Book: Легенда о Слепых Богах. Том 2. Точка Бифуркации (СИ)



Легенда о Слепых Богах. Том 2 - Точка Бифуркации.


  Глава 1. За будущее, где мы снова будем вместе.


  Часть 1

  - Ваше величество...

  - Что такое? - Сай поднял голову, сидя на троне. В эти дни он старался не находиться в своем кабинете. Слишком много в нем напоминало о том дне, о том последнем дне, когда они все еще были вместе. Когда они отмечали День Рождения Кальвина. И это было невыносимо для Сая.

  У подножья трона стоял Мизар Фон Грассе. Он бросил на ступени какую-то вещь. Это оказалось окровавленной повязкой.

  - Что это? - фиолетовые, с золотыми искорками глаза короля сузились. Он ощутил холод предчувствия.

  - Пленник бежал.

  - Кальвин сбежал из Академии? - уточнил Сай, и голос его был ровен.

  - А также Гвен Кларио. Утром их не обнаружили в своих камерах. Они были надежно заперты, но пленники исчезли.

  - Кальвин... пропал... - повторил Сай, словно эхо.

  - Похоже, им кто-то помог, - кивнул Мизар. - Они не могли бы выбраться сами, не в таком состоянии. Решетки были специально укреплены магией. Кроме того...

  - Какая разница...

  - Да? - Мизар выглядел удивленным. В этот миг король засмеялся. Он смеялся заливистым смехом, что привело его советника в замешательство. Отсмеявшись, он закрыл лицо ладонью.

  - Какая разница, - повторил он, - помог ли им кто-то или нет. Я опоздал. Я так и не смог сделать то единственное, что могло спасти его от судьбы, что его ждет. Я оказался настолько слаб, что... - слова короля оборвались, и золотая молния вспыхнула меж его пальцев, принявшая форму сияющего золотого меча. Едва он был направлен на повязку, как та исчезла, сожженная в ослепительном пламени. Свет заставил Мизара отшатнуться. Отступив на шаг, он прикрыл глаза рукой.

  - Ваше величество... - прошептал он. Хотя для Мизара увиденнное не было неожиданностью. Ведь он был одним из тех немногих, кому было известно о том, что находилось внутри тела короля Астала.

  - Лантис Кларио - где он? - спросил Сай.

  - С вашего позволения, я найду его, - поспешно ответил Мизар. - Пригласить его сюда?

  - Нет, просто проверь, где он. Я хочу знать, как далеко были протянуты эти нити.

  - Может мне стоит убить его? - спросил Мизар.

  - Это лишнее, сейчас меня не интересует этот человек.

  - Если ваше величество позволит, я уже позаботился о мерах преследования. За беглецами посланы двадцать пять хорошо подготовленных отрядов. С каждым из них отправлен один из Детей Хаоса. Мой король? - Мизар заметил, что Сай не слушает его.

  - ...

   Но все же он продолжил:

  - Если я отправлюсь за ними сейчас, мы еще успеем схватить их до того, как они пересекут границу Астала.

  - Делай, что считаешь нужным. Хотя это не входит в твои обязанности.

  - Я делаю это ради вас. И мои обязанности здесь не при чем. Но когда я найду их, в случае сопротивления, ничего, если кто-то из них погибнет?

  - Кальвин Рейвен не должен умереть.

  - Ваше величество слишком мягкосердечны. Если он вновь по собственной воле покинул Астал, он, как и Гвен Кларио, отныне считаются предателями. Если они направились на Север, а я в этом уверен, они государственные преступники. Им известно слишком много.

  - Кальвин не умрет, и не думаю, что тебе удастся их остановить.

  Глаза Мизара потемнели.

  - Почему вы так уверены?

  - Потому что Кальвин не убежал...

  - Какова причина вашей уверенности?

  - Наверное, потому что он все еще хочет защитить то, что дорого ему, - расстроено произнес Сай.

  - Да, и что же это, что заставило его пойти на такой шаг? - насмешливо спросил Мизар. Но Сай не обратил на это внимания.

  - Он хочет все решить сам. Снова хочет все взять на себя, чтобы оградить меня от моего... брата, - Сай закусил губу.

  - Брат вашего величества? Но... - брови Мизара взлетели верх.

  - Ты не понимаешь, но тебе это знать не обязательно. Чтобы ты ни делал, ты не сможешь ни убить его, ни остановить. Потому что это не то, с чем ты способен справиться. И даже не то, с чем могу справиться я.

  - И все же... я попытаюсь, - Мизар отвесил глубокий поклон. - Как я уже говорил, я сделаю все, чтобы ваше величество достигли всего, чего добиваетесь. С Кальвином Рейвеном или без, но вы единственный, кто способен достигнуть Вершины Древа. Но... - в этот момент Мизар заметил, как по щекам короля стекают тонкие золотые ручейки. Они казались живыми и создавали сложный узор на коже. Золотые... слезы или же кровь? Но Сай поспешно стер их. - Вашему величеству следует отдохнуть, ваше здоровье...

  - Ступай, это тебя не касается, - довольно резко ответил Сай.

  - Но все же, похоже, тело вашего величества сейчас слабее, чем раньше. Если бы я мог что-то сделать...

  - Ничего... - мягче добавил Сай, понимая, что ведет себя глупо. Этот человек замечал все. - Обычное дело. Скоро мне станет лучше.

  -Как вашему величеству будет угодно, - с этими словами Мизар развернулся на каблуках и покинул тронный зал.

  Обычное дело да? - Сай поднял голову, глядя на то, как льется свет через витражные окна. На самом деле, в том, что произошло только что, не было ничего обычного. Не могло быть ничего нормального и естественного в том, как он своими руками уродовал свое тело и душу. Пока он был еще слишком слаб, чтобы вместить в себя еще одного Слепого Бога, и он всего лишь связал с собой часть Лавкрита. Но и это привело к таким последствиям. Как никогда раньше король понимал, что если он в скором времени не отыщет защиту от слабости собственного сердца, он не сможет продолжить этот путь. А если не продолжит его, никогда не сможет помочь Кальвину.

  'Не суметь удержать то, что находилось в твоих руках - ты слаб. А значит, снова будешь стоять над телами своего лучшего друга и брата. Ты это переживешь?'

  - Замолчи! - Сай зажал уши. Но прятаться было бесполезно, так как этот голос принадлежал ему самому. После Дня Рождения голос Эсфирь исчез, словно потеряв к нему интерес. Конечно, это было естественно, если Кальвин решил отправиться на Север. Так какой путь ты изберешь, Кальвин? Я не позволю тебе приблизиться к тому чудовищу, что обитает в Приоре. Тогда я сам, своими руками... лучше я сам уничтожу тебя, прежде, чем ты превратишься в то, для чего был создан... - О чем я думаю!!?- выкрикнул Сай, вскочив с трона. - Это же Кальвин! Как я могу... как я смогу...


  Часть 2.

  - Почему, почему, ПОЧЕМУ?!!! - Кальвину хотелось вопить от отчаяния и безнадежности. - А, Гвен, а я ведь только что вспомнил... - Кальвин резко остановился. Петляющая впереди него девушка также замерла.

  - Что еще?

  - Я вспомнил, что мы так и не позавтракали сегодня... ой!

  - Да, верно, и если кто-то не поторопится выбраться из города до заката, он останется и без ужина! - Гвен никогда не церемонилась с ним. Вот и сейчас один из ее чудесных расписных вееров, едва не снес ему голову.

  - Понял, понял, госпожа, но мои ноги - они совсем лишились сил. Сколько можно бегать от одних ворот к другим, если и так ясно, что все они охраняются, - простонал он. Но, совершенно игнорируя его жалобы, девушка вновь бросилась бежать. Такое ощущение, что усталость и голод ее совсем не берут. Сам же Кальвин после того, как они проснулись в библиотеке, так ни разу даже не присел. Хорошо, что в тот час там не оказалось ни Вельки, ни мастера Нельфа. Либо они их просто не заметили. Но это было и к лучшему, учитывая, в кого теперь превратились Кальвин с Гвен. Беглые преступники! Да, вот до чего дошло. И все это только благодаря...

  - Ага, наглый эксплуататор решил загонять нас до смерти, изматывая беганьем по городу. Но я ему так просто не дамся. Я собираюсь выбраться из этого города и живой! - Гвен точно читала его мысли. Хотя это могло быть недалеко от истины. Та другая Гвен, которая звала себя Эвенкой, была полна сюрпризов и гораздо опаснее этой. Лучше бы ему не провоцировать ее появление.

  Но все же, как хочется есть. С собой они совершенно не догадались взять провизии. При этом Гвен - это было выше всякого понимания - умудрилась стащить немного денег из комнаты мастера Нельфа.

  'На дорожные расходы', - невозмутимо пояснила она. И Кальвин сразу сник. Спорить бесполезно. Потом придется возвращаться долг. Потом? - подняв взгляд к небесам, Кальвин взмолился. И когда они смогут вернуться? Сейчас все было хуже, чем плохо, просто отвратительно. Сай, наверное, злится. Но ничего не поделать. Тот тип по имени Люсьен, просто вытряхнул его из камеры, словно пух из подушки. И еще те странные видения... А, не думать, не думать! - приказал он себе. - Сейчас главное не упустить из виду Гвен. Но тут...

  'В ожидании искр огня...!' - несколько голосов позади них прокричали это одновременно. И в следующий миг дорогу перед беглецами перегородила взвившаяся стена пламени. Черт, их нашли! Оглянувшись, вынужденный остановиться Кальвин убедился - их было пятеро. Значит, один из тех отрядов, которые прочесывали город в поисках их двоих. Вот настырные типы. Им с Гвен уже пару раз приходилось менять маршрут и три раза отбиваться от чересчур надоедливых солдат, у которых был приказ схватить их. Но ведь прошло так мало времени с тех пор, как они выбрались из последней переделки. Кальвин чувствовал, что еще немного, и от голода он будет неспособен прочесть даже самое простое заклинание.

  - Вы двое настолько наглые, что даже не пытаетесь скрыть свои лица? Преступники, остановитесь и сдавайтесь, по приказу его величества Валентайна я арестовываю вас! - эта высокопарная речь принадлежала мужчине позади него, скорее всего бывшему капитаном этого отряда. На сей раз они не церемонились. Сначала их пытались остановить с помощью простого оружия. А теперь уже используют такие опасные заклинания.

  - Эй, я думал, вам приказано взять нас живыми, - отозвался Кальвин.

  - Не смей разговаривать. Беглому преступнику не давали права голоса! - капитан поднял руку. - 'В поисках защиты...' - он прочел заклинание, а затем: - Связать его!

  - Я же хотел просто поговорить, - с досадой Кальвин вынужден был в свою очередь призвать заклинание. Промедли он, и будет связан по рукам и ногам и глазом моргнуть не успеет. - 'В ожидании весеннего дождя я вглядываюсь в небо...' - когда он дочитал заклинание, так быстро, как только смог, заклинание капитана достигло его и Гвен. Участок улицы превратился в сплошную водяную стену. Это лишь остановит их, и немного дезориентирует. Конечно, можно было бы дополнить заклинание и превратить струи в ледяные иглы, но Кальвин не хотел использовать сильную магию, чтобы не повредить этим глупцам. Вся вина этих людей была в том, что им отдали приказ поймать их. Кальвин убедился, что свет огня погас. Хорошо, значит, путь свободен. Но...

  - Чего ты нянчишься с ними, как с младенцами, если оставишь им способность двигаться, наша задача не упростится!

  - Гвен, не надо...- начал, было, Кальвин, но было уже поздно.

  - Взмахнув веерами, девушка прочитала: 'В ожидании глубин океана я падаю в бездну...' - Это было ТО заклинание. Как обычно она не считала нужным сдерживаться - его собственные струи дождя были в тот же миг сметены валом воды, высотой с дома на улице. А вместе с ними солдаты, огонь и случайные прохожие, осмеливающиеся заглянуть на эту улочку, и все, что оказалось на пути, было унесено вниз по улице. - Берегись,- голос Гвен был убийственно равнодушен. Кальвин еще стоял с протянутой рукой, а она уже исчезла за следующим поворотом... Вот ведь, ну почему я должен проходить через все это?! Как же хочется просто лечь с книгой в руках... Да я бы все отдал даже за то, чтобы просто перебирать бумаги в кабинете у Сая...

  Но удача недолго оставалась на их стороне. Спустя час или полтора крики солдат доносились с обеих сторон, впереди и позади них. Гвен уже подняла свои веера.

  - Стой, это бесполезно! Ну как долго мы будем прятаться от них? За весь день мы ничуть не приблизиться к городским воротам. Нужно воспользоваться подземными ходами, - почти умоляюще просил Кальвин. На самом деле, возможно, исход схватки даже с двумя отрядами был бы в их пользу, ведь даже самые бывалые солдаты не проходили через те тренировки, которым их учили каждый день в отряде Лилии. Но Кальвин понимал, что крови на этот раз избежать не удастся.

  - Трус, - уничижительно бросила девушка, с презрением глядя на него. - Хорошо, тогда я буду сражаться одна.

  - Не стоило... - Кальвин подавил тяжелый вздох, понимая, что выбора у них не остается. И тут...

  - Братец Кальвин?

  Кальвину показалось, что голос доносился прямо из-под земли у его ног. В удивлении он опустил взгляд и...

  - Скорее! Сюда, сюда! - на глазах удивленного Кальвина и Гвен крышка одного из люков в плитах мостовой приподнялась, и он узнал ухмыляющееся лицо Тенио. Крики стражи за спиной стали ближе. Их медленно, но планомерно окружали в течение уже трех часов. К каким бы воротам Виеры они не направлялись, везде их ждало одно и то же. Но вот кого Кальвин не ожидал увидеть в качестве их помощника, так это Тенио.

  - Что ты здесь делаешь? Хочешь превратиться в такого же преступника, как и мы? - Кальвин взъерошил волосы Тенио, прыгая вслед за ним в узкий лаз.

  - Не приставай к ребенку, - сердито напомнила ему Гвен.

  - Да я не...

  Но Тенио прервал его.

  - Ты не преступник, братец Кальвин. Это какая-то ошибка, и я собираюсь это доказать. Король был введен в заблуждение, и я собираюсь рассказать ему всю правду! - жарко выпалил мальчишка.

  - Даже не думай, - голос Кальвина стал серьезным. Они пробирались вперед вслед за мерцающим огоньком лампады в руке Тенио. Он не рисковал пользоваться магией, не только из-за того, что все еще чувствовал легкую слабость после экзекуций этого Фон Грассе. Наверняка те, кто были посланы за ними в погоню, имели при себе определитель магии. Столкнуться с вооруженным до зубов отрядом в узком подземном лазе - хуже не придумаешь. - Ты здесь не при чем, к тому же, кто будет защищать Вельку? - напомнил он Тенио.

  - Я не трус и не собираюсь попасться так просто. Вначале я помогу вам и еще... у меня подготовлен небольшой сюрприз тем, кто может задержать вас у ворот. Лазы охраняются, я проверял.

  - Так ты... - Кальвин резко остановился так, что шедшая позади него Гвен ткнулась в его спину.

  - Ничего, все в порядке, я договорился с одним парнем, что живет в новом квартале. У него есть весьма ценные штуки, называемые фейерверками. Сегодня пораньше я заложил их вокруг ворот, на дороге, что ведет к Аркли. Как только подойдем к лазу, я подожгу фитиль. Посмотрим, какое будет представление.

  - Фейерверки? - Кальвин задумался. - Никогда о таких не слышал.

  - Неуч, - изрекла Гвен, ткнув его в спину. - Ты даже этого не знаешь? Это цветные огни, которые используют для празднеств. На Севере их всегда поджигают в праздники Нового Года. В Астале они тоже есть, но это лишь жалкие подделки, по сравнению с нашими. Хороший план, пацаненок, - похвалила Гвен, - так мы сможем устроить неразбериху. Ну хоть для чего-то эти пришлые оказались пригодными. Это их плата за то, что устроили из-за них с цветочным рынком.

  - Ты все еще помнишь об этом? - Кальвин потер спину.

  - Разумеется, не думал же ты, что я так просто смирюсь с этим?

   - Мы на месте, - приподняв крышку люка у достопамятного куста шиповника, Тенио выскользнул наружу. Взгляд его был устремлен вверх, туда, где на стене несли караул стражники. Издалека слышались звенящие колокольчики очередного наряда. - Сюда, сюда, - наконец Тенио поманил их. - Все тихо. Но сейчас...- взгляд мальчишки стал нахальным и злым. - Станет очень громко!

  И прежде, чем Кальвин успел заткнуть уши, Тенио чиркнул кремнем возле стены, там, где была аккуратно сложена кучка хвороста. В следующий миг Кальвину показалось, что мир бросился на него, или рядом с ним рухнула гора. Он ослеп и оглох на долгих несколько минут. Фейерверки Тенио устроили настоящий ад. Когда, наконец, пыль улеглась, колокольчики стражи стихли. Зато на том месте, где должны были находиться городские ворота, теперь высилась груда развалин. Несколько секунд Кальвин глазел на это чудо, а затем Гвен рванула его за рукав.

  - Вперед! Или ты хочешь подождать, пока здесь не соберутся все заинтересованные лица? Ты отлично подходишь под описание одного преступника, которого ищет вся столица.

  - Тенио, а как же ты? - Кальвин остановился, оглянувшись. Но мальчишка лишь взмахнул им рукой уже из люка.

  - Я не могу, - его лицо потемнело, - я не уйду без детей. А куда вы направляетесь?

  - Понятия не имею, но сначала доберемся до Калафины, а там посмотрим, - Кальвин пожал плечами. - Не думаю, что мы встретимся с Йоном.

  - Ничего. Я сам свяжусь с ним и скажу, что теперь ты с нами.

  - Эй, я ничего не... - Кальвин понял, что говорит с пустым местом. Нахальный мальчишка уже скрывался за кустом. Черт... действительно, неразбериха уже стихла.


  Часть 3.

  - Лантис... - тишина, едва слышимое дыхание. - Лантис Кларио, я хочу тебя видеть! - Сай выкрикнул эти слова в темноту. Особняк Кларио теперь был погружен даже в еще большую тьму, чем ночь, окутывающая город. Ни слуг, ни огней, не было слышно даже шорохов. Сад замер в ожидании ветерка. Дождя не было в эту ночь, и луна светила так ярко. И все же она не могла разогнать тени внутри этого дома. Особняк Кларио стал похожим на призрачное кладбище. Сай замер, прислушиваясь к эху собственного голоса, и пробормотал заклинание, вызывающее свет. Он не стал прибегать к силе Зоара, Даркнуара или Лавкрита. С некоторых пор он опасался обращаться к ним. Он уже почти не ожидал услышать ответ, но в это время прозвучал голос:



  - Снова пришел без приглашения? Что привело тебя в такой час? Хочешь убить меня? - наконец, фиолетовый сумрак в дальнем углу приемного зала сгустился, превратившись в некое подобие фигуры человека.

  - Даже не можешь приобрести нормальную форму? - заметил Сай. Сколько же энергии ты потратил на такое безрассудство, - он покачал головой.

  - Значит, тебе уже известно, что они убежали, - уточнил Лантис, сделав шаг вперед.

  - Мне известно это, - Сай протянул руку, точно пытаясь коснуться призрачной фигуры. Но его пальцы схватили только пустоту. - Как ты собираешься объяснить свой поступок?

  Но Лантис покачал головой.

  - Не считаю нужным что-то объяснять тебе. Разве я не сказал об этом еще в прошлый раз? - он подошел еще ближе, так что теперь Сай мог видеть его намного четче.

  - О, и ты думаешь, что после всего можешь просто продолжить играть, как ни в чем не бывало?

  - Думаю, что могу. Ты знал, я ничем не обязан тебе. В конце концов ты получил, что хотел - часть Лавкрита. Его знаний будет достаточно для тех целей, что ты наметил, но силой его я могу распоряжаться как хочу. А хочу я уберечь свою сестру от той судьбы, что ее ждет.

  - Неужели это то, чего не было даже в твоих расчетах? Ты всегда действуешь лишь исходя из своих соображений.

  - Да, верно и тебе в них отводится значимое место, - улыбнулся Лантис.

  - Хорошо, ты пытался защищать свою сестру, - ответил Сай. - Но я не могу позволить тебе поступать с Кальвином, как тебе заблагорассудится.

  Лантис развел руками.

  - Но это не моих рук дело. Поэтому я не препятствовал ничему. Но кажется, ты потерпел поражение. В конце ты ведь так и не смог ни убить его, ни извлечь оружие, что вложили в него в Хаосе. Ты проиграл, признай это.

  - Я... я еще не проиграл, - Сай упрямо сжал кулаки, с вызовом глядя на хранителя королевских секретов.

  - Несмотря на то, что у тебя уже есть Зоар, Даркнуар и часть Лавкрита, ты проиграл, просто признай это. Ты не смог удержать или уберечь Кальвина Рейвена от судьбы, которая его ждет.

  - Ты сказал, что не причастен к побегу Кальвина. Тебе известно кто ему помог?

  - Верно, еще один призрак. Призрак из моего прошлого. Люсьен Энн.

  - Энн? - глаза Сая расширились.

  - Знакомая фамилия, не так ли? Стоило убить его, прежде чем он стал недосягаем для меня.

  - Кто он такой?

  - Хммм, - на сей раз молчание Лантиса длилось довольно долго. - На самом деле мне это и самому до конца не известно. Я встретился с ним, когда был еще ребенком, но и тогда он выглядел точно так же, как и сейчас. Полагаю одна его часть была отцом Криса Энн и его сестры Алии, а о другой мне известно лишь то, что он являлся самым лучшим исследователем Приоры в области Древа. Какое-то время он тайно путешествовал по соседним странам в поисках крупиц знания, что были необходимы ему. Так мы и встретились. Тогда я попал в одну неприятную историю, что привело к расколу в нашем доме. Он помог мне и Гвен бежать из страны, и ему известно о моем контракте с Соном.

  - Вот как? Он опасный человек, - Сай задумчиво склонил голову.

  - Да, и сейчас справиться с ним будет намного сложнее.

  - Чего он добивается, ты знаешь?

  - Целей Люсьена Энн не может понять ни один человек. Но полагаю, это как-то связано с рождением самого Кальвина.

  - Рождение? Что ты имеешь в виду? - Сай сделал порывистое движение.

  - Дети Хаоса. Хотя он никогда не признавал этого, но все же Кальвин так или иначе принадлежит к обоим мирам. Все, что мне известно - его мать была из Хаоса, а с его отцом все не так просто. По моим сведениям они с Люсьеном Энн были родственниками.

  - Невозможно!

  - Невозможность чего-то не делает это менее реальным. Но на твоем месте я бы сделал все, чтобы не допустить усиления его влияния на твоего друга. Я чувствую, что он отправился на Север, и это не просто пустое бегство. У него есть цель. Цель, которую ему указал Люсьен Энн. Он ведет его, пусть пока Рейвен и не осознает этого.

  И чем дальше он будет продвигаться туда, тем больше вероятность, что оружие Хаоса начнет пробуждаться. Процесс активации запущен, и его уже не остановить. Что ты намерен предпринять?

  - ...

  - Ты неуверен? Даже сейчас ты все еще колеблешься? Скажи, неужели ты все еще хочешь вернуть его, после того, как показал ему такого себя?

  - Не надо... - Сай опустил голову.

  - Не надо что? Ты не хочешь признаваться даже самому себе, что предал его в самой ужасной форме и подверг его ненужным мучениям. А в конце своими руками направил меч Зоара ему в грудь. И после этого ты все еще хочешь вернуть его? Будь он обычным человеком, он бы бежал на край света.

  - Не нужно больше...

  - А что? Разве я сказал хотя бы слово того, что не соответствует правде? - Лантис легко усмехнулся, но в этом смехе звучала жалость. - Мне действительно жаль тебя, но твоя слабость в том, что ты все еще цепляешься за ту древнюю дружбу между пленником с небес и Демоном Цветов. Но сейчас ты не тот, кем был раньше. Тебе ни за что не успеть завершить Бифуркатора до того, как Кальвин Рейвен вспомнит свое прошлое. И когда он вспомнит, как, думаешь, он поступит? Активируется ли программа, заложенная в него еще до рождения, или возобладает память о тех недолгих днях, проведенных с тобой? Но какой бы путь он ни выбрал, это будет двойной проигрыш для тебя. Особенного такого тебя, который все еще колеблется. Но ты должен решить, ненавидишь ли ты Фрактала так же сильно, как желаешь спасти Кальвина Рейвена? В этом-то и находится источник мучений. Ты не можешь выбрать. Странно, будто тот блок, что был наложен на тебя в Приоре, все еще действует, - Лантис задумчиво приложил палец к губам. - Все просто. То, что от тебя требуется - выбрать точку Бифуркации и направиться по одной из ветвей. Но сейчас ты на развилке. Ты стал пленником собственных сомнений. И это непростительный для тебя грех. Если так пойдет и дальше, ты просто разрушить себя сомнениями. Так ты не сможешь никого спасти или уничтожить... Ты вообще нечего не сумеешь. А если ты окажешься настолько слаб, чтобы управлять даже этой страной, то мне придется... - Сай вздрогнул, когда конец сияющего фиолетового посоха приподнял его подбородок. - Ваше величество, что с твоей жаждой? Все еще держишься? Хотя в глазах я вижу совсем другое. Но как я сказал раньше, я не могу отдать тебе Сона. Пока не могу. Пока не буду уверен, что ты двигаешься по единственно верному пути. Мой осколок мозаики я отдам тебе последним. И если ты окажешься недостаточно сильным, чтобы выдержать их все, то я просто разобью этот калейдоскоп. Не бойся, ты даже ничего не заметишь, просто обратишься в пыль Древа. И тогда мне придется начинать все сначала.

  - Я... - рука Сая легла на посох, отодвинув его в сторону, - я выдержу, и я соберу все осколки мозаики, чего бы это ни стоило. Я успею это сделать, прежде чем Кальвин погрузится в тот мир отчаяния, что выбрали для него в Хаосе. Хотя я все еще не понимаю до конца, но я сделаю это ради Кальвина.

  - Интересно, и как ты собираешься это сделать? Как бы ты не пытался, эта 'бабочка' будет проворнее тебя.

  - Бабочек ловят сачком. Я придумаю для него подходящий сачок до того, как он найдет цветок Кальвина.

  - Подходящее сравнение, - усмехнулся Лантис. Посох исчез из его рук, которые он вложил в рукава. - Ну что ж, если у тебя все, я бы хотел побыть один. И... - тело Лантиса пошло волнами, - тебе следует поторопиться, если эта оболочка исчезнет до того, как ты соберешь все осколки мозаики, ты потеряешь Сон, и тогда все твои усилия не будут стоить ничего.

  - Я успею, не волнуйся, я успею, - повторил Сай. - Что ж, зайду к тебе попить чаю как-нибудь.

  - Буду ждать с нетерпением. Но прошу, не делай необдуманных вещей без моего ведома.

  - Обещаю, больше никаких непродуманных поступков, - согласно кивнул Сай.

  ...- Обещаю, - Сай повторил фразу, сказанную им как обещание. Но сможет ли он сдержать его? Хотя Фон Грассе был отдан приказ вернуть Кальвина и Эвенку, но на самом деле он сомневался, что это будет возможным. Как он сможет вернуть Кальвина, если сам все еще колебался? На самом деле, признайся себе, ты ничего не можешь удержать этими руками, по локоть в крови. В крови тех несчастных детей, которых Мизар фон Грассе держал в Академии. А ведь он обещал тому человеку, Йону, и он обещал Тенио, что сумеет найти способ помочь им. Вместо этого он просто ищет еще большую силу для осуществления своих целей...


  Часть 4.

  'Каких целей? Чего ты хочешь добиться? Как сможешь вести людей за собой, если не сумел удержать рядом даже друзей?'

   Сай лежал на кровати в собственной комнате. Поднявшись, он подошел к окну. По-прежнему не зажигая света, Сай открыл один из томов подшитых документов, лежащих на секретере. Они должны были быть подписаны еще вечером. Тома, аккуратно прошитые Велькой. Она так старалась. На миг при мысли о девушке сердце Сая потеплело. Но останется ли она рядом с ним, если узнает о той тьме, которой на самом деле окружен ее король?

  Но в чем Сай был уверен - сейчас как никогда, ему был необходим совет. Он, наконец, принял свое поражение. А потому, отвернувшись от окна, Сай взглянул на часы - три часа ночи. Время еще было. Король прилег на кровать, закрыв рукой глаза. Усилием воли, что с каждым разом становилось все легче, он перенес себя на ветви Древа.

  - А, наконец признал свою неспособность решить что-то самостоятельно?

  - Вы плохо выглядите, ваше величество, разрешите мне обследовать вас...

   Сай прислонился к стволу Древа, возносящегося вверх и продолжающегося вниз на немыслимое расстояние. А затем поднял взгляд, чтобы увидеть тех, кому принадлежали эти слова. Две фигуры - одна сияющая талым изумрудом, а вторая покрытая серебром звездной ночи в белоснежном аду - Даркнуар и Лавкрит - они оба были здесь. Лавкрит сидел на корточках, положив руки на колени. Его изумрудные глаза были наполнены жадностью и желанием. Аура Слепого Безумного Бога Уничтожения была полна ненависти. Он сидел, подогнув под себя одну ногу, а другую свесив с ветви, немного выше Сая. Его ненависть была необъяснимой с нормальной точки зрения, но эти двое никогда не претендовали на то, чтобы быть нормальными, даже среди Слепых Богов.

  - Тише, вы двое умолкните, - третий голос тотчас же заставил притихнуть обоих, когда на ветви рядом с Саем появилась еще одна фигура. Фигура, сияющая расплавленным золотом - Зоар, Слепой Бог Правосудия. Все же он тоже был здесь. Как и ожидалось, они все были здесь. Больше это место никогда не будет тихим.

   Обратившись к Саю, Зоар произнес:

  - Ты пришел за советом? Я ожидал тебя.

  - Я запутался, - наконец признался Сай. - Действительно запутался.

  - Ты должен лучше следить за своим здоровьем. Наше присутствие убивает твое тело, оно слишком слабо, - снова заметил Лавкрит, уставившись на Сая своим немигающим взглядом, полным предвкушения.

  - В чем ты запутался? - уточнил Зоар. Положив ладонь на плечо Сая, он присел рядом, полностью игнорируя Лавкрита.

  - Я потерялся в собственной памяти.

  - Это нормально, для тебя это нормально, - кивнул Зоар. - Но мы не может выбирать за тебя верный путь. Теперь мы только поддерживающая для тебя сила. Сила твоей движущей энергии, Бифуркатор.

  - Я не Бифуркатор, прекрати назвать меня этим именем, - Сай скривился, ощутив во рту горький привкус.

  - Но ты ведь уже решил, что станешь им? Какая разница, раньше или позднее. Что за глупые сомнения! - Даркнуар резко взмахнул рукой. Повинуясь его жесту, одна из ветвей разлетелась в щепки. Сай сжал левое запястье, ощутив резкую боль.

  - Держи себя в руках, - Зоар лишь слегка повернул голову в сторону брата. Тот вскинул подбородок с надменным выражением на лице.

  - Кальвин, Кальвин Рейвен, - наконец Сай нашел в себе силы дать ответ на первоначальный вопрос Зоара.

  - Снова этот мальчишка... почему ты все время думаешь только о нем!? - взвился Лавкрит. - Ты должен заботиться о себе. Твое тело...

  Больше не повторяясь, Зоар взмахнул рукой, и Лавкрит свалился с ветви.

  - Нечестно!! - заорал он, из последних сил цепляясь за тонкую ветвь, двумя ярусами ниже. - Почему только я не могу использовать свою силу?! По какому праву мое тело разделили на две части? Почему мою силу оставили той девчонке, я хочу принадлежать только ему! - палец Лавкрита нацелился на Сая, но тот отвернулся.

  - Я могу лишь - мы можем лишь помогать тебе своей энергией. Но решать ты будешь сам. Это невозможно высказать словами, сила Бифуркатора связана с твоей душой. Кальвин Рейвен... ты все еще называешь его так, но его имя - Микалика, Демон Цветов. Все твои проблемы из-за этого противоречия. Ты боишься того, что твой друг повторит судьбу Микалики? Что ты будешь стоять над мертвыми телами своего друга и брата? Опасаешься, что из-за твоих действий все может стать лишь хуже, боишься ошибиться. Но это невозможно, как говорил тебе тот из нас, кто связан с Соном.

  - Возможно, ты прав. Должно быть, ты прав, - Сай опустил голову, вдохнув и выдохнув странный, вязкий воздух, окутывающий это место.

  - И что с того, что я прав? Ты должен двигаться вперед. Точка бифуркации не может вечно оставаться недвижимой. Это способно разрушить все Древо.

  - Я знаю. Я знаю, но не могу, - Сай вскинул голову. - Но я не могу убить Кальвина, не могу и извлечь из него Сердце Хаоса.

  - Ты не способен. Это верно. Но, - ладони Зоара развернули лицо Сая к себе, заставив их взгляды встретиться, - думаешь, Фракталу ведомы твои сомнения? Он уже решил, что заберет себе Сердце Хаоса, едва он проснется. Для этого ему даже не обязательно держать твоего друга в плену. Дождется нужного момента, а до этого осталось недолго, а потом использует это оружие как пожелает. И не обязательно, что эта сила будет направлена против Хаоса или даже тебя.

  - Что ты... имеешь в виду? - сбивчиво спросил Сай.

  - Время, проведенное в срединной части Древа, то есть в мире людей, изменило даже Фрактала, и теперь у него появилась собственная воля. Его обещание, что он поставит тебя на колени перед Аттрактором и доставит ему Сердце Хаоса, может оказаться или не оказаться такой же ложью, как и его нынешний облик. Видишь, в отличие от тебя, ему не нужно выбирать, он лишь пользуется тем выбором, что уже был сделан. Бифуркатор должен следовать одновременно с Фракталом. Тот, кто создает выбор и тот, кто формирует конечную структуру. Если один из вас остановится, это разрушит весь порядок.

  - Но что мне делать? Что я могу?

  - Сделай уже первый шаг! Это же естественно, - произнес Даркнуар. Его серебристые глаза были похожи на бездонные колодцы. - Ты должен предупредить действия Фрактала. Быть на шаг впереди него - вот суть стратегии, - Даркнуар сжал пальцы в кулак. - Если хочешь спасти этого слабака, Микалику. Мое мнение - Фрактала нужно было убить сразу, еще тогда. Для чего Бифуркатор сохранил его душу?

  - Замолчи.

  - Я не стану молчать. Ведь я прав? Зоар, ты согласен со мной? - с Даркнуар с вызовом посмотрел на своего брата.

  - Зоар, - начал, было Сай.

  - На этот раз я склонен согласиться с Даркнуаром, - нехотя кивнул Слепой Бог Правосудия. - Даже если бы ценой стало то, что мир людей не стал таким, какой он есть. Но Аттрактор тут же создал бы альтернативу Фракталу. Однако это имело бы смысл, до того, как узы дружбы связали Бифуркатора и Демона Цветов. После этого свобода выбора Бифуркатором была утеряна, и он не мог действовать, оперируя всеми переменными. Некоторые разветвления после этого стали недоступными ему, - Зоар поднял руку, указывая на одну из ветвей над своей головой. На глазах Сая, часть ее тут же засохла и рассыпалась в пыль. Он пояснил: - Она существовала еще миг назад, а теперь ее больше нет. И необязательно, что она являлась неверной. Дружба с Демоном Цветов... Сай, знал ли ты, что ее не было в планах Древа?

  - ЧТО?! - глаза короля распахнулись. Он не мог поверить в то, что услышал. - Как это возможно?

  - Все точки бифуркации и все дальнейшее развитие Древа исходило из одного простого факта, что Бифуркатор последует приказу Аттрактора и уничтожит то единственное оружие, что могло повредить самому Древу. Сердце Хаоса было создано демонами в своей ревности и желании доказать свою силу Аттрактору. Но эта встреча с Демоном Цветов стала неучтенным фактом, который заставил измениться весь ход роста и развития Древа.

  - Я не понимаю всех этих терминов, - уклончиво ответил Сай. - Что это значит? - Сай ощутил холод, разливающийся в груди от этих слов Зоара.

  - Если ты продолжишь делать неверный выбор, Древо попросту погибнет. Ты не можешь ни предать Микалику, ни убить его, ни тешить себя наивной дружбой, ни убить Фрактала. Не один из этих вариантов ты уже не можешь осуществить. Есть другой.

  - Другой? Что ты имеешь в виду?

  - Единственно подлинный вариант среди множества копий.



  - Копии? - Сай нахмурился, потерпев голову. - Значит все мои сомнения тоже копии? Хахахаха! - Сай внезапно рассмеялся, поняв, каким дураком он был.

  - Тебе уже настолько плохо? Дай мне осмотреть тебя, - Лавкрит, уже взобравшийся на ветвь, подошел к Саю и положил свою ладонь ему на сердце. Он не сопротивлялся, позволив Слепому Богу Науки делать все, что тот пожелает, ощущая, как сущность Лавкрита проникает в его тело и душу. Неприятно, но он не счел нужным сопротивляться.

  -Что смешного я сказал? - пока это продолжалось, поинтересовался Зоар.

  - Нет, просто я понял, где ошибся. Спасибо, Зоар.

  - О, ты наконец решился на что-то? - поинтересовался Слепой Безумный Бог.

  - Пока нет. Пока нет, - повторил Сай. Смех замер на его губах.

  Лавкрит отстранился от него, что-то бормоча себе под нос. Казалось, он целиком погрузился в свои расчеты.

  - Ваше величество, позволь дать тебе совет, - оттолкнувшись от своей ветви, Даркнуар так же легко приземлился перед Саем на одно колено. - Ты слишком мягок. Ты слишком много задумываешься над тем, как посмотрят на твои поступки другие, слишком много сомневаешься, боишься, испачкать свои руки. Мне противно это слышать! - а дальше все произошло в один момент. Ни Зоар, ни Лавкрит, ни сам Сай не успели среагировать. А черная секира в руке Даркнуара была приставлена в груди Сая. - Начни действовать первым, наконец. Собираешься спасти своего друга? Тогда используй любые средства для этого. Не останавливайся ни перед чем. Смети все преграды, но найди путь. Ведь ты ненавидишь Приору, верно? Ненавидишь Фрактала? Ну так смети их со своего пути. У тебя есть эта сила и право.

  - Предлагаешь мне начать войну? - понял Сай.

  - Именно, и что с того? Уничтожишь то, что мешает тебе.

  - Даркнуар, ты переходишь границы, - Зоар положил ладонь на секиру брата, и та стекла на ветки Древа оплавленным золотом. Глаза Даркнуара зло блеснули.

  - И все же, ты послушаешь меня, когда поймешь, что это единственный выбор. Ты ведь уже думал об этом? Мне известно это. В тайне от всех ты отправил того человека, Рэя Нордиса, кажется, в Риокию. Ты думал об этом! - с этими словами Даркнуар рассмеялся. Взмахнув рукой на прощание, он растаял, растворившись в золотом тумане.

   - Я сделал, что мог. Но ты должен больше беречь себя, - сказал Лавкрит и последовал вслед за Даркнуаром.

  - Мне больше нечего сказать. Закон не противоречит ни одному из своих путей. Единственное, от чего я хочу предостеречь тебя, - произнес Зоар, когда они остались одни, - помни о том, что под корнями Древа есть третья сила, которой небезразлично, какой путь ты выберешь. И они тоже заинтересованы в Сердце Хаоса. - С этими словами и Зоар исчез.

  Откинув голову, Сай ощущал, как по стволу Древа течет сок. Разглядвая переплетение ветвей над собой, он размышлял: где-то среди них должен быть ответ, который он искал. Обязан быть. Иначе невозможно. Глаза Сая закрылись. Хотя это тяжело... как же тяжело. Но все же, я буду жить и двигаться вперед ради будущего для тебя, Кальвин.


  Часть 5.

  - Чудно, твои волосы, Кальвин... Эй подожди, что ты делаешь? А ну отдай это мне!

  Отвернувшись от окна, Гвен застала Кальвина стоящим перед зеркалом с ножницами в руках. Он уже занес их, чтобы срезать первую прядь.

  - Хочу избавиться от этих волос. Они только мешают мне, я чуть не помер, пока мы бежали почти всю дорогу до Калафины.

  - Не позволю! - Гвен решительно выхватила ножницы из пальцев Кальвина. - Это отличная маскировка для тебя. И я не допущу, чтобы ты разрушил все мои планы. Да... и я не вижу твоей одежды, - глаза девушки потемнели. Она принялась прыгать по комнате, заглядывая в каждый угол. И даже под кровать. - Где она? Признавайся! Ты ведь не выкинул ту чудесную шаль, что была на тебе? - с этими словами Гвен наставила палец в грудь Кальвина.

  - Слушай, я ни за что не надену эту одежду. В ней страшно жарко, и к тому же она постоянно душит меня! А от одного воспоминания о том, как она мне досталась, мне становится нехорошо,- Кальвин обхватил себя руками. Сейчас на нем были простые куртка и брюки, которые он позаимствовал у хозяина гостиницы - одной из самых дешевых в Калафине. Час назад они с Гвен таки добрались до этой деревушки, претендующей на гордое звание городка. Улицы в этот вечерний час уже были безлюдны. В отличие от столицы, жители здесь предпочитали ложиться с закатом. Несмотря на их осторожность, парочка, появившаяся в скромной гостинице на окраине городка, вызвала некоторый интерес у ее постояльцев и хозяина. Но монеты, брошенные Гвен на стойку перед владельцем, тотчас же погасили большую его часть. Это явно были не те скромные деньги, которые она украла в библиотеке. Оказалось, Гвен успела скопить кое-что за время их странствий. Эти самые сбережения, в количестве двухсот монет, девушка бережно хранила под кроватью в библиотеке. Ну кто бы мог подумать, все это время Кальвин спал на золоте.

  - Говори, куда ты спрятал ее? - наконец, признав поражение, Гвен уперла руки в бока. - Надеюсь, ты оказался не настолько глуп, чтобы выменять ту чудную одежду на эти обноски, что сейчас на тебе? Да в них ты похож на беглого преступника еще больше. Хочешь и меня утянуть за собой?!

  - Не... Нет, Гвен. Я вовсе не хотел ничего такого, ну если ты настаиваешь, я покажу ее тебе, - со вздохом мученика Кальвин побрел к окну и, отворив его, протянул руку, чтобы достать небольшой мешочек, в котором висели на улице его старые одежды. Синяя шаль и неопределенного переливчатого цвета балахон. А также сандалии. - Ну кто в здравом уме наденет такое на себя и отправится странствовать по свету?!

  - Сейчас раздевайся, - скомандовала его неумолимая напарница.

  - ЧТО? Эй, эй погоди ка, ну... ты хотя бы... можешь хотя бы отвернуться?

  - Я сказала, раздевайся. И не думай, что я выйду из комнаты, чтобы ты попросту сжег ее. Пока ты не наденешь на себя хотя бы шаль, я не выпущу тебя из комнаты.

  Это был ультиматум.

  - Гвен! - взмолился Кальвин совсем в отчаянии, - но так я буду похож на девушку!

  - Ничего. С твоими волосами ты и так на нее похож. Но, как я сказала, так даже лучше. Те, кто ищет нас, все эти ищейки, посланные дворцом - им будет труднее узнать тебя.

  - А ты сама? - Кальвин решил выдать свой самый весомый аргумент. - Ты-то и не думаешь переодеваться! Почему ты думаешь, что им не известно, как ты выглядишь?

  - Хм. Об этом я уже позаботилась,-- девушка заговорщически улыбнулась и, выглянув в коридор, затащила внутрь мешок, То, что она вынула из него, настолько потрясло Кальвина, что он временно лишился дара речи.

  - Это... но это же платье, Гвен. Уффф, - на лице Кальвина появилась широкая улыбка, когда это самое платье было со злость брошено ему в лицо.

  - Платье? И что с того? Хочешь сказать, что я не умею носить платья? Разве оно так плохо? Скажешь хоть слово, и я заставлю тебя съесть собственные волосы! - гнев девушки был неподдельным. Поэтому Кальвин поспешил сгладить ситуацию.

  - Просто раньше я никогда не видел тебя, носящей платье. О, кстати, оно совсем не похоже на те платья, что носит Велька.

  - Это платье с моей родины, Сон. И оно намного удобнее тех, какие любят на Юге.

  Действительно, на самом деле, если посмотреть со стороны, это платье и в самом деле должно было вполне подойти девушке. Выполненное из плотного желтого шелка, расшитое синими птичками и побегами вьющихся растений, с высоким воротником под горло и рядом жемчужных пуговиц, спускающихся до самого подола. Платье было узким и обтягивающим, обрисовывающим все изгибы фигуры. Длиной чуть ниже колена, с рукавами, заканчивающимися широкими раструбами, скрывающими кисти рук. От пестроты этого наряда рябило в глазах. А вместе с синими сапожками с загнутыми кверху носами, девушка превратилась в некую экзотическую птицу.

  - Потрясающе, оно очень пойдет тебе, - Кальвин аккуратно передал наряд все еще взъерошенной девушке. - Да, - вдруг вспомнил он, - ты упомянула Сон. Хочешь навестить свою родину?

  - Родину? С чего ты взял?

  - Ну ты же сказала, что такие носят...

  - Только если у тебя были такие планы. Кстати, так какие у тебя планы?

  - Планы? - этот вопрос, так долго откладываемый ими, все же поставил Кальвина в тупик. Планы... планы... сейчас, когда было произнесено это слово, Кальвин впервые осознал всю сложность их положения.

  - Кто знает? - протянул он, вновь с тоской связывая свои волосы в хвост. Кальвин уставился в стену, слушая, как за его спиной девушка начала переодеваться. - Полагаю, мы не можем вернуться назад.

  - Угу, - донесся приглушенный ответ.

  - И, думаю, не имеет смысла пытаться что-то объяснить всем тем отрядам, что были посланы за нами.

  - Угу.

  - И еще мы не можем никого подвергать опасности, пытаясь связаться с Велькой или Тенио.

  - Ага...

  - Но вот что касается тебя... - Кальвин замялся.

  - ...?

  - Гвен, я тут подумал, что все это, ну я имею в виду все то, что произошло в Академии между мной и Саем, я ведь так и не рассказывал тебе, хотя ты и не спрашивала, - Кальвин перевел дух, закинув руки за голову, - ну все это ведь не касается тебя. Ты оказалась там именно потому, что находилась рядом со мной. Ты здесь не при чем, и теперь чем дольше ты остаешься со мной, тем больше проблем на себя навлечешь. Я вовсе не хочу... - шорох одежды за его спиной прекратился, и Кальвин гадал, что за этим последует, - мешать твоей жизни, ведь теперь я даже не знаю, куда отправиться. ... Черт, что я говорю! Да я и сам теперь ни в чем не уверен. Я ведь так тебе и не рассказал всего. Да и как такое расскажешь. Э... Гвен? - Кальвин обернулся к дверям, услышав, как за его спиной они резко хлопнули. Несколько секунд он чутко прислушивался, а затем... Дверь распахнули ногой, да с такой силой, что та грохнулась о косяк. С потолка посыпалась штукатурка, а дальше... в лицо Кальвина было выплеснуто целое ведро воды, ледяной, жутко холодной. Это действо сопровождалось криком: 'Ты идиоооот!' И следом полетело и само ведро, попавшее ему по голове. Наверняка после этого останется здоровенная шишка. Не дав ему передышки: 'Себялюбивый дурак, неблагодарная свинья...'

  - Эй, что ты... что ты... прекрати... - каждым своим криком девушка, ставшая похожей на разъяренную тигрицу, крайне расстроенную к тому же, сопровождала удары кулачками, куда только могла дотянуться. Однако на сей раз она не воспользовалась своими веерами.

  - Неблагодарный, - наконец закончила она, тяжело дыша. И с чувством выполненного долга отбросила ведро. - Ну вот, теперь мне полегчало, - девушка улыбнулась, пригладив прическу, и села, сложив руки на коленях напротив Кальвина. - Если мы закончили с глупостями, почему бы тебе не поведать обо всем по порядку? Я думала, что раз мы столько времени вместе, то я заслужила право попытаться хотя бы понять, что за проблемы у тебя, моего слуги. Но мы прошли уже полстраны. Я терпеливо ждала, пока ты, наконец, откроешь рот. Но оказывается, ты уже все решил. Не так ли? Отправить меня домой, с гордым видом заявив, что 'это не твои проблемы'. Не этого я ждала. Хотя нет, почему то именно от тебя я такого и ожидала. Чего-то в этом роде. В этом вы с Саем так похожи.

  - Неправда!

  - А, так, наконец, ты все же решился. Ну что ж, я внимательно слушаю, - с ангельской улыбкой, поставив ножку на перевернутое ведро, Гвен удобно устроилась на жестком стуле и приготовилась слушать.

  - Гвен, знаешь, наверное, я должен быть благодарен тебе.

   Ножка Гвен вдавила дно ведра так, что-то прогнулось. Но выражение ее лица не изменилось. Кальвин сглотнул.

  - Ты не спрашивала меня ни о чем после того, что случилось в Приоре, и потом тоже, после того, как мы проснулись в библиотеке. По правде сказать, я и сам понятия не имею, что произошло.

  - Хорошо, неплохое начало, - похвалила Гвен. 'Явно издевается', - подумал Кальвин.

  - Все началось... Как же это началось? Ладно, начнем с того времени, когда я оказался в Приоре. Тот странный человек, которого ты тоже встретила, Люсьен, освободил меня от тех цепей. Еще я видел Криса... да, наверное, он не был одним из моих видений. Должно быть, у него были свои причины так поступить со мной. Но я сам виноват, - Кальвин рассмеялся. - Все же я сам вызвался отправиться на Север. Я только думал, что этим помогу Саю, этому глупцу. Как ты и сказала, он все взваливает на себя. Тогда я был уверен, что поступил правильно. Но все, что произошло на Севере, было весьма странным. Те видения - были ли они действительно реальными? - Кальвин приложил палец к губам, наморщив лоб. - Даа, - протянул он, - похож,е я даже не могу залатать прорехи в собственной памяти. - Кальвин словно загипнотизированный смотрел на то, как нога Гвен постукивает по вмятому днищу ведерка. - А потом ты нашла меня, и на мне была эта необычная шаль. Похоже, эта одежда и мои волосы как-то связаны с теми видениями. Но я понятия не имею как, да и не хочу в этом разбираться... - Ножка девушки начала стучать сильнее. Кальвин решил поторопиться.- А потом мы вернулись в Астал, и все было просто здорово. Тот День Рождения. Проклятие, может я наговорил Саю чего-то лишнего? А после Велька прибежала в библиотеку с раненым Тенио, и я узнал, что в Академии держат Детей Хаоса. Нам нужна была твоя помощь, но ты как обычно пропала. Потом мне пришлось бежать за тобой через полгорода. Не знал, что ты умеешь так быстро бегать.

   Ножка Гвен начала выбивать дробь.

  - Я не стану говорить, что это мое дело. Думаю, у тебя есть право на свои тайны. И та другая 'ты'... как бы это сказать, - Кальвин замялся, - нет я не имею в виду ничего такого, но если ты когда-то захочешь мне обо всем рассказать, думаю, я буду не против, пока это... эта шутка не причиняет тебе вреда.

  Что-то щелкнуло. Пальцы Гвен, до того вертевшие гребень, сломали один из зубцов. Он поспешно отвел взгляд.

  - Так о чем это я? Ах да, да, а потом все пошло как-то спутанно. Этот Мизар Фон Грассе, не хочется верить в это, но, похоже, он работает на Сая. Он довольно серьезный противник и обладает силой, чем-то похожей на силу Детей Хаоса. А потом я оказался в камере, и все бы ничего, я вовсе не против, ведь я на самом деле лентяй. Все, о чем я мечтаю - прочесть как можно больше книг. А потом Сай занес надо мной меч, нет, глупости, ну не мог он в самом деле меня...

  Кальвин вздрогнул, вскочив на ноги, когда ведро опрокинулось на бок, выбитое ногой Гвен.

  - Дальше мне не интересно, итак все ясно, - изрекла она.

  - Но я еще не сказал тебе самого главного.

  - Уверена, все остальное полная чушь, как и все, что ты говорил до этого.

  - Но Сай, он же...

  - Не желаю ничего слышать. Из того, что я хотела бы знать, ты не произнес ни слова. Первое: куда ты направляешься? Второе: что ты собираешься делать дальше? И третье: когда мы отправляемся? Это все.

  - Гвен, - умоляющим жестом Кальвин протянул к ней руку.

  - Это все, - Гвен топнула ножкой, все так же улыбаясь. И от этой улыбки Кальвину стало нехорошо. - Ты ничего не поняла, - расстроено произнес он.

  - Я знаю все, что мне нужно. Мелочи оставим на потом.

  Мелочи? И это мелочи? Да как объяснить этой глупой девчонке, что у него в голове странный парень, похожий на него как две капли воды, хочет от него чего-то вроде разрушения мира? Или что этот Фон Грассе пытался извлечь и него это 'что-то'? А может, как Сай, окруженный золотой аурой, направил на него золотой меч и пытался его убить, а потом едва не расплакался и просил у него прощения? Как это все объяснить Гвен, когда она не желала его слушать? Более того, сама она отказывалась говорить о своих тайнах. Помнила ли она все то, что произошло в подземельях Академии Наук? Кальвин искренне надеялся, что нет. И теперь, когда он был поставлен в положение беглого преступника, эта дурочка хочет следовать за ним, не задумываясь о последствиях. Но как ей сказать об этом? Когда она не желала даже слушать. Стоит ему лишь заикнуться об этом, и она просто набросится на него с кулаками и изобьет до полусмерти, но все равно пойдет за ним.

  - Хорошо, - Гвен улыбнулась своей ангельской улыбкой и, подойдя к дверям, сказала:

  - Ну все, с меня хватит, крыс я не терплю, - с этими словами рука ее с силой распахнула дверь. Выбросив руку в коридор, она что-то схватила. Это что-то издало сдавленный звук, будто едва не было задушено. И следом это 'что-то', вернее, 'кого-то', она затащила в комнату, толкнув перед ошеломленным Кальвином. Этим кем-то оказался...

  - Ты... ты? - глядя на щуплого человечка перед собой, Кальвин силился вспомнить, где он уже видел его?

  - Неважно, от всех этих встрясок у меня разыгрался аппетит, - Гвен зевнула, при этом веер ее был направлен на желтолицего человека. И странно, но его одежда была чем-то похожа на ту, какую присмотрела себе сама Гвен. - Я чувствую запах Ким си, - заявила девушка, бросив взгляд на лямки мешка, который висел за плечами мужчины. - Слушай, - она обратилась к нервно дернувшемуся мужчине, - сейчас без глупостей спускаемся вниз, и содержимое твоего мешка я конфискую в качестве компенсации. А пока я ем, у тебя будет время объяснить, что ты здесь делаешь и зачем следил за нами.

  На глазах ошеломленного Кальвина Гвен вытолкнула мужчину в коридор, напомнив.

  - И веди себя тихо, иначе, - веер был проворно убран за спину девушки, она улыбнулась, как будто ничего и не было.

  - Да, - покорно вздохнул мужчина, с уважением покосившись на веера.

  Спустившись вниз, Кальвин обнаружил, что народу в зале порядком прибавилось. Хотя большая часть из них явно не была постояльцами гостиницы. Похоже, они предпочитали использовать главную залу гостиницы в качестве места встреч или таверны. Найдя свободный столик, Гвен уселась за него, предварительно убедившись, что ее пленник сидит так, чтобы исключить любую возможность сбежать.

  - Ты? Но ты же... - в это время Кальвин усиленно думал, как же зовут этого человека.

  - Лиисан, - казалось, мужчина обиделся, когда Кальвин забыл его имя.

  - Ах да, та несъедобная еда! - мигом вспомнил он. При одном воспоминании о том, что он съел тогда, в Виере, на лотке странного торговца, Кальвина передернуло. - Но что ты тут делаешь?

  - Да, в твоих интересах отвечать поскорее. Мне тоже очень интересно, - вставила девушка. - Ты следовал за нами с самого въезда в эту деревню, - торговец вздрогнул, скосив взгляд на то, как веер Гвен был приставлен к его спине. При этом глаза Кальвина округлились. Одновременно девушка спокойно поедала конфискованные из мешка торговца странные шарики коричневого цвета, от которых распространялся сильный пряный запах и хотелось чихать.

  - Но вы были моими первыми клиентами, и я подумал, что могу оказать вам ответную услугу.

  - Неубедительно, - веер сильнее врезался в спину торговца.

  - Гвен, подожди, не пугай людей, - Кальвин примирительно поднял руки и обратился к мужчине. - Ну, Гвен крайне нетерпелива, так, что лучше бы тебе придумать что-то поскорее, прежде чем она доест все твои запасы.

  - Ахх, - торговец подавил тяжелый вздох, - я скажу, но прежде не мог бы ты сказать своей подруге убрать от меня эту шутку? - лицо мужчины было покрыто мелкими капельками пота.

  - Хмм - у тебя есть пять минут, - разрешила Гвен. Видимо, именно этого времени ей хватит, чтобы доесть до конца все съестное.

  - Уфф, - избавившись от угрозы со спины, торговец вздохнул с немалым облегчением. - Ну, - заговорщическим жестом он призвал их к вниманию и, оглянувшись на остальных посетителей в зале таверны, сказал: - Как вы знаете, я очень благодарен вам за то, что вы первыми оценили мою еду. В последние дни дела в столице шли неважно, но дело не в этом. Но мы вовсе не хотели торговать в Виере и отнимать рабочие места у ваших жителей. Это все начала Приора. И когда мы вынуждены были бежать в Вальц, поначалу мы были очень благодарны Асталу за то, что он сумел защитить нас. Думаю, многие поддержат меня и разделяют мою точку зрения, что Астал видит в нас такой же источник прибытка, как и Приора прежде. Еще несколько десятилетий назад мы, Срединные страны, были сами по себе. Тогда не было ни Конфедерации, ни нарастающей мощи Астала, и нас все устраивало. Я представляю здесь наше объединение.

  - Э... что-то я не совсем понимаю, о чем ты говоришь, - Кальвин действительно ничего не понимал, глядя, как Гвен уписывает явно несъедобные на вид лакомства.

  - Наше объединение представляет собой все Срединные страны, всех тех, кому не нужно, чтобы нами управлял кто-то извне. 'Союз за независимость срединных государств' - так звучит наше название. Аш, Таара, Картикея и другие - все Срединные страны, оказавшиеся между жерновами двух великих держав, хотят одного - чтобы нам дали жить спокойно, чтобы мы никому ничего не были должны. Сначала Приора пришла к нам и объявила нас частью Конфедерации. И все было ничего, пока они не начали топтать наши земли и убивать наших людей. А теперь... как я уже сказал, я ничего имею против короля Астала, но разве он не собирается сделать то же самое - включить нас в состав государства и сделать нас протекторатом, вроде Вальца? Да, это дает нам защиту и спокойствие, но как страны мы просто исчезнем.

  - Да, нелегко же вам... - рассеяно протянул Кальвин.

  - Ты вообще не слушал, что я говорил?! - казалось, Лисан разозлился, хотя такое было трудно себе представить, глядя на это добродушное с хитринкой лицо.

  - Да нет, я слушал, просто, ты же видишь, мы пытаемся всеми силами избежать внимания со стороны власти. Все, что нам нужно - ах черт, как же все надоело,- Кальвин хлопнул себя по лбу, - нам нужно убраться из страны, только и всего.

  - Просто избежать неприятностей? Но вы не сможете прятаться вечно, - Лиисан развел руками. - Риокия, Ксанада или Вальц - куда бы вы ни пошли, вам не спрятаться.

  - Слушай, - Кальвин присвистнул, - и откуда ты все это знаешь?

  - Пока это тайна, но мне сказали помочь вам двоим, - Лиисан понизил голос. - Если хотите спрятаться, вам нужно бежать не в Риокию или южные страны, вам нужно пробираться на Север.

  - Ну я вообще не понимаю, почему мы должны куда-то бежать... - слова Кальвина оборвались, когда один из вееров Гвен заткнул ему рот.

  - Продолжай, - кивнула девушка, принимаясь за очередную порцию конфискованной еды.

  - Но так просто вам не покинуть пределы Астала. Я видел отряды, что были посланы за вами. Они настроены весьма решительно. Я как-то поинтересовался, и мне ответили, что дело государственных преступников по имени Гвен Кларио и Кальвин Рейвен является главным приоритетом всех мобильных сил охраны порядка в Астале. Не знаю, что вы натворили, да это и не мое дело, но у вас двоих большие проблемы, - торговец закивал с важным видом.

  - Так я и знал, все это дело слишком утомительно, - простонал Кальвин. - Может, нам лучше спрятаться в библиотеке? Я бы мог работать ночью, помогая старому...

  Второй удар веера заставил Кальвина рухнуть лицом на стол.

  - Вот что помешает говорить глупости. Все в порядке, это частное дело, - последние слова Гвен были адресованы хозяину гостиницы, который начал проявлять к их столику повышенный интерес. - Говоришь, у нас большие проблемы? Что ты имел в виду? Ведь не только то, что нам будет нелегко покинуть пределы Астала?

  - Вы наверно ничего не знаете, - кивнул Лиисан, - но день назад король Валентайн объявил набор в интернациональную армию Астала. Он предложил всем, кто прибыл из других стран, и даже простым гражданам вашей страны вступить в новую армию. И такие же указания были отданы командующему всей армией генералу Кольбейну. И еще, похоже, что-то готовится в отношении Риокии и Ксанады. Точнее мне не известно. Ведь я всего лишь мелкая сошка, и у меня нет таких конфиденциальных сведений. Как бы не получилось, что, покинув пределы Астала, вы попадете в новую ловушку. Вот почему я настоятельно советую вам обоим поторопиться и направиться прямиком в Срединные страны.

  - Интересно, каким образом, если большую часть времени нам придется прятаться по кустам, пропуская очередные отряды, посланные за нами...- пробормотал Кальвин, но Гвен продолжила:

  - Интересные сведения, они могут быть нам полезны. Спасибо.

  'Спасибо?' Кальвин, должно быть, ослышался, но Гвен и правда произнесла это слово. Значит ли это, что она принимает ситуацию настолько серьезно? Отчего-то в этот момент, даже услышав такую ужасную новость, сам Кальвин ощущал легкую сонливость и равнодушие. Как будто он предполагал нечто подобное. Или нет, словно он знал, что это точно произойдет. Нечто настолько ужасное, настолько жестокое и пугающее, как то, что его лучший друг, его друг с ранимой и теплой душой, который ненавидел причинять боль другим, решит объявить всеобщую мобилизацию.

   Война? Разве он не дал клятву, что, пока он на троне, никаких войн больше не будет? Отчего-то именно этот факт пугал больше всего. Что заставило этого мягкосердечного, чрезвычайно доверчивого и слишком доброго короля, в чем-то наивного и по-детски непосредственного, отдать такой ужасный приказ? Казалось, что все, что он услышал, было каким-то странным, исковерканным сном, в который не хотелось верить, зная, что по пробуждению он все равно останется сном. Но слова Лиисана не были сном. И если они оказались правдой или даже частью правды, хотя бы сотой долей правды, Кальвин действительно растерялся, по-настоящему растерялся. Он не знал, что сказать, оказавшись перед лицом этого факта, этого простого факта.

  Война? Но с кем? Против кого? Сай, глупый, ну зачем тебе это? Разве не достаточно было просто жить в этой прекрасной стране, что ты создал? Ты, кто приютил у себя всех этих несчастных, бежавших от тех же ужасов войны, ты, кто приказал открыть Академию Наук, ты возродивший страну из руин после последней войны с Риокией, ты, который не спал ночами и падал без сознания от усталости... Неужели все это ты решил перечеркнуть одним росчерком пера, для чего? Для чего ты делаешь все это, Сай?! - вот, что хотелось крикнуть Кальвину в этот миг в лицо друга. Но его лучший друг теперь оказался в десятках милях к югу, недосягаемый и неприступный. И отчего-то Кальвин осознавал всю важность одного неоспоримого и ужасающего факта - вернуться, даже если он захочет, прямо сейчас, он не сможет.

  Он не сможет даже приблизиться к королю Астала. Их разделяли всего лишь несколько десятков километров и городские стены. Но сейчас это расстояние выглядело непреодолимым. Почему, ну почему в тот раз, в тот последний раз, когда они говорили в подземелье, он не задал один-единственный вопрос? 'Что случилось, Сай?' Или: 'Могу я помочь тебе?' А может: 'Что за проблемы у тебя?' Хотя бы задать эти простые вопросы. И быть может, тогда все изменилось. 'Да нет, кого я обманываю?' - думал Кальвин. В тот миг он разговаривал не с Саем. И хотя тот некто выглядел как его лучший друг, он им не являлся. У его друга не было светящихся золотом глаз, он бы никогда не направил меч в его грудь. Хотя... 'Сай, кого я обманываю? Все это время, пока мы с Гвен странствовали по твоему приказу в поисках Предметов залога и заклинаний, ты жил собственной жизнью и ты делал собственный выбор ежедневно. Я даже представить не могу, кому или чему тебе приходилось противостоять. Какое у меня право судить тебя? Но знаешь, Сай... если ты столкнулся с чем-то, что оказалось сильнее тебя и теперь попал в неприятности, думаю, как твой друг, я все еще обязан помочь тебе. Хотя пока и не знаю как. Пусть сейчас я не могу вернуться и попросить рассказать обо всем, что тревожит тебя, но обещаю, что больше не стану убегать. Даже если сейчас я отступлю, обещаю, что вернусь, как только смогу. Но, Сай... есть одна вещь, которую я не могу сделать для тебя - позволить, чтобы ты убил меня, прежде, чем я смогу помочь тебе'.

  - Не спать! - крик Гвен вывел Кальвина из раздумий. Лиисан заморгал, глядя на него. Кажется, для него их отношения все еще оставались загадкой. - Решено, мы отправляемся немедленно.

  - Что? Это еще почему? Но я думал, что мы хотя бы в эту ночь сможем поспать спокойно, как люди... - Кальвин попытался протестовать.

  - Я ослышалась, и слуга отказывается повиноваться мне? Помни, я уже трижды спасала твою жизнь, и теперь твой долг вырос до трех жизней.

  - Три жизни?! - глаза Кальвин округлились. - Да кто же проживет так долго?

  Челюсть Лиисана отвисла.

  - Я сыта и теперь могу пройти полночи, до тех пор, пока не найду подходящий привал. Твое дело, раз не ел - значит, не голоден, - девушка поднялась из-за стола.

  - Эй! Да ты сама все съела, к тому же, ты одна можешь есть эту несъедобную пищу. Прости, Лиисан, но это правда, - смутился Кальвин.

  - Ничего-ничего,- замахал руками торговец. - Действительно, лишь жители Срединных стран могут по достоинству оценить эту кухню. Итак, раз вы все решили, я дам вам пропуск и пароль, а также карту - все, чтобы вы смогли как можно безопаснее и быстрее достигнуть нашего штаба.

  - Да, забыл спросить, - Кальвин понял, что сопротивление бесполезно. - Как зовут вашего командира? Ну, должен же кто-то быть у вас лидером.

  - Ах да, есть. Наш командир - он великолепен. Хотя он и не происходит из Срединных стран, но мы доверили ему наши жизни и честь наших стран. Его зовут Ренальдо. Хотя он еще не прибыл в наш штаб, но он согласился принять этот пост, - Лиисан выглядел чрезвычайно гордым этим. Но, увидев одинаковое выражение на обескураженных лицах Кальвина и Гвен, осекся. - Что такое?

  - Э... мы не ослышались, Ренальдо, ты сказал?


  Глава 2. Реквием для сомневающихся.

  Часть 1.

  (Вальц. Ставка армии Астала)

  - Чертов Сай, чертов король, этот проклятый мальчишка! - Клайм Кольбейн со злостью отбросил в сторону свою папку, с которой он только что закончил обход лагеря. Наткнувшись взглядом на стул, генерал армии Астала с силой пнул и его, так, что тот, жалобно скрипнув, сложился пополам. - Что это? Как это понимать?! - Клайм потряс бумагой перед лицом Рэя Нордиса. Капитан только что вернулся из столицы и привез эти бумаги. Планы, схемы, указания, но главное - мобилизация.

  - Какая мобилизация?! - Клайм понимал, что уже просто орет, но ничего не мог поделать с собой. Однако на непроницаемом лице капитана не отражалось ничего. И это еще больше выводило из себя. Не найдя в обозримой близости ничего, что можно было пнуть или бросить, генерал, тяжело вздохнув, облокотился о стол и поднял взгляд на капитана. - Это ведь не шутка, а?

  - Никаких шуток, генерал. Раз ты успокоился, давай поговорим, - предложил Рэй Нордис. - Мне нужен отряд в количестве не меньше двух тысяч, из них... - тут даже невозмутимый капитан замялся, - из них примерно пятая часть должна быть не из Астала.

  - Это не смешно, - мрачно улыбнулся Клайм.

  - Мне тоже, но таков приказ - Сай Валентайн намерен сформировать интернациональную армию, и в какой-то мере я с ним согласен. Скажи мне, как долго ты будешь удерживать здесь весь этот сброд? Гражданские и женщины уже прибыли в Астал, где им было предоставлено политическое убежище. Но сколько еще у тебя осталось? Три тысячи, пять или десять? Я видел лагерь. Он растянулся на много километров. Если не избавишься от части, они будут сдерживать тебя, когда потребуется мобильность.

  - Мобильность? Сай хочет начать войну? Но против кого, во имя Древа? Что с ним произошло?

  - Ты знаешь, приказы короля не обсуждаются.

  - Рэй, послушай, - Клайм сделал глубокий вздох, - мне это известно, но мне не нравится, что мы узнаем последними о таких важных решениях. Обыкновенно в таких случаях проводится чрезвычайное совещание или военный совет в расширенном составе.

  - И все же мы должны подчиниться. Я уверен, что Сай Валентайн обязательно объяснит свои приказы позднее. Я могу извинить его величество срочностью дела. Просто прими на веру, что ему известно то, что не знаешь ты. И пока он не говорит это тебе лишь потому, что не хочет, чтобы сведения просочились в ряды наших солдат. Наверняка, дело достаточно серьезное, настолько, что нам не нужна лишняя паника в той части нового ополчения, которую ты тренировал все это время.

  - Да какое там ополчение - все это просто сброд. Мне повезло, что я нашел хотя бы талантливых командиров. Иначе мне бы с ними не справиться. Ах да, верно... почему бы не задействовать их? - неожиданно вспомнил Клайм.

  - О ком ты говоришь?

  - Ты, верно, не присутствовал при нашей первой встрече с беженцами. Сейчас я познакомлю тебя с этой парой, они единственные, кто способен держать в руках весь этот разношерстный народ.

  Оставив капитана в легком недоумении, Клайм подошел к выходу из палатки. Выглянув из нее, он взглядом подозвал своего адъютанта. В этот момент он снова вспомнил недобрым словом Мизара Фон Грассе. Этот его починенный был адъютантом только на бумаге, постоянно пропадая в столице в качестве советника Сая. Ну конечно, эта должность была, видите ли, слишком низкой для 'его превосходительства'. Клайм скривился, но факт оставался фактом. Теперь, после того, как все прямые наследники перед этим человеком были убиты либо исчезли с горизонта, фактически он становился законным следующим главой Ксанады. Однако, похоже, это его не интересовало. В это время страна осталась на грани развала. Хотя какое дело было Клайму до Ксанады? Что действительно волновало его, так этот приказ Сая.

  - Пошлите за Оли Миа, я хочу поговорить с ним и... - Клайм подавил глубокий огорченный вздох, - и за его господином тоже пошлите. - 'Господином' был тот самый усатый черноволосый выскочка-дворянчик, которому Клайм преподал хороший урок при въезде в лагерь. Звали Сан Рэн. Однако, как выяснилось впоследствии, несмотря на свой склочный и высокомерный характер, он был превосходным руководителем.

  Несколько минут спустя двое появились на пороге. На первый взгляд было сложно найти двух столь непохожих друг на друга людей. Первого звали Оли Миа, в и прошлой жизни, еще до того, как Приора разорила его родную деревню в Аше, он был фермером. Коренастый, широкоплечий и смуглокожий, с волосами, завитыми мелкими кудряшками, что было характерно для многих в Срединных странах. Самым примечательным был его нос - крючковатый и с горбинкой. Он был выходцем из простого сословия, но Клайм сразу оценил его удивительные навыки собрать вокруг себя людей и заставить их делать то, что ему нужно. Одет он был в те же широкие, сужающиеся книзу черные шаровары и красную безрукавку. Но теперь на плечи была накинута рубашка, которую он носил на манер плаща.

  Второй мужчина вошел, подчеркнуто не глядя на Оли Миа, будто того и не существовало рядом. Смоляные завитые волосы, собранные в низкий хвост, спускались ниже плеч. Усы - предмет его особой гордости - торчали двумя стрелками вверх. Надменный подбородок и не менее надменный взгляд. Должно быть, он по-прежнему считал, что служит у Клайма лишь из одолжения. Одежда его, свободная, золотисто-желтого цвета, была перевязана широким черным кожаным поясом с затейливой оплеткой. На нем висел свитый кольцами хлыст, который тот не стеснялся пускать в ход при первой же возможности. Сай Рэн был родом из Таары, но по иронии судьбы в Аше он являлся наместником правителя и был господином деревни Оли Миа. Вот и сейчас он словно все еще не мог забыть и понять, что его деревни, ровно как и правителя, больше не существовало. Он продолжал держать себя как надменный юнец, иногда перегибая палку. Так что Клайму приходилось постоянно быть начеку, чтобы тот не выкинул какой-то фокус, настроив против себя его людей.

  Но у этих двоих было одно общее, что объединяло их. Как и Оли Миа, так и Сан Рэн - оба держали в железных рукавицах всех пришлых из Срединных стран. Оли Миа снизу. А Сан Рэн среди знати. Они очень помогали Клайму, хотя ему и не хотелось признавать, но они стали фактически незаменимыми.

  Поднеся надушенный платок к носу, словно в палатке плохо пахло, Сан Рэн спросил:

  - Зачем ты вызвал нас? У меня куча дел. Если хочешь, чтобы я держал в узде всю эту свору, у меня нет времени отвлекаться по первому твоему зову.

