Book: Без меня меня женили...



Наталья Я


Без меня меня женили...




Без меня меня женили...




Пролог




Дождь лил который день подряд. Земля уже напилась влагой и не в состоянии была впитать в себя ещё. А стена ливня и не думала прореживаться. Водопад обрушивался с небес, отыгрываясь за месяцы засухи.

"Жизнь из шур уходит", так говорили мудрые старики. "Мир плачет вместе с шур. Сохнет вместе с шур", добавляли они, делая вид, что понимают то, о чём речь ведут. Но это была только тень знания, слишком много времени прошло с тех пор, когда слово "шур" имело какое-то значение. О "шур" помнили только те, для кого это до сих пор, спустя века, являлось столь же важным, как и в давние лета.

И скакали всадники, меняя лошадей, торопясь найти "шур" раньше, чем дождь закончится. Верный признак появления "шур" - жестокая засуха и не менее жестокий ливень после. Но не очень-то верили гонцы в то, что найти удастся. Бог Судьбы обидчив и злопамятен и не прощает старых ошибок. Может дать, может отнять. Может поиграть, поманить надеждой и тут же лишить её. И никакая сила родства с Верховным Божеством не поможет, потому как Судьба с мужским лицом в своём праве.

И продолжался безрезультатный поиск день за днём и возвращались гонцы обратно, один за другим, с пустыми руками. А Бог Судьбы смеялся где-то там, в своих чертогах. Заморочить головы, отвести глаза так, что проехать мимо "шур" и не заметить, очень просто. Но даже Судьбе с мужским, двояким лицом сложно противиться собственной природе. Случай соседствует с Судьбой и некоторые вещи даже Богам изменить не под силу.

Оскальзывающийся на грязи, усталый конь споткнулся и упал, грозя подмять под себя всадника. Но тот оказался очень быстр и ловок, успел соскользнуть с седла раньше, чем лошадиный бок коснулся мокрой земли. Мужчина отпрыгнул в сторону и, не удержавшись на ногах, скатился по обочине вниз, в канаву. Там ткнулся носом во что-то холодное и дурно пахнущее. Приподнялся на руках, встряхнулся как мокрый пёс, только суше его одежда от этого не стала и чище тоже. Кинул взгляд на плохо видимый в темноте предмет и выругался. А после склонился над умирающим человеком, зрение с наступлением сумерек давно уже было перестроено на ночной режим. Бережно коснулся запястья и отдёрнул руку. Сжал левой рукой амулет, болтавшийся у него пристёгнутым к браслету на запястье правой и тихо произнёс:

- Нашёл. Умирает.

- Идём, - послышалось глухое в ответ.

Скоро на дороге, ведущей из захолустного городка к близкой границе, стояло несколько тёмных фигур. В свете эти личности не нуждались, поэтому всё действо происходило в темноте, и тишине. Видимо, и речь им была без надобности. Слаженно спустились в канаву, а там, один из них подхватил находку на руки, дождался когда ему откроют портал и шагнул в чистую, уютную комнату, которая виднелась сквозь окно перехода. Все участники поиска и спасательной операции последовали за ними. Последним шёл отличившийся гонец, успевший за то время, пока переходили через портал его соратники по поиску, прихватить коня под уздцы, а потом провести его следом за остальными. Да-да, в ту самую комнату, да вместе с уставшей лошадью.

Погасло свечение портала и снова, насмехаясь над надеждами ушедших мужчин, усилился дождь, плача вместе с "шур", умирая вместе с "шур".





Глава 1


Как меня зовут?




Проснуться мало, главное проснуться зная где ты, кто ты, и зачем ты здесь. Я же не понимала ничего. По одной простой причине. Я проснулась чистым листом, ничего не помнящим. Умеющим говорить, ходить, но не знающим на какое имя откликаться. Стоило только открыть глаза, как вокруг поднялась суета. Странные личности забегали, захлопотали и всё завертелось в сумасшедшем круговороте.

Меня пытались пичкать едой в неимоверных количествах. Расспрашивали про то, помню ли я хоть что-то. И жутко расстраивались из-за того, что в памяти не отложилось ничего. Три лекаря устроили что-то вроде ритуальных плясок, один за другим щупали мне пульс, заглядывали в глаза и рот, мяли живот, касались висков и качали головами, разводя при этом руками.

Вердикт врачей гласил -- здорова, но усиленное питание, покой и отдых, не помешают, как и свежий воздух. Слуги, которые, казалось, занимались только моей драгоценной персоной, восприняли вести трепетно и на столе на постоянной основе обосновался поднос с фруктами, лёгким перекусом из пяти блюд, вином и компотами.

Не удивительно, что у меня очень быстро от этой заботы разболелась голова и появилось стойкое желание сбежать куда-нибудь подальше отсюда. Останавливала только растерянность, потому как после того, как по моей просьбе мне принесли зеркало и я увидела в нём незнакомку, мне оставалось только несколько раз сглотнуть и сделать всё, чтобы не потерять сознание. Мир от шока поплыл перед глазами, но взяла себя в руки. Не хотелось, чтобы вслед за мной, переживающие за мою судьбу лекари отправились туда же, а после начали бы пичкать меня какими-нибудь гадкими микстурами и прописали бы что-нибудь столь же идиотское, сколь и усиленное питание.

Потому растянула губы в резиновой улыбке, стараясь не задаваться пока лишними вопросами. Стоило только попытаться вспомнить что-нибудь о прежней жизни, и голова тут же начинала болеть сильнее. Моим слабым попыткам показать, что всё нормально не поверили, но наседать не стали. И после недолгих колебаний оставили одну. Уж очень я просила дать мне возможность отдохнуть от мельтешения лишних лиц в комнате.

И вот я одна и снова держу зеркало в руках. Опять и опять рассматриваю юную девушку и внутри зреет твёрдая уверенность, что заявленный в отражении возраст не соответствует моему внутреннему содержимому, что я гораздо старше той, что смотрит на меня из зеркала синими глазами. Провела пальцами по скуле, ощущая бархатистость и нежность кожи. Незнакомка в зеркале повторила мой жест. Нахмурилась, поджала губы и лёгкая складочка пролегла между бровей. Показала самой себе язык и со вздохом отложила зеркало на тумбочку возле кровати. Обхватила плечи руками, стало как-то очень зябко и тоскливо, словно призрак чего-то плохого навис надо мной, рождая дурные предчувствия и тоску. Почему я не помню ничего? Что случилось такого, что теперь у меня нет памяти? Кто я такая? Врачи бегать-то бегали вокруг, как и слуги, но ни слова лишнего не проронили. Только про моё самочувствие и удобство ворковали, а вот нужной информации в тех голубиных песнопениях было ноль. Что от меня скрывают?

Попробовала подняться с постели сама, вопреки запрету лекарей. Встать удалось не с первой попытки. Конечности слушаться не хотели и к тому моменту, как цепляясь за один из столбиков, к которому крепился вычурный, расшитый золотом балдахин, смогла всё-таки подняться на дрожащие ноги, взмокла как омар в кастрюле с кипятком. Постояла у кровати чуток, чувствуя что штормит нещадно и обессиленно опустилась на постель, не в силах даже лечь нормально. Меня била мелкая, противная дрожь, на лбу выступила холодная испарина и слёзы бессилия сами собой соскальзывали с ресниц.

Осознала что плачу только тогда, когда в комнате появился не известный мне персонаж. Среди слуг и лекарей я его ранее не видела. А такое колоритное и пугающее чудо, сложно забыть. Вот и получалось, что примчался какой-то неизвестный, высокий и широкоплечий, скрывающийся под чёрным плащом с глубоким капюшоном, поднял меня на руки, уложил на кровати поудобнее, осушил мои слёзы невесть откуда взявшимся платком, при этом обратив моё внимание на то, что не соизволил ради этого действа снять тонкие перчатки и испарился, прежде прорычав нечто невразумительное тут же появившимся лекарям.

После его ухода меня стало клонить в сон и не успела задаться вопросом, а кто это был и что это было. Сил на любопытство и какие-либо эмоции не осталось. Только запечатлелось в памяти то, как сверкнули на меня зелёным светом нечеловеческие глаза из-под капюшона, когда этот некто что-то там лекарям рычал и этот странный, вызывающий смутный страх взгляд, стоял перед внутренним взором до тех пор, пока я не окунулась в сон без сновидений.

А проснувшись, первым делом поинтересовалась у девушки, сидевшей в кресле у кровати, кто это такой страшный ко мне забегал. Получив ответ: "Ваш супруг", почувствовала очередную настоятельную потребность грохнуться в обморок. Спасло только понимание, что есть шансы столкнуться с незнакомым мне супругом лицом к лицу ещё раз. Вон как прибежал, как только мне совсем плохо стало. Каждый раз так будет бегать или нет? Проверять это опытным путём не хотелось.

После моего пробуждения мои попытки куда-то там идти, на самотёк оставлять не стали. Появившиеся служанки, под руководством одного из лекарей помогли мне подняться и довели до уборной. Там ненадолго оставили меня одну, а после занялись моим туалетом. Вымыли меня, высушили, одели в тонкую ночную рубашку и вернули порядком уставшую в кровать. Чуть ли не с ложечки, опять же под бдительным приглядом лекаря, покормили. Утомлённая, откинулась на мягкие подушки, желая только одного -- снова уснуть. Моё желание исполнилось, стоило только вспомнить горящий зелёным светом взгляд и глаза сами собой закрылись. Загипнотизировали меня, что ли?

В следующее своё пробуждение чувствовала себя намного бодрее и справилась с дорогой до уборной уже сама. И снова еда, и снова навеянный неизвестным мне супругом сон... И очередное пробуждение. Мою жизнь нельзя было назвать разнообразной. Однозначно! И что-то меня такое растительное существование перестало устраивать, совсем. Есть и снова спать... Вот чего хотелось меньше всего. А ещё меньше хотелось, чтобы кто-то за меня решал, спать мне или не спать. Есть мне или не есть. Сама в состоянии о себе подумать... И ложку в руках способна удержать. С учётом того, что информацией со мной так никто и не спешил делиться, раздражение росло как снежный ком, грозя вылиться в истерику с битьём посуды. И я не выдержала, когда одна из служанок произнесла с улыбкой, обращаясь как к ребёнку:

- Откройте ротик, госпожа. Вот сейчас съедите одну ложечку...

- А что будет, если я не открою рот и есть с ложечки не стану? - спросила с невинной улыбкой.

Только боюсь, взгляд выдавал степень моей злости и градус накала.

- Но господин велел вас накормить, - растерялась служанка, явно не ожидавшая от меня такого поведения.

- А что ещё велел господин? Снова усыпить меня, не поинтересовавшись моим мнением? - закипала на пустом месте, это понимала, но эмоции не хотели подчиняться здравому смыслу, выходя из-под контроля и концетрируя обиду в невероятных количествах.

- Я сам, - раздалось с порога и в комнату вошёл давешний широкоплечий и в плаще с капюшоном. - Выйдите все. Госпожа, - обратился мужчина ко мне низким голосом, в котором звучал металл. - Вы должны поесть.

- Никому и ничего не должна, - буркнула в ответ.

- Не заставляйте применять к вам силу и право господина, - от ощутимой угрозы в его голосе меня передёрнуло.

- К слабым силу применить -- не велика доблесть, - бросила ему с презрением.

- Я предупредил, - сказал этот богатырь и устроился в кресле, в котором до него сидела служанка.

Предмет меблировки был явно маловат для этой горы мышц и жалобно скрипнул, когда мужчина нагнулся вперёд, прежде прихватив тарелку с бульоном. Мой незнакомый мне супруг окунул в янтарную жидкость ложку, помешал, потом поднёс столовый прибор, полный ароматной еды, к моим губам.

- Ну же, - мягко сказал мне и я открыла рот, при этом чётко сознавая, что делать этого не собиралась.

Меня кормили, а я тихо ненавидела того, кто заставил подчиниться, совершив явное насилие над моей личностью. Давилась слезами от ощущения унижения, чувствуя себя марионеткой в чужих руках.

- Что с вами? - наконец-то заметил моё состояние мучитель, скормив мне почти весь суп.

- Вы заставили меня, - снизошла до ответа, ненавидя ещё и себя за то, что не удаётся сдержать слёзы.

- Вы должны соблюдать предписания лекарей. А они гласят, что вам нужно хорошо питаться. Иначе вы никогда не придёте в норму, - сказал терпеливо, как неразумному дитяте.

- Никому и ничего я не должна, - гордо вздёрнула подбородок, сумев справиться со слезами и не став позорно всхлипывать.

Отвечать мне не стали. Мужчина только сверкнул на меня горящими зелёным светом глазами и я послушно съела всё, что он подносил к моему рту, а после снова погрузилась в глубокий сон. А когда проснулась в очередной раз -- уяснила, мне никто и ничего не собирается объяснять или разрешать. Просто будут заставлять делать то, что нужно, так же, как заставили поесть... И что я нахожусь в ловушке, из которой нет выхода.

Очередная кормёжка с ложечки служанкой привела к тому, что я поперхнулась и начала задыхаться. Перед глазами потемнело, воздуха катастрофически не хватало, я царапала короткими ногтями горло, пытаясь дать доступ кислороду к лёгким, но при этом старалась не очень-то и сильно. Мрачное чувство внутреннего удовлетворения от того, что сбегу из этой комфортабельной тюрьмы, постепенно становилось сильнее и я скоро просто перестала бороться с удушьем. Свет перед глазами погас и, кажется, я умерла. Ещё раз... Это "ещё раз" довольно чётко промелькнуло в мозгу перед тем, как уплыла в спасительное ничто. И это же "ещё раз" вспомнила тогда, когда вопреки глупой и какой-то странной надежде на смерть, очнулась снова. Опять без сил, опять не могущая сделать шага без посторонней помощи, и теперь срывающаяся в слёзы постоянно. Чуть что-то выбивало меня из колеи, и тут же солёные капли скользили по щекам.

В этот период времени в комнате стал постоянно дежурить тот самый некто, которого все называли Господин, а так же величали моим супругом. Он следил за тем, чтобы я глотала пищу, пила лекарства и спала. Не один раз он прибегал к тому, чтобы подавить мою волю, которая упорно сопротивлялась тому, что со мной делали. Меня преследовало ощущение, что я нахожусь не на том месте, которое предназначено мне Судьбой. Что я должна быть где-то ещё, но только не тут. И я всё больше и больше замыкалась в себе, пропитываясь всё большим чувством ненависти к тому, кто заставлял меня быть здесь и ломал, даже не замечая этого. Он пёр как танк к какой-то неведомой мне цели и совсем не интересовался моим мнением по какому-либо поводу. Просто решал, когда спать, когда есть... Такими темпами он скоро станет решать, когда моему организму нужно в туалет.

Но вся забота, которую проявляли слуги, лекари и даже мой супруг, пропадала втуне. Мой отрицательный настрой сказывался на процессе выздоровления гораздо сильнее, чем лекарства или еда. Сил с каждым днём становилось всё меньше и меньше, как и желания жить. Всё так же лились слёзы по любому поводу и силы уходили вместе с ними. Теперь вместе с супругом у моей постели дежурил кто-нибудь из лекарей. Чуть что тут же кидался ко мне, проверять самочувствие. Лечащие врачи всё больше и больше мрачнели, боясь даже смотреть в сторону неизвестного в плаще. Атмосфера в моей просторной и светлой комнате сгущалась с каждым часом и пришёл миг, когда я не смогла нормально проснуться. Глаза не хотели открываться, налившись неподъёмным свинцом и мозг отказывался осмысливать поступающую информацию. А зря, подумать было о чём, так как я стала свидетельницей разговора, не предназначавшегося для моих ушей.

- Свет, нужен свет, воздух, свобода. Она гибнет в клетке, - испуганно, но твёрдо, произнёс один из целителей.

- В этой комнате есть свет! - раздражённо бросил богатырь в плаще.

- Иллюзия, - произнёс только одно слово лекарь, в ответ раздался рык.

- Я не могу находиться там постоянно. И там небезопасно. Об этом вы подумали? - сказал мой супруг. - Кто её защитит, если что-то случится?

- Пошлите преданную охрану. Вы должны понимать. Мы бессильны в этом случае. В шур нет жажды жизни. Её нужно пробудить. Этого не сделать в клетке. Если она останется здесь, она обречена.

- Я могу создать райский сад для неё. Прямо здесь, - наконец вынес вердикт мужчина в плаще. - Другого даже не просите.

- Это только отсрочит угасание, - не согласился с ним лекарь.

- Для неё я попрошу света у отца, - ответил мой супруг.

- Вы уверены, Господин? - почтительно обратился к нему явно шокированный врач.

- Вы сказали свет? Он будет, - заявил решительно богатырь и судя по шагам покинул комнату.

Не знаю, сколько его не было и чем он занимался те дни, когда я тихо погружалась в пучину равнодушия, не желая из неё выплывать. Более не было слёз, более не было пробуждения. Я грезила наяву, постепенно уходя куда-то за грань. И только одно желание держало меня ещё как-то на плаву. Появилась одержимость одной единственной идеей, понять хотя бы, как меня зовут и что было до того, как я умерла в первый раз. Но память играла со мной в подлые догонялки. Вертела хвостом, манила, пряталась и ускользала, не желая приподнимать завесу над тайнами. А я всё напрягалась, всё рвалась догнать и узнать, хоть что-то узнать, хотя бы для того, чтобы не умирать пустым листом. И как насмешка, перед самым уходом в благодатную и равнодушную тьму, скользнуло по краю памяти, тихим нежным шёпотом: "Алина", а потом кануло в океане безразличия. Узнала, вот только тогда, когда стало абсолютно всё равно, что там с именем.







Глава 2


Райский сад



Как ни удивительно, но я пришла в себя вновь. Слабая, беспомощная как кутёнок. Пришла в себя от того, что луч солнца скользнул по моей щеке, согрел и принялся нагло светить мне прямо в глаза. Попытка отодвинуться не увенчалась успехом. Сил не было, вообще, никаких. Зато я прекрасно видела и слышала. В этом убедилась, когда голова стала соображать немного лучше и я открыла глаза. Тут же прищурилась, лучик солнца ослепил. Но успела разглядеть, что надо мной зелёный, ажурный свод из веток деревьев, а после и услышать, как ветерок шелестит в листьях. Странно, ещё не так давно я не желала жить... А сейчас в душе поселились умиротворение и покой. Так хорошо было лежать, чувствуя свет солнышка на коже, вдыхая полной грудью воздух... Слабая улыбка безотчётно скользнула по губам и я легонько пошевелила пальцами, убеждаясь, что всё-таки не умерла и всё ещё живая.

Тут же моего рта коснулась какая-то посудина и мне прошептали:

- Выпейте, Госпожа.

Послушно глотнула предложенное, сил тут же чуток прибавилось и я смогла немного подвинуть голову. Это дало мне возможность, без опасности ослепнуть из-за яркого света в глаза, разомкнуть веки. Окинула взглядом окружение и почувствовала, что губы снова растягиваются в улыбке. Деревья, деревья, деревья и лучики солнца, пробивающиеся сквозь листву. Ляпота... Я послушно сделала следующий глоток и только после этого скосила глаза на того, кто меня поил волшебной жидкостью.

Лицо было знакомо -- лекарь, один из тех, кто постоянно дежурил при мне, когда мне было совсем плохо. А вслед за знакомым лицом в память толкнулось воспоминание об имени. Алина. Мысленно произнесла про себя, прокатила по языку, выдохнув его шёпотом. Имя было моим, точно моим, отзывалось во мне каким-то болезненно-знакомым ощущением, которому пока не могла дать определение, как и не могла понять, нравится ли оно мне или нет.

- Что? - переспросил врач, плохо расслышав мой невнятный шёпот, больше похожий на еле слышное шелестение травы под порывами ветра.

- Ничего, - слово далось неподъёмным для меня усилием и тут же на меня шикнули, велев не отвечать.

Но я упрямо попыталась приподнять голову повыше, чтобы заглянуть в глаза лекаря и спросила:

- А... Где?

- Ваш супруг? - меня поняли, как ни удивительно это было. - Он скоро будет. В отъезде.

- А... Как? - на большее пока меня не хватало.

- Всё позднее, - строго сказал врач и поднялся со стула, что стоял рядом с креслом, в котором я полулежала.

Сил бороться с заговором молчания вокруг меня не было и я откинула голову на спинку кресла, приподняла руки, устраивая их на подлокотниках. Лекарь тут же поправил сползший с меня плед и ушёл, оставив меня на попечение своему коллеге. Я же погрузилась в полудрёму, снова грезя наяву. Только теперь грёзы не были тоскливыми, серыми и пустыми. В них был свет. Бездна, прорва света. А ещё были цветы. Много, разных, ярких и одуряюще пахнущих. Пчёлы носились над ними, наполняя летним гудением тёплый воздух и я улыбалась, улыбалась, улыбалась. Хорошо. Впервые с того времени, как проснулась чистым листом, мне было хорошо.

Очнулась от полудрёмы из-за того, что почувствовала -- меня куда-то несут. Куда, зачем? Не хочу? Последнее явно прошептала вслух, потому что услышала ответ, выданный знакомым голосом с приказными нотками:

- Вам надо принять ванну. В лесу её нет.

- Жаль, - выдавила из себя расстроенно.

- Будет, - ответили мне. - Ещё не всё доделано.

- А цветы? - задала следующий вопрос и приподняла ресницы, пытаясь разглядеть того, кто нёс меня куда-то и ничуть при этом не запыхался.

- Очень надо? - уточнил мужчина.

- Да, - ответила немного поколебавшись перед этим.

- Будет, - сообщил так, будто это так обыденно, ванну там в лесу организовывать или цветы.

Кто он такой, если ему это так легко? Как далеко простирается могущество этого явно не человека? У людей зелёным светом глаза в темноте не горят. Кто же ты такой - мой супруг? И супруг ли мне ты? А потом нахлынула паника, когда я поняла, что несут меня в ванну... А ванна подразумевает обнажённую натуру, которую не готова демонстрировать всяким там мужикам. Но всё устроилось самым наилучшим образом, супруг донёс меня только до ванной комнаты, а там мной занялись расторопные служанки. С трудом вынесла процедуру помывки, уж очень душила меня атмосфера комнат и очень обрадовалась, когда, замотав мою голову тёплым платком, а саму меня в не менее тёплый плед, ценную ношу в моём лице передали на руки тому же чудику в плаще. Он проделал обратный путь очень быстро. Моих очередных пожеланий боялся? Зря, между прочим. Сморило меня у него на руках и погрузилась в глубокий сон, в этот раз не навеянный ничьей волей. Мне снились солнечные сны, в которых радовалась голубому небу, тёплому летнему дождю и носилась как угорелая по лугу, в погоне за бабочками.

Проснулась с улыбкой на губах и желанием жить, всё в том же удобном кресле. Потянулась, открыла глаза и столкнулась взглядом с одним из лекарей, который ободряюще похлопал по плечу коллегу и тот склонился надо мной, держа фарфоровую чашку в руках. Знакомое питьё, которое снова добавило мне сил. Допив, поблагодарила мужчину:

- Спасибо большое.

Он отшатнулся от меня, выпучив глаза, явно не поверив своим ушам.

- Я сказала что-то не то? - спросила с удивлением.

- Н-н-нет. Что вы, Госпожа, - ответил он, справившись с шоком. - Вы голодны? - перевёл тему.

Прислушалась к себе -- есть хотелось зверски. Утвердительно кивнула головой и потянулась слабыми руками к голове. Платок мешал, жутко, невозможно. Хотелось сдёрнуть его немедленно. Справилась с этим, правда не сразу. Лекари мешать мне не стали. А как только платок соскользнул на мои плечи, оба сделали шаг назад, уставившись на мои волосы, как на восьмое чудо света и один из них потрясённо выдал:

- У нас получилось. Светится.

- Что? - тут же перепугалась я и дёрнула одну из светлых прядок на себя.

Осмотрела её придирчиво, подняла глаза на лекарей и спросила ещё раз.

- Что такое? У меня появился нимб?

- Всё хорошо, Госпожа, - ответил мне один из них и слабо улыбнулся, выглядя при этом так, как будто до сих пор не мог поверить в то, что видел собственными глазами. - Вы идёте на поправку. Господин будет доволен.

- Хорошая новость, - подтвердил тот самый Господин откуда-то из-за моей спины.

Лекари тут же порскнули вон, наверное, мой супруг чего-то им там показал. И остались мы наедине. Неизвестный мне муж, мой муж, и я. Смотрела прямо перед собой, наслаждаясь солнечным светом падающим на землю, покрытую травой и цветами... Цветами? Когда успел только? Чего-то не хватало. Лес был. Трава была. А бабочек и пчёлок не было. И ещё птицы не пели. Совсем.

- Тихо, - сказала вслух. - Так тихо. Нет ни стрекоз, ни бабочек, не пчёл. И птиц нет. Где они?

- Прячутся, - нашёлся с ответом мужчина и присел на стул рядом со мной.

В его руках, затянутых в перчатки появилась тарелка с бульоном, но в этот раз я не стала артачиться. Послушно открывала рот и глотала то, что давали. Целой тарелки мне показалось мало.

- А ещё? - спросила жалобно.

- Пока нельзя, - ответил строго. - Птицы очень нужны?

- Какой лес без птиц? - спросила его с грустной улыбкой.

- Понятно, - ответил ровно и спокойно.

Повёл рукой перед собой и по свободной от цветов лужайке запрыгала синичка. Наклонила голову, глянула на нас с мужчиной чёрными глазами бусинами и упорхнула на ветку.

- Так? - спросил меня супруг.

- Спасибо, - ответила, просияв улыбкой.

- Бабочки тоже будут, - поведал он мне буднично и поднялся, оперевшись ладонью о подлокотник моего кресла. - Попозже.

Стремительно, прежде чуть шатнувшись на месте, развернулся и ушёл. А я осталась наслаждаться тем, как синичка резвилась в ветвях, далеко не улетая, вертясь всё время у меня на глазах. Она прыгала с ветки на ветку. Вертела головкой, слетала вниз, прыгала рядом с креслом и я не удержалась. Рассмеялась в голос, громко, счастливо. Я подалась вперёд, наблюдая за крохотной проказницей. Плед скользнул вниз, но этого не заметила, увлечённая забавной птицей.

Утомившись, откинулась на спинку кресла, всё ещё улыбаясь. Слабой рукой подтянула плед повыше, стало как-то зябко, захотелось тепла и улыбка тут же погасла на моих губах. Сбоку, там где опирался на кресло мой супруг, темнел отпечаток ладони. Красный след, который ассоциировался у меня с одним -- кровью.

Смотрела на этот отпечаток и глаза медленно наполнялись слезами. По душе остро полоснуло жалостью и чужой болью. Закусив губу, подтянула к себе плед и коснулась пальцами следа. Крупная рука моего супруга. Что с ним? Он ранен? Ему нельзя было приходить ко мне? Поэтому он всё время в перчатках? В этот раз они его не спасли? Что происходит, вообще?

Ко мне прибежали встревоженные лекари, принялись хлопотать и успокаивать. На сердце было пасмурно, но в руки себя взяла, продемонстрировав им натянутую улыбку. И в плед завернулась, мучительно трудно, пальцы слушались плохо, после пережитых отрицательных эмоций, так, чтобы отпечатка посторонним видно не было.

Меня напоили знакомым лекарством и оставили рядом служанку, которая робко поинтересовалась:

- Вам почитать? Спеть?

- Расскажи сказку, - попросила я.

- Сказку? - переспросила удивлённая девушка.

- Да, сказку, как ребёнку на ночь, - подтвердила я.

- Я не знаю сказок, Госпожа, - покаялась служанка и вся сжалась на стуле, ожидая моей реакции.

- Не знаешь, и ладно, - отвернулась от неё и глянула на забавную синичку.

Только теперь меня прыжки птички не радовали, а заставляли вспоминать о том, результатом чего стали. Неужели эта кроха причина того, что мой супруг оставил этот отпечаток на пледе? Открывается кровотечение, когда колдует? Ведь ничем иным, кроме колдовства не объяснить такого быстрого появления синички. Я верю в колдовство? Оно существует? В этом я отчего-то сильно сомневалась, но при этом ничем кроме него теперь не могла объяснить и появления цветов, и птицы, и того как мой супруг кормил меня в самом начале... Оставалось принять как данность то, что оно всё-таки есть.

- А где мой супруг? - спросила у девушки, поразмыслив немного. - А мне туда можно?

- Отдыхает. Его нельзя беспокоить, - ответила она на оба моих вопроса.

- А-а-а... - протянула я и сделала вид, что более это меня не интересует.

Прикрыла глаза, наблюдая из-под ресниц за девушкой. Отметила про себя, что меня не удивляет то, что одета она в длинное тёмное платье с белым передником, а на голове чепчик. Как не удивляли сюртуки лекарей. И откуда я знаю, что вот эта девушка служанка? А лекари -- это лекари? Ведь я сразу выделила их, даже не сомневаясь, и обозвала врачами. Моя память играет со мной в странные прятки. Что-то выдаёт на раз, а что-то упорно заныкала и показывать не хочет. Почему так? Как же хотелось знать ответ на этот вопрос. Вместе с желанием жить, проснулись любопытство и жажда деятельности.

Решив поиграть в коварство, притворилась уснувшей. Благо была ещё достаточно слаба и шевелиться лишний раз не хотелось. Девушка поверила, потому что минут через десять поднялась со стула, склонилась надо мной, проверяя и отошла. Я продолжила лежать, не шевелясь, наблюдая за происходящим из-под ресниц, и была вознаграждена за терпение:

- Уснула, - прошептал кто-то рядом.

- Не беспокойте и не мешайте, - так же тихо ответили и тут же воцарилась тишина.

Ещё долго не решалась открыть глаза полностью. Так и заснула бы, если бы беспокойство, которое поселилось в душе после того, как я заметила на пледе кровавый след, не встрепенулось и не подтолкнуло действовать дальше. Приоткрыла глаза, как будто со сна, окинула сонным взглядом окружение и довольно вздохнула. Уже более решительно распахнула глаза и приподнялась в кресле. Рядом никого не наблюдалась.

Осторожно стянула с себя плед и поёжилась. Зябко, всё ещё зябко, пусть и солнышко пригревает. Неуверенно поднялась с кресла, подержалась за него, привыкая к тому, что за долгий период времени впервые стою самостоятельно. Пришлось заставить себя разжать пальцы, так не хотел мозг верить в мою способность самостоятельно ходить, и сделать первый неуверенный шаг. Голова закружилась, но я упрямо поджала губы. Ещё шажок, сделанный более уверенно, и ещё один.

Медленно, пошатываясь, обошла мешающееся кресло и сосредоточенно уставилась перед собой. Все они -- те, кто ухаживал за мной -- приходили откуда-то из-за моей спины. Дверь, где-то тут должна быть дверь. Осталось понять где. После пяти минут бесплодного разглядывания полянки с цветами... Пришлось расстроенно признать, замаскирована дверь хорошо. Опять колдовство?

Сделала несколько шагов вперёд, желая убедиться, что выхода действительно не имеется и пошатнулась, чуть не упав. Накатила дурнота, голова закружилась и я безотчётно попыталась сделать шаг назад. Но не успела. Картинка перед глазами дрогнула и сменилась на тёмное, непроницаемое для моего взора пространство. Тут же подкралась паника и принялась заламывать руки, вещая, что самостоятельно из этой ловушки мне не выбраться. Глубоко вдохнула и выдохнула несколько раз, в попытках успокоиться. По моим внутренним ощущениям, пространство было обширно, но при этом должно было ограничиваться стенами по бокам. Коридор. Почему-то я была уверена, что это коридор.

Дышалось в этом пространстве тяжело. Не хватало воздуха и было жутко страшно. Но тянущее душу беспокойство гнало меня вперёд, указывая верное направление. Сделав над собой усилие, сделала шаг, один, два, мысленно убеждая себя в том, что впереди не имеется никаких пропастей, в которые я могла бы упасть, или гильотин, готовых обрушиться на мою голову.

Долгой пытка темнотой не была, сделав очередной шаг, я вышла в знакомой мне комнате. Светлой -- иллюзия, так сказал лекарь когда-то -- и просторной. Кровать с балдахином, столик, кресла... Всё так же, как я запомнила. И существо лежащее на кровати ничком. На белых простынях заметила кровавый след. Тут же появилось желание сбежать. Но богатырь с белоснежными волосами, сейчас запачканными кровью, с проглядывающей сквозь них гноящейся, растрескавшейся кожей, дышал с такой натугой и так тяжело, что жалость снова остро полоснула по сердцу.

Сделала несколько робких шагов к кровати, и легонько коснулась перчатки, сквозь которую проступила кровь. Накатил очередной приступ дурноты, голова закружилась... Кажется, я сейчас тут рядом трупиком лягу. Зажмурила глаза, когда богатырь повернул ко мне голову и сверкнул чёрными сейчас зрачками.

- Что вы тут делаете? - спросил с трудом. - Кто пустил?

- Сама, - пискнула в ответ и попятилась.

Зрелища гниющего заживо человека или не человека, я не вынесла. Всхлипнула, борясь с тошнотой и брезгливостью, но руку мужчины так и не выпустила из ладошки. Сжала зачем-то сильнее. Наверное, с перепуга. Мой организм долго справляться со стрессом не смог, сознание ускользнуло подло и в самый неожиданный момент. Впрочем, я была не против.

Пришла в себя в привычном уже кресле. Одну в этот раз меня оставлять не рискнули, рядом дежурил лекарь. Стоило только распахнуть глаза, как к губам поднесли знакомую чашку в питьём. Выпила всё до дна, но мысли крутились в этот момент не вокруг себя любимой и собственного самочувствия. Думалось только о том, как и что произошло с моим супругом такого, что он теперь медленно, но верно умирает. Притом очень мучительно и гадко. Слёзы сами собой навернулись на глаза, заскользили по щекам, а жалость и сострадание завыли на пару, аки волки, травя душу.

- Где он? - спросила, слизнув слезинку с уголка губ.

- Отдыхает. Вам нельзя волноваться, - лекарь хмурился, ему явно не нравилось моё состояние.

- Ему нужно помочь, - голос сорвался, стоило только представить, как богатырь лежит где-то там в одиночестве, истекая кровью. - Пожалуйста.

- Ему помогают, - уверил меня темноволосый мужчина и одёрнул на себе жилет.

- Передайте. Пожалуйста, передайте ему, мне не нужны никакие птички, бабочки и стрекозы. Слышите? Передайте именно так, ничего не меняя. Прошу вас, пожалуйста, - последние слова произносила шёпотом, сквозь слёзы.

- Хорошо, хорошо, - тут же всполошился лекарь, потому что у меня началась банальная истерика.

- Т-т-только н-н-не п-п-потому, чт-то я п-п-плачу, - выбивая дробь зубами -- отчего-то вдруг замёрзла и меня затрясло -- выдавила из себя.

- Мы передадим, клянусь, - ответил серьёзно лекарь и заставил выпить ещё одну чашку знакомого мне лекарства. - Успокойтесь, пожалуйста, Госпожа. Вам стоит поспать...

- Не засну, - прошептала еле слышно и вопреки собственным же словам, тут же уплыла в сон без сновидений.

Проснулась от того, что показалось, кто-то на меня смотрит. Приподняла ресницы, совсем чуть-чуть, чтобы поймать подглядывающего с поличным. Но успела ухватить взором только мелькнувший край плаща. Распахнула глаза и повернула голову. Рядом сидела только служанка, больше никого не было... Почти никого. Синичка, пока я спала, далеко так и не улетела. Но уставилась во все глаза я не на неё. Громкое: "Мяу!", раздавшееся поблизости, заставило податься в кресле вперёд и впиться взглядом в чудо невиданное. Кошку с котятами. Сиамская, голубоглазая кошка вылизывала лапку в тёмном чулочке со всем тщанием, а котята спали. Крохотные совсем. Слепые ещё, наверное. Откуда здесь это чудо? Снова супруг? Опять теперь валяется в кровати и следит везде кровью? Я же просила, чтобы без чудес. Неужели не передали? И кошку я не озвучивала ему, хоть и улыбнулась невольно, заметив трёх крох. И все трое только частично в мамку. Кофейного цвета, но без тёмных ушек и лапок. Папка беспородный был? Белый, если судить по ушкам и мордочке одного из котят. Хорошенькие до жути... И я не выдержала, обратилась к служанке:



- Погладить хочу. Можно?

- Конечно, Госпожа. Это теперь ваши звери, - она тут же поднялась со стула и потянулась к котятам.

Кошка сразу же насторожилась и зашипела на непрошеную захватчицу, собираясь поработать когтями, а ещё укусить.

- Я сама, - остановила девушку. - Помоги мне подняться. Потом проводишь в комнаты, мне нужно в туалет. Только немного поглажу, и пойдём.

На меня шипеть кошка не стала. Обнюхала протянутую руку, а после дала себя погладить, да ещё и мурчанием меня порадовала.

- Она никуда не денется? - задала вопрос служанке.

- Они теперь будут с вами рядом. Никуда не уйдут. Им некуда здесь идти, - добавила непонятную мне фразу, и тут же оборвала себя, явно испугавшись произнесённого.

- Проводи меня, - велела ей. - Я хочу в туалет.

Оперевшись на руку служанки, сделала несколько шагов за кресло, сделав вид, что не замечаю того, что меня направляют в другую сторону. А после выдернула свою руку у девушки и сделала шаг туда, откуда в прошлый раз удалось перейти в коридор. Старая знакомая -- дурнота -- в этот раз была не такой сильной и я быстро пришла в себя. Тут же уверенно двинулась туда, куда меня тянула тревога. Теперь не боялась ни пропастей, ни гильотин. Знала, что в коридоре безопасно. Да и чувствовала себя вполне сносно. Не давили уже так темнота и пребывание в этом странном месте.

Вышагнула куда-то -- по внутренним ощущениям -- в незнакомое помещение. Покрутила головой, понимая, что в этот раз света не предусмотрено. И как искать пропажу, к которой меня тянет как магнитом? Только на ощупь и ориентируясь на внутреннюю тягу. Других вариантов нет. Прислушиваясь к себе, сделала шаг, другой и застыла на месте, услышав глухое:

- Зачем вы пришли? Зачем вы сводите на нет старания лекарей?

- А зачем это делаете вы? - ответила вопросом на вопрос.

- Вам нужно отдыхать и набираться сил. От вашего самочувствия напрямую зависит и моё, - сказал мужчина спокойно и в темноте сверкнули зелёным его глаза, подсказывая, что шла я в правильном направлении.

- Я не могу так, - голос предательски дрогнул и я сделала ещё пару шагов навстречу собеседнику. - Не могу, когда понимаю, что вы делаете себе хуже для того, чтобы мне было лучше. Это неправильно... Вам передали, что мне больше не нужны птицы, пчёлы и стрекозы с бабочками? Передали, да?

- Передали, - голос богатыря звучал ровно и безэмоционально. - Почему вас так волнует моё состояние? Я видел, как вы на меня смотрели... Там, в комнате. Вам совсем не понравилось открывшееся зрелище.

- Это от неожиданности, - голос снова дрогнул, а я сделала ещё пару шагов навстречу. - Как вы этим заболели? Что с вами произошло?

- В вас проснулось любопытство, - констатировал мужчина и я почувствовала, как меня подхватили на руки, даже пискнуть не успела. - Хороший признак. Вы должны мне говорить, чего вам хочется на самом деле. Я не шутил, когда сказал, что ваше самочувствие сказывается на моём. Мы связаны с вами брачным обрядом, благословлённым Богами. Моя задача обеспечить вам всё для выздоровления. И если для этого требуются пчёлы и бабочки. Они будут.

- Нет, нет, не надо, - прошептала жалобно и добавила, преодолев острый приступ стыда: - Я хочу в туалет. Он здесь есть?

Мужчина споткнулся, явно не ожидая подобной просьбы от меня. Но сам же говорил, что готов обеспечить всё для выздоровления. Туалет в этом деле не последний пункт. Развернулся на месте, сменив направление движения и осторожно спросил:

- Вам не мешает отсутствие света?

- Мне тяжело, - ответила и тут же почувствовала, как мой носильщик напрягся. - Дышать тяжело. Но пока терпимо и не сильно на самочувствии отражается.

- Тогда не задерживайтесь, - поставил он меня на ноги.

Дверь передо мной открылась, помещение за ней было слабо освещено. Сервис лично для меня? Я попала в рай? Выполняют любой каприз, стоит только пожелать. Только цена моим капризам мне не нравится. Не хочу, чтобы это как-то отражалось на моём супруге. Пусть я его таковым не воспринимаю и совсем не знаю, кто он такой, и даже как его зовут. Раз не стал отрицать мою догадку про то, что причиной его вчерашнего состояния была реализация моих капризов, значит, я попала в точку. Правда, он и не подтвердил... Но что-то во мне упрямо твердит -- причина в моих желаниях. И этому чему-то я верю. Ведь оно привело меня сюда, безошибочно и даже в темноте. Брачные узы, благословлённые Богами? Ещё бы понимать, что это такое и с чем это едят.

Сделав все свои дела, выскользнула за дверь, в потёмки... и тут же была подхвачена на руки. Ходить самой, явно не собираются позволять. Возмутиться бы произволом. Но я слишком хорошо помню, как выглядит мой супруг. И жалящая в болевые точки души жалость просто не даст мне вредничать и привередничать. Потому молчала, пока меня несли к моему креслу. Потому спокойно, не отшатываясь, позволила покормить себя с ложечки, при этом отодвигая брезгливость на задворки души. Не хотелось обидеть мужчину этим проявлением собственной слабости. Потому улыбнулась и поблагодарила, когда он завершил кормёжку. А после ещё и кивнула на кошку, которая с подозрением смотрела на моего супруга и старалась держаться от него подальше, а ко мне поближе:

- Спасибо большое. Это просто чудо, что она здесь.

- Пожалуйста, - продемонстрировал, что знает, что такое вежливость и поднялся со стула.

Провинившаяся служанка, которую мой супруг по нашему приходу отослал кивком головы, более не появилась. Вместо неё прибежал лекарь и другая девушка.

- Не наказывайте её, - попросила за ту, что не смогла меня удержать. - Она не виновата. Я не могла ни прийти. Вам плохо было, - приложила руку к груди. - Здесь тянет, когда вам плохо.

Он не ответил на это, но была уверена, что девушку не накажут. Вместо этого сказал:

- Скоро будет готова беседка, в которой сможете разместиться с большим удобством.

- Спасибо, - поблагодарила ещё раз. - Но не нужно столько усилий... - реально было неудобно за ту заботу, которую он мне демонстрировал.

- Как вы себя чувствуете? - спросил, не ответив и на эти мои слова.

- Хорошо... Правда, хорошо, - прислушалась к себе, тревога больше не тянула, а кошка у ног добавляла позитивного настроя. - А чем её можно будет покормить? А кличка у неё есть? - вспомнив про кошку, тут же переключилась на вопросы о ней.

- Называйте как нравится, - получила равнодушный ответ. - Её покормят.

- Я хочу покормить сама, - попросила робко, всё никак не могла привыкнуть к тому, что любой мой каприз исполняется.

- Еду принесут, - сказал мужчина ровно и сделал несколько шагов за мою спину.

- Вы ещё придёте? - спросила зачем-то.

- Приду. Прослежу, чтобы вы больше не сбегали, - сказал спокойно и всё, почувствовала, что рядом его нет.

Кто же ты такой, мой непонятный супруг? Что же нас связывает? Для чего такому равнодушному тебе, я?




Глава 3


Родственники



Наверное, мой супруг не мог выбрать лучшего стимула, чем сказать, что его здоровье напрямую зависит от моего. Теперь очень хотелось выздороветь и побыстрее. Если это хоть как-то поможет мужчине, что мучается из-за жуткой болезни... Ещё и любопытство зудело. Так хотелось знать, где богатырь подцепил такую страшную гадость. Да и другим вопросом задалась. А это заразно? Содрогнулась, представив, если да. И тут же одёрнула себя, застыдившись того, что душу омыло очередной волной брезгливости. Как перебороть себя? Вроде что-то и тянет меня к этому мужчине, и в то же время отталкивает от его спокойствия и болезни.

Кошка сидела у меня на коленках и мурлыкала, пока я чесала её за ушком, а я думала, думала, думала. Благо свободного времени много и девать его некуда. Скоро сходить с ума начну от скуки, одиночества и кучи вопросов. Кто я? Что я? Как оказалась замужем? Как мы с моим супругом познакомились? Почему он так заботится обо мне? Когда и как я первый раз умерла? Как меня вытащили с того света? Значит, я не умерла окончательно когда-то, да? Откуда тогда ощущение того, что со смертью успела познакомиться лично и основательно?

Киса среагировала на писк одного из проснувшихся котят и в душе нежно защемило, когда кошка спрыгнула с моих коленок и принялась вылизывать крохотное чудо, которое тыкалось мордочкой в воздух, пищало и пыталось приподняться на подгибающихся и непослушных лапках. Хочу детей! Своих детей! Чтобы было о ком заботиться, кого любить. Интересно, как супруг отреагирует на это моё желание? Хихикнула, представив себе его реакцию, но улыбка тут же увяла, стоило вспомнить в каком состоянии кожа мужчины, который является моим супругом. Ему точно не до детей сейчас. А вообще он их когда-нибудь хотел завести? Если нет, то зачем он женился на мне? Столько всего, чего я не знаю и что хочется узнать, прямо сейчас, срочно, срочно.

И словно в ответ на мои мысленные вопросы, глаза ослепило яркое сияние. Свет истины? Только знаний что-то не прибавилось. Долго моргала, тёмные солнышки, отпечатавшиеся на сетчатке глаз, не давали видеть нормально. А проморгавшись, неприлично вылупилась на невероятно красивого мужика, что внимательно оглядывался и бормотал себе под нос:

- Неплохо, неплохо. Только простора не хватает, - а потом невероятное, голубоглазое и светловолосое чудо обратило своё внимание на меня. - Смотрю, мой подарок пришёлся шур по вкусу.

Не сразу сообразила, что обращаются ко мне. Но даже тогда продолжила глупо моргать, в попытках осознать, что вот это вот мужское великолепие существует на самом деле. Тонкий, изящный нос, чётко очерченные скулы, огромные, ярко-голубые глаза под длинными ресницами, коротко остриженные золотые волосы, высокий рост, широченные плечи и фиговый листок на самом стратегически важном месте. Данная форма одежды не скрывала красоты накачанных рельефов и мне только оставалось капать слюной на плед и таращиться на восьмое чудо света.

- Котята, говорю, понравились, да? - обратился он ко мне повторно.

- Да, - механически кивнула головой, так толком и не въехав в вопрос.

- Моя прекрасная леди, - галантно встал на колено этот красавчик и, нежно играя глазами, соблазнительно улыбнулся. - Я вижу, мы с вами найдём общий язык, - подхватил мою ручку и облобызал тыльную сторону ладони.

- Отец? - в голосе за моей спиной слышался спокойный вопрос.

- Не даёшь с дамой побеседовать, - недовольно отозвался мужчина и поднялся с колен.

- Эта дама -- моя жена, - буднично сообщил мой супруг. - Что за фарс, отец?

- Девушке нужны положительный эмоции. Такой Бездушной Сволочи как тебе, этого не понять. Ты-то не догадаешься её повеселить и порадовать. Учись, пока я жив, - голый мужик щёлкнул пальцами и рядом с моим, тут же образовалось ещё одно кресло.

- Ты будешь жить вечно. Глупая шутка. И не смешная, - ответил богатырь в плаще и присел на стул возле меня.

- А у тебя вообще нет чувства юмора, - спокойно отпарировал красавчик.

И что-то такое холодное проскользнуло в его тоне и голубых глазах, что мне стало не по себе. Маска галантного шута соскользнула? Для чего её было надевать?

- Зачем ты вмешиваешься? - ровно поинтересовался мой муж.

- Захотелось, - фыркнул гость. - Шур это такая редкость... - протянул он.

- Вот именно поэтому я ничего и не хотел тебе говорить, - мне почудилось, или в голосе богатыря проскользнуло что-то похожее на досаду?

- А то я сам не знаю, что происходит, - фыркнул красавчик. - Не обращай на него внимания, Алина, - обратился ко мне и снова улыбнулся, притом так, что на щеках образовались ямочки. - Весь в мамочку. Такой же неласковый стервец, как она. Но хорош, да, хорош... Как сына и не похвалить?

- Отец, - холодно сказал мой супруг. - Госпожа видела уже меня без плаща и перчаток.

- Всего лишь? А почему только без плаща и перчаток? Не знал, что ты такой затейник, - когда до меня дошло, что мой свёкор имеет в виду, тут же залилась краской смущения. - Делать детей в штанах... Даже я не мастак на такое, - поцокал языком красавчик. - Знаешь толк в извращениях.

- Я не стал пугать леди и снимать штаны, - язвительные нотки всё-таки пробрались в голос моего супруга, папаша явно его допёк. - Ей хватило и моего лица.

- Покажи, - тут же потребовал враз посерьёзневший весельчак.

- Не здесь, - ровно ответил богатырь.

- Я не могу здесь надолго задерживаться. Ты знаешь. Показывай, - маска рубахи-парня как исчезла, так более и не появлялась, а голубые глаза сверкнули, намекая, что лучше бы послушаться.

Мой супруг неохотно стянул одну перчатку. Красавчик молчал, сканируя не гниющую конечность богатыря, а выражение моего лица. Какое-то время я завороженно и с жалостью смотрела на истекающую гноем ладонь, а потом очнулась, почувствовав на себе заинтересованный взгляд.

- Как интересно... - протянул голый мужчина. - А теперь, Дронд, свали. Мне нужно поговорить с Госпожой наедине. Без подслушивающих. Иначе, перестану помогать.

- Я не любопытен, - ровно ответил богатырь, надел перчатку и встал со стула.

- Я тут присмотрел бездомную собачку. Ей дом нужен. Сегодня перекину новую жительницу, - глядя на меня, сказал красавчик. - Как, Господин, не против?

- Твои советы пока давали только положительные результаты. Присылай, - разрешил мой супруг.

И снова почувствовала, а не столько увидела, что мой супруг исчез. Красавчик тут же всё внимание сконцентрировал на моей персоне, разглядывая как экзотику в зоопарке.

- Светишься. Действительно, светишься, - покачал он головой и улыбнулся.

- Вы не могли бы одеться? - справилась со своим смущением и попросила.

- А зачем? - удивился мужчина.

- Как-то неудобно, беседуя с явно уважаемым человеком, смотреть ему не в глаза, а на фиговый листок, располагающийся ниже талии, - очень вежливо обосновала свою позицию.

- А я не человек. Мне можно, - довольно хмыкнул мужчина, но мою просьбу выполнил.

Был фиговый листок -- не стало. На этом моменте я просто зажмурилась, а когда решилась приоткрыть один глаз, красавчик был уже одет в синий сюртук с иголочки и серые штаны. Обуви на этом фрукте не наблюдалось, а рубашка под сюртуком отсутствовала. Имелся жилет на голое тело, вместо рубашки. Паяц... Ещё и тростью зачем-то обзавёлся.

- Кто же вы, если не человек? - надо же знать, какая там генетическая наследственность будет у моих детей, если таковые появятся когда-нибудь.

- Так, - неопределённо помахал рукой в воздухе.

- А мы правда с вашим сыном женаты? - юлит и не хочет отвечать, так что, и этот вопрос, скорее всего будет в молоко.

- Правда, - нахмурился красавчик.

- Благословлённый Богами брак? - уточнила зачем-то.

- Благословлённый. Моя работа, - просиял мужик, снова продемонстрировав ямочки на щеках.

- А зачем? И как это -- ваша работа? - было так любопытно, что повернулась к собеседнику всем корпусом, желая видеть голубые глаза лучше.

Зеркало души как-никак. Авось что интересное для себя уловлю.

- А вот так... А зачем... - задумчиво пофыркал, повертел трость в руках и ответил: - Надо было так. Очень надо было.

- Кому? - не удержалась от следующего вопроса, грех не воспользоваться появившимся источником информации.

- Так, деточка. Мне уже пора уходить, а главного я так и не сказал. Жизнь моего сына, и его здоровье зависят сейчас напрямую от тебя и твоего настроя. Не заставляй Дронда тратить силы на то, чтобы призывать твой дух обратно, как ему уже пару раз пришлось сделать. Знаешь ли, подобные процедуры не способствуют выздоровлению, - поднялся с кресла, которое тут же исчезло. - Всё узнаешь в своё время, - ответил он на все мои невысказанные вопросы твёрдо. - И последний подарок, напоследок, - повёл рукой перед собой и воздух тут же наполнился гудением пчёл и щебетом птиц. - Будут они жить или нет, тоже зависит от тебя, - произнёс загадочную фразу и исчез во вспышке света.

Не мог без спецэффектов обойтись. Позёр и паяц. Разочарованно фыркала ещё долго после того, как в очередной раз проморгалась. Не удалось выудить полезную информацию. Только подтвердить то, что мне ранее супруг говорил и выяснить, что мой свёкр -- Бог. Не густо. А, да! Ещё узнала, как мужа зовут. Дронд. Странное имя. И ни о чём мне не говорит.

