Book: Первый Урок



bark


Первый Урок




СОДЕРЖАНИЕ



Глава 1 Император


Глава 2 Альфа


Глава 3 Кир


Глава 4 Прайм


Глава 5 А ты на что надеялся?


Глава 6 Крепкие зубы


Глава 7 Красная ленточка


Глава 8 Родители


Глава 9 Церера


Глава 10 Тест


Глава 11 Не конец...света


Глава 12 Народ Фризии



Глава 13 Девочка


Глава 14 Старое испытание


Глава 15 День рожденья


Глава 16 Экскурсия


Глава 17 Мрак


Глава 18 Лабиринт


Глава 19 Бейся!


Глава 20 Бассейн


Глава 21 Иголки


Глава 22 Испытание


Глава 23 Не везет


Глава 24 Кровь


Глава 25 Поход


Глава 26 В пути


Глава 27 Съедят или повесят?


Глава 28 Побег


Глава 29 Я


Глава 30 Признание


Глава 31 Первый урок


Эпилог




Первый урок


Глава 1


Император


Земля... не вечный и единственный приют человечества, а всего лишь его колыбель, отправная точка бесконечного приключения.

Айзек Азимов


Яркие точки звезд сияли тысячелетней красой сквозь широкий, во всю стену, иллюминатор каюты. Черное полотно вселенной завораживало своей призрачной безжизненностью. Холодные чернила утопили бесконечный мир вокруг. Ничего не тревожило величественную сосредоточенность, с которой Император заботился о своем любимом растении.

Оно было похоже на небольшое деревце, высотой в половину метра. Сначала Император оборвал сухие, не осыпавшиеся листья и те, которые имели лишь слабые признаки порчи. После, взяв небольшие острые ножницы, быстрыми уверенными движениями Император обрезал лишние ветки мешавшие деревцу расти вверх. Размешав удобрения в стакане воды, тщательно полил землю, питавшую растение.

Закончив работу, Император включил небольшую люминесцентную лампу, стоявшую у деревца, так необходимую ему для жизни.

Император сделал шаг назад и осмотрел растение. Слегка улыбнувшись, Он неспешно подошел к креслу и величественно опустился в него. Его морщинистые руки тяжело легли на подлокотники.

- Адерон, зайдите ко мне, - мысленно произнес Он. Минуту спустя в дверь каюты вошел высокий человек с железной осанкой. Вся его внешность выражала почтение и готовность выполнить любое приказание повелителя.

- Адерон, последние 42 года ты исполнял все, что было велено, и я ценю тебя за это. Поддержание мира довольно тяжкое бремя, и нести его надо без тени сомнения... В этом нелегком деле ты ни разу не подвел меня, - спокойно подытожил правитель.

- Служу Императору - служу во имя мира! - откликнулся советник, слегка вздернув подбородок.

- Знаю, знаю, Адерон, - с теплом произнес Император. - Мне предстоит одно очень важное дело, в котором я рассчитываю на твою помощь.

- Любое ваше распоряжение будет выполнено, - отчеканил главный советник.

В каюте повисла тишина. Взгляд Императора где-то блуждал, вырываясь за пределы материального пространства металлических перегородок. Адерон покорно ждал, зная, что когда Император принимает решения, спешка лишена всякого смысла...

- Ровно через неделю я повелеваю явиться всем правителям подданных Империи государств.

- Времени мало. Но все будет исполнено, - отрапортовав, советник спокойно ожидал приказ покинуть каюту. Однако Император медлил.

- Каждый правитель должен прибыть со своим семейством.

Приказание повелителя показалось Адерону немного необычным, но он давно научился верить человеку, в чьих руках находился мир родной ему Вселенной уже почти тысячу лет.

- Через неделю в большом зале состоится прием, на котором я намерен обратиться к подданным.

- Как пожелаете, повелитель.

- Что ж, если мы обо всем договорились, ты можешь идти Адерон.

Император обернулся к иллюминатору; его глаза мало чем отличались от пейзажа по ту сторону пластика - темные и глубокие, как бездна, поглощавшая миры.

- Служу Императору - служу во имя мира, - с этими словами главный советник резко развернулся на каблуках и покинул каюту, чтобы с точностью часового механизма выполнить распоряжение владыки.

Тяжело вздохнув, Император, взглянул на деревце. Деревце сияло зеленью и казалось, благодарило своего хозяина за постоянную заботу и любовь. Ах, если бы и с людьми все было так просто.


Глава 2


Альфа


По кухне густо расплывались соблазнительные ароматы блюд, выбранных для сегодняшнего торжества. Они пропитали все пространство и могли свести неподготовленный нос с ума от голода.

Многочисленный персонал кухни то и дело носился от одной кастрюльки к другой, поминутно выставляя, наполняя и украшая подносы, которые уже через секунду уносились по направления к банкетному залу. Замысловатый порядок носил все признаки бессмыслицы и хаоса, что, казалось, совсем никого не волновало. Главное - все должно быть сделано вовремя!

Глаза Кира, обычно отливавшие иссиня-холодной сталью, как и у всех фризийцев, сейчас были темно-серыми от поглощавшего его желания стянуть кусочек праздничного торта со стола главного имперского кондитера. За это он рисковал хорошенько получить по ушам, и это только в самом лучшем случае.

На кухне суетились сотни людей: небывалое количество гостей взбудоражило всю прислугу корабля. Особенно несладко пришлось поварам, которым предстояло не только удивить и накормить гостей во время приема, но и не ударить в грязь лицом после него, так как гости должны были провести на Альфе еще неделю.

Но все эти подробности мало волновали преступника. Медленно проползая под разделочным столом мясника, словно ведомый древним инстинктом хищник, Кир двигался к цели. Оставалась всего каких-то пара шагов.

- Кир, я тебя везде обыскалась!

Перед тринадцатилетним мальчуганом выросла фигура матери.

- Тебе не следует мешаться под ногами. Идем, поможешь мне убрать каюты гостей.


Неудавшийся воришка понуро поплелся за матерью из кухни. Мысли о чудесном торте развеялись в прах.

Мать Кира работала горничной на Альфе, не самая завидная работа для фризийки.

Они проходили по длинным коридорам корабля, навстречу часто попадались дети и подростки. Кир был рад этому, на Альфе найдется немного живых существ одного с ним возраста. После торжества можно будет позадирать сопливых принцев.

Обрадовавшись внезапной мысли, Кир не заметил, как мать резко свернула влево. Подняв растерянный взгляд, первое, что увидел Кир, это несущийся на него, вероятно, будущий объект насмешек. "Знакомство" было неизбежным.

Столкнувшись, Кир упал навзничь и больно ударился затылком о пол; незнакомец кубарем покатился через Кира и отлетел к стене, издав скомканный вскрик.

Первым пришел в себя незнакомец. Медленно подползая к Киру, он тихонько спросил:

- Ты жив?

- Не уверен, - все было как в тумане, мысли путались.

- Извини, я убегал от няни и не заметил тебя.

Сознание возвращалось с трудом. Перед Киром нависло лицо с широко раскрытыми голубыми глазами. Незнакомец поморщившись, потирал лоб.

- Блин, теперь шишка будет. Меня зовут Санар, я с Мириона. А ты?

- Я Кир, с Фризии.

- С Фризии?! - восторженно воскликнул новоявленный друг, перестав тереть лоб и разинув рот. - А правда, что вы можете часами находиться на морозе голыми и есть сырое мясо кворфов?

Кир лишь приподнял бровь, удивляясь беззастенчивости нахала.

- А тебе, наверное пять, раз за тобой все еще ходит нянька.


Санар мгновенно залился краской и потупился.

- Мне двенадцать. И я наследный принц республики Мирион, - ярко-голубое кимоно, расшитое золотом, было тому подтверждением. Санар гордо задрал подбородок, светлые прямые волосы были стрижены выше ушей. Санар был словно вылизан, весь, от кончиков волос до идеально гладкого костюма. "Да уж, принц", - хмыкнув, подумал Кир. И автоматически одернул борцовку.

- А мне какое дело?

Кир ненавидел заносчивых вельмож, считавших себя лучше других по праву рождения.

Повисла пауза.

- Я не хотел тебя обидеть, - слегка высокомерно, как показалось Киру, заявил "будущий король". - Просто о вашей планете ходят столько разных историй... И вас все боятся, - осторожно, и со сквозившим в голосе уважением, добавил Санар. - А в няне нет ничего удивительного, ведь она положена нам до пятнадцати лет по протоколу, разве на Фризии так не принято?

Кир молчал, размышляя, как бы получше ответить недомерку.

- Кир! Мне некогда тратить время на твои поиски! Идем же, комнаты сами себя убирать не станут.

Не сказав больше ни слова, да этого и не требовалось, Иона развернулась и быстро зашагала по коридору, ведущему в левое крыло корабля.

Весь вид Кира выражал досаду. Ну надо же, как не вовремя появилась мать.

Резко развернувшись, Кир быстро побежал догонять маму, по пути подбирая "оброненное" достоинство.

Ему было болезненно неприятно отношение "сильных мира сего" к обычным людям. Он видел так много презрительных и высокомерных взглядов, что, пожалуй, с первой встречи мог определить, какую ступень занимает то или иное высочество.

Находясь на борту политического центра Вселенной, ему с лихвой приходилось наслаждаться высшим обществом. Но, как это не удивительно, презрение было не самым отвратительным чувством, с которым ему пришлось познакомиться.

Часто его просто не замечали, смотря мимо или словно разговаривая с невидимкой, отдавая приказ пустому месту перед собой. Безразличие рисовало ноль, которым он, в сущности, являлся для многих... для окружающего его мира. Он так хотел быть его частью, в то время как тот старательно его игнорировал.

Иногда он подолгу рассматривал себя в зеркале, стараясь увидеть какие-либо недостатки. Он вглядывался в очертания глаз, изгиб носа, подъем скул: кажется, все было как у всех, Кир даже находил себя привлекательным. Так почему же такая несправедливость, почему кто-то считает себя лучше других?

Однажды он спросил об это у матери.

- Ох, родной, ну что же здесь удивительного? - с мягкой улыбкой вздохнула мать.

- Мам, мы ведь точно такие же - ни лучше, ни хуже. - "Хотя, может и лучше", - подумал про себя Кир, - "мы никого не унижаем и ни над кем не смеемся", - однако, вслух ничего не добавил.

- Да, конечно, у нас есть две руки и две ноги, голова на плечах, но это еще не все, почему тебя оценивает окружающий мир.

- Что же важно? Просто иметь кучу денег? - кипятился Кир, раздосадованный такой глупостью.

- Понимаешь, если бы мы жили в лесу и все, что нам было нужно - мягкая подстилка для сна, свежая пища, чтобы удалить голод, - это одно. Но ведь человек мог больше и он начал трудиться, работать руками, он научился создавать прекрасные вещи.

- Делать ему было нечего, - буркнул Кир, внимательно слушая маму.

Иона усмехнулась.

- Может ты и прав. Или времени было больше, чем достаточно, а может из любопытства, ведь даже домашние барски, те, что сыты и не охотятся, не найдя чем заняться, ходят и трогают все вокруг своими наглыми лапками, нюхают и постоянно метаются. Думаю, и зверям бывает скучно, - ушла в рассуждения Иона, натирая очередное зеркало.

- Ну, научились они создавать всякие там вещи и что с того?

- Наверное, тогда появилась жадность, желание обладать чем-то, копить это. К тому же, если у тебя есть, что предложить взамен, ты всегда сможешь застать кого-то работать вместо тебя, и вот тогда ты чувствуешь себя Богом: люди слушают тебя, подчиняются тебе и, - Иона снова вздохнула, - боятся.

Кир напряженно представлял, как заросший зверь вдруг развел огонь и другие восхитились и стали молить его научить их или сделать такой же. Волосатое чудище задрало нос и покачало головой из стороны в сторону, вздох уныния раздался на освещенной чудо-огнем полянке, и тогда один вдруг сорвался с места и побежал, а другие в недоумении чесали ногой затылки.

Скоро пропавший вернулся, неся в зубах небольшую тушку.

Почему-то Киру приходила в голову только барска.

Итак, с барской в пасти, зверь осторожно приблизился к отныне уважаемому сородичу, и мягко опустил тушку на землю. Тот, принюхавшись, метнул голодный взгляд на свежее мясо и вцепился в него клыками, рыча на остальных, чтобы те отошли подальше.

Разделавшись с лакомым кусочком, - "нет, это точно не о барске", - уважаемый зверь, важно, облизываясь, удалился в кусты; и тут во тьме вспыхнуло второе пламя поменьше.

Звери словно взбесились, наблюдая величайшее чудо, и разом засвистели и заулюлюкали.

Зажимая в челюстях прутик, уважаемый показался из кустов. На самом кончике сухой веточки, слабо подрагивал оранжево-желтый огонек.

Шквал визга и возбуждения захлебнулся. Обладатель огня неспешно подошел к подносителю, тот, прижав уши и прикрыв глаза, всем телом подался вниз, показывая страх и почтение.

Чудо выпало из пасти зверя и тот важно удалился в свою пещеру, оставляя за собой гвалт обезумевших дуралеев.

Кир дёрнулся, стряхивая сон.


- А что было дальше? - возбужденно требовал продолжения Кир.

- Кто его знает, - донеслось из соседней комнаты, где Иона расстилала свежую постель. - Вероятно, у кого-то лучше получалось копить и приумножать, кстати, это тоже труд. Ну и разумеется, родиться в семье с достатком считается большой удачей, ведь все достается тебе...

- За так. Без труда, - делал вывод Кир.

- Да, ты прав. Но с другой стороны, для кого еще родители стараются всю жизнь, как не для своих детей.

- Ладно. Но откуда столько презрения к тем, кто этого не имеет? - не унимался Кир.

- Думаю, здесь может быть несколько причин. Как правило, мы видим здесь не просто богатых людей, но влиятельных аристократов. Люди, которым просто удалось сколотить состояние, держатся просто и приветливо. Те же, в чьих руках богатство находится на протяжении столетий, зовутся благородными семьями или голубой кровью.

- Почему голубой? Почему не желтой, например, ведь это цвет золота.

- На нашей родной планете... - начала было Иона.

- Фризии?

- Нет. Я говорю о колыбели человечества - Земле. Небо имело голубой цвет, - Иона потянулась к балдахину, чтобы поправить складочки, - все оттенки от темно-синего в сумерках до лазурного в горных местностях. Древние люди считали, что там обитают Боги, и поэтому небесно-голубой издревле считается божественным, священным.

Кир пытался представить эту самую Землю, о которой столько говорили и так мало знали наверняка.

- А откуда ты знаешь? - просто поинтересовался Кир, и то ли ему показалось, то ли взгляд матери стал тяжелее.

- Дедушка рассказывал.


Дальше Кир не стал спрашивать - эта тема была табу; он попытался отвлечь маму.

- Ну и что же такого особенного в этой "голубой крови"?

- Как ты должен понимать, такая семья стремится к приумножению богатств и обретению большей власти, и, конечно, им не нужны люди иного круга. С детства ребенку объясняют, с кем ему дружить и кто совсем не стоит внимания. Родители боятся, что кто-то может воспользоваться дружбой с влиятельной особой, что, собственно, не раз происходило в истории. Или продолжатель рода выберет в спутники простолюдина и испортит кровь.


Кир нахмурился от таких слов. Неужели у него грязная кровь, ведь это же не скатерть и не белье. Ему стало мерзко на душе.

- Поэтому аристократы воспитываются в жестких рамках, искаженных в нашем с тобой понимании. Отвращение к простым людям, умение искать и получать выгоды, заключать перспективные союзы - вот лишь некоторые принципы, которыми руководствуется высший слой общества. Поэтому не суди их слишком строго, они всю жизнь слушали свое окружение, они не знают другой точки зрения, это для них так же естественно, как дышать.


Кир молчал, протирая декоративный кувшинчик уже пару десятков минут.

Иона подошла к сыну и крепко его обняла.

- Мне жаль, что тебе приходится сносить такое отношение, - тихо говорила она, - но ты ведь знаешь, что здесь мы в безопасности. Да и не все могущественные люди так плохи, как ты думаешь. Выкинь это из головы.

- Ладно, мам. Пусти, - аккуратно высвобождаясь, сказал Кир.

- Ох, ну в кого же ты такой не ласковый, - пошутила Иона и тут же поняла, какую ошибку допустила.

Кир с надеждой смотрел на мать, может быть, сейчас она расскажет ему об отце.

Иона отвернулась, лицо ее было серым.



Везде толпились люди. В широких проходах и узеньких тупиках, в просторных комнатах отдыха и на смотровых площадках, откуда, кстати говоря, отлично просматривались охранные корабли, выставленные на дежурство в связи с проходившим мероприятием.

Правители всех государств собрались в одном месте - небывало завидная цель для террористической атаки. Но лишь в мечтах.

Защита мощнейшего корабля во Вселенной и борта номер один, так как он являлся постоянной резиденцией Императора, - Альфы, была совершенной; датчики наблюдения не пропускали ни один механический или электронный объект на расстояние во много тысяч километров, непробиваемое поле магнитной защиты, предотвращающее одновременную атаку лазеров во всех точках приложения, мощнейшее оружие - от ударного до блокирующего любые электромагнитные импульсы и, конечно, двигатель, вырабатывающий энергию для ворот гиперпрыжка по необходимости. Не каждый корабль мог вообще путешествовать на гиперскоростях, даже через стационарные ворота.


Внутреннее убранство Альфы завораживало великолепием. Красный, золотой и белый цвета превращали технологичный космический корабль в древний пышный дворец.



Комнаты для гостей и парадные залы были пышно декорированы дорогой материей с золотой оторочкой. Тонкая резьба мебели и гипсовая лепнина, служили штрихами изящества и шика. Толстые мягкие ковры устилали все гостевое пространство, за исключением рабочих отсеков. Прозрачные хрустальные люстры преломляли свет россыпью бриллиантовых осколков, украшая стены и дорогие костюмы вокруг.


Как же много труда требовала забота о роскоши. Тысячи служащих несли ответственность за безукоризненное поддержание порядка. Роботы на Альфе были лишь частью управляющих систем и были запрещены в бытовом обслуживании, так как роботом было во много раз проще управлять, используя вирусы и взламывающие программы, чем обычными людьми. К тому же, мало что могло укрыться от взора Императора.


Альфа была неприступной и величественной крепостью для захватчиков, которые в последнее столетия даже не отваживались совершать нападения, так как провал был заранее известен.

Дополнительные меры защиты в виде маневренных истребителей, висевших на орбите, были, скорее, для торжественности события и дани уважения титулованным, находящимся на борту.

Пожалуй, это был первый случай в истории, когда все лидеры имперских государств собирались вместе. Даже встречи политических и экономических союзов не имели в составе и половины правителей.

Все были взбудоражены масштабами мероприятия, тем более, не имея никакого представления о цели визита.

В парадном зале не осталось ни одного свободного места. Шум и гам, казалось, заполняли каждый уголок роскошной залы. Правители государств и их жены, вельможи, хитростью проникшие на прием, официанты, шныряющие с напитками и холодными закусками - это еще ничего. Но бесчисленная орава шкодивших повсюду принцев и принцесс превратилась просто в тотальное бедствие. Крики, плачь, борьба...

"Да, нескоро еще позабудут правители подданных Империи государств столь насыщенный синяками и ссадинами прием", - с улыбкой подумал Адерон, довольно взирая на происходящее с балкона под потолком залы. Не все же время изображать величие, так часто прикрывающее лень и безделье жизни вельмож, размышлял советник. Пусть попробуют сами усмирить своих отпрысков.


Одна из сцен была особенно забавной.

- Гвиник! Оставь в покое бедного мальчика! Ах ты, негодник! Ну, я тебе сейчас задам.

И, погнавшись за шустрым отпрыском, правительница планеты Зарик неуклюже запрыгала на каблуках вдоль прохода парадной залы. Мальчишка, которого только что отмутузил Гвиник, весь красный, в слезах и соплях, поплелся к матери.

- Господи! Лимар, мальчик мой, что случилось? - осведомилась заботливая мамаша, графиня Анадэи.

- Этот Гвиник меня побил! Мама, прикажи папе его повесить!

- Ах, этот несносный мальчишка! Ну, ничего сынок не плачь. Однажды и он, и его родители могут нечаянно отравиться, пойманной в реках Зарика рыбой...

Да, мир царящий вокруг, зиждился на силе и мудрости лишь Одного.


В зале зазвучала торжественная музыка и из тайного прохода, расположенного у трона, появился Император. Черный, как бескрайние просторы вселенной, костюм идеально сидел на правителе. Белая седая борода спускалась почти до пояса. Никаких деталей; лишь поглощающие свет черные глаза, видевшие рождение Империи.

В зале висела почтительная тишина. Даже дети, казалось, были заворожены бездонным взглядом этого человека. Парнишка, ближе всех стоявший к трону, не мог оторвать кошачьих зеленых глаз от силы, словно ореолом окутывающей старца. Его Могущество подавляло и восхищало одновременно. В этот момент, больше всего на свете парнишка хотел быть таким же, как старец.

Восхищение толпы звенело в тишине.

- Прошу всех садиться, - изрек Император.

Еще несколько секунд никто не шевелился. Но вот послышался шорох, люди ожили, задвигались стулья, кто-то зашептался, и все начали рассаживаться.

В первом ряду сидело одно из самых могущественных семейств в Галактике. Правитель Косбейра Брейм, его супруга и четырнадцатилетний сын, наследник трона, Раймах. На лице правителя Косбейра читалась глубокая задумчивость. Внезапное требование Императора явиться на Альфу!? Что это могло означать и что за новость собирается сообщить Император.

Над этими вопросами размышляли все, кто мог самостоятельно завязать шнурки на ботинках. Люди были в недоумении, некоторые боялись, хотя за годы почти тысячелетнего правления никто ни разу не усомнился в справедливости Императора. Даже недовольные, существующим порядком втайне сетовали, на то, что Император не допускал ошибок. Ведь такое само по себе невозможно!


Тем временем, Император неспешно оглядывал собравшихся; особенно его интересовали дети. В самом конце залы, у колонны, встав на стул, выглядывал худощавый мальчуган. Его голубые глаза согревали старца, несмотря на пропасть залы между ними. Что ж, пора начинать.


- Приветствую Вас, подданные Империи, - величественным тоном прогремел Император.

- Служим Императору - служим во имя мира! - прозвучал хор нестройных голосов.

- Думаю, все Вы удивлены моим неожиданным приглашением посетить Альфу.


В зале застыла тишина.


- На самом деле ничего неожиданного в нем нет. Просто я не считал нужным до поры до времени беспокоить Ваши занятые государственными делами головы всякими пустяками, - остановившись, Он рассеяно погладил бороду рукой. - Девятьсот девяносто два года по новому летоисчислению я возглавляю Империю. Девятьсот девяносто два года я являюсь Императором союза, организованного во благо мира и процветания наших земель. В день тысячелетия моего правления я покину вас.


Напряженная тишина разом обрушилась водопадом возгласов. Шум, споры - все смешались в бессмысленный гвалт.

Дети обеспокоено глазели на родителей. Они никак не могли взять в толк, что такого интересного могло только что случиться.

Император поднял руку, прося тишины. Люди недовольно смолкали.

- Причин для бурных дебатов нет. Ровно через восемь лет я оставлю Империю, - помедлив, он продолжил, - из числа собравшихся здесь я изберу преемника, который после меня возглавит Империю.


Не выдержав напряжения происходящего, правитель Зарика, Ольвик, поднялся.

- Прошу прощения повелитель, но кто станет Вашим преемником?

- Разумеется, самый достойный, - спокойно сообщил Император.

- В связи с данным обстоятельством не могу не напомнить о республикие Имрах, которая первой вошла в состав Империи.

- И предводителем которой, конечно, являетесь вы, Джеранг, - покраснев от злости, прошипел Ольвик.

- Что ж, раз уж вы упомянули, я готов предложить свою скромную кандидатуру на данный пост немедленно, - пафосно воскликнул Джеранг.

- Тишина! - грянул холодный голос Императора. - Сколько вам лет Джеранг?

- Сорок девять, мой Повелитель, - слащавость голоса вызывала желание сплюнуть.

- Боюсь, вы слишком стары, - с нотками сожаления в голосе изрек Император.


Глаза правителя Имраха сверкнули холодной яростью. Но спорить с Императором он не решился.

Лицо зарикийца расплылось в самодовольной улыбке. Республика лишь недавно досталось ему по наследству. И он был еще довольно молод для правителя обширных земель Зарика. Эта мысль, промелькнувшая в сознании Ольвика, не осталась незамеченной Императором.

- А Вам, Ольвик, насколько я помню, нет еще тридцати пяти.

- Ваше Величество чрезвычайно внимательны к своим подданным. Я с радостью возьму на себя бремя ответственности по поддержанию мира в Империи, - самодовольно добавил зарикиец.

- Очень благородно с вашей стороны... но, боюсь, и вы немного староваты для этой должности, - искренность в голосе Императора раздражала больше, чем его слова.

"Старый лис", - подумал Ольвик, слегка опустив голову, чтобы скрыть яркий румянец, заливший его полное лицо.

- Ваше Величество, не могли бы Вы сообщить предполагаемый возраст и требования к Вашему преемнику, - медленно произнес Брейн, правитель Косбейра.


Пауза начинала потрескивать от напряжения.

Император явно не спешил с ответом.

- Как и было сказано, преемником станет достойнейший. Я научу его всему, что необходимо для справедливого правление Империей. Мне понадобится на это 8 лет и одно чистое сознание.

В течение следующего дня я отберу претендентов из числа наследных принцев, которые впоследствии пройдут обучение. По окончанию которого я и изберу себе преемника, - Император сделал паузу, давая время переварить услышанное, - ну, а теперь давайте праздновать. Сегодня как-никак мой день рожденья.

В конце залы послышался грохот упавшего стула и чьи-то всхлипы.


Глава 3


Кир


После того, как Кир с матерью закончили уборку каюты, в голове сорванца уже созрел план.

Как только Иона отвела его на кухню, чтобы накормить ужином, он незаметно улизнул из-за стола, пристроившись за одним из уборщиков, и тихонько проскользнул в пустой зал, где сейчас были только служащие, наводившие порядок после праздника.

Воровато оглядевшись, он сразу заметил небольшой круглый столик справа от императорского трона. На нем, словно на пьедестале, возвышался съеденный наполовину торт. Бесспорно, награда ждала своего победителя; Кир хищно улыбнулся.


Подкравшись к долгожданному торту, Кир, спрятался за белой скатертью столика, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Неспешно стаскивая большие куски торта со столешницы, хулиган довольно набивал себе рот. Победа!


Она размышлял: какие все-таки расточительные эти аристократы. Разве можно не доесть такой вкусный торт! Дядюшка Померан готовил его двое суток; даже не позволил слизать крем с подготовительного подноса, где он тщательно вырисовывал трубкой воздушные белоснежные узоры, напоминающие Млечный Путь.

Все же ему довелось видеть огромное множество именитых гостей, однако, едва ли наберется пара благородных, кто были бы достойны внимания Кира.

Разве мог он восхищаться правителями, которые не застилают кровать поутру и оставляют полотенца на полу ванной комнаты или даже пятна вина на белоснежных коврах, пятна, которые приходилось сводить его матери!

Иногда Кир был возмущен такой неопрятностью и свинством.


Имея в жизни все - они так беспечно себя вели, не ценя блага, данные им от рождения. На людях же вельможи были подобны древним царям, которых Кир видел на страницах учебников, сияя великолепием, созданным руками других людей. Например, этот мирионец, сбивший его с ног днем, не успел извиниться, как тут же начал кичиться своим происхождением. Кир презрительно наморщил нос.


Киру припомнился утренний случай.

Мама послала его в шестой отсек проверить пепельницы гостей.

Кир находился в одном из лучших номеров Альфы. Просторное помещение могло бы вместить десять, а то и больше, стандартных номеров, в одном из которых жили Кир с матерью. Все здесь было прекрасно: высокие потолки, анимационные окна с тысячами заставок, приятный аромат цветочных букетов.

Он подошел к прикроватному столику и заглянул в пепельницу - пусто, и сел на кровать.

"Отлично", - порадовался Кир, - "значит, никаких прожжённых простыней и пожаров". Он провел рукой по ярко-красному бархатному покрывалу. "Вот бы поспать на таком", - в сотый раз размечтался Кир.

Он вздохнул и лег, широко раскинув руки. Приглушенный свет напоминал, что только недавно Кир дремал в своей простой уютной кровати. Он широко зевнул и прикрыл глаза. Интересно, как это - с утра до вечера развлекаться, болтать, пробовать изысканийшее деликатесы.

Кир представил себя в белом костюме, важно идущим по коридору, не удостаивая никого взглядом... "Так и в стену врезаться можно", - усмехнулся Кир. И вдруг, со всего разбега, в него врезается какой-то жалкий мальчишка... "Ай, идиот, совсем страх потерял!" - неужели он мог такое сказать, испугался Кир.


- Вставай грязная сволочь!


Кир резко проснулся.

Перед ним, уперев руки в бока, возвышался великан с перекошенным от злости лицом.

Кир поняв оплошность, метнулся с кровати и встал на почтительном расстоянии; сердце глухо билось в груди.

- Вам только дай волю, так вы совсем забудете свое место! - с презрением, плевался великан, который временно занимал номер.

- Прошу прошения, я нечаянно заснул, - как можно вежливее и холоднее произнес Кир, смотря ему прямо в глаза.

- Ах ты, щенок! Дерзить смеешь!

И с этими словами он сделал резкий выпад вперед, пытаясь схватить Кира за плечо. Кир мгновенно отступил назад, левее, и тот промахнулся. Не поверив осечке, гигант повторил выпад, но и тут Кир оказался шустрее.

Залитыми кровью глазами гигант посмотрел на мальчишку.

- Ах ты, паршивая овца! Пшел вон! Убирайся!

Кир не стал ждать второго приглашения и кинулся к двери. Как только он оказался в коридоре, вслед ему полетело покрывало; он тут же его схватил и кинулся вон из отсека.

"Да уж. Ничего нового", - размышлял Кир над произошедшим. Сколько раз он терпел на себе гнев из-за подобных пустяков, он бросил считать после первой недели на Альфе.


Сегодня выдался особо сложный день, задумался Кир над третьим куском. Из-за обилия гостей работать приходилось не только больше, но и быстрее. Мама совсем выбилась из сил и, попросив Кира не задерживаться и ничего не натворить, устало поплелась отнести средства для мытья в кладовку, перед тем как упасть в кровать и забыться мертвым сном.

"Проклятые богатеи", - осуждающее вынес не подлежащий обжалованию приговор судья.

Четвертый кусок пережевывался медленно и, скорее из жадности, нежели от желания. День Киру выпал насыщенный: прием, уборка кают, охота на торт. Глаза мальчика медленно закрылись. Интересно, в каком номере живет тот сноб?

С этой мыслью и куском в руке Кир повалился под стол, скрываемый от всех треволнений мира белой узорчатой скатертью.



Следующий день начался очень рано. Весь корабль был взбудоражен новостью о конце правления Императора и его возможном преемнике. К завтраку каждому правителю пришло письмо, в котором сообщалось:

1.Кандидаты на пост будущего правителя Империи будут отобраны лично Императором.

2.Кандидатом может стать мальчик не старше 15.

3.Отбор кандидатов будет проводиться в тронном зале сегодня в 12.00 по земному времени.


Начались споры о том, кто займет трон. Появилось много недовольных, которые не имели наследников и поэтому с самого начала выпали из гонки за власть. Другие не имели наследников нужного возраста, ведь по законам Империи в 15 лет мальчик становился мужчиной, следовательно, переставал быть ребенком, а Императору было необходимо дитя.

Сначала правители даже хотели возмутиться несправедливости выборов нового наместника, но им быстро напомнили, с кем они хотят поспорить и все разговоры волей-неволей утихли.

Другие были разочарованы первым положением в сообщении, так как возможность подкупа сразу отпала.

Некоторые правители самых могущественных государств и республик уже видели своих сыновей повелителями Империи, некоторые наиболее тщеславные уже подсчитывали экономические и политические выгоды в случае, если их отпрыск взойдет на престол.

В свою очередь, щепетильные мамаши все утро были заняты своими чадами. Одежда, прическа, манеры, ответы на всевозможные вопросы Императора; сколько всего передумано, сколько волнений пережито за одну лишь ночь. Объекты воспитания, в свою очередь, за время, отпущенное до отбора, растеряли всю присущую детям беззаботность и радость, царившую в их сердцах в связи с поездкой.


- Не ковыряйся в носу!

- Держи спину прямо!

- Сделай серьезное выражение лица!

- Не забывай все время кланяться!

И каких еще только советов не получили будущие преемники.


Тем временем юные отпрыски во главе со своими отцами стекались к дверям приемной залы. Всего набралось 82 претендента. В воздухе царило напряжение. Лица отцов были серьезны. Все переглядывались в недоумении и нервном страхе, что же ждет их за дверью залы.


Ровно в 12.00 по земному времени из-за тяжелой створки показался Главный Советник Императора Адерон.

- Прошу претендентов войти в зал, - буднично-повелительным тоном распорядился Советник.

Вся многочисленная толпа зашевелилась и двинулась к входу.

- Только претендентов, отцы могут подождать решения здесь.

Дети постарше прошли в зал, некоторых подталкивали отцы. Правитель Тарпии подбодрил сына улыбкой, и мальчик смело направился к заполненному проходу. Как только последний ребенок переступил порог неизвестности, Адерон вошел следом и тихонько прикрыл за собой дверь.

Оказавшись внутри, дети сбились кучкой у левой стены комнаты. Император спокойно восседал на троне.

- Подходите ближе, Вас никто не обидит.

Подростки постарше с наигранным достоинством повиновались словам. Дети помладше гуськом пододвинулись ближе, но все же замерли на почтительном расстоянии от старших.

- Вы знаете для чего вы здесь?

Принц Косбейра Раймах, один из самых старших мальчиков в комнате, ответил:

- Мы здесь, что бы вы могли выбрать себе наиболее достойного преемника.

- Правильно. Поднимите руки, кто хотел бы стать Императором?

Несмело, одна за другой, вверх поднялись все руки.



- Хорошо. А кто знает, как живет Император?

- Император правит Империей, - смело заявил мальчик с кошачьими зелеными глазами.

- Правильно. Как тебя зовут, дитя?

- Я не дитя. Я наследный принц Имраха Азул, - заявил отчаянный храбрец.

Атмосфера едва заметно застыла. Разве можно было так разговаривать с владыкой? Император изучал парня лишь мгновение.

- Извини, Азул. Я стар, и глаза стали меня подводить. Теперь я вижу, что передо мной взрослый мужчина, готовый взвалить на себя бремя ответственности, отказаться от веселья и игр, вступить на путь лишений и одиночества, - тяжело закончил Император.

- Я готов, - самонадеянно выкрикнул парень.

Император слабо улыбнулся и неторопливо обвел взглядом собравшихся детей.

- Все ли готовы?

Этот вопрос был задан всем и каждому. Послышалось несколько ответов, другие замерли в нерешительности.

Робким голосом один из малышей спросил:

- И больше нельзя будет играть с космическими самолетиками?

Его мягкие черты лица говорили об изнеженности и заботе. Наивные глаза с надеждой смотрели на повелителя.

- К сожалению, нет, - по-отечески добро покачал головой Император.


Тяжело вздохнув, Император махнул рукой в сторону левой части залы, и в тот же миг тм появилось множество игрушек, всех цветов и размеров; там были и механические модели, двигающиеся без посторонней помощи, и голографические костюмы причудливых существ, и конструктор, из которого можно сделать все что угодно, и движущиеся аппараты, позволяющие летать в метре над поверхностью на небывалой скорости, и сладости, собранные со всех планет Империи, и еще многое-многое другое.


Дети глазели на это чудо, позабыв, зачем они здесь на самом деле. Так хотелось подойти поближе, потрогать все эти богатства. Избалованные безмятежным существованием, они были еще совсем малы и их юные сердца редко тревожили взрослые проблемы. В этой жизни они имели все и, конечно же, они всегда могли положиться на своих родителей. Единицы воспитывались в аскетичных условиях, требовавших дисциплины и смирения.

- Ну же, смелее. Императором быть тяжело и неинтересно.

Малыш, стоявший к игрушкам ближе всех, сделал нерешительный шаг и замер.

- Родители меня накажут, - пробурчал он, и его лицо выразило нестерпимую муку при мысли, что от всего этого надо отказаться.

- А они ничего не узнают, - подмигнув, подтолкнул Император.

И этого оказалось достаточно, не мог же в конце концов их обманывать сам Император.

Сначала один малыш, а затем другой и третий двинулись к куче игрушек. Через минуту больше половины ребятишек были поглощены занятием куда более интересным, чем выборы какого-то там Императора. Они возились с моделями, делили части конструктора, кто-то носился в костюме Таргила и пугал зазевавшихся сверстников.


Подростки наблюдали за этим, испытывая разные чувства. Кто-то презрительно фыркал, другим было откровенно забавно, третьи, казалось, сами были бы не прочь присоединиться к играм.

- Вы рады? - спросил Император.

- Да, очень! - послышались радостные возгласы.

- Ну, тогда не будем больше волновать ваших пап и мам. Берите любые игрушки, какие нравятся, и отправляйтесь к родителям, а нам нужно продолжать работать.

Многие сгребли в охапку все, что могли утащить, и двинулись к выходу. Один парнишка замялся у двери и внимательно посмотрел на Императора.

- Не волнуйся, это останется нашей маленькой тайной.

Лицо ребенка осветила радостная улыбка и он скрылся за дверями залы.

Как только дверь захлопнулась за последним ребенком, в зале повисла тишина.


Перед Императором осталось 18 детей. Первый этап был завершен и самые маленькие отправились домой. Было легче потратить час, чем сутки объяснять их родителям, что дети слишком малы. Адерон, все это время наблюдавший за происходящим, сидел за столиком по правую руку от правителя и с интересом рассматривал ребят. Теперь остались мальчики постарше.

- Кто полагает, что за мир нужно бороться? - спросил Император.

Все подняли руки.

- Прекрасно. Не хочу скрывать, что Ваше обучение будет крайне суровым, иногда жестоким. Настоящий Император всегда должен сражаться до конца и иметь несгибаемую волю. Иначе Империя просто-напросто развалится. Сейчас Вы должны доказать свою силу и смелость в драке друг с другом. Согласны?

Многие что-то выкрикнули, в знак того, что готовы. Другие чуть заколебались, им не очень-то хотелось драться; кому-то, вероятно, и вовсе никогда не приходилось бороться.

- В сердце настоящего Императора нет места страху, - Император обращался к сомневающимся.

- Я хочу, чтобы вы выбрали по игрушке и покинули залу.

Те, к кому были обращены слова, безошибочно поняли, что им надлежит удалиться. Дети не отважились спорить и сделали так, как хотел Император. Хотя некоторые откровенно расстроились, в глазах блестели слезы.

В зале осталось 12 детей.

- Адерон, раздели детей на пары и объясни правила.

Адерон исполнил приказание Императора, и перед троном образовалось 6 пар.

- Отлично. Вы будете бороться друг с другом по очереди. Победители схваток станут моими учениками. Если кто-то захочет прервать схватку, ему будет нужно лишь постучать рукой о пол. Итак - приступим.

Пара за парой мальчики выходили на середину залы и по приказу Адерона начинали драться.

Ребята боролись до последнего. Одному расквасили нос, другой стоял с подбитым глазом; синяки и царапины украшали практически всех драчунов. Четыре первых драки были такие ожесточенные, что пятая пара попросила у Императора разрешения покинуть зал.

Осталось всего одна пара. На середину вышли двое мальчишек примерно одного роста.

- Бой! - объявил Адерон.


Мальчики, внимательно уставившись друг на друга, были напряжены до предела. Никто не спешил первым бросаться в атаку. Готовые к схватке, они медленно начали сближаться, двигаясь по невидимой дуге.

Первый выпад сделал Азул. Его зеленые глаза злобно блеснули и он бросился на Санара.

Вцепившись друг в друга, они повалились на пол. Санару с трудом удалось отпихнуть от себя Азула и вскочить на ноги. Азул не стал выжидать и снова набросился на противника. Тот, изворачиваясь, зарядил ему локтем в грудь. Дыхание сбилось лишь на секунду.

Обозленный Азул накинулся на противника, вцепившись в ворот его кимоно, слегка приподнял его над землей, и этого оказалось достаточно, чтобы лишить его твердой опоры. Заведя ногу ему под колено, он снова повалил его падая сверху, лишая Санара возможности откатиться и сбежать.

Санар задохнулся, больно ударившись о монолитный пол, и не мог сделать новый вздох от тяжести Азула.

Последний тут же перехватил рукой шею упавшего и начал душить.

Наполовину задушенный Санар лежал на лопатках, уставившись на противника мутными светлыми глазами. Его попытки ослабить захват Азула были тщетны. Он отчаянно не хотел сдаваться. Сколько раз, как и сейчас, ему хотелось все бросить и сказать - "Я не могу, простите!" - но он все же продолжал сопротивляться.

Сознание помутнело.

- Сдавайся малец, не глупи! - выкрикнул Адерон.

Услышав чей-то возглас, Кир резко проснулся. Не понимая, где находится, он суетливо начал озираться, и через узорчатые кружева скатерти увидел двух сцепившихся ребят. Один сидел на другом, схватив за шею, побежденный мальчик весь покраснел и тщетно пытался оторвать руки "душителя" от шеи. "Санар!" - мелькнуло в голове Кира.


Не задумываясь, он выскочил из под стола и кинулся к дерущимся. Молниеносно выкрутил руку Азула, рывком поднял его на ноги и отбросил к стене с несвойственной для подростка силой.

Азул врезался в стену с глухим звуком и, замерев на пару секунд, начал медленно сползать вниз, низко опустив голову.

Кир повернулся к Санару.

- Ты жив? - осторожно спросил Кир.

- Вроде, - пытаясь отдышаться, сдавленно выдавил Санар.

- Ты кто такой? - спросил подошедший Адерон, лицо его было сердитым.

- Я Кир, - простодушно ответил он.

Кир все еще не разобрался, что происходит вокруг, но чувствовал, что еще не попив утреннего чая уже влип в неприятности.


- Как ты здесь оказался? Этот отбор не для посторонних, - строго добавил советник.

- Я... спал под столом.


Повисла пауза.

- Что ты делаешь на Альфе?

- Моя мать, Иона, - сделал паузу Кир, - она работает здесь горничной.

- Адерон, не докучай парню расспросами, - спокойно вставил Император. - Почему ты вмешался в схватку?

- Не знаю... - не найдя приличного ответа, просто сказал Кир.


Император, казалось, потерял всякий интерес к мальчугану. Он поднялся с кресла и обратился ко всем присутствующим.

- Испытания закончены. Сегодня вечером я объявлю имена тех, кто прошел их.

Дети неспешно пришли в себя и двинулись к выходу. Отец Джулиана наконец-то увидел сына и, не скрывая волнения, кинулся к мальчику.

- У тебя синяк. Все в порядке? Что там было? - напряжение в голосе было не скрыть.

Джулиан поднял на отца теплые карие глаза, морщинка пересекла детский лоб и на лице появилось чувство вины.

- Не помню...


Вечером торжественная зала была набита до отказа. Сегодня Император объявит о своем решении. Интерес усиливался благодаря тому факту, что ни один ребенок не мог ничего вспомнить.

Даже прислуга Альфы толпилась в глубине: по приказу главного советника на столь важном событии должны были присутствовать все. Исключение делалось лишь для команды, которая находилась на вахте в рубке корабля.


После того, как Кир приплелся в их с матерью комнату с жуткой головной болью, он тут же повалился на кровать и забылся беспокойным сном.

Прошедший день изорванными кусками мелькал в сознании, расплываясь как от кислоты. Кир вглядывался в смазанные картинки что было сил, пытаясь удержать отрывки своей жизни. Он мог все отпустить, но ведь это принадлежало ему, это был он.

Сбитый с толку, он не мог разобраться в происходящем, он просто хватал обрывочки памяти словно опавшие листья и все сильнее сжимал их в кулаке. "Это моя, моя жизнь", - гневно раздавалось в сознании и он не остановится, он будет продолжать, пока не соберет все до единого. Больше он свою жизнь не потеряет.


Проснулся он от того, что кто-то гладил его по голове. Это была мама.

- Ну, где ты был, солнышко мое? - усталым голосом спросила мать. - Мы тебя везде обыскались, горе ты мое луковое.

- Ой, мам прости, - по-детски виновато отозвался Кир, метаясь по кровати, - я хотел съесть кусочек торта и заснул, а потом... потом я и другие ребята были в зале, и Император что-то говорил, и драка, и...

Вздохнув, Иона смягчилась. Похоже, Кир еще не пришел в себя. Он не любил, когда мать нянчилась с ним словно с маленьким и вечно пресекал любые ласки, не говоря о том, чтобы признаться и извиняться за свои проказы.

- Тише, тише, тебе просто приснился сон, - она нежно убрала челку с холодного влажного лба, - давай поднимайся и пошли ужинать, мы еще должны успеть в зал, Император распорядился, чтобы вечером собрались все. Не каждый день у нас меняется Император.

Хотя что это значило для их с Киром жизни? Новая эра, скорее всего, плавно перетечет из минувшей. Спокойствие, благоденствие, тяжкий труд и щепотка унижения - ничего, с чем бы не справилась Иона.


Заиграла торжественная музыка и в зале появился Император. Все были в сборе.


- Подданные Империи, я принял решение. Сейчас первый советник Адерон зачитает список кандидатов на Имперский трон. В течение восьми лет они будут проходить обучение под моим личным контролем, после чего я изберу самого достойного. Он станет Императором и будет править следующую тысячу лет.

В зале послышался шепот. Все знали, что ни один народ, населяющий обширные земли Империи, не живет более двухсот лет.

- Будущему Императору будет подарена тысяча лет жизни, - словно отвечая на немой вопрос, произнес повелитель. - Главный советник Адерон, зачитайте список.

По правую руку от Императора поднялся главный советник. Неспешно развернув список, он принялся зачитывать имена.

- Раймах, наследный принц Косбейра.

Принц поднялся. Лицо правителя Косбейра, Брейна, осветилось гордостью за сына.

- Гвиник, наследный принц Зарика.

- Лимар, наследный принц Анадэи.

- Джулиан, наследный принц Тарпии.

- Санар, наследный принц Мириона.

- Азул, наследный принц Имраха.

Один за другим поднялись все дети.

- Кир с Фризии, - закончил чтение списка Адерон.


Повисла мертвая тишина. Возможно, произошла ошибка или попросту все ослышались?

Правитель Элиона попросил слова.

- Ваше Величество, возможно, некоторые присутствующие недопоняли. Насколько известно, на Фризии нет правителя, лишь полудикий союз племен. Да и вообще, мы не слышали, что представитель Фризии здесь, на Альфе.

- Этот, как вы выразились, полудикий союз племен существует с момента создания Империи и имеет не менее древнюю историю, чем Элион. И если мне не изменяет память, то Фризия насчитывает свою историю с 27 года до основания Империи, то есть со дня распада Архаичных Государств.

Элионец слегка побледнел. Ему совсем не нужно было напоминать о том, что его планета была заселена лишь 348 лет назад.

- И отвечая на ваш вопрос - нет, здесь нет никакой ошибки, - твердо добавил Император для тех, у кого все же остались сомнения.

Где-то в конце залы скрипнула боковая дверь для прислуги, и в зал пробрались опоздавшие. Стояла мертвая тишина.

- Кир, будь добр, подойди ко мне, - громом прозвучали властные слова Императора.

Услышав свое имя, мальчик вопросительно посмотрел на мать. Та стояла в такой же растерянности, как и ее сын. Они только что вошли и не успели ничего понять. Однако, не спорить же с Императором.

Иона кивнула, и Кир, медленно пробравшись сквозь толпу прислуги, вышел в главный проход. Все взгляды были устремлены на него.

Сердце бешено стучало в ушах, а ноги не хотели слушаться.

Преодолевая себя, Кир разогнул колени и выпрямил спину. Ужин, съеденный накануне, просился наружу.

В паре метров от трона Кир остановился.

Ему частенько доводилось видеть Императора, беседующим с кем-либо в бесчисленных каютах, проходящим длинными коридорами Альфы, иногда склонившимся над важными бумагами. Он словно жил отделяемый толстым стеклом, за которое иногда удавалось заглянуть украдкой.

Несмотря на то, что их отделяли считанные метры, Кир не заблуждался, осознавая, что между ними непреодолимая пропасть.


- Рад снова тебя увидеть, - тепло поприветствовал Император, глядя Киру прямо в глаза.

Кир не знал, что следует сказать и в ответ только таращился.

В итоге, вспомнив, что все еще стоит с отвисшей челюстью, он резко кивнул и захлопнул рот.

- Надеюсь, ты не возражаешь попытаться стать моим преемником? - тихо спросил Император.

Сам вопрос звучал настолько дико, что Кир никак не мог связать происходящее в единую цепочку и снова кивнул растерянно.

- Ну что ж, я очень рад, - улыбнулся правитель. - Повернись к собравшимся, парень, я намерен тебя представить.

В его голосе Киру послышалась нотка сочувствия.

Кир снова кивнул как болванчик, но, собрав мужество, он глубоко вздохнул.

Сердце застучало тяжело и ровно. Он фризиец и не станет посмешищем перед этими сытыми рожами.

Сотни выпученных глаз впились в лицо Кира, его щеки слегка порозовели.

- Кандидат на трон Императора - Кир.


Глава 4


Прайм


- Варварское племя на трон Императора! Ну и шутки! - яростно возмущался Ольвик, правитель Зарика.

- Дорогой, не стоит так переживать, ведь в конце концов изберут наиболее достойного, - успокаивая мужа, графиня Ерина с любовью посмотрела на обожаемое чадо, которое, в свою очередь, пребывало в отличном расположении духа.

- Да пап, не переживай. Я их всех отлуплю, и они сами разбегутся, - беспечно заявил голубоглазый и светловолосый богатырь четырнадцати лет.

- Гвиник, солнышко мое! - в экстазе любви кинулась обнимать сына графиня.

Лицо Ольвика смягчилось и он довольно хмыкнул.

- Не сомневаюсь, сын. Но как кому-то вообще пришло в голову выбрать этого мальчику-оборвыша! - Не унимался граф.

- Ты прав, ненаглядный, - поддержала Ерина супруга, - я слышала, что он сын посудомойки, прибывший с матерью на последние гроши искать на Альфе работу, - доверительно поделилась графиня, - а еще я слышала, что он неотесанный необразованный недоросль.

- А я слышал, что фризийцы невероятно сильны и обладают магическими способностями, - отламывая крыло модели корабля, заявил Гвиник.

- Чушь! - снова покраснел граф. - Никакой магии не существует, все это глупые байки древности. Давно известно, что любые сверхъестественные способности не что иное как энергетическая и интеллектуальная сила человека, - наставлял сына Ольвик, - и ты бы знал это, если бы слушал внимательнее своих учителей. И за что я плачу этим болванам горы золота?

- Ну, тише, дорогой. Конечно, Гвиник это знает, - сделала упор мать на последнее слово и пристально посмотрела на сына.

Тот лишь слегка отвернулся и, дернув плечами, подтвердил.

- Знаю, знаю, - в руках хрустнул хвост быстроходного лайнера.

- К тому же, мне понятно заблуждения Гвиника...

- Что?! - взревел Ольвик.

- Не кипятись. Дай мне закончить, - поспешила предотвратить взрыв графиня.


Правитель Зарика встал и подошел к анимационному окну. Он еще по прибытию выбрал вид родной ему планеты, но теперь с усилием жал кнопку, подбирая что-нибудь более подходящее. Зрелище темнеющего неба в преддверии грозы его вполне устроило.


Тем временем графиня говорила:

- Несмотря на отсутствие культуры, нельзя не признать тот факт, что Фризия была заселена сразу же после древней катастрофы, как и упомянул Император. И с тех пор предки древних переселенцев ведут свой род, крайне редко вступая в браки или союзы с представителями других миров. Достоверной информации о них крайне мало, вот и растут сплетни и слухи как грибы после дождя, - констатировала очевидный факт графиня.

- Во-вторых, давно ходят поверья о необычайной силе фризийцев, и ты сам прекрасно это знаешь дорогой, - не преминула добавить она, - вот и получается, что такой малоразвитый и малочисленный народ способен творить чудеса. Ведь не могут же они обладать повышенной энергетической и ментальной силой. Откуда? Где результаты: научные труды, инженерные разработки, небоскребы и дворцы в конце концов?

Вот и легче сказать магия, потому что логического объяснения нет, - графиня перевела дух. - По мне так это все или надувательство, или те редкие свидетельства побывавших на планете, не более чем результат непривычно низких температур, сказавшихся на их умственной деятельности.

- Ну, ты загнула, ма! - с отвисшей челюстью, восхитился Гвиник.

- Спасибо, дорогой, - лучезарно улыбнулась мать, получая эти крохи в угоду тщеславию, свойственному в той или иной мере каждой женщине.

- Ладно. Уже поздно и всем пора ложиться. - Спокойно отдал последний приказ на минувший день Ольвик.

Он развернулся от окна и направился к кровати. За его спиной, на экране монитора, гас бледно розовый мирный закат.


Полночи Кир старался понять, что же случилось. Он объелся торта и усталый заснул на месте. Потом какое-то странное собрание подростков и Императора. Один парень пытался задушить выскочку-мирионца и, кажется, у него почти получилось.

Зачем он вообще выполз из-под стола? "Сидел бы тихо и утром снова отправился убирать каюты с матерью".

Отчего-то эта мысль совсем не порадовала Кира - разве ему нравилось то, что он делал? Нет, он был не против потрудиться, ведь лень и безделье были ниже его достоинства. А вот чего он совсем не хотел, так это продлевать свое унижение.

Он совсем не считал, что его кровь была чем-то хуже, да и точно знал из уроков элементарной анатомии, или скорее из собственного опыта, что у всех она была красная, и если приходил чей-то черед отправляться в страну небытия - все в итоге были равны.

Так, может, стоит отправиться, размышлял Кир, в очередной раз переворачиваясь и все больше комкая простынь.

Кир не очень-то верил в судьбу. В его представлении судьба была похожа на космический корабль, который по мановению руки складывался из мельчайших деталей в сложную ступенчатую конструкцию. Но ведь так происходило не само собой. Над ним работали люди, сначала конструируя модель, затем отлаживая функции и проводя еще огромное множество вычислений и действий. Вся конструкция была плодом усилий человека, а не какой-то непонятной силы.

В его голове плохо укладывалось, как все события и живые существа могли быть точно уложены в план, с соответствующей временной разметкой и конечными результатами. Да и кому это, в сущности, было нужно. Ведь если все заранее точно и бесповоротно спланировано, следовательно, выводы очевидны и легко предсказуемы. Нет, тогда продолжать такой сложный и трудоемкий процесс не имело никакого смысла, в понимании Кира.

Но если воля живой инструмент и наше решение действительно стихийно меняет все события, тогда нужно завершить процесс, чтобы увидеть результат и открыть что-то новое.

Да, Киру представлялась собственная логика вполне разумной и он твердо верил, что его жизнь только в его руках и у него есть сила ей управлять.

Вот только это не он решил побороться за трон. Значит, завтра он может сказать нет.

Кир тут же прислушался к себе и не услышал никакой радости в таком решении. А вдруг этот шанс изменить что-то? Пусть ему только тринадцать, но он уже не раз задумывался, что ждет его впереди и чего он на самом деле хочет. Каждый раз он оставался ни с чем, и будущее расплывалось перед ним мутным серо-желтым пятном.


"Я хочу уехать?" - решился задать себе вопрос Кир. "Да", - шепотом ответил ему кто-то. "А я справлюсь?" - "Не знаю".

Кир снова вздохнул и откинулся на спину. Страх не самый лучший советчик. Может, он и оберегает нас, но и лишает новизны и возможностей превратить то, что имеешь в то, что хочешь иметь.

"Я буду храбрым и поеду", - пообещал себе Кир. - "А там решу, что делать дальше". - Кир улыбнулся приняв решение, и, незаметно для себя, заснул.


Рано утром следующего дня в одной из кают для персонала можно было подслушать следующий разговор.

- Мам, ну я правда не знаю, почему Император выбрал меня. - В сотый раз повторял Кир.

Иона нервно расхаживала по комнате, собирая вещи сына. Их было немного: холщовые штаны бледно-синего цвета, пара теплых кофт, сапоги, да спортивные кеды. На Кире была тонкая светлая майка и легкие льняные штаны, в которых он обычно разгуливал по Альфе. Даже по столь торжественному случаю Ионе не удалось натянуть на него что-нибудь более приличное.

- Раз уж ты в это ввязался, прошу тебя, будь осторожен. Слушайся старших и не хулигань, а то я найду тебя, где бы ты ни был и отшлепаю так, что искры из глаз полетят.

- Мне уже тринадцать, - снисходительно напомнил Кир.

Уже в этом возрасте он был выше матери. Но Кир не обиделся, он чувствовал, как она переживает. Он чувствовал это всегда. И от того, что он не может рассказать всех подробностей, ему было только хуже. После вчерашнего вечера Император попросил Кира держать в секрете драку, свидетелем и участником которой он стал. Вернее, ему так показалось. Мысль об этом промелькнула помимо его воли, но сомнений не вызвала.

Все знали, что Император был способен на многое.


Покушения на его жизнь совершались скорее как традиция. Почти за тысячу лет ни один человек, имеющий намерение навредить Императору, не смог приблизиться даже к комнате, где тот находился. Император всегда сообщал заранее, где найти горе-убийцу.

Адерон приказал собрать мальчика и привести на взлетную площадку ровно в 8.00 часов утра следующего дня.

Кир без сожаления оглядел комнату в последний раз. Он осознавал, что здесь ему было невыносимо скучно и ему самому приходилось себя развлекать мелкими шалостями, на которые взрослые почему-то плохо реагировали. Но здесь находились и те, кого он любил и привязался: мама и дядюшка Померон.

- Ты ничего не забыл? - суетясь вокруг рюкзака, спросила мама.

"А что у меня есть?", - безразлично подумал Кир и оглядел типовую каюту номер 87. Он вдруг обнаружил себя главным участником параллельной реальности и все еще не отдавал себе в этом отчета, а просто следовал указаниям старших.

- Нет, ничего.

Кир с матерью спустились в нижний отсек Альфы, где находилась взлетная площадка. Выйдя из лифта, Кир с восторгом уставился на множество космических кораблей, которые не раз преодолевали границы Галактики, участвовали в сражениях и совершали путешествия сквозь время и расстояние. Как работнику кухни ему строго-настрого запрещалось спускаться на нижний уровень. Конечно, он наблюдал пару раз за работой техников, осматривающих оснащение корабля и подолгу спорящих с контролерами, но решетка вентиляционного хода всегда мешала рассмотреть детали и подробности отсека.

- Идем Кир, некоторые уже собрались, - поторопила мать, когда они пересекали гигантскую площадку.

Иона с сыном подошли к Адерону. Тот отметил их в списке и сказал, что они ждут только Джеранга, правителя Имраха и его сына Азула.


Правители многих семей и их достопочтенные супруги презрительно оглядывали Иону и насмешливо улыбались Киру. "Наследник трона, ха!", - громче, чем это могло бы быть приличным, сплюнула баронесса Анадеи. Другие просто не обращали на него никакого внимания.

Кир сжал кулаки и лишь выше поднял подбородок.

Кир заметил Санара, стоявшего дальше всех со своими родителями и двумя девочками. Девочки с интересом поглядывали вокруг и, конечно, пялились на Кира. Заметив это, он отвернулся - "высокомерные дворянки". Что ж, презрение он переживал не впервые.

- Смотри, какой красавчик! - восхищенно зашептала старшая девочка.

- Уймись, Наяда, - шикнула мать. - Имей хоть капельку уважения к... брату, - как всегда драматично произнесла она.

- Санар, - и она положила руку на светлую макушку, - мы одни виноваты в сложности твоего пути - простишь ли ты нас когда-нибудь? Стоявший рядом отец, король Мириона Форос молчал, однако его взгляд подтверждал абсолютное согласие с женой.

- Ой, мама, снова ты начинаешь, - раздраженно отмахнулся Санар.

Наяда не унималась.

- Ты только посмотри, какое тело, ему наверное пятнадцать! - приставала она теперь к Санару.

Кир небрежно стоял, разговаривая с матерью. Зацепившись большими пальцами за пояс штанов и немного сутулясь, он автоматически убрал отросшую светло-русую челку назад.

- Я завидую! Почему это ты должен учиться с ним, - надула щеки Медея, девочка помладше. - Как там его...

Санар обернулся и посмотрел на предмет восхищения старшей сестры.

- Кир.


"Если бы я выглядел также", - расстроенно подумал Санар, украдкой оглядывая чересчур тощие руки и болезненную худобу. "Ну, есть у меня нянька, откуда же такому деревенщине разбираться в протоколе!", - злился он, смотря на Кира. Ему было жутко неудобно за то, что он принял его за равного.

Санар совсем не хотел над ним смеяться или рисоваться и важничать, просто он не сразу обратил внимание на простую одежду Кира.

"Вымахал недоросль, можно подумать ему это поможет. Ничего я буду стараться и стану сильнее", - упрямо наморщился он, выдавая решимость. Он всегда работал усерднее всех, пытаясь оправдать надежды родителей, народа. Они еще будут гордиться им несмотря ни на что.

Джеранг с Азулом появились через несколько минут.


- Поскольку все собрались, я хотел бы кое-что прояснить, - начал верховный советник. - Ваши сыновья отправляются в закрытую военную академию для мальчиков - Прайм, расположенную на планете Геркон. Думаю, Вы о ней наслышаны.

Родители закивали.

- Там ваши дети пройдут обучение. По окончанию первого года им будет разрешено навестить свои семьи. До тех пор Вам запрещено вступать в какие-либо контакты друг с другом, - Адерон сделал паузу, - на этом все. Ровно через минуту все дети должны оказаться на борту корабля, который отбудет незамедлительно, - закончив, главный советник резко развернулся и взошел по трапу.

Родители получили минуту, чтобы еще раз напоследок обнять своих драгоценных чад. Мать Санара заплакала, кто-то давал последние напутствия. Ребята молча смотрели на родителей, тоска зарождалась в их сердце.

Иона крепко обняла сына.

- Будь умницей сынок. Теперь ты гордость своего народа.

Больше она ничего не сказала, да этого и не требовалось, он все прочел в ее сердце.

- Ну, беги, не задерживайся.


Кир схватил рюкзак и быстро взбежал по трапу. Он не хотел, чтобы мама видела его волнение. Впрочем, поспешили все ребята, пряча неуклюжие чувства. Трап корабля поднялся. Родителям приказали отойти в специальный отсек. На взлетной площадке замигали красные огни, потом зеленые. Корабль резко оторвался от платформы и, набирая скорость, полетел к шлюзу. Еще мгновение, и все было кончено.

Сквозь иллюминатор пассажирской каюты сияли незнакомые миры. Киру было грустно оттого, что снова приходилось покидать мать.


Он был еще маленький, когда мама разбудила его рано поутру и сказала, что нужно собираться. Заспанный Кир протер глаза. За окном темно-синий мрак только начинал голубеть, гудел студёный ветер. Он зевнул и выбрался из-под теплой густой шкуры леймона. Босиком пробежав по прохладному бревенчатому полу, Кир взобрался на скамью перед массивным деревянным столом посреди комнаты.

- Сначала умойся, - повелительно напомнила мать.

Кир скривился, зная, что вода в тазу ледяная, но ослушаться он не мог. Бегом спрыгнул с лавки, он побежал в левый от двери угол, где за плотной занавеской, уже стоял таз с чистой водой. Набрав воздуха, Кир быстро зачерпнул ладонями воду и дважды омыл лицо. Все так же щурясь, он ощупью нашел полотенце и принялся что есть силы растирать ошпаренную холодом кожу. Наконец-то полностью проснувшись и приведя себя в порядок, он снова бросился к столу.

Там его уже ждала миска с теплой овощной похлебкой. Кир схватил ложку и зачерпнул суп. Теплая жидкость приятно растеклась по телу.

- Поспеши, дядя Антарий скоро придет.

- Зачем, - чавкая, спросил маленький Кир.

- Пришло время твоего обучения.

- Но я уже умею ловить рыбу и почти неплохо ставлю силки, - гордо сообщил Кир,- хочешь, спроси у дедушки.

