Book: Останься со мной навсегда



Останься со мной навсегда

Валентина Шигина

Останься со мной навсегда

"Мы не можем вторично полюбить тех, кого однажды действительно разлюбили"


Пролог

Небольшая заснеженная аллея вела к большому и красивому зданию университета. Могучие колонны поддерживали памятник архитектуры. На широкой мраморной лестнице столпились студенты, что-то громко выкрикивая и смеясь. В университете бурлила жизнь и только в одной аудитории стояла тишина. Два молодых человека стояли напротив друг друга и молчали. И только по глазам можно было понять, что встреча совсем не дружеская.

— Я тебя просил оставить ее в покое. Что не понятного? — спросил один.

— Мне не понятно, почему ты о ней так печешься? Она взрослая девушка, и она без тебя знает с кем ей надо общаться, а с кем нет, — ответил второй.

— Зачем она тебе?

— Она мне нравится. Неужели это не понятно? — и замолчал, наблюдая, как его оппонент заливается звонким смехом.

— Нравится, — проговорил парень. — А что ты о ней знаешь? Чем же она тебе так приглянулась?

— Она красавица. Как принцесса, нет королева. Она добрая, нежная и… — не успел проговорить парень, как его грубо перебили.

— Она красавица — да, я согласен, только спящая. Принцесса, но только заколдованная. Королева, но только снежная и совсем не нежная. Она не добрая, она безразличная. Ей плевать на все, парень. Ей даже на меня наплевать.

— Поцелуй разбудит спящую красавицу, — ослепительно улыбнулся он.

— У тебя ничего не получилось за несколько месяцев, дальше пробовать не стоит, — грубо ответил ему молодой человек. — И знай, в следующий раз я разговаривать буду по-другому.

Молодой человек смотрел вслед уходящему парню и задумчиво проговорил:

— Что же творится вокруг тебя, принцесса?

Часть 1. Снежная королева

Вы никогда не думали, как внезапные решения меняют вашу жизнь? Например, сесть в другой поезд, выйти не на своей остановке, перейти дорогу в другом месте, улыбнуться тому, кому никогда бы не улыбнулись? Придти туда, где тебя не ждали, или опоздать, а может просто придти раньше и увидеть то, что от тебя тщательно скрывали? Увидеть то, из-за чего тебя выворачивает от боли? И я это увидела! Только через несколько лет, я поняла, что благодарна случаю, который навсегда изменил мою жизнь…

Как же я люблю зиму с ее снегами, морозами, метелями и холодами. Меня мало кто понимает. Когда то давно я любила весну, наивно считая, что весна это время объятий, поцелуев и любви. Но так было раньше, сейчас все по-другому, и я другая…


Семестр закончился, для многих студентов начались долгожданные каникулы. И угораздило же меня заболеть за два дня до окончания каникул. Отдыхать, конечно, надо, но не так долго. Вообще-то я люблю учиться. Меня считаю первой студенткой университета. Конечно, если за три с половиной года учебы получать отметки не ниже пятерки. Поэтому две недели больничного поставили меня в тупик. Я бороздила просторы интернета, смотрела фильмы, я даже ремонт в гостиной сделать успела.

Каждый день ко мне приходила подружка Станина Мария. Она и мой брат Максим делились со мной происходящим в институте, рассказывали последние сплетни, которые в принципе меня никогда не интересовали. Они прекрасно это знали, но не обращали внимания на мой скучающий вид и продолжали забрасывать меня ненужной информацией.

Главная новость в стенах родного и любимого университета это новенький студент, который перевелся в группу, в которой учились Маша и Максим. Стас, а именно так зовут пополнение нашего учебного заведения, произвел фурор. Молодой, красивый, богатый, а по слухам еще и свободный. Наши девушки сходят с ума и разрабатывают планы по его завоеванию. Что за глупость? Неужели девчонкам больше заняться не чем? Лучше бы вместо огромных косметичек учебники в сумках носили, а вместо модных журналов почитали бы конспекты или книжки.

Я конечно не ботаник и не заучка, как говорят в народе, но лучше я буду учиться, и читать, читать и учиться, чем тратить время на завоевание различных особей мужского пола. Хватит с меня и одного раза… Нет любви, я это точно знаю! Есть привязанность и похоть и весь мужской пол с легкостью поменяет первое на второе.

Машка и Макс продолжали что-то бурно обсуждать.

— А я говорю, что тебе просто завидно и обидно, — спокойно сказала Маша.

— Это еще почему? — очень громко возмущался мой братец.

— Завидно, потому что на него девчонок больше вешается, а обидно, потому что больше половины раньше вешались на тебя!

— Что? — еще громче возмутился Макс. — Да мне только пальцами щелкнуть, как все будут мои. А то, что Ира теперь бегает за Стасом, я ему еще спасибо сказать должен.

— Все равно, Макс, у тебя появился крупный соперник, и ты это чувствуешь. Вон весь на нервах, даже руки трясутся.

Спор разгорался все сильнее. Маша продолжала намекать на то, что девочки скоро на него вообще смотреть не будут. А для брата, между прочим, это станет трагедией. Когда-то давно у Макса была любимая девушка, моя бывшая подруга, Валерия. Но она ему изменяла, и после этого Максим перестал верить в любовь и пустился во все тяжкие, то есть матросил девчонок. Кому-то было бы обидно за такое обращение с женским полом, но не мне. У каждого есть своя голова на плечах. Я тоже, когда то прошла через предательство.

Мы с Максимом двойняшки, родившиеся двадцать лет назад. Мы очень похоже, но мы такие разные. Брат высокий и очень красивый и девочек у него много. Хорошо подтянутый, сказывается еженедельный поход в тренажерный зал. Темные волосы немного вьются и закрывают лоб и шею. Карие порочные глаза и белоснежная улыбка. Мои волосы немного темнее, они черные и спускаются большими полукольцами почти до талии. Довольно высокая, и наследство от мамы большие синие глаза.

Несколько лет назад мы поменяли свой образ жизни. Я полностью отдала себя учебе, а Максим развлечениям и девочкам. А девочки да, бегают за ним толпами. Я сама не знаю, но другие говорят, что он красив, как Бог. И, пожалуй, этому новенькому я тоже должна сказать спасибо, за то, что половину забрал, особенно Иру. После ночи с братцем она с ума сошла: каждый день звонила, караулила его около дома и университета, мучила меня расспросами (мы учимся в одной группе) где мой брат, что делает, где делает и с кем делает. Надеюсь, у Стасика нет сестры, иначе та не выдержит такого натиска.

— Мила, — обратилась ко мне Маша. — Ты завтра едешь на учебу?

Моя подруга не могла порадоваться высокому росту, но ее телосложение показывало ее хрупкость. Натуральные пшеничные волосы доходили до плеч. На лицо очень миленькая с огромными серыми глазами, в которых плескались задорные огоньки.

— Да, а ты думала, я захочу еще дома поторчать? — да две недели уже прошли, и наконец, я смогу расправить свой крылышки. Меня считают ангелом за прекрасные оценки, спокойный характер. Я никогда не кричу, не выхожу из себя. И мало кто знает, что большинство людей я вообще не слушаю.

— Значит, на обед пойдем вместе, а ты, Максим, подумай о своем поведение.

— Нормально я себя веду, — пробурчал он и поднялся к себе в комнату.

— Мила, ау, ты здесь вообще?

— А? Да, я здесь. Конечно вместе, мы же всегда ходим, — сказала я монотонно. — Зачем ты достаешь Макса?

Не то что мне было интересно- элементарная вежливость и Маша это знала, но все равно ответила.

— Просто пока мы ехали сюда, он достал меня своим нытьем "Что девчонки в нем находят?" или "У него на лбу написано, что он их всех помотросит и бросит". Сам как будто не такой, — ответила Машка и хотела добавить еще что то, но у нее зазвонил телефон.

Звонил Дима, ее парень. Срочно вызывал на встречу. И Маша, поцеловав, меня в щеку, упорхнула. А я поднялась в свою комнату и подошла к большому окну, которое занимало почти все стену. За ним красовались белые сугробы, и, кажется, скоро начнется метель. Люблю зиму и низкие температуры, иногда если вдохнуть морозный воздух, то он заморозит боль. Простояв около окна еще полчаса, дождавшись метели, я обвела глазами свою комнату.

Эскиз мы делали с мамой давно и только после ее гибели, все, что было на листах перешло на стены пол и потолок. Моя комната включает в себе две зоны. Первая большая — отделана в светлых тонах. Пол покрывали золотистый паркет и такой же ковер с большим ворсом. Стены и полок были серебристо — синими. Также стены покрывали небольшие золотые птицы, а потолок звезды, которые светились в темноте.

"Всегда верь в сказку, принцесса". Говорила мне мама, поэтому и комната такая получилась. В углу стоял большой серебристый стол с компьютером и куча дисков. Рядом висел большой плазменный экран, а напротив диванчик, тоже серебристого цвета и небольшой столик рядом с диваном. Вторая зона спальная. Синие пол и стены, которые тоже покрывали птицы. И черные пол и потолок со звездами. Мне здесь уютно.

Я подошла к дивану и завернулась в золотистый плед и не заметила, как уснула. И снилась мне сказка. Я принцесса, только вместо моих черных и длинных волос были очень короткие и ярко рыжие. И принц… гм на велосипеде…

* * *

Я стояла в пробке, хотя уже давно должна быть в институте. В это время здесь всегда так? Сегодня с утра все пошло не так. Я проспала, облилась чаем, и мне пришлось переодеваться, а за несколько метров до машины я сломала каблук. А теперь в пробку попала. А я между прочим уже на вторую пару опаздываю. Никогда со мной такого не было.

Пока я ехала, на улице начался настоящий снегопад. Тяжелые снежинки в большом количестве ложились на капот и дорогу, затрудняя движение еще сильнее. Машины буксовали, водители нервничали, да и я потеряла остатки спокойствия.

Когда я все-таки подъехала к стенам университета, то на стоянке яблоку было негде упасть. Место для моей машины было занято темно-вишневым Лексусом. Не помню, что бы кто-то из наших студентов такой приобретал. Хотя все может быть, меня ведь две недели не было.

Все же найдя другое место, я быстро направилась в сторону университета, а это было очень тяжело, ноги утопали в сугробе, который мешал быстро передвигать ногами.

Извинившись за опоздание, я прошла на свое место рядом с Денисом, другом Макса. Он уехал, даже меня не разбудил. Хотя он же не знал, что я проспала.

— Привет, — улыбнулся Денис. — Ты что опаздываешь?

— Привет. Так получилось, — он видимо очень хотел поболтать, но преподаватель быстро пресек попытку. Но сосед не растерялся, и, вырвав из тетради лист, написал:

"Я рад, что ты снова с нами"

"Я тоже этому очень рада"

"Ты сегодня, какая-то другая. Что-то случилось?"

"Нет, все нормально. Я просто проспала"

"Ты проспала? Да быть этого не может!"

"Может"

Конечно, что он удивился, обычно я пунктуальна до ужаса. Я всегда просыпаюсь с первыми звуками будильника, встаю легко. Спать я ложусь тоже рано. Может все потому, что ночами я не шляюсь где попало, а всегда остаюсь дома.

Просидев еще одну пару в компании Дениса, я ретировалась на поиски Маши. Обычно мы встречались на третьем этаже около большого окна. Удобный подоконник практически во всю стену всегда использовали многочисленные студенты, каждый для своих целей.

Подруга меня уже поджидала, удобно устроив свою пятую точку на том самом подоконнике. В руках она сжимала какую-то книженцию. Что в принципе для Машки было совершенно нормально. Читать девушка любит.

— Привет, — улыбнулась подруга. — Что с тобой?

— А что со мной? — спросила я буднично.

— Ты какая-то недовольная.

Вообще-то я никогда не выпускаю эмоции наружу, но если хорошо присмотреться близкие люди видели изменения. Я ей рассказала про свое "чудесное утро". Маша дотронулась до моего плеча в успокаивающем жесте и деликатно промолчала.

Мы хотели уже пойти в кафе, но в коридоре появился молодой человек. Высокий парень с красивым телом, одет был в синие, обтягивающие джинсы и белую футболку, которая прекрасно обтягивала его подтянутый торс. Светло-русые волосы находились в творческом беспорядке. Девушки смотрели на него — обиженно. Парни, как-то сострадающе. И мне показалось, что все кроме меня знали к кому он уверенной походкой направляется.

— Здравствуйте, прекрасные леди, — поздоровался с нами парень.

— Виделись уже, — раздраженно ответила подруга. Чего она такая злая?

— Ну, раз так, можешь познакомить меня со своей очаровательной подружкой? Если я не ошибаюсь эта та самая девочка, которая учится на инязе?

— Вообще-то, эта подружка стоит здесь и не надо о ней говорить в третьем лице! Пошли обедать, — повернулась я к Маше, и, взяв ее под руку, увела. Кажется, толпа облегченно вздохнула.

По дороге в кафе подруга рассказала кто это, ни кто иной, как наш новенький Станислав Барский. Почти все девчонки от него без ума. За две недели пребывания в стенах нашего учебного заведения он уже успел соблазнить несколько дурочек.

— Маша, а он настолько красив? — решила я поинтересоваться ее мнением. Я заметила только чрезмерную уверенность в себе и наглость.

— Он красив, и его красота настораживает.

— Почему? — спросила я.

— Его красота холодная, — она немного помолчала и добавила. — Вы очень похожи, у вас одинаковая отчужденность во взгляде. Мне кажется, что в его жизни как и у тебя было не все гладко. Прости, Мила.

— Ничего страшного. Ты же знаешь я не в обиде, — у меня не было привычки обижаться на подругу. Зная ее уже много лет, я убедилась, что она никогда не скажет плохого, чтобы кого-то специально обидеть. И вообще она пацифистка.

Подруга, как и многие из нашего университета получает сразу два высших образования. Первое экономическое, второе психологическое. Поэтому, пообщавшись немного с человеком, Маша может немного рассказать, что он скрывает. Иногда мне кажется, что для дипломной работы, Станина будет использовать меня. Потому что весь пройденный материал Машка часто отрабатывала на мне.

— У тебя сегодня тоже четыре пары, тебя подвести домой? — спросила я, нарушая тишину.

— Спасибо, милая, но Прохоров обещал заехать, — Прохоров это ее парень. Они встречаются полтора года, и он старше Машки на четыре года. Очень скользкий тип, между прочим. Но раз ей нравится, я не вмешиваюсь.

За болтовней мы дошли до университета и разошлись по своим аудиториям, в которую я бы вошла, если меня не остановила чужая рука на талии, и я резко обернулась. Мои синие глаза встретились с глазами Стаса, тоже синими, между прочим. Под левым глазом пристроились две кокетливые маленькие родинки. Я потянула носом.

— Хороший одеколон — дорогой.

— Я весь дорогой. Поболтаем, мышка? — сладко протянул парень мне на ухо, все еще держа руки на моей талии.

— Слушай котик, — мягко протянула я, — ты знаешь, что такое личное пространство? — и уже грубо. — Руки убери и отодвинься.

Уж не знаю, что его так напугало, но он отшатнулся. Не люблю я, когда ко мне так фривольно обращаются и руки распускают. А когда слишком близко подходят, вообще раздражает. Я, не подпускаю людей так близко.

Я все же зашла в аудиторию, провожаемая взглядами. На паре Денис пытался узнать, почему меня в коридоре обнимал Стас. При этом лицо у него очень обиженное, как будто после десяти лет совместной жизни, я ему сообщила, что ухожу к другому.

— Он меня не обнимал!

— Я же видел. Мил, ты тоже решила войти в группу его фанаток? — спросил обиженно.

— Ты совсем обалдел, что ли? Я что похоже на этих идиоток? — излишне громко воскликнула я. Обиженная до глубины души таким не приятным замечанием.

— Малинина, можно тише, мало того что вы сегодня не явились на первую пару, опоздали на вторую, а сейчас срываете мою, — как-то неловко сказал преподаватель. Конечно все- таки лучшую студентку отчитывает.

— Простите Евгений Николаевич. Этого больше не повториться, — сказала я, глядя ему в глаза, отчего он смутился и поинтересовался, все ли у меня в порядке.

— Конечно, все просто замечательно.


Последняя пара закончилась, и я пошла на выход. Остановившись на крыльце, я вдохнула холодный воздух. Снегопад уже давно закончился, и самые веселые студенты решили устроить игру в снежки. Как дети.

Я посильнее закуталась в шубу и пошла на стоянку. Я сейчас даже не знаю смогу я выехать или нет. Сугробы были просто огромны. Когда я все же небольшими шагами дошла до машины, у меня зазвонил телефон.

Звонил Максим и попросил, что бы я, не уезжала, что ему надо срочно поговорить. О чем он хочет поговорить, не сказал, пришлось его подождать.

Я стояла на стоянке уже добрых 15 минут. Прикурила сигарету, надеюсь, что брат не увидит. Я, конечно, его не боюсь, просто от его ругательств мне закладывает уши. Я стараюсь не вслушиваться в сказанное, а то даже у великих сапожников краснеют от стыда уши и щеки. Не успела я выкурить половины сигареты, как на горизонте появился новый мачо местного разлива — Стас.



— И снова здравствуй, — улыбнулся он так, как будто получил Оскар в номинации лучшая мужская роль.

— Привет, — ответила я, вдыхая большую порцию никотина. — Ты, что-то хотел?

— Да, я хотел бы пригласить тебя поужинать. Как ты на это смотришь? — сказал он таким тоном, словно уверенный, что я не откажу ему в ужине и чашечки кофе с утра в постель.

— Никак, — видимо мой ответ его нисколько не смутил.

— Почему, принцесса?

— Я занята, — ответила я, прикуриваю новую сигарету.

— Детка, ты ведь даже не спросила когда, — проникновенно зашептал парень, подходя ближе. Я ему же недавно про личное пространство говорила.

— Слушай, — он начал выводить меня из душевного равновесия. — Я занята сегодня, завтра, послезавтра, через неделю, через месяц и даже через два. Вали отсюда, Казанова.

— Почему ты ломаешься, я ведь знаю, что у тебя сейчас никого нет, — нахально сказал блондинчик, прислонившись к моей машине. Молодец! Еще с другой стороны протри, пожалуйста.

Не успела я ему ответить, как в поле зрения попал Максим.

— О, Стас, я думал, ты уже свалил, — и уже мне. — Мила, дорогая, красивая, хорошая, любимая, обаятельная и привлекательная. — Начал лебезить братец. Он всегда забывал, что на меня его обаяние не действует. А Стас так и замер, после слова любимая, он не смог пошевелиться.

— Что надо, Максим? — уверенно спросила я, зная, что ему действительно, что-то надо.

— Солнце, подбрось да центра, а? — ласково попросил брат.

— Ты что на своей машине бензин экономишь?

— Очень смешно, Милка! Мы с друзьями сегодня тусим, а машину там бросать мне не хочется, пусть лучше здесь на стоянке останется, — Макс хотел добавить, что-то еще, но увидел сигарету в моих пальцах.

— Ты вообще, обалдела, да? Сигарету брось, пока я тебе голову не оторвал, — очень сдержано отозвался брат. Видимо, при Стасе не хотел употреблять тяжелых выражений. — Ладно, об этом мы завтра дома поговорим.

Стас ожил. Его лицо выражало недовольство, кажется, он еще не знал что мы родные.

— Вы что живете вместе? — как-то ошалело, спросил он.

— Живем, — кивнул Макс, гадененько, улыбаясь. — Ты, парень, наверно за картой пришел?

Про какую карту говорит братец, я не поняла, Стас видимо тоже. Наверно, поэтому и задал вопрос мучающий нас обоих.

— Как какая? — искренне удивился Малинин. — С направление. Куда тебе надо валить или Милка тебя еще не успела послать?

И он рассмеялся. Довольный своей шуткой, сел в машину. Вот только я еще не соглашалась его вести. Бросив последний взгляд на мрачного парня и села за руль.

* * *

Я стояла на улице и зябко куталась в шубу и затягивалась тонкой сигаретой. Курить, что ли бросить? Но для начала надо сменить колесо. И я открыла багажник. Поджав губы, мне показалось, что меня с самого утра преследуют неудачи- запаски не оказалось на месте. Еще как назло снег опять пошел. Если я постою тут еще немного, из меня получится прекрасный снеговик, хотя в моем случае это будет снежная баба.

— Блин, Макс козел! — выдохнула сигаретный дым.

Брал ведь мою машину, когда я болела, и не обмолвился, что колесо у него спустило. А новую запаску видимо не положил. И почему шину спустило на дороге, где машины не ездят? Ах да, вышло все так.

Отвезя Макса в центр, я поехала домой, но впереди была пробка, которую я решила объехать по дороге, которой уже давно никто не пользовался. И вот, пожалуйста, колесо спустило, запаски нет, проезжающих мимо машин тоже нет. Придется звонить в аварийку. Закрыв багажник, я полезла обратно в машину за телефоном.

— Да что же это такое @цензура@? Почему сегодня со мной случается всякая @цензура@ случается? — отбросила телефон на заднее сидение, батарея оказалась разряжена. И я снова вышла на воздух. Постояв так минут 20, я решила бросить курить в другой раз и достала сигареты. Не успела я сделать и несколько затяжек, как около меня остановился Lexus темно-вишневого цвета. Именно тот самый, который занял мое место на университетской стоянке.

Водитель вышел из машины, а я негромко выругалась. Все-таки плохо брат на меня влияет, понахваталась плохих словечек.

Стас подошел ко мне, победно, улыбаясь. А водителем машины оказался именно он. Теперь понятно, кто мое место занял. Козззел!

— Ну, что случилось, малышка?

— Колесо, — коротко сказала я.

— А запаска? — гадко ухмыльнулся парень. — Или ты менять колеса не умеешь?

— Нет запаски, — сдержано ответила, чувствуя, как остатки самообладания меня покидают.

— В аварийку звонила? — все еще говоря так, он явно чувствовал превосходство. И здесь мое фильтрующее устройство сдало. С самого утра сплошные неудачи, и я разозлилась, очень разозлилась.

— Ты что думаешь, я настолько тупа, что не догадалась? Я что, так похожа на тех дурочек, которых ты соблазняешь, и которые не могут отличить руль от педалей. Девочки, которые считают, что подвеска, это штучка, которую вешают на шею. Да я движок с закрытыми глазами разобрать и собрать могу. Да я в машинах лучше, чем ты разбираюсь, козел блондинистый! — по мере того как я говорила ему гадости, улыбка на его лице становилась шире, а глаза и правда холодные. Высказав все, что накипело, я закашлялась от переизбытка эмоций и добавила. — Телефон у меня сел.

— Прости, Мила, я не хотел тебя обижать. Откуда ты так много знаешь про машины и их запчасти?

— У моего отца бизнес, связанный с машинами и их комплектующими.

— Так тебе помочь? — спросил он так, будто бы знал, что попросит за эту помощь.

— Будь так добр, отвези меня домой, — это единственное что мне сейчас хотелось.

— А как же машина? — Недоверчиво спросил парень, засовывая руки в короткое пальто и кивая на мой Ниссан

— Ах да, машина. Дай телефон, — и чуть подумав, добавила. — Пожалуйста.


Набрав номер Макса, я долго его ругала за то, что не сказал про шину, что не положил запаску. И приказала ему забрать мою машину. Он пытался, что-то сказать, но я перебила его:

— Делай что хочешь, а после занятий машина должна стоять на стоянке в боевой готовности. А утром так и быть я доберусь на такси.

— Мила, а ты почему такая возбужденная? — спросил удивленно братец, привыкший к всегда равнодушной сестре. Ох, зря он это сказал. Еще злая от слов Стаса, Максик тоже попал под раздачу.

— Возбужденная? О да! Я возбуждена! Я почти час торчу на улице! А знаешь почему? Не знаешь, а я скажу. Потому ты, Максик, козел. Еще раз мои вещи возьмешь, я тебе руки вырву, — довольная, проделанной работой, сбросила вызов.


Через 15 минут мы были около моего дома. Все дорогу мы молчали, только Стас как то косо на меня поглядывал. А я, удобно устроившись в бежевом кожаном салоне, не обращала на него внимания.

— Спасибо, — вылезла я из машины.

— В знак благодарности можешь пригласить меня на кофе, принцесса, — как-то противно ухмыльнулся Барский.

— Какое кофе? — ну и наглость у человека.

— Я бы предпочел с утра в постель, но глядя на твое лицо можно просто сейчас с сахаром и сливками.

Можно конечно ему и отказать, но помог все-таки. Поэтому скрепя зубами пришлось сказать слова приглашения.

* * *

Светлая гостиная нас встречала приятной тишиной. Большая комната округлой формы, стены кофе с молоком, украшенные картинами и фотографиями, два диванчика шоколадного цвета с кучей разноцветных подушек стояли 'лицом' друг к другу и небольшой столик между ними. На полу был белый ковер с огромным ворсом, в котором практически утопали ступни и ножки кресел. Высокие окна закрывали шторы под цвет диванам. Мне здесь было очень удобно, конечно, сама же эскиз придумала.

Стас огляделся и прошелся вдоль рамок.

— У тебя есть брат? — спросил он, разглядывая наши детские фотографии.

— Есть. Садись, ты какое кофе будешь? — чем позже он узнает, что Макс мой брат, тем лучше.

— Я же говорил с сахаром и сливками. Ты очень похоже на свою мать, — сказал Стас, усаживаясь на удобное кресло. — У тебя очень уютно.

— Спасибо, я знаю, — и позвала домработницу.

— Добрый вечер, Милана Александровна. А Максим…

— Его сегодня не будет, — быстро сказала я. А то у Ирины, которая работала у нас, больше 15 лет появилась привычка при гостях нас называть по имени отчеству. — Ирина, будьте добры принесите нашему гостю кофе.

— Конечно, а вы что будете?

— Чай, — она удалилась. А я подошла к окну, за которым разыгрывалась непогода. Хлопья снега кружили над землей в диком ритме танца под звуки ветра, который напевал им мелодию. Снежинки кружились перед глазами, увлекая за собой. Вы когда-нибудь видели бал, где дамы танцуют в белых пышных платьях, а их кавалеры в таких же белоснежных, идеального пошива, смокингах? Очень красиво выглядит. И когда я смотрю на эту непогоду, перед глазами всплывает именно такой бал. Конечно, так только думаешь, когда смотришь из окна. Когда снежная буря застигает на улице, то мысль только одна: скорее добраться до дома.

Я бы могла смотреть в окно еще очень долго и вдаваться в раздумья, но меня отвлекли руки на талии, теплое дыхание на моей шее, а затем горячий шепот.

— О чем задумалась, красавица? Твой чай уже давно принесли.

— А? Чай? Прости, я засмотрелась, — начала невнятно бормотать я, пытаясь отогнать мурашки от его дыхания и шепота. Ну, что за привычка дурная, лезть ко мне и обнимать?

— Значит Милана? А я думал, что сокращенное Мила идет от имени Мелена.

— Кто-то думает, так же как и ты, кто-то считает, что это одно и то же. Но я именно Милана, — отпивала я из большой чашки, уже успевший остыть, зеленый чай.

— И откуда такое прекрасное имя? — улыбнулся он, излучая свое обаяние. Сказать или нет, что на меня не действуют подобные штучки?

— У меня итальянские корни. Назвали меня в честь бабушки, потому что я очень на нее похожа. — Мама всегда говорила, что я это бабушка в молодости. А та отвечала маме, смеясь 'Знаешь, Елена, это ты похоже на меня как две капли воды, а Милана так же похожа на тебя'

— Ну, твою бабушку я не видел, а вот на маму очень. Кстати она дома?

Вот же ты козел Стас, зачем ты наступаешь на больную мозоль. Я, конечно, понимаю, что тебе ничего неизвестно, но не надо было про семью.

— Нет, ее нет. Она погибла, — поставила я с громким стуком чашку и сама же вздрогнула от стука. Блондин внимательно на меня смотрел и, заметив, как я вздрогнула, немного замявшись, сказал.

— Прости, Мила, я не знал.

Я только кивнула, и дальнейшее время мы провели в тишине. Меня начали опять поглощать болезненные воспоминания. Стас кашлянул, пытаясь привлечь мое внимание.

— Еще кофе будешь? — спросила я очень тихо.

Хорошо, что он отказался, иначе неизвестно, сколько бы я выдержала. Стас ушел, а я поднялась в свою комнату и впервые, за столько лет разрыдалась. Слезы катились по щекам, уступая место друг другу. Я вспомнила смерть мамы, его предательства, потерю подруги, как хотела умереть сама, лишь бы ничего не чувствовать. Как закрывала глаза, и мне снились кошмары, как ночами тишину рассекал пол истеричный крик, пропитанный болью.

Потом я перестала спать вообще, сидя по несколько дней смотря в одну точку. Как боялся за меня отец, считая, что я схожу с ума. Ему было страшно вызывать врача. Маша и Максим, которому было тоже плохо, держался изо всех сил, по очереди около меня дежурили, держали за руки, наверно пытались передать часть своего тепла. Я ужасно похудела, была похоже на живое пособие по анатомии. И как очнулась. Я до сих пор это помню. Я разнесла все свою комнату, я разбила все, что можно было разбить, даже ванную комнату разгромила. Я закричала и все-таки заплакала. Семья облегченно вздохнула, видимо они потеряли надежду вернуть меня к жизни.

С того дня моя жизнь изменилась, я растеряла все чувствительность и заморозила сердце… Я не спала все ночь, все вспоминала и вспоминала, как была счастлива, а потом… боль и одиночество. Как бы было, приди я тогда на полчаса позже, была бы я счастлива? Было бы лучше, если бы я жила в неведении? Наверно, нет. Много людей переживает разные ситуации, и становятся сильнее. И я стала сильнее, только почему я чувствую себя так ничтожно? Неужели может быть еще больнее? Нажав на кнопку пульта, заиграла музыка. Я не могла сидеть в тишине, мне казалось, что она может меня поглотить. Что же мне еще сделать, что бы освободиться?

Ночь уже подходила к своему логическому концу, отдавая бразды правления — утру. Что бы успокоиться, я пошла в душ. Смотря на себя в зеркало, я проговорила.

— Все, хватит плакать! Тебе уже давно пора освободиться.

Через час я уже сидела в такси, немного успокоившись и освежившись — аутотренинг это сила. Машка ждала меня на большой мраморной лестнице чему-то улыбаясь, но увидев меня, уголки ее губ опустились. Подруга всегда хорошо разбиралась в моем настроении.

— Доброе утро, — устало проговорила я.

— Кому доброе, а кому нет. Что случилось? — забеспокоилась подруга.

— Все отлично.

— Когда все отлично с таким лицом не ходят, — с оттенком злости проговорила она.

— Маш, давай не сейчас, а? Мне на лекции пора, — развернулась и пошла, но видимо подруга решила не отступать и, схватив меня за руку, остановила.

— Рассказывай! — приказала она.

— Не чего рассказывать.

— Доброе утро, красавицы! — около нас появился Стас.

— Иди лесом! — зло крикнула на него подруга и повернулась ко мне, рявкнула. — Я жду!

— Мила, тебе плохо? Устало выглядишь, если честно, — сказал блондин серьезно.

— Я тебе сказала, иди… — не договорила она, я перебила.

— Ребят, а идите вы оба. Со мной все нормально, — и повернулась к Машке. — Потом поговорим.

Чувствовала я себя паршиво, две лекции прошли мимо меня. Профессор пытался, что-то меня спросить, но быстро понял тщетность своего поступка. Я все думала, как у Стаса так легко, получается, разрушать мои защитные баррикады, и выводит из шаткого равновесия. На большой перемене я отправилась к брату, хотела забрать ключи. Только совершенно забыла, как я сейчас выгляжу, и что братец сразу обо всем догадается.

* * *

Стас стоял и разговаривал со своим одногруппником Сашей Ткачевым. Они обсуждали машины, когда в аудитории послышались восхищенные вздохи, и Стас замолчал на полуслове. В аудиторию зашла Мила, уставшая, но еще более красивая. Короткое изумрудное платье с длинными рукавами и оголявшее одно плечо открывало прекрасный вид на длинные, стройные ножки. Не обращая ни на кого внимание, она подошла с Максиму.

— Слюни подбери. Можешь даже не тратить на нее время, — сказал тихо Саша.

— А я и не трачу, — пропустил он слова про слюни. Стасу было обидно, что такая красавица уже занята. — И я никогда не буду разбивать пару. — Погрустнел парень, видимо что-то вспомнил.

— Какую пару? — прифигел парень. — У тебя совсем крыша поехала?

— Не понял, — взглянул Стас исподлобья. — Мила и Макс не… — его перебил дикий ржач, на который обернулись все кроме брата и сестры. Они ругались. Максим держал Милану за руку, а она пыталась вырваться.

— Стас, они брат и сестра, Малинины — двойняшки.

— Что? — очень удивился Стас. — Как брат и сестра?

— Вот так. Сейчас они не так, похоже, как раньше, но я видел их детские фотки. А в детстве были, как две капли.

И Стас пригляделся. И, правда, похоже. Оба высокие, овал лица одинаковый, у обоих вздернутый нос, разлет бровей одинаковый, форма губ. Да и разница лишь в цвете волос, у парня они светлее. И Барский мысленно отругал себя за подобную невнимательность.

— Вот же стерва! — возмущенно сказал Стас.

— А что девочка сказала, что Макс ее парень? — допрашивал Ткачев.

Стас вспомнил слова Макса 'Да, мы живем вместе' и ласковое обращение к ней 'Любимая'. И Милана говорила, что у нее есть брат. Она не соврала, да и он тоже, Милка — его любимая сестра и живут они вместе.

— Слушай, Саш, а почему она ни с кем не встречается? Ведь красавица же, — проигнорировав вопрос, спросил Барский.

— Я точно не знаю, но кажется, был у нее кто-то еще до учебы в универе, — говорил неуверенно Саша. — Потом что-то случилось, я не знаю.

— А кто знает?

— Кто знает — не скажет. Между прочим, поговаривают, что она стала холоднее ледышки. А кто-то говорит, что просто сменила ориентацию, — хохотнул парень.

Стас все продолжал разглядывать Милу с Максом. Вроде сейчас будет драка. Макс грозно нависал над девушкой и за что-то отчитывал. Милана на слова брата почти не реагировала, на ее лице была смертельная усталость, глаза у нее были, как у побитого жизнью человека. И Стас даже не подозревал насколько же он прав.

— Мне не интересны доводы других людей, я хочу знать, кто в курсе, — кинул строгий взгляд на парня Барский.

— Стас, не лезь в это, — попробовал Саша образумить друга. — Ты далеко не первый и не последний, кому она нравится, все получали отворот поворот, и ты получишь.



— Спасибо за прогноз, но я интересовался другим, — буркнул недовольный парень. Он ее получит! Не одна девушка еще не устояла.

— В универе знают только Макс, сама Милка, Денис- друг Макса, но он точно не скажет.

— Почему? — поинтересовался блондин, продолжая смотреть на Милу.

— Он любит ее вроде, — насколько помнил Саша, он около девушки очень давно крутится. — Слышал, он из-за нее учиться на иняз пошел. Ну, еще Станина знает.

Стас недовольно поджал губы и направился к парочке. Мила была очень недовольна и выражение лица Макса счастьем тоже не светилось.

— Милана, как я рад тебя видеть. Брата пришла проведать?

Девушка недовольно поджала губы. 'Узнал козел правду. Быстро что-то' пронеслось у нее в голове. 'Оказывается не такой дебил, как кажется на первый взгляд'.

— Не твое дело. И вообще ясно было сказано, чтоб ты лесом шел! — вырвала руку и скрылась за дверью. Парни, молча, смотрели ей вслед. Один с восхищением, другой с грустью.

— Хороша чертовка! — тихо сказал Стас, все так же восхищенно.

— Не трогай ее! — видимо услышал фразу парня. — Тебе, что девок мало? А мою сестру не трогай, ясно? — И не дождавшись ответа, ушел.

Преподавателя Стас не слушал. Все мысли занимала тайна вокруг первой красавицы университета. К кому обратиться? Максим? Не скажет, ясно выразился, что о сестре печется. Денис? Тоже не скажет, соперников быстро чувствуют. Может Маша? Но вспомнив утренний инцидент, понял — не скажет.

* * *

Обе девушки были напряженными. Стас заметил это сразу, но Милка еще выглядела, как-то, совсем убитой. Послав их обоих, она ушла. Может, не стоило ей говорить, что она устало выглядит? Но ей он хотел говорить, что думает.

— Что с твоей подругой, Маш? — смотрел в след только что ушедшей девушке Барский.

— Тебе-то какая разница? — устало потерла виски девушка. Она видела, что с Малининой, что-то твориться, она очень расстроена. Что же ее расстроило? Ответ пришел очень быстро.

— А вчера нормальная была. Хотя, под вечер раскисла, — рассеянно отозвался парень. И Машка сразу встрепенулась.

— Вы вчера вместе были? — удивилась Станина, ведь ее подруга парней к себе не подпускает. И получила ответ. Стас рассказал события вчерашнего вечера.

— Ты спрашивал ее про мать? — похолодела Маша, зная, что ее подруга вчера пережила бессонную ночь, утопая в боли прошлого.

— Ну да, она, кстати, очень похоже… — не договорил парень и отошел на шаг назад. У него было ощущение, что Машка его на клочки рвать будет.

— Вот же ты чертов ублюдок, Барский! — прошипела девушка, сжимая кулаки. — Не лезь к ней, понял? Иначе от тебя останутся рожки, да ножки. Прям, как от твоего родственника. Понял, козлина? — Горела Маша гневом. И пошла, оставив Стаса офигевать над происходящим.

А говорили, что Маша божий одуванчик. Видимо, это говорили те, кто плохо ее знает. Станислав не знал, что Станина всегда так реагирует на тех, кто делает ее подруге плохо. Милку Машка очень любила.

* * *

Мой внешний вид сразу не понравился брату, и он начал допытываться, что случилось. И я вкратце обрисовала ситуацию. Как же он разозлился. Просил меня все забыть, как страшный сон.

— Перестань об этом вспоминать! Столько времени прошло. Давно пора забыть! — изливал свой гнев Максим.

— Я не вспоминаю ни о чем, — устало ответила я. — И все давно забыла, просто… так получилось.

— Да на тебе лица нет. Что опять всю ночь переживаниям предавалась? Я не понимаю сколько можно? Ты когда жить нормально собираешься? — продолжал ругаться родственник.

— Нормально я живу. И не ори на меня! Я в твою жизнь не лезу, и ты в мою не лезь, — я тоже разозлилась. — Я вообще за ключами пришла, а не за твоими гневными нотациями.

Когда к нам подошел Стас, я взяла ключи и ушла. Достали все! И этот узнал, что Макс мне брат. Опять приставать начнет.

Выбросив из головы все, что можно и что нельзя, я поехала домой. Думать не о чем не хотелось. Оставили бы меня все в покое. Вот только, кажется, не оставят. Они думают, что я со своими проблемами справиться не смогу. Помочь мне все хотят. Если я со своими проблемами не справлюсь, то они подавно.

До дома я добралась в рекордно короткие сроки и сразу полезла в душ. Я слышала, что когда у женщин голова забита тем, чем не нужно, ее надо, голову я имею в виду, покрасить или постричь, но, в крайнем случае, можно просто помыть.

Прохладная вода действительно помогла. Негативные мысли покинули мою голову, тело расслабилось. Закончив водные процедуры, я закуталась в теплое махровое полотенце.

Огляделась в круг. Чем же мне заняться? Решив, что делать я ничего не хочу, я одела большие наушники, включила музыку на всю и прикрыла глаза. Будем расслабляться. Нельзя себя долго в напряжении держать, ведь и нервы у меня не железные. Скоро начнется новая учебная неделя и все наладится и будет по-прежнему. Очень на это надеюсь…

* * *

За выходные я пришла в чувства. Но, видимо, неудача меня отпускать не собиралась. В понедельник с утра Стас встретил меня на стоянке.

— Привет сестре моего одногруппника, — сказал он, иронично изгибая брови.

— И тебе доброго утра, — недовольно поджала губы, ответила я.

— Мил, может, все-таки сходим куда-нибудь? — настойчиво предложил Барский.

— Стас, ну что тебе не понятно? По-моему, в прошлый раз, я ясно выразилась, — поразилась я такому упорству. Ему, наверно, успели обо мне рассказать. За все три года я ни с кем на свидания не ходила, а попыток меня пригласить было великое множество.

— Мне не понятно, почему ты отгородилась ото всех, — прямо спросил парень.

— Я не отгораживалась. Просто мне так комфортно, — спокойно заметила я. — А у тебя, между прочим, девушка есть. — Вспомнила я Иру Григорьеву, которая блондинчика своим парнем считает.

— Она мне не девушка. Она просто так.

Я недовольно покачала головой. Что ж за мужик пошел наглый? Девушки для них просто так. Мужчины вообще, что ли к женщинам серьезно относиться?

— А следующей девушке после меня ты будешь говорить то же самое? Прости, Барский, наши параллельные — не пересекутся.

— Мил…

— Не надо больше ничего говорить.

* * *

Семинар по французскому прошел удачно. В принципе у меня всегда так занятия проходили. Проблем с языками я не испытывала. С самого детства меня учили трем языкам: русскому, естественно, итальянскому и английскому.

К концу второй пары зазвонил телефон. Машка смс прислала.

'На обед идем?'

'Конечно, у меня с утра во рту маковой росинки не было'

'Вот и отлично, нас отпустили пораньше, жду, где обычно'


— Ну, наконец, то! — воскликнула подруга, когда я появилась в ее поле зрения. — Я просто умираю от голода пошли быстрее!

— Могла бы без меня поесть, — заметила я.

— Я не могу одна. Ну, пошли же!

В кафе мы заняли наш любимый столик. Машка начала рассказывать про выходные. Они с Димой ездили за город покататься на лыжах, и как он всю дорогу нудел, что лыжи вещь опасная. Вот не понимаю, как она общается с такой занудой, и решила поинтересоваться.

— Вау, дорогая! Что с тобой? — воскликнула подруга.

— Не поняла.

— Я же знаю, что Димку ты не очень жалуешь и ведь только сейчас… — что только сейчас я так и не узнала.

— Малинина! — раздался писклявый голос Иры Григорьевой, моей одногруппницы. Правду говорят, что вспомни его, вот и пришла оно.

— Что? — с безразличием я посмотрела на нее.

На меня смотрели карие глаза полные ненависти. Как же она меня из себя выводит. В принципе Ирина симпатичная: среднего роста, темно-русые волосы ниже лопаток, густая челка, которая закрывает весь лоб. Вот только характер у нее ужасный, именно из-за него все парни бегут от нее.

Когда Ира находит очередную жертву, то начинает его преследовать, постоянно звонить и приходить домой. Я этим прекрасно знакома, потому что Григорьева совсем недавно преследовала Макса, а мне приходилось ее выпроваживать.

— Он мой! Поняла? — уперла руки в бока девушка.

— Кто твой, Ира? — на счет Стаса, что ли разбираться пришла? И я оказалась права.

— Стас. Не прикидывайся дурой! Я видела вас сегодня! — по-моему, она начала на меня наезжать.

— Мы просто встретились на стоянке. — равнодушно ответила я. Из-за парней я не ругаюсь.

— Не прикидывайся. Я видела, как Стас от тебя на прошлой неделе уезжал.

На нас с любопытством начали поглядывать студенты. Тоже мне актриса, зачем же так на публику играть?

— Ну и что? В гости заехал. Это же не преступление, — спокойно ответила я. А Ирка, кажется, выходит из себя.

— Что бы я тебя около него не видела, иначе все волосы выдеру. Поняла меня, Королева Снежная? — Последнюю фразу она проговорила, явно пытаясь меня оскорбить. Только зря это. Такого я никому не позволяю. И медленно поднялась. Глазки студентов сверкали любопытством.

— Слушай меня внимательно! — ласково сказала я. — Мне не нужен твой Стас. Можешь забрать его со всеми потрохами, я не расстроюсь. Он, как и ты считает, что третий сорт не брак, так что вы подходите друг другу. Но если ты еще раз попытаешься меня оскорбить, то твой папа зря потел!

— Что? — обалдела она. — Ты меня что пугаешь?

— Я не зеркало, что бы тебя пугать. И запомни раз и навсегда — хамить мне — плохая примета!

— Да? А что ты мне сделаешь? — легко спросила она, но по глазам было видно впечатлилась. Я подошла к ней очень близко, она нервно сглотнула, а я прошептала очень тихо, но грозно:

— Ты будешь прыгать на трех ногах, овца, — и села за стол, совершенно проигнорировав зрителей.

— Ты поела, Маш? — спокойно спросила я.

— Да, пойдем, — так же легко ответила она, зная, на, что я способна в таких случаях. Так, что связываться со мной себе дороже.

Мы покинули кафе, и пришли к излюбленному Машкиному подоконнику, на который подруга с большим удовольствием залезла.

— Милан, я так и не поняла. Стас опять лез?

— Пригласил сходить куда-нибудь, — пристроилась я рядом с подругой.

— А ты? — осторожно спросила подруга.

— Вежливо попросила его прогуляться на деревню к бабушке, ну или дедушке, как ему будет лучше.

Я заметила, как уголки ее губ приподнялись. Уж не знаю чем, но мой ответ ей понравился. У Станиной даже глазки заблестели.

Мы вышли на мраморную лестницу, что-то покурить захотелось. Маша молчала, а на губах продолжала улыбка. Спрашивать я не стала. Почему-то было страшно услышать ответ. Когда в ее голове созревают бредовые идеи, она всегда так улыбается.

* * *

Целую неделю я жила в тишине и спокойствие. Никто меня никуда не приглашал, не спрашивал все ли в порядке, только сосед по парте обиженно дул губы. Габариты у Королева были большие, (ведь не зря же он борьбой занимается) и от этого он был похож на недовольного колобка. Правда у того не было белоснежных волос, которые немного вились.

— Денис, все в порядке? — все-таки спросила я. Надоели его обиженные взгляды.

— Из вежливости интересуешься? — пробубнил он. Я поджала губы.

— С чего ты взял?

— Мила, я же знаю, что тебе все равно, что твориться вокруг тебя. Тебе вообще нет, не до чего дела.

Я ему не ответила — с правдой не поспоришь, мне действительно все равно. Я продолжила заниматься переводов, забыв про Дениса, который обиженно сопел с удвоенной силой. Ну и сопи дальше, я из тебя правду клещами вытаскивать не собираюсь. Не буду больше интересоваться, надо сам расскажет.


Рано я обрадовалась своей спокойной жизни. За следующие две недели Стас приглашал меня на свидание четыре раза, и каждый раз ко мне приходила Ира разбираться. На пятый я не выдержала.

— Может, хватит уже! — заорала я на весь коридор, в котором она меня подловила. — Иди, встань в свое стойло и не пугай ржанием людей. Мы же не на ипподроме. Сколько можно тебе повторять, мне твой Стасик не нужен, так же как и ты ему. И честное слово, если ты подойдешь ко мне еще раз, я тебе не завидую, уяснила?

И Стас тоже хорош, стоит в сторонке и не высовывается. Ему видимо по кайфу, когда девчонки из-за него ругаются. И все же я решилась обратиться к нему.

— Барский, хватит по углам прятаться и забери свою лошадь.

— Малинина, а ты не прифигела? — спросила Григорьева.

— А ты вообще заткнись! Мне твое ржание на нервы действует! — отбрила я ее.

— Я здесь причем? — спросил Стас. — Я в бабские разборки не лезу.

— Ну, тогда просто попроси свою лошадь к нормальным людям не приставать! — разозлилась я в конец. Вот не понимаю, что Ирка от меня хочет? Это же не я за блондинчиком по пятам хожу, а он за мной. И честное слово, я была бы просто счастлива, если он от меня отстанет.

— Я не лошадь, поняла! — начала Ира. — А вот ты натуральная сука, парней чужих уводишь.

Вот этого я уже стерпеть не могла. Это я зарюсь? Да мне вообще по боку Барский. Я с ним тайно не встречаюсь, никуда не хожу, сколько бы он не приглашал. Я даже окольными путями на занятия хожу, что бы ненароком на Стаса не натолкнуться. Да я никогда в жизни на чужое добро не заглядывалась. Я-то знаю, как это больно потерять любимого и никому такого не пожелаю. Но это обвинение сорвало мне крышу.

Я ударила ее со всей силы, которой было очень много. Вокруг послышались вздохи, ахи и все в этом роде. Ведь никто и никогда из этих людей не видели Малинину Милану в гневе. А действительно была в гневе. Мне хотелось на клочки да ленточки ее порвать за такое. Это, что бы я парней уводила. Вот же гадина это Григорьева. Да даже если бы я с ним на свидание согласилась пойти, это бы не значило, что я у Иры парня отбила, так как они не встречаются. Девушка его просто преследует, так же как недавно Макса. Мне Барского даже немного жалко стало. Ведь упорства Ирке не занимать.

— Рот закрой, овца! Да я в жизни ни у кого парней не уводила!

Надо отдать Ире должное, после моего хука справа, оклемалась она быстро и… накинулась на меня с кулаками. И началась драка. Окружающие быстро пришли в себя и все-таки решили нас разнять. А я не могла остановиться. Мне ее убить за такие слова хотелось. Она что-то кричала, остальные тоже, но я их не слышала, мной овладела ярость. Со мной такого не случалось. Перед глазами даже кровавые пятнышки запрыгали.

Прибежали преподаватели и нас все-таки разняли. Меня обнимал за талию Денис, нашептывая на ухо, что бы я успокоилась, рядом стояла Маша и просила то же самое. Ирку держал Ваня Страхов из нашей группы, а между нами стояли сам виновник — Стас и Максим, неизвестно откуда взявшийся.

— Вы что с ума сошли? Что вы тут устроили? — орали преподаватели.

— Григорьева, — начал декан, — Малинина? — немного замялся он, ведь моя репутация чиста как первый снег, а здесь драка.

— Объясните в чем дело! — приказал Игорь Андреевич.

Студенты начали запинаться, а Ира обжигала злобным взглядом. Макс обнял меня за плечи и поцеловал меня в висок.

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил он, разглядывая мою разбитую, по всей видимости, губу.

— Да, — надо сказать, что по сравнению с Григорьевой я выглядела очень хорошо. Разбитый нос и губы, правый глаз красный, бровь над ним рассечена. А завтра она вообще красоткой будет.

Стас подошел ко мне и хотел что-то сказать, но в этот момент Ира опять полетела на меня. Барский вовремя успел ее перехватить.

— Ты совсем обалдела, да? — начал он орать на нее. — Крыша со всем поехала? Ты что устроила?

— Я убью тебя, мерзавка! — не слушала она его. С трудом успокоив ее, куда-то повел. Но все же, обернулся на меня и одними губами прошептал 'Прости'

* * *

Макс отвез меня домой, а я все думала, что же происходит. Куда делись мои защитные баррикады. Неужели одна фраза разбудила во мне бешеную ярость, ведь я хотела ее убить. Что бы я парней уводила? Уму непостижимо! Мои мысли плавно перетекли к Стасу, ведь это он во всем виноват. За месяц, непонятными мне способами, разбудил во мне эмоции. Вот же гад! И как же быть дальше? Смогу ли я жить, забыть о прошлом, чувствуя этот мир? Не будут ли мои мысли постоянно возвращаться в тот день? Будут ли эти самые воспоминания мешать мне спать, или просто жить дальше? Я не знала ответа на этот вопрос. Может все-таки получится опять вернуть себе прежнее состояние. Все эти четыре года я находилась в защитном коконе, в который не проникал внешний мир.

Машина плавно ехала по магистрали, за окном ярко светило солнце. Неужели в этом году весна придет рано? Пора любви… Я горько усмехнулась при этих мыслях. Не верю я в такие вещи. Весна это время гормонов, но не любви. Хотя, я даже в любовь верить перестала. Только переживания и слезы, а не любовь.

Брат вывел меня из задумчивости.

— Вставай, Спящая Красавица! Приехали.


Мы зашли в гостиную, а вокруг витал запах ванили. Ирина что-то пекарит.

— Ну, здравствуйте, дети!

— Папа? — хором спросили мы, а Максим добавил. — Ты же через три дня должен прилететь.

— Контракт подписан, все х… — замолчал папа, пристально посмотрев на меня. — Милана, что у тебя с лицом?

Наш папа, после гибели мамы, старался заменить обоих. Именно по этой причине он был очень внимателен. Увидит и услышит все что нужно и не нужно. А это знаете ли не всегда хорошее качество. А вообще Александр Николаевич, как называют его подчиненные, очень добрый и понимающий. Помимо того, что он молодо выглядит, он молод душой. Высокий красивый, кареглазый, волосы цвета шоколада, именно их цвет передался по наследству Максу. Около глаз морщинки — он часто улыбается. Добрейшей души человек. Наверно, эту доброту переняла и я. Если сегодняшний день в расчет не брать, то я очень добрая.

— Упала. Ничего страшного. Лучше расскажи, как подписание контракта прошло.

— Плевать на контракт. Мне больше интересно на кого ты упала. — Блеск его глаз, я не разобрала. Злиться или радуется?

— Почему сразу на кого-то? — возмущенно спросила я.

— А это что? Ты с кем-то подралась? — допрашивал отец, показывая царапины на руке.

— Вот же стерва! — зло прошипела я. Когда эта гадюка меня поцарапать только успела? Ногти надо было ей все пообламать.

— Кто? — обалдел отец. Когда три недели назад он уезжал, я такими словечками не выражалась.

— Лестница, — сказала я невпопад и добавила. — Я, наверно, к себе пойду — устала.

— Да-да, конечно, иди, милая! — бормотал отец себе под нос.


Критически осмотрев себя в зеркале, пришла к выводу, что лучше губу обработать. Вдруг эта лошадь бешенством болеет, мне бы не хотелось от нее заразиться. Вот не понимаю, зачем сразу царапаться? Ладно, хоть не лицо расцарапала. И откуда у этой лошади ногти, там же копыта должны быть.

— Войдите! — крикнула я на робкий стук в дверь. В комнату вошел братец. Узнать что-то решил. По глазам вижу, он всегда их в пол опускает, когда размышляет, стоит спрашивать или нет. Макс сел на диванчик и наблюдал за моими манипуляциями.

— Дай сюда! — вырвал из моих рук антибактериальную салфетку и обработал губу и руку. — Расскажи, что в деканате было.

Я вздохнула, но рассказала.

* * *

После драки нас пригласили, в принудительном порядке, конечно, в кабинет декана. Большое светлое помещение радовала глаза. Лучше смотреть на бежевые стены с кучей дипломов, наград и другими документами в рамках, на большой дубовый стол и шкафы с папками и книгами, чем на Григорьеву, которая еще не смогла успокоиться. Игорь Андреевич, сначала, молча, нас разглядывал. Когда его взгляд упал на Стаса, его взгляд просветлел. Видимо, он сделал свои, неправильные, между прочим, выводы.

— Ну, вы мне объясните, что произошло? — тоном, не терпящим отказа, спросил декан.

— Драка произошла, Игорь Андреевич, — заметила спокойно я.

— Я так понимаю, что вы подрались из-за этого молодого человека, — кивком показал на Барского. Я так и знала, что люди будут думать, что мы Стаса поделить не смогли. Как же все бесит!

— Нет! — возмутилась я.

— Да, — в голос со мной заявила Ира. Стас неуверенно мотнул головой. Это обозначает, что он со мной согласен?

— Так да или нет? — не понял декан. Ответ повторился с такой же точностью. Глаз хозяина кабинета дернулся. — Вы что издеваетесь? Григорьева, почему во всех плохих ситуациях встречается ваша персона? Зачем вы начали драку?

Видимо моя не подпорченная за три года репутация, помогла декану сделать выводы. И опять не правильные.

— Я начала драку, — я всегда была справедлива, поэтому честно и созналась.

— Как вы, Малинина? — часто заморгал мужчина.

— Ира меня оскорбила, я ее ударила. И ваши доводы не верны, — решила напрямую сказать я.

— Какие доводы? — пока мы беседовали Стас, и Ира смотрели на меня.

— Я, — выделила местоимение, — подралась не из-за Стаса, а вот Ира именно из-за него. Я из-за таких глупостей не дерусь.

Григорьева открыла рот, что бы что-то сказать, но Барский заставил ее замолчать.

— Малинина, что вы имеете в виду? — нажал декан. Ну, я и рассказала.

— Ира думает, что я пытаюсь отбить у нее парня, а я не пыталась. Это оскорбило меня. Я никогда ничего у других не отбирала, особенно у таких убогих. И вообще, назначьте мне наказание и я пойду, — не хотелось мне здесь сидеть, я домой хочу!

От моей наглости Игорь Андреевич немного замялся. А потом все-таки выдал.

— Можете все быть свободны. Наказание придумаю позже.

Около выхода меня догнал Стас.

— Мил, я хочу…

— Меня не волнуют твои желания, Барский, — не дала ему договорить. — Меня сейчас волнует только то, что я устала и хочу домой.

— Прости меня, — проговорил он губами и пошел, к недовольно поджимающей губы Ирке.


Максим, оставил меня после рассказа, не задав ни одного вопроса, за что я ему очень благодарна. Ведь правда говорят, что между такими людьми есть связь. В гостиной я слышала голос отца, и едва уловимый шепот Макса. Папа был чем-то крайне недоволен. Тряхнув головой, таким образом, выбросив лишние мысли из головы, я направилась в душ. Теплая вода успокоила. Обтерлась полотенцем и вышла в комнату. Делать было не чего, и я решила слазить в интернет. Надолго меня не хватило. Засунув наушники в уши, и легла на кровать. И через десять минут я уснула.

* * *

Я сидели в актовом зале. Студенты, устанавливали какой-то реквизит на сцене. Кто- то настраивал технику, что-то пели и кричали, танцевали и ругались. Я вновь открыла глаза и огляделась.

Большой зал отделан деревянными панелями медового цвета. Большая сцена, заваленная всякой дрянью. Мягкие, удобные кресла под цвет стен. На высоком потолке радостно горели большие люстры. Приоткрытые большие окна закрывали желтоватые занавески. Жуть, какая-то. Три с половиной года я избегала этого помещения и вот нате — теперь частенько мне придется здесь сидеть.

А во всем виноват Барский! Вот неужели трудно было оставить меня в покое? И его бы возлюбленная не лезла ко мне, тогда бы не было драки, и я здесь не оказалась. Два дня назад пришла секретарь и сообщила, что нас ждут у декана. Ира по дороге бросала на меня убийственные взгляды. Такое ощущение, что я во всем виновата. Мы зашли в просторный кабинет.

— Девочки, — начал радостно декан, и у меня сразу родились не хорошие подозрения. — За то, что вы сделали, вас ждет наказание. Вам должно понравиться.

Судя по его выражению лица — гадость придумал. И ведь я не ошиблась.

— И что мы должны сделать? — как-то неуверенно спросила Ирка, глядя на мое безразличное лицо.

— Вы должны выступить на концерте, посвященный 8 марта. Вместе или по отдельности, как хотите.

Нашел чем наказать. Некоторые могут подумать, что ничего страшного. Можно просто подготовить номер и выступить, если бы…. но ведь, ни я, ни Ира никогда не занимались общественной работой. Григорьевой было некогда, ведь она преследовала более интересную цель, то есть моего брата. Ну а мне это просто неинтересно. Мне все равно, чем занимается эта масса людей, окружающая меня. Мне было неинтересны их постановки в театральном кружке и выступления на праздники. А теперь я буду заниматься тем, что меня не интересовала. Ирку, видимо, тоже не прельщало после занятий репетировать номер, а не бегать за Стасом, поэтому она заголосила.

— Что? Я не могу! У меня много дел! Мне некогда!

— Григорьева, успокойся! Как устраивать драки в коридоре время вы находите. А Вы, Малинина, — обратился он ко мне. — Когда последний раз вы участвовали в жизни нашего университета?

— Игорь Андреевич, а другого наказания нет? — устало спросила я. Мне как то не хотелось, что-то придумывать, выступать и смотреть, как другие скачут.

— Нет, Милана. Вам обеим придется выступить на вечере.


Вот так я сюда и попала. Вокруг продолжали носиться студенты и время от времени что-то выкрикивая. 'Где моя гитара?' или 'кто взял мое платье?'. Я не знаю, сколько я так сидела и слушала весь этот бред, видимо опять получилось поставить баррикаду. Из раздумий, типа 'что я здесь делаю?' меня вывел Максим.

— Долго ты еще здесь торчать собралась? — раздался над ухом его голос, как у переевшего кота сметаны.

— Я уже все, — помотала головой. — Ты чего такой веселый?

И тут я увидела, как из небольшой каморки выползла длинноногая рыжая девица, судорожно поправлявшая свое платье, задравшееся выше некуда. Около губ была размазана ярко красная помада.

— Ты в своем репертуаре.

— А причем тут я? Она, между прочим, сама меня туда потащила.

— Да-да, конечно, — не стала я спорить с братом. И повернулась к девице, которая решила пройти мимо нас, все еще сладко улыбаясь после хорошо проведенного времени. — Девушка, какие у вас ноги, прям, как у газели. — Улыбнулась я ей сахарно. Мне, вообще-то, наплевать, с кем спит мой брат, но почему-то эта девка начала раздражать.

— Такие же стройные? — улыбнулась она, видимо обрадовавшись, что получила от меня одобрение. Ведь я не только сестра Макса, но еще считаюсь первой красавицей нашего учебного заведения. Я конечно с этим не согласна, но всех не переспоришь.

— Нет, такие же волосатые. Ты знаешь, что такое эпиляция? — отвернулась от обалдевшей девушки к брату. — Пошли?

В зале была гробовая тишина. Все ждали продолжения. А девица оказалась не промах, видимо братик ей очень нравится.

— Как раз сегодня собиралась этим заняться. Но до тебя, Милана, мне далеко. Ты же знаешь, до тебя всем далеко, — и, по-моему, обиженная, ушла. Я не хотела, что бы она признавала меня эталоном красоты, я хотела, что бы она отстала от моего брата.

— Ты что творишь? — накинулся на меня братец. — Ты зачем ей так сказала? Она же меня больше к себе не подпустит. И вообще у нас ничего не было.

— Была бы я на месте этих девочек, я бы тоже тебя не подпускала, — сказала я правду. За время обучения у него сложилась определенная репутация. Только непонятно, как девочки ведутся, ведь у него нет постоянной девушки, и все три года не было, они думают, что Макс остановит свой выбор на них? Такие, как мой братец не меняются. Хотя, у каждого представителя мужского пола в глубине души спит бабник. У кого-то он просыпается, а у кого-то нет.

— Ладно, проехали. Пошли Королева Сквернословия, — приобнял меня за плечи брат. — Объясни-ка, любимому брату, что с тобой.

— А что со мной?

— Ты как-то меняешься, — неуверенно произнес Максим.

— Давай не сейчас.

Мне не хотелось говорить брату, что стало катализатором моей обозленности на всех. Я думаю, что со временем это пройдет, и я смогу быть как прежде. Наверно, я боялась на подсознательном уровне, понимая, что такая как раньше, я не буду никогда.

— Милана, позвольте узнать вы куда? — услышала я голос руководителя концерта.

— Домой, — похлопала я ресницами.

— Но как, же репетиция? И к тому же вы не сказали, с чем вы будете выступать, — начал лебезить мужчина.

— Можно я подумаю, и завтра вам скажу, — я постаралась ослепительно улыбнуться. По-моему, получилось, потому что руководитель со странной фамилией Арт немного покраснел.

— Хо… хорошо.

Максим проводил меня до машины и все же не выдержал и спросил.

— Милка, а зачем ты просила зайти за тобой?

— Я хочу, чтоб Стас отвязался, а при тебе он подходить не будет, — честно сказала я. Чем меньше я с ним общаюсь, тем меньше у меня проблем.

— А послать не пробовала? — иронично изогнул брови братец.

— Знаешь, а я не такая дура, как кажется на первый взгляд.

— Хочешь, я с ним поговорю, и он оставит тебя в покое? — расправил широкие плечи мой охранник.

— Пока не надо, хватит того, что ты будешь со мной чаще, чем обычно.

— Но… — попытался братик.

— Никаких но! — перебила я, понимая, что Максу не очень хочется меня постоянно охранять.


Оставив Максима на стоянке, я села в машину и уехала. Надо ведь еще придумать, с чем выступать. В голову не хотело ничего гениального приходить.

— Да? — ответила я на мобильный звонок.

— Ты чем занята? Давай посидим где- нибудь? — весело щебетала Маша, а это была именно она.

— Давай, а где? — вот она мне и подскажет, с чем мне выйти на сцену.

— Тогда через 15 минут в 'Лирике'. Нормально?

— Да, скоро буду, — и сбросила звонок.

'Лирика' это небольшой ресторанчик на пристани. Это заведения обычно выбирали для романтических свиданий. А все благодаря обстановке. Ресторан имел три этажа. Самый верхний занимал зал для влюбленных. Небольшие, но уютные столики на двоих были покрыты идеально белой скатертью с красивой вышивкой. А на середине в красивых хрустальных маленьких вазочках всегда был небольшой и всегда свежий букетик цветов. Но и сама отделка зала не подкачала. Светло-серебристые стены, а люстру заменяли тысячи ароматизированных свечей. А так же зал имел небольшой танцпол, и всегда играла живая приятная музыка.

Второй зал был в синих тонах. На стенах были повешены светильники, которые создавали приятную обстановку. Здесь находились столики побольше — для семейных праздников.

А на первом этаже располагался обычный зал, для тех, кто пришел просто пообедать или поужинать. Обстановка не радовала глаз, так же как и на третьем этаже, но и здесь было достаточно уютно. Нежно-персиковые стены. Занавески и скатерти тоже имели персиковый оттенок.

Надеюсь, Машка решила позвать меня не в третий зал. Доехала я быстро, хорошо, что пробок не было. Красивое здание из белого камня в закате солнца выглядело просто удивительно. Чем-то даже небольшой замок напомнил. Подругу я нашла на первом этаже.

— Привет, подруга! — радости Маши не было предела.

— Привет, — сказала я, оглядывая столик с заказом. — Что с тобой сегодня?

— Я не знаю, у меня очень хорошее настроение, и мне захотелось поделиться им с тобой, — радостно вещала Станина. — Весна в этом году говорят рано придет. Скоро весь снег растает, птички вернуться и распустятся цветочки.

— Ну и что? Знаешь, мне, и снег не мешал, — мне действительно как то все равно лето на улице или осень.

— Мил, — осторожно начала подруга. — С тобой все в порядке?

— Разве не заметно? Все просто замечательно.

— Тебя что-то мучает, я же вижу.

— Вы что с Максом сговорились что ли? Все отлично, — и я решила перевести на менее болезненную тему. — Ты слышала про наше наказание за драку?

— Конечно, слышала. Ты лучше спроси, кто не слышал, — и Машка принялась рассказывать, что же говорят по этому поводу. А версии очень интересные. Многие считают, что Станислав Барский таки нашел подход к местной ледышке. Кто-то считает, что я влюбилась в него как кошка. Кто-то говорит, что он просто напросто соблазнил меня и кинул, а я за это отыгрываюсь на Григорьевой. Бытуют еще две версии. Одна что мы влюблены, а Ира встает у нас на пути. Но, по словам Марии на первом месте версии, которая мне нравится больше остальных.

Как самый популярный парень на данный момент, он ищет себе девушку, подходящую под стать. И именно такой девушкой оказалась я. Но так как я постоянно отказываю Стасу, то он держит около себя Иру, так на всякий случай (или просто не может отвязаться), которая видит попытки Барского закрутить со мной и поэтому срывается на мне, зная, если наедет на парня, он быстро даст отворот поворот.

При повествовании, я недовольно морщилась. Ну, неужели им так трудно просто оставить меня в покое? Я что многого прошу?

— Маш, ты знаешь мне как-то фиолетово, что, кто и о чем думают люди. И Стас мне не нужен. У меня немного другая проблема, — сказала я, зная, подруга поможет и поддержит. Это уже проверено.

— И какая же? — заинтересовалась Станина.

— С чем мне выйти на сцену? — пожаловать я.

— Офигеть, Милана! — воскликнула девушка на весь ресторан. — Это у меня ты спрашиваешь? Интересно, кто из нас оканчивал музыкальную школу и курсы вокала? Спой!

— Спеть? Если честно не хочется. Я давно этим не занималась, — неуверенно произнесла я. Я ведь действительно четыре с половиной года не пела и не играла.

— Милая, талант не пропьешь.

— Думаешь? — скептически спросила я.

— Уверена. Если хочешь, я могу одолжить тебе свои ушки, чтоб ты их немного помучила, — благородно предложила Маша.

— Ладно, давай поужинаем и поедем ко мне. Посмотрим, что получиться.


До дома мы добрались очень быстро. Из завалов в кладовке я извлекла гитару, покрытую вековой пылью. Она была немного расстроена, ну, если честно сказать, она была совершенно расстроена. Но попыхтев над ней, немного привела ее в более или менее нормальный вид

Я совершенно не ожидала, что вспомню былые навыки. И честно говоря, получилось действительно хорошо. Руки быстро вспомнили, как перебирать струны, и я запела.

  От края до края

  Небо в огне сгорает,

  И в нем исчезают

  Все надежды и мечты.

  Но ты засыпаешь,

  И ангел к тебе слетает,

  Смахнет твои слезы,

  И во сне смеёшься ты!

  3асыпай, на руках у меня засыпай,

  Засыпай под пенье дождя…

  Далеко, там, где неба кончается край,

  Ты найдешь потерянный рай.

  Во сне хитрый демон

  Может пройти сквозь стены,

  Дыханье у спящих

  Он умеет похищать.

  Бояться не надо,

  Душа моя будет рядом.

  Твои сновиденья

  До рассвета охранять.

  3асыпай, на руках у меня засыпай,

  Засыпай, под пенье дождя…

  Далеко, там, где неба кончается край,

  Ты найдешь потерянный рай.

  Подставлю ладони —

  Их болью своей наполни,

  Наполни печалью,

  Страхом гулкой темноты,

  И ты не узнаешь,

  Как небо в огне сгорает,

  И жизнь разбивает

  Все надежды и мечты.

  3асыпай, на руках у меня засыпай,

  Засыпай, под пенье дождя…

  Далеко, там, где неба кончается край,

  Ты найдешь потерянный рай. [1]

Машка заворожено смотрела на меня. В ее больших карих глазах появились слезы. Из этого ступора ее вывел Максим, громко хлопавший в ладоши.

— Мила, это волшебно! Я совсем забыла, как красиво ты поешь, — тихо сказала подруга, находящаяся под впечатлением

— Да, действительно очень хорошо. Только не говори, что на празднике ты петь собралась? — Максим уселся рядом.

— А что? — не понимая, почему бы, не спеть, раз так карта легла.

— Ты посмотри на Машу, она до сих пор в шоке, а другие твоего пения не слышали.

— Ну и что? Ну не танцевать же мне там, — посмотрела я косо на брата. Сомневаюсь, что он согласиться мне помочь.

— Хотя да, лучше пой, — улыбнулся брат. Наверно вспомнил, как мама заставляла его ходить вместе со мной на бальные танцы.

Маша вскоре засобиралась домой, а братец по-рыцарски решил ее подвезти домой. 'Все равно в клуб иду' прозвучала фраза. Я осталась одна и продолжала петь и играть на гитаре. Совсем некстати вспомнила, как Пашка забирал меня из музыкалки и окончательно расстроилась.

* * *

— Как поживает будущая певица? — спрашивал молодой человек, видя, как выходит девушка.

— Скажешь тоже. Певица, — рассмеялась задорно она.

— Ты волшебно поешь! За душу прямо берет, — честно признался парень. Ведь он, действительно считал, что так петь не каждый сможет.

— Я так, конечно, не считаю, но спасибо за комплимент, очень приятно, — мягко улыбнулась девушка.

— Это правда! — обнял свою любимую молодой человек, а потом посадил в машину.

Возлюбленные катались по ночному городу и наслаждались обществом друг друга.

