Book: Семь (СИ)



Ефимова Раиса


СЕМЬ


Москва

2012 г.


Глава 1


« -Ты должен терпеть боль, пока я не закончу. Я нанесу на твое тело несколько защитных символов. Они будут тебя оберегать. Столько времени…Тут старик прервался, что-то пробурчал, вышел из комнаты и снова вернулся. В руке он сжимал несколько клочков бумаги, внимательно изучая каждый по отдельности. Затем велел мальчику лечь на живот и закусить деревянную палочку».


Весенний теплый воздух, был наполнен ароматом свежескошенной травы. Лучи солнца осветили день и облагородили окружающую зелень старого обветшалого дома. Мужчина, что стоял у калитки невысокой одноэтажной постройки из крепкого дерева, не решался переступить порог, чтоб свободной, непринужденной походкой, как и прежде, ворваться в избу, сбросить с себя усталость и заняться домашними делами. Насытить брюхо свежеприготовленным ужином, пожурить своих детей и упрекнуть жену, чтоб после, искупить свой упрек ласками.

Так было шесть лет назад. Руслан надеялся вернуть все в прежнее русло, вычеркнуть годы жизни, что провел в заключении. Он всматривался в окна, пытаясь разглядеть сквозь незамысловатые шторы, стан своей супруги, и двух шаловливых деток, лица которых были запечатлены в его памяти как лица двух некрупных, но разительно отличавшихся друг от друга дочери и сына. В то время, как он оправился в последний раз на вылазку со своими приятелями, чтоб заняться не богоугодным делом, но тем самым принести в дом еды и денег, не смотря на то, что они будут отобраны у других, более сытых людей соседнего города, он видел в последний раз свою маленькую пятилетнюю дочь Анну и шестилетнего сына Павла. Дети занимали в его сердце места не более четверти. Остальное же было отдано их матери, сидящей в эту минуту в их совместной спальне, со сложенными на коленях руками и невидящими глазами. Она не ослепла, эта тридцати шести летняя женщина немного исхудала с последними месяцами, и глаз ее по сей день смотрел зорко и подмечал каждую мелочь. Но с уходом дочери в мир иной, она отрешилась от внешнего мира и перестала замечать что-либо вокруг. Сейчас ее рука потянулась к несуществующему лику дочери, к ее белокурой головке, с ясными голубыми глазами, к тоненьким ручкам, что предстали перед помутившимся рассудком матери и манили к себе. Еще секунду, одиннадцатилетняя девочка улыбалась матери, затем образ этот рассеялся, и комната снова обрела свои прежние очертания. Дарья прикоснулась к своим курчавым волосам оттенка спелой пшеницы, завела за ухо привычным движением выбившийся локон и испустив вздох, прикрыла глаза. В такие моменты слезы не выступали на глаза убитой горем женщины, но состояние апатии и угнетений, не хотели выпускать свою пленницу. Ее тело, не знавшее мужских ласк уже долгое время дышало свежестью. Последняя беда, сделала ее талию более тонкой, не смотря на выдающийся рост. Бледное лицо с правильными чертами лица, еще несколько лет назад покрывалось румянцем и с наивностью опускались веки, когда муж переступал порог, подолгу отсутствующий в своем родном доме. Он не хотел видеть свою возлюбленную жену в бедности. Его больная дочь с каждым годом становилась похожа на тень. Душа ее постепенно угасала, и ничего другого не придумал в то время Руслан, как нарушить завет и заняться воровством. Заработки в селе «Новобранцы» близ города Иваново не позволяли жить на широкую ногу, а тем более поддерживать из года в год жизнь маленькой Анны, которая с раннего детства была больна тяжелой неизлечимой болезнью. Взявшись за голову, Руслан искал выход из сложившейся ситуации, вынашивал дерзкий план несколько месяцев и вот настал день, когда он, не знавший и не умеющий ничего кроме как земельного дела, собрал своих близких на тот момент ему друзей и уехал под предлогом новой работы.

Набеги на квартиры случались не часто. После, сельские мужчины пережидали время, сбывали украденные вещи и возвращались домой. Дарья, носившая на своем лице грусть от неизбежной приближающейся беды, сделалась холодной. Ее беспокоили отсутствия мужа и появления с внушительной суммой в кармане. Но суровые, четко очерченные черты лица супруга, смягчались, и убеждали в обмане всякий раз, когда Дарья пыталась докопаться до истины. В последнюю роковую вылазку, Руслан и его приятели должны были быть пойманными блюстителями закона. Возможно, интуиция, или шестое чувство заставили Руслана быть более осмотрительным. В минуту столкновения с органами власти, Руслан постарался выручить своих друзей, за что сам был пойман и обвинен. Ни допросами, ни побоями, милиция не смогла выпытать у него имен его сообщников. Он взял всю вину на себя и тем самым его свобода, ограничилась на долгие годы за решеткой.

Мальчик сидевший все это время на крыше, и наблюдавший за отцом, которого он не забыл по истечению многих лет, спустился, отложил инструменты, чем собирался латать крышу и протягивая руку направился к Руслану. Мужчина сорока лет, высокого роста, с крепким телосложением, с темными каштановыми волосами и зелеными глазами отступил на шаг. Его смуглое лицо слегка вытянулось при виде повзрослевшего сына. Мать Руслана была татаркой. Смуглый оттенок кожи передался и ее сыну смотревшему сейчас открытым настойчивым взглядом. Черты лица двенадцатилетнего Павла напоминали черты его отца, только мать одарила его пухлыми губами и пышной копной волос.

- Ты не узнаешь меня отец?

Послышался детский голос совсем близко, от чего Руслан едва сдержавший себя в руках улыбнулся, когда услышал слово «Отец». Он и не думал, что дети его узнают. Сдерживая свои эмоции, он скрепил рукопожатием ладонь мальчика довольно рослого для своих лет и слегка наклонившись, поцеловал сына в макушку.

-Здравствуй сынок. Рад тебя видеть. Я думал, ты меня не вспомнишь…

-Ты почти не изменился, разве что морщины стали прорезать твой лоб. Мама будет рада твоему возвращению.

Дарья же, узнав о делах своего супруга в суде и в последний раз, увидев его в зале, проклинала все село, на чем свет стоит. Она знала, что он промышлял своими недобрыми делами не один, но кто бы раскрыл рта, справедливости ради, кто посмел бы лишиться мужчины в доме? Вся деревня, после того как гонимые бесом мужчины ворвались в свои дома и попрятались, узнала правду, но выдавать своих мужей и сыновей никто не решился. Больше того, они отвернулись от семьи Строевых, и всячески упрекали Руслана в том, что именно он склонил их добрых ни в чем, ни повинных мужей, отцов и сыновей заняться преступностью. Дарья сделалась в родном краю врагом всего селения, и ей пришлось нести бремя на своих женских сильных плечах. Но после смерти дочери, руки ее опустились. Обиженная на свою нелегкую судьбу, женщина закрылась в доме и перестала уделять оставшемуся сыну, предоставленному самому себе внимание. Все эти нелегкие годы, пока Аня еще была жива, Павел оберегал свою сестру, как сокровище. Подслушав под родительской дверью о грядущей беде, о том, что он может и наверняка лишиться своей маленькой сестры, мальчик перестал быть глупым ребенком. Лишившись на долгое время отца, он сделался верным помощником своего второго родителя. Все, что было в его силах, он исполнял безприкословно, дела хозяйские вошли в привычку этого робкого и застенчивого мальчугана. Сестра была его единственным близким другом. С ней он мог поделиться своими мыслями, но только теми, что не будут расстраивать и без того больную и едва улыбающуюся девочку.

Однажды он поведал ей тайну, о которой по сей день не рассказывал ни единой душе. Его сознание, разум семилетнего ребенка несколько отличался от обычных детей. Впервые осознав, каким даром обладает, Павел провел несколько часов в раздумье. Затем он ворвался в комнату своего маленького ангелочка и полушепотом выложил всю суть.

Глава 2

Случилось это впервые с Павлом на поле у реки. Он собирал свежие цветы для Анны. Отрешившись от детских забав, и посвятивший себя полностью своей семье Павел в очередной раз, был застигнут «врасплох», с охапкой цветов в руке своими сверстниками, соседскими мальчишками что призирали его. Насмешки над его поведением, посыпались на голову как град камней. Его высмеивали за то, что он как приклеенный ходил за своей сестрой, и никого к ней не подпускал. Общество Анны ограничивалось родительницей и братом, на что она и не думала жаловаться. Матери остерегались этой семьи и потому не подпускали своих девочек к хилой, бледной и тяжелобольной Анне. Брат же исполнял любые прихоти, играл с ней во все девчачьи игры, и не редко мальчика можно было застать с кусочком ткани и иголкой в руке. Он мастерил для нее кукол, а затем шил для них наряды, только бы его сестра не смела, приближаться к предметам, о которые может пораниться. Когда на ее бледном лице появлялась улыбка, он приписывал ее к своим заслугам. И кто бы мог оспорить, что это не так. Матери дома практически не бывало, она бралась за любую работу, дабы прокормить свои чада и обеспечить Анне лечение. На все остальное у нее не хватало сил. Не редко, уткнувшись в подушку лицом, она плакала, и горькие слезы катились из ее глаз до тех пор, пока небо не озарялось светом. С распухшим в этих случаях лицом, Дарья поднималась с постели, и вся ее сущность обращалась в неприступный образ ледяной королевы. Глаза, давно потерявшие блеск и веселость смотрели на все строго и беспощадно. Говорила она мало, ласкала детей редко. Та кроткая нежность, что проглядывалась в ее характере по отношению своих отпрысков, чаще выливалась в обличии недорогих игрушек, и те в основном покупались для маленькой Анны, на что сын, еще недавно игравший в солдатики, не смел обижаться. Ему же доставались молчаливые жалостливые взгляды. Мать, понимая, что отбирает детство у своего сына, но ничего не может поделать с этим, не смела, показывать свою слабость, и не смела, жалеть его. Она растила крепкого и мужественного сына, и боялась, что он пойдет по стопам отца. От этих мыслей она временами становилась хмурой и сердитой. Павел еще не знал, как его образ становится похожим на образ отца внешне, но сущность его разительно отличалась.

Так что же за тайну, пришел рассказать своей маленькой слушательнице Павел, что за поступок он совершил и совершит еще не раз. Там на берегу реки, Павел стоял как истукан, крепко сжимая в руке цветы. Со спины раздались мальчишеские голоса, и он поспешил было убраться, но не успел. Несколько ребят окружили его кольцом. Крепыш Вова, хватался за живот со смеху, потешаясь над хмурым, одиноко стоявшим в кольце Павлом.

-Цветочки пришел собрать для своей умирающей сестрицы? А что, куклам уже всем перешил одежду?

Павел побледнел при этих словах, и едва не сорвался с места, чтоб поколотить Вову. Но тот был намного крупнее в теле, и по годам старше на пару лет. Среди ребят, он был главным, и не редко подавал примеры, как хорошие что случалось очень редко, так и плохие, как и в этот раз. Мальчики не редко становились заложниками своего плохого «Я», под влиянием этого проказника, каждый норовил повторить то, что делал зачинщик драки.

- Ну что ты стоишь тут как пень, нечего сказать? Или, тебе с нами теперь не интересно? Ну конечно, у нас то что, игры только для мальчиков, а ты, по-видимому привык надевать мамины платья и вертеть в руках куклы.

При этих словах мальчишки разразились смехом и тоже похватались за животы, будто бы это была самая смешная шутка. Павел не реагировал на окружающих, и только тщетно пытался вырваться. Вова схватил его за шиворот и повалил на землю. Ему давно хотелось поколотить самоуверенного Павла, который в отличии от других ребят не искал его расположения и даже не стремился сблизиться со своими сверстниками. Несколько раз Павел пытался встать на ноги, но его снова возвращали на землю. Цветы, что с нежностью были собраны ранее, теперь валялись у ног Вовы, а тот нестерпимо прыгал на них, пытаясь как можно больше изувечить букетик.

- Ну что, девчонка, побежишь, пожалуешься папе? Ах да, я и забыл, он же сидит в тюрьме. Преступники всегда сидят в тюрьме. И твой отец один из них.

- Это не правда. Мой отец уехал работать. И скоро вернется.

-Ха-ха-ха. Разом взорвались ребята.

- Ну да, работать. Эти сказочки тебе мама рассказала. Пойди, спроси любого, все знают, что твой отец в тюрьме.

Павел впервые узнал, что его отец не уезжал в командировку, и все рассказы Дарьи оказались ложью. Она не хотела расстраивать своих детей и потому просила соседей не упоминать об инциденте, произошедшем с ее мужем. Но долго это все равно бы не могло продолжаться, потому, как язык за зубами держать могли не все. Вот и Вова однажды подслушал, как его мама перемывает косточки своей соседке и ее супругу. И ему не терпелось поделиться информацией со своими друзьями и тем, кто был ему очень ненавистен. Павел, обезумевший от злости, пихнул Вову в живот, и повалился вместе с ним на траву. Они стали кататься по земле, поочередно наваливаясь друг на друга. Крепкий Вова не упускал случая, как следует поколотить своего соперника, и в конечном итоге полностью овладел ситуацией, усевшись верхом на своем недруге. В какой-то момент в сознании Павла произошли перемены, он почувствовал силу, она наполнила его сущность, давая ощутить свое присутствие. Павел еще не знал, как управлять тем, что засело в его голове, но инстинкт не заставил долго ждать. Он завладел, полным внимаем своего соперника, поймал его насмешливый взгляд в сети своих глаз и строгим, вкрадчивым голосом сказал:

- Отпусти мои руки и слезь с меня.

Шестое чувство подсказывало ему, что его голосу будут подчиняться. Как по волшебству, Вова отпустил его и встал чуть поодаль. Ребята не сразу заметили тупой взгляд того, кто еще недавно затеял драку, но не успели они опомниться, как каждый из них стал отступать назад, не в силах противостоять своим движениям. Павел переходил от одного мальчика к другому, неустанно повторяя одни и те же слова.

- Ты, отойди назад, и ты тоже, и ты.

Когда их взгляды пересекались с глазами Павла, каждый из них забывал, кто он и где находится. В их маленьких глупых головках не было слышно ни чего, кроме повелительного тона Павла. Их разум, словно опутывал туман, они становились похожими на кукол. Никто не смел, пошевелиться или ослушаться голоса звучавшего в сознании. Павел поднялся с земли и вытер кровь с разбитой коленки. Мальчики продолжали стоять как каменные, без движений, без эмоций. Сейчас Павел мог развернуться и бежать, но вместо этого, он как будто приказал своим верным на тот момент слугам подчиняться каждому слову. Если бы кто в это время посмотрел на зеленый берег реки, то увидели они лишь глупые физиономии деток, которые в полном молчании собирают цветы. Лицо мальчика, который еще пару минут назад лежал прижатый к земле, было непроницаемым. Ни один мускул не дрожал на его лице. Его пронизывающий, незнакомый взгляд, сейчас выражал сталь. Глаза блестели новым, незнакомым ни ему, ни другим, блеском.

- Хватит и этого. Все, идите сюда и отдайте мне цветы.

Мальчики с глупыми лицами и туманными взглядами стали по одному подходить к Павлу и отдавать свой урожай. Павел прищурил глаза, крепко связал пышную копну цветов и в последний раз произнес:

- Вы будете стоять тут, пока я не скроюсь из вашего вида. Потом забудьте все, что здесь происходило.

Повернувшись, он медленным шагом направился в сторону своего дома. Когда мальчики пришли в себя, их сознание снова заработало как часики, никто и не помнил, что произошло, и как они тут очутились. Но это совсем не показалось им странным, они будто бы и не отрешались от внешнего мира, дабы подчинить свою волю повелительному голосу, о котором до тех пор никто не знал, и не узнает. Весело перескакивая через высокие кустарники растений, и распихивая друг друга в разные стороны, мальчуганы вернулись в свой двор и продолжили ребяческие игры. Только Павел, сидевший на скамье подле дома, еще долго приходил в себя. Он пытался понять, как у него получилось подчинить своими устами и глазами детский разум, заставить их делать то, что ни один из них по доброй воле не решился бы делать.

Глава 3

Вернувшись в дом, Павел стал рыться на кухне, в поисках посуды или банки, чтоб набрать в нее воды и поставить букет цветов, который он не забыл принести своей сестре. Аня сидела на кровати, хмуря золотые бровки. Завидев букетик полевых цветов, в руках Павла, Анна просияла и принялась хлопать в ладоши. До чего приятно ей было вдыхать аромат весенних цветов, и наслаждаться их красотою. Она наклонилась вперед, прикоснулась к нежным лепесткам и улыбнулась, а Павел пытался унять нарастающую дрожь, от недавних событий. Только сейчас, впиваясь глазами в сестру, мирно играющую с куклой в больницу, Павел стал осознавать происходящие с ним перемены. Еще с минуту мальчик раздумывал над своими способностями, после чего решил выложить своей сестре правду.



- Пока я рвал для тебя цветы, кое-что случилось,- начал он издалека.

Анна продолжала кутать куклу в пеленку, не отрывая глаз от своего занятия.

-Что же случилось?

- Вова снова принялся меня дразнить, и у нас завязалась драка.

Сестра посмотрела на него глазами полными сожаления и откинув одеяла приблизилась к нему. Только теперь она заметила ссадины на руках и ногах своего брата.

-Досталось тебе?

- Это не важно,- Павел сморщился от боли, когда Анюта приложила к его руке кусочек тряпочки, предварительно плюнув на нее. Она пыталась утереть кровь с его локтя.

-Я сам не знаю почему, но когда я попросил Вову отпустить меня, он это сделал. А потом я сказал, чтоб все отступили от меня и не двигались с места пока я не уйду. Они так и стояли там, на речке пока я не ушел. По дороге я оборачивался несколько раз, но они послушно ждали, не двигаясь с места.

-Значит, они тебя пожалели наконец-то. А за что ты полез в драку?

-Я не лез Анюта, они подошли, когда я сидел на траве и… Павел захлопнул рот, и через несколько секунд прибавил:

-Когда я срывал цветы для тебя. Но они ни за что не послушались бы меня, я приказал им. И они подчинились.

Аня удивленно посмотрела на брата, а тот в свою очередь встал с пола и произнес слова, брошенные им на берегу реки, таким же тоном каким были они сказаны ранее. Аня отрицательно покачала головой и прибавила:

-Если б ты действительно им так сказал, они бы тебя точно не выпустили.

Павел понял что заставить свою сестру поверить, бесполезно, но доверия она его не потеряла, а по сему было решено доказать свою правоту позднее и подкрепить это все практикой.

Прошло немало времени, прежде чем Павел снова решился испытать свои способности, но вместе с этим принести пользу своей семье. В одно морозное утро, Павел как обычно оправился в сельскую школу, где проводил по несколько часов за уроками, старательно изучая предметы. Дети неохотно общались с мальчиком, на дом которого все время обрушиваются беды. К тому же сын преступника, как правило, должен обязательно быть похожим на отца, и мало ли что можно от него ожидать. Не так открыто, но все же уверяли односельчане своих детей, не водить дружбы с замкнутым и без того повзрослевшим Павлом. Один лишь груз упал с его плеч, когда он решил выловить Вову, своего ненавистного соседа, и внушить ему, не приближаться к своей персоне. Теперь, Павел мог дышать полной грудью и позабыть насмешки в свой адрес. Прозвенел последний звонок, мальчик схватил свой потрепанный портфель, что подарил ему один из старших сыновей Григория. Гриша, в свою очередь не забывал тайком навещать супругу давнего приятеля, но только тайком, и ненадолго. Потому как жена его Алена, низкорослая розовощекая женщина сорока лет, с длинной темно-русой косой и располневшей фигурой, не желала продолжать поддерживать отношения с Дарьей, и тем более подпускать своего мужа близко к семье Строевых. Она старалась оправдать его тем, что Гриша очень мягкий и податливый человек, его не трудно склонить на темную сторону, ведь он так крепко дружил с Русланом, что готов был ради него и сам занять место за решеткой. Но вовремя одумался и вспомнил о своих шестерых сыновьях и дочерях, бедной жене и ее больной матери. Григорий частенько получал выговоры, если его замечали у калитки несчастливого дома, но это не мешало ему, хотя бы раз в месяц заглядывать к бедной Дарье и ее детям, пронести ночью мешок с кормом для домашнего скота, или всучить детям немного денег на сладости. Даша поначалу не принимала от него никаких даров, но со временем, она смягчилась и благодарила соседа за его доброту. Отношения между ними оставались исключительно дружескими, не смотря на то, что в молодости, Дарья своей красотой сводила с ума немало мужчин, в том числе и Гришу, пока Руслан не окольцевал ее. Григорий приходил к ним в гости, просиживал не более четверти часа, удостоверившись, что семья не голодает, затем спрашивал про Руслана, а после покидал сей дом с облегченным сердцем и ноющей совестью. Павел очень радовался приходам Григория, ведь ему не хватало отца, а тот хоть не долго, но проявлял к сыну Руслана отеческую заботу и не редко наставлял в том или ином хозяйском деле.

По дороге со школы Павел встретил Григория, и попросил взять его с собой в город. Мама его осталась сегодня дома, с Анной, которой в очередной раз нездоровилось.

- Ну, садись, только назад тебе придется идти самому, я задержусь там до вечера,- отвечал Гриша, крепко держа в руках вожжи и постегивая свою кобылку. Павел уселся подле своего соседа, и мужчины тронулись в путь. Город находился в нескольких километрах от села, Павлу это совсем не мешало преодолевать весь путь своими ногами. Он не редко ходил в город, если мать отправляла его за теми или иными лекарствами и всякой утварью для дома. Речка в зимнее время полностью замерзала, и это был прекрасный повод сократить путь.

Когда село вместе с его полями остались позади, Гриша поинтересовался делами в доме, здоровьем сестры и матери. Павел отвечал очень охотно, и зачатую был рад поддержать беседу, даже если речь шла о непонятном ему гончарном или кузнечном деле.

-Тттрррббб, произнес Гриша одними губами и лошадь остановилась.

Павел соскочил с места, поплотнее закутался в куртку, и поблагодарив наездника оправился за покупками. Он несколько месяцев копил деньги, что редко перепадали ему от мамы и Григория. С этих денег он намеревался приобрести для сестры куклу, о которой она очень мечтала. Обойдя несколько магазинов с детскими игрушками, Павел убедился, что денег у него совсем не много, а кукла что очень приглянулась его взору, стоит в два раза больше тех денег, что у него имелись.

На краю рыночной улицы, оставался последний приют детских забав, и Павел направился именно в него. Вывеска гласила «Детский магазин игрушек Аленка». Мальчик отворил своими детскими замерзшими руками стеклянную дверь, вошел в теплое помещение и стал медленно бродить по рядам с товарами. Несколько женщин раскладывали новые поступления. На кассе заседала крупная блондинистая женщина, с подобранными и сильно зачесанными наверх волосами. Она ежечасно смотрелась в зеркало, поправляла свой макияж, обновляла на губах и без того ярко-красных помаду и припудривала щеки. Не редко поглядывая на часы, потому как ее ножки все сильней спешили покинуть рабочее место. Павел посмотрел на прилавок, где восседала большеглазая кукла с длинными, заколотыми бантом светлыми волосами. На ней было нарядное розовое платье, и башмачки из мягкой ткани. Снизу цена гласила о стоимости этого изделия. Павел снял куклу с прилавка, повертел ее в руках и трясущимися ногами пошел на кассу.

Женщина завидела мальчика, аккуратно держащего куклу подмышкой. Его руки пытались сосчитать деньги, которых ни как не хватало на покупку. Ноги немного тряслись, будто он собирался, укрась игрушку. Павел еще раз посмотрел на ряд с увлекательными, горяче любимыми солдатиками и машинками, отвернулся с кислой миной от соблазна и приподнявшись на цыпочках положил на стойку продавщицы куклу и горстку денег. Мысленно, он пытался уверить себя в неправедности поступка, но представив себе счастливое лицо Анны, глаза полные восхищения… Это видение придало ему мужества, и он решился.

Кассирша пересчитала деньги и нахмурив брови потянулась за куклой. Когда детская мальчишеская рука ухватилась за ее рукав, женщина вскинула подбородок и посмотрела на мальчугана. Этого было достаточно, чтоб почувствовать, как детский голос проникает в ее сознание:

-Этих денег хватит заплатить за куклу. Вы в этом уверенны.

Лицо ее вытянулось, взгляд потерял свой блеск, и затуманился. Она повторила за мальчиком слово в слово, затем взяла деньги и положила их в кассу. Позже, Павел переходил улицу с чуть большей поспешностью, чем ему хотелось, а в трясущихся руках он придерживал коробку, в которой лежала прекрасная игрушка, толкнувшая его на столь неосмотрительный шаг. Но дело было сделано и он, не думая более о своем поступке, пустился в долгий морозный путь.

Глава 4.

За этот поступок, казалось бы, не замеченный посторонними людьми, принесший столько радости Анне, Павел поплатился сполна. Мальчик просил свою сестру не показывать его подарок матери, и как не старалась Анна, все же мама нашла игрушку.

- Откуда это у тебя?

Дарья выхватила из рук больной девочки подарок брата. Девочка не хотела, чтоб у нее отняли новое сокровище, и сказала правду.

- Паша подарил мне ее. Он ее не украл, вот посмотри,- выкрикнула девочка, поспешно доставая из-под кровати коробку.

Мать уставилась на дрожащие руки дочери, не веря своим глазам. Неужели ее сын пошел по стопам отца, уже в таком юном возрасте. Она издала стон, бросила куклу и вышла из дома в поисках сына. Павел запомнил этот день надолго. Так сильно ему еще не приходилось испытывать на себе гнев родной матери. Она привела его домой, и выпорола так сильно, что мальчик еще долгое время скулил в детской комнате, а сестра утешала его всеми силами. Дарья не поверила ему, когда он рассказал ей о своих способностях. На все его оправдания она кричала как дикая кошка и била до тех пор, пока терпение ее не лопнуло. С последним шлепком, она накрыло лицо руками, и горько заплакала. Сын успел унести ноги и спрятаться в комнате у своей сестры. После этого случая Павел старался не попадаться на глаза матери и тем более не «воровать» как высказалась мама. Ему было больно слышать, правду об отце, хотя он ее итак знал. Но Дарья, в порыве гнева так бранила отца за его поступок, что Павел понял, насколько неправильным было то, что он сделал.

С того дня, как он последний раз пользовался своими чарами прошло много времени. До дня кончины Анны, он всеми силами старался быть примерным сыном и ни в коем случае не расстраивать мать. Но пришло время и ему снова пришлось испытать свой дар, во благо теперь уже Дарьи с расстроенными нервами. Мать никак не хотела мириться со смертью дочери. Что чувствовал Павел, когда единственный близкий сердцу человек оставил его, трудно описать. В ней заключался смысл его жизни. Ее он старался оберегать, ради нее, отказывал себе во всем, даже во времени. Ее постель, последние недели он ревностно охранял и днем и ночью. Сердце разделилось надвое, и половину он схоронил вместе с сестрой. Она ушла из жизни так тихо, что даже Павел не заметил ее последнего вздоха. Тоненькие ручки в новом нежно-розовом платьице сжимали ту самую куклу, которую он подарил.

Дарья отказывалась признавать реальность и жить дальше. Брошенный всеми мальчик, с раздавленными чувствами и притупившей болью в его юношеской груди теперь не знал, куда деть себя, с кем поговорить. Как пробудить женщину, постоянно сидящую в комнате, которая отказывается, есть и пить. У него был только один способ повлиять на Дарью, и он попытался сделать это. Приготовив скромный ужин, Павел взгромоздил обед на поднос, и понес матери. Она едва ли заметила присутствие сына, и даже не взглянула в его сторону. Тогда Павел аккуратно пошел к матери, обхватил ее лицо обеими руками и повелел съесть все, что он принес. Разум убитой горем женщины едва откликался на детский голосок, но все же она подчинилась и принялась за еду. Только усилием своего дара, Павел поддерживал в Дарье жизнь, и как ему не было противно, как не желал он повелевать ею, все же любовь к матери и ее ласкам заставляла его делать это изо дня в день…

Руслан сел на скамью у дома, опустил голову и не проронил ни слова. Прикрыв глаза, мужчина выслушал сына с большим терпением. Павел в свою очередь был рад возвращению папы. Потому как надеялся, что он сможет вернуть ее к жизни и сделать так, чтобы она снова улыбалась.

- Отведи меня к ней,- сказал Руслан, и медленным шагом последовал за Павлом. Путь до комнаты, в которой заточилась его дорогая супруга, был коротким, но Руслан не торопился преодолевать его. Он внимательно осматривал избу, в которой за время его отсутствия произошло много изменений. Стены потемнели, местами были видны разводы от обильных дождей и прохудалой крыши. Старая мебель, оставалась на местах, но большую часть ее, Дарья продала в первый неурожайный год. Зима эта показалась семье Строевых бесконечной. Затем они постепенно стали приспосабливаться и привыкать к одному источнику доходов, и жить тем, что заработает Дарья. Руслан остановился у входа в детскую, затем нерешительно заглянул внутрь.

- Стало быть, Анны больше нет с нами?

- Так и есть отец.

-Как мама перенесла это горе?

- Она все время молчала, и до сих пор не пролила не слезинки. Мне кажется, она не понимает что случилось, или не хочет понимать,- ответил сын, и тихонько выпихнув отца, прикрыл дверь. Он не хотел, что бы Руслан, что-либо трогал из вещей Анны. Слишком ревностно мальчик относился к умершей сестре и всему, что касалось ее. Отец заметил на лице мальчика нотки нетерпения и позволил увести себя. Павел хотел было ворваться в комнату родителей и сообщить матери о неожиданном госте, но Руслан задержал его руку, уже потянувшуюся к ручке двери.

- Спасибо сынок, дальше я сам.

Дверь тихонько отварилась, и в комнату упала тень высокого темноволосого мужчины, с изумрудными глазами, заостренными чертами исхудалого лица и начисто выбритым подбородком. Дарья подняла глаза, увидев в дверях своего мужа, она вскрикнула, затем подбежала к Руслану, и крепко вцепившись в его шею, стала плакать. Руслан прикрыл за собой дверь и обнял ее обеими руками.

Глава 5

С тех пор как вернулся Руслан, в доме воцарился порядок. Дом преображался на глазах, Дарья, выплакав все слезы, скопившиеся в ее душе, стала понемногу приходить в себя и даже разговаривать с сыном. Павел в свою очередь нелегко откликался на ее ласки. Он как будто продолжал жить прежней жизнью, все так же ходил в школу, помогал отцу по хозяйству, но круг общения его не расширился, и никого близко Павел старался к себе не подпускать. Он часами просиживал в комнате Анны, убегал в поле, чтоб побыть одному и не редко плакал по усопшей. Даша старалась не замечать замкнутости сына, ее внимание было отдано отцу. Руслан еще некоторое время наслаждался жизнью и своей семьей, но это все скоро ему надоело. Они еще не подозревали, что глава семейства вернется совсем другим человеком. Размеренная жизнь, какую они вели, более не приносила радости, и Руслан стал раздумывать над переездом и новыми границами. Но все шло своим чередом, пока не наступил день осуществить свои планы и желания.

Случилось это в канун нового 1991 года. Наряженная в игрушки и гирлянды Елка, стояла в углу гостиной комнаты, под ней скромные подарки и фигурки Деда мороза со Снегурочкой. С возвращением Руслана, Григорий, старый верный товарищ семьи Строевых стал чаще наведываться в их дом, не смотря на уговоры жены. Его вески уже заметно посерели, вокруг рта пролегли складки. Голубые глаза смотрелись немного печально на круглом лице с тонкими губами и великоватым носом, чуть поддернутым к верху. Фигура Гриши больше походила на грушу, невысокий рост, округлый живот, крепкие руки и ноги, завершали образ. Сегодня он пришел поздравить своих соседей с праздником и подарить Павлу саморучно выструганную саблю, выкрашенную в серую и красную у основания ручки краску. Павел вежливо поблагодарил Гришу, отнес в комнату свой подарок и принялся уплетать сладости. В целом, Новый год семья встретила благоприятно. Подарки были вручены в полночь, после часу ночи к ним снова вернулся их верный друг Григорий и веселье среди мужчин продолжилось. Дарья уложила сына в постель и сама отправилась на «боковую». Так как Павлу совсем не хотелось спать, он выждал какое-то время, а после, встал с постели оделся и присоединился к отцу.

Мужчины изрядно выпили, и Руслан разрешил сыну остаться. Ему на ум пришел случай, о котором Дарья рассказала мужу.

- Мама рассказала мне,- начал отец сердитым голосом, - что ты сделал Анне очень дорогой подарок. Она давно просила поговорить с тобой и пресечь это на корню.

Павел принял вызов отца и внимательно выслушал тираду о том, что воровать это плохо и ни к чему хорошему такое поведение не приводит. Мальчик немного покраснел, отвернул в сторону лицо, и уперев взгляд в пол ответил:

- Мама, вероятно не сказала тебе, что я заплатил за нее примерно пол цены.

- Хочешь сказать, тебе продали куклу за меньшую стоимость?

Павел поднял лицо и посмотрел отцу прямо в глаза.

- Им пришлось продать. Я так захотел.

Отец в недоумении уставился на своего двенадцатилетнего сына. Его брови стали медленно ползти вверх.

- Я не понимаю тебя.

Павел встал со стула и сложил руки на груди. Он бы рассказал отцу о своих умениях, но отец не захочет ему поверить.

- Расскажешь ты мне правду сын или нет?- Потребовал отец.



- Ты не поверишь. Мама не поверила и ты…

- Говори за себя.

- Я не…знаю, как это объяснить. Я просто чувствую свою силу, и когда…Я хочу сказать, что могу заставить человека. Могу повелевать им.

Отец с еще большим недоумением уставился на сына и покачал головой.

- Я покажу тебе.

Во время этого разговора Гриша выходил на мороз, освежиться и немного развеять похмелье. Когда он вернулся, две пары глаз, безмолвно уставились на него.

- Что вы на меня так смотрите, будто перед вами заблудшая овечка, а не человек.

Он прошел вглубь кухонной комнаты и присел на стул.

- Говори отец, что бы такого заставить сделать дядю Гришу, чтоб ты мне поверил.

Руслан с хитрой ухмылкой на лице принялся думать. Он был уверен, что мальчик придумал себе какие-либо способности, но решил играть комедию до конца. Григорий в это время наполнил стоящие на столе рюмки до краев.

- А запрети ты ему пить.

-Еще чего, - раздался грубый насмешливый голос Гриши.

- Хорошо,- ответил сын и попросил Гришу уделить немного внимания.

Гриша перевел свой взгляд от алкогольного напитка, что вот-вот готов был расплескаться в его нестерпимой руке и посмотрел на Павла. Когда его и без того затуманенный взор попал под влияние детских, зорких зеленых глаз, в комнате раздался совсем не просительный голос. Он повелевал, и Гриша поневоле готов был подчиниться. Он поставил рюмку на стол, и сложил руки на коленях. Руслан рассмеялся своим грубым голосом, и похлопал сына по спине.

- Ты смотри, он натурально тебя послушался. Ну, Григорий, решил подыграть своему маленькому другу?

- Не отвечай,- приказал Павел, и Гриша не издал не единого стона.

Руслан снова рассмеялся и опрокинул рюмку с мутной жидкостью в рот, думая, что его друг последует примеру.

Прошла минута, затем другая, третья, Гриша сидел на своем месте, рука его не дрогнула, когда он смотрел на Руслана, уста все также хранили молчание.

- Да хватит тебе. Пей уже, а то стынет,- Руслан подал другу рюмку, но тот ни как не реагировал.

Отец мальчика наполнил и опрокинул еще одну рюмку. Григорий продолжал изображать гипсовую статую.

- И долго ты собираешься ему подыгрывать?

За Григория ответил Павел.

- Он и не подыгрывает. Я же говорил, что умею подчинять себе волю людей.

Руслан принял сердитое выражение лица, этот спектакль затягивался, и ему не хотелось строить из себя такого же дурака и подыгрывать сыну.

- Ты ему еще раздеться прикажи и на улицу выйти. Пусть песни наши местные кричит во все горло.

Мальчик прищелкнул языком, и окликнув Гришу стал повелевать исполнить все, что сказал отец. Гриша покорно встал, и начал снимать с себя одежду. Когда на нем не осталось и нижнего белья, сосед вышел на улицу и громко затянул мелодию.

- Гриша! Всех соседей перепугаешь, заткнись ты!

Гриша не обращал на него внимания, и продолжал кричать во все горло незатейливый куплет. Руслан выругался. Ни тумаки его, ни силы не смогли заставить Гришу замолчать. Павел наблюдал эту картину молча, пока в конец отец не попросил его заткнуть глотку «пьяному идиоту». Мальчик сделал несколько шагов по сугробу, и велел Григорию замолчать. Затем он приказал ему вернуться в дом, одеться и забыть все. Когда воля его была исполнена, Гриша, не помня себя, выпил рюмку самогона.

- На улице дикий холод, пока вышел освежиться задубел с ног до головы.

- Еще бы не задубеть,- смеялся его друг, - «голым» петь песни, на морозе.

- Насчет песен не знаю, я бы не решился петь, голоса у меня нет, а голым так и подавно меня из избы не вытолкаешь.

- Да перестань! – Разозлился Руслан, ты же только что выходил на улицу, в чем мать родила, и распевал «Малинку» что было сил.

- Ха-ха-ха, скажешь тоже. Это у тебя что, галлюцинации начались. Ты это, не пей больше, гляди, скоро сама госпожа «белочка» придет, на столе выплясывать румбу начнет.

Руслан понял, что цирк этот не прекратиться, а посему решил не спорить с сыном и другом, вздумавшим подшутить над ним.

- Павел иди спать, уже поздно,- отец посмотрел на него сердитым недружелюбным взглядом.

-А нам с тобой еще многое нужно сказать друг другу.

Так закончилось показательное представление. Павел вышел из-за стола расстроенный, ему не удалось доказать отцу свою правду, и мало того накликал на себя его гнев. Из кухни еще некоторое время раздавались мужские голоса, затем сон, стал медленно обволакивать сознание, и Павлу приснилась его сестра. Так, по крайней мере, он думал…

Глава 6

Руслан еще долго не мог уснуть, ворочаясь из стороны в сторону. Они с Гришей чуть не разругались на почве забавного представления, в котором Гриша, принимая участия, всячески отрицал свои действия. Когда отец Павла выпроводил гостя и нырнул в теплую постель, его сомнения в том, что Гриша нарочно подыгрывал Павлу стали развеиваться. Но Руслан продолжал всячески отрицать талант сына. И по сему, он решил забыть эту ночь. Но как бы Руслан не пытался забыться, на утро все же подумывал привести своего сына в чувства и выбить из его головы эту «дурь», доказав на деле, что ни какими сверх-способностями мальчик не обладает. Того гляди еще и разум повредит, придумывая себе что попало.

- Сынок, обратился он к Павлу, когда тот по велению матери копался в грядках. Павел бросил тяпку и направился к отцу.

- Ты все еще веришь, в свой придуманный дар, в свой талант внушать людям то, что тебе хочется?

- Я не верю, отец, я обладаю такими способностями.

Руслан выругался, и заметив приближающуюся жену широко улыбнулся. Дарья, по-видимому была не в духе, потому как рявкнула на сына, который испачкал постиранное белье, случайно задев простынь грязной рукой.

- В следующий раз, заставлю тебя стирать все вещи, вот тогда посмотрим, как уважаешь ты чужой труд,- сказала мать, и направилась в дом.

Тут муж схватил ее за руку и попросил задержаться.

- Чего тебе?

Дарья оказалось очень рассерженной, она получила выговор на работе и не хотела мириться с тем, что ее несправедливо журят.

- Милая, - обратился Руслан к супруге, не могла бы ты изобразить курицу?

Павел хихикнул, но мать окинула его таким грозным взглядом, что ему пришлось откашляться и замолчать.

- А страуса тебе не изобразить, - сказала она ехидно мужу и вырвала свою руку, продолжая путь.

Руслан сделал знак сыну, на что тот отрицательно покачал головой.

- Ну теперь все ясно, разыграли меня все же вы с Гришей.

Сын неодобрительно посмотрел на отца, затем поспешил окликнуть мать. Когда Дарья остановилась, и выкрикнула «теперь то что?», Павел завладел ее вниманием и ласково, но настойчиво попросил:

- Папа хочет посмотреть, как ты изображаешь курочку, будь любезна, изобрази.

В следующее мгновение, Дарья вся преобразилась, ее стеклянный взгляд упал на супруга, она заложила руки подмышки и стала кудахтать. Так продолжалось несколько минут, пока Руслан не пришел в себя от увиденного. Он приблизился к своей жене, и заметил на ее лице отрешенный взгляд. Такие же глаза были у Григория, прошлой ночью.

Павел заметил, как лицо Руслана переменилось. Теперь он, недоумевая, смотрел то на жену, все еще кудахчущую по двору, то на сына, который в этот момент прислонился к стене дома и жевал во рту травинку с самодовольной гримасой на лице.

- Она не остановится, пока ты не попросишь об этом? - Спросил растерявшийся отец.

- Так и есть.

Руслан снова замолчал, его глаза продолжали наблюдать как жена, несколько минут назад готовая откусить голову первому встречному, теперь спокойно ходит по двору и не смущаясь, изображает птицу.

- Мама, услышал он голос своего сына, - перестань, и забудь о том, что я просил тебя.

Затем мальчик повернулся к отцу и добавил:

- Не проси меня больше делать это с мамой.

Дарья пришла в сознание, сверкнула злыми глазами на сына и вошла в дом. Павел отправился копать грядки, а Руслан все еще сидел и пытался уяснить для себя произошедшее…

Позднее, тем же днем, Павел перед сном попрощался с родителями, и скрылся в детской. Отец в этот день очень мало говорил, Даша, приготовив ужин, провела остаток вечера за швейной машинкой, в трудах над новым сарафаном. Руслан лихорадочно мыслил, пытаясь придумать применение таланту сына. Его глаза горели недобрым огнем, а в голове рождались все новые и новые мысли.

Павел уселся на свою кровать и стянув с себя брюки улегся в постель. Сон никак не приходил, и потому было решено подумать об Анне. Он стал старательно вглядываться в постель, на которой некоторое время тому назад покоилось ее бездыханное тело. Ему хотелось представить ее образ, поговорить с ней о переменах, произошедших в матери. Как была бы рада Анна, подумал он, увидев нашу маму теперь. Несмотря на скверное настроение, Дарья все же выглядела более счастливой, нежели в те времена, когда ей приходилось самой заботиться детях и о доме.

- Ты бы видела, как наша мама натурально может изобразить курицу,- сказал он вслух, представив себе Аню, сидящую на кровати в белом легком платьице, которого у нее никогда не было, и сам удивился. Как ему удалось так четко представить себе образ сестры, и наряд, которого он никогда не видел.

- Я видела, - раздался тоненький голосок девочки. Она подперла рукой подбородок и широко улыбнулась. Ее силуэт стал более четким, светлые волосы спускались по самые локти, а глаза излучали теплую синеву. В следующее мгновение, легкая как перышко, Анна спустилась с кровати и приблизилась к онемевшему мальчику.

- Сейчас ты скажешь, что сошел с ума.

-Я сошел сума, - почти автоматически прошептал мальчик и моргнул несколько раз.

Анна нахмурила свои золотые бровки, как делала это раньше и отвернувшись промолвила:

- Вижу ты еще не готов разговаривать со мной.

С последними словами образ ее стал рассеиваться, и девочка совсем исчезла. Павел провел рукой по лицу и еще с минуту просидел в полном недоумении. Через некоторое время, он забылся сном. Наутро, мальчик не мог понять, снилось ему это, или было на самом деле. Времени, осознать произошедшее у него не было, так как отец велел ему снарядиться в дорогу. Они отправятся в город, к одному из приятелей Руслана.

-Но мама не должна об этом знать. Я хочу проверить на нем твои способности.

Руслан посмотрел на сына, который взвешивал слова папы, и прибавил:

- Если ты действительно так хорош как я думаю, то скоро мы заживем новой жизнью.

И они зажили.

Глава 7

Семья Строевых через год переехала жить в столицу, в свой новый большой дом, в центре города. Руслан добился в своем родном краю высокого положения, но только как «вора в законе». Благодаря способностям сына, Руслан смог подчинить своему влиянию все бандитские группировки, но этого ему показалось мало, и он решил перебраться в столицу, что бы и там править в своем преступном мире. Дарья все поняла еще тогда, когда они уехали из села в город Иваново. Дом по всем правилам был оформлен на имя мужа. Но разница в образе жизни, заставила ее молча следовать за своим супругом. Ей прельщали дорогие вещи, золотые украшения, которыми супруг так щедро одаривал свою любимую жену. Расставленная по всему дому дорогая мебель и посуда. Курортные поездки и высококлассные отели, все это затуманило и стерло прошлое, в котором ей приходилось работать по шестнадцать часов в день и просиживать ночами у постели больной дочери. Уверенность в завтрашнем дне, вседоступность и благосостояние, о чем она не смела мечтать, заставили ее смириться с тем, что ее муж занимается отнюдь не добрыми делами. Павел учился в самой лучшей школе, занимался плаванием и радовал мать, честно заработанными медалями и грамотами. Его высокий рост и крепкое телосложение положили хорошее начало в спортивной карьере. О делах отца он никогда не рассказывал. Когда Руслан просил сына проехаться с ним, тот молча, следовал за предком и выполнял его прихоти. На вопрос хорошо это или плохо, Руслан отвечал однозначно.

-Я делаю это ради тебя и матери. Если я оставлю свое дело, другой придет на мое место и продолжит то же самое. Как было до меня и как будет после. Но пока, я хочу, чтоб ты хорошо учился, и наша мама никогда больше не прогибала спину. Если ты не рад, видеть, как она улыбается, я могу оставить все, и мы вернемся в свой старый дом. Откажемся от благ, которые у нас есть, и продолжим жалкое существование. Пока я сидел в тюрьме, понял одну вещь. Жизнь дается только раз, и нужно прожить ее так, чтоб не жалеть ни о чем после.

После этого кроткого разговора, чета Строевых в составе отца и сына поехала на очередную «стрелку». Не было ни драк, ни перестрелок, ни кровопролитий. Все случалось по обоюдному согласию. Руслан представлял своего сына, в следующее мгновение, разум стоявших напротив юноши, высоких здоровых мужчин окутывал туман, они внимали его голосу, и власть переходила к его отцу. Преступный мир в этом участке России стал гуманнее. Но аппетит Руслана рос, ему хотелось больше власти, больше денег. Они перебрались в Москву, и через некоторое время у Павла от пресыщенной всеми благами жизни стало очень тяжело на душе. Правильно ли он поступает, исполняя веления отца? Подчиняясь его слову целиком и полностью, точно так же, как подчиняет людей он, молодых и старых, богатых и бедных. Все властвующий Руслан так высоко взлетел, что падать, теперь становилось не только больно. Страх овладевал его сущностью, когда он оборачивался себе в след, дорога усыпанная деньгами и почестями, славой и могуществом преступного мира застилала путь, мягким, шелковым ковром. Стоит ему оступиться, как нога его тот час же погрязнет в болоте. И болото это будет беспощадно затягивать его в глубины свои до тех пор, пока не скроется он в вязкой трясине с головой.

В одну из таких минут, когда Строев Руслан предавался страхам, скрывшись в своем логово, сын ворвался в его кабинет, и попросил прекратить все это. Ребенок долгое время был предоставлен самому себе. Его детские глаза устали зреть людей населявший дом семьи. Они толпами бродили по коридорам двухэтажного особняка, убранство которого напоминало ложе королевских особ. Светлые широкие окна, хоть и пропускали большое количество света, но каждое из них было обделано металлической решеткой. Двери закрывались на несколько замков. Оружие, можно было найти практически в любой комнате дома. Казалось, Руслан даже спать ложился, предварительно заложив пистолет под подушку.

И вот он сидит, с потемневшими глазами, поникшими плечами и лицом, которое очень редко поднимает к солнцу, чтоб засвидетельствовать блеск природного сияния, и слышит самые страшные слова в своей жизни.

- Я не хочу больше делать этого отец. Они повсюду, ходят, словно живые куклы. Тебя часто не бывает, мама все время летает в облаках и думает только о том, как она выглядит и с кем ей хочется встретиться. А еще…

Отец, словно ужаленный подскочил с места и схватившись за голову стал расхаживать взад и вперед. Он не дал своему сыну закончить. Его глаза выражали неподдельный ужас, когда он представил, что же будет, если все эти люди, безприкасловно подчиняющиеся ему, проснуться.

-Паша, о чем ты меня просишь? Я связан по рукам и ногам. Этот рай был сотворен нашими общими усилиями.

- Да, но папа, я делал так, как ты мне велел,- изумился юноша.

Руслан, понял, что обвинил сына в своих грехах, и страх его свелся к минимуму.

- Я слишком погряз в этом деле. Если все рухнет в одночасье, меня не станет. Ты не думаешь, что потеряв власть, я потеряю контроль над всеми этими людьми. Меня захочет убить всякий, кто не по доброй воле перешел под мое покровительство. И бегством мы уже не спасемся. Подумай над этим сынок, прежде чем рушить карточную пирамиду. Ты в одночасье лишишься отца. Любишь ли ты меня? Готов ли отдать мое тело на растерзание людям, не знавшим прежде пощады? Сейчас они мирно спят, но стоим им проснуться, и мое тело будет насквозь пробито отверстиями от пуль.

Руслан уяснил все, что сказал отец, но его одолевали совсем другие страхи. Ни бандиты в малиновых пиджаках, что стаями ходили за ним и его отцом, ни оружие, раскиданное по всем сейфам, не пугали его так, как «бесы» приходящие ночью во время сна. Если бы его родители открыли глаза и посмотрели, что творится с их ребенком, они бы поняли что дар, которым мальчик обладает, приносит ему и его семье не только свет. Хотя перед ними открываются все двери, в душе Павла творится хаос. Каждую ночь, он ждет их появления. Все меньше спит и больше сидит в потемках, одолеваемый тревогой.

Глава 8

-Ваш сын, засыпает на уроках и забросил секцию плавания. Мы возлагали на него большие надежды, он первый среди сверстников, он возглавляет нашу сборную по плаванию. Знаете, что он мне недавно сказал,- возмутилась директриса школы, - «я больше не буду посещать секцию плавания». – Как это понимать?

Дарья выслушивала директора с глубоким интересом. Непонимание, усиливалось с каждой минутой.

- Но дорогая Лариса Николаевна, я не имела понятия. Он не рассказывает мне о своей учебе, и так как мальчик уже взрослый, я думала, он самостоятелен и нет нужды проверять его дневник. Но я все-таки заглянула разок другой…

- Оценки его всегда высоки,- перебила ее нетерпеливая руководительница, но он не проявляет интереса ни к учебе, ни к спорту. Прошу Вас, повлияйте на его поведение. Он нужен нам, он подавал пример остальным.

- Да, Вы правы, я тот час же расспрошу его обо всем и выясню причину столь неудовлетворительного поведения.

На этой ноте разговор их подошел к концу, и Дарья, сбросив с себя всякий лоск, направилась в комнату сына.

Павел сидел на углу кровати разговаривая сам с собой. Так бы показалось всякому, завидевшему юношу в это мгновенье. Но только взору мальчика был предоставлен собеседник, охотно отвечающий на его вопросы. Девочка, все в том же белом платье, со светлыми локонами и круглыми голубыми глазами сидела на противоположном краю кровати, подпирая рукой подбородок. Ее глаза блестели, улыбка искрилась и наполняла сердце брата сестринской любовью.

- Ты думаешь, я не ходил к нему?- Раздался спокойный, с оттенком грусти голос Павла.

- Он сказал, что его убьют. А я не хочу его смерти Аня, не хочу видеть, как наша мама угасает. Я через это прошел, после твоего ухода. Ты видела, ты знаешь. Она сидела днями и ночами в своей комнате в тишине, словно каменная. Отец вернул ее к жизни, устелил ей весь мир к ногам. Она теперь другая. Слабая, легкомысленная, избалованная. И это я говорю о своей матери?

Мальчик еще сильней нахмурил брови. Ему показалось, теперь в этой семье он единственный человек, кто видит мир в реальности. Кто еще помнит прошлую жизнь со всеми ее трудностями и невзгодами. Аня не успела ответить так, как в этот момент в комнату его ворвалась рассерженная мать, как это было в тот день, когда он заставил ее изображать курицу.

- Как это понимать Павел?- Спросила она, уперев руки в бока. Ты бросил спорт, спишь на уроках, будто в доме ты совсем не высыпаешься, грубишь директору? Это что же протест? Ты решил, что теперь мы богаты, и ты можешь бездельничать?

Павел посмотрел на свою сестру, которая в этот момент стояла подле матери, окидывая ее недобрым взглядом.

- Я исправно учусь. Остальное ее не должно заботить,- ответил мальчик через некоторое время.

- Но меня это очень даже заботит, я твоя мать, и я хочу гордиться своим сыном.

Павел встал с кровати, и угрожающе посмотрел на мать, его глаза заблестели недобрым блеском, но Аня отрицательно покачала головой и сказала:

- Ты должен рассказать ей о них.

Павел хотел сказать, что мама не поверит ему, как это было в тот единственный раз, когда она избила его за украденную куклу.

- Мама, признайся, ты перестала замечать меня с тех пор, как мы переехали в Москву. Тебя не интересовала моя учеба, мои достижения, медали, грамоты. Ты пришла заняться своими прямыми обязанностями только сейчас, начать меня воспитывать, когда мне минуло четырнадцать лет, а до этого ты не пошевелила и пальцем, чтоб я не чувствовал себя брошенным. Поздно мама. До смерти Анны ты все время работала, и у тебя не хватало времени на своих детей, теперь ты все время в разъездах, ровно, как и отец. Вы ни разу не спросили меня, нравится ли мне все это?

Он обвел комнату рукой, чтоб показать ее просторы, дорогую мебель и технику.

- Меня переводили из школы в школу, у меня никогда не было настоящих друзей, потому что одни мне завидовали, другие готовы на все, ради того чтоб я уделял им свое внимание. Отец и его слава шагают впереди меня. Я более не личность.

Даша стояла по среди комнаты, словно пораженная громом. Ей было неприятно выслушивать упреки от своего сына и вместе с этим, чувствовать себя повинной во всех грехах.

- Ты всегда был самостоятельным ребенком,- начала она, заикаясь, - после нашей бедности… Ты должен радоваться, что мы не голодаем, и не сводим концы с концами. Если ты хочешь, я могу отменить свою поездку в Италию, но ты же понимаешь, я не хотела отрывать тебя от учебы, и по тому ни беру тебя в путешествия. Разве я настолько отдалилась от своего мальчика, что он готов сделать из меня своего врага? Я не хочу, чтоб ты думал о нас с отцом плохо, мы ведь оградили тебя от всех бед…

-Не от всех,- начал, было, Павел, но тут же смолк.

Дарья в расстроенных чувствах уселась на кровать и закрыла лицо руками. Павел увидел, как Анна пытается приласкать мать, но ее ласки не достигнут ее плоти, мама не ощутит тепло ее рук на своих плечах, потому как Анна только призрак, и многое из того, что она сейчас хотела бы сделать или сказать может только он. И посему было решено простить свою слезливую мать, которая еще недавно слыла «стойким оловянным солдатиком», «неприступной горой». Он присел с нею рядом, отвел руки от лица и стал утешать ее, поглаживая перекрашенные в белый цвет кудри.