Рядом со мной появился один из лекарей и служанка, ранее они куда-то исчезли, стоило только свёкру появиться. А сейчас явились, не запылились. И мясо для кошки принесли. Киса запах учуяла, но приближаться к моим присматривающим не решилась. Только голодно голубые глаза горели, да кончик хвоста нервно дёргался. Забрала тарелку с мелко нарезанными кусочками отварного мяса у служанки и скинула с себя плед. Шикнула на лекаря, который попытался заступить мне дорогу и встала с места. Присела на корточки рядом с кошкой и взяла с тарелки первый кусочек мяса. Протянула кошке, которая урча, мягко вытащила гостинец из моих пальцев. Культурная какая, не стала накидываться на еду и на меня, заодно. И жуёт неторопливо, аккуратно... аристократка. Проглотив первый кусок, киса тут же потянулась ко мне, обнюхала пустые пальцы и вопросительно мявкнула, требуя ещё. Протянула ей следующий кусок. А потом ещё один, и ещё. Забывшись в наблюдениях за кисой, несколько кусочков мяса запихнула себе в рот... Не сразу и заметила, что немного ошиблась с адресатом.

- Ой, - и хихикнула, прикрыв рот ладошкой. - Объела я тебя, Леди, - кличка как-то сама собой придумалась для кошки.

Уж очень аристократически воспитанно киса себя вела. Настоящая леди до кончиков усов и когтей. Леди, предпочитающая беспородных котов плохишей. Забавное сочетание. Хихикнула ещё раз, уж очень смешно было представить себе мою аристократку в обществе дранного дворового кота. Настоящие Ромео и Джульетта. Совмещение несовместимого. Усмехнулась глупостям, которые бродили в голове и поднялась с корточек. Как раз котята проснулись, запищали, завозились. Леди тут же заволновалась, принялась обнюхивать своё потомство, а потом удобно устроилась на боку, давая возможность крохам добраться до молока. А когда все трое примолкли, добравшись до её пуза, довольно зажмурилась, изредка вылизывая то одного, то другого котёнка. Малышня быстро наелась и скоро снова дрыхла, пригревшись под маминым боком. А я смотрела на них и умилялась. Такие лапочки, душа аж разворачивается, сворачивается и снова разворачивается.

- Вот оно как, - кто-то произнёс за моей спиной. - Это ты, значит, шур?

Обернулась, с удивлением разглядывая темноволосого и темноглазого мужчину. Смотрел он на меня надменно и с насмешкой.

- Вы кто? - нахмурилась, этот визитёр не выглядел безобидным и ощущался мной, как живое воплощение опасности.

- Твой деверь, - просветил меня мужчина спокойно.

Красивый, но очень суровый. И складочка у губ недовольная. И хмурится, глядя на меня. И глаза прищурил недобро. Лекарь со служанкой снова испарились и с родственником мы сейчас были один на один.

- А зачем вы пришли? - повернулась так, чтобы собой прикрыть от недоброго взгляда кошку с котятами.

- На тебя посмотреть, - окинул он меня мрачным взором с головы до ног. - Выжила, значит. И светишься. Всё равно ему всех условий не выполнить, - мерзко ухмыльнулся и повернулся лицом к моему появившемуся супругу. - Что будешь делать с браком, когда до последнего условия дойдёшь? - спросил у него, посмеиваясь. - Не ожидал я от тебя такой глупости... Меня ещё переспорить никому не удавалось, братик.

- Что за спор? - тут же влезла в разговор я.

- О вашем здоровье, Госпожа, - ответил спокойно мой супруг. - Бог Судьбы утверждает, что вы не выживете. Я думаю иначе.

- Ну-ну... - многообещающе протянул мужчина и сделал несколько шагов навстречу богатырю. - Меня переспорить ещё никому не удавалось, - повторил он ещё раз. - Даже помощь отца не спасёт ситуацию и благословлённый им брак.

- Посмотрим, - не сдал позиций мой благоверный. - Всё сказал, что хотел? Свет ждёт тебя, братец. Уходи, - и всё это ровным, холодным тоном.

Какие сложные взаимоотношения в этой семейке. Отец -- Бог. Брат -- тоже Бог. Кто же тогда мой муженёк? Тоже Бог? Как меня угораздило за него замуж выйти? И почему я об этом ничего не помню? Как всё запутано, однако. Деверь задерживаться не стал, одарил мерзкой ухмылкой и меня, и моего супруга, а после испарился.

- И что это было? - спросила у мужчины.

- Визит вежливости, - ответил спокойно. - Как себя чувствуете, Госпожа?

- Хорошо, спасибо, - отозвалась на этот вопрос кривой улыбкой. - Не расскажете, да?

- Это наши с ним, давние, проблемы. Вас они не касаются. Просто не болейте больше, - голос как обычно звучал ровно. - Сегодня вы сможете переехать в защищённую беседку. Там мои родственники вас побеспокоить без предупреждения больше не смогут.

- А корзинку для кошки с котятами попросить можно? - спросила тихо, боясь усугубить состояние супруга и в то же время переживая за животных, которым не очень удобно прямо на земле располагаться.

- Принесут, - как и следовало ожидать, мой каприз тут же нашёл отклик в мужчине. - Что-нибудь ещё?

- Если ваш отец -- Бог и брат тоже. То кто вы? - не удержалась от вопроса, не ожидая на него честного ответа.

- Повелитель умерших, - ответил, сверкнув глазами.

- Где мы тогда находимся? - тут же вырвался следующий вопрос.

- Об этом рано, - увильнул от ответа. - Вам нравится ваш сад?

- Да, очень, - улыбнулась, окинув взглядом окружающие нас деревья и цветы.

- Отлично, - сказал так, будто задавал вопрос просто из вежливости и ответа не ждал. - Какие ещё пожелания будут?

- Я хочу, чтобы вы рассказали о нашей свадьбе. Я ничего не помню, - сам предложил, никто за язык не тянул.

- Давайте об этом мы поговорим, когда вы выздоровеете окончательно, - снова не захотел дать ответов на интересующие меня вопросы.

- Почему не сейчас? - нахмурилась, вот ведь жук.

- Вы ещё слабы. Вам лучше отдыхать и не думать ни о чём лишнем, - продолжать светскую беседу не стал, просто развернулся и ушёл.

И как с таким таинственным супругом дело иметь? Что, такой безрадостной была наша свадьба и само знакомство, что вспоминать неохота? Вздохнула, наблюдая за тем, как появилась служанка с корзинкой в руках. Хорошо хоть мягкие подушки догадались сразу в неё положить. А то пришлось бы выпрашивать отдельно. И даже одеяльце есть, чтобы укрывать малышей, когда мамуля прогуляться решит. Уже неплохо. Интересно, что за псину мне свёкр решил подкинуть, чтобы скучно не было?





Глава 4


Горести и радости братьев наших меньших



Дни пробегали за днями, ночи за ночами. Беседку мне оборудовали по высшему разряду. И спала я теперь на улице, на свежем воздухе, уплывая в сон, под шелест листвы и пение ночных птиц. Обещанную собачку мне доставили в тот же день, когда свёкор приходил. Супруг принёс облезлую и худую псину, ко всему прочему ещё и беременную. Она дрожала, мёрзла и смотрела на меня несчастными глазами. Волей неволей пришлось мыть, остригать колтуны, выводить паразитов... И всё это при помощи и под приглядом лекарей. О лишнем даже подумать некогда было. Какие мысли и вопросы, когда всё свободное время занимали кошка, больная псина и прогулки по моему саду? Ещё и птичек подкармливала регулярно, памятуя о том, что свёкр сказал, когда уходил. Мало ли что он там имел в виду. Но я предпочла подстраховаться от смерти живности обычным способом.

Попросила развесить кормушки и в обществе служанки ежедневно обходила их, засыпая зерном. Только о пчёлках и бабочках позаботиться была не в силах. Не нектар же просить супруга организовать. Это уж как-то чересчур. Вот и переживала за них, поглядывая нет ли где трупиков насекомых. Пока не попадалось ничего подобного на глаза и оставалось только гадать, что хотел сказать свёкор несколько дней назад.

С каждым днём чувствовала себя всё лучше и лучше, и так же ощущала, моему супругу тоже легче становится. Кровавые следы больше, по крайней мере, не оставлял. И регулярно приходил проведать и проследить, как ем, как выполняю предписания лекарей. Последние пару дней задерживался даже после того, как убеждался -- всё в порядке. Сидел и наблюдал за тем, как я с живностью вожусь. Котёночек, один из трёх, очень меня беспокоил. Был более слабеньким, чем братишка и сестрёнка. Еды ему явно меньше доставалось. Приходилось подкармливать из бутылочки с соской. А он всё равно на лапках плохо держался, и предпочитал больше лежать, чем куда-то двигаться.

И этим утром, когда Дронд пришёл проведать меня, обеспокоенно следила за тем, как котик хандрит в одиночестве. Леди его подталкивала носом к себе, облизывала, а он лежал и не двигался.

- Как ваше самочувствие? - именно с этого вопроса, заданного ровным тоном, начинались мои дни.

- Хорошо, спасибо, - наша беседа, с небольшими изменениями, повторялась из раза в раз.

Он садился в кресло, стоящее у ажурной стенки беседки, по которой карабкалась цветущая, вьющаяся роза. Откидывался на спинку и превращался в статую. Но статую, внимательно следящую за тем, как я ем, пью лекарство. Обязательно лично провожал в комнаты, дабы я могла помыться, при помощи служанок сменить одежду, да прочие туалетные ритуалы совершить. После мы вместе выгуливали псину, которая старалась от Повелителя умерших держаться подальше. И такое её поведение мне было вполне понятно. Животные такие вещи лучше чувствуют, чем люди. Не зря же и кошка моего супруга не привечает. И слуг с лекарями тоже. Это наводило на определённые размышления. Но я старалась в эту сторону не задумываться, дабы сильно не пугаться.

Сегодня тоже всё шло по накатанной, я поела, выпила бодрящее лекарство. Прогулялась в обществе мужа по тёмному коридору. Привела себя в порядок в светлой комнате, единственной светлой, как однажды проговорился Дронд, которая значилась моими официальными апартаментами. А вернувшись в беседку, тут же почувствовала неладное. Леди жалобно мяукала и безостановочно вылизывала хиленького малыша. Переворачивала его носом и снова лизала. Потом, завидев меня, идущую в обществе супруга, схватила безвольное тельце за шкирку и потащила ко мне. Положила к ногам и начала жаловаться, рассказывать на своём кошачьем языке. И снова, и снова прерывала жалобное мяуканье, чтобы облизать и обнюхать малыша. Во мне она, явно, видела кого-то всесильного, способного решить проблему и заставить котёнка реагировать на её действия.

Присела на корточки, склонившись над крохотным тельцем. Положила малыша на ладонь и поднесла к лицу ближе. Крохотное сердечко не билось. Котёнок был мёртв. А я даже имя ещё ему не успела придумать, как и собаке. Сердце разрывалось от боли, слёзы сами собой полились из глаз. Леди плакала со мной, только по-своему, по-кошачьи. Так жалко было счастливую недавно кошку-мать. И малыша-котика тоже. Он даже мир ещё не успел увидеть. Глазки не открылись. Вот-вот должны были... и не выжил, самый слабенький в выводке.

- Его я не смогу вытянуть, - присел рядом со мной на корточки супруг.

- Меня же смогли, - глянула на него сквозь слёзы с надеждой.

- Нас с ним не связывают брачные узы, - холодно сказал мужчина.

- Пожалуйста, помогите, - готова была встать перед ним на колени, лишь бы больше не слышать разрывающего душу мяуканья Леди.

- Не могу, - глухо и безэмоционально отозвался богатырь.

- Пожалуйста, - опустилась на колени, протягивая крошечное тельце неумолимому Повелителю умерших. - Он должен жить... Он же такой маленький...

Я готова была умереть рядом с этим крошкой-котиком, так больно и плохо мне было.

- Свет гаснет, - произнёс лекарь, тоже наблюдавший эту сцену.

Мне почудился лёгкий смешок где-то там, на краю бьющегося в агонии сознания. Из последних, как-то быстро убывающих сил, прижала тельце к себе, орошая кофейную шубку слезами и почувствовала, как моих рук коснулась обнажённая ладонь Дронда. Успела заметить, что кожа выглядит много лучше, чем раньше. Не гноится больше, не гниёт и не трескается. Накрыл рукой мои пальцы, сжал. Такая большая ладонь по сравнению с моей. Настоящий богатырь. Подержал немного и, о чудо, почувствовала, как котёнок шевельнулся. Очень легонько, еле заметно пока. Но шевельнулся. Отодвинула ладошки от груди, глядя на маленькое чудо. Малыш раскрыл крошечный ротик и запищал. Слёзы из моих глаз, стоило только услышать этот звук, хлынули просто градом.

- Спасибо, спасибо, спасибо, - шептала, подняв глаза на мужчину.

- Первый и последний раз, - голос Дронда звучал устало и глухо.

Раны на его руке снова вскрылись и загноились, это я успела заметить даже сквозь слёзы. И сердце теперь полоснуло жалостью к супругу. Перевела взгляд на малыша, приподнявшегося на лапках, у меня в ладонях и улыбнулась сквозь слёзы:

- Живчик.

- Подходящее имя для умершего котёнка, - оценил мужчина и поднялся с колен.

Его качнуло и он, развернувшись, направился на выход из моего сада. Ничего, далеко от меня не уйдёт. Всё равно тревога вслед за ним тянет. Не усижу же на месте. Пока же опустила ладони вниз, давая возможность встревоженной Леди обнюхать котёнка и убедиться, что с ним всё в порядке. Кошка осторожно ухватила своё сокровище за загривок и потащила в корзину к остальным. Я пошла следом, чтобы убедиться, что всё теперь у неё в порядке, а заодно псину проведать. А то забилась под стол и сидит там, не хочет показывать нос лишний раз, когда мой супруг здесь находится. Постоянно с трудом вытаскиваю на прогулку, упирается всеми лапами.

- Будешь Найдой, - решила больше не медлить с раздачей имён и не стала заморачиваться с собакой.

На мой голос крупная дворняга выбралась из-под стола и преданно заглянула в глаза. Я погладила подарок свёкра, тоже кофейного цвета, без пятен, и произнесла:

- Гулять.

Найда замахала хвостом и выбежала из беседки. Сделала шаг за ней и меня качнуло. Лекарь тут же подбежал, подхватил под локоток и сказал:

- После пережитых эмоций вам лучше полежать.

Хотелось с ним поспорить, но не получилось. Голова закружилась и мне помогли улечься на моей удобной и, самое главное, тёплой постели. Подложили подушки под спину и пголову, накрыли лёгким одеялом. Лекарь притащил знакомое питьё и заставил его выпить. Беспокоило то, что собака осталась без нормальной прогулки. Но ей должно было хватить сообразительности, чтобы самой вернуться обратно. А у меня, действительно, что-то не осталось сил, чтобы присматривать сейчас за кем-то. Лежала, прикрыв глаза, и думала. О супруге своём. Что им двигало, когда он помог котёнку? Ответа на этот вопрос найти не могла. Но сердце таяло от благодарности за эту маленькую спасённую жизнь. Так хотелось чем-нибудь в ответ отдарить, но не знала чем. Что может быть нужно Повелителю умерших кроме выздоровления? И почему он сам выздороветь не может? Как-никак сын Бога, и тоже обладает божественной силой. Что ему какая-то болезнь? Прокляли? Кто? Бог Судьбы? И что нужно, чтобы проклятие снять, если оно есть? Я? Для чего? Да я бы с радостью, если бы знала, что делать. Что там Бог Судьбы про пункты говорил? Что их выполнить нужно... Может, что-то там сделать надо, с моим участием, в определённой очерёдности и потом болезнь Дронда пройдёт? И опять много вопросов, на которые нет ответов. Где их искать? И верны ли мои догадки? Как проверить?

Сама и не заметила, как уснула за всеми этими размышлениями. А проснувшись и спустившись со своего удобного ложа, обнаружила, что Найда так и не пришла. Потерялась? Что-то случилось? Беспокойство тут же подняло голову и заставило крикнуть:

- Найда, Найда! Где ты? Иди сюда, мяса дам! Найдочка, хорошая моя, где ты? - паника усиливалась, собака так и не появилась. - Найда не приходила после прогулки? - спросила с тревогой у служанки и лекаря.

Те отрицательно помотали головами и развели руками, мол не видели, не слышали, не знаем.

- Кто идёт со мной её искать? - спросила у них.

Вызвался в провожатые врач, правда, прежде попытался уговорить меня никуда не ходить. Но я стояла на своём. Слёзы копились, готовые вот-вот прорваться наружу рыданиями и мужчина сдался перед моим отчаянием. Предложил свою руку для опоры и, накинув шаль на плечи и оправив мятое платье, поддерживаемая лекарем, отправилась на поиски собаки. Звала её, а она не отзывалась. И я всё больше и больше волновалась. Мало ли что с подарком случилось. Если она как котёнок? Супруг чёрным по белому заявил, больше благотворительности не будет. А я не переживу, если что-нибудь с моей питомицей случится.

Мы прошли почти весь сад, прежде чем обнаружили пропажу, рожающую под кустом. Теперь понятно, почему не вернулась обратно и не откликалась. Занята была, очень. И процесс продолжается, если я не ошибаюсь. Лекарь вылупился на это чудо так, будто первый раз как собака щенится видел. А ведь Найда его к себе не подпустит, не жалует как и Дронда. Придётся мне как-то ей помогать? Как? Я роды никогда не принимала. А даже если и принимала когда, то об этом ничего не помню. Прошлая жизнь всё так же оставалась для меня тайной за семью печатями.

Прикинув всё, велела лекарю позаботиться о том, чтобы найти подходящую корзинку для Найды. Так же ему вменялось в обязанность притаранить моё любимое, удобное кресло с пледом. А после собрать консилиум врачей. Будут стоять рядом и подсказывать, всё ли так идёт или нет. Надеюсь, от нашего внимания собаке плохо не станет.

Лекарь уходить не стал, а вот всё нужное притащили другие. И для себя стулья тоже принесли. Ждать пришлось ещё пару волнительных часов, но для Найды всё прошло беспроблемно, как и для её щенков. Все были живы и здоровы, да ещё и довольны жизнью. И самое удивительное -- она позволила мне лично перенести и её, и щеняток в корзину, на подушки. Жадно попила, лениво поела, но только после того, как полностью обнюхала и облизала своё потомство. Так, теперь у меня мамашей больше стало. И что мне с этим питомником делать? Я ж над ними после случая с Живчиком трястись буду как ненормальная. Инфаркт мне обеспечен, если кто решит чихнуть не так.

Торжественно несла тяжёлую корзину в руках, не доверив её никому. Да и Найде не понравилось бы, если б кто-то другой взялся за это дело. Шла и улыбалась во все тридцать два зуба, так умиляло меня собачье семейство. Кажется, моему сердцу теперь есть ещё кого любить... Споткнулась, продумав ассоциативную цепочку до конца. Мне есть кого любить. Есть ради кого жить. Я хочу жить, значит на поправку иду быстрее. А раз быстрее, значит супруг тоже выздоравливает. Кажется, теперь я понимаю, ради чего мне весь этот зверинец подарили. Но это не умаляло радости от того, что Найда ощенилась. Целых пять невнятных пока крох. Вот окончательно обсохнут и будет видно, какого они цвета. И тоже, как котята, будут расти и заставлять улыбаться чаще. Поймала себя на мысли, что помню, как это смешно, когда маленькие котейки играют или спят, или умываются, или мурлычат. Отклик памяти о прошлой жизни? Или это как с тем, что я умею ходить, говорить, видеть? Всё на автопилоте и потому, что кто-то или что-то мне эти возможности оставил?

И только устроив корзину неподалёку от жилища Леди, вспомнила о муже. Кстати, кошка с собакой, даже не думали ссориться. Как Найда появилась, эти двое соблюдали мирный договор и друг к другу не совались. Как теперь мамаши уживутся? Не будут переживать за потомство, когда оно друг с другом начнёт играть? Или тоже воспримут спокойно?

Уверенно прихватила служанку с собой и направилась в жилые помещения, под предлогом, что себя в порядок привести нужно. А там по отработанной когда-то схеме ускользнула в темноте. Ведомая тревогой за супруга, уверенно нашла дорогу в его комнаты. В этот раз дверь была закрыта, но подалась под моими руками. Стоило только в неё толкнуться.

- Вы снова? - этот голос я узнаю из миллионов.

- Вам плохо, - сказала так, будто бы это всё объясняло. - Я могу чем-то помочь?

- Просто уйдите, - произнёс ровно, без эмоций. - Ваш свет обжигает. Свет и истинная Тьма не совместимы.

- Так почему же тогда я здесь? - не имела в виду данную конкретную комнату и мужчина, кажется, это понял.

- Так надо, - кто бы сомневался, что объяснять мне ничего не станут.

- Но я очень хочу помочь, - попробовала ещё раз достучаться.

- Уходите, - холодно повторил просьбу Дронд.

- Хорошо, - покорилась его желанию.

Раз говорит, что мой свет обжигает, не буду доставлять ему лишние мучения. Брела в свой сад в расстроенных чувствах. Мне так искренне хотелось помочь ему. Но это не в моих силах, если верить супругу. Но так не правильно. Он же смог мне помочь. С того света вытащить, если свёкор не соврал. Почему я не могу? Моя душа просто требует того, чтобы облегчить состояние супруга. А как это сделать я не знаю. Очень много отдала бы за то, чтобы узнать. Но информацию взять негде. Вся эта семейка играет в какие-то свои игры, используя меня. И никто ничего не собирается мне рассказывать. И всё, что я сейчас могу, если хочу помочь Дронду, не болеть самой. Что же. Тогда займёмся собственным настроением и самочувствием. Хоть маленькая, но помощь.





Глава 5


Я к тебе, ты от меня



После приснопамятного разговора супруг стал избегать меня. Нет, всё так же приходил, справлялся о самочувствии, но не оставался надолго. Не садился в кресло, не следил за тем, как я ем, не гулял со мной и Найдой. Старался вообще близко не подходить и не прикасаться ко мне.

Первое время, думая о том, что ему, наверное, действительно больно и неприятно со мной дело иметь, принимала и понимала такое поведение... А через три дня на меня снизошёл свет истины и я обиделась. Теперь сухо общалась с вруном и гадом, и очень нетипично для своего стремления не причинять никому зла, очень хотела напакостить вредине. Свет ему мой не нравится. Ладно, я тоже могу быть вредной, когда меня ни за что, ни про что обижают.

На пятый день, достаточно наобижавшись, встретила супруга милой улыбкой и обращением:

- Дорогой, я так рада вас видеть.

Появилось ощущение, что мужчина прямо сейчас развернётся и смоется, поспешила подняться со своего удобного ложа и прошествовать к собирающемуся сделать ноги супругу. Положила ладошку на его плечо, руку поднимать пришлось высоко -- настоящая богатырская каланча, зараза. Вздрогнул так, будто ударить собиралась, а не побеседовать по душам.

- Что-то случилось? - отошёл от привычной схемы разговора, не удержался.

- Да, вы совсем не занимаетесь мной. Я грущу, - состроила несчастную мордашку.

- Раньше вы не грустили из-за этого. Что произошло? - тон-то какой холодный, но ничего, мы тоже не лыком шиты.

- Я вдруг поняла... - убрала ладонь с его плеча, легкомысленно улыбнулась, покрутила в пальцах светлый локон и решительно заявила. - Хочу детей. Это такое счастье...

- Детей? - кажется, мне удалось разбить лёд равнодушия и мужчина растерялся.

- Да, детей. Что вас удивляет? - делано изумилась и снова сладко улыбнулась, мечтательно закатив глаза. - Это такие маленькие, смешные существа, которые любят родителей просто так, ни за что. И да, я женщина, и люблю детей. Во мне сильно развит материнский инстинкт. И для полного счастья как раз детишек не хватает.

- Да? - обречённо спросил супруг, так ещё и не придя в себя. - Очень надо? - поднял руку перед собой.

- Э, нет, - остановила его. - Надо-то надо. Но вы не так меня поняли, дорогой. Я хочу детей от вас.

- От меня? - жаль, не вижу выражения его лица.

Кажется мужчина конкретно офигел и ужаснулся перспективе.

- А что не так? Вы же мой муж. У нас с вами семья, так? - спросила, но ответа не получила, потому продолжила дальше: - А в семье кроме мужа и жены кто ещё есть? - снова ответа нет, но я и сама могу всё рассказать. - Правильно, дети. По-моему, всё логично. Когда у вас будет свободное время?

- Свободное время? - голос супруга сел и мужчине сначала пришлось прокашляться, прежде чем он смог дать внятный ответ. - Давайте так, дорогая, - мне показалось или последнее слово произнесено с издёвкой? - Дождёмся момента, когда будете здоровы вы, и буду полностью здоров я. А потом и займёмся заведением детей.

- Снимите, пожалуйста, перчатку, - ответила совсем не так, как он рассчитывал, уверена.

- Это ни к чему, - твёрдо произнёс супруг, явно снова собираясь сбежать и попятился назад.

- А как я буду определять состояние вашего здоровья? - широко распахнула глаза, строя невинное выражение лица и сделала шажок к добыче. - Верить вам на слово я не рискну. Соврёте, не дорого возьмёте. Так что, снимайте перчатку, сейчас же!

- Хватит! - прорычал доведённый богатырь.

Надо же, не надолго его выдержки хватило.

- Мне ночью прийти проверить, что там у вас со здоровьем? - сделала вид, что тоже рассердилась и сделала ещё шаг навстречу, мужчина тут же попятился.

Добыча точно собиралась ускользнуть, потому я сделала рывок вперед и смахнула капюшон с головы вредины.

- Ага! - воскликнула довольно. - Что и требовалось доказать. Состояние здоровья вполне позволяет детей заводить. Возвращаюсь к прежнему вопросу. Когда у вас, дорогой супруг, будет время?

- Вы шутите, - мрачно ответил богатырь и натянул капюшон обратно. - И будьте так любезны, не пытайтесь снять с меня верхнюю одежду в вашем саду...

Договорить я ему не дала, блестя глазами, живо заметила:

- А не в саду снимать с вас одежду можно... Учту.

- Алина, - процедил сквозь зубы доведённый до бешенства мужчина, глаза под капюшоном горели зелёным огнём, и очень недобро.

- Вы назвали меня по имени? - снова перебила супруга и не думая играть по его правилам или слушаться. - О, дорогой! Наконец-то! Думала, никогда этого не дождусь. Теперь я точно верю, что наш брак благословлён Богами. Осталось только решить вопрос с детьми.

- Никогда, слышите, никогда не снимайте с меня одежду в вашем саду, - прошипел мужчина, сделав пару шагов мне навстречу и схватив меня за плечи, потряс изо всех сил. Чуть язык не прикусила от неожиданности. - Мне противопоказан свет. А вам тьма. Детей не будет, ясно?! - всё, клиент готов и его можно добивать, чем и занялась тут же.

Губы задрожали, глаза наполнились слезами -- стоило только вспомнить, как держала на руках мёртвого котёнка -- и я тихо спросила:

- Но как же?

- Ррррррр, - раздалось отчётливое из-под капюшона, пришлось всхлипнуть и закусить губу.

- Пожалуйста, - и побольше слёз в голосе.

- Хор-р-рошо, - выдал супруг, наконец. - Я подумаю над этим.

- Спасибо, - пискнула в ответ, подпрыгнула, обвивая шею мужчины руками и чмокнула в щёку.

Всё, мужика можно было выносить. Бережно стряхнул меня на постель, преодолев разделяющее нас с ней расстояние одним шагом и тут же испарился. А жаль. Я только-только собиралась спросить у него про звезду с неба. Авось и это сможет для любимой меня организовать? Точнее для любимого себя, ведь напрямую от моего самочувствия и состояния зависит. И так как я себя вполне неплохо ощущаю, он выглядит тоже вполне себе, вполне. Лицо приятное, чуток подпорченное не зажившими ещё шрамами. Но не гноится уже ничего и кровью не сочится. Глаза тёмные, с длиннющими ресницами. Волосы белые-белые, как снег. Ещё и высоченный вон какой. Дети от него, точно будут красивыми и здоровыми... Поймав себя на этой мысли, вылупилась в одну точку вытаращенными глазами. Это я что? То, что начинала как шутку, готова всерьёз провернуть? Положим, про несовместимость тьмы и света, мне заливают... Не зря же, раньше спокойно рядом со мной сидел, и только позавчера почему-то его мой свет раздражать стал. А ведь до этого не мешал совсем, лгуну. Не знаю уж что позавчера с Дрондом произошло, но дело тут не в совместимости или несовместимости Света и Тьмы. Интуиция сигнализирует, что не всё так просто... Впрочем, она может и ошибаться. Одно ясно, сегодня я ещё воспользуюсь её помощью, чтобы подоводить вруна.

Не отсвечивавшие во время нашего с супругом общения служанки и лекарь, осторожно приступили к утренним своим обязанностям, а я подчинялась их просьбам, не задумываясь. Вся ушла в размышления о жизни своей нелёгкой. И тайком улыбалась, вспоминая реакцию богатыря на моё заявление. Какой нервный оказался. Не хочет детей и боится как огня ответственности, с ними связанной, как это обычно у свободных мужиков бывает? Что же, хорошая такая слабость, на которой можно от души потоптаться.

Но отвлеклась от мсти быстро, у котяток глазки открылись. Синие, у всех, мутные... Но открылись. Теперь малыши будут расти, играть и новый мир осваивать. С головой погрузилась в умиление Живчиком, Красоткой и Лунтиком. Последнего малыша назвала так потому, что его кофейная шубка отливала серебром, создавая необычный эффект. Такие котятки красивые, просто чудо. А потом мне пришла в голову ещё одна идея. Велела слугам найти мне бантик на верёвочке. А потом, вздохнув, вслух посетовала на то, что кошачьих игрушек нет. Да, Леди сейчас занята своим материнством. Но, наверняка, не откажется побегать за чем-нибудь двигающимся, когда малыши спят. Кошки такое времяпровождение любят, и мне весело будет.

Вспомнив о кошачьих развлечениях, тут же зацепилась мыслью и о собачьем досуге. Не помешает мячик, или палка... Или что-нибудь ещё. Постепенно озвучивала слугам список необходимых вещей для моих животных:

- Маленькие мячи, но разных размеров. Мягкие игрушки. Перышки на верёвочке. Какую-нибудь коробку. Столбик, обмотанный верёвкой, чтобы Леди когти точить смогла... Тапочки. Искусственную косточку...И что-нибудь такое, в виде полочек на разных уровнях, так, чтобы кошка могла туда забираться и обозревать окрестности... Я ещё помню, как мой котяра любил бдить за территорией вокруг дома, сидя на перекладине лестницы всю ночь... - сказала, и осеклась. Потом тихо добавила: - Те дурные звуки, которые он издавал, завидев конкурента, забыть сложно...

Да, я его вспомнила. Глупого, полностью чёрного котейку. Который любил ходить за мной по пятам и мяукать, выпрашивая еды даже тогда, когда голоден не был. И его хотелось пришибить за это. В отличие от других котов, которых приходилось раньше держать, этот был самым глупым экземпляром. Двери открывать не умел. Играть не любил. А мамку его звали -- Леди. И это была сиамская кошечка, с врождённым аристократизмом и любовью к дворовым котам. Её ухажёра я тоже помню. Бело-чёрный дворовый кот, с оторванным в славных боях за внимание кошек, ухом. И котёнок когда-то у Леди умирал. Чёрная кошка последнего выжившего задушила. Правда, в той жизни воскресить я его не смогла... Дронда рядом не было. Это точно... И кошка сиамочка была не моя, а соседки, как и чёрная. А соседка любила кис под моим приглядом оставлять, когда моталась куда-нибудь в отпуск, за границу. Вот тогда-то Леди и окотилась, в один из таких отпусков. А чёрная кошка -- её кличку припомнить не удавалось, как и имя соседки -- ни разу ещё не гулявшая с котами, придушила того, который выжил после родов. Остальные... то ли чёрная кошка раньше придушила, то ли слабенькие были... но умерли сразу же, как Леди окотилась. Тогда я плакала вместе с кисой... Надо же, такое отражение кусочка моего прошлого в том, что случилось с этой, здешней Леди.

- Как давно? - до меня, сквозь шум в ушах, дошло, что рядом разговаривают.

Окинула растерянным взглядом окружение и вздрогнула. Служанки смотрели на меня в ужасе, лекари готовы были попадать в обморок, а мой супруг рычал на всех и сверкал зелёным светом нечеловеческих глаз.

- А что случилось? - спросила народ с удивлением.

Картина "Не ждали!" впечатляла. Все присутствующие вылупились на меня с таким похожими выражениями лиц, будто я мумия, которая возвращается, сколько её в окно и дверь ни выпихивай, да ещё и разговаривает. А мой супруг, погипнотизировав горящими светом гляделками, добил меня окончательно:

- Надо было сразу сказать, что вам так дети нужны... Приходите сегодня вечером в мою спальню. Будем выполнять ваше желание. Раз уж это так на вас действует...

Всё. Теперь можно было выносить меня. Прямо на кладбище и закапывать живьём. Я таращилась на мужа, открывала и закрывала рот, не в силах вымолвить ни звука. А этот фрукт развернулся и ушёл. Ошарашенная я, даже остановить его не успела. И? Что теперь делать? Сказать что передумала? Разыграть из себя умирающую лебедь? И почему Найда не могла немного подождать с родами? Сегодня они пришлись бы очень кстати.

Оттолкнула руку лекаря, протягивавшего мне чашку с лекарством. Вскочила с места, только сейчас обнаружив, что вообще-то лежала, а до погружения в прошлое, стояла. То-то все такие перепуганные. Я вот не помню, когда успела сменить место дислокации. Но всё равно не отказалась бы ещё хоть что-нибудь вспомнить. Так хочется знать, кто я, что я. Как здесь очутилась. Как замуж вышла... Но точно не по большой любви. Иначе бы отношение супруга было иным, и сердце бы моё хоть какую-то тень чувств, уверена, запомнило бы.

Тяжко вздохнула, глянула с тоской на Леди, потом на Найду. Чувствовали они себя на зависть прекрасно, по довольным мордахам видно. И Найда больше от моего супруга не прячется под столом. Предпочитает сторожить корзину с щенятами. Грамотных отмазок от супружеского долга в голову не приходило и я печалилась всё сильнее. Даже знакомая синичка, которая появлялась в моей беседке с завидной регулярностью, казалось, смотрела на меня с насмешкой. Так опростоволоситься ещё надо было суметь.

Интересно, а я ещё девственница или как? Очередной скачок мыслей в прошлое, но воспоминаний по этом поводу не обнаружилось. Про кошкину личную жизнь помнила, про свою -- нет. И как узнать, что там с этим деликатным вопросом? И надо ли оно мне? Как же много я про себя не помню и не знаю. Любопытно, а супругу пофиг, если у меня кто-то раньше был? И о чём я думаю в преддверии брачной ночи? И как бы её избежать, не потеряв лица? Не, я знаю, что мой супруг тоже не очень рад возможному воссоединения наших тел. Почему, кстати? Я, что? Совсем уж уродина? Вроде, отражение в зеркале было очень даже ничего. И фигурку я уже отъела себе неплохую. Благо грудь обозначилась лучше и бёдра, по сравнению с тем, какой была сразу после того, как очнулась. Или у моего мужа с ориентацией проблема? Или вообще не работает там ничего, а? Импотенция там, на почве несовместимости Света и Тьмы. А что... очень подходящий мне вариант, на данный момент.

До вечера я так ничего и не придумала. Как саботировать собственную брачную ночь? Снотворное не прокатит. Его у меня нет, и муж не простой остолоп с улицы. Связать активизировавшегося супруга нечем. Жаль, что мужнины родственники в гости больше не заглядывают. Внеплановый и неожиданный визит сейчас бы очень пригодился. Остаётся одно -- сделать вид, что задыхаюсь в темноте комнат супруга. В беседку не перенесёт процесс, так как сам признавался, что снять плащ в моём райском саду, для него не самое приятное событие. Вот на непереносимости тьмы и сыграем. Вариантов нет. А, может, просто не пойти и сослаться на плохое самочувствие?

Всё оставшееся до вечера время проходила как во сне, нервничая с каждым прошедшим часом сильнее и сильнее. К вечеру меня уже трясло от волнения и на кису с собачкой я смотрела совсем несчастными глазами. Улеглась в кроватку, тоскливый взгляд изображать не пришлось -- он сам собой проявлялся. Но несмотря на моё кислое выражение лица, служанка неумолимо вытащила меня из-под одеяла, не реагируя на жалобное лепетание, что мне плохо:

- Господин сказал, что вы себя чувствуете неплохо. Велел привести, - заявила она мне.

Сглотнула, услышав это. Если я чувствую, когда моему мужу плохо, может, и он тоже чувствует, когда плохо мне? Ой, если это так... Не поверит, когда начну изображать, что мне нечем дышать в его комнатах. Как же быть? Смелая не так давно, трусила безумно. Но меня безжалостно, в четыре руки вытащили из постели и повели в жилище Повелителя умерших. И только тогда, когда меня втолкнули в тёмную комнату, чуток пришла в себя и первой начала разговор, чувствуя супруга, прячущегося где-то недалеко во тьме.

- Что же вы врали, что Свет и Тьма не совместимы? - задала вопрос язвительным тоном. - Как оказалось, очень даже совместимы, раз есть вероятность рождения детей у нас с вами.

- А что это вы вопросом совместимости задались только сейчас? - спросил холодно и спокойно, подошёл ко мне и положил руки на мои плечи. А с рук перчатки-то сняты, его кожа обжигает мою даже сквозь ткань платья. - Утром вас это не волновало. Почему?

И вот как ответить на этот вопрос и не спалиться?

- Мне тяжело дышать, - попыталась ввернуть заготовленную отмазку.

- Странно, а мне кажется, что вы чувствуете себя вполне терпимо, - ровным тоном разбил её в пух и прах.

А ладони опустил ниже, с плеч, на грудь. Мамочки, что делается! Может, в обморок упасть?

- Как и вы, в моём присутствии, - хоть какой-то отвлекающий манёвр. - Зачем вы мне солгали, что мой свет вас обжигает? - сердито спросила, повысив голос.

- Я не солгал, - голос всё так же звучит спокойно, но очень уж близко от моего уха, дыхание мужчины чувствую кожей. - Ваш свет обжигает. Но я готов потерпеть... ради детей.

- Я н-н-не могу, - выдавила из себя, дышать, действительно, стало трудней.

То ли от того, что мужчина поцеловал меня в шею, то ли от тьмы, заполняющей комнату. Кажется, и притворяться не придётся, голова закружилась и очень захотелось потерять сознание.

- Почему? - задал вполне закономерный вопрос и принялся расстегивать моё платье.

- Я... - и вот как сказать в такой момент, что пошутила? - У меня... критические дни, - благословенная отмазка женщин всех времён и народов вовремя пришла в голову.

- У меня очень острый нюх, - блин, и в кого он такой непробиваемо спокойный?

- И? - подтолкнула его продолжить, дрогнувшим голосом.

- Вы не пахнете кровью, - мне кажется, или кто-то в темноте улыбается?

- У вас на всё есть ответ? - возмутилась не только из-за сказанного, но и из-за произвола, мужчина уже расстегнул часть мелких пуговичек спереди. - Пожалуйста, - не выдержала, наконец, попробовав прикрыться руками -- вспомнила, что кое-кто очень хорошо видит в темноте. - Не надо.

- Я только исполняю ваше желание, - непроницаемо и равнодушно констатировал мужчина. - Вы же хотели детей... А сделать их только так можно.

- Хватит, - взмолилась, вцепляясь в его руки, останавливая, не давая дальше расстегивать пуговицы.

- Почему? - снова тот же вопрос и слёзы сами на глаза просятся, от ощущения себя полной дурой.

- Я... не хочу... - всё, что удалось произнести, задыхаясь.

Дальше фраза упорно не хотела выговариваться.

- От прокажённого детей не хотите, - он не задавал вопрос, утверждал. - К чему тогда была эта шутка?

- Я обиделась на то, что вы мне солгали про Свет и Тьму, - правда давалась трудом, но лучше всё сразу сказать, чем продолжать эту пытку.

- Отомстить решили... Ясно. Надеюсь, вы поняли, что эта шутка не была смешной, - супруг выпустил меня из объятий и отошёл - не ощущался он теперь так близко. - Вы свободны, Госпожа.

- Я не хотела вас обидеть... - слезы сами собой полились из глаз.

Ведь правда не хотела, только очень глупо пошутила из-за того, что рассердилась. А он догадался, кажется. И решил меня наказать... Обидно. Не хочет на самом деле меня. Не нужна я ему как супруга. И детей от меня не хочет тоже... А я хочу? Всё-таки мы -- женщины, существа нелогичные. Только недавно умирала от страха, что заставят супружеский долг исполнять, а тут расстраиваюсь из-за того, что супруг и сам не хочет. Или тут что-то другое?

Не думая о том, что делаю, повернулась туда, где, знала, стоял мужчина, отвернувшись от меня. Быстро преодолела разделяющее нас расстояние и ткнулась с размаху шмыгающим носом в его спину. Обхватила руками за плечи и протянула:

- Простите меня, пожалуйста. Я не хотела вас обижать...

- Я не обижен, - холодно ответил он и отстранился от меня.

Подхватил на руки и понёс прочь из комнат. Мне на самом деле стало тяжело там находиться. Тьма давила, не давала дышать... Тьма была обижена на меня до глубины души... Почему я чувствовала, что это так, не взялась бы сказать. Но ощущала именно это. И плакала от этого ощущения в два раза горше. И тьма не хотела, чтобы я тут оставалась... Выдавливала меня в мой райский сад.

Когда мужчина уложил меня в кровать, в моей беседке, прошептала напоследок, ему вслед:

- Я не со зла. Не обижайтесь.

Отвечать не стал, просто ушёл и всё, так и не повернувшись на мой голос.

- Кажется, я всё-таки хочу от вас детей, - прошептала еле слышно, не видя мира вокруг из-за слёз.

Но меня супруг не услышал, ушёл давно. И след простыл...





Глава 6


Дубль три



Повелитель умерших прекратил появляться у меня. Совсем не приходил. Не проверял как я там. И я расстраивалась от того, что не приходит. Что обидела ни за что, ни про что, ничего плохого мне не сделавшего нелюдя. При лекарях и служанках делала вид, что всё нормально. Но стоило только остаться одной, слёзы сами собой лились из глаз. И не радовали даже котятки. И разноцветные щеночки Найды уже не вызывали такого умиления. Я прекратила с ними возиться и, реагируя на это, животные чахли вместе со мной. Жажда жизни испарилась, как не было её. Сад больше не казался райским местечком, а вызывал ощущение фальши. Декорации вокруг. Да, созданные для меня... Но декорации. Ненастоящие совсем. И птицы эти... Тоже один сплошной обман. Вон как выцветают на глазах, теряя яркость и живость. И цветы стали сыпать лепесточками, а деревья листочками. Умирание перед долгой зимой, пышные похороны всего живого, именуемые осенью... Через дня три я уже не вставала с постели, не реагируя на беспокойство лекарей. Вяло пила предлагаемое питьё, уходя с головой тоску.

А на четвёртый день на коже появился первый гнойник. И кожа рук, в локтевых сгибах, воспалилась и потрескалась первой. Дальше отвратительная, чешущаяся, гниющая и болючая сыпь спустилась ниже. А после выше, охватывая всё тело, добираясь до лица и головы... И чем сильнее прогрессировала болезнь, тем выше поднималась температура. Скоро я не сознавала себя, начав бредить и путая выдумку с реальностью. Организм не справлялся с этим ужасом... И даже мысль, что Дронд, судя по всему, заразил меня, не вызывала интереса. Да и мелькала она в редкие моменты просветления.

- Дал бы девушке чего хотела, - услышала в один из таких моментов и смогла разглядеть сквозь воспалённые веки свёкра, стоящего рядом с моей постелью. - Хотелось ей детей, так в чём проблема? Или тебя учить надо, как это делается? Романтика, любовь-морковь... Рассказал бы какая красивая, как жить без неё не можешь и вот это наблюдать не пришлось бы. Второй раз поженить я вас не смогу. Даже не рассчитывай.

- И старого обряда хватит, - глухо сказал мужчина в плаще.

Обиженный супруг, кажется, пришёл...

- В этот раз всё так просто не пройдёт. Ты от прошлого перетягивания болезни на себя ещё не отошёл полностью, - сурово проговорил свёкор.

- Дольше проваляюсь в постели. Мой иммунитет с этими возбудителями знаком с детства. Её - нет. Мне проще переболеть за неё, - ровно ответил Дронд.

- Где-то я уже это слышал, - хмуро отозвался свёкор. - Пока ты будешь в отключке, за порядком я присмотрю.

- Не распугай мне всех мёртвых. Они от прошлого раза ещё не отошли, - что-то похожее на кривую улыбку скользнуло по лицу моего супруга, скинувшего на плечи капюшон плаща.

- Сожжёшь кожу, - заметил отец сыну.

- Твой свет я выдержу. Тоже иммунитет с детства, - передёрнул плечами и поморщился.

Рисуется-то рисуется, но чувствуется, что ему неприятно. Коснулся моих гниющих рук своими пальцами, вздохнул и прикрыл глаза, склоняясь надо мной. Губами в губы, поцелуй что надо. Прокажённый супруг прокажённую супругу... Классная у нас семейка... Губы в процессе у обоих бы не отвалились... Сознание поплыло, то ли снова собираясь танцевать ритуальные танцы в обнимку с высокой температурой, то ли от воздействия Повелителя мёртвых. Забытьё было кстати, тело ломало от боли и желания почесаться. А так, хоть какой-то отдых от этих ощущений. Хотя бы за это спасибо супругу можно сказать.

Пришла в себя снова слабая, как новорожденный котёнок. Супруга рядом не наблюдалось, зато лекари в полном составе обнаружились. И свёкор тоже. Снова только в одеянии из фигового листочка. Тут же заметил, заметив мой офигевший взгляд:

- Я что, виноват, что меня так почитатели представляют, ваяют и рисуют? Приходится соответствовать. А то, паства не признает, так сказать, в лицо, если иначе одеваться буду.

- Тут паствы нету, - с артикуляцией справилась с трудом, но справилась, да.

- Ты на что это намекаешь? - тут же обиделся родственник. - Мешает мой листок? - заметил мой выразительный взгляд, не иначе. - Могу снять.

- Где?... - всё-таки тяжело ещё было говорить и двигаться.

Но приподняла руку, чтобы видеть, что с кожей... Чистая, как у младенца.

- Что где? Листок где снять? Так он у меня один единственный. Больше одежды не выдают, приверженцы веры, - помолчал и сказал уже серьёзно. - Ну, какое-то время нам с тобой без него справляться придётся, - заметил папаня супруга. - Отлежится, подумает о жизни. Изучит новые позы для заделывания детей. Не волнуйся, пока чисто теоретически... Практиковаться на тебе будет. Составит план ваших ближайших совместных ночей... И вернётся к нам, целый и невредимый.

- Может... без?.. - голос срывался, но очень уж заражал своей жизнерадостностью и энергией свёкор, тяжело было удержаться от вопросов.

- Без моего сына? - мужчина подался вперёд в кресле, окинул меня оценивающим взглядом. - А что? Я не против. Только отъешься чуток и выздоровей. Мы так зажгём, всё Царство Мёртвых век помнить будет. Нет, пару тысячелетий. И детей я тебе сделаю. Красивые будут. Обещаю. И умненькие. Вон, вишь, какой у меня сын? Высоченный, здоровенный, красивый... Тормозит только когда не нужно. А так, загляденье, а не сынок. Целый Повелитель мёртвых!

Как товар на базаре расхваливает, но не улыбнуться невозможно...

- Ты чего же это к моим подаркам так халатно отнеслась? Нет, не будем мы с тобой детей делать. Я обиделся! - гордо задрал нос свёкор и сложил руки на груди, резко сменив тему разговора. - Сынок отработает за меня. Ты только не отталкивай его. Он же ранимый.

Ранимый? Повелитель мёртвых? Не смешите мои тапочки... И тут же отвлеклась от этих мыслей. Бог чего-то там, нормально когда-то не представился, гадай теперь, чем заведует, встал с кресла, склонился над чем-то у моей кровати и поднял обе знакомые мне корзинки разом. В каждой руке по корзине, прямо на ладони, как подносы у официанта. Найда с Леди были совсем грустными, и шёрстка у котят с щенятами потускнела, и вид у всех больной... Ой, это я виновата, да? Руки сами потянулись погладить и слёзы сразу же навернулись.

- Больше так не делай, как бы мой сын тебя не расстроил. Он дурак, есть такое дело. Дальше своего носа не видит... Но ты-то! Ты-то могла вместо того, чтобы рыдать дни и ночи напролёт, пойти и помириться с ним. Кто мешал это сделать? - решил промыть мне мозги, пользуясь моментом, судя по всему. - Он с тебя пылинки сдувает, а ты этим и пользуешься. Он мужчина, некоторые шаги ему тяжелее даются. Ты первая, кому удалось его сильно обидеть и разозлить. Раньше он таким уязвимым не был. Учти это, пожалуйста, когда в следующий раз решишь умереть.

Была абсолютно с ним не согласна, но на возражения и споры силы нужны, а их кот наплакал. Придётся начинать выздоровление с начала. А с животными, действительно, очень нехорошо получилось. Я виновата. Чувствую это... От меня они очень сильно зависят, а я так легко от них отказалась, предательница. За них было стыдно, очень и я протянула дрожащую руку к корзинам. Мужчина понял, чего я хочу, поднёс корзинки ближе, давая возможность погладить Найду с Леди и котяток с щенками.

И потекли дни, за днями. Тревога за супруга ела душу. Плохо ему было, чувствовала это даже на расстоянии. Но свёкор, переодевшийся наконец-то и сменивший листок на костюм сверху и все в алых тюльпанах семейники снизу, не давал мне возможности улизнуть и проверить, как там Дронд. Следил за мной много лучше чем служанки и лекари вместе взятые. И как-то так заряжал позитивом, при помощи пошлых шуток, что улыбалась даже через не хочу. Отъедалась, отсыпалась и от моей улыбки и повышающегося настроения, снова цвели цветы, пели птицы и мои подопечные с каждым днём выглядели всё лучше и лучше, счастливей и довольней.

А я всё равно тяготилась тем, что мужа увидеть не могу... Хорошо мне запомнился подслушанный случайно разговор. Он эту жуткую болезнь, у меня забрал... а я так глупо над ним пошутила. Имел полное право обидеться. Он для меня всё-всё делал. Любые капризы выполнял. Болел и болеет сейчас за меня... Пообещала себе больше так глупо не шутить и всё-таки держать себя в руках, и прекращать быть загибающейся чуть что мимозой. И сад на мне, как популярно разъяснил свёкор. Без моего света, ни сад, ни животные не выживут... Я их подпитка, их возможность жить там, где места живым нет. И раз уж так получилось, то вся ответственность за их жизни на мне. Но вот на вопросы, касающиеся того, почему и зачем я там, где живые не выживают, папаша даже не думал отвечать. Тут же менял тему, придумывал кучу шуток, вспоминал про то, что мне есть или пить нужно, но прямого ответа не давал. И в тёмные комнаты не отпускал, отгрохав в моём райском саду все необходимые для помывки и приведения себя в порядок помещения.

Долго думала, почему ему проще было это всё выстроить, чем ходить за мной по пятам в темноте... И решила, что он просто не может там находиться, а одну отпускать не рискует. Что, логично. Если он Свет, а там где обитает сынок - Тьма. Помню её обиженную, выталкивающую меня вон... Так вот, вспоминая свои ощущения, могу сказать, что вполне может быть, что папаша к сынку в гости надолго приходить не может, в тёмные-то покои. Но почему он смог задержаться рядом со мной? В прошлый-то раз не стал засиживаться. А теперь днюет и ночует... Или продолжительность пребывания как-то зависит от самочувствия и присутствия Повелителя мёртвых? Тоже возможный вариант.

А где-то через недельку, появился мой супруг. Свёкор почти сразу же откланялся, прежде наказав сыну выполнить супружеский долг и порадовать меня новыми позами. Как всегда, зажёг, а я сидела красная, не зная куда глаза от смущения девать. А ещё почему-то сердце частило, срываясь в сумасшедший бег от одной мысли, что муж пришёл, и больше, вроде не обижается. Я нервно комкала одеяло, не в силах поднять взгляд на Дронда. Но, сделав над собой усилие, произнесла:

- Пожалуйста, снимите перчатку... одну, - и тут же зачастила, боясь, что не дасть договорить. - Я знаю, свет обжигает. Но на мгновение можно же, да? Пожалуйста...

Колебался недолго... Снова идёт мне навстречу, выполняя каприз? Снял перчатку, показывая чуть поджившие на ладони шрамы издалека. Но кожа шелушится, и всё ещё трескается... Видно, невооружённым взглядом видно кровавую сеточку, стоило ему только пальцами шевельнуть и не зажившие ещё раны раскрылись. Поднялась с постели, потянулась навстречу, успев ухватить огромную ладонь прежде, чем мужчина натянул перчатку обратно. Моими тонкими пальцами только пытаться удержать такую большую руку. Но мне и не нужно обхватывать ладонь целиком... Жалко, что он ходит в перчатках, одежде, обуви... Ему ведь больно ощущать прикосновение ткани к не зажившей ещё коже. И мой свет тяжело терпеть... Потому быстро и невесомо погладила ладонь супруга там, где кожа выглядела лучше всего и легонько коснулась губами, а после подняла глаза, полные слёз на Повелителя мёртвых и выдхнула:

- Спасибо.