* * *

Я прилегла на диван и уснула в обнимку с гитарой. Мне снилась книжка на итальянском языке. Вот только я ее не читала, а что-то искала — переворачивая страницы одну за другой. Потом кто-то начал гладить меня, поцеловав висок.

— Вставай, милая, — услышала я приятный баритон и открыла глаза, чтобы встретиться с карими глазами отца.

— Папа? Что-то случилось? — спросонья не поняла, что уже утро.

— Все хорошо, — отвечал он и продолжал гладить меня по волосам. — Тебе на учебу скоро, и мне хотелось тебя разбудить.

— Спасибо, — принялась я сладко потягиваться. Папа сидел, молча, разглядывая гитару. — Па, ты чего?

— Я слышал, как ты вчера пела и играла, — начал как-то неуверенно отец. — Знаешь, дорогая, я думал, что больше инструмент в руки не возьмешь. Это был как бальзам на мою душу.

— Пап… — осеклась я.

— Я все понимаю милая, — быстро заговорил отец. — У тебя было тяжелое время, но я рад, что сейчас ты меняешься и забываешь прошлое.

— Папа, не надо! — с трудом сдерживалась я. Если мне будут напоминать, я никогда не забуду.

— Прости, дочка, больше не буду, — поцеловав меня в висок папа.

Отец ушел, оставив меня в раздумьях. Неужели даже такое проявление чувств, как игра и пение вселяет надежду вернуть бывшую меня?

— Все, хватить, об этом думать! — сказала я сама себе.

* * *

Через час я уже была около университета. Долго собираться не хотелось. Одела, простые джинсы и тунику. Краситься, тоже не стала. Машка говорит, что без макияжа я становлюсь очень беззащитная.

На стоянке меня поджидал Денис с очень сосредоточенным лицом. Интересно, что ему надо? Они с Максом дружат со школы. Блондин, среднего роста всегда крутился около меня, а я даже думать не хочу, почему он это делал.

— Привет, — улыбнулся он. — Я тебя жду.

— Привет. И зачем же? — появилось чувство, что надо бежать.

— Милана, может, мы сходим поужинать? — подтвердил Денис мои догадки.

— Денис, — устало ответила я. — Зачем тебе это все?

— Неважно зачем, я задал вопрос, — настойчиво проговорил блондин. — Хочешь сходить поужинать со мной?

Мне не хотелось его обижать. Дениса я знаю давно, он, как и Машка почти член семьи. Но мне не хотелось давать ему надежду на что-то. Потому что знаю, что не могу и мне никто не нужен.

— Это не самая хорошая идея. Прости Денис, — напустила я в свой голос раскаянье.

— Значит все правда, да? — зло сказал он.

— Что, правда? — не совсем поняла я.

— Значит, все-таки по Стасику сохнешь! — это был удар ниже пояса. Я никогда не думала, что именно Денис сделает этот удар. Вот еще одно подтверждение — нельзя верить никому.

— Что? — возмутилась я. — У тебя совсем крыша поехала, да?

— А я не вижу. С Григорьевой постоянно на ножах, подралась даже с ней. Видимо, сильно тебе паренек приглянулся, — кипятился парень.

— Знаешь, Денис, — жестко произнесла я. — В моем отказе тебе, Стас не виноват. Я еще не готова. — А дальше от каждого моего слова парень вздрагивал, как от пощечины. — А Григорьева сама виновата! Ты слышал, что она мне сказала? Нет? Так слушай! Она сказала, что я увожу парней. Я думала ты один из немногих, который знает мою историю, поймешь, что я на такое никогда в жизни не пойду! А ты, предатель, поверил толпе, а не мне.

— Мила, — оторопело произнес блондин. — Я ведь не знал.

— Это уже не важно, Денис! — все так же жестко сказала я. — Понимаешь не важно! Я пойду.

Мне было очень обидно. Я понимаю, что Королев испытывает ко мне что-то. Но пока я не могу переступить через себя. И если бы там была просто измена…

Я направилась в кафе, а именно оттуда писала мне Маша. Еще утро, а подруга уже поближе к кухне перебралась.

— Привет.

— Привет Ми — ла, — Как-то странно посмотрела на меня подруга и отодвинулась.

— Что? — не врубилась я поведению своей подруги.

— Я тебя боюсь, — серьезно сказала Станина.

— Почему? — недоумевала я. С чего бы это Машке меня бояться? И она протянула мне зеркальце в серебристой оправе, в которое я и взглянула. М-да, ну и видок. Лицо побледнело, видимо от злости. Брови сдвинуты к переносице, и между ними залегла складка. Губы плотно сжаты и кончика опущены вниз.

— Денис, — коротко повествовала я. Маша понимающе кивнула, ведь она, по-видимому, знала, что он чувствует. Спасибо, что в подробности вдаваться не начала.

— Можно с тобой на репетицию? — спросила подруга, пододвигаясь ближе.

— Маш, только не говори, что тебе это интересно. Ты ведь тоже, как и я всегда избегала этих мероприятий.

— Ну, — как-то замялась она. — Хочу посмотреть на ту девку, которую ты вчера того самого.

— Делать тебе не чего. Ну, приходи.

Почему я такая не внимательная? А то много окружающего смогло бы меня удивить. Ведь все так было очевидно. Как всегда, обо все я узнаю самая последняя.

Просидев пару по немецкому и семинар по итальянскому — на нем я разговаривала лучше, чем преподавательница, мне пришлось идти на репетицию.

Подойдя к актовому залу, я недовольно поморщилась, потому что около входа вышагивал взад вперед Стас и разговаривал по телефону. Заметив меня, сказал: 'Я перезвоню', и, сбросив вызов, направился ко мне. А выглядел он сегодня странно. Вместо фирменной одежды, на нем были какие-то потертые джинсы и чуть растянутый свитер. Мне иногда тоже хочется так одеваться, но положение не разрешает.

— Привет, Снежная Королева. — Улыбнулся парень так, что мне захотелось ему двинуть. Что со мной? Не было раньше у меня таких наклонностей.

— Ты совсем охренел? — спросила я вместо приветствия.

— Мне просто интересно, что же такого из рук вон выходящего с тобой произошло, что такая холодная, — как-то гадко улыбнулся он. Ну что за день такой @цензура@? Походу не видать мне больше тишины и спокойствия.

— Я б тебя послала, да вижу — ты оттуда, — разозлилась я на него. — Не лезь ко мне, Барский! Не лезь в мою жизнь! Тебя это тебя не касается!

— Мне просто интересно, почему ты такая? Расскажи, может, я помогу, — что-то разглядывая в моем декольте. Видимо правду говорят, что собеседнику принято смотреть в душу, а глаза это зеркало души. Это разозлило меня еще больше. И я залепила ему пощечину.

— Глаза у меня выше, скотина! — я уже было хотела уйти, но Стас думал иначе. Он схватил меня и толкнул к стене и прижался ко мне. Это произошло настолько быстро, что я даже отреагировать не успела.

— Попалась, красавица! — зловеще протянул Стас, плотоядно, улыбаясь.

— Отпусти меня, мерзавец! — заорала я, чувствую через тонкую ткань туники тепло его тела.

— Не бойся, я умею расколдовывать таких заколдованных принцесс.

И он начал наклоняться к моим губам, так и не дотянувшись, отлетел. Стас снизу вверх посмотрел на Дениса со злыми глазами.

— Лапы от нее убери! — очень грозно сказал Денис. — Тебе шалав твоих не хватает? Ты что к нормальным девушкам пристаешь?

Стас поднимался очень медленно и очень многообещающе. Мне стало страшно, что они сейчас подерутся.

— Ты — покойник, — коротко изрек Барский. От его холодного голоса по спине побежали огромные мурашки. Только Стас все продолжал и продолжал грозно надвигаться. Помощь пришла во время. Максим и пришедшая вместе с ним Маша, пробивали через небольшую кучку людей, которой мы успели обзавестись.

— А что тут твориться? — спросил брат, смотря на наше собрание.

— Барский приставал к Милане, а я ее защитил, — гордо сообщил Денис.

— Что? — возмутился Стас. — Я просто хотел ее поцеловать.

Народ замолчал, а Макс и Машка, как-то странно переглянулись. Или показалось?

— Мил? — братец решил спросить второе действующее лицо. Я судорожно сглотнула и подумала, что Стас ведь действительно хотел просто поцеловать. Денис, конечно молодец, что помог, но зачем так грубо. Мое затянувшееся молчание все приняли по-разному. Знала, что Денис сейчас обидится, но я скажу правду.

— Стас просто хотел меня поцеловать, а Денис его грубо отшвырнул, — спокойно начала я, а потом, что бы никому не обидно было добавила. — Оба виноваты! Нечего ко мне лезть.

— Милана, а я вас жду, — услышала я голос господина Арта. — Мы должны номер ваш посмотреть.

— Уже иду, — сказала я, злобно разглядывая этот клубок. Ага, Макс Стаса куда-то повел. Может, надает ему по шее, что бы к порядочным девушкам не приставал.

По поводу моего выступления никаких проблем не было, именно до того момента, как я сказала, что буду петь. Может мой внешний вид говорит о других музыкальных предпочтениях, но одну песню я выбрала из репертуара Сплина, еще одну я хотела спеть на английском языке. Выбрала самую любимую песню, которая исполняет моя любимая рок- группа — Within Temptation. Долго спорить не хотелось, и я предложила компромисс.

— Я буду сама играть на гитаре и петь, все это будет без тяжелой обработки. Ну, если хотите, я могу спеть, и вы сами послушаете.

Атр согласился послушать, а потом занес номер в программу концерта.

— Милана, вы волшебно поете. Почему, я только сейчас об этом узнал? — произнес он. Если бы узнал раньше, я бы из этого зала, наверно, никогда бы не вылезла.

— Ну, может потому, что раньше я не дралась, и меня не наказывали.

* * *

С репетиции я вышла через час. Домой почему-то не хотелось, и я предложила Машке сходит в кафе. Моя подруга, конечно же, согласилась. Иногда мне кажется, что она за любой кипишь, кроме голодовки. В кафе мы встретились через полчаса. Только когда я вошла в зал с красными стенами и столами в цвет, я заметила, что около подруги трутся два молодых человека. И по-моему, у нее не получается их отшить. А она, что ожидала. Миленька, натуральная блондинка, каждый раз мелированная новым цветом.

— Молодые люди, — обратилась я к ним. — Может, вы все-таки уступите место девушке и оставите нас с подругой наедине?

— Опа! — радостно взревел один. — Еще одна телочка! — И они заржали.

— Я не телочка — это раз. А во-вторых, валите отсюда, — ровным тоном сказала я.

— Чего ты, девонька, мы с вами повеселиться хотим, типа. Гы, гы, гы, — заржали эти идиоты.

— Сергей, — позвала я охранника. Это кафе принадлежит одному папиному другу, так, что меня здесь знают.

— Да, Милана Александровна, — вышел из подсобки бугай два на два.

— Вы бы не могли проводить этих молодых людей на выход? Мне кажется, они заблудились.

— Конечно, — кивнул охранник своей ряхой и обратился к парням. — Пройдемте.

Те как-то уже передумали знакомиться. Конечно, Сережу умеет страх внушать. Наверно, именно поэтому хозяин кафе его и принял на работу.

— Эээ, ну мы просто с девочками хотели потусить, — начал один.

Охрана оказалась не преклонной. Я села к подруге, которая забилась в угол.

— Маш, ну где ты их откопала? — спросила я, присаживаясь.

— Ну, вообще-то, они сами откопались. Пока тебя ждала — они и привязались, — отвечала перепуганная подруга.

Машка, немного успокоившись, начала беззаботно болтать, что-то заказывая. Болтать она могла на любые темы. Для начала мы обсудили, точнее Станина обсудила сегодняшнюю почти драку.

— Мил, я все хотела тебя спросить… — и замялась, закомкав в руках салфетку. Значит щекотливый вопрос. — Я понимаю, что для тебя это болезненная тема, но… ты Пашу все еще любишь?

Я недовольно поморщилась, а у подруги губы бледнели от напряжения. Мне не хотелось об этом разговаривать, но, видимо, пришло время.

— Нет! — я была почти уверенна в своем ответе. — Все давно прошло, осталось только болезненное воспоминание и ненависть. — Машка облегченно выдохнула.

— Тогда почему ты продолжаешь всех избегать? Новая любовь залечит старые раны, — все так же осторожно говорила подруга.

— Маш, я боюсь любить! Чем закончилась прошлая? Ты ведь знаешь! Да я верить людям до сих пор боюсь! — возмутилась я.

— Не все такие, как он, — горячо возмутилась Станина, бросив истерзанную салфетку на стол.

— Давай не сейчас, — умоляюще протянула я.

— А когда, Мила? Ты четыре года избегала не только разговоры об этом, но и о жизни. Ты закрылась в своем коконе, и впускать никого не хочешь, — укоризненно произнесла подруга.

— Только когда переживешь то, что пережила я — поймешь!

Машка больше не ответила, да и мне не хотелось разговаривать. В полной тишине мы поужинали и разъехались по домам. Меня немного терзало чувство вины, но я не могла перебороть другое чувство. С одной стороны, мне хотелось избавиться от прошлого, но с другой, я боялась его отпустить. Если сейчас забыть прошлое, то в воспоминания ничего не останется и придется создавать новые. А вдруг эти новые будут еще хуже, чем старые. Хотя… хуже-то некуда. Но все равно боязно.

* * *

Приближался вечер концерта. Всю неделю я не виделась с Машкой. Зная, подругу она долго не выдержит и придет мириться. Но ведь это будет неправильно, виновата-то я. Это я не подпускала ее к себе очень близко, хотя все плохое время, подруга провела со мной. А я такая не благодарная! Мне стало стыдно за свое поведение. Ведь Маша, совершенно, ни в чем не виновата.

— Надо идти мириться! — сказала я сама себе. Машка мне очень дорога. Так где-то это уже было…

Быстро натянула первое, что попалось под руки, и спустилась вниз.

— Ты куда, Солнышко? — спросил отец, когда я прошла мимо его кабинета. Пришлось вернуться. Тепло-коричневые стены, увешаны картинами, в многочисленных шкафах высились горы книг, всех времен и народов. А большой дубовый стол завален документами.

— Я к Маше.

— Что-то давно Машеньки у нас не было. Вы не поругались? — отец снова уткнулся в документы.

— Поругались, — нахмурилась я. — Иду просить прощения.

Бумаги вывалились из рук отца, который с удивление пялился на меня.

— Ты? Прощенье? — зачарованно бормотал папа. И я его понимала, дочь, которой плевать на все — бежит спасать дружбу.

— Да, папа, я очень виновата перед ней. Я должна извиниться, — низко опустила я голову. Прямо таки ангел.

— Иди дочка, — уткнулся отец в свои бумаги, улыбаясь.

* * *

Около дома подруги я была уже через 10 минут. Мы жили рядышком, поэтому я всегда ходила к ней пешком. Расстояния, как раз хватало на одну сигарету, которую я отыскала в кармане куртки. Погода на удивление была теплой, снег уже начал таять. Вот тебе и март месяц.

— Привет, Мила! — открыла дверь Елена Ивановна, мама Маши. — Давно тебя не было. Заходи.

Мама моей подруги всегда была добра и гостеприимна. Среднего роста женщина, с пшеничными волосами. Маша очень на нее похоже. У серых глаз Елены Ивановны, таких же, как и у Маши, были небольшие лучики — она часто улыбается.

— Здравствуйте. Маша дома? — спросила я, проходя в уютную светлую гостиную с десятками маленьких лампочек. Одну из стен занимало большое зеркало, а около него располагался небольшой столик и мягкие пуфики. Хорошо здесь!

— Дома, проходи, — гостеприимно пригласила женщина войти.

Быстро раздевшись, я направилась по небольшому светлому коридорчику, в конце которого располагалась комната подруги. Я немного помялась около двери, но собравшись с духом, все-таки вошла.

Я зашла в просторную комнату. Маша сидела на кровати и читала толстенную книгу. Она вообще любила читать. Когда попадался смешной момент, подруга улыбалась, а если грустный — хмурилась. А как она интересно пересказывала книжки. И почему я об этом подумала только сейчас? Я так и стояла, прислонившись к двери. Комната подруги всегда была идеально прибрана. Мягкий белый ковер приятно радовал глаз. Большая двуспальная кровать занимала почти всю комнату. В углу примостился шкаф, стол с компьютером и несколько тумб.

— Привет, Машка! — улыбнулась я. Блин, как же я по ней соскучилась.

— Милка? — вздрогнула она, роняя книжку, которая бесшумно упала на ковер.

— Что читаешь? — спросила я, присев на кровать.

— Сегодня Шекспир. Я рада, что ты пришла.

— Я тоже. Маш, прости меня, — грустно улыбнулась я. Сейчас придется рассказать все. Я не могу больше утаивать это от подруги. И не важно, как мне тяжело, главное, что Станина будет знать. — Я согласна поговорить.

— Мил, я не хочу на тебя давить. Если ты не готова… — опустила глаза подруга.

— Столько времени прошло! Я никогда не смогу быть готова. Просто время пришло, — уверенно проговорила, наблюдая, за Машей, которая скромно хлопала ресницами.

Я провела у подруги почти три часа. Мы обсуждали все, что произошло. Действительно, Пашу я давно не люблю, осталась одна черная пустота и страх перед новыми отношениями. Я ведь действительно боюсь, что новая любовь сделает мне очень больно. Подруга уверяла, что наоборот — избавит от прежних страданий. Позволит забыть все плохое и вновь вернет меня к жизни. Вот только я так привыкла быть одна, а от привычек трудно избавляться, особенно если они вредные. Я знаю, что не смогу всегда быть одна. Должно же придти время, когда я буду в ком-то нуждаться, но для начала избавлюсь от прошлого и можно создавать будущее.

— Милан, а тебе кто-нибудь нравится? — осторожно поинтересовалась подруга.

— Я не знаю, — прозвучал честный ответ. А действительно, мне кто-нибудь нравится?

— Около тебя вьются два молодых человека, — Стас и Денис. Оба симпатичные, и оба испытывают к тебе теплые чувства.

— Какие чувства? — я была не согласна с подругой. — Денис всегда был просто, как друг. А Стас хочет поставить еще одну галочку в своих достижениях.

— Зря ты так! — недовольно поджимала Маша губки. — Денис просто знал, что к тебе без толку подкатывать. Он же знает, что случилось и ждет, когда ты освободишься от прошлого, когда будешь готова. А Стас, — загадочно улыбнулась подруга. — В его жизни не все было гладко. Помнишь, я тебе говорила, что вы чем-то похожи? Так вот.

И Машка начала свое повествование. Мол, не все у этого красавчика гладко. В его глазах, как и в моих, прячется боль, только не понятно какого рода. Ведь каждый по-разному справляется с проблемами. Вот, например я закрылась ото всех и никого к себе не подпускаю. Максим начал гулять то на право, то налево. Вот и Стас, так же пытается, что-то забыть и пережить.

— Глаза его светятся по-другому, когда он на тебя смотрит, — тихо и очень упрямо произнесла подружка.

— Может быть, Маш, но мне надо время. Ты же знаешь, что слишком много на меня тогда свалилось.

В общем, когда я выкатилась от подруги, было уже за полночь. Я так сильно умоталась за день, что начала мечтать, что приду домой и лягу в свою мягкую и теплую постельку. Вот только моим мечтам не суждено было сбыться. Отойдя то дома подруги буквально на несколько шагов, я увидела маленькую девочку. Она сидела на лавочке около песочницы и забавно болтала ногами. На ней были красная курточка с опушкой, в которую она прятала нос, и белая шапка с пампушками. Странно, совершенно одна и взрослых нет. Я решила подойти.

— Привет, — я боялась ее спугнуть.

— Здравствуйте, — проговорила девочка. На вид ей было 6–7 лет.

— Ты почему здесь одна сидишь, почему не дома? — удивилась я. Ведь даже люди, которые собираются кучками, что бы напиться не забывают своих детей. А тут даже по одежде видно, что малышка из обеспеченной семьи.

— Я брата жду! — сообщила малышка.

— А где же твой брат? Почему он оставил тебя одну на улице, да еще и ночью, — как так можно вообще? Я всегда маленьких детей любила больше, чем взрослых.

— Он скоро меня найдет, — ответила девочка, продолжая болтать ногами в воздухе.

— Так ты, что потерялась? — и малышка рассказала мне свою историю. Они переехали в наш город совсем недавно, и она еще не успела выучить, где живет. А потерялась Олеся, именно так зовут девочку, очень оригинально.

Два дня назад мама купила ей котенка, и девочка решила с ним немного погулять около дома, но, видимо, у котенка, которого девочка держала за пазухой, были немного другие планы — он убежал. Олеся испугалась, что может потерять недавно приобретенного любимца и погналась за ним, не разбирая дороги. Когда же Олеся поймала кота, которого назвала в честь своего любимого мульт-героя — Шрека, она поняла, что потерялась и не сможет найти дорогу назад. Потерялась она несколько часов назад, тогда было еще не поздно. И многочисленные прохожие удовлетворительно кивали на фразу: 'я жду брата'.

— Значит, где живешь, не помнишь? — еще на всякий случай спросила я.

— Нет.

— А дом у тебя, какой? Рядом что находится, помнишь? — с надеждой спросила я.

— Дом у нас высокий, рядом магазины, — такая подсказка мне ничего не дала.

— Олесь, а ты в школу ходишь?

— Хожу, — закивала головой девочка.

— А школа у тебя, какая? — может, хоть, что-то вспомнит. Ну не могла же я оставить ее на улице.

— 1348, я в первом классе учусь, — назвала она одну из элитных школ города.

— От школы далеко живешь? Дорогу до дома от нее показать сможешь? — засыпала я ее вопросами.

— Могу, — опять закивала головой малышка.

— Отлично, — радостно сообщила я, набирая номер такси в мобильном. Пешком туда идти около часа. Не думаю, что девочка на это способна, да и я тоже. А еще завтра этот концерт.

— Милана, — очень понравилось ей мое имя. — А ты меня сейчас домой проводишь?

— Да, сейчас поедем, — я представляла, в какой панике находятся ее родители.

* * *

Через 20 минут такси домчало нас до школы, а от нее девочка повела меня уверенным шагом в сторону своего дома. До него впрочем, мы дошли за пять минут. Лифт довез нас до десятого этажа.

— Вот моя дверь, — ткнула Олеся на стальную черную дверь. В квартире был слышен какой-то шум. На звонок дверь открыла красивая женщина с копной светло-русых кудрей. Лицо ее было заплакано, в руках сжимала телефон.

— Девушка, — обратилась она ко мне. — Моего сына нет дома.

Я немного была ошарашена, но тут из-за моей спины выбежала девочка с криком: 'мама!'

— Олеська! — обняла женщина дочку и разревелась. Она зарылась лицом в волосы малышки, а плечи продолжали вздрагивать. — Боже, спасибо тебе! Дочка! Я чуть с ума не сошла. Мы все морги и больницы обзвонили. — Все бормотала она. — Спасибо вам девушка!

— Да не за что, — от такой эмоциональной картины в горле запершило. — Я пойду.

Женщина схватила меня за руку и начала снова благодарить.

— Давайте хоть чая, я не могу вас так просто отпустить, а мой сын вас потом домой подвезет. Ой, — вспомнила она. — Ему надо позвонить. — И удалилась на кухню, крикнув: 'Олеся пригласи гостью'

Мне ничего не оставалась, как поддаться уговорам двум хозяйкам. Я зашла в небольшую светло-серую прихожую. Справа стоял шкаф-купе, а слева журнальный столик и пуфик. Повернув на право, я попала на кухню. Огромная, со вкусом обставленная кухня в лазурных тонах. Скатерть и легкие портьеры были в цвет гарнитура. Повсюду висела шкафчики и полочки. Уютно. Что-то давно я на нашей кухне не была, надо как-нибудь зайти.

— Как вас зовут? — спросила женщина, усаживая меня на мягкий диванчик.

— Мила, — улыбнулась я. Мне очень понравилась эта женщина, может потому, что она так же сильно любит дочь, как когда-то любили меня. — И можно на ты.

— Мила, — очень красивое имя, — а я Лариса. А полное? — Полюбопытствовала женщина.

— Милана, — сказала я, отпивая из белой фарфоровой чашечки. Девочку уже к тому времени отправили спать.

— Какое необычное имя. У тебя, наверно, корни не русские.

— Вы правы, Лариса. У меня итальянские корни, — эта женщина мне кого-то напоминала, а я не могла понять кого. Очень знакомые черты лица и цвет волос. Мы просидели с Ларисой еще 15 минут, прежде чем пришла разгадка. Входная дверь хлопнула, и на пороге появился молодой человек, при виде которого я вздрогнула.

* * *

Стас, которого по телефону замучила Ира, хотел сбежать из дома. На дискотеку, например.

— Ма, — протянул молодой человек, одеваясь. — Я ухожу, если мне кто-нибудь будет звонить или кто придет. — А в том, что эта сумасшедшая придет, парень не сомневался. Ведь не зря же пацаны смеялись, когда Григорьева за ним бегать начала. — Скажи, что я уехал за город — куда не знаешь, с кем не знаешь, зачем не знаешь. А приеду завтра утром.

— Ты что за город собрался? — спросила мать, входя к сыну в комнату.

— Нет, я в клуб пойду. Один, а эта дура точно искать меня будет, — не смог сдержаться от оскорбления парень.

— Стас! — укоризненно воскликнула женщина. — Нельзя так говорить о девушке, пусть даже такой недалекой.

Хотя и мама Стаса считала ее немного ненормальной. Ира могла звонить по десять раз на дню, могла заявиться домой к Барским, на ответ мамы: 'я не знаю, когда он придет', всегда был ответ: 'а я подожду'. Эта девушка заставляла Стаса и его маму выключать телефон и смотреть в глазок прежде, чем открывать двери.

— Мам, хватит ее защищать, я ведь знаю, что ты думаешь о ней то же самое, хоть и не говоришь об этом, — хоть женщина улыбалась Ире, по глазам было видно, что эту девушку она видеть больше не может. А во всем Барский старший виноват. Не мог быть аккуратней…

— Ну, ладно, — сдалась женщина. — Сестре скажи, чтоб через полчаса была дома.

— Ладно, — послышалось за Стасом, и входная дверь хлопнула. Молодой человек спустился во двор и оглядел его, пытаясь увидеть сестренку. Недавно у нее было день рождение, на которое она выпросила жутко дорогого котенка, и теперь она наверно какой-нибудь подружки хвастается. Почему он так подумал? Да потому, что девочки во дворе не было. 'Придет, никуда не денется' пронеслось у парня в голове, и он сел в машину, которую подарил ему отец, заглаживая свою вину.

Через двадцать минут Стас был в одном из лучших клубе города под названием 'Атлантида'. Дизайнер клуба очень хорошо все продумал. Стены были белыми с серебристо-синими линиями, под ультрафиолетом казалась, что из стен вытекает вода. Барная стойка, находящаяся в углу, была выполнена в виде снежной глыбы, за которой стоял бармен весь в белом. Полупрозрачный пол был покрыт, синей краской, а под отблески дискобола, казалось, что танцуешь на воде, плюс повсюду был насыпан искусственный снег.

Некоторым нетрезвым гражданам иногда начинало казаться, что они попали на северный полюс. Особенно это чувство обострялось, когда кто-то из них натыкался на небольшие глыбы, которые в большом количестве были понатыканы в клубе. Присев за столик рядом с друзьями (для дискотеки было еще рано), Стас начал оглядываться по сторонам. Через несколько столиков от них сидели две девушки, одна из которых была очень похоже на Милану. Только Мила все равно красивее. Парень не заметил, как за их столик пришло пополнение. Максим Малинин, Денис Королев и еще парочка ребят из универа.

— Привет! — громко поздоровался Макс. Ему в ответ грянул гром из приветствий.

— Стас, — снова подал голос Малинин. — Почему без Ирки?

Походу Макс просто стебался. И Стас это прекрасно понимал. Поэтому проигнорировал вопрос и спросил:

— Слушай, она ведь за тобой раньше бегала, как от нее избавится? — и Максу показалось, что его спросили с надеждой.

— Посылать пробовал? — на всякий случай уточнил Малинин, зная проигрышность этого варианта. На девушку такие вещи не действовали совершенно.

— Пробовал, — как-то грустно вздохнул Барский. — Она еще сильнее липнуть начинает.

— Следит? — хорошо понимал парня Максим.

— Следит, — обреченно кивнул он головой, под смех ребят, которые не знали на своей шкуре, что такое, когда к тебе испытывает чувства Ира Григорьева.

— Слушай, друг, может тебе постоянную девушку найти, тогда может эта @цензура@ отстанет, — предложил Макс, которому Стас нравился, и ему было жалко, что эта больная девка его преследует. Сам ведь знает, как это неприятно.

— Тебе-то делать этого не пришлось, — рассматривал Барский парней, которые уже перестали их слушать. Только один Денис недовольно поглядывал на разговаривающих.

— Не пришлось, — рассмеялся Максим, чем привлек внимание двух девушек, сидящих неподалеку. — У меня сестра есть. Она с Григорьевой никогда не церемонилась. В квартиру не пускала, по телефону посылала. Тебе бы такую сестренку.

'Или девушку' пронеслось в голове у Барского. Поэтому он тряхнул русой головой, отгоняя мысли. Влюбляться он не собирался и девушку заводить тоже… пока. Максим сразу заметил, как изменился Стас, при упоминании Миланы. Глаза заблестели, взгляд стал мечтательный, и на губах нехотя выступила улыбка.

Эти изменения заметил не один Максим. Денис, слушающий их разговор, недовольно засопел. За что получил смешок Малинина и изучающий взгляд Стаса. Когда парни закончили разговор между собой, они решили поучаствовать в общей беседе, Денис обратился к Стасу.

— Не подходи ней! Понял? Она не для тебя! — с угрозой в голосе шепнул он.

— А для кого? Для тебя? — не понравилось Стасу предупреждение. — Мила взрослая девочка и сама может выбрать, с кем ей быть.

— Она моя! Усек? — разозлился Денис. Ведь он уже много лет пытается найти ее расположения и из-за этого новенького ее не потеряет.

— Милана не вещь. И вполне может выбрать кого-нибудь другого. А на тебя внимания она все равно не обращает. А ты молчал бы, а то вдруг наша принцесса узнает, что ты ее собственностью своей считаешь, — насмешливо проговорил Барский, поднимаясь, что бы ответить на звонок.

Максим, нечаянно услышавший их разговор, утвердительно закивал головой на последнюю фразу Стаса. Зная сестренку, ей бы это не понравилось. А Стас молодец! Может Мила обратит на него внимание. Хоть с Королевым они и были друзьями, Малинин считал, что его сестре он не пара, ей нужен кто-то другой. Но Милана — девушка загадка и ее выбор может упасть на кого угодно. И Максим это знал…

Стасу звонила мама и в панике говорила, что Олеся пропала. Ни на улице, ни у подружек, ни в ближайших дворах девочки не было. Отчим был в командировке, и всю надежду на поиски дочки она возлагала на сына. Сама Лариса тоже хотела идти на поиски, но Стас ее остановил:

— Ма, сиди дома, а то вдруг она придет. И позвонить бы в больницы и… — не успел договорить парень, как услышал истерику матери. — Все мам, я поехал искать.

Станислав катался по городу почти два часа, оббегал детские площадки и заглядывал в подъезды и подвалы. Молодой человек уже понял всю тщетность таких поисков, и было опустил руки, когда зазвонил телефон, и мать сообщила, что девочку привели домой.

Стас, ругаясь на всех, поспешил к машине. Когда нервный парень поставил машину, то почти бегом направился в сторону подъезда. Но около двери почему-то остановился и огляделся. Около лавки лежала пачка сигарет. 'Милка такие курит' пробежала мысль. Странная она. Нет не странная, а загадочная. Что-то она последнее время часто в голову лезет. Молодой человек нажал кнопку лифта, все, думая о черноволосой принцессе.

— Духи приятные, — вдохнул Барский, зайдя в лифт. И громко выругался, вспомнив, что такими же Малинина пользуется. — Все! Хватит думать о ней! — Разговаривал сам с собой Стас. А сам начал вспоминать, как около актового зала чуть ее не поцеловал. Приятный аромат кожи, тонкая талия в руках и самые манящие губы, похожие, кстати, на малинку. И если бы не этот идиот Денис, он — Стас сорвал бы эту малинку.

Лифт довез до нужного этажа, парень неторопливо вышел и подошел к двери. Достав ключи из кармана светлых джинс, парень торопливо открыл дверь.

— А вот и мой сын пришел. Заходи мы на кухне, — крикнула мама, когда Станислав закрыл дверь. И взгляд его упал на женские ботинки из крокодиловой кожи. Или он сходит с ума, или просто совпадение, или у него дома сейчас Милана. Чтобы развеять все сомнения, Барский быстро направился на кухню, куда и звала его мать. И ожидания его не обманули. За кухонным столом, действительно сидела Мила.

— А вот и мой сын- Стас, а это Милана — она привела Олесю, — радостно представляла их Лариса, не знающая, что ее сын уже знаком с этой девушкой, которая очень ей понравилась.

Мила увидела сына Ларисы и быстро встала. Стас смотрел на нее и не мог оторвать глаз. Его мама заметила взгляд сына и довольно улыбнулась.

— Вы знаете, мне уже пора домой, — быстро проговорила девушка и побежала в прихожую.

— Так быстро? — огорчилась Лариса, надеясь, что Стас поближе познакомиться с Милой.

— Завтра на учебу рано вставать. Спасибо за чай, — судорожно натягивала сапоги девушка, пытаясь не смотреть на Стаса. После того, как он ее подкараулил и полез целоваться, она как-то неуютно себя чувствует рядом с ним. И надо же так. Она нашла его сестру. Пора бежать.

— Стас, довези Милану домой, — ткнула Лариса сына, который не мог вымолвить не слова.

— Спасибо, не надо, — быстро проговорила Милка. — Я такси вызову.

И она упорхнула за дверь, что заставило Станислава очнуться. И он побежал за ней.

— Милка, подожди!

— Стас, я не хочу с тобой разговаривать, — остановилась Мила- лифт успели угнать на другой этаж. А любопытная Лариса, которая не поняла, почему ее сын, так фривольно назвал незнакомую девушку 'Милка', слушала, что твориться на площадке.

— Мил, прости меня. Я не хотел. Нет, точнее хотел, но не так. Давай я тебя отвезу, а? — говорил Стас, который не в силах был ее отпустить. К тому же на улице было уже слишком поздно.

— Они знакомы? — сама у себя спросила Лариса. — Интересно, интересно.

— Стас, я не злюсь на тебя. Просто, я так заболталась с твоей мамой, что забыла о времени. Завтра на учебу, — спокойно отвечала девушка. — А подвозить не надо, я такси вызову.

— Давай, я вызову. И тогда я буду уверен, что ты, правда, не злишься, — предложил парень.

— Хорошо, — немного подумав, ответила Милана, и Стас набрал номер. Мама, которая вернулась на кухню, после того как молодые люди спустились, не понимала в чем дело. То, что девочка Стасу нравится, Лариса была уверена. Но вот что между ними произошло? Стас этого не расскажет.

— Спасибо тебе, Мила. У мамы чуть приступ не случился, когда Олеся пропала.

— Я просто не могла пройти мимо ребенка, который в полночь гуляет на улице один.

— Мила, — шепнул на ухе Стас так, что девушка покрылась мурашками. — Может все-таки ты согласишься со мной куда-нибудь сходить.

— Если я сейчас откажусь, то завтра ты придешь ко мне с таким же предложением? — спросила Мила, устало потирая виски.

— Я буду подходить к тебе каждый день. Соглашайся, ты ведь ничего не теряешь, — соблазнительно говорил Барский.

— Хорошо, — неожиданно для себя сказала Милана, смотря, как подъезжает такси. — Завтра об этом поговорим. Пока. — И села в машину.


— Стас, — позвала сына Лариса, когда он вернулся домой. — А вы знакомы?

— Да, знакомы, — не смог сдержать улыбку молодой человек. Она согласилась! Наконец-то. Почти два месяца уговаривал и свершилось! — Мы учимся в одном универе.

— А я смотрю, она тебе очень нравится. И мне понравилась. Что у вас? — очень хотелось знать матери про жизнь сына.

— Ма, не лезь ладно, — и с этими словами ушел спать.

* * *

Вот и наступил день концерта. Первый раз я присутствую на таком сборище. Ужас! А мне ведь еще петь. В зал потихоньку заходили преподаватели, студенты и некоторые из родителей. Наш дорогой родитель тоже хотел посмотреть на выступление своих детишек, но возникла какая-то проблема, которая заставила его взять билет и улететь.

— Дорогие мои, — говорил папа. — Мне очень хочется посмотреть на ваш гм… первый концерт, но на фирме небольшие проблемы.

Мы, конечно, не обиделись, просто привыкли к постоянным разъездам. Кстати говоря, что выступать мы с Максом будем вместе. Ну не совсем, конечно, просто он согласился мне подыграть на фортепьяно. Я конечно и сама могу, но ведь в моих руках будет гитара.

— Милка, я от тебя фигею! — бурчал брат, когда мы собирались утром. Он вообще в этот день на учебу не собирался и хотел весь день проспать. А не фига было под утро появляться!

— Почему же? — скромно спросила я.

— Ты еще спрашиваешь? — удивился Макс. — Ты шантажом меня заставила выступать вместе с тобой.

Это да, я могу. Вспомнив, как я уговаривала брата — улыбнулась.

* * *

Пришедший часа в четыре утра Максим уже собирался лечь спать, как его комнате появилась я.

— Макс, ты должен мне помочь, — сказала я ему, наблюдая, как он разделся и юркнул под одеяло.

— Мил, давай позже, — говорил он, находясь уже на грани сна. — После концерта придешь, и я тебе помогу.

— Макс! — сдернула я с него одеяло. — Ты на концерте должен мне подыграть.

— Что? — удивился брат. — С ума сошла? Да, я никогда не буду участвовать в этом дурдоме.

Я продолжала стоять рядом, взяв в руки, небрежно брошенный телефон Максима. Я знала, что он откажется. Поэтому у меня был запасной план. И когда я написала в его телефоне сообщение, которое собиралась отправить в случае отказа.

— Тогда я отправлю Ирке смс с признанием в любви, — улыбнулась я победно, когда братец вскочил с кровати.

— Ты этого не сделаешь! — эту девушку он очень боялся. Если кто-то из парней проявляли к ней внимание, Ирка ходила за ним почти месяц. (Следила, приходила домой, названивала). Представляю, что с ней будет, если от Максима придет любовное признание.

— Если ты мне не поможешь — сделаю! Я что, так часто у тебя о чем-то прошу?

И вот тут-то ему пришлось согласиться. Ведь это, действительно первый раз за четыре года, когда я его попросила.

Пообещав, разбудит его через пару часов, я смылась вместе с его телефоном, на всякий случай.

* * *

И вот через несколько мгновений начался концерт. Кто-то танцевал, кто-то показывал фокусы. Мне очень понравилось выступление девочки с первого курса. Это была именно та девушка, которой я на репетиции сказала про эпиляцию. Я чувствовала себя немного не комфортно из-за этого случая. Но выступала девочка волшебно. Я всегда мечтала ходить на гимнастику, а она, если я не ошибаюсь Оля, была именно гимнасткой. Красивый темно синий костюм был богато обшит бисером и пайетками различных цветов. Оля была очень гибкая. Для начала она взяла обруч.

Покрутив его на талии, Оля плавно подняла его к рукам, покрутив сначала на одной руке, потом на другой. Смотрелось это очень здорово. Потом в ход пошли скакалка из пеньки, под которую девушка скакала как козочка. Ленты, мячи, булавы. Ее движения завораживали, она двигалась плавно, грациозно, словно кошка.

Ну что сказать я сразу начала считать себя ущербной личностью. Наши родители всегда отправляли в различные секции. Например, та же самая гитара, или фортепьяно. Вот на курсы вокала, я ходила без Максима. Он считал, что мальчики не поют, и решил отправиться в секцию карате, правда, пробыл он там сравнительно недолго. На бальные танцы мы ходили вместе. Потом курсы иностранных языков и еще куча всего. Ну, что сказать, детство у нас было насыщенным, да.

Когда я отвлеклась от своих воспоминаний, на сцене оказались сразу три девочки, которые исполняли танец живота. Они двигались очень синхронно. (Видимо долго пришлось репетировать). Их пояса с монетками, звенели, так громко, что хотелось заткнуть уши. Я ведь не очень люблю шумные сборища. Ну, не то, что бы уж я была совсем домоседка. Мне так комфортнее. Ну и отжечь я в принципе тоже могу. Это, пожалуйста.

— Ну, как, готова? — на мои плечи легли руки брата, рядом с которым стоял Денис.

— Конечно, — закивала я. — Я всегда готова. А ты, что тут делаешь? — Обратилась я к Королеву, который такие концерты тоже не жаловал, как и многие.

— Пришел поддержать, — как-то не уверенно сказал он, косясь в зал. Что он там выглядывает? Ага, вон оно что! На пятом ряду (первые четыре занимали преподаватели и важные приглашенные гости) сидела Машка с развеселым выражением лица, а рядом Барский. Денис, правда, думает, что мы со Стасом тайком встречаемся? И почему от него идут флюиды ревности, ведь я никому ничего не обещала.

— Да? Ну, тогда спасибо за поддержку, — проговорила я, отдергивая подол платья. Уж очень нагло пялился на мои ноги Королев.

— Хм хм, — закашлял Макс, видимо тоже заметив взгляд дружка. — Шел бы ты в зал, Дэн.

Денис, молча, нас покинул. Макс как-то нехорошо вздохнул и посмотрел на меня. У меня сразу сложилось ощущение, что я в чем-то виновата.

Пока мы переглядывались с братом, на сцене появилась Григорьева. И под громкий шепот Оли — гимнастки: 'это надо не только слышать, но и видеть' почти все высунули носы.

Ира была одета в черные кожаные штаны, короткий черный топ, волосы в творческом беспорядке, а на ногах огромные каблуки. Она ведь не танцевать в них собралась, верно? Насколько я наслышана, что она тоже петь будет. И судя по прикиду — это будет какой-то металл.

Но каково, же было мое удивление (да и не только мое, в принципе), когда из динамиков полилась нежная мелодия. Это песня звучала в очень популярном фильме в свое время. А фильм был про девушку и парня, которые познакомились и влюбились на одном из лайнеров. Но случилась неудача, и этот самый лайнер встретился лицом к лицу, можно так сказать, с айсбергом. 'Большая лодка' затонула вместе с возлюбленным. И осталась девушка одна — одинешенька. Интересный фильм, кстати. Несколько раз смотрела и плакала.

Так, по-моему, я уже в другую степь ушла. Так вот, я о выступлении Григорьевой рассказывала. Конечно, ее внешний вид совершенно не подходил под песню, это раз. А два было, когда она открыла рот. Голос у нее вроде нормальный был всегда, если не брать в расчет то, как она иногда растягивает слова, пытаясь кокетничать. Эти 'прииивееет' или 'каак делааа' сводили с ума. Но сейчас, услышав ее голос, стало понятно, что она родственница дворовым кошкам. Да именно тем самым, что под окнами ночами 'разговаривают' и мешают людям спать. У нас бегает одна такая, очень на Ирку похоже.

В зале раздавались смешки. Да и не только. У нас за кулисами тоже было весело. Арт хватался за сердце и просил корвалол. Только не понятно как же он на репетиции не заметил этот 'талант'?

С одной стороны ее даже жалко как-то, но если петь не умеешь — не лезь! Но жалость быстро прошла, ведь я вспомнила, что именно по вине этой курицы попала под раздачу декана, который никогда меня не трогал, и должна буду тоже выйти на сцену.

Выступление закончилось неуверенными и редкими хлопками. Многие сидели совершенно ошарашено. Станина спрятала лицо в ладонях, а ее плечи сильно вздрагивали. Истерика что ли? Впрочем, я не могу судить, ведь больше, чем половина зала находились в таком же состоянии. Стас вжался в кресло и ладошкой прикрыл глаза. Ему было неловко. Конечно, ведь всю песню Ира пропела, глядя на парня.

— Удачного выступления, Малинина, — прошла она мимо нас, высоко подняв нос.

— Спасибо, — за меня ответил брат. — Но думаю лучше, чем у тебя не получится.

— Я тоже так думаю, — гордо ответила она, расправила плечи и ушла. Максим заржал и сполз по стеночки.

— Слушай, Мил, а она ведь на сто процентов уверенна, что отлично выступила, — сквозь смех произнес брат. Народ, который слышал этот разговор, пытался скрыть усмешки.

— Хватит, Макс! — сказала я, с трудом сдерживаю улыбку.

— Ладно, ладно, — поднялся брат с пола и протянул руки ладонью вверх. — Давай, как раньше?

— Это глупо! — сказала я, вспоминая счастливое детство.

— Ну, давай же! — настаивал брат. И я положила кончики своих пальцев на его, и они сплелись в замок. Мы прижались лбами и тихо, но синхронно проговорили:

— Нас с тобою ждет успех! Мила, Макс — мы лучше всех! Мы с тобою победим. И друг друга мы в обиду не дадим!

Это мы придумали, когда были еще детьми. Мы так делали в школе перед контрольными, потом на отчетных концертах в музыкальной студии и на отчетных концертах по танцам. Может это сейчас кажется глупым, но это помогало сосредоточиться. И даже столько лет спустя. Ведь приятно знать, что твоя кровная половинка поддержит тебя в трудную минуту. Может я не смогу признаться брату, что для меня его поддержка и внимание много значат, но согласитесь, ведь приятно, когда у вас есть кровная половинка, которая понимает тебя без слов.

— Спасибо, Макс, — шепотом сказала я, не отпуская его рук. Только так я могу (на данный момент) выразить свою признательность.

— Пожалуйста, — немного сжал мои пальцы брат и улыбнулся.

Пока мы с ним впадали в детство, закончил свое выступление парень, показывающий фокусы. И я немного занервничала, так как сейчас должна буду выступить я. Зал полный, все в ожидании. Страшно-то как!

Объявили мой номер, и я вышла на сцену с гитарой в руках. Там уже около микрофона стоял стул. Сев, я подстроила под себя микрофон и начала перебирать струны. А раньше я и дня без игры не могла прожить. Многие, как и Арт удивились выбору песни. Ведь многие думают, что с моей внешностью, я слушаю немного другое. Но слова в этой песне практически описывает мою жизнь…

  Сколько лет прошло, все о том же гудят провода.

  Все того же ждут самолеты.

  Девочка с глазами из самого синего льда

  Тает под огнем пулемета,

  Должен же растаять хоть кто — то

  Скоро рассвет

  Выхода нет

  Ключ поверни — и полетели

  Нужно вписать

  В чью — то тетрадь

  Кровью, как в метрополитене:

  "Выхода нет"

  Выхода нет

  Где — то мы расстались — не помню, в каких городах

  Словно это было в похмелье

  Через мои песни идут, идут поезда

  Исчезая в темном тоннеле

  Лишь бы мы проснулись в одной постели

  Скоро рассвет

  Выхода нет

  Ключ поверни — и полетели

  Нужно вписать

  В чью — то тетрадь

  Кровью, как в метрополитене:

  "Выхода нет"

  Выхода нет

  Сколько лет пройдет, все о том же гудеть проводам

  Все того же ждать самолетам

  Девочка с глазами из самого синего льда

  Тает под огнем пулемета

  Лишь бы мы проснулись с тобой в одной постели

  Скоро рассвет

  Выхода нет

  Ключ поверни — и полетели

  Нужно вписать

  В чью — то тетрадь

  Кровью, как в метрополитене:

  "Выхода нет"

  Выхода нет

  Выхода нет

  Выхода нет [2]

Зал несколько секунд молчал, а потом зааплодировал. Мне, конечно, это не впервые, но стало почему-то неловко. Такое ощущение, что в душу смотрят сотни глаз. Я обвела глазами зал, и только один человек не аплодировал. У меня сложилось такое впечатление, что Стас знал всю мою подноготную, знал мою историю. Теперь просто испытывал ко мне жалость? Ненавижу, когда меня жалеют! Что уставился парень? На Ирку надо было так смотреть, а не на меня.

— Спасибо, — сказала я сухо. — Я хочу исполнить еще одну песню. И аккомпанировать мне будет мой брат — Максим.

Эта песня мне просто очень нравится. Одна из самых любимых. Она конечно на английском, но думаю, что половина народа, собравшихся здесь знает английский и оценит мои старания.

Мои пальцы вновь коснулись струн. Пальцы Макса запорхали над клавишами. Петь и играть мне уже не хотелось. Появилось странное чувство. Чувство какой-то гадости внутри и дурное предчувствие. Но наказание есть наказание — пришлось открыть рот для следующей песни.

  I\'m searching for answers

  Cause something is not right.

  I follow the signs,

  I\'m close to the fire.

  I fear that soon you\'ll reveal

  Your dangerous mind.

  It\'s in your eyes, what\'s on your mind.

  I fear your smile and the promise inside.

  It\'s in your eyes, what\'s on your mind.

  I fear your presence, I\'m frozen inside.

  I\'m searching for answers

  Not questioned before.

  The curse of awareness,

  There\'s no peace of mind.

  As your true colors show

  A dangerous sign.

  It\'s in your eyes, what\'s on your mind.

  I see the truth that you\'ve buried inside.

  It\'s in your eyes, what\'s on your mind.

  There is no mercy, just anger I find.

  I just have to know, while I still have time.

  Do I have to run, or hide away from you?

  It\'s in your eyes, what\'s on your mind.

  I see the truth that you\'ve buried inside.

  It\'s in your eyes, what\'s on your mind.

  There is no mercy, just anger I find. [3]

Как только слова и музыка закончились, я, не дождавшись оваций, по поводу песни сбежала со сцены. Почему-то плохие ощущения начали нарастать.

— Милана, ты молодец! — прибежала ко мне Машка. И заметив, мое выражения лица, спросила. — Что с тобой?

Вот, что значит настоящая подруга, она может услышать даже невысказанное. Так не всегда интересно, ничего утаить от нее нельзя.

— Я не знаю, — честно ответила я. Ведь нервничать я начала на пустом месте.

— Милка! — заорал брат. — Ты переживала, я видел. Но ты все равно молодец!

— Спасибо.

— Может, соберемся сегодня все вместе и отметим прошедший женский праздник и отличное выступление, — предложил, только, что подошедший Денис.

— Давайте, — закивала подруга головой, как китайский болванчик.

Это 8 марта — совсем не то, что мне хотелось бы вспоминать. Я вообще-то равнодушна к праздникам, но этот очень взбесил.

Для начала меня разбудили с самого утра настойчивым звонком в дверь. Ирину работницу мы отпустили на выходные по семейным делам, отца и брата дома не было, пришлось мне вставать. Как же я проклинала Дениса, когда узнала, что корзину с цветами прислал он.

Не успела я подняться к себе, как в дверь позвонили опять. Опять цветы, только корзина раза в три больше. Это был Стас. А через несколько часов мне показалось, что они соперничают. А знаете почему? Да потому, что коробка конфет, мои любимые духи и корзины с фруктами приходили в двойном количестве. Лучше бы собачку или котенка подарили. Животных я всегда любила, а не заводила, потому, что у мамы была аллергия на шерсть. А после ее смерти, мне уже никого не хотелось. А сейчас потискала бы с превеликим удовольствием.

— Только мы к вам позже присоединимся, — сказала я, увидев, что к нам идет Барский с самым серьезным выражением на лице. Поэтому я схватила Станину за руку и потащила на выход.

— Ты чего? — семенила за мной подруга. Мне не хотелось сейчас говорить. Ведь ощущения врут, верно? Поэтому я предложила первое, что пришло в мой не совсем нормальный мозг.

— Пошли на дискотеку сегодня?

— А праздновать? — что-то решала в голове подруга, ее лицо было очень задумчиво. Наверно не могла, что ей хочется больше. — Хотя, пошли-ка на дискотеку!

И уже схватив меня за руку, повела на стоянку.

* * *

— А ничего так местечко, — воскликнула подруга, когда мы вошли в клуб.

Для начала мы заехали ко мне и очень долго и придирчиво выбирали что одеть. И только перемерив всю одежду в моем гардеробе, мы смогли сделать выбор. Машка решила остаться в своих узких черных джинсах, а в моем шкафу ей приглянулся ярко- красный топ на тоненьких бретелях. А я надела белое коротенькое платье без бретелей и белые полусапожки.

И вот одетые и накрашенные мы оглядывались. В этом клубе ни я, ни подруга не были. Большая танцевальная площадка с зеркальным потолком и просто огромным дискоболом. Мыльные пузыри, цветомузыка, сцена с ди-джеем, стоящим за пультом в огромных наушниках. Бар в углу, где работали бармены, одетые в синие балахоны. Да и зал был отделан в сине-голубых тонах. Ах, забыла, клуб же называется 'Голубая лагуна'. Ну и название. А ведь Станина идти сюда не хотела. 'Мне кажется, что этот клуб для людей нетрадиционной ориентации' всю дорогу, пока мы ехали в такси, верещала она. Ошиблась она, хорошо тут. А главное, в этом клубе мы не встретим никого из одногруппником. Не знаю почему, но они этот клуб обходят стороной.

Сев за один из многочисленных столиков, я сразу заказала два коктейля.

— Ты что напиться хочешь? — хохотнула веселая Машка.

— А ты думала мы на такси для чего поехали? — ответила ей вопросом на вопрос.

— Ну да, ну да. Была, не была. Напьюсь-ка и я! — решила девушка.

Через полчаса перед нами уже стояло достаточно стеклотары. Вот теперь можно и потанцевать.

— Иди, я сейчас, — сказала я подруге, когда услышала вибрацию в сумке. Машка кивнула и убежала.

— Что ты мне названиваешь? — сбросила уже пятнадцатый звонок от Барского. Очень настойчивый парень. Выключив телефон, я отправилась танцевать.

На танцполе было жарко. Заводная музыка, зажигательные танцы. Красивые девушки, симпатичные парни — все вышли танцевать.

— Сегодня здесь будет очень жарко! С вами ди-джей Лито.

Толпа восторженно взревела и продолжала двигаться в такт музыке. Ноги сами по себе вспоминали былые умения и двигались в такт музыке. Мне всегда казалось, что когда я танцую все проблемы, уходят, голова отдыхает от мыслей. Остается лишь безумная радость на душе. Да, танцевать я раньше любила. Покружившись еще несколько танцев, поняла, что и сейчас тоже люблю.

Через час я вылезла с танцпола. Пить хотелось ужасно! Заказав еще два коктейля, я начала выглядывать подругу. Машку в пестрой толпе я разглядеть не смогла. Здесь всегда столько народа? Продолжая искать взглядом подругу, я не заметила, что ко мне направляется парень.

— Какие миленькие здесь девочки! — подсел ко мне высокий брюнет. — Как тебя зовут, крошка?

Я заскрипела зубами. Что за мужик пошел, а? То крошки, то детки. Нормально не умеют разговаривать что ли? Но натянув улыбку, я любезно ответила:

— Мила.

— Хм… Мила — это мило. А я Илья, — нагло разглядывал мою грудь, а потом и ноги. Не люблю, когда так делают. Складывается такое ощущение, что я лошадь, а он придирчивый покупатель такой хорошей животинки.

— А ты, Илья, всегда при знакомстве с девушками вместо глаз смотришь в декольте? — спросила я, напрямую отпивая, только, что поданный напиток.

— А почему бы и нет. Я смотрю, ты страждущая, — сообщил парень мне доверительным шепотом, продолжая пялиться на мои женские прелести. — Может, уединимся? Ты останешься довольна, киска.

— Что? — даже немного растерялась я от подобного заявления. Я? Уединиться с ним? С чего бы вдруг?

— Ну, ты ведь специально сюда пришла, и ты одела, такое хорошенькое платье. Заработала? Молодец! — начал говорить совершенно непонятные вещи парень. Может больной? Наверно, скорую вызвать пора, а то смотрю к пареньку в гости белочка пришла.

— В смысле? — никак не могла врубиться я, причем тут мой внешний вид и уединение.

— Да ладно, крошка, не ломайся. Сюда ведь просто так не приходят, — все пытался соблазнить меня парень на сомнительное уединение. — Или ты из тех, кому надо заплатить?

Ага, теперь понятно, почему из наших никто не ходит. Вот только такого сравнения я просто не смогла выдержать и со всех своих девичьих сил, врезала наглому брюнетику. И ведь даже не пощечину, а кулаком.

— Ты совсем @цезура@? Да ты @цензура@! @цензура@ тебе! Да ты знаешь, кто я? — верещал парень, не привыкший, что противоположный пол так себя ведет.

— Конечно, знаю! — закивала я головой, а руки чесались врезать ему еще раз. — Ты @цензура@! За словами следи, мудак! А то в следующий раз тебе челюсть сломают или шею свернут.

— Ты чего, шалава, страх потеряла? — стал надвигаться на меня этот извращенец.

И тут послышался крик, и на всех парах ко мне неслась подруга, за которой гнался парень. Машка испуганно прижалась ко мне и заорала:

— Милка, здесь одни сексуальные маньяки.

— Ты че, ляля? Куда пошла? — подошел молодой человек, который за ней бежал.

— Я же сказала, отвали, — испуганно проговорила подруга.

— Я чего-то не понимаю! — разозлилась я в конец. — Вы чего тут стоите? Валите отсюда! Или вы девушек первый раз увидели?

— Сладкие мои, ну вы бы сразу сказали, что бесплатно ни- ни. — говорил парень. Илья потер скулу, наверно, понял, что грозит второму извращенцу за такие слова. А бегун подошел ближе и начал распускать руки. Станина испуганно взвизгнула. Она же вообще пацифистка. И я не нашла лучшего выхода, как заехать парню коленом в самое 'яблочко'. Он согнулся от боли и начал охать. Набежал народ, музыка стала тише, даже охранников кто-то позвал.

— Что тут происходит? — спросил парень, судя по бейджику администратор.

— Да вот, девки ненормальные попались, — прохрипел парень, все еще держась за больное место.

— Ненормальные? — возмутилась Машка, у которой приступ страха сразу же прошел. — Если к вам в койку не прыгнули, значит — ненормальные?

Администратор посмотрел на парней и спросил:

— Насильно принуждали?

— Да вообще обалдели! — продолжала возмущаться подруга.

— Молодые люди, покиньте клуб. Надеюсь, обойдемся без охраны. А вы, девушки, пойдемте лучше со мной.

Мы послушно пошли за молодым человеком, который привел нас в небольшой светлый кабинет, в котором был стандартный набор мебели: стол с компьютером, стул и шкаф и диванчик. И Сергей, как представился нам парень, объяснил, в чем дело.

Этот клуб ходят детки богатых родителей, ну или просто мажорики. И как-то одно время сюда приходили не совсем обеспеченные девочки, которые пытаются найти себе богатеньких мальчиков. Со временем этот клуб стали посещать только такие. Соблазняли парней, запирались в туалетах и подсобках. Кто-то за деньги, а кто-то нет.

Нормальные, конечно, тоже приходят, но вот так, как к нам не пристают. Потому что их можно отличать по одежде. Да и давалки никогда не заказывают в барах сами, обычно это делает парень, с которым она проводит время.

— Ну и гадюшник! — воскликнула подруга, упирая руки в бока. — К нам-то они зачем полезли?

Машка не могла успокоиться и как-то грозно надвигалась на парня. И я ее прекрасно понимаю, не каждый день к тебе с такими 'заманчивыми' предложениями подкатывают.

— Наш клуб просит у вас извинения и предлагает выбрать в баре все, что захотите, — расщедрился администратор.

— Короче, — начала подруга, она же на экономе учится. Да и пьяная немного. — За коктейли мы не платим, а вы вызываете нам такси, и мы едем домой, понятно?

— Более чем, — согласно кивнул парень.

— Слушай, вот ты же парень, — доверительно говорила Станина. — Вот тебе не стремно смотреть, как такие отморозки к девушкам пристают? У тебя, что сестры нет или там девушки. Ну, я не знаю.

Интересно, сколько же она выпила, пока я не видела? Машке много надо, что бы дойти до такого состояния.

— Девушки, это моя работа. Но мы стараемся, что бы такого, не происходило, — нервно говорил парень.

— Все, Малинина, валим отсюда! — шатаясь, Маша пошла к двери.

— Малинина? — почти заикаясь, спросил администратор.

— Ну, Малинина. В чем дело? — спросила я, не понимая его реакции.

— Да просто фамилия у тебя известная. Мальчику страшно стало, что ты папе пожалуешься. А Александр Николаевич разнесет их клуб по камням, да и персонал на ленточки порвет, — еле выговорила подруга. — Еще пару бокалов выпьем, пока нам такси вызывают.


Через час мы уже были около круглосуточного супермаркета, который находился недалеко от моего дома.

— Пойдем? — спросила я у Машки. — Нервишки подлечим?

— А пошли! — радостно махнула рукой подруга и направилась в сторону супермаркета. Я пошла следом за Станиной.

Купили две бутылки вина и две шампанского. Тяжело наверно с утра будет, да? Мы долго провозились с вином, ведь штопора у нас нет, пришлось ключами пробку в бутылку проталкивать. С одержимым мы справились довольно быстро.

До дома мы шли около двух часов, хотя там идти пять минут. В принципе мы могли добраться быстрее, если бы не останавливались каждые пять минут.

— А давай… Ик… мы споем ик? — кое-как разобрала я подругу.

— О чем? Ик. Ой.

И подруга запела. Я ведь даже не представляла, что Маша так умеет. Мне всегда казалось, что она очень воспитанная, всегда спокойная и уравновешенная. Она ведь даже ругаться толком не умеет. Откуда у нее такой репертуар? Я даже не знаю. Где она их откопала — даже думать не хочу. Но девушка запела громко, звонко. Даже пританцовывала.

  Ходит хата ходуном

  И летит все кверху дном!

  Иван не отзывается!

  Любовью занимается!

Пока я пыталась переварить смысл первой частушки, а с захмеленным разумом это очееень сложно. Машка выдала еще две.

  У моей соседки груди,

  Что не видит ног своих,

  Можно спрятаться от солнца

  Хватит места для двоих.

  Полюбила акробата,

  Он крутил меня, как мог.

  Только я не виновата,

  Что он быстро занемог.

Интересно, откуда она это знает? Может недавно в провинцию куда ездила? Потому, что у нас здесь самые заядлые алкаши такие частушки не поют.

Сейчас, конечно, век технологий и все в этом роде. Но что-то я не представляю Станину, сидящую за компьютером, и, разыскивающая похабные частушки. Но ведь все может быть. И все-таки я представила Машку, которая заучивает частушки, недавно отыскавшиеся в интернете. Эта картина заставила меня громко засмеяться.

  Мне мой милый говорит:

  'У меня живот болит'.

  Надо меньше пива пить —

  Лучше девушек любить.

— Откуда ты это знаешь? — возмутилась я, после того как перестала смеяться.

— Я хотела тебя развеселить, но не знала как, — язык у подруги заплетался. — А потом вспомнила, что по телевизору видела, как люди частушки поют.

— Это где такое показывают? — изумилась я. Может мне телевизор почаще включать надо? Машка была со мной солидарна.

— Ха! Когда ты вообще телевизор последний раз смотрела?

Вот так препираясь и смеясь, потому что Станина почти все дорогу пела, дошли до дома. И тут-то я вспомнила о нехорошем предчувствии, посетившим меня сегодня. Может, не обмануло оно меня, а предупреждало? Я не знаю почему, но чувство тревоги нарастало по мере того, как мы с Машей подходили ближе. И своего пика достигло около входной двери, из-за которой доносилась громкая музыка, крики и смех людей.

* * *

На концерте Станислав чувствовал себя двояко. С одной стороны он очень хотел посмотреть, как выступает Милана. А с другой, Ира будет его опять доставать. Немного подумав, молодой человек решил, что на Милу посмотреть стоит. Он не знал, почему это происходит, что когда она появляется или парень о ней слышит, в груди теплеет. Любит ли он ее? Хочет ли любить? На это вопросы парень не знал. Стас просто хотел, что бы Милана была рядом. Он видел и более красивых девушек (чего ведь только в столице не увидишь), но не одна ему была не нужна, как эта. Девушка с ледяными глазами и сердце, по-видимому, тоже ледяное. Не зря же за глаза ее Снежной Королевой кличут. Станиславу ужасно хотелось узнать правду. Вот только кто ее расскажет?

Неподалеку от Барского был Денис, еще один претендент на сердце девушки. Королев очень не возлюбил Стаса. Во-первых, Барский постоянно крутился около Милы. Во-вторых, после его появления в университете девушка себя странно ведет: ругается и дерется. А ведь за ней никогда такого никто не замечал. А ведь Денис любит Малинину уже давно. Сначала был Паша, потом годы равнодушия. И теперь, когда Королев набрался смелости, появился этот чурбан, так 'ласково' про себя называет Денис Станислава. 'Она все равно будет моя!' пронеслась мысль в голове парня, когда тот увидел, как смотрит на Милу его главный соперник.

Стас, увидевший, как его прожигают взглядом ненависти, улыбнулся во все тридцать два, пытаясь передать мысль 'ты мне не соперник'. Интересно, как же они отреагируют на третьего? А то, что может появиться еще один, парни не задумывались. Может, зря?

Когда Милана вышла на сцену, внимание обоих парней обратилось к ней. Пела она красиво, играла хорошо. Вот только горечь просачивалась в ее голос. Денис недовольно поморщился, прекрасно зная причину этой горечи. А Стас слушал и понимал, что находится с ней на одной волне. Ведь эта песня прикрывает занавес души. И почему-то парню казалось, что девушка сейчас переживает потерю. И, видимо, эта потеря включает в себя не только ее маму. Барский пристально смотрел на Милу, пытаясь передать свои мысли 'я тоже знаю, что такое потеря'.

На пристальный взгляд девушка отреагировала странно, как показалось Барскому: руки затряслись, голос едва слышно задрожал. Если вслушиваться не очень внимательно, то этого не услышать. А вот Стас слушал очень внимательно. Парню безумно нравился голос девушки: ласковый, приятный, нежный…

После выступления четы Малининых, и Королев, и Барский поспешили за кулисы. Но девушка их перехитрила, схватив, неизвестно, как раньше пришедшую Машу (ведь она сидела рядом со Стасом), убежала в неизвестном направлении.

— Может, мы отметим мой дебют, — рассмеялся Максим, стебано произнося слово дебют. Но если честно признаться выступать ему понравилось. Рядом была сестра, которую он поддерживал, которая поддерживала сама. Ведь у двойняшек есть связь, через которую можно передавать эмоции.

— Давайте, — хором согласились все.

— А куда пойдем? — спросил кто-то. Народ призадумался и каждый начал предлагать варианты, куда можно отправиться.

— Пойдем ко мне? — предложил Макс, у которого от гула студентов голова трещать начала. Толпа восторженно взревела и все понеслись собирать свои хилые пожитки, девушки пообедали пудрить носики и подкрашивать губки.

— А куда Милана пошла? — спросил Стас, который очень хотел с ней поговорить.

— Я не знаю, — честно признался Малинин, наблюдая, как зубами скрипит Денис. Макс старался не вмешиваться в личную жизнь других. Так как хотел, чтоб и в его не вмешивались. Молодой человек прекрасно знал, что испытывает к его сестре Королев и искренне сочувствовал, что ему не везет в любви. Денис даже просил поговорить с Миланой, но Максим искренне считал, что сестра уже большая девочка и сама может сделать выбор. А сейчас глядя на Станислава, ему показалось, что он больше подходит Милке. Но девушка она очень не предсказуемая, поэтому могла опрокинуть обоих. Парень усмехнулся и мысленно пожелал им удачи.


Через полтора часа Максим и Стас уже были на месте. Скоро должны подтягиваться гости. Ирина — домработница, наготовив легкой закуски, ушла домой. Она любила выполнять просьбы детей. Ведь она действительно считала их практически своими.

— Макс, — немного помялся Стас. — А Мила придет?

— Она сказала, что с Машкой присоединятся позже. Позвони ей, а я пока накрою полянку. — Побежал Максим за спиртными напитками.

'Как будто я не пытался' подумал Барский. Он ей уже раз пять звонил, только все звонки девушка настойчиво скидывала.

— Я открою, — услышал звонок Станислав, видя, как из комнаты вышел Максим, нагруженный выпивкой.


Гости пришли толпой. Всем хотелось увидеть, как живут Малинины. Мила ни с кем не общалась, а Макс не приводил домой девочек, так, что все удивленно осматривались. Только Денис был до сих пор недовольный. Когда он ехал в надежде увидеть Милу, которой, как оказалось, нет дома. Барский тоже действовал на нервы. Пока многочисленные гости уничтожали выпивку и закуски, Стас кому-то пытался дозвониться.

Сам же Стас чувствовал на себе две пары глаз. С одного конца светлой гостиной влюбленным взглядом сверлила Григорьева, при взгляде на которую зубы начинали зудеть. А с другого конца кидал убийственные взгляды Королев, который догадывался, кому звонит Барский.

— Кому звонишь? — все-таки не выдержал и подошел к Станиславу Денис.

— Не твое дело! — раздраженно ответил парень. Дениса он не возлюбил так же, как и Денис его.

— Если Миле, то не старайся, — был осведомлен парень о привычках возлюбленной.

— Почему? — невольно спросил Стас.

— Если она не берет трубку, значит, не хочет разговаривать, — проговорил молодой человек, чувствуя превосходство — она, ведь не хочет с этим чурбаном общаться. — Неважно сколько раз ты ей позвонишь — сто или двести.

— Слушай, ты… — зло начал парень, но его грубо перебили.

— Это ты слушай и запоминай! Мила моя! Я ее долго ждал и не позволю, какому-то ублюдку ее у меня забрать!

— Твоя? — удивился Станислав. — Вот только на ней не написано, что она твоя. И если ты хочешь знать, я отстану от нее тогда, когда она сама попросит. Понял? — Почти выплюнул слова парень, которого вся это ситуация 'моя', 'не твоя' просто убивает.

— Попросит, вот увидишь. Я ее знаю больше десяти лет, — пытался показать превосходство Королев, но допустил ошибку.

— Ха, ха, ха, — раскатисто засмеялся Станислав. — Если она за десять лет на тебя ни разу не посмотрела, то сомневаюсь, что сейчас посмотрит.

Смех и эта фраза окончательно выбили из Дениса равновесие. И решил сделать проще, просто врезать кулаком по скуле. Но хук справа Барский выдержал и ударил в ответ. Максим, видевший разговор парней, быстро вмешался, и при поддержке Саши Ткачева, который учится вместе с Максом и Ставом, разнял парней.

— Вы что, охренели в конец! — орал на парней Максим. — Вы вообще-то в гостях. Хотите драться — валите отсюда. Денис, я не понял какого хрена?

Денису не понравилось, что Максим, его друг встал на сторону Стаса. Видимо, его совершенно не волновал тот факт, что драку начал он сам.

— Не сдержался. Прости, Макс. Я пойду, наверное, — решил покинуть вечеринку Дэн. Милу, скорее всего он не увидит, так что можно смело валить.

Останавливать его никто не спешил. Многие знали вспыльчивый характер Дэна, поэтому здраво решили, что ему нужно проветриться.

— Стасик, Стасик, — голосила Ира. — Милый, ты в порядке?

— Да отвяжись ты от меня, дура! — стало последней каплей слово 'милый'.

Сколько ей уже можно объяснять, что между ними ничего нет и быть не может. Но эти слова Ира пропускала мимо ушей, считая, что Стасу надо подготовиться, чтобы выставить их 'большую любовь' на всеобщее обозрение.

— Пойдем, выпьем? — предложил Малинин, чтобы успокоить парня. А то на Ирку еще накинется. Максим понимал, что друг на него обиделся, что тот не встал на его сторону, а Денис сам виноват. Зачем сразу кулаками? Максим, хоть и умеет драться, но не любит, ведь все можно решить словами. И вставать ему на сторону виновного, воспитание не позволяло. Может он и бабник, но справедливый, как и Милана. Их мама, Елена, приложила руку их воспитанию.