- Не сомневаюсь, - улыбнулась Иона. - Только это другое умение.

Она сделала паузу и чуть тише продолжила.

- Она сделает тебя самым сильным.

Ложка стукнулась о пол.

Иона поспешила поднять ее и вручила глазевшему сыну чистую.

- Самым сильным, - не верил ушам Кир.

- Самым, самым, - она повернулась к Киру и заговорчески подмигнула.

- Даже сильнее дедушки? - не унимался парень.

- Даже сильнее пяти дедушек. Торопись, а то опоздаешь.


Кир накинулся на остатки супа. Ведь дедушка был самым сильным и его боялись и уважали все. Он неделями мог жить на лютой стуже, не есть и не пить, а однажды он притащил тушу наргила на своих плечах, так как дикие звери задрали собак. Кир тогда очень испугался. Дедушка был весь в замерзшей крови.

Как только Кир оделся, пришел глава местной деревни, Антарий. Он взял готового к походу Кира и они отправились в путь.

Кир оглянулся и увидел, что мать стоит на пороге и внимательно смотрит на него. Он хотел крикнуть маме, чтобы она не переживала, но не решился. В тот момент ему очень захотелось остаться дома, но помня, что обещала мать, он крепче ухватился за руку дяди...


- Эй, ты спишь? - послышался тихий голос за спиной.

Воспоминания Кира были прерваны, и он с неохотой отвернулся от иллюминатора. Позади него так же в одиночестве сидел мирионец.

- Нет, задумался, - глухо ответил Кир. Он видел, что Санар напряженно пытается придумать, о чем бы с ним поговорить. Кир, в свою очередь, удавом смотрел на мирионца.

- Ну, - неуверенно начал Санар, ерзая на сидении - Киру показалось или он слегка покраснел, - спасибо, - тихо, но твердо сказал Санар, не пряча взгляд.


Кир моргнул и поморщился. Что это? Ему показалось, или в столкновении мирионец потерял последние мозги, а может галлюцинации у него.

Не забыл же он в самом деле, что Кир просто сын горничной. Сам Кир, конечно, никогда не думал о матери как о служанке, но точно знал, кто они в глазах окружающих.

- Ты сейчас что-то сказал? - решил все же уточнить Кир.

Теперь Санар отчетливо покраснел.

- Спасибо, - слегка сквозь зубы произнес Санар.

- За что? - никак не унимался Кир, ведь он знал, что кроме него, никто больше не знал, что произошло на отборе.

- Император оставил мне память и запретил кому-либо рассказывать, - шепотом проговорил Санар, - и сказал, что ты тоже все помнишь.

Кир еще минуту смотрел на Санара пытаясь найти подвох, не найдя ничего подозрительного он досадливо отвернулся.

- Ты слышал об этой академии, в которую нас везут? - безразлично спросил он, не поворачиваясь к Санару.

- Да, конечно! Это лучшее учебное заведение в Галактике, - воодушевленно ответил Санар, - лишь немногие могут туда попасть. Нам выпала великая честь, - восторженно закончил тот.

- А что в ней такого особенного?

- Те, кто там учится, позже станут элитой имперского флота. И вообще, эту академию основал сам Император сразу после окончания войны. Ей почти тысяча лет, - Санар сделал паузу и уже шепотом добавил, - и говорят, что учиться там очень тяжело.

- Почему? - искоса взглянул Кир на Санара.

- Нагрузки запредельные, лучшие умы Империи будут нас обучать. Если не справимся - вылетим.


Кир видел по серьезному лицу мирионца, что он этого боится. "Ну вот, угораздило же попасть в осиное гнездо!

И как только он влип в такую историю? Наследник Империи - с чего бы это? И чего он кивал как болванчик, отвечая на вопрос Императора, - невесело размышлял Кир над сложившейся ситуацией, - да и этот еще теперь".


"Приготовиться к временному скачку", - раздался голос из рубки.


- Что случилось? - спокойно поинтересовался Кир.

- Включи гравитационный ремень. Будем прыгать, - вздохнув, ответил Санар.

- Куда? - непонимающе уставился Кир.

- К Геркону конечно, там находится академия. Ты что, никогда не прыгал? - озадаченно вылупился Санар.

- Нет, - недовольно буркнул Кир. После того, как он в раннем детстве очутился на Альфе, он ни разу не покидал борт корабля.

- Ну, в первый раз будет тяжко. Главное, глубоко вдохни.


Не успел Кир последовать совету Санара, как его резко дернуло из кресла, и если бы не магнитные ремни безопасности... Все его тело начало мучительно ломать и выкручивать. Ему потребовалось мгновение, чтобы справиться со страхом, как вдруг все закончилось.

- Дыши, - где-то вдалеке послышался настойчивый голос Санара.

Усилием воли Кир заставил себя сделать вдох, и мир снова обрел привычный вид.

- Жив, - весело хмыкнул Санар, удивляясь, что кто-то мог не знать о гиперскачках.

Киру уже почти полностью удалось восстановить дыхание, чтобы поставить зазнайку на место, как все тот же голос сделал второе объявление:

"Добро пожаловать в территориальное пространство Геркона".

Кир придвинулся к смотровому отверстию. Через маленькое окно иллюминатора виднелся огромный желто-зеленый шар.


Планета Геркон отличалась жарким засушливым климатом большую часть года, лишь летом воздух становился более влажным и прохладным. Эта планета была малообитаема: из тех редких животных, что встречались здесь, преобладали ящерообразные и насекомые. Они с удовольствием селились на потрескавшейся почве, укрывались в узких расщелинах, уходящих под землю на многие километры и грелись на гигантских раскаленных глыбах, обильно дополнявших местный пейзаж.

Для Кира зрелище было необычным, ведь единственную климатическую зону, которую он видел и где был рожден, составляли заснеженные степи и минусовые температуры.

Он с интересом разглядывал крутые огненно-оранжевые скалы, протыкавшие небо острыми пиками. В резких обрывах и изгибах угадывались плотоядные пасти, полные острых клыков.

Челнок повернул за один из острых уступов, и Киру открылась гладкая равнина, вдоль и поперек испещрённая бесчисленным множеством мелких и крупных трещинок, бегущих во всех направлениях. Земля была похожа на кожу древнего старика, отдыхающего перед тем, как отправиться в свой последний путь.


Прайм появился в ту секунду, когда Кир оторвал взгляд от почти мертвой поверхности Геркона. Громадина академии монолитом впивалась в каменную глыбу. Сплав из стали и пластика представлял собой большую полусферу, враставшую в скалу.

От полусферы в разные стороны ровными рядами растягивались одиннадцать этажей здания. Окна аудиторий и жилых комнат выходили на зеленые, аккуратно стриженные лужайки, украшавшие вид.

Неуместность яркой живой зелени посередине пустыни выглядела кричащей. С виду нельзя было достоверно определить, насколько велика академия. Казалось, что вся скала и была жилым помещением, неуклюже облачившимся в доспехи из каменных рваных глыб.


Корабль очертил круг и направился прямиком к скале по левую сторону здания, залетел в один из открытых шлюзов и через минуту замер.


- Приехали. С вещами на выход, - деловито скомандовал Адерон.

После того, как мальчики вышли из корабля, главный советник сделал знак следовать за ним.

Нескончаемые коридоры академии красноречиво свидетельствовали о ее внутренних размерах. Вскоре они вошли в просторный светлый коридор, заполненный учениками Прайма. Многие с интересом озирались на незнакомую группу подростков.

Адерон свернул в один из очередных переходов и направился к единственной двери в самом конце. Ребята не отставали ни на шаг, крепко сжимая пряжки дорожных сумок на плече. Остановившись вплотную к двери, он постучал.

- Войдите, - раздался голос изнутри.

Адерон открыл дверь и жестом пригласил мальчиков войти первыми.


В кабинете за широким письменным столом сидел крепкий бородатый мужчина лет пятидесяти; увидев Адерона, он встал, чтобы поприветствовать его.

- Добро пожаловать дорогой друг, я ожидал тебя! - тепло поприветствовал хозяин кабинета, вставая из-за стола. - Давненько тебя не было видно.

- Сам понимаешь, дела, - извиняясь, развел руками верховный советник.

- Да уж. В связи с последними событиями дел у всех поприбавилось, - думая о чем-то своем, произнес мужчина.

- Хочу тебе кое-кого представить, - говоря это, советник сделал шаг назад и повел рукой в сторону мальчиков. - Знакомься, твои новые ученики.


Адерон отошел в сторону. Ребята с любопытством рассматривали собеседника главного советника.

Во время короткого обмена любезностями Кир, украдкой озирался по сторонам. Комната была небольшая, но все же просторная: светлые стены и минимум мебели - стол, пара стульев, невысокий книжный шкаф с несколькими молочно-белыми статуэтками составляли все аскетичное убранство комнаты.


- Очень рад знакомству, молодые люди, - обращение привлекло внимание ребят. - Боюсь, мой друг забыл меня представить. Я Хорнос, директор Прайма.

Мальчики неосознанно выпрямились.

- С этого дня вы ученики Прайма и должны соблюдать его устав, - менторским тоном оповестил директор. - На первую ступень поступают ученики в возрасте от 14. Двое из вас достигли этого возраста - Раймах и Гвиник. Для остальных будет сделано исключение, и вы раньше положенного срока поступите в академию.

- Советую должным образом отнестись к уже оказанным вам поблажкам, так как больше уступок не будет, - закончил за директора главный советник. - Боюсь на этом, я вынужден вас покинуть.

- Жаль, что не удалось пообщаться, - с сожалением произнес Хорнос.

- Еще увидимся, не последний день живем, - в голосе Адерона мелькнула подбадривающая нотка, так несвойственная его привычному тону.

Киру показалось, что эти двое давно знакомы.

Верховный советник обратился к мальчикам.

- Желаю удачи. Вы ступили на сложный путь. Надеюсь, каждый из вас осознает надежды, возлагаемые вашим народом на своих будущих правителей, и сделает все, чтобы их оправдать.

С этими словами советник поклонился и исчез за дверью. Никто из ребят не шелохнулся.

- Ну-с, молодые люди, займемся вами, - деловито произнес Хорнос. - Младший помощник ожидает вас за дверью. Он покажет ваши комнаты и немного расскажет о системе обучения Прайма. Форма, планшеты и расписание уже ждут внутри.

Учебный год начался два месяца назад, так что вам придется догонять класс. Не скрою, придется нелегко. Интеллектуальная нагрузка в комплексе с тяжелейшей физической подготовкой покажутся вам непосильными, но такова учеба в Прайме. Либо вы лучшие, либо вам стоит подыскать другое место обучения, что для будущего наместника Императора неприемлемо, - жестко закончил директор. - Вы свободны.


Мальчики засуетились и направились к выходу. Снаружи их ждал молодой парень лет семнадцати. Его волосы походили на ярко-рыжую гриву, а лицо усеивали бесчисленные веснушки. Интересно, могло ли палящее солнце Геркона и здесь заявить о своем могуществе, подумал Кир.

- Ну что, новобранцы, за мной, - с энтузиазмом сообщил младший помощник и заспешил по коридору. Ребята старались не отставать.

- Я Юджин, четвертая ступень обучения, - начал энергичный студент, несясь вдоль по коридору, ребята спешили следом. - Общие положения Прайма очень просты. Вы обучаетесь с сентября по июнь в соответствие со стандартным календарем. Два летних месяца вы свободны. По окончании каждого месяца подводится ваш индивидуальный рейтинг.

- Как его выводят? - спросил высокий парень, шедший немного впереди Кира.

- За каждый урок вы получаете баллы, впрочем, если их заработали, по окончанию месяца баллы суммируются. В середине учебного года вы проходите промежуточное испытание, цель которого определить степень подготовленности к финальному испытанию, которое проходит в конце июня. За него вы тоже получаете баллы. Ваш итоговый рейтинг не должен быть ниже 120 по окончанию учебного года. Иначе, - Юджин обернулся на ходу, - пакуйте рюкзаки, лузеры.

Он резко повернул и начал взбегать по лестнице.

- Обучение длится пять лет. Всего пять классов, в каждом из которых 60 учеников, съехавшихся со всей галактики, - Юджин неожиданно замолчал. - Кстати, как вам удалось сюда попасть, - он снова оглянулся и стрельнул любопытным взглядом на новоприбывших. - Класс первокурсников укомплектован и уже давно приступил к обучению.

Никто из ребят не переглядывался и все молчали.


- Ладненько, - безразлично продолжил их провожатый, - разберемся.

Он резко остановился.

- Второй этаж - этаж первокурсников. Жить будете по парам, - говорил он, не глядя на ребят. Он рылся в кармане, разыскивая что-то. - Вот он!

Юджин достал из кармана свернутый листок.

- Итак, что тут у нас, - вглядывался он.

- Азул, Имрах, Лимар, Анадэя - комната 231, - все также уставившись в список, он подошел к одной из дверей и открыл ее.

- Гвиник, Зарик, Джулиан, Тарпия - комната 232, - дверь следующей комнаты раскрылась.

- Санар, Мирион, Кир, Фризия... фризиец? - он с любопытством оглянулся на ребят.

Кир шагнул вперед.

- Интересно, - протянул Юджин. - Насколько мне известно, ты первый представитель своего народа в стенах академии - комната 233.

Кир подошел к двери, в то время как их провожатый двинулся дальше, выкрикивая: - Раймах, Косбейр - комната 234.


Кир вошел в комнату, за ним последовал Санар.

Обстановка комнаты была простая. Две кровати-полки примыкали к стене друг напротив друга. Сбоку от широкой кровати находились какие-то кнопки.

Кир плюхнулся на кровать, что слева от окна и нажал на первую.

Из стены выехал продолговатый ящик с белой подсветкой.

"Ага, для барахла", - решил для себя Кир, и кнопкой снова его закрыл.

- Здесь шкафы, - донеслось из противоположного конца комнаты.

Кир встал и направился к Санару.

Два небольших шкафа, где висела черная с золотой нашивкой в форме звезды форма.

- Ух ты! - прикладывал к себе форму довольный Санар.

Кир уставился на мирионца.

- Ну, в смысле, крутая форма.

Кир отвернулся, открыл шкаф со своей стороны и закинул туда рюкзак.

Два письменных стола со встроенными компьютерами находились справа от кровати. Там же лежали две пластинки и расписание для каждого.

Кир взял пластину в руки и согнул. Она была матово голубой.

- Это и есть планшет? - спросил Кир, не оборачиваясь к Санару.

- Да, - он подошел к столу и взял свой, - последняя версия! Санар явно обрадовался.

Кир не стал уточнять, какая версия была у него на Альфе, но на скопленные деньги, удалось приобрести только громоздкую черную плиту, которая весила тонну, по самым скромным подсчетам Кира. Все же планшет был удобнее, чем гора книг, которую приходилось таскать школьникам на его собственной планете. Он беспечно бросил прямоугольник пластика обратно.


Кир взял расписание: квантовая физика, устройство галактики, линейная астрономия, химия небесных тел, физическая подготовка. До этого Кир посещал школу на Альфе два года, но, к сожалению, таких названий, не считая физической подготовки, ни разу не слышал.

На Альфе были организованы классы для немногих детей, что проживали там постоянно или временно. Там Кира научили писать и читать, объяснили, как работать с различными техническими устройствами и программами. Конечно, были общеобразовательные предметы об устройстве человека и галактик, но это по большому счету было все.

Учителя постоянно менялись, не вынося изолированности Альфы, поэтому знания подавались отрывочно, без единой системы - что-то здесь, что-то там. Кир не испытывал тяги к обучению, а лишь терпел его как необходимость.

Санар выхватил листок с предметами у Кира.

- Ого! Дома я только приступил к вводному курсу химии небесных тел! Устройство галактики знаю. А вот другие предметы изучают мои старшие сестры. А тебе что знакомо?

- Отвали, - грубо бросил Кир, вырывая листок обратно, - "назойливый мирионец", - добавил он про себя. Он не собирался делиться недостатками своего образования с дворянином. Ни на Фризии, ни на Альфе Киру не были нужны такие глубокие познания.

- Ну, ничего, нагоним, - оптимистично заявил Санар, игнорируя грубость, и начал распаковывать вещи.

Со своим рюкзаком Кир разделался быстро. Он уже собирался сходить в душ, который был тут же в комнате, как в дверь постучали. Это был Раймах.

- Ну что, идете на ужин?

- Идем. А тебе кто сказал про ужин? - поинтересовался Санар.

- В комнате над кроватью есть кнопка. Если ее включить, громкоговоритель будет напоминать, об ужине, занятиях и других событиях. Младший помощник подсказал. Ну что, идем?


Ребята поспешили на розыски столовой. Она находилась на седьмом этаже школы. Просторное светлое помещение гудело от болтовни учеников. В зале было пять длинных столов. Кир, Санар и Раймах интуитивно направились к столу, где сидели ребята одного с ними возраста.

Кир, помня о том, где и в чьем окружении находится, чувствовал себя неловко, однако, он не собирался показывать это кому-либо и смело занял место за столом.

Со всех концов стола на новоприбывших с любопытством поглядывали, однако никто ничего так и не сказал.

Азул с Лимаром уже вовсю уплетали аппетитно пахнущий суп, закусывая куриными ножками, жареной цветной капустой, грибами с луком и всеми остальными вкусностями.

Трое ребят сели на краю. Через секунду рядом с ними плюхнулись Гвиник и Джулиан. Но этот факт промелькнул лишь на краюшке сознания Кира. Он осознавал, что был зверски голоден, а таких угощений, да еще в таком изобилии, ему никогда не приходилось видеть так близко к носу. Его раздражало чувство того, что он оказался здесь непрошеным гостем, однако, наплевав на раздраженность, он принялся за еду.

Санар и Раймах, сидя по обеим сторонам от Кира никогда не видели такой яростной победы над жареным цыпленком, чьи кости были обглоданы в течение пары минут. Но Киру не было никакого дела - цыпленок был божественен, уж он-то знал толк в еде.

Набив животы до отказа, ребята разошлись по комнатам. Сегодня им не нужно было посещать занятия и они могли делать что хотели.

Через полчаса Кир поднялся из-за стола.

- Ты куда? - спросил Санар.

- Пойду на разведку, - только и бросил Кир.

- Я с тобой, - с энтузиазмом воскликнул Санар.


Кир ничего не сказал и даже не посмотрел на него, - "И чего привязался?"

Они отправились в путешествие, и это не было преувеличение. Как и подозревал Кир, академия оказалось просто гигантской.

Из столовой они направились вдоль самого широкого коридора, который заканчивался парадной лестницей, плавно спускавшейся вниз. Кир решил, что начинать нужно сначала и спустился на первый этаж.

Оказавшись в просторном и светлом фойе, они могли пойти направо или налево. Не задумавшись, Кир повернул в одну сторону, а Санар в другую.

- Эй, идем сюда, - уверенно окликнул Санар, кивком указывая влево.

- Поступай, как знаешь, - не оборачиваясь, Кир поднял руку тыльной стороной к мирионцу, словно прощаясь. Другая рука беспечно покоилась в кармане.


Санар сузил глаза. Обычно окружающие поступали так как хочет он. Однако решил уступить, в конце концов, не так уж это и важно. Чувство было непривычным - позволить кому-то решить за тебя. До этого только отец с матерью имели такое право, размышлял Санар, двигаясь по коридору за Киром.

Налево от холла располагалась библиотека. Не теряя зря времени, они завели электронные карточки, позволяющие им пользоваться любыми ресурсами библиотеки.

Ребятам было интересно побродить по самому помещению.

Пространство было огромным, расстилаясь вширь и ввысь на многие метры. Невысокие, с человеческий рост, шкафы хранили на своих полках тысячи разноцветных корешков с причудливыми и витиеватыми названиями. Кир был удивлен увидеть здесь настоящие книги, так как знал, что ими практически не пользуются в Галактике, считая устаревшими и неудобными в обращении.

Книжные шкафы располагались по трем сторонам квадрата, в таком порядке, чтобы создать уютное пространство посередине. И таких "полу-комнат" было великое множество. В каждом "закоулке" стояла пара удобных на вид кресел темно-зеленого цвета.

Зайдя поглубже, ребята подошли к креслам и плюхнулись на мягкую обивку. Как только они положили руки на подлокотники, перед ними засветился голографический экран с одним окошком, справа от которого значилось одно единственное слово - Поиск.

Санар, не раздумывая, поднес руки к несуществующему экрану и на нем в тот же миг проявились буквы, составляющие международно-принятую систему буквенного обозначения - Литеру. Пальцы Санара уверенно запорхали по иллюзорным значкам и в окошке возникло слово - Мирион. Санар коснулся слова Поиск и в ту же секунду вниз побежали пронумерованные надписи.

- Что это? - заинтересовался Кир, низко наклонившись к экрану Санара.


Санар покраснел, он никогда не был так близко к незнакомому человеку и автоматически отстранился.

Кир, заметив реакцию, тоже немного отклонился, но не отвернулся и твердо смотрел в лицо Санара.

"Что мирионец, боишься запачкаться?" - хмуро подумал Кир.

Санар не поворачиваясь, затараторил:

- Это Интегральная База Данных, связанная со всеми локальными, не зависимо от их величины и цели использования.

Санар посмотрел на Кира. Тот поднял одну бровь и с ухмылкой продолжал смотреть.

- Ну, это огромный информационный банк данных. Потрясная вещь! - выдал экспертное мнение Санар. - Она обучается ежесекундно, закачивая новые данные со всех существующих систем поменьше. Если кто-то начинает собирать информацию, он использует определенную программу, которая автоматически запускает функцию соединения с Абдэей.

- С кем? - переспросил Кир с озадаченным выражением.

- Так ее обычно называют люди, - с умным видом пояснил Санар.

- В общем, я могу узнать все, что знает и записывает кто-либо в Империи? - понимающе подытожил Кир.

- В точку! У меня есть такая дома, - похвастался Санар.

- Рад за тебя.

Санар смутился.

- Найди что-нибудь про нас, - безразлично кинул Кир.

Санар понял, о чем тот говорил, и тут же его пальцы запорхали по голограмме.

"Преемники Императора", - вбил в поиск Санар.

"Информация не найдена", - в ту же секунду высветилось на панели.

Санар нахмурился и стер первоначальный запрос.

- Прием на Альфе.

Вниз понеслись тысячи ссылок.

- Странно, - проговорил Санар себе под нос.

- Что странно? - не понял Кир. - Куча же информации.

- Да, но дата последней - месяц назад. Я помню, это был прием в честь подписания новой конвенции, папа отправился туда на два дня. И ничего о том, что произошло пару дней назад.

- Может, не написали еще, - предположил Кир.

- Нереально. Некоторые журналисты, вообще работают в режиме онлайн.

- Как это? - не понял Кир.

- Стоят с миниголографическими компьютерами и тут же дублируют чью-то речь от третьего лица или описывают событие, которое разворачивается прямо перед их глазах. Почему о нас ничего нет? - словно у самого себя спрашивал Санар.

- Что, обошли вниманием? - презрительно хмыкнул Кир.

Санар обиженно посмотрел на него.

- Ничего такого, но для Галактики это первое подобное событие за тысячу лет. О нем должны были написать все крупные источники, - Санар разочарованно вздохнул, - а тут вообще ничего.

- И Юджин, парнишка-провожатый, все спрашивал, кто мы, - припомнилось Киру.

- Точно, - подтвердил Санар.

- Может, нам просто не следует об этом распространяться, - предположил Кир. - Что бы было, если бы все в академии уже знали?

- Думаю, мы бы не сидели здесь одни, - Санар отчего-то покраснел, резко слез с кресла и подошел к выходу из отсека. - Думаю, ты прав. Лишнее внимание просто ни к чему и, как сказал Адерон, ученикам запрещено вступать в контакт с родителями или близкими в течение учебного года, значит, мы в относительной изоляции.

- А когда все разъедутся на каникулы, будет целое лето, чтобы привыкнуть к новости, да и все вокруг уже немного успокоятся, - закончил Кир догадку. - Что ж, тогда тебе лучше не трепать языком.

- Чего это я стану болтать? - возмутился Санар.

- Да так, ничего, - ушел от ответа Кир и, пройдя перед самым носом Санара, вышел из отсека.


Спросив у библиотекаря, зачем нужны настоящие книги, если все то же самое существует в электронной версии, они получили следующий ответ.

- Памятник прошлому. Книги являются народным достоянием, ведь это все, что удалось сохранить до наших дней с тех пор, как печатные станки вышли из употребления, - блекло-зеленые глаза библиотекаря созидательно уставились за спины ребят. - Ну и посмотрите, что за чудесный дизайн.

Кир не стал уточнять, что лично на его родной планете ничего такого не вышло из употребления и конкретно в его доме есть своя маленькая библиотека, которую старательно оберегал дед. И что все фризийские дети вынуждены таскать "памятники прошлому" в школу и обратно, и никто пока не перенапрягся от тяжести монолита.


В этот день ребятам удалось довольно подробно познакомиться с новым домом. Рядом с библиотекой, в противоположном крыле, располагался спортзал. Как объяснили мальчикам, со второго по шестой этаж находились секции комнат учеников, разделенных в соответствии с годом обучения: чем старше, тем выше.

Вымотавшись до предела, они объелись за ужином и, волоча ноги, поползли в свою комнату.

Кир устало рухнул на койку, даже не позаботившись снять новую форму, которая слегка стесняла плечи. "Наверное, нужно попросить размер побольше, - вяло рассуждал он, - а может, в этой школе будет не так уж и плохо", - подумалось Киру в тот момент, когда все горести и трудности последних дней остались позади, и он погрузился в глубокий сон.


Глава 5


А ты на что надеялся?


Ответ Кир получил на следующий день. На уроках Профессор-как-его-там говорил на каком-то непонятном языке, и все, что он смог понять - запишите домашнее задание. На линейной астрономии ему задали вопрос, и он сморозил какую-то глупость, не обремененную какой бы то ни было смысловой нагрузкой; другому - кажется-его-имя-на-М - профессору пришлось угрозами успокаивать класс, сотрясавшийся от смеха над решением теоремы Гвиником.

Здорово удивил Раймах, казалось, что он знал ответы на все вопросы; трое(!) преподавателей его похвалили и он заработал первые баллы, и это в первый же день! Всем остальным новоприбывшим было трудно, но все же не так как Киру.

После занятий у ребят был часовой перерыв перед физической подготовкой. Кир услышал, что на девятом этаже есть искусственная оранжерея и тут же решил посмотреть, мирионец увязался следом, видимо наивно полагая, что его присутствие могло порадовать простолюдина.

Кир же просто игнорировал его присутствие.


Оранжерея была похожа на огромный парк с субтропическим климатом. Экзотические растения заполняли все свободное пространство.

По парку тянулись аллеи, вдоль которых были установлены широкие деревянные скамейки. Все аллеи сходились на небольшой мощеной площадке, где сотнями мелких серебряных струек бил колониальный фонтан. Было слышно пение птиц, хотя самих пернатых не было видно.

Над парком раскинулось чистое белое небо - магия современной инженерии. Подобно фильму, мальчишки несколько минут наблюдали редкие облака, неспешно плывущие по гигантскому экрану. Ребята были в восторге от такого чуда.

Когда шеи окончательно затекли, они последовали примеру других отдыхавших учеников и упали прямо на газон, продолжая восхищенно глазеть вокруг.

Парк выглядел как идеальная картинка на мониторе трансляторов или реклама живописных курортов, заполняющих бесконечное электронное пространстве Абдэйи.


- Вот здорово! Так же красиво, как на Мирионе. Вот только наша планета ярче, - восторженно воскликнул Санар.

- Да уж! - Кир был восхищен ирреальным зрелищем и даже пропустил мимо ушей сравнение с Мирионом. - Если бы только не занятия, - удрученно закончил Кир, расстроенный тем, что все же ответил Санару.

- Не расстраивайся - обязательно нагоним, - ободряюще добавил Санар и улыбнулся. Его светло голубые глаза согревали и вселяли уверенность.

Кир, придя в себя от наваждения, презрительно фыркнул и отвернулся, - "Нет, нужно с этим что-то делать. Интересно, что ему от меня нужно?"

Санар был в отличном расположении духа и не замечал настороженного взгляда Кира.

"Не в друзья же он ко мне набивается?" - размышлял Кир и тут же отогнал дурацкую мысль прочь.


В приподнятом от увиденного настроении они чуть не опоздали на первый урок физической подготовки. Мальчишки опрометью бросились в комнату, чтобы бросить книжки и переодеться в спортивную форму. А после помчались на первый уровень школы в спортзал.

В зале уже собрались все остальные.

Через секунду после того как Кир с Санаром пристроились в самый конец шеренги, в зал вошел высокий жилистый мужчина, которого звали капитан Крейн. Все ученики вытянулись по струнке.

- Добрый день, класс!

- Добрый день, капитан! - грянул гром из шестидесяти семи голосов.

- Сегодня у нас борьба и кросс. Начнем с борьбы. Кто продемонстрирует приемы, которые мы отрабатывали на прошлом занятии?

Вверх взметнулись шестьдесят рук.

- Отлично. Вирион и Гэтсби.


Двое ребят вскочили и заняли боевые стойки в центре площадки. По команде капитана один сделал выпад, пытаясь сбить с ног другого. Завязалась схватка. Проводя серию приемов, каждый пытался уложить соперника на лопатки. В конце концов, Вирион неожиданно замахнулся левой рукой, и когда Гэтсби уже был готов отразить удар, резко ударил правым локтем с разворотом корпуса. Гэтсби согнулся пополам и был сбит с ног противником.

- Отличный обманный маневр, Вирион.

- Спасибо, капитан.

- Вот пример того, как опытный воин должен использовать не только топорные движения, но и смекалку, которая подскажет слабые стороны противника. Гэтсби был слишком невнимателен, за что и поплатился.

Бедолага Гэтсби потирал челюсть с мрачным выражением лица.


После этого капитан показал новые приемы и велел их отрабатывать. Шестьдесят учеников разбились на пары.

Новенькие стояли в нерешительности - их было семеро. Капитан самолично разбил их на двойки. Без пары остался Кир.

- Тебе повезло, парень. Будешь отрабатывать приемы со мной.


Везением это можно было назвать с трудом. Весь злой, слегка помятый, Кир не мог даже приблизиться к капитану. Но яростных попыток не прекращал: ни один фризиец не сдается противнику, насколько бы существенен не был перевес сил.

- Остынь, юнец. Тебе еще многому предстоит научиться, - примирительно сказал Крейн. Рвение Кира ему нравилось.


После борьбы ребята отправились к выходу. Их ожидал кросс - шесть километров под палящим солнцем было нелегким испытанием, однако для остального класса это было нормой.

Новички держались позади бегущей колонны. Пот лил ручьем, голова кружилась. Но каждый упрямо старался не отставать.

Больший отрезок пути был пройден, и теперь ученики бежали обратно к зданию академии. Кир с Санаром замыкали колонну.

- Больше не могу, - задыхаясь, прохрипел Санар.

- Немного осталось, - из вежливости, бросил Кир.

Через несколько минут Кир услышал, как что-то глухо хлопнуло за спиной. Санар лежал без сознания в нескольких метрах позади.

Кир закатил глаза и остановился. Тяжело дыша и щурясь, он видел, как удаляются спины остальных ребят, и ему хотелось просто бежать следом за ними. Он посмотрел назад. В паре метров, распластавшись, лежал Санар. "Нос, небось, расквасил, хиляк", - в эту секунду он ненавидел себя за то, что должен тащить этого недоделанного принца на своих плечах.

Он повернул к Санару.

- Ну же вставай, нужно добежать, - как бы ни хотелось бросить мирионца, Кир не мог так поступить. Пусть Санар и голубых кровей, но ведь Кир не свинья.


Санар не приходил в себя. Тогда Кир, глубоко вздохнув, взвалил худенькое тело на плечи. Он не шел: пригибаясь к земле, он продолжал медленно бежать. Когда долгожданный вход в спортзал показался из-за поворота, Кир прибавил шаг.

Все уже были внутри. Скинув Санара на землю перед самой дверью, Кир осторожно потряс его за плечи. Голубые глаза слегка приоткрылись.

- Вставай, приехали, - саркастично заявил Кир, чувствуя себя вьючным животным.

Не понимая как здесь очутился, Санар самостоятельно попытался встать, но только пошатнулся и начал крениться в сторону. Кир схватил его за руку и рывком поставил прямо. Затем развернулся и вошел в дверь, Санар качаясь, двинулся следом, потирая саднивший нос.

- Так-так, мы вас уже заждались. По правилам, последний прибежавший в начале месяца первокурсник по вечерам убирает спортзал до начала следующего месяца. У нас два кандидата. Итак? - выжидающе Крейн переводил взгляд с одного подростка на другого. Санар уже догадался, как преодолел последнюю часть пути, поэтому долго не раздумывал и, розовея, опустил голову.

- Я, - твердо заявил он.

- Мы пришли одновременно.

Санар, вскинув голову, уставился на Кира, тот абсолютно беспечно изучал замысловатый снаряд позади сгрудившегося класса.

- Ничего не имею против. Урок окончен, все свободны, - с этими словами капитан Крейн резко развернулся и покинул зал. Ученики медленно поплелись в душевую спортзала.

- Спасибо, что донес меня, - едва слышно выдавил Санар, залившись краской, словно помидор.

- Думаешь, для тебя старался? - усмехнулся Кир.

Санар смутился такому ответу, но не знал, что спросить и поэтому просто сказал.

- Но убирать я по заслугам должен был сам.

- Не сомневаюсь, что ты бы и сам прекрасно помыл полы, однако я нашел в наказании кое-какие выгоды.

- Какие это выгоды в мокрых тряпках и паутине?

- А такие, что после уборки мы можем здесь тренироваться. В углу зала, если ты не заметил, стоят тренажеры. К тому же дверь на улицу не заперта. Лично я собираюсь бегать.

- Вот здорово. Мы быстро придем в хорошую форму! - обрадовался Санар, поняв, что задумал Кир.

- Что значит - мы? Я имел в виду только себя.

Санару нечего было сказать, он никак не мог понять, почему фризиец так себя ведет, ведь он не сделал ему ничего плохого.

- И во-вторых, я не собираюсь их просто нагнать. Я стану лучшим. Фризийцам нет равных, - самонадеянно заявил Кир.

- Ну и самомнение! - Санар громко фыркнул и покраснел, снова покраснел, но уже от раздражения. - Мирионцы ни чуть не уступают фризийцам, - и он стал в боевую стойку перед Киром, твердо смотря ему в глаза.

- Ага, особенно в беге, - язвительно заметил Кир.

У Санар чуть пар не пошел из ушей.

- Какого черта ты вообще мне помог? - не удержался Санар от мучившего его вопроса.

- Да так, пожалел тебя, хлюпик... Мы же в одной комнате живем... Хотя, разве тебе понять; ты же у нас благородный, - словно сожалея над неизлечимым недугом, подытожил Кир.

Санар стоял весь пунцовый. "Да что этот фризиец о себе думает!" - возмущенно бушевал он.

- А тебе-то что! Ну, благородный - это что преступление, - не унимался Санар. - Просто я не привык бегать по такой жаре! - из последних сил, пытался оправдаться он.

- Отлично, - улыбаясь, ответил Кир, - тогда в комнате ты наверняка окажешься первым, - с этими словами Кир легко щелкнул по носу Санара, грозно возвышавшегося перед ним, будучи на полголовы ниже самого Кира, и галопом пустился по коридорам Прайма. Санар не мог поверить, что этот жалкий самодур смеет так себя вести, и припустил вслед что есть мочи.


В комнату оба ворвались почти разом, но Кир все же был на шаг впереди. Хотя об этом они еще долго спорили после, и каждый остался при своем мнении.

Остаток дня ребята тщательно готовили уроки, поужинали, и, все так же игнорируя друг друга, пошли убирать зал. После уборки они еще пару часов занимались: сначала отрабатывали боевые приемы, выученные накануне, а после бегали на выносливость.

Вечером температура упала и бегать было даже приятно. В половине одиннадцатого ребята вернулись в комнату и продолжили заниматься. Им предстояло наверстать упущенное, и они намерены были доказать, что это им по плечу.


"Жалкие задачки... Я покажу этому мирионцу."

"Напыщенный индюк! Каланча фризийская! Небось, тот еще тупица."


Такими мыслями и достижениями завершился первый учебный день в храме наук, пока родители возлагали пустые надежды, выстраивая замки из песка; хотя - как знать.


Глава 6


Крепкие зубы


Следующий месяц пролетел незаметно.

Как Кир, так и Санар были заняты зубрежкой и тренировками все свободное время.

Каждый вечер мальчишки приходили вымотанные, а на следующий день все мышцы нестерпимо ломило. Боль сносилась крепко сжав зубы. Никто не хотел показывать слабость перед другим. Даже во время тайных тренировок, становясь в спарринг, они дрались не на шутку, так что потом еще приходилось делить ванну. Каждому было невтерпеж расслабиться в горячей воде и посчитать ушибы и царапины, чтобы, не дай бог, не забыть отплатить в следующий раз.

Плоды труда не заставили себя ждать. На второй неделе Санар укладывал на лопатки Лимара, с котором часто боролся один на один в спортзале. Кир, несмотря на отточенные приемы, не мог побороть капитана, однако пару раз ему удалось хитростью сбить его с ног.

Во время кросса ребята, чтобы не вызывать подозрений, держались в хвосте. Однако, в последнюю неделю месяца, мальчишки добегали до финиша даже не запыхавшись, и практически не вспотев.


С физикой и астрономией дела шли не так хорошо, но все же всем претендентам на имперский трон удалось ликвидировать отставание от класса.

А вот с личными отношениями дела шли не очень. Совместные игры, занятия в библиотеке, подготовка к творческим конкурсам школы: жизнь остального класса проходила своим чередом.

Даже после нескольких недель Кир с трудом мог назвать по имени хотя бы нескольких членов класса.

Остальной класс не знал о том, что происходит в мире за пределами школы, и что рядом с ними, возможно, учится будущий Император. Даже новости из Абдэйи фильтровались на предмет каких бы то ни было обсуждений сложившейся ситуации.


Новоприбывших считали высокомерными зубрилами. Ребят откровенно игнорировали, не желая признавать частью коллектива.

Кир и вовсе почти ни с кем не общался; несмотря на тот факт, что он был вынужден проводить с Санаром чуть ли не все время, они едва ли перекидывались парой слов, если это не были колкости и оскорбления.


В первый день декабря в парадном зале на восьмом этаже был назначен общий сбор. Ровно в половине второго появился директор Хорнос.

- Первокурсники. До конца полугодия остался один месяц. Сегодня, как обычно, будут вывешены рейтинги учащихся за последние четыре недели. В конце года пройдут испытания, результаты которых повлияют на финальный рейтинг. Советую приложить максимум усилий, так как ученики, не набравшие необходимого количества баллов, будут отправлены домой.

Ученики знали это, но слышать все же было неприятно.

- Желаю успехов. Покажите все, на что способны, - с этими словами Директор удалился.


Младший помощник вывесил на стене рейтинги. Санар и Кир с нетерпением пробрались к доске. Имя Кира стояло последним.

- Знай свое место, крестьянин, - раздался ехидный голос позади.

Кир обернулся. В метре от доски вызывающе стоял Азул в сопровождении Лимара.

- Забыл у тебя спросить, где мое место, - низким голосом ответил Кир.

- Жаль, а то я бы тебе показал. Отправляйся в свою деревню и забирай этого жалкого мирионца.

Санар был предпоследним в списке.

Кулаки Кира сжались.

- Не надо, он просто дразнит тебя, - попытался вмешаться Санар.

- Не лезь! - гаркнул Кир и резко развернувшись, кинулся вон из зала. "Ну выгонят меня. Не очень-то и хотелось. Буду снова жить на Альфе. Что я вообще здесь делаю среди этих заносчивых придурков", - метая молнии, шагал он к себе в комнату.


Грозно хлопнув дверью, он повалился на кровать.

"Азул. И это будущий Император?! Тогда уж Империи мало не покажется. Да как я с позором вернусь на Альфу, вся Фризия будет считать меня ничтожеством. Нет, не могу", - Кир тяжело вздохнул.

Придется продолжать этот цирк. Ягненок в клетке со львами, так, наверное, считал весь внешний мир. "Только я не ягненок", - глаза Кира потемнели. И я не сдамся так просто. В конце концов именно этому учили фризийцев: бороться до последнего вздоха.


- Чего тебе? - грубо спросил Кир. Он заметил, как мирионец вошел в комнату минуту назад и вот уже какое-то время тихо стоит позади.

- Через двадцать минут начнется физическая подготовка.

- И что? - безразлично спросил Кир.

- Тот, кто сегодня придет последним, убирает спортзал целый месяц.

Кир не улавливая мысли Санара, вопросительно обернулся.

- Ты что, собираешься сложа руки ждать, пока выгонят?

- Скажи прямо, о чем ты? - не выдержал Кир.

- Сегодня мы прибежим последними и целый месяц будем упорно тренироваться.

- Мы так и делали. Толку нет, - разочаровано произнес Кир, он было понадеялся, что мирионца могут посетить умные мысли.

- Как нет? Мы пробегаем кросс с легкостью! Сегодня мы будем последние, а с завтрашнего дня будем прибегать только первыми!

- Капитан что-нибудь заподозрит.

- Ну и пусть. По крайней мере, в этом полугодии мы не вылетим. А там видно будет. Мы выиграем время и успеем подтянуть учебные предметы до конца года.

Кир повернулся, чтобы посмотреть на Санара... и нехотя признал, что это, пожалуй, единственный выход.


- Ну что, кто быстрей в спортзал, - Кир договаривал фразу на ходу. Санар летел следом.


Сказано-сделано. Ребята пришли последними.

- Ладно, - сквозь зубы сказал капитан, переводя подозрительный взгляд с одного заговорщика на другого.

На следующий день Кир с Санаром пробежали кросс первыми. Соперники в недоумении остались далеко позади, а довольные ребята прошмыгнули мимо сверлящего взгляда капитана и счастливые понеслись в комнату.

С этого дня они всегда прибегали первыми. По вечерам, после уборки, они бегали еще больше, боевые приемы отрабатывались до судорог в мышцах.

А вот с учебными предметами все было так же плачевно. Киру и Санару было тяжело, но они упрямо не собирались сдаваться.


В середине месяца для отстающих начались дополнительные занятия. Каждый старшекурсник должен был помочь младшекурснику, если тот обратится за помощью.

- Ну и к кому мы должны подойти? - с надеждой спросил Санар.

- А я почем знаю, - раздраженно отмахнулся Кир. Ему было также неуютно идти и просить помощи у абсолютно незнакомого человека, да и почему он должен решать проблемы мирионца?

После дополнительных занятий ребята решили побродить немного в оранжерее для поиска жертвы.

- Смотри, вон четверо. Может, кто-нибудь из них поможет? - нерешительно пробормотал Санар.

Компания ребят, шедших навстречу, что-то оживленно обсуждала. Киру надоело сомневаться и он твердой походкой направился к веселой четверке.

- Здравствуйте.


- Тебе чего, мелюзга? - насмешливо спросил коротышка.

- Нам нужен репетитор.

- О, Лайс, похоже в этом году тебе не повезло, - коротышка ткнул в бок соседа.

- Бросьте, наверняка кто-то свободен, - в испуге протараторил тот.

- Я занят.

- И я.

- Ну а ты, Меган? - с тающей надеждой в голосе обратился он к высокому парню в очках.

- Ты должен мне еще за прошлый год.

- Но мелкий не сказал, к кому конкретно он подошел, - Лайс пытался выкрутиться из последних сил.

Сзади к Киру нерешительно подошел Санар.

- Сдавайся, Лайс, ты окружен, - и, похлопав Лайса по плечу, друзья двинулись дальше.

Тот недовольно сверлил взглядом мальчишек.

- Ладно, с завтрашнего дня в 22.00 в библиотеке. Не опаздывать.

Лайс развернулся и поспешил вслед за компанией.

- Здорово! У нас получилось.

- У кого это у нас? - удивленно поднял брови Кир. Кажется, ты только что выполз из кустов.

Санара начинали раздражать постоянные придирки Кира.

- Да что ты взъелся на меня!? - не выдержал Санар.

- Больно надо. Просто меня раздражает, что вы вечно приписываете заслуги других себе, - процедил Кир.

Лицо Санара потемнело.

- Кто это - вы?

- Да вы, благородные. Голубая кровь, знатное происхождение и нос задран выше макушки.

- Разве я хоть раз вел себя так? - тихо, почти не слышно, спросил Санар.

- Мне что, сейчас пример из жизни привести? Прости, не записывал.

Санар молчал, уставившись в землю.

- Извини, - глухо выдохнул он.

- Что ты там бормочешь?

- Извини! - громко сказал Санар.

Кир опешил. Никогда еще ни один дворянин не просил у него прощения, да и, пожалуй, он вообще о таком не слыхал.

Санар развернулся и, оставив Кира с разинутым ртом, кинулся вон.


Лайс оказался хорошим учителем. Он был лучший в выпускном классе и мог рассчитывать на место в школе. Его неохота брать новых учеников была связана с тем, что его собственный рейтинг зависел от успехов подопечных.

- Ну, а какие вы в рейтинге? - осведомился Лайс.

Двое мальчишек виновато опустили глаза.

- Ну не бойтесь. Вначале я тоже звезд с неба не хватал.

- Мы последние, - тихо сказал Кир.

Лайс уронил карандаш. Ничего не сказав, он тяжело вздохнул.

- Если вы вылетите в конце полугодия, мне не предложат место ассистента преподавателя.

Ребята не шевелились.

- Это значит, что с этого момента вы перестаете жевать сопли и тратите все время на учебу, - воинственно заявил Лайс. - Ясно?

Кир и Санар уверенно кивнули.

До испытания и рейтинга оставалось половина месяца.


Ребята впервые осознанно посмотрели в учебник следуя четким указаниям и инструкциям наставника.

Ребята ложились позже, засыпая над теоремами, а просыпаясь, не умывшись продолжали выполнять брошенное на половине задание. Они едва успевали к окончанию завтрака, и все же сначала на обеденный стол плюхалась книга, и только затем мальчишка на скамейку.

На растяжке в спортивном зале и на лужайке оранжереи ни один из мальчишек не выпускал из рук книгу. Реальность того, что неожиданное приключение грозило оборваться величайшим позором, для кого-то в масштабах государства, а для кого-то в масштабах собственного ущемленного достоинства, вдруг отчетливо замаячила на горизонте.

Ни Санар, ни Кир не собирались уступать эту схватку: слишком обидной казалась перспектива стать худшими, когда оба не признавали себя таковыми.

Нет, каждый знал, что в его силах преодолеть возникшие препятствия, ведь неужели настолько сложно больше читать или больше размышлять о сущностях и законах вещей. Ставить вопросы и стараться найти на них ответ. Ведь в результате это грозило лишь тем, что кто-то мог стать чуточку умнее, образованнее, ценнее для мира.


Чуть больше, чем за неделю Лайс и ребята сделали невозможное. Теперь мальчишки щелкали задачки как орехи, а геометрические построения для них были легче легкого.

Затруднения вызывали лишь задания с красной пометкой, так как они были предназначены не для стандартного решения, а для творческого подхода. В классе их могли осилить только Раймах и еще несколько ребят.


Удивительно, но проводя почти все время вместе, на изматывающих тренировках и занятиях, ребята не сказали друг другу и пары слов. Никто не решался начать разговор после той ссоры.

Киру было отчего-то мучительно стыдно за свой поступок, но он никак не мог разобраться, почему. Разве то, что он сказал не было правдой? Разве аристократы не были одной яростно презираемой им массой? Что же тогда не так?

Неужели Санар и вправду ни разу не повел себя с Киром высокомерно или с пренебрежением, ни разу не оскорбил его или не унизил? Как не старался Кир, он никак не мог придумать подходящий случай, который бы разом доказал всю порочность высокородного принца.

И каждый раз, приходя к одному и тому же результату, Кир начинал злиться на Санара и на всех ему подобных, а заканчивал тем, что раздражался на самого себя.


Постоянное одиночество на двоих угнетало.

Они почти не разговаривали с остальными, за исключением кратких фраз за обедом о божественности жареного мяса или сочности экзотических фруктов, обращенных то к Раймаху, то к Джулиану с Гвиником.

Замечания делались скорее для того, чтобы размять язык и подтвердить, что ты еще в своем уме, и все происходящее вокруг тебе не снится, а происходит на самом деле в этом пространстве и времени.

Сидя вечерами в одной комнате и делая вид, что сосед превратился в невидимое привидение, никогда не тревожащее единственного и полноправного хозяина помещения - так думал о себе каждый мальчуган; становилось до больного неприятным встречаться глазами или даже повернуться друг к другу. Напряжение становилось все более удручающим и тягостным.



Полугодие подходило к концу. Начиналась пора тестов, и первый был по истории. Кир не очень переживал за этот предмет, так как память его редко подводила, поэтому, открывая первую страницу теста, он просто находился в легком возбуждении.


Вопрос ?1

Опишите процесс распада старой цивилизации и зарождение Империи.


Кир улыбнулся, на это вопрос он ответит с легкостью.


Около тысячи лет назад, когда случилась экологическая катастрофа, предреченная за много столетий вперед, люди расселились по галактике, занимая пригодные для жизни планеты. Однако противоречия, раздиравшие мир планеты Земля, колыбель человеческой расы, не стихли и после. Кто-то отстаивал идеалы и веру, в то время как другие строили политически выгодные союзы и укрепляли экономику. Третьи, движимые жаждой наживы, копили золото, являющейся ценнейшей валютой Империи в наши дни, их еще называли пиратами.На заре Хаоса люди уничтожили несколько планет, нещадно разграбив залежи полезных ископаемых, в частности, того же золота и варварски уничтожив естественную экосистему звезд. Повсеместно начали вспыхивать вооруженные стычки, огонь начал пожирать зачатки образовывавшихся государств. Разразилась бессмысленная война за власть, которую и отнимать-то было не у кого. Слишком слабые и разрозненные группки занимались самоуничтожением, вспыхнул голод и вымирание вида стало неизбежным.

Когда люди лишились надежды, появилась Альфа, управляемая одним человеком - Императором. Человеком, являющемся легендарной личностью, так как его точный возраст неизвестен, некоторые источники утверждают, что бывшая при его появлении из ниоткуда тысячу лет назад внешность не изменилась; так же Император пожелал оставить в тайне место, из которого он прибыл. Меньшинство утверждает, что тоталитарное правление вредит развитию Имперских государств, однако, важно подчеркнуть, что за девятьсот девяносто два года существования Империи не было зафиксировано ни одного вооруженного конфликта приведшего к массовой гибели людей.


Кир был доволен ответом. Некоторые формулировки запомнились со страниц учебника, кое-что он считал важным объяснить со своей точки зрения. Он открыл следующий вопрос...


Кир и Санар физически и морально чувствовали тяжесть последних двух месяцев: мало того, что нагрузки казались непосильными, так еще и поделиться горестями было совершенно не с кем.

На душе Санара кто-то с удовольствием точил когти, и он часто разглядывал поверх книги в общей столовой или гостиной первокурсников; как ребята весело смеются над чем-то, обсуждают уроки и преподавателей, пытаются вместе разобраться в очередной загадке, предложенной учебником.

Он тяжело вздыхал, и от досады наворачивались слезы. Неужели у него так никогда и не появится друг, хотя бы самый маленький и скучный человек на свете.

Как было обидно раз за разом получать "пощечины" от фризийца, но ведь папа говорил, что дружба это серьезно и надолго, поэтому нужно не спеша и осмотрительно выбирать друзей. Санар и не думал выбирать кого-то, он бы с радостью подружился с Киром, тем более, что немного восхищался его физической силой и беззаботностью.

Сначала он думал, что Кир не спешит записывать его в друзья, рассуждая, стоит ли он того, как и говорил отец, и Санар терпел все, спрятав обычное человеческое достоинство куда подальше.

Но о чем говорил Кир, о каком презрении и голубой крови, Санар абсолютно не понимал, ведь он вообще никогда не вел себя высокомерно по отношению к другим, к какому бы сословию они не принадлежали, тем более с человеком, которого рад был бы назвать другом. Санар снова вздохнул.


Было за полночь.


Ребята штудировали линейную астрономию, готовясь к завтрашнему итоговому тесту. Буквы и цифры начали прыгать у Кира перед глазами. Он отложил книгу в сторону.

Кир хотел спросить, скучает ли Санар по семье, но в последний момент передумал.

Кир мучился от угрызений совести. Ну пусть он так и не смог вспомнить ни одного конкретного случая, когда Санар повел себя как скотина из-за того, что при рождении получил больше. Но ведь все высокородные не более чем ничтожества в красивой упаковке. Разве не в этом он убеждался, год за годом живя на имперском флагмане. "Черт его подери!"

Такие как Кир были лишь грязью под ногами, и даже среди тех, кто не плевался в его сторону, максимум, на что он мог рассчитывать, это холодная этикетная вежливость. Санар же был будущим повелителем республики Мирион, разве мог он быть другим. Да и почему вдруг?


- Какая она, твоя планета? - с деланным безразличием спросил Кир, все так же сидя спиной к Санару.

Кир внезапно задергался, переживая, ответит ли Санар вообще.

Пауза тянулась, и Кир покраснел.

- Балкон моей комнаты выходит на лагуну и до самого горизонта, покуда видят глаза, тянется Море. Дома я каждую ночь выбегал на берег и бросался в холодную соленую воду. Мама никогда не могла меня дозваться, пока я сам не возвращался.

Санар замолк.

- Здорово должно быть, - промямлил Кир. - А твой дом? - овладевая голосом, старался поддержать беседу он.

- Наш дом стоит у подножия Горы Желаний...

- Горы Желаний?

- Да... У мирионцев есть старинное предсказание. Великий правитель Мириона взойдет на Гору Желаний, - вяло рассказывал Санар, с тоской вспоминая дом, - и там расстанется со своей жизнью в обмен на желание. Люди назовут его предателем, а он подарит планете новую жизнь.

- Красиво... но непонятно, - не зная, что ответить, заключил Кир.

Санар лишь пожал плечами, чего не мог видеть Кир. Его воображение не раз рисовало ему прекрасного могучего правителя Мириона, который не побоялся сам расстаться с жизнью во имя высших целей. Пусть цели немного и расплавились в сознании подростка, но он твердо знал, что это был долг перед родиной и никак иначе.

- А как выглядит твоя планета? - несмело спросил Санар.

- Там холодно. Почти всегда идет снег, - воодушевленно делился Кир. - Иногда в ясную погоду на небе можно видеть сияние. Голубые, розовые, зеленые, фиолетовые, желтые рыбы плывут по извилистой дороге жизни, найдя свой путь, они меняют цвет и все начинается сначала.

- Ого, хотел бы я посмотреть.

Ребята находились в комнате, а их мысли были дома. И от этого комната наполнялась теплом. Кир вспоминал деда, маму в пушистой шубе, замерзшую реку с покосившимся мостом. Он снова был дома...


...Снег хрустел под ногами ребят, они с трудом продвигались через сугробы. Скоро они нашли дом Кира. Войдя, мальчики скинули теплые вещи и бросились к очагу. Дед, сидя в кресле, задумчиво курил трубку. Большая белая собака лежала у ног старика. Дом. "Зачем я здесь?", подумал напоследок Кир и заснул на тетрадке со все еще чужими для него символами...


Глава 7


Красная ленточка


Следующие два дня пролетели незаметно. Последние задачки были решены, траектории вычислены. Ребята снова молчали.

Волнения в классе по поводу промежуточного испытания заметно усилились. Никто из первоклассников не знал, что ждет их завтра. Учителей не спросишь, а репетиторы уклонялись от ответов. "Придется несладко", - только и обмолвился Лайс.


Утром двадцать девятого декабря всем ученикам было велено собраться в спортзале в спортивной форме. Капитан Крейн появился как всегда вовремя.

- Добрый день, класс!

- Добрый день, капитан!

- Сегодня вы сможете проявить себя. И доказать, достойны ли вы учиться в Прайме.

Воздух трещал от волнения.

- Готовы?

- Так точно, капитан! - хором отозвались ребята.

- Тогда за мной.


Крейн развернулся и направился к выходу из спортзала. Ученики молча шли следом.


Шли долго. Даже бегая кросс, они никогда так далеко не отдалялись от школы. Кругом был все тот же мертвый пейзаж: скалы, невысокие горы, под ногами сухая потрескавшаяся земля.

Над головой нещадно палило солнце. Невыносимый зной обжигал кожу, со всех бедолаг лил пот. Немного спасала форма. Она была сделана из особого материала, который надежно защищал от жгучих лучей, в тоже время не позволяя накапливаться влаге.

От долгого пребывания на жаре губы потрескались, и Киру казалось, что внутри он такой же горячий, как и снаружи. Кир так и не смог почувствовать себя уютно в жарком изнуряющем климате, где солнце только и делало, что выжигало глаза.

Идущий впереди колоны капитан Крейн остановился.

- Пришли.


Ученики остановились и оторвали взгляды от земли. Желтые скалы, потрескавшаяся земля; куда пришли? - задавались вопросом многие. Все время ученики двигались вдоль горы, частью которой являлся Прайм. И никто уже не обращал на внимание на тянувшуюся по левую сторону громадину.

Неожиданно взору открылись крутые неровные ступени, начинавшиеся в метре от земли. Трехметровой ширины лестница резко уходила вверх по склону. Конца ей не было видно.

Лестница прекрасно вписывалась в скальный облик горы: рваные выступы, сухие клочки кустарника - отличная маскировка для не слишком наблюдательного глаза.

Все взоры были устремлены вверх.


- Здесь ровно одна тысяча ступеней, - обыденно констатировал капитан Крейн. - Вы должны подняться наверх, забрать красную ленточку со своим именем и спуститься обратно. Испытание началось.


Все на мгновение замерли в оцепенении. Кир с Санаром переглянулись и бегом бросились к лестнице. Остальные не заставили себя долго ждать.


Первые двести ступеней были преодолены достаточно быстро. Сосредоточено поднимаясь все выше и выше, ребята стремились к вершине. Иногда приходилось помогать себе руками, чтобы не потерять равновесие и не скатиться. Некоторые хватались за верхние уступы, сухие палки кустарников также служили опорой. Высота отдельных ступеней доходила ребятам до колен. Пот лил градом, дыхание тяжело прерывалось.


Еще двести ступеней, и мальчики уже тяжелым шагом переступали на каждый новый подъем. Сказывался длинный переход до цели и удушающая жара.

Кир упорно ступал все выше и выше. Рядом, с тем же усилием воли, поднимался Санар. Ребята держались в первой десятке. Они знали, что от того, как они пройдут испытание, возможно, будет зависеть их дальнейшее пребывание в стенах академии.


Половина пути была пройдена. Друзья не оглядывались.

Их гнало желание достигнуть цели как можно скорее.

Сердца ребят тяжело стучали.

Кир настырно продолжал подъем, все чаще хватаясь за новые ступени руками. Из под ног то и дело срывались мелкие камушки. Кир чувствовал, что они забрались довольно высоко. Неожиданные порывы ветра, несущие раскаленный воздух, не давали ему дышать.

Кир обернулся к Санару. Тот полз вверх из последних сил, взгляд его был рассеян и, казалось, он вот-вот упадет. Кир хотел было еще раз объяснить, как это важно, и что осталось совсем немного, и, что если они будут первыми, их наверняка не выгонят. Но понял - сил на это просто не было, да и к чему это, если сам сказал, что презирает таких как Санар. "Черт!" Выбора не было.


- Так и знал, что мирионцы - слабаки! - напрягая голосовые связки, громко сказал Кир.

Санар вздернул голову. Ни сказав больше ни слова, Кир снова пополз вверх.


Через десять минут Кир искоса посмотрел через плечо. Санар, цепляясь пальцами до белых костяшек, полз по ступеням по правую руку от него. На его лице был гнев. Он не сдастся. Кир все рассчитал верно. После он все поймет сам - надеялся Кир.


Оставалась сотня ступеней. Впереди всех был Кир, за ним Санар. Чуть поодаль продвигался Раймах и еще пара ребят. Оставшуюся далеко впереди группу замыкал еле живой Азул. Других ребят не было видно. "Гонка" продолжалась.


Остаток пути лестница то и дело извивалась. Локти и колени Кира были свезены в кровь, но он не сбавлял хода. Продвигались на ощупь, участившиеся порывы ветра засыпали глаза песком.


Кир заполз на очередную ступень.

Небольшое ровное плато открылось взору. Потерев глаза, Кир увидел посередине палки, воткнутые в землю, с развивающимися на них ярко-красными ленточками. Наконец-то!

Рядом, задыхаясь, упал Санар. Нужно было немного отдышаться - подумал Кир.

Раймах и еще пара ребят, еле дыша, заползли на плато и тут же упали, пытаясь ухватить хотя бы немного воздуха.

Последним из-за выступа появился Азул. С большим трудом он преодолел последнюю ступень. Несколько раз глубоко вздохнув, он, пошатываясь, пополз к ленточкам. Его глаза горели темно-зеленым огнем. Неспешно он начал искать свое имя.


- Идем, нам пора, - тихо, но твердо сказал Кир Санару.

Санар никак не отреагировал. Однако, через мгновение встал на колени и пополз к лентам.

Кир поднялся и с болью разогнул спину. Каждая клеточка его тела вибрировала от усталости, ноги тряслись словно свежее желе. Содранные колени и локти обжигающе саднили.

Он направился к лентам за остальными.

Кир читал одно имя за другим в поисках своего. Неожиданно он увидел имя Санара.

- Санар, здесь твое имя.

Санар уже поднявшись на ноги, подошел к указанной палке и стал отвязывать свою ленточку.


Не сказав ни слова и не глядя в глаза, Санар медленно направился к лестнице с крепко зажатой красной полоской в руке. Кир если и обиделся, то только чуточку, он прекрасно знал, что сам виноват.

- Эй, крестьянин, - злобно разнесся чей-то голос по плато, - ты не это ищешь?

Тяжело дыша, Азул стоял на краю лестницы, в глазах его горело торжество. В вытянутой руке на ветру развевалась ленточка. Кир понял, что на ней его имя.

- Отдай! - рассержено прорычал Кир и двинулся к Азулу. По мере того, как он приближался, на лице Азула растягивалась злобная ухмылка. Еще один шаг, и Кир отберет ленточку и заставит негодяя поплатиться.

- Ой! - с наигранным расстройством произнес Азул и разжал пальцы. Подхваченную порывом ленточку закрутило и унесло скитаться по просторам желтой громадины.


- Не судьба, крестьянин. Придется собирать вещи, - самодовольно сообщил Азул.

Кир не стал ничего говорить. С тигриной силой и быстротой он бросился на Азула, повалил его с ног и с размаха зарядил тому в нос.

От удара Азул потерял сознание. Тело поникло, пальцы разжались. Сжимаемая в другой руке ленточка с именем Азул унеслась вслед за первой.


Усталый и расстроенный Кир спускался по лестнице. Он понимал, что теперь у него нет ни единого шанса. Даже тот, кто придет последним, все равно победит, ведь у него будет заветная ленточка.

Мама будет рада возвращению, но для фризийца это позор. Слово раз за разом вспыхивало в раздраженном сознании.

Кир спускался быстро.

- "Какая теперь разница, упаду я или нет!". Беспечность его прыжков и расхлябанных движений напугала бы даже самых толстокожих.


Санар спускался сразу же за Киром. Он станет первым и останется в школе.

Нет, думать, что он больше никогда не встретит надоедливого мирионца, Киру почему-то не хотелось. Душевных сил не было. Досада сжигала все внутри.

Спуск был очень крутым. Осознание того, что один неверный шаг мог стать последним, пришло только сейчас, и Кир, немного успокоившись, замедлил шаг. Внизу уже виднелась черная точка. Капитан Крейн ожидал учеников.

Сзади раздался грохот падающих камней.

- Кир! - приглушенно раздался голос Санара.

Кир резко обернулся. Санара на лестнице не было. Кир молнией бросился наверх.


- Санар, Санар!

- Я здесь! - послышался отчаявшийся голос.

Через мгновение Кир очутился у левого края лестницы. Крутые ступени обрывом уходили в глубокую расщелину, скрываемую небольшим подъемом горы в этом месте. В метре под Киром висел Санар, уцепившийся за сухой кустарник.

- Держись! - инстинктивно вырвалось у Кира.

- Не могу. Режет руку, - закинув голову, ответил парень, а по руке, которая сжимала сухие ветки, текла тонкая алая струйка. В глазах от боли стояли слезы. Он уставился на Кира широко раскрытыми глазами.