- Не огорчайся мама, я только хотел знать что ты, по-прежнему любишь меня.

Дарья крепко обняла своего сына и поцеловала в макушку. Она выслушала не все, о чем хотел рассказать ей сын, но и этого было достаточно, чтоб придти в себя, и вспомнить о своих материнских обязанностях. Когда глаза ее иссохли, она улыбнулась и сказала:

- Я хочу, чтоб ты не переставал ходить в секцию, мы с отцом очень гордимся твоими достижениями. Может быть, ты станешь великим спортсменом, и нам будет, чем похвастаться перед честными людьми.

Павел ничего не ответил на эту просьбу, и прикрыв за матерью дверь снова уставился в большие синие глаза.

- Ты сама все видела, она не услышит меня, даже если я буду кричать на весь мир…

Глава 9

Павел, как и обещал, матери снова занялся спортом, но теперь ему было нелегко скрывать на своем теле мелкие порезы и многочисленные синяки. Его гибкое тело, истощалось на глазах, за последнее полугодие Павел сильно похудел, под глазами пролегли тени. Упорства и сил едва хватало на тренировки.

Тренер его, несмотря на уговоры мальчика, обратился к родителям за помощью. Он подозревал родителей в развязности. Дарья, забыв о своем долге матери неустанно следить за чадом, снова была вынуждена вникнуть в суть проблем, связанных с подростком. Услышав от тренера о вопросе, не бьет ли мальчика отец, Дарья едва не выругалась, и ответив что в этом доме проживают не звери а люди бросила трубку телефона.

К этому случаю, женщина отнеслась более задумчиво. Не слышно прошмыгнув в спальню ребенка, мать очень тихо присела на кровать и включив ночник стала рассматривать спящего сына. Она насчитала более десяти мелких порезов и столько же синих отметин на теле своего ребенка. Тут она по настоящему испугалась, и расспросив, между прочим, за завтраком сына, не обижает ли его кто в школе, и получив ответ, «меня все боятся, словно я монстр, спасибо папе», стала грешить на своего мужа. Разговор между родителями состоялся поздним вечером, через несколько дней. Так как отец снова уехал с сыном по делам, и вернулся в хорошем настроении, Дарья не упустила случая обратить его внимание на сына.

- Руслан, ты любишь нашего мальчика?- спросила Дарья, бережно снимая дорогие украшения и укладывая их в оббитую бархатом, резную шкатулку. Она сидела в пол борота, свет розовой лампы оттенял ее светлую кожу, а зеркало отражало образ, молодой женщины, с прекрасными формами. Ее тонкие брови, словно колоски, очерчивали красивые от природы большие светлые глаза. Полные губы, говорившей, едва прикрывали жемчужные зубки. Она сняла дорогую цепь со своей усталой лебединой шеи, и опечаленно посмотрела на мужа. Руслан в это время любовался своей супругой. В моменты их близости он забывал о своей работе. На вопрос жены, Руслан лишь слегка удивился.

- Разве я когда-нибудь поднимал на Пашу руку? Дорогая, не можешь ли ты мне прямо сказать, о чем идет речь?

Дарья все так же покорно сидела на пуфике. Сейчас она наносила ночной крем на свою бархатную кожу, и старалась не волноваться.

- Мне позвонил тренер Павла, он сказал, что у нашего сына все тело покрыто порезами и ссадинами. Что причина может быть только одна. Мы бьем нашего малыша.

- Что за нелепость, я даже не помню, когда в последний раз мне приходилось не то что бы бить, но хотя бы повышать голос. Он преувеличивает…

- Нет,- перебила его супруга, я заходила к нему в комнату, когда он спал, и видела своими глазами, те самые увечия о которых я теперь говорю с тобой. Наш мальчик действительно выглядит так, словно его все время пытают.

Дарья передернула плечами и стала нервно расчесывать волосы, прядь за прядью.

- Я спросила его,- продолжила женщина, обижают ли тебя в школе, но он ответил, что они боятся его.

- Я не сомневаюсь, наш мальчик умеет постоять за себя, и не так как ты думаешь. Нет,- отмахнулся Руслан от удивленного взгляда своей жены, он не полезет в драку, но и сам не позволит себя обидеть.

- Мне ничего не остается, как думать что…

Тут она запнулась, оставила щетку на столике и быстрыми шагами приблизилась к мужу. Ее глаза молили о честности.

- Ты проводишь с ним больше времени, чем я, ты забираешь его, и я могу подозревать…

- Даша! Ты что же хочешь сказать, что я избиваю нашего сына? Пошли,- сказал он, я хочу лично во всем убедиться.

Но супруга положила ему на плечи свои руки и усадила на место.

- Не сейчас, он спит, не будем его будить.

Руслан отвернулся от нее и повел плечами.

- Я и пальцем его не тронул бы…

- Знаю,- перебила его Дарья, быть может, кто-то из твоего окружения, ребята из охраны, или…

Более на ум ей не приходили «потенциальные» подозреваемые, и Дарья замолкла.

Руслан не хотел придавать значимость паре синяков на теле мальчика, приписав это нечаянному падению, или еще какой-либо не осторожности, но Дарья настойчиво просила его разобраться с этим. Наутро, после завтрака, Руслан попросил сына последовать в его кабинет. Когда за мальчиком закрылась дверь, отец окинул его взглядом, у рта его пролегла печальная складка. У Павла был болезненный вид, это стало заметно даже не вооруженным взглядом. Но Руслан все больше старался списать это на переходный возраст и изнурительные занятия спортом.

- Мама беспокоится сынок, говорит, что ей звонил твой преподаватель по секции и обвинил нас в не человечности.

Павел все с тем же изнуренным лицом посмотрел отцу прямо в глаза и спросил:

- С чем это связанно?

- Вот и я хочу понять, с чем это может быть связанно. Сними рубашку.

Брови Павла взлетели вверх, и он сложил руки на груди.

- Я просто устал, и говорил маме, что не хочу больше плавать, но она настаивает.

- Меня не волнует твое плаванье, тренер думает, мы тебя бьем. Мать твоя обвинила меня в этом, я хочу увидеть, что их так волнует.

- Никто не прикасался ком не и пальцем, не зачем раздувать панику.

- Сними рубашку! И дай на тебя взглянуть,- сорвался Руслан, повысив голос.

Мальчик пожал плечами и стал расстегивать пуговицы. Когда рубашка лежала на полу, он подошел к отцу и стал наблюдать, как у того меняется цвет лица. Руслан побелел, взял сына за плече, и стал рассматривать его спину, руки, плечи, живот. В немногих местах, на теле еще виднелась кровь, мелкие ранки не успели затянуться. Синяки, покрывали многочисленную часть тела. Некоторые из них уже пожелтели, некоторые оставались синими. Когда дар речи вернулся к мужчине он сел на широкий кожаный диван, налил себе в бокал коньяк и усадил Павла подле себя.

- Что же с тобой такое? – спросил он, выпив залпом первую порцию спиртного.

Павел недоверчиво повел головой в сторону и стал надевать рубашку.

- Если я скажу, ты не поверишь.

- Как же я могу не поверить тебе. Я знаю, что ты необычный ребенок, и твои способности теперь заставят меня поверить во все что угодно. Я твой отец, и я должен оберегать тебя. Мне нелегко знать, что мой единственный ребенок подвергается насилию.

- Я бы не стал так выражаться. Насилия тут никакого нет. Но,- продолжил Павел, если ты хочешь, я расскажу. Только мама… ей не стоит знать, она уж точно не поверит.

- Да говори же скорей!- вскрикнул отец, и налил себе в бокал вторую порцию.

- Во сне ко мне приходят, я бы не назвал их людьми, отец. Обычно их бывает трое, они очень похожи на людей, но в прорези глаз, их темнота. Когда они открывают свои рты, от туда веет холодом. Говорить они не могут, только шипят. На лбу у каждого из них изображен знак, я не могу понять, что это за изображения. В последний раз, двое держали меня за руки, вот здесь.

Павел замолчал, приспустил рубашку, и на руках его чуть ниже плеч были ясно видны отпечатки рук.

- У всех есть ногти, очень острые. Они будто вылеты из тонкой острой стали. Когда третий подносил свой палец к моему телу, под его напором, кожа легко прорезалась. Боль очень неприятная, будто ты поранился о бумагу или лезвие. Я не могу им противостоять, и даже если сон уходит, следы остаются.

Руслан схватился за голову и глаза его широко раскрылись.

- Ты говоришь мне правду, сынок?

Павел недоверчиво взглянул на отца и застегнув рубашку встал.

- Я могу сказать, что упал на разбитое стекло, если от этого тебе будет легче. Но кошмары мои не пройдут. Анна сказала…

Лицо Руслана вытянулось, и он посмотрел на сына, будто на «полоумного».

- Я вижу ее, не удивляйся, это всего лишь призрак, но она часто разговаривает со мной. Она сказала мне, что это «бесы», они будут приходить до тех пор…Это обратная сторона медали отец. За дар, которым пользуюсь, я должен платить.

Мальчик приблизил свое лицо к растерянному отцу и спросил:

- Ты все еще думаешь, что сможешь уберечь меня от этого?

Руслан, молча, накрыл лицо руками и не проронил более ни слова. Павел прошел мимо него, и тот очнулся, лишь, когда услышал стук закрывающейся двери.

Глава 10

Глобальные перемены.

Павлу казалось, что он снова спит. Сквозь пелену усталости, вымотанное лицо мальчика наблюдало за сценой устроенной в большой светлой гостиной, первого этажа. На арене цирка, выступали родители. Мама Павла дико кричала на отца, который не мог вставить и слова в летящий поток брани. Павел хотел было облокотиться о стену, но дикая боль пронзила его спину и плечи. Худой и бледный подросток, едва перебирал ногами, когда его привезли домой. На расспросы Дарьи, о том, куда они ездили и почему, Павел, едва стоит на ногах, Руслан не отвечал, но стоило ей прикоснуться к сыну, как тот отдернул ее руки и попятился в сторону. Вид измученного мальчика разбудил материнское сердце. Но когда она увидела, что стало с его юношеским телом, пришла в ярость.

- Ты дьявол, - Кричала Дарья на своего супруга. Что ты сделал с нашим сыном! Сперва, ты его избивал, а теперь у него на спине красуются непонятные татуировки. Во что ты хочешь превратить наше дитя?

Дарья билась в истерике, заламывая руки, но Руслан твердил лишь одно, «Так было нужно». Через некоторое время в комнате стало тихо, буря улеглась, и Павла снова увозили из дома. Мать его твердо решила переехать, и оторвать мальчика от отца, пока тот не загубил его жизнь.

- Одного ребенка я уже потеряла,- сказала она, после того как успокоилась, - этого ты не посмеешь у меня отнять. Я не позволю сделать из него преступника, такого, каким являешься ты. Все время пока тебя не было с нами, я следила за тем, чтоб он не пошел по «наклонной».

Дверь перед Русланом затворилась, и Дарья увезла сына в подмосковный, маленький городок под названием «Юбилейный». Руслан остался один, и тяжесть империи преступного мира показалась ему черным прудом, с кишащими в нем чертями. Он не пытался удержать свою супругу, слишком велик был соблазн. В любой момент он мог сорваться и потребовать помощи сына, которая оборачивалась для того сущим кошмаром.

Павел не говорил с Дарьей несколько дней, все это время молчаливая женщина ухаживала за сыном, и пыталась облегчить его страдания. Она была уверенна, что это по распоряжению Руслана сыну изуродовали тело. Спрашивать подробности было бесполезно, мальчик никогда не говорил, как это произошло, и почему отец твердил, что так было нужно.

После состоявшего разговора между сыном и отцом, Руслан несколько дней просидел у себя в кабинете, разослав своих людей в дальние уголки России. Что он искал или кого было ведомо лишь ему одному. Когда поиски оправдались отец и сын уехали.

В обветшалом, постаревшем, и потемневшим от непогоды деревянном маленьком доме, насквозь пропитанным непонятными запахами, на окраине в одной из далеких заброшенных деревень, чету Строевых ждал одинокий старик. Его седая борода доставала почти до пупка, сгорбленный, прихрамывающий мужчина, выглядел на те года, до которых челок не в состоянии дожить. Его изба состояла из двух комнат, одна из которых была увешена оберегами и засушенными травами. Вблизи этого дома не было почти ничего живого. Среди заброшенных домов, которые напоминали развалившиеся руины, Руслан проводил сына к старику. «Колдун», и никак иначе звали его по молодости, и по сей день, он доживал свою одинокую старость в окружении дикой природы, на окраине давно заброшенного, и позабытого села.

Старик посмотрел на рослого, бледного, исхудалого юношу. Павел почувствовал как взгляд этот пронзает его на сквозь, забирается в душу и заставляет ее леденеть точно так, как это случается во снах, после которых Павел долгое время приходит в себя. Как бы ему хотелось сейчас развернуться и убежать из этого места. Но отец крепко держал своего сына за плече, не давая повода для побега. Блеск безрассудства отразился в старческом взгляде. Павла стало немного лихорадить, и он прижался к Руслану, чувствуя, как ноги его отказываются стоять. Если взгляд его заставляет меня трястись как осиновый лист, думал про себя Павел, что же будет дальше…

А дальше происходило следующее. «Колдун» попросил своих гостей удалиться, не менее чем на сутки. Руслан повиновался. Он прошептал своему сыну на ухо чтоб тот не боялся, и развернувшись, ушел, так быстро как только мог. Потому как сам отец боялся передумать, бросить все и увезти свое чадо. Вот только совесть его не давала покоя, он винил себя во всем, что теперь происходило с ребенком.

Павел остался один на один с безумным стариком, и бежать ему было некуда. Старик не произнес ни слова, жестом пригласил мальчика войти в дом и наглухо запер дверь. Тот едва справлялся со своим волнением, и руки его дрожали, когда старый человек, с выбеленными волосами подал ему оловянную кружку с горячим напитком. Где же ты Аня, вопрошал Павел, глядя на потолок, не бросай и ты меня, я ужасно боюсь.

- Не зови ее,- раздался сильный, властный голос старика, ей здесь не место, не сейчас. Она придет к тебе, когда будет можно, но сейчас я не впущу в свой дом призрак девочки.

Павел расширил глаза, его рот открылся, но оттуда не вылетело ни звука. Он боялся смотреть на «Колдуна», боялся его слишком живых глаз, на желтом, морщинистом лице.

-Ты должен довериться мне, я постараюсь прогнать их. А теперь пойдем со мной. Ночь будет долгая…

С этими словами, они прошли в комнату, которая не была замечена ни снутри ни с наружи. Павел едва ли не задевал головой низкий потолок, крошечной комнаты, в которой разливался теплый желтый свет. Множество свечей, расставленные повсюду, где только можно, пылали огнем. Они горели с пола и до самого потолка, на всевозможных полках и подставках. Посредине комнаты стоял стол, во весь человеческий рост, и когда седовласый старик попросил мальчика раздеться и лечь, тот снова попятился к выходу.

- Ты хочешь избавиться от своих кошмаров или нет! - закричал старик, и от силы его голоса задрожали стены, а вместе с ними пламя горевших свечей.

Павел едва не осел на пол от страха, на ходу снимая свою одежду, он так быстро приблизился к столу, что едва заметил это. Черные глаза старика остановились на теле юноши. Он поднял свой жезл, который служил ему опорой и указал на недавние порезы.

- Ты неумело обращаешься со своим даром, темные дела привлекают только темные силы. Вот они и терзают тебя, потому как ты сам открыл им дорогу в свою душу. Твой отец вовремя одумался, но будет ли это конец?

Cтарик уложил мальчика на стол, привязал его руки и ноги, и стал расхаживать взад и вперед, бормоча при этом что-то себе под нос. Павел стал прощаться с жизнью, но старик перебил его, сказав, что умирать ему еще рано, затем усмехнулся, и принялся бормотать еще сильней и громче. В комнате, где два человека разделяли один обряд, поначалу было до невыносимости душно. Всякий, кто зашел бы туда, мог с легкостью потерять сознание от запаха воска, густо переплетающего с запахом зажженной травы. Сейчас же, Павел, лежавший на холодном деревянной столе, испытывал холод, его кожа покрылась мурашками, и глаза стали постепенно закрываться.

- Они идут,- услышал он слова старика, сквозь окутавшую его дремоту.

Они действительно пришли. Их рты бесшумно открывались и закрывались, глаза неустанно следили за мальчиком, и длиннющие руки, с острыми когтями уже потянулись к молодому телу. В таком состоянии Павлу было тяжело отличить реальность от сна, чувства и мысли уступали место страху, более он не мог ничего испытывать, и думать. Вокруг стояла несусветная тишина, не существовало ни старика, ни света, ни запаха. Только дикий холод и приступ нарастающей боли. Он бы и рад подумать о чем-нибудь, но мысли его забились в уголок сознания, и вспомнить что-либо в эти моменты было абсолютно не возможно. По тому, как чай, который Павел выпил еще в передней, стал для него дурманом. Так было нужно старику, что бы «бесы» не заподозрили неладное. Старик притих, как только почувствовал их присутствие. Он обратился в камень, так тихо было в этот момент, будто у него совсем не билось сердце, и легкие его не наполнялись кислородом. Когда на теле мальчика стали появляться порезы, старик понял что время пришло. Он поднял мальчику веки, своими иссохшими руками. Белки глаз наполнились черным цветом, на старика в этот момент смотрели глаза бесов. Старик очень громко прошипел, будто сам обратился в беса, слово «С-А-Л-А-Х-И-М», и порезал себе руку. Комната наполнилась запахом крови, и грудь Павла выгнулась колесом. Рот мальчика открылся, оттуда раздалось такое же шипение в ответ, руки и ноги его стали вырываться.

- Не торопитесь мои покорные слуги,- сказал старик хриплым голосом и через несколько минут, призраки уже возвышались над колдуном. Он поманил их рукой, отодвинул засов, и вышел вместе с ними вон из дома…

Сознание Павла стали заполнять посторонние звуки реальности. Он открыл глаза и несколько секунд наблюдал, как старик раскладывает у его ног, алюминиевую посуду с темной жидкостью, несколько кусков белой материи и острый, похожий на иглу предмет.

Руки мальчика больше не были связаны, он стал медленно массировать запястья.

- Теперь ты должен терпеть боль, пока я не закончу. Я нанесу на твое тело несколько защитных знаков. Они будут тебя оберегать. Столько времени…

Тут старик прервался, что-то пробурчал, вышел из комнаты и снова вернулся. В руке он сжимал несколько клочков бумаги, внимательно изучая каждый по отдельности. Затем велел Павлу лечь на живот и закусить деревянную палочку.

Павел провел последние часы в муках боли, которых не испытывал ранее. Ему показалось, что с бесами было куда легче. Что, по сути они делали, шалили как малые дети по сравнению с тем, что сейчас вытворял с ним этот старый, грубый человек.

- Тебе так кажется, то, что они с тобой делали, было только началом.

В комнате раздавался только голос старика, потому как он читал мысли Павла, чем приводил мальчика в еще большее недоумение.

- Как ты это делаешь? – Спросил Паша, дрожащим, усталым голосом.

- Читаю мысли, ты хотел сказать? Не знаю. Это с рождения. Так же как ты, можешь принуждать людей подчиняться твоей воле.

Старик стер со лба мальчика пот, и дал ему выпить ароматный чай, на травах. Его глаза больше не светились тем сумасшедшим блеском, которым он встретил Строева Павла. Руки приобрели некую дрожь, и в целом старик показался весьма уставшим и измученным.

- Светает. Ты должен немного поспать. Скоро за тобой приедут. Когда это случится, я тебя разбужу, а пока постарайся не шевелиться. Павла не нужно было просить дважды, его веки налились свинцом и он уснул, тихим, спокойным сном. Впервые не борясь со страхом перед будущим. Это сон показался ему самым приятым из всех, что он мог видеть, пусть даже, длился совсем не долго.

Когда окна дома достаточно посветлели, Мальчик стоял перед выходом и прощался с человеком, который избавил его от самого худшего кошмара в мире. Спина Павла горела огнем, и он не смог как следует обнять старика в благодарность.

- Запомни мальчик, знаки на твоей спине, будут оберегать тебя так же, как оберегаешь их ты. Отрасти себе на затылке еще одну пару глаз, и следи, что б ни один символ не был испорчен. Используй свою силу как можно меньше, соблазны будут велики, но ты не поддавайся.

Старик взял со стола листок бумаги и показал Павлу его татуировку. Пять символов, расположенных по кругу области спины, соединяла линия узора. Старик провел пальцем по кругу и снова обратил свой взор на юношу.

- Эта цепь объединяет знаки. Если она прервется, сила их потеряет ценность. «Они» снова придут. И помочь я тебе уже не смогу.

Старик умолчал о том, что срок его жизни подходит к концу, но он прекрасно знал, какое будущее ждет Павла.

-А теперь иди, и не смей сюда возвращаться.

Дверь дома открылась с шумом и скрипом, Павел вышел в залитый солнцем двор и направился к терпеливо поджидавшему отцу.

Глава 11

Руслан не стал противиться своей жене, представляя, каким должно быть монстром видится в ее глазах, но отпустить свою семью далеко он не мог. Посему было решено перевезти их в ближнее Подмосковье, и обеспечить охрану, на то время, пока он не будет уверен, что его следующий шаг в карьере не затронет близких ему людей.

Новая обстановка, повлияла на Павла как нельзя лучше, так, по крайней мере, убеждала себя мать. По истечению нескольких месяцев, юноша прибавил в весе, на смуглом теле не осталось ни одного следа от пережитых кошмаров, и на лице его можно было заметить улыбку.

За все время, с тех пор как Руслан передал заботы о сыне своей жене, он навестил их не более двух раз. Увидев здорового подростка, отец с горечью вспоминал образ истерзанного кошмарами ребенка, который оставил неизгладимый след в его душе, и врезался в память навечно. Теперь же, убедившись в здравом состоянии своего дитяти, Руслан решил целиком и полностью погрузиться в новый род деятельности. Он тщательно скрывал свою должность от жены и сына. И вмешиваться в уединенный образ жизни Дарьи, не смел. Как только, у него получится отмыться от прошлого, в чем он ни сколько не сомневался, Руслан с радостью наверстает упущенное. Дарья в свою очередь не пропускала ни одной передачи новостей по телевизору. С каждым днем, находили все больше мертвых преступников. По большей части, многие из них были главами бандитских группировок. Девяностые, со своими малиновыми пиджаками, оружием, «крышеванием» и прочими устоями стали потихоньку вымирать, уступая место более гуманным стратегиям. На смену преступникам пришли высокопоставленные чиновники, политики и прочие переквалифицированные деятели. Так теперь выглядели те же руководители банд, что еще пару лет назад ходили с золотыми цепями в окружении здоровых беспощадных охранников. Прикрываясь политическим родом деятельности, они смыли с себя черные пятна недавнего прошлого. Их бизнес не померк на фоне нового тысячелетия, но требовал к себе более аккуратного подхода. И так поступили те, кто опомнился раньше остальных. Их не пристрелили как собак в своих же домах, они не были схвачены и засажены за решетку людьми в черных масках, а затем по договоренности зарезаны на своих же койках. Руслан был в их числе, одним из первых. Именно ему пришла в голову такая идея. Потратив немало сил и средств, связей и расправ, он смог выбить для себя место в государственной думе, и тихонько скрыться в подполье на некоторое время.

Павел в свою очередь поступил учиться в новое тихое учебное заведение. Дети здесь не были избалованны. Их не привозили на дорогих машинах, люди в черных костюмах не охраняли путь, а учителя относились к своим подопечным с добротой и пониманием. Павел попросил отца не приставлять к нему охрану, и объяснил, что это привлечет к нему внимание, которого он совсем не хочет. Отец, немного поразмыслив, согласился с сыном, но просил время от времени встречаться с ним тайком от мамы. Хоть Руслан и был полностью поглощен новоприобретенной политической деятельностью, но мысли о семье все же занимали его время от времени. И в такие минуты, он садился в машину, чтоб встретить своего наследника, голос которого ласкал слух, а речи проливали бальзам на душу. Отцу, нужно было по сути, только одно, знать, что Дарья хранит ему верность, и в день когда он вернется, когда позволит себе обнять ее стройный стан, она не оттолкнет его.

Павел с радостью встречался с отцом, и был безмерно счастлив, видеть его в окружении лишь пары телохранителей и совершенно безоружным. Отцовские глаза становились теплее, он будто бы помолодел на несколько лет. Взгляд его теперь был открытым и светлым, улыбка шире и красноречивей.

- Ты готовишься к экзаменам? - Спросил он, похлопывая сына по плечу в одну из весенних послешкольных прогулок.

Семнадцатилетний Павел усмехнулся и попросил отца не задавать глупых вопросов. Науки покорялись его разуму, точно так же, как малое дитя покоряется нежной, но строгой матери.

- Жаль, что ты перестал заниматься плаваньем,- сказал отец с некой досадой в голосе.

Павел посмотрел по сторонам и улыбнулся.

- Когда я сказал об этом маме, она ответила что это было бы в полнее логично. «Что подумают люди, увидев твои татуировки»?

Юноша всплеснул руками, изображая Дарью, и мужчины весело рассмеялись.

- Но чем ты думаешь заниматься дальше? – Спросил Руслан, глядя на сына, который очень напоминал его самого в юности.

- Я пойду служить отец,- ответил тот, не задумываясь. Его пленило высшее образование, но он должен был научиться уметь постоять за себя. Все это время мужская сила, и воля были замурованы в стройном, но сильном молодом теле и парню требовалось выпустить пар наружу.

- Помнишь тот день,- начал Павел, рассматривая залитую солнце парковую площадку, усыпанную зеленой травой и первомайскими цветами.- Колдун сказал мне, что б я отрастил на затылке еще одну пару глаз, и охранял свои символы так же, как они оберегают меня с тех пор, и по сей день. Это я стараюсь исполнить, но мне хочется быть готовым к неожиданным ситуациям. Даром я почти не пользуюсь, разве что отвести от себя дурные подозрения своей замкнутости и внимание избалованных одноклассников. Но будет время, когда я должен буду действовать силой, а значит, я должен пройти хорошую школу. Мне хочется вздохнуть полной грудью и не думать о тех кошмарах, которые мне приходилось испытывать.

Отец хотел было прервать пламенную речь сына, но тот отклонил его жест.

- Не боль, что они приносили моему телу так пугала меня. Их образы, жесты, жуткое шипение и темные впадины вместо глаз приводили меня в ужас и смятение. Они словно касались своими щупальцами моей души. Словно пытались высушить мой разум и заставить поверить в ту кошмарную реальность, в которую по их прихоти я впадал. Это все теперь в прошлом, но настанет день, когда они вернутся, он сказал, что это случится. Возвратиться к нему за помощью я не смогу более, Колдун настойчиво просил оберегать себя, но случись беда, я не застану его на том же месте.

Руслан все более удивлялся и расстраивался с каждым, словом произнесенным Павлом. Ему казалось, Павел стал забывать истязающих бесов, но сегодняшний разговор только подтвердил «обратное». Сейчас сын боялся их еще больше.

- Я только добавлю отец, - сказал юноша после недолгой паузы. - Все знают, что прыгать с парашюта страшнее во второй раз, нежели в первый, потому как ты уже знаешь, через что тебе придется пройти. Со мной тоже самое. Я хочу отодвинуть «неизбежное», на столько, на сколько хватит моих сил, ловкости и разума.

Руслан еще долго думал над тем, что сказал ему Павел. Как же сильно он хотел жить, и как неистово билось его сердце, подрагивали губы, когда он рассказывал о своих предостережениях. Это не могло не повлиять на отцовскую любовь и заботу, которой он так скупо делился со своим отпрыском. Еще раз ощутил он на себе силу проклятия, что свинцовыми тучами застилали синее небо над головой прелестного умного и ни в чем не повинного мальчика.

Руслан не одобрял решение сына уйти на службу родине, но и отговаривать его, не смел. Он лишь предложил подготовить его перед армией. Павел стал брать уроки у одного из телохранителей отца. Предостережением в этом случае служило только одно, никаких острых предметов. Ранение в грудь или в живот его не могли напугать, но случись так, что прервется тонкая узорчатая линия, соединяющая заветные символы, Павел потеряет покой до конца своих дней.

В последний раз, Дарья обняла своего сына на перроне вокзала, затем прижалась к твердой как камень груди Руслана и тихо заплакала. Глаза отца так же заблестели, но он знал, сын сможет за себя постоять. Только бы уберег свои знаки, большего и не требовалось. В последний раз, Павел взмахнул рукой, пообещал отцу, вернувшись, из армии стать блестящим юристом и скрылся в вагоне.


Глава 12

2010г.

Высокий молодой человек, в дорогом темно-синем костюме, сверкающими глазами вошел в ювелирный магазин и стал внимательно рассматривать витрины. Не привыкший покупать золотые украшения, а лишь выделять на них деньги, делать серьезные предложения, стоя на одном колене, и романтично высказываться, при этих мыслях он криво улыбнулся одной из работниц и теплым низким голосом спросил:

- Я пришел забрать украшение, заказанное вашему ювелиру. Он предупредил, что его не будет на месте, но оставит изделие.

- Назовите, пожалуйста, ваше имя.

Мужчина лестно улыбнулся и произнес:

- Простите, что не представился, меня зовут Строев Павел.

Девушка в строгой белой рубашке и облегающих черных брюках, слегка смутилась перед статным молодым и очень привлекательным человеком и повела его к стойке с кассовым аппаратом. Открыв сейф, она достала футляр прямоугольной формы с бархатной поверхностью. Павел открыл крышку, вынул золотой кулон на цепочке, в виде сердца. Девушке показалось, что подарок довольно милый, но примитивный, пока молодой человек не подцепил маленькую застежку. Кулон открылся, из него посыпались буквы, схваченные между собой тонкой, золотой ниткой и замерли в воздухе. Они состояли в таком порядке, что по ним легко можно было прочесть фразу «Выходи за меня». Продавщица невольно ахнула не в силах оторвать взгляд от ювелирного украшения. Павел довольный своим заказом, положил украшение обратно в коробочку. Чуть позже, подарок покоился в кармане пиджака, ожидая своего часа.

Мужчина вернулся домой поздним вечером. Стоя у порога, он слегка нервничал и поправлял спадавшую на лоб челку темных густых волос. Его глаза должны были загореться озорным огоньком, как это случалось всякий раз перед тем, как он намеревался выиграть очередной процесс в суде. Его профессиональная хватка ввергала в страх любого адвоката выступавшего «против». Не смотря на свои тридцать три года, он слыл успешным, серьезным и безжалостным адвокатом. Даже самые сложные и запутанные дела находили свое оправдание, в руках молодого, энергичного и весьма строгого не терпящего критики Строева Павла. Но сейчас, он стоял за дверью, не решаясь войти, впервые не уверенный в своих действиях, и решениях. Правильно ли он поступает, решив соединить свою судьбу, с той, что в данный момент наверняка висит на телефоне и мило щебечет с одной из своих кокеток подруг. Да, два года назад его пленили светлые голубые глаза, спелые розовые губы и высокий стройный стан. Смотря на свою девушку, Павел часто пытался найти в ней хоть какой-нибудь «изъян». Шрам, который будет нести в себе историю, морщинка на лбу, двадцати пятилетней Ирины, которая будет говорить, что она неустанно о чем-то беспокоится, или же задумчивый взгляд, таящий в себе загадку. Но нет, в ней все было идеально, словно она сошла с картинки журнала, с длинными, белокурыми блестящими, и гладкими, как шелк волосами, стройной осанкой и пленительной улыбкой. Его устраивал тот образ жизни, который сложился за последний год. Хоть Ира и переехала жить к нему со всеми своими вещами и привычками, все же это нисколько не стесняло Павла. Она, все время была занята собой и своими подружками бездельницами. Ей удалось с легкостью окончить университет, не потому что она блистала умом, а лишь по одной простой причине, которая разрешала и покрывала все ее прогулы и не знания предметов. Дочь крупного банкира, и первая красавица одного из Московских юридических университетов с легкостью справлялась со своими обязанностями, поддерживать красоту и не надоедать любимому человеку. Они практически не ругались, и это его устраивало. Он не переносил женских истерик, но и ссор, после которых можно будет любить друг друга с большей страстью, ему, не доставало. Выговариваться, или пускаться в сложные темы с Ириной он не пытался. Она все равно не поняла бы и половины того, о чем он говорит. А уж тем более он никогда не рассказывал ей о происхождении тех самых символов на его широкой, смуглой спине. При всем его смятении, глаза, что сейчас напоминали два темных изумруда, не озарились блеском, а наоборот стали менее прозрачными. В самом начале их отношений Павел немного ревновал свою половинку, но это было очень давно, и с тех пор он совсем забыл это глубокое, рвущее душу на части чувство. Павел настолько привык к спокойной домашней обстановке, что в какой-то момент он позабыл где любовь, если он ее испытывал по отношению к Ирине плавно перетекла в дружеское соглашение и мирную обыденную жизнь. Никаких порывов страсти, никаких неожиданных поступков, со стороны ангельского создания, весело хохочущего лежа на дорогом шелковом ковре. Она никогда не была для Павла загадкой. Раскрытая книга с немногими страницами – вот кем являлась она для него теперь. Но, не смотря на это, ее недалекий ум, умел однако повернуть все так, что он ни мог пожаловаться на их гладкую, совместную жизнь. Иногда Ирина позволяла себе в порыве гнева разбить тарелку или дорогую вазу, в такие моменты глаза ее блестели недобрым огнем, но через несколько мгновений, она овладевала собой, мило улыбалась и забывала, на чем был основан ее «непрошенный» гнев. Павел привык к такому образу девушки, выпускать пар наружу, его даже немного забавляло ее поведение. Он едва сдерживал улыбку, слушая, как она бранит, ту или иную подругу, купившую точно такую же сумочку, или обскакавшую ее самое, в приобретенной новинки. Вот, пожалуй, и все, что занимало нашу «неписанную красавицу», в голове которой было слишком мало мыслей о том, что творится вне ее розового мира, в котором существуют только фитнес, салоны красоты, дорогие рестораны, новомодные ночные клубы, названия известных дизайнеров одежды и аксессуаров.

Его же внутренний мир был полон приключений, тайн и головоломок. Умершая много лет назад сестренка Анна, перестала его навещать с тех пор, как Павел нашел себе новое увлечение в лице Ирины. Отец же, наоборот, без конца подкидывал работенку, а мама неустанно просила его гостить в отчем доме чаще. После того как Павел ушел служить, родители воссоединились и Дарью снова поглотил высший свет. По возвращению, он совсем не смутился прежним поведением матери, а наоборот стал все больше отдаляться от них и в конечном итоге съехал с родительского дома и освободился, таким образом, от опеки родителей. В армии у него сложились товарищеские отношения с немногими, но одного из своих друзей он опекал как родной брат. Ради него, Павел пошел служить в наемные войска еще на пару лет.

- Мне нужно попасть в горячую точку, и постараться не умереть там,- сказал однажды его приятель Тихонов Николай.

Павел посмотрел на него удивленными глазами и подумывал над тем, не тронулся ли тот умом.

- Я всегда мечтал работать в «ФСБ».

-Ну так иди и работай, кто ж тебе мешает.

Коля повел в сторону своей светлокудрой головой и опустив глаза ответил:

- Не все так просто, чтоб попасть туда, я должен пройти службу в горячей точке, иначе мне не светит карьера в Федеральной Службе Безопасности.

Павел мог заставить его забыть о своих грезах одним взглядом, но не в его характере отнимать у людей то, к чему они стремятся пусть и не всю свою жизнь, но все же пытаются достигнуть поставленной цели. Отпустить Колю одного он не мог, потому как чувствовал бы себя виновным, случись с другом беда.

- Ну что, ж, придется мне пойти с тобой, кто-то же должен прикрывать твой зад, - сказал Павел, похлопывая друга по плечу.

- Спасибо, с тобой мне будет не так скучно.

Павел еще не совсем понимал, о чем пойдет речь. Ему не раз придется спасать шкуру друга и лезть под пули. Но это его совсем не пугало, наоборот, он еще больше закалил свой характер и вернулся домой слегка потрепанный, но гордый. К тому же Анна не покидала его все время, пока он был в опасности, она не могла оказать ему помощь, но всегда знала, что он непременно вернется домой целым и невредимым. Иногда сестренка подшучивала над ним, говоря, будто тот родился «в рубашке». По возвращению в родные края, дороги многих сослуживцев разошлись в разные стороны, но с некоторыми из них, Павел все же встречался, хоть это случалось не часто.

Вернувшись с поля боя, он поступил в высшее учебное заведение, и как было обещано дорогому отцу, стал блестящим адвокатом. Не сложно было оказаться в числе первых, обладая даром, который, несомненно, всегда и во всем обеспечивал победу. Но Павел старался добиться успеха своими силами. Перед тем как взяться за дело, и представлять интересы своего подопечного в суде, Павел задавал один вопрос, глядя в глаза приказывая говорить правду: «Виновен или нет?» Если он получал тот ответ, который его устраивал, то дело непременно переходило в его руки.


Глава 13

Сделав над собой последние усилия, молодой человек переступил порог своей квартиры. Ирина подлетела к нему, не выпуская из рук мобильного телефона, быстрым поцелуем поприветствовала своего возлюбленного и вернулась на прежнее место. Павел тем временем не собирался раздеваться. Он ждал, когда Ира договорит и тогда он сможет предложить ей отправиться в ресторан, где произнесет заранее подготовленную фразу, достанет футляр с дорогим украшением и станет новоиспеченным женихом. Наполнив бокал дорогим виски, он устроился на диване неподалеку от того места где сидела Ира и стал медленно потягивать янтарную жидкость прислушиваясь к разговору.

- Сума сойти! А она что? Согласилась? Он же совсем не симпатичный. Да и знакомы они не более года.

Тишина.

- Сколько карат? Ну ничего себе, тогда все ясно. К тому же ее отец давно намекал ей обратить на него внимание.

На лице девушки появилось хмурое выражение, речь стала резче, да и настроение портилось с каждой минутой. Видно было что, еще немного и в комнате разразиться очередная буря. Когда она невежливо простилась с собеседницей, Павел не теряя ни минуты, привлек ее в свои объятия.

- Марина выходит замуж, представляю каким дураком надо быть, что б жениться на этой истеричке. Хотя жених и сам не красавец, так что они прекрасно подойдут друг к другу. Он подарил ей огромное бриллиантовое кольцо.

Последняя реплика была сказана с завистью в голосе, и Павел засомневался в своем решении, отличится, когда заказывал подвеску. Но задуманного он менять не стал, а по сему, было решено пригласить свою девушку в ресторан и сделать в конец предложение.

Ирина собралась на удивление быстро, ее глаза сияли, а руки машинально поправляли прическу каждые несколько минут. Когда пара вошла в дорогое, уютное помещение, в греческом стиле, со статуями, вырезанными из колонны и резными арочными окнами, Павел сразу сунул менеджеру в руку несколько купюр и попросил выделить им скромный уголок. Ирина выглядела как всегда безупречно, на ней было темное коротенькое платье, прекрасно подчеркивающее ее стройный стан, и элегантные туфли на высоком каблуке. Она надела дорогие серьги с агатом в золотой оправе, и повесила на шею кулон с тем же камнем. Волосы ее были распущены, глаза, и губы аккуратно подведены. На белоснежных щеках едва заметно выступали румяна.

Молодые люди сделали заказ, и между ними завязался разговор. Через несколько минут стало ясно, что разговор не клеится. Павел выжидал нужной минуты, собирался с духом и прокручивал в голове фразы, которыми собирался окольцевать свою суженную. Ира в свою очередь внимательно рассматривала дно в бокале с шампанским, а затем и расковыряла поданный позже десерт. Складывалось такое ощущение, что она ищет в тарелках и бокалах несуществующее колечко.

Павел едва сдерживал смех, чтоб не нарушить всю серьезность обстановки. Когда последние блюда и десерты были съедены, он попросил еще одну бутылку шампанского. Официант ушел, и молодой человек запустил руку во внутренний карман пиджака. Уловив этот жест, Ирина вся засияла. Наблюдать за ней становилось особенно интересно, ведь при появлении на столе, покрытом дорогой белоснежной скатертью, футляра с браслетом, эмоции на ее лице стали меняться. Разочарование наступило прежде, чем Павел успел что-либо сказать. Ее глаза потемнели, она закусила губу и отвела взгляд в сторону.

Павел в недоумении посмотрел на свою девушку, и слегка растеряв боевой настрой спросил:

- Разве ты не хочешь посмотреть что там?

Он указал глазами на вытянутый бархатный футляр. Ира посмотрела на него уничтожающим взглядом. Было видно, девушка едва сдерживается.

- Я знаю что там, очередная безделушка, чтоб порадовать меня. У меня масса украшений, ты зря тратился.

В голосе ее сквозили нотки горечи и отчаяния, но Павел еще не готов был сдаться.

- Я прошу тебя открыть футляр и посмотреть что внутри. А потом я хочу тебя спросить кое о чем.

-Я не хочу смотреть, подари его своей маме. Она уж точно не откажется. И вообще, мне скучно я хочу домой. Если б я знала,- Ирина смолкла и слегка покраснела.

- Продолжай, если б знала что?

Павел нахмурил брови, и губы его непроизвольно сжались. Он знал, всегда знал, что она настолько примитивна, что даже не догадывается, что над подвеской трудились не один день, но закончили к сроку их помолвки.

- Ничего, просто отвези меня домой,- сказала Ира и встала из-за стола.

Павел окинул ее печальным взглядом и не делая больше попыток заставить девушку принять подарок, смолк.

В машине молодые люди молчали. Ирина едва сдерживала слезы от досады и разочарования. Она нервно теребила прядь волос и смотрела в окно. Павел в свою очередь привел чувства в порядок, и решил, что завтра же оправится в ювелирный салон и купит самое заурядное кольцо с большим бриллиантом. Как показала практика, не стоит больше думать об оригинальных идеях.

Парочка поднялась на седьмой этаж, Павел стал быстро открывать дверь, так как Ирина все время пристукивала в нетерпении своими каблучками. Ворвавшись в квартиру, она направилась в их общую спальную комнату и стала скидывать с себя украшения. Ей никак не удавалось расстегнуть застежку цепочки, и она стала тихонько бормотать.

- Давай я помогу тебе, - сказал Павел и скинув пиджак стремительно приблизился к Ирине. Его руки уже потянулись к ее нежной лебединой шее, но она ринулась в сторону.

- Не надо, сама справлюсь, - рявкнула Ирина, дернула цепь и кинула ее на трюмо.

- Да что с тобой такое? Мечешься по комнате как фурия!

Ира ничего не ответила и Павел, кинув рубашку на кровать, решил удалиться. Он уже направился к выходу и схватился за ручку двери, как услышал позади себя звук развивающейся о стену вазу с цветами. Тонкий каркас разлетелся на осколки. Мужчина не сразу почувствовал, как один из кусочков стекла впился ему в спину отрикошетив от стены. По спине его потекла тоненькая струйка крови, он обернулся и увидел широко раскрытые глаза своей девушки. Она прикрыла округлившийся ротик, и через мгновенье подлетела к нему, протягивая руки. Павел провел по спине тыльной стороной ладони и увидел на ней кровь.

- Паша прости, Боже, я совсем не хотела тебя ранить,- Ира молила о прощении и пыталась приблизиться к нему, чтоб достать осколок стекла.

Его пальцы затряслись, а в глазах можно было прочесть панический ужас. Оттолкнув в сторону девушку, он выбежал из комнаты и прямиком помчался в ванну. Достав из полки зеркальце, Павел встал напротив умывальника и принялся разглядывать спину. Осколок угодил прямиков в замкнутый кругом узор. Павел едва дотянулся до осколка и аккуратно вытащил его.

Пару минут он стоял, как каменный не в силах поверить в «произошедшее». Перед его взором очень четко пронесся образ колдуна, а в голове послышался хриплый голос: «Эта цепь объединяет знаки. Если она прервется, сила их потеряет ценность. «Они» снова придут»…

- Нет, нет,- повторял про себя Павел. Он вспомнил, как служил в армии, затем отправился добровольцем на борьбу с террористами, несколько раз был ранен. Одна из пуль едва не проложила себе дорогу прямиком в грудь, но на нем был бронежилет и от пули остался только маленький шрам. Еще она попала ему в ногу, но ни что не могло подобраться и близко к татуированной спине. Как же так случилось, что в безопасном месте, оставшись наедине со своей экс невестой… Как же он сейчас жалел что пренебрегал ее привычкой разбивать предметы интерьера. Всего лишь маленький осколок стекла, навсегда разрушил его мир и покой.

Ира колотила в дверь, а Павел в это время готов был задушить ее своими руками. Его любовь и ласки улетучились как ветер. Сжимая крепко кулаки, Павел вышел из своего убежища, схватил за руки Ирину, посмотрел ей в глаза и громко крикнул:

- Убирайся из моего дома! Сейчас же, собирай все свои шмотки и уезжай. Забудь все, что сейчас произошло.

Нежные голубые глаза стали стеклянными, казалось, она перестала даже дышать. Ее мысли окутал туман, не терпящий ослушаний.

Павел понизил голос, отпустил стиснувшие до боли женские руки и добавил:

- Будешь говорить, что бросила меня. Если ты меня любила,- он сделал небольшую паузу, глубоко вздохнул и снова продолжил. - Если любила, то это все останется в прошлом, отныне и навсегда ты не будешь испытывать ко мне никакой привязанности. Никогда мне звони, и не возвращайся. Теперь мы с тобой чужие.… А теперь иди и делай как я тебе велел.

Девушка несколько раз моргнула, с ее глаз спала прозрачная пелена, и не проронив не слова девушка стала выполнять его указания.

Павел, не дожидаясь ее ухода, переоделся, и покинул дом. Как заколдованный принц, он ступал по алее и пытался привести мысли в порядок. Но они все время ускользали от него, не давая поймать себя. В висках глухо стучала кровь, а руки плетьми висели вдоль туловища. Теперь все кончено, подумал он про себя в последний раз и направился в ближайший бар, чтоб залить свое горе выпивкой и забыться.

Глава 14

Несколько дней Павел ходил по квартире как тень, ожидая появления «бесов». Он практически не выходил ни с кем на контакт, не считая свою заботливую мать. Новость о разорванных отношениях облетела всех, кто хоть как то был знаком с одной из самых привлекательных девушек Москвы. Руслан не вмешивался в жизнь сына и по тому, узнав от отца Иры о последствии их совместной жизни, только повел головой в сторону и развел руками, дескать, влиять на сына, он не уполномочен, да и не в его характере обсуждать любовные похождения Павла. Через месяц сплетня потеряла свою актуальность и более о привлекательном успешном адвокате и его подруге «Барби» никто не шептался.

В темной комнате, посреди ночи, в морозный февральский день на широкой двуспальной кровати метался мужчина с крепко сжатыми зубами и бешеным сердцебиением. Его дыхание было прерывистым, а лицо заливал холодный пот. Его слух в этот момент был наполнен громким шипением, и на шее проступила кровь. Мускулы на теле напряглись до предела, и казалось, что парня удерживает невидимая сила. Так оно и было, по сути, в этот момент сон его переплетался с реальностью, и с каждым разом реальность эта становилась невыносима. Ни единой души не могло оказаться рядом, чтоб разбудить Павла, окружить его лаской, и смочив полотенце утереть бледное измученное лицо. Он провел ни мало ночей наедине со своими бесами, немало дней пытался заставить себя бодрствовать сутками, но к избавлению кошмара это не привело. Ему оставалось только приучить себя к той жизни, в которой будучи ребенком, он боролся с не прошеными гостями, что таили в своих телах темные души, а в глазах непроглядный мрак. Ничего не изменилось с тех пор, как он впервые с ними встретился. Они оставались для него все такими же вселяющими в сознание ужас, а тело наполняли неистовой болью. И не важно, в какое время суток, Павел позволял себе забыться сном, их не останавливал ни дневной свет, ни распятие который он перестал носить на шее с тех пор, как мир его был разрушен их появлением.

Он в последний раз появился в суде, год назад, едва не провалив дело. Чуть позже Павел открыл адвокатскую фирму, и с тех пор больше не блистал на судейском поприще. Из-за кошмаров, он потерял всякую бдительность и хватку. Решение далось ему нелегко, но бороться в мире реальном и в мире, где людские законы теряются всякую власть, стало дня него невыносимым. Отец едва не поссорился с сыном, когда узнал, что Павел ставит крест на своих достижениях и уходит в подполье. Но решение осталось непоколебимым, не смотря на уговоры близких и друзей. Теперь под его началом работали одни из лучших адвокатов, кто предпочел набираться опыта у блестящего Строева Павла Руслановича. Он охотно помогал своим коллегам, но только в пределах своей конторы, и никто более не видел, чтоб его нога ступила на судебное заседание.

Никто не замечал в последнее время в его компании приятных молодых особ женского Пола. Павел стал очень замкнутым и скрытным. Лицо его немного осунулось, и не редко можно было заметить под глазами темные круги, не сходившие неделями. Он не хотел, чтоб его отец догадался об истинной причине такой перемены установленных правил жизни и блестящей карьеры, о которой и сам Павел в свою очередь очень часто вспоминал с горящими глазами и нетерпеливыми жестами. И по тому, старался как можно больше уделять внимание своей внешности. Израненное тело он скрывал под одеждой, а душа его томилась в ожидании новых истязаний.

Только маленький призрак, всегда находился рядом, говорил приятным тоненьким голосочком и кидал нежные заботливые взгляды.

- Если б я могла избавить тебя от них, верь мне, я бы непременно пожертвовала ради тебя своей душой. Ведь это единственное что у меня есть.

Анна сникла, опустила голову и добавила:

Но я не могу… Это мне не по силам.

Павел посмотрел на свою умершую сестру и хотел погладить ее руку. Он бы и рад ощутить ее детские пальчики на своей мужественной ладони, но Анна только призрак, и по тому, его рука разрезала воздух и уперлась в мягкую обивку мебели.

Он сидел на диване, промывая свежие раны, и дрожащими руками потянулся к медицинской игле. Анна не пыталась отвернуться или исчезнуть, это у нее получалось куда смелее, чем наблюдать, как ее старший брат зашивает на себе глубокие порезы. Павел перестал ходить в больницу, после пятого пореза. Он внимательно изучил в интернете материалы по обучению наложения швов, и почти привык делать это сам. Его некогда прекрасное тело, теперь было сплошь покрыто шрамами и синяками.

- Тебе не обязательно смотреть на это Анюта.

Девочка откину свои блестящие волосы и улыбнулась. Она не стала подбирать слова, которыми могла успокоить брата и потому тихо сидела на краю кресла и следила за нервно подрагивающими пальцами. Выгнутая игла раз за разом впивалась в кожу и снова выходила наружу. Когда Павел завершил самолечение, и откинулся на спинку дивана, Анна провела своими пальцами по его лохматой голове пытаясь утешить. Пусть брат и не почувствовал ее прикосновений, все же ему было приятно видеть ее рядом с собой, и наблюдать за ангельскими голубыми глазами сестры. Тишина нисколько не мешала Павлу наслаждаться обществом призрака, и отдыхать от жизни.

- Как ты думаешь, может быть мне стоит снова поехать к тому старому колдуну и попросить его…

Павел не успел договорить, потому как Анна перебила его, и разрушила последнюю надежду.

- Его больше нет. Он теперь с нами, по ту сторону вашего мира.

Павел глубоко вдохнул, медленно выпустил воздух и снова прикрыл глаза.

- Он был единственным в своем роде. Сколько я не обращался к людям считающими себя магами и целителями, никто из них не захотел мне помочь. Те, кто обладали талантами, пугались при виде меня, те, кто жульничали и вовсе не имели понятия о том, что я говорю.

- Мне жаль, но это не единственная причина. Ты же знаешь, они стали сильнее, и теперь их не легко прогнать.

- Я помню, он сказал, что мне никто не сможет помочь, но Боже, Анна, я так устал. Прошло только полтора года с тех пор как… Как же я хотел ее убить. Я выжат как лимон…

- Павел, не надо,- сказала Анна и нахмурила золотистые бровки.

Он посмотрел на сестру и замолчал. Остаток ночи истерзанный мужчина провел лежа в гамаке, который установил на балконе, с тех пор как перестал мечтать об отпуске.

Ни один день он не сможет насладиться покоем, пока его плоть не остынет в земле. И ни один живой человек, ни избавит душу от истязаний. И даже призрак, не сможет заставить уйти бесов раньше, чем он уйдет от них…

Глава 15

Прошло ровно два года с тех пор, как Павел порвал с Ириной, поставил крест на выходе в свет и предал свою душу и тело истязаниям. Не редко, в его квартире собирались друзья адвокаты, и принимались распутывать убийство за легкой выпивкой, искать улики и в очередной раз наслаждаться проницательностью и профессионализмом хозяина дома. Не так-то просто было для самого Павла перекладывать свои заслуги на плечи другого. Видеть, как сияет лицо подзащитного, в моменты блестящих ходов своих товарищей. Но этого было не мало, успокаивал он себя, я делаю правое дело, и мне все равно воздастся. И ему воздавалось беспокойными снами, и вовсе не то, о чем он просил.

Матрас кровати, на которой Павел часто засыпал, и просыпался облитый потом и кровью, сейчас неистово зашуршал под его стройным телом. Павел обтянул его клеенкой, чтоб не приходилось отстирывать темные, бордовые пятна. В холодильнике молодого человека всегда можно было найти энергетические напитки. Он приучил свой организм спать не более четырех часов в день. Остальное время Павел тратил на физические упражнения, бумажную волокиту своей конторы и не редко заявлялся на работу ночью, или рано утром, чтоб поработать в тишине и в одиночестве. В минуты слабости он жалел себя и хватался за голову, уверяя, что проклят. Но Анна не оставляла его в горькие минуты и часто разуверяла, что такое случается и с другими людьми. Иногда ее доводы приносили облегчение, но чаще Павел сам пытался пересилить свое сознание и поверить, что так не будет продолжаться всю жизнь.

Но жизнь продолжалась, а вместе с нею и все те же приступы кошмаров. Бесы, не прикладывая особых усилий, превращали жизнь своего пленника в сущий ад.

Павел открыл дверь некогда уютной квартиры и окинул ее критическим взглядом. Когда то логово холостяка навещали «длинноногие красотки», теперь это случалось очень редко, а отношения носили однодневный характер. По углам зальной комнаты располагались все возможные тренажеры и техническое оснащение. Занавеси спускались тяжелыми зелеными складками, мягкая мебель нашла свой приют по центру зала, окружая прямоугольный журнальный столик с массивными фигурами слонов вместо ножек. На головах этих прекрасных животных держалась стеклянная столешница, в данный момент засыпанная бумажной документацией.

Павел снял одежду и направился в душ, чтоб смыть с себя остатки усталости после длительного, двенадцатичасового рабочего дня. Он опустила на пол, подле наполняющейся широкой джакузи и стал медленно наблюдать за струящейся водой. Сейчас в его глазах появилась толика страха, перед предстоявшим сном. Он собирался оттягивать это время, насколько позволит его физическое состояние. На исхудалом лице Павла стали отчетливее проступать скулы, глаза, казалось бы, заняли еще больше места, а губы тронула горькая складка. Между бровей залегла морщинка, и в целом, мужчина напоминал собой образ мученика, если добавить ко всему исхудалое, но мускулистое тело, сплошь покрытое шрамами.