Через пару часов вечеринки почти все были пьяные и радостные, особенно Стас. Ирка куда-то подевалась и не достает. Можно, наконец-то расслабиться и дождаться Милу. Если она, конечно, придет.

После еще нескольких бокалов пришло пополнение. Пьяная хозяйка квартиры — Милана и не менее пьяная Маша. Девушки прошли в середину гостиной, немного пошатываясь, и оглядели затуманенными глазами присутствующих. Мила — недовольно, Маша — удивленно.

— А что вы здесь де… де… делаете? — заикаясь, спросила Станина. Милка соглашаясь с вопросом, закивала головой так, что та начала кружиться еще больше.

— Мы, вообще-то наш дебют отмечаем, на который вы, прекрасные леди, должны были придти раньше и не в таком виде, — возмутился Максим.

— А. а чего тебе наш вид не нравится? — уперла руки в бока его сестра, смешно надув губки.

'Вот бы их коснуться', губ в смысле, подумал Стас, наблюдая за Милой. Этим занимались и остальные. Увидеть первую красавицу и отличницу университета в таком виде для многих было шоком.

— Ты знаешь, сколько мы себя в порядок приводили? — продолжала возмущаться девушка.

— Я не это имел в виду. Пьяные почему? — как ребенка спросил Максим свою сестру.

— А вы? — резонно спросила Маша.

Кто-то предложил выпить и все его поддержали. Стас не мог к ней подойти, потому что от такой Милы, ответов он не добьется.

Когда все присутствующие решили поиграть в бутылочку, Мила ретировалась в комнату. Пока она поднималась на второй этаж, Машка крутанула пустую бутылку из-под виски. Бутылка, не долго, думая, указала на Максима. Играющие восторженно взревели, Макс ехидно улыбнулся, а сама Машка недовольно подживала губы. Целоваться с братом подруги ей не хотелось, но пришлось…

Как только их губы соприкоснулись, оба почувствовали приятное тепло, проходящее по всему телу и, проходя через кожу, врезается в кровь. Никогда Максим не получал от поцелуя такого удовольствия. Поцелуй был легким, но полным нежности. Максиму не хотелось его заканчивать.

От волшебства поцелуя их оторвал женский визг, смешанный с болью.

* * *

Придя домой, и, увидев кучу народа, я была недовольна. Но заметив полупустую, бутылку виски в руках брата сразу подобрела. Наши гости удивленно смотрели на меня. Смотрите, смотрите. Когда вы еще увидите гордость университета в таком непотребном виде.

Когда эти алка… простите, люди захотели поиграть в бутылочку, я поняла — пора спать. Стас и так вот глаз не сводит, но не подходит, слава Богу. А если я еще с ними играть останусь, то придется с кем-то целоваться, а мне этого делать не хотелось, совершенно.

Дойдя до ступенек, я ухватилась за перила. Просто вокруг все так весело заморгало, закружилось и запрыгало, что я забоялась, что в комнату вообще не попаду. Пока я пыталась преодолеть препятствия, гости восторженно зашумели. Оглядывать, что бы узнать чему они так рады я не стала. Мне и так сейчас тяжело.

— Я дошла! — восторженно произнесла я, когда коснулась ручку. Дверь открылась и моему взору предстала убийственная картина. На моем мягком ковре, обложившись моими личными дневниками (наверно все девочки в детстве его вели) и фотографиями, которые, между прочим, были спрятаны под кроватью в коробке, сидела Ира Григорьева.

Я так и застыла в дверях, не замеченная этой сучкой. Руки сжались в кулаки. Вы можете представить, что я чувствовала? Это как в душу залезли, и не просто так, а для зла. Почему в моей жизни все плохо? Неужели я сделала, что-то очень плохое?

Комната начала сужаться до размеров маленького кружка, на котором расположилась эта дрянь. Она держала в своих грязных руках мою душу для того, что бы потом в нее плюнуть. Я не могла вздохнуть. Мне уже начало казаться, что воздух исчез вообще. Над моей головой начали появляться тучи, из которых слышался гром, и летели молнии. Я ведь много не просила, я просто хотела забыть. А сейчас глядя на мои фотографии, лежавшие на полу, я ощутила приступ боли, самой острой, которую может испытать человек.

С фотографий смотрели улыбающаяся мама, Пашка, нежно обнимал меня за талию. Там лежало наше общее фото, фото нашей семьи: мама, папа, я, брат. Рядом с нами были Машка, Лера, Паша, которые когда-то были членами нашей семьи. Она брала мои воспоминания? Она знает, что случилось? Знает, что чувствовала? Знает. Как же хочется ее разорвать. Эта мразь сидит и читает отголоски моей души. Место, где никому нельзя бывать, кроме меня. Теперь она знает ответы на многие вопросы.

Вы можете представить, что чувствует птица, прилетевшая в свое гнездо, и не обнаружила там своих детей?

А то, что вы тщательно скрывали ото всех, и даже от самых близких — стало достоянием общественности?

Или то, из-за чего у вас болит сердце или душа высмеивают на центральном канале? И все это видят, но не просто видят, но еще обсуждают и смеются.

Именно это я сейчас и чувствовала. В висках застучало, кровь забурлила, сердце выстукивало барабанную дробь, даже глаза от злости и безысходности покрылись красной пеленой. Перед глазами заплясали маленькие, но злобные и противные чертики.

Теперь вместе со стенами начал двигаться и потолок. Он опускался медленно, но уверенно, собираясь накрыть меня с головой. Им на помощь пришли тучи и мрак, обещая полностью меня захватить.

Сколько я уже не дышу? Может я умерла от недостатка и кислорода? Закрыв на мгновенье глаза, я поняла, что жива. Но сейчас точно кто-то умрет. И это буду не я! сейчас только вздохну, наберу кислорода в легкие и убью ее! И меня не волновало, что со мной будет. Мне хотелось только одного, что бы эта мразь не открывала рта, а в идеале просто перестала дышать. Что со мной? Я не была такой кровожадной. Не знаю, чего я ждала, но когда эта тварь улыбнулась, я поняла — все! То, что держало меня на месте — разбилось и осыпалось к ногам. Когда я вновь почувствовала сердце, я издала судорожный вздох, который услышала эта покойница. Она быстро вскочила на ноги, и с ее колен посыпались фотографии. Мои фотографии, черт ее побери. Чтоб она в аду горела!

Ира смотрела на меня, и в ее взгляде не было раскаяния. В глазах и на губах было ехидство. Я не ждала от нее жалости, или понимания. Я думала, ей будет стыдно, что хозяйка комнаты, в которой лазила эта тварина, поймала ее с поличным. Я не угадала. И в тот момент, когда на ее губах появилась самодовольная улыбка, я не выдержала.

В одно мгновенье я подлетела к ней и схватила за волосы, а волосы у нее длинные — схватить было за что. Она еще не понимала в чем дело, да и я себе отчета уже не отдавала. Сейчас я сделаю убийство в состояние аффекта (ст.107 УК РФ, ограничение свободы на срок до трех лет или лишением свободы на тот же срок — недаром на заочке на юриста учусь).

Я протащила ее за волосы по всей комнате, потом со всей силы ударила ее о стену. Что-то хрустнуло, я искренне надеялась, что это череп, а потом брызнула кровь. Она что-то пыталась говорить, визжала. И когда я хотела ее ударить ее раз, меня остановили сильные руки.

— Стас, держи ее крепче, — в панике орал брат. — А лучше уведи в спальню.

* * *

Девичий визг ударил по нервам всем присутствующим. Милана никогда не визжит. Макс знал это прекрасно, это знала и Маша. Значит, в ее комнате кто-то есть. И кто бы, это не был, ему сейчас будет плохо… очень.

Комната девушки состояла из двух половин: гостиная и спальня. В свою спальню Мила не пускала даже брата. Да и проход в гостиную был не всем открыт.

— Оставайтесь все на местах, — крикнул Максим, побежавший в комнату сестры. И, наверно, он должен сказать спасибо Маше и Стасу, которые побежали за ним.

Стас думал, что кричит Милка, и сердце болезненно сжалось. Вбежав в комнату, они увидели, как Ира врезается лицом в стену, ну не без помощи Милы, конечно. На ковре валяются кучка тетрадей и фотографий. Максим сначала оторопел, наблюдая, как из разбитого носа Григорьевой лилась ручьем кровь на ковер. Мила решительно подходила к девушке, явно собиралась что-то сделать еще.

Ее обычно синие глаза были почти черного цвета. Такой ее ни брат, ни подруга никогда не видели. Сейчас девушка была похоже на приведение: лицо бледное, а на нем выражение, как у маньяка, который собирается отправить свою очередную жертву в последний путь. Из черных глаз летят искры, губы скривились в зверином оскале.

Спасибо Стасу, который успел схватить Милку. Тут Максим все-таки очнулся и попросил Барского увести девушку. Взгляд Станислава зацепился за очень яркую фотографию.

На улице осень. Деревья покрылись золотом и багрянцем. Но по видимому было тепло, потому что люди на ней были легко одеты. Девушка в ярко-зеленом платье. На ее лице играет счастливая улыбка, а в глазах — любовь. Молодой человек был в такой же яркой зеленой футболке и белых брюках. Он нежно обнимал Милану за тонкую талию, а это была именно она, и счастливо улыбался в камеру. От этой фотографии исходили флюиды любви, нежности и большой привязанности.

Парень недовольно поморщился и потащил все еще сопротивляющуюся Милу в спальню. Через пару минут девушка успокоилась и просто обвисла в крепких мужских руках. Стас взял Милану на руки, она оказалась легкой как пушинка, и сел на большую двуспальную кровать, все так же продолжал обнимать Милану.

* * *

В это время в гостиную спустилась Маша и проводила гостей на выход, извиняясь за все. Ничего не понимающие люди, пожали плечами и направились на выход. Кто-то из них решал, куда можно сходить еще.

Макс долго стоял посреди комнаты и разглядывал то Иру, то фотографии и тетради. Если к нему так ворвались в комнату и стали лазить в воспоминаниях — он бы убил этого человека. Что в принципе и пыталась сделать его сестра. В комнату вошла Маша, и не говоря не слова начала собирать вещи подруги в коробку, стараясь не глядеть на них.

— Я на нее заявление напишу, — разрезал тишину голос Иры.

— Ага, давай, — согласился Макс. — Только помни, что ты вторгнулась на чужую территорию, может даже украла что-то. — Кивком Максим показал на золотой браслет с алмазной крошкой на ее руке.

Вообще-то Ира не хотела его красть, а просто хотела примерить. А Макс тем временем продолжал.

— У нас свидетели есть: я, Маша, — и немного подумав, добавил. — Думаю, Барский станет на нашу сторону. Ну, что милицию вызывать? Тебя ведь с поличным поймали.

— Я все поняла, буду молчать, — все же пришлось признать девушке свою неправоту.

Максим решил напугать ее еще больше, ну мало ли, трепаться где начнет. Когда Григорьева уяснила, что с ней может случиться, ее отпустили восвояси.

* * *

Пока брат и подруга Миланы разбирались с проблемами, Стас укачивал Милу, как ребенка. Девушка доверительно расположилась, обняла и уткнулась носом в шею. Теплое дыхание Милы приятно щекотало кожу. Когда молодой человек пытался положить девушки на кровать, Милана протестующе засопела и сказала почти беззвучно 'останься со мной'. Стас, услышавший эти слова, прижал хрупкое девичье тело к себе сильнее.

Когда Машка и Максим зашли в спальню, они невольно улыбнулись, увидев такую идиллию.

— Почему не положишь? — кивком показал на кровать Максим.

— Она не хочет, — Стас и сам не хотел ее отпускать.

— Дай ее мне, — Макс протянул руки к сестре.

Но Милана к брату, как и на кровать не хотела.

— Ладно, — буркнул Малинин. — Можешь остаться с ней, но если…

— Ты слишком плохого обо мне мнения, — возмутился Барский, стараясь не разбудить эту спящую красавицу.

— Я уверен, что не ошибся в тебе, — по-доброму улыбнулся Макс. И вместе с молчаливой Машей удалились.

Стас долго смотрел на девушку и улыбался. Хоть ее лицо было очень бледным, но она все равно была красива.

— Что же нам делать? — сам у себя спросил парень. Спать хотелось ужасно! Поднявшись с кровати, он убрал с нее покрывало. Вместе с Милой залез под одеяло, которая по-прежнему продолжала его обнимать.

Станислав прижал девушку крепче, уткнулся носом в волосы. Вздохнул приятный аромат и тоже уснул.

* * *

Просыпалась я долго. Пить хотелось ужасно! Разумеется, вчерашнего вечера я не помнила. Вздохнула. Ммм… какой запах приятный. Интересно откуда он?

Веки были тяжелые, наверно, поэтому глаза не хотели открываться. Я уже хотела встать с закрытыми, но рука, которая лежала на моей талии, прижала меня, обратно к кровати. Значит, вставать еще рано. Стоп! Какая еще рука? Глаза моментально открылись, и перед моим взором предстал Стас. Он что со мной спал? У нас что-то было? Боже, этого не может быть! Заглянув под одеяло, я поняла, что одетая. Вух, пронесло! Какое пронесло! Почему Барский в моей постели?

— Стас? Стас! — тихо спросила я и потрясла его за плечо. Почему тихо? Да потому, что я подумала, если бы братец видел, как я привожу парня в свою комнату, то спустил бы Барского с лестницы, ну и меня за компанию. Значит, он не видел? Или видел?

— Доброе утро, Мила! — пробормотал он, поворачиваясь на другой бок.

— Что значит, доброе? — зашипела я на парня, пытаясь вспомнить события прошлого вечера.

— Слушай, отстань, а. Я спать хочу! — полностью залез парень под одеяло.

Я даже растерялась. Проснулась в своей кровати с парнем, который мне объяснить ничего не может. Миленько, правда?

— Что значит отстань? Какой спать? Ты что здесь делаешь? — начала заводиться я. То, что я не помнила события прошлой ночи, злило еще больше.

— Проснулись, голубки? — со смешком спросил Максим, протягивая мне стакан с водой, в ней пузырилась таблетка. Рядом с Максом стояла Маша, которая была погружена в свои мысли.

— Проснулись, — буркнула я. Значит, он знал. Я потянулась за стаканом и быстро осушила его. Интересно, от чего таблетка похмелья или от головной боли? А, не важно! Главное горло промочила.

— Ага, проснулись, — поддержал меня Стас, а потом счел нужным добавить. — Поспишь с ней, конечно. Сама выспалась, а другим типа не обязательно. Сочувствую я твоему будущему мужу.

— Какому мужу? — совсем обозлилась я. — Я тебя спрашиваю, как ты оказался в моей постели?

— Мил, а ты что совсем ничего не помнишь? — спросил Максим без тени улыбки.

— Если бы я помнила, то не спрашивала, — что за глупости? Они что издеваются? Неужели так трудно рассказать? — Короче, вываливайтесь из моей спальни в гостиную. Я сейчас схожу в душ, а когда выйду, вы расскажите мне все! Вам понятно? — Зловеще проговорила я. Я не была зла, потому, что сама виновата. Не надо было вчера так напиваться.

Приняв холодный душ, я вышла в гостиную. На меня смотрели три пары глаз. И одна пара смотрела так, что мне захотелось сбежать.

— Перестань на меня так смотреть! Если ты провел ночь в моей постели, это ничего не значит, — возмутилась я, стараясь не смотреть Стасу в глаза. — Рассказывайте. — И они рассказали. По ходу их повествования, настроение уходило. В теплые края, наверно. Я начала усиленно тереть виски, пытаясь хоть как-то вспомнить события вчерашнего дня.

Вот же Григорьева падлюка. Надо было ее все-таки грохнуть еще в раннем детстве — проблем бы было меньше. Вот не люблю я таких людей. Она что компромат на меня искала? Хотела, таким образом, Стаса от меня отвадить. Да если б был такой, я бы сама воспользовалась, что б он отстал. А если нет, то зачем ей это все? Зачем надо было лезть в мое прошлое? Что бы понять мое настоящее или изменить будущее. Где-то внутри неприятно кольнуло.

Вроде жила, никому плохого не делала, и зла никому не желала, так почему фортуна от меня отвернулась? Может я совершила страшный грех, и теперь небеса наказывают меня? В голове закружился вихрь из мыслей, и я никак не могла ничего понять.

— Хватит! — возразила я, когда рассказчики дошли до места, где я не хотела расставаться с Барским. Сам он сидел и довольно улыбался. Я была вчера в состоянии не стоянии! Не чего так лыбиться. И вообще, я же не жениться ему вчера предлагала. Надеюсь, что не предлагала. Хотя, я сомневаюсь, что такой перспективе он был бы рад.

Максим замолчал, смотря на меня с сожалением. Как же меня убивает эта ситуация.

— Как ты? — произнесла свои первые слова за утро подруга.

— Могла бы быть и лучше. Оставьте меня, пожалуйста, — попросила я своих визитеров.

Через мгновенье я осталась одна. Думать не о чем не хотелось. Я подошла к своей кровати и достала из-под нее свое прошлое. Коробка была большая и тяжелая. Открыв ее, я сразу увидела нашу последнюю фотографию. Золотая осень, я в зеленом платье и рядом Паша, одетый в такую же яркую футболку.

Странно, но злости я уже не испытывала, осталась небольшая обида. Интересно, его черти в ад затянули или еще не успели?

От мыслей меня отвлек деликатный стук в дверь.

— Можно? — спросил Стас, заглядывая. Я поспешно закрыла коробку.

— Да, заходи, — разрешила я.

— Мил, может я не во время, но ты обещала сходить со мной поужинать.

Да горбатого только могила исправит. Ведь я даже не сомневалась, что он предложит, что-то подобное. Хотя чему я удивляюсь? Это же Барский Стас.

— Ну, раз обещала, значит сходим, — сказала я, от своих слов не отказываюсь.

— Тогда я заеду сегодня в восемь, — даже не спросил, а просто поставил перед фактом.

— Сегодня? Но…

— Пожалуйста, — перебил он меня, смотря на меня жалостливыми глазами.

— Ладно, буду готова, — согласилась я, тяжело, вздыхая.

Через несколько минут после ухода Стаса, пришла Машка. Ну, я же попросила их оставить одну. Она сидела, молча, минут пять, а потом предложила.

— Пойдем, погуляем?

— Нервишки полечим? — спросила я.

— А? — не поняла меня подруга.

— Шопинг, Маша, шопинг! — проговорила я.

— Ты хочешь? — спросила подруга, выделяя местоимение.

— Хочу, — закивала я головой так, что она опять начала кружиться.

Мне надо было проветриться. А покупки лечат нервы, наверно, всем девушкам.

* * *

Через час мы уже ходили по магазинам. Я рассказала, что иду сегодня ужинать со Стасом. Подруга удивилась.

— Он тебе нравится? — осторожно спросила, всегда деликатная подруга.

— Не знаю, — честно ответила я. Ведь если задуматься, я никогда, не обращала внимания на окружающих парней. Я вполне комфортно чувствовала себя одна, наверно…. а Стас, я даже не знаю, нравится он мне или нет.

— Как не знаешь? — удивилась Машка.

— Маш, ты видишь, что со мной сейчас творится? Я чувствую, что меняюсь. Я понимаю, что прошлое уходит, давая место новым возможностям, но… но я боюсь этих возможностей. Мне становится страшно, если прошлое решит повториться. Для меня это будет слишком, — говорила я взахлеб.

— Ладно, не будем. А, — спохватилась подруга, — как насчет Дениса?

— А что Денис? — не поняла я.

— Ну, он к тебе ведь тоже не ровно дышит. Он знает твою истории… Думаю, что он не сможет так же. Ведь он давно тебя люб… — под моим строгим взглядом подруга поправилась. — Ты ему нравишься.

— И на его счет тоже ничего сказать не могу. Давай лучше купим что-нибудь.

На счет Королева думать еще тяжелее. Я знаю его давно. Он постоянно с Максом общается. Приходил к нам почти каждый день, но никогда я не замечала за собой больших симпатий к нему. Хотя может потому, что уже была влюблена и никого и ничего не замечала вокруг себя? Так, я вообще-то не думать сюда пришла!

Предметом своего набега мы выбрали самый большой торговый центр нашего города. 'Пирамида', именно так он и назывался, находился в центре города, имел семь этажей, и каждый этаж имел просто гигантские площади. Здесь легко можно заблудиться, что в принципе большинство приезжих и маленьких детей именно это и делали. Само здание было выполнено из высококачественного стекла, и, гуляя по магазинам сверху можно увидеть большую парковку и небольшую площадку с лавками, статуями и фонтанчиками.

Первый магазин с одеждой нам попался только после того, как мы прошли большой книжный магазинам, сувенирную лавку и магазин с различными дисками.

— 'Каролина', новый, наверно, — проговорила задумчиво подруга, глядя на нежно- фиолетовую вывеску. — Зайдем?

— Давай, — пожала я плечами.

Выкатились мы оттуда только через час. Мы успели перемерить все: джинсы, платья, блузы и топы. Продавцы нам приветливо, улыбались, а сами, наверно, мечтали, что б мы ушли побыстрей. И теперь имея по два пакета в руках, мы направились сводить с ума продавцов других отделов.

— Мне кажется, что нас тут надолго запомнят, — хохотала Маша, когда мы покинули уже пятый по счету магазин.

— Ну и что? Это их работа. Ну, я же не виновата, что продавщица в последнем магазине полная дура.

Мы так умотались, что зайдя, сказали, что бы нам, что-нибудь предложили. Ведь не мне, не Машке уже не хотелось лазить по полкам и стойкам. Со словами: 'у нас есть, кое-что для вас' продавец удалилась. А когда принесла это 'кое-что', мы чуть обморок не упали. Почему? Да потому, что в этом даже на панель выйти стыдно (простите за выражение).

— Осталось только в обувной? — спросила я, отпивая глоток горячего шоколада, в кафе под названием 'Dolche Latte', в который мы зашли отдохнуть.

— Ага, — ответила Станина, засовывая в рот ложечку с клубничным мороженым. Я вот мороженое как то не очень люблю. — Слушай, я мобильник у тебя забыла. Дай телефон, я Димке позвоню, он наверно волнуется.

Я скривилась, но телефон дала. Честно сказать этот Дима мне никогда не нравился. Он хоть и симпатичный и высокий, но небо, какой, же он — скучный, занудный и жадный тип. Я считаю, что подруга заслуживает лучшего. С ним Маша встречается почти два года, и я ни разу не слышала, чтоб он одобрил, хоть одну Машкину идею. Но раз подруга его любит, то я не хочу лезть. Хотя, когда она что-то рассказывает о нем, ее лицо кривится, совсем не как у влюбленной девушки.

В данный момент он отчитывает Станину за беспечность, мол 'нельзя забывать телефон, а вдруг, что-то важное случится'. Помню в прошлый раз, его срочное было, когда у него оторвалась пуговица на любимой рубашке, которую его родительница привезла из-за границы.

Вот теперь он просит, что бы его возлюбленная, не тратила много денег на покупки. И почему он постоянно считает чужие деньги? Она же не его деньги сейчас тратит.

Вот, например, на прошлое Машино день рождение, Дима вместо поздравления, ругал ее за то, что она купила жутко дорогое платье. Но если честно сказать, оно того стоило.

Закончив разговор, девушка потерла виски.

— Как же иногда он бесит! — горячо воскликнула она.

— Брось его, — я же говорила, что не имею к этому типчику теплых чувств.

— Что? — удивилась подруга. — Я же люблю его.

— Я тебе просто вариант предложила, — пожала я плечами, но самой мне этот вариант очень нравился.

— Пойдем лучше в обувной? — предложила Станина.

С обувью у нас проблем никогда не было и в скором времени мы уселись в машину. Наши пакеты занимали полностью весь багажник и заднее сиденье.

— Мил, — укоризненно произнесла Станина, видя, как я прикуриваю сигарету.

— Ну, хоть ты не начинай, а.

Хватит с меня того, что Макс постоянно меня за это дело ругает. И вообще эта первая за месяц. Нервишки полечить надо. И я честно сама себе обещаю, что в скором времени брошу совсем.

Сначала я отвезла Марию домой, а потом направилась в свои пенаты. Когда я подъехала к дому поняла, что одной мне это все не унести, а несколько заходов ходить не хочется. Пришлось вызывать, на подмогу Максима, который долго и очень заковыристо ругался, когда нес мои пакеты.

— Вот, на фига тебе столько? — возмущался брат, пытаясь протиснуться в лифт. А получалось у него, кстати говоря плохо. — Ты ведь даже половину из этого не оденешь.

— Не ворчи, я и тебе кое-что купила.

— Да? — сразу смягчился Максим. Я знаю, как его можно задобрить.


— Спасибо тебе, любимая сестра! — разглядывая в зеркало новый прикид. Светло- синие дизайнерские джинсы и белую футболку с графической надписью.

— Всегда, пожалуйста, — ответила я, улыбаясь. Все-таки приятно радовать любимых людей. Я уже и забыла, как это.

— А это все? — косо взглянул на меня братец, который прекрасно знает свою сестру.

— Нет, — засмеялась я, отдавая ему большую коробку и пакетик, там находились белые ботинки и белый ремень.

Максим улыбнулся во все 32 зуба и обнял меня.

— Ты чего? — удивилась я, ведь мы уже не дети для таких проявлений в чувствах. Или для таких вещей возраст не помеха?

— Я уже и забыл, как и звучит твой искренний смех.

Ответить на это мне было не чего, и я просто улыбнулась. Я не смеялась потому, что не над чем раньше было. А сейчас на душе спокойно, даже не знаю почему. Вот, же блин скоро Барский заедет, а я еще не готова. Надо быстренько в душ.

* * *

Через два часа я была накрашенная, расчесанная и одетая, разглядывал свой внешний вид в огромное зеркало. Платье густых сапфиров очень шло к глазам. Натянув купленные сегодня же сапожки с широким голенищем, очень хорошо сочетались с платьем.

— Вау! — проговорил Максим, появляясь в дверях. — Ты куда такая красивая?

— На ужин, — посмотрела я на брата, который начал ходить вокруг меня, как дети около елки.

— С кем же? — с подозрением спросил Макс, нюхая новые духи. Ответить мне не дала Ирина.

— Мила, к тебе пришли. Ждут в гостиной, — сказала она, широко, улыбаясь.

— Хорошо, Ирина, угостите гостя кофе и скажите, что я буду через десять минут, — Почему-то сразу почувствовала себя не комфортно.

— Хорошо.

Когда Ирина удалилась, Максим сразу набросился на меня с расспросами, но так и ничего от меня не добившись, решил сам посмотреть, кто решил пригласить его сестренку. Представляю удивление Макса, когда он Барского увидит. Еще раз, критически осмотрев себя в зеркало, я все-таки решила спуститься.

Когда я спускалась с лестницы, я слышала, как брат вопрошал и не давал блондинчику отвечать на его вопросы. Смысл их был таков 'Вы на свидание идете?' или 'Как ты ее уговорил?' и 'Неужели она согласилась?'

Нет, блин не согласилась! И это вообще не свидание, а просто ужин. Ух, ты, а Стас тоже принарядился для нашего… просто ужина? Кремовые брюки и белая рубашка.

— Мила… — больше ничего сказать он не смог, когда увидел меня. Да, да, я знаю, что выгляжу сногсшибательно.

— Мила, — согласилась я.

— Прекрасно выглядишь, — восторженно сказал Станислав.

— Спасибо.

— Так, — вмешался брат. — Если с ней что-нибудь случиться — я тебя убью! Понял?

— Доставлю в целости и сохранности, — серьезно ответил Барский, не отводя от меня глаз.

— Ну, тогда желаю хорошо провести время на свидании, — разулыбался родственник.

— У нас не свидание! — в один голос возразили мы.

Максим рассмеялся, и, сказав что-то типа 'Да я тоже так наряжаюсь на не свидание' и ушел к себе в комнату. По-моему, он тоже куда-то собирался. Для начала спрашивая, встречается ли Машка с этим занудой, и, получив положительный ответ, надулся, и пошел звонить очередной дурочке. Станина ему, что ли понравилась? С чего это вдруг?

В прихожей Стас помог мне надеть кожаную куртку. Какой галантный!

— Как от тебя приятно пахнет, — медленно протянул парень, вдыхал где-то в районе моей шеи. Я вздрогнула и резко повернула к нему лицом, чем совершила стратегическую ошибку.

Я стояла нос к носу со Стасом, ведь разница у нас в росте не большая. Он смотрел, мне в глаза, не мигая. А мне стало немного неловко. Его рука медленно поднялась и погладила меня по щеке.

— Какая нежная, — тихим шепотом сообщил Барский. И я почувствовала на своем лице теплоту его дыхания. Я продолжала, молча, смотреть на парня. Язык перестал слушаться. А молодой человек тем временем продолжал.

— Ты очень красивая. Я, таких, еще не видел. Ты мне нравишься, — почувствовала тяжесть его руки на своей талии, вторая продолжала лежать на моей щеке.

— Кхм… кхм, — кашлянул Максим. И мы мигом отстранились друг от друга. — Я думал, что вы уже давно ушли.

— Да, мы уже уходим, — быстро вышла я за дверь.

Спустились мы, молча, только открывая мне дверь своего темно-вишневого Lexysa, Стас сказал: 'не забудь пристегнуться'. Я села в прохладный салон, в котором пахло кожей и мятой.

До места мы доехали минут за сорок. Всю дорогу мы не произнесли ни слова. Наверно, мы до сих пор находились под впечатлением после сценки в нашей прихожей.

Как я и боялась, Стас привез меня в 'Лирику' и почему то я уверена, что столик он заказал именно на третьем этаже. Как раз там, где влюбленные устраивают себе романтические свидания. Ну что за невезуха?

— Прошу, — открыл галантный Стас дверь в ресторан, куда я покорно зашла.

Мои страхи действительно оправдались, потому что управляющий повел нас именно на третий этаж в самый уединенный уголок. Тысячи свечей продолжали создавать интимную обстановку, а запах цветов пьянил разум и кружил голову.

Барский отодвинул стул, я села со вздохом. И это, по-вашему, просто ужин? Он что вообще обалдел? Ну, подожди Стасик, я тебе сейчас устрою! Но не успела я начать возмущаться, как молодой человек протянул мне, непонятно откуда взявшийся, просто огромный букет ярко-бордовых роз.

— Зачем это? — робко спросила я, вдыхая аромат цветов. У меня даже вазы дома для них не найдется. В ведро, что ли их ставить?

— Хотел сделать тебе приятное, — приятно улыбнулся Стас.

— Все равно не стоило этого делать. И ресторан можно было выбрать другой. У нас просто ужин, а романтическое свидание, — начала я выплескивать свое недовольство, но в глубине души было, действительно, приятно.

— Успокойся, — попросил молодой человек. — Мы просто поужинаем. И никто даже не подумает, что у нас свидание.

— Вы и ваша дама выбрали, что будите заказывать? — склонился над нами официант.

Ну конечно, ведь никто и не думает, что мы с ним парочка. Вот скажите мне, нафига я согласилась, а? Не знаете? Вот и я не знаю.

И вообще, зачем он меня именно сюда потащил? А если нас кто увидит? Пойдут слухи, что Барский все-таки смог соблазнит местную красавицу. Вот же я дура! Дома надо было сидеть, дома. И отец сегодня из своей поездки должен вернуться. Я его, между прочим, уже давно не видела. Мы уже столько с ним не общались, а вместо этого сижу в самом романтическом ресторане города с местным ловеласом.

Еще в мою голову, неведомыми мне путями забралась Григорьева. Скажет ли она что-нибудь завтра? Будет молчать? И почему мне так не везет? Подлые люди постоянные спутники в моей жизни. Не хочу я так жить.

От раздумий по поводу подлости меня отвел Стас, с вопросом, что я буду заказывать. Я попросила заказать его, то же самое, что и он. И принялась дальше думать.

А может мне не везет в жизни потому, что я много думаю? Или наоборот мало? Мама всегда помогала мне разобраться в проблемах, а сейчас даже посоветоваться не с кем. Помню, папа пытался взвалить на свои плечи решения моих проблем, но разве можно общаться с папой, так же, как и с мамой? Я думаю, что нет. Ведь мужчинам не понять наши женские проблемы.

— Мила? — проорал Барский, теребя меня за плечо. Видимо давно пытается окликнуть.

— Да? — спросила я, как-то растерянно моргая. Не знаю как вам, но мне трудно после ухода в себя быстро возвращаться обратно.

— О чем задумалась? Я тебя уже десять минут зову.

— Прости, я задумалась.

— Это я уже понял. О чем задумалась, спрашиваю? — как маленькому ребенку сказал парень.

— А? — опять впала я в прострацию и не услышала его вопроса.

— Мил, ты, где вообще? — мне почему-то казалось, что мы друг друга не понимаем.

— Я задумалась, — еще раз повторила я.

Парень махнул рукой и призадумался. Закусил губу и смотрел на меня, как-то напряженно. Спросить что-то хочет? Или сказать?

— Я хотел спросить, — через десять минут напряженного молчания спросил молодой человек. Нам к этому времени успели принести заказ.

— Спрашивай, — добродушно ответила я. Но как только он задал свой вопрос, вся романтика этого места куда-то пропала. Ну что за парни пошли, а? Даже на свидан… то есть ужин сходить нормально нельзя.

— Тот парень на фотографии. Кто он тебе? — неуверенным голосом спросил Стас.

— Какой фотографии? — равнодушно спросила я.

— В твоей комнате, в той коробке. Осенью вы в зелен…

— Не твое дело! — резко перебила я его.

— Милана…

— Не твое дело! — проорала я, чуть ли не на весь ресторан, испортив романтику остальным.

— Может, я помогу чем? — никак не мог уняться парень.

'Застрелись!' так и хотелось ему сказать.

— Да чем ты мне поможешь? — раздраженно ответила, отбрасывая салфетку в сторону и резко вскакивая. Меня не волновали окружающие, которые с недоумением и укором смотрели на меня.

Сразу же появился услужливый официант, которому тоже захотелось мне помочь. Себе помогите, идиоты. Как же все достало. Так и знала, надо было дома сидеть, а не с всякими придурками по ресторанам ходить. Неужели я стала настолько жалка? Все, кажется, мне пора заняться собой. Пора разгребать свои завалы.

Меня интересует лишь один вопрос. Как у Стаса это получается? Почему каждый раз, сталкиваясь с ним меня, переполняют эмоции? Может кроме него никто не хотел мне помочь? Или никто кроме него не желал, так страстно узнать правды?

Ведь были и другие парни, которые пытались добиться моего расположения. И никто из них не вызывал у меня эмоций — ни плохих, ни хороший. А с этим идиотом их полная куча. И ведь не всегда один негатив. Были моменты, когда мне приятно было рядом с ним. Вот, например, сегодня. Я ведь глаз не могла оторвать, а внутри что-то переворачивалось.

Ага, конечно, переворачивалось там. Это просто обед переваривался. И стоило мне об этом подумать, как я разозлилась на себя, на него, на весь мир и решила сделать то, что обычно делают все, когда не знают, как поступить. Я просто решила сбежать. Может это неправильно, но по-другому, я не смогла.

Я уже вышла на улицу и собиралась поймать такси, как сильные руки повернули меня. Стас не говоря не слова, просто взял и поцеловал меня.

Я пыталась вырваться, но молодой человек крепко держал меня. Его поцелуй был груб и напорист, но мне… мне понравился. Разум куда-то ушел, и тогда я и перестала вырываться. Именно в тот момент изменился и сам поцелуй. В нем было море нежности. Поцелуй стал ласковым и настойчивым. Стас требовал ответа, и мне очень хотелось дать этот ответ.

Мои руки плавно легли на его широкие плечи и тихонько сжали. И он начал целовать еще сильнее. Мне казалось, что он забирает мои проблемы, отдавая свои жизненные силы. Барский обнял меня за талию и прижал так сильно, что я не могла сделать даже вздох. Хотя в этот момент мне этого было не нужно, и я сама прижалась еще сильнее. По спине прошел пожар, сжигая все на своем пути. Нормально ли это? Боже, я такого никогда не испытывала.

Его руки горели на моей талии, так же как и губы на моих губах. Я не знаю зачем, но я пальцами начала мерить его плечи и то, что я обнаружила — мне нравилось.

Сердце забилось, как молоток на наковальне. Может оно тает? И именно в этот момент, когда пришла эта мысль, я нашла в себе силы оторваться и очень грубо оттолкнуть его и зло сказать:

— Все, свою миссию ты выполнил? Или для очередной галочки в твоем списке покорения сердец, ты должен меня в постель затащить?

Взгляд парня похолодел в одно мгновенье. Он стал ледяным и колючим. Мне стало так страшно, что я отошла на шаг назад. А Стас со всей злостью, которая у него имелась, сказал четко, проговаривая каждое слово:

— А зачем затаскивать? — как-то гадко ухмыльнулся он, подходя ближе. — Я уже был в твоей постели, не так ли? Моя Снежная Королева!

Звук пощечины прозвенел как выстрел. Удар был такой силы, что даже у меня рука заломила. Представляю, как больно было ему.

Мы стояли около самой дороги и молчали уже наверно минут пять.

— Молодые люди, едите? — спросил водитель не совсем русской национальности, подъезжая к нам. И пока Стас не успел опомниться, я прыгнула в машину.

Когда мы отъехали, я обернулась. Парень все стоял в той же позе, даже не пошевельнувшись.

* * *

Уже несколько часов я лежала без сна. Уткнувшись носом в подушку, которая сохранила аромат Стаса. Я не понимала, что твориться в моей жизни. Как же я от всего устала! Вот тебе и сходила поужинать. Как из обычного вечера получилась такая лажа?

Отец еще не прилетел. Ирина сказала, что он звонил и сказал, что улетел к нашей бабушке в Италию. Ведь он всегда был так занят, а я последнее время этого не замечала.

Мысли плавно вернулись к вечеру. Сколько я не пыталась выкинуть это все из головы, но у меня ничего не получалась. А ведь глаза этого поддонка, они так красиво блестели. А его руки на моей талии горели. Нравится ли он мне? Не могу сказать. Он симпатичный, но симпатичных вон — полгорода ходят.

На улице зазвенела сигнализация, голова от которой начала болеть просто ужасно. Ветер завывал страшную мелодию, похожую на вой волков. Особо сильные порывы кружили вокруг деревьев, заставляя из ветви качаться в разные стороны. Даже некоторые из них неприятно царапали по стеклу, рождая целый выводок неприятных мурашек.


Я закрыла глаза и перед ними проплыла картинка. Картинка давно забытого детства.

Две двенадцатилетние девочки: светловолосая и черноволосая. Лучшие подруги, почти сестры гуляют по весеннему парку. Громко смеются и что-то бурно обсуждают. Погода на улице просто замечательная. Солнышко ярко светило и согревало всех, кто решил выйти погулять. Парк заполнили мамаши с детьми, влюбленные парочки, хозяева со своими любимыми питомцами. Все радовались рано пришедшей весне, которая принесла с собой тепло.

Птицы, напевали какие- то замечательные песенки. А где-то вдали, играла громкая музыка, и были слышны восторженные крики. Там находился парк аттракционов, куда с большим удовольствием бегали дети. Повсюду сахарная вата и сладкий попкорн, воздушные шарики и вкусное мороженое

— Блин, за что я тебя так люблю? — сказала светленькая.

— А я тебя за что? — в тон подруге ответила другая. И они вместе засмеялись.

Продолжая бродить, они дошли до фонтана. Светленькая девочка звонко рассмеялась, когда обрызгала свою подружку, та в ответ сделала то же самое. Девочки знали, что их мамы будут ругаться, но не могли остановиться — так весело им было.

— Девочки, аккуратнее! — сказала какая-то тетка недовольная их детской забавой.

— Извините, — сказали они хором и снова рассмеялись.

Решив, что они уже достаточно мокрые, подружки решили пойти дальше, купив в дорогу ваты.

— Ты испачкалась. Вот, — ткнула черненькая на щеку подружке.

— Я знаю, за, что люблю тебя, — сказала ее подружка, вытирая щеку.

— И почему же? — спросила девочка, улыбаясь.

— За то, что ты такая заботливая и добрая. Ты мне всегда помогаешь и ты всегда рядом. За то, что ты моя лучшая подруга.

— Спасибо, — немного покраснела подружка светленькой девочки.

— Ты такая стеснительная! — рассмеялась светлая девочка — ангелок. И от улыбки у нее на щеках появились милые ямочки.

Когда девочки дошли до торгового центра, то они уставились на витрину одного из магазинов. Вывеска гласила 'Счастливая невеста'

— Ты будешь моей свидетельницей, когда я буду, выходит замуж? — спросила черноволосая, во все глаза, смотря на красивые платья, которые прекрасно видно через стекло.

— Буду! — воинственно сказала ее подруга. — А ты моей будешь?

— И я твоей буду! — закивала черноволосой головой девочка, убирая с лица кудряшки, которые растрепал ветер.

— Мы будем дружить всю жизнь! — громко сообщила беленькая девочка на всю улицу.

Прохожие, которые имели прекрасное настроение, из-за теплой погоды, смотрели на девочек и улыбались. Наверно вспоминали своих друзей детства.

Как и ожидалось, придя домой, девочки получили нагоняй за сырую одежду.

* * *

Разбудил меня настойчивый звонок мобильного телефона. Машка сообщила мне, а звонила именно она, что на улице уже давно утро и нормальные люди на учебе. Только одна Малинина Милана, то есть я, не понятно где, а судя по голосу, еще спит.

— Блин, проспала! — прокричала я в трубку и сбросила вызов. Так на первую пару я уже не попадаю. Одеваться быстро! Пыталась я подбодрить себя. Ни чего не получалось. Это сон совершенно выбил из колеи. Или не сон?

— Мила, хватит думать о всякой фигне! — если я буду так спать, то университет никогда не закончу. Я металась по комнате, лихорадочно собирая вещи. Так, где моя сумка? А лекции? Телефон только что здесь был.

У стен родного учебного заведения, я была уже через полчаса. Конечно, если не считать парочку нарушенных правил дорожного движения (обычно я, так, не делая, и вам не советую), то добралась я благополучно.

— Всю стоянку заняли! — возмущалась я, не зная, куда поставить машину. Ага, нашла свободное местечко. Припарковалась быстро, и не смотря по сторонам. Стоило выйти из машины, как из рук сразу все вывалилось: ключи, телефон, пачка сигарет (хотелось покурить по дороге) и сумка, которую я зажимала под мышкой.

Сначала я долго смотрела на весь этот бардак, который творился у меня под ногами, а потом вспомнила, что вообще-то опаздываю.

— @цензура@- некультурно отозвалась я, и начала лихорадочно собирать вещи. Как ко мне присоединилась еще одна пара рук, которая протягивала телефон и сигареты.

— Спасибо, — поблагодарила я обладателя музыкальных пальцев.

— Не за что, — ответил Стас.

Стас? И тут я подняла голову, что бы встретиться с синими глазами Барского. В серых джинсах и белой кожаной куртке, коротая, скрывала клетчатую рубашку. Я оглядела его и поняла, что одеты мы в тон. Я тоже была в серых джинсах и в большую клетку рубашка. Он подглядывал за мной что ли?

Больше парень ничего не сказал, да в принципе и не надо. Забрав у него свои вещи, я направилась к входу.

— Мил? — позвал он меня тихим голосом.

— Я опаздываю! — бросила я через плечо. Мне не хотелось вспоминать вчерашний вечер. К своему стыду, я прекрасно помнила его руки на моей талии и его губы на моих губах.


На паре я сидела сама не своя. Мне постоянно, что-то мешало. То стул, какой-то неудобный, то разговоры студентов, то монотонный рассказ преподавателя и мир какой-то злой и день сегодня не мой или что-то еще.

— Ты что дерганная какая? — заметил мое странное поведение Денис, который все это время пристально за мной наблюдал.

— А? — воскликнула я на всю аудиторию. Блин, что же я так громко кричу?

— Малинина, тише, — удостоилась я укоризненного взгляда преподавателя.

— С тобой все в порядке? — обеспокоенными серыми глазами посмотрел на меня Королев.

— Не знаю. Наверно, — честно сказала я. Этот дурацкий сон, совершенно не хотел выходить у меня из головы, заставляя нервничать еще сильнее.

— Ты бледная какая-то, — дотронулся до моего плеча Денис, и я немного успокоилась. Хороший он. — Может тебе выйти?

— Да нормально все, — сама себе не поверила я.

Дэн мне тоже не поверил, поэтому попросил преподавателя французского разрешения выйти, что бы проводить меня в медпункт.

— Не хочу в медпункт, — шипела я на парня, когда он тащил меня по проходу.

— Мы и не пойдем, — успокоил он меня. — Ты завтракала?

— Нет.

— Тогда пойдем, поедим, — схватил меня за руку Королев и потащил в кафе.

Мы заказали чай с пирожными. Я чай люблю, а Денис наверно из солидарности заказал. Мы сидели молча. Мне не хотелось разговаривать, парень это видел и поэтому не лез. Интересно Григорьева сегодня была? Вроде не было. Неужели я ее сильно покалечила? Хотя по-хорошему убить надо было, зря меня, наверно, остановили. Преподала бы ей урок. И неважно нравлюсь я ей или нет, а по вещам лазить это уже перебор. И ведь додумалась овца под кровать залезть. Как она догадалась, что там может что-то храниться? Ну, если подумать, то многие под кроватью прячут свои секреты. Только у меня это не секреты, а прошлое и воспоминания.

Через пятнадцать минут тишины и две чашки чая, я поняла, что кто-то давно пытается просверлить меня взглядом. На спине скоро появятся две огромные дыры от этого пристального взгляда. Даже почувствовала себя немного не комфортно. Я оглядела кафе и увидела за дальним столиком у окна Барского, недовольно смотревшего на нас.

Мне не хотелось ни о чем думать, и поэтому я просто отвернулась и спросила Королева, что было на первой паре, и была ли Григорьева. Оказывается, ничего интересного я не пропустила, преподавательница сама опоздала и видимо, поэтому, была, немного не в себе. Ирка сегодня не приходила и ее подруга Оля, сказала, что она вообще заболела и поэтому Иры не будет пару дней.

Ага, знаем, как она заболела. Наверно излишним любопытством. И походу я нашла лекарство от этой болезни. Надеюсь, больше не сунется. Хотя, теперь ей нет уже смысла соваться, она уже все узнала. Помогло ей мое прошлое или нет? Обернуть это она против меня не сможет, просто будет неприятно, если кому-нибудь расскажет. Но зная своего братца, я уверена, что с ней он провел разъяснительную работу.

— Мила? — через какое-то время позвал Денис.

— Слушаю.

— Может, сходим куда-нибудь поужинать? — робко предложил парень.

Я издала истеричный смешок. Они сговорились что ли? Всем сразу со мной поужинать захотелось. Вон сходила с одним. И что? Чувство странное осталось. Весь ужин коту под хвост. И цветочки мои в ресторане остались. А я уже придумала, где ведро для них взять.

Подумала и решила, а почему бы не сходить. С одним попробовала, теперь с другим можно. Ведь это же ничего не значит. Мы просто как друзья сходим, верно? И даже сама себе я не поверила. А, была, не была!

— Хорошо, — согласилась я, вставая. И уже около выхода громко сказала. — Заедешь за мной в восемь?

Парень утвердительно кивнул и радостно улыбнулся. На другом конце кафе разбилась чашка. Стас посмотрел на меня, поджимая губы, но ничего не сказал. Хотя, что он мог сказать? Я девушка свободная, с кем хочу с тем и хожу. Ага, четыре года с лишним я уже свободная. С чувством выполненного долга я ушла. Вот только далеко мне уйти не дали.

Когда я стояла около машины, кутаясь в куртку, и решала, прогулять ли мне все пары или не стоит, я почувствовала чье-то присутствие и обернулась. Барский стоял и молчал, засунув руки в карманы брюк.

— Ты что меня преследуешь? — напрямую спросила я, пряча нос в опушку воротника.

— Нет, — односложно ответил парень.

— Что надо? — недружелюбно уставилась я на Стаса.

— Ничего, — еще один гениальный ответ. Он пьяный? Стоит он, значит, и смотрит, ничего ему не надо. Ну и стой тогда, а я поеду. Только покурить надо.

— Давно ты куришь? — подала голос статуя Аполлона

— Четыре года. И курю я редко, — спрашивается, зачем я перед ним отчитываюсь?

— Зачем? — видимо парень считает, что краткость сестра таланта.

— Зачем курю редко? Или вообще курю? — не понимала, что именно имел он в виду.

— Пойдем, — нежно положил свои конечности мне на талию и куда-то потащил.

— Куда? — всполошилась я. Вдруг он, за вчерашнее злится, и хочет меня того… грохнуть. Сейчас увезет меня в лесок, надругается надо мной бедной, потом по голове чем-нибудь тюкнет и прикопает где-нибудь. И найдут меня, только когда снег сойдет, ну или не найдут.

— Угощу тебя кофе, — развеял мои страхи блондинчик.

И не знаю почему, но я расслабилась и покорно последовала за ним. Мы пришли в небольшое кафе, находящееся пять минут ходьбы от нашего университета. Небольшой зал светло-зеленого оттенка, скатерти и портьеры в тон. Интересное местечко. На психиатрическую больницу похоже, я конечно в ней не была, но мне именно так и представляется это увеселительное заведение.

Мы выбрали место около большого окна, и я с интересом уставилась на него. Потому, что совершенно недалеко был небольшой сквер, в котором гуляли мама со своими малышами. Детишки бегали по лужам, а заботливые мамы, которые не хотели, что бы их драгоценные чада заболели, их ругали. Это меня умиляло. Наверно я все-таки улыбнулась, Стас перевел свой взгляд в ту же сторону и спросил, люблю ли я детей. А вот, что ответить я не знала. Вроде все их любят. Именно это я и ответила молодому человеку.

— А своих детей хочешь? — совершенно сбил меня с толку его вопрос. Своих детей? Он спросил, хочу ли я своих детей? Я даже не задумывалась о таких вещах, да и рано мне, да в принципе и не от кого…

— Наверно, — неуверенно ответила я. — Да хочу.

— Ты будешь хорошей мамой, — задумчиво сказал молодой человек.

— Почему ты так думаешь? — уголки моих губ приподнялись в улыбке.

— Ты добрая. Прости меня, за вчерашнее, — без перехода сказал парень.

— Я не злюсь, — честно сказала я. Это действительно правда. Да и злости то практически не было. Я очень отходчивая, да и злится, я долго не умею.

К нам подошла красивая девушка — официантка, то ее взгляд быстро прилип к Стасу. Оглядев его плотоядным взглядом, официантка начала судорожно поправлять локоны медных волос, которые находились около глубокого декольте.

— Что будете заказывать? — обратилась Татьяна, судя по надписи на бейджике, к молодому человеку сладко улыбаясь, и просто напросто проигнорировала меня. Откуда она знает, может это мой парень или вообще муж. Я конечно за Барского замуж не собираюсь, но почему он ей тоже сидит и улыбается? Нет ну это нормально? Рядом с ним девушка сидит, а он с другой заигрывает.

— Сначала пусть дама закажет, — сказал Барский, кивая девушке в мою сторону.

— Что вам? — не дружелюбно посмотрела мою сторону.

— Зеленый чай несладкий, круассан.

— А молодой человек, — быстро отвернулась она от меня к Барскому.

— Танечка, можно вопрос? — ласково сказала я наглой официантке, которая в наглую заигрывала со Стасом.

— Да? — нехотя повернулась опять ко мне девушка.

— У вас все такие?

— Простите? — не поняла меня девушка, все еще кося глаза на блондина.

— Я имею в виду, все заигрывают с чужими молодыми людьми? — полюбопытствовала я, подпирая щеку кулаком.

— Простите, — пошла исполнять наш заказ наглая девка.

Стас смотрел на меня очень игриво, в глазах плясали бесенята, а потом все-таки спросил.

— Ты что ревнуешь? Мы же не встречаемся, так что я могу заигрывать с другими девушками, — от улыбки у него появились ямочки на щеках.

Мне было немножко неприятно, что так вышло и поэтому, я решила, что надо немножко его обломать.

— Ревнуют тех, кого любят, а ты мне даже не нравишься, — произнесла я равнодушным тоном и с честными глазами.

— Да? А целовала ты меня вчера в ответ очень убедительно. Почему ты сейчас себя так повела? — Поинтересовался Барский.

Я вспыхнула. Про поцелуй говорить не стала, а вот про поведение пришлось объяснить, что даже такой ловелас, как мой брат, Максим не позволяет себе кадрить и знакомиться с девушками, когда я рядом.

* * *

Я много раз спрашивала, почему он так делает. На что получала правдивый ответ. 'Я не могу знакомиться или заигрывать с девушками, когда рядом уже есть одна. И не важно, кто: сестра или одногруппница или просто левая девушка. А тебе должно быть приятно, что я отдаю все внимание тебе. Я же с тобой сюда шел'.

Это было пару лет назад, когда мы с ним решили прогуляться по магазинам (Макс любит наряжаться, а вот меня ждать не очень), и решили перекусить в кафе. Тогда миленькая блондинка за соседним столиком усердно начала ему подмигивать. Разумеется, мой брат не проявил должного интереса, и через какое-то время все кафе думало, что у девушки случился нервный тик, так усердно она пыталась мигать.

* * *

— Даже чуть-чуть? — поинтересовался парень, имея в виду мои симпатии.

— Даже чуть-чуть, — тут конечно, я покривила душой. Стас мне, конечно же, начал нравиться, но не настолько что бы бросаться в его объятия.

— Мил, а почему Макс тебя так оберегает? Ты же вроде большая девочка, без няньки можешь обойтись, — задал вопрос Барский, интересующий практически все наше окружение. Ну, как им всем объяснить? Наверно, все смотрели мультик 'Маугли', так вот так была очень интересная фраза 'Мы с тобой одной крови'. Вот и мы с Максом одной крови.

— Это ты у него лучше спроси. Я иногда в мотивах своего брата путаюсь, — не хотелось мне объяснять сейчас всю сложность и запутанность нашей ситуации.

Молчаливая официантка принесла заказ и так же молча, удалилась, лишь бросив на молодого человека жадный взгляд. На него все девушки так реагируют? Сочувствую я его будущей девушке, ну или жене.

— Почему тебя так назвали? — поинтересовался Стас, отпивая глоток ароматного кофе.

— Я тебе уже говорила, что в честь бабушки назвали, — припомнила я, что говорила парню, когда он в наглую напросился на кофе, после того как подвез меня домой.

— Я помню, — кивнул Станислав, смотря мне в глаза. — Почему ты Милана, а брат Максим?

Я непонимающе на него посмотрела, а он пояснил, что ему интересно, почему у меня имя итальянское, а у Максима русское.

— Хочешь услышать эту историю? — спросила я.

— Хочу! — заблестели глаза Стаса, в предвкушении хорошей истории.

И я начала повествовать. Мы сами никогда не интересовались, почему так получилось, но когда наткнулись на подобный вопрос, пришлось поинтересоваться.

* * *

Когда Елена только забеременела, то муж и жена сразу начали продумывать, как назовут ребенка. То, что у них родится двойня, конечно даже не подозревали. Александр, отец Милы и Макса, настаивал, что бы ребенка назвали на букву 'М'.

— Почему на 'М'? — удивлялась Елена. На родине ее имя звучало немного иначе — Хелена, но в России в скором времени превратилась сначала в Елену, а потом просто Лену.

— Фамилия у нас на 'М', и ребенка на эту букву назовем, — привел не слишком убедительный аргумент Александр. Елена против этой буквы, конечно же, ничего не имела, поэтому равнодушно пожала плечами.

Александр уже составил список мужских и женских имен. Он был так счастлив, что уже сейчас был готов бежать и покупать кроватку, коляску, вещи и детское питание. По мнению его жены, Елены, Саша через пару месяцев переедет жить ближе к роддому.

Когда на первое УЗИ показало, что у них двойня — мальчик и девочка, отец семейства принялся подбирать имена детишкам из своих списков. Как же он счастлив! Ждал одного ребенка, а будут два. Александр начал оберегать пуще прежнего. Вот только от его мельтешения, у Елены голова кружилась.

— Я придумал! — ворвался в комнату Александр.

— Что ты придумал? — спросила жена, которую разбудил вопль драгоценного супруга.

— Имена детей, — гордо сообщил папаша и под вопросительный взгляд жены продолжил. — Маша и Максим!

— А почему именно эти? — сощурила Елена свои красивые глаза синего цвета, прекрасно помня, что у мужа есть родственники с такими именами. 'Значит, в честь них назвать решил?' возмущенно подумала Лена.

Догадку ее муж оправдал. А на вопрос, почему в честь его родственников получила ответ.

— А ты хотела в честь своих, да? Что-то типа Мартин и Милагрес? — ехидно спросил Саша.

— Детей двое, значит, одного назовешь ты, другого я, — ласково произнесла Елена, которая не любила ругаться и ссориться. Из каждой ситуации можно выбраться, найдя компромисс.

— Как делить будем? — сразу насторожился ее муж.

— По глазам.

— Как это? — не понял Александр. И жена любезно пояснила.

— Если цвет глаз будет мой — я назову, а если твой — ты назовешь.

— А если у обоих глаза твои будут? — возмутился глава семейства.

— А если твои? — вопросом на вопрос ответила Елена. И муж удовлетворенный ответом жены покинул комнату, оставляя жену, которая уже давно проснулась, досыпать.


Какова же была радость родителей, когда в положенный срок в семействе Малининых родилось пополнение: мальчик с карими, как у отца, глазами. И девочка с синими глазами матери. Сын сразу получил имя Максим, а дочь назвали в честь матери Милана. Елена считала, что девочка очень похоже на бабушку. Правда девочка была похоже на Елену, а та в свою очередь на мать, но это мало кого волновало…

Вот и вся история наших с братом имен.

* * *

Стасу история очень понравилась, и он попросил меня рассказать, что-нибудь интересное. Видите ли, я, очень забавно рассказываю.

— Как познакомились твои родители? Расскажешь? — спросил Стас, а потом добавил. — Ой, прости, тебе наверно не хочется рассказывать и вспоминать…

— Все нормально, — честно ответила я. Какие мы деликатные. Мне хотелось с ним разговаривать. Не знаю почему. Хотя знаю, легко ему рассказывать, и слушает он внимательно. И вообще с ним легко. Ни о чем плохом не вспоминается.

— Познакомили мои родители очень оригинально, — улыбнулась, вспоминая, как мама вечерами устраивала со мной посиделки и рассказывала много забавных историй.

* * *

В те далекие времена, когда Александр Николаевич был просто Сашкой Малининым, ему пришлось лететь в Италию по рабочим делам. Тогда еще его фирма по производству различных деталей для транспорта их импорта и экспорта, но только с ближнем зарубежьем, не имела связей с заграницей.

Это сейчас Малинин Александр Николаевич имеет салоны по продаже автомобилей. Практически все в городе, и не только нашем, принадлежат ему. Сети автомастерских, заправок, магазины запчастей и фирмы по экспорту и импорту находятся практически по всей России.

Так вот в те далекие времена Саша отправился в Италию со своим другом и компаньоном, на какие-то переговоры. После них, кстати, прошли они успешно, друзья решили отпраздновать.

Посетив клубы, кафе и пабы города, Саша и Олег, так звали друга, решили посмотреть ночные пейзажи прекрасного итальянского города. Через насколько часов их шатания (а они именно шатались, после такого-то количества алкоголя), друзья навернули в какой-то переулок и увидели двух черноволосых девушек в открытых нарядах.

— О, проститутки! — обрадовался Олег. Он, наверно, вспомнил фильм 'Брильянтовая рука'.

Спросите почему? Да потому, что девушки были одеты в открытых маечках, коротких шортиках и туфлях на высоких каблуках со шнуровкой почти до колена.

— С чего ты взял? — спросил его друг, пристально разглядывая одну из красавиц. Девушка ему очень понравилась.

— А ты посмотри, как они одеты. Точно проститутки!

Откуда же друзьям было знать, что за углом находится клуб, в котором девушки работали танцовщицами.

Клуб этот принадлежал отцу Елены, то есть дедушке Миланы и Максимка. А сейчас девушки забежали за угол покурить. В таком возрасте практически все пробовали курить. Вот и пришлось во время перерыва спрятаться за угол. Ведь если отец узнает, что его дочь курит, по головке не погладит.

— Привет, девчонки! — сказал Олег фривольно ложа руку на талию одной девушке. — Сколько?

— Что сколько? — не поняли девушки, которые еще не догадались за кого их приняли.

— За ночь сколько берете? — пояснил молодой мужчина, за что и получил увесистую оплеуху.

Правда, через какое-то время недоразумение уладили. Молодые люди принялись рассыпаться в извинениях. Пьяные русские, что с них взять? Решили познакомиться. Хелена сразу понравилась Саше, поэтому он пригласил ее на свидание. Девушка согласилась. И они провели прекрасную неделю.

Девушка показывала достопримечательности их города. Хелена имела русские корни, и наверно поэтому хорошо говорила по-русски. Они болтали обо всем на свете. Молодым людям вместе было легко и спокойно. Они даже времени не замечали.

Когда же прошел небольшой отпуск Саши, он не хотел уезжать и расставаться с девушкой, чьи глаза напоминают ему море, а чуть вьющиеся черные волосы — шелк.

Хелена провожала Сашу в аэропорт, а в глазах была тоска. Хотя Саша обещал звонить, а по возможности приехать, девушке казалось, что она молодого человека не только не увидит, но и не услышит.

И каково же было удивление Хелены, когда Саша ей позвонил. Он начал звонить ей каждый день, и они подолгу разговаривали. И через несколько месяцев Александр не стерпел и купил билет на самолет.

Саша прилетел в Италию и купил кольца, и сразу же отправился к возлюбленной делать предложение. Родители девушки, чуть в обморок не упали, когда узнали, что их дочь ответила согласием на предложения российского бизнесмена. Саша же им конечно понравился. Еще молодой, а уже во многом преуспел. Они боялись отпускать дочь в Россию. Ведь у девушки там нет родственников, но Александр их убедил, что будет охранять и оберегать их дочь. И ему поверили.

Поженились они в Италии, в небольшой, но безумно очаровательной церквушке. Так что в родные пенаты Александр приехал женатым. Девушки плакали и рвали волосы на голове, ведь самый красивый и богатый парень женат.

Александр не обманул родителей возлюбленной. Елену он носил на руках, оберегал, как мог и вообще обращался с ней, как с самым большим сокровищем в жизни. Они часто летели в гости в Италию. Между родственниками разлада не наблюдалось, что делало влюбленных еще счастливее. А через два года у Елены и Александра наметилось пополнение. Александр был настолько счастлив, что чуть не задушил жену в объятиях, но во время вспомнил, что с ней теперь стоит обращаться еще бережнее.

* * *

— Да действительно оригинально! — рассмеялся Стас.

— Ведь не каждый день тебя принимают за представительницу самой древней профессии, — и мы рассмеялись вместе.

— Теперь ты мне расскажи что-нибудь, — попросила я. — Мне тоже хочется узнать что- нибудь о тебе.

Парень как-то грустно вздохнул, но рассказывать начал.

— Мои родители развелись чуть меньше десяти лет назад, — теперь понятно, почему он загрустил. — Через некоторое время мама вышла замуж, в скором времени появилась Олеська. Помнишь ее? — Спросил Стас.

Я кивнула. Конечно, помню! И вечер тот прекрасно помню. Кто бы мог подумать, что именно я найду сестра Барского? А парень тем временем продолжал.

— После развода, я хотел остаться с мамой, а папа хотел, что б остался у него. Вот так они и задабривали меня подарками, деньгами и прочей фигней, что бы я остался с кем-то из родителей. Общими усилиями они меня избаловали, и я стал такой, какой есть, — грустно проговорил он, глядя в окно.

— После школы я поступил на заочку на кафедру журналистики, а через три года решил поступить на эконом. Отец сказал, что в скором времени я займу его директорское кресло в фирме.

— А сколько тебе лет? — спросила я ошарашено. Никогда не слышала, что он где-то еще учится. Или просто не слушала — такое со мной часто бывает.

— 23, а что не выгляжу?

— Нет, — энергично замотала я головой. Ну не фига себе, а потом выпалила, не подумав. — Тебе жениться пора.

— А ты согласна? — видимо, тоже не подумав, спросил Стас. Я пропустила его вопрос и спросила:

— Значит, один диплом уже есть? — хорошо, что он не продолжал глупую тему про замужество.

— Есть. В прошлом году получил. А ты ведь тоже две вышки получаешь?

— Да. Я в прошлом году поступила. Наш университет же считается лучшим в городе. И очень многие студенты получают по две вышки.

— А второе, какое? — полюбопытствовал Стас.

— Филологическое.

Стас начал любопытствовать, почему я выбираю факультеты, связанные с речью и языками.

— Ну, у всех разные интересы, — логично ответила я. — А почему вы переехали?

Видимо вопрос попался очень животрепещущим, а Барский стал чернее тучи.

— По семейным обстоятельствам, — был мне короткий ответ.


Мы долго сидели и все разговаривали и разговаривали. Стас пытался меня развеселить и сказать честно у него это хорошо получалось. Барский рассказывал кучу разных анекдотов, смешные истории из жизни. Давно я так не смеялась. И так легко давно мне не было. Мы даже поужинать все-таки решили. Ведь пару часом сидим точно.

Когда мы вышли из кафе на улицу был уже вечер, теплый должна заметить. Станислав предложил прогуляться и я, удивляясь сама себе, согласилась.

Мы гуляли по центу, продолжая, что-то друг другу рассказывать. Мы шли по аллее, освещенной сотней фонарей, когда я услышала, что меня кто-то окликает. Я начала оглядываться по сторонам, в надежде увидеть того, кто меня зовет. К нам спешным шагом подходил симпатичный молодой человек в коротком пальто и серых джинсах. Его светлые волосы находились в беспорядке, а на губах играла самая очаровательная улыбка.

Этот кто-то оказался моим старинным знакомым модельером из Италии.

— Серхио? — безумно удивилась я. Не видела его пару лет точно.

— Да, это я, — обнял он меня. — Дай-ка я на тебя посмотрю, дорогая.

Он обошел вокруг меня пару кругов, и отвесил пару комплементов на итальянском. По-видимому, Стасу этот язык не известен.

— Come sei bella! [4]— Потом обошел еще один раз и добавил еще.

— You siete la donna che piu bella ho visto mai [5]

— Ты мне льстишь! — ответила я на русском. Барский недовольный стоит, но делает вид, что не заинтересован в беседе.- Parlare in russo, per favore. Il mio compagno non conosce l'italiano. [6]— попросила я Серхио, что бы он говорил на русском.

— E 'il tuo ragazzo? [7]- спросил Серхио мой ли это парень, кивая на Стаса.

— Нет, это знакомый, — посмотрела я на мрачного парня.

— Да! — неизвестно чему обрадовался модельер, хотя, конечно же, известно, почему Серхио обрадовался.- Balliamo? [8]

— Давай об этом в другой раз. Ты ведь надолго в городе? Да. Вот и отлично. Созвонимся, — когда мы обменялись телефонами, Серхио удалился по своим делам.

Мы продолжили нашу прогулку, Стас молчал. Его реакция на Серхио мне понравилась. Даже не знаю почему. Хотя, вру! Любой девушке будет приятно, когда ее ревнуют.

На небе уже загорелись мириады звезд, складываясь в различные созвездия. Некоторые даже на очень загадочные вещи были похоже. Если бы, какой-нибудь астроном узнал, о чем я думаю, и почему мне кажется, что одно созвездие похоже на двух кроликов, которые занимаются пополнением в семействе, то мне бы оторвали голову. Я улыбнулась своим глупым мыслям.

На аллее, по которой мы двигались по направлению к университету, горели десятки ярких фонарей, радостно освещая нам дорогу. Легкий ветерок трепал волосы, которые постоянно лезли в лицо. Хорошо все-таки! Прохладный воздух казался свежим. Я набрала полную грудь, и жить сразу захотелось.


Мы практически подошли к стоянке университета, когда Барский ожил.

— Кто это был?

— Это старый знакомый, — ответила коротко я. Долго же он решался задать этот вопрос.

— Насколько старый и насколько знакомый? — начал допытываться молодой человек.

— Мы с ним познакомились в детстве, когда я в очередной раз летала к бабушке, — и немного подумав, решила отыграться за случай с официанткой. — Ты что ревнуешь? Мы же не встречаемся, так что я могу заигрывать с другими парнями.

Процитированная его же фраза ему не понравилась. Барский начал допытываться было ли у нас что. И получив в ответ 'если и было, то давно уже нет', отстал. О том, что Серхио немного другой ориентации, я решила скромно умолчать.

* * *

Станислав проводил взглядом отъезжающий черный 'Nissan' Миланы, молча радуясь, что все получилось.

Сначала парень очень злился на себя за то, что так увлекся Малининой. Ведь он обещал сам себе никогда не в кого не влюбляться. Может быть, если бы Мила оказалась такой же, как и другие девушки, и бросилась к нему на шею, после первой же ночи, проведенной с ней, Станислав бы о ней и не вспомнил. Но тайна, которая витала вокруг девушки, заставляла его обращать на нее внимание снова и снова.

В тот вечер, когда он пригласил Милану в 'Лирику', Стас совершил ошибку и спросил о парне с фото. Ему было очень интересно, что же это за фрукт такой. Ответом ему был побег. Быстро расплатившись, парень побежал за Милой. Станислав видел, что девушка очень расстроена, ему казалось, что ее уже нельзя остановить. Для начала ее надо догнать, а когда догнал, не знал, что сделать. А потом просто взял и поцеловал.

Это было волшебно! Такая феерия. Чувства нахлынули ураганом. Станислав чувствовал тонкие пальчики на своих плечах, манящие губы, дарящие огромное наслаждение и болезненное желание одновременно. Он обнял тонкую талию своими руками, давно мечтая, где-нибудь уединиться с длинноногой красавицей. Но она оттолкнула, он так хотел всего и сразу, а она оттолкнула. Начала говорить глупости, про какие-то непонятные галочки и списки. И Барского охватил гнев, он к ней со всей страстностью, а она… ну и вырвались слова, после которых он ощутил тяжесть руки с виду такой хрупкой девушки.

Когда Мила уехала, он долго себя ругал за глупость. И Стас совершенно ясно понимал, что выбор то, в принципе, не большой: либо добиваться, либо забыть ее и найти другую. Первый вариант нравился больше, и парень решил действовать, но на горизонте вновь появился Королев. Привел в кафе, пригласил куда-то.

Когда Милана, уходя из кафе, сказала, что ждет Дениса сегодня в восемь, Стас снова отругал себя за глупость. А она специально это сделала, Барский в этом уверен. Ведь могла сказать, во сколько за ней заехать и сидя за столиком, а нет, Мила сделала так, что бы Стас услышал.

Молодой человек, недолго думая пошел за Миланой, а план можно придумать и по дороге. И смотри-ка, все получилось даже лучше, чем он думал.

Для начала догнал, пригласил в кафе, ну если быть точнее — потащил. И сделал самую главную вещь — заставил забыть про ужин с этим @цензура@. Узнал много нового и интересного из биографии Милы, о себе немного рассказал. И время провели отлично и задуманное исполнилось.

Милана веселилась от души, а Барский тихо радовался, что ей с ним хорошо. Так легко ему еще не было. Звонкий и веселый смех красивой спутницы были, как бальзам на сердце. Она просто неповторима! И это очень хорошо, такой больше не у кого не будет. Ведь Стас не сомневался, что сможет добиться расположения Малининой.

Вот только Серхио ему не понравился. Да к тому же, на итальянском ей что-то говорил. Может, на свидание ее приглашал? Мила же сказала, что-то про другой раз. Значит, точно на свидание позвал, гад ползучий! Так и хотелось морду ему набить. А ведь Мила была права, когда повторила сказанные им же, Стасом, слова, что они не встречаются, и он не может ей ничего сказать по этому поводу. А ведь хочется…

* * *

Пока Мила и Стас сидели в кафе и гуляли по городу, девушка даже не догадывалась, что ее обыскались.

