Book: Корпоративный календарь и другие рассказы



Корпоративный календарь и другие рассказы.

Корпоративный календарь. Январь.

Меня зовут Алекс, я работаю дизайнером в маленьком рекламном агентстве. Кроме меня тут трудятся всего десять человек. Большинство — девушки, потому что они лучше продают рекламу и внимательнее относятся к клиентам. Из мужчин только я, фотограф, директор да сисадмин.

 

Именно девчонки предложили подарить нашим клиентам на Новый Год откровенный календарь со своими фотографиями. Я, честно признаться, от наших умниц и скромниц этого не ожидал. Но сфотографироваться согласились не все, а только четверо, зато самые фигуристые. Мы договорились, что каждая снимется для трех листов календаря, и это будет только намёк на эротику, все откровенные места будут так или иначе скрыты.

 

Я полдня рисовал эскизы фотографий. Пересмотрел немало восхитительных картинок обнаженных девушек, поймал ехидный взгляд проходящего мимо директора. "Я работаю!", наигранно возмутился я. "Ага", ухмыльнулся директор, "я вижу".

 

Мои рисунки девушкам понравились. Я изобразил их в изящных, но не слишком вызывающих позах. Полностью обнаженные фигуры в белой дымке, по соблазнительным изгибам струятся шёлковые ленты, прикрывая то, что не полагается видеть зрителю.

 

Девушки решительно отказались сниматься в сторонней студии, опасаясь скрытой камеры и незнакомых людей, поэтому за работу принялись я и фотограф Макс. Мы несколько расширили нашу фотостудию, притащили со склада шёлковые ленты и пригласили первую модель, Светлану, нашу будущую мисс Январь, Май, Сентябрь.

 

У Светы были длинные светлые волосы, красивыми волнами спадающие на плечи, ясные серые глаза и вообще очень милое лицо. Я иногда засматривался на неё и забывал, о чем я с ней говорю. Она вошла, мы замкнули дверь и невольно отвернулись, чтобы дать ей спокойно раздеться и побороть стыдливость.

 

— Смешные вы какие, мальчики, — сказала Света. — Снимать меня тоже вслепую будете?

 

Мы с Максом повернулись. Она уже успела снять блузку, и стягивала юбку. Белый ажурный бюстгальтер нежно поддерживал её идеально округлую грудь, в ложбинке которой блестел камушек на цепочке. Света сняла юбку и взялась за колготки. Она села на стул лицом к нам, подтянула по очереди сначала одно, а потом другое колено к груди, чтобы снять колготки, и сбросила их на пол. Я залюбовался её соблазнительными длинными ножками. Как это я раньше не обращал внимания, какие прелестные у неё ножки?

 

Мой взгляд автоматически скользнул по её трусикам. Белая тонкая ткань смялась, повторяя вожделенные складки губ влагалища. Мне показалось, что мои пальцы сами чувствуют, как жарко и нежно там внутри. Ах, скорей бы она сняла трусики! Член зашевелился, и я схватился за эскиз фотографии, чтобы отвлечься от грязных мыслей.

 

Когда я снова взглянул на Свету, она расстегивала бюстгальтер. Чашки упали ей в руки, грудь выскользнула, и девушка вся вспыхнула, смущаясь под нашими взглядами. Мне показалось, что от смущения порозовели даже шея и декольте.

 

— Ну-ну, не пяльтесь так, — наигранно храбро произнесла Света. — Чего вы там не видели?

— Извини. — мы опять отвернулись, давая ей время привыкнуть к нам.

 

— Алекс, помоги мне снять кулончик? Кулончик же не нужен, я правильно поняла?

— Да, не нужен. — Я подошел сзади и неуклюжими пальцами попытался расстегнуть цепочку. Мои глаза жадно рассматривали контуры сосков, напрягшихся то ли от холода, то ли от возбуждения. Ареалы вокруг сосков были небольшие, чуть коричневые. Грудь вздымалась и опускалась в такт её дыханию.

 

Цепочка свалилась Свете в руки, она встала и положила её на полку. Я остался стоять рядом, выбирая из разноцветного вороха алые и розовые ленты. Света нагнулась, стаскивая трусики, и я снова оцепенел, глядя как ткань скользит по её стройным ножкам. Мне казалось, что я чувствую восхитительный аромат девичьего лона, и голова закружилась от возбуждения.

 

Света повернулась ко мне.

— Что там нужно для Января? — Она кивнула на ленты.

— Вот эти красные ленточки. — Я постарался смотреть ей в глаза, а не на грудь. — Ты умеешь завязывать красивые банты?

 

Светлана вплела в волосы две розовые ленты и подала мне красную. Одной яркой лентой мы обернули её ягодицы и завязали красивый бант напротив интимной прически. У Светланы там оказался симпатичный треугольный островок, почти не стриженый, весь в очаровательных светлых завитках. "Настоящая блондинка — везде блондинка", подумал я. Губки влагалища начинались внизу треугольничка, нежные и как-то по-детски припухшие. Мне вспомнилась одноклассница Наташка, за которой я подглядывал в первом классе. У той складочка между ног была такая же белая и невинная, но совсем без волос.

 

Вторая лента опоясала Светину грудь. Соски нахально торчали под шелковой полосой, и постоянно выскакивали, пока Света завязывала бант.

— Спадает, — расстроенно заявила она и пошла к дивану.

 

На белом кожаном диване её обнажённое тело казалось совершенным. Она полулежала, прикрытая только двумя алыми лентами, а мы фотографировали её: Макс делал снимки, я держал матовое зеркало — рассеиватель света. Пока Светлана смотрела в камеру, я рассматривал её прелести: мои пальцы сами представляли, какие теплые и пушистые волосы её "треугольничка", как нежна и в то же время тяжела её округлая грудь. Меня непреодолимо тянуло ощутить вес её соблазнительных полушарий в своих ладонях. А какие, наверное, твёрдые и упругие эти сосочки! Хорошо, что зеркало в моих руках закрывает джинсы и она не видит, как отчаянно у меня стоит.

 

Света подвинулась на диване, заложив руки за голову, и лента снова сползла с груди. "Погоди, я поправлю, не двигай руками", я отставил зеркало, подошел и наклонился над ней. Провел кончиками пальцев по краям ленты, выравнивая её и одновременно наслаждаясь касанием нежной бархатной кожи девичьей груди. В какой-то момент между пальцами проскользнули соски и я еле удержался, чтоб не сжать их с силой. Достаточно того, что я коснулся чуть твердых краешков их ареалов.

 

Лента снова была на месте, а Света смотрела на меня с непонятным выражением на лице. Мне показалось, что её взгляд скользнул по моим джинсам и отметил выпуклость на них.

 

Макс сверился с эскизом, кивнул мне и сказал:

— Светик, лучше будет, если ты правую ножку чуть согнёшь, а левую выпрямишь полностью и вытянешь носочки, окей? Попробуй. Алекс, помоги, чтоб ленты не сползали.

 

Света аккуратно коснулась правой пяточкой поручня дивана, а левую ножку вытянула вниз и вдоль. Вытянутые носочки ещё сильнее подчеркивали их стройную красоту — в профиль это смотрелось потрясающе, куда лучше чем мой первоначальный эскиз.

 

Я снова взял зеркало и подошел к дивану. Оказалось, что в этой позе ей пришлось чуть раздвинуть ножки, и теперь мне была видна её промежность. Гладкие нежно-розовые губки были плотно сжаты, скрывая за собой вожделенную дырочку, так что я едва сдерживался от того, чтобы не броситься вперед и не раздвинуть бархатные Светины ножки руками, увидеть сокровенное местечко и впиться в него губами. Чтобы отвлечься, я подбадривал девушку комплиментами.

 

Светлана улыбалась в камеру, а я жадно рассматривал её девичьи прелести. Через некоторое время мне показалось, что её промежность чуть блестит. Ещё чуть позже я уже был уверен, что девушка возбуждена: губки чуть покраснели и блестели влагой, маленькая капелька собралась и медленно скатилась вниз, к попке. Эта капелька практически свела меня с ума. Я чувствовал жар во всем теле, и не мог думать ни о чем, кроме обладания этим прекрасным девичьим телом.

 

Макс, казалось, был спокойнее.

— Отлично, Январь готов. Переходим к Маю? Алекс?

Я отошел от дивана, держа зеркало в руках, чтоб Света и Макс не видели моего возбужденного состояния. Член разрывал джинсы и рвался вперёд.

 

Май мы снимали без дивана: Светлана стояла в углу, упираясь обеими руками в стены и чуть обернувшись. Разноцветные шёлковые ленты струились с её плечей вниз, едва закрывая грудь и попку. Стройные ножки были обуты в белые туфельки на высоком каблуке. Застёгивая их на Светиной ноге, я ещё раз невзначай скользнул взглядом по промежности в поисках влаги — губки всё так же сияли и манили своей сочной глубиной.

 

Я вздохнул и пошёл к Максу. Тот что-то рассматривал и подкручивал в фотокамере. "Наверняка сделал максимальный зум и смотрит крупный план, негодяй", ухмыльнулся я про себя. Внезапно он отпрянул от окуляра и подмигнул мне. Я автоматически подмигнул в ответ.

 

Сентябрь оказался самым сложным испытанием. Светлана снова лежала на диване, закинув ногу за ногу, а я должен был держать ленты, которые развивались под искусственным ветром от офисного вентилятора. Ленты скользили по её телу, дрожали и перекручивались в потоках воздуха вокруг её нежной груди, касались лона и бёдер.

 

Макс сделал, наверное, полсотни снимков, но на всех соски или лобок было слишком хорошо видно. Ленты ухитрялись убежать как раз в тот момент, когда мы делали очередной снимок. Взять больше лент мы не могли — будет похоже на веник. Мы задумались.

 

— Давай их чуть приклеим? — предложил Макс. — Только краешком, и всего одну-две?

Я понял идею, Света тоже сообразила, но была не в восторге.

— Чем ты их там приклеишь? — улыбнулась она.

— Кусочком скотча. Не бойся, он сам отвалится уже через три минуты.

 

Скотч хорошо прилип к груди, но на лобке клеиться не желал. Я прижимал очередной кусочек к краешку нежного Светиного треугольничка и дрожал от возбуждения. Света тоже пыталась помочь, но в основном только мешала, потому что от её движений отклеивалась лента на груди.

 

Надавливая большим пальцем на скотч, я прикоснулся кончиками указательного и среднего к влажным губкам Светиного влагалища. Пальцы заскользили по поверхности, я не удержался и погрузил их прямо в горячую глубину. Света посмотрела на меня широко раскрытыми глазами, а потом мельком взглянула на Макса. Макс был занят лентой на её груди.

 

Я погрузил пальцы чуть глубже во влагалище, наслаждаясь ощущением нежности и горячей влаги. Упругие стенки сжимали вторгшихся незнакомцев с двух сторон. Я согнул пальцы и провел кончиками по передней стенке влагалища. Девушка еле слышно вздохнула и развела ножки пошире.

 

Внезапно осознав, что я делаю, я со страхом посмотрел на неё. Света чуть улыбнулась мне и раздвинула ножки ещё шире, как бы приглашая меня продолжать. Тем временем Макс заметил мои манипуляции: он завороженно смотрел на мою ладонь, наполовину пропавшую в промежности девушки.

 

Света посмотрела на Макса и нежно погладила его по брюкам. В брюках явно было что погладить, потому что Макс охнул и прижал её руку своей. Я понял, что сейчас будет, и с удвоенной энергией занялся Светиной дырочкой. Я обошел диван так, чтобы оказаться меж её прелестных ножек, пару секунд полюбовался её розовым цветком, источавшим сок и сладко зовущим внутрь. Мои пальцы снова проскользнули в глубину, я нагнулся и стал водить языком вокруг клитора.

 

Света ждала, пока Макс избавится от одежды и гладила мои волосы. Я сосредоточился на клиторе, тем врменем пальцами лаская влагалище изнутри. Когда Макс наконец-то предъявил свой гордо стоящий член, девушка обвела ладонью несколько раз вокруг его основания, и он поднялся ещё чуть выше. Макс подошел ближе, а Светлана провела рукой по внутренней стороне его бедра снизу вверх, от колена до промежности. Проводя рукой изнутри наружу, она подержала на ладони и погладила яички, а затем снова приласкала ноги Макса с внутренней стороны.

 

Максов член уже был совсем близко к её лицу. Она аккуратно повернулась набок, давая мне возможность вынырнуть из её бёдер, и обхватила член ладонью у основания. Лукаво взглянула Максу в глаза и захватила головку члена в рот. Макс замер и закрыл глаза от удовольствия.

 

Я воспользовался моментом, чтоб раздеться, и старался не отрывать взгляд от чудесного зрелища. Моя очаровательная сотрудница, прекрасная и полностью обнаженная, лежит передо мной на диване и с упоением сосёт член моего друга! Терпеть дальше не было сил: я коснулся её ноги давая понять, что я хочу, чтобы она стала на четвереньки. Света оторвалась от Максового ствола, повернулась ко мне попкой и развела ножки пошире.

 

Её горячее и сочное влагалище предстало передо мной во всей красе. Губки чуть разошлись в стороны, открывая вход в дырочку, клитор виднелся розовой бусинкой. Я ещё раз восхитился тем, какие аккуратные и гладкие эти губки, и как очарователен едва заметный отсюда белый пушок на лобке.

 

Я направил свой член в эту манящую глубину и с наслаждением проник внутрь. Влажная волна обхватила мой член, голова закружилась от удовольствия. Я постарался не спешить и продлить удовольствие: медленно вводил член, наслаждаясь видом розовых губок, чуть скатывающихся внутрь вслед за движущимся стволом, и так же медленно доставал его обратно, глядя, как цветок влагалища выворачивается вместе с ним.

 

Мои руки крепко держали Свету за бедра, и с каждым движением я старался проникать всё глубже. Наши тела соприкасались, и я чувствовал контраст моего разгоряченного тела и её по-девичьи прохладных ног. В то же время её влагалище пылало жаром, а член терся о влажные стенки и касался головкой чего-то упругого внутри. Я зачарованно смотрел, как милый цветочек ануса чуть сжимается и разжимается в такт моим движениям.

 

Член Макса блестел от влаги, головка пропадала во рту Светланы и на мгновение появлялась обратно, чтобы снова быть поглощенной и приласканной нежными девичьими губками. Иногда девушка останавливалась, чтобы облизать Максу яички или провести языком по всей длине члена от корня до самой головки. Макс замирал и наслаждался сменой ощущений.

 

Я двигал бедрами и смотрел то на Макса, то на искусные Светины ласки. Мне захотелось испробовать то же, что сейчас испытывал Макс. Он вдруг открыл глаза и посмотел на меня вопросительно: давай меняться? Я кивнул, медленно-медленно вынул член из влажной глубины, стараясь запомнить это волшебное ощущение, когда горячее девичье тело доверчиво поддается жестким толчкам моего члена и охватывает его всё плотнее со всех сторон.

 

Девушка чуть охнула, когда я покинул её дырочку. Ещё заметнее она охнула и застонала, когда Макс вставил свой ствол и сделал резкое движение. Я тем временем отдал свое достоинство в её нежные руки и удовольствие не заставило себя ждать. Света погладила мои ноги и приласкала яички кончиками пальцев, а потом с силой провела языком снизу вверх, от основания члена до головки.

 

Затем я ощутил её нежную ладонь на своём стволе: она сначала погладила, а затем сжала член, прежде чем взять его в рот. Когда её губы сомкнулись на головке, я почувствовал, как Светин язычок лижет головку и очерчивает круги вокруг неё. Девушка ещё минутку играла языком с головкой, а затем стала погружать член в рот, даря мне более сильное ощущение удовольствия. Я стал поудобнее и запрокинул голову, наслаждаясь минетом. Одной рукой я поддерживал Свету за плечо, а второй нашёл её грудь и мял её, скорее для своего удовольствия, нежели для неё.

 

Макс продолжал движения и девушка явно наслаждалась ими. Она стала всё больше отвлекаться на фрикции, двигая бедрами навстречу Максу; несколько раз выпускала мой член изо рта, чтобы вскрикнуть или отдышаться. Я любовался её личиком, на котором ясно читалась страсть и удовольствие. Она разрумянилась, волосы очаровательно растрепались, ресницы вздрагивали. Я дотянулся до её сосков и стал сжимать и крутить их, чтоб усилить её ощущения. Светлана раскрыла глаза, посмотрела на меня благодарно и снова взялась за мой член.

 

Я почувствовал, как её глотка нежно насаживается на мою головку: такого глубокого минета мне ещё никто никогда не делал. Член исчезал во рту девушки почти полностью и целый вихрь ощущений окружал меня. Я чувствовал и её горячее прерывистое дыхание, и поток влаги, стекавшей по члену, и твёрдое тёплое нёбо, в которое иногда упиралась головка, и вибрирующее узкое горло, в которое Света старалась протиснуть мой член.

 

Несколько минут этой сладкой пытки сделали своё дело и я разрядился струями горячей спермы прямо на Светланин язычок. Я успел её предупредить, но она никак не отреагировала и продолжала сосать, пока упругие жаркие струи били у неё во рту. Я замер, наслаждаясь, и вдруг почувствал, как нежный язычок тщательно облизывает головку со всех сторон. Света обсасывала член и глотала сперму, зажмурив глаза. Меня затрясло от удовольствия, и я постарался подержать член у неё во рту подольше.

 

Мои руки всё также мяли её нежную грудь и крутили соски. Ах, женская грудь, как ты прекрасна и удивительна! Я постарался доставить девушке дополнительное удовольствие, лаская её бархатные персики и играя сосками, пока Макс долбил её сзади. Ещё недавно красивая белая спина девушки порозовела, лицо раскраснелось, приоткрытый ротик жадно хватал воздух. Она вдруг зажмурилась, застонала и выгнула спину, вырываясь из рук Макса. Макс ускорился и стал вгонять свой ствол глубже, чтоб усилить Светины ощущения. Света вскрикнула, её ладошки сжались в кулачки, и она упала на локти, вырвавшись из моих рук. Её бедра сильно вздрагивали в такт каждому движению Макса, она чуть стонала и сжимала край дивана ладонями. Макс остановился и подмигнул мне.



 

Света отдышалась, чуть обернулась и прошептала Максу: "продолжай, можно." Макс только этого и ждал. Он начал двигаться, сначала медленно, а потом всё сильней. Глаза девушки широко раскрылись, ротик открылся как маленькое о, и она судорожно задышала. Я погладил её по спине и снова дотянулся до груди. Обвел пальцами несколько раз вокруг грудей, сузил окружность и покружил вокруг сосков, чтобы они напряглись, а потом с наслаждением смял чудесные девичьи полушария. Соски уперлись в мои ладони, я отпустил груди и занялся игрой с ними.

 

Макс часто задышал, ускорился, затем замер и вонзил член как можно глубже в девичье лоно. Его руки буквально насаживали её на член. Я представил, как Максова сперма бьёт струями в глубине девичьего влагалища, как горячее тепло разливается там внутри и член пульсирует, освобождаясь от запасов семени.

 

Света протянула руку у себя между ног и нежно погладила Максовы яички. Макса затрясло, он сжал её тело снова, медленно вынул уже чуть поникший член и отодвинулся от дивана. Мы втроем посмотрели друг на друга.

 

— Мы это не снимали, я надеюсь? — тихонько, но с усмешкой спросила Светлана.

— Нет, конечно, — ответил Макс, — ты что? Мы тут не порностудия.

— По вам не скажешь, — она засмеялась. — Это было между нами и никому не говорить, понятно?!

— Нет вопросов. — Мы переглянулись. — Но это было великолепно.

— Да.

— Погоди, не одевайся, мы не досняли третий кадр. — Макс натянул штаны и потопал к камере. Я перехватил зеркало и направил свет на девичье тело. Влагалище истекало соками, соски торчали вверх, а помады на губах девушки совсем не осталось.

 

— Подождите, я хоть себя в порядок приведу! — Она попыталась встать. Мы зашикали на неё:

— Нет-нет, вот так ты выглядишь лучше всего. Ленты в фотошопе наклеим, не волнуйся. Всё супер!

 

Макс сделал несколько снимков, я последний раз взглянул на чудесное тело, подарившее нам столько удовольствия. Она всё-таки удивительно хороша! Если вы увидите календарь, где девушка-сентябрь чуть взволнована, волосы растрепаны и губы как будто чуть припухли, знайте, что вы не видите главного. Там, у неё между ног вы не видите разгоряченных губ, по которым стекает капелька спермы, не видите розовых пятен на груди от мужских рук, которые только что мяли эту грудь, не видите красных отпечатков ладоней на бедрах.

 

Мы оделись торопливо и немного смущаясь. Светлана привела себя в порядок, ещё раз строго посмотрела на нас, и вышла. Мы услышали её голос в коридоре: "Наташ, подожди, пусть мальчики отдохнут."

 

© Алекс Эр

 

Корпоративный календарь. Февраль.

Наташка вбежала в студию и сразу бросилась к Максу.

— Покажи-покажи-покажи!! - затараторила она. — Покажи Светкины фотки!

 

Макс лениво дотопал до фотоаппарата и показал ей нашу работу на маленьком экранчике. Наташка запрыгала и захлопала в ладоши от восторга, словно радости её не было предела.

— Светка классная! Конечно, с её сиськами-то легко-о... Но вы меня чтоб не хуже сфотали, окей?

 

Мы устало кивнули. Я достал свой альбом и показал эскизы Февраля, Июня и Октября, которые Наташке предстояло изобразить. Она восхищенно кивала вслед моим объяснениям и как будто уже была готова приступать. Макс включил освещение, я замкнул дверь, а Наташа стала раздеваться.

 

Она была невысокая, но фигуристая; прямые черные волосы шёлковыми волнами колыхались в такт её движениям, а зелёные глаза восторженно сверкали, когда она поглядывала в нашу сторону. Мы же, видимо всё ещё под впечатлением от секса со Светланой, бесстыдно разглядывали её тело.

 

— Ну ребята, не надо так пялиться. — смутилась Наташка. — Я вам не порнозвезда какая, дайте одежду снять спокойно.

 

Мы пришли в себя и смущенно отвернулись. Я полюбовался её красивой фигурой по памяти: мне понравились её изящные ножки с красивыми лодыжками и аккуратными пальчиками, узенькие плечи с такими трогательными ямочками у шейки, и совсем белое, гладкое декольте. Там должно быть очень нежно и гладко, подумалось мне.