  - Молчи и слушай, - рявкнул Клайм, на всякий случай указав пальцем место рядом с собой. Иначе с этим человеком говорить было нельзя. - Оли, ты тоже. Я не вызвал бы вас просто так. Мне известно, какая ситуация в лагере, я и так наложил на вас множество обязанностей. Да тяжело, но вы же знаете, что иначе нельзя.

  - Что-то произошло, командир? - спросил Оли Миа.

  - Да, хмм, - Клайм неловко прочистил горло и подошел к походному шкафчику. Достав из него два бокала, он налил в них вина из стоящей тут же бутылки и протянул их обоим подчиненным. - Хотел спросить, нашли ли вы себе надежных помощников за это время? Лучше бы, чтобы у каждого из вас было хотя бы еще по двое доверенных людей.

  Краем глаза Клайм видел, как Рэй Нордис отошел в угол палатки и прислонился к стенке, опустив голову. Дело было деликатное, Клайм не мог отдавать приказы напрямую этим двоим. Ведь они не были подданными Астала, и его подчиненными фактически тоже. Ситуация была скользкая, а он никогда не был силен в дипломатии.

  - У меня есть пара толковых парней, я уже объяснил им что к чему, - ответил Оли Миа. Но его прервал Сан Рэн:

   -Я не собираюсь отдавать вам своих людей, если ты это имеешь в виду. Я не подданный Астала. И не давал присягу.

  - Знаю, знаю, - Клайм старался держать себя в руках, но это стоило огромных трудов. С этим человеком было трудно иметь дело. - Вы проделали хорошую работу. Вы оба, - подчеркнул Клайм. - И ты прав, Сан Рэн, я не имею права отдавать вам приказы, но я хотел бы сделать предложение.

  - Предложение? Командир, не темни, говори прямо. Я не привык к обинякам, - Оли Миа поставил едва ли наполовину выпитый бокал на стол, а Сан Рэн напротив залпом осушил свой.

  - Сегодня Рэй привез приказ о создании интернациональной армии. Полагаю, это может быть возможно лишь в одном единственном случае - добровольности. У вас больше не осталось родины, куда бы вы могли вернуться, также нет домов и земель. Все, что у вас есть - ваша гордость и память о ваших странах. 'Черт, Сай, у тебя бы получилось намного лучше. Я не мастер говорить', - про себя выругался Клайм.

  - И? - Сан Рэн вскинул подбородок.

  - Черт, почему я обязан объяснять все это?! - не выдержал Клайм. Схватив со стола приказ Сая, он ткнул его под нос Сан Рэна, так что тот отшатнулся. - Вы, черт возьми, находитесь на территории, подконтрольной Асталу, и, черт возьми, я не король, чтобы решить, я бы ни за что не пошел на такой шаг, но наш король решил все сам, и мне приходится лишь подчиняться! И я... - Клайм, зажмурившись, согнулся пополам, отвесив глубокий поклон, - я прошу вас выделить мне две тысячи человек и троих командиров, чтобы они могли завтра же отправиться с капитаном Нордисом в Риокию!

   Долгое молчание заставило Клайма выпрямиться и взглянуть, в чем дело. Он и сам не знал, какой реакции ожидал: криков, споров, чего угодно, но лишь не такой картины, что предстала его глазам.

   Рэй Нордис, качающий головой, о чем-то размышляющий Оли Миа и подкручивающий усы, недовольный Сан Рэн. Но последний молчал. Молчал!

  - Что скажете? - спросил, наконец, Клайм.

  - И что мы будем с этого иметь? - задал вопрос Сан Рэн, отчего-то предварительно переглянувшись, кто бы мог подумать, с Оли Миа, хотя до этого подчеркнуто не замечал его присутствия.

  - Так вы согласны? - Клайм улыбался словно идиот, кроя себя на чем свет стоит, но он готов был на все, лишь бы они согласись. Ведь в подчинении этих двоих, пусть и неофициально, была огромная сила, состоящая из нескольких тысяч человек!

  - Это зависит от условий, - все также покручивая ус ответил Сан Рэн. - Если речь идет о наемной армии, то все дело в цене, если мы сойдемся и если... мой уважаемый напарник сумеет убедить своих людей - то мы могли бы обсудить детали сегодня вечером.

   Сделав глубокий вздох, Клайм вновь почувствовал, что встал на твердую почву.

  - Полное денежное довольствие для всех двух тысяч, офицеры, кроме того, будут обеспечены лошадьми. Я могу выделить пять людей из моей армии, владеющих лечебной магией. Кроме того, я дам вам с собой бумаги, которые позволят получать деньги из казначейства Риокии, согласно мирному договору между ней и нашей страной. Что скажете? По-моему это лучше, чем просто стоять здесь в ожидании неизвестности.

  Оли Миа со вздохом склонил голову, приложив ладонь к сердцу:

  - Не поймите нас неправильно, командир, моя жена и дети уже нашли работу в Астале, все благодаря вашему королю Валентайну. Но большинство из моих товарищей все еще пребывают в неопределенности. Не думаю, что я предложу им хороший выход, сказав, что завтра им предстоит отправиться в неизвестность, бросив свои семьи здесь.

  - Я не прошу семейных записываться в добровольцы, я прекрасно понимаю, что лишь человек, у которого спокойно сердце, может выполнять свою работу с холодной головой.

  - А король Валентайн объясняет свои решения? Какова цель этих маневров? - Сан Рэн оказался не таким дураком. Да о чем Клайм говорит, он никогда не был таким глупцом, каким казался. Любой здравомыслящий человек задастся тем же вопросом. Правда же состояла в том, что у самого Клайма не было ответа на этот вопрос.

  - Пока у меня нет дальнейших инструкций. Приказ был в том, чтобы занять позицию недалеко от столицы Риокии. Но одно я обещаю вам - люди не будут брошены на произвол судьбы.

  - Какие гарантии ты предлагаешь нам? Откуда нам знать, что все эти ваши действия по устройству беженцев, по созданию интернациональной армии, по обучению наших людей не часть еще одного грандиозного плана, похожего на тот, что был у Приоры? Чем ты можешь доказать, что это не так? Кто нам даст гарантию, что там для наших людей будет более безопасно, чем здесь? Кто... - договорить Сан Рэн не успел, потому, что Клайм, заметив, что происходит раньше, толкнул того в сторону, так, что тюрбан, украшавший его голову, слетел с нее. Сам Клайм жестом, натренированным за годы практики, сложил пальцы, уже заканчивая читать заклинание: 'В поисках защиты я вручаю себя в объятия Древа, пусть его ветви укроют меня и укажут верный путь к вершине!'. Мигом позже с десяток дротиков, выпущенных снаружи, разбились на щепки о невидимый купол, который Клайм создал над всеми присутствующими в палатке. Рэй Нордис уже выскочил наружу, но через минуту вернулся.

  - Они ушли. Не чувствую угрозы, - доложил он.

  - ЧТО...что происходит!? - Сан Рэн прижал к груди свой тюрбан. Взгляд его все еще бегал в поисках невидимого врага.

  - Нападение? - задал более резонный вопрос Оли Миа, глядя на то, как Сан Рэн пытается собрать все свое растерянное достоинство.

  - Не делайте вид, что вы не знаете о настроениях, царящих среди людей. Кое-кто принимает всерьез твою версию о намерениях Астала и воспринимает ее как руководство к действию, - сказал Клайм.

  -Это невозможно. Никто из моих людей не осмелился бы нападать на это место. Тем более, что мы находимся внутри! - воскликнул Сан Рэн.

  - Напротив, - подал голос Рэй Нордис, - это как раз отличный способ показать, что и среди них есть недовольные сложившимся положением вещей.

  - Ты прав, - скривился Клайм, - я не стал говорить тебе, но в последнее время в стане наших гостей растет недовольство. Кто-то мутит воду, считая, что раз Приора отступила, не плохо бы и вернуться назад. Мне неизвестно, как много их, но думаю достаточно, чтобы попытаться диктовать здесь свою волю.

  - Недовольные среди моих людей? Невозможно, - покачал головой Сан Рэн.

  - Я слышал разговоры... - нехотя начал Оли Миа. Сан Рэн воззрился на него, как на предателя. Но тот продолжил: - Люди волнуются от неизвестности. Страх прошел, и многие, особенно в стане дворян, подумывают о том, чтобы собрать людей и организовать возвращение. В основном среди них те, у кого нет семьи.

  - Хочешь сказать, что среди твоего сброда нет смутьянов? Эти дротики - оружие простолюдинов! - Сан Рэн со злостью пнул щепки.

  Клайм вздохнул и взял себя в руки:

  - Успокойся, я не собираюсь никого обвинять. Все, кто находился в этой палатке, были возможными мишенями. И такие случаи участились в последние дни. Именно поэтому мне нужна ваша помощь. Отберите тех, кто оказался у вас случайно. Тех, кто рвется домой. Удерживать таких - себе дороже. Солдат, который думает о том, как бы сбежать домой - бесполезен и опасен. Я не стану препятствовать их возвращению. Оли Миа, ты сказал, что слышал о чем-то, что может быть полезно?

  - Да, слухи ходят по нашему лагерю, о тех, кто называет себя... как же это, - мужчина сжал виски, - а да, они называли себя 'независимыми'. Это просто обозначение или название, я не могу точно сказать. Но думаю, мои люди смогут найти главных.

  - Я тоже... - вдруг поспешно вставил Сан Рэн, словно не желая уступать первенство в их паре простому фермеру, - я тоже поговорю с дворянами... с офицерами, то есть. Я лично, - выпрямившись, Сан Рэн с достоинством нацепил свой тюрбан, - прослежу за тем, чтобы эти слабовольные трусы были выдворены из лагеря. Если они так хотят возвратиться в свои руины - это их личное дело.

   Клайм кивнул.

  - Рассчитываю на вас, и также даю вам день, чтобы решить насчет моего предложения.

  - Конечно, командир, мы подумаем, - кивнул Оли Миа. Сан Рэн отвесил деревянный знак почтения, и удалился еще раз, по пути покосившись на щепки, разбросанные по полу.

  - Ну, что скажешь? Я полностью провалился? - устало спросил Клайм, после того, как они с Рэем остались наедине.

  - По-моему, ты неплохо справился, - кивнул капитан. - И даже это нападение сработало нам на руку. Теперь они подумают дважды, прежде чем отказаться.

  - Думаешь, они откажутся?

  - Они согласятся, я уверен, - покачал головой Рэй Нордис. - У них нет иного выхода. Интернациональна армия, - проницательные глаза капитана задумчиво сузились. - Что его величество задумал? Я слышал, в Риокии будет ждать посланник Сая с секретными указаниями. Надеюсь, это не приведет к очередной войне.

  - Сай не поступил бы так глупо, - Клайм склонил голову. Да, Сай никогда не сделал бы чего-то настолько бесполезного, как нападение на столицу. К тому же у Рэя был пропуск в виде мирного договора с этой страной. Но власть там переходила из рук в руки после смерти старого короля. И теперь трусливый старший принц Мортимер готов был просить помощи с любой стороны, лишь бы усидеть на троне.

  - Рэй, - вдруг спросил Клайм, увидев странное выражение на лице друга, - ты ведь ничего от меня не скрываешь?

   С миг их взгляды скрещивались, но потом Рэй слабо улыбнулся.

  - Ну что ты, если бы было что-то кроме этого, ты бы узнал первым.

   Но сомнение осталось. Сомнение, что Клайм что-то пропустил, что он не узнал нечто важное. Приказ о мобилизации не давал покоя командующему армией Астала в Вальце.


  Часть 2.

  (Виера. Кабинет короля)

   'Кальвин, я...' - рука Сая вывела только эти два слова и застыла. Он не знал. Он действительно не знал, что писать дальше...

  'Кальвин, уже наступила весна. Ты чувствуешь? Но ты так и не увидишь, как распускаются листья на деревьях в саду дворца. Ты не увидишь их, потому, что тебя больше здесь нет. Потому, что я сам приказал тебе не приближаться ко мне. Хотя я не сказал этого, но все равно своими руками я сломал все. Но я надеюсь... Кальвин, что те места, где ты находишься сейчас, так же красивы, как и Виера в эти дни начала весны...'

   Сай обвел взглядом стены своего кабинета. Как бы он ни желал этого, он больше не мог убегать от своих обязанностей. И снова вынужден был вернуться сюда, в этот кабинет. Все дни были заполнены бесконечными встречами, заседаниями, инспекционными поездками, совещаниями. Поездки. Работа, подписи, и вновь совещания...

  'Если бы ты был здесь, то наверное кричал бы, что это все тебе надоело и что я наглый эксплуататор... Сколь много я бы отдал, чтобы еще раз услышать это крик. А Эвенка метала бы в тебя свои веера, говоря, что ты слишком шумишь...'

  Но Сай отчетливо понимал, что вся эта работа, которой он завалил себя, перемежающаяся лишь коротким четырехчасовым сном, была лишь иллюзией. Иллюзией, что ничего не изменилось, что даже если он потерял двух своих самых незаменимых помощников, ничего не изменилось... 'Ложь, Ложь, Ложь! Мне хочется кричать, что все это лишь фарс, кому я лгу, кроме самого себя. Мне не хватает вас обоих... Но после того, как я предал вас обоих, и прежде всего тебя, Кальвин самым ужасным образом, как я могу мечтать о таком? И теперь я должен просто выполнять свои обязанности как король? Чушь!...'

   Резные настенные часы с птичками, своим щебетом обозначая каждый час, показали половину шестого вечера. Закат в это время года начинался позднее, чем зимой.

   'Ты видишь, Кальвин, дни стали длиннее, и я могу работать допоздна, не зажигая света. Но работа - лишь способ скрыться от реальности. Знаешь... я начал бояться ночи. Ведь когда наступает ночь, сон не приходит ко мне, вместо этого я снова и снова нахожусь в том месте. Древо... Мне кажется, что оно стало моим крестом...'

   Обед, оставленный на столе Даной Торн, был наполовину съеден, но Сай уже не помнил даже его вкуса.

  'Скажи мне, Кальвин, как давно пища перестала казаться мне вкусной? Когда я потерял сам вкус к жизни?'

  Обстановка кабинета обычно была располагающей к долгой работе. Все в этом кабинете было знакомым и близким сердцу короля. Ничего не изменялось, несмотря на то, что сам кабинет периодически разрушался.

  'Кальвин, должно быть ты считаешь меня ужасным человеком? Так и есть. Поэтому, Кальвин, хотя больше всего на свете я желаю увидеть тебя вновь, не возвращайся... Я дам тебе совет - убегай как можно дальше от меня. От такого меня... Потому, что я не знаю, что сделаю с тобой, если ты вернешься. Я больше не уверен в себе, я больше не могу доверять самому себе...'

   Сай выдохнул, отложив перо в сторону, и закрыл дневник...

  Он начал вести его после возвращения из Приоры. Была там и предыдущая запись, после того, как он узнал, что Кальвин исчез из камеры в Академии Наук. Сама Академия теперь стала куда более странным местом. В лабораториях для изучения магии теперь велись тайные исследования, уполномоченные его собственной рукой.

  Взглянув на свою ладонь, он в отвращении и горечи зажмурился, отведя взгляд. И все же пора вернуться к работе. Он не имел права дольше предаваться сентиментальным воспоминаниям. Ведь у него были обязанности как короля этой страны. Несмотря на то, что он потерял так много, он был должен намного больше. И все его подданные, и беженцы из других стран - они не виноваты в том, что король Астала так слаб. Поэтому, Сай должен работать.

   Стопка бумаг справа от него доказывала это каждый день и каждый час. Вот поэтому он не мог остановиться. Потому, что если он остановится, кроме него эти обязанности будет некому выполнять. Тенио куда-то запропастился, а Велька - как он мог требовать от нее больше, чем она уже делала? Рэй Нордис должен был уже доставить в Вальц тот приказ. Но еще оставались нерешенные дела с Риокией. Ту смуту, что происходила в ней, пора было остановить. И еще была Ксанада. Но и для этого у Сая уже был план. 'Ты отвратителен', - кривая усмешка появилась на губах Сая, - 'какое у тебя право решать судьбы других стран?' Но Зоар бы сказал, что это единственный путь.

  Сай автоматически просматривал документы и делал пометки, не замечая времени, стараясь полностью сосредоточиться на работе. В этот момент в кабинете раздался голос.

  - Ваше величество, вы вызвали так внезапно, я как раз напал на след этих преступников...

   Жестом Сай прервал слова вошедшего в кабинет Мизара Фон Грассе, не поднимая глаз от документов, которые просматривал. Одновременно он делал пометки на полях о том, что следовало вставить или убрать из документа. Позднее Велька исправит это, и итоговый документ будет полностью готов. Это был налоговый отчет, который, как обычно, несли сначала на одобрение королю, а затем уже в него вносились коррективы, согласно имеющимся коэффициентам и данным сбора налогов за этот отчетный период. Обычно этой работой занимался министр финансов, но теперь Саю пришлось взять ее на себя. И это помимо обязанностей и министра внутренних дел. Нелегко, но куда труднее было сосредоточиться на простой повседневной работе, на своих прямых обязанностях, после всего, что произошло. Теперь еще этот человек начинает с ним спорить. Ведь именно он был ответственен за то, что у него не было министра внутренних дел. Хотя... 'кого ты обманываешь, ведь это было фактически твоим указанием. Трус, ты отказываешься признавать даже собственные поступки?' - так думал Сай. Но продолжал спокойно выводить пометки на документе. Ни одна черточка на его лице не дрогнула, несмотря на то, что происходило в его душе.

  - Оставь их в покое,- произнес Сай.

  - Что вы подразумеваете под этим, мой король? Кальвин Рейвен и Гвен Кларио - самые опасные люди во всем государстве. Им нельзя позволить оставаться на свободе. Кроме того, ваше величество сами приказали мне найти их.

  - Я сказал, оставь их, - голос короля не повысился ни на йоту, а ровное выражение лица не изменилось. - Ими займутся другие. У тебя же есть более важная миссия. Я хочу, чтобы ты вернулся в Ксанаду и заявил свои права на ее трон.

   Лицо его советника исказилось - само по себе удивительное зрелище, при том, что Саю не было нужды смотреть на него, чтобы понять это. С некоторых пор такие вещи стали естественными для короля Астала, так, что он фактически не замечал их. Как и усталость, как и резь в глаза, как и боль в левой руке, как и боль в груди. Но причиной такого состояния не было переутомление, как было приказано считать всем во дворце. Сай дал указания своим врачам и Эрфорду Даменси, держать в тайне истинное состояние своего здоровья, особенно это касалось Даны Торн. Причиной его недомогания было то, что внутри него вынуждены были сосуществовать три Слепых Безумных Бога. И даже то, что Лавкрит присутствовал лишь наполовину, не делало боль слабее. Ничуть. И только эта боль могла время от времени заглушать другую его боль, когда он думал о Кальвине и Эвенке.

  - Вы хотите, чтобы я оставил вас? - этот человек был слишком проницательным и всегда говорил то, что скрывалось в глубине.

  - Я лишь хочу использовать все, что могу. И сейчас нам необходима эта сила, какую представляет второе по величине государство на Юге.

  - Как вы хотите распорядиться этой силой, ваше величество? - Мизар испытующе взглянул на Сая.

  - Мне нужна армия, я хочу собрать армию, которой не сможет противостоять Север.

  - Вы хотите создать армию, чтобы поглотить Север?

  - Я этого не сказал.

  - Но вы это подразумевали, это естественно, - прищурившись, Мизар чуть склонил голову на бок. Пальцы его скользили по волосам, как всегда, когда он что-то обдумывал. - Это месть?

  - Я хочу, чтобы Север больше никогда не осмелился вторгнуться на Юг, я хочу, чтобы он замолчал навсегда, - голос Сая был ровен и спокоен, но заметив, что его рука дрожит, он поспешил поставить перо обратно в чернильницу, чтобы не испортить документ, над которым работал.

  - Все-таки это месть, вы все еще не можете простить Приоре того, что этот Кальвин Рейвен был им нужен? - Мизар чуть повысил голос, подавшись вперед.

  - Я сказал нет, это никак не связано с Кальвином! - рука Сая хлопнула по поверхности стола, от чего даже этот человек слегка вздрогнул. Взгляд его темных глаз стал еще сумрачнее.

  - Как желаете, это не связано с Кальвином Рейвеном. И все же... вам нужна сила, которой бы не было равных на континенте. А значит, сила, которая больше не позволит кому-то еще вмешаться в ваши планы, относительно Кальвина Рейвена. Что ж, я вынужден повиноваться вам, я немедленно отправлюсь в Ксанаду и положу ее армию к вашему трону. Все, как пожелает мой король...

  - Ты все еще сомневаешься, - заметил Сай.

  - О нет, но некоторые вещи лучше не говорить вслух. Мой король, вы не желаете слышать о Кальвина Рейвене, и я не стану говорить о нем. Все равно, мои люди рано или поздно схватят его. Никто не сможет избежать всех ловушек, которые я расставил. А значит, это лишь вопрос времени. И если потребуется, позднее я лично отправлюсь за ним.

  - Я запрещаю тебе вмешиваться в это, - голос короля был холоден, словно лед.- Твое сомнение мне не нравится мне, - Сай ощутил, как внутри него поднимается золотая волна. Его собственный гнев на этого человека смешивался с чувствами Зоара, и где-то еще глубже нарастала ярость Даркнуара.

  Хотя это было скорее спонтанное решение, изначально он не думал о таком. Но почему для этого он выбрал именно этого человека?

  - Идем, я хочу показать тебе одно место.

  - Куда вы хотите меня отвести?

  - Дай мне руку,- вздохнув, попросил Сай, протягивая свою ладонь Мизару Фон Грассе.

  - ...

  - Дай мне руку, я хочу показать тебе причину моего сегодняшнего состояния и причину всех моих сомнений. Надеюсь, твои сомнения также будут уничтожены, если ты увидишь то, что вижу я. То, что я вижу каждый день.

  Лишь миг казалось, что тот колебался. А затем пальцы его и короля соприкоснулись. Сцена закружилась, кабинет короля начал таять, затапливаемый золотым светом, слепящим, яростным светом. Мизар прикрыл глаза. Усилием воли, которое с каждым разом становилось все легче и легче, Сай перенес их обоих на ветви Древа.


  Часть 3.

  - А у нас гости, кто ты такой, дорогуша? - рука в изумрудном рукаве обхватила талию Мизара и притянула его к стволу, из-за которого выглянуло хитрое лицо Лавкрита.

  - Кого ты к нам привел, Сай? - подбородок Мизара был приподнят концом черной секиры, и он встретился взглядом с парой горящих яростным огнем глаз Даркнуара.

  - Тихо, все отпустите его. Если он привел сюда этого человека, значит, это его решение и так надо. Не нам обсуждать его, - появившись последним, Зоар развел в разные стороны двух Слепых Богов. Некоторое время он рассматривал Мизара, а затем, словно потеряв к нему интерес, обратился к королю. - Ты слишком часто приходишь сюда, это место не делает тебя сильнее, оно лишь может дать забвение. Но тебе необходим отдых, твое тело не выдержит без сна.

  - Все равно мне снятся одни кошмары, - отмахнулся Сай. - Вы все - я пришел сюда не просто так. На самом деле, мне снова необходима ваша помощь.

  - Ваше величество...

   Сай взглянул на своего советника, на лице которого было напряженное выражение.

  - Это место... - Фон Грассе взглянул вниз, - там ведь корни Древа, верно? И там же находится Хаос?

  - Ты много знаешь об этом, признаюсь, я удивлен твоей реакцией, - улыбнулся Сай, присаживаясь на ветку. Свесив одну ногу, он откинул голову, вглядываясь в переплетение ветвей над головой. - Ты уже бывал здесь раньше?

  - Это вряд ли, - Мизар оторвался от разглядывания бездны и повернулся к Саю. - Должно быть, это то, что подсказывает часть моей крови.

  - Ты привел сюда демона? Опрометчивый поступок, - заметил Лавкрит.

  - Демон? - Сай словно впервые увидел Мизара. - Это правда? На самом деле... - Сай приложил палец к губам, - я ведь никогда не спрашивал тебя о твоем происхождении.

  - Это действительно правда, точнее ее часть, - взгляд Мизара наблюдал за плавающими в бездне золотистыми и серебряными лентами тумана. Теперь к ним примешивались еще и бардовые ленты. Самого Сая заинтересовало такое изменение. Если следовать логике, что само это место зависело от сознания присутствующих здесь, то эти бардовые ленты были вызваны появлением Мизара Фон Грассе.

  Мизар продолжил:

  - Моя мать принадлежала к правящему дому Хаоса, а отец был простым человеком. Моя мать умерла, раскрыв тайну моей силы. С тех пор я искал достойное применение для нее, а потом встретил ваше величество.

  - Полу-демон? - переспросил Зоар. - Для чего ты привел его к нам?

  - Я и сам не уверен, для чего, - Сай пожал плечами, ответив на замечание Зоара.

  - Тебе так одиноко? Микалика не дает тебе покоя?

  - Я не думаю о Кальвине! - порывисто воскликнул Сай, взмахнув рукой. Он не хотел, чтобы Боги рассуждали о Кальвине при Мизаре.

  - Обманывать себя ты всегда умел, - на лице Дакрнуара появилась кривая усмешка.

  - Я пришел сюда не для этого,- Сай приказал себе успокоиться. - Этот человек, - Сай указал на Мизара, - я собираюсь сделать его своим посланником на континенте. Я хочу доверить ему сбор остальных осколков.

  - О, он так силен? - Даркнуар пристально оглядел Мизара, на лице которого не появилось никакого нового выражения. Наверное, этот человек встретил бы и собственную смерть с таким лицом. - Я хочу испытать его...

  - Нет, остановись! - но прежде, чем Сай успел что-то предпринять, Секира вновь появилась в руке Даркнуара. Не размахиваясь, он метнул ее в сторону Мизара.

  - 'Структура, рассеять!' - Саю показалось, что Мизар просто выставил ладонь между собой и оружием. И больше ничего, но на глазах не менее ошеломленного, чем Сай, Даркнуара, черное лезвие просто исчезло, стекло черными ручейками на ветви Древа. Там, где они падали на его кору, она исчезала. Взгляд Сая нашел Мизара. Его лицо исказилось, словно от боли, он прислонился к стволу Древа. Выходит, все же, и для него это стоило больших усилий.

  - А, как я и думал, твоя сила в чем-то похожа на мою,- произнес Даркнуар. - Но человеческое тело, как и у нашего Сая, приносит некоторые ограничения. Что ж, пожалуй, он сможет.

  - Верно, сможет, но лечить я его не буду, - упрямо заметил Лавкрит.

  - Я чувствую, он не предаст тебя, - кивнул Зоар. - Хотя он будет действовать в каких-то своих интересах, но он не предаст тебя. Все-таки удивительно, как привязанность к Бифуркатору была пронесена через память крови поколений демонов.

  - Моя преданность его величеству принадлежит только мне, - Мизар впервые легко улыбнулся. Но улыбка его была холодна, как лед. - А вы... не слишком ли много себе позволяете? - эти слова Мизара относились к Слепым Богам, рассматривающим его словно некую диковинку. - Вы всего лишь осколки, у вас нет права голоса, поэтому, лучше бы вам замолчать.

  - Фон Грассе, достаточно, я не смогу остановить их, если что-то произойдет.

  Мизар вздрогнул, и повернулся к королю.

  - Прошу меня простить, я забыл свое место, - он опустился на колено, несмотря на то, что ветвь была достаточно тонкой.

  - Значит, ты все же решился. Этот человек будет полезен, думаю да, он сможет собрать остальные осколки. Если ты хотел моего совета, ты получил его, - кивнул Зоар.

  - Собирать части мозаики? Но что с приказом вашего величества, который вы дали мне прежде? - уточнил Мизар.

  - Это часть его. Укрепи власть, собери армию, и... потом, я слышал, у тебя есть невеста?

   Лицо Мизара неуловимо дрогнуло, словно он вспомнил о чем-то неприятном.

  - Да, ее имя Адель. Но какое отношение это имеет...

  - Зоар, что ты видишь? - спросил Сай.

  - Эта девушка находится в соседней стране. То, что я могу видеть - она действительно не предаст его, и сделает все, о чем он попросит. Весьма странные отношения, - произнес Слепой Бог Правосудия.

  - Ваше величество, - начал было Мизар. - Не думаю, что это принесет пользу.

  - Она будет полезна. Зоару я могу довериться. Если он так сказал, значит так и есть. Мы должны оставить позади собственные чувства и двигаться вперед. Поэтому я прошу тебя, не приказываю, только прошу помочь мне с этим делом. Поэтому я и привел тебя сюда. Зоар, ты можешь показать их всех, все те осколки, что еще остались? Мизар должен знать, как они выглядят, чтобы найти их все, - хотя сам Сай сказал это, внутри он содрогнулся, теперь пути назад не будет. Каждый следующий найденный им Слепой Бог - он заключит с ним контракт, с каждым из них. Как бы тяжело это ни было.

  - Приготовься, это может быть неприятно, - произнес Зоар, обращаясь к напрягшемуся Мизару. - Вы двое, помогите мне, - приказал он Даркнуару и Лавкриту. Оба нехотя подчинились. Подойдя к своему брату, те положили ладони на его плечи. Миг, и их тела растаяли, втянувшись в Зоара. Сай наблюдал за этой сценой с некоторым интересом. Он не знал, что последует дальше. В его голове образы остальных Слепых Богов были словно воспоминания о недавнем сне, скорее отдаленные ассоциации, чем реальные личности, Но должно быть сейчас, уже каждый из них был связан с определенным человеком, и это осложняло задачу Мизара. И все же, кого еще он мог попросить об этом?


  Часть 4.

  - Ааах, у меня такое чувство, словно мы вернулись домой, - потянувшись и вытянув ладони к голубеющему лазурью весеннему небу, Кальвин с наслаждением втянул в себя свежий воздух. Лес справа и извилистая речушка слева. Природа Риокии как всегда была великолепна, как и настроение Кальвина.

  - Угу, - поддакнула Гвен. На удивление, сегодня она не ворчала и не жаловалась на его медлительность и даже ни разу не запустила в него своим веером. Как будто, едва она вступила в пределы этого государства, что-то ее полностью изменило. Хотя, конечно, девушка становилась все возбужденнее в предвкушении того, как посетит Гильдию. Она не переставала щебетать об этом всю дорогу. Пограничный пункт Риокии на всякий случай Кальвин с Гвен решили обойти еще утром. Несмотря на то, что это был уже не Астал, и Зона Промежутка закончилась, все же нельзя было забывать о том, что теперь обе страны были связаны условиями мирного договора, а это значило, что даже здесь им нельзя полностью расслабляться.

  Хотя, странное дело, за всю дорогу от Калафины и до этого леса, за все те пять дней, что они потратили на неторопливую дорогу пешим шагом, им не встретилось ни одного патруля. Неужели, - Кальвин потрогал свои длинные волосы, связанные в хвост, - это помогло? Ну теперь-то наверное их можно будет остричь, как только они доберутся до дома Ренье. Он тут же сбросит и эти странные одежды, которые Гвен наотрез запрещала ему снимать, особенно эту шаль, которая теперь, когда весеннее солнце начинало припекать по настоящему, становилась слишком теплой. Кальвин чуть приспустил шаль на плечах и с завистью посмотрел на бодро шагающую рядом с ним девушку. Уж она-то явно не испытывала никаких проблем в своем шелковом платье.

  - Чему ты усмехаешься? - заметив его взгляд, Гвен смутилась и сердито посмотрела на напарника.

  - Да так, думаю, как же тебе идет этот наряд.

  - За... заткнись, - проворчала она, отвернувшись. Но Кальвин-то уловил расцветшие на ее щеках пятна. Ей явно было приятно услышать комплимент. - Вот мы и пришли. За поворотом дороги будет дом Ренье, вперед, наперегонки! - девушка подозрительно резво бросилась бежать. Обернувшись, с сияющим видом, она крикнула ему: - Если не догонишь, я расскажу Розетте и Ренье, какой ты извращенец!

  - Эй! - Кальвин протянул руку, - я не извращенец, неужели нельзя сделать простой комплимент?!

  - Ты уже опоздал! - рассмеявшись, девушка уже была на половине пути к повороту.

  'С нее станется', - подумал, Кальвин, заставив свои ноги двигаться быстрее.

  - Я уже почти догнал тебя, но эти одежды путаются под ногами! - прокричал Кальвин, - так что не считается! - Кальвин тоже свернул за поворот и... Слова замерли у него на губах вместе со смехом. Некоторое время они с Гвен молча смотрели вперед, туда, где в двух десятках метрах на лужайке, стоял особняк их друга, точнее... то, что теперь от него осталось.

  - Почему... - только и смог произнести Кальвин.

  - Пойду, посмотрю... - девушка решительно кивнула и двинулась вперед. Запах гари здесь был еще слишком силен. - Совсем недавно, - задумчиво произнесла она, останавливаясь в двух метрах от обгоревшего крыльца. Наступать на него явно было опасно.

  - Неужели у них случился пожар? Но лес не обгорел, только дом, - Кальвин поднял валявшийся на земле под его ногами прямоугольный предмет. Должно быть, раньше это была картина. На чудом уцелевшем холсте, лишь тронутом пламенем, в отличие от рамы, была изображена женщин лет сорока, строгая и величавая. Странно, что они не подобрали эту вещь, она похожа на Розетту. Быть может, ее мать?

  - Это не пожар, - заявила Гвен. Наклонившись, она что-то искала у фундамента дома. Проведя пальцем по плитам, она изучала его.

  - Не пожар? О чем ты? Дом выгорел дотла. Остались лишь несущие стены, да пара балок, над которыми зиял провал крыши. И еще фундамент с подвалом.

  - Пожар случается без намерения, а этот дом был подожжен.

  - Подожжен?! Но кем? Кому понадобилось это делать? Что-то столь ужасное? Ведь Розетта и Ренье - самые безобидные и добрые люди, которых я когда-либо встречал.

  - Как раз это, похоже, и смущало кого-то. Дом подожгли снаружи, обложив хворостом и облив чем-то горючим. Огонь мгновенно охватил весь фасад, они заблокировали выход и одновременно начали заколачивать окна, и еще... Это произошло ночью, когда они спали.

  - Ночью? Это-то ты как определила? - Кальвин не уставал поражаться навыкам девушки.

  - Сажа ... рассыпчатая, значит, шел дождь, все последние две недели в Риокии шел дождь, а два последних дня светит солнце. А дождь в Риокии, - девушка порывисто поднялась, отряхнув свой наряд, и, разбежавшись, легко запрыгнула на крыльцо, - дождь идет в это время года лишь по ночам.

  - Ты будто родилась здесь, - Кальвин покачал головой, намереваясь повторить трюк девушки. В ответ он получил странный взгляд, от которого споткнулся и чуть не пролетел мимо крыльца. Упасть в подпол не входило в его планы.

  Расстроенный, Кальвин оглядывал некогда уютный дом. Все выгорело почти дотла. Мебель, личные вещи, потолочные балки, куски штукатурки - все превратилось в непонятную кучу. Но не было похоже, что пожар пытались тушить. Казалось, дому просто дали догореть. Но где же Ренье и Розетта? Что с ними произошло?

  - Думаю, - Гвен закончила обследование, и повернулась к Кальвину, уперев руку в бок, - они успели покинуть дом.

  - Это-то ты откуда знаешь?

  - Чувствую, они живы, - девушка приложила руку к груди, на лицо ее на миг набежало облачко. Кальвину не понравилось это ее выражение лица. - И думаю, сейчас мы узнаем остальное...- оборвав фразу, Гвен стремительным жестом метнула свое оружие за одну из стен. Хотя Кальвину показалось, что оттуда совсем недавно доносился какой-то шорох. Не дожидаясь, Гвен прыгнула в ту сторону, и тотчас же оттуда раздался протестующий визг, а затем звуки какого-то барахтанья. Через минуту девушка вышла из-за стены, толкая перед собой ребенка, одетого в зеленый плащ с глубоким капюшоном. Рука Гвен сдернула капюшон, и...

  - Ты?! - Кальвин не смог сдержать удивленный возглас. - Руи?

  Это действительно была она. Гневно и одновременно растеряно Руи смотрела на него долгим пронизывающим взглядом. Хотя в этом вымазанном сажей вперемешку со слезами лице трудно было узнать симпатичную мордашку девочки.

  - Чудо... вище, - наконец, казалось, он узнала его. Губы Руи задрожали, а затем, вырвавшись из рук Гвен, к полному ошеломлению Кальвина, обхватила его за талию. От неожиданности, он сел на пол, не зная, что делать в такой ситуации. - Чудовище! Я думала... я думала, что ты придешь, но не верила. Я думала, твоя аура только иллюзия, но я пришла сюда, потому, что, потому, что... кто еще поможет моей маме?! - вскинув заплаканное лицо, наконец, выпалила она.

  - Ты видела мою ауру?

  - Ну конечно же, она из Детей Хаоса, и такое вполне возможно, - Гвен сунула веер за спину, разгадывая эту сцену.

  - Ну-ну, успокойся, - Кальвин подавил вздох, и погладил девочку по голове. - Давай сейчас ты слезешь с меня и все спокойно расскажешь, - осторожно предложил он. Всхлипы затихли. Это показалось Кальвину хорошим знаком. - Хорошо, сейчас я досчитаю до трех, ты вытрешь слезы и все расскажешь по порядку, а то я ничего не понимаю.

  - Угу, - девочка отстранилась, натянув капюшон, и кивнула.

  - Вот и хорошо, - Кальвин с облегчением выдохнул и сел на полу, скрестив ноги. - Итак, ты знаешь, что здесь случилось, и кто это сделал?

  - Уум, - Руи помотала головой. - Я много не знаю, только то, что рассказали мне мама и дядя Ренье с Розеттой.

  - Ренье и Розетта? Так они живы?! - воскликнул Кальвин. Переглянувшись с Гвен, он кивнул ей, та также выглядела довольной.

  - Да, я знаю, где они, и я отведу вас туда, но сначала... - девочка задрожала, ее кулачки сжались. - Но сначала вы поможете мне спасти мою маму! - выпалила она.

  - Спасти твою маму? - Кальвин воскресил в памяти образ властной, чересчур эмоциональной женщины с короткими волосами, главы Гильдии. Трудно было представить, что могло произойти с такой сильной личностью.

  - Она попала в беду и сейчас находится глубоко под землей в лаборатории. Я сумела выбраться оттуда, мама разрешила мне придти сюда, чтобы встретить вас. Но мама и другие... - они все заперты там, мама... мама ни за что не выйдет, потому что она не отдаст свои книги и записи этим варварам! - в отчаянии выкрикнула девушка, так, что у Кальвина зазвенело в ушах.

  - Эти варвары? Э...

  - Она имела в виду людей с Севера, из Приоры. Это Инквизиция, тупица, - едко заметила Гвен, заставив Кальвина смутиться.

  - Да откуда мне-то знать...- пробормотал он.

  - Хорошо, хорошо, мы постараемся разобраться с этим в первую очередь, но сначала мы должны знать, что происходит. Не могла бы ты объяснить нам? - Кальвин доверительно развел руками, пытаясь заручиться поддержкой Гвен. Но девушка явно снова была чем-то недовольна в нем.

  Некоторое время девочка недоверчиво переводила взгляд с Кальвина на Гвен и обратно, словно пытаясь проверить правдивость всего сказанного, но потом кивнула.

  - Наш король умер, его убили, а Мортимер, его старший сын, занял престол, но Сейм был против этого. Они призвали на помощь Приору, а Мортимер попросил помощи у королевства Астал, потом дядя Ренье и Розетта бежали из дома, который ночью подожгли опасные люди, посланные доктором Греймсом. Дядя Ренье и Розетта спрятались в лесу, а там кто-то с ними связался, кто-то из стран на Севере, чтобы заключить союз... что? - Руи заморгала, увидев, что Кальвин поднял ладонь. - Я сказала что-то не то? - наивно переспросила она.

  - Нет, нет, просто... это все слишком как-то внезапно, что ли. Я ничего не понял. Нет, ты отлично все рассказала, просто прелестно - кратко и по существу. Но, кажется, слишком кратко. Мы с Гвен только что прибыли в твою страну, и для нас все эти события вроде как выпали из поля зрения.

  - Я говорю правду, я видела все это во сне!

  - Она не лжет, - Гвен как всегда говорила только то, в чем не сомневалась.

  - Да я не имел в виду ничего такого. Наверное, нам стоит поговорить об этом с самим Ренье. Ты говоришь, что можешь отвести нас к нему?

  - Сначала моя мама! - кажется, последние силы Руи иссякли, потраченные на этот крик. Она пошатнулась и упала бы, если бы Гвен не обхватила ее за плечи, улыбнувшись ей как младшей сестренке.

  - Ты, наверное, устала, но ты должна показать мне вход в Гильдию, тот тайный, которым ты вышла оттуда. Иначе мы не сможем помочь твоей маме.

  - А действительно,- кивнул Кальвин, - чем быстрее мы справимся с этим, тем скорее попадем к Ренье.

  - Кроме тебя, - палец Гвен был наставлен на Кальвина. - Ты остаешься здесь.

  - Что... это еще почему? Ты собираешься отправиться в одиночку в такое место? Да мы ни черта не знаем, во что сейчас превратился город, и... - тут Кальвину пришла на ум гениальная мысль, - я ведь твой слуга, а потому должен сопровождать тебя повсюду.

  - Именно потому, что ты мой слуга, как ты сам заметил, ты прежде всего обязан повиноваться моим приказам. А я приказываю тебе остаться здесь, и не смей больше спорить со мной. Я знаю Гильдию как свои пять пальцев, а ты в прошлый раз сумел заблудиться там. Как думаешь, кому из нас больше удастся? А что касается тебя, - Гвен обвела рукой пространство вокруг себя. - Это место слишком заметное. Что если кто-то решит навестить его, так ты быстренько схватишь его и вытрясешь из него информацию. Ну, что скажешь? - улыбнулась девушка.

  Она улыбнулась!

  - Конечно, как скажешь, - протестовать и кричать на нее было так же бесполезно, как на камень. К тому же, при Руи этого делать не хотелось совершенно.

  - Чудовище, ты не пойдешь с нами? - наивно спросила девочка.

  - Нет, кто-то ведь должен охранять наш тыл на всякий случай... - жалкая попытка сохранить лицо.


  Часть 4.

  Когда ладонь облаченного в золотые одеяния существа протянулась к нему, Мизар напрягся, но затем подумал, что это может быть интересно. Что произойдет, если он вступит в контакт с такой силой? Его король - Сай Валентайн. А исходя из всего того, что он сегодня видел, эти трое находились в подчинении у его величества. Пусть и странном, своевольном, и даже несмотря на покровительственный тон Зоара, все они, несомненно, каким-то образом принадлежали Саю Валентайну. И что бы именно с ним не собирался сделать тот, кого назвали Зоар, несомненно, это было согласно воле его короля. Холодная улыбка скользнула по губам Мизара. А значит он обязан принять это, чего бы это ни стоило, несмотря на то, что эффект был непредсказуемым. Поэтому Мизар произнес:

  - Делай то, что нужно, если это поможет моему королю.

  Последним, что увидел Мизар, было озабоченное и обеспокоенное чем-то лицо его короля. Голова Мизара запрокинулась, а глаза закатились, когда ладонь Зоара, так, будто это был призрак, проникла в его голову.

   Некоторое время он продолжал сопротивляться этому влиянию, просто из интереса, как долго он сможет продержаться. Но силы оказались неравными. Он понимал, что этой силе он все еще не может противостоять. И в этот миг Мизар подумал, что такую силу просто нельзя отдавать ни в чьи руки, особенно тех, кто сможет предать. Если она не принадлежит Саю Валентайну, тогда она должна храниться в нем самом, до тех пор, пока его королю она не потребуется. С этим решением он отдался течению, больше похожему на бурный стремительный поток, грозящий поглотить его, не оставляя ничего прежнего. Могло ли это золотое море и быть знанием Зоара, Слепого Бога, заключившего договор с его королем?

   Перед ним мелькали лица и названия, плелись нити паутины, указывая пути, которыми он должен следовать. Креонт и девушка с короткими рыжими волосами. Ее имя было Алия Энн. Она умерла, а потом воскресла благодаря этому контракту. Она находилась где-то далеко на Севере. Затем пришел образ его брата. Черные шелковые волосы, водопадами спадающие на укрытые кожаным плащом плечи. Ненависть пришла сама собой и отхлынула так же внезапно. Ненависть не поможет ему получить назад то, что должно принадлежать его королю. Значит, у Грейслейна был контракт с Талионом? Когда он убил Франциза, этот негодяй просто заключил новый контракт. Его нити тоже терялись где-то в Приоре. И еще дальше, на северо-востоке, находилась женщина в маске лисы, одетая в развевающиеся бело-красные одежды. И, наконец, последние двое. Мизар хорошо знал их. Лантис Кларио и его сестра Гвен. Их он оставит напоследок. Сейчас девушка находилась в Риокии, но ее образ постоянно ускользал. Разумеется, если у нее был контракт с Лавкритом, покровительствующим Риокии. Ее трудно было найти, если она того не желала. А что касается Лантиса Кларио... в конце концов он отыщет способ избавиться от этого опасного человека. Того, что сам Мизар прочел в Дневнике Демона Цветов, даже если учесть, что он был неполным, было достаточно для размышления на эту тему.

  - Не отвлекайся, - Мизар завертел головой в поисках источника голоса. В нескольких метрах от себя он увидел Зоара. Два золотых крыла раскрылись за его спиной. Так же, как и Мизар, он парил в этой пустоте. Несмотря на то, что мысли Мизара были заняты совсем другим, он не мог не заметить, насколько прекрасны были эти крылья. Зоар напомнил: - Ты слишком много размышляешь. Слуга и его господин очень похожи.

   Глаза Мизара потемнели. Зоар отзывался о его величестве, как о ком-то незначительном, безо всякого почтения. Если так, насколько вообще можно было доверять самому контракту между ними? Сам же Мизар не доверял ни на йоту словам Слепого Безумного Бога. Он размышлял: они слишком опасны, если его величество соберет внутри себя такую силу... Если бы Мизар мог забрать их вместо его короля, он бы не колеблясь поступил так. Но пока он не видел способа.

  - Запоминай внимательно, - голос Зоара выдернул его из раздумий. В этот момент необычный витой узор с правой стороны лица Бога вспыхнул с новой силой. Мизар вынужден был заслониться рукой, и в этот миг видения, словно голодные звери ринулись, проникая внутрь его сердца, внутрь его сознания. Стремясь поглотить и смешаться с его собственными воспоминаниями. Должно быть, в какой-то момент Мизар все же закричал, но он не запомнил этого. Как и предупреждал Зоар, это было неприятно. Если его величество переживал то же самое, тем более, Мизар обязан избавить его от таких страданий. Если бы он только смог забрать себе эту безумную силу, так, чтобы его король смог пользоваться ей, когда пожелает. Этого было бы достаточно. И когда боль, терзавшая его голову, стала почти невыносимой, а его тело охватил золотой огонь, Мизар позволил себе улыбку... Да, он так и сделает, осуществит задуманное. И тогда он сможет стать незаменимым для его короля.


  Часть 5.

  - Где они? Какое неуважение, как смеет какой-то жалкий принц, непризнанный к тому же на троне, игнорировать нас? - возмущенный голос его спутника отвлек Рэя Нордиса от разглядывания лесной полосы справа. Он опустил арбалет, из которого пытался прицелиться, чтобы сбить фазана на обед. Эти возмущения ему приходилось слушать с тех пор, как они покинули лагерь и попрощались с Клаймом. Тем более утомительно, что его спутником был Сан Рэн, дворянин из Таары.

  - Если тебя все так раздражает, зачем ты вызвался в этот поход? Кажется, ты был категорически против того, чтобы покидать ставку? - спросил Рэй, натягивая поводья своей лошади и в упор посмотрев на человека в желтом шелковом тюрбане на голове. Этот человек был просто не создан для таких походов - изнеженный до невозможности, крикливый и ворчливый сверх меры. Он вечно кичился своим дворянским происхождением, постоянно вспоминая, какие прекрасные сады у него были в Тааре. И в то же время, как капитан понимал со всей очевидностью, от него не так-то просто избавиться. Они с Клаймом были немало удивлены, когда в тот вечер, после совещания, Сан Рэн сам пришел и сообщил, что он принял решение. И что он лично будет сопровождать отряд Интернациональной армии Астала в Риокию. Хотя, не далее чем несколько часов назад этот же самый человек кричал, что не отдаст ни одного своего человека. Более того, следом за ним в палатке появился Оли Миа, тот, кого Сан Рэн игнорировал, словно грязь под ногами. Оли Миа сообщил, что они приняли это решение вместе, и оно не подлежит обсуждению. Таким образом, Рэй и оказался в одно упряжке с этим ненадежным человеком.

  - Не мог бы ты вести себя тише, ты распугал мне всю дичь, - спокойный тон и взгляд холодных, серых глаз капитана всегда действовали отрезвляюще на самых отъявленных смутьянов. Но Сан Рэн лишь заморгал и осклабился.

  - Я понял. Но, капитан, как вы собираетесь расплачиваться с моими людьми? - Сан Рэн махнул рукой туда, где за его спиной шли две колонны в составе армии Рэя Нордиса, состоящие из солдат - беженцев срединных стран, - если у вас нет денег даже на то, чтобы купить себе на обед птицу?

  - Это не птица, это дичь. К тому же охота - мое увлечение, - ответил Рэй Нордис. Все-таки, от этого человека никакого толка. Хотя Клайм утверждал, что он увидел в нем что-то, и Сан Рэн лишь кажется избалованным дворянским сынком. И тот покажет свои навыки опытного военачальника, когда потребуется. Сам капитан в этом сомневался, но него не было выбора - ни у него, ни у Клайма сейчас не оставалось выбора, кроме как следовать приказам Сая. А его первостепенной задачей было прибыть в район столицы и встретиться с принцем Мортимером, претендентом на престол этой страны. Но также, втайне от остальных, у Рэя было еще одно указание, о котором знали лишь он и Клайм Кольбейн. И это указание тоже исходило от короля, хотя в такое трудно было поверить - установить местонахождение второго наследного принца Ренальдо, найти и нейтрализовать его. Под понятием 'нейтрализовать' могло подразумеваться все, начиная от простого пленения и заканчивая убийством. Сай Валентайн, пацифист, король, создавший новую эпоху мира в Астале, отдал такой приказ. И здесь не оставалось сомнений. Хотя после акта агрессии Приоры ситуация могла кардинально измениться. На плечах короля лежит огромное бремя. И этот приказ на самом деле был направлен всего лишь на укрепление безопасности страны. Коалиция - вот, что он означал. Фактически - установление гегемонии Астала на всем юге континента. Не так уж непонятно и вполне объяснимо - любая страна обязана в первую очередь заботиться о безопасности своих жителей, и самый верный способ добиться этого - исключить даже возможность нападения на нее. Предупредить - лучше, чем исправлять. И принц Мортимер не мог не понимать, если он не совсем дурак, какой будет плата за его положение на троне. Хотя, исходя из того, что Рэй Нордис успел узнать об этом человеке, его главной чертой было властолюбие. И в этом свете слухи о том, что к кончине старого короля был причастен кто-то из королевской семьи, могли быть не так уж далеки от правды. Но и конечно...

  ...Сан Рэн открыл рот, чтобы начать долгое препирательство, чем он занимался в течение всей дороги, но Рэй поднял руку, призывая к тишине. Командиры, следовавшие за ним, отдали знак своим подразделениям к полной остановке.

  - Что такое? - Сан Рэн загарцевал на лошади.

  - Тишина, я сказал, - повторил Рэй Нордис, - от тебя слишком много шума. Там, впереди. Разве ты не видишь? - капитан кивнул на лесную дорогу перед ними. Теперь и Сан Рэн увидел, что она была перегорожена в ста метрах от них. На ее середине были навалены ветки, образовавшие своеобразный шлагбаум. В следующий миг с той стороны сверкнула быстрая вспышка, затем еще одна и на отряд обрушился град стрел. Стрелы с зеленым оперением, принадлежащие риокийским солдатам.

  - Черт, - Сан Рэн выкрикнул проклятие, пытаясь заставить свою лошадь повиноваться, но бедное животное взбесилось - одна из стрел попала ей в ногу. - Черт, они что не видят наше знамя!? Да как они смеют!

  Этот человек - капитану захотелось его вырубить. Он создавал ненужную панику. Ничего не поделаешь, похоже, произошла ошибка. Рэй поднял свое излюбленное оружие и, наложив болт на тетиву, одновременно прошептал слова заклинания 'В поисках удачи...'. В следующий миг атака прекратилась. Под действием заклинания траектория болта изменилась, превратившись в множественный зигзаг. Казалось, что одновременно в сторону заграждения устремилась сотня стрел. За его спиной Сан Рэн уже скомандовал своим людям натянуть луки.

  - Отставить! Прекратить суету, я сказал! - капитан был вынужден прикрикнуть на своего не в меру деятельного спутника. - Все уже кончено. - И действительно, из-за баррикады в воздух поднялся и заколыхался зеленый с черным флаг Риокии. И, наконец, под этим флагом выехал небольшой отряд из десяти человек. Трое офицеров, еще ординарец. Остальные - солдаты и еще один. Судя по надменному выражению лица, не уступающему Сан Рэну, этот человек, неопределенного возраста, был никем иным, как принцем Мортимером. Об этом говорила и кричащая роскошь его одеяния, совершенно не уместная в это военное время. Дабы подчеркнуть свой титул и положение, он носил нечто вроде диадемы с изумрудом. Камень был такой величины, что любой бы на его месте опасался, что его прикончат бандиты.

  Подъехав к группе Рэя Нордиса и Сан Рэна, принц не спешился. Некоторое время он сидел, подбоченись, разглядывая их. А затем его взгляд задержался на штандарте с изображенным на нем деревом.

  - Прошу прощения за грубый прием. Мои люди обознались, - этот человек, как заметил Рэй, имел странную привычку говорить сквозь зубы, поглаживая свою бородку. - Мое имя - Мортимер Риокийский. Как король этой страны, я приветствую вас. Посланники Астала, я милостиво принимаю вашу помощь.

  Но прежде, чем Рэй успел ответить на такое заявление, Сан Рэн вступил в разговор. Он уже успел поменять своего раненного коня.

  - Полагаю, говорить от лица всей Риокии, еще рано. Но с нашей помощью вы сможете надеть корону на голову, ваше высочество, - он особенно выделил последние слова.

   Капитану хотелось схватиться за голову. Язык Сан Рэна был его врагом. Но вместо этого он лишь положил ладонь на локоть своего спутника, отведя его назад. Капитан произнес:

  - Я и мои люди находятся здесь по соглашению, как части мирного договора между нашими странами. Я - Рэй Нордис, командующий этой части интернациональной армии. А этот человек - мой адъютант и офицер из Таары, Сан Рэн. 'А теперь самое главное', - подумал капитан. Это следовало сказать с самого начала, иначе потом могло возникнуть непонимание. - Я не стану отдавать своих людей как разменную монету ваших политических играх с Сеймом. Единственная цель нашего прибытия в Риокию - элемент сдерживания. Вместе с вашими силами мы войдет в столицу, и вы сядете на трон, если сможете. Но на этом все.

  - Понятно, - лицо Мортимера все еще было бледным. И хотя наверняка он оскорблен словами Сан Рэна, но не подал вида. Именно потому, что все сказанное было правдой от первого до последнего слова. И принц был не в том положении, чтобы портить отношения с Асталом. Тем более, если так ведут себя его люди при виде любой опасности - все эти баррикады. Они могли означать лишь одно - силы принца и Сейма были неравными. Скорее всего, парламент крепко держал город, и Мортимер со всеми своими амбициями вынужден был стоять за его пределами, в ожидании чуда.

  - Но прежде, чем мы отправимся в ваш лагерь, - капитан достал из седельной сумки лист бумаги. - Ваше высочество, ознакомьтесь с этим дополнением к соглашению, во избежание недоразумений в будущем.

  Когда Мортимер пробежал текст глазами, его губы искривились.

  -Это немыслимо! - воскликнул он, размахивая листом, - я никогда не приму таких условий! Просить о таком - немыслимая наглость.

  - О, так вас это не устраивает? - на сей раз капитан не стал останавливать Сан Рэна, с презрением смотревшего на принца. В этой ситуации Сан Рэн с его сарказмом был именно то, что нужно. - Тогда мы немедленно покинем страну, - продолжил тот, - вы нуждаетесь в нашей помощи больше, чем мы в вас. - С этими словами он натянул поводья своего коня, словно готовясь развернуться. И понадобилось на удивление мало времени, чтобы прозвучало ожидаемое:

  - Нет, постойте! Я... извиняюсь и принимаю ваши условия.

   Рэй Нордис прямо слышал, как принц скрежещет зубами. Но исход этого сражения уже был предрешен. И на этот раз Сай все предвидел верно.


  Часть 6.

  Сидеть одному - ужасная скука, и Кальвин с тоской подумал о том, что всего в нескольких километрах к югу расположена пограничная тюрьма Риокии, в которой есть одна уютная камера с кучей оставшихся там книг. Хотя, наверное, их уже вернули в библиотеку. Однако, кажется, сейчас в тюрьму проникнуть было легче, чем в королевскую библиотеку Риокии. Кальвин сидел на одном из чудом уцелевших стульев, и рассеянно катал уголек носком сапога. Уголек остановился, но звук, который издавали эти сгоревшие кусочки дерева, не исчез, а значит... Его производил кто-то другой. Кальвин насчитал по крайней мере троих... а потому... Вскочив на ноги, он подрубил ножку стула и пнул его, так, что тот превратился в мощное метательное оружие. Как раз, когда первый из незваных гостей появился на пороге, он получил хороший удар в лицо. Судя по звуку его нос, а может и рука, были если не сломаны, то вывихнуты. Однако, несмотря на жалкий вопль первого из гостей, двое других не растерялись. Плащи с капюшонами были темного, почти черного цвета - практичная и удобная одежда, и маски на лицах. Где же он видел их?

   - Скорее, читай заклинание, нам не нужны неприятности, - когда в руках одного их оставшихся разбойников появилось уже знакомое Кальвину прозрачное блюдце, он понял, что это были явно не простые мародеры и любители легкой наживы. Этот голос державшего блюдце человека... ну конечно, как же он мог забыть.

  - А, это ты, - протянул Кальвин.

  - Вот мы и встретились, парень. Знаешь, что нам пришлось пережить потом? Этому проклятому принцу Мортимеру ничего, а вот все удары достались нам. - Открыв лицо, мужчина с презрением сплюнул, упомянув имя Мортимера.

  - Точно, вы тогда работали на этого глупого принца. Но, похоже, сейчас вы на другой стороне? - Кальвин усмехнулся, удивляясь собственному спокойствию. Несмотря на то, что этот парень был явно глуп, простой наемник, но блюдце он не опустил ни на сантиметр. А помня его действие, Кальвину оставалось мало шансов использовать хотя бы какое-то заклинание, чтобы о нем не стало известно заранее. Он понятия не имел, знакомы ли эти ребята с сильной магией, но проверять это не хотелось.

  - Интересно, тот парень... откуда-то из Приоры... как же его? Как же... - Кальвин постучал по губам, пытаясь потянуть время.

  - Господин Райден скоро будет здесь. Из той малявки, которая могла видеть ауры, он вытянул много полезных сведений, прежде, чем убить. Ему пришлось задержаться, так как он разбирается с одной наглой девчонкой. Она просто обезумела из-за убийства этого Дитя Хаоса. Верно это так, раз она продолжает сражаться даже с такими ранами. - Тип мерзко усмехнулся, когда заметил выражение лица Кальвина. - А, кажется, ты понимаешь, о ком идет речь?

  'Неужели он говорит о Гвен и Руи? Но как же это произошло?!' - мысль о том, что все сказанное - правда, жаркой волной ударило в голову Кальвина.

  - Верно, малявка своими россказнями заставила вас разделиться, что очень нам на руку. А потому, ты и пальцем не двинешь, если не хочешь, чтобы твоя девка осталась без пальцев или головы. Она такой же еретик, как и ты, но в отношении нее не было указания свыше о том, чтобы оставить ее в живых. А вот ты нужен господину Райдену спокойным и кротким, как овечка.

  Кулаки Кальвина сжались, когда он пережил миг беспомощности. Что если это правда? Ему не стоит сопротивляться и просто позволить этим парням завершить начатое в прошлый раз? Но на этот раз тот человек, Мизар Фон Грассе, не придет спасти его. Теперь они по разные стороны. Черт, и почему всегда все поворачивается вот так? Кальвин опустил голову, стоя в расслабленной, спокойной позе.

  - А, наконец, решил сдаться, пацан? Верное решение, но только без глупостей, ты ведь понимаешь, что мы можем видеть в этом Предмете залога каждое твое движение и каждую мысль, - главарь захихикал, приложив блюдце к щеке. - Свяжите его той веревкой, что дал нам господин Райден... - был отдан приказ.

   С отстраненностью Кальвин взглянул на моток розоватой веревки, которую снял с пояса убийца. От нее веяло чем-то странным. Должно быть, на нее наложено какое-то заклинание линейной магии. Если Руи умерла... Если Гвен тяжело ранена...

  - Хахаха! - неожиданно Кальвин рассмеялся.

  - Э, что с тобой? -главарь насторожился, вцепившись в блюдце.

  - Девочка умерла, а Гвен попала в плен? Что за чушь! - воскликнул Кальвин, ощущая, как глубоко внутри него начинает шевелиться нечто... нечто очень и очень голодное, но что сейчас он не желал сдерживать. - Она не такая слабая, чтобы проиграть какому-то инквизитору. Уверен, сейчас она уже спасла Руи и возвращается сюда. Так, что вам, ребята лучше оставить свои штучки, и убраться подобру-поздорову, пока вы еще можете ходить. Гвен очень зла, когда ей мешают.

  - Он... он блефует, - в это время первый из нападавших сумел подняться, держась за висевшую, как плеть, руку. Наверно, Кальвин все же перестарался со стулом и сломал ее.

  - Разумеется, потому, что встреча с Гвен будет для вас избавлением... если... - голова Кальвина опустилась на грудь, так, что его глаза полностью скрылись под волосами... Обгорелые доски пола пред его глазами начали расплываться, сменяясь яркой россыпью цветов. 'Ааах', - подумал он, - 'снова это место. Как же это надоело'. Голос из глубины того озерца вновь звал его... Голос, принадлежащий его точному отражению.

  '...Они всего лишь жалкие создания, хочешь избавиться от них? В их существовании нет никакого смысла. Если ты желаешь, я могу полностью стереть даже воспоминание о них в этом мире. Давай!' - с этими словами руки Кальвина, склонившегося над гладью воды, схватили тонкие пыльцы. Они принадлежали человеку с кроткими и печальными черными-черными глазами, плечи которого укрывала такая же синяя шаль, как и у него. - 'Позволь мне сделать это, позволь...'

  'Нет, стой, стой, погоди!!!' - закричал Кальвин. Он понял, что его пытаются утянуть в эту воду. Эти тонкие пальцы оказались на удивление сильными. В конце концов, проиграв схватку, не сумев удержать равновесие, он свалился в озерцо. Вода мгновенно захлестнула его нос и рот. Кальвин понял, что тонет.

  '...просто предоставь все мне', - голос продолжал убеждать его, - 'самому сильному оружию. Я хочу испытать его, ты ведь не против?' - голос растаял, растворившись в грустном смехе.

  'Стой!' - закричал Кальвин, поняв, что имелось в виду. ' Я не позволю тебе, не смей убивать!!!' - но было уже слишком поздно.

  А вот что происходило на самом деле. На глазах мужчин, их жертва неожиданно замолкла, опустив голову, а затем вдруг начала вздрагивать и смеяться ненормальным смехом. Потом она подняла голову, и на троих мужчин уставились глаза, наполненные грустным безумием. Губы его приоткрылись. Правая рука приподнялась, совершая хватательное движение, словно лениво и неторопливо встряхивая что-то.

  - Что...что приходит?! - дикие крики убийц наполнили своды сгоревшего дома, когда пол под их ногами превратился в вязкое болото, засасывающее их. Но самое жуткое состояло в том, что воды в нем не было. Вместо этого сами их тела растворялись сантиметр за сантиметром, без следа, без следа...

  - Исчезните, я не хочу знать о вас!!! - закричал монстр, и последним, что видели убийцы в своей жизни, было наполненное тоской лицо чудовища в человеческом обличье, закрытое ладонью. Словно он сам боялся того, что сказал. Когда все закончилось, на полу осталась лишь горстка золы.

  - Потрясающе, оно работает, но еще не в полную силу. - Он рассматривал свои ладони.- Мне нужно больше... больше... больше, чтобы помочь Ему.

  - Увааах! - из последних сил Кальвин вынырнул на поверхность. Отплевываясь и тяжело дыша он, шатаясь, стоял на коленях. Воды не было, хотя Кальвин чувствовал себя так, будто едва не утонул. Но одежда была сухой. - Фуф,- наконец, выдохнул он, а потом поднял голову. И понял, его волосы были распущены... - Проклятие! - Кальвин поспешно закрутил их в хвост. - Он что, пытался убить меня? Это оружие...- Кальвин взглянул на свои расставленные пальцы, а затем на пустое место на полу, а затем снова на пальцы... - этот... оно находилось внутри меня. Но о каком 'оружии' он говорил? - Однако единственное, в чем он был уверен - от убийц не осталось ни следа...

  - Что здесь произошло? Почему ты в таком виде? Снова спал и свалился со стула? - раздался спокойный и недовольный голос.

   Сфокусировав взгляд, Кальвин осознал, что видит перед собой Гвен. Гвен, не раненную, не истерзанную, обычную сердитую Гвен... - Эй, Кальвин, ты словно призрака увидел, - нахмурилась девушка.

  - Гвен, с тобой все в порядке, - утвердительно произнес он.

  - Разумеется, со мной все в порядке. Маму Руи мы уже освободили, как и остальных, кто находился там. Но Гильдия... эти негодяи! - кулак Гвен сжался, она с ненавистью посмотрела в пространство, пообещав кому-то, - они заплатят за то, что сделали с ней.

  - Ты не ранена... Ты не ранена и с тобой все в порядке, - рассеянно повторил Кальвин.

  - А вот и мама, - в комнату вбежала Руи, тяня за руку главу Гильдии. Статная женщина, которую помнил Кальвин, выглядела усталой.

  - Гвен, Руи! - не сдерживаясь, он подбежал и обнял девочку и подругу, прижав их к себе.

  - Чу.. довище? - от неожиданности Руи даже позабыла о том, что нужно вырваться.

  - Это еще что такое? Позволяешь себе такое при людях? - с невероятным облегчением Кальвин ощутил, как на его голову опустился один из вееров Гвен, и в конце отпустил обоих.

  - А, тот самый интересный молодой напарник нашего профессора Гвен, - Ризель кивнула ему в знак приветствия.

  - Да, простите, я просто...- Кальвин задумчиво приложил палец к подбородку. Но как же это возможно? Тем негодяям не было причин лгать. И когда они сказали, что схватили Руи, и Гвен тяжело ранена, он ни на минуту не сомневался в их словах. Эти люди из Инквизиции способны и не на такое, вспоминая о тех двоих Сати и Кайо, или том поединке между Фон Грассе и человеком по имени Райден. И хотя он продолжал смеяться, в глубине души у него тогда сжалось.

  Когда Руи с Ризель вышли, Кальвин не удержался и спросил:

  - Скажи, тебе не встречался тип по имени Райден?

  - Райден? Не помню никого с таким именем, почему ты спрашиваешь? Слушай, ты совсем странный с тех пор, как мы вернулись, - заносчивое выражение лица Гвен сменилось озабоченностью. - Что-то произошло, пока нас не было?

  - Да нет, ничего, - Кальвин отвел взгляд, - я думал, что с тобой и Руи случилось несчастье.

  - Твое Предвидение? Я не знала, что оно может действовать таким образом.

  - Нет, все в порядке, раз с вами все хорошо. Просто оставим это. - Кальвин зевнул. - Все это глупости. Я просто уснул.

  - Бездельник, - с презрением бросила девушка, отвернувшись. Но озабоченное выражение не исчезло из ее глаз.

  А действительно, что же произошло? Когда он тонул, это вовсе не было похоже на видение, как и то, что те трое убийц просто исчезли. И самое главное, хотя он видел всех троих своими собственными глазами и они сказали правду, ни Гвен, ни Руи, ни наверняка Ризель ни о чем не помнили. Что если сказанные тогда слова его второго 'я' правда? И тем самым, исчезнув, эти трое убийц каким-то невероятным образом просто вырезали всю причинно-следственную цепочку из мира. И все, связанное с ними, просто рассыпалось. Не было нападения на Гвен, не было убийства Руи, и что-то изменилось, хотя и не полностью. Гильдия все же была разрушена, и город по-прежнему находился в руках Сейма и их помощников из Приоры. Но все же... - нет, если так думать, то голова способна расколоться. Кальвин потер лоб, отмахиваясь от своих воспоминаний. Сейчас самое главное - поскорее добраться до Ренье и узнать все по порядку. А дальше... дальше придется решать, последовать ли совету Лиисана и отправиться в Срединные страны или что-то еще.


  Глава 3. Новый король.


  Часть 1.

  - Ты проиграл, - рука, облаченная в расшитый цветами и птичками рукав, медленно поднялась, и из нее выпорхнули три легких, изящных тени. Замелькали быстрые крылышки, замерцала пыльца на хрупких усиках, и тронный зал дворца Приоры огласил пронзительный крик. Это крик находился за гранью человеческого слуха, за пределами того, что могли уловить самые изощренные чувства, но, тем не менее, он заставил изогнуться тело стоящего на коленях человека.

  Этот человек был красив некоей мрачной красотой Длинные, темные шелковистые волосы с оттенком глубокой синевы, той, что окрашивает небо перед грозой. Смуглая кожа лица, холодные глаза цвета полуночи, волевой подбородок. Плечи человека, облаченные в кожаный плащ, согнулись и задрожали. В этот момент глаза Грейслейна Ауслейза и правителя Приоры Эсфирь Вендиго, встретились. Но ни одна из двух пар глаз не принадлежала человеку. Миг, и блеснувшая под сводами зала молния осветила их лица, обрисовав раскрывшиеся за спиной Эсфирь радужные крылья. В тоже время синяя аура разлилась вокруг тела Грейслейна. И в следующее мгновение он выбросил вперед руку с зажатым в ней скипетром. Тонкая синяя линия пронзила пространство тронного зала, устремляясь к сидящему в расслабленной позе человеку на софе. Но еще до того, как удар настиг его, крылья Эсфирь сомкнулись и расправились, отражая то, что пришло, и следом формируя нечеткий образ колеблющейся фрактальной структуры, напоминающей калейдоскоп. Окружив Грейслейна, калейдоскоп рассыпался на множество сегментов. Каждый стал осколком, пронзившим его ладони, его ступни, его шею, его грудь...

  Задыхаясь, Грейслейн выронил скипетр, пытаясь вытащить осколки из своей шеи, но те превратились в потоки расплавленного, разноцветного стекла, и стекали по его одежде и коже. В воздухе запахло спекшейся кровью. Настоящая кислота...

  - Бесполезно, ты пытаешься, ты снова пытаешься противостоять мне, хотя знаешь, что это бесполезно, - голос человека на софе, превратившегося в нечто совершенно чуждое человечеству, был насмешливым и слегка играющим. Со скрытым интересом он наблюдал за мучениями Грейслейна. Синие крылья Слепого Бога за его спиной, наконец, поддались воздействию калейдоскопа, превратившись в то же стекло и сейчас осыпались на плиты пола мелкой хрустальной пылью. - Ты не умеешь признавать свое поражение? - с интересом спросил Эсфирь.

  - Я... не... я не хочу убивать своего брата, - выдохнул Грейслейн.

  - А, так вот в чем дело, а я уже подумал, что ты решил бросить мне вызов. Все-таки эти чувства мешают тебе. Но прошу, объясни мне, что может быть общего между тобой и этим полудемоном? Ведь он просто грязная тварь, которая даже не приходится тебе родственником по крови, - голос Эсфирь стал поразительно равнодушным.

  - И все же, он мой брат, он тот, кто действительно был мне дорог.

  - Но разве сейчас он служит не королю Саю? - брови Эсфирь вопросительно изогнулись. - А ты служишь мне. Ну почему так трудно признать тот факт, что я приказал тебе убить его? Или ты не слушал? Ну, так я могу повторить громче, - с этими словами комнату наполнил новый пронзительный звук, и три разноцветных тени набросились на Грейслейна, полностью скрыв за мельканием крыльев его фигуру.

  Тонкие пальцы Эсфирь щелкнули, разноцветная пыльца осыпалась на пол в том месте, где только что порхали бабочки, оставив вздрагивающую на полу фигуру. Одежда, тело, волосы - все было запорошено разноцветной пыльцой. Словно кислота, она прожигала все новые и новые раны на его теле, но Эсфирь знал, что и это не преподало должный урок этому человеку. Все-таки, управлять аватаром брата Бифуркатора было также сложно, как и пытаться вырастить новое Древо.

  - Ну, теперь ты услышал, чего я хотел добиться от тебя? - Эсфирь подался вперед. - Знаешь, я дам тебе второй шанс. Ты ведь не хочешь остаться в таком виде навсегда? Если сейчас я заберу Талиона, ты останешься жить в таком виде, и эти раны будут медленно убивать тебя. Час за часом, день за днем, ты будешь превращаться в нечто неприятное. Но потом, все же, умрешь, наверное. И тогда ты уже никогда не сможешь убить своего брата. Но если ты все же захочешь убить его еще раз, я могу дать тебе второй шанс. Просто попроси меня, ну же, я хочу услышать всего несколько слов, можешь шепотом. Я понимаю, сейчас тебе трудно даже думать, - палец Эсфирь скользнул по губам при виде Грейслейна, скорчившегося на полу.

  - Я...

  - Не слышу? - Эсфирь поднес ладонь к уху.

  - Я... хочу получить второй шанс...