Кир скинул с себя майку и, вытянувшись всем телом, свесил ее вниз.

- Хватайся! Я тебя вытащу!

Санар попытался ухватиться свободной рукой за край майки. Не дотянулся.

Он попробовал еще раз.

Снова не достал. Силы таяли на глазах.

- Не могу, - всхлипывал Санар.

- Не будь слабаком!

В глазах Санара вспыхнул гнев. Санар не мог поверить, что даже сейчас Кир не прятал незаслуженное презрение.

"Ну все, мне конец", - мелькнуло в голове у Кира. Собрав последние силы, Санар резко выбросил руку вверх и ухватил майку.


Киру потребовалась доля секунды, чтобы сконцентрировать все силы в руке, на которой повис друг. Благо третий шаг обучения настоящего фризийца рассказывал, как это сделать. Кир вытащил Санара.


Ребята тяжело дышали. Кир взял пораненную руку друга, Санар хотел отдернуть ее, но сил на сопротивление не было. Кир перевязал порез майкой.

- Зачем шел так близко к краю? - пытаясь отдышаться, возмущенно спросил Кир.


Здоровой рукой Санар полез в карман.

- Держи, - тихо, задыхаясь сказал он.

Кир автоматически протянул руку. На ладони у него осталась ярко-красная ленточка с именем "Кир". Сердце радостно встрепенулось.

- Спасибо, - искренне поблагодарил Кир

- Нет, тебе спасибо.

Ребята понимающе уставились друг на друга. Санар все понял: он понял, почему Кир назвал его слабаком. Кир был ему настоящим другом и помог ему дважды. Кир, сидя рядом, невесело размышлял, - "Ну вот, завел в друзья принца". Оценив иронию, он тихо хмыкнул.

Наверху лестницы послышался шорох. Это был Раймах. Не сговариваясь, ребята поднялись и заспешили вниз по ступеням. Теперь никто не отнимет у них победу.



В зале для первокурсников толпился народ. Сейчас будут вывешены рейтинги. Во всех уголках зала царило волнение.

Вошел директор Хорнос.

- Приветствую всех собравшихся! - громко сказал директор, на что зал отозвался ответным приветствием.

- Вы провели в стенах Прайма полгода. Надеюсь, что они не прошли даром,- директор сделал короткую паузу. - С сегодняшнего дня у Вас начинается неделя каникул. Не тратьте время понапрасну. Веселых праздников! - с этими словами директор покинул комнату.

Все ученики до единого устремились к стене, где вывешивали рейтинги.


Рейтинг (декабрь)


1. Реос, Мальдана.

2. Раймах, Косбейр.

3. Санар, Мирион.

4. Кир, Фризия.

5. Вильгемон, Валиоса...


Ребята были счастливы. Они не только не вылетели из школы, но и оказались в самом начале списка. Гордость в ребятах расправила свои юношеские крылья.

- Молодцы! - проходя мимо, поздравил мальчишек Раймах.

- Ты тоже ничего, - дружелюбно ответил Кир.

- Так кто тут слабак? - вызывающе спросил Санар, намекая на то, что его фамилия в рейтинге на строчку выше.

- Конечно ты, мирионец! - щелкнув Санара по носу, ответил Кир и пустился наутек по залу.



Глава 8


Родители


- Прошу прощения, ваша светлость, здесь крайне нужна ваша подпись, если бы Вы согласились уделить мне минутку, я бы...


- Не сейчас, - гневно прошипел Джеранг, быстро проходя через холл Отеля Эмпайер Стар.

Он мигом запрыгнул в лифт, отделываясь от назойливого посетителя и приказал. - Последний этаж.

Работник лифта нервно ударил по кнопке и опустил глаза, он знал, во что может вылиться неудовольствие правителя Имраха.

Раздался звон и двери лифта бесшумно разъехались.


Джеранг ринулся прямо в гостиную.

Услышав шаги, королева развернулась, желая поприветствовать супруга. Однако, при виде выражения на лица мужа, ее улыбка погасла, состарив ее на несколько лет.

- Что случилось? Плохие новости? - стеклянным голосом осведомилась королева, столь часто выслушивая о мнимых несчастьях, то и дело обрушивающихся на голову ее "бедному" мужу.

- Читай! - рявкнул Джеранг и бросил ей на колени смятый листок.


Королева взяла бумажку тонкими длинными пальцами и начала аккуратно ее расправлять.

- Наш сын шестнадцатый, - тепло улыбнулась мать, - наверное, ему приходится много учиться.

- Шестнадцатый! Всего лишь шестнадцатый! - бушевал Джеранг. - А этот крестьянин четвертый, он четвертый, ты понимаешь.

Взгляд королевы метнулся к началу списка.

- Да действительно, как необычно.


- Необычно! - гневно расхаживал Джеранг по комнате. - Необычно, - казалось, его веселили слова королевы. - Этого просто не может быть! - взорвался он. - Он что, этот фризиец, - сплюнул Джеранг, - умнее нашего сына? Или сильнее его? Да как вообще такое могло произойти! - Джеранг по-звериному раздувал ноздри, выпуская распиравший его гнев. - А еще мне сообщили, что он провалил промежуточное испытание! Взял и провалил самое ответственное задание! - всплеснул он руками.


Королева хранила молчание. Она понимала, что имея, вероятно, широчайшую сеть шпионов и осведомителей в Галактике, муж никак не мог оставить сына без присмотра. Она также знала, что сейчас он пришел не за ответами, а чтобы укорить и выместить злость.


- Чем вообще вы занимались с этим мальчишкой? Куда ты смотрела? Ты же королева! А растишь слабака и остолопа!

Королева зажмурила глаза и впилась ногтями в запястье.

- Какой-то деревенщина из тьмутаракани обходит твоего сына! - не унимался Джеранг.

- И твоего тоже, - твердо сказала королева.

Джеранг метнулся к дивану, где сидела супруга. Его глаза налились кровью.

- Ты обвиняешь меня в том, что наш сын идиот? - угрожающе прошипел на ухо Джеранг.

Ее величество напряженно вдохнула.

- Я никого и ни в чем не обвиняю, и наш сын не идиот, - она посмотрела мужу прямо в глаза. Тот, казалось, немного смутился. - То, что он шестнадцатый из шестидесяти семи уже свидетельствует о том, что он умнее большинства.

- Но уступить фризийцу! - Джеранг отвернулся. - Может, и трон ему подарим.

- Нет, - холодно сказала супруга. - Я уверена, что наш сын будет делать все, что в его силах, дабы не уступить. Остальное, - она обратилась к мужу и сделала паузу, Джеранг развернулся навстречу, - твоя проблема.


Королева поднялась и, резко развернувшись, удалилась в спальню.

Джеранг обошёл диван и грузно опустился, откидываясь всей тяжестью на спинку. Он ненавидел, когда она оказывалась права. Эта ее холодная выдержанность сводила Джеранга с ума.

Вечная маска истинной королевы ни разу не дала трещины. Воспитанная в благородной семье, она походила на восковую куклу, прекрасную, но такую безжизненную.

Да, он чувствовал ее презрение. Пусть его семья была богата и пользовалась отличной репутацией, для нее он всегда был безродным мужланом. Когда он был молод, он не сомневался, что ему удастся растопить лед холодной красавицы, но шли годы, а она так ни разу и не открылась ему.


Но вопрос остается открытым - что делать с фризийцем? Он показал, что в дурацкой системе Прайма он может стать одним из лучших. В душе Джеранга снова росла ярость на этого выскочку. Да и как он вообще оказался в числе избранных? Хорошо бы разобраться в этом деле.


Правитель Имраха потянулся к телефону, стоящему на низком стеклянном столике, и нажал одну из кнопок.

- Бримор, немедленно ко мне, - нетерпеливым голосом потребовал Джеранг.


Через минуту двери лифта разъехались, и в проеме показался невысокий худощавый мужчина, чуть за сорок. Лицо его было изъедено мелкими длинными морщинками. Несмотря на внешнее спокойствие, глаза Бримора выдавали острый и ясный ум. Перешагнув порог апартаментов, он двинулся прямо к правителю Имраха, у которого находился на службе последние шесть лет.


- Вызывали, Ваше Высочество? - с вежливым почтением обратился помощник.

- Садись, - бросил Джеранг, даже не взглянув на него.

- Ты в курсе последних событий и знаешь, что мой сын борется за трон Императора.

- Да, Ваше Высочество, - ничего не выражающим тоном ответил помощник.

- Так вот, я считаю необходимым лучше разобраться в ситуации, - он сделал паузу. - Основные претенденты на трон мне известны, отцов некоторых я знаю лично, - враждебно подчеркнул он, - но вот фризийский подкидыш вызывает у меня вопросы, - злобно прошипел правитель Имраха.

- Вы чего- то опасаетесь?

- Не неси вздор! - тут же вскинулся Джеранг.

- Однако ситуация слишком серьезна, чтобы пускать все на самотек, - беря себя в руки, снова сел правитель. - Я хочу знать, кто такой этот Кир, и какого черта он делал на Альфе. Тебе все ясно?

- Да, Ваше Высочество, - монотонно отозвался помощник.

- Тогда незачем дольше рассиживаться. Отправляйся и держи меня в курсе.

- Слушаюсь, - Бримор легко поднялся и направился прямиком к лифту.



Глава 9



Церера



Наступили новогодние праздники. Настроение у ребят заметно улучшилось.

- Поздравляю, мелюзга. Однако, это не повод расслабляться, - уже серьезно добавил Лайс.

Слова наставника хотя и были восприняты Киром и Санаром серьезно, все же не произвели желаемого эффекта. Мальчишек переполнял восторг: их не выгнали, и они оказались среди лучших.


Целую неделю они валяли дурака - бездельничали в оранжерее, носились по коридорам Прайма, скучали в общем зале первокурсников, пару раз бегали кросс. В конце первой недели Киру и Санару пришло письмо. В нем было сказано, что им предстоит участвовать в соревнованиях между Праймом и Церерой. Ребятам было велено явиться в спортзал на следующий день в 9.00 часов утра.

Санар с Киром были в растерянности. На вопрос, что это за соревнования и школа, другие первокурсники растерянно качали головой, а Лайс лишь усмехнулся и велел не переживать.


Утром следующего дня мальчишки взволнованно спешили в спортзал.

- Думаешь, снова испытания? - озабоченно пробормотал Санар.

- Нет, вряд ли. Лайс сказал, ничего особенного, значит так и есть.

- Все равно мне это не нравится, - настороженно ответил Кир.


Мальчишки вошли в спортзал, где уже находились Реос, Вильгемон и Раймах.

- Вы тоже получили письмо? - поинтересовался Реос.

- Да, - ответил Кир за обоих.

- Очевидно, что пятерка лучших рейтинга, которыми являемся мы, удостаивается чести представлять Прайм на соревнованиях.

- Вы абсолютно правы, Раймах, - подтвердил капитан Крейн, стоя у ребят прямо за спиной. - Вы будете представлять первый курс. Соревнования состоят из решения задач повышенной сложности и спортивных состязаний. Сегодня я покажу спортивные виды, в которых вам предстоит проявить себя. Завтра закрепим результат, и вы готовы.

- А когда пройдут состязания? - поинтересовался Вильгемон.

- В воскресенье.


- Но ведь это послезавтра! - воскликнул Санар.

- Вот и прекрасно, нечего тратить время на всякую ерунду. Строиться! - прикрикнул на мальчишек капитан.


Ребята, замешкавшись от неожиданной новости о скороспелости состязаний, поспешили выстроиться по росту. Кир стоял вторым, чуть уступая Вельгимону, Санар замыкал шеренгу.


- Я обучу Вас основам трех древних видам спорта: стрельбе из лука, владению кнутом и метанию ножей.


Капитан Крейн раздал ребятам кнуты.

- Взмахните ими. Только не сильно, - предупредил он.

Ребята последовали совету.

- Ой! - вскрикнул Санар и схватился за щеку.

- Я же сказал, не сильно, - раздраженно произнес Крейн.


- Чертова Церера! - Непонятно для кого, пробубнил капитан. - Не пытаетесь овладеть этой штукой, это сложно, а защитить себя с помощью этого оружия Вам все равно вряд ли удастся. Данное оружие применялось на Земле до катастрофы. Изначально кнут служил для управления домашним скотом и использовался крестьянами и погонщиками.

Однако, для многих купцов - состоятельных торговцев без образования, домашние слуги были ничем не лучше скотины, и они не гнушались применять кнут на них в случае оплошности или для собственного увеселения. Тем не менее, вам следует отдавать отчет о силе этого оружия, - более серьезно добавил капитан, - этим предметом нередко приводилось в исполнение наказание за самые серьезные преступления.


Он поднял один из кнутов и подошел к ребятам поближе.

- Обратите внимание на его строение. Основной частью кнута является плетеный кожаный ремень, который делится на три части: тело кнута, фол и крекер. Основное тело состоит из сплетенных кожаных полос, причем могут использоваться самые различные кожи животных. Далее к телу крепится фол, - капитан дошел до более узкой кожаной полосы, выглядевшей как тонкий потрепанный ремешок, - видите?

Ребята, сгрудившись в кучу, закивали.

- И наконец, к фолу крепится крекер. На земле существовало такое животное как конь, грубые волоски которого были необычайно тонки и прочны. Из них и изготавливался наконечник кнута, хотя материал для всех частей может быть самым различным, от натурального до искусственного.

Несколько раз мне доводилось видеть лазерные модели, - капитан растянул странное оружие в руках. - За счет такого строения при замахе кнут может развивать сверхзвуковую скорость. Ребята удивленно уставились на длинную обмякшую тряпку.

- Сверхзвуковую? - решил удостовериться Вильгемон.

- Совершенно верно, - и в подтверждение своим словам, капитан легко взмахнул кнутом и полоснул стену, при этом совершенно неожиданно раздался звук разрезаемого воздуха. На стене остался глубокий след.

У кого-то вылезли глаза из орбит, у других слегка отвисла челюсть.

- Хотелось бы научиться им пользоваться, - восхищенно ответил Реос.


- Что ж, выглядит действительно впечатляюще. Однако, чтобы в совершенстве овладеть данным типом оружия, требуются годы ежедневных тренировок. По мне, так это просто трата времени - лазер куда надежнее, - капитан чуть помедлил, - все же, как было замечено мною ранее, это оружие. Говорят, что профессионал может убить кнутом с трех ударов.

- Не может быть! - не поверил Раймах. - Этим? - он настороженно ощупывал странный предмет, пытаясь понять, в чем же был секрет.

- Сам я такого никогда не видел. Однако, скорость, развиваемая кнутом достаточна, чтобы сломать кость, так почему бы не позвоночник. В теории вполне реально.


Капитан дал ребятам пару минут, чтобы тщательно осмотреть кнут и проверить любые свои подозрения. Как не вертели мальчишки его в руках, это была просто кожаная длинная тряпка и не более того.

- Итак, у каждого есть кнут? - подгонял капитан.

Ребята кивнули в ответ.

- Капитан Крейн, мой сломан, - сказал Кир, перебирая в руках длинную полоску. - У моего нет наконечника.

- Все в порядке. Это одни из вариантов кнута без рукояти, его также называют снейк.

Все же, в большинстве случаев, рукоять из кости, дерева или пластика присутствует, считаясь удобной модификацией. Тренируйся, поверь, у всех будет получаться одинаково, - тихо закончил капитан и оставил ребят.


Капитан был абсолютно прав. Кнут никак не хотел поддаваться. Упорней всех оказался Санар, на щеке которого багровел чуть запекшийся порез. Щеки мальчишки горели, а в глазах сиял огонек болезненного упрямства.


Через час капитан выдал ребятам небольшие ножи, и вместе с оружием ребята вышли на улицу, где к одной из близлежащих скал был прикреплен толстый кусок дерева, метр на метр. На доске разными цветами были обозначены круги, в середине красная точка. Легким, быстрым движением, Крейн выхватил из-за пояса нож и метнул в мишень. Нож попал точно в красную отметку.

- Это оружие поприятней. Приступайте.


К счастью, холодное оружие было больше знакомо ребятам, так как до сих пор широко использовалось в быту и иногда применялось как индивидуальное декоративное средство демонстрации мощи и власти. Одновременно с этим, носящий оружие должен был уметь воспользоваться им в случае необходимости или просто продемонстрировать умение по первому требованию - так гласил один из древних кодексов чести, почитающий клинки. Так, что никаких вопросов не возникло и мальчишки начали метать ножи.

Скоро они вошли во вкус, и маленькие лезвия с остервенением летели в грубый кусок деревяшки. Чаще ножи глухо ударялись о мишень и падали на землю. Случались и удачные попытки. Ребята уже тяжело дышали, но, не сдаваясь, продолжали тренировку.


- Ну? Показывайте результаты, - скомандовал капитан еще через час. Пять ножей полетели в мишень. Четыре ножа застряли в доске. Нож Кира, казалось, чудом уцепился краем лезвия за мягкую деревянную поверхность. Санар также чувствовал себя вполне уверенно, его нож оказался ближе всех к заветной красной отметке.

- Сгодится, - смирясь, прокомментировал капитан. В его руках уже были странные предметы, которые он не преминул бесцеремонно бросить кучей у ног ребят.

- Это луки, а это стрелы, - указывая пальцем, объяснял капитан.


По озадаченным лицам ребят, он понял, какое количество раз им приходилось видеть это оружие - нулевое. Капитан поднял изогнутую дугу с натянутой леской и тонкую палочку около сорока пяти сантиметров. В руках капитана странные предметы показались гармоничными.

Крейн натянул тетиву, прицелился, и стрела со свистом полетела к мишени. Красная сердцевина была вновь поражена. У ребят от удивления снова приоткрылись рты.

- Интересное оружие, но малопродуктивное. Слишком много времени для прицела и смены заряда.


Еще какое-то время капитан помогал каждому ученику справиться с техникой стрельбы. Естественно, в самых общих чертах. Этого хватило, чтобы пущенные ребятами стрелы полетели в сторону скалы, на которой висела мишень. Еще около часа продолжалась тренировка.

- Да уж, - вздыхал Вильгемон, - это же надо такое придумать, - до сих пор в легком недоумении вертел он лук.

- Надо, надо, - из дверей спортзала появился капитан. - Скажи спасибо, что не заставил стрелять ногами.

- Ногами? Из этого? - не поверил Реос.

- Почему нет? - беспечно осведомился капитан. Казалось, его слегка веселило замешательство ребят. - Если лечь на землю и упереться обеими ногами в деревянную излучину, а руками натягивать тетиву, сила и дальность удара повысятся на порядки.

- Да уж, лучше лазер, - запоздало согласился Реос с капитаном, на что тот хмыкнул.

- Еще бы, если под рукой запасной аккумулятор или зарядное устройство.

- Что вы имеете в виду? - решил прояснить Раймах.

- Посмотри внимательно, - и капитан, подняв с земли свободный лук, повертел его в руках. - Как, по-твоему, долго ли прослужит такое оружие без ремонта? Раймах задумался, и по его лбу поползла морщинка.

- Думаю, что и на пару лет можно рассчитывать, - вынес он заключение.

- Ты совершенно прав, все зависит от материала. Да и детали часто можно найти под рукой. Прибавь к этому ситуацию, когда твой враг в таких же допотопных условиях, и ты с помощью лука превращаешься в смертельного противника: разишь на расстоянии, не боясь ножа, способен уничтожить движущуюся цель иногда несколько одновременно, - подмигнул ребятам капитан, те в свою очередь вытаращились на лук еще больше, не уверенные, стоит ли принимать такие серьезные заявления всерьез.

- Ладно, на сегодня закончим. Все свободны. Жду завтра в то же время, - скомандовал Крейн.


Ребята не двигались.


- Вопросы?

- Капитан, мы не успеем освоить оружие до воскресенья, - решился высказать общую озабоченность Вильгемон.

- Глупости, - тоном, не терпящим возражений, отмахнулся капитан, - вы почти готовы. Мальчишки стояли в растерянности. Крейн тяжело вздохнул.

- Виды спорта древнее самой истории, никакого практического смысла.

- Тогда зачем все это? - спросил Раймах.

- Школы Прайм и Церера поддерживают дружеские отношения и устраивают раз в год официальную встречу. Формальным поводом для встречи являются соревнования, которые Прайм непременно проигрывает.

- Как!

- Всегда?!

- Какой в этом смысл! - разом возмутились мальчишки.

- Хватит! Устроили базар, - оборвал капитан. - Ученики Цереры владеют данными видами спорта в совершенстве.

- Но ведь Вы сказали, что они бесполезные, - решился заметить Кир.

- Да. Для вас, - после паузы добавил Крейн. - В Церере считают, что данные виды спорта развивают в учениках все необходимые им физические качества.

- Они, наверно, хлюпики, - решил подшутить Вильгемон.

- Тишина! За неуважительное отношение к гостям можно нажить себе большие проблемы, - предостерег капитан. - Все ясно?

- Да, капитан! - ответил дружный хор.

- Свободны.


Весь следующий день спортсмены усиленно тренировались, не обращая внимания на слова капитана о том, что волноваться не о чем. Киру все больше нравилось метать ножи, казалось, они лежали как влитые в его руке. Малейшее движение руки, сила удара - и наточенный кусочек стали послушно следовал безмолвной команде.

Киру отчаянно нравилось чувствовать тяжесть металла и думать, как опасен может быть нож при правильном использовании. Пусть капитан Крейн и считал его малоэффективным, но Кир видел потенциал в ближнем бою и при суровых погодных условиях, когда стандартное оружие требовало перенастройки или более серьезных коррективов.

Раз за разом посылая острое перо в недвижимую мишень, Кир улыбался и обещал себе, что в следующий раз он метнет сильнее, чётче, увереннее. На мишени не осталось живого места.


Другие ребята, как и Кир, метали ножи и стреляли из лука, и только Санар упорно продолжал тренировки с кнутом. Он был заворожен этим странным предметом также, как Кир ножами, и ничего не желал больше, чем покорить строптивый характер древнего оружия.


Взяв перерыв, Кир промочил горло из пластиковой бутылки и уставился на Санара. Тот, обливаясь потом, взмахивал кнутом, но с некой осторожностью, даже последовательностью, как заметил Кир.

- Эй, мирионец! - окликнул он Санара.

Тот замер, и тяжело дыша, вопросительно дернул подбородком. Кир кивнул в свою сторону.


Тот, не спеша обматывая кнут вокруг локтя, через ладонь, трусцой подбежал к Киру.

- Чего тебе? - все еще прерывисто дыша, спросил Санар. Кир сунул бутылку ему под нос. Санар молча принял ее и жадно впился в горлышко.

- Сдалась тебе эта штуковина, - бросил Кир недоверчивый взгляд на кнут.

- Ты не прав, - овладев дыханием, ответил Санар. - Я вчера рылся в Абдэйе и нашел кучу информации о кнуте, - воодушевленно поделился друг. - Для кнута есть целые системы ударов - это настоящая наука! Например, древние конные воины обязательно имели при себе кнут. С такого расстояния было крайне удобно парализовать противника кнутом, нанося удары в чувствительные места, будь то локоть или сухожилие. А попав противнику в глаза, ты практически получаешь победу. К тому же, от кнута сложно защититься; примитивные щиты не могли защитить воина со всех сторон, а кнут, легко меняя форму, огибал укрытие и доставал противника.

- Да у тебя, смотрю, крыша поехала, - присвистнув, констатировал Кир.

- Придурок, - слегка порозовев, ощетинился Санар. - О кнуте даже стихи слагали, вот послушай:


"Лишь только хотел он мечом взмахнуть,

бич трижды обвил богатырскую грудь.

В змеиных объятиях крепко сдавил,

дыханья свободного сразу лишил.


- Это Албынжы - хакасский эпос, - с умным видом произнес Санар.

Кир не оценил.

- И кто это? - снисходительно спросил он.

- Откуда я знаю, - отмахнулся Санар. - Какой-то древний народ, наверное.


Кир, покачав головой из стороны в сторону, ничего не сказал, а отвернулся и направился обратно к мишени, сожалея об ущербности друга.

Около полудня всем ученикам Прайма было велено собраться в парадной зале для встречи гостей. Во всех уголках помещения царило веселое оживление. Никто, казалось, не считал данное мероприятие особым. Первокурсники, поддавшись общему настроению, не переживали, хотя легкое волнение, вызванное новизной происходящего, все же отражалось на их еще детских лицах.


В первом ряду сидели Кир, Санар и другие ребята, призванные в этом году отстаивать честь школы. Мальчишки были слегка напряжены и крайне собраны.

Слева от них пустовало три ряда мест, вероятно оставленных специально для гостей.

Перед собравшимися учениками появился директор школы.


- Приветствую вас, мои дорогие, - необычайно сердечно обратился директор Хорнос. -

Мы собрались сегодня, чтобы поприветствовать наших дорогих гостей из Цереры на ежегодной дружеской встречи наших школ. Надеюсь, Вы будете чрезвычайно внимательны к нашим гостям и не откажете им в гостеприимстве, - директор заговорчески подмигнул.

В зале раздалось несколько смешков.


- Чего это он? - растерянно спросил Санар друга.

- Откуда мне знать? - лишь пожал плечами Кир, он носом чуял подвох; все вокруг предательски молчали. Происходящее ему не очень нравилось.

Никто толком ничего не объяснил. Приедут гости; будут соревнование; мы обязательно проиграем - теперь и это еще. Кира начинало все это раздражать.


- Поприветствуем же долгожданных гостей, - торжественно сказал директор, полуобернувшись к двери залы.

Створки резко распахнулись и пропустили невысокую женщину чуть за сорок. Она держалась прямо и очень уверенно. В ее глазах светились огоньки живого ума, а на лице застыла маска под названием 'официальная часть визита'.

- Директор Цереры - госпожа Райна Хольц, - представил директор вошедшую женщину, - со своими лучшими ученицами.


За женщиной неотступно следовали девочки, с ног до головы одетые, по-видимому, в форму Цереры. Она представляла собой платье, идеально подогнанное по фигуре и отливающее глубоким темно-синим цветом. Юбка доходила до колена, а воротничок скрывал шею, заканчиваясь большой перламутровой пуговицей в форме круга. На правом бедре каждой из церерианок висел знакомый ребятам предмет - скрученный кольцами кнут. Ручки были разных цветов и фасонов, иногда за петельку крепилась одна рукоять. 'Лазерные', - решил для себя Кир.


Девочки прошли к свободным местам и тихо расселись. Ни искорки волнения или любопытства не выдавали их лица. Госпожа Хольц подошла к директору и, в свою очередь, обратилась к собравшимся ребятам и профессорам:

- От имени Цереры рада поприветствовать наших дорогих братьев. В шестой раз я возглавляю дружеский визит в Прайм. Надеюсь, как и всегда, мы поделимся опытом, знаниями и найдем новых друзей, - легкая полуулыбка замерла на лице госпожи Хольц, как только последние приветственные слова певуче слетели с ее губ.

- Мы благодарим Вас за приветствие и уверены, что все будет так, как вы и сказали.

Завтра пройдут соревнования среди первокурсников. В этом году нашу школу как всегда представляют лучшие ученики потока...


Директор огласил имена ребят выбранных для состязаний. Мальчики поднялись один за другим, услышав свои имена. То же самое сделала директор Цереры. По левую руку точно так же поднялись пять девочек.


На лицах ребят читалось недоверие. Неужели они должны будут состязаться с девчонками!

Кир нахмурился, ловя притворно-безразличные взгляды с противоположной стороны. Только одна из девочек даже не шелохнулась в попытке рассмотреть будущих соперников. Гордо поднятый подбородок, длинные ресницы и тугой пучок рыжих волос, доходящих до пояса худенькой фигурки. У Кира скрутило желудок. Нет, определенно пора было заканчивать со всеми этими церемониями. К счастью, мольбы Кира были услышаны, и уже через пять минут ребята разошлись по комнатам.


- Сражаться с девчонками!? - вслух возмутился Кир своим мыслям. - Как тебе это нравится? - обратился он к Санару.

Друг уже улегся и спрятался за книгу.

- Не знаю. А что?

- Да как это что!? Женщин обижать нельзя, а уж тем более соревноваться с ними. Мы же сильнее! - удивленно возмутился Кир.

- Боюсь, мы их не сильно обидим, - безразлично заметил Санар, перелистывая страницу.

- Ты о чем?

- Разве не очевидно? Это странное оружие, которым так трудно овладеть. Капитан сказал, нам оно не пригодится, а ведь для девочек в самый раз. Они, наверное, владеют им гораздо лучше, чем мы, - Санар замолчал, казалось сомневаясь, продолжать или нет. - Знаешь, моя старшая сестра там учится.

- И ты молчал! - Кир подскочил и, сделав шаг, разделяющий спальные полки, рухнул на кровать Санара. - Рассказывай! - потребовал он.

- Да, нечего рассказывать, - чуть отодвинулся Санар.

- Говори, что знаешь, - наступал Кир.


Санар вздохнул, поняв, что ему не уйти.


- Капитан Крейн прав. С самого первого месяца, как туда попадают девочки, им вручается кнут. Он идеально сбалансирован, как и все другое оружие, только кнут они всегда носят при себе, на правом бедре.

- Твоя сестра хорошо им пользуется? - перебил Кир.

- Отлично, - мрачно ответил Санар, припоминая, как Наяда не раз пользовалась кнутом, заставляя выполнять ее глупые прихоти. - К несчастью, это все, что у нее хорошо получается, в учебе она далеко не первая. Родители каждый год отчитывают ее за успеваемость.

- Где она находится, эта Церера?

- На Винаре, в созвездии Онтарио, довольно далеко отсюда. Они, как и мы, целый год проводят в школе.

- А кем они становятся по окончании? - поинтересовался Кир.

- Кем угодно. Могут, как и мы, стать капитанами или штурманами космических судов, некоторые идут в политику, но около половины просто выходят замуж за влиятельных баронов, герцогов и так далее, рожают наследников и проводят всю жизнь в качестве украшения мужа, - в голосе Санара звучало презрение.


- Здорово! - воскликнул Кир. Он вновь открывал для себя что-то новое, мир позволил узнать ему еще одну удивительную тайну.


Санар, хмурясь, внимательного на него смотрел.

- Что?

- Папа с мамой сказали, что перестанут ее уважать если она превратится в одну из этих напыщенных кукол, от которых нет никакой пользы.

- Как это, никакой, - возразил Кир. - Они ведь рожают детей, а семья это главное, чем должна заниматься женщина.

- Думаешь, у них нет талантов и собственных желаний, кроме как обеспечивать уют?

- Есть, наверное, - неуверенно начал Кир, - но ведь война и политика всегда были мужским занятием. Зачем это женщине? - не понимал сути их беседы Кир.

- Ты намекаешь, что мужчины умнее, раз больше преуспели в этом?


Кир нахмурился, не зная, что ответить, так как об этом он мало задумывался.


- Не могу сказать наверняка, но что-то попадается больше мужских фамилий под картинками изобретений или датами военных походов, - почесывая затылок, ответил Кир. - Так что, умнее наверное, в чем-то. А ты что думаешь?

- Думаю, завтра церерианки разнесут нас в пух и прах, - улыбаясь, ответил Санар.


Кир нахмурился. Да, Санар был абсолютно прав. И времени им дали, чтобы лишь познакомиться с оружием, а не овладеть им.

- Завтра они выиграют, - обреченно подытожил Кир.

- Ну и что? -

А то!..- Кир вспылил и не закончил фразу.


Санар посмотрел на друга. Голубые глаза внимательно вглядывались в самую душу.

Повисла пауза. Санар пытался что-то прочитать на лице Кира. Тому, в свою очередь, стало неуютно под этим взглядом, и он внезапно покраснел и отвернулся.

- Идем бегать, - выпалил Кир, уже направляясь к двери.


За спиной Кира захлопнулась только что раскрытая книга.


Санар быстро перебирал ступени, следуя за Киром и размышлял об их разговоре. Что ж, в чем-то Кир прав, но неужели удел женщины дом, и в том ее предназначение? А если она ему не следует, значит, она теряет цель, для которой была рождена. Так что ли?


Санар никак не мог справиться с этими непростыми, на первый взгляд, вопросами, наверное, ему нужно больше узнать о жизни, может, поговорить с кем, да только не с кем. Родители далеко, а Кир вряд ли поймет его.

'Что ж, отложим пока выводы на полку', - решил Санар, набирая скорость для забега.



Глава 10


Тест



Утром следующего дня было назначено ментальное тестирование. Оно проходило с утра в оранжерее, и Кир с Санаром уже пулей неслись на девятый этаж, боясь опоздать к началу.


- Они что, не могли на лифты потратиться, - жаловался Кир.

- Могли, - втягивая воздух, ответил Санар. - Только так они тоже работают над нашей физической формой.


Поднявшись на девятый этаж, они остановились перед входом, приглаживая растрепанные волосы и успокаивая дыхание.

Кир кивнул и распахнул дверь.

В оранжерее уже толпился народ. Студенты, суетясь, сновали вдоль аллей и торопили друг друга.

Друзья, не задумываясь, направились к площадке с фонтаном, как они и предполагали, там были установлены трибуны, украшенные символикой Прайма и Цереры.

Предполагалось, что во время первого испытания директора учебных заведений будут вместе со своими воспитанниками. Поэтому посередине трибун были установлены высокие кресла с подлокотниками.

Хорнос уже важно восседал на своем месте, ожидая прибытия дам.


Кир с Санаром поторопились присоединиться к Раймаху, Вильгемону и Реосу, которые что-то возбужденно обсуждали, стоя перед трибуной Прайма.

- Здорово, - поприветствовал Кир, - чего шумим?

- Соизволил явиться вовремя, - ухмыльнулся темноволосый Реос. Киру показалось, что его темные кудри неестественно аккуратно уложены, и сам он какой-то дерганый.

- Ты что, причесался? - спросил Санар, заметив то же самое. Реос угрожающе сузил желтые глаза и, сжав кулаки, сделал шаг к Санару.


- Эй, эй, - встал между ребятами Раймах, - еще драки нам между собой не хватало. Директор как раз на нас смотрит.

Ребята как по команде повернулись к трибуне. Хорнос им подозрительно улыбался, как будто понимал, что в воздухе пахнет дракой, и он бы этого настоятельно не рекомендовал.

Реос остыл и показательно полуотвернулся от Санара, обращаясь к другим ребятам.

- Вернемся, к тому, на чем остановились.

- Да, ребята, до того как вы подошли, - вводил их в курс дела Раймах, - мы совещались над стратегией.

- А мы знаем, что от нас потребуется? - уточнил Кир.

- Не совсем, - начал было Раймах.

- Ничего мы не знаем, - добродушно ответил силач Вильгемон, - но этот ботаник пытается найти для нас преимущества.

- Да, и я полагаю, что нужно решить, у кого какие сильнейшие стороны, чтобы в случае необходимости знать, на кого рассчитывать.

- Что конкретно ты имеешь в виду, говоря о сильных сторонах? - не понял Реос.

- Ну, к примеру, я быстрее всех считаю, - оглядел всех Раймах. - Возражения есть?

Все молчали, с правдой не поспоришь.

- Отлично, значит, вычисления оставьте мне. Думаю, что Вильгемон редко нервничает и, даже если он ограничен во времени, он тратит его с пользой.

- А ты, наверное, прав, зубрилка, - улыбнулись ребята друг другу.


- Реос, - обратился Раймах к задаваке, - что у тебя выходит проще всего?

Тот на секунду задумался, перебирая разные варианты.

- Ну, - не спеша, начал он, - я много читаю.

Кир хмыкнул.

- Чего тебе, фризиец? - угрожающе накинулся Реос. - Ты самый задиристый хулиган в нашей школе.

- Точно, - поддержал Раймах, - и реакция у тебя молниеносная. Так что, если потребуется быстрота действий - мы рассчитываем на тебя.

Реос подозрительно оглядел ребят, но ничего на это не сказал.

- Твоя очередь, Санар, - обратился Раймах.

Санар вопросительно посмотрел на Кира.

- Понятия не имею, - развел руками Кир. - Нет, подожди, у тебя просто здорово получается выводить меня из себя.

Санар разочарованно отвернулся.

- Ты ловкий и маленький, - просто сказал Вильгемон.

- Уже что-то, - согласился Раймах. - Значит, можно смело ставить тебя или на первое или на последнее задание. Прыткость всегда пригодится.


По выражению лица Санара Кир понял, что тот был не очень доволен своими качествами, но, как и Реос, ничего не сказал.


Все посмотрели на Кира.

- О, я конечно самый умный и сильный, да и красоты природной не отнимешь, - провел он рукой по волосам, смотря на Реоса.

- Да Мистер Самомнение, это мы знаем, - откликнулся на шутку Санар.

- Да, ты сильный, - просто согласился Раймах.

- И неглуп, раз попал наверх в списке, - высказал свое мнение Вильгемон.

- И придурок, - сказал Реос и отошел от ребят к своим друзьям, которые вот уже пару минут старались привлечь его внимание с трибуны.


Никто не решался определить, что, такого особенного было в Кире.

Кир слегка смутился, ему было неуютно под этими сосредоточенными взглядами. Само собой разумеется, что он самый обычный по шкале обычности, и никогда он не станет особенным среди них.


- В общем, тебя можно ставить на любое задание, - вышел из положения Раймах.

Как не старался Кир оставаться хладнокровным, все же его это задело.


В этот момент послышался шум суеты с другой стороны, ребята обернулись. Тихо и грациозно церерианки занимали места на трибуне.

Девочки, представлявшие школу, спустились вниз.


Как только госпожа Хольц заняла свое место, раздался голос Хорноса.

- Я рад открыть первую часть испытаний и прошу участников выйти в центр.

Две группки из пяти человек сделали несколько шагов ближе.

- Отлично. Что ж, не будем откладывать начало.

Раздались одобрительные хлопки.

- В этом году, юные леди и джентльмены, вам будет предложено проложить виртуальный маршрут.

Перед каждым участником тутже возник небольшой голографический экран.

- Обратите внимание на начало маршрута. Там обозначен ваш челнок - у Цереры синий, у Прайма красный.


Кир посмотрел на небольшую красную точку внизу экрана. Также на поле было несколько обозначенных планет и звезд. Еще были подозрительные туманности и скопления без опознавательных знаков и множество неопознанных точек поменьше.


- Ваш корабль находится в точке А, ваше задание проложить для него маршрут в точку В. Выиграет та команда, которая быстрее справится с задание. Начинайте.


- Первая часть маршрута - Санар, до Лиздана, - не теряясь, начал Раймах. Пальцы Санара тут же полетели по воображаемым клавишам. - Реос, твоя часть следующая, до туманности справа. Там я до Созвездия Рака.

Кир смотрел на маршрут и запоминал разметки, он даже не сразу заметил созвездие, но после того как Раймах назвал его, разрозненные звезды стали выстраиваться в фигуры.

- Вильгемон, от созвездия до Кассиопеи, и Кир, ты последний, - договаривая эти слова, Раймах уже что-то выбивал на голограмме.


Кир нашел нужный отрезок и сразу же запросил данные о параметрах корабля. Справа от него раздались одобрительные окрики со стороны Прайма. Кир оторвал взгляд от экрана и увидел, куда устремлено все внимание. Перед трибунами горели огромные экраны, более четко отражающие звездную карту.


Красная точка справа уже двигалась влево, в то время как ее синяя двойняшка все еще оставалась на месте. Значит, Санар уже приступил к прокладыванию маршрута. 'Шустрый малый', - похвалил про себя друга Кир.

Кир посмотрел на Санара, тот весь ушел в процесс и его губы чуть заметно подрагивали.

Кир улыбнулся и тут же вернулся к своему отрезку пути.


Кир вбил точку назначения, чтобы как можно меньше отдаляться на ненужные парсеки. Далее он вернулся к Кассиопее и зафиксировал свою точку старта, давая Вильгемону ориентир. Только теперь он заметил, что точки находятся в движении, так как одна из оранжевых искр направлялась в сторону его старта. 'Комета!' - понял Кир и тут же изменил исходную точку, сдвинув ее на два градуса правее.


Слева вздохнул Вильгемон, ему приходилось реагировать на любые маневры Кира, чтобы их отрезки сошлись.


Кир стал прокладывать маршрут. Двигаясь меж звездных образований, вычисляя орбиты и скорости движения, аномальные отклонения и черные дыры, создающие свои гравитацию, Кир неспеша продвигался дальше и дальше.


На его пути возникла метеоритная туманность. Вначале она находилась далеко слева, но, поскольку через несколько минут Киру предстояло с ней столкнуться, было очевидно, что скорость высока.


Кир знал, что наиболее высокая скорость будет у наибольшего объекта, вот только здесь следовало быть осторожным, так как самый крупный метеорит подвергался тысяче мелких столкновений со стороны 'сородичей' более скромных масштабов.

Он задал программе запрос отыскать 'великана', на мониторе тут же высветился зеленым крупный метеорит.

Кир начал вычислять его скорость и, соответственно, траекторию и покрываемое им расстояние, плюс он добавил небольшой запас времени для своего челнока, поскольку 'гигант' находился где-то в середине скопления, следовательно, существовал шанс, что летевшие первыми осколки могут повредить корабль, достигнув его раньше.


Получив информацию, Кир обозначил всю зону движения скопления как смертельно опасную, и компьютер принялся предлагать безопасные маршруты исходя из исходных данных. Кир надеялся, что он не ошибся.

Далее следовал относительно чистый участок, где находился один крупный объект; Кир увеличил картинку и увидел фиолетово-черную планету, полупрозрачные буквы сообщали, что он у Кратона.


Кир уже приступил к прокладыванию прямого маршрута, как на панели высветилось

предупреждение 'Внимание - сильная гравитация!'. Кир запросил информацию. Действительно, гравитация была одной из мощнейших.

Кира отвлекли возгласы, обильно летевшие с трибун, он с большим усилием оторвался от экрана. Поле челнока Прайма показывало множество длинных красных линий. Средняя линия не двигалась, она была закончена и соединена с основанием маршрута Вильгемона! Невероятно, так быстро!

Кир посмотрел на Раймаха, тот, сложив руки на груди, наблюдал за успехами членов команды. Его брови были сведены под прямым углом, а губы крепко сжаты.


- Есть! - послышался голос Санара. Друг улыбался, ему только что удалось завершить маршрут и соединиться с точкой Реоса.


Он бросил взгляд на Кира, тот лишь одобрительно дернул подбородком, подтверждая, что видел его победу и снова нырнул к Кратону.

'Думай Кир, думай', - напряженно соображал он.

Он запросил информацию о количестве топлива. Компьютер, обработав данные о затраченных ресурсах на предыдущих отрезках, выдал результаты анализа. Построил уравнение, включающее имеющееся топливо, силу гравитации Кратона и необходимое расстояние, которое требовалось пройти, чтобы вырваться из мощного поля планеты.

Компьютер выдал нужную скорость - 0.5 пар/сек. 'Неплохо', - подумал Кир. На таких скоростях расход топлива был велик, а еще не все завершили маршрут, значит топлива заведомо меньше, чем он предполагает.


Кир снова оторвался от монитора. Красная линия Вильгемона практически была завершена, да и Реос находился недалеко от старта Раймаха.

'Рискнуть?' - размышлял Кир. Он накинул легкое покрывало вокруг своего сознания, которое в любой момент могло обернуться твердой стеной. Посмотрел на демонстрационный экран соперников. У тех оставалось три маленьких зазора, как и у ребят, и было невозможно определить разрыв, разделяющий их в данную минуту просто на глаз, а доступа к данным противника, конечно, не было. Кир проверил это сразу.


Он вернулся к своему экрану. Кир понимал, что вот уже какое-то время его полоса не растет. Нужно было принимать решение. Или он следует рискованному плану и оказывается в точке назначения, или он обходит планету по эллипсу и тратит больше времени на расчеты.

Со стороны трибуны Цереры послышались одобрительные возгласы, должно быть еще одна участница справилась с отрезком пути, через мгновение им вторил Прайм. 'Вильгемон или Реос', - мелькнуло в голове у Кира, и он отдал команду компьютеру перепроверить данные по расчетам топлива, и если процентная составляющая равнялась 80 % и выше, то применить команду на прямое прохождение маршрута.


В правом углу вспыхнуло 82% и линия Кира сделала скачок вперед.

Зрители взвыли, значит, соперники шли нос к носу. Зрительно Кира отделяло от точки В не более нескольких миллиметров, но вот в реальных масштабах необходимо было совершить последний маневр.

Кир проложил маршрут.


'Внимание - черная дыра!'

- Черт! - выругался Кир и тут же отругал себя за легкомыслие. Следовало ожидать сюрпризов напоследок. Будь то задачи или сложный отрезок пути, как правило, они располагались ближе к концу.


Кир запросил необходимую скорость прохождения пути и необходимое топливо. На экране замигала оранжевая предупреждающая надпись: 'Внимание - топливо на исходе'.

Прайм снова взревел, значит, остался только Кир. Что ж, выбора не оставалось, дыра находилась вблизи конечного пункта назначения и уйти от нее не представлялось реальным.


Кир вдохнул и нажал кнопку, - 'Применить маневр'

Красная линия на большом экране дернулась к точке В.

Трибуна взорвалась, радостными окриками и свистом.


'Внимание, - раздался электронный голос программы, - миссия провалена. Корабль остановился от цели в одиннадцати километрах'.


На площадке повисла тишина.


'В одиннадцати!', - прокатился вопросительный шепот недоумения, никто не мог поверить в такой смехотворный провал. В космических масштабах такое смехотворное расстояние, было похоже на то, что человек, уже стоя на пороге, готовился войти и занес ногу. Одиннадцать километров было ничто.. и, как оказалось, все. Но расчеты есть расчеты - красной линии, проложенной с таким усердием, было не суждено встретиться с конечной точкой.

Все уставились на Кира.

'Офигенно', - подумал Кир.


Тем временем церерианки все еще работали над заданием. Как и Прайм минуту назад, они находились на финальном отрезке. Последняя рыжеволосая участница напряженно дергала пальчиками, стараясь завершить задание.

- Есть! - вскрикнула она и красная линия, кажется, соединилась с заветной точкой.

Однако стояла мертвая тишина, все ждали подтверждения программы, не рискуя радоваться или огорчаться раньше времени. Девочка, поглощённая заданием, не имела понятия, что произошло чуть ранее. Смущенно, она опустила вздернутую в победном возгласе руку.

'Внимание, - все замерли, услышав противный голос, - миссия успешно завершена'.


Церера зааплодировала, своей команде и ободряющие 'Молодцы и Умнички' щедро посыпались на участниц от соратниц.

На трибуне Прайма царили тишина и замешательство. Не то, чтобы они желали и рассчитывали на победу в испытаниях, но, будучи так близки к победе, в такой ожесточенной борьбе и практически ухватив ее за хвост, было так жаль раскрывать руку и дать ей упорхнуть.


Директор Хронос демонстративно встал и начал аплодировать Церере.

Все автоматически последовали его примеру, правда, в их признании победителя звучало больше уныния и разочарования.

- Мы искренне счастливы, что наши гости одержали честную победу в нелегком испытании, - взял слово Хронос. - От лица всех учеников Прайма я поздравляю Вас с победой и приглашаю, после небольшого перерыва, в спортивный зал академии, где состоится вторая часть испытания.

С этими словами, Хронос начал спускаться с трибуны, ему лично не терпелось поздравить госпожу Хольц со столь блистательной и безоговорочной победой.


Ученики так же неспешно покидали свои места, оставляя на них свои надежды. Некоторые подходили к ребятам, чтобы хоть немного их поддержать, большинство же медленно покидало оранжерею, обмениваясь друг с другом впечатлениями и разочарованно качая головами, везде то и дело слышалось: 'Одиннадцать километров, просто невероятно!'.


Санар подошел к Киру и, не зная, что сказать, предложил:

- Идем в комнату, передохнем.


Ребята спустились на второй этаж, не говоря ни слова.

- Расстроился? - осторожно спросил Санар, закрывая за ними дверь.

- Да так, - не глядя на друга, бросил Кир.

- Не переживай, это просто случайность, ведь мы все строили маршрут и тратили топливо. Только потому, что ты был последний, вся вина несправедливо легла на тебя.

- Угу, - только и отреагировал Кир, лежа на кровати и отвернувшись к стене.

- И еще, - остановился Санар, - знаешь, я считаю, что качества, которые отличают тебя от других, - это то, что ты никогда не жалуешься и всегда поможешь, - он снова запнулся.

Санару хотелось добавить 'другу', но он отчего-то засмущался и продолжил по-другому, - если надо.


Кир слушал молча, он был благодарен Санару за то, что тот старался его утешить, только Кир это как-нибудь переживет, ведь не конец же света, в конце концов.

- Давай поспим, - мягко сказал Кир, - хочу отдохнуть перед вторым этапом.



Глава 11



Не конец... света


В четыре часа дня по земному времени все ученики Прайма и гости в составе двадцати шести человек, включая госпожу Хольц, собрались в спортивном зале.

Кир вошел в зал за Санаром.

Честно говоря, он слегка переживал, после того что произошло утром, ему было неприятно ловить любопытные или осуждающие взгляды на своем макушке, но он решил не опускать головы.


Просторное помещение было заранее подготовлено к состязаниям. На стенах были развешены плакаты со словами поддержки Цереры и Прайма. У дальней стены были установлены мишени для метания ножей и стрельбы из лука. Светло-зеленый пол украшали различные отметки, а посередине был очерчен квадрат пять на пять метров.


Первокурсники, представляющие школу в этом году, были усажены на специальную скамью. За ними в порядке старшинства расселись другие ученики.


Чья-то рука опустилась на плечо Кира.

- Не переживай. Это все ерунда, - подбодрил Лайс.

- Я и не переживаю вовсе, - с легким раздражением ответил Кир.

Ему совсем не нравилось, что кто-то заметил его волнение. И тут его взгляд упал на противоположную сторону. Трибуна для гостей находилась как раз напротив. Она смотрела прямо на него, та красивая девочка, что заканчивала первое испытание. Щеки Кира согрело приятное тепло и он отвернулся в сторону, кляня на чем свет стоит этих 'высокомерных дур!'


- Ты чего? - на лице Санара было написано легкое удивление. Со вчерашнего дня он не мог понять странное поведение друга - нервозность, раздражительность, агрессия?

- Не твое дело, - грубо отмахнулся Кир.


Санар поник. 'Да это все из-за состязаний', - решил он. Этот досадный проигрыш вначале, и наверняка его злит, что приходится соревноваться с девчонками, а это, должно быть, было ниже его достоинства. И тот факт, что соревнование дружеское, и они обязаны были проиграть, только усугублял ситуацию.

Санар глубоко вздохнул - не стоит обижаться на грубость Кира.


Тем временем на середину зала вышел директор и произнес короткую вступительную речь, то же самое сделала и госпожа Хольц, после чего состязания официально считались открытыми.


Начался первый тур - искусство владение кнутом. Право первыми начать борьбу предоставлялось гостям.


- На арену вызывается ученица первого курса школы Церера - Эльяра с планеты Гаронн.

На середину белого квадрата вышла рыжая девочка. На ее лице читалось спокойствие, а маленькая ручка жестко сжимала молочного цвета рукоять кнута. Даже на расстоянии было видно, что ручка инкрустирована камнями, переливающимися от случайных лучиков света.

Плавный взмах, и древнее оружие заиграло в ее руке. Чередование резких взмахов и грациозных выпадов было похоже на воинственный танец неведомого существа. Каждое движение совершенно до мелочей.

Прекрасные огненные волосы, собранные в жесткий пучок, двигались в такт, лишь усиливая изящность танца. Неземное существо замерло...


Кир был заворожен увиденным и не сразу сообразил, что выступление было закончено.

Такой красоты ему еще никогда не доводилось видеть, неудивительно, что через секунду шквал аплодисментов от мужской части аудитории захлестнули 'звезду'.

Далее на арену вышли еще четыре девочки. Их выступления были такими же четкими и уверенными, однако, скорее, напоминали набор движений заученных до автоматизма, нежели грациозный танец.


Впрочем, зрители аплодировали одинаково после каждого выступления церерианок.


Настала очередь учеников Прайма.

Первым на арену вышел Раймах.

Его жалкие потуги никем не воспринимались всерьез. Увиденное до этого лишь усиливало впечатление. Однако, ни гости, ни ученики Прайма не позволяли себе смеяться, по крайней мере, в голос.

Кое-где раздавались лишь подавленные смешки старшекурсников. Множество раз они уже наблюдали эту картину, некоторые самолично становились посмешищем.

Спасал лишь общий легкий настрой ко всему происходящему. Цель состязаний состояла в том, чтобы отдать должное друзьям с Цереры, делая скидку на их пол.


В это время Раймах уже окончил выступление и, раскрасневшийся от усилий, с порезом на плече, направлялся к скамье.

Следующим пошел Вильгемон. Его выступление ничем не отличалось от предыдущего, изменилось лишь место пореза и добавилась дыра на штанах.


В это время на отдельной скамье мило переговаривались директор Хорнос и директор Хольц. Обмен любезностями с легким оттенком флирта со стороны госпожи Хольц был в самом разгаре.

Райна обворожительно улыбалась. Она совсем не была похожа на бесчувственную особу, вошедшую утром в общий зал.


- Вы думаете? - с наигранным недоверием спросила Райна.

- Убежден, - с игривой серьезностью заявил Хорнос, - вы самая обворожительная директриса, которая только была у Цереры.

- Но ведь вы не видели других? - с печальных вздохом ответила оппонентка.

- Я вижу вас, и другие меня просто перестали интересовать.

- Льстец, - улыбнулась Райна, притворно сощурив глаза, словно краснея.


Реос под сдержанные улыбки закончил испытания.

На арену вышел Санар. Он попытался сосредоточиться, как учил его друг и, тяжело вздохнув, приступил к испытанию.

Никто не хихикал. Движения были сдержанны, никаких впечатляющих финтов как у церерианок, однако, обошлось без травм. Санар совсем не выглядел неуклюже, даже при простоте всего выступления.


Санар слегка улыбался, возвращаясь к скамье.

- Молодец, - примирительно и с искренним восхищением похвалил Кир.

- Спасибо. Я знаю, - довольно ответил Санар.

Санар не держал обиды, Кир понял это по его голосу. Но пришло его время опозориться и он резко поднялся со скамьи.


'Вот ерунду придумали!' - сердясь, думал Кир, направляясь к центру круга. Еще секунда ,и вселенское спокойствие отпечаталось на лице тринадцатилетнего мальчика. Он взмахнул кнутом...

'Намного хуже, чем у Санара, просто отвратительно по сравнению с церерианками, но хотя бы без травм', - успокаивал себе Кир, направляясь к скамейке.


- Ты тоже ничего, - подбадривающе сказал Санар.

- Спасибо. Я знаю, - копируя тон друга, парировал тот.


Санар сузил глаза и, как только Кир сел рядом, двинул его в бок.

Ребята тихо прыснули. Самое страшное было позади. Следующие испытания казались плевым делом.


- Состязания по стрельбе из лука, - объявил пятикурсник, на которого была возложена роль ведущего.


У каждого было по три попытки.

Церерианки стреляли неплохо.Девочки были довольно точны: ни одного испорченного выстрела, однако и десятка не была поражена. Из-за этого на их лицах читался легкий отпечаток стыда и досады.

Ребята выглядели похуже. Были и вовсе неудачные попытки, во время которых стрелы отскакивали от мишени и застревали в полу.


- Бедные мальчики, - заметила Райна, наблюдая за всем происходящим.

- Ничего пусть учатся, что иногда нужно жертвовать гордостью во имя высших целей.

- Что вы имеете в виду под высшими целями? - непонимающе уставилась на директора госпожа Хольц.

- Ну как же, дорогая! Тесные дружеские отношения между нашими школами, - сально подмигивая, шепнул Хорнос на ушко Райне.

- Что Вы себе позволяете! - возмутилась госпожа Хольц. - И уж не думаете ли вы, что поддерживаете дружеские отношения между нашими школами тем фактом, что ученики Прайма из-за своего слабосилия проигрывают шестой год подряд.

- Слабосилия?! - возмутился директор Хорнос. - Неужели Вы и вправду полагаете, что ваши девчушки могут соперничать с учениками Прайма?

- Девчушки?! В нашей школе воспитываются лучшие капитаны и штурманы космических кораблей любого типа. Наши, как вы позволили себе выразиться, 'девчушки', славятся по всей галактике, - высокомерным томом заметила госпожа Хольц.

- Вы абсолютно правы. Я нисколько не хотел умолять ценность представительниц вашей школы, они безусловно лучшие... сразу после выпускников Прайма, - парировал Хронос.

- Хотелось бы напомнить, что Вы не можете выиграть даже эти жалкие состязания. О каком превосходстве может вообще идти речь! - кипятилась Райна.

- Ну что ж, Вы вынуждаете меня упомянуть о том, что наши ученики получают указания проиграть и четко им следуют, как Вы можете наблюдать, - с нарочитым безразличием ответил директор.

- То есть, Вы утверждаете, что в противном случае они бы одержали победу? - не веря своим ушам, возмутилась госпожа Хольц.

- Без особого труда, - хвастливо заявил директор.

- Что ж, я предлагаю пари, - захлопнув ловушку, госпожа Хольц уперлась в Хорноса ледяным взглядом.


Директор понял, что эта упрямая баба отрезала все возможные ходы к отступлению.


- В чем оно заключается, осмелюсь поинтересоваться?

- Осталось последнее испытание - метание ножей. Мы изберем по одному представителю от наших школ. Ему дается одна попытка. Кто окажется точнее, тот и победит, - госпожа Хольц сделала паузу, - если это окажется церерианка, на торжественном приеме вы во всеуслышание заявите, что моя школа является лучшей во всей галактике. Если победит ученик Прайма, я поступлю тем же образом.

Думаю, что такое пустяковое испытание не вызовет проблем у ваших 'воинов', - Райна выдала приторную улыбку.

Директор сидел красный от злости. 'Ну и нахальная же баба!'

- Что ж, я принимаю вызов.



После своих выстрелов Кир чувствовал себя гораздо увереннее. Его стрелы были около десятки, и ни одной испорченной попытки. Здесь он мог бы даже поспорить с результатами церерианок.


На огневой рубеж для метания ножей вышла девочка с рыжими волосами.

- Прошу минутку внимания, - откашлялся директор Хорнос. - Посоветовавшись с директором Хольц, мы пришли к общему мнению, что нет никакой надобности затягивать соревнование. От каждого учебного заведения будет выбран представитель. Ему будет дана одна попытка, которая и определит общий исход состязаний.


- А вот это уже интересно, - услышал Кир голос Лайса, сидящего позади.


Хорнос продолжал:

- Первой попытку сделает ученица Цереры, - директор обратился к капитану, - Будьте добры, капитан Крейн, выберите представителя Прайма, который бы защитил честь нашей академии, - многозначительно добавил директор.

Крейн все понял. Он направился к скамейке 'горе спортсменов'.

- Кир, - коротко бросил капитан.

Кир резко встал.

- Ты будешь представлять честь школы.

- Да, капитан.

- Твой нож должен поразить центр мишени.

Кир непонимающе уставился на капитана.

- Но я... - лишь слегка растерявшись, начал Кир.

- Задача ясна? - жестко оборвал Крейн.

- Так точно!


Крейн развернулся и кивнул директору.

- Не желаете ли Вы, госпожа Хольц, заменить представителя от Цереры.

На рубеже в ожидании стояла рыжая девочка.

- Нет. Я уверена, что любая ученица справится... Эльяра достойно представит Цереру.


На самом деле, зажав острое лезвие в тоненьких пальчиках, на огневом рубеже стояла лучшая первокурсница школы, однако, госпожа Хольц не видела никакой необходимости афишировать данный факт.


Эльяра выпрямилась, услышав свое имя.

- Что ж, приступим к испытанию, - торжественно объявил директор Хорнос.

Девочка повернулась к мишени. Она понимала, что от нее ждут только отличный результат.

В зале повисла тишина.

Резкий замах, бросок - мишень поражена точно в яблочко.

Райна улыбнулась.

- Что ж, наверно повезло девчушке, - иронически заметила директор.

- Вероятно, - сквозь зубы пробурчал Хорнос. Эльяра, гордо подняв подбородок, направилась к своей скамейке.


Кир тяжело вздохнул и направился в центр квадрата. Груз ответственности как-то не облегчал его задачу.

Зал шептался.

Вероятно, ученики никак не могли понять, почему виновник утреннего проигрыша снова на самой ответственной позиции, неужели не нашлось более достойного претендента.


Кир остановился у отметки броска, где перед ним на специальной полочке лежал нож. Кир обернулся на трибуны, занимаемые учениками Прайма. Он нашел, что искал: голубые глаза Санара светились уверенностью в друге. Он чуть заметно кивнул.

'Что ж, хоть кто-то в меня верит', - словно назойливую муху, Кир отогнал мысль о проигранном тесте прочь и обернулся к мишени.

В его душе расцвело бесконечное спокойствие и гармония с миром.

Нож в руке начал слегка заметно вибрировать. Кир вкладывал в холодный кусок метала тепло своей жизненной энергии. Нож стал продолжением руки Кира. Перед ним существовала лишь красная точка мишени, и жемчужно-голубая нить жизненной силы, соединив руку и нож, устремилась к мишени...


Вдох. Взмах. Мгновение и жуткий грохот! Мишень крепилась на специальную металлическую опору. Именно последняя, с треском рухнув, подняла такой шум.


Все замерли. Капитан Крейн пришел в себя первый. Он приказал трем пятикурсникам поднять опору с мишенью. Ребята кинулись выполнять приказание. Все, не дыша, наблюдали за потугами трех крепких ребят. В конце концов, не выдержав, капитан сам пришел им на помощь. Опора с мишенью поддалась и была поднята.


Из маленького красного кружка посередине торчала рукоять ножа. Капитан Крейн, не доверяя глазам, взялся за рукоять и дернул на себя. Нож не поддался.

- Не вытянуть. Нож прошил мишень и застрял в опоре, - не веря собственным словам, констатировал капитан так, чтобы слышал каждый.

Никто не рисковал нарушить тишину.


- Итак, очевидно, что в этом году у нас ничья, - торжественно-официальным тоном произнесла госпожа Хольц, впиваясь ногтями в подлокотники кресла и метая искры.


- Благодарю коллега, - слегка заикаясь, произнес директор Хорнос, усилием воли он пришел в себя и добавил уже более уверенным тоном, обращаясь ко всем присутствующим. - Сегодня вечером в торжественном зале состоится чествование Цереры и Прайма. Приглашены все.


После этих слов оба директора поднялись и без слов покинули зал.


Их примеру последовали остальные ученики. Некоторые направились к мишени, убедиться, что нет никакого подвоха, и глаза их не обманули.

Другие направились к Киру, чтобы поздравить с победой.


- Ну, ты даешь, фризиец. В жизни такого не видал! - похлопав по плечу, поздравил ученика Лайс, улыбаясь от уха до уха.

- Да, ты молодец, - не переставал восхищаться Гвиник, - даже я бы так с трудом смог.

- Точно! - поддержал восхищенные возгласы друга Джулиан.


На Кира так и сыпались похвальбы: его то и дело хлопали по плечу и одобрительно качали головой, казалось, тяжесть утреннего происшествие рассеивалась с каждой минутой, оставляя вместо себя величайший триумф.

Первая ничья за шесть лет!


Кир стоял с пустым выражением лица, его словно бы нисколько не трогало происходящее.


- Ладно, хватит! Потом поздравите. Нам пора, - оборвал Санар и, схватив Кира за руку, потащил к выходу.


Войдя в комнату, Кир не останавливаясь, поплелся к кровати и упал лицом в подушку. Ему давно не приходилось пользоваться этой техникой. С тех пор, как он оторвал Азула от Санара и швырнул его в стену.

Усталость заполнила все его тело. Свинцовая тяжесть залила руки и ноги. Ничего не хотелось.

- Кир. Ты извини, что я так, мне показалось, тебе не очень хорошо... - начал было Санар.

- Спасибо, - только и хватило сил у Кира на скупую благодарность.

Он неуклюже перекатился на другой бок и провалился в глубокий сон.




Глава 12



Народ Фризии


Когда позже Кир пришел в себя, первое что он увидел, был белый потолок, а второе Санар. Друг внимательно на него смотрел.

- Что случилось? - отважился спросить он. Кир понял, что Санар еле дождался, пока

он проснется. Любопытство ярко светилось на его лице.


У Кира все еще кружилась голова. Он сел и закрыл глаза, медленно втягивая и выпуская воздух. Санар сидел молча, не решаясь нарушить молчание.