- Не стоит, - тут же вырвал руку из моих пальчиков и натянул перчатку. - Как вы себя чувствуете?

- Хорошо, спасибо, - ответила послушно. - Вы больше не обижаетесь? - в немой мольбе прижала ладошки к своей груди, пытаясь заглянуть в тёмные глаза, не видные сейчас за краем капюшона.

- Нет, - ответил односложно и как всегда ровно. - Вы не против, если я побуду здесь?

- Вам же больно так сидеть, - тут же обеспокоилась его состоянием. - Вам сейчас к себе нужно. Снять одежду, ведь давит же и боль причиняет. И неудобство...

- Жалость... - с непонятной мне досадой сказал супруг. - Переживу, не мучайтесь лишними эмоциям. Не первый и не последний раз.

- И всё равно я буду переживать. И это не жалость. Это сопереживание, - возразила ему, отходя к своему ложу.

Попутно нагнулась над корзинками, погладила кошек и щенят. Найда убежала гулять одна. Котятки уже довольно уверенно держались на лапках и постепенно превращались в забавных игрунов и исследователей окружающего. Но сейчас они присосались к мамке, разнеженно улёгшейся на подушках.

- Сопереживание... жалость... Бессмысленные чувства, - отмахнулся он от моих слов равнодушно.

- А что не бессмысленно, Дронд? - впервые в разговоре назвала его по имени. - Что-то же не должно быть бессмысленно?

- Тьма. В ней есть смысл, - ответил не сразу, думала уже и не разродится.

- Какой? - мне правда интересно было, что он скажет.

И снова долго думал, прежде чем выдать:

- Без ночи не бывает дня. Тьма укрывает тех, кто вынужден прятаться и выживать. В тьме можно найти покой...

- Но разве нет того же в Свете? - улыбнулась ему мягко и светло.

- Как это? - тут же озадачился и сел в кресло, приготовившись слушать мои доводы.

Надо же, даже эмоции какие-то проявил, так я его заинтриговала.

- Без света не бывает ночи. И в Свете можно спрятаться, ведь свет ослепляет, давая возможность скрыться. Свет дарит ощущение радости и тепла. И в нём тоже можно найти покой, если не воспринимать за свет только огонь... Ведь бывает свет любви, эмоций, сопереживания, - слова сами приходили на язык, можно было только удивляться вдруг открывшимся ораторским способностям.

- Мы говорим о разном. Это два полюса, никак не соприкасающихся, - не согласился он со мной.

- Противоположные половины? Но как же это они не соприкасаются? Ведь свет причина появления тени... а ещё есть сумерки, когда и свет, и тьма смешиваются, - поражённая уставилась на него, ведь говорю же очевидные вещи. - А ещё в ночи можно заметить свет звёзд. И они, ночь и звёзды, вполне уживаются друг с другом.

- Этого я не учёл, - выдал он, подумав. - Но почему же тогда ваш Свет сжигает меня, а моя Тьма вас душит? Мне приходится её приструнивать... Ей очень хочется затушить вас навечно.

- А я могу приструнить свой Свет? - тут же вычленила нужную информацию из его слов. - Чтобы вас больше не обжигало? Ведь пока вы на меня не обиделись, в ваших покоях мне было более-менее комфортно, - а сама попутно подумала о том, что с супругом надо бы поаккуратней, если обидится ещё раз, сможет ли удержать свою Тьму?

Её обиженное дыхание очень даже неплохо запомнила. И как оказалось, оно для меня может стать последним воспоминанием в этой жизни. А не спровоцировала ли Тьма моё последнее умирание?

- Не знаю, - ответил честно. - Это вы у него должны спросить.

- Ещё бы понимать как... - прошептала расстроенно. - А вам очень убить меня хочется?

- Не мне, моей Тьме... Но мы с ней договоримся как-нибудь. Можете не бояться. Рядом со мной вам ничего не грозит, - потёр руку пальцами другой и вздохнул.

- Чешется и щиплет? - тут же вспомнила о том, что он болеет по моей вине.

- Снова жалость? - тут же спросил спокойным тоном.

- А если не жалость? Почему вам на ум приходит сразу она? - склонила голову на плечо и прищурилась, рассматривая мужчину сквозь ресницы.

- Вы очень сострадательны... Природа такая. Не можете не жалеть сирых и убогих, - голос звучит спокойно, но почему-то кажется, что этот разговор моему супругу перестал нравиться. - Что же тогда, если не жалость?

- Вы не сирый, и не убогий! - горячо запротестовала я. - Совсем нет! Почему вы решили, что я так думаю о вас?

- Вы не ответили на мой вопрос... Почему? - перевёл все стрелки на меня, хитрый.

- Какой вопрос? - честно пыталась вспомнить о том, о чём он меня спрашивал, но как-то вылетело из головы в пылу спора.

- Что тогда, если не жалость? - терпеливо задал его ещё раз.

А, действительно, что? Тут же озадачилась поиском ответа, уйдя в себя. Не знаю, сколь долго молчала, забывшись, но вздрогнула от того, что меня спросили:

- Ну?

- Благодарность, - взялась за перечисление того, что откопала в душе. - Сострадание. Сопереживание вашей боли, ведь виновница её -- я. Желание помочь и облегчить боль... Знать бы только как... И нежность, - завершила ревизию собственных чувств и только потом поняла, что только что ляпнула. - Ой! - прикрыла рот ладошкой, но было уже поздно.

- Что? - мужчина подался всем телом ко мне, явно растеряв всю свою привычную невозмутимость.

- Ничего, - ну почему не существует функции возврата вырвавшихся случайно слов?

Супруг так разволновался, что скинул капюшон и уставился на меня во все глаза, переспросив ещё раз:

- Что? Это не шутка?

- Ой! - всё, что получилось выдавить из себя в ответ.

Пожалуй, ошарашен был не только Дронд, но и я... А вместе со мной и Леди, и синичка. Вон как кошка высунула голову из корзинки и на нас озадаченно смотрит. А синичка так вообще застыла изваянием, не скачет, не шевелится, просто глядит. И я не придумала ничего лучше, чем нырнуть с головой под одеяло и сказать:

- Меня нет!

- Алина, - голос мужчины звучал глухо, плохо его слышно через одеяло.

Чтобы не было слышно вообще, зарылась головой под подушку и заткнула уши. Ой, мамочки! И что теперь будет? А ничего и не было. Никто не стал меня трясти в попытках выпытать правду. Тишина и всё. Но не скоро решилась высунуть нос из своего гнёздышка. В кресле сидел лекарь, а супруга не было нигде, можно вздохнуть спокойно. Но не вздыхалось, потому что страшно было даже пытаться лезть к самой себе в душу. Что я там обнаружу, если пороюсь лучше? Не, не, не... Мне эти дебри не нужны. Лучше подумаю о том, что и у щенков глазки вот-вот должны будут открыться и о том, что малышня растёт, следует как-то обезопасить её от длительных прогулок по саду без меня и мамок. Да, здесь безопасно, но лучше животным находиться рядом со мной. Чем ближе, тем лучше. Раз уж я за них ответственная. Да и щенята проснулись, распищались... Очень вовремя, совсем не хотелось думать о том, что недавно выдала супругу... Ну её, нежность... И к кому? К тому, как и все остальные участвует в заговоре молчания и ничего мне не рассказывает? Так что, ну его. Нету у меня никакой нежности в запасе. Вся отдана моим кошкам, собачкам и птичкам. А все остальные переломятся и обойдутся.

Найда явилась почти сразу же, как щенята расскулились. И пришлось отвлекаться уже другим способом. Душик там принять, волосы расчесать... Задать себе вопрос, как выгляжу... Наряд бы красивый натянуть... На мыслях о наряде, вспыхнула как маков цвет и задохнулась, поняв, для кого наряды собираюсь менять. Раньше как-то этим не заморачивалась. Что давали служанки, то и надевала. Удобно и не мешает, и ладно. А тут зачем-то захотелось быть красивой и обворожительной. Так и тянуло надавать себе самой по рукам, и прекратить маяться дурью... У меня птицы сегодня ещё не кормлены, а я. А я -- дура, кажется.

Усилие над собой сделала просто нечеловеческое, только для того, чтобы заняться повседневными делами, а не верчением вокруг зеркала. Но не спросить у появившейся после ухода супруга служанки не смогла:

- А мне, как Госпоже, какие-то платья кроме домашних полагаются?

- Я спрошу у Господина, - тут же порадовала меня желанием услужить девушка.

- Н-не надо! - воскликнула в ужасе.

Только не хватало ещё, чтобы о моём интересе к тому, как выгляжу, Дронд узнал. Я ж со стыда сгорю. Служанка поклонилась и возражать не стала. Надеюсь, послушается, и не станет ничего и никому докладывать.

Сегодня супруг отступил от привычного шаблона нашего прежнего общения, сформировавшегося до моего срыва. Пришёл вечерочком, перед тем, как я спать собралась ложиться. Появился в тот момент, когда я с Леди веселилась. Киса оказалась игривой и очень вёрткой. С удовольствием носилась за пёрышками на верёвочке и такие кульбиты отчебучивала, радуя меня своим хорошим настроением и самочувствием, что я то и дело заливалась смехом. И мужчину, наблюдавшего за нами на пороге беседки, заметила не сразу. Слёзы оттёрла, чуток успокаиваясь и отложила игрушку на столик. Леди выдохлась, следовало дать ей возможность отдохнуть и котятами заняться... И только тогда обернулась, почувствовав взгляд. Смешок застрял в горле, а сама я тут же потупилась, смущённо вцепившись в юбку платья.

- Вы плачете? - полюбопытствовал Дронд и сделал шаг к креслу.

- И да, и нет... Это слёзы от смеха. Леди очень забавная, когда бегает за игрушкой, - непроизвольно улыбнулась и кинула взгляд из-под ресниц на неожиданного визитёра.

- Мы так и не выяснили, пошутили ли вы... - не стал он ходить вокруг да около и сразу взялся за главное. Надо же, как его это волнует. Почему, интересно? - Пошутили, я прав?

И вот что ему ответить? И как его отвлечь от щекотливой темы? Настойчивый какой...

- Вы молчите, - ровно сказал он, так и не дождавшись от зардевшейся меня ответа и остался стоять, вместо того, чтобы в привычном кресле устроиться. - Значит, я прав. Шутка...

- А вы любите танцевать? - не придумала ничего лучшего, чем огорошить его неожиданным вопросом, отвлекая от смущающего меня разговора.

- О чём вы? - тон остался спокойным, но в нём проскользнуло удивление.

- О танцах, - состроила невинную мордашку и глянула на мужчину широко распахнутыми глазами. - Это когда двигаются в такт музыке... Вместе. Парами. Или по отдельности. Или сразу много людей... Танцы разными бывают. А вы умеете танцевать?

- Нет, - кажется, в очередной раз удалось выбиться из шаблона и озадачить супруга.

- А жаль, - вздохнула совершенно искренне. - Это же такое удовольствие. Особенно вальс, - и тут же подскочила с кровати, на которой до этого сидела. - А я помню как вальс танцевать! Представляете? А ну-ка, ну-ка... Идите ко мне, - впилась в мужчину хищным взглядом. - Я вас научу.

- Не надо, - так, сейчас сбежит, а партнёр на танец мне очень бы пригодился.

- Стойте! Куда вы? Это же так здорово -- танцевать. Не с деревом же мне вальсировать? - задала вопрос капризным тоном, глядя в спину собравшегося уходить мужчины. - А... Уходите, раз вам не хочется. А ваш папа танцевать любит?

- К чему этот вопрос? - тут же насторожился супруг, спокойный голос дрогнул и нотки неудовольствия промелькнули или мне показалось?

- Тогда мы с ним станцуем. Вы же не хотите. Не с братом же вашим танцевать. Он меня не жалует. И вас тоже, - если уж добивать, то окончательно и полностью. - А больше я никого не знаю... Хотя. Есть же лекари.

- Они помнят ровно столько, сколько нужно для того, чтобы вас вылечить. Танцы я как-то не посчитал жизненно необходимыми в этом деле, - просветил он меня спокойно, прежде развернувшись ко мне лицом.

- А кто решал, что нужно помнить мне? - затаила дыхание, тут же забыв про вальс.

- Вы хотели научить меня танцевать, - не стал отвечать, паразит и сделал шаг ко мне. - Я в вашем распоряжении. А ваша память... Не в моей юрисдикции, - слово-то какое сложное знает, умник.

- Музыку бы... - протянула с сомнением, что-то мне моя затея уже интересной не казалась.

А вдруг нежность активизируется? Или слушаться перестанет? Прикоснусь... и всё? Переклинит? Но выбора-то нет, если уж назвался груздем... Боюсь, супруг не переживёт, если выяснит, что над ним снова подшутили. Да и не шутила я в тот момент.

Неохотно подошла к высоченному богатырю. Я ему еле-еле макушкой до плеча достаю. Со стороны мы будем смотреться очень забавно. Слон и моська, самые настоящие и неподдельные.

- Так, возьмите меня за руку, - хорошо хоть пока на расстоянии будем стоять. - Вот так. Второй рукой за вторую мою ладошку. Обе руки вытягиваем перед собой. Вот так... - так, расстояние всё ещё безопасное. - А теперь, вы с правой, а я с левой ноги. Топаем поочерёдно ногами. На счёт. Ритм вальса -- число три.

Ученик получился хороший, с первого раза понял, что от него требуется... Жаль, жаль. Придётся показывать дальше.

- Чувствую себя идиотом, - холодно произнёс мужчина и я тут же ухватилась за эти слова.

- Если не хотите. Давайте не будем, - попробовала покладисто отойти, но мои ладони из рук, Дронд выпускать и не собирался.

- Продолжаем. Если уж вам так хочется танцевать... - упрямства моему супругу не занимать, стоит это признать.

- Но вы же можете лекарям вернуть немного больше памяти, да? - спросила жалобно. - Или я их попробую научить.

- Нет, - сказал как отрезал. - Их задача лечить, а не развлекать.

- Но вам же не нравится меня развлекать, - так и стояли мы в дурацкой позе, на пионерском расстоянии, держась за вытянутые руки друг друга.

- Вы говорили про музыку. Такая подойдёт? - последствия его слов - узнаваемый и незабываемый ритм вальса.

Звуки оркестра льющиеся непонятно откуда. Но вот мелодия мне была незнакома. Такой вальс не всплывал в памяти. Дога -- "Мой ласковый и нежный зверь"? Да, помнила. Чайковский "Вальс цветов"? Тоже без проблем... И Штраус "Венский вальс"... А вот эту мелодию не знала, хоть ритм и был нужным, а музыка легко запоминающейся и красивой.

- Что дальше? - задал вопрос мужчина.

- Сейчас сумерки в моём саду, - подумав, решила начать с этого, а то мужчина в широченном плаще как-то не ассоциировался у меня с танцами. - Вы можете снять плащ? Это вам не повредит?

- Ваш свет остаётся, - можно сказать, мягко отбрил.

- Хорошо, только, боюсь, плащ вам будет мешать. И мне тоже, - ну да, ну да, любопытно взглянуть на фигуру супруга без этого бесформенного балахона, в котором он всё время ходит.

Но если ему это может повредить, пусть лучше остаётся в плаще, а своё любопытство я как-нибудь приструню... Мужчина же выпустил одну мою руку из захвата собственных пальцев, скользнул ладонью по чёрной, в тон плащу, застёжке и верхняя одежда испарилась... Ой, кажется, мне кто-то недавно говорил о том, что плащ снимать нельзя. И как теперь попросить вернуть его обратно? Но любопытство победило благоразумие и я во все глаза уставилась на мужчину, можно сказать практически голого -- без плаща-то, на время забыв про то, что собиралась мужа танцам учить. Тонкую чёрную рубашку, такого же цвета брюки и сапоги, за одежду можно и не считать, так хорошо они подчёркивают скульптурную гармоничность и пропорциональность тела мужчины. Мускулы под тканью перекатываются, стоит только Дронду шевельнуться. Плечи-то широченные, как ткань выдерживает такую мощь? Ох, кажется, нежность совсем сбрендила и готова устроить пляски на столе, пугая меня своей излишней живостью. Стремительно заливалась краской, потому что теперь думала совсем не о танцах... Совсем. Да и дыхание в зобу спёрло, ни слова не произнести вслух... Завороженная, подняла голову рассматривая его лицо, плохо видное в сумерках, свободная рука сама собой потянулась к резко очерченным скулам, и я сделала пару шагов навстречу мужу. И так и застыла на месте, с протянутой-то рукой.

Свет, под напором вырвавшейся на свободу тьмы, мерк. Дышать стало в разы сложнее. Не зря-то, оказывается, дыхание спёрло. Это реакция на супруга без защитной оболочки. Он этот плащ, если я правильно всё поняла, носит для того, чтобы защитить меня от собственного губительного воздействия. А оно точно губительное, голова закружилась и глаза закрывались сами собой. Воздуха катастрофически не хватало и я не рухнула на пол беседки только потому, что мужчина меня поддержал за талию. Плащ снова появился на нём и супруг глухо произнёс:

- Это была плохая идея.

- Вы больше не захотите учиться танцевать, - выдала с грустью, почувствовав, как способность дышать возвращается, а вместе с ней и жизнь.

- Свет и Тьма несовместимы, - припечатал, как математик аксиомой нерадивого студента.

- А если я буду сильно грустить? - глянула лукаво из-под ресниц, как только муж подвёл меня к моему ложу и помог присесть.

- Это шантаж? - спросил спокойно. - Я позову лекарей.

- Ни к чему. Не так уж и плохо я себя чувствую, - ответила правду, последствий практически не было у этого приступа удушья, только настроение испортилось. - Лучше вы посидите со мной. Хорошо?

- Зачем? - недоумение расслышала в спокойном голосе, притом точно.

- Я не шутила, - вот и созналась, притом неожиданно даже для себя самой. - Мне нравится ваше общество, - а чего не сознаться, всё равно у нас ним ничего не получится, мы действительно не совместимы.

Всё, кажется, мужчина онемел. Молчит, смотрит, взгляд чувствую как лёгкое давление на щеке... Появилось желание в очередной раз спрятаться под одеялом и оно усилилось, когда я услышала:

- Мне передали, что вы хотели бы сменить гардероб.

- Я же женщина, люблю платья менять, - нашла отмазку по-быстрому и вздохнула. - Так посидите вместе со мной?

- Совсем немного, - помолчал и добавил еле слышно. - Это не приведёт ни к чему хорошему.

- А зачем нам чтобы к чему-то там приводило? - спросила с грустной улыбкой. - Мы же можем просто разговаривать, навещать друг друга на своих половинах. К чему плохому это приведёт? Ведь вы женились на мне не от большой любви. А я даже не помню, почему и как за вас замуж вышла. Но жить нам с вами вместе придётся. Так не скучать же каждому в одиночестве у себя и носа не высовывая на половину другого. Разве что развод... может решить эту проблему... Но...

- Развод? - голос мужчины стал просто ледяным. - Вам этого хочется? - и добавил уже более спокойно. - Это невозможно, пока ваше состояние нестабильно. Как полностью выздоровеете, попробуем развестись. Но это сложно. Отец может не согласиться снять своё благословение. Если очень нужно, я поговорю с ним.

Ну вот опять он с этим своим непреклонным "если очень нужно"! Скоро буду чем-нибудь бить по голове, если станет фразу продолжать запихивать во все разговоры. Но... А чего мне на самом деле нужно? Чего я хочу? Если копнуть глубоко-глубоко... Счастья хочется. Такого чтобы ах! Много-много, купаться в нём и дарить окружающим позитив на этой волне. Не стоило глубоко к себе в душу лезть... Потому что лавина нежности тут же проснулась, накрыла в головой и понеслась к океану счастья, плюнув на реалии. И мужчина не догадался отойти сразу же, как пристроил меня на постели. Встала на коленки, чтобы суметь дотянуться и погладила ладошками по плечам, укрытым плащом.

- Вот как срочно понадобится, тогда и поговорите, - ответила, наконец, на его тираду. - А пока мне и тут хорошо.

Непроизвольно, реагируя на мою нехитрую ласку, мужчина обхватил меня за талию... Точнее попытался обхватить, да не дотянулся, чуть выше, чем нужно руки пристроил, но я сделала вид, что не заметила. Зато он быстро очнулся и руки отдёрнул, как от огня и отошёл от кровати.

- Я вас совсем не понимаю, Алина, - сказал ровно, прежде громко выдохнув.

- Могу вас порадовать. Я вас тоже, - уселась поудобней на постели и пожала плечами. - Но это не значит, что мне вы не интересны. Мне хотелось бы знать, как проходило ваше детство. Как выглядит ваша мама. Чем вы занимаетесь, когда не сидите рядом с моей постелью и не вытаскиваете меня с того света. Хочу знать, как мы с вами познакомились. Зачем вы на мне женились, если Свет и Тьма не совместимы и знали, что будут проблемы. Я много чего хочу знать, про вас и про нас, в основном. Ну и ещё есть вещи любопытные... Откуда, к примеру, берётся мясо в Царстве мёртвых? Или еда для меня?

- Пожалуй, последние два - самые простые из всех вопросов, - в очередной раз увильнёт или ответит? - Но вам вряд ли понравятся ответы, так что оставим это пока... Вам пора спать, а мне пора заняться делами.

- А вы не спите, что ли? - удивилась на это.

- Нет, не сплю. Мне это незачем, - выдал крохотный кусочек информации, развернулся и ушёл.

- Даже спокойной ночи ему не пожелаешь, - пробормотала недовольно и с грустью.

Расплела косу, наблюдая за тем, как в саду зажигаются светлячки. Очередной подарок свёкра, скрашивающий мои одинокие ночи. Вот так вот ляжешь в постель, смотришь на светляков и думаешь о том, что где-то там, на свободе ночуешь, а не в предназначенной для меня клетке. Впрочем, здесь было бы очень даже здорово, если бы... Ах, если бы... невозможное стало бы возможным. Если бы Свет и Тьма смогли бы найти точки соприкосновения. Поймав себя на том, что только что думала, уставилась на светляков во все глаза, чувствуя, как холодеет в груди. Только не хватало безнадёжно и безответно влюбиться... Вот тогда я точно умру с тоски. Стоило только представить себе подобную возможность и слезинки застыли на ресничках, готовые пролиться солёным дождём. А сердечко заныло, не соглашаясь. Ему-то как раз очень хотелось влюбиться. В эту самую Тьму, одинокую, пугающую всех, кроме меня... Так тянуло провести пальчиками по щеке, прижаться к груди, услышать, как бьётся сердце мужа... А есть ли оно у него? И бьётся ли? Повелитель мёртвых, как-никак...

Повздыхав о всяких глупостях и позволив появившимся служанкам себя переодеть, устроилась под одеялом. И, засыпая, поймала себя на том, что грежу о поцелуе. С вполне себе конкретным не человеком. Как это, когда он целуется? Сомкнув веки плотнее, попробовала представить себе это и провалилась в сон, так и не сумев достроить картинку до конца. Мозг отказался разрабатывать модель подобной вероятности.





Глава 7


Переодевалки




А утром меня ждал сюрприз -- отсутствие супруга и наличие в комнатках для приведения себя в порядок шкафов, битком набитых одеждой. Честно говоря, я была растеряна донельзя. И тем, как вчера завершился вечер, и тем, что обнаружила с утра. Но постепенно с головой втянулась в примерку нарядов. Правда, всё померить за один раз не удалось. Очень быстро устала и остановилась на последнем наряде, который мерила перед высотой зеркалом во весь рост, тоже появившимся за ночь. Голубое платье со скромным вырезом, плотно облегающим тело лифом, широкой, падающей красивыми складками вниз юбкой, со стоячим белым воротником из накрахмаленных кружев. После того, как надела голубые же атласные туфельки на невысоком каблучке, а служанки собрали мои волосы в причудливую причёску, стала сама себе напоминать даму-аристократку из прошлого. Как же когда-то, девочкой, хотелось заиметь вот такое вот пышное платье, и поражать взгляды поклонников своей красотой в нём... Очередное воспоминание о прошлом, пришлось как-то некстати. Потому что толп поклонников не наблюдалось. В подобном наряде не перед кем было блистать. Можно было спокойно надевать обычную и удобную одежду, и косу привычную заплести.

Но удовольствие от переодевания всё-таки успела получить, прежде чем настроение от отсутствия супруга успело окончательно испортиться. Мужчина не явился ни на завтрак, ни на обед. Найду я выгуливала без него и радость от того, что глазки щенков открылись, оказалась не такой яркой, какой могла бы быть. И зверей кормила без него. И кормушки обошла в обществе лекаря. Ссыпая зерно в деревянные, открытые домики для птичек, думала о том, а нужно ли пернатой живности это? Живые ли они? Ведь появились только после того, как свёкор учудил. Но упорно каждое утро шла вместе с кем-нибудь из лекарей на обход своих владений и заполняла кормушки, которые, кстати, каждое утро были пустыми.

Мои владения были обширными, но имели невидимую границу, дальше которой нельзя было пройти. Обнаружила это как-то во время одной из самых первых прогулок. Но тогда ни сил, ни желания экспериментировать не было. И я так и не добралась до испытания границы на прочность. Сейчас вот была занята мыслями о муже, и снова было не до того, чтобы пытаться что-то там разглядеть за расплывающимися силуэтами деревьев, что виднелись даже за невидимой границей. Иллюзия? Или там тоже сад продолжается?

Но долго я не пялилась в ту сторону. Особенно сегодня, обошла сад по-быстрому, боясь, что пропущу появление супруга. А он всё не шёл и не шёл. А я всё вздыхала и вздыхала, тоскуя в одиночестве. Немного спасала ситуацию Леди, охотно веселившая меня своей беготнёй за игрушками. Впрочем, и Найда сегодня с удовольствием побегала за мячиком, который я ей кидала, а она мне приносила его обратно. Умная собака и очень добрая. И Леди просто чудо. Кошка разрешала мне брать котяток на руки и с ними я тоже успела повозиться сразу после обеда. Погладила каждого пищащего и смешного кисика, особо внимательно осмотрела Живчика, который теперь оправдывал свою кличку и был в разы активней братика и сестрички, всюду стараясь засунуть свой любопытный розовый носик, с белой полосой посередине. Ах эти белые чулочки на лапках. Ах эти белые кончики ушек. Ах эти синие-синие глаза. Малыш был такой лапочкой, что сердце просто таяло, стоило только котика взять на руки. И не вырывался он из моих рук, в отличие от двух других. Сидел спокойно и не пищал от испуга.

А вечером супруг всё-таки появился. Без плаща, чем вверг меня в культурный шок. Без перчаток, в чёрном сюртуке, и белой рубашкой под ним. Брюки были ожидаемо чёрными, с серебряными, узорчатыми лампасами. И вышивка по полам сюртука была тоже серебряной. А туфли, лакированные туфли блестели, в свете садящегося светила. Я пялилась на этого франта, потеряв дар речи. Просто не знала что сказать, да и не в состоянии была. Сердце тут же пустилось вскачь, а я сама покраснела. Медленно поднялась с кресла, в котором сидела, опёрлась рукой о ажурную стенку беседки и тут же отдёрнула ладонь, которую кольнул шип розы. Повернула голову, реагируя на неожиданную помеху и ахнула. На моих глазах распускался алый цветок, красивый, завораживающий тем, как лепестки открывались под моим взглядом.

- Это вы сделали? - спросила, справившись с волнением.

- Нет, - вот как всегда, говорит так спокойно, что хочется в противовес что-нибудь такое сделать, чтобы ошарашить.

- А чего вы сегодня при параде? - спросила вредным тоном, стараясь не думать о том, что если не он этот цветок организовал, то кто?

- Решил, что если учиться танцевать, то в том, что будет удобно и подходит к случаю, - разъяснил свою позицию.

- А можно... так? - прислушалась к своим ощущениям, вроде не задыхаюсь и чувствую себя нормально.

- На ткани то же заклинание, что и на плаще. Обычно мне хватало плаща для прогулок по миру живых. Но я решил, что не только вам стоит обновить гардероб. Мне тоже не помешает, - улыбнулся криво, кончик губ только с одной стороны приподнял, а тёмные глаза так и остались холодными.

- А кожу вы не обожжёте? - тут же заволновалась о самочувствии мужа, памятуя о подслушанной беседе.

- Солнце садится, а ваш свет я как-нибудь вытерплю, - протянул мне руки. - Мы продолжим урок?

- Может, не надо таких жертв? - спросила с сомнением, не решаясь прикоснуться к мужу.

Надо же подготовился, а я теперь не знаю, как отвлечься от созерцания широченного разворота плеч, высоченного роста и правильных черт лица, только немного подпорченных ещё не поджившими до конца шрамами. И кто бы мне сказал, почему сердце бьётся в груди попавшейся в клетку птахой, а дыхание от одного взгляда на супруга перехватывает? Сказала бы, что мне повезло с замужеством, если бы не было столько проблем и не будь мужчина так равнодушен ко мне. Никак не дал знать, что заметил изменения в моей внешности. Не нравится или всё равно?

- Вы очень расстроились вчера, - констатировал очевидный факт. - Мне хотелось бы завершить урок. Итак? - и сделал шаг ко мне.

- Тогда выйдем из беседки, - вздохнула, попытавшись утишить взволнованный стук сердца. - Здесь места много, но мебель будет мешаться. Полянка перед беседкой подойдёт лучше.

Не сдвинулся с места, пришлось первой проскользнуть мимо, слишком рядом с ним, чтобы чувствовать себя спокойной, но справилась так и не задев его даже за одежду. Последовал за мной, встал рядом, протягивая руки, как вчера. Прикоснулась к коже мужчины и вздрогнула, опалило как огнём, пришлось делать над собой усилие, чтобы ничем не выдать волнения.

Снова начали с притопов под счёт, потом я показала, как двигаться вперёд, назад, тоже под счёт. Схватывал Повелитель мёртвых всё налету, и много времени предварительная подготовка не заняла. С замиранием сердца, показала как положить руку мне на спину так, чтобы удобно было и мне, и самому мужчине. Вложила крохотную ладошку, по сравнению с его дланью, в длинные пальцы супруга и сглотнула, темнота так больше и не давила, и причин грохнуться в обморок не было, но отчего-то очень хотелось. Уж слишком близко с Повелителем мёртвых мы были друг к другу сейчас, даже смогла услышать стук сердца. Размеренный, но быстрый... Не мой, точно. Мой-то пульс сейчас азбукой Морзе баловался. Точка, точка, точка, тире, тире, тире, точка, точка, точка... И снова эта же последовательность по кругу.

А потом, без предварительной моей подсказки, зазвучала музыка, та самая, которую я помнила по вчерашнему неудачному уроку. И мы медленно, довольно слаженно двинулись по кругу. Мужчина не сбивался с показанной последовательности, постепенно ускоряя темп, кружа меня в вальсе, а вместе с этим кружилась и моя бедная голова. А сердце заходилось в выстукивании точек и тире. И когда мелодия завершилась, а Дронд выпустил меня из объятий, почему-то хотелось смеяться и обнять весь мир. Вот взять, поднять руки и одарить своей улыбкой. Всех-всех. И сирых, и убогих, как выразился когда-то мой супруг, причислив к ним и себя, зачем-то, и вполне успешных и счастливых. И я подчинилась этому желанию, рассмеявшись подняла ладошку вверх, коснулась свисающей ветки дерева, которая тут же от этого прикосновения покрылась бутонами цветов, раскрывшихся прямо на глазах.

- Ой! - тут же, эту же ладошку прижала к губам, поражённо наблюдая за тем, как зацветает всё дерево. - Это я?

- Свет, - как-то горько усмехнулся мужчина, смотревший сейчас с непонятным выражением на меня.

Уверенно сделал ко мне несколько шагов, обхватил руками за талию, притянул к себе и коснулся губами моих губ. Просто коснулся, легонько совсем. А у меня сил отпрянуть не было, потому что хотелось как раз подобного прикосновения. И я подняла ладонь, дотрагиваясь кончиками пальцев до щеки мужчины, безотчётно делая то, о чём не так давно мечталось. Мягко провела по бледной коже, второй рукой скользнув по шее мужа, прижимаясь сильнее, желая большего. Но супруг отстранился, высвободился из моих рук, резко развернулся и глухо произнёс:

- Благодарю за урок. Мне пора.

Душу как будто превратили в глыбу льда и я рванулась за мужчиной следом. Схватила за руку, желая развернуть и заглянуть в лицо. Что сказать... Заглянула и тут же охнула, так и не выпустив руку мужа из захвата. Впрочем, что ему мои слабые потуги удержать? Но увидеть я успела достаточно, чтобы моё сострадательное сердце тут же облилось кровью. Повторяя траекторию движений моих пальцев, кожу супруга прочерчивали четыре полосы ожога. А на губы вообще страшно было смотреть.

- Это я виновата? - выпустила ладонь мужа, испугавшись, что могу обжечь и тут же расплакалась. - Простите, пожалуйста... Я не хотела.

- Вы не виноваты, - ответил ровно и безжизненно. - Это я забылся. Тьма и Свет несовместимы.

Как же я ненавижу эту фразу. От всей души ненавижу! Как и себя саму сейчас! Дронд-то свою Тьму усмирил, ничего меня не душило! А я даже не подумала за весь день о том, как договориться с Светом. Теперь вот такие последствия. Прямо на глазах вздуваются волдыри и я ничем помочь не могу. Разве что держаться от мужа подальше и больше к нему не прикасаться. Как договариваться с собственным обжигающим свечением я не знала. У свёкра, может быть, спросить? Быстрее бы он в гости к нам собрался.

- Не переживайте. Больше я не позволю себе таких вольностей, - как всегда принял мои слёзы близко к сердцу. - Вам не придётся страдать.

- Так я не из-за этого страдаю... Вам больно и плохо, а виновата я, - вытерла ладошкой слёзы и посмотрела на мужа несчастными глазами. - Вы теперь совсем не будете заходить? Хотя бы в плаще.

- Вас ничего не пугает... Удивительно, - устало сказал супруг и направился на выход из моего сада. - Я приду, утром.

Придёт, улыбка сама собой расцвела на лице, как и цветы на дереве. И пусть душу ещё саднило от осознания того, что я натворила со своим Светом, всё равно сердце радовалось тому, что муж придёт... Вот просто иррационально радовалось, хоть ты тресни. И грустя, и одновременно тая от мыслей о том, что завтра увижу супруга, принялась распутывать причёску, вынимая из неё шпильки. Под свет зажигающихся светляков, появившиеся служанки помогли мне справиться с нарядом и подготовиться ко сну.

Лёжа в постели я думала о том, что ведь должно какое-то решение нашей с Дрондом проблемы существовать. У светлого свёкра как-то же тёмный сын родился. Значит, что-то можно сделать. Что? Очень хотелось увидеть родственничка и выяснить все необходимые подробности. И про то, как Свет держать в узде, и про то, как свёкру удалось Дронда зачать. Не в скафандре же он это делал!

Вот и вертелась в постели, то обливаясь слезами при воспоминании о том, какие последствия для мужа имел наш поцелуй. То радуясь самому факту того, что несмотря ни на что, мужчина собирается меня с утра навестить. То думала о том, удастся ли преодолеть неприятие Света и Тьмы. И что это даст мне и Дронду? Что он чувствует ко мне? Ведь так спокойно себя всегда ведёт. И в тоже время инициатором поцелуя он стал, не я. К тому моменту, как засыпать стала, запуталась во всех этих мыслях окончательно. И просто понадеялась на русский авось, а заодно зачем-то убедила себя в том, что не смотря ни на что, всё будет хорошо. Сердце со мной согласилось, что и не удивительно, целый вечер вело себя неадекватно, ещё бы ему не чудить и теперь. После подобного резюмирования сложной ситуации, уснула крепко и видела во сне нас с Дрондом. Целующихся и обнимающихся. И мужчина даже улыбался. Чуть-чуть совсем. Но улыбался, глядя на то, как я верчусь на месте, запрокинув голову и раскинув руки в стороны, и смеюсь. В этом сне я такая счастливая была, что проснулась утром с улыбкой.

Подскочила в кровати, стоило увидеть, что мужа ещё нет, а солнце только-только выглянуло из-за горизонта. Надо же, проснулась ни свет, ни заря. Переполняемая желанием действовать, при помощи служанки быстро привела себя в порядок, выбрала наряд -- ярко-синего цвета и снова платье в пол -- и обувь. И успела со всем разобраться до того, как супруг объявился. Хорошо, что понимала, времени до его прихода мало, иначе бы провертелась у зеркала намного дольше, мучаясь с выбором одежды. Хотелось выглядеть прекрасно для того, кто почему-то очень сильно волновал мою кровь.

Появился, снова в плаще. Но мне было всё равно, главное, чтобы ему комфортно было и не обжёгся. И теперь первой о самочувствии поинтересовалась я, стоило только мужчине ступить на порог:

- Как вы себя чувствуете?

- Лучше, - коротко, по существу и равнодушно. - Как вы?

- Тоже лучше. Я очень переживаю за вас, - решилась озвучить то, что мучило. - Вы прогуляетесь со мной?

- Не стоит переживать по такому незначительному поводу, - ответил он спокойно. - Сначала позавтракайте. Я подожду.

- А вы расскажете откуда появляется здесь еда? Я ведь правильно понимаю, мы сейчас находимся в Царстве мёртвых, так? Тут же не может быть еды и животных, и живых людей тоже, - и вот зачем я коснулась этой темы?

Сразу же стало зябко, стоило только сознаться самой себе в том, что давно подозревала. Мои служанки и лекари давно мертвы и общаются и помогают мне только благодаря воле Повелителя умерших.

- Давайте поговорим об этом тогда, когда вы поедите, - непреклонно-то как и ровно сказано, прямо не по себе бы было, не помни я того, что было вчера вечером.

- Хорошо, - не стала спорить и взяла в руки кусочек хлеба, который намазала мёдом. Откусила кусочек, прожевала. - Но с вас рассказ о том, откуда это всё берётся и о вашем детстве.

- А если я откажусь рассказывать? - кажется, его позабавил мой ультиматум.

- Тогда я просто на вас обижусь, - улыбнулась легко и потянулась.

Не смотря ни на что, из-за присутствия ли супруга, из-за чего-то ли другого, но снова хотелось смеяться и кружиться на месте. С трудом подавила это желание и продолжила завтрак вместе с Леди и под приглядом мужа. Отдельные глубокие посудины и для Леди, и для Найды были принесены мне давным давно. И теперь мясо для своих подопечных я клала туда, стараясь не баловать кормёжкой с рук. Пусть звери у меня необыкновенные -- кошка с собакой вели себя на удивление воспитанно, еды не выпрашивали, бегая вокруг стола, когда я ела -- но лучше если привыкнут к определённому порядку. Найда же пока терпеливо ждала, когда я отведу её на прогулку и не особо интересовалась содержимым своей фарфоровой миски. Вот после прогулки накинется и с удовольствием всё сжуёт. Вымуштрованная псинка. И как она умудрилась попасть ко мне? Кто был её бывшим хозяином? Всегда вопросы на которые не найти ответов. И задать их некому. Супруг явно колоться не собирается.

Наелась быстро и, крикнув Найде:

- Гулять! - поднялась с места, снова улыбнувшись супругу. - Идёте с нами?

Отвечать не стал, просто встал и пошёл следом за мной. Жаль нельзя взять его под руку. Не рискну теперь лишний раз к мужу прикасаться, мало ли какие последствия будут. Лучше так, на расстоянии.

Прогулка получилась что надо. Прихваченный с собой мячик пригодился, Найда с удовольствием, после того, как сделала все свои дела, побегала за ним. Дронд следовал тенью за мной, молчаливой тенью и разговора сам не начинал. Что не помешало мне, когда мы сделали небольшой круг по саду и возвращались в беседку, всё равно вернуться к прежним вопросам:

- Вы обещали рассказать о детстве и о еде.

- Я, обещал? - удивление проскользнуло в спокойном тоне мужчины. - Вам совсем ни к чему знать, откуда еда берётся.

- А про детство к чему, да? - кинула лукавый взгляд на него из-под ресниц, ожидая реакции на свой вопрос.

- Моё детство было очень скучным, Госпожа, - ответил ровно, как и всегда, не порадовав меня неожиданной реакцией, которую ожидала увидеть. - Мать я свою не помню. Отец, братья, сёстры. Я был слишком другим по сравнению с семьёй. Меня сторонились. Пока я учился контролировать проснувшуюся Тьму, со мной общался только отец. И много времени рядом не проводил, для него это было опасно. Потом учёба у двух Высших демонов из другого мира, тогда отец совсем перестал появляться. Обеспечив мне учителей, предпочёл держаться в стороне, чтобы не испортить материал светлым воспитанием, как он выразился. Как только я научился всему тому, что должен был знать как Повелитель мёртвых, переехал сюда, в Царство мёртвых. Как видите, моя биография не изобилует событиями, как и детство.

- А у меня вообще биографии нет, - фыркнула в ответ. - По крайней мере я её не помню. Вам повезло с ней больше.

- Не уверен, что это так, - помолчав, выдал мужчина. - Вот и ваша беседка, Госпожа.

- Только не говорите, что уходите, - так и тянуло схватить за руку и удержать, но я справилась с этим желанием. - Вы ещё не ответили на все мои вопросы. Не хотите помочь мне птиц покормить?

- Хорошо, помогу, - снова ответил не сразу, явно прежде думал отказаться или нет.

Подготовленную служанками корзину с зерном подхватил супруг и мы отправились на обход кормушек. Жалко здесь белок нет, вот на кого без улыбки не посмотришь, такие забавные зверьки. Им бы тоже кормушки по вкусу пришлись бы.

- И всё-таки, - ну мучило меня любопытство, мучило. - Откуда еда и одежда? Ведь мёртвым они не нужны. А вам, кстати, еда нужна?

- Вы точно уверены, что хотите знать это? - спросил спокойно, но что-то такое предупреждающее было в тоне, что на секунду меня пробрало холодом.

- Если мне здесь жить и жить, то как-то придётся свыкаться со всем, - ответила вздохнув, зачерпнула ладошками горсть пшеницы в корзине, потянулась наверх и ссыпала его в кормушку. - Не будете же вы всё время держать меня в неведении. Я буду чувствовать, что от меня что-то скрывают и стану обижаться. Оно вам нужно? Я это уже сейчас чувствую, и ощущаю себя не комфортно... Вы со мной как с ребёнком обращаетесь. Неприятно.

- Это может спровоцировать отрицательные эмоции, - всё ещё упирался мужчина.

- Теперь я буду думать, что вы делаете что-то совсем страшное, чтобы меня накормить, - хитрость наше всё, не получается напрямую, попробую кривым путём информации добиться.

- Хорошо. Вы знаете что такое жертвоприношения богам? - задал он наводящий вопрос.

- Да, знаю. Только они разные бывают. Вам же людей в жертву не приносят, нет? - сделав несколько шагов по тропинке, остановилась, оглянувшись на мужчину.

- Нет, не приносят, - ответ прозвучал спокойно. - Но дары в храм приносят, и сжигают. А ещё приносят дары мёртвым, к захоронениям...

- Те, которые сжигают, идут вам, так? Вы этим питаетесь? - попыталась проявить догадливость и кажется попала в точку, возражать не стал. - А то, что приносят мёртвым на кладбище... - содрогнулась, поняв, откуда берётся еда. - А одежда?

- Даже не знаю что лучше. Промолчать или сказать правду, - он всё ещё колебался с ответом на этот вопрос.

- И я буду мучиться глупыми и кошмарными догадками, - содрогнулась, представив как Дронд обдирает какой-нибудь труп, чтобы меня одеждой обеспечить.

- Мёртвых принято захоранивать вместе с набором одежды, еды, оружия... Всё то, что по мнению живых может пригодиться в Царстве Мёртвых, - раскололся наконец-то.

А я пожалела, что полюбопытствовала. Вот честно стало не по себе, стоило только представить, что питаюсь тем, что забирают с кладбища и хожу в том, что забирают из захоронений. И как процесс происходит?

- А как это оказывается здесь? - последний вопрос по этой теме на сегодня, а после очень долго придётся свыкаться с полученной информацией.

- Всё то, что захоранивается вместе с умершими, сразу же попадает в хранилище на входе в царство мёртвых. Весь этот скарб им в действительности здесь не нужен. А таскаться с ним в обнимку по просторам Царства, не самый удобный вариант. Вот и оставляют всё на входе, сами. Вся та еда, которая оставлена родственниками у захоронений, переносится тем, кому адресована. Но история та же. Мёртвым она не нужна. И тоже складируется в помещения, где может храниться тысячелетиями и не портиться. И родственникам радость -- приношение принято -- и умершим отсутствие проблем. Вы не представляете, что здесь было, когда я только заступил на должность, - мне кажется или я слышу нотки гордости в голосе супруга?

- Отлично придумано, - похвалила не покривив душой. - Вы навели порядок в хаосе. И вы правы, даже не представляю, что делали мёртвые с валяющейся везде едой и одеждой.

Но всё равно не приятно сознавать, что всё то, что я ношу и ем, принадлежит умершим уже людям. Передёрнула плечами и вздохнула, но прогулку продолжила. Мы обошли ещё не все кормушки, работы куча предстоит. А, подумав ещё немного, спросила:

- А чему вы учились у Высших демонов? - перевела тему разговора, так перевела, мужчина споткнулся на ровном месте и остановился, чуть не уронив корзину.

- Вам правда интересно? - спросил с толикой недоумения.

- Ну должна же я знать хоть что-то о том, за кого замуж вышла, - остановился он очень вовремя, как раз возле нужного дерева. Взяла очередную горсть и ссыпала в кормушку. - Да, мне интересно всё, что с вами связано. Вот вы говорили, что не помните мать. Что с ней случилось?

- Думаю, это не имеет уже значения, - ровно ответил мужчина, первым продолжив путь по тропке.

- Я не зря спрашиваю, Дронд, - обратилась к мужу по имени. - Подумайте о том, что у светлого Бога, вашего отца, как-то появился сын повелевающий Тьмой. Ваша мать должна была обладать подобной же возможностью. А если Свет и Тьма не совместимы, как вы утверждаете, ваше рождение было бы невозможно. Разве нет? Значит, ваши мать и отец как-то смогли быть вместе, раз родились вы.

- К чему вы ведёте? - спросил тихо-тихо и с подозрением.

- К тому, что есть способ, при котором мы с вами сможем быть вместе, - сглотнула, увидев, как мужчина снова резко остановился и развернулся ко мне лицом.

Осторожно отставил корзину в сторону, подошёл поближе ко мне, приподнял пальцами мой подбородок вверх и спросил, снова тихо-тихо:

- Зачем вам это?

- Сама не знаю... - ответила максимально честно. - Но ведь это ненормально, когда супруги остаются друг для друга совсем чужими и непонятными...

- А о том, что брак может быть фиктивным вы не подумали? - и снова этот холодный тон, но мой подбородок из захвата муж пока явно не собирается выпускать.

- И это в вашем понимании счастье? Для чего тогда вы женились? Зачем вам фикция? - не осталась в долгу, засыпав оппонента вопросами.

- Счастье... Для Повелителя мёртвых? - он выпустил мой подбородок и рассмеялся, страшным, холодным смехом. - Что вы знаете о том, какой ужас испытывают женщины даже в публичном доме, стоит мне там появиться? Демоницы из других миров не способны не испытывать страх перед изначальной Тьмой. А что уж говорить об обычных живых... Ни одна светлая Богиня не согласится составить мне пару...

- А как тогда согласилась я? - не удержалась, прервала прочувствованную речь супруга.

- А я вас и не спрашивал... Ответ и так был известен -- нет. И вы не светлая Богиня. Вы -- шур, - обронил ровно и сделал несколько шагов назад. - В здравом уме ни одна шур не подошла бы на расстояние выстрела к Тьме.

- Вы хотите сказать, что в тот момент я сошла с ума? - нахмурилась, пытаясь разобраться в том, что он вывалил на меня.

- Это я с ума сошёл, сделав непоправимую глупость, объединив наши с вами судьбы. Вы на тот момент просто умирали. Вам лучше держаться от меня подальше. Своим дыханием я затушу ваш Свет, а не эту цель я преследовал, когда женился на вас, - и растворился, не став продолжать беседу.

И что это было только что? Что он всем этим хотел мне сказать? В сердце будто воткнули нож и провернули его несколько раз вокруг своей оси, добавляя болезненных, разрывающих душу на куски ощущений. Осела на землю, всё ещё не в силах осознать сказанное мужчиной. Что за всеми этими словами стоит? Нелюбовь? Или что-то ещё? Зачем он так разоткровенничался, если ранее молчал как партизан? Мне не показалось, что за всем этим ровным тоном скрываются отчаяние и одиночество? Наверное, это страшно, жить и сознавать, что никто, никогда по собственной воле не захочет быть рядом с тобой. Страшно, когда матери нет, а родные братья, сёстры, отец бросают тебя на произвол судьбы и воротят от тебя нос, как от прокажённого... И этот холод в данном конкретном мужчине... Не оттуда ли он, что с детства Дронд был очень одинок? Или так надо, чтобы Царством мёртвых править?.. Как же всё сложно и больно. Но слёз не было.

В душе зрела странная решимость бороться и не сдаваться на милость плохому настроению. Что там внушал мне в прошлый раз свёкор? Не рыдать дни и ночи напролёт, если меня супруг обидит, а попытаться решить проблему. Осталось найти решение той проблемы. Сделать вид, что ничего особенного не произошло? Пойти самой к нему в комнаты? Ладно, придумаю что-нибудь. Сжала кулачки, глядя прямо перед собой. Решено, больше никаких слёз. Продолжаем жить и пытаемся пробиться сквозь оборону супруга. Раз уж у него сердце имеется, сама слышала как билось, то и путь к нему тоже есть. И вот о чём я думаю, когда мне чёрным по белому сказали, что не была бы нужна, фиг бы женился? Впрочем, была нужна по-одному, стану нужна по-другому. Женщина я или нет? Могу же получить понравившегося мужчину, раз уж этого так сильно захотелось? Да и чего скрывать от самой себя... Кажется, я влюбиться успела... По уши притом.




Глава 8


Беседы по душам



Вечером супруг не явился, и утром тоже. Но я улыбалась через силу, делая вид, что так и надо, и пока удерживала себя от желания проведать жилище Повелителя, чтобы задать вопрос -- почему меня избегают - в лоб. Перебирала наряды, но менять их часто не спешила -- помнила откуда они берутся, и сказать, что мне было всё равно откуда, не могла. Не по себе было, стоило провести рукой по ткани и вспомнить -- владелицы умершие женщины. Да уж, подарок с барского плеча...

А днём, вместо супруга явился свёкор, в привычном уже фиговом листочке, с длиннющим посохом наперевес и босиком. Плюхнулся в моё кресло и спросил:

- Чего так смотришь? Думаешь я рад этой внеплановой подработке? Никогда не мечтал замещать Повелителя мёртвых в его должности, даже на полставки. А вот приходится, пока он где-то шляется, - голос звучал недовольно, а сам гость хмурился.

Из его речи я вычленила то, что супруг в Царстве Мёртвых отсутствует, не ясно по каким причинам. Мне не ясно, а вот свёкор, наверняка в курсе.

- А где он? - спросила, сделав вид, что так, без особого интереса к теме.

- Шляется где-то по мирам, - буркнул свёкор. - Как нашляется - вернётся. Не переживай. Он уже большой мальчик, ничего с ним не случится.

Но я и не переживала, а вот нехорошо стало от того, что резануло душу сочетание "шляется по мирам". Вкупе с тем, что мне вчера супруг наговорил про демониц из других миров, впору было выть белугой. Это, получается, он сбежал по бабам прогуляться? Сжала кулачки, впившись ногтями в ладошки и закусила губу, стараясь не показать, как больно меня задела новость.

- Скажите, - фальшиво улыбнулась, взяв себя в руки. - Кто была мать Дронда? Как так получилось, что вы смогли быть вместе? Ведь Свет и Тьма несовместимы, как говорит Повелитель мёртвых. Это так?

- А почему это тебя интересует? - тут же перестал дуться свёкор. - Решила-таки мне внучков родить?

- Даже если так... Вы против? - скулы свело от попыток удержать улыбку на лице, ещё чуть-чуть и я начну плакать.

- Я-то не против, - посерьёзнел свёкор тут же и глянул на меня задумчиво. - Понимаешь, так, как у меня с матерью Дронда было, у вас с ним не получится. Он -- Истинная Тьма. Ты -- настоящий костёр Света. Мать же Дронда была носительницей Тьмы, - заметив тень непонимания, скользнувшую по моему лицу, взялся разъяснить более подробно. - Понимаешь, дорогая, это как можно быть носителем вируса, но самому болезнью не болеть. Так и с Этимат. Она была носительницей Тьмы, но сама Тьмой не являлась. А же -- сияние Света, а не костёр, как ты. Поэтому нам с Этимат было проще. Мне нужен был наследник или наследница -- воплощённая Тьма, на тот момент в Царстве Мёртвых творился настоящий бардак, демиург этого мира не продумал всё до конца. Пришлось решать проблему самостоятельно...

- А если бы Дронд не родился воплощённой Тьмой? Если бы тоже был только носителем? - ревность чуток отступила в сторону, пропуская вперёд любопытство.

Да и грех возможностью не воспользоваться, когда есть источник информации.

- Нашёл бы другую носительницу, и попробовал снова, - пожал плечами свёкор, явно не впечатлённый глубиной проблемы.