 

Наташка стянула через голову своё черное платье, сбросила туфельки, сняла колготки и взялась за бюстгальтер. Из-под кружевных получашечек показались небольшие белые груди изящной формы, с торчащими чуть вверх и в стороны сосочками. Девушка мельком взглянула на нас и, убедившись, что мы отвернулись, чуть покрутила сосочки пальцами. Сосочки возбужденно напряглись в ответ.

 

Она еле слышно вздохнула и потянула трусики вниз. Я смотрел в отражение на абажуре металлической лампы-осветителя: черные трусики скользнули по стройным девичьим ножкам, Наташа проделала обычные манипуляции и через секунду эти трусики уже аккуратно лежали на стопке одежды.

 

Февраль мы снимали на диване: Наташа вытянулась всем телом и чуть прикрыла глаза, демонстрируя расслабленное удовольствие. Шёлковые ленты пересекали её тело по диагонали, как поток воды или порыв ветра. Макс пробовал делать снимки с разных ракурсов, а я держал зеркало-отражатель и рассматривал девушку.

 

Её интимные черные волосики были выстрижены в соблазнительную полосочку. Нежно-белый треугольник лобка и черная полосочка вместе казались стрелкой, указывающей вниз, на заветную глубину. Крепко сжатые ножки чуть собрали складочки интимных губ вместе, как будто в щёлочку. Мне вдруг захотелось развести Наташкины круглые коленки в стороны и узнать, что же там, в продолжении этой щёлочки.

 

Ножки от коленок и до пальчиков были сама прелесть. Маленькие, изящные, с очень женственными изгибами, они приковывали взгляд. Я указал Максу на ракурс, откуда эти ножки представлялись в самом соблазнительном свете, и он немедленно отснял целую серию кадров.

 

Животик девушки был почти полностью скрыт лентами, и я мысленно рисовал себе, какой же он во всей красе: округлый, с аккуратным пупочком и манящими впадинками с двух сторон, нежный-нежный на ощупь. В такой приятно уткнуться лицом и почувствать его мягкость и беззащитность.

 

Её грудь я рассматривал долго и с удовольствием. Она была меньше Светиной, и в данной позе почти полностью слилась с телом, превратившись в два невысоких холмика, но сосочки всё так же гордо торчали, напоминая две крошечные круглые виноградинки, спрятанные в разноцветных лентах. Ареалы вокруг сосочков почему-то тоже чуть выпирали вверх, усиливая ощущение упругости сосков.

 

Я вспомнил, как возбужденные Светины соски перекатывались в моих пальцах, и прикрыл глаза от удовольствия. Потом с вожделением посмотрел на Наташу: эти изящные сосочки должны быть ничуть не менее отзывчивы к мужским ласкам. Я нехотя отогнал наваждение и достал эскиз Июня.

 

Июньская сцена выглядела так, как если бы Наташа обессиленно лежала, изогнувшись дугой на руках у невидимого мужчины: голова запрокинута назад и вниз, одна ножка вытянута вперёд и вниз, вторая согнута в коленке и направлена коленкой вверх, упираясь пальчиками в коленку первой.

 

Прежде чем прикрыть девичьи прелести лентами, я на мгновение полюбовался её интимными губками: темнорозовые лепестки изящно изгибались, едва касаясь друг друга, и чуть поблескивали влагой. Прохладная лента скользнула по ним, скатываясь на пол, и Наташа еле заметно вздрогнула.

 

Октябрь снимать было веселее: Наташа изгибалась под потоками лент, как будто бы принимая душ, а Макс пытался найти удачный ракурс. Я должен был стоять на табуретке в тени и изображать лентами струи воды. Рассматривать Наташку у меня не было времени, зато она могла видеть меня целиком, особенно в районе пояса, поэтому я как мог старался подавить возбуждение.

 

Когда Макс наконец-то нашел ракурс, в котором Наташкина милая попка выглядела наиболее привлекательно, и сделал последние снимки, я спрыгнул с табуретки и принялся на коленязх собирать у ног девушки случайно упавшие ленты. Она, в то же время, ничуть не спешила мне помочь: напротив, вдруг стала передо мной и что-то полушепотом спросила.

 

Я поднял глаза и уткнулся взглядом в её черную полосочку. Одумался, поднял взгляд выше и мысленно очертил полушария грудей, нависающих надо мной. Ещё раз одумался и посмотрел ей в глаза:

— Что ты сказала?

— Ммм, когда вы уже сделаете это? — она как будто засмущалась. — Ну, как со Светкой...

— Как ты догадалась?

 

Она рассмеялась.

— Да тут такой запах спермы, что даже английская королева догадается. И Светка вся сияющая вылетела, как после хорошего перепихона.

— Пере... — слово застряло у меня в горле, потому что я не знал, что сказать и что дальше делать. Наташа вдруг чуть шагнула вперед и её нежное лоно коснулось моего лица. Я инстинктивно вдохнул поглубже волшебный запах девичьего тела. Потом поднял руки, сжал в ладонях Наташкину попку и крепче прижал к себе её бедра, зарывшись в них лицом.

 

Черная полосочка щекотала мне нос, мои губы целовали самый верх её интимных губ, а мои руки мяли нежные и бархатные девичьи ягодицы. Наташка положила руки мне на волосы и погладила меня по голове. Я покрывал поцелуями весь её лобок, прислушиваясь, как срывается её дыхание от каждого касания моих горячих губ. Её пальчики блуждали в моих волосах.

 

Я отпустил её сладкую попку и повел ладонями по её телу вверх, к груди, всё так же продолжая целовать девичий треугольничек. Чуть смял мягкие, изящные груди в ладонях и нащупал соски. Сильно очертил их пальцами, а потом сжал, с наслаждением ощущая, как они чуть сильнее набухают у меня в руках. Я мял нежную девичью грудь и целовал этот открытый и доверчивый лобок, забыв обо всём.

 

Неожиданно мои руки были изгнаны чужими ладонями: Макс подошёл к Наташе сзади, захватил её полушария в свои руки и стал целовать её шею и плечи. Я опустил руки на её ягодицы и снова занялся ими.

 

Макс в конце концов развернул Наташу, слившись с ней в поцелуе, а я воспользовался моментом, чтобы раздеться. Меня возбудила картина страсти: обнаженная девушка, стоящая ко мне спиной, в объятиях и поцелуе припавшая к мужчине в джинсах и рубашке, крепко сжимающем своими грубыми ладонями её нежные ягодицы. В какой-то момент Наташа вдруг вжалась в Макса ещё сильнее, обвив его своей изящной ножкой.

 

Мой член уже стоял, как каменный, и я изнемогал от возбуждения. Я не без усилий отнял Наташу у Макса, развернул к себе и приник к её губам: они были влажны от поцелуев, но безумно сладки и отзывчивы к моим ласкам. Наташа прижалась ко мне, потом чуть отпрянула, наткнувшись животиком на торчащий член, а потом прижалась ещё крепче, даря моему горячему стволу чуток прохлады своего тела.

 

Я подхватил её на руки и отнес на наш диван. Положил попкой на широкий подлокотник, закинул ножки себе на плечи и с наслаждением, медленно погрузил член в её сочащуюся горячей влагой глубину. Она показалась мне уже, чем Светлана, и как будто горячее внутри. Влажные стеночки, казалось, пульсировали, отвечая на толчки моего члена. Головка двигалась внутри, и я отчетливо чувствовал всю нежность и трепет девичьего тела.

 

Откуда-то появился Макс, уже совсем голый, и присел рядом с Наташей. Та схватила его возбужденный ствол, некоторое время ласкала ладошками яички и поглаживала член, оголяя головку и закрывая её снова. Потом вдруг изловчилась, повернула голову и захватила влажную гладкую головку Максового члена в свой ротик.

 

Я с удовольствием наблюдал, как Наташа ласкает Максов ствол и играет с его яйцами. Мне как будто передавалась часть его ощущений: вот прохладная девичья ладошка чуть приподнимает яички и нежно поглаживает их, вот её пальчики охватывают ствол у основания и сжимают его покрепче. Макс закатывает глаза, а я мысленно чувствую то же, что и он: нежный, настойчивый девичий ротик, ласково обрабатывающий головку члена.

 

Я с удвоенной энергией атаковал влажную Наташкину глубину: мой член входил и выходил всё активнее, а ртом я поймал изящную девичью ступню и посасывал её нежные пальчики. Наташка приятно постанывала, то ли от удовольствия, то ли щекочущих ощущений в пальчиках ног.

 

Макс придвинулся к Наташе поближе, положил ладонь ей на затылок и стал сам погружать член ей в рот, задавая ритм. Девушка закрыла глаза и ловила ствол губами, направляя его поточнее. Мощный, влажный от слюны мужской член скользил в её губах туда-сюда, её щечки то чуть раздувались, то впадали. Она посасывала его и ласкала основание свободной ладошкой.

 

Вдруг Макс остановился,: похоже, Наташа смеялась. Он полностью вынул член из её ротика и она расхохоталась совсем. Потом приподняла пальчиками Максово достоинство и со смехом показала мне на красное пятнышко у самых яиц:

— Светкина помада, стопроцентно. Я помаду почувствовала, а это не моя.

 

Мы снисходительно улыбнулись: да, мол, ты не первая сегодня. Воспользовавшись паузой, я перевернул Наташку и поставил на четвереньки. Так Максу было удобнее подавать ей свой член, а мне нравилась смена позы: мой собственный ствол проникал глубже, и в то же время я с удовольствием рассматривал очаровательную девичью попку.

 

Вдруг шальная мысль пронзила меня: проведя рукой между бедрами девушки, я набрал её сока и обильно смазал кружочек её ануса. Наташа никак не отреагировала — хороший знак, подумал я. Ещё немножко помассировав её анус, я смазал средний палец слюной и медленно протолкнул его на одну фалангу внутрь девичьей попки. Попка приятно сжималась и разжималась, выталкивая незнакомца, и я задрожал от наслаждения, представив себе, как эти же пульсации будут приятны моему члену.

 

Я продвинул палец ещё глубже. К моему удивлению, Наташа никак не протестовала. Кончик пальца попал в пустоту, а колечки ануса всё так же плотно сжимались и разжимались вокруг остальной части вторгшегося негодяя. Я чуть надавил вниз и почувствовал свой собственный член, скользящий за тонкой перегородкой внутри девичьего тела. Упругий ствол резко погружался вглубь, отталкивая мой далекий палец за стеночкой, и снова выходил. Мне казалось, что я даже чувствую подушечкой пальца выпуклость головки, когда почти вынимаю член.

 

Я сделал несколько круговых движений, стараясь расслабить девичью неприступную звездочку, и в то же самое время стал вгонять свой ствол сильнее и глубже. Наташа застонала громче. Макс, похоже, с интересом следил за моими манипуляциями.

 

Я вынул член из горячего и сочного влагалища, весь скользкий и влажный от смазки, и медленно вытащил свой палец из девичьей попки. Не давая попке отдохнуть, приставил головку к анусу и так же медленно начал её погружать. Наташа прекратила сосать Максов ствол и замерла.

 

Я почувствовал, как вокруг головки сжалось тугое кольцо мышц. Они воинственно пульсировали, выталкивая чувствительную головку наружу, и это было возбуждающе приятно. Я погрузил её ещё на полсантиметра глубже и почувствовал, как пульсации охватили её полностью. Подождал немного, и вот девичья попка чуть успокоилась — она уже не так сопротивлялась вторжению.

 

Следующий сантиметр дался мне легко: головка проскользнула внутрь, и теперь тугое кольцо приятно охватывало ствол. Член заскользил глубже, и мне показалось, что он находится в тонкой упругой трубочке, сильно сжимающей его у основания. Несколько минут я наслаждался этим упругим ощущением и осознанием того, что трахаю ранее недоступную мне сотрудницу в зад. Я ухмыльнулся и сделал несколько движений тазом, чувствуя всей длиной члена сопротивление девичьей попки.

 

Наташа тем временем снова взялась за Максов член. Она приподнимала его вверх, чтобы пролизать по всей длине от яичек и до кончика, она оголяла головку и лизала её как эскимо. Она погружала член в рот и крепко сжимала ствол ладонью. Макс некоторое время завороженно смотрел, как мой член таранит запретную девичью дырочку, а потом закрыл глаза стал наслаждаться Наташкиным минетом. Его руки легли ей на голову и стали насаживать её всё глубже.

 

Через несколько минут сладкой пытки Макс не выдержал и разрядился в уставший Наташин ротик. Я восхищенно смотрел, как она позволяет ему получить последние капли удовольствия: она нежно поглаживала губками пульсирующую и всё ещё истекающую спермой головку. Макс погладил Наташу по голове, потом внезапно нагнулся, поцеловал в губы и откинулся на спинку дивана в изнеможении.

 

Я тоже не мог больше сдерживаться и стал кончать внутри девичьей попки. Я отчетливо чувствовал, как мой ствол пульсирует, выталкивая сперму внутри непривычно узкого отверстия, как она проталкивается и выстреливает внутри, заливая стенки. Наташа тоже что-то почувствовала и сжала анус, смешав мое чувство наслаждения с чувством боли. Я медленно извлек свой уже чуть обмякший орган: попка снова запульсировала, освобождаясь от незваного гостя.

 

Наташка повалилась на бок, положив голову Максу на колени, прямо рядом с поникшим членом. Она отдыхала несколько минут, потом вдруг проснулась, бойко поцеловала Максового бойца на прощанье и встала:



— У вас ещё куча работы, а я вам тут мешаю. Пока, мальчики! Надеюсь, вам было так же хорошо, как мне?

 

Мы замычали, изображая удовольствие, и закивали головами. Наташка приложила палец к губам:

— Чтоб никому ни слова! И проветрите тут.

 

Через минуту она уже была одета, а через две её уже не было в комнате. Мы посмотрели друг на друга:

— Следующая фотосессия не раньше чем завтра, окей?

Мы кивнули друг другу и поплелись одеваться. Сил не было совершенно.

 

© Алекс Эр

Лайнер для двоих.

Я отдал своё пальто симпатичной стюардессе и прошел в салон самолёта, осматриваясь по сторонам. Это был мой первый полет на новом Airbus A380, гигантском двухэтажном авиалайнере. Ряды кресел тянулись, казалось, до самого горизонта, потолок сиял какой-то загадочной голубизной, а я никак не мог поверить, что надо мной ещё один этаж самолёта с каютами экстра-класса.

 

Из своего портфеля я достал ноутбук, затолкал его в карман для журналов, а портфель положил в отсек над головой. На этом рейсе мне досталось место возле прохода, но я ничуть не жалел, потому что рейс ночной и в окно всё равно ничего не будет видно. Зато я могу сколько угодно вставать, не тревожа других пассажиров, и могу заказывать напитки чаще обычного.

 

***

 

Я привычно улыбалась пассажирам и помогала им найти своё место в салоне. Неожиданно в потоке я выхватила взглядом высокого молодого человека и сама не заметила, как засмотрелась в его глаза. Он вдруг оказался совсем близко, жизнерадостно улыбнулся мне и спросил, можно ли повесить пальто в гардероб бизнес-класса. Ха, да в нашем лайнере можно хоть слона запихнуть в этот гардероб, и ещё место останется. Молодой человек прошел дальше в салон, а я понесла пальто, незаметно разглаживая его рукава. От материи, казалось, исходит неуловимый мужской аромат, и мне нестерпимо захотелось вжаться лицом в тёплую ткань.

 

Я взглянула вслед пассажиру, но он уже исчез где-то среди многочисленных кресел. Впрочем, я помню, что его место 26С, так что я легко найду его позже.

 

***

 

Очаровательная стюардесса наклонилась ко мне ближе обычного, и я едва успел прочитать имя на бэйджике, прежде чем скромно отвести взгляд от её декольте: Елена. Её лицо было совсем рядом и я даже почувствовал тонкий аромат её духов. Запах казался каким-то прохладным, свежим и по-девичьи обольстительным. Захотелось вдохнуть поглубже, чтобы полностью им насытиться.

 

Елена улыбалась и предлагала выбрать напитки. Я не сразу сообразил, чего именно хочу, и заказал белое вино. Микробутылочка мигом очутилась у меня на столике, а девушка тем временем следом положила салфеточку и поставила стаканчик. Я с удовольствием рассматривал её ловкие пальчики и украдкой отслеживал соблазнительный изгиб её бёдер. Девушка прекрасно смотрелась в светлой юбке и пиджаке своей униформы. Белую рубашку распирали округлые груди, но в просвет между пуговицами я увидел только краешек бюстгальтера.

 

***

 

Я была сама любезность и сначала старательно предложила напитки всем вокруг, кроме симпатичного парня на месте 26С, и только потом сосредоточила на нём своё внимание. Его руки выглядели красиво и аккуратно, длинные пальцы что-то быстро печатали на ноутбуке. Я вспомнила чудный мужской аромат, которым пахло его пальто, и наклонилась чуть поближе, надеясь почувствовать тот же запах от волос молодого человека. Увы, это был обычный запах мужчины, но запах приятный и мужественный. Я с удовольствием вдохнула поглубже и улыбнулась своей лучшей улыбкой.

 

К счастью, он не стал пялиться в вырез моей рубашки — это хорошо, он джентльмен. Его голос был спокойным и приветливым, и он даже пошутил что-то насчёт лайнера. Я рассмеялась и пошла дальше по проходу, раздумывая над планом действий.

 

***

 

Моего плеча коснулось что-то мягкое, я чуть отпрянул от неожиданности: это стюардесса подошла сзади и наклонилась надо мной, забирая стаканчик и пустую бутылку. Её бедро мягко касалось моего предплечья. Я вдруг ясно представил себе, что моё тело отделяют от её тела всего лишь моя рубашка, ткань её юбки и её трусиков. Если бы не пять миллиметров одежды, я бы чувствовал нежную кожу её бёдер, а может быть и волосики на её лобке, потому что она касалась меня именно этим треугольничком.

 

Эта мысль меня взбудоражила и я стал воображать, будто вижу контуры трусиков на попке стюардессы, когда она прошла по салону дальше вперед. Я представил себе, что это должны быть белоснежно белые хлопковые трусики, совсем без кружев, деликатные на ощупь. Неожиданное возбуждение застало меня врасплох и я порадовался, что мои брюки скрыты ноутбуком. Впрочем, оба соседа уже спали в своих креслах. Ещё некоторое время я вспоминал нежное касание девичьих бёдер, а потом попытался снова переключиться на работу.

 

***

 

Я не смогла отказать себе в удовольствии и вдохнула аромат его волос, наклоняясь над ним. Мне хотелось невзначай задеть его грудью, но это было бы уже чересчур. Я почувствовала, как приятно напряглись мышцы в его плечах, и эта пещерная мужская сила волной передалась мне. Я набралась храбрости, стащила заветный ключ со щитка в коридоре и вернулась к месту 26С.

 

— Молодой человек, вы не могли бы мне помочь? Я вас не отвлеку?

 

Он как будто ждал меня и был с явным удовольствием вскочил. Мне показалось, что он прикрывает рукой брюки, и я почувствала, что краснею от собственной наглости и от предвкушения дальнейших событий.

 

— У нас там на втором этаже цифровой телевизор не включается. Вы, похоже, разбираетесь в технике, поможете нам?

 

***

 

Когда девушка снова возникла передо мной, я был удивлен, рад и сконфужен. Она просила о помощи, а я не мог встать, не выдав своей эрекции. Я неуклюже встал и потопал за ней следом. Её воздушные локоны покачивались, а щечки нежно серебрились в приглушённом свете салона, когда она поворачивалась ко мне, говоря что-то.

 

Мы дошли до лестницы и она начала подниматься первой, соблазнительно виляя попкой перед моими глазами. Я любовался её чудесными ножками: на них были совсем незаметные колготочки, но они ещё красивей подчеркивали их притягательную стройность. Это ничуть не помогало в моей мысленной борьбе с эрекцией, надо сказать.

 

***

 

Я топала перед ним по лестнице и молилась богине Афродите, чтоб моя попка навела его на игривый лад. Какой-то мужчина однажды сказал мне, что даже лесной пень возбудится, если красивая девушка будет подниматься по лестнице перед ним. Я не сильно обольщалась насчёт своей красоты, но должно сработать — ножки у меня хоть куда.

 

Я на секунду задумалась, не споткнуться ли и не упасть ли в его объятия, и чуть не споткнулась по-настоящему. Если кто-то увидит, то подумают про захват самолёта и всему моему плану крышка. Нет уж, буду действовать осторожнее. Ммм, кстати, его зовут Алексей. Ему идёт это имя.

 

***

 

На втором этаже оказался узкий короткий коридор с каютами. Елена открыла одну из них и мы зашли внутрь. Это уже совсем не походило на самолёт, а скорее на комнату-студио в отеле. Роскошная двуспальная кровать со свежими простынями, сверкающая кухня в уголке, большой телевизор напротив кровати и у самой стены столик с цветами и журналами. Дверь каюты сама закрылась за мной.

 

Девушка взяла со столика пульт и присела на краешек кровати. "Вот смотрите, Алексей, он не включается" — она недовольно нажимала кнопки. Я сел рядом и утонул в мягком матрасе, так что Елена почти упала на меня. Мы сидели, плотно прижавшись друг к другу, и я с удивлением смотрел на пульт. Это был пульт от кондиционера.

 

***

 

Он поднял на меня глаза и я почувствовала, как его рука обняла меня за талию. В следующее мгновение он крепко держал меня, как бы проверяя, правильно ли он догадался, а я весело смотрела в его удивленные глаза. Вдруг он чуть улыбнулся и приблизился к моим губам. Я с удовольствием обняла его за плечи и прильнула к нему в поцелуе.

 

Его губы были приятно горячи и сильны, но он как будто совсем не обращал на меня внимания. Мне пришлось на некоторое время бессильно покориться его движениям, пока я смогла полноценно ответить на поцелуй — мужчина страстно съедал мои губы, а я ничего не могла поделать.

 

***

 

Боже, она была удивительно прекрасна в своей непосредственности. Её глаза светились волшебными огоньками, аромат её волос сводил меня с ума, а тело трепетало в моих руках. Я обнял её покрепче и практически потерял контроль над собой: так сладки и нежны были её коралловые губки.

 

Через минуту я почувствовал, что её нежные ручки вытащили мою рубашку из брюк и гладят меня под рубашкой по спине. Я с удовольствием начал раздевать свою соблазнительницу: пиджачок свалился на пол, и я принялся расстёгивать пуговички на её рубашке снизу вверх. Её нежный животик вздрагивал, когда я невзначай касался его своими пальцами.

 

***

 

Его ладони вдруг оказались у меня под рубашкой на обнаженных плечах, и я развела руки в стороны, давая ему стащить с меня рубашку. Горячие мужские ладони практически обожгли меня: он провел руками по моим плечам, снимая рубашки, и я чуть задрожала от его прикосновений, такие они были приятные. Мне захотелось, чтобы он сжал меня ещё крепче.