Денис, приехавший за ней, с точностью королей, очень расстроился, не обнаружив девушку дома. Телефон у нее либо отключен, либо разрядился. Так, что несколько десятков звонков, сделанные Дэном и Максом, который тоже пытался дозвониться до сестры, ничего не дали.

Когда терпение Королева подошло к концу, он решил уехать домой, а не ждать, пропадающую неизвестно где, беглянку. Макс его задерживать не стал, ведь он прекрасно знал, с кем сейчас находится Милана. Малинин видел, как Стас куда-то повел сопротивляющуюся девушку. Но не беспокоиться он все равно не мог. Кто знает, вдруг Мила все-таки сбежала от Барского или он с ней… что с ней может случиться, Максим думать не хотел. И телефон у нее выключен, обычна сестра всегда с целой батарейкой ходит, а сейчас…

* * *

На одном из светофоров, где остановил машину Денис, его взгляд зацепился за что-то белое. И какого же было удивление Дэна, когда он узнал Барского, активно размахивающего руками и Милану, идущую, рядом. Девушка звонко смеялась, что-то радостно говорила парню, и они рассмеялись вместе. Денис поморщился от такой идиллии. Молодые люди взялись под руку и продолжили свою веселую прогулку.

— Так вот где ты пропадаешь! — разозлился Денис, который давно не слышал такого радостного смеха. Он уже и не помнит, когда девушка смеялась.

— Ну, ничего, мы еще посмотрим, кто кого! — эта фраза уже была адресована молодому человеку, который продолжал веселить возлюбленную Дениса.

'Пора переходить на тяжелую артиллерию!'- пронеслась мысль в голове Дэна, который отчаянно хотел видеть Милу рядом с собой, и на сто процентов был уверен, что так оно и будет!

* * *

И даже немного обидно, что ни Денис, ни Станислав не спросили сначала мнение девушки. Если бы они учли ее желания, то многое можно было бы изменить…

* * *

Придя домой, я получила нагоняй от брата. Мол, зачем ушла и никому ничего не сказала, телефон не зарядила, шлялась непонятно где и непонятно с кем. По словам Макса, я поняла, что он чуть себе инфаркт не заработал, пока пытался до меня дозвониться. А я вообще совершенно безответственная и бездуховная личность!

Я услышала еще много приятных и не очень вещей. Когда слушать мне надоело, я возмутилась:

— Я не поняла, ты, что на меня орешь? Что случилось?

— Ты еще спрашиваешь? Ты вообще, где была? Тебя Денис искал, сказал, что вы на восемь договорились, — просветил меня любимый братец.

— Денис? — слабым голосом переспросила я, понимая, что совершенно забыла о нашей встрече. Блин, как же я так могла? Он же обидеться теперь. И судя по словам брата, ждал он меня долго. Он меня ждал, а я забыла. Ну как так могло случиться…

Ах, вот оно что! Ну, Барский! Ты козлина! Он же слышал, как я просила Королева заехать за мной. Потом догнал, в кафе сводил, зубы заговорил. Вот же гад, а!

Я тоже хороша! Меньше надо было уши развешивать. Нашла, кого слушать. Да это же Донжуан нашего времени!

У меня даже слов не хватает, что бы свои чувства выразить. Задушила бы гада. Надо, наверно, Денису позвонить, объясниться с ним как-то. И я, раздумывая, что сказать пошла в свою комнату, уже не слушая, разглагольствования Макса.

Поставив телефон на зарядку, я начала метаться из угла в угол.

— Ну, что же сказать? — саму себя спрашивала я. — Нельзя просто так все оставлять!

Так и не набравшись храбрости позвонить Денису, я решила напечатать ему смс. Знаю, это верх трусости, но по-другому, я не могла.

'Прости, Денис!'

Ответ пришел только через пол — часа. С замиранием сердца я открыла сообщение.

'У тебя что-то случилось?'

Может соврать? Сказать, что, правда, что-то случилось. Хотя лучше все же, правда. Я Королева уже давно знаю, и обижать мне его не хочется.

'Ничего не случилось. Просто я забыла… Прости'

'А что ты делала?'

Вот этого вопроса я и боялась, но написала правду.

'Гуляла'

'С кем?'

'Со Стасом. Мы заболтались, и я потеряла счет времени. Прости '

'Все нормально'

И все? Больше ничего? Просто все нормально, а как же сказать, что ты меня прощаешь? Но я разумно решила, что приставать не стоит. Лучше завтра в университете поговорим.

Я хотела посоветоваться с Машкой, но ее мобильник был выключен, а дома никто не отвечал. Опять наверно к Димке убежала.

Ладно, придется разгребать самой. А еще лучше подумаю об этом завтра. Как героиня одного из фильмов. А то у меня глаза слипаются.

* * *

Я сидела на испанском и делала перевод текста. Дениса сегодня не было. Может, заболел? Наверно, все-таки уде две пары прошло. Стаса, к его же радости, я тоже пока не видела.

Как спать то хочется. Ужас просто. Я сегодня еле голову от подушки оторвала. А раньше ведь всегда нормально вставала. Странные вещи со мной происходят.

К концу пары я успела сделать перевод и попереписываться с Машкой, которая рассказывала, что Димка в коем-то веке решил сводить ее в кафе. Да действительно удивительно, что этот жмот, решил потратиться на кафе. Обычно кушать готовит на неделю его мамочка. Вот не понимаю, как в таком возрасте можно слушаться мамочку во всем? Постоянно около ее юбки сидит.

— Привет, Милка! — радостно крикнула Станина, усаживаясь ко мне за столиком в кафе.

— Привет. Ты что такая счастливая? — поинтересовалась я, радуясь, что хоть у кого-то настроение хорошее.

— Ты не представляешь, какой вчера был хороший вечер, — мечтательно закатила глаза девушка.

— Представляю, — буркнула я, вспоминая какой у меня вчера был вечер, а потом опомнилась и спросила. — Что вчера было?

И Машка пустилась повествование вечера. Мол, привел ее возлюбленный в кафе, подарил букет цветов, что очень, по-моему, мнению, странно. Ведь он даже на восьмое марта жмотничает. Так вот подарил ей, значит, цветов, всячески ухаживал, что ввело мою впечатлительную подругу просто в восторг. Он заказал дорогое вино. И вообще все было по высшему разряду. Вызвал такси, чтоб довести подружку до дома.

— Стой! — перебила я Машку. — Так он что и на такси разорился? Да не может этого быть!

Я действительно была очень удивлена таким поведением молодого человека. Он никогда ни на что лишней копейки не потратит. Может, его недавно похитили инопланетяне? Ну не верю я, что Дима это все сделал от чистого сердца. Я была просто уверена, что у него для этого была причина. Ну, не мог он это просто так сделать! Не мог!

— Маш, может он вину какую-нибудь перед тобой заглаживает? — сощурилась я.

— Не любишь ты его, — поджала губы подружка. — За что?

— Мне кажется, ты лучшего достойна. А Дима тебе совершенно не подходит, — правду сказала я.

Маша ничего не сказала, только продолжала поджимать недовольно губки. Я обвела кафе взглядом. О, Денис пришел. Я помахала ему, на что получила вялый кивок. Обиделся все-таки. Так я и продолжала думать, как же мне загладить свою вину перед парнем, пока к нашему столику не подошел Барский.

'Ммм… подготовился к своей смерти. С цветочками пришел. Надеюсь, число четное' пролетела мысль в голове. Сейчас ты за все поплатишься!

— Привет, леди, — поздоровался с нами парень, а потом посмотрел на меня и улыбнулся. — Это тебе.

Стас протянул мне букет большеголовых белых роз. Как же приятно, кто бы знал.

— Мне? — сделала я удивленный вид, вставая.

— Тебе, — протянул он мне букет. Я видела недовольные взгляды на меня, видимо никому из девочек цветов не дарил. Глядя на Стаса, парни думают, что он обошел всех. Мой взгляд упал на Дениса, который не смотрел в нашу сторону, низко опустив голову. Я со всей силы сжала букет и… кааак только размахнулась и со всей силы заехала Стасу 'веником' по лицу. На минуту в помещение воцарилась тишина. Обалдевший парень смотрел на меня и не понимал в чем дело.

— Мила? — вопросительно спросил он, первым отходя от шока.

— Больше всего в жизни не люблю лож и ненавижу предателей, — прошипела я ему на ухо, так, что бы остальные не слышали.

— Мила, — протянул Стас умоляюще, видимо понял, что я его раскусила.

— Не надо! — возразила я, видя, что он хочет, что-то сказать. — Зачем ты вчера так сделал?

— Ты мне нравишься, — честно признался блондин.

— Я очень рада за тебя! — продолжала я зло шептать так, чтобы ни слышал. — Только обманом и подлостью моего расположения не добиться!


Остаток пар я просидела на автомате. Я не слушала, что нам говорила преподаватель. Очнулась я, только когда меня потрясли за плечо.

— Милан, — проговорил мне на ухо Денис. — Занятия уже закончились. Долго ты еще сидеть здесь собралась?

— Я задумалась, — тряхнула головой.

— Что-то часто ты задумываешься. А о чем думаешь?

— О глупостях разных, — отмахнулась я.

— Пойдем, провожу, — предложил Дэн. — Кстати когда ты вернешь мне обещанный ужин?

— Давай не сегодня. Созвонимся и решим хорошо? — мне честно не хотелось сегодня куда-либо идти.

— Хорошо, — улыбнулся Королев, значительно повеселевший после того, как Стас получил цветами по лицу.


Уехать спокойно мне сегодня не судьба. А все потому, что у моей машины стоял господин Барский. Я старалась, не обращать внимания, на то, какие недружелюбными взглядами парни обменивались.

— Что стоишь? — не совсем дружелюбно спросил Денис Стаса.

— Не твое дело! — таким же тоном ответил парень и повернулся ко мне. — Мне поговорить с тобой надо.

— А ей с тобой не надо! — не дал мне открыть Королев. Я что немая? Вроде нет, так зачем вместо меня отвечать.

— Я не тебя спрашиваю, — огрызнулся тот.

— Вали отсюда, понял! — рыкнул на него Денис. Подеритесь еще.

— А то, что? — с сарказмом спросил Барский

— Мальчики, успокойтесь! — попросила я, но они уже совершенно не обращали на меня внимания, переругиваясь между собой.

Каждый из них наградил друг друга десятками не очень лицеприятными эпитетами. Сроднились с кучей разных животных. Оскорбили родственников до десятого коленья. Послали по десяткам различных направлений, откуда еще никто не выбирался.

Когда же Денису надоело работать языком, он решил пустить в ход руки, и Стасу прилетел хук по левой скуле, которую и так украшали оставленные мной царапины. Такого обращения Барский не стерпел и ударил в ответ.

— Хватит! — заорала я, вставая между этими двумя. — Сколько можно? Устраивайте петушиные бои в другом месте!

Парни смотрели на меня, молча, и у каждого из них на лице будет очень живописный синяк. Так им гадам и надо! Я бы еще парочку отметен поставила, чтобы знали. Бесят все эти их разборки до ужаса! Я не кусок мяса, свой выбор смогу сделать и сама.

— Стас, — проговорила я, уже окончательно злая. — Я тебе уже все сказала. И разговаривать пока не хочу.

— Прости, — немного замялся парень, опуская глаза вниз.

— Денис, — повернулась я к одногруппнику, которому было приятно, что я предъявила претензии Стасу. Ну, ничего мне и тебе есть, что сказать. — Что за дурацкая привычка руки распускать? Ты что разговаривать разучился? Если ты привык у себя на тренировках руками махать, то смею тебе напомнить, что это институт.

— Но, — пытался он мне возразит, но слушать мне не хотелось.

— Давай без но! Разговаривать, как ты видишь, я сама могу и не чего за меня отвечать. Вы уже оба достали, — сказала я, садясь в машину. — И, Денис, про ужин забудь!

* * *

Я уже несколько часов стояла на утесе. На улице уже вечерело. Сумерки — хорошее время суток. Небольшие тучки становились синими. Ветер приятно путался в волосах и трепал их словно тряпичную куклу. Смотря с высоты можно увидеть весь город: тысячи огней, неоновые вывески различных клубов, магазинов, торговых центров и тысячи машин, каждая из которых ехала по своим делам.

А у меня нет дел. У меня уже дано ничего нет. Иногда, кажется, что я совершенно одна, одна в этом мире, и нет такого человека, который сможет меня понять. А ведь так хочется, что бы тебя понимали и поддерживали.

Вот у вас такое когда-нибудь было? Вокруг вас всегда много народа, жизнь бурлит и бьет ключом, даже есть те, кто тебя любит, но все равно чего-то не хватает? Не хватает какого-то тепла, которое дает надежду на счастливое будущее. Не хватает тепла любимого человека.

Закрыв глаза, я наслаждалась одиночеством. Мне нравилось сюда приезжать, я даже считала это место своим. Здесь можно спокойно подумать, зная, что твое уединение никто не нарушит своим появлением.

Это место много лет назад показала мне мама. Она считала, что мне оно должно понравиться и мне понравилось. Она не сказала, как именно его нашла, сказала просто случайно.

Сюда можно приехать даже просто для того, что бы посмотреть на красоту. Вот, например, сейчас, солнце скрывается в водах реки. Закат! Как же я люблю закат. Закат — это удивительная вещь. Уже не день, но еще и не ночь. На воде располагаются тысячи бликов, делая красоту этого места еще очаровательней.

Я вдохнула теплый, весенний воздух. Как же все-таки хорошо! Интересно, а, правда весна время любви или только время гормонов? Мои мысли плавно перешли с красоты этого места в другое русло.

Вспомнился наш поцелуй со Стасом, и по телу сразу пошли мурашки. Ведь он был так хорош, такой взрыв эмоций. Может, это потому что я давно не целовалась. Хотя кому я вру? Ведь Барский мне нравится. А таких эмоций, я даже с Пашкой не испытывала, а ведь я его любила. А Стас заставил все внутри перевернуться.

Странно, теперь мне не так больно вспоминать о Паше. Интересно почему? Потому, что время прошло? Именно его время. Настало чье-то другое? А чье?

Я подняла голову вверх и долго смотрела на серые тучи. Там на небе живут Ангелы. А у меня есть Ангел? Ведь у каждого человека он должен быть.

Перед глазами мгновенно пронеслась картинка.

Влюбленная парочка сидит на берегу реки, накрываясь большим серым зонтом. Девушка склонила голову на плечо молодому человеку.

— Я недавно нашел очень красивую легенду, — проговорил парень, крепче обнимая девушку. — Хочешь, расскажу?

— Хочу! — закивала девушка.

И он рассказал. А содержание легенды было таково.

'Далеко, далеко на небе, где белые пушистые облака каждое утро встречают рассвет, где каждую ночь одинокий месяц пересчитывает золотые звёзды, где лучи солнца соприкасаются с самой Вечностью, там живут само очарование этого мира, там живут Ангелы. Их существование беззаботно, целыми днями они играют с каплями дождя, свежим ветром и сияющей радугой. У них нет ни печалей, ни горя, ни радости, ведь Ангелы не умеют чувствовать. Их жизнь — это бессмертие, утопающее в ярком свете неба. Они знают лишь смех и веселье, они не смогут обмануть и предать, их души чище, чем самые невинные слёзы. Но они не умеют любить, ведь их самое главное предназначение хранить любовь других — простых смертных людей.

Ещё Ангелы умеют дарить прекрасные сны. Каждую ночь они спускаются на землю со своих снежных облаков и накрывают души людей белыми крыльями. Но только тот, кто любит по-настоящему может увидеть такие сны. А утром Ангел возвращается обратно, растворяясь в сияющем свете предрассветных лучей, отдав все свои чувства чужой любви.

Ангелам не бывает грустно от этого, они не знают что такое боль. Боль души. Для них чужды все земные переживания. Люди слишком мелочны, а Ангелы выше всего этого. Они, купающиеся в каплях росы, танцующие вместе с хороводами снежинок, падающие вместе с огромными водопадами в бездны океанов, они никогда не смогут убить, ни душу, ни тело.

Но бывают и исключения, когда в душе Ангела просыпается такое запретное для него чувство — любовь. Они влюбляются в простых смертных, а любовь Ангела — это очень сильные эмоции. Он перестаёт отдавать свои чувства людям, он перестаёт быть их хранителем. И тогда он становится бесполезным для неба, и его изгоняют. Навсегда. Сама вечность отбирает у Ангела крылья и бессмертие, и он спускается на землю. Он будет простым человеком, но душа навсегда останется прежней. Неся миру свет, он будет снова отдавать себя людям, но при этом он сможет любить. И уже другой Ангел будет хранить его любовь, защищать от ошибок и дарить сказочные сны'.

— Почему ты мне рассказал эту легенду? — тихо спрашивала девушка, находящаяся под впечатлением.

— Мне кажется, что ты тот самый ангел, — шепотом ответил ей молодой человек.

* * *

Ночь, а я давно лежу без сна. Меня интересовал один вопрос. Почему воспоминания начали всплывать в моей голове все чаще и чаще? По этому поводу у меня было два варианта. Первый, это то, что я действительно начала оживать (в чем я уже не сомневалась), и мое подсознание говорило мне о том, что не нужно забывать болезненное прошлое, не нужно постоянно о нем думать. Ведь прошлого не вернешь! Надо жить в настоящем. И помнить самые счастливые моменты, которые подарила судьба.

Второй вариант мне нравился намного меньше. И вместе с самыми счастливыми моментами, я буду вспоминать, то ужас, который я пережила. И что прошлое никогда не отпустит.

Если бы все случилось в разные промежутки времени…

По-моему, на улице начался дождь. Он стучал по карнизу, отбивая быстрый ритм. В приоткрытое окно залетел прохладный ветерок, принося с собой свежесть.

Я подошла к окну и отдернула шторы. В лужах появлялись разводы. Разыгралась непогода. Я долго смотрела и не могла понять, почему не могу оторвать взгляда. Что именно привлекло мое внимание?

Когда я уже в десятый раз начала отводить взглядом наш двор, то, наконец, я смогла увидеть то, что приметило мое сознание еще раньше. Буквально в нескольких метрах под деревом был огненный комочек. Даже на вид мягкий и пушистый. Что-то внутри сжалось, такая погода ужасная, а котеночек (именно его я и приметила) переступал с лапки на лапку. Лужи становились все больше и больше, и тогда я не смогла оставаться на месте.

Я побежала на улицу, схватив только свитер. До прелестного комочка я добралась в рекордно короткие сроки. Опустившись на корточки, я протянула к замечательной животинке руки. Пока котенок обнюхивал меня, раздумывая идти к новой хозяйке или нет, с дерева прям мне за шиворот упала увесистая капля, которая побежала по спине. Ух, ты холодно! Хотя чего я ожидала, выбегая такую погоду в шортах и тонком свитерочке, одетым на легкую маечку? Может, конечно, не стоило выходить на улицу в таком виде, но котеночка было жалко очень.

— Ну, вот ты дома! — сообщила я котенку, когда принесла его к себе в комнату. Потом я на цыпочках сбегала на кухню, чтоб наполнить мисочку молоком.

— Пей, пей, рыжий, — погладила я котенка по мягкой шерстке. — Как же мне тебя назвать? Ну, не просто же тебя Рыжим звать?

По-моему, ему было все равно насчет имени, поэтому быстро выпив молоко, Рыжик уснул. И под приятные мурлыкающие звуки моя голова тоже склонилась к подушке.

* * *

Как и следовало ожидать, с утра мне было очень плохо. У меня поднялась высокая температура, меня знобило, голова болела. Ирина, которая пришла по моему зову, сильно меня ругала за открытое окно и сырую одежду.

— Ты где была? — строго спросила она. Пришлось ей рассказать животрепещущую историю о маленьком котенке, которого было очень жалко оставлять на улице в такую погоду.

— Мила, ты, что с ума сошла? Ну, неужели ты одеться не могла, прежде чем на улицу бежать?

— Я хотела Рыжика домой быстрей принести, — опустила я голову, одновременно кутаясь в теплый плед. — Ирина, а вы в магазин не собираетесь?

— А тебе что-то надо купить?

— Корма для котенка, — тихо ответила я. Женщина села рядом со мной и погладила меня по голову.

— Ты изменилась, — только и сказала она.

— Это хорошо или плохо? — с интересом спросила я.

— Хорошо, деточка, хорошо, — мягко улыбнулась она. (Кстати у Ирины не было своих детей, поэтому всю свою материнскую любовь она отдавала нам). — Я уж думала, что ты никогда не будешь прежней. А ведь доброта у тебя в крови.

— Ирина, — несмело начала я. — Неужели все было настолько плохо?

— Ну, не то, что бы плохо… но я рада, что ты перестаешь мучиться. А теперь, — строго проговорила она, видимо, тему сменить хотела. — Я принесу тебе один хорошенький настой, и ты его выпьешь. Он тебя в миг на ноги поднимет.

Я скривилась, зная прекрасно, что это за настой. Гадость несусветная. Хотя, да, на ноги она быстро поднимает. Выпьешь ее один раз и сразу выздоравливаешь, только, чтобы эту дрянь не пить.

К вечеру мне стало намного лучше. Ирина и отец, который прилетел домой сегодня, утверждали, что чудо настойка помогла.

— А вот и виновник торжества! — воскликнул отец, когда увидел Рыжика, вылащивающего из-под кровати. Запах настойки ему тоже не понравился.

— Как назвала? — продолжал радоваться, не понятно чему отец.

— Рыжик.

— Рыжик? — удивился папа, но посмотрев на меня, сразу добавил, что имя очень хорошее.


Уже совсем поздним вечером, когда отец развлекал меня и Ирину веселыми историями, в мою комнату ворвался Макс.

— Ага, дома! — безумно обрадовался мне братец, даже не обративший внимания на папу, которого он не видел две недели. Взгляд его был безумным, а движения очень нервными.

— Ирина! — заорал брат. — Мне нужна поварешка!

— Зачем? — удивились мы втроем. Но Макс совершенно нас, не слушая, опять обратился к Ирине. — Снимайте фартук!

Женщина удивилась, но подчинилась, отдала Максу требуемое и отправилась за поварешкой.

— Одевай! — скомандовал мне брат. — И вид у тебя хороший — бледноватый.

Когда Максим растрепал мне волосы, в комнату вошла Ирина с обещанным половником, который очень быстро перекочевал ко мне в руки.

— Максим, в чем дело? — все-таки смог выговорить папочка. Но Максим был видимо немного не в себе. Поэтому обратился ко мне с непонятными словами.

— Ты моя жена, поняла? Я тебе все потом объясню. А вы не выходите! — обратился он к отцу и Ирине. А потом снова ко мне. — И сделай грозный вид!

— Да что происходит? — возмутилась я. Мне не хотелось вылезать из теплой постели и покидать свою комнату.

— Твоему брату нужна помощь! — завел меня на кухню брат. — Когда я скажу фразу 'вот здесь я живу'. Ты выходишь.

И он убежал. Дурдом, какой то! И почему-то сразу вспомнился идиотский случай, произошедший два года назад.

* * *

Макс познакомился с девушкой, провел с ней время и решил с ней разойтись, как в море корабли. Только вот девушка этого совершенно не хотела. Тогда изобретательный братец велел мне засунуть под футболку небольшую подушечку и притвориться его беременной девушкой. Я, конечно, не хотела участвовать в этом разводе бедной девушки, но выбора у меня не было.

Так вот, он привел эту самую девушку к нам домой, звали ее по-моему, Оксана. Девушка быстро просекла, что к чему и полезла с объятиями. И в этот момент на горизонте появилась я, с огромным животом. Не сказав ни слова, я просто села в кресло.

— Кто это, котик? — ласково спросила Оксана моего брата, который еле сдерживался, чтоб не засмеяться. В принципе я его понимала, выглядела я просто ужасно: огромный живот, обтянутый серой бесформенной футболкой, волосы завязаны в растрепанный узел. А лицо… я долго старалась: выбелила и добавила черные круги под глазами.

— Что значит кто? — возмутилась я. — Я его беременная девушка. Вот, рожать мне уже скоро. А ты значит согласна?

— С чем согласна? — непонимающе уставилась на меня Оксана.

— Как с чем? Тоже рожать.

— За… за… зачем рожать? — с трудом выговаривала девушка.

— Как зачем? Макс, ты ей разве не сказал? Нет. Ну, тогда слушай, — и пустилась в повествование.

— Максим находит здоровых девушек, оплодотворяет, затем девушка рожает и отдает ребенка нам. А мы продаем их за границу. Кстати мальчики дороже. Так, что давайте уж, постарайтесь. А я, пожалуй, пойду, прилягу.

После этого мы эту Оксану больше не видели. А теперь мне придется притворяться женой. Так же Макс меня достал! Последний раз помогаю. Как только я услышала нужную фразу, посчитала до десяти, взяла половник и вышла. И мой выход был грандиозным.

— Ага! — заорала я. — Явился, не запылился! Не успела жена уехать, а он уже проституток приводит в дом! А дом, между прочим, моих родителей. Вот же ты сволочь! Думал, я уехала, да? Рейс у меня отменили. — Потрясла я на Макса поварешкой. — Что вылупилась, шалава? И где он вас только берет? Уже весь публичный дом у нас в гостях побывал!

Девушка смотрела, хлопая ресницами, то на меня, то на Макса. Из-за угла выглядывали папа с Ириной, видимо, представлением наслаждались.

— И с виду такая приличная девушка, а проститутка! Все, Макс, заплати ей и иди есть, я борщ сварила.

Я удалилась на кухню. Голова болела с новой силой и обещала в скором времени взорваться. Сев за стол, я спрятала лицо в руках.

— Как же все достало, — сама себе сказала я. И ведь правда сколько можно? Неужели брат себе девушку найти не может? Ладно бы он один мучился, а он всех приплетает, что бы с очередной девушкой разобраться. Идиот несчастный!

— Мила, спасибо тебе, огромное, — в скором времени на кухню зашел брат.

— Пожалуйста, — буркнула я.

— С тобой все в порядке? — обеспокоился брат. Лучше бы о себе беспокоился. Не удивлюсь, если все когда-то брошенные им девушки соберутся и разорвут его на клочки. Я бы помогла…

— Голова просто болит.

Он заставил подняться меня в комнату, где Ирина и отец ждали объяснений от Макса. Я же слушать совершенно не хотела, но вся эта дружная компания не собиралась меня место дислокации.

— Максим, что это было? — спросил отец, немного шокированный поведение собственного сына, а Ирина, молча, согласилась с вопросом. И братцу пришлось рассказать.

* * *

Максим после института отправился с друзьями потусить. Сначала они расположились в кафе, а потом часов в десять отправиться в ночной клуб. Но придя туда, Макс был атакован одной красавицей, с которой развлекался несколько раз. Ему она, девушка, уже надоела, и он никак не мог от нее отвязаться.

— Знаешь, детка, мне домой срочно надо, — сказал девушке Макс, от которой не мог отвязаться (это было не единственное, что он не мог — молодой человек никогда на память не жаловался, но все, же, как зовут рыжеволосую красавицу, не мог).

— Почему так рано? — надула губки девушка. Парень ей безумно нравился. Она была почти влюблена.

— Я только друзей привез, а мне завтра на учебу, — попытался Малинин отвязаться от назойливой девушки.

— Можно мне с тобой? — жарко зашептала представительница прекрасного пола.

— Куда? — немного обалдел парень, не ожидая такого поворота событий.

— К тебе домой, разумеется.

— Но дома родители, — попытался отвязаться от такой спутницы Максим.

— Познакомишь заодно. Ты же сам говорил, что у нас все серьезно.

Максим мысленно дал себе подзатыльник. Просто когда он говорил девушке эти слова, он пытался затащить ее в постель. По-другому, девушка не хотела. Ей не хотелось секса только на одну ночь.

Парень, недолго думая, согласился. Ведь дома есть сестра, которая всегда выручит своего любимого брата.

Вот только Максим совершенно не подозревал, чем это может в будущем для него обернуться…

* * *

Как Макс закончил свой рассказ, я не знаю, потому, что меня сморил сон. И снился мне какой-то тонущий остров. Много кораблей отплывало от него, острова, в разные стороны. И только я в виде, какого-то непонятного существа осталась на том острове. Когда же весь остров скрылся под водой, какой-то корабль все-таки забрал, меня (непонятное существо). Потом запахло какой-то гадостью и я проснулась.

Оказалось, что пахло той самой отвратительной настойкой, которая была поставлена мне на тумбочку заботливыми руками Ирины. С тяжелым вздохом пришлось опустошить емкость.

— Вот умница! — зашла ко мне в комнату домработница. — Эта штучка быстро поднимет тебя.

— Спасибо, — вздохнула я и посмотрела на часы. Ого, полдень. Вот это я поспала. Заметив мой взгляд, Ирина улыбнулась.

— Тебе нужны силы. Александр Николаевич ждал, когда ты проснешься утром, но так и не дождался. Его на работу срочно вызвали.

— Ирина, — мягко произнесла я. — Спасибо вам за все. Вы так много для нас сделали.

— Не за что! Ты же знаешь, я люблю вас. У меня нет своих детей, но вы с Максимом мне их заменяете.

И ведь действительно Ирина нас всех очень любит. Она помогала отцу с похоронами, когда мама погибла. Подбадривала его и нас. Ездила улаживать различные дела. Ирина много сделала для нас.


Вечером прискакала Машка. Почему-то она сильно ругалась. Я же не виновата, что заболела. Или виновата? Но подруга ругалась, будь здоров. Спрашивала, зачем я пошла на улицу в такую погоду? И почему в таком виде. Ругала за то, что я, дура глупая, одеться нормально не додумалась. Ее гнев стих только тогда, когда глаза подруги наткнулись на Рыжика. Его зеленые глаза красиво сверкали в полу тьме. (От яркого света, голова болела сильнее).

— Ой, какой хорошенький! — взяла на руки животинку подруга. — Знаешь, я бы ради такого тоже бы на улицу побежала.

— Аааааа, а меня дурой глупой называла! — сделала обиженный вид.

— Ну, прости, дорогая! — и подруга начала ворковать с котом.

— Кстати, — обратила на меня внимание подруга. — Ты долго болеть собралась?

— Не знаю. А что ты хочешь?

Оказывается, что ничего интересного Станина не хотела. Им просто скучно там без меня. Кому именно я уточнять не захотела.

— Привет прекрасные, нимфы! — появилась голова брата в моей комнате.

— И тебе привет, российский Дон Жуан, — очень зло проговорила Машка. Я успела ей рассказать ей вчерашнюю историю.

— Маш, ты чего? — удивился брат, смотря на нее как-то странно.

— Я ничего. Вот только смотрю на тебя, и противно становится. Ладно, пойду я. Пока, Милана.

— Пока, — сказала я немного сбитая с толку поведением Марии. Где та воспитанная и культурная девочка? Максим смотрел ей вслед, как мне пока, показалось, с какой-то затаенной болью. Что-то я вообще перестала понимать действительность!

— Что с ней? — спросил Максим.

— Я не знаю, — меня тоже интересовала, что случилось с моей подругой.

Брат уговорил посмотреть меня кино. Это был какой-то супер-пупер ужастик про серийного убийцу. Этот фильм недавно вышел на большие экраны, и качество в интернете было не очень хорошим.

Начало этого фильма было немного романтическим. Влюбленная парочка гуляла по летнему парку. Беленький молодой человек и рыженькая девушка. Через несколько минут их прогулки и объяснений в любви парочка направилась в сторону дома. Молодой человек проводил свою возлюбленную до двери, и с чувством выполненного достоинства отправился в свои родне пенаты.

Когда девушка уже собиралась лечь спать, ее привлек какой-то шум внизу. Сначала она не предала этому внимания, но потом шум начал нарастать. Девушке показалось, что она слышала скрежет ножей.

С дрожью в ногах рыжеволосая красавица решила спуститься и посмотреть, что там происходит. Родителей как назло дома не оказалось. Спустившись на первый этаж, девушка направилась на кухню, и ни кого там не обнаружив, решила подняться к себе. Но обернувшись, увидела человека в маске, забрызганной кровью. Дом огласил девичий визг. Решив спрятаться эта дура, ой, простите девушка, зачем-то заперлась в ванной комнате.

Маньяк, конечно же, с дверью справился и полоснул девушку ножом по лицу. Опять раздался визг, кровь брызнула в разные стороны, в том числе и на маску маньяка. Вот теперь понятно, почему у него маска в крови. Видимо, жертва не первая.

Так вот, этот маньяк начал наливать ванну. Душ что ли принять захотел? И пока она, ванна, наполнялась, маньяк заклеил жертве рот и связал. Продолжал полосовать ножом девушку, а та плакала кровавыми слезами, и лицо ее было совершенно обезображено. На спине он вырезал фразу 'Любовь за любовь'. Видимо мстил. А когда ванна наполнилась, маньяк просто вспорол девушке живот и выпустил кишки, а потом просто бросил в наполненную ванну.

Ух, ты видимо сильно парня когда-то обидели.

Полицию вызвала убитая горем мать девушки. Но люди в погонах разводили руками. Это было уже третье преступление за неделю. И пока они пытались связать одно с другим, маньяк успел навестить еще двоих.

Оба убийство произошло по определенной схеме. Маньяк изуродовал девушкам лицо, оставил на спине послание, выпустил кишки и в завершение кинул труп, в наполненную водой, ванну.

Все содержимое живота девушек показывали очень тщательно и крупным планом.

Блин, вот же Макс идиот! Знает же, что я не люблю уж очень кровавые ужастики. Но ему, по-моему, очень нравилось. И я с глубоким вздохом вновь уставилась на экран.

— Не нравится? — спросил брат, не отрываясь от экрана.

— Нравится, — уставилась я в плоский экран. Мне было интересно узнать мотив маньяка.

Глупые копы все никак не могли разобраться. Правильно говорил Задорнов, что все американцы тупые.

Когда число убитых достигло десятерых, полиция очень всполошилась. И попался один стажер, который по своей неопытности вызвал на допрос молодых людей убитых девушек. Когда же все эти люди встретились, но сразу начали здороваться, а некоторые даже обнимались.

Наконец-то у копов появилась зацепка, ведь все парни раньше учились в одной школе (я же говорю тупые, а раньше проверить парней было нельзя?) Как оказалось, парни погибших не только учились вместе, но и играли в футбол. А среди погибших были девушки, которые входили в группу поддержки.

О, как ситуация сложилась. Был наверно в школе, какой-то паренек, которого они, простите за выражение, лошили. А он подрос и решил всем отомстить. А любовь тогда причем? Может быть, был влюблен в девушку из группы поддержки, а она его отшила? Я оказалась права только наполовину.

Когда полиция начала допрашивать молодых людей, то они вспомнили паренька, над которым все издевались. И девушку у него увели. Когда рассказ сложили в одно целое, получилась следующая картина.

В их школе учился ботаник, над которым смеялись девушки из группы поддержки, и издевались футболисты. Потом к ним перевелась скромная, но хорошенькая девочка. И именно с этим ботаником она и начала встречаться. Немного подумав, футболисты поспорили, что их капитан не сможет ее в себя влюбить и соблазнить. Как оказалась смог. Девочка бросила ботаника и начала встречаться с капитаном. Но он просто напросто ее соблазнил и кинул.

Девушка не смогла пережить разрыв. И совершила самоубийство, а именно, наполнила ванную и перерезала себе вены. Оператор показывал целую ванну крови близким планом с разных ракурсов. Когда паренек — ботаник узнал о случившимся, он сказал, что отнимет у них любовь. Но футболисты и группа поддержки находились под впечатление, а слова ботаника всерьез не восприняли.

Маньяк, пользуясь задержкой расследования, грохнул еще трех девушек. Парень — ботаник прекрасно понимал, что его в скором времени поймают, и решил прихлопнуть оставшихся быстрей. За следующие две ночи, он выпустил кишки, которые уж очень нравились операторам (если бы не нравились их бы так много и близко не показывали), сразу пяти жертвам.

Копы были ошарашены наплывом убийств и старались как можно быстрее поймать преступника, который очень тщательно скрывался.

Когда осталась последняя жертва, полиция решила устроить засаду. (О, небо, неужели они додумались?). Последнюю жертву предупредили, а сами засели вокруг дома.

Маньяк, не ожидавший, что его уже ждут, шел на промысел. И как только он переступил порог дома, его сразу схватили. Парень не вырывался, лишь зло смотрел на парня, неудавшейся жертвы. А парень этот оказался ни кто иной, как тот самый капитан футбольной команды, из-за которого погибла возлюбленная ботана.

Когда я думала, что убийства закончатся, и девушка останется в живых, маньяк каким-то необычайным способом выхватил оружие у копа, который его держал и направил пистолет в сторону девушки и выстрелил прямо в лоб.

Окружающие не могли придти в себя от шока, смотря, как из раны девушки ручьем вытекает кровь. А ботаник оказался совсем не промах, и воспользоваться заминкой и выстрелить еще раз, только уже в лоб футболисту.

Молодого человека отправили в психушку лечиться, так как он оказался не вменяем. А там украв какое-то лекарство, ввел себе в большой дозе и тоже отбросил коньки.

Вот на такой ноте и закончился фильмец. Интересно, конечно, но крови можно было бы и поменьше.

— Ну, как? — спросил братец, сладко вытягиваясь на моей кровати.

— Знаешь, Макс, — задумчиво отозвалась я. — Может мне тоже за свою любовь следовало всех перерезать?

— Ты чего такое говоришь? — ошарашено спросил Максим, часто хлопая ресницами.

— Да, я пошутила, — рассмеялась я.

— Тогда ладно. Еще что смотреть будем? — как-то настороженно спросил братец. Я только плечами пожала. Тут вошла Ирина со своим пойлом и заставила меня, его выпить. После того как опустела емкость, женщина удовлетворенно кивнула и удалилась.

— Может, комедию посмотрим, — предложил Максим. Видимо, он уже боялся смотреть со мной ужастики. Вдруг в мою дурную голову, влетит еще какая-нибудь 'гениальная' идея.

Но посмотреть мне было не судьба, потому, что под начальную песню я благополучно уснула. И снился мне опять тот же самый сон. Утопающий остров, с кучей кораблей расплывающихся в разные стороны. И непонятное существо, то есть я, которое осталось до конца, а потом его подхватил корабль.

* * *

— Мила, к тебе пришли, — зашла в мою комнату Ирина.

— Кто? — нехотя оторвала голову я от подушки.

— Стас.

Я попросила, что бы она проводила его в комнату. Вставать мне безумно не хотелось. Голова вновь упала на подушки. Вот зачем он пришел? Что ему надо? Даже поболеть спокойно нельзя. Приятно, конечно, что он обо мне вспоминает. Но в понедельник я уже собиралась на учебу, думаю, он это знал прекрасно. Подождать пару дней было нельзя?

— Привет! — радостно поздоровался молодой человек, просунув в комнату свою голову с творческим беспорядком на ней. — Как ты себя чувствуешь, Мила?

— Нормально, в понедельник уже на учебу. Проходи, — пригласила я гостя, принимая сидячее положение.

— Я знаю, что в понедельник, — улыбнулся белоснежной улыбкой Стас. И мне тоже захотелось улыбнуться.

— Тогда зачем пришел? — все же спросила я, принимая от него ароматный букет из лилий, роз, тюльпанов и еще каких-то цветов.

— Мне хотелось тебя увидеть, и я не мог больше ждать. Решил тебя проведать. Вот, — потряс он пакетом. — Я принес тебе яблоки. Обычно больным носят апельсины, но слышал, что ты их не любишь. А Макс сказал, что яблоки в самый раз.

— Спасибо. Хорошо, что спросил, а то припер бы апельсинов, а у меня на них аллергия.

Он спрашивал у Макса, что я люблю? Хотел сделать мне приятное? Ну что же у него получилось. Яблоки я просто обожаю. Могу целый пакет, который принес Барский за раз слопать (а там не меньше двух десятков).

Я заглянула в пакет, раздумывая, мытые они или нет. И словно прочитав мои мысли, Стас сказал.

— Это мой любимый сорт. Ешь, они чистые.

— Спасибо. Я тоже такие люблю, — обрадовано произнесла я, выбирая яблоко побольше. Рука молодого человека мгновенно залезла в пакет, и достала большое яблоко, и протянул мне.

— Спасибо, — с улыбкой приняла я угощение. А оно оказалось очень вкусным и сочным. Я, конечно, не чавкаю и сок от еды не пускаю, но одна застенчивая капелька все, же решила скатиться по уголку губ.

— Дай вытру, — мгновенно приблизился ко мне парень. Я-то по своей наивности предполагала, что он эту капельку салфетками вытрет, которых на тумбочке было в большом достатке. Ну, или на крайней случай можно и рукой. Но я никак не ожидала, что почувствую на уголке своих губ кончик его языка, медленно убирающего капельку. Его тепло заставила меня вздрогнуть.

Успокаиваться молодой человек не хотел и от губ плавно перешел на шею. Покрывая ее тысячью маленьких поцелуйчиков. О, Боги, как же это приятно! Потом нежно покусывая кожу, поцеловал меня за ухом, словно зная, что это моя эрогенная зона, между прочим.

Ааааааа, я сейчас растаю! Что он делает? И почему мне это так сильно нравится? А, знаю! На улице весна гормоны играют!

Вот, например, сегодня все утро коты и кошки очень радовались этому времени года. И разбудили меня гады своими громкими 'разговорами'. Блин, о чем я вообще думаю? Какие коты? Какие кошки?

Барский продолжал свое дело — целовал совершенно потерявшую дар речи меня. Поцелуи плавно сменялись легкими и приятными укусами. Моя шея и уши горели от его поцелуев и дыхания. Я тяжело вздохнула, убрала волосы и запрокинула шею, приглашая продолжать. Приглашение было принято мгновенно.

Что я творю? А почему он не трогает губ? Почему не сжимает в объятиях? В мою голову лезли тысячи глупых вопросов, ответы на которые я не знала или просто не хотела знать.

Стоило только подумать о поцелуях, как его губы накрыли мои. Поцелуй был диким и приятным одновременно. И снова взрыв. Пожар. Потушите меня кто-нибудь, пока я не сгорела под его напором.

Прошептав мое имя, Стас одну руки положил мне на шею, большим пальцем гладя по щеки, и гоняя тысячи мурашек. Вторую руку он положил мне на талию, притягивая меня сильнее к себе. А потом, видимо реши не мучиться, и посадил меня на колени к себе лицом. Продолжая целовать и все крепче и крепче, прижимал к себе.

Почему мне хочется раствориться в нем? Что со мной происходит? Почему веду себя так? Ау, разум, где ты? Но видимо он ушел в небольшой отпуск, и отвечать мне в ближайшее время не собирался.

Я слегка закусила нижнюю губу Стаса, и у него вырвался судорожный вздох. На меня этот вздох подействовал, как валериана на кота, и я ответила со всей страстностью, которая у меня была.

Барскому это очень понравилось, и он опустился спиной на кровать, увлекая меня за собой. Его руки продолжали обнимать меня за талию. Мне показалось, что он хочет доминировать и перевернул на спину, ложась на меня сверху. Парень взял меня за ногу, сгибая в коленке, и он провел огненную линию ладонью от лодыжки до бедра.

В этот момент я запаниковала, и Стас моментально отстранился и сел, скомкав в руках край покрывала. Он продолжал тяжело дышать и не смотрел на меня. Я в свою очередь старалась не смотреть на него и пыталась отдышаться и унять бешеный стук сердца, который продолжал отбивать барабанный ритм.

— Прости меня! Я… я… я не должен был, — еле выговорил он.

Я ничего не могла ответить. Я ругала себя за слабость и за то, что ошиблась на счет Стаса. Он оказался намного благороднее, чем я наивно предполагала. Мне казалось, что если он услышит из моих уст отказ, то не остановится и возьмет все, что ему надо силой. Но Барский неведомым мне образом остановился именно в тот момент, когда я хотела, что бы он, не останавливался. Я знала, что потом возненавидела себя за это. И я сейчас была ему безумно благодарна, что он не такой плохой, каким кажется на первый взгляд.

— Мил, прости, пожалуйста, — тихо проговорил опять слова извинения Стас. Мне, наверно, надо что-то сказать, но у меня все во рту пересохло. Да и что я могла сказать? Я ведь с большим удовольствием принимала все его поцелуи и ласки.

— Зачем ты это делаешь? — как-то жалобно произнес молодой человек, смотря на меня щенячьими глазами.

— Делаю что? — нашла я в себе силы, наконец-то ответить. Вместо ответа Стас вскочил на кровать и поднес свой нос к моему, и только потом ответил:

— Губы. Зачем ты их облизываешь? — почувствовала я на своем лице теплоту его дыхания.

— Я… я не знаю, — растерялась я.

Барский придвинул свое лицо ближе, смотря на мои губы. Я сама того не заметила, как снова провела языком по пересохшим губам. Стас как-то странно застонал, быстро встал, сказал, что ему уже давно пора уходить, и то, что он очень надеется увидеть меня в скором времени.

Когда Станислав был за пределами моей комнаты, я громко рассмеялась. Ну, Стас, ну дезертир. Он сбежал! С ума сойти! Вот чего я не ожидала от него, так это того что парень сбежит. Он побоялся, что не сдержится и набросится на меня? А сейчас он пойдет искать другую жертву? Я рассмеялась еще сильнее, но мысль мне не понравилась. Так, по-моему, у меня истерика. Надо срочно успокоиться!

— Он рассказывал тебе анекдоты? — вошла Ирина с двумя емкостями. Одна была под цветы, а другая для меня — лекарство. Фууу!

— Ирина, а ты в толковании снов разбираешься? — неожиданно вспомнила я свой сон.

— Разбираюсь немного. Давай сначала выпей лекарство, а потом расскажешь.

Я повиновалась ее воли. Она же лучше знает, что делать, правда? А потом рассказала сон.

— Ну, что я могу сказать, — задумчиво произнесла Ирина. — Если во сне видишь, как вода разливается и покрывает все больше и больше суши, то надо готовиться к капризам судьбы. А насчет острова… — Загадочно улыбнулась Ирина. — Для женщины подобный сон обещает счастливое замужество.

Что? Замужество? Какое еще замужество? Я и замуж — уму непостижимо! Да и никто и не зовет. И тут я вспомнила разговор со Стасом в кафе.

'А сколько тебе лет?'

'23, а что не выгляжу?'

'Нет. Тебе жениться пора'

'А ты согласна?'


— Какое замужество? — спросила я у Ирины. — Мое?

— Ну, конечно, Мила. Не мое же! — рассмеялась женщина, а я нахмурилась.

— Знаешь, мне твой сон кое-что напоминает, — сказала она отсмеявшись.

— И что же? — буркнула я, которая замуж не собиралась.

— Одну небольшую притчу. Хочешь, расскажу?

— Ну, давайте, — согласилась. Хотя мне уже ничего не хотелось, но слушала я внимательно. Это было похоже на сказку, но меня эта притча все, же смогла немного зацепить.


Давно… Очень давно был остров, на котором жили все Чувства и духовные ценности людей: Радость, Грусть, Познание и другие. Вместе с ними жила и Любовь.

Однажды Чувства заметили, что остров погружается в океан и скоро затонет. Все сели в свои корабли и покинули остров. Любовь не спешила и ждала до последней минуты. И только, когда она увидела, что на спасение острова нет надежды, и он почти весь ушел под воду, она стала звать на помощь.

Мимо проплыл роскошный корабль Богатства. Любовь просила взять ее на корабль, но Богатство сказало, что на его корабле много драгоценностей, золота и серебра и для Любви места нет.

Любовь обратилась к Гордости, корабль которой проплывал мимо… Но в ответ Любовь услышала, что ее присутствие нарушит порядок и совершенство на корабле Гордости.

С мольбой о помощи Любовь обратилась к Грусти.

'О, Любовь, — ответила Грусть, — мне так грустно, что я должна оставаться в одиночестве'.

Мимо острова проплыла Радость, но она была так занята весельем, что даже не услышала мольбу Любви.

Вдруг Любовь услышала голос:

'Иди сюда Любовь, я возьму тебя с собой'.

Любовь увидела седого старца, и она была так счастлива, что даже забыла спросить имя его. И когда они достигли Земли, Любовь осталась, а старец поплыл дальше. И только когда лодка старца скрылась, Любовь спохватилась…. ведь она даже не поблагодарила старца.

Любовь обратилась к Познанию:

'Познание, скажи мне, кто спас меня?'.

'Это было Время', - ответило Познание.

'Время?' — удивилась Любовь — Отчего Оно мне помогло?'

Познание ответило:

'Только Время понимает и знает, как важна в жизни Любовь'.


У меня не было слов, что бы что-то сказать на это, поэтому я и молчала. А что я могла сказать?

— Тебе тоже нужно время. И все будет хорошо! — покровительственно заявила Ирина, проводя рукой по волосам. — Надо только немного подождать.

После ухода Ирины, я не знала, куда себя деть. И после двадцати минут метаний, я взяла огромные наушники, включила музыку на всю и легла. Под энергичные песни плей — листа я и заснула. На этот раз без сновидений. И на этом спасибо.

* * *

В субботу мы с Машкой решили погулять. Я кое-как выбралась из цепких рук нашей домработницы, которая не хотела выпускать меня на улицу. И даже мои слезные упрашивания на нее не действовали. Она только отвечала: 'осталось недолго, потерпи'. Но терпеть я уже не могла. Мне просто необходим свежий воздух. Особенно после того, как я вспоминала события прошлого вечера. Да, да, вечера, когда ко мне заявился Стас. Я до сих пор не могла понять, почему мое тело так реагировало на его прикосновения. И почему мне хотелось, что бы он закончил и продолжил одновременно.

Сейчас я четко осознавала, что Барский мне нравился. Но было что-то такое, что постоянно отталкивало меня от него. Может быть мой страх, который был на подсознательном уровне. Может что-то другое. И я не могла понять что именно.

А если у него тоже есть тайна, как у меня, например. Ведь не всегда же он такой бабник был. Братец мой тоже раньше нормальный был. А сейчас… вспомнив о брате, я поморщилась. Мне почему-то стало стыдно за всех тех девушек, которых он обманывал. Надо будет с ним поговорить на эту тему. Деликатно, как-нибудь. Ну не в лоб же ему говорить 'извини, Макс, ну ты козел!' Как оказалось позже деликатно у меня не получилось. В принципе моей вины в этом совершенно не было. Обычно я никого не трогаю, если и меня никто не трогает. Но об этом позже.

Ах, как же хорошо на улице! Я прям, чувствую, как меня пропитывает воздухом. А то в четырех стенах это вообще ужас! Вздохнула полной грудью, на моем лице сразу выступила улыбка. Подруга повторила мои действия и тоже довольно улыбнулась. Мы шли по парку. Народа здесь было мало, гулять еще рано, да еще и многочисленные лужи мешают развернуться на полную. Но нам было комфортно. Мы просто бродили по многочисленным аллеям, огибая лужи.

На душе так радостно стало! Сама не знаю почему. Я взяла Машку под руку, и продолжили движение в тишине. А тишина эта была совершенно не гнетущая, а добавляла легкости и свободы.

Пока мы бродили, с нами несколько раз пытались познакомиться какие-то парни. На вид они выглядели не очень: пьяные (и это днем), неопрятные, и видимо совсем недавно отпраздновали свое восемнадцатилетние. Не обращая на них внимания, мы отправились дальше.

— Хорошо, правда? — произнесла я первые слова за всю нашу прогулку.

— Правда, — улыбнулась подруга

— Пойдем, поедим? — заметила я кафе неподалеку. С утра у меня маковой росинки даже не было, ведь из дома я практически сбежала.

— Пойдем, — Маша.


Небольшое кафе находилось на окраине парка, и радовало немногочисленностью. Большие окна во всю стену открывали прекрасный вид на набережную, где в теплое время года собираются огромные компании. По реке проходят теплоходы, катаются на катерах и лодках. Жизнь всегда была ручьем, просто я никогда раньше этого не замечала.

Я помню, как Пашка приглашал меня покататься на теплоходе. Мне, конечно, было интересно, но и страшно тоже было.

На арендованном небольшом теплоходе мы были вдвоем. (Ну, если не считать капитана и обслуживающий персонал).


— Держи, — протянул молодой человек большую чашку с горячим шоколадом, который очень любила его молодая спутница.

— Спасибо, — взяла лакомство девушка, продолжая сидеть в кресле и кутаться в теплый плед. — Здесь так здорово!

— Я рассчитывал, что тебе понравится, — всегда нравилось преподносить сюрпризы черноволосой красавице.

— Ты угадываешь мои тайные желания! — рассмеялась девушка. — Ты научился читать мысли?

Парень смотрел, как она в притворной обиде надула розовые губки, которые ему безумно нравилось целовать, и сдвинула брови к переносице. Девушка была настолько хороша, что даже складочка между бровей была безумно милая.

— Нет, — нагнулся к ней парень, чтобы чмокнуть в нос, — я просто тебя хорошо знаю.

— И что же ты обо мне знаешь? — заинтересовалась девушка.

— Ты самая красивая! — начал загибать пальцы молодой человек. — Самая добрая, милая и любимая!

Парень посмотрел в невыносимо синие глаза возлюбленной. Они у нее были большими и чистыми. Ведь говорят, что глаза это зеркало души. А у девушки душа была действительно большая и чистая, в ней было места для всех, может быть, поэтому будущее у нее будет не очень радужное.

Молодой человек прикрыл глаза, что бы ни потерять свой рассудок от близости девушки. В ближайшее время ему он, рассудок, еще понадобится.

Рассвет они встречали на палубе, обнявшись, и каждый из них был безумно счастлив от осознания, что они любят и любимы сами. Рассвет был прекрасен. Огромный красный круг вставал на востоке, и создавалось впечатление, что солнце поднималось из воды. Романтика…


На смену одному воспоминанию пришло другое, такое же счастливое, как и первое.


— Давай покатаемся на скейте? — предложила светловолосая девочка.

— Я не умею, — возразила темноволосая.

— Ну, и что? Я тоже! Вместе научимся.

— А давай! — все-таки решила согласиться подруга.

И девочки, уверенные, что у них все получится, отправились в скейт — парк. Сначала они долго наблюдали за катающимися, а потом решили попробовать сами.

— Готова? — спросила темненькая.

— Всегда готова! Ты же знаешь, — ответила улыбающаяся девочка.

— Тогда давай!

И светловолосая непоседа, как называла ее подруга, покатилась. С большой осторожностью она прокатилась. Вторая тоже решила попробовать. Новое занятие девочкам безумно понравилось. А сколько адреналина они получили.

После нескольких часов катания по ровной поверхности подруги разумно решили, что можно переходить на дорожку потяжелее.

— В этот раз я первая! — проговорила темненькая девочка.

— Ну, давай, — улыбнулась ее подруга.

Быстро потеряв равновесие, девочка упала, и ногу пронзила боль.

— Аааааааа, — прорезал девичий крик скейт — парк.

— Как ты? Что болит? Где болит? — перепугалась за пострадавшую подруга.

— Нога, — только и сказала темноволосая.


Светловолосая девочка маячила у входа в палату. Она очень переживала за свою подругу. Если бы была такая возможность, девочка бы мучилась с ногой вместо подруги, которую знала с пеленок. Когда врач разрешил девочке в палату, та с порога начала говорить слова извинения.

— Ты же ни в чем не виновата, — пыталась угомонить черноволосая свою подругу, которая искренне считала, что виновата, именно, она.

— Я во всем виновата! — продолжала канючить девочка. — Не надо было тебя туда тащить.

— Я сама туда пошла. И кататься решила сама.

— Вечно в мою голову лезут дурацкие мысли, — почти плакала светловолосая. И сколько ее не переубеждала подруга, что ничего страшного не случилось, всего лишь растяжение. Пыталась говорить, что сама полезла. Но видимо все было тщетно.

— Прости меня, пожалуйста! — обняла пострадавшую. — Я так за тебя напугалась. Я очень испугалась. Прости меня, пожалуйста!

Так и обнимая больную подругу, расплакалась. Та, поглаживая по голову, попросила успокоиться и не переживать.

* * *

Ведь это были счастливые дни. И люди были любимы. Почему жизнь забрала их у меня? На этот вопрос я уже не узнаю ответа.

— Ты чего улыбаешься так загадочно, — спросила меня Маша.

— Я вспомнила, как меня на скорой из скейт — парка увозили.

— Сейчас это кажется смешным, — только и улыбнулась подруга. Когда это случилось, мы с Машей мало общались, ее тогда только перевели в нашу школу.

— Действительно, — согласна кивнула я.

— Зачем ты об этом вспоминаешь? — сделала большой глоток кофе подруга. — Пора избавится от болезненных воспоминаний.

— Они не болезненные, — возразила я. — Если этих людей больше нет рядом, это не значит, что воспоминания болезненные. Я рада, что от них остались воспоминания того времени, когда я была счастлива.

— Я тебя не узнаю, — изумилась подруга. — И что же стало причиной такой резкой перемене?

Мне было немного неловко рассказывать Машке про Стаса. Я не смогу ей этого объяснить. Ведь я даже себе объяснить этого не смогу. Может просто сказать, что мне Барский понравился. Ага, а вот потом начнутся расспросы: как сильно нравится, когда это началось и что же он? А мне этого сейчас не хотелось. Хотя я не уверена, что потом я захочу.

Станину очень заинтересовала моя заминка. Лукаво сощурив глазки, девушка меня с интересом разглядывала, а потом просто спросила.

— Кто он? Я его знаю?

— Кто он? Кого ты знаешь?

— Кт тот парень, который тебе нравится?

— С чего ты взяла, что мне кто-то нравится? — пыталась состроить я дурочку. Видимо выглядело это очень плохо.

— Кого ты пытаешься обмануть? Будущего психолога.

— Маш…. кажется, — неуверенно протянула я, — мне Барский нравится.

Глаза подруги загорелись бешеными огоньками, и она стала меня разглядывать так, как будто я была музейным экспонатом. Я поежилась. Теперь точно от расспросов не уйти. Блин, как же говорить ничего не хочется и немного потормозив, я выдала про сон, прекрасно зная, что после рассказа будет еще череда вопросов.

— Мне надо купить платье! — сделала нелогичный вывод из моего сна подруга.

— Зачем?

— Ну, не могу я к тебе на свадьбу в старом идти! — звонко рассмеялась Машка. Фразу про свадьбу, услышали посетители, которые находились рядом и официанты. Ко мне сразу появилось несколько заинтересованных взглядов, а потом люди просто начали улыбаться. За меня рады? Спасибо не стоит, я замуж ближайшие лет десять не выйду.

— Ты что мелешь? — попыталась я образумить Машку. — Это ведь просто сон!

— Тогда рассказывай, почему тебе такие сны сняться? Что же такого интересного сделал наш Стасик.

— Я не могу об этом, — заметив взгляд подруги, поспешила добавить. — У нас ничего не было! И не чего на меня так смотреть!

Машке не дал ответить звук сотового телефона. И я была очень признательна звонившему, но только до того момента, как узнала, кто звонит.

— Сейчас Димка подъедет, — убрала телефон обратно в сумку Станина. — Ты же не против?

— Почему я должна быть против? Это же твой парень, — если подруга говорит, что любит его, то я здесь бессильна.

— Он же тебе не нравится, — поджала обиженно губки Машка.

— Он твой парень, а не мой. Это тебе он должен нравится.

Станина не ответила, а я больше не нашла, что сказать. А действительно, что? Вот, именно, ничего. Каждый человек имеет право на выбор, и я это уже давно заучила. Если окружающим, что-то не нравится в тебе, то ты не должна менять ради них. Каждому все равно не угодишь. Как говорит мудрая поговорка 'сколько людей, столько и мнений'.


Настроение начало медленно меня покидать, видимо предвидя приезд Димы. Мы с ним, конечно, не ругаемся, но этот человек вызывает во мне плохие эмоции. Через полчаса в кафе появилась фигура среднего роста с растрепанными рыжеватыми волосами. Дмитрий Зарубин собственной персоны. Он, конечно, был довольно симпатичный, но я все равно отвела от него взгляд.

— Привет, — поздоровался молодой человек, присаживаясь, и обводя недовольным взглядом наш столик. Неужели он будет возмущаться из-за того, что мы кофе в кафе выпить решили? Смотрите-ка, и, правда, стал.

— Вы, что дома кофе попить не могли? — недовольно буркнул парень.

— Ты предлагаешь нам съездить домой, выпить кофе, а потом опять вернуться в парк? — спросила я со смешком. Подруга насупилась.

— Я не понимаю, зачем тратить деньги в кафе, если можно и дома выпить, — не слыша меня, ворчал Зарубин. Дима был человеком вполне обеспеченным, очень жадным. Меня его фраза изрядно веселила. Она явно одного рода с другой. 'Зачем ходить на дискотеки? Можно просто включить музыку и танцевать дома'.

— Дима, не начинай, — обратилась к нему Маша, поглаживая по руке. Но парень как заведенный ворчал, что кофе можно выпить дома. И я не выдержала, я знаю Станиной неприятно, когда мы с ним не находим общего языка.

— Дим, а рождаться зачем? Все равно умрем.

Таким невинным замечание, по моему мнению, я прорвала плотину его слов. И он начал меня обвинять, что я, видите ли, очень плохо влияю на его возлюбленную. Что именно я заставляю ее тратить деньги.

— Мы же не твои деньги тратим! — возмутилась я. — Не надо лезть в чужой карман!

Тогда он начал возникать еще сильнее. Видите ли, после общения со мной Машка портится. А денежки надо экономить, ведь мы будущие хозяйки очага и все такое прочее.

— Вот, — швырнула я на стол крупную купюру, вставая. — Тебе не придется платить за кофе твоей возлюбленной девушки. Кстати ты себе тоже можешь что-нибудь заказать. Думаю, этого тебе хватит. — Кивнула я на купюру. И я пошла к выходу, бросая на ходу подруге, что мы созвонимся.

Ну, неужели есть на свете такие жмоты? С ума сойти! Его так, между прочим, мама так воспитала. Ну и люди пошли.

Сев в машину, я закурила. Надо полечить немного нервишки. Вот сейчас домой приеду — отдохну. А то так чокнуться можно. Вот только по дороге домой, я не думала, что покоя я сегодня не найду.

Придя домой, я была в полном негодовании. Я, что реально на Машку плохо влияю? Вроде нет. Ну, и Дима, ну, и козел! Других слов просто нет! Постоянно на ней экономит. Ну что за жук такой.

Я успела только переодеться в шорты и майку, как в комнату зашла Ирина.

— Милана, к тебе пришли.

— Кто? — нахмурилась я. Надеюсь это не Барский. Еще одного раза я не выдержу…

— Денис, — коротко ответила женщина.

— Денис? — удивилась я. — Скажите, что я сейчас спущусь.

Этому что нужно? Надеюсь, он не будет проделывать со мной такой же фокус, как и Стас. Я тряхнула головой, а то, что-то мне в голову фигня разная лезет. Ну, почему жизнь у меня не такая, как у нормальных людей? Вывод напрашивается только один — я ненормальная!

Когда я спустилась, Денис уже сидел в кресле и пил кофе. Как они эту бурду пьют?

— Привет, — поднялся молодой человек, протягивая мне небольшой, но красивый букет.

— Привет и спасибо.

Денис широко улыбнулся. Вот только лицо его было, какое-то задумчивое, как будто в уме задачу сложную решал.

— Как ты? Слышал, пошла на поправку.

— Да, в понедельник пойду на учебу, — я попросила Ирину принести мне горячего шоколада. Раз в кафе его попить не смогла нормально, сделаю, как советовал Зарубин — выпью дома.

— Это хорошо. Без тебя скучно, — доверительно сказал Дэн.

— Да? — удивилась я. Клоуном я не работаю, народ не веселю. Чего вдруг без меня скучно стало?

— Да. Ой, — хлопнул себя по лбу парень, — я же тебя яблоки принес. Ты же их любишь?

— Люблю, — кивнула я, принимая пакет. Вам не кажется, что это где-то уже было? Вот и я думаю, что это уже было. Только сейчас я, пожалуй, не буду их есть. Ну, мало ли…

— Они мытые. Попробуй, — сказал парень, кивая на пакет.

— Пока что-то не хочется, — напугалась я. мне совсем не хотелось повторять прошлый опыт. Вдруг я и на Королева как-нибудь отреагирую. А гостиная совсем плохое место для страстных поцелуев. Боже, что я несу? Какие поцелуи?

— С тобой все в порядке? — сощурил глаза Денис.

— Да, все просто отлично, — нервно произнесла я. Интересно, почему я нервничаю? Мы болтали о разных мелочах. Денис, пытался развеселить меня какими-то анекдотами. Я делала вид, что мне интересно. Как собеседник Королев хорош, но я очень сильно нервничала. И причину такого своего поведения я не могла найти.

— У меня скоро соревнования, — сообщил мне собеседник. Он уже очень давно занимается боями без правил.

— Опять поедешь куда-то? — спросила я. Они исколесили практически всю нашу страну.

— Да, поеду. Через месяц. Скучать будешь? — спросил парень, с каким-то подтекстом. А я не знала, что ответить.

— Еще не знаю, — решила я уйти от ответа. Если скажу, что буду, то возможно дам ему надежду, а если нет, то обидится.

— Как не знаешь? — спросил Королев, который отвечал кому-то на смс — сообщение.

— Когда уедешь, тогда и посмотрим, — вновь увильнула я. Почему я должна по нему скучать? Я ведь не его девушка. Ой, надеюсь, Дэн не будет намекать, что бы я ей стала. Уж очень мне его взгляд не понравился. Парень, ты, что в лотерею выиграл? Почему выражение лица победное? И не чего на меня так смотреть! Я не лошадь, которую надо оценить перед покупкой.

— Почему ты на меня так смотришь? — все-таки не выдержала я.

— Ты такая красивая! — сделал мне комплемент парень.

— Спасибо, — поблагодарила я. Вот, что толку в моей красоте? Счастья все равно нет. Оно мне по-моему, еще не скоро ко мне придет.

— Самая красивая девушка, которую я когда-то видел, — тем временем продолжал Денис.

— Значит, ты слеп, — подвела я итог. — Вокруг полно девушек, которые намного красивее меня.

— Я не смотрю по сторонам. Мил, ты мне очень нравишься.

Королев дотронулся до моей руки и продолжал смотреть на меня. Я поежилась. Мне надо что-то ответить?

— Прости, Денис, — вырвала я руку и встала. Я скоро от лиц мужского пола шарахаться буду. Может Денису и Стасу завести себе постоянных девушек завести, а меня оставить в покое.

'Вот каждый из них и пытается это сделать. И это девушка ты!' шептал мне мой внутренний голос. Так, стоп! Почему о Барском вспомнила? Кыш из моей головы!

Я подошла к окну. Скоро снег полностью растает. Солнышко будет согревать своим теплом. А у меня внутри все равно останется зима. Я обхватила себя руками. И сразу же почувствовала на плечах вторую пару рук.

— Мила, — прошептал Денис мне на ухо.

— Да? — решила я не поворачиваться. У меня слишком слабая психика и не выдержит столько.

— Ты подарок! И мне бы очень хотелось, что бы таким подарком одарила меня.

— Денис… — я не знала, как на такое реагировать. Где-то послышался шум. И Денис молниеносным движением развернул меня к себе лицом и… поцеловал.

Ну, что могу сказать — целуется он не плохо. Заодно и проверю свою реакцию на его прикосновения. Вдруг реакция только на Барского. Денис целовал меня очень уверенно с нажимом, требуя ответа. Его руки крепко прижимали меня к себе, вот только силушку свою богатырскую он не рассчитал. Так и кости можно в щепки превратить. Я положила свои руки ему на плечи, ну не стоять же столбом — меня все-таки целуют.

Как бы хорошо и умело не целовался бы Дэн, такого эффекта, как от губ Стаса я не испытывала. Наверно не стоило о нем сейчас думать…

В гостиной кто-то закашлялся, и я моментально отпрянула от Дениса.

— Какого черта? — прогремел голос брата в гостиной.

Может, мне не надо было Стаса вспоминать? А то стоит, вылупил на меня свои огромные глаза.

— Привет, ребята и пока. Я наверно пойду, — улыбнулся Королев, а потом быстро поцеловал меня в щеку, попрощался и ушел. Краем глаза я заметила, как Стас дернулся в нашу сторону, когда Денис меня чмокнул, но Макс быстро его остановил.

Быстро они спелись голубчики. Хотя чему я удивляюсь? Дурак дурака видит издалека. Я собиралась уже ретироваться в комнату, как меня остановил вопрос Максима.

— Что это было? — решил узнать Макс, ну как ребенок, честное слово.

— Не что, а кто. Это, между прочим, твой друг Денис Королев.

— Я не об это Мила! — начал шипеть братец.

— О чем же ты Макс? — спросила я его, смертельно от всего устав.

— Что вы делали? — обвинительным тоном спросил брат. Стас при этом смотрел на меня, не отрываясь.

— Думаю не слепой — видел. А если нет, то поясню — мы целовались.

При этих словах Барский поморщился, словно лимон целиком съел. Лицо Макса было не лучше. Что вы на меня вылупились? Ничего плохого я не делала. Мы же тут не непристойностями занимались, а просто целовались. Сомневаюсь, что за такое расстреливают.

— Мила, зачем ты это делаешь? — устало спросил родственник.

— Делаю что? — решила уточнить я на всякий случай.

— Зачем ты парней постоянно лбами сталкиваешь? — опять обвинительный тон. И это он мне говорит? Что я их лбами сталкиваю. Я, между прочим, никому ничего не обещала. А Макс продолжил и этими словами прорвал плотину моего спокойствия.

— Это не красиво с твоей стороны!

— Что? — возмутилась я. — И кто мне это говорит? Макс, да тебе вообще должно быть стыдно, что ты меня такими словами попрекаешь!

— Это еще почему? — попросил разъяснений братец. Правильно говорят, что в своем глазу бревна не замечают. Ну, меня и понесло.

— Ты на себя посмотри! — завопила я. — Ты то и дело так делаешь! Ты постоянно приводишь своих девок домой, что бы я тебе помогла от них избавится. А ты думал когда-нибудь, что мне надоело тебя покрывать? Нет? Не думал? Я так и знала! Для тебя это видимо очень сложный процесс.

Парни смотрели на меня так, словно на их глазах я превратилась во что-то страшное. Может у меня отросли рога, копыта или хвост? А может все вместе? Но я просто не могла остановиться, да и не хотела. Меня задолбало, что он сначала обманывает девушек, а меня просит притвориться его женой.

— Мила… — попытался вставить брат слово, ног я не дала.

— Что Мила? Ты о чувствах девушек думал? Ведь ни разу ты не задумывался, что они чувствуют. Тебя только волновало одно — как удовлетворить свои похоти. И этот человек пытается научить меня жизни? Да ты вообще рот не имеешь права на меня открывать! — Боже, как же я зла! Как же зла!

— В городе нет, наверно, не одной девушки достигшей совершеннолетия, которую ты не соблазнял. Что ты ко мне лезешь с нравоучениями, если сам жить не умеешь?

— Мила, я хочу о тебе заботиться, — проговорил родственничек робко. Неужели стыдно? Или нам такое чувство не известно?

— Заботится? — возмутилась я. — Как заботиться будешь? Стасику меня отдашь. Вы же теперь на пару девок соблазняете. А в моей постели он не был. Непорядок! @цензура@ мне твоя забота? Я не знаю! Вы хоть раз подумали о том, что девушка, которую вы в койку укладывали чья-то сестра или возлюбленная или дочь? Нет? Правильно! А @цензура@? Вы поимели, что хотели и как пустую бутылку выкинули. А может у них любовь? Они вам доверяют. А после совместного проведения времени с таким ублюдками, как вы, чувства растоптаны.

— Представь, Макс меня на месте той девушки, которой воспользовались и выбросили. Представил? А теперь представь, что таких сотни. А ты, — Барский тоже попал под раздачу, — у тебя же тоже сестра есть! Как вы можете быть таким скотом? Любви вам захотелось, так идите публичный дом — вам обоим проститутки лучшие партнерши. Вы большего не достойны! Готова поспорить, что ты даже имен своих девочек не знаешь. Да, что там не знаешь — тебя это не волнует. А если одна из них пройдет на расстоянии вытянутой руки — ты ее все равно не узнаешь!

