале. Кто еще? Злобный демон на чердаке?

— Замок действительно мрачноват и полон сюрпризов, — согласился волк.

— Есть одна загвоздка, — напомнил Оливер. — Ров с зубастыми тварями. Боюсь, в последние дни они не получали положенного рациона и сильно оголодали.

— И что делать?

— У меня есть одна идея. И для ее воплощения понадобится веревка.

— Тогда — на поиски. Не хочу узнавать, кто тут бродит ночами по коридорам. Вдруг обгорелые привидения тех, кто заходил к Стиву на огонек?

Искать пришлось одному Оливеру. Через несколько минут Рэнделл превратился в сычика и теперь мог только ухать да громко хлопать крыльями.

— Зато теперь я спокоен, — объявил он. — Знаю, кто так мерзко пахнул.

— Я до сих пор ничего не чую, — втягивая ноздрями воздух, сообщил Оливер.

— Странно, конечно. Драконы всегда так сильно воняют, что даже люди ощущают их запах. У тебя случайно нет насморка?..

Моток веревки отыскался на первом этаже в шкафу, стоявшем в помещении, сильно напоминавшем кухню. Там имелось несколько печей с чугунными варочными плитами, множество тарелок и чашек, но ни одной кастрюли или сковороды. Везде царила идеальная чистота, и создавалось полное впечатление, что никто здесь не готовил как минимум год.

Оливер решил не возвращаться в спальню, опасаясь вновь оказаться в ней запертым до самого утра. Отыскав раскрытое окно, возле которого сидел несколько дней назад, он высунулся, прикидывая расстояние до земли. По прикидкам, длины веревки должно было хватить. Не желая рисковать, он попросил Рэнделла спуститься вниз, сжимая в клюве один из ее концов. Второй он крепко привязал возле подоконника. Сычик вернулся и сообщил, что Оливер рассчитал все верно. Оставалось ждать, когда начнет светлеть небо.

Становилось прохладно, но Оливер согревал себя мыслью о скорой встрече с сестрой и последующем возвращении в родной город.

«Где она сейчас? — думал он, вглядываясь в темноту. — Как бы нам не разминуться… вдруг Оливия уже на острове?»

Уснул незаметно, убаюканный урчанием в животе и ночными звуками, доносящимися снаружи.

Разбудил Рэнделл, осторожно, но настойчиво клюнув в руку. Открыв глаза, Оливер увидел, что небо начинает светлеть. Больше медлить было нельзя, он и так сильно запаздывал и рисковал не успеть.

План состоял в следующем. Оливер собирался спуститься по веревке, после чего Рэнделл отвязывает верхний конец от подоконника и перелетает через ров. Все следовало успеть сделать до восхода солнца, в противном случае они рисковали остаться в замке еще на одни сутки. Превратившись в волка, Рэнделл, как и Оливер, не имел возможности перебраться через ров.

Еще окончательно не проснувшись и зевая во весь рот, Оливер начал быстро спускаться вниз. Он часто читал о героях, с легкостью лазивших по высоким стенам, покидавших дома через окна и, минуя ворота, пробиравшихся в башни замков к своим любимым. Но, оказавшись в их шкуре, сразу понял, что переоценил свои силы. Дул хоть и несильный, но хорошо ощущавшийся ветер. Да и руки явно не были готовы к такому. Оливер, чувствуя, как начинают саднить ладони, запоздало подумал, что следовало надеть перчатки.

С трудом удерживаясь на немалой высоте, он вспомнил, что главное — не глядеть вниз. И сразу посмотрел. Сделалось еще страшнее, ладони вспотели, и он едва не выпустил веревку. Чудом не упав, Оливер преодолел некоторое расстояние, уперся ногами в крохотный выступ, немного передохнул и попытался продолжить спуск. Он пока опустился лишь на половину расстояния до земли, а ночное небо предательски светлело. Начиная торопиться, неожиданно оступился и, сорвавшись, полетел вниз. Сычик испуганно вскрикнул, но помочь ничем не смог.

Шмяк! Оливер грохнулся в росшую под окном траву. Посмотрел вверх — вроде падал с не очень большой высоты… хотя боль испытывал довольно сильную. Пошевелил руками, затем ногами. Вроде целы. Рэнделл сел ему на грудь и встревоженно заухал.

— Рассвет… — прохрипел Оливер. — Ты должен успеть. Со мной вроде все в порядке.

Сычик кивнул и взлетел. Боясь увидеть, что Рэнделл опоздает, Оливер отвернулся и попытался подняться. Получилось. Шатаясь и потирая ушибленные места, побрел ко рву. Солнце уже начинало выглядывать из-за крыш замка. Первые лучи, предвещая новый день, радостно заливали окрестные земли ярким светом.

Оливер хмуро посмотрел на появляющиеся из воды морды зубастых рыб. Над их головами весела веревка. Рэнделл успел! С другого берега послышался заливистый лай. Достав ножку от стула, Оливер закрепил на ней второй конец веревки и подошвой ботинка вбил глубоко в землю. Потрогал, упруго ли натяжение, повис на ней, ухватившись руками и ногами и, закрыв глаза, полез. Почти сразу услышал громкое щелканье множества зубов, но постарался не обращать внимания. Впереди ждала свобода, ждала сестра. Вот о них Оливер и пытался думать.

Глава 17

Оливер отправляется в Бахару

Придуманный план побега был прост, но Оливер уже начинал о нем жалеть.

«А если рыбы ночью спят? — слушая скрежет зубов, размышлял он. — Тогда все получилось бы намного проще. Испугался провести пару часов в темноте неподалеку от гадкого леса. Теперь расплачиваюсь…»

— Клац! Клац! Клац! — раздавалось совсем рядом с его спиной, обращенной ко рву.

Оливер попробовал ускориться, но вышло только хуже, он едва не сорвался. Ладони, стертые в кровь, сильно болели, отказываясь держаться за веревку. С непривычки руки соскальзывали.

— Клац! — одно из существ вцепилось в свисающий край рубахи и, выдрав хороший кусок ткани, плюхнулось обратно в воду.

Рэнделл залаял еще громче.

— Давай, Оливер! У тебя все получится! — начал он его подбадривать. — Осталось совсем чуть-чуть.

Сил у Оливера осталось еще меньше. Наконец он почувствовал, что больше не в состоянии так висеть, и ноги погрузились в воду.

Неожиданно он ощутил подошвами башмаков нечто твердое. В следующую секунду это твердое зашевелилось, приподнялось и резко ушло под воду. Открыв от ужаса глаза, Оливер лишь в самый последний момент извернулся и избежал укуса разинутой пасти. К счастью, берег виднелся совсем рядом. Ухватившись за него руками, он, судорожно загребая землю пальцами, полез вверх. Напоследок в ботинок попыталось вгрызться зеленое существо, открыв рот так широко, что не стало видно приплюснутой морды. Лягнув его ногой, Оливер подтянулся и выбрался из рва. Тяжело дыша, откатился в сторону, с радостью ощущая под собой траву, щекочущую спину.

— Тебе удалось! — На радостях волк принялся лизать ему лицо.

Пытаясь увернуться, Оливер встал. Из укушенной ноги сочилась кровь, но рана оказалась неглубокой и больше напоминала порез.

— Надо идти, — устало сказал он. — Отдохну позже. Подальше от замка.

Чувствуя, как кружится голова, он побрел к дороге. Довольный Рэнделл бежал рядом. Некоторое время шли молча, а когда башни скрылись из виду, устроили короткий привал.

Посидев на поваленном дереве и полистав книгу по заклинаниям, Оливер немного пришел в себя, хотя нога продолжала ощутимо побаливать.

Теперь главной задачей было не сбиться с пути и успеть до наступления вечера добраться в порт, а ближайшей — пройти зловещий лес. Не сговариваясь, Рэнделл с Оливером одновременно стали тихо беседовать друг с другом, так было не столь страшно.

Вначале разговор шел о пустяках, а затем Оливер задал давно интересовавший его вопрос:

— Скажи, а твидлы всегда жили на тех островах?

— Разумеется, — ответил Рэнделл.

— А ты не знаешь, отчего так получилось, что твидлы именно такие?

— Какие «такие»?

— Ну, как бы объяснить… Определенный набор видов. Лиса-рысь, волк-сычик, кот-панда… Почему именно такие?

— Не знаю… никогда не думал. Природа, наверное… Плюс рядом магия. На соседних островах ведь живут колдуны.

— У меня создалось впечатление, что ты их сильно недолюбливаешь. Да и Йоши вроде тоже. Что они вам такого сделали?

— Они? — Рэнделл зарычал, оскалившись. — Один из них продал меня, еще совсем маленького… За что мне их любить? Думаю, с Йоши поступили точно так же.

— Тебе вроде нравилось жить в нашем городе?

— Со временем понравилось, обвыкся. Джо замечательный. От него я узнал про драконов и еще кучу других историй. Он коллекционер и антиквар, ну, ты знаешь, я рассказывал. В доме большая библиотека, конечно, не такая, как у Орозия, но в ней много книг. К нему в дом часто приходили разные люди. Он менялся с ними старинными вещами, статуэтками, шкатулками, кувшинами, короче — всякой всячиной. Но всячиной редкой и стоящей приличных денег. Один раз, представь, продал кусок порванной карты. Я тогда жил у него всего неделю, но тот случай хорошо врезался в память.

— Кому может понадобиться порванная карта? — удивился Оливер.

— Ты что? Знаешь, как те люди радовались? Разве что в пляс не пустились.

— Покупателей было несколько?

— Двое, мужчина и женщина.

Они одновременно остановились и замолчали. Повисла гнетущая тишина. Прямо перед ними начинался ужасный лес. В прошлый раз Оливер шел через него с колдуном и не так боялся, уверенный, что Орозий их защитит. Но сейчас старика рядом не было. Не то чтобы он жаждал вновь увидеть деда, но, стоя перед творением его рук, испытывал смешанные чувства.

— Вот ведь угораздило, — выругался Оливер, скорее на себя — за слабость, чем на колдуна. — Зачем так издеваться над флорой? Что тут красивого?

Рана на ноге отдала пронзительной болью, и он, наклонившись, осмотрел ее. Кровь течь перестала, но ощущения до сих пор оставались неприятными.

Подул ветер, и ветки на кривых деревьях закачались; затряслись и уродливые плоды, а капавший с них густой, противный на вид сок полился тонкой струйкой.

— Предлагаю обойти. — Рэнделл умоляюще посмотрел на Оливера. — Не стоит рисковать, мне лес совсем не нравится. К тому же мы там уже побывали и знаем, что ничего интересного там нет.

Оливер с удовольствием послушался бы совета волка, но лес тянулся в обе стороны, насколько хватало глаз.

— Нам надо прийти в порт к вечеру, — напомнил он Рэнделлу, — ночевать в незнакомом месте не менее опасно.

И чтобы пресечь дальнейшие споры, шагнул вперед. Деревья дружно сомкнулись вокруг, под ногами зашуршали желтые опавшие и уже начинавшие гнить листья. Кругом стояла зловещая тишина, и лишь они одни производили хоть какой-то шум. Волк предпочел замолчать и трусил следом за Оливером, постоянно оглядываясь и шевеля ушами.

Шли долго. Солнце, повисев немного в зените, устремилось во вторую часть пути, время перевалило за полдень, а они все шагали и шагали.

«В прошлый раз все вроде закончилось быстрее», — спустя продолжительное время забеспокоился Оливер.

Плоды на ветках начали встречаться еще больших размеров, а деревья стали еще уродливее. Тишина вокруг воцарилась такая, что Оливеру казалось, будто он оглох. Теперь он старался ступать аккуратно, боясь издать малейший шорох.

Солнце прошло еще четверть пути, и Оливер окончательно уверился, что угодил в ловушку.

«Лес явно заколдованный… Хитрый дед… — Он взглянул назад. — Повернуть обратно?»

Но насколько хватало взгляда, кругом виднелись только деревья.

Оливером начала овладевать паника. Внезапно и без всякой причины вдруг стало страшно так, что затряслись руки, а ноги стали ватными. В довершение ко всему рана принялась ныть, и с каждой минутой боль все усиливалась.

Метнувшись в сторону, Оливер побежал, но, споткнувшись о торчавший из земли корень, растянулся на влажных подгнивших листьях. Попытался встать, но сильно кружилась голова. Деревья обступали со всех сторон, словно живые, тянули к нему кривые ветки, и в жуткой тишине отовсюду доносилось пугающее шуршание.

— Я так не могу! — выкрикнул Оливер и начал зарываться в гору листьев. — Не могу, не могу. Уйдите, отстаньте от меня. Не хочу вас видеть.

Шуршание становилось все сильнее и невыносимее, хотя дул едва уловимый ветерок.

Заткнув уши, Оливер замер, боясь пошевелиться. Крепко зажмурил веки и провалился в темноту…

Очнулся от громкого тявканья и чего-то мокрого на лице. Открыв глаза, увидел склонившегося над ним Рэнделла. Он совсем забыл о волке. Испуганно оглянулся и приложил палец к губам.

— Тише, вдруг услышат.

— Кто услышит? — удивился Рэнделл. — Здесь никого нет.

— А они? — Оливер обвел взглядом место, где находился.

Деревья с кривыми ветками и мерзкими плодами исчезли, пропал жуткий шорох и гнилые листья. Он лежал на сочной зеленой траве, а в лицо светило яркое, теплое солнце.

— Как я тут оказался?

— Я притащил тебя.

— Ты? Но как?..

— Тяжко было, но ты начал вести себя неадекватно, вот и пришлось тащить сюда.

— Как ты выбрался из леса? Он ведь заколдован.

— Если честно, — волк пожал плечами, — труда особого не составило. Хотя признаюсь, страху, когда ты потерял сознание, я натерпелся прилично.

Оливер сел и с облегчением посмотрел на возвышавшийся перед ним холм с плоской вершиной; с другой стороны виднелась опушка мерзкого леса.

— Приличный путь ты проделал, друг, — поблагодарил Оливер волка. — Спасибо, что вытащил.

До порта добрались к вечеру. Вконец уставший Оливер с удовольствием снял ботинки и опустил гудевшие от ходьбы ноги в прохладную морскую воду. На причале, несмотря на окончание дня, толпились люди. Они с подозрением покосились на него, но вскоре все как один принялись вглядываться вдаль. Оливер последовал их примеру и разглядел приближающийся корабль. На такую удачу он не смел и надеяться. Осталось уговорить капитана взять их на борт.

Обувшись, Оливер стал расхаживать по причалу, придумывая, что бы такое сказать, дабы покинуть остров на этом судне. В голову лезли всякие глупые мысли, одна тупее другой.

Наконец корабль вошел в порт и стал швартоваться. Один за другим по низким сходням на берег сходили пассажиры, грузчики сгружали товар, торопясь успеть до темноты.

Разглядев капитана, Оливер устремился к нему, но тут почувствовал, что кто-то тычет ему в спину палкой, причем резко и бесцеремонно. Обернувшись, он обомлел. Перед ним с выжидающим выражением на лице стоял Орозий. При виде колдуна Рэнделл не сдержался и горестно завыл.

— Так-так-так. — Орозий облокотился на палку. — Встречать меня пришли? Соскучились?

Глаза смотрели внимательно, в них не наблюдалось ни малейшего намека на злость, недовольство или удивление.

«Счастье было так близко…» — сердито глядя на колдуна, подумал Оливер.

— Мы думали, вы умерли, — ляпнул он с досады, прокручивая в голове сцены возвращения в замок, починку мебели, двери и наверняка отработку какого-то наказания за попытку сбежать.

— Умер? — Орозий хмыкнул. — Впрочем, сам виноват. Надо было сказать. Хотя не думал, что ты так скоро преодолеешь ров. Следовало наложить на тебя заклинание. — Он ткнул концом палки Оливеру в грудь и тихо пробормотал какие-то слова. — А теперь домой. И прихвати вон те вещи. — Старик указал на огромный сундук.

Вздохнув, Оливер взвалил указанный груз себе на плечи.

И вновь потекли дни, заполненные сплошь чтением книг в библиотеке. Правда, теперь он не получал от них прежнего удовольствия, поиск информации о мече Каледелме превратился в неприятную обязанность, каждодневную рутину. Без всякого интереса он перелистывал страницы, время от времени поглядывая в открытое окно.

«Где же Оливия? — думал он. — Пора бы и объявиться. Или с ней что-то случилось? Иначе она давно бы меня нашла».

Каждый вечер являлся Орозий, но слыша один и тот же ответ, что больше ничего нового не найдено, хмурился, однако не говорил ни слова.

А вечером Оливер брал в руки инструменты и чинил поломанную мебель. Получалось не очень, вернее — не получалось совсем. Старик внимательно осматривал работу и лишь качал головой.

«Вот вредный, — ругался вместе с ним перед сном Рэнделл. — Орозию достаточно щелкнуть пальцами, как он поступил с дверью, ведущей к дракону…»

И вот через три дня после возобновления поисков, лениво просматривая трактат графа Офлайдена «Самые известные мечи северных королевств», Оливер неожиданно наткнулся на описание Каледелма.

«Выкован из превосходной стали, — писал автор. — Металл разрубает с первого раза, словно сухую деревяшку. Внешний вид — прекрасный, красивее его я еще не встречал, хотя, клянусь честью, за свою жизнь многое повидал. Извлеченный из ножен меч излучает ослепительное сияние, ярче десятка факелов. На рукояти, выполненной из золота и украшенной драгоценными каменьями, видны два дракона с разинутыми пастями. Поговаривают, в смертельном и лютом бою они изрыгают дым, чем пугают противника. Насчет последнего я упомянул, поскольку желаю сообщить о мече все, что слышал о нем, но не особо этому верю, считая обычными выдумками. Правда, сэр Родри клянется, что видел сие чудо своими глазами. Несколько лет назад я бы не подверг слова сэра Родри сомнению, но всем известно, насколько сильно в последнее время он пристрастился к зеленому змию…»

Дальше Оливер читать не стал — и так достаточно.

«Золотая рукоять с драконами… У дедули губа не дура. Зачем ему этот меч? Он ведь и без того владеет колдовской силой…» — Оливер надолго задумался, а когда Орозий вечером зашел в библиотеку, не стал сообщать о прочитанном.

— Вновь ничего? — Орозий глядел на него немигающим взглядом. — Ты начинаешь расстраивать меня, нехороший мальчик. — Старик пожевал губами. — Готовься, завтра отправляемся в путь.

— Куда? — удивился Оливер.

А дремавший Рэнделл поднял голову и навострил уши.

— Как приедем, узнаешь. — Колдун, не удостоив его более конкретным ответом, направился к выходу.

Переглянувшись с волком и гадая, зачем колдун берет его с собой, Оливер вышел в коридор. Весь вечер, пока не уснули, они проговорили, строя различные догадки и версии. И сошлись на одном — ничего хорошего поездка не сулит.

Утром, когда небо было еще черным, словно перезрелая слива, а солнце и не собиралось показываться из-за горизонта, Орозий разбудил Оливера. Потирая глаза, он недовольно уставился на колдуна.

— Зачем?.. — проворчал Оливер. — В такую рань… Неужели нельзя чуть позже?

А сычик высунул голову из-под крыла и горестно заухал.

— Выйдем позже — опоздаем на корабль, — лишенным эмоций голосом объяснил Орозий, теперь в его речи вновь появились скрипучие интонации, и с каждым днем они становились все заметнее.

— Вы же можете просто сказать волшебное слово — и мы окажемся в нужном месте… — Опустив ноги в ботинки, Оливер начал их шнуровать.

— Могу, глупый мальчик. А еще я могу превратить тебя и твоего друга в поросят. Мир потеряет совсем немного, а вот я наконец избавлюсь от двух бестолочей.

Мгновенно проснувшись, Оливер поспешил за колдуном. Хитрый Рэнделл предпочел вылететь в окно, видимо всерьез опасаясь, что старик приведет свою угрозу в исполнение.

— Нам обязательно тащиться пешком? — выйдя из замка и представив, сколько еще идти, поинтересовался Оливер. — Я сейчас не о магии. А о лошадях, мулах в крайнем случае, ишаках.

— Ходьба полезна, ленивый мальчик, — постукивая палкой, отозвался колдун, — особенно твоему волку, он слишком растолстел в последнее время. — И с легкой улыбкой посмотрел на Рэнделла, только что превратившегося в зверя.

До порта добрались быстро, намного быстрее, чем три дня назад. Оливер пытался запомнить путь, которым Орозий шел через лес, отмечал в голове каждый поворот, каждое бросающееся в глаза дерево, но, несколько раз сбившись, бросил эту затею.

Корабль, на который они сели, оказался маленьким суденышком всего с двумя парусами. Оно перевозило сушеные фрукты, отчего воздух вокруг благоухал вкусными ароматами, и Оливеру постоянно хотелось есть.

На корме он встретил местного жителя, седого старика с короткой стрижкой. Рядом с ним сидела огромная собака, очень похожая на волка. Завидев Рэнделла, пес зарычал, но спустя секунду заскулил и спрятался за хозяина, хотя Оливер по поведению своего друга сразу понял, что тот тоже струсил.

Глядя на исчезающий вдалеке остров, он гадал, где сейчас сестра.

«Вдруг она прибудет сюда как раз сегодня? — грустил Оливер, его не радовала перспектива с ней разминуться. — Придет в замок, а меня там нет. Останется ждать или отправится за мной? Хотя откуда ей знать, куда я плыву? Ведь этого даже я не ведаю».

Плыли чуть более двух дней. К радости команды и немногочисленных пассажиров, все время дул попутный ветер, что Оливеру, начитавшемуся про коварство морской погоды, казалось странным. А под конец плавания он и вовсе уверовал, что тут не обошлось без вмешательства колдуна. Сам Орозий, едва они ступили на борт, скрылся в одной из немногих кают и ни разу не показался оттуда.

Но все мысли и раздумья на сей счет испарились, как только он понял, в какой город отправился старик. Обомлев, он с трудом унял бешено забившееся сердце.

«Бахара… Оливии подозрительно долго нет. Наверное, поймали. Тогда она должна находиться все еще здесь. Сбежать, надо обязательно сбежать. И попробовать найти ее. Только как? Дед наложил на меня заклятие».

Мелькнула сумасшедшая идея упросить колдуна отыскать сестру и забрать с собой. Но вспомнив холодный, лишенный сочувствия взгляд старика, то, как Орозий вел себя с ним и как безучастно отнесся к его просьбе тогда, на рынке, понял, что бесполезно.

Сидевший рядом волк тоже начал проявлять заметные признаки беспокойства.

— Что колдун забыл в Бахаре? — с волнением в голосе спросил Рэнделл. — Вдруг Альд Аир до сих пор там? Да и про Захира не стоит забывать.

— С нами колдун. — Оливер попытался успокоить друга. — Что они смогут с ним сделать?

Была середина дня, и жара в городе царила невыносимая. Двигаясь в толпе, Оливер через несколько минут сильно взмок, а по лбу тек настолько обильный пот, что он не успевал его вытирать. Волку приходилось не многим легче. Бедняга тяжело дышал, а вывалившийся из раскрытой пасти язык болтался, словно красная тряпка. Один Орозий чувствовал себя так, будто находился в своем замке. Все так же неуклонно шагал вперед, постукивая перед собой кривой палкой. Блестевшая на солнце лысина выглядела абсолютно сухой.

— Он точно наложил на себя заклинание, — пожаловался Оливер. — Мог бы и нам помочь.

— Согласен. — Рэнделл, волновавшийся все сильней, крутил в разные стороны головой и постоянно принюхивался.

Вскоре они покинули порт и двинулись по знакомой Оливеру прямой, широченной улице.

— Как ты думаешь, куда Орозий идет? — дрогнувшим голосом поинтересовался волк.

— Без понятия, но многое дал бы, чтобы знать.

— Я вот думаю, город ведь большой, — с надеждой в голосе произнес Рэнделл, — у нас совсем немного шансов встретить Альд Аира или Захира, правда?

— Конечно. — Оливер потрепал друга за ухом, ощутив, какой мокрой стала его шерсть.

— Но с другой стороны, — продолжал переживать Рэнделл, — Захир здесь влиятелен и к тому же богат. На него в городе должно работать много людей. Вдруг кто-то из них увидит меня и донесет ему?

— Надо сделать так, чтобы тебя не узнали, — решил Оливер.

— Конечно! — обрадовался волк. — А как?

— Дай подумать. — Но в голову лезли совсем другие мысли. — А дедуля случайно не на невольничий рынок топает? Решил еще одного любителя чтения купить?

— Надеюсь, нет. Зачем ему двое таких? Ты превосходно справляешься. Хотя тебе стоило сказать ему, что ты вычитал в той книжке.

— Может, и стоило. Старик ведь не знает, что я отыскал то, о чем он говорил. — Внезапно в голове мелькнула зловещая догадка: — А вдруг старикашка задумал нас продать? Мы его окончательно достали, да и домашний инвентарь переломали.

— Ой, — застонал Рэнделл, — надеюсь, Орозий не такой. Лучше расскажи ему о том, что узнал.

— Не сейчас, — отмахнулся Оливер. — Мало ли… вдруг я ошибаюсь?

Шли долго и наконец, свернув в узкую улочку, остановились возле неприметного на вид магазинчика.

— «Книги», — прочел Оливер надпись на вывеске. И тихо добавил, чтобы старик не услышал: — Значит, пока продавать не собирается.

— Совершенно верно, — обернулся Орозий, имея в виду книжную лавку. — Стойте и ждите меня здесь. А ты, мальчик, отдыхай. Тебе понадобятся силы.

— Что? — возмутился Оливер, едва старик скрылся внутри. — Он взял меня, чтобы я таскал тяжести? Не судьба нанять повозку? Скупердяй.

Ждали недолго. Оливер, думая о сестре, хотел воспользоваться возможностью и сбежать, но, сколько ни пытался, ничего не вышло. Ноги не слушались, отказываясь отходить слишком далеко от магазина.

Вдруг ему пришла совсем другая идея.

— Я придумал, как замаскировать тебя, — сообщил он Рэнделлу. — Правда, способ не очень приятный.

— Я на все согласен, — с готовностью отозвался волк.

Сойдя на дорогу, Оливер погрузил руки в лежавшую на обочине пыль и посыпал ею светлые полоски на спине друга. Вскоре волк сделался совершенно серым, вдобавок чумазым, и начал громко чихать.

Вернувшийся колдун мельком взглянул на них, чуть приподняв брови.

— Вас даже на минуту нельзя оставить, — скрипнул он. — Что случилось? Хотите вызвать у меня отвращение? Зря стараетесь, я вас и так терпеть не могу. Но не надейтесь, я вас не отпущу.

За ним следовали двое мужчин. Каждый нес в руках увесистую связку книг.

— Благодарю. — Орозий едва заметно кивнул головой. — Бери, они твои.

— Так вы только для этого меня взяли?

— Конечно. Заодно почитаешь в дороге. Путь длинный. Что зря время тратить? Займешься делом.

Едва Оливер принял книги, как из-за угла появился еще один человек. Он опасливо озирался, но, заметив колдуна, выпрямился и принял нагловатый вид.

— Господин Орозий, — незнакомец расплылся в улыбке и подобострастно заглянул в глаза, — у меня для вас есть очень важная информация.