Павел пытался взбодриться, и думать о чем-нибудь хорошем. На него нахлынули воспоминания об Ирине, высокой стройной блондинке, которую он встретил на днях и не увидел в ее глазах ничего кроме равнодушия. Из уст ее вылетело приветственное обращение, затем она улыбнулась и упорхнула словно бабочка, в ярко желтом, длинном сарафане, с распущенными светлыми волосами, и неприметной сумочкой в руке. Павел подумал в этот момент об их прощании, упрекнул себя за грубость и поспешное решение расстаться. Но в уме его вспыхнули сцены с кошмарами, и он вздохнул, уверив себя снова, что все сделал правильно. Иначе он не смог бы объяснить этой глуповатой, но весьма привлекательной особе свой недуг, а уж она бы точно пришла в панический ужас, если б хоть раз наблюдала его беспокойный сон и то, как непонятным образом загадочная сила оставляет на теле кровавые раны. Хотя, он мог заставить ее не замечать всего этого, но тогда она стала бы походить на зомби, который живет с ним по написанным правилам и не замечает ничего вокруг. Вода в джакузи уже наполнилась, Павел погрузился в нее и прикрыв глаза попытался скрыться под водой. Более минуты он провел в таком положении, и когда кислорода стало не хватать, вынырнул наружу и стал жадно поглощать воздух. Ему еще не приходили мысли о самоубийстве. И сейчас как никогда он остро почувствовал тягу к жизни, к нормальной человеческой жизни с радужными снами…

Темная мужская голова упала на тяжело вздымающуюся грудь и веки крепко слепились. И снова пришли «они». Павел почувствовал, как по телу его пробегают мурашки, а в ушах слышится отдаленный шум. Когда бесы приблизились, рты их неестественно раскрылись почти синхронно, и слух заполнило гадкое шипение. Павел задышал чаще, и тело его содрогалось от нарастающего страха. Бесы приблизились, создавая кольцо вокруг своей жертвы. Как по команде они стали медленно ходить по кругу один за другим, и со временем скорость их похождений увеличивалась. Они как будто пытались догнать друг друга, не истово бегая по кругу. Когда силуэты их стали не различимы, а шипение слилось в противный гул, каждый из бесов стал наносить его телу увечия. Мужчина почувствовал себя в центре ужасного вихря с летающими осколками лезвий. Бесы, то замедляли свой танец, то снова набирали скорость. В итоге терпеть стало не выносимо, и Павел тихонько застонал. Потеряв всякое чувство времени и реальности, он пытался ухватиться за те участки своего тела, которые уже начинали кровоточить.

Позже, мужчина простоял под душем не менее часа, радуясь тому, что в этот раз ему не придется себя штопать. Тягостное ожидание их следующего появления отодвинулось на некоторое время, и каждый пережитый кошмар приносил толику облегчения. Так и сейчас, Павел почувствовал себя свободным на неопределенное время и направился в столовую, немного подкрепиться. Бесы каждый раз придумывали для него новые испытания, и он не уставал удивляться их изобретательностью. Еще недавно, они ползали у его ног как змеи, медленно карабкаясь по его телу, впивая в него свои острые, будто металлические когти. Теперь они устроили ураганную воронку, а еще раньше удерживали его по очереди, чтоб каждый, смог утолись свой извращенный голод.

Достав из холодильного шкафа запеканку «саморучно» приготовленную вчера, Павел поставил ее разогреваться в микроволновую печь, а сам тем временем приготовил свежий сок из свеклы, моркови и яблока. Выпив залпом напиток, он громко ударил стаканом о стол, взгляд на мгновенье замер, а через секунду он рассмеялся громким истерическим смехом. Зеленые изумрудные глаза блестели от слез, а безумный смех все еще разносился по комнате.

Анна стояла у него за спиной и не решалась влезать в минутное помешательство брата. Она разделяла его чувства, и понимала, до какого безумия он может дойти, и обязательно дойдет, если его жизнь не изменится.

Глава 16

- Не торопись, следуй за тем автобусом. Когда будет возможность, поравняйся с ним.

Павел сидел за рулем своей дорогой машины и выполнял указания маленькой девочки, расположившейся на переднем сиденье. Они ехали по ярославскому шоссе, в сторону столицы и каждый раз Анна нетерпеливо потягивалась к Павлу, чтоб заглянуть в его окно.

- Чего ты там высматриваешь? - Обратился он к призраку и снова обступил очередную машину.

- Я тебе обо всем расскажу, но сначала ты должен ее увидеть.

-Да кого же я должен лицезреть, и зачем нам все это?

Анна не ответила, она ждала подходящего момента, и когда он настал, едва не уселась Павлу на колени.

- Вот она,- воскликнул призрак, и попросила Павла обратить внимание на темную головку молодой девушки, которая сидела по правую сторону маршрутного авто. Павел едва окинул взглядом пассажиров и снова уставился на дорогу.

- Какая из них?

- Та, что сидит прямо у окна, в белой блузке без рукавов. У нее темные распущенные волосы, слегка волнистые.

Павел снова повел головой в сторону автобуса и заметил невысокую брюнетку. В это время Анна помахала рукой, и девушка, будто бы очнувшись от сна, заметив жест девочки, ответила ей тем же. Затем ее взгляд наткнулся на встревоженные зеленые глаза, и она тут же отвернулась, испугавшись его хмурого выражения лица.

- Что она только что сделала?

Павел видел, как Анна махнула ей рукой и та незамедлительно ответила на дружеский жест.

- Она меня видит. Но это только подтверждает мои опасения.

- Какие опасения? Как она могла тебя увидеть, ты же, - он не договорил, и резко надавил на педаль газа, что чуть не привело их к аварии.

Анна, ничего не ответила, и Павел снова обратил свое внимание на молодую особу. Но она, словно чувствовала на себе его взгляд, а потому не решалась взглянуть на мужчину, и как ей показалось на тот момент очень сердитого.

Он отметил мягкие темные волны ее волос, карие глаза и тонкие, бледные губы. В профиль было заметно, слегка островатый носик, и широкий лоб, скрывающийся под густой челкой. Глаза девушка подвела теплым оттенком теней, ресницы поддела тушью, но помаду не накрасила. На лице ее отчетливо проступал шрам, расположенный у основания разреза левого глаза. Он напоминал маленький крестик, размером в полтора или два сантиметра.

Анна решилась заговорить, только тогда, когда брат ее оставил автобус далеко позади себя и уверенным кивком головы дал ей понять что весь во внимании.

Призрак девочки прикрыл глаза, затем сделала легкий, но весьма резкий вдох будто бы задохнулась от неожиданности. Затем ее глаза открылись и она сказала:

- Сейчас я чувствую то, что она себе представляет. А знаешь что именно?

- Нет, я не умею читать мысли людей, а тем более мысли призраков.

- Это было грубо,- парировала Анна, и сердито посмотрела на мужчину, который нетерпеливо постукивал пальцем, лежавшим на руле машины.

- Прости, но если ты намеренна, рассказывать, то делай это как можно быстрей, иначе мне начинает казаться, что ты давно не каталась на машине.

- Но я и вправду не каталась лет этак...

-Аня!

- Какой ты стал грубый и нетерпеливый. Но это к делу не относится.

Анна снова замолкла и прикрыла глаза.

- Сейчас я вижу ее мысли. И не просто вижу, она заставляет меня переживать эти моменты словно наяву. Еще несколько минут назад я переживала вместе с ней падение с высоко-этажного дома, толика адреналина коснулась даже моей души. А теперь она представила как автобус, на котором едет, падает с моста и она погружается во тьму. Она не знает ничего о загробном мире, поэтому не может ничего ощутить кроме пустоты.

- Я ничего не понимаю. Пора начать говорить человеческим языком.

Аня хотела было съязвить, но у нее было не так много времени что б сделать своему брату весьма рискованное предложение.

- Ее зовут Лиза. И ей не много немало двадцать семь лет. Она почти каждый день думает о смерти. Не просто думает, она ее призывает.

Павел все еще не понимал, к чему клонит его сестра, но решил не перебивать.

- Ей кажется, что жизнь ее бесполезна, она не видит своего будущего, а прошлое оставляет желать лучшего. Почти год прошел с тех пор, как она стала думать о ней. И мысли ее были услышаны, не только мной. Смерть впитывала ее фантазии все это время, слушала зов ее мыслей и теперь хочет забрать Лизу к себе.

- А можно узнать, причем тут я, и какое нам до нее дело? Мне все равно, что она думает и если девочка сходит сума и мечтает о смерти, то давно бы уже выпрыгнула из окна, или повесилась.

- Самоубийцами не становятся, ими рождаются. И кому как не тебе знать это. Если б она могла покончить собой, то давно сделала это. Но ей кажется, что поступив, таким образом, она еще и причинит много боли своим близким людям.

Паша остановился у обочины и вышел из машины. Он не спал всю прошлую ночь, и ему совсем не хотелось выслушивать нелепые истории о людях, которых даже не знает. Молодой человек зашел в магазин, купил себе воду и охладившись снова уселся за руль.

Анна все это время не решалась дойти до самого главного. Но видя нетерпение Павла, все же сделала над собой усилие и продолжила.

- Я скажу тебе так. Лиза должна умереть, и ради этого Смерть будет предпринимать семь попыток. У тебя есть шанс, побороться за жизнь девушки и попытаться спасти ее.

Павел в недоумении уставился на Анну.

- А мне это на кой черт!?

- Ты хочешь избавиться от бесов?

Павел еще больше удивился и поднял брови.

- Ладно, слушай меня. Тебе приходится расплачиваться за свои ошибки. Ты породил в душе «мрак». Теперь у тебя есть возможность проявить себя перед тем, кто сможет освободить тебя от бесов. Если ты попытаешься побороться со смертью за жизнь девушки, и тебе удастся победить, Дух смерти отзовет «их».

Павел сделал движение рукой, словно дотронулся до миленького светлого лба Анны и сказал:

- У тебя жар, и ты бредишь.

- Значит, и ты бредишь, когда бесы приходят к тебе? Включи голову, и подумай над тем, что я тебе сказала. Спасешь ее, будешь спасен и сам.

Павел несколько раз сердито посмотрел по сторонам, затем выехал на дорогу и повернул обратно. Все это время он перебирал в голове последние слова Анны, и никак не мог уловить смысл сказанного. Вернувшись мыслями в реальность, он обнаружил, что его маленькая сестричка покинула этот мир и оставила его наедине с собой. Он окликнул ее несколько раз, но Анна так и не появилась. Махнув на все рукой, Павел отправился на работу. Но мысль о шансе, зажить нормальной жизнью въелась в его сознание как червь.

Вернувшись, домой, Павел ходил по квартире кругами и ждал, когда его сестра снова изволит появиться.

Анна же все это время наблюдала за ним исподтишка и выжидала время. Когда наблюдать за его размеренными шагами стало невмоготу, она решила выйти из укрытия и дать себя обнаружить.

Павел попросил ее повторить все, что она говорила ранее, а после стал задавать вопросы:

- Она ненормальная?

Аня покосилась на него не добрым взглядом.

- Вполне нормальная.

- Может, больна?

- Нет.

- Тогда почему она мечтает умереть?

- Я не могу ответить тебе на этот вопрос. Эта девушка очень неординарная личность.

- Я заметил ее неординарность.

- Ты снова язвишь.

- Прости, но что я должен думать о той ненормальной. Ей бы испытать хоть половину всего, что приходиться переживать мне.

- Иногда физическая боль заглушает душевную,- заключила Анна и серьезно посмотрела на Павла.

- Я не хочу вдаваться в подробности ее душевных мук. Скажи, что я должен делать?

- Спасти ее от смерти.

- Хорошо, я могу заставить ее не думать больше о смерти.

- Все не так просто. Твой дар будет лишним в этой битве. Полагаться можно только на свои человеческие качества и силу. Ты не имеешь права менять ход событий и влиять на девушку.

- Но если она передумает умирать?

- Процесс уже запущен. Она видела меня, а значит, ее конец близок. Иногда люди перед смертью видят призраков, и это подтверждает их скорую кончину.

- Она знала, что ты призрак? – спросил Павел, изумившись «услышанному».

- Нет, конечно. Она подумала, что я обычная живая девочка.

- Хорошо. Что дальше?

- А дальше то, что тебе очень не понравится.

- Мне и это не больно нравится,- сказал Павел и принялся разминать руки, будто собирался пуститься в бой.

- Игра будет честной. Смерть и ее семь попыток умертвить Лизу с одной стороны. Ты и все твои человеческие качества, с другой. Ты не должен пользоваться своим даром на то время, пока будешь рядом с девушкой. Нельзя предпринимать какие либо решения и действия заранее. Если нарушишь правила, все будет напрасно.

- И как я узнаю, где и когда она должна умереть? Или ты предлагаешь закрутить с ней роман и все это время держать ее при себе?

Аня сложила ладони вместе и возводя глаза к небу произнесла:

- Господи, лучше б ты дал моему брату ума.

- Это так по-детски, - сказал Павел и отвернулся от Анны. Девочка хихикнула и снова очутилась напротив лица своего горче любимого брата.

- Никто не заставляет тебя заводить с ней отношения. К тому же, не думаю, что она кинется в твои объятия, как бы ты на это не рассчитывал.

-Скажу в свою защиту, еще не одна девушка не смогла устоять перед моим очарованием.

Аня закатила глаза, и через минуту добавила серьезным тоном.

- Я на твоей стороне. А значит, я смогу посылать тебе видения, в которых ты должен определить для себя место и время. Не спрашивай подробностей. Не нарушай порядок закономерных действий, выставленных «смертью». Следи за всем, что будет происходить, слушай все, что сможешь услышать и запоминай, все детали которые заметишь. Это будет трудная и опасная «игра». Смерть не проигрывает, но я верю в тебя, и верю в то, что ты хочешь избавиться от кошмаров.

- Я не против, подвергнуть себя опасности. Но…

- Но, - перебила его Анна, - никаких нарушений запретов.

Сейчас Павлу показалось, что он говорит далеко не с одиннадцатилетним призраком девочки. Ее глаза показались ему достаточно зрелыми, а голос предостерегал, словно младенца. Лицо Анны на миг омрачилось, и она сделалась холодной. Но это нисколько не отталкивало Павла, он открыл в ней нечто недосягаемое, напоминающее высшие силы и разум.

- Они тоже будут стараться помешать тебе. Ты должен быть уверен, что справишься.

- Но взамен я получу свободу.

- Добрые дела не остаются незамеченными. В этом я могу тебя уверить. Мне больно наблюдать за твоими страданиями, потому я и решила попытаться помочь тебе. Ты знаешь, как я люблю тебя. Ты мне дорог, и я бы чувствовала себя виноватой, в том, что нашла способ избавить тебя от них, но умолчала.

Анна заглянула ему в глаза, в самую глубину зеленых изумрудов и представила, как еще пару лет назад, они излучали свет счастья. Но это осталось далеко позади, и все что можно было прочесть в них сейчас, это унылый страх перед неизбежным будущим.

- Семь попыток?

- Да.

- И я смогу очиститься?

- Это не его игра. Есть иные силы, темные, и они тоже имеют большое влияние.

- Стоит рискнуть, я не думаю, что потеряю все. Но в случае выигрыша риск будет оправдан.

- Будем на это надеяться, - сказала Анна и прикоснулась губами к его щеке.

Павел провел по лицу рукой, старясь ощутить ее нежный поцелуй. Но этого не случилось, как и во многие прошлые разы.

- А нет девушки более…- Он сгримасничал, а призрак в свою очередь всплеснул руками.

- Ты что же, хочешь спасать мисс «Мира»?

- Нет, она конечно не «уродина», вполне себе привлекательная. Но мне показалось, что она очень унылая и скучная.

- Ба, я что же, тебе жениться на ней предлагаю? И к тому же, она совсем не такая, какой ты ее себе представляешь.

Аня надула губы и собиралась ретироваться, но Павел ее остановил. На лице его сияла улыбка, которая совсем не была уместна в этот момент.

- Хорошо, хорошо. Я согласен.

- Запомни Паша, не пытайся обмануть смерть. Не нарушай правила и старайся не подвергать себя опасности. Если поймешь, что это тебе не по силам, признай поражение и отступи. Я не хочу потерять тебя, но лишить шанса на счастье, тоже не могу. Ты продолжишь жить как раньше, а Лиза…

Анна не закончила. Она глубоко вздохнула, словно ей было жаль молодую девушку.

- Лиза отправится в то место, о котором мечтает.

- Она не знает, о чем просит. И мне пора. Будь готов, я скоро вернусь, и для тебя, начнется новая жизнь.

Глава 17

Середина лета выдалась жаркая. Солнце готово было обрушить на Россию все свои мощи. Лучи нагревали землю до степени испарения, и не редко за этим выпадали кратковременные осадки в виде дождей. Ливни освежали улицы, и день наполнялся еще большей духотой. Для жителей Москвы и области выпал прекрасный шанс покинуть кабинки солярия и насладиться солнечным загаром, при этом порадовать глаз богатой природой, лежа на пляже у речки или другого водоема. Каждые выходные, люди спозаранку снаряжались нужными вещами, не забыв, натянуть на себя купальные костюмы и отправлялись к близлежащим водоемам.

Но были и те, кто работал в выходные сутками напролет, встречая приезжих гостей из разных уголков мира. Этих пчелок можно встретить в сфере обслуживания. Они не покидают своих рабочих мест, одаривают гостей улыбкой и оказывают всяческую помощь, дабы отдых людей, что остановились в их скромном заведении, не был омрачен. Одну из очаровательных, но очень скрытых работниц гостиницы «Премьер» можно было смело приписать к тем, кто готов пожертвовать своим временем и вниманием ради блага других. И звали ее не иначе как Лиза, та самая девушка, жизнь которой должна прерваться на пике самого зрелого возраста двадцати семи лет. Она не подозревает о грядущей борьбе за спасение ее жизни, но часто смотрит из окна автобуса вдаль, невидящими глазами, и думает о смерти…

Павел не успел разглядеть в ней нотки тепла и света, которые не оставляют равнодушными никого из ее приближенных. Хотя их осталось не так много, но все же люди тянутся к ней за поддержкой, советом, помощью. Если вы зайдете в гостиницу, «Премьер» и окажетесь у стойки ресепшена, или просто будете проходить мимо, до вашего слуха непременно донесется радостное приветствие. Если же вы намеренны, поселиться в скромном, но весьма комфортабельном номере сего заведения, эта молодая особа с бейджом на груди, в который будет вписано «Павлова Елизавета» окажет Вам самую необходимую помощь. Она расскажет о правилах и услугах отеля, и непременно все это время на лице ее будет сиять самая искренняя улыбка. Лиза не из тех, кто терпит свою работу по необходимости, она любит людей, и выполняет свои обязанности с большим энтузиазмом. Она отдается работе целиком и полностью, и не важно, день на дворе или же четыре часа утра. Эта девушка как стойкий оловянный солдатик охраняет свой пост в бодром пребывании духа до окончания смены.

Сейчас ее темные волосы собраны в резинку и приспущены на плече единым локоном. Челка спадает на правый бок, а светлое лицо, напоминает распустившуюся розу в ранний весенний день. Ее кожа дышит молодостью, в теплых карих глазах теплится огонек, а губы в своем натуральном бледно розовом свете сложены в легкую улыбку. На девушке надета серая жилетка, в тон строгим брюкам и белоснежная рубашка, открывающая изящные руки с вытянутыми пальцами. На ногтях ее едва заметно переливается перламутровый лак, скоромное золотое колечко украшает правый средний палец. На шее Лизы повязан темно красный шарф в виде галстука. На ножках красуются легкие черные балетки, которых совсем не видно за высокой стойкой. Лиза занимает должность «портье», в ее обязанности входит заселение гостей, бронирование номеров и информационное обеспечение постояльцев. Девушки портье работают по графику сутки через трое. Никто и никогда бы не посмел думать о том, что Лиза, на первый взгляд бойкая и очень жизнерадостная особа, способна втайне от всех думать о том, что ей хочется покинуть этот мир, потому как жизнь ее перестала приносить радость и очарование. Ей кажется, что она стала пресной и однообразной, ее любят, безусловно, но если она уйдет, то мир не обеднеет, близкие люди забудут о ее существовании, очень скоро, и место ее займет другая. Не такая веселая, и улыбающаяся, не такая открытая, но у той другой, несомненно, будет дар привлекать к себе внимание.

Входная стеклянная дверь гостиничного комплекса отворилась и юная двадцати двух летняя Вероника, сменщица Лизы тяжелыми шагами вошла внутрь. На ее сонном лице отобразилось подобие улыбки, она поцеловала Лизу в щеку и поплелась в раздевалку. Приход Вероники означал окончание смены Елизаветы и начало нового рабочего дня. Девушки менялись в десять часов утра, передавали смену, просматривали важные события в журнале и надеялись, что их рабочий день пролетит незаметно.

Лиза приветствовала поток персонала, друг за другом шагающего в служебное помещение. Персонал состоял из десятков людей, в него входили горничные, электрики, сантехники, менеджеры и официанты боулинга и ресторана, инженеры и повара, водители и начальники отделов, бухгалтера и кассиры. Директор гостиничного шести этажного комплекса появлялся несколько раз в неделю, он мог посещать заведение в любое время дня и ночи, не редко волновал своим появлением недобросовестных работников, подмечал недочеты и обвинял в не компетенции. После ежедневной пятиминутки проведенной менеджерами и начальниками отделов, люди расходились по своим местам и принимались за работу.

Ресторан, находится справа от холла, в котором встречают гостей. Боулинг и всевозможные игровые автоматы располагались на третьем этаже гостиницы, в специально отведенном и звука изолируемом помещении, а номера располагались с первого по шестой этаж в порядке класса. «Люксы» занимали шестой и пятый этаж, номера категории «комфорт» располагались на четвертом и третьем, а «стандартные» были определены на втором. Каждая горничная обслуживающая гостиницу, была закреплена за одним этажом, и прилегающими к нему коридорами. В цокольном помещении располагалась прачечная, кабинеты для водителей, и ремонтно-строительных трудящихся. Первый этаж отводился для уголка директора, управляющего, и начальников подразделений боулинга, гостиницы и ресторана. Так же не оставались без своих укромных уголков бухгалтеры, кассиры, юристы, системный администратор и все те, о ком я не упомянула.

В летние дни, постояльцы могли побаловать себя купанием в открытом бассейне, расположенном справа от парковой зоны, или разнообразить свой отдых спортивными играми. Несколько участков земельного владения «Премьер» были отведены под игры в волейбол и большой теннис. В целом, комплекс занимал приличные акры земли вблизи станции метро «Алексеевская».

- Подвяжи мне шарф, - попросила Вероника Лизу и протянула наглаженный кусок прямоугольной материи. Девушкам нравилось, как Лиза ловко проделывает несколько петель, пропускает внутрь концы ткани и шарф преображается в галстук. Хотя она и пыталась научить девочек делать это самим, но они все как один противились ей. Им казалось, что галстук будет выглядеть изящней, если умелые руки Лизы поколдуют над ним. Самой же Лизе доставляло удовольствие оказывать им эту незначительную услугу, после, желать хорошего дня и отправляться домой на метро и далее на рейсовом автобусе в город, который только в последний год стал для нее прибежищем. Она проживала со своей старенькой теткой в деревянном одноэтажном доме в городе «Юбилейный». До того времени как она переехала в маленький уютный городок, Лиза жила в Москве, не далеко от станции «Китай город». Но случилось так, что ей пришлось покинуть облюбовавшую съемную квартирку и переехать в подмосковный район.

Елизавета выпорхнула из дверей и заняла место в корпоративном автобусе, который развозил персонал до станции метро. Водитель Александр, невысокий пухлый и очень живой мужчина, пятидесяти трех лет, с густыми, тронутыми сединой усами, горячее поприветствовал ребят, окончивших вместе с Лизой смену, и завел двигатель. Маршрутное авто тронулось с места, и помчалось по асфальтированной дороге.

Лиза простилась с коллегами по работе и села в вагон метро. Здесь ее лицо принимало совсем другое выражение, похожее на то, что видел Павел. Между тонких бровей девушки пролегала складка, глаза теряли озорной блеск, и лицо принимало воинственно отчужденное выражение. Она не смотрела по сторонам, не искала глазами молодых людей и не старалась привлечь к себе внимание. Если кто-то обращал на нее взор, она в смущении отворачивалась и не смела поднимать глаз, пока изучающий в этот момент чужой взгляд, не потеряет интерес к ее облику и не найдет более занимательную особу. Лиза никогда не засыпала в дороге. Она боялась уснуть и проехать свою остановку. Потому в ее телефон было закачено обильное количество музыки на разный лад, и всю дорогу девушка слушала песни и предавалась мрачным мыслям.

Когда автобус останавливался на нужной ей остановке, она благодарила водителя, выпрыгивала из машины и добиралась до дома пешей прогулкой в течении десяти минут. Придя домой, Лиза неплотно обедала с ожидающей ее старушкой, семидесяти трех лет, и ложилась спать. Пока молодая особа высыпалась после суточной смены, тетка готовила еду, бегала на рынок или просто сидела у телевизора, работающего без звука. Она не старалась поддержать в доме тишину, и телевизор ее работал без звука отнюдь не потому, что в этот момент в соседней комнате спала внучатая племянница. Просто тетушка Лизы с самого рождения ничего не слышала, и девушке поначалу было немного трудно привыкнуть к языку жестов, на котором она позже стала свободно объясняться с Елизаветой Юрьевной, своей полной теской. Но даже если тетушка гремела посудой или хлопала дверьми по неосторожности, все же Лизу это ни в коем случае не тревожило. Она засыпала почти сразу, после того как голова ее оказывалась на подушке и спала беспробудным крепким сном, до тех пор, пока ее внутренние биологические часики не отсчитают достаточное количество времени. Только тогда веки начинали подрагивать, и сон постепенно отступал.

Лиза поднималась с кровати, приводила себя в порядок, и проводила остаток вечера с тетушкой, рассказывая ей, как прошел день, или усаживалась за компьютер, побродить по интернет сети. Некоторые выходные она проводила с подругами, отправляясь к ним в гости, или на прогулку. Больше всего она была привязана к своей однокласснице Елене, у которой был муж Роман и восьмилетний сын Кирилл. Лиза вместе с ними выезжала на пикники, гостила у них дома или присматривала за ребенком, когда подруге не с кем было его оставить.

Она действительно не знала о том, как бывает страшно перед смертью. И если жизнь ее подвергалась опасности, то от былого страха не осталось и следа. Теперь же, «Смерть» открыла на нее самый настоящий «сезон охоты».

Глава 18

В уютной, холостятской квартире, недавно построенного высоко этажного дома, на балконе в гамаке лежал Павел, и представлял себе лицо угрюмой девушки, за жизнь которой ему предстояло побороться. Он переключал свое внимание на банку пива, которую держал в правой руке, делал несколько глотков и снова уносился мыслями к тусклому образу Лизы.

Его мысли оставили девушку в тот самый момент, когда очертания балкона стали странным образом исчезать. Павлу показалось, что он заснул, и видит фантастический сон. Спрыгнув с гамака, мужчина ступил на заливающую проливным дождем землю. Его ноги не ощущали сырости, не смотря на то, что он стоял посреди лужи. Павел стал оглядываться по сторонам, пытаясь определить для себя место своего расположения. Дождь падал на землю огромными каплями влаги, и сильный ветер только усиливал их поток. Павел все еще прибывал в состоянии невесомости, его движения были довольно натуральными, и все вокруг казалось слишком реальным. Не смотря, на сильный ливень, одежда молодого человека оставалась сухой. Павел попытался вспомнить знакомую до боли местность. Он сделал несколько шагов по направлению к заброшенной остановке и только теперь заметил, что в глубине ее скрывается одинокое создание. Молодая девушка, промокшая на сквозь, стоит по среди воды, стекающей в глубь остановки, и слегка подрагивает от пронизывающего ветра. В одной руке она держит свою обувь, а другой растирает руку чуть выше локтя, чтоб немного согреться. С ее темных волос стекает вода, как впрочем, и с подола короткой джинсовой юбки. Она спряталась под крышей, чтоб переждать ливень и сильный ветер, который в следующий момент обрушился на дерево. Огромная ветка отделилась от ствола и упала на столб с электрическим проводом. Павел не смел пошевелиться, и крик, сорвавший с его губ заглушила непогода. Он мигом пришел в себя, ринулся с места, но перед самым его носом, провод сорвался, упал в воду и девушку, стоящую голыми ногами на земле ударило током. Она затряслась как в сильной лихорадке, и через несколько секунд ее тело повалилось на пол. Павел рывком приблизился к девушке и увидел мертвенно бледное лицо Лизы, с открытыми глазами и разинувшим ртом. Она несомненно была мертва. Он пытался нащупать ее пульс, но девушка, и все что было вокруг растаяло до того как он успел к ней прикоснуться. Павел снова оказался в своей квартире, позади него раскачивался гамак, а на полу валялась жестяная банка.

Мужчина провел рукой по волосам, прикрыл глаза и снова ощутил весь ужас произошедшего кошмара. Лиза, несомненно, это была она, и то, что случилось, показалось ему не самым приятным. Павел все еще приходил в себя, а маленький призрак наблюдал за его растерянностью.

- Первая попытка. Ты видел то, что должно с ней случиться.

Анна приблизилась к брату, но Павел, словно не замечал ее присутствия. Он все еще пытался собрать свои мысли, и сообразить, что же произошло. Анна дала ему немного времени, а затем еще раз попыталась привлечь к себе внимание.

- Это действительно случится, вопрос заключается во времени. Ты успел найти для себя зацепки?

Только теперь Павел обнаружил присутствие призрака и широко раскрытыми глазами уставился на маленькую девочку. Молчание его только усиливало звук частого сердцебиения, и он машинально приложил руку к своей груди.

- Это что же, вот так она должна умереть? В одиночестве, посреди грязной лужи? Я не представлял что все будет…- Он не нашел больше слов продолжить свою речь. Может быть, блестящий юрист впервые не нашел, чем закончить свою речь.

- Ты думаешь не о том, что тебе сейчас нужно.

Анна уперла сердитый взгляд на Павла и громко произнесла:

- Вспомни! Все что ты видел вокруг. Ты должен опознать местность, и время. Если ты опоздаешь, ее не станет. Это ее твердое будущее.

- Я знаю,- парировал мужчина,- но я не могу представить, что все случится наяву, как плохой сон. Это не может быть вот так, просто.

- Может, - ответила Анна, все еще пытаясь направить мысли своего брата в правильное направление.

Павел прикрыл глаза, обхватив голову руками, и стал медленно воспроизводить в голове картинку. Его сознание подсказывало, что улица, на которой случится несчастный случай, ему должна быть очень знакома.

-Узкий перекресток, перед остановкой, справа ларек, а позади высокий забор из кованных, выкрашенных в черный цвет прутьев. Через дорогу аптека, или какой-то магазин. Должно быть все-таки аптека. Потому что…

Павел говорил все вслух и потому, Анна старалась не мешать его размышлением. Мужчина хлопнул себя по лбу, выбежал в прихожую комнату, и прихватив ключи вылетел на лестничную площадку. Через несколько минут, призрак девочки и молодой мужчина запрыгнули в серебристую машину и помчались на предельно допустимой скорости.

Павел отыскал в своей голове путь, который непременно приведет их к месту будущей трагедии. Но этого оказалось мало, потому, как нужно было еще узнать время, в которое случится непоправимая трагедия. Об этом он еще не думал, но когда машина притормозила у той самой злосчастной остановки его мысли стали лихорадочно перебирать детали картины. Сколько бы он ни мучил себя и не корил за невнимательность, все же ему не удавалось, предположит время и дату события.

Оставалось надеяться на метеопрогноз.

Вернулся домой Павел с тяжелым сердцем. Он стянул с себя одежду, принял душ и попытался придти в себя. Анна еще больше разволновалась, и как ей не было жаль девушку, все же брат оставался для нее дороже всех.

- Ты можешь бросить все и забыть. Ты не обязан спасать ей жизнь, это все затеивалось только ради тебя.

Мужчина отрицательно покачал головой и уставился вдаль. Он не отрывал своего взгляда от незримой точки на стене даже когда говорил с сестрой.

- Нет Аня, я принял это дело с большим жаром. Мне нужно отключить свои чувства и тогда все пойдет на лад. Если я справлюсь, то впредь буду более внимателен и рассудителен. К тому же, я делаю это ради себя, в первую очередь. Сейчас я хочу придумать план. А там будет видно.

- Хорошо, я должна оставить тебя. Не подвергай себя опасности, если почувствуешь, что не справишься. Ты мне дорог братец, и какой бы тяжелой не была твоя жизнь, я рада, что она у тебя есть.

- Можно спросить?

Анна удивленно приподняла брови, когда взгляд его упал ей на лицо.

- Какая она, эта «Смерть», такой же «призрак» как и ты, или в ее руках действительно коса, а на груди черный балахон?

- О! – Только и успела вымолвить Анна, и не сказав ни слова исчезла, как и полагалось призракам.

- «О», это не ответ, - произнес позже в тишине молодой человек.

Глава 19

Павел несколько дней следил за прогнозом погоды, пересматривая в интернете метеорологические сайты. Иногда он ходил по комнате кругами, придумывая план по спасению себя и незнакомки по имени Лиза. По истечению двух дней, погода не менялась, температура воздуха повышалась, о ливне не было и речи.

В голову Павла пришла мысль, которую он едва не отмел. Точный прогноз погоды удастся выяснить наверняка в самом сердце метеорологии. В нетерпении молодой мужчина накинул на себя светлую рубашку и серые брюки, зачесал волнистые темные волосы на бок и не задерживаясь более, покинул свою квартиру.

Спустя некоторое время на территорию «Гидрометцентра» заехала серебристая машина представительного класса. Павел едва повел бровью, когда принудительно попросил впустить его в здание и показать кабинет, в котором ведется наблюдение за погодой.

На обратном пути, молодой, напористый мужчина уже знал, как скоро наступит судный день. Ему оставалось придумать план, который никак не хотел строиться в его воображении. Делать ставки на поведение и реакцию незнакомки не было смысла.

В день наступающей трагедии Павел проснулся рано, истерзанный бесами в весьма скверном настроении. Демоны только подстегнули его рвение оказаться на месте раньше, чем там появится молодая ничего не подозревающая личность, и проявить как можно больше терпения и силы в самый ответственный момент.

Мужчина не мог найти места, где можно было бы оставить машину, чтоб добежать до нее в минуту риска не составило труда, но таких уголков в округе не оказалось, и он принял решение заехать в самый близкий двор. Ему ничего не оставалось кроме как положиться на собственные ноги и спокойствие своей будущей спутницы. Он вытащил из багажника темный зонт, и минеральную воду. Тело, сплошь покрытое ссадинами, ныло от усталости и боли, не давая, как следует сосредоточиться на деле. Он оглядел местность, затем приметил несколько деталей, которые непременно помогли бы ему. Напротив автобусной остановки Павел заметил отделение банка, над дверьми которого были установлены электронные часы. Цифры подсвечивались красным цветом и в целом с места, где он сейчас находился, можно было без труда определить время. Если б он не растерялся в тот момент, когда Анна обрушила на него реальность будущего, то непременно заметил бы цифровое табло. Но момент был упущен, а значит, ему придется просидеть в ожидании неизвестное количество времени.

Солнце поднялось высоко в небо, и ветра почти не наблюдалась. Прошел час. Затем второй. И так, пока на город внезапно не обрушился сильный ураган. Все что валялось на земле, стало подниматься в небо. Полиэтиленовые пакеты кружили в воздухе, словно огромны бабочки. Те немногие люди, что еще бродили по улицам стали рассеиваться, и в воздухе запахло дождем. В небе стали раздаваться раскаты грома, оно потемнело и улицы заволокло пылью. В следующие секунды на землю посыпались первые капли дождя.

Павел в нетерпении смотрел по сторонам, но никого похожего на Лизу он не приметил. Несколько человек перебежали дорогу и ринулись в ближайший магазин.

- Вот и ты бы побежала в супермаркет, вместо того, чтоб скончаться от смертельного разряда тока, - вымолвил молодой человек и вышел из своего убежища, предварительно раскрыв зонт. Ливень набирал обороты, и с помощью союзника ветра, усиливал потоки воды. Ураган не переставал ворошить деревья, и Павел забеспокоился еще сильней. Он посмотрел по сторонам, и убедился, что остался совсем один, на расстоянии в сотню метров. Его стали посещать недобрые мысли о том, что возможно ему самому суждено стать жертвой. Ветер на время стих, но через несколько минут снова обрушился на улицу. Павел увидел как с металлической высокой стойки, сорвался рекламный баннер и ветер протащил его на несколько метров. Он обернулся, чтоб проследить полет рекламного щита и наткнулся на бегущую босую девушку, залитую с ног до головы беспощадным ливнем. Едва она успела добежать до своего убежища, как незнакомый мужчина выскочил на тротуар и преградил ей путь. В следующий момент он вежливо представился и предложил укрыться под его зонтом.

- Спасибо, но мне и тут хорошо, - ответила Лиза и попыталась обойти молодого человека, чтоб укрыться от дождя.

Павел был единственным, кто знал о предстоящей беде, и нервы его начинали порядком сдавать. Он считал каждую секунду и пытался сохранить спокойный тон, когда снова обратился к девушке:

- Погода не жалует, а Вы без обуви. Я мог бы предложить Вам покинуть остановку.

-Я Вас не понимаю, - вскипела Лиза, и снова принялась прокладывать себе путь в скромный уголок автобусной остановки.

Павел едва не выругался, но терпению его пришел конец. Он хотел как можно быстрее унести свои ноги и ноги упрямой девушки. В это время дерево, что должно стать причиной трагедии сильно накренилось и Павел, едва не подпрыгнул.

- В последний раз прошу Вас, выйти из под крыши и катиться ко всем чертям отсюда!

Лиза едва не взвизгнула от услышанного и на некоторое время потеряла дар речи, выпучив удивленные глаза.

Мужчина понял что своими словами ввел незнакомку в ступор, но у него совсем не осталось в голове мыслей кроме как… Тут он услышал звук треснувшего дерева, бросил в сторону зонт, Схватил Лизу в охапку, перекинул через плече, как делал это на службе когда спасал своих боевых товарищей и принялся бежать. Едва его ноги достигли середины дороги, провод обрушился на землю и Павел ускорил бег. Они ворвались в магазин с женскими криками и испуганными лицами. Только когда Павел почувствовал, как раны на груди защипали, он выпустил свою ношу и прищурился от неприятной боли. Лиза не заметила на темной футболке пятна, но руки ее почему то были испачканы кровью. Она едва не обезумела, когда незнакомец повалил ее себе на плече. От испуга девушка закричала, ударила несколько раз Павла по спине, но тот еще крепче сжал ее бедра, чтоб девушка не свалилась.

- Вы сума сошли! Что Вы себе позволяете?! - Кричала в не себя от злости Лиза, отстраняясь дальше от мужчины, который спас ей жизнь. Затем она увидела на своей руке кровь и еще больше испугалась. Павел поймал на себе взгляд, удивленных людей, стоявших в стороне от них, и постарался придать голосу спокойный тон.

- Успокойтесь, и перестань кричать. Я спас Вам жизнь. И…Господи, хватит себя осматривать это не ваша кровь.

Лиза подняла на него глаза и заметила на серых джинсах кровавые потеки.

- Я растеребил на груди царапину, пока нес Ваше тело, никчемная, глупая женщина.

После этих слов, он угрожающе посмотрел на всех кто наблюдал эту картину и сжав ладонь в кулак вышел из магазина. Лиза еще с минуту пребывала в оцепенении, и позже удостоверившись в своей целостности и сохранности, робко взглянула сквозь стеклянную дверь. На том месте, где еще недавно завязался их спор, землю коротил высоковольтный, оборванный провод…

Павел приблизился к своей машине и заметил, как на него уставилась пара голубых глаз из пассажирского сидения. Это была Анна, она уже перестала волноваться за жизнь брата, так как наблюдала за ним все время, что он проводил в связи со спасением Лизы.

Мужчина быстро уселся на водительское место и глубоко вздохнул. От первого порыва страха и нерешительности не осталось и следа. Дело было сделано, девушка в безопасности, да и он остался целым и невредимым. Но потоки брани так и вертелись у него на языке. Он не стал браниться в присутствии сестры, молча, завел машину и выехал на противоположную дорогу в стороне от той, что еще недавно готова была поджарить его как поросенка на вертеле. Только добравшись до дома, и оказавшись в полном одиночестве, Павел выпустил пар, выкрикивая на всю комнату обидные слова в адрес Лизы. Адреналин в его крови перестал зашкаливать, и потому он направился в ближайший «Паб», чтоб расслабиться, а может и пофлиртовать с более рассудительными особами женского пола.

Глава 20

Высокая брюнетка с короткой стрижкой, и припухлыми от поцелуев губами лениво потянулась на широкой двуспальной кровати, издав хриплый стон. Ее клонило в сон после любовных утех, так же как и лежащего рядом молодого и весьма привлекательного мужчины. Она поймала на своем обнаженном теле его игривый взгляд и придвинувшись чуть ближе к смуглому, мускулистому, мужскому телу. Мужчина провел рукой по ее волосам, и ненадолго прикрыл глаза. Девушка опустила ресницы, и через несколько минут в комнате стало слышно ее ровное дыхание.

Павел укрыл свою любовницу одеялом и встал с кровати. Он бы с удовольствием прижался к аппетитному стану девушки, разделявшей с ним ночь, и погрузился в сон, но это было против его правил. С тех пор, как сны его стали превращаться в кровавую бойню, он установил для себя несколько правил. Не заводить долгосрочных романов и не спать, если разделяет с кем-то постель. Чтоб не пугать женщин, если одна из них проснется посреди ночи и обнаружит своего друга в крови и свежих ранах. Тем более что появление на теле ран, Павел не сможет объяснить внятным языком. И не многие поверят в то, что Павел не сам режет себя во сне.

Был еще один, беспроигрышный вариант, зомбировать девушку, отмыть ее от своей крови и заставить забыть обо всем. Но после этого, он бы непременно пришел в отчаяние и лишний раз убедился в том, что не может провести с представительницами прекрасного пола ни дня, ни ночи.

Мужчина вышел из спальной комнаты, включил компьютер и стал просматривать документацию, присланную его сотрудниками и коллегами. Работы хватило на всю ночь. Предварительно Павел выпил банку энергетического напитка, заварил крепкий кофе, и занялся делом.

Ангелина проснулась в полдень, Осмотрела пустую квартиру и нашла на кухне остывший завтрак, деньги на такси и записку, которая гласила:

«Будешь уходить, просто захлопни дверь».

Сам же хозяин квартиры в это время направился в адвокатскую контору, основанную им пару лет назад, что б помочь распутать громкое дело по обвинению в очередном убийстве.

- Павел Русланович, добрый день. Желаете выпить кофе или чай? - Поприветствовала его секретарша и мило улыбнулась. Ей было уже за тридцать, невысокая блондинка с милыми чертами лица, в белой блузке и темной юбке взяла стопку документов и отправилась в след, за своим руководителем в его кабинет. Когда Павел сел за рабочий стол, секретарь Марина разложила перед ним документы, которые нужно было подписать и перекинувшись несколькими фразами вышла из кабинета. К полудню, Павел разделался с бумажной работой и откинулся на спинку кресла.

Надеюсь, она уже ушла, подумал про себя мужчина и нажал на телефоне кнопку для связи с секретарем.

- Марина вызовите мне адвоката, который занимается делом Ивина Андрея Николаевича.

- Я проверю на месте ли он, - ответила Марина и повесила трубку.

Через некоторое время в кабинет вошел Игорь. В руках высокого, тридцати семилетнего, одетого в строгий костюм адвоката покоилась толстая папка с рабочими по делу документами. Мужчины пожали друг другу руки и уселись напротив.

- Ну что там у нас по Ивину А.Н.? – Спросил Павел и потер руки, перед тем как взять предложенную папку.

- У него есть алиби, но оно весьма сомнительное. Он утверждает, что был на прогулке, в то время как его отчима задушили.

- Есть свидетели, которые составили ему компанию, или он гулял один?

Игорь прищелкнул языком и на минуту задумался.

- Его девушка, утверждает, что была вместе с ним и что они прогуливались по набережной, но мать девушки толи хочет уберечь свою дочь от суда, толи действительно говорит правду, вообщем она утверждает, что дочь ее в это время находилась дома.

Павел приподнял брови, и стал изучать бумаги по защите Ивина А.Н.. Отпечатков пальцев на орудии убийства не оказалось, и само оно было применено не по назначению. Отчима, молодого двадцатилетнего юноши нашли задушенным в гараже, шнуром от старого телевизора, который хранился там же. Подозреваемых было не много. Пасынок недолюбливающий своего отчима, и озлобленный сосед, потому как жертва ранее отсудила у него часть территории, доказав что забор разделяющий их участки стоит не на своем месте.

- У тебя есть какие-нибудь соображения на этот счет??

Игорь сияющими глазами посмотрел на Павла и вынул из стопки документов фото, сделанное с камеры наблюдения соседнего дома. На снимке отчетливо видно, как некая молодая дама, вероятно не подозревавшая о том, что все ее движения записываются на пленку, входит в гараж семьи убитого.

- Догадываешься, кто она? – спросил Игорь, и вид его напоминал человека выигравшего в лотерею один миллион долларов.

Павел прищурился, внимательно посмотрел на фото девушки, которая была одета в короткую курточку, высокие каблуки и едва прикрывающие ноги шорты. Лица девушки было не разглядеть в темноте, но наряд ее навел Павла только на одну мысль.

- Малолетняя девушка по вызову, и вероятно задушившая его в целях самообороны.

Игорь довольно кивнул головой и сказал, что проверяет второй телефон жертвы, о существовании которого его жена не имела понятия. Оставалось только выяснить, куда он звонил в последний раз и собрать сведения на убийцу.

Павел бегло поздравил Игоря с хорошо проделанной работой, и выдворил его из кабинета, потому как комната стала таять и исчезать у него на глазах. Когда растаявшая дверь кабинета хлопнула, а ручка опустилась, Павел оказался на берегу небольшого водоема. Небо было темным, и несколько компаний расположивших на берегу озера распивали спиртные напитки и громко смеялись.

Не терять времени, подумал про себя мужчина и стал приближаться к молодым людям. Одна из девушек разговаривала по телефону, а остальные люди, перебивая друг друга, обсуждали фильм, недавно вышедший на экраны кинотеатров. Павел посмотрел по сторонам, и попытался определить местность. Очертания берега обильно покрытое деревьями и кустарниками ему ничего не напомнили. В этом месте он точно не был. Время, ему нужно узнать время и дату. Он стал прислушиваться к разговору светловолосой девушки прижавшей к уху мобильный телефон.

- Мам, завтра мы вернемся.

В ответ послышалась невнятная речь, и затем девушка добавила:

- Я же сказала мы на «Пироговском» водохранилище. Я с Сережей, с нами Андрей с Соней, и Лиза.

Снова невнятная, но долгая речь и прощание.

Павел успел заглянуть в горящий дисплей мобильника, в то время как девушка нажала на кнопку «отбой». На дисплее ясно выводилась дата «08.08.12» Часы показывали 20:00.

Павел резко выпрямился и рассмотрел всех кто сидел на покрытой траве. Лизы среди них не оказалось. Его внимание привлек шум, исходивший от скутера. Он подбежал к воде в тот момент, как из воды показалась темная маленькая головка, и в следующие секунды ее переехал скутер. Вода в этом месте потемнела, и скутер резко затормозил. В считанные секунды берег с водной гладью растаял, и Павел вновь очутился в своем кабинете. В этот раз он сумел побороть свое волнение, но только на время пребывания в искусственно созданной для его разума среде. Но как только он посмотрел на календарь и вспомнил, какой сегодня день, адреналин в его крови стал медленно нарастать. Он пулей вылетел из кабинета, и пронесся мимо секретарши, не удостоив ее прощанием. Марина встала с места, и ту же плюхнулась назад.

На выходе Павел вспомнил, что забыл в кабинете свой пиджак, но возвращаться за ним времени не было. Ему предстояло выяснить на каком именно побережье водохранилища, расположилась компания. Для этого нужно было успеть объехать все, чтоб показывал навигатор. Он выскочил на дорогу и последовал путем на электронной панели, указывающей месторасположение водоема.

В запасе было примерно восемь часов, и все это время серебристый «Кадиллак» ездил по пыльной округе водохранилища. Павел обшарил местность вдоль и поперек, в поисках знакомого пейзажа, но все это не увенчалось для него пока успехом. На некоторых побережьях он успел побывать дважды, прочесал все участки земли, но так и не нашел то, что ему привиделось. Берега все как одни были похожи друг на друга, но полных совпадений не наблюдалось. В начале восьмого часа вечера, мужчина потерял всякую надежду найти то, что искал, и руки его устало опустились на руль автомобиля, когда он выехал на обратную дорогу.

Прогневавшись до степени крайности, Павел ударил по торпеде кулаком и резко остановился на обочине. Ему показалось, если он не успокоится, то домой живым возможно не доедет. Потому как очень хотелось стукнуть машину, ехавшую впереди на черепашьей скорости.

Автомобиль, из которого раздавались, пьяны возгласы, свернул направо и поехал дальше по узкой улочке. Павел инстинктивно последовал за ним. Дорога петляла то в право то в лево, и через десять минут, ехавший впереди, темно красный автомобиль остановился неподалеку от шлагбаума, перекрывающего въезд. На табличке перед входом было написано «зона отдыха, водохранилище». Павел заехал на обочину, с частым сердцебиением взглянул на часы, и выбежав из машины ринулся на территорию зоны.

Быстрыми шагами он преодолел проходную, затем перешел на легкий бег и осмотревшись вокруг, просиял. Но времени насладиться знакомым пейзажем не оставалось, Павел принялся на ходу снимать с себя одежду и обувь. До его слуха долетел знакомый голос девушки разговаривающей по телефону. Он знал, после каких слов, незнакомка выключит телефон и Лиза вынырнет из воды.

Никто не заметил, как молодой человек забежал в воду и быстрыми темпами стал разрезать водную гладь, достигая середины. Затем он услышал звук приближающегося водного скутера и стал внимательно осматривать глубину. Увидеть практически ничего не удавалось. Но вот его ногу задела чья-то рука, он нырнул под воду и схватив плывущую девушку за тот участок тела, который ему попался.

Лиза с испуганными глазами вынырнула из воды, и стала жадно глотать воздух. Павел снова схватил ее за талию и стал оттаскивать, размахивающую руками девушку от середины озера. Лиза закричала, но ее крик в момент заглох, так как почти у ее носа, пролетел скутер. Мужчина громко выругался и приказал ей не кричать. Лиза же в свою очередь стала отбиваться от его рук и Павел вынужденно ее отпустил. Она вмиг скрылась под водой, и через несколько секунд, ее голова снова оказалась на поверхности.

- Теперь покричи, раздался за спиной мужской, знакомый голос.

Лиза еще не успела разглядеть человека, но его манера общения показалась ей очень знакомой. Она в страхе стала активно грести к берегу. Мужчина, что еще недавно барахтался неподалеку, в несколько заходов обогнал напуганную до чертиков девушку, и оказался на берегу первым. Он не стал оборачиваться, чтоб внести ясность в произошедшую ситуацию, а просто поднял с пола одежду и медленными шагами побрел к выходу. Лизе достался только вид со спины, широкий торс с заметной татуировкой и сильные, загорелые ноги.

- Лиза, кто это был? – Крикнула девушка, увидев удаляющего мужчину.

Вся компания сразу посмотрела в сторону, куда крылся незнакомец, и затем взгляды посыпались на Лизу.

- Я… я не знаю, - ответила, запинаясь, Лиза. – Он просто купался поблизости, я его не разглядывала.

Подруга с сомнением вымолвила теорию о том, что Лиза скрывает от них своего друга. Но этот упрек остался без внимания. Лиза присоединилась к своим друзьям, создавая видимость спокойствия, хотя внутри у нее все сжалось в комок.

Глава 21

-Ты «грубиян», - обрушилась с упреком на брата Анна.

Павел выпучил глаза, его губы сложились в тонкую полоску, и в целом он стал напоминать разъяренного быка.

- Я «грубиян»? Я? Который исколесил полгорода в поисках иллюзии, спас жизнь глупой кудахтающей курицы, не спавший при этом всю прошлую ночь?

- Только не называй мне причину твоей бессонницы, я ее видела.

Анна улыбнулась, и Павел пришел в смущение.

- Надеюсь, ты не следишь за мной двадцать четыре часа в сутки.

- О нет, твоя личная жизнь меня не интересует Паша. А вот над поведением можно немного поработать.

Павел запихнул в рот большой кусок пиццы и никак не отреагировал на замечание. Анна, решила отставить брата в покое, чтоб он отдохнул и пришел в себя после стольких часов беспокойной езды. Недовольный, мужчина посмотрел в след исчезающему призраку и глубоко выдохнул. В этот раз, ему едва хватило времени, но будет и следующий, а за ним еще и еще. Хватит ли ему сил? В этом Павел не был уверен и по тому решил придумать вескую причину, чтоб сблизиться с объектом своего задания. Он не удосужился узнать о девушке хоть какую-нибудь информацию. Но это, по его мнению, не составит труда. И еще, он уяснил для себя следующий момент, лучше не спать предстоящие сутки, чем кидаться спасать человека в шкуре раненного животного.

В главном здании Федеральной службы безопасности, в одном из кабинетов раздался приветственный возглас Николая, боевого товарища Павла.

- И как ты умудряешься всякий раз незамечено проходить через охрану?

Павел рассмеялся и попросил друга не тревожиться о таких пустяках. Он заявил, что обладает шапкой невидимкой и по тому его никто не видит.

- Ну, рассказывай, что привело тебя в наше скромное заведение.

Павел повел бровью и присвистнул.

- Ну не такое уж оно и скромное.

Коля засмеялся, открыл дверцу нижнего шкафчика стола и вынул оттуда миниатюрную бутылку виски.

- Прежде чем отметить нашу встречу, посмотри на это.

Павел достал из кармана телефон, и показал фотографию.

- Мне нужно все, что ты наешь на эту личность. Ее зовут Елизавета. Остальное ты должен выяснить.

- Чем эта девушка заслужила внимание? Проходит по твоим адвокатским делам?

Павел не стал вдаваться в подробности свих целей и по тому утвердительно кивнул.

- Дело терпит до завтра? – Спросил Николай, разливая по стакан янтарную жидкость, и подбрасывая кубики льда.

- Мне нужно знать о ней все, до того момента как я окажусь дома. А я хочу прибыть туда не позже чем через пару часов.

- Как скажешь, но информация может быть не полной. Ты же понимаешь, это занимает как минимум пару дней.

-Все что твоим парням удастся раздобыть к назначенному сроку.

Николай перекинул фотографию себе на мобильный телефон, пригласил в кабинет помощника, и отдал распоряжения.

- У нас есть время поговорить о личной жизни и вспомнить прошлое, - сказал Коля, поднял бокал и пригубил виски.

Вернувшись домой, Павел кинул на столик ключи, переоделся, и принялся просматривать долгожданную папку с собранным досье на Лизу.

-Что же мы имеем, сказал вслух молодой человек. – Павлова Елизавета Юрьевна, уроженка города Томск. Возраст двадцать семь лет, это мы уже знаем. Проживает по адресу, г. Юбилейный…

Павел на секунду оторвался от дела, поймав себя на том, что не встречался с ней ранее, не смотря на то, что они живут в одном городе.