Я остановилась, что бы отдышаться. А Максим приблизился и хотел дотронуться до меня.

— Не трогай меня! — отскочила я от него.

— Почему? — удивился брат.

— Ваши руки в грязи, да вы и сами целиком грязные! Вы даже на нормальных мужиков не похожи! Наобещаете сначала, а потом в кусты. Как же я долго терпела, что бы тебе это сказать, Максик! Вы два моральных урода! На вопрос, зачем я целовалась с Денисом, отвечу. Ты мне сам говорил, что жить пора. Вот я твой совет и исполняю. А завтра пойду парней соблазнять. Думаю, десяточка мне на первый раз хватит.

— Ты что несешь? Какой десяток? — рассердился Максим.

— Ты же лучше меня знаешь, что надо сделать, что бы забыть прошлое, вон забываешься с другими девочками, а я тоже хочу забыть, понял!

Как только я успела договорить фразу губу и щеку резанула боль.

— Не смей так говорить, дура! — заорал этот козел. Я приложила руки к лицу и почувствовала, что губа разбита. Когда капля крови упала на ковер, руки Макса затряслись, а Стас бросился ко мне:

— Мила, ты как? — в панике спросил он. Я промолчала, потому что прожигала брата взглядом полным ненависти. Он даже попятился.

— Милка, прости… — едва шептал губами Малинин. В это время Барский что-то приложил к моей губе.

— Уйди! — оттолкнула я его.

— А ты, — повернулась я к брату, — запомни раз и навсегда, сестры у тебя больше нет. Ты потерял ее тогда, когда впервые обманул для того, что бы затащить в койку. А с этого дня ты потерян для меня раз и навсегда! Надеюсь, что у тебя в нужный момент ширинка не расстегнется или дружок подняться не сможет.

— Ты моральный урод! — почти по слогам произнесла я, прежде чем удалиться в свою комнату.


Я металась по комнате, и меня распирал праведный гнев. Я никак не могла успокоиться, даже выкуренные две сигареты подряд не помогли. Мне срочно надо забыться! Только как?

Интересно, почему Ирина не выбежала на крики. И где наш любимый папочка? Опять наверно в командировку смотался. У всех жизнь бьет ключом, у всех кроме меня! По этому поводу я разозлилась еще сильнее. Нашла в тумбочке снотворное, которое мне прописал доктор, когда меня мучила бессонница после маминой смерти, и выпила таблетку. Я подумаю обо всем завтра!


Я прошла регистрацию, прошла в салон самолета и заняла свое место. Улыбающиеся стюардессы просили пристегнуть ремни безопасности. Я достала книжку, что бы ни скучать в полете. Девушки продолжали ходить по салону и проверять все ли багажные отсеки закрыты.

Уже через несколько минут самолет начал взлетать. Когда мы поднялись достаточно высоко, в хвосте вспыхнул пожар и начал быстро распространяться, и в уже другой миг прогремел взрыв и последнее, что я слышала, был мой крик…

* * *

Макс сидел на ковре, прижав колени к груди и положив на них голову. Он не мог поверить, что все это произошло. Он ненавидел себя за все. Сейчас он действительно понял, что он моральный урод, и даже его красивая физиономия этого не скроет. Не скроет потому, что теперь знает кто он.

С самого детства парню внушали, что он должен заботиться и оберегать свою сестру, потому что она намного слабее него. Ошиблись родители. Милана, наоборот, намного сильнее своего брата, от которого она отказалась. Она отказалась! Макс застонал.

Стас, который не мог отойти от шока посмотрел на друга. И было видно, что парня сейчас сильно терзают муки совести, совести, о которой он несколько лет назад совсем забыл. Станислав, молча, подошел к бару и налил два бокала виски, и так же молча, поставил один около Макса.

Сначала Барский хотел уйти, но Макс зачем-то попросил остаться. И теперь оба переваривали то, что сейчас произошло. Макс продолжал себя винит абсолютно за все. Как он мог поднять руку на сестру? На девушку? И как теперь просить прощения?

Бить Милану Макс не собирался, но когда из ее уст вылетела фраза, что она будет забываться как брат, то, что она хочет лечь в постель с первым встречным затуманили рассудок. Его сестра — общедоступная девка, да никогда! Не сдержался и ударил. Какой же он мудак! И ведь все слова сестры были абсолютной правдой. Ведь Малинин постоянно врал девушкам для того, что бы они согласились с ним провести ночь. И каждое новое слово, было еще большей неправдой, чем предыдущее.

Парень вспомнил, как одна из девочек, имени которой действительно он не знал, рассказывала ему о себе. Вот только девушка не знала, что парня, который находился рядом с ней, это не интересует, ему нужно другое. А сейчас вспомнил. Она рассказывала, что у нее есть младший братик, которого она защищает. Девушке хотелось, что бы ее тоже кто-то оберегал.

— Какай же я ублюдок! — сказал Макс, раскачиваясь взад-вперед. Стас ему не ответил.

Ведь и, правда, все сказанное, но почему раньше он этого не замечал. Прошлое он пытался забыть. Хотя нет, забыть пыталась Милана, а Максим пытался забыться. Не обращая внимания, на чувства девушек, ведь среди них было много влюбленных в него. А он только смеялся. Как можно верить таким бредням, которые он придумывал каждый раз? Он не понимал, что большинство из них просто хотели поверить в сказку. Вот только Макс не принц и никогда им не был. Он урод и ублюдок! А какой день был хороший…


Макс, который не мог сидеть в выходные дома, решил сходить в бар. Его друг, Денис, был занят, он куда-то сегодня собирался. Тогда Малинин позвал Стаса, который ему нравился. С Милкой бы смотрелись хорошо. Барский согласился, и ребята отправились в бар. Пропустили пару бокалов пива.

— Макс, — позвал Стас, — а почему ты Милану так оберегаешь?

Наверно парень вспомнил, как брат этой неприступной красавицы несколько раз обещал сломать ему челюсть, свернуть шею и проломить череп.

— Она моя сестра, — просто ответил тот.

— Не только по этому. Я вижу, есть и другая причина.

— Есть, — просто сказал Малинин, не вдаваясь в подробности.

— Какая? — начал любопытствовать Барский.

Ненадолго повисла тишина, Макс пытался найти слова, которые точно смогут отразить то, что он хочет сказать.

— Есть две причины, помимо главной. Первая — это то, что Милка безумно похожа на маму. Во мне больше от отца, а она точная копия. И когда я смотрю на нее, я вспоминаю маму. Она учила, что я должен беречь младшенькую сестренку. Она родилась на пятнадцать минут позже, — рассеялся Максим.

— А вторая? — тоже немного улыбнулся Стас, но глаза оставались серьезными.

— Вторая более тяжелая. Ведь мы потеряли не только маму…. У Миланы был большой эмоциональный сбой после одного случая. Какого, я тебе не скажу, это решать Милке, должен ли ты знать или нет, — Макс замолчал, а потом продолжил.

— Мы думали, ее вообще госпитализировать придется. Она ведь неделю провела без сна, еды и воды. Именно поэтому, я не хочу, что бы с ней снова случилось то же самое.

— А почему так злишься, когда она курит? — Стасу конечно тоже не нравилось, что Милана курит, но Максим очень резко на это реагирует.

— У нее раньше астма была, потом… — Максим немного замялся. — Потом после одного случая она прошла бесследно. Врачи утверждали, что это из-за физического и эмоционального сбоя. Несколько лет уже прошло, как астма больше не беспокоит, но я все равно переживаю.

— Она мне нужна, — очень тихо сказал Барский, но Максим его все равно его услышал и улыбнулся.

— Знаешь, Стас, я никому не помогаю в борьбе за сестру, но мне кажется, вы подходите друг другу. Не дави на нее. Наберись терпения. Милка только начала возвращаться к нормальному образу жизни, и ей пока сложно адаптироваться. Но если ты проявишь больше чуткости и понимания, то обретешь сокровище. И я это говорю никак брат. Если бы я встретил в своей жизни такую же девушку, я бы никогда ее не отпустил.

И Максим еще не понял, что в его жизни такое сокровище уже есть. Только пока он слеп и не может его, как следует разглядеть.

— Я хочу ее увидеть! — проговорил Стас.

— Тогда поехали ко мне? — предложил Малинин. Стас с большим удовольствием согласился.

Пока молодые люди допивали свои напитки, Максу написал Денис и спрашивал, где находится, когда домой вернется и один ли?

Парни вызвали такси и поехали домой к Малининым. И каково же было удивление обоих парней застав там, целующихся Дениса и Милану. Вот зря Максим рот открыл после ухода Дэна, потому, что узнал о себе много нового.

* * *

Александр Николаевич пришел домой пораньше, но детей не обнаружил. Поэтому он пошел в столовую, где Ирина приготовила ему ароматный кофе. В этот момент и пришла Милана.

— Сейчас кофе допью, надо подняться к ней. Я по ним очень скучаю. С этой работой совсем о семье забыл.

— Не переживай, — успокоила его Ирина. — У тебя прекрасные дети!

— Спасибо тебе, Ира! — с благодарностью в голосе сказал мужчина.

— За что? — удивилась женщина.

— Ты им мать заменяешь.

Ответить она не успела, потому что позвонили в дверь.

— Денис пришел, — сказала домработница, возвращаясь в столовую.

— Ладно, не буду им мешать. Позже с Милкой поговорю.

И каково же было удивление Александра и Ирины, когда через час они услышали ругань. Выходить они не стали, а просто слушали. Все слова Милы были слышно отчетливо, так же как и гнев, который она выплескивала. Как же она кричала! Ни Ирина, ни Александр девочку такой никогда не видели, да и слова, которыми она ругалась сейчас, никогда не срывалось с ее губ.

— Я плохой отец! — положил голову на стол отец.

— Не говори ерунды! Ты хороший отец!

— Ира, ну о чем ты говоришь? Ты же все слышала. А ведь дочь права, Максим стал ужасен по отношению к девушкам. А я не мог ничего сделать! После смерти Лены, я стал бесполезен.

— Перестань, Саша! Слышишь? Перестань! — успокаивала Ирина своего начальника. — У тебя чудные дети. Вот увидишь, все образуется! Вы с Леной вложили в них все самое хорошее. Просто у них у обоих трудный период в жизни. Но увидишь, они справятся.

И Александр, немного успокоенный словами женщины, которая работала у них уже много лет, отправился к себе в комнату. Он решил, что будет разумнее не попадаться на глаза детям.

* * *

Максим и Стас опустошили целую бутылку виски.

— Стас, я такой мудак! — говорил Макс.

— Я тоже! — согласился с ним Стас. — Я ведь никогда не задумывался, о том, что я делал.

— Она меня не простит! Она никогда не простит! — убивался Малинин.

— Ты же сам мне говорил, что надо набраться терпения. Милка же отходчивая…

— Ты не понимаешь! — возразил Максим. — Мы с ней не то, что бы ни дрались никогда, мы еще никогда по крупному не ссорились. А еще я боюсь, что она вновь в куполе закроется. А во всем я виноват.

Максим схватился за голову. Он продолжал ненавидеть себя. И тут Мила закричала, и оба парня кинулись к ней в комнату. Когда они вбежали, лицо девушки покраснело, а по щекам катились просто огромные слезы, в глазах застыл страх.

Максим решил, что лучше к сестре не подходить, молча, смотрел, как Стас обнимает Милу, гладит по волосам, повторяя: 'Это всего лишь сон. Не бойся. Я рядом'. Максим долго смотрел на эту картину, а потом решил уйти к себе в комнату.

Стас продолжал гладить девушку по волосам. Когда он увидел ее испуганные глаза, сердце остановилось. Ладно, хоть успокоилась. Что же ей приснилось? Видимо, что- то очень страшное. Станислав посмотрел на спящую девушку (такая хрупка снаружи, но сильная внутри), вот опять он остается в ее комнате. Ну, кто бы мог подумать, что Барский Станислав третий раз находится с одной девушкой на кровати и не переспал с ней.

Память услужливо подкинула недавний эпизод. Парень, молча, выругался и посоветовал своей памяти пойти прогуляться, ибо вспоминать это было, не выносимо. Хорошо, что он смог остановиться, сразу как только почувствовал панику девушки. Стасу хотелось, что бы все произошло по обоюдному согласию. Он хотел, что бы Мила могла полностью расслабиться рядом с ним, и что бы от более интимных прикосновений девушку не кидало в панику…

* * *

Я разлепила глаза. Ммм… как же я хорошо спала. После кошмара, которого я к счастью не помню, я спала, как младенец. Какой запах странный. Почему в моей комнате пахнет мужским одеколоном и виски? Попробуем открыть глаза. Так… это, что в традицию входит? Почему Барский опять в моей постели? Ладно, фиг с ним, пусть спит — воскресенье все-таки.

Я спустилась вниз, никого не повстречав на своем пути. Отлично.

— Доброе утро! — поздоровалась я с Ириной и отцом, входя на кухню.

— Доброе, — хором сказали они. И лица у них странные.

В этот момент вошел Максим. Он так же поздоровался со всеми. А лица взрослых слали еще страннее.

— Милана? — обратился Максик ко мне. Проигнорировав его, я обратилась к домработнице:

— Ирина, будьте так добры, принесите в мою комнату кофе и горячий шоколад.

Отец и домработница немного удивились. Наверняка думая, кому понадобился кофе (я его не пью). Они ведь не знали, наверное, что Стас в моей комнате ночевал. Я отправилась в свою комнату, Максим побежал за мной и схватил меня за руку. Извиниться хочешь? Раньше надо было думать. Как говориться, после драки, кулаками не машут.

— Мила, давай поговорим. — Умоляюще произнес брат, пытаясь меня разжалобить. Надо было раньше говорить, что на меня это не действует.

— Руки убери, — равнодушно сказала я. Макс поднял на меня глаза и отпустил руки.

Стас еще спал, развалившись на моей кровати. Будить мне его не хотелось, поэтому достав из ящика пачку сигарет, я вышла на балкон. Ирина как раз принесла поднос и поставила на тумбочке. Я продолжала затягиваться, смотря на небо. Скоро совсем тепло будет. Даже не верится. Продолжая, размышлять о глупостях на мои плечи легла накидка.

— Холодно еще, простудишься, — сказал Стас.

— Спасибо, — продолжала я раздумывать, куда мне на каникулы податься. Совсем скоро сессия, а затем и долгожданные для многих каникулы. — Кофе на тумбочке, пей и можешь покинуть мою комнату.

— У тебя все хорошо?

— У меня все просто отлично. И впредь если уж ты решишь остаться у нас ночевать, будь так добр и спи в комнате своего друга.

С одной стороны мне было немного неловко, когда я просыпаюсь в объятиях Стаса, а с другой я понимаю, что именно благодаря ему, я так хорошо спала этой ночью. О чем я вообще думаю? Я тряхнула головой отгоняя мысли.

* * *

В понедельник я была совершенно разбита. Спала ужасно, всю ночь вертелась, и вот, пожалуйста, итог, проснулась я раздраженная и злая. А мне еще на учебу ехать.

— Милана, тебе чай приготовить? — спросила Ирина.

— Да, и если можно успокаивающий.

И уже через двадцать минут выпив чай, я направилась к машине. Надеюсь, сегодня без пробок, а то я сомневаюсь, что они смогут повысить мне настроение. Видимо надо мной все таки сжалились, и я без проблем доехала до университета. Когда я подъехала, то увидела почти скачущую Машку у входа. Что она там делает?

— Привет, — поздоровалась я с ней.

— Привет — привет. Что у тебя с лицом? Если ты еще обижена за субботу, то прошу прощения.

А она-то причем? Это ведь не с ней у меня было выяснение отношений, а с братиком. Или это она его подначила? А потом я вспомнила, что в субботу, мы с Димой немного не сошлись, но ведь в этом нет ее вины.

— Забудь, — махнула я рукой, есть вещи и посерьезнее.

— Мил, ну что случилось-то?

— Маш, давай ты не будешь меня доставать расспросами, — несколько грубо отозвалась я. Подруга надула губы, но ничего не сказала.

— Малинина, — услышала я голос декана. Мы с Машей обернулись. — Мне нужно поговорить с вашим братом. Где он?

Я сверкнула на него глазами. Ах, да он же не знает, что нет у меня брата. Надо посвятить.

— Нет у меня брата. Извините, мне на занятия надо.

Когда я оставила ошарашенную Машку и не менее ошарашенного декана, то недалеко увидела Макса, который судя по всему разговор, слышал. Наверно, поэтому это глаза поблекли, а плечи опустились. Сделав вид, что не заметила его, я пошла мимо.

Настроение падало все ниже и ниже. Я думала, что ниже, в общем-то, и не куда, но когда я зашла и увидела, как улыбка озарила лицо Дениса, то поняла, что ошиблась. Заняв свое место, я постаралась не касаться Дэна, мне почему-то казалось, что это он во всем виноват. Я кивнула на его приветствие. Разговаривать совершенно не хотелось.

— Ты решила, будешь скучать или нет, когда я уеду? — жарко мне на ухо зашептал Королев.

— Нет, — односложно ответила я, даже не посмотрев на него.

— А почему не решила? — начал допытываться он. Ха, он решил, что я еще не решила, а я ведь отвечала, что скучать не буду. Именно это я ему объяснила. Парень насупился и недовольно начал ворчать. Ну, прости парень, я никому ничего не обещала.

* * *

Прошла уже целая неделя, а Милана продолжала игнорировать Макса. Парень сидел в гостиной и сверлил взглядом потолок, именно в том месте, где по расчетам находилась кровать сестры. Помимо того, что сестра игнорировала самого Макса, она перестала общаться с Машей, не обращала внимания на, ходивших вокруг нее, словно верные слуги, Стаса и Дениса. При встрече парни сверлили друг друга с ненавидящими взглядами, ведь каждый из них считал другого виноватым. Максим вздохнул, ведь он прекрасно осознавал, кто виноват в том, что Мила вновь ушла в себя.

Парень продолжал мучиться, Машка разговаривать с ним не хотела, после фразы, которую Мила произнесла, якобы у нее нет брата, девушка поняла, кто во всем виноват. Вот так и ходили все по отдельности. Макс не теряя надежды добиться прощения сестры, прокручивал различные идеи, но, ни одной приличной так туда, в голову, забраться не удалось. Решив, что две головы лучше, чем одна, Максим решил еще раз попросить о помощи Машу.

— Да? — ответила равнодушным голосом девушка.

— Маш, нам нужно встретиться, — проговорил парень так, словно от этого зависит его жизнь.

— Макс, хватит с меня того, что я тебя в универе каждый день вижу, — раздраженным голосом процедила Станина.

— Ты же хочешь помочь Миле? — Максим знал, куда надо нажать. Маша даже раздумывать не стала. Если бы в те дальние времена Милана бы общалась с Машей, то все могло было быть по-другому.

— Где и когда? — не стала мешкать девушка, подругой она очень дорожила и не могла смотреть, как та чахнет.

Максим пообещал заехать за девушкой через минут пятнадцать, Маша согласилась.

* * *

С точностью королей Маша вышла во двор и увидела белую машину Макса. Девушка не довольно поморщилась. У нее было для этого две причины. Первая и самая очевидная — это Малинин виноват в таком поведение Милы. Девушка перестала общаться. А как иначе, если ты не можешь доверять своей половинке, то верить нельзя никому. И вторая, о которой Маша никогда никому не расскажет. Так вот второй причиной являлся поцелуй, после концерта. Маша вспомнила теплые губы Макса, приятные ощущения и жар по телу.

— Бабник хренов! — выругалась девушка и направилась к автомобилю.

— Привет.

— Здоровались уже, — буркнула девушка, ругаясь сама на себя, что вспомнила поцелуй так не во время. — Кратко и по делу.

Максим не стал глупить и рассказал Маше все события прошлой ночи, при этом стараясь не смотреть на ее губы. С того злополучного вечера, когда Макс поцеловал девушку он часто думал о том, что хотел бы поцеловать ее еще раз.

Максим никогда не видел в Маше настоящей девушки. Станина была единственной подругой его сестры, и он к ней относился с братской любовью. А этот поцелуй открыл глаза на то, что Маша-то все-таки ему не сестра.

Девушка, молча, слушала рассказ. Сама Милана не полезла, целовать Королева, в этом Маша была уверена. Вспомнив еще, как Денис прожигал взглядом ненависти Станислава, то девушке в голову пришла идея, что Королев это все подстроил. Каким способом она не знала, но почему-то была просто уверена. Поделившись мыслью с Малининым, он вдруг вспомнил, что Дэн писал в тот день ему смс и спрашивал где он, Максим, находится и когда прибудет домой, а главное, в чьей компании.

Молодые люди нахмурились, они пришли к выводу, что во всем виноват Денис. Только толк в этом, какой? Мила об этом практически сразу, правда, ни Маше, ни Максиму об этом не известно.

— Вспомни, из-за чего она начала меняться? — спросил с надеждой Максим.

— Из-за Стаса, — тихо сказала Маша. Только толк в этом, какой. Милка его к себе не подпускает.

— Надо на нее эмоционально надавить! — пришла 'гениальная идея' к Малинину.

— Как? — этот вопрос заставил Макса опустить голову.

Продолжая сидеть в машине, ребята пытались хоть что-нибудь придумать. Было бы не плохо, если бы Мила, хотя бы с Машей начала общаться.

— Придумал! — проорал Макс на всю Машину.

— Ну? — кисло спросила Станина, уверенная, что Максиму опять фигня в голову забралась.

— Скажи ей, что тебя Димка бросил, она тебя успокаивать будет, вот и помиритесь, — парню хотелось, что бы это случилось по-настоящему.

Идею девушка отвергла быстро. Притвориться-то можно, но что будет, если правда раскроется? Просидев в машине почти два часа и так ничего и не придумав, Маша решила пойти домой и сдаться в объятия Морфия. Девушка вышла из машины и побежала в сторону подъезда, не догадываясь о том, что за ней наблюдают из другой машины, расположенной неподалеку.

* * *

Будильник оповестил о том, что уже утро и пора собираться на учебу. Вот уже некоторое время все была очень автоматически, сначала ванна, потом одеться и чай.

Подходя к машине, я остановилась. На пыльном капоте были следы лапок маленького котенка. Это невольно заставило меня улыбнуться. Все, хватит лыбиться на учебу пора.

Погода на удивление была хорошая, и даже это заставляло улыбаться. Зима подошла к своему логическому завершению, и теперь в городе господствовала весна. Хорошо-то как!

Дороги меня сегодня тоже обрадовали. Пробок нет, снега, который затрудняет движение тоже, нет. Блин, и сигарет в бардачке, как оказалось, тоже нет.

Быстро добравшись до места учебы, я направила к аудитории. Но как только я подошла, захотелось уйти обратно. А знаете почему? Нет? Ну, так я вам скажу. С разных сторон коридора ко мне направлялись два молодых человека, в руках у каждого был букет.

Когда они подошли ко мне, то уставились друг в друга ненавидящим взглядом. Они, наверно, не меня ждали. Ведь на меня они не обращали внимания. Махнув на дураков рукой, я зашла в аудиторию. Через пять минут молодые люди, видимо, вспомнили обо мне и зашли в кабинет. Каждый из них протягивал свой букет. Девушки завистливо вздыхали. Я устало потерла виски. Кто бы знал, как я от всего устала. Сграбастала цветы и под шепоток студентов выкинула их, цветы, в урну.

— Я вам уже говорила, что бы вы от меня отстали? — спросила я их, парни синхронно кивнули. — Тогда какого хрена вам от меня еще надо? Идите отсюда.

Парни, молча, развернулись и поплелись к выходу. Только зачем Денис ушел, у нас же занятия здесь? Словно услышав мой вопрос, он вернулся и сел на место. Я опустилась на свой стул (от Королева я отсела) и посмотрела на стол и замерла.

На этом замечательном предмете лежала небольшая коробочка синего цвета. Откуда? Кто положил? Хотя, наверно, вопрос глупый. Или Стас или Денис. Так-с посмотрим, что там. А там… я даже замерла на мгновенье. В коробочке был очаровательный кулон в виде синей капельки на цепочке, если я не ошибаюсь, то из белого золота. А камень, по всей видимости, сапфир, который обозначает верность и приносит счастье в любви. Интересно, кто же из них считает, что мне любви не хватает? И верность свою предлагает, миленько. Подняв кулончик за цепочку на уровне лица, я заметила, как красиво солнечный луч запутался в гранях камня.

Так теперь мне стало понятно, кто преподнес мне подарок, потому что я чуть со стула не упала. А знаете из-за чего? Королев, который сидел не так далеко от меня и сверлил полубезумным взглядом кулон, а заодно и меня. Кулаки его сжимались так сильно, что ручка в эго руке сломалась. М-да…

* * *

— Стас? — побежала я к нему, видя, как он садится в машину.

— Да, ты что-то хотела? — любезно спросил он. Ведь и не заподозришь, что он подарок подложил. Я вместо ответа протянула ему коробочку.

— Что это? — приподнял парень брови в ложном удивлении. Так же молча, я положила коробочку на капот и пошла в сторону университета. У меня ведь еще одна пара.

— Мил, подожди! — крикнул он вдогонку и нахмурился. — Это ведь подарок.

— Мне не надо, — равнодушно ответила я, хотя надо признать он мне, подарок, безумно понравился. Барский, не слыша меня, продолжил.

— Это сапфир, он принесет тебе счастья в любви и от клеветы защищает.

Ух, ты! Какие у него познания. Но я догадалась, что это за камень. Но приятно, что ты для меня подбирал. В любви мне не везет и за спиной постоянно сплетничают.

— Не надо, Стас, — почти прошептала я, на миг, касаясь его руки. — Девушке своей подаришь. А я тебе не подхожу… я потеряла себя.

* * *

Лекция прошла как в тумане. Я не слышала слов лектора, на меня накатила вселенская грусть. Даже реальность уходит куда-то, даже стул задрожал…. а нет, не стол, это телефон в сумке вибрирует. Я отпросилась выйти, что бы ответить Машке.

— Да?

— Мила, можем встретиться, — голос ее излучал вселенскую тоску.

— Давай, — согласилась я. — Где?

— Через час в парке. В кафе 'Лаос',- это было то самое кафе, где наш покой потревожил Димка.

Через час я уже подходила к кафе. В окно я увидела Станину, голова опущена, видок какой-то потрепанный. Я присела рядом с ней и ждала, когда она начнет. Немного покомкав салфетку, Маша посмотрела на меня грустными глазами и выдала:

— Меня Димка бросил, — и разревелась. Я не могла вымолвить не слова. — Я знаю, что тебе все равно, но больше не с кем поделиться.

Эти слова разрушили баррикады. Мне все равно? Почему она так думает? Как я могла допустить такое? Ведь Маша никогда не давала в себе усомниться. Она была рядом в самую трудную минуту. Она постоянно меня поддерживала.

* * *

Темно, только в окно льется лунный свет. На диване сидят две девушки.

— Мил, ты знаешь однажды Леонардо да Винчи сказал: 'Где умирает надежда, там возникает пустота'.

Мила ничего не ответила, продолжала сидеть, словно ледяная статуя. Маша взяла ее руку в свою и легонько сжала. Девушке очень хотелось, что бы ее подруга, не была такой грустной. Раньше она всегда улыбалась и никогда не унывала. Мила легко переступала через все трудности с улыбкой. И если бы сейчас все те, кто хорошо знал Милану, никогда бы не поверили, что девушка, которая перед ними находится та самая Малинина Милана. Так и не дождавшись от подруги реакции, Маша продолжила:

— Я понимаю, что терять любимых людей очень тяжело, но ты должна жить дальше. Знаю, что сказать легко, чем сделать, но нельзя так долго об этом вспоминать. Терять любимых тяжело, но ты должна верить, что впереди будет другая любовь. То, что ты сейчас сидишь и убиваешься, прошлого не вернет. Так решила судьба. Она лучше знает. Мила, — девушка глубоко вздохнула, что бы продолжить, — если ты будешь зацикливаться на прошлом, то можешь потерять свое будущее.

Слова Марии возымели эффект, Милана расплакалась, но лишь для того, что бы выплеснуть все плохое, что было внутри, а на следующий день не думать об этом.

— Спасибо тебе, Маша, — крепко обняла девушку Мила. — Спасибо тебе большое за все! За то, что ты рядом, за то, что ты со мной.

— А как иначе? — приподняла девушка уголки губ, поглаживая подругу по волосам, зная, как ее это успокаивает. — Я всегда буду с тобой.

Девушки так и просидели всю ночь вместе. Вскоре Милана заснула у Маши на коленях, которая продолжала гладить свою подругу по волосам.

* * *

— Машка, — обняла я ее. — Мне не все равно! Как ты, глупенькая, могла такое подумать? Ты моя единственная подруга и я люблю тебя!

— Спасибо, Милка! — уткнулась мне носом в плечо Машка.

— Все будет хорошо! — пообещала я ей. — Помнишь, ты мне говорила, что впереди нас ждет лучшее будущее? Тогда успокаивайся, а то пропустишь будущее.

Маша улыбнулась, видимо вспомнив, что говорила мне эти слова, когда плохо было мне. И я попросила рассказать, что же все-таки случилось.

* * *

Когда Маша и Максим составляли план, как расшевелить Милану, к дому подъехала еще одна машина, которую ребята не заметили. В той машине был Машин парень, Дима Зарубин. Сначала он позвонил Маше на мобильный, но его девушка забыла дома, потом на домашний, где ответила мама и сказала, что дочь убежала час назад, но обещала скоро придти.

Дима доверился словам Елены Ивановны и решил подождать. Разговор был очень важный. Дима, которого заклевала собственная мама, решил бросить Машу.

Сначала Екатерине Леонидовне, маме Димы, Маша понравилась. С первого взгляда девушка казалась приличной, скромной ну и симпатичной, разумеется, побеседовав немного с ней, мамаша решила, что она еще и умная.

Через некоторое время Екатерине Леонидовне, женщине старой закалке, Маша нравится, перестала. За что? А причина этого очень глупа. Ей не нравилось, что Дима на Маша тратит деньги: на кафе, кино…. а зачем все это? Ведь поесть и посмотреть кино можно дома, а денежки надо беречь. Женщину не устраивало, что Машка покупает дорогую одежду, ведь на рынке можно купить дешевле. И даже то, что деньги на покупку этих вещей давали ее родители, а не Дима, Екатерину Леонидовну не волновало. Ведь если Дима на ней все-таки женится, то тратится, придется ему. И женщина настойчиво просила сына бросить, неугодную его маме, девицу.

— Мам, ну я люблю ее, — немножко неуверенно говорил Дима, который свою маму побаивался.

— Она тебе не подходит! Ты с ней разоришься! — строго говорила мать.

— А как же любовь? — опять же не смело спросил парень.

— Или ты ее бросишь, или ты мне больше не сын! — стукнула по столу мать. — Я тебе уже и другую нашла.

— Какую? — обалдел парень, не понимая, когда же она успела.

— Помнишь мою подруги Светлану Кирилловну? Вот и хорошо! У нее прекрасная дочка.

Воспоминания об этой дочке заставило Диму поморщиться. Девушка была страшная на столько, что квазимодо по сравнению с ней просто эталон красоты. Ее брови практически срослись в одну, губы немного кривоваты и волосики у нее жиденькие. Зато одевалась она на каких-то непонятных барахолках и подпольных магазинчиках.

— Мам, ты, что с ума сошла?

— Ой! — воскликнула женщина, хватаясь за сердце. Эту уловку женщина использовала много лет. И всегда она действовала, и сын шел на поводу у матери, боясь, что ее слабое сердце не выдержит.

Уловка подействовала и на этот раз. Диме не хотелось бросать Машу, ведь к ней он испытывал очень теплые чувства. И Дима, немного подумав, решил сделать так, что бы она, Маша, бросила его сама. Для начала перестал водить девушку в кафе и кино, отчитывал за разные глупости, пытался задеть ее подругу, зная, насколько подруга Маше дорога, звонил из-за всяких глупостей. Но Мария стойко выносила все.

Дмитрий понял тщетность такого поведения и решил сказать напрямую, пригласив в кафе. Когда же он увидел нежную улыбку и блеск в серых глазах девушки, у него на сердце потеплело, и он просто не смог сказать ей о разрыве.

И вот сейчас решился. Мама 'чахла', и Дима скрепя сердцем поехал к Марии. Какого же было его удивление, когда его девочка выпрыгнула из белоснежной Х6 и направилась в подъезд.

Дима сжал кулаки от злости. Что делала Маша в машине Малинина (он знал, чья это машина) парню не хотелось. Зарубин и так постоянно ревновал Станину. Зато появился повод ее бросить.

Встретив девушку после занятий, Дима сказал, что они расстаются.

— Почему? — дрожащим голосом спросила Маша.

— Ты мне изменила, — пытаясь, не смотреть на девушку сказал Дима. Ему сейчас ее обнять хотелось, а не бросать.

— Когда? — удивилась девушка. И Дима рассказал, что видел Машу с Малининым. А что могут делать парень и девушка одни в машине. Тем более Диме было известно, что Максим за любой юбкой гонится.

— Мы просто разговаривали! — воскликнула Маша.

— Я не верю тебе. Мы расстаемся.

И с этими словами Дима сел в машину и уехал, оставив растерянную Станину в одиночестве. Немного подумав, девушка решила позвонить своей единственной подруге. Маша знала, что Милане нет ни до чего дела, но девушке очень хотелось, что бы подруга была рядом.

* * *

— Маша, не расстраивайся так! Я же тебе говорила, что ты достойна лучшего!

— Мила, мне так тяжело сейчас, — грустно протянула она.

Чтобы как-то взбодрить подругу я предложила ей прогуляться. Маша безропотно согласилась. Ей сейчас, наверно, все равно, чем заниматься.

Мы решили поехать в центр города. Там жизнь всегда бьет ключом. Для начала мы погуляли по площади и смотрели на влюбленные парочки. Мне даже завидно стало, посмотрев на подругу, поняла, что не только мне.

— Пойдем по аллее влюбленных пройдемся? — предложила подруга.

— Пойдем, — пожала я плечами. Говорят если пройтись по этой аллее и просить о любви, то обязательно найдешь ее в скором времени. Но Боги любви благосклонны не ко всем. Только человек с чистым сердцем и душой получает вечную любовь.

Я не знаю, сколько мы кругов уже нарезали, но солнце уже начало прятаться за деревья. Хорошо, что сегодня тепло, а то замерли бы здесь шататься. На нас уже смотреть странно начали. Еще бы, я тоже бы так смотрела на идиоток, которые мимо тебя десятый раз проходят. А хотя, кому какое дело? Может нам очень сильно любви хочется.

Маша все заставляла меня ходить туда — сюда по аллее. Я старалась думать о любви, но мне что-то не очень верилось, что я смогу ее найти. Когда мы решили навернуть еще один круг, к нам подошла старушка. Одета она была во все черное, рост маленький, лицо сморщенное, глазки маленькие, но их цвет… они были какими-то оранжевыми. При взгляде на нее у меня холодок пошел по спине.

— Девочки, подайте, — протянула она к нам сморщенную руку с черными ногтями. Мы с Машей одновременно полезли в сумки и протянули ее купюры. И решили поспешно уйти, но старушка схватила меня за запястье. Не смотря не всю ее хрупкость, держала она меня сильно.

— Камень обратно забери. Или так и не выберешься из прошлого, которое у тебя за горизонтом.

— Простите? — едва шевеля губами, переспросила я. Старушка не смотря больше на меня, обратилась к подруге:

— Он изменится ради тебя.

И после этих слов старушка ушла, и довольно быстро исчезла из нашего поля зрения. А мы так и остались стоять. Ни я, ни Машка не могли произнести ни слова.


Только когда мы сели в автомобиль Машка смогла заговорить:

— Мил, какой камень? — еле шевеля губами, спросила подруга.

Мне не очень хотелось думать об этом. Как говориться, что лучшая защита это нападение, я спросила:

— Кто изменится ради тебя, Маша?

— Не знаю, — пожала плечами подруга, смотря прямо перед собой.

— Вот и я не знаю.

— Врешь! — очень горячо воскликнула Маша, и даже руками для убедительности всплеснула.

— Что? — возмутилась я. — Почему вру?

— Я тебя давно знаю. И вижу, что ты врешь! — сразу обличила меня подруга.

Видимо, сейчас придется ей рассказать о Барском и его подарке, а так этого делать не хочется. Но зная Станину, мне, наверно, не отвертеться от разъяснений. Так что, глубоко вздохнув, я рассказала все, что произошло. Машка слушала внимательно, а мне захотелось закурить. Подруга неодобрительно покачала головой, но промолчала. После рассказа Машка завопила.

— Что значит, потеряла себя? Нормальная ты, нормальная!

— Маша, неужели ты не видишь? Я потерялась, я запуталась.

— Перестань! Просто не думай о том, что случилось. И… и дай ему шанс, Мила, — последнюю фразу она практически прошептала.

Вот теперь встал еще один вопрос, как мне назад кулончик забрать? Ну не могу же я подойти к Стасу и сказать: 'отдай подарок обратно, я передумала'. Глупо как-то получится. Придти домой и выкрасть тоже не вариант. Что же делать? Что бы отвлечься, я решила поговорить.

— Маша, а ты мне не ответила, кто изменится ради тебя.

— Может Дима? — взгрустнула девушка.

— Машка, — потрепала я ее по волосам, — когда же ты поймешь, что он тебе не пара!

— Не пара, — повторила подруга. Желая ее развеселить, я повезла нас ко мне домой. Может, там что-нибудь придумаем.

* * *

— Может вечеринку? — предложила я. Мне очень хотелось, что бы подруге было весело. И я должна, нет просто, обязана сделать все, что в моих силах, что бы она развеселилась.

— Нам завтра на учебу, — попыталась возразить Станина.

— Первый раз что ли? — со смешком спросила я. — Ну?

Подруга все-таки сдалась, и я побежала к Ирине, что бы она нам приготовила закуски. Выпивкой Максим займется. А гостей кто позовет? Скрепя сердцем я достала телефон и набрала номер.

— Да? — ответили мне на том конце провода.

— Привет, Стас, это Милана, — робко произнесла я.

— Привет. У тебя что-то случилось? Ты никогда не звонила мне, — заметил парень. Я скрипнула зубами.

— Мне нужна помощь.

— И какая я же? — заинтересовался Стас.

Мне пришлось объяснить, что хочу устроить небольшую вечеринку, что бы Машку развеселить.

— А что у нее случилось? — поинтересовался блондин.

— Димка бросил. Козел безрогий! — последняя фраза вырвалась совершенно нечаянно.

— Вот как. А от меня что требуется?

— Я хочу… хочу, что бы ты обзвонил ребят. У меня времени совсем нет, — надеюсь, не откажет.

— Хорошо, во сколько всех хвать? — спросил Барский. Хорошо, что не отказал.

Я посмотрела на часы. Оказывается еще совсем рано.

— Давай к восьми. Мы вас будем ждать. И, Стас, — я немного перевела дыхание, — не задерживайся.

Быстренько сбросив вызов, я решила пойти договориться с Максом. Судя по любимым ботинкам, он дома. Поднявшись на второй этаж, я немного помялась около его комнаты и постучала.

— Войдите, — спит что ли? Ладно, все равно. Его помощь нужна. И я вошла. Когда братец увидел меня в дверях, он подпрыгнул с кровати как ужаленный в одно место.

— Милка…

— К восьми прибудут гости. С тебя напитки, — быстро проговорила я, и уже поспешно хотела ретироваться, как Максим спросил.

— По какому поводу праздник? — осторожно спросил брат, пытаясь, не смотреть мне в глаза.

— Машку Зарубин бросил, — парировала я. Это конечно не праздник, но все-таки…

— Это праздник? — с сомнением спросил Максим.

— Я развеселить ее хочу, — просто ответила я и ушла.

* * *

— Где Милка? — спросил Максим, появляясь в комнате сестры.

— В душе, — ответила Маша, грустно повесив голову.

Вид у нее был бледный, глаза красноваты и, судя по сырым волосам, она только вышла из душа. 'Хорошо играет' подумал Макс, который не знал, что Машу действительно бросили.

— Ты же не хотела говорить, что тебя Дима бросил, — присел рядом с девушкой Макс.

— Он меня, правда, бросил! — сказала Маша и разрыдалась.

Максим впал в ступор. Как и любой парень, он не знал, как надо обращаться с плачущей девушкой. Машка всхлипнула еще сильнее, и Максим решил сделать то, что первое пришло в голову. Он крепко обнял девушку и прижал к себе. Маша, которой очень хотелось тепла, с благодарностью прижалась к Малинину. При этом чувствовала не только его тепло, но и нежность, которая исходила от молодого человека огромными волнами.

Постепенно девушка успокаивалась. Наверно, благодаря поддержке Макса, который гладил ее по волосам. Его сестре это помогало, значит и Маше поможет. Близость девушки сыграло с Максом злую шутку. Девушки у него не было уже давно. С тех самых пор, когда Милана высказала все, что думает о нем.

— Не плачь, — вытирал слезы с Машиных щек парень. — Он не достоин тебя!

Сразу видно, что Максим и Милана родственники, оба считают, что Дима ее не достоин.

Станина немного успокаивалась, а Макс смотрел и не мог оторвать от нее глаз. Как же раньше он не замечал, что она такая красивая? Все время считал ее еще одной сестрой. Какой же он был слепой! И больше не думая не о чем Максим поцеловал Машу.

Когда Машка почувствовала на своих губах губы Максима, она немного растерялась. Но поцелуй был полон нежности, что не ответить она не могла. Молодых людей пронзили электрические токи. Они так давно не получали такого удовольствия от поцелуя. Они забыли, где находятся. Они растворились друг в друге, и то, что Милана могла выйти в любой момент их не волновало.

* * *

Когда я вышла из душа, то услышала, плачь и чье-то бормотание. Неужели Машка опять по Димке убивается? Как оказалось, я ошиблась. Маша, прижавшись к Максиму, рыдала ему в рубашку, а тот немного неумело ее успокаивал. Правильно, откуда же ему знать как правильно.

Максим вытирал слезы со щек Станиной и внимательно вглядывался в ее лицо. Что он сделал, потом было для меня шоком. Он поцеловал Машу. И в этом поцелуе было столько чувств, что я даже позавидовала.

Я не заметила, как по моему лицу расползлась глупая, но широкая улыбка. Кажется, я поняла, про кого говорила сморщенная старушка на аллее. Неужели Машка Максу нравится? Он же никогда не обращал на нее внимания, как на девушку. Неужели он поумнел?

Когда мне показалось, что они уже готовы принять горизонтальное положение, я дала о себе знать. Парочка быстро отлипла друг от друга. Максим вскочил с дивана, а к лицу Машки прилипла краска.

— Я заходил сказать…эээ… что… напитки готовы. Да, я заходил сказать, что все готово.

Видимо Максим находился в шоке, поэтому пытаясь покинуть мою комнату, он не заметил косяк. И столик около входа видимо тоже. Машка продолжала сидеть все такая же красная. Решив не смущать подругу еще больше, я сделать вид, что ничего не заметила. Потом все равно расскажет.

Я открыла свой гардероб, решая, во что же нам одеться. Мой взгляд упал на шелковое, лазурное, коротенькое платье на тонких бретелях. Именно оно и полетело на Машу. Думаю, ее очень пойдет. Для себя же я выбрала черное платье чуть выше колена с открытой спиной.

Через небольшой промежуток времени мы были готовы: причесаны, накрашены и одеты. И, по-видимому, первый гость уже пожаловал.

Первым гостем оказался Барский, держа в каждой руке по шикарному букету. Один предназначался Маше, а другой мне.

— Спасибо, — уткнулась я носом в букет, что бы прогнать краску, которая прилипла уже к моим щекам. С чего бы вдруг?

— Пожалуйста, — ласково улыбнулся он. И что бы окончательно не покраснеть я ушла, под предлогом поиска вазы.

Когда я возвращалась из комнаты, где мне пришлось немного успокоиться (что на меня вообще нашло? Не знаете? Вот и я не знаю) уже прибыл народ. Мой взгляд упал на Барского. Он даже одет в той же цветовой гамме, что и я: черные брюки и рубашка с коротким воротником. Красивый… блин, о чем я думаю? Правильно, не о том, о чем надо.


Вечеринка была в самом разгаре. Народ выпивал и веселился. Машка, отпустившая свои проблемы, танцевала с Мишей Паниным из моей группы. Хорошо, что она забылась. Не могу смотреть на ее грустное лицо.

Я взяла бокал вина и направилась на балкон подышать свежим воздухом. Ну, и подымить, разумеется. Я думала, как так получилось, что Максим начал проявлять симпатию к Маше. К тому же я уверена, что обидеть он ее не сможет. Может они правда сойдутся? По тому, что я видела сегодня, можно быть уверенной, что на этом дело не закончится.

Я подняла глаза к небу, на котором мерцали мириады звезд — красиво. Пока я разглядывала небо на плечи мне легла кофта.

— Холодно, — сказал Барский мне на ухо.

— Смотри Большая Медведица, — сказала я Стасу, указывая на созвездие.

— Ты знаешь, как она появилось? — почти шепотом спросил парень.

— Нет, — так же ответила я.

— Хочешь, расскажу? — дождавшись моего кивка, Стас начал рассказывать. Но для начала обнял меня и принялся нашептывать мне на ухо. Приятно.

— Существует легенда о том, как появились на небе созвездия Малой и Большой Медведиц. Эта легенда повествует, что древнегреческий бог Зевс взял себе в жены прекраснейшую нимфу Каллисто. Зевсу нужно было огородить возлюбленную от преследований ревнивой Геры, и он взял нимфу к себе на небо, превратив в медведицу. Вместе с Каллисто Зевс обратил в медведицу и ее любимую собаку — она стала Малой Медведицей.

— Откуда ты знаешь? — спросила я, спиной ощущая тепло Стаса.

— Пару лет назад вычитал в одной книжке, — отмахнулся он. — Почему ты не веселишься со всеми?

— Я покурить вышла, а потом просто задумалась. А ты?

— Мне хотелось найти тебя, — доверительно сообщил блондин, прижимая меня к себе еще крепче.

И мы замолчали, продолжая стоять в обнимку. Барский положил подбородок мне на плечо и о чем-то задумался. Может мне стоит спросить у него на счет кулончика? Хотя, неудобно как-то. Сначала вернула, а теперь обратно требовать не красиво. Может старушка имела что-нибудь другое? Тогда что? Ведь у меня с камнями больше ничего связано не было. И почему мое прошлое не за горами? Вот, что она имела в виду?

— О чем ты думаешь? — спросила я, когда мне надоела тишина.

— Я думаю, согласишься ли ты потанцевать со мной? — весело отозвался он.

— Наверно, соглашусь, — и потянула его обратно в гостиную.

Мы были не единственные, кто решил потанцевать. Я не узнавала нашу гостиную. Сколько меня тут не было? Свет был приглушен, что создавало более романтическую обстановку.

Мы со Стасом начали кружиться под музыку. Столько чувств нахлынуло. А он неплохо танцует. Танго…

Рука на талии… поворот… наклон, одно движения быстро сменяет другое. Сердце начинает отбивать свой собственный ритм… рука снова на талии… изящный прогиб назад. Это невозможно описать словами… это как волшебство… Вы когда — нибудь танцевали танго? Если да, то вы поймете мой восторг, почувствуете музыку сердца. Если же нет, то это нельзя объяснить, когда ты полностью чувствуешь партнера, а он тебя. Это как полет… как пожар… лавина чувств… ты не видишь взгляды, обращенные на тебя… есть только ты и он… горячие руки… плавные движение… взмах ноги… поворот головы… страсть…необъяснимая тяга… поворот… легкий шаг… взмах ноги… И как только мелодия заканчивается, волшебство уходит.

— Ты прекрасно танцуешь… — прошептал Стас, обжигая лицо, горячим дыханием.

— Ты тоже. Отпусти меня, на нас люди смотрят, — попыталась вырваться я из его объятий.

Как только его руки отпустили меня, я почувствовала разочарование. Неужели он мне так сильно нравится? Не может этого быть!

— Мне надо немного освежиться, — сказала я, быстро направляясь в сторону балкона. Оставлять он меня одну не спешил и бросился за мной.

— Со мной такого еще не было. Ты просто прекрасна!

Не дожидаясь моего ответа, Стас легко коснулся моих губ. По моему телу прошла сладкая дрожь. Как же он хорош! Только бы не утонуть в нем, не раствориться. Я не хочу обманываться. Я не хочу страдать…. но этот легкий поцелуй сводил с ума. Мне хотелось еще, мне хотелось больше. Я не хочу довольствоваться малым. Он нужен мне, нужен целиком…

Как же хорошо. Его нежные губы и поцелуй полный страсти. Снова пожар, снова полет. Неужели такое возможно? Я горю в его руках. Стоит ли его остановить? Нет, я не хочу останавливаться…

Дверь резко хлопнула, заставляя меня отскочить от Стаса, который очень глубоко дышал. Да и мое дыхание ровным и спокойным назвать было нельзя.

Кто приходил? Хотя, если учесть быстроту его ухода, то картина, которая предстала перед его глазами, его не обрадовала.

Стас нежно погладил меня по щеке и смотрел прямо в глаза. А в его глазах был целый мир. Но одно предложение испортило атмосферу этого вечера. Он наклонился ко мне и приложил свой лоб к моему и прошептал.

— Я люблю тебя, Мила!

* * *

Я лежала на кровати и представляла, что я Золушка. Пусть у меня нет злой мачехи, которая заставляет меня перебирать фасоль, сажать розы и натирать полы. У меня нет двух глупых сестер, которые без чужой помощи ничего сделать не могли. Крестной — феи, которая делает из тыкв кареты, из мышей лошадей, а из крыс кучеров, тоже нет. Тогда почему я ощущаю себя сказочной героиней?

Может быть дело в том, что я как и она сбежала в самый ответственный момент? Наверно по этому. Да, я убежала. А что мне еще оставалось делать? Сказать, что я его тоже люблю? Это было бы неправдой. Свои чувства к Барскому я любовью назвать не могу. А я почему-то была уверена, что парень ждет от меня взаимности. Врать ему совершенно не хотелось.

Когда я услышала признания в любви, у меня на сердце даже потеплело. И первой мыслью было 'он меня любит?' потом пришла другая 'что ответить?' Вот тут-то и сыграл инстинкт зайца, пришлось убегать, причем быстро.

Поднявшись к себе в комнату, я закрыла дверь. И только через несколько минут раздался стук, а за тем и слова.

— Мила, открой, пожалуйста. Мне надо с тобой поговорить.

Отвечать, разумеется, я не стала. Мне надо было подумать, как теперь относится к Стасу? Смогу ли я его полюбить? Легкие постукивания в дверь прекратились минут через двадцать. Теперь я могла нормально подумать. Только о чем думать? В голову не приходило не одной умной мысли.

Спустя час я вспомнила про подвеску. Правда ли мне надо ее забрать? Может старушка была сумасшедшей? Если так, то откуда она узнала, что в тот день мне подарили камень? Вопросов много, а ответов не совсем. Как же я запуталась! Надо отвлечься! Только как? Шестое чувство мне подсказывало, что Стас уже ушел, и я могу спуститься вниз.

Да, действительно, ушел. Кто-то продолжал веселиться, а кто-то решил прикорнуть в уголке. Вот парочка, вообще в караоке спеть решили. Лучше бы не пели. Максим и Маша сидели и о чем-то жарко спорили. Ага, спелись, значит, голубчики!

— Что за шум, а драки нет? — как можно жизнерадостнее спросила я.

Эти двое на меня странно посмотрели. Что я сделала?

— Где была? — строго спросила Станина.

— В комнате, — нахмурилась я. Это, что допрос?

— Что делала? — опять строго.

— Пряталась, — пришлось сознаться мне.

— От кого? — загорелись глаза голубков.

— Не важно, — буркнула я.

Пойду-ка я, лучше чего-нибудь выпью. Что у нас есть? О, да у нас практически ничего не осталось. Выпив залпом пару стаканов коньяка, я направилась спать. А эти пусть делают, что хотят, главное меня не трогают и ладно.

Заснула я на удивление быстро, наверно, у меня стресс. Мне снилась мама, которая все время повторяла 'все будет хорошо' и 'ты будешь счастлива'.

* * *

Стас шел домой, совсем не понимая, что произошло. Почему она убежала? Что случилось? Ведь Станислав сам себе не мог признаться, что влюбился, как мальчишка…


Милана сидела одна за столиком, крутя в руках чашку, но, не поднося к губам. Парень долго на нее смотрел и не мог оторвать глаз. Какая же она красивая! На лице полная задумчивость. Стасу очень хотелось узнать, какие же мысли крутятся в черноволосой головушке.

Перерыв уже давно закончился, а девушка, совершенно, не спешила на лекцию. Взгляд синих глаз был устремлен в окно.

Стас на миг прикрыл глаза, приводя мысли в порядок. В голову забрался червячок, который постоянно вспоминал о поцелуе с Милой, о ее тонких пальчиках, о пухлых губках. Все его мысли были только о Милане.

Неужели он влюбился? Нет быть такого не может! Он же обещал, что больше никогда никого не полюбит. Тогда какого черта, он не может оторвать взгляд он Милы?

Девушка поднесла чашку и лицу, вдохнула аромат, нежно улыбнулась, чуть прикрыв глаза. Стас хотел узнать, о чем же она подумала, что это вызвало у нее на губах нежную улыбку, от которой появилась ямочка на щеке. Милая…

Станислав все-таки не выдержал и подошел к девушке.

— Можно присяду? — поинтересовался молодой человек. Девушка кивнула и опять устремила свой взгляд в окно.

Какая красивая! Такая ласковая и страстная. Барский прекрасно помнил, что было, когда пришел проведать больную Милану. Эти воспоминания заставили его напрячься. Стасу сейчас очень хотелось сжать эту девушку в своих объятиях и никуда не отпускать. Походу влюбился…

Легкая улыбка не покидало ее лицо, на котором не было не грамма косметики. Сейчас она выглядит такой беззащитной. Было очень тяжело отвести взгляд от девушки. Милана вновь подняла чашку на уровне лица, вдохнула аромат кофе и снова улыбнулась.

— Почему не пьешь? — поинтересовался парень.

— Я не люблю кофе, — последовал странный ответ.

— А заказала тогда зачем? — недоумевал парень.

— Запах кофе бодрит, и думать помогает.

Какая же она странная. Наверно именно поэтому и смогла зацепить Стаса. Молодые люди продолжали сидеть, и только минут через пятнадцать Мила встала.

— Я пойду.

Барский, молча, кивнул, смотря ей в след. Неужели и, правда, влюбился? В этом можно не сомневаться.

Станислав продолжал сидеть, совершенно забыв про занятия. Он никак не мог понять, что случилось с девушкой. В одном он был уверен, что виной всему был тот парень с фотографии. Он ее бросил или умер? Вот в этом вопрос.

Надо ее развеселить! С этими мыслями Станислав покинул кафе. А отправился он в ювелирный магазин, хотел сделать Милане подарок. Пробыл парень в магазине около полутора часов, а это много, особенно если учесть, что Стас не любил магазины.

Как только, взгляд парня упал на подвеску — с синим камнем, он понял, что это именно то, что ему нужно. Продавщица, которая строила глазки Стасу все полтора часа, пока он находился в магазине, сказала, что это сапфир и его значение.

Станислав из магазина вышел счастливый до невозможности, прижимая пакет, в котором кроме подвески лежало кое-что еще…

Вот только подарок Малинина вернула. И как она так быстро догадалась, сто это Стас? Хотя по выражению лица Королева можно было догадаться. Но фраза про потерянность показалась ему не правильной. Он тоже считал себя потерянным до встречи с Милой, а сейчас понял, что живет. Живет так, как никогда раньше, и прошлые обиды и непонимания просто сгинули.

Когда Станиславу позвонила Мила и попросила собрать народ, он понял, что надежда у него есть.

Вечер был прекрасный! Что может быть лучше, чем любимая девушка в твоих объятиях, ты рассказываешь ей о звездах, а она ласково тебе улыбается? А этот танец… Стас и не думал, что Милана умеет ТАК танцевать. Этот танец и сломал выдержку Станислава, и он признался в любви… А она убежала… С ума сойти можно! Просто взяла и убежала, только туфельку не оставила, как главная героиня из одной очень известной сказки.

Сначала Стас не понял, почему девушка так поступила, а когда дошло было поздно, и Мила заперлась в своей комнате. Барский просидел под ее дверью двадцать минут. Молодой человек хотел объяснить, что Мила ни чем ему не обязана…


Стас тряхнул головой и взъерошил волосы. Через несколько минут он будет дома. Проходя через темный двор, Барский заметил, что кто — то пытается его догнать. Страха не было, был интерес. Неужели, этот идиот показал свое настоящее лицо? Спереди, появилось еще два человека просто огромной комплекции.

— Давно мы тебя ждем, голубчик! — пробасил один, а другой засмеялся.

* * *

Когда я проснулась, я поняла, что опять опаздываю. Что же со мной такое? Никогда же не просыпала. Всегда вставала с первым звонком будильника, а теперь я его вообще не слышу. Весь режим пошел к чертям! Обидно…

Ладно, не время сейчас ныть! Через полчаса пара начинается, а я еще в постели. Надо встать и бежать, желательно вприпрыжку! Через десять минут лицо было умыто, зубы почищены, а волосы расчесаны. Блин, совсем забыла, мне еще одеться надо! Хватит с меня строго вида. Пора меняться, я же этого очень хочу. Потертые джинсы, белая приталенная футболка с мишуткой Тедди, волосы в хвост, а на ноги кеды. Ух, ты, как я хорошо выгляжу. Давно себя такой не помню. В универе офигеют!

Когда я вышла из квартиры я вспомнила, что забыла куртку. Пришлось возвращаться обратно, а примета-то плохая. Что там надо сделать? Точно, в зеркало посмотреться. Я схватила куртку и пообедала к машине. Точно опоздаю! Даже мои идеальные оценки не спасут меня от гнева преподавателя.

Машина заводиться не хотела. Чертова колымага! Опаздываю! Хотя вру, я уже опоздала. Я закинула сумку через плечо и побежала ловить такси. Я, конечно, могла посмотреть, что с моей случилось, в машинах я ковыряться люблю, но времени катастрофически не хватает.

Около меня остановилась десятка, я быстро запрыгнула и сказала куда ехать. Водитель лишь кивнул и быстро направил свой автомобиль в сторону моего университета. Видимо, неудача сегодня будет моей спутницей, так как мы попали в пробку. Я могла прогулять первую пару, если бы сегодня была обычная пара, а не семинар. Мне хотя бы на вторую половину успеть.

Когда же все-таки такси меня примчало, я быстро расплатилась и побежала на пару. Надеюсь, мне не целый день придется бегать. Когда я уже схватилось за ручку кабинета в меня что-то, а вернее кто-то врезался. И этим кто-то была Ира Григорьева.

— Прости, — сказала она.

— Ничего, — ответила я. Давненько я ее не видела. Хотя бы одно успокаивает, что не я одна сейчас отгребу. Странно на Ирку я совсем уже не злилась. Только неприятный осадок остался. Надеюсь, она не трепалась…

— Малинина, Григорьева, вы, почему опаздываете? — спросила преподаватель, хмуря тонко выщипанные брови. Даже не смотря на то, что по предмету Елены Валерьевны у меня одни пятерки, получала я все равно достаточно нагоняев.

— Простите! — в один голос извинились мы.

— Займите свои места, семинар уже начался.

Я понуро добрела до места и бухнулась рядом с Денисом. За что получила от него удивленный взгляд. Не чего удивляться, я с тобой три года сижу, привыкла уже. Хоть на лекциях болтать нельзя, а сидеть одной все равно скучно. Я пожала в ответ плечами и осмотрела аудиторию.

А чего случилось с моими одногруппниками? Какие-то они все помятые, будто всю ночь не спали. Потом я дала себе мысленный подзатыльник, они же все вчера у нас в гостях были. Интересно, а у Машки в группе нечто подобное твориться? Надо будет проверить.

Когда семинар закончился, Дэн обратился ко мне:

— Что за внешний вид?

— Надоела классика, — осмотрела я себя. — Когда я раньше так одевалась, вы говорили нормально.

— И сейчас нормально. Просто давно тебя в таком прикиде не видел, — немного улыбнулся Денис.

— Что с руками? — кивнула я на его оббитые костяшки.

— К соревнованиям готовлюсь. Тренировался, — немного неуверенно сказал Дэн.

Ну, тогда понятно. Этим можно и хороший такой синяк на скуле объяснить.

Пойду-ка, дойду до Станиной. Надо проверить. У них в группе оказалось не намного лучше, чем у нас. Кто-то спит на партах, кто за голову держится. На меня они посмотрели странно. Наверно, из-за внешнего вида, а еще может быть, что на их фоне я лучше выгляжу? А нечего было всю ночь гульбанить. Легли бы спать пораньше, как я и вам бы сейчас хорошо было.

— Маша! — потрясла я подругу за плечо, которая примостила голову на рюкзаке моего непутевого братца. Кстати где он? И Барского нет.

— Мила, — слабым голосом произнесла подруга, — у меня трещит голова.

— Ты много вчера пила? А спала вообще? — нежно погладила подругу по светлым волосам.

— Пила много, а спать, — задумалась Маша, — а спать мы не ложились.

Ну, теперь понятно, почему ты в таком состоянии. В это время в аудиторию зашел немного потрепанный Максим с двумя стаканчиками. Один он отдал Машке, которая вцепилась в него с большим энтузиазмом. Кофе Машку всегда бодрило.

Второй брат протянул мне. Зачем тянешь? Знаешь же, что кофе не люблю. Но в стаканчике оказался горячий шоколад. Он же его не пьет. На мой изумленный взгляд пожал плечами и сказал.

— Я видел, как ты сюда направлялась.

— Спасибо, — поблагодарила я. Потом не удержалась и спросила. — Где Стас?

Машка и Максим странно переглянулись. Что даже поинтересоваться нельзя? Может, он мне денег должен. А вдруг они вчера слышали, как Барский мне в любви признается. Ой, как неудобно получается. Я никогда не мечтала быть актрисой, поэтому на публику мне играть не хотелось. Пусть это даже близкие люди.

— Отсыпается, наверное. Молодец парень, мы все с утра на учебу поплелись, а он спать.

Когда я выпила шоколад, и делать стало не чего, я решила отправиться к себе. Практически около дверей меня за руку схватил Макс. Он долго молчал, вглядываясь в мои глаза. Уж не знаю, что он там хотел найти и нашел ли.

— Мила, прости меня, пожалуйста! — и с этими словами он опустился на колени, продолжая держать меня за руки. На нас с тали любопытно оглядываться.

— Максим, встань! — приказным тоном ответила я.

— Не встану, пока не простишь, — с грустью в голосе сказал брат. В глазах тоска. Мне стало немного неудобно. Люди все-таки смотрят. А Максу все равно. Неужели, братец так хочет вину свою загладить? Просто надо думать в следующий раз.

— Ладно, прощаю, — улыбнулась я. И все-таки злиться я долго не могла. Да и настроение у меня сегодня хорошее, даже не смотря, что проспала и машина сломалась.

Макс обнял меня за талию и уткнулся лицом в живот.

— Спасибо тебе, Милка! — проговорил Максим мне в живот.

— Встань, уже! Люди смотрят! — недовольно буркнула я.

— Ну и что? — ничуть не расстроился брат. — Пусть знают, какой я гад!

Кое-как от него отлепившись, я зашла в аудиторию. Денис сидел слишком довольный. Странный день, какой-то. Я подсела к нему и на ухо спросила.

— Что за мечтательный вид Королев?

— Настроение хорошее! — довольно ответил он. — Пойдем, сегодня пообедаем?

— Ну, пойдем, — согласилась я. Обед это же не ужин. Так, что ничего страшного, правда?

Как только Дэн дотронулся кончиками пальцев моей руки, сердце пронзило какой-то иглой. Стало больно до невозможности. Мне даже дышать тяжелее стало. Что случилось? Почему чувство тревоги появилось? Ничего не понимаю. Все хорошее настроение куда-то пропало. Только потому, что Денис до меня дотронулся? Бред, какой-то! Заметив мой растерянный вид, Королев наклонился ко мне.

— Что случилось? Почему ты такая бледная? — обеспокоился парень.

— Я не знаю. Вдруг что-то не хорошо стало, — честно призналась я.

Сказать парень больше ничего не успел, так как вошел преподаватель и попросил внимания. А мне надо немного успокоиться. Отсижу еще две пары и домой поеду.

Лекция не привлекла моего внимания. Сама не знаю почему, но всю пару я сидела и пялилась на руки Королева. Они разве не в перчатках (или как там их называют) должны тренироваться? Никогда он в таком виде после тренировок не появлялся. Может, подрался просто. Зная Дениса уже давно, меня это не удивляет. И почему он тренировался ночью? Вчера же этого не было, верно?

Кое-как, отсидев пары, я хотела найти Максима, что бы он меня домой отвез. Не откажет же мне брат. Макс стоял около машины и с кем-то разговаривал по телефону. И выражение лица у него было грозное: брови нахмурены, губы сжаты, скулы напряжены.

— Где Машка? — спросила я, как только он закончил разговор.

— Она домой сбежала, отсыпаться.

— Домой меня отвезешь? — постаралась улыбнуться я.

— А твоя тачка где? — начал крутить головой Максим в поисках моей машины. Пришлось сказать, что не заводится.

— Что с ней? — глупый вопрос. Если бы я не опаздывала, я бы посмотрела. И оповестила об этом брата.

— Ну, в общем, я не домой еду, — нехотя сообщил мне Максим.

— А куда? — проявила я интерес. Отвечать на этот вопрос ему видимо не хотелось, но глядя на мое лицо, глубоко вдохнул и сдался.

— Я сейчас Стасу звонил… и… к нему я еду.

— Зачем? — не понравился мне его тон.

— Я разговаривал с его матерью….- помялся брат. Так, стоп, почему с матерью? — Вчера, когда он домой возвращался, его избили… сильно.

— Кто? — забеспокоилась я. — Сильно?

— Не знаю кто, но он сейчас дома. Его мать врач и ей разрешили забрать его домой из больницы, — замогильным голосом сообщил Малинин.

— Возьми меня с собой! — вцепилась я в руку брата.

— Куда собралась? Я думал, что мы сейчас пойдем обедать, — лучезарно улыбнулся Денис, походя к нам. Выражение его лица мне не понравилось.

— Мы к Стасу едем, его избили, — сказала я.

— Сопельки ему будешь подтирать? — зло спросил Дэн.

— Дурак ты, Королев!

Мы сели в машину брата и отъехали от университета. А я не понимала, почему Дэн такой злой? Неужели он вообще не знает, что такое сочувствие? И тут меня как молнией шибануло.

Кто-то заходил на балкон, когда я там была со Стасом, а потом я Дениса не видела. И руки… костяшки оббиты и синяк. Вчера этого не было… Неужели это он? Не может быть! Хотя, если вспомнить, что однажды Королев при мне с Барским подраться хотел. Неужели Денис смог так сделать? Видимо, смог.

Я решила поделиться с Максимом своей догадкой. Он с сомнение посмотрел на меня и задал вопрос, которого я опасалась.

— А что вы делали на балконе? — начал допрос брат.

— Целовались, — нехотя ответила я.

— Что? — очень удивился брат, отвлекаясь от дороги, и захлопал ресницами.

— Не надо переспрашивать, ты прекрасно все понял, — недовольно буркнула я. — Макс, они при мне один раз чуть не подрались.

— И при мне тоже. Еле разняли, — просветил Максим.

— Когда? — удивилась я, и брат мне поведал, что случилось на прошлой вечеринке.

— Мне кажется, что Денис не мог, — продолжал защищать друга Максим. — Может, и не он заходил на балкон.

— А ушел он когда? — поинтересовалась я. Макс нахмурился.

— Быстро он как-то ушел и нервный, — походу я оказалась права. — Во сколько это было?

Я начала судорожно вспоминать время и сказала Максиму, приблизительно. Такой реакции я от него не ожидала. Он со всей злости ударил по рулю, повернулся ко мне и спросил:

— После вашего танца было? — зло спросил Макс, я только кивнула.

Мне стало так плохо. Я ведь осознала, что Стас получил из-за меня. Боже, как же мне стыдно. Это я во всем виновата! Брат видимо понял мое состояние и взял меня за руку.

— Тут нет твоей вины, — приободрил меня Максим. — Вот уж не ожидал от Дэна такого!

Всю дорогу до дома Барских Макс причитал, какой же Королев нехороший, только выражения были намного тяжелее. Особенно для моей нежной психики.

Когда мы приехали, мне стало еще хуже. Как я смогу Стасу в глаза посмотреть? А Ларисе? Как же мне паршиво!

Пока мы поднимались на лифте, я начала себя чувствовать еще хуже. Может, не надо было приходить? У меня еще есть возможность сбежать. Но я все-таки одумалась. Мы поднялись на шестой этаж, и Макс позвонил в дверь к Барским.

— Милана? — удивилась женщина, когда открыла мне дверь.

— Здравствуйте, Лариса. Мы пришли Стаса проведать. Как он?

— Не так уж и плохо. А ты, — обратилась она к моему родственнику, — Максим? Это ты звонил?

— Да, это он звонил. Максим мой брат, — ответила я за Макса.

Когда мы прошли в светлую прихожую и начали раздеваться, Максим шепнул:

— И как давно ты успела познакомиться с его мамой? — вопрос прозвучал с огромным интересом.

— Так получилось, — буркнула я.

— Удивительно, даже я, его друг, этого сделать не успел, — лукаво сощурил глаза родственник, пытаясь сдержать улыбку. Вот же, козел!

Я недовольно засопела. Конечно, мало мне, пусть мне еще хуже станет. Я уже от стыда, наверное, как вареный рак.

— Проходите. Последняя дверь по коридору, — проинструктировала нас Лариса. Макс направился в комнату к Стасу, а я осталась в прихожей. Мне было ужасно стыдно. И в глаза к Барскому взглянуть не смогу.

— Почему ты не идешь? — приподняла уголки губ женщина.

— Простите меня, Лариса! Это все из-за меня! Это я виновата! — принялась извиняться я.

— Пойдем чайку выпьем и поговорим, — предложила женщина, уходя на кухню.

Я послушно поплелась за Ларисой, низко опустив голову. Женщина, молча, поставила чайник, также молча, разлила чай по чашкам, села за стол и спросила.

— Почему ты думаешь, что ты виновата? — мягко спросила она.

— Лариса, я просто знаю это и все. Я не могу сейчас об этом говорить. Мне так стыдно перед вами сейчас, простите меня! — закрыла я лицо руками.

Женщина немного помолчала. Я не знала злиться она на меня или нет. Вот сейчас возьмет и вышвырнет меня из своего дома. Но мои надежды не оправдались. Лариса меня просто удивила.

— Мила, я не злюсь на тебя. Наоборот, я тебе благодарна, — ласково погладила меня по голове.

— Не поняла? — подняла я брови. — Стаса избили из-за меня, а вы мне за это благодарны?

— Да! — просто ответила она. А я никак не могла понять ее логику. Чему она радуется? Ее сына избила, а она мне за это благодарна? Дурдом!

— Почему? — все же поинтересовалась я.

— Мне тяжело было смотреть на сына, — набрала полные легкие воздуха Лариса. — Раньше он был такой веселый и общительный, а потом кое-что случилось, и Стас так изменился.

— Как? — шепотом поинтересовалась я.