Оливер с интересом прислушался. Но, как ни старался, больше ничего не узнал. Старик отвел незнакомца в сторону и только тогда начал разговор. Оливер взглянул на волка, но Рэнделл в ответ покачал головой:

— Слишком тихо.

Говорили недолго, всего пару минут. Но за столь короткое время с Орозием произошла разительная перемена. Взгляд из спокойного и холодного превратился в решительный и нетерпеливый. Дав собеседнику несколько золотых монет, он быстро зашагал по улице. Теперь Оливер поспевал за ним с трудом.

Через парочку кварталов Рэнделл неожиданно заскулил:

— Ой-ёй-ёй… Не нравится мне, куда мы идем.

— И куда, по-твоему, мы направляемся? — насторожился Оливер.

— Все ближе к дому Захира. Ой, и не нравится мне совсем, что задумал Орозий…

— Может, просто совпадение?

— Надеюсь, но все равно не нравится. У Захира очень много людей. Боюсь, даже Орозий не справится со всеми.

Они несколько раз свернули, прошли по узкой улочке, миновали парочку двухэтажных домов и вышли на широкую, мощенную гладким камнем, тихую и пустынную. При виде ее Рэнделл, замерев, ахнул:

— Я так и знал, вот он, — волк указал передней лапой вперед, — особняк Захира. Я дальше не пойду.

Оливер не знал, что и думать.

— Зачем мы туда идем? — крикнул он Орозию.

Старик обернулся.

— Не задавай лишних вопросов, мальчик. И шевелись. У меня мало времени.

— Он хочет вернуть меня обратно. — Рэнделл оскалился, обнажая клыки. — Я так просто не дамся. — Но затем сник, опустив морду.

Колдун постучал в дверь.

— Почему вы хотите отдать Рэнделла?

— Что? — Орозий даже не обернулся.

— Я ему не верю, — испуганно сообщил волк.

— Кто там? — В двери открылось маленькое окошко и в нем показалось круглое, но сильно исхудавшее лицо.

— Скажи хозяину — к нему пришел господин Орозий.

— Он никого не ждет.

— Скажи, упертый слуга, — процедил колдун и ткнул в сторону слуги палкой.

— Видишь, не ждет, — прошептал Оливер Рэнделлу. — Может, он по другому вопросу. Про меч свой, к примеру, хочет спросить.

Слуга исчез, а Орозий, не дожидаясь его возвращения, тихо произнес заклинание и вошел внутрь. Оливер плелся следом. После недолгого колебания, поджав хвост, к нему присоединился Рэнделл.

Они оказались в просторном дворе. От ворот к дому шла посыпанная песком дорожка, посередине виднелся старинной работы фонтан, а рядом, с правой стороны, высилась высокая каменная статуя. Приглядевшись, Оливер понял, что на ней изображен змей.

— Оригинально, — удивился он. — Местное божество? Мне казалось, в Бахаре преобладает культ Таал-Шаммона. А его земное воплощение — корова.

Не останавливаясь, Орозий направился к дому. В дверях столкнулся с опешившим слугой.

— Вы… вы… Господин примет вас. Только придется немного подождать.

— Мне некогда. — Колдун, словно котенка, отодвинул слугу в сторону.

Тот замер, округлив в страхе глаза. Поднявшись по ступенькам, Оливер увидел еще одного человека. Смуглого, с лицом, лишенным малейшего намека на эмоции.

— Добрый день, уважаемые господа. — Он слегка поклонился. — Меня зовут Кхарах. Господин Захир ожидает вас. Но не желаете ли перед встречей освежиться, выпить чаю?

— Мне некогда, — скрипнул Орозий, — отойди в сторону. — И он с такой же легкостью убрал Кхараха со своего пути.

У слуги на лице не отразилось ни тени возмущения.

— Тысяча извинений. — Он снова поклонился. — Не смею вас задерживать. Я вас провожу.

И остался стоять на месте.

— И? — Колдун выжидающе посмотрел на Кхараха.

— Немного позже. Я разве не сказал вам?

— Дурить меня вздумал? — Голос Орозия сделался таким скрипучим, что Оливер с трудом удержался, чтобы не заткнуть уши. Старик ткнул палкой в грудь Кхараха: — Сам найду дорогу.

И энергично двинулся вперед. Глаза слуги заметались, лицо превратилось в восковую маску, став совсем бледным.

Оливер, не зная, что делать, поспешил за Орозием. Рэнделл, прижавшись к его ногам, ковылял рядом.

Колдун шел не останавливаясь. По длинному коридору почти до самого конца, затем направо до лестницы, затем вверх на второй этаж, далее вновь по коридору. Остановившись на мгновение перед закрытой дверью, он прикоснулся к ней рукой, и та открылась. В пустой комнате, устланной толстыми коврами, на полу сидел человек и ел руками из огромного блюда. Его ноги покоились на пуховых подушках, на них же стояли серебряные подносы с самой разнообразной едой. При виде стольких лакомств у Оливера потекли слюнки, а в животе заурчало.

— Вы кто такие? — Человек повернулся и уставился на них маленькими раскосыми глазками.

— Я пришел за картой. — Орозий стремительно направился к мужчине.

Среди подушек что-то шевельнулось, и Оливеру показалось, что он увидел то ли маленькую змейку, то ли ящерицу.

— Какой картой? — Захир попытался встать.

— Тебе не принадлежащей, — колдун ткнул в грудь хозяина дома палкой, и тот повалился на пол, прямо на подносы с едой, — картой Харрисона.

— Впервые о такой слышу. — Глаза Захира налились кровью, но на лице не дрогнул ни один мускул.

— Не стоит все усложнять. — Орозий навис над лежащим, наставив на него палку, словно меч.

— Я не понимаю, о чем ты, старик. Я думал, ты привел мне моего твидла. — При этих словах Рэнделл попятился.

Оливер быстро посмотрел на волка. Оказалось, что он зря пачкал другу спину. Большая часть пыли осыпалась от долгой ходьбы и сильной жары, и сквозь нее отчетливо проступали светлые полоски.

— Твидла? — Орозий кинул непонимающий взгляд на волка.

— Ну да. Он сбежал. Я посулил хорошее вознаграждение нашедшему его. Так ты за этим пришел?

Колдун внимательно глянул на Оливера.

— Предлагаю поговорить наедине, — продолжал Захир, — как деловым людям. Мальчик с твидлом пусть сходят на кухню, их там накормят. А мы во всем разберемся.

— Оливер, я не хочу на кухню, — запротестовал Рэнделл, — наверняка это уловка. Не верь ему.

— Согласен, только живее. — Орозий повернулся к ним.

— Нет! — воскликнули они в один голос. — Мы никуда не пойдем. Мы не голодны.

Захир, воспользовавшись моментом, поднялся:

— Отдашь твидла — поговорим о карте. Я слегка покривил душой: кое-что о ней я все-таки слышал.

Оливер перепугался, что Орозий послушается Захира и отдаст ему Рэнделла. И, сжав кулаки, собрался защищать друга, хотя понимал, что силы неравны.

— Он не мой, — к его облегчению, произнес колдун. — Я не могу отдать мне не принадлежащее.

— Но он мой. Я купил его.

— Мне все равно, — голос Орозия скрипел все сильней, — я устал препираться. Сейчас ты мне все скажешь.

И ткнул палкой Захира прямо в живот. Хозяин дома согнулся пополам, а колдун быстро заговорил на непонятном языке.

— А-а-а! — истошно завопил Захир.

— Где карта Харрисона?! — выкрикнул Орозий.

— Не знаю… — нечеловеческим голосом, сквозь сжатые челюсти, процедил Захир, пытаясь распрямиться.

Оливеру сделалось страшно. Колдун на его глазах буквально пытал человека, и ему даже стало жалко истязаемого.

— Где карта? — повторил Орозий.

— Ее украли. Мальчишка Альд Аира. С ним была еще девчонка.

— Что за девчонка?

— Я купил ее на рынке. Они оба сбежали. И вот этого твидла забрали с собой.

— Карта у тебя? — Колдун повернулся к Оливеру.

Он оторопел от вопроса.

— Нет! Я ведь все время был с вами.

— А твидл? Он-то появился позже.

— Я ничего не знаю про карту. Впервые слышу.

Орозий уставился на Оливера своим пронизывающим до глубины души взглядом.

— Хорошо, — наконец произнес он.

И повернулся к Рэнделлу. Волк вжался в пол.

— Поговорю позже. С вами обоими.

Оливер положил руку Рэнделлу на голову.

«Выходит, карта у сес… Дед читает мысли! Надо думать о чем угодно. Ля-ля-ля… Вот поесть бы сейчас, да поплотней. И слинять от старика, да поскорей. И нечего в голове чужой ковыряться без разрешения».

Колдун, больше не говоря ни слова, пошел к выходу. Но едва ступил за порог, как остановился. Оливер заглянул ему через плечо и увидел толпу слуг, направлявшихся к ним. У каждого в руке поблескивала сабля. В первых рядах выступал Кхарах с безжизненным выражением лица.

Орозий выставил вперед палку, и на ее конце вспыхнуло синее пламя, разгоравшееся с каждой секундой все сильнее. Нападавшие резко остановились. Их боевой вид сменился страхом и замешательством.

— Дорогу! — скрипнул колдун и смело шагнул к ним.

Слуги попятились. Он взмахнул палкой, очерчивая вокруг себя воображаемый круг, пряча в нем и Оливера с Рэнделлом.

Позади раздался душераздирающий вопль Захира. Нападавшие попытались двинуться вперед, тыкая перед собой остриями сабель. Но в воздухе, в том месте, где только что побывала палка Орозия, вспыхнул огонь. Лица слуг вытянулись в ужасе, глаза округлились, и они, побросав оружие, кинулись наутек. Остался только Кхарах.

Не замечая его, колдун пошел по коридору. Выглядел Орозий бледным и сильно уставшим. И, несмотря на стоявшую в помещении духоту, от него веяло холодом.

— Мальчик, — обратился он к Оливеру, — найди, на чем мы отсюда уедем. И быстрей.

Пришлось Оливеру выйти из безопасного круга и бежать вниз. На счастье, пройдя вдоль дома и никого не встретив по дороге, он обнаружил конюшню, а внутри — повозку, запряженную лоснящимся от жира ишаком с невероятно длинными ушами. Сев на козлы, Оливер покатил к воротам.

Там уже ожидали Рэнделл с Орозием. Вид у колдуна сделался совсем неважнецким. Живые и горевшие силой глаза потухли, кожа на лице лишилась цвета, став бледной, руки дрожали, едва удерживая палку. Оливер помог старику забраться в повозку, и они выехали на улицу. Вслед неслись вопли Захира, пытавшегося заставить слуг выйти из дома. Оливеру сделалось не по себе.

«Скоро они наберутся храбрости и побегут за нами. И тогда нам придется туго».

Он украдкой взглянул на колдуна. Старик держался из последних сил, лишь усилием воли не лишаясь сознания. Оливер закусил губу и принялся подгонять ишака.

Глава 18

Оливия встречает деревенского сфинкса

Оливия мутным взглядом следила, как падают в море последние остатки утреннего завтрака. Вытерев рот смоченной в воде тряпкой, она опустилась на палубу, привалившись спиной к борту.

Шторм закончился менее часа назад, хотя капитан «Вечного странника», странный человек с множеством косичек на голове и невероятно смуглой, почти черной кожей, с усмешкой уверял, что ветерок, дувший последние два дня, и близко не напоминает шторм. Но Оливии он казался самым настоящим ураганом. Качало настолько сильно, что она приготовилась к самому худшему. Каждый раз, когда на них неслась очередная волна высотой с двухэтажный дом, Оливия думала, что видит такое в последний раз; сейчас «Вечного странника» накроет поток воды, корпус не выдержит, треснет, и все они пойдут ко дну, крутясь в адском водовороте, без малейшего шанса на спасение…

Однако самое ужасное заключалось не в качке и даже не в страхе утонуть. Невыносимо было то, что ее постоянно тошнило. Кожа на лице стала напоминать цветом недозрелое яблоко, желудок наотрез отказывался принимать пищу, а проходящие мимо матросы, глядя на ее мучения, с улыбками отпускали колкие остроты. И что самое неприятное — Марко видел ее в таком состоянии. Он старался не подавать виду и всячески помогал ей, но она была абсолютно уверена, что наедине с Йоши он смеялся над ней.

Проклятое море — оно сделало из нее уродину, а затем показало в столь отвратном виде самому прекрасному парню в мире.

Едва буря стихла, как она, почувствовав себя лучше, набросилась на принесенную ей еду. И только наевшись, осознала, какую совершила ошибку. Воспоминания о недавнем позоре настолько неожиданно накатили на нее, что содержимое желудка стремительно рванулось наружу. Она едва успела добежать до борта и свеситься вниз.

«Я теперь не смогу смотреть в глаза даже Йоши, — горько думала она, — а о Марко и говорить не стоит… Моя жизнь кончена».

— Капитан сказал, скоро прибываем в порт. — Марко подошел так тихо, что Оливия вздрогнула, услышав его голос.

«Он со мной все еще разговаривает. Какой милый… Йоши, наверное, медитирует. Вот больше и не с кем поговорить».

Она повернулась к парню, уверенная, что непременно отыщет на его лице либо насмешливое, либо брезгливое выражение, а скорее всего, сразу оба. Но Марко глядел на нее с внимательным сочувствием.

— Как ты?

— А ты как думаешь?

Ее охватило раздражение. Оливия никогда не думала, что с ней такое случится и она будет так нелепо страдать этой дурацкой морской болезнью. Ведь на «Черной медузе», корабле Альд Аира, и на «Голубоглазой милашке», судне одноглазого капитана, Оливия чувствовала себя прекрасно. Может, все дело в конструктивных особенностях «Вечного странника», плоского, словно доска? Судно ей сразу не понравилось, на таком разве что совершать по реке увеселительные прогулки в солнечную, безветренную погоду. Правда, другого выбора тогда не было. За те деньги, что оставались, они могли позволить себе только такое. В итоге она так опозорилась в глазах Марко, что навсегда останется девушкой, всю дорогу свисающей с борта вниз головой.

— Я никому не говорил, — Марко подмигнул с заговорщическим видом, — но в первом плаванье мне было еще хуже.

— Серьезно? — удивилась Оливия.

— Я места себе не находил целых три дня.

— Невероятно! Никогда бы не подумала.

— Ладно-ладно, привираю немного. — Она сверкнула глазами, и Марко примирительно поднял руки вверх. — Но есть нормально не мог. И мне все время казалось, что палуба, словно живая, в любой момент готова уйти из-под ног.

— Вот-вот, — обрадовалась Оливия, — у меня точно так же.

— Но борт я не полировал и рыбам завтрак не отдавал, — весело засмеялся он.

Оливия ударила его в плечо кулаком, но совсем не сильно, а, наоборот, едва ощутимо. Настроение заметно улучшилось.

Вскоре стал заметным приближающийся берег. Он рос, заполняя собой горизонт; Оливия различила холм со срезанной вершиной, рядом маленькие домики, дорогу, идущую к морю, пустые причалы и людей на них. Двое удили рыбу, остальные, видимо, ожидали прибытия «Вечного странника».

Люблю цивилизации окраины —

В них шарм с природой единенья,

Но очень часто нет еды.

К ним, потягиваясь и выгибая спину, подошел Йоши.

Судно начало швартоваться, на пристань опустились сходни, и первые наиболее нетерпеливые пассажиры резво сбежали по ним.

— Деревенька небольшая, — разглядывая местность, с удовлетворением произнес Марко, — быстренько отыщем твоего брата.

— А ты уверен, что он именно здесь и на острове нет других деревень? — Оливия в задумчивости постучала пальцами по дереву.

— Деревня на острове одна, я спрашивал у капитана.

Оливия вгляделась внимательнее.

— Не похоже, что тут распространено рабство…

— Тогда, неутомимые герои, вперед, — промурлыкал кот, — восстановите справедливость, разбейте оковы, порвите цепи и освободите мальчика. А прекрасный Йоши станет вас направлять.

Он задрал хвост и спрыгнул на берег. Марко с Оливией последовали за ним.

Вблизи деревня выглядела еще меньше, всего с пару десятков домов, расположенных по обе стороны от грунтовой дороги. Крохотные одноэтажные здания почти скрывались за невысокими, местами покосившимися заборами. Кругом росли деревья и необычайно густые кусты. На улице почти не было видно людей, а те, что встречались, выглядывали из раскрытых окон либо сидели возле двери на скамейке.

Оливия обратилась к нескольким из них, желая расспросить про Оливера, но местные жители, сделав вид, что ее не слышат, неожиданно вспомнили о каких-то срочных делах и скрылись внутри домов.

— Дикие какие-то, — проворчал Марко. — Обычно в таких местах люди гостеприимны и готовы помочь.

— Заметно, — ухмыльнулся Йоши и, скорчив свирепую рожу, до слез напугал маленькую пузатую девочку, с громким плачем кинувшуюся прочь. — И шуток, главное, не понимают.

Мимо них, поднимая столб пыли, пробежала толпа мальчишек. У троих Оливия заметила в руках квадратные доски. Они с упоением потрясали ими, словно щитами.

— Я — герой! — вопил рыжий с длинными вихрами.

— Нет, я! — пытался перекричать его другой, кудрявый и курносый. — Я спасу деревню и весь остров. У меня щит красивей и больше.

Третий пацаненок молчал, но изо всех сил пытался столкнуть товарищей с дороги.

— Вот дела, — удивилась Оливия, — любимая сказка Оливера и сюда добралась…

— Ты знаешь, во что они играют? — изумился Марко.

— Конечно, брат мне все уши прожужжал этой историей.

— А может, именно Оливер и рассказал ее местным детишкам? — предположил кот. — Тогда он должен находиться где-то неподалеку.

Возле последнего, стоявшего чуть в стороне от остальных дома на завалинке сидел небритый мужичок и играл на деревянной дудочке. Получалось скверно. Мелодия походила скорее на звук, который издает подавившаяся костью собака.

— Простите, — Оливия подошла к нему, больше желая, чтобы он прекратил издеваться над ее ушами, чем надеясь услышать хоть какой-то ответ, — а вы не видели?..

— Не видел что? — Горе-музыкант перестал мучить дудку и с недовольным видом уставился на приезжих.

— В вашей деревне не проживает лысый старик? А с ним, с недавних пор, — волк и мальчик моего возраста?

— В деревне? — Мужичок задумался. — В деревне — нет…

— Так вы его знаете? — обрадовалась Оливия.

— Может быть, девочка. Но за ответы на вопросы надо платить.

— У меня нет денег.

— Деньги мне не нужны. Что я с ними тут стану делать?

— Что вы тогда хотите?

Мужичок зевнул и убрал дудочку в карман.

— У нас здесь не так много развлечений. Рыбалка, охота, иногда танцы…

— Хотите со мной потанцевать?

Йоши фыркнул, а Марко придвинулся ближе.

— Странный у тебя кот, — мужичок с любопытством поглядел на Йоши, — у меня создается впечатление, что он понимает наш разговор.

— Глупости. — Оливия решила не говорить, что Йоши твидл, так проще. — Значит, танец?

— Я не любитель танцевать, да и не умею.

— Рыбалка? Хотите, чтобы я посидела с вами на причале, подавая червяков?

— Было бы забавно, — осклабился мужичок. — Но нет. У нас еще любят загадки. Отгадаешь мою — отвечу на твои вопросы. Нет — значит, тебе не повезло.

— Хорошо, — согласилась Оливия.

— Тогда пусть смуглый отойдет, — он показал на Марко, — чтобы не возникло соблазна подсказать. Сыграем один на один, по-честному.

Парень с неохотой отступил на несколько шагов, сложил руки на груди и стал с вызовом глядеть на любителя загадок.

— Начнем? Не станем терять время? — Мужичок выглядел довольным, лицо расплылось в улыбке, а глаза блеснули озорным огнем. — Я сам придумал только что, пока музицировал.

Он посмотрел на Оливию лукавым взглядом.

Она, ожидавшая услышать нечто простое и легкое, заволновалась.

«Сам придумал? Как я смогу понять, что ему пришло в голову?»

— Разве так по правилам? — спросила она.

— А как же? Если загадывать старые загадки, они быстро закончатся. Так у нас в деревне и вышло. Решение — придумывать самим. Я на тебе испробую, насколько она хороша. Если ты не догадаешься, задам ее сегодня вечером нашим. Готова?

«Нет», — подумала Оливия.

— Да, — ответила она вслух.

Мужичок откашлялся и торжественно произнес:

Всегда один, и нет друзей,

Один, совсем один

Он в окружении страстей,

Как выпеченный блин.

— Что это?

Оливия понятия не имела.

«Выпеченный блин. Один, к тому же без друзей, да еще окруженный страстями. Глупость какая… У блинов разве бывают друзья?»

— А не хотите попробовать другую? — осторожно спросила она.

— Не знаешь? — обрадовался мужичок. — Наконец! Наконец! Мне удалось!

— Что вам удалось?

— Придумать загадку, над которой станут ломать голову. Точно не знаешь ответ?

— Нет.

Он вскочил и бросился к дому.

— Вы куда? — закричала Оливия.

— Записать. Пока не забыл.

— А старик? Вы не скажете?

— Ты ведь не отгадала.

— Постойте, — она топнула ногой, — я не сказала, что сдаюсь.

— Верно. — Мужичок заметно погрустнел и поплелся обратно.

Оливия задумалась так, что, наверное, под волосами вздулась кожа, поднимаемая шевелящимися мозгами. Но в голову ничего не приходило.

Взгляд упал на заскучавшего кота.

«Йоши ведь обожает стихи. Постоянно их сочиняет. Вдруг знает ответ?»

Начала глядеть на него, пытаясь привлечь внимание и попросить о помощи.

Мужичок заржал неприятным смехом:

— Что пялишься на хвостатого, он ведь глуп. Только и может, что орать по ночам да сметану жрать. Он тебе не поможет.

Услышав обидные для себя слова, Йоши надулся и едва слышно промурлыкал, но что именно — Оливия не расслышала. Йоши повторил чуть громче. Но мужичок вновь заржал, заглушив слова кота:

— Кошку почуял, вот и радуется. Отпусти беднягу.

— Хватит обежать милое животное. — Оливия подхватила твидла на руки и посадила на плечо, прижав морду к уху.

— Остров, — прошептал Йоши, — отгадка — остров. А теперь отпусти, терпеть не могу сидеть на руках. Я ведь не кот какой-то.

— Что? — Оливия не сразу поняла, что он говорит.

— «Что»? Нет, неправильно. — Мужичок вновь расплылся в улыбке. — Я победил, а ты проиграла.

— Я хотела сказать «остров», — возразила Оливия, опуская Йоши за землю. — А «что» — это не ответ. Так, мысли вслух.

— Остров… — пролепетал мужичок. — Как ты догадалась?

— Блин, и все такое… — небрежно бросила она. — Проще простого.

— Да, конечно… — тихо промурлыкал Йоши.

— А теперь говорите, что знаете про старика.

Мужичок уселся на завалинку и вытащил дудочку.

— Он не из деревни. Живет за лесом, что за холмом.

— Там другая деревня? — уточнила Оливия. — Или он отшельник и живет один?

— Он вроде как колдун… Я, правда, не верю, но так говорят знающие люди. А зачем он вам?

— Мне нужен не он, а мальчик, который с ним. Он мой брат.

— Брат? Тогда тебе повезло. Старик дней пять назад уплыл с острова.

— Уплыл? — обрадовалась Оливия. — А где он живет? Объясните подробнее, если не трудно.

— Я же сказал: за лесом. А точнее не знаю. Я никогда там не бывал. Лес проклят. Пытались люди через него пройти, но никто не вернулся, сгинули все как один.

Оливия переглянулась с Марко и Йоши.

— Какой у кота пронзительный взгляд… — Мужичок протянул руку, желая погладить Йоши по голове.

— Мяу. — Тот поднял лапу с выпущенными когтями.

— Дрессировать надо животное, девочка, воспитывать.

— Мы пойдем. — Оливия, схватив Йоши под мышку, поспешила в сторону холма.

Вслед донеслись звуки дудочки, только теперь они напоминали скрежет ножа о днище кастрюли. Оливия, пытаясь зажать уши, ускорила шаг.

Подойдя к лесу, она поняла, чем он так не нравился местным жителям. Ужасный, уродливый, напрочь лишенный зелени и малейших признаков жизни. Словно из него высосали все соки, оставив ссохшуюся оболочку.

— Что тут произошло? — присвистнул Марко. Эхо, гулявшее среди голых скрюченных ветвей, мгновенно разнесло этот звук по окрестности, превратив в дребезжащее, искаженное подобие человеческого свиста.

— Я бы предпочел не повышать здесь голоса, — посоветовал Йоши, разглядывая висевший над ним бесформенный плод ярко-оранжевого цвета, с которого капал густой пахучий сок.

— Давайте поторопимся, — предложила Оливия, — не хотелось бы тут ночевать.

Она первой ступила ногой на подгнившие листья, едва не зацепившись за одну из коряг, повсюду выглядывающих из-под земли.

— Предлагаю идти прямо, ориентируясь на солнце, так мы не заблудимся, — взял на себя руководство Марко. Оливия хотела возразить, но неожиданно почувствовала легкое головокружение и промолчала.

Марко зашагал бодрым шагом, она последовала за ним, рядом пристроился Йоши. Он крутил во все стороны головой и отпускал шуточки каждый раз, когда замечал новый диковинный плод. Шли долго, скоро Оливии начало казаться, что лес бесконечен, хотя время от времени, вглядываясь в просветы среди деревьев, она видела зелень и широкую дорогу. Затем видение исчезало, а ее охватывали сонливость и оцепенение. Тогда она терла глаза, пытаясь взбодриться и прийти в себя.

— Мне кажется, ты выбрал неверное направление, — Йоши с усталым видом остановился, — в наказание тебе придется меня нести.

Оливия взглянула на парня. Марко выглядел неважно: лицо серое, под глазами темные круги, зрачки расширились, ноздри с силой втягивали воздух.

— И куда нам, по-твоему? — обратился он к коту.

— Туда. — Йоши показал в обратную сторону, откуда они пришли.

— Не смешно, — слабо улыбнулся Марко.

— С холма лес не выглядел таким большим… — Оливия, не чувствуя ног, хотела опуститься на землю, но, увидев под собой кривые, облезлые корни, передумала. — Нет, обратно не пойдем. Нам точно вперед. Я вроде вижу какую-то дорогу.

Йоши проследил, куда она указала, и покачал головой.

— С каких пор ты заделалась обладательницей орлиной зоркости?

— Что ты хочешь сказать?

— Там ничего нет.

— Неужели? — Она пригляделась внимательнее. Действительно, одни деревья. — Я же видела… — Она не знала, что и думать. — Марко, как ты себя чувствуешь?

Парень на мгновение задумался.

— Если честно — неважно. Хочется спать, кружится голова. Я словно во сне.

— Лес действительно проклят, — она огляделась, — во всем виноваты эти плоды. Вернее, запах, идущий от них. Он такой противный… меня воротит от него.