 

Его руки скользили по моему телу: он нащупал застежку бюстгальтера и уже расстегивал её. Мне стало неловко от такого быстрого обнажения перед совсем незнакомым мужчиной, и я уткнулась лицом ему в волосы. Он как будто улыбнулся и принялся целовать и щекотать меня за ушком.

 

***

 

Леночка прижалась ко мне, и я полной грудью вдохнул её волшебный аромат. Она дышала мне в ухо, это было забавно и приятно. Я расстегнул наконец-то её непослушный бюстгальтер и заставил её чуть отодвинуться, чтобы снять его и полюбоваться её грудью. Чашечки упали её а колени, а обнаженная белая грудь предстала передо мной во всей красе. Розовые сосочки очаровательно торчали, нежные полушария молочно белели в жемчужном свете сумеречного освещения каюты.

 

Девушка смущенно опустила взгляд и я бросился шептать все комплименты, которые знал, чтобы выразить своё восхищение её красотой. Она благодарно посмотрела на меня и потянулась ко мне в поцелуе.

 

***

 

Когда мы встали, я помогла ему снять рубашку и избавиться от брюк. Есть какое-то стервозное удовольствие в расстегивании мужских брюк, поэтому я с удвоенной энергией занялась этим процессом. В его трусах сейчас явно было мало места. Я провела рукой по напряженной вертикальной складке и Алексей весь вздрогнул.

 

 

Его руки резко расстегнули молнию на моей юбке, и я осталась без юбки. На мне были изящные чулки — тонкие, но с красивым кружевом. Он опустился на одно колено передо мной, рассматривая мои бёдра, и я запустила пальцы в его шевелюру. Ммм, я мечтала об этом целый вечер — и вот его шелковые волосы струятся в моих руках.

 

***

 

Оказывается, на ней были чулки. Они так ей шли, что я не удержался и опустился вниз, насладиться красотой её ножек в чулочках. Трусики были белые, но совсем маленькие и очень кружевные — не такие, как я тогда себе представлял. Мне показалось, что сквозь полупрозрачную ткань я вижу полосочку волос на лобке.

 

Я коснулся носом холмика её трусиков, чтобы почувствовать сокровенный женский аромат. Стянул их пониже, чтобы увидеть заветный треугольничек: треугольничек встретил меня пушком кудрявых волос и горячей влагой на губках между ног. Её нежное тело как будто таяло в моих руках, и я совершенно не запомнил, как мы оказались в кровати, уже оба полностью голые.

 

***

 

Я отдавалась его прикосновениям, ни о чем не думая. Он вывел меня из транса на мгновение, практично спросив про презервативы, но я равнодушно покачала головой: всё равно у меня не тот день. Через секунду я уже потерялась в его горячих объятиях и не могла понять, где заканчивается моё тело и начинается его.

 

Его поцелуи как будто были везде. Я млела, отвечала на его движения как могла и не была способна даже представить, что именно мы сейчас делаем. Аромат спонтанной встречи опьянил меня, а ласки моего страстного мужчины не давали мне прийти в себя ни на секунду. Я что-то целовала, что-то обнимала и гладила, но большей частью покорно выгибалась в его руках, плавилась и стонала от удовольствия.

 

***

 

Она лежала, как мне показалось, совершенно измученная нашим приключением. Ещё мгновение — и, похоже, уснула. Я осторожно выбрался из кровати, полюбовался её умиротворённым лицом, разметавшимися по подушке волосами, и начал одеваться. Кое-как привел себя в порядок, закрыл каюту, вернулся на своё место и выключился в изнеможении.

 

На выходе из самолёта Елена уже провожала пассажиров как ни в чём не бывало. Она нежно улыбнулась мне и подала мне моё пальто. "Ждём Вас снова на нашем рейсе", сказала она и подмигнула. "С удовольствием", ответил я, надевая пальто. "С огромным удовольствием".

 

В кармане пальто обнаружилась визитка авиакомпании с нарисованным ручкой сердечком и телефонным номером. Моя голова закружилась от счастья и я остановился на мгновение, прежде чем шагнуть на эскалатор. Да, до скорой встречи!

 

© Алекс Эр

В ресторане

Я пригласил тебя в тихий, уютный ресторан, где не очень много людей и царит приятный полумрак. Официант зажег две свечи на нашем столике, ты читаешь меню, а я любуюсь твоей улыбкой и твоей прической — ты так красиво уложила волосы.. Ты легонечко толкаешь меня под столом носочком туфельки: мол, давай читай меню, а не глазей на меня!

 

Мы заказываем парочку блюд, которые, как мы надеемся, должны быть очень вкусными. Официант открывает красное вино и наполняет наши бокалы. Вишнёво-красная жидкость искрится в отблесках огоньков свечей и бокалы нежно звенят, соприкасаясь — мы отмечаем прекрасный вечер. Я наблюдаю, как твои изящные тонкие губы касаются краешка бокала — будто в поцелуе — и ты пробуешь вино: оно приятно прохладное, чуть терпкое и с очень нежным ароматом.

 

Ты делаешь глоток, и словно сочная виноградинка проскользнула по язычку. Горячая волна прокатилась следом по всему телу и ты с удовольствием расслабилась... Вечер начался, всё прекрасно, я сижу напротив и восхищенно тебя рассматриваю: на тебе маленькое чёрное платье с красивым декольте, чёрные чулочки и туфельки с острым носиком. Ты чудо как хороша!

 

Я нежно беру тебя за руку и своей ладонью накрываю твою ладошку. Как всегда, моя ладонь горячее твоей.. Твои пальчики такие нежные — я ласково глажу их, с удовольствием сжимаю и согреваю. Наклоняюсь поближе, чуть приподнимаю твою ладошку и целую каждый пальчик..

 

Мы болтаем, пъём вино, непринужденно расправляемся с основным блюдом и ждём десерта. Я рассказываю тебе, как тебе идёт это платье — твои очаровательные плечики красиво подчеркнуты, твоё декольте выглядит ещё красивее, крошечные рукавчики открывают твои изящные руки. Ты чуть смущенно смеешься, в который раз не веришь мне и отмахиваешься от моих комплиментов. А зря, я так искренен! Этой милой шейке не убежать от горячих поцелуев сегодня вечером.

 

Я напоминаю тебе, как красивы сегодня твои ножки в чулочках и туфельках. Нахально заглядываю под стол, чтобы полюбоваться соблазнительными коленочками и округлыми бёдрами, такими женственными и необычайно привлекательными. Мне кажется, что я вижу ажурный краешек чулочков под платьем, и это меня очень возбуждает. Я наклоняюсь к тебе поближе и шепчу, что дорого отдал бы за то, чтоб увидеть в каких ты трусиках сегодня. Твоё лицо совсем близко, твои волосы нежно пахнут какими-то легкими духами...

 

Я ещё раз заглядываю под стол, ожидая, что ты внемлешь моей просьбе и чуть раздвинешь ножки, чтобы похвастаться трусиками. Но нет, Леночка, ты неприступна и коленки только плотнее прижались друг к другу. Я нежно глажу твою руку, смотрю в глаза и всячески умоляю тебя не мучить меня загадками. Уже бы айсберг растаял на моём пути. В твоих глазах горит какой-то хитрый огонёк, но ты только молча улыбаешься...

 

В какой-то момент ты опускаешь обе руки под стол и проделываешь какие-то манипуляции, украдкой поглядывая по сторонам. Твоя рука снова касается моей, ты протягиваешь мне комочек ткани и я с недоумением разворачиваю его. Ой, это чёрные кружевные трусики! Какая прелесть! Ты смеешься, глядя на мою реакцию — я делаю то, что делают все мужчины, заполучившие такой приз — вдыхаю поглубже их аромат. Мой взгляд затуманивается от удовольствия и предвкушения, ведь прямо передо мной сидит восхитительная женщина и совсем без трусиков, ммм... Нежные губки там внизу сейчас так беззащитны и так открыты...

 

То ли из-за вина, то ли из-за соблазнительной тебя я не помню, что было дальше в ресторане. Но мы куда-то приехали, никак не могли открыть входную дверь, потому что непрерывно целовались, шумно ввалились в комнату и продолжили осыпать друг друга поцелуями.. Твои губы такие нежные и такие нетерпеливые, я просто не могу прекратить целовать тебя! Твой сладкий язычок играет с моим, твои уголки губ — сама нежность, а волосы так сладко пахнут... Ты прижимаешься ко мне всем телом и это чертовски приятно!

 

Я обхватываю тебя руками за бёдра, веду руки вверх — и вот твоё платье задирается всё выше. Ммм, Леночка, твоя попка совсем голенькая и такая бархатная.. Я сжимаю твои ягодицы, наслаждаясь их нежной кожей и приятными формами. Энергично массирую твою попку, чтоб ты почувствовала, как ей стало горячо и как она мне нравится.

 

Мы вдвоем высвобождаем тебя из платья. Твои волосы чуть растрепались, щеки горят, губки чуть припухли от поцелуев, грудь красиво обрамлена ажурным бюстгальтером, а ножки в чёрных чулочках и туфельках выглядят невероятно привлекательно. Я не могу оторвать взгляда от того места, где ещё недавно были трусики — эта нежность и женственность непреодолимо манит меня.

 

Я подхватываю тебя на руки и усаживаю в глубокое мягкое кресло.. Подвигаю попкой чуть ближе к краю, чтобы ты не совсем утопала в кресле, опускаюсь перед тобой на колени и раздвигаю твои ножки в стороны. Тебя не нужно долго уговаривать — очаровательные ножки открывают мне прелестный розовый цветок между ними, и я с вожделением рассматриваю его. Ты устраиваешься поудобнее в кресле и кладешь ножки мне на плечи и закрываешь глаза..

 

Твои губки там внизу горячие и полны влаги. Я знаю это, потому что моё лицо уже совсем близко, и я чувствую их жар. Я слизываю капельку твоей влаги длинным движением, и ты чуть вздрагиваешь от первого прикосновения. Ты чувствуешь моё жаркое дыхание там внизу, и ощущаешь, как мой упругий язык начинает чертить узоры по линиям чудесного цветка твоего влагалища.. Я очерчиваю языком края лепестков и их основание, с силой пролизываю дорожку от попки до клитора, рисую круги вокруг капюшончика клитора, чтобы раззадорить его...

 

Леночка, ты такая влажная там внизу! Я пью эту сладкую влагу с каждым движением, наслаждаюсь необыкновенной чувствительностью каждой точечки твоего тела, с удовольствием вдыхаю твой неповторимый женский аромат. Я посасываю твой клитор и целую его нежно-нежно. Разогреваю его круговыми движениями, дразню его, теребя кончиком языка..

 

Мои пальцы проникают в твоё влагалище, и влажные стенки томительно сжимаются вокруг них. Я ласкаю тебя внутри плавными движениями, наслаждаясь этим ничуть не меньше, чем ты сама. Ты так открыта передо мной, ммм, моя сладкая Леночка... Я ласкаю тебя всё интенсивнее, и твои стоны возбуждают меня выше всякого предела. Ты уже расстегнула бюстгальтер и твоя прекрасная грудь видна мне во всей красе. Ты поглаживаешь свои груди, нежно сжимаешь сосочки и массируешь кружочки вокруг них.

 

Я не могу больше терпеть. Беру твою руку и направляю её вниз, к клитору, чтобы ты поласкала сама себя, пока я разденусь. Твоя правая ладошка захватывает контроль над цветком страсти, а левая продолжает массировать грудь. Я любуюсь этим прелестным зрелищем: что может быть прекраснее, чем возбужденная женщина, ласкающая сама себя?! Ты так хороша, Леночка, так соблазнительна! Мой член дрожит от напряжения.

 

Я подхожу к креслу, намереваясь овладеть тобой прямо там, но ты жестом подманиваешь меня поближе. Ты ровно садишься в кресле, ладошкой обнимаешь меня за ягодицу и подтягиваешь совсем близко. Похоже, тебе хочется пососать мой член... Ммм, скорее бы! Ты мучаешь меня, поглаживая своими нежными руками мои ноги и ягодицы, лаская яички и водя язычком совсем рядом с моим возбужденным стволом. Я сотрясаюсь от наслаждения и сладкого предвкушения. Ты же с удовольствием рассматриваешь мой член во всех подробностях.

 

Вот твой ротик охватывает головку, и я чувствую, как она погружается во влажное тепло, как будто во влагалище. Острый шершавый язычок усиливает мои ощущения, я чувствую твои упругие прикосновения отчётливее: вот нежные губки сильным колечком сжимаются вокруг головки, вот нежная ладошка обхватила ствол и потянула кожу вниз, заставляя меня напрячься ещё сильнее. Вторая ладошка осторожно приподняла яички и погладила их, даря необыкновенное ощущение нежности... Мне чертовски приятно наблюдать, как обнаженная возбужденная женщина ласкает мой член. Хочется запустить руки тебе в волосы, чтобы ощутить тебя ещё ближе.

 

Ты сосешь головку всё энергичнее, и твоя ладонь сжимает член сильнее. Я чувствую, как будто горячий шар собирается на кончике члена, и томит меня желанием разрядки. Ты вдруг даешь моему члену отдохнуть, выпуская его изо рта и только слегка пролизывая его по всей длине. Твой язычок удивительно нежен и упруг, Леночка. Это настоящая пытка удовольствием. Ещё немного, и твой ротик был бы наполнен моей спермой.

 

Я поворачиваю тебя на кресле к себе попкой. Ты обхватываешь спинку кресла, твои коленки почти на края кресла, и я осторожно с твоих ножек снимаю туфельки, которые почему-то до сих пор надеты. Ах, какие же красивые твои ножки, Леночка! Я целую твою нежную попку, беру тебя за бёдра и медленно насаживаю на член.

 

Мне нравится, как твоё тело само движется навстречу, требуя удовольствия. Я делаю сильные и глубокие движения, чтобы тебе было хорошо, и, похоже, имею успех, потому что твои глазки снова закрыты и твои стоны слышны очень хорошо. Ммм, Леночка, мне вдвойне приятно, когда хорошо тебе!

 

Твоя грудь совсем близко: я обнимаю её ладонями, массирую нежные полушария, ласково сжимаю сосочки, наслаждаясь их возбужденной упругостью. Твои вздохи подтверждают, что я всё делаю правильно. Тебе горячо в груди, сосочки горят в моих пальцах, внизу живота сладко ноет... Я делаю энергичные движения тазом, наслаждаясь податливой нежностью и глубиной твоего влагалища. Мне так хорошо там внутри! Как будто мягкая волна окутывает мой член и ласково массирует его.

 

Мне нравится рассматривать тебя. Очаровательная звездочка попки движется в такт моим движениям, ягодицы вздрагивают от моих толчков, спинка раскраснелась, пальчики ног иногда сжимаются от напряжения. И это жутко приятно — видеть, как всё твоё тело подчинено моим движениям, и даже твоими приятными стонами я могу легко управлять. Твои груди тают в моих ладонях, попка упруго принимает каждый толчок, стремясь сделать движения резче и глубже.. Ты просто пламя удовольствия, Леночка...

 

Я чувствую, что твой оргазм уже близко.. Стеночки влагалища сжимают мой член плотным колечком, не выпуская его наружу, твои пальчики впились в обшивку кресла, и твоё дыхание совсем частое и прерывистое. Я чувствую каждый твой отрывистый вдох, потому что твоя нежная грудь всё ещё в моих руках, и я не собираюсь её отпускать.

 

Вот ты сильно прижалась ко мне бёдрами, твои кулачки крепко стиснуты, и даже пальчики ног сжались... Я чувствую, как горячие стенки влагалища упруго пульсируют вокруг члена, обвивая и отпуская его. Ты выгибаешь спину, твой стон наслаждения приводит меня в неописуемый восторг. Ммм, Леночка, как ты хороша в этом пике удовольствия.. Твоё тело сотрясается от каких-то внутренних судорог и напряжений.

 

Я даю тебе отдохнуть минутку, а потом делаю ещё несколько хороших сильных движений.. Мой член напряжен до предела, горячая струя выстреливает у тебя внутри, и теперь моя очередь сотрясаться от удовольствия и сжимать твое нежное тело в своих руках. В глазах темнеет на мгновение, я прижимаю тебя крепче и пытаюсь благодарно поцеловать.. Ты нежно отвечаешь мне, повернувшись ко мне настолько, насколько позволяют мои объятия и наши слившиеся тела..

 

Мы ложимся рядом на ковре, обессиленные, и я ласково глажу тебя по спине, по груди, по бёдрам. Ты так прекрасна, расслабленная и насладившаяся, ммм.. мечта мужчины. Я нежно очерчиваю кончиками пальцев твои бровки и носик, глажу щечки и ласкаю твои уставшие от поцелуев губки.. Ты жмуришься от моих прикосновений, а я с удовольствием разглядываю твою красивую пышную грудь, красные от моих усилий сосочки и белый, совсем гладенький лобок.. Нежные губки там внизу истекают нашими соками, а ты тем временем с удовольствием выпрямляешь и потягиваешь ножки, утомленные позой на кресле..

 

© Алекс Эр

Манхэттенская фантазия

После полуночной прогулки вдвоем по улицам города мы входим в номер, закрываем дверь, и я вдруг останавливаю тебя: "тссс, замри!" Завязываю тебе глаза шелковой повязкой, прошу опереться ладонями на стену. Ты заинтересованно подчиняешься.

 

На тебе тонкая кофточка, и юбочка до колен, чулочки и очаровательные туфельки. Ты ничего не видишь и только чувствуешь: я глажу твои руки от запястий к плечам, провожу плавным движением от плеч по спине вниз.. Ты чувствуешь, как мои горячие и шершавые ладони забрались под твою кофточку, как они движутся по прохладному голому телу вверх.. Твоя кожа такая бархатная, ммм..

 

Я расстегиваю застежку бюстгальтера, и проникаю руками под его чашечки. Твои нежные круглые груди удобно устраиваются в моих ладонях... Я наслаждаюсь прикосновениями к ним, касаюсь чувствительной зоны декольте. Ты слышишь моё возбужденное дыхание, чувствуешь, как мои руки обнимают тебя: я сзади, я обшариваю тебя всю под кофточкой, моё тело чуть касается твоего, мои губы нашли твою шейку и покрывают её поцелуями, горячими и нежными.

 

Движение вниз, и мои ладони больше не под твоей кофточкой, я отстранился на мгновение. Ты прислушиваешься к ощущениям: вот прикосновение возле коленок, я хватаю твои ножки и веду по чулкам вверх.. Твоя юбка задирается, нежной кожей бёдер ты чувствуешь мои руки: я глажу тебя по попке, по трусикам, по внутренней стороне бедра, наслаждаюсь этой безнаказанной игрой под юбкой.. Ты чувствуешь мои прикосновения там внизу, они повсюду — и на попке, и на ножках, на всей нежной области от края трусиков до кружева чулок. Мои руки коварно шарят по твоему телу, а ты как будто не смеешь пошевелиться, наслаждаясь этими касаниями..

 

Вот зашелестела молния, и твоя юбочка упала к твоим ногам. Ты снова чувствуешь мои ладони на своей талии — это я задираю твою кофточку и тяну её вверх, раздевая тебя. Мы снимаем её вдвоем, стараясь не задеть повязку на глазах.. Расстегнутый бюстгальтер легко спадает с плеч, и ты чувствуешь, что ты до пояса обнажена передо мной.. Тебя возбуждает эта открытость, ты чувствуешь мой жадный взгляд всеми клеточками кожи. Я поворачиваю тебя лицом ко мне, целую в губы, в шею, ласкаю твое прелестное обнаженное тело, а ты наощупь пытаешься найти мою рубашку и расстегнуть её...

 

Через несколько минут борьбы с непослушной одеждой нам остается только добраться до кровати и продолжить нежные ласки там.. Ты не снимаешь повязки с глаз, чтобы только чувствовать, чтобы ощущать каждое моё прикосновение более ярко. А я с наслаждением рассматриваю тебя всю, бесстыдно любуюсь твоими прелестями...

 

Я снова отстраняюсь и прошу тебя подождать... От нетерпения ты прикусываешь свои очаровательные губки и ждешь, гадая, какой ещё сюрприз я приготовил. Я бесшумно открываю дверцу мини-бара, вытаскиваю лёд и несу его к постели. В полумраке комнаты ты выглядишь великолепно: твое обнаженное тело лунного цвета изящно изогнулось на простынях, округлые груди белеют, обрамляя твои соски чуть заметным белым сиянием, твои соблазнительные ножки так прекрасны!

 

Ты прислушиваешься, стараясь угадать, что же я несу. Я не выдерживаю и чуть позвякиваю кубиками льда, чтоб сюрприз был чуть приятнее. Ты улыбаешься, а я любуюсь чертами твоего красивого лица. С завязанными глазами ты выглядишь загадочно и очень соблазнительно. Беспомощная и покорная красавица...

 

Я беру пальцами кубик льда и подношу его к твоему бархатному животику. Прохладная капля срывается вниз, на кожу, и ты вся вздрагиваешь... Так прекрасно, так соблазнительно — твой чудесный ротик приоткрывается в беззвучном "ах!", твои плечики чуть встрепенулись, грудь нежно колыхнулась, животик весь прогнулся, спасаясь от холодной капельки. Даже ножки чуть сжались вместе, защищаясь от неожиданного прикосновения.

 

Я роняю ещё одну прохладную капельку, чтобы посмотреть этот прелестный спектакль снова — твоё соблазнительное тело так необыкновенно красиво вздрагивает и отзывается на эти игры с водой! Я касаюсь твоего сосочка ледяным кубиком и ты стонешь уже по-настоящему. А я обвожу твой сосок кусочком льда, а потом накрываю его горячим поцелуем, и ты выгибаешься вся мне навстречу...

 

Проходит бурная ночь и мы засыпаем обнявшись, уставшие, уже без всяких повязок и без единого клочка одежды на нас.. Внизу под окнами шумит вечно занятый Манхэттен, где-то воет сирена полицейской машины и скоро уже рассвет, но нам некуда спешить...

 

© Алекс Эр

 

Охота за зрелой женщиной

Мы встретились с этой женщиной в лифтовом холле отеля в Санкт-Петербурге. Она катила один чемодан и несла в руке второй, а я ждал лифт и рассматривал её очаровательные туфельки на каблучке, черные и невысокие. На ней был деловой костюм со светлой рубашкой, на ножках под строгой юбкой виднелись скромные колготки. У неё были светлые вьющиеся волосы, серые глаза, пышная грудь, и на вид ей было лет тридцать пять.

