Book: Я всегда буду тебя любить



Аннотация


Тем, кого с нами больше нет, посвящается…


«Я всегда буду тебя любить» - продолжение романа «Я всегда буду рядом».

С тех пор как его не стало, она начала играть роль «прежней и живой Лизы». Ее реальность путается на грани действительности и иллюзий, выбрасывая ее на скалистый берег надежды. В конце пути она найдет свое счастье, но сможет ли его удержать?


От автора


Хочу выразить благодарность своему мужу, Шамилю, за понимание и веру в меня и своей лучшей подруге, Юле, за поддержку и объективную критику.


Спасибо Вам, без Вас я бы не стала тем, кто я есть.


Также, спасибо Вам, дорогие читатели, за время, проведенное с моими героями, и за приятные отклики. Ваши отзывы вдохновляют меня на новые свершения и дают гораздо больше, чем возможный гонорар.


Пока у автора есть читатели, он жив!


С любовью,

Дина Удалец


Пролог


Наступил первый день лета после долгой зимы. Весенней погоды в этом году так и не было. До самого мая на улице лежал снег, а в атмосфере витал немного морозный воздух. На город опустилась завеса тумана, сквозь которую проглядывало солнце.

К обеду площадка одного высотного дома наполнилась детским смехом и визгом. Перед сонным часом мамочки вывели своих чад на прогулку.

Туман почти исчез, и улицу озарило яркое солнце, припекая незащищенные одеждой участки кожи и немного ослепляя глаза.

В этой суете, на огромной площадке, в песочнице, сидела красивая с медными волосами девушка. От чего-то ее кожа была слишком бледной, а в голубых глазах застыла грусть. Даже одежда желтого цвета не скрывала ее тоски. Рядом с ней делала куличики маленькая девочка с розовыми щечками и белыми, как снег волосами.

- Малышка, смотри как надо. Насыпаешь сюда песочек, стучишь лопаткой, чтобы все примять, переворачиваешь, снова стучишь лопаткой и поднимаешь ведерко. Видишь? Получился ровный куличик, - ласково объясняла маленькой блондинке девушка с медными волосами.

Девочка лишь попыталась воспроизвести увиденное, но у нее ничего не выходило, тогда девушка с грустными глазами объясняла ей вновь. Со стороны на такое зрелище можно было смотреть с умилением, охая и ахая.

Не выдержав одних и тех же рассказов, к ним обратилась темноволосая женщина в сарафане до пола и невероятно длинной косой, она была похожа на сказочную героиню, не то на Аленушку, не то на Настеньку.

- Лиза, да пусть играет, дети в таком возрасте еще не всегда понимают, как надо. Идем, лучше со мной посиди, - позвала она свою соседку по площадке.

Но девушка проигнорировала ее слова и продолжила заниматься с белокурой малышкой.

Время пролетело быстро, видимо наступил сонный час, и площадка опустела, оставив гостить только Лизу и ее маленькую девочку. Поднялся сильный ветер, в одно мгновение стало темно, весь песок взмыл в воздух и вихрем закружился вокруг двух нежных созданий. Пыль попала в глаза маленькой девочке, и она стала плакать. Ее соседка по песочнице не растерялась и быстро пришла ей на помощь. Когда малышка, наконец, смогла открыть глаза, то уставилась прямо перед собой.

Около них появился красивый зеленоглазый и не по годам седой мужчина. Он ласково смотрел на девочку, опираясь на красивую, украшенную черепами трость. Ветер стих, как будто от его присутствия, на улице вновь ярко засветило солнце.

- Мамочка, а кто этот дядя? – показывая пальчиком прямо перед собой, спросила белокурая девочка.

Девушка с медными волосами обернулась и по ее щеке скатилась тяжелая слеза. Она узнала его, без сомнений, и почувствовала, как ее сердце склеилось из мелких осколков в одно большое и сильное, как тот, кого она так любила.

- Малышка, этот дядя, твой папа, - ответила она и бросилась к седому мужчине на шею.


Стоя на краю


Один шаг вниз и мы будем вместе! – пронеслось в моей голове. Я вскочила на ноги и замерла, не зная, как мне жить дальше.

Я сделала полшага в сторону обрыва и посмотрела вниз. Море с силой билось о скалистый берег, немного отходя назад и с новой силой ударяясь о его поверхность с шумом, покрывая пеной верхушки камней. На секунду я закрыла глаза и жадно вдохнула воздух, а когда открыла, то там, внизу увидела Макса, он был по колено в воде, волны накатывали на него, пытаясь сбить с ног, но он стоял крепко и уверенно, протягивая ко мне свои руки.

- Малышка, прыгай. Я поймаю тебя.

- Макс, Макс, ты жив? – спрашивала я, а из глаз непрерывно текли слезы.

- Я поймаю тебя. Иди ко мне, малышка, - снова сказал он.

Я расправила руки в стороны и сделала еще полшага к краю. Я закрыла глаза и приготовилась к полету в родные руки, как передо мной затормозила машина, осветив меня светом от фар. Из нее выбежала Алька и закричала:

- Лиза! Нет! Стой!

Но я не слышала никого кроме голоса Макса:

- Прыгай, малышка. Я поймаю тебя.

И я подала корпус вперед, чтобы оказаться рядом с ним. Она резко схватила меня за талию и отшвырнула на метр от обрыва, упав вместе со мной.

- Совсем спятила! Лиза! – заорала она, видимо испугавшись.

Я лишь опустилась на колени, прижав голову к ним, заскулила.

- Его больше нет. Я одна. Он обещал, что будет всегда рядом…

Алька прижала меня к себе и стала гладить мои волосы.

- Тише-тише, мы справимся. Он всегда будет рядом. Он будет смотреть на тебя с небес, - шептала она, пытаясь меня успокоить. Я лишь тихонько плакала. Не знаю, сколько мы так просидели, когда Аля осторожно подняла меня и повела в машину, в которую я покорно села, уткнувшись в окно.

- Денис, позвони кому-нибудь, пусть заберут ее машину. Поехали, Лизу нужно отвезти домой.

И автомобиль тронулся с места, унося меня вдаль от края обрыва, а где-то там внизу стоял Макс и ждал, когда я окажусь в его объятиях, по крайней мере, мне так казалось.

Через какое-то время Аля, обнимая меня, повела в родной домой, к папе. Я шла рядом с ней, с трудом перебирая ногами и ничего не видя перед собой из-за слез, которые лились непрерывным потоком. Зайдя в квартиру, Аля уложила меня на кровать и заставила выпить горькой воды на вкус.

- Игорь Станиславович, это какой-то кошмар! Я еле успела оттащить ее от края обрыва, еще бы чуть-чуть и она бы прыгнула! - дрожащим голосом говорила подруга.

- Аля, что же делать? Для нее это такой удар, такое потрясение. Когда ее мама умерла, она перенесла это гораздо легче, видимо, мала еще была, но сейчас, справиться ли она? – с болью произнес папа, по щеке скатилась скупая слеза.

- Я постараюсь не отходить от нее. Буду рядом. Нам нужно объединить усилия и не спускать с нее глаз, иначе неизвестно, что она еще сможет натворить.

- Так и поступим. Ты будешь дежурить днем, я вечером и ночью. Если тебе несложно, конечно?

- О чем вы говорите?! Лиза моя единственная подруга, она мне, как сестра, я ни за что не оставлю ее, тем более в таком состоянии, - возмутилась она.

- Алечка, спасибо тебе, если б не ты…

- Перестаньте, Игорь Станиславович, все обошлось и, слава богу. Я сейчас уеду, соберу кое-какие вещи и утром вернусь.

- Хорошо.

Аля вышла из квартиры, обняв на прощание моего отца, Денис, пожав ему руку и что-то сказав, вышел за ней следом.

От горькой жидкости я уснула на мокрой от слез подушке. Папа сидел рядом и сжимал мою руку в своей. Он едва слышно бормотал какую-то молитву, прося бога, чтобы я смогла пережить эту трагедию.


Реальность во сне


Каждый сон давался мне довольно тяжело. Я, не помня себя, просыпалась от криков собственного голоса, с залитым слезами лицом, сердце колотилось с бешеной силой, мне казалось, что оно вот-вот остановиться. Каждое сновидение было похоже на сказку, которая потом сменялась самым настоящим кошмаром.

Я шла по пустынной улице в красном платье с разрезом до линии ног, на моей шее блестели бриллианты, красиво переливаясь от солнечных лучей. Я чувствовала себя счастливой и все время улыбалась. Глубоко внутри я знала, что сейчас я встречусь с Максом. Картинка менялась. Я шла по пустынному берегу, парео развевалось от ветра, волосы путались, было даже немного холодно. Моя кожа покрывалась мурашками от каждого дуновения, и я невольно ежилась. Горячий песок согревал мои ноги, и я продолжала идти вперед. Раздался гром, все вокруг померкло, и полил дождь. Я побежала быстрее, чтобы скрыться где-нибудь, и увидела Макса.

- Макс, Макс, привет! – кричала я ему, а он лишь отстраненно смотрел на меня.

Я ускоряла шаг, но чем сильнее и быстрее я бежала, он становился все дальше от меня.

Картинка снова менялась. Мы шли за руку. Он очень крепко сжимал мои пальцы и лучезарно улыбался. Он ничего не говорил, но я слышала только одну фразу, которая словно на репите проигрывалась в моей голове: «Я люблю тебя, малышка. Я всегда буду рядом». Потом он резко отпускал мою руку и убегал вдаль. Я пыталась догнать его, но у меня не получалось. А потом он исчезал и я, снова окунувшись в свое горе, просыпалась, крича его имя.

Рядом со мной постоянно находились то папа, то Алька, иногда Денис. Они не оставляли меня ни на минуту, но мне было все равно. В моей жизни больше не было ЕГО и казалось, что я сама уже тысячу раз умерла. Внешне, для всех, я была той же Лизой, но внутри больше ничего не осталось, кроме маленького осколка надежды на то, что он жив, вместо сердца.


Врачебное решение


Через несколько дней Макса похоронили. В тот день я попросила Альку, перекрасить мне волосы в медный, и надела желтое платье. С тех пор, я носила одежду только такого цвета, как знак разлуки.

Помню ли я похороны? Нет, потому что не была там. Я осталась дома. Не могла позволить себе прийти на могилу, в которую положили пустой гроб, так как от Него остался лишь пепел. Папа был со мной и пытался меня приободрить. Но я не слушала его, я вообще больше никого не слышала. Мир стал похож на мрачное серое облако тумана, застилая своей пеленой мои глаза.

Когда меня охватывали сильные приступы, ко мне приезжал врач и ставил мне какой-то укол, который вновь погружал меня в реальность сновидений. Я не знаю, сколько это продолжалось, но мне это время показалось вечностью.

- Игорь Станиславович, так больше нельзя. Она уже начинает сходить с ума. Может ее показать врачу? Я знаю хорошего психотерапевта, - говорила Алька.

- Не знаю, Аля, мне страшно от таких мыслей. Я надеялся на то, что она отойдет. Но уже месяц она без конца плачет, по ночам зовет Максима. Я уже сам начал сходить с ума.

- Давайте попробуем обратиться к специалисту. Так дальше нельзя.

- Ну, что ж, давай. Пригласи его завтра к нам. Я оплачу все расходы.

- Хорошо. Я договорюсь. Тогда до завтра, - сказала она и, поцеловав меня в щеку, скрылась за дверью квартиры.

Следующим вечером в мою комнату вошел полноватый мужчина, в сером строгом костюме. Его голова была наполовину лысой, от чего макушка блестела. На вид ему было лет пятьдесят. Он подошел ко мне и сел на кровать, с которой я практически не вставала.

- Здравствуй, - сказал он. Я молчала. - Меня зовут Федор Михайлович Грачинский, я психотерапевт, - продолжал он. – Как тебя зовут?

- Лиза, - прошептала я.

- Очень приятно познакомиться. Давай мы немного поболтаем, хорошо?

Я кивнула.

- Лиза, расскажи мне, как ты сейчас себя чувствуешь?

- Никак.

- Тебе сняться сны?

- Да.

- Что ты видишь в них?

- Его.

- Он зовет тебя?

- Нет. Он отдаляется с каждым шагом.

- Что ты чувствуешь, когда видишь его?

- Боль… Любовь… Радость… Разочарование…

- Давай сейчас ты немного поспишь, хорошо?

Федор Михайлович сел ко мне ближе. Попросил открыть глаза, и передо мной закачался маятник. Он что-то говорил про тяжелые веки, считал от одного до десяти, и мое сознание покидало меня с каждым звуком его голоса. Я погрузилась в сон или в транс, так и не поняла.

Я оказалась снова на берегу. Лил дождь, но я его не замечала. Я увидела Макса и побежала. Чем быстрее я двигалась, тем он был дальше, и я вовсе потеряла его из виду.

- Аааа! Нет! Вернись! – закричала я, тело забилось в конвульсиях, из глаз хлынули слезы.

- Десять! – сказал мой доктор, и я распахнула глаза.

- Что со мной? – жалобно простонала я, вытирая мокрые щеки рукой.

- Все в порядке. Это был всего лишь сон. Я сейчас уйду, а ты выпей это, - он протянул мне таблетку и стакан воды, - и отдыхай.

Я послушно проглотила зеленую капсулу и снова закрыла глаза.

- Ну что с ней? Как она? – спросил папа у психотерапевта.

- Состояние пока тяжелое, но с этим мы сможем справиться. Я дал ей лекарство, сейчас она отдохнет. Вероятно, сны не должны приходить к ней в течение нескольких дней. В пятницу привозите ее ко мне. Лизе необходимо начать выходить из дома. Одну ее желательно не оставлять ни на минуту.

- Хорошо, конечно. Спасибо Вам, - пожав руку, отец отдал ему конверт и проводил до лифта.

Я погрузилась в темноту. Ничего яркого, серого, живого, я больше не видела в своих снах. Это дало мне возможность немного восстановить свои силы, боль где-то затаилась, рана перестала кровоточить. Я стала спокойнее, и мои родные смогли немного расслабиться.


Выход в город


В пятницу я впервые за месяц смогла выйти из дома. Вернее, мне пришлось. Папа с Алей повезли меня к Грачинскому. Облачившись в желтое, я вышла на улицу и вдохнула морозный воздух. Под ногами хрустел, недавно выпавший снег, на небе ярко светило солнце. От чего-то мне было очень холодно внутри. Я больше не плакала, не впадала в панику, не истерила. Я молчала, смотрела куда-то в сторону и ничего кроме пустоты не ощущала.

Мы сели в машину, и я уставилась в окно. Казалось, что этот город ничуть не изменился. Только теперь здесь не было Макса. Остался только маленький осколок и моя земная оболочка. Люди все также спешили по делам, машины толкались в пробках, магазины открывали свои двери, девушки знакомились с мужчинами, мужчины с девушками, кто-то целовался посреди улицы, кто-то плакал… Я смотрела на весь этот мир и ловила себя на мысли о том, что меня больше нет. С того дня я умерла уже тысячу раз. Без Макса жизнь стала бесцветной, бессмысленной, пустой, и напоминала мне бездну, в которую я проваливалась с каждым сделанным вдохом.

- Приехали, - сказал папа и помог мне выйти из машины. Взяв меня под руку, повел в сторону высокого стеклянного здания. Мы поднялись на лифте на пятнадцатый этаж и вошли в кабинет Грачинского. Я не обратила внимание на обстановку внутри, наверное все было в спокойных тонах, ничего особенного не бросалось в глаза.

- Здравствуй, Лиза, проходи, садись, - сказал мой психотерапевт, когда папа вышел за дверь. Я медленно опустилась в стоящее рядом с ним кресло, и потеряла сознание. Не знаю, что происходило, пока я была в отключке, но очнулась я, когда снова услышала слово «десять». Чувствовала я себя лучше, боль спряталась еще глубже и дальше. Я даже смогла слабо улыбнуться на прощание своему доктору.


Каждый день он проводил со мной сеансы, по окончанию которых, я абсолютно ничего не помнила. Как только я садилась в кресло, то теряла сознание. Приходя в себя, я чувствовала прилив сил и энергии, складывалось ощущение, что меня наполнили чем-то, и пустота постепенно исчезала. Ее заменяли мнимое чувство спокойствия и полноты ощущений.

День за днем я словно оживала и уже через две недели смогла самостоятельно передвигаться по городу. Опекать меня перестали. Я стала много разговаривать с Алей и папой. Наверное, они решили, что я стала прежней и, хотя теперь я просто играла роль «живой Лизы», им стало легче.


Галлюцинации возвращаются


Первый день весны подарил городу массу приятных моментов. Градус термометра, наконец, приблизился к плюс семи, ветер стих, под лучами солнца земля начала прогреваться, растапливая залежавшийся снег. И хотя дороги и тротуары были мокрыми, а местами имели непроходимые участки в виде луж и грязи, людей на улицах стало больше, а их лица и внешний вид говорили о том, что они счастливы. Теплые черные куртки сменили яркие польта, декорированные цветными весенними элементами.

Я вышла немного раньше из дома, чтобы успеть насладиться мартовским утром перед приемом у психотерапевта. Пройдя несколько остановок, я попала в гущу событий. Мимо проносились люди, видимо спешащие по делам, мало кто обращал на меня внимание, я лишь спокойно шла и вдыхала весенний воздух. Странно, но пробок не было, и водители могли носиться с бешенной скоростью, не обращая внимание на запреты, ограничивающие скорость движения. Я повернула голову в сторону стеклянной витрины, чтобы оценить свой внешний облик и увидела на другой стороне дороги до боли знакомого мужчину. Сердце бешено заколотилось. Я мгновенно обернулась, и все мои ожидания подтвердились. Напротив меня, разделенной проезжей частью, стоял Макс. Он опирался спиной на фонарный столб и смотрел прямо на меня, улыбаясь во все тридцать два зуба. Выглядел он как в тот день, когда ушел из дома, не вернувшись. Я стояла, ни жива, ни мертва, смотрела на него и не верила, что это происходит на самом деле. Он помахал мне рукой и поманил к себе пальцем. Это движение заставило меня выйти из ступора, и я с криками бросилась на проезжую часть прямо к нему.

- Макс! Макс! – кричала я на всю улицу и, услышав визг тормозов, повернула голову вправо. Передо мной в двух сантиметрах затормозил черный Range Rover, и водитель стал гневно орать на меня благим матом. Я обернулась в сторону Макса, но его там уже не было.



- Макс! Вы видели?! Там стоял Макс! – подбежала я к водителю автомобиля, который чуть не сбил меня.

- Ты что чокнутая?! – проорал незнакомец и, закрыв окно, с визгом унесся от меня вдаль.

Я вновь забежала на тротуар, бросаясь к людям с одним и тем же вопросом:

- Вы видели его?! Он ведь стоял там! Мой Макс! Видели?!

Окружающие лишь шарахались от меня и крутили пальцем у виска.

- Девушка вам лечиться надо!

- Вы, что ненормальная!

- Уберите от меня свои руки!

Я стояла посреди улицы, и крутилась вокруг себя в поисках поддержки среди прохожих, но они лишь стеной пробегали мимо, выкрикивая ругательства и потешаясь надо мной. Я оборачивалась на противоположную сторону дороги, но не видела Его. С каждым движением, вопросом, взглядом, мне становилось все хуже и хуже. Голова закружилась, окружающий меня мир поплыл, словно корабль в море, и я рухнула на асфальт.

Не знаю, сколько я так пролежала, пока спешащие куда-то люди обходили меня стороной, говоря разные фразы: «пьют средь бела дня», «ни стыда, ни совести», «такая молодая, а уже алкоголичка», как кто-то поднял меня на руки и отнес на ближайшую лавочку, постукивая по щекам.

- Девушка! Очнитесь! С вами все в порядке?! Девушка! – пытался привести меня в чувства мужской голос. Я с трудом открыла глаза, но так и не смогла разглядеть лица своего спасителя, передо мной все было застлано пеленой, а от яркого солнечного света слепило глаза.

- Да-да, со мной все хорошо, - промямлила я, пытаясь протереть глаза.

- Точно? Вы уверены? Может вызвать скорую? – беспокоился незнакомец.

- Нет, не нужно. Все в порядке, правда. Спасибо Вам, - вымолвила я и, наконец, смогла разглядеть собеседника. Он был один в один похож на Макса, но что-то в его лице было другим, я так и не поняла, что именно, не успела я опомниться, как мой спаситель пожелал мне здоровья и скрылся в толпе. Я еще долго сидела на скамейке и не верила своим глазам. Это был Макс или кто-то слишком сильно на него похожий. Но как? Я смотрела на пробегающих мимо жителей города и не понимала, почему позволила ему уйти.

Через двадцать минут я сидела в кресле своего психотерапевта и рассказывала о том, что со мной произошло в пути. Федор Михайлович внимательно слушал меня, записывая что-то в блокнот и кивая головой.

- Лиза, я думаю, что все это вызвано твоими переживаниями. Увы, в мире нет похожих людей. Тебе просто хотелось, чтобы тот, кто помог тебе, был именно Максимом, потому что он всегда защищал тебя. Не стоит заострять на этом внимание. Давай лучше сосредоточимся на твоем психоэмоциональном состоянии. То, что ты увидела и в результате чего чуть не погибла, вызывает во мне беспокойство. Наш метод лечения не должен вызывать подобных форм, поэтому я немного изменю подход, а ты обещай меня слушаться, хорошо?

Я кивнула и снова потеряла сознание. Когда я очнулась, то чувствовала себя совершенно спокойно, как будто всего этого не было. Я находилась в некой прострации. Боли, пустоты, утраты, невозможности жить, я не ощущала. Словно робот. Возможно, это воздействие и тех препаратов, которые я принимала, не знаю. Но мой доктор не смог стереть из памяти спасителя, который помог мне прийти в себя. Он слишком сильно напоминал мне Макса. С мыслями об этом я покинула кабинет Грачинского и направилась домой, но уже на такси.


Создавая видимость жизни


Добравшись до квартиры, я рухнула на диван и закрыла глаза, не в силах поверить в реальность. Как такое возможно? Мой спаситель так похож на Макса. Если бы я не понимала, что Макса больше нет, я бы и впрямь решила, что это он. Тот же запах, те же руки, тембр голоса, глаза, волосы. Да все! Он вылитый Макс!

Я ощущала, как мое сердце наполняется, чем то действительно приятным. Словно, наконец, наступило облегчение. Будто в моей жизни снова есть он, и я могу дышать свободно, полной грудью, не чувствуя утраты. Даже если, я больше никогда не встречу этого незнакомца, я счастлива, лишь потому, что он жив.

В последнее время моя реальность путалась. Я иногда видела сны, в которых безуспешно пыталась догнать Его. Сегодня мне вновь померещилось, что Он рядом. И, черт возьми, я не схожу с ума! Грачинский помогает мне справиться с болью, но заглушить ее не в силах ни один человек на этой земле. Макса больше нет, и я это действительно поняла, но принять не в силах. Это невозможно!

- Лиза, ты дома? – услышала я папин голос.

- Да, я здесь, - ответила я и увидела в дверях отца.

- Привет, милая. Как прошел сеанс? – спросил он, поцеловав меня в макушку.

- Все в порядке. Я, как всегда, абсолютно ничего не помню, но мне стало спокойнее, - отозвалась я, решив не рассказывать о моих галлюцинациях и об обмороке.

- Я рад, что ты приходишь в себя. Лиза, мне нужно срочно уехать. Я, правда, не могу ничего сделать. Кажется, у нашей компании возникли небольшие трудности, и они требуют моего участия, - виновато сказал он.

- Все в порядке. Не волнуйся за меня. Я справлюсь.

- Прости, доченька. Мне очень тяжело оставлять тебя. Впрочем, я позвонил Але, она вот-вот приедет и побудет с тобой в мое отсутствие.

- Хорошо, не переживай, можешь спокойно ехать в командировку и решать возникшие проблемы, - успокоила я его и погладила по плечу. Папа лишь обнял меня и ушел в спальню собирать чемодан.

Через час мы попрощались, он пообещал вернуться, как можно скорее, и скрылся за дверью.

Мне стоило больших трудов играть роль «прежней Лизы», но я старалась для своих родных. От меня остался лишь осколок и внешняя оболочка, которая создавала эффект жизни в моем теле. Никто кроме меня не знал, что я по-прежнему плачу, но тихонько в подушку, что мой мир похож на мрачное серое облако и, что я желала умереть, но сил свести счеты с жизнью, у меня не было. Я очень четко понимала, что должна пытаться жить без Него, но не знала как.

Через часа два в дверь позвонили и, открыв ее, на пороге, я увидела Альку. Она обняла меня и тепло улыбнулась.

- Привет, дорогая.

- Привет, проходи, - ответила я, и мы прошли в гостиную, усевшись на диван. – Тебя Денис еще не выгнал из дома?

- Нет, - слабо улыбнулась она. – Он тоже очень переживает за тебя, но из-за своей работы не может часто приезжать. Он вообще все понимает. Для него эта потеря стала такой же сложной, как и для тебя. Друга терять тоже очень больно и страшно. Но давай не будем об этом, хорошо? Как ты?

- Я нормально. Как обычно, - безразлично ответила я.

- Ясно. Я рада, что ты постепенно приходишь в себя и…

- Начинаю жить, - натянуто улыбнулась я, но, пожалуй, мои глаза давали обратный эффект. Они больше не светились, в них замерла грусть, тоска, возможно даже боль.

Аля словно поняв меня, притянула к себе и обняла. Мы просидели так очень долго. Общаясь невербально. Я слишком хорошо знала свою подругу, чтобы понять ее смятение и то, что она впервые в жизни не знала, что сказать и как вывести меня из этого состояния.

- Аль, а давай чайку попьем? – улыбнулась я.

- Давай.

Мы отправились на кухню, Алька устроилась на стуле, притянув колени к подбородку. Я поставила чайник и села напротив нее.

- Расскажи мне, как ты? Как с Денисом? В последнее время я совсем не интересовалась твоей жизнью, а мне правда это важно. Не переживай за меня, я могу контролировать свои эмоции, к тому же если хоть кто-то счастлив со своей половиной, я могу только снять шляпу и искренне от души порадоваться. Только сейчас я понимаю насколько это важно, счастье нельзя купить или измерить, но если оно есть, им нужно наслаждаться каждую секунду, - она немного смутилась от моих слов, словно думая, что сказать.

- Я… Хорошо. Денис - лучший муж на свете. Знаешь, я никогда и не думала, что меня кто-то будет воспринимать и понимать, так как он. Конечно, мы ругаемся, но как мы ярко миримся, - она закусила губу и обняла себя руками, - это нечто. Лучшего мужчины рядом я и представить не могу.

- Я, правда, очень рада за тебя, - сжала я ее руку, поймав на себе, как будто виноватый взгляд за сказанное. – Ты это заслужила. И не нужно так на меня смотреть. Моя потеря не имеет никакого отношения к твоему счастью. Я хочу, чтобы ты была счастлива и не боялась делиться со мной им. Иначе, для чего мне еще жить.

- Лиза, я так рада от тебя это слышать. Мне действительно несколько неловко. Словно я режу тебя без ножа…

- Не говори глупости. Ты моя единственная подруга, ты мне, как сестра, и я хочу, чтобы между нами не было никаких заискиваний. Ты достойна счастья, и оно у тебя есть, и я хочу разделить с тобой эти эмоции. Иначе, я буду не я. Ты и папа - два единственных человека, ради которых я живу. Если вы будете оберегать меня от подобных эмоций, я сломаюсь и окончательно погружусь в мрачное серое облако, которое пытается поглотить меня. Я очень люблю Макса, и без него моя жизнь похожа на ад. Я больше никогда не смогу обнять его и сказать то, что чувствую. Но, черт возьми! Я хочу знать, что моя любимая подруга счастлива! Не лишай меня, пожалуйста, этих эмоций.

- Лиза, я тебя тоже очень люблю. Ты так дорога мне, - на ее глазах выступили слезы, и она меня крепко обняла. – Я бы так хотела забрать у тебя часть боли, которую ты чувствуешь. Но это единственное, в чем я абсолютно бессильна.

- Все в порядке, Аль. Я рада, что ты не можешь этого сделать. То, что случилось похоже на ураган или смерч, который забирает последние силы, и если б не Вы, меня бы уже давно не было.

Мы немного поплакали, и стало намного легче. Напряжение между нами спало. Алька, наконец, поняла, что может быть со мной откровенной, не боясь задеть мою рану. А мне действительно было важно знать, что она счастлива. Я хотела просто радоваться чужому счастью, моего уже никогда не будет, и я пыталась научиться с этим жить.

- Чайник вскипел, - услышав щелчок, я отстранилась от подруги и принялась разливать кипяток по кружкам. Поставив чашку перед Алькой, я устроилась напротив нее и решила расспросить обо всем, что произошло с ней за то время пока меня «не было». – Расскажи мне все. Как ты жила это время? Как твой салон? Мне так это важно.

Алька, сбросив напряжение, принялась описывать и рассказывать мне все события того периода, о котором я не знала. Как всегда, остановить или перебить ее было невозможно. Да я и не хотела. Мне было приятно слушать ее, и я погружалась в историю ее жизни и получала от этого удовольствие. В целом, все было просто отлично. Денис - прекрасный муж. Салон на пике популярности. Она счастлива до дрожи в коленях. Единственное, что омрачало ее существование – это моя потеря и мое состояние, но так как я высказала то, что чувствую, ей стало спокойнее, и она смогла расслабиться.

- Уже поздно, пойдем спать, - зевнула она часа через три непрерывного монолога.

- Пошли, - улыбнулась я. – Я рада, что все складывается так хорошо. Цени каждый миг и наслаждайся им. Это правда, очень важно.

- Я знаю. Спасибо, что выслушала. Мне так тебя не хватало, - сказала она, обняв меня перед сном, и легла в приготовленную ей кровать в моей спальне.

- Спокойной ночи, - улыбнулась я и, закрыв дверь, отправилась спать в папину комнату.

- И тебе.

Я немного устала от разговоров и мгновенно погрузилась в темноту своих снов.


Не дай мне упасть


Подруга уехала рано утром на работу, пообещав вернуться вечером и я, закрыв за ней дверь, принялась собираться на прием к своему психотерапевту.

Впервые, за последнее время, я немного подкрасила глаза тушью и едва заметным блеском губы. Одежду я долго больше не выбирала. Единственный цвет моего гардероба – желтый. Поэтому схватив первое попавшееся платье, я надела его и выбежала из квартиры, накинув сверху пальто того же цвета.

Погода сегодня выдалась прохладной, но солнце все же приятно грело кожу. Легкий ветер трепал мои волосы, которые то и дело прилипали губам, но я не обращала на это внимания. Наедине с самой собой я не играла в «прежнюю Лизу», а очень четко отдавала себе отчет в том, что я больше похожа на робота, который ходит по земле, но ничего не ощущает, кроме пустоты и движения тела. Людей на тротуарах не убавилось со вчерашнего дня и я, пройдя несколько метров, снова оказалась на той же улице, среди толпы пробегающих мимо прохожих. Проходя мимо той самой витрины, я бросила взгляд на противоположную сторону дороги и, ничего не увидев, направилась прямо. Лица сменялись, как в быстрой перемотке, что я едва успевала заметить их. Посмотрев на небо, я услышала знакомый голос в толпе.

- Да, Олег, я в курсе. И что с того? – я где-то уже слышала его, а сейчас он говорил так громко, даже жестко и властно, что толпа невольно расступалась от его вида и голоса. И я, пройдя еще несколько шагов, увидела его. Он шел стремительным шагом, громко ругаясь с кем-то по телефону. Его пальто было расстегнуто и развевалось от каждого порыва ветра. Я замерла. Снова он. Тот, кто так сильно похож на Макса. Нет! Это был Макс! Точно он! В голове сильно зазвенело и я, прижав пыльцы к вискам, прикрыла глаза, потеряв равновесие, рухнула без чувств на асфальт.

- Твою мать! Я перезвоню! – закричал он и подхватил меня на руки.

Очнулась я от резкого толчка и, едва открыв глаза, услышала его голос.

- Куда прешь придурок?! – заорал он.

- Макс. Ты вернулся? – промямлила я, но он не услышал меня. Я лежала на заднем сиденье машины, которая мчалась куда-то вперед с бешеной скоростью. В голове зазвенело, что я снова отключилась.

Когда я вновь открыла глаза, то не поняла, где нахожусь. Около меня сидела Алька и крепко сжимала мою ладонь.

- Где я? – прошептала я. Голова жутко болела, а в горле все пересохло.