'Рассказать ему?' - сомневался Кир, благодарный за то, что Санар дает ему время подумать.

'Что же, - решился Кир, - друг есть друг'.


- Помнишь, когда ты врезался в меня в коридоре, ты нес всякую чушь? - внимательно посмотрел на друга Кир.

- Никакой чуши я не нес, - напыжился Санар.

- Ладно, извини, не нес. Но ты говорил, что фризийцы могут есть сырое мясо и часами находиться на морозе голыми.

Санар кивнул, немного порозовев.

- Ты был прав.


Кир внимательно смотрел в глаза Санара, тот не моргал. Кир вздохнул и снова откинулся на кровать.

- Когда мне было пять, за мной пришел старейшина и отвел в горы.



...Кир снова очутился в темной пещере высоко в горах, куда они с дядей добирались целый день.

Посреди пещеры горел костер, потрескивая и брызгая яркими искрами. Дядя сидел по другую сторону огня, напротив Кира. Его руки покоились ладонями вверх, а глаза были закрыты.

- Кир.

Кир вздрогнул, его маленькое сердечко колотилось птичкой, пойманной в силки. Он

сглотнул. - Кир, - снова начал дядя, - ты принадлежишь к древнему роду первопроходцев, что отбыли с Земли еще до катастрофы. Эти люди несли в себе древние знания с незапамятных времен, от истоков земных цивилизаций до наших времен. Эти люди понимали устройство вещей во Вселенной и движение самой жизни. Более того, - дядя Антарий сделал паузу и открыл глаза, - они умели пользоваться полученными знаниями. Они видели, что планета движется к неминуемой гибели и покинули ее.

То, что ты сегодня узнаешь, принадлежит твоему народу и никому более. Ты должен будешь хранить все в секрете и пользоваться во благо. Ты меня понимаешь?

Кир кивнул.

- Суть обучения состоит в том, чтобы научить тебя трем вещам. Первое - концентрироваться в самых экстремальных условиях, ибо разум всегда должен оставаться холодным, иначе верное решение никогда не будет найдено.

- Посмотри на огонь.

Кир подчинился.

Дядя схватил руку мальчика и поднес ее близко к пламени, так, чтобы он чувствовал жар огня, не опаляя кожу. Кир вздрогнул от испуга, но не шевельнулся, не решаясь отнять руку.

- Через минуту я поднесу руку ближе к огню и кожа начнет гореть.

Кир метнул испуганный взгляд на дядю и понял, что тот не шутит.

- Единственное, что ты можешь, это найти решение, но пока твое сознание заполнено паникой, ты впустую тратишь время.

Сердце Кира колотилось как сумасшедшее.

- Смирись. - Антарий внимательно посмотрел на Кира. - Прими правду - рука сгорит. Я сильнее, ты не освободишься от хватки.

У Кира потекли капельки пота со лба.

- Минута прошла.

Дядя дернул руку Кира прямо в огонь и мальчик взревел от боли, из глаз брызнули слезы. И вдруг все исчезло.

Он потихоньку решился открыть глаза. Дядя сидел напротив него в той же позе. Неужели ему все приснилось?

- Ты потратил минуту и не спас руку, - не открывая глаз, сказал дядя. - Целую минуту горел твой разум - не рука.


Кир тяжело дышал, он понял, что не сумел чего-то и был зол на себя.


- Не злись, дитя, - успокаивал его дядя. - Если ты понимаешь, что выхода нет - смирись и построй из смирения стену вокруг разума. Представь, что все уже случилось и после ты можешь обдумывать свое действие сколь угодно долго, перебирая сотни и тысячи возможных вариантов. Пока ты за стеной внутри, время не двигается, и ты можешь изменить результат, который тебе известен, ведь ты видел цепочку событий до конца. Ясно?


Кир кивнул, забыв, что дядя его не видит, но прежде, чем он успел сказать что-либо вслух...

- Отлично. Попробуем снова.

И дядя в то же мгновение держал его руку в сантиметре от огня.

- Минута.

Кир захлопнул глаза и глубоко вздохнул, он уже знал, что не успеет, поэтому просто стал представлять стену, часть за частью возвышающуюся вокруг него... и снова адская боль и крик.


Он едва распахнул глаза, как снова почувствовал твердую хватку дяди на своем запястье.

- Минута.

И он снова старательно возводил стену.

Так продолжалось вновь и вновь, пока Кир в очередной раз не построил укрепление и стал ждать боли, но ее не было. Тогда ему захотелось узнать, что происходит снаружи. Кир не решался раскрыть глаза, тогда он подошел ближе к стене и прислушался. Он услышал лишь треск огня и капли, сочащиеся с потолка пещеры.

'Вот если бы стена была прозрачной' - и в тот же миг он увидел пещеру. Дядю, державшего его руку, но смотревшего словно сквозь него.

Кир огляделся. Как же найти решение? Справа от него стоял кувшин, доверху наполненный водой, и ведь Кир знал об этом: дядя с самого начала поставил его туда, на случай, если Киру захочется пить.


Не думая ни секунды, Кир смахнул кувшин прямо в костер. Пламя зашипело и погасло. Тьма опустилась на Кира.

- Отлично, - удовлетворено ответил Антарий.

Кир моргнул и в ту же секунду снова оказался напротив дяди, а между ними все также пылал костер.



- Второй этап обучения - умение переносить любую физическую боль. Именно поэтому во время Великих Войн Фризию так и не смогли завоевать. Добиться чего-либо от фризийских пленных было невозможно: они отдавали жизнь, но оставались верны родине. Это немного сложнее, чем отгораживать сознание, но принцип тот же. Закрой глаза.

Сердце Кира дёрнулось в ожидании нового испытания, но он послушно опустил веки.

- Сейчас ты находишься посередине неизвестности, - монотонно начал Антарий. Все что тебя окружает тьма... но и свет одновременно. Ты видишь его?

Кир неосознанно поворачивался, пытаясь углядеть то, что скрыто, но вокруг была одинаково непроглядная чернота.

- Где может быть свет?

Кир задумался.

- Везде. Солнце светит, огонь, сияние на небе... мамины глаза, - последний пример показался ненужным, но Кир уже произнес его вслух.

- Ты прав, Кир. Мамины глаза излучают свет. Ее сердце и душа полны им, когда она смотрит на тебя. Значит, мы можем найти свет не только вокруг себя, но и... - Антарий намеренно остановился.

- Но и внутри, - понял Кир.

- Да, Кир, в каждом из нас есть свет жизни, который помогает нам дышать, идти, радоваться и горевать. Свет это жизнь и, как ты знаешь, жизнь...

- Сильнее, чем смерть, - вторил Кир Антарию. Это он слышал от мамы с тех пор, как впервые пошел на охоту. Ему было жаль убивать зверей, но мама сказала, что они все равно не умрут, они просто отдают жизнь нам, чтобы мы продолжали существовать.

- Боль, Кир, это предвестник смерти, увядания, исчезновения, поэтому, используя свет жизни, ты можешь остановить боль. Сейчас ты во мраке и тебе нужна искра. Попробуй поискать ее внутри. Сложи руки ладонями вместе

Кир сжал маленькие ладошки.

- Приложи их к груди и представь, что-нибудь хорошее.


Кир представил заснеженную равнину перед домом; она мерцала тысячью микроскопических звездочек; как только ты стараешься разглядеть одну, она тут же гаснет и другая ловит взгляд совсем рядом.

Он представил мост через реку, где летом, когда льда почти не было, он подолгу сидел с удочкой, разглядывая шустрых рыб. Вспомнил про пирог с яблоками, ароматно пахнущий на все избу, и с каким нетерпением он ждал, когда мама наконец-то вынет его из печи. Мама, она улыбалась ему и Кир улыбался в ответ.


Неожиданно он почувствовал, как что-то греет изнутри ладоней. Кир посмотрел вниз и увидел проблески белого свечения из щелочек пальцев.

- Прекрасно, Кир. Разожми ладони, не бойся, свет не исчезнет.

Кир так и сделал. Он увидел маленькую круглую звезду, которая грела лучше любых варежек.

- Теперь, Кир, медленно расставляй руки и попытайся сделать свет больше.

Кир не спеша разъединил ладони, но звезда будто бы приклеилась к ним. Ему было страшно, что вот-вот она лопнет как горячее стекло, но звезда послушно росла вслед за ладонями, пока не стала с половину Кира.

- Теперь, - снова привлек его голос дяди, - нужно сделать ее чуть-чуть больше, а потом шагнуть внутрь.

Кир остановился, думая как же это сделать.

- Просто раздвинь руки шире, а когда решишься шагнуть, представь, что аккуратно стряхиваешь шар.


Кир глубоко задышал, готовясь войти в звезду.

Он развел руки и мысленно представил, как звезда разъединяется с ладонями, и когда он уже подумал сделать шаг... она погасла. Кир снова оказался в темноте.


- Ты все делал правильно. Но ты должен знать, что это твой собственный свет и отдельно от тебя он не может существовать. Поэтому, как только ты отделяешься от него, ты снова должен с ним соединиться, иначе он растает.


Кажется, Кир понял, о чем говорил дядя.

Он снова создал звезду, и это было очень приятно. И прежде, чем она отделилась и упала с его пальцев, он сделал решительный шаг вовнутрь.

Вокруг был чистый сияющий свет. Кир коснулся его рукой: на ощупь он был теплый и покалывающий. Кир улыбнулся, это было великолепно.

- Я разделяю твои чувства, Кир, но ты должен помнить, что это убережет тебя от боли и не даст разуму сойти с ума. Однако, если твое тело умрет, ты так и останешься запертым на грани р

еальностей.

Кир, не очень понял, что имел в виду дядя.

- Сейчас ты выйдешь из шара.


Киру было жаль, что все должно было закончиться, и он в последний раз коснулся лучистой поверхности, ему показалось, что она тоже его касается. Кир сделал шаг наружу.


В ту же секунду он почувствовал жгучую боль. Кир вздернул руки и увидел, что они мелко исполосованы.

- Не волнуйся, - Антарий все также сидел по другую сторону огня. - Твои руки порезаны уже несколько минут, но пока ты был под защитой света, ты не мог почувствовать боли. Со временем я научу тебя, как следить и отдавать отчет в том, что происходит, пока ты в сфере.


Кир моргнул, и боль пропала. Он посмотрел на руки - они были такие же как всегда, ни следа пореза.

- Не удивляйся. В мою задачу не входит навредить тебе, даже если иногда так кажется. Мы здесь, чтобы учиться, - мягко закончил дядя.

- Вау, невероятно, - восхищенно воскликнул Санар. - И тебе было всего лишь пять?

'Угу', - все так же глядя в потолок, ответил Кир.

- Ну, а какое третье умение? - в нетерпении допытывался друг.

- Это жизненная энергия, которая есть в каждом из нас, рассеянная по каждой клеточке тела, она что-то вроде запаса энергии на весь цикл жизни каждой частички, - в первый раз пытался объяснить Кир свои умения. - Можно собрать эту энергию и направить на выполнение одного действия.


Кир посмотрел на Санара, тот, сведя брови, отчаянно что-то обдумывал.


- Ну, представь себе человека, который поглощен какой-то идеей. Все свое время и усилия он тратит на то, чтобы исполнить задуманное. Это, в сущности, то же, только более короткое и интенсивное, поэтому со стороны кажется, будто ты сверхчеловек.

- И ты метнул нож! - озарило Санара. - Вытащил меня одной рукой из пропасти.

Кир отвернулся и кивнул.

- Это же здорово! - с энтузиазмом воскликнул тот. - Врежь Крейну так, что бы он еще час приходил в сознание.

- Я думал над этим, - с наигранной серьезностью ответил Кир, - но не думает же дурья твоя башка, что это пройдет мне даром. Начнутся вопросы, а этого мне совсем не надо.

- Да ладно, что стесняешься, - беспечно успокаивал Санар, - ну объяснишь, что это просто знания, умения.

- Вообще-то предполагалось, что я буду хранить это в тайне. К тому же, я должен использовать знания во благо, а не на всякую ерунду.

Санар притих.

- Мой народ хранит эти навыки все время его существования. Я даже не уверен, сколько это конкретно.

'У', - только и раздалось с противоположной кровати.

- А разве выиграть на соревнованиях не ерунда? - задал вертевшийся на языке вопрос Санар.

- Молчи, мелюзга, - сузив глаза, угрожающе посмотрел Кир.


Он и сам знал, что не следовало ему пользоваться этими навыками на виду, но ему так хотелось круто выглядеть в глазах... окружающих? 'Отлично, теперь еще пытаюсь обмануть сам себя', - раздраженно подумал Кир.

- В общем, никому ни слова.

- Клянусь, - с пылом откликнулся Санар.

- Да и не все так здорово, как кажется, - после минутного молчания, добавил Кир.

После того, как я пользуюсь собранной энергией - я слаб.

'Ну вот, теперь он все обо мне знает'.


Санар тоже понял, насколько сильно доверяет ему Кир, если решился открыться.


- Так что, теперь не связывайся со мной, мирионец, - разряжая атмосферу, пригрозил Кир.

- Еще чего! Думаешь, я трус, что ли? Ну, можешь ты гореть в огне и пробивать железо - ничего особенного.


Краешек рта Кира пополз вверх, он снова вытянулся на кровати, глядя в окно.

- То есть, я могу с чистой совестью применять к тебе силу, мирионец. Я правильно понял?

- Эй, эй, - струхнул Санар. - Мы же друзья все-таки.


Первый раз это слово прозвучало громко, вслух. Кир немного смутился и замолчал.

Санар закусил губу, - 'Ну вот, все испортил'.

- Друзья, - набрал воздуха Кир и выпалил на одном дыхании. - А то я бы тебя отмутузил.


Они разом рассмеялись и, казалось, их лица немного засветились.




Глава 13



Девочка


Вечером был назначен торжественный банкет. Зал был украшен символикой обеих школ; золотая девятиконечная звезда на красном поле - знак Прайма и черный кнут на белом поле - знак Цереры были повсюду.


Ученицы Цереры особо гордились своим умением подчинять своей власти столь необычное оружие. Высочайшим мастерством славились те, кто и вовсе отказывался от всех других видов оружия, оставляя при себе лишь черный кнут с посеребренной рукоятью. Таким оружием ничего не стоило убить врага, заставив его истечь кровью. И хотя такие варварские представления были в большинстве своем изжиты обществом, ученицы Цереры не желали отказываться от древних традиций и подтверждением тому навечно оставался знак школы.


Войдя в зал, Кир был мгновенно поглощен царящей повсюду суматохой и гомоном. Слышался задорный смех, разговоры вспыхивавшие то там, то здесь. Ученики неустанно кого-то разыскивали, спрашивали, пробирались через весь зал с одной лишь им известной целью.


На подмостках, справа от выхода, располагался стол, за которым восседали директоры Прайма и Цереры. Они молчали и упорно всматривались в разные стороны. Лицо Хорноса было в крайней степени хмурым и недовольным, в то время как на лице госпожи Хольц была надета все та же маска холодного высокомерия, приличествующая в данной ситуации.


- И все-таки Вам каким-то образом удалось сжульничать, - не унималась Райна.

- Помилуйте, да ведь я уже Вам объяснял абсурдность вашего предположения. В конце концов, вы сами предложили это пари в последнюю минуту, и никто не смог бы за такое короткое время осуществить какую бы то ни было аферу, - в сотый раз недовольно пыхтел Хорнос. Райна и сама это прекрасно понимала, но...

- Но ведь не мог же четырнадцатилетний мальчик всадить нож по рукоять, а еще в метал. Это невозможно даже для мастеров! - не веря собственным словам, в сотый раз удивлялась Райна.

- Тринадцатилетний, - аккуратно поправил Хорнос.


Он прекрасно понимал недоверие своей спутницы. Директор лично беседовал с капитаном Крейном в своем кабинете, пытаясь выведать, как такое удалось юнцу. Признаться, он и сам грешил на изворотливость ума капитана, которому все же удалось провернуть какую-то махинацию.

Хорнос пытался и так и этак войти в доверие Крейна, говоря о том, что он понимает борьбу за благие намерения пусть и не всегда честными способами. Но Крейн был непреклонен, да и о какой, в сущности, изворотливости ума могла идти речь. Крейн был простодушен и дисциплинирован.

- А почему же Вы выбрали именно этого мальчика? - битый час допрашивал директор капитана.

- Во-первых, ему больше всех нравилось метать ножи, а во-вторых, он достаточно силен для своего возраста...

- Но не настолько силен, чтобы сделать то, что он сделал! К тому же, была масса других не менее сильных и достойных кандидатов, - давил Хорнос.

- Вы правы, - словно нехотя подтверждал капитан. - Я надеялся, что если выступление ему удастся, он хотя бы частично смоет с себя вину за утренний досадный провал.


Директор снова задумался. Что ж в этом была логика, к тому же, была вероятность, что мальчик сильно испугался или же какие-то штучки фризийцев... Хватит! Ничья в подобной ситуации как нельзя лучше устраивала Хорноса. Возможно, позже директор лично побеседует с Киром и выяснит правду, однако парень определенно требует более тщательного внимания, не зря же он попал в один список с наиуважаемыми семьями и борется за трон Империи! Сейчас же следует наладить контакт с госпожой Хольц, иначе дружеский визит грозит вылиться лютой враждой.


- Ну, полно Вам, Райна, - заискивающе начал Хорнос, - Ваши ученицы, как всегда были на высоте.

- Еще бы. Мы уделяем физической подготовке массу времени... И нам некогда заниматься всякими низкопробными штучками, - ехидно произнесла госпожа Хольц, щурясь в сторону директора и снова возвращаясь к происшествию.


Хорнос, тяжело вздохнув, решился на более смелые действия.

- Когда Вы злитесь, Вы еще прекрасней, - низким баритоном прошептал директор.

Взгляд холодных зеленых глаз впился в лицо Хорноса.

- Льстец, - только и бросила Райна. Однако Хорнос понял - лед начинает таять.


Кушанья в честь гостей были отменные: жареная птица, копченые окорока, острая свинина, запеченное крабовое мясо, рыба и овощи, приготовленные в кляре, сыры, паштеты, икра; выпечка, выставленная на середине стола, помещалась на специальные многоярусные стойки.


Кир с Санаром по привычке направились в самый конец стола, где всегда было свободно, но сегодня по неизвестному стечению обстоятельств их места были заняты. Они двинулись к противоположному концу, и скоро неизвестное стечение обстоятельств приобрело очень даже объяснимые причины.


В изголовье стола уже приступили к праздничному ужину ученицы Цереры. Между ними и учениками Прайма зияла дыра в несколько мест по обе стороны стола.

Ребята переглянулись. Перспектива сидеть рядом с этими девчонками вряд ли могла их порадовать - как-никак, они были соперниками. Однако выхода не было, и Киру с Санаром ничего не оставалось, как, уперевшись взглядом в ближайшую тарелку, занять пустующие места.


Ребята ели молча. Киру, несмотря на обилие изысканных блюд, не очень хотелось есть, поэтому он медленно жевал котлету из индюшки, гоняя при этом по тарелке увертливый горошек. Его блуждающий взгляд упал на блюдо, полное листьев салата, скрученных в трубочку и фаршированных плавленым сыром с чесноком.

Кир потянулся к тарелке по правую руку от него. Когда он почти дотянулся, тарелка приподнялась сама собой. Рука Кира замерла.

- Пожалуйста.

Кир посмотрел на того, кто так заботливо предлагал его любимое кушанье.

В зеленых глазах блестели искорки, а на лице красивого создания расплывалась мягкая приветливая улыбка.

Кир застыл, и сердце застучало быстрее.

- Спасибо, - после паузы выдавил Кир.

- Я Эльяра, - дружелюбно представилась девочка.

- Кир, - спохватившись, буркнул герой дня.

- Ты здорово метнул нож. Никогда такого не видела! - с восхищением добавила Эльяра.

- Спасибо, - заливаясь краской, снова пробурчал Кир.

Повисло неуклюжее молчание.

- У вас красивая академия, - поддержала разговор Эльяра.

- Спасибо, - Кир, смущаясь, опустил глаза.

В эту секунду кто-то из подружек обратился к Эльяре, и она отвернулась.


Кир, красный от стыда, с усилием набивал рот котлетой, внимательно уставившись в тарелку.

'Идиот! Ну почему я не собрался?! Выгляжу придурком. Да и чего я вообще нервничаю?' - Кир хотел разозлиться на девочку, но почему-то его внутренний "Я" показал ему кулак за такое несправедливое решение.


До конца ужина Кир усиленно уничтожал еду.

Признаться, его уже слегка подташнивало, но он не сдавался.

Наконец-то директор произнес заключительную речь, и праздник закончился. Кир резко вскочил с места и устремился к спасительному выходу.


Как выяснилось несколькими минутами позже, не зря. Он едва добежал до туалета, где вся еда немедленно покинула не приученный к обжорству желудок. Кир сидел в ванной, голова кружилась.

Тук - тук - раздался стук в дверь.

- С тобой все в порядке, - обеспокоено поинтересовался Санар через дверь.

- Да, - лениво растянул Кир.

- Может, доктора позвать?

- Нет.


Новый приступ рвоты последовал незамедлительно.

Через час Кир выполз из ванны. На ватных ногах он поплелся к кровати и плюхнулся на мягкую подушку. Сил открыть глаза не было, да и желания тоже.

'Дурак', - промелькнуло в голове у Кира за минуту до того, как он заснул.


Через несколько минут соседняя кровать скрипнула, и Санар отвернулся к стене.




Глава 14



Старое испытание


Начался новый год, первый месяц которого пронесся гладко, без каких-либо осложнений, но и примечательного случилось не много.

Учеба кипела обычными потугами учеников стать лучшими и не вылететь из школы. Претенденты на трон Императора держались в верхней половине списка, и мало что омрачало их будни.


Кир с Санаром все так же усиленно занимались в библиотеке с Лайсом, который за эти пару месяцев стал ребятам другом. И который, кстати говоря, не гнушался более стукнуть Кира по голове, если тот неправильно решал задачку. Дружеская потасовка заканчивалась коликами в животе и сломанными учебными планшетами.


- Лайс, - однажды вечером про-между делом спросил Санар, размышлявший над очередным уравнением. - А какое выпускное испытание за первый год?

Кир, заинтересовано оторвал взгляд от письменного адаптера:

- Да, что там нас еще ждет?

Лайс лениво повел плечами.

- Кто его знает, то есть, в общем, конечно, известно, но точно никто не скажет.

- Что за ерунда! А подробней нельзя? - возмущенный таким ответом, потребовал Кир.


Лайс вздохнул, оторвал взгляд от учебника и завел обе руки за голову.

- Ну, согласно методическому пособию 'Испытание по окончанию первого курса проверяет навык выживания в экстремальных природных условиях', - монотонно процитировал репетитор.

- И? - взволновано прошипел Санар.

- И все, - выплюнул Лайс, как будто какую-то глупость.

- Как это все? В каких условия? Что надо делать? Что уметь? К чему готовиться? - чуть не падая со стула, вытянулся через стол Санар.

- В том-то и дело, что эта общая формулировка предполагает тысячи, миллионы вариантов.


- А что было с тобой? - поинтересовался Кир.

- Забросили наш курс на Араю...

- Где это?

- В системе Каллостро, - пояснил Санар Киру.

- Горная местность, вдоль и поперек изрытая системами подземных проходов. Трудно представить как глубоко они тянутся, мне-то совсем не хотелось проверять.

- Почему? - внимательно глядя на Лайса, спросил Кир.

- Слишком много всяких тварей, только и выжидающих, как бы оттяпать тебе голову. Мы старались держаться поближе к поверхности, там, где свет проникал через скальные трещины. Еды почти не было, да и вода была лишь на низких уровнях... приходилось иногда рисковать, - не спеша, с расстановкой, добавил Лайс.

- Ну, ведь ты справился, прошел испытание? - Санар, казалось, тисками вытаскивал из Лайса продолжение.

- Да. Я прошел.

- Ты темнишь, - нахмурившись, сделал вывод Кир.


Лайс не торопился отвечать, казалось, он загрустил и вспомнил что-то, что давно было погребено под бесконечным ворохом задачек и графиков, громоздившихся в его голове.


- У меня был лучший друг... - не глядя на ребят, начал Лайс. - Его звали Леон. Нас поселили в одну комнату, и мы быстро подружились... - снова последовала неуклюжая пауза. - Там, на Арае, ему выпало спускаться за водой. Он развернулся и начал медленно двигаться вниз по туннелю. Мы с остальными ребятами ждали у входа. Тишина стояла мертвая, мы временами задерживали дыхание, ну все-таки первый год, откуда нам знать справимся мы или нет, - пытался оправдаться Лайс, - а потом... он закричал.

- Что случилось? - не выдержал побледневший Санар.

- Как мы позже узнали, ему отгрызала ногу какая-то дрянь, - ничего не выражающим голосом произнес Лайс и замолчал.

Ребята, уставившись на его чуть опущенное лицо, не решались прервать молчание. &n

bsp; - Как он выбрался? - решился Кир.

...Лайсу тяжело было вспоминать, как сердце глухо стучало в ушах, а потом от крика его ударило о стену.

Он опешил лишь на секунду.

Не задумываясь, он нырнул в туннель и, обдирая кожу о стенки прохода, на ощупь пробирался вперед. Когда руки уперлись в пустоту, он понял, что очутился в небольшом помещении.

Единственная полоска света, больно обжегшая глаза, драгоценным камнем поблескивала на воде в левом углу пещеры. Крик превратился в агонию, и теперь это был лишь захлебывающийся слезами ребенок.

Напрягая зрение, Лайс изо всех сил старался разглядеть друга.

И тут он увидел глаза, кричавшие о нестерпимой муке и умоляющие о помощи. Склизкая мерзкая туша, почавкивая кровавым месивом, в которое превратилась нога, червем отползала в непроглядную тьму, утаскивая за собой мальчика.

Лайс выхватил нож, единственное оружие, позволенное первокурснику на испытании и, замахиваясь, бросился на тварь. Его сознание поплыло в тот момент, когда его нож стал с силой врезаться в рыхлое тело червя.

Зверь пронзительно завыл и, освободив искалеченную ногу, дернулся назад, только Лайс это смутно припомнил лишь позже.

Еще он вспоминал, как какие-то люди в форме охранников Прайма оттаскивают его от дохлой твари и выкручивают из руки нож, ставший зубом мести в руках Лайса. Как раздаются команды и перед лицом снуют белые одежды. Как его берут под руки и выволакивают на свет. Как мир густой жижей расплывается перед глазами вместе со скудным содержимым желудка...


Лайс глубоко вздохнул и уставился на замерших перед ним ребят.

- Прилетели наблюдатели с Прайма и забрали его, - будничным голосом констатировал Лайс. - Не думаете же вы, что вас бросят на произвол судьбы, - недобрая ухмылка пробежала по его лицу. - Вам установят датчики, которые постоянно будут передавать ваши жизненные показатели, и если что-то пойдет не так, - здесь он сделал слегка заметную паузу, - вас немедленно найдут и помогут.


- А что случилось с Леоном? - осторожно спросил Санар.

- Наши многоуважаемые доктора отрастили ему новую ногу и отправили домой... говорят, он не возражал.

Лайс отлично понимал, какой ужас пришлось испытать другу и ничуть его не винил.


- Ладно, - Лайс резко встал со стула, - уже поздно. Думаю, мы продолжим завтра.


Он уже открыл дверь библиотеки, намереваясь выйти наружу, когда вопрос Кира заставил его помедлить.

- Ты когда-нибудь видел его с тех пор?

- Нет, - не оборачиваясь, бросил Лайс и исчез в темном проеме.



Глава 15




День рожденья


Кир проснулся раньше Санара.

Он перевернулся на спину и покосился на окно. Как всегда солнечная погода дарила мягкий свежий ветерок раннего утра.

Кир не спешил вставать. Сегодня воскресенье... и его день рожденья. По межпланетному календарю - 21 февраля.


На родной планете холод и лед служили неотъемлемыми декорациями этого дня. Мама с вечера замешивала тесто, чтобы испечь побольше пирожков для семейного праздника, который собирал к вечеру немногочисленную родню семьи.

Каждый желал Киру силы и стойкости, так как это были ценнейшие достоинства фризийского мужчины. Дарились подарки, будь то шкура Корфа или амулет от сглаза, выточенный из вечномерзлой породы.

Дед все так же дымил трубкой, за тем исключением, что вместо всполохов огня он всматривался в лица близких ему людей; для такого события кресло с продавленными в полу вмятинами меняло свой угол обзора, чтобы облегчить дедушке задачу.


Теперь все иначе. Он за миллиарды километров от дома. Мама где-то парит на палубах Альфы посреди бесконечности. Незнакомое солнце незнакомо согревает теплом. Напротив тихо сопит неожиданный лучший друг.

Кто бы мог подумать, что он станет водить дружбу с дворянином. Но оказалось, что Санару можно было верить.


Он иногда вспоминал протянутую руку с красной лентой, которая едва не стоила ему жизни. Какой-то кусочек ткани... но с его именем.

Именем, ничего не значащим ни на одной из известных ему планет со страниц энциклопедии.


Кир был рад, что Санар оказался другим, к тому же, он с неохотой признался себе, что с самой первой встречи мирионец позабавил его своим 'глупым' выражением лица. Первый настоящий друг.. который может его покинуть...

Стоп! Последнего он не допустит.

Он фризиец, и дружба один из величайших даров создателя, который нужно хранить и оберегать как ценнейшее сокровище. 'Ну и солнце можно пережить', - недовольно морщился Кир от лучика, который добрался до его лица и мешал вернуться в приятные сновидения, продлевая негу.


- Вставай! - жизнерадостно крикнул Кир.

- Ну, дай поспать. Выходной все-таки, - глубже зарываясь под подушку, пробурчал Санар

- Распустил нюни, плакса. Мне ведь 14! - не удержался Кир, переполняемый внезапным воодушевлением.

- Что четырнадцать? - слегка показавшись из укрытия, переспросил соный Санар.

- Мне четырнадцать, дубина, - и Кир весело запустил подушкой в Санара. Подушка угодила прямо в голову только что приподнявшегося сони.

- Сам дубина. Ты что, не проснулся, тебе всего лишь тринадцать, - недовольно буркнул Санар, загребая рукой светлые чуть отросшие волосы, взбитые 'пущеным снарядом'.

- Вчера было тринадцать, а сегодня четырнадцать, сопляк, - неожиданное осознание превосходства над Санаром, а значит, лишнего повода поизводить друга, явилось нежданным первым подарком, и Кир улыбнулся от уха до уха.


Наконец-то проснувшись, Санар секунду таращился на Кира.

- У тебя день рожденья?

- Не прошло и года! - наигранно радуясь догадливости друга, воскликнул довольный Кир.

- У тебя день рожденья, класс! Как будем отмечать? - сон сняло как рукой, лицо друга горело возбуждением. - Наберем еды в столовой, захватим Лайса, Раймаха, Гвиника с Джулианом и двинем в оранжерею, устроим пикник!


Что такое пикник, Кир не понял, но энтузиазм друга оказался заразительным.


Стащить провизию для отряда дезертиров не составило труда, захватив из комнаты покрывало, а по дороге друзей, все дружно направились в оранжерею.


Еще сразу по прибытии мальчишки облюбовали небольшую полянку, находящуюся в стороне от главной аллеи и отгороженную развесистым кустарником с синими ягодами. Есть ягоды, конечно, не следовало, в чем сразу же убедился Кир, сломав передний зуб о пластмассовую имитацию.

Разыскали нужное место, немедленно было рассстелено покрывало и вывалена тонна краденой еды.


- От лица ввереного моему отцу народа, хочу поздравить с этой замечательной датой нашего друга и соратника по несчастью, Кира. - Раймах оглядел собравшихся.

Секунда, и собравшиеся покатились со смеху.

- Да ты прирожденный оратор! - воскликнул Лайс; проводя с ребятами столько времени он был посвящен в детали их нахождения в Прайме. - Столько высокопарных фраз в одном человеке! Жуть.

- Просто, будучи Императором, необходимо соответствовать! - высоко подняв голову, с достоинством заявил наследный принц.

- Разбирай чемоданы и становись в очередь, слюнтяй! Если уж не я стану Императором, то скорее всего, Джулиан, ну а если он милостиво уступит тебе место... так и быть, забирай! - подытожил Гвиник.

- Спуститесь с небес на землю! - с показным безразличием заметил Санар. - Не забыли, кто выше в списке, - и, подмигнув Киру, получил в ответ улыбку.

- Ненадолго, малявка! - парировал Гвиник.

Кто это здесь малявка! - моментально ощетинился Санар, вскакивая с земли.


Кир понял, что пора вмешаться. Он знал, что Санара немного расстраивает то, как он выглядит. Нет! С внешностью у него все отлично: светлые волосы, голубые глаза, симпатичное смазливое личико - наверняка будет иметь успех у девчонок. Но вот физически ребята его превосходили. Пусть даже многие были немного старше, но ведь Джулиан с Лимаром, к примеру, были с ним одногодки и все же казались крепче.

С Киром дела обстояли еще хуже.

Они тренировались одинаково усердно, однако их телосложения все же сильно разнились. Тело Кира уже украшали юношеские, крепкие мышцы, обещающие в будущем сделать из него настоящего воина. Санар же еще напоминал ребенка, хотя ловкостью и выносливостью мог поспорить с любым из студентов своего курса на равных, да и в спаррингах не раз одерживал победу.


- Да ладно, Санар, он завидует! Боится вернуться домой с позором, - подначивая, закончил Кир, привлекая внимание Гвиника к себе и в то же время успокаивая друга.

- Кто здесь боится, фризиец! Я уложу тебя на лопатки, не успеешь дожевать это крылышко, - с вызовом оскалился Гвиник, он слыл еще тем драчуном.

- Рискни, - глаза Кира чуть потемнели и сузились.


Все разгорелось внезапно. Гвиник вскочил, отбрасывая тарелку с салатом, и кинулся на Кира. Тот с легкостью отпрыгнул от удара и стал в боевую стойку. Гвиник, развернувшись, резко подался вперед, рассчитывая использовать обманный маневр и захватить противника в тиски. От захлестнувшего азарта он раскраснелся и тяжело дышал.

Кир, почувствовав намерения противника, резко пригнулся и подсечкой сбил тяжеловеса с ног. Ни на секунду Кир не потерял самообладания и полностью сконцентрировался на схватке. Не давая тому опомниться, он резко перевернул Гвиника и уперся коленями ему в грудь, не позволяя подняться.


- На лопатки, говоришь? - весело подытожил Кир.

- Хватит, дурень, - вмешался Джулиан, - не хватало тебе еще именинника покалечить.

Гвиник, немного остыв, поднялся.

- Конечно, я поддался. Твой день рожденья все-таки, - с гордой милостью к слабым Гвиник уселся на покрывало и начал ожесточенно уничтожать салат прямо из кастрюльки, так как тарелка была безвозвратно потеряна.

- Ты щедр как никогда, - насмешливо хмыкнул Кир и взял недоеденное крылышко.


Санар хлопнул с уважением друга по плечу, когда тот привалился рядом, и шепотом добавил: - Здорово ты его, - с восхищением, светящимся в широко раскрытых голубых глазах,

Самолюбию Кира тоже перепал небольшой подарок в виде сильного поверженного противника и похвалы друга.


- Ребята, а что вы думаете по поводу этого императорства, - спросил Лайс. Его давно интересовал вопрос - понимают ли мальчики, что они действительно избранные, и пусть сейчас они спрятаны за толстыми стенами Прайма, все равно все взгляды в известной им Галактике прикованы именно к ним.

Никто не спешил отвечать.

- А что тут думать, - наконец ответил Гвиник, - ведь нас уже выбрали, и это честь - быть выделенным самим Императором. Мои родители спят и видят, как я займу это место.

- А сам-то ты хочешь? - неожиданно для себя спросил Кир.

- Ты что, с дуба рухнул, - удивился Гвиник, - да раньше это и не снилось никому - стать Императором, прожить тысячу лет, стать самым сильным.

- Да ты и так один сплошной бицепс, - вставил Санар, который в силу скромного телосложения не мог даже мечтать физически сравниться с Гвиником. Также он с удивлением осознал еще одну невероятную вещь: если раньше он мечтал стать Императором всем сердцем, теперь эта мысль не кажется ему настолько привлекательной. Но почему это так, Санар не мог точно ответить. Кажется, он не боялся судьбы, так что же произошло?


- А ты, Раймах, что скажешь? - спросил Лайс. Раймах казался абсолютно спокойным, вопрос ни капельки его не смутил.

- Стать Императором - моя цель, - просто ответил он. - Я постараюсь сделать все, чтобы добиться этого.

- Тоже мечтаешь о власти? - спросил Лайс.

- Ну, как посмотреть, - Раймах чуть склонил голову, словно рассуждая. - Наверное, можно и так сказать. Я хочу власти и могущества, но лишь затем, чтобы мир остался прежним: без войн, развивающийся, контролируемый. Знаю, что заменить Императора будет почти невозможно, но я все же постараюсь и приложу к этому все усилия.

- Благородные цели, - подытожил Джулиан, в его голосе послышалась ироничная нотка.

- А тебе это зачем? - Раймах посмотрел на Джулиана сверху вниз, хотя, будучи одного роста, они находились на одном уровне.

Теплые карие глаза оглядели ребят.

- Я только хочу, чтобы мой мир оставался прежним. Если я смогу его сберечь, я в любом случае выполню долг правителя Тарпии, неважно, буду ли я просто наследным правителям королевской семьи или Императором.

- То есть на Галактику тебе плевать, - холодно заметил Раймах.

- Нет, - Джулиан замолчал и менее уверенно добывал - Не знаю. Галактика - это картинка, величественное описание наших миров. В реальности они как бы не существуют для нас. Я их не видел и не знаю, есть ли мне до них дело или нет. Если я смогу, я не против помочь, но мне важно, чтобы мой мир был таким же как сейчас. Я, - он снова помедлил, - я не знаю, смогу ли я на это рассчитывать, если следующим Императором станет Азул, Лимар или ты, Раймах, - Джулиан очень серьезно посмотрел на Раймаха.

- Думаю, у тебя нет причин не верить мне, - ребята враждебно смотрели друг на друга.

- Но и верить нет ни одной, - спокойно и холодно вернул любезность Джулиан.


'Что это?' - подумал Кир. Раньше он никогда не замечал напряженности между этими двумя. А может, ее и не было, и они только теперь начинают осознавать, что они соперники. Неужели их всех ждет такая участь - стать врагами? Кир украдкой бросил взгляд на Санара. Тот, сведя брови, не отрывал взгляд от ребят; понимал ли он то же, что и Кир?


- Ладно, ладно, - решил вмешаться Гвиник, - зря завелись, мы же празднуем, забыли?


После этой легкой фразы, казалось, что все выдохнули. Еще около часа ребята щедро угощались, пока еда не поднялась до уровня горла и, по всеобщему мнению, пора было завязывать с пирушкой; ребята расходились.

Последними покидали оранжерею Кир с Санаром.


- Похоже, Гвиник и Джулиан сдружились, - то ли сказал, то ли спросил Санар.

- Да, похоже на то.

- Как ты думаешь, - Санар не мог подобрать нужных слов, - это нормально? - Наконец-то решился он.

- Ты о чем? - слегка не понял Кир.

- Ну, предполагается, что мы боремся друг против друга, - начал он издалека.

- И? - Кир плохо понимал, к чему ведет Санар.

- Я имею в виду, - слова давались ему с большим трудом, - это ничего, что мы общаемся?

- Дружим?

- Да, - смутившись, потупился Санар.


Кир понял, о чем говорил Санар, и ему стало слегка обидно. Ему тоже приходили подобные мысли на ум, и он твердо решил для себя, что честное соперничество и дружба вполне могут сосуществовать. Но, может, для него это был легкий выбор по той простой причине, что в его сердце не было настоящей честолюбивой мысли занять трон.

Конечно, он не раз представлял себя Владыкой или Повелителем Вселенной, однако это было и до того, как иллюзия стала реальностью, а желание возможностью.

На самом деле он не чувствовал, что мысль его захватила, как бывало с тоской по дому или желанием научиться быть настоящим фризийцем. Кир всегда рассуждал об этом спокойно, даже отстранённо, как будто это вовсе и не с ним происходило. Кир совсем не был уверен, что это его судьба, его дорога.

Но вот Санар ему действительно нравился. Кир смотрел и видел в нем простоту к окружающим и сочувствие к ближнему.

Санар никогда никого не желал обидеть и не таил злобы, он был открыт для всех и готов был улыбаться каждому.

Еще он очень уважал Санара за то, что, выглядя слабее всех, он всегда держался на равных и трудился, не жалея сил. Иногда казалось, что он выжат как лимон, но через несколько минут отдыха он поднимался, потягивался и тянулся за книгой. Всегда в отличном настроении, готовый поддержать; Кир чувствовал, что ему хотелось быть с ним рядом, ему было хорошо и уютно. 'Наверное, это и есть дружба?' - не раз спрашивал себя Кир.


Кир, осознал, что вот уже пару минут они идут молча. Санар низко наклонил голову, и Кир не мог заглянуть ему в лицо.

- Так ты что предлагаешь - не общаться? - холодно сказал Кир.

Санар вздернул лицо, его глаза были полны ужаса.

- Да нет же! - поспешно затараторил он, - я просто хочу сказать, - он снова не мог подобрать слов и от волнения закусил губу. Кир, слегка раздраженный, совсем не собирался приходить ему на помощь. - Ох, я просто не хочу, чтобы мы ссорились, я не стану тебе врагом, - Санару было стыдно говорить так и слова раздавались почти неслышно и скомкано.

- Даже если я стану Императором? - 'Терпи до конца, мирионец, раз уж поднял тему', - рассерженно бросил Кир, его тоже смущал этот разговор.

'Угу', - раздалось из-под светлой копны волос.

- По-моему, ты идиот, - покачал головой Кир.


Санар обиженно вздернул подбородок и уставился на друга.


- Я не считаю, что трон является самым важным в жизни, уж ты-то, я думал, понимаешь.

- Я понимаю, - неуклюже поспешил Санар.

- Думаю, что каждый из нас должен прилагать максимум усилий, и когда будет сделан выбор в пользу одного из нас, не таить обиды, - честно высказал Кир, что думает.

- Я с тобой согласен, - радостно выкрикнул мирионец.

- И если нам придется драться против друг друга, - Кир искоса посмотрел на рядом идущего Санара, - мы должны биться так, чтобы потом не было за себя стыдно.

Санар резко кивнул в знак согласия.

- Тогда выкинь эти глупости из головы. Нашел, из-за чего переживать.


Кир действительно верил в то, что говорил и был уверен, что Санар думает так же, вот только... только надо ли ему все это? Однако, вслух он больше ничего не сказал.


К вечеру ребята снова были счастливы и беззаботны, получая то искреннее удовольствие, которым жизнь награждает нас, пока мы молоды и смелы принять любое испытание. И даже вот такое...



Глава 16



Экскурсия


- Наконец-то! - с радостным облегчением торжествовал Кир. - Не могу поверить, что мы хоть ненадолго покинем это пекло. Я уже такой черный, что на Фризии меня бы ни за что не приняли за своего.


Санар посмотрел на друга. Шоколадный загар ровно ложился вдоль аккуратных мускулов Кира.


Он слегка вздохнул, снова вспоминая каким слабаком выглядел сам, да и загорел не так хорошо как Кир.

Несмотря на то, что родной Санару Мирион был одним из самых солнечных мест в Галактике, его редко выпускали гулять без защиты, ведь загар считается уделом крестьян, которые все жизнь гнут спину под открытым солнцем.

- Что толку, - ровно ответил Санар, запихивая куртку в походный рюкзак. - На Доругане мы пробудем всего лишь день, а точнее 17 часов.

- Целых семнадцать часов в темноте и прохладе, - не унимался Кир, улыбаясь от уха до уха.


Санар запустил в друга какой-то тряпкой.

- Держи свой рюкзак.

- Зачем он вообще нужен? - непонимающе растягивал в руках тонкий мешок Кир.

Санар закатил глаза, объясняя в тысячный раз.

- Нам же сказали, что на Доругане вечная ночь и довольно холодно, поэтому рекомендуется одеть или взять теплые вещи. Забыл, нам их выдали еще на той неделе.

- Точно, костюм и кроссовки! - вспомнил Кир. - Куда же они делись? - хмурясь, пытался вспомнить он.

- О, - словно осенило Санара, - наверное туда куда ты их бросил.


Кир прищурившись, посмотрел на друга - 'Вот еще в мамашу поиграть решил'.


- Нарываешься, мирионец, - Кир чуть согнув колени, хищно двинулся на Санара.


Санар был готов к такому развития событий. Стоя в пол-оборота к Киру, он как раз прятал второй кроссовок в рюкзак, когда Кир сделал выпад и попытался пнуть Санара в плечо. Санар слегка отклонился назад и левой рукой отклонил удар. Кир быстро сгруппировался и зашел ему чуть за спину, Санар повернулся, готовясь к атаке.

- Там, где мой костюм, говоришь? - низким голосом переспросил Кир.

Санар чувствовал, что Кир над ним издевается, и его это слегка задевало.

- Где бросил, - твердо ответил он.

Кир сделал молниеносный маневр вправо, и Санар решил, что нападение будет оттуда. Кир же повернулся по часовой стрелке и оказался за спиной у Санара, где схватил его за горло. Санар упустил возможность увильнуть, он что есть силы старался оторвать руку от горла, но это не помогало, Кир был невероятно силен.

Стоя к Киру спиной, он что есть духу занес правую ногу и наступил на ногу Киру, тот, растерявшись на долю секунды и ослабив захват, дал волю рукам Санара и тот, недолго думая, зарядил локтем ему под дых.


- Так нечестно, - сдавленно прохрипел он, отшатываясь и отходя назад.

- Честно-честно, - тяжело дыша, отвечал Санар. - В бою все средства хороши, - повторял он присказку Крейна.


Капитан не раз говорил им: - 'Если вы ввязались в драку, то либо вы одержите верх и уйдете на своих двоих, либо будьте готовы однажды расстаться с жизнью. Драка это всегда риск, так что запрещенные приемы есть только на рингах и в спортзалах. Помните об этом - в бою все средства хороши', - неизменно заканчивал поучения Крейн.


- Ага, ну точно, как я мог забыть! Мы же не в спортзале, - и снова готовясь к атаке, Кир заходил слева.


'Внимание, - раздался голос громкоговорителя, - всем первокурсникам, отправляющимся на Доруган, надлежит собраться в отправном отсеке через десять минут, корабль отходит по расписанию'.

Кир замер, если потасовка затянется, они вполне могут опоздать, и тогда прощай, прекрасная прохладная планета.

- В общем, потом договорим, - Кир надел легкие мокасины и тут же кинулся к двери.

- Эй, а вещи, - крикнул ему вслед Санар, но последние его слова заглушил грохот двери.

- Придурок, - выругался Санар и потянулся за своим мешком.


Как и ожидалось, всегда были такие, кто появляются в последнюю минуту. Санар был одним из них, он опрометью несся с рюкзаком за плечом к группе, которая уже прошла посадку на борт.

- Здесь! - выкрикнул Санар, услышав свое имя, и под недовольным взглядом капитана, проскользнул на борт. Там он нашел Кира и плюхнулся на свободное место рядом.

- О, а я уж думал, ты решил остаться, - насмешливо улыбаясь, сказал Кир.

Санар ничего не ответил, все еще восстанавливая дыхание, то ли просто игнорируя

Кира.

- Смотри, все вырядились как на Фризию, - забавляясь, прошептал Кир, ерзая в кресле и разглядывая класс. - А ты чего не оделся?

Санар, еще дуясь за недавнюю потасовку, ничего не ответил, а только плотнее прижал набитый вещами рюкзак.


'Внимание - активируйте гравитационные ремни, корабль покидает отсек.'


Немедленно послышались щелчки, и космический челнок "Марафон" оторвался от площадки.

Они устремились в оранжево-голубое небо Геркона, темнеющее с возрастающей скоростью корабля. По выходу из атмосферы планеты силовая программа, сдерживающая перегрузки, отключилась, и ребята медленно поплыли по космическому пространству.


- Прошу внимания, - раздался голос профессора Жильвиса, преподавателя галактических культур, который сидел во главе отсека и являлся одним из сопровождающих учителей. На нем было электронное "ухо", позволяющее усиливать голос до высоких чистот и оставляя свободу движениям. - Пока мы движемся по направлению к воротам гиперпрыжка, мне хотелось бы еще раз напомнить, что наша экскурсия не развлекательное, а учебное мероприятие. Советую всем это запомнить. И я считаю необходимым кое-что повторить из теории, прежде чем мы ступим на поверхность планеты, - профессор сделал паузу.

- Во-первых, - выделил тоном профессор, - каков тип расы, обитающий на Доругане?

'Ну вот, снова лекция', - невесело подумал Кир.

- Негуманоидная, - раздался чей-то ответ.

- Отлично, - довольно кивнул профессор. - Это является архиважным, так как взаимодействие с негуманоидными расами крайне ограничено, и посещение родины доруганцев величайшая привилегия и заслуга Министерства внегуманоидных контактов. Возможность посещения данной планеты у нас появилась... - профессор намеренно остановился, ожидая ответа учеников.

- Десять лет назад, - ответил Раймах, сидящий впереди.

- Совершенно верно. И это третья экскурсия для Прайма, организованная общими силами министерства и доруганских представителей, выступающих в поддержку налаживания межрасовых отношений.

- А что, есть кто-то против? - раздался голос из недр отсека. Профессор не спешил с ответом, давая время успокоиться и подавить смешки.

- Против - большинство населения планеты.


Атмосфера сама собою стала серьезней.


- Жители планеты не раз высказывали недовольство и недоверие такого рода взаимодействию. Да, вопрос, пожалуйста,

Должно быть, поднялась рука, - решил Кир.

- Каким образом тогда удается проводить неугодную народу политику?

- Вот умник, - еле слышно прошептал Кир, Санар никак не отреагировал. 'Дуется', - решил для себя Кир.

- Совершенно справедливый вопрос, Орион. Видите ли, на самом деле планета довольно бедна ресурсами, и жизнь на Доругане становится сложнее с каждым годом.

Когда-то огромные ресурсы планеты позволяли вести широкую торговлю среди батийской расы, государство процветало, активно шло строительство, развивались коммуникационные системы.

Однако, впервые столкнувшись с нехваткой торговых ресурсов, жизнь на планете стала затихать и приходить в упадок. Количество населения и уровень образования также пошли на убыль. Планета находится на самой периферии собственной галактики, торговать и посещать ее крайне сложно и невыгодно, с торговлей развалилась экономика, а следовательно, в тяжелые времена и жизненные стандарты упали до минимума. Прежде былое величие покрылось прахом.

Но, возвращаясь к вашему вопросу - становится очевидно, почему правительство планеты ищет другие варианты сотрудничества. Наша галактика ближайшая к их планете, и они не видят другой возможности найти поддержку, по этой причине было создано чрезвычайное правительство, призванное решать вопросы любой сложности и наделенное безграничной властью, иначе населению Доругана грозит фатальная экономическая катастрофа.


Кир увидел пальцы другой руки, вздернутой вверх.

- Да, пожалуйста.

- А что мы можем им предложить, профессор?

- Ну, к сожалению, пока не так уж много. На сегодняшний момент планета крайне ригидная и динамика роста отрицательная. Сейчас лишь первая фаза установления доверия и изучения культур друг друга. Существуют предположения совместного развития технической базы и возможно молекулярных технологий, позволяющих производить биомассу в необходимых количествах, хотя бы для обеспечения населения провизией.

К тому же, мы не уверены в геологическом составе планеты. Единственный зонд, который нам удалось разместить на орбите, предоставляет довольно скудный источник информации. Дальнейшие планы сотрудничества станут более реальными через десятилетие минимум. Поэтому я еще раз привлекаю ваше внимание к значению этой экскурсии.

Далее мне бы хотелось получить краткий обзор по типологическим особенностям батийской расы, - попросил профессор, возвращая ребят к началу разговора. - Пожалуйста, Раймах.

- Прежде всего, следует отметить, что основное отличие наших рас заключается в сенсорном восприятии, обусловленное особенностями планеты происхождения, Нейтом. У их вида отсутствует зрение в привычном нам понимании. Наши зрительные нервы выстраивают картину на основе светового излучения, а органы обитателей Нейта были приспособлены к отсутствию света и несли информацию, улавливая звуковые волны, отражающиеся от препятствий, - закончил Раймах.

- Замечательно, Раймах, два балла, - довольно сообщил Жильвис. - Добавлю лишь, что радиус такого действия невелик - несколько десятков метров при отсутствии технически усиленных звуковых волн. Однако, преимущества такого зрения очевидны, батийцы абсолютно адаптированы к среде и крайне чувствительны к коротким, низким, высоким - всем видам волн, по сравнению с нашим ухом, к примеру.

- Как же мы там что-то увидим? - выкрикнул кто-то.

- Для этого на время экскурсии вам будут выданы очки ночного видения. К сожалению, они обладают ограниченной цветовой гаммой, тем не менее, все остальные детали будут четки, как при свете солнца.

- Есть ли вопросы? - обратился Жульвис к классу.


Все ребята молчали.


- Отлично, надеюсь, все ясно. Еще раз напоминаю о серьезности нашего визита и не забывайте, что мы двигаемся колонной в 67 человек по 33 пары, плюс один студент, который будет двигаться со мной. Колонну возглавлю я, а капитан Крейн будет замыкающим. Покидать колонну строго-настрого запрещается, как и издавать любые громкие звуки, любое общение должно осуществляться шепотом и в случае необходимости. На этом все.


'Внимание - корабль готов совершить гиперпрыжок', - вовремя сообщил громкоговоритель.


Кир поспешил набрать в грудь побольше воздуха, и тут снова тяжелое тянущее чувство накрыло его с головой; когда у Кира появилось желание отключить собственные рецепторы и замкнуться у себя в сознании, все закончилось. Он с облегчением выдохнул, посмотрел на мирионца, тот тоже был зеленоват.


'Внимание, - снова включился электронный провожатый, - "Марафон" входит в космическое пространство Доругана'

Ребята как по команде прильнули к окошкам иллюминаторов и сначала ничего не заметили, пока наконец-то из черноты Вселенной не стал вырисовываться черный туманный шар, лишь слегка сереющий к полюсам.

- Добро пожаловать на Доруган, - поприветствовал их Жильвис.


Корабль неспешно вошел в зону туманности.


Как не старался Кир, ничего нельзя было разглядеть из-за серых туч, плотно окутывающих планету; когда прошло уже несколько минут полета, они неожиданно вынырнули в ясное пространство, слабо подсвеченное звездами, удаленными от планеты на миллиарды километров, однако все же пробивающимися местами сквозь плотный кокон защитной оболочки атмосферы.


Корабль снизил высоту и неторопливо двигался вдоль мрачных уклонов и изгибов окружающего пространства.


Слева от челнока, где сидел Кир, тянулась длинная выступающая гряда с выдолбленными впадинами, попеременно скрывающимися в темноте. Корабль еще сбавил скорость и начал разворачиваться носом к скале. Взгляду открылась небольшая плоская поверхность, частично скрываемая тенью гигантской скалы напротив.


'Внимание - дождитесь полной посадки'


Все ребята снова прильнули к окнам и внимательно всматривались в темноту; в кабине стояла абсолютная тишина. Корабль на секунду завис и, чуть дернувшись вверх, глухо опустился на поверхность, давя всей тяжестью на амортизаторы.


- Итак, - взял слово капитан Крейн, - всем оставаться на своих местах. Профессор Жильвис выдаст всем очки, которые вы настроите на индивидуальные параметры, - с этими словами Крейн развернулся и покинул каюту.

- Профессор Жильвис, - обратился кто-то с левого ряда, - а атмосфера для нас пригодна?


И, действительно, Кир как-то не подумал об этом.


- Что ж, я все же надеялся, что большинство из вас ознакомились с информацией, - холодно ответил Жильвис, двигаясь вдоль ряда. - Удивительно, но атмосфера доруганцев довольно близка к земному стандартному эталону, действующему на всех гуманоидных планетах.

- У них тоже есть специальное оборудование, выравнивающее атмосферу? - поинтересовался Раймах.

- Нет, ничего подобного нашим технологиям. Однако, нам достаточно повезло, и атмосферы крайне схожи. Единственное различие - это повышенное содержание метана в воздухе.

- Простите, профессор, - вмешался Реос, - но, как же, мы не отравимся?

- Очень просто, - улыбнулся Жильвис, - еще в начала сотрудничества, совместными усилиями наших и доруганских ученых, была разработана сыворотка, препятствующая поглощению метана кровью. Кровь просто-напросто отторгает метан, и он выводится вместе с углекислым газом.

- Гениально, - восхищенно заметил Раймах.

- Абсолютно с вами согласен.


'Гениально. Абсолютно с вами согласен', - шёпотом в лицах декламировал Кир Санару, тот тихонько прыснул от смеха.


- Внимание, - раздался знакомый голос капитана, - прошу всех покинуть отсек незамедлительно.

Ребята все как один резко встали и заторопились к выходу из отсека.

- Также прошу выстроиться парами на посадочной площадке.


Кир спешил покинуть корабль и скорее очутиться в незнакомом мире, но, к сожалению, находясь в конце отсека, он был одним из последних, очутившихся снаружи.

Кир легкой рысью спустился по трапу и, не останавливаясь, пристроился к уже строящейся колоне, оказываясь предпоследним, рядом в паре остановился Санар.

- Черт, последние, - выругался Кир.

- Не совсем, - замкнул колону подошедший сзади капитан Крейн.

Кир огляделся; первое, что он увидел, это прозрачный купол, накрывший площадку, а за ним серая мгла.

- Да уж, тут тебе никакого солнца и не приснится, - шепотом, поежившись, произнес Санар.

Колона неожиданно пришла в движение, и ребята поторопились за остальными.


- Я не слышал команды, - прошептал Кир.

- Нам же сказали: не шуметь, - вспомнил Санар.


Студенты двинулись по направлению к серому, слабо подсвеченному проходу.

Кир надел очки, увидев, как многие засуетились, прикладывая полумаску к голове. Очки оказались довольно удобные, одна тонкая полоска крепилась за ушами, обводя полукругом затылок.

Как только очки были прилажены, перед глазами Кира возникла голограмма, тут же высветившая мир вокруг. Они как раз зашли в пустой отсек, и дверь за ними захлопнулась. Какое-то время никто не разговаривал, оглядываясь вокруг.

- Чего мы ждем? - в полоборота спросил Кир у капитана.

- Уколов.

В этот момент колонна сделала шаг вперед, и Кир с Санаром поспешили присоединиться. Прошло более двадцати минут, прежде чем очередь дошла до конца.


Неприятного вида доруганец протянул руку, приглашая Кира вытянуть свою. Кир сделал, что требовалось.


Кир с интересом разглядывал пришельца, пока тот холодными тощими пальцами искал вену. Цвет его кожи был пепельно-серым, как и многое вокруг, и казалось, что сам он немного отсвечивает, словно глянцевый.

Как не старался Кир, ему так и не удалось разглядеть глаза, зато несколько небольших, чуть подрагивающих отверстий в нижней части лица, он безошибочно определил как нос. Но не это производило отталкивающее впечатление.

Под носом в хищном оскале растягивался рот доруганца; он пересекал почти всю нижнюю часть лица. На месте верхней губы нависал толстый слой кожи, а по краям рта торчали острые, грязные на вид клыки. Как только инъекция была сделана, доруганец разомкнул пальцы и потребовал руку Санара.

Друг, уже вероятно впечатлявшись видом пришельца, не сразу показал запястье, однако после легкого толчка Кира, все же отважился. После процедуры колона снова двинулась и замерла только в конце помещения.


- Внимание, - раздался голос над ухом Кира.

Все ребята чуть вздрогнули.

- Дальнейшая экскурсия будет проходить посредством радиопередачи, - вещал голос Жильвиса. - К нам присоединился экскурсовод Ирай...


Кир тут же отклонился от ряда, чтобы разглядеть гида в начале колоны. По мнению Кира, он выглядел так же, как и их недавний 'доктор', только сейчас Киру удалось оценить рост и худобу инопланетянина.

- Да уж, не маленький, - откомментировал Кир.

- Прошу воздержаться от ненужных замечаний, - напомнил капитан о своем присутствии.

- Они же все равно ничего не понимают.

- Не все.


Кир хотел еще расспросить Крейна, но его внимание отвлек голос в ухе.

- Ирай является представителем министерства межрасовых контактов, и он любезно согласился показать нам достопримечательности планеты. Я буду переводить. Прошу соблюдать дисциплину и не ломать колонну - нарушители будут строго наказаны, - будничным голосом сообщил Жильвис.

- Итак, прошу всех следовать за нами.


Глава 17



Мрак


Первокурсники двигались вперед по просторным коридорам; один раз они спустились в лифте, все в том же молчании. Наконец, двери очередного помещения распахнулись, и ребята оказались на 'свежем воздухе'.

Голографические очки давали широту пространства, однако четкость и яркость уменьшились, теперь Кир видел окружающие предметы словно в занимающемся вечернем сумраке. Несмотря на это, чужой мир вокруг поражал величием.


- Добро пожаловать в Морос, - раздался благоговейный голос Жильвиса в микрофоне.


Первокурсники словно оказались в глубоком ущелье. Кир запрокинул голову и увидел размытые края поглотившей их бездны. Разлом, где они прямо сейчас находились, вмещал целый город.


- Морос является крупнейшим и наиболее древним городом Доругана, - началась экскурсия и колонна медленно двинулась вперед. - Этот город построен на обломках более древнего поселения, основанного 1 567 лет назад. Современные здания строятся на более древних фундаментах и максимально экономизируют процесс строительства.


Кир никак не мог захлопнуть рот; пусть он и не был на разных планетах у себя в Галактике, но это выглядело абсолютно непохожим на что бы то ни было.

Здания то ли врастали, то ли вырастали из каменных глыб расщелины, иногда выдаваясь на многие десятки метров и опасливо нависали над головой. Иногда нестройные ряды отверстий украшали прямую стену, заворачиваясь и изгибаясь по краям.

- Таким образом, многие постройки являются частью естественной среды. К примеру, справа вы можете видеть одно из типичных архитектурных творений доруганских мастеров.


Кир посмотрел направо и увидел еще одну плоскофасадную постройку или, скорее, часть стены. Она была щедро заполнена крупными отверстиями, затемненными к центру. Отверстия располагались в хаотичном порядке, и все-таки Киру казалось, что есть некая гармония в размере и расположении выбоин. Однако, при попытке уловить закономерности рисунка у Кира начало двоиться в глазах и закружилась голова.


- Эта часть скалы является жилищем, соединенным между собой и с другими зданиями множеством переходов и коридоров, - продолжал Жильвис.


- Как они живут в этой вечной тьме, в земле? - поежился Санар.

Кир отметил, что на планете действительно прохладно, около 10 градусов. У Санара посинели губы, или это просто неточная передача очков?

- Замерз, что ли? - беспечно спросил Кир.

- Да нет, нормально, - пробурчал тот, спрятавшись по нос в теплый воротник куртки, которую ему удалось накинуть, ожидая прививки.

Кир осмотрел теплый костюм, на вид он мог уберечь от такой несерьезной температуры, у самого Кира даже мурашки не побежали. Тут его взгляд опустился на ноги Санара.

- Ты что, мокасины не переобул? - негромко удивился Кир.

- Не успел, - бросил Санар.

Летние мокасины из мягкой кожи, со множеством отверстий, не подходили для холодной каменистой почвы Доругана.

- С собой взял хоть? - украдкой прошептал Кир, оглядываясь и бросая вороватый взгляд

на капитана. - В рюкзаке, - шмыгнул носом Санар.

- Переобувайся, - предложил Кир.

- Ну да, конечно. Прямо посреди улицы на незнакомой планете в чужой галактике, - огрызнулся Санар.


Кир лишь пожал плечами. 'Болван, хочет болеть - его дело', - только и подумал Кир, возвращаясь к прослушиванию наушника.

- Древний город, который послужил основанием, был частью цветущей империи всего каких-то 800 лет назад. Население занималось земляными работами, добывая полезные ископаемые, другие промышляли торговлей. Во времена празднеств древние доруганцы собирались на площадях и в храмах. Одни воздавали хвалу Владыке Ночи, принося ему кровавые жертвы; другие наслаждались уличными схватками и нередко сами принимали в них участие.


Колонна подошла к крутому выступу, скрывающему продолжение города.