- Это потому, что ты никогда не смотришь по сторонам, - раздался тихий нежный голос сестры, у самого уха.

- Я что сказал это вслух?

- Нет, но мне не нужно читать твоих мыслей, чтоб понять, о чем ты подумал, когда выяснил что вы живете в одном городе.

Павел велел Анне не мешать и продолжил изучать данные. Его брови несколько раз сходились на переносице, затем удивленно приподнимались, а через некоторое время он захлопнул папку и откинулся на спинку дивана.

- Что ты намерен делать?

-Я думаю.

- Ты очень долго думаешь, - упрямо заявила Анна и села на столешницу, напротив брата.

- Паша, ты думаешь преследовать ее?

- О, моя сестра разыскала во мне нотки маньяка.

Раздался шелестящий смех, но через некоторое время Анна серьезно сказала:

- Ты становишься на него похожим, когда бросаешься спасать Лизу.

Павел рывком поднялся с дивана и достал из сумки ноутбук.

- Это потому, что у меня не хватает времени придумать сентиментальные объяснения.

Компьютер загрузился, и Павел забил в адресную строку интернет поиска название интересующего отеля.

Просмотрев сайт с многочисленной информацией, и открыв вкладку «вакансии», он обнаружил для себя приятную новость. Гостинице требовался управляющий.

- Ну вот, хоть одна приятная новость.

- Какая? – Спросила Анна, уставившись в монитор.

Павел выделил слово «управляющий» и веселым голосом произнес:

- Перед тобой сидит новый управляющий гостиницы «Премьер»…

Просторный холл, с высоким зеркальным потолком, и разделяющей пространство на две неровные половины стойкой, заполнился немногочисленными постояльцами. Гости, сонно подтягиваясь и крутя головой в разные стороны, спускались со своих уютных номеров, чтоб немного позавтракать.

Лиза встречала их приветственным «Доброе утро», мило улыбалась и подсказывала новичкам дорогу в уютный ресторан для утренней трапезы. Она заступила на смену примерно час назад, просмотрела заявки для бронирования номеров, отправила несколько факсов и принялась мило щебетать с менеджером по смене. Компанию ей составляла невысокая женщина сорока пяти лет, со строгим выражением лица. Ее темные волосы спускались до плеч, светлые глаза блуждали по графику горничных, и ручкой она отмечала тех, кто заступил на смену. Хотя на вид эта женщина выглядела суровой, все же сердце ее было мягким, а характер податливым. Они с Лизой понимали друг друга с полуслова, и прекрасно проводили время, когда их смены совпадали. Лиза не могла сказать, что с другими менеджерами работать ей было в тягость, но к Ирине Валентиновне она испытывала доверительные отношения. И та в свою очередь принимала ее с материнской любовью. Лизе доверяли все, даже горничные приветливо улыбались, и настроение их поднималось, когда они, войдя в холл гостиницы, видели улыбающееся, доброе лицо Лизы и слышали ее звонкий голосок. Никогда от нее нельзя было услышать грубого слова, если она просила кого-то выполнить ту или иную работу, то в конце предложения всегда добавляла слово «пожалуйста» и не забывала поблагодарить, если просьба ее не была проигнорирована. По сравнению со своими коллегами, проработавшими в качестве «портье» по нескольку лет, Лиза устроилась на работу не более года назад, но за это время успела завоевать сердца всех, начиная с дворников и заканчивая высшим руководством. Девушка, как и все, ошибалась по началу, и сильно переживала, но честный труд всегда приносит свои плоды. И ее стали ценить как хорошего, доброго и светлого сотрудника.

Она умела разговаривать с гостями, даже если те оказывались невозможными «занудами» или пребывали в состоянии сильного опьянения. Терпение ее казалось было безграничным. Иногда после суточной смены выжатая как лимон Лиза приходила домой, и с широкой улыбкой на лице рассказывала о нелепых гостях, которые могли на протяжении целого часа принимать попытки по выведению девушки из себя.

-Аня, у тебя сегодня второй и четвертый этаж, - сказала Лиза горничной и вручила рацию.

- Наташа, ты на третьем и первом.

Девушки мило улыбнулись, и разошлись.

Ирина Валентиновна вызвала электрика и вручила заявки, по которым тот должен был устранить недочеты или всевозможные поломки. В это время в холле раздался голос директора отеля, и все внимание обратилось на приближающего Андрея Сергеевича.

- Доброе утро Андрей Сергеевич, в один голос пропели девушки, стоящие за стойкой.

- Доброе утро барышни, - поприветствовал их в ответ руководитель и пожал руку тридцати девятилетнему электрику Илье, невысокому мужчине в рабочем комбинезоне.

Как у нас тут дела? – спросил Андрей и посмотрел на сияющее лицо Лизы.

- Все хорошо, - Лиза улыбнулась и протянула ему ключи от кабинета.

Все это время неподалеку от входа маячил мужчина в строгом костюме и начищенных до блеска черных туфлях.

Лиза едва взглянула на него, чтоб засвидетельствовать свое приветствие, но в следующую секунду, Андрей поманил незнакомца рукой и провозгласил:

- Девушки, знакомьтесь, новый управляющий нашей гостиницы, Павел Русланович.

Менеджер тихо поздоровалась, Илья, в это время уже ретировался, а Лиза слегка побледнев, попыталась изобразить на лице свою дружелюбную улыбку. Ее рот всячески противился, но оттуда все же вылетело долгожданное приветствие. Девушка надеялась, что никто не заметил ее замешательства.

Зеленые глаза, напугавшие Лизу не единожды, улыбнулись, и он протянул ей руку. Лиза пожала предложенную руку, со странным выражением лица и смешанными чувствами.

- А это луч света нашего заведения, - обратился Андрей к Павлу. – Лиза очень хорошая девушка, вся гостиница преображается, когда она заступает на смену.

Девушка покраснела, хотя ее лицо еще минуту назад было бледным и сконфуженным.

- Рад знакомству Лиза, - сказал Павел и мило улыбнулся.

Лиза впервые позволила себе осмотреть незнакомца и отметить его привлекательность. Зеленые глаза притягивали к себе взгляд как магнит. Когда пухлые губы растягивались в улыбке, виднелся ряд, белых, ровных зубов. Скулы заметно выступали, делая лицо более мужественным. Темные волосы, гладко уложенные на бок, открывали высокий лоб, и все это произведение искусства держалось на высокой подчеркнутой белым воротничком, шее. Скрытое под дорогим костюмом тело вызывало интерес, но девушка отдернула себя в тот момент, когда незнакомец стал барабанить пальцами по гладкой поверхности стойки ресепшена.

Лиза еще не пришла в себя, но внешне сохранила полное спокойствие, ответила улыбкой на его слова и покосилась на Ирину Валентиновну. Та в свою очередь скромно стояла у края своего рабочего стола и ничего не подозревала, ровно как и Андрей Сергеевич. Мелодия его телефона разрядила обстановку на пару секунд, затем он приложил телефон к уху и уходя в свой кабинет сказал:

- Лиза, покажи Павлу Руслановичу наше гнездышко, - затем он обратился непосредственно ко второму, - жду тебя в своем кабинете, - и скрылся на лестнице. Лиза едва не вскрикнула от недовольства и застыла с кислой миной на лице. Менеджер вложила ей в руку рацию и пихнула в бок.

- Иди милая, я тут справлюсь.

Лиза умоляюще посмотрела на Ирину, и попросила сообщить ей сразу же, как только понадобится ее помощь. Затем девушка собрала всю свою волю в кулак, и отстранив личностную неприязнь обратилась к Павлу, не забыв при этом просиять улыбкой.

- Что бы Вы хотели увидеть в первую очередь? – Не реагируя при этом на хищную ухмылку своего нового начальника.

- Даже не знаю с чего начать…

- Тогда начнем с самого простого, - перебила его бойкая девушка и повела по просторным коридорам первого этажа. Позже девушка стала увлекать молодого человека выше, пока они не добрались до последнего этажа с номерами класса «люкс». Она показал ему несколько номеров разных категорий, и направилась к запасной лестнице.

- Этой лестницей пользуется персонал. Так же у нас имеется черный ход, его я покажу Вам по дороге в боулинг.

Павел едва поспевал за Лизой, не забывая при этом проявлять мнимый интерес. Когда они стали спускаться по лестнице он внезапно остановился и сказал:

- Вы и далее будете продолжать делать вид, будто совсем меня не знаете?

Лиза развернулась к нему лицом, и не теряя самообладания ответила:

- Мы и в правду не знакомы.

Павел едва сдержал улыбку и не отрывая взгляда от лица молодой девушки добавил:

- Давайте не будем ходить кругами. Вы прекрасно помните нашу первую встречу, впрочем как и вторую. Такое не просто забыть.

- Прошу прощения, но у меня вероятно короткая память.

Павел обрушил на Лизу все свое обаяние, и постарался придать своему голосу нотку сарказма.

- Вы всегда такая упрямая?

Лиза хотела ответить, что упрямство ее проявляется лишь в тех случаях, когда он сваливается как снег на голову, но передумала. Не стоит лезть в бутылку, тем более что с его появлением всегда случаются беды. И следующая может стать ее увольнением.

- Я Вас вспомнила. Надеюсь, Вы довольны.

-Это все? А как насчет благодарности за то, что я дважды спас Вам жизнь?

-Дважды?

Лиза удивилась, но потом у нее в голове промелькнул случай на воде. И в правду, теперь она осознала, где еще могла слышать его голос.

- Это и вправду были Вы?

Павел закатил глаза и утвердительно кивнул головой.

- Спасибо. Но я Вас об этом не просила. И вообще со мной ничего подобного ранее не случалось.

Через минуту она добавила, ускоряя шаг:

- Когда Вы появляетесь, случается беда. Будем надеяться, что наша гостиница не сгорит раньше, чем я успею уйти с работы.

Павел пытался возразить, но Лиза ухватилась за ручку двери, ведущую в боулинг, и слух наполнился громкой музыкой раздававшейся в помещении. Пройдя несколько шагов, девушка обернулась, и увидела, что Павел не следует за ней. Она покорно вернулась и обратилась к нему:

- Я хотела представить Вас персоналу.

Павел посмотрел по сторонам, отметил уютную атмосферу для игр и возразив вышел:

- Я представлюсь им позже.

В молчании они проследовали в ресторан, затем вышли на улицу, Лиза показала ему несколько зон парка и бассейн.

- У Вас тут довольно мило, - начал непринужденно щебетать Павел. Хотя голос его не резал слух, а только усиливал прилив желания выслушать продолжение, все же Лиза позволила прервать столь лестное замечание.

- Если Вам больше не нужна моя помощь, то я пожалуй пойду.

- Еще нет.

Лиза удивленно приподняла головку, чтоб заглянуть Павлу в лицо и тот с некоторой долей иронии добавил:

- Проводите меня в кабинет Директора, и тогда избавитесь от моего присутствия.

Лиза кивнула, не найдясь с возражением, и бодрым шагом проследовала в нужном направлении.

Павел ощутил на своих ладонях изгиб ее тонкой талии, который он уже успел оценить ранее, но увидеть всю прелесть ее обнаженной, очаровательной фигурки, ему пока не выпало шанса. Серые строгие брюки сейчас прекрасно подчеркивали бедра и форму весьма привлекательных ягодиц. Жилетка и рубашка плотно прилегали к телу, повторяя форму красивой груди. На шее девушки был повязан шарф, а волосы были туго затянуты в резинку, и спускались локоном на спину девушки. Она едва доставала ему до подбородка, но это только усиливало ее хрупкость и беззащитность. Павел поймал себя на том, что думает совсем не о деле, но это нисколько не помешало ему закончить разглядывать Лизу. Он едва успел поддавить в себе желание поймать ее руку и снова испытать ощущение бархатной кожи, когда послышался голос Лизы.

- Кабинет Андрея Сергеевича.

Павел повел головой в сторону и посмотрел на темно-коричневую дверь.

- Мне кажется нам стоит…

- Прошу меня извинить я должна вернуться к работе, - выпалила Лиза и направилась к лестнице.

Павел не остановил ее, но ему стало неприятно, от того как Лиза пыталась избавиться от его компании. Мужчина открыл дверь и легким шагом ступил на паркетный пол.

Глава 22

Через несколько дней, в гостинице «Премьер», состоялось собрание, на котором представили новоиспеченного управляющего, всему коллективу кто был на смене. В конце директор отеля добавил, что уезжает в отпуск на месяц, и управлять заведением будет Павел. Если у кого-то возникнут вопросы или споры, следует немедленно обращаться к Павлу Руслановичу.

Девушки таяли словно масло, когда Павел обращался к ним, а мужчины нашли в его лице толкового руководителя. Когда Лиза приходила на смену, ей казалось, что все вокруг думают и говорят только об одном. И тема о привлекательном, неженатом управляющем не будет закрыта, пока тот не покинет свой пост. Чувства самой Лизы оставались для них загадкой, когда в ее присутствии кто-то в очередной раз восхищался обладателем самых изумительных зеленых глаз, она молчала. Когда спрашивали ее мнения, она говорила то, что хотят услышать другие, но о том, что сама Лиза думает по этому поводу, никто не догадывался. Она старалась избегать его внимания и не распространялась об их раннем знакомстве.

Андрей Сергеевич, старичок шестидесяти лет, с седой бородой и заметно выступавшим животом, как было сказано ранее, покинул страну и передал бразды правления в руки энергичного Павла, репутация которого опережала самого обладателя. Блестящий юрист как никто другой должен был справиться с управлением, что в итоге подтвердилось довольными возгласами коллектива.

Павлу приходилось теперь руководить двумя компаниями одновременно, и между этим не забыть об истинной цели заваренной каши.

На его столе всегда можно было найти графики работы служащих, на компьютер передавались записи всех камер наблюдения, так что он мог наблюдать за объектом своих живых фантазий, не выходя из кабинета. Лиза об этом не подозревала, так же как и все остальные. Системному администратору, который провернул номер с видеонаблюдением, было велено, не распространяться на сей счет. В некоторые смены Лизы, Павел задерживался на работе сутками, не понимая того, как эти пчелки могут работать в таком темпе. Но когда одна из девушек заболела, а другая в это время была в отпуске, Лиза и Мила, стали выходить на смену сутки через сутки. Павел не был в курсе событий, но решил прояснить эту ситуацию.

На ресепшне зазвонил телефон, и Лиза подняла трубку:

- Зайдите ко мне Лиза, - прозвучал серьезный мужской голос.

Лиза повиновалась и через минуту стояла на пороге, не решаясь войти. Она еще несколько секунд потопталась у входа, и постучала в дверь.

- У меня сложилось впечатление, что я вижу Вас на этой неделе уже четвертый раз.

Лиза передернула плечами, на ее лице не оказалось и тени усталости.

- Так и есть.

- И что это значит?

- Вы могли спросить об этом у менеджера.

- А сами Вы не в состоянии ответить на такой несложный вопрос? – Павел оторвался от графика смен портье и серьезно посмотрел на девушку.

- Лескова Виктория заболела, а Борисова Людмила еще ранее вышла в отпуск. Мы с Миланой остались вдвоем.

- И Вас некому подменить?

- У нас нет скамейки запасных, - ответила Лиза, слегка задетая его тоном.

- Вот как, - притворно удивился Павел, - а я то думал, что в моем подчинении футбольная команда. В прочем, возвращайтесь к своим обязанностям, и позовите мне менеджера.

- У них тоже нет лишних. Валентина Сергеевна в отпуске, их только трое.

Лиза решила вступиться за старших по смене, но ее реплика осталась без ответа. Она все еще стояла напротив Павла, а он в свою очередь ждал, когда она исполнит его последнее указание. Так как девушка не собиралась уходить Павел ее поторопил.

- Идите Лиза, и через минуту я хочу видеть у себя старшего по смене.

Что удерживало Лизу в кабинете осталось для Павла загадкой, но ее порозовевшие щеки могли предать девушку. Она поспешно удалилась, и через некоторое время в дверях появилась Татьяна Михайловна, не менее бойкая и улыбчивая особа. Хотя ее возраст уже перевалил за тридцать пять, выглядела она довольно хорошо, и не редко постояльцы отеля закидывали удочку, чтоб привлечь к себе ее внимание. Коротко стриженные светлые волосы молодили женщину на десяток лет. Светло голубые глаза излучали озорной блеск, а правильные аккуратные губки привлекали к себе особое внимание. Ее фигуре могли позавидовать восемнадцатилетние девушки, и обладательница столь привлекательной внешности сейчас присела на стул напротив управляющего, и не менее привлекательного мужчины. У Тани сложился легкий, но весьма твердый характер. Одной только улыбкой она могла поддавить нарастающие к ней претензии. Так случилось и в этот раз. Павел отметил всю ее привлекательность, и немного остудил свой пыл. Все же не она оказалось больной или отдыхающей сотрудницей, стало быть, не ей отвечать за сложившуюся ситуацию.

- Татьяна Михайловна, - обратился к ней мужчина, - я смотрю, наши девочки безустанно работают всю неделю.

- Так и есть. И мы всячески надеемся, что скоро одна из них поправится и выйдет на работу. Девушкам станет немного легче.

Павел все это время неустанно следил за ее выражением лица, но думал совсем о другом.

- Какие функции выполняет менеджер?

Татьяна бодро улыбнулась, и стала перечислять свои обязанности.

- Хорошо. Я думаю, что с половиной из них я могу справиться. Остальное распределим.

-Что Вы хотите этим сказать? – Искренне удивилась Татьяна.

Павел распечатал новые графики для менеджеров и портье, предварительно внеся некоторые изменения.

Таня протянула руку, взяла один из них и мило улыбнулась.

- Вы хотите…

- Я не хочу, но мне придется. Я управляющий, а значит должен разрешить эту ситуацию надлежащим образом. Ваша задача объяснить мне, как пользоваться программой и поставить в известность всех, кто имеет отношение к вашей работе.

Лиза едва не задохнулась когда увидела, что в ее смену через два дня в качестве менеджера будет дежурить Павел, и ей придется провести с ним бок обок целые сутки. Она не высказала по этому поводу никаких комментарий, а вот другие ей очень позавидовали. Дело обстояло следующим образом: один из менеджеров выйдет в качестве портье, а на его место встанет Павел.

Долгожданный день наступил, и Лиза медленными шагами вошла в холл гостиницы. Ее встретила Мила, поцеловала в щеку и шепнула на ухо о том, что хотела бы оказаться на ее месте. Девушки направились в раздевалку, и все это время Лиза пыталась не подавать признаков беспокойства. Она явно нервничала, но Мила так была увлечена собой, что не заметила этого. Девушки резко отличались друг от дуга внешностью и не только. Мила была на пол головы выше Лизы, у нее на лице заметно выступали веснушки, но в целом она обладала приятной внешностью. Черные крашеные волосы обрамляли лицо и делали его более округлым, большие серые глаза отчетливо выделялись на фоне загорелой кожи, а пухлые губы блестели от жидкой помады. В отличии от точенной фигурки Лизы, у Милы едва можно обнаружить талию, хотя назвать ее толстой было бы неуместным. Выходя из служебного помещения, девушки попрощались, и каждый пошел своей дорогой.

За стойкой, на месте менеджера обнаружилось появление Павла, он снял пиджак, развязал галстук и остался в белой рубашке с длинными рукавами и темно синих брюках. На груди его красовался бейдж, и Лиза поняла, что спастись от него ей не удастся.

Глава 23

Павел поздоровался с девушкой и принялся просматривать журнал событий. Лиза занялась своими делами и на некоторое время за стойкой повисла тишина. Когда корпоративный автобус привез новую смену, Лиза обратила свое внимание на персонал, встретила каждого теплой улыбкой и добрым словом. Одному из барменов ресторана она слишком активно помахала рукой, с довольной улыбкой на лице, и горящими глазами, но ничего не сказала. Он кивнул ей в ответ, и удивленно покосился на мужчину стоявшего все это время неподалеку от Лизы.

Павел заметил этот жест, отличивший молодого парня от остальных. На вид ему было под тридцать, и в целом он выглядел очень хорошо. Его смазливая мордашка выдавала характер избалованного мальчугана, каким он и являлся в целом.

За весь день, Павел и Лиза почти не разговаривали. Но ближе к ночи, когда ресторан был наполнен посетителями, а боулинг и подавно, в холле гостиницы стало тихо и спокойно. Гости что должны были прибыть поздним вечером уже заехали, половина отеля опустела еще днем, в установленное по правилам время, и охрана разбрелась делать обход. Павел сидел за своим столом, но Лиза не редко ловила не себе его взгляд.

В тот момент как все вокруг молодого человека стало таять, и уносится вдаль, возникла арена с толпой. Павел почувствовал себя зажатым в тиски плотным кольцом людей. Пробравшись сквозь толпу, он уверенно направился в самый центр событий. На небольшой площади земли, девушка и два молодых парня исполняли огненное шоу.

Молодые люди перекидывали друг другу горящие факелы, а девушка выдувала пламя. Павел стал искать все возможные зацепки, чтоб определить дату события. Он поднял взгляд, осмотрелся и узнал площадь театра Имени Калинина, что находилась в его городе. Но что был это за день, ему никак не удавалось выяснить. Внимание его привлекли крики, раздавшиеся из центра толпы. Люди, в мгновение ока стали разбегаться в стороны. Объятая пламенем девушка, чье ситцевое платье загорелось от огня и молниеносно перекинулось на кожу, побежала в сторону и никто не удосужился помочь ей. Через некоторое время, незнакомый мужчина скинул с себя рубашку и набросив на руки, стал хлопать по обгоревшему телу девушки, причиняя ей еще больше боли. Смотреть на Лизу в этот момент было просто не возможно. На лице ее и на теле почти не оставалось живого места. Через несколько секунд она издала стон, и закрыв глаза тихо выдохнула. Это означало конец ее жизни…

Минутного замешательства Павла из присутствующих пары охранников и Лизы занятой кассовым отчетом никто не заметил. Но когда Лиза, спустя несколько минут обратилась к нему с просьбой сверить кассу, Павел не сразу услышал ее слов. Он как зачарованный уставился ей в глаза, с застывшим на лице беспокойством и паникой. Лиза в недоумении повторила свою просьбу, ответа снова не было.

- Павел Русланович с Вами все в порядке?

Павел несколько раз моргнул, и прикрыл рукой свое лицо. Ему было трудно смотреть на девушку, он представлял ее лицо опаленным, и едва справлялся с нахлынувшим сожалением. Резкими шагами он преодолел расстояние между собой и Лизой, замер над ней как скала с обеспокоенным выражением лица, едва сдерживаясь от желания сбежать, и побыть наедине с собой.

Лиза немного отстранилась от Павла, и тот понял, что может напугать ее, своим не адекватным поведением, а посему решил выйти на воздух, чтоб привести свои чувства в порядок.

Вернувшись примерно через полчаса, он уже выглядел совсем другим человеком. На его лице, не сияла улыбка, но в целом вид его преобразился.

- Простите, я немного увлекся другими делами, что там у нас с кассой?

Лиза подавила в себе тревожные чувства и подошла к столу, за которым сидел Павел.

Он не мог найти запись, чтоб выполнить нужную функцию, и Лиза склонилась над ним, попросив дозволения показать требовательное действие. Павел почувствовал, как дыхание девушки коснулось его лица, и перестал ерзать. Лиза пробежалась компьютерной мышью по вкладкам программы, объясняя свои действия. Спустя толику времени послышалась работа принтера. Отчет был распечатан.

- Теперь Вам нужно сравнить мои записи с отчетом, а затем мы посчитаем кассу. Эта операция проводится несколько раз в сутки.

Павел пробежался глазами по списку гостей составленный в течении полусуточного времени не вдаваясь в подробности и не задавая лишних вопросов. Девушка все это время чувствовала себя более уверенно и по тому на лице ее отобразилась дружественная улыбка, когда дело было сделано. Павел понял, что момент наладить отношения наступил. Он обратился к охране:

- Рома, поднимайся в боулинг, там сегодня много народу, составь компанию своему коллеге. Олег на тебе ресторан, по-моему, гости разгулялись, проконтролируй.

- А здесь кто останется? – нашелся вопросом не высокий, но весьма уверенный в себе Роман.

- Здесь останусь я, если что вызову вас по рации.

Мужчины переглянулись, поправили свои костюмы и разошлись по объектам. Лиза проводила их с сожалением на лице и уставилась в журнал событий портье. Она не знала чем себя занять, и потому стала перечитывать записи, сделанные много месяцев назад. Ее сознание не хотело принимать тот факт, что Павел нарочно выпроводил подчиненных, чтоб остаться с ней наедине.

- Лиза, - начал он издалека, спустя некоторое время, но остановился, потому, как не знал о чем ее можно спросить.

Лиза уставилась на мужчину, ожидая продолжения речи.

- Я тут узнал недавно, что мы с Вами проживаем в одном городе. Странно, что мы ни разу не встречались ранее.

Лиза удивленно приподняла подбородок, но вспомнив оскорбления Павла, нашлась с ответом в удивительно короткое время.

- Мы встречались, и вы очень грубо со мной обошлись, - она пожевала губу и добавила.

- Дважды.

Павел готов был расплыться в улыбке, но вместо этого выражение его лица приняло прискорбный вид.

- Я должен попросить у Вас за это прощения. У меня не было времени распыляться в комплиментах, в любую секунду Вы могли лишиться жизни.

- Да, это мы уже слышали, - пробубнила Лиза себе под нос.

- Мне хотелось, чтоб Вы не думали обо мне как о человеке с неуравновешенной психикой.

- Странно, но именно так я и думаю, - перебила его девушка и добавила.

- Я не понимаю, чего вы от меня хотите.

Павел хотел было приблизиться к ней, но остановил себя. Ни к чему давить на нее, подумал он про себя.

- Мне ничего не нужно от Вас, кроме дружбы.

-Дружбы? – Удивилась Лиза и едва не выронила из пальцев ручку, которую теребила все это время.

- А что тут странного, - изумился в свою очередь Павел. – Нам предстоит долгое время работать вместе, а стало быть, люди должны поддерживать дружеские отношения, и прояснить некоторые недопонимания. Вы не находите?

- Ах это, - вылетело из уст девушки прежде чем она успела захлопнуть рот.

Павел улыбнулся и сделал вид, будто бы занят изучением своих записей. Через несколько минут он снова обратился к ней.

- Разве странно то, что мужчина хочет познакомиться с девушкой поближе и предлагает ей дружбу.

Лиза нахмурила свои тонкие бровки и отрицательно покачала головой.

- Можно вопрос? – Не дождавшись одобрения, Лиза снова спросила.

- Вы следите за мной?

Павел сделал вид, будто бы услышал новость о налете инопланетян и постарался придать лицу удивленный вид.

- Разве я похож на преследователя?

Лиза снова уставилась в журнал, потому как щеки ее запылали против воли. Через минуту она снова втянулась в разговор.

- Нет, - честно ответила девушка. – Но, все говорит об этом. Вы появляетесь в тех местах, где Вам не следовало быть. Так как я верю в совпадения, то приписываю сей факт к этому ряду. Но любой другой на моем месте заподозрил бы «неладное».

- Так Вы готовы забыть все мои оскорбления?

- И начать дружить? – ответила вопросом на вопрос Лиза. – Я не думаю что такому успешному, богатому, молодому и привлекательному мужчине нужно искать дружбы у…У меня.

- И что же с вами не так?

- Я не владею состоянием, и…и мы очень разные, - снова уклончиво ответила Лиза.

Павел привел ее в смущение своим пристальным взглядом и девушка отвернулась.

- Я не прошу Вас стать моей невестой, Лиза. Я только хочу наладить добрые отношения между нами и на этом закончить.

Лиза испытала чувство стыда и поспешила ретироваться. Спустя несколько минут она вернулась за свое привычное место, но краска все еще заливала ей лицо.

Павел добился результата, он хотел пробудить к себе хоть какой-то намек на живое человеческое отношение. Все это время она вела себя с ним как с роботом и это ему совсем не нравилось.

Спустя некоторое время Лиза обратилась к нему с незначительной просьбой сообщить количество постояльцев к завтраку и между прочим добавила.

- Мы можем быть друзьями. Я думаю, это не помешает нашей работе.

Молодой человек довольный собой улыбнулся, выдал цифры, интересующие Лизу и стал понемногу выведывать у нее информацию об интересах и прочих пустяках. Поначалу Лиза отвечала с опаской, словно маленькая черепашка, едва высовывая головку из своего панциря, но со временем она перестала путаться в словах. Павел в свою очередь рассказал немного о себе. Разговор их прервал звук открывающейся двери, когда Лиза пересказывала смешную историю из своей жизни. В эту ночь между ними воцарился мир. Но всему есть предел, а значит и Павлу, пора было вспомнить о своем назначении. Спросить Лизу о планах на будущее связанных с предстоящей катастрофой, он не имел права, а направить разговор в нужное русло, ему не удавалось. Но Лиза сама заполнила этот пробел, спросив у Павла, будет ли он присутствовать на празднике через два дня.

- О каком празднике идет речь? - Едва сдерживая свое нетерпение, спросил Павел.

- День города Королева, разве Вы не видели афиши, они уже неделю висят по всему городу, - ответила Лиза, и в очередной раз их разговор прервался из-за нетрезвого постояльца. Тот перебрал с алкоголем и позабыл номер, в который заселился ранее. Лиза хорошо запомнила этого джентльмена преклонных лет. Он еще по приезду, спешил осведомиться в каком направлении у них расположен ресторан и как долго будет работать. Получив ответ, в котором Лиза сообщила, что ресторан круглосуточный, мужчина кинулся в номер, оставил вещи и через пять минут скорым шагом направился в нужное заведение.

Когда гостя проводили в его апартаменты, Лиза довольно вздохнула, потому, как постоялец все время норовил приблизиться к ней, чем очень развеселил девушку и заставил понервничать менеджера.

Павел едва сдерживался, чтоб не уснуть прямо за столом и в какой-то момент он не справился с зевотой и веки его закрылись. Но Лиза легким касанием руки потеребила его за плече, и предложила подняться в кабинет, чтоб немного отдохнуть.

- Нет, нет, это просто…Сколько сейчас время? Я уснул? – Спросил Павел, сбитый с толку своим пробуждением.

- Пять часов утра. В это время сильнее клонит в сон.

- Я давно сплю?

-Нет,- ответила Лиза и посмотрев на записи Павла хихикнула.

- Что смешно? – Спросил тот снова.

- Посмотрите на свои записи.

Павел уставился в ненавистную тетрадку и рассмеялся. Нули, которые он рисовал при подсчете, с каждой новой строчкой становились все меньше и меньше, а последней так и не был дорисован.

Павел посмотрел на Лизу, и та в свою очередь не попыталась скрыть озорной улыбки.

-Вижу, что на Вас время не распространяется. И как Вам это удается? На вашем лице нет ни единого признака усталости или сонливости.

- Наверно я уже привыкла.

- Сколько Вы тут проработали?

Лиза не соврала, называя точную дату «год и два месяца».

- Нет, мне кажется это не привычка. Я вижу Ваших сменщиц, ночью они походят на сонных мух, а улыбки с них и подавно не вытянешь. Даже днем.

- Вы лукавите. Девочки всегда улыбаются при виде Вас.

-Да, но при виде гостей посреди ночи, на Вашем месте они гнали бы его пеньками.

Лиза не стала более уговаривать Павла оставить ресепшн и пойти поспать. Он показался ей очень приятным собеседником, но девушка не строила иллюзий. Она молча вышла в ресторан и через минуту появилась на месте с двумя чашками крепкого кофе. Аромат наполнил легкие Павла, и он с благодарностью принял дымящий напиток. Ближе к пересмене, Лиза провела транзакцию, показала Павлу сверку и составила отчет по кассе. Павел мечтал об одном, придти домой и проспать несколько дней.

Когда в дверях появилась Ирина Валентиновна, Павел повеселел. Его лицо уже приняло бодрый вид, не зная, как он протянул смену, можно было подумать, что таким оно оставалось двадцать четыре часа. Лиза тоже обрадовалась, когда пришла ее очередь покинуть рабочее место и отправиться в раздевалку.

- Лиза, я вызвал такси, могу подбросить вас к дому, если желаете? – Павел перехватил ее в дверях, и фраза его не осталась незамеченной несколькими сотрудниками. Лиза немного смутилась, приняла отстраненный вид, и вежливо отказалась. Он назвал ее про себя упрямой девицей, но отметил, что девица оказалась на удивление очень интересной личностью. Она умело поддерживала беседу, а когда лицо ее озарялось улыбкой, становилась похожа на маленькую фею, готовую исполнить любое желание.

Глава 24

Афиша мероприятий, посвящённых празднованию Дня города Королева, гласила о том, что огненное шоу будет проводиться в десять часов вечера, сразу после концерта знаменитых певцов. Павел должен был оказаться в числе зрителей, неподалеку от Лизы. И радовало то, что в этот раз ему не придется придумывать оправдание своему поступку. А над оставшимися случаями смерти Лизы, он подумает после того как попытается спаси ее сегодня. Павел пропустил начало случая в посланном сестрой видении, но то чем оно закончилось, его очень взволновало.

Он пришел на главную площадь города в восемь часов вечера. Для себя Павел решил, что управится с поисками и планом спасения Лизы за пару часов. Девушка в это время стояла недалеко от сцены, перед которой выступала группа певцов, и пританцовывала в такт музыке. Рядом с ней толпилось много народу, но вот знакомый парень склонился над девушкой и что-то сказал ей на ухо. Лиза довольно кивнула головой, и молодой человек стал отдаляться от сцены. Павел его узнал. Это был тот самый бармен, которому Лиза оказывала знаки внимания. Его звали Гришин Максим, и сейчас его разгоряченное лицо подогретое алкоголем говорило о том, что он слегка «на веселее». Макс не заметил сверлившего его взглядом руководителя. Он достал трубку телефона и отойдя подальше от шума стал кому-то названивать.

Павел аккуратно приблизился к Максиму, стараясь остаться незамеченным, и принялся наблюдать за парнем. Вся его сущность говорила о том, что он разговаривает с девушкой, и весьма любезно. Макс хищно улыбался и мило ворковал, но слов разобрать в таком шуме было невозможно. Спустя несколько минут кривляний по телефону, Максим нажал кнопку отбоя, довольно ухмыльнулся и снова присоединился к Лизе.

Концерт окончился, молодой человек простился со своей спутницей, чмокнул ее в щечку и отправился восвояси. В это время к Лизе подбежала подруга, оставила сына и снова умчалась. Лизе было наказано присмотреть за девятилетним мальчуганом. Павел решил присоединиться в тот самый момент, когда толпа образовала круг, расчищая для следующих артистов произвольную арену. Все с нетерпением ждали, когда начнется огненное шоу. В том числе и Лиза, стоящая в первом ряду. Павлу нелегко было пробиться к тому месту, где стояла девушка, но так или иначе он должен был это сделать.

- Здравствуйте Лиза, - Раздался знакомый голос у самого уха девушки.

Лиза обернулась и одарила Павла улыбкой. Одной рукой она придерживала Кирилла, другой поправляла растрепавшиеся от ветра волосы. На ней было легкое ситцевое платьице, цвета морской волны, с двойными просторными рукавчиками и высоким лифом. В целом девушка выглядела празднично и не принужденно. В толпе она чувствовала себя вполне уютно, чего нельзя было сказать о Павле.

- Ваш спутник покинул Вас раньше, чем следовало.

Лиза удивленно посмотрела на мужчину и затем добавила чуть громким голосом.

- Макс ушел по делам. А Вы давно здесь?

Павел едва не выругался когда кто-то задел его по спине. Он обернулся и смерил низкорослого юношу грозным взглядом. Лиза ожидала ответа, но не отрывала взгляд от раскрашенных и разодетых в блестящие костюмы артистов.

- Нет, не очень. Я бы приехал раньше, но задержался в офисе, - соврал Павел, возобновляя разговор.

Ему очень хотелось открыть Лизе глаза на обожаемого ею Максима, и рассказать ей о тех делах, которыми будет заниматься Макс, в ближайшую ночь, но доказательств у него не было, и посему он не стал делать скоропостижных выводов. Тем более что представление уже началось, и Павел сосредоточил все свое внимание на деталях шоу.

Девушка артистка стала выдувать огонь, а ее коллеги тем временем перебрасывали горящие факелы из рук в руки. Напряжение возрастало с количеством летающих в воздухе горящих предметов. Павлу едва хватало терпения устоять на месте.

Люди хлопали и подбадривали выступавших криками. Когда закончилось метание факелов, артисты взяли огненные шары, на длинных цепях и стали раскручивать их в разные стороны. Девушка в это время потушила свой факел, взяла из рук помощника горящие веера и принялась вертеть ими вокруг себя. Павел готов был, задохнутся от злости, но остановить их он не мог.

Зачарованная толпа, в том числе и Лиза не заметили, как на псевдо-арену выбежала бойцовская собака. Один из метателей огненного шоу в страхе выпустил цепь, и снаряд полетел прямо в толпу. Лиза дернула руку Кирилла с такой силой, что тот очутился у нее за спиной, и повалился на землю. Павел от неожиданности выставил руку вперед, чтоб отбить горящий снаряд. Рука его точно попала в цель, снаряд приземлился недалеко от того места где стоял растерянный и испуганный молодой парень, еще недавно пустивший огненный шар в толпу. На платье Лизы попал кусок снаряда, пропитанный горючей смесью, и оно незамедлительно вспыхнуло. Павлу ничего не оставалось кроме как схватиться за горящее одеяние девушки руками. Но Лиза ринулась в сторону. Мужчина едва успел поймать ее за нижнюю юбку. Девушка упала, и он повалился на нее сверху, пытаясь всеми силами загасить горящее платье.

После того, как в воздухе запахло гарью, но пламя угасло, молодой человек перекатился на пол, и сел рядом с едва дышавшей от страха девушкой. Ее наряд сейчас мало походил на то, что можно было увидеть в самом начале, но главное, Лиза осталась цела благодаря стараниям Павла. Он посмотрел на ее испуганное лицо и помог подняться. Его дизайнерские джинсы понесли незначительный урон, но их тоже можно было выбросить.

Лиза поспешила найти ребенка, который по ее словам, едва не стал жертвой огненного шоу. Она не понимала, что жертвой на самом деле должна была стать не иначе как сама. Кирилл был неподалеку. Он словно каменный сидел на том самом месте, где она его оставила, и не сделал не одной попытки, что бы встать на ноги. После того как молодые люди и ребенок отошли в сторону, Лиза наконец пришла в себя и постаралась унять дрожь.

- Спасибо Вам большое. Господи, если б не Вы, я даже не могу представить… Кирилл, милый, с тобой все хорошо? Ты не ушибся? – Лиза переключила внимание на молчаливого мальчика и стала осматривать его локти и колени. Через несколько минут к ним подбежала ее подруга Лена, мама мальчика и крепко прижала ребенка к себе.

- Лиза, что случилось? – Спросила молодая высокая девушка с сильно вьющимися золотистыми волосами и широко раскрытыми глазами. – Твое платье, что тут произошло?

- Какой-то «идиот», выпустил на арену цирка собаку, -вмешался Павел. - И я бы вырвал ему ноги, если б…-Тут речь Павла прервалась, он заметил как на лице Лизы появилась страдальческая гримаса. Она морщилась от боли и прикрывала руками ноги. Ее смущал собственный вид и обожженная нога, которая только теперь по-настоящему разболелась.

Прохожие кидали тревожные взгляды на Лизу, а некоторые из них осмеливались подойти и поинтересоваться ее состоянием. Павел отвел девушек к своей машине и сел за руль. Лена только теперь стала осматривать мужчину, который все это время находился рядом с ними. Лизе пришло в голову познакомить своих друзей.

- Павел Русланович, я не представила свою подругу. Елена, и ее сын Кирилл. Лена это Павел Русланович, управляющий нашей гостиницы.

- Очень приятно познакомиться, - сказала Лена и протянула руку молодому человеку. Павел скрепил ее рукопожатием и склонил голову.

- Я думаю Вас нужно отвезти домой в срочном порядке, - обратился мужчина к Лизе.

- Нет, - слишком резко возразила девушка, и чуть тише добавила, - я не могу появиться дома в таком виде. Не хочу волновать тетю.

Лиза посмотрела на Лену жалостливыми глазами и та поспешила ее успокоить.

- Поедем ко мне, найдем тебе подходящую одежду, а тетке скажешь, что испачкала платье и застирала. Вечером Рома отвезет тебя домой.

Лена переключила внимание на мужчину, все это время хранившего молчание и скомандовала отвезти их в район «Подлипки». Через некоторое время машина подъехала к дому, в котором проживала подруга. Мальчик бросился вон из машины, и Лена погналась за сыном. Лиза на некоторое время задержалась в салоне. Она пыталась подобрать нужные слова, дабы выразить свою признательность. В конечном итоге девушка ухватилась за руку спасителя, крепко пожала ее и с некой горячностью произнесла:

- Мне кажется, слов будет не достаточно, чтобы я могла выразить свою благодарность. Если я смогу Вас чем-нибудь отблагодарить только скажите. И еще раз спасибо Павел Русланович.

Елизавета вышла из машины, и ускорила шаг, пытаясь скрыть следы обгоревшей юбки. Со спины, платье оказалось короче, оно едва прикрывало зад, и Лиза всеми силами пыталась спустить его пониже. Павел успел отметить аппетитные ножки своей подопечной, и нехотя вдавил педаль газа после того как она скрылась в подъезде.

Глава 25

Несколько дней, после этого случая Павел почти не появлялся в гостинице. В конторе адвокатов его тоже не было видно. На неделе он заглянул в отель только дважды, просиживал пару часов у себя в кабинете и покончив с делами требующими его внимания снова уезжал домой. На вид молодой человек выглядел как обычно, не считая того, что смуглое лицо его едва заметно осунулось, а под глазами залегли темные круги. Он не с кем не разговаривал, и старался игнорировать вопросы о самочувствии. После того как Павел проявил внимание к спасению Лизы его состояние ухудшилось на столько, что первый день он едва ли мог устоять на ногах. Бесы навестили своего пленника в самый разгар ночного сна. Они искромсали тело так, что едва ли на груди его, ногах и руках оставалось живое место. После этой битвы против демонов, он дважды терял сознание от потери крови, и все время испытывал головокружение.

Анна сутками просиживала у постели своего брата, но помочь ему была не в силах. Лиза чувствовала на работе отстраненность Павла. На ее милые улыбки и приветствие он отвечал молчаливым и угрюмым кивком головы, стараясь всячески избегать долгих разговоров. Так длилось целую неделю. С наступлением новой он стал понемногу оттаивать и приходить в себя. Окружающие его люди вздохнули с облегчением, когда заметили Павла впервые за много дней с хорошим настроением. Черты лица его смягчились, взгляд больше не был угрожающим, а в голосе снова проскальзывали нотки дружелюбия.

Если Лиза и терялась в догадках, о причине столь скверного поведения и угрюмости руководителя, то никак не проявляла свое беспокойство внешне. И Павел в глубине души был признателен ей, за то, что она не пристает к нему с вопросами о случившихся в его характере, кратких переменах. Павел едва не взорвался еще на днях, когда в его кабинет ввалилась без стука и предупреждения, молодая особа по имени Ольга. Она занимала должность главного менеджера боулинга, и в целом справлялась со своей работой прилично. Но поведение ее выходило за рамки «дозволенного». Едва Павел перевел дух после собрания руководителей отделов, и выпроводил их из своего кабинета, как дверь снова распахнулась, и Ольга кошачьей походкой прошла в кабинет. Она не спешила начать разговор после краткого приветствия, а Павел не спешил выпроводить гостью, потому как поведение девушки ввело его в ступор. Он сидел за своим столом, откинувшись на спинку кресла. Темная рубашка с длинными рукавами еще больше подчеркивала несвойственную бледность его смуглой кожи. Темные волнистые волосы как обычно были уложены на бок, и на лице читалось нетерпение.

Павел вытянул ноги, одетые в черные брюки, и начищенные носки туфлей блеснули из-под стола. Ольга оценивающим взглядом окинула мужчину, и улыбнувшись присела на диван. В целом девушка выглядела привлекательно. Прямые, цвета горького шоколада волосы, подчеркивали идеальный овал лица, пышные ресницы, обрамляющие карие глаза, и пухлые губы вызывающие особый интерес. Рост ее составлял не более ста шестидесяти пяти сантиметров, но высокие каблуки прекрасно скрывали недостающие сантиметры. Пышная грудь Ольги притягивала взгляды многих мужчин, но в данный момент Павел мечтал лишь об одном, избавится от назойливой особы и дать своему телу отдохнуть и восстановиться.

Девушка сложила пухлые губки в скромной улыбке, соблазнительно выгнула спинку и попыталась поймать в плен своих темных глаз его внимание. Павел готовый разразиться проклятиями вымученно улыбнулся и спросил:

- У Вас ко мне вопрос?

Оля томно опустила ресницы, и снова улыбнулась. Какие цели преследовала молодая особа, Павел уже догадался, но выпихнуть ее за дверь не мог себе позволить. Оставалось терпеливо ждать.

- У меня несколько вопросов. Мягкую мебель в зоне «VIP» нужно сменить. Потому как обивка истрепалась.

- Что еще? – недоверчиво спросил Павел.

В следующем месяце состоится юбилей нашего отеля. Мы хотим устроить корпоративную вечеринку для всего персонала. Точнее для половины из них. Те, кто попадут в смену, будут работать. Смету с расходами я подготовила. Если вы хотите внести дополнения, мы можем это обсудить. У меня много новых идей насчет проведения праздника и я бы хотела поделиться с Вами.

Павел все время разговора наблюдал за Лизой со своего монитора. Ольга не могла видеть этого, и потому несколько раз вытягивала голову, чтоб хоть краем глаза взглянуть в экран. В холе гостиницы то и дело мелькали спешащие горничные и официанты. Лиза стояла у края стойки. Вышедший с дверей ресторана Максим, приблизился к девушке и поцеловал ее в щечку. Лиза что-то говорила парню на протяжении нескольких секунд, затем он обнял ее. Павел нахмурил брови, и закрыл окно наблюдения.

- Ваша мебель протянет еще неделю, а смету положите мне на стол, когда у меня будет время, я посмотрю. Теперь Вы свободны.

Лицо девушки вытянулось, она была неприятно удивлена тем фактом, что ее так скоро выпроваживают. Но Павел снова уставился в монитор своего компьютера, намекая ей на дверь.

- И еще, - сказал Павел, перед тем как девушка ленивой походкой направилась к выходу. – В следующий раз, перед тем как войти в мой кабинет постучите в дверь. Если я разрешу Вам войти, вы это сделаете, если нет, оставайтесь по ту сторону. Удачного рабочего дня.

Лицо Ольги перекосилось от злости, она хлопнула дверью сильней, чем требовалось. Через несколько минут, в дверь постучали, и он через силу разрешил войти. На пороге стоял Максим, в белоснежной рубашке, и классических черных брюках. Туфли его были столь же ухоженными что и внешний вид. Если Павел и чувствовал перед ним свое превосходство, то лишь по положению.

Максим улыбнулся, и его темные, карие глаза слегка прищурились. Грация его походки, напоминала танец, а телосложение в целом, можно было приписать к самым стройным и гибким телам атлетов. Он отвел рукой прядь темно каштановых волос, упавших на лоб, и прогнав с лица восхитительную улыбку сказал:

- Я хотел поблагодарить Вас Павел, за спасение моей Лизы. Она мне рассказала, и честно признаться, я рад, что вы оказались рядом.

- Вам не за что меня благодарить, любой другой на моем месте поступил бы точно так же, - ответил Павел, скрывая свою злость, от того что Максим вместо того чтоб изменять Лизе, мог бы сам ее предостеречь, останься он с ней.

- Все равно спасибо, - выпалил Макс и поспешил выйти вон. Он заметил нотки сарказма в голосе Павла, и подумал лишь о том, что руководитель его недолюбливает.


Стоило ли приходить на работу в выходной день? Этот вопрос, мужчина, ступивший на территорию отеля, задавал себе трижды, и все разы находил положительный ответ. Если на смену заступила Лиза, то Павел непременно должен быть поблизости и следить за ней. Если она высыпалась дома, то и он старался не покидать город.

- Охотник, - сказала девочка, влетевшая в комнату первой.

- Не хочу опоздать, - ответил Павел и принялся снимать пиджак. Раны на теле зарастали быстрее, от всевозможных способствующих скорому заживлению лекарств, которые Павел принимал, по сей день.

- Чем займемся? – снова задала свой вопрос Анна и попыталась изобразить на лице скуку.- Опять будешь наблюдать за Лизой со своего компьютера или спустишься и найдешь повод для разговора?

- Я не хочу с ней разговаривать. И потом у меня масса дел. Тебе не пора заняться полезными делами, например, послать мне следующее видение?

Призрак отрицательно покачал головой и приблизился к мужчине.

- Если я тебе надоела так и скажи, - девочка надула губки и попятилась в сторону двери. Она хотела изобразить обиженного человека собирающегося произвести выход через дверь, но для этого у нее не хватало человечности и плоти. Павел поспешил успокоить свою маленькую сестру.

- Ты настоящая лисичка. Я к тебе настолько привык, даже представить не могу, если ты вдруг исчезнешь. Такой болтливой особы невозможно сыскать на всем белом свете. И не на белом тоже.

Анна сгримасничала и уселась на диван. Павел занял место у своего стола, включил компьютер и выругался. В следующее мгновение он уже пересекал просторный коридор и направлялся в холл отеля. На его глазах Лиза продолжала подниматься по высокой стремянке, пытаясь достать с потолка воздушный шарик. На диване сидела женщина с заплаканным ребенком, который ожидал свою потерянную воздушную забаву. Высокие потолки заведения заставили Лизу ступить на самую высокую ступень, чтоб дотянутся до шарика.

Сердце Павла пропустило удар, а по телу прошелся жар, когда он воочию увидел Лизу на высоте нескольких метров. Он тихонько приблизился к стремянке, уперся в нее двумя руками и стал ждать, когда девушка спуститься вниз.

Лиза легко дотянулась до ленточки воздушного шарика, наметала его на руку и воскликнула с довольным лицом:

- А вот и находка.

Появление Павла ее неприятно удивило, потому, как на лице его отразилась весьма угрожающая гримаса. Она поспешила вручить малышу шарик и распорядилась по рации унести стремянку. Павел велел ей проследовать в его кабинет. Все время пока молодые люди шли по коридору, Лиза пыталась вспомнить, не ошиблась ли она в отчетах, или не натворила глупостей. Павел открыл дверь пропустил девушку и повернувшись к ней лицом спросил:

- Что это было?

Лиза удивленно моргнула. Павел еще раз повторил свой вопрос, добавляя фразу «зачем она полезла на лестницу».

- Ребенок выпустил из рук воздушный шарик и расплакался. А шум в гостинице ни к чему, вот я и поспешила устранить проблему. А в чем собственно дело?

- В том, дорогая Елизавета, что каждый сотрудник этого заведения, на то время пока находится под моим руководством, должен заниматься непосредственно своими прямыми обязанностями. Если Вы, хотите выполнять обязанности подсобного рабочего, я переведу вас в ряды подсобников. Если нет, то запомните и запишите в журнале портье, что бы каждый занимался тем… - Павел не договорил, потому, как готов был захлебнуться собственным чувством злости.

- Принесите мне ваш журнал.

- Хорошо, - промямлила девушка и чуть тише добавила , - мой господин.

Павел расслышал последнюю фразу, и в кабинете раздался тихий мужской смех, когда дверь за Лизой закрылась. Он был на нее зол, но она сумела погасить в нем пламя огня своим чувством юмора.

Девушка вернулась с поникшим лицом, и протягивая журнал, так посмотрела на мужчину, что тому в свою очередь стало ее немного жаль. Понять, какие чувства она в нем разбудила было не возможно, но то, что жизнь ее приобрела некую ценность, виделось невооруженным глазом. Он начиркал тираду слов на одном из листов журнала красной ручкой и подписался. Возвращая журнал, Павел изменился в лице и дружеской улыбкой сказал:

- Я не хочу, чтоб ты свернула себе шею, бросаясь утешать каждого встречного ребенка.

- Мы не переходили с Вами на «Ты» - съязвила девушка.

- Прошу прощения, Елизавета. Если это Вас коробит, - снова разозлился Павел. - Но впредь, внимательней относитесь к своим должностным обязанностям. Если с Вами случится беда, я буду огорчен.

- Похороны нынче дорого стоят, - добавила Лиза и поспешила покинуть комнату.

Павел снова рассмеялся, а находившаяся все это время в кабинете Анна, покачала головой.

- Сущий дьявол. Мог спокойно объяснить ей чего не следует делать, а не накидываться как бешеная собака на покладистую кошку.

- Это она то, «покладистая»? – Удивился Павел.

- А еще прехорошенькая, добрая и открытая девушка.

Он ничего не ответил на последнее высказывание своей сестры, но в глубине души согласился с призраком.

День пошел на убыль, больше в гостинице не происходило ничего из ряда вон выходящего, но Павел был на стороже, и не забывал подглядывать за объектом своего внимания.

В глубокую ночь этим же днем, когда он только собирался наведаться в ресторан, его снова посетило ведение. Главной проблемой оставалась дата и время. Место, вполне узнаваемо, смерть не быстрая, но довольно неприятная. Павел задумался над фактом смерти не только Лизы. Анна показала картинку, в которой рушился мост, и в воду полетела целая толпа народу, вместе с большими обломками разрушенного моста. Лиза была среди них. Она пыталась спасти девушку, и спасалась сама, в тот момент как от разрушенного моста отвалилась еще одна часть арматуры, полетела в воду, и через некоторое время Лиза ушла на глубину, а ее подруга осталась. Павел предположил лишь одно: девушка зацепилась одеждой за железо и не смогла выпутаться.

Дата и время. Это был единственный вопрос который Павел задавал себе в течении нескольких часов, вспоминая кусочки головоломки и склеивая их вместе. Подруга Лизы выступала в качестве невесты, в этом можно было не сомневаться, потому, как на ней было надето свадебное платье. Толпа народу с транспарантами, значит, в этот день на «Лужковом» мосту состоится шествие. Свадьба подруги, Лиза в числе «приглашенных», иначе ей там делать было бы нечего.

Павел отвлекся от своих раздумий и посмотрел на часы. Циферблат показывал шесть утра.

- Сегодня это не случится, Лиза не станет ехать куда-либо, отстояв на смене двадцать четыре часа без сна и отдыха, - пробубнил Павел вслух, выискивая в сети интернета информацию о предстоящих митингах и шествиях. Через час, он пришел к выводу, что на том самом месте, где должна случиться трагедия в ближайшие дни не предвидится никаких шествий, но иногда люди хранят в тайне свои замыслы и не распространяются, на сей счет. И это он тоже учел. Самым лучшим информатором в этом случае мог являться его друг Николай, но звонить в семь утра не имело никакого смысла. Коля хоть и откликался на просьбы Павла, но потревожив его сон, можно было услышать нелестные слова отказа и брани. Так было еще со времен службы.

Не придав, особого внимания, тяжести головы и частому морганию Павел уставился в пустоту пытаясь расслабиться и погрузился в дремоту. Чуть позже, его потревожил прозвучавший на весь кабинет, голос вернувшегося с отпуска, владельца гостиницы, Андрея Сергеевича.

Глава 26

- БА! Что я вижу. Ты так предан своим обязанностям, что проводишь на работе дни и ночи?