- Лиза, ты очнулась! Слава богу! Я так переволновалась! Ты в больнице, дорогая! - затараторила Алька.

- Воды… Я хочу воды…

- Сейчас, - она встала, налив в стакан прозрачную жидкость, поднесла ее к моему рту. – Только немного. Тебе нельзя сейчас много пить.

Я сделала маленький глоток.

- Как я здесь оказалась?

- Тебя привез довольно симпатичный парень. Он сказал, что ты упала в обморок.

- Какой парень?

- Не знаю. Он позвонил твоему отцу, а тот мне, и сказал, что везет тебя в больницу. Я примчалась сразу же и встретила его у палаты. Он вкратце объяснил мне, что произошло, и уехал. Кстати, твой папа вылетел из Сахалина. Скоро будет здесь.

- А кто он?

- Не знаю. Кажется, он представился, как Дамир, вроде бы. Блин! Он же мне визитку оставил, - она полезла в сумочку и протянула мне черную с золотыми буквами карточку.

«Коршун Дамир Ильгамович. Директор PR-агентства «Status». Телефон. Факс. E-mail» - прочитала я про себя.

- Лиза, я, конечно, не знаю, кто он.… Но, если бы не Денис, я бы за ним приударила. Такой настоящий мужчина с мощными флюидами, - улыбнулась она.

- Нужно будет сказать ему спасибо.

- Это правильно. Совсем с тобой заболталась! Мне же надо врача позвать! - спохватилась она и выбежала из палаты.

Я оглядела пространство вокруг. Бежевые на половину стены, окружали комнату с двумя железными кроватями. На одной из них лежала я, а стоявшая рядом капельница впускала в меня прозрачную жидкость через трубку с иглой, которую вставили мне в вену.

- Здравствуйте, - сказал довольно высокий и широкоплечий мужчина в белом халате, подойдя ко мне. – Как вы себя чувствуете?

- Нормально. Только голова болит.

- Это пройдет, милочка. Главное, что Вы и ваш ребенок не пострадали.

- Что вы сказали?! Ребенок?! – выпалила Алька, стоя за его спиной.

- Да, ребенок. Вы что не знали? У вас уже четырнадцатая неделя. Так, что поздравляю.

Я уставилась на него, не веря в то, что он сказал. Я беременна? От Макса. Во мне живет маленький человечек. Голова снова закружилась, но я постаралась взять себя в руки.

- Так, что милочка, Вам нужно беречься. Никаких волнений и стрессов. Впрочем, я дам Вам направление к гинекологу, и там уже выдадут все необходимые рекомендации. А пока отдыхайте, набирайтесь сил, они Вам пригодятся, - продолжил он, погладив меня по ноге, и вышел из палаты.

Я лежала ошарашенная новостью и не верила в происходящее.

- Лизка! - обрадовалась Алька и захлопала в ладоши. - Я и подумать не могла! Ты беременна! Какое счастье!

- Я не могу поверить. Может это ошибка? – в шоке произнесла я.

- Если доктор сказал, значит так и есть! Дай потрогать! - сказала она и принялась гладить меня по животу. – Привет, маленький, это я, твоя тетя Аля.

- Аль, перестань, - убрала я ее руку, по щеке скатилась слеза. Я жду ребенка от любимого мужчины. Оказавшись в другой ситуации, я была бы невероятно счастлива, но сейчас мне больно, неожиданно и сложно поверить в это. Внутри меня живет жизнь. Я машинально погладила себя по животу, но ничего не почувствовала.

- Лиза! Возьми себя в руки! Ты будешь мамой! И ты обязана жить ради этого маленького человечка! Слышишь?! – властно сказала она, указав на мой живот.

- Я поверить не могу, - вымолвила я.

- Я понимаю, милая. Для меня самой это шок, но я рада, что так случилось. В тебе частичка Макса, и это потрясающе, - ласково сказала она, и погладила меня по руке.

- Можно я побуду одна?

- Конечно. Я буду за дверью. Если, что зови, - согласилась Алька и вышла из палаты.

- Маленький мой человечек, - говорила я с животом, гладя его рукой. – Прости меня. Твоя мамочка слишком нервировала тебя. Думаю, ты меня понимаешь. Все будет хорошо. Теперь хорошо. Мы справимся, - по моим щекам катились слезы. – Как же мне хочется, чтобы наш папа был рядом. Он был бы очень рад.



- Игорь Станиславович, Лиза отдыхает! – услышала я Алькин голос за дверью.

- Мне все равно. Она - моя дочь. И я должен знать, что с ней все хорошо, - жестко ответил он и распахнул дверь палаты. – Лиза, девочка моя.

- Папа, - выдавила я, вытирая слезы, и протянула к нему свои руки, чтобы обнять.

- Как ты, дорогая? – он выглядел обеспокоенным.

- Я в порядке. Просто упала в обморок.

- Прости, что уехал. Не нужно было тебя оставлять, - начал он.

- Пап, все нормально. Ты ни в чем не виноват. Я беременна, - выдала я на одном дыхании.

- Что? – глаза его округлились.

- Я жду ребенка, - твердо ответила я.

- Господи! Лиза! Какое счастье! – воскликнул он, на глаза выступили слезы. Он обнял меня нежно, стараясь ничего не повредить.


Жестокий приговор


Через несколько дней меня выписали, выдав карту со всеми анализами и направлением к гинекологу, к которому я отправилась сразу же. Папа снова улетел, так что свой первый визит я совершила с Алькой.

- Аль, ну все, я пошла.

- Давай, удачи!

Я открыла дверь кабинета и скрылась за порогом. Во главе стола сидела белокурая женщина, довольна стройная, но она казалась мне очень серьезной. Я села напротив нее и протянула карту.

- На что жалуетесь? – спросила она.

- Ни на что. Я беременна.

- Вот как! Ну что ж, посмотрим. Проходите за ширму, раздевайтесь, я сейчас подойду.

В следующий час она исследовала меня внутри и снаружи. И, когда процедура закончилась, она, оторвав глаза от моей карты, сказала:

- Лиза, плод в полном порядке, но ваше состояние оставляет желать лучшего. У Вас слабое сердце согласно заключению кардиолога, и я не уверенна, что Вы сможете перенести роды.

- То есть как?

- Я предлагаю Вам не рисковать своей жизнью и прервать беременность.

- Вы в своем уме?! Что Вы говорите?! Это мой ребенок и я… - задыхаясь от возмущения, выпалила я.

- Лиза, я понимаю ваше состояние. Но я всего лишь врач, а не господь бог, я хочу, чтобы Вы понимали всю опасность вашей беременности и последующих родов, - перебила она меня.

- Мне все равно, что Вы думаете! Я буду рожать! – я перешла на крик.

- Ваше право. Тогда, вот Вам необходимый список лекарств и анализов. Жду Вас через неделю. И, пожалуйста, никаких волнений. Вам нужен полный покой.

- Хорошо, спасибо, - сказала я и вылетела из кабинета, глаза противно защипало.

- Лиза, что с тобой?! – вскочила Алька.

Я не смогла сдержаться и разревелась, опустившись на пол. Как она могла?! Это же мой человечек! Наш с Максом! Я захлебывалась слезами, когда Аля пыталась меня успокоить и вывела из здания. Уже в машине я смогла спокойно объяснить ей все, и она до конца пути, от больницы до дома, разорялась на тему несправедливости и жестокости нашей медицины.

- Давай заходи, сейчас сделаю тебе чай, - скомандовала она, и я покорно села на диван, уставившись в одну точку. Через минуту подруга протянула мне чашку и села рядом, обняв за плечи.

- Не переживай, милая. Не слушай никого. Ты справишься. Мы справимся. Родишь еще лучше здоровых.

- Аль, мне так больно! – всхлипнула я. – Я не смогу убить своего ребенка. Он или она единственное, что у меня осталось от Него. И даже если я умру при родах, мне все равно.

- Не говори глупости! Ты еще всех нас переживешь! И прекращай плакать, тебе нельзя! – прикрикнула она, и я мгновенно успокоилась.


Трансформируй мои чувства


Следующую неделю я упорно бегала от кабинета к кабинету, мне казалось, что из меня забрали тонну крови. Человечек внутри меня рос, и я начинала чувствовать жизнь внутри себя. Но каждую минуту я так остро ощущала то, что Макса больше нет. Он никогда не притронется к моему животу, не скажет теплые слова, не сможет почувствовать, как малыш стучится ножкой… Но я пыталась быть сильной. К Грачинскому я больше не ходила, он стал сам приезжать ко мне, так как каждый выход на улицу сулил мне опасность.

- Лиза, как ты себя чувствуешь? – спросил он на очередном сеансе.

- Хорошо, мы растем и много кушаем, - улыбнулась я.

- В твоем положении мы полностью отказываемся от препаратов и сеансов гипноза. Теперь только беседы и ничего больше. И я думаю, что одной встречи в неделю нам будет достаточно. Тебе нужно больше заботиться о себе и малыше, так что я буду приходить, скажем, по вторникам, но если тебе будет нужно, то приеду в любой момент.

- Спасибо Вам. Я думаю, что мне подойдет один раз в неделю. Если честно, с того момента, как я узнала, что буду мамой, я на многое пересмотрела взгляды. Но мне по-прежнему тяжело без Макса, теперь я все острее чувствую, что его нет рядом.

- Милочка, ты должна, как можно меньше думать об этом. Знаешь ли, многие отцы и при жизни не уделяют детям никакого внимания.

Сеанс продолжался не долго. Он заставил меня закрыть глаза и ввел в легкий транс, при этом я очень хорошо слышала его голос и осознавала свое состояние. Когда все закончилось, мне снова стало легче. Чувства как-то трансформировались и, казалось, я больше не беспокоилась о том, что Макса нет рядом в данный период.

Закрыв дверь за доктором, я вдруг вспомнила о своем спасителе. Я же так и не поблагодарила его! И стала судорожно искать визитку, чтобы позвонить. Отыскала я ее не сразу. Так как моя сумка после обморока пропала, я положила карточку с его номером в карман платья, которое было на мне в тот день. Я взяла телефон и ощутила, как дрожат мои пальцы от волнения, к горлу подкатил ком, что я едва смогла взять себя в руки. Услышав гудки, я заметалась по квартире, не зная, где найти себе место.

- Алло! – ответил властный, немного раздраженный мужской голос.

- Здравствуйте. Дамир? Это Лиза… - запинаясь, начала я.

- Кто?! Какая Лиза?! – недоуменно спросил он. Казалось, что его раздражение зашкалило.

- Вы спасли меня неделю назад, когда я упала в обморок, - сбивчиво ответила я. Ладони вспотели от волнения.

- А! Девушка в желтом! Как Вы себя чувствуете? – его тон стал теплее.

- Все в порядке. Я хотела поблагодарить Вас за то, что помогли, - я все еще нервничала.

- Не стоит! Лиза кажется?

- Да.

- У меня в машине осталась ваша сумка. Скажите куда подвезти?

- А я думала, ее украли, - улыбнулась я. – Если Вам не сложно, можете записать адрес или я могу сама забрать.

- Мне нетрудно. Диктуйте, - отозвался он, и я продиктовала ему улицу, номер дома и квартиры. - Записал. Я постараюсь вечером заехать.

- Спасибо. Мне не к спеху, так что…

- Вот и славненько. Тогда до вечера, девушка в желтом! – перебил меня он с некоторым сарказмом и отключился.

Я сжала трубку в руках и закатила глаза. После разговора с ним мне стало как-то тепло. Его голос напоминал мне Макса. Такой же спокойный и уверенный в каждом слове.

В ожидании своего спасителя я задремала на диване. Разбудил меня настойчивый звонок дверь, что я вздрогнула и, вскочив, направилась к двери. На пороге стоял папа.

- Папочка, привет, - расплылась я в улыбке. – Ты чего так рано?

- Привет, дорогая, - сказал он, переступая порог и обнимая меня. – Я соскучился.

- Я тоже скучала. Как дела? Что там с возникшими трудностями? Все уладил? – спросила я, проходя в зал.

- Ну, скажем так, почти. Проблема серьезнее, чем мне казалось, но все поправимо. Не волнуйся.

- Я и не думала. Кстати, хотела с тобой поговорить.

- О чем?

- Я хочу вернуться на работу.

- Но Лиза, в твоем положении… - он взъерошил волосы.

- Пап, мне очень хочется снова начать работать. Для меня это важно.

- Ну, не знаю. Не думаю, что это хорошая мысль. Тем более врач сказал, что у тебя…

- Мне все равно, что говорят врачи! – перебила я его. – Я рожу этого ребенка, чего бы мне это не стоило! Я не могу больше сидеть в раковине и бояться высунуть из нее свою голову! Мне нужно, чем-то занять себя, свои мысли!

- Давай мы пригласим Грачинского и поговорим с ним об этом, - предложил он и достал из кармана телефон.

- Хорошо, - неохотно согласилась я. – Пригласи его сегодня, а я пока что-нибудь приготовлю. Тем более, я так давно этого не делала.

Отец принялся звонить моему психотерапевту, и, видимо, получив согласие, вернулся на кухню в довольном расположении духа.

- Он приедет через полчаса, - изрек он, садясь за стол.

- Вот и хорошо.

Грачинский немного опоздал. Проводив его за стол, мы начали ужинать.

- Федор Михайлович, я хочу снова начать работать, - решив не медлить, сказала я.

- Но мне кажется, что это плохая идея, - добавил папа.

- Почему же? По-моему, работа позитивно отразиться на Лизином состоянии. В пределах разумного, конечно. Максимально избегать волнений, задержек до позднего вечера и так далее. Лиза, ты должна беречь себя. В твоем состоянии, я говорю о слабом сердце, стоит оберегать себя от переживаний.

- Но на работе невозможно не волноваться! А если что-то случиться?! Мы ведь не можем всего предусмотреть! – негодовал папа.

- Игорь Станиславович, я хорошо отдаю себе отчет в том, что говорю. Работа является хорошей терапией. И, в большинстве случаев, она положительно сказывается на состоянии моих пациентов. Не оставляя себе времени на мысли, переживания и боль, человек гораздо быстрее восстанавливается.

- Ну, если Вы утверждаете, то ладно. Лиза, ты можешь выйти хоть завтра.

- Вот уж спасибо, - одарила я Грачинского широкой улыбкой.

Раздался звонок в дверь, и мужчины переглянулись.

- Ты кого-то ждешь? – спросил папа.

- А, да! Это, наверное, тот парень, который привез меня в больницу. Он должен был привезти мне сумку, - сказала я и пошла, открывать дверь. Волнение снова вернулось ко мне, ноги едва слушались, а ладони в одно мгновение стали влажными. Я протерла правую кисть о штаны и открыла дверь. За порогом стоял не кто иной, как Макс. Я невольно сделала два шага назад и уставилась на него.

- Макс! - проговорила я довольно громко и прежде, чем он успел что-то ответить, я рухнула на пол.

- Лиза, кто там? – появился в дверях отец и, увидев эту картину, бросился ко мне, подхватывая на руки, понес на диван. Он обернулся к нему и спросил:

- Кто Вы?

- Дамир, - представился он и протянул отцу руку, явно обеспокоенный моим состоянием. – Я привез для дев… для Лизы сумку.

- Ах, да! Она говорила. Вы спасли мою девочку. При многом благодарен, - отозвался папа. Грачинский уже стоял около меня и пытался привести в чувства. – Ну, как она?

- Снова обморок. Нашатырь есть?

- Да, сейчас принесу, - папа, обойдя Дамира, ушел в ванную.

- Скажите, а она часто падает в обморок? – поинтересовался Дамир у моего психотерапевта.

- Мне известны только три случая.

- И все они со мной, видимо, – задумчиво произнес он.

- Вот, держите, - вернулся папа и протянул бутылек с ватой Федору Михайловичу, который в одно движение руки привел меня в сознание, и я попыталась открыть глаза.

- Макс, - протянула я свою руку к затуманенному образу своего спасителя, - ты жив… Ты вернулся…

Он недоуменно уставился на меня и перевел взгляд на Грачинского.

- О чем она говорит? – взволновался он.

- Я думаю, нам стоит поговорить об этом, - изрек он. – Подождите меня на кухне, я сейчас подойду.

Ошарашенные папа и Дамир послушно направились на кухню.

- Лиза, как ты себя чувствуешь?

- Макс, это Макс. Он жив. Он вернулся, - бормотала я.

- Лиза, отдохни пока, хорошо. Попробуй поспать, - сказал он ласково и накрыл меня пледом. Я мгновенно уснула.

Грачинский вошел в кухню и прикрыл дверь.

- Как она? – спросил папа, вскакивая со стула.

- Отдыхает. Как Вас зовут, молодой человек? – обратился он к моему спасителю.

- Дамир.

- Федор Михайлович Грачинский, - протянул он ему свою руку. – Я психотерапевт Лизы. Дамир, скажите, Вы давно с ней знакомы?

- Да, я вообще с ней не знаком. Я…

- Дамир, два раза помог Лизе при обмороке. Тогда, в больницу, он ее привез, - перебил его отец.

- Ясно. Дамир, мне придется попросить Вас проводить с Лизой больше времени.

- Не понял?! – недоуменно уставился он на доктора.

- О чем Вы говорите? – переспросил папа.

- Дело в том, что психологическое состояние Лизы очень неустойчивое из-за потери, которую она пережила, но при виде Вас у нее возник синдром замены. Я думаю, что общение с Вами поможет ей справиться с депрессией.

- Не понимаю.

- Лиза совсем недавно потеряла своего любимого мужчину. Вы очень похожи на него, поэтому в ее сознании, Вы – это он. Следовательно, если Вы будете проводить с ней время, она сможет быстрее восстановиться. Правда, Вам придется играть его роль.

- В смысле играть? Что вы несете?! Я не собираюсь играть никакие роли! Вы вообще понимаете, о чем Вы меня просите?! – чуть ли не крича, сказал Дамир.

- Федор Михайлович, я не знаю, что Вы задумали, но мне эта идея совершенно не нравиться, - жестко высказался отец.

- Я понимаю ваше смятение. Но в нашем случае сидром замены может вызвать положительную динамику. Лиза будет думать, что ее Максим жив, и сможет быстрее восстановиться. Я в свою очередь подготовлю ее к тому, что она рано или поздно поймет, что это игра ее воображения, защитная реакция психики.

- Я не понимаю, о чем Вы говорите. Но я не собираюсь в этом участвовать! – решительно ответил он и направился к выходу, столкнувшись со мной в дверях.

- Макс, - бросилась я ему на шею, - ты жив. Я знала. Зачем ты меня оставил?

- Лиза, я не… - попытался он высвободиться из моих объятий, но я притянула его к себе и впилась с жадностью в его губы. В моем сознании – это был он, мой Макс. Я чувствовала, как пустота наполняется смыслом и счастьем. Боли больше не было. Лишь маленькая обида за то, что он меня бросил на такой долгий период.

Макс пытался отстранить меня, но я не замечая этого, продолжала целовать его, и он сдался, ответив мне на поцелуй. Он был требовательным, но в тоже время осторожным, словно впервые целовал меня. Я ненадолго отстранилась от него и посмотрела в ему глаза.

- Ты совсем не изменился, - прошептала я и прижалась к нему еще крепче. – Как же я скучала.

- Лиза, я… - обнимая меня двумя руками, попытался он что-то сказать.

- Ничего не говори. Просто будь всегда рядом, - сказала я, приложив палец к его губам.

- Хорошо, - ответил он и повернулся в сторону Грачинского и папы.

- Лиза, можно мы еще немного поговорим с Максимом, хорошо? – осторожно спросил мой психотерапевт. Я кивнула и вышла за дверь, нехотя высвобождаясь из его объятий.

Облегчение! Вот, что я испытывала. Все события связанные со смертью Макса, показались мне дурным сном, как будто их не было вовсе.

- Дамир, пожалуйста, сделай то о чем, я тебя попросил. Я не знаю, сколько это займет времени, но ей это нужно. Помоги ей. Ты нужен Лизе. Еще одной потери она не вынесет.

- Федор Михайлович, вы уверенны, что это поможет? – спросил отец. Ему было больно видеть меня такой, он чувствовал себе виноватым в том, что произошло.

- Да, конечно. Назад пути нет. Сейчас Лиза находиться под воздействием своей мнимой реальности. Защитные механизмы работают, и она выдает желаемое за действительное. Заставить ее поверить в то, что Дамир не Максим, я не в силах, это принесет ей настолько разрушительный эффект, что мы не сможем ее спасти.

- Твою мать! – выругался Дамир и потер свой лоб. – Вы понимаете, что Вы делаете?! Что Вы заставляете меня делать?! Она больна, ей нужно лечиться!

- Не волнуйтесь, молодой человек. Лиза просто психологически неуравновешенна сейчас. Ее организм борется за выживание и, увы, но Вы стали единственным человеком, который может помочь ей.

- А как же ребенок? – спросил отец.

- Какой ребенок? – недоуменно спросил Дамир, прибывая в легком шоке от происходящего.

- Лиза, ждет ребенка. И это еще одна сложность. У нее очень слабое сердце, и любое потрясение приведет к необратимым последствиям. Дамир, я понимаю, что не вправе заставлять Вас, но я хочу, чтобы Вы оценили всю серьезность ситуации. Этой девушке нужна помощь. Станьте для нее Максимом на время.

- Это безумие!

- Дамир, подумайте. Конечно, мы не можем заставить Вас, но… - сказал Грачинский и протянул ему свою визитку. – Позвоните мне завтра.

- Хорошо, - пробормотал он, находясь в шоке.

- Дамир, если Вы согласитесь, я буду у Вас в долгу. Все расходы я возьму на себя, но, пожалуйста, помоги моей девочке. Мне самому все это не нравиться, но не доверять нет причин. Федор Михайлович - лучший специалист, и если он говорит, значит так действительно нужно.

- Так, - выдохнул мой спаситель, - дайте мне подумать. Это слишком серьезно. А если что-то пойдет не так?

- Не беспокойтесь. Я всегда буду рядом, чтобы подстраховать и помочь. Мы объединим наши усилия, - заверил его Грачинский.

- Ладно, я подумаю. Но мне это все не нравится. Похоже на сумасшествие, - сказал он и направился к выходу.

- Макс, ты куда? – выбежала я из комнаты, увидев его.

- Лиза, нам с Максимом нужно ненадолго отъехать. Не волнуйся, он скоро вернется, - сказал мне Федор Михайлович, и я приняла это, так легко, что даже было удивительно. Я подошла к Максу и обняла его.

- Я буду тебя ждать. Возвращайся скорее, пожалуйста, - прошептала я и посмотрела на него, на глаза навернулись слезы.

- Я скоро вернусь, малышка, - ответил он и, чмокнув меня в лоб, вышел за дверь с Грачинским.

«Малышка» - от этого слова внутри разлилось тепло. Только Макс называл меня так. И он вернулся, теперь мы будем счастливы.

Как только закрылась дверь, я бросилась к телефону, чтобы позвонить Альке и рассказать ей о том, что случилось. Папа стоял рядом, выглядел он обеспокоенным, но я сделала вид, что не заметила этого.

- Алло, - послышался в трубке родной голос.

- Алька, привет! Ты не представляешь что случилось?! – задыхаясь, выпалила я.

- И что же?

- Макс, мой Макс вернулся. Он жив!

- Лиза, но это невозможно, он же… - начала она и осеклась.

- Аль, я клянусь тебе! Он только, что был у нас дома! Сейчас дам тебе папу, и он все подтвердит, - я протянула телефон отцу, и тот, нехотя, взял его и приложил к уху.

- Алло, - сказал он и вышел из гостиной.

- Игорь Станиславович, что происходит? – услышал он обеспокоенный голос.

- Аля… Эээ… Тебе лучше приехать к нам. Я тебе все объясню. Ее состояние ухудшилось, и это пугает меня.

- Я поняла. Скоро буду, - ответила она и отключилась. Папа вошел обратно в комнату и протянул мне телефон.

- Аля скоро приедет, - вымолвил он.

- Пап, неужели ты не рад? – я была удивлена его реакцией.

- Дорогая, конечно, рад. Просто это неожиданно, - каждое слово давалось ему с большим трудом, и он натянуто улыбнулся.

- Я знала, что он жив! По-другому быть не могло! Он не мог меня оставить! – воскликнула я, сев на диван, принялась наглаживать свой живот. – Маленький мой человечек, наш папа вернулся. Он с нами, теперь все будет хорошо.

Мне казалось, что я счастлива. Но почему-то полноты ощущений я не испытывала. Вроде бы это был он. И все почти как раньше, но сердце продолжало болеть, иногда пустота снова возвращалась. Я старалась не придавать этому значения и пыталась наслаждаться своей реальностью.


Шокируй меня


Алька приехала через час и застала меня спящей на диване. Папа проводил ее на кухню и усадил за стол.

- Аль, боюсь, что нам всем придется нелегко. Сегодня к нам приехал тот парень, который привез Лизу в больницу. Дамир, кажется. Увидев его, Лиза снова упала в обморок, а когда очнулась, то стала называть его Максимом. Она даже поцеловала его,- пытался он спокойно изложить суть, но его голос предательски дрожал.

- Игорь Станиславович, я не понимаю. Как это приняла его за Макса?

- У нас, как раз был Грачинский. Он сказал, что у Лизы возник какой-то синдром. Ее психика исказила реальность и приняла желаемое за действительное.

- Боже! – закрыла лицо рукой Алька. – Что теперь будет? Как такое возможно? Дамир, конечно, немного похож на Макса, но…

- В том то и дело. Она не осознает, что это совершенно другой человек. Так больно смотреть на нее.

- И как Дамир воспринял все это?

- А ты как думаешь? Он в шоке, но Грачинский, кажется, убедил его в том, что без него нам не обойтись. Ему придется играть роль Максима в жизни Лизы. Иначе, она может не перенести еще одной потери. Ее психика слишком уязвима.

- Кошмар! Я не могу поверить! Звучит, как полный бред! И сколько это будет продолжаться? – она явно была в шоке.

- Грачинский не дал никаких сроков. Он будет готовить ее к тому, что она поймет, что выдавала желаемое за действительное, а сколько она будет это делать, неизвестно. Переубеждать ее в том, что это не Максим нельзя.

- Я в шоке, нет, я в ужасе. Я представить не могу… Дамир показался мне нормальным, здравомыслящим, честным человеком… Как он на это согласился? Хотя… разве у него был выбор. Грачинский явно применил все свое умение.

- То-то и оно. Я не представляю себя на его месте, но парню надо отдать должное.

- Мда… - выдохнула она.

- Дорогая, привет! – воскликнула я за ее спиной, что она даже вздрогнула. – Ты давно приехала?

- А? Да. Как ты? – ответила она и слабо улыбнулась.

- Я замечательно! – улыбнулась я во весь рот и принялась рассказывать ей обо всем, что произошло. Она слушала меня очень внимательно, ни разу не перебив, правда глаза ее округлялись все больше.

Поздно вечером Алька уехала, поцеловав меня перед сном.


Возвращаясь в жизнь


Утро началось, как нельзя лучше. Макс прислал мне смс с пожеланием прекрасного дня и я, пребывая впервые за все это время в отличном настроении, отправилась в душ. Вдоволь напевшись, позавтракав, я облачилась в желтое и направилась с папой на работу.

- Лиза, ты уверенна, что хочешь вернуться? – спросил отец, когда мы подошли к машине.

- Конечно. Папочка, теперь в моей жизни есть все, что мне так было необходимо. Я хочу жить! Дышать полной грудью! Я очень люблю свою работу и уже ужасно соскучилась по ней, - спешила заверить я его. Он лишь покачал головой, помог мне сесть и плавно встроился в медленный утренний поток автомобилей.

Я смотрела в открытое окно папиной машины и наблюдала за происходящим. В воздухе застыли газы от огромного скопления машин, по тротуару пробегали люди, каждый куда-то спешил, то и дело, смотря на часы или разговаривая по телефону. Город начал оживать.

Солнечный свет активно пробивался сквозь легкий туман, шкала термометра медленно двигалась вверх, окутывая жителей теплой атмосферой и ощущением счастья от предстоящего весеннего дня.

Через сорок минут мы вошли в офис и разошлись с папой в разные стороны. Он в левое крыло, я в правое. Сотрудники, завидев меня, непременно улыбались и вскакивали со своих мест, интересовались моим состоянием, я была настолько счастлива, что ответила каждому и, поздоровавшись с обалдевшей Аней, вошла в свой кабинет. Плотно закрыв дверь, я вдохнула воздух. Давно меня здесь не было, но практически ничего не изменилось. За время моего отсутствия здесь работал Кирилл. Не знаю даже почему, видимо, он окончательно очаровал всех в округе, или папа в знак солидарности поставил его. Не знаю. До недавних пор меня это не волновало, а теперь, я хотела знать каждую мелочь. И нажав на кнопку телефона, попросила секретаршу принести кофе и пригласить Кирилла ко мне.

В ожидании я устроилась на свое кожаное кресло и откинулась на спинку.

- Можно? – послышался знакомый мужской голос за дверью.

- Да-да, входи, - ответила я, и в кабинет вошел Кирилл с улыбкой до ушей и подносом в руках, на котором стояли две кружки. Он поставил их на стол и сел напротив меня.

- Елизавета Игоревна, как же я рад, что Вы вернулись! – начал он.

- Я тоже, - ответила я ему на улыбку. – Ну как дела?

- У нас все отлично! Я совсем справлялся, так что готов ввести Вас в курс дела, - самоуверенно заявил он.

- Ну, что ж! Я вся во внимании, - ответила я и обратилась в слух.

В следующий час Кирилл посвятил меня во все подробности и события. Я внимательно слушала его и удивлялась тому, что недооценила своего сотрудника, пожалуй, мой прежний заместитель, Анжела, вряд ли бы достигла таких результатов на его месте.

- Кирилл, я думаю, тебе придется поработать со мной несколько дней, чтобы я окончательно вошла в курс дела. И я хочу официально назначить тебя своим замом. Признаться, я поражена твоим умением. Ты много достиг. Так, что поздравляю с повышением! – сказала я и улыбнулась.

- Спасибо, буду рад, - отозвался он, не скрывая своей радости.

- И еще, Кирилл, думаю, что совсем скоро ты снова займешь мое место на более длительный период. Я жду ребенка, так что мне светит декретный отпуск со всеми вытекающими, - решила я поставить его в известность.

- Вот как! – присвистнул он. – Поздравляю.

- Спасибо! – улыбнулась я. – Ну что, давай приступим к работе.

Он кивнул и придвинулся ближе ко мне. В нос сразу ударил его запах. От чего-то приятный и волнующий. Мы сидели очень близко друг к другу, он вроде бы непроизвольно касался меня плечом или задевал мою руку. Ток, конечно, не пробегал, но тело приятно отзывалось на эти прикосновения. Мне даже стало немного стыдно и неловко. Погрузившись с головой в работу, я отвлеклась от мыслей о Максе и даже не заметила, когда наступил обед.

- Елизавета Игоревна, Вы собираетесь обедать? – неожиданно для меня спросил Кирилл.

- Совсем не заметила времени, - растерянно ответила я и ощутила, как проголодалось. А если учесть, что теперь я ела за двоих, то тут же вскочила с места.

- Разрешите Вас пригласить? – спросил он и потупил глаза в пол.

- Кирилл, я согласна, - ответила я и его лицо озарила улыбка. Конечно, я помнила, чем все это закончилось в прошлый раз, но мне нужно было больше времени проводить со своим замом, чтобы быстрее вникнуть в дела. К тому же, его компания была не самой худшей. А Макс теперь может не ревновать, я ведь жду от него ребенка.

Мы вышли из офиса и отправились в кафе через дорогу. Весь путь мы от чего-то молчали, но напряжения между нами не было. Заняв столик у окна, мы сделали заказ и застыли в его ожидании.

- Елизавета Игоревна, могу ли я спросить как Вы? Как ваши дела? – неуверенно задал он вопрос.

- У меня все прекрасно, но давай не будем об этом. Моя личная жизнь тебя не касается. Мы просто коллеги, и мне бы не хотелось переходить эту грань.

- Хорошо.

До конца рабочего дня оставалось меньше часа, и я решила позвонить Максу.

- Алло.

- Привет. Как ты?

- Привет, малышка. Я в порядке. Еду за тобой, - коротко ответил он. Но от этих слов я ощутила тепло, спокойствие снова вернулось ко мне.

- Я жду тебя с нетерпением. Нам нужно о многом поговорить, - ответила я и почувствовала, как застучало мое сердце.

- Можешь через десять минут выходить, - ответил он и положил трубку.