- А что стало с матерью Дронда? - задала следующий вопрос, подозревая, каким будет ответ.

- Она не пожелала остаться... Перекати-поле по своей натуре. Да и ничего её кроме контракта со мной не связывало. Получив оплату, она продолжила гулять по мирам, - голый расчёт, следовало ожидать, что так оно и окажется.

- А сын остался без матери и без единого близкого человека, - теперь, пожалуй, понятно и отношение отца к сыну.

Дронд для свёкра был инструментом для достижения цели, потому его воспитывали и растили так, чтобы пользу принёс. А вот об эмоциональной составляющей даже не думали. Не нужно это было, совсем. Невесело, если так подумать... Не удивительно, что Повелитель Мёртвых такой холодный и сложный, запершийся в себе.

- Вы сказали, я -- костёр. Что это значит? - скажет или нет, вот в чём вопрос.

Сколько продлится желание божества поддерживать беседу? Вдруг уже надоело... Потому, ждала ответа затаив дыхание.

- Ты -- костёр. Твоё пламя легко затушить. Потому истинная Тьма так желает избавиться от досадного раздражителя в твоём лице. Душила же тебя, было такое? Тушить пыталась, - со знанием дела ответил свёкор и наколдовал себе кружку с изображением голых мужика и бабы, располагавшихся во вполне определённой позе, заставившей меня покраснеть. Отхлебнул горячий, ароматный напиток, запах которого донёсся до меня, будя аппетит. - А твой костёр в отместку обжигаться будет, в желании рассеять Тьму и осветить как можно большее пространство вокруг... На то и был расчёт... - задумчиво произнёс и сделал ещё один глоток.

- Какой расчёт? - тут же насторожилась, пытаясь понять, о чём это он.

- А, так... оговорился, - махнул рукой мужчина и коварно улыбнулся. - Поцелуемся, дорогая, как родственники? - кружка тут же исчезла и свёкор раскрыл объятия.

- Тему меняете? - нахмурилась, не желая поддаваться на провокацию. - Не хотите рассказывать, что я тогда делаю рядом с Повелителем мёртвых, притом в качестве его жены, при этом никак не подходя ему по параметрам?

- Так надо было, - ответил спокойно и поднялся с кресла.

- Если я не подхожу, почему не нашли ему ту, кто смогла бы выдержать Тьму? Носительницу Тьмы, например. Или какую-нибудь Тёмную Богиню в другом мире?

- А что, хорошая идея, - одобрил свёкор и сделал шаг ко мне. - Только Тёмные Богини на дороге не валяются, и так просто их не найти. А в своих мирах они ценятся очень высоко. Какой демиург их отпустит? Они и там нужны...

- И Дронд так и будет несчастен всю жизнь? В одиночестве, без возможности завести детей? - ужаснулась перспективе, на время забыв о себе любимой и о том, что решила искать способы что-то там изменить в наших отношениях.

- А поцеловаться всё-таки стоит... - резко сменил тему, встал передо мной на колени, заключил опешившую меня в объятия и чмокнул прямо в губы.

Поцелуй был вполне себе братский. А вот глаза, светящиеся зелёным из-под капюшона плаща, накинутого на решившего нарисоваться супруга, совсем не братской любовью пылали.

- Ты поэтому отослал меня за подарком? - а вопрос задал всё равно спокойным тоном, будто и не претензии предъявлял, а так, погодой интересовался.

- Дронд! Ты быстро вернулся, - свёкор довольно усмехнулся и поднялся с колен.

- Объясни, что происходит, будь любезен, - ровным тоном попросил Повелитель умерших, кажется, обращаясь к отцу, но при этом почему-то смотрел прямо на растерянную меня.

- Ничего такого, сын, - небрежно пожал плечами обнажённый мужчина и вернулся в кресло, вольготно расположившись там.

Подхватил свой посох -- для чего он ему, стриптиз танцевать? - закинул нога на ногу и приготовился наблюдать.

- Ничего? - градус тона моего супруга понизился, но папаша и глазом не моргнул.

Я же как кролик, загипнотизированный удавом, смотрела прямо в горящие зелёным светом глаза, и не могла произнести ни слова. Муж медленно выпустил из рук коробочку, которую держал в руках, она с глухим стуком упала на деревянный настил пола беседки. Мужчина резко, со всего размаху наступил на коробочку, покрутил ступнёй, туда-сюда, убрал ногу и глухо произнёс:

- Ты светлый, она светлая... Следовало раньше догадаться, - развернулся, и печатая шаг, направился вон.

- Дронд! - теперь отмерла и я, вскочила с места, рванув следом за супругом. - Ты не так всё понял! - стандартная отмазка для классической ситуации "а мужа не ждали", сама сорвалась с губ.

Услышал и отреагировал. Остановился, скинул капюшон и медленно, с угрозой развернулся ко мне. Тихо прошипел:

- Как раз так, как надо, - вокруг его фигуры клубилась Тьма, и её становилось всё больше и больше, с каждым мгновением. - Отойдите, вы можете пострадать.

- Не отойду, пока не выслушаете меня, - я тоже могу быть упрямой, когда очень надо.

- А что вы мне можете сказать? - губы мужа кривились в горькой усмешке. - Про развод я помню. Теперь понимаю, зачем он вам нужен был. Отец, думаю, не против будет нас с вами развести. Соблюдёт собственные интересы. Всё так просто, а я слеп был всё это время, - и всё это вежливым спокойным тоном.

А Тьма разрасталась прямо на глазах. Животные в своих корзинках забеспокоились, а мне стало сложно дышать. Но я упрямо не сдвигалась с места, всё так же глядя в глаза супруга:

- Почему вы что-то там придумали и решили, что именно это правда? - спросила сердито, сжав кулачки. - Вы ревнуете, потому не способны услышать глас разума?

- Сейчас я как раз очень хорошо его слышу, - ответил мужчина спокойно, всё так же не отводя взгляда от меня.

И вот как его переупрямить? Рассказать о том, что я и сама не ожидала подобного поступка от его отца? А поверят ли мне? И я не придумала ничего лучше чем сделать два быстрых шага к супругу, положить ему ладони на плечи, встав на цыпочки и, не тратя время на лишние размышления, только мысленно упрашивая свой огонь не обжечь, чмокнула мужа прямо в губы. Если уж экспериментировать, в надежде на то, что удастся сдержать свой Свет, то почему бы не начать с этой малости? Мужчина отшатнулся, а я подумала, что наверное сделала глупость. И ему или больно, или неприятно моё прикосновение. Действовала-то на эмоциях, теперь расплачиваюсь... Муж меня оттолкнул и сделал пару шагов назад.

- Пытаетесь усидеть на двух стульях? - задал оскорбительный вопрос холодным тоном. - Для чего? Думаете, в два раза больше выгоды получить с этого?

- Какая выгода? Вы о чём? - а теперь я тоже обиделась, потому что не чувствовала себя ни капельки виноватой и инсинуации супруга выглядели, на мой взгляд, просто глупо. - Мне просто захотелось показать, с кем я целуюсь по собственной воле, а с кем без желания и то, только потому, что оттолкнуть не успела. Но вам же виднее. Вы же с самого начала разговора здесь присутствовали, - подбавила в голос иронии и яду. - Идите куда шли... Не буду я ничего вам доказывать. Таких упёртых баранов переубеждать бесполезно. Они всегда лучше знают, что там было и как, при этом заочно.

- Как всё запущено, - вмешался в разговор задумчивый свёкор. - Даже не думал, что всё так далеко зашло, - поднялся с кресла и окинул нас серьёзным взглядом. - Дронд, ты очень рискуешь, - в его голосе звучало предостережение. - Ну, а я пойду, наверное. Сами разберётесь, без меня. Дела, дети, дела...

- Куда? У меня есть к тебе разговор по поводу развода, - муж отлепился от меня взглядом, перенеся всё внимание на отца. - Чем скорее мы оформим это дело, тем проще тебе будет присматривать за своей любовницей.

- Дронд! - возмутилась я и сделала снова пару шагов к супругу, желая поколотить этого упрямца.

- Стойте там, где стоите! - рявкнул он и Тьма колыхнулась, стараясь дотянуться до меня. - Не заставляйте применять к вам право Господина, чтобы удержать на месте.

- Снова будете ломать, как куклу? - теперь и во мне проснулась ярость и в душе полыхнуло странным огнём. - Это же так просто, самому вынести приговор, не заслушав обе стороны, и самому же наказать. Вам так нравится дёргать за ниточки и заставлять, да? Какое-то извращённое удовольствие в роли кукловода находите? - всё, меня понесло, я тоже была зла и готова была наговорить кучу обидных и гадких вещей. - Вы вообще способны слышать кого-нибудь кроме себя сейчас?

- Что? - с этим вопросом, озвученным синхронно, оба мужчины уставились на меня во все глаза.

Только каждый смотрел по-своему. Взгляд свёкра выражал неприкрытое изумление, а Дронда -- злость.

- Просто так, ни за что, ни про что обидели. Ещё и в куклу превратить хотите. Что, что? А ничего! Один специально целует, чтобы выбесить сына, другой ведётся на подначку, ещё и о меня ноги вытирает. Я в абсолютном восторге, вот что! От вашей семейки, ваших внутрисемейных отношений и интриг! А можно я не буду разменной монетой в них? Вы нас по-быстрому разведёте, я заберу кошку, собаку и их малышню, и свалю куда-нибудь подальше от вас обоих, - упёрла руки в бока и просто-таки испепеляла взглядом обоих.

- Ты не выживешь одна, - сказал свёкор спокойно и обратился к сыну. - Извинись, Дронд. Ты виноват. Глупостей наговорил, зря притом. А уж любовницу я найду где-нибудь в другом месте. Эта шур -- твоя, полностью и с потрохами. Не упусти шанс.

- Что ты хочешь этим сказать? - тут же насторожился Дронд, как-то быстро остыв и перестав кипеть.

- А ты присмотрись к ней... и сам всё поймёшь, - криво улыбнулся свёкор, перехватил свой посох поудобней и произнёс: - Надо же, как всё обернулось. Вот этого я точно не предвидел... Нам с тобой надо будет серьёзно поговорить, но потом, без неё. Не забудь извиниться, - и был таков.

- Я что, вещь, чтобы обо мне говорить, но без меня? - возмутилась, всё ещё не отойдя от раздражения.

- Нет, - заторможено отозвался супруг, каким-то странным, отрешённым взглядом глядя на меня. - Не вещь, - обошёл меня, наклонился, подобрал что-то с пола. - Это был подарок для вас. Сломался, - заметил он всё таким же безучастным и безжизненным тоном. - Найду новый.

Поворачиваясь вслед за его перемещениями, отслеживая их, заметила как что-то блеснуло в руках у мужчины и возмущение на миг отступило перед любопытством. Вытянула шею, желая лучше разглядеть что же такое подобрал с пола супруг. Кажется браслет, но точнее рассмотреть не получалось, вещица исчезла в большой ладони мужа. Там же спряталась и порванная коробочка. Сам Дронд явно собрался сделать ноги в неизвестном направлении, так ничего мне и не объяснив. Быстренько сориентировавшись, метнулась к выходу из беседки и встала поперёк, расставив ноги и руки в стороны.

- Я хочу получить ответы на свои вопросы! - заявила непримиримо.

- Мне нужно время, чтобы усмирить Тьму, - тёмное облако так и окружало фигуру мужчины, не думая уменьшаться в размерах, замечание было уместно.

- А потом я получу ответы на свои вопросы! - неохотно опустила руки.

- Алина, - ровно произнёс супруг. - Извините меня за неподобающее поведение. Но мне нельзя здесь более оставаться. Это может быть опасно для вас. Потому, извините ещё раз, - и исчез, так и не дав прижать себя к стенке.

- Какие же вы гады! - озвучила собственную досаду вслух. - Всё, точно развод. Женись на какой-нибудь Тёмной Богине, пусть папаша тебе её найдёт. А мне всего это счастья не надо, - зло поджав губы дошла до столика, на котором лежала кошачья игрушка, подхватила её и швырнула в угол беседки, пытаясь так сбросить накопившееся напряжение.

Леди выбралась из своего гнёздышка, потёрлась о мои ноги, я нагнулась, подняла кошку на руки, села в кресло, пристроив кису на коленках и задумалась. Только думать и делать выводы было не из чего. Слишком мало информации, чтобы хоть что-нибудь понять. Что имел в виду свёкор, когда советовал Дронду ко мне присмотреться? Что во мне поменялось? Или он удивлялся тому, что я отпор дать могу? А то всё девочка-одуванчик, девочка-одуванчик... а тут зубки показала. Нет, это что-то более весомое, наверное, но так сходу мне не догадаться.

Рассеянно гладила и чесала за ушком кошку, раздражение постепенно рассеивалось и на смену ему приходил отходняк. И вот к чему я это эмоциональное выступление устроила, а? Как будто меня услышали и выводы сделали... Прямо разбежались и всё мне разъяснили и перестали обращаться как с игрушкой. Что же вокруг меня происходит? Как я умудрилась выйти замуж и не запомнить это? Хорошо, муж сказал, умирала... И? Совсем невменяемая была? И почему не помню почти ничего из прошлой жизни? В чём причина? В том, что я не единожды пересекала грань, отделяющую мир живых от мира мёртвых? Потому памяти о прошлой жизни не осталось? Нет, так невозможно гадать. Нужно мужа пытать, пусть сознаётся во всём, что знает. И даже пыточный инструмент имеется, далеко ходить не нужно. Я, собственной персоной. Пару раз поцелую взасос, ладошками поглажу по самым важным местам, и всё, информацией буду обеспечена. Мысли тут же скакнули в область сложности возможных интимных взаимоотношений между супругом и мной. И была в этом всём какая-то неправильность, которая ускользала от памяти, хихикая над глупой мной. Что-то такое очевидное, что никак не хотело формулироваться и я сидела в кресле ещё довольно долго прежде чем подскочила, скинув с колен задремавшую Леди, и воскликнула:

- Не может быть!

Забегала по беседке, забывшись. Кажется, мне удалось договориться с собственным огнём. Ведь кожа Дронда не пострадала от моих прикосновений. Пусть я и совсем легонько, и только губами... Но никаких ожогов. Возможно, именно это имел в виду свёкор? То, что... А что это даёт? И как долго я смогу контролировать свой огонь? А если забудусь? И как проверить? На последнем вопросе я зациклилась. Очень хотелось попробовать снова и понять, действительно ли что-то поменялось во мне так, что я теперь могу со своим огнём договориться. Или не поменялось? Все обиды отступили перед лицом моего любопытства. Я оказалась отходчивой, очень быстро забыла о том, что дуюсь на супруга. Так и тянуло сходить к нему в покои и проверить, насколько моего контроля хватит... Только боязно. А если я ошибаюсь? Или в этот раз со Светом не удастся договориться? Тогда что? Снова муж будет мучиться от ожогов? Такой ценой проводить эксперименты... Подумай я об этом раньше, и в пылу спора не решилась бы чмокнуть супруга в губы. Теперь буду сама изводить себя любопытством и страхом напортачить и причинить боль просто так, потому что поэкспериментировать захотелось.

Раздираемая внутренними противоречиями, я и не заметила, как появились в беседке лекари и слуги, и как пробежала большая часть дня. Вот и получалось, что я то бродила вокруг своего ажурного, оплетённого вьющейся розой жилища, то мчалась к креслу и сидела в нём, то кружила по саду, а то снова возвращалась к креслу и думала, думала, думала. Сумбурно, так и не придя ни к какому решению или полезным выводам. Убила время, называется. Лучше бы какую-нибудь умную книжку почитала бы. Больше пользы было бы. Жаль, что книг здесь нет. Вдруг удалось бы какую информацию о себе или Повелителе мёртвых найти? Попросить супруга? А захочет ли он меня подобным образом баловать, если только недавно обвинял в измене? И пусть извинился... Но я же до сих пор не знаю, что же на самом деле он там себе надумал после объяснения свёкра.

День какой-то суматошный, волнительный и раздражительный получился. К вечеру я уже совсем сходила с ума, успев накрутить себя до предела. Мерещилось и то, и это, и другое. То, казалось, что супруг всё-таки захочет развестись. То, казалось, что понял свою ошибку и раскаивается. То, казалось, что вообще ничего не ясно. А то, казалось, что вот ещё чуть-чуть подумаю, и тут же всё пойму.

Растревоженные моим суматошным мельтешением лекари пытались поить меня лекарствами и уговаривали поесть. Но я отмахивалась от них, не в силах сейчас думать о нуждах своих насущных. И животных забыла бы покормить, если бы Леди не начала крутиться рядом, жалобным мявом выпрашивая еду.

И спать я пошла всё в том же раздрае. Так и тянуло сходить в гости к супругу... Но нерешительность, проклятая нерешительность, которая взялась непонятно откуда, заставляла колебаться. Да и мерещилось, отчего-то, что служанки и лекари сегодня не в пример внимательней за мной следят... И когда я всё-таки набралась мужества и сделала шаг к выходу из беседки, собираясь пойти в ту часть сада, где можно было перейти в покои супруга, один из лекарей тут же насторожился и заступил мне дорогу:

- Нельзя, Госпожа, - дрогнувшим голосом, но решительно, заявил он.

- Почему? - тут же нахмурилась, всё сегодняшнее напряжение грозило вылиться в истерику и пришлось закусить нижнюю губу, чтобы было легче сдержаться.

- Приказ Господина, - коротко, ясно и по существу.

Вот только мне от выяснения ситуации легче не стало. Скорее наоборот, точка кипения мозга стала ближе. И что этим приказом хотел сказать Дронд? Что больше видеть меня не желает? Но я же ни в чём не виновата! Мы же уже это выяснили... А тут такая нелепица.

- Это точно? Вы не ошиблись? - спросила, прежде несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув.

- Это точно, Госпожа, - вступил в разговор другой лекарь. - Господин сказал, что для вас сейчас может быть опасно находиться с ним рядом. Пока Господин не успокоит Тьму, вам лучше не ходить в его покои.

- Хорошо, - согласилась неохотно. - Тогда я хочу поспать. Сама в таком состоянии не засну. У вас есть снотворное?

- Есть, - после некоторого колебания ответил лекарь.

- Неси! - велела твёрдо и уверенно. - Хочу выспаться.

Служанки тут же захлопотали вокруг меня, готовя ванну перед сном, и ночную рубашку. Я внешне покорно позволила себя и искупать и переодеть. После того, как меня уложили в постель, отослала всех, кроме одного лекаря, аргументировав это тем, что снотворное я и под его приглядом выпить могу, и так как собираюсь спать, мне больше никто не понадобится. Демонстративно взяв чашку с питьём в руки, покрутила её в ладонях и, дождавшись момента, когда внимание лекаря отвлеклось от меня, выплеснула жидкость на стену из вьющейся розы. Состроив невинную гримасу, подержала чашку в руках ещё чуть-чуть, а потом с громким стуком поставила на стол.

- Надеюсь, поможет, - произнесла, зевнув и потянувшись.

Нырнула под одеяло и затаилась тихо-тихо, как мышка, делая вид, что засыпаю. Повернувшись пару раз с боку на бок, устроилась так, чтобы сквозь полусомкнутые ресницы видеть лекаря. Какое-то время пришлось лежать неподвижно, изображая спящего человека. И как обычно в таких ситуациях, то рука зачешется, то нос, то чихнуть тянет... Так и хотелось поелозить, устраиваясь поудобнее и избавляясь от зуда. Но я мужественно терпела, стараясь даже не морщиться. И была вознаграждена за терпение, лекарь, побыв ещё немного рядом со мной, поднялся с кресла, подошёл к кровати, прислушиваясь к моему дыханию, а после просто растворился в темноте, оставляя меня одну.

Выждав ещё минут пять и так и не дождавшись появления сторожа-лекаря, осторожно откинула одеяло, тихо-тихо спустилась с кровати, шикнула на Найду, которая подняла голову и смотрела на меня с любопытством, пытаясь понять, что это там хозяйка делает, и неуверенно, постоянно вздрагивая и оглядываясь, направилась к выходу из беседки и сада.

Уже собираясь пересечь невидимую границу, задумалась над тем, что, наверное, шляться по покоям супруга в одной ночной рубашке как-то не комильфо. Но очень уж тянуло проверить, что там с Дрондом, а заодно поговорить. О чём собиралась говорить, даже как-то не обдумала заранее. Но то, что одним из вопросов станет: "Почему в этот раз я тебя не обожгла?", даже не сомневалась. И если уж идти, то идти напролом. Да и внутреннее моё чутьё говорило о том, что супругу сейчас как-то нехорошо и тревожно. Снова вскрылись старые раны или ожог проявился, только с запозданием? Как всё сложно в моей семейной жизни... Вот так вот с ходу и не разберёшь ничего, кроме одного, мужа -- люблю. А раз люблю, значит буду бороться. И от происшествия со свёкром и явления мужа в самый неподходящий момент, одни недосказанности и непонятности остались. Точнее приплюсовались к уже имеющимся.

Вот и кралась я в ночи, подсвеченной разноцветными светящимися жучками, подгоняемая тревогой и глупым желанием увидеть супруга, прямо сейчас и на блюдечке с голубой каёмочкой. И даже не сразу обратила внимание на то, что, в знакомом коридоре, как будто немного посветлело. Или глаза привыкли к тьме, или мой своенравный Свет решил поработать осветителем. Когда обратила внимание, шла уже оглядываясь во все глаза, в попытках понять, я свечусь или случилось невероятное, Дронд решил освещение провести. Но много увидеть не удавалось, свет был очень слабым и давал только иллюзию того, что я что-то вижу во тьме. Слишком мало он разбавлял привычную этим стенам темноту, чтобы увидеть какие-либо подробности. Вот и гадай, то ли обман зрения, то ли внушение самой себе, то ли что ещё. Но феномену я дивилась всю дорогу до какой-то двери. И только ткнувшись в неё носом, поняла, тревога меня уже никуда не тянет. И шла я всё это время на автопилоте.

И где, скажите мне, теперь искать благоверного? Открыла дверь, но тот слабый свет, что удивлял меня всю дорогу до этой комнаты, не помог рассеять и тьму покоев. Так, только слабые очертания мебели и удалось рассмотреть. И тут же я развернулась как стрелка компаса, в обратную сторону. И застонав, прикрыла глаза рукой. Кажется, меня поймали с поличным. И какую причину придумать насчёт того, что нарушила запрет? Об этом я как-то заранее не подумала, гонимая адской смесью чувств во тьму жилища Дронда.

Обречённо вздохнув, заторопилась обратно, в свой сад. Приличных причин для прогулки по покоям супруга не придумывалось. Оставалось одно -- правда матка. Вот только сумбурная она получится. И как я могла забыть о том, что и Дронд меня ощущать может? Ведь, наверняка, эта наша с ним связь обоюдоострая. Почувствовал ли он моё присутствие в своём доме? И не поэтому ли решил меня в беседке демонстративно подождать? Или что-то ещё задумал? Ладно, для того, чтобы узнать, осталось сделать всего несколько шагов.

В беседку я входила с беззаботным выражением лица, внешне спокойная как танк, готовая к чему угодно, но только не к тому, что супруг сидит, устало обмякнув в кресле, а на столе лежит коробочка, очень похожая на ту, что мужчина раздавил сапогом с утра.

В первую очередь подошла на цыпочках к Повелителю мёртвых, склонилась над ним и улыбнулась, не удержавшись. Мужчина спал. И кто это говорил, что ему сон не нужен? Иногда и вот таким вот крутым мальчикам необходим. Не удержалась, провела рукой по неожиданно мягким белым волосам, разметавшимся по ткани плаща. Надо же, пришёл, скинув капюшон. Впрочем, ночь на дворе. Света мужу бояться пока не приходится.

А раз коснувшись волос, просто так руку уже убрать не смогла. Снова и снова пропускала пряди между пальцами, не рискуя дотрагиваться до кожи мужчины. Остановилась с трудом, чувствовала себя в этот момент наркоманом дорвавшимся до вожделенного наркотика после долгой ломки. Ещё чуть-чуть и пришлось бы бить себя по рукам. А так, помедитировав и поубеждав себя в том, что тоже отдохнуть не помешает, да и коробочка ещё не осмотрена, с трудом сделала шаг от кресла назад.

Следующим пунктом остановки стал стол. Неуверенно коснулась пальцами бархата, потом, подталкиваемая любопытством, взяла коробочку в руки. Приоткрыла крышку и задохнулась от восторга. Браслет, прятавшийся под крышкой, пришёлся мне по душе. Он весь состоял, как будто, из завиточков и цветов. Лепестками цветам и листочками, служили изумруды. Сама основа браслета -- золото. Дорого и невероятно красиво. Повертела украшение в пальцах, повздыхала на эту красоту и только собралась убрать обратно в коробочку, как в голове мелькнула мысль и я так и застыла, с браслетом в руках, борясь с желанием примерить. После пяти минут борьбы сдалась с разгромным счётом. Проиграла желанию посмотреть, как будет выглядеть браслет на моей руке, всухую.

Неуверенно надела украшение, защёлкнула замочек и ещё раз восхищённо вздохнула. Какая прелесть. Красиво, просто слов нет. Неужели это подарок для меня? Взамен сломанному принёс? Не потому ли теперь спит, что куда-то носился, чтобы купить новый или починить старый? Первый подарок я ведь так толком рассмотреть и не успела... Потому с уверенностью сказать тот или не тот, не смогла бы.

От одной только догадки, что ради того, чтобы принести к спящей мне подарок, этот вот мужчина, куда-то там ходил в срочном порядке и явно от этого вымотался до того, что чувствовал себя совсем недавно плохо, плеснуло такой горячей радостью и нежностью, что я вернулась к креслу, присела на свободный краешек подлокотника и легонечко, очень желая не навредить, провела кончиками пальцев по щеке мужа. Замерла, как готовая упорхнуть при первых признаках опасности птаха, вглядываясь до боли в глазах в лицо супруга. Вроде, никаких следов ожога не наблюдалось. Тогда я осмелела, стараясь игнорировать сердце, трепыхающееся от волнения в груди, соскользнула с подлокотника и коснулась губами глаз мужчины, обмирая при мысли о том, что может проснуться, и в то же время не в силах бороться с бесконечной нежностью, толкающей меня на глупые поступки. Сердце щемило от того коктейля чувств, которое я испытывала сейчас, а к глазам подступили слёзы. Даже парочка самых шустрых слезинок повисли на ресницах, пришлось смахнуть их ладошкой.

И снова пришлось с собой бороться и заставлять отойти. Еле-еле отогнала совсем сошедшую с ума себя от кресла. Присела на кровать, полюбовалась на браслет, попробовала его снять и испугалась. Застёжка и не думала открываться. Подёргала её и так, и этак, и в отчаянии закусила нижнюю губу. Не ломать же, пытаясь воздействовать грубой силой. И не будить же мужа, чтобы помог снять... Придётся спать так, а потом признаться супругу, что примерила без его пригляда. Надеюсь, подарок точно мне, а не Найде, к примеру. И краснеть за то, что чужую вещь взяла, не придётся.

Уговорив саму себя всё-таки лечь в кровать, а не устроиться где-нибудь на одеяле рядом с Дрондом, или ещё лучше, прямо на коленках супруга, вытянулась в полный рост в своём уютном гнёздышке и задумалась, мечтательно улыбаясь. А там, намечтавшись, даже не заметила, как ускользнула в сон, очень приятный и солнечный. Вот только о чём он был, утром вспомнить не смогла. Что не помешало проснуться в прекрасном настроение.

Не сразу поняла в чём причина, а после вспомнила вчерашний вечер и счастливо улыбнулась. Тут же подскочила на кровати, выглядывая Дронда в кресле. Кресло имелось, супруг отсутствовал. А браслет так и красовался у меня на запястье, вызывая очередную улыбку. Провела рукой по распущенным волосам, потянулась и ещё раз улыбнулась, и тут же насторожилась. Распущенные волосы? Я вчера точно косу на ночь заплетала и сама её не распускала? Если не я, то кто? Неужели Дронд? Но зачем? Ухватила светлый локон пальцами и глянула не него с недоумением. Ничего не понимаю... Но настроение всё равно хорошее.

Потому с удовольствием и умылась, и чуть ли не приплясывая, позволила себя одеть, и с Найдой практически бегом на прогулку отправилась. А когда вернулась, поражённо застыла на пороге беседки. Среди служанок появилась новая особа. Строго, но со вкусом одетая, она при этом выглядела какой-то напряжённой и явно чувствовала себя не в своей тарелке.

- Госпожа, - тут же обратилась ко мне одна из служанок, заметив, что я вошла. - Это портниха. Господин велел снять с вас мерки, чтобы заказать вам новый гардероб.

Когда она это сказала, поняла, что мне очень сейчас пригодилось бы кресло, ну или какая-никакая завалящая табуретка. Ноги не держали, так удивилась заявлению служанки. Пришлось опереться об ажурную стенку беседки, чтобы не запнуться на ровном месте, когда делала следующий шаг вовнутрь.





Глава 9


Любви и Свет, и Тьма покорны




Портниха пробыла недолго, ровно столько времени, сколько понадобилось мне, чтобы разоблачиться и ей, чтобы снять мерки. Обещав пошить новые платья, бельё, сорочки и всё необходимое, дама поспешила откланяться, а я не в силах была её удержать, так как до сих пор находилась в полной прострации. Зачем мне новый гардероб? Супруг понял, что мне неприятно носить то, что осталось после умерших людей? Но раньше-то он о таких тонкостях не задумывался... Или ему донесли про мой кислый вид, который сам собой нарисовывался на лице, когда дело касалось выбора нарядов?

Дальше дивиться пришлось ещё больше. Мне принесли обувь, как сказали служанки, абсолютно новую, по снятым с меня во сне меркам сшитую. Надо было примерить. И я занялась примеркой. Когда супруг успел это всё организовать? И как ему так быстро столько обуви успели сшить? День одного сплошного удивления. Потому что мне принесли расчёски, шпильки, гребни в красивом ларце, и пояснили, что это тоже только моё, недавно купленное.

На вопрос, куда теперь это всё девать, шкафы-то забиты под завязку, получила ответ. Старое всё выкинуто, шкафы будут заполняться новым. И всё это по приказу Господина. Мне только и оставалось глупо хлопать ресницами в ответ, в попытках осмыслить происходящее. Что такого случилось, что супруг так активизировался? Мало мне старых вопросов, а к ним ещё и прибавилась куча новых.

Абсолютно дезориентированная, наблюдала за тем, как служанки исчезают и появляются, загруженные всякими мелочами, вроде носовых платков или -- о, ужас! - прокладок. Провожала взглядом очередную партию вещей, полыхая щеками и ушами, боясь даже спросить, кто всё это покупал. Даже не важно было где, а вот кто... Что-то мне подсказывало, что супруг. И чулки мне выбирал... и... Ой, мамочки! С каждой новой ходкой служанок, всё более острым становилось желание спрятаться куда-нибудь под одеяло и пережить все перемены там, в темноте и тишине. И при этом стараться не думать о том, что если не супруг покупки делал... То тогда вполне мог и свёкор поучаствовать. Вчера же Дронд проговорился, что подарок ему посоветовал отец прикупить.

Глянула на браслет, снять, как ни пыталась, мне его не удалось, и решительно вышла из беседки. Если кто и сможет снять, то супруг. Да и у него сейчас как раз темно и тихо. Никакой суеты и возни. Даже лучше, чем под одеялом. И никто вроде задерживать не спешит. Значит, вчерашний запрет уже не в силе. И почему вчера нельзя было, а сегодня можно? Действительно ли муж Тьму успокаивал или причина в том, что где-то гулял, сегодняшнее безобразие организовывая? Вот сама у него и спрошу, если застану, конечно, на месте. Чувство-то тревоги уже не используешь в качестве путеводной нити. Придётся наугад тыкаться во все двери. Надеюсь, ничьей личной жизни таким хождением куда глаза не видят, не помешаю.

- Алина?! - моё имя, произнесённое знакомым голосом, заставило вынырнуть из глубокой задумчивости и глянуть на мужа удивлённым взглядом.

Стоит себе в привычном плаще, прямо по моему курсу, и не двигается.

- Вы? - спросила растерянно, мужчину совсем не ожидала увидеть в своём так неожиданно и по пути к нему в покои.

- Куда вы направляетесь? - спросил муж спокойным тоном.

- А вы? - вернула ему вопрос обратно.

- Вас хотел навестить, проверить, как мои распоряжения выполняются, - ответил просто и протянул мне руку, предлагая на неё опереться.

- А я птиц забыла покормить, - вспомнилось так некстати или кстати, это как посмотреть.

- И как вы их кормить собрались, с пустыми-то руками? - показалось, или притянул мою руку к себе поближе, так, чтобы и я рядом, бок о бок с ним шла?

- Служанки заняты. Спросить не у кого, - растерянность не проходила, как и моментом проснувшееся смущение.

- Придётся мне вам помочь, - констатировал супруг ровным тоном.

- Мне неудобно... Вы вчера устали сильно, - смутилась ещё больше, потому что рука мужа переместилась на мою талию.

И сердце в груди тут же трепыхнулось пойманной птицей. Ещё немного и Дронду придётся тащить меня на себе, коленки ослабли мгновенно.

- Уже отдохнул, - твёрдо ответил мужчина. - И компанию вам составлю. Как же можно оставить птиц не кормленными? И не будете же вы таскать корзину сами? Служанки заняты, а я как раз свободен.

- Не боитесь обжечься? - тихо-тихо спросила его, чувствуя как ладонь мужчины греет меня даже сквозь ткань перчатки и моё платье, попутно отнимая способность ровно дышать.

- Нет. Я же в плаще, - пожал плечами, продолжив путь, при этом и не думая убирать руку с моей талии.

- А-а-а... - протянула в ответ, не зная что ещё сказать.

Уж слишком остро чувствовала нахождение рядом супруга. И хотелось сделать совсем глупую вещь, прислониться головой к его предплечью и так замереть. Сдержалась только чудом, сосредоточившись на том, чтобы вдыхать и выдыхать. А то были все шансы забыть совсем о том, что это нужно делать, так я была напряжена.

У первой кормушки, возле которой остановился Дронд, и я следом за ним, у ног мужчины появилась корзинка с зерном. С неохотой отлепилась от супруга и окунула ладошки в еду для птичек. Зачерпнула щедрую горсть, ссыпала в кормушку, корзинка тут же исчезла, а муж протянул мне руку, снова предлагая на неё опереться. Вспыхнула тут же как маков цвет, стоило только понять, что прогулка в обнимку продолжится. Но колебаться долго не стала, охотно скользнула в предложенные объятия и прильнула к руке супруга уже смелее, стараясь даже не задумываться над тем, что же так изменилось с позавчера и вчера, что Дронд так непривычно себя ведёт. Сил хватало только на то, чтобы приструнить взметнувшуюся радость и не выдать себя с потрохами.

- Я не умею быть обходительным с женщинами, - доверительно и очень уж неожиданно нарушил тишину муж. - Придётся учиться. Вы простите мне огрехи, если я вдруг где-то оступлюсь?

Глянула на него широко распахнутыми глазами и неуверенно кивнула, боясь, что голос меня не послушается.

- Вы не передумали быть вместе со мной? - спросил после небольшой паузы, и я тут же забыла как дышать.

- Нет. А должна была? - удалось с трудом справиться с собственным голосом.

- Знаете, а у нас с вами есть шанс... - не стал он отвечать на вопрос и не требующий ответа.

- Какой? - любопытство тут же подняло голову и я невольно замедлила шаг.

- Неплохой, - мужчина остановился и повернулся лицом ко мне.

Скинул капюшон и недовольно поморщился на лучик света, посмевший коснуться его кожи. Непроизвольно вскинула руку, желая защитить мужчину от возможного ожога или неприятных ощущений.

- Я так рад, что вы здесь, - поймал рукой мою и притянул ладошку к своим губам.

Вздрогнула, когда коснулся ими моей кожи и судорожно вздохнула, во все глаза выглядывая последствия для мужчины из-за этого опрометчивого движения, на его лице. Но ничего не происходило, муж всё так же держал меня за запястье, и никаких ожогов на губах не появлялось.

- Правда? - удивилась вполне искренне. - Недавно вы так не думали, - не удержалась от мягкого упрёка.

- Недавно... - тень улыбки появилась на невозмутимом лице. - Недавно я и помыслить не мог, что Тьма и Свет могут идти рука об руку по жизни.

- И что изменилось, если вы вдруг поняли, что могут? - задумчивый взгляд тёмных глаз заставлял сердце биться быстрее и быстрее, как и рука на талии.

- Я прозрел, - поведал мужчина и притянул меня к себе.

- Почему же тогда я не прозрела и так ничего и не понимаю? - вздохнула вполне искренне и от души.

Моё движение привлекло внимание супруга и Дронд скользнул взглядом по той самой части тела, которая активно участвовала во вздыхании, выражение тёмных глаз тут же поменялось и стало каким-то прицельно пронзительным.

- А вы прислушайтесь к себе, и присмотритесь, - выпустил моё запястье из захвата своих пальцев, стянул зубами перчатку, и провёл их подушечками по моим губам, завороженно при этом наблюдая за движением собственной руки. - И сразу всё поймёте. Ведь вам легко дышится рядом со мной, правда?

- Плащ? - выдвинула предположение шёпотом, тая от неожиданной и такой странной ласки.

- Проверим? - муж в очередной раз поразил меня тем, что оторвавшись от прикосновений к моим губам, одним движением сорвал плащ с плеч и откинул его в сторону.

И тут же вернулся к поглаживаниям, теперь уже моей щеки. А я только и могла стоять, и смотреть удивлёнными глазами на супруга, в попытках прислушаться к себе и понять, что изменилось... Уловить изменения не получалось, разве что понятно было, что Тьма больше не вызывает во мне дискомфорта. Дронд приструнил строптивицу? Но почему тогда мужа не обжигают прикосновения ко мне? Если бы мужчина, нежными, лёгкими касаниями не отвлекал меня от сосредоточенного копания в себе, то взвыла бы от досады из-за того, что не получалось понять, в чём причина. А так, смотрела прямо в тёмные глаза, чувствуя как дыхание от действий мужа убыстряется, а краска заливает щёки. И руки непроизвольно обвились вокруг его шеи, а сама я привстала на цыпочки, чтобы достать.

- Совсем маленькая и лёгкая, - такую улыбку на лице супруга я ранее никогда не видела, широкую и невообразимо нежную.

Повелитель мёртвых, подхватил меня на руки и уверенно понёс по тропинке, и остановился только у следующей кормушки. Перед моим носом тут же появилась корзинка:

- Попробуйте зачерпнуть и так насыпать. Тянуться не придётся, - дал пояснение, реагируя на моё недоуменное выражение лица, мужчина.

- Но вам же тяжело! - попыталась возразить и снова наткнулась на очередную нежную улыбку.

Тут же стало не до возражений, и потянуло спрятать взгляд, чтобы не видеть бесконечной серьёзности во взоре супруга. Одеяло мне сейчас не помешало бы. Под ним всё происходящее пересидеть проще простого. Вот только дадут ли мне там спрятаться? Да и хочется ли на самом деле прятаться? Или в душе плещется невероятная, потрясающая радость? Такая всеобъемлющая, такая яркая и безумная, заставляющая забыть обо всём и просто наслаждаться моментом. Несмело подняла ресницы, стараясь твёрдо встретить серьёзный взгляд супруга... И тут же утонула в тёмных глазах, с головой, забыв о том, что птиц кормить надо и в рядом вроде как корзина висит. Воздуха тут же перестало хватать, но не потому, что Тьма вдруг решила помешать... а, банально потому, что я забыла о том, что дышать нужно. Так затаив дыхание и смотрела, не в силах отвести взор и сама потянулась навстречу мужу, как только он склонил голову надо мной.

Глаза сами собой закрылись, а я вся ушла в ощущение бесконечного счастья, что дарили губы супруга. Открываясь полностью вся навстречу, только и могла что крепче цепляться за шею мужчины, прижимаясь сильнее и сильнее. Вся та нежность, что под тонкой коркой смущения таилась до этого во мне, тут же ринулась на поверхность, желая погрести меня под собой, отозваться на ту ласку, что дарил мне муж. А я её и не держала, позволяя действовать так, как хочется и откликалась на поцелуй, чувствуя, что от него кружится голова, и что стой я на ногах, а не находись сейчас на руках у Дронда, точно упала бы от того, что коленки подгибаются. Эйфория кружила голову, пьянила, срывала слезинки счастья с ресниц... И я прижалась к щеке мужа на несколько мгновений, после того, как он оторвался от моих губ, а ещё поймала себя на том, что одной рукой зарылась в мягкие волосы мужчины. И мне совсем не хотелось прекращать поцелуй или отстраняться от супруга. Но я отпрянула, смущённо заглядывая в тёмные глаза, и в очередной раз утонула в них. И появилось твёрдое понимание -- я любима. Вот так вот просто и легко прочитала это в выражении глаз мужа. Не нужно было слов, не нужно было каких-либо действий... Мужчина просто так же открылся передо мной, как и я во время поцелуя... И я окунулась в омут тех чувств, что сейчас не сдерживаемым вихрем бушевали во взгляде Повелителя мёртвых. И поверила всему этому коктейлю эмоций больше, чем если бы сакраментальные слова были произнесены вслух. Любила ли я? Это я выяснила ещё ранее, потому сомнений в том, что чувствую, не было. Потому-то неуверенно улыбнулась супругу и тихо произнесла:

- Опусти меня, пожалуйста, на землю...

- Зачем? - выпускать добычу из объятий он явно не хотел.

- Пожалуйста, - попросила с хитрой улыбкой. - Отпустишь?

- Хорошо, - неохотно поставил меня на ноги.

- Идём, - схватила мужа за руку и потянула за собой. - Идём, идём... Тсссс, - приложила пальчик к его губам, останавливая готовый сорваться с них вопрос. - Просто идём со мной.

Подчинился и пошёл следом, как и хотела, не говоря ничего. Не уверена, что решилась бы на то, на что решилась, если бы он произнёс бы хоть слово. А так тянула за собой, чувствуя, что сердце бьётся где-то у горла, и временами замирает от сладкого предвкушения. Но упорно шла вперёд, не собираясь никуда отступать.

Понятливые лекари и служанки испарились тут же, стоило нам с Дрондом показаться рядом с беседкой. И только переступив порог, подумала о том, что не тороплю ли события и правильно ли поступаю. Неуверенно оглянулась на супруга, который зашёл вслед за мной. И Леди с Найдой на меня недоуменно смотрят. Как-то и не вспомнила о подобных свидетелях всего того, что может между мной и мужем произойти. На этой безрадостной ноте моя решимость угасла, и проснулось смущение. И теперь я уже не знала куда девать дрожащие руки и полыхающие, как знамя октября на первомая, уши. Выручил Дронд, сказавший таким тоном, будто так и нужно:

- Так будет лучше, - корзины с кошачьим и собачьим семейством исчезли.

- Где они? - тут же забеспокоилась о судьбе своих питомцев.

- Рядом. Ничего с ними не случится, - сделал шаг ко мне супруг и, кажется, он всё-всё про то, зачем я сюда его притащила, понял.

А вот я запаниковала, не зная куда деваться... Ощущение эйфории несколько притупилось и теперь я отчаянно трусила. Сглотнула, наблюдая за приближением супруга. Ой, что-то будет... Что-то точно будет!

- Вы боитесь меня? - остановился Дронд, за пару шагов до меня.

- Нет, - сказала истинную правду. - Я просто волнуюсь... - и как объяснить, в чём причина волнения и при этом не умереть от смущения?

- О чём? - сделал два шага и встал близко-близко, притягивая меня к себе.

- Ни о чём, а из-за чего, - поправила его и приподнялась на цыпочках. - Возможно, из-за этого, - коснулась его губ своими. - Мне почему-то очень страшно... Может, из-за того, что я не понимаю, что дальше? - это был вопрос скорее для меня, чем для него.

Потому что осознала - на самом деле не знаю, что там дальше. Чисто технически представляю... А вот как это, когда мужчина и женщина... Не помню, или просто не знаю. Амнезия виновата? Или просто... Просто я и в прошлой жизни этого не знала? Потому и помнить нечего?

- А так страшно? - поцеловал в уголок губ. - А так? - теперь пара лёгких поцелуев достались моим, тут же закрывшимся, глазам.

- Нет, - непроизвольно улыбнулась, волнение чуток улеглось от действий супруга.

- Не отпущу, никогда и никуда, - решительно произнёс мужчина и подхватил ойкнувшую меня на руки.

- Почему? - чудом нашлись силы задать вопрос.

- Потому что мы муж и жена... - ответил, так ответил. - И потом, я детей хочу, - вернул он мне старую шутку. - Мальчика и девочку.

- Что? - тут же распахнула закрытые глаза и уставилась на мужа с удивлением.

- А ты не хочешь? - задал вопрос спокойным тоном, только в уголках губ таилась улыбка.

- Хочу, - смутилась и уткнулась носом в грудь мужа. - Но не так же сразу...

- А раньше ты смелее была, - устроил меня на ложе и сверху пристроился, не давая мне возможности лишний раз шевельнуться или попытаться сбежать.

- Я просто обиделась, - попыталась выкрутиться из щекотливой ситуации, замирая испуганно под тяжестью мужского тела.

Супруг лёг так, чтобы придавить меня легонько, упираясь в кровать ладонями.

- Ты так смотришь... - вздрогнула под внимательным и жадным взглядом.

- Маленькая и лёгкая, - задумчиво растягивая слова произнёс муж. - Изящная и хрупкая. Кажется, прикоснись, и сломаешь, - перенеся вес на одну руку, другой провёл по моим убранным в прическу волосам. - А на голове будто расплавленный свет... У тебя волосы отражают твою суть. Так же золотом горят, как и ... - оборвал себя на полуслове. - Ты меня сразу же заворожила, как только я тебя увидел, сразу после перенесённой тобой болезни... Такая хрупкая. И жить совсем не хотела, хоть на самоубийцу и не похожа. Я так рад, что обернулось всё именно так, - разговорился, притом очень неожиданно. - Ты знаешь, что ты моя, сегодня точно будешь, полностью и бесповоротно? А после, я тебя никогда и никому не отдам... Пусть даже придут за тобой хоть с десяток светлых Богов.

Твоя? Да, твоя, наверное... Полностью и навсегда. И пусть потряхивает от волнения, и пусть не в силах я сейчас что-либо сказать, всё равно счастлива, безмерно и на любые жертвы готова ради этого конкретного мужчины. И губы охотно приоткрыла, чувствуя касание, и мощную шею руками с удовольствием обняла, притягивая супруга к себе. И как-то быстро стало всё равно, что там дальше. Потому что счастье настолько сильно туманило голову, что мыслить сколь-нибудь здраво не удавалось.

- Я буду очень нежным, - серьёзно пообещал мне супруг и полностью окунулся в процесс доведения меня до сладкого безумия.

И я беспомощно всхлипывала, когда нежно, благоговейно любимый мужчина касался моей кожи, лаская. Иногда он был нетерпелив. Например тогда, кто не стал мучиться с застёжками платья, а просто разорвал его. Или когда торопился с касаниями, нажимая чуть более жёстко, чем мне хотелось бы, и гладя чуть более резко, чем была в силах вынести напряжённая я. В эти мгновения, муж замирал, стараясь восстановить над собой контроль, а после действовал более мягко и терпеливо. А потом снова срывался в лихорадочные поцелуи и прикосновения, забывая о терпении. "Дорвался" - кто-то бесконечно более мудрый чем я, произнёс у меня в голове и затих. Да и не до посторонних мыслей мне было, уж слишком торопливо-горячечные эмоции накрывали меня с головой. И я охотно подчинялась и нетерпению, и нежности супруга, отбросив стыд и смущение. Им точно было не место рядом с нами в этот момент. И что может быть более восхитительным, чем понимание, что даришь любимому мужчине радость и наслаждение? Забыв о себе, желаешь только одного, чтобы ему рядом с тобой было хорошо... очень хорошо.

И я дарила ответные поцелуи, и неуверенные ласки, и подчинялась жаркому дыханию страсти охотно, очень охотно, забыв обо всём на свете. Так сладко, и почти не больно... Да, это было для меня в самый первый раз, это теперь я понимала совершенно точно. Но ничего против того, что вот так, и именно с этим мужчиной, не имела. Скорее была "за", обеими руками. И жаркие стоны сами срывались с губ, а я льнула к сильному телу, более не обезображенному шрамами отвратительной болезни, и плакала, тихими слезами бесконечного счастья. А потом долго лежала уткнувшись носом в плечо мужа, не в силах посмотреть ему в глаза. И он не выдержал, спросил дрогнувшим голосом:

- Так плохо было?

И столько неуверенности и расстройства, крылось за внешне спокойным выражением лица, что прижалась сильнее и помотала головой:

- Нет, очень хорошо... Очень, правда, - с трудом отлепилась от его плеча и заставила себя посмотреть ему в глаза, щёки тут же полыхнули пожаром, но я упорно не отводила взгляд. - Просто... я... мне... несколько всё непривычно, - с трудом подобрала слова и всё равно чувствовала себя не в своей тарелке.

- Правда, хорошо? - складочка между бровей супруга разгладилась под прикосновениями моих пальцев.

- Правда, - улыбнулась смущённо и провела ладошкой по скулам мужа.

- Предлагаю продолжить в моих покоях, - сполз с кровати и меня, подхватил моё тело на руки и тут же переместился, не дожидаясь моего ответа.

Первым делом супруг организовал слабый свет, а потом отнёс меня в собственный бассейн для купания. Роскошный, но очень мрачный. Муж меня из рук явно выпускать на собирался, какое-то время подержал на весу, а потом опустил на ноги, рядом с собой и тут же заключил в объятия, не давая отстраниться. И долго-долго стоял, уткнувшись носом в мои волосы. А я боялась пошевелиться, чтобы не спугнуть это блаженно-счастливое состояние от того, как бережно меня к себе прижимали и от желания прильнуть ещё сильнее. И тихо млела, обхватив супруга за шею, наслаждаясь моментом. Повелитель мёртвых не возражал против того, что я прижимаюсь к нему, и насколько сильно не возражал, очень хорошо удавалось прочувствовать. Уж слишком близко я стояла, и могла только радоваться, что в купальне полусумрак, скрывающий пылающие щёки.

Муж глубоко несколько раз вздохнул и отстранил меня от себя, очень нежно руками смыл с моего тела все признаки того, что между нами недавно произошло, снова подхватил на руки и по пологой лестницы выбрался из бассейна. Вытер меня простынкой тоже супруг, не дав вмешаться в процесс, а потом отнёс в свою кровать, оказавшуюся довольно широкой и вместительной. Вдвоём нам там было очень удобно.

Тянуло в сон - с непривычки чувствовала себя немного усталой - но я упорно ждала действий мужа. Ведь его состояние недвусмысленно намекало на то, что он хотел бы продолжения. Но Дронд просто притянул завёрнутую в сухую простыню меня к себе, крепко прижал к груди, зарылся рукой в мои волосы и так замер.

- А... - протянула неуверенно, не зная как задать вопрос на интересующую меня тему.

- Отдохни, - велел супруг спокойно. - Я пока не буду тебя беспокоить... Тебе больно будет, я же чувствую...

После этих слов, покраснела, наверное, с головы до ног, вся. Да, дискомфорт был, саднило и довольно неприятно... А раз супруг сам признался, что чувствует когда мне больно... Что тогда он чувствовал, ну, когда?

- Ой, - только и сказал смущённая всеми этими мыслями я, не зная куда деваться от того, что стало очень неудобно.

- Ты такой ребёнок ещё, - прошептал муж мне на ушко. - Мы же просто можем полежать... Или ты хочешь чего-то другого?

- Отдохнуть не помешает, - согласилась с ним, вздохнув и с трудом справившись со смущением. - Устала немножко...

- Тогда отдохнём, - обхватил рукой поудобней и тоже вздохнул.

Интересно, а по какому поводу он-то вздыхает? Но язык не повернулся озвучить этот вопрос вслух. Да и как-то очень быстро пригрелась я рядом с мужем, и сама не заметила как уснула. Пусть даже ночью выспалась, но как-то вымотала меня сегодняшняя эмоциональная встряска, потому ускользнула в омут короткого сна почти мгновенно.





Глава 10


Свобода



День прошёл чудесно. Совершенно непривычно и нереально. Весь день меня практически носили на руках, а на мои протесты, что так разучусь ходить сама, не обращали внимания. И мы докормили птичек, когда я вспомнила об этом. Взамен на участие мужа в этом таком необходимом для меня ритуале, с меня стребовали обещание поесть с ложечки, когда меня с неё кормить будут. И я послушно открывала рот, в этот раз сама, с удовольствием глотая суп, а потом жаренное мясо. К концу дня чувствовала себя бесценной куклой, с которой никак наиграться не могут и даже стала чуток хмуриться. Я всё понимаю, конечно, но проявляемая Дрондом забота, была как-то чересчур. К ночи я взбунтовалась, потребовав, чтобы со мной перестали так носиться и напомнила супругу о его обязанностях Повелителя мёртвых. Не за красивые же глазки ему дали эту должность, чем-то он же занимается в своём Царстве.

- Завтра с утра займусь, - тут же отмахнулся он от этого напоминания.