Павел едва не свалился с кресла, от резкого пробуждения. Андрей прошествовал в кабинет и присел на край дивана. Павел поднялся с места и закрутился посреди комнаты. Его сознание только-только начало приходить в рабочее состояние, но он уже думал о потерянном времени. Посмотрев на часы, он схватился за голову, затем окинул взглядом свою голубую рубашку, и не найдя никаких следов крови, только теперь, по-настоящему обратил внимание на посетителя.

- С возвращением, - вырвалось из его уст. Он поспешил пожать руку директору и приготовился выслушать следующую речь. Андрей заметил на лице «говорившего» усталость и нетерпение. Он нарочно засобирался выйти вон.

- Отдохните Павел, у меня много дел. А завтра жду тебя к одиннадцати часам, чтоб обсудить проделанную тобой работу.

- Да-да, спасибо. Завтра я непременно буду.

Павел схватил свой пиджак и вышел следом за Андреем Сергеевичем. Его терзали смутные предпосылки беспокойства. Лиза в это время должна была уже добраться до дома, а ему еще предстояло выяснить некоторые подробности, чтоб провести очередную операцию по ее спасению.

- Я не уверен, но мои ребята говорят, что на том месте, о котором ты говоришь, собирается народ. Вроде намечается митинг. Я уже отправил своих бойцов проконтролировать ситуацию.

Павел выслушал друга, но делать ставки было рано. В его голове не укладывалось только одно, как Лиза может оказаться на том самом месте именно сегодня? Даже он, дремавший несколько часов, был не в состоянии совершать какие либо прогулки. Но жребий был брошен, а времени оставалось не так много. Пока он доедет до места, отведенного под арену смерти, пройдет не менее часа с учетом пробок.

А если ее не будет среди них? Или он уже опоздал? Голова пошла кругом от нахлынувшего беспокойства. Терять время больше нельзя лучше я проведу день в ожидании, чем до конца жизни буду мучиться самоистязаниями, подумал Павел, и надавил на педаль газа.

На одном из перекрестков, он простоял более двадцати минут. Внутренне волнение нарастало против воли, мужчина едва не сбил женщину, пересекающую в неположенном месте дорогу, потому, как очень спешил прибыть на место вовремя. Возможно, шестое чувство подсказывало ему, что нужно торопиться, а может он, в очередной раз забыл отключить свои эмоции. Бросив машину у одного из супермаркетов, мужчина пересек Болотную площадь и направился в сторону моста. Протиснуться среди людей, заполнивших мост и его начала, оказалось не так просто. Павел запомнил из своего видения, большой транспарант, что должен был выситься над самым мостом, в то время как случиться беда. Сейчас он вскинул голову и не увидел ничего знакомого. Он остановился у середины моста, с чувством глубокого облегчения и медленно побрел обратно.

Едва ноги ступили на проезжую часть, как за спиной раздался сигнал рупора, и громкий мужской голос известил о том, что на шествие прибыли новобрачные.

- Народ, пропустите «новоиспеченных», - снова крикнул мужчина, удерживая в руках орало.

Лужков мост по сей день, знаменит тем, что на нём установлены деревья для навесных замков. Эти замки вешают молодожёны сразу после обряда бракосочетания, для того, чтобы скрепить свой союз. И подруга Лизы ни как не хотела нарушать традиций.

Павел как в замедленном действии вернул взгляд на мост, увидел поднимающийся над головами митингующих знакомый транспарант, и задержал дыхание. С его стороны не было видно, как люди расступаются перед девушкой в пышном свадебном платье и ее женихом, но был уверен в том, что сейчас происходило именно это. Сорвавшись с места, Павел стал всеми силами расталкивать людей, пытаясь взобраться на злосчастный мост. Ему оставалось преодолеть несколько метров, прежде чем он сможет добраться до Лизы. Ее лицо мелькнуло у него перед глазами, он еще яростней принялся распихивать толпу и шаг за шагом прокладывать себе дорогу. Девушка все это время находилась позади новобрачных и наблюдала, как они проводят церемонный обряд. Павел выкрикнул ее имя, несколько раз. Лиза обернулась, встретилась с его обескураженным видом, и перед тем как сделать шаг навстречу задержала свой взгляд на подруге. В следующее мгновение глаза ее расширились. Вероятно, до нее дошел смысл его дикого выражения лица. Лиза уже не раз убедилась в том, что появление этого человека всегда приносит беду. И этот раз не стал исключением. Ее карие, теплые глаза застыли на лице Павла, но вымолвить что-либо девушка была не в силах.

Через пару секунд послышался страшный звук, на середине моста образовалась трещина и все, кто находился в эпицентре разрушения, полетели вниз с обломками рушившейся конструкции. Павел взобрался на кромку уцелевшей части моста и прыгнул в воду. Плыть среди обескураженных и тонущих людей было почти не возможно, но он с удвоенными силами и нечеловеческим рвением рассекал воду руками, обходя препятствия. Лиза все это время пыталась удержаться на плаву, стараясь не выпускать из рук подругу. Свадебный наряд поначалу напоминал большой белый пузырь, затем пышная юбка постепенно опустилась в воду и потянула невесту ко дну. Лиза несколько раз ныряла и хватала девушку за руки, чтоб снова вытянуть ее тело на поверхность. Через несколько секунд послышался звук отделившейся и упавшей в воду небольшой части конструкции моста, и Лиза, выпустив невесту, пошла ко дну.

Если бы девушка, собираясь в полудреме, пропустила в своем наряде маленькую деталь, то непременно в оказавшейся ситуации она смогла бы уцелеть. Но легкий, шелковый, сиреневый шарф, хорошо гармонирующий с нарядом подружки невесты, оказался весьма кстати, открывавшему плечики платью. Он прикрывал оголенные части рук. Но удерживать концы шарфа в руках, протискиваясь к центру моста, было сложно, потому, как приходилось еще и нести букет невесты. Лиза облегчила свою участь тем, что намотала шелк на шею и отбросила струящиеся концы ткани на спину. Так ей стало гораздо удобней ограждать себя от любопытной толпы и нежелательных касаний. Но во время упавшей глыбы бетона, торчащий железный прут поранил ей шею и зацепился за шарф. Шелк, затянулся на шее девушки, под весом удаляющей части конструкции моста и перекрыл доступ кислорода. Лиза моментально почувствовала удушение, и не справившись с плотным кольцом ткани сковавшим ее горло пошла ко дну. Ее руки ослабли, глаза стали постепенно закрываться, и сердце казалось, замедлило свой ход…

Павел вытащил утопленницу на берег, и уложил ее животом на свое колено, надавливая на спину и реберные дуги, добиваясь тем самым вытекания воды из дыхательных путей. Лиза все еще не дышала.

Дыши, Лиза, давай, давай! – Павел надавил на грудную клетку Лизы несколько раз, а затем прижался к ее рту, делая искусственное дыхание. Мужчина, повторял процедуру до тех пор, пока утопленница не закашлялась. Он положил ее на бок и похлопал по спине. Девушка невидящими глазами уставилась на воду и пролежала в состоянии полного онемения несколько минут. После жалких попыток подняться с земли, Павел с дрожью в руках взял девушку на руки и отнес подальше от берега.

Она уткнулась лицом в плечо мужчины, дрожа от холода всем телом. Павел и сам был не против, сменить промокшие брюки и рубашку на теплый банный халат. В округе послышались сирены скорой помощи, и милиции. Спасательные команды прибыли на место, спустя недолгое время, бросаясь на помощь тем, кто еще не успел выбраться. Лиза попыталась встать на ноги, но ей не хватало поддержки, утвердиться на земле обеими конечностями. Павел крепко обнял ее за талию и прижал к себе. Так они простояли до тех пор, пока к ним не подбежали люди с теплыми пледами в руках. Лиза прибывала в шоке, ее уста не вымолвили ни слова все время, пока Павел растирал ее сухим пледом.

- Все хорошо, - сказал он, нарушив молчание, спустя какое-то время и приподнял ее лицо за подбородок.

Лиза кивнула и снова опустила голову.

- Саша спаслась? – робким голосом спросила девушка.

- С ней все в порядке, жених подоспел в тот момент, как ты выпустила ее из рук.

Лиза припомнила этот момент, и не справившись с нахлынувшими эмоциями крепко обняла Павла за талию и уткнулась лицом в грудь. Он улыбнулся, провел рукой по ее мокрым волосам и произнес:

- Вы спасли ей жизнь.

Он легко прикоснулся к макушке Лизы губами и тихонько, подтолкнул ее в сторону друзей. Жених и невеста, чудом выжившие в день своего бракосочетания, остались довольны тем, что успели повесить замок, а значит, их брак будет длиться долго и счастливо…

После того, как молодожены приехали домой и обсохли, гуляние продолжилось уже в ресторане, куда был приглашен и Павел, но тот отказался, и простившись с девушкой которую спас, удалился.

Глава 27

По оценкам экспертов, причиной трагедии на месте где располагался Лужков мост рядом с Болотной набережной, стала перегрузка большим количеством людей, собравшихся на общественно-политические мероприятия. Обрушение унесло несколько жизней людей.

Так заявили все новостные каналы, о причине крушения моста. Родные и близкие погибших, до сих пор приносят на место нового, строящегося моста цветы. Их горе несравнимо с печалью Лизы, но изменения, произошедшие с ней после этого случая, остались незамеченными разве что незнакомым людям. Ее лицо все так же озарялось улыбкой, но уже не такой искренней, глаза хоть и не блуждали по пустынному холлу гостиницы, но утеряли всякий блеск. Иной раз Лиза, занимаясь каким либо делом, останавливалась, осматривала все вокруг, будто бы не понимая, где находится, и спустя несколько секунд снова возвращалась к начатому делу. Если окружающие ее коллеги и подозревали, что с Лизой что-то неладное, то прогоняли сомнения прочь, после того как она обезоруживала их сияющим лицом и упреком о не прошеной заботе.

Купания в холодной воде посредине сентября не прошли для девушки даром, она естественно приболела, но с помощью заботы Елизаветы Юрьевны смогла побороть простуду в свои выходные. И к следующей смене, у нее замечался только легкий кашель и меланхолия. Павел хоть и не пытался окружить девушку заботой, все же наблюдал некую растерянность в ее состоянии. Его сейчас одолевали более глобальные проблемы, но и тот факт, что Лиза все еще находится под влиянием шока, все же коробил.

- Ты должен поговорить с ней, - вторглась в его пространство Анна, и мягко опустилась на излюбленный кожаный диван у правой стены кабинета.

-Меня сейчас волнует другой вопрос Аня, - сказал Павел и провел рукой по гладко зачесанным волосам. – Она должна была погибнуть…

- Но ты ее спас, - перебил его призрак девочки.

- Погибли люди, с которыми ни она не я не были связаны. Цена ее жизни настолько высока? Или здесь есть что-то другое.

Анна серьезно посмотрела на брата, и покинув свое прибежище стала позади него. Волновал ли ее этот вопрос, или она уже знала, что трагедия унесет невинных людей? Были ли эти люди так уж невинны, или смерть собрала в кучу своих жертв, чтоб одним разом забрать то, что по праву принадлежит ей?

- Так было нужно, - только и ответила девочка. Чуть позже она сказала, что он не должен беспокоиться об этом. Все идет своим чередом, и правила не нарушены.

- Мне все это не понравилось. Я видел их, барахтающихся в холодной воде, и всем нужна была помощь, но я должен был успеть спасти Лизу. Некоторых придавило ко дну обломками. А знаешь, что еще я помню, тонущую девушку, я проплывал мимо нее, она просила помощи, и я мог спасти ее, или даже двоих. А что я сделал? Я проплыл мимо, вероятно дав ей погибнуть.

- Ты сделал то, что должен был, - ответила грубо Анна.

- Паша, Лиза сейчас не в стабильном состоянии, ты не хочешь ее поддержать. Она тебя совсем не интересует?

- А должна? – Задал встречный вопрос мужчина.

- Ты наблюдаешь за ней все время, пока находишься рядом. Хоть раз, ты попытался заглянуть глубже ее телесной оболочки? Или как показал нам предыдущий опыт, в женщинах тебя привлекает только внешность?

- Хватит! Я не могу обсуждать свою личную жизнь с одиннадцатилетней девочкой.

Павел встал с кресла, и повернулся к сестре спиной. Его хмурый взгляд был устремлен в окно. Всей своей позой Павел пытался показать упрямый характер, сложив руки на груди и расставив ноги.

- А со мной можешь?

Он обернулся на заданный, глубоким, женским голосом вопрос и не справился с волнением, охватившим его в этот момент. Перед ним стояла высокая, златовласая девушка, с огромными, небесно голубыми глазами и пухлыми губами, цвета спелой малины. Ее длинные волосы спадали на плечи и спину, покрывая тело золотым руном. Темнее на тон, брови, словно колосья зрелой пшеницы возвышались над ресницами. Ее стройное высокое тело скрывала белая, задрапированная ткань, обхваченная на талии широким поясом, спускаясь до самого пола и открывая античные руки.

- Ты так красива… - только и смог вымолвить Павел, когда увидел свою сестру в настоящем возрасте. То, что это была Анна, он не сомневался. Ее красота ни шла в сравнение, ни с одной из земных девушек, живущих в людском мире.

- Тебе так кажется, я твоя сестра, - Анна улыбнулась, и лицо ее стало еще моложе и красивей. Не смотря на свой настоящий возраст тридцати одного года, девушка выглядела на десяток лет моложе. Разве что ее величественная красота могла выдать зрелость.

- Ты должна была жить, - сказал Павел и отвернулся, чтоб скрыть заблестевшие от слез глаза. Ему нужно было время привыкнуть к теперешней Анне, ее величественная осанка, приводила его в робость. Он чувствовал себя старше и умней, перед призраком девочки, но перед этой неземной женщиной в расцвете красоты Павел терялся. Анна села на подоконник, задрав изящные ноги и похлопала рядом с собой призывая Павла сделать тоже самое.

- Не стоит так расстраиваться. Я смогла найти свое место в потустороннем мире. И мне нравится быть рядом с тобой. Мир значительно обеднел, теряя очередную «мисс Вселенной», но я не сильно расстраиваюсь по этому поводу.

Анна попыталась разрядить обстановку и ей это удалось. Павел несколько раз моргнул, дабы, избавиться от лишней влаги, заполнившей его глаза, и обратил свой взор в сторону призрака.

-Ну, так как, насчет твоей личной жизни? Теперь мы можем поговорить как взрослые люди? – Спросила доверительно Анна и подмигнула брату.

- Ну, нет, теперь я точно не смогу об этом говорить. Ты всегда будешь такой? Ну, в смысле «взрослой»?

- Если тебе не нравится, - начала, было, Анна, но Павел заставил ее замолчать, отрицательно покачивая головой.

- Оставайся такой. Мне будет приятно видеть эталон настоящей красоты.

Молодые люди улыбнулись друг другу, Павел занял место в кресле и согласился с уговорами сестры проявить должное внимание Лизе, пусть даже как руководитель, заботящийся о ее самочувствии.

На улице заметно потемнело, Анна покинула Павла и тот, в свою очередь хотел было позвонить на ресепшн, чтоб вызвать к себе Елизавету. Ночное, спокойное время суток, как нельзя кстати, подошло бы для разговора в котором не нужно ограничиваться временем, и спокойно выяснить суть проблемы связанной с подвешенным состоянием девушки.

Едва монитор успел загореться после спящего режима, как Павел заметил «неладное». У стойки, напротив Лизы стоял молодой человек, и нервно жестикулировал. Лица его было не разглядеть, но посторонний предмет в правой руке все время был направлен в сторону портье. Предмет по всем параметрам напоминал холодное оружие. Не дожидаясь развязки, Павел соскочил с места и пулей вылетел из кабинета. Пока он перебирал ногами по длинному коридору, уста его призывали на помощь призрака. Но Анна не откликнулась и тем более не появилась. Павел вошел в холл гостиницы и постарался придать лицу невозмутимый, но весьма строгий вид. Обстановка его неприятно удивила.

Лиза оставалась на том же месте, менеджер Мария, дежурившая вместе с ней, скрылась за высокой стойкой справа от напарницы. Стойка с встроенным шкафом предназначалась для личных вещей девушек, в том числе косметики зеркала и пряных сладостей, которыми работницы баловали себя в перерывах. Со стороны посетителей, можно было не заметить скрывающуюся Марию. Но Павел углядел ее светлую, то и дело высовывающую голову. Ее глаза стали похожи на блюдца, однако девушка не собиралась покидать своего прибежища. Охрана в лице двоих человек замерла на месте, не решаясь, что-либо предпринять, потому как, неподалеку от громогласного парня направившего пистолет на Лизу, стояли два здоровых мужчины. Их воинственный настрой можно было определить, невооруженным глазом.

- Что тут происходит? - Спросил Павел, заходя за стойку ресепшена. Он неотрывно смотрел на Лизу, а та в свою очередь попыталась скрыть испуг, и вздох некого облегчения. После недолгого рассматривания посетителя, Павел обратился непосредственно к нему:

- Здравствуй Рамаз, что привело тебя сюда?

Молодой парень, на вид двадцати пяти лет, с черными, как уголь волосами и такого же цвета глазами перевел свой жесткий взгляд на Павла, и не смотря на улыбку, черты лица его заметно заострились. Рамаз едва ли мог знать, что Павел имеет отношение к заведению, в котором скрывается его младшая сестра со своим любовником.

- Они прячут Аишу. Я хочу немедленно ее видеть. Пусть эта девка назовет мне номер комнаты, в которую она заселилась.

- Ты уверен, что она здесь? – Павел нахмурил брови и стал постепенно отодвигать Лизу от стойки с компьютером.

- Не делай из меня дурака Паша. Я видел их машину на вашей стоянке. Могу я задать и тебе вопрос? Что «ты», делаешь здесь?

Павел краем глаза уловил движение руки Лизы. Она медленно передвигала ладонь по направлению тревожной кнопки. По вызову этой кнопки через несколько минут приедет наряд полиции, но можно ли надеяться на исход, в котором никто не будет ранен или застрелен на смерть, Павел не был уверен. Потому как и Рамаз, проследил взглядом за ее действиями. Павел накрыл ее ладонь своей, и прекратил попытки вызвать «подмогу».

- Я здесь работаю. И мне не нужны неприятности. Зачем ты вообще их преследуешь? Если Аиша выбрала этого парня…

- Не городи ерунду, она позорит нашу семью, путаясь с этим ублюдком. Отец лично вздернет ее на виселице, если она не вернется и не выйдет замуж за мужчину, которого ей выбрали, - прервал его Рамаз, нетерпеливо постукивая ручкой оружия по стойке.

- Чем тебе этот жених не угодил? – снова спросил Павел, прикидывая как лучше обезоружить старого знакомого. Едва ли ему стоило прилагать усилия, когда он одним только взглядом мог заставить Рамаза сделать все что ему велят. Но вопрос заключался в другом: «Является ли появление Рамаза с огнестрельным оружием в руке частью игры, или нет»? Если да, то он не может воспользоваться даром принуждения.

О, как же ты мне нужна Анна, подумал про себя мужчина. Сестра не посылала ему видения, но быть может, она что-то упустила. Сознание Павла разрывалось на две части. Разумно было бы предотвратить скандал тихо, но с другой стороны если это все же игра, то он нарушит правило. Решение не как не удавалось принять, а действовать нужно было уже сейчас.

- Или ты найдешь ее, или я вышибу тебе мозги! – завопил Рамаз, понимая, что его хотят обвести вокруг пальца, растягивая время.

Наклонившись чуть вперед, Рамаз снова произнес, уже низким и угрожающим голосом:

- Если приедет полиция, я из твоего тела сделаю решето, поняла?

-Делай, то, что он велит! – произнес нетерпеливым голосом Павел.

Лиза, до этого скромно стоявшая по правую руку управляющего гостиницы, решительно вернулась к своему месту и попросила назвать фамилию запрашиваемой персоны. Уговоры о том, что они не имеют права распространять информацию о посетителях, давно потеряли свою силу. Парень был явно не в духе, и пистолет которым он размахивал, выглядел довольно угрожающе. В списке имен и фамилий не оказалось имя девушки, не смотря на то, что Лиза прекрасно помнила эту суетливую и немного напуганную пару. Она так же знала, в каком номере они располагаются, и в момент заселения высокий, светлый парень, в сопровождении темноволосой девушки с раскосыми, но очень красивыми глазами поинтересовался, если у них черный ход и где он находится. Лиза объяснила им, что они могут спуститься по запасной лестнице, и покинуть помещение не через парадный вход.

Она не была намеренна выдавать сестру Рамаза, но очень надеялась, что Павел найдет правильное решение и все останутся целы.

- В отеле не проживает гость с такой фамилией, - сказала Лиза, пробежав по списку в программе компьютера.- Назовите мне фамилию молодого человека, может быть номер оформлен на него.

- Да откуда я знаю его фамилию! – Настроение Рамаза стало заметно ухудшаться. А вместе с этим, на спусковом крючке едва заметно поддергивал указательный палец.

- Слушай Рамаз, давай пройдем ко мне в кабинет, мы поговорим, а мои люди найдут Аишу и приведут к тебе, - Павел сделал попытку увести Рамаза подальше от людей.

- Я никуда с тобой не пойду, сущий ты дьявол! И никто из «наших» еще не забыл, как ты заставил моего брата…

- Не сейчас, - жестко, перебил его Павел. – Ты, пришел забрать свою сестру. Давай попробуем ее отыскать.

-Вот они! – крикнул один из приятелей Рамаза, и указал на дверь, за которой были видны задние фары удаляющей на большой скорости машины.

Все повернули головы в том направлении, Рамаз выругался на родном языке и с озлобленной гримасой выстрелил. Павел успел ее оттолкнуть, за что получил ранение в правую руку выше локтя. Его лицо перекосилось от нахлынувшей злости, он содрогнулся, молниеносно выхватил из рук Рамаза оружие, ударил парня головой об стойку и откинул назад. В это время один из охранников гостиницы, кинулся на приятеля Рамаза. Павел перегнулся через стойку ресепшена, выстрелил Рамазу в коленку, и направил дуло пистолета на не успевшего вовремя отреагировать, второго приятеля. Рамаз завизжал от резкой боли, и схватился за ногу.

- Рамаз, не заставляй меня пожалеть о том, что я не выстрелил тебе в голову. И впредь держись подальше от этого заведения, и всех, кто здесь находится, - прошипел Павел, у самого уха, лежавшего на полу молодого человека.

- Вы двое, - обратился он к друзьям «раненного». – Забирайте его и уматывайте.

Белая, в голубую полоску рубашка Павла, стала темнеть нарастающими темпами, в области простреленной руки. Казалось, он только сейчас вспомнил о том, что в его плоти застряла пуля. Лицо его побледнело, но ни один мускул не дрогнул, когда он приблизился к остолбеневшей Марии.

- Вы, уволены, за невыполнение своих должностных обязанностей. А Вы, - он обратил свой взор на Лизу и добавил, - на испытательном сроке.

Павел покрутил головой в поисках второго охранника отеля, и не найдя признаков его присутствия тихо выругался. Направляясь к себе в кабинет, он кликнул Лизу и велел ей следовать за ним.

Девушка поспешила покинуть свой пост, и проследовала за управляющим. Ей удалось сохранить самообладание, до того момента, пока мужчина не закрыл дверь кабинета.

- Что Вы там вытворяли? – спросил он, становясь напротив девушки.

Лиза растерялась, не имея понятия, о чем идет речь. Она выпучила глаза и ждала объяснений. Павел заходил по комнате, пытаясь сохранить спокойствие. Не совладав со своим голосом, он повысил тон и продолжил:

- Что он хотел?

- Что бы я сказала, в какой номер заселилась его сестра, - протороторила Лиза, уставившись в сторону.

- И почему Вы не сделали то, о чем он Вас попросил?

Лиза строго обратила свой взгляд на говорившего и подчеркивая каждое слово ответила:

- У нас есть правила, и мы должны им подчиняться. Одно из них гласит о не распространении информации о наших постояльцах.

- Даже когда он наставил на вас оружие? Из всякого правила есть исключения! Вы рисковали своей жизнью ради людей, которых впервые видите. ЗАЧЕМ?

- Да Вы видели его лицо? – Взорвалась девушка. Он мог подняться в номер и застрелить их обоих.

Павел прищурился, еще ближе приблизив свое лицо.

- Вам наплевать на свою жизнь?

Лиза почти растерялась, она не знала что ответить, так как минута испуга прошла, и теперь от ощущений страха перед смертью остались лишь слабые отголоски.

- Я не знаю… Может быть один труп лучше чем два… - едва слышно прошептала Лиза.

- Я прострелил ему голову, если б с Вами что-нибудь случилось, - Павел понял, что сболтал лишнего, и потому принялся уверять ее, что она подвергала опасности не только свою жизнь, но и тех, кто вообще находился рядом. После длительной речи, его лицо исказила гримаса боли, и голова немного закружилась. Лиза усадила его в кресло. Павел попросил девушку перевязать ему рану.

- Надеюсь, Вы не боитесь крови, - сказал он, прикрывая глаза и пытаясь справиться с пуговицами на рубашке. Вспомнив о своем теле, сплошь покрытом шрамами, он прекратил попытки и сказал, чтоб она накладывала повязку сверху.

Лиза отвела его руку в сторону, взяла со стола канцелярские ножницы и аккуратно отрезала рукав у основания плеча.

- Так быстрей, и… - Она замолчала, так как в голосе ее появилась дрожь, и из глаз казалось, вот-вот польют слезы.

Не забыв захватить с собой аптечку, девушка принялась обрабатывать и перевязывать рану. Ее напряженное личико находилось в нескольких сантиметрах, от лица Павла. Она плотно сложила губы, и за все время пока находилась рядом, старалась не смотреть ему в глаза. Лиза часто извинялась, когда Павел стонал, но продолжала делать свое дело с большим усердием. Молодой человек, напротив, не сводил глаз с ее лица, рассматривая розовую, перекрестную полоску, у края глаза. Он думал о том, откуда у нее взялся этот порез, который мог лишить ее глаза. А затем по этому шраму потекла слезинка, и Лиза поспешила ее стереть.

- Дима ждет внизу, он отвезет Вас в больницу.

Лиза свернула аптечку и заторопилась, но Павел не позволил ей уйти. Он взял ее руку и не выпускал до тех пор, пока она не обратила на него нетерпеливый взгляд.

- Я не позволю Вам уйти в таком состоянии.

Лиза молчала, но постаралась вырвать свою ладонь. Когда горький комок подкатил к горлу, и сил сдерживать слезы почти не осталась, Лиза стала прилагать все усилия чтоб вырваться и скрыть свою слабость.

- Перестаньте вести себя как ребенок, - вспылил Павел и встал с кресла.

Лиза отвернулась, так как по ее щекам уже текли стыдливые ручейки. Он взял ее за плечи и притянул к себе. Его грудь едва заметно вздымалась, но голос, прозвучавший над головой, был твердым и уверенным.

- Я не хотел Вас обидеть.

Девушка постаралась взять себя в руки. Она провела тыльной стороной ладони по лицу, и тихонько высвободилась из его оков.

- Я не понимаю, что происходит, не знаю, кто Вы, зачем явились, и почему моя жизнь превратилась в чертовое колесо? Там на мосту, это уже не было совпадением? Вы явились туда, будучи уверенным, что случится трагедия. Сегодня Вы едва не застрелили человека, умело пользуясь оружием, как будто уже проделывали такие вещи не раз. Вы похожи на убийцу, и при этом все время спасаете меня от… - Лиза оборвала себя, отрицательно покачивая головой и добавила:

- Мне становится не по себе, когда я рядом с Вами. У меня голова идет кругом, потому что все перевернулось с ног на голову, с тех пор как Вы появились. Павел Русланович, Вы просто обязаны мне все рассказать, - добавила девушка, с толикой опаски в голосе. Быть может она и не хотела знать правду, потому как в ее маленькой головке вертелись мысли не соответствующие реальности.

- Спасибо Вам Лиза, Вы очень ловко меня перебинтовали. Я расскажу, но позже, сейчас мне нужно ехать.

- Мне хотелось бы верить в случайности и совпадения, но я не могу, и Вы должны меня понять.

Павел махнул головой в знак согласия.

- Навестите меня, когда я выйду на «больничный».

-Мария, Вы ведь не уволите ее… - неробко, и совсем не уместно спросила Лиза, перед тем, как открыть ему дверь.

- Нет, Лиза, не нужно, - не дал договорить ей Павел. - Мое распоряжение останется неизменным.

Девушка печально вздохнула, и открыла дверь. Молодые люди прошли в холл, Лиза направилась в раздевалку, потому как на рубашке ее оказалась кровь, а Павел в легком головокружении, прошествовал к машине Дмитрия.


Глава 28

Через несколько часов Павел сообщил своему другу о встрече со старым знакомым, и показал, чем это все закончилось. Николай обещал проследить за Рамазом, и вывести его из города. Они вспомнили так же историю, произошедшую со старшим братом Гамратом. В одной из операций по уничтожению боевиков в Чечни, Павел заставил Гамрата сдаться, применив к нему свои способности, таким образом, операция была выполнена без потерь, а Гамрат по сей день сидел за решеткой. Рамаз был еще юнцом, когда в его дом ворвались вооруженные люди и устроили разгром. Они нашли в доме тайник с оружием, после чего, старший брат, замешанный в преступной деятельности, сложил только что схваченный автомат и как послушный щенок следовал указаниям Павла, не смотря на то, что Гамрад, никогда и никого не щадил, и ни за что в жизни не подчинился бы воли молодого двадцати двух летнего парня. Но Павел вовремя обратил на него свой взгляд и взял ситуацию под контроль. Сегодня этот день остался далеко позади. Только семья этих парней, по-прежнему помнила, молодого человека в форме, заставившего кипящего от злости Гамрата послушно, склонить голову.

Анна и Павел долго спорили над тем, мог ли случай в отеле считаться пятой смертью. Анна не была уверенна, в том, что упустила этот момент, но Павел так настаивал, что она вынуждена была временно согласиться.

Он вздохнул с облегчением и уставившись в пустоту пространства сказал:

- Еще две, и я буду свободен.

Анна еще не успела исчезнуть, и на ее лице отразилась жалость. Радоваться было еще слишком рано. Неизвестно, на что пойдет смерть, если ее разгоряченный азарт превратится в пылающее пламя. Но в одном она была уверенна, будут жертвы, и не мало…

Павел загрузил в стиральную машинку комплект постельного белья, со свежими пятнами крови и посмотрел на пульсирующую руку. В том месте, где еще недавно были наложены швы, и рана постепенно зарастала, образовалась дыра. Бесы не упустили шанса, и распоров швы своими острыми когтями, изувечили ранение, упиваясь ароматом свежей крови. Рана превратилась в зияющую дыру, и прикоснуться к руке стало очень болезненно. Павел как мог, перевязал рану, и принял «болеутоляющее». Через несколько часов сна, его разбудил звонок мобильного телефона. Коллеги адвокаты, работающие в его конторе, решили навестить своего друга, тем же днем. Павел не старался навести в доме порядок, потому как знакомых парней не смутить горой грязной посуды, или разбросанными носками. На днях к нему заезжала мать, и привезла с собой домработницу. Таким образом, пыль на полках была сметена, а полы вымыты по всем правилам. Мама застала его в весьма добром духе, но история с перестрелкой ей все же не понравилась.

- Павел, бросил бы ты это заведение. Если тебе не хватает денег, попроси у отца. Мы всегда рады тебе помочь.

На такое заявление, Павел ответил усмешкой, но все же поблагодарил Дарью за заботу, перед выходом она одарила его упреками за то, что он до сих пор ходит в холостяках и пообещала найти ему подходящую пару.

- О нет, мама прошу тебя, я не пойду на свидание ни с одной из своих кандидаток, пусть даже они будут обладать умом и красотой в высшей степени, чего как ты сама понимаешь, не бывает.

- Но Павел, - засуетилась женщина, одетая в дорогой брючный костюм. – Я хочу успеть понянчить внуков. А ты заставляешь меня ждать невесть, сколько еще лет.

- Мама, прошу тебя, - протяжно ответил Павел.

Дарья ничего не ответила, но нарочно вздохнула и покинула квартиру сына.

Павел закрыл дверь, и поздравил себя с тем, что так быстро отделался от чересчур опекаемой матери. Многое о нем она совершенно не знала, и ей ни к чему было это знать…

- Можно к Вам подняться Павел Русланович, - раздался в квартирном домофоне голос Лизы. Павел не ожидал, ее появления именно сегодня, но мужское общество так и требовалось разбавить, пусть всего лишь одним «цветком».

Лиза протиснулась в лифт, держа в одной руке пакет с фруктами, а в другой большую коробку с горячей пиццей. Павел открыл дверь, и поспешил на помощь.

- Не стоило так беспокоиться, я не умираю с голоду, тем более…

В коридоре позади него, раздались громкие мужские голоса и Лиза удивленно посмотрела на Павла.

- Это всего лишь мои приятели. Проходите. – Он отошел в сторону, но Лиза не сдвинулась с места.

- Я лучше зайду в другой раз, мне крайне неудобно, простите, я должна была позвонить…

- Вы мне звонили, не помните?

- И в правду, - на секунду задумавшись, ответила девушка. – Тогда почему Вы мне не сказали что у Вас гости?

- Потому, Лиза что они не гости, эти бездельники пришли ко мне с делом, и я пообещал, помочь им.

Лиза все еще не решалась переступить порог, посматривая на двери лифта.

- Ну нет, бежать Вам не удастся.

Павел посмотрел на нее серьезным взглядом и произнес:

- Ты войдешь, и пробуешь, столько времени сколько понадобится.

Взгляд Лизы на время затуманился, не помня себя, она прошествовала в зал. Павел, идущий следом, улыбнулся, и в очередной раз порадовался своему дару убеждения.

Когда девушка вошла в зал, то застала весьма интересную картину. Четыре пары мужских глаз, уставились на нее одновременно, в воздухе раздался звон битой посуды. Лиза вторглась в тот момент, когда двое мужчин мыли и вытирали посуду. Один из них перекидывал через половину комнаты мокрые тарелки, а второй вытирал и складывал их на стол. В момент встречи, тот, что занимался сушкой, отвлекся на девушку и забыл поймать тарелку.

- Так Вы мне всю посуду перебьете, - раздался голос хозяина квартиры позади девушки.

Мужчины провели осмотр, молодой гостьи и поспешили представиться. Не смотря на то, что Лиза была одета в спортивную одежду, все же молодые люди нашли, чем полюбоваться. На ногах ее красовались спортивные, ярко розовые кроссовки, и облегающие леггинсы, прекрасно подчеркивающие ягодицы. На груди, серая толстовка. Под толстовкой оказалась в тон кроссовкам майка, открывающая руки и небольшой участок декольте. Темные волосы были туго стянуты в высокий хвост. На щеках ее заиграл румянец, и она чуть скованно улыбнулась, когда представители мужского пола поспешили назвать свои имена.

- Павел.

- Владимир.

-Станислав.

- Игорь.

Последний, оказался весьма привлекательным. Его светлые волосы падали на лоб, а голубая рубашка подчеркивала цвет глаз. Пухлые губы, растянулись в широкой улыбке, обнажая ряд белоснежных зубов. Павел, теска руководителя, был чуть ниже ростом всех остальных, на вид старше тридцати пяти лет. На лице его можно было заметить легкую темную щетину, а на голове едва заметную проплешину. Двое других походили друг на друга, и со стороны можно было подумать что они являются родственниками. Все мужчины были одеты в строгие рубашки и брюки. Свои галстуки молодые люди уже давно оставили покоиться на диване, рядом с верхней частью костюма.

- Лиза принесла пиццу, так что можете полакомиться, предварительно закончив свои дела, - сказал Павел, уводя гостю от надоедливых глаз. Лиза сдерживала усмешку, ей не каждый день удавалось наблюдать строгих юристов в парадной одежде за мытьем посуды.

- О, у Вас же есть посудомоечная машина. Зачем…они делают это вручную? – спросила Лиза, проходя на кухню.

- Она сломалась, а я как видите, не могу пока быть полезен своим грязным тарелкам. К тому же, они должны отработать консультацию, которую я им даю.

Когда компания за один присест уничтожила пиццу и кое какие фрукты, Лиза откинулась на спинку дивана и стала прислушиваться к разговору мужчин.

- Начинай Игорь, - скомандовал Павел Русланович, перелистывая папку с документами.

- Очередное убийство. Жена наняла адвоката, для своего молодого супруга. Жертва гражданка Симонина Евгения Юрьевна, двадцать четыре года, уроженка города Москвы. Умерла от травмы головы нанесенной хрустальной вазой. Дело весьма запутанное.

- В доме, на момент убийства находились четыре лица. Мать жертвы, пятидесяти трехлетняя Ирина, двадцати восьмилетний отчим Геннадий, сама жертва, и пятидесяти девятилетняя домработница Анна Иосифовна, - перехватил слово Станислав.

- Мать обвиняет домработницу, та в свою очередь обвиняет молодого супруга Ирины, так как не раз заставала его в объятиях отчима, а отчим вообще утверждает, что спал в то время как все это случилось.

- Хорошо, - ответил Павел и указал на сотовый телефон, лежащий в папке в качестве улики.

- Телефон погибшей. В нем нашлась запись, где Геннадий был скомпрометирован. На одном из видео заснят половой акт, с его участием.

- И кто пал в его объятия? – спросил Павел.

- Сама жертва.

Далее выяснилось что домработница состоятельной семьи, получала немало тумаков и оскорблений от погибшей Евгении. По словам матери погибшей, Анна Иосифовна могла отомстить из чувства мести. Анна, напротив, утверждает, что жертва пала от рук Геннадия, так как жертва, в свою очередь обещала разболтать матери об их отношениях, сама же Ирина находится в глубокой депрессии.

- Запутанный клубок. Отпечатков пальцев на орудии убийства естественно не нашли, - заключил Владимир.

Состоялся опрос на реакцию подсудимого. Тот уверенный в своей правоте отвечает, что совершенно не причастен к убийству. Домработница утверждает, что она физически не справилась бы с Женей. Но удар был нанесен сзади, так что жертва могла не знать о том, что ее собираются убить.

Кто первым обнаружил Евгению мертвой? Как долго она пролежала мертвой до тех пор пока ее не нашли? В какое время дня это случилось? Где нашли телефон жертвы? – дискуссия продолжалась до тех пор, пока Павел не задал последний вопрос:

- Скажи мне Игорь, как сейчас ведет себя мать погибшей? – спросил Павел и уставился в упор на коллегу.

- Она едва ли соображает. Мне кажется, она помешалась от горя. Взгляд ее затравленный, она почти не выходит из дома, и по первой, вздрагивает при наших встречах.

- Она не плачет?

- Я не замечал в последнее время за ней такое.

- Думаю, это мать убила свою дочь.

- Но мама не может убить родное дитя! – вмешалась в разговор, притихшая на все это время Лиза.

Все мужчины обратили на нее взгляды. Их лица выражали полную сосредоточенность.

- Ты не знаешь на что способны женщины, если дело, касается их собственности. А Ира считала своего мужа личным достоянием. В ее возрасте нелегко заполучить молодого жеребца. Я предполагаю, что у них завязался спор, убитая показала ей видео, дабы насолить, и та не выдержав, нанесла жертве удар в спину. У матери не хватило самообладания, и она выплеснула горечь обиды и унижения. Если ты на нее насядешь, как следует, она во всем признается. Мужчины закивали головами, дескать, вполне логичная развязка. Только Лиза ни как не хотела принять сей факт. У нее в голове не укладывался такой ход событий, но она не стала высказывать своего мнения.

На смену папкам, стол заставили пивом и чипсами. Лиза попивала сок, так как она не употребляла алкоголь. Разговор пошел о спорте и новинках техники. Один из адвокатов высказался на счет будущего приобретения.

- Хочу купить себе новый компьютер, только не знаю, какой выбрать, - заявил Владимир и почесал затылок.

- Бери «HP», они вроде стойкие, - посоветовал Игорь.

- Хорошо, а как понять хорош ли он снутри так же как и снаружи? – задался вопросом Владимир.

- Тот, что подороже, наверно лучше, - ответил все тот же Игорь и прихлебнул напиток из банки.

- Вам для работы или в игры Вы тоже играете? – робко вмешалась Лиза и обратила свой взор на мужчину.

- Игры я конечно тоже люблю.

- Тогда Вам нужно смотреть конфигурацию, - ответила Лиза и взяла со стола горстку чипсов.

- Если б я разбирался в его внутренностях, то непременно смотрел бы на конфигурацию.

-Там ничего сложного. Последний процессор «Intel-7». Хард, примерно на пятьсот гигов, оперативка не менее четырех. Только такой встанет вам примерно в тридцать или чуть больше.

Все мужчины в недоумении уставились на Лизу, только выговорившую несколько слов, совсем не свойственных красивым и недалеким девушкам.

- Вы сейчас о чем? – задал вопрос Владимир.

Лиза улыбнулась, довольная тем, что оказалось не самой глупой из всех особей женского пола.

-Если Вы ищите достойную технику, то должны хоть немного разбираться в ней.

-Вы можете мне помочь? Я не уверен, что запомню все, что вы тут произнесли.

-Я запишу на бумаге.

Владимир поспешил вынуть блокнот и ручку, и Лиза принялась аккуратно выводить буквы.

- Пойдете в магазин, попросите подобрать вам компьютер с теми внутренностями, которые я запишу. Обычно «хард» не разбивают, но лучше доплатить за переустановку системы и разбить его на два локальных диска. На один из них, установят платформу «Windows 7». Другой будет отведен под личные папки и документы. В системный локальный диск не суйтесь. Ну это Вы знаете. И еще, не поддавайтесь на уговоры, просите только то, что я напишу. Если «Азу», то есть оперативно запоминающая память будет меньше, пусть доставят. Видеокарту не проморгайте. Ну а диаметр пообдерете на свое усмотрение.

Владимир, и все те кто находились в комнате и слышали о чем толкует девушка, открыли от удивления рты, а Павел довольно ухмыльнулся, ощущая гордость за Лизу. Она завладела вниманием, и ей стало неловко. Но мужчины не собирались теперь ее игнорировать.

- А у Вас есть дети? – спросил Станислав, хранивший молчание все это время.

- Нет, пока еще, но есть братья, близнецы, им сейчас по десять лет, - замешкавшись, ответила девушка.

- У моего сына скоро день рождения, но он категорически отказывается справлять именины в Макдональдсе, а я не знаю, как развлекать детей дома, и чем вообще их можно заинтересовать кроме компьютеров.

- Пригласите клоунов, или человека паука, либо других персонажей.

- О нет, он уже вырос из этих сказок, а вот клоунов боится с детства. Ему исполняется тринадцать.

Стас встал со стула и подшел выкидывать пустую банку из под пива, а Лиза и все остальные стали думать над тем, чем интересуются подростки. Когда молодой адвокат вернулся, Лиза предложила ему приготовить развлекательную программу.

- Можно отвезти детей в боулинг, для разнообразия в детском меню добавьте «суши», только без рыбы. Можно заказать манго, огурец, или другие фрукты. Детям будет интересно, есть палочками. Торт можно заказать в виде машины. Приготовьте конкурсы и подарки для победителей.

- Не уверен, что справлюсь с конкурсами, а в остальном, идея не плохая. – Станислав взбодрился, довольный тем, что можно так легко все устроить.

- А что там сложного, три я могу подсказать прямо сейчас. Остальные нароете в интернете.

- Беганья вокруг стульев, или срезание ножницами подарки с подвязанными глазами, - да это наверно будет весело, ответил Павел, с еще большим энтузиазмом.

- Ну, - неуверенно начала Лиза. – Может быть, эти как раз можно обойти.

- Говорите Лиза, не стесняйтесь, раз уж начали – подначил Павел, и едва заметно коснулся ее плеча.

- Хорошо, я покажу. Если Вы согласитесь побыть на время детьми. В рассказе все не так весело.

- Вы заставите нас прыгать и скакать? – Спросил Павел, теска руководителя отеля.

- Не совсем. Мне понадобится две ручки, клубок шерстяных ниток и пара игрушечных машинок. Так как у Павла Руслановича врятли найдутся детские игрушки…

- Отчего же нет, - перебил ее Павел, и направился в спальную комнату. Через некоторое время он появился с двумя уменьшенными копиями автомобилей в руке. Если вы пообещаете не ломать их, я предоставлю сей экспонат вашему распоряжению. И кстати клубок шерсти, можете взять вон в том ящике.

Он указал на темный комод, стоявший у стены.

- Ты что вяжешь в свободное время? – посмеялись над Павлом приятели, но тот лишь отмахнулся от насмешки, уверяя их в том, что мама часто оставляет у него свое хобби.

Мужчины предоставили Лизе дорогие ручки для письма, и она принялась за дело. Через несколько минут, конкурс был готов. К одному концу нити была привязана ручка, на другом машинка. Сама нитка была длинной в полтора метра. Лиза выловила двоих мужчин, вручила им ручки и сказала:

- Насчет три, начинайте наматывать нить на ручку, чья машинка приедет первой, тот и выиграл.

Прозвучало «три», и мужчины с двойным усердием стали наматывать нить на ручку. Неловкие руки путались в нитке, но мужчины со смехом продолжали веселое занятие. Остальные товарищи весело подбадривали, и позже, каждый из них норовил проделать тоже самое.

Когда все опробовали конкурс и одобрили, Лиза предложила провести следующий, на что мужчины охотно согласились.

- Мне нужен один кандидат, но не Стас, Вы будете наблюдателем.

Игорь вызвался быть жертвой, не зная, что его ожидает.

Лиза отвела его в конец комнаты, и попросила Павла предоставить ей бокалы и все что может разбиться. Павел был удивлен таким заявлением, но согласился найти что-нибудь.

Они определили дорожку, по которой должен будет пройти Игорь, и расставили в разбросанном порядке хрустальные бокалы, вазочки и пивные бутылки.

- Игорь Вы должны запомнить, где что находится и постараться обойти все препятствия.

Игорь прошелся по дорожке, веляя то вправо, то влево, затем вернулся на место старта и сказал:

-Я готов, проще простого. Я должен буду пройти это за короткое время?

Лиза улыбнулась и попросила Павла принести ей шарф.

- Вы должны пройти минное поле закрытыми глазами.

Павел воскликнул, что Игорь перебьет всю посуду, но Лиза осталась непреклонна.

- Прошу Вас, доверьтесь своему другу. Я не сомневаюсь что Игорь, - она посмотрела на «последнего», - пройдет этот конкурс без сучка и задоринки.

- Я бы не стал делать таких поспешных выводов, - промямлил Игорь, но Лиза уверила его в обратном, и постаралась вселить веру.

Былое веселье почти угасло, молодые люди уже подумали, что поняли суть конкурса, но Лиза их удивила. Игорю завязали глаза, и он смирно дожидался команды. Девушка что-то щебетала, заставив жестом, замолчать остальных присутствующих. Во время разговора, она стала очень тихо собирать с пола дорогую посуду и неслышно укладывать ее на ковер. Теперь все, кроме участника игры догадались, в чем заключается фишка, и когда Игорь стал по команде обходить воображаемые препятствия, весь зал покатился по полу от смеха. Те, кто еще в силах были сдерживаться, подбадривали молодого человека, и пытались даже направить его. Станислав снимал все на камеру телефона, а Игорь все так же усердно играл свою роль. Когда дорожка осталась позади, Лиза сняла с его глаз повязку, и мужчина понял всю комичность конкурса.

Еще один конкурс она описала на словах, но и тот показался присутствующим очень забавным.

- Я так не смеялся со студенческих времен, - объявил Владимир, вытирая слезы. Все остальные подхватили его высказывание, а Станислав выразил особую благодарность в помощи организации детского праздника. Вечер подошел к концу, Павел приложил все усилия, чтоб выпроводить своих коллег и остаться с Лизой наедине. Так как девушка все еще находилась под внушением, то не соскочила с места, не смотря на то, что некоторые герои предложили проводить ее.

- Что же Вы еще умеете, Лиза? – спросил Павел, когда они остались наедине, и принялись наводить в комнате порядок.

Лиза не стала перечислять свои таланты, но уверила, что знает совсем не много.

- Вы очаровали моих бойцов, и сказать по правде, я и сам вами восхищен.

Девушка попросила не смущать себя, но Павел смотрел на нее отныне с толикой интереса. Лиза показала себя совсем с другой стороны, теперь он понимал, почему люди тянулись к ней, и искали поддержку.

Когда зальная комната приобрела опрятный вид, молодые люди сели за стол и в воздухе повисла неловкая пауза. Павел понимал, что Лиза не уйдет до тех пор, пока они не покончат с настоящей причиной ее прихода. К тому же внушение помогало задержать девушку еще на некоторое время.

- Вы помните, нашу первую встречу? – спросил Павел после недолгой паузы и взгляд его заметно померк.

- Когда обрушился провод, - сделала заключение Лиза, но Павел отрицательно покачал головой.

- Однажды Вы ехали на работу, а на дороге, в одной из машин, сидела девочка...

- Она махнула мне рукой, а Вы едва не испепелили меня своим взглядом, теперь я вспомнила, - закончила Лиза.

Павел расплылся в улыбке, прикрывая ладонью глаза.

- Я… О…Лиза, прошу. Вы же не станете меня журить за это?

- Нет, за это не стану. А вот за ребенка на переднем сиденье, без ремня безопасности, Вас стоит поругать.

Павел провел по волосам рукой, и огляделся вокруг. Он искал Анну, и она не заставила себя ждать. Появившись в проеме входной двери, она прошла через комнату, и устроилась на подлокотнике дивана, с того края, где сидела девушка. Призрак девушки подал знак продолжать и Павел повиновался.

- Этой девочкой, была моя сестра. Она умерла…

Лиза едва успела приложить к раскрытому рту ладошку, после чего высказала свои соболезнования. Павел подумал, о том, как нелегко будет заставить Лизу поверить в его слова, но дело нужно было довести до конца.

- Она умерла двадцать лет назад, - продолжил мужчина, не давая, Лизе вставить слова. – Людям перед смертью, открывается завеса потустороннего мира, но не многие могут отличить реальность от призрачности. Вы тоже не уловили это, хотя в скором времени Вам предстояло погибнуть. – Павел замолчал, давая Лизе время придти к заключению о его умственных помешательствах. Если быть честным, то первым делом Лиза хотела измерить его пульс, и проверить лоб на горячность. Молчание длилось не долго. Гримаса на лице девушки почти соответствовала ее мыслям.

- Я подойду с другого края, - сказал Павел и задал вопрос. – Как часто Вы думали о смерти?

Лиза чуть расширила глаза, но потом собралась и ответила «нечасто». Павел понял, что девушка обманывает, потому, как полностью доверял своей сестре, а ведь именно она, рассказала ему о мыслях Лизы.

- Если Вы думаете, что я ничего не знаю, то мы напрасно обсуждаем сейчас то, что Вы хотели бы услышать. Вы думали о смерти, каждый третий день, когда ехали на работу и с работы. Весь путь, Вашу голову занимали мысли о гибели, самоубийстве и прочих катастрофах. Я назову две из них, это то, что мне показали. Вы представляли, как летите с крыши многоэтажного дома, при этом Вас настолько захватывал сей факт, что Вы почти ощущали адреналин, который человек может испытывать при этом. Еще один вымысел: автобус, на котором Вы едите, переворачивается и летит с моста.

- Не надо, прошу, - сказала Лиза и встала с дивана, как будто пытается отгородиться от молодого человека.

Павел на время замолк. Анна подошла к девушке и заглянула ей в глаза. Сейчас Лиза не видела перед собой призрака, ее мысли были далеки от реальности, они перекапывали прошлое.

- Вы «телепат»? Или «экстрасенс»? – Задала вопрос девушка, оставаясь на том же месте.

- Нет, просто смерть объявила на Вас охоту, и я…мне приходят видения. Из Вашего будущего, я знаю, какая беда Вас подстерегает, и потому всегда оказываюсь на месте трагедии, чтоб уберечь вашу жизнь.

- Вы можете увидеть будущее любого человека, но почему выбрали меня?

- Не любого, - мужчина отрицательно покачал головой. – Только Ваше.

- Тогда я ничего не понимаю.

Лиза посмотрела на Павла, с толикой растерянности и безумства.

- Я не знаю, почему именно, но я вижу призрак своей сестры так же четко как вижу Вас, по сей день, и час. Я могу общаться с ней. Это она выбрала Вас, и рассказала мне то, что с Вами происходит. А потом она стала посылать мне видения. Дело в том, что Вы просили о смерти и ваши мысли были услышаны.

- Я знаю, почему она хочет меня забрать, - сказала Лиза, как то отстранено.

- Почему? – удивился Павел такому повороту событий.

- Много лет назад я убила человека, по-моему, все справедливо. Вам не стоило вмешиваться Павел Русланович, - с горечью добавила девушка.

Павел вскочил с места, пораженный услышанным. Его мнение о Лизе никак не вязалось с тем, что она только что сказала. В то, что Лиза могла кого-то убить, Павел не мог поверить, но девушка всем своим видом доказывала обратное.

- Не нужно, - шепнула ему на ухо Анна.

- Я должен знать, - сказал Павел вслух, и поймав в свои сети зеленых глаз, два темных зрачка произнес:

- Расскажи мне все.

Глава 29

Сознание Лизы подчинилось принудительному тону мужчины. Ее мысли стали лихорадочно перебирать моменты из прошлой жизни.

- Мне было восемнадцать, я закончила колледж, и встретила Михаила. Он предложил мне встречаться. На тот момент я еще не знала всей правды о нем, и его друзьях. И то, что я видела перед собой, его красивые, немного грустные черты лица, и скрытый характер, все это мне понравилось. В нем таилась, какая-то загадка, и мне не терпелось ее разгадать. Мне казалось, что я встречаюсь с загадочным принцем, и непременно наступит день, когда я узнаю его тайну. День наступил, я узнала. Но мне совсем не понравилось это. Он и его приятели вступили в организацию, не совсем обычную. Они как все, работали, развлекались и жили нормальной жизнью. Но тот клуб, куда они вступили, назывался «Клан самоубийц». Таких в нашей стране оказалось несколько. Каждый из них, вносил некоторую сумму денег ежемесячно на специальный счет в банке. Деньги после смерти члена клуба передавалась его близким родственникам, но только в том случае, если он покончил с собой. Можно сказать, что они собирали средства на свои похороны. Его приятели рассказали мне, о том, что Миша пытался покончить собой впервые в одиннадцать лет. Он едва не повесился. Его нашла бабушка, которая рано вернулась с прогулки. С тех пор, как я все это узнала, я пыталась порвать с Мишей, моя любовь улетучилась как пыль на ветру. А он вселял в меня ужас. Каждый раз, когда я пыталась от него уйти, он грозился покончить жизнь самоубийством, и мне приходилось менять свое решение. Но настал момент, когда все это стало вызывать во мне неприязнь, его ласки, поцелуи, намеки на совместную жизнь и этот гадкий клуб, который он не хотел бросать, как бы я его не просила. Я твердо решила изменить свою жизнь, и Миша не входил больше в мои планы. Как бы я не старалась, все же мне осточертело слышать его угрозы. Я ушла, а он…- Лиза запнулась, лицо ее сделалось хмурым, и она продолжила.