— Стас не пропускал не одной юбки, не ночевал дома, непонятно с кем водился. Я так боялась за него. Все чувства пропали, он стал словно замороженный. Когда я увидела тебя первый раз, мне показалось, что вы очень похоже. Ведь у тебя тоже, что-то случилось, верно? — дождавшись моего кивка, Лариса продолжила:

— Когда мы переехали сюда, он начал вести себя по-другому. Я не могла разобраться, в чем дело. Чужой город все-таки. А когда ты привела Олесю, я увидела, как мой сын смотрит на тебя. Он начал меняться из-за тебя! Когда-то давно он мне сказал, что если влюбится, то его девушка будет самой счастливой, что он ей никогда не изменит, и будет беречь, — Лариса горько усмехнулась. — А потом сказал, что никогда не влюбится. Сейчас, глядя на него, я поняла, что ты разбудила в нем вулкан чувств: ревность, злость, счастье, любовь. Благодаря тебе, он снова начал жить. Спасибо тебе, Милана!

Мы некоторое время просидели в тишине. Я не знала, как ответить на такую пылкую речь. Но все-таки набравшись, смелость, я спросила:

— А что с ним случилось? Почему он изменился? — стало мне безумно интересно.

— Думаю, что эту историю он расскажет тебе сам. Иди, он ждет тебя.


Я немного неуверенно потопталась перед дверью. Лариса ободряюще на меня посмотрела, и я повернула ручку.

Комната Стаса была большой, выполненная в кофейно-молочных тонах. Сразу видно, что живет парень. Большое окно скрывалось за шторкой кофейного цвета. На столе был компьютер, большой фотоаппарат, куча листов и фотографий. В углу находился светло- молочного цвета шкаф-купе, комоды, тумбочки, кресла. Комната обставлена со вкусом.

Кровать была просто огромна! Моя двуспальная, по сравнению с этой просто колыбелька. А на кровати лежал Стас. Вид был немного потрепанный. Что удивительно, но на лице синяков не было. Но все, что было ниже головы, было замотано. Неужели ребра сломаны?

Когда Стас меня увидел, то хотел встать. Это у него не получилось, он поморщился от боли и упал на подушки.

— Максим, пойдем, я тебя чаем напою, — зашла вслед за мной Лариса.

— С удовольствием! — согласился мой родственник. Повернулся ко мне и спросил. — Тебя подождать?

— Нет, я на такси доеду, — не отрывала я глаз от бледнолицего Стаса.

Когда нас оставили вдвоем, я медленно подошла к кровати и присела на краешек.

— Привет, — улыбнулась я и дотронулась кончиками пальцев до его руки. Рука его была ледяная. — Как себя чувствуешь?

— Терпимо, — снова поморщился парень. — Ты сегодня необычно выглядишь.

— Я раньше любила так одеваться, — скромно ответила я.

— Тебе очень идет! — Барский взял мою руку в свою и поднес к своей щеке. — Ты такая теплая! Я рад, что ты пришла.

— Что случилось, Стас? — поинтересовалась я, интересно, он мне расскажет?

— На гопников вчера нарвался. Сломали мне пару ребер, — нехотя сообщил он.

— Ты знал кого-нибудь из них? — Продолжала я допытываться. А я уверена, что он кого-то узнал.

— Нет, не знаю, — моментально ответил он, не знаю почему, но это меня насторожило. Я решила, что не буду на него давить.

— Мила, почему ты тогда убежала? — нахмурил брови Барский. — Ты не отвечаешь мне взаимностью?

— Я… мне… — не знала, что ответить.

— Ты не должна мне ничего. Просто будь рядом. Останься…

— Я никуда не собираюсь. Побуду с тобой, пока не надоем, — приподняла я уголки губ.

— Навсегда значит останешься? — лукаво сощурил он свои синие глаза. А они у него красивые. Даже слов нет!

— Ну, не навсегда… Стас, — немного задумалась я, расскажет ли он мне, что с ним случилось, — расскажи мне…

Молодой человек сразу понял, о чем я спрашиваю. Глаза стали грустные, а я мылено себя отругала. Сейчас к физическим ранам добавятся и душевные. Вот же я идиотка! Но Стас крепче сжал мою руку и сказал:

— Я расскажу, но если ты переберешься поближе, — а в глазах плясали бесенята.

Отказаться я не могла, так как чувствовала свою вину. Я приподняла подушку, которая находилась по соседству с подушкой Стаса и заняла полусидящее положение и с большим удовольствием вытянула ноги. Молодой человек глубоко вздохнул и принялся рассказывать.

* * *

Стас вырос в другой обстановке, нежели Милана. Отец Станислава, Олег Васильевич, постоянно разъезжал по командировкам и редко бывал дома. Ну, это тогда парень так думал. На семью у него времени совершенно не было. Отец постоянно откупался от них. Ведь деньги творят многое. Вот только, он не знал, что для его жены и сына этого мало.

Станислав, конечно, вырос избалованный, но внимания отца хотелось, как и раньше. Но отца все равно рядом не было. В скором времени, молодой человек начал замечать, что его мама плачет, но делает это так, что бы сын, ни заметил. Сначала, Стас старался не обращать внимания. (Ну, мало ли у женщин причин для слез. Кто знает, может сериал, какой смотрела)

Но проходило время, а мать продолжала плакать. На вопросы Лариса отвечать не хотела. Тогда молодой человек решил отправиться к отцу на работу и узнать обо всем. Вот только молодой человек совершенно забыл, что тот должен находиться в отъезде.

Станислав вспомнил этот удручающий факт, только тогда, когда подошел к офису. Парень решил, что хоть у секретарши спросит, когда должен вернуться ее шеф. Ну, не просто же так он через весь город плелся?

— Привет, Оксана, — поздоровался Стас с секретаршей, которая перебирала кучу бумаг.

— Привет, Стас. Чем обязана? — парень редко приходил к отцу на работу.

— Слушай, а ты не знаешь, когда папа вернется? — спросил молодой человек. Она же секретарша, она же знает.

— Откуда? — не поняла Оксана, не поднимая глаз от бумаг.

— Из командировки, — слегка растерялся парень.

— Ты чего, Стас? — приподняла глаза от кипы бумаг. — Олег Васильевич уже несколько лет, ни в какие командировки не ездит.

От шока у парня даже рот открылся. Как несколько лет? А где же он тогда? Почему отец говорит, что уезжает?

— Стас, — напугалась девушка. Парень побледнел и стал похож на приведение. — С тобой все в порядке?

Парень кивнул, выпил стакан воды, который предложила Оксана. В этот момент открылась дверь отцовского кабине, и на пороге появился сам отец, разговаривавший по телефону.

Олег Васильевич совершенно не ожидал увидеть здесь своего сына и ненадолго впал в ступор. Но быстро отошел, свернул разговор и спросил:

— Стасик, что ты здесь делаешь? — совершенно шокировано спросил сына отец.

— Вот я тебя о том же хотел спросить! — кажется, парень начал понимать причины, по которым плакала его мама.

— Пойдем в кабинет. Там и поговорим, — предложил отец. Стас, молча, согласился и вошел, задев плечом отца.

Войдя в кабинет, оба представителя мужского пола молчали и буравили друг друга взглядами. Станиславу собственными руками хотелось придушить отца. Но этого делать было нельзя, поэтому он спросил:

— Ну, и где ты пропадаешь? — зло проговорил молодой человек.

Олег Васильевич понял, что сын сейчас на взводе и решил рассказать. То, что услышал Стас дальше, было для него полным шоком.

Оказывается, отец решил немного развеяться и завел себе молодую любовницу. (Только не понятно, зачем ему любовница, если у него жена просто красавица?) все это время он жил с ней, летал за границу отдыхать или просто на выходные куда-нибудь съездить. Так как девушка была молода и своенравна, то и внимания она требовала больше. Поэтому Олег и решил пожертвовать семьей, что бы, немного развеяться.

— Что? — удивился сын. — Ты променял нас на какую-то @цензура@? Вот уж не ожидал от тебя! Значит, поэтому мама плачет? Она узнала!

Старший Барский не смог больше ничего сказать, поэтому только кивнул. Станислав сжимал кулаки и покрывался красными пятнами от нахлынувшего на него гнева.

— Что мама говорит? — решил поинтересоваться парень.

— Она требует развода, но я его не могу дать, — развел руками отец.

— Что значит, не можешь? — разозлился парень еще больше, хотя кажется, что больше уже не возможно.

— Я вас люблю! — в полголоса сказал отец.

— Любишь? — заорал молодой человек, который с самого детства был очень сдержанный. — Тогда какого хрена ты со своей проституткой непонятно где ошиваешься?

Как можно любить, но в, то, же время бросить жену и сына на произвол судьбы? Парень этого не понимал. И мама, она все знала! А этот поддонок, еще и развода матери не дает, заставляя ее мучиться. И как спрашивается Лариса сможет с ним жить, если она знает, что ее променяли на молодую дурочку?

— Сын, я виноват! — опустил Олег глаза в пол.

— Конечно, виноват! — согласился с ним сын. — И если ты не дашь, матери того, чего она от тебя требует, ты мне больше не отец!


Через несколько месяцев супруги Барских развелись. А Станислав начал кутить по полной. Совсем еще молодой и не совершеннолетний, а уже столько успел увидеть и попробовать. Отец никогда не отказывал не в деньгах, не в машине. И останавливаться ему не хотелось. Да и зачем? Ведь можно гулять, не обременяя себя отношениями. Потому, что рано или поздно они разваливаются, не смотря на все старания.

Через некоторое время Лариса повстречала мужчину. С ним отношения складывались хорошо, Дмитрий даже предлагал забрать ее и сына с собой, но Лариса не хотела уезжать пока Стас не доучится. Даже когда появилась на свет Олеся, Лариса стояла на своем.


В один прекрасный вечер (был конец лета) Станислав познакомился с девушкой, и она ему безумно нравилась. Длинные светлые волосы, голубые глаза. Она была похоже на ангела. И разница в возрасте Стаса, совершенно, не пугала. Он забыл про вчерашних подружек, решив завоевать голубоглазую красавицу любыми способами. Парень при взгляде на нее, совершенно забыл свои слова, что отношения заводить не собирается.

Девушку звали Лика. И была она мошенница. Барский же, конечно, не знал. Он просто наслаждался присутствием Лики. Девушка решила использовать Стаса, что бы заполучить его отца. Сын богатого отца это хорошо, но сам отец, значительно лучше. Лика решила сначала влюбить в себя младшего Барского, так на всякий случай.

Узнав, что родители Стаса развелись из-за того, что папочка решил развеяться на стороне с молоденькой любовницей, безумно обрадовало девушку. Значит, заполучить его в свои цепкие ручки будет проще простого. К тому же мало кто может устоять перед такой длинноногой красавицей. Осталось только к папочке на работу попасть и лишить их всех денежек.

Парень, не подозревавший от ангелоподобной девушки такого коварства, привязывался к ней с каждой встречей еще сильнее. Всегда приветливая, улыбчивая и красивая. С Ликой было легко, и Стасу хотелось быть с этим ангелом всегда. Ну, кто же знал, что в скором времени принцесса превратится в уродливую гарпию? Когда же Станислав понял, что влюбился, он решил устроить романтический ужин и признаться.

Молодые люди гуляли по осеннему парку. Золото и багрянец красиво украшали деревья. На улице было еще достаточно тепло для этого времени. Легкий ветерок раскачивал деревья, срывая с них листву и унося за собой в быстром вихре танца. Воздух был наполнен чем-то сладким, сразу возникали ассоциации, что кто-то что-то печет. Вдалеке слышались радостные крики. По шоссе приносились машины, спешащие все по своим делам.

— Я приготовил тебе сюрприз! — интригующе сообщил парень своей очаровательной спутнице.

— Да? И какой? — сощурила Лика голубые глаза. Желая побыстрее прокрутить свою аферу.

— Я пока не скажу, это же сюрприз. Потерпи немого, мы скоро придем, — радостно вещал парень, ведя девушку вглубь парка.

И действительно в скором времени они пришли. На окраине парка стоял одинокий столик со свечами. Разноцветные деревья украшали тысячи мигающих огоньков и огромных атласных бантов, который пытался сорвать ветерок. Вот только банты покидать своего временного убежища не собирались. Зрелище было просто завораживающее.

Небольшой круглый столик, был застелен атласной скатертью, на стулья были накинуты накидки с огромными бантами сзади, банты были идентичны тем, что были на деревьях. На столе находился шикарный букет цветов и бутылка самого дорогого шампанского. Рядом со столиком стояли официант и музыкант со скрипкой в руке. Когда пара присела за столик, заиграла нежная музыка. Официант обслужил молодых людей и удалился, дабы не мешать романтическому ужину.

Барский взял руки своей возлюбленной и поцеловал их. Они были такие теплые, такие нежные и париятные.

— Я люблю тебя! — признался Стас.

— И я тебя, — улыбалась Лика, в голове, которой уже строились коварные планы.

Станислав был безумно счастлив, что ему ответили взаимностью. В принципе он не сомневался, что Лика тоже испытывает к нему сильные чувства. Откуда же парню было знать, что девушка театральную студию заканчивала. После ответного признания молодой человек достал коробочку и протянул девушке.

'Надеюсь, этот влюбленный идиот не собирается мне предложение делать?' напугалась Лика. Но страхи девушки прошли, когда Стас сказал, что это просто подарок.

После прекрасного ужина девушка затаилась на пару дней. Пусть парень понервничает! А Станислав действительно переживал, что Лика не выходила на связь. По истечению недели девушка предстала перед очами парня.

— Стасик, меня уволили! — заливалась лживыми слезами Лика.

— Это же не так страшно, — успокаивал ее парень, который не знал, что делать с плачущей возлюбленной.

— Да? А кто будет маме деньги в деревню высылать? Нам ведь младшую сестренку на ноги надо поднять, — это была часть легенды, что у Лики на руках больная мама и маленькая сестренка, которой надо еще учиться. Сестра, конечно, была, но не родная и не бедная. В скором времени Стас очень удится, узнав, кто же родственница его бывшей возлюбленной.

— Ну, не переживай ты так! Я могу тебе помочь с финансами, — предложил парень, которому ничего не жалко для девушки.

— Может, ты мне лучше работу найдешь? — осторожно спросила Лика. — Может, твоему отцу в фирму нужен работник?


В этот же день Барский младший позвонил отцу и попросил взять на работу свою знакомую. Именно знакомую, Лика не хотела, что бы Олег Васильевич знал, что она с его сыном встречается. Стасу же по этому поводу Лика говорила, что хочет, что бы ее ценили за ее достоинства, а не, потому что она встречается с сыном шефа. Отец не мог отказать сыну, так как до сих пор чувствовал за собой вину. И пригласил на следующий день Лику на собеседование, которое та, разумеется, прошла.

Окрыленная успехом (еще бы все так быстро получилось) Лика немного поспешила с приставаниями к шефу. Зная, что родители Станислава развелись из-за любовницы, девушка практически моментально начала соблазнять Олега Васильевича. Тот практически не сопротивлялся. Чего и следовало ожидать, жены нет, любовница ушла. Ну, кто может устоять перед такой эффектной девушкой. И странно, что его сын ей не заинтересовался. Сыночек же любит таких. Олег же не знал, что его сын влюблен в Лику.

Совращению шефа помешала открывающая дверь. Лика успела покрыть этого человека трех этажным матом. А этим человеком оказался Стас, который что-то хотел забрать из кабинета отца и заодно любимую проведать.

Для молодого человека, увиденное стало шоком. Любимая девушка в объятиях отца. Уму непостижимо! И как прикажете на это реагировать? Для начала парень прикрыл глаза и ущипнул себя, до последнего надеясь, что это сон. Как оказалось, это был совершенно не сон. Неужели это все с ним произошло? Как в каком-то сериале! Ведь в жизни подобное просто не могла случиться! Но случилось…

Отношения с девушкой он разорвал моментально. Даже слова Лики, что Олег Васильевич первый начал приставать на парня не подействовали. Какой бы бабник он не был, на работе отец романов никогда не заводил и Стас это прекрасно знал. Значит вывод только один — его пыталась совратить сама Лика.

Барский старший тоже находился в шоке, что все так получилось. Если бы он только знал, он бы ни за что в жизни так не поступил, ведь и сын и Лика утверждали, что они просто друзья. Лику по просьбе сына он уволил, да и сам он не хотел видеть такую работницу у себя на фирме. Оба прекрасно понимали, что девушка мошенница, и по всему видимому совсем не опытная.

Сама Лика не хотела опускать такую крупную рыбку. Решила вернуть Стаса, он ведь ее любит. Она испробовала практически все фокусы из своего арсенала, вот только парень совершенно перестал на нее реагировать. Стал словно замороженный.

Целый год Станислав мучился от атак Лики. Чувства прошли на удивление быстро, осталось только омерзение. Стас не отталкивал девушку (он ей стал пользоваться в своих целях, как она его использовала), он просто забавлялся с ней по ночам, а утром вышвыривал из постели. Таких, как Лика у него теперь были десятки.

Однажды девушка, которая даже за год не потеряла надежду вернуть влюбленного в нее дурочка, пришла к парню домой и очень интересным заявление.

— Я беременна! — проговорила девушка, рассматривая пол под ногами.

— Поздравляю, а я причем? — не проявил должной заинтересованности Стас, который понимал, что такой оплошности, он просто допустить не мог!

— Как причем? Это твой ребенок! — дрожащим голосом сказала Лика. В ее глазах появились слезы, губки затряслись. Потрясающая актриса!

— Вот этого не надо! Я принимал все меры предосторожности! — сказал парень. — Так, что иди туда, где нагуляла!

Девушка проявила упорство и гнула свою линию. И молодой человек позвонил своему другу, у которого мама была женским врачом. Когда Барский притащил ее в поликлинику, девушке пришлось сознаться, что она наврала, потому что хотела вернуть Стаса, она ведь его очень любит. И все, что случилось тогда, глупая ошибка, что она совершенно не причем, ее подставили и все в том же духе. Вот только ее слова уже совершенно Станислава не трогали. Он не поверил, ни единому слову.


Когда он уже пришел домой, то застал маму, разговаривающую по телефону с отцом Олеськи. Дмитрий уже в тысячный раз уговаривал Ларису переехать к нему.

— Дима, я сейчас не могу, — умоляюще произнесла женщина. — Я не могу Стаса здесь оставить.

Слыша разговор матери, в голову Станислава пришла идея. После разговора он поделился ей с матерью.

— Ты хочешь учиться в другой город? — с сомнением спросила Лариса.

— Хочу! Это единственный способ избавится от Лики, — брезгливо произнес молодой человек имя бывшей возлюбленной.

— Ты уверен? — снова засомневалась женщина.

— Уверен, мам. Да и тебе вижу, хочется к Диме переехать, — назвал главный аргумент парень.

Мама Стаса немного покраснела, но согласилась. Лариса перезвонила Дмитрию, и он обещал помочь с университетом и еще с чем-нибудь, главное, что бы любимая женщина и дочь были рядом. Дмитрий даже к Стасу очень тепло относился.

Закончив семестр, Станислав вместе с мамой и сестрой начали паковать вещи переехали в другой город.

* * *

Когда Барский закончил свой рассказ, я была немного не в себе. Бывает же так! Я думала, что такое только в книжках пишут. Теперь, я его понимаю. За такое и убить не жалко!

— Время прошло, я смирился уже со всем. Когда увидел тебя, мне показалось, что ты практически такая же, как и Лика. Такая же бездушная и расчетливая. Думал, что у тебя гордыня, а оказывается… Узнав тебя поближе, я понял, что такая, как ты одна на миллион. Таких девушек я еще не встречал.

— Слишком громко сказано! — мне было немного неловко.

— Нет, правда! — попытался приподняться он, но боль опять заставила его поморщиться и лечь обратно. — Пообещай мне кое-что.

Я не знала о чем, он меня попросит, поэтому, немного насторожилась. Чувство вины часто толкает нас на необдуманные поступки. Видимо, поняв мое смятение, Стас проговорил:

— Пообещай, что кое-что возьмешь.

Дождавшись моего кивка, Стас протянул мне очень знакомую коробочку с тем самым кулончиком, о котором я постоянно думу думалю.

— Это я выбирал специально для тебя, и никому другому я ее отдать не могу.

— Спасибо, — дрожащими руками я потянулась за коробочкой, но парень сказал, что оденет сам. Мне пришлось подчиниться, и я нагнулась, что бы хоть немного упростить ему задачу.

Как только цепочка оказалась на месте, молодой человек схватил меня за подбородок и поцеловал. Поцелуй был легкий, воздушный, но и этого хватило, что бы понять, как мне нравится целовать Стаса. Я отодвинулась, нацепив на лицо извиняющуюся улыбку. Мне не хотелось целоваться с ним, пока я чувствую себя виноватой. Мне хотелось, что бы это происходило не почему-то, а просто так.

— Стас, надо выпит лекарства, — вошла в комнату сына Лариса.

— Я пойду, наверно, — неловко поднялась я.

— Нет, останься! — слабо ухватил меня за запястье Стас.

Я согласилась. Все равно уснет скоро. Лариса говорила, что снотворное ему подмешивает. Ему отдых нужен. Мне его оставлять не хотелось, но и остаться было немного неловко.

Лекарство подействовало довольно быстро, и Барский уснул. Во сне он выглядел еще красивее. Все черты лица расслаблены. Губы растянулись в нежной улыбке. А ресницы у него такие длинные, я прям обзавидовалась вся. Не иначе, как он их у теленка спер. Просто младенец невинный.

Я осторожно нагнулась к нему, легко поцеловала в губы и покинула уютную комнату.


— Уже уснул? — спросила Лариса, выходя из кухни.

— Да, — направилась я в прихожую.

— Ты прости, что так получилось, просто ему нужен отдых, — извиняюще произнесла женщина. — Может чайку?

— Я бы с удовольствием, но мне пора. В другой раз, — улыбнулась я, сама не замечая, что пообещала придти еще раз. Ну, на чай.


На улице было еще не очень темно, поэтому я решила, немного прогуляться и подумать. Рассказ Стаса вверг меня в шок. Неужели бывают такие девушки, которых только деньги волнуют? Неужели любовь уже выкинули на помойку? Тяжело оправиться от предательства. И все равно кто тебя предал, любимый человек, друг или родственник.

Больше страданий нам приносят те люди, которых мы любим. Я по себе знаю, что терять дорогих твоему сердцу людей очень тяжело. И сейчас я поняла, что нельзя останавливаться, опуская руки. Нужно идти вперед, не забывая смотреть по сторонам, что бы ни пропустить искру, которая будет сопровождать тебя всю жизнь. Главное не перепутать искру твоей жизни с той, которая обожжет тебя.

Неужели, действительно, влюбляясь, люди глупеют? Наверно, правда. Иначе бы я раньше не допустила таких ошибок. Жалко, что поняла я это только сейчас. Ведь можно же было бы что-то изменить? Хотя, наверно, я даже счастлива, что изменить уже ничего нельзя.

Я подняла голову к небу, продолжая идти. Звезды… помню, Стас мне рассказывал, как на небе появилась Большая и Маленькая Медведица. В груди потеплело. Он меня любит. Так приятно, когда тебя любят. Смогу ли я полюбить его? Наверно, смогу. Надо только чуть-чуть подождать.

Когда я опустила голову, мой взгляд наткнулся на витрину, за которой была картина. Улыбка быстро покинула мое лицо. А это еще, что такое? Я посмотрела на вывеску, что бы узнать, что это за здание. Как показал осмотр, это была художественная мастерская. Только как это картина может отражать мое прошлое?

На полотне неизвестного мне художника был изображен пляж. Голубое море сливалось с небом, трудно было понять, где начинается одно, и заканчивается другое. Около полуразрушенного или полупостроенного замка из песка сидела черноволосая девушка в ярко-оранжевом купальнике. Над девушкой нависал молодой человек в оранжевых плавках и улыбался. И кого-то этот молодой человек мне напоминал.

* * *

— Мил, ну пойдем, поплаваем! — нависал надо мной Пашка, он надел на себя плавки под цвет моего купальника.

— Паш, иди один. Ты видишь, я замок строю, — ответила я, не поднимая на него глаз. Все мое внимание было обращено на кучу песка, которая в скором времени должна превратиться в величавый замок. С принцессой, правда ее будет не видно, но это не беда. Главное, я знаю, что она там есть.

— Я не хочу один, я хочу с тобой! — продолжал просить Паша. — Ну, пойдем.

Я подняла на него глаза. Его тон совсем не вязался с выражение его лица. Глядя на его довольную физиономию, мне показалось, что он задумал гадость. Только вот какую?

— Иди, поплавай с Максом и Леркой, я к вам потом присоединюсь, — опять продолжила я строительство. Мне хотелось его поскорее закончить и похвалиться остальным, которые не хотели полдня сидеть на берегу и лепить куличики. И даже мои убеждения, что это не куличики, а целый замок, на них не действовали.

— Долго ты еще будешь его делать? — испытующе посмотрел на меня парень.

— Пока не доделаю, — прозвучал логичный ответ. Нельзя же бросать на половину законченное дело.

Павел окинул взглядом мое творение и удалился, видимо понял, что освобожусь я не скоро. Кто же знал, что он может так подло поступить со мной? Минут через пять, когда я уже забыла о Пашке, он решил напомнить о себе. И как оригинально напомнил. Я продолжала копаться, не замечая, как ко мне сзади Паша с целым ведром воды.

— Мила? — позвал меня молодой человек. Когда я подняла на него глаза, он просто вылил всю воду на мое творение.

— Что ты сделал? — возмутилась я. Да что бы его сделать я встала рано, что бы на солнышке не спечься. Я над этим замком уже три часа кряхчу! А он взял и все испортил.

— Теперь мы можем идти купаться, — радостно сообщил мне возлюбленный.

Я согласилась, но сделала себе пометочку, что надо ему это припомнить. На ужине в салат парня я бросила таракана, который считался деликатесом. Вот только Пашка этого не понимал, так как боялся этих 'гадов ползучих' до смерти.

* * *

Я вынырнула из воспоминаний. Как такое может быть? Стало трудно дышать, и я схватилась за горло. Моя рука нащупала кулончик, который показался не безумно горячим. Помня о словах старушки, я сжала камень сильнее и покинула это место.


Всю ночь я не могла уснуть. Сначала Макс не давал, заваливая меня вопросами. Большинство из них я так и не поняла. Большинство относились к Стасу. Брат пытался узнать, не намекнул ли мне Барский, кто его обидчики. Я была уверена, что Стас, если и узнал их, все равно не скажет. Мне это и не надо, я была уверена, что это сделал Королев. Правда, в голову никак не хотелось укладываться, что Дэн способен на это. Видимо, за столько лет знакомства, я его так и не узнала.

Мою голову атаковали различные мысли. Загадочная девушка, по имени Лика что-то знакомое. Раньше о девушке с таким именем я слышала часто. Вот, только где? Картина покоя тоже не давала. Такое ощущение, что тот, кто ее нарисовал, делал ее с натуры. Ведь молодой человек с картины был безумно похож на человека из моего прошлого.

Голова начинала болеть с удвоенной силой. Надо лечь спать, и думать, что это мне почудилось. Вот, только спать совершенно не хотелось. Может, сходит завтра в ту студию, и узнать, как появилась та картина? Хотя, лучше не надо, нервы крепче будут.

Восточный край неба уже начал светлеть. Неужели уже утро? С таким настроением, как мое, надо на поминки ходить, а не на учебу. Ну, ладно. Мне безумно хочется узнать, что мне скажет Денис в свое оправдания. Не будет же он отмалчиваться.

* * *

— Что за настроение? — весело спросил Максим, появляясь на кухне. Он разглядывал меня со всех сторон. Что со мной не так?

— Нормально все, — буркнула я, продолжая размешивать уже давно растаявший сахар в чашке.

— Если твое лицо выражает, что все нормально, то боюсь представить, что будет, когда настанет ужасно.

— Максим, отвезешь меня в университет? — спросила я, не обращая внимания на его шпильку.

— А сама, что не можешь? Или ты бензин экономишь? — припомнил брат, когда-то сказанные мною слова.

— Я всю ночь не спала, боюсь за рулем вырубиться, — недовольно призналась я.

— Тебя опять бессонница мучает? — обеспокоенно спросил Максим. Видимо, вспомнил те дни после гибели мама. Я тогда почти трое суток не спала.

— Отвезешь или нет? — не хотелось мне ничего объяснять.

— С большим удовольствием! — ответил братец, отвешивая галантный, но в тоже время шуточный поклон.

* * *

Я шла по коридору, как на каторгу. Мне очень хотелось посмотреть в глаза Королеву, но я боялась увидеть в них правду. Я очень логичная, не правда ли? Дверь аудитории показалась довольно быстро. Не смотря по сторонам, я села на свое место. Сначала, я думала вновь пересесть от Дениса, а потом решила, не буду принимать поспешных решений. Вдруг, это было не его рук дела (избиение Стаса, я имела в виду).

— Привет, — сказала я, опускаясь на стул.

— Привет. Ты чего какая уставшая? — осторожно поинтересовался Дэн.

— Устала.

— День только начался, а ты уже устать успела? — недоумевая, спрашивал парень.

— Как насчет, пообедать сегодня? — спросила я.

— С удовольствием! — согласился парень, и его лицо озарила поистине широкая улыбка.

Я поморщилась. Сегодня все, видимо, делают все с удовольствием. Только мне что ли одной удовольствия ничего не доставляет? Ладно, расстраиваться не будем. Просто не мой день сегодня. Когда я уже настроилась писать лекцию, телефон завибрировал. Кому что от меня надо в такую рань? Увидев, что послание от Стаса, я улыбнулась.

'Доброе утро! Прости за вчерашнее, я даже не заметил, как уснул'

'Доброе утро! Я не в обиде))) тебе нужен отдых!'

'Я хотел побыть с тобой подольше((('

'У тебя еще будет время побыть со мной'

Ведь правда же будет. Мне нравится в его обществе. Он постоянно заставляет меня улыбаться. И рядом с ним, я не вспоминаю прошлое. Эта мысль заставила меня улыбнуться.

— Ты чего улыбаешься? — зашептал Денис.

— Просто так. Нельзя?

— Кто тебе там написал, что твое дурное настроение ушло? — поинтересовался Королев. Что-то он уже не радуется. А после приглашения на обед счастливый был.

— Машка, — не моргнув глазом, соврала я.

— Да? — с сомнением спросил Дэн.

Я закивала головой и принялась читать новое сообщение.

'Такая перспектива меня устраивает! Когда придешь снова проведать больного? Можешь яблок принести)))'

Яблок? Он, что издевается? Что-то меня в дрожь бросила, стоило только вспомнить о яблоках. Ну, раз больной просит, я не могу отказать.

'Если хочешь, могу сегодня придти'

'ХОЧУ!!! Во сколько тебя ждать? После учебы? Я знаю, у тебя сегодня три пары. Сразу придешь? Яблоки только не забудь'

'После пар не смогу, мне надо кое — что сделать. Приду вечером… с яблоками'

Почему я улыбаюсь, как дура? Не знаете? И я не знаю. Но мне так легко общаться с этим человеком, что даже его сообщения вызывают у меня улыбку. Я влюбилась? Нет! Этого быть не может! Или все-таки может? Я зажмурилась от навалившейся на меня радости.

— Что тебе Машка такого интересного пишет, что ты лыбишься, как ненормальная? — вновь над моим ухом раздался шепот Королева. Тебе-то что? Даже улыбнуться нормально нельзя? Хотя, наверно моя улыбка мало походила на нормальную.

— Анекдоты, — ответила я, так, что Денис поморщился.

'Надеюсь, ты про меня не забудешь… а то я сам к тебе приду и…'

Это И, прозвучало как-то многообещающе. Что он имел в виду? И куда он пойдет со сломанными ребрами?

'Что и?'

'Буду тебя целовать…'

Хорошая перспектива. Так, стоп! Милана, соберись! О чем ты, вообще думаешь? О его ласковых руках, нежных губах и приятном шепоте… Блин, не туда меня понесло!


Мы переписывались с ним все три пары. Он постоянно писал, что бы я скорее заканчивала свои дела и ехала к нему. Что он находится весь в нетерпении и нервничает, что я могу его обмануть, а он больной, ему нервничать нельзя. Каждое его сообщение заставляло меня улыбаться еще сильнее. И к концу третей пары, я была похоже на большую улыбку на ножках.

Максим ждал меня, сидя на подоконнике. У него было две пары. Он, наверно, домой меня забрать хочет. Ой, как неудобно получается. Надо было предупредить, что бы ни ждал. Полтора лишних часа просидел в универе.

Видимо, братец в это время не скучал, так как все его внимание было отдано телефону, в который уставился Макс, тыкая пальцем в экран и глупо улыбаясь. Надеюсь, моя улыбка выгладила не так.

— С кем переписываешься? У тебя улыбка такая глупая, — подсела к брату я и попыталась сунуть свой любопытный нос в переписку брата, которую мне не показали.

— С Машкой. — не отрываясь от экрана, сказал родственник. Это заставило меня улыбнуться.

— Что она вам там интересного пишет, что вы улыбаетесь, как дебилы? — видимо, Дэну стало еще интереснее.

— А? — не как не мог оторваться брат от телефона. Денис только рукой на него махнул.

— Ты домой едешь? — посмотрел Макс на меня. На его лице было самое глупое выражение, которое я когда-нибудь видела.

— Максим, — осторожно начала я, — мы с Денисом пообедать хотели.

— Ага, идите, — пришло новое сообщение брату, и он быстро принялся писать ответ, совершенно забыв про меня.

— Так, ты не обиделся, что из-за меня ты почти два часа здесь просидел? — решила уточнить я.

— Не-а.

— Мы пошли? — снова спросила я.

— Ага.

Очень содержащая беседа у нас получилась. Когда мы уже достаточно отошли, я решила оглянуться. Максим продолжал сидеть на подоконнике, печатая сообщения, ничего и никого вокруг не замечая.

С Машкой, значит, общается? Надо будет у нее узнать, о чем они так общались, что Макс на дурочка стал похож.

— Ты сегодня без машины? — спросил Королев.

— Да, куда пойдем?

— Пойдем в 'Эльф'? — назвал Дэн кафе, находящееся не далеко от университета.

— Давай, — мне было без разницы, где разговаривать. Главное узнать правду.


Кафе было выполнено в бело-желтых тонах. Много небольших круглых столиков, покрытых желтыми скатертями. Стойка-бар на противоположной стороне от входа. Посетителей было немного. Официантки в желтой униформе приветливо улыбались. Я выбрала столик в уголке, мне не хотелось, что бы кто-то услышал нашу беседу. Наверно, я сейчас ругаться буду… сильно!

Денис, улыбался каким-то своим мыслям. Его улыбка напомнила мне о бледном лице Стаса. И я решила перейти сразу к делу, но парень меня опередил.

— Что у тебя нового? — поинтересовался Королев.

— Ничего. Денис, а почему ты с вечеринки так рано ушел? — спокойно спросила я. мой вопрос заставил молодого человека задуматься.

— Я… мне… срочно надо было уйти, — неуверенно произнес Дэн.

— Куда? — продолжала я свой инквизиторский допрос. Мне нужна правда!

— Пацаны позвонили… там… помощь одному понадобилась.

— Да? — пацаны значит позвонили? А мне вот кажется, что это тебе помощь понадобилась, и ты им звонил.

— А что случилось? — невинно поинтересовалась я.

— Разобраться кое с кем надо было, — зло сказал парень, потирая кулаки.

— Так значит это ты! — обреченно сказала я, понимая, что совсем не узнаю старого друга.

— Что я? — не понял Королев.

— Барского избил, а дружки тебе помогали, — продолжала я утверждать. Гадко как-то становилось.

— Что? Кто тебе это сказал? Стас? — начал допрашивать меня Денис.

— Он не говорит, кто, но я уверена, что это ты! — обличительно ткнула я в него пальцем. — А про синяки и ободранные руки говорил, что на тренировке получил. Ага! Тренировался! Ночью!

— Мил, ты с ума сошла? — приподнял брови молодой человек.

Я горько усмехнулась. Так плохо становится, когда в людях разочаровываешься. Весь вид Королева говорил о том, что я оказалась права. Вот только, он не хотел, что бы я знала, кто это сделал. Как же обидно! Ненавижу, когда мне врут! Ненавижу предательства! Неужели, меня всегда будут сопровождать по жизни боль и предательства. Денис мне, почти, как брат.

— Я пойду, — встала я из-за стола. Денис схватил меня за руку.

— Ты куда? — он тоже встал.

— Я столько лет тебя знаю, но я никогда не думала, что ты, Денис, способен поджидать людей, которые тебе не нравятся в темной подворотне, — раздраженно ответила я. — Когда ты таким стал? Когда успел ожесточиться? Неужели по-другому нельзя было? Если то, что не идет к тебе в руки добровольно, ты будешь брать силой. Только Стас не виноват в твоих проблемах. Во всем ты сам виноват!

— Сядь, давай поговорим, — кивком мне указали на мой стул. Я села. Было интересно, что же мне сейчас расскажут. Надеюсь, лапшу мне на уши вешать не будут.

— Мил, я не знаю, что на меня нашло! — отчаянно сказал Дэн. — Когда я увидел, как вы целуетесь, мне просто крышу сорвало. Я был так зол, что я убить его был готов прямо там. А когда вышел на улицу, я немного успокоился и решил с ним поговорить, что бы он от тебя отстал.

— Почему? — поинтересовалась я. Зачем Барскому от меня отставать?

— Почему? — прокричал практически на все кафе парень. На нас даже смотрели с интересом. — Да потому, что я люблю тебя!

И он меня любит? Неужели на парней весна так действует? Может это игра гормонов? Я, конечно, думала, что нравлюсь Денису, но что бы любить…

* * *

Полюбил Денис Милану не сразу. Постепенно, ведь такую девушку не возможно не полюбить…

Денис и Максим с первого класса стали лучшими друзьями. Ребята постоянно были вместе. Вместе играли в мяч, делились игральными фишками и фантиками от жвачек 'Turbo'. Вместе дрались с взрослыми мальчишками, которые их постоянно 'малышней' обзывали. В доме Малининых его всегда хорошо принимали, словно он был еще одним сыном.

Однажды, когда Денис зашел за Максимом, его внимание привлекла повзрослевшая Мила. И когда она только успела? Хорошенькая. С каждым разом девушка привлекала к себе все больше и больше внимания, но пока это была еще не любовь.

— Милка такая красивая стала, — сказал Дэн, после игры в футбол с дворовыми мальчишками.

— Она всегда была красивая, — сообщил Максим, гордо выставив подбородок вперед. Сестрой он гордился. Ведь такой нельзя не гордиться!

— Сейчас еще лучше стала, — тихо проговорил Денис, которому Милана стала сильно нравиться.

— Ты чего влюбился? — посмотрел на друга Малинин. — У нее парень есть, так что тебе не светит.

— Какой парень? — удивился Дэн. Про парня он еще не слышал.

— На вечере у отца на фирме познакомились, — объяснил Макс. — Два месяца уже вместе. Я думал, ты знаешь.

— Не знал, — прискорбно сообщил Королев, который думал, что неплохо было бы пригласить девушку погулять.

После такой новости про Милану, Денис старался не думать. Нечего мечтать о чужой девушке. Но в тайне парень хотел, что бы парочка разошлась. Денис не хотел влюбляться в нее, вокруг много красивых девочек. Правда, красивее ее парень еще не видел. Но и тут его желания не сбылись. Мила продолжала встречаться с Пашей, а Денис все-таки влюбился. Сильно и безответно.

После очередной игры в футбол, мальчишки подрались, судья не защитал им целых два гола. А это знаете ли, очень обидно.

Драка была выиграна, голы засчитаны, лица разукрашены и одежда порвана.

— Пошли ко мне, — предложил Максим, вытирая с губы кровь.

— Пошли, — согласился Денис, держась за окровавленный нос.

Когда ребята перешли порог дома, то наткнулись на Милану, а ведь хотели незаметно пробраться в комнату Максима, что бы умыться и переодеться.

— Это еще что? — посмотрела девушка на брата и друга. — Вы где были?

— Подрались мы. Мил, отстань! — махнул рукой братец, зовя за собой в комнату Дениса.

Милана оставаться в стороне не хотела и последовала за парнями в комнату. Макс хотел ее вытолкнуть, но глядя в глаза сестре, не осмелился. Мила действительно хотела помочь. Добрая душа, всем помочь хочет. Не доведет она сестру до хорошего. Малинин решил, что пусть вся помощь достанется другу, а сам скрылся в ванной.

— Давай обработаю, — наклонилась Милана к Дэну, держа в руках салфетки и пузырек с антибактериальным раствором.

— Только осторожно, болит все-таки, — разрешил парень, убирая руку от носа. Кровь пошла с новой силой.

— Я аккуратно, — нежно улыбнулась девушка, начиная кружиться над носом Дениса.

Получилось действительно аккуратно. Денису показалось, что как только руки Миланы до него дотронулись, болеть все перестало. Руки у девушки были нежные и ласковые. Мила наклонилась очень близко, так что Дэн сглотнул, уж очень хотелось ему дотронуться ему до пухлых, розовых губ девушки.

Милана продолжала обрабатывать раны, а Королев понял, что все его запреты влюбляться в чужую девушку ему не помогли. Сейчас парень смотрел на сестру друга и понимал, что безумно влюблен в нее.

— Еще чуть-чуть, — приговаривала Мила, заканчивая свою работу.

Королев хотел сказать, что любит ее, но в этот момент в комнату зашел, неизвестный Дэну, молодой человек.

— Что вы тут делаете? — удивленно спросил парень, разглядывая такую странную картину.

— Раны обрабатываем, не видишь? — улыбнулась ему девушка очень нежно. — Я почти закончила.


— Привет, Паш. Ты чего так рано? — спросила Мила, после того как поцеловала молодого человека. Денис отвернулся, что бы ни смотреть с какой нежностью парень целует девушку.

— Соскучился. Так, я не понял, что вы тут делали? — не понравилось Паше, как его девушка склонилась очень низко над незнакомым парнем. Он Милане хоть и доверял, но все равно был очень ревнивым.

В это время из ванны вышел Максим, который успел привести себя в порядок. Он поздоровался с Пашкой. А Мила в это время решила познакомить ребят.

Паша сразу стал дружелюбным, а Денис улыбался, скрывая свою неприязнь. А как же ему еще смотреть на Павла? Появился не вовремя, Денис ведь в любви хотел признаться.


Со временем Королев научился любить Милану на расстоянии. А что он мог еще сделать? Видя, как девушка относится к Паше, он не мог ничего предпринимать. Денис начал встречаться с другими девушками, таким образом, пытаясь забыть Малинину. Вот только не одна девушка не вызывала столько чувств, сколько Милана.

Все еще надеясь быть рядом с девушкой, Дэн поступил после школы с ней на факультет иностранных языков. А ведь с языками у него всегда была проблема. Ну, что не сделаешь ради любимой девушки?

После трагедии, которая случилась в жизни Миланы, Денис наблюдал, как девушка изменилась. Мила стала холодной и безразличной ко всему. Даже на брата, с которым они были, ни разлей вода, девушка перестала обращать внимания. Королев видел, как молодые люди пытались растопить ледяное сердце Милы, то все их попытки были тщетны, девушка никого не замечала.

Королев продолжал ждать, когда прежняя Мила вернется, что бы признаться ей. Ему не хотелось быть отшитым так же, как и десятки других парней. Время шло, но ничего не менялось. Девушка продолжала замыкаться в себе. И никто не знает, что было бы дальше, если бы не перевод нового студента в их родной университет.

Прежняя Мила возвращалась, но не сразу, а постепенно. Денис видел, как Стас обнимал около аудитории Милану. Он тогда начал безумно ревновать, ведь ни с кем до этого она не обнималась. Потом подралась из-за него. Что на Малинину вообще было не похоже. Разозлился и наговорил гадостей. Ну, кто же знал, что Григорьева задела Милку за больное. Пришлось извиняться.

Денис продолжал наблюдать, как Милана начала смеяться и улыбаться, значит, теперь ее можно завоевывать. Только этот Барский под ногами путался постоянно. Так и хотелось морду ему начистить. Даже не сдержался пару раз. Ну, так ему и надо, не чего на чужих девушек засматриваться. Правда в голову Денису не приходила мысль, что Мила не его девушка, и что она вновь начала смеяться, спасибо надо сказать Стасу.


В тот вечер, когда Милана собирала гостей, что бы развеселить подругу, Королев хотел признаться девушки в своих чувствах. После танго, в исполнение Стаса и возлюбленной Дениса, парень вышел на балкон и то, что он там увидел, заволокло ему глаза жгучей ненавистью. Милана и Станислав целовались.

Мало того, что Барский забрал его друга. А ведь действительно Макс последнее время проводил больше времени со Стасом, нежели своим другом детства. Так теперь и любимую отнять хочет. Тут Дэн просто не стерпел. Он позвонил друзьям, с которыми тренировался, и они дождались Стаса и 'ласково' поговорили. Правда, силу немного не рассчитали. Ломать ребра ему никто не собирался.

Парень не хотел, что бы Мила узнала, чьих это рук дело. Подсознательно он понимал, что такое она может просто не простить.

* * *

Я смотрела на Дениса, и не могла вымолвить ни слова. Любовь это конечно хорошо, но зачем людей из-за нее калечить?

— Ты думаешь, мне достаточно твоих объяснений? — недоуменно спросила я, не зная, как реагировать.

— Мила, я просто боялся, что ты выберешь его, а не меня, — отчаянно проговорил парень.

— А тебя мое мнение волнует? Даже если я выберу его, это будет мое решение, — зло проговорила я.

— Но я люблю тебя! — тихо прошептал он, пряча лицо в ладонях.

— А я больше всего ненавижу лживых людей. Неужели ты думал, что я ничего не узнаю? А если и узнаю, буду безумно счастлива?

— Мила…

— Подумай над своим поведением, — встала я из-за стола. — Он приложил свою руку, для того, что бы я ожила. А ты, что сделал?


Я ушла не оборачиваясь. Что он добился тем, что избил Барского. Хуже я к нему относится, не стала, Стас продолжает мне нравиться. А Денис… Денис, думаю сейчас он ничего не понял, надеюсь со временем до него все-таки дойдет.

Сейчас я не хочу об этом больше думать. Мне еще в магазин надо зайти за яблоками. Пока я разговаривала с Дэном, Стас успел мне сообщений десять прислать. Просит, что бы я поскорее пришла, или он весь такой больной отправится на мои поиски. Это заставило меня улыбнуться.

К дому Стаса я подъехала только через полтора часа. Я подпрыгивала от нетерпения. Где же лифт? Что он так долго едет? Наконец-то! Я позвонила в дверь.

— Наконец-то ты пришла! — очень радостно произнесла Лариса, затягивая меня в квартиру.

— Что случилось? — недоумевала я такому странному поведению.

— Стас тебя так долго ждал, а теперь уснул. Ну, ты же выпьешь со мной чая? Ты мне вчера обещала! — чересчур, громко говорила Лариса, сына она не боится разбудить? И почему она мне подмигивает? Нервный тик?

Когда женщина все же притащила меня на кухню (даже куртку снять не дала), я поняла, в чем дело. За большим кухонным столом восседала Ира. Что она тут забыла? Мы поздоровались. Григорьева окидывала меня презрительными взглядами. Лариса вела себя очень странно. Движение нервные, голос громкий. Подмигивает мне, пока Ира не видит.

— Чай, — поставила женщина передо мной чашку чая, — как ты любишь.

Ира начала кидать на меня взгляды полные ненависти. Тактику Ларисы я поняла, она хотела показать Григорьевой, что меня здесь любят и ждут. Она просит, что бы я подыграла? Ладно, мне не трудно.

— Спасибо, Лариса. Вы меня скоро избалуете! — ласково сказала я. — А Стас давно уснул? Он мне целый день писал, что бы я поскорее приехала. Яблок все просил. — Я протянула женщине пакет.

— Я знаю, что он тебе писал, он говорил. Каждые пять минут спрашивал, не пришла ли, — покосилась Лариса на Иру. — Заснул час назад, а потом вот Ирина пришла.

— Лариса Викторовна, можно еще чая, — спросила Григорьева.

— Конечно, тебе какой? Я не знаю, какой ты любишь.

Было видно, что Ира много чего хотела мне сказать, да только при Ларисе она не может. Женщина поставила чашку на стол, весь ее вид говорил 'упейся'. Мама Стаса заглянула в пакет.

— Любимый сорт Стаса! Миланочка, а как ты догадалась, что он такие любит? — спросила Лариса, странно называя мое имя.

— Мне Стас сам говорил, когда приходил меня проведать. Я ведь тоже такие люблю.

— Вы просто идеальная пара! Хорошо, что Стасик на тебе свой выбор остановил. Я тебя полюбить успела, — вещала Лариса.

Мне было немного неудобно. Я, конечно, понимаю, что она не хочет видеть Иру в своих снохах, но не надо было так говорить. Я же замуж за Стаса не собираюсь. Лицо Григорьевой приобретало странный оттенок. Видимо, мне скоро опять придется выслушивать ее вопли, что Барский ее.

— Я вас, Лариса, тоже, — это ведь была правда. Эта женщина мне с первого взгляда понравилась.

— Какой кулончик красивый! — воскликнула женщина, беря в руки капельку из сапфира. — Я у Стаса такой видела. Это он тебе подарил?

— Да, — я посмотрела на Иру, которая начала покрываться пятнами гнева. По-моему, она мне сейчас в волосы вцепится.

— Это ведь сапфир? — спросила Лариса и, дождавшись моего кивка, продолжила. — Сапфир символ верности. Все-таки хорошо, что вы со Стасом теперь вместе!

Ложка выпала из рук Иры, а сама она сильно сжимала кулаки. Я начала себя чувствовать не комфортно. Зачем она так? Меня и так мое поведение пугает, а теперь я вообще не знаю, куда себя деть.

Я была бы рада, если бы это закончилось, но из комнаты вышла Олеся.

— Милана пришла! — обрадовалась девочка и быстро села на диван рядом со мной.

— Привет, Олеся, — девочке я очень обрадовалась. Мне малышка очень понравилась. — Не терялась больше?

— Нет, — радостно сообщила Олеся. — Мама меня со Шреком больше гулять не пускает.

— Правильно делает, — ласково сообщила я девочке, — ты же знаешь, как мама за тебя волновалась, Стас тебя везде искал.

— Зато я тебя встретила! — гордо сообщила девочка. — Ты меня домой привела, а брат в тебя влюбился.

На кухне воцарилась тишина. Я не знаю, чем это все могло закончиться, но разрядка обстановки все же наступила.

Ситуацию спас Барский — он проснулся. Лариса сказала, что мы можем войти к нему. С Ирой мы встали синхронно и направились к комнате Стаса. Когда я вошла, лицо Стаса освятила широкая улыбка, я робко улыбнулась в ответ. Когда за моей спиной появилась Григорьева, парень перестал улыбаться и даже побледнел.

— Привет, — поздоровались мы одновременно, проходя в комнату.

— Привет, девочки, — кивнул Стас, занимая более удобное положение.

— Как ты себя чувствуешь, Стас? — спросила Ира.

— Нормально, — ответил Стас, делая жалостливые глаза. Тоже помощи от меня просит?

Была, не была, играть буду по полной. Я села на кровать и легко поцеловала Барского в губы. Только легкий поцелуй его, видимо, не устраивал, потому что он не хотел меня отпускать.

— Милый, — ласково погладила я его по голове, — здесь же люди.

Я кивнула на Григорьеву, цвет лица которой был схож с цветом помидоры. Стас пожал плечами.

— Я не стыжусь своих чувств к тебе! Я так долго тебя сегодня ждал, а теперь хочу тебя целовать.

— Вы вместе? — зло спросила Ира.

— Да, — ответил Барский, держа меня за руку. — Я рад, что Мила со мной.

— А она тебе рассказывала, что у нее случилось? — с ненавистью посмотрела эта наглая девка на меня. Конечно, начиталась чужих дневников, теперь умной себя считает.

— Рассказывала, — не моргнув глазом, соврал Стас, — мне все равно, что было раньше, главное я нашел, то, что так давно искал.

— И тебе все равно, что она на таблетках сидела? — со всем своим ядом, который был в организме Григорьевой, сказала она.

— Ира, тебе лучше уйти, — исподлобья посмотрел он на девушку. Было видно, что Стас растерялся. Он ведь не знает, про какие таблетки говорит Ира. — Все, что было раньше, уже не имеет значения, главное, что есть сейчас. А сейчас я хочу, что бы ты ушла, и я смог остаться с Миланой наедине.

— Значит, не знаешь, — гадко улыбнулась она, а потом обратилась ко мне. — Молодец, Малинина, умеешь парням мозги парить.

— Вон пошла! — заорал Барский так, что у меня в ушах заложило.

— Что случилось? — пришла на крик сына, перепуганная Лариса.

— Мам, проводи Иру, — откинулся на подушки Стас.

Когда Лариса и Ира скрылись за дверью, наступила тишина. Я не знала, что сказать. Барский, видимо, тоже. Не знаю, сколько мы просидели в тишине, прежде чем Стас заговорил.

— Мила, я не знаю, что произошло в твоей жизни, — тихо начал молодой человек, — но знай, я всегда буду рядом, помогу по мере своих возможностей. Я не буду просить тебя рассказать мне всю правду, когда ты захочешь поделиться, я тебя выслушаю.

— Спасибо, Стас, — с благодарностью посмотрела я на блондинчика. Если у нас все получится, то придется рассказать ему правду. Только это будет потом, а не сейчас.

— Ты мне яблок принесла? — радостно спросил Барский. Наверно, хотел сменить тему, и я за это была ему благодарна.

— Ты мне столько про них сегодня писал, и после ты думаешь, что я смогу забыть? — рассмеялась я, протягивая ему пакет.

— Ты Богиня! — засунул Стас свой нос в пакет. Синие глаза искали самое большое яблоко. А когда нашли, то руки парня быстро его схватили и поднесли ко рту. Раздался сочный хруст.

— Хочешь? — протянул мне яблоко Барский.

— Хочу! — закивала я головой. И забрала в свои цепкие руки, яблоко Стаса.

Молодой человек долго поглощал меня взглядом. Мне даже как-то неловко стало. Надеюсь, у меня на лице нет капельки, как прошлый раз. Я не смогла долго выдержать взгляд молодого человека, взяла и покраснела. Как первоклассница, ну честное слово!

— Что? — все-таки спросила я.

— Ты такая красивая, — дотронулся он до моей щеки. — Я не знал, что такие красивые девушки есть.

— Не настолько я и красива, — смущенно проговорила я.

Станислав уже хотел наклониться ко мне для поцелуя, но ему помешал звук моего мобильного. Ну, и кому приспичило мне позвонить в такой ответственный момент? Я посмотрела на экран. О, Максим! Неужели он только, что оторвался от переписки с Марией и вспомнил обо мне?

— Да? — спросила я заинтересованная в том, где находится мой братец. В университете до сих пор сидит?

— Мил, а ты где?

— Я сейчас у Стаса, — осторожно сообщила я. Мало ли Макс не слышал, что я ушла, а теперь сидит все на том же подоконнике и думает, куда же его сестрица подевалась.

— А, ну, ладно тогда, — развеселился родственник и повесил трубку. Что он хотел, осталось для меня загадкой.

— Макс? — поинтересовался молодой человек, я кивнула. И как-то подозрительно ловко для человека со сломанными ребрами потянул меня к себе.

Когда Барский уютно устроился подо мной, обнимая меня за талию, сразу накинулся на мои губы. Он целовал их жадно, как будто путник, пройдя через пустыню, и, увидел такую желанную воду. И мне это безумно нравилось! В этом поцелуе было столько нежности и страсти, что мне просто захотелось раствориться в нем.

Руки парня блуждали по моей обнаженной спине (Барский уже успел залезть мне под футболку), даря неповторимые ощущения. Я даже не заметила, как он оказался сверху (не плохо для человека со сломанными ребрами, не находите?) и вдавил меня своим телом в кровать. По телу прошел, просто, целый выводок мурашек. Почему мне так хорошо. Одна рука Стаса остановилась на моей талии, второй он гладил меня по волосам, щеке, шеи и ниже.

Я крепко обнимала его за шею, руки погружались в его мягкие волосы. Интересно, он бальзамом пользуется? Боги, о чем я только думаю. Мои ногти впились ему в спину, говоря о том, что я мечтаю о продолжении. Мои эмоции выплескивались наружу. Я была просто счастлива. Я была благодарна его рукам, его губам.

Не знаю, чем бы это все закончилось, если бы Стас не прошептал.

— Я люблю тебя, Милана! Я безумно тебя люблю!

Я напряглась. Обычно на эту фразу должен быть ответ, а его я пока дать не могла. Во мне опять сыграл инстинкт Золушки. Я резко вылезла из объятий Стаса. Наверно, мне придется покинуть эту уютную комнату. Только Станислав не хотел меня отпускать. Он схватил меня за руку, садясь в кровати и морщась от боли. Надо же, все-таки болит! Только пять минут назад ты об этом, совершенно, не думал.

— Ответь мне на один вопрос, — посмотрел мне прямо в глаза парень. Я кивнула.

— У тебя уже было? — тихо спросил Барский. Я отрицательно помотала головой, быстро поняв, о чем он спрашивает. — Прости, что я так… просто ты меня с ума сводишь! Ничего не могу с собой поделать.

В комнате опять повисла тишина. Стас о чем-то задумался, не выпуская моей руки. Я не знаю, сколько мы провели в тишине, прежде чем парень заговорил.

— Почему ты постоянно убегаешь после моего признания? — укоризненно спросил Стас.

— Когда ты говоришь, что любишь меня, мне кажется, что ты хочешь ответа на свои чувства, а я их пока дать тебе не могу. Ты мне очень нравишься, но любовью это назвать нельзя, — отчаянно выдала я.

— Глупышка, — погладил меня по голове молодой человек. — Я не жду от тебя ответа. Хотя, мне бы хотелось, что бы ты меня полюбила. Когда я говорю, что люблю тебя, я хочу, что бы ты просто это знала. Я ведь тебе нравлюсь?

— Да, — кивнула я для пущей убедительности.

— Тебе хорошо со мной?

— Да, — еще один кивок.

— Я хочу, что бы ты была рядом. Я люблю тебя и хочу, что бы ты осталась со мной! И не надо постоянно убегать. Я буду ждать, что ты меня полюбишь или пока осознаешь, что любишь, — немного самоуверенно произнес он.

— А если этого не случится? — полюбопытствовала я. Интересно, все-таки, как он себя поведет.

— Пока тебе хорошо рядом со мной, я буду делать все ради того, что бы ты осталась со мной навсегда. А если захочешь уйти, я не буду тебя держать.

Барский прижал мою руку к своей щеке и закрыл глаза. Какой же он сейчас милый и выглядит беззащитным. Мое сердце заполнила нежность. Как же я счастлива!

— Может, кино посмотрим? — поинтересовался Стас через несколько минут тишины.

— Давай, — легко согласилась я. — Только, чур, я выбираю.

Парень согласился и указал на коллекцию дисков. Каких тут только не было: кучи ужастиков, триллеров, комедий, фантастики. Интересно, он эту коллекцию сколько лет собирал? Минут через десять мы погасили свет и устроились под широким плоским экраном. Будем смотреть комедию.

Толи фильм был не интересный, толи бессонная ночь дала о себе знать, но уже через пятнадцать минут я уснула, уютно устроившись в объятиях Стаса.

* * *

Лариса металась по кухне. Пришла эта Ира, даже всегда спокойный Стас не смог ее вытерпеть. Интересно, что же она такого сказала, что сын попросил выставить ее вон? Хотя, вина Ларисы тоже есть. Наверно, не надо было так откровенно говорить, что ей тут не рады, она теперь на Миле отыгрываться будет. Все же Станислав сможет защитить свою возлюбленную. А то, что сын любит Милану, женщина не сомневалась.

Было бы не плохо, если Мила ответит ему взаимностью. Сыну уже двадцать три года, ему жениться пора…

Лариса решила узнать, чем там занимаются дети (к Миле она относилась, как к своему ребенку или просто будущей снохе). Они ведь там ничем плохим не занимаются, верно?

Зайдя к сыну в комнату, на лице женщины расползлась широкая улыбка. Станислав и Милана, обнявшись, сладко спали. На лицах обоих застыла легкая, но в, то, же время нежная улыбка. Лариса на цыпочках прошла в комнату, выключила телевизор и накрыла детей одеялом. Около выхода снова посмотрела на парочку, опять широко улыбнулась и удалилась.

* * *

Александр Николаевич Малинин спешил домой. С этой работой он совершенно забыл о семье. Куча различных документов, контрактов и неприятных людей заставляли его снова и снова сидеть на работе до ночи. Еще и один человек ненужный появился, а ведь неизвестно, как на его появление отреагируют члены его семьи. В свое время Александр сделал все, что бы этот человек больше не появлялся на пороге их дома. Неужели все придется начинать заново?

Уйдя с работы пораньше, Александр бодро шагал на стоянку. Ему очень хотелось пообщаться с детьми, а то с этой работой можно обзавестись внуками и не заметить этого. Когда Александр Николаевич переступил порог, то дом его встретил блаженной тишиной.

Зайдя в гостиную, глава семьи увидел сына. Максим лежал на диване с закрытыми глазами, а на его лице была самая глупая улыбка, которую Александр только видел. Возможно, если бы он посмотрел на свою дочь несколько часов назад, то изменил бы свое мнение.

— Сынок, что-то случилось? — поинтересовался отец.

— Все просто отлично! — ответил Макс, открывая глаза, но продолжая так, же улыбаться.

— А где Милана? — насторожился отец.

— Ушла, — Малинин младший состроил очень умильное лицо.

* * *

Когда Макс ждал Милу, он решил написать Марии и пригласить ее куда-нибудь. Все-таки девушка начала ему безумно нравиться.

'Может, сходим поужинать?'

Писал Максим, уткнувшись в телефон.

'Что больше не одна из твоих девочек не хочет с тобой ходить?'

'Я хочу сходить с тобой'

'Нет'

Ответ Максим сильно разочаровал. Немного подумав, парень решил предпринять еще одну попытку.

'Маш, ну пошли'

'Нет'

'Почему?'

Попытался узнать Макс. Девушки ему никогда не отказывали. Ответ Маши заставил его улыбнуться.

'Я с бабниками ужинать не хожу!'

'Маш, ну я не такой, каким кажусь на первый взгляд!'

Пытался, переубедит ее парень.

'Максим, и на первый, и на десятый, и на сотый, и даже на тысячный взгляд, ты все равно бабник!'

Максим был так занят уговорами Маши, что даже не заметил, в каком направлении скрылась его сестра. Впрочем, когда молодой человек прекратил переписываться с Машей (она так и не согласилась, но Максим не терял надежды), то сразу решил узнать, куда подевалась его сестричка. Как оказалось, она направила свои стопы к Барскому. Это заставило парня улыбнуться. Со Стасом Милане будет хорошо.

* * *

— Куда? — начал любопытствовать Александр.

— За счастьем! — торжественно сообщил Макс, счастливо, улыбаясь.

Отец сначала не понял, про какое счастье говорит его сын. И начал переживать сильнее. Ведь, сейчас она не встретится с тем, кем не нужно? Но грядя на сына, который светился ярче солнца, Александр успокоился. Ведь Мила через столько бед прошла, и она заслуживает счастья…

* * *

Солнце светило в окно, заставляя прятать лицо от лучей. Весна начала входить в свои права, даря людям тепло. Все с огромной радостью начали, выходит на улицу: кто на раннюю пробежку, кто погулять с детьми и домашними питомцами. Весне радовались все. Скоро наступит лето, а с ним и долгожданные каникулы.

Прежде, чем отправляться на каникулы, школьникам предстояло сдать экзамены, студентам сессию. Гуляя по улицам, люди сейчас об этом не задумывались. Да и кому хочется думать о таких вещах, когда в их город пришло долгожданное тепло и любовь?

Яркое солнце освещало макушки домов. В одном из таких домов спали молодые люди. Парень и девушка, прижавшись, друг к другу, пытались спрятаться от дневного света. Каждый из них был счастлив. И это не влияние весны. Молодые люди купались в ауре любви…


Просыпалась я медленно и очень оригинально, а именно от того, что Стас легко дул на меня.

Вчера, когда я засыпала, я прекрасно осознавала, где нахожусь. Я понимала, что через несколько минут, я не уйду из его дома, то усну прямо здесь. Но мне было так легко и хорошо, что уходить желания совершенно не было. Устроившись в Объятиях Барского, я позволила Морфею унести меня в свое царство.

Я была настолько счастлива, что мне хотелось глаза. Хотелось понежиться в мягкой постели еще немного.

Стас продолжал меня будить, но я все равно не открывала глаз. Буду притворяться, что на меня такие побудки не действуют. Как же хорошо!

Сколько же я в жизни упустила? Хотя ведь не со всеми появляются подобные ощущения. И я рада, что встретила Стаса.

Приоткрыв глаза, я наткнулась на синие глаза, которые излучали любовь и счастье. Я зажмурилась. Еще немного полежу. Но моим мечтам не суждено было сбыться.

Станислав проделывал дорожки из поцелуев. Когда меня поцеловали за ухом, я счастливо улыбнулась.

— Вставай, Спящая Красавица, — нежно прошептал мне на ухо молодой человек, не прекращая целовать.

— Ммм… еще немного, — попыталась я разжалобить парня.

Поднять он меня больше не пытался, но целовать так и не перестал. На моем лице расцвела улыбка. Я наверно, никогда не была так счастлива! Неужели, черная полоса в моей жизни закончилась. И спасибо я должна сказать Стасу.

Молодой человек продолжал покрывать меня поцелуями, а сердце радостно трепетало. Душа была готова выпрыгнуть. Но одна фраза заставила меня очнуться.

— Мил, вставай! Я завтрак хочу! — начал ныть Стас.

— Ка… какой завтрак? — часто заморгала я и заметила, что раньше функции заикания у меня не было.

Я что-то не поняла, меня, что сейчас на кухню заставляют идти? Стас хочет, что бы я завтрак приготовила? А я готовить не умею!

Я внимательно посмотрела на Станислава, и поняла, что он не шутит. Хотя, это вроде не сложно. Любая женщина на это способна. Поднявшись с постели, я вышла из комнаты. Барский продолжал нежиться в кровати и довольно улыбаться.


Я стояла посреди кухни и не знала, что делать. Готовить я никогда не пробовала, да и зачем? У нас всегда Ирина этим занималась. А здесь, по всей видимости, хозяйничает Лариса. Блин, что делать? Ларисы и Олеси дома не оказалось дома. Куда они в субботу с утра могли уйти?

Я решительно открыла холодильник, надо проверить, что там есть. О, яйца! Ну, яичницу-то я смогу сделать. И кофе сварю. Стас же любит кофе.

Пока я пыталась пожарить яйца, у меня убежало кофе. Я бросилась выключать газ и решила избавиться от этой гадости. Барский будет пить чай, он полезнее.

Размышляя о вреде кофе, мой нос учуял запах горелого. Интересно, что это? Ужас, это же яичница! Я открыла форточку, а то так, и задохнуться можно.

Я оглядела бардак, который только, что сотворила и пришла к выводу, что на кухню меня пускать нельзя! Не под каким предлогом! И что же теперь делать? Я устало присела на мягкий диванчик. Может у Ирины взять парочку уроков готовки. А то самой стыдно, девушка, а готовить не умею.

— Милана, что тут твориться? — вышел на кухню Стас в домашних белых хлопковых штанах и без футболки. Хотя футболку ему заменяли бинты, но даже они не могли спрятать всю красоту подтянутого мужского тела. Под бронзовой кожей перекатывались мышцы. Боги, как же он хорош! Волосы торчат в разные стороны, придавая молодому человеку разгильдяйский вид.

— Я пыталась завтрак приготовить, — шмыгнула я носом, подходя к нему.

— Ты хоть раз готовила? — с сомнение спросил Стас, приподнимая бровь и подтягивая меня к себе.

Я отрицательно покачала головой и уткнулась носом ему в грудь. Какие у него широкие плечи! Я скоро с ума сойду! А живот! Плоский подтянутый. Я походу в него влюбляюсь.

Я прижалась к нему сильнее, а потом вспомнила, что у него же ребра сломаны, посмотрела на парня и нахмурилась.

— Ты зачем встал?

— Я почуял запах горелого и напугался, что ты сгоришь вместе с кухней, — с иронией в голосе сказал Барский.

Я даже покраснела. Не всем дано научиться готовить. Барский понял мое состояние и легко поцеловал меня в губы.

— Я могу приготовить, — прошептал мне в губы молодой человек.

Я совсем приуныла. Подумать только, даже Стас умеет готовить. И что бы ни расстраиваться еще больше, я потянулась к губам парня. Станислав быстро принял правила и впился губами сильнее.

Его нежные, сильные руки, его тяжелое дыхание приносили незабываемые ощущения. Стас провел руками по моим плечам, опустился на талию. Мысли стройными рядами начали покидать мою голову.

Барский деликатно подтолкнул меня до стола и усадил меня на него. Я обвила его талию ногами, а руки опустились на крепкие плечи, и я легко впилась в них ногтями. У Стаса вырвался судорожный вздох, и он легко укусил меня за губу. Руки залезли под тунику, легко касаясь кожи, заставляя меня трепетать.

— Девочка моя, как же я люблю тебя! — почти, что прорычал молодой человек мне в губы.

Стас снова принялся меня целовать, а затем резко отстранился. Я издала протестующий возглас.

— Я больше так не могу! — тряхнул головой Барский, наверно мысли пытается в порядок привести.

Я видела, что он пытается бороться с собой. А зачем? Ведь я тоже этого безумно хочу! Я решили, что ему надо немного помочь и за штаны потянула обратно. Парень смотрел на меня недоверчиво, а затем спросил.

— Ты уверена? — с сомнением, но с радостью в глазах спросил блондин.

Я усиленно закивала головой. Видимо, Стас уже давно дошел до нужного состояния, потому что накинулся на меня словно голодный зверь. Когда меня наградили парочкой страстных поцелуев, Барский подхватил меня на руки (и это с больными ребрами) и унес к себе в комнату…

* * *

Станислав мечтательно уставился в потолок. Милана уснула. Хорошенькая! Стас с нежностью погладил девушку по черноволосой голове. Мила улыбнулась во сне. На лице парня тоже вспыхнула улыбка.

Барский был совершенно счастлив, а чего еще ожидать, когда любимая девушка рядом. Даже небольшая боль в ребрах не мешала ему радоваться жизни.

Девушка повернулась во сне и уткнулась носом в плечо Стаса. Кто бы мог подумать, что такая холодная снаружи, может быть горячей внутри? Барскому хотелось взять Милану на руки и целовать, целовать, целовать.

Ну, кто бы подумал, что он влюбится, как мальчишка? Милане, каким-то образом удалось вернуть его прежнего, ведь после Лики, он поклялся, что больше не влюбится. И на тебе все его планы пошли насмарку. А все потому, что черноволосая красавица завладела его сердцем и навсегда поселилась в нем.

Молодой человек легко поцеловал любимую в нос, от чего та смешно поморщилась. Стасу хотелось подарить ей такое же счастье, как и она ему. Он аккуратно встал с кровати и направился к шкафу, оттуда парень извлек коробочку и вернулся обратно.

С большой осторожностью он одел Миле на безымянный палец колечко с сапфиром, которое купил вместе с кулончиком и отправился готовить завтрак, хотя наверно все-таки обед.

* * *

Проснулась я довольно быстро. Стаса в комнате не было. Вот так всегда бывает, что после прекрасной ночи (в нашем случае после прекрасного дня) парень сваливает. Я села в кровати и начала оглядываться в поисках одежды. Даже расстроиться, как следует, не успела, как в комнату вошел Стас с подносом в руках.

Неужели завтрак (ну или обед) для меня приготовил? Как приятно!

— Наконец-то ты проснулась! — радостная улыбка появилась на лице Стаса, и он поставил передо мной поднос с яичницей и чаем. Ммм, как хорошо-то! Я даже зажмурилась от удовольствия.

— Завтрак в постель?

— Готов, хоть каждый день готовить и приносить, — заверил молодой человек.

Я смотрела на него с нежностью. Неужели я влюбилась? По ходу влюбилась. И очень сильно.

— Спасибо, — поблагодарила я.