 

Я улыбнулся ей, предложил помочь внести чемоданы в лифт и мы вместе замерли в кабине, прислушиваясь к гудению моторов.

— Погода сегодня просто отличная!

— Да, необычно для Питера, — ответила она.

— Вы первый раз в Питере?

— Нет, а вы?

— Первый раз, — радостно соврал я. — И, к сожалению, совсем не могу посмотреть город днём, потому что всё на конференции да на конференции. Как вы думаете, что здесь можно посмотреть вечером?

 

Лифт медленно открыл двери и она собралась выходить. Я подхватил её чемодан и выскочил следом.

— Сходите в театр, все театры дают представления в семь. Ну и посмотрите мосты после полуночи, конечно же. — Она посмотрела на свой чемодан у меня в руке и жестом попросила поставить его. — Спасибо, дальше я сама донесу.

— А какой театр вы порекомендуете? — зацепился я за её слова.

— Выбирайте не театр, а спектакль, — она усмехнулась, — вам же не всё равно, что смотреть?

— Может быть, у вас найдётся свободный вечер сходить со мной? Вы знаете, в компании всё всегда интереснее...

— Вряд ли, молодой человек, — она печально улыбнулась. — Я тоже днём занята и к вечеру очень устаю.

 

Я поставил чемодан и протянул ей свою визитку.

— Если всё же у вас найдется свободный вечер, дайте мне знать? Я с удовольствием всё организую. Я тут на всю неделю, в этой же гостинице.

— Особенно не рассчитывайте, — она мельком взглянула на визитку, — Алексей. Я действительно очень занята. Всего хорошего!

— Всего!

 

Мы разошлись и я даже не узнал, в каком номере она остановилась.

 

Утром я увидел её в кафетерии отеля. Она завтракала одна и я воспользовался случаем поздороваться.

— Доброе утро, Алексей. — улыбнулась она в ответ.

— А я вот не знаю, как вас зовут. Жаль.

— Елена. Извините, я не захватила визиток на завтрак. — она снова мило улыбнулась.

— Очень приятно, Елена. Можно к вам присоединиться?

 

Какое красивое имя для такой женщины — Елена. Зрелое и такое притягательное. Я поиграл именем как леденцом на языке — Елена. Е-ллле-на.

 

Мы побеседовали ни о чем, а затем я выпросил у неё номер телефона. Я был настойчив, любезен и сама галантность. Осталось придумать, куда сводить её вечером. Разложив в пасьянс несколько хороших вариантов, я позвонил ей в обед...

 

— Алексей, знаете, у меня в этом городе много знакомых и наверняка кто-нибудь увидит нас вместе. — Она вздохнула в трубку. — Я бы не хотела потом оправдываться перед мужем. Если хотите, давайте поужинаем у вас в номере. Я с удовольствием с вами поболтаю, если уж вам так скучно.

 

Мы ужинали вместе и в этот день, и на следующий. Елена была очаровательна, улыбалась моим шуткам, рассказывала что-то по работе, помогала избегать неловких пауз. Обстановка получалась исключительно дружеская и никакие мои уловки не срабатывали. Впрочем, я был так восхищен, что моя мечта встретиться со взрослой женщиной в интимной обстановке почти сбылась, что мне и этого было достаточно.

 

На третий день она согласилась выпить вина.

 

— Сидим тут, как монахи в келье, прячемся. — Она отпила глоток вина. — Ты танцуешь?

 

Я недоумённо воззрился на неё, не ожидая такого вопроса.

 

— Включи музыку какую-нибудь поспокойнее? — Она кивнула на музыкальный центр. — У тебя есть что-нибудь танцевальное?

 

Сообразив, что требуется, я подключил свой плеер к музыкальному центру и включил французскую коллекцию.

— Разрешите Вас пригласить? — Я галантно подал ей руку.

 

Елена мило улыбнулась, позволила обнять себя за талию и мы медленно закружились в танце. Я вдохнул поглубже, наслаждаясь ароматом её волос, так удивительно близких. Мои руки чувствовали тепло её тела сквозь одежду, и это мягкое тепло жгло меня жестче раскаленной печи: я представлял себе, как упруго и отзывчиво к ласкам её тело, как ароматна и нежна её кожа...

 

Мне кажется, это она меня поцеловала, а не я её. Я был настолько опьянен её близостью и нашей трехдневной "дружбой", что совсем потерял контроль над ситуацией. Когда моих губ вдруг коснулись её нежные губы, я замер на мгновение, пытаясь вспомнить, что же нужно с ними делать. Но вот я уже чувствую знакомый вкус помады, вдыхаю вишневый аромат девичьих губ и тело берёт своё: я целую эти губы так, как будто от страсти этого поцелуя зависит вся наша жизнь.

 

Я привлекаю её ближе к себе, и вот уже вожделенное женское тело прижимается к моему: нежные груди упёрлись в мою грудь, наши бёдра соприкасаются, её спинка податливо выгибается под моим нажимом. Я наслаждаюсь поцелуем, и она вроде как тоже не готова прервать его... Наши языки встретились и мы играем, щекоча и лаская друг друга. Нежные губы Елены удивительно приятны на вкус и необыкновенно нежно реагируют на мои касания... Мне кажется, я никогда ещё не получал такого удовольствия от поцелуя.

 

Как б нехотя я нащупываю пуговички на её пиджаке, и медленно стягиваю его с её плеч. Медленно и с удовольствием расстегиваю её блузку, стараясь не прерывать поцелуй... Блузка Елены расстёгнута, и я наконец-то могу коснуться её тела: какое наслаждение — провести руками по её голым плечам, сбрасывая её блузку на пол, погладить её нежные руки и восхитительную голую спину.

Изящный бюстгальтер скрывает от меня её прекрасные груди. Я обнимаю Елену покрепче, наслаждаясь и объятиями, и высвобождением её тела из чашечек этого элемента нижнего белья... Вот застёжка расстегнута, бретельки ослабли, и нежные круглые груди выскальзывают из чашечек прямо в мои ладони. Я отрываюсь на секунду от губ Елены, чтобы полюбоваться долгожданной картиной. Её белоснежные груди идеально симметричны и очень красивы: ареалы вокруг сосочков небольшие, и сами сосочки очаровательно миниатюрны...

 

Я готов отдать всё, чтобы доставить этой женщине самое высшее удовольствие, какого она только заслуживает. Двуспальная отельная кровать совсем близко — я подхватываю Елену на руки и отношу её туда. Она нежно улыбается мне, поудобнее устраиваясь у меня на руках и совсем не смущаясь своей наготы. Я перевожу взгляд с её милого лица на прекрасную грудь: какое восхитительное сокровище у меня в руках! Бережно усаживаю Елену на край кровати и опускаюсь на одно колено у её ног.

 

Её красивые ножки так близко! Я бережно беру правую и снимаю с неё туфельку. Потом снимаю туфельку с левой... Какие очаровательные ступни в нейлоновой сеточке. Сейчас узнаем, чулочки это или колготки... Я нахожу молнию у Елены на юбке и расстегиваю её, затем аккуратно опрокидываю женщину на спину и стаскиваю с неё юбку. Это удивительно приятно: раскрывать женское тело как цветок перед собой, постепенно обнажать его...

 

Она снова сидит передо мной, прекрасная, обворожительная. Такая непосредственная в одних чулочках и крошечных чёрных трусиках. Что-то шепчет... "Иди сюда", слышу я и подвигаюсь поближе. Она легко ловит меня за рубашку и расстегивает пуговицы. Вместо того, чтобы снять её, гладит меня нежными прохладными ладошками по груди... "Ты так горяч", говорит она, улыбаясь.

 

Мне не терпится продемонстрировать, как именно я горяч. Я поскорее снимаю рубашку, сбрасываю брюки вместе с носками и остаюсь в одних плавках. Елена с нескрываемым интересом рассматривает моё тело, в особенности бугор на плавках. Я завожусь от этого взгляда ещё больше, опрокидываю её на кровать и накрываю её тело своим. Наши губы снова в поцелуе, и этот поцелуй стал более страстным и нетерпеливым...

 

Я нехотя отрываюсь от её волшебных губ и целую её везде, где только могу: покрываю поцелуями её шейку, щечки, лоб, щекочу за ушком, опускаюсь к груди.. Прекрасные полушария так отзывчивы — Елена чуть слышно стонет от каждого поцелуя, которым я награждаю её чудесные груди.. Сосочки торчат, как камешки, упруго прогибаясь под моими прикосновениями..

 

Спускаюсь ещё ниже, к бархатному животику и чёрным простым трусикам Елены. Бросаю быстрый взгляд на лицо — она смотрит на меня с чуть насмешливой улыбкой... Я смело смотрю в ответ, берусь за края её трусиков и неторопливо стаскиваю их вниз, растягивая удовольствие. Ещё мгновение, и её интимные губки открываются передо мной неземным цветком во всей своей красе. Удивительно: она совсем гладенькая там внизу. Я думал, что это удел молодых девчонок и не ожидал такого от взрослой женщины.

 

Я с удовольствием рассматриваю розовые лепестки её сокровища, такие нежные и чуть трепещущие.. Мне кажется, они чуть блестят от влаги. Невыносимо хочется припасть к ним губами и ласкать их до тех пор, пока Елена не закричит от удовольствия в моих руках... Я на несколько мгновений увлекаюсь стаскиванием чулок с её прелестных ножек, тем временем любуясь красотой обнаженной женщины.

 

Держать эти бархатные женские ножки в своих руках — ещё одно наслаждение... Я поглаживаю их, восхищаясь их нежностью и изящными линиями. Поднимаюсь выше и всё-таки наклоняюсь и припадаю губами к цветку влагалища: оно горячее, очень влажное и необыкновенно приятно пахнет. Я играю с интимными губками, отыскиваю клитор и ласкаю его очень осторожно... Елена откинулась на подушки и дышит часто-часто, иногда чуть слышно постанывая. Её ножки вздрагивают, когда я уделяю клитору слишком много внимания..

 

Пожалуй, я не буду ограничиваться только такими ласками. Я вернулся к её лицу, к её губам, снова был одурманен ароматом волос и снова утонул в прекрасных глазах... Почувствовал её нежные пальцы у себя в плавках и стянул с себя плавки. Она нежно коснулась моего члена, приласкала его ладонью, а потом нежно надавила на моё бедро рукой — мол, давай...

 

Я вошёл в её нежное лоно медленно, ловя каждое мгновения ситуации: мои губы слились в поцелуе с её нежными губками, моя рука у неё под плечами, ласкает бархатную кожу спины и шейки, наши тела соприкасаются почти по всей длине... Её ножки обвили мои бёдра и мой разгоряченный член медленно погружается во влажную глубину её тела. Я так давно желал её, и вот она, моя Елена, с полуприкрытыми от удовольствия глазами, вся открыта и доступна передо мной... Я как будто пью горячую влагу её тела, её бёдра сладостно подаются навстречу моему члену, нежная глубина влагалища охватывает меня своими трепещущими стеночками..

 

Эта ночь была невероятно длинной. Мне было так хорошо, что я даже не думал о том, чтобы испытать оргазм — я наслаждался каждой секундой близости, каждым дюймом прекрасного тела обнаженной Елены. Я неутомимо ласкал её, пока она вдруг не застонала и не затрепетала в моих объятиях.. Я же почувствовал не мужское самодовольство, а нежную радость по отношению к ней...

 

Она отдышалась, прижалась ко мне покрепче и доверчиво поцеловала в губы. Её глаза обворожительно блестели искренностью. "Ты прелесть", прошептала она. Я обнял её покрепче, прижал и через несколько движений извергся внутри её утомленного ласками тела. Мы снова поцеловались и некоторое время лежали, рассматривая друг друга с нежностью, пока не уснули...

 

© Алекс Эр

 

Воспоминания детства: как мы поймали её.

Мы лежали в камышах тихо-тихо, прислушиваясь к шуршанию одежды. Вот она раскладывает покрывало на траве; вот, похоже, снимает платье; вот уже шуршит бюстгальтером. Вот ещё немного усилий и вздохов — это, видимо, она снимает трусы. Я рисовал в воображении каждое её движение, потому что уже несколько раз видел весь процесс, пока мы сидели в засаде с биноклем.

 

Она приходит каждое утро, прячется в этой уютной ложбинке в камышах, раздевается и загорает голышом. Её ни с одной стороны не видно, и до ближайшей деревни километра два, так что место она выбрала очень удачное — если бы не отвесный противоположный берег реки. Мы заметили её оттуда и всей мальчишечьей компанией жадно разглядывали сначала так, а на следующий день уже в Сашкин бинокль. Ватага шестиклассников, что мы знали тогда о женском теле?

 

Я представил себе, как она поддевает пальцами края трусов и спускает их вниз, высвобождая сначала одну ногу, а потом другую. Упругие чёрные завитки на лобке выскальзывают на свободу, нежнейшая белая кожа кажется ещё беззащитнее на ярком летнем солнце... Я напряженно всматриваюсь, сжимая бинокль потными пальцами и пытаясь рассмотреть и почувствовать каждый сантиметр её тела. Она ложится, поправляя покрывало под собой, и накрывает глаза соломенной шляпой. Белая грудь с ярко-коричневыми сосками немного растекается в стороны, как желе с вишенками...

 

Мы выдираем друг у друга бинокль, шёпотом переругиваясь и напрягая глаза, чтоб увидеть больше. Вот её тело чуть заблестело от мелких капелек пота, вот она устала и перевернулась на живот, и теперь мы пристально изучаем её ягодицы, в то же время надеясь, что она чуть шире раздвинет ноги. Там, между ног, у женщин что-то розовое. Чертовски интересно и волнительно — что же?

 

Санёк, захлебываясь от гордости, рассказывает, что именно он видел там у сестры, но ему никто не верит: уж больно похоже на сказки заморских путешественников. Я в свой черёд забираю бинокль, подкручиваю резкость и рассмативаю едва заметные складочки, которыми продолжается женская попа. Похожие складочки я видел спереди, под чёрными волосами на лобке.

 

Наш план прост, но мы пять раз проводили испытания, и сто раз обсуждали, стоит ли идти на такой риск. Нас всего пятеро, а она такая большая и взрослая. Впрочем, должно сработать. Вот она уже затихла и дышит ровно, готовится задремать. Моё сердце бьётся так, что я боюсь, что ей слышен этот грохот: первый рывок всё-таки делаем мы с Мишкой, преступники и нахалы.

 

Набираюсь храбрости, делаю Мишке страшные глаза — готов? — готов. Мы выскакиваем из кустов почти у самой головы женщины, набрасываем ей на лицо и грудь полотенце и крепко держим её руки и плечи. Мишка находит под тканью рот и затыкает его пальцем прямо сквозь полотенце, чтобы она не укусила его. Женщина под полотенцем захлебывается какими-то звуками и пытается вырваться.

 

Сашка и Стас уже насели на её ноги, и теперь четверо из нас заняты удержанием. Свободен только Пашка и он нерешительно стоит над нами. "Что ты стоишь, как пень?" — зло шепчет Сашка, придавливая ногу женщины и кивая на промежность — "Иди смотри". Пашка заходит ей между ног, опускается на колени и жадно рассматривает запретное место вблизи. Он хочет потрогать розовые складочки, и я вижу, как дрожат его руки... Женщина уже не так дергается, но что-то нехорошее мычит в Мишкин палец сквозь полотенце.

 

Пашка касается её интимного места, она вздрагивает и замолкает. Пашкины руки просто невероятно дрожат: он еле попадает кончиком пальца по складочкам, а мы с завистью смотрим на его движения — всё-таки он первый из нас, кто трогает это сокровище. Пашка проводит несколько раз пальцами по розовым лепесткам, трогает вьющиеся заросли лобка и в какой-то момент, опьянев от дозволенного, запускает в них пальцы и перебирает завитки. Потом снова щупает розовые складки, водит по ним подушечками пальцев, зачем-то нюхает свою руку.

 

"Иди сюда," — это Сашка шипит, указывая Пашке, как перехватить женскую ногу, чтоб удобнее её держать. Пашка медленно и с волнением усаживается женщине на колено, и смотрит, как Сашка нагнулся над интимным цветком нашей жертвы. Сашка перебирает лепестки, перекладывает их, рассматривает так внимательно, будто он больше никогда этого не увидит. Скребет пальцами по черным завитушкам лобка. "Ну, всё как я говорил", шепчет он, и даже в шёпоте я слышу его самодовольство. Ишь ты, он видел уже. Сашка встаёт, подходит ко мне, кладет свои ладони на мои и я высвобождаю руки...

 

Моя очередь. Обнаженная, чуть загорелая взрослая женщина лежит передо мной, полностью раскрывшись. Она совершенно беззащитна, потому что мои друзья крепко держат её за руки и за ноги. Я набираюсь храбрости и касаюсь её груди: белая кожа почти обжигает мне пальцы своей нежностью — я никогда бы не подумал, что женская грудь так мягка и чувствительна. Я касаюсь ареала соска, чуть более упругого. Он шершав и приятен на ощупь. Сам сосок мне кажется неинтересным — он сморщенный и упругий, совсем твёрдый. Я оставляю его в покое и иду вниз, к заветному месту между ног.

 

Черные завитки вблизи ещё волнительнее, чем в бинокль. Я чуть касаюсь их, перебираю, наслаждаюсь их упругой мягкостью. Они так интимны в этом месте! Я весь дрожу от осознания того, что трогаю женщину там, где нельзя. Медленно веду пальцами по треугольнику вниз, к складочкам: теперь я вижу, что они начинаются от треугольника волос и идут вниз, до самой попы. Чуть касаюсь правой складочки — она удивительно нежная и совсем мягкая. Бросаю быстрый взгляд на полотенце — женщина почти не бьётся и совсем мало производит звуков, значит, ей не больно от моих прикосновений.

 

Двумя пальцами я отвожу розовую складочку в сторону и вижу другие складочки и ткани под ней. Медленно разворачиваю левую складочку, чтобы увидеть всё: да, тут тьма каких-то лепестков, непонятно ничего. Как они этим писают? Розовые складочки влажные и чувствительные на ощупь: женщина вздрагивает, когда я касаюсь их. Я ещё раз провожу ладонью у неё между ног, захватывая и складочки её интимного места, и кожу на внутренней стороне бедра, и пушистый треугольник — и это касание доставляет мне почему-то невероятное удовольствие.

 

С жалостью встаю и принимаю вахту у Стаса: наваливаюсь на ногу и держу её. Стас некоторое время бесцельно ковыряется между ног у женщины, а я жадно рассматриваю складочки ещё раз. Всё моё тело горит, я хочу коснуться этой нежной кожи ещё раз, хочу почувствовать их ещё и ещё. Белая влага до сих пор на моих пальцах, и я стараюсь не стереть её ненароком, испытывая к ней какое-то благоговейное почтение.

 

Стас меняется с Мишкой и ловко запихивает палец сквозь полотенце в рот нашей даме. Дама, похоже, кусает его, но ему не больно. Мишка же "играет в доктора" довольно долго: тоже, как и я, трогает груди, теребит соски, исследует тайны розовых складочек. Женщина что-то мычит из-под полотенца и бьётся сильнее в наших руках. Мы с яростью смотрим на Мишку, мол, давай скорее, пора уходить.

 

По Сашкиному кивку мы резко её отпускаем, набрасываем ей на голову ещё и её платье и бросаемся в воду. Это дурацкая идея Стаса: вдруг нас будут искать с собаками, то так не найдут. Впрочем, и спин наших наша жертва тоже не увидит, а значит, и не опознает нас. Я плыву под водой, с отвращением отпихивая водоросли и опасаясь коряг, и выныриваю в камышах метрах в десяти от места преступления.

 

Остальные тоже здесь, прислушиваются к ругательствам: женщина поняла, что имеет дело с детьми, и грозится найти наших родителей. Но тут мы спокойны — наша деревня на другом берегу за лесом, так что вряд ли она нас там найдёт. Мы проплываем ещё минут пять вниз по реке, выползаем на берег и топаем в лес сушиться. На нас-то вряд ли кто будет пялиться в бинокль из-за кустов...

 

© Алекс Эр

Ароматическая ванна

Мы с тобой начнём этот вечер с джакузи, наполненной водой с ароматическим маслом и толстым слоем пушистой пены. Вокруг вечерний полумрак, мерцают два неярких ночника, с веранды веет теплым летним воздухом и пахнет цветами и мёдом... Ты расслабленно полулежишь в ванной, я сижу напротив тебя. Вода тёплая, как ты любишь, и пена приятно шуршит почти у самой шеи, чуть колеблясь на волнах..

 

Ты чувствуешь как там, под водой, мои пальцы находят твою коленку, нежно скользят по ней ниже, к ступне... В воде касания кажутся совсем другими, чем в воздухе — легкими, плавными, скользящими. Мне нравится гладить твои изящные ножки, я с удовольствием провожу своей ладонью от коленки к пальчикам, чуть щекочу тебя между пальчиками, массирую их и подушечки твоей ступни.. Посматриваю на тебя — тебе нравится? Ты одобрительно прикрываешь веки и даже сползаешь чуть ниже в воду...

 

Я беру твою правую ножку за пяточку и бережно поднимаю её из воды к своему лицу. Целую впадинку ступни, смахиваю хлопья пены с пальчиков и нежно целую их тоже.. Покусываю подушечки твоих пальчиков и от этого тебе немножко щекотно, ты пытаешься отнять у меня свою прелестную ножку, но я её не отпускаю. Целую её снова, нежно глажу, кладу себе на левое плечо, прижимаюсь щекой к нежной коже твоей ножки, трусь кончиком носа о неё...

 

Ты угадываешь, что сейчас я поймаю вторую ножку, и, играя, поджимаешь её к себе. Беленькая коленка выныривает из воды, поднимая на себе гребешок пены. Но в этой ванне совершенно некуда убежать! Я ловлю тебя за левую щиколоточку и притягиваю левую ножку к себе, потому что она мне нравится ничуть не меньше правой. Глажу и массирую ступню, целую пальчики, щекочу носом твою пяточку. Ммм, удовольствие!..

 

Ты лежишь передо мной в воде и я вижу только твоё лицо, красивые плечи и твои ножки, которые лежат очаровательными круглыми пяточками у меня на плечах. Остальное скрыто белой ароматной пеной... Твои глаза так игриво блестят в полумраке.

 

Пользуясь тем, что прелестные ножки уже попали в мой плен, я кладу ладони на твои коленки и медленно веду ими вниз, под воду. Ты чувствуешь, как мои руки скользят по твоим бёдрам, как подныривают под попку — и вот ты уже сидишь голой попкой у меня ладонях, как яичко в ложечке. Твои ножки соскользнули с моих плечей чуть назад, и ты даже чувствуешь себя чуть прижатой к стенке ванной... Но в воде легко и приятно сидеть даже в такой позиции.