- Он ушел из жизни, написав записку, в которой гласилось, что жизнь без меня не имеет никаких ценностей. Я пришла на похороны, но его мать, она как дикая кошка вцепилась в меня и едва не разорвала на части. Она бранилась, обвинила меня в его смерти, пообещав не оставлять в покое, пока я не окажусь по ту сторону где сейчас обитает ее сын. Отец встревожился, мама Миши все время преследовала меня, район устроил мне бойкот. Я стала для них «врагом народа», потому что молодой парень был убит горем из-за моей юбки. Вообщем я подтолкнула его к смерти. Два месяца я не выходила из дома, что не вызывать всеобщего недовольства. А потом мне захотелось свободы. Наплевав на все, я стала искать работу, чтоб занять себя делом. А его мать стала искать способ меня убить. Одним вечером она застала меня одну, тогда мы сильно подрались. На меня завели дело, но отец все уладил.

В это время из Москвы в город вернулся мой одноклассник Артем. Он был в курсе происходящего, и оказался в числе тех, кто принял мою сторону. Артем предложил мне поехать с ним, и отец с большим удовольствием дал свое согласие. Моя мачеха от радости готова была подпрыгнуть до небес. Я переехала в Москву. Это были самые счастливые пять лет в моей жизни. Мы вместе работали, вместе жили. Я настолько привыкла к нему, что растворилась в нем. Слушала музыку, которая ему нравится, полюбила ту еду, что он предпочитал, ходила на все вечеринки, к которым он проявлял интерес. У нас были общие друзья, интересы, игры, работа. Мы все делали вместе. Я думала, нет, я была уверенна, что мы никогда не расстанемся.

В один из вечеров, когда мы вернулись с работы, он взял мою руку, поднес к губам и запечатлел на ней поцелуй. Он всегда так делал, если хотел сообщить мне неприятные известия. Когда я тревожно посмотрела на него, он сказал:

- Лизи, я уезжаю жить в Германию к сестре. Через две недели мы едем домой, я улетаю через три.

Может быть, в этот момент мне показалось, что мою грудь придавила бетонная плита. Он уезжал, а я должна была вернуться в город, о существовании которого почти забыла. Сказать, что я готова была умолять его на коленях не бросать меня, это все равно, что ничего не сказать. Но я не стала этого делать. Мы уволились, собрали вещи и вернулись. Отец с мачехой не были особенно рады моему возвращению. Но сделали вид, что принимают обратно в свою семью. Артем уехал, а я некоторое время пыталась найти свое место. Люди почти забыли о моем существовании, и причастности к смерти Михаила. Кто-то даже переоценил произошедшую трагедию и переменив мнение встал на мою сторону.

Лиза замолчала, дотронулась кончиками пальцев до своего шрама и слова из ее уст снова полились рекой.

- Она хотела выколоть мне глаза, нож почти коснулся моего века, но мне хватило времени увести ее руку. Потом пошла кровь, она вцепилась мне в шею обеими руками, я запаниковала, она ударила меня головой о стенку, и с еще большим рвением надавила на глотку.

- Хватит! – воскликнул Павел, подходя к ней ближе.

- Все вокруг завертелось, в глазах потемнело…

- Лиза, остановись, - он встал с места и приблизился на расстояние в полшага. Лиза смолкла, и удивилась его порыву. Павел посмотрел на Анну испуганными глазами, но та лишь сказала, что он сам захотел узнать правду. И он ее получил. Не находись Лиза под принуждением, едва ли она бы вспомнила то, что происходило в последние несколько минут. Но Павел заставил ее забыть этот разговор. Очнувшись, девушка помнила только то, что рассказал ей Павел. В сумке заиграла мелодия, Лиза схватила телефон и быстро набросала «СМС».

- Мне пора, тетя волнуется. Максим должен вот-вот подъехать.

Мужчина с минуту молчал, приходя в себя. Ее рассказ оставил в его душе неизгладимый след, он постарался выдавить улыбку и проводил гостью до машины.

- Через несколько дней состоится корпоратив, Вы приедете? – спросила Лиза, перед тем как сесть в машину.

- Я не могу пропустить такое мероприятие, - отозвался он и махнул на прощание рукой.

Павел медленно поднимался в квартиру, обдумывая то, что рассказала Лиза. Теперь ему было известно, через что пришлось пройти молодой девушке, и при этом не разочароваться в людях. И как ей удается жить совсем пережитым, и заставлять людей думать о том, что она легкомысленная, жизнерадостная?

- Думаю, об остальном ты догадываешься, - прервала его раздумья младшая сестра. – Отец выписал ей адрес материной тетки и Лизу отослали. Ее отвергает не только город, даже семья готова расстаться с ней, только бы она не наводила смуту в их размеренную жизнь.

- Я не предполагал, но теперь, понимаю, почему она думала о смерти. Она винит себя в его гибели, а его мать… - Павел заглох, ему требовалось время, и Анна оставила его наедине с воображением. За один день, мнение Павла о Лизе менялось как минимум раза три, мужчина не догадывался, что за скромной внешностью, скрывается столь необычная сущность. Как теперь относиться к ней Павел не решил, но Лизе удалось раскрыть в себе одну из глубин своей необыкновенной натуры. И это не оставило его равнодушным.

Глава 30

Кто же оказался убийцей? – спросила Лиза, в очередной раз, навестив своего руководителя.

- Как я и предполагал, родная мать, - Павел услышал удивленный вздох и попросил девушку не принимать историю близко к сердцу.

- Мне приходилось вести дела и пострашней, - Павел остановился, сверкнув глазами.

- Нужно уметь справляться со своими эмоциями, - заключила девушка, и более они не возвращались к этому разговору.

Лиза провела в его апартаментах пару часов, ничто в ее внешности не вызывало тревог и беспокойства. Она была все такой же веселой, но Павел догадывался о ее внутреннем состоянии. То, что не показывалось наружу, сидело глубоко в душе, и жалило словно пчела, при каждом воспоминании. Он видел ее в другом свете, подмечал детали, привычки, старался определить ее предпочтения, но девушка и сама пыталась приспособиться к новой жизни, найти себя и определить свои настоящие качества. На все это Лиза потратила год, и по сей день, ей не всегда удавалось побороть привычное и попробовать что-нибудь новенькое.

Она больше не упоминала о прошлом, и не заводила речь о будущем. Вероятно, ей нелегко было справиться с мыслью, что ее жизнь висит на волоске, и каждый новый день, может обернуться для нее последним. Павел терялся в догадках, как она отнеслась к той новости, что ее жизнь зависит теперь от его видений, но ответа получить не мог. Потому как ее лицо не отражало тех волнений, которые свойственны человеку, узнавшему о своем будущем.

Павел сменил домашние брюки на шорты, стянул с себя футболку с длинными рукавами, которая все это время скрывала его руки. Он никогда не позволял себе оголить тело, в присутствии знакомых. Единственное что оставалось не тронутым Бесами, это широкая спина мужчины, зататуированная символическими знаками, и красивое смуглое лицо. Даже родители Павла, а тем более мать, не имела понятия о том, что мускулистое тело Павла сплошь усыпано шрамами и порезами. Но ему приходилось жить с этим, вспоминать былое великолепие и гладкую кожу каждый раз, когда он смотрелся в зеркало...

Едва его голова коснулась подушки, в один из последних, осенних дней, прохладно сентября, как все вокруг закружилось, и Павел поспешил разомкнуть веки. Очень вовремя, подумал про себя молодой человек, так как Анна послала ему очередное видение.

Мужчина оказался посреди эскалатора, уходящего глубоко под землю. Станцию можно было определить в два счета, так как самая глубокая передвижная лестница находилась на «ВДНХ». Рейсовый Автобус Лизы как раз совершал свою конечную остановку у парка расположенного неподалеку от входа в метро. Павел не сразу разглядел Лизу, среди спешащей на работу толпы. Лиза никогда не стояла на одном месте, дожидаясь, когда эскалатор сам привезет ее вниз. Она имела привычку сбегать по ступенькам вниз, по левому краю, оставленному специально для тех, кто желает сократить время спуска. Ему пришлось прислушиваться к разговорам людей, и высматривать сотовые телефоны, чтоб обнаружить хоть какой-то намек на время и дату. За спиной его раздались женские голоса.

- Сегодня двадцать восьмое или девятое? – спросила рыжеволосая девушка у своей подруги, что расположилась на ступеньку ниже.

- Кажется двадцать девятое. Ответила подруга, поправляя на своей светлой, кучерявой головке маленькую шапочку в виде берета.

Павел стал перебирать ногами, и через несколько минут случилась беда. Едва он завидел силуэт Лизы, как эскалатор, работавший на спуск, стал двигаться вниз почти в два с половиной раза быстрее, чем должен. Ни рабочий, ни аварийный тормоза не смогли остановить лестничное полотно, и оно стало ускоряться еще больше под весом пассажиров. Около сотни человек не смогли удержаться на ногах. За несколько секунд практически все стоявшие на движущейся лестнице упали вниз, в район выхода с эскалатора. Лиза осталась погребенной под грудами человеческих тел. Механизм эскалатора, словно огромная мясорубка, перемалывал людей, а Павел как завороженный наблюдал за трагедией с высоты стойки, на которую ему пришлось взобраться, чтоб найти девушку. Видение стало таять, и пришедшую тишину на смену шуму нарушало только биение его собственного сердца, и тяжелое дыхание. Павел помнил, сегодняшнюю дату еще не ушедшего дня. Он встал с постели, накинул на себя первый попавшийся брючный костюм, и вышел из дома. Все что ему требовалось, это взглянуть на график работы Лизы. Она должна была выйти в один из приближающихся дней, но в какой именно ему предстояло узнать.

В гостиничный комплекс, он приехал, когда стрелки часов перевалили за полночь. Поздоровавшись с девушками за стойкой ресепшена, он проследовал в свой кабинет, включил компьютер и посмотрел на график. Лиза должна была выйти в смену двадцать девятого. Чтоб удостовериться наверняка, он вызвал к себе одну из сотрудниц, и попросил предоставить ему их распечатанный график работы.

Принесенный лист с распечаткой, полностью соответствовал тому, что он недавно видел у себя на мониторе. Павел задержался на работе еще на пару часов, чтоб не вызывать никаких подозрений, после чего покинул свой кабинет и спустился в холл. Еще одна мысль пришла ему в голову, едва он успел достигнуть входной двери.

- Ирина Валентиновна, если кто-то захочет внести в рабочие графики свои изменения, намериваясь поменяться сменами, сообщите мне. И передайте всем, чтоб ставили меня известность.

Менеджер охотно закивала головой, не понимая к чему такие требования, но лишних вопросов задавать, не решилась.

Если Павел и мог в эту ночь забыться сном, то совсем ненадолго, и вероятно не специально. Его веки смежились сами собой, когда он тщетно пытался обдумать план спасения. Беспокойство выросло в стократ, прежде чем сотовый телефон стал издавать мелодию, извещая о новом звонке. Павел ожидал подвоха, и не смотря на краткий сон, пришел в чувства, как только завидел на дисплее телефона, название отеля.

- Доброе утро, Павел Русланович, - послышался неуверенный голос Ирины Валентиновны. – У девушек портье сложились обстоятельства, при которых им пришлось поменяться сменами. Сегодня на смену выходит…- послышалась недолгая пауза, в которую Павел успел испытать жар, прошедший по всему телу.

- Лиза, думаю, она скоро появится. – Закончила Ирина и замолчала, ожидая ответа. Но тщетно.

Мужчина, едва заслышав имени Лизы, выключил телефон, и посмотрел на время. Достав из шкафа джинсы и футболку, он принялся одеваться на ходу, и всплеснув водой лицо и проглотив в спешке полоскательную жидкость для рта вывалился из дома. В руке его был зажат шлем, а в подземной стоянке, до которой он добрался в считанные минуты стоял мотоцикл. Павел не ездил на нем с тех пор, как стал прилежным адвокатом. Но транспорт всегда был на ходу, ожидая подходящего случая. И этот случай настал именно сегодня, когда ему нужно было успеть за полчаса преодолеть путь от дома до ближней станции метро. Добираться на машине, все равно, что ползти улиткой, по дороге усыпанной многочисленным транспортом. Но двухколесный транспорт обещал проделать этот путь в весьма короткие сроки, учитывая то, что скорость едва ли можно было ограничивать.

Ну почему ты хотя бы раз в жизни не можешь отказать в просьбе и не бросаться спасать чье-то положение, думал про себя Павел, прибавляя скорость на рычаге переключателя. Холодный ветер пробирал сквозь тонкую кожаную куртку, но Павел едва ли мог обращать на это внимание. Его руки замерзли, а душа стыла всякий раз, когда он думал, что не успеет. В близи, показалась статуя мужчины и женщины, держащих в руках серп и молот. Сердце стало биться еще быстрее. Если мужчина и нарушал правила дорожного движения, то лишь потому, что спешил спасти свою душу от бесов. Эта мысль приходила первой, а следом за ней возникал образ девушки, ставшей его сердцу немного ближе. Сейчас он не испытывал к ней ничего кроме жалости, но после ее спасения, если это случится, Павел обязательно вспомнит ее веселый нрав, и умение завоевывать сердца людей.

По левому краю мелькнула архитектурное строение гостиницы «Космос», Павел срулил направо и бросил мотоцикл, вблизи автобусной стоянки. Пролетев через стеклянные двери метро, он на секунду замешкался. При нем не было проездного билета, а на покупку его ушло бы немало времени. Очередь в кассу выстроилась не маленькая. Бросаясь примаком к эскалатору, он перепрыгнул через турникет, свалил впереди идущего парня и бросился бежать вниз по механической лестнице, распихивая людей.

Если он чувствовал себя наглым убегающим «зайцем», то лишь до тех пор, пока вблизи не показалась Лиза. Он несколько раз окликнул ее, но она продолжала спускаться, не услышав его. В ушах девушки были наушники, в которых раздавалась мелодия музыки, заглушая внешний шум.

Павел почувствовал, как эскалатор стал набирать скорость. Он перепрыгнул через несколько ступеней, и выругался, так как волнение толпы усилилось. Еще два прыжка и он оказался позади Лизы. Обернувшись, Павел увидел, как люди, не удержавшись, стали падать и лететь прямо на них. Правой рукой, он обвил девушку за талию, а левой оттолкнулся от поручня и запрыгнул на неподвижную часть эскалатора. Едва его ноги приземлились на широкую фанерную панель, как мимо него пролетело несколько человек.

Лиза, смотрела впереди себя, ее наушники вылетели, и она услышала крики. В следующее мгновение у конечной части эскалатора образовалась наваленная груда тел. Женщина, еще недавно стоявшая по правую сторону от нее, теперь лежала на животе, у самого края лестницы и дико кричала. Ее рука застряла между щелями ступеней, заглотавших пальцы. Из раны хлестала кровь, и от увидено несколько человек едва не потеряли сознание. Лиза зажала рот рукой, в тот момент Павел развернул ее к себе и прочитал на ее лице сильный испуг. Она снова попыталась вернуть взгляд на лежащую толпу, но Павел не дал ей это сделать:

- Не смотри туда.

Только сейчас она почувствовала его сильную хватку на своем теле, от чего ее ребра пронзила боль. Она согнулась, и Павел едва ли не выпустил ее из рук.

- Отпусти, больно, - выдохнула Лиза и высвободилась из его рук. На глаза ее навернулись слезы, она затряслась как в сильной лихорадке, и едва не съехала вниз. Павел ухватил ее за плечи, и бережно притянул к себе.

- Дыши глубже, и не смотри вниз. Он попытался поднять девушку, но ее ноги подкосились, и она снова осела. Частое дыхание девушки выдавало панику. Через две минуты после случившегося, эскалатор остановили, и все те, кто видел эту трагедию, бросились на помощь. Павел помог Лизе спуститься со стойки и аккуратными шагами подняться наверх. Он вел ее словно малое дитя, крепко держа за руку. Лиза чувствовала себя деревянной куклой, не понимающей, что происходит вокруг.

Они остановились возле транспорта, на котором он приехал. Павел достал из маленького багажника мотоцикла запасной шлем, и принялся натягивать его на Лизу. Девушка несколько раз моргнула, прежде чем на ее голову опустилась огромный шлем.

- Что Вы делаете? – задала вопрос девушка, сквозь защитную каску.

- Надеваю тебе на голову шлем, разве это не заметно? – ответил Павел, продолжая свое занятие.

- Мне нужно на работу, - уперлась Лиза, стаскивая с головы сооружение из пластика.

Бросив хмурый взгляд на девушку, Павел возмутился:

- Тебе лучше вернуться домой. Ты едва не погибла, и все еще собираешься на работу?

- Да, потому что я не погибла. Выпустите меня, я должна вернуться, - воскликнула Лиза, попыталась сделать пару шагов в сторону метро, но затем остановилась. Ей не прельщало, снова увидеть то, что осталось внутри.

Павел снова попытался ее отговорить, но тщетно. Лиза как упрямый мул, твердила одно и тоже. В конец он решил сдаться.

- Хорошо, но я сам отвезу Вас Елизавета. – Он сделал акцент на слове «Вас», и Лиза с покорностью приняла предложенный ей повторно, защитный шлем.

- На этой вот штуке? – девушка ткнула пальцем в сторону мотоцикла и состроила гримасу.

- На этой, садитесь, прокатимся с ветерком.

Павел завел двухколесное авто, и выехал, как только почувствовал на себе сцепленные руки девушки. Она едва касалась его тела, но он попросил ее держать крепче и выехал на дорогу.

Не дав Павлу подъехать к гостинице слишком близко, Лиза попросила его остановиться.

- Дальше я сама. Не нужно, что бы нас видели вместе. Уезжайте домой, и не беспокойтесь за меня. Я в полном порядке.

Она на минуту замешкалась, и затем спросила:

- Это будет длиться до тех пор, пока в один прекрасный день Вы не успеете меня спасти?

- Нет, еще раз, или два. Если мне и дальше будет везти, то Вы останетесь в живых.

Вам, самому не надоело все это? – Лиза потерла бока, в тех местах где располагались ребра и поймав на себе обеспокоенный мужской взгляд, отдернула руку и заверила что все в полном порядке.

Павел проигнорировал ее вопрос.

Чуть тише она добавила краткое «спасибо» и уверенными шагами направилась в сторону отеля. Он смотрел ей вслед, пока девушка не скрылась за поворотом. Ее мужества хватит пережить конец света, подумал он про себя и снова завел мотор…


Глава 31

Ближе к вечеру, Павел заехал в химчистку, забрал одежду и уехал в «Премьер». Мужчина хотел быть уверенным в состоянии девушки, и по тому решил лично проследить за этим. Его совсем не удивила обстановка в отеле. Как только он появился в зоне видимости, Лиза приветливо улыбнулась, пожелала доброго вечера и протянула ключи от кабинета. Когда он ушел, она тихонько выдохнула и снова принялась проверять свои отчетные записи. Не смотря на то, что он провел эту ночь на работе, спускался в ресторан и несколько раз мелькал у нее на глазах, она ни разу не заговорила с ним, так же как и он не пытался завести речь первым.

На стенде объявлений для персонала, была вывешена цветная листовка, извещающая, о предстоящем корпоративе. Все, кому не удавалось попасть на праздник, гулко вздыхали и поздравляли себя с неудачей. Лиза хоть и не должна была работать в этот день, решила отработать смену напополам с Викой. Она пообещала своей коллеге, подменить ее в девять, так как гуляние начнется в семь и будет продолжаться до одиннадцати, обе девушки остались довольны.

Ресторан делился на два зала, один из которых отвели под застолье. Столы и стулья сложили в несколько ровных рядов, стены и потолки украсили воздушными шарами. На центральной стене висел плакат, с надписью «Нам десять лет». По случаю праздника пригласили музыкантов, роль тамады взяли на себя Ольга, менеджер боулинга, и кулинар Наталья. Мероприятие разделили на несколько частей, в первой, поздравления руководства, вторая часть отводилась на конкурсы, а третья на танцы. Каждое подразделение работающего персонала сели дружными кружками. Повара сели с официантами и своими непосредственными руководителями, горничные, работники прачки и технический отдел нашли общий язык в своем кругу, так же как и юристы, бухгалтера и кадровики. Высшее руководство гостиницы разделило стол с первыми лицами отеля, с администраторами гостиницы. Так получилось что Лизе, немного опоздавшей с переодеванием, досталось место напротив директора и его непосредственного помощника, управляющего отеля, Павла.

Ее невозможно было не заметить, а заметив, трудно отвести взгляда. Она собрала свои темные пряди волос наверх, и аккуратно заколола на затылке парой шпилек. Лиза подвела глаза темными тенями, поддела тушью ресницы, а на губы нанесла жидкую переливающуюся помаду. Светло-бежевое платье, с глубоким декольте и лямками в виде косичек, перекрещивающихся на спине, почти сливалось с кожей. От пояса и до основания голенища спускалась юбка, из той же легкой ткани. Наряд открывал плечи, и спину, прекрасно подчеркивал высокую округлую грудь и тонкую талию. В первый раз, Лиза прошла на тоненьких каблучках, открытых, золотистых туфель мимо своего стула, затем осмотрелась вокруг, и увидела только одно свободное место рядом со своим коллективом. Она поздоровалась, одарила всех очаровательной улыбкой и опустилась на стул, словно перышко. Павел едва ли смог скрыть своих эмоций, и хотя вслух, он высказал только равнодушное приветствие, все его лицо выражало восхищение. Лиза смутилась, под его взглядом, но затем услышала тираду комплементов от генерального директора, и стала почти пунцовой. Павел хоть и не старался выделиться на фоне остальных мужчин, все же притягивал к себе взгляды со всех концов зала. Девушки так и старались привлечь к себе внимание громким смехом или милой улыбкой, но он хотел одного. Дотронуться до Лизы и убедиться в том, что она настоящая, и что «Венера» сидящая напротив него, действительно Павлова Елизавета, работница отеля.

Вечер объявили торжественно открытым и веселье, после недолгих поздравлений полилось рекой. Ближе к половине девятого, Наталья подняла над головой стеклянный шар, в котором лежали скрученные бумажки, и попросила выйти на центр зала девушек, имеющих желание поучаствовать в конкурсе. Лиза и все те, кто готов был принять участие вышли в зал и приготовились слушать тамаду.

- Сейчас каждая из вас, достанет по одному листочку и пригласит на танец того мужчину, чье имя будет указанно в нем. Лучший танцевальный дуэт получит приз.

Девушки стали по одному доставать маленькие свитки, а замет разбрелись по залу в поисках кавалера. Павел обнаружил свое участие, в тот момент, когда к нему подошла Юля, работающая официанткой в боулинге, и показала свиток. Лизе достался Валерий Иванович, инженер.

Пары встали в ряд, заиграла музыка и все принялись приплясывать в такт. По началу, они немного стеснялись, но ближе к концу многие из них раскрепостились и принялись импровизировать. Когда музыка затихла, тамада попросила зал, проголосовать более громкими аплодисментами за ту пару, коротая, по их мнению, достойна первого места. Ими оказались слегка подвыпившие Кирилл, бармен боулинга, и Нина Аркадиевна, главный бухгалтер. После награждения пары стали рассаживаться по местам, и Лиза, стоявшая по левую руку от Максима, едва успела сделать пару шагов в сторону, как Макс, ловким движением руки выхватил из ее прически шпильки. Ее волосы рассыпались по спине, он поймал ее за руку, ехидно улыбнулся и прошептал:

- Наш выход.

Он заранее договорился с музыкантами, чтоб они исполнили заказанную им композицию, в тот момент, как он подаст им знак. Музыка заиграла, Лиза поначалу смутилась, но он попросил ее станцевать с ним один только танец. В следующее мгновение по залу разлетелся ее звонкий смех, Максим положил свою руку ей на талию, и танец начался.

Зал притих, на лицах празднующих застыл шок от увиденного исполнения. Лиза и Максим танцевали самый настоящий танец «Ча-ча-ча». Их движения были слаженными, и четкими. Профессионализм проскальзывал в каждом изгибе, в каждом повороте тел. Они так быстро двигались, что платье Лизы едва успевало опуститься. Молодые люди растворились друг в друге, не замечая ничего и никого вокруг. Они отдавались танцу целиком и полностью, позабыв про реальность. Лиза все время улыбалась, а Максим сильней и сильней закручивал ее.

Если вы когда-нибудь видели по телевизору спортивные танцы, то в данный момент могли бы почувствовать себя на трибуне спортивного зала. Пластика Максима и Лизы не поддавалась критике. Их лица сияли от счастья, руки невероятным образом сплетались и размыкались, тела сближались и снова расходились, и все это в бешеном ритме.

Когда композиция закончилась, Максим поцеловал девушке руку и зал взорвался аплодисментами. Тамада поблагодарила пару за восхитительный подарок и наградила бумажными медалями с надписью «самый очаровательный гость».

После этого Лиза скрылась из зала, и Павел едва усидел на месте, чтоб не последовать за ней. Его эмоции брали над ним вверх, ему пришлось очень постараться, чтоб не выплеснуть их наружу.

Максим к концу мероприятия покинул ресторан, прихватив с собой очень привлекательную особу. Они вышли порознь, но на стоянке было отчетливо видно, как девушка садится в его машину. Павел, наблюдавший все это, обозлился. Он злился на Лизу, за то, что она позволяет себя обманывать, злился на Максима, что тот крутит шашни, прямо под носом своей девушки. И страшно сердился на себя, потому как не мог рассказать об этом Лизе.

Несколько дней, он вспоминал ее сияющее лицо, во время танца с Максимом. Она выглядела счастливой, как никогда прежде. Он против своей воли стал завидовать Максу, видя как парень, прикасается к ее телу, уверено ведет ее в танце, и дарит невероятные при этом ощущения радости. На месте Лизы, любая другая девушка стала бы терпеть его измены, и Лиза в том числе. Но откуда, и вообще, как так случилось, что они оба прекрасно владеют этими навыками? И как он раньше не замечал всю привлекательность ее походки, стройного тела, которым она умела пользоваться так грациозно? Надо быть полным болваном, или скорее слепцом, чтобы не заметить, сколько талантов скрывается в ее душе. Всякий раз, когда ее лицо мелькало перед глазами, он думал о том, как сильно хочет оказаться на месте ее горячо любимого Максима. Если бы он собрался рассказать ей, какой огонь она разожгла в его груди, то не хватило бы слов. Оставалось только довольствоваться ее улыбкой и редким общением. А что же будет, когда закончится его миссия, когда ему придется навсегда расстаться с ней? А если он не справиться, и она все же погибнет, об этом Павел думал с дрожью в сердце. Она стала для него настолько недосягаемой, что он сравнил ее с небом усыпанным звездами, до которого нельзя дотянуться…


Глава 32

- Отель Премьер, портье Елизавета, здравствуйте – послышался сонный, голос Лизы, в трубке телефона.

Павел посмотрел на дисплей, чтоб убедиться, что он набрал верный номер ее сотового телефона. Он понял, что разбудил Лизу, и она еще не совсем отошла от смены.

- Лиза, добрый день, это Павел, - он едва не хихикнул, когда она продолжила отвечать ему в том же тоне.

- Добрый день Павел, чем могу Вам помочь?

- Эээ, как бы Вам это сказать. Вы меня узнали?

- Нет, но если Вы назовете свою фамилию, то возможно, если Вы наш гость, я непременно вспомню.

- Павел Русланович, - выдавил из себя мужчина и не удержавшись, рассмеялся.

- О! – только и успела ответить Лиза, и сон сняло как рукой. – Извините, я… ну да,- пробубнила девушка и снова попросила прощения.

- Я, подумала, что нахожусь на работе, глупо вышло.

- Совсем нет, заверил ее Павел и добавил, что было весело.

После недолгой паузы, Лиза поинтересовалась, не случилось ли чего.

- Нет нет, все в порядке. Просто я хотел попросить Вас, об одолжении.

- Да конечно, о чем речь?

- Дело в том, что я совершенно забыл о дне рождении своего друга и наставника. Он празднует его в одном небольшом ресторане, в кругу самых близких друзей. И мне совершенно не с кем пойти. Если Вы согласитесь, составить мне компанию я буду Вам очень признателен.

Лиза помолчала несколько секунд, а затем осторожно спросила:

- Вы уверенны, что я подходящая кандидатура?

- Я уверен, что лучше Вас никого нет.

- Хорошо, только…

- Я заеду за вами в половине седьмого, Вы успеете собраться? – перебил ее Павел.

Лиза посмотрела на часы, и обещала быть готовой к этому времени. Он попрощался и нажав кнопку отбоя, довольный собой улыбнулся. Ему не терпелось снова встретиться с девушкой, тем более что сегодня он не собирался ни с кем ее делить.

Павел приехал на своей машине, ровно в назначенное время, но заходить в дом не стал. Он известил Лизу по телефону и вышел из авто. В тот момент, когда девушка показалась перед его глазами, он едва не выронил ключи от машины, которыми вертел в руке все это время.

- Добрый вечер Павел Русланович, - послышался голос приближающейся Лизы, одетой в платье длинной в пол, глубокого фиолетового цвета. Волосы ее снова были подобраны кверху, несколько витков, аккуратно выпущенных на волю обрамляли светлое личико. Платье на этот раз было совершенно без бретелей с сердцевидным лифом, облегающим талию, и расклешенным к низу. Никаких украшений и узоров. Только ровно спадающие волны ткани. И на фоне темного цвета, кожа ее выглядела еще белее. Трудно было сказать, какое из ее нарядов были лучше, то, что Лиза одела по случаю юбилея, напоминавшее вторую кожу, в стиле греческих богинь, или это, строгое, длинное, но полностью оголяющее плечи, шею, и не большую часть спины.

- Я…Извините Лиза, - опомнился Павел и пожелал ей доброго вечера.

Лиза посмотрела на него, слегка состроив гримасу, и спросила:

- Оно слишком «старомодное»? Или нужно было одеть что-то более скромное? Просто это классика, и я не знаю, как одеваются адвокаты и их жены на вечера…

- Что Вы, все очень даже… Я бы сказал, Вы выглядите хорошо, даже очень хорошо. Нет действительно, я просто задумался. Вообщем садитесь, нам пора ехать.

Лиза села на переднее сиденье, покосившись на Павла с неуверенностью в себе.

- Вы выглядите прекрасно, я просто растерялся при виде Вас.

-Спасибо, - ответила девушка, но все еще сомневавшаяся в своем наряде и вообще в задумке Павла.

- Если я Вам не подхожу, то еще не поздно пойти на попятную, я уверенна найдется масса девушек которые захотят составить Вам компанию, - выпалила Лиза, до того как Павел завел мотор двигателя.

- Перестаньте, Вы именно то, что доктор прописал, а что касается остальных, я поэтому то и пригласил Вас, чтоб…Впрочем не важно, - закончил Павел улыбнулся и едва не похлопал Лизу по плечу.

Подъехав к одному из сети магазинов, Павел вышел из машины и пообещал скоро вернуться. Через двадцать минут, он выпорхнул из салона ювелирных украшений. Мужчина открыл бархатный футляр, и показал на украшение.

- Мне кажется, в Вашем наряде кое-чего, не достает.

Лиза уставилась на дорогие серьги и ожерелье, с темно-сиреневыми камнями.

- Надеюсь, Вы взяли это на прокат? Я не очень люблю украшения, но это выглядит довольно красиво.

Пока она говорила, Павел ловко застегнул на ее шее ожерелье и протянул пару серег.

Когда девушка надела их, он сообщил о том, что теперь ее наряд в полном комплекте и можно отправляться на ужин.

Машина подъехала к ресторану под названием «Турандот» с интерьером в стиле позднего барокко, но Павел задержал Лизу и попросил ее:

- Когда мы переступим порог этого заведения, прошу Вас забыть мое отчество и обращаться ко мне «ты». Пусть люди думают, что мы с Вами давние друзья.

Лиза залилась румянцем, и пообещала выполнить просьбу. Выйдя на улицу, она взяла его под руку, и они вошли в ресторан.

Торжество напоминало, скучное сборище людей высших кругов. Наряд девушки пришелся кстати, потому как дамы были одеты в вечерние платья, а молодые люди в классические костюмы. Лиза с улыбкой на лице прошествовала несколько метров, прежде чем к ним бросились мужчины со знакомыми лицами.

- Лиза, как мы рады Вас видеть, - воскликнул Игорь и склонился над ее рукой. Остальные друзья и коллеги Павла проделали тоже самое, одаривая девушку самыми искренними улыбками и комплементами. Лиза немного расслабилась и стала дышать ровнее. Павел провел ее через весь зал ресторана, напоминающего сказку, и остановился перед невысоким, упитанным мужчиной, шестидесяти лет. Он обладал добрыми чертами лица, и выбеленной шевелюрой. Павел поздоровался с именинником, поздравил его с днем рождения и представил Лизу.

- С днем рождения, - добавила Лиза и смутившись улыбнулась.

Мужчина с первого взгляда, несомненно, располагал к себе людей. Голос его был низким, но бархатистым. Он поблагодарил девушку, назвав ее юной особой, и попросил Павла присоединиться к столу. В начале вечера, Лиза почти не разговаривала, и чувствовала себя не вполне уютно. Павел пытался всячески облегчить ее участь, проявляя внимание чуть больше положенного. От этого Лиза еще больше заливалась краской, скромно и коротко отвечая на поступающие вопросы.

Примерно через час, Павлу пришлось оставить ее одну, так как его внимания потребовал мужчина, сидящий за другим столом. Он извинился и пообещал вернуться в скоро времени. Лиза осталась в окружении незнакомых людей, но Юрий Иванович, попытался разговорить очаровательную гостью.

- Скажите мне Лиза, в каком цветнике, Павлу удалось отыскать Вас?

С этой скромной фразы, завязалась беседа между Юрием и Лизой, и все остальные, кто так же оказался за этим столиком, стали невольно прислушиваться. Лиза понемногу вливалась в компанию незнакомцев, и уже через четверть часа, с их стороны стал слышен тихий смех.

Павел на беду своей популярности, не успевал отбиваться от гостей, и старых знакомых, так же жаждущих его внимания. Первое время он еще поглядывал на свою спутницу, но позже потерял счет времени и количество людей, с которыми успел переговорить.

Опомнился он только тогда, когда услышал очередное хихиканье, сменившееся громким хохотом. Гости все как один повернули головы в направлении веселой компании, откуда раздался тихий голосок Лизы:

- А он как закричит, «Я НЕ СТРЕЛЯЛ», «Я НЕ СТРЕЛЯЛ»,- и снова ее фраза потонула в веселом смехе.

Все кто пришли на праздник, не скрывая любопытства, пытались понять, что же такого интересного происходит за столом именинника, и Павел в том числе. Ему как никому из присутствующих в этом зале, не считая его коллег, было известно, насколько Лиза может быть очаровательной, и как ей легко удается найти общий язык с совершенно незнакомыми людьми. Его лицо стало совсем несчастным, кода он увидел, как столик облепили еще несколько гостей, и теперь смех раздавался на весь зал.

- Что там за веселье? - спросила его девушка, в золотом платье с увесистым бриллиантом на пальце.

Это была Дочь, одного из высокопоставленных чиновников, поймавшая Павла за руку, и не желающая выпускать его из своих сетей.

- Я сейчас узнаю и все Вам расскажу, - ответил Павел и ловко высвободил свою руку. Когда он вернулся к Лизе, его восторгу не было предела. Она рассказывала очередную, историю, и все слушали ее с замиранием сердца. Под конец, рассказа, Юрий вытирал слезы смеха, а Лиза довольная собой хихикала вместе с остальными.

Лиза, кем Вы работаете? - спросил одни из гостей, явно жаждущий узнать ее поближе.

Павел напрягся, понимая, что ее ответ может повлиять на создавшуюся атмосферу, но Лиза не растерялась и ответила:

- Кто из вас, смотрел фильм под названием «Знакомьтесь Джо Блек»?

- Это там, где снимается Бред Питт? – спросил другой, не менее увлекшийся Лизой мужчина. Девушка кивнула головой, и некоторые из них стали припоминать сюжет.

- Кем он был?

- Смертью, - поспешил ответить все тот же мужчина, что задал ей вопрос о работе.

- А кем его представил Директор компани?

Мужчины почесали репы, и одни из них, слегка расширив глаза, ответил:

- Он сказал что, Джо, налоговый инспектор!

Все кто присутствовал при этом разговоре, напряглись, вспоминая о своих черных делишках, но Лиза не дала им времени:

- Так вот, - бодро произнесла она. – Я, точно не из налоговой!

Повисла пауза, и снова раздался смех.

- Лиза Вы очаровательны! - произнес в который раз Юрий, но надоедливый вопросник не дал ей времени на передышку:

- А как же Вы познакомились с Павлом? Это он сопровождал Вас на вечер?

- О! – Лиза очаровательно раскрыла ротик, придав ему форму овала, и посмотрела на Павла.

- Сам расскажешь или мне?

Павел более не сомневался в ее изобретательности и потому доверил историю ее гласу.

- Это случилось поздним летом. Не буду указывать год, но вот как это произошло.

Я попала под сильный ливень, и промокла до нитки. Мне удалось добежать до остановки, под которой я укрылась. Паша, как раз проходил мимо, к моей большой радости, потому как в следующее мгновение мы услышали хруст падающей ветки. Ветка повалилась на столб с проводами, он без слов схватил меня в охапку, и едва мы успели унести ноги, то есть, едва Паша успел унести мои ноги, как оборванный провод упал на то, место где я стояла прежде, по щиколотку в воде.

Слушатели «ахнули» и с восхищением посмотрели на Павла. Его щеки готовы были сгореть от смущения.

- И представьте себе, - продолжила Лиза, - если б он не оказался рядом, лежала бы я вся такая бледненькая, в скучном платье, на глубине земли, и думала «неужели, Юрий Иванович, никогда не пригласит меня на танец».

Она посмотрела на именинника с самой открытой улыбкой, и тот в свою очередь после недолгого замешательства поспешил оправдаться:

- Бог мой, если б я только мог представить, что мне посчастливиться танцевать с Вами Лиза. Прошу простить меня, но я не поклонник современных танцев.

- Как насчет вальса? – спросила Лиза, с толикой гордости в голосе.

- Ну, если только самого настоящего.

- Самого что ни наесть! – снова провозгласила девушка, и подойдя к музыкантам, попросила исполнить незамысловатый вальс.

Затем она поспешила к ожидающему партнеру, надела на палец колечко, пришитого к подолу платья, тем самым задирая нижнюю юбку, и выпрямила спинку, когда почувствовала прикосновение мужской ладони.

- Вы уверенны, что мы справимся? – спросил Юрий, в то время как Лиза вытянула шею.

- Только в том случае, если мы будем кружиться так же, как на первом своем балу кружилась Наташа Ростова.

Музыка заиграла, и Лиза с Юрием, закружились по залу. Все внимание было приковано к фигурам танцующих, ложки и вилки едоков повисли в воздухе, разговоры смолкли, а уста едва не раскрылись от восхищения. Лиза совершенно не смущалась, и открыто заявила своему партнеру, что ей еще никогда не приходилось танцевать с человеком, знающим толк в этом танце. Если она и слукавила, то только во благо именинника, и тот зарделся от услышанного. Спустя несколько минут кружений по залу и быстрых танцевальных шагов, музыка смолкла, Юрий поклонился Лизе, а та в свою очередь присела в реверансе. Вернувшись на место, глаза их блестели, Именинник помахал платком и предложил Лизе смочить горло.

Павел едва успел увести свою спутницу от поклонников, намеривающих пригласить девушку на очередной танец. Все оставшееся время, он не отлучался, чтоб не выпустить свое сокровище из рук.

В один из моментов Лиза все же ускользнула в дамскую комнату, а когда вернулась, заметила удивительную картину. Две девушки в строгих платьях, и дорогих украшениях не выпускали Павла из своего окружения. Если они и были счастливы разделить его внимание, то он напротив, едва сдерживался что бы не состроить грустную физиономию. Лиза сняла одну из сережек, спрятала ее в руке и приблизилась к своему спутнику:

- Пашутка, я потеряла сережку, ты не поможешь мне найти ее.

Девушки готовы были испепелить ее взглядом, а Павел едва не рассмеялся, услышав прозвище, которым назвала его Лиза.

- О чем речь Лизель, конечно я помогу тебе, показывай, где по твоему мнению она должна быть.

Он извинился перед девушками и побрел с Лизой.

- «Лизель»? – очень мило, поддела Павла девушка.

- Не так мило как «Пашутка», - парировал мужчина, и они едва удержались, чтобы не рассмеяться. Лиза призналась, что соврала, после того, как Павел какое-то время провел под столом, разыскивая украшение.

По окончанию праздника, Юрий поблагодарил своих гостей за участие и пожимая на прощание руку Павлу сказал:

- Это самый лучший день рождения в моей жизни. Спасибо тебе Павел за подарок, которым ты украсил мой скромный праздник.

Павел понял, что речь идет о Лизе, и едва ли мог скрыть свою гордость за «очаровательное создание», как говорил о ней Юрий.

Несколько молодых и не только, мужчин, провожали ее жалостно завистливыми глазами. А девушки готовы были продать душу, чтоб оказаться на ее месте. Они не предполагали, что Павла и Лизу связывают сугубо деловые отношения, и все это был, лишь небольшой спектакль устроенный молодыми людьми.

По дороге домой Павел хотел продлить общение с Лизой, и нашелся вопросом:

- Я не могу не признать, Вы танцуете как богиня.

Лиза широко улыбнулась, вспоминая период своей жизни, в котором спортивные танцы отнимали у нее по шесть часов в день.

- Мама привела меня в клуб спортивных танцев. Мне было шесть лет, и я не отличалась особыми данными.

- Я в это не верю, Ваша пластика это что-то невероятное. Сегодня Вы были на высоте.

- Нет, прошу, не смущайте меня. К тому же Вы, несомненно, пользовались большей популярностью.

- А, это все потому, что каждый норовит испортить мне вечер своими дурацкими юридическими вопросами. Вот и пришлось играть весь вечер в игру «вопрос-ответ».

- Максим тоже занимался с Вами, ну в смысле танцами? - Павел даже не хотел представлять себе, чем еще они могли заниматься. Потому как хотелось удавить последнего.

- Мы с пеленок вместе росли, он старше меня на пару лет. Однажды мама не успевала забрать меня, и послала его. Макс пришел на полчаса раньше и увидел, как мы танцуем. Дело в том, что у всех были партнеры, а мне приходилось импровизировать, и танцевать с воздухом. Когда мы вышли он спросил, почему я танцую одна, я объяснила ему, что мальчиков не хватает, и Вы не поверите, на следующее занятие он встал со мной в пару.

- Я не разбираюсь в спорте и потому не уверен, закончили Вы свою карьеру принудительно или просто вышли на пенсию? И почему не стали тренером? По-моему, все спортсмены в итоге приходят к этой профессии.

- Нет, я не вышла на пенсию. Я бросила танцы.

Павел удивленно приподнял брови.

- Мама заболела, я стала за ней ухаживать, через два месяца она скончалась, а мне больше не хотелось танцевать. И потом, она сама шила костюмы к соревнованиям. Ее не стало, а у отца не было денег покупать мне наряды. Спорт не дешевое удовольствие.

- Простите, я не знал…

- О не стоит, все нормально, - ответила с улыбкой Лиза. - Мне только жаль, что Максим тоже ушел. Он заслуживал мирового признания, но не захотел продолжать.

- Почему он ушел?

Лиза немного подумала, и ответила:

- Наверное, у меня получится объяснить. Дайте руку.

Павел послушно протянул ладонь, и девушка вложила в нее свои пальчики.

- Вы чувствуете мое тепло? Чувствуете длину пальцев, силу захвата, размер ладони.

Павел, от нахлынувшего ощущения блаженства, смог только кивнуть.

- Представьте, что Вы держите эту руку на протяжении нескольких часов, изо дня в день, из года в год. И так на протяжении десяти лет. И настает момент, когда в вашей ладони оказывается совсем другая рука. Чужая, она может быть более изящной или наоборот, прохладней или горячее, с короткими или более вытянутыми и тонкими пальцами, с сильным или слабым захватом, но это чужая рука, совсем незнакомая, другое лицо, талия, плечи, все другое. И нужно полностью перестроиться под нового партнера, заставить его доверять Вам.

- Я понимаю. Я бы не смог, - с чувством ответил Павел, представляя как на месте Лизы, в его салоне оказывается совсем другая девушка. Он едва не вздрогнул.

- И он не смог, - заключила Лиза, лишая его ладонь своей руки.

Серебристая машина остановилась у деревянного, одноэтажного домика с калиткой, и Лиза поспешила снять с себя украшения.

- Оставьте их себе Лиза. Это в знак моей благодарности.

Лиза на секунду замешкалась, но в следующее мгновение, отрицательно покачала головой:

- Я не могу, извините.

Девушка сняла ожерелье и уложила в коробку из бархата. Попрощавшись, она вышла из машины, и скрылась.

Павел хотел остановить ее, попросить остаться с ним, заключить ее в свои объятия, но вместо этого, он молча завел мотор и выехал из проулка.

- Что, не хватило смелости поцеловать ее? – раздался голос у него за спиной.

Анна ловко пересела на переднее сиденье и уставилась на брата.

- Я не могу с ней так поступить. Она, я не знаю, у меня складывается такое ощущение, что если я посмею это сделать, она меня отвергнет. Или растает как дым. А когда я рядом с ней, то ощущаю себя подростком, который смущается при виде ее глаз.

- А я тебе говорила, что эта девушка необычная. Но ты же меришь всех по своим стандартам.

- Никого я не мерю, -вскипел Павел. – И да, ты права, если б я встретил ее на улице, то непременно прошел бы мимо, даже глазом не моргнул. С виду она кажется совсем обычной. Но у нее такой богатый внутренний мир, что я чувствую себя бумажным червем.

- Так и есть, - Воскликнула Анна, - ты самый настоящий бумажный червяк.

Павел едва не отвесил ей подзатыльник, но так, как не мог к ней прикоснуться, просто рассмеялся.

Глава 33

Вечер удался на славу, но и ночь проведенная Павлом была богата своим разнообразием кошмаров. Он едва ли думал о кошмарах, когда его возбуждение поутихло, и на смену бодрому духу пришел сон. Как он жалел о том, что поддался чарам Морфея и позволил себе заснуть. Его сон, стал медленно переплетаться с кошмаром, в котором Бесы завязали самую настоящую бойню. В этот раз, Павел едва ли успевал следить за их действиями, потому как они принялись играть его телом в новую игру «подбрось и опрокинь».

Бесы по одному хватали его тело, подбрасывали в воздух и затем наблюдали падение. На смену порезам, пришли синяки и гематомы. Он совсем не ощущал под своим телом мягкий матрас кровати, напротив, ему казалось, что он приземляется на грубый неотесанный бетон. Ему оставалось стиснуть посильнее челюсти и терпеть это все до тех пор, пока они не оставят его. И такой момент рано или поздно наставал, Бесы с шипением покидали Павла, а он снова приходил в сознание.

Проснувшись, Павел едва ли мог пошевелиться. Каждая часть тела невыносимо ныла от боли. Он дал себе немного времени, затем сполз с кровати, и едва не сорвался на крик. Стоная и держась за стенку трясущимися руками, но стал медленно перебирать ногами по полу, пока не наткнулся на холодильник, в котором хранился лед. Что было лучше в данный момент, холод или тепло, не имело значения, главное, что бы это помогло. Павел едва ли мог говорить, но Анна являлась к нему после каждого пережитого им кошмара и старалась не оставлять одного.

- Не лезь в ванну, - сказала Анна, когда Павел собирался наполнить ее горячей водой.

- Лучше продолжай прикладывать лед, а по истечению суток будешь принимать горячие ванны.

Павел простонал что-то в ответ, но слишком неразборчиво. Он не знал, в каком положении ему легче находиться, потому, как не мог ни стоять, ни сидеть, а уж тем более лежать. Он прикладывал лед каждые двадцать минут, как велела ему Анна, и по истечению этого времени делал перерывы. О выходе на работе не могло быть и речи, поэтому обессиленный мужчина, дождавшись позднего утра, позвонил директору и сообщил о неотложных делах.

На следующий день, Павел, как и велела ему сестра, наполнил в ванну и погрузился в нее с головой, не зная, что лучше, захлебнуться или продолжить существование. По истечению нескольких дней, он постепенно пришел в форму, но тело его напоминало битую грушу, сине-фиолетового цвета. Количество синяков и ссадин не удалось подсчитать. Те, что напоминали гематомы, остались от падений, а синие круги от захватов клешней Бесов.

Павел вернулся к своим обязанностям, но все кто работал под его началом, сразу поняли, соваться к нему не стоит. Лицо его напоминало высеченный камень, а хмурые брови сами собой отвечали за настроение. Заниматься спортом на тренажерах было невыносимо, но он пересиливал себя, и упорно тренировал измученное тело каждый вечер. Так ему было легче справлять с душевными муками.

Не смотря на боль и завал работы, Павел не редко выискивал свободные минуты, что бы представить Лизу, насладиться ее нежным личиком, и фигурой. Вспоминая отрывки из вечера, в котором Лизе удалось продемонстрировать гибкость своего тела, Павел принимался стонать, потому, как все его мужское естество напоминало о том, чего ему очень не хватало в последнее время.

Когда на его глаза попадался образ Максима, Павел готов был взорваться от злости. Не смотря, на свои деньги, успешную карьеру и многозначительные должности, он не мог завладеть тем, что имеет Максим, не прилагая при этом никаких усилий. А такую девушку как Лиза, не интересовали деньги и положение в обществе.

Найти способ, привлечь ее внимание не как к руководителю, а как к мужчине, Павлу не удавалось. Отчасти потому, что некая совершенно не свойственная его характеру робость нападала на него именно в те моменты, когда он мог позволить себе сделать первый шаг. Хотя отбивать девушек у чужих парней ему ни разу не приходилось.

В тот момент, когда Павел в очередной раз мечтал о женском обществе и всему, чем наградила женщин природа, в дверь кабинета постучали. Он разрешил войти, и на пороге появилась та самая девушка, чье внимание он пытался привлечь.

Она и не собиралась посещать его светлого, просторного уголка, но так сложилось, что все остальные не горели желанием обращаться к Павлу. На лице у последнего застыла глупая улыбка. Лиза сразу перешла к делу:

- Месяц на подходе, новый график еще не подписан. Начальник отдела по размещению гостей в отпуске как Вы знаете.

Чары рассеялись, фантазии улетучились, и Павел принялся включаться в работу.

- Что я должен сделать? – поинтересовался он, и снова уставился на девушку взглядом, вызывающим недоумение.

Если б в голове у нее был установлен датчик на выявление опасности, то в данный момент он незамедлительно запищал бы.

- Распечатать новый график, и подписать его, - ответила девушка, делая паузу после каждого словосочетания.

-Ага, - снова ответил Павел, едва ли собиравшийся что-либо исполнять. Лиза поняла это, и намеревалась покинуть комнату.

- Подождите минутку. – Наконец он очнулся, и принялся водить мышкой по монитору и открывать многочисленные окна.

- Лиза, Вы мне не поможете, я немного запутался.

Девушка, едва понимавшая, что твориться с руководителем, приблизилась к нему и стала диктовать корректировки. Через пару минут, принтер запищал и распечатал несколько листов. Лиза снова отстранилась, ожидая подписанных графиков. Павел, едва понимая, что делает, подписал листы, стремительно приблизился к девушке и склонившись поцеловал ее в губы.

Пребывая в эйфории, он отстранился, и пропустил хорошенькую пощечину. Лиза с испуганными глазами прикрыла ладонью овальный ротик и собиралась ретироваться. Но в проеме дверей она столкнулась с Олей, ставшей невольной свидетельницей сцены. Девушки расступились, Лизе, с залитым краской стыда лицом, первой удалось скрыться за дверью. Оля собиралась последовать ее примеру, но не тут-то было.

- Ольга, прошу Вас, проходите.

Молодой руководитель, в который раз, поздравил себя с тем, что обладает редким даром.

- Придется мне немного укоротить Вашу память, - сказал Павел, уставившейся на него, испуганными глазами, Ольге.

Когда операция по зачистке мозга закончилась и Ольга, выложив суть своего прихода, покинула комнату, в тишине раздался громкий, мелодичный женский смех.

- Ой, сейчас лопну от смеха. Ха-ха-ха, вот так затрещину ты схватил братец.

Анна схватилась за живот, и скатилась с дивана. Лиза оказалась первой девушкой, кто осмелился дать Павлу отпор, в тот момент, когда все остальные таяли под его руками и губами.

- Дааа, - протяжно начал Павел, поглаживая щеку. - Я готов получать от нее пощечины после каждого поцелуя, если они будут такими же…

Тут он умолк и посмотрел на Анну. Ему стало не по себе продолжать разговор в том же духе, потому он постарался направить разговор в другое русло, но Анна не желала переводить тему.

- Что ты теперь будешь делать, рыцарь в доспехах? – Спросила Анна и уставилась на брата все еще смеющимися глазами.

- Даже не знаю. Думаю надо извиниться. Только подойти к ней страшно. И вообще, боюсь я ее как огня. Не думаю, что она меня простит. В конце концов, она может рассказать все Максиму, а ему это явно не по нраву будет.

- Она не расскажет, и мы оба знаем это.

Павел задумался, и приложил к лицу руки. Со стороны могло показаться, что он опечален, но на самом деле он лишь пытался скрыть от призрака довольную улыбку, появлявшуюся у него на лице всякий раз, когда он вспоминал вкус нежных, светло розовых губ.

Анна довольно ухмыльнулась и покинула брата. А Павел собирался с духом, чтоб спуститься и принести свои извинения. Он мог бы вызвать ее по телефону и попросить подняться в кабинет, но девушка ни за что на свете не придет. Оставалось спуститься в холл и очень постараться.

Лиза отпустила посетителей, выдав им предварительно магнитные ключи от номеров. Менеджер Татьяна ушла проверять номера, в холле оставалась только одна помеха. Охранник Олег Михайлович. Павел вызвал его к себе и попросил, а точнее принудил выйти покурить. Затем, он спустился и стал медленно приближаться к объекту своего обожания. Лиза посмотрела на его лицо, которое в этот момент выражало отчаяние и некое смущение. Павел едва мог поднять на девушку глаза, но услышав, как она прыснула со смеху, пришел в недоумение. Лиза извинилась, и снова рассмеялась. В свое оправдание она сказала:

- Извините меня, но у Вас такое лицо, будто Вы собираетесь на смертную казнь.

- Фух, - выдохнул Павел. – Я хотел попросить у Вас прощения, за свой поступок. Я и не знаю, что на меня нашло, и то, что Вы сделали, я по праву это заслужил. – Павел указал на свою левую сторону лица и снова искренне извинился.

- Могу я загладить свою вину? – снова обратился он к Лизе.

Девушка строго посмотрела на него и сказала:

- Оля, вероятно уже поведала об этом, всем, кто попался ей на пути. В самых ярких красках. – Заключила девушка.

- За это можете не переживать, она ничего никому не расскажет. Даю Вам слово.

Лиза с сомнением посмотрела на управляющего.

- Вы ее не знаете, даже танки не смогут ее остановить.

- Довертись мне, - Павел посмотрел на Лизу с неподдельным чувством искренности, очень волнующе и притягательно.

- И все же я должен загладить свою вину, - добавил он не отрывая взгляда от девушки.

Лизе потребовалось несколько секунд, чтоб придти в себя. Когда это случилось, она спросила:

- В кино?

Едва ли он мог рассчитывать на то, что будет не только заглаживать свой промах, но и получать от этого удовольствие.

- Я заеду за вами послезавтра, в семь, - с радостью провозгласил Павел.