И тут же занялся одеванием меня любимой в непонятно откуда взявшуюся ночную рубашку. Подчинилась, постепенно закипая, и через минут двадцать возни с расчесыванием моих волос, не выдержала:

- Дронд! - возмущённо обратилась к супругу. - Я так не могу! В состоянии и сама переодеться, и заплести косу.

- Оставь распущенными, - попросил мужчина ровно. - Я хочу руками в них зарываться.

- Почему ты так нянчишься со мной? - спросила сердито, перекидывая волосы через плечо, делая их недоступными для загребущих ручек мужа.

Молчал долго, думала уже, что совсем не ответит на вопрос, когда отмер и подбирая слова произнёс:

- Всё время... хочется убедиться, что ты рядом, и что это правда. Что я могу касаться огня и не обжечься, - протянул руки вперёд, и вернул пряди на место -- на мою спину, и жадно провёл по ним рукой. - Они как жидкий, расплавленный огонь, - прошептал тихо. - Не могу удержаться, - и что-то такое по-детски жадное до впечатлений проскользнуло в тоне мужчины, что не стала сразу что-то говорить в ответ, тоже взяв тайм-аут на обдумывание.

- Понимаешь... Мне так тоже тяжело будет, если ты всё время будешь меня на руках носить и кормить с ложечки. Могу я надеяться, что хоть какая-то свобода мне останется? - спросила со вздохом, так и не сумев подобрать нужных слов.

- Я просто дорвался... И как-то не подумал, - но перебирать пряди моих волос не перестал. - Помнишь, я говорил. Я не знаю, как это, жить с женщиной... И могу где-то ошибаться в своих действиях. Скажи мне, если я что-то сделаю не так, - попросил спокойно. - Смотреть по зеркалу, и переживать такое самому... Очень всё по-разному, - добавил совсем непонятно.

- По зеркалу? - тут же заинтересовалась этим моментом в речи супруга и обернулась к мужу.

- По зеркалу, - ответил ровно. - Через него я вижу то, как живут люди... По нему я искал тебя...

- Искал? - информация была не лишней, а разговорчивость супруга пришлась очень кстати. - А я терялась?

- Да. Я боялся, что не успею тебя найти до того, как ты уйдёшь в мир теней, - ответил он тихо. - Но мои странники успели вовремя. Ещё чуть-чуть и ничего нельзя было бы сделать.

- А как я терялась? И где меня нашли? - вопросов в голове роилась туча, с трудом удержалась от того, чтобы озвучить их все.

- В канаве тебя нашли, умирающую, - поведал он мне, подумав чуток, и очень неохотно. - Но об этом нам лучше не говорить. Не хочу, чтобы ты расстраивалась или помнила.

- Так это ты лишил меня памяти? - с подозрением уточнила у супруга.

- Нет, не я, - прижал он меня к себе. - Хватит вопросов, Алина, - сказал строго. - Пока я не буду уверен в том, что твоё самочувствие снова не качнётся в сторону ухудшения, подобные разговоры буду пресекать. Тебе незачем лишний раз волноваться.

- А я уже волнуюсь, - буркнула, обидевшись, чуток. - Из-за того, что никто и ничего мне рассказывать не хочет. Ты не против, если я буду ночевать у себя? Леди и Найде с потомством нужно моё присутствие. Без меня они быстро здесь зачахнут.

- Выгонишь, если я пойду за тобой? - тут же отстранился, почувствовав моё настроение.

- Нет, - ответила со вздохом. - Куда я теперь от тебя денусь?

- Ты моя, - произнёс он ровно, но в этом ровно проскользнули нотки удовольствия и нежности.

И я тут же простила этому интригану всё-всё-всё. Как можно было не простить, когда меня нежно поцеловали и позволили идти в сад самой? При виде того, как радостно встретили моё появление Найда и Леди, почувствовала жуткие угрызения совести. За своим собственным счастьем совсем забыла о питомцах. А им ведь не только еда нужна и уход, но и тепло, и забота. Потому, прежде чем вообще собраться спать, поиграла с Леди. И за прыжками довольной кошки, и неуверенными перемещениями её котят, с непонятным мне выражением лица следил Дронд. А потом за тем, как я глажу ластящуюся Найду, а после неё Леди. Процесс мурлыканья, судя по сосредоточенному взгляду, которым муж наблюдал за тем, как я чешу за ушком кошку, супруга очень заинтриговал. Понять его было можно. Мне тоже всегда было очень любопытно, где загадочный моторчик у кошек прячется, и почему срабатывает, когда их гладишь. И ведь крохи котятки уже тоже так умеют. Достаточно их почесать за ушками и под подбородками, и мотор тут же начинает работать. Умильные они. И умываются забавно, и молоко, наливаемое им в блюдечко лакают смешно. Такие крохи, а уже так много умеют и знают, старательно подражая мамке.

А потом я долго ворочалась в постели, привыкая к тому, что Дронд в одной рубашке и тонких штанах лежит рядом, тут же обнимая меня руками, стоит мне только, повозившись, замереть на месте.

- Мне не нужен сон, но я побуду с тобой, - прошептал мне муж, когда аргументировал мне то, что ему просто необходимо остаться. - А ты спи...

Я же к хлипкому доводу придираться не стала. Мне и так хорошо было, пусть супруг и не будет ночь спать, в отличие от меня. Зато радостно от того, что уходить не хочет. Только возилась долго, прежде чем уснула. Час сна днём сказался. И спала чутко из-за этого, потому почувствовала, когда муж встал с постели.

- Спи, - сказал тихо, заметив как я хлопаю ресницами на него, спросонья. - Мне ненадолго отойти нужно. Вернусь ещё.

Невесомо поцеловал меня в губы и исчез. Повернулась на другой бок, почувствовав, что без мужа сразу стало как-то зябко и не так уютно. Ждала возвращения супруга долго, вздрагивая на каждый шорох и открывая глаза. И умаялась так, что заснула под утро крепко-крепко и глубоко. Проснулась в одиночестве, но очень быстро появились служанки с лекарями:

- Господин сказал, что скоро будет. Велел передать, чтобы вы начинали завтрак без него, он рассчитывает к нему присоединиться, - сказал один из них вместо приветствия.

Несколько успокоенная этими словами, позволила служанкам привести меня в порядок, при этом очень удивилась тому, что в шкафу уже висела пара платьев. А я-то гадала, в чём мне сегодня ходить придётся. В ночной рубашке как-то не очень прилично. А весь прежний гардероб унесён по распоряжению Повелителя мёртвых. Не рассчитывала, что портниха так быстро что-то успеет мне сшить. И ошиблась. Наряд сел по фигуре, и подчеркнул мою хрупкость и синий цвет глаз. Платье было очень красивым и лично мне пришлось по душе, пусть и крой был простым. Длинная юбка в пол немного удручала, всколыхнулись воспоминания о прежней жизни и пришла уверенность в том, что такие наряды я раньше точно не носила. Браслет, до этого забытый мной напрочь, сейчас напомнил о себе, сменив цвет лепестков на синий, мимикрируя таким образом под мою одежду. А я только рот раскрыла, наблюдая за этим чудом. И что я ещё не знаю о подарке? Думаю, много.

Аппетит был не очень, из-за отсутствия супруга, который пока так и не появился. Неохотно отщипывая кусочки хлеба, запивала их чаем и упорно смотрела на вход в беседку. Появления визитёра не пропустила мимо внимания как раз поэтому. Так, могла бы сразу и не заметить -- Бог Судьбы появился очень тихо, стараясь не выдать своего присутствия ни звуком, ни движением. Узнала деверя с полувзгляда и нахмурилась, не понимая, что он спозаранку делает в моей беседке.

- Доброго утра, - поздоровалась вежливо, но с опаской. - Что вы тут делаете?

- С тобой хочу побеседовать, - поняв, что сюрприз не удался, больше тихо красться не стал и вполне вольготно прошёлся до кресла, а после устроился в нём.

Налил себе чаю в чашку, предназначенную для Дронда, сделал глоток, а потом глянул на меня холодным и спокойным взглядом, и предупреждая мой вопрос, сказал:

- Ты же хочешь знать, почему Дронд на тебе женился?

- А вы знаете почему? - спросила спокойно, стараясь не выдать своей заинтересованности. - Впрочем, я могу и у супруга спросить. Думаю, он ответит, - в этом не была так уж уверена, но деверь мне категорически не нравился, как и его оценивающий ледяной взгляд.

- Не ответит. По крайней мере правды точно не скажет, - усмехнулся мужчина и взял ароматную булочку с блюда. Надкусил её, прожевал и запил чаем. - Ему в этом никакой выгоды.

- Что вы хотите этим сказать? - насторожилась, моя интуиция вопила о том, что в этом деле что-то нечисто.

Впрочем, это она подсказывала давно, но я как-то не особо на неё внимание обращала, занятая зарождающимся чувством к Повелителю мёртвых и обживанием в необычном саду.

- Только то, дорогая родственница, - улыбка деверя мне не понравилась и я с трудом проглотила чай, который зачем-то отхлебнула из чашки. - Что причиной всему был спор. Наш с ним спор.

- Какой спор? - спросила тихо, не уверенная, что хочу услышать ответ на этот вопрос.

- Мы поспорили на Царство Мёртвых о том, что Дронду не удастся выполнить три условия. Найти шур. Заставить её выжить. И получить в собственность её душу, - довольно осклабился Бог Судьбы и откусил от булки очередной кусок.

- А поподробнее можно? - так же тихо попросила я, пока не понимая, что такого важного мне сейчас поведал родственник.

- Понимаешь, дорогая Алина, - покровительственно обратился ко мне деверь, прежде отхлебнув из чашки чаю. - Шур не выживают. Никогда. Жительницы другого мира, что поделать. И после перемещения в наш, гибнут обязательно, нежные, очень. А ещё их очень сложно разыскать. Я всё продумал, дорогая. Мне очень нравится Царство Мёртвых и так просто я не готов плывущую в руки добычу выпускать из них. Потому поставил в споре невыполнимые условия. Хоть на одном из них братик должен был срезаться. Вытащить он тебя вытащил, женившись. Понимаешь, дорогая, - при это обращении меня передёрнуло, но я сдержалась и смолчала, пока только внимательно слушая. - Он поделился с тобой своим бессмертием через обряд, и всё равно ему пришлось помучиться, прежде чем вытащил с той стороны. И этим подписал свой проигрыш. Разве что, разведётся.

- Как это он подписал свой проигрыш? - воздуха катастрофически не хватало, но я держалась из последних сил, пытаясь осмыслить получаемую информацию.

- Просто. Если ты ему добровольно отдашь свою душу, твоя оболочка умрёт, а ты попадёшь в Царство Мёртвых, - охотно пояснил деверь и отставил чашку на стол, прежде запив остатки булочки. - А умереть ты не можешь, он же обряд провёл, чтобы тебя спасти. Как видишь, налицо противоречие... Нет, он может развестись... Потому я здесь, чтобы предупредить тебя о том, что тебя ждёт, если ты согласишься на то, что Дронд тебе предложит. А он предложит, будь уверенна. Думаю, ему совсем не хочется потерять Царство Мёртвых, - пожал плечами мужчина и поднялся с кресла. - Спасибо за завтрак, Господин, - сказал с издёвкой он и повернулся лицом ко входу в беседку. - Проведёшь экскурсию перед переездом?

- Что здесь происходит? - спросил ледяным тоном мой супруг.

- Дронд, - обратилась напрямую к нему, поднимаясь с кресла, забытая мною в руках чашка выскользнула из пальцев и упала на пол, разбившись. - Это правда про спор?

- Алина... - запнулся супруг на моём имени. - Не торопись с выводами.

- Что же ты девушке не сказал, что ей суждено умереть, не этак, так иначе? - усмехнулся деверь довольно, хмыкнул глядя на звереющего на глазах Дронда и добавил: - Правду тяжело говорить, когда совесть не чиста?

- Дронд, это правда? - спросила ещё раз, чувствуя как внутри разгорается огонь ярости и обиды.

Смотрела прямо в глаза мужа, горящие сейчас зелёным светом, и понимала, что да, правда. Супруг не стал ничего отрицать, и сказать ничего мне в ответ не может. Значит, спор имел место быть. И условия в нём именно таковы, как и сказал деверь.

- Ты потому такой обходительный в последнее время стал, что хотел, чтобы я добровольно на смерть для тебя пошла? - задала риторический вопрос, желая только одного, чтобы прямо сейчас за спиной образовались крылья и я смогла улететь отсюда подальше.

- Ты неправильно всё понимаешь, - выдал, наконец, он ровным голосом, но глаза всё так же горели огнём. - Ты дитя другого мира... И если уйдёшь, я не смогу тебя вернуть, - объяснения прозвучали для меня стуком по крышке гроба. - Понимаешь...

- Не понимаю. И не хочу понимать, - не дала ему договорить, грубо вмешавшись в монолог.

Обхватила себя за плечи руками, стало как-то очень зябко снаружи и очень горячо изнутри и я закрыла глаза, пытаясь понять, как можно пережить то, что сердце разбито. Вот так вот одним махом, и легко, растерзано в мелкие клочья. А ведь я действительно пошла бы на всё ради Дронда. Потребуй он от меня мою душу в собственность, как пить дать согласилась бы. Открыв глаза, и уже не слыша ничего из того, что мне говорил муж, взмахнула руками, чувствуя, что их уже нет и легко поднялась в воздух. А есть крылья, которые уверенно и быстро работают, поднимая меня вверх. Тело стало во много раз более лёгким и я взлетела к вершинам деревьев. Выше, выше, выше... Туда, к свету, ласкающему теплом и утишающему боль. И совсем не удивилась тому, что с трудом прорвавшись сквозь невидимую преграду, вырвалась куда-то за пределы клетки, в которой меня держали только для того, чтобы убить.



А в Царстве Мёртвых вслед огненно-золотой, крохотной птичке смотрели двое мужчин.

- Улетела, - констатировал Бог Судьбы. - Ну, а я что-то подзадержался, - и тут же испарился, не дав возможности брату остановить себя.

Повелитель Мёртвых сжал кулаки и с горечью прошептал:

- Не отдам и не выпущу. Моя шур!

- Ей свобода нужна, - успокоительно произнёс за его спиной отец. - Это-то ты понимаешь? Шур не могут жить в клетке.

- Это ты всё подстроил? - с угрозой спросил тут же опомнившийся Дронд и развернулся к родителю.

- А животных я заберу, - спокойно отозвался Бог в фиговом листочке. - Думаю, шур не будет рада, когда вернётся, если обнаружит, что её питомцы мертвы.

- Зачем ты всё это затеял? - голос Повелителя Мёртвых был таким нечеловечески спокойным, что отец светловолосого мужчины предпочёл загадочно улыбнуться в ответ и исчезнуть.

Правда, напоследок, добил сына:

- Поговорим, когда ты успокоишься и будешь в силах внятно мыслить.

- Раньше поговорим, - звериный оскал неузнаваемо исказил тонкие черты лица мужчины. - У меня теперь есть иммунитет от Света. Но прежде я найду свою шур.





Глава 11


Воля пуще неволи




Находясь в шоке, долго не отдавала себе отчёта в том, куда лечу и зачем. Меня просто несло куда-то в темноте чуть ли не ураганным ветром. Чудом я держала равновесие и не падала вниз, в неизвестность и в тот момент, когда меня выкинуло на свет Божий, чувствовала себя совсем обессиленной. Крылья двигались с трудом и я вцепилась лапками в что-то первое попавшееся под них. При дальнейшем оглядывании и осмыслении ситуации, закрепилась я на ветке цветущего дерева. В первый момент мелькнула мысль, не ветка ли дерева из моего сада мне подвернулась? Но здесь пахло иначе чем там, и свет был другим... Более живым, что ли. И ощутимо грел.

Я опустила крылья вниз, съёжилась на ветке, и постаралась вспомнить причину того, почему полетела. Но клетка из которой я вырвалась, оставалась смутным и неосознанным воспоминанием, как и всё связанное с ней. Кажется, когда-то я была человеком. Или не была? В любом случае, мыслила я вполне себе разумно, но при этом чувствовала себя совсем усталой и очень голодной. Но при одной мысли о мошках, стало как-то не по себе. И чем я питаюсь, имея крылья, хвост и лапы? Потому как ни зерно, ни мясо не вызывали каких-либо приятных ассоциаций или желания отщипнуть кусочек.

Вот и сидела, отдыхала и маялась непониманием того, кто я, что я, зачем я и куда двигаться дальше. Только сердечко ныло так, будто случилось что-то непоправимое и из-за этого ощущения в груди таились болезненные и неприятные. За время моих размышлений, небо затянулось тучами и начал накрапывать мелкий дождик. А я так и грустила на ветке, пытаясь съёжится и как-то спрятаться под листьями. Удавалось плохо, у дерева листочки были редкими и мелкими. Но дождик соприкасаясь с моими перьями с шипением просто испарялся, заставляя меня волноваться лишний раз. А что будет, если дождь станет сильнее? Не затушит ли мой костерок?

Соседнее дерево с более густой кроной, стояло не так и далеко. И после некоторого колебания, решилась перелететь под дождём на него. Там капли попадали на меня уже и не так часто, благо устроилась я на нижней ветке и поближе к стволу дерева. Вполне себе с комфортом и безопасно, за толстой веткой меня снизу увидеть было сложно. А сверху моё убежище скрывала густая листва.

Но спокойно на одном месте посидеть не удалось. Моё внимание привлекло горестное подвывание, раздававшееся где-то неподалёку. Слушать долго эти тоскливые звуки не смогла. Разрывали душу и к моей собственной боли добавляли неприятных ощущений. Двигаясь на звук, стала перелетать с дерева на дерева, пока не добралась маленького, косого домишки, из распахнутой двери которого и шёл звук. Поколебавшись чуток, осторожно спорхнула на землю, поближе к двери. Прыжками добралась до порога и с опаской заглянула в дверь. В сенях было темновато, и гонимая чужой тоской и любопытством, скакнула за порог, а там дальше в комнату.

В глаза бросалась бедность обстановки. Печь, лавки по углам, тяжёлый стол... И всё тёмное, колченогое, готовое развалиться от старости. Солома на полу полусгнившая и давно не менянная, да ещё и кровью заляпанная. И на этой самой соломе стояла на коленях девушка и горько-горько подвывала, держа за руку молодого парня. Слёзы лились в три ручья, а молодой человек как лежал, так и продолжал лежать, глядя стекленеющими глазами в низкий потолок. Видно мне его с пола было плохо, потому легонечко, так чтобы меня не заметили, вспорхнула выше, на руку деревянной и потрескавшейся, явно от старости, невысокой статуи какой-то богини, наверное. Точнее сказать не могла. Стояла та в углу, и была такой же тёмной и грязной, как и вся остальная обстановка домишки. Лица статуи было не разглядеть, из-за слоя грязи, копоти, а ещё и потому что стёрлись черты от времени. Только по длинным волосам, кажется, художник изобразил их, выпуклостям в определённых местах и можно было определить, что изображена женщина. Она протягивала руку вперед, держа в ней неглубокую чашку.

Это всё заметила мельком, то, что происходило в заброшенной избушке -- не пахло в ней обжитостью -- привлекало много больше внимания. И я сосредоточенно попыталась разобраться с тем, что происходит. Видно по всему, что девушка горюет из-за молодого человека. Парень же, золотоволосый, голубоглазый, зажимал рукой глубокую рану в груди и смотрел вверх. А совсем юная девушка, только недавно вышедшая из детского возраста, держала его за вторую руку и плакала... а точнее выла от безысходности и горя. Но даже зарёванная мордашка, была невероятно хороша, как и светлая, тяжеленная, густая коса, волочившаяся сейчас по полу. И от этого нечеловеческого плача, в душе на куски разрывалось что-то такое, от чего мне самой становилось очень плохо. Ну очень плохо. Хотелось тоже завыть и сделать хоть что-нибудь, чтобы изменить ситуацию...

Я скакнула ниже, на чашку и склонила голову набок, пытаясь услышать то, что начал шептать парень:

- Уходи... Меня они пощадят. Но не тебя. Отец тебя просто убьёт. Оставь меня.

Девчонка отрицательно помотала головой, отказываясь от этого предложения и, всхлипнув и высвободив руку, решительно рванула подол простого, длинного платья, перестав выть. Утерев слёзы, свернула из полосы оторванной ткани что-то вроде тампона и решительно произнесла:

- Мне не жить без тебя. Я всё-всё сделаю. И навстречу им пойду, чтобы быстрее привести к тебе. Они тебя спасут... А я... мне без тебя страшно, а с тобой нет. Ты только дождись. Слышишь? Не уходи... Главное не уходи, - и такая тоска и обречённость звучали в голосе девушки, что было понятно, в спасение молодого человека и своё она не очень-то и верит.

- Нет. Не ходи, - с трудом прошептал молодой человек. - Мне совсем чуть-чуть осталось. Побудь со мной это чуть-чуть.

- Я... должна, - снова сорвалась в плач девушка.

- Если бы не медведь... - прошептал парень. - Если бы осталось хоть немного сил...

Девчонка снова горестно взвыла и выронила свёрнутую ткань из рук.

- Любовь дарит только обречённость, - философская улыбка исказила губы молодого человека.

С этим утверждением... Я вроде бы была и не согласна, и в то же время, что-то такое толкнулось в грудь, вызвав острый приступ тоски и боли. Взлетела вверх, дёрнувшись от этой боли, сделала круг под потолком и услышала:

- Линда, смотри... - молодой человек протянул руку, показывая на меня. - Видишь?

- Что? О чём ты? - не сразу сориентировалась горюющая девушка. - Что это?

- Поймай... - попросил парень.

- Но... - неуверенно протянула всхлипывающая девушка, явно не желавшая отходить от молодого человека.

- Поймай, - попросил ещё раз.

И это пожелание мне очень не понравилось, никому попадаться в руки мне точно не хотелось. Потому испуганно, не сразу сообразив где выход, заметалась под потолком. Задела крылом статую богини и еле-еле выровнялась. Маленькой пёрышко выскользнуло из крыла и медленно кружась, опустилось аккурат в чашу, которую держала статуя. И там тут же затеплился слабый, золотой огонёк. А я, сориентировавшись, наконец, смогла выскользнуть за дверь, при этом ругая себя за то, что забыла о собственной безопасности. Так испереживалась за этих двоих, что рисковала быть пойманной. Но сердце за двух влюблённых болело, очень сильно. И так хотелось, чтобы у них было всё хорошо. Потому-то, вместо того, чтобы вернуться на дерево, я устроилась у низенького мутного оконца. Сквозь него было очень плохо видно и какое-то время я сидела, заглядывая в него и колеблясь -- вернуться сквозь дверь или нет.

Шум где-то неподалёку, звон оружия, шаги... кто-то говорил что-то пока для меня неразборчивое. Всё это заставило меня испуганно вспорхнуть на дерево и спрятаться за листвой. Я с любопытством выглядывала наружу, стараясь держаться так, чтобы меня никто не заметил. И вздрогнула, когда услышала женский голос за спиной:

- Шур? Живая? - столько удивления звучало в этих словах, что я подпрыгнула, чтобы развернуться лицом к говорившей, при этом нисколечки не боясь.

Ответить я не могла, только рассматривать, наклоняя голову то в одну сторону, то в другую, ту, кто висела в воздухе и с изумлением смотрела на меня. На даме было белоснежное одеяние, очень похожее на тунику в пол, с длинными рукавами. По горловине, рукавам и подолу шла вышивка, горевшая огнём, похожим на тот, который я оставила в чашке. Язычки пламени плясали, переплетались в красивый, завораживающий узор. Длинные золотые волосы очень красивой женщины -- девушкой её назвать язык не поворачивался, даже несмотря на то, что выглядела она очень юной -- рассыпавшиеся по плечам, бросали отблески света на её лицо. А в руках дама держала чашку, гипнотизируя при этом меня мудрыми, синими глазами.

- Иди ко мне, - протянула руку женщина с чашкой.

И я повинуясь тому, что чувствовала, так будет правильно, перелетела к ней на запястье, забыв на время о происходящем у дома. А потом тревога потеснила любопытство и я глянула на даму, пытаясь дать ей понять, что не отказалась бы от помощи такого могущественного существа, как она.

- И что тут у нас? - задала явно риторический вопрос женщина и сделала шаг вниз и вперёд, приближаясь таким образом к домишке. - Двое влюблённых? Несчастных влюблённых? Поможем, - успокоила она меня и решительно переместилась к двери.

Скользнула в неё никем из приехавших незамеченной. Уверенно шагнула в комнатку, ставшую очень тесной от находившихся там людей. Высоченный, седовласый и очень злой мужчина смотрел с ненавистью на знакомую мне девчонку и шипел:

- Что ты сделала с моим сыном, мразь?

Один из мужиков, в кожаной одежде, отороченной мехом, держал девушку за руки, не давая вырваться. Седовласый замахнулся, чтобы ударить девчонку и тут же парень на лавке, возле которого на коленях опустил один из приехавших и сейчас державший раненого за запястье, послышался хриплый шёпот:

- Отец... Не смей... Убьёшь её... умру я...

- Оран! - рявкнул седовласый. - Что с княжичем?

- Дело плохо, - неуверенно ответил тот, что стоял на коленях перед молодым человеком. - Сломаны рёбра и разворочена грудь.

- Медведь... - со слабой улыбкой произнес парень. - Мне мало осталось... Линду только не трогайте... Ребёнка моего носит...

- Байстрюк! - выплюнул седовласый и как-то резко уменьшился ростом, сгорбившись.

- Так соедини... - шёпотом выговорил пленник. - Ты можешь... по закону...

- Никогда! - рыкнул мужчина. - Никогда этой босячке не быть...

- И мне не быть... - перебил его парень и попытался приподняться на лавке.

- Княжич, - тут же забеспокоился Оран, кладя руку тому на лоб.

- Не хочешь ты соединить, соединю я, - вступила в разговор женщина, у которой я теперь сидела на плече.

Так было удобней, чем на руке. Не могла же дама всё время держать руку вытянутой ради меня?

- Вы смертные так легко забыли об огне шур, - с грустью произнесла она, глянув на огонёк, так до сих пор и плясавший в деревянной чашке. - Что благословлено ею, тому быть.

- Кто ты? - все, кто находились в комнате попятились от женщины.

- А что обо мне говорят легенды? - усмехнулась дама. - Помнишь, князь?

- Таруна Сияющая, - прошептал умирающий парень.

- А где огонь благословения? - Оран оказался более скептично настроен и прищурился с недоверием.

- Сделаем? - спросила сидящую на плече меня.

Ещё бы я точно знала, что и как делать. Но послушно порхнула на руку, которую Таруна вытянула вперёд. Неуверенно скользнула в чашу, повинуясь неожиданному тычку в спину. И тут же обернулась костерком, даже толком не успев понять, как это произошло. И в этом пламени сгорали обида и боль, потому что мне хотелось дарить тепло и свет всем окружающим, а тоскующая я не смогла бы этого сделать. Знала это точно. Потому и отошли все плохие чувства на задний план, осталось только желание гореть для всего мира и дарить ему свой огонь. И я сияла для всех, кто находился сейчас в комнатке, но в первую очередь для тех несчастных двух, кто готовился сегодня умереть. И мне совсем не хотелось их смерти, хотелось, чтобы они бесконечно и всю оставшуюся жизнь были счастливы.

- Кто-то ещё сомневается? - с доброй улыбкой спросила женщина.

Ответом ей стало то, что и мужчины, и девушка рухнули на колени, склоняя почтительно головы.

- Этому браку быть, если, князь, ты хочешь, чтобы твой сын выжил. Подумай о том, что у тебя будет продолжение... Внук, мальчик. Такой же, как и единственный сын. А его ты вырастил настоящим мужем. Все магические силы израсходовал, защищая любимую от медведя, и сам под удар подставился... Пусть зверя и завалил. Сильный и смелый.

- Повелевай, Сияющая, - глухо произнёс князь. - Что мне нужно сделать, чтобы ты спасла моего сына?

- Я уже сказала тебе, - с лёгкой улыбкой ответила дама. - Я благословлю эти узы. Шур уже благословила. Осталось только твоё благословение, чтобы этот брак был крепким и счастливым.

- Счастливым? - нахмурился мужчина, подняв голову и с недоумением вглядываясь в лицо Богини.

- Люди быстро забыли, что такое счастье, - грустно произнесла женщина. - Но, поверь мне, скоро оно проснётся и в твоей семье. И ты ещё сам, без напоминания, придёшь в мой храм сказать спасибо. Ты благословишь?

- И твоего благословения достаточно... Но если это спасёт сына, - седовласый, всё так же стоя на коленях вздохнул.

- Спасёт. Вставай. Нам нужно успеть. Времени не так много. Смерть скоро переступит порог, - уверенно сказала женщина.

И вокруг закипела суета. Девчонку, так и не пришедшую в себя от шока -- слишком много всего и в короткий промежуток времени произошло -- подвели к лавке. Молодой человек протянул слабую руку к ней, она неуверенно переплела свои пальцы с его. Каких-то сложных ритуалов Таруна Сияющая проводить не стала, просто подержала чашу со мной над руками возлюбленных и провозгласила:

- Благословляю. Вы связаны навеки.

То же, только без чаши, произнёс вслед за ней князь. А я добавила, про себя, искоркой, вылетевшей из костерка, осевшей и не обжёгшей, на руках влюблённых, да тихим шёпотом:

- Будьте счастливы.

И я готова была дать лапку на отсечение, что Богиня мой шёпот услышала. Потому что тихо произнесла в ответ:

- Как не бывать Судьбе без Удачи, так не бывать Любви без Счастья.

Исчезнув из домишки, и устроившись на ветке дерева, дама опустила чашу, сказав:

- Возвращайся.

И я тут же обернулась птичкой да с удовольствием устроилась на плече Богини. Именно там было моё место. Именно так было правильно. И я чувствовала себя очень сытой и довольной. Такой радостью полыхали двое только что связавших судьбы влюблённых, что мне хватило чтобы и самой почувствовать себя счастливой.

- Теперь к этому дому будут приходить за благословением. Твоим благословением, - сказала женщина, прервав молчание. - Первый храм в твою честь. Как тебе?

Чирикнула, говоря, что неплохо. И меня поняли, аккуратно взяли пальцами, поместили в ладонь и поднесли к глазам, чтобы лучше рассмотреть.

- Надо же. Действительно живая. Сейчас мы пойдём ко мне. И там-то мы с тобой поговорим. Откуда ты такая взялась.

Спорить я не стала, покорно оставшись в ладони, в которой чувствовала себя вполне даже комфортно. "Ко мне" - оказалось вычурным храмом, в крупном городе. Белоснежные колонны и стены, украшенные золотой росписью. Языки пламени и переплетающиеся ветки с огненными листьями, преобладали в украшениях. Потолок храма был пронзительно синим, и в нём светило нарисованное солнце. И вполне ощутимо грело. Заинтересовавшись феноменом, вспорхнула с ладони дамы и полетела выше, выше...

- Магия, - улыбнулась красавица, наблюдая за моими попытками рассмотреть необычный потолок и солнце. - Не хочешь вернуться в более привычный облик?

Её слова показались мне даже более интересными, чем потолок и я вернулась. Попорхала у лица, безмолвно вопрошая: "Как?" и "Надо ли?".

- Не хочешь? - удивилась дама. - Если захочешь, только пожелай, и снова станешь той же, что была до оборота.

При мысли о том, что можно вернуться к чему-то, к чему пока не очень тянуло, тут же метнулась в сторону и устроилась на руке статуи Богини, в этот раз выполненной из белоснежного камня.

- И кто же тебя так сильно обидел? Тебя, птицу Счастья? - изумилась дама. - Иди ко мне. Побеседуем и так, раз не хочешь девушкой оборачиваться.

Подумав, опустилась в подставленную ладонь, и прочирикала, что ничего не помню, и помнить не хочу.

- А придётся, - ответила мне женщина. - Если не хочешь потерять свою личность полностью и навсегда. Хватит капризничать, оборачивайся собой. Ты же не хочешь навечно остаться птицей неразумной и постепенно потерять себя и свои способности?

Задумалась, и пришла к выводу, что наверное, мне этого действительно не хочется. Уж слишком мне понравилось то, что моё вмешательство помогло стать счастливыми двоим влюблённым. Мысленно вздохнула, подумала о том, что хочу стать такой, как прежде и тут же почувствовала, что мироощущение меняется. Оглядела себя с ног до головы и вздохнула, боль в сердце стала сильнее и накатила тоска, при воспоминании о том, как меня обманули.

- А теперь расскажи. Всё, - велела дама мягко и с состраданием. - Выражение лица у тебя такое, будто кто-то умер.

- А зачем? - спросила дрогнувшим голосом и первая слезинка сорвалась с ресниц.

- Выговоришься -- станет легче. Это во-первых. А во-вторых, возможно, я смогу помочь, - серьёзно ответила дама. - Так что же приключилось с тобой, шур? Откуда ты в этом проклятом мире? Как выжила вопреки всему?

- Не знаю, - ответила растеряно и ладошкой стёрла слёзы с щёк. - Я мало что помню о себе до того, как появилась в Царстве Мёртвых.

- У моего сводного брата? - дама уставилась на меня потрясённым взглядом.

- Повелитель мёртвых твой брат? - тут же нахмурилась и потеряла желание что-либо рассказывать, памятуя о том, каким было детство Дронда.

- А ты его жена, - удивлённо покачала головой дама и обошла вокруг меня, разглядывая как диво дивное. - Как? Скажи, как это случилось? Это его подарок? - протянула руку к браслету, так и красующемуся на моём запястье.

- А почему я должна рассказывать? - тут же непримиримо насупилась и прижала руку с браслетом к груди, пряча от любопытной родственницы. - Ваша семейка не заслуживает доверия.

- Мне нет резона причинять тебе вред, - женщина отступила и глянула на меня устало. - Ты и я, мы неразлучны. И ты так драгоценна, что лягу костьми, но сберегу тебя. Любой ценой. Уже тысячу лет как, не рождалось в этом мире ни одной шур. А те, кто приходили в этот мир из других, всегда умирали. Жители этого мира так и останутся несчастными, без тебя. Одной меня мало. Ты даже не представляешь, как тосклива и горька жизнь людей без шур, дорогая. Потому я хочу понимать, откуда ты. Что с тобой случилось и все подробности твоего замужества. Если надо будет пойти против Повелителя мёртвых, я пойду.

- Он рассказывал про свою семью, - хмуро отозвалась на это. - И ничего хорошего не говорил. Вы никто не признавали его и игнорировали. Теперь ты хочешь пойти против него. А я не хочу этого...

- Тогда почему ты не торопишься вернуться к нему? - задала заковыристый вопрос дама. - Или как и любая Светлая, не можешь долго рядом находиться? И как он тебя не угробил дыханием Тьмы? Мы, детьми, не могли к нему и на шаг подойти, настолько силён он был. Только отец ненадолго дыхание его силы выдерживал. А когда Дронд научился контролю, было уже поздно... Он никого не хотел подпускать к себе. Потому я так и поражена... Птица шур и Повелитель мёртвых. Невозможное сочетание. Но ты жива, вопреки тому, что находилась какое-то время рядом с ним. И у тебя такой браслет... Удивительно просто.

- Я не уверена, что будет правильно посвящать кого бы там ни было в подробности моей семейной жизни. От вашей семьи я кроме огорчений, ничего не видела. И тебе не доверяю, - высказала всё, что надумалось и накипело за этот короткий промежуток времени и замолчала.

- Хорошо, спросим у отца, - решилась дама и вздохнула. - Чем же это тебе и Дронд, и остальные насолить успели, что ты теперь от простого участия с ужасом отшатнуться готова?

- Тем, что поспорили на меня как на вещь, и решили, что мёртвая я им нужнее, чем живая, - буркнула раздражённо и отвернулась от женщины, притворившись, что разглядываю роспись на стенах храма.

- Вот как? - недобрый огонёк загорелся в синих глазах и Богиня рявкнула: - Отец!

- И чем ты опять недовольна? - услышала я знакомый голос и вздрогнула, тут же прикрыв уши.

Слышать, о чём они там разговаривать собираются, не хотела. Возможно, это было по-детски, но я зажала руками ушки и насупилась.

- Алина, - с укоризной произнёс свёкор и отвёл мои руки от ушей. - Зря... А я как раз хотел объяснить тебе, почему не стоит так сильно обижаться на Дронда.

- И почему же? - фыркнула, сложила руки на груди и задрала нос повыше, показывая, что не поверю ни единому слову.

- Давай присядем, - предложил свёкор, в этот раз, для разнообразия одетый в рубашку и брюки, но при этом так и оставшийся босиком.

- Не хочу, - буркнула раздражённо, не собираясь ни на пядь двигаться с места.

- А разговор выйдет долгим, Алина, - сказал мужчина и организовал себе щелчком пальцев удобное кресло. - Лойса, - обратился он к даме. - Ты тоже садись, тебя это касается не меньше, чем её.

- Как ты умудрился благословить её брак с Повелителем мёртвых? - женщина последовала совету отца, и тоже устроилась в появившемся кресле.

- Давай, начнём с самого начала, - не стал отвечать на её вопрос свёкор. - С того, что шур не рождаются, а все, кто приходит из других миров, умирают. И уходят в свой Мир Мёртвых, в своих мирах, а не в наш. Теперь понимаешь?

- Подожди... - задумалась дама, а я так ничего и не поняла, но виду не показала, всё так же дуясь на весь мир. - Ты хочешь сказать, что вы придумали способ перетянуть её из родного Царства Мёртвых в то, которое Дронд курирует? И это благодаря браку?

- Браку с Повелителем мёртвых, - сделал существенное уточнение, судя по выражению лица, свёкор. - Но мы брак не планировали. Мы просто хотели спрятать шур от Судьбы. Ты знаешь, сколько попыток было, не тебе мне говорить, как это сложно сделать. Мы только у Дронда не пробовали прятать, ни разу... И это был последний шанс. Среди мёртвых душ, так тяжело заметить искорку шур. Да и пути Светлым богам в царство мёртвых нет.

- Как нет? - тут уже не выдержала я, и перебила мужчину. - Вы же с сыном приходили!

- Мы приходили только туда, где был Свет и с позволения Повелителя мёртвых. Нам проводником служил тот Свет, который разрешил Дронд зажечь, когда я сад для тебя творил, а он помогал, защитный контур выстраивал. Иначе бы без приглашения нам туда не сунуться было. Скажем так, мой сын недолюбливает всех нас... - добавил он после некоторой заминки.

- И это ещё слабо сказано, - согласилась с ним Лойса. - Он очень силён и не рад визитам родственников, и использует силу на полную катушку, когда дело касается того, чтобы никого из нас не видеть как можно дольше, - пояснила для меня и обратилась к отцу. - Как тебе удалось уговорить его спрятать шур? Как он встал на защиту Света? Он -- воплощённая Тьма?

- Пришлось пойти на хитрость, - вздохнул свёкор и посмотрел на меня. - Не думай, Алина. Я люблю всех своих детей. И Дронда тоже. Но находиться рядом с ним мне очень сложно. А всем остальным практически невозможно. Вот и приходится рыскать по мирам, в поисках пары для него. Присмотрел я для него симпатичную Тёмную Богиню, но прежде планировал интригу провернуть, с очередной шур. После того, как ты была бы свободна, а Дронд выиграл бы спор, я организовал бы им знакомство... А там, глядишь и перестал бы Повелитель мёртвых дурью маяться от одиночества. По кабакам шляться, пари заключать и баб... м-м-м... В общем, куролесить.

- Что? - шок был полным, после перечисления любимых развлечений моего супруга.

Это за кого же я замуж вышла? Притом без своего на то согласия...

- Так вы поймали Повелителя мёртвых на его любви к дурацким пари? - тут же догадалась, к чему клонит отец, Лойса.

- Ты правильно угадала. Поставили практически невыполнимые условия, продумали все ходы наперёд... Нашли способ, при котором он по-любому выиграл бы... А он раз, и перечеркнул всё одним махом. Женился, чтобы её вытащить из чужого Царства Мёртвых, - свёкор при этом отнюдь не выглядел огорчённым.

- Только не говори, что ты по этому поводу расстроился, - Лойса тоже подметила важную деталь в поведении отца.

- Пришлось всё переигрывать, потому что другого варианта перетянуть живую шур в наш мир не было, - не стал отнекиваться свёкор. - Что мы ни делали, она ускользала к себе, и не хотела в этом мире оставаться.

- И что было поставлено на кон? - меня сейчас больше всех интриг новых родственников, интересовало то, во сколько мою судьбу оценили.

- Царство Мёртвых, - ответил просто мужчина и приподнял брови в недоумении, мол как это вы не догадались сами?

- А зачем оно вам, если вы Дронда, как раз, ради порядка в Царстве завели? - звучало так, будто речь шла о собаке или кошке, но менять фразу было поздно, да и поняли меня все присутствующие и так.

- Чтобы Дронд на ниве спасения шур лучше старался, - чем больше говорил свёкор, тем больше было желание придушить этого гада. - Не обижайся, Алин, - добавил он проникновенно. - Но на момент, когда заключался спор, Дронду было глубоко наплевать, выживет ли очередная шур или нет. Ему было всё равно, что этот мир потихоньку деградирует без Птицы Счастья. Что ему дела живых, если он заведует Царством Мёртвых, а там всё и так хорошо? И попроси кто-нибудь из нас о подобной услуге, помогать бы он не стал. А вот ради собственных угодий расстарался. Сделал всё, чтобы тебя спасти.

- А моя смерть? Я должна была умереть, чтобы душу Повелителю Мёртвых отдать, так? Что с этим? - я приблизилась к точке кипения, за которой таились кипы тарелок, которые просто необходимо было разбить.

- Это мы тоже продумали, твоя душа осталась бы при тебе, мы подпихнули бы Повелителю Мёртвых другую... А ты отправилась бы на волю. В виде души в Царстве Мёртвых ты нам не нужна была, велик риск, что на перерождение не ушла бы, как и другие, что мы ни делай. Ведь раньше в этом мире были шур. Просто теперь их души не приходят на перерождение и не проживают новые жизни в новых телах.

- Если я всё правильно поняла, то вся история выглядит так, - порядком подзапуталась в пояснениях свёкра и решила немного систематизировать информацию. - Я появилась в этом мире откуда-то из другого... Живая, но умирающая. И жить не хотела, притом потому, что мой родной Мир Мёртвых меня тянул... То есть я умерла в том, родном мире, так?

- Нет, не умерла, но тебе оставалось недолго жить, - любезно поправил меня свёкор и принялся ждать, что я отвечу.

- Хорошо, я умирала. Попала в этот мир. Здесь, чтобы спасти меня, Дронд женился... Зачем? В чём собака порылась? Что дали эти освящённые вами узы? - если уж разбираться, то таким образом, чтобы разложить все мелочи по полочкам, иначе сумбур получается.

- Он поделился с тобой своим бессмертием, - ответила за мужчину Лойса. - Разделил его на двоих, как и здоровье, как и судьбу, как и саму жизнь.

- Поэтому я чувствую, когда ему плохо? - кажется, что-то до меня доходить начало.

- Да, поэтому, - согласился с Лойсой свёкор. - И перетянул все болячки твоего организма на себя, как и твоё нежелание жить, воспользовавшись этой связью. Ему легче всё это было перебороть естественным путём.

- Хорошо, благодаря этому и вопреки всему остальном я выжила. Для процесса выздоровления был необходим Свет, и Дронд обратился к вам, чтобы вы помогли, так? Вырастили сад, животных мне принесли... - запнулась, на миг застыдившись, обиды обидами, а мы в ответе за тех, кого приручили. А я как-то легко и быстро забыла об этом. - Это всё для чего? Для того, чтобы я выжила? А как это на моей выживаемости сказывается? И я хотела бы забрать Леди, Найду и котят с щенками. Вы поможете мне с этим?

- Они уже тут, - свёкор ответил в первую очередь на последний вопрос и корзинки с моими питомцами появились у моих ног. - Шур -- это костёр счастья. Что может помочь шур захотеть жить и гореть для других? Наблюдение и участие в жизни животных. А уж когда животных посещает счастье материнства... Очень хороший стимул к тому, чтобы стремиться жить, не находишь? Плюс положительные эмоции. Плюс энергия живого... В Царстве Мёртвых её нет по определению. Пришлось привносить извне. Ну и ещё один плюс... Забота о ком-то полностью зависящем только от тебя, заставляет за жизнь цепляться намного отчаянней, особенно если сердцем прикипишь к этому кому-то.

- Всё продуманно и учтено, да? - скривила губы, но постаралась держать себя в руках.

Склонилась над корзинкой и погладила сначала Леди и Живчика, а потом переключилась на Найду, которая на месте сидеть не желала и сейчас радостно заглядывала мне в глаза, стуча хвостом по бокам, норовя встать на задние лапы, передними опереться о меня и попытаться хотя бы дотянуться до моего лица, чтобы лизнуть.

- Тише моя хорошая, - произнесла еле слышно и вздохнула, добавив уже более громко. - Но я так и не поняла, почему я не должна сердиться на Дронда. Пока из нашего разговора я получаю больше поводов для обид на него, чем чего-то ещё. Он действовал строго по расчёту. И не стал бы колебаться, когда дело дошло бы до отдачи ему моей души.

- Ты не понимаешь... Твоя душа осталась бы при тебе, - начал терпеливо объяснять, как ребёнку свёкор.

- И? Он-то этого не знал... - пожала плечами и выпрямилась, положив ладонь на голову Найды. - И колебаться бы не стал, когда ему пришлось бы выбирать между Царством Мёртвых и мной.

- Раньше, возможно, и не стал бы, - загадочно улыбнулся свёкор. - А вот теперь... Да и надеялся он потом тебя на перерождение отправить. Всё таки если бы твоя душа досталась лично ему, возможно, и был бы шанс именно на твоё перерождение. Правда, тогда, опять бы пришлось столкнуться с тем, чтобы спрятать тебя и заставить жить... И так это и продолжалось бы по кругу. Потому-то мы и не собирались этого допускать. Слишком хлипок шанс, и ведёт в никуда.

- Проще было поэкспериментировать на подвернувшейся мне, - заметила ядовито, не удержалась, что поделать.

- Ты просто не понимаешь ценность шур. Живой и здоровой шур. Мы готовы были пойти на что угодно, только чтобы очередная попавшая к нам случайно, вопреки любым проклятиям шур, смогла выжить. Неужели ты не чувствуешь и не слышишь? - а патетики-то в голосе сколько. - Этот мир несчастен без тебя. И потихоньку умирает. Пожирает сам в себя, из-за беспросветности собственного существования.

- А вы? Вы же Боги! - скептицизм, скептицизмом, но я попыталась прислушаться к окружающему.

И да, почувствовала, пронизывающие всё вокруг тоску и печаль. Сердце сразу заныло, отзываясь, желая подарить свой свет всем-всем-всем... Еле удержалась на месте, так хотелось обернуться птицей и помчаться туда, куда тянуло. Остановило только то, что тянуло в разные стороны одновременно.

- В нашей семье тоже нет счастья, - грустно улыбнулся свёкор. - На нас отсутствие шур тоже действует. Неразделённые чувства... Смерти любимых... Часто умирающие дети... В нашей семье, тоже отнюдь не всё гладко. И с этим невозможно бороться. Мы много чего пробовали... - замолчал, задумавшись, но ненадолго. - Но я прошу начать даже не с нас. Начни с этого мира, а вместе с ним, выздоровеем и мы. Ты же слышишь и чувствуешь, как ему плохо без тебя... А мы поддержим и поможем. Всё для тебя, и чтобы тебе было хорошо. Одно условие, только. Летать ты будешь под негласным присмотром. Мы слишком боимся тебя потерять. И ещё просьба, дорогая... Не разбивай сердце Дронду. Он как никто заслуживает счастье быть любимым и любить. Ему любви ни от кого не доставалось раньше... Вот он и чудит, и не понимает как себя с тобой вести. Я когда догадался, что между вами происходит... Долго поверить не мог. Но ты даже не представляешь, как я рад за вас.

- Ну да, ну да, - не удержалась от колкости. - Очень рады были, когда ко мне с поцелуями приставали.

- Мне хотелось видеть реакцию сына. И спровоцировать его. Иначе он ещё пару лет вокруг бы ходил и вздыхал, не понимая что с ним происходит. Мучился бы, сомневался бы... Искал бы выход. И боялся бы рискнуть твоим здоровьем.

- Все такие благородные и продуманные, я просто в восторге, - буркнула в ответ, не желая ничего слышать про предателя Дронда.

- Ты подумай лучше о другом... Он тебя любит, и очень сильно, не сомневайся. При этом, он никогда не любил раньше, и больше никогда не полюбит. Сможешь ли ты, птица счастья, жить спокойно, если будешь знать, что твой муж глубоко несчастлив и причина в тебе и твоей обиде? - коварно улыбнулся свёкор.

- Это к чему ты её призываешь, отец? - Лойса не выдержала, и влезла в разговор. - Я как Богиня Любви, не согласна отпускать шур в Царство Мёртвых...

- Ты хочешь сказать, что тебе не нужна счастливая шур? А так же ты хочешь сказать, что тебе нужна мёртвая шур, так? - насмешливо спросил у дочери свёкор. - Не думала, что будучи несчастной, она долго не протянет? Да, тебе, возможно, и нет дела до Дронда... А вот до шур. Думай иногда, прежде чем сказать или что-то запретить нашей Птице Счастья. Ты же как Богиня Любви должна чувствовать, что же на самом деле происходит между этими двумя? Или просто предпочитаешь не чувствовать и видеть? - подбавил в голос яду, мужчина.

- Дронд для меня закрыт в своём любимом Царстве Мёртвых, - не менее ядовито, чем отец, ответила Лойса. - А вот она... - поднялась женщина со своего кресла и обошла меня кругом. - Тут, действительно, всё очень серьёзно. Хорошо, я постараюсь держать себя в руках и давать тебе, Алина, больше свободы. Хоть мне и хочется запереть тебя в клетку и дрожать над тобой днями и ночами, чтобы ничего плохого с тобой не произошло. Я всё ещё очень хорошо помню, как умирали прежние шур. Одна за другой. И как мы ничего сделать не смогли... Отец прав, сейчас всё будет для тебя, только для тебя. Тебе потребуется много энергии и нашей любви, да и любви мужа, чтобы справиться... И мы готовы тебе во всём помочь.

- А меня вы спросили? - поинтересовалась просто из вредности, потому что прекрасно понимала, что не смогу остаться равнодушной к мольбе мира о равновесии и возрождении того, что ему было очень-очень нужно. - Может, я не хочу любви мужа?

- Уверена? - с очень хитрым выражением лица спросил свёкор. - Кстати, Лойса, ты скоро влёгкую сможешь узнать, что там Дронд чувствует. Он уже нашёл, и отступать точно не собирается.

- Дронд? - тут же отвлеклась от созерцания меня Богиня. - В моём храме? - выражение лица у неё было донельзя потрясённым. Женщина явно не могла поверить в то, что услышала. - Я не ослышалась?

- А почему бы и нет? Тьму он контролирует вполне неплохо. А жену видеть очень хочет, - свёкор уже откровенно ухмылялся, довольный собой донельзя.

- Дронд? - теперь уже спросила я, пытаясь переварить полученную информацию. - Здесь? Сейчас? - появилось дикое желание начать метаться по храму, в поисках места, где можно было бы от провинившегося муженька спрятаться.

И не сразу до меня дошло, что вообще-то, я как раз перед супругом ни в чём не виновата. А вот ему бы уши не помешало надрать. Притом хорошенько.




Глава 12


Работа и неожиданности



Пока я колебалась и думала, а хочу ли видеть провинившегося, супруг не замедлил явиться. Взглядом из-под капюшона неизменного плаща окинул живописную группу, состоящую и отца, сестры и меня и сделал шаг через порог.

- Ты смог войти? - изумлённо спросила Лойса.

- Алина, нам надо поговорить, - не стал отвечать на вопрос и сразу перешёл к делу Дронд.

Моё сердечко, стоило мне только услышать знакомый голос, тут же зашлось. Голова закружилась и появилось стойкое желание хлопнуться в обморок, чтобы отсрочить встречу хоть на чуть-чуть. Смяла рукой ткань платья, забрав её в горсть. Успокоиться этот жест не помог, как и собраться с мыслями. Но, вздёрнула подбородок повыше, сделала шаг вперёд и спросила:

- А нам есть о чём говорить?

- Есть, - уверенно произнёс Дронд и сделал пару шагов навстречу мне.

- А я, думаю, что нет, - насупившись, сказала в ответ.

- Оставьте нас одних! - и таким тоном сказал, будто право приказывать своим родственникам имеет.

А они с этим спорить и не стали. Свёкор прошептал Лойсе на ушко так, что было слышно всем присутствующим:

- Пошли, сами разберутся, - и исчез в неизвестном направлении.

Богиня задержалась, в отличие от отца, переводя взгляд с меня на Дронда и обратно. Посозерцав нас таким образом, загадочно улыбнулась и тоже исчезла. Я растерянно оглянулась на тех, кого уже в помещении не было и нахмурилась. Бросили одну, на растерзание супругу. И к чему раньше было огород городить с какими-то там интригами? Я так до конца и не успела во всех тонкостях разобраться. Особенно в роли Бога Судьбы во всей закрутившейся катавасии.

- Алина! - Дронд сделал шаг ко мне и я тут же отступила. - Нам надо поговорить.