 

Я продолжаю исследование прелестей твоего тела: придвигаюсь к тебе ещё ближе, так что на моих плечах оказываются твои коленки, а наши бёдра соприкасаются под водой. Мои ноги тепло обвили тебя с двух сторон, мои руки касаются твоего нежного животика, находят под пенной подушкой твою грудь и нежно поглаживают её.. Твои груди кажутся ещё нежнее в тёплой воде, и мои ладони приятно скользят по влажной коже, оглаживая их. Ммм, твои сосочки легко и приятно теребить в воде — скользкие и влажные, они упруго проскальзывают между пальцами. Я рисую кружочки вокруг сосков, очерчиваю груди ладонями, чуть приподнимаю их — в воде они совсем легкие и оттого ещё более нежные.

 

Наши бёдра уже соприкоснулись так тесно, что ты чувствуешь, как мой член плотно прижался к твоему лону. Я погружаю руку глубоко в воду и ищу его, нахожу твои нежнейшие лепестки и медленно разглаживаю их пальцами. Они тоже влажные, но не от воды... Мои пальцы легко скользят по твоим складочкам, массируют их, невзначай проваливаются внутрь и снова выскальзывают обратно.. ты чувствуешь мои плавные прикосновения там внизу, вихри тёплой воды от моих движений, проникновения внутрь, горячее касание моего члена нежной кожи твоего бедра. Он не при деле, просто прижимается, пока я играю с твоим нежным цветком там под водой, прямо рядом с ним...

 

Мне нестерпимо хочется тебя поцеловать, но я не могу дотянуться.. Я встаю и помогаю подняться из воды тебе. Хлопья белой пены облепили наши тела, вода стекает потоками вниз. Твои сосочки такие розовые от моих прикосновений... Я прижимаю тебя к себе и горячо целую в губы. Вдыхаю твой аромат, наслаждаюсь вкусом твоих губ...

 

Дотягиваюсь до большого махрового полотенца и окутываю им тебя, бережно вытираю тебя всю... Ты забираешь полотенце и помогаешь мне вытереться, задевая мой торчащий член и смеясь. Я подхватываю тебя на руки и несу в постель. Целую в губы и бережно укладываю поперек кровати на чистые белые простыни... Ты лежишь передо мной, обнаженная и соблазнительная... Твои глаза блестят, кончики твоих волос мокрые и чуть слиплись, твои ножки на краю кровати, у моих ног. Твои сосочки горят, ножки вспоминают мои касания там внизу...

 

Я опускаюсь на колени, раздвигаю твои ножки и припадаю губами к твоему лону. Ты чувствуешь, как мой упругий горячий язык массирует твои лепестки, обводит кругами клитор, теребит его сильными влажными касаниями.. Моё горячее дыхание обжигает твою нежную кожу, мой язык скользит по твоим интимным губкам, погружается в глубину, обводит овалы вокруг входа, мои руки гладят твоё тело...

 

Я встаю, укладываю тебя на кровати поудобнее, приникаю к твоим губам в поцелуе и накрываю тебя своим телом.. Ты обнимаешь меня ножками за бёдра и чувствуешь мой член у себя внутри. Он медленно погружается в твою горячую глубину, скользит по влажным губкам, мои бёдра движутся навстречу твоим. Твои нежные белые груди прижаты к моей горячей груди, наши губы слились в жарком поцелуе. Вот бёдра соприкасаются совсем плотно и ты чувствуешь, как мой член погрузился в твоё тело полностью.. ты прижимаешь меня ногами ещё сильнее, обнимаешь меня за плечи и пытаешься почувствовать всё как можно ярче: как наши ноги сплелись, как твои лепестки обнимают мою плоть у самого основания, как горячий член пульсирует в твоей влажной глубине...

 

Я начинаю движения, медленные и глубокие.. Чуть влажные от ванной, прохладные кончики моих волос иногда касаются твоего лица, а я отрываюсь от поцелуев и зарываюсь носом в твои пушистые волосы. Мои руки обнимают и держат тебя под плечами, твои бёдра движутся навстречу моим, твои груди приятно трутся о мою грудь... Твоё тело выгибается под моим, и это невероятное наслаждение для меня.

 

Через вечность этой сладкой муки я крепко сжимаю тебя в объятиях и перекатываюсь вместе с тобой набок и затем на спину... Ты мгновение лежишь на мне, глядя мне в глаза, потом нежно целуешь меня и поднимаешься вверх, отталкиваясь ладошками от моей груди... Я ещё несколько секунд чувствую вкус твоего поцелуя: нежные, как вишенки, губки, упругий язычок, быстрое и влажное касание ...

 

Ты сидишь на мне, гордо демонстрируя свои прелестные персики, а я держу тебя за бёдра и чувствую, что пронзаю тебя там насквозь... Твои сочные лепестки крепко прижались к моему телу, нежные стеночки обволакивают мой член и он как будто бы глубоко-глубоко... Я поднимаю руки и ласкаю твою грудь, играю с задорно торчащими сосочками. Они так милы! Ты смотришь на меня какою-то секунду, а потом задаешь ритм — твои упругие бедра насаживаются на мой ствол, ты скользишь по нему и я чувствую, что я почти не в состоянии контролировать себя. Твоя самостоятельность сводит меня с ума.

 

Твои груди так нежны и так удобно ложатся в мои ладони! Я играю с ними, массирую и ласкаю их... Мне нравится смотреть на твоё лицо, ты вся поглощена страстью... Я стараюсь сделать всё, чтобы тебе было ещё приятнее. Мне кажется, что вот ещё немножко, вот-вот, горячее... Вот ты закрыла глаза и сосредоточилась на своих движениях... Я чувствую, как твоё влагалище стало горячее и как твои нежные стеночки стиснули мой член плотным кольцом.. Ммм, это так приятно — смотреть, как ты сгораешь в пламени этого огня! Ещё мгновение, и вот ты стонешь от удовольствия, падаешь мне на грудь и обнимаешь меня, прерывисто дыша... Я чувствую, как твои интимные губки смыкаются и пульсируют вокруг моего члена...

 

Мы отдыхаем сколько-то времени.. Ты часто дышишь, и обнимаешь меня, и хочешь мне что-то сказать, но у тебя совсем нет сил... Я глажу тебя по волосам и наслаждаюсь твоим наслаждением. Когда ты окончательно успокаиваешься, я нежно приобнимаю тебя и пробую продолжить, чтобы закончить самому. Ты смотришь на меня, а потом нежно отталкиваешь и опускаешься на колени у моих ног. Мой член ловко оказывается у тебя в ладошках, и вот я уже чувствую, как он погружается в твой нежный ротик...

 

Нескольких нежных касаний твоих губ оказывается вполне достаточно, чтобы я взорвался фонтаном белой густой жидкости... ты слизываешь несколько капелек с головки, даря мне последние нотки наслаждения, и возвращаешься в мои объятия. Кладешь голову мне на грудь, расслабляешься, а я обнимаю тебя и лежу, закрыв глаза и пытаясь отдышаться...

 

© Алекс Эр

Француженка

Николь закрыла двери, обернулась и жизнерадостно переспросила: "Как у тебя дела? Всё хорошо?" Она проскользнула вглубь комнаты и наклонилась над своей сумкой в углу. Легкая летняя юбка очертила её округлую попку и края трусиков. Я сглотнул. Николь только что выходила "попудрить носик", и я отчетливо представил себе, что вот буквально только что она снимала эти трусики и задирала эту милую юбочку совсем недалеко от меня.

 

Я перевел взгляд на её ножки в изящных летних босоножках. Стройные длинные ножки — такая редкость для французской девушки. Она вообще была исключительно мила, и никогда ещё занятия французским не казались мне такими приятными. Мы занимались по средам во французской школе, и по воскресеньям у меня в офисе, благо там в выходные никого не было.

 

Сегодня как раз было воскресенье, и во всём офисе мы были одни. Николь села за стол напротив меня, мы быстро пролистали моё домашнее задание по грамматике и перешли к устной речи. Николь положила перед собой какую-то бумажку:

— Расскажи-ка мне, чем отличаются французская и американская меры длин и весов?

 

Я вытянул из памяти все французские названия американских фунтов и дюймов, какие знал, и попытался даже вспомнить коэффициенты конвертации. С французской системой было куда проще, потому что там те же метры и килограммы, что и во всем мире.

 

— Американские девушки специально придумали себе фунты, что говорить "я похудела на целых три фунта" и радоваться этому. — улыбнулась Николь. — А там всего-то килограмм с лишним получается.

— Да уж, толстых американок не сравнить с тонкими француженками, — сказал я.

— Тонкими? — Николь удивленно подняла брови. — Так не говорят. А ну-ка, как ты правильно скажешь девушке, что она "тонкая"?

— Ммм... — это было нелегко, я не на шутку задумался. — Вы стройны. Вы изящны. Как ещё?

— Это всё? А как же "вы элегантны", "вы привлекательны", "вы соблазнительны"?

— Это же не то же самое, что "вы стройны", — возразил я.

— Всё равно. Вспомни-ка все французские комплименты, которые ты знаешь.

 

Вспоминать комплименты оказалось вдруг на удивление легко, потому что очаровательная девушка сидела прямо напротив меня. Я поймал её взгляд и принялся говорить совершенно искренне, глядя ей прямо в глаза:

— Вы привлекательны, вы очаровательны, вы удивительно красивы, вы само совершенство, ваша юбка так вам идёт, ваши глаза прекрасны, ваши ручки изящны, ваши ножки великолепны, вы так милы и прелестны!

 

Мне показалось, что Николь чуточку покраснела. Она немного подумала и сказала:

— Кроме того, можно сказать, вы аппетитны, вы миловидны, вы "секси".

— "Секси" — не французское слово. — с улыбкой возразил я. Николь рассмеялась:

— С ударением на последний слог очень даже французское. Секси-и-и-и.

Когда она говорила это долгое И, её губки растягивались в прелестную улыбку. Мне стало жарко.

 

— Расскажи-ка мне, какая это — "секси"?

— Эээ, я думаю, это девушка, которая вызывает сексуальное желание, выглядит соблазнительно. От слова "соблазн".

 

Говоря это, я чуть подвинул ноги под столом и внезапно соприкоснулся с её ножками. Я был в открытых сандалиях, и наши ноги соприкоснулись как будто голые, без обуви. Я ощутил её нежную кожу и на мгновение замер, не в силах убрать ноги. Николь запнулась, но через мгновение отодвинула свою ножку от моей и продолжила:

— А как именно должна выглядеть девушка, чтоб быть "секси"?

 

Я принялся рассказывать про одежду и макияж. Мои мысли всё ещё были спутаны из-за прикосновения, а словарный запас в плане макияжа и одежды оставлял желать лучшего. Николь вынуждена была подсказывать мне половину слов.

 

Тем временем я снова коснулся её ноги под столом и с удовольствием погрузился в ощущения от этого касания. Бархатная кожа изящной ножки девушки была исключительно приятна на ощупь. На этот раз Николь не убрала ногу и продолжала говорить со мной как ни в чем не бывало.

 

Вдруг я почувствовал какое-то движение, а через мгновение оказалось, что Николь освободила одну ножку от обуви и поставила её пяточкой на мою чуть повыше ремешков сандалии. Через мгновение вторая пяточка коснулась моей второй ноги: Николь сидела босиком, поставив свои нежные ножки под столом на мои ноги.

 

Я потерял всякое ощущение реальности, опустил руку под стол и поднял её левую, а потом и правую ножку за пяточки к себе на колени. Каждое касание милых ножек ранее недоступной девушки приносило огромное удовольствие. Я погладил её нежные пальчики на ногах, провел руками по бархатной коже почти до самых коленок. Николь чуть откинулась на стуле, прикрыла глаза, а я ласкал её ножки под столом...

 

Через несколько долгих мгновений я нежно поставил её ножки на пол, встал и обошёл стол, подойдя к ней. Нежный аромат её тела совсем опьянил меня. Я приблизился к её лицу, к прекрасным, широко раскрытым глазам и начал шептать ей, как она красива, чудесна, очаровательна, желанна, соблазнительна и невыносимо прекрасна.

 

После этого я приблизился ещё и приник к её губам. Я касался её губ своими медленно-медленно, наслаждаясь их вишневой нежностью и вовлекая её в игру поцелуя. Николь некоторое время только чуть-чуть прижималась к моим губам, а потом стала нежно целовать их в ответ и на несколько мгновений даже соприкоснулась упругим кончиком язычка с моим языком. Я задрожал от желания и ещё активнее принялся исследовать её нежный ротик.

 

Мы как-то незаметно поднялись и она села на краешек стола, не отрываясь от поцелуя со мной. Мои руки сами проникли ей под блузку и нежное тело затрепетало в моих ладонях. Я приласкал её спинку и нежный животик, нащупал и расстегнул пуговички на блузке, и через несколько неловких мгновений блузка соскользнула на стол. Под блузкой оказался милый белый бюстгальтер с простыми полукруглыми чашечками.

 

Я собрался с силами, оторвался от этого бесконечного, кружащего голову поцелуя и снова зашептал все комплименты на французском, которые знал, включая "секси". Николь волшебно улыбнулась и посмотрела на меня очень нежно. А я тем временем расстегнул застежку её бюстгальтера и белые чашечки соскользнули вниз, обнажая не менее белые, идеально круглые полушария её прекрасной девичьей груди.

 

Розовые сосочки упруго торчали, обрамленные аккуратными темными кружочками... Прекрасная девушка с растрепанными волосами и обнаженной грудью сидела передо мной на столе в одной юбке... Я опьянел от восхищения и снова приник в поцелуе к её медовым губам. Мои руки скользнули по её телу, обняли её за талию, нашли наощупь чудные персики её грудей и стали ласкать их с такой нежностью, на которую только могут быть способны шершавые мужские руки.

 

Николь задрожала в моих руках. Я ощутил её нежные ладошки у себя под рубашкой, прямо на груди. Она гладила моё разгоряченное тело, расстегивала пуговицы рубашки и медленно стягивала её с меня. Когда рубашка оказалась на полу, Николь ещё раз провела ладонями по моему торсу и занялась ремнем и джинсами.

 

Я помог расстегнуть свой ремень, а она перехватила инициативу и сама расстегнула пуговицу и молнию — мои джинсы скользнули вниз. Я ещё больше возбудился от мысли, что стою в облегающих трусах перед восхитительной девушкой. Мой член вздымался под тканью, а ладошки Николь тем временем поглаживали меня по этой выпуклости и по бёдрам.

 

Николь вдруг поддела пальчиками резинку моих трусов и медленно, аккуратно потянула их вниз. Мой возбужденный член немедленно выскочил на свободу. Девушка оторвалась от поцелуя и посмотрела прямо на него. Её ладошки стянули мои трусы до колен, она бережно коснулась яичек и нежно погладила ствол моего члена. Затем посмотрела на меня и улыбнулась:

— Это первый русский член, который я вижу.

— И как тебе? — не удержался я от вопроса.

— Мне нравится, — она снова приласкала его рукой, я задрожал от удовольствия и член напрягся ещё сильнее. — Красивый.

 

Её пальчики прочертили линию по внутренней стороне моего бедра, между яичками и вверх почти до самой головки члена. Николь обхватила его ладошкой и стянула кожу вниз, оголив набухшую головку. У меня помутилось в голове от возбуждения.

 

— А ты первая французская девушка, которой я касаюсь, — сказал я.

Я подхватил её ножки под коленками и опустил девушку спиной на стол. Юбка задралась и моему взгляду предстали нежные белые трусики, плотно облегающие её бедра.

 

Я стянул с Николь сначала юбочку, наслаждаясь тем, как изящные белые ножки мелькают у меня перед глазами, помогая мне снять её одежду, а потом медленно, с удовольствием потянул вниз трусики.

 

Под трусиками оказалась аккуратная вертикальная полосочка нежных волос, заканчивающаяся у начала интимных губок. Я пожирал взглядом полосочку и всё, что там дальше за ней,продолжая стягивать её трусики. Как только её ножки освободились, я закинул их себе на плечи и нежно погладил девушку по коленкам и по бёдрам. Опустился на колени к краю стола, приблизился к её чудесному интимному цветку и поцеловал девушку прямо в раскрытые лепестки между её ножек.

 

Интимные губки Николь были полны влаги и невероятно нежны на ощупь. Я не сдержался и поцеловал их ещё несколько раз, поиграл кончиком языка с клитором, провел языком между лепестками. Девушка испустила едва слышный стон..

 

Я поднялся, подвинул её чуть ближе к краю стола и медленно вошёл в неё. Нежные скользкие губки раздвинулись, поглотили мою горящую от возбуждения головку, а затем и ствол члена. Я почувствовал, как моя плоть раздвигает нежные ткани её тела, как будто горячий поршень движется внутри обволакивающих прохладных волн. Непередаваемое, полное наслаждения ощущение. Девушка прикрыла глаза и плавно насаживалась на мой член.

 

Я взял Николь покрепче за бёдра и стал двигаться энергичнее. Она лежала передо мной обнаженная, закрыв глаза и прикусив губки, нежные девичьи груди колыхались вверх и вниз, её животик трепетал, а длинные изящные ножки непроизвольно прижимали меня плотнее. Я ласкал руками её бедра и груди, гладил по коленкам и целовал пальчики ног, продолжая энергично погружать член в её нежное лоно.

 

Мне казалось, что я плыву по волнам её тела, что она вся само удовольствие. Я полностью потерял счёт времени и наслаждался каждым движением, каждым касанием её кожи, когда вдруг Николь стала стонать громче, вытянула руки вниз и обхватила меня за бёдра так крепко, как только могла достать, стараясь прижать мои бёдра к своим ещё сильней. Её ножки соскользнули с моих плеч и обняли меня по бокам, с силой прижимая и вгоняя меня в её тело.

 

Я почувствовал, что её влагалище сжалось упругим кольцом вокруг моего ствола, каждое движение приносило меня вдвое больше удовольствия, а Николь извивалась и стонала во весь голос. Я с силой входил в неё, массировал её груди, теребил розовые сосочки и с наслаждением разглядывал её прекрасное, искаженное мукой удовольствия лицо. Она вдруг вскрикнула, прижала меня ещё сильнее, замерла на несколько секунд и расслабилась.

 

Я остановился... Мой член был погружен в её разгоряченное лоно и мне казалось, что чувствую пульсации её тела вокруг него. Николь вздохнула, открыла глаза и погладила меня по руке, указывая, мол, продолжай. Окрылённый её наслаждением, я взял Николь за бёдра и продолжил движения, погружая и вынимая ствол в её истекающее соками влагалище.

 

Через несколько движений я насадил её как можно глубже на член и излился внутрь её тела. Она сжала мой член какими-то внутренними мышцами и я отчетливо почувствовал несколько горячих струй, бурно вырывающихся из меня в её беззащитное лоно. Мои ноги подкосились и я едва успел взять себя в руки и снова собраться с силами.

 

Прошла, наверное, минута, прежде чем наши тела разъединились. Николь села на краю стола, я обнял её за талию и нежно, благодарно поцеловал. Погладил нежные изгибы её тела, помог ей спрыгнуть на пол и одеться, и оделся сам.

— Продолжим урок французского?

— Ну уж нет, месье, — сказала она со смехом. — Ваше время вышло. Следующий урок в следующий раз!

 

И она нежно улыбнулась и подмигнула мне.

 

© Алекс Эр

Соседка по даче

Когда солнце зашло и дневная духота сменилась вечерней прохладой, я развел костёр на площадке около дома и притащил из погреба немного картошки. Огонь тихонько похрустывал ветками, сухие травинки в пламени сворачивались в горящих червячков... Я поднялся и пошёл в дом за книжкой.

 

У забора я увидел тётю Таню, идущую к общему колодцу за водой. Днём я то и дело разглядывал её, пока она в одном купальнике копошилась на своём огороде: невысокая, средних лет женщина с пронзительно красивыми глазами. Мы поздоровались и я помог ей достать воды из колодца.

 

Я рассказал ей, что уже закончил первый курс, что мои родители отправили меня сюда из города, по их словам, чтоб я поливал огород, но скорее чтобы не портил глаза за компьютером. Она засмеялась.

 

— Идёмте к костру, тёть Таня? Картошки напечём. Одному знаете как скучно её есть?

— Называй меня просто Таня, не такая уж я тебе и тётя.

 

Она прошла за мной на участок и мы сели на скамеечку возле костра. Скамеечка у нас была одна и совсем короткая, так что сидеть пришлось близко-близко. Огонь очаровал нас на несколько долгих минут — мы молча смотрели на языки пламени и думали каждый о своём. Её лёгкое летнее платье в цветочек едва закрывало колени, а ноги казались ещё более загорелыми в отблесках костра.

 

Мне хотелось рассматривать её волосы и плечи, но мы сидели так близко, что это было практически невозможно. Вместо это я исподтишка разглядывал её округлые коленки и её руки — обычные женские руки, нежные, светлые, усталые от дневной работы. Костёр трещал, где-то в траве пели сверчки, а в остальном во всём посёлке было тихо-тихо...

 

Таня спросила меня о чём-то и я отвлёкся, снова рассказывая про свой институт, общежитие и однокурсников. Рассказал типичную общажную историю и Таня негромко засмеялась, отстранённо глядя в костёр.

 

— А что, девчонок много у вас в группе? — спросила она.

— Всего две, — посетовал я. — Да и на всем потоке всего дюжина девчонок, не больше. Ссоримся из-за них, ой-ой-ой...

 

Я соврал — мы ни разу не ссорились из-за однокурсниц, но мне казалось, что Тане хочется это услышать. Она задумалась.

 

— А у нас в универе было всё наоборот. У нас мальчишек и было-то всего семеро. — Она помолчала. — Мы тогда все из-за них переругались сразу на первом курсе, вообще никто ни с кем не дружил, по-моему.

 

Настала моя очередь улыбаться, но Тане, казалось, было совсем не смешно. Она замолчала и уставилась в огонь. Я не знал, что сказать, и тоже замолк. А через мгновение мне показалось, что я услышал всхлип. Я покосился на Танино лицо: её глаза блестели, и две крупные слезы скатились по щекам... Она снова всхлипнула.

 

— Таня, что такое? — Я заволновался. — Таня?

Она вдруг разревелась в голос, и я не нашёл ничего лучше, чем прижать её к себе.

— Таня, Танечка, всё в порядке. Таня... Танюша...