Меня немного смутило, что он был резок, но я убедила себя в том, что это просто последствия стресса.

Через десять минут возле входа в офис стоял серебристый Audi, на который облокотился Макс. Когда я вышла, у меня перехватило дыхание, он был чертовски красив. Я уже и забыла, каким он может быть. Белые волосы прекрасно контрастировали с черным распахнутым пальто, расстегнутые до середины пуговицы его белой рубашки, придавали ему невероятной сексуальности, что я ощутила острое желание обладать им здесь и сейчас.

- Здравствуй, милый, - бросилась я ему на шею и начала с жадностью целовать его. Он обхватил меня своими сильными руками и прижал ближе к себе. – Я так скучала. Я так тебя люблю, - шептала я, с трудом оторвавшись от его губ.

- Я тоже, - слабо улыбнулся он и открыл мне дверь. Я устроилась на пассажирском сиденье. Макс обошел машину и сел рядом.

- Куда поедем? – спросил он.

- Давай в наше с Алькой кафе. Я сто лет там не была, - улыбнулась я.

- А где оно находиться?

- Ты что не помнишь? – удивилась я. Мы же столько раз там были вместе.

- Э… Нет.

- Странно… - выдохнула я и сказала ему адрес. Макс встроился в поток, и уже через двадцать минут мы сидели за моим любимым столиком, поглощая вкусный ужин.

- Макс, - обратилась я к нему, нарушив молчание.

- Что? – ответил он и поднял на меня свои глаза. Мне показалось, что ему было немного не уютно.

- Мне нужно кое-что тебе рассказать.

- Я слушаю.

- Я жду от тебя ребенка.

- Я знаю, - как-то безразлично ответил он. Меня обидела такая реакция.

- Что с тобой? Я не узнаю тебя? Я думала, ты будешь рад, - надула я губы.

- Э… Лиза… Малышка, прости. Я просто не могу поверить в то, что ты рядом, - запинаясь, ответил он. Я сжала его ладонь.

- Я тоже. Когда ты… когда мне сказали, что ты погиб… Я думала, что не переживу этого… Я… я…

- Малышка, давай не будем об этом. Я здесь, я рядом с тобой. Не переживай, хорошо? – сжав мои пальцы, прервал меня он. Его тон вселил в меня уверенность, что я предпочла больше не касаться этой темы, хотя мне было важно знать, где он был все это время и, как ему удалось выжить.

- Хорошо. Я так счастлива, что ты жив, - слеза скатилась по моей щеке.

- Не плачь, пожалуйста. Я не могу выносить женских слез, - вытер он большим пальцем мою щеку. Я прижалась к его ладони щекой, и он нежно погладил ее.

- Макс, как мы будем жить дальше?

- Что ты имеешь ввиду?

- Мы снова вернемся в нашу квартиру или будем жить с папой?

- Ээм… - вздохнул он. Я почувствовала его замешательство. Макс встал из-за стола и сказал: – Извини, мне нужно позвонить.

- Ладно, - кивнула я и проводила его взглядом.

Вернулся он через пять минут. Вид у него был обеспокоенный.

- Лиза, я думаю, что мы пока поживем у папы.

- Почему?

- Так будет лучше. Думаю, ему будет спокойнее, тем более после всех событий. А потом посмотрим.

- Ну, если ты так считаешь, то хорошо, - неохотно согласилась я.

- Вот и договорились. Поехали? – подал он мне руку, кинув несколько купюр на стол.

Мы вышли из кафе и отправились домой. Я решительно не понимала, почему он так холоден. Меня это пугало и мучило, но в тоже время я была счастлива от того, что он рядом.


Закрывая глаза рядом


Когда мы зашли в квартиру, папы еще не было. Приняв душ, я увлекла Макса в спальню. Мне не терпелось оказаться в его объятиях и насладиться его прикосновениями. Закрыв дверь, я притянула его к себе, и он нерешительно принялся отвечать мне на поцелуй, поглаживая одной рукой мою спину.

- Я так скучала, - шептала я. – Не бросай меня больше.

Он тяжело задышал от моих прикосновений, но не приступал к решительным действиям. Я решила взять инициативу в свои руки и опустилась с ним на кровать, заняв положение сверху.

- Лиза, стой, стой, - он, задыхаясь, отстранился от меня.

- Что? Ты не хочешь? – я села с ним рядом в недоумении.

- Я не могу. Прости, - выдохнул он.

- Почему? Макс, что происходит? Почему ты такой холодный? Ты больше не любишь меня? – на глаза выступили слезы.

- Нет, все совсем не так. Просто… - запинаясь, ответил он.

- Ты меня любишь? – перебила я его.

- Я…

- Ответь мне. Посмотри мне в глаза, - жестко сказала я. Он повернулся ко мне, его губы нервно дрожали, глаза бегали из стороны в сторону. – Макс, что с тобой? Почему ты такой?

- Прости, малышка. Я… я…

- Да, черт возьми! Скажи мне! – закричала я и вскочила с кровати.

- Лиза, пожалуйста, не нервничай, - встал он рядом со мной.

- Я не узнаю тебя. Если ты не хочешь быть со мной, так и скажи, не мучай, прошу, - взмолилась я, из глаз покатились слезы. Он прижал меня к себе.

- Пожалуйста, не плачь. Я не могу этого вынести, пожалуйста, - заговорил он ласково и стал гладить меня по волосам.

- Скажи мне, что ты меня любишь, - сквозь слезы проговорила я, прижимаясь к его груди.

- Я люблю тебя, - прошептал он и поцеловал меня в макушку. Я сжала его крепче и, отстраняясь, заглянула в его глаза.

- Я тоже люблю тебя, - ответила я и провела ладонью по его щеке. Мы смотрели друг на друга, наверное, минуту и я снова поцеловала его. – Пожалуйста, будь со мной. Я хочу чувствовать твою любовь, не отталкивай меня.

Он притянул меня к себе и подарил мне самую нежную любовь. Он еще никогда не был так ласков. Я чувствовала его руки, запах тела сводил меня с ума. Я прижималась к нему, погружаясь в нирвану ощущений. Громкие стоны разрывали тишину. Мы сливались в единое целое, поглощая друг друга с каждым движением, вздохом, поцелуем.

- Прости меня, - прошептал он.

- За что?

- За это. Я не…

- Тсс. Мне было очень хорошо. Тебе не за что извиняться. Я люблю тебя, - сказала я и прижалась к нему всем телом. Он крепко обхватил меня руками и больше ничего не ответил.

Мы лежали, прижавшись друг другу, и я изучала пальцем его тело. Обводя, натренированный пресс, наткнулась на небольшой шрам под ребрами. Раньше его там не было. Меня охватила дрожь.

- Макс, что это? – дрожащим голосом спросила я.

- Ерунда, - отмахнулся он.

- Нет. Тебя ранили?

- Это было давно.

- Но раньше этого шрама не было. Что с тобой произошло? – не унималась я.

- Это всего лишь была маленькая царапина. Не бери в голову, - сказал он таким тоном, что мне перехотелось его выспрашивать, и я провалилась в сон, наслаждаясь тем, что он снова рядом.


Пытаясь снова жить


Проснулась я от писка будильника и обнаружила, что Макса уже нет. Я накинула халат и направилась на его поиски. Дверь на кухню была приоткрыта, из оставленной щелки падал луч света, освещая темную гостиную. Я решительным шагом подошла к двери, но замерла, услышав папин голос.

- Дамир, я благодарен тебе. Понимаю, как тебе сложно. Нам всем сейчас нелегко…

Я толкнула дверь и застыла на пороге. За столом сидели папа и Макс. Они вздрогнули от моего появления.

- С каким это Дамиром ты разговариваешь? - удивленно спросила я и пристально посмотрела на отца.

- Э… Да это я по телефону, - начал оправдываться папа и встал, чтобы обнять меня. Я прильнула к его груди и чмокнула в щеку. – Доброе утро.

- Доброе. Завтракали? – спросила я и поцеловала Макса в губы.

- Нет, мы только кофе попили. Впрочем, мне некогда, я уже ухожу, - сказал отец и, чмокнув меня в лоб, вышел из кухни. Я направилась за ним.

- Пап, с тобой все нормально?

- Конечно, дорогая. Просто нужно срочно в офис, - ответил он, несмотря мне в глаза и поспешно вышел из квартиры. Я закрыла за ним дверь и вернулась на кухню.

- Как спал? – спросила я у Макса.

- Хорошо, - слабо улыбнулся он.

Больше мы не проронили ни одного слова за завтраком. Меня напрягало то, что он стал холодным и особого интереса не проявлял ко мне и к нашему ребенку. Но я надеялась, что предстоящая встреча с Алей и Грачинским поможет мне избавиться от моих тараканов.

- Ты готова? – спросил Макс, заходя в спальню, когда я пыталась застегнуть молнию на платье. – Давай помогу, - отозвался он и, приблизившись к моей спине, потянул за язычок молнии вверх.

- Спасибо, - сказала я, повернувшись, поцеловала его. Он нерешительно отвечал мне на поцелуй, поэтому длился он недолго.

- Поехали, я отвезу тебя.

Мы вышли из квартиры, Макс помог мне сесть в его машину и плавно встроился в автомобильный поток.

Сегодня было пасмурно, маленькие капли дождя стекали по стеклу, а непрерывно работающие дворники размазывали их по поверхности.

- Макс, я сегодня встречаюсь с Грачинским, - решила я посвятить его в свои планы на вечер.

- Хорошо. Во сколько? Я отвезу тебя.

- В семь, но не нужно. Я сама доберусь или попрошу Альку. Я хочу с ней тоже встретиться.

- Если ты так хочешь, без проблем, - отозвался он и припарковался около входа в офис. – Приехали.

Я чмокнула его в щеку и, пожелав хорошего дня, вышла из машины, быстро перебирая ногами, чтобы не промокнуть, скрылась за дверями здания.

По дороге в кабинет я набрала номер подруги.

- Алло, - ответила она сонным голосом.

- Ой, прости милая, ты еще спишь? – мне стало неловко.

- Ага, - промямлила она. – Что-то случилось?

- Нет. Все нормально. Хотела пригласить тебя вечером в кафе. Мне нужно поговорить с тобой.

- Отлично. В пять, подойдет?

- Вполне. До встречи. И еще раз прошу прощения за то, что разбудила.

- Да все нормально. Мне уже пора вставать. До вечера, - сказала она и положила трубку.

На этаже я столкнулась с Кириллом, который, чуть не сшиб меня с ног.

- Эй! Осторожней!

- Прости, Лиза, не заметил.

- Кирилл, не забывайся.

- А, да! Елизавета Игоревна. Вы в кабинет?

- Конечно.

- Тогда я с Вами.

Он взял меня под локоть и, одарив Аню белоснежной улыбкой, открыл дверь в мой кабинет, жестом приглашая меня.

Только сев за стол, мы погрузились в работу и ни на что не отвлекались, как у меня заиграл телефон, оповещая о приходе смс. Я потянулась за ним и пришла в ужас, увидев написанное.

«Я вернулся. Скоро мы встретимся вновь, и я доведу начатое до конца!».

Я побледнела. К горлу подкатился ком. Меня бросало то в жар, то в холод.

- Елизавета Игоревна, все в порядке? – заметив мое состояние, спросил Кирилл.

- Э… Нет… Да… Извини, мне нужно выйти, - пробормотала я и вышла из кабинета, зажав рот рукой, и побежала в туалет. Кое-как оправившись от тошноты, я склонилась над раковиной и посмотрела на себя в зеркало. Сомнений не было. Это был Андрей, и он где-то рядом. Мне затрясло, как в лихорадке. Что же теперь будет?

Через пятнадцать минут я вернулась в кабинет. Меня все еще мутило. Кирилл подскочил со своего места и бросился ко мне, приобняв за талию, усадил на стул, подал стакан воды и присел передо мной на корточки.

- Что случилось? На Вас лица нет, – его голос был обеспокоенным.

- Кирилл, позови, пожалуйста, моего отца в кабинет, - сказала я, допив воду.

- Конечно, сейчас, - сказал он и вышел за дверь быстрым шагом.

Через три минуты ко мне влетел папа.

- Кирилл, останься за дверью, - бросил он ему, и тот покорно закрыл ее с другой стороны. – Что случилось, Лиза?

Я протянула ему телефон. Он недоуменно посмотрел на меня и прочитал сообщение. Его лицо мгновенно помрачнело.

- Твою мать! – выругался он и опустился на стул рядом со мной, взяв мои руки в свои. – Лиза, я не хотел волновать тебя, но видимо придется. Я хочу быть честным с тобой. В последнее время дела в холдинге идут неважно. Кто-то упорно добивается краха нашей компании. Помнишь, я летал на Сахалин? Так вот, там был пожар, и погибло сорок сотрудников. Следствие выявило, что это был, поджег, - он потер лоб руками и тяжело вздохнул. – Я и подумать не мог, что это может быть связано с Андреем. Мы найдем его. Не волнуйся. Я смогу тебя защитить.

- Папа, это так страшно, - посмотрела я на него глазами полными ужаса. – Почему он делает это? Что ему нужно? Зачем?

- Не знаю, но обязательно выясню. Я надеялся, что это никак тебя не коснется. Милая, мне снова придется приставить к тебе охрану. Ходить по улицам небезопасно, тем более сейчас, ты в положении. Мы должны быть очень осторожны.

- Конечно, - вздохнула я. – Я надеюсь, он не причинит нам вреда. Сегодня я встречаюсь с Алей и Грачинским. Я не могу перенести эти встречи. Мне это нужно.

- Я понимаю, милая. Сейчас же распоряжусь, и к тебе придут Саша с Семеном. Помнишь их? – я кивнула. – Никуда не выходи без них. Я хочу, чтобы они всегда и везде были рядом с тобой.

- Хорошо, конечно, - я обняла папу, и он вышел из кабинета, попросив Кирилла быть рядом до прихода охраны.

Обед мы заказали в офис, чтобы лишний раз не выходить на улицу. Я пыталась сосредоточиться на работе, но мои мысли были далеко. Кирилл взял всю основную работу на себя, позволив мне отдохнуть. Меня не покидал страх. Я кожей чувствовала присутствие Андрея рядом.

Около пяти я вышла из офиса в сопровождении Саша и Семена. Судорожно оглядываясь по сторонам, я забралась на заднее сиденье автомобиля, и он тронулся с места, доставив меня через сорок минут в кафе.

Увидев Альку за столиком, я бросилась к ней на шею и разревелась. Мои чувства были на пределе.

- Лиза, что случилось? Почему ты плачешь?

- Аля, это ужасно. Он снова преследует меня, - вытирая нос тыльной стороной ладони, ответила я и опустилась на стул.

- Кто преследует? – недоумевала она.

- Андрей. Он прислал мне смс, - я протянула ей телефон.

- Какой кошмар! Я думала он… - ее глаза округлились.

- Нет, он жив. И он где-то рядом. Мне так страшно, - Алька сжала мою руку.

- Ты уже рассказала отцу?

- Да, сразу же. Он снова приставил ко мне телохранителей, - немного успокоившись, ответила я и показала рукой на Сашу и Семена, которые устроились за соседним столиком.

- Не переживай. Его найдут раньше, чем он успеет подойти к тебе.

- За что мне все это?! Я думала, что он никогда не вернется.

- Я тоже. Вот же мудак! Я бы его самолично пристрелила! – выпалила она.

- И не говори. Мне так тяжело, Аль. С Максом в том числе. Он стал совсем холоден ко мне. Ничего не рассказывает о том, где он был все это время. Вчера мне буквально пришлось заставить его заняться любовью со мной, - на глаза снова навернулись слезы.

- Лиза, я… Я не думаю, что тебе нужно переживать из-за этого. Он явно не хочет волновать тебя. В конце концов, ему тоже сложно. Я даже представить боюсь, что ему пришлось пережить, прежде чем вернуться к тебе, - попыталась она меня успокоить.

- Может ты и права. Но он даже не спрашивает о ребенке. Такое ощущение, что я ему безразлична.

- Наберись терпения. Дай ему время. То, что произошло с Вами это… Это чудовищно. Вам обоим нужно прийти в себя после всего случившегося. Все наладиться, верь мне, - она заглянула в мои глаза и сжала мои пальцы, голос у нее был настолько уверенным, что мои сомнения по поводу Макса развеялись.

- Ты, как всегда права. Я до сих пор боюсь, что с ним может что-то случится.

- Не нужно, Лиза. Ты должна верить в лучшее. Заботься о себе и о малыше в первую очередь.

Я вздохнула. Мне стало действительно легче. Остаток часа я расспрашивала Альку о том, как у нее дела и на выходе, мы распрощались. Саша и Семен повезли меня к Грачинскому.

Сеанс прошел как нельзя лучше, в легком трансе. По окончанию его я стала абсолютно спокойной и уверенной в том, что все будет отлично.


Пугая меня


Вернувшись домой, мои телохранители осмотрели квартиру и остались со мной до приезда Макса.

- Не понял, Вы кто такие? – спросил Макс, увидев двух широкоплечих мужчин на диване в гостиной.

- Макс, это Саша и Семен, ты не помнишь их?

- А должен? – недоуменно спросил он.

- Елизавета Игоревна, мы поедем, - сказал Семен, и они направились к выходу.

- Хорошо. До завтра, - ответила я и взяла Макса за руку.

- Андрей вернулся, - выдохнула я.

- Какой Андрей? – все еще недоумевал он.

- У тебя, что провалы в памяти?! – разозлилась я. Он же не мог не помнить своего друга?

Его положение спас папа, зайдя в квартиру и услышав наш разговор, он попросил меня оставить их наедине, и я покорно отправилась в спальню. Что с ним происходит?! Он сам не свой!

- Дамир, присядь. Я тебе все объясню, - они устроились на диване. – В общем, у Максима был друг Андрей, по совместительству мой компаньон. Он хотел заиметь мой бизнес, влюбив в себя Лизу. Но она узнала, что у него есть девушка, бросила его, и он стал ее преследовать. Однажды чуть не изнасиловал. Максим ее спас. Я разобрался с ним, и он клятвенно пообещал больше не влезать в нашу семью. Мы отправили его первым же рейсом на Камчатку. Но он вернулся и теперь снова угрожает Лизе. Сегодня он прислал ей сообщение. Я весьма обеспокоен случившимся. Мои люди уже ищут его. Пока не найдут, рядом с Лизой будут находиться телохранители.

- Ясно, - выдохнул он.

- Дамир, я надеюсь, ты не оставишь ее. Сейчас Лиза, как никогда нуждается в защите.

- О чем разговор. Я уже подписался на это. Назад дороги нет, - отозвался он.

- Я рад, что ты понимаешь.

- Аааа! – закричала я, и мои мужчины бросились в спальню, застав меня на стоящей на коленях посреди комнаты.

- Что случилось?! Лиза, что с тобой?! – подбежал ко мне папа, отрывая мои ладони от залитого слезами лица. Я протянула ему телефон.

«Я уже рядом. Гориллы не спасут тебя. Жди меня, я скоро приду» - было в смс-сообщении.

- Да, чтоб тебя! – выругался отец и протянул телефон Максу. – Мне нужно позвонить.

Макс прочитав смс, подошел ко мне и крепко обнял за плечи.

- Тише, успокойся, малышка, я рядом. Все будет хорошо, - он гладил меня по волосам, спине.

- Макс, мне так страшно. Я боюсь. Он уже однажды нашел меня и если бы не ты, я… - захлебываясь слезами, говорила я.

- Не беспокойся. Пока я рядом с тобой ничего не случиться. Веришь мне? Посмотри на меня. Лиза, посмотри, - он поднял мое лицо за подбородок и нежно коснулся моих губ. От его взгляда я стала успокаиваться. Ко мне снова вернулась уверенность в том, что мой Макс сможет меня защитить.

В комнату вернулся отец и протянул мне стакан с молоком и медом.

- Выпей, дорогая. Станет легче, - ласково сказал он. Я покорно сделала несколько глотков и уже совершенно успокоилась. – Давай мы поменяем тебе номер телефона. В твоем положении такие стрессы нам не к чему. Завтра же займусь этим.

- Хорошо, - согласилась я.

- Ладно, мне сейчас нужно отъехать по делам. Дам… Максим, побудь с Лизой, - сказал папа.

- Не волнуйтесь, - ответил он и пожал отцу руку.

Я легла на кровать, на спину. Макс устроился рядом со мной, подперев голову рукой. Его рука нежно скользнула по моей щеке, шее, груди и остановилась в районе живота.

- Ты боишься? – спросила я, чувствуя его нерешительность. Он ничего не ответил, тогда я взяла его руку и положила на свой живот. – Там живет наш человечек. Он или она тоже по тебе скучали.

Его движения были едва ощутимыми, но я чувствовала его любовь.

- Лиза, - прошептал он мое имя и наклонился ко мне ближе, - я защищу Вас, чего бы мне это не стоило.

- Я знаю, - улыбнулась я и поцеловала его.


Кошмар продолжается


Зайдя в кабинет утром, я взвизгнула от ужаса. Все было верх дном. Бумаги валялись на полу, все шкафчики открыты. Здесь изрядно кто-то потрудился, но что искал? Я подошла к столу и увидела, что монитор разбит, а к его экрану был приклеен розовый стикер, на котором мне оставили послание: «Я ближе, чем ты думаешь».

- Аня, - закричала я во все горло.

- Что случи… - она замерла в шоке от увиденного.

- Позови Игоря Станиславовича и объясни ему всю ситуацию, возможно, понадобиться вызвать охрану.

- Поняла, - она пулей вылетела из кабинета. Я с тяжелым вздохом опустилась в кресло, и обхватила голову руками.

- Как же я устала!

- Елизавета Игоревна, что здесь случилось? – я подняла голову и увидела застывшего в дверях Кирилла.

- А ты не видишь?! Бардак! – раздраженно ответила я.

- Лиза, ты в порядке?! – в кабинет вошел папа, случайно толкнув Кирилла дверью.

- Пап, я устала. Я хочу, чтобы это закончилось. Он оставил послание, - я сняла стикер с экрана и протянула отцу.

- Я разберусь, - прочитав, ответил он. – Аня!

- Да, Игорь Станиславович, - появилась в дверях перепуганная девушка.

- Охрану вызови.

- Хорошо, сейчас.

- Лиза, я думаю тебе лучше поехать домой. Нам нужно будет здесь все проверить и убраться.

- Ладно, - вздохнула я. – Позвони мне.

- Елизавета Игоревна, я отвезу Вас, - обратился ко мне Кирилл.

- Не нужно. Меня есть, кому отвезти, - кивнула я в сторону Саши и Семена и поспешно вышла из кабинета.

- Лиза, Елизавета Игоревна, постойте! – бросился мне вдогонку Кирилл.

- Что? – я остановилась и посмотрела на него.

- Давайте сходим куда-нибудь, попьем кофе?

- Зачем?

- Я… Мне нужно поговорить с Вами.

- Ладно, - вздохнула я. – Поехали.


Терзая сердце


Я села в машину со своими телохранителями, Кирилл поехал за нами. Кофейня находилась через несколько кварталов от офиса. Пробок не было, поэтому мы домчались до нее за десять минут.

Кирилл взял меня под локоть и проводил за столик.

- А здесь мило, - сказала, оглянувшись. Мы сидели в центре зала на больших и очень уютных диванчиках. Вокруг было полно людей. Основной контингент - деловые и успешные люди. Костюмы, галстуки, блузки, юбки, высокие каблуки, одурманивающий запах кофе и свежей выпечки – вот на, что было похоже это заведение.

- Мое любимое место, - улыбнулся Кирилл. Я взяла меню и решила заказать персиковый сок и чизкейк. К нам подошел официант в именной рубашке заведения с повязанной бабочкой вокруг горла и фартуке до пола. Сделав записи в блокнот, он одарил меня улыбкой и удалился.

Это заведение мне явно по душе! Даже настроение поднялось!

- Так о чем ты хотел поговорить? – обратилась я к Кириллу.

- Елизавета Игоревна, я хотел сказать, что все время думаю о Вас, - начал он. Ну вот, началось! Где-то я уже это слышала.

- Кирилл, зачем все это? Мы же уже это обсуждали, - меня охватило легкое раздражение.

- Я должен сказать. А дальше уже ваше право, как с этим поступить. Я хочу, чтобы ты стала моей женой, - изрек он.

- Чего? – поперхнулась я. – Кирилл, ты в своем уме?

- Я серьезно. Я не могу без тебя. Я люблю тебя. Я готов заботиться о твоем ребенке. Ты мне нужна. Лиза, выходи за меня, - он смотрел на меня пристально, что не вызывало сомнений в его чувствах.

- Кирилл, я…

- Просто подумай, хорошо? Не нужно отвечать сейчас. Подумай, - не дал он мне договорить.

- Кирилл, - выдохнула я. Я, конечно, догадывалась об этом, но не ожидала такого поворота. – Я хочу, чтобы ты понимал. Я не могу быть с тобой. У меня есть Макс. И кроме него мне никто не нужен. Мы с тобой просто коллеги. Да, когда-то в школе, у нас была любовь, но это было давно и уже неправда. Пожалуйста, не тешь себя надеждами.

- Он же умер? – его глаза округлились.

- Нет, Кирилл, он жив. И я жду от него ребенка.

- Но как? – недоумевал он.

- Вот так. Давай мы не будем об этом, - раздраженно ответила я и поблагодарила официанта, принесшего нам заказ.

- Лиза, я могу быть тебе просто другом? – не унимался он.

- И как ты себе представляешь эту дружбу?! Ты будешь меня любить, я не смогу ответить тебе взаимностью. Для чего? Зачем себя мучить?

- Я просто хочу быть рядом. Давай попробуем. Я обещаю не приставать и больше не говорить об этом. Просто позволь мне быть рядом, хотя бы в качестве друга. Для меня мучение не видеть тебя и не слышать твой голос.

- Это абсурд. Кирилл… - начала я, но услышав звонкий женский смех, невольно повернула голову в сторону выхода и увидела Макса. Его руку обвила девушка, словно сошедшая с обложки журнала. Длинные темно-русые волосы были завязаны в конский хвост и доставали до поясницы, очень глубокое декольте демонстрировало шикарную грудь пятого размера, ноги были едва прикрыты короткой черной юбкой и сапогами до колен. Макс что-то оживленно рассказывал ей, а она всячески касаясь его, смеялась, обнажая свои идеально белые зубы.

Я сидела, как парализованная и была не в силах пошевелиться. Как он мог?! Значит, поэтому он стал таким холодным?

Я схватила свой телефон и набрала его номер, все еще наблюдая за ним. К тому моменту они уже устроились за столиком в конце зала и продолжали мило ворковать. Он сидел ко мне спиной, поэтому я не видела его лица. Мне хотелось разорвать его на части!

- Алло, - ответил он на мой звонок, прижав своей подруге указательный палец к губам.

- Макс, а ты где? – спросила я. Мой тон был решительным и жестким, что я сама испугалась себя.

- Я на совещании. Позже перезвоню, - ответил он и скинул звонок.

Ну, такого нахальства я уже вынести не смогла. Я встала и решительным шагом направилась к их столику. Кирилл попытался что-то сказать, но я не слушала его.

- Привет, как совещание? - сказала я ему за спиной, что его плечи вздернулись от звука моего голоса. У брюнетки искривилось лицо.

- Дамир, это кто? – спросила она и при этом посмотрела на меня, так словно перед ней помойное ведро. Макс повернулся и поднял на меня свои глаза.

- Лиза, - вымолвил он.

- Ты еще и чужими именами представляешься?! – спросила я. Меня просто трясло от гнева!

- Лиза, это не то, что ты подумала, - начал он, вставая со своего места. Я сделала шаг назад.

- Не трогай меня! Объясни, что это значит?! – зло сказала я.

- Это моя сотрудница. Мы просто решили перекусить, - как ни в чем не бывало, ответил он.

- А. Ну да, поэтому она тебя лапает?! – с сарказмом ответила я и влепила ему пощечину, что на щеке остался красный след моей ладони.

Я развернулась и пошла прочь из этого заведения. Слезы уже потекли рекой. Да, что это такое происходит в моей жизни?! Сначала Андрей, теперь Макс! Почему они все такие сволочи?! Кобели долбанные!

Кирилл побежал за мной, но догнать смог только на улице, схватив меня за руку и прижав к себе. Я уткнулась в его грудь и разревелась.

- Лиза, он не стоит твоих слез. Перестань.

В следующую минуту из кофейни выбежал Макс.

- Лиза, пожалуйста, это не то, что ты подумала, это… - начал заливать он.

- Кирилл, увези меня, пожалуйста, отсюда, - сказала я своему заму, бросив на Макса гневный взгляд.

- Лиза! – он попытался схватить меня за руку, но получил удар по лицу от Кирилла.

- Оставь ее! – рыкнул он и спешно посадил меня в свою машину.

Когда автомобиль тронулся с места, я посмотрела в окно, Макс стоял, держась правой рукой за нос, из которого бежала кровь. Я уткнулась в свои ладони и еще сильнее разревелась.

Кирилл привез меня к себе домой. Саша с Семеном, которых, я заметила только у подъезда, следовали за нами.

- Проходи, чувствуй себя, как дома, - сказал Кирилл и помог снять мне пальто. Я прошла в зал. Квартира-студия была маленькой и напоминала настоящее холостяцкое логово. Повсюду были разбросаны вещи. Сантиметр пыли лежал на поверхности мебели, куча грязной посуды в раковине. Одним словом, женщина тут не пробегала. – Извини за бардак.

- Да ничего, - усмехнулась я. Даже забавно видеть то, как живет мужчина, который всегда выглядит безупречно.

- Будешь что-нибудь пить?

- Да, чай, если можно, - ответила я и устроилась на барном стуле. Мои телохранители сели на диван. – Семен, подождите меня в машине. Как только мне понадобиться выйти, я позвоню.

- Но, Елизавета Игоревна, у нас распоряжение не оставлять Вас ни на минуту, - начал он.

- Семен, я сказала, подождите в машине! - властно ответила я, и они вышли из квартиры.

Кирилл поставил передо мной чашку и сел напротив.

- Ну, как ты?

- Нормально, - ответила я. По дороге к нему я выплакала все слезы, и, теперь, в голове было пусто. Я настолько устала переживать, рыдать, страдать. Больше не было сил. Мой ребенок страдал от этого больше всего, поэтому я решила взять себя в руки. В конце концов, может это был действительно деловой обед. Хотя раньше Макс не позволял себе такого, особенно если учесть, то, как он отнесся к моему обеду с Кириллом. Впрочем, он вообще странный сейчас.

- Лиза, я рад, что ты здесь, - сказал он и взял меня за руку.

- Кирилл, спасибо, конечно, что помог, но вот этого не нужно, - ответила я и выдернула руку.

- Извини, - пожал он плечами. – Как насчет просмотра школьных фотографий?

- А ты их хранишь? – улыбнулась я.

- А то! Пошли! – он снова взял меня за руку и потянул к дивану, на который я уселась и принялась наблюдать за его действиями. Кирилл достал огромную коробку из-под обуви и устроился рядом со мной, положив ее на колени.

Когда он открыл коробку, я изумилась.

- Ого! Сколько фотографий! А это я?! Блин! Как давно это было! – воскликнула я и стала рассматривать снимок, где мы вместе с Кириллом стоим обнявшись. – Мы были такие милые!

- Мы и сейчас прекрасно выглядим, - улыбнулся он и достал альбом со всеми нашими фотографиями. Их было так много, что я удивилась, потому что в моей коллекции фотоальбомов я бы с трудом нашла хоть одну с ним.

Он показывал пальцем то на один, то на другой снимок, вспоминал разные истории из нашего прошлого, о которых я уже совсем забыла. Мы смеялись. Как все-таки это мило. Самое прекрасное и счастливое время.

Я случайно в порыве смеха пихнула коробку, и она упала на пол, рассыпав все содержимое.

- Ой, прости! – воскликнула я и опустилась на ковер, чтобы собрать фотографии. Кирилл последовал моему примеру. Мы схватили одну и ту же фотографию, где мы были вместе, и я подняла глаза на Кирилла, не выпуская ее из рук. Наши взгляды встретились. Мы были так близко, практически нос к носу, и он поцеловал меня. Я словно вспомнив прошлое, ответила ему, но поняла, что больше меня это не цепляет, это лишнее, и отпрянула от него.

- Нет, не нужно, - сказала я и вскочила на ноги. – Я поеду домой.