Вместо слова 'пожалуйста' Барский вновь принялся меня целовать…

* * *

Домой я попала ближе к вечеру. Меня сутки дома не было, а они даже не забеспокоились!

Стас пытался настоять, что сможет отвести меня, но я отказалась. Быстро оделась, поцеловала мужчину, моего мужчину! И убежала. Только в такси я заметила пополнение на своих руках. Колечко, самое красивое в мире! Оно было украшено сапфиром и россыпью неизвестных мне камней.

Только почему безымянный палец? Он же мне не предложение делать собрался? Как же я счастлива!

Когда я вошла в гостиную, то увидела Макса, который задорно улыбался мне. От его проникновенного взгляда мне стало не по себе. Зачем же так смотреть, любезный! Выгляжу я сейчас не ахти, но меня все-таки целый день не было.

Я хотела пройти мимо брата в свою комнату, а то смотрит и ни чего не говорит, а я еще в душ хочу. Максим продолжал загадочно улыбаться, смотря на меня. Мне очень не хотелось, что бы он задавал вопросы. Как только моя нога коснулась лестницы, которая вела на второй этаж, родственник меня все же окликнул.

— Ну, и где ты была? — рассеянно спросил Макс.

Его вопрос заставил меня напрячься. Смысла врать ему, нет. Ведь вчера же сама сказала, что к Стасу поехала. Я очень медленно повернулась к нему и спросила.

— Как будто ты не знаешь, где я была.

— Я-то знаю, но хочу еще и от тебя услышать ответ. — Говорил братец, ехидно, ухмыляясь. Вот же гад!

— У Стаса, — сквозь зубы проговорила я, прекрасно понимая, к каким выводам, пришел братишка, но он меня удивил.

— С возвращением! — обнял меня крепко Макс. — Я рад, что ты сейчас светишься счастьем и любовью.

— Спасибо, Макс! — я прекрасно осознаю и осознавала раньше, что им было тяжело смотреть на меня совершенно безжизненную, но я ничего не могла сделать.

— Он тебя не обижал? — нарочито строго спросил Максим.

— Ага, — закивала я, — порол.

— Мила? — посмотрел мне в глаза родственник. — Так вы… это… ну, ты же знаешь… вы… да?

Чего мой братец заикаться стал? За двадцать лет первый раз такой недуг подхватил. Надеюсь, это не заразно. Ну, и чего ты глаза вылупил? Как будто сам себя скромно с девушками ведет. А я уже взрослая и сама решаю, что мне и с кем делать.

При воспоминаниях о том, что было, меня бросило в жар. Стас такой нежный, такой заботливый, такой… У меня даже слов нет. Он так старался быть аккуратен… Первый мужчина. Боже, я его, наверное, люблю!

— И? — изогнула я левую бровь. Максик как-то побледнел и, заикаясь, произнес, что все хорошо, все нормально. Ну, раз все нормально, то пойду я в душ.


Когда я окончила водные процедуры, зазвонил телефон. Я нажала на зеленую кнопку.

— Да?

— Милана, свет очей моих, здравствуй! — поздоровался Серхио, а это именно был он.

— Привет, дорогой. Чем обязана? — совсем вылетело из головы, что он меня приглашал на дискотеку.

— Что значит чем? — немного обиделся молодой модельер. — Я завтра уже улетаю, так, что сегодня пошли танцевать.

Немного подумав, я согласилась. Я сегодня выспалась, освежилась, а сейчас можно и развлечься. Договорившись с Серхио встретиться в десять около клуба 'Атлантида', я принялась привадить себя в порядок. Помня об убранстве клуба, надо одеть что-нибудь темное. Не люблю сливаться с окружающей средой.

Я смотрела на открытый шкаф. Передо мной стоял выбор, во что же одеться. У женщин всегда есть такая проблема, как нечего одеть. Постояв так еще минут десять, я все же остановила свой выбор на узких черных джинсах и синем топе, открывающем спину, а на ноги шпильки одену.

Скоро я было уже готова: одета, волосы убрала наверх, оставляя несколько прядок, легкий макияж завершал картину. Помня, что Серхио не любит выпивать в одиночестве, я вызвала такси.

— Ты куда? — спросил Максим, поднимаясь с дивана и осматривая меня с ног до головы.

— На дискотеку, — пожала я плечами. Макс все еще находился немного не в себе.

— Со Стасом? — с большим сомнением спросил брат.

Ага, ему с его ребрами только и на дискотеки ходить осталось. Но стоило вспомнить сегодняшний день, то я поняла, что не сильно-то они у Барского и болят. От воспоминаний ко мне прилип румянец.

— Нет, с Серхио.

— Он здесь? — удивился брат. Они в принципе мало общались. Ведь большинство мужчин стараются не общаться с людьми не традиционной ориентации.

— Завтра уже улетает, так что сегодня он хочет оторваться, — направилась я на выход.

* * *

Дверь за сестрой уже давно захлопнулась, а Макс все продолжал смотреть в стороны выхода.

У него из головы никак не уходила мысль, что Мила и Стас… теперь вместе. Они хоть и двойняшки, но Макс был рожден на пятнадцать минут раньше, ведь это что-то, да значит. И на правах старшего брата, опекал девушку.

Малинин считал, что его сестре Стас очень подходит, но он не ожидал, что все так быстро произойдет. Мог бы и до свадьбы подождать!

Максим все сидел и раздумывал, может Барскому морду за это набить? Но вспомнил сияющую сестру, передумал. Молодой человек уже совсем забыл, когда Милана была действительно счастлива.

Парень счастливо улыбнулся и опять завалился на диван. У сестры все хорошо, у него все хорошо. Жизнь прекрасна!

Машка, наконец-то согласилась сходить на свидание с Максимом. Так, что завтра он ей устроит первоклассное свидание. Девушка его на всю жизнь запомнит!

* * *

Не смотря на то, что на улице суббота и на дороге было полно машин, такси быстро домчала меня до клуба. Около знания толпилась куча народа, и все мечтали поскорей попасть в это царство музыки и танцев. Серьезные охранники с безразличными лицами взирали на то, что творилось у них перед глазами.

Здесь была полно парней и девушек, не достигших восемнадцатилетнего возраста. Шумные ребята продолжали стоять в надежде, что сегодня их пропустят, только ответственная охрана этого делать не собиралась, но, не смотря на это, подростки каждый день приходили сюда в надежде на то, что свершиться чудо.

Я остановилась недалеко от клуба, мне не хотелось лезть пока в очередь, которая явно напоминала кучу. Да и Серхио в таком случае меня быстро найдет. Я продолжала оглядываться по сторонам, в надежде увидеть старинного друга, хотя прекрасно знала, что он опоздает. Молодой модельер всегда крутится перед зеркалом больше, чем любая девица.

Толпа ревела, просила, что бы их пустили, но люди в форме не обращала на них никакого внимания. Здание клуба блестело и сверкало различными огоньками, зазывая на свою танцплощадку и бар народ.

Кавалера на сегодняшний день я все-таки дождалась, он прибыл с опозданием тридцать минут. Серхио вышел из такси и величественной походкой направился ко мне. Молодой человек облачился темно-синие жутко модные брюки и футболку, вероятно, им же и разработанная, светлые волосы, уложенные с помощью геля, находились в творческом беспорядке.

— Милана, дорогая прости! — Извиняющимся тоном просил молодой человек.

— Все нормально, Серхио! — Положила я руку на его плечо. Я бы обиделась за опоздание, если бы он был, не знала, как внешний вид для него важен.

— Ну, тогда пошли дорогая? Будем танцевать всю ночь! — Предупредил меня Серхио и галантно подставил локоток, за который я тут же взялась.

Когда мы поднимались к мрачным охранниками, игнорируя очередь, толпа недовольна взревела. Простите ребятки, у нас золотая VIP — карта. Эту карту, кстати я забрала у Макса. У него их полно. Каждый раз, возвращаясь, домой из нового клуба, он приносил карточки.

Я протянула карту огромному брюнету с очаровательной улыбкой. Брюнет неумело улыбнулся в ответ (его, по-моему, перекосило. На лице они тоже мышцы качают?) и поставил нам с Серхио серебристую печать на запястье. На печати был изображен айсберг, что в принципе логично.

Огромное светлое помещение встретило нас громкой и заразительной музыкой. Люди двигались в такс сетам, которые играл ди-джей, который стоял на сцене за огромным пультом и в устрашающе огромных наушниках.

Для начала мы решили посидеть около бара, для поднятия настроения, так сказать. Главное сильно не напиваться, а то будет казаться, что попал на северный полюс. Такой случай был и не раз, мне Макс часто рассказывал, даже его друзья — товарищи оказывались в подобной ситуации. Серхио радостно озирался вокруг, вероятно обстановка ему очень понравилась. Здесь действительно было здорово, лучший клуб города как-никак.

— Что будете пить? — радостно спросил нас бармен, крутя в руках какие-то сосуды. Мы переглянулись с молодым человеком и почти в один голос выдали.

— Текила-бум!

Мы рассмеялись, а бармен принялся исполнять наш заказ.

— Ты часто здесь бываешь? — спросил меня мой спутник.

— Нет, я была здесь пару раз, — громко прокричала я, пытаясь перекричать музыку.

Все эти годы, я просидела дома, увиваясь своей болью и одиночеством. Правда Макс при полной поддержке Машки вытаскивали меня из дома насильно и заставляли веселиться. Сейчас же мне хотелось этого самой. Я хочу веселиться всю ночь. Была бы еще лучше, если бы Стас был рядом, но ему надо соблюдать постельный режим. Вспомнив, как он его соблюдал сегодня, в груди разлилось приятное тепло.

Я посмотрела на свою руку, на которой красовалось подаренное Стасом колечко. Удивительно, что я заметила его тогда, когда уже была в такси. Я долго на него смотрела, а потом позвонила Барскому. Блондинчик сказал, что одел его, пока я спала и это можно считать намеком на счастливое будущее.

— Ваш заказ, — поставил перед нами бармен две емкости, накрытые салфетками, тем самым вырвав меня из раздумий. Вновь переглянувшись с Серхио, взяли емкости, стукнули дном об стойку и быстро выпили.

— Ну, что, красавица, теперь можно и танцпол? — молодой человек подал мне руку, что бы я слезла с высокого стула.

Озорные огоньки просто манили нас к себе, громкая музыка завораживала и расслабляла так, что ноги сами пустились в пляс. Навыки, приобретенные годами, не прошли, я безумно люблю танцевать. После нескольких песен, мы снова направились в бар. Осушив еще парочку емкостей, мы опять пошли танцевать, только в этот раз с Серхио мы разошлись. Наверно, пошел искать себе пару, хотя я в принципе сомневаюсь, что найдет, но все может быть.

Продолжая отрываться под музыку и попутно отбиваясь от двух назойливых парней, которые постоянно хотели пристроиться сзади, я не заметила, как прошло уже достаточно много времени.

Когда в очередной раз я подошла к барной стойке, то взглянула на телефон, который был поставлен в беззвучный режим. Я немного растерялась, когда увидела пятьдесят три пропущенных от Стаса и двенадцать смс — сообщений, самое безобидное из них гласило.

'Милая моя, где тебя черти носят? И какого хрена ты трубку не берешь?'

Остальные же в себе заключали жесткие меры расправы над бедной Миланой. Он ведь волнуется! Звонить нет смысла, все — равно ничего не слышно.

'Прости! Я не слышала.'

Честно раскаявшись за свое поведение, написала я, в надежде, что Стас не злопамятный.

'Чем же ты таким была занята, что не слышала?'

'Я в клубе'

Я решила, что честность самое лучшее в отношениях, вот только не ожидала, что эта информация блондина в восторг не приведет. И вообще не надо меня винить, после того количества выпитого, я плохо соображаю.

Я отправила сообщение и начала ждать ответа. Вот только про смс Барский общаться больше не хотел и позвонил. Немного шатаясь, я вышла в длинный темный коридор для разговора. Даже не задумываясь о том, что сейчас получу взбучку.

— Привет! — радостно ответила я на звонок.

— Ну, привет, — зловеще протянул парень, потом засыпал меня вопросами, на которые я не успевала ответить. — Ты почему не дома? Трубку почему не берешь? Почему ты в клубе? С кем? Когда вернусь? И почему его не предупредила?

— Я с Серхио в 'Атлантиде'. Просто он завтра уже улетает, а я обещала, что мы сходим потанцевать, — сбивчиво говорила я.

— С кем ты? — оооочень сильно удивился Стас.

— С Серхио, — осторожно повторила я.

То, что он сказал дальше, я говорить не буду. Скажу только, что там присутствовала непечатная речь и изредка слышались слова 'ты' 'я' 'буду'. Что он имел ввиду, я так и не поняла. Поняв, что мы можем поругаться, я сбросила звонок. Поговорю с ним завтра, когда буду трезвая.

Вернувшись в зал, я подошла к барной стойке, где поджидал меня мой итальянский знакомый.

— Дорогая, ты, где бродишь? — спросил Серхио, разглядывая меня окосевшими глазами.

— По телефону разговаривала. Слушай, Серхио, а давай выпьем? — предложила я, и повернулась к бармену с заказом.

Бармен быстро исполнил наш заказ, потом повторил еще два раза. Мой кавалер свалил танцевать, а я облокотилась на стойку и ждала, а чего ждала, не знаю. Главное, что дождалась.

— 'Звездную ночь' для девушки, — услышала я голос за своей спиной.

Бармен кивнул и принялся за приготовление, а я же боялась повернуться. На мое плечо легла рука, а ухо защекотала от теплого дыхания.

— Развлекаешься, малышка? — слишком ласковым голосом спросил Барский. От его приторно сладкого голоса мне стало не по себе.

— Стас! — все-таки нашла в себе силы повернуться к парню. — Что ты тут делаешь?

* * *

После того, как Мила покинула квартиру Барских, Стас не заметил, как уснул, все же небольшая боль в ребрах еще была, а он на них еще и нагрузку делал. Молодой человек мучился не долго, стоило только вспомнить любимую девушку в его объятиях, страстные поцелуи, нежную кожу под своими руками и громкий стон, заглушаемый поцелуем, как боль забывалась, и Стас мечтал о продолжении. У Миланы действительно кровь горячая течет, как у всех итальянцев. Улыбаясь сам себе, Барский уснул.

На тумбочке заиграл телефон, заставляя Стаса проснуться. Парень думал, что возлюбленная решила ему позвонить, но он ошибся, звонил друг и спрашивал о здоровье. Немного поболтав по телефону, блондин начал листать журнал вызовов и его удивил тот факт, что Милана ему ни разу не написала и не позвонила.

Почти два часа он пытался дозвониться до девушки. В голову ему даже не приходила мысль, что проще позвонить Максу. И наверно, хорошо, что такая мысль все же не пришла, Малинин нашел бы, что сказать другу.

Когда же Мила соизволила ответить на сообщения, у Стаса камень с души упал. Где-то далеко пробежала мысль, что Мила специально избегает его и от этой мысли парню стало неуютно, а ведь днем она была счастлива.

Каково же была его удивление, когда он узнал, что девушка, его между прочим девушка, находится в клубе с каким-то левым парнем и находится под воздействием алкоголя. В Милане он не сомневался, но мало ли…

Ревность заставила Стаса встать с постели, одеться и поехать в тот самый клуб за своей любимой.

— Стас, ты куда? — уперла руки в бока мама, разбуженная шумом в комнате сына.

— К Милане, — ответил половиной правды молодой человек, обуваясь.

Лицо матери сразу озарила улыбка. За сына она очень переживала, и он прекрасно знал об этом. Наверно поэтому он не съехал к себе на квартиру.

Однажды молодой человек пытался об этом заикнуться, но смотря на мать, он видел, что она не одобрит этого.

Сама же Лариса очень переживала, что сын переедет. Она прекрасно понимала, что Стас уже взрослый и может жить взрослой жизнью, но она боялась, что молодой человек будет водить девочек однодневок. Поэтому она всегда говорила сыну, что ей будет очень одиноко.

— Подожди немного, Дима уладит дела и перестанет кататься по командировкам, тогда и съедешь, — просила Лариса. Она пыталась удержать сына дома до тех пор, пока он не найдет себе нормальную девушку, а не тех, что обычно встречают в клубе и среди ночи везут домой.

Потом появилась Милана, которая совершенно изменила Стаса, и Лариса уже была готова, что скоро сын переедет в трехкомнатную квартиру в центре города (подарок отца) вместе с Милой.


— Ты у нее останешься? — ласково спросила женщина.

— Да, — не задумываясь, ответил Стас и вышел из квартиры.

Дойдя до машины, молодой человек быстро ее завел и направил к самому популярному клубу города, где находилась его возлюбленная. Быстро лавируя между машин, молодой человек быстро добрался до клуба 'Атлантида'. Так же как Милана с Серхио, Станислав прошел мимо недовольной толпы, которая, не смотря на позднее время, не теряли надежду пробраться в клуб, показал карточку молчаливым охранникам, которые сразу его пропустили.

Милану он увидел не сразу. Долго вглядываясь в лица людей, Барский мельком глянул за стойку и продолжил осмотр танцплощадки. Но что-то заставило его вновь глянуть обратно.

На высоких стульях сидела парочка, которая глотала напитки один за другим. Каково же было удивление Стаса, когда в этой парочке он узнал Милу и ее дружка. Дружек быстро смотался танцевать, а девушка осталась ждать очередного коктейля.

— 'Звездную ночь' для девушки, — проговорил парень и положил руку на плечо девушки, которая моментально напряглась.

— Стас! Что ты тут делаешь? — спросила Мила и посмотрела на него замутневшими глазами. Наверно, зря он ей коктейль заказал, она уже давно готова. Ладно, хоть сопротивляться не будет, когда он ее домой потащит.

— Это ты, что тут делаешь? — грозно спросил блондин.

— Я же сказала, что мы с Серхио пошли танцевать, — как ни в чем не бывало, отозвалась Малинина, поглощая только, что поданную 'Звездную ночь'.

Станислав заскрежетал зубами и старался унять свою ревность.

— У вас с ним что-то есть? — посмотрел Милане в глаза парень.

— Мы друзья, — легко парировала девушка.

— И все? — на всякий случай решил поинтересоваться Барский. Реакция девушки его удивила.

* * *

Я не могла перестать смеяться. Стас смотрел на меня нахмурившись. Ну, дорогой прости, я не виновата, что у тебя такая фантазия бурная. Только подумаю о том, что Барский приревновал меня к Серхио, и я опять начинала смеяться.

— Что смешного? — очень недовольно поинтересовался блондин.

Мы привлекли к себе много внимания. Точнее сказать, что я привлекла. Люди смотрели на меня и не могли понять, что же меня так развеселило. Я пыталась ответить, но из-за смеха молодой человек не разобрал, ни слова.

— Стас, — немного успокоившись, произнесла я, — если перед Серхио встанет выбор, с кем провести сегодняшнюю ночь, меня он точно не выберет.

— Почему? — изумился Стас, оглядывая меня с ног до головы. Его взгляд говорил мне, что сам Барский с большим удовольствием провел бы ночь со мной.

— Он выбрал бы тебя! — произнесла я и снова засмеялась.

Парень недовольно поморщился, но, кажется, до него начал доходить смысл сказанного. Он нервно оглянулся в поисках моего кавалера и сглотнул.

— Он гей? — удивленно спросил Стас.

— Ну, и что? Он очень хороший! — вступилась я за друга детства. Я думала, что Стас, как и множество других личностей не любят парней не традиционной ориентации, но следующая фраза блондинчика заставила меня застыть.

— Слава Богу!

— Почему? — удивленно заморгала я ресницами. Стас подошел ко мне вплотную и обнял, зарывшись лицом в мои волосы.

— Я ревновал, — пробормотал он.

От его слов в груди разнеслось тепло. Он меня ревнует. Приехал сюда, думая, что я ему изменяю.

— Я не способна на измену, — правдиво сказала я.

— Я знаю. Просто боюсь тебя потерять. Очень боюсь! — тихо сказал Барский и легко поцеловал меня в губы. Может, стоит ему сказать, я в него влюблена? Ладно, потом скажу и потянулась за настоящим поцелуем.

Я не знаю, сколько времени мы стояли и целовались, как нас отвлекли друг от друга. Как мне не хотелось отрываться от губ любимого человека, как не хотелось, что бы он выпускал меня из своих рук, и как хотелось, что бы Стас прижал меня крепче к себе.

— Si puo andare in pensione? [9]- предложил Серхио, подходя к нам.

— Нет, мы уже закончили, — судорожно я поправила одежду и волосы.

— Представишь нас? — кивнул он на Стаса.

— Конечно, — быстро согласилась я. — Это мой молодой человек Станислав. А это мой друг детства Серхио.

Парни обменялись рукопожатиями. А Барский даже сказал:

— Друзья моей любимой — мои друзья.

— Взаимно, — рассмеялся модельер.


Через два часа мы со Стасом выкатились из клуба. Уходить я оттуда совершенно не хотела, но Барский позволил мне выпить еще парочку коктейлей 'Звездная ночь' и я совсем ослабла. Кстати говоря, напиток был очень вкусным, в высоком бокале плескалась темно-синяя жидкость с какими-то белыми маленькими кусочками непонятно чего.

* * *

Станислав практически на руках вынес девушку из клуба. Боль в ребрах не давала о себе знать, особенно рядом с Миланой. Аккуратно посадив любимую на заднее сидение, где она быстро сдалась в плен Морфею, Стас сел за руль. Дороги были совершенно пустые, поэтому буквально за двадцать минут машина затормозила у элитного дома, где жила Мила.

Для начала молодой человек нашел ключи, как ему казалось в бездонной сумке Милы. Затем с великой осторожностью вытащил девушку из машины и взял на руки. Быстрым шагом Барский направился к подъезду.

Как обрадуются домочадцы Миланы, если увидят девушку в таком состоянии. И он оказался совершенно прав. Войдя в квартиру, Станислав увидел немного взъерошенного Макса.

— Привет, — поздоровался Стас.

— И тебе привет, — не очень дружелюбно поздоровался Максим. Стаса это слегка удивило, ведь Малинин очень хорошо относился к Барскому.

— Я Милану из клуба забрал, — сообщил блондин, кивая на свои руки, на которых, доверчиво прижавшись к парню, спала сестра Максима.

— Вижу. Давай ее сюда! — в приказном тоне сказал Максим, протягивая руки к сестре. В этот момент проснулась Милана.

— О, Максим! А мы в клубе были! — гордо сообщила она, путаясь в словах.

— Я знаю, — поморщился Максим, оглядывая пьяную сестру.

— Мы сейчас пойдем спать! Правда, Стасик? — лепетала, как маленькая девочка Мила, чем невольно у обоих парней вызвало улыбку. — Ты ведь меня не оставишь? А то вдруг из-под кровати вылезет бабай и утащит меня.

— Мила, у тебя нет под кроватью бабаев, — сообщил Максим, идя в гостиную следом за Стасом.

— Есть! Я его видела! — заспорила девушка.

Парни на такое заявление засмеялись и Барский начал подниматься на второй этаж в комнату Милы. Как только рука коснулась ручки, его окликнул Максим.

— Стас, — немного помялся парень, — ты мне хоть и друг, но если ты…

— Я никогда ничего плохого ей не сделаю, — невозмутимо отвечал блондин, прекрасно понимающий поведения друга. — Я ее люблю.

После этих слов Стас все же вошел в комнату. Макс довольно улыбнулся и направился к себе.

— Ну, вот, девочка моя, сейчас я уложу тебя в кроватку, — ласково сказал Станислав.

— А ты останешься со мной? — спросила Мила совершенно трезвым голосом.

— Если ты захочешь.

— Я хочу! — закивала головой девушка.

— Значит останусь, — пообещал Барский.

Через пять минут оба оказались в постели. Стас помог любимой раздеться и лечь на кровать, сам же нырнул следом. Отбился от парочки приставаний и обнял Милану.

— Ты не хочешь? — возмутилась девушка.

— Хочу, — правдиво ответил блондин. — Просто ты сейчас немного не в себе. Я не могу заниматься сексом с пьяной девушкой.

Милана пробовала поворчать, но уже через пару минут сладко спала. Стас крепко обнял и прижал к себе.

— В следующий раз, — тихонько сказал он и заснул, не задумываясь о том, что следующего может и не быть.

* * *

Александр Николаевич сидел на кухне и пил кофе. Сегодня ему снова придется улететь по очень важным делам. Только оставить все, как есть он опасался. Столько времени прошло, Милана жить нормально начала, и тут на тебе — новое потрясение. Александра очень раздражало то, что он ничем не мог помочь, а так хотелось бы. И принесла этого гада нелегкая.

Глава семейства продолжал напряженно думать, как ему поступить. Закрыть дочь он не может, Макс постоянно за ней хвостиком ходить не будет, охрану она заметит, и сразу посыпятся вопросы. Вот только Александр прекрасно понимал, что ничего сделать нельзя, если он захочет увидеть Милу, он это сделает. Малинин старший разочарованно вздохнул.

— Что ты так горько вздыхаешь, Саша? — спросила Ирина, которая торчала около плиты. Она встала сегодня очень рано и решила напечь детям оладьи, но когда узрела в прихожей лишнюю пару обуви, то захотелось приготовить полноценный завтрак.

— Я за Милу переживаю.

— А что за нее переживать? — хмыкнула Ирина, продолжая хлопотать у плиты. — У нее все хорошо.

— Знаешь, Ирина, мне кажется, что у нее кто-то появился, но она меня с ним не хочет знакомить, — пожаловался Саша.

Женщина приглушенно рассмеялась, ведь у девочки был ухажер, именно из-за него Мила цвела. Он даже ночевать оставался, и Ирина была уверена, что сейчас он тоже у них.

— Саша, твоя дочь приводила его уже и не раз! — все-таки оторвалась от плиты домработница.

— Да? — удивился Александр. — Пойду-ка, с ней поговорю.

И прежде, чем Ирина успела, что-то сказать мужчина уже удалился. Ей стало безумно интересно, как поведет себя Александр, когда увидит в комнате дочери постороннего молодого человека.

Отец семейства решительным шагом направился в комнату дочери, но на его пути появился Максим.

— Привет, пап. Ты куда?

— К Милане.

— Может не стоит? — как-то нервно попросил Максим. Молодой человек не знал за кого опасаться. За Стаса, которого могли спустить с лестницы? За Милану, на которую будет ругаться отец? Или за самого отца, который еще не знает, кто в комнате у его дочери?

— Я ненадолго! — отозвался Александр и подвинул сына в сторону.

Когда дверь в комнату дочери открылась, отец быстрым шагом направился в спальню и… замер. В кровати его дочери спал какой-то полураздетый молодой человек. Когда Александр Николаевич отошел от шока, то направился к кровати с намереньем выкинуть парня из кровати, но быстро остановился.

Милана повернулась лицом к парню и потерлась носом о его плечо, от такого проявления нежности у обоих сквозь сон вылезли нежные улыбки.

— Я пожалуй не буду их будить, — пробормотал отец, выходя из комнаты и наталкиваясь на сына.

Из кухни выглядывала Ирина, и когда она увидела отстраненное лицо Александра, то поставила перед ним чай и оладьи.

— Она взрослая девочка, — рассеянно сказала женщина, на что Саша только закивал, соглашаясь, и принялся за завтрак.

* * *

Проснулась я от чувства, что меня кто-то взглядом сверлит, а когда открыла глаза, никого не обнаружила, только Стас продолжал спать, уткнувшись в подушку. Чувство радости переполняло меня, только эту радужную картину испортил урчащий желудок. Поэтому с величайшей осторожностью близко подползла к блондину и легко поцеловала в губы.

— Милый, вставай! — прошептала я ему на ухо, но ответом мне была тишина. — Солнышко уже давно встало, так что и ты давай вставай!

— Может, еще поваляемся? — предложил Стас, притягивая меня к себе, вместо меня ответил мой живот. — Ладно, я все понял.

Я быстро вскочила с кровати, удивительно, что после вчерашнего так хорошо себя чувствую, и натянула шорты. Барский лениво поднялся и тоже оделся. Схватив молодого человека за руку, я поспешила на кухню, но в гостиной Стас меня остановил.

— Что? — нетерпеливо спросила я.

Барский молча смотрел на меня, обнял за талию и чуть приподнял над полом — поцеловал. Мммм, как хорошо-то! Я посильнее обняла его за плечи, не желая, что бы он меня отпускал.

— Кхм… кхм, — раздалось сбоку от нас. Мы дружно отпрянули друг от друга. Перед нами стоял мой отец.

— Доброе утро, папочка! — пропела я.

— Здравствуйте! — совсем не смутившись, поздоровался Стас.

— Мила? — отец вопросительно изогнул брови и кивнул на парня.

Мне было немного неудобно. Сейчас я была практически уверена, что проснулась я от пристального взгляда папы. Скорее всего, он заходил ко мне в комнату, и увиденное его не обрадовало. А кому понравится, когда в кровати собственной дочери лежит незнакомец. Надо было их раньше познакомить, но я почему-то об этом не подумала, да и наши отношения начали развиваться очень молниеносно.

Стас продолжал стоять рядом, держа меня за кончики пальцев. Таким странным образом он передавал мне свою силу и поддержку, поэтому я уже не так нервничала. Только помимо выше перечисленного он передавал мне электрические разряды, которые пробегали по моему телу. Вот же козел! Я хочу его с отцом познакомить, а он источает свое обаяние и из головы вылетают умные мысли.

— Это мой молодой человек, Стас, — нашла в себе силы заговорить я.

— Молодой человек это хорошо, — вдруг сказал папа и начал улыбаться.

Мы двинулись на кухню, из которой пахло чем-то вкусным. За завтраком Стаса разглядывали очень пристально, а он чувствовал себя совершено нормально в отличие от меня, я сидела вся на иголках. Потом отец начал задавать каверзные вопросы.

— Какие у тебя планы на Милу? — как бы между прочим спросил папа. Я покраснела, но ответ Барского поразил не только меня.

— Я Милану люблю и хочу ее у вас забрать.

На кухни повисла тишина. Наверно Стас не хочет обрушивать на себя гнев моего папочки, иначе бы он не сморозил подобную глупость. Ну, то, что он сказал, что любит меня, это я еще понимаю, но то, что Барский хочет меня забрать, по-моему, это уже перебор.

— Куда забрать? — одновременно спросили Максим и папа. Ну, вот Стасик теперь выкручиваться придется.

— У меня есть квартира, и я хочу, что бы Мила жила со мной, — просто сказал Барский. Чем ввел в шок не только меня.

Что? Он с ума сошел? Куда он меня забрать собирается? А меня спросить? Я ткнула парня локтем, что бы он перестал такие вещи говорить. Я не могу вот так сразу. Да и готовить я не умею…Так о чем я вообще думаю? Я не хочу пока переезжать.

— Ты уверен? — проникновенно спросил папа, стараясь не улыбаться.

Папа, ты чего лыбишься твою дочь из отчего дома забрать хотят. Почему меня-то никто не спрашивает? Наверно, пора вмешаться.

— А мое мнение вас не интересует?

— Интересует, конечно! — сказал Барский. — Мы сейчас вещи соберем или до выходных подождем?

— Ну, знаете что? — бросила я салфетку на стол, вставая. А что сказать дальше не знаю. И решила сделать так, как делаю всегда. — Я пошла в комнату.

Барский бросился следом. Он не пытался меня остановить, просто шел рядом, а когда зашли в комнату, Стас меня обнял.

— Я правда хочу, что бы жили вместе. Я тебя люблю, надеюсь на взаимность, — блондин легко поцеловал меня в губы и продолжил. — Мы можем для начала просто посмотреть квартиру, ты можешь там переделать так, как твоей душе угодно. Я даже ругаться не буду, если ты все в розовые тона обделаешь.

— Я не люблю розовый цвет, — сказала я, не зная, что можно на его тираду ответить.

* * *

В понедельник мы просыпались вместе. Стас хотел уйти домой, но я настояла, что бы он остался. Отец был настроен очень хорошо, а потом вообще просто взял и уехал в аэропорт, опять куд- то лететь собрался. А мы, удобно устроившись перед телевизором, решили посмотреть комедию, но через полчаса дружно заснули.

— Мила, вставай! Надо еще ко мне домой заехать, — прошептал мне на ухо Стас.

— Зачем, милый? — пробормотала я, натягивая одеяло, которое блондин с меня стянуть.

— Переодеться мне надо. Мил, давай вставай! — рыкнул Стас, вновь скидывая одеяло.

Мне пришлось подчиниться. Кое-как встав с кровати, я поплелась в ванну. Наскоро умылась и почистила зубы. Почему я не выспалась? Мы же вчера так рано легли. Ладно, хватит думать, надо одеваться. Когда я вышла в комнату, Стаса уже не было. Нормально, да? Это он меня так поторопить решил? Быстро оделась, краситься, не буду, а парню долго ждать придется.

Машка мне всегда говорила, что когда я не накрашенная, то похоже на милую пай — девочку. А вот когда накрашусь, то получается 'стервозная леди'. Кстати о Маше, надо бы ей позвонить, а то мы давно не общались, да и про Барского надо рассказать.

— Мил, ну ты еще долго? — нахохолился Стас.

— Уже готова!


Сегодня было на удивление тепло. Видимо, солнышко с самого утра решило порадовать нас своими теплыми лучами. Все-таки я была не права, когда говорила, что весна это не время любви. И вот она пришла, а вместе с ней и любовь. Вот уж не думала, что смогу влюбиться вновь. Хотя, мне кажется, что влюбилась я намного сильнее, чем раньше.

Вот если представить, что Паша рядом, обратила бы я тогда свое внимание на Барского. Наверно, нет. Ведь все, что не делается — делается к лучшему. Паши больше нет в моей жизни, и уже никогда не будет, зато появился это блондинистое чудо, и снесло мне голову так, как никогда раньше не сносило.

С такими мыслями я села в машину, Стас залез на водительское сидение и нажал на педаль газа. Машина резко понеслась в сторону дома Барских, практически игнорируя все знаки дорожного движения.

— Куда ты так несешься? — спросила я, застегивая ремень безопасности.

— Не хочу опоздать на занятия.

Логично, а вот если нас остановят за превышение скорости или мы во что-нибудь врежемся, то на занятия мы точно опоздаем. Но к моему великому счастью машин ДПС по близости не наблюдалось, и мы доехали без происшествий.

— В машине подождешь или со мной поднимешься? — вылезая из машины, поинтересовался Стас.

— Пожалуй, здесь, — не раздумывая, ответила я, доставая из кармана джинс телефон.

Если я сейчас поднимусь, то Лариса, так просто меня не отпустит. Захочет подробного рассказа. За такое короткое время общения с ней, я поняла, что если она захочет узнать правду, она ее вытянет. А нам сейчас на учебу надо. К тому же Станиной надо позвонить, что бы наше совместное появление со Стасом не было для подруги шоком.

— Привет, Машка! — радостно проговорила я в трубку.

— Привет! Ты чего такая счастливая, — сразу распознала в моем голосе радость подруга.

— Я влюбилась! — поведала я, блаженно жмуря глаза.

— Даже стесняюсь спросить уж не в Барского ли? — всегда отличалась Машка своей догадливостью.

— Маша, я так счастлива! Ты себе представить не можешь. Я даже и не думала, что смогу и что такое вообще возможно. Маша, я счастлива! Я безумно счастлива!

— Я рада за тебя. Ты заслуживаешь счастья. Слушай, а вы на занятия придете, или будете где-нибудь радоваться вдвоем? — поинтересовалась подруга.

— Сейчас Стас переоденется, и мы поедем. Ой, Маш, он уже идет, потом поговорим, — я сбросила вызов и уставилась на парня, который залез в машину.

Он был чудо как хорош: светло-голубые джинсы с рваными коленками и белоснежная футболка, которая безупречно подчеркивала тело парня, моего парня! Светлые волосы торчали в разные стороны, придавая совершенно озорной вид.

— Едем? — спросил он, целуя меня в губы и нажимая на педаль газа.

— Ага, — блин, я сейчас замурлыкаю, как кошка.


Из машины мы вылезли только через сорок минут, вообще-то мы приехали полчаса назад, просто никак не могли оторваться друг от друга. Мне не хотелось вылезать из объятий Стаса, я боялась, что он пропадет, и я опять останусь одна.

— Ты в курсе, что мы опаздываем? — пробормотал Барский и снова впился в мои губы.

— Уже идем, — нехотя оторвалась я от парня.

Когда мы вышли из машины, взялись за руку и направились к университету, то сразу почувствовала на себе десятки взглядов. Мне не хотелось обращать на них внимания, есть вещи и посерьезнее, именно о них мне и напомнил Стас, стоя около аудитории, где у меня будет лекция.

— У меня сегодня три пары, так что я тебя дождусь, и мы съездим посмотреть квартиру.

— Хорошо, — быстро согласилась и приподнялась на цыпочки и поцеловала парня в подбородок.

Когда Стас нагнулся для поцелуя, то мы сразу услышали недовольный голос.

— Не обязательно облизывать друг друга у всех на глазах, — буркнул Дэн, походя мимо нас.

Мне не хотелось ругаться с ним, и я надеялась, что Денис сможет понять мой выбор, может не сейчас, но в ближайшем будущем. Распрощавшись со Стасом, я зашла в аудиторию и села на свое место рядом с Королевым. Он немного удивился, но ничего не сказал.

Всю пару Денис сидел, как на иголках, постукивая кончиком ручки по парте. Меня этот звук ужасно раздражал, но я терпеливо молчала. Я знаю, что парня мучают вопросы, но я пока не буду его пытать, хочу дождаться, пока он созреет. Как, оказалось, долго ждать не пришлось. К концу первой пары Дэн заговорил.

— Почему ты села ко мне? — тихо поинтересовался Королев, опуская голову на сложенные на парте руки.

— Не смотря на все, что ты сделал, ты был и будешь моим другом. Я знаю тебя не первый год и не могу так просто отвернуться. Я знаю, что мой выбор ты сейчас не одобришь, и у тебя есть на это причины, но я уверена, что со временем ты все поймешь и простишь за то, что этот выбор пал не на тебя, — очень добро сказала я.

— И ты на меня не злишься за то, что я сделал, — удивленно спросил Денис, отрывая голову от рук.

— Сначала злилась, а теперь нет. Ты же знаешь, я очень отходчивая, да и не могу я на тебя злиться, ты же знаешь. Денис, я не прошу тебя о чем-то трудном и невыполнимом, я просто хочу, что бы ты немного подумал и понял, почему именно я выбрала Стаса, а не тебя, — я нежно дотронулась до его руки. — Подумай.

Следующую пару мы с Королевым не разговаривали. Парень совершенно закрылся в себе, и по складочкам между бровей можно было понять, что он о чем-то усиленно думает.

Время летело быстро, не успела одна пара начаться, как заканчивается уже другая. Меня это не очень радовало, так как мне скоро придется ехать и смотреть нашу жилплощадь. Хотя, почему я должна переживать? Я ведь Стаса люблю? Люблю! Быть с ним хочу? Хочу! Надо бы ему сообщить о своих чувствах, а то, как то не честно получается, Барский мне признается, а я отмалчиваюсь.

На перемене, когда я хотела сходить в кафе, куда меня усиленно звала Маша, для подробного отчета и Стас, по причине того, что безумно по мне соскучился, подошла Ира.

— Мне поговорить с тобой надо! — зло проговорила девушка.

— Давай, — безразлично пожала я плечами.

— Разговор будет долгий, — сразу предупредила Григорьева.

Я ее понимала, и от разговора отказываться не собиралась, поэтому написала Станиной и Барскому сообщения, что я к ним не смогу присоединиться.

С Ирой мы зашли в пустую аудиторию и расселись. Она долго и пристально меня разглядывала, а я отстраненно наблюдала, что твориться за окном. Торопить я Иру не собиралась, пусть с мыслями соберется.

— Что у вас со Стасом? — напрямую спросила одногруппница.

— Отношения или ты еще этого не поняла?

— Зачем он тебе? Отдай мне его! — в приказном тоне сказала Ира.

Не люблю, когда о людях так говорят, он же не вещь какая-нибудь. Стас живой человек со своими мыслями, вкусами, мнениями и желаниями. Как можно отдать человека? И вообще если бы он хотел быть с Ирой, он был бы с ней, а не со мной. Да и вообще, как вы себе это представляете? Что я должна ему сказать? 'Стасик, милый, я отдаю тебя Ире' Так что ли? Бред какой-то!

— Ты с ума сошла? — напрямую спросила я. Этот вопрос меня очень интересовал.

— Он мне нужен! Отдай мне его! — опять начала говорить в приказном тоне.

— Я не могу его отдать, он же не вещь, он человек! Стас сделал выбор и этот выбор я, а не ты, — мне сейчас казалось, что я не смогу ей ничего объяснить, а Ира так и будет требовать отдать ей то, что никогда ее быть не сможет. — Мне он тоже нужен. Ира, тебе не кажется это глупым? Стас не хотел быть раньше с тобой, я сомневаюсь, что захочет сейчас. И к тому же он меня любит. — Попробовала я образумить девушку.

— А я люблю его. Отдай, тебе же он не нужен.

— Что значит, не нужен? — вспылила я. — Я его люблю, он меня любит. А ты вообще понимаешь, о чем просишь? Как я могу тебя отдать человека? Он не вещь, он человек! Ира, ты, что мозгов лишилась? Ну, сама подумай, даже если я его и брошу, а это маловероятно, с чего ты взяла, что он захочет быть с тобой? Он столько времени бегал от тебя не потому что любит или ты ему нравишься, а потому что ты ему не нужна. Не нужна!

Последние слова я проговорила четко, почти по слогам, пытаясь хоть какую-нибудь информацию донести в ее голову. Получилось видимо совсем плохо, потому, что Григорьева быстро вскочила со своего места и подошла близко ко мне.

— Я все равно не сдамся! Он будет мой! — после этих слов она ушла, громко хлопнув дверью.

Я осталась сидеть в аудитории. Вот и поговорили! Чувствую, что спокойно наслаждаться нашим счастьем мы не сможем.

* * *

Милана оказалась права. Не все хотели, что бы Стас и Милана были вместе. Так же как и человек, который заставил своих людей проследить за девушкой.

Счастливая парочка, выходя из дома Малининых, не заметила огромный черный джип с тонированными стеклами, в которой сидело три мужчины, ну просто огромной комплекции. Джип ехал за машиной Стаса, останавливаясь и около его дома, а после проводили до университета.

— Что-то долго они не выходят из тачилы, — сказал лысый мужик, выпуская сигаретный дым. — Че они там делают?

Его дружки заржали, но продолжали пристально смотреть за машиной, из которой наконец-то вышла девушка и парень, взявшись за руки, они направились в здание университета.

— Ты уверен, что это она? — спросил второй, снимая кожаную куртку и оставаясь в майке открывающей множество черно-серых татуировок.

— Уверен! — продолжал смолить в машине лысый и протянул напарникам фотографию Миланы. — Босс дал, сказал за ней надо проследить от дома до учебы.

— А ни че телка! — заржал третий мужик, обнажая пожелтевшие зубы. — Вот бы ее…

— Заткитесь! — грубо сказал лысый, который видимо здесь был главный. — Шеф сказал не трогать ее, а просто проследить, а вы, идиоты, при нем чего не ляпните, а то кочерыжек своих лишитесь!

Мужики больше говорить ничего не стали, только тихо посмеивались. Лысый в это время достал телефон и набрал номер.

— Место учебы узнали, — сказал лысый и продиктовал адрес.

* * *

Когда последняя четвертая пара закончилась, я облегченно вздохнула. Тяжело сидеть в такой напряженной атмосфере. Королев сверлил меня взглядом, заставляя нервничать о том, что парень мог надумать. Григорьева обливала полным ненависти взглядом. В общем позитива мне не прибавилось. Мне хотелось скорее под крылышко Стаса, что бы он спас меня от всех на свете.

Парень дожидался меня на подоконнике, который находился напротив аудитории. Сначала мне показалось, что он уснул, но когда я подошла к нему его глаза сразу открылись.

— Наконец-то! Я уже начал думать, что эта пара, никогда, не закончится, — проворчал Барский, притягивая меня к себе. — Ты чего такая грустная?

Я легко чмокнула молодого человека в губы. Рассказывать о разговоре с Ирой я не хотела. Зачем и ему настроение портить.

— Устала, — чуть приврала я.

— Точно? — переспросил Стас, беря мое лицо в свои теплые ладони, и легко чмокнул в нос. Дождавшись моего утвердительного кивка, спросил. — Готова смотреть новое жилище?

— Веди!

Мы вышли на улицу, и я порадовалась теплым солнечным лучам. В принципе, радовалась не только я одна, но и все студенты. Ведь теплая погода говорила о том, что скоро лето, правда, что бы насладиться им в полной мере, нужно сдать сессию, но это уже никого особо не волновало.

Мы направились в противоположную сторону от стоянки. Стас аргументировал это тем, что нужный нам дом находится совсем не далеко, и при такой хорошей погоде можно и прогуляться. Прогулка это хорошо, но лучше бы на машине поехали, но об этом я подумала только через несколько минут.

Барский шел впереди, держа меня за руку, я семенила следом, и внезапно парень остановился и повернулся ко мне.

— Ты чего? — удивилась я.

— Поцеловать тебя захотелось, — объяснил нашу остановку Стас.

Поцелуй был легкий, но все равно прекрасный, неповторимый и будоражащий кровь. Отрываться не хотелось, а вообще хотелось для того, что бы быстрее добраться до квартиры и зацеловать Стаса до полусмерти.

— Я люблю тебя, Мила! — тихо, но отчетливо проговорил парень, нежно гладя меня по щеке.

Вот прекрасный момент и для моего признания. Я так долго к этому шла, что просто обязана сейчас признаться Стасу, что тоже его люблю.

— Я… — и я замолчала, не в силах продолжить дальше. Было такое ощущение, что кляп в рот засунули. Была ли это судьба или просто случайность в том, что я не смогла признаться, я не знаю. Я просто стояла и молчала, а потом… мой взгляд упал за спину моего спутника и наткнулся на молодого красивого мужчину.

Он стоял в нескольких метрах от нас в черных брюках со стрелочками, зеленой рубашке и пиджаке, черные волосы коротко подстрижены. Молодой мужчина разговаривал по телефону, не видя нас. Я смотрела на него во все глаза не по тому, что он сразил меня наповал своей неземной красотой, а его красота действительно была не земная, так я думала несколько лет назад.

Я смотрела на него потому, что знала этого человека и могла рассказать вам о нем практически все. Например, у него на правой мочке уха есть маленькая родинка и все считали, что он проколол ухо. Хотя если бы он и захотел его проколоть, то не стал бы этого делать, потому что безумно боится иголок.

Я знаю, что под правой коленкой у него есть длинный витиеватый шрам, полученный в возрасте шести лет от полета с велосипеда. Еще есть шрам, оставшийся после удаления аппендицита. Знаю, что он до смерти боится щекотки и любит, когда его кусают за мочку уха.

Он ужасно поет, потому, что на его ушах потопталось куча медведей, но он очень хорошо танцует. Я знаю, что у него вдоль живота тянется татуировка, высказывание Публилия Сира на латыни BIS VINCIT, QUI SE VINCIT IN VICTORIA, что означает, 'Дважды побеждает тот, кто, одержав победу, побеждает и себя'. Я не знаю, почему именно эта фраза, но то, что он всегда выходит победителем — я знала.

У него всегда теплые руки, даже в самую холодную погоду, а вот нос постоянно мерзнет. Он заразительно смеется и любит обниматься. У него красивые руки с длинными пальцами, которые просто божественно делают массаж.

Вы спросите, откуда я это все знаю? А я вам отвечу, что о своем первом парне и по совместительству первой любви я знаю все. Хотя, правильнее будет сказать, что знала все. Да, о Паше я знала все!

— Что ты? — терпеливо спросил Стас. Он был уверен, что сейчас я сделаю ответное признание, но…

— Я должна идти! — быстро сказала я, и оставила немного ошарашенного таким поворотом событий, Стаса.

'Будущего боятся существа неуверенные в себе.

Прошлого, наоборот, слишком самоуверенные.

Настоящее так мимолетно, что его не успеваешь испугаться.


День Рождение это такой праздник,

Когда собираются персонажи из настоящего,

Вспоминают прошлое

И желают еще лучшего будущего.

Нет никаких оснований бояться дней рождений,

Даже если кто-то заявится из прошлого'

(из одного детского мультфильма)

Часть 2. Привет из прошлого

"Ни один человек не может стать более чужим, чем тот, кого ты в прошлом любил"

Ремарк


Наверно, зря я надеялась, что действительно смогу стать по-настоящему счастливой. Неужели счастье всегда будет проходить мимо меня? Какая же я была глупая, когда думала, что, наконец, у меня все наладилось. Сейчас будет еще хуже, я в этом уверена! Ведь говорят, что черные и белые полосы сменяют друг друга и по величине они равны. Тогда почему у меня сплошные черные полосы? И когда же наступят долгожданные белые?

Ведь не просто так Паша околачивался около моего университета. Что ему нужно? Зачем вернулся? Ведь, я только начала по-человечески жить, любить. А потом пришла страшная мысль, действительно ли я люблю Станислава? Если да, то почему убежала? Осталось ли крупица чувств к Аверьянову?

Я же все давно пережила! Тогда почему чувствую себя, как тигр в клетке? С каждой минутой становится все страшнее. Я не знаю, как проживу завтрашний день, я не могу представить, что будет сегодня.

Меня сотрясала мелкая дрожь, руки тряслись, как после многодневного похмелья. Голова начинает кружиться, а из горла пытается вырваться крик. Что теперь будет? Я не хочу видеть его, мне страшно, что увидев Пашу, я пойму, что до сих пор люблю его. А как же Стас? Ведь его я точно люблю! Или не люблю? Как же я запуталась!

Через некоторое время на место страха пришла злость. Какого хрена он приехал? Что ему дома не сиделось? Приперся через четыре с половиной года, и думает, что его тут хлебом солью встречать будут? Кукиш ему! И почему я собственно разнервничалась? А может Аверьянов не ко мне приехал, и мы с ним не увидимся. Он женился наверно, ему все-таки двадцать пять.

У меня есть парень, он меня любит, я его вроде тоже. Блин и слово то, какое глупое — тоже. Я буду с ним, и все у нас будет хорошо, а Паша пусть катится, желательно в преисподнюю! Как же я зла!

Пока я металась по комнате словно заведенная, то не заметила, как обросла небольшой публикой в количестве одного человека.

— Мил, ты цунами изображаешь? — все-таки дал о себе знать брат, подпирая дверной косяк. И довольный он, как кот переевший сметаны.

Я долго смотрела на братца, а потом в порыве чувств я бросилась ему на шею, зная, что Максим меня никогда не бросит и всегда поддержит. Я знаю, что брат поможет мне только словами, но и от слов, иногда, становится легче. Я прижималась к нему сильно, желая раствориться и ничего не чувствовать.

— Что случилось? — Максим поглаживал меня по голове, голос у него был обеспокоенный.

— Максим, он вернулся, — прошептала я.

— Кто вернулся, Милана? — осторожно спросил брат.

— Паша! — проорала я. — Паша! Макс, он вернулся!

И тут я не сдержалась и расплакалась. Максим окаменел, он даже гладить меня перестал, его рука остановилась в районе моего затылка. А я плакала с чувством, слезы лились ручьем. Сейчас я пыталась выплакать то, что не смогла сделать несколько лет назад.

— Откуда ты знаешь? — наконец-то отмер брат.

Теплых чувств к Аверьянову он не испытывал, но и это понятно. В нашей семье никто таких чувств не испытывал, слишком многое мы тогда пережили. И то, что Пашка решил вернуться просто верх наглости. Я бы после такого не вернулась бы, нет, даже не так, я бы такого никогда не сделала.

— Я его видела, Макс. Сегодня около университета. Мы со Стасом гуляли, и я его увидела. Он так изменился, совершенно другой стал. Максим, я так боюсь, что могу столкнуться с ним лицом к лицу. Я такого просто не выдержу, — бормотала в грудь брату. Его рубашка насквозь промокла от моих слез.

— Ты его еще любишь? — осторожно спросил родственник, усаживая меня на диван.

— Я Стаса люблю, — неуверенно ответила я. — А Пашу… я не знаааю.

Слезы вновь потекли, перед глазами, словно пелена появилась. Это очень трудно встретить через столько лет человека, ради которого готова жизнь была отдать. Вот только ему моя жизнь была не очень нужна.

— Милая, давай успокаивайся! Раз ты его не любишь, значит, ты со всем справишься. Вы же со Стасом жит вместе хотели, — Максим пытался меня успокоить.

Честно говоря, от присутствия брата мне становилось и так спокойно, и говорить лишних слов было не обязательно. Просто мне очень хотелось чувствовать чье-то тепло.

— Давай я Ирину позову? — предложил брат. — Она тебя успокоительного даст. Все будет хорошо.

— Спасибо тебе, Макс! Я думала, что с ума сойду. Мне так страшно, — шмыгнула я носом, начиная успокаиваться.

— А Стас, кстати где?

— Я от него сбежала, — стыдливо призналась я, закутываясь в теплый плед. После слез мне всегда холодно.

— Зачем?

— Я хотела сказать, что люблю его, но не смогла! Понимаешь, Макс, я не смогла! — опять заревела я. — Потому что Пашу увидела. Мне страшно представить, что будет в моей жизни теперь, когда… когда…

Выговорить я больше ничего не смогла, потому что у меня началась истерика. Ну, неужели так бывает? Может это сон? Ведь в реальной жизни такого просто не бывает!

Максим быстро сбегал к Ирине и уже через несколько минут протягивал мне высокий стакан. Долго сопротивляться я не стала, понимая, что мне нужно успокоиться. Ведь ничего еще не случилось, а значит и слезы лить, смысла нет.

— Вот и умничка, — сказал брат, забирая стакан и укладывая меня на диван. — Полежи немного. У тебя телефон звонит.

Я это прекрасно знала, телефон звонил с тех пор, как я сбежала от Стаса. Наверно, было не правильно вот так убегать, но я не была готова встретиться с Аверьяновым лицом к лицу.

— Мил, это Стас. Поговоришь с ним? — спросил Макс, беря в руки мой телефон и присаживаясь рядом.

— Я не могу, пока, — шепотом сказала я. — Макс, мне нужно успокоиться. Мне страшно с ним разговаривать, я же его бросила посреди улицы, ничего не объясняя.

Максим слушал меня внимательно, а потом просто выключил телефон. Брат долго сидел рядом со мной, а потом просто забрался ко мне и обнял. Я положила голову ему на колени, зная, что Максим мне поможет, он меня не бросит.

— Я тут, знаешь, о чем подумал? — чуть неуверенно проговорил братец. — Тебе не кажется, что Барскому пора знать правду?

— Правду? Я не смогу ему этого рассказать, — я закрыла глаза, так легче разговаривать.

— А если Паша решит ему рассказать? Не хочешь сама, я могу, — предложил Максим.

— Ты ему ничего не расскажешь! — напустила я строгости в голос. — А что ему может сказать Аверьянов? Что он последняя скотина, сволочь? Что бросил меня на произвол судьбы? Что он немного озабоченный? Что ему все равно с кем в койке кувыркаться? Он ни чего не скажет, потому что знает, что кроме него никто не виноват.

Брат, молча со мной согласился. Ведь Паша ничего сделать и сказать Стасу не сможет. Ведь, в той ситуации моей вины не было. Я только в одном прокололась, что не видела того, что лежало у меня прямо перед глазами.

Интересно, как мы будем реагировать, если еще и Валерия вернется? Я уже хотела обратиться с этим вопросом к Максиму, но не успела, у него зазвонил телефон. Лицо приобрело мученическое выражение, и он ответил радостным голосом. Я навострила ушки.

— Здорово, Стас.

— Макс, где Милана? — голос был обеспокоенный. — Она убежала и трубку не берет.

— Успокойся! Она дома, почувствовала себя плохо, сейчас спит, — брат не любил врать близким людям. А как я уже поняла, с Барским они успели сдружиться.

— С ней все в порядке? — забеспокоился Стас. У меня даже в груди потеплело от его беспокойства. — Может мне приехать?

Максим внимательно посмотрел на меня и вопросительно поднял брови. Я отрицательно помотала головой. Мне очень хотелось увидеть Стаса, но не сейчас, когда я в таком разобранном виде. Одними губами я прошептала послание для Стаса:

— Пусть заедет за мной завтра.

Максим прекрасно меня понял и кивнул. Ведь не первый раз так делаем, мы уже научились читать по губам. Быстро передав Стасу мое пожелание, Макс прервал разговор.

— А я уж думал, что ты от него прятаться будешь, — сказал брат.

— Макс, а что ты будешь делать, если Лера вернется? — задала я интересующий меня вопрос.

Не ожидая от меня такого каверзного вопроса, родственник впал в кратковременный ступор. Я не думала, что она вернется, просто поинтересовалась, как Максим отреагирует на подобную ситуацию.

— Она не вернется! — почти прорычал брат. — Ее здесь никто не ждет!

— Пашу тоже не ждут, но он вернулся! — снова разнервничалась я, даже с дивана вскочила. — Ты меня успокаиваешь, а сам, что делать будешь?

— Ничего, — тихо сказал брат и опустил голову.

Мне стало стыдно за свою несдержанность, ведь Максим ни в чем не виноват, особенно в том, что вернулось мое прошлое. Вот только весь вид Макса говорил о том, что он не пережил предательства.

— Максим, ты ее еще любишь? — спросила я тихо — тихо, присаживаясь рядом.

— Нет, я ее не люблю больше. Знаешь, я, когда о ней вспоминаю, мне грустно становится, а потом думаю, что придушить ее готов, если на моем пути появится.


В этот вечер мы больше не разговаривали. Мы долго сидели, прислонившись, друг к другу. Мне рядом с братом очень спокойно, надеюсь ему со мной тоже. Уснули мы тоже вместе. Только снилось мне что-то не очень понятное. Какой-то странный ангар, который наполняли представители мужского пола и шкафообразного вида.


Проснулась я от пристального разглядывания моей скромной персоны. Максим что ли пялится? Но повернувшись на другой бок, я увидела брата, который уткнулся носом в подушку и сладко посапывал. Я села и осмотрела комнату, в углу на кресле сидел Стас и не спускал с меня взгляда.

— Доброе утро! — приподняла я уголки губ. Я ведь по нему соскучилась. — Ты чего здесь делаешь?

— И тебе доброе утро, — отозвался молодой человек, вставая с кресла. — Я за тобой заехал. Ирина разрешила мне тебя разбудить. Я вошел, а тут такая умилительная картина. Вы так сладко спали, и я не осмелился вас разбудить. Как ты себя сегодня чувствуешь?

— Лучше, чем вчера, — это была полная правда. Я аккуратно встала с дивана, стараясь не разбудить Максима. — Блин, не мог у себя в комнате уснуть.

Барский подошел к дивану и помог мне перебраться через спящее тело. Парень взял меня на руки и прижал к себе. Как хорошо рядом с ним! Его запах отгоняет все ненужные мысли. А губы заставляют забыть даже собственное имя.

— Я, конечно, все понимаю, — сонно пробормотал Макс, — но я здесь вообще-то.

— Завидно? — спросил блондин, ставя меня на ноги.

— Завидно, — протянул брат и посмотрел на часы. — Ох, вы меня чего не будете? Нам вообще-то на занятия.

Максим подражая лошадке, ускакал в свою комнату, а мы обнялись и просто стояли, молча, без слов. А зачем нужны слова? Нам и в тишине хорошо. Мне уже начинает казаться, что ничего страшного не случится.

— В институт пора, — сообщил Стас, целуя меня в макушку.

— Уже собираюсь! — выскользнула я из объятий и направилась в ванну.

Быстро почистив зубы и умыв лицо, я поспешила обратно в комнату, и чуть не наступила на Рыжика. Эта наглая рыжая морда, не смотря на то, что спасла его именно я, предпочитал жить в комнате Максима. Обидно, конечно, но ничего не поделаешь.

— Рыжик, не путайся под ногами! — схватила я кота и пошла в комнату.

Животное я вручила Стасу, а сама начала одеваться. Я бы оделась намного быстрей, если бы мне не мешали. Барский, по-видимому, уже не переживал, что мы опоздаем и начал приставать.

— Стас, ну пусти! — попыталась я вырвать у него футболку, которую собиралась одеть. — Мы же опоздаем.

— По фигу! — махнул парень рукой, и со всей силы дернул за футболку, которая моментально оказалась у него в руках.

Я кинула к шкафу выуживать еще одну. Стоять в джинсах и лифчике перед блондинчиком опасно. Но стоила мне только схватить другую вещь гардероба, как белоснежный вихрь, в виде Стаса, меня сбил с ног и повалил на кровать.

Мое тело начали покрывать сотни маленьких поцелуйчиков. Не отрываясь от моих губ, Стас стянул с себя белый пиджак. Руки легко скользили по обнаженному телу, даря тысячу различных эмоций. Из головы вылетели все мысли. Первое время я пыталась сопротивляться, а потом просто не захотела этого делать.

Мои руки залезли под футболку к Стасу, какой же он горячий. Я провела пальцами по подтянутому животу. Барский выдал какой-то хрип, и он сильнее прижался к моим губам. Не теряя времени, я начала стягивать с него футболку. И я не могу понять, когда он успел стянуть мои джинсы?

От такого увлекательного занятия нас отвлек крик.

— Глаза! Пожалейте мои глаза! — заорал Макс, появляясь на пороге. — Вы что совсем @цензура@? Двери бы хоть закрыли, идиоты. Стас выметайся из комнаты, а ты, — обратился брат ко мне, — оденься! Живо!

Барский быстро надел футболку, схватил пиджак и направился на выход. Парень кинул на меня горячий взгляд, у меня даже уши покраснели. Парни вышли, оставляя меня в одиночестве. Ну, и ситуация! Полный абзац!

— Ну, и где джинсы? — я начала оглядываться по сторонам, в поисках пропавшей вещи моего гардероба.

Через пять минут я уже вышла в гостиную, немного смущенная и косясь в сторону брата. Если мне не изменяет слух (а такого быть не может, я же в музыкальной школе училась), то Максим читал какую-то лекцию Стасу.

По парням было видно, что разговор им сейчас вести, ну совсем не хочется, но надо. Поэтому спустившись незамеченной вниз, я громко проорала:

— Я готова, поехали в институт! — и, не дожидаясь никого, пошла на выход.

Когда я обулась и собиралась выйти из квартиры Макс со Стасом меня догнали. Мы, молча, спустились на лифте. Я просто чувствовала напряжение между парнями, если кинуть между ними какой либо предмет, то он зависнет в воздухе. Но вот когда Макс залез в машину к Барскому, да и при всем на мое место, я возмутилась.

— Макс, тебе чего? — уперла я руки в бока.

— Я не могу оставить тебя наедине с этим, — и брат ткнул пальцем в улыбавшегося Стаса. — Вдруг опять приставать начнет, а я этого допустить не могу.

И это мне говорит человек, который сам пристает ко всему, что движется и шевелиться? Да, ему стыдно должно быть, что он сейчас так себя ведет.

— Отлично! — заорала я, сама себе удивляясь. — Тогда вали назад!

Брат попытался что-то сказать против поездки на заднем сидении, но посмотрел на меня и покорно пересел, освобождая мне место. Небольшой заминкой воспользовался Стас, он взял меня за подбородок и притянул для поцелуя, но губе едва успели соприкоснуться.

— Я все вижу! — недовольно пробормотал Максим.

— И что? — ни сколечко не смутился блондин. — В следующий раз свечку держать будешь?

— Ты совсем @цензура@? — угрожающе спросил Макс.

— Все! Хватит! — закрыла я уши, совсем как маленький ребенок. — Максим, тебе не кажется это глупым? Мы взрослые люди! И перестать себя так вести!

Родственник обиженно засопел, Барский только улыбнулся. В машине повисла блаженная тишина. Наконец-то заглохли, а то и не знаю, что бы пришлось делать.

Я смотрела в окно, мимо проносились машины. Середина недели, все торопятся на работу и учебу, вот только когда так ярко светит солнце и зеленеют листочки, хочется совсем другого. Например, прогуляться по парку или просто побродить по улочкам.

Несмотря на все, что твориться вокруг, я была счастлива. Ну, кто будет грустить и скучать, когда его окружают любимые и любящие люди? Правильно никто. Правда ложка дегтя в моей бочке меда все-таки появилась.

Когда мы подъехали к университету, который жужжал как улей с пчелами, то я увидела пляшущую от нетерпения Машку. Чего это она такая счастливая? Мельком взглянув на брата, мне стало все ясно.

Они ходили на свидание, и, судя по сияющей морде брата, оно прошло успешно. Интересно, а их уже можно поздравить с началом отношений или еще рано?

— Привет! — сияя словно начищенный медяк, поздоровалась подруга. Ответом ей было тройной привет и нежная улыбка от моего брата. Ой, как мило Станина смущается! Не ожидала от нее такого.

Так как у нас оставалось еще немного времени до начала занятий, мы решили погреться на утреннем солнышке, тепло припекало к моей черной футболке. Мы стояли и обсуждали планы на выходные, Макс предлагал съездить куда-нибудь на природу, на шашлыки. Лично я такое предложение поддерживала полностью. Я уже тысячу лет никуда нормально не выбиралась.

Я, Стас и Макс стояли лицом к университету, перед нами стояла Маша, так что мы не сразу поняли, что за нашей спиной так напугало Станину, что девушка очень сильно побледнела и замолчала на полуслове.

Когда мы обернулись в надежде увидеть какой-нибудь кошмар, ну или приведение на крайний случай. Но вместо ожидаемого мной милого приведения Капера, мы увидели молодого мужчину в черных джинсах и белой футболке. Аверьянов, что б ты провалился в преисподнюю!

Максим дернулся в его сторону с явным намерением начистить тому довольно улыбающуюся наглую физиономию, но Машка вцепилась в него словно клещ.

— Маша, отпусти немедленно! — по слогам прорычал тот.

— Максим, успокойся, пожалуйста! — не на шутку перепугалась подруга.

— В чем дело? — не понял Стас. Он единственный из нашей развеселой компании не мог понять произошедшего, но его вопрос пропустили мимо ушей.

— Девушки, идите на занятия! — словно зверь продолжал рычать родственник.

— Максим, успокойся! — чуть ли не рыдать начала Машка.

Я же просто впала в ступор, наблюдая, как к нам медленно приближается Пашка. Его походка была вальяжной, медленной, он шел так, словно знал, что одержит победу в бою, если придется сражаться. В черных глазах светилась радость. Вот только отчего это радость я не знаю. От встречи? Сомневаюсь, что он забыл, что его никто не ждет и теплого приема он не получит.

Руки Аверьянов держал в карманах, и чем ближе он к нам приближался, тем шире становилась улыбка на его лице, и мрачнее становился Максим. А мне было страшно представить, чем может закончиться эта 'счастливая' встреча.

— Мила, я тебя прошу, зайди в университет, — прошептал Максим мне на ухо. Вот только я пошевелиться не могла. Я взгляд от Пашки оторвать не могла, словно он меня загипнотизировал.

— Привет, — подошел к нам Аверьянов и поздоровался, а голос остался таким же… нежным и обволакивающим.

Но вместо приветствия от нас, он получил смачный удар по лицу, который, не задумываясь, сделал мой брат. Стас вовремя перехватил Малинина, иначе здесь бы уже давно началась драка. Машка испуганно вцепилась в руку Максима, уговаривая успокоиться.

— Другого приема я и не ожидал, — сказал Паша, вытирая кровь с разбитой губы.

— Тогда какого хрена ты сюда приперся? Думал тебе здесь безумно рады? Да ни черта подобного! Вали отсюда пока я тебе мурло не начистил, — грозно говорил, до сих пор сдерживаемый Стасом и Машкой, Максим.

— Я просто пришел поговорить, — тихо сказал Аверьянов, потом немного подумав, добавил. — С Миланой.

Стас посмотрел на него очень удивленно, а потом поревел на побледневшую меня свой взгляд синих глаз.

— Она с тобой разговаривать не будет! Понял мудило? — в бешенстве говорил Макс.

— Я думаю, это только наше дело. Правда, Снежок? — дотронулся Паша до моей руки, которая до боли сжимала в себе сумку. — Пойдем, поговорим.

Его прикосновение и ласковое 'Снежок', которым он называл меня только тогда, когда мы начинали нежничать (когда хотел сказать, как я ему дорога и как сильно меня любит), прорвал плотину моего спокойствия, и вывело меня из ступора.

— Руки убери! — зло проговорила я. — Нам не о чем разговаривать! Пойдемте ребята.

Мы направились к дверям, только Аверьянов не собирался уступать, он никогда не уступает. Этот человек всегда держал свое слово и его слова редко расходились с делом. Наверно, только в одном случае он допустил промах — в случае со мной.

Пашка со всей силы дернул меня за руку, что я просто не смогла удержать равновесия и упала в его объятия.

— Нам надо поговорить, Снежок! — ласковым шепотом сказал Паша.

— Руки от нее свои убери, иначе я помогу тебе их лишиться! — ровным голосом сказал Стас, у меня даже мурашки целым стадом по спине побежали. Такого спокойного, холодного и одновременно грозного голоса я у него еще не слышала, и мне стало страшно.

Стас притянул меня к себе и обнял в собственническом жесте, показывая, что меня он не отдаст.

Вокруг нас собралась целая толпа, на которую мы не обращали внимания. Наверно студенты собрались посмотреть на драку, которая, по всей видимости, вот-вот должна начаться.

— А ты кто такой? — посмотрел исподлобья Аверьянов, щуря глаза. Я знала, что он так делает, когда сильно злится.

— Я? Вообще-то я парень Милы, а вот кто ты? — настойчиво спросил Барский.

— Ты меня не знаешь? — насмешливо спросил Паша. — Разве Снежок, то есть Мила не рассказывала? Я первый парень Миланы и по совместительству первая любовь.

Рука на моей талии напряглась, хотя не только рука, весь Стас находился в напряжении, словно натянутая тетива. Студенты, услышав такую новость, оживленно зашептались.

— Приперся, козел? — раздался за нашими спинами грозный голос Дениса. — Я бы тебе врезал, да смотрю, меня опередили.

— А ты до сих пор около нее крутишься? — не без подколки сказал Аверьянов. Я даже поморщилась от его ехидного голоса.

— Кручусь, — не стал отрицать Денис. — А вот тебе здесь делать не чего, ты свое счастье потерял.

— Это ты счастья никогда не имел, а я ничего не терял. Все что я считаю своим, всегда будет при мне. Понял? Так что не лезь, неудачник! — грозно сказал Паша.

Это он меня своей считает? Вот, только ты парень ошибся, я не вещь и сама буду решать, чья я девушка. Меня как куклу с рук на руки передать нельзя!

Королев посмотрел на нас изучающим взглядом и остановился на мне, сильно прижимающийся к Стасу. Пока Денис смотрел на меня, выражение его лица менялось. Потом парень просто развернулся, и ударил очень сильным ударом Паше под дых.

— Не удержался, — хмыкнул Дэн, наблюдая, как Пашка согнулся.

— Ты, козел, поплатишься за это! — хрипел Паша.

— И что? — ничуть не испугался Дэн. — Зато мне сейчас полегчало!

Максим попросил Пашу больше не появляться нам на глаза. Машка и Дэн согласно кивнули. Стасу, наверно не терпелось пообщаться с Павлом, а я пошевелиться не могла.

— Сделай одолжение, исчезни так, как четыре с половиной года назад, — сделал Макс акцент на время. — Тебе здесь все равно ничего не светит!

— Ну, это мы еще посмотрим! — слишком самонадеянно отозвался Паша, не отводя от меня изучающего взгляда. — Ты похорошела! Еще лучше стала, хотя я думал, что лучше быть не может.

— Пошел отсюда! — угрожающе надвинулся на него родственник.

Аверьянов удалился, но перед этим подмигнул мне и послал воздушный поцелуй. Вот же… я даже не знаю, что сказать. Это значит, он вернется? Он никогда не оставит меня в покое? Я прекрасно понимаю, что вернулся он не просто так. Он вернулся за тем, что считает своим — он меня своей считает. И даже столь долгое время ничего не изменило. Я знаю, Паша не отступит до тех пор, пока он не добьется своей цели или эта цель ему уже будет не нужна. Вот, только проблема в том, что эта самая цель ему становится не нужна, только тогда, когда он ее получит.