  - Неужели? - казалось, в голосе Эсфирь послышалось разочарование, - на самом деле, я думал, ты выберешь смерть. Но ты же понимаешь, что третьего шанса не будет, ведь три - число неустойчивости, оно далеко от порядка. Если ты скажешь 'да' сейчас, тебе придется последовать моему приказу и убить это существо прежде. Мне нужна Ксанада, а ты как раз удачно подходишь по происхождению для того, чтобы стать ее королем, - Эсфирь хихикнул, - хотел бы я взглянуть на это - два принца, оспаривающие корону. Знаешь, как раз недавно твоему брату был отдан точно такой же приказ моим любимым братом, и сейчас он уже направляется в эту страну с той же целью. А потому, если хочешь убить его, ты должен поторопиться. Ты ведь просто хочешь убить его? Верно? Не сделаешь какой-то глупости, вроде того, чтобы помочь ему? Или убить себя? О, видишь, я читаю все мысли по твоему лицу! - звонкий смех Эсфирь разнесся под сводами тронного зала. - Ну что ж, хотелось бы посмотреть на это поближе, но я не могу... - на миг лицо Эсфирь стало печальным, - не могу покинуть этот дворец, к сожалению, - ладонь его легла на грудь, - это тело скоро потеряет свои функции.

  - Отдай мне, отдай ее мне, твою силу! - крик, больше похожий на стон, исторгся из горла Грейслейна Ауслейза.

  - О нет, нет и нет! - поднявшись с софы, Эсфирь вскинул руки, широкие рукава его одежды стали похожими на крылья. Он закружился вокруг Грейслейна. - Потому, что я не могу доверять тебе. К тому же, у меня есть лучший кандидат на эту роль, но это пока секрет. - Замерев на полуобороте, Эсфирь опустил руки, оглянувшись через плечо на Грейслейна. - Жалкое зрелище, - произнес он. - Смотри, как страдает твое тело. И все из-за слабостей человека, что внутри тебя. Ты пытаешься противостоять даже силе Слепого Бога. Поразительно, никогда не думал, что твои и его амбиции окажутся равными. Вот поэтому я даю тебе второй шанс, на этот раз не разочаруй меня и покончи с этим маленьким демоненком, с твоей прекрасной фарфоровой куклой, иначе... он отберет у тебя Талиона, и тогда смерть покается тебе избавлением. - С этими словами рука Эсфирь выпросталась из рукава, и, слегка тряхнув ладонью над головой Грейслейна, он осыпал на него последние крупинки пыльцы. На этот раз они не были радужными. Они казались мертвенно бесцветными, но, коснувшись тела Грейслейна, на миг окутали его блеклым туманом, пахнущим чем-то сладким. И когда последняя капля стекла с его тела, Грейслейн пошатываясь, поднялся. Его ладонь медленно коснулась груди. Несмотря на то, что его тело больше не испытывало адской боли, его душа рыдала в агонии. Он произнес:

  - Как прикажете... мой господин, - эти слова терзали гораздо сильнее любой боли.

  - Да, как я прикажу. Все будет так, как угодно мне и отцу...

   Грейслейн отвел взгляд, не желая смотреть на то, что смеялось, кружась по тронному залу. И сейчас это было еще меньше похоже на человека, которым, впрочем, уже давно не являлся и он сам.


  Часть 2.

  - Мой король, вы слишком... жестоки, - придержав коня, Мизар спешился, убедившись, что отъехал на достаточное расстояние от Виеры. Он оглянулся назад, туда, где остались башенки и стены дворца, туда, где остался его возлюбленный господин. Вспоминая то, что произошло сегодня. Те приказы и те знания, что были насильно втиснуты в его голову. Вспоминая о моментах, что он пережил, Мизар плотнее повязал сине-белый шарф вокруг шеи. Он вспомнил о том, как он пришел в себя в кабинете короля.

  ...Приподнявшись на руках, Мизар скривился, ощущая слабость во всем теле. Едва он попытался подняться, как ощутил дурноту. Он обнаружил, что лежит на полу, совершенно обнаженный. Должно быть, его одежда сгорела в том пламени. Но... Рука его коснулась ленточки, что связывала его волосы - она осталась на месте. Лента, заговоренная его матерью. Поискав взглядом и не найдя ничего подходящего, чтобы прикрыть себя, Мизар поднял голову. Глаза его скрылись за полуприкрытыми веками. Его король был там. Сай Валентайн сидел за письменным столом и смотрел на него. Он смотрел на него. И хотя в этих фиолетовых глазах не отражалось никаких чувств, Мизар и не требовал этого. Улыбнувшись, он прикрыл свои плечи рукой.

  - Вот, одень это, - рукой короля ему был брошен плащ, собственный плащ его величества. Мизар набросил его на плечи, и обернул вокруг тела, словно саван.

  - Я прошел тест? - спросил он.

  - Да, - король посмотрел на него свысока,- ты неплохо справился. - Теперь ты знаешь все, что необходимо, ступай, - голос короля был холоден и ровен.

  - Благодарю за этот плащ. Я верну его вам, как только доберусь до своих апартаментов.

  - Не стоит, оставь себе. Это знак моего доверия. Теперь, когда ты видел все, ты будешь разделять мои взгляды и мысли беспрекословно.

  - Да.

  - Теперь ты - моя пешка и я буду использовать тебя как пожелаю.

  - Да.

  - Ты хотел погрузиться в это до конца, и ты получил, что желал?

  - Да, это именно то... чего я хотел, - Мизар отвел взгляд. Глаза короля, фиолетовые с плавающими в их глубинах золотыми искорками, убивали его. - Я буду вашей пешкой, - Мизар неловко поклонился, так как в этот момент комнату вокруг снова повело.

  - Это пройдет.

  - ...

  - Я сказал, тошнота - это скоро пройдет. Она всего лишь отзвук, эхо, ведь внутри тебя нет монстра, который бы каждую минуту, каждый час уничтожал твое тело и душу.

  - Если бы я мог я бы принял всю эту боль, что терзает вас на себя, - тихо ответил Мизар.

  Казалось, Сай удивился, услышав эти слова.

  - Ты не можешь, никто не сможет выдерживать эту боль. Поэтому тебе незачем беспокоиться обо мне. Выполняй то, что я приказываю тебе, этого будет достаточно. А сейчас иди, незачем кому-то видеть моего советника в таком виде. Это вызовет ненужные вопросы. - Мизар вздрогнул, увидев выражение лица короля - сосредоточенное, оттаянное и жесткое. - Ты ведь понимаешь, что даже я не выйду сухим из воды, если станет известно о том, что я заключил сделку с Безумным Богом.


  Часть 3.

  Быстрая тень легко перебегала, прячась то в одной, то в другой нише. Сейчас по Торквемаде нельзя было передвигаться любому, у кого были знаки отличия выше, чем ранг купца. Сердце Охары сжалось. 'Мизар, смотри, во что превратился город'. Кутаясь в охристого цвета плащ, она прошла мимо грабивших какую-то лавку оборванного вида людей, мимо двух парней, цепляющихся к девушке. Лента в ее волосах указывала, что она была прислужницей в трактире. Не оборачиваясь, она скользнула мимо стаи людей сомнительного происхождения, которые разносили вдребезги карету какого-то дворянина. Но, даже видя, что происходит в ее родном городе, она была бессильна что-то изменить. 'Мизар, видишь, ты отсутствуешь, и вот во что превратился город без власти, город, в котором этикет и манеры всегда ставились на первое место. Где ты Мизар? Даже если ты ненавидишь меня, даже если тебе безразличен и этот город, и эта страна, ты нужен ей. Сейчас ты единственный, кто способен что-то изменить, ведь у тебя есть это право, повелевать всеми ими. Но, наверное, ты даже не помнишь о нас. Ты служишь господину, что стал для тебя дороже даже собственной невесты....'

  Преодолев бегом последние десятки метров до их временного убежища, Охара скинула плащ и привались спиной к дверям башни. Отдышавшись, она открыла дверь, прошла к очагу и не смогла сдержать улыбки. Котелок был полон ароматного рагу, дети ждали ее возвращения, но как долго она сможет в этом хаосе скрывать их происхождение? Эта башня все еще служила домом Гильдии, но самой Гильдии воров уже не существовало.

  - Охара, мы все приготовили!

  - С возвращением, сестренка Охара, - стайка детей высыпала из-за занавеси, которая разделяла круглую площадку башни на жилую и кухонную часть. Но сегодня ночью они будут вынуждены покинуть это место. В конце концов, и та часть Гильдии, что еще осталась после ухода Тенио и остальных, будет потеряна. Сможет ли она найти человека по имени Йон, о котором однажды написал ей в том единственном письме Тенио? Она не знала, но сейчас оставаться в Торквемаде было опасно даже для нее, тем более, что она была второй претенденткой на престол.

   'Мизар, мы больше не можем ждать тебя. А сама я не обладаю никакой властью. Возможно, Ксанада перестанет существовать как монархия. А может, потеряет свою самостоятельность в качестве государства, но я не могу ничего сделать. Ничего', - думала она.

  - Сестренка Охара, вот здесь, взгляни сюда! - самый маленький из детей, светловолосый и веснушчатый мальчишка, подбежал к ней, размахивая сложенным свитком.

  - Тише, Рика, что ты делаешь? Забыл, что я говорила тебе о ТОМ человеке? Нельзя резко говорить Охаре о нем... - прошипела, удержав его за руку, старшая из девочек с двумя черными косами - Мариша.

  - Что это? - устало спросила Охара. Она присела на стул, расправив юбки, которые она теперь была вынуждена носить, и которые ненавидела.

  - Письмо, - пискнул уже порядком напуганный Рика.

  - Письмо? От кого же? - Охара протянула руку и взяла из руки мальчика свиток. Но едва взглянув на печать, скрепляющую свиток, глаза ее расширились. Она вскрикнула: - Это от него?!

  - Видишь, что я тебе говорила, лучше уйдем, - Мариша потянула за собой Рику и подгоняя других детей. Но Охара не обратила на них внимания. Неужели, неужели ее молитвы были услышаны, и он действительно мыслил в одном с ней ключе? Невероятно и все же... Дрожащей рукой она сорвала печать, и принялась читать письмо. Всего две строчки содержались в нем. Две строчки: 'Я возвращаюсь. Мизар Фон Грассе Рейгн. 'Рейгн' И именно это слово заставило Охару зажать рот ладонью. Непрошенные слезы скрытой радости выступили у нее на глазах.


  Часть 4.

  - Э... госпожа Ризель? - Кальвин улучил момент, когда поблизости не было Гвен или Руи, и он мог подойти к главе Гильдии Риокии.

  - А, юный ассистент нашего профессора, - мелкие светлые кудряшки качнулись, когда Ризель склонила голову. Как заметил Кальвин, она была несколько выше его ростом. Ее элегантный наряд был чересчур экстравагантным для такого времени. Впрочем, ее совершенно не смущало, что подол ее длинного платья волочится по пыли лесной дороги. Весна уже вовсю диктовала свои права в королевском заповеднике. Солнечный свет лился сквозь молодую зеленую листву на деревьях, прыгали по ветвям прыткие белки, пару раз Кальвин замечал вдалеке стайку оленей. Он вспомнил тот первый день, когда они встретили в этом лесу Ренье. Тогда они с Гвен приняли его за простого молодого егеря. С тех пор многое изменилось, слишком многое.

  - О вчерашнем дне... Я хотел спросить вас о том, что произошло вчера, - наконец, Кальвин решился задать мучавший его вопрос.

  Ризель бросила на него косой взгляд, бегло оглядев его фигуру. Кальвин поежился. Конечно, он странно выглядел. Но с этим ничего не поделать. Его волосы, хотя и были собраны в хвост, но все равно свисали ниже поясницы. А шаль на его плечах, цвета глубин моря, еще меньше подходила для похода. Но, как с ужасом понимал Кальвин, он уже как-то свыкся со своим новым образом, тем более, что каждый раз, как он встречался с тем странным парнем, в точности похожим на него, его волосы снова отрастали. Хорошо, что еще тот странный балахон он все же вымолил у Гвен спрятать в своей сумке.

  - Вчера ты, признаюсь, удивил меня. Мало того, что изменился - не думала, что волосы у людей могут расти так быстро - хотя тебе идет, - при этих словах Ризель, звучавших как сомнительный комплимент, Кальвин скривился. Женщина добавила: - Но когда мы вошли, ты выглядел так, словно призраков увидел.

  - Я... Гвен мне ничего не рассказывала, а ваша дочь как видит меня, так пугается. Мне больше некого спросить о том, что все же произошло вчера.

  - Что именно ты бы хотел узнать? - казалось, прошла вечность, пока Ризель все же поправила свои очки и обратила свой взор на идущего рядом с ней юношу.

  - Не было ли чего-то странного во вчерашних событиях? Ваши ощущения, замечания, явления - все что угодно.

  - Странный вопрос, уже само то, что наша Гильдия, оплот драгоценного знания, была захвачена этими неотесанными людьми из Сейма, да еще по наущению королевского доктора, само по себе выше всякого нормального течения событий. Но мы оказались заложниками ситуации, хотя я позаботилась о том, чтобы переправить все лабораторные комплексы и все ценное с особым торговым караваном в Таару.

  - В Таару? Но когда вы успели? - Кальвин выглядел потрясенным.

  - Простая предусмотрительность, ну и Руи очень помогла мне.

  - Руи? Ах да, я совсем забыл о ее способности, - Кальвин приложил ладонь к голове.

  - Да, моя Руи особенная, кажется, ее называют Дитя Хаоса, но я знала, на что шла, когда нашла ее отца.

  - ЧТО? - Кальвин едва не споткнулся, - вы действительно заранее желали такой судьбы своему ребенку?!

  - Это был просто эксперимент, но я люблю свою дочь, и всегда буду любить. Она ничем не отличается от обычных детей.

  - Но судьба всех детей... - Кальвин ин отвел взгляд.

  - Я знаю, но не верю в эти слухи. Руи абсолютно нормальный, здоровый ребенок. У неё не бывало даже серьезной простуды. Я не верю, что высшие силы, что следят за ростом Древа, могу оказаться настолько жестокими, что отнимут жизнь из простой прихоти. - В голосе Ризель зазвучала стальная решимость. - И я буду бороться за нее до конца. О...

  - Что такое? - Кальвин заметил, что взгляд Ризель был устремлен в пространство.

  - Я кое- что вспомнила, о том, про что ты спрашивал. Только сейчас. Странно, действительно.

  - И что же это? - сердце Кальвина похолодело.

  - У меня такое чувство, что недавно с Руи случилось что-то плохое, - взгляд Ризель повернулся в сторону, где весело прыгая, словно самый обычный ребенок, Руи собирала в лесной траве первоцветы. Кроме Гвен и Ризель с дочерью, их отряд насчитывал еще двадцать пять человек, членов Гильдии. - Наверное, память играет странные шутки, или это просто волнения последних дней, но мне кажется... - Ризель, эта сильная, уверенная в себе женщина, внезапно замолчала. - Нет, неважно. Это же не так, ведь она здесь и совершенно здорова. Не могло быть такого, что я видела ее умирающей, будто кто-то ее долго мучил, а я сама, - рука Ризель скользнула к груди, но затем решительно опустилась. Она помотала головой. - Это был всего лишь сон, все очень нечетко. И даже сейчас, когда я говорю с тобой, я забываю о нем все больше. Гильдия сгорела, разрушена до основания, все наши люди... убиты. А твоя подруга пытается спасти нас, но тщетно. А потом появляется тот самый человек в охристом пальто с капюшоном. Он назвался... как же... Рай... Рей... - не могу вспомнить. Он поднимает руку с таким странным блюдцем, Руи кричит и я...

  - Это все сон. Действительно, наверное, вы просто устали, - Кальвин положил ладонь на плечо женщины. Отняв руку ото лба, она посмотрела на него странным взглядом.

  - Откуда ты знаешь? Почему у меня такое чувство, что я забыла о чем-то важном? Я много работала над структурой и функцией головного мозга, и знаю достаточно о подобных вещах. Но не думала, что такое возможно. Будто мои мысли...

  - Мама, мам, смотри, какой цветок! - Руи отвлекла Ризель. Подбежав к ней, она показала ей хрупкий стебелек с качающимся на нем желтым колокольчиком. Ризель слабо улыбнулась Кальвину и позволила дочери увлечь себя.

  Кальвин поправил свою шаль, чуть приспустив ее на плечах.

  - Вот ведь... - пробормотал он. Если все, сказанное его двойником, правда, и когда те трое убийц исчезли, что-то в прошлом тоже изменилось. Как будто...- Кальвин провел цепочку размышлений дальше - как будто целая нить прошлого была вырвана с корнем. Проклятье, будто она никогда и не существовала! Тот человек в капюшоне, о котором говорила Ризель, несомненно - Райден. Но когда исчезли те убийцы, те, кто были с ними связаны, начали действовать по-другому. Насколько же далеко способны простираться эти изменения? Как же много он изменил? Нет - Кальвин взглянул на свои руки. И вновь вспомнил перекошенные от ужаса лица трех человек, которые пришли за ним. И хотя они сами были убийцами... Нет, нет, я не убивал их, это не я...

  - Эй, Кальвин?

  Видения рассыпались, когда Гвен, подойдя, положила ладонь ему на плечо.

  - Что случилось? Спишь с открытыми глазами, тот в точь, как Сай. Гляди мы уже почти пришли! - она указала пальцем в глубь леса. Кальвин заморгал.

  - Я не вижу, ничего, кроме лесной дорожки, - признался он.

  - С тобой все в порядке, это не галлюцинации от недостатка сна. Ну, раз так, - сочувственный тон Гвен растаял еще до того, как Кальвин успел поверить в такое невероятное событие, - слушай мою команду! Наперегонки до лагеря принца Ренальдо марш! Если не догонишь меня, заставлю заплести все твои волосы в мелкие косички с лентами! - задорно крикнула чертовка и унеслась вперед.

  - Черт...- мрачно пробормотал Кальвин. - Погоди же!

  Но это была Гвен. Ну почему едва она выясняет, что ему ничего не грозит, тотчас же принимается издеваться над ним?! С неохотой Кальвин заставил свои ноги подчиниться и бежать, так быстро, как только можно.


  Часть 5.

  - Аах, - среди дыма и пламени они пробирались по искривленным улочкам столицы. Иного пути нет, да? По-другому им не выбраться, да? Город окружен, да? А это лучше?! - хотелось закричать Кальвину, Но когда он услышал детский крик, он вынужден был остановиться. Было решено: 'Прорываемся, кто отстал - мы не можем ждать'.

  Но я не могу так! - Кальвин помотал головой и бросился назад, Это была Руи, ну конечно. Споткнувшись, она, по-видимому, повредила ногу. Кальвин цокнул языком, подбежав к девочке. При всех ее силах, она была просто слабым ребенком.

  - Кальвин, скорее, я не могу долго сдерживать этих назойливых типов! - крик Гвен, сражавшейся сразу с пятью противниками, до зубов вооруженными заклинаниями и холодным оружием, заставил Кальвина поторопиться. Оторвав лоскут от своей рубашки, он туго перевязал лодыжку девочки, которую та растянула. Руи, всхлипывала, отчаянно пытаясь не заплакать.

  - Ну-ну, ты же большая девочка, значит, должна терпеть. И где же твоя мама запропастилась? - в отчаянии Кальвин оглянулся по сторонам. Ну не нести же ему ребенка на своих плечах?!

  - Чудо...вище, - прохныкала Руи, - нога болит, очень...

  - А, черт, - скривился Кальвин, - хуже не придумаешь.

  Вокруг них солдаты Сейма, сражающиеся с солдатами самопровозглашенного короля. И те, и другие отличались лишь по цвету шапочек на головах. Светло-зеленые у Сейма и темно-зеленые у принца. Но и те, и другие были... 'Идиоты! Во что вы превращаете город, к чему эти бессмысленные убийства?!' - хотелось закричать Кальвину, но вместо этого...

  - Кальвин, с тобой все в порядке? - Ренье склонился к нему, тронув его за плечо. Тотчас же за ним подоспели двое его верных телохранителей. Оба молодые парни, которые, однако, скорее защищали больше его жену Розетту, чем его самого. Розетта в таком хаосе ухитрялась отлично справляться с поводьями своей лошади, при этом держа на руках корзинку, накрытую голубоватым шелковым одеялом - там находились их драгоценные близнецы.

  - Со мной все в порядке? Это вряд ли, Руи подвернула ногу. И почему мы должны были идти через весь город? - спросил Кальвин.

  - Ты ведь знаешь, - на лице Ренье появилось извинявшееся выражение, - какая-то неизвестная нам армия, заключившая союз с Морти, взяла город в кольцо, и теперь мы оказались в самом пекле. Я не мог такого предвидеть, но они решились и на наступление именно в этом месте.

  И как дошло до этого? Почему все обернулось так? Но разве Кальвин не предупреждал Ренье? Нет, наверное, он был недостаточно убедительным. В тот момент...


  Часть 6.

  ...спустя три часа после той сумасшедшей пробежки наперегонки по заповеднику они уже весело болтали в палатке командующего Ренальдо Риокийского, как теперь величали Ренье. Трудно было поверить в то, что за какие-то несколько месяцев человек способен настолько измениться. Вместо простоватого егеря, все мысли которого были лишь о защите от браконьеров королевского заповедника, теперь перед Гвен и Кальвином предстал все тот же Ренье. Но напряженная складка теперь пролегла посредине его лба, там, где начиналась переносица. Именно такая складка проявлялась и у Сая, когда он был чем-то очень озабочен. Должно быть, это был особенный знак, который появлялся у людей, на которых внезапно свалилась власть и огромный груз ответственности.

  Лагерь Ренальдо - это было, конечно, громко сказано. 'Армия' принца Ренальдо составляла от силы с три тысячи человек, в основном юношей. И Кальвин не заметил ни одного старше тридцати - и всего лишь горстка офицеров, да и те, кто еще недавно закончил обучение и от силы раз побывал в боевых учениях. Их тех, кто помнил компанию при Аркли, не было никого, кроме самого Ренье. В то время как, с удивлением узнал Кальвин, он был адъютантом при генералиссимусе Риокии, вместе с первым принцем Мортимером. Но, несмотря на нехватку боевого опыта и вооружения, все эти три тысячи человек обладали какими-никакими знаниями в области боевой магии, и недостатка в провизии у них явно не было.

  - Это все жители окрестных селений - они ненавидят Мортимера и Сейм, которые выкачивают последние крохи на свои армии из и так пострадавших от холодной зимы хозяйств, - так пояснила Розетта. Войдя в палатку, она с гордостью продемонстрировала двойняшек - мальчика и девочку.

  - Все как ты и предсказывала, дорогая, - она чмокнула в щеку зардевшуюся Гвен.

  - Да ладно вам, я ничего такого не сделала, - сбивчиво проговорила она.

  Гвен, Кальвин, Ренье, Ризель с Руи и Розетта с малышами сейчас находились в 'генеральном штабе' - так называлась эта палатка, которая была разделена на две части - жилую и для совещаний.

  - 'Людям нужна иерархия и поддержка боевого духа, а главное, им нужна цель. Они должны видеть, что государство не развалилось, и что оно продолжает жить здесь', - при виде так рассуждающего Ренье даже Гвен открыла рот. Действительно, власть меняет человека, хорошо, если не в худшую сторону.

   Над палаткой развевался не флаг Риокии в виде шишки на изумрудном фоне, а нежно-лазоревый росток ели, который был собственным гербом принца Ренье, под которым теперь собирались все эти отчаянные люди. Среди солдат Кальвин заметил не менее трети женщин - как оказалось, Розетта лично занимались их обучением, Она оказалась неплохим стрелком из лука, что доказала, устроив импровизированное соревнование после небольшого отдыха.

  Казалось, они не удивились, увидев вышедший на широкую поляну отряд во главе с Кальвином и Гвен. А Руи подбежала и прыгнула на руки Ренье, закружившего ее.

  - Я все сделала правильно, как ты и сказал. Дядя Ренье, я привела их, скажи мне спасибо.

  - Спасибо, моя милая, ты молодец, - Ренье похвалил ее, поставив на землю.

  - Кальвин! Сколько лет, сколько зим, - подойдя к нему, Ренье пожал руку, и кивнул Гвен. Но куда более глубокого поклона удостоилась Ризель. - Приветствую Главу Гильдии от имени королевства Риокии.

  - Мы захватили с собой все, что смогли. Но главное - это все мои люди, - улыбаясь, Ризель указала на людей в изумрудных мантиях за своей спиной. - А тем невеждам ничего не достанется.

  Ренье кивнул:

  - Я рассчитываю на то, что вы окажете нам посильную помощь, но простите, что не можем предоставить вам более комфортные условия, - он развел руками. - Сегодня последний день нашего пребывания здесь. Мы ждали только вас. На рассвете мы выдвигается в Срединные страны.

  - Эй, подожди... - когда Кальвин поднял этот вопрос в первый раз, еще на поляне, Ренье лишь покачал головой, шепнув: 'Поговорим потом, я еще хочу услышать вашу историю. Не думаю, что это праздная поездка'.

  И теперь, когда они оказались в относительно спокойной обстановке, Кальвин спросил вновь.

  - Кальвин... ты же видишь, что мы не можем остаться здесь. Со дня на день нас найдут. Если это произойдет, мы не сможем принять бой даже с третей частью армии Мортимера или Сейма. А просто сидеть и ждать, пока это не произойдет - бессмысленно. Поэтому мне нужны союзники.

  - И ты хочешь найти их в Срединных странах... - Кальвин почесал голову. - Но я слышал, что все они присоединились к так называемой интернациональной армии Астала. Командует ей Клайм Кольбейн. Я хорошо знаю его. Он умеет объединять людей вокруг себя. Не знаю, что ты задумал, но лучше откажись от этой идеи сейчас, чем когда придешь на место.

  - Я не могу, Кальвин, - Ренье наклонился вперед, пристально посмотрев на него. Складка на его лбу стала явственнее. Розетта, разливавшая чай, на миг остановилась и покачала головой, будто в знак осуждения, но ничего не сказала. - Я не собираюсь бросать страну в таком состоянии, раздираемую, словно фигуры на шахматной доске между моим братом и Сеймом. Риокия не игрушка, и я не могу видеть, как страдают ее жители.

  - Тататта.

   Кальвин посмотрел в сторону, где Ризель играла с малышами, показывая им необычной формы вещицу, собранную из множества круглых стеклышек, напоминающую странную погремушку. Гвен и Руи играли в веревочку. У Кальвина возникло такое ощущение, что он говорит с камнем, и что это дело уже давно решенное. Почему у него было нехорошее предчувствие относительно всего этого предприятия? Хотя, Лиисан...

  - Лиисан говорил с вами? - Ренье сменил тему, - он встречался с вами?

  - Да, он был очень убедительным. Тоже сказал, чтобы мы шли в Срединные страны. Признаюсь, я думал скорее о Риокии, но, похоже, здесь дела далеки от спокойствия.

  - Кальвин, я знаю, ты силен в магии, я не прошу тебя рассказать мне все о магии Астала, но ты нужен мне. Ты и Гвен - вы оба. Ведь теперь, когда тебя ничто не держит в Астале, почему бы вам не присоединиться ко мне? Я мог бы сделать вас своими командирами.

  - Дело не в этом, на самом деле, у меня остались незавершенные дела, но... - Кальвин понял, что понятия не имеет, как объяснить Ренье его причины, по которым он не желал удаляться от Астала. На первый взгляд, правда состояла в том, что он и Гвен объявлены опасными преступниками. Любой здравомыслящий человек бежал бы как можно дальше от источника своих бед. Но если он просто забудет обо всем, что было, он просто бросит Сая, в таком состоянии - это будет куда хуже, чем предательство. Но о том, чтобы вернуться сейчас, не могло быть и речи. Пока он еще не разобрался во всем, пока он не разобрался в себе, пока не узнал больше о том человеке, его точной копии, что пытался управлять им... пока не найдет достаточно убедительного аргумента, чтобы вернуться.

  - Ну, так ты согласен? - с надеждой спросил Ренье.

  - Я...- Кальвин оглянулся по сторонам, вздохнул. - Пока, кажется, нам больше некуда идти, мы отправимся с тобой.

  - Благодарю тебя, Кальвин,- потянувшись, Ренье порывисто и просто обнял Кальвина. Неужели это действительно так много значило для него?

  Не стоило так благодарить меня. Ведь я все равно оказался бесполезен.


  Часть 7.

  - Черт, черт! - Кальвин подхватил Руи, закинув ее себе за спину, и произнес: - 'В ожидании холодного рассвета'! - он выпустил заклинание прямо в сторону сражающихся Гвен и нападавших.

  Гвен не нужно было предупреждать закрывать глаза. Она отлично знала действие этого заклинания, в отличие от солдат Риокии.

  - Оставь их, бежим, так мы никогда не выберемся из города! - крикнул он девушке.

  - Ага, бежим. Но я не вижу нашего декана! - Гвен завертела головой, нахмурившись. Ренье указывал путь своим людям, прикрывая Розетту - словно две путеводные звезды они скакали через пылающую столицу. Сколько осталось от их армии, никто не знает, но Кальвин видел, что, несмотря на то, что изначально это было сражение двух сил, очень скоро люди Ренье стали мишенью и тех и других сторон, без разбору вырезающих друг друга. Бессмысленно! Гвен прорубала им дорогу, а Кальвин с Руи на плечах бежал за ней. И тут...

  - Эй, ты кто такой? Ты из армии Сейма?! - прозвучал грубый мужской голос. Чертыхнулись, Кальвин начал разворачиваться, но внезапно сильный удар выбил почву у него из-под ног. Руи свалилась с него, и мячиком покатилась по мостовой.

  -Руи!

   Обернувшись, Кальвин увидел закованного в броню солдата.

  - Э... я просто мирный житель мой дом сгорел и сейчас я и моя сестренка спасаемся в поисках убежища, я не принадлежу ни какой из сторон...

  - Что-то мне кажется знакомым твое лицо, и эта девочка... Хммм, - солдат явно колебался, поигрывая мечом. 'Гвен', - взмолился Кальвин. Хотя он мог запросто справиться с ним, только вот Руи... Любое из заклинаний, которое он может воспроизвести, непременно настигнет и ее. Черт, что же делать?

  - Что здесь происходит? - неожиданно третий голос вклинился в разговор.

   Глаза Кальвина становились все шире и шире, когда он увидел говоривших. За спиной первого солдата появились двое человек в малиновой униформе. Малиновая форма и эти знаки отличия. Солдаты Астала!

  - Эй, кто тут у нас? Да я его знаю! - воскликнул один из появившихся солдат. - Это лицо было на том листе, где объявлена награда в тысячу монет тому, кто сможет дать хоть какие-то сведения о беглом государственном преступнике по фамилии Рейвен.

  - Вы знаете его? - спросил непонимающий солдат Риокии.

  - Да, нам несказанно повезло, да, Картер? - спросил первый солдат своего напарника, толкнув его в бок.

  - Вознаграждение наше, если сможем его скрутить, только я слышал, что он крайне опасен.

  - Ага, вы даже не представляете насколько... - кривая усмешка появилась на лице Кальвина. Хорошо, что Руи не видит его таким.

  - Кальвин, поторопись, их здесь как тараканов! Если задержишься, основные силы, придут сюда с минуты на минуту!

  - Хм...- Кальвин видел, как Гвен, словно вихрь, сражается веерами и заклинаниями, полностью перегородив улицу основными силам, двигающимся вверх по ней. 'Хорошо, что Ренье и Розетта смогут выиграть время', - подумал он. Бросив взгляд на Руи: 'Хорошо, что ты без сознания... так ты не увидишь такого меня. Иначе ты действительно посчитаешь меня чудовищем... Ведь я... ведь я вынужден сражаться против собственных товарищей'.

  - Простите, ребята, но, кажется, ваша мечта о вознаграждении так и окажется неосуществленной, - Кальвин поднялся, отряхивая одежду.

  - Эй, что на нем надето? Это женская шаль? И волосы... На картинке не были такими длинными. Может это не он? - солдаты Астала с сомнением переглянулись.

  - Нет, это точно он... Ступай, мы тут разберемся, - приказал тот, кого назвали Картер, детине с мечом. - Это дело касается только Астала. - И, обратившись к своему товарищу, добавил: - Не расслабляйся, этот его вид - лишь подделка. Только я вот слышал, что он крайне опасен.

  'Думай быстрее', - приказал себе Кальвин. - 'Они из Астала, значит, будут использовать магию Астала. Если они считают меня опасным преступником, это будет, по крайней мере, вторая ступень, Но в таком случае, все зависит от того, что им приказали - доставить меня живым или почти мертвым. Что Сай приказал'. На самом деле, Кальвин больше не понимал, о чем именно думает его друг. Но лучше считать, что его приказали доставить, во что бы то ни стало. А значит...

  '... ты ведь не хочешь этого делать?'

   Кальвин застыл. Этот голос! 'Снова ты? Отстань, мне сейчас не до тебя', - мысленно отмахнулся он.

  'Да, неужели я плохо помог тебе в прошлый раз?' - казалось, голос внутри его головы был чем-то обижен.

  'Ты помог, но это слишком опасно. Я не собираюсь больше прибегать к этому, никогда'.

  'Хехе', - голос хихикнул, - 'неужели сможешь? Ты не сможешь, ведь в твоей природе сводить все к хаотическому набору и из этого прекрасного смешения создавать новый порядок'.

  'О чем ты... что ты несешь?'

  'Смотри, сейчас начнется, они используют третью ступень магии. Эти люди действительно боятся тебя. Не покажешь ли ты им свою силу? Разве ты не хочешь уничтожить их, как и тех убийц?'

  'Нет', - Кальвин отмахнулся от навязчивого видения, - 'я не собираюсь убивать своих соплеменников. Все, чего я хочу - безопасно выбраться из города и спасти Руи'.

  'Ты не сможешь, тебе придется прибегнуть к этому. То, что ты так не любишь - 'Предвидение'. Только это. Ну же, я не собираюсь мешать тебе, я просто... посмотрю отсюда, из твоих глаз, как у тебя получится'.

  'Ты не врешь? Не будешь вмешиваться? Чего ты хочешь?' - подозрительно спросил Кальвин.

  'Я всего лишь хочу, чтобы мне не мешали и не связывали меня', - ответил голос. И на миг Кальвину показалось, что он видит человека с длинными черными волосами в синей шали, сидящего на берегу иссиня-прозрачного пруда и касающегося пальцами глади воды. - 'Да, всего лишь хочу того же, чего и ты - чтобы нас не поймали. Я не дам поймать тебя никому, так и знай, я буду защищать тебя, нас. Лишь одному человеку можно поймать нас, лишь одному. Но он еще далеко, так далеко, что я почти не вижу его'.

  'Хорошо, делай, что хочешь, но не пытайся втянуть меня ни во что такое', - предупредил Кальвин, сам не уверенный с чем именно разговаривает. Но одно он понял точно - этому типу, который выглядит в точности, как и он, доверять нельзя. Особенно, если он каждый раз появляется в его воспоминаниях. Эти обрывочные видения начались с тех пор, как он был распят на том колесе, перевитом побегами цветов, и теперь приходили и уходили, как и когда им вздумается. Кальвин старался не замечать их, но эти типы из Приоры что-то явно сделали с ним, и Кальвину не очень хотелось знать, что именно. Ясно было одно - они не успели довести свое дело до конца, когда тот человек или призрак по имени Люсьен Энн, спас его.

  Убедившись, что этот двойник его не побеспокоит, Кальвин обратился к Предвидению. 'Созерцая глаз бури...' - так вот, это что. А они действительно считают его настолько опасным. Но кто из них начнет первым? Тот, чьего имени Кальвин не знал или Картер? Да, первый... В разуме солдата уже сложилась будущая структура, а его пальцы уже приняли нужное положение. Отлично - едва он начнет произносить это, Кальвин подыграет ему. Как и тогда в случае с 'Маской', это должно быть легко, так он отведет опасность от Руи и Гвен. Последняя все еще сражалась где-то рядом. К тому же, то, что он задумал, не причинит особого вреда его соотечественнику.

  - 'Созерцая глаз бури, я вглядываюсь в небо...' - солдат Астала начал читать заклинание. Сделав глубокий вздох, Кальвин произнес: 'Созерцая глаз бури я...' Но в этот миг третий голос вмешался в их хор... Это был Картер. Кальвин не мог слышать того, что он произносил, но он отлично видел, как над головами обоих солдат небо начинает принимать иной оттенок. А это значило... Нет, только не это.

  - Дураки! - закричал Кальвин, опуская руки, но это уже не имело никакого значения.

   Солдаты, видимо, были хорошо обученными, потому как не проявили никакой реакции на его крик, приготовившись с гарантией уложить его удвоенным заклинанием. Все так, как их учили в отряде Лилии. Все правильно, совсем как по учебнику. Но совсем не то, что хотел сделать Кальвин и совсем не то, что было допустимо. А то, что получилось...

  Только теперь, когда они дочитали заклинания до конца, усмешки начали сползать с их лиц. Они уставились на небо. Структура удвоенного мощнейшего заклинания заставила небо разделиться на две половины. Одна из них была малиновой с сизым оттенком. Во второй уже формировалась нечто, чему не было места в учебниках, и даже чему не было места в этом мире. То, что никак не связано с итогом заклинаний. Оно было вызвано самим соединением трех заклинаний: два - число порядка, три - число хаоса. А когда Кальвин добавил еще и реверс в заклинание, эта структура утратила черты хаоса или порядка, превратившись в нечто поистине чудовищное и отвратительное. Оно в считанные мгновения потушило пылающие вокруг здания, издавая низкий глухой гул.

  - Что это такое, что за... - начал было Картер. Кальвин зажмурился, когда первая молния, сорвавшись с неба, оставила ошарашенного Картера таращиться на выжженное место, которое только что занимал его товарищ.

   - Это... это ты... это ты сделал! - очнувшись, заорал он. - Ты чудовище, ты ответишь...

   Кальвина оглушило, отбросив ударной волной наэлектризованного воздуха, когда слова Картера прервались. Третьим, несомненно, будет он сам, или цель близко от него... Руи! - внезапно вспомнил Кальвин. Девочка, все также беспомощно разметавшись, лежала на земле. А над головами Кальвина и Руи небо прогнулось, словно под невероятной тяжестью, оттуда начало просачиваться нечто, покрытое сетью молний... Кальвин вспомнил, где уже видел подобное. Это небо было так похоже на то, что он видел в том мире, где не было ничего, кроме цветов и воды.

  - На что ты заставил меня пойти?! - Кальвин обращался к невидимому двойнику.

  Послышался легкий вздох.

  'Я был всего лишь наблюдателем, это все ты... ты не понимаешь, с чем обращаешься и вот результат...' - шепот растаял, оставив Кальвина одного. Покрытая молниями капля упала вниз. Черт, черт тебя подери! Да сделай же что-нибудь! Десять шагов до Руи. Всего десять шагов, но так далеко. Кальвин со всей очевидность понимал, что не успеет, и даже если успеет, то станет мишенью на месте Руи. Но он не колебался ни миг, прыгнув вперед. Но уже в прыжке заметил изумрудную тень, метнувшуюся мимо него. Ризель! Схватив девочку, решительная женщина бросила ее ему:

  - Позаботься о ней, я понимаю, что не могу сделать этого сама... - улыбнулась она. Девочка упала на руки Кальвина, и они покатились по покрытой пеплом земле... За его спиной что-то ухнуло, и ударная волна третья и последняя по числу тех, кто осмелился призвать эту силу, накрыла землю.

  - Я слышала голос мамы... - глаза Руи приоткрылись, она повернула голову.

  'Нет, не смотри!' - Кальвин поспешно отвернул девочку к себе. 'Чудовищно, почему все закончилось вот так?'

  Это оцепенение разорвал голос Гвен.

  - Что ты делаешь с девочкой? - руки девушки вырвали у него Руи, вновь потерявшую сознание. - Хочешь, чтобы она поверила в смерть матери ради нее в такой момент? Идем скорее!

   Но Кальвин не двинулся с места.

  - Что с тобой? Я сказала, идем! Кальвин!!

  'Это первое...' - голос вернулся, заглушив собой слова его напарницы.

  ' Что первое?'

  - 'Первое изменение. То, что выбрал ты. Я убил тех, кто пришел за тобой тогда, и сейчас вернулся отклик. Все уплачено, согласно уравнению. Ничего лишнего'.

  -Так это ты... это все ты, такова твоя плата?! - закричал Кальвин, вскакивая на ноги. Гвен отшатнулась, прижима к себе девочку.

  - Иди... - вдруг произнес Кальвин.

  - О чем ты? Я не собираюсь разделяться с тобой, нам нужно выбраться из города, как можно скорее и мы сделаем это вместе...

  - Я сказал, иди Гвен. Бери Руи и выбирайся из столицы. У меня еще есть одно дело... - голова Кальвина обернулась к той части города, над которой вырос защитный купол. Кто-то прочел вариацию коллективного заклинания ' В поисках защиты...' - отстраненно подумал он.

  - Как знаешь, но я и шагу не сделаю от столицы, пока не дождусь тебя, делай, как знаешь, но не смей погибнуть. Иначе я приду за тобой и...

  - Иди уже, - голос Кальвина сорвался. Девушка посмотрела на него встревоженным взглядом, но подхватив Руи, бросила через плечо:

  - Встретимся согласно плану в условленном месте.

  - Иди, - повторил Кальвин и, когда силуэт Гвен растаял в дыму от погашенного пламени, спросил:

  - Те убийцы сказали, что пострадали двое: Руи и Гвен... Если такова плата за Руи, тогда что же с Гвен?

  'Я не знаю, даже я не знаю, как действует этот принцип. Хотя те, кто меня создавал, думали о том, чтобы это было самое мощное оружие, способное вмешиваться во все структуры порядка. Но даже мне не известны все принципы его действия. И отклик приходит не всегда. Возможно, плата потребуется, а возможно и нет. Она будет большая или малая, в конце концов, твоя подруга была только ранена, а не убита. Но я могу предположить, что этот молодой принц может быть следующим'.

  - Понятно, - отмахнулся Кальвин. Не дослушав голос, он бросился бежать. 'Ренье, он точно говорил о Ренье', - думал он. Но он все еще мог успеть вмешаться до тех пор, как это произойдет. Никто, ни один из них не должен пострадать из-за его беспечности. Он действительно играл с тем, чего не понимал. И вина, как бы он ни лгал себе, лежала именно на нем, а не на обладателе голоса. Все же, в конце концов, он сам, своим руками...


  Часть 6

  - Согласно летописи благородных домов, род Сталль ведет свое начало от благородного Ромни Фон Съерра, который приходился отцом основателю первой династии принцев северных территорий и...

  - Ваш род худосочный, более того, известно и доказано в ходе исследований, что летопись являлась позднейшей копией, переделанной в угоду дома Сталль. Существующий оригинал указывает, что род Фон Берсфорт восходит своими корнями к пятьсот тридцатому году. И трое его потомков становились регентами при малолетних правителях Ксанады...

  - Дом Берсфорда, как вы смеете даже претендовать на этот титул, когда ваши руки были замараны предательством?! Исторические архивы можно сжечь, но мы, дом Росфорт, ведем свои независимые хроники, и всем хорошо известно, как двести лет назад вы, в ходе 'Войны Древесных листьев' продали свои армии объединенному союзу Аша и Таары, этим жалким прихлебателям Приоры.

  - Это оскорбление! Немыслимо, вы слышали? Это прямой вызов. Я, Гермент фон Берсфорд, открыто заявляю, что моему роду было нанесено оскорбление!

  - Верно, дом Росфорт просто выскочки! У вас нет даже права находиться в этом зале. Еще ваш прадед был простым купцом, даже ваши бело-синие полосы линялые!

  - Стража, стража! Взять фон Росфорта, он предатель и изменник! Не далее, как вчера, он готовил покушение на мою жизнь, когда я проезжал в экипаже около Башни ветров. А известно, что сам Франциз фон Грассе считал меня доверенным лицом. В разговоре с глазу на глаз бывший король упоминал, что хотел, чтобы я получил большую долю в его личных делах.

  - Франциз Фон Грассе даже не оставил завещания. Однако, в последних указаниях предыдущего короля, четко указывалась особая заслуга рода Тремендельсов в обеспечении безопасности и стабильности обычаев в нашей стране. Этикет и правила - единственное, что еще удерживает государство от окончательного распада.

  - Но, господин...

   Своды главного зала королевского дворца, выполненные из черного, лакированного дерева и расписанные позолотой, сотрясались от криков. Весь цвет Ксанады и те, кто считал себя таковым, собрали здесь, заседая вот уже вторые сутки. Ситуация была неординарной, ситуация была сверхординарной, ситуация была катастрофической! Вот уже больше месяца, как у Ксанады не было главы. После того, как Франциз Фон Грассе Рейгн, предыдущий король, правивший так недолго, внезапно исчез из своей спальни, все в стране пошло кувырком. Ксанада, и раньше не славившаяся своей политической стабильностью, погрузилась в хаос. Сотни мелких родов, родов покрупнее, и тех, кто считал себя потомками предыдущих поколений королей; те, у кого была такое право, и те, кто приобрел его путем траты немыслимых сумм денег в разоренной стране. Среди них заключались союзы, которые так же быстро расторгались, писались тонны писем. Дело дошло даже до подкупа убийц, посланных по их души другими знатными семьями. Это было то, что жители Ксанады умели лучше всего.

   Теперь, когда было официально заявлено, что прежняя династия Фон Рейгн прекратила свое существование, наступил исторический момент смены курса. И каждый из собравшихся в этом зале, душном, мрачноватом, тяжеловесном, словно давящем на присутствующих, считал себя достойным того, чтобы взойти по ступенькам к трону, который оставался пустым. Словно недосягаемый пьедестал, он оставался едва ли не единственным свободным местом в этой зале. Вокруг него образовалось почтительное пространство в несколько метров. Никто в нарушение строжайших правил, регламентирующих устои государства, не имел права взойти на него без того, чтобы это право было одобрено половиной из собравшихся здесь. Но в сложившейся обстановке, никто не мог гарантировать, что едва он заявит о своем праве напрямую, он не получит кинжал в спину. Это было излюбленное средство устранения конкурентов среди благородных родов Ксанады. Однако...

  - Слушайте все, я говорю от имени благородного лорда Кенисберга.

  Начавшийся гвалт стих, словно по волшебству, когда в дальнем конце длинного стола поднялся лысоватый человечек. Этого человека звали Мейстер. И он являлся поверенным в делах лорда Кенисберга, канцлера королевства. Приосанившись и оправив свои расшитые кружевами рукава, человечек пригладил лысину и указал на человека, сидевшего по правую руку от него. Высокий, выше среднего, статный какой-то врожденной благородной красотой, этот седовласый, безупречно одетый мужчина лет шестидесяти не проронил до этого ни слова, просто слушая дебаты. Серебристая парча его камзола выгодно оттенялась золотой цепью с замочком, висевшей на шее - знаком занимаемой должности. Небольшая бородка и полоска усов, как и пенсне в его правом глазу, были законченным образом царедворца, пережившего два поколения королей Ксанады. И хотя он до сих пор не заявил о своих правах, он был тем, кто имел больше прав, чем остальные.

  - Благородный Лорд Кенисберг - вы все знаете, какое положение он занимал при трех предыдущих королях, - заявил Мейстер. Он продолжал говорить от имени своего господина. Согласно правилам, это допускалось лишь для особ королевской крови или правящего дома. И то, что никто до сих пор не возразил ни слова, значило очень многое. Правда состояла в том, что этого человека уважали и боялись в равной степени. - Мой господин проявил себя как мудрый государственный деятель, - продолжал Мейстер. - Кто из вас может сказать, что на его репутации есть хотя бы одно пятнышко?

  - ...

  - Кто посмеет сказать, что его род не находится в многочисленных кровных связях с большинством предыдущих правящих династий Ксанады?

  - ...

  И снова молчание - этого было достаточно. Всего лишь эти слова, сказанные в нужное время и в нужном месте.

  - Благодарю вас, - наконец, сам лорд Кенисберг поднялся, он трижды поклонился всем присутствующим и сказал: - И я признателен вам за то, что собрались здесь. За эти два дня я выслушал немало, как и вы все. Но так и не пришел к единому мнению. Я уверен, что все собравшиеся в этом зале, несомненно, очень важны для королевства. И все вы из благородных семей. Я считаю, что все вы окажете королевству посильную помощь, и ваши заслуги будут оценены по достоинству. - Канцлер сделал паузу, склонив голову, и легкая улыбка появилась на его губах. Внезапно он выбросил палец с нанизанным на него массивным золотым перстнем в сторону трона: - Это стало тем предметом, который разодрал нашу страну на части. Разве это достойно? Разве так подобает себя вести благородным семьям? За два дня вы оказались неспособными придти к единому мнению? Или вы боитесь? - Канцлер обвел пристальным взглядом притихших спорщиков. - Или вы просто горстка крикунов, которым важно лишь поднять свой рейтинг на этих дебатах? А возможно, это страх перед ответственностью? Страна на пороге краха, казна пуста, и мы со всех сторон окружены врагами. Астал на Юге готовится затянуть петлю на нашей шее. Кроме того - Срединные страны, темное болото Вальца, брожение в Риокии и таинственная угроза с Севера, из Приоры - наша страна лишь маленький островок в этом бушующем мире. И что мы делаем? Кричим и препираемся, словно торговки на базаре? Король - не символ, и даже не титул. Король - это тот, вокруг кого сплачивается государство. Но кто не побоится сказать: 'Я достоин и хочу занять этот пост. Мне будет доверять народ и знать, и я в силах защищать нашу страну' - никто из вас? - требовательно спросил Канцлер, обведя ястребиным взором собравшихся. - Тогда я скажу - я готов принять на себя эту ответственность сегодня, сейчас, и я спрашиваю вас в первый и последний раз: кто-то еще из вас готов прямо сейчас взойти и сесть на этот трон? Никто? Тогда... я сделаю это.

   В мертвой тишине, под взглядами знати, лорд Кенисберг молча прошел и, на миг остановившись, преклонил колено перед троном, словно отдавая дань предыдущим его владельцам. А затем, развернувшись, сверкнув победоносным взглядом жестких глаз, и опустился на него. Он произнес:

  - С этим я подтверждаю окончание старой династии Фон Рейгн и объявляю начало новой эры Кенисберг.

  - Ваше... ваше... ваше величество... - вначале нестройные, а затем все более явственно слышались голоса поддержки. Вначале среди высшей знати, а после среди наиболее амбициозных средних и низших ее слоев. Зал пришел в движение, все хотели первыми подойти к трону и засвидетельствовать свое согласие. Удивительно, как быстро они меняли свое мнение. У трона образовалась давка. Отталкивая друг друга, благородные лорды и леди старались, чтобы их запомнили как первых, кто принял нового короля. И в этот момент:

  - Как это печально... - тихий голос вначале не был услышан среди нарастающего гула. Но этот голос породил куда большую бурю, когда внезапно шум перед троном стих. Передние ряды замолчали, а ними и те, кто остался позади. Теперь глаза всех присутствующих были устремлены на нечто невероятное, немыслимое: в груди сидевшего на троне самопровозглашенного короля, расползалось ярко алое пятно, вокруг небольшого, изящного кинжала, пронизавшего его сердце.

  - Печально.

  На сей раз голос был слышан куда явственнее. Все головы, словно по команде, повернулись в сторону входа в тронный зал. Там стояла одинокая фигура, закутанная в длинный темно-синий плащ с глубоким капюшоном, полностью скрывавшим лицо человека. Рука, облаченная в черный рукав шелковой блузы, метнувшая кинжал, опустилась.

  - Он... убил короля... он, это его рука, я видел! - схватившись за голову, закричал Мейстер, и трясущееся рукой указал на фигуру, закутанную в плащ, - убить его! Это приказ!

   Толпа, только что пережившая такое потрясение, среагировала самым естественным образом - толпе всегда нужен тот, кто будет ей управлять, а эта толпа ничем не отличалась от тех, что толчется на базарной площади у главных ворот. В следующий миг раздался звон множества мечей и более того, под сводами зала вспыхнули конструкции зарождающихся заклинаний...

  - Печально, - повторил человек, поднимая руку, с пальцем, вытянутым в сторону устремившихся к нему людей. - Половина из вас так и не увидит следующего короля, - закончил он и... Вряд ли даже те, кто находился уже в двух метрах от него, целясь остриями мечей точно в его грудь, слышали слова, произнесенные им: - 'Структуры... рассеять!'

   Зал неожиданно оказался наполовину пуст, ровно наполовину уменьшилось число тех, кто в нем присутствовал. И те, кто находились в другой половине, вдруг что-то осознали... Когда десятки людей просто исчезают перед вашими глазами, рассыпаясь на сверкающую пыль, всего лишь под направленным вытянутым пальцем, стоило подумать о том, а так ли уж они хотят мстить тому, кто убил только что коронованного короля. После этого фигура опустила руку и застыла, словно не желая продолжать начатое. Ее молчание и неподвижность заставило оставшуюся половину осмелеть. Первым вызвался говорить Мейстер:

  - Тты... - голос его, однако, был сбивчивым. - Кто ты такой? Как ты посмел совершить подобное злодеяние? Это нарушает все мыслимые и немыслимые моральные нормы и нормы этикета, ты ведь понимаешь, что тебе не уйти живым из этого дворца и даже зала. Поэтому, лучше... просто сдавайся. И тебе обеспечат суд по заслугам.

  - Суд по заслугам? - капюшон был порывисто откинут. - Ты будешь судить меня, царедворец? - лукавая улыбка появилась на обычно лишенном эмоций тонком лице.

  - Один из Фон Грассе. Пппризрак... Ты... - рука Мейстера дрожала, указывая на Мизара, продолжавшего сохранять неподвижность, будто поощряя схватить себя без сопротивления.

  - Призрак? Верно, и все же я говорю. Ты спрашиваешь меня о моем праве? Я отвечу тебе. Я убил их потому, что они нарушили основной закон этой страны - смертью карается оскорбление, нанесенное трону или главе династии. А то, что произошло в этом зале, незадолго до этого, было оскорблением, нанесенным мне лично.

  - Нно, как же... известно, что никого из прежней династии не осталось в живых, - Мейстер и с ним добрая половина оставшихся дворян выглядели так, будто вот-вот с воем убегут из залы. Но...- Мизар щелкнул пальцами, и по его знаку хорошо обученные стражи снаружи захлопнули двери.

  - Теперь это место является поворотным пунктом, - произнес Мизар.

  - Поворотным пунктом... но, чего? - голос Мейстера, этого опытного царедворца, дрогнул, хотя он и пытался держаться.

  - Ваших судеб, - пояснил Мизар. - Отныне я заявляю, что эта страна будет продолжать жить под символом правящей династии Рейгн. Я беру себе это право и этот титул. И согласно этому праву я могу сделать с вами, что пожелаю. Вы все были свидетелями, вы все направили на меня оружие - одного этого будет достаточно, чтобы о вас больше не вспоминали в Ксанаде. Но если вы... - Мизар сделал подчеркнутую паузу, легко улыбнувшись, - примете правильное решение, я, пожалуй, закрою глаза на то, что здесь произошло.

  - ...

  Молчание длилось намного меньше, чем перед тем, как Кенисберг объявил себя новым королем Ксанады.

  - Да здравствует... его величество... - нестройный хор голосов превратился в громогласный ор. Каждый считал, по-видимому, что чем громче он крикнет, тем больше вероятность, что он останется в живых. Все помнили слишком хорошо о том, что в семье Фон Грассе обитал монстр. Опасный, жестокий - чудовище в человеческом облике. Но все же он принадлежал к правящему роду, и сейчас становился, согласно незыблемым правилам Ксанады, единственным и главным претендентом на престол.

  - Ваше величество... - Мейстер, по-видимому, уже совершенно забывший о том, что он только что превозносил своего господина-лорда, первым преклонил колено и сделал жест рукой. - Не соблаговолите ли вы взойти на этот трон... - он указал в сторону нелепого и неудобного сооружения, на котором все еще сидело мертвое тело неудавшегося короля...

  - Эта вещь абсолютно бесполезна, - губы Мизара исказились, он взмахнул рукой: 'Структура, рассеять'! Мне это не нужно.

  Он коснулся синей ленточки на своих волосах. Склонив голову на бок, некоторое время он рассматривал притихшую знать. Хотя сердце его затопило отвращение, он сумел справиться с этим чувством, подумав: 'Мой король, вы заставляете меня быть жестоким по отношению к этой стране, но я смету с лица континента даже ее название, если таково будет ваше желание...'

  - Ты, - Мизар кивнул на Мейстера. Мужчина примечательно вздрогнул, побледнев.

  - Я? Но я...

  - С этого момента ты назначаешься моим канцлером. Ты, ты и ты, - Мизар наугад выбрал троих мужчин и, подумав, добавил к ним еще одну женщину. Все четверо из самой низшей прослойки знати. Те, кто даже мечтать не мог о том, что они получат: - Вы назначаетесь министром финансов, министром внутренних дел, а также экономики и хозяйства. Пост военного министра я упраздняю. Я сам определю дальнейший ход внешней политики этой страны. Мейстер, подойди, - Мизар отдал приказ бывшему царедворцу, ошеломленному не меньше тех, кто был избран вместе с ним. - С этого дня эта страна объявляется протекторатом Астала, таким образом, переходя под его защиту. Любое внешнее вмешательство в дела нашей страны будет считаться внутренними делом Астала и рассматриваться как военное вторжение. Кроме того, я отменяю титул короля Ксанады и объявляю себя протектором с правом передачи этого права члену своей семьи. Те, кого не устраивают эти условия, могут считать себя свободными от подданства этой стране, и обязаны покинуть ее пределы в течение двадцати четырех часов...

  - ...

  После наступившей оглашающей тишины:

  - Может быть, господин канцлер озвучит мои слова? - попросил Мизар,

  - Но... - Мейстер выглядел так, будто сейчас он желал оказаться за тысячу километров от этого зала. Но, встретившись взглядом с Мизаром, опустил голову. Выступив вперед, он повторил и так услышанные всеми слова, но таков был порядок, установленный в этой стране. Мизар не собирался нарушать правила этикета - это было то единственное, что он не станет менять в этой стране.

  Когда Мейстер замолк, Мизар произнес:

  - Прежде чем решить, подумайте о тех, кто не вернется домой сегодня. Почему вы оказались более удачливы? Должно быть, не потому, что вы более глупы. Но... вы должны понимать, прежде чем принять или не принять мои условия - за судьбу тех, кто не согласится, я как протектор Ксанады, не несу никакой ответственности. Если с ними что-то случится по дороге из страны, это дело не будет касаться правосудия этой страны. Выбирайте, вы со мной или против меня. Что стоит ваше положение и ваша жизнь по сравнению с потерей части независимости страны? В это время - это единственный шанс на выживание для всех вас. А выживание является первейшим инстинктом для всех животных, и человек здесь не исключение, - глаза Мизара приобрели тот глубочайший оттенок синевы, который, бывает на небе в поздние пасмурные сумерки. - Если вы согласны, просто поднимите руки. Я не требую ползания по земле на коленях, это не в моих правилах.

   Тотчас же лес рук взвился над людьми - они решили невероятно быстро. Отличительной особенностью жителей этой страны было умение приспосабливаться к любым обстоятельствам, если это выгодно лично им. Их изощренные в интригах умы быстро поняли, что выгоднее остаться в живых, а не быть выброшенными за борт истории.

  Мизар удовлетворенно кивнул.

  - На этом все, можете быть свободными, кроме тех, кого я назначил на их посты. Позднее я встречусь со всеми вами, а пока можете осмотреть свои кабинеты. Уверен, господин Мейстер покажет их вам. А пока... Не покажешь ли мне могилу Франциза... - обратился он к Мейстеру, так чтобы их не слышали посторонние.

  - Могилу, но... вам должно быть известно, сир, что тело предыдущего короля, вашего брата, так и не нашли, поэтому мы... да простите нас, приняли единственное решение.

   Мизар поднял руку.

  - Избавь меня от объяснений. Согласно этикету, даже в случае пропажи тела, если вы решили, что установлена смерть, ему обязаны были подготовить могилу как члену королевской династии, пусть она и пуста. Я хочу, чтобы ты показал мне ее, это все. Тебе незачем понимать мои мотивы.

  - Ддда, как прикажете, я немедленно отведу вас к ней... - поспешно понял Мейстер.


  (Некоторое время спустя. Сад дворца Торквемады)

  - ...Франциз, ты всегда был дураком и так же глупо окончил свою жизнь. Теперь у тебя даже нет могилы. Я думал, что если смогу удовлетворить твое тщеславие, ты станешь подходящим королем для этой страны, но, кажется, я ошибся. Ты связался с тем, что, в конце концов, поглотило тебя. А потом и стало оружием, которое уничтожило тебя. И теперь это оружие у моего последнего брата... - Мизар Фон Грассе Рейгн стоял на коленях у выполненной из светло-золотистого камня надгробной плиты. Место, где покоились все члены королевской династии, не было склепом, напротив это место было полно света и ветра - целый сад, окруженный высокой каменной стеной, представлял собой усыпальницу. Здесь были могилы всех королей династии, правящих Ксанадой на протяжении веков. Начиная от совсем потемневших, массивных грубых строений, похожих на купола, у самого входа в сад, и закачивая легкими изящными памятниками к ее концу. Этот сад был расположен в одном из внутренних дворов дворца, и лишь у немногих был доступ в эту тайную часть его. Теперь этот ключ был и у Мизара. Но сегодня рано утром он послал записку той, кому он был намерен передать его. И сейчас Мизар был рад, что тогда оставил ее в живых. Она еще послужит его целям. Легкий скрип гальки отвлек Мизара.

  - А, решилась все-таки, - он полуобернулся на звук шагов. - Я думал, ты уже где-нибудь в Вальце, или хотя бы в Риокии, Адель...


  Глава 4. Нелегкие уроки.


  Часть 1.

  - Прошу прощения, я не ослышался? - Лантис Кларио неторопливо размешал в изящной чашечке два кубика сахара и отложил ложечку, расписанную эмалью, на блюдце. Он взглянул на короля, стоящего на пороге его комнаты. Теперь, после того, как особняк Кларио был практически полностью разрушен в странном инциденте, на некоторое время Лантис вынужден был переселиться во дворец. Здесь для него, как 'Хранителя королевских секретов', была всегда приготовлена комната. Впрочем, его сестра тоже обладала таким правом. Но теперь комнаты Эвенки будут пустыми еще долго. Лантис занял свои апартаменты со всей роскошью и комфортом, к которым привык, обставив две свои комнаты в излюбленном стиле Сон.

  В данный момент хозяин этих комнат, составлявших предмет зависти для многих во дворце, сидел за низким столиком. Колени его покоились на одной из шелковых подушек, разбросанных по комнате тут и там, и неторопливо пил чай. Сам этот процесс, такой обычный на Юге, стал для народов этой страны одной из самых удивительных церемоний.

  - Позволь уточнить, - повторил он, приподняв одну бровь, - ты хочешь, чтобы я тренировал тебя в использовании оружия Слепых Богов?

  - Да, я хочу... нет, так не пойдет, - Сай сжал кулаки и мысленно приказал себе успокоиться. Он твердо взглянул в наполненные какой-то древней мудростью глаза брата Эвенки. Эвенки, которую он сам, своей собственной рукой, приказал схватить вместе с Кальвином как государственных преступников. И теперь он пришел просить об одолжении ее родного брата. - Это не приказ, - поправил он. - Я пойму, если ты откажешь, но мне больше некого просить об этом.

  - О, - Лантис взял в руки чашку - высокую, узкую и толстостенную, выполненную из превосходного фарфора, покрытую черной эмалью снаружи и расписанную внутри. Повертев ее в руках, он уточнил: - Так это просьба? Странно, я думал, ты больше не нуждаешься в помощи такого, как я. Я уже думал о том, как проведу свои последние дни в ожидании того часа, когда ты потребуешь Сона себе.

  - Прости, - голос Сая дрогнул, он отвел глаза в сторону, - я поступил с тобой несправедливо. Должно быть, теперь ты ненавидишь меня за то, как я обошелся с Эвенкой.

  - Моя сестра? - казалось, Лантиса удивила такая постановка вопроса. Он в изумлении взглянул на своего короля, что было само по себе редкостью. - Почему ты извиняешься за то, что моя сестра оказалась настолько неосторожной, что сбежала из страны? Я лишь освободил ее и поступил так, потому что она принадлежит к моей семье, той немногочисленной ее части, что у меня еще осталась. Но дальше она была вольна действовать сама. На самом деле, - Лантис склонил голову, задумчиво подперев подбородок, и уставился в пространство невидящим взглядом, - я не понимаю ее поступка. Я бы предпочел, чтобы она осталась здесь, рядом с тобой. Она не могла не понимать, что теперь ее силы будут вытекать из этого треснутого сосуда, каким теперь стала ее душа. И я не смогу помочь ей - она выбрала его.

  - Ты говоришь о Кальвине? - спросил Сай.

  - Да, теперь она рядом с ним, а ты и я можем лишь тянуться рукой к недосягаемой цели. Хочу спросить: ты считаешь, что проиграл? Считаешь себя слабым, потому что не способен удержать Рейвена, и поэтому тебе нужны эти новые силы?

  - Нет, причина не в этом. Я больше... - Саю было трудно выговорить эти слова, - не хочу гнаться за Кальвином. Если ему суждено убежать, пусть будет так. Если же он попадется в капкан, расставленный Мизаром Фон Грассе, значит такова его судьба.

  - Жестоко. Ты сам не веришь в то, что говоришь, - Лантис покачал головой.

  - И все же это так, мне нужна сила, для того, чтобы выжить.

  - Чтобы выжить?

  Сай кивнул:

  - Два Слепых Безумных Бога и половина души третьего - три эти силы уже поставили существование моего тела на грань уничтожения. Но я собираюсь собрать их всех, хотя понимаю, что могу умереть еще до того. А значит, я обязан стать сильнее. Поэтому, я прошу тебя, научи меня справляться с этой болью. Я знаю, что сила Богов состоит не только в знании. Меч Зоара можно использовать как оружие, и секиру Даркнуара, и иглу Лавкрита. Или даже твой посох. Если я овладею этим оружием, если я сделаю их естественной частью себя, тогда, я надеюсь, я смогу прожить достаточно долго, чтобы завершить начатое.

  - Ты слишком легко говоришь о смерти. Неужели твое отчаяние зашло уже так далеко? Это плохо, - на лице Лантиса появилось озабоченное выражение. - Но вот, что я скажу, - неторопливо Лантис налил себе еще чая из стоящего рядом с ним чайничка. Он пригубил светло-золотистую жидкость. - Я не буду учить тебя, если это лишь способ прожить как можно дольше. Я сделал тебя королем не для того, чтобы ты жил каждый день, как последний. Не забывай, для чего ты стал королем этой страны. Ты, - палец Лантиса указывал точно в грудь короля, - пытаешься изменить порядок вещей, какого не было с тех пор, как сражались Демон Цветов с Фракталом. После того, как они уничтожили друг друга, Бифуркатора поглотило отчаяние глубже самой смерти. И чтобы излить это отчаяние, он разделил свое тело на части. Несколько их были брошены обратно в Хаос, другие остались в Срединной части Древа, которая с тех пор обрела такое название. Так появились Семь Слепых Богов, которые тогда еще не получили прозвища 'Безумных', и Срединная часть Древа наполнилась жизнью. Из голого ствола выросло множество ветвей, сам его облик изменился до неузнаваемости. Но пережив эту катастрофу тогда, не значит, что мир выдержит это еще один раз. Поэтому я предупреждаю тебя об осторожности.

  - Значит, ты не поможешь мне? - со вздохом Сай повернулся, словно собираясь уйти.

  - Напротив, разве я сказал, что не стану учить тебя? Просто это будет не так легко, как ты, возможно, себе представлял. С другой стороны, это не так невозможно, как могло бы показаться.

   На губах Сая появилась усталая улыбка.

  - Я не думал, что это может быть легко.

  - Тогда начнем прямо сейчас.

  А дальше все произошло слишком быстро. Несмотря на то, что все чувства Сая были обострены слиянием со Слепыми Богами, скорость, с которой действовал Лантис Кларио, была намного выше того, что мог вообразить обыкновенный человек. Чашка чая, которую он до этого мирно держал в руках, внезапно полетела в его сторону. Не зная, нападение это или просто попытка его отвлечь, Сай действовал инстинктивно. Отклонившись в сторону, он мысленно выхватил меч Зоара, и через несколько секунд две половинки чашки упали, разбившись о пол.

  - Плохо, - прокомментировал Лантис. Взглянув на него, Сай понял, что тот даже не сдвинулся с места, а перед ним на столике вновь стоит наполненная чашка. - Ты напоминаешь мне муравья, который пытается закинуть скалу на вершину муравейника. Использовать меч Зоара для того, чтобы разрубить чашку - нонсенс.

  - Я не понимаю, - честно признался Сай.

  - Давай попробуем еще раз, - кивнул Лантис, и в следующий миг новая чашка полетела в его сторону.

  Что он должен сделать? Чего Лантис хочет от него? Не использовать меч? Что, если просто отклониться в сторону и дать чашке упасть? На этот раз Сай решил позволить мечу исчезнуть. Прикрыв глаза, и мысленно наблюдая за полетом чашки, он сделал один единственный шаг в сторону, ровно на пару сантиметров.

  - Неплохо, - одобрил Лантис. - А теперь я хочу, чтобы ты разбил чашку, не отступая в сторону и не пользуясь мечом или заклинанием.

  - Разбить... но как?

  - Я подскажу тебе - ты должен пожелать, чтобы чашка разбилась.

  - Пожелать...

  - Слишком медленно, - при этих словах чашка полетела в сторону Сая вновь, причем на этот раз с куда большей скоростью. Несмотря на то, что Сай использовал все свои чувства, он потратил эти доли секунды на то, чтобы отгадать загадку, заданную Лантисом. У него не осталось времени на любое физическое действие, на любое движение. Но если просто приказать чашке разбиться...

  В этот момент ему вспомнилась разбитая посуда и перевернутый стол в тот неудавшийся День Рождения Кальвина. Сразу после этого много чего произошло. Он потерял сознание, а потом было нападение людей, контролируемых Грейслейном Ауслейзом. Его спальня снова оказалась наполовину разрушенной. И тогда он забыл об этом. У него не было времени, чтобы понять, почему на месте упавшего столика и рассыпанных фруктов появился поднос с тремя бокалами для вина. Целыми и пустыми. Возможно, этот было его неосознанное желание. Ведь ни Мизар Фон Грассе, ни Клайм - ни один из них не заметил произошедшего.

  Значит, просто пожелать, чтобы чашка разбилась? Но тогда он может просто превратить чашку во что-то еще... Что-то, что не противоречит логике этого мира, что-то, что могло бы быть чашкой. Золотое свечение возникло вокруг тела Сая, оно стало интенсивнее. В тот миг, когда чашка едва не коснулась его носа, она была поглощена им. Хотя в реальности эта чашка разбилась. Разбитые осколки превратились в бабочек, испуганно вспорхнувших в стороны от Сая.

  - Почему?

  Ошеломленный своим выбором, Сай некоторое время смотрел на то, как хрупкое создание с черно-красными крыльями, порхает над его головой, а затем... эти крылья разлетись в пыль.

  - Это не то, о чем я думал, но ты неплохо справился, - Лантис Кларио опустил посох, которым уничтожил бабочку.

  - Я использовал меч как-то по-другому? Или это была иная сила?

  - Ты спрашиваешь меня о том, что сделал сам? Забавно, - Лантис усмехнулся в рукав. - Но не расслабляйся, обучение еще даже не началось. Это была лишь моя попытка заставить тебя посмотреть в верном направлении. И если ты не понял даже того, что сделал, тебе придется нелегко. Начнем!

  Саю показалось, что посох в руке Лантиса разделился на десяток своих копий, но он был готов к такому повороту событий, поэтому приказал золотому мечу разделиться на те же десять клинков и встретить удары посохов. Но, несмотря на то, что золотые мечи с легкостью разрубили их, рассеченные части вновь срастались, словно живые, и из них прорастали ветви. Те в свою очередь делились на другие ветви, все быстрее и быстрее. Так что в конце золотые мечи уже не могли справиться с ними и...

  - Гхааа, - Сай зажмурился, когда эти искривленные ветки пронзили его тело, пригвоздив к стене комнаты. Это была уже не та комната, откуда они начали. Каким-то образом, они вновь оказались в старом доме семьи Кларио.

  - Хах, - дыхание тяжело вырывалось из груди Сая.

  - Ты уже устал, но ведь ты не умираешь. Поему такие легкие раны полностью лишают тебя способности двигаться и думать?

   С трудом подняв голову, Сай взглянул на хозяина дома, стоящего в нескольких метрах от него. В руке его был зажат посох, мягко светившийся нежным фиолетовым светом.

  - Я... продолжу битву, - выдохнул Сай. Он не думал о боли, не думал о струях крови, вытекающих из множества ран, причиненных ветвями. Хотя они рассыпались в фиолетовую пыль, едва он выдернул их из своего тела, боль и кровь никуда не делись. И на сей раз это была красная кровь. Обычная человеческая кровь, без всяких примесей. И она не была иллюзией, в отличие от ветвей.

  - Я не дам тебе времени отдыхать, - с этими словами Лантис ринулся в атаку. Точнее, он сам даже не сдвинулся с места, но его посох был словно естественным продолжением его существа.

  'Что я должен делать? Что делать? Думай, думай'! - мысленно приказал себе Сай. Что, если попытаться использовать секиру Даркнуара, но вложив в нее образ меча? Сай потянулся, протянул руку внутрь себя так далеко, как только смог, пока не коснулся того места, где в серебристой тьме висела в пустоте секира. Его пальцы сомкнулись на рукояти. 'Вложить', - приказал он. Когда образ золотого меча наложился на образ секиры, его руку пронзила дрожь. Колебания были настолько сильны, что он едва мог удержать оружие в руках. Но взамен на этот раз лишь часть ветвей вонзилась в его тело и вновь...

  - Хаа, - кровь полилась вновь, когда Сай второй раз был пригвожден к стене.

  - Неплохо, но я не это имел в виду, - голос Лантиса где-то впереди него двоился эхом в его ушах. Сай предпочитал не думать о том, сколько крови уже потерял, когда ветви, превратившиеся в посох, были извлечены из его тела. - Ты должен понять, как тебе противостоять одному моему посоху до того, как ты потеряешь слишком много крови. Ты ведь понимаешь, что кровь на сей раз настоящая, как и мои удары. А вот ты так до сих пор не нанес мне ни единого удара.

  - Но дело... ведь не в сражении... Я просто должен научиться пользоваться оружием, не используя его в качестве оружия.

  - Уже ближе, - казалось, слова Сая оставили Лантиса удовлетворенным. - Но следующий удар может оказаться последним для тебя. Не пытайся использовать иглу Лавкрита таким образом. Сочетание двух видов оружия не делает стабильнее твое сознание, не пытайся отделить себя от оружия, не пытайся отделить себя от силы Слепых Богов. И даже не мечтай собрать Бифуркатора, когда ты так слаб.