— Запах? — Йоши принюхался. — Я ничего не чувствую. Вы, вероятно, съели что-то недожаренное на «Вечном страннике», я же вас предупреждал…

Собравшись с силами, Оливия продолжила идти. Рядом ковылял Марко. Кот с недовольным видом, поточив когти о дерево, быстро догнал их.

— Скоро стемнеет, — пожаловался он, — я не хочу ночевать на гнилых листьях. Когда я панда, мне требуется мягкая постель.

— Уверен, осталось немного, — попробовал парень успокоить кота.

— Вы разве не видите? — возмутился Йоши. — Вы ходите по кругу.

— Что? — изумились в один голос Марко с Оливией.

— Причем уже несколько часов.

— Почему ты молчал?

— Вначале не обращал внимания. Потом не хотел подрывать авторитет Марко. А теперь мне надоело. Вы действительно не видите отсюда выхода?

— Нет, — Оливия с трудом держалась на ногах, тело налилось тяжестью, веки стремительно поползли вниз, разум наотрез отказывался от мыслительного процесса.

— Э-э-э, нет… так не пойдет. — Йоши начал ее расталкивать. — Иди за мной. Тут и правда совсем недалеко.

Балансируя на грани сна и бодрствования, делая каждый шаг с огромным трудом, она последовала за котом. И когда глаза окончательно закрылись, а разум отключился, Оливия наконец вышла на опушку. Последним, что она успела увидеть, были зеленая трава и колышущиеся на ветру листья…

Приходила в себя медленно, голова болела, и вновь, как и на «Вечном страннике», тошнило. Яркий солнечный свет, когда она открыла глаза, в первый момент ослепил, но, привыкнув к нему, Оливия поняла, что сейчас вечер, причем поздний. Солнце давно зашло. Рядом сидели Йоши в образе панды и Марко, уставший, с осунувшимся лицом и красными воспаленными глазами.

— Я говорил — все будет хорошо. — Йоши подмигнул ей.

— Вообще-то ты говорил, что все должно быть хорошо. — Марко помог ей подняться. — Я волновался. Идти можешь?

Оливия кивнула, она чувствовала себя значительно лучше, хотя слабость все еще отчетливо ощущалась.

— Бесстрашные герои преодолели очередную опасность. А во главе их — несравненный Йоши, славящийся своей мудростью…

— …и скромностью, — улыбнулся Марко. — Гляди, — обратился он к Оливии и указал вперед.

Она повернулась — и не поверила глазам. Вдалеке возвышался огромный замок. Он стоял на невысоком холме и сильно напоминал несколько гигантских серых зубов, выдранных изо рта чудовища и поставленных рядом.

— Думаете, Оливер там?

— Уверен, — ответил Йоши.

— А еще мы поняли, что человек, купивший твоего брата, — действительно колдун. Тот мужик в деревне был прав.

— Колдун? — испуганно повторила Оливия. — Тот самый, с островов возле Манталы?

— Надеюсь, нет. — Панда вздохнул. — В противном случае нет у нас шансов.

— А с чего вы решили? И когда успели?

— Пока ты приходила в себя… — принялся объяснять Марко.

— Пока и ты тоже приходил в себя, — перебил парня Йоши, тот смутился и покраснел. — Так вот… В то время как вы вдвоем под воздействием дурмана лежали, идущего от тех загадочных, но не лишенных изящества плодов, я, чудеса храбрости и смекалки проявив, на разведку сбегал. — Он сделал паузу, видимо дожидаясь похвалы.

— Ты бросил нас одних? — нахмурилась Оливия. — Лежащих без сознания и не имеющих возможности постоять за себя?

— Плохое что случись, я обязательно отомстил бы. А не смог, проклял бы.

Оливия не нашлась, что ответить, а довольный собой Йоши продолжил красоваться:

— Из замка ни звука не доносится, словно там тихий час…

— Любители рано лечь спать? — предположила Оливия.

— Готов согласиться, но с поправкой небольшой. Не каждый может спокойно дрыхнуть, когда назойливые гости порог обивают.

— Ты о чем?

— Не о чем, а о ком. О знакомом нашем старом Мазаке и подручных его. — Йоши ткнул лапой в небо над крышей замка.

Оливия всмотрелась и разглядела круживших там крылатых тварей, отдаленно напоминавших коршунов.

— Как они тут оказались? — потрясенно вымолвила она.

— Не знаю, — пожал плечами Йоши.

— Выглядят злыми и настойчивыми, — вымолвил Марко.

— Зря ты тогда дразнила Мазака, — проворчал Йоши. — Говорил же тебе, предупреждал.

— А что если… — предположила Оливия, — они ищут не нас.

— А кого? — удивился Йоши. — Хотелось бы надеяться, но так не бывает. Ты тогда сильно его разозлила.

— Рэнделла ищут. Он их главная цель.

— Я с большой охотой соглашусь с тобой, — в раздумье произнес Йоши. — Но тогда — внимание, вопрос: а сколь остра необходимость соваться в замок?

— Там Оливер! — вскричала Оливия. — Ты что такое говоришь?

— Хорошо-хорошо… Я просто уточнил. Так, чтобы прояснить ситуацию. — Йоши примирительно поднял обе лапы вверх. — Докладываю. Вокруг замка — глубокий ров с водой, в воде плавают существа с такими зубами… Скажу сразу, не хочу узнать, остры они насколько. Далее, все двери и окна крепко закрыты. Даже Мазак с дружками пока не сумел их открыть. Итак, пришли к самому главному: что будем делать?

Оливия задумалась.

— Мне надо посмотреть поближе, изучить, как там все устроено. Хотя уже сейчас есть парочка идей.

— Там Мазак, — напомнил Йоши, — и летает он быстро.

— И видит замечательно, — добавил Марко.

— Оставайтесь. Я никого не заставляю.

И не глядя на друзей, направилась к замку. Первое, что она разглядела, — высокие стены с множеством окон. Внизу несколько ворот, закрытых и хорошо защищенных опущенной металлической решеткой. Наверху серыми тенями кружили гигантские коршуноподобные твари. Со всех сторон замок опоясывал широкий ров. Возле него стояли, переговариваясь, с десяток людей. Среди них отчетливо выделялась фигура Альд Аира.

Оливия, пользуясь сгущающимися сумерками, осторожно обошла их и, отыскав укромное место, заглянула в ров. Там, как и рассказал Йоши, плавали злобные существа. Едва заметив ее, они начали скалиться, громко щелкая зубами.

— Все ясно, — пробормотала Оливия, мысленно прикидывая глубину.

Заодно она на глаз измерила расстояние до противоположного берега.

— Ну что? — Едва она решила возвращаться, как наткнулась на Йоши с Марко. Они одновременно уставились на нее: — Как их одолеть?

— У меня и в мыслях нет драться с ними, — удивилась она. — Наоборот, я предпочитаю держаться от Мазака и Альд Аира подальше.

— Очень хорошо, — с явным облегчением вымолвил панда. — А вам не кажется странным, что до сих пор защитника ни одного не видно?

— Хм… действительно, — согласилась Оливия. — Замок словно вымер. Окна темные, кругом тишина.

— А Мазак с компанией все равно не могут попасть внутрь, — добавил Йоши, — хотя пытаются больше часа.

— На вход наложены заклинания, — предположил Марко. — И как нам их снять?

— Никак, — объяснила Оливия. — Оливер внутри. Он нас впустит. А теперь слушайте меня. Я придумала план… — и принялась рассказывать.

— Нет, — едва она закончила, воскликнул Йоши. — Нет, нет и еще раз нет! Никогда! Ни за что! И не пытайтесь уговаривать.

— Йоши, — Марко взял панду за передние лапы, — мы же друзья. Друзья помогают друг другу.

— Именно! Помогают. А вы меня собираетесь риску необоснованному подвергнуть. Ладно Оливия — она девушка и знает меня недолго, не успела оценить и проникнуться уникальностью и важностью моей дружбы, но ты, Марко… Не ожидал.

— Да ладно тебе. Все будет нормально. — Парень сел на траву и усадил Йоши рядом.

Пока они говорили, Оливия отыскала поблизости небольшой сухой пень, выдранный из земли, и подтащила ближе ко рву. Затем сбегала в лес и, зажимая нос, наломала на опушке длинных веток. Связала их травой и, вернувшись обратно, положила на пень. Получилось что-то вроде детской качалки, на которой она любила качаться во дворе приюта, пока ту не сломали.

— Всё, — объявила она. — Йоши, ты готов? Все помнишь? Быстро бежишь к мосту и жмешь на рычаг. Он обязательно должен быть там.

— Даже не думай, — панда угрожающе выставил вперед когти и состроил боевую морду, — ни о каком рычаге я знать не хочу. Желаешь геройствовать — вперед, а от меня отстань.

— Ты маленький и легкий, — возразила она.

— И поэтому надо мной измываться можно?

— Прости, Йоши. — Марко не выдержал и, махнув рукой, усадил панду на связанные ветки. — Прыгай, Оливия!

— Ты что? Предатель! — вскричал Йоши с обидой в голосе.

Мгновенно сориентировавшись, Оливия запрыгнула на импровизированную качалку.

— А-а-а! — Панда резко взлетел в воздух и, размахивая лапами, перелетел через ров.

Хлоп! Его упитанное тело скрылось в высокой траве.

— С ним ведь все в порядке? — дрогнувшим голосом спросил Марко. — Он ведь жив? И простит меня?

На противоположном берегу показалась большая голова. Серебристый свет луны, выплывшей из-за крыши, выхватил из темноты грозно выставленный мохнатый кулак. Йоши скорчил недовольную мордочку и поплелся к мосту.

Оливия с Марко, пригибаясь к земле, и едва не ползя по ней, принялись красться вдоль рва. Мост находился совсем неподалеку от входа, и Оливия была уверена, что он приводится в движение рычагом.

Темные тени, кружившие над крышей, начали снижаться. Послышались удары и громкие выкрики, твари попытались проникнуть внутрь через окно, но, не сумев, принялись изрыгать проклятия. Внизу, довольно далеко от Оливии с Марко, стоял Альд Аир с людьми и отдавал команды.

— Попробуйте вон там. — Он указал рукой куда-то в черноту.

— У меня не получается, — от моста отделилась толстая фигура, — там нет никакого рычага. Спасибо вам. Теперь я здесь один. И кажется мне, видят они меня. — Панда задрал голову и уставился вверх.

Как раз над ним трое коршунов клювами бились в окно на третьем этаже. В азарте твари издавали настолько сильный шум, что не услышали Йоши. Боясь, что панду в любую секунду заметят, Оливия сделала ему знак спрятаться.

— Переходим к плану «Б», — сообщила она Марко.

— У тебя и такой есть? — изумился он.

— А ты как думал? Пойдем, мне понадобится твоя помощь.

Вернувшись к опушке леса, она остановилась возле ближайшего дерева.

— Ты хочешь сбежать, бросив Йоши? — возмутился парень. — Это и есть твой план «Б»?

— А заодно и брата бросить, — фыркнула Оливия. — Конечно нет! Мне надо, чтобы ты сломал несколько веток. Справишься?

— Легко.

— Тогда вон ту и ту, еще вот эту… — принялась она показывать.

Легко, как похвалялся Марко, не получилось, парню пришлось хорошенько потрудиться. В итоге, когда он справился, у ног Оливии лежали шесть длинных веток — ужасно кривых, но зато толстых и крепких.

— Зачем они нам? — поинтересовался Марко. — Ты хочешь отпугивать ими тех рыб во рву?

— Гляди, ветки длинные, словно ходули у клоунов в цирке, — пояснила она, — у них даже сучки, куда можно ставить ноги. Я специально подбирала такие. С их помощью я собираюсь перейти ров.

Марко прыснул, но, сдержавшись, лишь снисходительно улыбнулся.

Не обращая на парня внимания, Оливия потащила ветки ко рву и опустила в воду. Глубина, как она и предполагала, оказалась небольшой. Поставив ноги на сучки, она отошла от берега.

Мгновенно подплывшие зубастые существа не смогли до нее дотянуться. Тогда, издавая булькающие звуки, они вцепились в ветки, но перекусить не сумели. Удержав равновесие, Оливия сделала шаг вперед. Получилось. Еще один. Дно было ровным, правда, покрыто толстым слоем ила, смешанным с размякшей землей, и концы ходулей постоянно в нем застревали. Рыбы сильно мешали, поэтому Оливия принялась бить по их головам третьей веткой. Помогало слабо, зато создавало иллюзию, что она на них нападает.

На берегу Марко, перестав улыбаться, вытаращил на происходящее глаза.

— Ты с ума сошла! — Он подбежал к берегу и попытался вернуть ее обратно, но Оливия ушла уже далеко.

Парень заметался, уговаривая ее передумать, а затем спешно прикрепил к ногам ветки. Передвигаться на ходулях у Марко получилось заметно лучше, и он быстро догнал Оливию.

— Давай, пока не поздно, назад!

— Клац! — Одна из рыб, подпрыгнув, вцепилась Оливии в правую ветку и повисла на ней.

Послышался треск, ходуля сломалась, и Оливия начала падать в воду.

— Держись! — Марко подхватил ее за руку.

Шатаясь, они стояли, держась друг за друга, боясь пошевелиться. Вокруг плавали зеленые существа, а рыбы, замерев на месте, в предвкушении долгожданного ужина щелкали зубами.

— Мы должны попробовать, — наконец, произнесла Оливия.

— Согласен. Только медленно.

Поставив ногу на запасную ходулю, Оливия двинулась вперед. Марко следовал рядом, тыкая третьей палкой в воду. Существа внизу заволновались, поняв, что еда, почти оказавшаяся в их ртах, ускользает.

Еще парочку маленьких шажочков… Берег приблизился, но все еще находился довольно далеко. Голодные обитатели рва пришли в неистовство. Несколько рыб одновременно вцепились Марко сразу в две ходули, и парню стоило большого труда отогнать их.

— Совсем чуть-чуть, осталось совсем чуть-чуть…

Почувствовав, как под ней ломается вторая ветка, Оливия отчаянно прыгнула вперед. Нога оттолкнулась от чего-то твердого — видимо, головы одной из рыб, — и Оливия ухватилась руками за берег. Пальцы вцепились в траву, не позволив упасть. Напрягая мышцы рук, она стала подтягиваться. Позади существа окончательно сошли с ума и набросились на Марко. Тот, как мог, отбивался, но они почти сразу сломали ему правую ходулю и, не успокаиваясь, приступили к левой.

Наконец оказавшись на твердой земле, Оливия протянула парню руку. Тот ухватился, и они едва не упали — предпоследняя ветка в этот самый момент с треском переломилась пополам. Марко удержался только чудом, теперь вес всего тела приходился на последнюю ходулю, глубоко увязнувшую в илистом дне рва и оттого оставшуюся стоять. В следующий момент зашаталась и она, резко пошла в сторону, и Марко начал падать.

Неожиданно кто-то потянул Оливию назад. Оглядываться и выяснять кто, времени не было. Она покрепче уперлась ногами, не давая парню коснуться воды, и дернула на себя. Вскоре, когда казалось, что сейчас у нее кончатся силы, Марко выбрался на твердую поверхность.

— Как всегда… — падая в траву, Оливия услышала рядом прерывистое дыхание. — В очередной раз храбрые герои… ну, думаю, вы поняли.

— Йоши? — Она прижала панду к груди. — Спасибо.

— Э-э, заканчивай с нежностями… — Йоши тщетно пытался вырваться. — Да, я мягкий, теплый, обаятельный и меня хочется потискать, но надо выдержку соблюдать, юная леди.

Передохнув, они прокрались к замку. Летавшие сверху коршуны опускались все ниже, с завидной настойчивостью пытаясь открыть каждое окно. Сейчас они ломились в те, что располагались на втором этаже.

Прижавшись к стене, Оливия медленно пошла вдоль нее.

«Вдруг заметят? — мелькнула в голове паническая мысль. — Коршуны ведь глазастые, а эти твари, может, вообще видят в темноте как днем…»

Она покосилась наверх, а затем туда, где стоял Альд Аир со своими людьми.

«И где сейчас Оливер? Заметил, что я пришла? Сумеет впустить нас внутрь? А если из замка нельзя выйти? Вдруг колдун наложил заклятие не только на вход, но и на выход?»

Осматривая здание еще вечером, она видела несколько дверей и решила отыскать одну из них, благо ближайшая, по ее расчетам, должна была находиться совсем недалеко отсюда.

— Давайте, ребята, оно почти поддалось… — раздался прямо над ней хриплый голос Мазака.

Йоши мгновенно скрылся в траве, а Марко с Оливией буквально вжались в стену, стараясь не дышать.

Бац! Бац! Бац! — послышалась целая серия ударов.

— Ничего не получается, босс, стоит, как влитое! — выкрикнули каркающие голоса.

Хлопанье крыльев, царапающие звуки о стекло, глухие удары и поток проклятий.

— А вы постарайтесь, — рявкнул Мазак, — или вместо колдуна займусь вами!

Вновь удары, скрежет, только теперь металла, и к ногам Оливии, едва ее не задев, упала железная решетка.

— Наконец-то! — торжествовал Мазак. — Вперед, ребята!

— Босс, мы не можем… — донеслись спустя несколько секунд озадаченные голоса, — оно слишком маленькое.

— Вы издеваетесь? Ищите больше.

— Что там у вас? — поинтересовался с противоположного берега Альд Аир. — Долго еще ждать?

— Терпение, человек, — угрожающе каркнул Мазак, — мы работаем. Не отвлекай.

Оливия осмелилась поднять голову и увидела, что коршуны полетели куда-то вправо. Марко тут же, не мешкая ни секунды, увлек ее влево.

Дверь отыскалась через несколько десятков шагов. Парень, не тратя времени, надавил плечом, а Оливия дернула за маленькое, едва заметное кольцо. Безрезультатно.

— Заперто, будь оно неладно, — выругался Марко. — Тут явно не обошлось без магии. Дверь не выглядит настолько прочной.

Он еще раз надавил, навалившись всем телом. Жалостливо заныли петли, издавая протяжный, заунывный звук, но дверь и не думала поддаваться.

— Оливер, — без всякой надежды тихо позвала Оливия. — Оливер, это я. Впусти нас.

— Вряд ли твой брат в курсе, что мы именно тут, — проворчал Йоши. — Не замечал, чтобы он навыками телепатии обладал. Как там у тебя с планами? Надеюсь, на такой случай припасен вариант «В»? Или?..

Он с досады ударил дверь ногой, и та, скрипнув, неожиданно открылась.

— Йоши! — обрадовался Марко.

— Знаю, знаю. И в очередной раз, только благодаря исключительно смекалке и находчивости…

Оливия шагнула внутрь и, перебивая панду, спросила:

— Как тебе удалось?

— Я же говорю…

— Серьезно?

— Без понятия. Я просто проявил чуть больше настойчивости.

— На замке заклинания, действующие только на людей? — предположил Марко. — То же самое случилось в лесу. Мы едва не погибли, одурманенные теми плодами, а Йоши чувствовал себя превосходно и отчетливо видел дорогу.

Со стороны рва послышался шум, и вспыхнули яркие всполохи огня. Оливия обернулась и увидела на другом берегу приближающуюся фигуру. К ней кинулись люди во главе с Альд Аиром, но им в ответ полетела струя огня.

— Колдун? Он вернулся? — воскликнул Марко.

— А вдруг это Макалистер? — заявила, сама не понимая отчего, Оливия. — Как он только нашел нас?

Все дальнейшие раздумья оборвал хриплый, наполненный яростью голос Мазака:

— Какая удача… На ловца и зверь бежит. Вот и встретились, девочка. Я же обещал.

Йоши, взвизгнув, опрометью кинулся прочь. Марко загородил своим телом Оливию, пытаясь защитить от метившего в нее огромного, острого клюва.

Мазак сложил расправленные крылья и устремился в открытый проход.

— Где карта, девочка? Говори — и ты умрешь быстро, без мучений.

— Карта? — удивилась Оливия. — Теперь и какую-то карту на меня вешают? Не выйдет!

Она с силой захлопнула дверь, угодив ею прямо Мазаку по клюву. Коршун дико взвыл, хриплым, наполненным первобытной злобой голосом. У Оливии по спине пробежали мурашки, а на лбу выступила испарина. В следующее мгновение на дверь обрушились удары такой силы, что она прогнулась, а Оливии под ноги упали щепки.

— Боюсь, он в такой ярости, что дверь долго не выдержит. — Марко увлек Оливию по темному проходу вглубь замка.

— Оливер! Оливер! — принялась кричать она прямо на ходу, зовя брата. — Ты где?

Но в ответ до нее долетало лишь раскатистое эхо да нарастающий шум битвы, разгоравшейся снаружи.

Глава 19

Оливер пробует себя в роли колдуна

Оливер разглядел их, когда вместе с колдуном и Рэнделлом вышел из леса. Солнце окончательно сбежало за горизонт, но небо еще не успело окраситься в темно-фиолетовый цвет, предвещая приход ночи.

Расстроившись, что не встретил сестру в Бахаре, злясь, что даже не попробовал разыскать ее, хотя, по сути, и не имел такой возможности, он всю обратную дорогу строил самые разнообразные догадки о судьбе Оливии. Сбежала она или до сих пор пленница в Бахаре? Если убежала, то сумела ли пройти жуткий лес, ведь он сам выбрался из него только чудом? А ров? Благополучно перешла его? А вдруг упала? О последнем предпочел моментально забыть, выкинув из головы. Уже на острове ему вдруг начало казаться, что он слишком долго отсутствовал. И наверняка сестра приходила, но, не отыскав, ушла. И зачем Орозий потащил его в Бахару?

«Нет, — думал он. — Пора бежать и самому заняться поисками Оливии, хватит сидеть и ждать, пока она придет и спасет, пришло время самому позаботиться о себе».

Подходя к замку, он во все глаза вглядывался в даль и неожиданно разглядел огромных тварей, парящих над крышей. Орозий, судя по всему обладавший слабым зрением, их пока не замечал. Но Оливер и без колдуна безошибочно понял, кто перед ним. Милнаторы, он читал о них в книге; самые сильные и жестокие из твидлов. Днем псы, а ночью коршуны. Становясь птицей, милнатор превращался в огромное пернатое существо размером с теленка.

— Мамочки, — пропищал Рэнделл, увидав одного из них, нареза́вшего очередной круг над башней. — Боюсь, даже Орозий не справится с ними.

Оливер не мог не согласиться с другом.

Они едва унесли ноги из Бахары. Не понимая, что происходит с колдуном, Оливер гнал толстого ишака по улицам города, не имея понятия, в какой стороне находится порт. Спустя несколько минут он, как и боялся, увидел погоню. С десяток вооруженных до зубов слуг Захира, подбадривая друг друга громкими криками, бежали за ними. Все бы ничего — как бы преследователи ни старались бежать быстрее, они вряд ли догнали бы повозку, — но трое из них восседали верхом на горбатых животных, весьма резво перебиравших худыми ногами.

Оливер покосился на старика. Тому вроде стало лучше, он теперь точно не собирался терять сознание, но выглядел все еще бледным и уставшим.

— Быстрей! — Рэнделл тявкнул, подбадривая ишака. Шерсть на волке стояла дыбом, он то и дело обнажал клыки.

Вскоре Оливер понял, что их догоняют. Горбатые животные поравнялись с повозкой, и сидящие на них слуги попытались остановить ее.

— Сделайте же хоть что-нибудь! — в отчаянии выкрикнул он, обращаясь к колдуну.

Краем глаза Оливер видел, что всадники заметно тру́сят, и только страх слуг Захира перед Орозием до сих пор спасал беглецов. Стоит преследователям догадаться, что колдун перестал представлять угрозу, и догоняемым придет конец.

Пошатываясь, Орозий поднялся и направил палку на одного из всадников.

— Киркум! — попытался выкрикнуть старик, но с губ слетел лишь едва различимый шепот.

Правда, хватило и его. Раздался хлопок — и насмерть перепуганное горбатое животное, сбросив седока, припустило прочь. Остальные преследователи, бежавшие следом и начавшие уже хвататься руками за задний борт повозки, в ужасе расширили глаза и мигом отстали. Но прекращать погоню все равно не собирались. К тому же с другой стороны повозки скакали еще двое всадников.

— Давайте еще, — потребовал Оливер, но колдун с побелевшим лицом сел обратно. — Да вы что? Вставайте!

— Тяв! — поддержал друга Рэнделл. — Тяв! Тяв!

Слуги Захира издали подобие воинственного клича и выхватили сабли.

Не понимая, что творит, Оливер вырвал из ослабевших рук старика палку и ткнул ею в направлении ближайшего горбатого животного. Мгновенно замедлившись, оно сбилось с шага, а вскоре и вовсе остановилось.

— Так… — Он перевел палку на единственного из оставшихся всадников. — Киркум! — громко повторил он заклятие.

Разумеется, ничего не произошло. Но все равно должный эффект такие действия произвели. Преследователи перешли с бега на быстрый шаг, а всадник отступил к своим.

Оливер с грозным видом потряс палкой, надеясь в душе, что на этом все кончится.

Слуги шли за ними примерно с квартал, но приближаться теперь боялись. А когда немного пришедший в себя Орозий сотворил небольшое заклинание — создал яркую вспышку у себя на ладони и кинул ее в преследователей, — те окончательно отстали.

— Вон по той улице вправо, затем налево и не сворачивая — до конца… — еле слышно произнес Орозий, забирая у Оливера палку.

Отдавая ее, Оливер испытал некоторое разочарование, он вдруг отчетливо понял, что ему не хочется ее возвращать.

— Нау́чите колдовать? — вырвалось у него.

Колдун скривился.

— Бесполезно, — едва слышно произнес он.

— Считаете, у меня ничего не выйдет?

— Пустая трата времени, мальчик.

— Ой-ой, можно подумать, у вас к волшебству были великие способности!

— Ты что? — Рэнделл вжался в борт повозки. — Не зли Орозия.

— Ты зришь в корень, мальчик. Дело именно в отличии меня от тебя.

— И в чем оно? — зло поинтересовался Оливер. — Вы умней? Усидчивей?

— Я родился колдуном, если ты понимаешь, о чем я.

— Родились? — изумился Оливер. — Магии разве не учат? Мне всегда казалось, что волшебству именно обучают. Всяким там заклинаниям, зельям…

— Я могу показать тебе все, что умею, — с явной неохотой произнес колдун, — но все, что ты сможешь, — это делать дешевые фокусы на потеху детворе.

— Я, не зная ни единого заклинания, прогнал тех слуг. Неужели вы считаете, у меня не получится колдовать?

— Получится… только не как у меня. Послушай, мальчик. Между мной и тобой действительно большое различие. С виду, внешне, никакого. Мы одинаковые: две руки, две ноги, голова на плечах. Но я принадлежу к расе колдунов, а ты нет. А для любого заклинания требуется определенное количество энергии.

— И где ее взять?

— Отовсюду. В первую очередь — из собственного организма. В этом, мальчик, и заключается отличие между нами. У организма колдунов есть способность получать энергию, не тратя силы, а люди так не могут.

— По вам не скажешь, — недоверчиво сказал Оливер, понимая теперь, что случилось с Орозием.