- Лиза, пожалуйста, не уходи, - встал он передо мной. – Извини, такого больше не повторится. Я не сдержался, но…

- Вот именно! Кирилл, у нас с тобой есть только прошлое, настоящему быть не дано. Давай все это забудем.

- Но…

- Кирилл, - выдохнула я, - никаких «но». Этот поцелуй был ошибкой, как и все что, произошло сегодня. Извини. Мне не стоило приезжать и давать тебе надежду.

Я выскочила из квартиры, забыв позвонить Семену, и спешно спустилась по лестнице вниз.

- Лиза, я люблю тебя! – донесся до меня голос Кирилла, когда я уже выходила из подъезда.


Выясняя отношения


Когда я вернулась домой, то застала Макса за столом на кухне с початой бутылкой виски. Он поднял на меня свои затуманенные алкоголем глаза и слабо улыбнулся.

- Лиза, ты вернулась, - сказал он, вставая с места.

- Да, а ты в стельку пьян, - бросила я на него рассерженный взгляд.

- Лиза, Лизонька, моя малышка, - начал он говорить заплетающимся языком, протягивая ко мне свои руки.

- Макс, иди спать, - раздраженно ответила я, высвобождаясь из его объятий. От запаха спиртного меня замутило.

- Прости меня, малышка, - сказал он и опустился передо мной на колени, уткнувшись в живот, - я так виноват.

- Перестань, - попыталась я отстраниться, но он крепко сжал меня за ноги.

- Прости меня, я не хотел. У меня с ней ничего не было. Я клянусь.

- Тогда что это было? – не выдержала я.

- Просто обед, просто ошибка. Я запутался, Лиза. Мне так тяжело.

- В чем ты запутался? – недоуменно спросила я. Ну, надо же! А мне прям легко!

- Во всем. С тех пор как ты появилась в моей жизни, я сам не свой. Я не знаю, что делать, как жить. Это сложно. Я не могу тебя оставить. Моя жизнь резко изменилась. Я не был готов к этому. Понимаешь? – он поднял на меня жалобные глаза.

- Нет, не понимаю. Разве не ты этого всего хотел?! Разве не ты просил меня быть с тобой?! Ты обещал мне счастье, а я все время плачу из-за тебя! – разозлилась я еще больше. Как же больно его слушать!

- Лиза, Лизонька, прости меня. Я буду стараться. Только прости.

- Иди спать, - я оттолкнула его, что он упал, едва не ударившись затылком об стул, и вышла из кухни, крепко сжимая кулаки от обиды и злости.

Этой ночью я еле уснула. Меня не покидала мысль о том, как я поступила с Кириллом, в голове то и дело всплывали картинки из кофейни, где к Максу липла девушка, воспоминания об Андрее… Все это нахлынуло одним потоком и не давало мне покоя. Как только я смогла заснуть, то почувствовала, как что-то тяжелое навалилось на меня. Я открыла глаза и в темноте разглядела Макса.

- Лиза, моя Лиза, - шептал он и целовал меня в шею, его рука плавно скользила по моему бедру. – Ты самая лучшая. Я люблю тебя.

От этих слов и прикосновений мое тело начало ломать, и я не стала сопротивляться нахлынувшим чувствам. Я погрузилась в них с головой, отдавая всю себя своему любимому мужчине.

Утром я проснулась от нехватки кислорода. Макс обдавал жаром мою шею, при этом в воздухе стоял стойкий запах перегара. Меня замутило, и я побежала в ванную. Когда я вернулась в комнату, он сидел на кровати с опущенной вниз головой. Я прошла мимо него и полезла в шкаф за чистым бельем, он схватил меня сзади и притянул к себе на колени.

- Лиза, - заглянул он в мои глаза, - прости меня за вчерашнее. Я не должен был так поступать.

- Зачем тогда, ты это сделал?

- Я не знаю. Я очень виноват перед тобой. Между мной и этой девушкой ничего не было, клянусь.

- Допустим, я тебе поверила. Что-то еще? – я все еще была зла.

- Лиза, пожалуйста, ты мне нужна. Вчера я осознал, насколько я привязался к тебе. Лиза, прошу, прости. Такого больше не повторится.

- Хорошо, - ответила я и поцеловала его. В конце концов, я тоже перед ним виновата. – Ты меня тоже прости.

Он крепко обнял меня, и с этого момента в нашей жизни начался новый этап. Мы снова были одним целым, и казалось наше счастье непоколебимо.


Жестокая расправа


После завтрака я отправилась на работу в сопровождении своих телохранителей. Папа не ночевал дома, телефон у него был отключен, и это меня очень беспокоило. Первым делом я отправилась в его кабинет и застала его спящим за столом.

- Пап, проснись, - я легонько коснулась его плеча.

- Лиза? – поднял он на меня заспанные глаза. – Который час?

- Уже девять. Почему ты уснул здесь?

- Я работал. Вчера был тяжелый день.

- Что с Андреем? Выяснили что-нибудь?

- Ничего, кроме того, что это он был в твоем кабинете. Полиция нашла множество отпечатков.

- Как он сюда попал? – меня передернуло.

- Не знаю. Камеры не работали в тот момент.

- Ясно, - тяжело вздохнула я. - Поезжай домой, отдохни. Выглядишь неважно.

- Думаю, ты права. Небольшой отдых мне не повредит, - он встал из-за стола, и я проводила его до выхода.

- Поезжай, не беспокойся за меня, - поцеловав его в щеку, я направилась в свой кабинет.

Все уже было убрано и лежало на своих местах. Словно и не было ничего.

Я села в кресло и попросила Аню принести кофе. Через минуту она появилась с чашкой в руках.

- Спасибо, - улыбнулась я ей. – Егоров уже пришел?

- Нет. Его еще не было.

- Странно, а ты звонила ему?

- Да, но он не берет трубку.

- Ясно, ладно иди, - ответила я и принялась набирать номер Кирилла.

«Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети» - известила меня девушка сотовой компании.

Проработав до обеда, я решила передохнуть и снова набрала номер Кирилла. Результата это не принесло и я, ощутив легкое волнение, решила съездить к нему домой.

Дорога показалась мне очень долгой и когда я, наконец, поднялась к двери его квартиры, то немного успокоилась и нажала на кнопку звонка. Ответа не последовало. Я стояла минут пять под дверью, и не отпускала кнопку, одновременно пытаясь дозвониться до него по телефону.

- Вы можете сломать дверь? – спросила я у Семена и Саши, когда поняла, что мои попытки бессмысленны. Вдруг с ним что-то случилось.

- Елизавета Игоревна, Вы уверенны? – недоуменно спросил Семен.

- Конечно, черт побери! Стала бы я просить, - раздраженно ответила я, чувствуя, как меня охватило волнение.

- Тогда Вам лучше отойти, - ответил он, и я покорно сдвинулась в сторону. Благо дверь была хлипкой, и моим большим телохранителям не составило большого труда вынести ее с петель. Она с грохотом упала на пол, и мне в нос ударил резкий запах. Я, едва сдерживая тошноту, пошла вслед за Семеном, который резко обернулся ко мне и попытался вывести из квартиры.

- Елизавета Игоревна, Вам лучше этого не видеть!

- Семен, ты в своем уме! Отпусти, - я оттолкнула его и, сделав два шага в глубь квартиры замерла от увиденного. На полу, на рассыпанных фотографиях, лежал Кирилл, его горло было перерезано, вокруг все было залито кровью.

- Господи! – выдохнула я и зажала рот руками, чтобы меня не стошнило. – Какой ужас! Кирилл!

Семен подошел к нему и одним движением руки закрыл его глаза, отлепив розовый стикер со лба.

- Что там? – спросила я.

- Елизавета Игоревна, я не думаю, что Вам стоит… - начал он.

- Дай мне эту чертову бумажку! - скомандовала я, поражаясь своей выдержке.

«Я убью всех кто с тобой рядом, а потом приду за тобой» - гласила надпись.

Меня затрясло, что я покачнулась и чуть не рухнула в обморок. Благо Саша меня поддержал и вывел из квартиры.

Дальше все происходило, как в кошмарном сне. Полиция, эксперты, допросы.

После часа пытки на лестничной клетке появились папа и Макс.

- Лиза, как ты?! – спросили они в один голос. Я не в силах ответить, разревелась.

- Макс, увези ее отсюда.

Он подхватил меня на руки и вынес прочь из подъезда. Я прижималась к его груди и ревела во весь голос. Он посадил меня в машину и прижал к себе.

- Тише, малышка. Я рядом. Все уже закончилось, - шептал он. Я слышала, как учащенно бьется его сердце. Он был напуган не меньше моего.

- Господи, Макс, за что?! Кирилл ведь ни в чем не виноват! Он погиб из-за меня! – захлебываясь слезами, говорила я.

- Давай уедем отсюда, хорошо? Тебе нужно отдохнуть, - сказал он спокойным голосом и, заведя машину, увез меня домой.

Проснулась я от крика собственного голоса, дрожа от страха, в поту и слезах. Макс прижал меня к себе.

- Это всего лишь сон. Я рядом. Ничего не бойся, - сказал он, и я снова уснула.


Разговаривая и сопровождая


Утром мы собрались за обеденным столом, чтобы обсудить происходящее. Мои мужчины ровно, как и я были напуганы. Андрей перешел все возможные границы, и теперь опасность нависла над нами, как грозовая туча. Я, быстро приготовив завтрак и налив кофе, села за стол.

- Лиза мы должны теперь быть предельно внимательными. Каждый выход из дома - это угроза для жизни. Я не хочу, чтобы ты пострадала, тем более ты носишь под сердцем ребенка, поэтому мы должны максимально опекать тебя, - сказал папа. Его тон был властным и уверенным, но все же нотки беспокойства чувствовались.

- Папа, я понимаю. Нужно позаботиться и об Але. Ей в первую очередь сейчас грозит опасность. Он же написал, что сначала убьет моих близких, а потом придет ко мне.

- Лиза, мы не можем быть в этом уверенны на сто процентов. Он неадекватен, поэтому последовательность его действий предсказать невозможно. Это может быть трюк, - сказал Макс и сжал мою ладонь.

- Согласен, - кивнул отец. – Об Але не волнуйся, к ней я еще вчера приставил своих ребят.

- Так она уже в курсе? – удивилась я.

- Нет. Они будут оберегать ее незаметно. Аля очень свободолюбива и подобное может воспринять неправильно. Поэтому ты не должна говорить ей об этом, только если не возникнет крайняя необходимость.

- Что есть, то есть, - согласилась я.

- Лиза, я думаю, что все-таки до рождения ребенка тебе не стоит работать. Находясь дома, ты будешь в полной безопасности. Саша и Семен не будут отходить от тебя ни на шаг даже ночью.

- Но пап, - попыталась возразить я.

- Лиза, твой отец прав, - поддержал его Макс, - мы не можем рисковать тобой и нашим ребенком.

- А как же встречи с Грачинским? Мне нужно к гинекологу сегодня. У меня плановый осмотр.

- С Грачинским проблем не будет. Он сам может к тебе приезжать. А в женскую консультацию мы съездим все вместе. Нам необходимо удостовериться в том, что с ребенком все в порядке. С твоим сердцем тебе нужен полный покой, а ты только переживаешь и нервничаешь, - ответил папа. – В общем так, сейчас собираемся и едем в клинику. Потом мы по делам, а ты домой.

В следующий час я в сопровождении четверых мужчин заходила в кабинет врача.

- Добрый день, - поздоровалась я со своим гинекологом.

- Добрый, Лиза. Проходи. Как ты себя чувствуешь? – ответила она мне.

- Я хорошо.

- Ну, тогда, приступим к осмотру.

- Ага, - кивнула я и направилась за ширму.

Когда все закончилось, доктор обратилась ко мне.

- Лиза, с ребенком все в порядке. Сердечный ритм в норме. Чего не скажу о тебе. Я не буду спрашивать, что с тобой происходит вне моего кабинета, но ты должна отдавать себе отчет в том, что тебе нельзя волноваться. Любое переживание, может привести к необратимым последствиям.

- Я знаю.

- Хорошо, - вздохнула она. – Через две недели можешь прийти с мужем. У тебя будет плановое УЗИ. Возможно, нам удастся определить пол, если Вы хотите это узнать.

- О, это было бы замечательно, - улыбнулась я.

- Хорошо, тогда я Вас запишу, скажем, на десять утра, подойдет?

- Да, вполне.

- Ладно, Лиза, больше не задерживаю. Кстати, не забудь сдать анализы, направление я тебе дала. И береги себя, никаких стрессов.

Я попрощалась с доктором и вышла из кабинета.

- Ну что? – спросил папа.

- Все в порядке. Нужно будет сдать некоторые анализы. И через две недели нас записали на УЗИ, мы сможем узнать пол ребенка, - улыбнулась я и посмотрела на Макса.

- Лиза, это замечательно, - расплылся он в улыбке, поцеловал меня и погладил животик.

Мы направились на выход и, разделившись, поехали в противоположные стороны города.


Волнующий ком


В последующие две недели ничего страшного не происходило. Я упорно сидела дома со своими телохранителями. Мы даже успели подружиться. Они хоть и большие, но такие милые. Мои мужчины работали, иногда я засыпала раньше, чем кто-то из них приходил домой. Грачинский пару раз навестил меня, после его ухода мне, как всегда становилось легче, и я могла спокойно дышать. Но ощущение опасности и тревоги не покидало меня ни на минуту. То, что Андрей затаился, меня волновало очень сильно.

Наконец, наступил тот день, когда мы с Максом собрались на семейный прием к моему гинекологу. Сегодня нам должны были сказать пол ребенка.

- Лиза, ты готова? – спросил Макс, вытирая волосы после душа.

- Я да, а вот ты еще мокрый, - скорчив рожицу, я потрепала его по влажным волосам.

- Это не проблема, попью кофе, и можем выдвигаться, - чмокнув меня в лоб, сказал он и направился на кухню.

В десять мы уже расположились в кабинете УЗИ. Макс сидел рядом и сжимал мою руку. Я видела, как он волнуется, и это было даже приятно.

- Я могу с точностью сказать, что у Вас девочка, - сказала гинеколог, глядя на экран. Мы с Максом смотрели на черно-белую картинку и едва разбирали что-либо.

- Девочка, - улыбнулась я и посмотрела на Макса, его улыбка была чуть ли не до ушей.

- Ну, в твоем случае, Лиза, это было ожидаемо, - сказала доктор.

- Почему?

- С больным сердцем чаще всего рожают девочек, - она слабо улыбнулась и подала мне салфетку. – Можешь одеваться.

Покидая кабинет, мы крепко держались за руки, и, пожалуй, счастливей минут в нашей жизни еще не было.

- Макс, а ты кого хотел больше? – спросила я, когда мы садились в машину.

- Малышка, для меня главное, чтобы ребенок был здоровым, а все остальное не важно. Я безумно рад тому, что у нас будет дочь, - улыбнулся он и выехал на дорогу.

- А как мы ее назовем? – с интересом спросила я. Меня уже давно мучали эти вопросы, но из-за нашей напряженной жизни, я все не находила подходящего момента, их задать

- Ну, может Азалия? – подмигнул он мне.

- Неее, я не хочу, чтобы мою дочь так звали, - скривилась я. – Может, Милана или Венера?

- А что, мне нравиться, - улыбнулся он. – Ты любишь необычные имена?

- Я вообще люблю все необычное, - улыбнулась я. – Надо будет об этом подумать.

- Если хочешь, я оставлю выбор за тобой?

- Я хочу, чтобы мы вместе выбирали имя нашей дочери. Мы ведь семья, так? – немного разозлилась я.

- Конечно, малышка, - улыбнулся он.

- Кстати, а как там твои родители? Мы не виделись с тех пор, как ты меня с ними познакомил.

- Нормально, - безразлично ответил он, но его лицо приняло болезненную гримасу.

- Ты что-то опять от меня скрываешь? Да?

- Нет. С ними все в порядке. Просто им сейчас не до нас. Они много работают, - попытался он меня успокоить.

- Смотри у меня, - погрозила я ему пальцем.

- Боюсь, боюсь, - на секунду он поднял вверх руки и засмеялся.

- Дурак! – показала я ему язык и отвернулась к окну.

- Стой! – закричала я, что Макс резко нажал на тормоз.

- Твою ж! Ты чего орешь?! – выругался он.

- Смотри, там Андрей! - показала я пальцем на тротуар. – Это же Алькин салон!

- Спокойно, сейчас разберемся, - бросил Макс и, включив поворотник, перестроился через две полосы и припарковался у края дороги, открывая дверь, он властным тоном сказал мне: – Сиди в машине!

Меня затрясло, но с места я не сдвинулась. Он вышел из автомобиля и направился к припарковавшимся сзади Саше и Семену. Быстро перекинувшись с ними парой слов, он вернулся ко мне, а телохранители направились в сторону, где стоял Андрей. Но тот видимо завидев их, пустился наутек. Семен бросился за ним, а Саша скрылся за дверью салона.

- Макс, а вдруг он… - попыталась я высказать свои самые страшные предположения.

- Не переживай. Все будет хорошо, - сжал он мою руку.

В следующую минуту из салона вышла Алька в сопровождении Саши, и они направились к нам. Я открыла дверь машины и побежала навстречу подруге.

- Аля, с тобой все в порядке? – обеспокоенно спросила я, обнимая ее.

- Да. Почему ты спрашиваешь?

- У тебя есть минутка, давай съездим в наше кафе. Я тебе все объясню.

Мы давно уже не виделись, и я по наставлению отца не рассказывала ей о грозившей опасности, но теперь я не могла молчать. Андрей был так близко, что даже страшно подумать, что могло быть.

- Да, поехали, - сказала она и забралась на заднее сиденье Audi. – Привет, Дам… Макс.

- Привет, - отозвался он.

В этот момент, из-за угла, выбежал Семен, разводя руками, как бы показывая, что не догнал.

- Макс, поехали в наше кафе, - обратилась я к своему мужчине, убедившись, что телохранители были наготове.

- Как скажешь, - тяжело вздохнул он.

- Что происходит?! Вы мне можете объяснить? – спросила подруга, когда мы встроились в поток.

- Сейчас доедем, и все расскажу, - сказала я и решила пока сменить тему. – Нам сегодня сказали пол ребенка.

- Ого! И я узнаю об этом последней! – удивилась она и надула губы.

- Я специально не говорила. Хотела сделать тебе сюрприз. У нас будет девочка, - улыбнулась я, пытаясь скрыть свое напряжение.

- Ух, ты! Поздравляю! Как назовете?

- Мы пока не решили, но остановились на двух вариантах Венера, либо Милана, - улыбнулась я.

- А ты не перестаешь меня удивлять! – воскликнула подруга. – Любишь все экстравагантное?

- А то! – подмигнула я ей.

Через десять минут мы заняли наш любимый столик и, заказав кофе, я посвятила Альку во все события, о которых она ничего не знала.

- Лиза, ты должна была сразу мне сказать! – разозлилась подруга. – Этот мудак вообще с катушек слетел!

- Я знаю, прости, но мы решили, что будет лучше, если ты не будешь знать, но сегодня, когда я увидела его возле салона, меня чуть кондратия не хватила. Ты должна быть осторожна. Денис сейчас где? – я оправдывалась, как могла.

- Решили они! – обиделась Алька. – Денис уже две недели, как в командировке.

- Ясно. Может, тогда ты поживешь у нас? И тебе и мне будет спокойнее. Папа, конечно, приставил к тебе двух охранников…

- Чего?! Вы совсем рехнулись?! – вспылила она.

- Аль, не кричи. Это вынужденная мера. Мы беспокоимся и о твоей безопасности тоже, - попыталась я ее успокоить.

- Да уж! Спасибо, - выдохнула она.

- Ну, так что насчет пожить? Согласна? – переспросила я.

- Конечно. Мне теперь страшно из дома выходить, - согласилась она без колебаний. – Кирилла очень жаль. Все-таки хороший был парень.

- И не говори, - ответила я, все еще чувствуя вину за его смерть.


Спокойное царство


Остаток беременности прошел более, чем спокойно. Мы жили одной большой и дружной семьей, приехавший с командировки Денис, тоже переехал к нам. Мы решили объединиться в борьбе за жизнь. Андрей снова затаился, что одновременно напрягло и расслабило нас. Охрана следовала за нами повсюду, и это придавало уверенности.

Меня окружили заботой и теплом. Все, мои родные и любимые, были рядом. Макс приносил почти каждый вечер подарки для меня и будущей дочки.

- Малышка, у меня для тебя сюрприз, - сказал он.

- Какой? – радостно захлопала я в ладоши.

- Держи, - он протянул мне красиво упакованную коробку в изумрудного цвета бумагу с огромным желтым бантом, видимо, в цвет моей одежды. Я принялась ее разворачивать в предвкушении чуда. Внутри лежало еще несколько более маленьких коробочек. Развернув каждую, я запрыгала от счастья. Он подарил мне платиновый браслет с подвесками, каждая из которых напоминала мне о наших местах и событиях: любимое кафе, желтое платье, целующиеся мальчик и девочка, кровать, беременная девушка, пинетки, сердце, а на обороте каждой выгравировано по несколько букв, которые вместе складывали фразу - «Я люблю тебя». В другой коробочке был кулон, состоящий из трех сердечек, а в третьей лежали милые желтые пинетки, что и на браслете.

- Спасибо, милый! – поцеловала я его. – Это так прекрасно!

- Тебе, правда, нравиться? – спросил он немного обеспокоенно, но в глазах мерцали искорки радости.

- Спрашиваешь! Я в восторге! – воскликнула я и схватилась за живот. – Ой! Толкается!

- Дай! – сказал он, расплываясь в улыбке, и приложил руку к животу. Малышка сделала еще несколько толчков и успокоилась.

- Вот, видишь! Даже наша дочь радуется! – улыбнулась я и притянула его к себе. Из-за наполненности нашего дома мы редко бывали близки, но сегодня, как раз, выдался свободный и тихий вечерок, который я мечтала провести с любимым мужчиной. Мы зажгли свечи по всей комнате и под чарующий голос Уитни Хьюстон отдались друг другу, наполняя нежностью и восхищением наши тела. Каждое движение было осторожным и плавным, что доставляло невероятное удовольствие, которое растекалось внутри, даря ощущения тепла и сладости.

- Я люблю тебя, - прошептала я, находясь в объятиях Макса.


Пугая до боли


Проснулась я ночью от недостатка кислорода. В комнате было очень душно, от чего я задыхалась. Я аккуратно убрала руку Макса, обнимавшего меня, и встала с постели. Еле слышно шагая, направилась на балкон, чтобы подышать свежим воздухом. Обойдя спящих Алю и Дениса, я открыла дверь на балкон и, прикрыв ее за собой, припала лбом к прохладному окну. Как же хорошо! Повернув ручку, я открыла его, и меня окатила волна холодящего кожу воздуха. Я вдохнула полной грудью и, немного повернув голову влево, увидела, как в противоположном углу блеснули чьи-то глаза. Я оцепенела. Тогда этот кто-то обнажил свои белые зубы и посмотрел на меня в упор. Меня бросило в жар. Я узнала его. Это был Андрей. В следующую секунду он приложил палец к губам и сделал полшага в мою сторону.

- Ааааа! Помогите!- закричала я и пулей выскочила за дверь, чем разбудила мирно спящих Альку и Дениса.

- Что случилось?! – спросил перепуганный Денис.

- Там, там! – я тыкала пальцем в сторону балкона не в силах что-то еще сказать. В этот момент в комнату влетели папа и Макс и бросились ко мне.

- Лиза, что произошло?! – закричали они в один голос.

Денис, приказав Але, включить свет, направился в сторону балкона, взяв в руки нож.

- Нет, Денис, не ходи! – закричала подруга, но он ее проигнорировал и переступил порог, ведущий на балкон, осмотревшись, он, закрыл окно и вышел к нам.

- Там никого нет! – раздраженно бросил он, положив нож на стол.

- Ай! – вскрикнула я, схватилась за живот и немного нагнулась. – Больно!

- Что такое?! – придерживал меня за локоть перепуганный Макс.

- Схватки, - выдавила я. – Я рожаю.

- Господи! Но еще рано! – воскликнула Алька и, увидев, как мужчины бросились одеваться, последовала их примеру.

Через двадцать минут мы уже мчались в роддом.


Падение иллюзий


- Мы теряем ее. Пульс падает, – донесся до меня мужской голос, и я потеряла сознание.

Я шла по темному коридору, впереди меня мелькал яркий свет. Тяжело перебирая ногами, я плелась к нему, щуря глаза. Увидев справа белую дверь, я открыла ее и очутилась в темном помещении, похожем на зал кинотеатра. Я устроилась в кресле с краю, и на белом экране отразилась история моей жизни. Я не могла оторвать взгляд от, порой, болезненных событий прошлого. От каждого кадра сердце щемило, а из глаз непрерывно текли слезы.

Я выхожу из университета, встречаюсь с Андреем, мы сидим в ресторане, танцуем на террасе. Свадьба Ромы и Алины, знакомство с Максом. Первый танец вместе с ним.

Он меня определенно клеил. Я улыбнулась.

Предательство Андрея. Танец в клубе с Максом.

А мы хорошо смотримся рядом.

Пешая прогулка, кофейня, пикник, драка. Наша близость. Покупка квартиры. Свадьба Али и Дениса, наш танец, новоселье.

Я невольно протянула свои руки к экрану, словно пытаясь, дотронуться до Макса. Как же мне его не хватает!

Мы ссоримся из-за посуды. Макс перекидывает меня через плечо и тащит в спальню.

Смеюсь, сквозь слезы.

Последнее утро вместе. Алька и Денис говорят о том, что он погиб. Я на краю обрыва, внизу никого.

Мне казалось! Боже, я чуть не прыгнула!

Я иду по улице, видимо на прием к психотерапевту, выбегаю на дорогу, но Макса снова не было. Меня подхватывает на руки совсем не похожий на него мужчина. Он улыбается на прощание и смешивается с толпой. Я снова вижу его среди прохожих и падаю в обморок. Он несет меня в свою машину и привозит в больницу.

Господи!

Аля сидит рядом. «Кажется, он представился, как Дамир…», - доносится из динамиков. Она протянула мне черную с золотыми буквами карточку. «Коршун Дамир Ильгамович» - появилось во весь экран. Вот я звоню ему.

Сумка!

Открываю дверь, и входит Дамир! Я падаю в обморок. Впиваюсь в его губы. Называю Максом. Наша первая ночь вместе.

Сердце сжалось в комок. Я все это время жила с ДАМИРОМ!

Он дарит мне изумрудного цвета коробку. Я держу в руках браслет. «Я люблю тебя».

Боже!

Я закрыла лицо ладонями не в силах поверить в увиденное. Дверь в зал открылась и ко мне подошла женщина в струящемся белом платье.

- Лиза, приди в себя. Очнись, Лиза, - ее голос отзывался звоном в моих ушах.

- Кто Вы? – спросила я, оторвав руки от лица.

- Давай, давай!

Все померкло, и я распахнула глаза.

- Аааа! – донесся до меня детский плач.

- Слава богу! Поздравляем, у Вас девочка! – сказал мне размытый образ и сунул мне маленькую пяточку в рот для поцелуя, из глаз хлынули слезы. У меня родилась дочь! Дочь! Моя малышка!


Осознавая


Я с трудом разлепила глаза, не в силах пошевелиться. Все тело ломало от боли. Пустота вернулась. Макса больше нет. Господи! Как я могла!

- Где моя дочь? – с трудом шевеля губами, спросила я, заметив девушку в белом халате.

- Не беспокойтесь. Она сейчас в реанимации, но с ней все в порядке, - ответила она, погладила меня по руке и сделала укол.

Через несколько дней врачи разрешили меня навестить, но только одному из родственников. Мне очень хотелось, чтобы это был папа, но когда дверь в палату открылась, я увидела Дамира.

- Привет, - сказал он, улыбнувшись, сжимая в руке огромный букет белых роз, подошел ко мне, чтобы поцеловать, но я отвернула лицо.

- Дамир…

- Как ты меня назвала? – удивленно спросил он, садясь на стул рядом с кроватью, положив цветы на подоконник.

- Дамир, я… Нам нужно поговорить, - я была все еще слаба, но ждать дальше не было сил. Ему и так пришлось играть роль моего любимого мужчины. Заставлять его, я больше не могла.

- Значит, ты все знаешь? – спросил он.

- Да. Я разговаривала с Грачинским. Он мне все объяснил. Это чудовищно. Я виновата перед тобой. Даже не представляю, как тебе это далось, и зачем ты согласился. Но тебе не нужно больше играть. Прости меня, - каждое слово давалось мне с большим трудом, а смотреть на него было еще сложнее.

- Лиза, тебе не за что извиняться. Ты ни в чем не виновата, - начал он, взяв меня за руку, но я ее одернула.

- Дамир, я не понимаю, почему мое сознание выдало мне такую реальность, но сейчас я полностью все осознаю. Все, что было - это ошибка. Я благодарна тебе за то, что ты провел со мной то время, за то, что делал меня счастливой, но ты должен понимать, я видела перед собой Макса, а не тебя. Мне очень больно от того, что произошло между нами. Осознавать то, что я сама себя обманывала, просто невыносимо. Прости меня. Ты можешь больше не приходить и начать жить своей жизнью. Я больше не потревожу тебя, - наверное, мои слова звучали жестоко, но я хотела быть честной.

- Лиза, я… - он хотел что-то сказать, но я перебила его, боясь это услышать.

- Ответь мне только на один вопрос: Почему ты пошел на это? Зачем ты стал играть роль другого человека?

- Когда ты впервые поцеловала меня, я понял, что не смогу тебе отказать. Ты выглядела такой счастливой. Даже, если принять тот факт, что я был для тебя Максом. Твой отец совместно с психотерапевтом объяснил мне всю сложность твоего положения. Конечно, я был в ужасе. В моей голове не укладывалось, что такое возможно. Но я пошел на это, потому что видел, что ты нуждалась во мне. Я почувствовал, что должен тебе помочь. И я согласился, стал играть роль в твоей жизни, но я ни разу не пожалел об этом, - он смотрел мне прямо в глаза, я видела в них растерянность, смятение, боль. В том, что он говорил мне правду, я не сомневалась.

- Дамир, пойми, я была не в себе. Я не понимаю, как смогла принять тебя за него. Вы совершенно не похожи. И это так мучительно. Я чувствую себя обманутой. Вокруг меня все играли. Боже! Я даже представить не могу, как это было больно. В любом случае, Дамир, я больше не задерживаю тебя. Ты должен жить своей жизнью. Мне очень жаль, что я отняла у тебя полгода, – по щеке скатилась слеза.

- Лиза, я ни о чем не жалею. У меня впервые в жизни была семья, и я был счастлив. Да, поначалу мне было сложно, но потом я привязался к тебе, я полюбил тебя, действительно, по-настоящему. Я хочу быть с тобой, Лиза. Я хочу растить нашу дочь. Не прогоняй меня, - его голос звучал уверенно, но было видно, как ему тяжело. А меня буквально разрывало на части. Кроме Макса, мне никто не был нужен.

- Дамир, прости, но я не смогу. Я не люблю тебя. В моем сердце есть только он. Я не смогу сделать тебя счастливым. Никогда. Прости меня и уходи. Я не та, что тебе нужна, ты просто запутался, заигрался. Живи своей жизнью. И спасибо тебе за все, что ты для меня, для нас сделал, - по щекам текли слезы, голос предательски дрожал. Мне было больно ему это говорить, но лучше так, чем притворяться.

- Лиза, прошу… - начал он.

- Уходи. Пожалуйста, уходи и не возвращайся. Прости меня, - я отвернула от него голову и отдалась своим эмоциям, которые сжимали у меня все внутри. Дамир, посмотрев на меня, встал и вышел за дверь. Я причинила ему боль, но по-другому было нельзя. Я была готова жить только ради своей дочери, папы и Али, забыв о себе и своем личном счастье, потому что оно умерло.


Возвращаясь домой


Спустя два месяца, пройдя все этапы восстановления, мы с малышкой вернулись домой. Папа и Аля встретили нас, подарив мне большущий букет и связку шаров, которые мы выпустили в небо на счастье.

- Заходи, дочка, - ласково произнес отец, открыв дверь.

- Как здорово! – воскликнула я, увидев, что вся квартира украшена шарами, плакатами - «добро пожаловать домой», «спасибо за внучку», «мы тебя любим». – Спасибо Вам!

- Да чего уж там! – отмахнулся папа и, улыбнувшись, добавил: - Дай мне подержать.

- Конечно, - я протянула ему Венеру, именно так я решила назвать свою девочку.