  - Я... я сделаю это, я выдержу! - гнев затопил Сая. Он не собирался проигрывать, ни отступать, ни потерять себя. И не позволить Лантису нанести еще один удар, потому что он действительно потерял слишком много крови и ощущал, как с каждой каплей падает температура его тела. Каплей? Но сила Лавкрита, Слепого Бога Медицины и Науки находилась внутри него, половина ее. 'Излечи', - он отдал мысленный приказ.

  'Из тебя вытекло слишком много крови', - на самом деле Сай удивился, услышав, что Лавкрит решил заговорить с ним напрямую. - 'Я не могу полностью восстановить твои силы, спроси у Зоара, он хочет что-то тебе подсказать. Ненавижу Сона, он слишком много знает...' - в голосе Лавкрита звучала злость.

  Посох Лантиса размазался в полете, но так и не достиг Сая. Время остановилось, когда между посохом и королем выросла фигура Слепого Бога Правосудия. Он с сочувствием взглянул на Сая.

  'Тебе приходится нелегко. Наверное, мне следовало дать эти знания тебе с самого начала',- произнес Зоар.

  'Чего еще я не знаю...?'

  'Что то, как мы выглядим - всего лишь иллюзия, как и оружие, которое ты используешь. Мы - только принципы, которыми пользуется Бифуркатор для движения вперед к вершине Древа. Я - оцениваю легитимность, Даркнуар отсекает ненужные ветви, а Лавкрит залечивает раны Древа'.

  'Значит, вот, как это действует', - Сай разглядывал свою ладонь, покрытую потеками крови. - 'А что делает Сон?'

  'Он охватывает всю структуру. Тебе будет нелегко справиться с ним. Даже с силами нас троих'.

  'Значит, это невозможно?' - расстроено спросил Сай.

  'Ты можешь попробовать, если будешь использовать нас не как оружие, а как принципы'.

  'Лантис пользуется Соном таким же образом?'

  'На самом деле', - туманно произнес Зоар, превращаясь в золотой меч в руке Сая, - 'я никогда в точности не знал, что на уме у нашего умного брата'.

  'Что ж, благодаря тебе я понял основы' - Сай позволил себе легкую улыбку... Едва Зоар и Лавкрит исчезли, битва продолжилась ровно с того места, на котором прервалась.

  - Не расслабляйся! - голос Лантиса прозвучал откуда-то позади вихря, образованного десятками, нет, сотнями посохов, которые все одновременно устремились к Саю. - Усложним задачу. Ты не можешь трезво думать в такой простой обстановке. Переход, фаза ноль! - выкрикнул Лантис и... Сай обнаружил себя и Лантиса на ветвях Древа. Невозможно! - он думал, что лишь он один способен переноситься сюда. И этот миг удивления едва не стоил ему смертельного удара. Один из посохов, первым достигший его, поразил его в грудь, сбрасывая с ветви. Он успел увидеть усмехающегося Лантиса, сидящего на одной из них. В его руке, вместо посоха была чашка. Он слегка наклонил ее... - Посмотрим, как ты справишься с этим. Если не сможешь, упадешь к корням Древа, я не буду искать тебя, - равнодушно произнес он.

   То, что выплеснулось на Сая, отчаянно цепляющегося за тонкую ветвь, было похоже на фиолетовую жидкость. Но по пути она изменилась, приняв форму фиолетового полотна, покрытого тонким узором. То, в свою очередь, закрутилось в неистовом вихре, а затем превратилось в спираль. Спирали стали двумя змеями, несущимися навстречу Саю. Но почему змеи? Нет, это должно быть иллюзия, та сила, о которой говорил Зоар. То, что Сон объединяет в себе принципы и следит за общим ходом вещей. Вот она - философия. И самому Саю никогда не достигнуть таких высот, пока Сон, то есть Лантис, сам не отдаст ему эту силу.

  Сай, обладающий тремя Слепыми Богами, и Лантис, владеющий одним. Но его хранитель секретов знал и мог гораздо больше, чем Сай мог себе вообразить. Его проблема, как и сказал Лантис, заключалась в том, что он зачастую не понимал, что и как использует. Но если положиться на слова Зоара, как они есть, то, что сила Слепых Богов не в их облике и не в их оружии, а в их принципе. Принципе, составляющем лишь одну из частей мозаики, которую он хотел собрать. Значит, он должен понять ее, обязан понять ее до конца или проиграть. Эти змеи... значит, эти змеи всего лишь принцип. Две змеи - одна восходящая, другая нисходящая, переплетающиеся спиралями. Это... это... что же это? - Сай ощутил, как слабеют его руки, но подтянуться уже не было сил. Как и сказал Лавкрит, он потерял слишком много крови. А значит, действовать он мог лишь своим собственным разумом.

  На этот раз Древо было и отражением мыслей Лантиса, как прежде оно было отражением его собственных. Сай понимал, что должен сделать нечто неожиданное и непредсказуемое... Принцип... Восходящий и нисходящий... Вода поступает к вершине дерева из корней, а свет питает его крону и дает жизнь всему дереву. Это Древо, хотя и не было обычным, но жило таким же образом. А значит, это его внутренняя структура, его принцип. И Сай мог просто приказать этому принципу стать невидимым, ведь он принимал его на веру, и не сомневался в нем. 'Разбить чашку, просто пожелав этого'. Вот, что это значит! Фиолетовые глаза Сая сузились. Это могло стать возможным с помощью силы Лавкрита... Залечивать раны - значит скрывать то, что внутри иллюзии.

  - Скрыть! - выкрикнул Сай слова, которые сами пришли ему на ум. Он выбросил руку вперед, словно выпуская нечто невидимое. Змея зашипели. То, что казалось змеями, было оплетено против их воли вокруг ствола Древа и стало лишь еще двумя изгибами коры на нем. Подтянувшись на руках, Сай сел на ветку Древа и взглянул вверх, туда, где остался Лантис.

  - О, ты понял принцип, - казалось, улыбка Лантиса таила в себе что-то еще, но он сказал только это.

  - Я смог разбить чашку, пожелав этого, - Сай улыбнулся в ответ. Золотой ветерок трепал его распущенные волосы, бросая их в лицо, покрытое потекам крови.

  - Но... - легко оттолкнувшись, Лантис спрыгнул, приземлившись на ветку рядом с Саем. - Ты забыл о самом главном. Бифуркатор не может разрушать. Ты не выбираешь путь развития Древа, но ты двигаешься к чему-то новому. Не делай себя подобным Демону Цветов.

  - Что... - Сай еще не до конца осознал, что происходит.

  - Ты забыл склеить чашку обратно! Попался! - победоносно воскликнул Лантис. Сай успел ощутить убийственное намерение мигом раньше, но не успел предпринять ничего, когда две фиолетовые змеи со сверкающей чешуей выскользнули из ствола и обвились вокруг его тела. Одна охватила шею. Задыхаясь, Сай вцепился в нее рукой.

  - Если я прикажу, ты останешься здесь навсегда, как часть Древа, а потому подумай, прежде чем сделать что-то. Ты понял работу принципов Бифуркатора, это хорошо. Но ты не видишь, куда идешь. Слепой Бифуркатор - уничтожение для Древа.

  - Я не Бифуркатор...- прохрипел Сай. Но Лантис продолжил, словно не слыша его.

  - ...даю тебе три минуты. Если не поймешь, как 'склеить чашку', я убью тебя.

  - Но разве я сам не просил тебя научить меня? - Сай отчаянно пытался вдохнуть хотя бы глоток воздуха.

  - Да, но ты не усвоил самый главный урок, раз все еще оперируешь вероятностями. Но это удел демонов Хаоса, у тебя должен быть один, - Лантис привел на корточки рядом с задыхающимся королем и сочувственно посмотрел на него, - только один путь, который ты должен увидеть и пройти. Ты не можешь колебаться, не можешь сомневаться. Даже если думаешь, что умрешь, ты не можешь отступить. Потому что отступишь ты - и отступает все Древо, сомневаешься ты - и ветви Древа вянут. Ты ведь не хочешь уничтожить всех нас, а, Сай Валентайн? Подумай об этом, пока пытаешься найти способ. Я буду ждать тебя в комнате. Если не вернешься через три минуты, я объявлю, что король умер. - Улыбка Лантиса была последним, что он видел.

  'Проклятый монстр', - выругался Сай про себя. Он сказал все то же, что Зоар раньше. 'Но я не Бифуркатор, не называйте меня так. Поэтому не стоит ожидать от меня так много...'


  Часть 2.

  - Что это такое? - Сан Рэн натянул поводья, резко остановив своего коня. Рэй Нордис вглядывался в расцветшее над городом зарево. Молнии, небо, здания - все превратилось в единый удушающий вихрь. Поднялось в воздух, а затем осыпалось смертоносным дождем на покалеченный огнем город.

  - Не знаю, - покачал головой капитан. - Я не слишком силен в магии, но это точно не магия Астала или Риокии. Сомневаюсь, что это принадлежит и Северу. В любом случае, поспешим, наша цель - дворец.

  То, как легко они вошли в город, оставило глубокие сомнения в душе капитана. Слишком легко. Если это было все, что могла выставить армия Сейма... Но где же их союзники, неужели они их бросили, едва увидев приближение сил Астала? Нет, инквизиция ни за что не оставила бы то, что считала принадлежащим себе. Принц Мортимер подробно описал так называемых союзников Сейма. Это было то, чего опасался капитан.

  - Мой город, мой дорогой город, проклятые северяне! Они поплатятся за это!

  Рэй Нордис бросил беглый взгляд на ехавшего по правую руку от него принца Мортимера Риокийского. Но в этот момент кое-что отвлекло внимание капитана. Из боковой улицы перед ними выехал отряд всадников. Охристые, подбитые мехом накидки и волосы всех оттенков от золотого до медного. Не оставалось сомнений. Капитан среагировал мгновенно.

  - Всем построить защитный щит, приготовить заклинание третьего уровня! - Рэй Нордис отдал четкий приказ. Несомненно, это была Инквизиция. Ехавший первым всадник повернул к ним голову и, подняв руку, откинул капюшон. На капитана Нордиса взглянула пара жестких глаз. Человек произнес:

  - Солдаты Астала, нам незачем сражаться друг с другом. Час назад мы разорвали наш договор с этой страной и покидаем столицу, а вместе с ней Риокию. Просто позвольте нам разойтись мирно, сделайте одолжение. Считайте, что мы - просто призраки, - холодная улыбка появилась на губах инквизитора.

  - Отставить, - после некоторого колебания Рэй опустил руку. Странно, крайне странно. - Как ваше имя? - обратился он к человеку.

  - Обычно я не называю свое имя еретикам вроде тебя, но твои глаза говорят о том, что ты кое-чего стоишь. А потому, запомни его - Райден, Правая Длань Синода Приоры. Когда я буду подписывать приговор о твоем отлучении, я вспомню о том, что ты оказал мне эту услугу.

   - Я еще не принял окончательного решения относительно вас. Ведь вас всего десять человек, - подсчитал капитан.

  - И что с того? - как-то небрежно отозвался Райден. Этот человек был просто образцом высокомерия. Хотя Рэй ощутил, как капелька холодного пота стекает по его спине. Эти люди были смертельно опасными, даже в таком количестве. И расслабляться нельзя было ни на секунду. - Думаете, сможете остановить или задержать нас?

  - Мне просто интересны ваши мотивы. Это все ваших рук дело? Этот пожар и тот взрыв? - требовательно спросил капитан.

  - Ах, мы и сами хотели бы это знать. Тот вихрь - это последнее, с чем нам нужно разобраться в этом городе. Как только мы найдем причину его, мы тотчас же покинем столицу. Я обещаю вам. И потом можете наслаждаться вашим мнимым комфортом и безопасностью, играя в игры царедворцев. Изначально причина этого вихря была единственной, по которой мы прибыли в эту страну еретиков.

  - Значит, вы просто так предали своих союзников?

  - Союзников? - голова Райдена дернулась, словно от удара. - Союзники - еретики? Ты верно шутишь? Это лишь вопрос времени, когда все вы окажетесь преданы Божественному суду. На вас наложат епитимью, а те, кто слишком глубоко погряз в своих грехах, навсегда будут лишены возможности возрождения.

  - Ты знаешь, кто я такой? - принц Мортимер выехал вперед. Подбоченись, он смотрел на Райдена едва ли не с большим презрением, чем тот на него.

  Долгое молчание закончилось:

  - Впервые вижу. Разве я могу знать имя каждого еретика Юга? - тон Райдена был оскорбительнее его слов. Ярость исказила лицо принца:

  - Ты и твоя шайка разорили мою страну, подбили Сейм на измену, а затем вы предали и его. Как коронованный сюзерен этой страны, я объявлю тебя государственным преступником и выношу этот приговор здесь и сейчас. Умрите, отродья Севера! Внимание всем, приготовить магическую атаку, - скомандовал он своим людям, прежде, чем Рэй Нордис успел открыть рот.

  - Проклятье, еще один на мою голову! - прорычал капитан. Обыкновенно он был спокоен, и его трудно было вывести из себя. Но когда он увидел, что и Сан Рэн также вынул свое оружие и готов пустить его в ход - это было последней каплей. Однако, казалось, несмотря на явственную угрозу в виде скомпилированного магического построения второго уровня, соответствующее вероятно 'В ожидании искр огня', это не произвело никакого впечатления на Райдена и его молчаливую свиту. Рэй Нордис лишь успел заметить, что в руке Райдена появилось вытащенное из рукава полупрозрачное блюдце. Все стало ясно.

  - Остановитесь, глупцы, это ловушка! - закричал он. Даже если предвидение всех возможных действий противника и не было основной функцией этого устройства, это было самое худшее, что можно было представить, особенно когда противник начал действовать столь недвусмысленно. Но было уже поздно. Держа блюдце в одной руке, Райден поднял вторую высоко в воздух.

  Под действием заклинания со стороны Мортимера проулок превратился в огненный ад. Огонь, падающий с неба, градом катился по мостовой, но лишь лошади инквизиции немного взволновались. И вот, когда до них оставались считанные метры, рука Райдена опустилась. Стройный хор голосов выкрикнул одну единственную фразу: 'Длань создателя. Факториал!'

  Хотя Рэй Нордис не знал этого заклинания, это было нечто выдающееся. В следующий миг струи огненного дождя вдруг изменили свое направление и начали падать вверх. Изменение силы тяготения? А затем... это было еще не все, капитан ощутил, как нечто оглушающей волной движется в их сторону по узкой улице со все возрастающей скоростью.

  - Назад, укрепите заклинание защиты, сделайте хотя бы это, идиоты! - капитан ненавидел сам себя, именно потому, что он оказался настолько плохим командиром, что не сумел удержать своих же людей от столь бессмысленных действий. Он не видел ни Мортимера, ни Сан Рэна. Это было бесполезно. То, что нужно было сделать прямо сейчас - защитить своих людей. Щит, установленный солдатами Мортимера, разлетелся на куски, в то время как тот, что был создан его людьми, прогнулся и дал трещину. И, хотя это была столь маленькая трещинка, сквозь нее ударил настоящий ураган, будто сам воздух превратился в живое оружие, бывшее тверже камня. Людей и коней раскидало словно щепки, а затем с неба... Последствие заклинания огня, вызванное людьми Мортимера, теперь изменило направление, и готово было обрушиться на них самих.

  - Как прискорбно,- послышался голос Райдена, - кажется, на этот раз Длань Вершины Древа настигнет некоторых из вас. Мне даже не придется ничего делать. Но мы еще увидимся, а пока у меня осталось куда более важное дело в этом городе, - взмахнув на прощание рукой, Райден отдал знак своим людям, и колонна унеслась по проулку.

  - Командир, ты ведь знаком с магией? Сплети заклинание защиты, еще одно.

   Капитан совсем не ожидал увидеть среди охваченных паникой солдат Сан Рэна. В его руке был свисающий кольцами хлыст, который тот раскручивал петлю за петлей. Рэй Нордис сразу понял, что тот задумал.

  - Поговорим позже, - бросил он и начал читать заклинание, так быстро, как только мог. Отдельные искорки уже долетали до них, прожигая насквозь униформу. У них было лишь несколько секунд, чтобы спасти большую часть людей. Рэй Нордис дочитал заклинание до конца, как раз в тот момент, когда хлыст, раскрученный опытной рукой Сан Рэна, образовал над его головой гудящий вихрь, и капитан направил свое заклинание точно в его центр. Тотчас же расщепленное заклинание образовало над улицей защитный купол, который и принял на себя большую часть удара рикошетного огня. Хлыст был вырван из руки Сан Рэна, сгорев в пламени. И хотя щит также был уничтожен, но лишь несколько искорок достигло земли.

  Капитан помог подняться оглушенному Сан Рану, у которого сочилась кровь со лба, и оглядел разрушенный боевой порядок. Потери были не столь велики, но то, что это произошло в таких условиях - всего лишь десяток инквизиторов против целой небольшой армии. Но чаша весов склонилась на сей раз на сторону Севера. Все оттого, что он не справился с ролью командира.

  - Послушай, я был не прав... признаю... - начал, было, Сан Рэн.

  - Я сказал, поговорим позднее, лучше помоги подняться его высочеству, - Рэй Нордис кивнул в сторону лежащего с выпученными глазами принца, на которого совершенно не обращали внимания даже его приближенные. - У нас еще тоже остались незаконченные дела. Теперь, когда мне все ясно - нам нужно как можно скорее попасть во дворец. Несмотря ни на что, у нас есть соглашение, которое я не могу нарушить, даже из-за этого глупого 'высочества'. А пока...

  'Говоря об источнике того странного урагана, кого имел в виду Райден?'


  Часть 3.

  - Почему я должна убегать, ведь это моя страна! - упрямая, как и всегда, высокомерная до невозможности, перед ним стояла Адель. Но она ненавидела это имя, и Мизар каждый раз не упускал такой возможности подразнить ее самолюбие. Однако его удивило отсутствие ее обычных вызывающих нарядов. На сей раз на ней было обыкновенное платье, в меру обтягивающее. Но глаза Мизара остановились на бело-синей заколке из морской раковины, которой были собраны на затылке ее роскошные черные волосы. Однако, несмотря на резкий тон, ее глаза так и пожирали Мизара. Она явно ждала этой встречи. Вот, чего Мизар никогда не мог понять, так это ее отношения к тому давнему соглашению между их семьями. Соглашение, которое теперь не обязывало ни одну из сторон, потому что этих сторон больше не осталось.

  - Я думал, ты выбросила, наконец, эту безумную идею из своей головы. И надеялся, что наш прошлый разговор был достаточно убедительным для тебя. Но, кажется, я ошибся, - Мизар поднялся, полностью развернувшись к Охаре.

  - Почему я должна отказаться от того, что принадлежит мне по праву? Ты все еще являешься моим женихом. Пусть этому нет никаких письменных свидетельств, но устный договор обретает форму закона, если он связан с таким институтом, как семья.

  - Избавь меня от лекций по этикету, - отмахнулся Мизар. - Ты получила мое письмо?

  - В котором было лишь две строчки. О том, что ты возвращаешься, и что ты ждешь меня в этой усыпальнице сегодня. Уж не хочешь ли ты оставить меня здесь, как последнее доказательство того, что наша семья окончательно уничтожена? - тело Охары напряглось.

  - Я вызвал тебя, потому что ты так желала быть мне полезной, и вот у тебя появился такой шанс. Я хочу, чтобы ты помогла мне в одном деле.

  - Помогла...тебе? Я слышала, пока добиралась сюда, о тех невероятных событиях, что произошли во дворце. Об этом шепчутся по всем углам. И если у всех них такой загнанный взгляд, то ты наверняка заставил их бояться до смерти. Почему тебе так нравится запугивать людей?

  - Людей? Они звери, которые готовы были перегрызть друг другу глотки за право сесть на нелепое сооружение, что зовется троном Ксанады. Я просто загнал их в клетку и посадил на поводки. Все, что люди умеют делать лучше всего, особенно такие, как они - лаять, если им прикажут, и выполнять команды, когда хозяин говорит 'фас'.

  - Люди для тебя всего лишь животные? - на миг в глазах Охары проскользнула боль, но она взяла себя в руки. - И все же, у меня нет выхода, чтобы защитить тех детей, которые мне верят, и чтобы защитить тебя, я не могу оставаться в стороне, когда страна в таком положении. Поэтому, Мизар, назови свои условия.

  - Условия? А ты смелая. Что, если таким условием будет твоя смерть?

  - Ты не убьешь меня, потому, что ты не монстр. Ведь ты сам сказал, что у тебя есть тот, кого ты хочешь защитить, пусть этим кем-то никогда не буду я. Но если ты способен на такие чувства, значит, ты не бездушное чудовище.

  - Ах, - Мизар провел пальцами по волосам, - ты никогда не изменишься, Адель.

  - Это не мое имя. Зови меня Охара.

  - Я буду называть тебя твоим настоящим именем, потому что это твое имя, - на губах Мизара появилась нехорошая улыбка. - А мое предложение, тебе будет таким: если хочешь быть мне полезной, ты станешь протектором Ксанады от моего имени.

  Глаза Охары, пронзительные и отчаянные расширись, ладони сжались и вновь расслабились. 'А она умеет держать себя в руках, когда захочет', - про себя отметил Мизар.

  - Неужели ты все-таки решился принять пост короля?! До меня дошли слухи, что ты Франциза...

  - И ты им веришь? - лицо Мизара исказилось. - Отвечай, кому ты веришь? Мне или эти шавкам? Откуда тебе знать, что там произошло? Ты была там? Ты не знаешь ничего и судишь об этом, будто тебе известны все тайны этого мира! - Охара отшатнулась, прикрывая ладонью губы. Она никогда раньше не видела Мизара таким. Равнодушным, холодным, насмехающимся, смертоносным, но никогда выведенным из себя.

  - Прости, я не хотела... это были просто слухи. Если ты знаешь что-то, тогда скажи мне. Если ты хочешь, чтобы я была полезной тебе, у меня должна быть информация.

  - Тебя это не должно волновать, это... - лицо Мизара вновь стало обычным. - Но если тебе интересно, Франциз умер от руки моего брата Грейслейна.

  - Грейс? Но почему...

  - Тебя это не касается, главное, сейчас, в эту минуту, я говорю с тобой, не как тот, кого ты представляла в своих глупых мечтах, а как твой король, и я имею право отдавать тебе приказы.

  - Ты хочешь отдать мне приказ? Я думала, это будет предложение... Что ж, - Охара разочарованно вздохнула. - Хорошо, я тоже умею быть честной и откровенной. Я не знаю, какие причины толкают тебя отказаться от этого права. Ты хочешь покинуть страну, и для этого может быть лишь одна причина - ты вновь намерен следовать за тем, кто так захватил твои мысли, за королем Астала, - Охара подняла руку, прерывая возможные возражения Мизара, хотя глаза его опасно блеснули. - Если я соглашусь... Если я стану протектором вместо тебя, если я продам эту страну Асталу - что ж, пусть будет так. Но у меня тоже есть одно условие, которое ты должен выполнить, - Охара замолчала, судя по ее виду, готовая ко всему.

  - Ты пытаешься торговаться, очень интересно, - кивнул Мизар.

  - Это не торг, это необходимое условие. То, без чего весь твой план пойдет прахом. Пусть ты внушаешь им страх, пусть ты не признаешь эту страну - они простят тебе все, поскольку ты принадлежишь этой стране по праву вхождения в семью Фон Грассе. У меня же нет такого права, и чтобы получить его, я должна войти в семью Фон Грассе Рейгн в соответствии с Законом и правилами этикета. Иными словами, - Охара набрала полную грудь воздуха, - стать не невестой, а законной супругой, что скажешь?

  Пауза затянулась. Но, наконец:

  - Ты все-таки нашла эту лазейку, бесчестная интриганка, - белоснежные зубы Мизара блеснули в крайне опасной улыбке. - А что, если я откажусь?

  - У тебя уже нет пути назад, ты просто выигрываешь время, согласись и этим ты решишь большую часть своих проблем, - Охара развела руками. - Это так просто, назвать меня своей супругой, более того, что это ни к чему не будет обязывать тебя. Я не собираюсь претендовать на место в твоем сердце.

  - Нет...

  - Если так, у меня не остается иного выхода...- рука Охары молниеносно скользнула за спину и обратно, и Мизар уставился на кинжал, который она держала между ним и собой.

  - Этом мы уже проходили, ты ничуть не изменилась, Адель, и я не потерплю подобных глупостей. Думаешь, может ставить мне условия? - а дальше все произошло очень быстро. Мизар метнулся вперед смазанной тенью, скрутив запястья Охары и развернув ее к себе спиной. Он притянул ее голову так, чтобы видеть ее лицо. Кинжал был выкручен из ее цепких пальцев. - Кажется, это все же больше чем то, на что ты могла рассчитывать даже в самых своих дерзких мечтах.

   Но в этот момент:

  - Какая сцена. Вы прямо как влюбленная парочка, не думал, Мизар, что твои вкусы так изменились. Ты пробуждаешь во мне ревность.

   От этого голоса оба вздрогнули. Тот, кто появился, был обладателем длинных, черных волос, против обыкновения собранных в свободный хвост. Несмотря на теплую погоду, этот человек никогда не расставался со своими кожаными курткой, брюками и плащом, в черно-красной гамме. Перчатки на его руках полностью скрывали длинные, тонкие, но при этом сильные пальцы. Несмотря на то, что его лицо скрывала простая черная маска, никого из присутствующих нельзя было ей обмануть.

  - Почему-то я ожидал, что это произойдет, - Мизар позволил запястьям девушки освободиться, отстраняясь от Охары. Жгучие глаза девушки прожигали фигуру в маске.

  - Грейс, ты здесь, но почему? Неужели ты и Мизар... Это правда, что ты причастен к убийству Франциза? - Охара ступила на шаг вперед, вглядываясь в лицо Грейслейна.

  Да, это были те далекие времена, когда она в последний раз видела этого человека. Тогда он был просто братом того, за кого она однажды должна была выйти замуж. Многие сторонились этого человека из-за его мрачного характера, но Охара уважала этого молчаливого юношу, так похожего на ее жениха, хотя они не приходились друг другу кровными родственниками.

  - Это правда, Адель, жестокая правда, - Грейслейн кивнул. - Я предал Ксанаду и предал Мизара и сейчас пришел сюда не для любезного разговора. Я уже не тот, каким ты знала меня.

  - Охара, ступай, здесь тебе больше нечего делать, - приказал Мизар.

  - Я не уйду, - упрямо возразила она. - Что с вами произошло? Разве ты и Грейс не были самыми близкими друзьями? Вы и сейчас остаетесь братьями.

  - Я сказал, уходи, это не твое дело, - резко бросил Мизар.

  - Ты так волнуешься за свою невесту, я думал, она тебе безразлична. Ведь она только мешает тебе следовать за королем Астала, - мрачно заметил Грейслейн. - Признаюсь, я действительно не ожидал увидеть здесь вас двоих. Но, - Грейслейн сделал паузу, - что это был за фарс, Мизар? Я был удивлен, хотя и предсказуемо, узнав, что ты устроил во дворце. Несомненно, это лишь еще один приказ твоего короля. Ты ловко расправился с половиной оппозиционеров, воспользовавшись лазейкой и их страхом перед этикетом. А вторая половина слишком хорошо знакома с твоими методами, чтобы противостоять тебе. Ксанада - и не королевство? Протекторат Астала. Не думал, что тебе столько удастся, хотя...

  - Для чего ты здесь? Что тебе понадобилось в столице? - его прервал ровный голос Мизара. - Какие приказы ты получил? Я думал, ты, наконец, умрешь после нашей последней встречи.

  Грейслейн развел руками:

  - Как видишь, для меня еще не пришло время умирать, поэтому я вернулся. Ведь у меня еще остались незаконченные дела здесь. К примеру, я намеревался сделать то же, что и ты, но опоздал. Я был среди тех оставшихся в живых в тронном зале. Странно, что ты не заметил меня. Удивлен? - Грейслейн глухо рассмеялся. - Мне было довольно просто скрывать свое присутствие среди остальных.

  - Ты видишь, что уже упустил свой шанс, поэтому почему бы тебе просто не сдаться и не признать, что твое существование больше не имеет смысла? После того, как ты предал все, что возможно было предать. Знаешь, - Мизар коснулся синей ленточки, вплетенной в его волосы, склонив голову в озадаченной манере, - почему бы тебе просто не вернуть то, что ты украл у моего короля, и не окончить свою жизнь здесь и сейчас, как подобает дворянину Ксанады? Тогда, быть может, ты избежишь куда худшей участи. - Палец Мизара накрутил прядь волос. - Мне стоит лишь отдать приказ, и тебя растерзает эта толпа, что сейчас слоняется в коридорах дворца. Им нужен лишь повод. Я могу с легкость приказать им 'фас', и они станут опаснее диких псов.

  - Мизар, что ты такое говоришь?! Опомнись это же твой брат! - Охара сжала руки в жесте отчаяния.

  - Замолчи, Адель, он предатель и должен умереть как предатель. Я больше не считаю его своим братом. Назад... 'Структура, рассеять'! - Мизар выбросил правую руку в сторону Грейслейна, одновременно отталкивая Охару.

  - Я думал, ты понял еще в прошлый раз, что такие вещи на меня не действуют, - отступив на полшага назад, Грейслейн вытянул руку вверх, и словно из воздуха в его руке появился отливающий глубокой синевой скипетр. Теперь Мизар знал, что это было - не просто оружие, не просто артефакт, а сам принцип, которым действует одна из сил мироздания - осколок мозаики пол названием Талион, сила управлять процессами и явлениями закона. Этим скипетром Грейслейн лениво, словно играючи, отразил ту волну хаоса, что создал Мизар. В этот момент у него и появилась одна мысль, всего лишь догадка, которую он собирался воплотить в жизнь. Но пока он не знал, что за цену ему придется уплатить. Возможно, она окажется слишком высока.

  - Послушай, если бы я желал убить тебя, это было бы слишком просто, - произнес Грейслейн. Скипетр поднялся и опустился по высокой дуге. - И сейчас я покажу тебе часть того, что ты можешь испытать.

  То, что вернулось к Мизару вместе с ударной волной, было силой той же природы, какую он видел в действии в прошлый раз, когда они встречались. Но на этот раз в ней было и нечто новое. Изменить саму суть внутри него - сила Талиона была способной давать волю к действительно подготовленному изменению. Грейслейну достаточно было просто пожелать, чтобы это изменение произошло. Убить он его не мог. Но... в следующий миг Мизар вынужден был бросить все свои силы лишь на защиту. То, что ударило его, было не энергией, не магией. Это был принцип, вгрызавшийся в его тело, то, что разъедало его, словно ржавчина. И эта сила желала лишь одного - извлечь из него самую суть того, чем он являлся, извлечь из него силу деструкции Хаоса. Мизар не смог сдержать стон, когда нечто проникло в его грудь. Но он продолжил сражаться, потому что знал, что этой силе невозможно было противопоставить ничего, кроме таких же принципов.

  - 'Структура, инверсия', - приказал он. И 'клещи' начали обратное движение, лишь на миг на лице Грейслейна появилось выражение удивления, а затем он вновь послал 'оружие' вперед.

  Когда из тебя вырывают то, что является частью твоей души - слишком неприятное ощущение. Почти на грани возможного. Но Мизар давно научился быть нечувствительным к боли. Еще немного, он должен сопротивляться еще немного. А пока... - мысленно Мизар отстранился от этого здесь и сейчас, и приказал своему сознанию отступить назад во времени, туда, где Сай Валентайн объяснял ему сущность каждого из Слепых Богов. Тогда его величество дал ему знания, необходимые для того, чтобы отыскать все недостающие части. Но в то время Мизар сумел незаметно провести собственное исследование. Принцип против принципа, да? И главный среди них был тот, что все части мозаики так или иначе были подконтрольны главной из них - Зоару. Слепой Бог Правосудия - закон, что определят легитимность дальнейшего хода истории. Правомерность действий. То, что Мизар задумал, было сложно. Это был не род магии, и не часть его силы. Он вынужден был импровизировать в условиях, когда его тело готово было умереть. Но все же... Способ был крайне ненадежный, но Мизар обязан был проверить его. Принцип отражения.

  Соткав в уме как можно более четкий образ одного-единственного момента, он, вложив в него часть своих самых сильных эмоций, создал единый чистый кристалл воли. Воли, что двигала им, воли Сая Валентайна, принцип Зоара. И когда этот кристалл стал почти ощутимым, он послал его, словно щит, навстречу клещам Талиона.

  - Грх... - с криком Грейслейн отшатнулся, схватившись за горло. Так вот, какой частью тела управлял Талион - голос. Воля правителя. Клещи тотчас же разжались.- Что это? - спросил он. - Ясно, это воля Зоара. Пытаешься сделать меня нарушителем запрета, еретиком, нарушившим главное правило? Не выйдет, - с этими словами Грейслейн отер струйку крови, бегущую из уголка рта. - Мизар! Я все равно избавлю тебя от этого проклятия. Чего бы мне это ни стоило, я так решил! - с криком Грейслейн взмахнул хлыстом, своим излюбленным оружием. Ударив им о рукоять скипетра, он соединил их воедино, хотя это заставило его пошатнуться. - Я наделяю это оружие волей извлечь из тебя проклятие, что убивает тебя, выполнять! - закричал он.

  Словно зачарованный, Мизар смотрел на несущееся к нему 'нечто' - ни скипетр, ни хлыст - ожившая птица с оперением из синих молний. Оно...

  - Остановитесь, вы оба! - легкая светлая тень мелькнула между Мизаром и несущимся к нему принципом. Некоторое время пошатываясь, фигура Охары стояла на ногах, а затем начала медленно оседать на землю. Клюв 'птицы' пронзил ее грудь. - Вы двое... - она оглянулась на Мизара, затем перевела взгляд а Грейслейна, - никогда не научитесь ничему. Вы же браться, что бы ни случилось... не должны убивать друг друга, это... неправильно...

  - Адель! - в последний момент Мизар подхватил тело девушки, опуская его на землю. - Вот дура, зачем ты влезла под удар! Я не просил тебя об этом!!


  Часть 4.

  - Гвен, Ренье, Розетта?! - задыхаясь и кашляя от дыма, окутавшего столицу - особенно нечем было дышать в узких проулках - Кальвин совершенно потерял направление, в котором двигался. Ну не могли же они уйти так далеко? Он бежал так быстро, как только мог. Едва он разделался с теми двумя, как сразу бросился в погоню. Прошло ведь от силы полчаса. Этот дым, откуда он? Такое чувство, будто полыхает вся столица. Или... глаза Кальвина сузились. Дым не шел сплошной пеленой, как ему вначале показалось. И, хотя на первый взгляд он был однородным, но на боковых улочках шли отдельные стычки между кем и кем непонятно, а значит, там люди вполне могли различать друг друга. Кальвину же едва удавалось различить что-то на расстоянии вытянутой руки от себя. Единственная улица, по которой он и двигался, была полностью заполнена дымом.

  Слабый ветерок дул с севера в лицо Кальвина. И все же его глаза слезились так, что готовы были закрыться вовсе. А бежать, постоянно вдыхая эту гарь, было верным способом загонять себя до смерти. Он не мог свернуть... пробегая мимо одного из проулков, Кальвин уже было понадеялся свернуть туда, но там как раз завязалось сражение. А сразу за сражающимися, всего в десяти шагах, воздух казался... абсолютно чистым! У Кальвина начало зарождаться неприятное ощущение, что его ведут, целенаправленно не давая сбиться с курса. Но кому это могло понадобиться? И все же, если там впереди находились его друзья, у него не было иного выхода, кроме, как продолжать бежать. Он не позволит случиться еще одной трагедии. Но с каждым шагом бег давался все труднее. Кальвину пришлось оторвать полу своей одежды и плотно завязать, намоченный в какой-то лужице импровизированный платок вокруг носа и рта. Но это не слишком помогло.

  Неожиданно впереди себя Кальвин услышал крик. Кричала женщина, и Кальвину был известен этот голос. Боль, отчаяние, но вместе с тем ярость звучали в нем. И сразу после этого Кальвин будто вынырнул из воды. Дым и гарь закончились, словно их и не было, и перед глазами Кальвина предстала странная картина.

  Он оказался на широкой площади, со всех сторон окруженной домами. Почти всю ее накрывал полупрозрачный купол не ниже самих домов, и столь же широкий, как и сама площадь. А у ее границы мужчина, одетый в обыкновенную охристо-красную накидку инквизиции, скрутил руки Розетты за спиной. Его напарник держал на руках двух детей. Несомненно, это были близнецы Ренье и Розетты. Розетта вырывалась из захвата с такой силой, что инквизитор едва удерживал ее. Ему явно пришлось применить еще какое-то заклинание, так, что ее движения постепенно становились все более вялыми. Кальвин перевел взгляд на прозрачный купол. Там он не увидел, ни Гвен, ни Руи, но вместо них...

  - Добро пожаловать на наш скромный праздник, Кальвин Рейвен, - под сводом купола ему улыбался демонической улыбкой Райден. Его рука сжимала горло Ренье, стоящего перед ним на коленях. Он, в отличие от своей жены, не выказывал никаких признаков сопротивления. Жесткий взгляд Райдена был устремлен точно на Кальвина, как если бы он с самого начала ждал только его. - А я уже думал, что мне придется искать тебя самому, но ты оказался так предсказуем. Все, что мне нужно было сделать - направить тебя по нужной улице вслед за своими глупыми друзьями-еретиками.

  - Ренье...Розетта... Что все это значит?! - обыкновенно спокойные черты лица Кальвина исказились от гнева. Его затопила злость на Райдена, на всю эту ужасную ситуацию, но больше всего на самого себя.

  - У меня нет никакого желания причинять ненужную боль этим несчастным еретикам, - лениво произнес Райден. - Все едино их ждет суд Аттрактора, как и всех остальных на проклятом Юге. Но это было моей дополнительной гарантией, что ты примешь правильное решение. Я знал, что ты в этом городе, в это время и с этими людьми. У нас есть такие Предметы Залога, можешь верить мне на слово, - Райден обвел рукой город за пределами купола, - но то, что ты показал - это было целое представление. Тот вихрь является доказательством...

  - Я, кажется, задал тебе вопрос. Что здесь происходит?! - Кальвин прервал его слова, сделав шаг вперед. Похоже, остальные инквизиторы, стоящие по периметру купола и поддерживающие его защиту, не пытались остановить его. А значит, это, скорее всего, тоже было частью плана.

  - Ну что ж, ты вправе знать. Честно признаюсь, когда я видел тебя в прошлый раз, - Райден вскинул подбородок, посмотрев в сторону. Пальцы его по-прежнему не позволяли Ренье сделать лишний вздох. - Я не был особенно впечатлен твоими способностями, что бы ни говорил его императорское величество. Но после того, как ты побывал в Приоре, ты получил некий подарок, который позволил тебе раскрыть кое-что из твоего потенциала. И сейчас... мне был отдан четкий приказ: 'Если великий еретик, Кальвин Рейвен проявит признаки оружия Хаоса, немедленно вернуть его'.

  - Что за чушь ты несешь?! Ты просто жестокий ублюдок, если у тебя были какие-то дела ко мне...- Кальвин вздохнул. Он ненавидел себя такого. Где-то в глубине его сознания время слышался шепот, призывавший его сбросить цепи и вырваться на свободу. И неизвестно, чего следовало бояться больше: того, что происходило внутри или снаружи.

  Меж тем Райден продолжал, как если бы не слышал ничего.

  - Ты ведь не думал, что получил эту возможность пробудить себя самостоятельно? Это был подарок от императора, и сейчас пришла пора вернуть долг. Пора возвращаться.

  - Ты совсем спятил? Кто добровольно пойдет с таким маньяком, как ты? Или ты настолько труслив, что берешь в заложники людей для осуществления своих целей? Просто отпусти остальных, они здесь не при чем.

   Но Райден покачал головой. Пальцы его теребили серьгу в ухе.

  - А ты хитрец, каков хитрец. Просто отпустить их, чтобы это превратилось в бессмысленное сражение против твоего Предвидения? Так мы ничего не достигнем. Нет, мне нужна сто-, двести-, тысячепроцентная уверенность, что ты отправишься с нами, и отправишься добровольно. А потому, чтобы придать тебе решимости, я собираюсь сделать это.

  И, прежде, чем Кальвин успел понять, что тот задумал, пальцы его правой руки высвободили шею Ренье. Райден сложил свою ладонь наподобие клинка, и этот клинок инквизитор направил прямо в лицо Ренье. Кальвин не увидел, что произошло, так как фигура Райдена на миг заслонила собой тело Ренье, а потом... раздался крик Ренье, полный мучительной боли. А то, что Райден протянул в сторону Кальвина на своей ладони было... Он ощутил дурноту, когда понял, что это был глаз... глаз Ренье, который эта бездушная тварь вырвала из глазницы принца.

  - Прекрати...

  - Да?

  - Я сказал прекрати издеваться над моими друзьями, - Кальвин зажмурился. - Если так действует инквизиция, то чем вы лучше нас, кого вы зовете еретиками? Неужели такова воля Аттрактора, создавшего этот мир?

  - Да, именно такова его воля, - пальцы Райдена продолжали теребить серьгу в ухе. Казалось, он просто наслаждался всей этой ситуацией. - Мы просто проводники его воли и воли его сына. А он приказывает нам уничтожить то, что может грозить ему, его порядку. А ты - самая главная и прямая угроза, - палец Райдена точно кинжал был наставлен в грудь Кальвина.

  - Как, каким образом он может быть для вас угрозой?! Вы просто бездушные чудовища. Прикрываетесь именем Бога, а сами действуете так, что даже демонам в Хаосе станет стыдно! - Розетта вскинула голову, с вызовом глядя на Райдена. Она перестала вырываться и держалась теперь так, будто тех рук, что ее удерживали, просто не существовало.

  - Так, похоже, вы сговорились, - палец Райдена постучал по губам, - все женщины одинаковы, как бы ни храбрились. Для вас нет ничего важнее собственных детей. Даже если на тебя не произвело впечатления то, что сделали с твоим мужем, может тогда этот аргумент будет убедительнее. Вы двое, - Райден отдал приказ тем, кто держал двух детей, - принесите их сюда. - И, вновь обернувшись к насторожившейся Розетте , произнес: - Не бойся, я не пойду против этого правила. Я не убью их. Вместо этого, что скажешь, если я заберу их с собой и отдам на воспитание семье инквизиторов? Они вырастут и назовут тебя еретиком.

   Розетта закусила губу, а затем ее умоляющий взгляд обратился к Кальвину. Она молча покачала головой. 'Ну что за женщина, что за упрямая женщина', - с досадой подумал Кальвин. Неужели и Гвен станет такой упрямой, если опасность будет грозить ему? Кальвин подавил тяжкий вздох, затем посмотрел на горстку инквизиторов, потом перевел взгляд на Розетту, на детей которых держал на руках самоуверенно улыбающийся Райден, на стонущего Ренье, на купол, а в конце поднял взгляд к небу и подумал: 'Ну почему все так сложно? Это все ты виноват, Сай...' - в этот миг на губах Кальвина появилась легкая, понимающая улыбка. От друзей так много хлопот. Но он уже все решил, верно? Гвен, надеюсь, она не будет скучать, хотя, нет. Гвен будет метать гром и молнии. Однако, все обойдется, если она не будет знать, что произошло. Никто не узнает и никто не вспомнит, если он воспользуется помощью того странного другого 'Я'. Но это в последний раз, - пообещал себе Кальвин и позвал: 'Эй?'.

  Ответ пришел незамедлительно:

   'А я думал, ты бросил меня и забыл. Кстати, это была вторая жертва'.

  - Жертва? Ты говоришь о Ренье? А, я понял, что помощи от тебя не дождешься бесплатно.

  'Мне ничего не нужно', - в голосе появилась обида.

  - Да-да, это я уже слышал. Но на этот раз тебе не удастся все так провернуть. Ты больше не будешь делать жертвами моих друзей. На этот раз, я все возьму на себя. Я хочу... - Кальвин сделал паузу, перед тем, как продолжить, - чтобы ты изменил все для меня одного.

  'Что ты имеешь виду?' - озадаченно спросил другой.

  - Сейчас я сделаю одну глупость, должно быть, все так и посчитают. Но после этого ты устроишь так, чтобы все забыли о том, что здесь произошло.

  'Я совсем не понимаю, о чем ты думаешь, хотя ты это я', - признался голос.

  - Верно, ты - это я. Это я уже понял, не хочется признавать это. Но, кажется, те типы в Приоре что-то сотворили с моей головой, так что теперь мне слышатся голоса и видения.

  'Хехеех', - до Кальвина донесся легкий смешок. Картина перед его глазами начала таять, заменяясь другой, - 'ты так легко уходишь в свои мечты, но почему так трудно признать, что ты - часть меня'.

  - Нет, это ты часть меня! - выкрикнул Кальвин. - Прекрати! - он заслонился ладонью, скорее инстинктивно. Когда другой плеснул ему в лицо водой из небольшого круглого озерца идеальной формы, возле которого он сидел на коленях.

  'Что прекратить? Ты никогда не называешь меня по имени, хотя я предпочел бы, чтобы это имя произносил Он. Но даже если это будешь ты, мне этого достаточно, ведь ты видел его?'

  - Сейчас не время для пустой болтовни, - отмахнулся Кальвин.

  'Скажи, ты видел его? Ответь мне или я не стану помогать тебе', - лицо его второго 'Я' стало серьезным, так было всегда, когда он говорил о 'Нем'.

  - Он? - переспросил Кальвин.

  'Не пытайся обмануть меня, ты знаешь Его, как и я. Но для тебя он просто друг, которого ты бросил, сбежав из страны. Но я никогда бы так не поступил. Лучше умереть ради друга, если это поможет Ему. Я с радостью сделаю это снова, и еще тысячу раз, не задумываясь!' - палец другого был наставлен в грудь Кальвина. Вздохнув, он произнес его имя.

  - Микалика...

  'Нет, совсем не то. Я хочу слышать Его голос', - Микалика обхватил себя руками. Его голова опустилась, так, что длинные волосы полностью скрыли его лицо. - 'Если бы... если бы я только знал, что это повторится вновь', - Микалика поднял лицо и на его щеках Кальвин заметил слезы. Глаза его были устремлены в бесконечное, испещренное молниями небо, но в них отражалось совсем другое. Лицо Сая отражалось в них. Хотя, нет, оно было лишь похоже на его лицо, но были и отличия. Одет он в доспехи, какие Сай никогда не носил. Да и в самом деле, какая может быть связь между знакомым какого-то монстра тысячелетней давности, и Саем Валентайном, его бестолковым другом? Этим королем Астала, вытащившим страну из мрака бесконечных войн и разрухи? Нет, определенно никакой, просто совпадение. Каким наверняка было совпадение, что и этот Микалика выглядит в точности как он сам. Да и что толку волноваться о таких мелочах, если есть куда более важные дела, которые нужно сделать прямо сейчас. Поэтому Кальвин напомнил:

  - Послушай, мы отвлеклись о темы. Я понимаю, что этот 'Он', кто бы он ни был, так много значит для тебя. Но сейчас есть гораздо более важные дела, которые мы можем сделать, если...

  'Ты просто предал его, бросил его, ты понимаешь, что оставил его одного, наедине со всем этим? Ты снова бросил его в той золотой клетке!' - при этих словах Кальвин, еще ничего не успев осознать, был повален на спину дотянувшимся до него Микаликой. Пальцы того сомкнулись на его шее. - 'Если я просто убью твою душу, я смогу захватить это тело и вернуться к Нему. Да, возможно, еще не поздно, и я успею предотвратить ту катастрофу, пока тот, другой не добрался до Него. Я не позволю никому прикоснуться к Нему, потому, что, потому, что... он только мой друг!!!!' - глаза Микалики, ставшие полностью безумными, наполнились вихрями, сотканным из молний. Эти глаза оказались прямо напротив лица Кальвина.

  - Прекрати, что ты делаешь?! Ах, надоел! - с этими словами Кальвин тоже схватил Микалику за горло, и они покатились прямо к водной глади, отчаянно сражаясь друг с другом. Странно и страшно одновременно было сражаться с точной копией самого себя. На миг они зависли над краем, а затем оба полетели в воду. Но Кальвин решил не сдаваться. - Давай спасем их! Если ты спасешь их, я обещаю, что помогу и тебе, давай сделаем это вместе, проклятье! - Кальвин сумел извернуться и толкнул Микалику вниз. Так они и тонули в этой воде, что не была водой. А мимо них кружились осколки каких-то картин,- городов, зданий, лиц людей, и совершенно причудливые и гротескные предметы. Стоило приглядеться к ним, как те тут же рассыпались. Это...

  'Это Хаос в своем чистом виде, просто материал, который я использовал в качестве игрушек, когда меня держали в той огромной клетке, полной цветов. Я всегда был для них только оружием, которое они растили, чтобы торговаться с Вершиной Древа. Как и Он, когда упал туда. Тогда Он стал таким же Предметом Залога, всего лишь вещью, которую можно выгодно использовать. И хотя я знал, что он пришел, чтобы уничтожить меня, все равно, он был тем, кто первым назвал мое имя, и первым, кто заговорил со мной не как с оружием, а как с живым. И поэтому я хотел что-то сделать для него взамен. Только хотел защитить его. Не понимаю, почему они никогда не оставят нас в покое? Почему? Почему?!'

  - Ты... - внезапно Кальвин понял, что именно чувствовало это одинокое существо. Что-то в его словах показалось ему знакомым, разве не это же ощущал и он по отношению к Саю? Хотя, если для Микалики 'Он' был всем, чуть ли не целым миром, то у Кальвина были и Гвен, и Руи, и Ренье и Розетта и еще множество других, которых он желал защитить. - Послушай,- продолжил он, - я обещаю, что помогу тебе защитить 'Его', потому, что я тоже этого хочу. Ты слышишь меня? Я тоже этого хочу! - закричал Кальвин, и глаза Микалики, обрамленные извивающимся облаком волос, обрели какое-то новое выражение.

  'Ты поможешь мне? Но зачем тогда ты предал Его?' - тихо спросил он.

  - Я не предавал Сая.

  'Его имя - Бифуркатор'.

  - Да-да, - поспешно поправил Кальвин, - пусть будет так, как хочешь. Но я не предавал его. Если бы я не убежал из страны, то, возможно, был бы уже мертв, и тогда я бы ничем не смог помочь ему. Я не предавал Сая, я просто отступил. Чтобы найти тот способ, как помочь ему. Но моих сил сейчас недостаточно даже, чтобы спасти тех людей, которые мне дороги, и если ты не поможешь мне сейчас, я не смогу помочь Саю - все связано.

  'Дорогие тебе люди? Кто может быть дороже Его?' - подозрение снова проснулось в этих бездонных, темных, наполненных безмолвной печалью глазах. Кальвину стало даже жаль этого несчастного, единственной целью в жизни которого было стать полезным таинственному 'Ему', кого он назвал 'Бифуркатор' и кто был так невероятно похож на Сая.

  - Ты знаешь их, - пояснил Кальвин. - Они значат для меня не меньше, чем Сай, и я не могу выбрать между ними. Но Сай сейчас далеко, а те, кто нуждается в нашей помощи, страдают рядом, - Кальвин улыбнулся, продолжая падать в водную бездну. - Ты не такой, каким хочешь казаться, я верю, тебе не безразлична судьба других. Ведь ты не монстр, ты не демон, просто тебе одиноко. Но если поможешь мне, я обещаю, я тоже стану твоим другом и буду помогать тебе, так же как и Саю.

  - Ты можешь?

  - Угу, - Кальвин кивнул со всей возможной убедительностью.

  - Хорошо, если обещаешь, я помогу тебе. Но не вздумай обмануть меня. Если попытаешься, я просто разрушу твою душу, - глаза Микалики вновь приобрели легкий оттенок безумия.

  - Тогда, вот о чем я хочу попросить тебя,- начал Кальвин. - Я понятия не имею, можешь ли ты это. Но давай попробуем,- с этими словами он протянул руку Демону Цветов. Их пальцы соединились.


  Часть 5.

  На площади окруженной полыхающими зданиями, Кальвин открыл глаза. Он приложил ладонь к голове. Ничего не изменилось. Он вообще не был уверен, что это сработало, а не было лишь бредом в его голове.

  - Я думал, ты решил заснуть прямо здесь, - голос Райдена донесся с той стороны купола. - Итак, что ты выбираешь? Идешь со мной добровольно или я поступаю с твоими друзьями-еретиками так, как тебе не понравится.

  - Нет, - на губах Кальвина заиграла дьявольская улыбка, - я сделаю кое-что получше. Сражусь с твоими псами, а потом доберусь до тебя и освобожу моих друзей.

  - Хахаха! - звонкий смех Райдена разнесся по площади. - Ты совершено спятил. Разучился считать? Ты не используешь свое Предвидение, потому что с этим Предметом Залога оно бесполезно. И такой есть у каждого из моих людей. А с обычной магией тебе не стоит даже и пытаться, чему бы тебя не учили в Отряде Лилии, это тебе не поможет.

  - Прости, но, наверное, я действительно круглый идиот. Я все же попытаюсь, но у меня есть одно условие. Тебе ведь нужен я?

  - Именно, - Райден склонил голову. - И что с того?

  - Ты отпустишь всех моих друзей, и покинешь этот город навсегда, если я выйду победителем из этой схватки. Также я обещаю, что отправлюсь с тобой.

  - Странное условие. Обычно бывает наоборот. Ты ничего не напутал?

  - Нет-нет, все верно,- Кальвин помахал руками.

  - Кальвин, что за глупости ты говоришь? Ты же видишь, что эти люди сделали с Ренальдо! У них нет ни чести, ни гордости. Ты не можешь всерьез заключать такие... - это была Розетта.

  - Все в порядке,- Кальвин ободряюще улыбнулся ей. - Я выиграю, вот увидишь, и ты, и двойняшки, и Ренье - вы будете свободны.

  - Но...

  - Я готов, давай начнем, - Кальвин пригнулся, словно готовый броситься в битву.

  - Как пожелаешь, но ты лишь оттянешь время для неизбежного, - пренебрежительно хмыкнув, Райден поднял руку, отдавая приказ своим людям. Без малого с десяток, исключая тех, кто теперь держал Розетту и нескольких оставшихся людей из их отряда. Две ладони скрестились над головой Райдена, отдавая этим сигнал к начавшейся битве.

  Кальвин раньше никогда не видел в действии других инквизиторов, кроме самого Райдена, и той парочки Сати и Кайо. Но, исходя из их методов, они действовали без разбора и жестко. Но главное - все они сражались парами. И в этом было их преимущество и слабость одновременно, которой и собирался воспользоваться Кальвин. Десять человек, а значит пять пар. И все они стоят на пути между ним и куполом. 'Пока не вмешивайся, я скажу, когда будет можно', - мысленно попросил он Микалику.

  'Как скажешь, но будь готов', - тихий голос демона шепнул ему из глубин его сознания, словно легкий шорох перышка. Это не было неприятно, просто странно.

  Итак, все эти пять пар - всего лишь противники на поле битвы. Все, что ему нужно - вспомнить то, как они сражались в Отряде Лилии. Они всего лишь противники, которых нужно уничтожить, но по возможности не убить. Пять пар. И один в каждой из них держит в руке Предмет Залога, в котором видно все, что бы Кальвин ни задумал в плане магии. А значит, тому было абсолютно безразлично, какой уровень или способ будет использован. А второй... второй из пары был тем, кто нападает, но Кальвину не было нужды ввязываться в бессмысленное сражение заклинаний. Все что от него требовалось - как можно быстрее пройти эту полосу препятствий и достигнуть купола. А потому...

  Три, два, один... вперед - приказал себе Кальвин. Со всей возможной скоростью он бросился бежать, и почти сразу же вынужден был пригнуться. Но, даже падая, он ухитрился-таки перекатиться еще на два метра вперед. 'Они ждут, что я буду петлять как заяц, но никто не ожидает, что я пойду прямо по центру. И все же...'

  'Длань Создателя, факториал!' - первая пара сделала свой ход, и в тот момент, когда Кальвин сделал кувырок, оглушающая волна едва не задела его. Нужно быть настороже. Не отвечать по возможности, оставить как можно больше противников позади себя...

   'Пришествие Деи, Факторион!' - прозвучало следом.

   'А они действуют по нарастающей', - Кальвин благоразумно упал на землю, еще до того, как та вдруг стала шаткой и трясущейся. Землетрясение заставило расколоться плиты мостовой. В одну из таких расщелин он едва не съехал.

  А теперь Кальвин сделал рывок вперед, так, чтобы траектория его движения пролегала как можно ближе к нападающим. Так они не смогут вызвать достаточно мощные заклинания, чтобы не повредить своим же товарищам. Еще пять метров. Отлично! Какая разница, что они видят все его движения. Как не старайся, Предметы Залога не могут показать, о чем он думает, и почему не спешит использовать магию.

  'Глас Древа, факториал', 'Око Деи, факторион...'

   А вот это уже опаснее - вторая и третья пара произнесли заклинания одновременно. Но они никак не ожидали того, что произойдет в следующий миг.

  - Извини! - Кальвин, прыгнув вперед, вырвал Предмет Залога из пальцев одного из инквизиторов. - Попробуем это, - и направил его на точно такой же в руках его товарища из другой пары. Режущий звук на миг оглушил его. Но это не шло ни в какое сравнение с тем, что ощутили оба инквизитора, когда одновременно получили отдачу от своих же заклинаний. По правде говоря, это была только догадка, Кальвин и не рассчитывал, что эти 'блюдца' можно использовать так. Предметы Залога просто разлетелись на осколки. А теперь...

  Но в этот миг Кальвин ощутил, как что-то обвилось вокруг его ноги, и он ничком рухнул на землю. Ах черт, они ведь могли воспользоваться и обыкновенным оружием! Опустив взгляд, Кальвин заметил, что его левую ногу чуть ниже икры охватывает кольцо свитого хлыста, тянущегося из руки инквизитора из первой пары. С неохотой Кальвин поднял ладони:

  - 'Созерцая бушующее пламя...', - Кальвин ухитрился извернуться и использовать хлыст как проводник своего заклинания. Ответом ему был неприятный крик, когда собственное оружие инквизитора обратилось в жалящего огненного змея. И вдогонку:

  - 'В ожидании холодного рассвета'! - всю эту часть площади накрыло ослепляющее покрывало света, а впереди... Последние две пары, должно быть, были самыми умными, потому как решили не действовать разобщено. Кивнув друг другу, они начали читать заклинание, которое Кальвин раньше не слышал. Но то, как оно звучало, уже не понравилось ему: 'Отражение Симметрии, факторион', - оба воспользовались заклинанием высшего уровня. И одновременно двое их напарников из каждой пары бросились к нему. В их руках была натянутая сеть. Они, что собрались поймать его, как кролика? Не выйдет!

   'Эй, слушай, это не то, что ты видишь? Куда ты смотришь, они позади тебя', - этот голос, тихий, спокойный голос, наполненный печалью, принадлежал Микалике. Ну конечно, теперь, когда он сказал... - 'Эти слова способны оказывать воздействие на твои органы чувств, ты видишь не то, что на самом деле, просто оглянись и убей их всех...'

  Так вот оно что, 'Отражение симметрии' - заклинание, способное полностью менять видимое. А значит, ему нужно только обернуться. Хотя, нет, лучше сделать вид, что он поддался на их уловку. Но стоять спиной к противнику - хуже не придумаешь. Однако, теперь чтобы ошарашить противника, будет достаточно одного ослепляющего заклинания или чего-то вроде этого. Кальвин уже так и собрался поступить. Но внезапно обнаружил, что его руки и ноги были полностью обездвижены цепями. Цепи, перевитые побегами растений с шипами... Те цветы?! - глаза Кальвин распахнулись при том воспоминании.

  - Ты ведь не думал, что все будет так просто? Эти цепи могут быть применены только к Детям Хаоса, - спокойно пояснил Райден, будто заставлял заучивать урок нерадивого школьника. - То, что ты каким-то образом узнал, что атака будет сзади - похвально, но это не сработало. Теперь ты не можешь двинуть и пальцем, чтобы не испытать боль на гране выносимого. Кстати, эти лозы были выведены путем скрещивания и селекции с теми образцами, что растут в Промежутке. Ну, как тебе? - с этими словами Райден отдал знак кому-то за пределами видимости Кальвина, и в следующий миг сильнейшая боль наискось пересекла его спину, как будто по ней стегнули раскаленными железным прутом. - Эти лозы, - продолжал пояснять Райден, - воздействуют на саму твою связь с кровью демонов. Будь ты человеком, то не испытал ничего подобного.

  Закусив губу, Кальвин некоторое время просто боролся с болью, что грозила лишить его сознания. Но вслед за вторым ударом пришла вторая волна боли. Мир погрузился во тьму, но сама эта боль не позволяла надолго оставаться в беспамятстве. Каким-то образом, Кальвин заставил себя поднять голову и улыбнуться.

  - И это ты называешь болью? Что-то слабоватые у тебя методы для великого инквизитора... - Кальвин закашлялся. И тут...

  - Как вы смеете, как вы посмели... - губы Кальвина открылись сами собой, хотя он не желал того.

  'Микалика, прекрати'! - закричал Кальвин. Но его тело уже не принадлежало ему.

  - Как вы смеете? Как вы посмели причинить боль тому, кто связан со мной?!

  В следующий миг цепи порвались, так, словно были сделаны из бумажных звеньев. Выбросив руку, Микалика указал в сторону инквизиторов, с которыми только что сражался Кальвин.

  - За это вы лишаетесь права на существование. Не желаю видеть вас, - тихий и спокойный голос Микалики нес в себе страшный смысл. И, хотя Кальвин пытался воспротивиться, его некому было услышать. Под ногами беспомощных инквизиторов разверзлись небольшие озера воды цвета индиго. Словно жадные и хищные звери, царапая и притягивая к себе, они засосали отчаянно кричащих людей. А затем тело Кальвина развернулось, и он уставился на Райдена, выглядевшего скорее озадаченным, чем испуганным.

  - Не знаю, как ты это сделал, и что это за фокус... но этот купол тебе не пробить, он создан при помощи 'Смерти Создателя...' Тебе не разрушить его.

  - Ты в этом так уверен? - улыбка на губах Микалики превратилась в оскал. Подойдя вплотную к куполу, он положил ладонь на его сферу. Сфера замерцала, замерцала, замерцала... по ней потекли цвета, превратившиеся в цветы. И в следующий миг купол треснул, рассыпавшись на хрустальные осколки. Райден отшатнулся, но рука Микалики сомкнулась на запястье инквизитора. - Меняю фактор Ренье на фактор Райдена, - произнес он. Раздался крик, когда кровь внезапно захлестала из левой глазницы инквизитора, упавшего на колени. В то же время, ошеломленный Ренье в неверии ощупывал свой совершенно целый глаз. Подхватив падающих из рук Райдена детей, Микалика осторожно передал их отцу и слегка оттолкнул его назад. - Береги их и тех, кто тебе дорог. Этого хотел Кальвин.

  Ренье нахмурился, прижимая близняшек к груди.

  - Кальвин? Нет, ты не Кальвин, но все равно...

  - Не благодари меня. Я сделал это не ради тебя. Скажи спасибо своему другу за то, что он заботится о тебе. Все равно ты обо всем забудешь через несколько секунд... Стираю фактор Кальвина Рейвена из этого здесь и сейчас! - с этими словами Микалика схватил Райдена за руку. Цвета окружающего заменились 'Цветами', словно мозаика. Каждый цветок занял одну из ее деталей, пока, наконец, весь мир не исчез.

   Кальвин рухнул на колени. Боль в спине никуда не исчезла.

  - Ч... что? - он ошеломленно захлопал глазами. Контраст был слишком силен. Он обнаружил себя на поле, полном невероятно ярких цветов. Небо было такого же нереально яркого оттенка. Равнина до горизонта изрезана небольшими холмками, поросшими травой и цветами, между которыми плескались небольшие озерца. Это место... Услышав стон возле себя, Кальвин опустил взгляд. Рядом с ним сжимая свою пустую глазницу, стоял на коленях Райден. Второй его глаз яростно прожигал Кальвина. Так значит, Микалике удалось, как бы это ни произошло.


  Глава 5. Неизменная цена.


  Часть 1.

  - Ваше величество! - от громогласного крика, который произвела Дана Торн, вздрогнули все присутствующие за столом министры, с которыми Сай проводил внеплановое совещание. Ему необходимо было выбить новые финансовые поступления. Содержание интернациональной армии требовало огромных расходов, и сейчас Сай обязан был доказать всю необходимость увеличения финансирования этим людям. Как обычно жарко возражали маркиз Салавей, и граф Эридиа. Но, к неудовольствию Сая, на сей раз к ним присоединились даже Кластин Ринг Винкс и Эрфорд Даменси. Но Сай рассчитывал избежать хотя бы еще одной проблемы, не пригласив на совещание Дану Торн. Но, судя по всему, предпринятые им меры предосторожности оказались тщетными. Должно быть, Велька проболталась. С ужасом Сай смотрел, как на него надвигается эта внушительная женщина. Ее совершенно не смущало ни присутствие остальных министров, ни то, что речь сейчас явно не шла о том, о чем она собралась говорить с королем. А речь шла о давнем...

  Сай поморщился, поднимаясь из-за стола и подумывая о возможных путях отхода.

  - На этом все, совещание закончено, я рассчитываю на то, что вы обдумаете все как следует, - сбивчиво проворил король, заставив открыть рты от удивления не одного министра. Видеть короля загнанным в угол - явление не столь уж частое.

  - Нет, не окончено, осталась нерешенной еще одна проблема, - голос госпожи главной горничной прямо-таки звенел в маленьком пространстве его кабинета. Миг ужаса парализовал короля. Что если она решила обсуждать с ним 'ТУ' проблему при всех?! Это ведь дело не...

  - Это дело государственной важности, и я не позволю вам прокинуть этот кабинет, пока вы не объявите, наконец, свое решение по этому поводу. Я больше не намерена ждать! - палец министра Хозяйства уперся в грудь короля, который буквально вжался в окно.

  - Хорошо, хорошо, - Сай улыбнулся лучезарной улыбкой, - я выслушаю вас прямо сейчас, но, - глаза короля свернули непреклонным огоньком, - это дело будет решаться без свидетелей.

  - Отлично, но все равно вам придется объявить об этом не далее как сегодня вечером. Я прослежу за этим. - И, развернувшись к остальным: - Ну что встали? Это дело пока вас не касается. Кыш-кыш, - надо было видеть это поразительное зрелище, как статная женщина, словно кур на дворе, выгоняла слишком заинтересовавшихся министров. Однако, никого не удивляла эта манера ее поведения. Ей одной было позволено говорить с королем в таком тоне.

  - Неужели никого? - на всякий случай Дана Торн выглянула в коридор после того, как прошла минута с того момента, как последний из министров покинул комнату. - Никто не подслушивает, впрочем, это не важно... - она перевела дух, и уперла руки в бока. - Ваше величество, вы убегали от меня уже пять раз, но на этот раз я не дам вам уйти от ответа, - взгляд мудрой женщины буравил побледневшего, но старавшегося сохранить лицо короля. Сай постепенно двигался вдоль стенки, стараясь не делать резких движений.

  - Эээ, ответа?

  - Не прикидывайтесь дурачком, это вам не идет, ваше величество, - госпоже Торн удалось вложить в это слово поровну презрения и материнского укора. - Вам уже двадцать один, и скоро будет двадцать два. Страна страдает.

  - Не понимаю, о чем вы...

  - Не понимаете? Государство в ужасе от того, что у нее до сих пор нет уверенности в завтрашнем дне. Потому, что у нашей многострадальной страны до сих пор нет королевы. Да ладно королевы... - сама себя оборвала Дана Торн, - у нее до сих пор нет наследника!!! - Сай зажмурился, когда ее крик резанул по ушам. И так все его чувства были обостренными до предела сосуществованием с тремя Слепыми Богами внутри него, так еще и это.

  - Ну, в самом деле, дорогая госпожа Торн, я думаю для этого еще слишком рано. Мне ВСЕГО двадцать один, - Сай попытался выделить эту цифру. - Кроме того, сейчас у страны нелегкие времена. Как я могу попросить кого-то выйти за меня, когда в Астале такой беспорядок? Более того, со дня на день, вероятно, начнется военная компания против Приоры. Разве я могу сейчас оставить молодую жену одну? Что если...

  - Во именно, 'что если'! Что, если с вами что-то случится, что тогда станет со страной? Я не хочу снова видеть то, что творилось в промежуток времени до и во время правления вашего отца, предыдущего короля. Стране нужен крепкий тыл, и вы не переубедите меня в обратном.

  - Нет, королева сейчас - совершенно исключено! Время...

  - Я не прошу вас выбрать себе королеву немедленно, но хотя бы заведите себя постоянную метрессу. Люди должны видеть, что ваше величество думает об этом, по крайней мере, что с вашим здоровьем все в порядке.

  - Люди что-то говорят? - Сай насторожился, он уже почти добрался до нужного ему места под картиной на стене, справа от окна. Но слова Даны Торн заставили его замереть.

  - В том-то и дело, ваше здоровье, естественно, является предметом особо пристального внимания со стороны не только знати, но и простых граждан. Ходят слухи, что у страны до сих пор нет даже любовницы короля и какого-никакого отпрыска из-за проблем со здоровьем вашего величества.

  - Ах, вот в чем дело, ну тогда вы можете успокоить их, ведь королевский врач каждый день осматривает меня перед сном, так что из-за этого нечего волноваться.

  - Не волноваться? Я начинаю подозревать и что и вы, и этот прохвост Эрфорд Даменси что-то скрываете от всех нас. Иначе, почему нормальный здоровый молодой мужчина... - Дана Торн начала вновь медленно надвигаться на Сая, распластавшегося по стене, - не ведет себя так как подобает в его возрасте. Королевские дела, несомненно, важны, но разве я не предупреждала вас, что переутомление слишком опасно для вашего здоровья? И если вы думаете, что у меня нет информаторов кроме умнички Вельки, то вы глубоко ошибаетесь. Хотя, если бы не она, я бы так и не узнала об этом вашем тайном совещании. И это уже третье за сегодня, а еще вся эта гора бумаг на вашем столе. Вы ведь не думали, что сделаете все эти дела сегодня? - Дана Торн гневно указала на аккуратные стопки бумаг на столе Сая. - Нет, на этот раз, вы не покинете эту комнату, пока не выберете одну их тех девушек, что я подобрала для вас. Вы останетесь здесь, и через пять минут я приведу их к вам, и вы при мне выберете одну из них в качестве вашей постоянной метрессы.

  - Что...Что???!!! - Сай закашлялся, ощущая, как щеки его жарко запылали. Нет, это дольше не может продолжаться. Чем глубже он завязает во все это, тем больше проблем потом будет. Если так пойдет и дальше, то в конце концов может открыться истинная причина, по которой у него не было не только королевы, но сколь-нибудь заметной любовницы. А причина была...

  В этот момент Сай занял нужное место под картиной с изображением лесного ручейка, пробивающего себе путь через каменистое русло, спускаясь с гор. Прекрасная картина...

  - Госпожа Торн, я обязательно последую вашим советам, ведь вы намного более опытны в этих вопросах, чем я... - при этих словах глаза Даны Торн подозрительно сузились. Она не могла понять, в чем причина внезапной перемены настроения короля. - Я обязательно воспользуюсь вашими рекомендациями в отношении девушек. И обещаю, что в самое ближайшее время объявлю о своих намерениях более серьезно. Но, видите ли... - рука короля нащупала за спиной незаметную трещинку в стене. Она и должна была привести в действие весь механизм. - Я хотел бы это сделать без свидетелей и я совершенно не могу ничего выбрать в такой нервной обстановке, - Сай повысил голос, и, послав уже все понявшей Дане Торн воздушный поцелуй, позволил себе упасть назад. Стена за его спиной вдруг стала прозрачной и податливой. Механизм активировало снятие защитного заклинания с этой части стены. Эту систему Сай недавно установил сам, на всякий случай. Именно на такой случай. Никто, кроме него не знал, куда ведет этот тайный ход. А вел он, как оказывается, прямиком в покои Хранителя королевских секретов Лантиса Кларио. Последнее, что видел Сай, было разъяренное и одновременно расстроенное лицо его главной горничной, которая что-то кричала ему вслед. А затем вновь восстановленная целостность стены и пространства оставила его один на один с обитателем этой комнаты.

  - Ну, и что все это значит? - поднявшись с кресла, Лантис Кларио отложил в сторону книгу, которую читал, и взглянул на своего непрошенного гостя.

  - Спасен, - улыбнулся Сай, и поднялся с колен, отряхнув свою одежду и поправив волосы. - Это становится настоящей проблемой.

  - Попробую угадать, госпожа Торн снова подняла вопрос твоей женитьбы и рождения наследника.

  - Откуда ты... - глаза Сая расширились, но потом он вновь прикрыл их. - От тебя ничто не скроется. Да, - он рассеянно потер лоб, и на его лице появилось немного грустное выражение. - Если так продолжится, могут возникнуть большие проблемы.

  - И ты каждый раз будешь вот так прятаться в моей комнате? - взгляд Лантиса стал недовольным. - Или ты хочешь, чтобы я помог тебе найти выход из этой ситуации?

  - Это ведь невозможно, а? - улыбка Сая стала отстраненной. Лантис кивнул.

  - Тебе придется справиться с этим, или ты жалеешь?

  'Жалею ли я? - подумал Сай. О том, что внутри него, раздирая его душу на части и уродуя его человеческое тело, обитали три сущности, которым было чуждо все человеческое? Бедная Дана Торн, ну как он мог объяснить, что причиной его нежелания вести нормальную жизнь молодого человека было то, что, скорее всего... он уже не был способен вести ее.

  - Я ни о чем не жалею, - улыбка Сая стала демонической, но на лице Лантиса что-то дрогнуло. Подойдя к королю, он положил ладонь ему на плечо и склонился к нему. Сай отвел взгляд, все еще продолжая улыбаться, словно безумец, ведь в глазах Лантиса он прочел сочувствие. Он, кто, как и сам Сай не был больше целиком человеком, сочувствовал ему.