— Я оказался не готов. Этот Захир обладает очень сильным разумом, и мне пришлось потратить много энергии на заклинания, чтобы заставить его говорить. На слуг уже не хватило.

— И где бы вы взяли эту энергию, если бы готовились заранее? Откуда я не могу ее взять?

Орозий обвел вокруг себя дрожащей рукой:

— Отовсюду, мальчик. Она везде. Надо только уметь ее получить. Вот этому я при всем желании не смогу тебя научить…

Они проездили в повозке до самого отхода судна: видимо, колдун всерьез опасался, что слуги Захира предпримут еще одну попытку нападения, и поэтому решил не рисковать, оставаясь на одном месте.

Уже в море Орозий сразу скрылся в своей каюте, но спустя час неожиданно объявился на корме.

— Пейте. — Он протянул Оливеру и Рэнделлу, в удивлении уставившимся на него, небольшую флягу.

— А что в ней? — Оливер недоверчиво покосился на старика, подозревая, что тот неспроста вышел на палубу.

— Делай, что я говорю, и не задавай лишних вопросов, — скрипнул Орозий. — И не бойся; если бы я хотел убить, то превратил бы в таракана и раздавил.

Ожидая подвоха, Оливер все же сделал несколько глотков и передал флягу волку. Напиток оказался приятным на вкус, густым и терпким.

Удостоверившись, что и Рэнделл отпил из нее, Орозий отобрал ее у волка и сунул в карман мантии.

— Что вы знаете про карту Харрисона? — строго спросил он.

— Какую карту? — удивился Оливер.

— Кто такой Харрисон? — поинтересовался Рэнделл.

— Ты ее украл у Захира? — Колдун с суровым лицом повернулся к волку.

— Нет, что вы, господин Орозий! Я даже не подозревал о ее существовании.

— Но ты сбежал от Захира с мальчишкой и девчонкой; значит, ты состоял с ними в сговоре.

— Я не состоял с ними ни в каком сговоре. Я сидел в клетке.

— Почему тогда они тебя освободили? Никто не станет за спасибо освобождать животных.

«Хитрый дед напоил нас каким-то зельем, заставляющим говорить правду, — вдруг догадался Оливер. — Старик сейчас выпытает у Рэнделла про Оливию и Марко. Надо что-то делать».

— Захир украл его, — быстро заговорил он, не дав сказать волку, — вот парень с девушкой и спасли Рэнделла. Они были с нами на том корабле, на котором мы приплыли в Бахару. Узнали историю Рэнделла, вот и спасли.

— Он говорит правду? — Орозий, прищурившись, взглянул на волка.

— Да, — кивнул он.

— И ты ничего не знаешь про карту?

— Нет.

— А ты? — Колдун повернулся к Оливеру. — Говори правду.

— Я впервые услышал о ней, когда вы вломились к Захиру.

— Хорошо, — проворчал, вставая Орозий. — В замке поговорю с вами более обстоятельно, сейчас я сильно устал.

Пошатываясь, он побрел в каюту.

Едва за ним закрылась дверь, Оливер облегченно выдохнул.

— О какой карте он говорит? — поинтересовался он.

— Не знаю, но, видимо, она очень важна для него, раз Орозий в поисках ее вломился в дом Захира.

— Она у Марко и Оливии.

— Я догадался.

— Или Йоши. Этот прохвост с легкостью мог стащить ее. На него никто никогда не обращает внимания. И подумают в последнюю очередь.

— Верно, от кота всего можно ожидать.

— Ты его недолюбливаешь? — улыбнулся Оливер.

— Нет. С чего ты решил?

— А если честно?

Волк замолчал, сильно сжав челюсти, было видно, что говорить он не хочет.

— Честно… — выдавил он из себя. — Он называет меня птахом и пернатым. Кому такое понравится? Я сычик. И к тому же он кот.

— И что такого?

— Он кот. А я волк. Почти пес. Ну, ты понимаешь…

— А-а-а, — догадался Оливер. — Но когда ты сычик, он панда.

— И что? Мне все равно немного не по себе в его присутствии. Только не говори никому.

— Хорошо. — Оливер шутливой пантомимой закрыл рот на замок.

— А я заметил, — волк улыбнулся глазами — видимо, придумал, как отомстить за предыдущий вопрос, — ты не выносишь Марко?

— Марко?

— Марко. Правду, пожалуйста.

— Он постоянно крутится возле Оливии. А ей это, похоже, нравится. Что она в нем нашла? Он наглый, высокомерный и такой назойливый…

— Короче, такой, каким бы ты хотел стать.

— Что? Нет, ни в коем случае!.. А ведь на самом деле — да… Знаешь что? Не нравится мне наш разговор.

— Согласен, нехорошо получается. Орозий, видимо, напоил нас зельем правды.

— Давай помолчим, — предложил Оливер, — пока я еще что-нибудь не ляпнул.

— Давай, — кивнул волк.

Милнаторы начали снижаться. Теперь и Орозий наконец увидел их. Скривившись, колдун крепче сжал палку.

— Дождемся темноты, — сухо произнес он, останавливаясь прямо посреди дороги.

Ночь наступила быстро. Еще пару минут назад Оливер различал вдалеке вершины башен, а позади — опушку ужасного леса, а теперь все скрылось во мраке. И только холодные звезды да равнодушная луна освещали тусклым светом окружающее пространство.

— Пора. — Орозий ровным шагом двинулся к замку.

— У меня плохое предчувствие, — сидя у Оливера на плече, пожаловался Рэнделл. — Орозий хоть и сухарь, но он не отдал меня Захиру. Мне будет жалко, если он погибнет. А в схватке с милнаторами обычно никто из их противников не выживает.

Колдун приблизился ко рву и выставил вперед руку с палкой. Находившийся на другом берегу мост — Оливер разглядел его неясные, бесформенные очертания — поднялся в воздух и медленно поплыл к нему.

— Что происходит? — послышались отовсюду встревоженные крики.

— Колдун! Колдун! — пронеслось, словно дуновение ветра.

— С ним разберусь я, а вы хватайте твидла — и марш в замок! — Оливер узнал властный голос Альд Аира.

Мост завис посередине рва и начал опускаться.

С левой стороны замка раздалось карканье, хлопанье крыльев и яростные проклятия.

«Кажется, переделка заваривается похлеще предыдущей…» — подумал Оливер и, нагнувшись, подобрал валявшуюся в траве корягу.

Мост наконец устойчиво встал, и Орозий вступил на него.

— А-а-а!

Оливер обернулся. Прямо к нему, размахивая длинными саблями, неслись несколько человек. Колдун остановился и, наставив на них палку, выпустил струю огня. Нападавшие мгновенно ретировались, скрывшись в темноте.

Оливер даже не успел испугаться, и тем более — воспользоваться корягой. Только сейчас он осознал, что произошло, и запустил ее вслед убегавшим.

Бам! — Деревяшка врезалась во что-то твердое.

— Оливер! — Из ночи выплыла фигура Альд Аира. — Не ожидал тебя тут встретить.

Он потирал левой рукой рассеченный лоб, правая лежала на эфесе сабли. Рэнделл пискнул и возмущенно щелкнул клювом.

— Верни карту — и сможешь вернуться к своим книжкам, — торговец продолжал надвигаться, — верни по-хорошему.

— Карту? — выкрикнул Оливер, не понимая, почему Альд Аир требует ее у него. — У меня ее нет, она у колдуна.

— Тогда — зверя.

— У вас нет на него никакого права. Вы его украли.

— Ты забываешь про право сильного, — осклабился Альд Аир. — Как знаешь. Тогда просто заберу, чтобы в следующий раз было неповадно брать чужое.

И он ринулся на Оливера. Рэнделл заухал и, взлетев в воздух, резко спикировал на торговца. Альд Аир, не ожидая атаки, не успел закрыть лицо, и сычик принялся бить по нему крыльями, целясь когтями в глаза.

Из темноты вынырнули вооруженные люди.

— Где вы ходите? — набросился на них Альд Аир, уворачиваясь от Рэнделла.

Воспользовавшись заминкой торговца, Оливер шагнул на мост и догнал Орозия. Сычик, продолжая щелкать клювом, вернулся ему на плечо.

— Ты меня спас, — поблагодарил Оливер друга.

— Ох, и страшно же было… — признался тот. — В первый раз так поступил.

Мост зашатался, словно по нему пробежала волна. Оливер обернулся и увидел, что Альд Аир, размахивая саблей, бежит за ними. Чуть отстав, топая подошвами тяжелых ботинок, за торговцем следовали еще десять человек.

Орозий послал в них парочку огненных шаров, но промахнулся. Тогда он остановился и, потрясая палкой, заговорил низким, глухим голосом. Оливер в страхе ощутил, как затряслась земля. Не разбирая дороги, он кинулся к открывающейся двери и вбежал в замок. И только оказавшись внутри, позволил себе обернуться.

Мост ходил ходуном. Колдун по-прежнему выкрикивал заклятия, отчего мост подпрыгивал все выше. Вскоре он сорвался с противоположного берега и рухнул одним концом в ров. Альд Аир и еще несколько человек все же успели добежать до берега, но остальным повезло меньше. Теперь они, тщетно цепляясь за перила моста, медленно сползали в воду, где их нетерпеливо ожидали зубастые твари.

Оливер не стал смотреть, чем все закончится, и, предоставив Орозию разбираться с Альд Аиром, устремился в ближайший коридор.

— Здесь должен быть еще один выход! — крикнул он Рэнделлу.

— В прошлый раз мы его не нашли. А вылезти в окно не позволят милнаторы.

— Думаю, нам надо к Стиву. Он защитит замок, заодно спросим про запасной выход.

— С удовольствием поглядел бы, как дракон подпаливает Альд Аиру спину, — позлорадствовал обычно добрый сычик.

Оливер свернул вправо и, не сбавляя скорости, направился к помещению с драконом.

— Впереди кто-то есть… — вдруг прошептал Рэнделл.

Остановившись, Оливер прислушался. Действительно, по коридору, прямо в их сторону, бежали несколько человек.

— Видимо, нашли запасной вход раньше нас, — напрягся сычик.

Прижавшись к стене, Оливер пожалел, что выкинул корягу.

— Тише вы! Кажется, мы заблудились, — услышал он давно знакомый голос.

— Даже благородный и всезнающий Йоши не способен отыскать путь в этих казематах, — вторил ему второй, чуть менее знакомый.

— Оливия! — Оливер кинулся к сестре.

С души словно свалился огромный тяжелый камень.

— Оливер! — Она заключила его в объятия. — Наконец-то! Как ты?

— А ты? С тобой все в порядке? Как сумела сюда пробраться? Тут на каждой двери заклятия.

Они принялись скороговоркой, перебивая друг друга, одновременно и спрашивать и отвечать.

— Я не испытываю удовольствия, прерывая вашу трогательную встречу, но предлагаю на более подходящее время лобзания и сюсюканья оставить, — проворчал Йоши. — Ведь, как сказал философ:

В смятении рассудок холоден,

В спокойствии душа бурлит;

Мне нравится жить.

— Ты это сам придумал. — Марко, прищурившись, посмотрел на панду. — Причем только что.

— Не стану отрицать, хотя обычно занимаюсь этим днем, поэтому прошу прощения, последняя строфа составлена несколько коряво.

— Йоши прав, — Марко взглянул на Оливера, — надо уходить отсюда. Нас теперь здесь ничего не держит. А снаружи такое творится…

— Они уже внутри. — Оливер с вызовом встретил взгляд парня. — Прошли через главный вход. Альд Аир с милнаторами каким-то образом сумели нас отыскать и явиться сюда раньше нас.

— А вы им зачем? — поинтересовался Марко.

— Орозий, колдун, живущий в этом замке, пару дней назад вместе со мной и Рэнделлом побывал в Бахаре. Там он весьма невежливо пообщался с одним местным жителем…

— Захиром, — подсказал Рэнделл.

— Вы побывали в доме Захира? — Глаза Оливии расширились от изумления. — Что вы там делали?

— Колдун кое-что искал. Не хотите ничего рассказать?

— Э-э… — Марко замялся.

— Птица? — предположил Йоши. — Твоего волшебника, как и Захира, интересует наш пернатый друг?

Рэнделл громко и возмущенно заухал.

— Им нужен не столько Рэнделл… Я слышал, вы украли у Захира какую-то карту…

— Карту? — переспросила Оливия. — Ничего мы не брали. Или?.. Постой… — Она повернулась к Марко. — Мазак что-то такое у меня требовал. Она была ему даже важнее Рэнделла.

Парень смутился, но только на мгновение.

— Хорошо, признаюсь. Раскрыли меня. Я выкрал ее в вечер нашего побега из кабинета Захира. Но я хотел сделать сюрприз.

— Сюрприз? — придвинулся к нему Йоши. — В виде Альд Аира и коршунов во главе с Мазаком? А теперь к ним еще и злой колдун присоединился. Отчего-то мне твой сюрприз не нравится.

— Что за карта? — строго спросила Оливия.

— На ней отмечено местонахождение сокровищ. Их там огромное количество. Целый корабль.

— Корабль? — Глаза у Йоши заблестели. — Я прощаю тебя, мой друг, партнер, товарищ верный. Что такое Мазак по сравнению с трюмом, золотом битком забитым… Судно большое?

— Это та самая карта, которую ты рисовал для Альд Аира? — Оливия продолжала мрачно смотреть на Марко. — И которую он передал Захиру?

— Та, которую забрал у того парня в таверне? — добавил Оливер.

— Именно она. Отыщем сокровища и поделим их поровну. Там столько, что на всех хватит. Станем богачами.

— Так вперед! — воскликнул Йоши. — Чего мы ждем?

— Карта поделена на три части, — смущенно ответил Марко. — У меня только две, не хватает последней части.

— Как? — вскричал панда. — Но на тех, что у тебя, отмечено, где захоронены сокровища?

— Карта старая, их в то время составляли плохо и небрежно. Место указано, но найти сокровища по двум частям невозможно. Альд Аир пытался. Помните, мы останавливались на острове по пути в Бахару? Корабль с сокровищами затонул где-то в тех местах, неподалеку от одного из островов.

— Там их больше десятка, — вспомнил Оливер.

— Именно. Альд Аир тогда больше надеялся на удачу. И ничего у него не вышло.

— Дай посмотрю, — потребовал Оливер.

— Мне кажется, сейчас не время, — тихо произнес Рэнделл. Он прислушался и добавил: — Милнаторы в замке.

— Я быстро. — Оливер протянул руку. — Не кочевряжься. Или себе все хотел заграбастать?

Парень вспыхнул. А Оливия неожиданно с жаром принялась защищать его:

— Марко так не поступил бы!

— Знаю я таких.

Оливер встал под светильник, чтобы лучше видеть, и развернул протянутые свитки. Большую часть их покрывали изображения морей и стран, выполненные грубо и с хорошо заметными ошибками, бросающимися в глаза даже ему, знакомому с географией лишь на любительском уровне, в основном по книгам. Внизу имелся текст, видимо расшифровывающий местоположение корабля. И чтобы его прочитать, явно не хватало недостающей, начальной части.

«Где-то я такую встречал», — вспомнил он, возвращая Марко карту.

— Могу ошибаться, но она мне кажется знакомой, — задумчиво произнес Оливер.

— Уверен? — Парень недоверчиво уставился на него.

— Колдун каким-то образом узнал, что Захир держит у себя две части.

— Узнал. И что? Какая разница! — нетерпеливо проворчал Йоши. — Нам от этого не легче.

— Как знать… Смотрите, — обратился ко всем Оливер, — Орозий ищет две части карты Харрисона. Не всю карту, а именно две части. Не кажется ли вам, что третья часть уже у него? И я даже вроде знаю, где она.

— Серьезно? — Йоши подпрыгнул на месте. — Я знал, что мне повезет. Где?

— В замке я видел целую гору старых карт. Вдруг среди них та, что нам нужна?

— А нам действительно необходимы эти сокровища? — Оливия недовольно покосилась на Марко.

— Ты что такое говоришь? — одновременно вскричали Йоши с парнем.

— Я хотела сказать, стоит ли так рисковать? До сих пор Альд Аир и компания не относились к нам серьезно, мы для них служили помехой, не более.

— За помехой милнаторов не посылают, — напомнил Йоши.

— Вы не понимаете, — Оливия, казалось, не слышала саркастической реплики панды, — начав поиски сокровищ, мы подвергнем себя опасности. Мы уже не будем помехой, мы станем конкурентами. А с конкурентами поступают совсем по-другому.

— Вначале пускай Альд Аир нас найдет, — отмахнулся от ее слов Марко.

— Не забывай про Захира и Мазака, — напомнила Оливия. — Они не успокоятся, пока нас не отыщут.

— Начнем с того, что мы и так от них убегаем, а с деньгами делать это веселей, — не сдавался Йоши. — К тому же ни Альд Аир, ни Мазак, ни тем более Захир, которого тут, кстати, нет, знать не знают, что у нас в руках скоро будет весь комплект карты. Они продолжат искать нас, как и раньше, словно помеху. А теперь представь, что у тебя появятся деньги, много денег, очень много денег… — Глаза панды заблестели золотом. — Ты сможешь вернуться домой… Вот, скажи, что ты собираешься сделать? Теперь ты с братом свободна.

— Отправиться в родной город…

— Вот именно! — воскликнул Йоши. — В родной город. Ты не сказала «домой», ты произнесла «родной город». А почему? У тебя нет дома, некуда возвращаться. Разве что приют… Ты понимаешь, о чем я говорю?

Оливия потупила взгляд. Оливер никогда ее такой не видел.

— Опасность все равно велика…

— Иногда, — вкрадчивым голосом проговорил панда, — требуется рисковать.

— Мне не нравится эта авантюра, — едва слышно сказала Оливия, — но я подчиняюсь большинству.

— Вот и отлично. — Йоши повернулся к Оливеру. — Веди нас к богатству и сытой жизни.

Оливер разделял опасения сестры. Но еще сильней ему хотелось отомстить Альд Аиру, а после пламенной речи панды мотивация получить сокровища возросла многократно.

«Альд Аир с Захиром жаждут их заполучить? А вместе с ними Орозий? Отлично! Лишу их всех такой возможности. И заодно стану богатым».

— Есть одна проблема, — предупредил он друзей.

— Серьезная? — насторожился Марко.

— Место, где лежит карта, охраняют.

— Стражников много? — Йоши состроил боевую мордочку.

— Один.

— Один? — рассмеялся панда. — С одним я справлюсь. Никто не встанет передо мной и золотом.

— Это дракон.

— Настоящий? — Йоши отшатнулся. — Здесь, в замке?

— Он не такой страшный. И зовут его Стив.

— Не легче, — оптимизм на лице панды несколько уменьшился, — никогда не доверял людям с таким именем. А дракону — и подавно.

— Он там не ради декорации находится, — скептически заметила Оливия. — Как вы собираетесь взять карту?

— На месте разберемся, — уклончиво ответил Марко. — Пойдемте, и так потеряли кучу времени.

Оливер отыскал нужную дверь. Та, как и в прошлый раз, была закрыта. Он несколько раз толкнул ее, но безрезультатно. Марко навалился плечом, но с тем же успехом.

— Позвольте Йоши, — попросила Оливия. — Заодно проверим одну догадку.

Панда подошел, толкнул дверь, не прилагая особых усилий, и она бесшумно открылась.

Оливер вытаращил глаза.

— Так я и думала, — удовлетворенно вымолвила Оливия.

— Что именно ты думала? — поинтересовался Оливер, все еще не понимающий, как такое возможно. Он бился в прошлый раз чуть ли не больше часа, а Йоши потребовалось несколько секунд.

— Заклинания действуют только на людей. А Йоши — твидл.

«Ну конечно! — Оливер вспомнил, что сумел открыть дверь только после того, как ему помог Рэнделл. — Как все просто. Мы могли спокойно выйти через центральный вход».

Хмыкнув, он первым шагнул через порог. На плече, притихнув, сидел сычик. Следом шел Марко, за ним Оливия. А вот Йоши остался стоять, явно не собираясь трогаться с места.

— Я, пожалуй, постою тут, — с глубокомысленным видом заявил он. — На стрёме, как в таких случаях говорится.

— Ты боишься? — Марко вернулся к другу.

— Нет, с чего ты решил? Просто кто-то ведь должен остаться. Вот я и подумал… Ладно, боюсь. От драконов всего можно ожидать. Я не доверяю им.

Парень вздохнул и озадаченно развел руками:

— Хорошо, жди нас здесь.

Внутри помещения стояла гробовая тишина, и, в отличие от прошлого раза, было довольно темно; горел один-единственный светильник над столом, да тлели дрова в камине. Дракон исчез.

— Он не мог никуда деться. — Оливер опасливо огляделся.

— Уверен, это ловушка, — прошептал Рэнделл, — он услышал шум и пошел на какую-то хитрость.

— Эй, Стив! — не выдержав, выкрикнул Марко. — Выходи!

— С ума сошел? — шикнула Оливия.

— А ты думаешь, он не знает, что мы пришли? — насупился парень. — У драконов отличное обоняние.

Он осторожно сделал несколько шагов вперед. Оливер, считавший такой поступок безрассудным, не мог позволить себе выглядеть трусом, и последовал за ним.

— Где ты видел карты?.. — одними губами спросил Марко.

— В том шкафу… — так же тихо ответил Оливер и указал рукой.

— Я все слышу! — раздался громоподобный голос, и Оливер ощутил, как под ногами завибрировал пол. — Убирайтесь отсюда, пока живы.

Марко остановился и завертел головой. Оливер отступил назад.

— Стив, это я, Оливер! — выкрикнул он. — Со мной Рэнделл. Помнишь нас?

— Помню, — в голосе дракона отчетливо слышался укор, — приходите завтра, сейчас уже поздно.

— Стив, прости, но завтра мы не сможем. Тут такое дело…

— На замок напали, — проухал Рэнделл. — Нам придется бежать.

— Напали? Кто? А колдун? Что с ним? И зачем тогда вы здесь? — Дракон, по-прежнему невидимый, принялся осыпать их вопросами.

— Уважаемый Стивен, — неожиданно выступила вперед Оливия, — у нас очень мало времени. Не стану вас обманывать, мы пришли за одной вещью…

— Хотите украсть? Не позволю! — Пол затрясся еще сильней.

— Мы уважаем вас, поэтому честно признаемся. Нам нужна одна карта… Мы вернем, обещаю.

— Нет! Пока жив Орозий — нет!

— Он, может, уже и мертв, кто его знает, — Марко внимательно всмотрелся в темный угол, из которого шел голос, — с милнаторами шутки плохи.

Оливер проследил его взгляд. Он не помнил, что там находилось, но ему точно казалось, что в углу для дракона явно недостаточно места. Тогда решил пойти на риск и сделал шаг вперед.

— Стой! — выкрикнул Стив. — Или придется тебя убить.

Оливер покрылся испариной, но, преодолев страх, продвинулся еще немного. Сидевший на плече Рэнделл яростно зашептал в ухо:

— Перестань, он все-таки дракон, он не ведает жалости.

— Что-то не похоже. — Оливер теперь стоял совсем рядом со шкафом.

— Я все слышу, — сообщил Стив.

И тогда Оливер совершил самый безумный поступок в своей жизни. Он резко бросился в угол, из которого доносился голос. С разбега налетел на мягкий диван, ударившись о его ножку, перескочил через спинку и уперся в стену. Никакого дракона там не было. Рэнделл, возмущенно ухая, взлетел в воздух и парил рядом с Оливером.

— Я слышал, драконы владеют магией, — дрожа, выдавил он из себя.

Неожиданно Оливер наткнулся ногой на какой-то предмет. Наклонившись, обнаружил конической формы трубу. Подняв, внимательно осмотрел.

— Так-так-так. — Марко подскочил к нему и принялся внимательно разглядывать.

А Оливия взяла в руки и приложила к губам.

— А-а-а! — выкрикнула она. По помещению загуляло эхо, заставив вибрировать не только пол, но и стены. — Дракон, выходи!

— Так и быть, выйду, раскрыли… — послышалось из-под дивана.

Оливер посмотрел вниз и увидел мышь с темно-коричневой густой шерстью, большими ушами и хорошо заметными белыми полосами на спине.

— А где дракон? — только и смог вымолвить он.

А Рэнделл, напротив, громко щелкнул клювом.

— Я и есть дракон, только днем, — мышь угрожающе пискнула, — но это не значит, что вы можете теперь брать тут все, что вздумаете.

— Рассмешил, — ухмыльнулся Марко. — Так… и где карта?.. — Он деловито направился к шкафу.

— Не боишься, что я разыщу тебя днем и съем?

— Не боишься, что ночь длинная, и ты можешь не дожить до утра? — Парень принялся перебирать стопу карт.

— Ты, выходит, твидл? — спросила Оливия.

— Ага, он самый. — Стив забрался на диван. — А на замок действительно напали милнаторы?

Оливер кивнул.

— Плохи дела. Надеюсь, Орозий прогонит их, и с ним ничего не случится. В противном случае даже не знаю, что мне дальше делать… — Стивен покосился на Рэнделла. — Не смотри на меня так. Вообще-то это будет считаться звероедством, мы же с тобой твидлы.

— Нашел! — Марко показал лист бумаги, сложенный пополам и сильно обтрепанный по краям.

— Поблизости нет выхода из замка? — спросил Оливер.

— Есть, я часто пользуюсь им ночью. Любуюсь звездами, мечтаю пробежать по траве, ощутить, как она щекочет живот.

— Колдун держит тебя насильно? — возмутилась Оливия.

— Не то чтобы насильно, — задумался Стив, — просто тут скучно, не с кем поболтать. Я люблю компании, путешествия, приключения. А сюда в основном заглядывают за какой-нибудь вещью Орозия и разговаривать особо не хотят.

— Так пойдем с нами, — неожиданно даже для самого себя предложил Оливер, — у нас как раз намечается путешествие. А приключение и вовсе в самом разгаре. Скучно точно не будет.

— С нами? — удивился Марко. — Он же днем дракон. Хотя… — Парень с довольным видом заулыбался. — Тогда нам никто не страшен. Даже сотня милнаторов.

— И тем более — Альд Аир с Захиром, — добавила Оливия. — Идем с нами.

— С удовольствием, но не могу. Орозий приказал охранять помещение.

— Амулет, — выругался Марко. — Опять этот проклятый амулет. Где его искать в таком огромном замке? Да и времени нет.

— Друзья, мои доблестные герои, — из коридора высунулась большая голова с маленькими ушами, — вы, я смотрю, до сих пор пребываете в добром здравии. Как я рад! Вам удалось одолеть дракона? А где тело?

— Я и есть дракон, — пискнул Стив.

— Твидл? — Йоши пристально посмотрел на мышь, в лапах он держал сложенный холщовый мешок: видимо, приготовил для сокровищ. — Колдун — шутник. И практичен. Небось кормил только ночью, чтобы экономить на мясе. А что, после захода солнца сюда никто не совался?

— Земля слухами полнится. Разве не слышал такую поговорку? Влезать в замок в темноте, зная, что здесь дракон, еще никто не решался. Вы первые.

— Ты говорил, что приходилось убивать… Правда? — поинтересовался Оливер.