Я прошла в спальню и увидела детскую кроватку, над которой возвышался розовый балдахин, около своей постели. В шкафу я нашла очень много детских вещей и игрушек. Мне стало так тепло от того, что мои родные позаботились о нас.

- Дорогая, я так рада за тебя, - сказала Аля, входя вслед за мной, и обняла меня за плечи.

- Спасибо, я тоже, - улыбнулась я. – Это такое счастье! Что не передать словами. Я хочу жить только ради нее. Никого ценнее и дороже у меня нет.

Подруга сжала мою ладонь, в знак понимая.

- Она чудо. Очень красивая. Глаза Макса, а все остальное от тебя, - сказала Аля. От этих слов на мои глаза выступили слезы. Мне очень его не хватало, хотя боль притупилась. Я не могла больше позволить себе страдать, мне нужно было держаться ради дочери.

- От Дамира что-нибудь слышно? – спросила я.

- Нет, - вздохнула она. – Я все-таки не понимаю, почему ты его отвергла? Он мог бы заменить тебе Макса.

- Аль, нет. Не мог. Макса мне никто не заменит, а я не могу жить с человеком, которого не люблю.

- Но твоей дочери нужен отец. Об этом ты думала? – она пыталась меня вразумить. – В конце концов, Дамир не так уж и плох.

- Конечно, думала. Я смогу ей дать все, что нужно. Папа станет ей и дедушкой, и отцом. Этого будет вполне достаточно.

- Но он ведь тебя любит. Неужели ты не хочешь женского счастья? – недоумевала подруга.

- Аль, мое женское счастье умерло вместе с Максом. Теперь в моей жизни есть Венера, о большем я не мечтаю. Дамир хороший. Я очень благодарна ему за то, что он был рядом в самый сложный для меня период. Но ведь я думала, что он - это Макс. Я до сих пор не могу представить, какого ему было все это время. Он играл чужую роль. И это нечестно. Он должен жить своей жизнью, а не возиться с моими проблемами. Зачем ему женщина с ребенком, да еще и с поломанной психикой? Я - сплошная проблема.

- Лиза, что ты говоришь?! – возмутилась подруга. – Ты заслуживаешь счастья! Да, так случилось, но жизнь продолжается! Ты же не можешь оградить себя от любви! Это неправильно.

- Аль, я люблю Макса. До дрожи в коленях. Он был для меня всем. Другого мне не нужно. Я не готова к этому, - я чувствовала себя совершенно разбитой от того, что мне приходилось оправдываться и отстаивать свою позицию. До нас донесся плач малышки, когда папа появился на пороге комнаты.

- Ладно. Мы еще к этому вернемся. Давай я тебе помогу, - сказала Аля и поднесла Венеру к моей груди.

На процесс кормления можно смотреть хоть всю жизнь. Это невероятно умиляет, а ощущения просто не передать словами.

- Моя малышка, я тебя так люблю, - прошептала я своей дочери.


Предложение


Утром меня разбудил звонок в дверь. Папа с Алей уже ушли на работу, а Саша и Семен сидели в гостиной. Когда я вышла из спальни, то увидела входящего в комнату Дамира. Он выглядел помятым и растерянным. На нем была желтая футболка-поло и темно-синие джинсы, в руках был большой пакет с логотипом детского магазина и букет красных роз.

- Лиза, - с каким-то облегчением он произнес мое имя и, сделав два шага, приблизился ко мне почти вплотную и протянул мне подарки. – Здравствуй.

- Привет. Не стоило. Зачем ты пришел? – мой тон звучал сухо. Я поставила пакет в углу комнаты, а цветы положила на кофейный столик.

- Мы можем поговорить наедине? – спросил он, оглядываясь на Сашу и Семена.

- О чем?

- О важном.

- Ладно. Пойдем на кухню, - показала я рукой на дверь справа и обратилась к Семену: - Присмотри за Венерой, ладно? – он кивнул и направился в мою спальню.

Дамир устроился за столом.

- Что будешь пить: чай или кофе? – спросила я, вспомнив о гостеприимстве.

- Кофе, - безразлично ответил он.

- О чем таком важном пойдет разговор? – спросила я, подавая ему кружку и садясь напротив.

- Лиза, я очень долго думал о нас. О том, что произошло.

- Дамир, мне кажется, мы уже все обговорили. К чему все это? – перебила я его.

- Лиза, я хочу быть с тобой, - сказал он, глядя мне прямо в глаза. – Дай мне шанс. Давай попробуем все сначала.

Я тяжело вздохнула.

- Дамир, нет. Это не к чему.

- Почему ты даже не хочешь попробовать? Я так ужасен?

- Нет, дело не в этом. Ты прекрасный, но я не люблю тебя. Я не смогу. Мое сердце принадлежит другому человеку, - попыталась я оправдаться.

- Я не прошу тебя любить меня. Я прошу просто дать мне шанс. Позволь мне быть рядом с тобой и Венерой. Я хочу заботиться о Вас, - он протянул свою руку к моей и сжал мои пальцы.

- Не мучай себя. Я не та девушка, которая тебе нужна. Ты не будешь со мной счастлив, - я держала его за руку, не в силах отпустить.

- Для меня мучение быть не с тобой. Я ничего не вижу и не слышу вокруг. Я попытался. Чертов месяц, пытался! Но у меня не получается. Прошу тебя, дай мне шанс. У нас получиться. Мы станем семьей. В конце концов, девочке нужен отец, - он сжал мою руку еще сильнее. Меня грело его тепло.

- У нее уже есть отец, - холодно ответила я. Мне не хотелось, чтобы моя дочь называла кого-то другого папой. Только Макс этого заслуживал. – Дамир, этот разговор бессмысленен.

- Лиза, в нем есть смысл. Я знаю, что не заменю Венере ее биологического отца, но стать им, физически я могу, - сказав это, он встал из-за стола, не отпуская моей руки, и навис надо мной. – Дай мне возможность быть рядом.

Я посмотрела на него сверху вниз. Мне было мучительно видеть его таким. Мне казалось, я ломала его. Он этого не заслуживал.

- Дамир, пожалуйста, уходи. Ты должен жить дальше без всех этих заморочек и проблем, которые меня окружают. Ты достоин большего, - от этих слов он отпустил мою руку и встал передо мной на колени. Его рука потянулась к правому карману джинс, из которого он извлек красную коробочку в виде сердца. Меня затрясло. Только не это! Он посмотрел на меня преданными глазами. Я была не в силах этого вынести.

- Лиза, будь моей женой, - сказал он и протянул мне кольцо. – Оно единственное, что осталось мне от матери, - из моих глаз потекли слезы, я смотрела на фамильную ценность, и качала головой в стороны. – Пожалуйста, не плачь. Я не могу видеть твои слезы.

- Я не могу, - задыхаясь, ответила я и сползла со стула к нему. – Я не могу. Прости. Это слишком.

- Солнце, не плачь, прошу тебя, - он приподнял мой подбородок и заглянул мне в глаза. – Я люблю тебя. Дай мне шанс.

- Я не могу. Уходи. Пожалуйста, уходи, - едва слышно ответила я, но он не сдвинулся с места, вместо этого он обхватил мое лицо руками, большими пальцами вытер слезы и поцеловал. Боже! Он действовал очень осторожно и нежно, я обмякла в его руках, не в силах сопротивляться, и ответила ему. Я впервые осознано целовала его, и ловила себя на мысли о том, что они с Максом такие разные, как я могла принять Дамира за него. Не понимаю. Поцелуй, наверное, длился целую вечность, как я услышала, плачь Венеры и, отпрянув от Дамира, как от чумы, бросилась в детскую.

- Тише-тише, - шептала я ей. – Мамочка, рядом. Все хорошо.

Я была так увлечена дочерью, что не заметила, как в комнате появился Дамир.

- Какая она красивая, - прошептал он, смотря на нее. Я улыбнулась, полностью соглашаясь с ним. – Дашь подержать? – спросил он, протягивая свои руки вперед. Я немного поколебалась и позволила ему, взять Венеру.

- Осторожней, головку придерживай, - предостерегла я его.

- Не переживай. Я знаю, как обращаться с детьми, - этой фразой он меня сразил наповал. Дамир принялся укачивать мою девочку, напевая себе под нос какую-то песенку. Я сидела в изумлении и не могла пошевелиться. Я знала, что моя дочь в безопасности рядом с ним, более того она даже не плакала в его руках. Это растрогало меня до глубины души. И почему он не Макс?

Через полчаса мы на цыпочках покинули комнату, чтобы не разбудить малышку.

- Дамир, где ты научился, так обращаться с детьми? – восторженно спросила я, налив ему кофе.

- В детдоме, - безразлично ответил он.

- Ты там работал? – я удивленно вскинула брови вверх, не представляя себе этого мужчину в подобном месте.

- Нет, Лиза, я там жил, - его лицо исказилось.

- Извини, - мне почему-то стало неловко, и я не стала расспрашивать его о подробностях. Одно я подметила точно, я совершенно о нем ничего не знаю, более того я его не знаю.

- Тебе не за, что извиняться. Это часть моей жизни. Пусть не самая лучшая, но она сделала меня тем, кем я стал, - его тон смягчился.

- А что случилось с твоими родителями? – осторожно спросила я, вспомнив о кольце.

- Они погибли, в автокатастрофе. Я стал единственным, кто выжил в той аварии.

- Какой ужас! – мои глаза округлились, и я закрыла рот ладонями. – А сколько тебе было лет?

- Пять, - его голос дрогнул, и я решила больше ничего не спрашивать. Вместо этого взяла его за руку и посмотрела ему в глаза, пытаясь выразить поддержку.

Он выглядел таким уверенным, самодостаточным, что мне было трудно поверить в то, что у него никого не осталось. Мне стало жаль его, чисто по-человечески. Я знала, что такое терять родных. И я почувствовала еще большую вину перед ним за то, что ему пришлось играть роль Макса.

- Дамир, прости меня. Я виновата перед тобой, - запинаясь, сказала я.

- Лиза, о чем ты говоришь? За что ты извиняешься? Все, что было между нами, это лучшее, что со мной произошло за последние двадцать с лишним лет. Я счастлив, что ты появилась в моей жизни. Я люблю тебя и твою дочь. Позволь мне быть рядом. Я не прошу тебя о многом. Можно я просто буду приходить к Вам, проводить время в кругу твоей семьи? – он выглядел немного растерянным.

- Дамир, я не думаю, что это хорошая идея. Мне бы не хотелось, чтобы Венера привыкла к тебе, а когда ты наиграешься и уйдешь, ей будет больно, - я не могла смотреть ему в глаза, я знала, что обижаю его своими словами. Я не хотела признаться себе в том, что этого в большей степени боюсь я, тем самым стремилась его оттолкнуть.

- Лиза, я клянусь тебе, я никуда не уйду, только если ты не прогонишь. Вы мне нужны, - он взял обе мои ладони в свои. – Прошу, поверь мне.

- Дамир, ты понимаешь, что я не смогу быть с тобой? - я спросила вполне серьезно.

- Время покажет. Я на тебя не давлю, - ответил он мягко, но у меня сложилось впечатление, что он бросил мне вызов.

- Вот как! – улыбнулась я. – Ну что ж! Посмотрим! Помощь мне и впрямь не помешает.

- Спасибо, - сказал он, расплываясь в улыбке, посмотрел на меня сверкающим от радости взглядом и прикоснулся к моим губам так, что я опомниться не успела. Впрочем, и сопротивляться тоже не стала. Поцелуи с Дамиром были своего рода эмоциональной разрядкой, хотя я испытывала легкое чувство вины перед Максом за это. Наверное, глупо.

- Дамир, давай договоримся, что между нами всего этого не будет. Мне это не нужно. Я не могу, - сказала я, оторвавшись от его губ. – Если ты хочешь быть с нами, то только в качестве моего друга. И я хочу, чтобы моя дочь знала, кто ее настоящий отец.

- О большем и не прошу, - ответил он и даже улыбнулся.

- И забери кольцо. Я понимаю, что оно для тебя значит. Я не та девушка, которая достойна, носить его.

- Хорошо, - выдохнул он, и его взгляд потух.

- Если ты решишь передумать, я пойму. Ты ничего мне не должен.

- Договорились. Но ты всегда можешь на меня рассчитывать.

Дамир ушел поздно вечером. Он больше не жил с нами, это было не к чему. Я хотела дать ему свободу, чтобы он как можно скорее понял, что я ему не пара.


Продолжая жить


Следующие несколько месяцев стали для нас напряженными и даже сложными. Я не спала ночами, днем мне удавалось только часа на два уснуть, но потом все начиналось снова. Сложилось ощущение, что малышка из-за чего-то переживает, уж очень она была беспокойной. Приходивший педиатр, ничего не мог сказать, физически с ней все было хорошо.

Андрей окончательно затаился, и казалось, его уже никто не ищет. Мы на самом деле расслабились. Это коснулось и моей охраны. Теперь в квартире оставался только Семен днем, и Саша ночью. Аля и Денис перебрались к себе, у них намечалось путешествие в Японию, поэтому им было уже не до нас. Папа по-прежнему много работал, так что я его практически не видела. Дамир приезжал почти каждый день, чем давал мне возможность спокойно принимать ванну и ухаживать за собой, иногда даже спать. Мы много разговаривали, одним словом, дружили. Он не приставал ко мне с поцелуями, не говорил слов о любви, только комплименты. Я начала постепенно привязываться к нему, да и Венера тоже. Видя его, она замолкала и выглядела очень умиротворенной и счастливой.

- Привет, проходи, - сказала я, зашедшему Дамиру, и чмокнула его в щеку. – Как ты?

- Нормально, только с работы, - ответил он, разувшись, и направился мыть руки.

- Голодный?

- Нет, я встречался с партнерами в ресторане, так что наелся до отвала, - улыбнулся он, вытер руки и дотронулся до моего носа указательным пальцем. – Где малышка?

- Она только, что уснула, - выдохнула я. – Я так устала, с ног валюсь. Пойдем, хоть чаю со мной попьешь.

- Пошли, - отозвался он и улыбнулся.

- Чего такой счастливый? – удивленно спросила я. Он прям, весь светился.

- Да так, - уклончиво ответил он, не переставая улыбаться.

- Чего так? – я была заинтригована. – Рассказывай, давай!

- А не хочу! – ответил он и показал мне язык.

- Ах ты, задница! – щелкнула я его чайной ложкой по лбу. Он засмеялся. – Дурак! – ущипнула я его за бок.

- Ай! Чего щипаешься! – воскликнул он, схватив меня за руку. – У меня к тебе предложение.

- Какое? – я удивленно подняла брови.

- Пошли завтра в кино.

- Интересно, а с кем я оставлю свою дочь?

- Попроси Алю.

- Да ей сейчас не до меня. Они же в путешествие со дня на день улетят, - расстроилась я немного. Отдых мне вправду был необходим. А я была категорически против нянь.

- Ну, давай ей позвоним и узнаем, - сказал он и улыбнулся. – Хоть развеешься немного. Когда ты в последний раз ходила куда-нибудь?

- Это точно, - вздохнула я. – Попробую.

Я взяла телефон, поговорила с подругой, которая только обрадовалась возможности посидеть с племянницей перед отъездом.

- Она согласна, - ответила я и расплылась в улыбке.

- Вот и отлично! – ответил он. – Тогда завтра, в семь, заеду за тобой.

- Смотри, я запомнила. Обманывать мамочек не хорошо, - погрозила я ему пальцем с усмешкой.

- Я и не думал, - улыбнулся он.

- Ну вот, она снова проснулась! – вздохнула я, услышав детский плач.

- Хочешь, я останусь и посижу с ней сегодня?

- Хочу! – воскликнула я, поставив руки в боки.

- Тогда с тебя вкусный кофе, - сказал он и вышел из кухни, чтобы успокоить малышку.

Этой ночью я сладко спала, впервые за такое долгое время. Дамир всю ночь просидел с Венерой, что я даже не слышала ее плача. Когда я проснулась, на часах было шесть утра. Малышка спала, причмокивая во сне, а рядом с ней, скрестив руки на бортике кроватки и положив на них голову, спал Дамир. От этого зрелища мне стало так уютно. Он заботился о моей дочке, как о своей собственной. Я так это ценила.

- Эй, - потрепала я его по плечу, что он вздрогнул. – Ложись на кровать. Отдохни.

- Ага, - сонным голосом ответил он и, встав со стула, лег на мою постель и уснул.

Я тихонько прокралась к выходу из комнаты, чтобы умыться и выпить кофе. Чувствовала я себе бодрой и отдохнувшей, это не могло не радовать.

Зайдя в кухню, я вздрогнула. В кромешной темноте стоял силуэт мужчины и смотрел в окно. Я быстро щелкнула выключатель и увидела отца.

- Фуух! Напугал! – выдохнула я. – Ты чего тут?

- Доброе утро, доченька, - повернулся он ко мне и поцеловал в лоб. – Да я только пришел, не хотел никого будить.

- Только что? У нас снова какие-то проблемы? – обеспокоилась я.

- Увы… - вздохнул он. – Компания близка к разорению, а мы никак не можем найти, откуда ноги растут. Да еще Андрей затаился. Я уверен, это его рук дело.

- Это серьезно. И что его совсем никто не может найти?

- Как сквозь землю провалился! – чуть громче ответил отец. – Ладно, пойду немного посплю. Устал.

- Конечно, отдохни. Все наладиться, - попыталась я его приободрить, хотя внутри все сжималось от страха и смятения. Что же будет дальше?


Собираясь


Дамир уехал в полдень вместе с отцом. Остаток дня я посвятила дочери, одновременно пытаясь привести себя в порядок. Но мне это едва удавалось. В шесть в дверь позвонили, и на пороге появилась Алька.

- Как хорошо, что ты пришла! – воскликнула я, на ходу крася глаз тушью.

- Как вижу, я вовремя! – улыбнулась она.

- Не то слово! Ничего не успеваю! Дамир уже вот-вот приедет, а я еще в халате, - посмотрела я с благодарностью на подругу за то, что с ее появлением, у меня появился шанс, все успеть.

- Ладно, сейчас руки помою и помогу тебе, - подмигнула она и скрылась в ванной.

К семи я уже была готова. Как всегда в желтом, но впервые за долгое время с макияжем и прической. Увидев меня, Алька присвистнула.

- А юбочка не коротковата?

- В самый раз, - подмигнула я ей и рассмеялась.

- Смотри, как бы он тебя еще до кино не раздел, - съязвила она.

- Мы просто друзья, - смущенно ответила я.

- Ну да, конечно! – покивала она головой, делая вид, что абсолютно мне не верит. – Ты изменилась. Чаще улыбаться стала. Дамир хорошо на тебя влияет.

- Аль, давай не будем об этом. Ты же знаешь, что я люблю Макса, а он всего лишь мой друг…

- Который без ума от тебя. Конечно, - перебив меня, добавила она.

- По крайней мере, я с ним честна, и он принимает мою позицию.

- А что ему еще остается? – она развела руками.

- Вы кстати уже собрались? Когда улетаете? – спросила я, желая сменить тему.

- Да, почти. Послезавтра. Я вся в предвкушении, - улыбаясь во весь рот, ответила она.

- Молодцы, что решили провести годовщину не здесь. Думаю, в Токио будет куда больше впечатлений, - порадовалась я за подругу.

- А то! Тем более, здесь не безопасно. Сама знаешь, - ее лицо немного помрачнело.

- Это точно, - согласилась я с ней и, услышав звонок в дверь, сказала: - Вот и Дамир, я пошла! Пожелай мне удачи!

- Удачи! – откликнулась подруга, я видела, что она хотела добавить что-то язвительное, но сдержалась. Я покачала головой и вышла из комнаты, поцеловав малышку.


Дружеское свидание


- Ух ты! – воскликнул Дамир, когда увидел меня. – Сногсшибательно! Как бы мне не пришлось отбиваться от твоих поклонников!

- Не придется, - буркнула я. – А за комплимент спасибо, ты тоже хорошо выглядишь.

Я оглядела его с ног до головы. На нем была белая рубашка, расстегнутая до груди, которую он заправил в темно-синие потертые джинсы с черным ремнем, на бляшке которого был изображен символ Марса, и такого же цвета мокасины завершили его образ.

- Крутой ремень! – подмигнула я ему. – Подаришь мне с Венерой?

- Непременно! – улыбнулся он.

Через час мы уже заняли вип-места в центре кинозала. Я вдохнула воздух, получая удовольствие от запаха попкорна и огромного количества людей вокруг меня. Правда, я уже скучала по дочке. Мы с ней никогда так надолго не расставались.

- Спасибо, что вытащил, - сказала я на ухо Дамиру. Тот понимающе кивнул и запихнул руку в огромное ведро с попкорном. Фильм начался.

Вдоволь насмеявшись над глупой американской комедией, мы вышли из зала в приподнятом настроении. На ходу обсуждая смешные кадры из фильма.

- В общем, фильм был отстойный, но я здорово провела время, - поблагодарила я Дамира.

- Согласен, но то, что нужно. Не напрягает мозг, - улыбнулся он. – Может в кафе? Поедим мороженного?

- Отличная идея! – обрадовалась я. – Только ненадолго, а то Аля там, наверное, уже с ума сошла!

- Позвони ей. Узнай, как они.

- Звонила, у нее телефон не доступен.

Мы вышли из кинотеатра и направились в соседнее здание, в кафе. Там было очень людно и шумно. Посетители о чем-то оживленно переговаривались, каждый за своим столиком.

- Добрый вечер! – обратился к нам администратор. – У нас как раз остался один свободный столик. Давайте я Вас провожу.

Он посадил нас в конце зала, в самом углу. Было не очень уютно, но разве мы могли рассчитывать на столик у окна? Изучив меню, я заказала ванильное мороженное с шоколадным сиропом и мокачино. Дамир последовал моему примеру.

- Еще раз спасибо, что вытащил! – сказала я, оглядывая помещение. Ничего необычного. Темно-серые стены, украшенные пластинками, круглые черные столы с глянцевой поверхностью, пожалуй, главной фишкой заведения были вращающиеся кожаные стулья.

- Мне приятно видеть тебя такой.

- Какой такой?

- Счастливой, отдохнувшей, спокойной, - улыбнулся он.

- Целиком твоя заслуга, - развела я руками, подумав о том, что счастьем особо то и не пахнет. Поблагодарив официанта, принесшего заказ, я налегла на мороженное. – Ммм. Очень вкусно.

- Согласен. А мне другое принесли. С банановым вкусом.

- Дай попробовать, - воодушевилась я, и Дамир протянул мне ложку с мороженным, которую я с жадностью облизнула. – А твое вкуснее!

- Можем поменяться, - предложил он.

- Нет, ешь сам, - решила отказаться я.

- Привет, Дамирчик! – услышала я женский голос у себя за спиной и повернулась. Рядом со мной стояла девушка модельной внешности. С белыми волосами до поясницы, в очень откровенном леопардовом платье и на высоченных шпильках. Прям барби! Я перевела взгляд на своего друга и заметила, что он не очень рад встрече, как он расплылся в улыбке, словно мартовский кот.

- Привет.

- Давно тебя не видела. Почему не звонишь? – барби надула губы, упорно делая вид, что меня нет. Мне стало не по себе. Я ведь хотела, чтобы он наладил личную жизнь, а тут…

- Да времени не было, - ответил он и перевел на меня виноватый взгляд.

- Понятно. Может, встретимся завтра вечером? – проворковала она. Тьфу!

- Созвонимся, - бросил он.

- Буду ждать, - сказала она и, послав ему, воздушный поцелуй направилась прямо, увидев кого-то еще. – Дорогая, привет!

- Хм… Извини.

- Да ладно тебе! Мы же просто друзья. Это я должна была извиняться за то, что помешала. Она явно тебя клеила, - немного нагнувшись к нему, ответила я.

- Это она умеет, - усмехнулся он.

- Слушай, а у тебя вообще нормальные девушки есть? – решила я его спросить немного с издевкой, вспомнив ту брюнетку в кафе. – Или только модели с пухом вместо мозга?

- Да. У меня есть ты, - улыбнулся он. – В моем бизнесе приходится работать и не с такими.

- Да уж! Сочувствую, Дамирчик! – съязвила я и рассмеялась.

Через час мы уже поднялись на мой этаж. Остановившись у квартиры, я поцеловала своего друга в щеку, поблагодарила за вечер и попрощалась.

Засунув ключ в замок, я обнаружила, что дверь открыта. Паника. Переступив порог, я закричала, увидев, что квартира вся перевернута с ног на голову.

- Лиза, что случилось?! – влетел за мной следом Дамир, услышав мой крик. – Твою ж! Стой здесь! – сказал он и направился в глубь квартиры.

Я застыла на месте. Меня душил страх. Где моя девочка? Все ли с ней в порядке? И принялась звонить папе и Але, у обоих телефон был вне зоны доступа. Да и телохранителей моих не наблюдалось.

- Тут никого нет, но все вверх дном, - развел руками Дамир и обнял меня. – Ты звонила Але?

- Да и папе тоже, они недоступны. Дамир, где моя дочь? – из глаз потекли слезы. Отдохнула, называется.

- Не переживай. С ней все будет хорошо. Выпей успокоительное. Я пока сделаю несколько звонков.

Я, с трудом перебирая ногами, оправилась на кухню за каплями. Что с моей малышкой? Я проклинала себя за то, что позволила себе оставить ее. А если с ней что-то случилось? Господи!

- Что тут произошло?! – донесся до меня Алькин голос. Я выбежала в прихожую и увидела на пороге Алю с Венерой на руках и Семена.

- Господи! Вы живы!- бросилась я к ним, забирая у подруги свою дочь, сквозь рыдания я забормотала: – Малышка моя, прости меня. Я больше никогда тебя не оставлю.

- Дамир, что здесь случилось?

- Сам хочу понять, - вздохнул он. – Мы только вошли. Вы, где были?

- Гуляли. Венера плакала бесперебойно, вот мы и решили… - она подошла ко мне и обняла за плечи.

- Как хорошо, что Вас здесь не было, - обрадовалась я.

- Я уже это вижу, - оглядываясь, ответила подруга. – Что будем делать?

- Вызывать полицию. Вариантов нет. До Игоря Станиславовича я дозвониться не могу, - ответил Дамир. Семен одобрительно ему кивнул.

Полночи нас допрашивали, снимали отпечатки в квартире. Когда полицейские, наконец, ушли, я валилась с ног. Папа так и не объявился, и меня это очень беспокоило.

- Ложись спать, дорогая. Завтра пригласим клининговую компанию, и они все уберут, - сказала мне Алька сонным голосом.

- Я сейчас не усну. Волнуюсь за папу, - ответила я. – Где он может быть?

- Да, это меня тоже беспокоит, - отозвалась подруга.

Зашедшие в комнату Дамир и Семен выглядели такими же уставшими и помятыми.

- Лиза, твой отец звонил, - сказал мой друг. Камень с души упал.

- Где он?! С ним все в порядке?! – вскочив на ноги, спросила я.

- Да, он едет домой. Был на объекте, там связь не ловила, - ответил он.

- Слава богу! Я уже не знала, что и думать, - выдохнула я.

- Какие версии есть? Кто это мог сделать? – спросила Аля, явно уже не соображая ничего.

- Андрей, кто ж еще! – воскликнула я и заметила под столом знакомый розовый стикер. Я встала и подняла его с пола.

«Скоро увидимся».

Я ахнула. Сил бояться и переживать, больше не было. Я лишь мечтала о том, что это скоро закончиться.

Записка прошлась по рукам моих друзей.

- Вот мудак! – воскликнула подруга. – Как же он достал!

- И не говори, - вздохнула я. – Пойду спать. Больше не могу этого выносить.

- Я провожу тебя, - отозвался Дамир и поплелся за мной.

- Спасибо тебе за все, - прошептала я ему, лежа в кровати. Венера уже давно мирно сопела. Он склонился надо мной и поцеловал в лоб.

- Спокойной ночи.

- И тебе, - пробормотала я и провалилась в сон.


Дружеское утро


Проснулась я от того, что мне изрядно припекло шею. Я открыла глаза и увидела Дамира. Он сопел у меня под ухом, обняв своей тяжелой рукой и закинув на меня ногу. Что это? Как он здесь оказался?

Я с трудом выбралась из-под него и подошла к детской кроватке. Малышка еще спала. Какая же она хорошенькая!

Я вышла в зал и чуть не упала, споткнувшись об диван, который после вчерашнего погрома стоял не на своем месте. Тихонько пробравшись в ванную, я закрыла дверь и встала под прохладные струи воды. Хотелось смыть с себя весь негатив. Так дальше продолжаться не может. Андрей где-то рядом, и я страшно боялась с ним встречи. То, что он сделал с Кириллом, наводило на меня панический страх. С его появлением вообще многое изменилось. У меня даже закралась мысль о том, что может это он убил Макса? Я решительно не понимала его действий, что им двигало? Почему он хотел мести и так ненавидел мою семью? В большей степени я боялась за дочь. Я никогда не переживу и не прощу себя, если с ней что-то случится.

Я выключила воду и, отдернув шторку, вскрикнула, увидев Дамира.

- Ты что здесь делаешь?! – закричала я и прикрыла свое голое тело лежавшим рядом полотенцем.

- Ой, прости! Я не подумал, - ответил он с усмешкой.

- Выйди, мне нужно одеться, - приказным тоном ответила я.

- Сейчас-сейчас, - сказал он, осматривая меня похотливым взглядом. – Классно выглядишь!

Я раскраснелась от смущения. Нет, конечно, он уже видел меня голой, но сейчас мы строим дружеские отношения, и подобные выходки не приемлемы. Выбравшись из ванной, я решила задать ему по полной.

- Вот ты где! Извращенец долбанный! – зло закричала я, найдя его одевающимся в спальне в одних трусах, и ударила его по плечу.

- Кто?! Я?! – он приложил руку к груди, словно не понимал, о чем я говорю.

- Ты, ты! – ткнула я его пальцем в грудь.

- По-моему, это ты извращенка, - язвительно сказал он, показав на свое обличье и вздернув брови вверх, произнес игривым тоном: – Может, дашь мне одеться или ты хочешь на это посмотреть?

- Ах, ты! – я принялась его колотить по плечам, кипя от возмущения.

- Эй! Я тебе не груша! – воскликнул он и, перехватив за запястья, повалил меня на кровать и сел сверху. Впрочем, меня это не остановило, я продолжила попытки, желая, избить его до полусмерти. – Я все равно, сильнее!

- Ты еще и кичиться своим положением вздумал! – я пыталась скинуть его с себя, извиваясь под ним всем телом и пытаясь отчаянно, освободить руки, но у него была мертвая хватка.

- Успокойся, и я тебя отпущу! – насмешливо произнес он. Его явно забавляла эта ситуация.

- Ага! Щас! Размечтался! – воскликнула я, не переставая, пытаться его побороть и не обратив внимания на то, что полы моего халата разошлись в стороны, оголив мою ничем не прикрытую грудь. Тогда он склонился надо мной, заведя мои руки над головой, и прошептал мне на ухо:

- Прекрати, или я за себя не отвечаю.

Я вздохнула и замерла, почувствовав его тело поверх своего, его жаркое дыхание обдало мне шею, что побежали мурашки. Мне стало неловко. Он ведь мой друг, но я не знала, как снять возникшее напряжение. Дамир тяжело задышал и посмотрел мне в глаза. Его зрачки расширились, и он мало, что понимал в данный период времени. Его губы медленно приближались к моим, впрочем, и я не отдавала отчет в своих действиях. Разрядил обстановку плачь дочери, и мы отпрянули друг от друга. Я тут же заправила халат и, вскочив с постели, взяла Венеру на руки.

- Проснулась, моя хорошая. Дядя Дамир разбудил тебя, - ласково произнесла я и перевела взгляд на него. Он выглядел растерянным. Наверное, ему было также неловко, как и мне.

- Извини, - пробормотал он и, схватив свои вещи, вышел из спальни, не смотря мне в глаза.

- Блин! – выругалась я. Мне совсем не хотелось терять друга.


Прогулка


Когда я вышла из спальни, Дамира уже не было. Зато я столкнулась с папой.

- Доброе утро, - сказала я, натянуто улыбнувшись.

- Доброе, как тут моя внучка? - ласково ответил папа и взял Венеру на руки. – Что у Вас произошло? Дамир выбежал как ошпаренный. Поссорились?

- Нет. Все в порядке.

- Ну-ну, - покачал он головой. – Присмотрелась бы ты к нему. Неплохой парень.

- Пап, не надо, не начинай, - раздраженно сказала я. – Мы с ним друзья.