 

Она плакала, уткнувшись мне в плечо, а я обнимал её за плечи и чувствовал, как всё её тело содрогается от рыданий. Уж не знаю, что такое она вспомнила, но эта странная ситуация совершенно выбила меня из колеи. Я гладил её по спине и по волосам, с робостью касался открытых плеч и без устали бормотал её имя.

 

Таня всё не успокаивалась, и тогда я сделал глупость, которая мне в тот момент казалась единственно правильной. Я оторвал плачущую женщину от своего плеча, заглянул в зарёванные глаза и прижался губами к её мокрым от слёз губам. Какой уж там поцелуй, просто приклеился к ним своими и всё.

 

Её глаза широко раскрылись и она на мгновение прекратила всхлипывать. Её рот чуть приоткрылся и я машинально продолжил поцелуй, захватив губами её верхнюю губу. Её губы были горячи от жара костра и чуть солоноваты от слёз. И тут вдруг я осознал всю наглость и неуместность того, что делаю, и всё моё тело чуть ли не затряслось от ужаса.

 

Оторваться от поцелуя и начать оправдываться мне было настолько страшно, что я продолжил целовать её. Я касался губами уголков её рта, прикусывал её губы, кончиком языка проводил по ним вдоль, увлекшись этим процессом и стараясь не думать больше ни о чём. Увы, каждая секунда поцелуя вгоняла меня всё дальше в шок и ступор, и мне всё труднее было продолжать...

 

В тот момент, когда страх окончательно накрыл меня с головой и мои губы замерли, не зная, что делать дальше, я вдруг почувствовал её горячий и упругий поцелуй: её губы с уверенной силой захватили мои, её язык вдруг коснулся моей нижней губы, а её руки сильнее сжали и обвили моё тело. Она энергично и страстно отвечала мне!

 

Я затрясся от осознания того, что я впервые в жизни обнимаю и целую женщину старше себя, и что я сам начал это безумие. Мои мышцы дрожали от перевозбуждения, я чувствовал, как энергия бурлит во мне и мой страх сменяется сумасшедшим "а будь что будет!" Я даже открыл глаза, чтобы посмотреть на Таню, но её веки были прикрыты. Она всё целовалась со мной, совсем как девчонка на дискотеке.

 

Я погладил её по плечам и по спине вниз, а затем запустил пальцы в её густые волосы. Сжал пучки волос у неё на затылке и наш поцелуй от этого стал ещё сочнее. Я с наслаждением поперебирал её волосы, а затем продолжил гладить её руки, спину и плечи.

 

Набравшись храбрости, я положил руку на её округлое колено и повёл ладонь вверх, под платье. Таня ничуть не сопротивлялась, когда моя рука скользила по её гладкой ноге. Через мгновение я наткнулся на край её трусиков. Смутившись, я проскочил их и повёл ладонь выше под платье, по боку и всё ближе к груди. Прикосновение к нежной женской коже окончательно свело меня с ума и я, не задумываясь, подхватил под платьем голую танину грудь в ладонь, как в чашечку.

 

Я с наслаждением смял её грудь, едва касаясь шершавого соска и упиваясь её нежностью. Таня на мгновение прекратила поцелуй и чуть слышно выдохнула прямо мне в лицо... Я снова смял её грудь и впился поцелуем в её губы. Ещё более горячий поцелуй был мне ответом.

 

Я высвободил руку из-под её платья и подхватил Таню рукой под коленки. Второй рукой я обнял её за плечи, посильнее прижал к себе и поднял на руки. В моих руках она казалась мне ещё меньше, чем была на самом деле. Я старался не прерывать поцелуя — если он закончится, то вся магия нашего неожиданного свидания пропадёт.

 

Сделав несколько шагов с Таней на руках, я бережно опустился на колени, укладывая её перед собой на ковёр на куче сена. В этот момент она посмотрела на меня, и мне показалось, что в её пронзительных глазах горит желание не менее сильное, чем моё. Не знаю. Я снова влип поцелуем в её губы и прижался к ней всем телом, так что сено захрустело под нашим общим весом.

 

Я снова целовал её, а мои руки нащупали края её платья и задрали его вверх, до бедра. На ней были самые обычные трусы, из простой плотной ткани. Я не глядя подцепил их пальцами за края и потащил вниз, дрожа от возбуждения и мысли о том, что я вот так запросто раздеваю почти незнакомую мне взрослую женщину. Трусы в какой-то момент коснулись серединкой моего запястья и мне показалось, что они чуть влажные.

 

Танины руки обвили моё тело, проникли под футболку и точно так же потащили вниз мои дачные шорты и трусы. Нежные женские ладони скользнули по моим разгоряченным ягодицам, освобождая моё тело от лишней одежды. Я остался в футболке, а Таня в платье, задранном до живота: я всё ещё не решался оторваться от объятий и раздеть её целиком.

 

Мой возбужденный член горел, я чувствовал чуть ли не физическую боль от его напряжения. Я прижался бёдрами к её горячим бёдрам, мне на секунду показалось, будто нежная ладошка направляет мой ствол — и вот он погрузился в её влажную глубину, как в растопленное масло.

 

Я выдохнул, спасаясь от нахлынувшего в который раз страха, и уткнулся носом в танины волосы за ухом. Мои бёдра быстро двигались, погружая и погружая член в её лоно. Я не мог контролировать себя и не думал ни о чем, только чтоб не останавливаться.

 

Её ножки вдруг обвились вокруг моих ног, их прохладная нежная кожа как-то отрезвила меня и я взял себя в руки. Я стал вводить свой член размереннее и глубже, прислушался к её прерывистому дыханию и попытался найти наш общий ритм. Безумное подростковое волнение наконец-то уступило место страстному расчёту и я занялся тем же, чем занимался бы куда спокойней с приглянувшейся девчонкой — покусывал Таню за мочку уха, целовал её нежные щеки и шейку, запускал пальцы в её по-женски ароматные волосы.

 

Она отвечала на мои ласки и горячо целовала меня в ответ. Я чувствовал её голое тело своими бёдрами, но от живота и выше мне мешала моя футболка и танино платье. Одежда физически раздражала моё тело. Хотелось слиться с женщиной в одно целое, касаться всего её тела и наслаждаться этими прикосновениями. Я замер на секунду, поднялся над ней на локтях и стащил с себя футболку через голову. Таня сразу поняла, нагнула голову и потянула своё платье вверх.

 

Я помогал стаскивать с неё платье, и в этом было не меньше удовольствия, чем в самом соитии. Округлые белые груди выскользнули и ярко засветились на фоне загорелого тела — только соски выделялись тёмными кругами. Костёр уже почти погас, но мне казалось, что я вижу обнаженную женщину перед собой очень чётко и ярко: разметавшиеся волнистые волосы, раскинутые руки, белые груди, загорелый животик и белый треугольник от трусиков на бёдрах, разведённых в стороны и насаженных на мой член...

 

Правой рукой я подхватил её левую грудь и приник губами к правой. Я втолкнул свой член поглубже во влагалище и снова задвигался, тем временем наслаждаясь таниной грудью. Я мял и целовал её белые полушария, кусал и лизал соски, впивался поцелуями в открытую шею и горячие губы. Густые чёрные волосы её лобка тёрлись о мои, такие же густые, а сочное влагалище принимало мой член и мягко обнимало его своими стеночками.

 

Я стонал от удовольствия, и Таня тоже стонала. Мне казалось, что мы стараемся перекричать друг друга в этой дачной тишине. Понятия не имею, кончила ли она или нет, и не знаю, в какой момент кончил я. Моё удовольствие растянулось на какое-то бесконечное время, я лишь через время обнаружил, что член обмяк и я уже не двигаюсь. Таня спокойно лежала подо мной, улыбалась и нежно гладила меня по волосам.

 

Я скатился с неё в сторону, устало погладил её в ответ и уткнулся носом ей в плечо. Она вдруг прошептала: "ты умничка и я тобой горжусь. Но никому не слова!" Я кивнул, поцеловал её в плечо и сразу уснул.

 

Утром её уже не было рядом со мной, а в обед она появилась на своём огороде: в том же самом платье, весёлая и ничуть не стесняющаяся моих виноватых взглядов. Когда мы поздоровались через изгородь, она подошла поближе и снова напомнила, что никто не должен знать. Я стал горячо уверять её, а она рассмеялась и убежала в дом. Будет ли что-то между нами этим вечером?

 

© Алекс Эр

Соседка по даче. Следующий вечер.

Весь день я бродил по участку, вспоминая нашу вчерашнюю ночь у костра с тобой, красивой взрослой женщиной. Когда наступил вечер, я заметил как ты подошла к забору: ты улыбнулась мне, приложила палец к губам и кивком пригласила меня в дом. И вот я уже незаметно перебираюсь на твой участок и проскальзываю в двери.

 

В комнате неярко светит лампа, а ты расставляешь какие-то чашки и блюдца на большом деревенском дубовом столе. На тебе простое летнее платьице в цветочек, с тонкими бретельками и открытым декольте, и твои коленки так соблазнительно видны из-под края платьица.

 

— Будешь чай? — ты улыбаешься мне.

— Я всё буду, — шепчу я и подхожу ближе. Мысли о тебе и о происшедшем не оставляли меня целый день, я напряжен и возбужден. Мне хочется коснуться тебя, поскорее почувствовать твоё тело. Я подхожу к тебе, обнимаю за плечи и привлекаю тебя к себе.

 

Ты мягко поддаешься и я страстно целую тебя в твои горячие губы. Твои волосы касаются моей кожи, твоё тело прижато к моему, и ты просто невероятно возбуждаешь меня. Мои руки гладят тебя по спине, по платью, по бёдрам. Я подсаживаю тебя на этот большой и тяжёлый стол, и продолжаю целовать.

 

Ты сидишь на столе, чуть обнимая меня ножками, а я целую тебя и задираю твоё платье. Твои чудесные загорелые ноги оголяются, открывая мне твои бёдра. Ммм, на тебе простые черненькие трусики из мягкой ткани.. Я задираю платье ещё выше и хочу снять его с тебя через голову. Ты помогаешь мне — поднимаешь руки и я стаскиваю твоё платье.. Твои волосы рассыпаются по плечам, твои глаза задорно блестят и мне это жутко нравится!

 

Я мгновение рассматриваю тебя, сидящую прямо передо мной на столе и почти полностью обнаженную. Ты в одних только трусиках и я не могу оторвать взгляда от твоих белых грудей: они так красивы! Я глажу тебя от бёдер вверх, по бокам, к этим нежным белым полушариям. Приподнимаю твои груди, нежно массирую их ладонями, сжимаю пальцами сосочки. Это так приятно: доставлять тебе удовольствие..

 

Ты уже расслабилась, тебе приятно, но на столе не очень удобно сидеть. Я осторожно укладываю тебя на спину и беру в руки твою левую ножку, целую коленку и пальчики на ноге, глажу твою гладкую кожу. Ты лежишь и смотришь на меня, твоя грудь теперь смотрит чуть в стороны, твои ладошки ласкают моё бедро. У меня нет сил терпеть. Я быстро раздеваюсь сам, и вот уже мой разгоряченный член прямо напротив твоих бёдер. Я ещё раз глажу твоё тело и твои ноги, поддеваю руками трусики и снимаю их с тебя. Ммм, это так приятно — стаскивать с тебя трусики. Это так трогательно и интимно!

 

Ты лежишь передо мной на этом большом деревенском столе, твои ножки разведены в стороны и твои розовые лепестки так и манят меня. Я не могу удержаться от искушения, опускаюсь на одно колено и целую тебя туда, нахожу губами клитор и нежно посасываю его, ласкаю его кончиком языка. Расправляю языком твои лепесточки, нежно лижу каждый и очерчиваю большую букву О вокруг твоей промежности. Ты так влажна и горяча там, ммм...

 

Я подхватываю тебя за бёдра и направляю свой член прямо в твою горячую глубину. Он медленно входит, проскальзывая внутрь и раздвигая твои нежные лепестки, а ты чуть выгибаешься от удовольствия, ощущая этот первый толчок. Я нанизываю тебя на член, входя всё глубже и глубже в твоё тело. Я начинаю движения, толчки.. Мои руки крепко держат тебя, а ты обхватываешь меня ножками за бёдра и прижимаешь, стараясь вжать меня в себя ещё сильнее. Ммм, какая картина: всё твоё тело вздрагивает и сотрясается от наших движений. Я дотягиваюсь до твоих грудей и снова сжимаю, массирую их, кручу и жму твои розовые сосочки..

 

Через некоторое время я останавливаюсь на пару секунд и переворачиваю тебя на животик. Это ещё более зрелищно для меня: твои длинные загорелые ножки вытянуты и раздвинуты, белая округлая попка соблазнительно торчит прямо передо мной, а твои волосы разметались по плечам. Ты оперлась на локти и нетерпеливо ждёшь, когда же я снова войду в тебя..

 

Я не заставляю тебя ждать — мой член вонзается в тебя, скользит по передней стенке твоего влагалища всё дальше, во влажную глубину. Мне нравится, как ты выгибаешь спинку и как подаешься назад, навстречу моим движениям.. Умничка! Я наклоняюсь и подхватываю твои груди, продолжая насаживать тебя на свой член снова и снова...

 

Массивный деревенский стол, кажется, даже не шелохнется от наших движений, но чашка на том конце стола позвякивает и медленно ползёт к краю... Я замечаю, что твоя спина порозовела и что ты сжала пальчиками мягкую белую скатерть на столе. Твои стоны стали длиннее и громче... Я усиливаю толчки и убыстряюсь, входя в тебя со всей своей энергией, ещё и ещё...

 

Вот ты выгибаешься, и стонешь, и вся вздрагиваешь, так что мне кажется, что я смог доставить тебе удовольствие. Это чувство переполняет меня и я кончаю сам, выплёскивая горячую струю прямо внутрь твоего тела, орошая стенки твоего влагалища горячими каплями. Я с наслаждением сжимаю пальцами твои ягодицы почти до боли, исторгая последние капли и тяжело дыша...

 

Ты мне нравишься такая — утомленная, истерзанная мной, расслабившаяся от наслаждения. Наконец я отстраняюсь, с благодарностью целую твой истекающий соками цветок и сажусь на стул отдыхать... Ммм, как ты всё-таки хороша: раздетая, вспотевшая, с сияющими глазами и взъерошенными волосами..

 

© Алекс Эр

Взрослая попутчица

Она мастурбировала, это было совершенно точно. Совсем рядом со мной, на расстоянии вытянутой руки, на соседней полке погружённого в темноту купе... Её прерывистое дыхание переходило в едва слышный стон, почти неотличимый от выдоха.

 

Я проснулся всего минуту назад, но меня уже трясло от возбуждения. "Красная стрела" бесшумно мчалась в Питер, в купе светились только индикаторы на двери, а на полке напротив меня зрелая женщина сорока с чем-то лет тайно ласкала себя... Я её уже невыносимо хотел и боялся пошевелиться, чтобы не спугнуть. Её зовут Людмила, кажется?

 

Мне даже было почти всё равно, как она выглядит. Я помню, что у неё длинные волнистые волосы, карие глаза и пухлые губы. Брюнетка, невысокая и чуть полная: помнится, беседуя с нею в купе вечером, я изо всех сил старался не пялиться на её пышную грудь. Ммм, смять бы её сейчас покрепче и почувствовать в ладонях эту прохладную нежную кожу.

 

Наверное, она сейчас развела ноги в стороны, запустила правую руку в трусики и ласкает там свои мокрые губки. А может быть, даже и крутит свои соски левой рукой... Интересно, какие на ней трусики и во что она вообще одета? Когда я вернулся в купе перед сном, Людмила уже лежала под одеялом, так что я помню только рукавчик то ли футболки, то ли ночнушки...

 

Дрожа от волнения, я протянул руку под столом и коснулся соседней полки. Мягкий матрас покачивался, чуть касаясь моих пальцев — значит, я прав, и Людмила ласкает себя прямо здесь, передо мной. Её тело было совсем рядом с моей рукой, мне казалось, что я чувствую едва заметное тепло её кожи.

 

Я потянул руку назад, как вдруг её рука опустилась мне на пальцы и Людмила чуть слышно вскрикнула от неожиданности. Я отдернул руку и замер на мгновение — чёрт, она поняла, что я тянул руку к её матрасу! Что она теперь думает? Что делать?

 

Я приподнялся, сел и тихонько позвал: "Людмила! Людмила..." Она молчала. Наклонившись и нащупав её руку в темноте, я погладил её пальцы, провёл ладонью по всей руке. "Люда..." Прохладная кожа её руки будто жгла мои горячие ладони. Я помассировал её руку, пользуясь тем, что она совершенно не сопротивляется, а потом запустил руки под одеяло.

 

Когда я коснулся её голого живота, она заметно вздрогнула, но всё равно молчала. "Люда..." я сглотнул комок в горле. "Люда, я хочу тебя." Теперь говорить было легче и проще. "Я хочу тебя прямо здесь и сейчас...", прошептал я и погладил её по животу. Повёл рукой выше, почувствовал край футболки и запустил ладонь под футболку...

 

Ещё выше, и вот моя ладонь уже обхватила снизу её правую грудь. Тяжелую, нежную грудь взрослой женщины — я почти задыхался от удовольствия.. Людмила всё молчала. В темноте я не видел её лица, но представлял себе, что она смотрит прямо на меня. Я слегка смял её грудь, нащупал второй рукой другую грудь и сжал её прямо сквозь одеяло. Чуть слышный выдох был мне ответом.

 

Затем мягкая ладошка обхватила меня за запястье и сжала.. Люда не пыталась убрать мои руки, она просто легко держала меня, и я воспринял это как приглашение продолжать. Я ещё раз собрал в ладони и смял её груди — послышался тихий стон, а теплая ладошка благодарно стиснула моё запястье.

 

Я пустил руки в ход и стал исследовать её прекрасные груди как следует — приподнимал их, сжимал, чуть вращал и гладил. Людмила тихо стонала и возбужденно дышала в ответ... Я нашёл её сосочки и покрутил их, помассировал, как упругие ягодки.. Я чувствовал запах горячего женского тела и этот аромат сводил меня с ума.

 

Правой рукой я нащупал её трусики и запустил ладонь прямо туда. Там было пушисто, горячо и влажно. Упругие кудряшки её лобка щекотали мою ладонь, пальцы смочились соком влагалища, который чуть ли не стекал по её ногам. Я погладил её влажные губки всей ладонью и почувствовал, как мой член почти звенит от напряжения. Пальцы сами утонули в мокрой глубине, и я с удовольствием погрузил их ещё глубже, наслаждаясь доступностью незнакомой женщины.

 

Людмила замерла и ждала, что будет дальше. Я стянул с неё одеяло, нагнулся и поцеловал её в плечико. Затем в шею, щечку, и наконец нашел губы. Наш поцелуй оказался немного сумбурным, но в конце концов мы вошли в общий ритм и неловкие касания превратились в жаркий и нежный поцелуй. Ах, какое это удовольствие — целовать взрослую, незнакомую женщину, отдающуюся так страстно!

 

Я задрал на ней футболку, взялся за её прелестные груди и наконец-то смог коснуться их губами. Горячие большие соски отзывались на мои влажные прикосновения и напрягались всё сильнее. Когда они совсем затвердели, я ещё раз поцеловал Людмилу в губы и занялся её трусиками.

 

Аромат ухоженного женского тела пьянил меня, я неловко нащупал тонкую резинку её трусиков и потянул её вниз. Медленно, с удовольствием высвободив её ножки, я поднёс трусики к лицу и вдохнул их запах, пользуясь тем, что она не видит этого в темноте. Манящий естественный аромат окончательно свёл меня с ума — я хотел полностью погрузиться в этот вкусный поток.

 

Я подхватил Людмилу за нежную пухлую попу и уложил её на полке по диагонали. Одна ножка свесилась, а вторую Люда поставила на край полки. Я раздвинул её ноги пошире, опустился на колени и приник лицом к её влажной промежности. Языком нашёл влажные губки и стал исступленно ласкать их, погружать язык в сладкую глубину и теребить капюшончик клитора.

 

Людмила сначала попробовала оттолкнуть меня, но потом расслабилась и стала дышать чаще. Я ласкал и ласкал её, желая услышать её стоны и доставить ей столько удовольствия, сколько могу. Стоны не заставили себя ждать, особенно когда я погрузил палец в её влагалище и принялся гладить переднюю стеночку.

 

Я ласкал и теребил её нежные губки, массировал языком клитор и вводил палец в её горячее влагалище. Людмила стонала всё громче и громче, заставляя меня стараться ещё сильней. Её ножки обвили меня за шею, я гладил нежные складочки на её животе и растирал её грудь свободной ладонью. Мой нос с удовольствием вдыхал горячий жар её тела, погружаясь в завитки волос лобка почти полностью.

 

Людмила стонала, а её влагалище будто дышало и двигалось... Сочные стенки сжимали мои пальцы и пульсировали, влага стекала по бёдрам на попу и вниз, мой рот был весь полон её сока и мой язык уже немного устал от непрерывного движения. Я наслаждался податливостью и покорностью взрослой женщины, дарил ей ласки и получал от этого удовольствие ничуть не меньшее, чем она сама...

 

Она вдруг сжала мои плечи, вскрикнула громче и испустила длинный, всхлипывающий стон... Я с нескрываемым удовольствием несколько секунд прислушивался к этому протяжному стону, пока он не закончился. Людмила прерывисто дышала и вздрагивала от моих случайных прикосновений. Я встал, нагнулся над ней и поцеловал её.

 

Она отвечала на поцелуй устало, но очень нежно. "Иди сюда,", вдруг прошептала она и потянула меня за пояс. Я стянул с себя шорты и трусы, подхватил её ноги под колени и положил себе на плечи, а затем приложил изнывающий от возбуждения член к её влажным губкам. Чувство невероятного удовольствия охватило меня — нежная, послушная женщина в моих руках в темном купе вагона готовится принять внутрь мой член. Член скользнул вглубь и я почувствовал горячую влагу на своих бёдрах.

 

Я сделал толчок поглубже, ощутил упругие стеночки и стал ритмично вводить член всё сильней и сильней, наслаждаясь каждым движением. Мои бёдра касались её нежных и полных бёдер, руки поддерживали её ноги на моих плечах, она стонала и гладила меня ладошками по бёдрам. Я вонзался в неё, представлял себе её всю и получал необыкновенное удовольствие.

 

Через некоторое время я устал держать её ноги на плечах и перевернул её на полке попкой к себе. Она стояла, почти упёршись головой в угол, а я встал на пол и крепко взял её за бёдра, насадив на свой член. Так, казалось, я входил в неё ещё глубже и ещё сильнее. Она подмахивала мне попой, насаживаясь на мой ствол и чуть вращая бедрами, чтобы мне было приятнее. Я гладил её ноги и спину, и не упустил случая провести пальцем по упругому колечку ануса. Оно было всё влажное от влагалищного сока и приятно сжалось от моего касания.