— Чего не скажешь ради красного словца… — ухмыльнулся Стив.

— Все, видимо, умирали еще в лесу, — хихикнула Оливия. — А потом это приписывалось дракону.

— Ладно, — Йоши деловито осмотрелся, — где карта? Нашли?

— А как же… — Марко похлопал по карману.

— За золотом тогда пора. — Панда потер лапы. — Я тоже зря времени не терял. Нашел чей-то амулет, — он показал голубой камень, — в потемках никак не могу разглядеть чей.

— Дай посмотрю, — попросил Оливер; его сильно интересовали амулеты твидлов.

— Может, это Стива? — предположил Марко.

— Мой? — ахнул Стив. — Действительно. Откуда он у тебя?

— Я случайно забрел в одно помещение тут по соседству. Там много всякого, шкатулочки разные на полочках. Я заглянул в одну.

— Значит, Стив, ты теперь можешь идти с нами, — обрадовалась Оливия.

— С нами? — Йоши покосился на мышь. — Никогда не командовал драконом. Камешек до утра попридержу.

Оливер первым вышел в коридор. Рэнделл привычно сидел у него на плече. За ними следовала Оливия, держа на руках Стива. Следом двигались Марко с Йоши.

С правой стороны послышался шум. Оливер хорошо различил хлопанье крыльев, щелканье клювов и громкий крик Альд Аира.

— Туда. — Стив указал налево.

Все поспешили, куда он показал. Вскоре коридор сделал плавный поворот, и они оказались перед лестницей, уходящей вниз. Стало темно, светильники, в большом количестве свисавшие ранее с потолка, здесь отсутствовали. Оливер неожиданно уперся в каменную стену.

— Тупик, — сообщил он; червь подозрения скользнул в душу, и он обернулся к Стивену.

«Решил заманить в ловушку?»

Мышь и ухом не повел.

— Здесь каменная дверь, и откроет ее только твидл. Или Орозий. Он и наложил заклятие.

— Сейчас узнаем. — Йоши подошел вразвалочку и дотронулся лапой до стены.

Позади шум хлопающих крыльев слышался все отчетливей.

— Они где-то рядом, — прозвучал хриплый голос. — Девочка, ты меня разозлила очень сильно. Но бежать тебе некуда, так что трепещи.

Оливер почувствовал, как напряглась стоявшая рядом сестра.

Раздался щелчок, и в стене открылся проход.

— Только после вас. — Йоши выхватил Стива из рук Оливии и кинул в темноту. — Я тебе еще не доверяю, пойдешь поэтому первым.

Оливер следом за Йоши вступил в кромешную темноту. Благо пол оказался ровным, и идти по нему было удобно. Вдобавок откуда-то дул прохладный ветерок.

— Девочка, — хриплый голос звучал уже совсем рядом, — я слышу тебя и твоих друзей. Вам не убежать от меня.

Клац! Клац! — щелкали клювы, и Оливеру казалось, что они в любую секунду готовы вцепиться в спину.

Милнаторы обнаружили дверь и кинулись следом. Оставалось надеяться, что впереди туннель не заканчивается тупиком.

Неожиданно проход начал резко сужаться, а потолок — быстро опускаться. Оливеру пришлось пригнуться. Подхватив Стива на руки, Оливер обернулся и увидел, что коршуноподобные милнаторы испытывают такие же трудности. Твидлам пришлось опуститься на пол и сложить крылья. Бегали они не столь хорошо, как летали, и начали потихоньку отставать.

Стало светлее, и Оливер понял, что выход совсем рядом. Только вот что делать дальше? Когда они окажутся снаружи, им уже будет не скрыться от преследователей, и те с легкостью схватят их. Оливер бежал и ломал голову, что предпринять, но никаких спасительных идей мозг пока не подкидывал.

С каждым шагом стены все ближе сходились друг к другу, потолок и вовсе нависал столь низко, что в полный рост двигался только Йоши.

— Проклятье! — Хриплый голос разразился яростной тирадой. — Девочка, ты очень счастливая, но ничего не длится вечно. Мазак схватит тебя, обещаю. Клянусь, сегодня ты ускользнула в последний раз.

Милнаторы остановились и в бессильной злобе потрясали крыльями, неведомым образом сложившимися в огромные кулаки.

— Ты отныне мой личный враг, — бушевал Мазак, — у меня на тебя вырос огромный зуб.

— При случае вырву, — пообещала Оливия.

— Ты что? — накинулись на нее одновременно Йоши с Рэнделлом. — Не зли его еще больше.

— Куда уж больше? — Оливия остановилась и показала Мазаку язык.

Впереди их ждал залитый светом туннель, в конце которого виднелся выход.

— Уже утро, — заволновался Йоши. — С минуты на минуту — восход.

— И хорошо. — Оливер перешел на шаг.

— С нами мышь, через пять минут собирающаяся превратиться в дракона! — вскричал панда. — Или Стив не больше болонки и я зря переживаю?

Оливер почувствовал, что покрывается испариной.

«Из огня да в полымя! Стив расплющит нас всех здесь о камень, превратив в мясные блины. Либо Мазак, став псом, вцепится в спину».

Он хотел броситься вперед, но понял, что не успеет, да и друзей не спасет.

— Рэнделл! — Он схватил сычика и сунул Стива ему в лапы. — Лети! Надежда только на тебя.

Тот, мгновенно сообразив, что Оливер от него хочет, взмыл под потолок. Стив, болтавшийся, словно вязанка дров, отчаянно заголосил.

Несколько взмахов крыльев — и сычик преодолел половину расстояния. Но времени оставалось все меньше. Оливер с замиранием сердца наблюдал, как выход из туннеля окрашивается темно-красным с хорошо заметными оттенками оранжевого. Еще мгновение, и…

Глава 20

Оливия путешествует с ветерком

Жмурясь от яркого солнца, Оливия глядела на игравших дельфинов. Рядом сидел Марко, правой рукой прижимая к себе Йоши. Кот наконец перестал дико мяукать и в знак протеста, что никто его не слушает, демонстративно отвернулся, лишь подергивающийся кончик хвоста выдавал его недовольство. Впереди расположился Оливер с Рэнделлом на коленях. Волк о чем-то перешептывался с ее братом, стараясь не смотреть вниз. А под ней, неся их всех, был летящий Стив.

Оливия никогда раньше не видела драконов и не представляла, что они могут быть настолько огромными. Тело наверняка заняло бы весь коридор в приюте, при этом для хвоста места уже не осталось бы. А крылья напоминали два надутых ветром паруса и по площади не уступали тем, что она видела на «Черной медузе».

…Едва первые лучи солнца коснулись замка и стремительно летевший Рэнделл начал окутываться голубоватым туманом, одновременно теряя высоту и скорость полета, как произошло невероятное. Падая на каменный пол, сычик умудрился размахнуться клювом и кинул Стива вперед. Тот шлепнулся на гладкий пол и, исчезая в искрящейся дымке, заскользил по нему.

Оливия пребывала в полной уверенности, что Стиву не успеть выбраться наружу. Еще мгновение — и мышь увеличилась в размерах, начиная превращаться в быстрорастущую ящерицу. Не в силах смотреть на то, что случится дальше, Оливия зажмурилась. Ничего не произошло. По крайней мере громких криков она не услышала, стены не затряслись, пол из-под ног не ушел.

Набравшись смелости, она приоткрыла веки. Возле входа стоял Рэнделл, из раскрытой пасти волка свисал язык, а бока ходили ходуном. Рядом суетился Оливер, то и дело поглядывающий наружу.

Подойдя ближе, она выглянула и обомлела. В воздухе кружил самый настоящий дракон, с большими желтыми глазами, дымом из ноздрей и вырывающимися изо рта языками пламени.

Оливия с облегчением выдохнула. Каким-то образом Стиву удалось выбраться из туннеля, ничего не поломав и никого не покалечив. Еще секунда — и было бы поздно, тогда им всем не удалось бы избежать катастрофы.

Йоши тут же приказал Стиву отыскать Мазака и подпалить шерсть. Марко насилу выпросил у кота амулет, надавав взамен целую кучу обещаний. Одновременно он попросил дракона вместо охоты на Мазака завалить проход камнями, валявшимися поблизости, чтобы милнаторы не смогли через него выбраться.

Затем стали решать, что делать дальше. Думали долго, так и не придя к единому мнению, пока Стив не предложил унести их всех с острова, подальше от Орозия, Альд Аира и Мазака. Все с радостью согласились. Возражал один только Йоши. Он наотрез отказался залезать на дракона, ворча, что такой способ передвижения ниже его достоинства. Марко попытался уговорить кота, но тот оставался непреклонным. И тогда, чтобы не терять зря время, парень схватил Йоши в охапку и первым взобрался на Стива.

Улетая из замка, Оливия увидела возле главного входа бегущих по мосту собак. Псы принялись громко лаять, а бежавший впереди Мазак остановился, задрал морду и, выплевывая каждое слово, напомнил о своем обещании. А потом, оскалившись, протяжно завыл. Слушая разносившийся по округе вой, Оливия с ужасом поймала себя на мысли, что верит ему: их встреча непременно состоится.

Последним она заметила Альд Аира. Торговец деловито шел вдоль рва. На спокойном, властном лице не отражалось и тени недовольства от неудачи. Он слегка улыбнулся ей, и эта улыбка Оливии очень не понравилась.

«Что-то я упустила, — обеспокоенно заерзала она на твердой, покрытой чешуйками спине Стива. — Как-то странно они себя ведут. Будто знают, где нас искать…»

Дракон за считаные минуты долетел до моря и, кружа над водой, предложил сделать остановку. Марко достал все три части карты, сложил их в одну и принялся изучать. Оливер — по его лицу было видно, что он прямо сгорает от любопытства — подсел к парню.

— Альд Аир ошибся совсем ненамного, — через несколько минут объявили они. — Сокровища находятся возле маленького острова, что неподалеку от Иотики, где мы в прошлый раз сражались с игнавиями.

Оливии не улыбалось вновь встретить того царя. Вдруг у него теперь единственная цель в жизни — поквитаться с ней?

— Стив, — Оливер состроил хорошо знакомое ей выражение лица: оно всегда появлялось, когда брат собирался попросить о чем-то таком, о чем просить ему не совсем удобно, — ты не мог бы довезти нас до одного острова? Он всего в паре часов лета отсюда…

— Ждать корабль — в нашем случае не очень хорошая идея, — добавил Марко. — Неизвестно, когда он придет… Да и Альд Аир с милнаторами… Уверен, они со всех ног бегут сюда.

— Все в порядке, — улыбнулся Стив, — мне не трудно.

Оливия не была так уверена. В конце полета отвыкший перемещаться на такие расстояния дракон заметно подустал. И ей не нравилась мысль упасть в море где-то посередине между островами. А если учесть, что там могут водиться акулы…

И вот теперь Оливия жмурилась от солнечных лучей, глазела на дельфинов, завидуя им, и прикидывала, сколько еще лететь до ближайшего берега. А проблема усталости Стива становилась все насущнее. Если в начале полета дракон радостно взмывал к облакам, а затем резко падал вниз, то теперь двигался строго по прямой, постепенно теряя скорость.

Вслух первым начал проявлять беспокойство Йоши.

— Приятель, ты там как? — поинтересовался он строго. — Дотянешь до суши?

— Конечно, — запыхавшимся голосом отозвался Стив. — Правда, устал чуток. С непривычки тяжеловато.

— Вот тебе раз… — протянул кот. — Ты давай, соберись. Глядишь, откроется второе дыхание. А то мне мокнуть никогда не нравилось — всё природа, будь она неладна.

День перевалил за половину, и стало ясно, что Стив выдохся, причем окончательно. И никакое второе дыхание, как он ни старался, открываться не собиралось. С трудом ворочая крыльями, дракон летел над самой водой, задевая животом гребни особо высоких волн.

— Пару часов? — иронично спросила она у Оливера.

— На карте остров совсем рядом. — Оливер выглядел озадаченным.

— А ты случаем не ошибся? Мы ведь в верном направлении летим?

— Разумеется, — встрял в разговор Марко, — я помню тот остров, мы проплывали мимо него сразу после шторма. — Он привстал, всматриваясь вдаль.

Стив все реже взмахивал крыльями, практически скользя по воде. Оливии пришлось поджать ноги, чтобы их не замочить.

— Теперь все поняли, кого надо слушать? — язвительным тоном произнес Йоши. — Кто из вас лучше плавает? Признавайтесь. Меня следует спасать в первую очередь. Я наиболее пострадавшая сторона.

— Земля! — вдруг выкрикнул Рэнделл. — Вижу землю!

Всмотревшись вперед, Оливия ничего не разглядела, только бескрайнюю гладь моря да маячивший вдалеке горизонт.

— Действительно, земля, — с удовлетворением в голосе подтвердил кот. — И все равно, факт остается фактом: большинство не всегда право.

Могучий ум — сотне равен,

Мудреца слово —

Книг тысяче…

Неожиданно Стив перестал лететь и начал тонуть. Йоши мгновенно взобрался Марко на плечи, волк, напротив, отпрыгнул в сторону и, отплевываясь, попробовал плыть рядом.

— И-раз! — Дракон, словно напитавшись у моря сил, взмахнул крыльями и быстро начал набирать высоту. Оливер в самый последний момент сумел подхватить Рэнделла и усадил на колени.

Видимо, предсказанное Йоши второе дыхание наконец дало о себе знать при получении известия, что цель близка. До острова долетели за считаные минуты.

Оказавшись на берегу, все с облегчением выдохнули. Йоши первым спрыгнул на песок и быстро отошел на приличное расстояние от воды.

— Требую пересмотра средства передвижения, — тоном, не терпящим возражений, заявил он.

— Простите, друзья, — с трудом ворочая языком, извинился Стив, — совсем растерял форму.

— Судя по карте, — Марко вновь достал три свитка и сложил вместе, — до нужного места примерно полтора дня пути, если продолжим с такой же скоростью.

— Но только не таким способом, — продолжал настаивать кот.

— Йоши прав, — поддержала его Оливия.

— Конечно, прав, — возликовал тот, — наконец хоть один здравомыслящий человек объявился.

— Хм… — Оливер озадаченно потер лоб. — Если не на Стиве, то как иначе? Остров необитаемый, суда сюда не заходят, он маленький. Разве воды набрать…

— Не-а… — покачал головой Марко. — Воду обычно берут там, откуда мы прилетели. Вариант с попутным судном отпадает.

— Можно вернуться обратно, — предложил Рэнделл. — Выждать день или два, пока Альд Аир с Мазаком уплывут.

— Если, конечно, не направятся сюда, — саркастически ухмыльнулся Йоши. — Нет, мой мохнатый приятель, обратно — не вариант. Еще! Предлагайте.

— Давайте сами смастерим корабль, — объявил вдруг Оливер.

Все посмотрели на него как на сумасшедшего. А Йоши для убедительности покрутил пальцем у виска. Оливии, напротив, идея брата понравилась, вернее — ее суть. Разумеется, никакой корабль она сооружать не собиралась, а вот плавучее средство, способное их всех вместить…

— Я просил предложить нечто реальное, а не сказочное, — бушевал тем временем кот. — Я тоже могу брякнуть что-то типа: а отчего бы, ребята, — он покосился на Оливию, — и девчата, не отрастить нам крылья? Свежий воздух и все такое… Но я же молчу.

— Я не говорил о том, чтобы построить настоящий, большой корабль. Можно ограничиться маленьким, — настаивал Оливер.

Оливия, наконец поймавшая в голове нужную идею, решила, что теперь пора поддерживать брата:

— А почему бы и нет…

— Вот именно, нет, — оборвал ее Йоши. — И нечего время терять.

— Что-то вроде большой лодки…

— Плота, — поправил Марко.

«Плота? — Оливия даже слегка обиделась. — И почему я не подумала о плоте? Плот сделать намного проще, а главное, быстрей».

— А что? Идея не так и плоха. — Марко буквально озвучивал ее мысли. — Деревьев на бревна здесь в избытке. Найти бы, чем их скрепить… И материал для паруса подобрать…

— Именно! — воскликнула Оливия, не выдержав и перебив Марко. Ей очень не хотелось, чтобы все лавры создателя средства, на котором они доплывут до сокровищ, достались Марко. — И ветер нам тогда не нужен. Стивен будет дуть в парус.

— Я могу, как лошадь, тащить вас по воде. Для такого сил у меня точно хватит, — предложил дракон, все еще продолжая переживать насчет своей слабой физической формы.

— Парус все равно сделаем, — не согласился Марко. — Так, на всякий случай. — Он огляделся. — Вон те деревья отлично подойдут.

Прямо возле берега росла небольшая роща, парень быстрым шагом направился к ней.

— Подойдет вот это, то и то. — Опережая Марко, Оливия первой начала осматривать деревья. — Еще вон то и…

— Нет, — воскликнул парень; он словно уловил ее намерения и теперь ни в коем случае не желал уступать. — Оно слишком старое, лучше вон то.

«Ах, вот ты как!» — Оливия недовольно повела плечами: привыкнув в таких случаях всегда быть первой, она не желала уступать.

— Тогда вон то, — заявила она. — Твое слишком тонкое.

Войдя в азарт, они принялись спорить почти возле каждого дерева и остановились только на противоположном краю рощи. Пометив отобранные, они уставшие, но довольные собой вернулись к берегу.

Остальные, воспользовавшись моментом, ничего не делая, отдыхали. Оливер сидел на песке, рядом развалился Рэнделл, а неподалеку устроился Йоши, все еще бурчавший себе под нос, что его вновь не послушались. Стив плескался в воде, поднимая вокруг себя множество брызг и распугивая потревоженных рыб.

Отдав распоряжения насчет помеченных деревьев, Оливия направилась вглубь острова. Следовало найти, чем их скрепить. На сей раз ей удалось опередить Марко. Она первой заметила длинные и с палец толщиной растения, оказавшиеся к тому же очень прочными, Марко потребовалось хорошенько постараться, чтобы нарвать их в достаточном количестве.

К тому моменту, как он справился, Стив выдрал деревья из земли, перетащил к берегу и перекусил огромными зубами концы стволов, где росли корни.

Теперь осталось связать аккуратно сложенные бревна, что они все вместе и сделали. Последний оставшийся ствол дерева, самый тонкий и короткий, Стив по задумке Оливии установил в центре, он должен был служить мачтой.

С парусом вышла заминка. Лишь ближе к вечеру неподалеку от противоположного берега Оливия набрела на растения с большими, будто лопухи, листьями. Из них парус и сшили, использовав вместо ниток те самые растения, какими скрепили плот.

— Вы уверены, что это выдержит? — скептически осмотрев работу, поинтересовался Йоши.

— У нас всегда есть страховка, — Марко указал на Стива.

— Прямо как в присказке про хромого ишака и одноглазого осла, — проворчал Йоши. — Радует одно: как получу свои деньги, сразу куплю корабль. И тогда все мои лишения и мытарства окончатся.

Начинало темнеть. Все уселись возле разведенного костра. Его разжег Стив, подпалив пару палок прежде, чем превратился в мышь. Марко опять достал все части карты, и Оливия в первый раз получила возможность разглядеть, что та из себя представляет. Оказалось, ничего особенного. Три одинакового размера листка бумаги, потрепанные временем и неаккуратными руками. Большую их часть занимали схемы морей, каких-то проливов, разной величины островов и участков земли. Под всем этим кто-то приписал корявым и неразборчивым почерком несколько строк. Все, что она сумела разобрать в прыгающем свете костра, были слова «пятый маленький», «каменная птица» и «северо-запад».

— Их так жаждал заполучить Захир? — спросила Оливия.

— Да, — ответил Марко.

— А ты уверен, что тот, кто составил карту, не забрал сокровища себе?

Йоши, услышав ее слова, замер на месте:

— Марко, а ведь она права…

— Не беспокойся, золото на месте.

— Ты уверен?

— Расскажу что знаю, — парень с блаженным видом вытянул ноги к костру, — много-много лет назад корсары разграбили казну правителя одного государства. Правитель был очень богатым, и добыча оказалась поистине сказочной. Погрузив ее на корабль, корсары отплыли домой, но по дороге попали в сильный шторм. Судно затонуло, а из всего экипажа спаслись лишь трое. Они отметили место, где произошло крушение, на карте, для точности снабдив вот этой самой припиской. И договорились вернуться и поднять с морского дна утонувший груз. Не доверяя друг другу, выжившие разделили карту на три части, и каждый взял себе одну часть. Только собравшись вместе, уцелевшие корсары могли отыскать сокровища.

— И что им помешало? — поинтересовался Оливер.

— Одного спустя несколько дней арестовали за разбой, который он учинял последние годы, и до конца жизни упекли в тюрьму. Вместе с ним за решеткой оказалась и часть карты. Другой пират сгинул. Поговаривают, что его убили свои же товарищи из-за второй части карты. Выжил только последний, третий корсар. Но в одиночестве отыскать место крушения он не смог.

— Как-то не верится… — Оливер покосился на Марко. — Он же был на том судне, рисовал карту… И ничего не запомнил? Он страдал амнезией?

— Корабль попал в шторм… Ты знаешь, что такое шторм? — При воспоминании о качке Оливия ощутила, что ее опять начинает тошнить. — Ничего не видно, жуткий ветер и кругом одна вода. К тому же в том районе множество островов, похожих друг на друга. Даже такой опытный мореплаватель, как Альд Аир, и тот путался среди них. Вы же там были и видели все своими глазами.

— Знаете что? — Оливер обвел всех задумчивым взглядом. — Вам не кажется странным, что часть карты хранилась у Орозия?

— У него в шкафу имелась еще сотня похожих, — пожал плечами Марко.

— Карта была очень важна колдуну, он буквально полетел к Захиру, когда узнал, что она у него.

— Странно? — проворчал Йоши. — Колдун просто неравнодушен к золоту. Что тут странного? Видать, поиздержался. Содержать такой огромный замок… Да и про дракона не забывайте, попробуй прокорми такую громадину.

Стив, успевший превратиться в мышь, в ответ недовольно пискнул.

Оливия заметила, что брат резко вздрогнул, словно ему в голову пришла неожиданная мысль или он вспомнил нечто важное.

— Старик упорно искал одну вещь. — Оливер взглянул на Рэнделла.

— Какую? — поинтересовался Йоши.

— Меч.

— Меч? — рассмеялся панда. — Пускай ищет. Нам-то что с того?

— Самое ценное колдун держал в той комнате, которую охранял Стив.

— Просил охранять день и ночь и убивать всякого, кто попробует оттуда хоть что-то вытащить, — подтвердил Стив.

— Я о том же. Карта представляла для него большую ценность. Вдруг он тоже ищет эти сокровища?

— Ты же говорил, ему нужен меч? — рассмеялся Марко. — Определись для начала.

— Ладно, забудьте, — обиделся Оливер. — Давайте лучше спать.

Он улегся на песок и повернулся к костру спиной. Но Оливия успела разглядеть на лице брата тревожное выражение.

«Сейчас будет лежать и думать, — поняла она. — Если колдун охотится за сокровищами, то пиши пропало… С другой стороны, зачем магу золото? И Захир вот тоже вовсю ищет те же самые сокровища. Что-то здесь нечисто. Мне наша авантюра начинает нравиться все меньше…»

Глава 21

Оливер считает каменных птиц

Покачиваясь на волнах, плот быстро скользил по морю. Летевший позади Стив дул в парус во всю силу огромных легких. Когда дракон уставал, Оливер накидывал ему на шею веревку, сплетенную Оливией из растений с острова, и Стив, будто впряженный в повозку конь, тащил плот следом за собой.

Единственное, что беспокоило Оливера, — возможный шторм, но пока сказочно везло. Погода стояла ясная, на небе виднелись лишь крохотные белоснежные облака, а ветер, если и дул, то слабый и попутный.

На ночевку остановились на крошечном, лишенном малейшей растительности скалистом островке. Кроме камня и покрытого солью мха, на нем больше ничего не было, поэтому ночью все сильно мерзли, не из чего было даже развести костер.

На следующий день, не выспавшиеся и, судя по помятым лицам, еще более уставшие, они продолжили путь. И к полудню, как и обещал Марко, впереди показались острова.

В прошлый раз «Черная медуза» подплыла с другой стороны, почти сразу бросив якорь возле Иотики, и Оливер не смог оценить всей сложности поиска затонувшего корабля. И вот теперь он начинал понимать, почему сокровища все еще находятся на морском дне. Архипелаг оказался огромным и состоял из нескольких десятков, если не сотен, островов самой разной величины.

— Вот мы и на месте, — плот уткнулся в рыхлый песок узкого, словно лента, берега, и Йоши первым спрыгнул на землю, — чую запах сытой и богатой жизни.

— В предыдущее наше посещение, еще с Альд Аиром, ты ничего такого не учуял, — ухмыльнулся Марко. — Морской воздух нос прочистил?

— Ты не отвлекайся! Что в твоих картах написано? Где сокровища?

Развернув карту, парень начал осматриваться.

— Определенно не в этом месте. Тут написано: «Если смотреть со стороны восхода солнца, то нужен пятый маленький. Там от каменной птицы вдоль скалы четыреста пятьдесят шагов. Затем на северо-запад полторы тысячи. От столба строго на запад еще половину».

— И все? — изумился Йоши. — Ты загадал какой-то ребус?

— Я думал, когда прибудем сюда, станет понятней.

— Пятый маленький от восхода солнца, — повторил Оливер. — Я всю прошлую ночь думал…

— Представь, я тоже, — саркастически доложил Марко.

— И мне кажется, что пятый маленький — это остров. И искать его следует с той стороны архипелага, с которой встает солнце.

Оливия потрясенно уставилась на брата. Марко открыл было рот, желая, видимо, возразить, но быстро закрыл, а Йоши, подпрыгнув на месте, воскликнул:

— Голова! Вот что значит книги читать. И от издевательства над глазами бывает польза. Давайте, давайте, не стойте. Все на поиски пятого малого острова. Стив, не время отдыхать. Придется еще чуток легкими поработать.

Они обогнули архипелаг и остановились с той стороны, откуда утром взошло солнце. Все вытянули шею и принялись вглядываться вперед.

— Вон тот, — начал тыкать лапой Йоши. — Определенно маленький. И точно пятый.

— Нет, кот, уймись, — возражал Марко. — Какой же он маленький, маленький — вон тот.

— Не тот, а тот, что справа, — настаивала Оливия.

Молчали лишь Стив, Рэнделл и Оливер.

Дракон, пользуясь возможностью, отдыхал, волк что-то молча считал про себя, только едва заметно двигал из стороны в сторону головой, а Оливер напряженно думал.

— Не проще сесть на Стива и осмотреть морское дно? — произнес он, когда крики начали постепенно стихать.

— А он дело говорит, — Йоши возбужденно потер лапы, — денежки все ближе. Давай, дракон, подставляй спину. Так и быть, полетаю на тебе.

Оливер с Марко последовали за котом, остальные остались на плоту.

Они парили над водой несколько часов, пока Стив не устал махать крыльями, но ничего похожего на затонувший корабль не заметили. Пришлось возвращаться обратно. Последние полчаса Оливер, уверившийся в своей идее, вновь размышлял, и едва дракон подлетел к плоту, объявил:

— Нам нужен остров, на котором есть скала.