- А теперь мы подошли к некогда центральной части города, сейчас центр переместился на запад, и эта часть города превратилась в крайнюю восточную часть, где проживают малоразвитые слои населения.

- Точно! - громче, чем нужно, воскликнул Кир, и капитан тут же напомнил ему правила, официально хмыкнув в усы.

Кир поежился, но все же рискнул продолжить и повернул голову вбок.

- Капитан Крейн, а где все это население с его малоразвитыми слоями?

- Спят.

- Ночь же, - согласился Санар.

- Вообще-то, сейчас на Доругане чуть за полдень.

- То есть, это день? - решил проверить Кир.

- Так точно.

- Но почему же они все спят? - непонимающе спросил Санар.

- Батийская раса ведет ночной образ жизни.

- Странные они, - Киру впервые доводилось слышать такое, все-таки он не удосужился прочитать хоть что-нибудь о Доругане, считая мероприятие развлекательным, несмотря на противоположное мнение преподавателей.

- А что они едят? - стуча зубами, выдавил Санар.

- Мясо, - тихо сказал капитан, - сырое мясо.


Киру совсем не понравилось услышанное, и это как нельзя лучше подходило к их отталкивающей внешности, Санар спрятался в воротник вместе с ярко-красным носом. 'Должно быть, дефективная передача очков. Не мог же он так быстро замерзнуть'.

Кир не успел закончить цветовой анализ голограммы, как они наконец-то завернули за выступ, и их взгляду представилось потрясающее зрелище.


В сферообразном углублении, уходя вверх на несколько сотен метров, возвышалась величественная громадина. Кир, стоя с приоткрытым ртом, принялся считать возможные этажи, но сбился, когда здание стало расплываться в вышине.

- Улиополис, - раздалось одно-единственное слово в наушнике. - Поразительные масштабы этого древнейшего храма едва ли поддаются измерению. Сооружению более тысячи лет! Еще никому не удавалось проникнуть в недра храма и раскрыть все его секреты. Ученые-историки Доругана ведут непрерывное изучение данного памятника уже около ста двадцати лет и все еще находятся в самом начале пути, - все с тем же елейным благоговением вещал Жильвис.


- Грандиозно! - вырвалось из толпы.

- Прошу соблюдать порядок, - немедленно раздалось из наушника, и колонна двинулась ближе к храму.

- Почему нельзя говорить нормально? - обратился Санар к Киру.

Тот только пожал плечами.

- Мы не хотим тревожить местное население, - пояснил капитан. - Как уже было сказано, большая часть доруганцев не приветствуют такого рода контакты.

- А если все же привлечем? - не удержался от вопроса Кир.

- Что ж, боюсь, придется вызывать подкрепление.


Кир так и не понял, шутит ли капитан или говорит всерьез.


- Внимание, - снова послышался менторский тон Жильвиса. - В связи с величайшей любезностью принимающей стороны, нам было дозволено посетить первый блок храмовой постройки.

- Что-то новенькое, - мрачно пробурчал Крейн.

- Во время обхода первого блока все студенты должны соблюдать строй и помнить о тишине. Мы совсем не хотим доставлять хлопоты Министерству межрасовых контактов. Застегните куртки и будьте готовы к тому, что температура в храме ниже, чем снаружи, на пять-восемь градусов.


Кир заметил, как Санар еще больше вжался в воротник и нервно потеребил ручку рюкзака, где были спрятаны теплые ботинки.

- Решайся, - чуть слышно шикнул Кир так, что услышал только Санар.

Друг лишь испуганно мигнул и последовал за пришедшей в движение колонной.


Подойдя ближе к улею - так Кир прозвал храм - он разглядел множество едва проступающих картинок, превращающих плоские откосы стен в неровные шероховатые поверхности.

Киру казалось, что вот он видит одинокие тонкие фигуры, иногда группы доруганцев, занятых какой-то деятельностью. Совсем недалеко от входа, он усмотрел, как один из пришельцев стоит на прямых ногах, воздевая руки к небу и что-то держит над головой, что-то похожее на горшок, круглое, с симметричными ручками по краям.


Кир споткнулся о трещину и оторвался от картинки как раз вовремя, чтобы увидеть, как несколько пар впереди поглотила темнота.

Санар инстинктивно подвинулся чуть ближе к Киру. Да и друг не винил его в трусости, почувствовав, как по позвоночнику пробежали мурашки, предупреждающие об опасности.

Холод обволакивал незащищенное тело Кира так же плотно, как и мрак. Голографические очки имели щели сверху и по бокам, Кир видел, что в пещере темнее, чем ночью, только цветная реальность электронной технологии окрасила проход в серо-синие тона.

С виду проход представлял собой обычную темную впадину; поверхность под ногами слегка скользила, а стены были гладко выточены будто водой. Несмотря на высоту пещеры, она была довольно узкая, что при желании Кир мог дотянуться руками до противоположных стен одновременно.


Неожиданно проход расширился, и ребята попали в овальную залу.

- Это парадная часть храма. Представляет собой отправную точку для любых перемещений. Как вы уже наверное почувствовали, влажность в пещере довольно высокая. В древности, первые и самые крупные коридоры и комнаты были вымыты толщами реки, протекавшей вдоль ущелья. Причудливые образы, украшающие 'холл', не что иное, как древние сталактиты и сталагмиты.

Напомню, что разница между ними состоит в том, что сталактиты образованы солями и минералами капающей с верху воды и, следовательно, они растут вниз. Сталагмиты же образованы зеркальным процессом: вода, упавшая вниз, утекает или испаряется, в то время как содержащиеся в ней твердые частицы остаются и позволяют подниматься сталагмиту вверх. Через тысячи лет они встречаются и образуют сталагматы или в простонародии колонны.


Первокурсники с интересом вертели головами по сторонам.

Кир удивлялся причудливости естественных декораций и пытался вообразить, как тысячи лет одна единственная капелька выращивает толщу породы, которую с трудом сломит несколько человек, да и то с инструментом. И почему одни похожи на заостренные зубья окостенелого монстра, а другие на кремовые пирожные на палочках, удивлялся Кир, обходя залу по кругу. 'А вот этот нарост и вовсе похож на вытянутый череп', - подумал Кир, заметив в углублении сферический камень с удивительно ровными дырками-глазницами.


'А-а-апчи!', - громко разлетелось по залу.

Колонна замерла.

- Прошу соблюдать тишину, - слегка обеспокоенно и очень серьезно раздалось из наушника после паузы.

Кир посмотрел на Санара, тот судорожно вытирал нос рукавом куртки.

Кожа Санара отдавала бледно-голубым оттенком, выделяя ярко-синим губы, уши и нос. 'Плохо', - только и подумал Кир, не видя, чем помочь другу.


Колонна снова пришла в движение. Киру стало даже немного совестно за то, что он прекрасно себя чувствовал. Да, иногда по коже пробегали мурашки, но это даже бодрило после месяцев палящего солнца.


- Далее мы пройдем по сети извилистых проходов. Особая просьба - не упускать из виду затылок впереди идущей пары. К тому же, обратите внимание, что иногда проходы находятся у вас прямо под ногами.


Ребята снова направились за профессором и провожатым к длинному узкому проходу. Сейчас действительно стало интересней, проход вился во все известные направления под любыми углами, однако, маршрут был выбран так, чтобы не создавать особых неудобств гостям. Мальчики сворачивали то влево, то вправо, то опускались вниз, то шли по зигзагу.


- Удивительно, как искусно местное население дополнило картину, созданную природой, - не унимаясь, продолжал восхищаться Жильвис, - и как же... да, что случилось, Кромби? - услышало шестьдесят семь ребят в наушниках.


- Внимание, прошу всех остановиться! - заволновался профессор. - Капитан Крейн, будьте любезны, подойти в основание колонны.

Капитан уже сорвался с места и поспешил вперед, бросая на ходу:

- Кир, ты за главного.


Кир почувствовал, как по руке с другой стороны хлыстнула струя воздуха.

Он обернулся и увидел, как Санар исчез за поворотом, который они только что миновали. Кир двинулся следом.

Обойдя угол, он увидел, как друг судорожно пытается расстегнуть бляшку рюкзака замерзшими пальцами.

- Наконец-то, - тихо прошептал Кир и оперся о противоположную стену.


Санару удалось справиться с замком и он вытряхнул теплые ботинки в разные стороны. Затем, бросив рюкзак, он принялся с усилием стягивать мокасины, заледенелые пальцы отказывались слушаться. Санар тяжело дышал, пытаясь влезть в ботинки. 'Одно хорошо', - подумал Кир, синий цвет перестал быть таким ярким.


Наконец-то, по прошествии нескольких минут, Санару удалось зафиксировать ботинки и он, закидывая на ходу мокасины в сумку, поднялся. Ребята вывернули из-за угла, где только что оставили колонну и... оказались в одиночестве.


Глава 18



Лабиринт


Ребята окаменели. Первым пришел в себя Кир.

- Они не могли уйти далеко, - кинул на ходу он и бросился вперед.


Как только он завернул за очередной изгиб пещеры, перед ним возникли два прохода, ведущие в разные направления. На долгие раздумья не оставалось времени, и Кир ринулся в правый ход, за ним, спотыкаясь, нырнул Санар.

Кир бежал так быстро, как позволяла скользкая мудь под ногами и расплывчатые краски. Еще раз направо, налево и снова налево; Киру казалось, что вот, еще немного, и они нагонят группу. 'Нет', - он заблуждался. Как только Кир это понял, он резко затормозил, в него врезался Санар.


- Что? - пытаясь отдышаться, спросил он.

- Мы заблудились, - твердо сказал Кир и повернулся к другу лицом.

- Ты уверен? - с надеждой спросил Санар, ему явно не нравилось это место.

- Ни в чем я не уверен, - раздраженно бросил Кир.

Санар сделал шаг назад и поднял руку, чтобы облокотиться о стену.

- Ааааа!

Кир метнулся к стене, едва различая узкую расщелину, в которую секунду назад провалился Санар.

- Аааа! - все глубже уносились вопли.


Кир ногами вперед нырнул в проем. Он пытался тормозить руками и ногами, упирался спиной, но щель была немногим шире него самого, и даже руки не удавалось распрямить для опоры; он чувствовал, как свозило кожу с локтей, коленей, спины.

Его еще раз мотнуло и он ударился затылком; в глазах вспыхнули звезды и на секунду закружилась голова.

Кир одним иллюзорным замахом выстроил белую стену вокруг сознания и тут же добавил пол и потолок. Куб спас его от боли и позволил трезво мыслить.

Первое, что он понял, что прошло уже около двадцати секунд, как они падали, и второе - Санар больше не кричал.

И тут каменный мешок прорвался, и Кир полетел вниз, размахивая руками и ногами. Он едва успел попрощаться с целыми костями, как тут же всем телом плюхнулся на что-то мягкое.


Дыхание резко вырвалось из легких, и все жилы натянулись прежде, чем ему удалось сделать вздох и он, перекатясь на спину, глубоко задышал и заморгал. И без того специфическое зрение еще больше перекосило.

Кир тяжело поднял руку и поправил очки, к счастью, они не сломались.


Кир резко поднялся.

- Санар! - громко позвал он.

- У, - раздалось совсем рядом.

- Хватит разлеживаться, - сердился Кир, что друг лежал и не собирался действовать, тогда, как они явно оказались не в самом приятном месте.

- Я, - выдавил друг, вставая на локти, - как раз поднимался, когда ты решил размазать меня по земле.

Кир понял причину довольно мягкого приземления, но совсем не собирался

извиняться.

- Не будь слабаком, - грубо бросил он и встал.

Санар сел на пятую точку и глубоко вздохнул.

- Черт, очки поломались, - уныло протянул он, откидывая в сторону две части бесполезной пластмассы.

Кир ничего не ответил, положение и вправду было невеселым.


- Что будем делать? - негромко спросил Санар, подняв голову и неуверенно вертясь по сторонам; он совершенно ничего не видел вокруг.

'Отличный вопрос', - подметил про себя Кир, уже напряженно размышляя над этим в центре белоснежной сферы.


Идти не имело смысла, они не имели ни малейшего представления, где находятся.

Сидеть и ждать - может быть, но хватились ли их или прошло слишком мало времени, ведь, несмотря на всю погоню, в реальности прошло не так уж много времени, пять, может, десять минут. И насколько безопасно это место?

Вот над чем размышлял Кир в то время, пока Санар поднялся на ноги и неспешно отряхивался.


'Санар! Кир! - неожиданно раздался в наушнике голос капитана Крейна, - надеюсь, вы нас слышите. Мы не можем вас найти. На маршруте вас нет, - капитан звучал очень обеспокоенно'.

- Кир, я...

- Шшш

Санар затих, стоя и бессмысленно моргая в темноте.


'Мы вас уже разыскиваем и только что вызвали вспомогательный отряд. Надеюсь, вы нас слышите - ваши радиоочки работают только в сторону приема. Запеленговать очки крайне трудно из-за специфики руды на Доругане. Пытаться найти выход самостоятельно крайне опасно и безнадежно, так что оставайтесь на месте. Ребята, - обратился капитан, словно смотря на них, - ведите себя очень тихо, попытайтесь не общаться, не оставайтесь на открытом пространстве, придерживайтесь стен и разломов, и ни в коем случае, повторяю, ни в коем случае, не углубляйтесь на нижние уровни'.


Голос затих, но Кир не знал, то ли радоваться, что их пропажу заметили и уже разыскивают, то ли расстраиваться, прикидывая, как глубоко они находятся.


Кир подошел вплотную к Санару и прошептал так тихо, как мог, на ухо.


- По радиоочкам сказали, что нас ищут. Разговаривать громко нельзя и нужно держаться ближе к стенам. Понял, - чуть тряхнул Кир друга за плечо, чтобы тот от страха пришел в себя.

Санар нервно кивнул, взглядом мечась по сторонам.

- На, - снял очки Кир и надел на Санара, - оглядись.

Тот, прозрев, стал судорожно вертеть головой и понемногу Кир услышал, что он стал медленнее дышать.

- Остаемся здесь? - спросил Санар, глядя на друга. Кир, смотря вниз, так как все равно ничего не было видно, ответил:

- Да, только давай, отойдем немного в сторону, - почти прошипел он.


Мальчики находились в каком-то просторном туннеле, а место, из которого они вылетели, и вовсе не было видно из-за вязкой темноты, смазывающей все вокруг.


Кир снова надел очки и, схватив Санара за предплечье, потянул к стене в поисках укрытия. Как назло, эта часть была довольно просторная и гладкая; Кир не спеша двинулся вдоль стены, стараясь ступать как можно тише, однако смысла в этом не было. Сбоку тащившийся Санар шаркал ногами, с осторожностью ступая в темноту, и водил рукой перед собой, так энергично, что чуть не выбил Киру глаз.

И тут Киру померещилось что-то. Он замер, остановился и Санар. Тут же, стараясь не допустить непоправимой ошибки, он поспешил закрыть Санару рот.


'Может, вода', - подумал Кир, только его привидение, кажется, скользнуло снизу вверх. Кир не шевелился, только отодвинул Санара за спину, ближе к стене.


Прошло несколько минут, и Кир решился пройти чуть вперед; далее проход немного сужался и резко загибался вправо. Кир и Санар услышали неприятное почмокивание. Здравый смысл подсказывал ему двигаться быстрее, только в обратном направлении, однако Кир не мог подавить желание узнать страшные тайны доруганцев.


Постепенно взгляду Кира открылось менее просторное помещение, со множеством отверстий, которые они уже видели наверху. Посередине расплывалось небольшое озерцо, куда стекали капли с уродливого потолочного отростка.

Вокруг озера рассыпались зеленоватые кучи.

Кир сделал еще пару шагов и ему снова показалось, что тень прошмыгнула и скрылась в одном из многих ходов, изрешетивших пещеру.

Рука Кира напряглась, таща Санара за собой, друг, казалось, не жаждал влипнуть в новую переделку.

Кир снял очки и отдал их Санару. Через минуту друг вернул ценность.

- Уйдем, - шепнул он.

- Там вода, - Санар понял.


Уже довольно много часов прошло с тех пор, как они отправились на Доруган и, признаться честно, уже хотелось и есть и пить.

Ребята условились выждать пару минут и убедиться, что вокруг пусто.


Спустя какое-то время Санар еще немного упирался, но все же двинулся следом за Киром к желанной воде. Подойдя ближе к пещерному озеру, Кир опустил в него кончик пальца и лизнул капельку. Вода была солоноватой, но в остальном казалась нормальной, даже свежей и приятной.

Кир подвел Санара к краю и положил его руку на край гигантской чаши. Он зачерпнул пару глотков, наклонившись над поверхностью.

Вода принесла силу и успокаивала. Кир умылся и обмыл порезы, которые отчаянно саднили; соль, растворенная в воде, немного жгла, но он знал, что так обезопасит себя от заражения, и скоро боль стихнет.

Опустившись вниз, к подножию озерца, Кир снял очки и протянул их Санару.


Кир сидел на холодном и влажном днище в абсолютной темноте и вспоминал, как еще утром хотел здесь оказаться, а теперь они с Санаром неизвестно где, и нет даже лучика света, от которого так отплевывался Кир на Герконе.


Кир почувствовал, как рядом сполз Санар, и в его колено уперлась рука. Кир нащупал очки и поспешил их одеть. Вокруг все было так же уныло и блекло. Бледные стены пещеры напоминали склизкие наросты, а сами ребята будто сидели в вонючем желудке ужасного чудища. Никто ничего не говорил; на душе было так же мрачно, как и вокруг.


Вдруг ребята услышали тихие хлюпы и низкие пищащие звуки, проникшие в их убежище. Сердце у Кира заколотилось быстрее, Санар в темноте схватился за ногу Кира - он тоже это слышал и по тому, как его пальцы впились в кожу, Кир понял, что другу было страшно.


Он начал торопливо оглядываться вокруг в поисках убежища, он был почти уверен, что нечто приближалось из туннеля, откуда они только что вышли.

Кир бесшумно вскочил и, оторвав руку Санара от своей ноги, дернул его вверх, потянув к одному из ближайших проходов.

У самого отверстия он замер и начал судорожно запоминать вид узкой пещеры на пару шагов вперед. Затем, сдернув с себя очки, он сунул их другу, а сам нырнул в углубление, стараясь ступать как можно тише и опираясь на стены, чтобы не поскользнуться на вязкой тине. Сделав около шести-семи шагов вглубь, Кир прижался к стене, молча ожидая Санара. Через секунду ему в грудь уперся сжатый кулак: Санар протягивал очки.


Звуки стали отчетливее и противно раздражали ухо, заставляя Кира корчиться время от времени. Кир, снова надев радиоочки, уставился в проход, где виднелась часть озера.


Прямо в открытой части, перед ним появилось огромная серая масса мускулов. Гладкая кожа существа слегка мерцала матовым блеском, а на могучей сгорбленной спине выступал острый костяной позвоночник.


Существо наклонилось к озеру и Кир увидел яйцеобразную голову доруганца. Чудище раскрыло зубастую пасть и длинным извивающимся языком начало зачерпывать воду.

В гроте стояла мертвая тишина, были слышны лишь капли срывающиеся с уродливой пасти доруганца обратно в бассейн.

Кир перевел взгляд на Санара. Тот стоял, вжавшись всем телом в мокрую твердь, и широко раскрытыми глазами смотрел на Кира.

Кир ощутил какое-то теплое чувство, которое возникло в нем, несмотря на оболочку нерушимого куба. Ему было жаль видеть Санара таким напуганным.


Тем временем доруганцы, утолив жажду стали тихонько посвистывать и попискивать, общаясь на своем непонятном языке.

Один из них сел на краю озерца и начал что-то ковырять между отростков на ногах, вероятно служивших ему чем-то вроде пальцев.

Кир с Санаром все так же стояли, вжавшись в стену, боясь пошевелиться. Судя по всему, доруганцы не торопились и о чем-то оживленно совещались. Их писки стали длиннее и напряжённее.

Тот, что ковырялся в ногах, вскочил и, размахивая руками, угрожающе тыкал когтистым пальцем себе в грудь, то грозил собеседнику, скрытому стеной прохода. Доруганец нервно расхаживал по гроту то появляясь, то исчезая из поля зрения.

Кир сосредоточенно следил за развитием событий, готовясь в любой момент бежать. Он уже мельком оценил днище пещеры, устланное мягкой, влажной растительностью, напомнил себе о скрытых дырах, которых следовало остерегаться и прикинул, как лучше тащить за собой Санара.


Доруганец стоял спиной к пещере и тяжело дышал, его невидимый товарищ молчал. Потом раздался один-единственный писк и громадина, тяжело вздохнув, повернулась к выходу из туннеля.

Сердце Кира радостно забилось, ему отчетливо показалось, что они собираются уйти. Чудище уже занесло ногу, собираясь оставить место водопоя; Кир уже расслабленно выдыхал.


- 'Апчхи!'

Эхо разлетелось вокруг.


Кир ошарашенно мотнулся к Санару, тот еще продолжал выдыхать, и тут же, поняв свою ошибку, резко развернул голову обратно к врагу. Сквозь узкий проем чудище уставилось прямо на Санара, втягивая хищными ноздрями воздух вокруг.


Монстр автоматически облизнул острые клыки и прищурился.


Кир не собирался дожидаться того, что случится после, и молнией рванулся вдоль пещеры, на ходу хватая Санара за руку.


- Ноги выше! - крикнул он другу, так как в тишине больше не было никакого смысла.


Кир несся вперед, едва выбирая дорогу, ему казалось, что невидимый преследователь уже тянется за ними, еще секунда, и они в лапах у чудищ, поэтому, видя каждый новый поворот пещеры, Кир стремительно менял ход движения, с силой утягивая Санара за собой, словно уворачиваясь от смертельной хватки преследователей.


Было удивительно, как друг еще не упал, но видимо, страх помогал видеть даже в темноте.


Туннель резко ушел вправо и даже Киру пришлось напрячься всем телом, чтобы взять поворот и не позволить Санару влипнуть в рваный косяк проема.


Кир рискнул кинуть беглый взгляд назад и пожалел об этом; доруганец сворачивал следом, он скользил в шаге от ребят, растянув хищный оскал; казалось, ему ничего не стоило схватить их, но он просто бежал.

Киру это очень не понравилось. 'Чего же он медлит?' - мелькнуло в голове, когда волнение захлестнуло Кира и он припустил быстрее.

Вес Санара стал ощутимее, и Киру приходилось буквально волочь его, да еще смотреть под ноги, избегая глянцево-мокрых голышей, которые в любой момент могли остановить погоню глупым падением.


Туннель неожиданно оборвался и Кир, таща за собой Санара, влетел в просторную комнату-пещеру; сделав еще пару шагов, он резко затормозил - перед ним из темноты возникла глухая стена.


Еще двигаясь по инерции, Кир начал резко разворачиваться, упираясь в плечо врезавшегося в него сзади Санара и занося друга вперед, так что тот с размаха плюхнулся о холодный камень стены, тихонько ойкнув и сползая вниз.

Развернувшись на сто восемьдесят градусов, Кир врос в землю, широко расставив ноги и тяжело дыша; перед ним оказался узкий проем хода, из которого они только что вынырнули, а позади тупик и друг потерявший сознание.


Можно слушать эту песню пока читаешь(для удобство - выбрать функцию беспрерывного воспроизведения)- Kasabian_Club foot http://www.audiopoisk.com/track/kasabian/mp3/club-foot/


Глава 19



Бейся!

Ноздри Кира широко раздувались, он пытался успокоить дыхание, колотящееся сердце отдавало глухими ударами в висках и мешало расслышать шум погони.


Никто не появлялся, и чернота проема мертвой удавкой глядела на добычу.

Кир судорожно приводил мысли в порядок, сфера спокойствия рухнула, когда Кир увидел гигантского доруганца, клацающего острыми клыками позади, да и гонка подточила силы.

'Где же помощь', - лихорадочно соображал Кир, ища выход из передряги. - 'И где же эти твари?' -быстро соображал он, не могли же они бросить добычу, когда она практически находилась у них в руках.

Ответ он получил незамедлительно.


Длинная когтистая лапа плавно появлялась из прохода. Костлявые пальцы легли на проем, и хищная морда выплыла из темноты.

Кир напрягся, когда тело монстра медленно заполнило собой проход.


- Кир? - послышался дрожащий голос приходящего в себя Санара, который вот уже около минуты сидел у стены прибитый крутым разворотом Кира и ужасом темноты.

Кир не решался оторвать глаз от монстра, тот, в свою очередь, бесшумно перешагнул порог и принялся озираться вокруг, не теряя из вида дичь.


- Все нормально, - ляпнул Кир. А что еще ему оставалось сказать, когда они погребены в могиле, в кромешной тьме, и второе чудище только что всунуло уродливую морду в пещеру, с интересом принюхиваясь.

Второй доруганец был немногим меньше чем первый, увидев жертв, он остановился справа от собрата и плотоядно облизнул торчащие клыки, издав мерзкое причмокивание. Санар не мог этого не слышать.


- Что происходит? - сдавленно выдавил друг.


Доруганцы чуть двинули морды и уставились на Санара за спиной у Кира.

Большая тварь с аппетитом зашипела и сделала чуть заметный шаг вперед, вероятно, жертвы были поделены.


Сердце билось глухо и Кир глубоко втягивал воздух. Перед ним были два огромных зверя, ряды острых клыков и горы мышц. Убежать не было ни малейшей надежды.

Кир понял, почему звери не торопились: вероятно, они прекрасно разбирались в устройстве пещер и понимали, что ребята сами себя похоронят, застряв в одном из глухих тупиков.

У них не было шансов, и сейчас они должны пойти на корм этим тварям, и вряд ли их кости хоть когда-нибудь будут найдены.


- Кир, - еле слышно прошептал Санар. Его голос был полон ужаса и отчаяния.


Сейчас Кир чувствовал ни страх, ни тревогу - в нем закипал гнев. Гнев на учителей, которые их сюда притащили, зная, что есть риск, на Санара, который не мог одеться нормально, на доруганцев, за то, что кровожадные сволочи собираются их съесть, но больше всего Кир был зол на себя.

Он фризиец, он обладает силой, о которой многие мечтают, и что? Вот он стоит перед двумя обычными хищниками и не в состоянии защитить ни себя ни друга.

'Ничтожество!', - звоном пощечины, раздалось в голове. Что сказал бы дедушка, как посмотрели бы собратья и чем страшнее эти уроды волков или стаи нападающих монстров.


- Напомни мне, как видят доруганцы? - серьезно спросил Кир.

Санар медлил, но заикающимся голосом все же ответил.

- И-издают ультразвуковые волны и получают картинку.

- То есть, чувствительны к звуку, - подытожил для себя Кир.

- Да, - подтвердил Санар.

- Тогда на счет три - кричи, что есть сил. Понял?

Санар молчал.

- Ты понял? - сердился Кир, сосредоточившись на хищниках и боясь пропустить малейшее движение, которое может стоить им обоим жизни.

- Да, - выдохнул Санар.

Монстры, казалось, решили больше не медлить и, чуть припав к земле, одновременно двинулись на ребят.

- Раз, - начал Кир, - два,.. три!


Санар кричал, что было сил, голова Кира, готова была разлететься на мелкие кусочки, но он не терял времени. Сконцентрировав силу в пучок, Кир подскочил к зверю и со всего маха зарядил ему в челюсть.

Тварь взвизгнула и начала размахивать когтистыми лапами, пытаясь сцапать Кира, однако, абсолютно потерявшись в пространстве и воя от раздирающего крика, лишь споткнулась и рухнула, ударившись о стену пещеры.


Второе чудище, держась одной рукой за голову, а другую, выставив вперед, продвигалось к друзьям.

Кир схватил доруганца за вытянутую руку и со всего маха зарядил ему ногой в живот. Тот лишь пискнул и упал на колени. Кир не собирался жалеть того, кто только что хотел ими полакомиться и, сцепив руки, высоко подпрыгнул, всем телом оторвавшись от земли и обрушиваясь на спину монстра, выставив локоть вперед и работая им как тараном.

Доруганец окончательно рухнул на землю, потеряв сознание.


Крик стих, хотя все еще эхом раздавался в сознание Кира.

- Хватит? - рискнул спросить Санар.

- Да уж, предостаточно, - усмехнувшись, ответил Кир.

- Что с ними?

- Без сознания.


'Внимание Кир, Санар, - раздалось в радионаушнике, - нам удалось зафиксировать сильную звуковую волну в недрах храма. Доруганцы уверяют, что она - источник человеческого голоса. Если это вы - оставайтесь на месте, мы уже идем!'

- Только что передали! - воскликнул Кир.

- Что? Что там? - Санар в нетерпении поднялся, и Кир подошел к нему вплотную.

- Они слышали нас и уже на подходе!

- Отлично! - обрадовался Санар. Кир чувствовал, как другу не терпелось покинуть это место и тут... раздался мерзкий писк.


Кир резко обернулся и увидел, как кто-то заползает в пещеру, и это не был спасательный отряд.


Санар сжал плечо Кира.

- Похоже, мы привлекли не только помощь.


За первой тварью последовала вторая. 'Черт!' - выругался Кир.

- Стой тут и ни шагу, - скомандовал Кир.

- Я помогу, - с надеждой спросил Санар у темноты.

- Нет, - резко оборвал Кир. - Без очков ты бесполезен.


Кир видел сквозь электронные линзы, как поник Санар, но сейчас было не до этого. Твари, разобравшись в чем дело, злобно запищали и надвинулись на ребят.

Санар не мог видеть, как Кир загородил его собой и так же хищно двинулся на монстров. Он был сыт по горло сегодняшним марафоном, и ему ужасно хотелось расквасить чью-либо физиономию, ну или морду на худой конец. Сейчас он расскажет им о правилах хорошего тона и как нужно вести себя с гостями, чтобы гости не обиделись.


Кир схватил камень с земли и, утяжелив его энергией, швырнул чудовищу прямо в голову. Удар получился настолько мощным, что голова доруганца запрокинулась, и тело повело в сторону, желтые брызги разлетелись вокруг.

В это время, набрав разбег, Кир наступил на валун у стены и, сделав два шага по вертикальной поверхности пещеры, зарядил второму с ноги туда, где у людей располагается ухо. Тварь перекувыркнулась в воздухе и отлетела к противоположной стене.


Тем временем разозленный зверь с разбитой мордой прыгнул на только что приземлившегося Кира и повалил его на землю, придавив к холодной каменной поверхности всем своим телом.


У Кира сперло дыхание и ему пришлось напрячься, чтобы втянуть достаточно воздуха; как только в мускулы поступил кислород, он напряг спину, поднимая ноги и обхватывая тварь сзади за шею в удушающий захват, благо этот экземпляр был не велик ростом, и Кир дотянулся до шеи, передавив атакующему горло.

Скинув с себя врага, он впрыгнул в низкую стойку, опираясь правым коленом и противоположным кулаком оземь. Как раз вовремя, чтобы заметить, как один из первых доруганцев тянется своей лапой к Санару, который в ужасе оглядывался вокруг, реагируя на глухие удары и вопли.


Сжав зубы от злости, Кир разбежался и, используя другого поднимающегося доруганца как трамплин, всем весом обрушился на первого, увеличив вес энергией в пять раз. Что-то звонко хрустнуло, и тело зверя обмякло

Санар вздрогнул, услышав странный шум в шаге от себя.

- Все нормально, - прошептал Кир Санару почти в ухо, скатившись с обмякшего тела побежденного монстра.


Киру показалось, что он слышит, как бьется о ребра сердце Санара, или это было его собственное. Он тяжело дышал, голова пульсировала от удара о землю, и он чувствовал, как его мышцы хотят обмякнуть, поддавшись отсутствию энергии; но было еще слишком рано и Кир усилием воли сконцентрировался, держа тело в боевой готовности. И не зря.


Одно из чудищ, внушительных размеров, поднималось ему навстречу.

Доруганец тяжело хрипел и шевелил когтистыми пальцами; он был в ярости - как такой малявке удалось побить и изувечить стольких доруганцев.

Кир спокойно смотрел на тварь сквозь суженные глаза; с челки упала капелька пота, Кир дернулся и за два шага оказался перед доруганцем. Он намеревался подсечкой сбить того с ног, но доруганец оказался быстрее, разгадав ход противника. Он молниеносно наклонился и схватил уходившего вниз на подсечку Кира за горло.

Кира парализовало на долю секунды, и противник вздернул его вверх, заставив трепыхаться, как тряпичную куклу.

Он победно зашипел и поднял вторую лапищу, полностью закрывая лицо Кира.


Кир понял, что еще мгновение, и ему свернут шею.


'Сейчас, разбежался!', - гнев вспыхнул в Кире с двойной силой, и он сделал единственное, что мог в такой ситуации - впился в палец противника всеми тридцатью двумя зубами.

Доруганец отчаянно взвыл и разжал хватку, стряхивая руку, только Кир не разжал зубов, а так и повис, словно пес, на пальце у монстра. Чудище взвыло и что есть силы тряхнуло рукой, Кир оторвался и полетел в стену, где со всего маха ударился головой о камень.


Все вокруг кружилось, и картина перед глазами расплывалась. Доруганец отчаянно пищал, хватаясь за руку. Кир почувствовал что-то во рту и автоматически сплюнул, откушенный палец полетел в сторону.


Кир полусидел у прохода, его отчаянно шатало и он был готов потерять сознание. И тут он заметил, как в пещеру забирается еще одно чудище.

Кир был на грани обморока и отчаянно зарычал, хватая зверя за ногу.

- Кир!

Кир на секунду пришел в себя, он знал этот голос и он не был из радиоочков.

- Капитан, - прошептал Кир и отключился.


'Внимание, включите гравитационные ремни!'

Кир поморщился. Нет, этого он точно делать не станет, он так устал и не хотел лишний раз делать вздох, а уж тем более шевелить конечностями. Он тяжело вздохнул.

- Кир? - послышался рядом голос друга.

Кир набрал в легкие немного воздуха и вопросительно промычал, не открывая глаз.

- Ты пришел в себя, - радостно, но все так же шепотом, проговорил друг. - Мы взлетаем и через несколько часов будем в академии.

Кир наконец-то пришел в себя и перед ним вихрем пронеслись события последних часов. Он нехотя приоткрыл опухшие глаза и посмотрел на Санара, тот навис над ним и радужно улыбался.

- Че лыбишься, мы чуть не померли, - хрипло пробурчал он.

Улыбка тут же пропала.

- Извини.

Кир снова расстроился непонятно чему.

- Ладно, - буркнул он, - что там случилось дальше? - сознание возвращалось быстро и Кир никак не мог вспомнить, как снова оказался на Марафоне.

- Откуда не возьмись возник капитан Крейн, - оживленно затараторил Санар, - с отрядом вооруженных доруганцев и спас нас, - он на секунду заколебался. - Вернее он вывел нас потому, что спасать нас было особо не от кого, - Санар благоговейно затих.

- Да уж парень, - раздался с лева голос капитана, - потрудись-ка мне все объяснить, что там произошло? Похоже битва была почти окончена, когда мы вошли.

Кир чуть развернул голову и увидел, что они втроем сидят на последнем пустующем ряду челнока, остальные студенты находились впереди на расстоянии нескольких метров. Капитан испытывающее глядел на Кира.

- Все доруганцы отправились в местную лечебницу, один в особенно тяжелом состоянии. Врачи не уверенны, что он полностью поправиться.

- Сами виноваты, - угрюмо, бросил Кир.

- Так что же случилось, - не менял темы Крейн.

Кир понял, что ему не удастся промолчать, но и открывать правду ему не хотелось, ведь знания принадлежат его народу, исключение он сделал лишь для Санара. Кир не видел другого выхода.

- А что они говорят?

- Доруганцы? - уточнил капитан.

Кир кивнул.

- Ничего членораздельного, - не отрывая взгляда от Кира, рассказывал капитан.

- Разрыв в интеллектуальных способностях их вида просто огромен. Те пласты населения, что обитают в подземельях все еще чтут древних богов и бояться летательных аппаратов, считая их чужеземными монстрами. Многие никогда не обучались и выражают свои эмоции при помощи знаков и междометий. Как и тысячелетия назад, они сильны, агрессивны и кровожадны, практически животные.

- Как же мы собираемся с ними сотрудничать? - спросил Санар.

- Интеллектуально развитые доруганцы обитают над землей. Как бы это проще объяснить, все они один народ, но находятся на разных этапах эволюции.

- И они уживаются? - поинтересовался Кир, довольный, что разговор сам собой уходит от щекотливой темы.

- Еще как. Подземные доруганцы доставляют наверх полезные ископаемые, что еще остались в недрах планеты, надземные же снабжают их продовольствием и предметами элементарного быта, будь то ножи или постилки. Но мы снова отдаляемся от темы, - и капитан снова внимательно посмотрел на Кира.

Что ж выбора не было.

- Они загнали нас в угол и начали делить, - начал Кир, - видимо им это никак не удавалось и они сцепились между собой.

Кир не поднимал глаз, ему было стыдно врать капитану, тем более, что тот ему нравился, но ничего другого он не придумал.

- То есть они сами покалечили друг друга.

'Угу', - согласился Кир, пялясь на подлокотник опущенного кресла, где его разместили в полу лежачем состоянии.

- Ясно, - ничего не выражающим тоном согласился капитан. - А с тобой что случилось?

Кир непонимающе посмотрел на Крейна, а после на Санара. У друга было виноватое выражение лица, словно его поймали за руку за какую-то провинность. Санар потянулся к своему рюкзаку и начал старательно искать что-то. Через полминуты он вытянул небольшой круглый предмет и протянул его другу.

Кир, напрягая мышцы, взял зеркало и поднес к лицу.

'Вот влип!' - он отчаянно старался сохранить невозмутимое выражение лица, но не знал, насколько ему это удалось.

Лицо Кира представлял собой весьма живописное зрелище. Подбитый отекший глаз, рассеченная бровь через весь лоб, разбитая губа и засохшая кровь из носа, кажется не хватало части челки.

- Ну, что ты на это скажешь? - Киру показалось, что в голосе капитана промелькнули веселые нотки.

'Да уж, действительно, что?'

- Мои очки сломались и я все время бежал в темноте натыкаясь на стены пещеры, - все так же не глядя в глаза продолжал врать Кир, - рядом сидевший Санар заерзал.

- Странно, а вот Санар утверждает, что это он все время находился в темноте и поэтому, отказался нам что - либо рассказывать, утверждая, что абсолютно ничего не видел. Да и очки были на тебе, когда мы вас нашли.

Капитан смотрел на Кира, словно видел его насквозь и спрашивал - 'Ну, а на это ты что скажешь?'

- Мы иногда менялись очками, но видно было все равно плохо... а в пещере, как только мы там очутились, Санар передавал мне очки, но в суматохе я их выронил...и долго искал. Должно быть я их нашел, когда уже все кончилось, - закончил Кир.

Он посмотрел на Санара, тот покраснел и кивнул в подтверждение версии друга, какими бы белыми нитками она не была шита.

- Да уж, вам невероятно повезло, что остались живы. А как вы отстали он колонны?

Здесь занервничал Санар и вжавшись в кресло, приготовился к экзекуции.

- Во время остановки, мы облокотились на стену и провалились в скрытую расщелину, - удачно нашелся Кир.

- Да так тихо, что этого не заметил никто. После остановки, колонна подтянулась не более чем на десять метров, от того места где я вас оставил.

Кир автоматически пожал плечами и каждая клеточка отозвалась болью.

- Ладно, поскольку мы мне все равно вряд ли еще, что-нибудь скажите, остановимся на этой версии, тем более, что сами доруганцы пришли к точно такому же заключению. Да и что еще могло произойти, - словно размышляя вслух, говорил капитан, - не побил же ты их всех, - улыбаясь, словно шутке, заключил капитан и откинулся на сидение, оставляя ребят в покое.

Кир был рад, что разговор был окончен.


Вернувшись в академию, первокурсники тут же стали объектами всеобщего внимания.

Как вести разнеслись так быстро, оставалось только догадываться, списывая все на бьющую через край юношескую энергию и невероятное любопытство.


Санару вот уже который раз приходилось отгонять назойливого, то есть заботливого посетителя, пришедшего справиться о том, как у них дела.

- Отвали, говорю! - доносилось из коридорчика до ушей Кира.

- Чуть не съели нас, понял! - хлопал дверью рассерженный Санар. - Вот идиоты, - вернулся он в комнату и гневно плюхнулся на кровать.

Кир без особого любопытства вот уже несколько минут разглядывал потолок.

- Разбудили?

- Угу.


Казалось, Санар что-то хочет сказать или спросить, но никак не решается.


Кир краешком глаза наблюдал за другом, удивительно, но на нем не было ни царапины. Кира это порадовало, но тут же на ум пришла собственная безобразная физиономия.

'Черт!' - снова понеслись глухие проклятия. А ведь был ничего, даже считал себя красавчиком, сокрушался Кир.


- Ну? - первым не выдержал Кир.

Санар сел ближе на краюшек кровати.

- Кир, - начал друг, - не подумай, будто я тебе не верю, - Санар снова запнулся, - но они действительно подрались между собой?

Лицо Кира окаменело и он повернув голову, непонимающе уставился на друга.

- Просто, когда капитан дал мне в пещере очки, эти чудища, - сглотнув, выдавил друг, - выглядели, словно после мясорубки.

- И?

- Ну и ты выглядел точно так же, - решился Санар, - а может и хуже.

- И? - не унимался Кир.

- Что и?

- И что ты решил, увидев все? - с раздирающим любопытством спросил Кир.

- Ну, наверное, как ты и сказал - они перегрызлись сами.

- А я под ноги попался и меня затоптали, так что ли? - сердился Кир.

- Больно было, должно быть, - тут же поспешил посочувствовать Санар.

- Ну, ты и идиот! - не выдержал Кир.

- Зачем обзываешься? - надулся Санар и отодвинулся вглубь кровати, подтянув колени.


- Я шкуру твою спас, а ты... - не закончил рассерженный Кир, пришла его очередь надуться и он уставился в потолок.

- То есть это ты их всех побил? - не веря такому, переспросил Санар.

- Конечно, я проучил эту мелюзгу! Тоже мне, доруганцы какие-то! - Кир хотел и вовсе отвернуться к стене, но сломанное ребро помешало.

- Ух ты! - с восхищением отозвался Санар.


Киру это польстило и он тут же простил друга за сомнения в его силе.


- Каждый был втрое, а то и вчетверо больше тебя!

- Тупые кочки, - с пренебрежением бросил Кир. Он был очень доволен собой.

- Ну, а детали? - тут же потребовал Санар.


Кира не нужно было просить дважды, он тут же стал рассказывать Санару, как самый большой набросился на него, и он легким движением руки сломал ему плечо, а дальше...


Так они и провели остаток вечера, обсуждая удивительное и пугающее приключение.

Кир уже разделывался с пятым, когда Санар аккуратно напомнил ему, что их было всего четверо, но Кир отмахнулся от этой ненужной подробности, мешающей красоте сюжета, и продолжал заламывать ногу пятого доруганца.

- Кстати, - спросил Кир, опомнившись от рассказа, - а почему ты ботинки сразу не одел?


Санар насупился и его щеки слегка порозовели.


- Ты тоже не одел, - пробурчал он. - Думал, что тоже не замерзну.

'А-а-а', - только и отреагировал друг, понимая, что Санар не хотел быть слабее Кира.


В конце концов, по общему мнению было решено, что экскурсия могла оказаться куда скучнее.


Глава 20



Бассейн


Учеба вытеснила все остальные треволнения и заботы из жизни ребят.


Несмотря на то, что весна была в разгаре, это означало для Прайма палящее солнце и ожившую мелкую живность, снующую повсюду в поисках пищи и обустройстве удобных норок и гнездышек для будущих поколений; ребята же были возбуждены приближающимися экзаменами и испытанием.

Общее волнение подогревал тот факт, что по окончанию занятий те, кто не наберет минимальное количество баллов, которое кстати говоря, было довольно высоким, чтобы называть его минимальным - сто двадцать баллов, будут вынуждены отправиться домой. Жестоко? Однако - слабейшие должны быть отсеяны в первый год обучения.


Прайм был опорой как духовного, так и физического наследия молодой Империи. Лучшие из лучших оканчивали школу и представляли собой элиту, позже пополнявшую ряды верхней прослойки общества.

Как правило, все выпускники Прайма после окончания обучения переходили на военную службу, после чего выбирали свой жизненный путь, будь то военное командование, политика, торговый союз, освоение новых территорий. И неизменно каждый раз, занимая ту или иную должность, ученик Прайма представлял родное ему государство, тем самым возвышая его в ту или иную эпоху. Так в свое время произошло возвышение таких государств, как Имрах, Косбейр и Зарик. Благодаря сильным правителям прошлого, эти государства имели сильнейший политический вес, подкрепляемый обширными территориями и прочными торговыми сообщениями, гарантировавшими жителям государств процветание и прогресс.


Все это знал каждый мальчуган, обитавший в стенах Прайма, и осознание долга огромным грузом ложилось на плечи ребят. Но такова жизнь, с малых лет их готовили к чести обучения в Прайме. Гордость родного народа должна быть оправдана. Многие из претендентов на имперский трон, были заранее готовы к сценарию обучения в стенах академии.


Ребята сидели в одном из отсеков библиотеки, которая в последнее время стал им родной. Да и не только им. Все курсы в той или иной мере все больше времени проводили в 'сосредоточии знаний', но первый курс, несомненно, давал всем фору.


Библиотека напоминала муравейник. Студенты постоянно что-то перечитывали, искали высоко на стеллажах потрепанные корешки гениев человеческой мысли, хотя то же самое имелось в электронной версии; стучали по клавиатурам и хмурились на голографические экраны, временами издавая задумчивое - угу и пальцы начинали порхать по ряду визуальных кнопочек еще быстрей, или же счастливчик срывался с места и уносился куда-то в глубины книжных стеллажей, просветленный неожиданным знанием.

Напряжение перемешивалось с радостным возбуждением наконец-то проявить себя в предстоящем испытании. Однако не всех в той же мере готовили нести почетное звание ученика Прайма.


- Все, не хочу, - Кир небрежно захлопнул тяжелый фолиант и, закрыв глаза, откинулся на спинку кресла. Перед глазами мерцали мелкие точки.

Санар оторвался от тетрадки и задумчиво покрутил в руках линейку.

- Да уж. Того и гляди, крыша поедет.

- Смотри, еще немного, и Раймах лопнет от счастья, - дернул подбородком Кир в сторону товарища, макушка которого, виднелась из-за иллюзорного мерцающего экрана.

Раймах, располагавшийся за соседним столом, непонимающе оторвался от голограммы и в течение мгновения концентрировался на окружающей его реальности.

- Вы не понимаете. Это потрясающе! Конвергентная составляющая магнитного поля усиливается от... - возбужденно затараторил юноша.

- Верим, верим, - поднимая обе руки, словно защищаясь, Кир, пытаясь придать голосу одухотворенное понимание происходящего. - Кругом одни чудики, - шепотом, но с теплотой пробурчал Кир на ухо другу.

- Я бы все равно поступал, как только мне исполнилось четырнадцать, - задумчиво сказал Санар. - Родители грезили о том, как я стану почетным выпускником академии и займу место отца на троне, - уже печальнее добавил друг.


Киру казалось, что Санар не очень-то рад возложенной на него ответственности, но вслух тот никогда не жаловался. Лишь выражение лица и грусть, сквозившая в голосе, говорили об истинном положении дел.


- А что бы ты делал, если бы у тебя была возможность заниматься, чем хочешь? - поинтересовался Кир.

Санар застенчиво опустил глаза и его щеки немного порозовели.

- Не знаю. Иногда мне кажется, что я бы путешествовал по бесконечной вселенной в поисках приключений, а иногда представляю, как построил бы домик в глуши Мириона и жил вдали от человеческих глаз... был бы самим собой.

Ни одна из этих перспектив не связывалась в сознании Кира с предопределением принца голубых кровей.

- А кем ты хотел стать, пока мы не очутились здесь? - спросил Санар.


Кир задумался. Конечно, он не раз исследовал космос и сражался с невиданными чудищами на просторах своего воображения. И даже иногда становился вельможей, искусно разбирающимся в политике, впрочем, укоренившаяся брезгливость к знатному сословию препятствовала интересным событиям даже в сознание Кира.

Иногда он примеривал на себя роль героя космических сражений и капитана Альфы. Но какая судьба ждала его в реальности?


- Не знаю. Может, вернулся бы на Фризию и жил отшельником. Стал бы охотиться и ставить капканы, - без особого энтузиазма поделился Кир.

- А почему отшельником?

Кир помедлил, горестное воспоминание заставило его сглотнуть.

- Мама поссорилась с дедушкой и мы улетели на Альфу. Думаю, больше нас там не ждут.


Правда была мягко сказать, приукрашена. Ему тогда было пять, но он наверное никогда не забудет тот скандал, когда мать сцепилась с дедом...


...Они кричали друг на друга. Дед злился, а мама, казалось, потеряла рассудок от ярости. Но она его защищала. От кого или чего, Кир помнил плохо.

Дед тогда вышел в ночь и не возвращался. Рано утром мать собрала перепуганного до смерти ребенка, сложила самое необходимое в мешок с перевязью через плечо и на упряжке догонов умчалась в сторону взлетной площадки.

В тот день маленький Кир впервые увидел черную пустоту вселенной и уменьшающийся бело-голубой шарик родного дома...


Остальные события были еще непонятнее для маленького Кира. Они с мамой прибыли на огромный космический корабль.

Повсюду было много незнакомых людей, которые сновали туда-сюда, казалось, они были повсюду, и Киру было очень не по себе, он бы даже сказал, страшновато, но ведь фризийцам неведом страх.


Сначала их отвели в просторное стеклянное помещение, все вокруг было серым и прозрачным, как будто изо льда.

Кир провел рукой по стеклу, оно было лишь немного прохладным. Мама подвела его к первому сидению в длинном ряду одинаковых кресел.

- Кир, солнышко мое, тебе придется посидеть здесь и подождать меня, - мягко сказала мама.

- Можно я пойду с тобой, - попросил Кир, хватаясь за мамину руку.

- Нет, родной. Тебе нужно остаться здесь. Совсем ненадолго, - поспешила заверить она, видя, как плаксиво наморщился лоб Кира.

- Ну, мам, - пробовал упросить он.

- Нет, Кир. Нельзя, - твердо сказала Иона. - Я вернусь через некоторое время. Ты же мне веришь? - она внимательно посмотрела сыну в глаза. Тот, надув щечки, расстроенно кивнул.

- Вот и умница, - улыбнулась она. - Садись на кресло и жди меня.

- А куда ты?

- Мне нужно встретиться с Императором.


Кир наморщился. Он помнил, что ему об этом рассказывали друзья деда, часто заходившие к ним в вечерние часы; будто есть самый главный человек, который стережет мир в Галактике, и нет никого сильнее его на свете. Он тогда еще спросил у мамы шепотом, - 'Ты же сказала, что я могу быть самым сильным?' - мама погладила его по голове и сказала, крепко обнимая, - 'Можешь'.


- Я скоро вернусь, - с этими словами она развернулась и направилась к выходу, позволяя Киру смотреть ей вслед.

Оставшись один, Кир слез с сиденья и направился в сторону огромного окна цвета ночи. Подойдя вплотную, он прильнул к стеклу и заглянул во Вселенную. Тысячи искр мерцали для него, так же как и дома на Фризии. Только он думал, что это какая-то другая ночь - вечная. Теперь они с мамой где-то посередине ночи, и они не стоят, а медленно плывут куда-то.

Кир не хотел двигаться, ему казалось, что время остановилось, и он остановился с ним. Так они и остались в этом странном месте.


Позже, когда Кир просился на Фризию, мама сказала что им туда больше нельзя. Так что, Кир если и планировал жить на родной планете, то уж точно подальше от ее наиболее обжитых территорий. Благо, это было несложно, из-за сурового климата планета была мало заселена...


- Ну, или бы ушел наемным солдатом, - ровным тоном произнес Кир, вынырнув из воспоминаний.


Санар промолчал. Наемными солдатами уходили те, кому больше нечего было ждать от жизни, и кого с ней мало что связывало. Как правило, большинство из новобранцев погибали в первый год службы.


Тишина задевала самолюбие Кира.

- По крайней мере лучше, чем уборщик на Альфе, - не выдержал гордый мальчуган.

Как признаться, что будущее представало перед ним расплывчатым грязным пятном, когда окружавшие его ребята чуть ли не с пеленок шли по пути своего долга и предназначения. А если предназначения не было, что тогда? Не было и все...

- И вообще, давай заниматься, экзамены скоро, - пробурчал раздосадованный Кир и уткнулся в книжку.


Санар не стал приставать к другу с утешениями и лишь произнес.

- Ну, теперь у тебя есть цель. Стать Императором не такое уж плохое предназначение, - подбодрил друг.

Так-то оно так, - 'Я стану Императором и правителем всея Галактики', - у Кира совсем не было уверенности, что ему этого хотелось. Вслух он не произнес ни слова.


В этот момент слева хлопнула дверь в библиотеку. Лайс замер на пороге, ищаи взглядом кого-то. Увидев Кира и Санара, он пружинящей походкой направился к ним.


- Эй, детвора, чем занимаетесь? - нетерпение сквозило за его наигранной беспечностью, глаза бегали по сновавшим студентам.

- Не видишь - занимаемся, - грубо сказал Кир, слегка раздосадованный разговором накануне.

- Эй, повежливей, мелюзга, - осадил его Лайс. - А то уйду.

- Ну и иди, - передразнил Кир.

- Э, да вы, похоже, совсем за учебниками отупели. Он подсел к Санару и шепотом добавил:

- Шли бы вы лучше в бассейн.

- В бассейн? - В голос спросил Санар.

- Да тише ты, чего орешь. В бассейн, - Лайс, испытывающее, смотрел на ребят.

- Что-то не хочется, - пробубнил Кир. Плавание не входило в число популярных видов спорта на Фризии, если жить не надоело. Поэтому, как подавляющее большинство фризийцев, Кир не умел плавать.


Санар же другое дело. На Мирионе две третьих суши занимает океан, так что он плавал и нырял как рыба. Однако, к счастью Кира, никогда не тащил его в бассейн и предпочитал бег.

- Хочется, не хочется, а надо... или хотите с позором вернуться домой? - пароль прозвучал.

- Ты что-то знаешь? - встрепенулся Кир.

- Выкладывай, - с другой стороны отрезал путь к отступлению Санар.


- Эй, эй, спокойней, - сползая со стула, а заодно выбираясь из осады, отпирался Лайс, - Ничего я не знаю, просто кончали бы вы с наукой. Экзамены уже меньше чем через две недели - или вы готовы, или нет. А бассейн - то, что доктор прописал. Расслабитесь, ну и заодно потренируетесь, - Лайс еле заметно подмигнул и добавил, - вдруг все-таки пригодится. Довольно хмыкнув, он развернулся и расслабленной походкой двинулся к двери.


- Значит, нам предстоит плыть, - задумчиво произнес Кир.

- Ну, не самое страшное, - беспечно заметил Санар и от того, как на него посмотрел Кир, вдруг смешался.

- Ты быстро научишься, это не сложно, - поспешил добавить он. 'Надеюсь', - про себя подумал Кир, а вслух сказал:

- Ну, раз ты у нас такой знаток, то сегодня ночью проберемся в бассейн, и ты меня научишь.

- Угу, - только и отреагировал друг.


Для водных процедур было решено выбрать ночное время, дабы избежать ненужного внимания со стороны других студентов.


Кир уже давно разучился краснеть за то, что чего-то не умеет, но не хотел, что бы его что-либо отвлекало от покорения новой стихии, да и по мнению Санара, лучше было выбрать ночное время суток.


Ребята тихо прокрались в бассейн на седьмом этаже.


Кир, в одних шортах, с полотенцем через плечо, подошел к бортику и посмотрел в воду. Огромная водная масса отразила его расплывчатое очертание.

- Как ты думаешь, здесь глубоко, - без особого желания знать правду осведомился Кир.

- Два с половиной метра, - ровным тоном ответил Санар.

- Глубоко, - заметил Кир. Ему явно не доставляло это удовольствие.


Санар непроизвольно хмыкнул. На его родной планете каждый с пеленок умел плавать, при этом глубина никогда не являлась причиной волнения. Два метра или двести - какая разница, если ты чувствуешь себя в воде уверенней, чем некоторые естественные обитатели необъятной шири океана.


- Ладно, - безнадежно вздохнул Кир, - давай, покажи мне, как это делается.

- Ты ни разу не видел? - с недоверием и легким беспокойством спросил Санар.

- Конечно видел, дубина, - раздраженно отреагировал Кир, - мы же смотрели соревнования пловцов в начале года.

- А ну да, точно. Тем лучше, - тихо сказал друг, но Кир его все-таки расслышал.

- Что лучше? И где шорты? Ты же не в этом собираешься нырять? - недовольство Кира росло, ему все это ни капельки не нравилось и особенно то, что он нервничал. 'Надо с этим заканчивать'.


Санар думал о том же. На нем были спортивные штаны и жилетка, и он совсем не намеревался переодеваться, тем более перед Киром. Он приблизился к другу, сдернул полотенце с его плеча.

- Эй, ты чего, - поведение друга настораживало Кира и он непонимающе развел руки. Санар посмотрел прямо ему в глаза и спокойно, с расстановкой, сказал:

- Главное не паникуй... и не переставай грести.


- Что за... - Кир не успел закончить предложение.


Санар резко, обеими руками толкнул его что было сил в воду.

Кир задохнулся на мгновение и только и успел, что вовремя закрыть рот.

Он тяжело упал в воду, и окружающий мир полностью поменял свои очертания. Все было глухо и неспешно, а потом вода сама начала выталкивать его на поверхность.

Как только он почувствовал воздух, он резко вздернул голову и вдохнул. Глаза резко раскрылись, но вода размывала очертания предметов. Он смутно видел Санара стоявшего на коленях у бортика и что-то кричавшего... из ушей вытекла вода.


- Греби, греби, не переставай! - громко и отчетливо повторял Санар. В его голосе слышались нотки беспокойства, но не более того.

'Псих, я же тону!', - с этой мыслью Кир не переставал усиленно бить конечностями об воду, чтобы не уйти на дно. Но ему казалось, что сил его не хватит. Паника затопила его сознание.


- Приди в себя. Успокойся! - крикнул нервничавший Санар.

'Да, да, успокоиться'. Кир на мгновение прикрыл глаза, единым вдохом разбил наполняющую его панику, и в ту же секунду мир перестал волнами накрывать его, а превратился в спокойную гладь, плывущую за прозрачно-белой стеной.


- Поочередно работай руками, - также глубоко выдохнул Санар, увидев, что друг перестал паниковать. - Одной, другой, одной, другой, - громко и четко не переставал повторять тот.


Кир подчинился и, несмотря на усталость, тяжело продолжал перебирать руками. Ноги, как не удивительно, тоже вошли в какой-то свой поочередный ритм. Кир продолжал грести и, ударившись рукой о что-то внезапно возникшее перед ним, резко дернулся и схватился за свое горе-препятствие. Это оказался бортик, с которого минуту назад его столкнул Санар. Последний был там же и с мольбой на лице заглядывал ему в глаза, ища прощения.

Кир повис на бортике и тяжело дышал, уткнувшись полуприкрытым взглядом в стенку бассейна бледно-голубого цвета.


- Отойди, - устало произнес Кир.

Санар посторонился, все так же не произнося ни слова.


Кир собрал немного сил и рывком поднялся из воды. Сев на бортик он тут же откинулся назад и начал тяжело втягивать воздух носом, пытаясь выровнять дыхание. Так прошла пара минут, сознание окончательно вернулось к Киру, позволяя ему трезво мыслить. Однако он не спешил вставать или вступать в разговор. Он смутно догадывался, что это, вероятно, какой-то способ научить его плавать.

Только он ему совсем не понравился.


- Мог бы предупредить, - негромко, но без явной обиды в голосе произнес Кир.

- И ты бы согласился, - аккуратно поинтересовался Санар.

Кир хмыкнул, открыл глаза и повернулся к Санару. Тот с теплотой смотрел на друга.

- Я с тобой еще поквитаюсь, мирионец, - с легким вызовом бросил Кир, подавляя желание придушить тоненькую шейку.

- Посмотрим, - лицо друга расслабилось. - Завтра придем снова, - тоном не терпящим возражений, произнес ободренный Санар. - Если ты вылетишь из школы, у меня не будет возможности показать кто на что способен.


С того момента Кир с Санаром практически каждую ночь прокрадывались в бассейн, чтобы Кир мог потренироваться.

Кир стал плавать уверенно и спокойно. Санар объяснил другу, как нырять и избегать препятствий даже на глубине. Киру даже понравилось.

Вода казалось, поглощала его и делала легче, каждый его мускул начинал работать в едином ритме целого, и это доставляло невероятное удовольствие. Сила переполняла его и не отпускала.

Однако жизнь текла своим чередом; ребята не бросали бег по вечерам и продолжали готовиться к экзаменам.

В апрельском рейтинге они также показали неплохие результаты: Кир стал четырнадцатым, а Санар двенадцатым.


Всего через неделю Кир стал открыто посещать бассейн в дневное время, чувствуя себя в воде вполне уверенно.


Тепло нагретой поверхности Геркона, казалось, просачивалось всюду и свидетельствовала о приближающимся лете, а значит и об испытании.

Последний месяц до испытаний ребята сдавали экзамены и проходили различные медицинские проверки. К тому же, по мере сдачи экзаменов, ребятам добавляли лекционные занятия на тему первая медицинская помощь, основы флоры и фауны; что касается физической культуры, к бегу и борьбе прибавились основы владения примитивным холодным оружием, в частности ножом, и занятия по плаванию.


Кир был рад возможности больше попрактиковаться с ножом, который так понравился ему еще во время соревнований первокурсников. Их учили обороняться и нападать с помощью клинка, при этом оставаясь невредимыми. Санар сначала, казалось, не очень разделял воодушевление друга, но изо всех сил пытался приноровиться к новому оружию и вошел во вкус. Иногда в свободное время ребята отрабатывали навыки владения ножом друг с другом.

Впрочем, они были не единственные, кто понимал значимость тренировок, и поэтому зал теперь никогда не пустовал.


- Я в бассейн, - с воодушевлением заявил Кир.

Большая часть экзаменом прошла, а поскольку лекционные занятия не предполагали после прохождения курса сдачи или хотя бы контрольной, Кир вовсю получал удовольствие.

- Ты идешь? - без особой надежды спросил Кир.

- Нет, - Санар даже не поднял глаз от тетрадки.

- Ну ладно. Я пошел. - Закинув полотенце на плечо, Кир неспеша двигался по коридору. Он никак не мог взять в толк, почему Санар никогда не плавал с ним. Да и, насколько тот знал, вообще в бассейне его никто не видел. Конечно же, он умеет плавать. Он его научил нескольким стилям плавания и затяжному нырянию. Во время тайных вылазок в бассейн Кир не раз замечал как воодушевляется Санар, а глаза его просто горели когда он показывал особенности того или иного стиля.

В чем же проблема?

Кир не раз задавался этим вопросом. А попытки поговорить об этом с Санаром проваливались, иногда друг даже дулся. Может, он переживал, что Кир, недавно научившийся плавать, может превзойти его и в этом?.. 'Балбес'. Ну и ладно, не хочет и не надо. Отмахнувшись от мыслей, он припустил на восьмой этаж.


Наплававшись вдоволь, Кир раскачиваясь, плелся в комнату. Взглянув на часы, он увидел, что уже было поздно. Иногда, когда он шел в бассейн, Санар отправлялся в спортзал. Кир был отчего-то уверен, что друг тренируется и спустился на первый этаж.

В холле горело ночное освещение и он неспешно двигался вдоль освещавших дорогу ламп.

Подойдя к двери, он замер. Из зала доносились отрывочные фразы, как будто кто-то ссорился. Кир прислушался.

- Черт бы тебя побрал! - со слезами в голосе кричал Санар.

Кир распахнул дверь и увидел Санара. Тот, находясь в противоположном конце, отчаянно лупил манекен.

- Ненавижу, ненавижу, - что есть силы кричал Санар.


Кир застыл в дверях, не зная, что делать, волосы на затылке слегка стали дыбом.

'Спятил он, что ли?' - подумал Кир.


В это время Санар отчаянно наносил удары по манекену - в колени, руки, грудь, лицо.

Санар всхлипывал и рычал. Его движения становились вялыми и он уже плохо контролировал свои движения, пока очередной удар не пришелся мимо и Санар, заваливаясь, рухнул на пол. Тихие всхлипы говорили о том, что он не прекращал рыдать.