-Нет, - девушка отрицательно покачала головой. – Я заеду за Вами. Примерно в час дня.

Она понизила голос и добавила:

- У нас гости.

Павел посмотрел в сторону и увидел вошедших иностранцев с чемоданами и сумками в руках.

Глава 34

В доме раздался телефонный звонок, и Павел поднял трубку:

- Спускайтесь, мы уже внизу.

- Кто это «Мы»? - спросил в недоумении молодой человек.

- Это сюрприз.

Павел нажал на кнопку отбоя и все его представления рухнули как карточный домик. Он надеялся провести этот вечер в кино, наедине с Лизой, на последнем ряду, и может даже он рискнул бы снова ее поцеловать ну или хотя бы приобнять.

Спустившись, он наткнулся на девушку, облокотившуюся о машину Максима, и настроение его полетело к чертям. Значит, с ними будет Максим, подумал про себя Павел. Он приблизился к Лизе, облаченный в джинсы, светлую рубашку и замшевый пиджак. Ее широкая улыбка не сползала с лица. Она поприветствовала его, протягивая руку для рукопожатия. Таким образом, все старое было забыто, а все новое только-только наступало.

На Лизе были надеты узкие джинсы, светлая кофточка голубого цвета и коротенькое пальтишко. Волосы она заплела, глаза и губы покрасила, и в целом выглядела привлекательно. Павел не увидел вблизи ни Максима, ни других посторонних молодых людей или девушек. По двору носились только два заблудших ребенка и те, без родителей.

- А где Максим?

- О, нет, он на такие прогулки не согласится даже под дулом пистолета у виска.

- Какие, такие прогулки? – подозрительно спросил Павел.

Лиза, хитро улыбнулась и крикнула:

- Сергей, Настя, пришел дядя Паша!

Дети, обернулись на голос Лизы и с криками «Ура», одновременно бросились бежать в сторону машины.

- Я сказала, что Вы добрый волшебник, и будете исполнять их желания, - шепнула Лиза, после того, как мальчик и девочка облепили Павла.

- Так вот в чем подвох, - подвел итог Павел, пытаясь определить возраст малышей.

- Кто за рулем? – снова спросил Павел, удивленно поднимая брови.

Лиза погремела ключами от машины, «Toyoto» бордового цвета и села за руль.

Настя и Сережа, чьей жизненной энергии не было предела, оказались двойняшками. Их разница в возрасте составляла двадцать минут. А полных лет им было всего по пять. Так что в продолжении всего дня и вечера, Павел только и слышал детский смех, плачь, возгласы и восклицания. Наблюдать за детьми было куда страшнее. Они прыгали, бегали, ругались, дрались, жаловались друг на друга, и все это в совокупности привело голову молодого человека в такой сумбурный беспорядок, что он посочувствовал их родителям.

В кино они все же приехали, после того как съездили в парк, прокатились на каруселях, поели в детском кафе, попрыгали перед кинотеатром на большом батуте и потребовали снова еды и питья.

На киносеансе, за мультиком дети смеялись, смолкали в перерывах, задавали вопрос и снова смеялись. Павел сидел через три сиденья от Лизы, в неудобных 3D очках, и мечтал о тишине и покое. Расплата за поцелуй, стала сущим наказанием, и все, что было связано с детьми, теперь вызывало у Павла самый неподдельный ужас.

Тишина настигла взрослых, лишь на обратной дороге домой. Дети крепко спали, а Павел не хотел даже говорить, чтоб ненароком не разбудить малышей. Лиза остановилась у соседних ворот, и разбудила детей. Она ловко поставила их на землю, взяла за руки и повела в дом. Через несколько минут девушка вернулась и посмотрела на своего руководителя.

- Ну и досталось же Вам сегодня, - сказала она улыбнувшись.

- Если честно, у меня была мысль сбежать еще до того как мы вышли из парка. Знай на перед, что меня ждет в кинотеатре, я бы не раздумывая, «сделал ноги».

Он как то недоверчиво повел головой в сторону и пробубнил:

- Сущий ад, я не понимаю, как Вы можете проводить с ними столько времени.

Лиза пропустила его речь мимо ушей.

- Вы искупили свою вину с лихвой. Предлагаю отправиться в кафе.

- В самое тихое кафе, иначе у меня голова взорвется, - все так же недовольно ответил Павел.

Лиза завела машину и выехала на дорогу. В кафе Павел немного взбодрился, и стал расспрашивать девушку, о том, где она научилась водить машину. Лиза ответила, что Максим приложил к этому много усилий, но в итоге она оправдала его усилия.

Максим, кто бы сомневался, еще немного и от одного его имени меня начнет укачивать, подумал про себя Павел, по дороге в свою уютную, тихую квартиру. Все время, что они провели наедине, он думал над тем, что люди очень зря придумали одежду. Едва ли ему хватало сил отводить взгляд от девушки, и не думать о том, как затащить ее в свое логово.

Поднявшись домой, и скинув с себя одежду Павел пришел к выводу, что ему непременно нужно отвлечься и утолить свой голод. Иначе при следующей встрече он может не просто поцеловать Лизу, а заняться более благоприятным делом в ее обществе. И он решился. Набрал хорошо знакомый номер телефона и пригласил свою давнюю подругу Ангелину. При мысли о том, что его ждет, все чувства обострились, и он поспешил уложить, бутылку дорогого вина в холодильник. Все остальное, Павел заказал доставкой на дом.

И не смотря на то, что Лиза, несомненно, проводила множество ночей в объятиях Максима, он чувствовал, что предает ее. Но эти чувства канули в воду, едва на пороге появилась очень соблазнительная, длинноногая брюнетка. Павел поцеловал ее в щечку, и пошел готовить легкий ужин.

Ангелина скинула с себя верхнюю одежду, оставаясь в коротком платьице, цвета шоколада. Она прошмыгнула в спальную комнату, выдвинула одну из хорошо знакомых полочек, прикроватной тумбы и посмотрела на контрацептивны. Затем достала из сумочки тонкую стальную иглу для шитья.

- Пара бы нам перейти на новый уровень отношений, - сказала себе девушка, и через несколько минут покинула комнату.

Павел угостил свою подругу вином, предоставил ее распоряжению ужин и наблюдал за ее хитрым личиком. Ангелина едва ли притронулась к выпивке, ловко выхватила бокал у него из рук, и стала медленно покачивать бедрами в такт тихой, спокойной музыке, игравшей на заднем плане. Павел попросил ее остановиться, потому, как в голове его всплыли кадры, в которых Лиза управляется с телом, куда привлекательней и пластичней.

- Раньше тебя это заводило, - сгримасничала девушка и села ему на колени.

Павел запустил руки ей под платье, и то ли по воле Анны, то ли по еще какой-то другой причине, он понял, что начинается новое видение. Он резко усадил Ангелину рядом с собой и внушил ей сделаться «невидимкой».

Глава 35

Все вокруг растворилось. Пейзаж, открывшийся его взору, напомнил фильм «Мгла», где туман не позволял видеть дальше двух метров. Павел быстрым шагом прошествовал в сторону, откуда раздавались голоса. Его взгляд уперся в телевизионную Останкинскую башню. Над входом висели электронные часы, похожие на те, что он видел в первый раз. Время показывало восемь часов вечера. Все вокруг было тихо и спокойно, не считая слышавшихся отовсюду человеческих голосов. Павел услышал шум воды, значит он неподалеку от фонтана. Он нашел бассейн, со струящейся водой, затем наткнулся на скамейки и принялся перебегать от одной к другой. Через несколько минут Лиза, не спеша вышла из здания и направилась к пустующей лавочке. Ее внимание привлекла резвившаяся неподалеку маленькая собачка. У Лизы зазвонил телефон, и Павел посмотрел на панель дисплея. Увидеть дату он не успел. Присев рядом с ней, он попытался вслушаться в разговор. По тону девушки, стало ясно, она говорит с подругой, о пустяках.

Лиза не договорила фразу, потому как телефон ее выключился.

- Забыла зарядить, снова, - промямлила девушка себе под нос. Не смотря на туман и сырость, девушка была одета в белую блузку с глубоким вырезом и узкую юбку карандаш. Темное пальто и туфли на невысоком каблуке, завершали наряд. Девушка наклонилась, что бы поднять с земли упавший с дерева лист бледно оранжевого цвета и в треугольном разрезе блузки показался белоснежный, кружевной бюстгальтер, открывающий верхнею часть груди. Павел подумал о том, что будь он рядом не мысленно, а физически, ему пришлось бы как минимум принудить ее прижаться к нему всем телом. Что бы он мог насладиться ее близостью и надышаться ароматом ее волос или кожи, или…

В этот момент ход его мыслей прервался, в воздухе послышался страшный звук. Павел поднял голову и увидел, как что-то очень большое падает на землю. Лиза соскочила с места и принялась бежать. Еще через мгновение, на землю рухнула хвостовая часть вертолета, и произошел взрыв. Девушка упала на землю, прикрывая голову. На нее посыпались осколки, но она поспешила подняться, чтоб продолжить бег, и тут ее настигла отлетевшая лопасть вертушки. Девушку перерезало напополам. Затем с неба упала кабина летательного аппарата, снова раздался взрыв, и ее тело поглотил огонь.

Туман рассеялся, Павел вернулся в реальность и еще несколько минут приходил в себя. Его задачей, стало выяснить, в какой день случится трагедия. Но на ум не приходило ничего, кроме того что Лиза может упомянуть о своем походе. Но если трагедии суждено случиться уже завтра, то он никак не успеет. У него в запасе неполные сутки.

Ангелина, не смела пошевелиться, и тем более заговорить. Ее глаза казались остекленевшими, из-за того, что Павел применил к ней свой дар. Он быстро накинул на нее пальто, в котором она появилась, и вышел вместе с ней на улицу. Молодые люди ловко запрыгнули в машину, и Павел умчал Ангелину в ее место обитания. По дороге он прокручивал в голове обрывки видения, пытаясь ухватиться за любую зацепку, которая поможет ему справиться с делом. На ум пришло только название упавшего вертолета, «Ми-8».

Павел вернулся домой, принял прохладный душ, выпил несколько банок энергетического напитка и принялся мерить шагами зал. Шаг первый, он непременно будет появляться у телевышки, ежедневно начиная с завтрашнего дня. Нужно выяснить в центре управления погоды, насчет тумана. Еще он должен достать список аэропортов, на стоянках которых числиться хотя бы один такой вертолет.

Павел знал, что максимальное время полета Ми-8 может доходить до десяти или двенадцати часов. Если учесть, тот факт, что рухнуть он должен в восемь вечера, значит вылеты, всех вертолетов должны воспроизводиться не раньше восьми утра. Хотя он может произвести заправку в другом месте. Значит…

Павел схватился за голову и посмотрел на часы. Время показывало два часа утра. Уснуть сейчас, значит ожидать порезов или побоев, все равно Бесы доведут его до полумертвого состояния. Ожидать утра, слишком тягостно. Павел накинул на себя спортивные штаны, застегнул на груди толстовку и вышел на улицу, прихватив с собой еще пару банок энергетического напитка. Снова придется задействовать силы ФСБ, и Павел точно знал за какую ниточку стоит тянуть.

Спустя несколько часов, он сидел в кабинете своего друга Коли и наблюдал за тем, как несколько человек бегают из комнаты в комнату с распечатками списков. К началу дня, он имел на руках все, что ему требовалось. Списки аэропортов, с запланированными вылетами, неисправными вертолетами и всеми именами и фамилиями людей, кто владеет правом разрешать взлеты. С погодой было труднее, туманы в ближайшую неделю будут опускаться на город ежедневно. Хорошо, что это только на одну неделю. Значит, его переживания продляться семь дней. И все эти дни Павел должен выкручиваться, бегать от сна приносившего кошмары.

Вернувшись домой, он поставил на телефоне будильник, с громкой отвратительной мелодией, с перерывом в 15 минут. Этого хватит, чтобы успеть немного выспаться, и в случае появления бесов, проснуться до того как из него вытечет вся кровь. Часы работали исправно, будильник пищал, но сном, короткие перерывы назвать было сложно. Ближе к вечеру он отправился на место катастрофы и просидел до назначенного часа. Появление Лизы не наблюдалось, ровно, как и вертолета пролетавшего над вышкой. Мужчина покинул территорию и вернулся в свое логово холостяка, с неким облегчением. Он успел запечатлеть в своей памяти территорию, что бы в назначенный день, суметь в непроглядном тумане найти верный путь к побегу от страшной опасности.

Второй день принес еще больше информации. Многочисленные встречи и проникновения на запретную территорию привели к тому, что теперь как минимум каждые полчаса, на мобильный телефон Павла поступали звонки, с распоряжениями об эксплуатации вертолетов МИ-8. Это значительно облегчило его жизнь на ближайшую неделю. Он владел информацией о вылетах и направлениях, а так же длительности полета и мест дополнительных заправок.

Еще два дня канули в прошлое без происшествий. Павел забыл, когда в последний раз опускал веки и предавался сну. Временами ему казалось, что мир потерял реальность, а все что происходит вокруг, галлюцинация. Павел задумался, и голова его слегка наклонилась вперед. Он едва не ударился ею об стол, после чего испуганно посмотрел по сторонам. Личный кабинет адвокатской конторки приобрел четкие очертания.

- Не спать, не спать, - повторял вслух мужчина, отвлекаясь от сна. В комнате раздался звонок, и Павел включил громкоговоритель.

- Павел Русланович, к Вам посетитель, - прощебетала секретарша.

- Пусть войдет, - ответил Павел.

Немного взбодриться не помешает, подумал он про себя, в то время как в дверь вошел незнакомый мужчина.

Он принялся рассказывать о своем горе, в котором, по его словам, кроме Павла ему никто не сможет помочь, так как последний являлся лучшим адвокатом страны.

- Вам должно быть известно, что я отошел от дела, передайте дело одному из моих сотрудников.

-Нет, нет, в этом деле только Вы сможете разобраться, и доказать невиновность моего сына.

Мужчина выглядел весьма потрепанным, его взгляд потускнел, когда Павел отрицательно покачал головой.

- Что же мне делать, если его посадят, живым он из тюрьмы не выйдет.

- В чем его обвиняют? – задал вопрос Павел, седовласому мужчине.

Тот изложил суть дела, все оказалось, не настолько запущено как можно было себе представить, но посетитель хотел обеспечить своему сыну сто процентную гарантию на то, что его отпрыска оправдают.

- Поступим следующим образом, я лично прослежу за тем, что бы делом занялся лучший из моих адвокатов, и довел до оправдания, но только в том случае, если Ваш сын действительно не виновен. Прежде я лично должен убедиться в этом.

- Но как Вы это сделаете? Мой сын хоть и говорит правду, но его словам можно не поверить.

-А знаете ли Вы… Павел сделал паузу.

- Сергей, зовите меня Сергей.

- Сергей, продолжил Павел – почему я не проиграл не одного дела, за которое брался. Потому что я умею читать правду по глазам. И это все, что мне нужно, что бы понять каким исходом закончится процесс. Если Ваш сын действительно не виновен, то я найду способ, доказать его правоту.

Сергей, зная о том, что Павел действительно может перевернуть землю и найти любое доказательство или улику, согласился на такой расклад. И хотя парень, по его мнению, слишком молод, что бы иметь такую славу, но все же блестящая репутация, говорила сама за себя и не давала повода усомниться в его словах. Перед тем как Сергей собрался обратиться к адвокатам, он перебрал множество агентств, спрашивал друзей и знакомых, но определиться ему помогла попавшая совершено случайно в руки газета, давностью примерно в полгода. На второй странице издания, была изображена фотография, улыбающегося Павла, с большим заголовком «Лучший адвокат страны». К заголовку прилагалась не менее внушительных размеров статья, о самом громком деле, и перечень процессов, которые Павлу удалось выиграть. Перечень был довольно внушительным, и заслуживал похвал.

Павел пообещал приехать, и лично познакомиться с Денисом Егошиным, сыном Сергея уже завтра, после того как вызвал Владимира и поручил ему начать приготовления к процессу. Проводив своего посетителя, он вызвался позвонить матери, которая с утра не давала ему покоя своими звонками.

- Привет мам, как там отец?

В трубке раздался взволнованный голос Дарьи, которая сообщила ему, о здоровье Руслана.

- Мне кажется, ему сделалось хуже, но он и слышать не хочет ничего о поездке в больницу. Ты должен приехать и уговорить его.

Павел пообещал приехать в скором времени, хотя его голова сейчас была забита совсем другими проблемами. Все что от него требовалось, как следует насесть на отца, или… Он принудит его в два счета и отправит на больничную койку, а сам тем временем займется спасательной операцией. По дороге, он пытался представить себе, Лизу с веселой усмешкой, но вместо этого, перед глазами маячил кадр, показывающий как верхняя часть весьма привлекательного тела девушки, отделяется от нижней не менее возбуждающей части. Блузка окрашивается в красный цвет, глаза широко распахиваются и Лиза складывается на землю. Павел вздрогнул, отгоняя от себя видение. Его сердце замирало при мысли о том, что он может никогда больше не увидеть ее нежного личика и женственной фигурки.

Приехав к родителям, он сразу собирался преступить к делу. Выпив большую чашку кофе на террасе с мамой, он расспросил ее о делах, и заботах, а затем направился в комнату отца. Тот лежал на кровати, в дорогой шелковой, темной пижаме и просматривал утреннюю газету, которую Даша пыталась от него спрятать, чтоб заставить хотя бы немного поспать.

Павел посмотрел на отца и заметил, как тот постарел. Ему еще не было и шестидесяти, лицо его уже прорезали морщины, а шевелюра заметно поредела.

- Привет Пап. Как ты себя чувствуешь? – поприветствовал отца Павел.

Тот посмотрел на него поверх очков, и сложил газету.

- Я всегда хорошо себя чувствую, только вот твоя мать и слышать этого не желает. Уложила меня в постель, померила давление и целыми днями причитает, как будто мне от ее говора лучше сделается.

Павел пригладил волосы и поинтересовался состоянием его дел. Тот вкратце изложил обстановку в Госдуме, где он числился в перечне депутатов, рассказал о некоторых инцидентах случившихся с его приятелями и в конец, потребовал принести ему бутылку коньяка.

- Твоя мать, даже горло мне не дает смочить, будь хотя бы ты так любезен, исполни волю отца. – Руслан сделал вымученное лицо и жалостливо посмотрел на сына.

- Ну нет, слава богу это не последняя твоя воля, а мне пока не хочется обрушить на себя гнев твоей жены, то бишь, моей дорогой мамочки.

- Какой же тогда ты мне сын, раз не хочешь поддержать меня, и облегчить участь в этом доме! – вскипел отец.

-Не горячись, папа, как только ты поправишься, так я исполню твою просьбу с лихвой, но сейчас, - Павел повел головой из стороны в сторону и снова уставился на отца.

- Меня держат в этой комнате как заключенного, мне сразу вспоминаются годы, когда я примерно вот в такой-то камере просиживал год за годом, ожидая…

Речь его прервалась, он побелел и схватился за сердце. Павел подскочил к Руслану, и громко позвал свою мать. Все в доме переполошились, Дарья вызвала «скорую», и стала наспех собираться. Павел все время находился у постели отца, пытаясь напичкать его таблетками и каплями. Машина подъехала, больного погрузили, Дарья запрыгнула в «скорую», а Павел последовал за ними на своей машине. При виде сердечного приступа своего отца, мысли вылетели у него из головы, и он напрочь забыл обо всем. Страх вперемешку с испугом накрыли его сознание, он остановился в коридоре больницы и принялся успокаивать свою мать. Очнулся Павел только тогда, когда его телефон, несколько раз проиграл мелодию звонка. Он посмотрел на светящийся дисплей, затем на время и едва не выругался.

- Мама, я должен ехать.

- Господи Паша, ты не можешь, не сейчас, возможно твоей отец умирает, о чем ты можешь еще думать!

О том, подумал ее сын, что в нескольких десятках километров отсюда умрет очень дорогое его сердцу существо. И он не сможет простить себе, если не попытается ее спасти. В этом заключалось спасение Лизы, и спасение его собственной души. К тому же это последняя, седьмая смерть и он не может остановиться после всего, что было.

- Я должен ехать, и ты примешь это как должное. Надеюсь, он поправиться, - закончил Павел, принуждая свою мать.

Дарья кивнула, и приложила к глазам носовой платок.

- Удачи тебе сынок. Я позвоню, как станет что-либо известно о здоровье твоего отца.

Он выбежал из больницы и сел в машину. С нарастающей скоростью, Павел обгонял другие автомобили, пересекал сплошную и выезжал на встречную полосу. Он бранил себя на протяжении всего пути, едва замечая, что твориться за окнами. Густой туман все больше окутывал улицы, не позволяя видеть что-либо впереди себя.

На одном из поворотов Павел умудрился въехать в легковушку, но вырулив автомобиль, помчался дальше, не реагируя на возгласы и брань, раздававшихся из второй машины ДТП.

Глава 36

К тому времени как он выбежал на стоянку и направился к центральному входу, часы пробили час наступления бедствия, и в небе раздался оглушительный звук. На землю упала огромная конструкция хвостовой части вертолета. Лиза свалилась на землю в нескольких метрах от загоревшегося металлолома. В воздухе послышались крики и топот людей. Те, кто успели унести ноги, теперь прислушивались ко всему со стороны, другие пытались сориентироваться в густом тумане пытаясь, перекрикнусь друг друга.

- Не вставай! Лиза! Не вставай, - раздался громкий голос Павла, который припал к земле неподалеку. Разглядеть девушку в густом тумане не удавалось, но он точно знал, что происходит и какое последствие ожидает Лизу.

Она испуганно озиралась по сторонам, пытаясь понять, откуда раздается знакомый голос. Едва мимо нее пронеслась лопасть вертолета, как она поспешила удрать. Павел тоже вскочил на ноги, и ринулся вперед. Они едва не столкнулись, когда их тела оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Павел схватил Лизу за руку и помчался в сторону. Раздался пронзительный свист, на землю летела загоревшаяся в небе кабина. Выход был один. Скрыться в бассейне, чтоб огонь не опалил их.

- В воду! Живо!– скомандовал Павел.

У девушки не оставалось времени на раздумье, так как мужчина, крепко державший ее руку, резко потянул ее в сторону фонтана. Лиза ударилась о бортик и покатилась в водоем. Павел прыгнул за ней и в этот момент палящий жар, от сильного взрыва накрыл землю. Вода оказалась настолько холодной, что тело одеревенело. Через несколько секунд они вынырнули.

Лиза поспешила вылезти из воды, ухватившись за край фонтана дрожащими руками. Ее испуганные глаза перебегали от дна бассейна к горящему МИ-8. Она увидела, как голова Павла показалась над водой. Его синие губы все время двигались, сопровождая неразличимую речь. Глаза пристально следили за девушкой. Он помог Лизе выбраться, и с большой торопливостью вылез сам. Вода с одежды стекала ручьем, а холодный ветер пронизывал насквозь. Лиза, едва передвигая дрожащими ногами, направилась в сторону выхода, снимая на ходу мокрое пальто. Ее туфли остались в фонтане, босые ноги оставляли мокрые следы на усыпанной обломками земле. Павел догнал девушку и попытался ее остановить.

- Оставь меня! – крикнула Лиза, с дрожью в голосе, пытаясь справиться с волнением. Чувство страха еще не рассеялось, а гнев и обида на собственную судьбу стали постепенно проявляться. Она ускорила шаги, сердце стучало где-то в висках, а слезы так и норовили выплеснуться наружу.

Павел еще крепче ухватил Лизу и развернул к себе. Девушка стала выворачиваться, и бить его кулачками в грудь. А он свою очередь довольный тем, что сохранил ее жизнь, и поборол смерть, громко рассмеялся. Это был истерический смех, но Лиза не разделяла его радости.

От холода ее руки стали красными и она почти не чувствовала пальцев. Удары, которыми она пыталась отгородиться были слабыми, в них проскальзывала горечь и отчаяние.

- Где ты был? – снова воскликнула Лиза. – Ты же знал, что случиться, почему ты не пришел раньше? – речь потонула в рыдании, Лиза зажала руками рот, заглушая свой плач.

Павел, привыкший видеть Лизу напуганной, смеющейся, довольной, но не как не сломанной и рыдающей в три ручья, крепко прижал ее к себе, но найти утешающих слов не мог. Он и сам еще не оправился от мысли, что мог потерять ее, опоздав хотя бы на секунду. Если б она растерялась, или не среагировала на его голос, он не ощутил бы ее сейчас в своих объятиях, не услышал голоса, пусть даже срывающегося на крик. Не увидел темных глаз, которые в данный момент были влажными от слез. С темных мокрых волос, прилипших к лицу, капала вода. Лиза напоминала затравленного зверька, загнанного в угол, и дрожащего от страха. Но дрожала она еще и от холода, поэтому мужчина поспешил отвести ее к машине.

Достав из багажника, плед и полотенце, которые не забыл прихватить с собой, на случай если им придется скрываться от огня в фонтане, он велел ей снять с себя мокрую одежду и как следует укутаться. Лиза перестала плакать еще по дороге к машине, она села на заднее сиденье, и сняв одежду стала обтираться сухим полотенцем. Павел собирался сделать тоже самое, но потом передумал. Шокировать девушку своей наготой, было, мягко говоря, неловко. Он позволил себе снять мокрую рубашку, оставаясь в майке, и обнажая усыпанные шрамами руки, включил в машине печку и завел двигатель.

- Если ты закончила, можешь перебираться на переднее сиденье, тут тебе будет теплее,- он старался не поворачивать головы и не смотреть в зеркало заднего вида.

Лиза неловко перебралась вперед, стараясь придерживать плед, который так же оказался в машине, и не наступить на концы, чтоб не показать ничего лишнего. Через несколько минут, после того как они отъехали от места крушения вертолета, Лиза сказала:

- Извините меня, я сама не понимаю, зачем накричала на Вас. Вы совсем не обязаны…я перепугалась и зачем то стала вести себя как истеричка. Со мной такое не случалось раньше.

- Раньше твоя жизнь не зависела от меня. И ты не должна просить у меня извинений. Я действительно едва не подвел. Лиза, - Павел взял ее потеплевшую ладонь, и заглянул в широко раскрытые, карие глаза. – Перестань обращаться ко мне на «Вы», хотя бы на сегодня. Мне бы не хотелось провести остаток вечера, в роли твоего руководителя. И вообще, когда ты обращаешься ко мне по имени отчеству, я чувствую себя девяностолетним стариком.

Павел притворно поморщился и добавил:

- Жуть!

Лиза тихонько рассмеялась и уставилась на дорогу. В течении всего времени, пока машина ехала по ярославскому шоссе Павел и Лиза не разговаривали. Каждый думал о своем. Но на подъезде в город Лиза встрепенулась и бросила на мужчину тревожный взгляд. Павел, наблюдавший за ней краем глаза, уловил беспокойство.

- Что-то не так Лиза? – осторожно спросил он.

Девушка заерзала на пассажирском сиденье и не решалась высказаться вслух. Но время шло, дорога вела все ближе к дому, а ее беспокойство росло.

- Мне нельзя домой, в таком виде. Тетя будет беспокоиться. Если она узнает, что со мной произошло, ей сделается худо. – Девушка снова обеспокоенно уставилась на Павла и добавила.

- Если Вы…ты не мог бы мне снять в гостинице номер? Завтра я верну деньги…И еще мне нужен телефон, написать тете.

Павел прекрасно знал о том, что Лиза не решиться поехать домой, и по тому возблагодарил небеса за шанс.

- Ты можешь остаться у меня, я живу один, места хватит.

Лиза недоверчиво посмотрела на него и отрицательно покачала головой.

- Нет, я не могу.

- Почему нет? – нахмурился Павел. – Обещаю, приставать не буду.

Лиза улыбнулась и через некоторое время согласилась. Странно, что она не вознамерилась ехать к Максиму, подумал про себя Павел, и что он вообще не в курсе того что с ней происходит в последнее время.

Он достал из кармана пиджака сотовый телефон и протянул его девушке.

- Хорошо, что пиджак остался в машине, а вот тебе повезло меньше, - сказал он, и повернул машину к своему дому.

Лиза вздохнула, думая о своем утопленном телефоне и стала быстро набирать смс.

- Почему ты не позвонишь ей? – Спросил Павел, наблюдая за тем, как ее пальчики ловко бегают по сенсорному дисплею.

- Она не услышит, - ответила Лиза, не отрывая взгляда.

Больше вопросов мужчина задавать не стал. Проблемы со слухом тетки его не волновали. А про всех остальных он давно забыл. Его внимание было приковано к миниатюрной девушке, закутанной в плед.

Подъехав к дому, Павел предложил Лизе отнести ее на руках, но она категорически отказалась. Девушка еще не знала, что туфли и сумка, которых она уже похоронила, лежали в багажнике, и дожидались сушки. Он достал ее туфельки, протянул ей сумку и Лиза, довольная находкой, воскликнула от радости.

- Спасибо тебе огромное, я и не думала, то есть я думала, что забыла свои вещи. И туфли?! О, это мои любимые, мне было бы грустно с вами расстаться, - сказала она черным носкам туфлей на шнуровках и ловко натянула их на ноги. Через несколько минут они поднялись в уютную, но не прибранную квартирку, Павел указал ей на дверь ванной комнаты и порывшись в вещевом шкафу достал одну из своих чистых футболок.

- К сожалению, женских вещей у меня нет, это все что я могу тебе предложить. Он предвкушал, увидеть как она будет щеголять по его квартире в футболке едва прикрывающей зад, но Лиза ловко приблизилась, достала пару шорт, и выбрав одни из них улыбнулась.

Павлу ничего не оставалось, кроме как развести руками и одобрить выбор. В ванной комнате он указал на гели и шампуни, протянул чистое полотенце и оставил девушку. Лиза скинула с себя плед, закинула одежду в стиральную машину и погрузилась в воду.

Те полчаса, которые она потратила на купание, Павлу показались вечностью. Чтоб не бродить по комнате, он принялся наводить порядок в доме. Его мама позвонила как раз в тот момент, когда Лиза неловко переступила порог комнаты. Бежать назад было уже поздно, а оставаться, значило подслушивать разговор. Но Павел, казалось бы не замечал девушку, и совсем не смутился ее присутствию.

- Как он? – задал первый вопрос мужчина и включил электрический чайник.

Через некоторое время голос его стал немного раздражительнее, и Лиза, не смотря на то, что пыталась занять себя телевидением, невольно прислушалась.

- Ты думаешь, я хотел довести его до сердечного приступа? Я всего лишь отказался принести ему выпивку. А потом он взорвался и начал нести всякую чушь.

- Нет, - ответил Павел немного спокойней.

- Прости. Но ты должна понимать, папа сидел, и после долгих лет заключения он не переносит замкнутые пространства, а ты заперла его в комнате.

Тишина.

- Ну, значит купи инвалидное кресло и катай его по всему дому.

- Завтра я заеду, ближе к обеду. Все мам, я устал, завтра поговорим.

Снова повисла пауза. Через несколько секунд Павел, попрощавшись с обеспокоенной матерью, нажал кнопку отбоя.

Лиза все это время переключала каналы на пульте управления, стараясь не смотреть на Павла. Мужчина сказал, что она может чувствовать себя как дома и отправился принимать горячий душ. По пути в ванную комнату он окинул девушку взглядом, отметив ее привлекательность в его одежде, и скрылся из виду.


Глава 37

- Просто посиди тихо, а я обработаю твои ссадины.

Павел заставил Лизу сесть на перегородку, служившую барной стойкой, и узким столом, отделявшим кухню от зала. Затем он обследовал ее разбитые коленки, царапины на ладошках и принял необходимые меры. Лиза сидела молча, боясь даже пошевелиться, но когда начинало щипать она хватала его за руки или криво улыбалась. Павел старался быть аккуратным, и едва он закончил, Лиза поспешила спрыгнуть.

- А ну-ка погоди, - сказал он, обнаружив на левом боку белой футболки красный след.

- Это еще что такое? – Павел хотел задрать майку, но Лиза смутилась.

- Это пустяки – ответила девушка.

- Показывай, - он упер свой взор, давая понять, что не отступиться.

Лиза приподняла край одежды, обнажая неглубокий поверхностный порез в несколько сантиметров.

- Наверно я поранилась о бортик фонтана.

- Наверно, - повторил машинально Павел, стараясь держать себя в руках. При виде ее тела, цвета молока с медом, ему становилось немного не по себе, от нахлынувших чувств. Нужно было оставить Ангелину на ночь, пронеслось у него в голове, но затем он отмел эту мысль, думая, что все равно представлял бы себе Лизу, будь он в постели, хоть с первой красавицей мира.

Лиза наблюдала за ним краешком глаза, как это делал Павел, и покусывала нижнюю губу. Если его движения были слаженными и отработанными настолько, что можно подумать, будто он работал медбратом, то открытый взгляд зеленых глаз выдавал его чувства целиком и полностью. Когда он закрепил на ее теле последний лейкопластырь, она сказала:

- У тебя на плече рана. Я заметила это еще в машине. Можно и мне поухаживать за тобой?

Павел молча снял футболку, обнажая плечи и грудь, наблюдая за ее реакцией.

Ее глаза немного расширились, она сконфуженно улыбнулась и проговорила:

- С тобой все в порядке, кроме того что ты…

Он смотрел на нее открытым взглядом, пытаясь понять какое произвел впечатление.

- Ты свалился в мясорубку? – спросила девушка.

Павел сложил аптечку и отстранился.

- Можно и так сказать, - ответил он позже, не пытаясь больше приблизиться к ней.

Понятное дело, если увидеть его перештопанное тело куклы «Вуду» и гладкий торс Максима, тут и сравнивать не с чем, пронеслось у него в голове, а на лице отразились чувства презрения к своему телу.

- Я тебе нравлюсь? – раздался тоненький голосок за его спиной.

Сначала он растерялся, но позже сделал над собой усилие и ответил честно.

- Больше чем ты думаешь.

- Тогда тебе нечего от меня скрывать – подвела итог девушка и обошла его так, чтоб стать перед его лицом.

Позже она помогла ему наложить швы, на предплечье. Рана была старой, оставленной бесами. Павел порвал швы, когда изображал из себя спасателя. Лиза водила по его телу пальцами, и ему пришлось крепко вцепиться в подлокотник дивана, чтобы не сорваться.

А потом все случилось само собой. Лиза, ни сколько не смущаясь, приблизила свое личико, мягко поцеловала его в губы и улыбнулась одними глазами. Это был призыв, и Павел не мог не отреагировать. Он подхватил ее на руки и внес в спальню.

- Утром будет неловко, - предупредила его Лиза.

- До утра еще так далеко, - ответил Павел, плотнее прижимая ее к себе.

И это была поистине длинная ночь. Случилось то, что однажды должно было случиться. Но не так, как они оба могли себе представить.

Лиза заснула, а Павел следую своим правилам вылез из теплой постели, которую не оставил бы не за какие деньги, и покинул комнату. Он выпил несколько энергетиков, включил свет, и поставил перед собой компьютер. Четыре дня практически без сна, не могли пройти бесследно. К тому моменту как веки его закрылись, он уже потерял нить реальности и не в силах справиться со сном, погрузился в царство ужасов. Бесы не дремали, они как бешеные псы, ждали момента, когда им будет дозволенно утолить свой голод и продемонстрировать силу.

Лиза проснулась от того, что в горле ее пересохло, она поднялась с постели, и не обнаружила рядом с собой Павла. Время на часах показывало четыре утра. В такую рань врят ли можно было бы отправляться по делам, подумала про себя она, но завидев в зале свет, поняла, что Павел никуда не ушел. Он просто перебазировался в другую комнату. Девушка натянула на себя футболку, лежавшую на полу недалеко от кровати, и слегка покраснев, вышла из укрытия. Пройдя несколько метров, она услышала частое, тяжелое дыхание. Обратив свой взор на мужчину, неподвижно сидевшего на диване, Лиза едва не вскрикнула. Веки Павла были опущены, но тело, сплошь усыпанное шрамами, теперь было залито кровью в нескольких местах. Лиза приблизилась к нему, наблюдая за тем, как на его груди, сами собой появляются кровоточащие порезы. Руки его были крепко сжаты в кулаки, а дыхание только учащалось. В первые секунды, девушка прибывала в шоке, и потому не смела даже прикоснуться к нему. Она хотела закричать, но крик застыл в горле, а тело будто парализовало. Еще мгновение, и на недавно зашитой ране, стали постепенно расползаться нитки, удерживающие кожу. Павел не шевелился и даже не стонал. Он едва приоткрыл рот, что бы дышать полной грудью.

Лиза попыталась взять себя в руки, и сильно сглотнув, позвала Павла. Мужчина не откликнулся. Она еще громче произнесла его имя, но тот продолжал пребывать в своем мире. Ей ничего не оставалось, кроме как треснуть его по лицу, чтоб как можно быстрее привести в чувства. Лиза замахнулась и едва ее ладонь оказалась у его лица, как рука Павла дернулась и крепко вцепилась в ее запястье. Веки его распахнулись, и вместо зелено изумрудных глаз, на нее уставились два темных глянцевых шара, заполняющих всю область прорези ока. Лиза вскрикнула, и отшатнулась, но увести свою руку ей не удавалось. Мужские пальцы сдавили ее запястье еще сильней.

Павел сморгнул, и темный глянец сменился нормальным человеческим глазом. Мужчина пришел в себя, но понять, что происходит, ему удалось не сразу. После того как Лиза наконец вырвала свою руку, она отскочила в сторону, но продолжала смотреть на него испуганными глазами. В них он прочел неподдельный ужас, и понял, что она стала свидетелем того, о чем он не хотел рассказывать ей даже под страхом смерти. Он опустил глаза, посмотрел на свою окровавленную грудь и рывком поднялся с дивана. Приближаться к Лизе не было смысла, она его боялась, и это было отчетливо видно. Павел вышел из комнаты, направляясь в ванну.

- Захочешь уйти, я пойму, - кинул он через плече, и скрылся за дверью.

Павел провел в ванной комнате ровно столько, что бы ей хватило времени собрать свои вещи и покинуть квартиру, но выйдя, после душа, он увидел, что она все еще находилась в квартире. Лиза сидела на одном из высоких стульев, за кухонной перегородкой, держа в руках стакан с водой. Ее глаза смотрели в одну точку, а грудь тихонько вздымалась. Тебе стоило убежать, подумал про себя молодой человек, не решаясь ворваться в ее пространство.

Девушка услышала шаги, и встрепенулась. Она прошла мимо него, будто бы ничего не случилось, достала с одного из ящичков аптечку и молча села на диван, рядом с Павлом. Павел взял у нее из рук смоченную в растворе вату, и спросил:

- Что ты хочешь знать?

Лиза, не решаясь прикоснуться к своему обожателю, окинула печальным взглядом его тело и передернула плечами:

- Только то, что ты захочешь мне рассказать.

Павел нахмурил брови, недовольный ее ответом. Лучше б она истерила, или требовала правды, или сбежала, вместо равнодушного ответа и безразличной маской на лице. Он не догадывался, как глубоко ранит ее душу, истерзанный вид Павла, она же в свою очередь не пыталась проявить жалость, зная, что многим людям это не нравится.

Павел в это время боролся с собой, со своими эмоциями и чувствами. С одной стороны было бы правильно заставить ее забыть все это, но тогда он никогда не узнает, как повлияет на нее правда, и вообще как девушки реагируют на то, что их разуму не понять. Но Лиза отличалась от других, она вообще ни на кого не была похожа, и потому сидела рядом с ним, и терпеливо ждала, когда он позволит ей заглянуть в его душу. Он решил спросить ее о том, хочет ли она забыть то, что увидела и никогда этого не помнить.

- Забыть такое я не смогу. Я уверенна, что ты не болен, видела как раны, сами собой появляются на твоем теле, а таких болезней я не знаю. Ты видишь мое будущее, общаешься с призраком своей сестры, значит это что-то выходящее из ряда вон.

- Я могу заставить тебя забыть – Павел посмотрел на нее серьезным взглядом, брови его сами собой сошлись на переносице и он продолжил. – Я обладаю способностью, подчинять себе разумы людей, одним только взглядом. Знаю, звучит глупо.

Лиза задумалась над его словами, но дать какой либо ответ не могла. В ее голове не укладывалось то, что он произнес. Призраки и будущее, это понятно, экстрасенсы обладают такими способностями, но подчинить своей воле разум человека…

- Это гипноз? – наконец выдавила она из себя.

- Можно и так сказать.

- И как ты это делаешь? – с опаской спросила девушка.

Павел поднялся на ноги, накинул на себя футболку, и велел ей следовать за ним. Они спустились на один лестничный пролет, и оказались у двери соседей. Павел уверенно поднял руку и надавил несколько нетерпеливо на звонок.

-Ты их разбудишь, ты сума сошел? – Лиза смотрела на него во все глаза, не понимая сути дела.

- Просто смотри, - выпалил Павел и повернулся лицом к открывавшей дверь женщине.

С сонным, но встревоженным видом перед ними предстала женщина, кутаясь в халат, в возрасте сорока пяти лет, с растрепанными волосами. Она была взволнована и удивлена, но Павел не дал ей вымолвить не слова. Он пристально посмотрел на женщину и велел пригласить их в свой дом.

- Проходите, пожалуйста, - словно заводная кукла вымолвила соседка, при этом взгляд ее сделался отрешенным и неестественным.

- Спасибо, ответил Павел и велел Лизе следовать за ним.

Когда они вошли в гостиную, Павел по хозяйски уселся на диван и велел женщине подойти поближе. Он похлопал рядом с собой по мягкой обивке дивана, и женщина беспрекословно села рядом.

- Назовите Ваше имя?

- Марина.

- Вот у меня какая просьба к Вам Марина. Принесите мне все свои украшения и деньги. Только поторопитесь, - добавил мужчина, наблюдая за соседкой.

Марина вышла из комнаты, и в спальне послышались звуки открывающихся полочек. Все это время, Лиза стояла в уголке, и наблюдала картину со стороны. На ее лице было написано удивление. Она пыталась мыслить, но у нее ничего не выходило. Через несколько минут, из спальной комнаты раздался мужской голос. Проснувшийся от шума, супруг Марины задал ей вопрос, чем она занимается посреди ночи, и получив ответ, едва не свалился с кровати.

- Ты сума сошла? – закричал он, и как ошпаренный вылетел в гостиную, в одних плавках.

Увидев незваных гостей, мужчина нахмурился и очень резво приблизился к Павлу. Последний встал с дивана, и попросил мужчину присесть.

- Перестаньте волноваться, ничего из ряда вон выходящего, не происходит. Так ведь? – добавил Павел, на что получил положительный ответ. Теперь сосед спокойно сидел на том месте, куда указал ему Павел, и тихо напевал мелодию. Его глаза смотрели в одну точку, а пальцы барабанили по округлому животу. Марина принесла шкатулку с драгоценностями и несколько пачек денег. После того, как она вывалила все на стол, в комнате повисла тишина.

Павел обошел комнату, изучил фотографии, расставленные на полках серванта, и приблизился к своей сообщнице.

- Теперь ты понимаешь, о чем я говорил? – он посмотрел на Лизу с толикой высокомерия, и слегка нахмурил брови.

Лиза кивнула, не в силах пошевелиться, словно сама была под воздействием внушения.

- Вот что Марина, - обратился Павел к стоящей неподалеку женщине. – Разложите все это – он указал на стол с покоившимися на нем богатствами, - по своим местам, и ступайте спать. Не забудьте прихватить супруга. Наутро, Вы оба не будете помнить о том, что случилось этой ночью. Желаю Вам приятного сна.

Павел развернулся, поманив за собой Лизу, и вышел за дверь. Состояние девушки можно было определить как шоковое. Она шла молча, о чем то думала, и несколько раз спотыкалась. Вернувшись домой, Павел рассказал ей, как он обнаружил в себе способность влиять на людей, и к чему все это привело.

- Ты спасал мне жизнь, только потому, что заключил сделку, - подвела итог Лиза, поднося ко рту остывший кофе.

- Так было до тех пор, я не познакомился с тобой ближе. Мне нужно было завоевать твое доверие, и быть рядом, если случиться…беда. Но теперь я не хочу тебя терять, хотя после всего увиденного, ты, должно быть, боишься меня – с горечью добавил молодой человек.

- Не тебя, - Лиза отрицательно покачала головой. – То, что сидит в тебе. Когда я пыталась тебя разбудить, - она отвернулась, машинально прикоснулась к ноющему запястью и продолжила. - Когда ты в первый раз открыл глаза, на меня смотрели черные…я, даже не знаю, как это сказать, словно дыры, заполнившие твои глаза.

Лиза почувствовала, как по телу ее побежали мурашки.

- Меня пробрало от одних только глаз.

Она посмотрела на Павла, теряясь в догадках, каким он обладает чувством терпения и бесстрашия, что бы встречаться с ними лицом к лицу, и выносить муки. Хотя он и не рассказывал ей о том, что они вытворяют с ним, Лиза и так все ясно понимала и при виде его тела, можно было представить, насколько Бесы безжалостны.

Она долго рассматривала его татуировки, водила пальцами по гладкой спине, и удивлялась тому, что рисунки спустя почти два десятка лет, сохранили свою четкость и красочность.

- Тебе дана огромная власть – сказала девушка, обнимая его за плечи.

- За это я должен расплачиваться, - заключил Павел, целуя ее ладонь.

Анна наблюдала за парочкой со стороны, не решаясь нарушить идиллию, но что-то в ее взгляде настораживало. Битва еще не окончена, подумала про себя девушка ангел…

Глава 38


Суровое утро не заставило себя ждать. Лиза проснулась от того, что ее лицо стал заливать солнечный свет. Павел ушел, оставив записку, гласившую о том, что его не будет в течении первой половины дня. Подписался он просто, «Паша», не зная наперед, с какими чувствами Лиза проснется утром. Она же в свою очередь не стала дожидаться его прихода, собрала свои вещи, и захлопнув дверь вышла на улицу, наслаждаясь теплым, осенним днем.

Павел, как и обещал залетевшему накануне вечером посетителю, просившего предоставить свои услуги его сыну, посетил место временного заключения. Исход был не совсем приятен, парень сознался в преступлении, и Павлу ничего не оставалось, кроме как сообщить его отцу о результате своего визита. Он успокоил его тем, что Владимир, адвокат и коллега, попробует смягчить наказание, но на большее рассчитывать не стоит. Сергей поник, обвинил Павла в некомпетентности, не поверив его словам, и отправился восвояси. Но через несколько дней вернулся и все же принял условия.

После обеда он навестил отца, принес извинения матери за несдержанность и вернулся домой с нелегким сердцем. Звонить Лизе было бесполезно, она утопила свой телефон. Да и к тому же, ей нужно время, что бы принять, или не принять его таким, какой он есть. Если она вообще собиралась поддерживать с ним близкие отношения. Последний вопрос мучил его пару дней, после чего Павел, проснувшись рано утром, сделал себе перевязки и отправился на работу. Хорошо, что Лиза поспела вовремя, иначе он мог бы проваляться в постели как минимум дня три. А потом еще три, ходить с лицом белокаменного памятника.

Войдя в свой кабинет, Павел посмотрел на часы, затем развернулся и спустился по лестнице в цокольный этаж. Ему захотелось увидеть Лизу, прочитать в ее глазах ответ на свой вопрос, и перестать строить иллюзий. Еще на входе он услышал мужской голос, говоривший на повышенных тонах.

- Где ты была вчера? Я не мог дозвониться.

- У Лены, можешь спросить ее саму. Телефон я уронила в воду, Ленкина кошка «Лапа» захотела поиграть с ним, и толкнула его в раковину, когда я мыла посуду.

- Перестань мне врать, Лиза. – воскликнул Максим, жестикулируя руками.

- Я не вру, чего ты ко мне придираешься?

- Чего? Да ты посмотри на себя, в последнее время ты ходишь вся дерганная, пугаешься каждого звука и шороха.

- Ты преувеличиваешь, я просто была на нервах.

-На нервах? – повторил Макс последние слова Лизы и задрав ее правую руку вверх, оттянул манжет рубашки.

- А это что такое? Ты мне можешь объяснить? – он указал на темные синяки.

Лиза вырвала руку, поправила рубашку и собиралась ответить, но в это время, наблюдавший за ними мужчина подал голос.

-Я могу объяснить, - вмешался в разговор Павел, сокращая расстояние между ними.

- Конечно, можете, перебила его Лиза, Вы ведь были со мной в тот день, когда это случилось.

Лиза стала пересказывать вымышленную историю, якобы он попросил ее помощи в выборе подарка, своей подруге, и в павильоне, где располагались магазины, у входа в один из них, с незнакомым мужчиной случился приступ. Пока Лиза пыталась оказать ему помощь, незнакомец, находясь не в себе, вцепился в ее руку и не отпускал до тех пор, пока ему не дали таблеток, которые находились в его внутреннем кармане.

Максим недоверчиво посмотрел на них обоих, и с сомнением спросил:

- Ты говоришь мне правду?

- Ну конечно – ответила Лиза, и глазом не моргнув.

- Хорошо. Потому что я беспокоюсь за тебя.

Он обнял ее за плечи, и извинившись ушел.

Павел посмотрел по сторонам и чуть тише произнес.

- Я мог бы заставить его, не обращать на это внимание.

Лиза нахмурилась, и отвернулась, что бы закрыть дверь раздевалки.

- Скажи, ты и на мне практиковался?

Павел не ожидал такого поворота событий, ему потребовалось несколько секунд, что бы ответить.

- Да.

- Сколько раз? – снова задала вопрос девушка, с недовольством в голосе.

- Только пару раз. Но не той ночью.

- Я знаю, - сказала Лиза поникшим голосом. Она прикусила нижнюю губу, и потребовала, что бы он сказал, когда это было.

Павел понимая, что ничего хорошее дальше не светит, попросил пройти к нему в кабинет, что бы продолжить разговор. Лиза сообщила менеджеру о том, что ее вызывает управляющий и поднялась следом за молодым человеком.

- Значит, ты все знаешь,- Лиза с толикой обиды посмотрела на него, после выслушанных объяснений и развернулась к выходу собираясь уйти.

- Я не собирался лезть к тебе в душу.

- Но залез, - перебила его Лиза, останавливаясь у выхода.

- Это профессиональный интерес, откуда мне было знать. Ты сказала, что убила человека, и я решил, что смогу обеспечить тебе защиту, если дело дойдет до суда. Я ведь не думал…

- Но так и есть, он умер из-за меня, стало быть, я его и убила.

- Нет. Господи да он же самоубийца, и он все равно покончил бы с собой, рано или поздно.

- Лучше бы это случилось поздно. Потому что каждый день я смотрю на себя в зеркало, и вижу этот шрам, на моем лице, который не дает мне забыть о том, что я могла изменить и не изменила. А потом я прокручиваю в голове эти моменты миллионы раз, думая, что же я должна была ответить, чтоб предотвратить его злые умыслы? Как должна была поступить и не поступила? Как можно было не заметить решительности в его глазах? Но это не меняет прошлого.

- Я знаю, но ты должна поверить в свою невиновность, - Павел, потеряв контроль над своими действиями, приблизился к ней, но ее взгляд, четко дал понять ему, что она не нуждается в утешении.

- Мне пора. – заключила девушка, взявшись за ручку двери.

- Нет. Еще один вопрос.

Лиза недоверчиво окинула его взглядом.

- Почему ты не сказала ему правду? Что провела ночь у меня дома, что мы были вместе, что занимались любовью…

Лиза чуть расширила глаза, но затем спокойно ответила:

- Ему незачем знать об этом. Пойми, мы не в сказке, а я не золушка. Случилось то, что случилось. И я не жалею об этом.

Павел расценил эту фразу как конец зародившихся отношений. Он согласно кивнул, и дал ей понять, что разговор окончен. Лиза покинула кабинет и вернулась к своим обязанностям. После этого разговора, он не пытался более привлечь ее внимание, заговорить о проведенной совместно ночи, и вообще стал реже появляться у нее на виду. Что думала Лиза, оставалось для него загадкой. Но то, что она скрыла от Максима измену, стало для него неприятным фактом.


- Как ты себя чувствуешь, - спросила Анна, не навещавшая своего брата в течении долгого времени.

Она появилась в тот момент, когда Павел пытался отвлечь себя от грустных мыслей спортом. Его смуглое лицо, заливал пот усталости и напряжения. Он несколько раз поднял штангу, лежа на спине, после чего взял полотенце и вытер влажное лицо.

- Думаю, что все закончилось. Бесы не появляются. – Его низкий голос, не выражал не радости, не грусти. В последнее время, он стал немного рассеянным, чуточку отстраненным, и все чаще хмурился.

Анна не стала переубеждать его в том, что лучше подождать, прежде чем подводить итоги. У нее не было более видений, но разум подсказывал ей, что слишком легко далась эта игра, ее брату. И что бы там ни было в будущем, она постарается предостеречь его от беды.

- Ты не рад? Разве ни этого тебе хотелось с тех пор, как они снова появились? – Задала новый вопрос Анна, рассматривая брата со спины.

- Рад – коротко ответил Павел.

- Но тебе не с кем поделиться своей радостью, - заключила Анна. - И ты стараешься ее избегать, ни разговоров, ни встреч, - девушка попыталась коснуться той темы, которую Павел не хотел обсуждать.

- Мы с ней не пара. Надеюсь, она перестанет думать о смерти и найдет себе более полезную тему для размышления. Большего мне не хотелось бы.

- Врешь, тебе хочется быть с ней.

Павел поднял на нее глаза, сурово окинул взглядом и направился в душ. Если он пытался таким образом избавиться от надоедливого призрака, то напрасно. Анна располагала временем, и не собиралась исчезать.

- Поговори с ней, уверенна между вами осталось много неясного, - снова попыталась образумить мужчину Анна.

- Аня, не надо! – Жестко подвел черту Павел. – Что было, то прошло.

- Упрямый как «осёл», и по делом тебе. Вот когда закончится эта неразбериха, тогда я посмотрю на твои локти.

Павел покрутил головой, не понимая, о чем она говорит.

- Причем тут локти? – спросил он недоверчиво.

- Притом, что они будут искусаны тобой же, - Анна едва не всплеснула руками. Ее возможно и распирало от того, что она уже знает, но рассказать ему, не имела права.

- Все что не делается, все к лучшему, - подвел итог Павел, не желая более касаться этой темы.


В один из рабочих в гостиничном комплексе дней, на стол Павлу легло заявление на отпуск, подписанное Лизой. От Ирины Валентиновны, Павел узнал, что Лиза едет домой и не одна. Ее будет сопровождать Максим, он тоже вероятно решил навестить своих родных. И не смотря на то, что он был немного встревожен, Анна подсказывала, что нужно отпустить ее.

Все это время Павел старался не думать о ней, не смотреть на часы и не считать дни, но против воли, он ждал, каждое утро, не отрываясь от видеонаблюдения, когда ее стройная фигурка покажется в дверях, и она легкой походкой профилирует на свое рабочее место. День сменял ночь, на смену ночи снова приходил день, итак на протяжении четырнадцати дней. Когда Лиза, впервые после отпуска заступила на смену, Павел невольно вздохнул с облегчением, его настроение улучшилось, но поговорить с ней он так и не решился.

Второй месяц канул в прошлое, изменений не наблюдалось, Анна утверждала, что не видит в ее будущем смерти, Павел привыкал засыпать без страха, а Лиза…Лиза сделалась замкнутой и на ее лице все чаще стали заметны синие круги под глазами. Она твердила коллегам, что совершенно не высыпается. И только наставница, менеджер гостиницы Ирина видела ее насквозь.