Скалы действительно виднелись далеко не везде.

— Тогда там должна иметься и каменная птица, — напомнила Оливия. — Кто-нибудь хоть раз в жизни видел такую?

— Надеюсь увидать сегодня, — засмеялся Йоши, — и пересчитать ей все каменные перья.

— Давайте подберемся ближе и внимательно все рассмотрим, — предложил Оливер.

Стив при его словах тяжело вздохнул и направил на парус поток воздуха.

Плыли медленно. Оливер внимательно вглядывался в берег каждого встречавшегося им острова, мысленно прикидывая его размеры.

— Вижу вон там скалу! — радостно заявил Йоши.

— А я — вон там. — Марко для наглядности указал рукой.

— И я, — следом за парнем поспешила отчитаться Оливия и ткнула пальцем в противоположную сторону.

— Нам нужна не только скала на маленьком острове, но и столб рядом с ней, — напомнил Оливер. — Кто видел хоть что-то похожее? Я, признаюсь, нет.

— Ничего такого не заметил, — сказал Марко.

— Я тоже, — хмуро вымолвила Оливия.

Йоши, Рэнделл и Стив промолчали.

Вдруг Оливер заметил на краю указанной Оливией скалы, прямо возле обрыва, сложенную из камней аляповатую фигуру. Он вначале решил, что выдает желаемое за действительное. Но нет: похоже, он не ошибся. Вот голова несколько странной формы, под ней раздутое тело; странно, что нет ног, зато вроде имеется подобие рук. Плот подплыл поближе и он понял, что ошибся. Вовсе это не руки, а крылья, широкие и, по задумке неизвестного скульптора, оказавшиеся за спиной, вот и принял он их вначале за человеческие конечности. Под телом виднелись тонкие лапы, а из головы выдавался острый клюв.

— Птица! — вскричал Оливер. — Вижу птицу.

Загалдев, все с трудом дождались возможности выскочить на берег.

— Так… — Йоши бросил взгляд наверх. — Птица, скала. Шагаем вдоль нее… Сколько шагаем?

— Четыреста пятьдесят шагов, — подсказал Марко.

— Один, два, три… — принялся считать кот.

— Человеческих шагов, — улыбнулась Оливия.

— Тьфу ты… — Йоши обернулся к ней. — Тогда не стой. У меня лапы чешутся пересчитать мою часть золота.

Оливия с Марко послушно пошли вдоль скалы, отмеряя требуемое расстояние. А Оливер огляделся.

«Пятый маленький… — задумчиво огляделся он. — Корсарам так было проще?»

— И отсюда на северо-запад, — услышал он голос Оливии.

— Что-то не так? — спросил Рэнделл.

— Мне не дают покоя слова «пятый маленький», — признался Оливер.

— Выясним?

— Каким образом?

— Пятый… Значит, есть первый, второй, третий, четвертый.

— Понятное дело.

— Ты решил, что имеется в виду пятый остров.

— Хочешь сказать что-то иное?

— Сдается, что да… Пойдем посмотрим, — предложил волк. — Вдруг обнаружим разгадку.

Оливер согласился, и они повернули в сторону, противоположную той, в которую ушли Оливия, Марко и Йоши. На несколько секунд остановились под стоящей наверху каменной птицей и двинулись дальше. Вскоре Оливер с изумлением увидел еще одну статую, только несколько больших размеров, за ней обнаружилась еще одна, потом еще… Всего птиц оказалось десять. И всех, кроме самой первой, с моря разглядеть было невозможно.

— Кому понадобилось их тут ставить?

— Хороший вопрос, — хмыкнул волк.

И какую считать пятой?

— Меньших размеров, — предположил Рэнделл.

— Всего существует два варианта, — принялся рассуждать вслух Оливер. — Если считать с правой стороны и если считать с левой. Тогда… — Он посмотрел на двух стоявших рядом птиц. — Выходит, что… наша — вон та. И отчет следует начинать отсюда.

— Разобрались? — обрадовался волк. — Рад был помочь.

— Не совсем. От птицы следует двигаться вдоль скалы. В какую сторону?

Рэнделл озадаченно захлопал глазами и, не найдя, что ответить, сел на песок.

— Давай опять думать вместе, — продолжил задумчивым тоном Оливер. — И вновь у нас два варианта. Вправо или влево. И какой правильный?

— Тот, что вдоль стены, — улыбнувшись глазами, подсказал волк.

— И идти надо четыреста пятьдесят шагов. Пойдем, посмотрим, что находится дальше.

Отчитывая каждый шаг, он медленно направился по берегу.

— Берег, море и скала, — закончив считать, подвел итог увиденному Оливер. — Никакого указателя или хотя бы намека, что пришли в правильное место.

— Корсары не стремились упрощать другим жизнь. — Рэнделл отбежал от накатившей волны, едва не намочившей ему лапы.

— Хм… Вдоль скалы, — задумчиво повторил Оливер. — С той стороны скалы вроде заканчиваются… Проверим?

Волк кивнул, и они пошли обратно.

— Где вас носит? — Оливия, едва заметив их, устремилась к ним. — У нас не получается.

— Неудивительно, — ухмыльнулся Оливер, — вы не там ищете.

— Не там? — вскричал услышавший его слова Йоши; он быстро подбежал, строя на ходу смешные гримасы. — Уверен? Пятый маленький, каменный пернатый… Все по карте.

— Не совсем… На острове десять каменных птиц. Мы с Рэнделлом только что обнаружили остальных.

— Десять? — изумился кот. — Хорошо, что не сто…

Оливер принялся излагать свои умозаключения, рождавшиеся в голове, пока он шел обратно.

— Здесь скалы уже нет, она заканчивается чуть раньше, сами видите. А корсары написали, что идти следует именно вдоль скалы. Мне кажется, что мы выбрали неверное направление.

Марко, подошедший совсем недавно, но успевший услышать почти весь разговор, развел руками:

— Поторопились, с кем не бывает…

— Это ты во всем виноват, — проворчал Йоши. — Ты старший и должен был более ответственно подойти к расшифровке текста.

Вернувшись под нужную птицу, они отсчитали положенные четыреста пятьдесят шагов.

— Что дальше? — Йоши буквально изнывал от нетерпения. — Долго мне еще оставаться бедным?

— Потерпи, — улыбнулся Марко. Он достал карту. — Теперь полторы тысячи шагов на северо-запад.

— Интересно, кто шел по морю и считал шаги? — усмехнулся Оливер. — К тому же в шторм.

— Может, шторм к тому времени стих? — предположила Оливия. — Сомневаюсь, что возможно рисовать карту, когда сверху льет дождь, а в лицо дует ураганный ветер.

— И когда ты только что едва не утонул, — добавил Рэнделл.

— Наверное, два последних расстояния — примерные, — предположил Марко, отвечая на вопрос Оливера.

— Какая разница! — Йоши принялся подталкивать всех к плоту. — Пора заняться делом, хватит разглагольствовать.

— Не хватит! — Оливия остановилась, не желая трогаться с места. — Вам лень думать?

— Успеем еще, — отмахнулся Йоши.

— А каким образом, уважаемый кот, вы, не переносящий воду, собираетесь оказаться на морском дне?

Йоши открыл рот, но тут же закрыл.

— Мяу. Вопрос действительно важный и требующий обсуждения, — спустя некоторое время вымолвил он.

Все одновременно уставились на Оливию. Она удивленно покосилась на друзей.

— Вы чего?

— Ты обычно придумываешь всякие хитрые штуки, — пояснил Марко. — Вот мы и ждем.

— Молодцы какие, — ахнула она. — Прошу простить, но сейчас идей у меня нет. Может, после обеда появятся. Накормит кто-нибудь несравненного конструктора?

— И бедного кота, причем в самом прямом смысле этого слова, — жалобным голосом добавил Йоши.

Оливер почувствовал, как урчит в желудке, и понял, что тоже не отказался бы от еды.

— Хорошо, — согласился Марко. — Подкрепиться действительно не помешает.

Он взял с собой Йоши, и они отправились ловить рыбу. Оливер с остальными принялись искать место, где можно устроить стоянку.

С внутренней стороны скал, если смотреть от центра острова, отыскалась ровная площадка, покрытая густой мягкой травой. Рядом росли низкие деревья, а напротив, в тени, виднелся вход в пещеру. Заметивший его Рэнделл громко зарычал и отошел подальше.

Оливеру, наоборот, стало любопытно. И пока Марко разводил костер, он не удержался и заглянул внутрь. Вначале ничего не было видно, и он хотел уже повернуть обратно, но постепенно привыкающие к тусклому свету глаза вскоре разглядели впереди широкий проход, ведущий вниз.

Начитавшийся книжек о таких пещерах, Оливер захотел увидеть все собственными глазами и полез туда. С каждым шагом становилось все темнее, и вскоре он пробирался почти на ощупь. Неожиданно туннель расширился, и Оливер вышел в огромный зал, созданный природой из камня. Посередине виднелось большое озеро, над которым парили крупные жуки. От них исходило яркое зеленоватое свечение, довольно хорошо освещавшее подземное помещение. В воде плавали темно-зеленые растения, отдаленно напоминавшие кувшинки, только с длинным толстым стеблем вместо цветка.

— Подземный лотос, — прошептал Оливер. — Никогда не думал, что увижу.

Опустившись на колени, он осторожно поднес к растению руку — и оно, едва заметно качнувшись на воде, выпустило в воздух плотный шар. Отпрянув от неожиданности, Оливер вдруг радостно заулыбался.

— Я всегда считал их способ защиты россказнями. Неужели правда? И они действительно, испытывая страх, выпускают такие чудесные пузыри? — Поднялся с колен, невероятно довольный собой. — Так-так-так… А не воспользоваться ли… Нет, ничего не выйдет. А что если… Должно сработать. Или… Нет, нет, точно сработает. — Радостно потер руки. — Вот и способ добраться до затонувшего корабля. — Поймал и сунул в карман несколько светящихся жуков. — И под водой теперь можно будет видеть. Так… проверим перед тем, как рассказать остальным.

Он придвинулся к лотосу и попытался дотронуться до цветка. В ответ растение выпустило в Оливера огромный пузырь. Поймав его, он потрогал руками толстую прозрачную оболочку, похожую на густое желе.

— Прочная, должна выдержать, — с удовлетворением констатировал он осмотр. — Хм… Осталось получить пузыри нужных размеров. Но, думаю, это не проблема. Диаметр шара, как я читал, прямо зависит от степени страха. Чем сильнее боится лотос, тем крупнее шар. Пойду сообщу друзьям…

— Ты уверен, что они выдержат? — хмуря брови, поинтересовалась Оливия, едва он закончил рассказ.

— Как мы в них заберемся? — скривился Марко.

— Ни за какие коврижки, — отрезал Йоши. — Разве что золотые.

— Я тебе помогу. Что надо делать? — вильнул хвостом Рэнделл.

Оливер с довольным видом сунул в рот кусок жареной рыбы. Остальные, кроме волка, тихо сидевшего возле костра, и Стива, лежащего на траве и гревшегося на солнце, принялись громко обсуждать его предложение.

— Есть идеи лучше? — доев, поинтересовался Оливер.

— А если твой пузырь лопнет? Что тогда? — Марко с неким вызовом взглянул на Оливера.

— Тогда ты утонешь и перестанешь виться возле моей сестры, — вскинулся он.

— Ничего он не вьется… — Оливия начала густо краснеть.

— Я… я… Какая тебе разница? — возмутился Марко.

— Споря, мы не придем ни к какому решению, — миролюбивым тоном напомнил Рэнделл.

— Пузырь, как ты его назвал, — глядя Марко прямо в лицо, принялся объяснять Оливер, — выдержит; если, конечно, ты не станешь в нем слишком резвиться.

— А воздух? — спросила Оливия. Оливер заметил, что сестра немного отодвинулась от Марко. — Вдруг он закончится?

— Должно хватить. Главное, постараться сделать шар как можно большего размера. Для этого, напоминаю, необходимо напугать подземный лотос посильней. В крайнем случае нас будет страховать Стив. Он полетит над водой и станет забирать тех, с кем случится что-то непредвиденное.

— Не знаю, не знаю… — Йоши покачал головой. — Оливия, а ты, случаем, ничего лучше не придумала?

Сестра покачала головой. Кот обеспокоенно огляделся и трагическим голосом произнес:

Жаждет богатства душа,

Внутри меня скепсис,

Дух полон смятения.

— Значит, решено, — Оливер доел и выкинул кости в огонь, — идем по двое. Один останется в пузыре, второй поплывет к кораблю.

— А зачем кому-то оставаться в пузыре? — удивился Марко.

— На всякий случай: вдруг что-то пойдет не так… Далее. Нас пятеро, Стив не в счет, кто-то должен остаться на берегу.

Все посмотрели друг на друга.

— Могу я, — предложил Рэнделл, — мне, если честно, не очень хочется лезть в море.

— Вот и славно, — обрадовался Йоши. — Тогда вперед, набивать карманы. — Он посмотрел на свои мохнатые лапы и добавил: — Эх, знал бы — прикупил бы на рынке в Бахаре отличные штаны…

Для начала следовало получить шары нужного размера. Всем было интересно, поэтому никто не захотел оставаться возле костра, даже Рэнделл.

Спустившись в пещеру, Оливер указал друзьям на плавающие в воде лотосы.

— Давайте попробуем все вместе их напугать.

— Легко, — воскликнул Йоши и кинулся к воде.

Завидев кота, цветы зашевелились и выпустили в него целый поток пузырей, правда, маленьких. Один опустился Йоши на голову, словно шлем, другой повис на хвосте. Остальные пролетели мимо, едва не угодив в Рэнделла. Волк зарычал и громко залаял.

— Все вместе, — повторил Оливер.

— Не талдычь, будто дед, — проворчал Йоши, пытаясь избавиться от пузырей. — Все всё поняли, пугаем цветы одновременно, для большего эффекта.

Громко закричав, все устремились к ближайшему лотосу. Растение с перепуга едва не ушло под воду, выдув в воздух гигантский шар.

— В самый раз. — Оливер быстро залез внутрь пузыря, пока тот продолжал расти, и прямо в нем пошел к выходу. — Давайте испытаем его! — крикнул он друзьям. — Мало ли что…

Обкатка прошла легко, быстро и даже весело. Оливер протестировал шар на прочность, легкость передвижения в нем и водонепроницаемость. Прошелся в нем по морскому дну, вернулся на берег, где Йоши, желая окончательно убедиться в крепости пузыря, ткнул в него когтем.

Прозвучавший следом оглушительный хлопок напугал кота настолько, что он едва не лишился чувств. А придя в себя, еще долго не соглашался приближаться к новому шару. Марко пришлось потратить кучу сил на уговоры.

Пока все занимались котом, Оливер всматривался в море, думая о предстоящем пути. Неожиданно он заметил далеко впереди что-то неподвижное, едва заметно выступающее из воды. Подошедший Рэнделл, обладавший весьма зорким зрением, сообщил, что это очень похоже на обломки столба.

— Значит, мы с тобой все поняли правильно, — обрадовался Оливер, — и корабль затонул где-то неподалеку.

Наконец Йоши перестал капризничать, и два пузыря покатились в море.

Оливер шел с сестрой. Оливия демонстративно молчала, видимо сильно обидевшись на его реплику насчет Марко. И Оливер отчетливо ощущал идущий от нее холод, по сравнению с которым ледяная вода казалась теплым парным молоком.

Вскоре силуэт летевшего над ними Стива пропал, скрытый толщей вод, и пришлось достать припасенного заранее светящегося жука. Исходящее от насекомого зеленоватое свечение сделало обстановку зловещей и пугающей. Вдобавок песчаное дно начало сменяться илом, затем обнаружились какие-то густо росшие растения. И Оливеру стоило большого труда прокладывать дорогу сквозь настоящие заросли.

«Понятно теперь, почему корабль невозможно отыскать сверху, — догадался Оливер, — он словно всеми забытая избушка в бескрайних лесах».

Становилось темнее, а продвигаться вперед — сложнее. В голове назойливо роились опасения, что пузырь не выдержит и лопнет. Ведь давление воды по мере того, как они все дальше отходили от берега, возрастало.

Оливер взглянул на сестру, та выглядела совершенно спокойной. Кожа на лице приобрела странный, завораживающий оттенок, сделав ее похожей на русалку.

Наконец полторы тысячи шагов были благополучно пройдены, и они увидели второй шар, в котором находились Йоши с Марко. Парень взволнованно озирался по сторонам, а кот косился в их сторону и что-то оживленно говорил.

— Почему не видно столба? — дрогнувшим голосом спросил Оливер. — Я ведь видел его с берега… Вдруг это было нечто другое?

Он испугался, что ошибся и отправил их всех по неправильному пути. А ведь так красовался, строил из себя умного, особенно после того, как в голову пришла идея с пузырями.

«Ох, и получу же…» — горько подумал он.

— Наверняка тебя костерят, — не без сарказма произнесла Оливия, указывая на Йоши с Марко.

— Где же столб? — взволнованно повторил Оливер. — Давай пройдем еще немного вперед.

— Думаешь, поможет? — Голос сестры прозвучал нарочито скептически.

— Корсары вообще-то старше и выше нас. Значит, и шаги у них длиннее, — соврал он.

Но Оливию такой абсурдный довод неожиданно убедил.

Через пару десятков шагов впереди мелькнуло что-то темное. Подойдя ближе, Оливер, к облегчению, увидел большой камень чуть выше человеческого роста, формой сильно напоминавший столб.

— Дошли. — Он вытер ладонью взмокший лоб.

— Что удивительно, — холодно произнесла Оливия. — Куда теперь?

— На запад.

Сестра покрутила головой и вредным голосом поинтересовалась:

— И как ты, умник, собираешься определять под водой, где тут запад?

Оливер понятия не имел. Разве что приблизительно. Сюда они пришли, двигаясь на северо-запад, значит, сейчас надо идти немного левее и надеяться, что корабль окажется достаточно крупным и они заметят его и не пройдут мимо.

Но тут на выручку неожиданно пришли Марко с Йоши, до сих пор следовавшие за ними. Парень с котом принялись уверенно толкать свой пузырь дальше, и Оливер указал на них сестре.

— Они держатся верного направления. Я тоже думаю, что запад там.

— Ну-ну… — Оливия презрительно скривилась.

— Предлагаю помолчать и не тратить попусту воздух, — проворчал Оливер, которому придирки сестры вконец надоели.

Движения с каждым шагом давались все труднее. Шар начал вязнуть в мягкой, старавшейся засосать его илистой массе, а дно сделалось неровным, словно огромная стиральная доска. К тому же воздуха в пузыре с каждым вздохом становилось меньше. Оливер чувствовал, как быстро растет температура внутри. И если вначале сильно мерз, то теперь ему стало жарко.

— По идее мы должны были уже прийти… — Оливия, ставшая мертвенно-зеленого цвета, тяжело дыша, с явным усилием сделала очередной шаг.

— Корабль где-то здесь, совсем рядом, — стараясь, чтобы голос звучал уверенно и твердо, произнес Оливер, — осталось совсем чуть-чуть.

Ушедшие далеко вперед Марко с Йоши вдруг остановились и принялись призывно махать руками.

— Нашли? — оживился Оливер. — Говорил тебе!..

Подойдя ближе, он разглядел нечто темное, покрытое толстым слоем ракушек. Корабль корсаров на треть корпуса зарылся в песок, а остальные две трети нависали мрачной неподвижной глыбой. Вокруг сновали мелкие рыбы, проплывали густым киселем медузы.

Видя, что они подошли, Марко с котом оттолкнулись от дна и поплыли вверх, старательно помогая себе руками и ногами. Оливер с Оливией последовали их примеру. Оказавшись на сильно подгнившей палубе, медленно двинулись к видневшемуся впереди входу в трюм.

Предстояло осуществить главную часть плана: покинуть пузырь так, чтобы в нем смогла остаться Оливия. Но ничего из первоначальной затеи не вышло. Едва Оливер дотронулся до поверхности сферы, созданной подземным лотосом, как ощутил, насколько тонкой она стала; видимо, сказалось действие соли. В следующую секунду пузырь лопнул, и Оливер с Оливией, не успев даже набрать в легкие воздуха, очутились в воде.

В первый момент сделалось страшно. Оливер довольно плохо плавал, к тому же он не знал, осталось ли внутри трюма хоть немного воздуха. С трудом сумев взять себя в руки, он, цепляясь за палубу, устремился к двери. Грудь сдавило, рот, отказываясь подчиняться, несколько раз попытался открыться самостоятельно, инстинктивно желая наполнить легкие кислородом.

Краем глаза, как бы между прочим, Оливер заметил, что и у Марко с Йоши также не все хорошо. По задумке, Марко должен был спуститься вниз, а кот — ждать внутри. Но из пузыря они выбрались вдвоем, так же его взорвав. Йоши, интенсивно работая лапами, несмотря на все свои утверждения о якобы нелюбви к воде, плыл, словно заправский спортсмен, как минимум каждую неделю совершающий длительные заплывы.

Дверь, ведущая в трюм, как назло, открылась не сразу. Оливер едва не сдался, чувствуя, что еще немного — и, бросив все, начнет подниматься наверх. Оливия, выглядевшая совсем плохо, держалась из последних сил. Зато Йоши, весело скалясь, пускал пузыри и с довольным видом хлопал друзей по спине.

Внутри было темно и очень холодно. Узкий проход, кишащий мрачными на вид морскими существами, привел к длинной лестнице, не имевшей ни единой ступеньки. За ней темнела еще одна дверь, закрытая на большой, полностью проржавевший замок. Вдобавок корсары навесили на нее засов, снабженный еще одним замком, правда, чуть меньших размеров.

Оливер понял, что пора возвращаться. Дверь не открыть, а легкие готовы в любую секунду лопнуть. Злясь на себя, что не предусмотрел такого поворота событий, он с силой ударил по деревянной поверхности ногой, и та, неожиданно треснув, развалилась пополам.

За порогом виднелось маленькое помещение с кроватью и столом. Видимо, тут дежурил караульный. В дальнем конце отыскалась третья по счету дверь. Перед тем как подплыть к ней, Оливер вдруг увидел, что комната затоплена не вся. Вода не доходила до потолка самую малость, но ему хватило этого, чтобы прийти в себя и набрать в легкие новую порцию кислорода. Так же поступили Оливия, Марко и Йоши.

— Здесь даже дышится по-другому, — пытаясь отряхнуться, с удовлетворением вымолвил кот. — Все тут буквально благоухает ароматом богатства. Моего богатства.

В трюме воздуха оказалось еще больше. Сломав хлипкую, насквозь прогнившую дверь, друзья проникли внутрь и замерли.

— Ничего не видно, — недовольным голосом объявил Йоши.

— Конечно, здесь же темно, — усмехнулся Марко. Он нырнул в воду, а когда всплыл, Оливер услышал легкий звон, сильно похожий на звук, издаваемый монетами в момент пересчета.

— Деньги! — обрадовался кот. — Я все-таки не зря прихватил мешок.

Недолго думая он отправился вниз и не возвращался довольно долго. Оливеру стало любопытно, и он последовал его примеру.

На первый взгляд трюм своими размерами не уступал тому, в котором Оливер отыскал Рэнделла на «Черной медузе». Только там находились в бесчисленном количестве разные коробки, ящики и кувшины, а здесь — большие тяжелые мешки и металлические сундуки. Пока в легких оставался кислород, Оливер постарался исследовать как можно большее пространство. И результат вышел ошеломляющим. Если мешки и сундуки действительно содержали деньги и драгоценности, то здесь хранился годовой бюджет как минимум десятка мелких стран или одного, но очень крупного государства.

Вернувшись к друзьям, он почувствовал, как бешено колотится сердце, и никак не мог понять, то ли от недостатка кислорода в легких, то ли от огромного богатства, находящегося внизу.

Йоши к тому моменту успел наполнить свой небольшой мешок и ворчал, что не захватил большего по размеру. Марко рассовывал набранные монеты по карманам. Лишь одна Оливия не выказывала никакого возбуждения. С трудом пытаясь унять судорожное, прерывистое дыхание и одновременно дрожа от холода, она выбивала зубами громкий, пугающий ритм.

— Что будем делать? — спросил Марко. — Все не унести.

— Для такого количества нам не хватит и десяти Стивов, — согласился Оливер.

— Я готов плавать сюда хоть каждый день, — рассмеялся Йоши. — Поверьте, не надоест. — Он взвалил мешок на спину и простонал: — Мало, очень мало взял… Мы ведь вернемся сюда еще? А то я теперь чувствую себя еще более бедным.

— Таким способом мы много не натаскаем, — улыбнулся Марко.

— Мне все равно, — возразил Йоши. — Я месяц потрачу и не пожалею. Ведь это так приятно — богатеть.

— Приятно, но продуктивно, — сказал Марко. — На то, что ты взял, можно легко купить небольшой корабль и вернуться сюда со специальным оборудованием. Особый огонь, горящий в воде, костюмы, чтобы дышать под водой… короче, подготовиться нормально.

— Согласен, — обрадовался кот, — не пропадать же такому богатству. Ох, боюсь, не смогу заснуть, пока вновь тут не окажусь минимум с десятью такими мешками. А лучше — двадцатью.

Пока кот разглагольствовал, Оливер решил все-таки прихватить немного денег. Подплыл к ближайшему сундуку и открыл. Внутри лежали мелкие монеты и маленький, изящный на ощупь, почти невесомый обруч.

«Наверное, девчачье украшение, — решил он. — Возьму для Оливии, порадую, а заодно и помирюсь».

Набив карманы деньгами и сунув подарок для сестры за пазуху, где обычно лежали книги, сейчас оставленные на острове, он решил, что пора выбираться на поверхность.

— Прощайте, денежки, — Йоши не сразу смог покинуть трюм, Марко пришлось взять его вместе с мешком под мышку, — надеюсь, вы меня полюбили и не обижаетесь. Я обязательно вернусь и заберу вас всех, обещаю. Всех, включая самую маленькую монетку.

Едва они вынырнули и смогли вдохнуть полной грудью, как к ним подлетел взволнованный Стив.

— Забирайтесь быстрей! — выкрикнул он. — Надвигается шторм. Я такого в своей жизни никогда не видел.

Глава 22

Оливия спорит с братом

Оливия не успела окончательно прийти в себя после путешествия по морскому дну, дикого холода, кислородного голодания и исследования затонувшего корабля корсаров, как узнала, что надвигается очередное испытание, не легче, а может, и сложнее предыдущих.

В лицо хлестал сильный ветер вперемешку с усиливающимся дождем. Над головой, почти касаясь поверхности моря, висели тяжелые тучи, черные, словно невидимый проказник доверху наполнил их чернилами. Огромные волны мчались наперегонки и, будто слуги вредного морского царя, старались утянуть ее обратно в пенящуюся пучину.

С помощью Марко она первой взобралась на скользкую и мокрую спину Стива. Взяла в руки отплевывающегося Йоши, крепкой хваткой вцепившегося в свой мешок, а затем помогла залезть брату.

Вдруг набежавшая огромная, высотой с двухэтажный дом, волна скрыла под собой Марко. Оливия в ужасе закричала и едва не выпустила кота. Йоши возмущенно замяукал, а она, не зная, что предпринять, продолжала отчаянно вопить.