Кир решил, что лучше бы ему не видеть этого. Если Санар захочет - сам расскажет.

Сделав небольшой шаг назад, Кир осторожно прикрыл дверь и пошел в комнату, размышляя о том, что только что увидел.


Глава 21



Иголки


Приближалось время испытания.

Все экзамены были позади и теперь судьба учеников зависела от этого последнего теста на выживание.

Атмосфера в школе была напряжёнее, чем нервы Кира когда он случайно встречал Азула. Все чаще того или иного новичка можно было застать о чем-то задумавшимся над книгой или над вкусным бифштексом. Вилка замирала в воздух, задумчивый взгляд в - пространстве. Каждый старался ответить на внезапный вопрос, который мог случайно выпасть на экзамене или размышляя о том, что будет, если не хватит заветных пунктиков рейтинга, хотя бы одного.


В начале недели все первокурсники должны были пройти медицинский контроль. Кир с Санаром стояли в конце очереди перед мед кабинетом.

- Как ты думаешь, все пройдут медицинский контроль? - немного нервничая, спросил Санар. С самого утра Кир заметил, что Санар был рассеянный и уже в который раз задавал один и тот же вопрос.

- Ну конечно все, - выдохнул Кир. - Я тебе уже говорил... А что?

Санар вздрогнув, посмотрел на Кира.

- Да так, ничего, - Санар недовольно нахмурился, как будто досадуя на себя за оплошность. - Просто не люблю врачей, - полуотвернувшись, добавил он и, слегка качнувшись на цыпочках, украдкой посмотрел, сколько еще человек разделяло его и белую дверь.


Ребята неспеша продвигались вперед. Прошедшие процедуру ученики один за другим появлялись из кабинета и спокойно шли по своим делам. Никто не показывал признаков расстройства, казалось, это было несущественным пунктом перед основным действом.


Кир смотрел себе под ноги на светло-серый пол с мелкими вкраплениями, которые мерцали матовым блеском, отражая свет дневных ламп.


Он посмотрел на Санара и, пытаясь его успокоить, как бы промежду прочим произнес:

- Мы уже сдали кучу разных анализов. Если бы что-то было не так, нам бы уже сказали. Так что хватит дергаться, - Кир не отрывал глаз от пола, - 'И чего он психует?'


Очередь ребят подходила. Глаза Санара беспокойно бегали с лампы на дверь, с затылка Вириона который заходил в кабинет следующим на носки спортивных кед и снова на лампу.

Санар закусил губу.

- Хочешь, я пойду следующим? - раздраженно спросил Кир.

Взгляд Санара метнулся, встретив сверлящий темно-серый взгляд друга. Санар покачал головой.


Дверь перед ребятами мягко скрипнула и отъехала в сторону, выпуская Вириона, слегка потиравшего запястье. Он подмигнул Санару и поспешил вдоль коридора. Санар замер на мгновенье, и Киру показалось, что тот не дышит; Санар сделал широкий шаг вперед и захлопнувшаяся дверь скрыла комнату.


Кир остался ждать своей очереди. Он слегка сердился из-за нервозности друга по поводу врачей и ему показалось, что тот находился в кабинете чуточку дольше. Кир начал перекатываться с кончиков пальцев на пятки, вытягиваясь в полный рост, еще немного, и затекшая голень начнет покалывать.

Наконец-то дверь приоткрылась и оттуда появился Санар. На его лице была легкая улыбка облегчения. Кир, слегка досадуя на раздутую муху, пробубнил, скорее утверждая, чем спрашивая:

- Ну что, не съели?

Санар безразлично пожал плечами.

- Увидимся в библиотеке, - с этими словами Санар двинулся на свободу.

Кир недовольно поджал губы, покачал головой, повернулся к приоткрытой двери и вошел.


Кир знал эту комнату, ему уже доводилось бывать здесь пару раз. Кабинет медработников был просторный и светлый. Слева, в дальнем углу, за столом поменьше, сидела медсестра и что-то записывала, быстро порхая ручкой по бумаге. Другая женщина, которая, как знал Кир, была врачом, стояла у стола и что-то шепотом быстро надиктовывала. Заметив Кира, она остановилась, улыбнулась и жестом показала Киру на койку.

- Проходи, садись.


Кир подошел к невысокой пластиковой койке и сел. Рядом находилась небольшая столешница, на которой были разложены несколько предметов.

Обеззараживающий раствор он узнал сразу. Это было первое, с чем он познакомился на Альфе, налетев на первый косяк, спасаясь бегством от одной из горничных, которая, пыхтя следом, вознамерилась надрать ему уши словно ребенку. Да, наверное не стоило пугать ее из-за угла...

Рядом с раствором лежала вскрытая упаковка ватных тампонов, что тоже было вполне обычным делом. Внимание Кира привлекло незнакомое устройство. На нем горело несколько огоньков и пара кнопочек. На конце устройства располагалась длинная, очень тонкая трубка.

- Не волнуйся, - прервала размышления Кира доктор. На ее приветливом лице была легкая улыбка. Она взяла пузырек с раствором и, намочив ватку, протерла запястье Кира. Затем взяла устройство и, нажав на одну из кнопочек, неспешно и уверенно поднесла к руке мальчика.

- Сейчас я введу тебе под кожу детектор. Он позволит нам найти тебя во время испытания где и когда угодно.

Твердая, чуть заостренная, как почувствовал кожей Кир, трубка слегка уперлась в запястье и доктор большим пальцем нажала какую-то кнопку. Кир почувствовал, как под кожей прошел коротенький импульс. Никакой боли.

- Ну, вот и все, - чуть шире улыбнувшись, сказала доктор. Пока она протирала место ввода детектора, она продолжила говорить.

- Потрогай вот здесь, - и доктор положила палец Кира на нужное место на левом запястье.

- Чувствуешь?

Кир, ощупав указанное место пальцем, почувствовал крошечный шарик, который ощущался словно крошка черствого хлеба или крупица каменной соли прямо под кожей.

- Да, - твердо ответил Кир.

- Вот и хорошо, - подбодрила доктор. - Прощупывай его каждый день, если не найдешь - спускайся сразу в кабинет.


До испытания оставалось несколько дней, и ребята усиленно готовились. Им были выданы боевые ножи изготовленные и сбалансированные под каждого индивидуально. С ними они и продолжали постоянно тренироваться. Бегали больше чем обычно, снова мучили тренажеры и колотили друг друга, становясь в спарринг.


Кир все оставшееся время проводил в бассейне. Он не хотел, что бы это стало его слабым местом, впрочем, в воде он уже чувствовал себя вполне приятно. Тренер даже несколько раз похвалил его, сказав, что у него неплохая скорость.

С Санаром они почти не разговаривали, но все время проводили вместе, будь то бег, борьба или занятия в библиотеке. Все было точно так же, как и когда они враждовали, но чувство одиночества не тревожило их сердца. Все было естественно и понятно, они без слов обменивались замечаниями об очередной скучной лекции или новом идиотском костюме Азула.

Навыки боя были заучены до автоматизма. Кир чаще одерживал верх над другом, однако, иногда в пылу схватки, Санару удавалось его подловить. Да и реакция у Санара была потрясающая, это признал даже капитан Крейн. Теперь он чаще просто наблюдал, не вмешиваясь в бой, а после мог дать тому или иному ученику совет или подсказку.


Была пятница, последняя неделя мая. За окнами школы стояла удушающая жара, впрочем, у учеников была возможность в этом убедиться во время забегов. Все первокурсники собрались в лекционной аудитории. Сегодня им расскажут о правилах прохождения испытания.

Кир с Санаром устроились наверху в просторной аудитории. Кто-то воевал, используя вместо боевых зарядов салфетки, украденные из столовой. Другие просто болтали, делясь той информацией, которая пришла по нелегальным каналам, то есть благодаря старшекурсникам.


Ниже, перед Киром и Санаром сидел один из их товарищей. Его звали Клаус, и уж если честно, парень был слегка труслив, никогда не переходя во время учебной схватки в атаку и предпочитая книгу спортивному снаряду. Он как раз громким торжественным шепотом сообщал тайные подробности предыдущего испытания.

- Я слышал, что одному первокурснику оторвало ноги и руку, его ели успели спасти, - выпучив глаза, сообщал он соседям по скамье.

Те лишь ахали в испуге и делились еще большими небылицами.


Киру с Санаром передалось общее волнение. Лайс их заверил, что серьезные травмы бывали редко, а смертельных исходов и вовсе не было, поэтому ребята обоснованно относились к таким историям с большой, нет просто огромной долей подозрений.

Хотя, с другой стороны всеобщая таинственность и рассказ Лайса заставлял Кира не раз задуматься о той или иной нестандартной ситуации; вдруг руку оторвет вместе с датчиком или сигнал пропадет из-за помех пролетающего метеорита, да и так ли безупречен в работе прибор. Похоже, что Санара тоже посещали невеселые мысли, судя по сдвинутым бровям и временами отсутствующему взгляду.


В аудиторию вошел профессор Ареус. Невысокий, плотного телосложения мужчина с короткими темными усиками, он вел у ребят теорию управления летальными аппаратами. Все рты мгновенно захлопнулись, и ребята поспешили подняться.


- Садитесь, - негромко произнес профессор.

Ребята плюхнулись на скамейки и спешно заскрежетали пластинами для письма. Профессор подошел к массивному деревянному столу и опустился на стул, не меняя наклона ни на градус. Это был один из примеров совершенной выправки академии.

Его взгляд уперся в стол.

- Вопросы? - твердым холодным голосом бросил профессор Ареус.

Слово повисло в воздухе и медленно нагревало окружающее себя пространство. Никто не решался быть первым, уж слишком долго они этого ждали и понимали что поставлено на кон.

Профессор оторвал взгляд от стола.

- Итак... - Ареус обводил неспешным взглядом ряды аудитории, ученики в попытке избежать прямого взгляда изучали окружающие предметы.

- Как долго будут проходить испытания? - слегка взвинченным голосом задал вопрос ученик с кошачьими глазами. Стена рухнула и многие благодарно посмотрели на Азула.


Кир неслышно хмыкнул.


- Испытания будут проходить неделю. Завтра вы пройдете контрольное медицинское обследование, где проверят работу ваших датчиков, в воскресенье у вас свободный день, а в понедельник утром 'Цезарь' покинет поверхность Геркона с полным составом студентов первого курса на борту.

- Куда мы полетим? - раздался воодушевленный мальчишеский голос, полный предвкушения предстоящих приключений. Край рта профессора слегка приподнялся, не поломав прямой линии губ.


Кир краем глаза заметил как заерзал Санар, его костяшки пальцев побелели от силы с которой он впился в край парты.


- Это вы узнаете за пять минут до высадки, - что-то явно позабавило Ареуса, однако таинственное выражение лица не позволило продолжить вопросы на данную тему.

- Какая у нас экипировка? Раймах, как всегда, пытался получить максимум информации, чтобы выступить во всеоружии, - подумал Кир.

- Вас оденут в специальную однотипную спортивную форму, сделанную из высокопрочного и легкого материала, и снабдят ножом, с которым вы тренировались в течение прошедшей недели. Это все.


Повисла пауза. Все шестьдесят семь голов напряженно соображали, чтобы такое спросить, что хоть как-либо помогло бы им в испытании.


- У нас есть ограничения? - догадался кто-то.

- Никаких.

- Мы должны работать в группах или поодиночке? - вспыхнул следующий вопрос. Профессор не спешил.

- Решать вам. В парах и группах конечно легче обороняться... но это также уменьшит скорость продвижения, а следовательно, выполнения поставленной задачи. Дальнейшая информация противоречит правилу неразглашения задания до первого дня испытаний.

- Как будет оцениваться испытание? - поинтересовался кто-то в первых рядах.

- Испытание будет оцениваться, исходя из следующих критериев: выполнение поставленной задачи, скорость прохождения маршрута и проявление навыков выживания, - с безупречной артикуляцией повторял в сотый раз профессор.

- Какие еще навыки выживания? - кто-то явно решился высказать всеобщую мысль вслух.

- Любые... которые вы будете использовать, чтобы выжить.

- Здоровое питание считается? - прогремело слева от Кира.


Масса мальчишек зашлась приступом смеха. Гвиник улыбался от уха до уха, чувствуя себя героем. Однако, когда все сообразили, что противоположная сторона аудитории не подает признаков веселья, смех как-то сразу поутих и последнего зазевавшегося привели в сознание увесистым подзатыльником по макушке.

- Возможно. Это решит специальная комиссия, отобранная, чтобы отслеживать ваши действия на протяжении следующей недели.

- А как это возможно? - недоуменно спросил Реос, сидящий двумя рядами ниже.

- Очень просто. Благодаря датчикам. Попадая в организм, прибор автоматически устанавливает норму функционирования для конкретного индивидуума, будь то давление или пульс. Они работают в режиме ожидания, исходя из ваших среднестатистических показателей организма. Малейшее изменение, будь то сильный жар или выброс адреналина, приводит их в действие. Комиссия фиксирует изменение и отслеживает происходящие события по степени воздействия на организм, для его дальнейшей оценки.

- А если ничего не происходит?

Ареус усмехнулся.

- Вряд ли вам так повезет. Видите ли, датчик очень тонко реагирует на любые изменения. Из состояния ожидания его может вывести любая реакция организма, расцениваемая прибором как отклонение от нормы.


В зале повисла тишина, кто-то даже пытался сделать какие-то пометки.

- Приснится тебе кошмар, и мы тебя сразу эвакуируем в безопасное место, - решил пошутить Ареус.

Однако на лицах повисли только замешательство и недоумение. Профессор вздохнул, в который раз убеждаясь, что люди странно реагируют на его шутки.

- Я имею в виду, что прибор чуткий и ничего не произойти с точки зрения прибора - практически нереальная ситуация. К тому же, порог смертельной опасности слишком низок, чтобы обычный кошмар мог стать причиной экстренной эвакуации.

- То есть, это достаточно безопасно, - стеснительно поинтересовался Клаус.

- Степень риска сведена к минимуму. Если степень опасности будет превышать допустимый уровень, к вам прибудет отряд быстрого реагирования. Если датчик зафиксирует смертельную опасность, вы будете автоматически телепортированы прямо на 'Цезарь'. Однако это произойдет только в крайнем случае, так как перегрузки колоссальные и вы нескоро придете в себя, - профессор на секунду остановился, но все же продолжил - Однако это не повод расслабляться. Помните, вы окажетесь на неизвестной территории с уникальной экосистемой и социальным укладом. И скорее всего, вам окажутся не рады. Будьте аккуратны и внимательны, от того, как вы справитесь с испытанием, зависит ваше дальнейшее обучение в Прайме.


Последнее замечание внесло весомый акцент в беседу, и общее оживление поникло под тяжестью никуда не исчезавшей ответственности. В напоминании не было никакой необходимости.


- Скажите, профессор, - вступил Орион, - насколько объективными являются показания датчика?

- Что конкретно тебе не понятно, Орион? - напрямую спросил Ареус, чувствуя скрытый вопрос.

- Ну, - заерзал Орион и посмотрел на товарищей, - допустим, некоторые боятся высоты, - раздались сдавленные хихиканья, при воспоминании, как капитан Крейн отрывал от куста несчастного Ориона на промежуточном испытании. Орион делал вид, что ничего не замечает. - Степень тревожности будет гораздо выше, чем у того, кто не реагирует на высоту, хотя теоретически они могут быть в абсолютно равных условиях.

- Что ж хороший вопрос, - признал профессор. - В подобных случаях, балл человека с боязнью высоты будет немного выше, ведь прибор учитывает средние показатели, присущие одному индивиду, и для этой конкретной личности условия действительно будут экстремальными.

- Но разве так справедливо? - усомнился кто-то.

- А почему нет? - подернул плечами профессор. - Ведь и тело и сознание человека реально ощущают опасность и напряжение, которое необходимо преодолеть, и если у одного это потребует больше моральных и физических усилий, следовательно, он приложил к заданию больше сил, и его оценка будет выше, чем у того, кому повезло и опасное задание превратилось в приятную прогулку.


- Еще вопросы? - профессор оглядывал зал; сколько раз ему приходилось видеть напряженные лица первокурсников и бремя ответственности отпечатавшееся на них, но пожалуй, никогда он не видел лиц как у этих семерых. Да, на их долю выпала небывалая задача, весь внешний мир уже сходит с ума предсказывая такие (!) изменения в Галактике.

- Я думаю, что мы окончим на этом беседу. Завтра в 10.00 назначен медицинский осмотр. Все могут быть свободны.


С этими словами Ареус грузно поднялся и твердой походкой зашагал вон из аудитории. Лениво и неспешно за ним поползли подавленные мальчишки.



Глава 22


Испытание


Всем студентам был подтвержден допуск к испытанию. Датчики функционировали в соответствии с заданным режимом, а значит, все было готово к началу.


У кабинета медосмотра каждому ученику была выдана форма, подогнанная идеально по размеру каждого. С виду она была ничем не примечательна. Штаны походили на летние спортивные для бега из прочного непрозрачного материала, а майка казалась еще тоньше, на широких плечиках.

- Миленько, - с задумчивой улыбкой произнес Санар.

Кир поднял одну бровь и с интересом посмотрел на друга.

- Да ладно, отстань, - и словно в оправдание добавил, - у меня же сестры, забыл?

Кир ничего не ответил на это.


Большую часть воскресенья Кир с Санаром слонялись по школе, немного поплавали и потренировались с ножами, но скорее от нечего делать... ну и от переполнявшего волнения перед неизвестностью - впрочем, в этом себе никто бы не признался. Однако, ожидание так изматывало и не давало четко мыслить, что они сошлись на том, что нужно немного побегать... чтобы быть наверняка готовыми.


День выдался жарким, и пот лил ручьем, хотя привыкшие к тренировкам мышцы не чувствовали усталости, кроме того, мальчишки решили не перенапрягаться, мало ли что их ждало завтра.


- Как думаешь действовать завтра? - Долго подыскивая слова, наконец-то спросил Кир.

- По обстоятельствам. Кто знает, что нас ждет, - ответил Санар ничего не значащим тоном.

Кир медлил, не зная как подвести друга к интересующему его вопросу, а вход в раздевалку уже отчетливо маячил впереди.

- Ну, тогда если что, держись поблизости, - пробурчал Кир, глядя себе под ноги. Он делал это скорее из-за чувства ответственности перед этим 'хлюпиком', а то еще заблудится ненароком, ищи потом, трать время.

Санар слегка повернулся в сторону друга, и казалось, наконец-то понял, к чему тот клонил. Санар уверенно кивнул. Последнее испытание они пройдут вместе до конца. Так они решили.


Кир спал неважно. В голове крутился калейдоскоп из прошлого и настоящего. Он видел образ матери с полными волнения глазами и гордо поднятым за сына подбородком. Метель Фризии унесла видение, вытолкнув мальчика в необъятную черноту вселенной. Справа стоял Санар.

- Пошли плавать, - зачем-то спросил Кир, заранее зная ответ.

Санар лишь отрицательно покачал головой, и извиняющаяся улыбка блеснула на его лице. Кир упал прямо за парту, и вокруг него зашелестели и закружились страницы из учебников по тригонометрии и, кажется, физике. Но Кир не был в этом уверен, все кашей наползало на него, а модели летательных аппаратов тонкой линией карандаша окручивали тело, пытаясь сковать движения. Прямо перед глазами мелькнул хлыст и его дуновение скользнуло по щеке Кира. Больно! Рыжие волосы Эльяры горели огнем, она не поворачивалась, а Кир не решился ее окликнуть...

И тут на него кто-то навалился, придавив к полу. Кошачьи глаза хищно блеснули.

- Ты не справился, деревенщина, - злобно ухмыляясь, прошипел Азул.


Кир вскочил и занял боевую стойку. Кулаки сжались и он очнулся, в который раз за ночь.

Лениво перевернувшись на спину, Кир провалился в маленькую уютную комнатку. Все звуки тревожного сна исчезли, оставляя тишину и умиротворенность. Комната была слабо освещена и тем лишь подогревала и без того теплый коричневый цвет деревянных панелей, преобладающих в обстановке кабинета.


- Здравствуй, Кир.


Кир вздрогнул и лишь теперь заметил старика с черными глазами, утопающего в кресле слева от Кира.

- Здравствуйте... Император, - автоматически произнес Кир.

- Присаживайся, - вежливо предложил Император, указывая рукой на кресло напротив.

Кир подошел к креслу и тихо опустился.

- Как твои дела в академии? - Киру показалось, что Император искренне задал этот вопрос.

Разве он был достоин внимания этого человека? Да, конечно, его выбрали, и он не раз задавался вопросом - почему? Впрочем, у Императора должны были быть на этот счет свои разумения.


- Спасибо, хорошо, - ответ показался парню сухим и он добавил, - приходится много учиться. 'Тоже мне высказался', - мелькнуло в голове у Кира.

Император слегка улыбнулся.

- Тебе не нравится?

Кир почувствовал легкость, с которой он мог бы дать любой ответ, который хочет, не боясь неодобрения. Кир слегка задумался. Да было тяжело... но ему нравилось. Кир и раньше ловил себя на том, сколького он не знает о том мире, частью которого является. И каждый раз, открывая одну из тайн мирозданья впервые, он чувствовал прилив восторга и восхищения от волшебства которое его окружает.

И если выучить пару правил и уравнений, ты как будто приобщался к сокровищу вселенной и сам воздействовал на внешний мир. Как умно и, в сущности, просто все оказывалось, если удавалось разобраться в сути вещей. Это был чистый восторг.


Кир почувствовал, что молчит слишком долго и тут же нашел взглядом лицо Императора; тот продолжал улыбаться еще шире. Кир смутился, - 'Выгляжу, наверно, полным идиотом'. И на едином вдохе выпалил:

- Нравиться... учиться, - коряво вытолкнул он из себя последнее слово. 'Да уж...'

- Все правильно, мальчик. Не за что себя ругать.

Кир покраснел, - 'Как я мог забыть!'


Император искренне расхохотался.

- Ничего. Такая уж у меня обязанность - знать, что думают другие. Временами я бы хотел лишиться этой возможности, но... - Император вздохнул.

- Тебе нравится мое дерево? - с внезапным энтузиазмом спросил старик, оборачиваясь к живому растению справа от себя.

Кир последовал за взглядом Императора и прямо перед собой у иллюминатора увидел деревце с человеческий рост.

Кресла находились под таким углом, чтобы из них было удобно рассматривать это живое чудо, раскинувшее ветви и гордо выпрямившее спину в черноте вечности.

Оно, казалось, дышало здоровьем и жизнью. Каждый темно-зеленый листик тянулся к лампе искусственного солнечного света. Как ни приглядывался Кир, оно было идеальным, словно искусственным, как и свет согревавший его.

- Красиво, - сказал Кир единственное слово, всплывшее в сознание.

- Да, - улыбнулся Император, - только оно требует заботы и внимания, а такому старику как я, уже трудно с этим справляться, - задумчиво говорил Император, уставившись сквозь время.


Киру было сложно поверить в то, что говорил Император, однако, он не заметил и тени лукавства в словах старика.

Повисла пауза.

Каждый задумался о своем.


- Завтра большой день, - Император внимательно смотрел на Кира.

Мысли Кира смешались. Как долго они молчали?

- Да, - только и смог подтвердить Кир. Столько мыслей ушло на это, но зачем много слов? Мысли казались четкими и ясными.

- Не боишься? - Киру показалось, что Император скорее заметил, чем спросил, однако он не был уверен и решил ответить.

- Нет, - это не было бравадой или страхом выглядеть трусом перед Императором. И это было очевидно для обоих.

- Что будешь делать?

- Не знаю. Попытаемся с Санаром хорошо справиться с испытанием.

- Он твой друг?

- Да.

- Друзей не бросают, - казалось, Император добавил это лишь для поддержания беседы, так как для Кира ответ был лишь один.

- Никогда.


Император опомнился и спешно встал.

- Что-то мы заболтались. Выспись-ка хорошенько. Желаю удачи, - черный цвет глаз Императора согревал.

'Да, конечно же - сон'. А вслух Кир ответил.

- Спасибо.


Утром Кир проснулся сильным и отдохнувшим.

Санар встал одновременно с Киром.

Ребята надели новую форму и отправились на ранний завтрак. Там уже находилась половина первого курса. Гул стоял неимоверный. Ребята обменялись приветствиями с товарищами и уселись за стол.

Кушанья были особенные и их заранее предупредили, что это их последний нормальный завтрак в течении следующей недели. То тут, то там раздавались дзиньканья вилок и ложек, попеременно падавших под стол, иногда слышались глухие удары несчастных, отправлявшихся на их поиски.

Похоже, что нервы у всех были на пределе.


В медкабинете их предупредили не налегать на пищу, иначе могут начаться проблемы с желудком. Собственно, контролировать себя ребята помогли повара, заблаговременно исключив тяжелую и жирную пищу, о соусах было забыто еще около месяца назад.


- Меня сейчас стошнит, - еле слышно прошептал Санар.

Кир оценил зеленовато-желтый оттенок лица друга и предложил спуститься в отсек отгрузки, на что тот с радостью согласился.


Стоя у окна иллюминатора, Кир озабоченно спросил.

- Все в порядке?

- Да уже проходит, - отмахнулся Санар, однако желтизна его кожи говорила об обратном.

- Может, в медпункт? - неуверенно предложил Кир.

- Нет! - громче, чем нужно, среагировал Санар.


Кир понимал друга. Если что-то не так, его оставят здесь, а это значит, что он провалил испытание. 'Но, а если что серьезное... датчик покажет. Да?' - успокоил себя Кир.


- Просто волнуюсь, - попытался обнадежить друг. С длинной светлой челки упала бусинка пота.

Кир сдвинул брови. Что-то ему это совсем не нравилось.


- Приготовиться к погрузке! - командным тоном отчеканил капитан Крэйн.


Поздно. Ребята начали бегом выстраиваться в колонну и после того, как их имена были названы, бегом поднимались по трапу грузового корабля 'Цезарь'.


Наконец-то было озвучено последнее имя, трап за ребятами поднялся, оставляя лишь тусклый свет аварийного освещения погрузчика. Капитан удостоверившись, что все студенты правильно расселись и закрепили стабилизирующие жилеты, подошел ко внутреннему коммуникатору, соединяющему погрузочный отсек с кабиной пилота, и нажал на красную кнопку связи.

- Взлетаем!


Глава 23



Не везет


В полутемном пространстве отсека чувствовалось напряжение, приклеенное вязкими нитями к каждому ученику, соединявшееся в путаный клубок сети. Своими мерзкими щупальцами оно загромождало окружающее пространство, рождая всеобщую удрученность и молчание.

Кир был уверен, что кондиционеры работают в привычном режиме, однако все равно не хватало воздуха. Это сильно напоминало тот мрак, который царил в призраке прошлого Кира.


...Рядом сидела мама, держа в темноте его за руку так крепко, что Киру приходилось шевелить ею каждую минуту, чтобы судорогой не выкручивало. Однако, мальчик, не решался отнять ее у матери, украдкой заглядывая в печальные глаза, где прежде светились огоньки радости...


Полумрак той кабины оставил шрам щемящей тоски и несправедливости по отношению к ним. Кир тогда еще не мог разобраться в своих ощущениях, но виноватым себя за какую-то проказу или шалость тоже не чувствовал. Позднее, все реже и реже вспоминая тот день, Кир утвердился в том, что никакой видимой вины не было.

Мама не хотела отвечать на вопросы, каждый раз расстраиваясь и замолкая. Кир сдался и возложил всю вину на деда, так как мама точно не могла быль в чем-либо виновной... может, все-таки он?


Кир еще раз глубоко вздохнул, безуспешно пытаясь заполнить удушающий недостаток кислорода. 'Быстрей бы это закончилось'.

В знак солидарности с мыслями друга рядом заерзал Санар. Ему тоже явно было неудобно. Или нехорошо?

Кир уловил краешком глаза глянцевый блеск на коже Санара, ставший заметным лишь от бокового свечения аварийных ламп. Санар был весь в испарине. Кир прислушался. Так и есть - Санар быстро и напряженно дышал, его взгляд примерз к полу.

'Черт!' - выругался Кир на свою глупость в который раз, а вдруг это все же серьезно.

'Вдруг! Да, точно что-то с ним не так'.


- Внимание! Входим в атмосферу Палеи. До приземления 10 минут. До полной остановки всем оставаться на своим местах, - голос из коммуникатора оборвался так же неожиданно, как и возник.


В ту же секунду погрузчик затрясло, потом вибрация уменьшилась и наконец, вовсе стихла.


- Итак, - взял слово капитан Крейн, сидевший в середине ряда напротив, - как вы все слышали, мы приземляемся на Палею. Климат планеты тропический, так что попотеть придется, - в голосе капитана мелькнула нотка удовлетворенности. - Ландшафт планеты - островной, сплошь покрытый тропическим лесом. Фауна Палеи довольно разнообразна - хищники средние и мелкие, крупные плотоядные и всевозможные насекомые.


Крейн взял небольшую паузу.

- Не советую заходить восточнее зоны высадки. Там обитает весьма враждебно настроенное племя островитян. Ваша задача - выполнить задание и сделать это максимально незаметно для окружающего населения.


'Маскируемся', - сделал в голове пометку Кир, слушая капитана и незаметно отслеживая друга. Тот, казалось, был так напряжен, что вряд ли вообще что-либо понял из услышанного.

- Ваше задание.


Все, казалось, на минуту задержали дыхание, и если бы здесь были мухи, присутствующие точно бы об этом узнали.


- От точки высадки, которая произойдет на южной платформе, вы должны добраться до северной платформы, где вас заберет 'Цезарь'. Пункт назначения находится в 160 километрах от зоны высадки. Путь должен быть преодолен с максимальной скоростью и минимальным телесным ущербом. Это все. Вопросы?


Ребята замерли на секунду. А потом раздался голос из автоматического громкоговорителя.

'Внимание - посадка.'

Кабину тряхнуло, послышался шум сброса давления.


- Отлично, - заговорил Крейн, - поскольку вопросов нет, даю разрешение снять фиксаторы и покинуть кабину.

В тот же момент крышка погрузочного отсека начала неспешно отделяться, готовя трап для высадки.


- Перед тем как покинуть отсек проверьте оружие... и смелость, - последовала неуютная пауза. - Тем, у кого возникли с этим проблемы, дано разрешение остаться. Остальные, марш на выход, - капитан говорил непривычно жестким голосом, видимо, трусов он не любил, да и трусы, видимо, не любили его, поэтому все до единого двумя колоннами, как на учениях, незамедлительно стали покидать отсек.


Кир незаметно в легкой суматохе подталкивал Санара в нужном направлении, а в очереди на выход занял место впереди него.

- Держи меня в поле зрения, - тихо прошептал Кир, и после едва уловимой паузы слегка прорычал, - и ни на шаг.


В голове все плыло. Санар видел только друга, это максимум, на чем он мог сконцентрироваться.


Добежав до ближайших зарослей, Кир незаметно оглянулся удостовериться, следует ли за ним Санар. Друг был там. Растерянный взгляд Санара остекленел и не выражал более ничего.

- Потерпи, - подбадривал его Кир.

Пройдя вглубь зарослей не более ста метров, Кир углядел небольшой пятачок, поросший ярко зеленым мхом неизвестного растения. Крошечная полянка выглядывала из под скрывавшей его занавеси тонких густых веточек, оживавших и подрагивающих от каждого дуновения ветерка. Словно пышный пучок чьей-то густой шевелюры, дерево устилало полянку длинными нижними ветвями.


- Сюда, - Кир замедлил шаг и, схватив Санара за руку, потащил к укрытию.

Осторожно пробираясь вглубь, Кир свободной рукой вытащил из-за пазухи нож, готовясь к любой неожиданности. К счастью, все было тихо. Аккуратно отодвинув густую завесу, Кир нырнул в сердцевину, уверенно таща за собой Санара.


Как только они спрятались под сенью неизвестного приветливого растения, Санар упал на колени, а потом, тяжело кренясь, завалился на бок, скручиваясь калачиком. Друг тяжело и глубоко дышал, прикусив нижнюю губу.

Полумрак скрывал детали, но Кир был уверен, что лицо исказилось от боли.

Кир стоял в нерешительности.

- Вернемся, - он все более убеждался в глупости своего решения промолчать.

- Нет, - с усилием прошипел Санар, - мне уже лучше.


Кир задумался. Все было очень странно. Если бы Санару действительно стало плохо, детектор уже давно послал бы сигнал, и его забрали. Может, все и правда не так страшно, как выглядит...


- Пить, - Санар прервал размышления Кира.

Придя в себя, Кир нахмурился. Он посмотрел на ласковый свет нового, незнакомого солнца, стеной отделявший зазор их укрытия от влажноватого мрака дерева, но не мог решиться. Незнакомая территория, Санар, если что, вряд ли себя защитит...


- Пить.

'Черт!' - выругался про себя Кир и направился к выходу, кляня себя за глупость.

- Я поищу воду неподалеку. Если что, кричи что есть сил, - помедлив еще секунду, Кир шагнул вон.


Он тут же оглох от обилия трелей, разливавшихся по золотистому пространству. Солнце вцепилось в кожу жгущим теплом и заставило Кира слегка зажмурить глаза. Только сейчас он смог оценить многообразие окружающего мира.

Он глубоко вдохнул.

Воздух был тяжелым от влаги и, казалось, больше приковывал Кира к земле, чем дарил чувство облегчения и свободы. Что ж, тропический климат не позволял надеяться на большее. Кир знал из информационной системы параметры многих климатических зон, хотя опыт его был ограничен суровой природой Фризии и сухим жарким Герконом.


Обернувшись, он увидел лишь мрак, скрывавший Санара.

Его внимание привлекли тонкие щупальцы дерева, ожившие от легкого бриза. 'Хороший знак', - решил про себя Кир. Ветерок холодил кожу, заставляя на секунду покрыться мурашками. Значит, где-то неподалеку должна быть вода.

Кир коснулся пальцами щупалец, словно поглаживая хрупкие отростки. Это оказалось на удивление приятным. Они были гладкие, словно шелковистые и легко подались за рукой Кира, оставив неровную прядь в том месте, где он их касался. Это навело Кира на мысль.


Он ласковыми и плавными движениями сгребал густую копну дерева, пытаясь скрыть выход. И это сработало! Щупальца послушно приняли необходимое положение, практически полностью спрятав вход в иллюзорную пещеру.

Кир спешно ступал по мягкой почве неизвестной планеты. Его движения были неслышны благодаря обильной растительности, походившей на... как же это называлось в одной из ссылок... мох! Точно.

Он резко наклонился и коснулся живого ковра. Так и есть, мягкий и густой. Над головой вспорхнула птица. Кир резко выпрямился и выхватил взглядом лишь яркий комок огненного оперения, исчезнувшего в зарослях.


Он двинулся дальше, то и дело переступая через вздувшиеся жилы корней, вырывавшихся на поверхность, и отводя упругие ветки кустарников, упрямо тянувшихся вверх в надежде урвать кусочек солнечного пространства. Слева послышалось слабое потрескивание. В кустах неподалеку явно проходила чья-то неспешная жизнь. Кир не сдержал любопытства.


Аккуратно пригнувшись, он подкрался к кустарнику и всмотрелся в зазоры длинных узких листиков куста. Небольшое животное, размером с голову взрослого человека, сосредоточено и упорно работало передними лапами, пытаясь достать что-то из под упрямого корня.

Оно крутилось и так и сяк, меняя положение, забираясь на корневище и вытягиваясь во всю длину, пытаясь подцепить невидимую цель.


Резко дернувшись, оно вжалось в вырытую ямку и молниеносно отпрыгнуло чуть влево, легким движением удерживая на тонком коготке длинного червя толщиной с палец. Червь извивался не слишком активно, и зверь тут же перекусил пополам его жирное тельце, заглатывая первую часть. Вторая начала врываться в землю, но умный зверек прибил ее передней лапой, жадно глядя на добычу. Через мгновение он принялся за остатки обеда.

Когда все было кончено, он довольно облизался и со спокойной удовлетворенностью двинулся к уже знакомому корню.


Решение было принято. Зверек не представлял большой опасности и по размеру тушки, как определил Кир, должен быть сытным. На незнакомой планете пища и вода были первой необходимостью.

Кир резко выпрыгнул из кустов, занося нож правой рукой. Зверек резко дернулся, но лишь стукнулся о массивный корень, полукругом преграждавший ему путь...

Завернув добычу в огромный плоский листок, Кир связал его края наподобие узелка и оставил свободный конец плотной травинки для захвата. Перекинув ношу через плечо, он двинулся дальше.

Через несколько минут растительность начала редеть и появилось светлое небо над головой. Кир сделал еще пару десятков шагов и вышел на илистый берег.

Картина завораживала.


Впереди расползалась величественная водная гладь, подрагивающая лишь легкой рябью от плавных порывов ветра.

Кир подошел к воде ближе.

Неестественный металлический свет немного отталкивал. Вдалеке виднелись острова, все также раскрашенные яркой гаммой зеленого, от темного до ядовито-желтого.

Кир склонился над водой и коснулся поверхности; вода была приятной и греющей. Он попробовал ее на вкус - почти не соленая.

Кир решил немного пройтись по берегу в восточном направлении. Через десять минут ему улыбнулась удача. Он увидел широкий приток реки, питавшей то ли море, то ли океан. Кир поднялся чуть выше.

Надежды оправдались, вода, хоть и была слегка солоновата на вкус, но все же вполне пригодна для питья. Вот только оставался вопрос, который уже не раз приходил в голову Кира с тех пор, как он отправился на поиски воды - во что ее налить?


Кир внимательно осмотрелся. Конечно, можно использовать листья, но это лишь разовый вариант, к тому же, если возникнет внезапная опасность, придется все бросить и вода точно не дойдет до Санара.


Кир вошел обратно в густую чащу, что ж, материала здесь было заметно больше, чем на берегу. Он неспешно шел, всматриваясь в каждый сучек торчащий из земли, хмуро озираясь на кроны деревьев и листву причудливой формы.


Взгляд ухватил подножие одного из кустарников.

Посреди редких и хрупких на вид травинок, из земли торчали гладкие маленькие головни, не более четырех сантиметров в диаметре. Кир нагнулся и потер одну из них пальцем. Под пылью, покрывающей странный пенек, оказалась гладкая и упругая скорлупа.

Кир нашел неподалеку валявшийся сучек и начал счищать землю, подрываясь ближе к основанию. Когда за странное растение стало возможно ухватиться, Кир сжал пальцы вокруг конуса и стал раскачивать отросток. Через несколько секунд что-то приглушенно треснуло, и кочерыжка осталась в руке у Кира.


Это был какой-то овощ или корень, чуть более десяти сантиметров в длину. Кир увидел, что часть, уходившая вглубь, была кислотно-желтого цвета, и на рваном конце скапливалась тяжелая капля густой матовой жидкости.

Кир принюхался. Едва кисловатый, освежающий запах проникал в ноздри, вызывая чуть ощутимое желание голода. Кир резко слизнул каплю. Сок оказался кисловато приторным на вкус, однако, вполне приятным.

Кир не рискнул пробовать больше, зная, что период действия отравляющих веществ или ядов занимает от пары секунд до получаса. Вместо этого он откопал еще семь плодов и направился обратно к пляжу.


У самой кромки леса Кир присел у одного из деревьев, укрываясь за пучком молодой поросли. Облокотился на него; да, день обещает быть тяжелым, нужно беречь силы. Достав нож из кармана, начал вычищать сочную мякоть из плода.

Через минуту Кир улыбнулся. Как он и полагал, оболочка растения была прекрасным плотным хранилищем для жидкости, довольно тонкая и прочная при сжатии.

Дочистив оставшиеся 'фляги', при этом аккуратно складывая мякоть на гигантский высохший лист, услужливо валявшийся вместе с собратьями под кроной, Кир точно так же принялся за сук, захваченный в лесу, вырезая сначала небольшие кубики, затем обтачивая углы и придавая им округлую форму.

Один край толстой "монетки" Кир срезал для того, чтобы он вошел в основание очищенного плода, надежно заперев воду внутри.


Через час работа была закончена. Довольный собой, Кир торопливо нашел крепкий длинный лист и связал наподобие гильз автомата, которые он видел в учебнике по истории Древней Земли, и перекинул поперек груди. Тушка зверька обвисла схожим образом позади.


Он спешил к Санару, волнуясь, что покинул друга надолго. Закончив с восемью гильзами и плотно вбив крышки, он снова поспешил к разграбленному кусту с плодами. Поскольку он чувствовал себя отлично, велика вероятность, что плод вполне съедобен.

'Ну, давай же', - с нетерпением он бурчал под нос, выдергивая еще плоды для Санара. Сам же впопыхах набил желудок мякотью от 'гильз'.


Перескакивая через корявые толстые корни, Кир несся по знакомой местности обратно к Санару. Ошибиться он не мог, где-то через несколько минут он должен был увидеть дерево-хижину. Кажется, это оно.

Едва вибрируя в такт нежному ветру, легкие щупальцы давали знать Киру, что он на месте. Кир слегка споткнулся и замедлил шаг. Сердце забилось глуше. А вдруг его не было слишком долго, вдруг он сделал неправильный выбор, не сообщив капитану о самочувствии Санара... что там за плотным занавесом? Киру было страшно.

Сердце быстро и тяжело работало в страхе, что придется остановиться.


Он коснулся живого полога, рука дрожала. Пожалуйста...

- Кир?! - раздался приглушенный голос.

Кир замер, а потом вдохнул. Овладев собой, он шагнул вперед.


- Это я, - сказал Кир, пробиваясь сквозь ласковые ветви. Внутри царил полумрак. Лишь там, где ветви-отростки были недостаточно длинные, чтобы коснуться земли, неровные лучи проникали в сердцевину.

Санар смотрел усталыми глазами, но все же Кир безошибочно угадал, что тот был рад другу. Казалось, Санару, действительно лучше, его дыхание было глубоким и мерным, от чего Киру стало еще легче.


- Я принес воду и еду, - сказал Кир, опускаясь на колени рядом и снимая свое новое "обмундирование".

- Ух ты! Где ты это взял? - все еще слабым голосом, но с отчетливым восхищением произнес Санар.

- Еще бы, - хмыкнул Кир. - Книжки надо больше читать.


Слова друга никак не задели Санара. Тот напряженно трогал пальцами фляги-гильзы, стараясь подтянуть их поближе.

Кир откупорил одну и протянул ее Санару. Тот, поняв, что это вода, прилип к ней и осушил разом. Кир вытянул затычку из второй и тоже отдал ему.


- Сейчас, - заторопился Кир, снимая с плеча добычу. - У меня есть еще перекусить. Есть мясо... только, думаю, рано нам разводить костер, - нахмурившись, размышлял Кир.


Неспеша рассказывая, как провел последние пару часов, Кир наблюдал за тем, как Санар поедает мякоть, запивая из третьей фляги.

Кир не решался задать вопрос.

Санару и вправду, казалось, лучше.

Кир напряженно всматривался в лицо Санара, однако, так и не решился ничего спросить.


Отдохнув и напившись, они двинулись в путь.

Горящая звезда Палеи продвинулось выше и была близко к зениту.

Санар с Киром уже сидели у куста накорми-и-попей, как его обозвал Санар, откапывая еще плоды, так как 'голубоглазая балда' изъявила желание иметь такие же фляги. Впрочем, Кир не возражал. Неизвестно, как далеко им придется уйти от реки, и вода никогда не бывает лишней. Потратив вдвоем чуть больше времени, так как Кир не хотел торопить Санара, они изготовили резервные фляги, и Санар с удовлетворенной улыбкой нацепил 'доспех'.

В желудке уныло урчало. Несмотря на чудо-фрукт, хотелось мяса, однако, было решено отложить костер до вечера, чтобы не привлекать к себе ненужное внимание обитателей незнакомого мира.


- Будем двигаться на север, - то ли сказал, то ли спросил Санар, опустив глаза.

- С тобой уже все в порядке, - неожиданно решился задать вопрос Кир.

- Да, - слишком быстро выпалил тот. - Да все нормально, забудь.

Он резко отвернулся, скрывая лицо за отросшими прядями. При дневном свете Санар все еще был бледноват и Кир сомневался, что можно двигаться в путь. Санар резко вздернул голову, глаза наполнены льдом, Кир не знал этот цвет.

- Слушай, мне нездоровилось! - злобно выпалил Санар. - Сейчас все отлично. Можно приступать к заданию.

Кир сосредоточено смотрел на друга. Ни один мускул на лице Санара не дрогнул.

Не сказав ни слова, Кир развернулся и двинулся на север.


Второй час неумолимого забега подходил к концу. Санар тяжело переставлял ноги, сосредоточившись изо всех сил, боясь потерять направление, задаваемое Киром. Он шел впереди, не сбавляя шаг и не оборачиваясь. Санар скрипнул зубами и прибавил, когда товарищ завернул за очередной ствол исполина и начал спускаться в низину.

Капли обильно стекали с лица Санара, дышать приходилось ртом.

Тяжелый влажный воздух, казалось, пропитал кожу и струйками тек по шее, спине, ногам. Как же хочется упасть на мягкий полог гнилой листвы клочьями устилавшую почву.

Особенно тяжело приходилось то и дело идти вниз и вверх из-за бугристого ландшафта леса. Видя затопленные впадины, Санар лишь глубоко тянул носом и не издавая ни звука, по колено, а иногда и по пояс, погружался в воду, молясь чт бы ноги снова перенесли усилившееся давление от перехода, и он не рухнул.


Кир, казалось, нисколько не устал, тяжелые тренировки закалили тело. 'Черт, я бы тоже отлично справился', - изводила назойливая мысль Санара.


Крошечные болотца кишели жизнью. Вначале ребята остерегались незнакомой фауны, однако пока жизнь представлялась довольно безобидной. Поверхность луж устилали полупрозрачные лепешки сине-зеленых оттенков, дрейфующих по мирным водам без малейшего дуновения ветра. Между ног то и дело шныряли шустрые червяки, длиной не более ладони, иногда встречались довольно крупные особи, доходившие до половины локтя. Как разобрался Санар, в неразберихе шныряющих червяков крупные поедали мелких. Санар благоразумно не опускал пальцы в воду, дабы никого не ввести в заблуждение.


- Стой! - резко бросил Кир, вернув Санара к действительности. Скорее почувствовав, чем заметив опасность, Кир замер и напряженно всматривался в голубую воду очередной гигантской лужи.

Санар напрягся. Минуту они стояли молча, вглядываясь в прозрачную глубь. Санар увидел, как по самому дну, неторопливо извиваясь, плывет огромный червь, нет не то, лишь по вытянутой форме была некая схожесть. Само животное было слегка приплюснуто, около двух с половиной метров в длину, передняя челюсть сильно выдавалась по размерам, не говоря о том, что из уродливых фиолетовых губ торчали сияющие белизной усики... или зубы.

Санар сглотнул, животное приближалось. Сердце застучало быстрей, кровь согрела конечности, хотелось бежать, однако Санар всеми усилиями подавлял это чувство.


Кир застыл. Что делать? Нож был за поясом, холодная сталь клинка жгла живот, одно движение, - 'Я буду быстрее'. Однако он медлил. Это было очень рискованно. Кто знает повадки этого животного. Как оно двигается в схватке, как нападает? Их с Санаром разделяло несколько метров. Вдруг чудище кинется не туда.

Зверь замер неподалеку от ног Санара. Успею ли я вытащить нож и всадить его раньше, чем оно нападет. Вода сильно тормозит движения, что так важно в сражении, особенно если не собираешься проигрывать. Оно вынырнет и нападет открыто сверху или обовьется в мертвом захвате и утащит под воду. Быстро ли оно, ядовиты ли клыкастые отростки?


Тягуче работая над каждым движением, зверь приближался к Санару. Санар понял, что он все же каким-то образом привлек внимание. Продолговатая морда уже находилась в сантиметрах от ноги. Санар бросил паникующий взгляд на Кира и потянулся к ножу торчащему из-за пояса.


- Не двигайся, - низким, почти без вибраций голосом протянул Кир. Он уже почти отвязал одну из фляг от очереди.

- Я кидаю,.. если он реагирует, мы медленно отходим право к берегу.


Санар не успел даже моргнуть, как снаряд полетел в противоположную сторону. Однако, недалеко. По расчету Кира, тяжелый от мякоти груз со всплеском ударится о воду и создаст колебания на всех уровнях, что отвлечет хищника если он таковым являлся. Гильза тяжело булькнула и ушла под воду. В то же мгновение, чудище вильнув всей мощью тела кинулось на жертву. Как по команде, плавно переступая, Кир и Санар начались пятиться к берегу. Зверь скрылся из виду из-за преломленного водой угла обзора. До спасения оставалось около двух метров, уровень воды начинал падать, когда темно синяя полоска понеслась прямо на них, угрожающе увеличиваясь в размерах.


- Бежим! - крикнул Кир. Ребята сорвались и неуклюже выворачивая ноги, устремились к берегу.

Кир почувствовал как по правой ноге, скользнуло противная холодная резина и в ту же секунду обвиваясь спереди, страшная морда, обнажив зубы-иголки, впилась в левое бедро.


Кислота обожгла его в тот же миг, как он всадил клинок в голову хищника, автоматически не забыв повернуть острие на четверть градуса. Монстр рывком выпустил добычу, дернувшись так, что Кир чуть не упал вслед за ним. Судорожно затрепыхавшись, существо ушло под воду.

От боли глаза затянуло пеленой, Киру не хватало воздуха и он жадно открыл рот, вбирая больше. Сознание ускользало за пелену огненной боли.

- Идем уже пятый день, - сказал Санар, перебираясь через очередное бревно, покрытое густым влажным мхом.

- Да, должны быть недалеко, - озвучил свои мысли Кир.

Он тоже полагал, что идти осталось недолго, если они не сбились с курса, а они не сбились - строго на север, без отклонений.

- Как ты думаешь, кто-нибудь уже на месте? - спросил Санар.

- Маловероятно, - Кир задумался. - Было сказано, что идти около недели, значит, самое раннее, кто-то может достигнуть пункта назначения завтра.


Кир размышлял о том, как много времени они потеряли в начале пути и какими по счету они смогут прийти к цели.


Они довольно неплохо двигались, как считал Кир. Сегодня с самой зари, после короткого завтрака, они шли без передышек.

Идти стало заметно легче, вероятно, они достаточно акклиматизировались в местных условиях. Хотя участки кожи на плечах и шеи горели огнем, а кое-где появились пузыри, все же Кир не хотел их вскрывать, чтобы нечаянно не занести инфекцию.

Взгляд сам метнулся к руке Санара.


- Болит?

Санар обернулся, не понимая, однако, догадавшись, о чем спрашивает тот, резко отвернулся.

- Все прошло.


Кир в этом глубоко сомневался, так как такой ожог не мог пройти за пару суток, но все же он уважал друга за то, что тот не жаловался. Значит, и он не станет ныть из-за волдырей.


Сумерки сгустились настолько, что ребята едва видели на несколько метров вперед - пора было сделать остановку.

Кир надеялся, что, если они отправятся в дорогу с первыми лучами и ничего не случится в пути, возможно, к вечеру следующего дня им удастся добраться до платформы.

Снова ребята выбрали подходящее место для ночлега - под огромным валуном.


Ночь спустилась ясная, и Кир не настолько устал, чтобы немедленно провалиться в сон. Он впервые увидел глубокое небо, развернувшееся темно-синим холстом над головой. Бриллиантовые звезды сияли всеми холодными оттенками, неторопливо паря во вселенной.

Кир иногда фантазировал, какие миры находятся на всех этих звездах. Такие же ли они, как Фризия, или теплые и голубые, как эта или Мирион, о котором часто рассказывал Санар.

Что за чудные существа, а может, монстры, населяют уникальную природу, созданную миллионами миллиардов случайностей и совпадений. Удастся ли ему побывать на многих из них?


Как часто представлял он себя солдатом-десантником, идущим в передовом отряде по неизведанной территории. Опасности подстерегают его на каждом шагу, и приходится глядеть в оба, чтобы выжить и не подвести товарищей.

То ему представлялось, как он часами лежит в засаде, подстерегая кровожадного врага, или храбро ведет разведывательный истребитель, увертываясь от снарядов, пущенных по их отряду, а повсюду стрельба, крики.

Однако, иногда он видел себя на родной планете, мирно сидящим у лунки поутру; ему хотелось поймать паруку - увесистую рыбу, лежащую на дне и лишь изредка поднимающуюся ко льду, чтобы покормиться мелкими водорослями. Мороз бы легко кусал его за щеки, а леденящий воздух наполнял спокойствием. Как далеко были его мечты...


- Санар? - негромко окликнул друга Кир.

- У?

Друг тоже не спал.

- Ты бы хотел путешествовать с планеты на планету?


Санар ответил не сразу.

- Да. Может так оно и будет, только скорее с дипломатическими миссиями, раскланиваясь с жирными политиками и отвешивая бесконечные комплименты их высокомерным женам и дочерям.

- Что за глупость! - удивился Кир. Он бы никогда не подумал, что они могут сойтись на почве неприязни.

- Это дипломатия, - смиренно констатировал Санар. - Если ты становишься правителем, лицемерие и ложь должны стать профессиональной привычкой. Отец не говорит мне этого в лицо, объясняя хитросплетения политически выгодных союзов, однако это и без того очевидно.


- Ты можешь отказаться?

Киру казалось, что Санара не радовала перспектива всю жизнь провести в закрытых кабинетах за бумажной работай или улыбаясь противным чиновникам.

Что такое политика, Кир понимал не понаслышке, так как долгое время провел на борту Альфы, где любой поваренок был в курсе последних событий раньше, чем об этом узнавала остальная Империя.

У Кира сложилось четкое впечатление, что это мерзкое и сложное дело, из-за этого ему было искренне жаль друга которого ждала такая судьба.


- В моей семье, кроме меня, две старших дочери, поэтому на меня возляжет ответственность за судьбу Мириона, - сухим тоном пробубнил Санар.

- Да уж, не повезло, - Киру отчаянно хотелось подбодрить друга. - Но наверняка есть свои плюсы, - нарочито воодушевленно начал Кир, - красивый дворец и отличные кушанья, бьюсь об заклад - ты ни разу не помыл тарелку!

Санар фыркнул.


- Не нужно гнуть спину, и однажды женишься на умопомрачительной принцессе!

- Да уж! - Санара явно развеселило последнее предложение.


А Кир, все так же смотря на Вселенную, вспомнил о красивой девушке с огненными волосами. Наверное, тоже какая-нибудь принцесса; он взглядом перепрыгивал с планеты на планету, представляя, что бы она могла сейчас делать. Такая тоненькая и хрупкая - и Эльяра снова затанцевала с кнутом в его памяти.


Вот она поворачивается, ее зеленые глаза горят жизнью, юбка развевается куполом в такт каждому выпаду и взмаху. Видел ли он что-либо красивее в жизни?

Незаметно Кира сморил сон.


'Опасность!', - прогремело в сознании, и Кир резко проснулся.

- Кир!

Санар подбежал к другу, растерянно поднял руки, не зная как помочь. Решившись, он схватил Кира за руку и поволок на берег. Почувствовав под ногами почву, Кир тяжело упал, заваливаясь на прокушенное бедро.


- А-а-а-а-а-а, - боль была нестерпимая. Кир инстинктивно знал, что нужно собраться и все уйдет, только голова горела огнем и ему никак не удавалось сделать глубокий вдох.


Санар, перепуганно, откатил его, чтобы осмотреть рану. Кровь пропитала штаны, но место разрыва не было видно. Он достал нож и рывком вспорол материю.

Все бедро было в крошечных кровоточащих точечках, из пары даже торчали обломки зубов. Санар знал что делать, только если Кир не успокоится, его, наверное, сейчас телепортируют.


- Кир! Я помогу! Соберись! Ну, давай же! - Санар не стал дожидаться реакции, время было дорого. Он знал, что на самом деле, с момента укуса едва прошла минута. Он ринулся обратно в воду и, напрягая каждый мускул, потащил за хвост труп чудища из воды.


Кир изо всех сил разгонял боль, тащившую его в омут. Он едва удерживался на крохотном островке сознания.


Как только часть туши монстра оказалась на суше, Санар сорвал с груди флягу, выплеснул содержимое и вспорол тело животного. Оттуда полилась темно-фиолетовая жижа, служившая животному кровью. Наполнив половину фляги, Санар ринулся к другу. Подняв его голову он силой стал заливать ему пойло в рот.

- Не дыши, пей! Пей!

Сил сопротивляться не было, да и думать тоже. Легче было подчиниться команде. И Кир сделал глоток. Потом еще. И еще. Жижа была теплая, это все, что удалось ему почувствовать. Ни вкуса, ни запаха, боль побеждала, заполняя сознание. Кир тяжело рухнул оземь, сжимая от боли зубы.

В своей голове он был сильным и, размахнувшись, он впечатал светлую точку у себя в сознании прямо перед собой, сотрясая белую стену сознания, окружавшую его. Как только он снова до нее дотянулся, она начала увеличиваться в размерах и нагреваться.

Кир обхватил сферу обеими руками и, вкладывая собственную энергию, увеличивал сферу. Нужно было торопиться, еще совсем немного... Как только шар достиг диаметра человека, Кир молниеносно оторвал руки и сделал решительный шаг вперед. Техника, разработанная мудрецами прошлых веков, ни разу не подвела Кира.


Спасительное спокойствие остудило тело. Кир неспешно втянул воздух.

- Кир,.. - послышался осторожный голос извне, - ты как?

- Нормально. Только с ядом я не смогу бороться, - ровным, безжизненным тоном констатировал друг.

- Не волнуйся, это пройдет, - оживившись, протараторил Санар, - я дал тебе крови и печени животного. Так на моей планете мы боремся с отравлениями и ядами. Правда нам с детства также добавляют вредные вещества в пищу... Но ты не волнуйся, ты принял антидот сразу же. Должно сработать,

- словно уверяя себя, с напором выдавил последние слова Санар.


Он явно пытался держаться стойко, однако голос выдавал друга с головой.


- Спасибо. Обязательно поможет, - попытался вложить Кир толику тепла, однако, не уверившись, что у него получилось.

- Тебе нужно пить. Очень много.

- Давай, - безжизненно согласился Кир.


Санар отстегнул флягу и, зубами вырвав пробку, обхватил его за шею, приподнимая голову и поднося горлышко ближе. Кир автоматически глотал нагретую солнцем воду, не чувствуя ничего, а лишь заставляя себя усилием сознания повторять автоматические движения. За первой флягой последовала вторая, третья, четвертая. Вода полилась изо рта, желудок был переполнен.

Его вырвало, и Санар снова начал заливать воду...


- Все, - сосредоточено подытожил Санар, - теперь отдыхай, просто дыши.

Кир потерял сознание.


Глава 24



Кровь


Можно слушать во время чтения Maiko Fujita nee hiiro no kakera op - http://muzofon.com/search/Fujita%20Maiko (или по любой другой ссылке)


Следующие сутки были самыми пугающими в жизни Санара. После того, как он доверху наполнил Киру желудок, друга несколько раз вывернуло и он отключился. Около двух часов Санар не двигался с места, подпирая голову Кира коленом и препятствуя заново залитой воде вылиться наружу. Позже он стянул с себя майку и, обмотав валиком смотанные фляги, подложил ему под голову.


Необходимо было оттащить Кира в тень. Выбрав место у ближайшего кустарника, Санар осторожно потянул его из-под палящего солнца. От зноя все плыло перед глазами. Устроив тело друга под естественным навесом поросли, он потрогал лоб Кира.


'Так и думал, лихорадка', - занервничал Санар. Он растерялся, и сердце забилось глуше. Как же он мечтал, чтобы у него при себе оказалось хоть одно средство продвинутой медицины Мириона. Он знал сотни рецептов для подобных случаев, что было вполне естественно для любого жителя его планеты, не говоря уже о потомке голубых кровей. Ведь их уверяли, что смертельные яды редкость на этой планете, неужели им так не повезло, и встретился смертельный хищник?


Он ухватился за край штанины и, надрезав прочную материю ножом, рывком оторвал полосу ткани. Затем вернулся к воде и, намочив кусок, положил его на лоб Кира. Подобие компресса на воде было одним из старинных основ элементарной помощи от лихорадки или температуры. Впоследствии признанное как мало эффективное, но это, к сожалению, было все, что мог придумать Санар.

Он возвращался к воде снова и снова. Эти простые действия давали хоть какой-то выход страху Санара. Он знал, что следующие двадцать четыре часа будут решающими.

В этой глуши не было абсолютно ничего и никого. Санар начал паниковать.


Хотелось рыдать. Никогда еще ему не приходилось оставаться одному. Рядом всегда были те, кто помогут. Семья всегда была всем для Санара. Бесконечно нежная и заботливая мама могла укрыть от любых забот в комнате цвета водяных лилий. Сестры, которые всегда знали все, даже если это было сильным преувеличением. Отец, способный объяснить то, что другие оказались бессильны. Бесконечно добрые и любящие, они бы знали точно... А в академии был Кир.

Голова начинала гореть, подкатывали слезы. Если не...


Горло сдавило. Кир стал единственным другом, которого не было за тринадцать лет жизни Санара. Как бы тот не старался, но встретить того, кого понимаешь, и кто понимает тебя, оказалось не так уж и просто.

Во дворце все старались угодить наследнику. Даже дети прислуги были заблаговременно наущены следовать любому повелению его Святейшеств. Потому и возникали обиды и несправедливость, и казалось, всегда что-то не взаправду. И Санар разочаровывался раз за разом.

Только семья оставалась искренней, но там у него тоже была роль наследника, или брата, или младшего в семье.


Папа всегда говорил, что беспокоиться не о чем. Друг находится не по твоей воле или приказу, а когда ваши дороги скрещиваются в тяжкую минуту, и вы находите силы, чтобы подставить плечо друг другу. Но Санар все же переживал.

Как же дороги скрестятся, если он почти все время проводил во дворце, а если его и покидал, то кордон личной гвардии не позволял ни одному простолюдину даже рядом постоять с кортежом его высочества. Так как же он должен был помочь кому-либо, если кто-либо по определению не мог приблизиться к нему на расстояние выстрела.


А теперь... Он мельком взглянул на Кира. Дышит. И снова побрел к воде.


Ближе к вечеру все стало еще хуже. Дыхание Кира участилось, все тело покрывали крупные капли пота, лоб горел огнем.

Кир вздрогнул.


Санар задохнулся. Он прекрасно понимал, что конвульсии часто приходят, когда процесс необратим и летальный исход неизбежен. Какой же он идиот! О чем он думал? Он не может позвать на помощь, Кир без сознания и неизвестно, успеют ли ему помочь в последний момент после транспортировки.

Неужели он думал, что средство, которое наверняка помогло бы ему, сработает на Кире. Кире, который прилетел с другой планеты, планеты с абсолютно противоположной флорой и фауной. Кире, который не имел ни малейшего представления о систематическом потреблении яда, как любой мирионец, и не выработал в своей крови антитела, устойчивые практически к любому отравлению.

Да, он накормил Кира плазмой крови чудища, которая защищает само животное, но ведь оно противоположно самой материи человека и требуется время на его усвоение... которого не было.


'Кретин! Кретин!..', - отчаянно ругал себя Санар. Он знал, как работает техника фризийцев. Пока сознание находится за непроницаемой оболочкой, мозг думает, что все нормально и не посылает сигналы об опасности остальным системой, следовательно, тело воспринимает нарушения, как часть естественных процессов и не более.

'А вдруг это значит, что его не телепортируют', - в ужасе подумал Санар, понимая, что скоро будет повинен в смерти единственного друга.


Санар замер и, казалось, перестал дышать. 'А почему нет', - размыто проплыло на задворках сознания. Он достал нож и, крепко сжимая его в руке, перемахнул на коленях через Кира.

Санар осторожно опустил голову друга на землю, убрав самодельный валик. Глубоко дыша, он стоял над Киром, чувствуя телом слабые конвульсии, прокатывающиеся по груди друга. Костяшки свело от железной рукоятки лезвия. Санар принял решение.


Врезаясь поглубже, он неторопливо вскрывал свое левое запястье. Во рту почувствовалась соленая кровь из прикушенной губы. Мышцы сводило от боли, нечем было дышать.

Кровь заструилась из пореза. Открыв рот Кира, Санар занес над ним запястье, позволяя крови свободно стекать внутрь. Такие же горячие слезы бежали по лицу Санара и капали на лицо Кира. Санар не издал ни звука.