 

Ещё несколько толчков и я бурно кончил прямо в неё, чувствуя, как упругие горячие струи брызжут из головки члена прямо во влажную мякоть женского лона. Я насадил её как можно сильнее, чтобы почувствовать упругие стенки влагалища всей длиной члена, пронзить её всю. Людмила терпеливо ждала, пока я отдохну и покину её влажное отверстие.

 

Я вынул свой уже чуть обмякший член и сел на край полки рядом с ней. Он был весь мокрый и будто опустошенный. Людмила улеглась на бок и, видимо, просто тихонько лежала, отдыхая. "Красная стрела" мчалась сквозь ночь, а я никак не мог прийти в себя. Я погладил женщину по обнаженному бедру: "Это было прекрасно, Люда... Просто удивительно... Спасибо."

 

"И тебе", прошептала она.. Я всё не мог перестать гладить её тело, её волосы, ласкать её нежные груди. Через несколько минут я почувствовал нарастающее возбуждение и мой член снова встал. Людмила почувствовала это, мы занялись сексом ещё раз, и так и уснули вместе на узкой полке..

 

Утром Людмила улыбалась, но почти совсем со мной не разговаривала. Вся моя храбрость улетучилась и я чувствовал себя нашкодившим школьником перед лицом нестрогой учительницы. Когда "Красная стрела" примчалась на Московский вокзал, мы не обменялись никакими контактами и расстались, но Людмила надолго поселилась в моих фантазиях.

 

© Алекс Эр

Машка-однокурсница

В общаге было по-летнему пусто, заканчивалась сессия, и большинство студентов уже разъехались по домам. Я спускался по лестнице, когда меня окликнули:

— Алекс, погоди!

 

Я едва не споткнулся на ступеньке и повернулся. На лестничной площадке стояла Машка, однокурсница, и приветливо улыбалась.

— У тебя есть две последние лекции по философии?

— Да, конечно! — Я закивал головой. Машка была моей волшебной мечтой все эти четыре курса, но всегда выбирала других парней. Симпатичная, стройная, даже в простых спортивных штанах и футболке она выглядела женственно и привлекательно. Округлая грудь восхитительно просматривалась сквозь белую футболку, а линии бёдер так и манили к себе. Я поспешил отвести взгляд.

 

— Можно у тебя одолжить их до завтра?

— Давай я их прочитаю сам, а потом бери хоть до экзамена! — Я поразмышлял — Заходи в десять вечера, я как раз успею.

— Договорились, — просияла Машка. — Спасибо! До вечера!

— До вечера! У меня открыто, можешь не стучать, я всё равно почти всегда в наушниках.

 

***

 

В девять вечера я совсем ошалел от чтения философии и стал фантазировать, представляя себе Машку в одежде и без. Член напрягся, рука сама нащупала его и я улёгся на диване, спустив трусы до колен и мастурбируя. Я представлял себе нежные машкины груди, упругие соски и нежные губы. Я почти физически чувствовал, какими сочными и податливыми должны быть её интимные губки, как нежно они будут обволакивать ствол моего члена.

 

Вскоре член изверг струю спермы, горячий потоком упал на мою руку и стёк на живот. Я представил себе, как Машка стоит на коленях передо мной и слизывает эти белые горячие капельки. Ммм... Дотянувшись до салфетки, я вытер остатки семени, улёгся поудобнее и незаметно для себя уснул.

 

***

 

Я проснулся от ощущения присутствия в комнате. Осмотревшись, увидел свои спущенные трусы и шорты, лежащий поникший член и стоящую в центре комнаты Машку. Машка, явно ошарашенная, смотрела то на мой оголенный ствол, то на меня. Её ротик приоткрылся, но она ничего не говорила.

 

Меня пронзил чудовищный стыд, я неловко прикрыл рукой своё достоинство и потянулся за трусами. В ступоре я никак не мог придумать, что сказать, чтоб хоть как-то разрядить обстановку.

 

Вдруг Машка сделала шаг вперёд и решительно стянула футболку через голову. Её волосы чуть растрепались от этого, а нежные, чуть загорелые груди обнажились прямо передо мной. Машка приблизилась ещё и села на край дивана. Я тем временем глотал ртом воздух и во все глаза смотрел на неё, забыв даже натянуть трусы.

 

Машка сбросила тапочки, поддела свои общажные штаны пальчиками и ловко стащила их с себя. Простые белые трусики на округлых девичьих бёдрах выглядели завораживающе. Девушка сидела рядом со мной, обнажённая, в одних лишь белых ситцевых трусиках. Мне казалось, что я чувствую тепло её тела, так близко она сидела от меня.

 

Она протянула руку и коснулась моего бедра. От нежного касания я почти застонал. Вместо этого я прошептал "Маша?..." Она приложила пальчик к губам и погладила меня снова, медленно обведя ладошкой круг вокруг моего члена. Я задрожал от наслаждения. Машка сделала ещё несколько ласкающих движений, а потом наклонилась к моему лицу.

 

Её глаза блестели прямо передо мной, я чувствовал вишневый запах её губ и легкое прикосновение локонов её волос. Грудь почти касалась меня, полушария покачивались совсем близко. Я притянул девушку поближе и старательно поцеловал в медовые губы. Она послушно отвечала на мои поцелуи, закрыв глаза и прижимаясь ко мне всё плотнее.

 

Я целовал её, гладил её тело и с восхищением касался нежных грудей. Она уже почти упала ко мне на кровать, обнаженными бёдрами я чувствовал её бёдра, а мой член уже почти звенел от напряжения. Я повалил Машку на себя, наслаждаясь приятной тяжестью её тела на мне, а потом уложил рядом с собой. Освободился от одежды и принялся ласкать девушку со всем старанием, на какое только был способен.

 

Коснувшись её трусиков, я осторожно провел подушечками пальцев от лобка до промежности. Казалось, что я чувствую горячую влагу прямо сквозь ткань. Нежные губки сминались под моими пальцами, я нащупал заветный бугорок вверху и стал его бережно массировать. Машка всё так же целовалась и будто бы никак не реагировала на мои поползновения.

 

Я набрался храбрости, оторвался от Машкиных губ и с невероятным удовольствием потащил с неё трусики вниз. Ткань заскользила по девичьим бёдрам и ножкам, а моим глазам предстал пушистый каштановый треугольничек и розовые губки под ним. Я восхищенно запустил пальцы в её кудряшки там и стал массировать её лобок и губки.

 

Машка раздвинула ножки пошире и откинулась на спину. Я достал из-под кровати удачно завалявшийся презерватив, потянулся его открывать, но Машка нежно остановила меня и покачала головой. Ммм, секс с самой красивой однокурсницей, так неожиданно и даже без презерватива! Я обезумел от восторга, расположился на девушке сверху и ввёл в ней свой член.

 

Горячее влагалище поглотило его, окутав меня ощущениями нежности и девичьих соков. Маша застонала и изогнулась, принимая в себя член. Её ножки сплелись вокруг меня, я впился поцелуем в её губы и с удовольствием почувствовал, как её нежные груди упираются в меня.

 

***

 

Мы отключились глубоко за полночь. Практически не говоря ни слова, мы занимались и занимались любовью, потому что я обезумел от свалившегося на меня счастья и неустанно накачивал Машку своим членом. В какой-то момент она кричала и извивалась, в другие стонала или исступлённо целовала меня, пока я насаживал её нежное тело на свой разгоряченный член.

 

Я переворачивал её, ставил в разные позы, стараясь доставить ей максимум удовольствия. Её нежная попка раскраснелась от моих толчков, поглаживаний и пожатий. Её соски горели, я постоянно мял и массировал её грудь, когда мог дотянуться ладонями или губами.. Мне казалось, что другой такой ночи у меня не будет, и я старался дать ей всё, что могу.

 

Смутно помню, как мы уснули. А утром она поцеловала меня в щёку, забрала конспект и выскользнула за дверь. "Увидимся после экзамена! Чао!"

 

© Алекс Эр

Лия и Наташа

В первый день на пляже мне не очень-то повезло. Одиноких девушек почти не было, знакомиться никак не получалось, да и устал я после поезда изрядно. Ещё раз пожалев, что никто из однокурсников не смог со мной поехать, я перевернулся на спину, закрыл глаза и принялся просто загорать, не думая ни о чём.

 

Через некоторое время кто-то окликнул меня. Я открыл глаза:

— Молодой человек! — Недалеко от меня стояла дама лет тридцати с чем-то, и рядом с ней на коврике сидела ещё одна примерно того же возраста. — Можно вас попросить?

— Да? — отозвался я.

— Присмотрите за нашими вещами, если вас не затруднит? Вы же не уходите?

 

Я согласился и перевернулся на живот, чтобы читать книжку и приглядывать за соседним ковриком. Дамы пошли к воде, а я некоторое время разглядывал их стройные ноги и обтянутые купальниками округлые попки. Эх, познакомиться бы всё-таки с девчонкой какой поскорее...

 

Дамы пришли обратно, мокрые и весёлые, и сквозь ткань купальников у них на груди отчетливо виднелись острые соски. Я улыбнулся и показал на их вещи:

 

— Вот, всё как есть, в целости и сохранности.

— Спасибо, молодой человек! — Они достали полотенца из сумки и стали вытираться. Дама со светлыми волосами повернулась ко мне. — А хотите абрикос? У нас тут их целая сумка.

 

Она подвинула в мою сторону пакет и из него на коврик посыпались яркие спелые абрикосы.

— Присаживайтесь сюда.

 

Дамы чуть подвинулись и указали мне место на коврике возле себя. Я с удовольствием уселся — всегда приятно посидеть рядом с симпатичными женщинами в мокрых купальниках, пусть даже не моего возраста. Я вежливо запустил руку в пакет и вынул парочку абрикос. Они уже нагрелись и были приятно горячими.

 

— Меня зовут Наталья, — представилась блондинка, — а это Лия.

— Очень приятно, Алекс.

— Алекс — это Алексей?

 

Я кивнул.

 

— У нас был когда-то один знакомый Алексей, — сказала Лия. — Хороший был парень, да, Наташ?

 

Наталья зажмурилась и встряхнула мокрой копной светлых волос:

— Жаль только, что давно не слышала о нём ничего. А ты студент?

— Ага, третий курс политеха. — Я хотел приврать один-два курса, но передумал. — Вот, заработал себе на отпуск в Крыму и приехал на недельку.

— Классно, — протянула блондинка. — Совсем один приехал? Без друзей, без девушки?

— Друзья не смогли, а девушки у меня пока нет.

— Эх, студент. Как там жизнь-то в Киеве, кипит? Хорошо учишься?

 

Я принялся рассказывать стандартные истории из студенческой жизни, женщины смеялись, сочувствовали и вспоминали в ответ что-то своё. Оказалось, что когда-то они вместе учились в институте и вообще они подруги почти с детства. Пока мы беседовали, дамы легли на коврик и пригласили и меня полежать рядом: мы лежали все втроем параллельно, на животах, опёршись на локти и поглядывая друг на друга. Я краем глаза рассматривал их прелестные пышные груди, контуры которых было отлично видно из этого положения.

 

Так прошло довольно много времени. В какой-то момент я удостоился чести растереть масло по спине и ногам Натальи: я с удовольствием касался горячей нежной женской кожи, мял и массажировал её. Лию Наталья намазала сама, а потом намазала маслом и меня, и я наслаждался прикосновениями нежных рук к своей спине и ногам. Всё-таки хорошо, что дамы взяли меня сегодня к себе в компанию.

 

Ближе к полудню речь зашла об обеде:

— Ты, студент, наверное, голодаешь совсем?

— Почему же? — я улыбнулся. — У меня питание трёхразовое, понедельник-среда-пятница, а что?

 

Женщины рассмеялись.

— Эх, студент... Мы квартиру снимаем в городе, у нас всё питание своё. Пойдем с нами, мы тебя накормим как следует. А то, небось, уже и позабыл вкус домашней еды?

 

Я сглотнул и торопливо согласился. Да уж, в моём номере меня ждали только Роллтон и Доширак.

 

***

 

Квартира выглядела уютно и чисто по-женски опрятно. Всюду лежали маленькие и большие коврики, салфеточки, стояли вазы и картинки.

 

— Это наша знакомая сдаёт, — сказала Лия. — Нам совсем недорого получается. Заходи, разувайся.

 

Я сбросил сандали и прошёл в комнату. Лия пошла на кухню, а Наталья кивнула мне, указывая на кресло, и ушла в соседнюю комнату — видимо, спальню.

 

— Я сейчас. Не входить.

 

Дверь закрылась и за нею послышался шорох одежды — женщина переодевалась. Пока я разглядывал обстановку, Наталья вернулась в белой футболке и легкой серой юбке до колен. С юбкой её ножки выглядели ещё стройнее. Мы вместе убрали лишние вещи с большого стола, и стали помогать Лие приносить еду из кухни.

 

Лия воспользовалась моментом и тоже переоделась, представ перед нами через некоторое время в симпатичном светлом платьице. На столе уже стояла вареная молодая картошка с каким-то мясом, салатик и запотевшая бутылка красного вина. Я открыл её и разлил прохладное вино в бокалы.

 

Мне стало понятно, что, пожалуй, я понравился какой-то их них, и она хотела бы продолжить отношения. Но которой? Наверное, в какой-то момент вторая вежливо уйдёт, оставив нас одних. Или мы назначим встречу позже? Я постарался стать самой любезностью и уделял максимум внимания каждой даме.

 

***

 

Мы беседовали, смеялись, и пили вино. Разговор плавно перешёл на тему того, как трудно мне, неудачнику, познакомиться с девушкой, и дамы наперебой давали мне советы. Они хвалили мою фигуру, подсказывали, как себя вести и постоянно подшучивали надо мной. Я неумело отшучивался в ответ.

 

Казалось, дамы соревновались в остроумии и провоцировании, и вообще пребывали в игривом настроении.

 

— Что-то жарко стало, — вдруг сказала Наташа и одним махом стянула с себя футболку.

 

Я замер от неожиданности. Под футболкой обнаружился ажурный бюстгальтер, получашечки которого красиво очерчивали и приподнимали округлую Наташину грудь. Наташин животик оголился и выглядел очень эротично. Я молчал и пытался всё понять — взрослая женщина при мне практически разделась до белья. Да, я видел её уже в купальнике на пляже, но это совсем не то!

 

Я посмотрел на Лию. По идее, Лия должна была понять железобетонный намёк подруги и пойти куда-нибудь по делам. Лия, похоже, поняла его иначе:

 

— Да, жарища невыносимая. Как жаль, что кондиционера нет. — она привстала, задрала своё платье и стащила его через голову. Мне показалось, что у меня отвисла челюсть.

 

На Лие были белые трусики и белый мягкий лифчик с едва заметными кружевами. Женщина демонстративно обмахнулась лежащим на столе журналом как веером и посмотрела на меня.

 

— Да, жара просто ужас какой-то... — пробормотал я, поколебался мгновение и снял футболку. Теперь мы все сидели за столом раздетые до пояса, разве что дамы были в бюстгальтерах. Я не знал, как себя вести и что дальше говорить.

 

— Лийка, смотри как ему жарко. Давай-ка поможем ему. — Дамы вдруг синхронно встали, приблизились ко мне и повалили меня на диван. Я дал им себя опрокинуть, и они взялись за мои шорты — рраз, и шорты слетели с моих ног. Я остался лежать перед двумя женщинами в одних плавках.

 

— Как похож, а? — сказала Лия. — Совсем как Алёшка.

 

Они переглянулись, сели по обе стороны от меня и погладили меня руками по груди и животу. Я задрожал от этих приятных касаний прохладных женских ладошек. Женщины играли с моим телом, водили ладонями по моим ногам, по внутренней стороне бедра и прямо по трусам — мой член напрягся и отчетливо вздымался под тканью плавок. Лия погладила его ладошкой сквозь трусы и наклонилась ко мне ближе.

 

— Тебе нравится?

— Да, — выдохнул я.

 

Лифчик на ней вдруг расстегнулся и чашечки упали прямо на меня. Белые груди с большими сосками висели прямо надо мной. Женщина нагнулась ещё ближе, посмотрела мне в глаза и медленно впилась своими губами в мои. Её губы оказались горячими и нежными, я с наслаждением целовал их.

 

Она отстранилась, и я увидел, что Наташа уже тоже обнажилась до пояса. Её грудь тоже была белой и выглядела очень нежно и изящно. Наташа наклонилась ко мне и опустила груди прямо на моё тело. Я почувствовал ласковое прикосновение женской кожи... Наташа чуть изогнулась и провела грудью по моей груди и немного по животу. Это было безумно приятное ощущение, я не удержался, обнял женщину рукой за голую талию и наклонил к себе поближе.

 

Приблизив её лицо к себе, я поцеловал и её. Наташины губы мне показались чуть тоньше и чуть нежнее, чем Лиины. Я гладил её по бархатной спине, по нежным линиям тела, коснулся правой груди и нежно помассировал её. Какое удовольствие! Последний раз у меня была девушка больше чем полгода назад, когда я познакомился в зимнюю сессию, и у неё не было таких пышных полушарий. Я сжал Наташин сосочек и чуть покрутил его, больше наслаждаясь этим сам, чем даря удовольствие ей.

 

Лия тем временем гладила мои плечи, руки, ноги. Она поддела пальчиками мои трусы и потянула их вниз. Я позволил ей стащить их с себя, и мой напряженный член затрепетал прямо перед дамами.

 

Лия осторожно коснулась яичек и нежно погладила кожу мошонки кончиками пальцев. Я вздрогнул от удовольствия. Наташа тем взяла мой член в ладонь и осторожно оттянула кожу вниз, полностью обнажая уже почти открытую головку. Другой рукой Наташа погладила меня по лобку и по бёдрам.

 

Лия нагнулась совсем низко и поцеловала внутреннюю сторону бедра совсем недалеко от члена. Горячий поцелуй чуть ли не обжёг меня. Наташа наклонилась ко мне, легла грудью на мой живот и стала целовать мою практически безволосую грудь и мои соски. Ещё ни одна девушка не целовала мне соски — это оказалось очень нежное и приятное ощущение.

 

Я дотянулся до Наташиной правой груди, нежно смял её и стал вращать и массировать её упругий сосочек. Другой рукой я поймал левую Лиину грудь и нащупал её сосок, мгновенно затвердевший в моих пальцах. Женщины целовали меня, ласкали и гладили моё тело, а я старался как можно старательнее гладить и ласкать их в ответ.

 

Когда в очередной раз Наташина юбка коснулась моего бедра, я нащупал на её поясе молнию и осторожно расстегнул её одной рукой. Наташа отвлеклась, взялась за края юбки и спустила её вниз. Теперь, как и Лия, она была в одних трусиках, правда чёрных, но очень кружевных. Сквозь прозрачную сеточку было видно рыжеватую полосочку волос на лобке. Я благодарно погладил женщину по попке, ощущая упругую ткань трусиков под рукой.

 

Лиины поцелуи были уже совсем близко к члену. Она вдруг подняла голову, подмигнула Наташе и спросила:

— Устроим молодому человеку рай на земле?

 

Наташа игриво посмотрела на меня и нагнулась ближе к члену. Уверенно взялась за ствол правой рукой, приоткрыла губки и осторожно погрузила блестящую головку прямо в рот. Не успел я почувствовать горячие и нежные губы Наташи на своем члене, как Лиин язычок начал облизывать мои яички. Женские руки тем временем ласково гладили мои бёдра и лобок.

 

Я изнывал не столько от наслаждения, которое дарили мне ласки Лии и Наташи, сколько от самой мысли, что две взрослые незнакомые женщины страстно и с удовольствием сосут мой член. Я не продержался и нескольких минут и даже сам не понял, как кончил. Ощущения были очень интенсивными, и сам момент я пропустил.

 

Наташа чуть отстранилась и ладонью смахнула смесь спермы и слюны с губ. Улыбнувшись, она смерила меня взглядом:

— Интересно, молодой человек, на что же вы способны для двух дам?

— На что угодно! — выдохнул я.

 

Лия посмотрела на мой упавший член:

— Ой ли? Наташенька, как ты думаешь, нам хоть что-нибудь достанется?

 

Я спешно собрался с силами и повалил Наташу на диван рядом с собой. Мои руки сами нашли её груди, я начал целовать её в губы, шею и плечи... Наташа засмеялась, расслабилась и вся раскрылась передо мной, давая мне доступ к своему телу. Я исступленно ласкал и гладил её тело, тем временем прикидывая, как бы мне одновременно уделять внимание и второй женщине.

 

Наташа вдруг помогла мне:

— Лиечка, иди сюда, — она похлопала по дивану рядом с собой. — Ложись вот тут.

 

Лия опустилась на свободное место рядом с Наташей, и они слились в поцелуе. Я целовал Наташин животик и восхищенно наблюдал, как груди обеих женщин почти соприкасаются совсем рядом со мной. Наташа смяла Лиину грудь рукой, а Лия запустила свою ладонь в Наташины волосы. Они целовались и ласкались, почти не обращая внимания на меня.

 

Я взялся за резинку Наташиных черных кружевных трусиков и потянул их вниз. Медленно, с наслаждением разглядывая, как перед моими глазами появляются светлорыжие волоски и нежная кожа женского лобка. Наташа согнула ножки, помогая мне снять с неё трусики, и затем, будто бы ничуть не смущаясь, раздвинула их передо мной.

 

Выстриженные полосочкой волосики, сочные нежные розовые лепестки влагалища — меня не надо было упрашивать. Я погрузился лицом в этот влажный цветок и стал старательно ласкать Наташину вульву языком. Справа от меня оказались Лиины бёдра — Лия лежала на боку рядом с Наташей, продолжая целоваться с ней и мять её груди.

 

Одной рукой я ухватил сзади белые Лиины трусики и потащил их вниз, огибая всю её пышную женскую попу. Лия чуть помогла мне, приспуская трусики сбоку на бедре, и вскоре тоже осталась совсем голенькой. Я погладил ладонью по внутренней стороне её бедра и осторожно нащупал мягкие половые губки. Они были горячие и истекали женскими соками. Я смочил в них пальцы и стал ласкать и массировать Лиин клитор. Лия чуть ли не обняла мою руку ногами и начала немного двигать бёдрами в такт моим движениям.

 

Мой член снова встал и мне не терпелось приступить к действиям, но я не решался прекратить ласки интимных губ моих женщин. Я просто прижался горячим стволом к Наташиной ноге и наслаждался соприкосновением с её прохладной кожей.