  - Ты не должен так говорить. Тебе есть о чем жалеть, если ты не будешь сожалеть или разучишься чувствовать, тогда мир будет погружен в куда больший Хаос, чем если бы он достался Фракталу. Сожалею, но скорее всего, ты больше никогда не сможешь иметь детей.

  - Я знаю... - Сай резко сбросил руку Лантиса. - Знаю, - уже тише повторил он. Да, эти Слепые Боги полностью изменили его изнутри, таким образом, его тело осталось человеческим лишь снаружи. Всего лишь фальшивая оболочка, призванная служить маской, дурачащий всех его подданных. - Но что мне делать? Долг короля - завести наследника.

  - Об этом я позабочусь, когда придет время, - слова и тон Лантиса заставили Сая вздохнуть. Он так и смог заставить себя встретиться взглядом с хранителем королевских секретов.

  - Каким образом? Ведь я не смогу передать ему свою кровь? Бессмысленно брать ребенка со стороны, да и какая женщина согласится считать своим дитя неизвестного происхождения.

  - Просто смирись, что здесь ты ничего не можешь изменить. Но когда придет время, у тебя появится наследник. Но насчет женщин... - Лантис задумался, - а эта идея не так уж и плоха. Ты должен завести себе постоянную метрессу.

  - И ты тоже, - расстроено произнес король.

  - Такова обязанность короля. Ты не можешь позволить зародиться ненужным сплетням. Наследник не появляется вот так из ничего. Ты обязан сделать первый шаг.

  - Лантис, это не смешно, у меня нет на это времени, - резко ответил Сай. Подойдя к дверям и приоткрывая их, он проверил, нет ли поблизости Даны Торн, и испустил вздох облегчения.

  - У короля должно хватать времени на все, - Лантис был непреклонен. - Сейчас ты способен на большее, чем простой человек, но незачем вызывать ненужные подозрения у тех, кто верен тебе. Просто делай то, что должен, - Хранитель королевских секретов впервые улыбнулся и вновь опустился в кресло, раскрыв книгу.

  - Неужели мне никак не разобраться с этой проблемой иначе? - с досадой спросил Сай.

  - Иначе? - бровь герцога Кларио приподнялась. Прикрыв один глаз, он смотрел на короля. - Для тебя больше нет простых и понятных решений, потому что эти решения теперь ты будешь принимать сам. И чем больше ты соберешь осколков, тем сильнее твоя воля будет влиять даже на малейшие события этого мира. Так что, я хочу предупредить тебя, будь острожен в своих желаниях и мечтах. Иногда они могут обернуться против тебя. А что касается продолжения рода...- от улыбки, которая заиграла на губах Лантиса, Саю сделалось дурно, - есть только один способ передать твою кровь, но он тебе не подойдет.

  - Тебе нравится пугать людей, не так ли? - Сай полностью развернулся к Лантису. Его фиолетовые глаза прожигали хранителя королевских секретов.

  - Ну что ты, я лишь говорю то, что знаю сам. У меня нет твоего титула, и мне не нужно заботиться о продолжении династии, для этого хватает и моих многочисленных родственников в Соне. Жаль, конечно, что у тебя не появилось детей до того, как ты заключил контракт с Зоаром, тогда бы такой проблемы не встало вообще.

  - Да откуда мне было знать, что такая проблема вообще может возникнуть? Ни ты, ни Зоар ни о чем не предупреждали меня, я был просто марионеткой в ваших руках!

   Бровь Лантиса изогнулась сильнее, это была единственная реакция на крик короля.

  - Не предупреждали?

  - Не переигрывай мои слова! - Сай наставил палец в грудь Лантиса, - если тебе было столько известно, неужели нельзя было подождать с этим, пока все не решилось естественным образом. Я...- Агх...- Сай захлебнулся, когда в мгновение ока, фигура Лантиса исчезла из кресла и в следующий миг появилась около него. Пальцы его железной хваткой сомкнулись на горле короля так, что еще немного, и он мог бы запросто сломать ему шейные позвонки.

  - Я не потерплю твоих жалоб, после того, как я потратил на тебя столько времени. И не дам тебе отступить ни на полшага назад. Не тогда, когда ты уже начал собирать Бифуркатора. Разве я не говорил - сомневаешься ты, и сомневается весь мир. Отступаешь ты, и отступает весь мир, - оказывается, судя по дрожащему от легкого гнева голосу Лантиса, даже этого человека могло что-то вывести из себя. И этим чем-то было простое упрямство его подопечного. Хотя на вид они были практически одного возраста, Лантис едва ли на несколько лет был старше его, но это точно были отношения учителя и нерадивого ученика, совсем как они. И сейчас он просто выговаривал ученику, не выучившему такой простой урок. - Если ты готов так легко сдаться, из-за простой формальности, может, просто согласишься, и я убью тебя здесь и сейчас. Разве я не говорил, что еще не поздно, и мы просто поменяем основную фигуру в игре? - Лантис приблизил свои губы к уху Сая, пустым взглядом уставившегося в пространство. Он не мог издать ни звука, зрение его затуманивалось от недостатка кислорода.

  '... ты пришел чтобы убить меня?...' - этот наивный вопрошающий взгляд на прекрасном лице, обрамленном длинными темными волосами...- Нет. Я не могу сдаться так просто. Если я погибну, то это принесет облегчение лишь мне одному, но что тогда будет с Кальвином? Неужели ему придется повторить судьбу Микалики? Кто такой будет Кальвин для следующего короля, если его назначит Лантис? И новый правитель не назовет Кальвина своим другом. Для него он будет лишь тенью из прошлого Бифуркатора. И он ни за что не станет бороться за него до конца. В конце концов мир не изменится, если Кальвин умрет, а будет безжалостно двигаться вперед. Ведь это то, что нужно Лантису, только и всего.

  Собрав остатки сил, Сай прикрыл глаза... и тотчас окружающее погрузилось в золотой туман, в котором теперь примешивались ленты изумрудного и черного - двое других Слепых Богов предпочитали не вмешиваться, всякий раз наблюдая издали, из глубин его тела и разума. Но теперь, когда Сай понимал предназначение этих принципов лучше, он не спешил пользоваться этим оружием просто так. Пока еще у него было достаточно собственных сил. А потому... Сай изо всех сил оттолкнул от себя удивленного Лантиса.

  - А так ты передумал? - спросил тот.

  - У меня никогда не было таких сомнений. Я с самого начала желал лишь одного - спасти Кальвина от повторения судьбы Микалики, а после следовать тем путем, что я выберу. Пусть потом я стану тем, кого ты хочешь видеть во мне. Но до тех пор, пока Кальвин в опасности, я останусь человеком, я не лишусь человеческих чувств, как ты того желаешь, я не просто бесчувственная кукла.

  - О, твой взгляд... - ладонь Лантиса легла на щеку Сая, он ощутил, как дрожит от перенапряжения. - Мне он нравится, он идет тебе. Знаешь, если хочешь, я могу открыть тебе тот способ, если ты все еще хочешь узнать его, раз для тебя так важны именно человеческие чувства и отношения. Хотя... тот вариант с приемным ребенком, что я предлагал изначально, был бы намного проще.

  - Говори, я хочу знать, Лантис Кларио, - Сай вскинул голову, пальцы Лантиса продолжали гладить щеку короля, а в его глазах появилось отвратительное алчное выражение, как будто он желал проглотить его.

  - Ты может иметь потомство... но лишь с тем, в ком уже есть один из Слепых Богов, иными словами, с аватаром. Это относится как к мужчинам, так и к женщинам, не важно. Лишь твое желание имеет значение. Тебе стоит просто попросить, и даже я...

  - Прекрати! - Сай вновь оттолкнул Лантиса, ощутив дурноту. О чем только думает и говорит этот человек?!

  - Я так и думал, что тебе этот способ не подойдет тебе, - в голосе Лантиса сквозило легкое разочарование, - но, похоже ты не понял меня до конца. Речь не идет о физическом контакте, здесь важен сам принцип. Однако в процессе рождения ребенка один их аватаров обязан будет пожертвовать своей жизнью ради него. Родится совершенно здоровый, нормальный ребенок, но с одной особенностью - Слепой Бог будет жить в нем с самого рождения.

  - Отвратительно, - Сай прикрыл рот ладонью, помотав головой.

  - Ну вот, кажется, мы решили эту проблему, - казалось, голос Лантиса был одновременно разочарованным и довольным. Но Сай поспешил добавить:

  - Я... я постараюсь решить эту проблему другим способом. Пока это возможно, я буду оттягивать этот момент как можно дальше. А насчет приемного ребенка поговорим позже. - Все еще ощущая легкую дурноту, Сай как можно проворнее поспешил выскользнуть за дверь. За своей спиной он услышал легкий смех Лантиса. Проклятому монстру это кажется сменным. О чем он только думал! - при воспоминании о плотоядно алчном выражении глаз Хранителя секретов, король содрогнулся. Неужели это единственный способ? Даже думать о подобном невозможно было без отвращения.


  Часть 2.

  - Знаешь, почему я убил ее?

  - ...

  -Знаешь, почему я убил нашего брата Франциза?

  - ...

  - Я скажу - я убил их всех, чтобы обезопасить тебя. - Грейслейн Ауслейз безо всякого выражения смотрел на то, как медленно растекается темно-бардовая лужица по плитам, под спиной Адель. Глаза ее были закрыты, но грудь все еще вздымалась. Но медленно, все медленнее, губы ее что-то шептали, но Мизар не мог расслышать ни слова.

  - Если бы я не убил Франциза, то это пришлось бы сделать тебе, и тогда ты получил бы эту силу, что находится внутри меня, а я не мог этого допустить.

  - ...

  - Если бы я не убил Адель, то ты был бы мертв, и этого я не мог допустить.

  - ...

  - Мизар, посмотри на меня. Взгляни на мое лицо, я прошу тебя, - голос Грейслейна стал почти умоляющим.

   Мизар осторожно положил бесчувственное тело девушки на землю и поднялся. Когда его взгляд встретился с глазами брата, в них также не было ничего, точнее в них не отражалось ничего, что могло отражаться в глазах человека. Это были глаза демона. Чистая, иссиня-чистая ненависть плавилась в них, что по контрасту с лишенным эмоций лицом казалось страшной маской.

  - Мне все равно, - произнес он. - Все равно, - повторил Мизар.

  - Тебе не может быть все равно, иначе бы твое прекрасное лицо не стало бы таким. Ты ненавидишь меня, и это впервые, даже в прошлый раз я не видел такого выражения на твоем лице. Мне нравится это выражение, потому что наконец-то ты перестал быть просто куклой.

  - Мне все равно, кого ты убил и по какой причине, - повторил Мизар, - если бы ты не сделал этого, я сделал бы это после. Ты просто облегчил мне задачу. - Поднеся ладонь к глазам, он некоторое время рассматривал кровь на своих пальцах. - Кажется, я действительно перестарался. Но... на то, чтобы убить еще одно бесполезное существо, у меня хватит сил.

   Грейслейн покачал головой.

  - Не тебе предстоит лишить меня жизни.

  - Я уже решил, - улыбнулся Мизар, - слишком поздно.

  - Ты не сможешь, разве ты еще не понял? Ты не убьешь собственного брата, только не ты.

  - Да, вот незадача, - пожал плечами Мизар, хотя ощущал как холодеет его собственное тело. 'Да, должно быть, предел того, что я могу уже близко', - подумал он.

  Мизар взглянул в лицо Грейслейна, и ему показалось, что на этот раз оно было бледнее обычного.

  - Да, верно, - признался он, - я не могу убить тебя с помощью магии, даже если бы мог, сейчас моих сил не хватит для этого. Однако я сделаю кое-что, что я могу, - пальцы Мизара скользнули в манжету рукава и обратно с невероятной скоростью. Серебряная молния метнулась по направлению к Грейслейну, но он и не думал отклониться. С легким удивлением он смотрел на десять сантиметров стали, торчащей в его груди. Темные цвета одежды скрывали расползающееся пятно крови.

  - Ты понял, верно? - спросил Грейслейн, и дыхание его впервые сбилось.

  - Это было бы логично, раз я не могу проникнуть через защиту Слепого Бога внутри тебя, я просто могу уничтожить твое тело человека. Я не ненавижу тебя. То, что ты видишь в моих глазах, не имеет к тебе никакого отношения. Я ненавижу эту сущность внутри тебя, - Мизар сделал шаг вперед, затем другой. Приблизившись к Грейслейну, он слегка толкнул того в грудь, так, что он упал на колено. - Ненавижу за то, что она все еще не принадлежит моему королю. Я слышал одну интересную вещь. Когда владелец Слепого Бога, его аватар умирает, в этот момент он может передать его другому. А потому ,- Мизар поднял ногу и, толкнув брата на спину, поставил каблук сапожка ему на грудь. На губах Грейслейна появилась кривая улыбка. - Отдай его мне.

  - Мизар, твой ход мыслей... так легко предсказать, потому, что он совершенен, как для человека, так и для демона. Он пугающий, пугающе прямолинеен. Нет преград для этого твоего взгляда, который мне так нравится. Но на этот раз ты совершил ошибку,

  - Ошибку? - каблук Мизара сильнее вдавился в грудь Грейслейна.

  Струйка крови выплеснулась из уголка губ его брата.

  - Да, ошибку, которую я заставил тебя совершить. Потому, что того, чего ты желаешь, уже нет у меня.

  - Что ты хочешь сказать? - взгляд Мизара замерцал и вновь стал нормальным. Наклонившись, он приблизил свое лицо к лицу брата. И в этот миг рука Грейслейна схватила и притянула к себе его шею.

  - Я уже отдал ее.

  Наотмашь Мизар ударил по щеке брата. Но Грейслейн улыбался, глядя в искаженное лицо брата.

  - Я рад, что могу смотреть на тебя как человек, - улыбка не сошла с губ Грейслейна. Он приподнялся на руках, хотя было видно, что это доставляет ему невероятную боль. - Если ты захочешь получить эту силу, тебе придется убить ту, кого ты хочешь назначить протектором Ксанады.

  Медленно-медленно, словно в неверии Мизар оглянулся на распростертое на плитах тело Адель. Ее грудь вздымалась неуверенно, но она была жива. Почему? Потому что...

  - Да, все верно, когда я послал удар скипетра Талиона, вместе с ним я вложил и его сущность,

  - Ты... знал, что она поступит так?

  - Был уверен на девяносто пять процентов. Она действительно так любит тебя, я завидую, - Грейслейн вновь закашлялся, - черт, как же больно. - В этот миг его пальцы сомкнулись на рукояти оружия, он зажмурился, с силой выдернув его из раны и отбросив в сторону. - Тебе нужен протектор, и тебе необходима та, на кого ты мог бы положиться, как на самого себя. Тебе не найти лучшей помощницы. Таким образом, ты будешь освобожден, как она и говорила. Поторопись в Приору. Сестра Криса Энн - если ты не опоздаешь, скоро она будет в недосягаемости для тебя.

  - Зачем ты говоришь мне все это? - Мизар вновь повернулся к Грейслейну и впервые взглянул на брата по-другому.

  - Разве я не говорил, что сделаю все, чтобы мой младший брат был счастлив? Сейчас на этом моя игра здесь закончена. Я сделал все, что мог, жалею лишь, что... так и не смог избавить тебя от твоего собственного проклятия. Но если я попытаюсь это сделать в таком состоянии, то точно умру. А так, - Грейслейн поднялся. Пошатнувшись, он бы упал, если бы не оперся об одно из надгробий. - У меня еще осталось одно незаконченное дело. Не волнуйся... такое выражение лица тебе не идет, - Грейслейн кивнул Мизару. Тот в неверии помотал головой.

  - Снова... ты снова говоришь это! Лжец!

  - Если бы я мог лгать, но только не тебе. Прощай, если я выживу... если смогу... я и дальше буду помогать тебе. Но теперь, как простой человек, ведь ты навсегда останешься моим любимым младшим братом. - С этими словами. Грейслейн развернулся и быстро скрылся между могил, прежде, чем Мизар успел извлечь другой кинжал для броска, но... его рука опустилась, сжавшись и разжавшись.

  - А пусть его, - пробормотал он. - Не понимаю... наверное, я никогда не понимал тебя, до конца. Но, - Мизар вновь повернулся к лежащей на земле Адель. Кожа ее опять приобрела розовый оттенок. Она возвращалась к жизни. - Разве демону нужно понимать поступки людей?


  Часть 3.

  Одиночество... Каково это? Ужасная тоска? Пустота? Тишина. И ничего. То, что пугает, то, что заставляет сходить с ума. Человек умирает, секунда за секундой, теряя самого себя в этой пустоте, в этой бездне. Люди страдают от одиночества, но Сай ощущал умиротворение. Потому, что в тишине он получал хотя бы подобие, видимость уединения. Лежа на кровати, прикрыв лоб рукой, он смотрел в потолок. На нем был шелковый, лазоревого цвета халат.

  Тишина... Все визиты, все приемы, вся бумажная работа на сегодня уже была закончена. Дана Торн больше не появлялась и даже Лантис не желал преподать ему еще один урок, как Сай ни просил.

  'Не сегодня. Твоему телу необходим отдых, иначе оно просто не выдержит', - вот были его точные слова, после чего Лантис захлопнул дверь перед носом короля.

  Без сна. Сегодня ночью ему снова будет не уснуть. Когда тишина становилась слишком глубокой, он мог слышать мысли Слепых Богов внутри себя. А стоило закрыть глаза, там снова были лишь одни цветы. Но и они исчезали в конце. И перед его глазами вновь появлялась невыносимая картина. На опаленных молниями цветах, он видел распростертые тела двух людей. Золотая клетка, в которую он был заключен, исчезла, но слишком поздно. Микалика продолжал поддерживать ее до самого конца, до тех пор, пока мог сражаться с его братом. Все чаще Сай ловил себя на мысли, что он называл ТО существо с Севера своим братом. И от этого ему становилось еще страшнее. Но одиночество и тогда и сейчас было одинаковым. Как и тогда, когда он стоял над телами двух самых близких ему людей, одного из которых он ненавидел всем сердцем, а другого... чувства которые он испытывал ко второму, не имели названия.

  Внезапно что-то отвлекло короля, выведя его из состояния легкого забытья. Он резко приподнялся на кровати. Холодный ночной ветерок, проникая сквозь приоткрытое окно, шевелил его волосы. Но разве он не закрывал окно? Подойдя к нему, Сай глубоко вдохнул свежий воздух и с сожалением прикрыл створки. Но рука его замерла на шнурке, закрывающем штору. На своей спине он ощутил прикосновение двух острых зубцов.

  - Не двигайся, - произнес приглушенный голос. - Ни с места, - повторил он. - А теперь медленно повернись. Я хочу, чтобы ты видел, с кем говоришь.

  Сай подчинился и понял, почему ему показался знакомым этот голос. Яростные дикие глаза хищного зверька сверкали поверх замотанного темным шарфом лица. Быстрым жестом маскировка была сброшена.

  - Узнаешь меня, король?

  - Тенио, давно не виделись, - просто произнес Сай, совершенно не обращая внимания на то, что одно из лезвий ножей было тотчас же приставлено к его шее, а другое к боку.

  - Я быстр, так что не пытайся вызвать стражу. Если ты понял, просто кивни и без глупостей.

  Сай выполнил и это требование, бросив быстрый взгляд на дверь. Она была защищена от подслушивания, но он позабыл восстановить защиту от проникновения, так как Дана Торн могла нанести неожиданный визит и проверить, спит ли он или все еще занят работой.

  - Стены для меня никогда не были помехой, в Ксанаде я взбирался на самые высокие башни за пару минут, - в голосе Тенио слышалась обычная детская гордость.

  - Да, верю тебе, - кивнул Сай.

  - Но не на этот раз, сегодня я воспользовался силой Хаоса, слияние структур, помнишь? - требовательно спросил мальчишка. - Я могу пройти сквозь дверь или стену, это мое умение как одного из Детей Хаоса, помнишь?

  - Да, я помню, - вновь повторил Сай.

  - Конечно, помнишь, - Тенио отчего-то разозлился. - Это умение очень ценное.

  - Ну и зачем ты пришел ко мне? Когда ты внезапно исчез, я беспокоился, да и Велька тоже.

  - Замолчи! Ты ведь понимаешь, почему. И не смей разговаривать со мной как с ребенком! - воскликнул Тенио.

  Сай покачал головой и легко улыбнулся.

  - Я не считаю тебя ребенком. Ты очень помог мне с делами и работал не хуже любого из моих министров.

  - Я сказал, замолчи! Я пришел сюда не для этого. Ты ведь знаешь, зачем? Отвечай, знаешь, да? - лезвия ножей сильнее вдавились в его кожу.

  - ...

  - Отвечай, король. И не смей смотреть на меня свысока, на всех нас! Мы не игрушки и не предмет для твоих экспериментов...

  Голос Тенио оборвался, когда ладонь Сая легла на его голову.

  - Что... что ты делаешь?

  - Ты пришел из-за своих товарищей?

  Тенио заморгал, но затем почти тотчас же подозрение вернулось в его глаза.

  - Да, я пришел сюда, чтобы заставить тебя освободить их всех. Всех Детей Хаоса, которых твой ручной монстр держит в лабораториях в Академии Наук.

  - Мой монстр? - Сай удивился.

  - Его имя Мизар Фон Грассе. И он настоящий монстр. Ты держишь таких людей возле себя и сам становишься проклятым королем.

  - Фон Грассе действительно пугает, - улыбнулся король. - Значит, вот для чего ты пришел, я догадывался об этом. - 'Непоколебимый, яростный, решительный и отчаянный. Он просто ребенок, который не видит иного выхода. Ребенок на грани отчаяния, желающий показать, что с ним стоит считаться', - подумал Сай, и печаль сжала его сердце.

  Молчание длилось долго. Тенио скривился, потеряв терпение.

  - Ну, отвечай, король, каков будет твой ответ? Ты освободишь их всех и немедленно или я... - Тенио отвел было взгляд, но затем вновь вернул его. - Если ты не ответишь сейчас, я сделаю это.

  - И что ты сделаешь? - поинтересовался Сай.

  - Я... - Тенио зажмурился, - я убью тебя, король! Я пойду даже на это. Ведь тебе не понять. Никому из вас не понять, что за страхи терзают наши сердца от самого рождения, в каком отчаянии мы живем ежедневно, но даже так нас не могут оставить в покое, потому что вам всем нужна эта сила, наша проклятая сила Хаоса. Почему вы просто не оставите нас в покое? Ведь мы не виноваты, что родились такими. Мы никогда не просили о том, чтобы родиться лишь наполовину людьми! - Тенио задрожал, дрогнули его руки сжимающие оружие, а затем прямо на глазах Сая, оружие плавно перетекло в руку, слившись с ней. 'Это умение - часть его', - Сай склонил голову, отступив на шаг. Сев на кровать, он сложил руки на коленях. Подняв взгляд, король мягко посмотрел на стоящего перед ним мальчишку.

  - Я... - произнес он, - я не стану противостоять тебе. Можешь делать, что хочешь. Я не буду сражаться с тобой, что бы ты ни говорил. Сейчас передо мной просто ребенок, потерявший опору под ногами.

  - Замолчи... - прошептал Тенио.

  - Ты запутался, ты хочешь спасти своих товарищей, ты поступаешь так, потому что тебе больно за их судьбы, потому что тебе больно за свою судьбу. Потому что вы - товарищи по несчастью. Но я - король этой страны, и я поступаю по-иному. У меня тоже есть свои причины, у меня есть свои обязанности, и эти дети... я не могу отпустить их. Потому что этой стране нужна их сила. Ты просто ребенок, и тебе не понять, что нужно государству, что король обязан использовать любую возможность.

  - Замолчи...

  - Нет, я не буду молчать, я скажу это, как говорил уже не раз. Эти дети - я сделаю все, чтобы защитить их. Я не позволю умереть ни одному из них. Если я воспользуюсь их силой на благо этой страны, взамен я обещаю найти способ спасти их. Я, - король вскинул голову, приложив ладонь к груди, - я обещаю тебе, что найду способ спасти их всех до того, как кому-то из них исполнится шестнадцать. Я обещаю тебе, как король этой страны, верь мне, Тенио!

  Руки-кинжалы Тенио дрогнули и опустились.

  - Ты... ты сможешь? Ты действительно это сделаешь? А как же Кальвин? Ты тоже хотел спасти его? Ведь он тоже... - голос Тенио задрожал, вся его решимость куда-то исчезла. Но...

  - Поэтому ты и держал Кальвина в тюрьме? - новый голос вмешался в их разговор. Сай и Тенио оглянулись на легкую фигуру, одетую во все белое, легко спрыгнувшую с подоконника.

  - Ты...

  - Братец Йон? - неуверенно проронил Тенио. - Что ты здесь делаешь?

  - Что я здесь делаю? Вытаскиваю таких глупцов, как ты, из ловушек, расставленных этим опасным человеком, - Йон кивнул в сторону Сая. - Хотя, наверное, его больше нельзя так назвать. Своими сладкими речами он убаюкает твою бдительность, а его сияющие глаза способны затуманить любой разум. Эти глаза не могут принадлежать человеку. Он куда больший монстр, чем Дети Хаоса.

  - Но, братец Йон. Король дал слово, что сделает это. Что он спасет всех.

  - И ты поверил ему? Ты поддался этим глазам! - внезапно закричал Йон. - Беспечный ребенок! Разве я не сказал тебе не вмешиваться в это дело в одиночку?! Он больше не тот король, которого ты знал. Он монстр, опасный, готовый использовать все, что попадет к нему в руки. Это его натура - сметать все на своем пути, чтобы двигаться вперед и вверх. И ты сейчас просто помеха! Тенио!

  - О... - глаза мальчишки, испуганные и непонимающие, закатились, когда ладонь Йона нанесла резкий удар по его шее. Мальчишка безвольно распластался на полу.

  И, обернувшись к Саю, до того сидевшему, опустив голову:

  - Вот мы и снова встретились, - произнес Йон. - Я помню ту услугу, что ты нам оказал, король Сай Валентайн, но я не могу пожертвовать своими людьми.

  - А я не могу отпустить их, сейчас не могу, - ответил Сай.

  - Я знал это, - взгляд Йона потемнел, - знал это с самого начала. И знал, что Кальвину нельзя быть с тобой рядом. Но он, словно доверчивый дурак, верил тебе до самого конца и поплатился за это. Хотя ты и отправил за ним своих ищеек, я не позволю тебе забрать его. Он отправится со мной, он с самого начала принадлежал нам, и отныне он будет с теми, кто его понимает. - Йон поднес сложенные вместе указательный и средний палец к губам.

  - Собираешься убить меня? - поинтересовался Сай.

  - Как я уже сказал, я не ты, и помню об услугах, оказанных раньше. Ты спас мне жизнь и жизнь моих детей. Все, что я хочу - лишь чтобы ты не мешал мне, пока я не выведу всех детей в безопасное место. Только и всего.

  - О, думаешь, сможешь задержать меня? - Сай поднялся, оправив одежды.

  - Мне подсказали один способ, я попробую его использовать, - мрачно усмехнулся Йон.

  - Что ж, тогда и я не стану сдерживаться. Здесь нас никто не услышит, ведь на эту дверь наложено специальное заклинание.

  - Ты не вызовешь стражу? А у тебя еще осталась капля чести, король Сай Валентайн. Но все равно, я не буду оглядываться на твой титул и положение, ведь ты - не мой король, у меня есть цель.

  - У меня тоже, - проронил Сай. - У меня тоже она есть, я хочу спасти Кальвина.

  Йон заколебался:

  - И поэтому ты хотел убить его?

  Сай задрожал, вновь немая сцена в темнице встала перед его глазами. Он, направивший острие скомпонованного оружия Слепых Богов в грудь своего лучшего друга. Тогда он действительно крайне близко подошел к тому, чтобы убить Кальвина. И если бы ему удалось тогда, все сейчас было бы уже кончено. Остались бы лишь он и Фрактал. Тогда все стало бы намного проще. Нет, неправда - Сай замотал головой.

  - Пытаешься отрицать свои собственные поступки? Не выйдет, даже демоны Хаоса имеют больше гордости, чем ты, монстр, возжелавший запретного.

  Сай пристально взглянул на этого человека, говорившего так просто о вещах, недоступных простым смертным и даже знати. Как много он знает и откуда? Этот человек был слишком опасен, чтобы отпускать его, к тому же, если такой, как он, доберется до Кальвина раньше него, что тогда?

  - Я не допущу этого, - произнес Сай. Впервые в его глазах вспыхнуло пламя решимости. - Я не позволю тебе встретиться с Кальвином и завести его в свои тенета или использовать для каких-то своих целей.

  - Это не тебе решать, а самому Кальвину. Он пойдет со мной по собственной воле, потому что с самого начала он был одним из нас, Детей Хаоса. Пришло время вернуться туда, откуда мы пришли.

   'Разрушение, принцип, проявление', - мысленно приказал Сай. И, повинуясь его воле, в его руке появилась черная секира. Ее цвет был настолько темным, что казался отсутствием всякого цвета, как будто ее чернота поглощала все цвета.

  - Решил использовать против меня оружие Слепого Бога? Ты настолько боишься меня? - спросил Йон.

  - Я боюсь твоих действий, того, что ты задумал для Кальвина. Ты... ты не такой, каким был в прошлый раз, и еще у тебя появилась цель. Тебе известно то, что не было известно в прошлую нашу встречу. Кто стоит за тобой? - Сай направил секиру в грудь Йона, который и не думал защищаться.

  - Интересно, почему я обязан тебе отвечать? Не думаю. Так оставайся же в неведении относительно того, кто указал мне и моим детям путь, что мы так долго искали...- Йон отнял пальцы от губ и сделал ими взмах, словно отсекая что-то.

  - Агрх...- Сай схватился за свое правое плечо, точнее то, единственное, что осталось от его руки. И тотчас же мир померк перед глазами, когда боль почти за гранью разумного пронзила и левую руку.

   - Обмен! - выкрикнул Йон, и одновременно обе его руки поменяли свое местоположение. Правая рука встала на левое плечо и наоборот. Но боль никуда не исчезла. Мир закружился, мир повело в сторону, Сай опустился на колени возле кровати.

   - Принцип, вложить, - прошептал он. И Секира вновь появилась в его левой руке. Если бы это было обычное оружие, он уже не мог бы держать его, ведь все нервные окончания противились такому насилию. Нетвердой рукой он поднял оружие и сквозь дрожащий мир направил ее на... не на Йона, а на место чуть повыше его головы. - Рассечение и новое начало... - прошептал он.

  - Жалкое зрелище, мне не хочется причинять тебе ненужную боль, я знаю...

  - Мне нужно новое начало, - повторил Сай. Наконец Йон тоже уловил нечто за своей спиной. На его лице на миг появилось выражение страха, он проворно отскочил в сторону. В том месте, где он только что стоял, образовалось замкнутое пространство. Хотя Йон не мог видеть ничего - вертикальная щель, похожая на глаз, открывалась за его спиной. Она вела, как надеялся Сай, на одну из нереализованных линий бифуркации. Разница в структуре пространства и времени, неумолимо должна увлечь за собой все живое в радиусе этой комнаты. Лицо Йона исказила маска ужаса, когда его начало затягивать в мертвую тишину, лишенную даже самого значения слова 'звук'.

  - Отсечение и обмен! - закричал он. - Обмен, обмен!!!

   И то же, что ранее с руками, теперь произошло с его ногами. Сай попытался приподняться, но понял, что теряет контроль над пространственной щелью. Если он продолжит удерживать ее открытой, она станет нестабильной и вырвется в этот мир, и тогда последствий будет не избежать. Он не имел права так рисковать, а потому вынужден был отпустить ее. 'Лавкрит, помоги...' - попросил он.

  Отпустив силу Даркнуара, все едино в таком состоянии он не смог бы нормально контролировать ее, Сай позволил другому принципу восстановить свое тело. Увидев, как на его глазах раны на конечностях короля затягиваются, Йон тряхнул головой, и оглянулся назад.

  - Все-таки ты не человек. Это было опасно, но он ничего не говорил об этом. Еще бы чуть-чуть и все было бы кончено. Видимо, так мы ничего не добьемся. Мне придется воспользоваться этим. - Руки Йона скользнули в карманы одежды и извлекли из них несколько тонких золотистого цвета прутиков длиной с две ладони каждая. Они были тонкими, словно спицы. - Посмотрим, он сказал, что если ты настолько слился с этими сущностям, это лишь усилит эффект.

  В следующий миг послышался предупреждающий крик Зоара в голове у Сая: 'Будь осторожен это опасно для тебя!' Но было слишком поздно. Размахнувшись, Йон бросил эти спицы по направлению к королю. Все, что мог Сай - загородиться руками от того, что пугало даже Зоара.

  - 'В поисках защиты!..' - Сай вложил все свои силы на поддержание щита, вызванного заклинанием, однако, словно будучи стеклянным, он разлетелся на осколки. Спицы упали вокруг него, вонзившись в плиты пола.

  Они издавали гулкий звон, о которого Сай закричал, зажав уши, звон на гране выносимого. Что...это?

  'Это та самая опасность, я предупредил тебя слишком поздно', - произнес Зоар. - 'Прости, я ничего не могу сделать с этим. Они догадались, как помешать нам...'

  Сай понимал, что слышать голос Зоара в этом мире - плохой знак, раз он доносится к нему с самих ветвей Древа.

  - Что? - на глазах Сая, отступившего на шаг, прутья начали расти, перевиваясь и перевиваясь в сложную конструкцию. Когда они достигли уровня его головы, то начали клониться друг к другу. И когда они соединились в точке над его головой, Сай понял, что это такое. Клетка... его заперли в золотую клетку. Коснувшись одного из прутьев, он тотчас же с шипением отдернул обожженную руку.

  - Я предупреждал, она настоящая, так что не стоит и пытаться, - Йон выпрямился и с удовлетворенным выражением лица разглядывал Сая, держащегося за обожженную ладонь. - Хотя в этом месте она не столь сильна, но на некоторое время сможет задержать тебя. Достаточное для того, чтобы нам безопасно завершить начатое.

  - Даже так, она не может быть настоящей, это просто ловкий трюк. Я не позволю тебе уйти из города, не тогда, когда я не выяснил твоих намерений относительно Кальвина.

  - Этого тебе не узнать. Но неужели ты действительно думаешь, что Кальвин предпочтет вернуться к тебе, а не пойти со мной, после всего, что ты сделал с ним?

  - Откуда ты...- Сай вцепился в прутья решетки, несмотря на боль, пронзившую его ладони, он держался за прутья, пока у него не начала кружиться голова. Наконец он убрал руки, тяжело дыша.

  - Это не имеет значения, - ответил Йон.- А сейчас...

  Но в этот момент:

  - Ваше величество, время ужинать. Вы совсем забыли о еде, я специально сбегала на кухню и велела разогреть для вас... - в это самое время дверца спальни короля приоткрылась и в нее впорхнула сияющая Велька с подносом, прикрытым салфеткой. Она пробежала несколько шагов, прежде, чем осознала то, что предстало ее глазам.

  -Я тут... простите... - вот и все, что она смогла сказать. - Ваше величество? - глаза Вельки становились все шире и шире, когда она переводила взгляд с Сая, стоящего в золотой клетке, на Йона и, наконец... - Ой! Тенио!

  Этого не могло быть, этого просто не должно было произойти. Но... как и следовало ожидать, несмотря на отчаянный крик короля: 'Нет! Стой, не подходи к нему!', она бросилась к распростертой на полу фигурке мальчишки.

  Побормотав что-то, Йон шагнул к девушке. Лишь тогда она в неверии медленно подняла голову, заметив над собой тень. Ее глаза были пустыми:

  - Тенио... почему? - она замолкла, зажав рот ладонью, и слабо вскрикнула, когда кинжал был приставлен к ее горлу, а Йон прижал ее к себе локтем, развернув к Саю.

  - Твой секретарь? Она так предана тебе? Но, должно быть, ей не известно о твоей подлинной сущности.

  - Ваше... величество? - повторила Велька, и слезы покатились по ее щекам, из-под острия кинжала показалась капелька крови.

  - Отпусти ее, она здесь не при чем.

  - Да, не при чем, но... все-таки в тебе остались еще какие-то чувства, и они послужат мне в этом деле, Пожалуй, стоит взять ее заложники, - холодно улыбнулся Йон. - А сейчас 'Я меняю местами день и ночь', - произнес он. - Спи, - приказал Йон, отнимая нож и Велька ,слабо взмахнув руками, распласталась на полу.

  - Что ты сделал с ней?!- в голосе Сая сквозила боль.

  - Сделал? Ничего. Она просто спит, как видишь. Но теперь с помощью этой капли крови,- он помахал кинжалом,- я связан с ее сознанием. Она останется здесь, а я уйду вместе с Тенио.- С этими словами Йон подхватил тело мальчишки и перекинул его через плечо. - С ее помощью я буду чувствовать все, что происходит в этой комнате. Не советую тебе покидать ее в ближайшее время, даже если ты освободишься. Иначе эта ранка на шее немедленно убьет ее. Я могу это, не сомневайся, - предупредил Йон.

  - Я учту это, - Сай прожигал взглядом фигуру Йона. Он отступил вглубь клетки.

  - Сейчас ты вовсе не кажешься таким опасным, но это лишь маска, верно? Как и та, что ты носишь, чтобы обманывать людей. Нечто неестественное, то, что ты сотворил со своим телом, - на лице Йона действительно отразилось отвращение. - С ее помощью ты обманываешь даже своих друзей, а потом предаешь их, одного за другим, прикрываясь сладкой ложью об их спасении. Но, всем в Хаосе известно, что хотя тот, кого называли Бифуркатором, является по праву его королем, но никогда его предательство не будет забыто. Никогда, слышишь? - с этими словами, Йон гневно отвернулся от Сая, с Тенио на плече вспрыгнул на подоконник, и исчез за окном.

  'Предательство... предательство... предательство... падший бывший король Хаоса...' - Сай поднял свои обожженные ладони, развернув их к себе. - Но я ничего не помню об этом. Это мое наказание, да, Кальвин? Я на самом деле предал тебя? Нет, я никогда бы такого не сделал. Ни я, ни Зоар. Все, что я хотел - спасти твою жизнь... и ради этого я... даже против Аттрактора, - прошептал король, и на губах его появилась какая-то безнадежная улыбка .- На этот раз я не буду просто наблюдателем, на этот раз я не допущу повторения трагедии, что положила начало этому миру.

  - Выглядишь ужасно...

  - А ты не слишком торопился, - Сай поднял взгляд на Лантиса, появившегося в комнате. Заметив выражение лица Сая, тот порывисто шагнул к клетке. Но остановился, отдернув руку.

  - Она настоящая, должно быть, поэтому я не сразу распознал что произошло.

  - Ты становишься бесполезным,

  - Этот взгляд, - Лантис покачал головой, вновь поднимая руки и медленно проводя ими вдоль прутьев клетки.

  - Эти твари из Хаоса, они что-то задумали против Кальвина, я не позволю им использовать его! - выкрикнул Сай.

  Взгляд Лантиса потемнел.

  - Твари из Хаоса? Дети Хаоса? Я понял, значит, они пробрались и сюда.

  Лантис развел руки в стороны, и между ними появился сияющий фиолетовым посох, который он направил перпендикулярно к прутьям решетки.

  - Не нужно, я сделаю это сам, - глаза короля сверкнули недобрым огнем. Пронзительные, прожигающие - казалось, они могли видеть все и за пределами дворцовых стен. И этими глазами Сай смотрел сейчас на своего хранителя секретов. - Иди...

  - Ты уверен? - Лантис с сомнением осмотрел на короля в клетке, а затем нашел взглядом лежащую а полу фигурку Вельки. - На нее наложено интересное заклинание. Я мог бы... - но верно прочитав отчаянное выражение глаз короля, он покачал головой, вложив ладони в широкие рукава. - А ты упрям. Что ты хочешь, чтобы я сделал?

  - Найди их...

  - И?

  - И останови.

  - Убить? - бровь Лантиса приподнялась?

  - Просто останови, - ладонь Сая резанула воздух и сжалась в кулак. - Он не должен приблизиться к Кальвину, ни на шаг. Я не позволю этому произойти.

  - Как прикажешь, - с этими словами Лантис приложил ладонь ко лбу, слегка кивнув - такой был знак подчинения в Соне. После этого он покинул комнату. Сай больше не ощущал его присутствия. Но едва он исчез, Сай зарыл лицо руками. Снова... они возвращались снова. Чтобы он ни отдал, только бы не видеть эти решетки. Но Сай не мог этому противиться. Воспоминания... воспоминания... его сознание медленно, капля за каплей поглощалось ими, как бы он ни желал обратного. И начало этих воспоминаний лежало в протянутой к нему руке. Руке Демона Цветов - странного создания, случайно встреченного им в Хаосе. Он был послан туда с одной единственной миссией, но эта миссия уже завершилось провалом, когда он впервые встретил Микалику, и с этим уже ничего нельзя было поделать. В тот день...

  '...В ту ночь дождь все продолжался. И в ту ночь после долгого перерыва Микалика пришел вновь. Как обычно он подошел к клетке и долго рассматривал Бифуркатора, изучавшего его в ответ. А затем он вынул свой дневник и улыбнулся.

  - Мне нужно больше материала для моих наблюдений. Поэтому нам нужно сменить обстановку. 'Структура... реверс... Не существуй...' - произнес Микалика, и невидимый защитный механизм, удерживающий клетку цельной, распался, не подняв тревоги. - Они ни о чем не узнают, ну же иди скорее, у меня такой чудесный план, - от удовольствия глаза Микалики были почти закрыты, а на губах блуждала заговорщическая улыбка. Склонившись и сложив руки за спиной, он наблюдал за каждым его движением так, точно это было нечто крайне важное и невероятно интригующее.

  - Ты уверен? - он поднялся и осторожно проверил, действительно ли прутья отсутствуют на той части клетки, где образовалось подобие выхода.

  - Да-да, не бойся, выходи, скорее. Идем гулять, я так много хочу показать тебе! - демон едва ли не пританцовывал от восторга.

  Шагнув за пределы клетки, в которой Бифуркатор провел так много времени, он посмотрел на Микалику, затем перевел взгляд на свою ладонь. Если он сейчас призовет свое оружие, 'Семь принципов', как называлось оно, сможет ли он убить этого демона? И если сможет, то как найдет Сердце Хаоса? Ведь до сих пор этот Микалика так и не сказал ему ничего о его цели. Убить или не убивать? Если же он оставит его в живых...

  - Что случилось? - Микалика подошел ближе. Он протянул руку, словно хотел коснуться его наплечного доспеха, а потом отдернул руку. - Они настоящие? Словно стеклянные. А твое оружие... Хмм, - Микалика сжал пальцами подбородок и нахмурился, - очень сложное. Хотя по большей части оно собрано из элементов порядка, но я вижу в них и элементы Хаоса, - Микалика даже склонился вперед, как будто действительно мог видеть скрытое в руке Бифуркатора оружие.

  Он оттолкнул демона.

  - Ты не можешь видеть его! Ты не способен видеть его, я даже не приказывал ему активировать ни один из принципов...

   Сжав ушибленную руку, Микалика жалобно смотрел на него.

  - Даже если ты не показываешь его, оно же никуда не исчезло. Разве я не говорил? - что-то во взгляде Микалики изменилось. - Я вижу и знаю все, что происходит в пределах этого пространства цветов. Ведь это моя собственная тюрьма. За то время, что пробыл здесь, я узнал про нее все. Я подключил свои чувства к каждому цветку, каждой капле воды. Мне нужно было как-то проводить время, пока меня не тестировали и не изучали.

  - Ты был объектом эксперимента? - удивился он.

  - Да, это было неприятно, узнать, что я был просто создан, а не рожден. Хотя я и не помню этого, но мне так сказали. Мне говорили, что я единственный в своем роде, и что мое существование очень важно. Но я смог прочесть их мысли - меня боялись и ненавидели за то, чем я стал. Похоже, они сами считали, что перестарались со мной, и теперь они боятся выпускать меня, так как не могу научиться контролировать процессы, что происходят внутри меня. Но я увидел их впервые за долгое время, когда они бросили тебя в эту клетку. Это было так внезапно, что даже не верилось. Я думал, они пришли за мной, но, кажется, они больше не интересуются мной. У моего создания была какая-то цель, я все еще верю в это, но, похоже, пока она не нужна им, и я просто живу здесь. Но вот что интересно, зачем им нужен ты? Может быть, они хотят сделать из тебя оружие?

  - Оружие? Что ты имеешь в виду?

  - Чтобы бросить вызов Вершине Древа, естественно. Они только об этом и говорили. Хотя, я думал, что я... - тут Микалика замолк, а затем радостно подпрыгнул и схватил что-то двумя ладонями. То, что там находилось, не было видно Бифуркатору, так как Микалика наклонился над ними. Длинные волосы скрывали его лицо. - Хочешь посмотреть? - спросил Микалика, и голос его был наполнен восторгом.

  - На что?

  - На создателя цветов?

  - Создателя?

  - На своих крыльях они переносят краску для цветов, сочетая в себе различные гаммы и палитры. Они комбинируют их в бесконечное множество. Я сам придумал их, но еще ни разу не видел, - несмотря на то, что ему было совсем не интересно, Бифуркатор все-таки склонился над ладонями демона, которые он держал сложенными вместе. - Осторожно, не спугни ее, - предупредил Микалика, приоткрыв ладони. Там, внутри них Бифуркатор увидел нежное создание с трепещущими крылышками. Разноцветная пестрая бабочка... - Красивая? Ну же, скажи, она красивая? - допытывался Микалика.

  - А ты сам не можешь решить?

  - Мне не с чем сравнить. Сравни ее с чем-нибудь и скажи, ты ведь видел намного больше меня. Наверняка, на Вершине Древа есть гораздо более красивые вещи.

  - Ну, она красива, но, по сравнению с тобой, она менее красива, - лишь только после того, как Бифуркатор произнес эти слова, он понял, как же странно они звучат в его устах. Но Микалика...

  - Правда? Правда, она красива? - рассмеявшись, он хлопнул в ладоши и тотчас же вместо одной бабочки в небо, наполненное молниями, унеслась целая стайка разноцветных созданий. Их крылья отражались в каплях воды, превращая небо над их головами в радужный калейдоскоп. - Дождь... - вдруг Микалика стал серьезным. - Он мне надоел, прекратим его, пожалуй. 'Структура, новая вариация'! - весело воскликнул Микалика, и на глазах ошеломленного Бифуркатора вода вдруг остановила свое падание. Капельки вращались вокруг своей оси, а затем небо и земля словно поменялись местами - они начали падать верх. - Так лучше. Идем, идем! Я покажу тебе весь мой мир, - пальцы Микалики схватили запястье Бифуркатора, и он позволил увлечь себя вперед. Он не сопротивлялся. Почему? Ведь он может запросто убить этого демона, прежде чем тот даже повернет голову. Несмотря на слова демона, Бифуркатор не верил, что он способен видеть и чувствовать все на этом поле цветов. Он не должен позволить случиться тому, чтобы он полностью забыл о цели своей миссии'...


  Часть 4.

  Не успевал, Йон чувствовал каждой частичкой своей души, что не успевает выбраться из этого города. Куда бы он ни шел, в какую бы сторону ни повернул, ощущение, что за ним следят, не проходило. Нет, даже не так, за ним не следили, его преследовали, планомерно отрезая путь к спасению. Валентайн - неужели он нарушил слово? Невозможно, значит, это кто-то другой. Но кто? В конце концов, на этот раз Йон потерпел полное поражение, впервые за долгое время. Он так и не смог спасти детей. Тот, кто преследовал его, едва ли отпустит их живыми - сила убийственная и одновременно невероятно, ошеломительно проницательная, теперь искала его. Никогда раньше Йон не встречал никого подобного. В конце концов Йон остановился в одном из переулков, понимая, что идти вперед бессмысленно. Обернувшись, он встретился глазами с молодым светловолосым человеком. Аккуратно подстриженные волосы обрамляли тонкий овал его лица. Светлые глаза были неуловимого оттенка, едва ли не полностью скрываясь под веками. А такой одежды не встретишь нигде, южнее Приоры. У него не было оружия, однако, такому как он оружие было не нужно. Один из них, Детей Хаоса? Нет, это невозможно, от него исходила та же аура, что и от короля. Неужели... Когда Йон повернулся, человек заговорил:

  - Прошу прощения, но я не мог позволить такому беззаконию произойти в этом городе. Сбежать, словно вор и убийца, прячась, тайком. Ты доставил мне немало хлопот, прежде, чем я догадался что именно мне следует искать, маленький полудемон.

   - Ты такое же чудовище, как и он, и тебя послал король Валентайн, верно? - Йон мрачно посмотрел на человека.

  - Даже если бы он послал меня, прежде всего это моя обязанность - знать о любом препятствии, что встает на пути наших планов.

  - Значит, все-таки он. Но, разве он не знает, что я могу с легкостью убить ту девчонку?

  - Это меня не касается, все, что мне нужно - вернуть то, что было украдено. Этот мальчишка на твоем плече принадлежит моему королю и этой стране. К тому же, ты опасен, я не позволю тебе покинуть пределы этого города, без твердой уверенности, что ты не перечеркнешь все планы его величества.

  'Вот проклятье, с Тенио я не смогу действовать свободно', - Йон оглянулся в поисках пути к спасению. Если бы он только успел достигнуть Зоны Промежутка, тогда бы смог двигаться свободно. Но здесь, в этом городе, казалось, даже стены имели глаза. А этот человек перед ним, выглядел крайне опасным. Куда опаснее, чем король Астала. И даже со всей своей силой, он сомневался, что сможет долго противостоять ему.

  - Кроме этого, из моей комнаты было украдено нечто крайне важное, намного более ценное, чем этот мальчишка, верни мне это, - глаза человека со светлыми волосами взглянули прямо в сердце Йона, заставив того вздрогнуть.

  - А, ты говоришь об этом, верно? - он достал из кармана небольшое блюдце из прозрачного стекла дымчато-фиолетового цвета. В нем плескалась вода, но наклонив его, Йон знал, что из него не вытечет и капли. Таков был этот Предмет Залога, в котором содержалось высшее заклинание государства Сон.

  - Именно, верни его, прошу тебя, это очень важная вещь. Ей не следует попадать за пределы этого города, не говоря о стране.

  - Мне это известно, - Йон знал, что блефует, но ему необходимо было тянуть время. Тот человек - он обещал придти на помощь, если понадобится. Но чего он ждет?

  - Кажется, переговоры зашли в тупик. Тогда мне придется... - человек развел руки в стороны. Между ними повисла сверкающая фиолетовая паутинка. Всего лишь паутинка, но дома и улицу вокруг них внезапно повело в стороны. Йон ощутил легкое головокружение, как будто где-то внутри него что-то надломилось. Ноша на плече стала почти невыносимой. Он поднял палец, сражаться, нужно сражаться в любом случае. И в этот миг...

  - Пусть идет, правда? Это всего лишь дети, ты ведь не опустишься до убийства детей, а, мой мальчик?

  Впереди Йона внезапно появился силуэт мужчины, стоящего к нему спиной. Но он с легкостью его узнал. Тот самый человек, что говорил о помощи, тот человек со светло-золотистыми с легкой рыжинкой волосами. Он предложил ему помощь, когда внезапно появился на пути у него, идущего в Астал. Он назвался Люсьеном Энн и сказал, что у него есть дело в столице, и попросил пойти вместе. А затем, внезапно предостерег его, и предложил свою помощь. Тогда Йон не обратил внимания на его слова. Но сейчас, казалось, что он просто появился из воздуха, потому что Йон пропустил момент, когда он подошел. Оглянувшись, мужчина произнес с легкой улыбкой.

  - Все хорошо, я же сказал, что помогу, если возникнут трудности. А пока иди, все будет в порядке, да? А я разберусь с этим, - Люсьен помахал небольшой чашей. Йон взглянул в свою руку, она была пуста. И когда он...? Да, эта чаша и была той странной просьбой, поступившей от этого человека, в обмен на гипотетическую помощь, о которой он говорил. Этот человек признал, что сам не может войти во дворец.

  Йон перевел растерянный взгляд на человека со светлыми волосами и отступил на шаг, все еще не уверенный. Глаза того сузились, он явно знал Люсьена. Но откуда?

  - Я не позволю, - начал было человек, но Люсьен покачал пальцем, прицокнув, и вновь обратился к Йону:

  - Давай, не теряй времени, я встречусь с тобой позже и все расскажу.

  Йон отступил на шаг, затем еще на один и, не оглядываясь, побежал прочь.


  Некоторое время двое продолжали разглядывать друг друга, будто могли общаться без слов, точно слова не были нужны этим двоим, настолько удивительным людям.

  - Я... - рука Лантиса приподнялась по направлению к чаше, что была в руке Люсьена, но тот немедленно спрятал ее в карман.

  - Ах, брось, - отмахнулся Люсьен, - ты умрешь, и тогда что будет с тем ребенком, Гвен? Кто останется с ней, когда она и так поражена изнутри? Как ты, ее старший брат, мог допустить, чтобы это произошло? Я думал, что из всей семьи ты был наиболее здравомыслящим. Когда я помог тебе заключить силу Сона, то я надеялся, что ты будешь защищать свою сестру даже ценой собственной жизни. Но теперь ты сам оказался тем, кто отдал приказ найти ее, ведь она сопровождает Кальвина Рейвена. Что, если ее настигнет тот человек, что послан его величеством за ним? Как думаешь, что она будет делать? Защищать его или же Слепых Богов и Бифуркатора? Ответ очевиден, ведь она никогда не была до конца подконтрольна силе осколка мозаики, в отличие от тебя. Ведь у нее два имени и две души. Одна из них та, что она взяла у своей матери. Она ведь и твоя мать тоже.

  - Не думаю, что хочу слышать свою родословную от вас, Люсьен Энн, учитель.

  - Сегодня обращаешься ко мне на 'вы'? В прошлый раз это был куда менее вежливый прием. Да¸ ты был хорошим мальчиком, и я возлагал на тебя большие надежды, но теперь ты разочаровал меня. А потому, пусть он просто покинет территорию Астала, да?

  - Я не могу ослушаться приказа моего короля, - на губах Лантиса заиграла тонкая улыбка.

  - Да ладно тебе, он всего лишь фигура на шахматной доске для тебя, ты просто использовал бедного мальчика для своих целей, - Люсьен пожал плечами.

  - Он подходит для этой роли превосходно, совершенно.

  - И потом он очень удачно являлся другом Кальвина. Нет-нет, - Люсьен пригрозил пальцем, - ты никогда не делаешь ничего просто так. Все твои ходы продуманы наперед, и это тоже было частью твоего плана. Ты хочешь совершить это, верно, это святотатство? Вновь хочешь подключить этот мир к принципу Бифуркатора?

  - Вы, слишком проницательны, как и всегда, учитель, - глаза Лантиса почти полностью скрылись под веками. Все его тело было напряжено до предела, а чувства обострены. Вокруг его фигуры явственно ощущалась убийственная аура. Он действительно опасался этого человека, которого уважительно называл учителем. И он был единственным человеком, к которому Лантис Кларио мог обращаться на 'вы'.

  Этот человек, светло-золотистые с рыжеватыми прядями короткие волосы. Как и всегда они были уложены волосок к волоску. Зеленые глаза с золотыми искорками таили в себе прозорливость и легкую насмешку. Одет он был в простой бардового оттенка камзол, меховой воротник которого скалывала фибула из малахита. На вид ему нельзя было дать больше тридцати, но он выглядел точно так же, когда Лантису было десять лет, а Гвен всего пять. А самое главное... он был мертв. Ведь Лантис своими глазами видел, как он умер. Умер, спасая их с Гвен.

  - Вы правы, учитель, я пока не могу позволить себе умереть. А сейчас, прошу, отдайте мне эту вещь, - Лантис протянул руку.

  - Конечно, конечно, - закивал Люсьен,- обязательно, но чуть погодя. Я хочу убедиться, что малышам больше ничего не угрожает. Ведь им еще нужно успеть встретить Кальвина у края Зоны Промежутка.

  - Что вы задумали? Кому вы служите? Чьи интересы представляете? - Лантис задал категоричные вопросы.

  - Не пойми меня неправильно, ты мне очень симпатичен, Лантис, всегда был, но видишь ли... как бы это сказать, - Люсьен усталым жестом потер лоб, - та женщина - я не могу отказать в ее просьбе.

  - Та женщина? - приподнял бровь Лантис.

  - Да, ТА женщина. По странному стечению обстоятельств, она также является аватаром одного из Слепых Богов и единственная, кто может свободно им распоряжаться.

  - Ишары, верно?

  - Да-да, и кто как не ты, являющийся аватаром Бога философии, знаешь имена всех носителей, как и принципы, которыми управляют Слепые Боги.

  - Вот как? В таком случае, ситуация меняется, - пожал плечами Лантис, подняв обе ладони. Когда он развел их в стороны, меж ними заискрилась фиолетовая паутинка, которую он начал раскручивать. Люсьен наблюдал за его движениями с затаенным интересом. - В таком случае, я никак не могу позволить им встретиться. Она способна оказать на него слишком большое влияние, эта предательница.

  - Ха-ха, - рассмеялся Люсьен, - ты уже ничего не можешь изменить. Ведь при всем твоем знании и мастерстве, тебе не дано изменить естественный порядок вещей, тем более разорвать узы крови.

  - Нет, это вы ошибаетесь, учитель. Узы крови? Пусть так, но процесс уже запущен и силу притяжения осколков мозаики не остановить, так или иначе, Бифуркатор будет собран.

  - Это твоя цель? Для чего ты помогаешь этому безумию?

  - Это вас не касается, учитель, - лукавая улыбка появилась на губах Лантиса. Фиолетовая, посверкивающая капельками в узлах паутинка повисла на кончиках пальцев Лантиса, словно странная, сложная, многомерная структура. А затем...

  - Опрометчиво так поступать! - выкрикнул Люсьен, также вскидывая руку навстречу тому, что устремилось к нему. - Хочешь поймать меня? - Сеть накрыла пустое место. Люсьен просто исчез и внезапно появился прямо перед Лантисом. Пригнувшись, почти припав к земле, Люсьен выбросил ладонь вперед со словами: 'Конечная структура, к-факторион'. Сделав рассекающее движение, он отстранился, поднявшись и наблюдая за тем, как Лантис в удивлении смотрит на разрез на своей груди. Разрез, переливающийся радужным светом, будто прочерченный очень тонким лезвием. А потом, пошатнувшись, Лантис схватился за голову и, скривившись, опустился на одно колено...

  - Это...

  - Я ведь предупреждал не делать глупостей, - Люсьен покачал головой. - Это одна из усовершенствованных мною форм магии Севера. Мне приходится использовать их, так как иметь дело с магией Юга теперь для меня крайне неудобно. Никогда не бываешь уверен в результате, но я продолжаю экспериментировать.

  - Значит, вот с кем ты связался... Вершина, да? Это твоя цель? - с трудом сохраняя равновесие, Лантис стоял на одном колене, опираясь рукой о мостовую, другой рукой сжимая разрез на груди, из которого медленно сочилась радужная пелена.

  - Как я уже говорил, у меня есть определенные обязательства, которые я выполняю. Часть их включает безопасное путешествие мальчика к самой северной части континента... Ты неважно выглядишь, - заметил Люсьен, - незачем терпеть такие муки, ты можешь просто спросить меня, - голос Люсьена, как и его взгляд, был наполнен неподдельным сочувствием, когда он смотрел на Лантиса.

  - Что вы со мной сделали? - выдохнул тот.

  - С этим порезом я внедрил кое-какие изменения в твою структуру аватара, всего лишь малую частичку Хаоса, что дали мне. Я думал использовать ее в качестве объекта для эксперимента, но сейчас мне показалось интересным, что если я попробую использовать ее так? Она будет действовать медленно, так что быстро ты не умрешь. Считай это экспериментом в миниатюре. Очень необычная реакция, хотя я ожидал нечто подобное. Твое тело, нет, сама твоя структура рассыпается, даже она не может противиться этому. Всего лишь одна капля, и такой эффект. Хорошо, - наконец Люсьен вздохнул, - я не буду дольше мучить тебя. Это, - он продемонстрировал Лантису Предмет залога, содержащий в себе высшее заклинание Сона. Накрыв его ладонью, Люсьен произнес: - 'Небо меняется с землей, факториал', - кувшинчик исчез из его руки. - Ты можешь исцелить эту рану лишь одним способом - если используешь силу заклинания Сона самостоятельно. Я переместил Предмет Залога Сона к твоему бывшему особняку. Если ты пойдешь туда пешком, то это займет, по меньшей мере, полчаса - достаточное время для того, чтобы малыши безопасно увеличили расстояние межу этим городом и тобой, но немного недостаточное для того, чтобы убить тебя. Просто используй это время, в нынешнем состоянии все, что ты можешь - лишь двигаться. Ты ведь не окажешься настолько неразумным, что попытаешься действовать по-другому. Если мы поняли друг друга, ответь мне.

  - Я понял вас, учитель Энн, - с трудом кивнув, Лантис поднялся. - Кажется, на этот раз я потерпел от вас очередное поражение. Но все равно, это ничего не изменит. Сейчас я не могу покинуть Виеру, это правда. Но и та женщина, и все остальные - лишь вопрос времени, когда их осколки будут соединены. А насчет Кальвина Рейвена, неужели вы всерьез думаете, - Лантис улыбнулся слабо, но уверенно, - что Демон Цветов предаст своего первого и единственного друга? Он скорее разрушит все Древо до самого основания, но спасет его.

  Взгляд Люсьена стал туманным и далеким.

  - Посмотрим, кое-что изменилось с их прошлой встречи. Никто не знает, как он решит действовать на этот раз.

  С этими словами, Люсьен Энн и Лантис Кларио отвернулись друг от друга, разойдясь в разные стороны. Учитель и ученик.


  Глава 6. Первый брошенный камень.


  Часть 1.

  Рэй Нордис, бывший капитан отряда Лилии, нынешний командующий половиной интернациональной армии Астала и генерал Новой Армии Риокии, был человеком, не верящим ничему, кроме собственных глаз и ушей. Человеком строгой дисциплины, твердых правил, немного резким, требовательным к подчиненным, человеком, редко выражающим свои эмоции на людях, и не часто позволявшим эмоциям взять над собой верх. Люди - его подчиненные и те, кто встречался на его жизненном пути - знали эту его черту характера и уважали его за это. Кому-то она не нравилась, другие же ценили ее. Но любой, кто знал капитана Нордиса, мог бы поклясться, что он был не тем человеком, кто верит в чудеса. Рэй Нордис не верил сам и не позволял верить другим. Людям незачем забивать себе голову всякой ерундой, что отвлекала бы их от своих обязанностей. Но сегодня...

  Капитан потер глаза, усталые и слезящиеся от просмотра бесчисленных донесений, среди которых большую часть составляли рисунки. Кто бы мог подумать, что в качестве отчетов ему принесут именно их. Казалось, они были выполнены детской рукой, такими дрожащими и неточными они были, больше похожие на карикатуры или ночные кошмары. Но именно они и составляли причину беспокойства и бессонницы Рэя Нордиса сегодня.

   Хотя его комната в королевском дворце Риокии была одной из самых удобных, и волноваться было бы вроде не о чем - вся власть в этом городе, и, по крайней мере, в половине страны уже была сосредоточена в руках новой власти. Новый протекторат Астала, Риокия, обрел свое существование. И снова карта мира изменилась. Однако совсем не это беспокоило Рэя Нордиса. Эти рисунки и дополнения к ним в качестве рапортов. Немыслимо, просто невозможно. Было бы невозможно, если бы его собственная память не состояла из таких же рисунков, обрывков, похожих на решето воспоминаний. Но в отличие от этих рапортов, его память говорила совсем о другом. Инквизиция Севера, большой пожар в котором почти полностью сгорела столица Риокии, убийства, убийства, убийства - эти картины лежали сейчас на столе перед ним. Однако, в его воспоминаниях было совсем иное: радужный свет, похожий на калейдоскоп или купол, вспыхнувший над центром города, в то время, как Рэй Нордис и его люди уже достигли главных ворот дворца. И этот калейдоскоп поглотил все в одночасье: огонь, Инквизицию, целое войско Сейма - все. Но правда состояла в том, что все, с кем он говорил, кто присылал эти рисунки и рапорты, в один голос твердили, что огонь утих мгновенно, но помогла в этом Гильдия. И самое безумное состояло в том, что все они были уверены, что столицу поджег беглый принц - Ренье. Однако...- капитан Нордис устало отложил листы в сторону. Во всем этом было что-то неправильное. Единственное, в чем совпадали его воспоминания и увиденное всеми его людьми и простыми горожанами - это великий пожар, едва не уничтоживший столицу. Эти рапорты, все эти рисунки, все эти рассказы... Или он сходит с ума, или все они ошибаются. Обычно он был более склонен доверять своим глазам. А они говорили, что купол, возникший над центром города, неожиданно превратился в калейдоскоп который затем, сложившись, в одночасье изменил все.

  И до последнего капитан был уверен, что хотя бы его люди видели то же самое, что и он. Но, как оказалось, он ошибся. После одного из таких вопросов солдат, к которому Рэй обращался, как-то странно посмотрел на своего командира, и больше капитан не хотел возвращаться к этой теме. Что же происходит в этом городе?

  Рэй Нордис откинулся на спинку кресла, обитого теплого, золотистого цвета бархатом. Вся обстановка этой комнаты была строго выдержана в одной цветовой гамме. Все оттенки опавших листьев смешивались с карминно-красным и шоколадно-коричневым цветом земли, омытой дождем. Обстановка успокаивала, да такой она и должна была быть. Эта комната скорее всего раньше принадлежала одному из министров, ему выделили апартаменты в непосредственной близости от покоев нового короля Риокии Мортимера Первого.

  Со вздохом Рэй отложил рисунки в сторону, а затем, подумав, аккуратно убрал их в папку. Это было особенностью капитана - все бумаги он хранил в строгом порядке, в отличие от Клайма Кольбейна, который, кажется, перенял от короля Астала страсть к беспорядку. Если нет порядка в голове, значит, нет порядка и в делах. Накрутив шнурок-застежку на язычок папки, рука капитана замерла. Что-то изменилось. Хотя, казалось, все осталось по-прежнему, в комнате что-то изменилось. Не было шороха, не было звука, но в этот момент он отчетливо ощутил присутствие еще одного человека. Хотя навыки его просто поражали. Единственное, что выдавало присутствие незваного гостя - легкое колебание воздуха от дыхания. Пальцы капитана дрогнули и потянулись к арбалету, прислоненному к ножке стола. Потянулись, но...

  - Ваша светлость! - звонкий голос с той стороны двери, принадлежащий посыльному от Мортимера, разорвал патину напряжения, сковывающую комнату.

  - Да, можешь войти.

   Дверь открылась и закрылась, впустив молодого офицера, которому досталась нелегкая роль - быть посредником между ним и королем по всем вопросам, связанным с организацией новой власти в этой стране.

  - Вот список требований, которые выдвинул его величество, - с легким поклоном, обычным знаком чести, принятым в армии Астала, офицер передал капитану сложенные листы бумаги.

  Весьма внушительная пачка. Несомненно, новоявленные советники уже принялись обрабатывать принца. Этот человек не имел четкого представления о том, как он собирался руководить этой страной, но в точности знал, что желал власти. Если это было все, что ему нужно, капитан понимал, что ему будет нелегко дать это ему. Должно быть, принц все еще не понимал, что эта страна больше не принадлежала ему. С того момента, как войска Астала вошли на территорию Риокии, она стала частью владений Сая Валентайна. Протекторатом с огромными полномочиями, но более не суверенным государством. Это была та цена, что страны платили за безопасность от внешней угрозы, за то, чтобы жители их могли спать спокойно, не опасаясь ужасной угрозы с Севера. И страна понимала это, ее граждане понимали это. Но правители этих стран все еще цеплялись за иллюзию собственной власти, которая рассыпается от легкого дуновения ветерка со стороны Приоры. Таким был и принц Мортимер, который готовился стать королем этой страны. И все же, несмотря на прямой приказ Сая о том, чтобы найти и нейтрализовать второго принца Риокии - Ренье, сам Рэй Нордис скорее склонялся к нему, чем к этому напыщенному глупцу, каким оказался его старший брат. И все же, приказ оставался приказом, которым капитан не мог пренебречь. И его личное мнение не имело здесь никакого значения. Он будет служить королю Астала до тех пор... пока Сай оставался легитимным правителем. Лишь это могло заставить Рэя Нордиса отказаться от своих принципов.

  - Хорошо, - произнес он поэтому. - Я ознакомлюсь с пожеланиями принца Мортимера чуть позже, и пошлю за тобой, когда ты мне понадобишься, - с этими словами капитан отпустил солдата.

  Дверь медленно закрылась, и прошло не менее минуты, пока присутствие 'гостя' не появилось вновь. Обострив все свои чувства до предела, Рэй ждал. И тот, кто прятался в тени, решил действовать молниеносно. Его движения были настолько точны и стремительны, что это явно был не профан, а настоящий профессионал. Лишь легкое движение воздуха за спиной капитана указало на его присутствие. А в следующий миг нечто бритвенно-острое было приставлено сзади к его шее, и край чего-то яркого и расписанного цветами точно также оказался у его горла спереди, так, что его голова оказалась зажатой, словно в тисках. А затем прозвучал голос. Такой знакомый голос.

  Этот голос прошептал ему на ухо:

  - Сделаете лишнее движение, и мне придется лишить вас ушей или головы, капитан.

  Подняв взгляд, Рэй Нордис бросил его на бокал с недопитым вином, стоящий на столике. Бокал был из превосходного стекла, как и само вино, из Южной Риокии, поэтому, словно в зеркале, ему была видна та, кто с ним говорила. Золотые, почти солнечные волосы, густые и длинные, были собраны по обеим сторонам головы в два тугих кольца. Изумрудные глаза горели решимостью и холодной яростью с примесью отчаяния. Тонкие черты лица как прежде были совершенными. На ней было желтого цвета расписанное платье, подчеркивающее всю ее стройную, но крепкую фигуру. Та, что принадлежала к одной из самых выдающихся семей Астала, его бывшая подчиненная, теперь объявленная в розыск, как государственная преступница. Гвен Кларио.

  - Гордость отряда Лилии, интересно, что ты здесь ищешь? - спросил он.

  - Разве не очевидно? Я пришла к вам, капитан.

  - Пришла ко мне? И зачем же?

  - Где Кальвин Рейвен?

  Вот чего он не ожидал услышать. Но придется подыграть.

  - Я и сам хотел бы это знать.

  - Не держите меня за идиотку, капитан. Вы в этой стране, вместе с армией Астала, и вы не при чем? Наверняка Сай приказал вам захватить этого самонадеянного глупца.

  - ...

  - Отвечайте мне! - воскликнула девушка, и веера сильнее вжались в шею Рэя Нордиса.

  - Даже если так, думаю, ты помнишь о Кальвине, и вот это странно.

  - Разумеется, я помню о нем. Этот жалкий слуга бросил меня с маленькой девочкой на руках среди горящего города, а сам остался сражаться с вашими солдатами. И вы еще будете говорить, что не имеете к этому отношения? И потом был этот сверкающий купол, что все это значит, что вы сделали с Кальвином?

  - И ты видела все, что произошло в городе, ты видела купол и калейдоскоп, поглотивший все? Я догадываюсь, что это его работа.

  - ... - девушка заколебалась, но капитану этого было достаточно.

  - Значит ты тоже... - Рэй подавил смешок. Ему на самом деле ему хотелось рассмеяться.

  - Что вы имеете в виду? - замешкалась девушка, отстраняясь.

  'Еще немного, я подыграю ей еще немного, чтобы выяснить правду', - решил капитан.

  - Похоже, ты и я - единственные люди в этом городе, кто помнит о том, что вообще произошло. И Инквизицию, и пожар, и купол - ты видела их, не так ли?

  - Купол...я... - Гвен застыла, глаза ее широко распахнулись.

  - Попалась! - Рэй Нордис четко рассчитал момент. Резко развернувшись, он выскользнул из тисков вееров, отбрасывая их сторону. А затем, прыгнув к столу и перекатившись через голову, схватил арбалет.

  - Ловушка! - зашипела Гвен.

   Они направили оружие друг на друга одновременно. Рэй Нордис отпустил спусковой крючок, и веера вспорхнули в руке девушки, устремляясь вперед, словно хищные птицы. Рэй Нордис четко следил за каждым взмахом их 'крыльев', и, хотя один из них прочертил на его щеке красную полосу, капитан не обратил внимания на столь ничтожную царапину. В тот же момент выпущенный им арбалетный болт достиг стены, но против обыкновения не вонзился в нее, а отскочил. Прыгая словно мячик, он поразил по очереди все четыре стены и потолок. И... Все было кончено. Перед тем, как девушка поняла, что произошло, ее веера упали на пол. А сама она повисла на паутине, сотканной из тонких, почти прозрачных нитей, опутавших всю комнату. Эти нити были собственным недавним изобретением капитана, и девушка не могла знать о них, попавшись в точно расставленную ловушку.

  - Бабочка попала в паутину, - негромко и задумчиво произнес Рэй Нордис, разглядывая отчаянно вырывавшуюся девушку. Но чем сильнее она дергалась, тем туже опутывали ее нити. Пучок их был присоединен к оперению арбалетного болта, выполненного из особого сверхупругого сорта древесины. С каждым ударом о препятствие пучок расщеплялся на несколько более тонких, а затем еще и еще, пока результат действительно не начинал напоминать паутину. Никакой магии, всего лишь подсмотренное и усовершенствованное взятое из одной книги описание древнего оружия народа, некогда обитавшего на севере континента Гладия. Наследие таинственного государства, о котором осталось известно лишь то, что оно когда-то существовало. Страна пустынь и моря.

  - Ну, что, успокоилась? - капитан увидел, что наконец, после нескольких тщетных попыток освободиться, Гвен повисла на паутине, прожигая его яростным взглядом. - Как ты могла потерять Кальвина? На самом деле я думал, что вы, двое государственных преступников, всегда были вместе.

  - Преступники? Мы? - девушка выдала презрительную усмешку. - Я никого не предавала.

  Подняв арбалет и предварительно отбросив ногой веера, капитан нажал тайную кнопку, и тотчас же нити были смотаны назад в болт. Но не дав девушке времени опомниться, сжав ее горло, он бросил ее на стену, прижав к ней.

  - Ты давала присягу, солдат! Ты давала клятву верности Асталу. И ты давала клятву верности дому Кларио! И ты предала все ради этого глупого мальчишки? - серые глаза Рэя Нордиса яростно блестели.