'Моя вина, моя'. Он с силой сжимал и разжимал кулак, вызывая новый приток крови.

Через некоторое время Санар почувствовал слабость, в голове зашумело, а конечности наполнились свинцовой тяжестью. Захотелось упасть рядом и уснуть.


Простит ли его когда-нибудь Кир, если останется жив. Все, чего он хотел, это спасти друга. Санар знал, что его кровь сильна по отношению ко многим отравам и давно наладила механизм борьбы с инородными компонентами.

Как только яд проникал в его кровь, миллионы частиц тут же набрасывались на 'пришельца', нейтрализуя его вредоносное действие. Санар надеялся, что эта система, попав в кровь Кира через желудок и кишечник, окажется также эффективна, или хотя бы облегчит задачу собственной иммунной системе друга. Но то, что Санар отдал ему кровь... простит ли его когда-нибудь семья?


Санар продолжал заливать в горло Кира свою кровь -- пусть будет еще. Почувствовав, что близок к обмороку, он стянул уже высохшую повязку с огненного лба Кира и накинул на запястье, на то, чтобы завязать узел ушли последние силы.

В ход пошли зубы; затягивая конец перевязи, Санар попытался слезть с груди Кира, на которой вот уже несколько минут сидел всем своим весом, затрудняя его дыхание. Однако, что-то не получалось, то ли ноги не слушались, то ли он забыл, что хочет сделать... Санар упал.


Глава 25



Поход


Голова была тяжелее ведра, которое приходилось таскать Киру с шести лет, помогая матери убирать комнаты на Альфе. Со временем ноша стала вполне по силам, однако чувство тяжести прочно засело у него в голове.


Уже около десяти минут Кир ощущал прохладную землю и каждую сведенную мышцу. Хотелось хотя бы перевернуться, но, для начала, сойдет и просто открыть глаза.


Кир наслаждался обонянием запаха свежего утреннего леса, слышал стрекот озабоченно шнырявших насекомых и кто-то, вот уже пару минут, ползал у него по руке. Тела Кир не чувствовал, его словно придавило к твердой земле. Не находя другого выхода, Кир сконцентрировался и усилием раскрыл слипшиеся веки.

Несколько секунд он не мог разобрать, что находилось у него перед глазами. Немного привыкнув к свету, он узнал человеческий затылок с густыми светлыми волосами. 'Что за черт!'


- Эй, - пересохшими губами произнес Кир. Однако, скорее это была попытка, так как все, что вылетело изо рта, было шипящим выдохом и не более.

Кир с усилием сглотнул, что оказалось проблематично, если нет хотя бы капельки влаги. Втянув побольше воздуха, он попытался снова.

- Санар! - казалось, что есть сил, прокричал Кир на ухо Санару. Великолепно! Две буквы из трех! Только, скорее, было похоже на карканье.

Тем не менее, Санар чуть вздрогнул.


Начиная раздражаться, Кир снова наполнил легкие и что есть духу выкрикнул:

- Вставай!

- Че орешь? - не шевельнулся Санар и каким-то невнятным бульканьем ошарашил Кира. Тот окончательно растерялся и молчал.

Казалось, с потугой затылок стал медленно разворачиваться по какой-то неведомой траектории, пока, наконец-то, не показались заплывшие глаза, мертвенно бледные щеки и потрескавшиеся губы.

Санар обессилено смотрел в лицо друга, находящееся тут же, на расстоянии ладони.

- Ну? - вопросительно уставился Санар.

- Что ну? - еще больше возмутился Кир! - Слезь с меня!

- Уже пытался, - выдавил Санар и перевел дыхание, - сил нет.


Кир, порядком разозленный, устал от этой ерунды и собрав остатки энергии, перекатился на бок. Санар по инерции упал тут же, в стороне, не издав ни звука. Прошла еще пара минут. Кир, глубоко дыша и опираясь на руки, попытался сесть.

Со второй попытки у него получилось, однако из глаз посыпались звезды и его неожиданно замутило. Еще через минуту он понял, что не может терпеть и, напрягая все тело, перекатился на карачки и судорожно пополз к краю кустарника. Там, опустошая желудок, он провел какое-то время и, казалось, обессилил еще сильнее.


Тем временем Санар занимался тем, что пытался откупорить фляжку: схватившись за пробку зубами, он двумя руками тянул колбу вниз. Пустой щелчок ознаменовал успех, однако половиной содержимого пришлось пожертвовать.

Утолив жажду и переведя дыхание, Санар повторил процедуру, и со второй открытой флягой медленно встал и, пошатываясь, поплелся к Киру.


- Пей! - сухо сказал он. Кир тупо смотрел на протянутую мензурку, но все же решил взять ее.

Вода, коснувшись губ, оказалась тем живительным эликсиром, который и привел мысли в порядок. С воспоминаниями пришла и боль. Кир посмотрел на разрезанную штанину, где гадкое чудище попыталось отхватить от него кусок, как припоминалось Киру.


- Что случилось?

Санар молчал. Кир еще никогда не видел у него такого выражения лица. Казалось, он похудел. Но ведь за одну ночь такого не бывает?


- Эй! - со злостью прохрипел Кир. Его начинало бесить непонимание происходящего. Да что, черт возьми, случилось? Он было набрал дыхание, намереваясь, во что бы то ни стало, добиться правды.


- Тварь оказалась ядовитой... - апатично, не поднимая взгляда, ответил Санар, - началась лихорадка. - Он затих и, казалось, не хотел продолжать.

- Ладно тебе. Было бы совсем плохо, меня бы телепортировали, - Кир отвел глаза, не будучи уверенным в своих собственных словах. Да, чувствовал он себя прескверно. Может, он даже не сдал бы последний экзамен, но разве стоило так убиваться?


- Почему... - Кир покраснел, он не знал, как продолжить, - ты лежал на мне? Ты на мне спал? Ты...

Румянец стал еще гуще.

- Проехали! - рявкнул Кир.


Нужно было думать о выполнение задания. Они и так уже упустили слишком много времени.

- Поедим и пойдем, - отрывисто бросил Кир. Санар лишь кивнул, и они развернулись в разные стороны. Кир двинулся за тем, что могло бы послужить хворостом. Санар отыскал в пыли подсохшую тушку и двинулся к воде.

Кир было хотел подсказать ему быть осторожней, однако промолчал.


Через десять минул, они уже прокручивали освежёванных зверьков разными боками к жадным языкам пламени. Несмотря на то, что обоих мутило и покачивало, отчаянно хотелось жевать.

Поев, они собрали остатки и так не большого имущества в виде ножей, наполнили фляги в ближайшей лужице и двинулись дальше.

Они шли на север, где их должна была ждать платформа. По их подсчетам, если испытания должны были занять около недели, два дня они уже потеряли. Соперники наверняка не теряли времени даром. Что ж, им придется потрудиться.


До позднего вечера они шли без остановок, иногда сбавляя скорость из-за трудно проходимой местности. Теперь они старались избегать заводей и по молчаливому согласию обходили крупные болотца и озерца стороной. По дороги им улыбнулась удача в виде пышных кустарников накорми - и - попей. Они поели на ходу и закинув за плечи несколько зеленоватых плодов, двинулись чуть быстрее.


По дороге они почти не разговаривали, довольствуясь лишь инструкциями по наиболее разумному прохождению маршрута. Кир гнал раздражающие мысли еще до того, как они отчетливо формировались в голове. Санар казался подавленным; перебираясь через очередное бревно, Кир заметил перевязанную руку Санара, да и еще штанина его была странно обрезана.

Однако, Кир не спешил с вопросами, он все еще раздражался из-за непонятной истории, потом спросит.

Они договорились пройти еще немного в сумерках, так как много времени было упущено.


Все же они сильно замедлились; двигаться приходилось с осторожностью; от слабости из-за ночных событий приходилось переставлять ноги усилием воли, да еще и голова отчаянно кружилась.

Когда последний источник света окончательно померк, ребята разбили ночлег. Оборвав пушистые ветки приземистого дерева, они со своей ношей выбрали кустарники недалеко друг от друга, забрались в самую гущу и забылись глубоким сном после изнурительного и опустошающего перехода сквозь едва проходимые джунгли.

Им снились разные сны и преследовали разные страхи.



Глава 26



В пути


Киру снилось, что его засасывает снежный буран. Уперевшись в землю он что есть силы держался за обледеневший отросток. Костяшки пальцев потеряли чувствительность, а кусочки холодного стекла резали лицо. Кир зажмурился что есть силы; крик сопротивления и ожесточенного неповиновения стихии вырвался из его груди. Он почувствовал, как что-то неумолимо тянет его в пустоту. Борясь, он очнулся; придя в себя, он увидел что сжимает руку Санара за запястье, а тот, корчась от боли отчаянно ее вырывает. Испугавшись, он разжал пальцы.


- Прости, - извиняющимся тоном, выпалил Кир, - я не хотел.

- Забудь, - буркнул Санар и, держась за перемотанную руку, отвернулся.

- Как ты поранился? - чувствуя, что не может не спросить, искренне поинтересовался друг.

- О ветки, - бросил через плечо Санар, отвернувшись, чтобы снова заснуть.

- Сильно болит?

- Нет, - буркнул Санар.

Кир не поверил.


Через пару часов тьмы поголубела и начала рассеиваться. Ребята молча встали, съели скудный завтрак из единственного съедобного овоща и остатков тушки, а затем снова двинулись в путь.

День ничем не отличался от предыдущего. Все та же удушающая жара, нестерпимая влажность, не позволяющая дышать и заливающая глаза потом. Ближе к полудню ребята дышали ртом и шли неспешно, едва выбирая дорогу. Перед глазами плыли газообразные образы, вызванные обильными испарениями.


Вся провизия, добытая ранее, была поделена и съедена, больше щедрые кустарники не попадались. Пора было задуматься о пище. Невеселые мысли копились в голове у Кира, да и досадный сон не принес спокойствия. Ребята продолжали двигаться.


Солнце стало медленно клониться к закату. Кир, едва переставлял ноги, когда сзади послышался глухой удар. Кир молниеносно обернулся. Санар лежал ничком на земле.


Кир подбежал и перевернул друга на спину. Тот медленно и с усилием втягивал воздух, из разбитой при падении губы сочились капельки крови.

Кир уже откупорил бутылку и взял Санара за запястье, чтобы удобнее приподнять. Сарна вскрикнул и скорчился от боли. Кир автоматически разжал пальцы. В его руках лежала тонкая бледно-желтая ладонь, частично скрытая грязным обрезком материи. Кир осторожно размотал всю руку.


Запястье украшали нарывающие порезы, один из воспаленных бугорков пульсировал, готовясь исторгнуть белесую жижу.

Воспаление шло уже более двадцати четырех часов, как определил Кир, нужно было срочно принять меры, иначе не миновать заражения крови.

Кир двинулся на поиски сухих листьев, без которых у него не получится развести огонь. После он потратил около получаса, чтобы влажное бревно разгорелось бледно-синим пламенем и густым дымом.


Достав свой нож, Кир обмыл его от сухих волокон фруктов, затем медленно стал нагревать лезвие, пытаясь дать жадному огню облизать каждый миллиметр метала.

Кир отключил сознание, чтобы не чувствовать болезненного жара. Он медлил, ему никак не хотелось делать то, что требовалось.


Кир встал с корточек и подошел к Санару. Он не должен сомневаться, нужно собраться и преодолеть себя, чтобы не причинить еще большей боли.


Он подтянул Санара к дереву, сев спиной к нему и зажав друга между собой и стволом. Спиной он почувствовал, как бьётся сердце, еще чуть-чуть и... Он сконцентрировался и придавил его тело чуть сильнее. Взял его правую руку и одним твердым и осторожным движением вскрыл гнойник.

Санар дернулся и протяжно завыл.


- Больно! - с мольбой вымолвил друг. Сознание к нему вернулось.

Кир омыл пораненную руку водой.

- Потерпи, еще не все, - с этими словами он приложил нож плоской стороной по всей длине шрама. Рука дернулась, но Кир держал крепко. Санар замученно всхлипнул сквозь крепко сжатые зубы. Свободной рукой он все же пытался отодвинуть Кира, однако, сил было недостаточно.


- Все, - к собственному облегчению, закончил Кир.

Он высвободил Санара и, откупорив новую флягу, вылил воду на ожог. Санар с облегчением выдохнул.

- Еще будет сильно жечь, там, - Кир указал за дерево, - есть небольшая запруда, в ней не водится ничего опасного. Все же не суй больную руку в воду. Наполняй флягу и поливай.


Санар тут же зашевелился. Схватив здоровой рукой флягу, он на шатающихся коленях пополз в указанном направлении. Кир отвернулся и направился в другую сторону, надеясь, что ему все же повезет и он поймает что-нибудь на ужин.


К несчастью, копошившиеся в темноте зверьки оказались на редкость проворней Кира, вымотанного долгим переходом и изматывающими злоключениями. Однако он все же наткнулся на щедрый куст, ставший их спасением в этой местности.


Вернувшись к месту стоянки, он не нашел Санара. Вероятно, тот был еще у воды. Присев у могучего корневища исполина, Кир незаметно погрузился в сон. Тело болело, и мысли снова уносило в пугающие кошмары.

Еще не начало светать, когда Кир очнулся. Все тело ныло, казалось, еще сильней, и вместо желаемого отдыха Кир получил лишь затекшую шею и хмурое настроение.

Он поднялся и попытался потянуться, на что ответом ему был спазм схвативший спину. Санара нигде не было. Кир двинулся к запруде и нашел его там заснувшим на берегу с опущенной в воду рукой.

Кир вытащил руку Санара. Кожа на руке вся побелела и скукожилась. Шрам все еще был красный.


Рядом с Санаром были рассыпаны какие-то белые капсулы. Кир поднял одну, понюхал и лизнул - таблетки! Откуда у Санара таблетки, если их тщательно досматривали перед испытанием, проверяя наличие разрешенных предметов. И зачем они ему?


Санар дернул руку, и Кир отпустил. Неспешно разбуженный Санар сел и тут же загреб немного воды, чтобы умыться. На голове его был такой же беспорядок, как и у Кира.


- Как ты поранил руку? - ничего не выражающим голосом спросил Кир.

Санар помедлил, но все же ответил.

- Я же сказал, о ветку.

Кир в упор посмотрел на друга и, схватив за запястье, заставил его смотреть прямо в глаза.


- Шрам от ножа, - грубо бросил Кир. Он не понимал, почему Санар врет, и это выводило его из себя. Он не видел, как тот порезался. Да и зачем себя калечить?


- Отвечай! - напирал Кир.

Санар повесил голову.

- Я думал, ты мне друг, - медленно и разочарованно протянул Кир.

Санар обиженно вздернул подбородок и уперся в Кира упрямым взглядом.


- Так и есть, - отчеканил Санар.

- Тогда просто скажи, что случилось. Кир не собирался отступать. Они уставились друг на друга - никто не отводил взгляда.


- Я думал, моя кровь поможет... с отравлением, - нехотя, все же решил признаться Санар, - и кажется, помогло. Моя кровь содержит противоядия ко многим отравляющим элементам... а у тебя не было времени, чтобы выработать собственное...


Слова довались Санару с большим трудом.

- Я решил, что тебе поможет... и дал свою кровь.


Кир не проронил ни слова. Он пристально глядел на Санара с восхищением.


- Прости, я не должен был... не спросив согласия, но я не знал что делать. Теперь я понимаю, что тебе было бы лучше телепортироваться, но я... - судорожно затараторил Санар, теперь его словно прорвало, и он выплескивал все, что тревожило его душу.


- Все нормально, - резко оборвал его Кир, ему было стыдно за недавнюю грубость. - А откуда таблетки?

Санар кинул испуганный взгляд на землю перед собой, и судорожно, дрожащими пальцами, начал собирать капсулы.

- Это мои!.. То есть они мне нужны! - совсем смешавшись, Санар отвернулся.


Повисло неловкое молчание, и мальчики не смотрели друг на друга, рассматривая кору деревьев и чрезвычайно необычную листву. Кир не собирался дальше пытать Санара, понемногу осознавая, что для него сделал друг.


- Спасибо, - первым прервал молчание Кир.

- Нет. Спасибо тебе, - признательно ответил друг, - за руку.

- Угу, - промычал Кир, - ладно, пора идти.


Солнце уже почти встало и они, поднявшись, направились к лагерю за вещами.


У Санара громко заурчало в животе. Сдерживаясь пару секунд, оба прыснули со смеху. День обещал быть ясным. Ребята плыли кролем, делая передышки, лежа на спине. Вернее сказать, Кир делал, в то время как Санар ждал его, резвясь неподалеку, то ныряя и тайно подплывая к нему, то высоко выныривая и плюхаясь с шумом о воду.

Кир был рад за друга. Тот улыбался, он был по-настоящему счастлив. 'Наверняка был так уверен в себе, что экономил силы в школе', - наконец-то раскрыл тайну Кир.


Они плыли уже около часа и Кир заметно выбился из сил, все же он не привык к долгим заплывам.

Солнце обжигало кожу. Идти в тени гущи леса, даже несмотря на влажный воздух, было гораздо приятней.

Кир отчетливо чувствовал обжигающее плечи тепло, и это только начало заплыва! Он все дольше щурил глаза, временами открывая их шире, чтобы свериться с курсом.

Соль щипала многочисленные ссадины и порезы, да и во рту все пересохло от морской воды. Губы потрескались и болели.


Шел третий час заплыва, солнце наклонилось ближе к горизонту и стало приятно греющим.


Кир решил сделать передышку и лег на спину. Это оказалось едва ли приятней чем плыть, вода то затекала в уши, то близко подбиралась к ноздрям, грозя потопить пловца.

Кир глубоко дышал, его мышцы вибрировали от непривычного напряжения. Хотелось спать, опаленная за долгий день кожа неприятно жгла.


- Ты как? - послышался голос Санара.

Распластавшись рядом на животе, Санар забавно плыл на месте, широко гребя руками и ногами, оставляя голову над водой.

- Нормально, - в голосе не было ни нотки энтузиазма.

- Осталось меньше половины.


Что ж, это были хорошие новости, и все же еще очень далеко.

Кир с неохотой перекинулся на живот и, не открывая глаз, медленно и размашисто начал грести. Как не странно, войдя в ритм, Кир почувствовал облегчение. Движения вошли в автоматический ритм, дыхание восстановилось - 'Второе дыхание!', - осенило Кира.


Кир уже не делал остановок, а равномерно греб вперед, боясь упустить волну сил. Сколько прошло времени, он не имел не малейшего понятия, полностью сконцентрировавшись на процессе, словно боясь нарушить отлаженный механизм.

Кожа уже не болела, а лишь гудела и натягивалась при очередном взмахе руки, причиняя дискомфорт. Кир догадывался, что расплата наступит позже, и все же сначала следовало доплыть.


И тут случилось странное -- Кир зацепил пальцами рук нечто твердое. Еще гребок, и у него в руке остался песок. Он рывком вздернул голову и увидел знакомую зелень; осознание того, что он доплыл, пришло в ту же секунду.

От внезапно нахлынувшего счастья он беспорядочно забарахтал ногами, руки не слушались и он слегка захлебнулся. Дернувшись, он неприятно ударился пяткой о дно и встал.

На берегу уже сидел Санар, подставив лицо заходящему солнцу и мягко ему улыбаясь.


Кир тяжело побрел к берегу, покачиваясь из стороны в сторону. Чем выше он поднимался, тем меньше его поддерживала вода, ноги наливались свинцовой тяжестью.

Кир встал перед Санаром. Он мечтал о том, чтобы рухнуть на землю, но почему-то ему не хотелось падать в глазах мирионца.


- Неплохо, жду всего семь минут, - с легким укором сказал Санар.

Кир не ответил ничего, просто у него не было сил, а мямлить этому дуралею было ниже его достоинства. Напрягая все силы, он сделал два шага в сторону и тяжело опустился. Выждав еще пару секунд, прилег и закрыл рукой глаза. Кир глубоко дышал - какое же это приятное ощущение.


- Ну что, идем, - абсолютно естественно сказал нахальный мирионец.

Кир мечтал убить его, однако позже. Теперь уж он ему ни за что не уступит.

- Еще минуту, - совершенно серьезно сказал Кир. И, следуя собственным словам, он поднялся и повел Санара дальше...


К счастью, день клонился к закату и ребята прошли еще чуть более часа. Одежда высохла довольно быстро, оставшись слегка влажной то ли от соленой морской воды, то ли от пота.

Они оба были вымотаны напряженным переходом и, не поужинав, легли спать в небольшой расщелине, частично укрытой растительностью.


Кир провалился в бредовый сон, где он бежал от невидимого преследователя, задыхался и боялся обернуться. 'Кир!' - окликнул его голос Санара, но вместо того, чтобы обернуться назад, Кир, споткнувшись, остановился и глянул под ноги.


Ровная голубая гладь едва колыхнулась, и он провалился в воду. 'Снова вода!' - в ужасе подумал Кир и отчаянно заработал руками и ногами. Ему казалось, что вот-вот, и он окажется на поверхности.

'Кир!' - снова позвал Санар. Кир на рывке посмотрел вниз, очертания Санара были едва различимы. Может, ему это привиделось.

Он знал, что необходимо сделать вдох, но... он развернулся и нырнул вниз.


Кир снова падал, нет висел. Он завис в воздухе и неспешно оглядывался. Красивая беломраморная комната окружала его. Черно-белая клетка лоснящейся плитки пола отражала свет, исходивший отовсюду, но как не старался Кир, его взгляд никак не мог зацепить ни единую лампу, или светильник, или люстру.

'Кир!' - в третий раз услышал он Санара, где-то совсем близко. Кир поднял глаза - Санар парил в нескольких сантиметрах над полом, прямо перед ним.

Санар не смотрел в глаза, он словно обмяк и лишился жизни. На нем была простая белая рубашка, приоткрывающая лишь пальцы ног. Кир никак не мог расслышать, как дышит друг, и это его начинало пугать.


- Санар, ты звал, - не придумав ничего лучше, отважился спросить Кир, хотя ему тут же показалось, что он спросил глупость.

Санар не отвечал. Кир начинал нервничать и ему становилось трудно дышать.

- Санар? - еще раз было попытался Кир.

- Возьмешь мою кровь? - не поднимая головы, спросил Санар.


Волосы встали дыбом на затылке у Кира. Ему совсем не хотелось видеть кровь друга. Сказать нет... Кир почему-то не мог, даже сама мысль казалась ошибочной. Но зачем ему кровь, это должно быть будет ужасно больно для Санара.

Кир было уже собрался отказать, но никак не мог решиться. Время шло, дыхание у Кира снова перехватывало, он начинал злиться, ему хотелось закричать на Санара. Что за глупости? Какая кровь? Я...


- Да, возьму!!! - не выдержал Кир и закричал. Испугавшись своих слов, он закрыл рот рукой. От самого себя вдруг стало тошно и противно.

Не понимая что делает, он схватил за руку Санара и ,развернувшись, что есть духу кинулся вон из комнаты, просто ощущая, где выход и совершенно не видя ничего вокруг.


Досада, и обида, и злость клокотали в нем, чувство раздражения достигло предела. 'Я бы и сам взял, если нужно', - мысль, возникшая из ниоткуда, так его напугала, что он очнулся.

Стыд и желание оправдаться заполняли его. Нет, никогда бы он не посмел причинить боль другу.


Рядом, повернувшись к Киру спиной, спал Санар. Занимался рассвет, и Киру было невыносимо оставаться рядом с другом, зная какие страшные сны поселились в его голове.

Недолго раздумывая, Кир вскочил и кинулся вон из пещеры.

- Идем уже пятый день, - сказал Санар, перебираясь через очередное бревно, покрытое густым влажным мхом.

- Да, должны быть недалеко, - озвучил свои мысли Кир.

Он тоже полагал, что идти осталось недолго, если они не сбились с курса, а они не сбились - строго на север, без отклонений.

- Как ты думаешь, кто-нибудь уже на месте? - спросил Санар.

- Маловероятно, - Кир задумался. - Было сказано, что идти около недели, значит, самое раннее, кто-то может достигнуть пункта назначения завтра.


Кир размышлял о том, как много времени они потеряли в начале пути и какими по счету они смогут прийти к цели.


Они довольно неплохо двигались, как считал Кир. Сегодня с самой зари, после короткого завтрака, они шли без передышек.

Идти стало заметно легче, вероятно, они достаточно акклиматизировались в местных условиях. Хотя участки кожи на плечах и шеи горели огнем, а кое-где появились пузыри, все же Кир не хотел их вскрывать, чтобы нечаянно не занести инфекцию.

Взгляд сам метнулся к руке Санара.


- Болит?

Санар обернулся, не понимая, однако, догадавшись, о чем спрашивает тот, резко отвернулся.

- Все прошло.


Кир в этом глубоко сомневался, так как такой ожог не мог пройти за пару суток, но все же он уважал друга за то, что тот не жаловался. Значит, и он не станет ныть из-за волдырей.


Сумерки сгустились настолько, что ребята едва видели на несколько метров вперед - пора было сделать остановку.

Кир надеялся, что, если они отправятся в дорогу с первыми лучами и ничего не случится в пути, возможно, к вечеру следующего дня им удастся добраться до платформы.

Снова ребята выбрали подходящее место для ночлега - под огромным валуном.


Ночь спустилась ясная, и Кир не настолько устал, чтобы немедленно провалиться в сон. Он впервые увидел глубокое небо, развернувшееся темно-синим холстом над головой. Бриллиантовые звезды сияли всеми холодными оттенками, неторопливо паря во вселенной.

Кир иногда фантазировал, какие миры находятся на всех этих звездах. Такие же ли они, как Фризия, или теплые и голубые, как эта или Мирион, о котором часто рассказывал Санар.

Что за чудные существа, а может, монстры, населяют уникальную природу, созданную миллионами миллиардов случайностей и совпадений. Удастся ли ему побывать на многих из них?


Как часто представлял он себя солдатом-десантником, идущим в передовом отряде по неизведанной территории. Опасности подстерегают его на каждом шагу, и приходится глядеть в оба, чтобы выжить и не подвести товарищей. То ему представлялось, как он часами лежит в засаде, подстерегая кровожадного врага, или храбро ведет разведывательный истребитель, увертываясь от снарядов, пущенных по их отряду, а повсюду стрельба, крики.

Однако, иногда он видел себя на родной планете, мирно сидящим у лунки поутру; ему хотелось поймать паруку - увесистую рыбу, лежащую на дне и лишь изредка поднимающуюся ко льду, чтобы покормиться мелкими водорослями. Мороз бы легко кусал его за щеки, а леденящий воздух наполнял спокойствием. Как далеко были его мечты...


- Санар? - негромко окликнул друга Кир.

- У?

Друг тоже не спал.

- Ты бы хотел путешествовать с планеты на планету?


Санар ответил не сразу.

- Да. Может так оно и будет, только скорее с дипломатическими миссиями, раскланиваясь с жирными политиками и отвешивая бесконечные комплименты их высокомерным женам и дочерям.

- Что за глупость! - удивился Кир. Он бы никогда не подумал, что они могут сойтись на почве неприязни.

- Это дипломатия, - смиренно констатировал Санар. - Если ты становишься правителем, лицемерие и ложь должны стать профессиональной привычкой. Отец не говорит мне этого в лицо, объясняя хитросплетения политически выгодных союзов, однако это и без того очевидно.


- Ты можешь отказаться?

Киру казалось, что Санара не радовала перспектива всю жизнь провести в закрытых кабинетах за бумажной работай или улыбаясь противным чиновникам.

Что такое политика, Кир понимал не понаслышке, так как долгое время провел на борту Альфы, где любой поваренок был в курсе последних событий раньше, чем об этом узнавала остальная Империя.

У Кира сложилось четкое впечатление, что это мерзкое и сложное дело, из-за этого ему было искренне жаль друга которого ждала такая судьба.


- В моей семье, кроме меня, две старших дочери, поэтому на меня возляжет ответственность за судьбу Мириона, - сухим тоном пробубнил Санар.

- Да уж, не повезло, - Киру отчаянно хотелось подбодрить друга. - Но наверняка есть свои плюсы, - нарочито воодушевленно начал Кир, - красивый дворец и отличные кушанья, бьюсь об заклад - ты ни разу не помыл тарелку!

Санар фыркнул.


- Не нужно гнуть спину, и однажды женишься на умопомрачительной принцессе!

- Да уж! - Санара явно развеселило последнее предложение.


А Кир, все так же смотря на Вселенную, вспомнил о красивой девушке с огненными волосами. Наверное, тоже какая-нибудь принцесса; он взглядом перепрыгивал с планеты на планету, представляя, что бы она могла сейчас делать. Такая тоненькая и хрупкая - и Эльяра снова затанцевала с кнутом в его памяти.


Вот она поворачивается, ее зеленые глаза горят жизнью, юбка развевается куполом в такт каждому выпаду и взмаху. Видел ли он что-либо красивее в жизни?

Незаметно Кира сморил сон.


'Опасность!', - прогремело в сознании, и Кир резко проснулся.

Чья-то рука зажала ему рот. Его придавили к земле и, выкручивая руки, связывали веревками. Он дернулся, однако напрасно, ноги уже перетягивали крепкие путы. 'Что это?' - нервно пульсировало в голове Кира. Он дико оглядывался по сторонам, стараясь разглядеть противника.


Из-за деревьев показались огни факелов, вокруг шла тихая деловая суета. Крупные темные силуэты сновали, перебрасываясь непонятными репликами. Кира поставили на ноги, и мир на секунду принял узнаваемые очертания.


Кир взглянул в сторону, где спал Санар. Тело друга старательно перевязывал веревками пришелец. Насколько можно было судить, он был крупного роста, мужчина, весь изрисованный невиданными узорами. Волосы были крепко стянуты на затылке в длинный хвост. Больше было не разглядеть.


Пришелец, почувствовав взгляд, резко посмотрел на Кира и зарычал. Белки его глаз блестели, отражая тусклый свет факелов. Не понимая, что происходит, Санар забился на земле и замычал.


Тут перед Киром возникла другая фигура, показавшаяся ему мощнее. Его резко дернули с земли и закинули на плечо, как убитую тушу животного. 'Да уж, кто-то неплохо поохотился', - горько подумал Кир. Последовала чуть более громкая перекличка, и отряд двинулся в путь.


Через несколько секунд Кир поднял голову и увидел, что за ним следуют еще шестеро, на одном из которых, судя по доносившимся звукам, висел Санар. Его 'провожатый' видимо устал от докучливой ноши и двинул кулаком куда-то в бок. Санар всхлипнул и затих. 'Может, в почку', - злился Кир, беспокойно заерзав на плече, - 'скотина'. И тут же получил такой же удар, за неповиновение.

Делать было нечего, нужно было дождаться остановки или действий со стороны противника.


К несчастью, ни остановок, ни каких-либо перемен не последовало. Отряд двигался всю ночь, не снижая темпа и не показывая признаков усталости. От прилившей крови в голове шумело, а мысли путались. Все тело разламывалось.

Кир хотел было отключить болевые симптомы, но мысли о страдающем друге не позволили ему такой роскоши. Придется терпеть.

Изрядно вымотавшись, Кир заметил, что силуэты прояснялись - приближалась заря. 'Ну не роботы же они в конце концов!' - начинал сомневаться Кир.


Словно ответ на его мольбы, неподалеку послышался окрик. Отряд прибавил ходу.

Из неудобного положения Кир, тем не менее, смог рассмотреть захватчиков. Это были воины, или охотники, а может, и те и другие в одном лице. К такому выводу он пришел потому, что они неслышно подкрались и умело их связали. Также сильная спина, мощные плечи и накаченные икры похитителей свидетельствовали об их недюжинной физической силе.


Ландшафт под ногами тяжеловеса менялся, становясь суше и ровнее, вероятно, они покидали лес. Украдкой озираясь по сторонам, Кир увидел, что их окружили дети и следовали рядом, не отходя ни на шаг. Они с любопытством разглядывали ребят. И тут все внезапно остановились.

Кир, готовясь к неизвестному, выдохнул.


Их опустили на землю. Чувство равновесия после долгого висения вниз головой подвело обоих, и они мешками плюхнулись на землю. В головах закружилось.

Вокруг завязалась беседа на непонятном наречии. Судя по тону, окружающие были в хорошем расположении духа. 'Что ж, после хорошей охоты, и я радуюсь', - признался сам себе Кир, понимая, что это не сулит им ничего хорошего. Кровь в голове успокоилась, и он начал оценивать обстановку, как их учили.

В свете утренней зари ему удалось увидеть все детали места, где они оказались.


Судя по всему, это была небольшая деревня, около сорока-пятидесяти домов. Домики были небольшие, укрытые толстым слоем высушенного хвороста. Ветки ярко блестели, вероятно смазанные жиром или какой-то другой субстанцией.

К каждому домику примыкали заборы все из тех же веток. Были слышны звуки голосов обитавших за изгородью животных. Неподалеку Кир наблюдал приземистое сооружение, вокруг которого щедро валялись сферические предметы. "Колодец!" - догадался Кир.


Тем временем, люди, сгрудившись вокруг пленников, перекрыли обзор. Туземцы с интересом рассматривали добычу, тыкая пальцами и исподтишка касаясь невиданного материала. Они были загорелые и отлично сложены. 'Все же охотники', - сделал вывод Кир.

Мужчины выглядели внушительно, играя массой мышц при каждом движении. Тела некоторых ярче выделялись обилием татуировок. Киру показалось, что он улавливает очертания лап и клыков в угольно-черной росписи. Волосы действительно были связаны в тугой хвост, да еще и намазаны чем-то.

На шеях притащивших их охотников висели всевозможные кости и шкуры, а из мочек ушей некоторых торчали когти зверя пугающей длины. Присмотревшись, Кир мог теперь легко отличить шрамы храбрецов.


Женщины не сильно отличались от мужчин. Они почти не носили татуировок, кроме старухи, у которой была одна, под глазами. Одежда лишь слегка прикрывала грудь и бедра. Атлетические ноги выдавали признаки охоты и частого движения.

Кир еще раз взглянул на жилище. 'Нет. Фундамент монолитный - не кочевники'. Тем временем, прошло около пяти минут и, похоже, целая деревня собралась посмотреть на мальчишек.

Кир переглянулся с Санаром. Лицо друга было напряжено и серьезно, казалось, ему нестерпимо хотелось обсудить их тяжелое положение.


Внезапно суматоха стихла и толпа, стоявшая перед ними, шустро разделилась пополам. По живому проходу шествовал мужчина средних лет. Он был черен от покрывавших его тело рисунков, а проблески кожи носили темно оранжевый оттенок. 'Глава', - подумал Кир.

Тот подошел к ребятам и остановился на расстоянии вытянутой руки. Не опуская головы, он горделиво рассматривал пришельцев. Мальчишки занимались тем же.


Брови главы были жестко сведены у основания и проколоты когтями по обеим сторонам. Нос напоминал клюв хищной птицы, а плотоядный взгляд дополнял картину. Он сказал что-то и посмотрел на охотника, несшего Кира. Тот, едва склонив голову, ответил ровным, покорным тоном. Вождь еще раз бросил взгляд на незнакомцев, отчеканив короткое:

- Мау у неа!


И, развернувшись, удалился. Поглотившая его толпа тут же загудела и пришла в движение.

К Санару подошла пожилая женщина и, мягко говоря что-то, развязала ноги, после чего освободила ноги Кира. Она, не переставая, что-то лепетала и, признаться, это немного успокаивало.


Женщина потянула Санара за локоть, тот встал, Кир последовал его примеру. Она потянула Санара за собой, Санар, прежде чем последовать, бросил обеспокоенный взгляд на Кира.

Кир сделал было шаг вдогонку, однако, дорогу ему перегородил один из охотников и, пнув его в плечо, гаркнул, указывая ему за спину:

- Хоте!


Кир помедлил, но подчинился, ибо в данной ситуации больше ничего не оставалось. За спиной его ждала женщина помоложе. Не говоря ни слова, она жестом повелела следовать за собой.

Выдохнув, Кир двинулся в указанном направлении, процессию завершали пара воинов с костяными ножами за поясом. У одного из них на бедре поблескивал нож Кира. 'Черт!'


Глава 27



Съедят или повесят?


Кира привели в один из деревянных домиков. Там его заставили раздеться и усадили в большой деревянный таз, внутренняя сторона которого была покрыта скользкой жижей, вероятно, предохраняя дерево от намокания.

Ощущение было так себе, однако Кир думал о немного более важных вещах. Он пытался предположить, что с ними будет дальше. Их могли съесть, что, как помнилось Киру из уроков истории, было вполне принятым обычаем у племенного образования. Тогда понятно, для чего их обмывают.


Ход мыслей Кира прервала девушка, внесшая два ведра воды. Ее старшая подруга указала место, куда следовало их поставить.

Кир внезапно засмущался, так как молодая девушка, не стесняясь, его разглядывала. Она опустила ведра и встала столбом, не выказывая никакого намерения уходить.

Старшая, казалось, ее просто не замечала, она в свою очередь достала какие-то тряпки.

- Хале! - скомандовала старшая.


Девушка незамедлительно схватила одно из ведер и, подойдя к Киру сзади, начала лить воду ему на затылок.

Кир дернулся и фыркнул. Вода была немного прохладной, но все же не шла ни в какое сравнение с температурами, к которым был привычен Кир.


Девушка прыснула, за что тут же получила тяжелый взгляд наставницы. Старшая взяла одну из тряпок и принялась обмывать Кира. Ему это было совсем неприятно, однако плечи воинов, стоявших на входе, свидетельствовали, что охрана на месте.

Он оценивал силы. Да, он бы смог справиться с женщинами и, возможно, даже сбежать, но где искать Санара? Судя по всему, сразу их есть не собирались, тогда еще остается немного времени. На крайний случай, можно было рассчитывать на датчики.


'Значит, я позволю им делать то, что им хочется. Если выберемся к вечеру, может, еще успеем попасть к цели последними', - рассуждал Кир. Во время ночного перехода отряд шел на северо-восток, так что приходилось надеяться, что найти обратную дорогу будет не так уж сложно. 'Но как уйти от стольких людей?' - с этим вопросом Кир наконец-то был оставлен в покое.


Руки сводило нещадно, и с кислой гримасой Кир заерзал, за что получил подзатыльник от старухи с недовольным: - Аи паку, - что он интерпретировал как "сиди смирно" или "не дергайся".


Его подняли, повязали на бедра какой-то лоскут и отвели в угол, где лежала подстилка из сухих трав. Там его развернули и привязали затекшие руки другой веревкой. Затем женщина прикрикнула на прислужницу и та с расстроенным видом удалилась, бросив на Кира последний заинтересованный взгляд.


Тем временем женщина оттащила таз в противоположный угол и, взяв мокрые тряпки, пошла наружу; Кир слушал, как она дает какие-то указания мужчинам. Один из них что-то ответил, и женщина ушла.

Охранники вошли, принеся небольшое подобие столика на коротких толстых ножках. Одни установили столешницу в середине комнаты, пока другие отыскали в комнате подстилки и бросили там же, себе под ноги.


Не успели охранники рассесться, как вошла новая девушка, неся поднос, уставленный простыми деревянными мисками. Миски напоминали скорлупки какого-то ореха аккуратно разбитые пополам, края были гладко затерты рукой человека.

Едва выставив утварь, девушка незамедлительно отвернулась и вышла, в отличие от предшественницы на ее лице не было ни капли заинтересованности.


Мужчины о чем-то разговаривали, подшучивая и толкая друг друга. Иногда это касалось Кира, судя по кивкам в его сторону.


Девушка снова вернулась, неся на подносе жареное мясо, воины приветствовали ее радостными вскриками, кто-то всплеснул руками.

Чаще всего было слышно одно слово - Атэ! Атэ! Наверное, так звали девушку, - подумал Кир.

Атэ мягко улыбнулась, и Кир вспомнил о маме. 'Нет, сейчас точно не время', - встряхнув головой, отогнал он непрошеную мысль.


Ароматы жареного мяса расплылись тяжелыми специями по маленькой каморке, у Кира потекли слюнки, он жадно сглотнул.

Закончив с мужчинами, девушка двинулась в угол Кира, в руке она несла миску с куском мяса. Взяв мясо в руки, она поднесла его ко рту Кира.

- Ма, - повторяла она.


Кир открыл рот. Он не собирался отказываться от пищи, силы ему еще понадобятся, а когда придется поесть в следующий раз, никто не знал. Он с аппетитом жевал жирный кусок, мясо неведомого зверя было вкусным и сочным.

Воины смотрели, как он глотает пищу и одобрительно кивали, приговаривая что-то.

Кир разделался с мясом в считанные секунды и, довольно облизываясь, устроился на подстилке поудобнее. Настроение заметно поднялось, даже несмотря на связанные руки.


После трапезы Атэ все так же прытко убрала со стола, однако охранники никуда не

собирались. 'Должно быть, будут стеречь до последнего', - подумал Кир.

Что ж, у него уже зрел план побега. Незаметно, он ощупью нашел небольшой сучок, а скорее, плохо стертый обрубок, на бревне, к которому была привязаны веревка, и вот уже двадцать минут цеплял свои наручники' о выступ равномерными движениями вниз.

На это должно уйти много времени, однако торопиться было некуда: утро было раннее, а план Кира включал в себя спящую деревню.


В темноте, когда все уснут, он собирался напасть на охранников, так как кто-нибудь обязательно останется на посту. Затем улизнуть из хижины и под покровом ночи разыскать Санара.

У него тоже должна быть охрана, следовательно, свет не будут тушить все ночь, а большинство обитателей деревни уже лягут спать.


Значит, это будет не сложно, другое дело, что придется бежать всю ночь, и если их раскроют, преимущества места и силы будут не на их стороне.

Обдумывая детали плана и размышляя над возможными непредвиденными ситуациями, Кир дождался обеда. Он снова принял еду с благодарностью, кивнув напоследок все той же девушке, которая обслуживала всех за завтраком.

После он решил немного вздремнуть, ведь ночка предстояла не легкая, да и с веревкой он неплохо продвинулся, по его оценкам, оставалось не более двух часов работы.


Из небольшого окошка, которое находилось на противоположной стене, доносились звуки, сопутствующие выполнению домашних обязанностей. Где-то негромко кричал местный скот, судя по блеянью и причмокиванию. То здесь, то там переговаривались люди; стук, свист и детский плач время от времени раздавались снаружи, долетая из разных уголком деревни.

Иногда слышны были споры, и Кир уже мог выделить один и тот же голос, неустанно раздающий указания и ворчливо ругающийся то ли на себя, то ли на всех окружающих. Второе Киру казалось вероятнее.


В середине дня сменились охранники и Кир снова увидел своего 'провожатого', которой на протяжении нескольких часов нес его на себе, ни разу не остановившись и не сбавив хода.

Теперь, получив возможность рассмотреть его поближе, Кир еще больше восхитился росту и недюжинной силе человека, могучее тело которого не могли скрыть даже многочисленные татуировки.

Сплав из мышц и сухожилий приводил Кира в восторг, ему не нужно было объяснять, что выделяло воина - этому он был научен еще на родной планете. Когда воин ел, мышцы шеи мерно двигались в такт, показывая, какая боевая машина сидела в четырех шагах от Кира. Что ж, если ночью ему предстоит решать вопрос с ним...

Кир тяжело выдохнул и снова сконцентрировался на веревке.


Небо потянуло легким сумраком и из окошка показался рассеянный свет костров. Атэ принесла в хижину небольшую лампу, представляющую выдолбленный кусок полена, заполненный бледно-матовой жидкостью, на поверхности которого плавал огонек; Кир не мог рассмотреть ближе, но, вероятно, горел кусок веревки наподобие той, что связывала его руки.


Время близилось к ночи, но, к непониманию Кира, звуки за окном не стихали.


Казалось, все также много народу суетилось снаружи. 'Конечно!' - словно током ударило Кира, и волосы на макушке слегка приподнялись. - 'Они же собираются съесть нас сейчас!'.

Он понимал, что их не обязательно съедят, хоть это было вполне вероятно. Рабство или убийство тоже были возможностями.

Но он почему-то решил у себя в голове, что их помыли и накормили не для того, чтобы просто убить, да и зачем мыть, если им придется убирать хлев или чистить горшки. А сейчас туземцы, вероятно, готовятся к празднику или пиршеству, чтобы полакомиться всем племенем.

От таких мыслей сердце Кира застучало быстрее, на лбу появилась капелька пота.


Да, задача заметно усложнялась. И чего им ждать, добыча поймана и готова к употреблению - как он раньше об этом не подумал.

'Спокойно', - подбадривал себя Кир, в конце концов у нас всегда остаются датчики, и он нащупал указательным пальцем крохотный твердый шарик у себя на запястье. Пульс вернулся к нормальному ритму. Тогда все, что остается - действовать по обстоятельствам и попытаться выбраться.


В любом случае они с Санаром ничего не теряют. Быть телепортированными из кипящего котла или с вертела не представлялось Киру достойным, а вот попробовать бежать и сражаться, возможно, быть раненым, и вернуться на Цезарь как воину, рисовалось более радужной перспективой. На том Кир и порешил.


Атмосфера в хижине тем временем изменилась. Воины прекратили громко болтать и смеяться. На их лицах появилось серьезное, сосредоточенное выражение. Они уже не сидели, расслабленно облокотившись о пол, а прямо, симметрично положа крупные ладони на колени.


'Сильнейший', - так Кир прозвал самого могучего воина, стоял у окна, следя за тем, что происходит в округе. Руки его были скрещены и он чуть заметно кивнул, как будто одобряя увиденное. Он неожиданно посмотрел на Кира. Глаза их встретились.

Как бы Кир не восхищался охотником, он понимал, что перед ним враг, который его захватил и собирается уничтожить. Глаза Кира обжигали холодом, цвет превратился в стальной; с противоположной стороны на него смотрели черно-карие глаза зверя, отражая пламя огня самодельного светильника; казалось, что напряжение в комнате взлетело до невыносимого за одно мгновенье.


Кир не отводил взгляда, он не боялся ничего.

Бровь охотника поползла вверх - он только что увидел настоящего Кира.


В домик вошла Атэ и напрямик подошла к Сильнейшему. Тот нехотя оторвался от Кира и перевел взгляд на нее; Киру почудилась морщинка раздражения. Атэ что-то тихо говорила Сильнейшему, да это было и не важно - Кир не понимал ни слова. Однако он, не отрываясь, следил за лицом врага. Четкое, ничего не выражающее, лицо не сменило маски.Воин кивнул и Атэ незамедлительно ушла.


Кир был так сосредоточен на их лицах, что не сразу осознал сменившийся наряд девушки. В отличие от утреннего костюма охотницы, на ней было простое тускло-желтое платье, вернее, это больше напоминало тунику, закрепленную на плечах и едва прикрывающую колени.


Как только Атэ скрылась из виду, Сильнейший что-то сказал остальным воинам и те поднялись на ноги. Один из них подошел к Киру и отвязал веревку. Благо, комната была слабо освещена и охранник не заметил потрепанной веревки, перевязывающей руки Кира. Теперь легкого рывка было достаточно, чтобы освободиться.


Кира подняли на ноги и толчком в спину направили к выходу; впереди него встало двое охранников, Сильнейший встал за спину.


Они вышли из хижины. Было темно, но благодаря свету редких факелов Кир видел людей в таких же туниках как у Атэ, деловито сновавших по деревне.

Отряд с пленником не спеша двигался среди домов. Редкие заборы и простые сооружения для провизии украшали скромный обиход деревни. Людей было заметно меньше, чем при первом вхождении в поселок, и Кир не сомневался, что они собрались там, куда его ведут.


Через десять минут они оставили позади последний домик и двинулись к каменистому возвышению, редко покрытому низкорослой зеленью.

Тропинка под ногами была крепко вытоптана и мелкая галька практически не сыпалась при подъеме и не царапала голые пятки. Пара естественных спутников, освещавших планету ночью, находились практически в зените. Еще немного, и они выстроятся ровной линией, один над другим.


'Бежать сейчас?' - подумал Кир. Нет, это не имело смысла, тем более, он уже давно не видел Санара и это его раздражало.


Еще через пятнадцать минут они поднялись на вершину валуна, где Кир обнаружил, что они находятся на небольшой гладкой поверхности, представляющей пологий бок невысокой скалы. И где находились все обитатели деревни. Облаченные в туники разных оттенков, они общались друг с другом.


Появление Кира прервало разговоры лишь на долю секунды, затем, не отрывая взглядов от пленника, жители продолжали что-то оживленно шептать друг другу, то и дело тыкая в Кира пальцем.

Со своей 'свитой' Кир прошел вдоль толпы к искусственному возвышению.


Помост был сооружен из стройных обтесанных бревен, выложенных квадратом, с аккуратно выдолбленными нишами, идеально вмещавшими окончания бревен, положенных под прямым углом. Благодаря этому, сооружение было массивным и устойчивым без единого гвоздя или другого материала, используемого при строительстве.

Из предполагаемого помоста вертикально торчали два бревна не более двух с половиной метров в высоту.

Подойдя к конструкции вплотную, Кир увидел, что никакого помоста на самом деле не было. Деревянный четырёхугольник был полым внутри, а бревна были вкопаны прямо в землю. Поскольку стенки строения доходили Киру до колена, то издалека не было видно мелкого хвороста, заполнявшего емкость.


- Гареу! Фатэ!

С этими словами Кира больно толкнули под ребра длинной палкой с острым наконечником. Такие же орудия имели все воины, стоявшие у постройки, охраняя ее или неся почетный караул, так и не определился Кир.


Он перешагнул через невысокий бортик и охранник, положив свою тяжелую лапу на плечо Кира, подвел его к одному из бревен. Не нужно было быть гением, чтобы догадаться, что веревка, висевшая на его грубом кожаном поясе должна была крепко привязать Кира к бревну.


Кир, не собираясь сопротивляться, шустро развернулся спиной к дереву и, не привлекая внимания, спрятал свою обтрепанную веревку от любопытных взглядов.

Ему крепко обмотали ноги у самого основания и тело от левого плеча до противоположного бедра. Будучи практически парализованным, Кир нервно заерзал, пытаясь дышать глубже и не давая сердцу набрать желаемые обороты.


Внезапно толпа снова стихла. Кир уставился в общем направлении, однако чуть не разочаровался, увидев ребенка в белой тоге наподобие одежды местных обитателей. Тот призраком плыл в густом сумраке, напоминая фарфоровую статуэтку; Киру неожиданно вспомнился этот милый сувенир, который он заметил во время первого и единственного посещения кабинета директора по прилету в Прайм.


Он уже собирался отвернуться, как взгляд остановился на светлых знакомых прядях. 'Санар!' - слегка ошарашено осознал он. В таком одеянии он был не тот друг, которого знал Кир. Скорее невинное дитя.

Санар поднял взгляд, но, увидев перекошенное весельем лицо друга, тут же отвернулся в сторону, низко опустив подбородок. Отросшие волосы занавесом скрыли глаза.


Кир не видел лица Санара из-за бедного освещения, но все же мог поспорить, что тот покраснел.

'Вот так смех!', - неуместно развеселился Кир и готов был рассмеяться в полный голос. Однако, быстро вернувшись к реальности, передумал.


Санара уже подвели ко второму столбу, но он все также старательно избегал смотреть на Кира.

Закадычный друг никак не мог подавить охватившее его веселье и тихонько прыснул сквозь сжатые зубы.

- Да ты, брат, вояка, Галактика готова содрогнуться перед грозным видом нового Императора! - не удержался Кир; глаза слезились от смеха.

Окружавшие охранники, привязывавшие Кира, наградили его сердитым взглядом, но ничего не сказали.


Санар, все так же низко склоняя подбородок, молчал. Киру стало немножечко совестно и он попытался успокоиться, глубоко вдохнув.

Он старался не смотреть на Санара, иначе все пришлось бы начинать заново.


Пока Санара обматывали веревкой, толпа собралась ближе и выстроилась неровной линией, дабы не лишить себя интересного зрелища.

Все перешептывались и кивали. Некоторые, казалось, были с чем-то не согласны и отрицательно качали головой, стараясь не замечать пленников.

В третий раз над каменной площадкой повисла мертвая тишина.

Толпа снова разошлась в разные стороны, не произнося ни слова, лишь торопливо шаркая ногами.


Прямо на ребят шествовал вождь. То ли из-за тяжелого сумрака, то ли из-за темных татуировок, он словно бы черной тенью двигался вперед.


Его тяжелые мерные шаги казались поступью древнего человека, навечно оставшегося наблюдать за хрупким и угасающим миром. Атмосфера нагнеталась его пугающими доспехами, состоящими из всевозможных костей, невиданных при свете тварей. На груди висели угрожающие клыки монстра, рисовавшие гигантскую тушу живого зверя. Ровные белые кости, равномерно скрепленные вместе на невидимой веревке, туго опоясывали вождя, врезаясь в кожу и создавая впечатление, что они росли из самого брюха, противореча любым законам анатомии. На запястьях титана Кир не мог сосчитать мелких браслетов, собранных из дугообразных белесых косточек.


Истинным же венцом этого пышущего смертью творения являлась 'корона', украшавшая голову идола. Узкий хищный череп с широкими глазницами и острыми клыками; пустые глазницы заглядывали прямо в душу и нашептывали о смерти.

К основанию черепа была прикреплена широкая мантия, сшитая из шкур местных животных, что легко определялось по окраске и длине меха. Умелая рука швеи сгладила контраст и придала всему ни на что не похожее очертание; вкупе с костяными украшениями, словно чудовище из кошмаров накрывало вождя, сливаясь с ним под покровом ночи.


Позади вождя шествовала процессия из шести прислужников-мальчиков, облаченных в бледно-голубые одежды. Каждый из них нес факел выше собственной головы, но не выше костяной 'короны' вождя.

Ровными тройками они разошлись по левую и правую руку своего предводителя, замерев на положенном им месте. Вождь, глядя поверх Кира, замер на несколько секунд, а затем обернулся к толпе. Прислужники повторили его движения, словно копируя, с секундным запозданием. Суетившаяся толпа захлебнулась.


Из-за спины вождя Кир видел, с каким страхом и благоговением они взирают на обожаемого... 'Бога?'. Вот оно, озарило Кира, никакой это не вождь - это жрец. Или, как говорил народ Кира - 'ведающий волю божью'.


Кир отлично понимал, что перед ним за существо. Всеобщее уважение, внушительный вид, богатые одежды, никакого оружия, если не брать в расчет клыки, а из своего опыта он знал, что на самом деле он даже настоящим оружием не смог бы воспользоваться.


Не один раз Киру приходилось наблюдать, как во время праздников жрецы совершали таинство ритуала, призванное задобрить разгневавшихся богов, а если все было гладко и дичи вдоволь, то возблагодарить за милость всевышних.


На самом деле Кир не питал любви к данному сословию, отвергающему ручной труд и проводя все время в молитвах.


Однажды, принеся в храм подношения по воле матери, ему долго пришлось ждать, а громко позвать он не решался. От нечего делать Кир стал бродить по святилищу, рассматривая изображения богов и замысловатую резьбу подсвечников.

Проходя мимо двери, ведущей в чрево храма, он услышал детский визг, и через пару секунд оттуда показался сосед Кира, который служкой помогал здесь по хозяйству. Столкнувшись с Киром, он кинулся прочь, пряча глаза.

От неожиданности Кир прирос к полу, а еще через минуту из-за двери показался жрец с довольной улыбкой на лице. При виде Кира уголки его губ поползли вниз и, плюясь слюной, он отчитал его за то, что тот сует нос не в свое дело и за это боги непременно покарают его. Кир никому не сказал о случившемся, но с тех пор старался держаться от храма подальше.


Так вот кто находился перед ним. А значит, невесело подумал Кир, им придется участвовать в ритуале. Судя по обилию костей, он не обещал быть мирным, а прибавляя к этому деревянную постройку, засыпанную хворостом...

Кир напряженно сглотнул. Война-войной, а вера человека это совсем иное и нужно поскорее решать, как выбраться.


Жрец воздел руки к небу и заговорил низким гортанным голосом - толпа молча взирала, ловя каждое его слово.


Воспользовавшись моментом, Кир шикнул.

Санар чуть заметно дернул головой в его сторону.

- Эй, - шепотом позвал Кир. Его начинало раздражать неуместное смущение друга, ну нарядили его по-идиотски, что теперь, рыдать что ли?

- Эй! - четче повторил Кир, - у меня есть план.., если ты, конечно, не собираешься висеть здесь вечно.


Помедлив, Санар поднял глаза. 'Ого! Да он жутко зол', - понял Кир. Ладно, об этом после.


- Нас будут жечь, - глухо протянул Кир.

Санар дернул головой и его голубые глаза полезли на лоб. Челюсть упала вниз. - Зачем? - искренне удивился друг, пока краска медленно сползала с его лица.

Кир закатил глаза, поражаясь наивности друга.

- Да откуда мне знать! Может, съесть хотят или там в жертву принести. Я склоняюсь все же ко второму варианту. Этот сумасшедший, - и Кир кивнул в сторону жреца, - здесь главный. Видишь, он ходит, размахивает костями и что-то завывает - наверное, общается с духами или пытается задобрить предков.

- А зачем им это? - задал ненужный вопрос Санар, голос его был еле слышен. 'Боится, может?', - мелькнуло в голове у Кира. - 'Нет, просто старается, чтобы нас никто не услышал'.


Кира уже порядком начинали раздражать вопросы Санара. 'О чем он вообще думал все это время?' - молча сокрушался Кир. Следовало немедленно разработать план побега и он уже размышлял над одним вариантом.


- Слушай, это сейчас совершенно не важно. Ну, проблемы у них как у всех - неурожаи, отсутствия дождей или совсем на солнце перегрелись, и они винят в этом потусторонние силы, ну и логично, что, если их задобрить подарком, то все беды улетучатся чудесным образом. В общем, давай думать, как убраться отсюда поскорее. Есть мысли?

Санар помедлил немного, как будто в трансе, затем снова опустил голову и коротко бросил:

- Нет.


Кир даже покраснел немного от злости - 'Идиот!' - но, вздохнув глубоко, воздержался от каких-либо комментариев. Помолчав несколько секунд, чтобы привлекать поменьше внимания со стороны неприятеля.


- Слушай, - шепнул он, обращаясь к Санару, - я уже освободил руки, пока не знаю как освободиться от остальных веревок, так что нужно срочно что-нибудь придумать. Ну, а когда будут поджигать, думаю, что пламя разгорится не скоро, влажность слишком высокая и дымить будет сильно. Еще нам повезло, что темно, будем бежать, - Кир остановился, ожидая реакции друга, но тот упорно молчал и даже не удостоил его взгляда.

- Не можем же мы сдаться без борьбы, - объяснил Кир свою позицию. - Ну а если не выгорит, - Кир остановился, размышляя над парадоксом фразы, - тогда просто будем ожидать телепортации.

Санар не реагировал.


- Да, что за муха тебя укусила! Оглох? - чуть громче, чем нужно, сказал разозленный Кир и, тут же пожалев об этом, принялся озираться, проверяя, не заметил ли кто.

К своей досаде, он обнаружил, что Сильнейший оторвался от проповеди и перестал кланяться с остальными в такт. Кир исподлобья посматривал на него. Кажется, убедившись, что все в порядке тот снова присоединился к ритуалу.


Тем временем, одетая в белые туники толпа принялась качаться из стороны в сторону, подражая шаману и вторя его мотивам гулом нестройных голосов.

- Не получится, - слабо выдавил друг.

- Что не получится? - сквозь зубы прошипел раздраженный Кир.


Санар снова медлил с ответом, Кир про себя поклялся отвесить тому хороший пинок для профилактики.

- Не получится... телепортироваться.

Слова вышли с натугой.

На мгновение Кир опешил.


- Бред. Они не стали бы нами рисковать. Тысячи человек до нас прошли испытания и никто ни разу не погиб. Нам же объяснили, что технология надежная. Блокировать сознание я не собираюсь, так что палец припалит, и я полетел.


- У меня его нет, - чуть слышно произнес Санар, упорно не глядя другу в лицо, - нет датчика.


Кир застыл. В голове попутались мысли. Выводы были очевидны, но ему никак не удавалось остановить поток сознания и четко сформулировать результаты анализа, где дважды два равнялось четырем.


Прошла минута.

- Ты шутишь? - бесцветным голосом спросил Кир. В горле пересохло.

Санар поднял на него серьезные глаза. Он не шутил.


Кир смотрел в упор не в силах оторваться. Ему хотелось накричать на Санара, дать затрещину, встряхнуть хорошенько и заставить его... солгать?

Кир все смотрел ему в глаза и только сейчас заметил, какое пугающее спокойствие поселилось где-то в их глубине.


Кир понял все. Санар решил, что, если пришел его час, то нужно смириться и быть храбрым. Кир не мог поверить тому, что видел. 'Да как он мог! Неужели он думал, что я его брошу и улечу без него', - кровь в жилах закипела. И таким другом он его видит!


Кир всегда был с матерью, хотя у него и были товарищи, пока он жил на Фризии, и приятели на Альфе, но еще никогда у него не было настоящего друга.

Ведь они столько прошли вместе и трудности казались легче от того, что они справлялись с ними вдвоем: учеба, противостояние Азулу, тоска по дому, недавние испытания на опасной планете и страх долга, неустанно маячившего на горизонте.


А теперь он ведет себя так, как будто они и не друзья вовсе.


Кир до боли сжал кулаки, и ногти до крови врезались в кожу, но Кир не чувствовал боли, злость и обида душили его, невозможно было сглотнуть.

- Когда? - прошипел Кир.


Санар понял вопрос друга. Он ждал, что тот его спросит, когда он потерял детектор, и ему придется сказать правду. Возможно, ему навсегда придется остаться на проклятой планете и он не мог соврать Киру сейчас.


- Когда ты был в лихорадке.., я вскрыл запястье и... и датчик, датчик пропал - с тяжелым сердцем признался Санар; он видел злость, сияющую на лице друга, и ему было жутко совестно. Ведь тогда получалось, что он все время обманывал Кира.

Смог бы тот его простить? 'Вряд ли', - самостоятельно ответил Санар на свой невысказанный вопрос и сердце больно защемило.


У Кира было холодное, каменное лицо. Значит, он все это время скрывал от Кира этот факт и уже миллион раз мог погибнуть.

А оба датчика, по-видимому, в нем, или еще где-то, но тревоги не было, отряд не прилетал, значит, все полагают, что с Санаром все в порядке.


Кира переполняла ледяная ярость.


Жрец неожиданно запел громче и упал оземь, толпа последовала его примеру. Распластавшись, он неистово завывал, затем резко вздернул руки вверх; он кричал, обращаясь к Лунам-близнецам.


Закончив часть ритуала, он поднялся и подошел к одному из послушников, который держал факел в руке. Мальчик послушно передал огонек в протянутую руку жреца. Последний не спеша подошел к сложенному костру и, снова воздев руки к небу, словно в мольбе, указал на две луны, что практически выстроились в ровную линию одна над другой.


Жрец что-то говорил таинственным низким голосом.


Толпа, преклонив колени, молча взирала, раскачиваясь в такт. Было ощущение, что люди погрузились в транс. Их рев зазвучал стройнее и монотоннее, чем в начале.

Еще минута, и жрец вскрикнув, возвестил о ровном строе планет. Слегка склонившись, он поджигал край кострища. Огонь разгорался неохотно и жрецу пришлось набраться терпения, прежде чем языки пламени гладко поползли по влажному дереву.

Он продвинулся дальше, обходя сложенный костер и то и дело преклоняя колено, чтобы поджечь каждый угол. Люди взвыли в полный голос и начали кланяться.


Санар заерзал на бревне. Самодельная веревка туго припечатала тело. От распространявшегося дыма становилось трудно дышать, мысли поплыли, едкий дым начинал драть горло.

Ему не хотелось так погибать. Он вспоминал семью, родной дом... и то, что навсегда в сознании единственного друга он останется жалким вруном и предателем.

И вот так он умрет, не сказав Киру того, что так хотел.


Что же за неудачник он такой. Слезы подступили вместе с комом в горле.

Санар отчаянно затрепыхался, грубые веревки резали кожу, хотелось кричать от злости. Злости на самого себя, на идиотскую судьбу, заставившую всю жизнь быть тем, кем он не являлся.

'Я так больше не хочу! С меня хватит!', - мысль бомбой разрывалась в его сознании. Ему стало отчаянно не хватать кислорода, он сделал глубокий вдох и закашлялся. Никто на это не реагировал; Санар взвыл от досады на себя и на этих бестолковых увальней, серой массой завывавших в приступе экстаза. По лицу потекли горячие слезы. Он посмотрел на Кира, однако густой дым скрывал очертания друга. Все, что удавалось разглядеть, была безвольная фигура, обмякшая на веревках, голова болталась на груди, глаз не разглядеть.