- О чём? - задала вопрос, пожав плечами. - Я и так уже всё поняла. Ты помог выжить мне раньше, только для того, чтобы заполучить ценную для тебя душу в своё ведомство. Царство Мёртвых -- огромный куш, за который стоило бороться. А я была только средством желаемое не потерять. Я ничего не упустила? Кажется нет. Потому подытожу. Я благодарна тебе за то, что вытащил с того света. Но всё остальное...

- Алина! - прервал меня супруг. - Я проиграл этот спор и не жалею об этом. Проживём и без Царства Мёртвых. Миров много и где жить, всегда найдётся... Главное, чтобы ты со мной пошла.

- А ты подумал об этом мире? О том, что он нуждается в шур? - зря он, наверное, пришёл, сейчас я не в состоянии слушать и слышать то, что он захочет сказать.

- А этот мир когда-нибудь думал обо мне? - ответил вопросом на вопрос, а тон-то какой, океан заморозить можно.

- Те, кто приходят в твоё Царство Мёртвых, попадают туда из этого мира. Не будет мира, не будет жителей в твоём Царстве, - что-то не о том мы с супругом говорим.

- К чему этот разговор? - муж, явно, думал так же как и я. - Я хочу, чтобы ты ушла со мной. И осталась со мной навсегда. Ты нужна мне! Мне плохо без тебя.

- Мы говорим как глухой со слепым... - теперь уже в двух кулачках зажала ткань платья, пытаясь справиться с эмоциями. - Ты о том, что хочешь ты... Но при этом не спрашиваешь меня о том, чего хочу я. Как-то печально это, Дронд. Ты думаешь в первую очередь о том, что плохо тебе. Но не спросил, а каково мне? Что чувствую я после того, что узнала о твоих мотивах? Даже не стал извиняться за то, что совершил, по большому счёту, подлость по отношению ко мне. Как ты думаешь, приятно сознавать, что ты только средство? Что твои чувства, желания, чаяния не учитываются? Ты зря пришёл, Дронд. Разговора не получится. Я очень на тебя обижена, - держалась только чудом, а так хотелось закатить истерику, начать бить тарелки и топать ногами.

- Алина, - кажется супруг немного подрастерялся, капюшон вон скинул и на меня с недоумением смотрит. - Но я не сделал ничего такого, за что ты могла бы на меня сердится, - а глаза-то какие удивлённые, ещё чуть-чуть и сама поверю в то, что неправа. - Я не знал тебя, когда заключалось пари. И ничего плохого с тобой при любом раскладе не случилось бы. В крайнем случае, ты просто пошла бы на перерождение...

- А ничего, что шур на перерождение не уходят и больше в этом мире не рождаются? Отдав тебе душу, я просто ушла бы... навсегда, - разжала пальцы и устало махнула рукой. - Впрочем...

- Алина?! - беспокойство в голосе Дронда было неподдельным. - Мне не нравится твоё настроение.

- Мне просто нужно немного полетать... - задумчиво посмотрела на мужа, при этом не видя его. - А то... Мне как-то не хорошо... И жить не хочется... Может быть и ладно, что не перерожусь? Зато этой боли не будет... Здесь, - приложила руку к груди, слева и тяжело вздохнула.

Дышать было нечем, голова кружилась сильнее и, пытаясь справиться с дурнотным состоянием, непроизвольно перекинулась в уже знакомую мне форму маленькой птички.

- Алина! - тут же воскликнул Дронд, заметив эти изменения.

Но слушать его я уже не хотела, меня влекло вперёд, туда где кому-то было тоскливо без меня. Да и память охотно на время распрощалась с грустными воспоминаниями, мешающими мне жить и летать. Сердце ныло, да... но уже не так сильно, как когда я была человеком. Выпорхнула из храма и направилась на юг, к морю, которое там точно было -- откуда-то это знала. Но об источнике этого знания, даже не задумывалась. Улететь как можно дальше от того, что вызывало ноющую боль в груди, единственное желание на данный момент. И следовала ему не думая более ни о чём постороннем. Всё потом, когда боль чуть-чуть утихнет. А сейчас, просто полёт...

Остановилась я только тогда, когда сильно устала. Устроилась на тонкой ветке и принялась наблюдать за бегом солнца по небосводу. Тучи давно рассеялись и сейчас золотой диск клонился к горизонту. Тени удлинялись, становились гуще. Время ночи и тьмы приходит, а я далеко от того места, где могла переночевать с комфортом. И чего улетела? Действовала на эмоциях и от расстройства. Теперь расхлёбывать, без чьей либо помощи, самой.

Спустилась по веточкам ниже и осмотрелась. Домик рядом, шикарный, можно даже сказать роскошный. Окна широкие, но не освещённые. Занавески из чего-то вычурного, в тканях я не знаток. Перелетела на подоконник и засмотрелась на убранство комнаты. Лепнина, позолота, явно дорогая мебель. Красиво, но как-то чересчур. Перебираясь с подоконника на подоконник, осмотрела всё. Как в музей сходила и перебралась со второго этажа на первый. Потеряв осторожность и забывшись на время, снова перепрыгивала с окошка на окошко, заглядывая туда, где занавески были открыты. У занавешенных окошек не задерживалась. Что там интересного можно увидеть, кроме тёмной с золотом ткани? И только собралась с очередного подоконника спрыгнуть, как занавес резким жестом был отдёрнут и я увидела молодую, усталую женщину, которая, не заметив меня, вернулась к полулежащему в кресле ребёнку.

Заинтересовавшись картинкой, осталась на месте, наклоняя голову то в одну сторону, то в другую, перепрыгивая с места на место, чтобы иметь возможность лучше рассмотреть, что происходит в комнате. Слов я не слышала, зато взгляд ребёнка почувствовала. Но перебраться с подоконника на дерево не догадалась. Так и сидела, разглядывая больного малыша. Золотоволосый мальчик, очень худенький и бледный. Лет четырёх на вид. А за креслом тёмная тень стоит, вызвавшая во мне дрожь и тоску. Дела мальчишки совсем плохи, если я правильно всё поняла.

Женщина тем временем подошла к окну, распахнула его и сцапала засмотревшуюся меня. Я не дикая птица, не боюсь людей по определению. Нет во мне такого нужного страха. А стоило бы бояться. Крошечную меня легко могут обидеть. Но молодая дама этого делать не стала. Держала в горсти очень осторожно, бережно даже. И так же аккуратно передала меня в руки мальчишки. Тот поднёс меня поближе к своему лицу и прошептал:

- Вошебная птичка...

Но не это привлекло моё внимание. Тёмная тень за спиной мальчика, стоило мне только очутиться в его руках, сделала движение вперёд и я услышала вызвавший волну ужаса, жуткий шёпот:

- Тебе сюда нельзя. Судьба уже решена. Он уходит на перерождение, не тебе мешать.

В сердце толкнулась боль при этих словах и я покорно позволила мальчишке погладить себя по спинке и голове. Потом, не удерживаемая больше его слабыми пальчиками, вспорхнула и сделала круг по комнате. Знакомая мне уже статуя Богини стояла в углу, выполненная из белоснежного камня. Покружив ещё немного и провожаемая молчаливыми взглядами, устроилась в уже знакомой чаше, которую протягивала вперёд статуя. Поелозив там, перебралась на кромку и прошлась туда сюда по самому краю. Огненное пёрышко спланировало прямо в чашу и загорелось крошечным пока пламенем.

Снова спрыгнула прямо в ладошку мальчишки и грустно глянула на молодую женщину. Я не могу помочь с тем, что определила Судьба для этого малыша, в этой его короткой жизни... Я могу только подарить немного счастья. Соскочила на пол, обернулась девушкой и обратилась к поражённой даме:

- Он вернётся к тебе... В другом твоём ребёнке. Через два года. Жди.

Точно была уверена в том, что произношу. Это знание пришло само, непрошеным. Но я не сомневалась в том, что так и будет. Возможно, тут сыграло роль и то, что мой супруг Повелитель Мёртвых, и именно в его ведении перерождение существ в этом мире. Даже если я не права в своей уверенности... Выполнит ли мою просьбу муж? Ведь я не воскресить в этот раз прошу, всего лишь дать возможность вернуться ребёнку в ту же семью, что и раньше.

Снова превратившись в птицу, выпорхнула в окно, всё ещё открытое, и перебралась на дерево, постаравшись спрятаться там хорошенько. Сил на далёкие путешествия не осталось, стоит отдохнуть и только потом что-то решать. Да и встреча со здешней Смертью не прошла для меня даром. Перевернуть всё с ног на голову не так и просто оказалось. Не зря же лапки подгибаются и крылья не слушаются. Перебралась на те ветки что повыше и уже там устроилась на ночлег.

Спокойно отдохнуть мне не дали, явилась та самая тень, что колыхалась за спиной ребёнка. Обволокла ветку по соседству и уставилась на меня сверкающими глазами:

- Птица... - голос отдавал могильным холодом. - Живая. Шур. Госпожа, - после каждого слова тень делала паузу, словно гвоздь в гроб забивала. - Господин. Ищет.

- Расскажешь ему? - спросила её устало и встряхнулась, ощущения от нахождения рядом с тенью приятными не назовёшь.

- Расскажу. Ищет. Переживает. Тьма. Волнуется, - соскользнула тень с ветки и растворилась в наступающей ночи.

Что же, следует ожидать гостей. А поразмыслить я всё так же не успела. И выводы сделать тоже. Так не хочется вспоминать ни о чём из того, что происходило ранее. Хочется просто побыть одной, отдохнуть. А после и подумать, и решить как жить дальше, и прощать ли супруга. Впрочем, долго на него злиться я всё равно не смогу. Доброе сердце и живущее в нём огромное чувство не позволят... Я и сейчас уже скучаю, и жалею, что сбежала от разговора. Вот переночую и вернусь... Обязательно. Тогда и побеседуем. И Найду с Леди бросила, снова. Плохая из меня хозяйка получилась. Но, думаю, Лойса моих зверей не обидит. А там я прилечу обратно и больше не буду так импульсивно поступать. По крайней мере, постараюсь.

Решив таким образом, успокоилась и даже умудрилась задремать, засунув голову под крыло. Усталость брала своё, перебивая возбуждение от сегодняшних объяснений. Да и более флегматична я была в своём птичьем воплощении. Только вздрагивала время от времени и оглядывалась по сторонам... Чутко спала да и беспокойство чувствовала из-за непривычного способа ночёвки. Что не помешало мне проспать момент, когда я оказалась в чьих-то руках. Снова запертая в пригоршне, ничего не видела и не понимала. Кто, куда, зачем несёт? Но долго гадать не пришлось. Меня подсунули под стеклянный колпак и тогда смогла рассмотреть своего похитителя.

Мужчина, незнакомый, красивый, но какой-то холодный... Не просто взгляд там или выражение лица как у Дронда. У моего супруга за всем этим угадывалось наличие эмоций, каких-то мыслей, мотивов. А тут же холод шёл изнутри. Прямо-таки зимняя стужа за стеклом ледяных, светло-серых глаз. Светлые-светлые короткие волосы, почти белые. Тонкий нос и узкие губы. Очень жёстко очерченные скулы. Изящные пальцы музыканта и широкий разворот плеч.

Незнакомец барабанил пальцами по столу, на котором стоял колпак, поверх деревянной подставки и о чём-то думал. А надумав, сказал так, чтобы я услышала:

- Выжила? Зря. Живые шур мне в этом мире не нужны. Убить тебя не могу, раз уж выжила, но судьбу подправить -- легко, - подхватил подставку с колпаком, поднёс к глазам. - Придётся тебе попутешествовать.

Сделал шаг от стола и обстановка вокруг тут же изменилась. Бескрайний луг расстилался вокруг, насколько хватало взгляда. Разнообразные цветы, бабочки, стрекозы... Картинка мне понравилась, как и последующее действие неизвестного:

- Лети, - сказал мужчина и поднял стеклянный колпак, давая мне волю.

Я и полетела, стараясь убраться как можно дальше от холодного незнакомца. Находиться рядом с ним мне совсем не хотелось. Впрочем, мужчина, сразу как выпустил меня, растворился в воздухе и бояться больше было некого. Всё равно удалилась на достаточное расстояние от неприятного человека и только тогда спустилась на цветочное поле. Очень хотелось есть, вот только летающие бабочки, снующие меж стеблей муравьи и прочая живность аппетита не вызывали. Моя человеческая начинка протестовала против поедания насекомых. А птичья не видела ничего, чем бы можно было червячков и паучков заменить.

Долго рассиживаться не стала, пока ещё были силёнки, вспорхнула и решила осмотреться. Надо было понимать, куда меня забросили и где искать еду. Сколько я ни летела, поле не кончалось и расстилалось во все стороны, постепенно сливаясь с горизонтом, куда взгляд не кидай. Хоть какое-нибудь деревце с фруктами не помешало бы. Но только поле, поле, поле и небольшой домик вдалеке. До него было лететь и лететь, сил еле хватило, чтобы добраться. Крылья слушались плохо. Хотелось пить, хотелось есть, хотелось вернуться туда, где хоть и была тоска, но бескрайних и необитаемых цветочных полей не встречалось.

Практически рухнула на подоконник, когда всё-таки добралась до домика, выкрашенного белой краской, с крышей, выложенной красной черепицей, окнами затянутыми тёмными стёклами и с резной, ажурной дверью. Устала так, что даже лапы скользили по гладкому дереву подоконника. Ещё чуть-чуть и упала бы, если бы передо мной не появился мужчина в белоснежных шортах и не подставил ладони. А дальше была темнота, усталость взяла своё.

Когда пришла в себя, то обнаружила, что лежу в ладони мужчины, который с любопытством разглядывал меня.

- Какая любопытная птичка, - произнёс золотоволосый красавчик и коснулся пальцем моей грудки. - А вот это, ещё даже более любопытно... Но ты устала и голодна. Сначала я покормлю тебя, потом и будем всё выяснять. Может, обернёшься? Так лучше наешься. Твоё птичье тело много не вместит.

Мысль была здравой, потому, не стала долго колебаться и вернулась в свой привычный облик, потратив на это последние крохи сил. Этот незнакомец опасений во мне не вызывал, в отличие от предыдущего. Золотоволосый красавчик смотрел дружелюбно, спокойно и с любопытством. Но из рук не выпустил, даже когда я обернулась девушкой. И умудрился как-то так меня удержать, что с ладони я соскользнула прямо в его объятия уже в человеческом облике.

- Добро пожаловать, сокамерница, в мою персональную тюрьму, - сказал мужчина и выпустил вспыхнувшую меня из объятий. - Комфорта не обещаю, но жить можно.





Глава 13


Тюрьма




Ноэим, так представился красавчик, разделил со мной свой паёк -- так он обозвал корзину, полную снеди.

- Смотрящий убить меня не может, - пояснил он, выкладывая на устеленный белой скатертью стол, пирожки и фрукты. - Преступлений я не совершал. Потому и кормит. Смерть от голода и жажды нам с тобой не грозит. Вот поешь, и расскажешь за что он тебя сюда упёк.

Наверное, мне стоило спросить кто такой этот смотрящий, а так же поинтересоваться кто такой сам Ноэим, и прочими нужными подробностями... Но у меня совсем не осталось сил. Я только и могла полулежать на удобном диванчике и, постоянно смаргивая, следить за новым знакомым. Он довольно ловко раскладывал всё по изящной, фарфоровой посуде, а потом присел передо мной на пол, на колени, с тарелкой в одной руке и с чашкой в другой.

- Совсем худо? - спросил с состраданием. - Ничего, сейчас мы это исправим.

Аккуратно поднёс чашку к моим губам, дав мне возможность утолить жажду прохладным, чуть кисловатым напитком, очень напоминающим компот. Сразу стало легче дышать, но поесть самостоятельно не получилось. Забрав кружку и убрав её на стол, Ноэим, отламывая по кусочку от пирожка, стал кормить меня сам. Как птицу, ей богу. Но я не протестовала, слабость пока отступала неохотно. Да и много поесть мужчина мне не дал.

- Как давно ты не ела? - спросил он тихо, с грустной улыбкой.

- Не помню, - прошептала, тяжко вздохнув.

Я и правда не помнила, когда питалась чем-то вещественным последний раз. Всё, что со мной происходило до появления в этом месте, казалось таким далёким и нереальным, что так и не смогла вспомнить мелкие детали, такие как, когда был последний обед, к примеру.

- Пока тебе много нельзя. Попозже поешь ещё чуть-чуть. А там ещё немного, с перерывом. Бульона у меня нет, потому придётся быть вдвойне осторожными, - поднялся он с колен и поставил тарелку на стол.

- Я не двадцать дней и не десять не ела. Гораздо меньше... Но, ты прав, лучше перестраховаться. Заболеть мне не хочется, - сил прибавилось и теперь я могла поддерживать связную беседу.

- У тебя интересный браслет, - заметил Ноэим.

- Подарок, - растерянно посмотрела на запястье, про украшение как-то забыла.

- А чей? - полюбопытствовал мужчина и в голосе его проскользнуло напряжение.

- Моего мужа, - глянула на Ноэима и снова вздохнула.

- А кто у тебя муж? - ответа красавчик ждал, затаив дыхание.

Чего это он? Почему его так интересует личность моего супруга? А стоит ли говорить правду или не стоит?

- Повелитель Мёртвых в моём мире, - надеюсь, что поступаю правильно, ничего не скрывая.

- Истинная тьма в божественном проявлении? - Ноэим оставался всё таким же напряжённым и глаза его как-то странно блеснули, когда он отвёл взгляд от меня.

- Да, - удивлённо глянула на мужчину в шортах, забыв на время обо всём. - А откуда ты знаешь?

- То-то у тебя среди перьев затерялись несколько чёрных, - хмыкнул мужчина и покачал головой. - Вы поделили свои души на двоих. Как вам это удалось?

- И чем нам это грозит? - теперь уже напряглась я.

- В тебе есть Тьма, в нём Свет. И если вы живы до сих пор, то думаю, что ничем не грозит, - пожал плечами мужчина и сел в плетённое кресло, что стояло у торца стола. - Ты расскажешь, как это так получилось, что ты смогла поделиться с ним своим огнём, а он с тобой тьмой? Такого я не упомню. А живу довольно долго и видел многое.

- Я не знаю как это получилось, - изумлённо смотрела на собеседника, не в силах осознать то, что он говорил. - И даже не понимаю, как это души делить на двоих.

- Чем дальше, тем интересней... - задумчиво произнёс Ноэим и потёр подбородок ладонью, словно проверял, хорошо ли он выбрит. - Кажется, я начинаю понимать, почему ты здесь... Ты помешала Смотрящему, как и я. А с несогласными у него разговор короток.

- А Смотрящий это кто? - полюбопытствовала, не удержалась.

- Тот, кто перенёс тебя сюда, - сказал вполне очевидную вещь и я тут же нахмурилась, собираясь переспросить ещё раз. - Он выше любого из божеств. В его руках судьбы подвластных миров и он решает, как им развиваться в дальнейшем. И мы с тобой его высочайшие пленники, которым не выбраться и не помешать его планам... Разве что твой муж... Истинная Тьма вполне сможет противостоять его Свету. Особенно Тьма, имеющая прививку от сжигающего огня.

- Я ничего не понимаю, - пожаловалась в ответ, наморщив нос. - Объясни, пожалуйста. Кто ты? Кто он? Что за планы, которым мы помешали?

- Это сложно, птичка, - грустно улыбнулся Ноэим. - Очень длинная и грустная история... Нашим мирам достался не самый лучший и добрый Смотрящий. Ему теперь не нравится путь созидания... Ему, уже несколько веков как, нравится рушить, и мы с тобой мешаем этому. Я, как Верховное и не согласное с ним Божество этого мира, а ты, как та, кто умеет дарить бесконечное счастье... Теперь и тёмным существам. Он не может убить нас, потому что мы ничем не провинились. И дойди информация до других Смотрящих о том, что он убивает божественные сущности потому что так захотелось... У него могут отнять миры, и заменят его на другого Смотрящего.

- А что нужно сделать, чтобы он имел право убить нас? - надо же знать, где соломки подстелить.

- Перестать быть тем, кем мы являемся. Стать простыми людьми или нелюдями, - спокойно ответил Ноэим. - Мне он предложил перестроиться, пройти перерождение и изменить мою природу... на противоположную. Детей у меня ещё нет, наш мир очень молод, и становиться кровожадным Богом, которому нужны жертвоприношения... У меня нет такого желания, меняться в эту сторону и идти на предложенный эксперимент. Мне нравится созидание... Мне нравится дарить жизнь и свет. Раньше Смотрящий старался не вмешиваться в развитие моего гармоничного мира, я столько всего планировал сделать. Но последние два века... Последние два века я нахожусь здесь, а в моём мире... в моём мире правит кровавое, выращенное Смотрящим, Божество. Это теперь страшный мир, птичка. Людям и нелюдям жить в нём тяжело.

- А как-то это изменить можно? - спросила, сглотнув комок в горле, тут же припомнилась тоска, окутавшая своим одеялом мир, из которого забрал меня Смотрящий. - Пожаловаться тем, кто может отозвать его и поставить другого Смотрящего?

- Пока он не уничтожает нас, Богов, пока есть те, кто соглашаются на перерождение и противоестественные эксперименты со своими божественными сущностями... Нас никто не станет слушать. Жизни людей и нелюдей для тех, кто стоит над ним, ничего не значат. Мало есть миров, которые не знают войны или горя. Всё должно уравновешиваться. Добро злом, любовь ненавистью... И это длинный список. Но аналогию ты поняла, наверное. Без смерти, нельзя познать скоротечность времени и ценность счастливых минут. А с божествами сложней всё обстоит... Наши смерти отражаются на ткани вселенной. Здесь тоже всё должно быть уравновешенно. Кровавые Боги уравновешиваются добрыми, сильные большим количеством слабых... Свет, уравновешивается Тьмой. И малейшее изменение в этом равновесии... неестественное изменение, привлечёт внимание тех, кто способен со Смотрящим справиться и помешать его экспериментам.

- Но тогда, - как-то всё это запутанно выглядело, со стороны. - Если бы ты согласился и переродился в другого Бога... То это бы заметили...

- Думаю, он нашёл бы чем уравновесить моё перерождение в покорное ему и злобное существо. Он не делает ничего просто так, и перекручивает миры так... что пока никто и ничего не заметил, - усмехнулся красавчик горько. - И я нахожусь в этой клетке, в своём собственном мире только для того, чтобы уравновесить то чудовище, что вырастил Смотрящий. Но меня больше интересуешь ты... Откуда ты такая? Расскажи мне всё, пожалуйста. Я очень соскучился по обществу за одинокие века, - развёл он руками. - Хоть какие-то новости. Да и что-то мне подсказывает, что твоя история будет очень любопытной...

- Но я мало знаю и помню, - тут же смутилась и зажалась, как-то сложно было рассказывать о взаимоотношениях с супругом постороннему мужчине. - У меня у самой к своему прошлому столько вопросов... Не решаемых вопросов...

- А ты попробуй рассказать. Припомнить все мелочи и подробности. Глядишь, я и смогу ответить тебе на твои вопросы. Не на все... Но то, о чём смогу догадаться по твоему рассказу... Это в твоём распоряжении будет. Все выводы, которые сделаю. Как тебе такая сделка? - сдержанно улыбнулся Ноэим и в уголках его губ образовались горькие складки.

- Не знаю... - протянула в очередной раз.

Не найдя никаких причин для отказа, да и не считая свою историю чем-то секретным, принялась пересказывать все события, начавшиеся тогда, когда я пришла в себя в первый раз. С этого момента начинался отсчёт моих воспоминаний. Ноэим слушал внимательно, и задавал уточняющие вопросы, помогая таким образом вытащить из памяти то, что казалось незначительным и не стоящим внимания. Старалась опускать лишнее, вот только голос иногда подводил. Да и слёзы под конец рассказа пришлось с ресниц смахивать.

- Я восхищён твоим свёкром. Хотелось бы знать такого хитроумного героя лично, - сказал он, когда завершила свой рассказ. - Он пошёл против Смотрящего и смог нарушить его планы. Переиграть судьбу, уготованную для его мира. Но он зря надеялся, что удастся утаить тебя от Смотрящего и что за это не последует наказания...

- Ты хочешь сказать, что им всем что-то грозит? - сердце пропустило удар, стоило только подумать о Дронде и о том, что может сделать со всей божественной семьёй Смотрящий.

- Я удивлён, что не вся дружная семейка сейчас здесь с нами... Есть какие-то причины, почему он оставил их в том мире, забрав только тебя. У него какие-то планы, связанные с ними. Но какие? Этого я угадать не смогу, - в голосе Ноэима проскользнули извиняющиеся нотки.

- Ты обещал мне выводы, - напомнила мужчине то, о чём мы говорили перед моей исповедью.

- Они могут быть не верны... Но я исхожу из своих знаний и знакомства со Смотрящим, - подумав, он снова потёр подбородок и стал излагать свои мысли. - Он запечатал в том мире, и в этом тоже, возможность для рождения шур -- птиц счастья. Но это надо было уравновесить. Думаю, в том мире, из которого ты родом, их рождается много. Но при этом они не имеют возможности использовать свои силы. Вряд ли Смотрящий вытерпит хоть один мир, в котором царит только созидание и счастье. Жаль, мне неизвестна суть его эксперимента. Я не понимаю его мотивов. И шансы их понять вряд ли появятся. Но я отвлёкся. Твой свёкор придумал способ обойти запрет. По всем законам равновесия и естественного отбора, шур не могло не заносить в его мир. И он об этом знал. Думаю, это происходило не часто. Но происходило. И он поставил себе целью сделать всё, чтобы хотя бы одна птица выжила. Но пришелицы из других миров не выживали, по естественным причинам, чтобы нельзя было обвинить Смотрящего и как-то сдвинуть равновесие. Умирали от болезней, только-только успев совершить переход. И твой свёкор выбрал Изначальную Тьму для защиты шур. И ребёнка от носительницы Тьмы завёл только для того, чтобы изменить расклад сил в обход Смотрящего. Тот не стал вмешиваться, собираясь впоследствии использовать Тёмное Божество в своих целях. Уверен, что эти цели точно были и есть. И отец нового Божества, сам того не понимая, подыграл Смотрящему. Когда не смог быть рядом с ребёнком и растил того в одиночестве. Впоследствии Смотрящий смог бы использовать этот факт в уговорах и в том, чтобы склонить твоего супруга на свою сторону. Так мне это видится... Но это только догадки. Продолжим дальше, - слушала его логические выкладки открыв рот, до подобного я точно самостоятельно никогда бы не додумалась. - Зная особенности характера твоего мужа, его смогли втянуть в глупый спор, который привёл бы к тому, что Повелитель Мёртвых смог бы потешить свою самолюбие, а Богиня Любви получила бы свою шур. Повелитель Мёртвых, действительно, стал делать всё, чтобы ты выжила, когда попала к нему в руки. Даже поделился с тобой своим бессмертием. А дальше всё вышло из-под контроля. Спрятать-то тебя спрятали... Но никто даже не рассчитывал на то, что шур и Тьма смогут не просто ужиться, а разделить души и силы на двоих. Тут я пока не понимаю, как такое могло произойти... Но над этим подумаем потом. Времени у нас с тобой на это будет много. А ещё твои родственники не учли то, что всё напрасно. Да, твой свёкор понимал, если выживешь, убить тебя Смотрящий не сможет. Права такого не имеет. Но не подумал о том, что и так просто этого дела не оставит... Или подумал? Возможно, что-то придумал для твоей защиты? Даже если так, то это не помогло. Узнав о твоём существовании, Смотрящий принёс тебя сюда, в мою тюрьму.

- Но почему он тогда не возвратил меня в мой родной мир? Если твои догадки про то, что там я не смогла бы использовать свою силу верны, то ему не обязательно было запирать меня здесь, - после непродолжительного молчания удалось собрать сведения в кучу и задать уточняющий вопрос.

- Подозреваю, что с проснувшимися способностями, ты там не выжила бы... Возможно, побоялся, что это может быть воспринято как намеренное убийство. Одно дело, если бы ты попала туда сама, случайно. Другое, когда он сам тебя туда отправил, на смерть, - Ноэим вздохнул и поднялся с кресла. - Но это опять догадки. И они могут быть далеки от реальности.

- В божественных интригах так просто не разберёшься, - сделала вывод из его слов. - Ты как-нибудь пробовал выбраться из этой тюрьмы? - только сейчас заметила, что как-то легко и просто получилось сразу с этим красавчиком перейти на "ты", хотя, с тем же Дрондом мы очень долго были на "вы".

- Пытался и не единожды... Не по зубам мне прутья в этой клетке, - криво усмехнулся Ноэим. - Тут сколько не пытайся перемещаться, всегда приходишь к этому дому. Замкнутое пространство с постоянной возврата к исходной точке. И как изменить эту постоянную, догадаться не получается.

- А исходную точку поменять? - оперирует он не очень мне ясными понятиями, но не удержалась от показавшимся дельным замечания.

- Знаешь, что такое рычаг? - ответил он вопросом.

- Знаю, - покопалась в памяти и всплыло то, что я не знала, откуда взялось-то.

- А точка опоры? Это понятие о чём-то говорит? - задал следующий вопрос.

- Говорит. Рычагом без точки опоры не воспользуешься. От чего-то оттолкнуться надо, чтобы изменить положение тела в пространстве, - ответила послушно, пока не понимая, как это может быть связано со сменой исходной точки.

- Чтобы сдвинуть такой пласт реальности, нужно от чего-то отталкиваться. В этом замкнутом мирке, точка опоры всегда одна, как и исходная точка для перемещений, возвратов. Только она реальна. Только о неё опереться можно. А всё остальное замороченная иллюзия, нереальность. На неё не обопрёшься, чтобы что-то изменить. А на единственную существующую точку наложен запрет. От неё я оттолкнуться не могу. Смотрящий прекрасно знает мои возможности, потому уйти отсюда не получится. Увы, птичка, мы пленники и зависим только от воли Смотрящего.

- Понятно... Сколько подкоп ни рой, он всё равно приведёт в этот дом, - произнесла задумчиво.

Окинула взглядом просторную комнату. Стол, покрытый белоснежной скатертью, диван, на котором я устроилась. Пару кресел и ковер на полу. Две двери, одна вела, наверное, куда-то наружу. А другая... В спальню, наверное. Или в какую-нибудь ванную комнату.

- Теперь нам с тобой нужно подумать о том, где тебя устроить до того момента, как твой муж за тобой придёт. Спальня у меня одна, и кровать тоже. Творить я здесь могу с трудом. Попробую создать ещё одну кровать... Но вот куда её поставить? - задумался радушный хозяин.

- А на улице спать нельзя? Или можно модернизировать диван, чтобы удобней спать на нём было, - выдвинула свои ответные предложения. - А почему вы считаете, что мой муж за мной придёт?

- Вы разделили души и на тебе браслет, со следилкой, которая передаёт сигнал даже здесь. Главное, чтобы этот сигнал дошёл по адресу. А дальше нам остаётся надеяться на то, что Повелитель Мёртвых сможет разорвать замкнутую систему нашей с тобой тюрьмы, - ответил сначала на последний вопрос, а потом уже на первые. - Диван можно переделать. Мысль дельная. А вне дома не советую ночевать. Реальная точка только одна. И как отразится на тебе разрушение окружающей нереальности, в случае какого-нибудь катаклизма или вмешательства сторонних Смотрящих -- надеяться на это не стоит, но предусмотреть лучше всё -- даже я не возьмусь предсказать. Потому, советую не рисковать.

- Реальная точка одна... - протянула задумчиво и устало прикрыла глаза. - А если попытаться рыть подкоп здесь?

- Стоит запрет на воздействие. Я говорил, - напомнил мне Ноэим.

- Для меня тоже? - принялась перебирать пальчиками ткань платья, при этом напряжённо думая.

- У тебя нет силы для сдвижения пласта реальности, - неуверенно произнёс мужчина.

- Возможно, мои силы и малы... Но я же меняю судьбы, меняю реальность, когда дарю людям счастье, - возразила ему, но тоже не очень уверенно.

- А ты знаешь механизм собственного воздействия? От и до? Так, чтобы понять, как можно эту силу приложить к точке опоры? - вопросы ушли в молоко, потому что ответить на них мне было нечего.

- Нет, не знаю. Я просто хотела, чтобы кто-то был счастлив. И реальность менялась под это желание, - ответила с неподдельным сожалением.

- Тогда попробуй пожелать нам с тобой счастья от того, что мы стали свободны. Вдруг поможет, если Смотрящий не подумал о такой возможности и не поставил запрет и на тебя, - в голосе Ноэима слышалась улыбка. - Хоть какая-то надежда... Уже неплохо и повод продолжать жить. А теперь, ты можешь ещё немного поесть. Мы довольно долго проговорили с тобой. Других сил, как от пищи, в этом месте не накопишь. Если уж и пытаться сдвигать пласты, то только на сытый желудок. Не удивлюсь, если вы с мужем, души на двоих разделить смогли потому, что ты очень хотела счастья для вас обоих.

- Может быть, - тоже слабо улыбнулась и открыла глаза. - А есть хочется, не откажусь от ещё одного пирожка.

День прошёл в разговорах. И все беседы как-то обо мне шли. Ноэим выдвигал догадки о том, почему я не помню почти ничего о мире, в котором родилась. Предполагал, что это из-за того, что я не раз через Царство Мёртвых прошла туда-сюда-обратно. А так же думал, что память может со временем вернуться. Я поддерживала беседу, но при этом постоянно мысленно уходила к мужу и ругала себя последними словами за то, что не смогла переступить себя и простить. Как бы то ни было, супруга я любила, очень сильно. И единственной родной душой для него была. А он для меня. И очень хотелось бы видеть его рядом. Провести воспитательную беседу про то, что делать нельзя... Это да. Но при этом ещё бы и прижаться к его плечу, почувствовать родной запах, утонуть в объятиях... Постепенно меня окутывала тоска по нему, и я погружалась в её пучину всё сильнее, очень часто теряя нить разговора.

- Алина, не грусти, - заметив моё состояние, Ноэим решил меня встряхнуть. - Он обязательно придёт за тобой. Это только вопрос времени. Следилка очень мощная, он тебя где угодно найдёт. Ему только надо придумать, как разомкнуть систему тюрьмы. У него-то точек для опоры рычага будет доставать. Зная местоположение нашей с тобой тюрьмы, он наверняка придумает способ тебе помочь. В этом я нисколько не сомневаюсь.

- Если на мне такая мощная следилка, - подняла на мужчину несчастные глаза. - То почему Смотрящий её не снял?

- Браслет очень сложно заметить, когда ты в птичьем обличье, - пояснило божество охотно. - Думаю, он просто не заметил.

- Плохо в это верится. Может, он рассчитывал это каким-то образом в своих планах использовать? - с тревогой глянула на качающего головой Ноэима. - Только чего он этим добьётся?

- Твой муж ревнив? - задал вроде бы не относящийся к делу вопрос мужчина, при этом с серьёзным видом.

- Да, - ответила, чуток поколебавшись.

Очень хорошо вспомнилась реакция на поцелуй со свёкром. Тогда Дронд явно был очень зол и обижен. Поняла, к чему вело пленное божество. Если Дронд увидит наш тет-а-тет с местным красавчиком, и учитывая то, что с супругом мы в ссоре, обязательно приревнует. Плохо дело.

- Но зачем ему, чтобы мой муж ревновал? - с недоумением спросила у Ноэима.

- Вариантов может быть много, - пожал мужчина плечами. - К примеру, мужчина, действующий на эмоциях -- лёгкая добыча, ошибок много совершить может. Разозлившись, может легко пойти на поводу у Смотрящего. Либо задумка ещё более глубока, и узнать в чём она состоит, сможем только тогда, когда твой муж здесь появится.

- Если появится, - протянула с сомнением. - Или это не ловушка для него.

- Может и ловушкой оказаться. Тогда придётся тесниться втроём, - не стал успокаивать меня ложными аргументами Ноэим.

- Для тебя это будет смертельно опасно, - глянула на мужчину с тревогой. - Когда Дронд зол, он плохо контролирует свою Тьму, а она дама своевольная.

- Будем философами и положимся на свою удачу, - Ноэим пожал плечами и развёл руками. - Мы с тобой никак помешать планам Смотрящего не сможем. Остаётся только ждать. Что-то мне подсказывает, что скоро здесь уже не будет так спокойно, как сейчас.

- Ждать, - тоска отступила, стоило только подумать о том, как Дронду неприятно будет увидеть меня в обществе красавчика. - Не хочу ждать. Хочу поломать все планы этому гаду, Смотрящему.

- Попробуй, - не стал насмехаться надо мной Ноэим, просто философски улыбнулся.

Понятно, хочет, чтобы я сама зубки пообламывала... Правильная позиция, кстати. Пока лично не убежусь в том, что выхода из ситуации нет, поверить в это до конца будет сложно.

Я настояла на том, чтобы спать в этой комнате. И как Ноэим не пытался меня убедить в том, что в спальне мне будет удобней, стояла на своём. Только попросила диван увеличить в размерах и сделать более мягким. Но от подушки и одеяла, что притащило божество из спальни, откреститься не удалось.

Ванная комната оказалась вполне себе комфортабельной, водопровод наличествовал, как и вода, горячая да холодная. Одна проблема, сменной одежды не наблюдалось, а спать в платье -- не самое большое удовольствие. Поколебавшись, разоблачилась до сорочки под платьем и легла спать так. Ноэим по-джентльменски заперся в своей комнате, стоило мне только сказать, что хочу отдохнуть и носу оттуда не казал.

Ворочалась на модернизированном диване долго, прежде чем уснула. А во сне то и дело оборачивалась птичкой и мечтала вырваться наружу, туда, откуда я смогла бы вернуться к Дронду. Тосковала по мужу и пела свою птичью песню, выражая свою грусть. Сон получился беспокойным и грустным, ровно до того момента, как в том сне я добилась своего, смогла вылететь за пределы бескрайнего поля и понять, что выход из тюрьмы всё-таки существует. И я так счастлива была в этом сне, поняв, что удалось освободиться, что когда проснулась, ещё долго мысленно улыбалась, не желая открывать глаза.





Глава 14


Другой мир, другие Боги




По пробуждению меня ждал настоящий шок -- я в облике птицы сидела на дереве и никакого цветочного поля вокруг не наблюдалось, как и домика с Ноэимом. Удалось выбраться? Вопреки всему? Запрета на моё воздействие не стояло? Долго не верила своим глазам, пришлось облететь достаточное пространство, перебираясь с дерева на дерево, чтобы убедиться -- вокруг лес и никакой тюрьмы. Одно беспокоило, удалось ли выбраться Ноэиму? И как скоро Смотрящий заметит моё отсутствие? Удастся ли теперь от него спрятаться?

А когда выдохлась и остановилась отдохнуть... Выяснила что... Свобода оказалась делом унылым. В моём-то случае точно. Сидеть на ветке и зябнуть от того, что в этом мире лето давно уже закончилась и осень стремилась туда же... Не самое большое удовольствие. А уж когда с дерева меня стал сдувать сильный ветрище, да заморосил мелкий, противный дождик... Стало совсем грустно. Куда двигаться дальше, я не понимала, как и что делать теперь, когда вырвалась на свободу. Оно всегда в тюрьме кажется, что дай только выбраться и всё будет хорошо.

Ну вырвалась я... А вот хорошо не стало. Становилось только хуже и хуже. Куда лететь? Где искать дорогу к супругу? Куда я вообще попала? Ещё и холодно было... Я зябла и чувствовала себя совсем несчастной, потому что вырвавшись из одной ловушки, попала в другую... Стала заложницей собственного незнания и непонимания. И вопрос, какая ловушка хуже. Та, в которую меня посадили или созданная собственными руками? В первом случае хоть был кто-то, кого можно было винить в сложившейся ситуации... А сейчас, приходилось винить только себя. За то что не подумала, прежде чем вырвалась из тюрьмы. Не расспросила Ноэима подробней обо всём. Не попыталась узнать, как найти дорогу в мир Дронда. Впрочем, это были бесплодные метания. Не факт, что всё получилось бы даже в том случае, если бы я прежде всё разузнала. Ведь вырвалась я из западни совершенно случайно и не особо на это рассчитывая.

Сидела я на ветке, поедом ела себя любимую, временами не ела... Но чувствовала себя препаршиво в любом случае. Да и ощущение давящего, назойливого взгляда, заставляло  нервничать и постоянно оглядываться. Но владельца тяжёлого взора увидеть так и не удавалось. Отвлеклась от странного, угнетающего чувства постороннего пригляда только тогда, когда заслышала шум, идущий от видневшейся неподалёку дороги. Бряцание оружия, всхрапывания коней... Кто-то ехал, и не в одиночестве. И вряд ли на прогулку, в такую-то погоду. И какая необходимость выгнала людей в такое зябкое ненастье из дома?

Постаралась слиться со стволом. Получалось плохо. Листьев на ветках осталось мало, за ними не скроешься. Разве что листиком притвориться, осенним и красивым... По цвету подхожу, еще бы не светилась. Слабое сияние, исходящее от меня, даже сама теперь внимание обратила, стоило только задуматься о конспирации. В наступающих-то сумерках сложно было не заметить свечение. А тут ещё так  некстати воспоминания пришли... О прошлой жизни. Про мультики, которые смотрела в детстве... И про тучку, тучку, тучку, которая не медведь. Одна надежда остаться незамеченной, для задумавшейся меня была, что дорога всё-таки на расстоянии от дерева находится, и прячусь я за деревом, так, что с дороги меня не видать.

Полностью погрузившись в воспоминания о Винни-Пухе, даже не заметила, что показавшаяся вдалеке кавалькада, повернула в лес и путь держит как раз к тому дереву, на котором я нашла себе приют. А тогда, когда всадники подъехали ближе и я их, наконец, заметила, стало слишком поздно пытаться перепрятаться. В воздухе меня точно приметили бы сразу. Потому вжалась в ствол ещё сильнее и принялась изображать из себя статую. Винни-Пух, Пятачок и прочие мультяшные герои сразу же выветрились из головы, и стало очень тревожно и страшно.

Кавалькада приближалась. Я жалась к дереву всё сильнее и боялась, боялась, боялась. А когда услышала:

- Ну и где тот подарок, который был мне обещан? - забоялась ещё сильнее.

И бархатные интонации в мужском голосе не обманули испуганную меня. Как бы музыкально и мягко не звучал голос, в нём всё равно проскальзывали холодные и властные нотки. Обладатель этого голоса явно не любил отказы и привык повелевать.

Вжимание в дерево меня не спасло... Серые, как грозовое небо, глаза, остановили свой взгляд на сияющей в полутьме мне и прищурились. Сам обладатель этих глаз и тёмных волосо остановил коня и презрительно скривил губы.

- И это жалкое существо -- мой подарок? - серые глаза блеснули красным светом и брюнет сделал такое движение рукой, будто поманил меня к себе.

Попятилась и сорвалась с ветки, взмахнула крыльями и попыталась улететь как можно дальше.

- Даже так? - догнало меня яростное.

Но я и не подумала остановиться, понимая, что знакомиться с брюнетом совсем не хочу. Далеко не улетела, сверху упала мерцающая красными огоньками сеть и я забилась под ней, как попавшая в ловушку птица. Впрочем, я и являлась на данный момент той самой птицей. Брюнет бесшумно подошёл ко мне и ни один лист не шелохнулся под его ногами. Мужчина запустил руку по сеть и сколько я не пыталась отпрыгнуть, смог схватить меня и крепко сжать в ладони. И тут же брюнет вздрогнул, а потом прошептал еле слышно, так, что услышала только я:

- Какое странное чувство... Достойный дар, - и уже более громко добавил. - Коня!

Куда едем, не видела, потому что мужчина не выпускал меня из руки, осторожно и в то же время крепко сжимая в кулаке. Обзор был ограничен и оставалось только отогреваться и надеяться на то, что ничего плохого мне не сделают. И всё равно я побаивалась того человека, чьи глаза пусть на миг, но стали красного цвета -- цвета крови. Дорога, на моё удивление, была недолгой. Лошади остановились, всё затихло, потом странное ощущение упавшего в пятки сердца, и снова поехали. Копыта цокали по камням -- так охарактеризовала для себя раздающиеся снаружи звуки -- запах гниющей плоти заставил бы поморщиться, будь я в человеческом обличье. А так, просто шевельнулась, этим выражая протест против неприятного и пугающего запаха и пальцы мужчины сжались немного сильнее, удерживая, не давая лишний раз сдвинуться с места. Цоканье копыт раздавалось не долго, потом мой пленитель спрыгнул с коня и куда-то пошёл. А потом и вовсе разжал пальцы. Удивлённая тем, что меня отпускают, вспорхнула и полетела выше, выше, к потолку. Кованная, тяжёлая люстра показалась вполне безопасным местом обитания и я устроилась на ней.

- Эрт! - рявкнул мужчина и на этот крик явился темноволосый, низкорослый мужичок. - Всю информацию о том, чем питаются птицы! Сейчас же!

Пока слуга исполнял приказ, успела осмотреться. Спальня, об этом можно было судить по наличию кровати с балдахином. Окна плотно занавешены портьерами, но свечи в люстре не зажжены. Дуновения от окон и двери нет... Значит, окна закрыты, притом плотно, раз сквозняки отсутствуют и портьеры не шевелятся. На улице-то ветрище сумасшедший, это я очень хорошо помнила. А здесь, тихо, тепло и светло, даже несмотря на то, что свечи не горят. Вместо них в очаге, у ног статуи какого-то незнакомого мне божества, пляшет огненный шарик и освещает комнату вполне себе неплохо, и греет... из того угла ощутимо тянуло теплом.

Цвета хозяин спальни предпочитал мрачные -- красный и чёрный преобладали, как в тканях, так и в окраске стен, мебели да дверей. Впрочем, мужчина был одет под стать комнате -- чёрный плащ, который он сбросил с плеч прямо на кровать, был подбит красной тканью, вся же остальная одежда была чёрной и сапоги в той же цветовой гамме.

Эрт вернулся довольно быстро, притащив в руках стопку книг.

- Выдержку! - властно велел ему сероглазый мужчина.

Эрт сделал замысловатый жест рукой, книги приподнялись в воздухе, покружились, потом упали на пол и в руки брюнетику спланировал листок.

- Убери! - приподнял носком сапога книгу владелец комнаты, а то, что именно ему принадлежать покои, даже не сомневалась.

Слуга повиновался, быстро собрал книги с пола и вышел из комнаты. Мужчина пробежал глазами листок, задумался на мгновение, а потом бросил бумажку в очаг, поверх огненного шарика, который на миг превратился в пламя, которое охотно сожрало "подкормку" и тут же вернулось в прежнюю форму. Пока же я наблюдала за этими метаморфозами, кое-что успело поменяться. Мужчина сейчас стоял, вытянув вперёд ладонь, на которой активно копошились червячки и прочие насекомые. Это он что? Мне предлагает это съесть? Была бы в человеческом обличье, пожала бы плечами. А так просто переступила с лапки на лапку и осталась на своём месте.

- Вот как? - в серых глазах мужчины блеснул злой огонёк, и снова мне почудился красноватый отблеск.

Ну вот как этому человеку объяснить, что я такое не ем? Да и побаиваюсь самого владельца покоев. Брюнет тряхнул кистью и вместо насекомых у него в горсти появилось зерно. Это, на мой вкус, выглядело уже более соблазнительно. Но спускаться вниз я не спешила. Голод не тётка, это да... Пока же не так сильно донимает, вполне могу потерпеть. Больше хотелось пить и прежде чем двигаться с места, понаблюдать за событиями.

Подумав, сероглазый сменил тактику, снова тряхнул ладонью и зерно ссыпалось в появившуюся из ниоткуда чашку, висевшую сейчас прямо в воздухе. Чашка медленно долетела до статуи божества, и опустилась на постамент, рядом с очагом. И уже там же, возле этой чашки, появилась другая, в которой находилась вода. Но я упорно сидела на люстре, даже не думая спускаться вниз. Мужчина никак это комментировать не стал, словно забыв о моём существовании. Сделал несколько шагов до двери, которая располагалась напротив той, через которую заходил Эрт, открыл её и вышел. Дверка закрылась, оставляя меня наедине с соблазном в виде питания и питья. Боролась я с собой долго, очень долго. И где-то через полчаса, не раньше, спрыгнула на пол. Готовая в любой момент снова взлететь и спрятаться, прыжок за прыжком приближалась к очагу, поглядывая краем глаза на дверь, за которой скрылся владелец покоев. Но было тихо и спокойно, ничего не двигалось, не шевелилось и, казалось, не дышало.

Я смогла спокойно попить, и склевала несколько зёрнышек, а после вспорхнула снова на люстру, решив, что рисковать не стоит. Почти сразу после того, как взлетела, хозяин покоев объявился. Но опять повёл себя так, будто бы и забыл о моём существовании. Вышел в другую дверь и тут же вместо него в комнату скользнули слуги. И оставили эту дверь открытой... Открытой! Думала я не долго, слетела с люстры и быстренько, пока клетка не захлопнулась вновь, вылетела в коридор. Пролетела достаточно, и позаглядывала в разные комнаты -- там, где была возможность это сделать -- и нашла, наконец, окошко... Открытое окошко, сквозь которое вполне можно было вылететь наружу.

Каково же было моё разочарование, когда вылететь не получилось! Невидимая преграда не дала мне выбраться наружу. Я билась грудью снова и снова об неё, а она меня не пускала. Обессиленная, расстроенная села на подоконник и загрустила. Стоит ли искать ещё одно открытое окно? Не будет ли оно тоже прикрыто невидимой защитой?

- Не получилось? - протянул руку, ладонью вверх сероглазый мужчина, появившийся в коридоре. - Делаешь вид, что не понимаешь? Но ты явно ведёшь себя разумно. Птица, ты действовала целенаправленно, уверенно. Не искала выход там, где его нет, а следовала ровно туда, куда нужно. Комнаты проверяла, но не залетала, если окна были закрыты. Не билась в закрытые двери... Неразумные животные, думаю, так себя не ведут. Боишься? Зря. Ты слишком интересная игрушка, чтобы бояться... пока бояться. Вот потом, вполне можешь это делать, когда наскучишь. Пока же, иди ко мне. Не обижу. Или тебе понравилась сеть? Подумай, птица, у тебя есть выбор... Клетка, или свобода в пределах моего дворца. Возможность вылетать в сад... Решение необходимо принять здесь и сейчас. Я жду!

Речь была очень интересной. Очень. Слово "пока" порадовало меня особенно сильно. Верить... не верить. Выбора у меня не было. То, что если я не проявлю добрую волю и попытаюсь строить из себя неразумную птицу приведёт к сидению в клетке, даже не сомневалась. С неразумной птицей и обращение соответственное. Подумав ещё чуть-чуть, слетела на подставленную ладонь, надеясь на то, что это не ловушка.

- Умная птица... Я и не сомневался, - усмехнулся сероглазый мужчина и осторожно поднёс руку поближе к глазам, разглядывая меня очень внимательно. - Очень странное чувство... Когда я держу тебя в руках... Что-то такое, заполняющее пустоту внутри. Ты очень любопытная птица. Очень. Достойный подарок. Я доволен.

Он отнёс меня в свои покои и там сказал:

- Лети, куда хочешь, пока. У меня есть дела, которые требуют моего присутствия. За ограду вокруг дворца ты вылететь не сможешь, учти, - и вышел из комнаты.

Слуги за тот период, что мы с ним в этой комнате отсутствовали, успели убрать плащ и испариться в неизвестном направлении. И осталась я наедине со своими мыслями. Совсем-совсем одна... И так хотелось верить, что Дронд сможет быстро найти меня, быстрее чем я успею надоесть странному сероглазому мужчине. И зачем я только от него убежала? Там, в его Царстве Мёртвых была бы в большей безопасности, чем здесь. Теперь же остаётся пенять только на свою дурость и надеяться на то, что исправить её получится и притом в ближайшее время.

Спать ещё не тянуло, хоть и устала, пока по лесу моталась. Пользуясь тем, что владельца комнаты пока нет, решила осмотреться более детально и для начала проскользнула в ту дверь, в которую сероглазый выходил, дав этим мне возможность поесть. Сейчас она была приоткрыта и за ней я обнаружила кабинет, из которого имелся отдельный выход, наверное в коридор, сейчас закрытый. И снова мрачные цвета... Вся мебель из чёрного дерева, удобное кресло обито чёрной кожей. Белый с чёрным ковёр на полу, и кроваво-красные портьеры. Даже корешки книг чёрные, с названиями выбитыми на коже золотыми буквами. Единый стиль и завидное постоянство в следовании ему.

Выяснив, что прочитать названия -- возможно и из-за особенностей птичьего зрения -- не получается, выпорхнула обратно в спальню. Хозяина так и не было и я смогла осмотреть соседствующий со спальней бассейн. От него шло ощутимое тепло, не иначе воду всё время держат подогретой. Будь я в человеческом обличьи, с удовольствием бы окунулась в водичку. А так, осмотрелась в помещении, выложенном чёрным, с белыми прожилками, камнем, отполированным до блеска, и вернулась в спальню. Делать больше было нечего и я заскучала на так приглянувшейся мне люстре, а потом и сама не заметила, как задремала.

Проснулась рывком, почувствовав чьё-то присутствие в комнате и пристальный взгляд.

- Лети сюда! - приказал сероглазый мужчина и протянул мне руку.

В этот раз церемониться не стал, когда я не отреагировала на приказ, почувствовала, как воздушный поток толкает в спину, сбрасывая прямо на подставленную ладонь. Даже не успела сменить траекторию падения, настолько толчок был неожиданным.