Дракон, уворачиваясь от очередной, еще более страшной волны, взлетел выше, и в этот момент на поверхности показался Марко. Он быстро работал руками, но было хорошо заметно, что парень устал и надолго его не хватит. На мгновение Марко вновь исчез, через секунду всплыл и, исхитрившись, ухватил дракона за кончик хвоста.

Стив в несколько взмахов крыльев набрал высоту и полетел к острову. Ветер продолжал усиливаться, а дождь, превратившись в ливень, извергал с неба такое количество воды, что Оливии начинало казаться, будто над ней чудесным образом возникло второе море.

До берега оставалось совсем немного, когда Марко не удержался и сорвался вниз. Шум стоял такой, что Оливия не слышала звука всплеска. От этого падение парня выглядело еще более страшным.

— Быстрей! — выкрикнула она. — Надо ему помочь! Плот. Где он?

Спрыгнув на песок, Оливия кинулась к мокрому Рэнделлу, с тревогой ожидавшему их возле огромной горы камней.

— Его смыло водой, — с грустью проинформировал он ее. — Я пытался удержать, но у меня нет рук.

Оливию охватила паника. Она беспомощно взглянула на Йоши, выпустившего из лап мешок. С надеждой перевела взгляд на Оливера. Брат судорожно позвякивал в карманах пиратским золотом.

Вчетвером они кинулись к воде, войдя в море по колено, но идти дальше никто не рискнул. Прямо на них с бешеной скоростью неслись гигантские волны, норовя схватить и утащить в мир рыб и густых водорослей.

Один лишь Стив бесстрашно кружил над бушевавшей поверхностью, махая широкими крыльями и звонко щелкая клыками. Оливии показалось, что дракон находит в дождливой погоде удовольствие. Неожиданно он резко бросился вперед, уйдя под воду почти на четверть огромного тела, а затем вынырнул, разбрасывая вокруг себя тысячи брызг. Оливия вскрикнула от радости. В зубах Стив держал неподвижно свисавшего Марко.

Едва парень оказался на берегу, как она подскочила к нему, упав на колени. Он лежал неподвижно, не подавая признаков жизни. Лицо бледное, рот открыт, а губы синие, будто Марко съел целую корзину слив.

— Он ведь жив? — Йоши прыгнул ему на грудь и лизнул подбородок.

Оливии стало плохо, мысли путались, и ей на мгновение показалось, что происходящее на самом деле случилось не с ней, а с кем-то другим. А может, и вовсе понарошку.

Голос Оливера, прозвучавший слишком спокойно в столь ужасный момент, отрезвил и заставил поверить в реальность пугающей действительности.

— Захлебнулся, скорее всего, — говорил брат. — Надо немедленно удалить из легких воду. Я читал в книге. А то умрет.

— Как? Каким образом? — набросилась на брата пришедшая в себя Оливия, ей хотелось бегать, кричать, что-то делать, но только не бездействовать.

Ветер крепчал, спутывая ей волосы и бросая в глаза мокрый песок. Потоки дождя, низвергавшиеся сверху, мешали видеть, но она ничего не замечала.

— Надавить на грудь, и посильней. Главное, не сломать ребра. — Оливер склонился над Марко и уперся ладонями. — Так… так… Я никогда не делал, лишь читал. Но, думаю, что именно таким способом.

— Дай я, ты делаешь слишком медленно. — Оливия не могла просто смотреть и ждать. Счет, как ей сейчас казалось, шел буквально на секунды. И хотя ее била сильная дрожь, но настроена она была решительно. — Вот так? — Она попыталась повторить то, что сейчас делал Оливер, только в более быстром темпе.

— Да, — кивнул брат. — И-раз, и-два. Полегче, не убей.

Рядом стояли понурившийся Йоши и уткнувшийся носом в ладонь Оливера Рэнделл.

— Пожалуйста! — выкрикнула Оливия. — Ты не можешь! Очнись! Ты же побывал в стольких штормах…

Марко, несмотря на все ее отчаянные старания, продолжал лежать неподвижно, а бледное лицо начало постепенно приобретать мертвенную синеву.

— А ну, очнись! Не смей так поступать! — истерично выкрикнула она и нажала на грудную клетку с такой силой, что рассчитывала услышать в ответ треск ребер.

И тут парень, вздрогнув, дернулся и зашелся в кашле, одновременно выплевывая изо рта воду.

— Жив! — Йоши, оттолкнув Оливию, кинулся на друга.

Оливия беспомощно уставилась на кота, и ее вдруг охватила сильная усталость, трудно стало не то что пошевелиться, а даже моргнуть. Она, словно неподвижный каменный истукан, сидела и смотрела, как Марко, прокашлявшись и закончив невольно обниматься с котом, медленно повернулся к ней.

— Спасибо… — произнес он хриплым, чужим голосом и, приподнявшись, коснулся губами ее щеки.

Йоши вытаращил глаза, но почти сразу придя в себя, произнес напыщенным, театральным тоном:

Две души слились в одну,

Встретившись в огромной вселенной;

Любовь виновата.

Оливия почувствовала, как брат подхватил ее под локти и резким рывком поставил на ноги.

— Вот и замечательно, что все хорошо закончилось… — процедил Оливер. — Пойдемте теперь поищем, где укрыться от непогоды.

Говоря, он сверлил Марко недовольным взглядом. Парень, шатаясь, поднялся и ответил брату не менее мрачным взором.

— Заканчивай, — прошептала Оливия.

— Ты о чем? — Брат сделал удивленный вид.

— Чем тебе не угодил Марко?

— Марко? Отличный парень, — пожал Оливер плечами.

— Хватит, я серьезно.

— Мне не нравится, что он постоянно увивается возле тебя, знаю я таких, ушлых.

— Решил поиграть в заботливого братишку? — Оливия изобразила на губах подобие улыбки. — Я в состоянии разобраться, что к чему.

— Я всего лишь хочу помочь.

— Вот и хорошо. Помогай, а не гляди на Марко горгульей.

Оливер, сверкнув глазами, засопел.

Неожиданно раздался испуганный писк. Обернувшись, Оливия увидела, что в воздухе, подбрасываемая сильными порывами ветра, парит мышь.

— Стив! — Оливер хлопнул себя по голове.

Мышь, продолжая пищать, отлетала все дальше к воде. Вдвоем они кинулись выручать Стива. Тот смешно дрыгал всеми четырьмя лапами, пытаясь вернуться на землю, но непогода, словно играя, напротив, поднимала его с каждой секундой все выше.

Подпрыгнув, Оливер в самый последний момент ухватил Стива за длинный хвост и прижал к себе.

— Сам виноват, — прерывисто дыша, вымолвил Стив. — Надо было следить за временем. Но из-за этой непогоды невозможно разглядеть солнце.

Укрыться решили в той самой пещере, где росли подземные лотосы. Рядом с озером отыскалась площадка подходящих размеров, а неподалеку от входа — несколько охапок сухих веток.

Разведя костер и поджаривая выловленную в озере рыбу, расселись в кружок и принялись рассматривать взятые с корабля сокровища. Больше всего добычи, разумеется, оказалось у Йоши. Кот вывалил перед собой целую гору золотых монет, среди которых сверкали несколько крупных драгоценных камней и парочка серебряных украшений.

Марко набрал значительно меньше. Две маленькие горсточки монет и два массивных браслета, поверхность которых усеивали рубины с изумрудами.

— Остальное забрало море, — разочарованно пояснил он все еще хриплым голосом. — Это тебе. — И протянул Оливии один из браслетов.

Она надела украшение на руку. В мерцающем свете костра браслет переливался кроваво-зелеными красками, но все равно невероятно сильно ей понравился. Чуть откинув назад голову, Оливия залюбовалась подарком.

— Классная вещица, — пропищал Стив, — тебе очень идет.

Сидевший рядом Оливер, буркнув что-то недовольным тоном, спешно вывернул карманы. В основном брат набрал деньги: золотые, серебряные и медные монеты разных стран, размеров и форм. На твердый пол падали круглые, квадратные, с обрезанными краями и дырками посередине монеты, крупные, размером с кулак, и маленькие, умещающиеся на подушечке мизинца, толстые и невероятно тонкие, начинавшие гнуться при малейшем прикосновении. В завершение он извлек на всеобщее обозрение прекрасную диадему с тонким, изящным плетеным венцом и огромным сверкающим камнем посередине.

Оливия ахнула: она никогда в жизни не видела настолько красивой вещи. Йоши, успевший стать пандой, заерзал на месте, впившись глазами в украшение. Рэнделл восхищенно заухал, Стив присвистнул, а Марко хрипло вымолвил:

— Ничего себе… Она определенно принадлежала древним императорам.

— Императрицам, — с явным удовольствием поправил парня Оливер. — Диадема — женское украшение. И носят ее обычно девушки.

С этими словами он протянул чудесную вещь Оливии. Она, хоть и скривилась от очередных нападок на Марко, не смогла удержаться и взяла диадему в руки. Огромный камень, все еще влажный от дождя, сверкал красноватыми отблесками костра. Оливия с трудом оторвала взгляд от камня и надела украшение на голову.

— Какая красота! — Йоши, позабыв о своем золоте, подошел к ней. — И стоит наверняка целое состояние…

Глядя на восхищенно горевшие глаза панды, она пожалела, что рядом нет зеркала.

«Еще бы платье и приличную обувь… — Оливия украдкой посмотрела на Марко. Парень, отвернувшись, подкидывал в огонь сухие ветки. — Расстроен, что подарок Оливера понравился мне больше, — мелькнула вдруг в голове неизвестно откуда взявшаяся мысль. — Дурачок, ведь это не так…»

Стив, которого золото и деньги, судя по его поведению, совершенно не интересовали, оторвал от жарившейся рыбы кусок и принялся есть. По пещере разнесся ароматный запах. Остальные, будто избавившись от дурмана, прекратили завороженно таращиться на нее и в один голос заявили, что пора ужинать. Оливия тоже почувствовала, что сильно проголодалась, и протянула руку к ближайшей рыбине.

«Эта прожарилась не до конца. — Пальцы интуитивно, она сама удивилась происходящему, скользнули к следующей. — Жесткая, много костей. — Не понимая, что происходит, взяла соседнюю. — В самый раз, сочная, мне очень понравится».

Сбитая с толку, Оливия застыла на месте.

«Я никогда не любила жареную рыбу, в ней всегда слишком много костей. И тем более не разбираюсь в ее приготовлении. Вероятно, устала, вот и лезет в голову непонятно что… — И, начав жевать, продолжила изумляться: — Действительно вкусно. Я не ошиблась».

— Что станем делать дальше? — поинтересовался с набитым ртом Йоши.

— Переждем шторм и будем думать, как добраться до ближайшего города, — ответил Марко. — А дальше — по плану. Корабль, оборудование для погружения на глубину и все такое. Утром составлю список всего необходимого.

Разговор особо не клеился, все сильно устали и то и дело зевали.

Доев, Оливия, не снимая диадему, первой улеглась спать.

«Тут слишком жестко, чуть ближе к выходу земля мягче и теплее… — Оливия приподнялась от неожиданной мысли и попыталась возразить сама себе: — Рядом же костер. — Взглянула на крохотную горку сучьев. — Хотя он скоро потухнет. И то правда».

Перебравшись к воде, отыскала нужное место. Оно и в самом деле оказалось теплым; видимо, внизу находился источник с горячей водой. Отчего она так решила, Оливия думать не стала, а просто закрыла глаза, мгновенно провалившись в крепкий сон…

Был светлый солнечный день. Она стояла перед широкой дорожкой, посыпанной мелким чистым песком. Вдоль дорожки росли подстриженные кусты. Чуть вдалеке виднелись деревья, листья на них были желтыми, а некоторые и вовсе красными. Оливия никогда не видела подобных деревьев, а потом догадалась. Оливер рассказывал о таких. В некоторых странах осенью становится настолько холодно, что солнце светит намного реже, и листья начинают терять свой привычный зеленый цвет. Хотя она сейчас не ощущала никакого холода, да и солнце светило достаточно ярко.

Насмотревшись вдоволь на странные деревья, она пошла по дорожке. Хорошо утоптанный песок приятно пружинил под ногами, и идти было одно удовольствие.

Несколько раз мимо прошли молодые парни и девушки в длинных темных мантиях с книгами в руках.

«Тут живут друзья Оливера? — подумала она, глядя на них, и ответила сама себе: — Брат никогда здесь не бывал, но скоро, если ничего не изменится, непременно окажется тут. — Удивилась своим мыслям, но быстро успокоилась. — Глупая, это же сон. Во сне много чего непонятного в голову лезет».

Дорожка вывела ее к старинному кирпичному зданию с большим количеством окон, башен и остроконечной крышей, из которой торчало множество труб.

«Кое-кто определенно любит сидеть возле камина. — Почему я так подумала? — А, ладно, я же во сне».

Сверкавшие чистотой ступеньки вели к широкой дубовой двери. Оливия приняла сей факт, непонятно откуда ей известный, как должное. Потянув за блестящее металлическое кольцо, она вошла в просторный холл. По нему в разные стороны спешили парни и девушки в темных мантиях, некоторые с сосредоточенными лицами читали толстые книги.

«Похоже на школу. Нет, какая же это школа — они все старше меня на несколько лет…»

Медленно идя через холл, она принялась разглядывать великолепную люстру поистине гигантских размеров, висевшую под потолком. Сделанная из хрусталя, она переливалась красными, желтыми и рыжими отблесками, отбрасываемыми горевшими в ней свечами.

«И все-таки они очень напоминают учеников, — продолжала думать Оливия. — Видимо, эта школа просто отличается от той, в какую я иногда хожу. Вероятно, она для умных и богатых. Вон как вырядились… И учебников набрали целую кучу. Некоторым даже тяжело нести».

Дойдя до середины и избежав столкновения с толстым парнем, тащившим целую стопку книг и оттого ничего не видевшим перед собой, она остановилась.

«И все-таки я не в школе». — Последнее утверждение пронеслось в голове стремительным вихрем.

С места, на котором она сейчас стояла, хорошо проглядывалось множество дверей, видимо ведших в кабинеты, и три уходящих в разные стороны коридора. Оливия уверенно направилась к тому, что посередине.

Внезапно остановилась. Взгляд упал на изображение на стене.

«Герб», — поняла Оливия, хотя раньше никогда не видела даже самого захудалого герба.

На алом фоне было нарисовано длинное белое перо, скрещенное с обнаженной шпагой. Надпись внизу гласила: «Успех — в единстве знания и силы».

«Вот, оказывается, как…» — улыбнулась Оливия.

Наверху большими буквами от одного края стены до другого красовалась другая надпись: «Ламарский университет естественных наук».

«Университет, — повторила она про себя. — Что это такое? — И сразу ответила сама себе: — Видать, тут учатся самые умные и богатые. Оливер, вероятно, спит и видит себя в подобном местечке, чтобы круглые сутки штудировать пухлые книжки. А в самых радужных снах длинноволосые и очкастые профессора станут его еще и заставлять читать».

Пройдя по центральному коридору через толпу учеников, Оливия отыскала лестницу, ведущую на верхние этажи. На нижних ступеньках сидели несколько парней. На коленях у них лежали толстые учебники. С отрешенными лицами они листали их, никого и ничего не замечая вокруг.

«Я и друзей братишке подыскала», — усмехнулась она.

Мимо прошли две девушки, что-то горячо обсуждавшие. Говорили вроде на понятном языке, но смысл беседы Оливия не поняла даже отдаленно.

На втором этаже ученики встречались реже. Оливия шла по каменному полу, разглядывая выстроившиеся рядами статуи, висевшие на стенах картины и читая надписи возле дверей. Несколько раз свернув, она оказалась в тихом проходе. В углу журчал фонтан, рядом стояла скамейка и росли несколько маленьких деревьев. Зачерпнув ладонями воду, Оливия напилась. Вода была прохладной и имела необычный, но очень приятный вкус.

Место показалось ей знакомым. Запах, исходящий от деревьев, баюкающий шум воды, сама вода, неожиданно вызвавшая ностальгическое чувство.

«Я бывала тут маленькой», — неожиданно вспомнила она.

Дотронулась до крошечных листьев, ощущая ладонью приятную прохладу, исходящую от них, пробежала пальцами по твердому стволу, упругому и шершавому. В душе всколыхнулись непонятные ощущения.

«Глупость. — Оливия резко отпрянула. — Я в первый раз здесь. И не стоит забывать — это всего лишь сон».

Отвернувшись, она быстро зашагала дальше.

«Сон, сон, сон… — неслось в голове. — Сон, да не сон… Я никогда во сне не понимала, что сплю, никогда…»

Ноги теперь шагали сами по себе, словно зажившие собственной жизнью. На радостях они заметно ускорились, и перед Оливией замелькали бесчисленные ряды статуй, картин и множество дверей. Наконец она вышла к широкой, с массивными перилами, лестнице и поднялась на третий этаж.

В том месте, где лестница заканчивалась, коридор уходил в две противоположные стороны, а непосредственно перед лестницей виднелась широкая ниша в полтора человеческих роста. В ней под прозрачным колпаком находился меч. Оливию никогда не интересовало оружие. Она бы и сейчас прошла мимо, но меч, как и фонтан, показался ей знакомым.

Подойдя ближе, Оливия разглядела на золотой рукояти двух драконов с широко раскрытыми пастями. Будто живые, они готовились взмахнуть крыльями и обрушить на врага поток огня. Положив ладонь на холодную поверхность колпака, Оливия закрыла глаза. Сквозь плотный туман до сознания начали долетать давно позабытые воспоминания. Они были еще неясными, тонкими, трудноуловимыми, но она знала, что еще немного, совсем чуть-чуть — и вспомнит нечто важное…

— Оливия… Оливия… — Кто-то тряс ее за плечо.

Воспоминания поблекли, а в уши ворвался голос Оливера:

— Вставай, Оливия, вставай. Буря закончилась.

Глава 23

Оливия проявляет чудеса интуиции

Резко поднявшись, она открыла глаза. Сон как рукой сняло.

— Доброе утро, — приветливо произнес Оливер.

Она хотела поделиться с братом тем, что только что снилось, обсудить увиденное и расспросить про меч и фонтан с деревьями, но тут ей стало обидно, что Оливер так бесцеремонно ее разбудил, прервав такой необычный сон, и она передумала.

Поднявшись, огляделась. Возле потухшего костра потягивался и с довольным видом мурлыкал Йоши. Рэнделл пытался поймать огромного светящегося жука. Марко и Стив отсутствовали.

Сновидение все не хотело уходить из головы.

«Где же я могла видеть фонтан и тот меч?»

Умывшись прохладной водой, вышла наружу. Светило солнце, на синем небе не было видно даже самого маленького облачка. Подставив лицо под теплый ветерок, Оливия направилась к берегу.

Возле воды с сосредоточенным видом прохаживался Марко, неподалеку резвился Стив; дракон в несколько взмахов крыльев взлетал высоко вверх, а затем резко падал вниз, в самый последний момент останавливался возле поверхности моря и вновь поднимался ввысь.

— О чем думаешь? — поинтересовалась она у парня.

— О том, как уплыть отсюда. — Марко выглядел озадаченным. — Плот унесло штормом, а на новый нет материала.

Оливия с удивлением обнаружила, что нисколько не волнуется. Наоборот, она пребывала в полной уверенности, что на острове пробудет максимум до полудня.

«Меч… Где же я встречала его раньше? — вот о чем она продолжала переживать; воспоминания об увиденном, пусть и во сне, наотрез отказывались уходить из головы. — Все, что я видела, мне всего лишь приснилось, — твердила она себе. — Я ведь не интересуюсь такими вещами. А фонтан?.. Скамейка?.. Деревья?..»

— Оливия, — Марко внимательно посмотрел на нее, прервав ее раздумья, — спасибо еще раз, что спасла.

Еще вчера у нее от такого взгляда бешено заколотилось бы сердце, но сейчас она осталась совершенно спокойной. Нет, разумеется, парень ей все еще сильно нравился. Просто где-то в глубине души Оливия верила, что тоже нравится Марко, и все у них будет хорошо, поэтому и переживать особенно не и за чего.

— Тебе очень идет диадема.

— Я знаю. — Оливия ответила настолько будничным тоном, словно ей такие комплименты говорили каждый день. И первой удивилась своей холодности.

Стив, кувыркавшийся в воздухе, низко пролетел над ними, едва не задев прижатыми к брюху лапами.

— Не поверите! — выкрикнул дракон на лету. — Я видел таких гигантских черепах… Их там столько, на другой части острова. Наверное, от бури прятались.

«Другая часть острова, — повторила Оливия. — Черепахи…»

— Идем. — Она потянула Марко за собой.

— Куда? — удивился он.

— Посмотрим на черепах.

Парень покачал головой, но согласился.

Некоторое время шли молча, наконец Оливия, желая отвлечься от мыслей о ночных видениях, спросила:

— Как ты познакомился с Альд Аиром?

— Я хотел уплыть из города, он мне помог, — сухо ответил Марко.

«Хм… Чего-то недоговаривает». — Оливия каждой частичкой тела почувствовала, что парню не нравится разговор, и ей стало любопытно.

— А почему ты хотел уплыть из города?

— Надоело. Всё в нем надоело. Захотелось сменить обстановку.

— В твоем возрасте — и надоело? — усмехнулась она.

— Так сложились обстоятельства. Я не хочу говорить об этом.

Оливия интуитивно поняла, что парень сейчас сказал правду. С ней никогда еще такого не происходило, она читала человека, как раскрытую книгу, и ей нравилось.

— Произошло нечто плохое? — поинтересовалась она. — Ты можешь мне довериться. Ведь Альд Аиру ты раскрыл свой секрет.

Последнюю фразу она произнесла наугад, даже не поняла, зачем и как та вообще пришла ей в голову. Но угодила в самую точку.

— Как ты узнала? — изумился Марко, а затем неожиданно саркастически рассмеялся: — А впрочем, неважно. Никакой это не секрет. Так, бредни молодости. Я тогда был юн и глуп. Времена изменились. Я сейчас другой.

— В молодости наши мечты вовсе не глупы, наоборот, они показывают настоящие желания человека, — серьезно проговорила Оливия тихим голосом. — Взрослые не всегда понимают такой простой истины.

Остановившись, Марко внимательно посмотрел Оливии прямо в лицо.

«Даже сейчас не поцелует», — грустно поняла она.

И действительно, парень вытянул руку и показал вперед.

— Пришли. Вон твои черепахи.

Черепахи действительно оказались огромными. Возвышающиеся над ними панцири размерами не уступали крупному креслу.

— Зачем они тебе? — поинтересовался Марко, видимо желая перевести разговор на другую тему. — Хочешь сварить из них суп? Слышал, он вкусный.

— Суп? — Она поняла, что дальше спрашивать бесполезно, все равно не расскажет. По крайней мере сейчас. — Конечно нет. Что за жестокость!

Она непроизвольно дотронулась до диадемы.

«На такую можно сесть верхом и поехать, словно на пони. Или поплыть по морю, как на лодке… Что за глупость я несу, хорошо, что не вслух…»

Марко подошел к ближайшей черепахе и со смехом забрался на нее. Животное с недовольной мордой быстро спряталось в панцирь.

— И-го-го… — Парень уселся сверху и изобразил, будто скачет на лошади.

«Глупость? — улыбнулась про себя Оливия. — А если на них попробовать уплыть с острова?..»

— Ерунда, — возразил сразу же приведенный сюда Оливер, — они же дикие и абсолютно недрессированные.

— Значит, саму возможность ты не отрицаешь? — спросила Оливия.

— Не отрицаю. Этот вид черепах невероятно вынослив, и взрослая особь способна преодолевать довольно большие расстояния.

— Я о том же и говорю, — усмехнулась она. — Только человеческим языком.

— Постойте, постойте, — заволновался Йоши. — Что вы там задумали? Вам мало полета на драконах, так вы теперь вздумали кататься на вот этих панцирях?

— Мои слова — всего лишь теория, — успокоил кота Оливер. — Я понятия не имею, как заставить их слушаться нас.

— Неужели? — делано удивилась Оливия. — А кто все прошлое лето читал книжку о морских конях, дельфинах или о ком там еще? Уверена, там точно должна была присутствовать глава и о черепахах.

— Книга называлась «Редкие обитатели срединных морей», — возразил Оливер. — И да, в ней присутствовал раздел о пресмыкающихся.

— Так о чем и речь! — обрадовалась Оливия. — Давай вспоминай, что ты о них знаешь.

Теперь начал проявлять признаки беспокойства Рэнделл:

— Прошу прощения, но Йоши прав. Даже если у вас все получится, то как мы с котом сумеем удержаться на таком скользком панцире?

— Придумаем, обязательно что-нибудь придумаем. — Она посмотрела на брата. — Ну, книголюб, докажи, что не зря проштудировал столько макулатуры.

Оливер громко засопел, смешно наморщил лоб, потер рукой затылок, закусил губу и через две минуты объявил:

— Они обожают водоросли.

— Вот и славно! — Оливия похлопала брата по спине. — Водорослей тут великое множество, — она вспомнила, как продиралась сквозь них, идя к кораблю корсаров, — осталось их достать.

С поставленной задачей отрядили справляться Марко с Оливером. Усевшись на Стива, парни принялись нырять с дракона в море и спустя час наловили водорослей в нужном количестве.

Затем начали кормить ими черепах. Животные вначале отказывались, выказывая опасения, но вскоре, распробовав принесенное им лакомство, съели все в считаные минуты. Наевшись, прониклись к накормившим такой симпатией, что перестали бояться даже Стива.

Пока происходил процесс знакомства и завязывания дружбы между человеком, котом, волком, драконом с одной стороны и нужным количеством черепах с другой, Оливия прохаживалась вдоль моря в одиночестве. Меч и фонтан по-прежнему не желали выходить из головы.

«Я помню, помню, что видела их, — твердила она себе. — Деревья, скамейка… Я была там раньше. Очень давно, наверное, но была. Может… — Ее вдруг словно молнией ударило. — А что если…»

— У нас все готово! — окликнул ее Марко, сбив с мысли.

Дернув плечами, она направилась к друзьям. Три черепахи, отобранные Оливером, стояли возле воды. Продолжавший громко ворчать Йоши сидел у Марко на руках. Рэнделл, выражавший свое недовольство чуть тише, примостился у брата на коленях. Оливия взобралась на свою черепаху. Панцирь оказался неровным, с выемками и маленькими ямками. Она поставила на них ноги, а руками ухватилась за края.

— Хм… И что теперь?

Животное продолжало оставаться на месте. Вытянув шею, оно, греясь на теплом солнце, с явным удовольствием тыкалось головой в прохладную воду.

Не имея понятия, что предпринять, она посмотрела на Оливера. Брат, гордо восседавший, словно на боевом коне, ударил пятками по бокам черепахи, и та проворно поползла в море. Оливия повторила за ним, и животное под ней мгновенно пришло в движение.

Оказавшись в воде, оно начало набирать скорость, да такую, что летевший рядом Стив с трудом поспевал. Вскоре остров остался далеко позади, а Оливии пришлось сосредоточить все свое внимание на том, чтобы не свалиться.