- Ой, дочка, не понимаю я тебя, - вздохнул он.

- И не надо. Я сама разберусь, - немного разозлилась я. Мне и так было паршиво от того, что между нами произошло. Нотаций мне только не хватало.

- Ну, как знаешь. Я уже вызвал домработницу. Скоро должна приехать. Здесь настоящий хаос. Может, пойдем, погуляем втроем? – решил он сменить тему.

- Это было бы здорово! – обрадовалась я. - Только приведу себя в порядок. Посидишь с ней?

- Конечно.

Через час мы, оставив уборщицу в квартире, вышли на улицу. Семен следовал за нами.

- Погода сегодня хорошая, - сказал папа и вдохнул теплый воздух.

- Ага, - последовала я его примеру. – И дышится легко.

- Ты разговаривал с полицией? Им что-нибудь удалось выяснить? – спросила я после небольшой паузы.

- Ничего. Среди оставленных отпечатков в квартире были только наши. Но главной версией остается Андрей. Думаю, он просто хотел, нас запугать. Ничего ведь не пропало.

- Согласна. Я вчера нашла стикер под столом.

- Да? И что там было? – удивленно спросил отец.

- Скоро увидимся, - ответила я и сжала ручку коляски сильнее.

- Лиза, может, усилим охрану снова?

- Пап, а смысл? Если он захочет, он подберется. Я уже так устала бояться, оглядываться, переживать. Как я хочу нормальной человеческой жизни. Венера растет в таком нервном комке, что это невыносимо. Я боюсь за нее. Вчера, я чуть не поседела, не найдя ее дома. Папа, это какой-то кошмар. Я не понимаю, как ему удается скрываться. Столько людей его ищут, и все без толку, - высказала я свои переживания.

- Он очень хитер и расчетлив. Знал бы я тогда, что он такой, никогда бы не помог ему.

- Ключевое здесь «бы». Что случилось, того не вернешь. За что он нас так ненавидит?

- Видимо, есть много причин. Люди вообще очень жестоки и завистливы.

- Как бы мне хотелось, чтобы это было неправдой. А что вчера произошло? Дамир сказал, ты был на каком-то объекте.

- Вчера здание рухнуло. Мы потеряли много наших рабочих. Мне пришлось сократить половину штата. Большинство средств я решил направить на помощь семей погибших, - его губы дрожали.

- Какой ужас! – закрыла я рот ладонью.

– Компания на грани. Никто не хочет с нами сотрудничать.

– Ты думаешь это Андрей?

- Не знаю. Если честно, мне кажется, у него кишка тонка, такое сотворить. Но я не могу быть уверен. Если он пошел на убийство, то… - папа развел руками. Он очень переживал из-за происходящего.

- А что говорит полиция?

- А что они скажут?! Следствие идет, - раздраженно ответил он.

- Что верно, то верно, - вздохнула я, осознавая всю плачевность нашего положения.

- Я сейчас веду переговоры с одним своим другом и партнером из Казани. Возможно, он поможет за контрольный пакет акций.

- Ничего себе! Ты решил отдать свою компанию в чужие руки?

- А что мне еще остается? Иначе, мы будем разорены.

- Будем надеяться, что все обойдется.

- Это нам только и остается, - сказал папа и приобнял меня за плечи.


Холодное к горлу


Вечером, с трудом уложив дочку спать, я вышла в зал, чтобы посмотреть телевизор и немного отдохнуть. По пути, заглянув в холодильник, чтобы взять мороженное, но не обнаружила его там.

- Семен, сходи, пожалуйста, в магазин. Купи пломбир. Так хочу, прям, зубы сводит, - попросила я своего телохранителя.

- Но, Елизавета Игоревна, я не могу Вас оставить, - возмутился он.

- Семен, пожалуйста, - у меня не было сил на уговоры.

- Ладно, - согласился он.

Я устроилась на диване и переключила спортивный канал, который смотрел мой охранник. Пощелкав пультом, я наткнулась на мыльную оперу и погрузилась в просмотр, вытянув ноги вперед. Мозг нуждался в отдыхе.

- Хуан, я так долго тебя ждала, - сказала девушка с экрана, и я улыбнулась, вспомнив Макса.

- И я так долго ждал нашей встречи, девочка, - я вздрогнула, услышав голос Андрея у себя за спиной. Я попыталась обернуться, как он приставил мне к горлу что-то холодное. Нож! – Не дергайся, а то перережу тебе горло.

Меня затрясло. Только бы Венера не проснулась. Из глаз покатились слезы.

- Что тебе нужно? – едва слышно произнесла я, стараясь не шевелиться.

- Ты, - злобно ответил он и заставил меня встать, не убирая нож от горла.

- Зачем? Андрей, пожалуйста, не нужно, - взмолилась я, почувствовав, как он начал лапать меня свободной рукой.

- Я так долго этого ждал, - тяжело задышал он над моим ухом. – Будешь хорошей девочкой и, возможно, я не трону твою соплячку. Поняла?

- Да, - ответила я хриплым голосом. Только не моя дочь! Я была готова на все, лишь бы она была в безопасности.

- Вот и молодец, хорошая девочка, - сказал он и развернул меня к себе. Он изменился. Его взгляд стал пустым и холодным. Появилось несколько глубоких морщин и седые волосы на голове. – А тебе идет, - он дотронулся до моих волос.

- Андрей, что ты хочешь? – дрожащим от страха голосом спросила я и посмотрела на него с омерзением.

- Тебя, - спокойно ответил он, провел ножом от моего горла до груди и потянул за пояс халата, который в тот же миг распахнулся, обнажив перед ним мое тело. Его зрачки расширились, дыхание стало совсем тяжелым. Андрей просунул кончик ножа под мой бюстгальтер и резко дернул, разрезав его по середине и поранив меня. Я вскрикнула от страха и не сразу почувствовала, что у меня тоненькой струйкой потекла кровь с места пореза. Тоже самое он проделал с трусиками. Я стояла, не шевелясь, из глаз текли слезы.

– Ты такая сладкая, - с жаром произнес он и, проведя по кровавой дорожке пальцем, облизнул его. – И вкусная.

- Андрей, пожалуйста, перестань, - взмолилась я.

- Заткнись! – резко ответил он и провел ножом по моей щеке. Я затряслась еще больше. – Ложись на диван.

Я осторожно села лицом к нему. Он встал передо мной и стал расстегивать ремень своих джинсов.

- Сейчас тебе будет хорошо! Узнаешь, что такое настоящий мужик, а не тряпка вроде твоего Макса, - его голос звучал жестко, властно и слишком самоуверенно. Он спустил свои штаны, затем трусы, и посмотрел на меня с вожделением. – Смотри на него. Думай о том, что ты потеряла.

Он толкнул меня на спинку дивана и, приставив нож горлу, утроился сверху. Я застонала от ужаса и мерзости. Только не это.

- Пожалуйста, не надо, пожалуйста, - заскулила я.

- Заткнись! – крикнул он и свободной рукой схватил меня за грудь. – О, да!

- Ах ты, ублюдок! – донесся до меня голос Семена, который одним движением руки отбросил Андрея от меня. Я закричала и, запахнув халат, вскочила с дивана, задыхаясь от слез и приступа паники, застыла на месте.

Между мужчинами завязалась не шуточная борьба. Семен явно был сильнее, но у Андрея был в руках нож, и это усложняло ситуацию. Я застыла, как столб и не знала, что предпринять.

- Лиза, звони отцу! – крикнул Семен, когда Андрей взял верх и направил на него нож. Мой телохранитель перехватил его руки и пытался удержать их навису.

Я бросилась в спальню за телефоном. Не видя ничего на экране, дважды нажала кнопку вызова.

- Алло, - услышала я голос Дамира.

- Дамир! – закричала я, слезы душили меня. – Он здесь! Он здесь!

- Твою мать! Лиза я еду! Ты не пострадала?! – закричал он.

- Дамир, помоги! Он убьет его! Сейчас убьет! – кричала я во все горло, чем разбудила малышку. Она истошно заплакала. Я бросила телефон на кровать и схватила дочку на руки, заливаясь слезами и прижимая ее к груди: – Не плачь! Пожалуйста, не плачь!

- Лиза! Лиза! – донесся до меня крик Дамира из телефона, но я уже впала в прострацию. Мне нужно было защитить свою девочку. Я опустилась на пол и начала раскачиваться взад и вперед, чтобы успокоить Венеру.

- Все будет хорошо, все будет хорошо. Мама рядом. Ничего не бойся, - бесперебойно твердила я, но, похоже, что мое состояние передавалось дочке, и она еще громче плакала.

Из зала раздался грохот.

- Держи его! Мать твою!

Дверь в комнату распахнулась, я увидела Дамира, и он бросился ко мне.

- Лиза! – он сжал нас в своих объятиях. – Успокойся, все уже закончилось.

Я заревела еще громче. Дамир попытался забрать у меня Венеру, но я крепко вцепилась в нее.

- Нет! Он ее убьет! – закричала я.

- Его уже нет. Лиза, дай мне ее, - сказал он спокойным голосом и протянул руки к моей дочке.

- Как нет? Он убежал? – с ужасом спросила я, на минуту перестав, плакать.

- Семен убил его, - вздохнул он и опустился на пол напротив меня.

- Убил? – не понимая, спросила я.

- Да. Теперь Вам ничего не угрожает, - я разжала руки и Дамир забрал Венеру себе. Она сразу же успокоилась.

Я медленно поднялась на ноги и направилась в сторону выхода.

- Лиза, не ходи. Тебе не нужно этого видеть, - попытался он меня остановить, но я его не слышала. Мне нужно было убедиться в том, что он мертв. Я вышла в зал и закрыла рот руками от увиденного. Посередине комнаты, в кровавой луже, лежал Андрей с воткнутым ножом в сердце. Его глаза были открыты, и мне показалось, как будто он смотрит на меня. Внутри все сжалось. К горлу подкатил ком. Я перевела взгляд на Семена, который сидел недалеко от него и звонил кому-то. Его плечи и руки дрожали. Из губы сочилась кровь, но он не обращал на нее внимания.

В эту минуту на пороге появился папа и, быстро оглядев обстановку, подбежал ко мне и заключил в свои объятия.

- Лиза, господи! Ты вся в крови! – сказал он, немного отстраняя меня от себя. Я опустила голову и увидела красное пятно на халате в районе груди, но я не чувствовала боли. – Что он сделал с тобой?

Я замотала головой и снова разревелась. Папа крепко сжал меня, словно пытаясь забрать мою боль.

Приехавшая скорая обработала мою рану, сделала мне успокоительный укол, и я перестала плакать. Паника сменилась безразличием ко всему происходящему.

Андрея упаковали в мешок и вынесли из квартиры, оставив кровавую лужицу. Полицейские допросили меня, несмотря на то, что папа был против из-за стресса, который я пережила. Дамир, уложив, Венеру спать, сел со мной рядом, обнял за талию одной рукой и сжал мою ладонь в другой. Я положила свою голову ему на плечо и продолжала наблюдать за всем происходящим.

Все закончилось. Его больше нет. Он никогда не сможет причинить вред моей семье. Я вздохнула с облегчением.


Не боясь


- Игорь Станиславович, поедем ко мне. Здесь невозможно оставаться, - обратился Дамир к отцу, когда квартира опустела.

- Хорошая мысль. Забери Лизу и Венеру, а я еще должен решить кое-какие дела, - сказал папа и поцеловал меня в лоб.

- Как знаете. Лиз, собирайся, - обратился он ко мне. Я посмотрела на него безразличным взглядом, лекарство все еще действовало, и на автомате направилась собирать вещи.

Через полчаса я, держа дочь на руках, вышла в зал.

- Я готова. Забери сумку в комнате. Она не подъемная, - попросила я Дамира. – Папочка, ты в порядке?

- Да, конечно, поезжай. Не беспокойся обо мне, - сказал он уставшим голосом. Обняв нас обоих, пожал руку, вышедшему из спальни Дамиру. – Береги их.

- Конечно.

Мы вышли из подъезда. На улице была уже глубокая ночь. Дул легкий ветер. Я посмотрела на небо и изумилась количеству звезд. В городе, это редкое явление. Дамир открыл заднюю дверь и положил Венеру в детское кресло, которое установил сразу после того, как я разрешила ему, навещать нас. Я села вперед и он, взяв меня за руку, выехал на дорогу.

- Спасибо, - сказала я, глядя на него. Он заботился о нас, как о родных, и моей благодарности не было предела. Дамир посмотрел на меня со всей нежностью, на которую только мог быть способен, и прижал мою руку к своим губам.


Удивляя


Когда мы подъехали к дому Дамир разбудил меня, потрепав за плечо.

- Просыпайся, - прошептал он мне на ухо.

- Что? Мы уже приехали? – сонным голосом спросила я.

- Да, только тише, - приложил он палец к губам, - Венера спит.

Мы тихонько вышли из машины, я аккуратно, чтобы не разбудить, вытащила дочку из детского кресла. Дамир достал из багажника наши вещи и, закрыв машину, взял меня за руку и повел к подъезду. Я огляделась. Это был тот самый район, где мы жили с Максом. Дом, в котором жил мой друг находился через дорогу от Магеллана. На меня нахлынули воспоминания.

- Проходи, - прошептал Дамир, пропуская меня вперед. – Выключатель справа.

Я щелкнула по нему, и квартира озарилась ярким светом.

- Ух, ты! – восторженно произнесла я, оглядываясь. Дизайн в стиле хай-тек. Мало мебели, много свободного пространства. Все в серо-белых тонах, но это не делало помещение холодным. Мое внимание привлекло окно во всю стену в гостиной и лестница на второй этаж. – Как круто!

- Пойдем, уложим Венеру, и я тебе все покажу, - улыбнулся он и, взяв меня за руку, повел в противоположную сторону от лестницы. Толкнув свободной рукой белую с глянцевой поверхностью дверь, Дамир пропустил меня вперед. Я сделала шаг в темноту, как он щелкнул выключателем, и комната наполнилась мягким светом. От увиденного я пришла в восторг. Это была детская. В отличие от всего дизайна квартиры, она была выполнена в светло-розовых тонах, но была также многофункциональна. У огромного окна стояла белая детская кроватка с балдахином. Рядом с ней расположилась такого же цвета кресло-качалка с розовыми маленькими подушками. В другом углу стол для пеленания, огромный сундучок с игрушками и нежно-розовый шкаф.

Я перевела взгляд на Дамира, он выглядел довольным и счастливым.

- Я в восторге, - только и произнесла я. – Когда ты это сделал?

- Я знал, что тебе понравиться, - ответил он, проигнорировав мой вопрос и взяв у меня из рук дочку, положил ее в кроватку. – Сейчас включим радио-няню и на выход. Ей нужно отдохнуть.

Через минуту мы покинули комнату с белой рацией в руках.

- Давай покажу, где что, - сказал он и повел меня по комнатам. – Ну, здесь гостиная, там ванная, тут кухня, а на втором этаже спальня.

Я принялась заглядывать во все двери, изумляясь его вкусу. Особенно меня очаровала спальня на втором этаже. Там ничего не было кроме большой круглой кровати, стоящей на подиуме.

- Слушай, я просто в восторге! Нет слов! У тебя дома мега круто! – воскликнула я.

- Спасибо, - отвесил он поклон и улыбнулся. – Хочешь чего-нибудь?

- Воды, - сказала я, вспомнив Андрея. – Сейчас кусок в горло не полезет.

- Понимаю, пойдем на кухню, - кивнул он головой, и я отправилась за ним. Устроившись за барной стойкой, я снова оглядела комнату. Темно-синяя кухня с глянцевой поверхностью занимала добрую половину площади, но за счет белых стен, пространство казалось непомерно огромным. Мне хотелось здесь жить.

- Ты мне так и не ответил на вопрос, - сказала я, взяв стакан из его рук.

- Какой? – удивленно спросил он.

- Когда ты сделал детскую?

- Давно, - его лицо исказилось. – Очень давно.

Я почувствовала что-то неладное, наверное, лучше было замять эту тему, но любопытство брало верх.

- Расскажешь? – я заглянула в его глаза и, увиденное, напугало меня. Там застыла боль. Мне хорошо знаком такой взгляд. После смерти Макса я по-другому не смотрела на себя в зеркало.

- Тебе действительно интересно?

- Конечно, - я утвердительно кивнула.

- Эта детская должна была принадлежать моему ребенку… - каждое слово давалось ему с трудом. Я взяла его за руку. - Я был женат. Но мы потеряли ребенка. Выкидыш. Она не смогла этого пережить, и мы расстались.

- Паршиво, - вздохнула я. – А где она сейчас?

- Не знаю. Я уже давно не ищу ее.

- Ты любил ее?

- Да, очень, - мое сердце сжалось. Никогда бы не подумала, что у него такое прошлое.

- Тогда почему ты не хочешь вернуть ее? – от любопытства меня просто распирало.

- Зачем?! Она не хочет видеть меня. С нашим ребенком умерла и любовь! Ничего больше не осталось, только детская. Я не заходил туда уже четыре года, - он немного разозлился.

- Дамир, но любовь так просто не проходит! Если есть хоть один шанс, ты должен пытаться! Посмотри на меня, в моей жизни уже ничего не изменишь. Мой любимый человек погиб, и это самое страшное, что может быть! Почему ты не пытаешься?! – меня таки распирало от собственного мироощущения. Только потеряв любовь, я поняла ее значение.

- Давай закроем эту тему! – раздраженно ответил он.

- Как хочешь, - понимание того, что ему больно об этом говорить, пришло уже после моих попыток, вразумить его. – Скажи, а откуда у тебя все это?

- Что именно?

- Ну, квартира, бизнес…

- Мои родители были обеспеченными людьми. Как раз перед смертью составили завещание, как будто чувствовали. На счету было очень много денег, которые я, к своему счастью, правильно реализовал, - с гордостью ответил он.

- А почему ты выбрал такую профессию? – не унималась я. Возможно, допрос моего друга, помогал мне не думать о произошедшем.

- Потому что моя мама этим занималась, - все ответы его внешней оболочки лежали на поверхности, а вот внутри он казался израненным и закрытым.

- Ясно. Я так благодарна тебе. Ты очень много делаешь для нас. Это для меня так много значит, - решила я сменить тему.

- Я этого хочу.

- Как думаешь, Семена посадят? – задала я, мучащий меня вопрос.

- Думаю, нет. Самооборона и все такое. Я в этом не силен, но думаю, твой отец вытащит его при любых обстоятельствах.

- Это да, он своих не бросает. Интересно, как он там? – задумчиво произнесла я.

- Позвони, узнай.

- Уже поздно. С ног валюсь. Пойдем спать? – устало сказала я, почувствовав себя совершенно разбитой.

- Пошли. Можешь лечь наверху, а я здесь, - сказал он, когда мы встали около лестницы.

- Спасибо тебе за все, я это очень ценю, - пробормотала я, поцеловав его в щеку, и поднялась вверх по лестнице. – Спокойной ночи.


Ночной кошмар


Я сидела на диване, в кромешной темноте, и смотрела телевизор. Как вдруг горло сдавило от приложенного к нему ножа.

- Я заберу тебя с собой, - донесся до меня голос Андрея.

- Нет! Уходи! Ты уже умер! – закричала я от страха.

- Ты сдохнешь в мучениях!

Я резко повернулась к нему. Кроме пары злобных и холодных глаз больше ничего не смогла увидеть. Я оттолкнула его и бросилась бежать прочь. Он гнался за мной. Я выбежала на лестницу и, подвернув ногу, скатилась кубарем вниз. Андрей сбежал за мной по ступенькам и, перевернув меня на спину, воткнул мне нож в сердце.

- Нет! – закричала я и распахнула глаза, трясясь от страха.

- Лиза, что случилось?! – я увидела перепуганного Дамира.

- А? Что? – не осознавая происходящего, спросила я.

- Ты кричала, - он сел рядом со мной. – Тебе приснился кошмар?

- Да, - выдавила я и расплакалась. – Он хотел меня убить.

- Иди ко мне, - сказал Дамир и прижал меня к груди.

Меня пробирала дрожь. Сон был таким явным, что я никак не могла избавиться от стоящих передо мной его глаз. Мне давно не снились сны.

- Побудешь со мной, пока я не усну? – спросила я жалобным голосом.

- Конечно, - ответил он и пристроился ко мне сзади, крепко обняв, поглаживал меня по руке. От исходящего от него тепла я снова погрузилась в объятия Морфея.

Проснулась я от плача малышки. Дамира не было рядом, и я спешно спустилась вниз, застав его в детской.

- Давай я, - сказала я и взяла Венеру на руки, дав ей грудь. – Иди, отдохни.

- Да я уже отдохнул, - сказал он, явно умиленный процессом кормления.

- Тогда свари кофе, пожалуйста. Чувствую себя так, будто по мне каток проехал.

- Не вопрос.

Покормив дочку, я вышла в гостиную и застала там отца с Дамиром. Они о чем-то оживленно беседовали.

- Привет, папочка, - обняла я его. – Ты давно приехал?

- Да только, что. Как ты?

- Сойдет, - на самом деле отвратительно.

- Позвони Грачинскому. Думаю, тебе не помешает пара консультаций. Дамир сказал, у тебя был кошмар?

- Да. Ты прав. Все, что мне нужно, так это сеанс у психотерапевта. Я давно с ним не встречалась. Сегодня позвоню, - согласилась я.

- Вот и хорошо. Я заехал попрощаться. Сегодня вылетаю в Казань. Теперь, когда угроза устранена. Я должен сохранить то, что осталось.

- А как же мы? – я расстроилась.

- Поживете пока здесь. Дамир не против,- он посмотрел на него и получил в ответ одобрительный кивок.

- А ты надолго?

- На пару дней. Встречусь со своим партнером, подпишу необходимые бумаги и обратно. Даже не заметишь, - подмигнул он и взял на руки Венеру. – Я буду скучать.

- А мы по тебе, возвращайся скорее, - жалобно сказала я.

- Непременно, - он поцеловал меня в лоб и вернул мне малышку. – Ладно, долгие проводы - лишние слезы, поехал.

- Удачи! Я люблю тебя, - крикнула я ему, когда он вышел на лестничную площадку.


Вечная память


Скорблю вместе со всеми…


Проводив Дамира, я осталась в его квартире и решила осмотреться. Все, что произошло вчера, меня уже так не волновало. Я испытывала облегчение, потому что мой самый главный кошмар последних дней закончился, и, теперь, я точно знала, что мне нечего бояться. Наконец наступил спокойный и нормальный этап в моей жизни.

Обойдя помещение, я наткнулась на несколько снимков в рамках. На фотографиях был маленький Дамир и видимо его семья, несколько фото, где он взрослый с друзьями и девушками, типа той, что я видела в кафе. Мне было очень интересно прикоснуться к жизни своего друга, о которой я ничего не знала. Я не без труда нашла альбом с фотографиями и открыла его, устроившись на диване. Полистав несколько страниц со школьных времен, я наткнулась на фото девушки. Оно не было вставлено в файлик, как все, а свободно лежало между страниц. На меня с потрепанной фотокарточки смотрела довольно симпатичная с черными, как смоль волосами и большими карими глазами, девушка. Она добродушно улыбалась, казалось в этой внешности можно утонуть. Интересно кто она? Я перевернула фото и прочитала надпись: «Дэми на долгую память. Я тебя люблю. Твоя Н.». Ого! «Дэми», «твоя Н.» - потрясно! Может это и есть та девушка, которую он любил?

Подумать об этом мне не удалось, так как малышка заплакала в детской и я, спешно закрыв альбом, направилась к ней.

Когда я выглянула в окно, уже смеркалось, а я даже не заметила, как прошел день. Услышав звонок в дверь, я вышла из детской и встретилась на пороге с Дамиром.

- Привет, - чмокнула я его в щеку. – Чего звонишь?

- Привет, да не подумал. Венера спит?

- Почти, - улыбнулась я. – Весь день бодрствовала, что я надеюсь ее уложить прямо сейчас и завалиться перед теликом.

- Давай я ее уложу, а ты отдохни, - с пониманием сказал он.

- О! Это было бы чудесно! – я обняла его и направилась в зал, включив телевизор. Нервно пощелкав по каналам, мое внимание привлекло информационное сообщение с заголовком: «В Казани при заходе на посадку разбился пассажирский «Боинг»».

«Пассажирский Боинг столкнулся с землей при попытке маневра, при заходе на второй круг… погибли 50 человек», - донесся до меня голос ведущего новостей, как в глазах все потемнело, и я отключилась.

- Лиза, Лиза, - кто-то бил меня по щекам, что я не сразу сообразила, что это Дамир. – Очнись!

- Папа, - пробормотала я.

- Я знаю. Пока ничего неизвестно. Информация уточняется. Не переживай раньше времени. Выпей воды, - выглядел он обеспокоенным. Я с жадностью выпила стакан прозрачной жидкости и окончательно, придя в себя, начала звонить отцу, но телефон был вне зоны доступа.

- Господи! Дамир! А если он был там, что если он…. – я обхватила свою голову руками. Мой друг лишь молча сел рядом и приобнял меня в знак поддержки. Слова тут уж точно были не нужны.

Следующий час показался мне сущим адом. Никто ничего не знал, все линии были перегружены. Это сводило меня с ума. Он не мог, я бы почувствовала.

Опубликованный список погибших окончательно довел меня до ручки. Папа погиб, он был в том самолете. Его больше не стало, как и существенной части меня.


Следующие несколько месяцев прошли, как в тумане. Боль, горечь, скорбь. От моего папы остались лишь буквы и моя светлая и вечная память о нем.

«Я всегда буду тебя помнить и любить» - надпись на черной ленточке.


Мысли вслух


Казалось, мои глаза навечно потухли. В моей жизни за короткий отрезок пути не стало двух самых дорогих и родных мне людей, папы и Макса. Единственное, что поддерживало во мне жизнь – моя дочь. Ради ее будущего счастья я держалась. Отчаянно, с великим трудом, но держалась. По обе руки меня поддерживали Дамир и Аля. Они не позволяли мне упасть.

Компания отца разорилась, и тысячи людей остались без работы. Он так и не успел ничего изменить…

- Дамир, как мне жить дальше? – спросила я его спустя несколько месяцев молчания.

- Надо пытаться. То, что случилось не изменить, но ты должна быть сильной ради Венеры, - казалось, он ждал, когда я с ним заговорю, и подготовил эту фразу давно, как-то неубедительно она прозвучала. Впрочем, ни одни слова здесь не помогут, только время. Оно притупляет, прячет, но, увы, не излечивает боль. Когда-нибудь я смогу думать об этом, не испытывая горечь утраты, но не сейчас.

- Я буду с тобой, - продолжал он. – Я возьму все на себя. Останьтесь у меня. Здесь нам всем будет лучше.

- Хорошо, - тяжело вздохнула я. – Мне действительно не выдержать и ночи в родном доме. Можно тебя попросить?

- Конечно, что угодно, - отозвался он.

- Привези мои вещи сюда. Забери все, что увидишь. Я не знаю, когда смогу вновь туда войти.

- Я все сделаю, - сказал он и направился к выходу, поцеловав меня в щеку.

Когда за ним закрылась дверь, я посмотрела на ползающую в манеже дочь. Она выглядела беззаботной и счастливой. Я слабо улыбнулась, смотря на нее. Это здорово быть ребенком. Ни боли, ни разочарования, ни переживаний, только радость и безудержный интерес к новому; улыбка до ушей и искрящиеся счастьем глаза.

С того дня все изменилось. Мы окончательно перебрались в квартиру Дамира, чему он был несказанно рад. Мой друг занял в моей жизни добрую половину места, окружив меня заботой, вниманием, поддержкой. Моя любовь и благодарность к нему росла с непомерной силой, и я не видела этому конца. Наверное, со стороны мы выглядели счастливой семейной парочкой, но он по-прежнему был мне просто другом. И вряд ли бы кто поверил, что Венера ему не родная дочь. Только белые волосы служили основным доказательством отцовства.

Я придумала добрую сказку для своей девочки о прекрасном принце Максиме и злом волшебнике Андрее, только в ней принц прожил с принцессой целую и счастливую жизнь. Жаль, что жизнь не похожа на сказку. Но даже при всей ее жестокости, я продолжала верить в чудо. Каждый день я представляла Его живым, я надеялась на то, что Он вернется.

Дамир приехал через час, занося в квартиру несколько больших чемоданов.

- Я все привез, - слабо улыбнулся он. – Помочь тебе разобрать?

- Лучше сам, ладно? – мне совершенно не хотелось раскладывать вещи. Я не испытывала от этого удовольствия, как тогда в нашем гнездышке с Максом. Мне вообще было все равно, разбрасывает вещи или мусорит Дамир. Я не готовила, не убиралась, он все делал сам, чем очень меня удивлял.

- Хорошо, - послушно покачал он головой и отнес чемоданы в гардеробную, где провозился, по меньшей мере, два часа.

Принеся мне теплый чай, он устроился рядом, перекинув руку на спинку дивана за моей спиной. Я свернулась калачиком и положила свою голову ему на колени.

- Знаешь, мне так много хотелось бы ему сказать. О том, как я его люблю, как я ему благодарна, как ценю, его.… За многое хочется извиниться. Мы часто экономим чувства и эмоции для тех, кто с нами рядом. Нам кажется, что мы еще успеем сказать или сделать, но, в конечном счете, наступает момент, когда говорить уже некому и все, что ты хотел, остается внутри, медленно разлагаясь, не выходя наружу. Ценить каждый миг рядом с близким человеком - это очень важно. Говорить все, что хочешь. Ведь завтра, выйдя за дверь, он может не вернуться, так же, как и ты. Жизнь слишком скоротечна, а мы живем, наивно полагая, что впереди вечность. Растрачиваем впустую слова, силы, время. Обижаемся по мелочам. В отношениях ждем подвоха и предательства, подозреваем, ревнуем, кричим, вместо того, чтобы просто жить и любить. А потом проводим остаток жизни, безмолвно глядя на фото и пытаясь, сказать то, что уже никто не услышит.

Дамир сидел молча рядом со мной. Я знала, он все понимал. Для поддержки не нужны слова. Я молчала долгое время, а теперь мне хотелось высказать все, что у меня залежалось внутри.

- Когда я думала, что ты - это Макс, мой мир снова стал полным, я была счастлива, хоть счастье и оказалось мнимым. А теперь я жду и надеюсь, что когда-нибудь он вернется, что он жив. И все, что было, окажется просто кошмарным сном. Этот осколок надежды в сердце – единственное, что у меня осталось в память о нем. Взрослые тоже должны верить и надеяться на чудо. Внутри нас живут все те же дети, только в другом обличии. Мы становимся частью системы, и сказочный мир отходит на задний план, а в конце пути мы и вовсе его не замечаем. Я хочу, чтобы Венера прожила самую счастливую жизнь, только светлую и добрую. Я хочу, чтобы на ее глазах никогда не было слез… Но я не всесильна.

- Согласен, но такова наша реальность. Мир в розовых очках сменяется темным цветом. Так и живем, мы и миллионы других людей, по закону «зебры», - единственное, что он сказал в этот вечер.

Я склонила голову к его плечу, прижавшись как можно ближе, и молча со слабой улыбкой на лице наблюдала за детским счастьем.


Сказка под названием Жизнь


Проводив Дамира на работу, я отправилась с малышкой на свежий воздух.

Градусник термометра показывал минут восемнадцать, ветра не было, ярко светившее солнца отражалось от снега от чего, приходилось щурить глаза.

Спустившись на площадку у дома, я присела на лавочку, покачивая одной рукой коляску. Вокруг бегали дети, играли в снежки, строили замки, лепили снеговиков. Я даже не заметила, как рядом со мной села девушка с темной и невероятно длинной косой. Черная дубленка, белые пуховый платок и варежки прекрасно гармонировали с ее волосами. Она напомнила мне сказочную героиню. И я невольно засмотрелась на нее. Когда она повернулась, я увидела ее голубые, казавшиеся бездонными, глаза.

- Настя, - приветливо улыбнувшись, представилась она и протянула мне свою руку.

- Лиза, - также ответила я.

- Никогда раньше Вас здесь не видела. Вы недавно переехали? – голос ее был мягким, нежным, от чего становилось довольно уютно.

- Да, недавно. А Вы давно здесь живете?

- С рождения, - улыбнулась она, - родила двух сыновей, вон они бегают, так с мужем тут и остались. А у Вас кто?

- Девочка, - улыбнулась я.

- Значит, невеста. Можно я посмотрю?