- Вот и до тебя руки дошли, подарок, - довольно прошептал мужчина, крепко сжимая меня в горсти.

От хозяина покоев ощутимо пахло кровью и потом... Поёжилась, запах мне не нравился, совсем.

- Составишь мне компанию, пока я моюсь, - и направился в бассейн.

Отпустил меня там, не забыв прежде закрыть дверь поплотнее и, даже не позвав слуг и удивив меня этим донельзя, быстро стянул с себя всю одежду. Оставшись полностью обнажённым, и заставив меня мысленно покраснеть, а не мысленно отвести глаза в сторону, с бортика красиво прыгнул в бассейн. Переплыл его туда-обратно несколько раз и остановился у широкой лестницы, там было мелко и мужчина спокойно расположился на широкой ступеньке, скрестив ноги по-турецки прямо под водой.

- Кто же ты? - задал он сам себе вопрос, пристально рассматривая усевшуюся на каменной скамье и нахохлившуюся меня. - Оборотень? Магическая птица? И в чём же свойства? Придётся лишить тебя нескольких перьев... мне хочется провести опыты.

Были бы в этом облике зубы, скрипнула бы ими обязательно... экспериментатор фигов. Не проще ли самой подарить перья, чем чувствовать себя ощипанной курицей, когда этот мужик решит обзавестись желаемым? Интересно, ему одного пера хватит? А, может, вообще без перьев оставить? Но как? Что я противопоставлю магу, который вон как легко меня в ладонь себе столкнул. И сейчас, пока я размышляла -- дать, не дать... перо -- снова получила тычок в спину, воздушный вихрь понёс меня прямо в загребущие лапы мужика, а я ничего поделать с этим не могла.

Он долго вертел моё тельце в руках, я пыталась клюнуть его за пальцы, чтобы не лапал бедную меня, но всё время промахивалась -- он успевал их убрать.

- Значит, хорошо понимаешь то, что говорю, - сделал он из моего поведения правильный вывод. - Впрочем, это и раньше заметно было... - и ухватил за перышко в хвосте.

Дёрнул... и ощущение было не из приятных. Вот только перо и не подумало покидать своё законное место. А моя очередная попытка клюнуть мучителя снова закончилась ничем. И снова мужчина дёрнул меня за хвост. Возмущённо заклекотала, но мужика это нисколько не смутило. И он попробовал ещё раз, а потом ещё раз. И это было больно, очень больно... Не выдержала, обернулась и рявкнула:

- С ума сошёл?!

- Вот это подарок! - довольно мурлыкнул мужчина, крепко обхватывая меня за талию и пристраивая попытавшуюся вывернуться меня у себя на коленках.

- Пусти! - тут же пожалела о том, что совершила такой необдуманный поступок, как оборот.

- Ночная рубашка? М-м-м... как заманчиво, - мужик не обратил внимания на мои трепыхания и слова.

Попыталась отпихнуть мужчину от себя, подумывая о том, что надо бы обратно обернуться.

- Какой любопытный браслет... - протянул мужик, одной рукой продолжив удерживать меня за талию, а второй ухватив за запястье. - У тебя очень ревнивый муж, - сделал он неожиданный вывод и довольно улыбнулся. - Сейчас, к примеру, он точно знает, что ты в обществе голого мужчины время проводишь. Хорошо, что я вовремя заметил это украшение, - провёл он пальцем по застёжке и браслет расстегнулся. - Мне совсем не нужны лишние посетители в такое время. Все входы в мой дворец заблокированы... И блок я проверю ещё раз. С утра мы с твоим мужем, возможно, и побеседуем... Если я найду, что предмет беседы того стоит, а сейчас мы поговорим с тобой, - красивое украшение упало прямо в воду и я проводила его тоскливым взглядом.

- И о чём вы хотите поговорить с Дрондом? - вспоминал о воспитании и перешла на "вы".

- О разводе, - мило улыбнулся мужчина и приподнялся вместе со мной, перехватив руками так, чтобы я не упала. - Впрочем, это будет просто формальность. По законам моего мира, браки здесь заключаю только я, и ты девушка по факту незамужняя. Но чтобы уж совсем на тебя никто не претендовал... Побеседуем с твоим мужем о расторжении прежнего брака.

- Зачем? - я так искренне недоумевала, что даже на время забыла о пикантности ситуации.

- Мой покровитель если и делает подарки, то всегда очень ценные, - ухмыльнулся мужик и вышел со мной на руках из бассейна. - А я пока холостой... Пятая жена только недавно скончалась, родами. Наследник нужен и ты вполне подходишь. Красивая, притом с божественным огнём... пусть и Светом. Да ещё и с прививкой от Тьмы. Нет, ты очень-очень ценный подарок. Ты сможешь выносить и родить живого наследника... Другим это оказалось не под силу.

- Ну уж нет! - не согласилась с его планами на меня и тут же обернулась обратно птицей.

- Когда твой супруг окажется в моих руках, - очень нехорошо улыбнулся мужчина. - Посмотрим, что ты ответишь, птица. Пока же можешь летать где хочешь, как я и обещал... А вот потом поговорим и с тобой, и с твоим мужем... С ним в пыточной, с тобой в постели, - он внимательно наблюдал за тем, как я усаживаюсь на скамейку и кошусь на него испуганным глазом. - Эрт! - рявкнул он в пространство, и через пару мгновений незаменимый слуга появился в купальне. - Проследи, чтобы зерно и вода были всегда свежими, - велел он и добавил. - Пришли служанок.

Я же воспользовалась тем, что дверь осталась открытой и выскользнула в спальню, а потом в коридор. Ночевать в одной комнате с озабоченным мужиком точно не собиралась. И ничего, что часть пути пришлось проделать ножками по полу -- перья подмокли, лететь было тяжело -- чем дальше от владельца хором, тем лучше.





Глава 15


Судьбоносная встреча



Утром произошло то, чего никак не ожидала... Хозяин дворца магией притащил меня к себе практически за шкирку. И сделать с этим ничего не смогла. И стоило пытаться спрятаться? Мягким, но настойчивым потоком воздуха меня втолкнуло в спальню пленителя.

- Перекидывайся! - приказал он.

Следовать этому приказу не собиралась, потому просто нахохлилась, уселась на спинку кресла и глянула на мужчину сердито.

- Ну... Если не хочешь увидеть сегодня своего мужа, можешь не перекидываться, - великодушно разрешил он.

Колебалась недолго и, взвесив всё, приняла более привычный вид.

- Если что-то будет мне угрожать... - постаралась сказать максимально серьёзно.

- На данный момент тебе грозит только переодевание, - усмехнулся мужчина и поправил складку на идеально выглаженных чёрных брюках. - Не хочешь же ты встретить мужа в одном белье? Я-то не против, максимально компроментирующий тебя вид мне только на руку... - Застегнул манжету шёлковой, чёрной же рубашки, посмотрелся в зеркало и добавил: - Оцени мою прямоту, дорогая. Одна из лучших моих черт характера.

- Сам себя не похвалишь, никто не похвалит, - пробормотала еле слышно.

Судя по взгляду, который на меня бросил мужчина в отражении, он прекрасно всё расслышал, но комментировать моё высказывание не стал.

- Твоё платье, - кивнул на свою кровать вместо этого.

Наряд сразу и не заметила, он сливался цветом с окружающей обстановкой. Чёрное платье с красным кантом по высокому воротнику и треугольному вырезу.

- Если бы ты вчера соизволила остаться здесь, - продолжил с издёвкой мужчина, - то у тебя была бы возможность помыться и привести себя в порядок заранее. А сейчас, будь любезна, собирайся быстрее. Ты проспала все сроки. Торжественной встречи не получится, если ты будешь долго возиться.

Растерянно смотрела на наряд, в попытках понять, как обойтись без нормального купания, умывания и прочих радостей, и при этом выглядеть достойно.

- Где я могу умыться и переодеться? - задала вопрос, глянув на хозяина комнаты хмуро.

- Моя купальня в твоём распоряжении, - церемонно поклонился и указал рукой направление. - Если бы ты вчера так споро не сбежала бы, мы подобрали бы тебе гостевые апартаменты.

- Я скоро, - не стала слушать разглагольствования о том, в чём я там виновата, а в чём нет.

Подхватила платье с кровати и скользнула в знакомую дверь, за которой скрывался бассейн.

- Если надумаешь, могу помочь, - фраза полетела мне вслед как раз, когда я закрывала за собой дверь, надеясь при этом, что ломиться ко мне наглец не станет, пользуясь отсутствием задвижки.

Искать где находится раковина, кран или что-то ещё, что облегчило бы мне умывание, времени не было. Потому только и осталось, что поплескать на лицо водой из бассейна, надеясь при этом, что эта самая вода как-то уже очистилась после вчерашнего купания владельца апартаментов. Обтёрла влажными ладошками шею, быстренько натянула на себя платье и застегнула пуговички на лифе непослушными, дрожащими пальцами.

Прической занималась уже в спальне. Отсутствие расчески и зеркала в купальне, выгнало меня на их поиски.

- Помогу, - категорично заявил хозяин хором, заметив мои потуги расплести запутавшуюся косу самостоятельно.

Усадил меня в кресло, путём подталкивания в спину потоком воздуха, жестом фокусника достал из ниоткуда расчёску и занялся моими волосами. Вся сжималась под его руками, и старалась отстраниться насколько это было возможно, не нравились мне эти прикосновения, пусть были они бережными да аккуратными.

- Зачем это вам? - спросила тихо, имея в виду встречу с Дрондом.

- У тебя красивые волосы. Мне нравится с ними возиться, - ответил спокойно, расчёсывая и распутывая пряди. - Дальше сама. Причёски дамам делать не умею, - завершил с причёсыванием и убрал руки.

- Вы же поняли, о чём я спросила, - посмотрела на мужчину с отчаянием, не верилось, что подобная встреча может завершится добром. - Вы же ничего не сделаете моему мужу?

- Я? - с деланным изумлением спросил брюнет. - Да я добрейшее и милосерднейшее существо на всей этой планете. Мы всего лишь поговорим с моим братом по крови...

- Но вы совсем не похожи! - подскочила на месте, услышав такое заявление. - И вы вчера говорили о пыточной!

- И что? - пожал мужчина плечами и отошёл от меня на пару шагов. - Волосы оставь распущенными, - предупредил моё движение к прядям, собиралась заплести косу. - Любая другая причёска будет лишней... Понимаешь, дорогая, - скривил губы в усмешке. - Мы с ним наполовину демоны по крови. Демоны из одной и той же правящей ветви. Довольно близкие родственники. Потому, разговор в пыточной отложим до другого раза.

- И как долго вы это знаете? - нахмурилась, сведения мне не понравились.

- Что знаю? - переспросил и не думая упрощать мне задачу по выведыванию ценных сведений.

- Что вы родственники, - стиснула кулачки и прикусила губу, наблюдая за тем, как медленно полудемон делает шаг ко мне, не спеша при этом отвечать на поставленный вопрос.

- А вот как увидел твоего супруга на пороге, так и узнал. Не будем заставлять его ждать, - остановился рядом и протянул мне руку.

Отшатнулась от него, не собираясь подходить ближе необходимого.

- Хорошо, идём так, - пожал он плечами. - Цени моё терпение, птица. Кстати, как тебя зовут?

- Алина, - ответила неохотно.

- А я - Хтарг, - представился брюнет и направился на выход из комнаты.

Приоткрыл дверь, пропуская меня вперёд. Проследовала мимо, осторожно кося взглядом на хозяина комнаты, мало ли какую подлянку задумал - моя интуиция упорно твердила, что доверять этому полудемону нельзя. Приостановилась и обернулась, переспросив:

- А мы точно на встречу с Дрондом идём?

- Конечно, дорогая, - практически промурлыкал сероглазый гад, и снова мне почудился в его взгляде кровавый отблеск. - Ты идёшь?

Отвернулась от него, и сделала-таки окончательный шаг за порог и тут же застыла ледяной скульптурой, чувствуя, что не в силах сделать ни движения и вымолвить ни слова.

- А-а-а... Гость, - с пониманием протянул Хтарг и подтолкнул меня в спину.

- Я надеюсь, ты не станешь ломать мои планы, - ровно сказал Смотрящий, которого я узнала по тяжёлому, холодному взгляду.

- Импровизация ещё никогда не мешала в таких делах, - отозвался за моей спиной хозяин дворца.

Брюнет подхватил испуганную меня под руку и потянул вперёд по коридору, в сторону огромных дверей тёмного дерева, с позолоченными ручками. Шла спотыкаясь и всё время оглядываясь. Но пугающий меня мужчина исчез, как и не было его. Срочно стоило решить, кого я боюсь больше. Хозяина дворца или Смотрящего. Ни тот, ни другой, мне категорически не нравились. Наверное, они очень несчастные люди и одинокие. Злым людям очень тяжело жить, они всегда ждут только плохое и близких людей у них нет. По-настоящему близких, которых бы они ценили и которым бы доверяли... Жаль, что сами они не понимают, насколько несчастны из-за этого.

За огромными дверями нас ждал очередной коридор, по которому Хтарг провёл меня так же под руку. Пару раз мы свернули направо и остановились перед очередными высокими дверями из тёмного дерева. Впрочем, в дворце, судя по всему, интерьеры особым разнообразием не отличались. Чёрный и красный цвета, позолота, магические огни в чашах, похожих на ту, что я видела у ног статуи в покоях брюнета. Тёмный камень, такое же дерево... Неуютно, зловеще и... жутко волшебно. Так бы я охарактеризовала свои ощущения от нахождения в этом дворце. Идеальный антураж для жилища могущественного и злого волшебника.

Зал, в который мы вошли сразу, как двери медленно отворились, тоже был оформлен в тех же мрачных тонах, что и все остальные, попадавшиеся мне на глаза помещения, чему я не удивилась, совсем. Огромное помещение с тяжёлыми портьерами на многочисленных узких окнах -- тронный зал. Возвышение у дальней от входа стены, а на нём два кресла с высокими спинками -- снова из камня чёрного цвета.

Мужчина провёл меня по красной дорожке, ведущей к тронам, помог подняться по нескольким ступеням и усадил в меньшее кресло.

- Говорить буду я, - предупредил меня Хтарг, склонившись надо мной и упёршись руками в подлокотники. - А ты, если тебе дорога собственная жизнь и жизнь любимого мужа, будешь молчать. Всё понятно, дорогая? - спросил он с обманчивой мягкостью, ранее серые глаза, при этих словах стали сплошь красными -- кровавый цвет скрыл даже белки.

Жуткое зрелище, которое напугало меня не меньше, чем Смотрящий и я попыталась вжаться в ледяную спинку трона как можно сильнее.

- Вижу, что поняла, - улыбнулся мужчина довольно и отошёл от меня.

Примерился к трону рядом, сел, поставив правую ногу на маленькую скамеечку, что стояла возле. Наклонился чуток вперёд и опёрся правой рукой о бедро. Лицо хозяина дворца стало ледяным и спокойным и он ровно произнёс:

- Эрт, приглашай гостя.

Внутри всё похолодело, после этих его слов. Не верилось в то, что вот прямо сейчас увижу Дронда, живого и здорового... Меня раздирали противоречивые эмоции. Хотелось видеть мужа, но не хотелось, чтобы он попал в ловушку, которой вся эта встреча могла оказаться. Искусала губы в кровь -- саднили очень сильно -- от волнения.

Двери медленно открылись, сами по себе, впуская визитёра... Знакомый плащ на нём заставил сердце биться ещё быстрее, чем до этого. Шаг, ещё шаг... Я следила за тем, как супруг подходит к трону, стиснув пальцами подлокотники трона. Напряжённая как струна, не отводила взгляда, желая встретить ответный взор... Но не дождалась. Дронд в мою сторону даже не посмотрел. Шёл ровно и всё внимание уделял хозяину тронного зала. Добрался до возвышения, встал и Хтарг произнёс, значимо и весомо:

- Приветствую, брат.

- Я пришёл за женой, - голос Дронда звучал холодно, и супруг даже не посмотрел в мою сторону, когда это произнёс. Что не помешало мне на время потерять способность дышать нормально. - Верни мне её.

- А если я скажу, что она мне тоже нужна? - вкрадчиво осведомился Хтарг. - Что ты готов предложить за свою жену, брат?

- Что ты хочешь? - ответил вопросом на вопрос Дронд, и я обратила внимание, что он полудемона братом называть не спешит.

- Смерть светлого божества на моём алтаре, - улыбаясь очень-очень коварно ответил Хтарг. - Вполне определённого... Моего собрата по миру. Его нужно вытащить из заточения, привести в мой храм... и убить, согласно ритуалу, во славу меня. И это всё сделаешь ты.

- Высокая цена, - уронил Дронд в ответ и более ничего не добавил.

- Ты - Тьма, брат, - мягко-мягко начал Хтарг. - Что тебе до чужого Света? Ты хотел бы ходить под солнцем, не надевая своего плаща? Хотел бы с открытым лицом жить на поверхности, а не во Тьме Подземного Царства? Ритуал, проведённый в моём храме, даст тебе эту возможность... Свет Ноэима, разделённый на двоих, тебя и меня, даст то, что нужно и тебе, и мне. Возможность жить среди Светлых, брат. Что скажешь? - и всё это так вкрадчиво, соблазнительно подал, что с трудом удержалась от крика: "Не верь ему!"

Остановило только то, что Хтарг обещал отыграться и на муже, и на мне, если не стану молчать.

- Я не нуждаюсь в этом, - ровно ответил Дронд, в своей любимой бездушной манере и скинул капюшон плаща на плечи.

Но этим он не ограничился, коснулся застёжки и стянул сам плащ с плеч. Одним слитным движением швырнул тяжёлую вещь в меня и рявкнул:

- Алина, надень! - и тут же от его фигуры, во все стороны рванула густая Тьма, которая мгновенно затушила огни в четырёх чашах, стоящих в углах зала.

Среагировала на его крик не сразу, так неожиданно было то, что делал Дронд. Путаясь в ткани, дрожащими, плохо слушающимися руками натянула плащ на себя. Раз уж муж сказал сделать, значит, так надо. Пришлось приподняться на троне, чтобы иметь возможность нормально расправить на себе одёжку. За те мгновения, что я была сосредоточена на надевании плаща, Тьма полностью заполнила весь зал. Не видно было, ни зги. Плюхнулась обратно на трон, радуясь тому, что хоть что-то устойчивое в этой темноте есть, за что можно ухватиться и ждать дальнейших указаний мужа.

Секунды ожидания тянулись так, будто бы срочно поменяли статус и превратились не менее чем в часы. И когда надёжные руки обхватили меня за талию, подхватили... была очень рада тому, что это томительное ожидание неизвестно чего завершилось. Обхватила своего спасителя за шею, так, чтобы ему было легче меня нести и замерла, боясь поверить в то, что свобода так близко.

Только тогда, когда страх немного отступил, поняла, в каком напряжении до этого находилась. Сейчас, уютно устроившись на руках супруга, чувствуя его сосредоточенность и уверенность в собственных силах, смогла расслабиться и поверить в то, что выбраться удастся. Темнота перед глазами уже не была такой непроницаемой, срабатывал тот эффект, который я заметила ещё в покоях Дронда. Тьма постепенно становилась проницаемой для моего взгляда.

- Не так быстро... - прошипел знакомым голосом кто-то невидимый в этой темноте.

Пол ощутимо тряхнуло и каменные плиты под ногами Дронда вывернуло вверх, заставив споткнуться. Муж чудом удержался на ногах, покачнувшись, но умудрившись сохранить равновесие, сделал несколько шагов, не обращая внимания на мешающиеся плиты и словно упёрся в невидимую стену. Не смог более сдвинуться с места.

- Ты чуть не испортил мне всю игру! - узнала голос Смотрящего. - Я же просил без самодеятельности!

Кто-то двигался к нам с той стороны, откуда мы ушли и судя по голосу был явно очень зол. Порыв ветра промчался рядом, развеивая тьму, закружился маленьким ураганом неподалёку и двинулся в нашу сторону.

- Мне придётся тебя отпустить на пол. Держись рядом со мной, - прошептал супруг и спустил меня с рук.

Отодвинул ценную меня себе за спину, не интересуясь моим мнением по данному вопросу. Не могу сказать, что герой по натуре, но заслонить мужа собственным телом очень хотелось. Пришлось заставлять себя стоять на месте и не мешать Дронду использовать силу Тьмы. Выглядело это зловеще... Он вытянул руки вперёд, ладонями вверх и с них стали струйками расползаться тёмные ленты, которые опутывали ураганчик, не давая ему разойтись и навредить нам. Дронд резко свёл ладони вместе и сделал такой жест, будто что-то перекручивает в них. Ленты сжались, ломая прямо на глазах странный ураган, выпивая его силу, уничтожая, быстро и без остатка.

- Тянут время, - встряхнул ладонями и ровно сказал Дронд.

Повернулся ко мне, собираясь подхватить меня на руки. За его спиной появился Смотрящий и, увидев добычу, поднял ладони вверх. Сложил их над головой так, чтобы образовалась "чаша" и в них запылал яркий, слепящий даже меня Свет. Тьма, всё ещё клубящаяся где-то у пола и на расстоянии от нас, неохотно принялась отступать.

- Дронд! - воскликнула обеспокоенно и попыталась обойти его, чтобы закрыть собой.

Мне этот свет не страшен, совсем. Впрочем, резко обернувшийся супруг, испуганным не выглядел. Он насмешливо посмотрел на Смотрящего, развернулся полностью и холодно сказал:

- Мне не страшен свет, Смотрящий.

- Да? - Смотрящий скривил губы в презрительной усмешке. - Почему же тогда ты не можешь пройти сквозь мою преграду?

- Алина, уходи, - велел Дронд, сразу сделав из слов врага правильные выводы.

- Не уйду! - прошептала упрямо. - Всё равно поймают и в клетку посадят.

Смотрящий двинул руками, делая замах, собираясь послать то ли луч, то ли сгусток Света Дронду в грудь. Рванула вперёд, стараясь обойти упрямца супруга. Успела, почти... Прикрыла телом и плащом супруга с одной стороны... Но я была ниже него, и намного меньше в размерах. Лицо, руки, плечи, часть груди и левый бок мужа попали под бросок сгустка, который совершил Смотрящий. Тут же повернулась к врагу спиной, забыв о его существовании, полностью переключившись на супруга, который прошипел:

- Алина, мешаешь, - и скривился от боли, чуток его всё-таки обожгло, как когда-то моим огнём.

Кожа на лице мужа пошла волдырями, на руках тоже, но он упрямо схватил меня в охапку и ровно ответил Смотрящему:

- Ты не всё предусмотрел...

От его фигуры рванула во все стороны Тьма, соединяясь с островками той, что не удалось развеять ураганчику. Весь зал в мгновение ока заполнился удушающей Тьмой, даже мне под плащом было сложно дышать в такой атмосфере. Всё, что Дронд устраивал до этого, не шло ни в какое сравнение с тем, что происходило сейчас. Эта Тьма даже для моего приспосабливающегося взгляда была непроницаема, совсем. Настолько густая, что, казалось, её можно отрезать ломтями и намазывать на хлеб. И в этой темноте, подлый удар пришёл оттуда, откуда его совсем не ждали.

Тело Дронда дёрнулось, объятия, в которых он держал меня, ослабли и я испуганно вцепилась в его руки, боясь отпустить. Рывок и мы вместе с мужем летим куда-то и ничего вокруг не видно, и не понятно. И в этом полёте в ушах отдаётся жуткий шёпот:

- Кровь... Кровь... Для ритуала... Нужно совсем немного... - кажется, шептал Хтарг, в полёте это было сложно определить.

- Ты сошёл с ума! - это кричал нам вслед Смотрящий. - Теперь с ним никогда не договориться!

- Дураки, - прошелестел гаснущим голосом Дронд.

А я молчала, жутко испуганная тем, что происходит, при этом совершенно не понимающая, что к чему и почему. Цеплялась за мужа, боясь его упустить в этом полёте и старалась держать себя в руках, чтобы раньше времени не впасть в панику. Удавалось это плохо, но я, стиснув зубы молчала и терпела. Толчок и мы упали. Муж спиной вниз, а я сверху, на него. Чуток придя в себя, тут же с ползла с не подающего признаков жизни супруга и позвала:

- Дронд! Дронд, что с тобой? - слёзы, одна за другой, соскальзывали с ресниц.

Видеть я ничего не видела и была испугана до нельзя.

- Не плачь, - еле слышно прошептал Дронд. - Болевой... шок. Удара ножом... в спину я не ждал... - слова давались ему тяжело, но он упорно их шептал, одно за другим. - Зажги Свет... Ты... сможешь...

Хорошо ему верить в меня, а вот я даже не знаю, как это сделать... Нет, я помню, что свечусь, когда нахожусь в образе птицы. Но птицой супругу не помогу, лапами и крыльями перевязку не сделаешь. Стресс сыграл свою роль, сообразила как поступить быстро. Скинув с плеч плащ -- мало ли, вдруг помешает -- перекинулась в птицу, сбросила пару перьев и снова обратилась человеком. Мои пёрышки, упавшие в чёрную траву, занялись весёлыми, маленькими огоньками, которые давали достаточно света, чтобы я могла немного рассмотреть всё вокруг. Но обстановка интересовала меня меньше всего, больше волновало состояние супруга.

- Помоги... сесть... - выдавил из себя Дронд. - Болезненно... Но... жить буду... Не пугайся...

Послушалась, надеясь при этом, что муж лучше знает что делать.

- Дураки... - снова тихо произнёс супруг. - Резать... самому себя... не придётся. Притронься... к моей... спине...

- Дронд, - сглотнула рыдание, не уверенная в том, что это то, что действительно нужно делать.

- Делай... как говорю... - муж не потерял своего привычного самообладания и в шёпоте звучала невероятная убеждённость в том, что делает.

Да и прислушавшись к себе, почувствовала его боль... Но не растерянность. Перебралась за спину мужа и провела руками, стараясь не задевать рану и не причинять боли, по промокшей от крови рубашке.

- Испачкай... мои... ладони... - отдал он следующее указание.

Не стала спорить в этот раз, видя как тяжело ему даётся разговор. Почему это ранение на него так подействовало? Он моё умирание на себя перетягивал, и со мной ещё как-то умудрялся общаться, когда гнил заживо... А тут, странно всё это. Но опасения решила отодвинуть пока в сторону, лучше сначала сделать то, что Дронд просил. Снова передвинулась и взялась своими руками сначала за одну кисть мужа, потом за другу. Размазала кровь по его ладоням и пальцам и спросила:

- Так?

- Молодец... - похвалил супруг и попросил: - Помоги встать...

Он был тяжёлым, очень тяжёлым и опирался на меня всем телом... Но я справилась, пару раз оскользнувшись и упав на колени, смогла встать и поднять Дронда.

- Молчи... и жди... - велел Повелитель Мёртвых и протянул руки снова ладонями вверх. - Плащ... надень...

Зашептал что-то совсем для меня непонятное, прикрыв глаза и словно прислушиваясь к чему-то. Пока нашла и надела на себя одёжку, ничего не происходило... А вот потом... Шелест, на грани слышимости. Началось с него. Он вызывал озноб и меня потряхивало тем сильнее, чем громче он становился. Потом, тяжёлый, спёртый воздух этого места, сдвинулся с места, закручиваясь в небольшие, светящиеся зеленоватым светом торнадо там и тут. Не сразу удалось увидеть, что же они на самом деле представляют из себя. Только когда одно из них приблизилось ко мне меньше чем на метр, смогла различить бледные лица призраков, которые кружились вокруг невидимого мне центра. Их было много... Очень много... Они шептали, они звали живых за собой, они не хотели повиноваться... Но Дронд произносил незнакомые мне слова всё громче и громче, кровь из раны на спине отделялась от одежды, перетекала по воздуху на его руки и срывалась с пальцев густыми каплями, но не долетала до земли. И торнадо начали потихоньку успокаиваться, утихать, распадаться на отдельных индивидуумов, которые падали на колени и стукались призрачными лбами о чёрную землю. Шёпот стихал и скоро, сколько могла видеть, всё пространство вокруг было усыпано коленопреклонёнными, обнажёнными фигурами. Как оказалось, мертвецам действительно не нужна была одежда. Полупрозрачные люди, все на одно лицо, без малейших признаков пола... Попробуй найти десять отличий. Я не нашла, полностью поглощённая тем, чтобы сдержать дрожь, которая упорно гуляла по телу и не давала успокоиться.

- Повелитель, - прошелестело еле слышно и фигуры исчезли.

- Посиди рядом со мной, - вернулась к созерцанию мужа -- до этого слишком уж увлечена была тем, что происходило вокруг -- и обнаружила, что он, бледный как смерть, сидит на земле, оперевшись о неё ладонями.

- Что э-т-т-то б-б-было? - зубы стучали, слова выговаривались с трудом, вопрос пришлось задать максимально короткий. Опустилась на траву рядом с супругом и с беспокойством заглянула ему в лицо. - К-к-как т-т-ты? - выдала следующий вопрос.

- Лучше, - он уже не спотыкался на каждом слове и говорил вполне внятно и ровно. - И дальше будет ещё лучше.

- Что это было? - совладала с собой и тоже спросила уже внятно.

- Это? Вступление в право владения, - равнодушно ответил супруг, глядя не на меня, а куда-то в сторону. - Тот, кто назвался моим братом... - помолчал, обдумывая что-то. - Он мог только приходить сюда, но не управлять. Не знал ритуала... Но хотел бы узнать... Без моей крови, ему сложнее было бы подчинить мёртвых. И я сделал это раньше, чем он. Теперь мы здесь в безопасности.

- Куда сюда? - потянулась к руке супруга, пытаясь хотя бы так, ощутив его тепло, понять, действительно ли он чувствует себя неплохо.

- Здешнее Царство Мёртвых, - и снова эта безэмоциональность, которая мне совсем не нравилась.

- Как мы сюда попали? - пересела поближе к супругу и прислонилась гудящей головой к его плечу.

- Я перенёс, - он даже не попытался обнять меня, но и отталкивать не стал.

- Дронд, - начала нерешительно. - Почему ты такой? Что не так? Ты обижен на меня?

- Ты боялась, когда я пришёл, - ровно ответил он.

- За тебя, - выдохнула в ответ и передвинулась за спину мужа. - Я посмотрю рану? Ты не против? Что ещё тебя злит?

- Он... - запнулся и явственно скрипнул зубами. - Прикасался к тебе...

Повременила с ответом, увлечённая тем, что рубашка на ощупь казалась совсем сухой и сквозь прореху, видно было что рана уже не кровит.

- Ты ревнуешь? - спросила с недоверием.

Убедившись, что всё уже не так плохо, как было раньше со здоровьем супруга, смогла даже улыбнуться его глупому поведению. Положила подбородок ему на плечо и усмехнулась тому, как он ощутимо напрягся.

- Глупый... - прошептала на ухо упрямцу. - Если ревновал, зачем тогда жизнью рисковал и спасал? - И снова нет ответа. Вздохнула и пересела так, чтобы видеть лицо мужа. - Неужели ты до сих пор так и не понял, что только один мне и нужен? - спросила, покачав головой.

И опять не стал отвечать. Упорное молчание и взгляд в сторону. Как всё запущено-то. И вот что сказать и как себя вести? Оправдываться? Верный путь к тому, что дуться ещё сильнее будет. Оправдываются те, кому есть что скрывать. А я ничего плохого не делала.

- Хорошо, если ты настаиваешь, - скинула капюшон на плечи и начала легкомысленным тоном, наивно хлопая глазками. - Любимому мужу я не смогу ни в чём отказать. Если ты хочешь, чтобы я была виновата, то буду виновата. Если тебе хочется, чтобы мне нравилось, когда меня всякие посторонние мужики лапают, то так тому и быть. Любое твоё пожелание, Дронд. Ради своего спасителя на всё пойду. - склонила голову набок, наблюдая из-под ресниц за ревнивцем. - Нет, конечно, вместо всего этого, могу тебя поцеловать, в благодарность за спасение... А могу и кого-нибудь другого поцеловать... Тебе стоит только сказать.

Есть контакт, муж повернулся в мою сторону и сверкнул светящимися сейчас, зелёными глазами.

- Какие нерешительные мужчины нынче пошли, - фыркнула и придвинулась к супругу поближе. - Придётся самой решать, кого мне хочется целовать, а кого нет, - осторожно обхватила мужа за шею и потянула к себе. - Тебя куда лучше? В носик? В глазик? - состроила дурашливую рожицу и прикоснулась губами к щеке, застывшего под моими руками Повелителя Мёртвых.

И ещё разок, и чуть выше, вкладывая всю нежность и радость от того, что всё обошлось, в свои касания. И Дронд дрогнул, сгрёб меня в охапку, впившись в губы поцелуем. И мы потерялись во времени и пространстве. Я вкладывала в свой ответ всю любовь, что дарила мне сейчас невыразимое счастье. Он весь страх и обиду, действуя чуть более жёстко, чем требовалось... Не скоро мы смогли оторваться друг от друга, чтобы иметь возможность отдышаться. Водила кончиками пальцев по его лицу и чувствовала, что глупо улыбаюсь, но ничего с этим поделать не могла. Таким наслаждением было чувствовать тепло его кожи, в таком вот невесомом, тактильном контакте. Муж зарылся руками в мои распущенные волосы и притянул меня к себе, заставляя спрятать лицо у него на груди.

- Не ревнуешь больше? - спросила, хитро улыбаясь и с удовольствием приникая к супругу.

- Нет, - ответил отрывисто, успокаивая дыхание.

- А ты мне скажешь, зачем спасал или нет? - подбавила коварства в голос.

- Алина... - ага, растерялся, не ожидал от меня такого напора, голос-то дрогнул.

- Совсем-совсем не любишь? - приподняла голову и глянула на мужа несчастными глазами. - Ну вот совсем, да?

- Алина, - против воли супруг улыбнулся, враз растеряв свою суровость и холодность. Решившись, добавил: - Люблю.

- Я тебя тоже, - прошептала в ответ с улыбкой.

И... потерялась в его глубоком, открытом сейчас, и тёмном взгляде. Казалось, ещё чуть-чуть, и в самую глубину души проникну, увижу все потаённые уголочки, узнаю то, что никому и никогда известно не было... Так и сидела, глупо приоткрыв рот и пялилась, забыв обо всём на свете.

- У тебя глаза сияют, - тихо прошептал Дронд, зачарованно не отводя от меня взгляда.

- У тебя тоже, - не осталась в долгу, снова рассиявшись улыбкой.

- Люблю, - уже более уверенно произнёс супруг и склонился над моими губами, ожидая чего-то одного ему известного.

Не стала ничего отвечать, вместо этого подалась вперёд, прикрывая глаза и наслаждаясь моментом. И снова мир вокруг перестал существовать на неопределённо долгое время... Его губы были такими сладкими и в этот раз нежными. За его шею так удобно было держаться, а в волосах так приятно путаться пальцами...





Глава 16


New-Царство Мёртвых




Мне было тяжело, очень тяжело. Из света - только мои перья. Никаких живых существ на многие-многие километры вокруг, кроме меня и мужа. Но... при этом я была бесконечно счастлива. Все недоразумения между мной и Дрондом как-то легко испарились и значения больше не имели. Перед моим супругом стояла огромная задача, начать всё сначала, в новом Царстве Мёртвых, и организовать всё по подобию прежнего его места обитания. Как он сказал, мы с ним заперты под землёй и никто нас выпускать не собирается. Мне на помощь он прийти смог только потому, что его пропустил Смотрящий. Если бы не это, щит, которым огорожен мир Хтарга, пройти Дронду не удалось бы. Надеяться на то, что Смотрящий нас выпустит после того, как сам Повелитель Мёртвых попал в такую изощрённую ловушку, не стоило. Дронда в этом положении вещей беспокоила только я.

- Сможешь выдержать неопределённо долго? Всё то время, что я буду искать выход из ситуации? - спросил он меня хоть внешне и спокойно, но в глубине тёмных глаз таилась тревога, которая заставила улыбнуться и провести по скуле супруга нежно-нежно пальчиками.

- С милым рай в шалаше, - ответила ему известной поговоркой. - Я постараюсь продержаться столько, сколько понадобится.

- А я постараюсь разобраться со всем побыстрее и обеспечить тебя хоть каким-то комфортом, - пообещал мне Дронд.

И принялся со всей последовательностью воплощать обещанное в жизнь. Чуть ли не за руки пришлось хватать и уговаривать погодить с обустройством, так рьяно он взялся за дело. И стоило только ране затянуться немного -- единственный аргумент, который упрямый Дронд принял во внимание -- в Новом Царстве Мёртвых закипела стройка. Притом в очень непривычном варианте -- строитель был один. У меня появилась возможность воочию увидеть, как Дронд обустраивал мне когда-то жильё.

Хоромы, которые он отгрохал за день -- отсчёт времени приходилось вести на глазок и промежуток между сном называть днём по привычке -- и обставил за следующий, вполне был комфортабельны, но на роскошь не претендовали. Сначала Повелитель Мёртвых хотел создать что-то очень вычурное и величественное, но когда я вытянула из него, что это для того, чтобы жилище было достойно меня, удалось переубедить ограничиться минимализмом и не тратить силу напрасно. Но вот что он постарался сделать на славу, не оглядываясь на затраты и на моё "не надо", так это обеспечил всё строение иллюзией света, той, которую я помнила по первым своим покоям. Она не заменяла свет, как таковой... Но иногда и можно было пообманываться, тем более, что Дронд охотно поставил во всех комнатах чаши, как я и просила. И постепенно, по чуть-чуть, я заполняла их своим светом, роняя пёрышки. Огонёчки грели лучше иллюзии и мне вполне удавалось справляться с изредка накатывающей тоской по солнцу.

Живых не хватало и их заменяли мёртвые. Снова у меня были служанки, выглядящие вполне себе живо, и даже пару лекарей, которые тряслись над моим самочувствием. Дронд не мог всё время проводить рядом со мной, хоть мне этого и хотелось очень-очень. Да и за здоровье его тоже переживала. Он, не щадя себя, тратил силы на обустройство и рана так и не хотела до конца заживать.

- Зачем ты так основательно здесь устраиваешься? - не выдержала, спросила у супруга на третий день нашего пребывания на новом месте жительства.

- Я проиграл спор, Алина. Возможно, я так и не смогу понять, почему ты так сильно боишься перерождения...

- А ты не думал, что после него я могу тебя и не вспомнить и больше и не полюбить? - склонила голову на бок, поражаясь тому, насколько наивен мой супруг в некоторых вопросах.

- Я бы сделал так, чтобы память вернулась, - уверенно ответил он.

- Ты не знаешь разве, что в твоём родном мире шур никогда не возвращаются на перерождение? Неужели твои родственники не просили их поискать среди мёртвых и вернуть в мир живых через новое рождение? - задала следующие каверзные вопросы, уже нисколько не злясь на то, что у мужа отличная от моей точка зрения.

- Просили... - и по голосу чувствуется, что как-то не стал он ситуацию ко мне примерять. - Ты же из другого мира...

- Но ты же перетащил меня насовсем в свой, через брак, разве нет? - снова хитро улыбнулась, чувствуя себя мозговым центром в нашей паре.

- Ты всё продумала, да? - восхищённо покачал головой супруг.

- Не всё... но кое-что умное в голову пришло, - не стала ни зазнаваться, ни прятаться за ложной скромностью. - Потому и спрашиваю, зачем так основательно здесь обустраиваться?

- Я проиграл спор, Алина... Помнишь? - теперь уже задавал каверзный вопрос он.

- Разве? - хмыкнула с недоверием.

- Есть причины для сомнений? - тут же насторожился супруг, вглядываясь внимательно в мои глаза.

- Помнишь, я тебе рассказывала про то, как выбралась из тюрьмы, в которую меня Смотрящий посадил... - начала издалека, явно испытывая терпение любимого. - Так вот... Я там не одна сидела... И про это тебе рассказывала, да... Ноэим сказал, что мы с тобой разделили души на двоих... Это тебе ни о чём не говорит, нет?

Надо отдать ему должное, думать долго над словами не стал, сообразил почти сразу.

- Ты хочешь сказать, что спор выигран? - с недоверием спросил он. - Потому что мы разделили души на двоих? Но... Как это произошло и почему? - этот вопрос муж задал явно сам себе, задумавшись.

- Вы не договаривались с братом о том, целиком я душу тебе отдать должна? Какие-то там долевые части и так далее не обсуждались же, да? - заставила его отвлечься от занятного мыслительного процесса.

- Нет... - ответил не сразу, тоже обдумал прежде чем что-то сказать. - Речь шла просто о душе, а вот о том, как она отдана будет...

- Значит, спор точно выигран, - покачала головой, всё ещё осуждая за пари на живую меня, но не злясь.

- Так просто, - он тоже покачал головой, не в силах поверить. - Всё так просто было...

- Всего лишь надо был меня в себя влюбить, жениться и провести ритуал разделения душ. Кстати, как ты его провёл, не подскажешь? Мне очень интересно, - что-то он мне ответит?

- Я ничего не проводил, - посмотрел на меня с искренним недоумением и притянул к себе, благо сидели на одной кровати. - И ничего подобного, специально, чтобы спор выиграть не планировал... Точнее планировал... - подсудимый начал путаться в показаниях. - Но не так... Просто чтобы вылечить тебя и в своё Царство Мёртвых перетащить... - с опаской покосился на задумчивую меня.

- Простила уже, можешь не бояться, - выглядел он очень забавно в этот момент, пришлось успокаивать поцелуем.

И как-то это успокоение затянулось надолго и разговор продолжить мы смогли с ним не скоро... За внешней невозмутимостью Дронда такой омут страстей скрывался, который я не ожидала обнаружить. Супруга в первые два дня останавливало видимо то, что он берёг меня и мой нежный организм -- отсутствие мебели могло на нём, по мнению мужа, плохо сказаться. А вот как только мебелью обзавелись... Дронд и про ранение забыл, и про дела на время и принялся очень активно доказывать, что он мой, а я его. Удивительно, что мне вообще удалось выкроить время для того, чтобы поговорить о важном в этот день, который для неопытной меня стал днём открытий. И собственного омута страстей, и Дрондова тоже.

- Если ты не проводил никакого ритуала, - к разговору мы вернулись оставшись даже без исподнего, в котором его начинали. - То кто тогда? И как без нашего ведома? - мысль мне не давала покоя, тем более, что Дронд ответить на вопросы не смог.

И мне было над чем поразмышлять в то время, когда Повелитель Мёртвых наводил порядок в своих новых владениях. Благо из-за того, что старые владения никуда не делись и всё так же ему принадлежат, сидеть сложа руки не стал. Отговорился тем, что минимальный комфорт не помешает, пока он обдумывает план спасения и мести... Что за месть, колоться не стал, аргументировав это тем, что моё доброе сердце может воспротивиться... И этим замечанием, пожалуй, заставил меня волноваться больше, чем если бы всё рассказал как есть. Так и хотелось попробовать себя в роли женщины-пилы, и я держала собственные любопытство и воображение в руках из последних сил.

- Не переживай, - заметив моё состояние, весомо сказал Дронд за завтраком день на седьмой нашего пребывания в этом Царстве Мёртвых. - Скоро к нам придут на переговоры... Ничего кровопролитного не делаю. Но жизнь тому, который братом назвался, - муж упорно не желал признавать Хтарга близким родственником, хоть с неохотой и подтвердил, что да, кровь одна, - попорчу.

- Почему ты так настроен против него? - покачала головой, отпивая чаю из кружки -- в этом мире существовал обычай подносить умершим предкам пищу земную, потому продуктами обижены мы не были и я даже уже не морщилась, представляя откуда и как они добыты.

А утварь Дронд сам создавал, тратя на приятные мелочи силы вопреки моим просьбам не излишествовать в этом направлении.

- Он приносит жертвы во славу себя. Этим он увеличивает количество Мёртвых в моём Царстве, - с явным равнодушием к самому факту смерти произнёс Дронд. - Но он пытает живых перед этим, взяв на себя роль судьбы. Он, в обход обычных законов любого из миров -- по деянию и заслуга -- решает кого миловать, а кого наказать. И среди тех, кого он наказывает болью и мучительной кончиной, много тех, кто этого не заслужил, - подумав добавил нелогично, ставя точку в своём мнении о брате. - И он посмел трогать тебя.

- Мне теперь ходить, скрываясь от всех под паранджой? - спросила гневаясь шутя.

- Что такое паранджа? - не понял моей шутки Дронд.

- Такая женская одежда, под которой не видно ничего, ни лица, ни тела, - объяснила, а сама задумалась, откуда я-то это знаю.

Пришла к выводу, что это одно из тех понятий моего родного мира, которые я использую бессознательно, автоматически, зачастую не задумываясь откуда что берётся. А хотелось бы как-то что-то вспомнить... Впрочем, а точно ли хочется? У меня уже достаёт воспоминаний... И чем дальше, тем больше положительных среди них.

Нам пришлось прожить в этом Царстве Мёртвых где-то месяц, прежде чем явились обещанные гости. Тоска ко мне стала приходить чуть чаще и муж старался теперь не так надолго, как раньше, оставлять меня в одиночестве -- чувствовал моё состояние. В присутствии любимого, в его объятиях, тоска отступала... И тем моменты нежности, которые супруг мне дарил, когда был рядом, излечивали душу от грусти по солнцу. Но Дронд всё равно беспокоился и смотрел на меня с каждым новым приступом, пусть и коротким, всё с большей тревогой. И когда, одним прекрасным утром, сказал:

- К нам гости, - можно было догадаться, что этому визиту он рад.

Сейчас, чуть лучше узнав мужа, училась угадывать его настроение по полутонам, по оттенкам голоса, потому что не всегда можно было понять что же там на самом деле, за маской невозмутимости происходит. Если уж Дронд брался скрывать истинные чувства, расшифровать получалось тяжело. Эту науку в будущем я планировала изучить досконально... Но пока находилась только в начале пути.

Встрепенулась в объятиях мужа -- который провёл условную ночь, бережно обнимая меня и сторожа мой сон -- и спросила:

- Кто?

- Увидишь, - усмехнулся он, поднимаясь с кровати.

И я невольно засмотрелась на его обнажённую спину, на широченные плечи, на то, как он поворачивается ко мне, прищурившись и окидывая внимательным взглядом.

- Не хочешь идти со мной? - неверно истолковал он моё выражение лица.

Точнее верно, идти действительно никуда не хотелось... Желалось совсем другого, но озвучивать не стала, иначе гостям пришлось бы ждать.

- Ничего, подождут, - передумал вставать и Дронд, плюхаясь обратно на кровать, которая прогнулась под его немаленьким весом.

И как только я выдерживаю огромного его, когда он поверх меня устраивается? Этому до сих пор не переставала удивляться... Пусть и не всегда он был сверху. И в этот раз, стоило только мужу легонько придавить меня телом к постели, как пришлось согласиться, гости подождут, тут есть более важное дело... Очень важное, и сладкое, и дарящее ощущения полёта и безумного счастья.

К гостям мы, полностью одетые, позавтракавшие и довольные, выйти смогли только где-то часа через полтора.

- Мне ночь ждать пришлось, - флегматично отозвался мой муж на вопросительный взгляд, брошенный на него, после того, как супруг показал мне картинку в зеркале, что стояло в его новом кабинете. - А им всего лишь пару часов.

- Ну да, ты добрейшее существо... милосерднейшее, - вспомнился спич на эту тему, авторства Хтарга.

- Да, я -- добр, - без тени улыбки ответил Дронд, и в очередной раз за последний месяц пришлось гадать, шутит или всерьёз говорит.

- Идём, ангел с крыльями, - зато за него улыбнулась я и потянула на выход из кабинета. - Мы же не здесь встречать гостей будем?

- Не здесь, - согласился он невозмутимо и перенёс нас обоих в зал, отведённый им как раз под торжественные приёмы.

А я-то гадала, зачем ему это помещение, а ларчик просто открывался. Дронд явно ждал этого визита. Интересно, почему? Пришлось придержать любопытство, скоро всё должно было выясниться. Уж Хтарг-то не станет замалчивать цель визита, наверняка скажет, зачем явился... Главное, чтобы навредить не сумел.

- А Смотрящий не сможет вмешаться через него и явиться незваным? - обеспокоилась нашей безопасностью как-то поздновато, уж слишком расслабляюще на меня подействовало шикарное условное утро.

- Если бы мог, давно бы пришёл, - ровно ответил супруг и устроился в просто кресле, которое стояло посреди комнаты, одно единственное.

Задать вопрос, куда пристроиться мне, не успела. Муж потянул меня за собой, заставляя сесть к себе на колени. Лишняя демонстрация кто тут кому жена? Снова ревность? И как я буду управляться с таким ревнивцем? Придётся курощать... плюшками... И опять это было выражение, которое имело корни в моём позабытом прошлом.

Дронд развалился в кресле, давая мне возможность прильнуть к его груди и устроиться поудобней. Вырываться и ругаться не стала, ему виднее, как нам лучше гостей ожидать. Целуясь или просто на двери поглядывая... Просто поглядывать долго не получилось, супруг решил заполнить минуты ожидания поцелуями и явление гостя я пропустила.

Провозглашения списка титулов явившегося визитёра протоколом было не предусмотрено, церемониймейстера Дронд не посчитал нужным ради этих гостей из мёртвых призывать.

- Приветствую, брат, - глаза Хтарга блеснули кровавым отблеском и я поёжилась, визитёр мне совсем не нравился.

- Что привело тебя в мою скромную обитель, Кровавый Бог? - ровным тоном поинтересовался Дронд.

Сам гость полудемон в зал вошёл без своих сопровождающих. Не смогли пройти? Не пригласили вовнутрь? Супруг постарался?

- Отзови мёртвых! - зло сверкая глазами велел, именно велел, Хтарг.

- Зачем? - даю руку на отсечение, супруг в данный момент наслаждался ситуацией, но никак это не показал.

- Им не место среди живых! - прорычал гость, которому не предложили присесть, но он, кажется, этого даже не заметил.

- Разве? - равнодушно поинтересовался Дронд. - Я всего лишь навёл порядок и выпустил на волю тех, чей срок поселиться в Царстве Мёртвых ещё не пришёл.

- Мы перепишем им судьбы! - Хтарг, судя по тому, что глаза у него стали совсем красными, был очень зол и мне как-то не по себе было на него смотреть.

Почувствовав, как я шевельнулась, Дронд крепче прижал меня к себе, обхватил мою ладошку своей и переплёл наши пальцы, успокаивая.

- Мёртвым? - так и казалось, что вот сейчас муж обязательно пожмёт плечами и изобразит зевок, но он говорил всё так же холодно и ровно, как и обычно. - Смотрящему придётся постараться... Их судьбы уже сыграны и оборваны тобой. Но прежде эти души придётся провести через перерождение. Только тогда оборванных нитей не будет и новая судьба ляжет ровно. Можете начинать действовать. Когда Смотрящий всё перепишет по-новой, тогда можешь придти, поговорим о перерождении душ. Но со своими играми с судьбами живых тебе придётся быть поосторожней.

- А теперь мы сначала будем переписывать судьбы, - недобро усмехнулся Хтарг. - И только потом я буду брать это стадо на свой алтарь.

- Значит, в Царстве Мёртвых станет больше жителей, - невозмутимо ответил мой супруг. - Я ответил на все интересующие тебя вопросы? Тогда удачи с переписыванием Судеб. Сообщи, когда живых на планете мало останется.

Хтарг после этих слов посмотрел на нас так, будто собирался прямо сейчас кинуться и растерзать на месте. Но Дронд даже ухом не повёл, смотрел так же спокойно и безразлично.

- Что ты хочешь за то, чтобы отозвать мёртвых? - полудемон справился с собой и сумел процедить слова сквозь зубы.

- Ещё не решил, - небрежно отозвался Дронд, удивив меня более тонкой игрой, чем я от него ожидала.

Если бы он прямо сейчас стал бы озвучивать свои требования... Очень легко показал бы, что для нас с ним на самом деле важно, а он более хитрым путём пошёл, повышает цену услуги... Совсем не я у него мозговой центр, а он у меня.

- Когда решишь, брат? - последнее слово Хтарг практически выплюнул.

- Приходи дня через три, а, может и через пять, - подумав, выдал Дронд и поднялся из кресла. Прижал меня к себе, дав сначала возможность встать, и завершил разговор сакраментальным: - Аудиенция закончена.

Супруг не дал гостю даже выйти сквозь двери, над Хтаргом разверзся потолок и визитёра вышвырнуло за пределы нашего жилища, и, подозреваю, Царства Мёртвых.

- Может, ты зря с ним так? - спросила, нахмурившись. - Он не сможет нам навредить? Через Смотрящего?

- Понимаешь, моя птичка шур, - в голосе супруга проскользнули мягкие, нежные нотки, которые могла заметить только я, уже успевшая научиться их различать. - Мой отец не зря выбрал Царство Мёртвых для того, чтобы тебя от Смотрящего спрятать и спасти, - поцеловал меня в кончик носа и добавил: - Не смотри так удивлённо. Теперь и я понимаю, для чего этот спор был затеян... Было время подумать и сделать выводы из всех твоих рассказов об интригах моих родственников. Смотрящий не властен над моей судьбой, как и над судьбами мёртвых. Он решает Судьбы миров но в той части, что касается судеб живых. А уж на основе написанного им, происходит перерождение, на которое окончательное добро даю я. Да, он мог переписать Судьбы и шур, и самого мира так, что они больше не рождались и не выживали... Но переписать Судьбу шур, которая пряталась рядом с моей Тьмой. Даже ему это было не под силу. А уж когда я на тебе женился...