Впереди показался берег другого острова. Следовало сворачивать в сторону, а Оливия не знала, каким образом.

«Может, вот так?»

Она наугад схватилась руками за голову черепахи и повернула ее в нужное направление. Животное тут же изменило курс.

«Вот так-то лучше…»

Освоившись, Оливия смогла узнать, как дела у остальных. Марко и Оливер с громкими криками решили выяснить, кто быстрее. Разумеется, Йоши с Рэнделлом возражали и всячески давали понять, что желательно снизить скорость. Кот, возмущаясь, строил невероятно смешные мордочки, а волк громко и потешно тявкал.

Над ними, выписывая залихватские пируэты, летел Стив, подначивал гонщиков и одновременно рассказывал забавные истории из своей молодости…

Вновь вернулись картины из ночного сна. Песочная дорожка, просторный, заполненный спешащими учениками холл, бесконечные коридоры с множеством дверей и шумными голосами, тихое местечко с фонтаном и деревьями и не дающий покоя прекрасный меч…

Вдалеке появлялись и исчезали острова, и вскоре Мимладский архипелаг остался позади. Оливии не нравилась идея с покупкой корабля и еще одним походом за оставшимися сокровищами. Нехорошее предчувствие насчет всей этой затеи один раз уже не подвело ее — едва не погиб Марко. И ей по непонятной причине не хотелось возвращаться к затонувшему кораблю.

«Как убедить остальных? — думала она. — Такие люди ищут золото корсаров — Альд Аир, Захир, колдун… да и про Мазака не стоит забывать. Нам повезло, что они еще не отыскали нас, но везение не длится вечно. Взяли часть денег — и хорошо. Пора сматываться из этих мест. Эх, как объяснить друзьям? Думала, Оливер будет на моей стороне, а он оказался самым обыкновенным жадиной».

Марко с братом продолжали носиться наперегонки и, желая отвлечься, Оливия присоединилась к ним. Втроем они устроили настоящие гонки, с громкими воплями, множеством брызг и веселым смехом. Черепахи, вдоволь накормленные водорослями, казалось, не ведали усталости. Они развили такую сумасшедшую скорость, что в итоге от них отстал Стив. Пришлось останавливаться и ждать уставшего и сильно запыхавшегося дракона.

К вечеру вдалеке показалась узкая полоска земли. Летевший позади дракон неожиданно заволновался.

— Мы приближаемся к городу.

— И хорошо! — выкрикнул Йоши.

— Не совсем… — Стив опустился совсем низко и, расправив крылья, завис в воздухе. — Местные жители могут неправильно истолковать мое появление.

— А ведь верно, — расстроился Оливер. — Мы совсем не подумали. Придется подождать заката.

— Нельзя ждать, — воскликнул Йоши, — мы и так из-за шторма потеряли кучу времени! А нам на пятки наступают Альд Аир с Захиром. Да и у колдуна на нас зуб.

— Йоши прав, — поддержал кота Марко. — К тому же ночью нам трудно будет достать корабль. А днем Стив вновь станет драконом.

— Не волнуйтесь, — оборвал их споры Стив. — Идите в город, а я подожду вас.

— Ты уверен? — спросил Оливер. — Я могу остаться с тобой. Ты же скоро станешь маленьким, вдруг с тобой что-то случится.

— Со мной все будет хорошо. — Дракон выпустил из ноздрей облако дыма. — Не в первый раз. Вам надо хорошенько отдохнуть и привести себя в порядок. А я порезвлюсь тут, пока не зашло солнце. Все не могу нарадоваться свободе.

— Точно? — Оливия ощущала неловкость, ей казалось, что они бросают Стива, и что-то подсказывало: увидит она его нескоро.

— Не волнуйтесь, — дракон ударил хвостом по воде, подняв фонтан брызг, — делайте, что задумали, а как закончите — просто позовите меня.

Йоши, нетерпеливо ерзавший на коленях у Марко, кинул Стиву его амулет и добавил:

В рассвете солнца

Пламя мелькнуло,

В полет устремился мой друг.

Стив, поймав камень, резко взмыл в воздух и выполнил невероятно сложный пируэт.

— Он теперь не нужен. Хватит, покомандовали мною, — и с этими словами бросил амулет в воду.

— Ты что? — разом воскликнули Рэнделл с Йоши.

— Там его никто не достанет, — пояснил радостный дракон. — Не хотите так же поступить и с вашими?

— Как-нибудь в другой раз, — замялся кот.

— Что-то боязно, — сконфуженно отозвался волк.

— Как знаете, дело ваше! — прокричал Стив. — Ну все, до встречи. И не забудьте — просто позовите меня. Я все-таки хоть и наполовину, но дракон, обязательно услышу вас.

И взлетев высоко в небо, он вскоре скрылся из виду.

Марко сверился с картой.

— В той стороне, — он указал чуть вправо, — находится Маакар. Там и купим все, что нам нужно.

Спустя полчаса они, отпустив черепах, уже шли по покрытому мелкими камешками берегу. Вдоль него тянулись шикарные виллы с целыми рощами деревьев, фруктовыми садами, огромными двухэтажными домами, бассейнами и высокими стенами, пытавшимися скрыть все это великолепие.

— Хочу вот так же. — Йоши в восхищении не мог оторвать взгляда. — Интересно, этого хватит? — Он раскрыл мешок и заглянул внутрь.

— На корабль и оборудование точно хватит, — заверил Марко.

Оливией овладело чувство тревоги. Едва она ступила на берег, как сразу захотела сбежать отсюда и оказаться как можно дальше от этого места. Уняв беспричинную дрожь в руках, она решила, что пора поговорить.

— Мне кажется, нам не стоит возвращаться за остальными сокровищами.

— Что? — изумился Йоши. — Ты шутишь?

— Я говорю очень серьезно.

— Не смей губить мою мечту, — кот обнажил клыки, — я только начал себя чувствовать… — он замялся, — по-человечески, что ли… Неважно. Я хочу те деньги, и не вздумай мне мешать.

— У меня плохое предчувствие, — сообщила она им.

— Предчувствие? — усмехнулся Оливер. — И только поэтому ты хочешь, чтобы мы забыли про сокровища?

— Из-за них уже чуть не погиб Марко, — напомнила она.

— Случайность, — отмахнулся парень. — И не забывай, был шторм, причем сильный.

— А вспомните тех двоих корсаров. Что с ними стало?

— А при чем тут те двое? — Йоши встал в напряженную позу, поставив перед собой мешок.

— Один погиб, другой очутился в тюрьме. Лишь третий выжил. Может, потому, что не так рьяно рвался вернуться на место крушения?

— Ты говоришь ерунду, — рассмеялся Оливер.

— Допустим. Но чем дольше мы крутимся рядом с тем местом, тем больше шансов нарваться на Захира, Альд Аира и твоего колдуна. Для справки, коли ты успел позабыть: старик все еще твой хозяин.

Рэнделл, услышав последние слова, заскулил и по примеру Йоши обнажил клыки.

— Глупость, — произнес Марко.

— Нет, не глупость! — Оливия в бессилии, что ее не слушают, топнула ногой.

— Они не смогут отыскать нас, — сказал Марко, — и тем более узнать, где корабль.

— Им не надо знать точное место крушения. Им хватит примерного. А его Альд Аир прекрасно помнит. Ты сам говорил. Нам пока везло. Благодаря помощи Стива мы опередили Альд Аира с Захиром на пару дней, но они вскоре будут там. Я уверена.

— Зря мы отпустили дракона, — расстроился Йоши. — Хотел бы я посмотреть, как он подпалит хвост Мазаку, если тот заявится в город.

— Твои слова — одни предположения, — возразил Оливер.

— Не лишенные логики. — Оливия уперла руки в боки. — Я не понимаю, почему вы настолько твердолобы, что не хотите видеть очевидного. Опасно, очень опасно возвращаться. Даже в этом городе находиться опасно, он слишком близок к Бахаре, тем островам и к замку колдуна. И не забывайте: сейчас Стив нам ничем не поможет.

— Золото, Оливия, золото, — нараспев произнес Йоши, — деньги, сокровища, богатства. Я не позволю тебе лишить меня возможности их заполучить.

Оливия устало опустила голову, диадема, не удержавшись, соскользнула с волос. Поймав ее, она убрала подарок брата в складки одежды.

— Рад, что выяснили, кто о чем думает, — Йоши принял решительный вид, — но пора идти искать корабль.

Мальчишки переглянулись и молча последовали за котом.

«Вот спелись, — хмуро подумала Оливия. — А ведь еще вчера терпеть не могли друг друга».

На нее неожиданно навалилась усталость, прежде ясные мысли принялись путаться. К некоторому облегчению она заметила, что меч и сад из сна волнуют ее теперь намного меньше.

«Что я переживаю? И не из таких переделок выбирались. — Чувство беспокойства незаметно, словно утренний туман, бесследно исчезло и теперь ничем о себе не напоминало. — К тому же мы сейчас не в Бахаре, и Захир с Альд Аиром здесь такой власти не имеют».

Маакар оказался огромным городом, обнесенным двойным рядом стен. Первые — высокие, с крупными зубцами и широкими воротами, покрывала голубая облицовка, ярко сверкавшая в лучах заходящего солнца. Второй ряд имел множество башен, а стены были настолько широкими, что по ним сверху легко могла проехать повозка.

Небо темнело, превращаясь из светло-синего в темно-лиловое. Оливия вспомнила о Стиве.

«Успел долететь до берега? Не упал в море? — подумала она. — Все ли с ним хорошо? Он же отвык от окружающего мира за долгие годы, проведенные в замке…»

Пройдя через ворота мимо придирчиво взглянувших на нее стражников, Оливия не поверила своим глазам. Она очутилась в огромном саду. Кругом, куда ни кинь взгляд, росли деревья, густые подстриженные кусты и множество разнообразных цветов. В воздухе повис пьянящий аромат пыльцы, смешанный с запахом корицы, свежей выпечки и освежающего бриза, долетающего с моря.

Широкие просторные улицы плавно поднимались вверх, а сам город состоял из нескольких ярусов, каждый прекраснее предыдущего. На вершине холма Оливия разглядела высокую башню из поставленных друг на друга пирамид. Террасы башни были окрашены в цвета радуги и соединялись каменными лестницами.

Оливия никогда не видела такого великолепия. Даже местные жители, все как один одетые в белоснежные просторные одежды, важно шествовали с надменными лицами, и каждый напоминал скорее короля, чем обычного горожанина.

— Думаю, нам вначале следует поискать корабль, — предложил Марко. — А потом, исходя из оставшихся средств, займемся закупкой всего остального.

— Мне бы хотелось вначале помыться и переодеться. — Оливия с тоской в глазах оглядела свою одежду и брезгливо потрогала волосы, свисавшие с головы грязными патлами.

— Нет времени, — Йоши притопнул, — сама говорила — за нами спешат Альд Аир, Мазак и остальные. Купим корабль, тогда и займемся другими делами.

— Сейчас покупка судна — самое важное. — Марко, извиняясь, развел руками.

Оливия взглянула на брата, ища у него поддержки. Оливер вообще пока не проронил ни слова, он крутил головой во все стороны, смешно открыв рот и глупо хлопая глазами.

«Он меня не услышит», — поняла она и кивнула, показывая, что согласна еще немного походить немытой.

На одной из улиц, обступив крошечную сцену, радостно галдела толпа детей.

— Герой, герой, — жамкала одна из кукол, по виду старуха.

— Да, я герой, — гордо возвестила вторая, с большим наперстком на голове. Оливия решила, что это, должно быть, шлем. — Я спас целый мир. И нечего не боюсь. Чего тебе, бабуля?

Оливер, обожавший такие представления, остановился, с нескрываемым вниманием уставившись на сцену.

— Герой, — старуха перешла на жалостливый тон, — тебе грозит опасность.

— Какая?

— Смертельная.

Дети заволновались, стоявшая рядом с героем третья кукла всплеснула руками и повалилась на сцену, видимо упав в обморок, а Оливер возмущенно заявил:

— Все совсем не так. Зачем они всех путают?

— Всем все равно, как оно на самом деле, — Оливия, мстя Оливеру за то, что он лишил ее возможности принять ванну, под одобрительные взгляды Марко с Йоши потащила брата дальше.

— Но ведь все совсем по-другому… — попытался упираться Оливер.

— Никому не интересно, как по-другому, успокойся.

Оливер еще некоторое время препирался, а затем, махнув рукой, начал о чем-то тихо переговариваться с Рэнделлом.

Порт, размерами заметно меньше, чем в Бахаре, при беглом осмотре напоминал свежевыкрашенные театральные декорации. Оливия раньше успела уже привыкнуть к суете, крикам, огромному количеству судов. Здесь, напротив, стояла тишина, работы производились не спеша, чинно и с достоинством. Большинство причалов пустовало, зато сами причалы содержались в идеальной чистоте и выглядели так, словно их построили только вчера.

Оглядевшись, Марко направился в самый дальний конец.

— И какой ты хочешь купить мне корабль? — деловито поинтересовался Йоши.

— Быстрый, маневренный, с вместительным трюмом, — на ходу начал перечислять парень, — небольшой, вероятно, с одним парусом.

— Надеюсь, комфортный и с местом на палубе, где я смогу медитировать? — уточнил Йоши, минуту назад ставший пандой.

— В первую очередь такой, чтобы я в одиночку смог им управлять, но вместе с тем способный вместить как можно больше груза.

— Да-да, — с серьезным видом закивал панда. — Тогда хотя бы с отдельной каютой для меня.

— Отдельная каюта есть и у меня, — услышала вдруг Оливия насмешливый голос.

— Альд Аир! — проухал Рэнделл и взмыл в воздух.

— Где моя карта? — прорычал другой голос, холодный и лишенный других чувств, кроме злости.

Оливия вздрогнула, узнав и его.

«Захир…» — Она вспомнила эргастул, и по спине пробежали мурашки.

Торговец вместе с ее бывшим владельцем медленно надвигались на них. Лицо Альд Аира выглядело отрешенным, лишенным малейших эмоций. Захир, наоборот, казался дерганым, глаза бешено вращались, рот кривился в истеричной ухмылке.

Оливия попятилась, Марко гордо выпрямился, Оливер вскинул голову и встал рядом.

— Даже не пытайтесь бежать, — холодно бросил Альд Аир и пальцем указал вверх.

Оливия подняла голову и увидела паривших в небе милнаторов. Перепуганный их присутствием сычик, взъерошенный и с трясущимися крыльями, опустился на плечо брата.

— Где моя карта? — повторил Захир.

— У меня, — спокойно ответил Марко.

— Дай ее мне, — тут Захир увидел Рэнделла, — и птицу тоже.

— Держите. — Парень, пожав плечами, протянул карту. — Погорячился, возвращаю обратно.

— Больше ничего не хочешь сказать? — Альд Аир с безразличным выражением на лице посмотрел на бывшего любимца.

— Мы с вами все выяснили, — Марко вновь пожал плечами, — забирайте карту и уходите.

Торговец осклабился:

— Я благодаря твоему фортелю потратил кучу времени и денег. Смешной ты, однако, если полагаешь, что тебе все так просто сойдет с рук. — Он перевел взгляд на панду. — Йоши, Йоши… Не думал, что ты так со мной поступишь. Ты получил от меня все и не был ни в чем ограничен. Чего тебе, предатель, не хватало?

— Наверное, свободы, — панда выглядел несколько сбитым с толку, видимо, не ожидал от торговца таких слов, — и друзей. Не мог я их бросить.

— Друзей? — Альд Аир скривился. — Не ту сторону принял. Что ты в них нашел? А впрочем, твое дело. Поступай как знаешь. Я уже заказал себе нового твидла.

Оливия услыхала позади шаркающие шаги. Обернувшись, увидела, что к ним направляется группа из примерно десятка людей. Большинство лиц было ей знакомы, она их видела во время плаванья на «Черной медузе».

Внезапно спрятанная в складках одежды диадема выскользнула и упала к ее ногам. В ту же секунду Захир издал нечеловеческий крик, заставив даже всегда спокойного Альд Аира подпрыгнуть на месте.

— Бежим! — закричал Марко, и они бросились врассыпную.

В первый момент Оливия хотела подобрать подарок брата, но передумала, тогда ее точно бы схватили. Мгновенно, все заняло доли секунды, оценила обстановку. Справа шли причалы, впереди Захир с Альд Аиром, позади люди торговца, а вот слева путь был открыт. Туда она и устремилась.

Уже на бегу успела заметить, что Захир в два прыжка подскочил к тому месту, где она только что стояла, и буквально упал на одиноко лежавшую диадему. Схватил в руки и с торжествующим блеском в глазах потряс ею в воздухе.

«Сумасшедший какой-то», — удивилась Оливия.

— В первую очередь хватайте парня и птицу, затем девчонку! — выкрикнул Альд Аир.

Улепетывая со всех ног, Оливия услыхала громкий топот погони, за ней кинулись пятеро во главе с Альд Аиром. Но бегали они значительно медленнее, и через некоторое время ей начало казаться, что она сможет оторваться. Рядом, усиленно работая локтями, спешил Марко, чуть позади весьма резво перебирал лапами Йоши. А вот Оливера и Рэнделла нигде не было видно.

— Привет, девочка! — Над головой пронеслась огромная тень, сопровождавшаяся хлопаньем крыльев.

«Мазак», — запоздало поняла Оливия.

В следующую секунду милнатор сбил ее с ног, и она грохнулась на землю. Несколько раз перекатилась, больно ударяясь о вычищенные плиты, которыми выложили дорожки в порту, и не в силах подняться после такого падения, осталась неподвижно лежать.

«Надеюсь, хоть остальные убежали», — подумала она, пытаясь выбросить из головы воспоминания о крысах.

Возле нее приземлился Мазак, в его когтях отчаянно бился Йоши.

— Я обещал тебе, помнишь? — хрипло рассмеялся милнатор. — Начинай готовиться к самому худшему.

Закусив губу, Оливия увидела, что рядом приземляется еще один милнатор, держа в клюве неподвижного Рэнделла.

— Отпустите ее, она ничего вам не сделала, — выкрикнул Марко, но Альд Аир, не слушая своего бывшего помощника, кинул парня на землю, а третий милнатор поставил ему на грудь огромную лапу.

— Где мальчишка? — поинтересовался торговец.

— Прячется, но далеко ему не уйти, — прокаркал Мазак. — Позвольте мне помучить девчонку.

К ним с безумными глазами и прижатой к груди диадемой подскочил Захир.

— Готовь свой корабль! — подпрыгивая от возбуждения, воскликнул он. — Отплываем.

— А тот голодранец? — удивился Альд Аир, так и не удостоив Мазака ответом. — Мы почти поймали его. Он ведь оскорбил вас.

— Пустое, сейчас не до него, — по лицу Захира пробежала гримаса нетерпения, — время не ждет.

Неожиданно он резким движением сорвал с диадемы камень и зажал в кулаке. Оливия ахнула, а Альд Аир в изумлении уставился на безумца.

— Время не ждет, — повторил Захир, откидывая покореженный венец в сторону.

Глава 24

Оливер преодолевает безразмерное пространство

В отличие от остальных, Оливер побежал к причалам. Уверенный, что там ему деться будет некуда, Альд Аир отрядил в погоню всего троих человек и одного милнатора. Те двигались неспешно, скорее развлекаясь, чем преследуя, и позволили Оливеру беспрепятственно достичь причалов.

Добежав, он понял, что попался. Вокруг ни души, и помощи ждать, соответственно, неоткуда. Прыгать в воду — натуральное самоубийство, плавать Оливер почти не умел. Оставался малюсенький шанс добраться до видневшихся вдалеке доков. Так он и поступил. Когда преследователи сообразили, что к чему, он успел преодолеть половину расстояния. Вот тогда и началась собственно погоня.

Бежавшие следом припустили со всех ног, а милнатор, яростно работая крыльями, начал неумолимо приближаться. И все-таки Оливер сумел оказаться у дока первым. Открыв маленькую дверцу, он проскочил внутрь и бросился вдоль высокой стены. Позади раздался возмущенный крик. Милнатор обнаружил, что не может войти, проход оказался для него слишком узким, а огромные ворота, через которые заводят корабли, были заперты на крепкие засовы.

— Рано радуешься, мальчишка! — выкрикнул коршун. — Тебе все равно не скрыться.

В ответ Оливер высунул язык, но тут же едва не прикусил его — в проеме двери показались трое преследователей. Вломившись в док, они огляделись и, заметив, куда он побежал, бросились за ним.

Только теперь Оливер понял, насколько глупо поступил, по собственной инициативе загнав себя в замкнутое пространство. Видимо, такие же мысли посетили и преследователей. Ухмыляясь, они замедлили шаг.

— Попрыгай, мальчик, попрыгай, — оскалился один из них, обнажив обломанные зубы. — Меньше будет сил сопротивляться.

Оливер опрометью устремился в дальний конец дока, по пути едва не споткнувшись о валявшуюся на полу деревяшку. Остановившись на мгновение, он схватил ее в руки, решив использовать в качестве оружия. Уткнувшись во вторые огромные ворота, Оливер нервно бросил взгляд по сторонам. Преследователи неспешно приближались. Один держал наготове веревку, второй — мешок, третий просто скалился.

Прижавшись спиной к стене, Оливер приготовился защищаться. Неожиданно свободная рука ощутила позади пустоту. Оглянувшись, Оливер увидел маленькое отверстие, через которое в сгущающейся темноте виднелась серая поверхность моря. Не веря своему счастью, он принялся вылезать наружу.

— Ты куда? — преследователи со всех ног кинулись к нему.

С громким криком один из них попытался схватить его за ноги, едва не сорвав башмак, другой накинул на щиколотку петлю. На счастье Оливера, сделана она была в спешке, и, сильно дернув ногой, он сумел вырваться.

Оказался на узкой площадке, предназначенной для швартовки лодок. В отверстии, через которое он только что протиснулся, появились три пары рук и постарались схватить. Инстинктивно Оливер подался назад и, не удержав равновесия, упал в воду. Попробовал всплыть, но намокшая одежда предательски потянула на дно. Захлебываясь и ощущая во рту противный соленый привкус, Оливер начал отчаянно барахтаться и неожиданно ударил ладонью обо что-то твердое. Деревяшка!

Схватившись за нее, он понял, что с ее помощью может держаться на поверхности воды.

На площадку, с которой он сорвался, толкаясь, протиснулись преследователи. Оливер ожидал, что они прыгнут за ним, и попытался отплыть, но с удивлением увидел, что люди Альд Аира не спешат лезть в воду. Громко ругаясь между собой, они продолжали стоять на месте.

Внезапно Оливера накрыла огромная тень. Успев в самый последний момент поднять голову, он увидел милнатора. Вдохнув в легкие как можно больше воздуха, Оливер нырнул. Гигантский коршун с карканьем, в котором отчетливо слышалось негодование, пролетел мимо и вновь набрал высоту.

Вынырнув, Оливер схватился за спасательную деревяшку и посмотрел на преследователей. Те, казалось, забыли о нем и о чем-то спорили. Через пару минут милнатор, взмахнув крыльями, полетел обратно, а трое мужчин вернулись в док.

Оливер никак не мог поверить в увиденное.

«Небось готовят ловушку».

Не желая в нее попадать, он решил переждать в море. Но скоро почувствовал, что замерзает.

Вечер окончательно сменился ночью, и стало совсем темно. Небо заволокли тучи, и через них не пробивался даже тусклый свет звезд.

«Неужели действительно ушли? — думал он. — Если бы непременно хотели поймать, давно отыскали бы лодку. Значит, махнули на меня рукой. Я свободен? Странно…»

Он осторожно, стараясь не шуметь, поплыл вдоль дока.

«Как там остальные? Как Оливия? Рэнделл? Сумели убежать? Как их теперь найти?»

Отыскав металлическую лестницу, вылез из моря и прямо на причале вылил из башмаков воду и по возможности выжал мокрую одежду.

В порту было намного светлее, чем за доком. Кругом горели масляные светильники. Озираясь по сторонам и прислушиваясь к малейшему шороху, Оливер вернулся на место, где они нарвались на Альд Аира с Захиром.

Пусто, и друзей нигде не видно. Звать побоялся, вдруг хитрый торговец на всякий случай оставил неподалеку парочку милнаторов. Немного походил, заглядывая в темные углы и узкие проходы между портовыми зданиями. Никого не встретив, вернулся обратно.

Вдруг под ногами что-то блеснуло. Нагнувшись, подобрал диадему, подаренную Оливии. Приглядевшись, заметил, что украшение сильно помято и на венце отсутствует драгоценный камень. Вначале, с обиды на произошедшее, хотел выбросить, но, передумав, сунул в карман.

Не зная, что предпринять, медленно побрел вдоль причалов. Кругом стояла тишина. Покачивались на воде одинокие суда, тенями спешили по домам заработавшиеся допоздна работники порта.

Оливер почувствовал себя одиноким. Он никогда не оставался один и не привык к такому. Всегда рядом находилась либо сестра, либо обитатели приюта, потом, когда Альд Аир продал его в рабство, он вынужден был терпеть компанию Орозия. Затем его отыскал Рэнделл. И вот сейчас Оливер в первый раз оказался один.

Странное и непонятное чувство. Оно ему сразу не понравилось.

«Где же остальные? — мучительно думал он, шагая по пустой улице. — Если убежали, то должны вернуться сюда. Не бросят же меня… Оливия не позволит. Думай… Го́рода никто из нас не знает. Значит, если все в порядке, друзья обязательно возвратятся в порт».

Некоторое время бродил, ожидая увидеть знакомые фигуры, но с каждой минутой уверенности, что они придут, становилось все меньше.

«Все-таки схватили… Тогда мне надо в Бахару, наверняка Альд Аир с Захиром теперь отправятся туда… Или? — Он вдруг вспомнил про сокровища. — Вначале они захотят плыть за сокровищами. Тогда у меня есть шанс — Стив. Надо позвать его. — С грустью взглянул на черное небо. — Он сейчас мышь, как не вовремя…»

Выработав новый план, успокоился. Когда есть надежда — и жить легче. А Оливер очень сильно надеялся, что Стив, став драконом, сумеет спасти друзей.

Несколько часов он, не зная, где остановиться, бродил по городу. Потом неожиданно вспомнил о монетах, взятых в трюме пиратского корабля. Он настолько привык к отсутствию денег, что совсем забыл о них.

До рассвета оставалось еще некоторое время, и Оливер решил немного отдохнуть, привести себя в порядок и поесть. В последний раз он ел еще прошлым утром, и полный негодования от такого положения вещей желудок постоянно напоминал о необходимости подкрепиться.

Приличная гостиница отыскалась на следующем углу. Она представляла собой высокое, в три этажа, здание из красного кирпича с большими окнами, большинство из которых сейчас скрывались за деревянными ставнями.

Он уже собирался пройти внутрь, когда услышал знакомый голос:

— Где моя карта, мальчик? А говорил, что ничего о ней не знаешь.

«Орозий!»

Вздрогнув и застыв с поднятой ногой, Оливер повернулся к колдуну.

— Почему отвар не подействовал на тебя? — скрипел старик так, что уши болели. — Следов