- Конечно, - ее голос внушал мне доверие. Казалось, что только от одного ее взгляда жизнь станет похожа на сказку, и ничего плохого точно не произойдет. Она встала с лавочки и склонилась над коляской. – Какая хорошенькая! Я всегда мечтала о дочке, но на мой век выпало три мужчины, - тяжело, но не с сожалением, вздохнула она.

- А сколько вашим?

- Одному два, второму три с половиной. Те еще сорванцы! Только и успеваю бегать за ними, - я улыбнулась ее словам.

- А Вы здесь с мужем живете?

- Нет. Мы тут у друга. Он о нас заботится, - почему-то мне хотелось рассказать ей всю историю своей жизни.

- Хороший у Вас друг, значит, - с теплотой ответила она. – Ваня, Паша пошлите домой!

- Ну, мама, еще немножко, - взмолились подбежавшие дети и с интересом посмотрели на меня. – Ой! Тетенька, а кто там у Вас?

- У тети там маленькая девочка, - ласково ответила их мама. – Давайте домой. Не хватало, чтоб Вы еще заболели! – мальчишки опустили недовольные головы и направились в сторону подъезда. – До свидания, Лиза. Увидимся.

- До встречи! – сказала я ей вслед и невольно улыбнулась. Нет, она точно из сказки, только под названием Жизнь.

Когда площадка опустела, я решила позвонить Але.

- Алло, привет, - сказала я, когда она взяла трубку.

- Привет, - ответила она грустным голосом.

- Как дела? Чего грустная?

- Да так. Нормально. Ты как? – нехотя ответила подруга, словно собирая остатки сил для разговора со мной.

- Я тоже ничего. Так, что все-таки случилось? – ее состояние меня беспокоило.

- Да с Денисом поссорились, - не выдержала она.

- Ясно. Из-за чего?

- Из-за всего! – раздраженно ответила она. – Лиз, давай я тебе позже перезвоню. Сейчас неудобно.

- Ну, хорошо, жду, - ответила я и скинула звонок.

Обеспокоенная состоянием подруги, я поплелась домой. В раздумьях о том, что с ней могло такого случиться? Чем так провинился Денис? Я и не заметила, как наступил вечер. Раздавшийся звонок в дверь вернул меня в реальность. Посмотрев на часы, на которых застыло 18-00, я подумала, что для Дамира еще рано и пошла, ее открывать. На пороге, залитая слезами стояла Алька с бутылкой вина.

- Лиза, - бросилась она ко мне на шею и разревелась.

- Пошли на кухню, - я взяла ее за руку и потащила за собой. Достав из ящика бокал под вино, открыла бутылку, заставила ее выпить его залпом и, когда доза алкоголя подействовала, начала расспрашивать о том, что с ней произошло. – Рассказывай.

Аля всхлипнула, размазывая тушь по лицу, потерла глаза.

- Он козел – вот он кто! – выпалила она. – Он мне изменяет!

- Как изменяет? Ты видела? – я была крайне удивлена. Денис со всей своей любовью к моей подруге и изменяет, это нонсенс.

- Еще не хватало, чтобы я это видела! Я нашла у него левую страницу в соц. сетях и на сайте знакомств. Он переписывается с какими-то бл..дями и зовет их на свидания! – она выпила еще один бокал залпом.

- Подожди, может это не он? – я старалась мыслить логически.

- Это он! Лиза, он! Я его стиль ни с чьим не перепутаю! Те же слова, ошибки, да все! Козлина долбанная! Я ему так верила! Так верила! – в желудок упал третий бокал.

- А ты с ним разговаривала? – не верила я в то, что она говорит.

- Конечно! Я ему чуть глаза не выцарапала! – выпалила она и сжала кулаки от злости.

- А он что?

- А что он скажет! Стоял молча и бэ-ме! Двух слов связать не смог! Так бы и убила его! Мудака сранного! – она разорвала салфетку в клочья и выпила четвертый бокал.

- Ясно. Ну, значит не все потерянно, - ответила я, понимая, что, скорее всего Аля не дала ему возможности все объяснить.

- Звонит, паскуда! И как не стыдно после всего! – она кинула телефон на стол, поставив на беззвучный.

- Давай успокаивайся. Я думаю тут не все так плохо. Завтра проспишься, с чистой головой обо всем подумаешь и поговоришь с ним.

- Да не буду я с ним разговаривать! – возмутилась она, отправив в себя пятый бокал, и покачнулась на стуле. Видимо алкоголь взял верх. – Лиза, мы так замечательно провели время в Токио. Он был таким милым и нежным, а как вернулись его, словно подменили! Звонки по ночам с незнакомых номеров, переписка в инете! Да что это за хрень! После всего, что между нами было! Он такое говно мне подсунул! Я его убить, готова, разорвать на мелкие части! – завопила она пьяным голосом.

- Иди ко мне, - подошла я к ней и обняла. Мне было жаль подругу. – Все образуется.

Она разревелась, то ли от обиды, то ли от вина, и уже через час непрерывных рыданий и матов, уснула. Я смотрела на нее спящую, и мне казалось, что она даже во сне материт его, на чем свет стоит.

Я спустилась вниз и увидела зашедшего Дамира.

- Привет, поздно ты, - сказала я ему и, подойдя, поцеловала в щеку.

- Привет, на встрече был. Дела, дела. Устал, жесть, - ответил он, заходя в ванную.

- Сочувствую. А у нас Аля.

- Да? А что я ее не слышу? – удивился он. Обычно она очень шумно себя ведет.

- Она спит, пьяная в стельку, - немного улыбнувшись, ответила я.

- Что-то случилось?

- С Денисом поссорилась, - с сожалением ответила я.

- Ясно. Я, пожалуй, тоже спать пойду. Извини, но сил вообще нет, - сказал он, вытирая руки об полотенце в ванной.

- Конечно, иди. Ты же должен со мной нянчиться.

- Тогда, спокойной ночи, - он дотронулся до кончика моего носа и скрылся за дверью гостевой спальни.

- И тебе.

Я направилась в детскую, поняв, что сейчас вряд ли усну рядом с подругой. Забралась в кресло-качалку и написала Денису сообщение, чтобы он не переживал за свою жену.

«Денис, Аля у меня. Уже спит. Не переживай».

И глядя на мирно спящую малышку, не заметно для себя уснула с телефоном в руках.


Случайность


Утром я зашла в спальню Дамира, чтобы разбудить его. От одного вида, как он спит, я пришла в умиление. Свернувшись калачиком и подмяв подушку под себя, он мирно сопел и что-то бормотал себе под нос.

- Дамир, просыпайся, - я присела на край кровати и погладила его по плечу.

- Еще немножко, любимая, еще чуть-чуть, - пробормотал он и перевернулся на другой бок.

– Дамир, уже пора вставать, - более громко сказала я, не обратив внимания на то, как он меня назвал.

Он сел на кровати и сонным голосом посмотрел на меня, как будто не верил своим глазам.

- Доброе утро, соня, - улыбнулась я и встала рядом с постелью. – Давай просыпайся.

Он потянул меня за руку и увалил на кровать, заключив в свои объятия, уткнулся носом мне ниже уха.

- Доброе утро, солнце, - сказал он и поцеловал в шею.

- Эй! Ты чего? – немного возмутилась я. Хотя мне стало приятно от его поступка.

- Ничего. Просто рад тебя видеть, - улыбнулся он и разжал руки. – Вкусно пахнешь.

- Я не узнаю Вас, мой милый друг. Вы решили ко мне подкатить? – язвительно проговорила я, встав у края постели.

- Даже если и так, - с вызовом ответил он и поднялся на кровати на колени передо мной и с сарказмом ответил: – Я же тебя люблю, подружка.

- Я тоже тебя люблю, - потрепала я его по волосам, не желая признавать в его словах что-то большее, чем дружеская любовь, и вышла из спальни, сияя, как новогодняя елка.

- Ты уже проснулась? – спросила я у Али, увидев, как она спускается по лестнице. – Выглядишь неважно.

Она лишь закрыла рот ладонью и забежала в ванную, чуть не сбив Дамира с ног.

- Чего это с ней? – удивленно спросил он. Я лишь пожала плечами.

Накормив Дамира завтраком, мы проводили его на работу.

- Черт! Лиз, я забыл папку с документами на столике в спальне. Принеси, пожалуйста, - сказал он, переступая порог квартиры обратно.

- Сейчас, - улыбнулась я и через минуту отдала ему черную кожаную папку, чмокнув на прощание.

- Ну и чего ты не ешь? – обиженно спросила я подругу, которая без конца пила черный кофе.

- Хреново мне! – ответила она хриплым голосом. – Мутит от еды.

- Алкоголь дело такое! – со знанием эксперта ответила я.

- Да если бы. Меня уже несколько дней на изнанку выворачивает.

- Даже так! А ты, мать, не беременная часом? – удивленно спросила я.

- Не говори ерунды! Мы предохраняемся! – раздраженно ответила она и потерла виски.

- Ну, знаешь ли, это не всегда помогает! Я же как-то забеременела.

- Вот только этого мне сейчас не хватало! Родить от мудака, который меня и в грош не ставит!

- Ты бы поговорила с ним. Может, он не виноват? – как можно мягче пыталась спросить я.

- А кто виноват, Лиза?! Так дерьмого мне еще не было! В голове все не укладывается! – она снова начала плакать. Я обняла ее и стала гладить по голове. По себе знала, что лучше пореветь вдоволь, зато потом отпускает.

- У тебя телефон звонит, - сказала я Але, услышав не привычную для себя мелодию.

- Это не мой, - показала она мне свой сотовый с безмолвным черным экраном.

- Странно, может Дамир забыл? – я отстранилась от нее и вышла в прихожую. – Точно он! Вот растеряша!

Вернувшись на кухню с телефоном в руках, я посмотрела на уже почти успокоившуюся подругу. Мне стало, так жаль ее, потому что мир, который она так упорно строила, рушился, и она не хотела это остановить. Телефон снова зазвонил, номер был незнакомый.

- Аль, посиди, пожалуйста, с Венерой. Я быстро съезжу в офис, отдам Дамиру телефон, а то вдруг это важно, - попросила я ее.

- Ты же знаешь, мне за счастье, - улыбнулась она и проводила меня до двери.

- Я скоро, - обняла я ее на прощание и чмокнула в щеку.

- Можешь не торопиться, - подмигнула она мне, поиграв бровями. Вот даже в таком состоянии не удержится, чтобы не подколоть!

Офис находился на соседней улице так, что добралась я довольно быстро и, миновав секретаршу, распахнула дверь в кабинет.

«Стойте! Он занят!» - донесся до меня ее писклявый голос, но уже было поздно.

Передо мной пристала не самая лучшая картина. Неловкость вперемешку с ревностью забрались внутрь меня. На столе Дамира широко раздвинув ноги, сидела девушка с короткими рыжими волосами, он стоял впереди нее со спущенными штанами. Оба прижимались друг к другу и громко стонали от удовольствия. Влетевшая следом за мной, секретарша открыла рот от удивления. Дамир открыл глаза и, увидев меня, резко отпрянул от рыжей.

- Извините, - все, что сказала я и, вытолкнув секретаршу за собой, закрыла дверь и пустилась наутек. Вот, блин! Так стремно!

- Лиза, Лиза, подожди! – закричал он мне вслед, когда я уже покинула здание. Я остановилась и повернулась к нему. В конце концов, он мне не парень, а просто друг, но почему-то я почувствовала укол ревности, такой жгучий. На ходу застегивая ремень и заправляя рубашку в брюки, он подбежал ко мне, запыхавшись, сказал:

- Лиза, прости. Я не хотел. Я не… - его дыхания только на это и хватило.

- Тебе не за, что извиняться, - улыбнулась я. – Это я виновата. Не подумала.

Ему было стыдно. Я видела это по его глазам, а мне уже смешно от неловкой ситуации.

- Я пришла отдать тебе телефон. Ты забыл, - протянула я ему сотовый.

- Лиза, я… - отдышавшись, начал он, посмотрев на меня виноватыми глазами.

- Да все в порядке, - хлопнула я его по плечу. – Ты же мне ничего не должен. Мы просто друзья. Ладно, я пошла, до вечера!

Я развернулась на сто восемьдесят градусов и отправилась прочь. Дамир стоял и смотрел мне вслед. Ситуация та еще. Вроде никто из нас, никому ничего не должен, мы просто друзья, но почему-то он чувствовал себя виноватым передо мной, а я его жутко ревновала. И никакие слова и улыбки не могли скрыть моих чувств. Одним словом - стремно.


Мир да любовь


По пути я зашла в аптеку и купила подруге тест. Хоть она и не признавала возможности забеременеть, меня эта мысль не покидала. Зайдя домой, я рухнула на диван. Все, что случилось, не давало мне покоя. Особенно тот факт, что он имел рыжую. Волосы похожие цветом на мои. Я знала, что он меня любил. Ему явно было сложно сдерживать свои чувства. В конце концов, он мужчина, сдерживаться вообще не в их правилах, тем более, когда нет надежды. Я сама четко обозначила границу между нами, которую он изредка стремился переступить. Но почему тогда мне так плохо. Ревность уже дырку во мне прожгла. Им явно было хорошо там на столе.

- О чем задумалась? – спросила зашедшая в гостиную Алька.

- Сейчас поймала Дамира на месте преступления, - улыбнулась я. – Он занимался сексом на своем рабочем столе, а я ворвалась в кабинет и застукала их. Вроде понимаю, что глупо. Он ведь мой друг, но я его приревновала, да и он выбежал за мной, как будто виноват в чем-то.

- Да уж! Все они кобели долбаные! – выругалась подруга.

- Где Венера?

- Спит. Только уложила. Уже сонный час, - зевнула она.

- Хорошо. Кстати, - я порылась в сумочке и извлекла коробочку, протянув ее Але, - иди, сделай тест.

- Лиза, ты издеваешься?

- Нет, я серьезно. Надо развеять сомнения.

- Ну, хорошо, - ответила она и со вздохом отправилась в ванную.

Раздался звонок в дверь я, подумав, что это Дамир, открыла ее, не глядя в глазок. За порогом стоял Денис. Весь помятый и взъерошенный.

- Привет, - улыбнулась я. – Ну и видок у тебя!

- Привет, - ответил он. – Аля, здесь?

- Да. Проходи, - пригласила я его, подумав, что им стоит поговорить.

- Лиза, две полоски! – выскочила из ванной подруга и замерла, увидев Дениса. Вот те на! Все-таки беременна!

- Ты что здесь делаешь? – прошипела она, глядя на него.

- Аля, ты беременна? – удивленно спросил он и подошел к ней.

- Тебе какое дело! – раздраженно бросила она.

- Дай мне объяснить. Я не виноват. Это все Валера. Он сидел на моих старых страницах. Прости меня.

- Валера? – не веря ему, переспросила она.

- Да, клянусь, - он опустился перед ней на колени. – Я не изменял тебе. Я люблю тебя. Пожалуйста, прости меня. Вернись домой.

Я смотрела на них с умилением. Они действительно любили друг друга, и будущий ребеночек стал тому подтверждением.

- Я тоже тебя люблю, - сказала она, из глаз покатились слезы, и опустилась к нему на пол. – У нас будет ребенок.

- Я так счастлив! – он сгреб ее в охапку и начал страстно целовать. Я решила выйти из комнаты, чтобы дать им возможность уединиться, вспомнив о ярких примирениях. Забавные!

Чуть позже, проводив уже счастливых Альку и Дениса, я обняла себя руками, радуясь тому, что у них есть. Это потрясающе, когда любовь взаимна, похожа на вспышку, которая мигает непрерывное число раз. В их случае она напомнила мне вечный огонь, по крайней мере, мне хотелось в это верить.

Дамир пришел раньше обычного с огромным букетом алых роз и тортом.

- Что решил искупить свою вину? – не смогла я удержаться, чтобы не съязвить. Хотя понимала абсурдность нашего положения.

- Ага, - улыбнулся он. – Прости меня.

- Да не за что мне тебя прощать, глупый! – потрепала я его по голове и поставила цветы в вазу. – Это ты меня извини за обломанный кайф.

- Да кого там! Лучше тебя у меня никого не было! – отмахнулся он, намекая на наше прошлое.

- Даже так! - улыбнулась я, немного смутившись.

- Да, так. Ты лучшее, что есть в моей жизни, - сказал он серьезно, подойдя ко мне и взяв мое лицо в свои руки.

Мы смотрели друг друга в глаза, пытаясь увидеть или прочитать что-то новое, неизведанное. Но все было таким же, как и прежде, родным и дружеским с моей стороны, с жаждой большего с его.

- Дамир… - начала я и закусила губу.

- Ничего не говори, - перебил меня он и наклонился, чтобы поцеловать, то закрывая, то открывая глаза, словно спрашивая разрешения. Когда наши губы встретились, меня окатила волна удовольствия. Я давно не целовалась, не говоря о большем, и со всей сдержанной раньше энергией ответила ему на поцелуй. Задыхаясь от чувств, я не заметила, как в кухню заползла малышка и, усевшись на пол, уставилась на нас.

- Пяпя, - донеслось до моего уха и я, оторвавшись от губ Дамира, посмотрела в сторону нее.

- Что ты сказала? – удивилась я, захлебываясь от счастья.

- Пяпя, - повторила она и показала пальчиком на Дамира. Я перевела взгляд на него, он таки засиял, а у меня защемило в груди. Это слово должно принадлежать Максу.

Мы оба бросились к ней и, подхватив на руки, начали целовать в обе щеки.

- Моя хорошая! Сказала первое слово! – восторженно повторяла я одно и то же.

Счастливей момента и представить было нельзя. Мне так хотелось позвонить папе и рассказать, но я понимала, что это невозможно. Рядом не было и Макса, который был бы на седьмом небе от счастья. Были только я, Венера и Дамир. И, пожалуй, у нас была очень странная семья, в которой мама просто дружила с пяпей, как назвала Дамира моя дочь.

В этот момент я задумалась, а почему бы мне не принять его любовь и не попробовать построить с ним отношения? Я понимала, что никогда не полюблю его, так как Макса, но уважать и ценить точно буду. Может именно это и главное в жизни? Просто опираться на мужское плечо, пропитывая отношения уважением и партнерской поддержкой? Ведь мы не всегда можем быть с теми, кого любим, да и жить порой так бывает очень больно и сложно.

- Лиза, ты не против того, что она меня так называет? – спросил Дамир. Я задумалась и поджала губы.

- Дамир, она еще слишком мала, чтобы понять, кто ее настоящий папа, поэтому пусть пока все останется так. Но позже я ей все расскажу, она имеет право знать, - ответила я, хорошо подумав.

- Я согласен с тобой. Спасибо, - улыбнулся он, ответив серьезным тоном.

- За что? – не поняла я.

- За то, что даришь мне такое счастье – быть пяпей, хоть и на время, - ответил он, и мы рассмеялись. До чего же это трогательно!


Чувства в никуда


С трудом уложив, малышку спать, мы вышли из детской.

- Пойдем чайку попьем с тортом, - предложила я Дамиру.

- С удовольствием, - улыбнулся он.

- Устал? – понимающе посмотрела я на него.

- Ага, - вздохнул он.

- Так, что за рыжая была с тобой? – разлив чай по кружкам, решила спросить я. Уже прошло достаточно времени, чтобы я вспоминала об этом с улыбкой, без посторонних чувств.

- Просто новая сотрудница, - безразлично ответил он, видимо, чувство вины никуда не ушло.

- А ты всех своих сотрудниц проверяешь на «профессионализм» у себя на столе? – с издевкой спросила я, посгибав по два пальца каждой руки в воздухе, изображая кавычки.

- Лиза! - сказала он, пытаясь закрыть тему.

- Что?! – изобразив непонимание, я вытянула губы вперед буквой «о» с усмешкой. – Мне просто интересно.

- Нет. Я не проверяю всех своих новеньких на «профессионализм» таким образом, - ответил он, повторив мой жест пальцами. – Я переспал с ней, потому что она напомнила мне тебя.

- Спасибо за честность. Я тронута, - приложила я руку к груди. – И чем же это она на меня похожа?

- Решила поиздеваться? – серьезно спросил он.

- А то! – с вызовом ответила я. – Ты таки уязвил мое самолюбие. Я думала, что в мире больше нет таких, как я.

- Есть только жалкие копии, - задумчиво ответил он. – Ты сердишься?

- Я? Нет! Просто шучу! Расслабься! – ударила я его в плечо. – Дамир, ты сексуальный, красивый, нормальный мужчина, так почему тебе не спать и не встречаться с кем хочется! Каждой будет за счастье провести с тобой хотя бы час! Что здесь плохого?! Я просто радуюсь за тебя!

- Каждая, но не ты, - расстроенно ответил он.

- Да перестань! На мне, что свет клином сошелся! В мире миллион, таких как я. Иди и бери любую! – попыталась я его вразумить, в глубине души теша свое самолюбие и понимая, что ему со мной не быть счастливым.

- Вот именно, что сошелся, - ответил он и, встав со стула, подошел ко мне. – Мне нужна только ты, но ты упорно не хочешь этого замечать. Мы не выбираем, кого любить, а просто любим того, кто покорил наше сердце.

- Дамир, ты же понимаешь, что я не смогу дать тебе того, что ты хочешь. Мы снова вернулись к старому. Да, сегодня я дала слабину, ответив тебе на поцелуй, но… - мой тон стал серьезным.

- Но тебе понравилось. Я почувствовал. Ты хотела меня, также как и я. Лиза, я не прошу о многом. Мне будет достаточно того, что ты рядом.

- Я и так рядом.

- Нет. Сейчас между нами есть граница под названием «дружба». Я хочу большего. Будь моей, - сказал он, смотря на меня в упор и положив мне руки на плечи.

- Я не могу, - вывернулась я из-под его рук и направилась к выходу. – Спокойной ночи.

Я поднялась в спальню и легла в кровать. Спать не хотелось, и я уставилась в потолок. Мы зашли в тупик. И выхода из него только два: остаться с ним или разорвать всяческие контакты. Ни тот, ни другой меня не устраивали. Эгоистичное чувство. Я не могла быть с ним потому, что любила другого и боялась когда-нибудь потерять снова того, кому доверюсь, а прекратить с ним общение было выше моих сил. Он был мне нужен со всей своей заботой, поддержкой, вниманием. Сейчас я осталась одна, и мне нужно на кого-то опереться. Как бы мне хотелось, чтобы он испытывал ко мне только дружескую любовь, но, увы.


Неожиданная встреча


Когда я проснулась, Дамира уже не было. Он оставил мне записку в кухне.

«Уехал на работу. Вернусь поздно. Прости за вчерашнее».

- Мда! – выдохнула я, прочитав послание. Нелегкое настало время.

Покормив дочку, немного поиграв с ней, я посадила ее в манеж, чтобы позавтракать, но раздался звонок в дверь, и я на полпути до кухни свернула в прихожую.

- Добрый день, - сказала девушка с черными длинными волосами, удивленно глядя на меня карими глазами.

- Добрый, а Вам кого? – с тем же удивлением спросила я. Она прикрыла дверь и посмотрела наверх, на номер квартиры, проверяя, не ошиблась ли она.

- Извините, а Дамир здесь живет?

- Да, но его нет дома. Можете, пройти, подождать? – не зная зачем, я пригласила незнакомку в квартиру.

- Спасибо, - не помедлив, согласилась она, перешагнула порог и протянула мне руку: - Ната.

- Очень приятно, Лиза, - ответила я на рукопожатие. – Проходите.

Она сняла верхнюю одежду, и я внимательно посмотрела на нее. Она казалась мне знакомой. Где-то я ее уже видела, но где?

- Твоя «Н.», - подумала я, может это она.

- Да это я. Дамир рассказывал обо мне, - обрадовалась она моим мыслям, а может я сказала их вслух. Вот, блин!

- Э… Немного, - смутилась я. – Хотите чаю?

- Да, если не сложно, - отозвалась она, я направилась в сторону кухню, как Ната меня окликнула: - Лиза!

- Что?

- Давай на «ты», а то как-то неловко себя чувствую.

- Давай, - улыбнулась я.

Я скрылась на кухне, спешно налив чай и прихватив сладкое, вышла в зал. Ната сидела около моей девочки и разглядывала ее игрушки. Мне стало не по себе.

- Это ваша дочь? – спросила она, увидев меня.

- Да, - странный вопрос, подумала я.

- А Дамир отец?

- Нет, - до меня, наконец, дошло, чего она хотела!

- Ясно, - с облегчение сказала она. – А ты ему кто?

- Подруга, - ответила я. Это что допрос?!

- А! Понятно. Ты извини, что спрашиваю. Просто мы с Дамиром раньше были вместе, просто любопытство. Я не думала, что у него есть семья, - как бы извиняясь, ответила она.

- Да ничего. Мы с ним просто друзья, ничего больше, - решила я еще раз объяснить свою позицию по отношению к ее бывшему мужу.

Между нами нависло тягостное молчание. Я смотрела на Венеру и не понимала, зачем пришла эта девушка?

- Лиза, а Дамир скоро придет? – нарушила она тишину.

- Не знаю. Почему бы тебе ему не позвонить?

- Я хотела сделать ему сюрприз. Он, наверное, рассказывал тебе, как мы расстались, - мне показалось, что она хочет излить мне душу.

- Вкратце, - коротко ответила я, боясь затронуть чувства чужого человека.

- Он заставил меня убить ребенка, - вдруг выпалила она. ЧТО?!

Мои глаза округлились, и я поперхнулась печенюшкой, она прямо в горле застряла от сказанного. Я закашлялась, за что получила якобы помогающие удары по спине, от ее прикосновений все внутри съежилось. Нет! Что она сказала?! Заставил убить ребенка? Дамир?! Никогда в это не поверю!

- В смысле?! Как убить?! – выпучила я глаза, задыхаясь от возмущения.

- У нашего малыша выявили патологию. Он был против рождения такого ребенка и заставил меня убить его.

Я не могла поверить. Мой Дамир, мой лучший друг! Да никогда!

- Ты че тут плетешь?! – удивилась я сама своей дерзости. Поводов не верить другу у меня не было.

- Не поняла? – Ната и сама удивилась сказанному мной.

- Зачем ты пришла сюда, если он заставил тебя сделать такое?! – мой тон немного сменился, хотя мне хотелось защитить друга любыми словами.

- Я люблю его, - растерянно развела она руками. – Не кричи, пожалуйста, я просто сказала правду.

- Пошла вон отсюда! – заорала я, вскочив на ноги и выставив указательный палец на вытянутой руке в сторону двери. Зная, как он переживал, мне хотелось прибить эту лгунью.

- Ната? – услышала я голос Дамира и повернула голову. Он стоял на пороге комнаты. Я опустила руку и посмотрела на него, ощутив, что я здесь лишняя, взяла Венеру на руки и, спешно собрав необходимые вещи, выбежала из квартиры. Когда я уходила, они так и стояли, молча глядя друг на друга.

Сердце сдавило. Мне показалось, что я потеряла его.


Окунаясь в воспоминания


Я выбежала из подъезда, держа дочку на руках и остановилась, не зная, куда идти дальше. Заглянув в сумку, я увидела ключи от нашей с Максом квартиры и, недолго думая, решила пойти туда.

В себя я пришла только у двери нашего гнездышка. Как давно меня здесь не было. К горлу подкатил ком от нахлынувших воспоминаний, немного помедлив, я вставила ключ в замок и оказалась там, откуда так давно бежала, сломя голову от горя.

Вдохнув запах, я почувствовала, что он здесь. Пахло им. Сделав нерешительный шаг в гостиную, я охнула, из глаз потекли слезы. Все лежало на своих местах, будто и не было всего этого. Проведя пальцем по полу, я с удивлением заметила, что он чист и опустила малышку, вырывшуюся из моих рук. На мебели тоже не было пыли. Квартира не выглядела заброшенной. Здесь осталось ощущение жизни или в ней кто-то жил. Я медленно обошла все комнаты. В каждой, с замиранием сердца, касаясь памятных вещей, я все глубже погружалась в прошлое, в счастье, которое потеряла. Каждая мелочь здесь напоминала мне о нем, но мне было уютно и тепло, как будто он снова рядом и сейчас войдет в эту дверь.

- Вот я и вернулась, - сказала я вслух сама себе и тихонько заплакала.

Я вздрогнула, когда тишину нарушил звук открывающейся двери, и выбежала в прихожую.

- Лиза? – на меня удивленно смотрела мама Макса. Она постарела на много лет вперед, от былой красоты не осталось и следа. На меня смотрела болезненными, полными слез глазами, замученная и убитая горем женщина.

- Вера Павловна, - я обняла ее, и мы обе разревелись. Я не видела и не звонила ей с тех пор, как его не стало. И сейчас для меня эта встреча, как камень с души.

- Как ты, дорогая? – ласково спросила она, проходя в зал.

- Держусь, - ответила я и поймала ее удивленный взгляд, направленный на Венеру. – Это его дочь.

- Господи! – она прижала ладони к лицу и заплакала еще больше, опустившись рядом с ней на пол. – Почему ты не сказала нам?

- Я не знаю, не могла, - попыталась оправдаться я, но разве этому есть оправдание. Родные бабушка и дедушка даже не знали о существовании своей внучки. – Простите меня.

- Сколько ей?

- Девять месяцев, - ответила я и опустилась с ними рядом. Вера Павловна уже сжимала в своих объятиях мою дочь и хотела спросить еще что-то, как я добавила, словно услышав вопрос: - Венера. Родина Венера Максимовна. Я не дала ей фамилию Макса, потому что в нашей стране с этим сложно.

- Господи. Лиза, какое счастье! – она обняла меня, и мы снова разревелись. – Петя будет так рад. Он совсем плох стал. Смерть Максима для всех нас стала невероятной трагедией. Я прихожу сюда два раза в неделю, чтобы убраться, тем и живу.

- Простите меня, Вера Павловна, я должна была раньше… но я не могла. Я едва смогла оправиться от всего. Я каждый день жду, что он вернется. Простите меня, я так виновата перед Вами.

- Не извиняйся, деточка, мы тоже не искали тебя. Каждый виноват по-своему. Какая же она красавица! Как я рада, что мы встретились, - ласково сказала она.

Позже, вдоволь наплакавшись, мы сели за стол.

- Ну, расскажи как ты жила это время? Как папа? – спросила мама Макса.

- Тяжело. Мне пришлось пройти долгий курс лечения у психотерапевта, чтобы хоть как-то начать жить дальше. Мой папа погиб совсем недавно. Вы, наверное, слышали об авиакатастрофе в Казани, - ответила я и замолчала, пытаясь подавить накатившие слезы.

- Какой кошмар! Держись, Лизонька! Ради Венеры, держись! Ты ей нужна, - она взяла меня за руку и сильно сдавила пальцы. – И что же Вы совсем одни с ней?

- Нет. Мне помогают друзья. Поддерживают, обеспечивают, как-то так и справляюсь, - с комом в горле ответила я, вытирая рукой скатившуюся слезу.

- Ну, ты к нам обращайся, мы все, все сделаем для Вас. Ты нам прям смысл жизни вернула. Хоть для внучки пожить. Сил уже совсем не осталось. Когда дети умирают раньше родителей, это разрушает. Это нонсенс. Так быть не должно.

- Я понимаю. А как Вы?

- Да как, Лизонька. Посмотри на меня, жизнь уходит. Не знаю, сколько я еще протяну без сына. Петенька уже инсульт перенес. Еле оправился и то, - она махнула рукой. – Может, поедем к нам? Петя будет рад, да и с внучкой познакомиться.

- Нет, Вера Павловна, вы меня простите, но я не могу. Мне больно даже здесь находиться. Это выше меня. Если хотите, можете взять Венеру к себе. А завтра я заберу ее.

- Это было бы чудесно, Лизонька! Ты не переживай, с ней ничего не случиться, - начала она.

- Я и не думала. Вы же для нее родные бабушка и дедушка. Только оставьте мне свой номер, а то я свой поменяла, и все контакты потерялись, - слабо улыбнулась я.

- Конечно, запиши, - она продиктовала мне номер телефона. Я одела Венеру и крепко ее, поцеловав, отдала маме Макса, пообещав позвонить.

Оставшись одна, я сняла с себя всю одежду, натянула на свое голое тело рубашку Макса и, приложившись к бутылке вина, ушла в забытие. Мне казалось, что он сидит со мной рядом. Я разговаривала с ним и чувствовала себя так, словно мы снова вместе, но проснувшись утром, я вновь осталась одна, окутанная лишь ароматом его тела.