  Задыхаясь, Гвен пыталась разжать хватку на своей шее, но в конце успокоилась и затихла.

  - Так значит, в тебе еще остался здравый смысл, - капитан слегка ослабил хватку, чтобы девушка могла говорить.

  - Я, - она вскинула подбородок, - никого не предавала. И я не отреклась от семьи и Астала. Но я отреклась от короля, который убивает собственных людей, от короля, который сделал такое с Кальвином. А вы капитан? - внезапно ее тон изменился, и капитан отступил, разжав ладонь. - Кому вы давали присягу?

  - Хм, - Рэй Нордис позволил себе легкую улыбку. - Любой солдат служит прежде всего своей стране, которую обязан защищать, а затем - ее символу в лице короля.

  - Символ? - потирая горло девушка заливисто и горько рассмеялась. - Это чудовище - символ страны? Вы не знаете ничего. В тот день, когда король нарушил строжайшее табу Астала, он перестал быть этим символом.

  - Что ты имеешь в виду? - нахмурился капитан.

  - Узнайте у моего брата, он скажет вам. Вам - обязательно. Потому что вы - важная фигура для страны, и он не убьет вас сразу. И если он не убьет сразу, то скажет правду о том, что находится в самом сердце Астала, что находится внутри его символа, - в голосе девушки прозвучало презрение, - короля Сая.

  Наступила пауза. А затем:

  - И зачем ты говоришь мне все это? - спросил Рэй.

  Гвен сжала кулаки.

  - Потому что Кальвину нужны союзники. Потому, что вы второй, кого я всегда так уважала, после моего брата, и у кого я никогда не могла выиграть.

  - Что ж, - наконец произнес Рэй, - я проверю твои слова. Но ответь мне на один вопрос.

  - Какой?

  - Почему ты так предана Кальвину? Это любовь?

  - Чего это вы... - Гвен сбилась и зарделась.

  - Потому, что только ради этого иррационального чувства можно пойти на такие жертвы. - С этими словами капитан быстро подошел к письменному столу и достал из папки один лист бумаги. Он развернул его к девушке, чтобы она могла прочесть.

  -Что это? - не глядя, спросила она.

  - После Кальвина Рейвена и Криса Энн ты - третья в списке. Это список государственных преступников Астала, - с этими словами капитан положил листок обратно в папку и, аккуратно закрыв ее, отложил в сторону и арбалет.

   Гвен заморгала.

  - Вы не будете арестовывать меня?

  - Нет, - просто ответил капитан. Скрестив руки на груди, он оперся о столешницу. - Меня кое-что задело в твоих словах. И пока я не проверю истинность сказанного тобой, я позабуду о твоем имени в этом списке.

  - А Кальвин? Это касается и Кальвина тоже? - с надеждой спросила девушка.

  - Значит, все же он и правда была здесь с тобой, но потом вы разделились. Ты не задумывалась о причинах?

  - Это... это вас не касается... - голос девушки звенел от гнева и смущения. Но капитан прервал ее, подняв руку.

  - Иди и не заставляй меня менять свои решения дважды, - резко ответил он.

   С миг она колебалась, а затем, подобрав свои веера, подошла к окну, сложив пальцы в фигуре заклинания. Рэй узнал 'В поисках удачи...' Она снова обернулась.

  - Капитан, даже если вы сделаете все, чтобы найти Кальвина, знайте, я сделаю еще больше, чтобы помешать вам. Он принадлежит только мне, и я заставлю его пожалеть об этом, когда найду его, - один из вееров в руках девушки был направлен в грудь капитана. Но он не сделал попытки защититься, потому что он знал эту девушку слишком хорошо.

   С этими словами Гвен толкнула створку окна и взмахнула вторым веером, прочитав заклинание до конца. Некоторое время капитан смотрел на пустой контур окна, а затем подошел к нему, выглянув наружу. Вдалеке он заметил мелькнувший край желтого платья. Эта девчонка...


  Часть 2.

  Цветы...

  Цветы... море цветов...

  Океаны цветов... целая вечность, наполненная бесконечностью из цветов. Их ярчайшие краски почти невыносимы для глаз. Пленительно-синий, прозрачно-изумрудный, сверкающий желтый, ветрено-фиолетовый и нежно-красный. Они источали дурманящий его разум аромат. Так, что он уже почти забыл, для чего оказался на этом поле, усыпанном цветами...

  - Сай? Сай!

   Воспоминания нехотя отступили. На этот раз они почти полностью захватили сознание короля. Расширившимися глазами он смотрел на собственные ладони, покрытые глубокими ожогами черного цвета, на Лантиса, стоящего перед ним на коленях. 'Значит, клетка действительно уничтожена', - подумал он отстраненно. Руки Лантиса крепко держали запястья короля. На этот раз в глазах Хранителя королевских секретов застыла настоящая тревога. У Лантиса были причины опасаться за него?

  - Что ты делаешь? Ты хочешь убить себя или остаться там навсегда? Если воспоминания захватят тебя, пока ты еще не завершен, ты станешь бесполезен...

  - Оставь... меня, - Сай оттолкнул хранителя королевских секретов, с новой силой ощутив боль от ожогов.

  - Твои руки... зачем было так? Я бы мог освободить тебя сам, - Лантис покачал головой, видя упрямство короля.

  - Сказал же, оставь меня... - тяжело дыша, Сай обвел взглядом комнату и остановил его на лежащей на полу девушке. Усилием воли он прикрыл глаза, призывая силу Лавкрита. Он ощущал, как сила его принципа меняет структуру его кожи, пытаясь затянуть ожоги, но это было непросто, ведь эти ожоги были вызваны не простым огнем. Когда он закончил, и сияние изумрудного света погасло, на пальцах Сая остались рубцы в виде полумесяцев. Теперь они станут частью его, как напоминание об этой боли.

  - Что с Йоном? - спросил он.

  - Прости, ему удалось уйти.

  - Ты не справляешься со своими обязанностями? - Сай ощутил, что ему просто необходимо выпустить всю накопившуюся в нем боль и ярость, боль бессилия и столь же сильную ярость.

  - У меня возникли сложности, призрак из прошлого, Люсьен Энн, - он помешал мне.

  - Это твое оправдание? - Сай вскинул голову, свысока взглянув на коленопреклоненную фигуру Лантиса перед собой. В этот миг его взгляд нашел прореху на его всегда безупречной одежде. - Ты сражался?

  - Это пустяки. Просто плата за возвращение одной вещи, важной для меня, - ответил Лантис, не поднимая головы. Так странно было видеть этого пугающего человека в такой позе.

  - Нечто важное для такого как ты?

  - Жизненно важное.

  Поняв, что большего он в данный момент не вытянет из него, Сай присел на кровать, но так, чтобы Лантис не заметил, что он скорее упал на нее.

  - Почему этот призрак так заинтересован в Кальвине?

  - Мне это неизвестно, но, кажется, он подчиняется приказам кого-то свыше.

  - Я не позволю им забрать Кальвина! - ладонь короля разрезала воздух. Его фиолетовые глаза яростно блеснули. Желание, сила, власть, стремление,- все это было сконцентрировано в одном взгляде, который был невыносим для простого человека. Но Лантис стойко встретил его, поднявшись.

  - Разберись с этим, - приказал Сай.

  - Тебе известно, что я не могу надолго оставлять эту страну.

  - Ты бесполезен, - снова повторил Сай. - Тогда свяжись с Фон Грассе. Сейчас он в Ксанаде. Я доверю эту миссию с Йоном ему.

  - Не слишком ли ты доверяешь этому человеку? - на лице Лантиса появилось озадаченное выражение.

  - По крайней мере, я доверяю ему больше тебя.

  - Это наказание? - усмехнулся Лантис.

  - Просто констатация факта, - Сай слабо улыбнулся в ответ, хотя ему хотелось завыть от боли в сердце. - Потому что, в отличие от тебя, он все еще остается человеком. И у него человеческие цели и стремления, каким бы монстром он сам себя не называл. Он сделает это.


  Часть 3.

  (Зона Промежутка. К северу от Риокии)

  - ...Не смей уходить и бросать меня здесь, ты проклятый еретик!

  - ...

  - Возмездие Аттрактора настигнет тебя!!

  - ...

  - Никому не позволено обладать такой силой, кроме самого Аттрактора, создателя всего. Отвратительное создание...

  Вздохнув, Кальвин решил, было, продолжить игнорировать и эти слова. Но...

  - Тебе не спрятаться в этом мире. Я знаю правду о тебе. Думаешь, можешь противостоять всему миру? Такому как ты не место в нем. Убирайся во тьму Хаоса, откуда ты выполз!!

  Кальвин отступил в сторону, ощутив, что на сей раз слова перешли в действие, когда в россыпь цветов впереди него вонзилось тонкое лезвие кинжала. Наконец, он обернулся.

  - Разве тебе это решать? Я не убивал людей ради забавы или потому что у них другой цвет волос или глаз. Поэтому единственный, кто здесь настоящее чудовище - это ты, - с этими словами Кальвин взглянул на человека в нескольких метрах позади себя. Правая Длань Синода Приоры, Райден - так он себя называл. - И чем забивать себе голову всякими глупостями, подумал бы лучше о себе. Я не хотел брать тебя с собой, но раз уж так вышло... Ты хоть понимаешь, где оказался? - сочувственно спросил Кальвин. Но в оставшемся целым глазу Райдена не было ничего, кроме холодного презрения, разбавленного яростью. И хотя ноги отказывались повиноваться ему, неумолимо обвиваемые побегами цветов, он словно не видел или не желал видеть и слышать ничего, кроме своих упрямых догм. Но неожиданно он ответил, отняв ладонь от больного глаза.

  - Это место? Мне оно известно. Зона Промежутка. Ты решил избавиться от меня таким способом? Очень умно, - Райден успокоился и теперь прожигал Кальвина неприятным взглядом,

  - Зачем мне от тебя избавляться? - Кальвин пожал плечами. - Знаешь, я не могу вернуть тебя назад, но предупреждаю, не стоит следовать за мной. Для тебя это может плохо кончиться. Здесь все не то, чем кажется.

  - Знаю, - Райден кивнул. Самоуверенности ему было не занимать. - Но я не собираюсь умирать здесь. Это было бы позором - умереть в таком месте, проклятом даже Аттрактором. Это ваша порча на лице этого мира, это все ваша работа, демоны, ваша и этого еретика Бифуркатора!

  - ЧТО ТЫ СКАЗАЛ?! - Кальвин долго сдерживался, но эти слова всколыхнули что-то в его сознании. Этот человек рассуждал о подобных вещах с таким видом, будто видел их лично. Подойдя ближе, Кальвин склонился над инквизитором. Тот напряжено смотрел на него, видимо думая, что сейчас демон убьет его. Это тоже не нравилось Кальвину. Демон? Почему с недавних пор все называют его так?

  - Правду, - криво усмехнулся Райден, чуть приподнимаясь и меняя положение тела. Казалось, то, что его ноги уже наполовину погрузились в землю, совершенно его не волновало. - Нужно было избавиться от тебя, но Он решил провести исследование, и теперь ты стал настоящей проблемой.

  - ОН?

  - Эсфирь Вендиго, его величество император Конфедерации Приоры. Но у него есть и другое имя. Хочешь услышать?

  Кальвин замер. Что-то в словах Райдена ему определенно не нравилось. И он был точно уверен, что не желал слышать то имя, что хотел произнести Райден. Он почти был уверен в том, каким оно будет.

  - Обойдусь как-нибудь, - Кальвин пожал плечами и повернулся, чтобы уйти.

  - Фрактал, Его имя Фрактал,- тот, кто формирует конечную структуру.

  Эти слова... Кальвин замер, замер ветер, замерли облака над головой, замерли качающиеся лепестки цветов, замерло его сердце. Оцепенение, страх, ярость, ненависть, боль и страх. Тьма и молния, сорвавшаяся с небес. Крик и отчаянное желание спасти... - все эти чувства разом обрушились на него, сдавливая, сжимая, не давая дышать. Кальвин схватился за голову. Это...

  - Да, ты чувствуешь это, - голос Райдена наполнился удовлетворением. - Ты всего лишь жалкое чудовище, которое осмелилось бросить вызов тому, кто стоит лишь на ступень ниже Аттрактора?

  '...Ненавижу... ненавижу их всех, они не понимают, хочу... уничтожить их, я... ведь я могу это сделать? А Кальвин? Просто попроси меня, и я смогу, мы уничтожим это место, выжжем его вместе с этим человеком. Он не будет существовать ни в прошлом, ни в будущем, никогда...' - на этот раз голос Микалики в его голове был странно настойчив.

  'Нет, я запрещаю тебе, хватит, довольно, я не хочу ненавидеть самого себя!' - Кальвин вложил в эти слова максимум сил, стараясь подавить воспоминания и одновременно сражаясь с Микаликой за право обладания собственным телом.

  'Ты слишком мягок. На твоем месте я бы...' - наконец, голос демона отдалился. Кальвин отнял дрожащие ладони от головы. Лоб его покрылся мелкими капельками пота, хотя в этом месте не бывало ни слишком холодно, ни слишком тепло.

  - Ты ощутил это? Все святотатство своего поступка... - голос Райдена вновь надоедливой мухой зазвучал за спиной.

  - Просто... от тебя у меня разболелась голова, - Кальвин произнес эти слова ленивым тоном. - Не говори о том, чего не понимаешь, - посоветовал он инквизитору. - Ах да, кстати, - Кальвин поднял голову, обведя взглядом пространство, усеянное цветами и озерцами. Холмы, овраги и озерца... - Если хочешь выбраться к границе со срединными странами, просто иди туда, - он махнул рукой вперед. - Ты уж прости, но взять тебя с собой я не могу. Ты действуешь мне на нервы. Просто не наступай на слишком яркие участки. И избегай пить воду из озер. А также не взбирайся на холмы и не спускайся в овраги... Аах, ведь так ты и шагу ступить не сможешь, - Кальвин потер лоб. - Но ведь ты вроде разбираешь в таких вещах, вас должны были учить этому. Великий инквизитор ведь не хочет, - Кальвин лукаво прищурился, - опозорить себя перед товарищами, позволив Зоне Промежутка убить себя? К тому же, - он развел руками, отвернувшись, - тебе ведь еще нужно поймать страшное чудовище вроде меня.

  - Я запомню твои слова, - в голосе Райдена на сей раз не было угрозы. Неужели он действительно внимательно слушал? Ну, может быть, таким вещам их и не учили. Но это было все, что Кальвин мог и хотел сделать для этого человека. Если ему повезет, он сумеет выбраться, хотя... сколько Кальвин ни пытался, он не смог припомнить, чтобы кто-то выбирался из самого сердца Промежутка.

  - Прощай, - просто сказал Кальвин, не зная, что еще добавить. Взмахнув рукой и замотав малость помятую и запыленную шаль вокруг шеи, он двинулся прочь. Он гадал, когда вновь услышит ставшие уже почти привычными проклятия. Он отсчитал три шага, когда, наконец, услышал:

  - Если я умру здесь, на мое место придут другие, запомни, скоро на тебя будет открыта охота по всему миру. Страх, что ты способен сотворить с миром ужасные вещи, заставит всех глупцов отрыть глаза и присоединиться к нам.

  - Да-да, - не оборачиваясь, бросил через плечо Кальвин. - Я буду ждать, но специально не отдамся в ваши руки.

  'Я буду сопротивляться до последнего. Я не могу быть схвачен так легко и не хочу попадать в ту ужасную лабораторию. Я не подопытный кролик и не чудовище. Я - человек, я хочу спасти одного близкого мне человека. Сай, да, Сай Валентайн. Этот глупый, самонадеянный король - я спасу тебя от тех пут, что ты сам на себя накинул. Не знаю, что ты там о себе возомнил, но... я избавлю тебя от них. А пока жди в безопасности Астала, пока я не разберусь со всем этим, просто жди, пока я не узнаю всей правды...' - с этим мыслями Кальвин направил свои шаги на север, туда, где Промежуток выходил на южную границу Аша или Таары, как выходило по его прикидкам. Но как же долго ему придется добираться туда...


  Часть 4.

  Такая слабая, и все-таки теперь внутри нее живет эта сила - эта сила, которую он так жаждал. Его ладонь легла на мерно поднимающуюся грудь девушки. Теплая, обычная кожа, белоснежная и матовая, действительно кожа дворянки, несмотря на то, что его невеста вела такой образ жизни. Но все это лишь маска. Теперь по ее венам, в ее сердце, струилась эта сила. Мизар буквально впитывал в себя то, что находилось по этим покровом. Там, где-то там под этой кожей покоилась та же сила, что принадлежит Лантису Кларио, та же сила, что принадлежит его королю Саю Валентайну. Передать эту силу другому возможно лишь после смерти предыдущего владельца. Но его брат не умер, тогда почему? Значит ли это, что она признана лишь промежуточным владельцем?

  И если убить ее сейчас... Но если убить ее, Ксанада больше не будет надежным союзником, ему придется все начинать сначала. И тогда он будет связан по рукам и ногам королевскими обязанностями. Если же оставить ее в живых, то эта сила будет вне его контроля. Кто знает, как она изменит Адель? И при этом ему был отдан четкий приказ - собрать все недостающие осколки. Если оставить один из них здесь, не будет ли это неосмотрительно? Возможно, ее чувства... но будут ли они достаточным залогом в этом деле? Или же все они были лишь притворством? Убить или оставить в живых - выбор достаточно сложный для Мизара Фон Грассе.

  Рука его с зажатым в ней тонким клинком поднялась, острие коснулось шеи девушки, спустилось ниже до груди, затем к животу и вновь переместилось к сердцу. Убить ее было бы так просто теперь. И тогда он сможет прикоснуться к силе Талиона, ощутить ее, почувствовать ее движение в свеем сердце, в своей душе, в каждой клеточке своего тела... Мизар затрепетал от предвкушения. Именно потому, что эта сила была так отлична от его собственной, сила Слепого Безумного Бога, осколка Бифуркатора, он не имел понятия, что именно она могла сотворить с его телом и душой. Но в то же время отчаянно желал пережить это. Почти непреодолимое желание, почти... Рука его дрогнула, из-под острия кинжала показалась маленькая капелька крови.

  - То, что ты задумал - опасно, - голос, прозвучавший позади Мизара, заставил его вздрогнуть. Резко обернувшись, он позволил кинжалу вылететь из своих пальцев. Но оружие поразило лишь пространство. Там никого не было. Но Мизар был уверен, что обладатель голоса, хитрый монстр, пытающийся контролировать его величество с помощью той тайны, что связывала их, был где-то рядом.

  - Мне кажется, вы вмешиваетесь не в свое дело, Лантис Кларио, - глаза Мизара стали почти черными. В этот момент он вдруг подумал об одной уникальной возможности.

  - Напротив, это дело касается меня напрямую. То, что ты задумал, не входило в мои планы, а потому я не могу позволить этому случиться.

  - Хотите предотвратить? - уточнил Мизар.

  - Именно, предотвратить.

  - С какой целью?

  - С целью недопущения.

  - Но причина? Если я поглощу этот осколок, если... - Мизар взглянул на спящую Адель, - я приму в себя Талиона, разве его величеству не будет удобнее, чем, если на моем месте окажется посторонний человек?

  - Это невозможно, - тихо ответил голос Лантиса. Он по-прежнему говорил с ним из какого-то иного пространства, что раздражало Мизара.

  - Не желаете ли объяснить поподробнее? От того, что я услышал, у меня не исчезло это желание. Я все еще считаю, что задуманное мною - верно.

  - Это не так. Дело не в моем желании или нежелании. Дело в метафизике.

  - Метафизике? - удивился Мизар. Это слово пришло откуда-то с Севера, и он до конца не был уверен в его точном значении.- Уж не хотите ли вы сказать мне, что Бифуркатор будет против, если частью его завладеет такое чудовище, как я?

  - Ха-ха, - до Мизара донесся легкий смешок Лантиса. - Бифуркатор не такое существо, чтобы волноваться о подобных мелочах. Тем более, что он еще далек от завершения. То, что ты задумал - невозможно с точки зрения соприкосновения. Две несопоставимые величины - сила Хаоса и сила Бифуркатора. Они неспособны ужиться вместе, как бы ни стремились друг к другу. Именно это стало одной из причин того, что произошло много веков назад - причина, по которой Бифуркатор поступил так, как поступил, и Демон Цветов поступил так, как поступил.

  - Его величество знает об этом?

  - Ему незачем знать об этом. К тому же... - Лантис вздохнул, - он все равно не слушает меня. Он теряет рациональность и способность трезво мыслить, когда дело касается Кальвина Рейвена или Демона Цветов - в этом они с Бифуркатором одинаковы. Но... я смею надеяться, что ты не такой, ведь у тебя нет чувств, что могут помешать трезво оценить обстановку.

  - Вы в этом так уверены, господин Кларио? - Мизар искоса взглянул в пространство, надеясь разглядеть, но тщетно, того, кто говорил с ним. И его догадки постепенно превращались в уверенность. А если совместить его догадки с тем, что он прочел в Дневнике Демона Цветов...

  - Поверь мне, я знаю об этих вещах больше тебя, и больше его величества, - добавил Лантис.

  - Разумеется. У меня нет причин не верить вашим словам. Однако, все же, я хочу убедиться в этом сам.

  - Эксперимент? Даже ценой собственной жизни? - в голосе Лантиса появилось легко удивление.

  - Этого не произойдет, - Мизар поигрывал кинжальчиком, который подобрал, сделав несколько шагов вперед.

  - Неужели результат стоит того, чтобы так рисковать?

  - Он действительно стоит того, - улыбнулся Мизар. Отвернувшись и стараясь не обращать внимания на сверлящее присутствие позади себя, он подошел к лежащей на земле Адель и опустился на одно колено, занеся кинжал над ее грудью.

  - Я не позволю...

  Мизар улыбнулся. Кинжал начал опускаться.

  - Древо - соприкосновение... - произнес голос Лантиса, и невидимая сила буквально вытряхнула Мизара из настоящего, перенося его к источнику голоса. В тот миг, когда он убедился, что попал туда, куда ожидал, его улыбка стала демонической. Да, страх - это было поистине удивительное чувство. И это чувство, которое он не ожидал встретить у Лантиса Кларио, у носителя аватара Сона. И все же... Именно он заставил его помешать задуманному Мизаром. С этой улыбкой он продолжил смотреть на Лантиса Кларио, стоящего на ветви дерева перед ним, на заполненное мерцающими фиолетовыми искорками воздух, окутывающий ветви, на ствол, уходящий вверх и вниз на необозримую протяженность - место где сплетаются все структуры, составляющие этот мир, Древо Аттрактора.

  - Но почему именно сюда? - наконец спросил Мизар.

  Пожав плечами, Лантис ответил, вложив руки в рукава своего белого одеяния:

  - Здесь удобнее всего, так ты будешь воспринимать мои слова более серьезно. А вообще - просто прихоть, - Лантис вернул улыбку, но как-то слишком быстро, решил Мизар.

  - Итак, - спросил он, - что заставило вас отвлечься от своих важных обязанностей хранителя королевских секретов и прибыть сюда, вызвав меня?

  - Приказ короля.

  - Приказ его величества? - брови Мизара приподнялись, он взглянул в бездну, ощутив, как начинает слегка кружиться голова от фиолетовых всполохов. Гораздо приятнее было бы смотреть на золотой туман, но сейчас хозяином этого места был не его король.

  - Найти и убить одного преступника.

  - Позвольте догадаюсь, речь идет о Кальвине Рейвене?

  -На сей раз ты ошибся. То, что от тебя требуется - позаботиться о некоем Йоне. Он - Дитя Хаоса, доставивший некоторые проблемы его величеству, и мы никак не может позволить ему вернуться на север.

  - Мы? Отчего-то мне кажется, это лично ваша инициатива, господин Кларио.

  - Это приказ короля.

  - Но с вашей подачи. Если позволите, я полагаю, что наибольший приоритет сейчас представляет именно Кальвин Рейвен, который ускользнул из страны, несмотря на все предпринятые мною меры предосторожности, что тоже кажется мне странным. Не потому ли, что в его компании странствовала одна ваша ближайшая родственница - ах да, Гвен Кларио? Ирония, не правда ли? Родная сестра Хранителя королевских секретов и государственный преступник? Вы не находите? - лукаво произнес Мизар, чуть склонив голову на бок. Одновременно он внимательно наблюдал за выражением лица человека перед ним, и, к его удовлетворению, легкая складочка пролегла посредине его лба, хотя лишь на миг. Но она была. Этого более чем достаточно.

  - Родственные связи никак не влияют на выполнение мною моих непосредственных обязанностей, - холодно ответил Лантис.

  - Даже так? - усомнился Мизар. - Впрочем, это останется на вашей совести. А теперь насчет Йона - я не стану отвлекаться на всякие мелочи. Ведь у меня есть куда более важные задания. Первое - собрать все недостающие осколки Бифуркатора, а во-вторых - найти и захватить Кальвина Рейвена.

  - Разве его величество приказывал последнее?

  - Отнюдь, это моя личная инициатива. Его величество постоянно меняет свои планы в отношении Кальвина Рейвена, но я уверен, что в конечном итоге он желает именно этого. Если мой король так жаждет присутствия рядом этого человека, все, что мне остается - лишь удовлетворить эту просьбу. Кроме того, мне очевидна вся опасность присутствия этого человека вне пределов Астала. Особенно в странах Севера.

  - Значит, ты намерен пренебречь прямым указанием его величества? - лениво уточнил Лантис, вынимая руки из рукавов.

  'Вот он, момент, которого я ждал', - подумал Мизар с предвкушением.

  - Да, потому, как я считаю, что первой задачей является собрать воедино Бифуркатор - это истинная мечта его величества, и я сделаю все, чтобы воплотить ее.

  - Не стоило доверять тебе так много тайн, - сумрачно произнес Лантис.

  - Это не от вас зависит, господин Кларио. Я вообще считаю, что ваше существование не необходимо его величеству. А потому я буду действовать так, как считаю нужным.

  С этими словами, размахнувшись, Мизар вонзил кинжал, который до того держал в руке, в ветвь Древа. Мир повело в сторону, из ранки на коре во все стороны брызнула странная субстанция. Некие извилистые структуры, перевитые спирали, вытекали из нее, словно сок - вот она, чистая эссенция структуры этого мира.

  - Что ты хочешь этим доказать? - спросил Лантис.

  - Ничего особенного, просто тест, - выдернув кинжал, Мизар в тот же миг метнул его в сторону Лантиса. В этом месте этот человек обладал огромной силой, и все же он отступил на полшага. Не поймал оружие, не заставил его исчезнуть, а вместе с ним и Мизара, просто отступил. Так, как будто не хотел прикасаться к нему, словно этот маленький кинжальчик представлял для него угрозу. Нет, сам кинжал - ерунда. То, чем было испачкано его лезвие - сок Древа. Значит, то, что он прочел в дневнике Демона Цветов - правда. Та клетка была выполнена из застывшего сока Древа, и она оказалась способна удерживать Бифуркатора запертым в ней. И не только это. Демоны использовали нечто, изготовленное из этого самого сока, чтобы его пленить. Техника Хаоса в сочетании с самой эссенцией порядка - эта сила содержала в себе огромный потенциал.

  Фигура Лантиса, стоящего чуть впереди него, внезапно исчезла, а затем ладонь его сомкнулась на шее Мизара с такой силой, что мир мгновенно приобрел фиолетовый оттенок. А затем он отбросил его на десяток метров, так,что Мизар с силой ударился о ствол Древа. Хотя, наверняка, его телу был причинен большой вред, но это были мелочи. Эта реакция - нечасто можно было увидеть Лантиса Кларио по-настоящему разозленным. Этот Дневник поистине был кладезем бесценной информации. Несмотря на ужасную боль, пронизавшую все тело, Мизар рассмеялся. Он смеялся, пока Лантис не подошел к нему. Он произнес:

  - Я мог бы оставить тебя здесь в таком состоянии на неопределенное время, и его величество никогда не узнал бы об этом. Когда ты окажешься на гране жизни и смерти, я исцелю тебя, а затем снова заставлю пережить ту же боль, и так снова и снова.

  - Я верю, что вы способны на это, господин Лантис Кларио, - Мизар вытер кровь, тонкой струйкой стекающую из уголка его губ.- А потому я понял и принимаю приказ короля.

  - С чего бы ты так внезапно изменил свое мнение?

  - Потому, что в моем упрямстве больше нет необходимости. Я узнал то, что хотел.

  - Что сок Древа способен быть оружием против Бифуркатора и его частей?

  На миг Мизар ощутил неуверенность, но лишь на миг.

   'Нет, вы ошибаетесь господин Кларио, это лишь малая часть того, что можно извлечь из этого знания, и я сделаю все, чтобы вырвать из Дневника всю эту бесценную информацию'.

  - Для меня этого достаточно, - Мизар склонил голову. - А теперь, прошу вас, освободите меня. И не стоит беспокоиться о моих ранах. Я смогу залечить их самостоятельно. Они не помешают мне выполнять приказы его величества.


  Часть 5.

  - ...Тенио! Клетка... тот человек! - с громким испуганным криком Велька подпрыгнула и резко села на кровати. Ее блуждающий взгляд сфокусировался на сидящем рядом Сае, затем перешел на стены, скользнул к окну и снова остановился на короле. Прикрыв ладонью рот, она тихо ойкнула и залилась краской. - Ваше... величество, - еле слышно вымолвила она и тут же сделала попытку убежать. Но Сай осторожно взял ее за плечи, уложив обратно.

  - Не нужно, ты еще слишком слаба, - голос короля был наполнен мягкостью. Таким был и его взгляд. Но сам Сай понимал, что должно быть выглядел так, будто готов был вот-вот заплакать.

  - Тот человек... с вами... и Тенио сделал такое... почему? - сбивчиво спросила девушка, натянув простыню до самого подбородка. Должно быть, она еще не до конца вспомнила все произошедшее.

  - Ничего, это был просто дурной сон, а теперь просто поспи еще немного, - тихо произнес Сай. Но Велька помотала головой.

  - Сон? Нет, это не было сном. Неправда, зачем вы меня обманываете? Я видела! - и прежде, чем Сай успел остановить ее, Велька соскочила с кровати и побежала на середину комнаты, застыв над выгоревшим, словно оплавленным участком пола. Этот ровный круг Сай успел прикрыть краем ковра, но, опустившись на колени, девушка коснулась его рукой. На ее пальцах остался слабый золотистый налет. - Что... это?

  - Просто пролились чернила, - Сай положил руки на плечи девушки, поднимая ее. Но она выдернулась и, отступив на два шага, замотала головой.

  - Неправда, я видела ту золотую клетку, и Тенио... он... - от этих воспоминаний, что нахлынули на нее, Велька вновь начала плакать. Ее пальцы нашли небольшую ранку на своей шее.

  - Нет, не нужно, что ты делаешь?! - ее ногти оставили на шее глубокие борозды. Сай схватил ее запястье, развернув к себе. Но она замерла, уставившись на что-то. Опустив взгляд, Сай понял, что она смотрела на его ладони, на золотые ожоги в форме полумесяца. Теперь они изменили свой цвет. Хотя кровь все еще проступала сквозь истончившуюся обожженную кожу, несмотря на лечение Лавкрита. И теперь Велька увидела их. Он поспешно спрятал ладони в рукава, но девушка, позабыв обо всяком этикете, удержала их.

  - Ваши руки, покажите их. Это ужасно, такое ожоги. Значит, это правда, это все правда? Зачем вы скрываете от меня правду? Тот человек... он сделал с вами такое, и забрал Тенио? Хотя я была без сознания, но мне кажется, что видела и слышала все! - внезапно Велька стала странно молчалива, ее слезы уже высохли. Саю отчаянно хотелось прижать ее к себе, но вместо этого... от неожиданности он даже не успел среагировать, как она бросилась к нему, стоящему на коленях и обвила его плечи, спрятав голову на груди. Но она больше не плакала. Ее голос был сух, как и ее глаза. - Я дурочка? - тихо спросила она. - Я действовала, как дурочка. И теперь у вас из-за меня эти ожоги. И Тенио тоже больше нет здесь, и Кальвин тоже ушел. Я чувствую, ваше сердце переполнено от одиночества, но вы не виноваты... нет, - она покачала головой, - в этом нет вашей вины. Я бы хотела помочь вам, но не знаю как. Я такая слабая и такая глупая, от меня нет никакой пользы. Что я могу? Но если бы я могла, то я бы... я сделала все, чтобы ваше величество, Кальвин, и Тенио... - чтобы все были счастливы, как раньше. Я бы отдала все. Ваше величество? - она неуверенно подняла голову.

   В этот момент что-то надломилось в нем. Опустив плечи, он заплакал. Он плакал и плакал, словно ребенок, понимая, что сегодня потерял еще одного дорогого ему человека, важного для него, все глубже и глубже погрязая в одиночестве, все сильнее и сильнее закутываясь в отчаяние, все дальше и дальше продвигаясь по пути монстра. Все меньше оставаясь похожим на человека. И дело было не в крови с золотыми искорками, дело было в тех мыслях, что были в его голове в тот момент.

  Когда слезы текли по щекам Вельки, даже тогда он не мог отогнать их от себя. И Сай ненавидел себя за это, но понимал, что не может действовать по-иному. Он уже решил, пока находился рядом с ней все часы этой ночи. Выбор снова, как и в случае с Фон Грассе был - убить или...

  Наконец он позвал:

  - Велька.

  - Ваше величество? - глаза ее становились все шире и шире, когда король отстранился от нее.

  - Ты хотела бы помочь мне?

  - Да, я... сделаю все, чтобы помочь вам! - порывисто воскликнула она.

  Сай вытер свои слезы. Слезы нечеловека, ненастоящие, лживые слезы.

  - Я доверяю тебе, - произнес он. - Но сначала обещай мне, что не испугаешься, что бы ни произошло, ты должна дать мне это обещание.

  '...я и 'не монстр'? Нет, это правда. Все, что сказал Йон - правда. Я просто ужасный монстр. Куда опаснее и ужаснее, чем Микалика. Моя душа чернее сердца Хаоса, ведь я использую все, чтобы достичь своей цели, принося в жертву друзей, распоряжаясь их душами. Все, я использую любые средства без разбора, чтобы достичь того, чего хочу... и я даже... не буду жалеть об этом, ведь все мои слезы - просто притворство, чтобы создать иллюзию, что во мне еще осталось нечто человеческое...' - при этой мысли лицо Сая исказилось.

  Должно быть, на миг Велька ощутила эту ауру, что разлилась вокруг него, отшатнувшись. Но Сай уже все решил. Она просто смотрела на него, не шевельнувшись, только ее глаза распахивались все шире и шире, до тех пор, пока его ладонь не коснулась ее груди. А затем она закричала. Но, зажав ее рот ладонью, Сай удерживал ее так, пока все не было кончено. Он даже не обратил внимания на возмущенный крик Слепого Бога, когда сила из его собственного тела изумрудной волной хлынула внутрь тела девушки, подчиняя его и изменяя. Вокруг фигуры самого Сая разлилось золотое синие. Велька видела его, беззвучно пытаясь высвободиться, но потом она затихла. Наконец Сай отнял ладонь, отвернув голову.

  - Да, вот какой я - монстр, в котором нет ничего человеческого, даже моя кровь больше не полностью красного цвета, - произнес он, не в силах встретиться взглядом с девушкой. - Я нарушил самый страшный запрет во всем мире. Но мое тело все еще слабо, поэтому я не могу держать их всех в себе, и поэтому ты получила часть его - часть Лавкрита. Не бойся, это не целая часть. Поэтому тебе он не причинит такого вреда, но все же... - Сай сделала паузу. - Теперь ты можешь ненавидеть меня, ведь я использовал даже тебя, чтобы помочь Кальвину. Ведь на самом деле меня не волнует ничего в этом мире.

  Сай заставил себя взглянуть на девушку. По правде говоря, он был удивлен, что она не потеряла сознание от шока, как будто могла сопротивляться этому.

  - Я... внутри меня эта сила... - Велька замерла, обхватив себя руками. Она слегка дрожала. Наверняка боль была просто невыносимой, но она не издала ни звука, хотя должна была кричать. - Я понимаю, я видела то, что не должна была. От меня нет никакой пользы, я была бесконечно благодарна, когда меня, всего лишь внучку библиотекаря, взяли во дворец, чтобы быть секретарем его величества. Я думала, что это сон, который не будет длиться вечно. И я хотела что-то сделать для того человека, который помог мне. Эта боль, - она помотала головой, ее ногти вонзились в кожу плеч, - как вы могли постоянно выносить такую боль? Я не жалуюсь. Нет, если так я могу облегчить ее для вас - я согласна. Значит, это Лавкрит? - Девушка подняла голову, будто к чему-то прислушиваясь.

   Сай кивнул:

  - Лавкрит, Слепой Безумный Бог и принцип, руководящий всей наукой и медициной, в частности, в этом мире.

  - Значит, он - то, что залечивает раны души и тела, а еще этого мира, - Велька улыбнулась, хотя в уголках ее глаз дрожали слезы. - Его сила огромна. Я чувствую, он злится. Он весьма раздражительный, но все от того, что ощущает свое бессилие что-то изменить.

  Глубоко пораженный, Сай молча слушал, как эта девушка, всего лишь на несколько лет младше его, рассказывает ему истины, которые он сам недавно узнал от Лантиса.

  - Я много читала и всегда интересовалась мифологией, - Велька тряхнула головой, и ее льняные косы качнулись. - Я не знаю, зачем вы во все это вязались и зачем так много приняли на себя, подвергая свою жизнь такой опасности, и почему вы хотели захватить Кальвина и сестричку Гвен. А еще я не понимаю, почему тот человек держал вас в клетке. Но мне не нужно это знать на самом деле - если вы вверили мне эту силу, - Велька прикоснулась к своей груди, - значит, так нужно. Если так я смогу быть вам полезной - я с радостью приму ее. Можете распоряжаться мной, как вам будет угодно, но я по-прежнему останусь вашим секретарем.

  - Но как же ты... - начал, было, Сай.

  - Никому не нужно знать об этом, потому, что если об этом узнают, даже если дедушка узнает - даже вам не избежать наказания. Поэтому с этого дня я буду защищать вас, и от господина Йона тоже, - улыбка Вельки была теплой и душевной и напомнила ему улыбку матери, которую Сай потерял давно. Почему эта девушка... ведь он только что сделал с ней ужасную вещь, почему она так относится к нему? Велька должна ненавидеть его, ведь он против ее воли сделал ее подобной себе. Теперь она уже никогда не будет просто человеком. Почему она так спокойна?

  Ему хотелось закричать, хотелось встряхнуть ее, он был готов на все, чтобы что-то исправить. Но знал что не станет этого делать. Потому, что ему необходима ее сила, и ее слабость тоже.

  - Прости, - Сай отвел взгляд. Золотая аура вокруг него угасла. Они остались вдвоем в неясном сиянии слабого магического огонька на стене. Два монстра, отчаянно пытающиеся остаться людьми.


  Часть 6.

  (Две недели спустя. Граница между Картикеей и Таарой).

  Проведя рукавом по лбу, из-под свисающего рукава своей одежды Кальвин оглядел горизонт. Две недели прошло. Все-таки его зрение уже отвыкло от обыкновенного солнечного света. Две недели странствия по Зоне Промежутка - довольно долгий срок. Никогда раньше он так долго не пребывал в этом странном месте. Хотя, конечно, ему приходилось время от времени делать ночные вылазки в обычные земли, чтобы свериться с курсом и достать еды. Это путешествие живо напомнило ему путь в Приору несколько месяцев назад. Как ностальгично - подумал он. Кажется, это было так давно, а прошло всего несколько месяцев. И снова он странствовал в одиночку.

  Гвен уже, должно быть, в ярости. Но не последует же она за ним в Срединные страны? Хотя, зная Гвен... Она нашла его и в Приоре. А теперь ситуация здесь стала еще хуже. Судя по тому, что узнал Кальвин, бегло подслушивая под окнами домов на краю Промежутка, дела в Приоре стали хуже некуда. Зверства Инквизиции стали куда хуже, они мстили собственной стране и бывшим подконтрольным срединным странам - что за безумный способ восстановить порядок? Сай бы никогда так не поступил. Хотя... - лицо Кальвина погрустнело, и на губах появилась печальная улыбка - кто знает, что теперь задумал этот самоуверенный дурак?

  'Нет, пока тебе придется справляться самому. Прошу, не сделай глупости, пока меня нет. Я вернусь, как только разберусь со всем этим. Пока не узнаю, что хотел мне показать этот странный человек по имени Люсьен Энн, и пока не встречусь той, кто называет себя моей мамой. И почему все навалилось вот так сразу?'

  Кальвин вздохнул и оглядел место, в котором остановился. Небольшое углубление меж двух холмов в ложбинке, и нет ни озер, ни недавних провалов. Кажется, это место давно не подвергалось изменениям. А значит, здесь давно никто не появлялся. Хотя Кальвин слышал, что в странах Севера смельчаки отваживаются заходить так далеко. Усевшись на землю, он скрестил ноги и достал карту, которую склеил из разных кусков, таким образом, что можно было довольно неплохо ориентироваться в этих местах. Однако, довольно непросто было привязать к карте эту постоянно меняющуюся местность, где расстояние, время, пространство, день и ночь были просто словами из внешнего мира.

  А потому, две недели были лишь двумя неделями в его голове. Кто знает, сколько на самом деле прошло времени? Кальвин не имел ни малейшего понятия. Но все же, для него сейчас это был наиболее безопасный и быстрый путь, чтобы добраться до Ишары. Так называлось место, куда он стремился. И называлось оно по имени одной из Слепых Богов. На карте ее не было, фактически, эта карта обрывалась на северо-западных рубежах Приоры... Аш, Таара, далее шла Картикея, чуть дальше на запад - Дзе Сон и сам Сон. И, наконец, палец Кальвина сдвинулся чуть севернее, упираясь в белое пространство. Порывшись в кармане, Кальвин нашел кусок сухаря и, сунув его в рот, принялся жевать, запивая время от времени водой из фляги, что ему пришлось позаимствовать на одном из дворов. 'Но я не украл ее, просто взял взаймы',- уверял себя Кальвин.

  - Так, - пробормотал он с набитым ртом, - позавчера я был здесь, - палец его двинулся вперед по изломанной линии. - И если сопоставить его с тем расстоянием, что я прошел сегодня, плюс крюк на то, чтобы обойти участок рассыпающихся изменений... вот оно! - воскликнул Кальвин, едва не подавившись. Он закашлялся, довольный.

  Похоже, конец его пути был уже близок - судя по тому, что показывала ему карта, завтра к утру, самое больше к обеду, он сможет выйти из Промежутка и окажется как раз на границе Картикеи, Приоры и Ишары. Как и в случае с Ксанадой, Вальцем и Асталом, в этом месте три страны должны были сходиться в одной точке. Что было очень удобно для него. Люсьен Энн говорил о ком-то, кто будет ждать его там. Странно... Закончив с едой, он спрятал карту. Закинув голову, Кальвин опустился и лег на спину, уставившись в горевшее яркими красками небо. Неподвижное, без ветра, почти не меняющееся ни днем, ни ночью, несмотря на обилие влаги - а озер здесь было едва ли не больше, чем цветов - облака никогда не закрывали небосвод. Эта вода, на самом деле не была водой, совсем как в том месте, куда он несколько раз попадал, похоже немного на ТЕ озерца.

  Так спокойно, это место было слишком расслабляюще. Кальвин поймал себя на мысли, что его глаза готовы вот-вот закрыться.

  - ААА!!!! Что ты здесь делаешь?!

   Громкий крик отвлек Кальвина от полусонных расслабленных мыслей. Открыв глаза, он резко поднялся и оглянулся. В нескольких метрах от него стоял черноволосый мужчина. Его волосы были заплетены в тугую косу на затылке и гладко зачесаны спереди, лицо было смуглым, почти коричневым, но почти вся его нижняя часть была закрыта платком. Широкие, мешковатые штаны доходили до щиколоток и также были туго перебинтованы поверх деревянных сандалий. За плечами виднелся массивный рюкзак, в руке было странное устройство, показавшееся Кальвину таким знакомым - блюдце туманного сероватого цвета и палочка, соединенная с ним цепочкой.

   Блюдце и палочка выпали из руки мужчины, уставившегося на Кальвина, словно на чудовище. Кажется, он столкнулся с собственной смертью - таким было выражение ужаса на его глазах.

  - Я просто путеше... - Кальвин закрыл рот, вдруг поняв, как же странно и дико звучат его слова. Должно быть, перед ним стоял один из тех отчаянных смельчаков, что в северных странах отваживаются заходить в Зону Промежутка в поисках ингредиентов для своих научных изысканий.

  - А я просто собираю здесь цветы, как и ты... - Кальвин сорвал один из ярчайших цветов, что в изобилии покрывали дно ложбинки. Тотчас же... земля на том месте пошла тонкой серебристой сеткой, сеть прогнулась внутрь, расширившись до метра, и прямо на глазах ложбинка наполнилась водой. Ладонь Кальвина оказалась наполовину в воде, он поспешно отдернул ее, но недостаточно поспешно. Вода, перемешанная с обрывками серебристых спиралек, стекала с его пальцев. Глаза мужчины сделались круглыми. Он что-то промычал, помотав головой, а затем отступил на шаг.

  - Де... Де... демон!!!! - палец его ткнулся в грудь Кальвина. Рука мужчины заметно дрожала. Подобрав блюдце и палочку, он отступил еще на шаг.

  - Демон? Да нет же, говорю, я такой же исследователь, как и ты, просто сбился с курса. Я пришел из Таары, и я...

  - Не приближайся, ко мне... чудовище, ни шагу ближе... я видел. Эта вода - никто не может коснуться ее без того, чтобы его тут не засосало в глубину.

   Кальвин замер, он попытался успокоить мужчину, но, кажется, все пошло не так - тот медленно отступал, мотая головой.

  - Послушай, хотя бы скажи мне, прежде, чем бежать. Прямо ведь Картикея, да? Ты оттуда да? Или из Приоры? Может, проводишь меня?

  - Отстань от меня, демон... убирайся... сгинь! Благослови меня Вершина Древа, защити меня от этого еретика, молю о милости Аттрактора... - бормоча молитвы, мужчина отступал, загораживаясь блюдцем. Это был Предмет Залога, как уже понял Кальвин. Но этот человек не умел пользоваться магией, он не был инквизитором или солдатом... Неудивительно, что Кальвин напугал его до полусмерти. И все же, Кальвин решил предпринять еще одну попытку.

  - Да не демон я, ты ведь слышал о Детях Хаоса, разве это так странно? В ваших краях нас называют еретиками, но я уже привык. Во мне нет ничего такого, я просто... - мужчина отступил еще на шаг, а затем споткнулся и с криком развернувшись, хотел броситься бежать...

  - Осторожно! - закричал Кальвин. Кажется, тот не заметил озерца на своем пути. Кальвин хотел помочь мужчине, но в этот миг, тот с вытаращенными глазами уже начал падать.

  - Скорее, хватайся за мою руку! - крикнул Кальвин, бросаясь на помощь.

  - Не прикасайся ко мне, демон! ААА!!! - крик оборвался на полуслове. Ложбинку накрыла оглушительная тишина. Причина была в том, что голова мужчина внезапно отделилась от тела и покатилась по земле. Достигнув озерца, она упала в него, растворившись в серебристом сиянии, которое, словно живое, накинулось на нее.

  - Прости, но я не мог позволить тебе вернутся во внешний мир, чтобы рассказать всем про то, что ты видел, - голос, звонкий и молодой прозвучал с другой стороны холма. Очень знакомый голос. Кальвин заставил себя оторваться от разглядывания истекающего кровью тела и взглянул на обладателя голоса. Черные волосы, длиннее его собственных, гладкими волнами ложились на плечи. Белоснежные одеяния были удобными для путешествий - простая туника и брюки. Тонкие черты остроносого лица, глаза убийцы сияли от тайного удовольствия. Это был Йон.

  - Зачем ты это сделал?! - накинулся на него Кальвин. Это была первая естественная реакция.

  - Он мог помешать нам, - пожав плечами, Йон отряхнул руки, словно испачканные в крови. Обойдя тело, он впервые встретился с Кальвином взглядом. - Я рад, что ты смог добраться сюда так быстро. Я ждал тебя. - И, на глазах пораженного Кальвина, Йон прижал ладонь к груди, опустившись на одно колено, склонив голову. - С этой минуты я буду твоим проводником. Твоя мать... ожидает тебя как можно скорее.

  - Моя... мать? - Кальвин позабыл все, что собирался сказать. - К чему это? Поднимись, немедленно. У меня шея устала смотреть на тебя сверху вниз, - сбивчиво и смущено проговорил он.

  - Просто знак почтения, - ответил Йон, поднимаясь. - Я буду охранять тебя и устранять все, что бы не встретилось на нашем пути. Как я уже сказал, я не могу позволить кому-то узнать, что ты здесь. Это тоже приказ, который мне отдали, и я не могу нарушить его.

  - Приказ? Тебе? Но от кого?

  - Ты все узнаешь, когда мы прибудем на место. Моя обязанность как телохранителя состоит в том, чтобы тебе ничто не угрожало в этих землях, подконтрольных Приоре.

  - Погоди-ка, как ты узнал, что я буду здесь? Что за приказ? Что с тобой случилось, Йон? Ты сам не похож на себя, - Кальвин попытался задержать его за плечо, но тот ловко выкрутил руку.

  - Теперь многое изменилось, я стал другим. Но я делаю это не ради себя, - Йон оглянулся через плечо. - Поспешим, мы должны достигнуть Ишары как можно скорее.

  - Йон... - Кальвин бросил последний взгляд на распростертое на земле тело. Оно уже стало полупрозрачным. Цветы медленно, но верно пожирали его. Отвратительно, но естественно. - Я запрещаю тебе убивать, слышишь? Даже если я ничего не понимаю, пока ты со мной, ты больше не будешь убивать, ты понял меня?! - требовательно спросил Кальвин.

  - Этого я не мог обещать тебе, но постараюсь. Если таков твой приказ.

  - Приказ ... я? - все, что мог Кальвин - лишь покачать головой. Бессмысленно пытаться переспорить этого человека.


  Часть 7

  - ...Расходы на содержание интернациональной армии Астала непосильны для экономики Риокии. Если так пойдет и дальше, то мне нечем будет выплачивать жалование Сейму...

   Все тот же бред - этот человек никогда не изменится. Видит лишь то, что прямо перед его глазами, и полностью подчинен посторонним влияниям. Насколько силен был контраст между этим так называемым королем Риокии и Саем Валентайном. Нет, эти двое были несопоставимыми величинами - так думал бывший капитан отряда Лилии и нынешний командующий Риокийским крылом интернациональной армии Астала. Уже две недели, прошло две недели, и ничего не изменилось. Столица лежит в разрухе, и число беженцев из крохотного ручейка превратилось в полноводную реку, и эта река продолжает прибывать в столицу из еще более разоренной провинции. Хорошо, что Гильдия еще не полностью изолировала себя от мира, несмотря на то, что ее верхушка бежала, захватив с собой все самые сокровенные тайны. В ее составе нашлись здравомыслящие люди. Всю прошлую неделю Рэй Нордис вынужден был заниматься этим неблагодарным делом - уговаривать этих несговорчивых и надменных людей. И все же прогресс был достигнут, хотя и не полностью, но они не отказывались помочь, и Рэй Нордис чувствовал, что еще немного, и они сдадутся. Тогда будет возможным хотя бы остановить распространение эпидемий и всякой заразы, которая неизбежно возникнет при таком огромном скоплении людей в столице. Кроме того, в этом году предстоит как минимум удвоить урожай. А он обещает быть самым скудным за последние годы, и для этого помощь Гильдии будет просто бесценна. Кто знает, что могут потребовать эти странные люди? Но хотя полномочия Рэя Нордиса были не так велики, он понимал, что в данной ситуации, выбора у него фактически не было.

  Вот только в этом зале, где проходило совещание с участием Сейма, министров, короля Риокии и представителей Астала, единственным, кто не понимал всю опасность сложившейся ситуации, был сам король и те, кто дергал его за ниточки. Капитан обвел проницательным взглядом пятерых членов Сейма, сидевших на противоположном конце стола. С этими людьми нужно быть осторожным. Они считали Астал захватчиками и пытались как можно скорее избавиться от него. Не выйдет, единственное, что на них действовало - угроза того, что Астал тотчас же выведет всю свою армию в случае расторжения договора о военной протекции. А это пугало их как страшный сон. Быть сводным в выборе решений и в то же время быть охраняемыми - не слишком ли многого они хотели? Рэй Нордис понимал, что страх - единственное оружие, которое влияет на них, так, как все доводы рассудка и здравого смысла он уже исчерпал. Если бы на его месте был Клайм, то их головы уже слетели бы с плеч, но капитан имел железное терпение. А потому...

  - Ваше величество и господа из Сейма, - поднявшись, Рэй обвел твердым взглядом своих серых глаз собравшихся, - я буду краток. Так как это заседание длится уже четыре часа, а мы так и не пришли к единому мнению, кажется, это тупик. В таком случае, мне придется напомнить вам о раскладе сил. Он не в вашу пользу. Риокия все еще называется Риокией потому, что ее границы охраняет армия Астала - и это факт. Это первое. Второе - расходы на армию останутся на прежнем уровне. Третье - с этого дня я призываю вас открыть государственные резервы, так как именно на такой случай они и были созданы, чтобы разместить всех прибывших в столицу беженцев. Также требуется как можно скорее создать условия для возвращения людей в свои родные места. И последнее, вам придется заключить с Гильдией новый договор на ИХ условиях, - Рэй Нордис специально подчеркнул последнее слово. - В то время, пока вы спорили о том, как поделить власть, я лично встречался с ними и достиг некоторых уступок. Но им нужны гарантии. Это все, - с этими словами капитан опустился на свое место в оглушительной тишине. Прикрыв глаза сложив руки на столе, он ждал. И ожидание не продлилось долго. Король Мортимер закричал:

  - Просите невозможного! Толпы голодранцев заполнили здесь все, теперь еще и кормить их? Неслыханно! И Гильдия, эти высокомерные выскочки, которые монополизировали все в столице - да чтобы я кланялся им... - голос принца сорвался на визг и внезапно оборвался, превратившись в всхлип. Гул в зале стал каким-то тревожным, в воздухе повеяло страхом. Глаза Рэя Нордиса открылись.

  Он мгновенно оценил ту картину, что открылась его глазам. Странная картина, странная, но знакомая, как и двое новых лиц, что появились в зале. Парень и девушка, одетые в красно-коричневые, слишком теплые одежды, отороченные мехом. Оба с рыжими волосами. От обоих несло опасностью и... смертельной угрозой. Лица этих двоих капитан отлично запомнил, когда они встречались в Вальце. Даольно далеко от Приоры, из которой и происходили они. Инквизиция - самые опасные типы их всех, кто может придти из той воинственной страны.

  Парня звали Кайо, насколько помнил Рэй Нордис. А девушку Сати, и она была его клириком, защитником. Но хотя она не пользовалась магией, она была не менее опасной. Именно Сати сейчас скрутила руки Мортимера за спиной, в то время как несколько витков хлыста в ее руке обвивали шею принца, лицо которого побагровело от недостатка кислорода. Он издавал невнятные булькающие звуки, в ужасе косясь на Сати и ее напарника-инквизитора. Рука Рэя Нордиса еле заметно сдвинулась, но Кайо заметил это действие, перемахнув через стол одним плавным движением, оказался перед ним, и покачал пальцем, склонившись.

  - Не стоит, капитан, в прошлый раз вы перехитрили нас, но сегодня наша очередь. А что скажешь Сати, - Кайо обвел торжествующим взглядом застывших словно статуи и повскакавших с мест сановников, - может, убить этого коронованного дурака? Ну же, капитан, так мы избавим вас от кучи проблем, зачем он вам?

  - У вас хватило смелости забраться так далеко на юг, неужели прошлого урока, что я преподал вам, оказалось недостаточно? - Рэй Нордис с легкой улыбкой взглянул в лицо Инквизитора. Девушка чуть заметно скривилась.

  - Да, это было довольно хлопотно.

  - Ах, простите, что мы такие непослушные, - пожал плечами Кайо, оглянувшись на Сати, держащую полумертвого от ужаса скулящего Мортимера. - Но на этот раз у нас другая цель. Мы просто исполняем приказы, что нам отдали, только и всего.

  - Только и всего, - повторил капитан и взглянул в глаза Кайо. На лице того не отражалось никаких эмоций, кроме легкого веселья. Эти люди могли убивать и вести беспечную беседу с одинаковым выражением на лице. - Ну, так что привело вас в наши края?

  - Одно небольшое дело, что нам поручили, верно, Сати? - спросил Кайо у своей напарницы.

  - Да, Кайо, - равнодушно кивнула та. - Заканчивай трепаться, нам еще нужно успеть в Ксанаду через день.

  'Ксанада?' - подумал Рэй. - 'Что за дело может быть у там Инквизиции?' Ведь... разве не туда его величество отправил своего наместника, такого же как и сам Рэй Нордис? Имени его он пока не знал, но должно быть, это был кто-то из ближайщего окружения короля.

  - Ааа, - виновато закивал Кайо, заложив одну руку за голову, - ну так вы не возражаете, если мы заберем, то, за чем пришли, и потом... - широкая улыбка появилась на его губах, - можете продолжать то, чем вы тут занимались. Мы вернем вам короля в целости и сохранности.

  - А что, если у меня возникнут возражения? - поинтересовался Рэй Нордис будничным тоном.

  - Тогда... - Кайо вздохнул, рука его лишь слегка коснулась засунутого за пояс короткого жезла.

  - Ясно, - кивнул капитан.

  - Кайо, я сказала, кончай трепаться и начнем.

  И прежде, чем Рэй успел сделать движение, этот жезл был выхвачен из-за пояса и направлен в точку между бровей Мортимера.

  - 'Глас Древа, факторион', - приказал Кайо. Глаза принца тотчас же закатились. Тело, словно пораженное разрядом молнии, задергалось. Скорее всего, это заклинание каким-то образом воздействовало на волю человека, понял Рэй.

  - Итак, я задам всего один вопрос - отдай его нам. Он ведь у тебя, Предмет залога, которым может обладать только правитель страны, - медоточиво проворковала Сати на ухо невменяемого короля. Глаза того закатились еще сильнее, он не мог издать и звука.

  - Странно, не думал, что этот человек способен так сопротивляться, - задумчиво произнес Кайо. - 'Дубль факторион', - он усилил действие заклинания. Упав на пол, тело короля начало извиваться, но по-прежнему ничего, кроме нечленораздельных звуков, не срывалось с его губ.

  - Действительно странно, вот упрямец, - Сати подняла свитый кольцами хлыст и спрятала его, а вместо этого в ее пальцах появились знакомые Рэю иглы. В прошлый раз в них был сонный яд, но Рэй не думал, что они окажутся столь же безобидны и сейчас. Если не вмешаться, то этот глупец-король отправится на Вершину Древа от простого болевого шока.

  - Постойте, - Рэй Нордис поднял руку.

  - Да? - в легком удивлении оглянулся на него Кайо. - Что такое, капитан? У вас какие-то дополнения?

  - Да, того, что вам нужно... а я догадываюсь, что именно, нет у его величества.

  Кайо и Сати переглянулись,

  - Ты знаешь, что нам нужно? - спросила Сати. Одна из ее игл уже блуждала, поглаживая шею Мортимера.

  - То, что нужно таким, как вы, так далеко на Юге, то, что заставило вас придти сюда, несмотря на то, что для вас это вражеская территория, и то, что может быть только у тех, кто правит государством - должно быть это...- Рэй Нордис кивнул на жезл в руке Кайо, - похоже на эту вещь. Предмет Залога.

  - О, тебе известны даже такие вещи? - Сати смерила Рэя презрительным взглядом. - Немногим на Юге известно это слово, вы просто невежды и еретики. Так значит, говоришь, его нет у этого человека? - Сати обвила рукой шею Мортимера.

  - Верно, хотя логично, что вы искали ее у него, при обычных обстоятельствах. Но эта страна только что сменила своего правителя, и поэтому было опасно оставлять такую вещь у руках короля Мортимера.

  - О, вы подчиняетесь ему, и все же презираете, - в голосе Кайо погашалось скрытое восхищение. Капитан заметил, что он, в отличие от своей напарницы, обращался к нему на 'вы', хотя по нему нельзя было этого сказать.

  - Здесь вы ошиблись, молодой человек. Я не подчиняюсь приказам короля Риокии, поскольку он не мой господин.

  - У такого, как вы есть господин? В это трудно поверить.

  - Я всегда служил и служу лишь одному человеку, избранному мною, и этот человек - король Астала, Сай Валентайн.

  - Этот монстр?! - презрительно выплюнул инквизитор.

  - Кайо, - одернула его Сати, - твои эмоции здесь излишни.

  - Да, прости, прости, просто сорвалось, - виновато улыбнулся Кайо.

  'Монстр?' - подумал Рэй Нордис.

  - Итак, у него нет того, что мы ищем, тогда у кого же он?

  'Монстр...' - повторил про себя Рэй Нордис. И слова, что он недавно слышал, были почти в точности такими же, так говорила и Гвен Кларио. Совпадение или...

  - Это он? - рука Рэя скользнула за ворот рубашки, вышитой серебристыми металлическими нитями, и извлекла цепочку - тонкую и изящную, на которой висел странный кулон в виде серебряной иглы, толстой и длинной, с легким оттенком меди. Предмет залога - высшее заклинание королевства, которое знает лишь король.

  Глаза Сати и Кайо расширились. Сати взглянула на тело короля в своих руках и выпустила его, позволив тому упасть на пол. Из рукава своей одежды она извлекла небольшую коробочку. Открыв ее, она зачерпнула из нее горсть какого-то тонкого розоватого порошка. Легко подув на свою ладонь, она выпустила его в воздух. Тотчас же капитан отвернулся, зажав рот и нос рукавом. Но все остальные в зале не были так проворны. Уже через несколько секунд из стоящих на ногах остались лишь они трое.

  - Твоя реакция не может не восхищать, бывший капитан отряда Лилии. Да, это то, что нам нужно. Но сражаться с тобой сейчас... у нас нет на это времени. Ведь даже сейчас эта комната уже превратилась в одну большую ловушку, - Сати кивнула, переглянувшись с Кайо. Она сделала шаг вперед, переступив через тело Мортимера. Сонный порошок или что-то в этом роде. Глаза капитана различили медленное колебание грудной клетки. Кроме того, из коридора тоже не доносилось ни звука. Они что, усыпили и всю стражу или, не церемонясь, попросту убили? Пройдя три шага, Сати остановилась. Невооруженному глазу не было заметно, но теперь она не могла двинуться вперед без того, чтобы не быть опутанной паутиной, что раскинул Рэй Нордис. В тот момент, когда она рассыпала сонный порошок, он нажал на спусковой крючок арбалета. Несколько нитей уже опутали ее ноги, а Кайо теперь выглядел как запутавшееся в паутине насекомое. Он не пытался трепыхаться, понимая, что лишь еще больше завязнет.

  - И так, что ты хочешь за этот кулон? - спросила она.

   Рука капитана едва заметно дернулась прежде, чем спрятать кулон обратно за ворот. Они также были опытными в этом деле. Разглядеть его мысли, которые еще даже не сформировались, его сомнения...

  - Я хочу знать, почему вы назвали короля Сая Валентайна монстром, - таким был его ответ.

   В глазах Сати блеснуло удивление, легкое, едва заметное, но она быстро справилась с собой.

  - Монстр - он и есть монстр, как ни посмотри, что еще он такое? Разве может называть себя человеком тот, кто решил пойти на такое святотатство, как возродить Принцип Бифуркатора - первого и проклятого еретика, пошедшего против Аттрактора, отрекшегося от Вершины Древа и поставивший этот мир на грань уничтожения? И теперь, когда он снова задумал это, кто он такой, как не чудовище, которое никогда не должно было существовать? И как ты можешь служить ему?

  - ...

  - А, не говорите, что вы ничего не знали, - издевательски расхохотался Кайо, хотя он не мог пошевелить и ногой, он откинул голову и залился смехом, - не знали ничего о своем короле!? Или он настолько не доверяет своим людям? Просто спроси его. Хотелось бы мне посмотреть, что он ответит.

  - Тогда я задам второй вопрос.

   Кажется, Кайо был явно разочарован, когда не увидел той реакции, что ему хотелось.

  - Нечестно, ведь Предмет Залога всего один, и два вопроса...

  - Спрашивай, мы ответим, - Сати оборвала напарника. Насколько же им была нужна эта вещь? Она была слишком опасна, и давать такую силу в руки Приоры было крайне неблагоразумно. Но Рэй Нордис уже все решил. То, что он узнает благодаря им, будет куда более важно. Если то, что они сказали, правда.

  - Для чего вы собираете Предметы Залога? Вы ведь служите Приоре. Но вот вопрос, кому именно: Инквизиции или императору Приоры? Я слышал, что странные события недавно произошли в Конфедерации. Так кому вы служите и для кого собираете их? Что вы задумали?

  - А что собираете вы, когда посылаете демона Хаоса искать осколки Бифуркатора?

  - Демона Хаоса... - серые глаза капитана сузились.

  - Вы не можете не знать даже этого! - Кайо был просто поражен. - Сати, он действительно не знает?

  Сати пожала плечами.

  - Возможно, есть вещи, которые держатся в секрете от обычных еретиков.

  - Кажется, король Астала не доверяет вам, капитан. Что скажете? - ухмыльнулся Кайо.

  - Я лишь выполняю приказы моего короля. Мне этого достаточно.

  - Достаточно? Ну да, - рассмеялся Кайо, хотя это еще больше затянуло нити. - Но как долго вы сможете продержаться?

  - Итак, мы ответили на все твои вопросы? - спросила Сати. - Сделка завершена, ты отдашь нам Предмет Залога с высшим заклинанием Риокии?

  Рэй Нордис вновь сжал цепочку, затем, поколебавшись, снял ее с шеи. Такая тонкая и обладающая такой силой. Но, действительно ли то, что он узнал, было тем, что он хотел? Гвен сказала это, и теперь эти двое. Что же происходит в Астале? Что произошло с ее королем? Если отдать эту вещь, заклинание 'Мечты Лавкрита', в будущем это может обернуться ужасными последствиями. Но в противном случае, результаты могут быть куда более худшими. Монстр, да? Если это правда...- Рэй Нордис молча протянул цепочку с кулоном, одновременно нажав на крючок арбалета, сматывая нити.

  - О, значит, мы действительно сказали нечто важное? - Кайо качнул головой, потирая запястья. - Большое спасибо. Вы очень помогли нам, капитан. Надеюсь, вы правильно распорядитесь теми знаниями, что мы дали. Ах да, если вам не понравится то, что ответит король Валентайн, присоединяйтесь к нам. В Приоре с радостью примут любого с такой силой.

  - Не обольщайся, мальчик, - жестко отрезал Рэй Нордис. - Все, что вы сказали - всего лишь слова.

  - Но вы отдали нам Предмет Залога этого королевства, а значит это уже не просто слова. Ну что, идем Сати? - позвал Кайо.

  - Возвращаемся, - кивнула его напарница, - у нас уже есть Предметы Залога Риокии, Ксанады, Астала...

  - Постойте, вы сказали Астала? - взгляд Рэя Нордиса помрачнел.

  - А да, вы не ослышались, мы как раз недавно забрали эту вещичку.

  - Вы были в Астале?!

  - Даже и близко не подходили к тому дворцу. Чтобы вот так запросто распрощаться с жизнями, встретившись с тем человеком, что охраняет короля? Нет уж извольте, но нам помог один любезный господин, который понимает всю важность искупления своих грехов пред Аттрактором.

  - Предательство, - выдохнул капитан задумчиво.

  - Просто любезная помощь. Он слишком запуган, чтобы совершить нечто подобное. Ваш король действительно держит всех своих подчиненных в кулаке. Нет-нет, мы не можем сказать его имя, ведь тогда вы, чего доброго, начнете колебаться.

  Сати кивнула:

  - Оставляем это на твое усмотрение. Постарайся взглянуть на все происходящее в Астале за последний год с небольшим со стороны, и тогда тебе все станет ясно.

  - Ну, прощайте капитан. Ах да, все они живы, если это беспокоит вас, просто без сознания, но скоро проснутся, - Кайо улыбнулся простодушной улыбкой, последовав за своей напарницей. - И еще раз спасибо за сотрудничество, мы в Приоре не забудем этого.


  Глава 7. Скрытая правда


  Часть 1.

  - Послушай, Йон, я тут подумал, - Кальвин оглянулся на своего спутника. Все то время, пока они шли к границе Зоны Промежутка, Йон становился все более и более мрачным, тем более что в последнее время он постоянно к чему-то прислушивался. - Как ты связан со всем этим? И откуда знаешь мою маму? Знаешь, на самом деле не думаю, что это она, ведь она умерла много лет назад, как и отец. Так мне сказали. Но если кто-то называется ей, должно быть у нее есть что-то очень важное для меня, а сейчас я буду использовать все, что могу, если это поможет.

  - А, что? Извини, я не слушал, - наконец отозвался Йон. Кальвин сник.

  - Нет, ничего, ты как-то бледно выглядишь, - заметил он.

  - Ничего, это не помешает мне выполнять свои обязанности. Скоро я приготовлю ужин, как только выйдем из Промежутка.

  - Да что ты, вовсе не нужно так стараться! - замахал руками Кальвин. - Я и сам...

  Но в это время...

  - Ложись! - прежде, чем Кальвин успел что-то сказать, Йон прыгнул к нему и, схватив за волосы, бросил на землю, прикрывая своим телом. Краем глаза Кальвин успел заметить, как нечто стремительное пронеслось у них над головами, заходя по широкой дуге. Там, где оно сомкнулось над ними, а потом рассыпалось по цветам, цветы исчезли. Исчезли озера, исчезла земля - все это медленно-медленно осыпалось мелкой поблескивающей пылью, пока не растворилось окончательно. Пустое место тут же стало заполняться водой. Прокатившаяся волна заставила вздрогнуть всю Зону. Кальвин ощутил ее дрожь, словно она чувствовала нанесенную ей рану. Небо мигнуло и изменило свой цвет на светло-зеленый, а затем вновь стало обычного оттенка. И вслед за этим...

  - Ах, простите, кажется, я промахнулся, - донесся голос.

  Йон поднялся, освобождая Кальвина. Приподняв голову и потирая ушибленный подбородок, он взглянул на человека. Впереди них, на вершине холма, стоял человек, одетый в черные с синим одежды. Была в нем какая-то особенная элегантность. Довольно длинные для мужчины темные волосы цвета воронова крыла перетянуты в низкий хвост с левой стороны. Глаза столь же темные, отражая в себе множество цветов, казалось, поглощали их цвета.

  - Ты! - воскликнул Кальвин, но Йон встал перед ним, загораживая ему обзор и готовый отразить мгновенную атаку.

  - Кто ты такой? Что тебе нужно от нас? Ты...Дитя Хаоса? - задал три вопроса Йон.

  Приложив палец к губам, человек склонил голову на бок.

  - Как же на редкость отвратительно сформулировано. Мое имя - Мизар Фон Грассе, но что касается... Я и Дитя Хаоса? - он покачал головой. - Я вовсе не одно из этих жалких созданий, ведь мне уже минуло шестнадцать.

  - Ублюдок, - выругался Йон. Кальвин не понимал в чем тут дело. Он знал этого человека. Впервые они встретились еще во дворце во время нападения таинственной 'красной маски', а затем были еще случаи в городе и в Риокии. С одной разницей - тогда они были на одной стороне, теперь же, как с тоской подумал Кальвин, намерения этого человека явно остались прежними. Он всецело служил лишь одному человеку, и имя его было Сай Валентайн.

  - Одну минуту, - Кальвин решил вмешаться, пока еще не было поздно. Он прекрасно помнил всю разрушительную силу, присущую этому человеку, и исходя из того, что он знал о способностях Йона, они даже близко не находились на одном уровне силы.

  - Замолчи, Кальвин, не вмешивайся, я твой охранник и именно я должен охранять тебя. Не ты - я, - в голосе Йона звучала какая-то отчаянная покорность и решимость идти до конца. Следя за каждым движением Мизара, так, будто считал его опасной ядовитой змеей, Йон готов был немедленно атаковать. В то же время Мизар выглядел совершенно невозмутимым, таким Кальвин и помнил его. Но эта невозмутимость была лишь маской, этот человек был опасен, слишком опасен, непредсказуем, и если такого человека послал за ним Сай...

  - Что касается твоего второго вопроса, меня послал Астал, точнее его король Сай Валентайн, - палец Мизара поднялся и указал точно на Кальвина, - послал за этим предателем. Так что, прошу, отойди и просто позволь мне забрать его.

  - Ни за что, я ни за что не отдам его такому чудовищу, как ты!

  - Чудовище? Хорошо звучит, - улыбнулся Мизар, и улыбка его была дьявольской. Йон выругался сквозь стиснутые зубы.

  - Так я и думал - Лантис говорил правду, - пробормотал Мизар, приложив палец к подбородку. Он вел себя так, будто совершенно не воспринимал всерьез такого противника, как Йон. Он видел только Кальвина, и от этого взгляда ему делалось нехорошо. Меньше всего в эту минуту он желал сражаться с подчиненным Сая. Ведь сражаться с ним означало, что косвенно он сражается против Сая. Но все же... Кальвин понимал, что все еще цеплялся за эту иллюзию. Но это было то единственное, что он не мог отпустить - он все еще считал Сая своим другом, не королем, он видел в нем лишь друга, который попал в беду, из которой не мог самостоятельно выбраться.

  - Тогда, кто ты такой? - наконец спросил Мизар. - Ты ведешь его на Сервер? В Приору?

  - У меня нет дел с теми, кто считает нас недостойными даже того, чтобы быть рожденными.

  - Вот как? Неважно. С какой бы целью ты не взял его с собой, я не могу позволить тебе пересечь эту черту, - кончиком сапога Мизар провел на земле воображаемую линию. - Если переступишь эту линию, умрешь на месте.

  - Стой, стой, стой! - закричал Кальвин, увидев, что Йон уже сделал первый шаг в сторону линии. Вздохнув, Кальвин обратился к Фон Грассе. - Ты сказал, что я нужен тебе живым, верно? Йон здесь не при чем. Просто оставь его, я пойду с тобой, так и быть.