Санар птицей забился в крепких путах. 'Если бы я не врал, не обманывал самого себя, все сложилось бы по-другому. Зачем?'

Кожу грубо резали веревки, но от злости и досады, затуманивших его разум, Санар этого не замечал.


Кир вернется и будет жить без него, как будто его и вовсе не существовало.

Санар прикусил губу. Сил освободиться отчаянно не хватало. От густого дыма ему все труднее давалось каждое движение, он чувствовал, что еще немного, и он потеряет все: жизнь, семью, Кира.

Уголок сознания, сохранявший способность мыслить, выдавил вопрос - 'когда же он стал мне так же дорог, как и семья? Когда оттащил Азула? В школе? Не бросив и не предав на высадке? Отвлекая на себя внимание чудища и рискнув собой? Только сейчас?'


Санар медленно впадал в оцепенение.


- Я не хочу умирать. Только не теперь, - едва слышные фразы слетели с его губ и растворились в густом сером дыме, на который походила вся жизнь Санара, пока не появился Кир.

И Кир его слышал. Сердце горело от обиды, что друг не доверял ему, но это он бросит ему в лицо позже. Так он решил, когда услышал его слова.

Он утонул в омуте спокойствия. Задача была легка и понятна. Дым окутал его согревающим теплом. Огонь послушно пополз по его ногам и начал жечь кожу. 'Еще немного', - отсчитывал секунды Кир.


Веревка схватилась огнем у ног и треснула.

Кир, старавшийся не вдыхать глубоко, чтобы не отключиться, сделал вдох и напрягся всем телом: оставались секунды до того, как огонь сожрет их с Санаром. Он дернулся изо всех сил, и перегоревшая веревка окончательно разошлась. Не теряя ни секунды, Кир скинул остатки пут и по раскаленным веткам дернулся к Санару, укрываясь за пеленой густого дыма.


Оказавшись у столба, он ощупью нашел узел и потянул, освободившись; одурманенный дымом Санар повалился следом. Кир успел ухватить друга за простыню, которая начала обугливаться по краям, но, как и во всем здесь, в ней было достаточно влаги, чтобы не вспыхнуть.

Он закинул руку Санара через плечо и, поддерживая за пояс, подтащил к краю обрамлявшего костер квадрата. Тот уже превратился в стену пламени, доходящую до пояса; недолго думая, Кир поднял Санара на руки и прыгнул что было сил.

Сознание приходилось сдерживать с трудом, ноги жгло нещадно; он был уверен, что стекавшая по ногам жидкость была из треснувших волдырей.


Наконец-то оказавшись за пределами кострища, Кир сделал глубокий вдох и бессильно бросил Санара на землю, следом валясь на колени. Ветер дул по направлению толпы, безумно ревущей в экзальтированном припадке.

Они были надежно укрыты за стеной огня и дыма, однако обманывать себя не приходилось, у них было не так много времени.

Кир подполз к Санару и затряс за плечо. Тот не приходил в сознание. Кир наотмашь стеганул его по щеке.


- Да очнись же, - прорычал он.


Санар захлопал глазами. Он непонимающе озирался, пытаясь разобраться, на каком он уже свете.

- Ты еще жив, - глухо сплюнул Кир, - но лишь до того момента, пока я сам с тобой не разделаюсь.


Санар уставился на Кира. Не давая другу опомниться, Кир встал на ноги.

- Поднимайся. У нас около пятнадцати-двадцати минут, пока не стихнет пламя. Нужно бежать и прятаться.


Не говоря ни слова, Санар встал, и они сорвались с места, направляясь к противоположной стороне зарослей на плато.


Глава 28



Побег


Они бежали что есть духу, не оглядываясь. Почва под ногами была каменистая, и время от времени в нагие подошвы врезались острые осколки каменистой породы. Деревца были скорее крупными кустарниками, не поднимающимися выше головы ребят. Никто из них не обронил ни слова, ровное дыхание было сейчас единственной их ценностью.

Они добежали до ручья.


- Вверх или вниз? - задохнувшись, спросил Санар.


Их время подходило к концу, в любой момент за ними начнется погоня. Они старались оставлять как можно меньше следов, избегая веток и несясь едва касаясь земли, но хороший следопыт без труда отыщет их. Вода же могла спрятать любой след. Вот только в каком направлении бежать?


Кир молчал, он уже стоял в ручье и тяжело дышал. Санар не осмелился спросить второй раз. Он взглянул на громоздкую тень, удалявшуюся ввысь и скрывающую исток ручья.


- Вверх, - предложил Санар.


Кир, все также молча, поднялся и тяжело захлюпал вверх.

Санару стало еще больнее. Друг ему доверял, а он?

Санар кинулся следом. Ему оставалось только надеяться, что там, наверху, им удастся найти пещеру или укрытие, где можно будет затаиться.

Только бы продержаться до тех пор, пока их не начнут искать.


Сумрак начинал едва заметно рассеиваться. Наступал последний день, отводившийся им на выполнение задания. Если они продержатся хотя бы сутки... Санар вспомнил воинов, приволокших их в лагерь; надежда показалось такой слабой, почти летучей. Но Кир бежал впереди, и он знал, что только ради него, а значит, Санар тоже не сдастся.


Подъем стал круче и дыхание стало громче. Санар слышал, как задыхался Кир. Ему тоже было тяжело, но таких проблем он не испытывал. А ведь единственное, в чем Кир уступал Санару, это плаванье. 'В чем же дело?', - лишь на секунду возник немой вопрос, и тут же растворился под напряжением смертельной гонки.


Еще через пару минут ручей, набравший течение, разделился надвое. Даже не остановившись, Кир свернул влево.

За ними уже наверняка началась погоня.

Они бежали еще некоторое время, пока уровень воды не достиг колена. Лоб Санара покрылся мелкими капельками пота. Кир, замедлившись, огляделся, и молча указал на северо-запад. Санар понял, что друг предлагает сменить направление. Он кивнул в ответ.


Подойдя к берегу, они осторожно ступили на мягкую, стелившуюся ковром травку. Расцветающий светом местного светила горизонт позволил четко различать очертания незнакомой местности.

Растительность все также была свойственна гористой местности, но деревья, по крайней мере, поднимались в среднем на два метра. Такая маленькая радость воодушевила Санара. А может, им все же удастся, думал Санар пробираясь сквозь девственные джунгли.

Он хотел оправдаться перед другом. Объяснить, что не хотел скрывать, но всю жизнь он привык играть только одну роль, да и ни разу ему не приходилось говорить об этом хоть единой живой душе.

Совесть съедала Санара, Кир спас его, и не в первый раз.

Санар решил объясниться во что бы то не стало.

Они вышли на небольшую поляну, где первые лучи солнца окрасили лес желто-зеленым.


- Послушай Кир, - начал было Санар, но взгляд его упал на ноги Кира и слова застряли в горле. Ноги Кира представляли желто-красное месиво, обугленное в некоторых местах и пузырями раздувшееся в других.


- Твои ноги! - не сдержал крика Санар.


Кир бежал с ним наравне, столько прошел, и это на таких ногах!

Санар окаменел. Ему оставалось только догадываться, чего другу стоило проделать этот путь... и зачем? Ведь в любой момент Кир мог отпустить сознание и быть телепортированным на Цезарь, где его больные ноги тут же получили бы нужное внимание.


Значит, он блокирует боль.

Санар знал, как тяжело было блокировать физические страдания. Ведь Кир поделился с ним всем, что знает и умеет. Санар не мог поверить неужели все ради...


Кир так и стоял, не оборачиваясь.

- Идем, - напряженным голосом бросил он через плечо.


- Нет! - Санар не мог перенести, что Кир будет мучиться ради него хотя бы минуту, - вернемся к ручью или лучше... тебе нужно...


Кир резко обернулся. Лицо его было страшным, холодным, измученным болью и напряжением.


- Что? - прорычал он, - хочешь сдохнуть в глуши, мирионец, чтобы никто не узнал, какой ты лжец и трус?


Санару нечего было возразить. Он сделал несколько шагов к Киру, чтобы все ему объяснить и... и вдруг кто-то ворвался на поляну. Ребята резко оглянулись, и Кир встретил взглядом того, кого больше всех опасался. В нескольких метрах от них хищно замер Сильнейший. Его ноздри широко раздувались от погони, значит, он первым их настиг и подкрепление грозит появиться в любую секунду, или ему одному удалось выследить ребят. Да еще Санар со своими криками жалости.


Черт! Черт! Черт!


Лицо воина было серьезным и сосредоточенным, его верхняя губа чуть заметно дернулась, выдавая раздражение. Очевидно, ему совсем не понравилось, что два ребенка сорвали важный для всего племени ритуал.


Вот уже много дней от охотников отвернулась удача, крупный зверь словно исчез из джунглей, люди голодали, поэтому было решено принести жертву.

Отряд зашел дальше чем обычно и - о чудо! - им улыбнулась удача в виде двух странных детей в белых одеждах, это было само провидение, как заверил их жрец. И как они смели отталкивать свою судьбу?


Кир понимал, что теперь ценно только время, в любую секунду их могли окружить и снова отвести на костер и тогда... тогда у них не оставалось ни единого шанса.

Кир молнией бросился на Сильнейшего, тот удивился лишь на секунду и отклонился от прямого удара ногой в последний момент. Кир приземлился в метре и стальным взглядом встретил противника, Сильнейший сузил взгляд - что-то определенно было не так с этим парнем.


Кир снова бросился в атаку, пытаясь провести серию рукопашных ударов и надеясь окончательно сбить с толку противника, но скорость была не на его стороне; при каждом ударе Сильнейший отклонялся и изворачивался с невообразимой легкостью.

'Черт!', - выругался Кир, понимая, что теряет преимущество неожиданности. И когда он в очередной раз замахнулся, воин был быстрее, просто перехватив руку Кира. Оба замерли, пристально смотря друг на друга.

Кир чувствовал железную хватку и мускулы на его лице исказились злостью, он был еще мал для такого противника и силы уже находились на исходе, пусть еще ему удастся пара фризийских ударов, но этого будет недостаточно, чтобы победить, а время шло.


Тут что-то изменилось, и воин резко потянул Кира за руку, не ослабляя захват. Сзади нападал Санар, он надеялся сбить противника с ног, проведя удар в подкате, но и на этот раз Сильнейший оказался проворней, сделав всего один молниеносный шаг в сторону и пропустив Санара.


Кир не стал упускать возможность освободиться и тут же, размахнувшись, ударил коленом под дых. Отвлекшись на Санара, воин пропустил удар и выпустил руку, и, решив наказать нападавшего, с силой, словно домашнее животное, оттолкнул Санара.


Кир видел, как друг, пролетев пару метров, поскользнулся на влажной подстилке из сгнивших листьев. Тяжело ударившись оземь, он продолжал скользить, не видя, куда его неумолимо несет. Кир зацепил взглядом черную расщелину в земле, в которую скатывался друг и, кинувшись вперед, схватился за край самодельного платья Санара; стежки на плечах треснули, и Кир побледнел.


'Чего!!!' - от шока он не успел схватить руку Санара, как, впрочем, и остановить свое собственное падение.


Чернота поглотила их обоих, жадно облизнувшись. Охотиться умеют не только звери.


Глава 29



Я

"...Я открыл глаза. Сознание было придавлено тупой расползающейся болью, и я медленно старался собрать все осколки реальности воедино.

Темно, лишь слабый проблеск рассыпавшегося света смягчал рваное пространство вокруг. Воздух был такой же тяжелый и влажный, как и все вокруг. Я медленно вдыхал и тратил на это остаток сил.

Тело тяжелой тушей давило меня к холодному жесткому камню, а лоб покрылся жаркой испариной. Все силы уходили на то, чтобы не впасть в панику. Я дышал ровно.


С трудом я пошевелил рукой. Работает, большего и не надо. Я попробовал сдвинуть левую ногу. Боль отозвалась жесткими тесками в сознанье. Правую сжигало огнем.

Я резко выдохнул и расслабился, стараясь убить яркие искры, вспыхивающие в голове. Пот холодными каплями сбегал по бокам и стыл на груди. Нельзя.

Я тяжело дышал. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Вдох. Справился. Пока...


Мысли ускользали и напирала стена. За ней была боль, пожирающая и обжигающая. Я не спеша наклонил голову вправо. Санар.

Вот уже какое-то время я прислушивался к его дыханию. Казалось, он спал. Вокруг было тихо как в могиле. Теперь мне ясно, что некоторые поговорки могут обрести пугающую реальность. Это могила. Все вокруг было нереально. Так не бывает.


Почему он сразу не сказал мне? Да и как он вообще очутился в стенах школы? Я начинал снова злиться. Разве мог Император не понять, кто он на самом деле? Нет. Тогда к чему весь этот цирк? Я чувствовал, как нарастает злость, нет, ярость. На кого? На всех. На себя самого. Нужно собраться.


Умереть здесь? Глупо. Расслабиться, разрешить боли затопить разум, позволить телепортировать себя на корабль. А когда очнусь, сообщу, где Санар.

Боль закипела, наваливаясь на стену разума, которая пока выдерживала. Черт!.. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох... пока я приду в сознание, неизвестно, будет ли он-она еще жива.


Нога наливалась свинцом. Я попробовал пошевелить ею, предварительно сконцентрировавшись и блокировав любой отголосок боли. Я чувствовал, словно передвигаю сундук, припаянный к телу. Все же лучше так, чем лежать пластом.


Наверху послышались глухие звуки..."


Узкая полоска яркого света, уходившая вверх на десять-одиннадцать метров, попеременно искажалась силуэтами голов, всматривающихся в тьму. 'Нашли, значит', - понял Кир. Он внезапно увидел огонь, летящий сверху. Подпустив его на расстояние вытянутой руки, Кир, зажмурившись, ударил наотмашь.

Ошпарив предплечье, огонь отлетел в сторону, разбросав яркие искры вокруг и раскрыв тяжелое положение друзей.


Светило мерно горело, люди наверху о чем-то совещались. Киру слышались крики и спор, видимо, их судьба была забавной игрушкой в руках охотников. Затем он увидел, как узкую полоску света заволакивает чернота, окружавшая их со всех сторон. Единственное желтое пятнышко померкло...


"...Я поймал себя на том, что слушаю, как она дышит. Вот сейчас она проснется и поймет, что мы погребены заживо, и выхода нет. Для нее. А я буду лежать рядом бесполезным хламом и смотреть на то, как она понимает, что уже умерла.

Черт! Точка концентрации дернулась. Я глубоко вздохнул и вернул ее на прежнее место. Я не увижу смерть в ее глазах.

Сейчас, судя по всему, день. Дотянем ли мы до утра и прибудет ли помощь, а если я ошибаюсь, и нам выделено запасное время?.."


В каком он, тьфу, она, состоянии? Дыхание ровное - хороший признак. Кир осматривал ее голову с того места где лежал, крови не было видно. Он перешел к осмотру лица, ссадина на лбу, но не глубокая. Ее лицо было белым, как и ее туника, которую он все еще сжимал в правой руке. Губы были слегка приоткрыты.

'Кир', - чуть слышно разлетелось по пещере. А может, ему послышалось, он не знал.


Как он раньше не замечал! Она ведь настоящая девчонка! Теперь он видел ее заостренный упрямый подбородок, высокие скулы и миндалевидные голубые глаза. И все это время она скрывала свою сущность. Как слеп он был!


Вот почему никто ни разу не видел Санара в бассейне, и мускулы упрямо не желали расти на плечах, не важно, сколько она тренировалась и делала отжимания втайне от всех, это такому слепцу, как он, все же удалось приметить.

Ну и кто здесь идиот? Единственным придурком был он, если не смог разглядеть в лучшем друге девчонку. То-то Санар раздражал его иногда. Да и настоящее ли это имя или есть девчачье.


Кир снова посмотрел в лицо Санара. Голубые глаза были едва приоткрыты, взгляд внимательно изучал его лицо. Кир тоже молчал.

- Как тебя зовут? - спросил он.

- Санара, - ответила девочка.


Глава 30



Признание


- Надоело врать? - с высокомерием и обидой резко произнес Кир.

Санара лишь моргнула и ничего не ответила. Повисла пауза.

- Кто еще знает? - все тем же тоном осведомился Кир.

- Папа, мама, сестры и няня, - открыто отвечала Санара. - И наверное еще кто-то...

- Что ты имеешь в виду? - Не понял Кир.

- Ну, - Санара заерзала. - Я думаю, что Император знает...


Это Кир отлично понимал, да и сам был уверен, что такой немаловажный факт не мог остаться незамеченным.

- И... - Санара никак не продолжала.

- И? - Нажимал Кир.

- И в медкабинете знали, - глухо закончила Санара, слегка отвернувшись.


Кир не стал уточнять, чувствуя, что зайдет на чужую территорию, хоть ему и не хотелось оставлять ни капли личного пространства этой девчонке, которая не постеснялась водить его за нос целый год.


Тишина замораживала и лишала сил.


- Почему? - на вопрос Кира Санара кисло улыбнулась, понимая что он имеет в виду.

- Это длинная история.

- А нам некуда спешить, - тоном не допускавшим возражений, ответил Кир.


'Да, он абсолютно прав. Не зачем больше скрывать, нечего больше бояться, все закончится здесь', - мирилась с правдой Санара.


- В большинстве случаев власть передается наследникам мужского пола и Мирион не исключение, - Киру показалось, Санара начала пересказывать скучную и грустную историю, которая и так сама собой разумелась.


- Мой отец взошел на престол, когда ему было двадцать восемь. Он уже был женат на моей матери и у них была моя старшая сестра Наяда. Через год моя мать снова забеременела и наследника ждали с огромным нетерпением. Но на свет появилась моя средняя сестра Мидэя.

Недруги отца оживились. Папин сводный брат спит и видит, как окажется повелителем Мириона. Ему не дает покоя, что его семья однажды таким же образом упустила власть, но произошло это несколько столетий назад, и народ давно привык, что нынешние правители, Нерэиды, являются законными правителями Мириона.


Пламя брошенного огарка дрогнуло, как от внезапного дуновения.


Санара тяжело перевела дыхание и пошевелила плечами, прижатыми к земле.

- При отсутствии наследника мужского пола власть переходит обратно к брату отца, он тот успел к тому времени обзавестись уже двумя сыновьями.

Медицина Мириона добилась впечатляющего прогресса. Отец и мать решили пройти анонимное обследование. К сожалению, из-за какой-то наследственной череды генов отец с матерью могли ждать только девочек, - Санара замолчала, лоб покрыли морщинки. - И тогда они приняли решение. Следующего ребенка, появившегося на свет, ждала доля наследника.


Санар потух.

- А почему было не вернуть власть дяде, - ничего не выражающим голосом спросил Кир. Санар фыркнул, но кажется, ему это принесло такую же боль, как и самолюбию Кира. 'Что здесь смешного?' - но Кир лишь прищурился.


- Отец не мог решиться на такие меры. Думаю, здесь несколько причин. Во-первых, как они рассказывали нам с сестрами, позор навечно ляжет на наши плечи, как это случилось с дядиным предшественником. Да и мы никогда не выйдем замуж, ведь наследников от нас не видать, даже если это не имеет под собой научных обоснований, - Санара как-то замешалась. - Да и это меня совсем не волнует. К тому же дядя жестокий тиран и самодур, кто знает, что ожидает Мирион, приди он к власти. - Санара сделала паузу.


- А еще мне кажется.., нет ты должен знать, что мой отец добрый и честный человек, но... я думаю, что от власти не так-то просто отказаться, если с детства ты не видел никакой другой жизни, кроме существующей, - с печалью закончила Санара.


- И следующим ребенком стала ты?

- Да, - согласилась Санара. - Я стала Санаром, законным наследником королевской династии. А вернее сказать - затворником, который принимает ванну под охраной, за ширмой, при свете одной свечи.

- А как ты плавать-то научилась, - Кир подумал явно позже, чем сказал.

- Не твое дело.

Они оба покраснели.

- Ночью, - решила все же ответить Санара, уставившись в пол, но это было и не нужно - Кир старательно пялился в верх, который ему в любом случае не грозило увидеть, так как от импровизированного светильника почти ничего не осталось.


Санара чихнула.

- Замерзла? - отвратительно мягко произнес Кир и выругался про себя.

- Да.

- А встать можешь? - добавил Кир максимум холода.

- Думаю да, - поразмыслив, ответила Санара. - Рука жутко болит, сломала, наверное.

- Ну так встань, что толку лежать на ледяном полу.

Санара молчала.

- Что еще? - непонимающе спросил Кир и тут же все понял: 'Имбецил и тот умнее!'

- На, - развернув голову в противоположную от Санары сторону, он, не глядя, вытянул белый кусок тряпки, все еще сжатый в кулаке. 'И не зря же дикари обрядили ее в платье!', - неохотно признал Кир превосходство дикарей в умственных способностях.

Тем временем Кир услышал всхлип, он чуть не обернулся, но вовремя спохватился.

- Что? - немного злясь на себя, спросил Кир.

- Руку сломала. Но это пустяки.

- Когда это перелом стал пустяком? - удивляясь глупости этой девчонки, осведомился Кир.

- Когда я увидела твои ноги, - чуть дыша, сказала Санара.


Кир повернулся обратно. Завернутая в белый лоскут, она ближе пододвинулась к ногам Кира и разглядывала их с испуганным лицом.

Да, Кир отлично представлял, как это может выглядеть, но пока боль заперта, мозг не имел достоверной информации.

- Ну? - торопил Кир.

- Открытый перелом и сильнейший ожог, - ели слышно выдавила Санара, - кожа слезла.

Кир посмотрел ее в лицо, она не могла оторваться от страшной картины, в глазах блеснули слезы. Нет! Такое он терпеть не собирался!


- Ты что реветь собралась! - возмутился Кир. Она перевела на него испуганный взгляд.

- Девчонки! - выдохнул Кир и, закатил глаза, откинувшись назад и снова с интересом рассматривая невидимый потолок.

Свет погас.

- Больно? - задала абсолютно ненужный вопрос Санара.

- Нет, - без тени сомнения солгал Кир. Не скажет же он, что несказанно счастлив потухшему свету, так как наконец-то может сбросить маску, гордо демонстрируемую Санаре.

Лицо сводило от напряжения, ноги жгло, сознание то и дело уплывало. Кир услышал треск материи.

- Ты чего? - собравшись, твердым голосом спросил он.

- Наложу жгут, - ответила Санара.


Против этого Кир ничего не имел против - хотя бы от потери крови он не умрет. Санара осторожно нащупала левую ногу Кира и по бедру спустилась руками ниже. Кира согрело приятным теплом и подлило масла в огонь.

- Быстрее там, - рассержено бросил он, - чего копаешься?

Санара молчала и все так же медленно и осторожно продолжала обвязывать материю чуть выше колена Кира. Через пару минут она закончила. Кир удивленно почувствовал, что сознание больше не утекает с кровью.

- Спасибо, - бросил он, словно делая одолжение.

Санара задышала громче.

- Вас что, звери на Фризии воспитывают, - не выдержала она хамства Кира. Да, она была тысячу раз виновата, но разве сейчас время себя так вести?

- Как ты догадалась! - парировал Кир.

Санара, все так же громко сопя от раздражения, молчала.

- Отпусти боль, - с вызовом разнеслось по пещере.


Кир обалдел от такой наглости! Хорошо, что темнота скрывала его выпученные глаза. 'Ну, сама напросилась, девочка!'. Ее заявление было ничем иным как - 'Вали на корабль!'. Не для этого он лежит здесь с переломанной нагой и терпит эту надоедливую козявку.

- Нет, - абсолютно спокойно констатировал Кир.

Санару задел спокойный тон Кира.

- Убирайся, твоя помощь мне не нужна, - чуть не ревя от злости и досады, злобно бросила Санара.

- А кто тебе сказал, что я ее предлагаю?

Тут уже Санара поблагодарила несовершенную технологию освещения дикарей, погасшую несколько минут назад, потому как челюсть ее отпала.

- О чем ты? - непонимающе потребовала она.

- Думаешь, я здесь из-за того, что переживаю за такую плаксу, как ты?


Кир был жесток и холоден, но чувствовал нерушимое право вести себя так и никак иначе, за вранье она ответит сполна.

- Что тогда? - с подозрением сквозившим в голосе, допытывалась Санара.

- Неужели ты думаешь, что я как последний трус сбегу, не защитив слабых и убогих? Вернусь в школу и буду терпеть смешки таких придурков как Азул, ну что-то вроде: 'Слабак Кир - даже девчонку не защитил'! И действительно, какой тогда из меня Император.


Санара перестала дышать. Кир заволновался, но прежде чем он спросил, ответ пришел сам собой.

- Слабых? Убогих? - кричала Санара от ярости. Звук резонировал от стен и разрывал уши.

- Что орешь? Сдурела? - ошарашено спросил Кир.

- НЕ ЖЕЛАЮ ДАЖЕ РЯДОМ НАХОДИТЬСЯ С ТАКИМ КАК ТЫ! - не унималась Санара, в ее голосе стояли слезы.


Кир успел пожалеть уже десять тысяч раз, пока она кричала ругательства так, что должно быть окрестные звери разбежались в страхе.

- Да тише ты! С ума сошла! - заткнув уши ладонями, кричал в ответ Кир.


Через минуту он заметил, что все стихло и убрал руки. 'О, НЕТ!!!'

Он услышал, как кто-то жалобно всхлипывает в противоположном от него углу. 'Только не это!' - слезы были выше того, что хотел слышать Кир от Санары. Ругательства - пожалуйста, но это...


- Ну ты что? - примирительно спросил он.

Она жалко плюхала носом и икала. 'За что!' - сходил с ума Кир.

- Ладно, ты не слабая и уж, конечно, не убогая... Это я так сказал, - повинился Кир.

Всхлипы стали стихать, пока, наконец, вовсе не заглохли.


- Ну что, наревелась? - не выдержал тишины Кир.

- Кто здесь ревел, плебей! - все еще хриплым от плача, но рассерженным и упрямым голосом ответила Санара.

'Ого!', это было чем-то новеньким. Однако Кира это вовсе не задело, он знал, что все же был сам отчасти виноват. Признаваться же в этом не стоило - 'а то возомнит еще, будто я о чем то сожалею'.

- Так значит, плебей, да? - холодным лезвием проехал Кир. - А секунду назад рыдала над плебеем как маленькая.


От такой наглости у Санары перехватило дыхание. Да если бы она знала, что ее лучший друг вдруг превратится в скотину лишь по той простой причине, что она оказалось не парнем - она бы в жизни не стала общаться с таким кретином!

Санара вдохнула поглубже и приказала себе успокоиться.

- Если бы я знала, где ты лежишь, то обязательно бы пнула, - сквозь зубы процедила она.


Кир наслаждался тем, что его удар попал в цель. Может, он и не был так же хорошо начитан и образован как она, зато за время, проведенное вместе, он подробно успел изучить бывшего друга и точно знал все его-ее слабые места.


- Ты объявляешь мне войну? - Кир пытался держаться, и говорил сильным уверенным голосом, в тоже время чувствуя, что силы его на исходе: боль подступала все ближе.

- Да! - удовлетворенно бросила Санара.

- Принято, девочка, - второй удар последовал за первым. Воцарилось молчание. Кир выжидал пока она немного успокоится; у них оставалось не так уж и много времени, но все же вторая победа ему была так же желанна, как и возможность выбраться из этого проклятого места.


Кир издал протяжный вопль. Он был уверен, что добрый Санар, то есть Санара не проигнорирует это. Расчет оказался верным.

- Нога? - настороженно поинтересовалась она.

- Какая разница, раз уж ты похоронила нас здесь.


Санара притихла, Кир мог поклясться, что ей больно от досады и поспешил продолжить: - Ну так ты собираешься шевелиться или так и будешь дуться в углу?

Санара, помолчав, отреагировала правильно.

- А что я могу? - снова чуть не плача, произнесла она.

Не давая ей заняться самобичеванием, Кир продолжил.

- Давно бы уже нашла твердый камень.

- Зачем? - непонимающе переспросила она.

- Да что бы мы выбрались скорее.

- Очевидно, что я не пойму, к чему ты ведешь, - раздраженно ответила она. - Или ты объяснишь мне в чем дело, или сгнием здесь оба.

- Я хочу вырезать детектор и уничтожить его.

- Для чего? - удивленно спросила Санара.

- Ну, до следующего утра я явно не протяну, вот и подумал, что, если уничтожу датчик, сигнал пропадет совсем и они забеспокоятся.

- Да, если мы его сломаем... это должно сработать! - с надеждой воскликнула Санара.

- Еще бы!

На самом деле Кир вовсе не был в этом уверен.

Конечно, это было логично. А если нет, то они и вправду сгниют здесь.


Кир глубоко вздохнул и поправил стену, из-за которой начала прорываться боль. У него почти не осталось сил, и слабость приятно завоевывала тело.


- Ну, так ты согласна?

- Нашла, острый вроде! - воскликнула Санара. - Говори что-нибудь, чтобы я и тебя нашла.

- Что здесь скажешь. Лучший друг носит платьица, теперь все меня точно засмеют, - с наигранной досадой пробурчал Кир.

- Поосторожней, фризиец, - раздалось совсем рядом.

- Эй, не наступи на меня, - с притворным переживанием добавил Кир.

- Вот будет досада, - в тон подыграла Санара.


Она опустилась рядом.

- Вот, - сказал Кир, - и протянул правую руку.

Санара поймала ее за запястье. Нащупав пальцем датчик, она медлила.

- Ну что опять? - досадливо спросил Кир.

- Ты уверен?

- Да.


Санара врезалась зазубриной камня ему в кожу. Она не сомневалась в ответе Кира; из каких бы побуждений он ни действовал, она была уверена, что если они и выберутся отсюда то только вместе.

Она почувствовала под пальцами теплую кровь.

Кир молчал.

'Таких как он не бывает', - думала Санара, она отлично помнила боль, когда сама вскрыла себе вену. Он делает для нее то же.


В потоке густой крови вышел датчик.


- Он у меня, - бросила Санара, и Кир снова услышал треск платья.

- Эй, ты там поосторожней! Не хочу, чтобы меня нашли с голой девчонкой, а то подумают еще невесть что.


Санара лишилась дара речи. 'Да как он смел! Кто здесь вообще принцесса!'

- Ну, что ты там - разделалась с датчиком?


Санара, поклявшись, что он за это когда-нибудь ответит, молча перетянула лоскутом его руку. Развернула в руке камень тупой стороной и начала ощупывать землю - она искала плоское место.

Решив задачу, она осторожно пристроила крошечный шарик и тщательно целясь, примериваясь несколько раз, ударила.

Через секунду она бросилась ощупывать землю. Но кроме каменной крошки, которая была там и раньше, ничего больше не было. 'Блин! Надо было место получше расчистить!' - досадовала она.


- Ну что там? - каким-то безразличным голосом спросил он.

- Кажется, мне удалось, - как можно увереннее сказала Санара.

- Кажется? - так же без эмоций спросил Кир.

- Кажется - понял? Не знаю я! - Санара продолжала судорожно ощупывать землю

- Ладно, успокойся... Я устал немного.


Помолчав, он попросил:

- Расскажи мне о Мирионе.

Санара поняла, что он хочет отвлечь ее от тревожных мыслей и решила не сопротивляться.

- Я же много уже рассказывала, - но Санара была рада вспомнить о теплом доме в этой сырой темной могиле.


- Нет красивее места на свете. Иногда мне кажется, что все вокруг разговаривает со мной: ветер, шелестящий кронами или цветы, покачивая головками. Это как рисунок несуществующими красками. Что может быть прекрасней картины? Я думаю, что мой дом... - Санара усмехнулась. - Наверное, дом для каждого из нас самое прекрасное место на свете, куда мы помимо воли стремимся дойти по любой дороге... какую бы не выбрали. Скучаешь по дому?


Кир молчал.

- Эй! Хватит спать.

Тишина.

Санара задохнулась.

- Кир!


Она кинулась в сторону, где он должен был лежать. 'Вот он!'. Знакомая материя. Вот рука - холодная. Шея - словно камень, она даже не была уверена, что это Кир, а не причудливый выступ пещеры.

- Кир! Кир! Проснись же!

Она не видела его. Ничего. Лишь холодная грудь под руками. Он не дышал.


У Санары помутилось в голове. Она начала задыхаться. Тьма сдавила легкие, выкалывала глаза. Слезы горячими каплями катились по щекам. И исчезали. Она обхватила голову руками. 'Ааа-а-а!'.

Она повалилась на Кира.


Вот и все. И он не дышит, и он ее больше никогда не услышит. Она его не увидит.

Ей стало все равно. Ее небесно-голубой дом и любящая семья стали ненужными. Дышать стало нечем. Темнота ее уже съела, да точно, она уже была мертва, так зачем обманывать и мучить сознание.


- Кир, - она шепотом произнесла его имя. Ей хотелось в последний раз послушать, как звучит его голос, и пусть он скажет что-нибудь гадкое.

- Я ненавижу тебя.

Слезы тихо скатывались по горячим щекам.

- Слышишь! Я тебя ненавижу! - Санара кричала.

- Идиот!

- Ничтожество! Ты меня бросил одну! Как ты мог!


Она точно знала, что нужно делать. Рывком она кинулась в противоположную сторону.

Бешено водя руками, она пыталась найти хоть что-то. 'Да!' - сумасшедшая радость прокатилась по коже. Сжимая камень в руке, она принялась искать Кира. Не получалось. Горло сдавило.

'Кир' - она сказала это... или все же нет.

- Кир! - она его нашла. Теперь они не потеряются в этой темноте.

- Я буду защищать тебя, - она склонилась к его лицу и шептала на ухо. Она хотела найти его губы, но ей в последний раз стало стыдно, она украла у него жизнь, больше она ничего не возьмет.


Камень врезался в ладонь. Она надавила на здоровое запястье что было сил; ей хотелось жгучей, оглушающей боли. Она желала лишь короткого мига облегчения, зная, что только боль может раздавить и уничтожить сознание.

И, чувствуя, как душа трескается на осколки, единственное, чего она жаждала, это задавить щемящее отчаяние. Отчаяние от потери самого дорогого в жизни.

Она не отдавала отчет, что делает, и ей было абсолютно все равно; все, чего она хотела, это остаться с Киром, и пусть в этой темной могиле, и пусть лишь на время.


Вскрыв вены, она продолжала рвать руку острым осколком скалы. Ей стало так хорошо.

Она бросила камень и упала сбоку от Кира. Ей было стыдно коснуться его. Теплую от крови руку она все же положила ему на грудь.


'Не бросай меня здесь одну, я скоро'. Ей снилось, что Кир ответил ей и крепко взял за руку. Вместе они увидели свет и пошли за ним.

Там было много неба. Ясного синего неба.


Глава 31



Первый урок


Кир парил в тягучем водовороте образов. Он словно был задавлен массой расплывчатых силуэтов. Они тянули и звали его - это причиняло почти физическую боль, он так устал. Сознание меркло.

Ему слышалось, как кто-то медленно и тяжело дышит.


Он шел по светлому, безлюдному коридору. Газовые занавески лишь слегка подрагивали. Было душно и жарко. Кир шел вперед, пытаясь отыскать человека.

Каждый раз, проходя мимо палаты без дверей, он заглядывал внутрь. Но раз за разом койки оказывались пусты и гладко застелены.

Кир продолжал искать. Дыхание становилось громче, еще мгновение и...


И он остановился.


Нет, скорее он лежал. Ему было мягко и удобно - шевелиться не хотелось. Он ничего не видел; повсюду разливался мягкий свет. Он прислушался... Нет, ничего - это сердце.

'Зачем?' - всплыл непрошеный вопрос. Зачем он лежит? Кажется, ему нужно что-то сделать. Да, у него было какое-то дело, которое непременно необходимо выполнить. Только какое?


Кир выдохнул глубже. Он хотел забыть про 'дело' и наслаждаться тихим светом, но 'дело' назойливым насекомым сидело на носу и не желало убираться. Кир подул, или это ему только показалось. Он хотел помотать головой и, кажется, так и сделал. Нет - букашка так же цепко цеплялась за нос.

'А я ее прихлопну', решил Кир и, сконцентрировавшись, чтобы на этот раз все удалось, поднял руку. 'Рука!' - раздалось в голове.

'Рука! Рука!' - Кир яростно пытался найти что-то, но все вокруг было таким же мягким и податливым. Слово разрывалось у Кира в голове, он знал что это очень важно, но никак не мог понять, почему.


Кир резко вскочил и раскрыл глаза - 'Санар!'


Он не мог понять, где находится. Бледно-желтая комната, не отличающаяся от такого же бледно-желтого света. Кровати, кровати. Слева белая ширма.

Послышались шаги, и уже через секунду в комнату вошла женщина и направилась прямо к нему. Кир непонимающе смотрел, кажется, она что-то говорила.


- Ну-ну, ложись-ка, - и, упираясь в его голые плечи, она уложила его обратно на койку.

Кир увидел белый потолок. 'Больница!' - конечно, а это медсестра. Женщина в свою очередь суетилась у приборов, проводками подходивших к его руке и груди.


- Ну вот, - удовлетворенно сказала медсестра. - Двигаться тебе еще нельзя. Так что отдыхай. Я сообщу, что ты очнулся, и к тебе обязательно придут.

Медсестра уже отвернулась, что бы уйти. Кир схватил ее за халат.

- Да?

- .., - с губ сорвалось только громкое дыхание. Закрыв глаза и сглотнув, он попытался снова.

- Сар, - сухо прошипел он. Губа тут же треснула.


Медсестра нахмурилась и подала ему стакан воды. Поддерживая ему голову, она помогла сделать глоток, затем еще один. Вода была жутко приятной, хотелось еще, но сил не было и, сделав последний глоток, Кир опустился на подушку.


- А! Та девочка, Санара, ее с тобой нашли, - обрадовалась догадке медсестра. Кир только медленно моргнул, подтверждая, что именно это его интересовало.

- Не переживай. Ей гораздо лучше, чем тебе, - помедлив, она добавила. - Она в соседней палате, ее выпишут завтра. Можно было бы и сегодня, но врач говорит, что мы еще не научились лечить душу так же быстро, как тело. Так что она тоже отдыхает. Стресс был очень сильным.


Кир ровно задышал и еще раз медленно моргнул в знак благодарности.


- Ладно, оставлю тебя. Спи, - и с этими словами добродушная медсестра выпорхнула из палаты.


Кир закрыл глаза, сил не хватало даже чтобы просто смотреть в точку. Он снова погрузился в мягкий свет. Волноваться было не о чем. Жара сморила в сон.


Вокруг слышался разговор, люди шумели, шаркали ногами, двигали что-то. Кир расстроено приподнял веки; ему хотелось лишь тишины, чтобы он снова сполз в забвенье, где нет никаких волнений.

Расплывчатыми белыми пятнами вокруг мельтешили люди, только одна крупная точка, нависшая над Киром, не подавала признаков движения.


Кир неохотно сфокусировал взгляд, так и есть - у его койки стоял капитан Крейн.

- Очнулся значит, герой, - подбодрил капитан.

Кир не знал, что ответить, да и слабость брала свое.

- Что ж, я понимаю. Ты устал, - Кир слышал теплые нотки в его голосе. - Признаться, когда мы вас нашли, я думал, ты и Санар уже на том свете.

- Санара, - нехотя поправил Кир.

- Да, конечно, - хмыкнул капитан. - Надо же, как долго она водила всех за нос. Ты тоже, наверняка, не был в курсе.

Кир опять промолчал. Что тут скажешь, сделала она из него осла.

- Как вы нас нашли? - меняя тему, спросил Кир.

- По последнему фиксированному сигналу датчика. Как только твой сигнал исчез с радара, мы немедленно выслали отряд спасения. И не зря спешили, еще десять минут, и вы оба умерли бы от потери крови.


Кир какое-то время молчал, переваривая информацию.


- Санара не была тяжело ранена, - для себя и капитана произнес он вслух.

- Не знаю, с чего ты это взял, но когда вас нашли, она уже залила кровью тебе грудь, мы и решили сначала, что это твоя кровь и начали оказывать помощь тебе, считая, что ты в более тяжелом положении, однако кровь у Санары так и лилась. Еще бы, так поранить запястье нужно было умудриться.

Кир ничего на это не сказал, концы явно не сходились.

- Воины?

Капитан нахмурился на это единственное слово, но его лицо тут же прояснилось.

- Ты, наверное, имеешь в виду племя, что устроило ритуальный танец прямо на пещере?

Мы немедленно их задержали, считая, что вы у них в плену, и нам понадобилось еще немного времени, чтобы разобраться в происходящем.


Капитан тяжело вздохнул, вспоминая волнения в тот момент, когда ребята как сквозь землю провалились, и оказалось, что так и произошло.


- Вам невероятно не повезло, - начал капитан. - Мало того, что они редко так далеко заходят, так еще и кровавую жертву решили принести, что последний раз наблюдалось более двенадцати лет назад, по данным наших экспертов.

- А датчик Санары? - раскручивал цепочку событий Кир.

Брови капитана сошлись на переносице.

- А вот это уже странно, - не спешил продолжать он. - Каким-то образом он оказался у тебя в желудке. И мы наблюдали двойное движение, не находя ничего необычного. Аналитики сделали вывод, что вы решили проходить испытание вместе.

- Более того, - капитан сощурившись посмотрел на Кира, - в твоей крови был найдет один из сильнейших ядов, который только можно разыскать на Палее, но это никак не объясняет, где ты нашел противоядие, нейтрализовавшее его. Часто этот яд приводит к параличу, в крайне редких случаях к коме.


Кир молчал, считая, что имеет на это полное право, к тому же это был не вопрос, и отчего-то он не был уверен, что Санар будет рад, если он кому-то об этом расскажет, ведь сначала он даже не хотел делиться с ним.


- Мы прошли тест? - словно насмехаясь, спросил Кир.

- Да.

- Но ведь мы не закончили испытание.

- Это так, - подтвердил капитан. - Однако, комиссия приняла во внимание сложность и опасность вашего пути, а так же смекалку, помогшую вам обоим подать сигнал центру, плюс неожиданную коррективу на пол Санары.

- То есть? - не понял Кир.

- Ну, ты наверное, понимаешь, насколько тяжелым это испытание является для девочки, однако, она с честью прошла его докуда смогла. Да и вам оставалось не так уж много до финальной точки от места, в котором вас захватили и вы сменили курс.


Кир смотрел в окно, ему не хотелось радоваться от того, что им засчитали результат - разве это было равноценно их жизни и здоровью?

Он молчал, и капитан прекрасно его понимал. Капитан также знал, что когда ребята придут в себя, необходимо будет им все объяснить и сообщить результаты, за этим он сюда и пришел.

- Что ж, Кир, если у тебя больше нет вопросов...


Кир не шелохнулся, он снова и снова прокручивал события последней недели и осознавал, сколько уже раз она могла погибнуть. Волосы у него на затылке вставали дыбом, разве он мог спасти себя или защитить Санару? Как мал и слаб он в сущности был, что даже не смог справиться с полудиким воином.


Он всегда считал, что сможет побороть любые невзгоды, ведь он фризиец, потомок сильнейшей нации, обладающий силой, которая была доступна немногим, но...

Но отчего это должно быть правдой? Только потому, что ему самому хотелось в это верить?


Киру стало стыдно за себя, и в ту самую секунду он понял, как ему необходимо быть сильным. Он решил, что больше никогда не будет в положение слабого из-за собственных заблуждений, что он сделает все, чтобы хотя бы иметь возможность бороться до конца, за себя и за людей которые ему дороги.


Но разговор с капитаном отнял последнюю энергию и Кир иронично хмыкнул, сползая обратно на подушку и получая очередное доказательство собственной ничтожности.

Но это только сегодня, решил он, а завтра...

Кир снова пришел в себя. По тому, как темно и прохладно было вокруг, он понял, что пришла ночь. Слабые порывы ветра время от времени задували в окно.

Кир вспомнил тяжелый влажный воздух Палеи и был рад, что с ним попрощался. Испытание выдалось тяжелым - столько всего случилось за эту неделю. Интересно, какой сейчас день и сколько они уже на Герконе?


Кир, не желая, все же вернулся к мысли о Санаре.

Ну и как быть? Был лучший друг, а оказалась девчонка. 'Надо же', - подумал Кир, - 'а ведь она здесь училась наравне с нами'.

Бегала кроссы, дралась, решала сложные уравнения - кстати сказать, лучше Кира - не ныла и не жаловалась. Что бы делал Кир в подобной ситуации? Ведь родители решили за нее задолго до того, как она говорить научилась.


Киру хотелось верить, что она скрыла правду потому, что не знала, как сказать ему об этом. И все же утаила, значит, не доверяла до конца. Может, он был слишком груб с Санаром? То, что для парня нормально, могло оказаться непонятным для девочки.

Он чувствовал, что кем бы ни оказался Санар - мальчиком или девочкой - он все равно был его другом, который всегда поддерживал и помогал.


Кир тихонько хмыкнул, поймав себя на том, что все равно думает о нем как о друге мужского пола.


- Ну и пусть, - вслух сказал Кир.

- Что - пусть? - неожиданно раздалось с другой стороны комнаты.

Кир резко открыл глаза.


На противоположной койке, облокотившись на подножие кровати, стояла Санара. Киру показалось, что она смотрит прямо на него, но полумрак оставлял видимым только силуэт.


- И давно ты здесь околачиваешься? - безразличным тоном спросил Кир.

- Размечтался, - с таким же холодом ответила Санара.

- Чего надо? - не отставал Кир.

- Так. На ногу пришла посмотреть... Уже ухожу.

И, в подтверждение своим словам, она встала, скрипнув кроватью, и двинулась к выходу.


- Подожди-ка, - остановил ее Кир, - ничего не хочешь сказать?

Санара насторожилась и замерла в проходе, освещаемая тусклым светом спутника, ее осанка напоминала теперь тугую пружину.

- Что, например? - в голосе звучало напряжение.

- А что, нечего? - с вызовом спросил Кир.

Они уперлись взглядами друг в друга. Никто не моргал.

- Спасибо, - не своим голосом ответила все же Санара.

- И? - не унимался Кир.

Санара чуть покраснела от злости.

- И все! - она резко отвернулась и зашагала к двери.

- Подожди, - скорее тон, чем слово, пригвоздило Санару к месту.


Кир долго размышлял о событиях последних дней: он понял, как и куда делся передатчик, отчего Санара не желала говорить о порезе на руке, вероятно, испытывая смущение, что Кир считал нормальным, если ты девчонка.

Еще он решил, что Санара была в плохом состоянии, когда ее нашли, вероятно от того, что пыталась выбраться и поранилась в темноте.


Но у него оставался один вопрос.


- Скажи, - Кир говорил очень серьезно, - почему при посадке тебе было плохо?

Санара резко развернулась.

Он был расстроен из-за того, что в темноте не мог различить что написано у этой балбески на лице.

Она молчала.

Кир тоже.

Он знал, что если она хочет общаться с ним дальше, а в этом он ни секунды не сомневался, она не может соврать.


- Отчего тебе было плохо? - Мягче спросил Кир.

Он предполагал, что были проблемы с передатчиком, ведь если она съела что-то не то, все не могло пройти так быстро и само собой.

Кир решил, что больше не будет блуждать в собственных фантазиях, а просто спросит.

- Я, - она запнулась, и Кир услышал, как дрожал голос, - я таблетки приняла, и нужно было время, чтобы они подействовали.


Кир удивился, не ожидая такого ответа: какие еще таблетки?

- Для чего? - Решил добиться ясности Кир.

- Тебе не обязательно знать, - прошипела сквозь зубы Санара.

- Учитывая, что я прикрывал твою лживую шкуру с самого начала, - Кир намеренно выбирал слова, пытаясь выбить правду из вредной девчонки, - думаю, я имею право знать.

Возразить Санаре было нечего и Киру показалось, что он услышал, как она выдохнула.

- Я девочка, - пауза.

- Я заметил, - автоматически ляпнул Кир.

- Ну, так что за глупые вопросы! - Взвилась Санара. - Очевидно, что иногда... нам нездоровится. - Снова пауза. - И я принимаю таблетки, чтобы никто не заметил.


Кир переваривал информацию несколько минут, и наконец-то оценил преимущества отсутствия освещения.


- Тебе всегда бывает так плохо? - серьезно спросил он.

- Да нет, - Санара отошла в угол. - Просто таблетки очень сильные и подавляют естественные функции организма - вот и побочный эффект в виде сильных болей, - Санара говорила ровным, ничего не выражающим тоном, словно еще об одной детали своего навязанного мужского образа.

- Где они?

Санара постояв немного без движения, потянулась к карману, и Кир услышал шум пересыпающихся таблеток во флакончике.

- Давай сюда, - скомандовал Кир.

- Зачем? - Непонимающе спросила Санара.

- Давай, - тоном, не терпящим возражений, повторил Кир.


Санара подошла к кровати и отдала флакончик Киру. Тот взял его и выкинул в распахнутое окно.

- Эй, ты чего? - Возмутилась Санара.

- Ничего. Больше ты их не пьёшь, - спокойно ответил Кир.

Санара молчала, не зная как реагировать.


Кир ей не мешал, он с трудом подавлял ярость за то, что ей приходилось мучить себя. Он с трудом представлял, как ей удавалось одной со всем справиться; и, вспоминая год обучения, Кир больше не удивлялся вспоминая, как однажды застукал Санару избивающую манекен, а после ревущую в спортзале. В этот момент ему самому хотелось врезать кому-нибудь.


- Ладно, - безразлично ответила Санара, - я все равно так и собиралась поступить.

Кир никак не реагировал.

- Ну, - замешкавшись, сказала она, - я пошла.

И развернувшись, Санара снова попыталась уйти.


- Хочешь быть моим другом как раньше?


Вопрос пригвоздил ее к месту прямо в проеме. Она положила руку на косяк, голова медленно склонилась.


Санара долго молчала. Кир не торопил.


'Неужели он сможет простить меня за все?.. Нет. Он наверное издевается'.

У Санары громко стучало сердце, мысли неслись вереницей. Снова стать его лучшим другом было все, чего она хотела.

- Ты сможешь общаться со мной как раньше? - боясь ответа, задала вопрос Санара, все так же стоя спиной.

- Да, - твердо ответил Кир, делая паузу, - если ты выполнишь два условия.

'Так и знала!' Но желаемое не выходила из головы.

- Какие условия? - едва сдерживаясь, спросила Санара.

- Во-первых - ты извинишься, - словно торгуясь на рынке, выдвинул свою цену Кир.

- А во-вторых? - что ж первое условие было честным. Она врала целый год.

- Сначала выполни первое.

Санара глубоко вздохнула.

- Извини, что обманывала, - искренне раскаялась она.


Она не видела, как улыбнулся Кир в темноте палаты.


- Какое второе условие? - неужели она была так близко к тому, чтобы все вернулось на круги своя.

- Ты пустишь слух, что мы целовались, - сказал Кир, словно попросил закрыть окно из-за докучавшего сквозняка.

- ЧТО?!! - резко развернулась Санара. Она была готова его придушить.

- Да не нервничай ты так. Это просто слова.


Санара глубоко и быстро дышала, Киру показалось, что может завязаться драка.

- Забудь, - прошипела она сквозь зубы, все еще задыхаясь от возмущения.

- Чего так нервничать-то, - примирительно начал Кир. - Подумай сам... сама, каким идиотом меня все будут считать, когда всплывет, что ты девочка. А если ты останешься в школе, а я уверен, что так и будет, то как мы будем общаться?

Кир дал Санаре немного времени переварить информацию и продолжил.

- А если все будут думать, что мы целовались, значит, я был в курсе, кто ты на самом деле, и мы можем дружить дальше - все будут думать, что ты мне нравишься.


Кир улыбнулся собственной гениальности.


- Что ж, и это будет правдой.


У Санары перехватило дыхание.


- Ты мне друг, и думаю, мне не важно, кто ты, почему бы все так и не оставить, - закончил он.


Санара тяжело выдохнула.


Кир молчал, позволяя ей спокойно принять решение. Его не коробило собственное предложение. Он действительно дорожил Санаром и видел в нем-ней друга.

Наверное, она может отказаться, но Кир верил, что она так же ценит его, как и он ее.


- Хорошо, - еле слышно сказала Санара.

- Что?

- Я сказала, хорошо.

В темноте Санара покраснела.

- Отлично, - она слышала, как Кир улыбался, - тогда до завтра, Санар.

- Санара, - поправила она.

- Вообще-то я не вижу причин менять что-то. Я подружился с Санаром и ты все еще мне друг. Значит, остановимся на этом.


- Я тебя ненавижу, - с этими словами Санара бросилась вон.


- И тебе спокойной ночи, - крикнул ей вслед Кир.


Эпилог


А наутро жизнь захлестнулась в водовороте суеты.


Кир был разбужен шумом голосов. Куче людей не терпелось его допросить, что и было исполнено.

Вчера, когда он очнулся в первый раз, доктору удалось добиться маленькой отсрочки, но из-за этого сегодня все многочисленные 'поклонники' накинулись на него разом, требуя ответов.


Казалось, в палате собралось все представительство школы: Директор Хронос, капитан Крейн - под началом которого он отбыл на Палею; многочисленные делегаты с Мириона презрительно окидывали его взглядами, и бросились вон, как только им разрешили посетить новоявленную принцессу.


Люди приходили и уходили, заставляя его повторять тоже самое в тысячу первый раз. На пару минут заглядывал Лайс, однако, услышав вопрос, кто пустил сюда студентов, - срочно ретировался, успев только сказать, что шуму они наделали немало.


На следующий день все повторилось снова, и все же Кир был счастлив, так как верховный советник Императора Адерон явился в сопровождении служанки, в которой Кир узнал никого иного, как маму.

Конечно, из-за десяток пар любопытных глаз ему было велено молчать и слушать.

Адерон сообщил, что в ходе расследования выяснилась правомерность и оправданность действий Кира.

Одновременно с него были сняты все мирионские обвинения, утверждавшие, что это именно он подверг жизнь наследника опасности и чуть ли не он был виновен, что наследник оказался наследницей.

Личное вмешательство Императора разрешило конфликт к неудовольствию мирионских делегатов. Также было постановлено, что Санара продолжает борьбу за трон Империи; при таком раскладе дел срочное заседание парламента Мириона постановило, что отец Санары продолжает возглавлять государство.

Ибо, как было постановлено - кто они такие, чтобы отказываться от будущего Императора. В случае проигрыша Санары в силу вступят исконные законы престолонаследия, гласящие, что власть передается по мужской линии.


Кир не очень-то разобрался в последствиях таких решений, но на это у него будет время подумать. Главным было то, что они оба живы и похоже, им за это ничего не будет.


После доклада главного советника собравшиеся заторопились к выходу.


В суматохе Ионе удалось подойти к сыну. Она смотрела на него полным обожания взглядом и, так ничего не сказав, положила руку поверх его. Кир улыбнулся - мама всегда с ним.


Далее в ходе расследования было постановлено, что за проявленное мужество и храбрость при непредвиденных обстоятельствах, результаты экзамена засчитываются Киру и Санаре автоматически, и они могут продолжать обучение в Прайме, если на то будет воля Императора.


Кир выслушал новость молча, он и так уже все знал благодаря капитану Крейну.


Далее сообщалось, что им надлежало вернуться в школу для личной аудиенции с Императором, которая была назначена на завтра. После чего наступали летние каникулы и все отправлялись по домам.


Выяснилось, что около недели Кир пролежал в восстановительной капсуле, благодаря чему нога полностью срослась, а обгоревшая кожа, удаленная при операции, наросла снова.


Рассматривая запястья, Кир не мог поверить, что не осталось даже розоватой полосочки. Наверное, руки Санара также полностью вылечили. Странное желание, но Киру хотелось иметь небольшое напоминание о том, что произошло на Палее. 'Ведь не было же это в конце концов сном'.


На следующий день его спозаранку разбудила уже знакомая медсестра Тильра.

За эти несколько дней, проведенных в больничном отсеке, они успели подружиться, и Киру нравилась эта веселая и жизнерадостная женщина. Она в последний раз принесла ему завтрак и новую чистую одежду.


Кир надел светлые холщовые штаны, которые пришлось плотно подвязать на бедрах. Он так исхудал за последние пару недель, что кости торчали наружу. Ему казалось, что каждая связочка и косточка выступали под кожей.

Смотря на себя в зеркало, он видел то, чего не было прежде. Щеки впали и он казался взрослее. Из под слегка опущенных век на него смотрели недетские глаза, совсем не те, которые он целый год видел, умываясь рано утром перед занятиями. Да, жизнь изменилась, и не может все быть как прежде.


Кир ощущал, что он выбрал путь или путь выбрал его, но с этого момента у него вместо вполне обыденных занятий появились более важные вопросы. Они не давали спать ему всю последнюю ночь. Он даже думал по другому, пытаясь разобрать события на части и определить их последствия как в частности, так и в целом.

Наверное, он стал взрослым, хотя кроме себя самого в прошлом сравнивать было не с чем. 'Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Сейчас нужно увидеться с Императором'.


Их привезли на почти пустой Прайм. Большинство учеников уже разъехалось. Впрочем, судить было сложно; их вели коридорами, где им не встретилась не единая живая душа. Они отлично понимали, что направляются в кабинет директора.

Санар шел впереди. Кир следил за светлой макушкой. Приземлившись на Прайме и покинув челнок, Кир заметил, что Санар также выглядит иначе в стенах школы. Выше, такой же худой и лицо заострилось.

Они подошли к кабинету, их провожатый постучал и, услышав положительный ответ из-за двери, ребятам предложили войти.


Кабинет, в отличие от ребят, побывавших в нем год назад, не изменился. Те же декоративные статуэтки украшали полку, узкие шкафы с книгами и папками, посередине антикварный деревянный стол с резными ножками. За ним Император.

Реальность изменилась в мгновение ока, потянув обстановку следом.


В этом человеке выделялись глаза - черные как пучина, и выражение лица, подчеркивающее определенность и направленность всего, за что бы ни брался этот человек. Кира угнетала атмосфера клетки, из которой не выбраться.


Император внимательно смотрел ему в глаза, затем изящным жестом предложил ребятам сесть. Скрипнули сиденья дополнявших стол стульев. Ребята не осмеливались начать разговор, да и что сказать.


- Как вы себя чувствуете? - заботливым голосом поинтересовался Император.

- Спасибо, хорошо, - помедлил Кир и посмотрел на Санару.

Она лишь кивнула и опустила голову, чтобы не смотреть Императору в глаза. Кир обернулся к правителю и увидел, что тот спокойно уставился на макушку Санары.

- Я рад, что все обошлось. Сожалею, что мы совсем не дали вам отдохнуть, но время течет так же быстро, как и всегда, - он замолчал. - Боюсь, мне снова придется спросить вас кое о чем.


Кир внимательно слушал Императора.


- Вы все так же хотите попытаться занять Императорский престол?


Повисла звенящая тишина. Кир не моргал и не волновался, он знал, что есть только один возможный ответ.

- Да, - твердо ответил он.


Санара вскинула голову и, наморщившись, вглядывалась в лицо Кира. Там она не обнаружила ничего, кроме решимости и осознания всей ответственности.


Кир, держа ее в поле зрения, заметил, как внимательно она всматривается в него.


'Ты ничего не поймешь', - отдавал себе отчет Кир. Да, пусть раньше он и не был уверен в том, как ему жить дальше и нужен ли ему именно этот путь. Но то, что случилась несколько дней назад, стало ответом Киру на месяцами мучившие его вопросы.


Да, он хочет стать Императором, хотя бы тогда у него появится сила защищать тех, кто ему дорог.


Во-вторых, он понял, что Санар его настоящий друг, а значит, он пойдет с ним до конца и поможет ему справиться с его страхами и проблемами. Он же мужчина, в конце концов, разве может он позволить нести Санаре груз ответственности одной.


Правитель Мириона, Император, теперь наследница и трон, повисший на волоске, и помощи ждать неоткуда.


Кир верил в Санару и уважал ее за стойкость, он чувствовал, что одна она просто сломается. Нет, этого он не позволит, иначе зачем еще нужны друзья?

- А ты, Санара? - Император рассеяно смотрел сквозь нее. Кир понял, что Император, как и он, знал ответ заранее.

- Да, конечно, - тихо ответила Санара. - Простите, - пискнула она и снова опустила глаза. Кир видел, что краешек ее щеки покраснел.

'Дурочка', - подумал Кир.

- Тебе незачем извиняться ни за это, ...ни за то, - по отечески, словно опуская руку на плечо, сказал Император. Санара нервно кивнула в знак благодарности.


'Это' - скорее был обман, а 'то'? Хотя о каком, в сущности, обмане могла идти речь; Кир мог бы поспорить на собственную жизнь, что Император с самого начала был в курсе, кто такой Санар.


Вздохнув, Император отвернулся и встал.

Не спеша, он подошел к книжной полке и начал водить пальцем, словно ища что-то определенное.


- Долг часто является лишь логичным результатом жизненного выбора и не более чем зеркальным отражением сущности. Делая выбор - вы это вы. Не каждому дается сила совершить выбор.

Он остановил указательный палец, напротив небольшого томика и вытащил его, раскрыв посередине.

- Нет, не то, - разочарованно Император поставил книгу на место, - что ж, случаются и ошибки.

Морщинка пробежала между его бровей, и он задумчиво приложил палец к губам и повернулся к ребятам.

- Но однажды книга будет найдена и раскрыта на нужной странице. И тогда мы непременно узнаем то, что хотим знать.


Кир внимательно слушал каждое слово. Пытался найти ответы на свои невысказанные вопросы. Они так и рвались с языка.


- Не сегодня, Кир, - словно извиняясь, покачал головой Император.


Кир покорно кивнул. Он в любом случае получит свои ответы, он был уверен.


- Что ж, должно быть, я вас совсем утомил. Не смею более задерживать. Советую отправляться в каюту и собрать вещи - вскоре вы отбудете домой.


Кир с Санарой покорно встали и, не произнося не слова, ушли, прикрыв за собой дверь.


Они молча шли по коридору наравне. Оба молчали и смотрели в пол. Дойдя до комнаты с номером 233, они вошли и, не сговариваясь, начали собирать вещи, автоматически переходя от шкафа к ящикам, от коробок к полкам, от полок в душевую и обратно.


Кир уныло продолжал собираться; однако, к чему унывать. 'Разве мы не живы, разве мы не вернемся сюда вновь, разве мы не свободны и перед нами не целая жизнь?!'

Кир улыбнулся, поняв, что он абсолютно прав хотя бы в этом, и, схватив за край подушку, с разворота стукнул ею Санару по голове, пока та складывала вещи.


Выпучив в недоумении глаза, Санара резко развернулась. Кир захохотал как сумасшедший.

- Придурок что ли?! - возмущенно выпалила она.

- Нет! Представляю, как ты будешь рассказывать всем вокруг о нашем страстном поцелуе, - торжествующе заявил он.


Санара покраснела и отвернулась.


- Эй, ну что ты покраснел как девочка... А! Точно! Ты же и есть девчонка!


Кир заливался хохотом, опершись об угол шкафа. Санара развернулась и резко шагнула к нему.


Они стояли нос к носу. Кир захлебнулся и лишь только затих, как Санара поднялась на цыпочке и прижалась губами к его губам.


Сердце Кира остановилось. Он вспыхнул ярче, чем ядовитое яблоко из какой-то маминой сказки.


Санара оторвалась и не оборачиваясь, кинулась вон с сумкой на плече.

Он так и остался стоять у шкафа с разинутым ртом.


На пороге она обернулась.

- Хотя бы врать никому не буду.

И выпорхнула.


- Убью! - сумасшедший голос раздался позади.


На лице Санары расцвела улыбка, а на щеках румянец, - 'Да, может все и правда не так уж плохо?'


Можно слушать Inu x Boku Secret Service - OP на http://muzofon.com/search/Inu%20x%20Boku%20Secret


Надеюсь, история понравилась, буду рада услышать отзывы)) На самом деле название последней главы(эпилог), не совсем верное. В данный момент я пишу "Второй урок", а в пятницу начну выкладывать промежуточную историю "Как я провел лето" - она закончена. Предупреждаю, что там акцент больше на фэнтези и романтику, так что это небольшое ответвление. Спасибо, что дочитали до конца)))


home | my bookshelf | | Первый Урок |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 1
Средний рейтинг 2.0 из 5



Оцените эту книгу