Возвращаясь в настоящее


Окинув взглядом квартиру, в которой я провела столько замечательных минут рядом с любимым я, сказав ему до свидания, закрыла дверь. И отправилась за дочкой.

- Здравствуйте, - слабо улыбнулась я маме Макса.

- Проходи, Лизонька, - приветливо сказала она и увлекла меня вглубь квартиры. Здесь ничего не изменилось, только люди некогда счастливыми стали совсем старыми изнеможенными от боли.

Увидев меня, Петр Михайлович улыбнулся, в глазах зажглась искра надежды.

- Здравствуй, дочка, - сказал он, не вставая с дивана.

- Петенька больше не ходит, - сказала у меня за спиной Вера Павловна.

- Здравствуйте, - улыбнулась я в ответ.

- Спасибо тебе за внучку.

- Не стоит, - смахнула я полившиеся слезы. – Где Венера?

- Она спит.

- Простите меня, но я заберу ее и поеду, хорошо? – виновато спросила я. Мне было больно видеть их.

- Конечно, Лизонька. Мы все понимаем, - отозвалась мама Макса.

Я собрала дочь и, взяв ее на руки, застыла на пороге прошлого.

- Мы ведь еще увидимся с Вами? – спросила Вера Павловна.

- Конечно, только позвоните, - сдерживая слезы, ответила я. Хотя мне казалось, что эта встреча последняя.

- Обязательно, Лизонька, до встречи, - сказала она и крепко обняв, выпустила меня в настоящее.

Я, заливаясь слезами, села в такси и отправилась к Дамиру. Мне нужно было решить, как жить дальше. В глубине души я боялась увидеть там Нату, но этот шаг был мне необходим.

Нажав на кнопку звонка, я увидела растерянного и уставшего друга.

- Лиза! – воскликнул он, запуская меня внутрь. – Я тебя потерял! Где ты была?!

Я выдохнула с облегчением. Быть может еще не все потеряно.

- Поговорим? – спросила я.

- Конечно, давай помогу, - он взял спящую Венеру и отнес ее в детскую.

Я прошла в зал, боясь, что сейчас выйдет его бывшая и прогонит меня прочь, но там никого не оказалось.

- Лиза, я так переживал! – сказал Дамир и заключил меня в свои объятия. – Где ты была?

- Расскажи мне про Нату, - проигнорировав его вопрос, попросила я и села на диван.

- Что именно ты хочешь узнать?

- Все. Она вчера сказала, что ты заставил ее убить ребенка…

- Что она сказала?! – он был в шоке.

- Что у ребенка нашли патологию, и ты заставил Нату его убить.

- Бред! Какой бред! – он запустил руки себе в волосы. – Ты ведь не поверила ей?

Я покачала головой.

- Лиза, все, что я знаю так это то, что у нее случился выкидыш. После этого она стала сама не своя. Я тебе не врал. Ты мне веришь?

Я кивнула.

- Зачем она приходила? Что Вы решили?

- Она хотела вернуться, - после небольшой паузы ответил он.

- А ты?

- Мы расстались, Лиза. С тем ребенком умерла и наша любовь. Между нами ничего не осталось. Только горькие воспоминания, - каждое слово давалось ему с трудом. – Мне нужна только ты и Венера. Я люблю Вас. Когда ты ушла, я места себе не находил. Для меня мир рухнул. Я думал, что больше никогда тебя не увижу.

- Я здесь, и если я тебе нужна, я останусь, - ответила я, взяв его за руки.

- Еще как нужна! – вздохнул он и прижал меня к груди. Как же теперь хорошо! В настоящем у меня остались только он, Венера и Аля. Больше никого.


Родители Макса умерли через несколько дней. Утечка газа. Больше нам так и не удалось увидеться. Но я до глубины души благодарна этой встрече. Она дала мне толчок к жизни в настоящем, не оглядываясь на прошлое.


Пробуя строить


- Доброе утро, - поцеловала я, проснувшегося Дамира, в щеку.

- Доброе, - ответил он, приобняв меня сзади, за талию, положил подбородок мне на плечо и спросил: - Что готовишь?

- А то не видно! – улыбнулась я. – Блинчики!

- Ммм! Как давно ты не готовила, я уже успел соскучиться, - проворковал он и ущипнул меня за мягкое место.

- Дурак! – вскрикнула я и щелкнула его по лбу. – Дуй умываться!

- Слушаюсь, моя королева, - отвесив поклон, он вышел из кухни, заставив меня улыбаться.

За завтраком я решила напомнить ему об Алином дне рождении, на которое мы были приглашены.

- Ты кстати не забыл, что мы сегодня идем в гости к Але и Денису?

- Как я мог! Я даже ей подарок приготовил?

- Какой? – с интересом спросила я.

- Сертификат на фотосессию «Скора мама» у лучшего фотографа в нашем городе, - торжественным тоном ответил он.

- Класс! Я думаю ей понравиться, - улыбнулась я.

- Я тоже. Как же вкусно! – состроил он довольную рожицу.

- Нам бы тоже фотоссесия не помешала. С рождения Венеры у меня есть только несколько снимков.

- Не вопрос. У тебя будет лучший из лучших фотографов на этой земле. Я все устрою.

- Я запомнила! – погрозила я ему пальцем.

- Это хорошо. Напомнишь мне позже, а то, знаешь ли, мой склероз, - решил он поиздеваться надо мной.

- Ах, ты, засранец! – встала я из-за стола и, подойдя к нему, стала колотить его. – Я тебе забуду! Ты у меня на всю жизнь это запомнишь!

- Тише-тише! Я же ем! – он схватил меня за руки и, обернув ими, прижал меня к себе и укусил за плечо, я дернулась, толкнув его назад, и он с грохотом упал со стула на пол. Я покатилась со смеху, убедившись, что он в порядке, и бросилась наутек. – А ну, стой!

- Не догонишь, старикашка! Так тебе и надо! – кричала я, забегая вверх по лестнице, давясь от смеха.

- Вот ты и попалась! – сказал он и набросился на меня, повалив на кровать.

- Ааа! Пусти! – я схватила подушку и стала бить его по голове, ответа долго ждать не пришлось, он последовал моему примеру. У нас завязался настоящий бой.

- Вот тебе! На! – кричала я.

- Сейчас я задам тебе! – отвечал он и, выбив подушку у меня из рук, забрался на меня сверху и прижал мои руки к туловищу. Выбраться у меня не было шансов. – Сдавайся!

- Никогда! – крикнула я и рассмеялась еще сильнее.

- Тогда тебе не поздоровиться! – он принялся меня щекотать.

- Нет, нет! Не надо! – я извивалась всем телом, но пощады не дождалась.

- Сдаешься? – на секунду прекратив щекотку, спросил он.

- Нет! – крикнула я, и пытка продолжилась. Я резко вскочила и ударилась об его лоб своим. – Ай!

- Ты меня покалечишь! – завопил он, отстраняясь и держась за голову. Мне стало стыдно.

- Дамир, прости меня, дай посмотрю, что там, - заговорила я ласковым голосом, сев с ним рядом и пытаясь, убрать его руку, но он быстро перехватил меня за запястье и в одно движение положил меня себе на колени и поцеловал. Жадно, страстно, что я потеряла контроль над ситуацией, который вернулся ко мне, когда мы уже были почти голыми и тяжело дыша, стаскивали остатки одежды друг с друга.

- Нет, прости, я не могу, - оттолкнула я его и быстро одевшись, сбежала вниз и закрылась в ванной, чтобы отдышаться. Меня тянет к нему, и одновременно я не хочу всего этого. Мне комфортно в тех отношениях, которые есть между нами.

- Солнце, открой, - донесся до меня голос Дамира.

- Нет.

- Лиза, пожалуйста, меня пугает то, что ты там закрылась. Давай поговорим.

- Мы можем поговорить через дверь, - ответила я, боясь, что если я ее открою, то уже не смогу удержаться.

- Ладно. Что произошло? Почему ты убежала?

- Я не готова.

- Хорошо. Я подожду. Я не буду давить на тебя. Открой дверь.

Я дрожащей рукой повернула защелку, и он тут же распахнул дверь, появившись передо мной разгоряченный, взъерошенный, в одном нижнем белье. Наши глаза встретились, и мы в одно мгновенье бросились друг другу в объятия, буквально пожирая наши тела, слились в одном ритме, в одном дыхании, в одном чувстве, наполняя изнутри целым единым потоком наслаждения.

- Как же я долго этого ждал! – выдохнул он, лежа на холодном полу ванной. – Я люблю тебя, солнце.

Что я чувствовала? Пожалуй, радость, прилив теплых эмоций. Мне было хорошо. Мы стерли границу между нами, и я позволила себе войти в его сердце, оставив открытой дверь, чтобы убежать, если станет страшно.

Вечером мы уже заходили в квартиру к Але и Денису.

- Привет, дорогая! С днем рождения! – воскликнула и обняла свою подругу.

- Спасибо. Рада, что Вы пришли, - улыбнулась она.

- Держи, это тебе, - протянул Дамир ей подарок. – С днем рождения!

- Ух, ты! Спасибо, - ответила она и чмокнула его в щеку, распаковывая подарочный конверт. – Офигеть! Самый лучший подарок! Спасибо!

Она засияла, мы переглянулись и, посадив Венеру в манеж, который Аля приобрела для нашей девочки и своего будущего ребенка, принялись здороваться с гостями.

- О! Лиза, привет! – воскликнул Валера и заключил меня в свои объятия.

- Привет, давно не виделись! – ответила я и немного сгрустнула.

- Дамир, - протянул мой мужчина ему руку.

- Валера, рад знакомству! Это Рома и Алина, ну Дениса ты знаешь, - познакомил он его со всеми гостями.

- Очень приятно, - отозвался Дамир и приветливо улыбнулся.

Я села рядом с Алиной, которая совсем не изменилась с нашей последней встречи.

- Как ты? – спросила она.

- Хорошо. Видишь, дочку родила. Пытаюсь жить заново, - ответила я, показав рукой на Венеру. Алина понимающе кивнула и сказала, расплываясь в улыбке:

- Рада за тебя. Она прелестна.

- Спасибо.

- Ну, что с опоздавших тост! – сказал Валера, обращаясь к нам. Я встала, взяв бокал шампанского в одну руку, другой держась за ладонь Дамира. Мне было нелегко находиться среди этих людей. Воспоминания накатывали на меня с новой силой, что я едва сдержала, готовый вот-вот прорваться водопад слез.

- Дорогая, моя любимая, родная и самая лучшая подруга, я поздравляю тебя с твоим днем. Хочу пожелать тебе счастья, пусть оно будет в каждой секунде твоей жизни. Удачи, пусть она сыпется тебе на голову нескончаемым потоком. Любви до последнего вздоха, во всем. Пусть твой мир будет наполнен только яркими красками, разгоняя все серое и мрачное вокруг. Пусть твой путь будет похож на бриллиант, красиво переливаясь в любую погоду и, даря удовольствие. Я тебя очень люблю! За тебя! – сказала я и все-таки расплакалась.

- Спасибо, милая, я тебя так люблю, - поцеловав меня в щеку и смахивая выступившие слезы, ответила она.

- Ура! – закричал Валера под звон бокалов. – Вы, девочки, такие сентиментальные, что аж я, чуть не разревелся!

Мы все рассмеялись.

Шум, гам, сплошное веселье наполнили квартиру в этот вечер. Среди этих людей, я чувствовала себя счастливой, но очень остро ощущала, Его отсутствие.

- Как ты себя чувствуешь? – спросила я у Али, под конец вечера, когда пьяные гости разбрелись, кто куда.

- Хорошо, - устало улыбнулась она. – Денис опекает меня, как фарфоровую куклу. И тошнить, наконец, перестало.

- Я рада, - понимающе кивнула я.

- Как ты? Смотрю у Вас с Дамиром амур? – подмигнула она.

- Ну не амур, но мы пытаемся что-то построить.

- Это правильно. Надо жить дальше. Венере нужна полная семья.

- Я только недавно стала это понимать. Лучше Дамира на месте ее папы, может быть только Макс, но, увы… - вздохнула я.

- Кончай себя изводить! Его уже не вернуть, а твоя жизнь продолжается и, то какой она станет, зависит только от тебя.

- Спасибо тебе за поддержку. Ты знаешь, что для меня она значит, - обняла я подругу.

- Не благодари, - отмахнулась она.

- Лизка, - подошел ко мне пьяный Валера и обнял меня за плечи, - у тебя такая красивая дочь! Когда она вырастет, я обязательно на ней женюсь!

- Только попробуй! – воскликнули мы с Алей в один голос и звонко рассмеялись.


Спустя несколько лет


В прошедшие несколько лет я пыталась жить без Него. Моя жизнь стала размеренной и спокойной. Самой обычной. Дамир по-прежнему был рядом. Любил меня и заботился. Я не была до конца счастлива с ним, в моем сердце был Макс. Я просто ценила то, что имела. Каждый миг своей жизни, проживала, как последний, в глубине души, надеясь на то, что Он вернется, и все измениться.

Алька родила сына, настоящего богатыря. Мы стали реже видеться, но никогда не забывали друг о друге, созванивались по выходным и встречались раз в месяц. У моей подруги сложилось настоящее человеческое женское счастье. И я не переставала радоваться этому, постоянно напоминая ей о его ценности.

Каждый день я гуляла на площадке со своей дочкой. Окончательно подружилась с Настей, она родила еще третьего ребенка, и снова мальчика.

- Ну не везет мне! Такая уж моя доля! Жить среди мужчин. Может, хоть их девушки станут для меня отдушиной, но когда это еще будет, - говорила она незадолго после родов.

Казалось, что моя жизнь так и пройдет в ни чем, ни примечательных событиях, заботах, делах. Если бы не одно, но…


Долгожданная встреча


Наступил первый день лета после долгой зимы. Весенней погоды в этом году так и не было. До самого мая на улице лежал снег, а в атмосфере витал немного морозный воздух. На город опустилась завеса тумана, сквозь которую проглядывало солнце.

К обеду мы с дочкой вышли на площадку около нашего дома, которая уже наполнилась детским смехом и визгом. Перед сонным часом все мамочки, в том числе и я, вывели своих чад на прогулку.

Туман почти исчез, и улицу озарило яркое солнце, припекая незащищенные одеждой участки кожи и немного ослепляя глаза.

Я забралась в песочницу рядом с Венерой, которая делала куличики.

- Малышка, смотри как надо. Насыпаешь сюда песочек, стучишь лопаткой, чтобы все примять, переворачиваешь, снова стучишь лопаткой и поднимаешь ведерко. Видишь? Получился ровный куличик, - ласково объясняла я ей.

Моя девочка лишь попыталась воспроизвести увиденное, но у нее ничего не выходило, тогда я объясняла ей вновь. Со стороны на нас можно было смотреть с умилением, охая и ахая.

Не выдержав одних и тех же рассказов, ко мне обратилась Настя, сидя на скамейке в сарафане до пола и неизменно длинной косой. Меня не покидало ощущение, что она похожа на сказочную героиню.

- Лиза, да пусть играет, дети в таком возрасте еще не всегда понимают, как надо. Идем, лучше со мной посиди, - позвала она меня, но я проигнорировала ее слова и продолжила заниматься с малышкой.

Время пролетело быстро, и я даже не заметила, как наступил сонный час, площадка опустела, но мы решили еще немного поиграть.

Поднялся сильный ветер, в одно мгновение стало темно, весь песок взмыл в воздух и вихрем закружился вокруг нас. Пыль попала в глаза Венере, и она стала плакать. Я пришла ей на помощь и когда она, наконец, смогла открыть глаза, то уставилась прямо перед собой.

- Мамочка, а кто этот дядя? – показывая пальчиком прямо перед собой, спросила моя девочка.

Я обернулась и по моей щеке скатилась тяжелая слеза. Я узнала его, мое сердце в этот миг склеилось из мелких осколков в одно большое и сильное. Он вернулся.

- Малышка, этот дядя, твой папа, - ответила я и бросилась к Максу на шею. – Господи, ты жив!

- Малышка, я так скучал! – сказал он, сжимая меня в своих объятиях.

- Я знала, я верила, я ждала, что ты вернешься! – заревела я от внезапно нахлынувшего счастья и принялась его целовать, чувствуя на его губах свои соленые слезы.

Через минуту он немного отстранил меня от себя и посмотрел на Венеру.

- Это моя дочь? – спросил он с нежностью.

- Да, Макс, это твоя, наша дочь! – воскликнула я и, взяв его ладонь в одну руку, а в другую Венеру, потащила их в дом.

- Малышка, я так счастлив! Я уже и не надеялся когда-нибудь увидеть тебя! – по его щеке скатилась скупая слеза.

- Ничего не говори, - прижалась я к нему, вдыхая такой родной аромат его кожи. – Просто будь рядом.

Зайдя в квартиру, я включила нашей дочке мультики и растворилась в его объятиях, обливаясь слезами.

- Не плачь, маленькая! Я с тобой! Больше ничего не случиться. Я всегда буду рядом, - от этих слов мое сердце сжалось.

- Не бросай меня больше, я этого не выдержу, - задыхаясь от слез, сказала я.

- Никогда, - прошептал он и крепко меня поцеловал. Как же мне его не хватало!

С трудом уложив Венеру спать, я устроилась у Макса на коленях, не желая прерывать тактильного контакта.

Я все эти годы мечтала дотронуться до него, вдохнуть его запах, зарыться носом в его грудь, провести по щеке, заглянуть в зеленые, наполненные любовью глаза. И теперь, все это рядом. Я не отрывая глаз, смотрела на него, целовала беспрерывно, отдаваясь ему, как в последний раз. Обладая его сильным и таким родным телом, касаясь смуглой кожи. Я растворялась в каждом вздохе, прикосновении, слове. Я погружалась в него полностью, совершенно забыв обо всем. Он был снова рядом, остальное не имело значения.

Насытившись близостью, я прижалась к нему всем телом, до сих пор не веря в то, что он жив.

- Ты так внешне изменился, - сказал я, трогая его седые волосы. – Что с тобой произошло тогда? Где ты пропадал все это время?

- В тот день я позвал тебя в ресторан, чтобы сделать тебе предложение. Я пригласил на ужин моих родителей и твоего отца, купил кольцо… На трассе у меня заклинило тормоза, и я выпрыгнул из машины, надеясь на то, что выживу. И мне повезло. Мне помогли очень хорошие люди, они нашли меня почти без признаков жизни и выходили, на травках и прочей ерунде. При падении я сильно приложился головой и напрочь отшиб себе память. Я все забыл, - его голос дрогнул, меня окатило, как из ведра холодной воды. – Эти люди пытались помочь мне вспомнить хоть что-то, но кроме твоего имени в моей голове ничего не было. О том, что меня нашли они сообщать не стали, так как у меня не было никаких документов. И я стал просто жить в их доме, в поселке, недалеко от нашего города. Так, как моя нога до конца не восстановилась, меня нагружали не слишком тяжелой работой. Потом я женился на дочке Федора, он спас меня той ночью. Мне сделали липовые документы. Так, что по паспорту я теперь - Липин Семен Михайлович, - он натянуто улыбнулся, в его словах была доля иронии. Я слушала его, из глаз капали слезы. Услышав о жене, меня пронзила жгучая боль, которая с силой ударила в сердце. От осознания того, что моим Максом кто-то обладал, я пришла в ярость, но попыталась сдержать себя, наконец, вспомнив о Дамире. Макс продолжал:

- Так я и жил, пытаясь вспомнить прошлое, но не мог. А недавно моей жене понадобилась срочная операция, и мы приехали в город. Здесь ко мне вернулась память. Лиза, я так виноват перед тобой.

- Все неважно, когда ты рядом, - сказала я. – А у Вас есть дети?

- Да. У меня сын и дочь.

- Господи, Макс! – воскликнула я, чувствуя беспомощность.

- Я знаю, малышка. Я виноват, прости меня, - сказал он и крепче сжал в своих объятиях.

- Ты не представляешь, что я пережила, пока тебя не было рядом! Твои родители погибли.

- Я знаю, я был там, - с горечью сказал он. – Ты видела их?

- Да. Незадолго до их смерти, я пришла в нашу квартиру и встретилась там с твоей мамой. Макс, твоя смерть убила их! Твой папа перенес инсульт и перестал ходить. Они состарились за какой-то долбанный год на десять лет вперед! На них невозможно было смотреть! – снова заплакала я.

- Они видели нашу дочь?

- Да, за два дня до того, как умерли. Она провела с ними сутки. Мой отец тоже погиб.

- Как?! Когда?!

- Три года назад, в авиакатастрофе в Казани.

- Малышка, иди ко мне. Господи, ты столько всего натерпелась! Прости меня.

- Макс, я бы не пережила, если бы не Венера, Аля и папа. Они удержали меня здесь. Я сходила с ума. Ты мне везде мерещился, снился. Мне понадобилась психотерапия, чтобы пережить это, понимаешь? – вытирая льющиеся слезы, выплеснула я все, что накопилось за долгие годы. – Но я ждала, я верила, что ты вернешься.

Я крепко прижалась к нему всем телом, пытаясь надышаться им.

- Я так люблю тебя.

- И я тебя люблю, малышка. Мне нравится, как ты назвала нашу дочь, - попытался улыбнуться он.

- Я знала, что тебе понравиться.

- Спасибо, маленькая. Спасибо тебе за нее. Спасибо за то, что сохранила для меня. Я так скучал!

- Андрей вернулся, - сказала я, высвобождаясь из его объятий и глядя ему в глаза, огонек в которых сменился злостью.

- Когда?

- Давно. Он угрожал мне. Разорил компанию отца. Перерезал горло Кириллу. Напал на меня, но Семен, мой телохранитель, убил его. Макс, мы жили около года в постоянном страхе. Охрана не отходила ни на шаг. Мне так не хватало тебя в это время, я так хотела, чтобы ты был рядом.

Он сжал меня снова в объятиях и стал целовать, обжигая мою кожу и разнося каждым касанием приятное тепло по телу. Мы слились в одно целое, как раньше, отдаваясь друг другу полностью, выпивая без остатка всю боль, время, страхи, которые накопились за период разлуки. Мы снова были вместе, рядом, казалось навсегда.

Насладившись любовью, которая пробегала по нам, как электрический ток, мы, одевшись, спустились вниз, чтобы перекусить.

Венера проснулась через полчаса и покорно забралась Максу на колени, показывая свою новую раскраску.

Я смотрела на двух своих самых любимых людей и плакала от счастья. Я так мечтала об этом. Так долго. Каждый раз слыша, как моя девочка называла Дамира папой или когда он играл с ней, я хотела, чтобы на его месте был Макс. И теперь мы все вместе.

- Папочка, смотри, я красиво раскрасила мишку? – спросила Венера у Макса. Я даже не поверила в то, что она его так назвала. До сегодняшнего дня малышка считала своим отцом Дамира и ничего не знала о Максе, кроме того, что он добрый принц из сказки, которую я каждый раз рассказывала ей на ночь.

- Солнце, я дома, - донесся до меня голос Дамира, и я вздрогнула, подо мной разверзлась бездна.

- Кто это? – удивленно спросил Макс, до сих пор не замечавший его вещи и фотографии.

- Это Дамир, - ответила я, увидев, как он входит в кухню с букетом роз для меня и, как его счастливое лицо в миг меняется на мрачное.

- Лиза, это кто? – спросил он, обнимая меня за талию. Я отстранилась. Мужчины сверлили друг друга глазами, как будто готовясь к нападению, чтобы разорвать на части.

- Дамир, это Макс, - ответила я, подойдя к любимому.

- Извините, мне пора, - сказал он и встал со стула, опустив Венеру на пол, и вышел за дверь. Я не ожидала! Я думала, что он будет бороться! А он просто взял и ушел!

- Макс, стой! – крикнула я ему вслед, и уже было бросилась за ним, но Дамир крепко схватил меня за руку. – Отпусти!

- Лиза, объясни, - ревностно потребовал он.

- Что тебе объяснить?! Это мой Макс, и он жив! Отпусти меня! - крикнула я и вырвалась из его рук, бросившись вслед за ним.

Мне удалось догнать его только на улице, где уже вовсю шел ливень.

- Макс, стой! – закричала я. Он остановился и посмотрел на меня. В глазах застыла боль. Тяжелые капли дождя стекали по его лицу. – Прости меня, не уходи. Ты обещал! Я хочу быть с тобой!

- Лиза, ты говорила, что ждала! А что я вижу?! Ты нашла утешение в нем?! – закричал он.

- Ты бросил меня! Что мне было делать?! Я осталась одна! В конце концов, ты тоже не святой! – крикнула я в ответ. Эти слова правильно подействовали на него и его взгляд смягчился. – Прошу не уходи! Не оставляй меня снова! Я этого не вынесу!

- Малышка, мне больно, - он прижал меня к себе и заплакал. – Я очень тебя люблю.

- Так не бросай меня! К черту все! Мы должны быть вместе! – небо плакало вместе с нами, я чувствовала, что снова теряла его.

- Хорошо. Я приеду вечером, в восемь. Я буду стоять здесь ровно час, если ты не передумаешь, мы уедем вместе, если же нет, я уеду один,- сказал он сквозь слезы.

- Я приду! Макс! Ты только вернись, прошу! Ты мне нужен! – закричала я.

- Я вернусь, - ответил он и, запечатлев жаркий поцелуй на моих губах, ушел прямо по улице.


Уходя в счастье


Поднявшись в квартиру, я бросилась собирать вещи.

- Лиза, что ты делаешь?! Куда ты собираешься?! – кричал Дамир, ходя за мной по пятам.

- Я ухожу! Мы с Венерой уходим! Дамир прости, но я хочу быть с ним! – отвечала я довольно жестко, метаясь по квартире.

- Что значит ухожу?! А как же я?! – сорвавшимся голосом спросил он.

- Дамир, прости, я люблю его. Я очень благодарна тебе за все, но я не могу без него, понимаешь? – спокойно ответила я, погладив его по щеке.

- Лиза, нет! Ты не можешь так поступить! Я тоже тебя люблю! Разве ты не счастлива рядом со мной?! – закричал он.

- Нет, - жестко ответила я, смотря в его залитые болью и страхом глаза. – Я могу быть счастлива только с ним. Ты знал это, черт возьми! Я всегда была честна с тобой!

- Нет! Это сон! Этого не может быть! – продолжал он, обессиленно садясь на кровать.

Я продолжала собирать вещи, пытаясь не обращать внимания на то, что причиняю ему боль, но я не могла иначе. Любовь к Максу сильнее меня. Я никогда не простила бы себе, если бы не ушла к нему.

В восемь наши вещи были собраны в два увесистых чемодана. Я взяла только самое необходимое. Мне не терпелось уйти из этого дома, раствориться в объятиях Макса. Я спешно одела Венеру и, взяв ее за руку, потащила в прихожую, надев ей сандалии.

- Лиза, одумайся, остановись, прошу! - Дамир опустился передо мной на колени и заплакал как ребенок. - Я не смогу без тебя! Не уходи! Я люблю тебя! Я сделаю все, чтобы ты была счастлива, пожалуйста.

Мое сердце сдавило. Этот человек оберегал меня все три года. А я топтала его ногами. Разбивала его сердце, но я не могла. Мое счастье там, у подъезда, стоит под дождем и ждет меня.

- Дамир, прости, но я не могу, - выдавила я, из глаз полились слезы.

- Не уходи! Прошу, не уходи! - он смотрел на меня щенячьими глазами.

- Папочка, не плачь! – Венера бросилась ему на шею, отпустив мою руку. – Мамочка, не уходи! Останься с папой!

- Нет, нет, нет! Вы не можете так поступить! – перед глазами встала пелена, я не могла этого вынести.

- Солнце, прошу, умоляю, останься со мной, с нами. Я не смогу без тебя! Не уходи! – он сжимал в своих объятиях мою дочь, девочку которую он растил вместе со мной, она обвила его шею своими маленькими ручками, не желая, отпускать ни на секунду.

- Мамочка, пожалуйста! Я хочу остаться с папой! Я его люблю! – сказала Венера, заливаясь слезами.

- Вы не можете, так поступить! – я опустилась перед ними на колени. Я не могла противостоять своей дочери, ее слезам. – Пожалуйста, Венера пойдем со мной. Твой папа ждет нас внизу. Пожалуйста!

- Нет! Мой папа здесь! И я останусь с ним! – воспротивилась она и еще крепче прижалась к Дамиру.

- Но я его люблю! Не отнимайте его у меня, прошу! Я не смогу! Я сломаюсь! Пожалуйста! – закричала я, сквозь душащие меня слезы.

- Мы тоже тебя любим! Солнце, ты нам нужна! – со всей любовью и надеждой произнес Дамир.

- Нет! Я не могу! – закричала я и выбежала из квартиры. Я бежала по ступенькам, не щадя ног. Как они могли?! Они отнимают у меня мое счастье! Мое право на любовь! Я так долго его ждала!

Я выбежала на улицу, холодный дождь вмиг смыл мои слезы. Макс вышел из машины, и хромая подошел ко мне.

- Лиза, ты пришла! – воскликнул он. Я крепко обвила его шею руками и заревела. – Где Венера? Что происходит?

- Прости меня, я не могу! Они не отпускают меня! Прости! Я так тебя люблю! Сделай что-нибудь! Я хочу быть с тобой! – закричала я.

- Малышка, все правильно. Слишком много воды утекло. У меня тоже есть семья, которая нуждается во мне, - его слова ранили меня в самое сердце. Почему он такой жестокий?!

- А как же я?! Макс! Как же я?! Как же наша любовь?! – заревела я и стала бить себя в грудь. Дождь намеренно смывал мои слезы.

- Иногда обстоятельства сильнее нас. Прости, маленькая, - он прижал меня к своей мокрой от дождя груди и крепко-крепко обнял, вложив в мою руку изумрудную коробочку. – Я всегда буду тебя любить, малышка!

С этими словами он разжал свои руки и сел в машину, бросив на меня прощальный полный любви и нежности взгляд.

- Нет! Не оставляй меня! – забила я в окно руками. – Не оставляй! Вернись! Я люблю тебя! – машина тронулась с места и я помчалась за ней: - Ты обещал, что всегда будешь рядом!

Я бежала, но не смогла ее догнать и, опустившись на колени, закричала во все горло, подняв голову к небу:

- Господи! За что?!


Эпилог


Спустя девять месяцев…

Врачи, сломя голову, неслись по коридору, расталкивая проходящих мимо людей, с каталкой, на которой лежала почти без сознания девушка с медными волосами.

- Кровотечение слишком сильное! Мы ее не спасем!

После всех оперативных действий, подключив ее к аппаратам, сделав необходимые уколы и попытки, чтобы остановить потерю крови. Они приняли решение сделать кесарево, чтобы спасти ребенка.

Через некоторое время врачи извлекли на свет мальчика. Когда она услышала плач младенца, по ее щеке скатилась слеза.

- Спасибо, - прошептала Лиза, и ее сердце остановилось уже навсегда, так и не выдержав…


Макс до конца своих дней так и не простил себя за то, что уехал и оставил ее. За боль, за страдания, которые она перенесла из-за него. На похоронах он стоял поодаль ото всех, из его глаз текли горькие слезы. Его любовь засыпали землей. Дождавшись, пока все покинут ее могилу, он безмолвно опустился перед ней на колени и просил прощения за то, что так много обещал, и ничего кроме этого не смог дать.

Аля и Денис прожили долгую и счастливую жизнь, родив еще двоих близнецов. Она с трудом оправилась после похорон, но кажется, уже через полгода смогла улыбаться, и посвятила себя семье. Лишь каждый год, приходя к ней на могилу, она горько оплакивала свою подругу, сжимая в руках подвеску, которую когда-то получила в подарок от нее.

Дамир женился спустя три года на девушке очень похожей на нее, которая всем сердцем возненавидела ее детей, но он до последнего вздоха воспитывал, оберегал и заботился о них.

Венера выросла потрясающе красивой, смелой и волевой девушкой. У нее был свой взгляд на мир, и она упорно с ним боролась. В своем сердце она навсегда сохранила память о маме, с возрастом все больше ощущая, ее отсутствие. Так много ей хотелось сказать. Так сильно ей хотелось материнского тепла, но у нее остались только воспоминания о ее голубых и грустных глазах. Венера хранила и изумрудную коробочку, в которой покоилось платиновое кольцо с гравировкой, которую она смогла прочитать много лет спустя: «Siempre estare junto a ti», что означает «Я всегда буду рядом любить тебя».


home | my bookshelf | | Я всегда буду тебя любить |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 14
Средний рейтинг 5.0 из 5



Оцените эту книгу