- Ты все зеленая, беги в туалет и приведи себя в порядок, - сказала как-то Ирина и прикрепила к поясу Лизы миниатюрную рацию. Лиза промчалась мимо Павла, выходившего в этот момент из ресторана, где он только недавно плотно поужинал.

- Что с ней? – недоумевая, спросил Павел у менеджера.

- Отравилась, миллион раз говорила ей, чтоб не налегала на суши и ролы. Рыба не всегда бывает свежая, я сама как-то раз провела ночь в обнимку с унитазом… - Ирина прервала речь, и извинилась.

- Пусть едет домой, я подежурю эту ночь с Вами, - распорядился Павел и продолжил свой путь.

Лиза вернулась слегка побледневшей, но более собранной и даже бодрой. Она не собиралась уходить домой, но Ирина пригрозила ей, что самолично доставит ее туда, если та откажется. Девушка поблагодарила менеджера и просила передать от нее «спасибо» управляющему. Еще неделю Лиза провела дома, так как состояние ее не улучшалось.

По возвращению, Лизу ждал очередной сюрприз. Павел вызвал ее к себе на ковер, что бы убедиться в ее крепком здоровье. Так как Лиза, приняла все необходимые меры, глотая нужные таблетки, вид ее немного улучшился, а тональный крем, придал лицу более теплый оттенок.

- Как Вы себя чувствуете? – поинтересовался Павел, едва Лиза успела закрыть за собой дверь.

- Все хорошо, извините, что так получилось.

Павел бросил на нее быстрый взгляд, что бы убедиться, что с ней действительно все в порядке.

- Рад это слышать.

Хотя управляющий собирался задать ей миллион вопросов, но все они носили личностный характер и он не решился озвучить их вслух. Повисла недолгая пауза, девушка потопталась на месте, а Павел искал в голове повод, вытянуть из нее еще несколько слов, чтобы насладиться ее приятным тонким голосом, присутствием и вниманием.

- Я беспокоился. – Неловко произнес Павел.

- Не стоило, мне и вправду было не хорошо, но теперь я в полном порядке.

В Рации, раздался женский голос, взывающий к помощи и присутствии Лизы. Девушка извинилась и вышла. Павел посетовал на свою несговорчивость, и прикрыл глаза рукой. Этот короткий диалог растеребил его сердце, напоминая о том, как пусто стало в его жизни без девушки, о которой он думал и никак не мог забыть.

Возможность быть рядом с ней, пусть даже в качестве руководителя, удерживало его от того, чтобы не уволиться, и не окунуться с головой в свою непосредственную сферу деятельности. Бесы больше не мешали ему вернуться к карьере успешного адвоката, но он тянул время, сам не понимая, зачем ему это нужно. Он надеялся на время, ведь это самое лучшее лекарство…

Глава 39

Лиза неуверенно постучала в дверь, и голос изнутри пригласил войти. Ее появление в кабинете стало для Павла неожиданностью.

- Я хотела Вам кое-что сказать. Не знаю, стоит ли, но раз уж я здесь, стало быть, я должна поделиться. Вы ведь тоже имеете непосредственное отношение ко всему этому.

Павел удивленно вскинул брови, и машинально пригладив волосы, попросил ее присесть.

- Нет, нет, так мне будет легче. Успею убежать – тихо добавила девушка, от чего у мужчины засосало под ложечкой.

Павел соскучился по ее чувству юмора, и как бы он не хотел к ней приблизиться, все же она не давала повода даже для малейшей близости.

Он изучал, ее округлившееся личико, подметил настороженный взгляд, и с нетерпением ожидал, что же она собирается ему рассказать.

- С той ночи, прошло почти три месяца, и мне кажется,…я поступаю неправильно, я… - Лиза все больше приходила в волнение, это было заметно по ее голосу, рукам, перебирающим кнопки рации, и опущенным ресницам. Начало Павлу уже не нравилось, он нахмурился, и сложил губы в тонкую полоску. Лиза увидела это выражение лица, и еще больше растерялась. Она стала путаться в словах, пыталась отойти от темы, не решаясь сказать то, что следовало еще пару месяцев назад.

- Говорите Лиза, что Вы тянете быка за рога?

- Я не могу говорить, когда ты едва не срываешься на крик, - сказала девушка с дрожью в голосе. Она уже подумывала над тем, не сбежать ли ей прямо сейчас, оставив, все как есть.

Павел и в правду, говорил сквозь зубы, не понимая, что его раздражает больше. То, что Лиза жалеет о проведенной в его объятиях ночи, или то, что до сих пор не может толком объяснить суть своего прихода.

Когда Лиза набрала в легкие воздух, дверь кабинета распахнулась, и две миловидные дамы прошествовали мимо девушки. Одна из них, как успела подметить Лиза, была в возрасте, но весьма ухоженная и недешево одета. Вторая, была похожа на топ модель, ростом примерно в сто восемьдесят сантиметров, с густой, и темной копной волос, с огромными, медового оттенка глазами и более чем стройным телосложением.

-Мама, что ты тут делаешь? – Павел вышел из-за стола и приобнял мать, поцеловав ее в щеку.

- Разве ты не рад нас видеть? – с толикой досады спросила Дарья, отстраняясь от сына.

- Я тебе всегда рад, просто ты не предупредила. По какому поводу визит?

- Ты давно не навешаешь нас с отцом, вот я и решила, раз гора не идет к Магомеду, то мы сами к тебе придем. Кстати, - она сделала паузу, и развернулась к своей спутнице.

- Хочу тебя кое с кем познакомить.

После этих слов, она поманила девушку незнакомку, та миловидно улыбнулась и медленными шагами прошествовала к Павлу. Лиза, собиралась незаметно покинуть комнату, но Павел взглядом пригвоздил ее к месту.

- Я думаю Вам лучше пройти в ресторан, если Вы еще не обедали, самое время опробовать новые блюда нашего заведения. Я присоединюсь к вам через минуту. Павел выпроводил своих гостей за дверь, не забыв мило улыбнуться новой знакомой, а Лиза нахмурив брови наблюдала как он провожает их взглядом.

- Так что ты хотела мне сказать? – обратился он к Лизе, убирая кое-какие бумаги в стол.

- Я хотела сказать, что увольняюсь. А теперь извините, мне тоже пора.

- Что? Как увольняешься? Ты…как так? Дело во мне? Ты не можешь уволиться, Лиза!

Лиза не ответила ни на один из его вопросов, и едва он опомнившись, догнал ее в коридоре, как вокруг них образовалась масса народу и девушке удалось выскользнуть из его рук. Он поспешил на встречу с Дашей, Лиза занялась работой, и в этот же вечер на его стол опустился листок с заявлением об увольнении по собственному желанию. И как бы он не старался привлечь Лизу к этому делу, и как не выпытывал у нее ответы, Лиза с тем же усилием избегала его присутствия, игнорировала вызовы и не давала никаких объяснений. Она ушла, сказав коллегам, что нашла более высокооплачиваемую и приемлемую работу.

Ниточкой воспоминаний, о ее присутствии и объектом раздражений стал Максим. Он не редко ловил на себе косые взгляды управляющего, пока тот, выдержав еще месяц, не покинул свой пост. Генеральный директор гостиницы, под влиянием внушения, принял его уход как должное, для всех остальных это стало неожиданностью.

Павел несколько раз, не сдерживая своих чувств, звонил Лизе, но та сменила номер. Новый он не потрудился узнать. Его машину можно было заметить поздним вечером на улице неподалеку от дома Елизаветы Юрьевной, но выйти и постучать в дверь Павел не решался.

После месяца скитаний в поисках себя, он с головой погрузился в работу. Газеты пестрили заголовками о том, что блестящий юрист возобновил род своей деятельности, и теперь с новой силой принялся выигрывать судебные процессы. Отбоя от желающих воспользоваться его услугами не предвиделось. Люди шли за помощью и получали ее, если он считал это нужным. Отец и мать снова возгордились своим отпрыском, не думая о том, что он отдается своей работе целиком и полностью, игнорируя личную жизнь. Мать безуспешно пыталась все это время свести его с девушками, отец едва не лопался от гордости за сына, а все остальные не хотели видеть в нем ничего кроме машины правосудия.

Анна едва сдерживалась, чтобы не открыть ему глаза на то, что утекает мимо его внимания. Павел пресекал любые ее намеки и попытки завести речь о девушке, которая решила вычеркнуть его из своей жизни. Он старался забыть о прошлом, но прошлое само напомнило о себе.

В одном из ресторанов Москвы, приятели Павла решили устроить мальчишник, вытянув его из дома. Они заказали энное количество пива, после того как плотно поужинали морепродуктами. Каждый пытался привлечь внимание друга, не смотря на то, что Павел едва успевал отмечать, как повзрослел сын одного из коллег, как похудел Владимир, и каких диет он придерживался. Как весело провел Игорь со своей женой на курорте, и прочие потоки поступающей информации, но все это время его взгляд был прикован к сидящей неподалеку парочке молодых людей. Отхлебнув из бокала еще немного пива, Павел встал, и решительным шагом приблизился к столику, чье внимание занимало его последние полчаса.

- Привет Макс, обратился он к парню, рука которого покоилась на миниатюрной ладошке девушки.

Максим встал, поздоровался с бывшим управляющим и пригласил к столу. Тот вежливо отказался, не скрывая толики неприязни. Максим представил Павла девушке, которая была похожа на легкомысленного «мини шпица».

- Как Лиза? – спросил Павел, ожидая застать Максима врасплох.

Максим нахмурил брови и ответил.

-Хорошо, только круглая стала как шарик.

Павел впал в ступор, не понимая высказывания Макса. Он удивленно посмотрел на него немигающим взглядом и не знал, в какую сторону и как расценивать его слова.

- У нее уже восьмой месяц, она скоро станет мамой.

Если бы в это время в ресторане горел более яркий свет, то бледность Павла сейчас сильно встревожила бы окружающих. Максим наклонился в это время к девушке, с которой разделял свой вечер, вслушиваясь в ее вопрос.

- Поздравляю, ты… станешь папой, - как то протяжно, и с запинкой выговорил Павел, не своим голосом.

Макс расширил глаза и с чувством страха посмотрел на Павла.

- Причем тут я?

- Ну как же, разве это не твой ребенок? – немного неуверенно спросил Павел.

- Сума сошел? – вопросительно произнес Макс. – Ты вообще в курсе, что я ее брат?

- Как брат? – Вырвалось у Павла, в то время как сознание пыталось переварить поступившую информацию.

- Ну так, двоюродный брат, по отцовской линии. Максим вгляделся в еще сильнее побледневшее лицо и губы Павла и спросил о его самочувствии.

Павел схватился за голову, провел руками по волосам и попытался придать лицу нормальный вид. Хотя ему это не удалось, и улыбка на лице нарисовалась контуженная он все же смог выдавить из себя последний вопрос:

- Она сказала кто отец ребенка?

Максим стиснул зубы, и лицо его сделалось весьма мрачным.

- Нет, но если б я знал, то непременно расквасил бы физю этому… - Он произнес нецензурное слово не найдя более подходящего ругательства.

- У тебя еще будет шанс сделать это, а теперь прошу меня извинить. – Павел скрылся из виду, сообщил друзьям о том, что вынужден покинуть их и вышел на свежий воздух теплого, летнего месяца. Еще несколько минут, ему потребовалось на то, что бы успокоить сердцебиение и сесть за руль.

- Но как? – высказался Павел вслух, находясь в салоне своего авто.

- Тебе процесс описать, или ты так вспомнишь? – раздался веселый, и нетерпеливый голос Анны. Она ждала этого дня, с тех пор, как эти двое провели вместе ночь.

- Я уж думала ты так и не узнаешь, о том, что скоро станешь весьма привлекательным и любвеобильным папочкой. Или может быть, к тебе в голову закралась мысль, что ребенок не твой?

- Нет, нет, это мой ребенок, просто я не понимаю, как это случилось. Я пользовался контрацептивами.

- Подумай, дорога не близкая.

Павел нахмурил брови, и лихорадочно прокручивал в голове ночь, проведенную с девушкой, теперь носившей его ребенка, и по истечению всего времени не соизволившей сообщить ему о своей беременности. Нетерпение его возрастало вместе со скоростью машины.

- Так не годиться, - Анна покачала головой и велела брату остановить машину. Павел послушно затормозил, так как и сам понимал, что ему нужно успокоиться, прежде чем он сможет увидеться с девушкой, которая не давала ему покоя с тех самых пор как он ее повстречал. Он уставился на руль, пытаясь думать.

- Ладно, меня конечно не погладят по головке за то что я тебе расскажу, но иначе быть не может.

Призрак выдержал паузу, и придвинулся к мужчине.

- Помнишь тот день, когда к тебе в последний раз приезжала Ангелина.

-Ну, - в нетерпении ответил Павел.

- Что ну, вспоминай, она пришла разделать, заскочила ненадолго в спальную комнату.

Павел все время качал головой, не понимая, куда клонит Анна.

- Она ведь хотела завести ваши отношения дальше, чем редкие ночные посещения.

- О! Маленькая пакостница – вырвалось у Павла, и он широко улыбнулся. - Она испортила целостность упаковки, от нее можно было этого ожидать. Я видел на ее пальце капельку крови, но она сказала, что…Я даже не помню, что она сказала.

- Об иголку, которую принесла, чтобы сделать тебя папой – заключила Анна, и довольно вытянулась на сиденье.

- Папой она меня сделала, но только маме я оторву голову, за то, что она молчала.

Павел снова завел мотор и съехал с обочины.

Глава 40

Яркие огни машины, осветили один из переулков города Юбилейного, автомобиль остановился у ворот знакомого дома. Он вышел из авто, разгладил брюки, заправил рубашку и привел в порядок волосы. Время на часах показывало начало полуночи, но Павел не собирался терпеть до завтра. К тому же он впервые за несколько месяцев увидит Лизу, и врят ли сможет сдержаться от гневных обвинений.

- Помни, она беременна, волнение ей сейчас ни к чему, - предупредила его Анна перед уходом.

Павел последний раз глубоко вздохнул, так он не волновался с тех пор, как впервые ступил на заседание суда в качестве адвоката. Позвонив в дверь, он немного отстранился и снова попытался рассмотреть свой внешний вид. На звонок никто не ответил, Павел снова несколько раз надавил на кнопку. Во дворе, по ту сторону калитки послышались приближающиеся к калитке шаги.

- Кто там? – раздался хорошо знакомый голос.

- Лиза, это я, - нетерпеливо ответил Павел и в воздухе, зазвенело напряжение.

- Что тебе надо? – снова спросила девушка, не собираясь впускать своего гостя.

- Открой, я хочу поговорить.

- Ты на часы смотрел? Поговоришь, когда настанет утро. Сейчас я иду спать.

Лиза развернулась и стала постепенно удаляться. Павел, не теряя времени, оценил высоту забора, и ловко взобравшись, перепрыгнул через него. Девушка услышала шум, и обернувшись застыла. Молодой человек, в светлой рубашке и серых брюках, отряхивая руки, приближался к ней довольно бодрой походкой. Его глаза горели даже в темноте, и лицо его выражало удивление.

- Очень по взрослому – подначила его Лиза и продолжила свой путь.

Павел на время замер, ошарашенный видом матери его ребенка. Вся его злость улетучилась, как только он увидел сонного колобка, в пижамных шортах и просторной сорочке едва прикрывающей округлый живот. Приятное тепло, разлилось по его телу, наполняя разум, чувством счастья и радости.

Он дышал ей в затылок, следуя за ней попятам, пока у входной двери в дом, Лиза не затормозила. Развернулась к нему лицом, она тихонько задела его животом. По коже мужчины побежали мурашки, а на лице заиграла глупая улыбка.

- Ты что пил? – Обаятельное создание принюхалось, едва доставая до его подбородка, и свело брови к переносице.

- Всего две кружки пива, - оправдываясь, вымолвил Павел.

- Ну нет, так не пойдет, проспись, потом будем разговаривать.

- Я не пьян, и к тому же я не уйду, пока ты не объяснишь мне, почему скрыла от меня то, что у тебя в животе. Он легонько ткнул ее пальцем и попытался сдержать разъезжающиеся губы.

- То, что у меня в животе, зовется ребенком. И он не от тебя! – Она ткнула его в ответ.

- Мой, и не пытайся меня переубедить.

- Хорошо, твой. Но я все равно иду спать. – С этими словами девушка открыла дверь и прошла внутрь.

Павел еще некоторое время постоял у порога, затем уселся на половицу и прислонился к стене. Его поглотили мысли о будущем, он представил, как будет держать на руках маленький розовый комочек, и смотреть на улыбающиеся глазки своего ребенка. Все остальное теперь для него не имело значения.

Через несколько минут, дверь снова скрипнула и Лиза усталым взглядом окинула обладателя изумрудных глаз.

- Ну чего ты сидишь? Если тетя тебя увидит, мне не поздоровится. Уходи – взмолилась девушка.

Павел поднялся на ноги, и уставился на девушку, пытаясь впитать в себя ее образ. Ее сонные глаза, смотрели на него с упреком, слегка припухлые губы сейчас были плотно сжаты, и округлившийся животик норовил выпрыгнуть из-под одежды. Он невольно улыбнулся, застопорив взгляд на ее фигуре. Лиза, проследив за его глазами, всплеснула руками.

- О! Теперь ты думаешь о том какая я толстая и не привлекательная. Уходи, пока я не запустила в тебя чем-нибудь.

- Да нет. Я наоборот, подметил что…что…ты такая стала… - Павел не мог найти подходящего слова, кроме как:

- Круглая.

После его высказываний, Лиза наклонилась, что бы снять с ноги тапок и запустить в него.

Он выставил вперед руки, отходя назад, и оправдываясь.

- Я приеду, завтра утром – успел выпалить он, прежде чем в него полетел мягкий домашний тапочек в виде тигриной лапы.

- Ага, давай, у меня еще один есть, – крикнула Лиза, скрывшемуся за дверью мужчине.

Павлу не удалось заснуть после всего увиденного и ощутимого. По дороге из ресторана, он успел представить, себе Лизу в положении, но увидев воочию, все в нем перевернулось, встрепенулось и потребовало любыми способами завладеть этой нежной девушкой, и не отпускать. Теперь он всеми правдами и неправдами желал добиться ее расположения и сделать своей женой. И как счастлив он был от мысли, что скоро настанет утро, и он снова ее увидит.

Первым делом он оправился в цветочный магазин, за покупкой букетов для Лизы и ее тети, с которой теперь ему предстоит познакомиться. Что-то подсказывало, что последняя особа будет не рада его появлению. Хотя это только догадки, но все же, он немного нервничал перед своим визитом.

Для девушки он выбрал небольшой букет, в сочетании белых и светло розовых роз, а для ее тетки Павел потребовал ирисы. Довольно строгие, по сравнению с первым букетом, но не менее привлекательные цветы. У него сложилось такое ощущение, что при первых минутах встречи с хозяйкой дома, та непременно выставит руку вперед, укажет на него пальцем и произнесет громкое «расстрелять». Но позже он уверил себя, что является умелым адвокатом, а значит, непременно найдет точки соприкосновения с неумолимой дамой.

Цветы дополнились коробками шоколадных конфет, и все это оправилось к своим адресатам в сопровождении начисто выбритого, гладко причесанного мужчины в дорогом, выглаженном костюме. На его мужественном лице, с четко очерченными скулами, пухлыми губами и прямыми бровями, ярко выделялись изумрудного цвета глаза. Темная густая шевелюра аккуратно подстриженных волос дополняла образ мужчины, чье тело не уступало первым отлетам по силе.

Лиза встретила его с толикой смущения в голосе и едва заметным румянцем на лице. Она постаралась придать своей внешности более прилежный вид, и по тому надела светлое розовое платье, с завышенной талией, немного подкрасила глаза и аккуратно уложила волосы. Ее тонкие губки растянулись в улыбке, когда Павел протянул ей букет цветов и наклонившись поцеловал в щечку. Этот жест выглядел безобидным, поцелуй получился дружеским и Лиза, еще не решившая в каких отношениях они будут состоять в будущем, осталась довольна.

- Кстати, как зовут твою тетю? – спросил Павел, прежде чем проследовать в дом.

- Елизавета Юрьевна, мы полные тески, добавила девушка после секундного замешательства Павла.

Он проследовал в дом, крепче сжимая оставшийся в его руках букет синих ирисов и сделав глубокий вдох, переступил порог зальной комнаты. Несмотря на то, что ремонт в этом помещении делался лет десять назад, все же обстановка радовала глаз своей теплотой и уютом. В прихожей, с правой стороны была прибита вешалка, под ней полка для обуви. С лева располагалась тумба с возвышавшимся над ней зеркалом. Проследовав в зал, он увидел, располагающийся вдоль стены сервант, заставленный по старинке хрустальной посудой. Елизавета Юрьевна, сидевшая на мягкой мебели, укрытой пледом, заставила его отвлечься от изучения обстановки и перейти к знакомству.

Он прошествовал к тетке, которая отложив свое рукодельное занятие, окинула его грозным взглядом и поднялась с дивана.

- Здравствуйте Елизавета Юрьевна. – произнес Павел ожидая ответа.

Женщина в пожилом возрасте, с серебристыми волосами и живыми темными глазами на вытянутом лице, кивнула головой, не отводя от его лица, хмурого взгляда.

- Лиза Вам наверно говорила обо мне. Я Павел, очень рад с Вами познакомиться. – Он запоздало протянул букет цветов, и встал возле девушки, ища ее поддержки.

Женщина снова кивнула головой, так ничего и не ответив.

- Да, не больно ты рад с ней познакомиться – вставила свое замечание Лиза, не потрудившись понизить голос.

- Нет, нет, это совсем не так, - стал оправдываться Павел, глядя на Елизавету Юрьевну, думая, что она сейчас испепелит его взглядом.

- Лиза наверно Вам уже рассказала, я отец ребенка и хочу попросить руки Вашей племянницы, так как родителей ее нет рядом, то я подумал что…

- Ты рехнулся что ли? – перебила его девушка, с удивленным выражением лица.

Павел посмотрел на Лизу, затем на ее тетю, хранившую до сих пор молчание. Сейчас она вопросительно посмотрела на свою племянницу. Лиза недоверчиво уставилась на Павла, и стала разъясняться с теткой языком жестов. Павел не сразу понял, в чем дело, с минуту он наблюдал за тем, как они, молча, переговариваются.

- Она глухая? В смысле она не слышит? – спросил Павел у Лизы.

- Да у нее врожденная глухота.

-И что ты ей сказала?

- Все что говорил ты.

Павел недоверчиво перевел взгляд на тетку, которая в недоумении смотрела на него и на Лизу, не прекращая жестикулировать.

- Ты ей не сказала, кто я – с досадой упрекнул он девушку.

- Ей незачем беспокоиться попросту. И к тому же, ни о какой руке не может быть и речи, я не выйду за тебя замуж, а тебе не стоит жениться только потому, что у нас будет по несчастной случайности совместный ребенок.

- Что? Ты думаешь, что я решил на тебе жениться, только потому, что ты беременна от меня? - он нахмурился и угрожающе уставился на нее.

- Да, так и есть! – с вызовом ответила Лиза.

- Глупая!

Павел взял ее за локоть, подвел в центр зала и посмотрев на тетю молча указал на себя, затем на девушку и на ее живот. Теперь все точки были поставлены над «i», Елизавета старшая поняла суть его жестов и озабоченно посмотрела на Лизу, потребовав от нее объяснений.

- Вот спасибо тебе, добрый человек, жила я и горя не знала, пока ты не появился, - сказала Лиза с раздражением и слегка покраснев, продолжила объясняться с тетей. Та в свою очередь не принудительно встала, и вышла из комнаты, оставляя молодых наедине.

- Что…куда она ушла? - Павел подорвался вернуть хозяйку дома, но Лиза его остановила.

- Она сказала, что нам надо поговорить, - девушка устало опустилась в кресло и принялась разворачивать коробку с конфетами. В это время в зале снова появилась тетя, выхватила у нее из рук сладости, сгребла вторую коробку и снова удалилась.

Павел почувствовал себя космонавтом, подвешенное состояние отразилось на его лице.

- Она, тебе есть, не разрешает?

- Да! – вырвалось у Лизы с обидой в голосе.

- А хочешь, я привезу тебе гору конфет? Или сразу отвезу тебя на шоколадную фабрику…

- Нет! Паша, прекрати, меня на диету посадили, а тетя следит, что бы я придерживалась врачебных указаний.

- Оу, извини, я же не знал.

- Забыли.

Лиза покрутилась в кресле, в поисках более удобной позы.

- Говори, что ты от меня хочешь?

- Что бы ты стала моей женой, - машинально ответил Павел, усаживаясь напротив нее.

- Мой ответ нет. Скажи, как часто ты хочешь видеть ребенка, или совсем его не видеть.

- Все время. Что за бред ты несешь? Я хочу видеть не только его, но и тебя. И потом, может я не сказал тебе раньше, хотя должен был…Я тебя люблю, и это серьезно.

- Тогда почему ты так поступил со мной. В тот день, ты дал понять, что не желаешь со мной общаться, только потому, что я не рассказала Максу, что провела ночь в твоей постели, - Лиза разозлилась, и это было видно по ее лицу. – К тому же я собиралась рассказать тебе о ребенке. На работе, перед тем как сказала что увольняюсь, я вообще не собиралась увольняться, но ты меня вынудил своим поведением. Одного взгляда на твоем лице хватило, что бы понять, что ты не хочешь иметь со мной ничего общего. А потом пришла твоя мама, с этой красоткой под руку, что бы скрасить твое одиночество. Она то не имеет ничего против твоих планов жениться на мне? Или ты бросил ее как только узнал? И вообще кто тебе рассказал?

Лизу невозможно было остановить, слова со скрытой обидой текли из ее уст рекой. Павел понимал, как будет глупо выглядеть то, что он собирается сказать, но иначе Лиза будет до конца своих дней думать, что он решил связать свою судьбу с ней только из-за ее беременности. Пока в воздухе повисла пауза, Лиза взяла со стола кружку с остывшим чаем и сделала большой глоток.

- Отвечая на твой первый вопрос, скажу тебе так. Все это время я был уверен, что Максим твой парень.

Лиза едва не поперхнулась, выпустив чай наружу, словно пульверизатор.

- Ну, примерно такой реакции я и ожидал, - добавил молодой человек, протягивая Лизе салфетку.

- А теперь представь, как я ревновал тебя к нему, и дико разозлился, когда ты якобы не собиралась порвать с ним отношения. Я думал, что ты изменила ему со мной, и предпочла хранить это в тайне.

Лиза не сдержалась и громко засмеялась, прерывая его речь. Она схватилась за живот, трясясь от смеха.

- Вся гостиница знала, что он мой брат, – успокоившись, произнесла Лиза.

- Вся да не вся, я вот не знал! – с толикой обиды в голосе ответил Павел. Он рассказал ей о встрече Максима в ресторане накануне вчерашнего вечера, о том, к чему это привело и как он в итоге рад, что все так удачно сложилось. Но Лиза была еще не совсем уверенна, что все сложилось удачно, так как до сих пор не верила в его чувства. Павел упрекнул ее тем, что она, не смотря на его поведение, должна была поставить его в известность о своем положении, но Лиза снова сделалась серьезной и ответила:

- Я боялась.

- Чего?

- Я думала, что тебе не нужен ребенок. Думала, ты заставишь меня пойти на аборт, или отберешь его у меня. Ты самый известный и успешный адвокат, молод, красив, умен, богат. Ты мог бы с легкостью отсудить его. Или принудить меня сделать это самой – чуть тише добавила Лиза с поникшей головой.

- Вот каким монстром я выглядел в твоих глазах. Не мудрено, что ты не хочешь связывать со мной свою жизнь. При таком раскладе, тебе вообще следует держать меня на расстоянии. Я же изверг, могу управлять людьми как куклами. И тебя могу заставить выйти за меня замуж. Ты будешь моей куклой. – Павел серьезно посмотрел в ее испуганные глаза.

- Ты так не поступишь – сказала Лиза, с уверенностью в голосе.

- От чего же нет? Ты же подумала, будто я могу забрать ребенка, отсудить, послать тебя на аборт? Господи, да как тебе вообще могло придти все это в голову?

Он в нетерпении встал, боясь вспылить, и вышел на улицу. Его раздирала горечь обиды, Лиза ему не доверяла, и мала того она вбила себе в голову такие мысли, от которых мороз пробегал по коже.

Через некоторое время, он услышал ее робкие шаги, почувствовал, как она прижимается к его спине животом, ощутил на талии ее маленькие ручки и с чувством глубокого облегчения прикрыл глаза, позволяя себе насладиться моментом перемирия.

- Прости, - прошептала она ему в спину, прислоняясь к его рубашке лицом.

Он развернулся, приподнял ее грустное личико и робко коснулся ее губ.

- Обещай, что будешь доверять мне?

Она кивнула головой и добавила.

- Любому другому мужчине, с которым собралась бы связать жизнь я бы сказала, узнаю об измене, не оставлю от семейной жизни, камень на камне. Но ты не такой как все, и поэтому тебе я скажу другое. Я доверяюсь тебе целиком и полностью, телом и разумом. Не сделай меня актрисой одного театра. Не заставляй меня закрывать глаза на то, что я увижу, и забыть то, что я должна помнить.

- Обещаю, - сказал Павел, прижимая ее к себе.

- Я тебя люблю – эти три слова Лиза произнесла с особым чувством искренности.


Глава 41

Павел проводил с Лизой все свободное время, наверстывал упущенное и не редко забывал о работе. Когда настал девятый месяц беременности Лизы, он и вовсе приостановил свою деятельность, занимаясь укладом личной жизни. Лиза отказывалась переезжать к нему, сказав что не оставит тетю, а Павел не собирался нарушать семейный уклад жизни в ее скромном убежище. С Елизаветой он общался теперь чаще, подмечая, что женщина совсем не сурова по характеру, но довольно стойкая и выносливая по жизни. В один из летних дней он пригласил их в гости к родителям, дабы познакомить будущих родственников. Вечер прошел тихо, Лиза на удивление была молчаливой и не многословной. Но найти общий язык с его предками она сумела, покорив их своей скромностью и добропорядочностью. Дарья едва не всплакнула от счастья, узнав, что у нее будет внук или внучка. Лиза решила сохранить эту тайну до тех пор, пока малыш не родиться, и если Павел сгорал от нетерпения, то внешне старался не проявлять этого чувства.

До срока Лизе оставалось не больше недели, когда он привез ее в тихий, уютный ресторан «Delight», не желая покидать город, в случае, преждевременных родов. Они прошли в глубину зала, оформленного в бордово молочной гамме цветов, и сели за столик. Павел велел официанту принести шампанского, а затем сделал заказ.

Им подали игристое вино в темных бокалах, и Лиза настороженно посмотрела на Павла.

- Мне нельзя, я выпью сок.

Павел уговорил ее отхлебнуть один глоток, после чего, совершенно спокойно велел унести бутылку обратно. Когда подали первое, девушка легонько зачерпнула пару ложек и больше не стала есть. Второе блюдо прошло ту же учесть, Лиза аккуратно отломила кусочек осетрины, поджаренной на гриле, зачерпнула в гранатовый соус и насладившись вкусом рыбы отставила тарелку. Павел насторожился отсутствием аппетита у своей возлюбленной.

- Ну, десерт то ты точно съешь, - провозгласил он, когда на стол подали «вишневый штрудель» из слоеного теста с вишневой начинкой и мороженым. Казалось, что даже зрачки ее расширились при виде десерта, хотя Лиза пыталась скрыть свое нетерпение распробовать кушанье. Она отломила кусочек, занесла ложечку в рот и с восхищением прожевала десерт. Лиза словно пыталась не нарушить целостность десерта, не сдвинуть его ни на дюйм.

- И правда, очень вкусно, - заключила девушка, поднося ко рту чашку с ароматным фруктовым чаем.

- У меня такое впечатление, что ты боишься есть.

- Неправда, - убедительно парировала Лиза.

- Или… - Павел вспомнил как в день несостоявшейся помолвки с Ирой, она перековыряла весь десерт и высматривала на дне бокала кольцо. Так вот в чем дело, пронеслось у него в голове.

- Если ты боишься найти кольцо, то смею тебя заверить, его там нет.

- Фух, можно мне еще один штрудель, - выдохнула, не удержавшись, Лиза. Посмотрев на хмурого, Павла, она поняла, что расстроила его своим поведением.

- Я бы не хотела торопиться, поживем с годик, тебе ведь может, не понравится, - объяснила девушка с вымученным лицом.

- Конечно, мне не понравится быть рядом со своей любимой женщиной и собственным ребенком. Кто бы сомневался, - недовольно заключил Павел.

- Ну знаешь, я тоже не хочу выходить замуж, на последнем сроке беременности, или с ребенком на руках, - взорвалась Лиза позабыв понизить голос. – Мне, как и всем, хочется свадьбы, и платья белого и что бы день был посвящен празднику без всяких волнений. И вообще мне страшно, я стану мамой, а мне еще рожать, – ее голос опустился до писка, она заплакала и добавила, - Проклятые гормоны.

Павел, неожиданно удивленный таким проявлением слабости со стороны Лизы, встал с места, и приблизившись обнял ее вместе со стулом.

- Ну что ты, я не собирался тебя торопить, видишь, я даже не готовился сделать тебе предложение.

- Вижу, а вдруг я умру при родах, и мы так и не успеем пожениться.

Его лицо переменилось, он сделался серьезным и велел никогда больше так не говорить.

- Ты обещаешь быть рядом, когда у меня начнутся роды? Обещай, что будешь за дверью.

- Если захочешь, буду держать тебя за руку все это время.

- Нет, за руку не надо, - твердо ответила будущая мама, после того как представила это в голове.

Павел, втайне от Лизы купил дом, неподалеку от центра города. За короткое время он успел обустроить детскую, и спокойно ожидал часа, когда сможет преподнести свой сюрприз. Это должно будет случиться сразу же, как он привезет ее с роддома. Второй подарок стоял в гараже, нового жилья. Павел был уверен что Лиза будет против езды на новеньком авто внушительных размеров, марки «Хамер». Но так он пытался обезопасить ее и ребенка от аварий. Во всяком случае, этот танк сможет сохранить им жизнь.

В ход были пущены все деньги, которые он успел скопить. Еще немного ему занял отец, из своей личной копилки со времен своей бандитской деятельности. Но об этом Руслан умолчал, когда перечислял сыну кругленькую сумму. Все равно эти деньги перейдут к Павлу после смерти, а он уже будет в могиле, так что объяснений ему давать не придется.

Лиза проснулась ранним утром, от того что постель ее намокла. Она с удивлением уставилась на мокрую простынь и через несколько минут почувствовала резкую боль. Первым делом девушка схватила телефон и набрала знакомый номер. Павел ответил сразу.

- Паша, кажется начинается, - с волнением в голосе произнесла Лиза.

- Сейчас буду, - ответил Павел и нажав на кнопку отбоя встал с постели.

Когда он забежал в дом, Лиза металась по комнате, собирая необходимые вещи. Тетя уже была на ногах, она помогала племяннице со сборами и сильно беспокоилась. Лиза ойкнула, стиснула зубы и схватилась за поясницу.

- Пора, - скомандовал мужчина, взял ее за талию и вывел из дома. Тетка протянула ему сумку и едва улыбнувшись, поцеловала на прощание Лизу.

Хоть Анна и была все это время рядом, все же она не обнаруживала своего присутствия. Ее лицо на удивление было весьма озабоченным, золотистые брови девушки слетелись к переносице, а губы плотно сжались в узкую полоску.

Лиза почувствовала, как у нее разгорается грудь, что-то больно кольнуло в области грудной клетки, и она схватилась за сердце.

- Что такое? - задал вопрос Павел, отрывая взгляд от дороги. Его глаза проследовали за рукой Лизы, он тревожно посмотрел ей в лицо. Лиза ничего не ответила, так как ей становилось трудно дышать.

Машина притормозила у входа в больницу, Павел взял девушку на руки и вошел в медицинское помещение.

-Все хорошо, мне уже легче, - соврала Лиза, опускаясь на ноги.

Медики окружили ее со всех сторон, и усадив в кресло повезли в родильный кабинет. Павел проследовал за ними. Ему больше не удалось поговорить с Лизой, двери закрылись перед его носом и он стал нетерпеливо расхаживать по коридору.

Лиза старалась не кричать, ее мучила невыносимая боль в груди. Когда она пыталась обратиться к врачам, те велели ей сосредоточиться на родах. Ее бессвязной речи никто не понимал, а девушка едва собирала остатки сил, что бы следовать их указаниям. Последний раз она сильно вскрикнула, затем раздался детский плач, и акушер поспешила поздравить маму с появлением на свет дочки.

- Мамаша, у вас девочка, откройте глаза и посмотрите на дочь.

Лиза не ответила, и не пошевелилась.

- Мамаша! – врач измерил ее пульс и громко скомандовала.

- Остановка сердца, несите дефибриллятор.

Павел услышал ее слова, и с побледневшим лицом ворвался в комнату. Его уста едва ли могли вымолвить имя Лизы. Он схватился за голову пытаясь приблизиться к девушке, чье тело облепили люди в белых халатах.

- Заряжай на двести! Кто-нибудь выведите отца! – снова скомандовала женщина и вернулась к пациентке.

- Нет, нет, нет…Лиза, Лиза, очнись, не оставляй меня! Закричал Павел, прежде чем его подхватили чьи то руки, дабы вывести наружу.

Он оказался выпихнутым из комнаты, не в силах противиться действиям санитаров. Его подбородок задрожал, и он попытался призвать на помощь Анну.

- Я не могла – раздался шелест в суете других голосов. – Не могла показать тебе этого. Ты все равно не смог бы ей помочь.

Его горло сдавило спазмом, он ставился на сестру невидящими глазами и снова ворвался в кабинет, где пытались вернуть к жизни существо, которое он любил всем сердцем. Посторонние голоса стали затихать, Павел не видел и не слышал ничего вокруг, все его внимание было сосредоточенно на безжизненном теле Лизы.


- Я хранила право на жизнь для него. Но если тебя не будет рядом, он потеряет в ней всякий смысл.

Анна посмотрела на призрак девушки в больничной сорочке, стоящей по правую руку от нее. Лиза наблюдала, как врачи делают все возможное, что бы вернуть ей сердцебиение, но у них ничего не выходит. Затем она обратила свой взор на мужчину, стоящего неподалеку от суетливой толпы в белых халатах и увидела, как по лицу его катятся слезы. Плечи Павла поникли, а широко распахнутые глаза смотрят в лицо той, кем она была при жизни.

- Я должна это сделать – снова произнесла Анна, оборачиваясь к ней лицом.

Сделать что? - в недоумении спросила Лиза, незнакомую девушку.

- У каждого ангела хранителя есть право единожды, спасти человека от смерти, подарить ему вторую жизнь. Так же как у ангелов смерти, возможность отнять ее. Но мы не вправе посягнуть на возможности друг друга. Так что я подарю тебе вторую жизнь, и никто не посмеет после этого забрать ее у тебя, пока не пробьет твой час.

- Но разве мой час не пробил, только что?

- Нет, это была седьмая смерть. Я не хотела показывать Павлу, не хотела его расстраивать. Он все равно не смог бы тебе помочь.

- Но бесы? Они ведь ушли, - Лиза удивленно вскинула бровь.

- Все мы способны на уловки. Смерть применила свою стратегию. Она всегда одерживает победу, даже если нужно в чем-то уступить.

- Ты хочешь отдать мне ту жизнь, которую берегла для брата? Если с ним что-то случится, тогда ты ему уже не поможешь, а я не смогу с этим жить. Пусть он заботиться о нашей дочери. Так мне будет спокойней.

- Здесь я решаю, кто заслуживает шанс – грозно промолвила Анна, пресекая всякие протесты. – Он не захочет без тебя оставаться на этом свете, по крайней мере, остаток своих дней он проведет в надежде отправиться следом за тобой.

Лиза пыталась вставить слово, но Анна крепко ухватила девушку за плече, и приложила ладонь к ее груди. Лиза закрыла глаза, почувствовала сильный толчок, и погрузилась в черную дыру.

Когда врачи оставили попытки оживить пациентку, монитор с датчиками запищал, отражая слабое сердцебиение. Павел услышал, как белые халаты засуетились, посмотрел на приборы и с легким сердцем покинул медицинскую комнату.

Он еще долго приходил в себя, прохаживаясь по парку больницы, и пытаясь привести свои чувства в порядок. То, что случилось в родильном отделении, запомниться ему как самый страшный момент в его жизни.

- Однажды я спросил ее, почему она думает о смерти, - начал говорить Павел, после того как ему удалось справиться с дрожью в голосе. – Она ответила, «мне почти двадцать восемь лет, своей семье я доставляю только неприятности, отец желает видеть меня счастливой, но подальше от себя. Мама Михаила, спит и видит мою смерть. У меня нет семьи, и я не тешу себя надеждой выйти замуж, потому что боюсь новых отношений. Нет ощущений, что я кому-то нужна. Так зачем жить? Просыпаться с мыслями о болезненном прошлом и думать о том, что я должна была сделать, что бы изменить его? Нет смысла, нет целей, нет желаний. Я просто существую.

- Для начала, у тебя есть работа, которую ты любишь, - попытался я ее переубедить. Но она посмотрела на меня с таким видом, будто я ляпнул глупость. «Кто тебе сказал, что мне нравится моя работа? Я вообще не люблю работать, а делаю это, по необходимости».

- Лиза не знает, что на этом свете есть человек, который, так же как и она потеряет вкус к жизни, если ее не станет, - заключила Анна, обнимая брата за плечи.

- Это была седьмая попытка? – спросил взволнованный мужчина, вглядываясь в яркие краски наступившего дня.

- Да, но, она осталась жива. Это главное. – Анна сделала паузу, и представ перед братом во всем своем величии добавила:

- А теперь, мне пора уходить. Есть тот, кто сможет разделить с тобой остаток жизни. И маленькая Анна, она всегда будет напоминать обо мне. Кстати, у нее мои глаза.

Павел в последний раз посмотрел на сестру, запоминая ее образ и тихо простившись, покинул одинокий, безлюдный парк.

Когда но вернулся, Лиза уже перевезли в палату. Он становился у двери, провел по лицу рукой, убедился, что слезы уже высохли и вошел вовнутрь. Девушка встретила его слабой улыбкой.

- Как же ты меня напугала Лизель, - Павел склонился над ее лицом, поцеловал в лоб и вложил в свою ладонь ее теплые пальчики.

- Знаю, мне медсестра сказала что ты, плакал.

- Ничего подобно. Что бы я проливал слезы как девчонка? Да ни за что!

- Я сказала ей тоже самое. Что бы мой будущий муж, грозный как скала, бесстрашный как тысяча воинов, ревел? Этому не бывать! – Лиза рассмеялась, тихим шелестящим смехом.

- Ты уже видел ее?

- Кого? – Павел не сразу догадался о ком идет речь.

- Там, позади тебя, в кроватке. Наша маленькая дочка.

Мужчина выпустил руку девушки, приблизился к сооружению, в котором покоился комочек с розовыми щечками и почувствовал, как глаза его снова наполняются влагой. Он проглотил ком, застрявший в горле, несколько раз сморгнул и назвал малышку по имени.

- Анна.


Отец невесты прибыл на свадьбу раньше срока, что бы успеть насладиться общением с внучкой, которая уже начинала выговаривать слова. Свадьбу сыграли ровно через год, после рождения маленькой Анны. Павлу пришлось очень постараться, чтобы уговорить Елизавету старшую переехать к ним, так как Лиза еще ранее предупредила о том, что не бросит ее.

Максим принял новость об отцовстве Павла с легким уколом ревности, но со временем они сблизились и теперь он часто возился с малышкой, напоминающей по характеру свою мать.


* * *

Высоко над землей Ания (так звали Анну высшие силы) предстала перед тем, кто не терпит нарушений своих правил и принципов. Она спустила туда, где не ступала нога ангела хранителя. Ания склонилась в низком поклоне, перед всемогущим духом смерти. Существо, не имеющее ни плоти, ни крови, ни возраста ни страха, владело слишком большой значимостью, что бы называться существом. Всепоглощающая мощь, голоса «смерти» раскатисто прокатилась по темному пространству, не имеющему ни границ, ни материальности.

- Анна. Ты не побоялась придти ко мне раньше, чем я успел тебя призвать.

Неподалеку от девушки, материализовался образ высокого мужчины с темными, как смоль волосами, волнами, спадающими на плечи, с широким торсом, покрытым темной вуалью ткани, и сильными как у десятерых бегунов ногами. Он стоял к ней спиной, заложив руки за спину, с гордой, прямой осанкой.

- Ты знаешь, почему я называю тебя именем, под которым ты была рождена? – он выдержал паузу, словно пытался угадать, о чем она думает, и спустя некоторое время продолжил. - Твои поступки, носят человеческий характер. С самого начала, мне доложили о твоей просьбе, и я согласился. Я, Дух смерти, не умеющий проигрывать, и уступать, не знающий ни боли ни жалости, ни любви, ни дружбы, существующий с того времени как зародилась эта земля. Я, всемогущий Дух Смерти, был обведен вокруг пальца недавно рожденным ангелом, посмевшим нарушить мои правила?

Голос его, доносившийся из глубины недр его сущности, повысился, и Анна почувствовала, как по коже ее побежали мурашки.

- Мне думалось, Вы способны простить мою маленькую шалость, - игриво ответила Анна, сидевшая на одном колене с опущенной головой. Ее голос, подобно перезвону серебряных колокольчиков, пронесся мимо его ушей.

Когда Дух смерти повел головой в ее сторону, на его мужественном лице отразилось удивление. Темные брови поползли вверх, а губы приоткрылись в застывшем вопросе.

- Ты называешь это шалостью? – выдавил сквозь зубы повелитель душ.

Анна не удостоила его ответом, склонив свою светлую головку еще немного ниже.

Повелительный голос затих, впитывая в себя тишину. Все это время Анна думала лишь об одном, как бы Дух смерти снова не позволил своим бесам терзать Павла.

Через некоторое время он провозгласил:

- Мне известно, что тебя терзает. Я – он снова затих и с легкой обидой в голосе продолжил, - в отличии от некоторых, присутствующих здесь ангелов-хранителей, не нарушаю свои правила. Свобода твоего земного брата, будет оставаться за ним, пока он вновь не переступит черту, своими деяниями.

Она заметила, как он сделал несколько шагов в ее направлении. Наблюдая за ним из-под полуопущенных век, Анна удивилась тому, как сильные ноги, мягко ступают по темному, мраморному полу, цвета агата. Едва приблизившись, он снова заговорил. В силе его голоса, с низким тембром, сплетались десятки мужских голосов, поющие в унисон.

- О тебе говорят многие, как в вашем мире, так и в моем. Красоту твоих глаз, сравнивают с синевой чистого людского неба. Кожа твоя нежнее бархатных лепестков розы, губы темнее спелой малины, и на вкус…

- Никому еще не удавалось ощутить на себе их вкус. – С твердой уверенностью вставила свое слово Анна.

- Но правда ли все это? Правда ли то, что улыбка твоя способна растопить льды Антарктиды?

Анна залилась румянцем, но ей хватило смелости ответить так, как это сделала бы самая бесстрашная женщина на планете. Она знала что мужчина, стоявший перед ней, внушает ужас, всему, что может видеть и чувствовать. Его ноги, обутые в кожаные сандалии показались вблизи подола ее темного платья, цвета ночного неба.

- Вы никогда об этом не узнаете, если не решитесь проверить.

На мужественном лице, с грубыми чертами лица, отразилась улыбка хищника, учуявшего свою добычу. Его нельзя было сравнить ни с одним мужчиной, ни на земле, ни в любом другом мире. Он выбрал не самый красивый образ, но именно этот, показался Анне в сию минуту, когда она подняла на него свои большие глаза. Темные стрелы бровей, волевой, но более чем, квадратный подбородок, выпирающие скулы, и четко очерченные губы, над которыми нависал не пропорционально большой нос с горбинкой. Его глазам можно было уделить особое внимание. Когда он оказывался на расстоянии вытянутой руки, прозрачную сетчатку глаза отделяла от белка, разве что едва заметная темная радужка вокруг, в центре которой располагался маленький зрачок. Но стоило ему приблизить свое лицо, как темная точка начинала расширяться до тех пор, пока полностью не скрывала белок, заполняя широкий разрез ока, черным, непроницаемым глянцем. Именно этого взгляда, не упускающего ни одной мелочи, так боялись все те, кто назывался ангелами и демонами. Анне удалось совладать со своими чувствами, и выдержать изучающий взгляд. Несмотря на свой высокий рост, все же девушка оказалась ниже на целую голову повелителя, и духа смерти. Он прикоснулся к ее узкому подбородку, провел большим пальцем по румяной щеке и в спешке отвернулся. Анна почувствовала тепло от касаний его руки, но не подала виду. О чем мог думать, этот властный, могущественный мужчина, чья сила виделась буквально в каждом движении, легкой грациозной походке и в игре мышц рук и ног, едва прикрытых коротким лоскутом ткани, оставалось только догадываться.

Он поманил ее за собой, следуя не спеша по возникшей вокруг них картинной галерее, чья дорога убегала на много миль вперед. На картинах были изображены предсмертные сцены людей. Пройдя несколько метров, он остановился у одной из висевших на импровизированных стенах картине.

- Здесь ты была беззащитной маленькой девочкой, я помню твой уход, так же как помню всех, чьи души я забирал на протяжении всего своего существования.

Анна приблизилась к нему на расстоянии шага, и заглянув через плече, увидела свое изображение. Бледная одиннадцатилетняя девочка, со светлыми волосами и безжизненными глазами лежала на маленькой постели, рядом с которой, у самого края сидел маленький мальчик.

- Осталась ли ты тем же безобидным ребенком по сей день? – Не дав ей вымолвить ни слова, он произнес слово «САЛАХИМ» особым шипящим голосом, и через мгновение, галерея исчезла, заполняя свои тени существами, схожими с человечеством.

Высокие, сильные тела, с изображением символики во лбу, стали постепенно приближаться, поблескивая в тусклом сером свете своими когтями. Анна стала постепенно отдаляться от повелителя, аккуратно отступая назад. Ее золотистые брови, подобно стрелам сошлись на переносице, губы плотно сжались, а светлые дотоле глаза, окрасились в темно синий цвет.

В руке ангела материализовался кнут, светящийся золотым светом, свернутый в несколько колец. Она расправила свое оружие и ударила Беса, приблизившегося к ней на пару метров. Бес упал, рассеченный надвое. Повисла гробовая тишина. Дух смерти наблюдал за ней издалека, скрестив на груди руки, всматриваясь в ее суровое лицо, своими бледными глазами.

Когда в воздухе раздался гул шипений, Бесы ускорили шаги, окружая ее со всех сторон. Еще с десяток тел темных тварей, упали на землю, прежде чем Анна почувствовала отдышку. Ее грудь стала вздыматься все чаще, лоб покрылся испариной, и девушка откинула с лица золотистую прядь волос. Первый, кто успел до нее дотронуться, оставил на белоснежной коже порез. Рана стала кровоточить и Анна, замешкавшись на мгновение, открыла от удивления рот. Она только теперь, осознала тот факт, что душа ее обрела по настоящему телесную оболочку, состоящую из плоти и крови. Ее глаза расширились, она посмотрела пронзительным взглядом, поверх гладких голов Бесов, прямо на того, кто все это время не сводил с нее глаз. Несколько пар рук, потянулись к телу Анны одновременно, но властный повелитель рыкнул на них и бесы на мгновенье замерли. Запах свежей, алой крови разлетелся по воздуху, и существа снова ринулись вперед. Девушка закрыла глаза, перед страхом, быть растерзанной сотнями бездушных бесов. Среди вновь нарастающего шипения, раздался оглушительный рев, и в сию же секунду, бесы гонимые ужасом стали разбегаться по сторонам.

- Неужели, ты так и не поняла, что они могли разорвать тебя, прежде чем ты успеешь сделать последний вдох? В моем царстве уязвимы все. Именно поэтому, ангелы боятся ступать на мою землю. И того, кто смеет мне перечить, ждет такое наказание. Каждого… – Его взволнованный голос окутал слух, а теплое дыхание коснулось лица, и она открыла наполнившиеся слезами глаза.

Он стоял в нескольких сантиметрах от нее, обжигая жаром своего тела, и не сводил взгляда с ее овального личика.

Анна тяжело дышала, пытаясь унять дрожь, охватившую ее тело. От страха ли она дрожит? - пронеслось в ее голове.

- Удивительно, - медленно произнес мужчина. – Сейчас я ощущаю себя так, словно нахожусь на глубине океана, когда смотрю в эти сапфировые омуты, наполненные слезами. – Добавил он, приглушенным, наполненным благоговения голосом, стирая с ее щеки пролившуюся каплю слезы.

Анна в растерянности отвернулась и сделала несколько шагов, прежде чем его голос вновь коснулся ее слуха.

- Смелая как рыцарь, нежнее утреннего рассвета. Красоте твоей нет сравнений… Бываешь ли ты когда-нибудь слабой, беззащитной, покорной?

- Только рядом с тем, кто превосходит меня по силе духа и отваги в сотни раз. Кто видит во мне не только райский цветок, но и сущность. И кто рискнет покорить меня, приручить, и сделать своею.

- Существует ли он? Среди обитателей вашего мира сотни ангелов, жаждущих твоего внимания, но ты по сей день не выбрала ни одного из них.

-Он существует не в моем мире, - Анна отрицательно качнула головой, прежде чем набралась смелости повернуться к нему лицом. – Он здесь.

Его внимательный взгляд, сделался рассеянным, глаза потемнели, и руки потянулись к ее стройному стану.

- Готова ли ты провести со мной время, отпущенное тебе до тех пор, пока ты снова не вернешься на землю?

Ее лицо порозовело, на щеках заиграли ямочки от того что Анна улыбнулась своей самой очаровательной улыбкой, которая сводила сума теперь не только обитателей светлого мира.

Серая мгла, окутавшая пространство рассеялась, и Анна почувствовала под ногами лепестки роз. Озираясь по сторонам, она увидела необъятные кусты роз, различных цветов и сортов, простирающих в бесконечность.

Девушка оперлась на руку Духа смерти, который еще несколько часов назад внушал ей неподдельный ужас. И она радовалась тому, что шагнула в пропасть приведшую к самому удивительному и бесконечно могущественному существу на всех мирах и планетах.


- А говорил, что не знаешь ни боли, ни жалости, ни любви, ни дружбы…- проворковала Анна, слегка прищурив свои сияющие глаза.

- Не знал, до тех пор, пока впервые, за многие тысячи лет, не встретил создание, покорившее меня своей смелостью, искренностью…Ты ведь подумала, что я посмею отдать на растерзание самое прекрасное творение Всевышнего? Ответь мне, я хочу знать, насколько жестоким нарисовался мой образ в твоей светлой головке. – Перебил себя Властный повелитель душ, останавливаясь у античной арки перед входом высокого сооружения, напоминающего замок средневековья.

- Я расскажу тебе обо всем, что ты захочешь знать, но позже.

Анна приподнялась на носочки своих стройных ног, что бы одарить его прикосновением своих губ, и теплотой дыхания.

Конец.


home | my bookshelf | | Семь (СИ) |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения



Оцените эту книгу