  - Защищаешь его? Такого же, как ты сам? - в глазах Мизара сверкнуло презрение. - После того, как ты сбежал из тюрьмы, ты, кто называл себя другом его величества... ты хоть знаешь, как он чувствовал себя?

  - Сай... - Кальвин позабыл, о чем хотел сказать. - Мне очень жаль, но если бы я не сделал этого, то наверняка уже умер. А так я не смог бы помочь Саю.

  - Ну так умри, сделай одолжение, и больше не вноси смятение в сердце его величества. Из-за тебя появилось столько новых проблем. Почему ты не оставишь его в покое? Просто принеси себя в жертву. Здесь и или в Астале, выбирать тебе. Но в любом случае, твое существование слишком опасно, - тихо закончил Мизар, смерив его, вздрогнувшего при этих словах, взглядом.

  Сколько раз он уже слышал эти слова, сказанные разными людьми за последнее время? Неужели все из-за того, что внутри него находится Микалика? Но как много Фон Грассе знал об этом? И в таком случае, как много было известно Саю?

  Закончив, Мизар медленно с улыбкой поднял правую руку, по очереди направив указательный палец сначала на Йона, а затем на Кальвина.

  'Кальвин, уходи...'

  Он не сразу понял, что эти слова он слышит прямо в своей голове, и они принадлежат Йону. Это был очень обеспокоенный голос, наполненный страхом за него. В его сторону он даже головы не повернул.

  'Ну уж нет', - ответил Кальвин, тоже про себя, - 'думаешь, после всего я могу просто бросить тебя здесь на съедение этому типу? Ты даже не представляешь, насколько он опасен'.

  'А что представляешь ты? Ты не понимаешь, как важно, чтобы ты добрался до Ишары... Если я не смогу этого сделать, то все... все наши усилия окажутся напрасными. Дети - ты хочешь чтобы они остались один на один с этим миром, который желает их уничтожения? Ты этого хочешь?!' - прокричал Йон.

  'Вовсе нет, но и бросить тебя не могу. К тому же сражаться здесь слишком опасно, это же Зона Промежутка. Что ты задумал?'

  'Просто слушай, с помощью этой вещи ты сможешь попасть в Ишару так быстро, как только пожелаешь', - с этими словами Йон быстро сунул в руку Кальвина какой-то предмет. Раскрыв ладонь, он увидел лежащий на ней простой серебристый браслет. Предмет Залога, несомненно.

  - Эй, Йон, - начал было Кальвин.

  - Я сказал, уходи! - закричал Йон, одновременно отталкивая его рукой. - 'Расстояние - обмен границами!' - приказал он.

  Голова Кальвина закружилась, когда фигуры Йона и Фон Грассе мгновенно отдалились на большое расстояние, словно он скользил по водной глади.

  - Йоннн! Что ты задумал? - но через миг его слова некому было услышать, так как он потерял оставшихся из виду. Браслет было не снять, точно он был подогнан под его руку.

  'Уходи, не волнуйся за меня. Я пока не могу умереть, ради этих детей...' - шепот Йона был успокаивающим и мягким. Кальвин хотел ответить, но браслет был приведен в действие, и все, что он хотел сказать, унеслось прочь волнами океана, окутавшего его. Значит, это Предмет Залога, похожий на гребень Гвен, способный сжимать пространство и переносить владельца на огромное расстояние? Но ему не нужно в Ишару, он хотел остаться здесь! Нельзя позволить этим двоим сражаться в промежутке, ни в коем случае нельзя! Но с волнами бороться бесполезно, они могли просто потопить его...


  - Ловкий ход, Предмет Залога, полагаю? Способность переносить на большое расстояние, - Мизар опустил руку, склонив голову. - Но думаешь, сможешь уйти так же, как и он?

  - Бежать я не собираюсь, но и умирать здесь тоже, - убедившись, что они остались одни, Йон стал выглядеть спокойнее. - У меня еще остались незаконченные дела, я должен позаботиться о детях.

  - Думаешь, сможешь изменить их судьбы? А ты самоуверен.

  - Я - нет, но Кальвину это удастся, поэтому он так важен для меня. Для всех нас.

  - Не слишком ли сложная задача для него? Насколько я вижу, он даже не понимает, для чего понадобился тебе. Не понимает или делает вид. Но я не такой. Кто стоит за тобой?

  - Тссс, - Йон скривился. - Это тебя не касается.

  - Хмм, дай-ка подумать, - задумчиво произнес Мизар с расстановкой, - если это не Приора, но это и никак не связано с южной частью мира, остается только... Демоны, верно?

  Йон чертыхнулся.

  - Хахаа, - рассмеялся Мизар, - твое лицо как открытая книга. Тайна? Но это очевидно, обмен, да? Если это дело касается Кальвина Рейвена, того, кого желают заполучить две самые могущественные силы этого мира, тогда почему бы не вмешаться и третьей? Как это удобно, не находишь? Использовать того, кто доверяет тебе, чтобы получить положение и защиту. Вы, кого ненавидят во всем мире, изгнанники в собственной стране, куда еще податься вам? Где найти защиту, как не там, откуда происходят ваши корни?

  - Ты... ты знал это с самого начала? - прорычал Йон.

  Но Мизар пожал плечами.

  - Вовсе нет, просто логические рассуждения и интуиция, - он мягко улыбнулся. - Мне жаль тебя, думаешь ты нужен им? Эти существа не знают что такое жалость - лишь холодный расчет, питаемый ледяной ненавистью как к странам Юга, так и Севера. Ведь они в равной степени повинны в том, что созданное ими оружие против вершины Древа на долгие годы потеряло свои способности.

  - О чем ты... - Йон выглядел по-настоящему озадаченным.

  - А, так вот, где пролегает предел, того, насколько они доверяют тебя. Ты - всего лишь мелкая сошка. Ну, этот разговор становится бессмысленным, придется убить тебя, жаль. Но ты ведь не скажешь, куда отправил Кальвина Рейвена? Мне придется все начинать с самого начала. Но ты больше не приблизишься к нему, мне не нужны лишние помехи, - Мизар поднял палец, направляя его на Йона. - Структура...

  - Стой!

  - Хмм? - заколебался Мизар,

  - Остановись, я хочу кое-что предложить тебе.

  - Боишься меня или того, что это место может и убить тебя, если навредишь ему? Промежуток не прощает даже Детей Хаоса, тех, кто связан с ним. Впрочем, не важно.

  - Нет, дело не в этом.

  - Неужели торг? Как интригующе, - рука Мизара опустилась.

  - Раньше ты сказал, что хочешь вернуть Кальвина в Астал, но при этом ты готов был убить и его вместе со мной.

  - И что с того?

  - Значит, ты еще не решил, следует ли его убить или нет?

  - Это не тот вопрос, который я должен обсуждать с таким, как ты, - Мизар склонил голову на бок, чуть прикрыв глаза.

  - Да верно, но... ты ведь тоже считаешь, что Кальвин Рейвен обладает силой, несопоставимой с этим миром.

  - И что с того?

  - Тогда, вместо того, чтобы убить его, не лучше ли спрятать его в таком месте, где он не будет переставлять угрозу для мира, и... не будет мешать твоему королю.

  - Исходя из каких фактов ты сделал такие странные выводы?

  - Я был в Астале. Я слышал слова Сая Валентайна, я видел его лицо. И я видел Кальвина и говорил с ним. Я узнал множество вещей за последнее время, и многие из них действительно пугающие. Ты служишь королю Астала, но действительно ли ты думаешь, что существование Кальвина приемлемо для мира? Если ты просто убьешь его, возможно, Сай Валентайн не желает этого.

  - В основном, мои мысли именно таковы. Как ты догадался?

  - Это несложно. Я знал таких людей, как ты.

  - О, в самом деле? - казалось, Мизара забавлял этот разговор.

  - Но именно потому, что ты такой человек, - продолжал Йон, - ты не можешь ошибиться с выбором. Тогда почему бы тебе не выбрать третий вариант.

  - Третий вариант? - бровь Мизара приподнялась.

  - Убрать такую силу, спрятать ее вдали от этого мира, там, где ее не сможет использовать никто другой и там, где она не сможет навредить твоему королю. Там, где она не будет мешать тебе быть рядом с его величеством...

  - И откуда же такие далеко идущие выводы? - усмехнулся Мизар.

  - Это что-то вроде сродства между всеми детьми Хаоса...

  Внезапно безо всякой видимой причины всего в метре от Йона верхушка холма исчезла, и поток воды выплеснулся из-под земли. Тот поспешно отступил в сторону. Он вновь поднял взгляд на Мизара.

  - Значит, это правда.

  - А если в самом невероятном случае я предположу, что такое место существует, куда же ты хочешь его отправить?

  - Ишара, - тихо произнес Йон.

  - Ишара? - слово эхо повторил Мизар.

  - Ишара, то место, оттуда он сбежал давным-давно и куда должен вернуться, - Йон сделал широкий жест руками, обводя все вокруг себя. Темные глаза Мизара слегка расширились, когда он понял, что тот имел в виду.

  - Хаос, да? - медленно проговорил он. - Довольно необычно, кто бы мог подумать, что ты окажешься настолько жесток, что отправишь его в эту тюрьму. И ты еще называл себя его другом.

  - Нет, - покачал головой Йон, - я не могу стоять рядом с ним, не такое мое происхождение, - голос Йона был наполнен легкой грустью.

  - Значит, Ишара, - задумчиво повторил Мизар. - Это место, где находится тот, к кому ты отправил Кальвина Райвена?

  - Ты так и не ответил, согласен ли на мое предложение.

  - Сделка?

  - Да, - кивнул Йон.

  - Сделка... - прошептал Мизар, и на губах его появилась дьявольская улыбка. - Сделка... с таким как ты? Жалкое создание, пытающееся лизать ноги тем, кто вышвырнул вас из Хаоса? Думаешь, они примут вас после всего, что вы совершили? У тебя нет гордости! - жестко ответил Мизар. - Как, впрочем, и ума.

  - Что? - Йон отступил на два шага.

  - Я очень благодарен тебе, за то, что ты объяснил, как найти Кальвина Рейвена. Но ты ведь понимаешь, что Ишара на самом деле не совсем страна. Но, несомненно, там его уже не будет к тому времени, как я доберусь туда. Впрочем, я не тороплюсь, это часть какого-то грандиозного плана, - голос Мизара был наполнен скрытым восхищением, - и я хочу увидеть, как он претворится в жизнь.

  - Ты мерзавец! - прорычал Йон.

  - Думаешь, я такой, каким тебе кажусь? Эгоистичное, высокомерное чудовище, потакающее только своим интересам, не знающий жалости и слепо служащий своему господину? Все, кроме последнего - ложь. Но ты назвал меня чудовищем, и, пожалуй, я покажу тебе, как поступают такие, как они - ты мне больше не нужен. - Мизар поднял руку: - 'Структура, интеграция и слияние', - при этих словах Мизар немного поморщился, когда ощутил легкое головокружение. Снова ему приходилось использовать силу интеграции на основе Хаоса - то, что могло бы легко стереть его самого, если он будет неосторожен. А пока же эта сила просто поражала его тело и душу.

  В первые мгновения, казалось, ничего не произошло, а затем холмы, повинуясь жесткой воле, пытающейся воздействовать на Хаос в чистом виде, начали двигаться, образую вокруг Йона преграду. А вместе с ними озерца и цветы, сливаясь в неясные ручейки, меняя форму, обступали свою жертву. На лице Йона отразился секундный ужас, а затем:

  - Ну уж нет, я не погибну здесь от твоей руки, не здесь и не так.

  Йон сделал пальцами схватывающее движение, словно стараясь удержать расползающееся пространство, а затем отбросил 'это' от себя в направление, где находился край Зоны Промежутка.

  - Рассеять... - закончил Мизар.

   Одновременно с последними словами Мизара Йон закончил собственное заклинание, и тотчас же контуры его фигуры, как Кальвина до этого, растворились. На самом деле только что он сделал почти то же самое, что и Мизар: разорвал пространство, соединив две точки, и выбросив свое тело из этого здесь и сейчас. Обмен Хаоса - но Мизар впервые видел, чтобы это применялось в таких масштабах.

  Убедившись, что противник вне досягаемости. Мизар опустил руку, глядя на то, как исковерканный пейзаж медленно принимает прежние очертания. Но теперь и лужица воды, превратившаяся в ручеек, стремилась к его сапогам, а вот это уже было опасно.

  - Он сбежал, - задумчиво произнес Мизар, - ничего страшного. Но все же, кто ты такой? Сила, подобная моей собственной. Это я узнаю обязательно, а пока я... - он повернул голову в том направлении, где заканчивалась Зона Промежутка. Когда до его ног оставалось всего десять сантиметров, он свернул с пути смертоносной воды. Она могла сделать ужасные вещи, даже с ним. После он направил свои стопы на север.


  Часть 2.

  'Кальвин, я снова пишу в дневнике. Недавно я пообещал себе, что больше не стану этого делать. Что не открою его и сожгу эти страницы. Страницы, на которых слова выведены рукой лжеца и труса. Но я не смог. Ты где-то на севере, я во дворце Астала, и мы никак не можем соединиться, мы не можем понять друг друга. Наверное, мне никогда не понять, о чем ты думаешь. Почему ты убежал? Ведь я хотел удержать тебя, уберечь от того, что могло произойти. Ради того, чтобы события тысячелетней давности не повторились вновь, я даже хотел убить тебя, я уже почти был готов это сделать, но ты убежал, и теперь я не могу даже этого. Мне кажется, ты снова пытаешься сделать что-то в одиночку... Но если ты снова умрешь там, на этот раз все будет кончено. На этот раз у меня нет даже той силы. Я не смогу вернуть тебя к жизни. Но Кальвин, я не отдам... я не отдам Вершине Древа твою душу, и я не отдам тебя Хаосу. Я не знаю, о чем ты думаешь, я не понимаю, чего ты хочешь, но прошу... не нужно. Не нужно защищать меня.... Если бы я мог, я бы прокричал эти слова так, чтобы ты услышал и на расстоянии в тысячу миль.

  ...а пока не пытайся спасти меня, не пытайся противостоять чему-то в одиночку, не пытайся разобраться во всем этом. Тебе не стоит знать о тьме этого мира, тебе не стоит знать, как черны небеса и какой свет сияет под корнями Древа. Потому что если ты узнаешь то или другое - все повторится, я знаю, все повторится снова. И пусть на этот раз я не единственный твой друг. Эвенка, Велька, Тенио - наверное, есть еще многие другие. Ты считаешь меня чудовищем, за то, что я заставил их всех страдать? Ты прав, ты сотню раз прав. Я знаю это и даже не пытаюсь протестовать, ты как всегда прав, Кальвин. Но даже так, даже если я не единственное дорогое существо для тебя, я все же хочу защищать тебя. Тебя и Астал, весь мир, что был создан Бифуркатором в память о тебе. Уберечь от Аттрактора, от Хаоса. Я хочу, чтобы нам позволили жить спокойно... жить спокойно...' - капелька чернил стекла с кончика пера. Слова закончились, как и мысли. Сай не мог продолжить... Ложь. Неужели это все ложь? Эти строки, что он писал.

  Сай был уже не в силах различить, кто именно выводил эти слова. Какие мысли из них принадлежали Зоару, или Даркнуару, или ему самому. Но то, что ему было известно - ему нужна была сила.

  Откинувшись на спинку кресла, король чуть повернул голову через плечо, оглянувшись на окно позади себя. Хотя пока он был слишком слаб, чтобы принять в себя даже трех Слепых Богов. Со временем Лавкрит, Сон, Ишара, Креонт - собрать всю мозаику. И когда это случится, Сай Валентайн просто исчезнет. Он знал это в точности. Но если так он сможет получить силу, чтобы защитить то, что дорого ему - это небольшая плата. А пока до этого еще далеко, стоит попытаться найти что-то подходящее ему. И один из способов...- Сай отвернулся от окна, расчистив место на письменном столе, и чуть отодвинул настольный светильник. Рука его легла на ящик стола, а затем он неуверенно достал ключ.

  Ключ легко повернулся в замочке, он полностью извлек ящик, а затем склонился, вынимая еще один. Тайник был сделан так, чтобы посторонний не мог даже догадаться, что он бы там. Никто, кроме него самого и, скорее всего, Лантиса, не знал, что именно находилось в этом маленьком ящичке. Руки Сая дрогнули, а затем он набрал полную грудь воздуха... Он должен попытаться еще раз.

  Их было всего два. Два заклинания высшего уровня, заключенные к тому же в Предметы Залога. И одно из них не желало поддаваться ему. Недавно он вместе с Лантисом потратил много времени на то, чтобы спрятать заклинание высшего уровня Астала в Предмет Залога. Лантис сказал, что это было именно то, что нужно. Небольшие ювелирные золотые весы. Сай осторожно приподнял крышечку... И... И...

  - Здесь ничего нет... - прошептал он. Нет... Пустота... на дне коробочки должны были находиться весы и кувшинчик - но в ней НЕ БЫЛО НИЧЕГО! Как... такое возможно?! - Сай ощутил, как забилось его сердце, и похолодели руки. Невозможно. Быть может, Лантис взял? Порывисто вскочив с места, Сай подбежал к стене и в мгновение ока преодолел расстояние между их комнатами.

  - Лантис!!

  Как обычно на лице Хранителя королевских секретов сохранялось безмятежное выражение. И как обычно он даже не повернул головы, когда Сай появился в его покоях. Лантис Кларио был не из тех людей, кто вскакивал при появлении короля, он даже не отрывался от книги, что читал, неторопливо перелистывая страницы. На сей раз он был одет в белоснежный, расшитый нежными лилиями длинный, до пола халат и такого же цвета брюки.

  - Их нет! - не видя никакой реакции, Сай встал прямо перед Хранителем королевских секретов.

  - О, незачем так кричать. Я прекрасно слышу тебя, - наконец Лантис отложил книгу, и, сложив руки на коленях в замок, обратил свой взор на короля. - Если бы я знал, что ты будешь врываться в мою комнату каждый раз по кому-то незначительному поводу, я бы не разрешил тебе делать этот проход.

  - Это сейчас неважно! - отмахнулся Сай. - Ты знал, что пропали Предметы Залога?! Их нет, заклинаний Астала и Ксанады. Ты знал об этом?

  Наступила пауза.

  - Да, мне действительно известно об этом...

   Сай выглядел ошеломленным, нет, он и ощущал себя таким же растерянным, и еще где-то в глубине его поднималась ярость. Ярость на этого человека, который, как обычно, не желал ставить его в известность.

  - Ты... знал? - на самом деле Сай спросил просто так, но ответ сбил его с толку.

  - Они были украдены, три дня назад.

  - У... украдены... - пробормотал Сай растерянно. - Но кем?

  - Неважно кем, главное - для кого, - Лантис поднял палец. - Но если ты настаиваешь, это был господин маркиз Салавей. Он передал их юноше и девушке по именам Кайо и Сати, одетым в охристого цвета плащи. Они назвали себя инквизитором и клириком из Приоры. Должно быть, они как-то воздействовали на ум нашего министра. Этим людям довольно легко управлять нестойкими душами. Забрав с собой два Предмета Залога, они покинули столицу, отправившись в сторону границы с Риокией. При себе у них также был Предмет Залога из Вальца. Похоже, они собирают эти заклинания высшего уровня, как и ты раньше. На этом все, больше я их не видел, - с этими словами Лантис кивнул и, откинувшись на спинку дивана, вновь взял в руки книгу.

  - Это все? Значит, ты видел все, что здесь произошло?

  - Я наблюдал. Но не счел нужным вмешиваться.

  - Не счел нужным?... Ясно.. - Лицо Сая расслабилось, он улыбнулся. - Значит, ты решил, что так нужно?

  - Верно, я сомневался, но потом решил, что не будет ничего страшного, если отдать их им, - Лантис перелистнул страницу, подперев пальцами подбородок, и казалось полностью игнорировал присутствие короля.

  - Ничего страшного... Значит, так планировалось с самого начала? Это тоже часть твоего плана? - голос Сая был странно тих, он говорил, опустив голову, так что выражение его лица не было видно.

  - Все равно тебе известно заклинание Астала, а заклинание Ксанады тебе не по силам, а значит, не было никакой необходимости держать эти Предметы Залога здесь.

  - Никакой надобности? Это ты решил?

  Наконец Лантис поднял голову, в удивлении взглянув на короля, стоящего рядом. Руки того сжимались и разжимались, подрагивая от внутреннего напряжения.

  - Что-то не так? Разве я сказал что-то не то, или какая-то часть моих слов ложь? - поинтересовался Лантис.

  - Все...

  - У?

  - Все это ложь, все твои слова - ложь! - воскликнул Сай. И долго сдерживаемый гнев вырвался наружу. Ему было все равно, слышит ли их кто-то снаружи или нет. - Ты один решаешь что благо, а что нет. Ты все решил сам, всегда принимаешь решения, такие, какие нужно тебе, как считаешь правильным, и теперь ты даже отдал Приоре сокровища. Ты даже не спросил, нужны ли они мне или нет!

  - Сейчас для тебя они бесполезны, как я уже и сказал. А теперь, если ты все понял, прошу, оставь меня. Ты отвлекаешь меня от чтения.

  - Отвлекаю тебя? - с этими словами Сай выбросил руку вперед, наставив указательный палец на Лантиса. - Да кто ты такой, чтобы решать, что мне нужно, а что нет?!

  - Я просто Хранитель королевских секретов. И я выполняю свою работу на высоком уровне. Тебе так не кажется? - в голосе Лантиса появилась новая интонация, он с резким хлопком закрыл книгу.

  - Нет, если бы это было так, ты бы выполнял все свои обещания. Но пока я не вижу ничего, кроме пустых слов и лжи, ты настолько не веришь в меня?

  - Я не уверен, что ты будешь действовать так, как нужно.

  - Нужно тебе. Ты это имел в виду, - горько произнес Сай.

  - Нужно этому миру, - поправил Лантис.

  - Как я могу действовать, если я абсолютно бессилен даже в собственной стране? Я не в состоянии защитить свою жизнь. А все, что у меня есть - два осколка в душе, которые раздирают ее на части. И это та сила, что ты обещал мне?

  - Я ничего не обещал тебе. Ты ошибаешься. Это было твое желание, и я просто помог тебе. И сейчас я по-прежнему хочу помогать тебе, - мягко закончил Лантис.

  - Хочешь помочь мне, значит? Но тогда... почему ты до сих пор не отдал мне Сон?

  - Кажется, мы повторяем наш прошлый разговор. Я уже устал выслушивать это от тебя, - устало проговорил Лантис.

  Некоторое время он продолжал смотреть на искаженное от беспомощного гнева лицо короля. А затем прикрыл глаза, опустив голову.

  - Еще рано, в таком состоянии я не могу отдать тебе Сон. Ты не готов.

  - И поэтому ты даже позволил своей сестре бежать вместе с Кальвином, даже зная, что у нее осталась половина Лавкрита?

  - Он останется у нее, пока я не найду способ оставить ее в живых. Кроме того, если бы у тебя были еще и Талион с Лавкритом, то Бифуркатор был завершен на две трети. Что удерживало бы тогда тебя от того, чтобы немедленно броситься на поиски Кальвина Рейвена? Я не могу допустить этого. Прежде всего помни, для чего ты стал тем, кем стал. Для того, чтобы править или для того, чтобы изменить эту страну и если потребуется и мир? Ты один способен выбирать путь его развития, и никто кроме тебя этого не сделает. Но если твой разум будет устремлен лишь в одном направлении, какая судьба ждет мир? Я боюсь увидеть это. Наверно, мне следовало самому убить Кальвина, пока это еще было возможно. Он слишком отвлекает твой разум.

  - Ты... не смей говорить о Кальвине. Да что ты знаешь?!

  - Я знаю столько же, сколько и Бифуркатор, ведь я - часть его.

  Внезапно Сай пошатнулся, схватившись за глаза. Боль, пронзившая их, была просто невыносимой.

  - Гххх, - упав на колени, он закрыл лицо руками. Комнату начал заволакивать золотистый туман.

  - Что с тобой... - голос Лантиса то приближался, то отдалялся, как и его лицо.

  В тот момент Сай услышал испуганный вскрик, в комнату вбежала Велька.

  - Ваше величество! - закричала она, бросаясь к королю и падая возле него на колени. Она была почти в ужасе, переводя взгляд с Сая на Лантиса и обратно. А затем: - Я почувствовала, что вы здесь. Герцог Кларио, что вы сделали с его величеством, зачем вы мучаете его? - закричала она, едва не плача. Обхватив Сая за плечи, она словно старалась защитить его от Лантиса. На лице того появилось озадаченное выражение.

  - Надеюсь, ты не ошибся, - наконец, он покачал головой, - отдав такую силу этой девочке. Но она так беспокоится за тебя, завидую. - И затем, обратившись к Вельке, добавил: - Можешь увести короля в его комнату, он переутомился. Не позволяй ему работать так много.

  - Вы... ненавижу вас, - с этими словами Велька помогла Саю подняться. - Ваши глаза... ох, сейчас я принесу вам повязку, смоченную в чае. Давайте пойдем в вашу спальню.

  Сай слышал, каким беспокойством был наполнен ее голос. Но он по-прежнему не видел ничего. Он ослеп?! Ничего, кроме золотого тумана, в котором плавали неясные тени. Снова этот приступ. Он не появлялся уже давно, и вот теперь снова. Неужели это случилось потому, что он отдал часть Лавкрита? Или его тело постепенно сдается?

  - Я еще не закончил наш разговор, - сумел произнести Сай, обращаясь к Лантису, хотя даже не знал, в каком он направлении.

  - Но прошу, не приходите ко мне ночью. Вокруг слишком много любопытных глаз, - напоследок Сай услышал легкий смех Лантиса. Но в эту минуту он не ощущал в себе сил, чтобы ответить этому надменному человеку. Опираясь на руку Вельки, он позволил ей увести себя. Снова... он снова проиграл ему. 'Я так жалок', - подумал он.

  Наконец они оказались в покоях короля.

  - Ваше величество, сейчас я заварю чаю, держитесь, - Велька бросилась к буфету, где стоял чайничек. Но Сай задержал ее рукой.

  - Не нужно. Это не поможет. К тому же, мне уже лучше. - 'Лжец'. - Через полчаса я буду в порядке. - 'Лжец, лжешь даже самому себе'. - Поэтому, не стоит так беспокоиться за меня. Я отдохну. А у тебя и так не слишком много времени. Иди, поспи. Я не задерживаю тебя.

  - Но, - Велька замерла с чашкой в руке.

  - И впредь не вмешивайся. Тебе небезопасно находиться рядом с Лантисом Кларио.

  - Но... как прикажете, - Велька улыбнулась очаровательной улыбкой обыкновенной девушки. Казалось, на нее совсем не повлияли те изменения, что произошли с ее телом и душой. Возможно ли это? Вряд ли. Она должна была испытывать ту же боль, что и он раньше. Но при этом с ее губ никогда не сходила улыбка. Она всегда была бодрой и энергичной, и при этом отлично справлялась со своими обязанностями секретаря и помощницы Даны Торн. - Но прежде, - продолжила она, - я все же заварю вам чай.

  - Хорошо, - Сай вернул девушке улыбку. И через минуту аромат душистых трав разлился по спальне короля. Сай держал в руках дымящуюся чашку.

  -Велька, твой чай лучшее, что я пробовал, - похвалил он.

  - Правда? Я так рада! - девушка залилась румянцем, довольная похвалой. - Тогда завтра я принесу вам еще. - Она поднялась и повернулась к дверям. - Спокойной ночи, ваше величество.

  - Велька, - Сай остановил ее.

  - Да?

  - Тебя ничто не беспокоит?

  - Что? Нет, ничего, - казалось, девушка была удивлена вопросом. - Кроме вашего здоровья, - добавила она, подняв указательный палец. - Так что выспитесь хорошенько. А завтра до утреннего совещания я заварю вам травяной чай с душицей, - с этими словами Велька скрылась за дверью.

  - Ничего, да? - прошептал Сай, уставившись на чашку, которую держал в руке. Хотя он все еще видел лишь смутные очертания.

  'Лжец!' - слово ударило его словно хлыстом. И тотчас же пришел новый приступ боли. Со стоном Сай выронил чашку. Горячий ароматный напиток расплескался, но звука разбившегося фарфора не последовало.

  'Лжец, лжец, лжец!' - кричало все внутри него. Его тело медленно отвергало человеческую суть. Вскоре он мог превратиться в пустую куклу, если соберет Бифуркатора. Но если он не сделает этого в ближайшее время, то просто погибнет или станет инвалидом, не способным ни держать чашку, ни видеть мир вокруг. Времени оставалось все меньше, но Лантис по-прежнему говорил ему не торопиться. И...


  - Ваше величество, простите за позднее вторжение.

   Сай замер, отняв руку от глаз.

  - Это Рэй Нордис. Могу я поговорить с вами?

   И прежде, чем Сай успел дать разрешение, дверь открылась, и в комнату вошел бывший капитан отряда Лилии, а ныне его протектор в Риокии.

  Взгляд капитана, его цепких серых глаз с металлическим оттенком, скользнул по фигуре короля, по его измученному лицу, и в конце остановился на валяющейся на полу чашке с вытекшей из нее жидкостью.

  - Что произошло?

   Сай попытался собраться с мыслями и сфокусировать взгляд на лице капитана.

  - Ты прибыл так внезапно, в это время.

  - Я надеялся, вы сможете мне рассказать.

  - Не понимаю, что ты имеешь в виду, - Сай запахнул край халата. - Это связано с Риокией? Что-то не так с договором?

  - Нет, дело не касается Риокии. Я прибыл сюда по личной инициативе.

  - Вот как? - в голове Сая голос капитана то приближался, то отдалялся, смешиваясь с разговорами двух стражников в соседнем коридоре. Он мог слышать даже их. Все его чувства были обострены до предела. А единственное, что ему хотелось - лечь и свернуться калачиком. Но вместо этого...

  - Полагаю, дело очень важное, раз ты оставил все дела.

  - Да, оно не требует отлагательств.

   Сай скорее ощутил, чем увидел, как Рэй сделал шаг вперед.

  - Я хотел спросить у вас кое-что.

  - Кое-что? Что ж, давай поговорим, - Сай сделал рукой приглашающий жест, позволяя капитану сесть напротив себя.

  Звякнул арбалет, когда Рэй Нордис опустился в кресло у секретера. Он молчал. Молчание затянулось. И когда Сай уже хотел начать первым, он, наконец, произнес:

  - Я хочу узнать правду. Вы действительно намерены воссоздать Бифуркатора?


  Часть 3.

  Громкий стук в дверь повторился, стучали уже довольно продолжительное время. Ну кому не спится по ночам? Не дадут поспать как следует, а ведь им уже открываться через три часа. Хозяин маленькой придорожной гостиницы, которая удачно располагалась на приграничном посту, протер глаза. Хозяина звали Сун Шун Шун, сам он по рождению принадлежал к Тааре, но жил на границе Приоры и Аша. Место было довольно прибыльным. Договор об аренде этого маленького клочка пограничной стены был подписан на десять лет, и никто не мешал ему вести свой маленький скромный бизнес. Да и сами пограничники не прочь были зайти постоловаться. Однако в последнее время, после того странного похода в Срединные государства, военные стали более осторожными, да и клиентов поубавилось. Впрочем, на жизнь Суну и его семье сполна хватало. Но вот, что он терпеть не мог, так это назойливых посетителей, которым вывеска о том, что у них не круглосуточное заведение, кажется, была не указом.

  Бросив сонный взгляд на часы на стене, хозяин протер глаза и натянул небольшую квадратную шапочку, какую было принято носить в Аше людям его положения. Он прокричал:

  - Кого там демоны принесли на ночь глядя, вы хоть знаете, который сейчас час?

   Однако даже его крик не подействовал на посетителя, за окном лил нескончаемый дождь, и это служило некоторым оправданием полуночному визитеру. Спать на открытом воздухе в такую погоду - удовольствие не из приятных. К тому же в этих землях весна наступала еще позднее, чем в его родной Тааре. Он успел порядком намокнуть, пока бежал по двору к входным дверям.

  - Время четыре часа ночи, не могли уж подождать до расс.... - хозяин замолчал на полуслове, кода увидел посетителя. Девушка? Да еще и не здешняя, путешественница, в таком возрасте и одна? Светло-зеленый плащ был глубоко надвинут на лицо, однако его ткань выглядела слишком легкой, чтобы спрятать свою хозяйку от ночной сырости и холода. Судя по всему, ее ярко-желтое платье под ним было насквозь мокрым, вода струями стекала с ее длинных спутанных светлых волос. Такие не часто встретишь где-то, кроме его родной Таары и Сона, быть может.

  Он уже хотел с радостью приветствовать землячку, но слова застряли в горле, когда он встретился взглядом с глазами незнакомки. Такие глаза могли быть только у человека, который либо пережил большое горе, либо полностью отчаялся в жизни. Но к этому выражению глаз незнакомки на ее прекрасном лице примешивалось еще множество других чувств - злость, боль, страх, ярость - казалось, такие глаза никак не могли принадлежать столь юной девушке, к тому же, судя по всему, она не принадлежала к простолюдинам, и, по меньшей мере, была благородного происхождения,

  - Пожалуйста...

  - А? - хозяин захлопал глазами, когда не сразу понял, что пытается ему сказать девушка. Едва приоткрывая губы, она прошептала:

  - Могу я... остановиться у вас до рассвета... - слова ее были столь тихими и неразборчивыми, что Сун почти не разобрал их. К тому же, пока она говорила, она не поднимала головы.

  Он попытался объяснить, что все комнаты у него уже заняты, но он мог бы разжечь огонь и попросить служанок что-то приготовить для нее, но, булькнув, замолчал, с ужасом косясь на то, что врезалось в его подбородок. Это был веер. Расписной веер? Но его край был острее стали, и ... Убийца? - подумал Сун Шун Шун. Глаза его стрельнули в сторону пограничного пункта, до него было не меньше двухсот метров, и в такой дождь ему никак не докричаться до них. Его убьют? Здесь? Вот так? В собственном доме? - стойкое убеждение, что его ждет неминуемая смерть, поразило Сун Шуна. Глаза незнакомки были холоднее льда на вершинах далеких гор.

  - Не нужно огня и еды, ты никому не скажешь, что я была здесь, вообще никому, я просто подожду, пока дождь не закончится. Мое здоровье не слишком хорошее, я просто пережду дождь, и на рассвете ты забудешь, что видел меня, ты понял? - голос девушки был такой же ровный, как и в первый раз. - Так ты понял меня? - повторила она, так, как хозяин все еще не мог вымолвить ни слова от ужаса. Но в конце он все же понял, что от его ответа напрямую зависит его жизнь.

  - Ддда, госпожа, прошу, не убивайте меня. Мои жена и дети...

  - Я устала, - произнесла девушка и, убрав свое ужасное оружие, которое, казалось, просто растворилось под плащом, она прошла мимо него в сторону гостиницы.

  Как и обещал хозяин, никто не беспокоил страшную посетительницу, фактически она не видела его с тех пор, как осталась в общей зале одна. До рассвета в ней никто не должен был появиться, и это вполне устраивало ее. Наконец она смогла откинуть капюшон. Несмотря на то, что плащ был насквозь мокрым, она не попросила хозяина разжечь огонь в очаге. Достав из заплечной перекидной сумки сухой паек, девушка начала медленно откусывать по кусочку, запивая водой из кувшина, который стоял тут же на столе. Скрестив ноги, она прислонилась к стене, сидя на мягкой пушистой шкуре какого-то дикого зверька.

  'Эй, малышка, ты выглядишь неважно. Исходя из анализа, что я провел, пока ты ела, все функции твоего организма затухают с беспокоящей меня скоростью, и если ты...' - раздался голос внутри ее головы.

  - Замолкни, я не желаю слышать твой голос сейчас, - отрезала девушка.

  'Ты стала такой нервной в последнее время, наверное, это из-за того мальчика, но ты ведь понимаешь, что в таком состоянии тебе ни за что не пройти следующие сто километров'.

  - Я сказала, заткнись, - прошептала девушка. Но она знала, что это бесполезно, ведь тот, кто с ней говорил, жил внутри ее тела и души, и не было никакой возможности избавиться от него. Тем более, она злилась от того, что все его слова были правдой. Но слова про сто километров, как бы она не желала не слушать, все же внушали беспокойство.

  - Что ты хочешь сказать, объясни, - нехотя попросила она.

  'О, так ты, наконец, прониклась моими мыслями. Анализ довольно прост. Теперь, когда половина меня осталась в Астале, мои силы наполовину уменьшились, и хотя там я нахожусь только в виде Принципа, все же я слишком сильно устал. И это естественно, что я начинаю вытягивать силу из твоих тела и души, ты уж прости. Но здесь я бессилен, если я не буду этого делать, то попросту погибну, и тогда тебя ждет та же участь.

  - Ты не погибнешь, потому что ты просто паразит, поселившийся в моем теле, пока я разрешаю тебе.

  'Ох, как грубо', - голос Лавкрита внутри ее головы хихикнул, впрочем, обиженно. - 'Я провел беглый анализ, а затем еще один, детальный, и пришел к выводу, что заимствование двух третей твоих жизненных ресурсов, позволит нам сохранять равновесие некоторое время'.

  - Вот поэтому я и говорю, что ты паразит. Сто километров. Надеюсь, этот дурак не успел уйти так далеко.

  'А, если паразиту будет позволено сказать...'

  - Что еще? Говоря с тобой, я трачу силы, у меня есть всего два часа до рассвета, и я хотела бы немного поспать.

  'Просто заметил кое-что интересное в тебе'.

  -Интересное?- переспросила девушка.

  'Ты, несомненно, и сама знаешь. Но я давно замечал, что два твоих характера очень разнятся'.

  - Два характера? Продолжай.

  'Иногда ты податлива, словно ребенок, мне так легко делать с твоим телом, что пожелаю...'

  Девушка зарычала, но Лавкрит уже продолжил:

  'Но иногда мне становится даже как-то неуютно. Мне кажется, что пожелай ты, и могла бы с легкостью избавиться от меня. Вот так парадокс. Внутри моего аватара живет еще один? Как же это понимать? И имена у тебя разные для них двоих'.

  - Что... ты хочешь сказать? - глаза девушки расширились, она уставилась в темноту залы неподвижным взором.

  'Король Астала называет тебя Эвенкой, а мальчик - Гвен, как и все остальные. Но ты не против. Когда ты Эвенка - ты похожа на такую, как сейчас, а Гвен... даже я боюсь иногда ее проявлений. Но в последнее время я часто вижу одну Эвенку, с тех самых пор, как мы сбежали из тюрьмы. Как бы это понимать? Куда ушла другая 'ты'? Я так хотел с ней поэкспериментировать еще'.

  - Извращенец, это тебя не касается.

  'О, сдается мне, что ты и сама не знаешь'.

  - Я сказала, умокни. Если тебе так нужно мое тело, то дай мне поспать немного, ты утомляешь меня. А завтра нам еще нужно пройти пятьдесят километров.

  'Пятьдесят километров? Со всем уважением, но исходя из расчетов твоих жизненных показателей, это представляется маловероятным. Ты хотя бы знаешь, где его искать?'

  - Не знаю, но он где-то на севере, я чувствую.

  'Чувства... где здесь логика, где расчет? Как можно быть настолько наивной? Полагаясь на одни лишь чувства, и главное... почему... почему мы все дальше удаляемся от так желанного мною мальчика-короля? Этот Рейвен занял все твои мысли. Если бы я знал, то не стал бы заключать с тобой контракт так поспешно'.

  - Контракт? Так это называется? - усмехнулась девушка, но улыбка ее была грустной. - Ты, паразит, просто занял мое тело, так что не жалуйся, просто замолчи и дай мне поспать немного. Если я не найду этого самонадеянного идиота как можно скорее, я уверена, он попадет в большую беду...

  'К сожалению, я не могу восстанавливать твое тело как раньше. Чем дальше мы от Риокии, тем меньше я могу, в таком состоянии... Эй... послушай. Спит? Уже? Ааах, как же скучно', - пробормотал Слепой Безумный Бог.


  Часть 4.

  - Бесполезно, все, что я делаю - бесполезно, Все это лишь ложь самому себе. Но, - Крис оперся лбом на сложенные в замок руки и опустил голову, - я зашел еще дальше. Теперь я лгу своей сестре. Кого я хочу обмануть?- он тяжело вздохнул, и услышал голос. Алия заговорила с ним:

  - Брат, я - обуза для тебя?

   Резко вскинул голову, Крис подался вперед и взял в свои руки ладони девушки, лежащей перед ним на узкой койке. Это было их временное жилище - уже третье за последние полмесяца. Теперь, после того, как Крис бежал из тюрьмы с помощью своих друзей, они были вынуждены постоянно скрываться от Инквизиции и шпионов, посланных Эсфирь на их поиски. Эта жалкое убежище в горах, где невозможно было даже достать свежего хлеба - оно очень точно описывало их теперешнее состояние. Безнадежность и безысходность все чаще закрадывались в его сердце. И хотя его друзья и так как могли поддерживали его, он понимал, что так они долго не продержатся.

  Наступающая весна всего лишь сделала снежный покров в горах столь же твердым, как лед. Днем образовавшийся наст подтаивал, и они растапливали его на воду. И все же состояние сестры пугало его все больше. И даже Слепой Бог, что находился внутри нее, не мог помочь ей. Против простой простуды даже он был бессилен. Хотя, возможно, именно он стал причиной того, что ее тело сейчас было столь ослаблено. Но на все заданные им вопросы, Алия просто смотрела и улыбалась в ответ. Улыбалась такой улыбкой, какой он никогда раньше у нее не видел, и говорила: 'Я мешаю тебе брат? Скажи, если я мешаю тебе. Когда я стану для тебя обузой, обещай, что ты сделаешь это. Отправишь меня на Вершину Древа'. Вот и сейчас она снова сказала эти страшные слова. От них слезы наворачивались на глаза.

  - Не говори таких ужасных слов. Как ты можешь мешать мне? Потерпи еще немного, как только сможем, мы тотчас же спустимся с гор, и ты выздоровеешь окончательно. А пока Анджи отправился в долину, чтобы нарвать для тебя целебных трав. Они быстро поставят тебя на ноги.

  - Врун, - улыбнулась Алия. Приподнимаясь на локте, она погладила его по голове. Прикосновение ее ледяной руки было так приятно, несмотря на то, что он понимал - этот холод неестественен. Если бы только вернуться в лабораторию, там должны были быть препараты, которые могли бы вылечить такую простую болезнь, как у нее. Но температура не спадала и держалась уже неделю. Из-за нее она должна была гореть, словно в лихорадке, но ее руки и ноги были холодными. И она слабела с каждым днем, ведь с тех пор, как они бежали из тюрьмы в столице, у них едва ли было несколько спокойных дней. Будь проклят Эсфирь, что ты сделал с ней?

  - Если тебе нужно идти, просто иди... я рада и тому, что вспомнила все, - так сказала она.

  Ее слова были правдой. Это произошло, когда она очнулась, после того, как они сбежали из того ледяного плена. О годах, проведенных в Астале, об отряде Лилии, о службе у Сая Валентайна, и о смерти... Но она ничего не сказала о том, как вернулась к жизни, и наотрез отказалась разговаривать с ним о том, что находится внутри нее.

  - Я не стану обузой для тебя. Ты должен делать то, что должен, - тут кашель сотряс ее тело. Она побледнела и упала обратно на кровать, но все еще продолжала улыбаться. Прежде улыбку редко можно было увидеть на лице Алии. Обычно ее знали разраженной, сердитой, решительной, но не улыбающейся. А теперь она почти все время улыбалась ему и даже его друзьям - Ивону и Анджи.

  - Али, я должен оставить тебя ненадолго, - произнес он ласково. - Но обещай, что выпьешь чая, что я оставил тебе. - Его было очень трудно согреть, не пользуясь магией. Они не рисковали использовать даже заклинания низшей ступени, на случай, если их могли выследить по остаточному следу. Но вскипятить воду он все-таки смог, хотя на это и ушло три часа. Все-таки они находились на высоте две тысячи метров.

  - Конечно, если его заварил ты. Наверное, как обычно, он очень крепкий, но я обещаю, что выпью его. Анджи ведь скоро вернется. К тому же меня останется охранять Ивон, - видя сомнение на лице брата, она успокаивающе произнесла: - Ну... ты слишком волнуешься за меня. Разве я не могу постоять за себя? Ты ведь знаешь, что я тоже прошла эту школу в отряде Лилии.

  - Да, - Крис неуверенно кивнул. Его сердце все еще терзали сомнения, но глядя на ее бледное лицо, слыша тяжелое, прерывистое дыхание, он решился. Склонившись, он поцеловал сестру в лоб. Обжигающе-горячий. Покачав головой, он наскреб со стен немного изморози и, завернув ее в отрезок ткани, положил на лоб Алии. - А теперь выпей чаю и отдыхай. Даже не думай делать что-то по хозяйству. Как только вернутся Анджи или Ивон с охоты, они сделают все, что нужно. А я обещаю, что буду к вечеру.

  - Конечно, - она кивнула. - Я буду ждать.

   С этими словами Крис покинул убежище, завернувшись в плащ. Обернув шарф вокруг головы и шеи, он начал спускаться с горы. На полпути он бросил взгляд назад, туда, где осталась его драгоценная сестра. 'Алия, я решился, я знаю, ты сказал бы, что это безрассудство, граничащее с самоубийством, но я не могу больше ждать. Если так продолжится, то ты просто...'


  Часть 5.

   А в это время во дворце Астала Сай Валентайн и Рэй Нордис остались один на один.

   Первой реакцией Сая, впрочем, вполне естественной, было рассмеяться:

  - Бифуркатор? Это шутка? Ты прибыл сюда так поздно, чтобы спросить меня о чем-то таком?

  - Ваше величество. Я давно знаю вас, еще со времен отряда Лилии, вы никогда не лгали мне, хотя, наверное, при случае могли бы сделать это мастерски. Давайте представим на минуту, что мы вновь капитан и подчиненный. Я вовсе не желаю оскорбить вас, просто представим на секунду такую ситуацию. Я задал вам прямой вопрос и хотел бы услышать такой же четкий ответ: да или нет, - голос Рэя Нордиса звучал твердо, он не отрываясь смотрел прямо в глаза короля. И.... Сай первым отвел взгляд.

  - Наверное, я все-таки не понял тебя, ты хотел узнать о чем-то из древних легенд? - спросил он. - Но тогда тебе лучше спросить об этом королевского библиотекаря или Лантиса Кларио...

  - Это не то, зачем я приехал, - с этими словами, прежде, чем Сай успел вскинуть руку, капитан оказался рядом с ним. Полностью взведенный арбалет смотрел прямо в его грудь. - Я понимаю всю преступность этого намерения, но и вы поймите меня, - произнес Рэй Нордис. - От того, насколько честен будет ваш ответ во второй раз, зависит...

  - Моя жизнь? - дополнил Сай. Голос его был ровен, а улыбка исчезла с губ.

  - Я не хочу отнимать ее. Жизнь короля - бесценна, ведь если вы погибнете здесь и сейчас, многие жители этой страны и за ее пределами будут страдать, а я этого не хочу. Но с другой стороны, если оставить вам жизнь, может случиться то же самое. Если правда то, о чем меня предупредили.

  - Предупредили? Кто? - осторожно спросил Сай.

  - Это не имеет значения. Но я склонен доверять их словам, если не их намерениям. Хотя и не хочу в это верить. Даже сейчас, видя вашу реакцию, все еще не хочу.

  Взгляд короля сфокусировался на оружии в руках Рэя Нордиса.

  - Ты знаешь, если убьешь меня, то и сам не проживешь дольше.

  - Хранитель королевских секретов? Мне это известно, - кивнул капитан. - Но быть может станется так, что у меня не будет иного выхода, кроме как убить вас.

  - Ты ведь пришел сюда не за этим?

  - Верно, но я готов к последствиям. Сперва я хочу узнать все детали, а потом...

  - Исходя из тех выводов, что ты сделаешь, примешь решение?

  - Да, - кивнул Рэй Нордис и опустил арбалет. - Вы плохо выглядите, ваше величество, фактически ужасно. А ваши глаза... даже сейчас, когда мы находимся рядом друг с другом, вы смотрите чуть в сторону. Вы больны?

  - Нет... дело не в этом, - Сай поспешно отвел взгляд в сторону. 'Он понял, заметил. Неудивительно, капитан отряда Лилии всегда славился своей проницательностью'. Однако, несмотря на то, что он почти не видел даже лица капитана, и то, что смертоносность его оружия была известна всем, он все еще мог с легкостью избавиться от него прямо здесь. Что стоило ему призвать меч Зоара или секиру Даркнуара? Но даже в том случае, если он не успеет этого сделать, скорее всего, Лантису уже известно все. Но он не вмешивался, а значит... он ожидал, как поступит Сай.

  Король вспомнил выражение лица Лантиса, и внутри него родилось убеждение, что сейчас он может сделать единственно верный выбор. Вот она, та точка бифуркации, о которой говорил Лантис Кларио. 'Ты сомневаешься - и сомневается весь мир...' 'Но на этот раз я не имею права сомневаться'. Совпадение слишком явное: Рэй Нордис здесь и сейчас. Возможно, он знает слишком много, чтобы его отпускать, но возможно и слишком мало, чтобы убить его. К тому же, смерть одного из его верных помощников только ослабит позиции Астала, и станет провалом в том плане, который Сай наметил.

  Интервенция... Да, уже скоро. А все, что ему нужно - всего лишь заполучить еще одного союзника. Не просто товарища или подчиненного. А того, кто будет связан с ним еще более крепкими узами, так же, как он поступил в случае с Мизаром фон Грассе. Однако... Сай посмотрел в серые глаза Рэя Нордиса. Этот человек был слишком гибким тактиком и слишком умен, чтобы так просто поверить в любое из сказанного даже королем этой страны. А значит... ему нужны более весомые доказательства. Саю придется рассказать ему все, с самого начала. Но он не возьмет его на ветви Древа. Не то, чтобы Сай не доверял ему, просто, как был убежден король, в этом не было необходимости, как в случае с Мизаром. Эти люди были настолько же разными, как день и ночь. То, что было важным для того, чтобы убедить его советника, не пройдет в случае с капитаном.

  Сай прикрыл глаза, и на миг успокаивающая тьма окутала его. А затем в темноте родились роящиеся золотые искорки, Сай потянулся к ним и призвал к себе образ меча. И в тот же миг он знал, даже не открывая глаз, что тот меч появился в воздухе за его спиной. Он не пытался удержать его в своей руке в таком состоянии, и дело было даже не в том, что рядом находился капитан.

  А после рядом с мечом появилась и секира. Два оружия скрестились, накладываясь друг на друга. Сай услышал, как ахнул Рэй Нордис. Даже этот невозмутимый человек не смог сдержать свои эмоции. Сай заговорил, по-прежнему не открывая глаз:

  - Знаешь ли ты, каково это, увидеть мертвыми двух самых дорогих тебе людей? Я видел, и, не смотря на то, что это были два самых дорогих мне существа, они умерли, убив друг друга. А я лишь бессильно наблюдал издали. Беспомощно... Трусливо... я не смог ни спасти, ни остановить их в итоге. Но история повторяется, новые ветви Древа отросли на месте старых. И теперь история может повториться. Но на этот раз, - Сай резко вскинул голову, открыв глаза. Своими фиолетовыми глазами с золотыми искорками в глубине он прожигал лицо капитана, на котором было озадаченное выражение. - На этот раз я не хочу никого терять.

  - Хорошо, - наконец кивнул капитан, спрятав оружие за спину, - я могу выслушать вас.


  Глава 8 Звон колокольчика


  Часть 1

  Звук колокольчиков, звук колокольчиков в абсолютной тишине. Этот звук был чуждым здесь, в этой пещере. В абсолютной темноте широко распахнутыми глазами Алия всматривалась в пространство, не в силах понять, было ли это сном? Неосознанный страх на миг пронзил ее. Почему было так темно? Ивон или же Анджи, вернувшись, должны были зажечь новый огонек, если он по каким-то причинам погас, но огня не было. Откашлявшись, Алия, спустила ноги с лежанки, сев на ней, и еще раз прислушалась. И снова... этот звук повторился. Он шел со стороны выхода из пещеры. Колокольчик или, возможно, звук бьющихся друг о друга металлических палочек. Но хотя этот звук казался мелодичным, он был и тревожным. Было нем что-то, что заставило Алию потянуться к лежащему под подушкой тонкому изогнутому полумесяцем кинжальчику. Это оружие, которое по настоянию брата она держала при себе. Ничего кроме него она не в силах была использовать.

  'Он здесь', - от неожиданности, услышав голос Креонта, Алия выронила оружие. Он молчал все это время, пока она болела.

  'Я молчал, так как не хотел тратить твои силы', - мягко пояснил Креонт. - 'Он уже близко, и он пришел за мной', - добавил Слепой Бог.

  - Что ты говоришь?- прошептала Алия, прижав ладонь ко лбу.- За тобой? Но кто он?

  - ...

  - Ты слышишь меня? Ответь мне!

  'Он уже здесь. Я... я не могу помогать тебе...'

  - Не можешь помогать в чем? - порывисто схватив оружие, Алия выставила его в темноту, навстречу неведомому, тому, что приближалось, по словам Креонта. И это что-то сейчас пугало ее больше, чем сам Креонт внутри нее.

  'Креонт? Креонт!' - мысленно позвала она, но тщетно. Слепой Бог молчал. Неужели было что-то, что способно внушить страх даже ему? Что это, что же это? Только бы не закашляться. Алия тихонько сползла с кровати и притаилась за ней, выглядывая оттуда. Нож был зажат в ее зубах, в то время, как руки приготовились плести заклинание. Она была готова даже воспользоваться магией, несмотря на запрет брата.

  - Нашел тебя.

   Несмотря на то, что вся она находилась в напряжении и была уверена, что ничто не может войти в пещеру не замеченным ею, голос, что прозвучал прямо из темноты позади нее, заставил девушку подпрыгнуть. Резко развернувшись, она отскочила в сторону и перебралась через кровать.

  - Кто ты? Как сюда попал? Что... тебе нужно?! - едва не в панике выкрикнула девушка, выставив перед собой оружие, которое теперь казалось таким бесполезным. Она по-прежнему не видела ничего, но она была уверена - незваный гость видел ее превосходно.

  'Что со мной такое? Почему меня испугал простой голос?' - размышляла она. Даже если это убийца, посланный инквизицией, даже если это кто-то от Эсфирь - он всего лишь человек, а значит, она могла справиться с ним, даже несмотря на ее теперешнее состояние.

  - А вы хорошо спрятались. Мне пришлось долго забираться на эту гору... - голос послышался вновь.

  'Успокойся, успокойся', - Алия резко развернулась, так как голос звучал уже с другой стороны. Девушка старалась выровнять дыхание, и по возможности дышать реже, чтобы уловить хотя бы что-то, подсказавшее местоположение того, кто пришел за ней. Сперва нужно добраться до выхода. Ивон? - внезапная мысль пронзила голову. Ивон должен был быть там. Но если он находился на посту, как этот человек смог пройти мимо него?

  - Ах, ты была спрятана как настоящее сокровище, у тебя даже охранник есть. Но скажу прямо, он не слишком умелый воин. Есть еще двое, полагаю? Но они сейчас далеко, и потому нам больше никто не помешает.

   'Этот мягкий, вкрадчивый голос - должно быть он молод, и он быстро движется, словно тень', - подумала Алия. Но что он сказал про Ивона? Неужели он убил его? Нет, невозможно. Хотя друг брата предпочел бы книгу оружию, но при случае он мог быть очень опасным противником. Вот так обезоружить его было бы непросто.

  - Ты ведь знала, что красть нехорошо? - снова произнес голос.

   'Молчи, молчи, и просто двигайся', - приказала себе девушка. - 'Не слушай его, он может говорить все, что хочет, главное сейчас добраться до выхода, пока он ждет. Но чего он ждет?'

  - Разве твои родители не научили тебя? Ах да, прости. Я забыл, кто твой отец. Для такого, как он, дети - всего лишь еще один объект для эксперимента.

  - Что... - вся осторожность мигом слетела с Алии. Отец? Что он знает?

  - Но на этот раз Люсьен Энн вас не спасет, ни тебя, ни брата.

  - Что ты сказал?! - выкрикнула Алия, вжимаясь в стену. При упоминании отца, перед ее глазами пронеслись смутные видения рыжеволосого мужчины с улыбающимся, умным лицом... И это было все. Она почти не помнила его, он умер в изгнании вместе с мамой.

  - Прости, я не знал, что это щекотливая тема для тебя. Ваш отец - настоящее чудовище, хотя, признаюсь, я лично не встречался с ним.

  - Мой отец... чудовище? - прошептала Алия, оружие дрогнуло в ее руке. В этот миг яркий свет вспыхнул в пещере, Алия отвернулась, заслонившись от него.

  'Осторожнее'! - это был Креонт. - 'Просто беги, тебе не справиться с ним...'

  - Я... - но все, что она могла - лишь смотреть на стоявшего перед ней мужчину. На вид он был лет на восемь старше ее самой. Тонкие черты лица, длинные черные волосы, завязанные в хвост с левой стороны. Черная блуза, синий жилет, скрывающий бедра, и полосатый бело-синий пояс. А его глаза... эти глаза будто оценивали все, на что смотрели с одной позиции,- насколько может быть полезен человек или вещь. Так, словно все перед ним - всего лишь инструменты. Эти глаза были того яростно глубокого оттенка синевы, за которым почти не было видно зрачков. И этот человек улыбался тонкой, холодной улыбкой.

  - Кто ты такой? - оружие теперь, когда она видела, с кем говорила, вновь поднялось в руке Алии. Она могла лишь надеяться, что ее дрожь не так заметна.

  - О, прошу прощения, что не представился. Я - Мизар Фон Грассе, и я прибыл к вам, юная леди.

  - Ко мне? - Алия на миг заколебалась. - У меня не никаких дел, которые могут быть связаны с вами, мы видимся впервые.

  - А я, напротив, знаю тебя очень хорошо, точнее то, что ты представляешь собой.

  - То, что я представляю? - эхом повторила девушка. - Зачем я понадобилась тебе? Никто не знает об этом укрытии. Если ты не посланец Инквизиции или императора, то будь я проклята.

  - Проклята? Какое тонкое заключение. Ты поистине была проклята, когда осмелилась на такой шаг, как заключение контракта с некоей силой. И сейчас она внутри тебя, - тихо закончил Мизар. Поднеся пальцы правой руки к своим губам, он легко провел по ним.

  - Я прибыл сюда по приказу моего короля, чтобы забрать то, что по праву принадлежит моей стране.

  - Твоего короля? И как же его имя? - настороженно спросила Алия. Испарина выступила у нее на лбу, а голова слегка кружилась от слабости и напряжения. Плохо, если она не сможет устоять на ногах.

  - О, ты, несомненно, хорошо знаешь его, ведь вы провели вместе так много времени в Отряде Лилии. Имя моего господина - Сай Валентайн, король Астала.

   Приступ кашля неожиданно сотряс ее тело, сильнейший приступ, от которого грудь готова была разорваться. Отняв руку ото рта, она взглянула на свои пальцы, окрасившиеся красным. 'Это плохо', - отстраненно подумала она.

  - Тебе так нехорошо? Но позволь заметить, что это не похоже на простую простуду. Скорее всего, это тело слишком ослаблено из-за того, что находится внутри. Вот, что происходит с теми, кто крадет то, что им не принадлежит,

  - Крадет? Я не понимаю.

   'Креонт? Может быть, он знает о Креонте, нет, невозможно. Какая может быть связь между Саем, этим человеком и мной? Он лжет, несомненно, его послал кто-то из Приоры. Хотя... он не выглядит как рожденный на Севере', - Алия отчаянно старалась заставить себя мыслить ясно. Его волосы и одежда... Они совершенно сбивали ее с толку. Его пояс, бело-синие полосы - такой расцветкой пользовались в Ксанаде. И их сочетание означало, что...

  - Алия! Берегись, он опасен!

  Все изменилось мгновенно. Алия видела, как в пещеру, едва держась на ногах, пошатываясь, вбежал Ивон. Обыкновенное надменно-насмешливое выражение его лица было полностью перечеркнуто холодной решимостью и беспокойством. Его одежда была порвана в клочья. Из множества ран текла кровь, словно все его тело было посечено чем-то острым. Его фигура загородила ей обзор, встав между ней и Фон Грассе.

  - О, а ты живуч.

  - Замолчи, Али, уходи, я разберусь с ним.

  - Но...

   - Просто беги! - с этими словами Ивон начал произносить заклинание: 'Смерть создателя...факторион'. Еще при первых звуках этого заклинания Алия поняла, что он использует едва ли не высший уровень, значит, Ивон осознавал, насколько опасен его противник. Но что такое этот человек сделал с Ивоном?

  - Это старый фокус, он на меня не действует. Факторион, говоришь? - с этими словами Фон Грассе поднял руку, с миг разглядывая свои пальцы, а затем. - 'Структура, распознавание, рассеять...'

   Алия никогда раньше не слышала такого заклинания, какое произнес этот человек. Но может, это и не было заклинанием вовсе? Казалось, он просто поднял правую руку с вытянутым указательным пальцем, направив его на Ивона. Заклинание, которое собирался прочесть Ивон, принадлежало к третьей ступени. Оно приносило огромную удачу и силу, практически невероятную, и не имело значения, насколько противник был силен. Ведь в данном случае сила, что использовал Ивон, была не его собственной, она черпала суть напрямую из верхних ветвей Древа, едва ли на ступень ниже создателя - Аттрактора. И все же, даже эта сила...

   Под сводами пещеры снова раздался этот звук - почти невесомый звук колокольчиков. Точно легкий ветерок качнул веточку, отливающую жидким серебром, небольшую веточку, лишенную листьев, появившуюся в руке Мизара Фон Грассе. Казалось, эта веточка мгновенно поглотила собой заклинание Ивона. Или нет, заклинание исчезло по иной причине. А то, что сделала эта веточка...

  Ивон упал на колени, схватившись за лицо, на котором остался глубокий след от пореза. Каким-то образом эта ветка сумела ранить его, не касаясь. Но вместо крови, из тела Ивона вытекала следка светящаяся туманная пелена. Что это...

  - Жизненные силы - они необходимы, чтобы эта ветвь могла жить и дальше, отрезанная от основного Древа. Благодарю за заботу, - улыбнулся Мизар. Теперь Алия поняла, что именно эта веточка была источником звенящего звука. Каждый ее изгиб издавал тот серебряный звук.

  - Ивон! - закричала Алия.

  - Не подходи ко мне. Разве не понимаешь, он слишком опасен. А я... не могу долго сдерживать его.

  - Ивон, твое тело...

  Но жестом Ивон остановил ее.

  - Слушайся моих приказов, твой брат убьет меня, если с тобой что-то случится. Почему ты все еще здесь? Я сказал, беги!

  - Нет.

  - Беги!

  - Ни за что... я не прощу себя, если брошу тебя здесь! - в отчаянии закричала девушка и метнула клинок в сторону Фон Грассе, сама бросаясь к Ивону. Но на полпути голова ее предательски закружилась, а тело вновь сотряс приступ кашля.

  - К сожалению, я все еще не могу полностью контролировать ее воздействие, - как-то даже незаинтересованно проговорил Мизар. На его лице была написана легкая досада. - Кажется, она вытянула силы и из тебя.

  Ивон сбросил руку Алии, которой она успела дотянуться до его плеча, и медленно поднялся.

  - О, ты все еще можешь стоять на ногах, - в голосе Мизара слышалось легкое восхищение. - Действительно, вы в Инквизиции настоящие фанатики, слепо следующие приказам Синода. Разве у вас нет собственной воли? Для чего ты защищаешь ее? Она - всего лишь пустая оболочка, она уже мертва, и все, что поддерживает в ней жизнь - это то, что находится внутри нее, то, что она украла. Это никогда не принадлежало ей. Разве это не святотатство с точки зрения Севера? Использовать Силу Слепого Безумного Бога. Разве этому вас учили? А ты... - Фон Грассе направил ветвь на Алию, все еще сотрясаемую кашлем, - взгляни на себя, разве ты не противна сама себе? О чем думает твой брат? Как он может допустить такое? На твоем месте я бы скорее умер, чем позволил себе существовать в таком виде, - эти слова стегнули Алию словно раскаленным хлыстом. Она отшатнулась.

  'Скорее бы умер... Я - обуза для брата? Я действительно так ужасна? Я - просто пустая оболочка? Да, верно, все так... все, должно быть так...' - думала Алия.

   - Али, не слушай его, когда я скажу, просто беги. Это приказ! - закричал Ивон. И продолжил: 'Наложение...' - первые его слова подсказали Алии, что за заклинание он собрался прочесть. Высший уровень магии. 'Но в таком состоянии он вряд ли сможет его закончить', - отстраненно подумала Алия. Она видела улыбку на губах Фон Грассе, полную уверенности, видела звенящую веточку в его руке. Затем она приложила ладонь к своей груди. Да, все верно, незачем скрывать правду от самой себя. 'Прости', - произнесла она, обращаясь к Креонту внутри себя. Но он молчал. Ему было все равно? Возможно, он никогда не говорил о том, чтобы сражаться, возможно, из всех Слепых Богов он больше всего походил на человека, и все же сейчас он молчал. 'Не станешь мешать мне?' - Она не надеялась услышать ответ. Но на этот раз пришло короткое: 'Делай, что задумала', сказанное печальным тоном. После этих слов Алия впервые улыбнулась.

  - '... симметрии...'- Ивон уже почти закончил заклинание. Сложив ладони, Алия направила их на стоящего перед ней человека.

  - Али, бе... - слова Ивона были заглушены ее собственными:

  - 'Глас Древа, Факторион', - прошептала она. На лице Фон Грассе мелькнула тень удивления, когда пораженный заклинанием Ивон пластом повалился на пол.

  -Алия, что ты делаешь? - с трудом повернув голову, он взглянул на девушку. - Зачем... - а после этого он потерял сознание. Алия опустила руки.

  - Удивила ты меня, признаюсь, - Мизар покачал головой. - Пожалела его?

  - Я не хотела, чтобы он умер из-за меня.

  - Хочешь сражаться со мной?

  - Нет, я больше никогда не произнесу этих слов снова. Однажды, в день, когда я узнала о смерти матери и отца, я поклялась, что никогда больше не стану использовать магию севера, которая косвенно погубила их. Но сейчас я нарушила эту клятву, единственный раз.

  - Ради чего?

  - Я решила сдаться, - наконец произнесла Алия. - Если Креонт внутри меня так отвратителен, если я и правда всего лишь пустая оболочка, цепляющая за жизнь, если я стану обузой для моего брата, то я сама, своими руками... - так я решила еще давно.

  - О?

  - Все, что ты сказал - правда. А потому... - Алия подняла голову и твердо взглянула в лицо Фон Грассе, - делай, что задумал, я не стану сопротивляться.

  - О, даже как-то неинтересно, - усмехнулся Фон Грассе, сделав шаг вперед. Подняв веточку, он направил ее в грудь Алии. Она стояла, опустив голову и чуть разведя руки в стороны. - Тогда позволь узнать, что стоит за этим внезапным изменением настроения? Только что ты готова была драться до конца, а теперь сдалась, и даже обманула своего товарища, - Мизар кивнул на лежащего без движения Ивона.

  - Это только мое решение, - повторила Алия, закрыв глаза.

  - Только твое? - Мизар пожал плечами и вновь поднял веточку, которая зазвенела, как и раньше. Аля приготовилась, но, несмотря на всю свою решимость, она ощутила легкую дрожь страха. Сейчас она умрет. Нет, она уже мертва, она уже умирала один раз, а потому не должна бояться. Как может бояться или испытывать любые другие эмоции труп? Ее тело просто использовали, вселив в нее Слепого Безумного Бога. Поэтому не бойся, сейчас все закончится - уверяла она себя. Но неожиданно...

  - Одумайся, принц!

  Невидимая сила оттолкнула Мизара от тела Алии, и из ее тела протянулась рука, окутанная мягким красноватым светом. А затем существо, одновременно прекрасное и ужасное в своей мощи, выскользнуло и обрело форму. Это лицо она видела уже не первый раз. Креонт!? Почему он решил вмешаться? Ведь он молчал до этого времени.

  - Почему, почему ты вмешиваешься? Я уже все решила! - закричала Алия. Зажмурившись, она попыталась приказать ему исчезнуть. Но Креонт остановил ее.

  - Нет, подожди, я не стану мешать ему, как я уже сказал, я не могу сражаться. Но прежде я должен убедиться.

  - Убедиться? - переспросила сбитая с толку и растерянная Алия.

  Мизар наблюдал за этой сценой с легким интересом, хотя его глаза... это были глаза человека, желающего получить что-то настолько сильно, сродни желанию жить. Эти глаза были неотрывно прикованы к лицу Креонта. Восхищение, восторг, интерес, желание - все это сплелось в его взгляде в немыслимый клубок, несмотря на то, что на лице не отражалось ничего.

  - А, так вот вы какой, вы совсем разные с Зоаром, - заметил он.

  - Ты видел моего старшего брата? - спросил Креонт, обращаясь к Фон Грассе.

  - Я служу ему, - в голосе Мизара слышалось почтение, что было само по себе странно.

  'Служит его брату? Что он имеет в виду?' - подумала Алия.

  - Я знаю, я верю тебе. Но твоя сила - иная. Ты получил слишком много свободы и можешь по-иному понимать понятие службы,

  - Что... вы имеете в виду? - немного замешкался Мизар.

  - Хорошо, такие как ты - я знал их немало на протяжении всей истории, и людей, и твоей расы.

  При этих словах губы Мизара сжались, но он ничего не сказал.

  - Какой бы путь ты ни выбрал, ты будешь действовать самостоятельно, иногда весьма странными методами и даже служа преданно до глубины души, ты все равно будешь действовать и ради собственного интереса. Но на этот раз я предостерегаю тебя, воздержись от удовлетворения своего любопытства.

  - Что вы имеете в виду?

  - Ты знаешь, о чем я говорю. Если мой старший брат потребовал меня к себе, я немедленно возвращусь к нему. Но ты ведь задумал нечто иное? Но это станет последней минутой твоего существования.

  - И что же это? Чего я хочу? - в голосе Мизара звучало странное предвкушение. Что с ним такое происходит?

  - Если ты поглотишь меня, твоя кровь демона немедленно восстанет, и этот конфликт уничтожит тебя. Но даже если я предостерегаю тебя, ты так жаждешь этой силы, что не послушаешь меня, ведь так?

  - А вы догадливы, - улыбнулся Мизар. - Но даже если вы этого не желаете, все, что мне нужно - попросить эту девушку убить себя. Вы не сможете ей помешать.

  - Да, это так, если Алия так решила, я не могу помешать ей. И все же, я сделаю нечто иное. Если ты попытаешься заполучить мою силу, я тотчас же вернусь в хрустальный саркофаг, в котором я буду спать в ближайшую тысячу лет.

  Мизар напрягся, веточка звякнула в его руке. Но в конце он расслабился и рассмеялся чистым, звонким смехом.

  - Вот как, это ультиматум, да? Вы поймали меня. Что ж, кажется, на этот раз мне придется просто взять вас с собой. Несмотря ни на что, мое любопытство стоит ступеней ниже желаний моего господина Сая Валентайна, - Мизар вздохнул. - Хорошо, я не сделаю этого. В таком случае, не соблаговолите ли вы... - Мизар поднял веточку, словно прилагая Креонту самому сделать первый шаг.

  - Алия... - девушка не сразу поняла, что Креонт обращался к ней.

  - Д-да?

  - Ты боишься, - заметил он. - Несмотря на то, что ты решилась, ты все же боишься. Смерть всегда остается смертью, даже если ты уже умирала. Но, похоже, боишься не за себя, а за своего брата. Ты оставишь его одного, он переживет это?

  - Я.. я все уже решила, - Алия помотала головой, обхватив себя руками, - не пытайся переубедить меня. Я знаю, брат поймет. Он примет все как должное, ведь он уже пережил однажды мою смерть.

  - Это так, но я вижу, твоя смерть является точкой бифуркации.

  - Точкой бифуркации? Я не понимаю, - растерянно призналась девушка.

  - С твоей смертью в мире изменится что-то: малое или большое, но мир точно пойдет иным путем. Я не вижу, что именно, эта сила принадлежит только Зоару. Но я, как летописец, могу видеть некоторые тенденции. Одним своим желанием ты можешь либо изменить этот мир, либо оставить все как есть. А потому я спрошу тебя еще раз. Ты уверена?

  - Я...

  'Алия. Моя дорогая сестра...'

  'Ты обуза для него, ты представляешь опасность, пока ты с ним, за вами будут охотиться, Эсфирь непременно не оставит вас в покое'.

  'Алия, я люблю тебя'.

  'Ты - бремя, что сдерживает Криса Энн'.

  'Алия... дорогая сестра', - лицо брата Криса появилось в ее сознании. Он улыбался, хотя в последнее время она нечасто видела его улыбку. И она появлялась только для нее. Ни для Ивона, ни для Анджи - для нее. И все же... 'Брат, я не стану сдерживать тебя, ты должен делать, что задумал. Уничтожить это чудовище, занимающее трон Приоры'.

  - Что с тобой? - спросил Креонт, возвращая ее из мысленного диалога с собственными сомнениями.

  - Да, все в порядке, не волнуйся. Я благодарна тебе. Даже если мое существование было просто фикцией. И теперь ты тоже можешь делать, что хочешь. Кто я такая, чтобы удерживать теб? Но я хочу поблагодарить тебя за это время, что я провела вместе с братом.

  - Как это сентиментально, но нам пора, у меня не так много времени, - напомнил Мизар. - Если мы не закончим, может вернуться твой второй защитник или твой брат. Ты ведь не хочешь, чтобы нам помешали?

  - Да, - Алия сделала глубокий вздох. - Креонт, прошу тебя, я хочу, чтобы все закончилось быстро.

  - Ты не почувствуешь ничего, обещаю, - с этими словами Креонт втянулся в ее тело, красноватый свет исчез, мигнул, затем появился вновь, снова исчез. Пространство перед глазами Алии затянулось красным туманом. На миг ей показалось, что она видит не одну веточку в руке Фон Грассе, а все дерево целиком. Что стоит она не в пещере, а находится в пространстве, в котором не было ничего, кроме простирающихся вверх и вниз ветвей гигантского дерева.