 

Наташа приподнялась на локтях, перестала целоваться с Лией и посмотрела на меня:

— Алёшенька, или сюда. — она развела ножки в стороны и призывно вильнула бёдрами. Лия слезла с моей ладони, отодвинулась в сторону и стала с интересом наблюдать.

 

Я покосился в сторону своей одежды:

— У меня презервативы есть...

— Не нужно, Алёшенька. Тебе нужны, Лиечка?

 

Лия с улыбкой покачала головой:

— Мне их и надеть-то не на что.

 

Я не стал ждать, поднялся и лёг на Наташу. Член мягко погрузился во влажное лоно и я затрепетал от ощущения тепла и нежных касаний вокруг ствола. Головка проникала всё глубже, раздвигая мягкие складочки Наташиного влагалища. Мои бёдра плотно прижались к Наташиным, наши тела сплелись вместе. Я почувствовал, как её соски упруго соприкоснулись с моей грудью.

 

Насладившись ощущениями первого проникновения, я начал двигаться. Член тонул во горячей и влажной глубине, приятные женские ножки оплели меня, и я почти забыл про Лию, когда её ладошки вдруг погладили меня по напряженным ягодицам, едва не коснулись ануса и скользнули между моих ног, к мошонке. Я почувствовал, как Лиины пальчики поглаживают то мои яички, то Наташины влажные губки. Лия сидела где-то у нас в ногах и ласкала нас с Наташей.

 

— Ммм, Лиечка... — простонала Наташа.

 

Наташино влагалище вдруг сжало мой член плотней и я почувствовал его нижней стороной что-то необычное. Похоже, Лия просунула пальчик прямо под моим членом. Я сделал сильное движение бёдрами и ощутил кисть её руки прямо у нас с Наташей между ног. Скользкий пальчик продолжал ласкать Наташу изнутри, чуть оттягивая её влагалище вниз.

 

Вторая рука Лии опустилась мне на ягодицы и стала гладить меня, двигаясь в такт с ними. Вскоре нежные женские пальчики проскользнули в щель между ягодицами и Лиин большой палец лёг на кружок моего ануса. Я почувствовал, как она приятно массирует это напряженное колечко, и с удовольствием продолжил трахать Наташу. Ощущения от того, что мой член раз за разом погружается во влагалище, и одновременно другая женщина ласкает мой анус, были просто невероятные.

 

Наташа выгнулась подо мной и, сбиваясь, проговорила в сторону Лии:

— Ах, Лиечка, это так хорошо.. Хочешь попробовать?

— Спрашиваешь. — Лия рассмеялась, а Наташа жестом остановила меня и выскользнула из-под моего тела.

 

Я повернулся и посмотрел на Лию: женщина откинула волосы в сторону и стала на четвереньки попкой ко мне. С нескрываемым удовольствием я стал рассматривать это радующее каждого мужчину великолепие: белые полушария округлой женской попы, крепко сжатое розовое колечко ануса и чуть припухшие влажные губки, окруженные завитками чёрных волос под ним. Лия чуть раздвинула ножки, я стал на колени и придвинулся к ней поближе.

 

Мой член был скользкий и весь блестел от Наташиной влаги. Я приблизился ко второй женщине вплотную и положил ладони ей на бёдра, чтобы ощутить свою власть над женским телом. Лия приятно подалась назад под моими руками. Я направил член прямо в устье её влагалища и легко проскользнул в горячую и влажную глубину. Лиино влагалище показалось мне чуть короче и плотнее Наташиного.

 

Я сделал несколько пробных толчков и набрал ритм, делая широкие движения и насаживая женщину на свой член всё сильнее. Лия опустила голову и двигала бёдрами, навинчиваясь на мой ствол. Я забылся в приятных мыслях о двух женщинах и движениях в одной из них, а Наташа некоторое время отдыхала рядом.

 

Продолжая толчки, я посмотрел на Наташу, чуть отдышался и решился предложить:

— Девчонки, а можно такую штуку... Я всегда хотел попробовать. — Я перевёл дыхание. — Наташа, становись сюда рядом.

 

Лия чуть обернулась, наблюдая, а Наташа стала рядом с ней на четвереньки. Теперь обе женские попы были прямо передо мной: одна, плотно насаженная на мой член, и вторая, сочная и округлая, совсем рядом. Я вынул мокрый член из Лии, подвинулся, разглядывая два призывно раскрытых влагалища перед собой, и с наслаждением всадил член в самую глубину Наташиной дырочки. Разница в ощущениях между обеими женщинами подарила мне ещё одну волну наслаждения.

 

Насаживая Наташу поплотнее, я погрузил два пальца в Лиино влагалище и стал ласкать её изнутри. Женщины тем временем дотянулись до грудей друг друга и стали целоваться, массируя пальчиками сосочки одна другой. Похоже, у них был большой опыт во взаимных ласках.

 

Я снова остановился, вынул член из Наташиной дырочки, передвинулся к Лииной попке и вставил его в разгоряченное влагалище. Горячие влажные стенки охватили мой ствол и чуть ли не засосали его внутрь. Свободной рукой я нащупал Наташины влажные губки и стал теперь ласкать их в такт своим движениям.

 

Мы продолжали и продолжали, пока дамы не истощили меня полностью и я не упал без сил. Мы уснули все втроём в каком-то сумасшедшем переплетении, и этот сон был безумно сладок для меня.

 

© Алекс Эр

Стриптиз в библиотеке

Никогда бы не подумал, что я в свои законные летние каникулы вдруг буду коротать дни в районной библиотеке, раздавая книжки редким читателям и отвечая на ещё более редкие их вопросы. Но увы, практика в девятом классе оказалась обязательной и мне даже, можно сказать, повезло: мои однокурсники подметали школьный двор и помогали физкультурнику, который эксплуатировал их и в хвост, и в гриву.

 

Моей начальницей и, собственно, единственным официальным работником библиотеки, не считая уборщицы, была Наталья Андреевна: невысокая женщина лет 35-ти, стройная, изящная, с прямыми русыми волосами до плеч, пронзительными серыми глазами и суровым нравом.

 

Она практически не общалась со мной, раздраженно вздыхала и поджимала губу, когда я делал что-нибудь неправильно. Когда я только появился в библиотеке, она некоторое время провела со мной за одним столом, обучая склеивать разные типы книжек, но дальше этого наше общение не пошло.

 

Когда рваные книжки закончились, Наталья Андреевна пересадила меня за старенький библиотечный компьютер и заставила вводить книги в каталог. Это оказалось куда более утомительно: на старой расшатанной клавиатуре надо было без ошибок вводить имя автора, название, уникальный номер и прочие данные каждой книги.

 

Интернета не было, все эти пыльные книги вокруг порядком осточертели, поэтому в свободную минуту я выискивал медицинские журналы и разглядывал в них рисунки женских грудей и гениталий. Пару раз Наталья Андреевна практически поймала меня на этом, но я всё же успевал захлопнуть журнал и сделать вид, что несу его куда-то.

 

Засмотревшись на ножки очередной девушки в читальном зале, я задумался и мне пришла в голову отличная идея! Весною отец подарил мне цифровой фотоаппарат, которым я с тех пор почти и не пользовался. Фишка в том, что в фотике был режим медленной съёмки: он мог делать снимки раз в 15 секунд на протяжении пары часов.

 

Я приволок фотик в библиотеку и стал думать, как бы его приспособить, чтобы он оказался под столом как раз напротив ног какой-нибудь студентки. Увы, столы были открыты со всех сторон — парты как парты, даже без передней доски. Единственный полностью закрытый стол, под поверхностью которого можно спрятать фотик — это мой собственный. Ну не себя же фотать, в конце концов?

 

Мимо прошла Наталья Андреевна и я вдруг обратил внимание, что на ней узкая юбка до колен. Ага! Вот оно! Я залез под свой стол, переключил фотик в режим постоянной съемки и запустил программу ввода книг. Потому позвал Наталью Андреевну:

 

— Наталья Андреевна, вы не посмотрите?

— Да? — Она подошла поближе и я невольно покосился на её ножки — стройные, гладкие, без колготок. Ах, только бы она села за стол.

— У меня каталог не переключается в режим ввода, завис, что ли?

 

Наталья Андреевна нагнулась к клавиатуре, чтобы посмотреть, но я "галантно" отодвинул стул и она села. Моё сердце забилось, как молот, и мне стало жарко от собственной наглости. Наталья Андреевна сидела на моём стуле, а фотокамера автоматически щелкала прямо у неё между ног, делая снимок за снимком. Я надеялся, что автофокус и высокая чувствительность объектива сделают свою работу.

 

— Почему не переключается? Вот же, переключился! — Наталья Андреевна нажала кнопку и программа нормально переключилась в нужный режим.

— Ой, а у меня почему-то не работала... — промычал я. — Извините.

 

Наталья Андреевна ушла, я подождал несколько минут и торопливо полез под стол. Отцепил камеру, повернул колёсико в режим просмотра фоток и стал листать одну за другой. Мои руки дрожали и вспотели от напряжения, в ушах стучапо и лицо раскраснелось. К счастью, библиотека уже закрылась и посетителей не было.

 

Я нажимал на кнопку, проматывая фотки с конца в начало. Сначала промелькнуло моё перекошенное лицо и протянутые к камере руки, потом мои колени, потом просто стул, потом мои кроссовки и ноги Натальи Андреевны возле стула, а потом вдруг её колени прямо перед объективом. Аппарат прибавил яркости так, что колени казались белыми и яркими, и высветил полоску трусов у Натальи Андреевны между ног.

 

Я внимательно всмотрелся и прибавил увеличения. Подробностей на маленьком экранчике было не рассмотреть, но я потом рассмотрю всё дома на компьютере. На Наталье Андреевне были надеты белые трусики с каими-то совсем деревенскими цветочками и розовой каёмочкой. Трусики были смяты в складочки и казалось, что они облегали её половые губки. Я был уверен, что вот эта складочка посередине совпадает с рельефом вульвы Натальи Андреевны.

 

Фотоаппарат дрожал в потных руках, но я старательно рассматривал фотку, делая её всё ближе и ближе. Каемочка трусиков с одной стороны была совсем вжата в промежность, а с другой чуть открывала край половых губ. Мне казалось, что я вижу неровную кожу и завитки волос, но я не был уверен. Я сделал увеличение ещё сильнее, и белая полоска трусиков в цветочек заняла весь экран.

 

— Это я? — Голос был злым и строгим.

 

Я чуть не уронил фотоаппарат и в ужасе поднял взгляд. Справа от меня стояла Наталья Андреевна и смотрела прямо на меня. Я неловко покачал головой.

 

— Н-н-нет, Натал...

— Дай сюда! — Она выхватила фотоаппарат из моих рук и мельком взглянула на снимок ещё раз. — Ах ты гадина!!

 

Я весь сжался. Мой худший кошмар воплотился в реальность.

 

— Какого черта тебе надо?! Что, голых баб не видел?! Журналов тебе мало?!! Интернета?!

 

Она кричала на меня и сжимала мой фотик в кулаке так, что я опасался даже за его металлический корпус. Зря опасался — минута, и фотик с силой полетел в пол, разлетаясь на кусочки.

 

— Что ты там не видел, а?! Гадёныш! Гадёныши и сволочи прямо с детства, не могу просто! На, смотри!

 

Наталья Андреевна вдруг задрала юбку и я увидел те самые белые трусики в цветочек с розовыми каемочками. Они выглядели застиранными и смятыми. Она быстро поставила правую ногу на стул передо мной, а затем рывком отвела полоску своих трусов в сторону: я тут же невольно вперился взглядом в розовые лепестки её влагалища и черные завитки волос.

 

— Нравится, сука?! Подонок! Сволочь!

 

Она сбросила ногу на пол и я не осмелился поднять на неё глаза. Никто из взрослых никогда так меня не называл.

 

— На, ещё смотри, пока насмотришься! Мерзкая дрянь!

 

Наталья Андреевна одним движением развернулась, расставила ноги, одной рукой задрала юбку, а другой подцепила свои трусы прямо на заднице и отодвинула в сторону. Я увидел большие белые полушария её попы, серое сморщенное кольцо сфинктера и немного волос под ним там, где в промежности заканчивалось влагалище. Сфинктер на моих глазах сжался сильнее, потом снова вернулся в исходное состояние, и я, кажется, увидел немного розовой кожи в его в крошечных и в основном серых складочках.

 

Я находился в состоянии шока, был страшно испуган и не знал, что сказать. Она повернулась ко мне, её лицо было красным от гнева и ярости, и указала пальцем на дверь:

— Вон отсюда, гадина! Быстро! И чтоб я тебя больше здесь не видела!

 

Я пулей вылетел из помещения, сбежал вниз по лестнице и помчался по улице так, будто боялся, что она меня догонит. К счастью, никто в школе ничего не узнал, и практика оказалась мне зачтена. И хоть районную библиотеку я с тех пор обходил десятой дорогой, воспоминание об этой задранной юбке и сдвинутых, туго натянутых трусах Натальи Андреевны долго не выходило у меня из головы.

 

© Алекс Эр

Овладеть во сне

Я расскажу вам эту историю, клянусь — подлинную, но вы не судите меня строго за неё. В семнадцать лет женское тело просто сводит с ума!

 

Когда этим летом мы всей семьёй отдыхали на даче, к нам в гости на несколько дней приехала тётя Лера. Ей примерно сорок лет, она невысокого роста и обычного телосложения. У нас с ней никаких отношений не было: тётя как тётя, мы почти даже и не общались. День прошел как обычно, все поужинали за общим столом и разошлись спать.

 

Наша дача — это большой старый деревенский дом с несколькими комнатами и спальнями. Мне была отведена небольшая спальня в самом дальнем крыле, тётю положили ночевать на кушетке в комнате, примыкающей к моей, а родительская спальня находилась в противоположном крыле дома.

 

Ночью я проснулся и побрёл в темноте в сторону ванной. Проходя через комнату, где спала тётя, я услышал едва слышный храп и в полумраке различил тётину фигуру на кушетке: она спала на боку, чуть поджав ноги и упёршись коленками в спинку кушетки. Тонкая простыня, служившая одеялом, едва закрывала её спину.

 

Судя по шумному дыханию, тётя крепко спала. Я на цыпочках подкрался к дивану и медленно опустился на колени у самого его края. Я помню, как моё сердце колотилось от волнения и просто оглушало меня стуком в ушах. Дрожащими пальцами я осторожно приподнял простыню и положил её выше, оголив тётину спину и попу.

 

Сверху на тёте была надета белая футболка, а снизу — чёрные стринги, малозаметные в темноте. В первую секунду мне даже показалось, что белые полушария попы, словно чуть светящиеся в полумраке, совсем голые. Это взбудоражило меня ещё больше. Я присмотрелся к тонкой полоске ткани, нагнувшись так близко, что её кожа будто обдала меня горячим теплом.

 

Ткань трусиков спускалась между полушариями округлой женской попы, плотно прикрывала пухлые губки промежности и исчезала там дальше, в направлении лобка, где мне не было ничего видно. Я задержал дыхание и ещё раз прислушался к тётиному легкому похрапыванию. А заодно и к звукам в доме: было абсолютно тихо, а тётя спала как ни в чем не бывало.

 

Я медленно-медленно прикоснулся к ткани её трусиков, прижав дрожащие пальцы чуть ниже её линии пояса. Щипком зацепил стринги, поддел и потихоньку потянул вверх, перемещая пальцы всё ниже к промежности. Полосочка трусиков поднялась и отошла в сторону, постепенно открывая мне белую кожу между полушариями попы, сжатое колечко ануса и чуть припухлые, покрытые завитыми волосками губы. Полоска трусиков зацепилась за тело и так осталась в стороне, не скрывая от меня обнажившихся женских прелестей.

 

Меня прямо затрясло от возбуждения. До этого я никогда не видел женских подробностей так близко и так свободно. Я снова прислушался к её дыханию и звукам в доме — всё было спокойно. Волнуясь, я прикоснулся кончиком пальца к самому низу половых губ — там, где они снова сходятся вместе. Они показались мне невероятно нежными и мягкими.

 

Я догадался смочить палец слюной и медленно, осторожно провёл им по всей длине лепестков влагалища, ощущая их необычайную мягкость. Тётин бутон был совершенно податлив под моими пальцами, а её дыхание в темноте ничуть не менялось. Я осмелел, ещё раз намочил палец и стал искать вход в глубину.

 

После нескольких неловких, но очень осторожных надавливаний на лепестки мой палец скользнул в глубину женского тела. Влажное тепло охватило меня, подушечки пальца раздвигали мягкие ткани стенок и погружались всё глубже. Я испуганно прислушивался к дыханию женщины, с трепетом ожидая, что она внезапно проснётся и незаметно выдернуть палец мне не удастся.

 

Но нет, она спала. Я поводил пальцем внутри, запоминая необычные ощущения, и помечтал почувствовать касание этих нежных стенок кожей своего члена. Это наверняка должно быть необыкновенно приятно... Мой палец блуждал и блуждал во влажной глубине, стараясь проникнуть всё глубже и почувствовать всё, пока я не вытащил его осторожно.

 

Чуть осмелев, я примерился и коснулся кончиком пальца её ануса, самой серединки. Сердце ёкнуло от испуга, потому что её колечко вдруг сжалось и вытолкнуло мой палец. Я замер, прислушиваясь к дыханию и готовясь сбежать или спрятаться. Однако тётя похрапывала в том же ритме, ничуть не сбившись. Выжидая, я просидел несколько минут, но ничего не изменилось. Она спала.

 

Я снова вставил самый кончик пальца в её попку и чуть нажал. Колечко попыталось меня вытолкнуть, не справилось и так осталось держаться, упруго охватив подушечку пальца со всех сторон. Я надавил влажным пальцем и он скользнул чуть глубже. Упругое сопротивление этого отверстия женщины одновременно и пугало, и возбуждало меня. Вдруг от такого вторжения она проснётся?

 

Ещё несколько осторожных надавливаний, чередуемых ожиданием в несколько минут — и вот мой палец погрузился в её попку уже наполовину! Сильные упругие мышцы то сжимали меня, но расслабленно окутывали, но невероятная запретность происходящего волновала меня даже больше, чем эти ощущения. Я вдруг понял, что вынуть палец незаметно может оказаться ещё сложнее, чем ввести его.

 

Тем не менее, я продолжал вталкивать свой палец в женскую попку. Когда он почти погрузился, само собой вышло так, что другой палец проник во влагалище. Я согнул пальцы скобочкой и они почти соприкоснулись сквозь отверстия спящей женщины. Я ощутил, как подушечку указательного пальца от кончика большого отделяет лишь какая-то тонкая внутренняя стеночка.

 

Я как будто держал тётю за промежность двумя пальцами, погрузив их глубоко в её тело и ощущая, как они почти соприкасаются там внутри. Это было такое невероятное впечатление! В голове у меня ухало собственное сердцебиение, руки подрагивали, всё тело горело от стыда и непозволительности происходящего. Мой член просто разрывался от возбуждения, и если бы я не боялся шуметь, я бы начал его ублажать прямо здесь.

 

Сумасшедшая мысль пришла мне в голову. Деревенская кушетка была так низка, что я, стоя на коленях, мог легко коснуться членом тётиной промежности. Я медленно-медленно, с сожалением вытащил пальцы из нежных тканей, приспустил свои трусы и направил головку члена к цели. В позе, в которой спала тётя, дотянуться членом до её влагалища было практически нереально. Зато шершавой кожи ануса я мог коснуться без проблем, что я и попытался сделать.

 

Скользкая от моей собственной смазки головка чуть упёрлась в тугое колечко ануса. Я осторожно вдохнул и выдохнул, наслаждаясь этим ощущением — ни одной женщины у меня ещё не было, и это чувство прикосновения к телу было для меня внове. По сравнению с тётиным отверстием головка казалось гигантской — впрочем, ствол вообще распирало от возбуждения так, что мне казалось, будто он удвоился в объёме.

 

Я чуть надавил всем телом, желая лишь, чтобы мягкая головка моего члена сжалась и упругое колечко окутало её по всей поверхности. Так и произошло, за исключением того, что женское тело вдруг приняло полсантиметра головки внутрь. Анус чуть расслабился и пропустил скользкий наконечник вглубь, лишь придерживая его со всех сторон.

 

Моё сердце заколотилось совсем бешено. Я почувствовал, что всего несколько движений — и я кончу почти без усилий. Я нестерпимо захотел этих нескольких движений, нажал ещё — и головка погрузилась в тётину попку на две трети. Скользкая, гладкая, она так легко вошла, что я еле успел затормозить толчок, чтобы она не проскользнула вся. Я вдавил её ещё на несколько миллиметров, и вот тугое колечко ануса практически полностью охватило мою головку, даря мне необыкновенные новые ощущения.

 

Я невероятно медленно, изнывая от возбуждения и страдая от этой медлительности, сделал совсем небольшое движение взад-вперед. Каждый миллиметр движения отдавался во мне наслаждением — скорее от самой мысли о том, что я, ещё почти мальчишка, недозволенно насаживаю на член взрослую женщину. Прислушиваясь сквозь гулкий стук моего сердца к её дыханию, я даже втайне хотел, чтобы она проснулась и осознала происходящее.

 

Ещё несколько мучительно медленных движений, и вот уже острое ощущение оргазма подкатило совсем близко. Я нехотя отодвинулся от её желанного тела и закончил сам, вытерев руку об трусы. Меня раздирало желание уронить хоть каплю на её попку, но я сдержался. Вдруг она утром заметит?

 

Сексуальное возбуждение чуть схлынуло, я торопливо вернул тётины трусики на место, прикрыв её прелести и коснувшись их напоследок, накрыл её снова простыней и тихонько ушёл в темноте в туалет, чтобы вымыть руки. Когда я шёл обратно, она уже спала на спине и я вдруг подумал, что всё-таки было бы, если бы она проснулась и увидела мои манипуляции над собой.

 

Сгорая от стыда, я умчался к себе в спальню и долго не мог заснуть, прислушиваясь к ощущениям и перебирая воспоминания во всех подробностях. Я то фантазировал, что она вдруг проснётся, придёт и ляжет со мной, то боялся, что она утром найдёт неведомый мне признак моего вторжения и произойдёт невесть что.

 

К счастью, всё обошлось. Я разве что стал избегать её ещё больше. Мне до сих пор стыдно, но всё равно ту ночь я помню в мельчайших подробностях.

 

© Алекс Эр

 

E-mail автора: [email protected]

Сайт с рассказами: http://alex-erotoman.blogspot.com

 


home | my bookshelf | | Корпоративный календарь и другие рассказы |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 4
Средний рейтинг 2.5 из 5



Оцените эту книгу