- Почему? - нет, не понимала пока ничего, если честно.

- Потому что я -- истинная Тьма. А он повелевает только Светом. И мою судьбу решить он не в праве, - подумав, решил быть до конца откровенным. - Такие как я подчиняются только Тьме. У него должна быть пара, Смотрящий, принадлежащий Тьме, решающий судьбы Божеств, тоже принадлежащих Тьме. И его-то давно никто не видел, - Дронд задумчиво пропустил мои распущенные волосы сквозь свои пальцы и добавил. - И возникает вопрос. А почему?..

- Но, Хтарг, - попытка переварить всю информацию грозила головной болью, но я упорно задавал вопросы. - Он же ему подчиняется? А он точно не светлый.

- Скорее слушается. И это странно, - покачал головой Дронд, всё ещё находясь в задумчивости и перебирая пряди моих волос.

- Смотрящий точно не сможет переписать твою судьбу? - уточнила ещё раз, для надёжности. - Если Хтарг ему подчиняется... то... А я же светлая, значит, мою судьбу он тоже может переписать, да? И тогда нашей с тобой встречи может и не состояться?

- Мою судьбу он переписать не сможет, - уверенно ответил Дронд, но всё равно этим меня не успокоил, стало как-то страшновато. - С Хтаргом там что-то другое совсем... И твою не сможет, так как твоя неразрывно теперь связана с моей. А я тебя из своей жизни никуда отпускать не собираюсь, птичка шур. Даже не надейся.

- А я и не надеюсь, - фыркнула, прижавшись носом к его груди.

На следующий день, хоть Дронд и сказал, что стоит ожидать следующего визита уже от Смотрящего, никто не пришёл. И через день, и через два. Даже Хтарг будто бы позабыл о нас, не являлся с требованием срочно и сейчас решить проблему мёртвых, выпущенных моим супругом на свободу. Повелитель Мёртвых внешне вёл себя как обычно... Но по тому, как резче обозначились складки у его губ, мне было понятно, что нервничает из-за этого немного, а следом за ним беспокоиться начала и я.

Это случилось условной ночью. Дронд, как уже успел приучить меня, большую часть её времени сторожил мой сон, перед этим хорошенько поспособствовав тому, чтобы заснула я сразу и в отличном настроении. Проснулась от чувства одиночества, надёжных объятий мужа не почувствовала, когда поворачивалась на бочок. Сначала приоткрыла глаза, пытаясь понять что не так... А когда поняла, забеспокоилась. Должно было случиться что-то из ряда вон выходящее, чтобы супруг оставил меня одну в это время суток.

Поднялась с кровати и подошла к двери, в комнате супруга не было, в этом была уверена точно. Моё внутреннее чувство мужа вело меня в кабинет. Дронду было нехорошо, и как и когда-то, в самом начале нашего знакомства, двигалась ориентируясь на внутреннее ощущение его состояния. Нашла супруга, как и ожидала, в кабинете. Повелитель Мёртвых сидел в кресле, напряжённый, закусивший нижнюю губу, сжавший кулаки... Из уголка его губ, справа, текла тоненькая струйка крови, напугавшая меня до жути.

- Дронд, - позвала шёпотом, подходя к супругу поближе.

Муж перевёл на меня мутный от боли взгляд, но ответить не смог.

Задавать идиотский вопрос: "Что случилось?", не стала. Супругу явно не до ответов на досужие вопросы было. Актуальней было бы узнать, как и чем помочь... Обхватила пальчиками, насколько получилось, кулак Повелителя Мёртвых. Погладила, легонько, жалеючи.

С усилием супруг разжал кулак и потянул мою руку к своим губам. Нежно-нежно поцеловал кончики моих пальчиков и немного расслабился.

- Сейчас... - выдохнул, судя по взгляду, всё ещё не веря, что я пришла и жалею его. - Пройдёт... Подожди...

Я и подождала, встав на колени возле кресла, встревоженно заглядывая в лицо супругу. Постепенно мужа отпускало, это чувствовала изнутри, да и видела, как он расслабляется постепенно.

- Не хотел тебя будить, - ответил на невысказанный вопрос, когда стал в состоянии говорить.

- Что это было? - с колен вставать не торопилась, всё так же вглядываясь в лицо супруга.

- То, что поможет нам обойтись даже без помощи Смотрящего, - улыбнулся он мне немного напряжённо. Пояснять больше ничего не стал, поднявшись с кресла и подхватив вставшую меня на руки. - Идём отдыхать, - поцеловал меня и я почувствовала солоноватый привкус его крови на своих губах. - Тревожиться не о чём, Алина. Вот увидишь, всё будет очень хорошо... Просто это был очень серьёзный прилив тёмной силы... Неожиданный, и потому тяжело ударивший по моему восприятию.

- Но почему это произошло? - спросила с недоумением, не в силах пока полностью избавиться от тревоги за мужа.

- А этим мы поинтересуемся как-нибудь потом у Смотрящего... Или Хтарга. Думаю, они приложили к этому руки. Либо по отдельности, либо вместе... либо как-то ещё, - на подробные объяснения его явно не тянуло и я не стала настаивать.

Провела пальчиками по испачканной коже Дронда, стирая кровь и вздохнула. Будет ли когда-нибудь такое время, когда мы с Повелителем Мёртвых сможем жить спокойно и без оглядки на всяких нехороших личностей? Что-то я в этом уже сомневалась, пусть и доверяла собственному супругу в вопросе нашей с ним безопасности. И как в такой обстановке детей растить? Это если они будут, конечно...

- Дронд, - непоследовательная женская логика сделала скачок и я переключилась на другую тему. - А ты детей хочешь?

Остановился и с недоумением посмотрел на меня. Привычная невозмутимость ему изменила и супруг долго не двигался с места, разглядывая меня как какую-то диковинку.

- Снова шутишь? - нашёлся, наконец-то, с достойным ответом.

- А если я серьёзно? - нахмурилась, реакция Повелителя Мёртвых мне не понравилась.

- А ты серьёзно? - снова ответил вопросом на вопрос.

- Да, - нахмурилась ещё сильнее, выведенная из себя его уходом от прямого ответа.

- Хочу, - не стал он юлить дальше. - А ты хочешь?

- Стала бы я задавать такой вопрос, если бы не хотела, - пожала плечами и робко улыбнулась, чувствуя, что отхожу от неожиданной обиды. - А мальчика или девочку?

- Девочку, такую же как ты, - ответил продолжив двигаться в сторону нашей с ним спальни.

- А ты совсем-совсем хорошо себя чувствуешь? - прислушалась к себе и мысленно ответила же на свой вопрос: "Очень хорошо".

- Зачем тебе это? - удивился супруг снова, но в этот раз не стал останавливаться, донёс-таки до кровати и на ней устроил.

Бедный муж не уловил никакой логики в моих вопросах... А она была... Женская и извилистая.

- Просто и я себя очень странно бодрой чувствую... Вот. Это от тебя идёт, да? - с любопытством и мысленно облизываясь, наблюдала за тем, как супруг укладывается рядом со мной.

Прислушался к себе, усмехнулся и кивнул, вместо ответа.

- А мы же не предохранялись, - очередной извив женской логики и Дронд уставился на меня снова с недоумением. - Ну... понимаешь. А если я уже беременна?

- Есть признаки? - тут же обеспокоился муж, приподнимаясь на локте и уже с тревогой глядя на меня.

- Н-н-нет, кажется, - пришло моё время прислушиваться к себе. - Я это так, просто спросила... Просто... мы же можем... раз уж у тебя прилив сил, у меня прилив сил...

В этот раз до него дошло быстрее и он охотно согласился, что раз уж мы полны сил и энергии, притом она переполняет нас обоих через край, то стоит таким положением дел воспользоваться... Правда, для детей, наверное, не самое лучшее время и стоило бы подождать... Врагов победить, наладить сообщение с родным миром Дронда... Но когда влюблённые задумывались о таких мелочах?





Глава 17


То, чего никак не ждали




Неожиданности часто ломают планы, выворачивая ситуацию наизнанку. Ты ждёшь одного варианта развития событий, но случается что-нибудь этакое, и все расчёты тут же можно выкидывать на свалку. Вот и с нами произошло то же самое. После прилива тёмной силы, Дронд весь следующий день проходил задумчивый и даже на меня не сразу реагировал. А сразу после обеда заперся в кабинете, попросив меня пока побыть одну. Вернулся он очень мрачный и от наводящих вопросов уворачивался как мог.

- Дорогой супруг, - не выдержала я, наконец. - Это настолько страшно? То, что произошло? Или причина в другом? В том, что Хтарг так и не вернулся?

- Он несколько занят, - муж подхватил меня под руку и предложил. - Не хочешь прогуляться?

- Хорошо, только ты ответишь на мои вопросы, - мне очень не нравилось то, что супруг недоговаривает, сразу же всякие гадостные мысли в голову лезть начинали.

- Отвечу, - неохотно выдавил он из себя. - Ты говорила... У Ноэима золотые волосы, так? - ну да, все свои приключения в период недолгой самостоятельности, описывала мужу и не по одному разу.

- Да, - глянула на Дронда с недоумением. - А ты его видел, что ли?

- Видел, - Повелитель Мёртвых явно колебался, отвечать или нет.

- Где? - поражённо уставилась на мужа, пытаясь понять, как это так получилось.

- Зеркало, - ответил кратко и хмуро. - Я зачаровал его... И слежу иногда за тем, что происходит на поверхности, через него.

- А-а-а... - протянула понятливо. - Он всё так же в клетке сидит, да?

- Нет, - ровно сказал мой супруг. - Закован в кандалы и лежит на алтаре.

- Как? - опешила и немного испугалась новости. - Он же божество!

- Теперь... почти нет... Тот откат, который я получил, в виде прилива силы. Он не давал мне покоя и я, кажется, выяснил, в чём причина, - территория вокруг нашего с Дрондом дома была уже немного обустроена.

Та же иллюзия света, что и в доме... Деревья, мрачноватые, стоящие недвижимо, никакого шелеста листвы. Птичек, как в предыдущем Царстве Мёртвых здесь не имелось. Я настояла на том, чтобы супруг тратил силу экономно и не разбрасывался на то, без чего пока могу обойтись. Вот если через пару лет выбраться не сможем, к тому моменту как раз успеет и птиц создать, и что-нибудь ещё придумать. Но я была рада совместной прогулке даже по тропкам, проложенным между этими зловещими деревьями. Главное, что милый рядом... А остальное приложится. Это если нам дадут спокойно жить.

- И в чём причина? - настроение Повелителя Мёртвых пугало.

Супруг был очень мрачен, даже несмотря на то, что сейчас притянул мою ладошку к губам и рассеянно поцеловал мои пальчики.

- В том, что Хтарг принёс в жертву самому себе Светлое божество, - уронил он тяжело и потянул мою ладошку выше, к своей щеке.

- Ты хочешь сказать?.. - начала я, пытаясь осмыслить сказанное. - И с этим, по-твоему, связан прилив тёмной силы? Но почему тогда его почувствовала я? Почему почувствовал ты, если Хтарг принёс жертву самому себе?

- Этого и я не понимаю, - сказал ровно Дронд и выпустил мою ладошку из ласкового плена. - Могу только предполагать. Но что-то как-то криво всё выходит. Да и Ноэим... Он выпит, Света в нём осталось совсем немного... Но он жив.

- Я ничего не понимаю... Зачем это Хтаргу? - сцепила ладошки вместе, пытаясь удержаться от дрожи, стало как-то очень зябко, стоило осознать, что золотоволосый красавчик, вполне возможно, скоро умрёт. - Ничего не понимаю... - жалостливо скривила губы и почувствовала, как супруг потянул меня на себе, прижимая, гладя по голове, в попытке снять напряжение и успокоить.

- Именно поэтому я и думал, говорить тебе или нет, - прошептал он мне в волосы с сожалением. - Зря, наверное, сказал. Расскажи мне, ещё раз, в подробностях о том, как ты ночевала у Ноэима. Сможешь? Обо всём, что он про равновесие говорил и Смотрящих. Мне, кажется, я что-то упускаю в оценке этой ситуации. Не получается сразу понять, что именно.

- Хорошо, - попыталась взять себя в руки и не дать расстройству руководить своими действиями. - Попробую.

И в очередной раз вернулась мыслями к тому, как попала в плен, как выбралась. И что было между двумя этими событиями. Пересказала всё по-новой Дронду, а он попросил ещё разок напрячь память... Мелочи, часто многое могут решить мелочи. И я упрямо вспоминала, перебирала всё, старалась передать слова Ноэима как можно более точно. Не знаю, насколько мне это удалось. Где-то по-середине моего перебора воспоминаний, Дронд прервал меня напряжённым и удивлённым:

- К нам гость. Очень сильный гость.

- Кто именно? - спросила, широко распахнув глаза. - Хтарг? Смотрящий? - прижалась к мужу, желая почувствовать его спокойствие и тепло, чтобы и самой успокоиться.

- Странно... - произнёс супруг ровно. - Идём в зал.

Если судить по последним его словам, то он собирается принять гостя, иначе не вижу смысла нам с мужем перемещаться в это помещение, что Дронд и организовал незамедлительно. Один стук сердца, и мы уже в центре зала. Повелитель Мёртвых присел в кресло и организовал второе для меня, рядом.

- Не вмешивайся, - предупредил он меня. - Что бы ни услышала, просто не вмешивайся. Ситуация настолько странная, что ожидать можно чего угодно... Стоило бы тебя спрятать, но безопасней всего для тебя находиться рядом со мной.

- Всё настолько плохо? - ещё больше насторожилась я, после такого-то предупреждения.

- Не знаю. И это хуже всего, - уронил он весомо. - Сможешь молча посидеть?

- Смогу, - пожала плечами, не впервой выступать в роли куклы, нужной только для создания антуража.

- Тогда впускаю, - супруг смотрел прямо перед собой неподвижным, ровным взглядом, ожидая появления гостя и я тоже уставилась в ту же сторону, постаравшись принять такое же равнодушное выражение лица.

Гостем оказался высокий, худощавый мужчина, с породистым, чётко вылепленным лицом. Его тёмные волосы спускались прямыми, ровно подстриженными прядями на плечи. Ярко-красная рубашка и белые брюки, да белая обувь. Гость был одет с претензией на роскошь. Ни единой лишней складочки, явно дорогая ткань и золотой, массивный браслет на руке. Непрост визитёр, явно непрост. Цепким взглядом чёрных глаз, мужчина прошёлся по нам с Дрондом. Чуть больше внимания уделил разглядыванию меня, а потом вернулся взором к моему супругу.

- Ваша жена, птица счастья по имени Алина, вызывается в суд для дачи показаний, - спокойствием тона он мог поспорить с Дрондом. - Ваша повестка, - снова перевёл взгляд на меня и протянул мне листок бумаги, появившийся в руке гостя.

- Одна она никуда не пойдёт, - жёстко заявил Повелитель Мёртвых и подался вперёд.

- Вам знаком Бог, именующий себя Ноэим? - мужчина всё так же продолжал держать лист бумаги, игнорируя моего супруга.

- Алина, - с намёком процедил сквозь зубы Дронд.

- Вашу повестку в суд, я вручить не смогу, пока она не возьмёт свою, - теперь судебный пристав -- наверное, это был он, если судить по слову "повестка" - смотрел на моего мужа, ровно и с толикой превосходства во взоре.

- По какому поводу суд? - я не выдержала, забыла все предупреждения мужа и вмешалась в разговор.

- Во избежание сговора и подтасовки фактов, а так же, для максимально беспристрастной дачи показаний, вынужден оставить ваш вопрос без ответа, - снизошёл мужчина до ответа. - Так или иначе, но повестка будет вручена. Без вашей отметки о получении или с ней. Ваше решение? - готова была дать руку на отсечение, что в тёмных глазах гостя проскользнули насмешливые искры.

- Дронд, - с укоризной глянула на мужа.

- Одна она не пойдёт, - упрямо поджал губы супруг и глянул на меня сурово.

- Заседание открытое будет, - спокойно отозвался на эту демонстрацию гость. - Место в зале, среди зрителей вас ждёт.

- Дронд? - поднялась со своего кресла, одёргивать и останавливать меня супруг не стал.

Но тоже поднялся с кресла и предложил мне руку, не собираясь оставлять меня рядом с незнакомцем в одиночестве. Стоило мне только взять лист бумаги в руки, как в пальцах пристава появился второй, который он протянул теперь уже моему супругу.

- За вами завтра заедут, - мужчина сделал шаг назад и окинул нас спокойным взглядом. - Спасибо за понимание, Дронд, Алина, - лёгкий наклон головы и пристав исчез, так и не соизволив представиться.

А мы, как-то и не сообразили его об этом спросить. Ладно глупая я, а вот Дронд... Странно всё это. Внезапный суд, повестка, пристав... А это точно не розыгрыш? Посмотрела на лист бумаги и вздрогнула, не веря своим глазам. Там значилось, что птице счастья, именуемой Алиной, предписывается явиться завтра, в суд, в котором будет слушаться дело Смотрящего, именуемого Хоатомиром или иначе Судьба миров. Что ему могло инкриминироваться, в голову так сразу и не приходило... Разве что, Ноэим. Может быть, это с его принесением в жертву на алтаре как-то связано? А кого ещё признают виновным? И почему раньше Смотрящему позволяли всё, а теперь вдруг решили за него взяться? Вопросов из-за полученной повестки рождалось слишком много, и ответов у меня не было.

- Ты что-нибудь понимаешь? - спросила у супруга, вдосталь наизучавшись информации на повестке.

- Суд Смотрящих... Неужели? Думаю, отца и братьев, сестёр, тоже вызвали. Раз уж взялись за Смотрящего. Суд Смотрящих очень скор, долго нас на нём не задержат, - муж притянул меня к себе.

- А нас ни в чём не обвинят? - беспокойство, возникшее из-за неожиданного визита пристава, не желало меня отпускать. - И это точно пристав был? Как-то он на пристава и не похож, совсем.

- Пристав? - Дронд покачал головой и улыбнулся уголками губ. - Это Смотрящий, Алин. Светлый Смотрящий. Пока рано загадывать и думать, почему и зачем. Даже обсуждать не станем, дабы завтра адвокат Судьбы не смог обвинить нас в сговоре или предвзятости. Так будет лучше. Скрывать нам с тобой всё равно нечего.

- Ты что-то знаешь, - посмотрела на мужа с подозрением. - Точно-точно, вон какой вид довольный.

- Догадываюсь, - не стал отрицать Дронд. - Картинку твоего разговора с Ноэимом сложил и теперь догадываюсь. Могу ошибаться... Но, надеюсь, что нет и нас ждёт в будущем новый Смотрящий. Ты лучше подумай о том, какие изменения тебе хотелось бы внести в свой уголок в моём родном Царстве Мёртвых. Готов исполнить любой каприз.

- Я подумаю, - пообещала со вздохом.

Тревожиться не перестала, пусть супруг и кидал прозрачные намёки на то, что всё будет хорошо. Как-то неожиданно всё произошло. Сегодня мы думали одно и ждали одного, а тут опа, другое будущее для завтра приходится обдумывать, притом очень внезапно оно образовалось. И весь вечер, а потом и утро провела в переборе воспоминаний. Что там супруг про разговор с Ноэимом говорил? Что что-то важное понял? И только после завтрака дошло и до меня. И то, не уверена я была в выводах. Ноэим говорил, что другие Смотрящие вмешаются только тогда, когда равновесие нарушится. Раз организовали суд над Смотрящим, то оно нарушено было. Когда? Успело, значит. Дальше доразмышлять мне не дали, за нами прибыли.

Повелитель Мёртвых никого впускать не стал. Мы вышли навстречу, почти сразу, как Дронд почуял гостей. Но, прежде проверил обстановку через зеркало, и чуток помедитировав.

- Не опасно, - сделал вывод и повёл меня на волю.

Под ручку -- цеплялась за супруга, не желая даже на секунду остаться без возможности чувствовать его рядом -- выбрались на свет. Дронд в привычном плаще, поверх одежки чёрного, любимого цвета, и я, одетая в скромное, серое платье. В чём разница между иллюзорным и настоящим светом почувствовала сразу же и во всей красе, ослепнув на время. Повелитель Мёртвых не дал мне споткнуться и упасть, подхватил тут же на руки и велел спрятать лицо у него на груди. Ещё и сетовал, что сразу об этом не подумал. Так и передвигались -- он шагом, я у него на руках, и ничего не видящая. Потому, сказанное Дрондом тихо-тихо: "Пришли" стало для меня неожиданностью. С опаской выглянула из укрытия и, убедившись что глаза успели привыкнуть, огляделась.

Конвоировали важных нас четверо мужчин, одетых ярко и со вкусом. Дорогие украшения, породистые лица... Тоже Смотрящие? Или божества какие? Залом, в понимании пристава-Смотрящего, была полянка, утыканная пеньками и по периметру огороженная густыми кустами, да чащобой из огромных, старых деревьев. Это чтобы никто не сбежал, пока суд по башке не даст, догонит и ещё раз не даст?

На одном из пеньков Дронд и устроился, так и не выпустив меня из рук. Публика подобралась разношёрстная. Мужчины, женщины, дети... Кто-то в чём мать родила, кто-то, наоборот, закутанный с ног до головы в материю так, что глаза еле видны... Боги? Смотрящие? Пришлось запастись терпением и надеяться, что разъясниться это ещё успеет, а заодно ещё и изрядной долей равнодушия... Спокойно смотреть на обнажённого мужика, что дефилировал неподалёку, было скромной мне как-то очень сложно.

- Ага, нашлись, - к нам с Дрондом спешил радостный свёкор, наперевес с любимым посохом, да одетый, как обычно в один фиговый листочек. - Мы очень переживали, дети, - устроился он на пеньке рядом. - А твоё Царство Мёртвых, сынок, нагоняет на меня тоску, - скривился он так, будто отведал уксуса только что. - Не мог организовать его как-нибудь повеселей, а?

- Вернусь, обязательно устрою ярмарку и цирк, - голос Дронда звучал очень ровно, но я почему-то была уверена, что он шутит. - С участием огненных змеев.

- А кто это такие? - тут же спросила, не удержав любопытства.

- Идеальная охрана для мёртвых душ, - любезно просветил меня свёкор. - А вот и Лойса! - воскликнул он довольно, заприметив красивую блондинку, что тоже направлялась к нам.

- Алина! Жива, - Лойса вздохнула с облегчением и тоже устроилась рядом, попросив одного из участников шоу под названием Суд Смотрящих, пересесть.

Темноволосый мужчина ей отказывать не стал, улыбнулся, окинув даму заинтересованным взглядом и пересел, став от нас на пенёк дальше.

- Столько зрителей, - я удивлённо покачала головой.

Народу всё прибывало и прибывало, и пеньков становилось всё больше и больше... Сервис, однако. Никто не будет стоять, когда где-то в невидимой кладовой имеется огромный запас пеньков и материализуется он сразу же, как необходим становится.

- А это свидетели, все, каких посчитали нужным пригласить. Из всех подвластных Смотрящему миров, - пояснил свёкор.

- Ты говорил, что мы быстро освободимся, - с недоумением обвела взором толпу, что рассаживалась по пенёчком и тихо шумела, и глянула на Дронда.

- Я сам не участвовал, только слышал, - ответил он мне спокойно. - Но, по слухам, это, действительно, быстро.

- Суд начат! - народ тут же замолк, да и я не успела ответить, прямо по центру поляны, вокруг которого и располагались пенёчки со свидетелями, появился давешний темноволосый мужчина, который нам с мужем повестки приносил. - Соблюдайте порядок и тишину.

Я приготовилась к тому, что сейчас нам продемонстрируют подсудимого, потом судей пригласят и зачтут то, что ему инкриминируют... Почему-то твёрдо была уверена, что суды проходят только так. Но ничего подобного. Если судьи, прокурор и адвокат и появились, то самого подсудимого было не видать. Да и то, не была уверена, что вот эти вот личности, одетые как и наши сопровождающие, которые, кстати, куда-то задевались, ярко и броско и совсем непохоже друг на друга, являются той самой исполнительной властью, которая будет решать, кого казнить, кого миловать.

Один из этих самых судей посмотрел прямо на меня и мягко велел:

- Рассказывайте.

- О чём? - удивилась такому неожиданному вступлению и обернулась на супруга, в поисках поддержки.

Но Дронд сидел статуя, статуей и никак не отреагировал на моё движение.

- Алина, - позвал меня то ли судья, то ли не судья. - Расскажите мне свою историю. Всю. С самого начала.

- Это долго, - протянула неуверенно.

- У нас с вами есть время. А о супруге не беспокойтесь, он тоже сейчас даёт показания, потому не слышит вас. Итак? - сейчас мужчина стоял уже рядом со мной и смотрел прямо в глаза. - Готовы?

- Да, - прошептала неуверенно и со вздохом начала повествование.

И про то, как очнулась, и как жить не хотела, и как выяснила, что меня замуж выдали, не спросив... И про Леди, и про Найду... И про Смотрящего, и про Ноэима... Про всё-всё-всё... Но судья остался недоволен, поджал губы и строго на меня глянул:

- Это не с самого начала.

- Я же не специально, - возмутилась в ответ, слёзы сами собой навернулись на глаза. - Просто не помню ничего о том, что было до того, как очнулась.

Мужчина, задумчиво сощурив зелёные глаза, осмотрел меня внимательно-внимательно и положил правую руку мне на лоб.

- А так? Помните? - спросил он серьёзно.

- Помню... - потрясённо распахнула рот, в попытках не задохнуться.

Было ощущение, что я сейчас просто утону в воспоминаниях о своей прошлой жизни... И не сказала бы, что рада тому, что они вернулись. По ним выходило, что я всегда была девочкой не от мира всего. И меня травили, в школе, потом в институте. Не спасала даже моя красота. Меня не любили за то, что не могла быть подлой, не умела подлизываться, за то, что не получалось думать о людях плохо. Всегда отрешённая от действительности, рассеянная, я постоянно спотыкалась на ровном месте, тяжело находила себе друзей, не могла внятно выразить свою мысль. А всё потому, что жила только призрачным полётом, который снился мне каждую ночь, и чувствовала, что мне не место в этом мире. Мне недоставало внимания к людям, к мелочам, что казались им такими важными и нужными -- вроде личных достижений или размеров их эга. Считая себя исключительной, не предназначенной для этой жизни, я упускала многое из виду... Наверное, моя судьба, обычна для шур, родившейся в немагическом мире. Я была несчастлива и неосознанно высокомерна. Уход в мир мёртвых, для той меня, был только вопросом времени. Та я, слишком часто думала о смерти, как о возможности сменить судьбу, мир, время, место. И закончилось всё закономерно. Нелепый случай. Незнакомый мне парень толкнул меня в спину, когда я стояла на платформе... И я упала на рельсы, как раз тогда, когда к платформе подлетала уже электричка. Меня ждала страшная смерть, и если бы не сработал эффект неожиданности - блуждающий портал затянул меня за доли секунды до того, как меня должен был переехать поезд -- то вытаскивать с того света Дронду было бы некого.

- Алина, - кто-то настойчиво мешал мне полностью утонуть в прошлом, прорываясь сквозь хаос воспоминаний и поселившуюся в черепной коробке головную боль. - Алина. У меня есть к вам ещё только один вопрос. Ответьте на него.

- К-к-какой в-в-вопрос? - даже начала заикаться от перенапряжения.

- Вы уверены, что не советовали Ноэиму выбраться вслед за вами из клетки и отправиться к Хтаргу? - спросил мужчина, убрав руку с моего лба.

- Я ж-же рассказывала, - справилась с собой и смогла выговорить слова более ровно, чем до этого. - Я ничего ему не советовала. А он пошёл к Хтаргу? Зачем?

- Нам тоже это хотелось бы знать, - увильнул от ответа судья и отступил на пару шагов от нас с Дрондом. - Я узнал, всё что хотел. Вы свободны, Алина, и признаны невиновной в нарушении равновесия.

- Вот так вот просто? А что грозит Смотрящему? Это же он всё устроил! - поморщилась и прижалась головой к плечу мужа, боль становилась всё сильнее.

- Его вина косвенна, - равнодушно отозвался судья. - Согласно этому и будет определено наказание. Если останетесь до конца процесса, узнаете. Но это на ваше усмотрение, - и снова очутился в центре полянки, далее не пожелав отвечать на возможные мои вопросы.

Тут же отмер Дронд и с недоумением посмотрел на кривящуюся меня.

- Голова болит, - прошептала со слезами, обхватив больную голову руками.

- Подожди, - тут же надо мной склонился обеспокоенный свёкор. Коснулся пальцами моего лба и боль немного уменьшилась. - Сейчас всё уберём, потерпи, - велел Светлый Бог и погладил меня по голове. - Ещё чуть-чуть, дорогая невестка...

- Осталось, дождаться решения суда, - заметив по выражению моего лица, что мне стало легче, сказала Лойса. - Вы как? С нами подождёте или сразу пойдёте?

- Подождём, - выдавила из себя, не желая упускать возможность узнать всё из первых рук.

Лечение свёкра помогло, и пусть головная боль полностью и не ушла, но стала вполне терпимой.

- Долго ждать не придётся. Всех опросили, теперь дело за вердикто, - свёкор сел на свой пенёчек и глянул на обеспокоенного Дронда, который, тревожась, прижал меня к себе покрепче.

- Подождём, - выдохнул супруг, в ответ на этот взгляд.

И правда, прошло минут пять, когда в центре полянки остался только один Смотрящий, тот самый, что нам повестки приносил.

- Вина Богов Хтарга и Ноэима, Смотрящего Хоатомира в нарушении равновесия доказана, - начал он оглашение решения суда. - Сговор, согласно показаниям, не доказан. Каждый из обвиняемых действовал отдельно и независимо от других. Бог Хтарг, принёсший в жертву Бога Ноэима, и этим вызвавший нарушение равновесия, приговаривается к лишению силы и изгнанию в необитаемый мир. Мир будет запечатан на десять тысяч стандартных лет. По истечении этого срока, Бог Хтарг получит свободу и будет волен в выборе места проживания. Бог Ноэим, за провокацию, повлёкшую нарушение равновесия, приговаривается к лишению силы и изгнанию в немагический мир, без права вернуться. Смотрящий Хоатомир, иначе именуемый Судьба миров, недосмотревший за личным учеником, и не предупредивший провокацию Бога Ноэима, что привело к нарушению равновесия, будет лишён права вмешиваться в судьбы миров в дальнейшем и отстраняется от должности Смотрящего. Путь в миры, ранее подвластные воле Смотрящего Хоатомира, будет для него закрыт. Через десять тысяч лет Хоатомир имеет право подать прошение о восстановлении в должности. Суд Смотрящих обязуется рассмотреть его на правах, равных с другими просителями. Решение принято согласно букве Закона о Равновесии, и не нарушает его ни в какой части. Да будет так!

Возмутиться подобным решением даже не успела, на полянку хлынул туман, а когда он рассеялся, судьи исчезли в неизвестном направлении. Остался только тот, кто приговор оглашал. Он и заявил:

- Все свободны. Можете возвращаться в свои миры.

- Вот так просто? - спросила с изумлением у свёкра.

Отвечать мне никто не стал, видимо, торопились уйти, пока власть не передумала. И супруг, со мною на руках, тоже поспешил удалиться. Шаг вперёд и мы уже в знакомом мне саду -- моём саду, возле полюбившейся беседки.

- Как? - спросила с изумлением, стоило только мужу поставить меня на землю.

- Нас вытащили из ловушки, а вернуться оттуда, откуда путь открыт во все стороны... - пожал плечами супруг и обернулся к свёкру. - Мы можем отдохнуть? Одни? Поговорим после.

- Знаешь, я так ничего и не поняла, - прошептала расстроенно.

Родственники намёк Дронда поняли, и удалились. Один только свёкор, прежде чем уйти, уронил:

- А собачку и кошку я попозже занесу, - выторговав таким образом себе пропуск в Царство Мёртвых, на ближайшее время, тут же исчез, не дожидаясь ответа.

- Всё закончилось... Не верю в это, - покачала головой, не в силах переварить сразу всё то, что произошло за последние сутки.

- Как голова? - с беспокойством осведомился Дронд.

- Лучше, но полежать не помешает, - неуверенно сделала шаг к беседке, потом обернулась на мужа и спросила. - Правда всё закончилось?

- Правда, - супруг сбросил с плеч плащ, который тут же растворился прямо в воздухе, не успев долететь до земли.

Повелитель Мёртвых сделал рывок ко мне, обхватил меня руками и притянул к себе. Подхватил на руки, покружил на месте и отнёс в беседку, на кровать. Уложил поверх покрывала, поцеловал и тихо-тихо прошептал:

- Ты же не сбежишь, если я оставлю тебя на время?

- Хочешь проверить, как там мёртвые без тебя жили всё это время? - спросила с пониманием. - Нет, не убегу...

- Вот и договорились, - неохотно убрал руки и разогнулся. - Я скоро.

- Жду, - отозвалась на это и вздохнула.

Сумбур из мыслей уходить не собирался... Мне столько всего надо было усвоить и понять. Даже судьбы осуждённых богов и Смотрящего не так сильно теперь интересовали... Головная боль из-за вызвавших её старых воспоминаний... Мама, отец... Как-то они перенесли моё исчезновение?

Лежала, свернувшись клубочком на постели и перебирала в памяти то, что считала навечно забытым. Страшно, если отголоски той, старой личности, которой очень невесело жилось, затронут меня сегодняшнюю. Погрузившись с головой в прошлое, сама не заметила, как задремала. Вымотало заседание суда, незаметно для меня самой. А когда проснулась, уже и муж вернулся, и рядом пристроился, и обнять-обнял. И даже на большее раскрутил. А я такая податливая со сна была, что долго уговаривать не пришлось. И даже про то, что свёкор обещал заглянуть попозже забыла. Не до того как-то стало... Да и родственник явился не скоро.

Как и обещал, притащил корзинки вместе с Леди и Найдой, и их детишками. Я животным так обрадовалась, что на время позабыла обо всех своих вопросах, которые к свёкру имелись. Пока не нагладилась и не наигралась, была просто потеряна для общества. А там и поесть зверски захотелось, снова все разговоры по боку. Впрочем, за это время свёкор успел наобщаться с Дрондом и обсудить всё то, что происходило с Царством Мёртвых в отсутствии его Повелителя. Родственник как раз собирался уходить, когда я остановила его, сказав, что желаю услышать ответы на свои вопросы и вообще понять, что же произошло, раз вдруг всё обернулось скорым судом и таким странным решением.

- Понимаешь, Алина. Доподлинно никто и не знает, нас никто просвещать и не собирался. Можно только догадываться, - ответил свёкор, в этот раз явившийся в рубашке и штанах, но опять босиком.

- И какими же будут догадки? - гриву волос, которые после проведенного мной времени в постели вместе с Дрондом, так и не удосужилась заплести, перебросила через плечо, а то как-то жарковато от неё стало. - Как Ноэиму удалось спровоцировать нарушение равновесия?

- Подозреваю, - вмешался в разговор Дронд, и потянулся рукой к моим волосам, - что Ноэим задумал это уже давно. Ему только выбраться необходимо из клетки было. Он выбрался, вслед за тобой... Я так и не понял, как тебе удалось это провернуть, если честно...

- Неужели ты до сих пор не понял одну любопытную истину? - прервал его свёкор. - Птица шур, так желает счастья всем и самой себе, что зачастую совершает просто невозможное... Например то, в возможность чего я никогда не верил.

- Что? - тут же заинтересовалась и довольно вздохнула, Дронд принялся перебирать пряди моих волос, для этого пододвинув своё кресло к моему поближе.

- Ты так хотела сделать моего сына счастливым, - улыбнулся, неверяще глядя на нас с Повелителем Мёртвых, свёкор. - И так хотела быть счастливой сама... Что сделала ваше сосуществование рядом возможным, сама этого даже не подозревая. Так и с клеткой. Наверняка, ведь, хотела, чтобы Ноэим был счастлив... и сама на волю рвалась.

- Приложила силу своего желания к единственной точке реальности того места? - задала вопрос, в очередной раз вспоминая разговор с пленённым Светлым божеством.

- А это тебе видней, - ускользнул от прямого ответа свёкор.

- Дронд, ты говорил что-то про Ноэима, - упрямо вернула беседу в прежнее русло, желая понимать, что же произошло на самом деле.

- Вырвавшись, он выждал момент и направился к Хтаргу. Думаю, тот и ранее пытался принести Светлого в жертву, только не удавалось. Потому так легко и повёлся на приход Ноэима, который прекрасно понимал, чем подобный визит может обернуться. Хтарг и воспользовался, на время забыв о проблемах с мёртвыми. Надеялся силу увеличить через убийство божества, а потом и самостоятельно со мной справиться, без необходимости меня просить навести порядок. Ну и тем, что почти убил Ноэима, сдвинул равновесие в сторону Тьмы. Не зря же я усилился, одновременно с ним... Это из-за смещения равновесия произошло. Уравновешивать нас с Хтаргом стало некому. Но большая доля смещения всё-таки на самого Хтарга пришлась. Меня-то частично уравновешивали Светлая семья и ты. А его некому было. Такой сильный и резкий сдвиг Смотрящие не могли не заметить, - Дронд неохотно убрал руку от моих волос и просто положил свою ладонь поверх моей, лежащей на подлокотнике кресла. - Если бы всё происходило плавнее... Если бы он тянул силу медленней... Если бы Смотрящий успел в ситуацию вмешаться... Суда бы не было. Никто и ничего бы не заметил.

- Но как Смотрящий упустил подобное? Ведь должен же был как-то контролировать ситуацию? - сложно было поверить в то, что подобный тип мог что-то упустить из виду.

- Он не всеведущий, - теперь уже ответил свёкор. - Тебя он тоже не сразу обнаружил. Миров в его ведении много, за всем сразу не усмотришь. Вот и пропустил нужный момент.

- Как всё сложно и запутано, - заметила грустно. - И ведь никого из Смотрящих не заинтересовало то, как этот гад распоряжался жизнями вверенных его заботам существ. А Ноэим пожертвовал собой, чтобы дать нам всем возможность избавиться от этого жестокого Смотрящего. Обидно за него... Гад творил что хотел, а Ноэим пострадал... Дважды. Несправедливо.

- Не нам судить Смотрящих... А вопрос равновесия настолько серьёзен, что за нарушение его и похуже бывает наказывают, - усмехнулся свёкор и взялся за посох, что стоял прислонённым к креслу. - А наш бывший Смотрящий, пусть даже ставил на нас жуткие эксперименты и вёл себя как самый настоящий безумец, равновесие всё равно умудрялся сохранять.

- Опыты? - подалась в кресле вперёд, и даже высвободила руку из-под ладони Дронда, так удивилась.

- Да, опыты. Думаешь, он просто так шур изничтожил? Лойса против его решения пошла. Вот он и наказал её. Причину разлада уничтожил в этом мире. Хоатомир тогдашнюю подружку и соратницу Лойсы, тоже птицу шур, как и ты, собирался на опыты забрать. Хотел посмотреть, что будет, если в птицу счастья попробовать чистую Тьму залить. А Лойса артачиться начала, спорить... Он и отомстил, по-своему. С размахом... и для собственного удовольствия. Тоже ведь эксперимент получился, а он их очень любил, - вздохнул свёкор и поднялся с кресла. - Пора и честь знать. Дольше находиться здесь не могу. Тяжело дышится.

- Только ещё один вопрос, - не дала ему уйти сразу, любопытство не давало мне покоя. - А зачем было изобретать последнее условие в споре?

- В споре? - свёкор уставился на меня во все глаза, явно не ожидал, что я про это спрошу. - Какой вопрос с подвохом, - мужчина кинул испытующий взгляд из-под ресниц на сына, но Повелитель Мёртвых, как и обычно, демонстрировал нечеловеческое спокойствие. - Подумай сама. Я ведь сказал, что никто из нас не ожидал, что между тобой и Дрондом что-то серьёзное может быть. Мы рассчитывали только на то, что возле него, в Царстве Мёртвых, Хоатомиру тебя не найти будет, и удастся сделать так, чтобы ты выжила. А вот потом, необходимо было добычу у Повелителя Мёртвых забрать. А он так просто не отдаёт то, что считает своим. Зная своего сына, я понимал чего от него ожидать. Например того, что он так просто птицу шур, которую вылечит, на волю не выпустит. Потому и пришлось придумывать столь сложное условие, которое нам позволило бы обмануть Повелителя Мёртвых. Отдать душу птица шур должна была в присутствии Судьбы, как минимум, а то и в моём. Когда-то, когда пришло понимание, что все шур уходят, и из Царства Мёртвых на перерождение не возвращаются, я попытался удержать, пусть не тела, но хотя бы души шур на поверхности, не отпускать их в Царство Мёртвых. Получилось далеко не всё, и не со всеми. Да и потом, я пытался под своим присмотром пойманные души, отправлять на перерождение. Помнишь те сделки, Дронд, верно? - обратился к закаменевшему сыну, который слушал отца не шелохнувшись. - Последнюю душу я оставил на потом, на всякий случай... И собирался, когда придёт время для выжившей птицы шур выбраться из Царства Мёртвых, сделать так, чтобы Дронд её легко отпустил. Сам Повелитель Мёртвых получил бы ту душу, которая томится в моём посохе... А живая шур, просто ушла бы на свободу. И никто ничего бы не заметил, мы бы уж постарались... И Царство Мёртвых так и осталось бы в ведении Повелителя Мёртвых. Но план срочно пришлось переиграть. Любимую птицу Дронд уже не спутал бы ни с какой чужой душой. Вот и перекроили всё, в последний момент... Криво, косо... но поменяли. Благо, души вы разделить на двоих уже успели и спор итак Дрондом выигран был. Тебе, Алина, слили информацию о споре, и ты поступила так, как ожидали, смогла сбежать, в порыве чувств... Если бы не тот накал страстей, то ты не выбралась бы из Царства Мёртвых самостоятельно. А Дронд бы тебя не выпустил бы, ни за что, сам. Он очень упрям в некоторых вопросах... И сейчас снова придётся его убеждать в том, что птицам свобода нужна. А миру птица шур. Дела-то мира его мало интересуют... А вот твоё мнение... Так что, всё дело за тобой, Алина. Сможешь уговорить? Если да, то будет всем хорошо. А не сможешь, придётся ещё что-то придумывать, чтобы ты защиту пробить снова смогла, - глянул на меня серьёзно, сейчас нисколько не напоминая того шута, которым я знала его раньше. - А ты, сын, помни. Птицы в неволе не поют, и не могут быть счастливы до конца.

И исчез, более не желая отвечать на вопросы... Да и дискомфортно ему было, наверное. Он и сына-то на расстоянии воспитывал из-за того, что не мог долго рядом находиться. А тут столько времени вместе провели. Раньше и мне-то тяжело рядом с Дрондом было и опасно. А вот теперь. Неужели, действительно, виновато только моё простое желание счастья для нас обоих?

- Тогда, с котёнком, Живчиком, - подняла взгляд на мужа, кажется, начиная уже догадываться об уровне своей настоящей силы. - Это тоже я была, да? Ты же говорил, что нельзя... А потом передумал. А без моего желания счастья для котёнка у тебя получилось бы, Дронд?

- Было бы намного сложнее, намного, - отмер он, но вот настроение у него было мрачноватое. - Ты правда хочешь уйти от меня?

- Почему ты так решил? - уставилась на него во все глаза, пытаясь постичь глубины мужниной логики. - Я, вроде, никуда пока от тебя не собираюсь уходить. Или это ты так гонишь меня?

- Нет, - ответил всё так же ровно, холодно, с проскальзывающими мрачными нотками в голосе. - Но отец сказал, что тебе плохо со мной.

- Не с тобой, а в неволе, - улыбнулась своему умному, но сейчас такому глупому-глупому Повелителю Мёртвых. - Но ты же будешь меня выпускать? А я буду возвращаться, снова и снова... И бросаться тебе на шею, и целовать при встрече. Ничто не изменит того, что я люблю тебя. Я твоя жена, пусть и женился ты на мне, не спросив моего согласия. Но я не жалуюсь, а наоборот, очень счастлива, что без меня меня женили. Ну как? Отпустишь?

- А ты точно вернёшься? - спросил донельзя серьёзно супруг.

- Конечно вернусь, глупый, - не удержалась, кинулась мужу на шею и поцеловала в кончик носа. - А если будешь сомневаться, обижусь.

Дронд поднялся с кресла -- ну да, положение было не очень удобным, и на шее у него так особо и не повисишь -- придерживая меня за талию и зарылся носом в мои волосы, помолчал, а потом глухо, неохотно сказал:

- Хорошо, ты сможешь уходить, но с условием, брать с собой тех сопровождающих, которых дам и возвращаться всегда. Если с тобой что-то случится, я себе этого никогда не прощу.

- Надеюсь, это будет не целая рота твоих мёртвых подчинённых? - с хитрой улыбкой заглянула в тёмные глаза и рассмеялась. Судя по всему, именно роту он и собирался отправлять в качестве сопровождающих. - Давай, ограничимся парой, тройкой охранников, хорошо? Больше -- будет перебором.

- Хорошо, - согласился неохотно и после долгого раздумья.

- Тогда обещаю возвращаться, обязательно, - довольно улыбнулась и снова чмокнула его в кончик носа.

- Люблю тебя, - выдал мой невероятный мужчина и поцеловал.

Ответить смогла на это признание не скоро, на время выпав из реальности. Какая реальность, когда голова от счастья кругом? Отдышавшись после поцелуя, прошептала:

- Я тебя тоже люблю. И очень счастлива, что ты у меня есть.

Надо ли говорить о том, что к каким-либо разговорам мы смогли вернуться очень и очень нескоро? Какие разговоры, когда столько счастья для нас двоих, что толику можно кому-нибудь ещё подарить и пожелать? Например Ноэиму. Интересно, если я каждый день интенсивно буду желать ему счастья, оно до него доберётся? Что-то мне подсказывает, что да. Птица шур я или кто, чтобы в своих способностях сомневаться?




Эпилог




Прошло несколько лет прежде, чем Дронду удалось вернуться в то, второе Царство Мёртвых, в котором мы с ним когда-то смогли найти убежище. Мир до появления в нём новых богов, во избежание нарушения равновесия был закрыт новым Смотрящим, даже для почти местного Повелителя Мёртвых. Когда-то и родной его мир был закрыт так же, как оказалось. Ровно до тех пор, пока Дронд не родился. А вся история конфликта со старым Смотрящим произошла на этапе становления самого мира и формирования пантеона Богов.

Новый Смотрящий оказался не так уж и плох. По большому счёту его не волновали наши личные интересы. Они ему любопытны были только в разрезе их влияния на равновесие, потому старался в наши жизни практически не вмешиваться. Как мне объяснили, нарушение пресловутого равновесия чревато уничтожением вселенной. Впрочем, все эти материи мне были малопонятны, на самом деле. И я не сильно в них вникала.

Леди и Найда успели вырастить не одно потомство, которое я охотно раздавала достойным доверия людям, живущим на поверхности. Дар от шур, на счастье... Котяток и щеняток холили и лелеяли, и даже что-то вроде новой традиции организовали. Ходили в храм Лойсы, и приносили что-нибудь в дар, в надежде на зверушек, подаренных самой птицей шур и её богиней.

В отличие от моих питомиц, самой мне забеременеть не удавалось. Сложности сосуществования Света и Тьмы давали о себе знать, как выразился один раз Смотрящий, которому я задала вопрос, а будут ли дети вообще. Я нервничала и переживала, детей от любимого мужчины очень-очень хотелось. Дронд меня успокаивал, намекая на то, что для попыток у нас длиннющая жизнь у обоих впереди. А я всё равно переживала... Ровно до сегодняшнего дня.

Повелитель Мёртвых ушёл проверять, как там его вторая вотчина поживает, а я всё утро прислушивалась к себе. Задержка да, имелась, притом размером в целую неделю. Вот и сидела я в кресле и подумывала о том, где бы раздобыть тест на беременность. Да долго в одиночестве побыть не получилось. Смотрящий, памятный мне по разносу повесток, явился, не запылился. Бесцеремонно вошёл в мою благоустроенную беседку -- мы с Дрондом покои свои всё-таки оставили раздельными, пусть и часто он ночевал у меня или я у него -- присел в кресло напротив, даже не поприветствовав меня, и застыл статуей, созерцая.

- Зачем вы пришли? - пусть и не показывал себя этот Смотрящий ещё с плохой стороны, памятуя о старом, относилась к новому с опаской.

- Убедиться, - ответил не сразу, но ответил.

- В чём? - не понравилось мне то, что он сказал, но постаралась не подать виду.

- В том, что вы сможете выносить нового Повелителя Мёртвых, - тактом Смотрящий точно не отличался.

- И как? Убедились? - не удержалась от ядовитых интонаций.

- У вас будут сильные дети, - ушёл он от прямого ответа и поднялся с кресла, собираясь уйти.

- А если бы не смогла выносить? - вопрос был больным, для меня, потому вела себя довольно агрессивно.

- Нашли бы Повелителя Мёртвых на стороне, а вашему супругу пришлось бы отказаться от одного из Царств, - удовлетворил он моё любопытство. - Поздравляю. Этого делать не придётся. Берегите себя, Алина. Вы сейчас представляете собой величайшую ценность.

И был таков, только и ищи ветра в поле. А я осталась в одиночестве, вынужденная голову ломать над его словами и волноваться. Неужели он намекал на то, что?.. Если да, то сыграл роль того самого теста на беременность, который мне так нужен сейчас.

Через пару неделек у меня у самой уже сомнений не осталось. Все признаки сходились... но я так и не была уверена, стоит ли вот прямо сейчас Дронда радовать, или стоит отложить это на попозже. Когда уж совсем-совсем сомневаться не буду. А потом я вспомнила о том, что лекарь среди моих слуг так и обретается, правда давно уже в его услугах не нуждалась. А вот теперь позвала, и поинтересовалась, сможет ли диагностировать. Смог, пусть даже срок был маленьким.

И вот тогда-то, попыталась сделать выводы из того, что сказал мне Смотрящий в последний свой визит. По его словам выходило, что вполне возможно, ношу двоих... И один из них точно станет в будущем Повелителем Мёртвых. Значит, мальчик.

А через несколько дней Дронд спросил про моё самочувствие. Заметил и мою сонливость, и тошноту... и удивил меня тем, что сделал правильные выводы. Или ему лекарь доложил, ослушавшись моего приказа пока молчать?

- Сам догадался, - правильно понял мои сомнения супруг. - Ты изменилась... Перестала волноваться из-за того, что детей не удавалось завести.

- Ты рад? - спросила с замиранием сердца.

- Очень, - улыбнулся супруг и запустил пальцы в мои волосы.

- Знаешь, а к нам Смотрящий заходил, - решила сознаться в том, что до этого момента скрывала.

На вопросы, которыми меня закидал Дронд, выдала всю информацию по визиту Смотрящего, а потом спросила:

- Не сердишься, что умолчала?

- Так рассказала же, - не стал он зацикливаться на этом и подхватил меня на руки. - Теперь, любимая, никаких явлений людям и никаких перекидываний. Боюсь за тебя... Это может быть опасно.

- Ой, ведь действительно теперь, наверное, не полетать, - огорчилась.

- Это временно, - успокоил меня супруг. - И наружу теперь выходить будешь только под моим присмотром.

Подняла голову, прищурившись на проглядывающее сквозь ветви деревьев солнышко и вздохнула, решив не взбрыкивать и подчиниться. Самой страшновато было... Если уж двоих рожать придётся, то страшнее вдвойне.

Как сильно ошибалась в выводах, узнала только через почти девять месяцев. Да, детей было двое, близняшки, девочки. Одна из них -- носительница Тьмы, вторая -- носительница Света. Шур, и Тёмная Богиня, и уже сразу умеющие сосуществовать друг с другом рядом. Было чему удивляться и мне, и Дронду. В любом случае, девочкам не грозило детство, похожее на отцовское или моё. Они всегда и везде были вдвоём. Все проделки, плач, смех - были разделены на двоих. И не имело значения то, что одной из них предстояло принять на себя тяготы организации существования мёртвых под землёй, в другом мире, а второй обеспечивать счастьем всех, кто был бы на её взгляд его достойным. Это не мешало нашим дочкам быть не разлей вода и понимать друг друга с полувзгляда.

Наша семейка, после пополнения её, стала даже более странной, чем раньше. Шур и Тёмный Бог, дочери Тёмная Богиня и тоже шур... Та ещё гремучая смесь и о спокойной жизни пришлось забыть, насовсем. Впрочем, нас с Дрондом это не пугало. И на этой сладкой парочке Лине и Дэлине, мы останавливаться не собирались... У нас вечная жизнь, у обоих, впереди. Успеем ещё и двойняшек родить, и не двойняшек. После рождения девочек, я стала более спокойно относиться к этому вопросу. Ведь практика показалась, пусть со сложностями, но совместить Тьму и Свет возможно, и результат потрясающий получить из этого смешения тоже. А эксперименты? Для них ещё целая жизнь впереди. Её-то точно хватит на всё. И на любовь, и на счастье.


home | my bookshelf | | Без меня меня женили... |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 47
Средний рейтинг 4.6 из 5



Оцените эту книгу