  Звук колокольчиков... звон... она вспоминала... лица своих родителей. Прощайте... лица Ивона и Анджи... простите меня... затем пришли годы, поведенные в Астале... отряд Лилии, капитан Рэй Нордис... затем Кальвин и Гвен Кларио. А после и Сай Валентайн. Было весело, хотя и немного страшно. Спасибо за все. Спасибо за вашу дружбу. В конце все эти лица растворились и вновь вернулось лицо Криса. Настолько реальное, будто настоящий Крис стоял перед ней. Он смотрел на нее с нежностью и жалостью.

  Красный туман замер, и стих звон колокольчика. Лицо Криса медленно растворилось. Это было последнее, что она запомнит. Но это... хорошие воспоминания.


  Часть 2

  - Йон!!! - с криком Кальвин проснулся, и только тогда понял, что это был сон. Но в нем все закончилось так же, как в реальности. Йон использовал какую-то магию, о которой Кальвин ничего не мог вспомнить, и просто выбросил его в другом месте, как можно дальше от себя. Как оказалось, это место находилось на самой северной границе Приоры. С помощью этого - Кальвин приподнял рукав и взглянул на браслет на своем левом запястье. Как он ни старался, снять его так и не удалось. Должно быть, там был какой-то секретный замок, и магия здесь не при чем. Кальвин решил оставить его в покое, пока не удастся найти время, чтобы разобраться с ним. Кроме того, у него были куда более важные задачи - разобраться, где же он теперь находится. Границей Приоры Кальвин назвал свое местоположение крайне условно, да и то лишь с подсказки Микалики. В последнее время тот стал странно разговорчивым и то и дело давал ему какие-то сведения, касающиеся их пути. 'Там лучше перейти реку, здесь лучше обогнуть гору, а там перебраться через шаткий мостик'. Однако... по мнению Кальвина, если подумать, как могло знать это странное существо о том, где расположена Ишара? На все вопросы Кальвина, Микалика только отвечал очередным: 'Ты отвлекаешься, я знаю путь'. Однако... даже если условная граница с Приорой уже была позади, и по прикидкам Кальвина и согласно карте, что он расстелил на земле, они уже должны были вступить на территорию Ишары. Однако... палец Кальвина завис над картой, как раз там, где должны были расстилаться бескрайние пески пустыни, а слева плескаться море, на самом деле было...

   Кальвин поднял взгляд, обведя свое окружение, и чихнул от влажности, которая, казалось, составляла здесь все сто процентов.

   Это никак не было похоже на Ишару, о которой он читал. Быть может, их было две? Впереди него, позади него, слева и справа и даже сверху, где места для неба почти не осталось, простирался влажный, густой лес. И с каждым пройденным отрезком он становился все гуще.

  - Ты уверен? - Кальвин снова спросил у своего провожатого. - Уверен, что не ошибаешься? Здесь нет ни дороги, ни даже признака обитания людей, ни моря, ни песков. Откуда только взялся этот лес?! - в сердцах закричал Кальвин, схватившись за голову. Вся его одежда намокла от постоянно льющегося с неба дождя. Точнее, на протяжении нескольких дней, пока он блуждал по этому бесконечному лесу, дождь лил точно дважды в день, словно по расписанию, притом, что спрятаться от него было негде, кроме собственного плаща. Однако при такой влажности Кальвин избавился и от плаща, и от куртки. Закатав рукава рубашки и подтянув брюки повыше, он все равно просто изнывал от жары. И это Север? Как мог такой лес находиться севернее Приоры, где большую часть года лежал снег?

  - А, все, я больше не могу! - Кальвин упал на спину, раскинув руки и ноги.

  'То, что ты ищешь, находится впереди', - повторил Микалика.

  - Мне иногда кажется, что мы говорим о разных странах, - простонал Кальвин. - Кстати, - спросил он, - разве ты не говорил, что никогда не покидал того места, где ты пробудился? Откуда тебе знать, где находится Ишара? Ты ничего не можешь знать о современном мире, разве не так? - и тут ужасное подозрение поразило Кальвина. Наставив палец себе в грудь, он с угрозой спросил: - А может ты специально завел меня сюда, чтобы я не попал в Ишару? Ты ведь должен ненавидеть все, связанное с Хаосом, а Ишара... явно связана с ним больше остальных стран. И еще, - Кальвин с криком, словно только что он понял нечто крайне важное подскочил, - и правда, я ведь практически ничего не знаю о тебе! Как я могу доверять тебе? Как докажешь, что ты не просто злой дух, вселившийся в меня? Ты убеждал меня, что у нас одинаковые цели - помочь Саю, но что если мы по-разному понимаем слово 'помощь'?

  'Кальвин, ты устал', - вдруг проговорил Микалика. Но на этот раз его голос словно доносился снаружи. Оглянувшись, Кальвин заметил, что из множества капель, застывших после дождя на листьях, на него смотрит его точная копия, с той только разницей, что на ее плечах была шаль, а волосы были распущены, в отличии от его собственных, которые он скрутил в тугой хвост. Да еще глаза эти не принадлежала человеку - темные, такие темные, что были лишены зрачков, с удлиненным разрезом, в которых застыла вековая тоска.

  - Потому что ты утомляешь меня своим кислым видом, - отмахнулся Кальвин. - И почему ты вообще говоришь со мной? Как получилось, что мы вынуждены быть вместе? Эти парни из Приоры постарались на славу, раз засунули в меня такого как ты.

  'Это не так'.

  - А? - нахмурился Кальвин.

  'Я сказал, это не так. Они ничего не делали, лишь хотели пробудить меня. Я проснулся, а до этого я спал внутри твоего сознания, внутри твоих клеток, внутри всех прошлых жизней, используя эти тела как временные убежища'.

  - Это - правда? - внезапно Кальвин ощутил себя крайне неуютно. - Но для чего ты поступал так?

  'Я прятался'.

  - Прятался? Но от чего?

  'Когда я умер...' - вот так начал свой рассказ Микалика, '...то думал, что умер не зря. Я думал, что своей смертью я сумел защитить того, кто был мне дороже всего в этом мире и во всех-всех других мирах. Я убил его врага, я убил своего врага и умер сам, точнее, умерло мое тело. Но я ошибался. То сражение пробило защитный барьер, который долгое время скрывал Хаос от внимания Аттрактора. Необходимо было тотчас же создать новый барьер. И тогда я в виде духа предложил использовать останки моего тела и тела моего врага для создания нового барьера. Барьера, что располагался бы на срединной части Древа. По сути, это должен бы получиться целый новый мир. И тогда я... мы... мой самый дорогой друг наконец решил принять мое предложение. А потому... и я, и мой враг полностью исчезли, наши тела стали основой для нового барьера. Мое сознание вынуждено было раствориться в этом барьере, так что больше я не мог видеть друга и быть рядом с ним. Но я отчаянно желал этого. Так отчаянно, что даже смерть не была преградой для меня. Я цеплялся за жизнь, хотя и никогда по-настоящему не знал, что это такое - жить.

  Я тянулся и тянулся, пока не нашел его - нечто теплое, мягкое, нежное и слабое. Я не видел его, я не слышал его. Я не мог чувствовать его, потому, что был очень-очень слаб. Я понял, что нашел нечто новое, отличное от демонов, что охраняли меня. Это не было гостем с Вершины Древа, и это не было ни мной, ни мои врагом. Я сразу понял - оно подойдет мне. А потом я дотянулся до него и слился с его телом. Я уничтожил его душу и стал им, и когда я стал им, я знал, что это создание называется 'человек'. Я стал исследовать свое новое тело, это тело жило. Оно дышало, и его сердце билось, оно мыслило, и у него было имя. Не мое имя, но оно было, и это создание не оказалось не единственным.

  Я взглянул на мир вокруг. Мир, что создал мой самый лучший друг. И этот мир был прекрасен. Хотя в нем почти не было цветов, но в нем оказалось много других прекрасных вещей. И тогда я повернулся и стал искать Его. Я стал искать моего самого дорогого друга. И когда я нашел его, он уже не мог слышать меня. Так как он уснул долгим сном, разбив себя на семь частей. Тогда я начал искать эти семь частей. Я искал и искал, так долго, что, наверное, обошел весь мир. Но так и не сумел собрать их все. Как только я находил одну часть, тотчас же терял другую. И как оказалось, ни одна из них не помнила меня. Они продолжали сражаться и сражаться друг с другом и против мира, друг с другом и против демонов Хаоса. И снова друг с другом. Так как эти создания, люди, были все еще слишком слабы, они теряли разум от соприкосновения с осколком моего дорогого друга.

  А потом я умер и понял, что жизнь людей коротка. И что мне ни за что не успеть отыскать Его за одну жизнь. И потом я нашел другого человека, и тотчас же стал им. И снова начал искать... Люди менялись, менялся мир, менялись страны, менялись владельцы осколков, но я так и не мог собрать их всех. Я искал так долго, что почти отчаялся. И в это время мне в голову пришла мысль: что, если мой друг не хочет быть собранным воедино? Эта мысль поразила меня. Если так, я могу продолжать вечность, но так и не увить его снова? Тогда дл чего я живу? Тогда мое существование станет бессмысленным?

  Я уже почти решил сдаться. Но в это время я встретил странного человека. Он знал обо мне и нашел для меня новое тело. Это тело было необычным, и я опасался сливаться с ним. И не напрасно. В тот момент, когда я слился с ним, я полностью потерял себя и забылся глубоким сном. А когда я проснулся... то почувствовал боль. Розовые цветы...'

  - А... А!!! - воскликнул Кальвин, указывая на капельки воды. На его глазах они собрались, стекаясь одна в другую с листьев деревьев и поднимаясь с земли, пока не превратились в его точную копию. Микалика стоял прямо перед ним. Не в его голове, не в видениях, он действительно находился перед ним, словно живой, совсем не похожий на призрака.

  - А, - тише закончил Кальвин, падая обратно на землю и уставившись в небо. - Так вот, как все было. И ты решил занять мое тело.

  - Да, но вот, что странно. Раньше, когда я занимал чье-то тело, я с легкостью мог его заменить чужое сознание своим. Но на этот раз у меня ничего не вышло.

  Голос Микалики был сконфуженным и немного рассеянным.

  - Так ты все-таки пытался! - не глядя на него, Кальвин наставил указательный палец ему в грудь. - Признавайся, что ты собрался сделать с моей душой?!

  - Но я же сказал, у меня ничего не вышло. И когда я хотел поговорить с тем странным человеком, он тоже исчез. Но пока я находился в твоем теле, я многое узнал о тебе. И самое главное... наконец-то моя мечта сбылась! Этот человек знал моего самого дорогого друга!

  - Ты говоришь обо мне?

  - И когда я впервые увидел его, то хотел тотчас же броситься к нему, хотел говорить с ним...

  - Ты говоришь о Сае... - вновь уточнил Кальвин. Однако, похоже, это странное существо было целиком и полностью поглощено своими восторженными, наивными грезами.

  Дождь только что закончился, и продвигаться по лесу, где на каждом шагу тотчас же вырастала какая-то преграда, было практически невозможно. Но и слушать восторженный рассказ Микалики больше сил не было. А потому, чтобы убить время, Кальвин решил прибегнуть к помощи Предвидения, чтобы узнать, когда это все закончится. Странное желание. Должно быть, этот лес и его странный собеседник так на него подействовали. Однако, вместо того, чтобы показать то, что его интересовало, в поле его Предвидения появилось нечто новое. Невероятное и ужасное.

  - Берегись! - неожиданно закричал Кальвин, когда увидел тонкий луч голубого света, пронзивший фигуру Микалики. Тот замолк, обиженно глядя на него, а затем исчез, растворившись. Капельки влаги рассыпались в воздухе, образовав радугу, ровно за миг до того, как этот самый луч поразил место, где только что стоял Демон Цветов. Но следующей целью на пути луча был другой объект - сам Кальвин.

  - Чт.. ЧТО ЭТО?! - инстинктивно Кальвин увернулся, откатившись вбок. Но к несчастью, там находился ствол огромного дерева, о который он так неудачно стукнулся головой.

  - А... тс тс тс.. - простонал он, потирая голову. Но невидимый противник не дал ему расслабиться. Тотчас же сверкнула еще она голубоватая вспышка, и тонкий разрез на стволе дерева остался там, где еще миг назад была его голова. 'Пронесло?' - ползком Кальвин отступил за дерево. Однако раздался необычный треск, стон... а затем дерево, точно срубленное мечом великана, плавно съехало по срезу и... вот черт, это нехорошо - Кальвин с невероятной быстротой ретировался с пути падающего ствола. Дерево, обхватить которое могли разве что три человека, теперь лежало аккуратно подрубленное, прорезав своим стволом довольно широкую просеку в лесу. Широко раскрытыми глазами Кальвин смотрел на гладкий, ровный срез на оставшемся пеньке. Топор никогда не оставил бы такой идеально ровный след. Тот луч...

  - Сдавайся, нарушитель границ! - наконец-то прозвучал долгожданный голос. А то Кальвин уже начал думать, что имеет дело с каким-то странным лесным явлением. Но тотчас же подумал, что все еще грезит от избытка кислорода в лесу. Источник голоса располагался прямо впереди него и чуть повыше. И принадлежал голос невысокому человеку, стоящему на поваленном стволе дерева. А человек ли это? В первые мгновения Кальвин даже усомнился. С толку сбивала пестрая, разноцветно украшенная драгоценными камнями маска в виде головы птицы, даже длинный клюв был совсем как настоящий, Эта маска продолжалась широким, так же расшитым нагрудником. Такие же нарукавники и наколенники, простая белая шелковая туника и брюки, заканчивающиеся чуть ниже колен, были странным контрастом по сравнению с остальным костюмом. Позади маски, гладко зачесанные в высокий хвост, спускались длинные черные волосы. Такие гладкие и длинные, что трудно было поверить, что они настоящие. Глаза в прорезях маски сверкали ненавистью, но, в то же время, голос был на удивление детским. Неужели ребенок? И правда, для взрослого он был низковат и щупловат. Однако он вовсе не казался безобидным. В руках у незнакомца было странное оружие. Хотя оружие и это? Но чем еще это могло быть? Длинный, тонкий стержень черного цвета, прорезанный круглыми золотистыми пластинами посредине. Сам стержень постепенно утончался к концу всей своей полутораметровой длины. На нем было еще множество непонятых креплений и мелких деталей, на одной из которых, в виде полумесяца, лежал палец человека, затянутый в такую же шелковую белоснежную перчатку, а другой он придерживал середину стержня, который, судя по всему, должен был быть довольно тяжелым.

  - Нарушитель, сдавайся! Сопротивление бесполезно, или ты разделишь участь этого дерева! - голос немного искажала маска, но Кальвин четко расслышал слово 'нарушитель'.

  - А...- начал было он, осторожно выглянув из-за пенька и подняв руку. Он попытался сделать добродушное лицо. - Нарушитель? Но что я нарушил? Разве это не глухой лес? Я и не думал, что здесь кто-то живет.

  - Это владения Дома Ишары. И еще, где твой подельник? Я арестую и его за нарушение границы владения.

  - Ишары? - Кальвин воспрянул духом. - Так значит, я уже на месте? Это воодушевляет!

  - Ни с места, и скажи своему напарнику также не делать глупостей и медленно выйти из укрытия.

  - Напарнику? Кого ты имеешь в виду? Я здесь один, - Кальвин осторожно поднялся, на всякий случай закинул руки за голову.

  - Не говори глупостей! - человек повел в сторону стержнем. - Я слышал два голоса. Сейчас сюда подойдет наш отряд, и все равно мы найдем второго. В этом лесу у него нет шансов.

  - Думай, что хочешь. Но раз так, может тебе стоит проводить меня к вашему главному, у меня есть дело к нему.

  Кальвин понимал, что несет полную чушь, но сказать прямо сейчас о том, что его звал сюда голос интуиции, и насчет своей матери - все это прозвучит полным бредом в глазах солдата, которым, судя по всему, и являлся человек в маске.

  - Тишина. Нарушителям запрещено разговаривать, пока не спросят! Как только наш командир появится здесь, он допросит тебя, если пожелает. Мы все равно найдем твоего сообщника, не сомневайся. А сейчас стой смирно и не опускай руки, так, чтобы я их видела.

  '-ла? Неужели, только не говорите мне, что она девушка! '

  - Да-да, как скажешь, - с легкой улыбкой Кальвин повернулся спиной к девушке и уставился в глубину леса.

  Отряд, упомянутый странницей, не заставил себя долго ждать. Хотя Кальвин все же удивился, насколько же бесшумно они появились. Одетые точно так же, как и девушка еще десять человек в масках. И лишь на одном маска была красного цвета и клюв более хищной формы. Интересно, кто их командир? Говорить с маской было все же как-то неудобно. В руках у всего отряда было точно такое же оружие, как и у его надзирателя. Но у того, кого Калвьин счел за главного, оно висело за спиной на широкой шелковой перевязи, пересекавшей грудь.

  - Мой капитан, я поймала нарушителя. Еще один до сих пор прячется, а этот уверяет, что был один, - отрапортовала девушка с легким поклоном. В знак уважения или отданной чести ее ладони были сложены вместе у груди в замок.

  - Отличная работа, - ответил солдат в маске. Голос принадлежал мужчине. Глубокий, бархатный голос, жесткий но довольно приятный. Его обладатель был скорее поджарым, чем мускулистым. Высокий, едва ли не на две головы выше девушки. Еще одним отличием его от остальных в группе был короткий, малинового цвета плащ-накидка, завязанный спереди на шее, и укрывавший плечи воина. Хотя, скорее всего, это было похоже на его собственную шаль. Шаль? Это сходство вызвало легко беспокойство у Кальвина.

  - Позвольте мне допросить его прямо сейчас, опасно вести его в замок ее высочества.

  Капитан коротко кивнул.

  - Могу я опустить руки? - спросил Кальвин, у которого они уже начали затекать.

  - Молчать!

   С этими словами девушка наотмашь ударила Кальвина по лицу продольной стороной стержня.

  - Больно же! Нельзя так разговаривать с людьми, если хочешь, чтобы они что-то рассказали тебе.

  Второй удар был еще более точен. Хотя крови не было, но это было крайне больно. Голова Кальвина мотнулась. Он понял, что должен замолчать. Кажется, здесь были такие порядки. Довольно сурово.

  - Итак, твое имя.

  - Мое?

  - Я спрашиваю только тебя. Здесь нет никого другого, нарушитель.

  'Имя? Назвать им настоящее? Что это изменит? Хотя, кто знает? Если здесь бьют за простой вопрос, стоит быть осторожным'.

  - Сай. Сай Рейвен.

  - Рейвен? Сай? - девушка быстро что-то записала на свитке бумаги, расстеленном на ее колене.

  - Сколько тебе лет, Сай Рейвен? - из-за странной манеры говорить девушки, было сложно ухватить смысл. Но возраст-то ей зачем?

  - Двадцать один.

  - Двадцать одна весна... - повторила, записывая девушка. - Из какой ты страны?

  'Здесь нужно что-то более близкое к правде. Риокия подойдет, да', - решил Кальвин.

  - Я с Юга континента, из Риокии.

  - С юга? Так далеко? Хорошо, шпион. С какой миссией тебя послали?

  - Эй, разве можно так легко записывать других людей в шпионы? На каком основании... - договорить Кальвину не дал очередной взмах оружием. Но на этот раз он был сообразительнее и пригнулся, выставив вперед руки. - Эй-эй, я отвечу, хорошо? А потому, успокойся. Я не шпион. Я просто путешественник. Меня всегда интересовал Север континента. И я много слышал о легендарной Ишаре, поэтому хотел увидеть, насколько она легендарна собственными глазами. И вот я здесь.

  - Значит, ты хотел узнать секреты технологии Ишары? Признавайся!

  - Техно... - Кальвин повторил незнакомое слово. - Да я и понятия не имею, что это такое? Так что это такое?- невинно спросил он.

  - В отличие от вас, невежд - людей, мы не используем магию, которая может привязать нас к силе Древа. А потому мы пользуемся только продуктами, что создал наш разум.

  - Силе Древа? Не используете магию? Так что это такое 'технология?'

  - Отлично, капитан, он раскололся, - обрадовалась его допросчица. - Он сам признался, что хочет узнать о нашей технологии.

  - Хорошо. Допрос закончен, берем его в замок, там я сам разберусь с ним, - кивнул человек в красной маске. С этими его словами, руки его нажали секретный замок на маске, и та, словно по волшебству сложилась, образовав тонкий ободок на голове мужчины. И это не магия!? То же сделали и остальные в отряде.

  Дети?! Все они?!! - Кальвин распахнул глаза. Все они, за исключением капитана, действительно были едва ли не детьми. Та, что допрашивала его, едва ли была старше Вельки. Мальчишки и девчонки. Лишь капитану на вид было около тридцати. Худощавое лицо с высокими скулами и светлыми серебристыми глазами. Необычное сочетание. Отчего-то Кальвин ощутил ностальгию. Их маленькая группа напомнила ему время, проведенное в отряде Лилии. А сам капитан был странно похож на Рэя Нордиса. Однако...

  - 'ОН'!

  -Э? - вслух спросил Кальвин, не сразу поняв, что голос не принадлежал никому из присутствующих.

  'ЭТО ОН',- повторил голос. И, наконец, Кальвин понял, что слышит голос Микалики.

  'Он?'

  'Это он, тот, кто ранил моего самого дорогого друга!' - крик Микалики почти оглушил Кальвина. Его голос был наполнен болью и ненавистью, столь сильными чувствами, что эти эмоции едва не поглотили его собственное сознание. А затем Микалика тотчас же захватил контроль налд его телом. Уже падая на колени, Кальвин увидел, как его собственные руки были разведены в стороны.

  - Ты ответишь за то, что сделал с ним!!!! - кричал он сам. - Я уничтожу вас всех! Мучители! 'Порядок - ноль. Структура - ноль, Хаос - нарастание энтропии. Уровень энтропии на 50 процентов. Нарастание, случайные флуктуации - стать закономерностью'. Я хочу, чтобы вы никогда не...

  - Нет, стой, остановись! - закричал Кальвин. Однако, крик - это было все, что он сейчас мог. Но хотя Микалика, казалось, был полностью ослеплен болью, все же этот человек, кем бы он ни являлся, не может быть тем, о ком он говорит. Никто не живет так долго.

   Меж тем пространство вокруг них начало стремительно меняться. То, что еще миг назад было деревьями, замерцало. На глазах они начали уменьшаться в размерах. Воздух стал сухим, а солнце слилось в ослепительное кольцо, опоясавшее небосвод. Земля под ногами меняла свои очертания. Неужели то время...

  - Остановись! Ты же можешь убить их! - закричал Кальвин в последней, отчаянной попытке, когда из земли начали вырастать многогранные кристаллы, поросшие разноцветными цветами. Словно кошмар, это было словно дурной сон. Эти кристаллы начали клониться друг к другу, пока не пресеклись, образовав новый, а тот в свою очередь начал преобразовываться в нечто совершенно невероятно сложное.

   Однако, несмотря на то, что в отряде царил хаос, все пытались удержаться на ногах. Лишь капитан оставался совершенно спокойным. Он стоял, держась за оружие, вонзенное глубоко в землю в качестве опоры. На лице его не отражалось ничего. Действительно, они так похожи с Рэем Нордисом.

  И, наконец, когда лес вокруг них на десятки метров исчез, превратившись в кристаллические образования, он произнес, глядя в упор на Кальвина:

  - Он враг Хаоса, уничтожить его! - приказал он.

  Оружие в руках всего отряда было поднято и направлено в грудь Кальвина. Конечно, сейчас, должно быть, он представлял собой страшное зрелище: с развивающимися волосами, с дикими глазами демона, с бьющимся вокруг хаосом.

  - Эй, вы что, серьезно хотите меня убить!? Микалика, прекрати! - закричал Кальвин. - Прекрати это немедленно.

  - Он... не прощу, ни за что не прощу его... - продолжал свое Микалика.

  - Остановись! Сай бы этого не хотел! - изо всех сил Кальвин закричал. В этот миг Микалика замер. Что это? Но... даже и так, противник не собирался отступать. Заметив временное замешательство врага, они тотчас же навели на него свое оружие. На его концах начало образовываться небольшие шарики холодного голубоватого сияния, в то время нечто, похожее на мелкие золотистые молнии, пробегало по круглым пластинам на их корпусе.

  - Вы же не серьезно?! - закричал Кальвин, вскидывая руки, и заслоняясь ими от атаки. 'Меня убьют здесь? Неужели все закончится вот так? Микалика, что ты наделал?' - хотелось крикнуть Кальвину. И тут...

  - Опустите оружие, не стреляйте, не стреляйте, это ОН! - еще один детский голос раздался позади Кальвина. Очень знакомый голос. И этот голос принадлежал... К ним перепрыгивая через кристаллические завалы бежал со всей возможной скоростью Тенио. Тенио? Но как? Выбежав вперед, он встал между Кальвином и членами отряда, расставив руки.

  - Прекратите, это же он, это он, тот, кого ждала ваша принцесса. Братец Йон разве не говорил вам?

  - Отойди, не вмешивайся, - приказал капитан, рубанув рукой воздух. - Или мне придется пристрелить и тебя.

  - Но.... Но... - голос Тенио прозвучал неуверенно, - но... разве вы не видите, этот браслет принадлежал братцу Йону. Ему дала его ваша принцесса, разве не так?! - с этими словами Тенио схватил запястье Кальвина, оголив руку с браслетом и продемонстрировав его всем присутствующим. - Он тот, кого все мы ждали, - в отчаянии прокричал Тенио. Кальвин был еще более растерян, чем Тенио. Слишком многое случилось за последние несколько минут. И он оказался еще более ошеломлен, когда оружие в их руках наконец опустилось и... все как один они опустились на одно колено:

  - С прибытием, мой принц, - произнес капитан, сложив ладони в замок у груди.

  - С прибытием, мой принц, - хором отозвались остальные в группе, в точности скопировав его жест.

  - Э? Э?! - у Кальвина не нашлось иных междометий, кроме этих.


  Часть 3

  - Это твое наказание, так тебе и надо, - как обычно? Анджи говорил без обиняков. - И не проси меня больше вытаскивать тебя из всяких передряг. Тебе еще повезло. Ивон тебя слишком балует, он потакает всем твоим капризам. Эй, - Анджи догнал бредущего по колено в снегу Криса и положил ладонь ему на плечо, - ты вообще слушаешь, что я говорю? Ты хоть понимаешь, как тебе повезло, что этот монстр - император, сошедший с ума, отпустил тебя живым из дворца. Подумать только, если бы я не подоспел вовремя, он бы спустил всю дворцовую стражу на тебя. На что ты вообще наделся?

  - Оставь меня!- в сердцах воскликнул Крис, резко оборачиваясь. - А что бы ты делал на моем месте? Что бы ты сделал, если бы твоя сестра была в таком состоянии?

  - У меня нет сестры, - ответил Анджи, пожав плечами, - но если бы Ивон попал в такую передрягу, я бы не стал вытаскивать его. Каждый должен сам отвечать за свои поступки, особенно если они совершены по глупости.

  - Глупости? - Крис сжал кулаки. - А что мне оставалось делать? Ты же видишь, что ее состояние ухудшается день ото дня.

  - И поэтому ты пришел к тому, кто сделал такое с твоей сестрой, чтобы просить его о помощи?! Если бы на моем месте был Ивон, он бы сказал все, что думает о твоей логике.

  - Мне все равно, - упрямо отозвался Крис. Они продолжали взбираться на гору, на склоне которой и было устроено их временное убежище. Что бы ни говорил Анджи, пусть он будет хоть последним дураком в глазах обоих его друзей, но он должен как-то помочь Алии. И если не Эсфирь, то кто может знать об этом больше?!

  - Хорошо, что я догадался купить сперва эти травы. Снега в этом году как-то слишком много, и в обычных местах я не нашел ничего, кроме вымерзших кустиков. Когда же уже настанет это проклятое лето?

  'Лето... Алия, я бы отдал все, чтобы ты дожила до него', - грустно подумал Крис, вновь устремив взгляд наверх. Идти по рыхлому весеннему снегу было довольно тяжело, и подъем отнимал почти все его силы. Он старался выровнять дыхание. И вновь вспомнил встречу, что произошла недавно во дворце.


  ...Нечего было и думать о том, чтобы прямо придти к дворцовым воротам и просить его пропустить. В данной ситуации это было равносильно собственному приговору. Стража и тем более их начальство, не вникая в суть дела, попросту бы подчинились приказу схватить его живым или мертвым. Этот приказ был известен по всей Приоре, как смог убедиться Крис, недавно проходя через столицу. А после его бы непременно заперли бы в какой-нибудь ледяной дыре и держали бы там, подальше от глаз вышестоящих, в надежде выудить из него все, до капли, чтобы позже преподнести эти сведения в качестве предлога для повышения. Все, что интересовало в Приоре всех, начиная от служанки из таверны и кончая инквизитором Синода - это перспектива получить более высокую должность. Таковы были реалии страны, в которой он родился. И даже правление Эсфирь не смогло ничего существенно изменить. Хотя борьба за лестницу вверх теперь только усилилась. Ведь более высокий пост автоматически служил гарантией собственной безопасности. Инквизиторы, словно голодные волки, рыскали по стране день и ночь, в поисках тех еретиков, кто ускользнул от их внимания. Дети Хаоса - едва ли в Приоре остался кто-то, кто мог себя так назвать, И еще, Крис слышал интересные новости о том, что Приора почти полностью вывела свои войска из Срединных стран, но в то же время такая же сила была отправлена к югу.

  А потому, смыв в реку собственный портрет, рядом с которым висели еще два таких же - на них был изображен Ивон и Анджи, Алии здесь не было ('Хорошо это или плохо?') - Крис свернул от дворца направо. Пройдя мимо уже оттаявшего канала посредине площади, он откинул капюшон с лица - больше прятаться не имело смысла - и направился ко второму величественному зданию, что было расположено на площади - Синод. С внутренней решимостью Крис ускорил свой шаг, двинувшись прямо к главным дверям.

  'Мое имя Крис Энн, меня разыскивают как еретика, и вот я пришел сюда, чтобы сдаться Главе Синода и преклонить перед ним колени в надежде на прощение', - такие слова он сказал ошеломленным стражникам на входе. Солдаты, чьи головы были увенчаны высокими остроконечными шапками, были обычными людьми, главной заботой которых являлась лишь охрана территории и ничто иное. Но трудно было не заметить портретов, висящих прямо за их спинами на специальной Доске Информации, находящейся в Приемной.

  - В таком... - стража переглянулась - они явно были не так глупы, как охрана во дворце, а потому:

  - В таком случае, - алебарды стражников были направлены точно в грудь Криса, - мы немедленно арестовываем тебя! - наконец выпалил один из них. Он помахал рукой своим товарищам по ту сторону дверей:

  - Этот человек - еретик, он решил сдаться властям в надежде на прощение. Немедленно препроводите его... - стражник на миг задумался, окидывая фигуру Криса задумчивым взглядом, - к его святейшеству. Впрочем, нет, - поправился он, - проводите его к Его преосвященству, Главе Синода, - эта оговорка не ускользнула от ушей Криса. Он склонил голову и сложил ладони впереди себя. На них немедленно защелкнулись наручники. 'Спокойно, все хорошо', - уверял себя Крис. Главное, что он уже здесь, и его не отправят в камеру. Однако когда высокие двери с изображенным на них восходящим над деревом солнцем распахнулись, Крис ощутил беспокойство. Это был приемный зал Главы Синода. В последний раз он был здесь так давно, когда увидел сестру живой. Однако по сравнению с его обычной тихой и скромной атмосферой, это место было совсем другим. Зал был наполнен людьми едва ли не от порога до самого стола, у всех в руках были какие-то таблички с номерами, и кипы бумаг. С чего бы это Глава Синода решил завалить людей бумажной работой?

  - Расступитесь, расступитесь! Срочное дело к его Преосвященству! - продекламировал один из стражников. Толпа расступилась, недовольно ворча. Почти на всех людях Крис заметил белые или светло-бежевые плащи-накидки на одном плече - все они были из низших рангов, и ни одного плаща малинового цвета. Более того, Крис не заметил ни одного знакомого лица. Атмосфера этого места больше стала похожа на базар, чем на приемную главы Синода. Стражники остановились так резко, что Крис едва не упал, погруженный в свои мысли. Он поднял взгляд на Главу Синода, Но... тот, кто занимал место главы... был Левая Рука? Почему он здесь? Крис хорошо знал этого человека и его сущность. И теперь он занимал место Главы Синода. Это все казалось дурным сном. Что же случилось с предыдущим Главой? Хотя тот и был довольно жестким человеком, но при этом справедливым, для того, кем он являлся. Всегда энергичный, не мог же он умереть так внезапно. Неужели они зашли так далеко, что сместили главу, которого назначали пожизненно? Неудивительно тогда, что порядки в этом зале так изменились.

  Сидящий за столом человек, с легкой рыжинкой в каштановых волосах и с усами, был недалеким, глупым, спесивым карьеристом. Он никак не мог подходить на это место, и его не могли выбрать добровольно. Неужели Синод запугали настолько, что он согласился утвердить новую кандидатуру так легко? И что самое главное - Крис понял это по первому взгляду, который бросил на него новый Глава - тот ненавидел его до глубины души. Быть может, его решение вот так запросто сдаться Инквизиции, было не таким уж и мудрым. Однако отступать было уже некуда. Если он не проникнет в самое сердце Приоры сегодня, то Алия... С этой мыслью Крис выпрямил спину и твердо, но без вызова встретил взгляд Левой руки. Даже про себя Крис отказывался назвать его 'Главой'. Однако бросать открытый вызов сейчас было крайне неблагоразумно. Поэтому Крис смягчил блеск своих глаз и просто ждал, пока стражник не поведает тому об обстоятельствах дела.

  - А, сын еретика решил сдаться сам, как интересно, - нехорошая улыбка заиграла на губах мужчины, пока он, закручивая свой ус, разглядывал стоящего перед ним Криса. - Но как же неудачно. Прямо сейчас я все еще не могу полностью распоряжаться допросным советом. Они все еще держатся этого дурака, прежнего Главы. Но это лишь вопрос времени.

  'Суд остался верен прежнему Главе? Что бы это значило?' - бегло подумал Крис.

  - Что ж, я допрошу его сам, в моей личной комнате пыток, - улыбнулся Левая рука.

  Крис поежился. Однако человек стоящий за плечом Левой руки склонился и шепнул ему на ухо:

  - Прошу прощения, ваше преосвященство, но этот еретик поставлен на особый контроль его императорского величества, поэтому все дела, связанные с ним или его приспешниками, следовало бы немедленно передать в ведение дворца.

  - Что ты себе позволяешь?! Ты думаешь, я, Глава Синода, не имею права действовать самостоятельно?!! - в ярости воскликнул Левая рука.

  - Прошу меня простить, но вы же не хотите, чтобы его императорское величество вызвал вас к себе для допроса? - вновь вмешался человек. Крис пригляделся к нему внимательнее. Любой, кто имеет мнение, отличное от общего, в будущем мог стать полезным ему.

  - Замолчи, ты утомляешь меня, - резко взмахнул ладонью Левая рука. На его лице читалась откровенная ярость, и эти глаза прожигали Криса так, словно хотели сожрать его на месте. - Хорошо, я принял решение - доставьте его во дворец... однако прежде... - улыбка вернулась на лицо Левой руки. - Будет слишком скучно, если я доложу о том, что этот еретик, Крис Энн сам пришел к нам. Обставим это дело как поимка с сопротивлением. Ты, - Левая рука вынул из ящичка своего стола небольшой кинжальчик, и ткнул пальцем в грудь одного из стражников, - отрежь ему палец на левой руке.

  - Ннно... ваше преосвященство... - даже стражник казался ошеломленным. Крис сглотнул. Этот человек был не только высокомерен, но и глуп. В зале установилась почти откровенная тишина. Но Крис внимательно заметил, сколько именно людей могли иметь мнение, отличное от мнения Главы Синода. И таких было немало. Значит, все, что их держит при нем - скорее всего, страх и соображения собственной безопасности и выживания. Это также стоит учесть.

  - Это приказ, стражник, - жестко повторил Левая рука. - Если не подчинишься, сгною тебя в подземельях вместо него, - он ткнул пальцем в грудь Криса.

  - Делай так, как он приказал,- вдруг тихо кивнул Крис стражнику, - если так нужно. Это ведь просто приказ и ты не можешь не подчиниться, - Крис заставил себя мягко улыбнуться стражнику, побелевшему как мел. Эта фраза вызвала в зале волну шепота. 'Хорошо. Пусть они видят все, что происходит. Левая рука - то, что ты задумал, будет началом твоего конца'. Крис подошел к столу, за которым сидел Левая рука, и положил левую ладонь на него. - Может быть, вы сами сделаете это? Уверен, император оценит ваше рвение.

  - Замолчи, - отшатнулся мужчина, - еретикам не позволено разговаривать.

   Трясущейся рукой стражник приставил кинжал к среднему пальцу Криса. Тот ободряюще кивнул несчастному солдату. А потом пришла пронзительная боль, голова закружилась, Крис стиснул зубы. А когда он пришел в себя, все было уже кончено. Незаметно для окружающих он успел прочесть заклинание 'Благословение Неба' и пусть его действие обычно так не проходило, все же хотя бы кровь остановилась быстро. Однако сама боль не могла так быстро исчезнуть.

  Крис бесстрашно взглянул в лицо Левой руки.

  - Вы удовлетворены? - он старался не смотреть на то место, где был его палец.

  - Уведите его, и доставьте немедленно во дворец. Позднее я напишу об этом подробный доклад: презренный еретик, оказался настолько дерзок, что высмеял самого Главу Синода. Палец - самое малое наказание, что ему положено.

  Под пристальными взглядами собравшихся, среди которых было немало и сочувствующих, Криса вывели прочь из зала. Он прав, его палец - это действительно малая плата за то, чтобы попасть к Эсфирь так быстро. Теперь ему нужно заставить того излечить Алию.


  Часть 4.

  Когда стражник, что вел его, распахнул перед ним двери тронного зала, поначалу Крис не мог поверить, что это было то же самое место, где он был в последний раз. Оно было темным, пустым и холодным. Ни юных прелестниц, ни звона бокалов, ни порхающих бабочек. Лишь трон в глубине зала слабо освещался двумя магическими светильниками, что уже само по себе было новшеством - использовать магию вот так, как это делали в южной части мира.

  - Его преосвященство, Глава Синода посылает вам пленника, он сдался Инквизиции сегодня в полдень, его имя Крис Энн, прошу меня извинить, - казалось, стражник готов был бежать прочь от этого зала и того, кто находился в нем.

  - Освободи его руки, - донеся из глубин зала голос. И услышав этот голос, Крис поежился.

  - Да, как прикажете, - стражник с величайшей поспешностью разомкнул наручники, сковывающий его запястья. - Я буду ждать за дверью, - быстро откланявшись, стражник поспешно скрылся из глаз.

  Крис остался один на один с этим огромным залом, который давил на него всей своей тяжестью.

  - Подойди ближе, - вновь произнес голос, казалось совершенно лишенный сил.

  Двигаясь вперед, Крис пристально вглядывался в фигуру, замершую на троне-софе. Приблизившись на расстояние нескольких метров, он остановился. До его слуха донеслось беглое металлическое звяканье, словно кто-то шевельнул массивную цепь. Рядом с троном он заметил легкое движение. Но потом он поднял взгляд на того, кто сидел на нем.

  Шелк, черно-красные одеяния, расшитые бабочками и цветами. Однако лица Крис разглядеть не мог - его скрывала плотная газовая вуаль, спадающая до самой груди с подобия небольшого серебряного обруча на голове.

  - Интересно, что ты задумал, вот так сдавшись и придя сюда? Для этого тебе понадобилось либо отчаянная смелость, либо столь же великое отчаяние. Хотя... судя по выражению твоего лица, скорее второе, чем первое. Смелость и дерзость - вот две основные твои черты, - произнес Эсфирь.

  - Я пришел сюда по собственной воле, с просьбой.

  - Даже так? Это интересно. Впрочем, не очень, - Крису показалось, что взгляд императора упал на то, что осталось от его среднего пальца. Кровь уже не шла под воздействием заклинания. - Единственная причина мне уже известна, - палец Эсфирь медленно поднялся и указал точно в грудь Крису, а затем скользнул куда-то выше и за него, будто целясь далеко. - Та, ради кого ты готов на все. Твоя драгоценная сестра. Наши кровные узы связывают нас по рукам и ногам, они словно камень на нашей шее, словно меч, вечно занесенный над нами. Они обуза и наше проклятие, но все же... - голос Эсфирь странно изменился, - мы не в силах избавиться от их приказов и влияния. Но... в данном случае, уже слишком поздно.

  - Что ты имеешь в виду? - не сдержавшись, Крис сделал порывистое движение вперед.

  - Она умрет через день или два - это дело решенное, ты ведь веришь мне? Это конечная точка развития тех событий, что происходили вокруг тебя, и ее, и меня, и многих других на протяжении всех последних месяцев.

  - Ты лжешь?

  - Лгу? Я? - то, как были сказаны эти слова, заставили Криса вздрогнуть, но не отступить. Он силился разглядеть за плотной вуалью лицо говорившего. - В этом случае это результат и твоего собственного выбора. Ты бежал из самого безопасного места в этом мире. Если бы ты не решился, ее время бы не закончилось так быстро. Но теперь, - Эсфирь опустил палец и откинулся на спинку трона, - теперь для тебя все кончено. Ты пришел молить меня о милости, которой я больше не могу даровать тебе? Нет, она умрет, и когда она умрет, я вновь заберу Креонта и отдам его кому-нибудь другому.

  - Мерзавец, я не позволю тебе и пальцем притронуться к ней! Если ты сделаешь это, если ты только подумаешь об этом, то...

  - Что? Убьешь меня? - император Приоры тихо рассмеялся каким-то кашляющим, шелестящим смехом. Как будто смеялось не существо из плоти и крови, а бестелесный призрак. - Это не удалось даже твоему отцу-гению.

  Рука Эсфирь скользнула в сторону. Взяв что-то, он потянул это на себя. Вновь донеслось звяканье, тень зашевелилась рядом с троном. Рука Эсфирь резко дернула цепь к себе, и Крис с ужасом увидел, что к другому ее концу был привязан человек.

  Длинные темные волосы спутанными прядями спадали, не позволяя разглядеть лицо. Лишь из-под них лихорадочно блестели темные глаза. Черные кожаные одежды и белоснежная кожа. Он выглядел изможденным, и надломленным, словно сухая ветвь.

  - Недавно он пытался сделать то же, что задумал ты. Но я не стал убивать его, и теперь он мое украшение. Взгляни, разве он не прекрасен? - Эсфирь двумя пальцами приподнял подбородок человека, развернув его лицо к Крису, так, чтобы он хорошенько разглядел на его. Эти глаза... эти глаза говорили о том, что хотя тело и разум мужчины были полностью сломлены, но его воля... эти глаза сияли яростью столь же сильной, сколь и у самого Криса. Этот человек... почему он позволяет такое обращение с собой?!

  - Я... - Крис сделал глубокий вздох. Он пришел сюда не за этим, и даже то, что он увидел, ничего не могло изменить. Он обязан использовать любые средства, чтобы добиться того, что хочет.

  - Если ты поможешь мне, если еще немного продлишь жизнь сестры, я взамен выполню то, чего ты хочешь больше всего.

  - О, ты знаешь, что это? - незаинтересованно произнес Эсфирь, наклонившись ближе и подперев подбородок кулаком. Его рыжие волосы отливали золотом в свете тусклых светильников.

  - Кальвин Рейвен - я смогу склонить его на твою сторону. Я смогу уговорить его добровольно сотрудничать с нами. Я смогу...

  - Бесполезно, - оборвал его Эсфирь.

  - Почему? Почему это бесполезно?! - с горечью спросил Крис. - Ты ведь желал этого больше всего - пробудить силу, спящую внутри Кальвина Рейвена.

  - Теперь для него это больше не интересно. Кальвин Рейвен это саморазвивающаяся, саморегулирующаяся, самостановящаяся система... и она будет развиваться по собственным законам, вне зависимости от тебя или меня. Более того, в моем состоянии я действительно не смогу помочь твоей сестре. Так что если тебе больше нечего предложить ...

  - Лжец! У тебя есть эта сила! Ты делаешь с людьми все, что тебе вздумается, и не смей говорить, что ты не в силах! Я не верю тебе! - с этими словами Крис ринулся вперед и одним резким движением сорвал вуаль с лица Эсфирь. Несколько долгих мгновений он просто смотрел на то, что открылось его глазам, а затем вуаль медленно выпала из его рук.

  - Как же это... возможно, - прошептал он.

  Под вуалью не было ничего. Точнее, там не было ничего, что можно было назвать человеческим лицом. Вместо него, глазам Криса предстал пестрый калейдоскоп - наложенные друг на друга множество ярких бабочек своими крыльями создавали форму лица, глаз, носа и губ.

  - Теперь ты понимаешь. Этому телу, как и телу твоей сестры, осталось одинаковое количество времени. Когда это тело полностью исчезнет, твоя сестра умрет, и тогда мой дух снова станет свободным. И то, что сейчас волнует меня гораздо больше Кальвина Рейвена - это новый сосуд для моей души. В связи с этим, я предлагаю тебе сделку. Очень выгодную, смею заметить. Я хочу, чтобы ты стал моим новым телом, и тогда, если ты согласишься, Алия, твоя драгоценная сестра, сможет остаться жить.

  - Не... - Крис отступил на шаг, мотая головой.

  - Советую подумать, прежде, чем говорить мне такое. Алия или твоя жизнь, как человека - какая из чаш весов перевесит?

  - Нет, нет...

  - У тебя не так много времени, подумай, прежде чем давать окончательный ответ. Если не поторопишься, я могу отдать свою душу вот этому украшению, к примеру. Думая, он не станет размышлять и минуты. Ведь у него есть столь же дорогой человек, как для тебя - твоя сестра.

  - Да кто захочет стать таким же чудовищем, как ты! - выкрикнул Крис. - Если я сделаю так, Алия...ни за что не простит меня! Я... я никогда не сделаю того, что ты хочешь. В любом твоем слове ложь и подвох! - юноша отступил еще на шаг.

  - Жаль... но я дам тебе время подумать. Если ты не решишь и не придешь в это же время через день, все будет кончено. И для твоей сестры и для меня. Если передумаешь, просто приходи.

  - Я никогда... - Крис ощутил, как присутствие смерти усиливается, он ощущал, будто некое невидимое чудовищное создание готово схватить его прямо сейчас. - Я никогда не сделаю того, что ты хочешь, я сам смогу найти способ излечить Алию, мне не нужна твоя помощь!

  - Что ж посмотрим. Я буду ждать тебя, Крис Энн, мой драгоценный племянник. А пока, - Эсфирь сделал небольшую паузу, вуаль вернулась на свое место, - ты можешь быть свободен.

  - Я? - несмотря на выдержку, Крис не смог удержаться от неосознанного восклицания.

  - На тебе нет никакой вины, совсем никакой, запомни это. Незачем было проходить через все эти трудности, - Крису показалось, что взгляд Эсфирь за вуалью вновь остановился на раненном пальце, - чтобы увидеть меня. Тебе достаточно было просто придти ко дворцу, и я сразу же узнал о твоем присутствии. Никто из них не посмел бы и пальцем притронуться к тебе, ведь я выбрал тебя как одного из двух возможных сосудов для своего духа.

  - Никогда, - прошептал Крис, мотая головой. Он должен справиться с этим. Должен. Он будет действовать так, как желал этого Эсфирь, точнее тот, кто носил его тело и имя как маску. Крис повернулся к выходу из зала. Только не оглядываться, он должен выиграть хотя бы здесь. Он не оглянется и не станет падать на колени, умоляя о помощи Алии, даже если это единственное, что осталось. Даже если это было то, чего требовала его душа. Она кричала и вопила об этом. Но если он согласится, то Алия... она возненавидит его.

  - Ах да,- голос Эсфирь заставил Криса вздрогнуть. - Поторопись к своей сестре, она ведь так больна. Ведь твое присутствия рядом с ней - это все, что ты можешь сделать для нее теперь.

  Кулаки Криса в бессилии сжались. Но он не остановился и не оглянулся. Прикрывая двери тронного зала, он услышал звяканье цепи. А затем... Эсфирь сыграл с ним злую шутку, не потрудившись сообщить страже и Инквизиции о своем спонтанном решении освободить его.


  Часть 5

  - Осторожнее, ты совсем раскис что-то, - Крис отвлекся от своих мыслей. Он оступился на скрытом под талым снегом леднике, и Анджи вовремя поддержал его. Если бы не он, внезапно появившийся в самый опасный момент в Тире, кто знает, как надолго бы Крис задержался бы там. Должно быть, он с самого начала тенью следовал за ним сначала в Синод, а затем во дворец. Несмотря на резкий характер Анджи был надежным другом, который не ждавший просьбы, чтобы помочь.

  - Как-то слишком тихо, - вдруг произнес тот, остановившись. Они находились как раз перед последним поворотом, и дальше должна была показаться пещера, служащая их временным убежищем. Сложив два пальца, - средний и указательный - Анджи прикоснулся к губам и издал тонкий свист. Раздался прерывистый звук, похожий на трель птицы - это был условный сигнал, которым пользовались только в Инквизиции. Их знали только те, кто ими пользовались - клирики и инквизиторы. И у каждой пары они были разными.

  - Странно,- задумчиво нахмурился Анджи. - Ивон не мог отлучиться далеко.

  Присев на одно колено, Анджи положил ладонь на снег и провел ей по шершавой поверхности.

  - Странно, - повторил он. - Я вижу здесь следы, совсем невесомые, как будто кто-то недавно проходил здесь, и это кто-то обладал навыками скрывать свое присутствие почти так же мастерски, как и мы с Ивоном. Но это был не Ивон.

  Глаза Криса сузились, а сердце кольнуло. Он бросился вперед, не обращая внимания на крики Анджи.

  'Что-то не так, и при этом слова Эсфирь показались странно подходящими по смыслу. Неужели он...'

   Наконец, преодолев последнее препятствие в виде нависающей над входом в убежище скалы, Крис вбежал внутрь и замер, не в силах пошевелиться. Дыхание тяжело вырывалось из его груди, но теперь оно больше походило на стон. Анджи следом за ним вбежал в пещеру.

  - Да что же это такое? Здесь мог быть кто угодно...

  Слова Анджи превратились в сплошной шум. Крис не видел и не слышал ничего, кроме фигуры сестры, лежащей на кровати. На первый взгляд, казалось, она просто мирно спала. Но руки ее были сложены на груди. И еще... цвет ее лица - Крис бросился вперед и склонился над сестрой. Его ладонь коснулась ее щеки и тут же отдернулась.

  - Ааах, - выдохнул он. - Почему... почему... - словно в поисках поддержки, он обернулся к Анджи.

  - Ивон, эй, Ивон... - Анджи тряс тело своего напарника, стоя на коленях в углу. Без сознания или мертв... хотя сейчас это меньше всего волновало Криса.

  - Али... Алия... Алия! Алия Алия Алияяяя! - крик боли и отчаяния разнесся под сводами пещеры. Крис словно безумный тряс бездыханное тело девушки, не в силах принять реальность. - Мертва...

  Лишь когда чьи-то руки оттащили его от тела сестры, Крис осознал, где находится.

  - Упокойся! Держи себя в руках, ты можешь похоронить нас под слоем снега до лета. Или хочешь убить еще и нас?! - Анджи закричал прямо в лицо плохо соображающего Криса, еще раз хорошенько встрянув его. - Очнись же! - звонкая пощечина подействовала, но зрение Криса расплывалось. Картина Алии, лежащей на кровати... Алия, она...

  - Она умерла, Анджи, - прошептал Крис, - она умерла, пока меня не было.

  - Это не твоя вина. А теперь подумай, ты ведь сын гения, Люсьена Энн. Ты ведь должен понимать, что она не могла умереть от простуды так внезапно. Даже в худшем случае у нас еще было несколько дней. А значит, что-то произошло, кто-то помог ей умереть. Ты же видишь, в каком состоянии Ивон.

   Ивон? Взгляд юноша нашел еще одно неподвижное тело у стены. Он схватился за лицо - какой же он дурак. Даже не желал увидеть, что кто-то еще пострадал.

  - Ивон всегда выполняет свои обязанности до конца. Если его довели до такого состояния, значит, противник был очень серьезным. И если он не убил Ивона и не забрал Алию, значит, у него была другая цель. Значит... - Анджи на миг задумался, - он не из Приоры.

  - Почему?

  - А?

  - Почему ты так решил? - безучастным тоном произнес Крис. Он сидел на полу, скрестив ноги и глядя на сестру.

  - Ох, не думал, что когда-либо еще раз произнесу это, но... 'Еретики, да не спрячутся от всевидящего ока Аттрактора!' - громко произнес Анджи. Он положил ладонь на покрытую инеем стену. Под его прикосновением ее поверхность начала меняться. Отняв руку, он начал разглядывать то, что на ней оказалось - легкий, почти незаметный отпечаток, словно едва прорисованная картина.

  - Это как отражение одного момента в прошлом, - пояснил Анджи. - То, что происходило здесь несколько часов назад. Эти стены запомнили все. Хотя обычно этим пользовался Ивон, но меня, как и тебя обучали и этому.

  Крис повернул голову и заставил себя внимательнее вглядеться в изображение, проступившее на стене.


  Глава 9 Три пути домой.


  Часть 1.

  ... - А когда клетка, наконец, исчезла, я понял, что все закончилось. ВСЕ закончилось, - сказал Сай. Опустив голову, он уставился на свои сложенные в замок руки. - Пока клетка еще держалась, я мог надеяться. Но он поддерживал ее до самого конца, до самого конца он пытался защитить меня. То есть, Бифуркатора, - поспешно поправился Сай. - Но когда я рассказываю все это, каждый раз я вынужден переживать все те события так, словно они часть моей собственной памяти, и это мучительно...

  - Позвольте уточнить, - Рэй Нордис поднял руку. - Если я правильно понял, нынешний правитель Конфедерации Приоры - аватар брата Бифуркатора, Фрактал. И его цель - захватить тайное оружие, созданное демонами Хаоса, которое сейчас находится внутри Кальвина. Также второй его целью является либо убить Бифуркатора, когда он будет возрожден, либо доставить его обратно на вершину Древа к Аттрактору. Я все верно излагаю? И чтобы помешать ему, вы намерены не допустить того, чтобы Кальвин попал в руки как Приоры, так и демонов. Ради этого вы намерены собрать самую мощную ударную силу в мире в лице интернациональной армии, тем самым, пройдя походом по всем странам, установить там новый порядок. Но позвольте спросить, когда вы установите этот порядок, если вы найдете Кальвина Рейвена, что вы намерены предпринять?

  - Что?

  - Я спрашиваю, как вы намерены поступить с Кальвином? Кажется, вы неплохо ладили, он даже был вашим самым близким другом. Для Кальвина, у которого не осталось родителей, это было очень важно. И если он узнает о том, кто вы на самом деле, если он узнает о том, что вы пытаетесь оградить его от всего мира ради его же безопасности, что вы лучше будете держать его в клетке или убьете, чтобы не допустить его пробуждения в качестве Сердца Хаоса, как, вы полагаете, он поступит?

  - Как? - проронил Сай.

  - Позвольте сказать напрямик - зная Кальвина так же хорошо, как и вы, или даже лучше, полагаю, что это ему не понравится. Он не позволит вам поступить ни по одному задуманному вами варианту. Скорее он решит действовать самостоятельно. И... даже в том случае, что он узнает о своем происхождении, не думали ли вы, о том, что он будет действовать так, как поступил когда-то Сердце Хаоса? Ведь тогда его не остановила дружба с Бифуркатором. Полагаю, если половина из того, что написано в легендах правда, вы не противник ему. Бесполезно пытаться удержать эту силу, она слишком опасна. Но что гораздо более опасно, - Рэй Нордис поднялся, глаза его потемнели, - что такой человек, как вы, в таком состоянии может совершить необдуманные поступки, которые повлекут за собой другие события, а те следующие, и в конце концов весь мир может просто рухнуть в пропасть. Я, как офицер армии Астала и как человек, беспокоящийся о судьбе его народа, не могу позволить вам действовать в таком состоянии. Сейчас вы ничем не поможете Кальвину. Более того, не видя ничего в вашем слепом стремлении защитить его, вы можете потянуть за собой в пропасть весь мир. Исходя из того, что я узнал, я сделал вывод: вы слишком опасны в нынешнем состоянии. А потому, быть может... это вам лучше умереть ради будущего этой страны и этого мира...

   С какой-то безучастностью король поднял взгляд и увидел, как арбалетный болт, наложенный на тетиву, готов был быть выпущенным прямо в его сердце. Значит, вот какой вывод сделал капитан? А что... быть может он не так уж и не прав. Быть может, миру лучше быть избавленным от его существования. Король, который не способен защитить даже своего друга, не заботящийся о собственном королевстве, продавший душу Безумным Богам за призрачную возможность... быть может в таком случае ему и правда лучше просто...

  Палец Рэя Нордиса дрогнул на спусковом крючке, раздался резкий звук. Своими глазами, сверенными с глазами Слепых Богов внутри себя, Сай видел, как болт начинает свое движение. Медленно-медленно он начинает свое движение. Несомненно, его тело не сможет противостоять такому направленному удару, если не призвать защиту. Но он не станет этого делать. А потому... Сай прикрыл глаза, расслабившись, и...

  - Какая непочтительность, - прозвучал голос из пространства прямо перед ним. - Разве можно так обращаться со своим королем? Подобный поступок приравнен к государственной измене.

  Сай поднял взгляд и увидел стоявшую между ним и капитаном фигуру в белом и золотистом. В правой руке Лантиса был зажат болт. Словно от соприкосновения с очень большой температурой металл, прочный и толстый, потерял свою форму и теперь представлял собой оплавленную, искореженную массу. С металлическим лязганьем то, осталось от болта выпало из пальцев Лантиса. Хранитель королевских секретов обернулся к Саю. Глаза его были наполнены недовольством.

  - Ну в самом деле, словно капризный ребенок. Стоило мне немного надавить на тебя, как ты уже решил сдаться и бросить все на полпути? Если ты сдаешься так легко... то может быть мне лучше было заменить тебя еще в самом начале? Разве для этого я выбрал тебя?! - внезапно рявкнул Лантис, заставив Сая вздрогнуть. Не дождавшись ответа, Лантис перевел свой мерцающий льдистым блеском взгляд к Рэю Нордису. С миг, казалось, почти ничто не удерживает его от того, чтобы убить того на месте. Но затем он принял другое решение.

   - А ты достаточно смел, чтобы услышав правду и решить, что ты волен принимать единственно верные решения сам? Но я знаю о тебе, капитан Нордис. Такие люди, как ты - они слишком нужны для страны, чтобы так просто убивать тебя.

  - Значит, вы тоже причастны к этому, - медленно произнес Рэй Нордис. разглядывая расплавившийся кусок металла на полу. - Мне стоило догадаться, что это так. Хранитель королевских секретов - какое удобное прикрытие. Вы защищаете из тени, и эта способность... Это не вид магии, полагаю, вы тоже один из аватаров Слепого бога, но кого? Креонта? Нет, - покачал головой капитан Нордис, - для этого вы не подходите. Сон - я угадал? Вы ведь родом из страны, носящей имя одного из Слепых Богов.

  - О, твоя дедукция не может не восхищать, - улыбнулся Лантис, и улыбка его могла заморозить даже воздух в комнате. - Так мне убить его? Несмотря на то, что он так ценен для Астала?- не оборачиваясь, задал вопрос Лантис. Сай вздрогнул, когда понял, что этот вопрос он адресовал ему.

  - Нет! - выкрикнул он поспешнее, чем хотел, что вызвало еще один недовольный взгляд Лантиса.

  - Он слишком опасен и много знает. Несмотря на все его качества, я не уверен, что он будет действовать, послушно подчиняясь твоим приказам. Он совсем не похож на Фон Грассе.

  - Фон Грассе? Значит, он также с вами? - спросил Рэй Нордис. -

  Это не удивляет почему-то.

  - Я надеюсь, ты хорошо подумал... или, - глаза Лантиса сузились, - точка бифуркации, ты думаешь? - вдруг догадался он.

  - Уверен, капитан все понял правильно. Он считаем меня опасным, и он прав. Я иногда опасаюсь своей силы, но я... - Сай вскинул голову. - Я не предам ни Астал, ни Кальвина. Я смогу не выбирать между ними двумя.

  - Вы... уверены? - спросил капитан, покосившись на Лантиса, стоящего между ним и королем в расслабленной позе.

  - Теперь ты знаешь все, я могу лишь доверять тебе. А потому, - король протянул руку, - прошу, помоги нам, ради Астала, ради этого мира и ради Кальвина тоже.

  Рука Рэя Нордиса поднялась навстречу, но потом все же опустилась.

  - Позвольте мне не делать этого. Я не буду пытаться убить вас, если вы уверены, что действуете и во имя Астала тоже. Если бы я умер здесь, это было просто глупо с моей стороны. Я никому не расскажу о вашей тайне.

  - Благодарю, - с облегчением в голосе кивнул Сай, с легким сожалением опуская ладонь.

  - Я делаю это не для вас, хотя я все еще отношусь к вам как к одному из моих самых способных учеников в Отряде Лилии. Но, хотя я также уважаю вас как правителя, хочу предупредить вас. Будьте осторожны, играя с этой силой. Один неверный шаг и все будет кончено. Если я... если когда-либо я пойму, что эта сила, Бифуркатор, контролирует вас, и Сай Валентайн просто исчезнет, я сделаю все, чтобы устранить вас, несмотря на то, что вас защищает он, - капитан кивнул на Лантиса Кларио.

  - О, это ультиматум? - задал вопрос тот вместо Сая, который оставался молчалив.

  - Считайте это таковым. Я не боюсь называть вещи своим именами. А пока, позвольте мне откланяться. Сейчас я буду в своей комнате. Если вам нужно передать мне какие-то документы касательно армии, я буду ждать там еще какое-то время. А потом отправлюсь обратно в Риокию. Спокойной ночи, ваше величество, и да пробуете вы в добром здравии.


  Часть 2.

  - Прошу простить неучтивость меня и моих подчиненных. Наша ошибка, однако, простительна. Ведь вы никак не пожелали представиться, - наконец произнес капитан, - его манера речи была странной и непривычной, так, что Кальвина приходилось прилагать усилия, чтобы уловить порядок фразы.

  - Э... я... да не стоит...- смущено произнес Кальвин, почесав щеку.

  - Мое имя Араун.

  - Араун? А фамилия у вас есть?

  - Наш народ отказался от фамилии уже давно. Таким образом мы ничем не связаны с нашим происхождением больше, - пояснил Араун.

  - Мой принц, моя жизнь принадлежит вам, - подбежав к нему и упав на одно колено, та самая девчонка, что стреляла в него, появилась перед ним. Ее пальцы быстро нажали какую-то комбинацию на стержне, и тот уменьшился в размерах почти втрое. Развернув его наоборот, она протянула его Кальвину. - Распоряжайтесь моей жизнью как пожелаете.

  - Да что ты! Зачем мне твоя жизнь, не стоит жертвовать ею из-за такого пустяка, - улыбнулся Кальвин, и, отодвинув оружие обратно к девушке, спросил:

  - Как тебя зовут?

  - Меня спрашивает принц? - казалось, девушка была ошеломлена самим фактом того, что к ней обращаются напрямую. Ну и странные порядки были среди этого отряда. Совсем не похоже на те, что царили у Йона. Она бросила взгляд, словно в поисках поддержки, в сторону капитана, и тот едва заметно кивнул.

  - Мое имя Рона, - сбивчиво произнесла она, - но вашему высочеству оно ни к чему.

  - Ну, Рона, а теперь давай руку, - Кальвин наклонился к девушке, протягивая ей ладонь, чтобы помочь подняться. Этот жест заставил ее испугаться еще больше, но Кальвин не отступил, и ей все же пришлось воспользоваться его предложением. - А теперь слушай, - продолжал Кальвин, когда она оказалась на ногах, - ты ни в чем не виновата, запомни это. И чтобы я больше не слышал глупостей о том, что ты хочешь умереть. Никто не должен жертвовать жизнью так легко. Тем более, что ты и сама знаешь, что срок ее не бесконечен, - Кальвин намекнул девушке на ее происхождение, надеясь, что его догадка близка к истине.

  - Простите ее, мой принц, но она всего лишь выполняла свой долг, стараясь заработать статус полноправного члена общества.

  - Полноправного члена? Что вы имеете виду? - изумился Кальвин.

  - Полукровкам от рождения дается куда меньше прав, чем рожденным от чистокровной связи. И чтобы доказать свою полезность обществу, они обязаны завоевать его доверие, отслужив в таких вот заградительных отрядах или на другой опасной службе ровно год и два месяца.

  - Почему именно такой срок?

  - Это связано с нехваткой их собственного времени. Пока они не стали полноправными членами общества, срок их жизнь определен шестнадцатью годами и не больше. Но когда они становятся наравне с рожденными под корнями Древа, то с помощью нашей технологии мы можем продлить ее и сделать равной жизни обычных жителей.

  - Ясно, - Кальвин оглядел отряд, и его взгляд остановился на Тенио. Значит, вот почему Йон так стремился сюда. Но техно... что? Это какой-то особый вид магии? 'А, Микалика? Ты знаешь, что это такое?'

  'Замолчи, предатель, не желаю с тобой разговаривать', - голос его 'второго я' был наполнен горечью и болью, и это заставило Кальвина на миг ощутить легкий стыд. И почему он так зациклен на Арауне? Вряд ли он мог быть тем, кто знал Микалику в далеком прошлом. Даже для демонов Хаоса бессмертия не существовало.

  - Мой принц, позвольте, я провожу вас во дворец. Уверен, принцесса в нетерпении ожидает вашего прибытия, - Араун вновь приложил ладонь ко лбу, но в отличие от Роны, не сложил ладони у груди, и повернулся, отдавая знак их отряду. - Вперед, мы отваляемся немедленно!

  Отряд, возглавляемый Арауном, двинулся сквозь изумрудный лес. Тенио шел рядом с Кальвином, Рона позади, как и остальные члены отряда. Хотя Кальвин и не заметил, как большая их часть мгновенно рассеялась по сторонам, двигаясь параллельно отряду, создавая живой и очень эффективный щит.

  - Эй, Тенио, - шепнул Кальвин мальчишке, слегка наклонившись в его сторону.

  - ...

  - Эй, ты слышишь меня? - повторил он, когда тот сделал вид, что не слышит его.

  - По статусу мне не положено разговаривать с тобой, - наконец вздохнул Тенио, покосившись на спину Арауна.

  - Что за глупости. Ты - мой друг, к тому же, почему эти порядки распространяются на тебя, ты ведь не принадлежишь этой стране?

  - Йон взял с нас клятву, братец Йон взял со всех нас всех клятву, что мы будем беспрекословно подчиняться их обычаям - все, чтобы заслужить право стать полноправными членами общества как можно скорее. Разве вы не встречались? Разве он не объяснил все? Он наверняка видел тебя. Иначе у тебя не было бы этого браслета, - Тенио кивнул на руку Кальвина, на которой был Предмет залога.

  - Кандидат Тенио, что ты себе позволяешь? - позади них прошипела Рона. Было видно, что девушка шокирована и возмущена таким фамильярным обращением с тем, кто казался ей едва ли не божеством. Кальвин уже хотел было прочесть ей лекцию о подобном поведении, хотя Тенио уже смущенно покраснел и поспешно отступил в сторону, но в это самое время командир отряда заявил:

  - Мы на месте, - он чуть обернулся к Кальвину.

  - На месте? - Кальвин оглядел все тот же лес. Казалось, ничего не изменилось, совсем ничего. Только лес стал еще гуще. Где это место? И куда они пришли?

  - Нам незачем объявлять всем и каждому наше местоположение, случайные люди сюда не попадают так просто, - пояснила Рона. - К тому же, это место - точка наисильнейшего соприкосновения двух миров. Отсюда начинается поверхность, разделяющая ствол и корни.

  - Ствол? Корни? - повторил Кальвин, пытаясь оценить полученную информацию.

  - Ничему не удивляйтесь, мой принц, - произнес Араун. Он повернулся к лесу. Сейчас он стоял прямо перед стволом огромного дерева, не менее чем в три обхвата. Крона его, раскидистая и густая, скрывала собой небо, которого Кальвин и так не видел уже довольно давно. Весь этот лес был царством, живущим по своим законам, однако до сих пор он не встретил и признаков обитающих в нем животных, из тех, которым положено быть в лесу, подобному этому. Лишь вода, влажность, да море изумрудной листвы. Хотя вода... капли. Кальвин заметил, что вода изменила свой цвет. Теперь она отливала глубокой синевой. Синева? Да и если приглядеться, листва также была необычно насыщенного цвета. И, если подумать, хотя неба не было видно, этот свет, что лился сверху... Кальвин протер глаза... Вот оно! - внезапно понял он. Эти краски и цвета были удивительно похожи на те, что были в Промежутке. Не может ли быть, что это место и Промежуток каким-то образом были связаны?!

  В это время Араун встал прямо перед деревом. Широко расставив ноги, подняв в воздух свое оружие, он с силой вонзил его в землю. На глазах Кальвина от того места начали расходиться сияющие изумрудом круги, будто сама земля стала поверхностью воды. Круги ширились, и когда они достигли ног Кальвина, ему показалось, что мир пошатнулся. Он едва удержал равновесие, но рука Роны, вставшей рядом с ним, осторожно поддержала его. Круги ширились, пробегая по траве, по деревьям, по воздуху, и там, где они проходили, мир менялся на глазах. Деревья растворялись, как и земля, а на их месте проступали очертания... настоящего города. Такого, какого Кальвин не видел никогда в жизни.

  Миг головокружения быстро прошел, и Рона поспешно отпустила его. Через мгновение все было кончено. Иллюзия, что скрывала это место, была снята, от леса не осталось и следа. Кальвин и отряд стояли на вершине длинной лестницы, спускающейся в город, который с этой высоты казался как на ладони. Небо над ним было таким... Оно было высоким и насыщенного бардового цвета. По нему ползли тонкие, золотистые змейки. Приглядевшись, Кальвин понял, что это молнии похожие на ручейки.

  - Это сок Древа, - пояснила Рона, шепнув ему на ухо. Кажется, она взяла на себя роль его собственного гида. Тенио больше не решался заговорить с ним, стоя чуть в стороне и глядя на город широко раскрытыми глазами, как будто видел его в первый раз.

  - Сок? На небе?

  - Мы находимся под корнями Древа, и это естественно, что его сок просачивается сюда. Но, - голос Роны наполнился легкой грустью, удивившей Кальвина, - раньше они были полноводными реками, а теперь стали такими. С каждым годом его становится все меньше.

  - Сок - это энергия, - продолжил Араун, подняв свое оружие, он обвел город, раскинувшийся под ними широким жестом, - он дает нам всю энергию, что нам необходима. Он основа нашей технологии и жизни. Здесь мы не пользуемся магией.

  - Не пользуетесь магией? - Кальвин покачал головой. Хотя он хотел спросить, почему сока стало меньше, но слова позабылись, когда он разглядел город внимательнее. Этот город был похож на сон. Здания устремлялись в небо. Самое низкое из них было не меньше, чем в десять этажей, невозможно было найти ни одного здания с округлыми очертаниями. Шпили, шпили, шпили, углы и остроконечные башни, многие из которых были выше, чем то место, на котором они стояли. А материал - казалось, это не был не камень, не кирпич, не дерево. Больше всего...

  - Это стекло, - пояснила Рона. - Оплавившийся песок, смешанный с соком древа - он дает нам тепло, ведь здесь никогда не бывает солнца. Теперь больше нет, - как-то сбивчиво закончила она, бросив беглый взгляд на него и поспешно отведя глаза.

  - Солдат, - резко заметил Араун. - Принцу не зачем беспокоиться о таких вещах. Об этом он побеседует, если пожелает, с принцессой.

  - Да! - Рона застыла по стойке смирно.

  Приглядевшись, Кальвин заметил, что над каждым зданием в небо устремлялся еще один шпиль, на конце каждого такого шпиля было шарообразное завершение. К каждому из них устремлялась тонкая золотистая нить с неба. Так вот, что делал этот сок.

  - Каждое здание - автономный организм, ни в чем ином не нуждающийся. Сок дает нам пищу, тепло, и даже одежду, - пояснил Арун, занявший место Роны в качестве рассказчика.

  - А что это за здание?- Кальвин кивнул на отличающийся комплекс зданий в самом центре города. Эти здания были ниже и единственные, у которых были купола округлой формы. В свете багрово-золотистого неба, окрашенные в те же тона, они казались парящими над землей.

  - Это самая охраняемая часть нашего мира - научно исследовательский комплекс и центр наших разработок, Неон Хаос - так он называется.

  - Это оружие... - Кальвин кивнул на стержень, - оно тоже сделано там?

  - Да, - кивнул Араун, - хотя это устаревшая модель.

  - Устаревшая, - Кальвин покачал головой. На что же должна быть похожа более новая, если и эта была способна приносить такие разрушения?

  - А ваша принцесса? Где она находится? - рискнул спросить Кальвин.

  - Принцесса не любит суету, - произнес Араун, - она живет отдельно, на другом конце города, у подножья горы. Я провожу вас к ней.

  - Вы все свободны до дальнейших распоряжений, - объявил Араун отряду. - Тенио и Рона, идете со мной в качестве сопровождающих. И еще... - Араун достал из своей сумки нечто вроде плаща. Тонкая скатка, развернувшись, оказалась целым комплектом одежды. Ткань, если это была именно она, казалась настолько тонкой, почти прозрачной. Однако, как объяснил Араун, она была способна противостоять даже магической атаке.

  - Мне следует надеть это? - Кальвин с сомнением оглядел предложенные ему вещи. Они были темного, почти черного цвета, и сильно отличались от одежды самого Арауна и Роны.

  - Нам ни к чему привлекать излишнее внимание. Возвращение принца может повергнуть людей в смятение и отвлечь их от своих обязанностей, а мы не можем позволить себе такой сбой в работе. Существование нашего народа держится на дисциплине и четком распределении функций.

  - Хорошо-хорошо, я понял, - Кальвин подумал немного и снял с себя шаль и куртку. Поверх рубашки он натянул предложенную ему одежду, на которой карманов было едва ли не больше, чем всего о