— Как ты? — обеспокоенно спросила Маша, подходя близко-близко. Я видела, что ей очень хотелось меня обнять, но из-за того, что Стас прижимал меня к себе, этого девушка сделать не могла.

— Нормально, — тихо отозвалась я, понимая, что способность здраво мыслить вновь вернулась ко мне.

Тем временем Максим и Денис, спасибо им большое, разгоняли публику. Студенты, конечно, уходили, но с большим сожалением. Им всем не хотелось такую веселую площадку. Они, что думают, продолжение будет? Такого вы больше не увидите, Пашка слишком умен, он придумает другой способ со мной встретиться. В этом я совершенно уверена. Вот только остается вопрос, неужели я снова попаду на его крючок?

— Мил, — тихо, что бы слышала только я, обратился ко мне Стас, — ты понимаешь, что нам просто необходимо поговорить?

— Понимаю, — хмуро посмотрела я на парня. Я понимала, что рассказать все-таки придется, вот только не рассчитывала, что это придется делать намного раньше. — Стас, только я тебя прошу, давай немного позже.

— Не думай, что я забуду! — строго проговорил блондин, разглядывая зеленеющие деревья.

Ну, и ситуация! Как быть? Что делать? Сейчас я нахожусь в смятении. Моя душа просто рвется на части, но я понимала, что мне нужно сделать…

В том, что Аверьянов не представляет для меня опасности, я была уверена — слишком хорошо я его знаю. И даже четыре года, его нисколько не изменили. Но все, же небольшие опасения на его счет у меня имелись.

— Пойдемте в университет, — подал голос Барский. — В кафе посидим, я так понимаю, что у вас тоже нет желания идти на занятия.

Наша небольшая компания согласилась со Стасом и направилась к зданию. Всю дорогу мы сохраняли молчание, только блондин постоянно сопел, и я его понимала. Ведь Стас единственный, кто не знает в чем дело.

— Я не дам тебя в обиду! — уверенно произнес парень мне на ухо и поцеловал в висок.

— Я знаю.

Только за Стаса я переживала больше чем за себя. Мало ли, что Пашке в голову взбредет.

Вы вошли в пустующее кафе, все студенты уже были на занятиях. Все кроме нее. Ира Григорьева сидела в самом углу кафе и загадочно улыбалась своим мыслям. Она видела, что творилось на улице, я заметила ее в толпе студентов, напоминающих в тот момент улей с пчелами. Тогда на ее лице было просто не передаваемое выражение: смесь злорадства, радости и опять же загадочная улыбка. Что эта девушка задумала, я не знала, но была уверена, что задумала.

Мы со Стасом сели в уголок подальше от остальных, которые старались себя вести себя, как ни в чем не бывало, и обсуждали поездку за город. Макс предлагал ехать с ночевкой и палатками, остальные его поддерживали. Ребята обсуждали различные детали, типа того, что надо взять и кого еще позвать, но изредка косились на нас, не принимающих участия в общей беседе.

А мы продолжали молчать. Барский так крепко прижимал меня к себе, что я начала опасаться за свое здоровье.

— Почему Снежок? — поинтересовался молодой человек.

— Стас, пожалуйста… — начала, было, я, но меня перебили.

— Я не буду тебя сейчас пытать расспросами о прошлом, я просто хочу узнать, почему Снежок! — раздраженно проговорил он, делая акцент на словах 'сейчас' и 'хочу'

Я устало прикрыла глаза.

* * *

Зима, холодно! Зачем меня Пашка в такую погоду гулять повел, я не знаю.

— Милка, давай шевелись! Если будешь двигаться, то не замерзнешь! — орал Аверьянов, убежав от меня на несколько метров вперед.

— Пашенька, может домой, а? — предложила я.

— Нет, моя милая! Мы сейчас с тобой будем лепить снеговика! — радостно изрек парень и кинул в меня снежком. Когда снаряд достигнул цели, молодой человек счастливо рассмеялся.

— Ну, погоди! — заорала, набирая снега для своего снаряда.

Молодой человек пытался от меня прятаться за деревьями, но его черная курка на фоне снега была мне прекрасна видна. Поэтому попадала я в него часто. Для меня маскировка совершенно не составляла проблем. Одета я была в белые болоньевые штаны и белую куртку. Ботинки и шапка тоже были белыми. Единственным черным пятном были мои волосы, которые постоянно выбивались из-под шапки.

Я сама не поняла, как потеряла Аверьянова из вида, вроде только что был рядом, а потом я моргнула и он исчез. Я начала аккуратно осматриваться, а потоп получила снежком по попе. Прохожие, наблюдая за нашим ребячеством — улыбались. Проходящие мимо меня парни показали мне в сторону, откуда прилетел снаряд. Когда я посмотрела в ту сторону, на меня обрушился град из снежков и дикий ржачь, по-другому назвать было нельзя.

Я быстро спряталась за первое попавшиеся дерево, но оно было слишком тонким, поэтому место дислокации пришлось менять. Я быстро побежала за другое дерево и в лучших традициях жанра наткнулась на спину Пашки, на которую моментально и запрыгнула.

— Покатай меня большая черепашка! — радостно прокричала я. Мне было так жарко, хоть куртку снимай.

Вот только молодой человек черепашкой быть не захотел, он просто упал на снег, а я, визжа, полетела вслед за возлюбленным.

— Милка, ты как Снежок! — сообщим мне Павел, когда отряхивал меня от снега. Сама я сидела на пятой точку, и шевелиться не желала. Мои глаза закрылись, и я не могла их открыть от обилия снега на ресницах.

— Почему Снежок? — с любопытством поинтересовалась я.

— Ты вся такая белая и пушистая, — весело сообщил Паша, только потом его голос стал тихим и серьезным. — Ты такая хрупкая, как снежинки, и я ужасно боюсь, что ты растаешь, и я тебя не увижу.

— Паш, ты чего? — напугалась грусти в голосе парня.

— Мне кажется, что я тебя потеряю. Что ты растаешь так же как и этот снег. Вот только через год он снова выпадет, а тебя вернуть я буду не в силах.

— Не говори ерунды! — строго сказала я. Мне не нравились все эти разговоры про потери. — Все у нас будет хорошо! Я буду рядом!

С тех пор Аверьянов называл меня Снежком в те моменты, когда на него находила какая-то меланхолия. А через два месяца он исчез из моей жизни.

* * *

Все-таки на природу мы решили ехать с ночевкой, но для начала необходимо достаточное количество народа. Впятером же мы не поедем.

Все вопросы по организации поездки взяли на себя Максим и Денис. Машка тоже хотела помочь, но ее вежливо попросили не мешаться под ногами. Она, конечно, подулась немного для приличия, а потом все-таки заявила, что напишет список продуктов, так как 'мужики в этих делах совершенно ничего не секут!'

Ребята согласились, и вручили Станиной лист и ручку, пробурчав что-то типа 'на, пиши, хоть к нам лезть не будешь'. Но Машка была доброй души человек, поэтому ехидно улыбнулась и принялась за список, составляя в уме план месте.

Когда она мне рассказывала об этом, на моем лице расцвела улыбка. Впервые за сегодня после встречи с Пашей. Стас поле моего небольшого рассказа, стал задумчив и угрюм как никогда, но прижимать он меня к себе не переставал. Спасибо ему за это!

— Стас, Мил, а вы вложите свою лепту? — интересовался Максим. Брат пытался делать вид, что ничего не произошло. Только меня напускным спокойствием не обманешь, я чувствовала, что буря в его груди набирает обороты, и как только эта буря достигнет пика своего развития, Макс взорвется. Мне уже жаль того человека, на которого родственник может обрушить гнев. Бешенный Малинин Максим — это что-то с чем-то. Но я искренне надеюсь, что взрыва чувств не случится.

— А мы как большинство, — просто сказал Барский. Его эта поездка вообще, по-моему, не волновала. Да и не его одного. Мы туда собираемся, что бы просто отвлечься от проблем.

— Ну, смотрите. Претензии потом не принимаются.

Блондин согласно кивнул и уткнулся носом мне в макушку.

— Может, уйдем? — жарко зашептал мне в ухо парень. У меня даже мурашки по телу прошли.

Я согласна кивнула, и мы синхронно поднялись. Остальные не обращали на нас никакого внимания, только Машка посмотрела нам в след и закусила губу. Она волновалась за меня, и я это знала.

— Куда пойдем? — взяла я молодого человека под руку.

— Мы еще квартиру не посмотрели. Может туда? — лукаво сощурил глаза Стас.

Это предложение родило во мне бурю чувств, и я поняла, что не готова пока жить с ним. В голове вертелся вопрос, а люблю ли я его? Я боялась сама себе на него ответить, слишком много на него навалилось.

Для того, что бы переехать к Барскому, мне придется разобраться с Пашкой. Вот только, сколько времени это может занять, я не знаю. Для начала надо успокоиться, а только потом решать проблемы, хотя у меня появляются смутные сомнения, что успокоиться я все же не смогу — слишком больная это для меня тема.

С Аверьяновым надо поговорить и узнать, что же этот тип хочет от меня. Вот только как его найти? Потом я дала себе мысленный подзатыльник, он скоро сам меня найдет и к этому времени нужно подготовиться…

— Мил? — вопросительно поднял светлую бровь Стас, обеспокоенный моим затянувшимся молчанием.

— Что? — вновь вернулась я в реальность.

— Так, что насчет квартиры?

— Стас, понимаешь… я… я пока не могу переехать к тебе… — с трудом выговорила я.

— Все из-за него, да? — быстро понял, что к чему молодой человек.

— Прости, просто я не готова. — Робко произнесла я.

Мне не хотелось его обижать, но я чувствовала, что не готова. Аверьянов здесь не причем, он просто дал мне это понять. Я не могу сейчас броситься в омут с головой. Моя голова мне нужна свежая, и способная здраво мыслить.

— Ты его любишь, да? — обреченно спросил Барский.

— Стас! — я кинулась ему на шею и уткнулась носом в грудь, в которой бешено, стучало сердце, и слышалось тяжелое дыхание.

Сначала блондин меня обнял, но быстро справился с собой и отлепил от себя липучку в виде меня.

— Это значит, любишь? — зло спросил парень. — Милана, не мучай меня!

— Не люблю, — и снова кинулась на шею.

На этот раз парень не стал меня отталкивать, а просто взял в кольцо своих нежных рук и уткнулся носом мне в макушку. Мы молчали. Да и сказать была не чего. Глупая ситуация! Осталось только верить, что все быстро закончится т я смогу, наконец, вдохнуть полной грудью.

— Я люблю тебя, — услышала я едва слышный шепот, и сердце кровью облилось. Мне хотелось, что и я его люблю, сказать, что кроме него мне ни кто не нужен. Что я останусь с ним навсегда, но я не знаю почему, сказать все это я не могла.

— Стас, милый, не дави на меня! Я обещаю, что скоро все станет на свои места, — говорила я, не поднимая головы. Мне было просто напросто стыдно смотреть ему в глаза.

— Я верю, — проскользнула в его голосе неуверенность.

Разрази меня гром, пусть трамвай переедет или дерево на меня упадет! Как же я не хочу ни кому причинять боль. Как бы я наивно хотела, что бы все были счастливы. Уж, я-то знаю каково жить в ожидании чуда, как тяжело когда опускаются руки.

Я даже не знаю, сколько мы стояли около стен родного учебного заведения, но кажется, что много.

— Вы еще здесь? Мы думали вы уже давно уехали, — раздался голос позади нас.

— Мы улетели, — сообщил Барский Машке и Максиму, которые и вернули нас в реальность. — А вы уже все решили?

— Нет, не все, — поднял голову к небу брат, которое радовало нас лазурной чистотой, и только на самом краешке неба виднелись небольшие перья-облака. — Мы с Марией решили сходить в кафе. Составите нам компанию?

— Составим! — слишком громко сказала я, видя, что Стасу не хочется никуда идти. Мне казалось, что собирается меня повести к себе на квартиру, но я дико боялась оставаться с ним наедине. Боялась я, конечно, не самого парня, а боялась его вопросов, реакции, мне было страшно отвечать на вопросы, а вдруг дурь какая-нибудь вырвется.

Сама для себя решила, что не буду переезжать или признаваться в любви до тех пор, пока… я не знаю до каких пор. Эта мысль заставила меня покраснеть. Максим и Машка смотрели на меня и тяжело вздыхали, кажется, они оба прекрасно чувствовали мои страхи. И как можно его не почувствовать, когда это чувство просто витает у меня над головой и сидит внутри меня одновременно, раздирая своими длинными когтями мои жизненно-важные органы.

Я покачнулась, готовая провалиться в черноте, беспомощности и злости, но крепкие и надежные руки Барского прижали меня к себе.

— С тобой все в порядке? — сором спросили у меня. Брат и подруга в одно мгновенье оказались около меня.

— Да! — всхлипнула и заплакала.

Я не знаю почему. У меня не было причины, мне просто хотелось плакать. Из груди вырывались хриплые звуки, а из горла дикий вой. Перед глазами стояла пелена, скрывающая от меня окружающий меня мир. Меня пытались успокоить, но ничего не получалось. Как обычно бывает, когда тебя жалеют — плакать хочется еще больше. Я ненавидела в этот момент себя, весь мир, этого проклятого Аверьянова. Я злилась на Стаса, на Машку и даже на брата. Вот только они ни в чем не виноваты. Это все вина… а чья это вина? Моя? Пашина? А может, виновата Лера? Или Максим?

— Милка, что с тобой? — обеспокоился Максим. — Стас, давай ее в машину!

И блондин взял меня на руки и понес в сторону стоянки, тихо говоря слова успокоения, которые в принципе на меня совершенно не действовали. Когда мы все оказались в машине: Макс за рулем, Станина рядом с ним, а мы со Стасом сзади. По-моему, я уже всю футболку ему испортила своими слезами.

Малинин, не говоря ни слова, завел машину и отъехал с территории университета.

— Выйдите, пожалуйста! — попросила подруга, тоном, не терпящим отказа, когда мы остановились не далеко от парка.

Парни поморщились, но перечить не стали. Они быстро покинули салон, а блондин это сделал с огромной неохотой. Подруга сразу же пересела ко мне. Она не говорила ни слова, не пыталась меня успокоить, а просто смотрела. В глазах ее было бушующее пламя — вот тебе и Машка пацифистка. Вот только когда я услышала ее голос: сухой, грозный, я поняла, что это не совсем та Мария Станина, которую я знала.

— Ну, и чего слюни-соли развела? — совершенно без сочувствия произнесла девушка.

— Маааш, мне страшно! — пропищала я под грозным взглядом серых глаз подруги.

— Страшно? Мила, вот объясни, чего ты боишься? Вот лично я не понимаю! Ну, приехал он, и что дальше? Что дальше, я тебя спрашиваю? — практически орала девушка, даже парни забеспокоились.

— В чем дело? — заглянул брат, озабочено смотря на нас.

— Не лезь! — рыкнула на него девушка. Это братца очень озадачило.

Пока он не успел скрыться, я попросила, что бы он купил сигарет, он хотел возмутиться, но все, же осекся, посмотрев на нас.

— Давай говори! — нажала на меня Станина.

— Что говорить, Маша?

— Все! — заорала она. — Говори все! Что не разлюбила ты его? Еще скажи, что вернуться к нему захотела, да?

— Нет, я не хочу вернуться к нему! — твердо сказала.

— Тогда, извини, какого @цензура@ ты ведешь себя так? Мила, я не понимаю. Ладно, соглашусь это, и для меня было шоком, но почему ты так реагируешь, м? Ты после каждой встрече будешь реветь, да? А если он навсегда вернулся, ты так и будешь избегать разговоров со Стасом? — как же зла была моя подруга!

— Маша, я пока не могу рассказать ему, — прикурила я, только что принесенные сигареты заботливым Максимом.

— А почему? — сощурилась она. — А ты вообще дальше с ним встречаться планируешь? Или так и будешь бояться? Очнись, Милана! Почти пять лет прошло! Предложил тебе Барский переехать — ты же согласилась, а как Аверьянова этого мудака увидела и уже не хочешь! В чем дело?

— Маша, ты не понимаешь! — решительно заявила я, дальше мне продолжить не дали.

— Это ты не понимаешь! Что же изменилось? Блондинчик просто так нравиться перестал? Или дай-ка, я угадаю, ты Пашу уже виноватым не считаешь? Что изменилось за сутки? Только не говори, что много. Ничего измениться не могло! Либо тебе нужен Стас или нет.

— Маша… — жалостно протянула я, понимая, что Маша права, только признать я этого не могла.

— Что Маша? Что Маша? Очнись, милая! Тебе время нужно? Так у тебя его до хрена было! Если бы это чмо приехало, а ты беременная ходила? Что, аборт пошла бы делать, что бы подумать?

— Маш, не говори ерунды!

— Тогда прекращай вести себя, как дура! — не осталась в долгу девушка. — Ты сама мне сказала, что Стасика любишь! В чем сейчас проблема?

— Ты Пашу плохо знаешь, — мрачно заверила я.

— За то я тебя хорошо знаю! Если ты и дальше будешь вести себя таким образом: пускать слезы и бояться, встречи с Пашенькой, то Стаса можешь потерять! Своим поведением ты даешь шанс Аверьянову и урезаешь шансы Барского, — все это девушка просто прокричала мне в лицо, а потом нормальным тоном сказала. — Я не хочу жалеть тебя, и тебе этого делать не советую, а то раскиснешь еще больше.

Станина больше ничего не сказала, я тоже сохраняла тишину. Снаружи раздавались раздраженные голоса. Макс со Стасом ругаются? Я посмотрела на Машку и, подвинувшись к ней, сильно обняла.

— Задушишь!

— Прости, — разжала я свои объятия.

— Запомни, Мила, жизнь должна продолжаться. Ты должна идти вперед, а не топтаться на месте и уж тем более не поворачивать назад, — после этих слов Машка просто взяла и вышла из машины.

Я была немного шокирована поведением подруги, но зная ее, я могла предложить, что сделала это она не просто так.

— Как ты? — залез Барский в машину.

— Нормально, — буркнула я, — а где…

— Ушли, — сказал он и завел машину.

Что сегодня за день такой? Машка со мной общаться больше не захотела, этот тоже сидит и молчит. В чем дело? Мы проезжали парк, в котором уже было многолюдно. Если бы у меня не было такого паршивого настроения, я бы с большим удовольствием тоже погуляла. Мороженого хочется…

— Мы куда?

— Я везу тебя домой, — совершенно без эмоций сказал молодой человек.

Что с тобой Стасик? Почему ты так со мной? Я понимаю, что веду себя не очень хорошо, но ты, же должен меня понять. Я наклонилась к водительскому сидению и положила подбородок ему на плечо. Вдохнула аромат одеколона и спросила.

— В чем дело, Стас?

— Мы приехали! — резко затормозила машина около моего дома.

— Я тебя спрашиваю! — немного разозлилась я. Что с ними со всеми?

— А, что не так, Милана? Ты попросила время? Я даю тебе время. Что ты хочешь? Ты хочешь, что бы я вел себя нормально? А как я должен себя вести? Ты не рассказываешь мне правду, я ничего не знаю! — говорил взахлеб Барский. — Ты сама сначала определись, чего ты хочешь! Мил, я ведь так не могу! Мне ты нужна! И нужна целиком! Я подожду, пока ты найдешь силы рассказать мне о прошлом.

— Стас….пожалуйста! — он проделывает со мной-то же, что и Машка. Сговорились?

— Извини, я спешу, — сказал он, даже в мою сторону не повернулся.

Я вышла из машины и, не оглядываясь, пошла к дому. Он еще стоит? Чего он ждет? Только когда я скрылась в подъезде, то услышала визг шин. Уехал! Он уехал! Вот и дождалась! Что мне делать? Как быть? Внутри меня поднималась буря, которая вот-вот выйдет наружу.

Я нетерпеливо постукивала ногой, пока лифт поднимал меня на нужный этаж. В гостиной послышались голоса. Кого там еще нелегкая принесла? Как оказалось это были Маша и Максим. Оба сразу замолкли, когда увидели меня. Макс уже открыл рот для того что бы что-то сказать, но я не обращая на них внимания прошла к лестнице, ведущей на второй этаж. Он даже хотел зайти в мою комнату, но ему помешала закрывающаяся перед носом дверь.

Не хочу сегодня больше никого видеть! Сдохнуть хочу! Как же мне плохо! Меня разрывало на части. На меня давила реальность, словно я находилась под прессом. Мне казалось, что на плечи легла непосильная для меня ноша. Далеко унести я ее не смогу, она вообще не дает сдвинуться с места.

Под тяжестью вины, боли и печали я упала на диван. Мои глаза стали мокрыми. Маленькие капельки покатились по моим щекам на подушку. Я не знала, почему я так себя веду, я не понимала действительность. От самокопания меня отвлек звук телефона. Я по наивности думала, что это Стас, мне ведь так не хватало его, но я ошиблась. Открыв сообщения, я увидела незнакомый номер и сообщение, гласившее.

'Я вернулся за тобой!'

Я прочитала смс, и рука, зажатая с телефоном, безвольно опустилась. Надо мной появились черные тучи с громом и молнией. Даже отчетливо слышались звуки грозы. Мне не нужно было долго думать, что бы понять, кто вернулся за мной. Рука с силой сжала телефон с такой силой, что средство связи с трудом выдерживало. Он вернулся? Вот только кто его просил? Он вернулся за мной? Три раза ха!

Телефон с оглушительной скоростью полетел в стену, разлетевшись на несколько частей, стоило мне только вспомнить тот ужасный вечер. Вернулся он? Да пусть катиться туда, откуда прискакал. Почему из-за него я должна рушить свою жизнь? Следом за телефоном полетел в стену цифровой фотоаппарат, так неудачно расположившийся ряжом.

В дверь громко постучали, видимо напуганные шумом в моей комнате. Ответом им была ваза, брошенная в сторону двери. Вот же скотина! И что он думает, что я ему на шею брошусь? Да не дождется!

— Мила, у тебя все в порядке? — послышался обеспокоенный голос брата.

Да пошли вы все! Я видеть никого не хочу! Как я устала! Может на меня потолок обрушится и избавит меня от всех проблем.

Может для кого-то это покажется глупым и не своевременным, но мне так хочется тихого спокойного семейного счастья. Мне нужны бурные отношения, я хочу просто быть счастлива с любимым человеком. Неужели, я о многом прошу? О простом человеческом счастье.

— Милана, открой немедленно! — снова раздался голос брата, приглушенный дверью.

Отвечать я ничего не стала, а направилась к шкафу. Выудила из его глубин короткое красное шелковое платье с открытыми плечами и ключицами. Сумку и туфли я выбрала в тон к платью. Сегодня я буду развлекаться! И плевать я на всех хотела.

Я наводила вечерний макияж под методичное постукивание в дверь. Вот я не понимаю, если вам никто не открывает — значит, не хотят видеть. Это как в старом добром анекдоте 'раз молчит — значит, картошка' через полчаса я была готова: одета, накрашена — ну просто красавица! Телефон я брать не стала. А смысл? Разговаривать я все равно ни с кем не собираюсь. Да и он, по-моему, не работает после моего замечательного удара. Веселиться буду на полную катушку! Покрутившись перед зеркалом, я пришла к выводу, что чудо, как хороша!

Когда я вышла из своей комнаты, попытки Марией и Максимом проникнуть в мою комнату закончились, они сидели на диване и о чем-то оживленно спорили, увидев меня при всем параде, эти голубки замолчали и с огромным интересом уставились на меня. Я, не обращая на них совершенно никакого внимания, направилась на выход.

— Ты куда? — моментально вскочил родственник и, оглядев меня, добавил очень возмущенно. — В таком-то виде!

— Развлекаться! — бросила я через плечо, не оборачиваясь.

— С кем? — продолжал допрос брат с недовольным лицом.

— Одна. А что такое? — невинно похлопала я ресницами. Машка сидела немного ошарашенная моим поведением, будто и не я совсем недавно убивалась.

— Ты в таком виде никуда не пойдешь! — заявил брат.

— Почему? Чем тебе мое платье не нравится? — поглядела я вниз. Чересчур, короткое? Стоит заметить, что некоторые еще короче носят. И ничего никто не помер пока.

— Вообще-то у тебя парень есть! — сказала Станина глухо. — Не думаю, что Стас одобрит твои ночные похождения в таком виде.

— Стас? — немного задумалась я. — Это который? Случайно не тот, который меня сегодня из машины практически выгнал? Или тот, который бросил меня в трудной ситуации?

— Мила! — попыталась возмутиться Маша.

— Что? Я вас совершенно ни в чем не обвиняю, — честно сказала я. — Просто мне нужно развеяться, чем в принципе я и собираюсь заняться. В чем проблема?

— А Паша? — неуверенно сказал брат и потупил взгляд. Кажется, ему очень нравится рассматривать ворс ковра.

— А что Паша? — бросила я взгляд на хмурую подругу. — Вы же считаете, что ничего особенного не случилось. Так, что если он снова объявится и утащит меня куда-нибудь себе в берлогу, то не волнуйтесь сильно. Он ничего плохого мне не сделает, просто увезет подальше от вас — ведь Аверьянов приехал за мной.

— С чего ты взяла? — напрягся Малинин, а Станина просто побледнела.

— Он сам так сказал, — легкомысленно пожала я плечами.

— Что? Когда? — вскочила Машка.

— Сегодня. Он мне сообщение прислал, — отозвалась я. — Ладно мне уже пора.

— Дай посмотреть сообщение, — не мог отвязаться от меня брат.

— Не могу, я телефон разбила. Но если тебе очень интересно, ты можешь вставить сим-карту к себе в телефон и посмотреть, — предложила я.

— Ты без телефона идешь? — возмутился брат. Да что это такое, а? Они меня еще долго терроризировать будут? Я вообще-то уходить собралась, если вы не заметили. — А если нам с тобой связаться надо будет?

— До утра подождете, — все-таки решила я больше не отвлекаться на их вопросы и вышла из гостиной.


Сначала я раздумывала, на чем поехать: на такси или на машине. Но все, же решила на такси, ну, мало ли, я напиться с горя решусь.

Поймав машину на первом перекрестке, я попросила отвезти меня в рок-бар. Почему именно туда я не знала. Просто это место первое, что пришло мне на ум. Водитель посмотрел на меня в зеркало, но промолчал. Ну, да в таком виде только в рок-бар и идти. Рок, я в принципе люблю и с большим удовольствием его послушаю.

Машина быстро везла нас по полупустым дорогам. Я смотрела в окно на мимо проплывающие деревья и фонари, которые сливались в сплошное пятно. Водитель постоянно на меня оборачивался. Мне от его пристального внимания даже стало немного не по себе. Только через несколько минут я поняла, что смотрел он не на меня, а на машины, которые были позади нас.

— Девушка, будьте аккуратны, — сказал мужчина, когда я с ним расплачивалась.

— Что, простите? — не поняла я его.

— Мне кажется, что за вами следят, — вежливо сказал водитель. — Так, что будьте осторожны.

— Кто следит? — напугалась я.

— Черный джип стоит на повороте, — пояснил шофер. — Ехала за нами от самого вашего дома.

— Спасибо, я учту, — вылезла из автомобиля и осмотрелась по сторонам.

Недалеко от меня действительно находился черный джип с хорошей тонировкой. Вот только выходить оттуда никто не спешил. Мне стало совсем не уютно. Кто может за мной следить? Может водителю показалось? Ну, мало ли кто, откуда ехал, может сидящие в машине тоже хотели сходить в бар. Настораживало только то, что пассажиры не выходят. Я подошла к входу и решила покурить, прежде чем заходить вовнутрь. Из бара доносились грохочущие раскаты рока и надрывный голос певца.

Дверь машины открылась, и из нее вышел огромный бугай и пристально уставился в мою сторону, мне стало так жутко, что бросив сигарету, я поспешила спрятаться под крышей бара.

* * *

То, что за девушкой следили, мужчина-водитель не сомневался. Десять лет работы в детективном агентстве дали о себе знать. Только последствия одного его заказа, а именно гибель его семьи, заставило мужчину бросить любимую работу.

Девушку в ярком красном платье он увидел издалека, так же, как и тихо едущую за ней черный джип. Сначала водитель не придал такому факту большого значения, но когда машина следовала за ними по пятам, мужчина напрягся. Перестроившись пару раз, он окончательно убедился, что за девушкой следят.

Не смотря на яркий и вызывающий наряд, пассажирка ему понравилась, слишком уж грустно и как-то побито смотрели на мир ее синие глаза. Такой взгляд ему приходилось видеть, например, смотря в зеркало после потери жены и маленькой дочки. Девушку он решил предупредить, что бы она была осторожнее, мало ли что у пассажиров черного джипа может быть на уме, ведь у этой девушки наверняка есть те, кто ее ждет и любит, а мужчина не хотел, что бы кто-то, как и он испытал боль потери…

* * *

Саша Ткачев сегодня решил провести вечер с одноклассниками. Шумная компания из десяти молодых людей успели побывать в центральном городском парке, кафе и даже в клубе.

Вся эта пьяная толпа в конечном итоге решила посетить популярный рок бар, в котором должна выступать группа, где играл брат одного из одноклассников Саши. Охрану молодые люди преодолели без труда. Стоило только Ивану, именно так звали парня, чей брат будет сегодня выступать, позвонить родственнику, дабы тот их встретил.

Выпив еще пару бокалов пива, кто-то из молодых людей предложил найти себе спутниц на сегодняшний вечер. Саша, который поддержал эту идею с большим удовольствием, обвел замутненными глазами помещение бара и наткнулся на красивую девушку в ярко-красном коротеньком платье. Ткачеву стоило большого труда узнать в этой представительнице прекрасного пола, девушку своего однокурсника, ну и сестру другого.

В груди парня появилось непонятно откуда взявшееся тепло. То, что Малинина ему нравилась, отрицать было глупо. Да и нравилась он не только ему. Как-то на первом курсе Саша даже предпринят отчаянную попытку пригласить девушку на свидание, но был любезно отшит, так, же как и десятки других потенциальных кавалеров.

То, что Милана находилась здесь одна, Саше это совершенно не понравилось. Не такая она девушка, что бы посещать такие места в одиночестве, да и взгляд Милы был грустным. Молодому человеку на миг даже показалось, что такие глаза должны быть у Русалочки сразу после того, как ей сообщили, что она превратиться в пену.

Руки девушки, державшие бокал с рубиново — красным вином, слегка подрагивали, да и грустные и очень испуганные синие глаза постоянно косились на столик, за которым сидели огромного телосложения два амбала. Понаблюдав немного за мужчинами, Ткачев заметил, что они следят за каждым движением девушки.

Немного пораскинув мозгами, а это Саше давалось с большим трудом — он понял, что Мила их боится. А мужики на фанатов рока не смахивают — больше на любителей тюремного шансона.

Ткачев всегда был умным парнем поэтому, недолго раздумывая, решил позвонить, что бы Милану отсюда забрали. Встал вопрос, куму стоит позвонить? Максиму — брату Милы, который обожает свою сестру до безумия, и ведь это не мудрено — они же двойняшки. Хотя иногда забота брата часто походила на заботу ненормальной мамочки. Или Барскому, который по уши влюблен в девушку.

Подумав, что Станислав не одобрил бы поход возлюбленной в такое место — вывод напрашивался один, они поругались. Поэтому недолго думая, Александр вытащил телефон и позвонил Максу.

— Алло, Макс, привет, — Поздоровался Саша и решил сразу перейти к делу. — Тут твоя сестренка в рок баре тусуется. А за ней какие-то шкафы наблюдают.

— В каком баре? — Мигом напрягся Максим, который после ухода сестры места себе найти не мог, и даже присутствие рядом Маши, девушка, которая ему безумно нравилась, не помогало успокоиться.

Саша послушно назвал адрес и название бара, Малинин быстро отключился.

* * *

Стас сегодня находился в ужасном состоянии. А как хорошо день начинался! Молодой человек до сих пор чувствовал вкус губ Миланы, такие сладкие и похожие на малинку. Тепло ее нежной кожи под своими руками. Станислав со всей силы ударил кулаком об стену, ведь говорят, что боль физическая притупляет душевную.

Ведь с Милой он поступил сегодня не просто так, а хотел, что бы девушка разобралась в себе. Ему не хотелось оставлять любимую, хотелось сжать ее в объятиях и никуда не отпускать. Если бы она попросила остаться с ней, сказала, что она его любит, он бы все ради нее сделал — даже о прошлом не стал бы спрашивать. Но Милана этого не говорила, и от этого становилось еще больнее.

— Макс, а кто это был? — спрашивал Барский, стоя около машины и дожидаясь, когда Маша поговорит с Милой.

— Бывший парень Миланы, — нервно отозвался Максим, который такому повороту событий был совершенно не рад.

— Это я понял — не дурак! — разозлился Станислав. У парня было такое ощущение, что все кроме него в курсе дел.

— Тогда зачем спрашиваешь? — Максим пнул переднее колесо машины.

— Почему вы так на него отреагировали? — Стасу очень хотелось знать правду.

— Если Милка посчитает нужным, она все тебе расскажет. Прости, Стас, я не могу тебе ничего сказать, — после этих слов Малинин удалился прогуляться по парку.

Стас проводил фигуру друга. Как же его раздражала эта ситуация! Приперся какой-то козел, и на Милку права пытается заявить. Вокруг была полная тишина, только из машины доносился, недовольный голос одногруппницы Стаса. Станина Мария всегда спокойная и уравновешенная — сейчас просто гневно кричала. Станислав невольно начал прислушиваться к голосам и то, что он слышал, его совершенно не радовало.

Неужели она все еще любит это Пашу? Такая мысль не доставила молодому человеку радости. Чем больше он слышал, тем сильнее мрачнел. Ну, как так? Стас не хотел, мучит девушку расспросами и ревностью, он не хотел давить на нее и не хотел заставлять выбирать. Пусть подумает. Ведь когда они разговаривали у него дома, он сам сказал Малининой, что примет ее выбор не смотря не на что. Вот только тогда он говорил так, потому что был уверен — Милана его не оставит. А что делать сейчас? Сложить руки и признать проигрыш? Ведь он не мог вот так просто — взять и отпустить любимую. Ведь за нее нужно бороться, и он будет бороться!

Барский продолжал метаться по квартире, в которую хотел привести Милу, как хозяйку. Парень сел на диван и взъерошил светло-русые волосы, так, что пара прядей упало на лицо. Его мучил вопрос, что там делает его малышка, но Станислав не мог ей позвонить, а вот Максу…

— Макс, как там Милка? — задал интересующий вопрос Стас.

— Не знаю, Стас, — обеспокоенно ответил Малинин. — Она ушла.

— Куда? — вскочил с кровати блондин, в душе которого разразился вулкан ревности. Почему-то молодому человеку на мгновенье показалось, что его девочка сбежала к Паше.

— Сказала, что хочет расслабиться. И телефон разбила, я не могу до нее дозвониться, а тут еще сообщение… — Максим осекся на полуслове.

— Какое сообщение? — грозно спросил Барский. — Макс, давай говори!

И Максим сказал, точнее процитировал. Они с Машей вставили симку в другой телефон и прочитали сообщение. Машку вообще холодный пот пробил, когда она его увидела, ведь она же сама говорила Милку не нервничать, а сообщение говорило прямым намеком, что Аверьянов от Миланы не отстанет. Она поняла, что зря накричала на подругу. Станина, хоть и училась на психолога, но смогла разобраться случившимся, ведь не всем людям, которые выбрали направление психологии, она помогает в личной жизни, и Маша успела это понять. Макс же просто разозлился на Пашу, и ему снова захотелось врезать этому козлу, который несколько лет назад разрушил жизнь не только Миланы, но и его, Максима.

Стас понял, чем грозит обернуться появление бывшего возлюбленного, выдал кучу непечатных и не произносимых в приличном обществе слов.

— Максим, когда она объявится, дай мне знать, — попросил блондин.

Малинин согласился, ведь он прекрасно понимал, в каком положении находится Станислав.

Долго Стаса ждать не заставили, через часа полтора телефон ожил, и парень надеялся, что это Милана звонит, но ошибся.

— Да, Макс? — мгновенно ткнул пальцем в сенсорный экран телефона.

— Нашлась, — с облегчение проговорил Малинин.

— Где?

Максим назвал бар, а Барский удивился — в такое место он бы свою девочку не пустил.

— Ее Ткачев увидел, вот мне и позвонил. Мне самому ее забрать? — осторожно поинтересовался Малинин. Другу он не сказал, что за Милой кто-то следит.

— Да, — коротко сказал Станислав и сбросил вызов. Ему больше всего на свете хотелось обнять тонкую талию девушки, но он дал себе слово, что подождет, пока Милана сделает свой выбор.

* * *

Когда я увидела Макса в баре, я немного растерялась. Как брат догадался, что я здесь? Хотя это не важно, главное он меня сейчас заберет, а я проверю, действительно ли следят за мной.

— Поехали-ка, подружка, домой, — приобнял меня Максим.

— Поехали, — легко согласилась я. Мне не терпелось покинуть это место. Еще меня интересовал Стас. Вот где он сейчас?

— Милана, ты знаешь, что за тобой…

— Знаю, — перебила я родственника. — Вот только ты откуда знаешь?

Макс рассказал мне про Ткачева, которого я совершенно в баре не заметила. А парень оказался не промах: заметил подозрительных людей, да и братцу моему позвонил.

Всю дорогу до дома мы не разговаривали. Я постоянно косилась назад, и мне казалось, что нет-нет, да мелькнет черный джип среди небольшого потока разноцветных автомобилей.

— Чего ты там постоянно высматриваешь? — поинтересовался братец, смотря в зеркало дальнего вида.

— Ничего.

Разговор вновь не завязался. Когда автомобиль брата остановился около нашего дома, я не дожидаясь Максима, скрылась в подъезде.

Родная комната успокаивала и дарила ощущение защищенности. Здесь меня точно никто недостанет. В голову постоянно влетали мысли о том, что такую слежку мне организовал не кто иной, как Аверьянов. Сердце подсказывало, что ощущения меня не обманывают. Вот же… даже слов приличных нет, что бы его обозвать.

Мягкая кровать приятно притягивала к себе, а у меня не было желания ее сопротивляться. Хотелось забыться в царстве грез, а потом проснуться и понять, что все это сон — просто кошмар. Мне действительно было необходимо оторваться от реальности. Долгожданный сон пришел, окутывая меня разноцветными искрами, и уволок к дядюшке Морфею.

А снилось мне мое счастливое детство. Рядом мама, которая заплетает мои длинные волосы в толстую косу, а папа крутится вокруг нас и просит, что бы поторопились, потому, что и так ужасно опаздываем. Маленький Максим, молча с ним, соглашается, поправляю галстук-бабочку.

* * *

Выходные подобрались незаметно. С самого утра мой дом стоял на ушах. Спросите почему? А все потому, что именно сегодня мы собирались ехать в лес, на шашлыки. Те немногие кто хотел присоединиться к нам, сейчас находились у нас в гостиной и собирали многочисленные сумки. Несколько сумок с палатками и спальными мешками уже находились по центру комнаты.

Я вот одного не понимаю, почему сборы именно у нас? Мне конечно не жалко, но сегодня на промежутке А, которой является моей комнатой и Б — кухня, я споткнулась о чьи-то ноги, рюкзаки, коробки, ящики и прочее целых шесть раз. Хорошо, что не упала.

Стас был занят каким-то спором с Максимом. Барский вел себя, как ни в чем не бывало: веселый, улыбчивый. Вот только общался со мной по-другому, а мне не хватало его рук и губ.

Народа набралось много, я решила посчитать. Из моей группы было всего семь человек, остальные восемнадцать были из группы где учились Машка, Макс и Стас.

Сумасшедшие сборы продолжались, Ирина впихивала ребятам какие-то контейнеры с чем-то определенно вкусным.

— Ирина, ну зачем? — возмущался Максим, когда она укладывала все в сумки.

— Вы же с ночевкой едите в лес! — продолжала впихивать очередную баночку. — А вдруг у вас еда закончится, а магазин далеко.

Я оглядела наши сумки, надеюсь, они уместятся в машины, раздумывая, что всей этой еды нам на неделю должно хватить, но Ирина упрямо продолжала подносить нам продукты.

От этого мельтешения у меня закружилась голова и я резонно решила, что хватит мне тут торчать, а пора собрать свои жиденькие пожитки. Не забыть бы спрей от комаров, а то мне не хочется умирать от их укусов таком молодом возрасте. Когда я натягивала на себя зеленые спортивные брючки, в мою комнату робко постучали. С замиранием сердца я разрешила войти, в тайне надеясь, что это мой Стас, но ошиблась.

— Ты не занята? — помялась на пороге Маша, облаченная в сине-серый спортивный костюм и с забранными в небольшой хвостик светлыми волосами.

— Нет, а ты что-то хотела? — я надела футболку под цвет брюк и направилась на поиски кофты из того же комплекта.

— Да, хотела, — подруга немного замялась, а потом на одном дыхании выдала. — Прости меня, пожалуйста, за мое отвратительное поведение. Я ведь не знала, что все обернется так серьезно.

— Маш, ты не должна извиняться. Ты сказала то, что считала нужным, — отозвалась я. Чужое мнение я всегда уважала.

— Нет, Мила! — подбежала ко мне девушка и схватила меня за руки. — Я не должна была отворачиваться от тебя в такой момент. И к тому же я не знала, что Паша так сильно захочет тебя вернуть, что даже слежку организовал.

— Маш, все в порядке, правда. Помоги мне лучше собраться, — улыбнулась я. Станина с удовольствием согласилась.

Пока я рыскала в шкафу, Маша скидывала на кровать вещи, которые могут понадобиться: маленькое полотенце, щетку и зубную пасту, запасную футболку, спрей и крем от комаров, и еще кучу всего. Когда мой рюкзак был собран, мы спустились вниз, там, оказывается, было все готово.

— Вот всегда вы девчонки так долго собираетесь, — проворчал Максим, но я-то поняла, что этот камень был брошен в мой огород.

— Зато, я хорошо разбираюсь в машинах и вожу лучше, — вернула я брату шпильку, отчего у того даже сумки из рук выпали, а остальные скрывали смешки.

— Ты лучше меня водишь? — удивился брат и оглядел людей, которые пытались не рассмеяться в голос.

— Да, — не стала я скрывать.

— Милка, не смеши! Девушки за рулем, как обезьяны с гранатой, — легко парировал родственник.

— Проверим? Если ты быстрее меня доберешься до въезда в лес, я при всех извинюсь перед тобой и объявлю во всеуслышание, что ты лучший водитель, — предложила я небольшой спор.

— Согласен! — протянул братец мне руку. А он очень азартен.

— Вам, что заняться не чем больше? — вмешался Станислав, окидывая нас недобрым взглядом. А я заметила, что окружающие частенько бросают на нас заинтересованные взгляды — им все интересно, что же между нами происходит.

— Если хочешь, можешь погоняться с нами, — предложила я. — Правило одно — соблюдать ППД.


В несколько заходом наши мальчики вынесли все вещи и растолкали по багажникам пяти машин. Все начали разбирать места в машинах. Себе в пассажиры я получила Машку, которую Максим пытался засадить в свою машину, но девушка заняла переднее место в моей машине и не обращала внимания на злобно пыхтящего парня, Королева, Сашу Ткачева и Ольгу Рощину, ту самую девочку, которая на празднике восьмого марта показывала чудеса своей гибкости и акробатики.

Я заделала волосы в небрежный узел на затылке, из которого выбивались длинные пряди, и залезла на водительское место.

— Готов к позору? — весело поинтересовалась я у братца.

— А ты? — так же весело отозвался Максим. Вместо ответа я щелкнула ремнем безопасности, повернула ключ и нажала на акселератор.

— Будь осторожна! — беспокойно шепнула Станина, застегивая свой ремень.

— Да, поосторожнее, — согласился с девушкой Сашка. — Я еще молод, что бы погибнуть, к тому же такой нелепой смертью.

— Постараюсь.

Всю время дорога была скатертью. Может, я и не самый хороший водитель, но объездные пути знаю, да и GPS под рукой, он-то всегда покажет самый короткий путь. Машины братца не было, да и других в округе не наблюдалось, только рядом ехавший рядом автомобиль Барского заставляло сердце биться учащенно. Он за меня волнуется? Приятно!

— Ты куда нас везешь? — решил разведать Сашка обстановку.

— В лес, лопата в багажнике, — отозвалась я, обгоняя медленно едущий автобус.

— Мил, а если серьезно? — влез Денис. — Что-то мне кажется, что ты не туда свернула.

— Туда! — я посмотрела на них в зеркало. — Когда приедем первыми, тогда поймете, что есть девушки, которые водят лучше парней.

— Что-то я в этом сомневаюсь! — щелкнули сразу два ремня безопасности. Парни решили себя обезопасить? Только Оля оказала мне солидарность.

— Нормально Милана водит! Не чего было тогда с ней ехать, садились бы в машину к парням.

— Спасибо, Оля, — вывернула я в какой-то заброшенный переулок. Вдалеке уже виднелись верхушки вековых сосен.

Через десять минут мы уже выехали из города, и машина плавно несла нас по проселочной дороге. Машину брата я так и не обнаружила, ведь он не мог нас обогнать. Последний поворот и мы попали в коттеджный поселок, за которым простирался лес. Колеса быстро ехали по гравию, и я сделала музыку потише и открыла окна на всю, что бы впустить свежий лесной воздух.

Поселок мы проехали довольно быстро и остановились на дороге, ведущей в лес. Я счастливо рассмеялась. Мы прибыли первыми! Следом за нами подъехала машина Стаса. Мы выбрались из салона на улицу с веселыми лицами. Ну, я это понятное дело, а чему радуются остальные? Тому, что я их живыми и невредимыми привезла?

— Я в тебе больше сомневаться не буду! — восторженно сказал Ткачев, когда я набирала номер Максима.

— Да?

— Макс, ну ты где? — заинтересованно поинтересовалась я.

— Не может быть! — заорал Малинин, пораженный до глубины души, что его обогнала девчонка.

Через пять минут к нам подъехало еще три машины во главе с Максом. Лицо его выражало крайнюю огорченность, когда он вышел из машины.

— Ладно, я признаю — ты водишь лучше!

Вокруг раздались смешки. Мы снова расселись по местам и отправились на поиски места дислокации. Меня привлекло одно красивое местечко на берегу реки. Думаю, здесь мы и остановимся.

А место действительно было красиво. С трех сторон полянку окружали многовековые сосны, через чьи вершины проглядывало яркое солнышко — погода к нам сегодня благосклонна. Прямо перед нами находился небольшой бугор, пройдя через который открывался вид на песчаный пляж и широкую реку. Где-то в деревьях прятались птицы, которые создавали приятный музыкальный фон. Белки перепрыгивали с ветки на ветку, стараясь быстрее скрыться из нашего вида куда-нибудь подальше.

Ребята начали выгружать вещи из багажников. Мангал и палатки решили установить сразу. Оу, тут даже гитара есть. Интересно, кто же будет развлекать нас сегодня своим пением?

Мы девушки, как существа, не созданные для работы, расстелили одеяла и удобненько расположились на них.

— Девочки, вам не стыдно? — раздался голос моего одногруппника Димы Красина. Сейчас его взгляд буравил Кристину — его девушку, училась она вместе с Машей в одной группе.

— Неа, — легкомысленно отозвалась девушка, подставляя лицо солнечным лучам. — Человек может бесконечно смотреть на три вещи: как горит огонь, как течет вода и как работает другой человек.

Все девочки моментально согласились с ней. Парням ничего не оставалось делать, как махнуть на нас рукой и делать все самим.

Из рюкзака я достала сигарету и с удовольствием ее прикурила. Бросить мне пока не судьба.

— Можно? — протянула Кристина руку к пачке. — Мои в рюкзаке, а я не знаю где он.

— Конечно. — отозвалась я наблюдая за Стасом. Красивый он, зараза! Черные штаны и белая обтягивающая футболка, которая прекрасно оттеняла его бронзовую кожу. Мышцы красиво перекатывались, а я не могла взгляда оторвать. Так он еще и футболку снял. Ммм, как же его обнять хочется! И вообще, чего он разделся, меня своим видом смущает, и другие девчонки слюни пускать начали. Табличку на него что ли повесить, что бы все знали, что этот парень мой!

— Мил, а вы расстались со Стасиком, да? — с надеждой в голосе спросила Карина, тоже из моей группы. Девушка начала приводить в порядок прическу.

— Нет, — спокойно отозвалась я, не показывая, как на самом деле его ревную. — Этот парень мой! А если кто приблизится к нему, знайте — лопата в машине у меня есть!

Девчонки понятливо кивнули, но смотреть не перестали. Машка довольно улыбалась и кивком показывала на Барского, который, оказывается, расслышал все мои слова и его красивые губы разошлись в улыбке.

Улыбайся, улыбайся! Только знай — ты мой и только мой!

Ребята продолжали заниматься устройством нашего лагеря, палатки были почти установлены, запах костра достигал наших носов. Скоро шашлык будет! На расстеленных одеялах появились фрукты, салаты, нарезки и прочая еда. Недалеко от нас находились небольшие холодильники, в которых, судя по нежно бросаемых взглядах парней, находился алкоголь.

Отсюда мы поедем только завтра вечером, а значит и мне можно немного выпить, а завидно будет. Да и вообще трезвому человеку с пьяным сложно общаться.

С криком 'налетай!' Саша Ткачев, который по слухам лучше всех делает шашлык, поставил огромное блюдо с мясом в середину импровизированного стола. Вечно голодным студентам два раза повторять не пришлось и все с горящими глазами накинулись на мясо, запивая его различными напитками.

Рядом правый мой бок грела Машка, чье внимание хотел привлечь к себе Максим. С другого расположился Барский, нежно касающийся кончиками пальцев моих. Стадо глупых мурашек на огромной скорости сделали кросс по всему телу. Как же я соскучилась по его рукам.

Народ веселился, рассказывал анекдоты и смешные истории жизни. Когда болтать надоело, захотели потанцевать и начали требовать музыку, я моментально вскочила на ноги и направилась к своей машине исполнять просьбу. Если бы я этого не сделала, то накинулась бы на Стаса, просто он так близко находился, приятный аромат его кожи кружил голову, а голый торс заставлял умные мысли, да и не только умные, покинуть место обитания.

Я легла на свое сидение и начала выуживать из бардачка различные диски, когда на моей талии появились горячие руки. Мысли строгими рядами все-таки покинули мою голову, но честно обещали вернуться, когда рядом не будет Барского.

— Ты чего так долго копаешься? — прошептал парень мне на ухо, касаясь моей спины голым телом.

Эй, чувство самообладания, ты где? Ты хоть понимаешь, что сейчас я сорвусь? Самообладание не ответило.

— Диски ищу, — повернулась я к Стасу. Его лицо было в опасной близости от моего. У меня возникло дикое желание поцеловать его, и судя по глазам парня у него такое желание тоже было.

— Нашла? — тихим обволакивающим шепотом спросил Станислав, приподнимая меня и сажая на сидение.

— Ага, только что, — я запустила в его светлые роскошные волосы свои пальчики. Стас судорожно вздохнул и потянулся за поцелуем.

У меня было такое чувство, что произошло извержение вулкана, землетрясение, цунами, ураган и взрыв одновременно. Внутри меня рождались приятные ощущения, совершенно ни с чем несравнимые. Мои руки притянули парня ближе к себе, я хотела, что бы он обнял меня сильнее и никуда не отпускал. Мне хотелось остаться с ним навсегда, навечно — только с ним.

— Я не могу без тебя, — шепнул Стас мне в губы, отрываясь лишь на мгновенье, и снова принялся меня целовать.

На меня нахлынуло столько чувств одновременно, что дышать стало трудно. Можно было бы отстраниться и вдохнуть воздух полной грудью, но мне так не хотелось отрываться.

Я не знаю, когда мы успели развалиться на переднем сидении, но оборвали нас нагло.

— Я, конечно, все понимаю, но если вам не терпится и все такое — идите куда-нибудь в лесочек, — шипел на нас Малинин. — А здесь вообще-то люди. Не думаю, что они будут в восторге от ваших охов и ахов!

— Прости, Макс, мы увлеклись, — совершенно не испытывал стыда мой прекрасный прынц.

— Я заметил! И вообще, Мила, люди музыку требуют.

— Ой, — я совершенно забыла, зачем шла к машине.

Я вставила первый попавшийся диск и включила музыку. Народ обрадовался и принялся танцевать. Кто-то под шумок продолжал поглощать спиртные напитки. А мне было просто необходимо проветрить голову. Я решила прогуляться по реке и потащила за собой Машку. Можно было и Стаса, но я сомневаюсь, что вдали от людских глаз и ушей, я смогу сдержаться, да и одно его присутствие способствовать проветриванию не будет.

— Вы куда? — в один голос поинтересовались наши мальчики.

— Пойдем, проветримся, — сказала я, Макс понимающе кивнул, а Барский разулыбался.

— Куда мы? — тоже решила поинтересоваться подруга. Еще одна!

— Хочу погулять около реки.

Мы забрались на небольшой бугорок для того, что бы спуститься к реке. Весь песчаный берег был усыпан ракушками различной величины, к воде полз одинокий рак. Перед нами открылась необычайная красота. Над рекой лежал небольшой туман, в нем же и утопали многочисленные мосты, по которым можно было перебраться через реку. Вдали виднелись возвышения, усеянные таким же древними соснами, как и здесь.

— Красиво тут, — Маша набрала полные легкие воздуха.

— Согласна! Все-таки хорошая идея выбраться из города.

Мне здесь очень нравилось, нет постоянного гомона большого города, не слышно как пролетают машины на огромной скорости с громко включенной музыкой, не 'орет' сигнализация и кажется, что все проблемы позади.

— Ты чего такая счастливая? Макс, что опоздал, а вы таки успели? — со смешком поинтересовалась Станина.

— Ну, и мысли у тебя, подруга! — возмутилась я, пораженная такими словами до глубины своей души.

— А что? — захлопала подруга ресницами. — Это же естественно!

— Знаешь, что? — Приобняла я Машку. — Ты мне лучше скажи, вы на свидание-то ходили?

— Ходили, — мне кажется или подруга действительно покраснела?

— Иии? — мне было жутко любопытно, что же придумал мой братец.

— Мила, Макс такой милашка! — покраснела подруга еще сильнее.

— Оу, давай рассказывай!

Станина глубоко вдохнула, нежно улыбнулась и принялась рассказывать. А я и не знала, что мой не совсем нормальный братец на такое способен.

* * *

Встретиться ребята договорились на небольшой площади, расположенной недалеко от дома Марии. Девушка, пришла во время, как и полагается очень пунктуальному человеку. Светлый сарафанчик трепал легкий ветерок. Маша недовольно огляделась и уже собиралась пойти домой, но в тот момент перед ней остановилась карета, запряженная в четверку. Конечно же, Станина и не подозревала, что Макс на такое способен, поэтому продолжала строчить парню гневную смску.

Дверь кареты распахнулась, и мужчина в странной одежде и высоком белом парике пригласил девушку прокатиться до места, где ее ожидают. Находясь в легком шоке, Маша все же села. Девушка с удобством расположилась на мягком золотистом сидении и огляделась. Вся карета была выполнена из светлых материалов и красиво поблескивали. Колеса поскрипывали и везли в неизвестном направлении.

Цокот лошадиных копыт по вымощенной брусчаткой дороге — успокаивал. Чем дальше они удалялись от центра города, тем сильнее нервничала Маша. Девушка сделала себе мысленную пометочку — убить Макса. У нее просто в голове никак не укладывалось, как такой испорченный женским вниманием парень, может быть таким романтичным.

Долгое путешествие закончилось в старой части города, где власти просто не осмелились поднять руку на памятники архитектуры.

Перед девушкой распахнулась дверца, и она поспешила покинуть уютную, но уже поднадоевшую карету. Перед ее взором раскинулся больной старинный особняк, который во время заката становился золотым. Завороженная такой красотой Мария поднесла ладони к чуть приоткрытым от удивления губам. В груди начало твориться что-то непонятное, но затем сердце начало выстукивать барабанную дробь.

Куда надо двигаться девушка поняла сразу — Максим оставил путеводитель в виде дорожки из роз. Маша шла быстрой походкой. Ее разбирало любопытство, что ее ждет впереди. Дойдя до огромных деревянных дверей, Станина несколько раз глубоко вздохнула и вошла в поместье, которое встретило ее блаженной тишиной. Все тот же путеводитель довел ее до широкой лестницы. Везде шарик мрак, только многочисленные свечи давали девушке понять, что бояться не стоит. Легкий стук небольших каблучков разносился по пустующему залу и пролетал в другие комнаты.

Лестница просто завораживала. Посередине была, сделала небольшая дорожка в виде маленький ароматизированных свечей и посыпанная лепестками роз. Это зрелище заставило сердце девушки застучать еще быстрее, хотя казалось, что быстрее уже не куда. Маша очень опасалась за сохранность своих ребер. Быстро поднявшись наверх, девушка замерла около нужной двери. А что дверь именно та, она поняла по мужчине, который был одет в белые обтягивающие штаны и синий кафтан, на его голове находился белый парик, почему-то Маша подумала, что он, парик, очень похож на те, что носят судьи. Эта мысль заставила Марию нервно рассмеяться.

Мужчина галантно поклонился и открыл перед Станиной тяжелую дверь. С замиранием сердца девушка шагнула вовнутрь, и увидела Максима, который сильно нервничал и сжимал в руках огромный букет из большеголовых бордовых роз. В центре зала расположился небольшой столик, покрытый бордовой скатертью, с различными вкусностями. Стены были украшены сотнями цветов и атласных лент. На импровизированной сцене находился скрипач, который играл просто великолепную мелодию.

— Ты пришла, — восторженно прошептал Максим, протягивая девушке букет.

— Приехала, — нервно отозвалась Маша, находящаяся под впечатлением. Она уткнулась носом в букет и прошептала:- Спасибо.

Парень отодвинул стул, предлагая светловолосой красавице присесть. Маша присела и вздохнула аромат цветов, которые находились не только у нее в руках, но и во всей комнате. Смешивание различных ароматов заполняло легкие и наполняло остальные органы счастьем. Малинин очень старался.

— Ты прекрасно выглядишь, — сделал Маше комплемент Максим.

— Спасибо, ты тоже, — уже успокоившись, произнесла Мария. А ведь Максим действительно сегодня выглядел изумительно: черные джинсы, белая рубашка и легкий пиджак.

— Зачем ты все это сделал? — поинтересовалась девушка, показывая на все это волшебство рукой.

— Маш, ты мне очень нравишься, и мне хотелось сделать тебе приятное, — сказал молодой человек, наполняя бокал своей спутницы рубиновым напитком.

— Мне приятно! — уголки губ девушки приподнялись. — Только тебе каждая вторая нравится.

— Мария, Маша, — нервно сцепил руки в замок Малинин. — У меня уже давно не было серьезных отношений. Хотя даже отношения с Валерией не были серьезными. Так стоп! Давай сначала.

Маша наблюдала за Максом. Он вел себя как мальчишка, а где же обычный развязный и наглый Малинин Макс? Молодой человек сделал глоток вина и продолжил.

— Маш, у меня не было серьезных отношений, все те девушки они волоска твоего не стоят. Я ведь считал тебя своей второй сестрой, а после, — парень глубоко вздохнул, — того поцелуя, я понял, что ты никакая мне не сестра. Ты самая необыкновенная девушка в мире.

— Максим, — попыталась Маша остановить словесный фонтан, но у нее не получилось.

— Я хочу серьезных отношений. С тобой! Подари мне такой шанс, пожалуйста!

— Я попробую, — улыбнулась Станина, в груди которой был пожар. Неужели она влюбилась? Нет, не может быть! Тогда почему от его слов на душе стало спокойно и легко? Почему хочется дотронуться да парня?

— А я постараюсь не обмануть твоих надежд, — максим взял девушку за руку. — Потанцуем?

Уже через несколько мгновений пара медленно двигалась по залу. Приятная мелодия и красивый молодой человек, в которого она, кажется, влюблена, делали Машу счастливой. А губы Максима на ее губах сделали ее не просто счастливой, а безумно счастливой.

Ужин прошел великолепно. Ребята оживленно беседовали и смеялись. Малинин вел себя на удивление странно, он робко брал за руку свою спутницу, словно ему было четырнадцать лет. Маше было очень смешно, ведь увидеть Макса в таком состоянии наверно уже не получится.

Сам же Максим пытался подарить девушке всю свою нерастраченную нежность, а ее накопилось достаточно давно.

После легкого ужина молодые люди снова потанцевали и отправились кататься на карете. Четверка везла своих пассажиров сначала по старой части города, а затем по новой. На большой центральной площади карета остановилась, выпуская влюбленных голубков на волю.

С неба на них смотрела улыбающаяся луна и мерцающие звезды. В такие прекрасные моменты казалось, что ничего не может испортить настроение, напрасно казалось. Бесцельно гуляя по зеленой аллее, трогательно взявшись за руки, Маша и Максим наткнулись на Диму, бывшего Маши.

— Что вы тут делаете? — ненавидящим взглядом Дима смотрел на руки ребят. Зарубин понял, что до сих пор ревнует Машу. И даже не смотря на то, что сам Дима был здесь не один, не мешало парню возмущаться. Спутница Дмитрия была очень миниатюрная рыжая девушка, красивой ее мог назвать только слепой идиот.

— Тебе-то какая разница? — грубо спросил Максим, которому не улыбалось отвечать на наезды Зарубина. Он свое счастье упустил, а вот Максим его сможет удержать.

— Маша, у вас с ним что-то есть? — возмутился Димка, будто жену с любовником застал.

— Есть, — Маша нежно погладила Максима по щеке, а потом свой плоский живот и устремила туда взгляд полный любви.

— Ты что беременна от него? — заорал на все всю площадь Дима. Лицо его радовало различными оттенками. Больше всего Станиной понравился фиолетовый, а Максу — красный.

— Да, беременна, — подключился к игре Малинин. Зарубин сжал кулаки. Девушка, на которую уже никто не обращал внимания — пискнула, но так и осталась незамеченной. — Мы ждем маленького Малинина. Правда, детка? Вот и свадьба скоро.

Маша кивала головой в подтверждение слов парня и старалась не рассмеяться, а то нехорошо как-то получится.

— Маша, а я? — начал лепетать Дима, ошарашенный происшедшим. Ведь парень надеялся, что сможет вернуть девушку.

— А, что ты, парень? — широко улыбнулся Малинин. — Приходи на нашу свадьбу.

Такого Зарубин вынести не смог и схватил свою спутницу за руку и быстро ретировался. Только минут через пять Мария позволила себе рассмеяться очень громко, но посмотрев на своего серьезного спутника, быстро утихла.

— Ты чего смеешься? — нахмурился Макс.

— Ты представляешь, что будет, если Дима начнет трепаться о свадьбе, а свадьбы никакой и не будет.

— Маш, а может… — и Максим замолчал.

— Чего может? — посмотрела на парня Станина.

— Может, ты согласишься? — темные глаза изучали девушку.

— На что? — офигела Маша, по-другому не скажешь.

— На свадьбу, — пояснил Макс и тише добавил. — Я люблю тебя.

Девушка впала в ступор. Она не могла понять смысла сказанных слов, зато сердце начало биться о ребра в тщетной попытке вырваться наружу. Этот орган видимо услышал и понял. Маша смотрела на молодого человека, пытаясь найти хоть какой-то признак того, что он пошутил, но она не находила.

— Максим…

— Ты не обязана отвечать сейчас, — взял Машину руки в свои. — Ты можешь подумать. Я подожду. Сейчас я отчетливо понимаю, что хочу быть с тобой всю свою жизнь — долгую или короткую.

Станина так и не ответила, но обещала подумать. Они погуляли еще немного, а потом на карете отправились домой.

* * *

— Маш, он тебе предложение сделал? — я не знала, что делать. Мой брат готов жениться — никогда бы не подумала, что он на такое способен. Моя подруга замуж выходит! Вот это да!

— Не радуйся так, — спокойно отозвалась Мария. — Я еще не ответила.

— Но я уверена, что ты не сможешь отказать! Машка, это же здорово! Надо срочно отметить! — и с этими словами я накинулась на подругу с объятиями.

— Что отметить? — раздался за нашими спинами голос, на который мы моментально обернулись.

Легкой походкой к нам направлялись два представителя сильного пола: Стас и Максим.

— Такой прекрасный вечер, — быстро выкрутилась я, не желая сдавать Машку.

— Да? — с сомнением поинтересовался Максим. — Я заберу свою даму? Взамен я Стаса привел.

Хороша замена! Мои руки сразу потянулись обнять моего парня. От него пахло костром и шоколадом.

— Что вы обсуждали? — поцеловал меня в макушку Барский.

— Да так, — я потянулась за настоящим поцелуем, который мне с большим удовольствием дали.

В лагерь возвращаться совершенно не хотелось. Да и зачем? Нам было хорошо, мы вместе, что еще нужно для счастья? 'Уйти от прошлого' услужливо подсказала какая-то злая мыслишка. Как хорошо, что мне в этот прекрасный момент об этом напомнили.

Бесцельно гуляя по песчаному пляжу, мы любовались красивым закатом. Солнце клонилось к горизонту, отбрасывая на воду разноцветные блики. Нежно-розовые облака куда-то спешили по своим важным делам.

— Мне хорошо с тобой, — прошептал Стас, зарываясь лицом в мои волосы.

— И мне с тобой, — улыбнулась я. — Хорошо, как никогда.

— Мил, ты что-нибудь решила?

— Да, — о чем спрашивал Станислав, я догадалась быстро. Сейчас в наших отношениях одна проблема. Если точнее сказать это моя личная заноза.

— И? — испытующе прошептал молодой человек. В его глазах я видела страх. Чего же ты боишься, милый? Что я уйду? Променяю тебя на него?

— Хочешь знать правду? — я встала с большого камня, на котором мы сидели, и устремила свои глаза в небо. В вышине парила птица. Мне бы тоже хотелось парить…

— Если ты готова.

— Я готова.


— Мы встречались с Пашей три года. Это была любовь с первого взгляда, стоило мне посмотреть на него, и я поняла, что пропала. Все было идеально. Мы не ругались. У нас была полная идиллия. И мне было страшно, что это сон, и я скоро проснусь. Ведь такие отношения, такая любовь может быть только в сказке. Пашка меня на руках носил. Счастливее человека, чем я найти было сложно. — Я посмотрела на парня, и весь его вид выдавал недовольство. — Знаешь, Стас, я ведь думала, что мы будем вместе всю жизнь, что мы две половинки одного целого. Но оказалось, что в нашей ситуации любви оказалось недостаточно.

— Барский продолжал молчать и напряженно смотреть на закат.

— Это сейчас я поняла, что была далеко не права, — продолжала я, стараясь не обращать внимания на Барского. А то трудно сосредоточится. — Но тогда… я просто любила его. И мне казалось, что наша любовь может перебороть все трудности. А оказалось, что казалось.

— Аверьянов старше меня на пять лет, но никогда он не пытался затащить меня в постель. Поцелуи, прикосновения и ничего больше.

— Я не о чем не догадывалась, когда он позвал меня на романтический ужин к себе домой. Мы часто проводили у него время, — сказала я, внимательно слушавшему Стасу. Его глаза как то загадочно блестели, и я предпочла отвернуться, что бы ни утонуть в них.

* * *

— Мила, я тебя люблю! — проговорил Паша после ужина, подходя близко ко мне.

— И я тебя люблю! — сказала, улыбаясь, я. — Больше собственной жизни! — И он поцеловал меня сильно, напористо.

Я действительно любила его больше жизни. Я бы бросила все и ушла бы за ним на край света, если бы он попросил. Я была уверена, что сильнее любить невозможно, а если бы кто сказал, что все- таки можно, я бы научилась.

Я не поняла, как мы добрались до кровати, как снял с меня платье. Но когда Паша решил снять белье в голове что- то щелкнуло.

— Что ты делаешь, Паша? — спросила я и мой голос задрожал.

— Я люблю тебя! Я хочу тебя, — попытался продолжить парень.

— Подожди! — как-то истерично сказала я. — Я не могу, я еще не готова!

— Что? — немного обалдел парень. — Мил, мы три года встречаемся, а ты еще не готова?

— Прости, Паш, — тихо-тихо сказала я. — Но я правда пока не готова, дай мне немного время.

— Это ты меня прости, любимая! Я подожду, когда ты будешь готова. Ты же знаешь, моя хорошая, я ради тебя готов на все.

Может это кому-то действительно покажется глупым, но в тот момент мне стало страшно. Почему я не понимала. Встречаться столько времени, но делить постель. Я казалось, что еще рано. Может я просто не вошла в тот возраст? Я знаю, что есть девушки, которые в моем возрасте уже рожают, или меняют партнеров с завидной регулярностью, но я просто не могла. Да и мама мне часто говорила 'тот, кто любит — подождет'. Так, что здесь наверно сыграло мое воспитание.


Прошло несколько месяцев, и Пашка ни разу не пытался затащить меня в постель, даже не упоминал об этом. Сначала мне показалось это странным, а потом подумала и решила, что он ждет моей готовности. Какая же я дура была.

В этот вечер мы хотели встретиться. Хоть я была не совсем готова перейти на новый уровень, но я хотела попробовать. Я целый день пыталась убрать свои страхи подальше. Что может быть лучше, когда любимый человек рядом? Я мечтала, что он у меня будет первым мужчиной и единственным.

Но он был еще на работе, и до встречи оставалось два часа. В гостиной работал телевизор — показывали новости. У нас в семье редко кто их смотрит, но недавно закончился фильм, который смотрел Максим. Потом ему кто-то позвонил, и он отошел подальше, так и оставив телевизор включенным. В это время отец выходил из кабинета, ослабляя туго завязанный галстук.

Громким и хорошо поставленным голосом высокий темноволосый диктор вещал, что сегодня произошла авиакатастрофа.

— Рейс номер 156, направление Рим — Москва в 16:00 по московскому времени потерпел крушение, — мужчина говорил еще что-то, но я практически ничего не слышала. Именно на этом рейсе и должна была вернуться мама.

Я услышала одну единственную фразу 'выживших нет'.

Мне показалось, что время остановилось, что моя вселенная разрушилась, что мир, в котором я жила больше нет. Я не понимала где я, и что произошло, слезы брызнули из глаз, а в горле застрял вздох. Ну не может этого быть! Мама просто не могла погибнуть. Она не могла оставить нас одних, это ведь так на нее похоже.

Мы стояли в гостиной, каждый в своем углу и молчали. Тишина была до боли в висках напряженной.

Как такое могла случиться? Ну как? Отец закрылся в своем кабинете, Макс ушел в комнату, даже Ирина не выходила из кухни. А я все не могла успокоиться. Как теперь жить в таком мире? Мама же обещала, что всегда будет с нами! А теперь ее нет, ее просто нет! В головы уже тысячный раз звучала фраза 'ее нет'. Я не знаю зачем, но я побежала к Пашке. Хотя прекрасно знала, что с работы он придет только через несколько часов.

Я бежала, так быстро, как никогда. Хотелось спрятаться на его руках, уткнуться в его грудь. Просто хотелось быть рядом, зная, что он мне поможет, что он никогда меня не оставит. Боги, какая же я дура!

Когда я открыла дверь и послышались голоса, и жутко обрадовалась, что Пашка дома. Но когда прошла в комнату, пожалела, что не умерла вместе с мамой, ведь она предлагала лететь с ней.

Первым что я увидела, была моя лучшая подруга- Валерия. Она лежала на кровати, обернутая простыней и победно улыбалась. И тогда мне стало понятно, почему она всегда на него загадочно смотрела, и почему Паша больше не просил секса. А он стоял около шкафа в одних боксерах, обеспокоенно глядя на меня. Мой мир просто перевернулся. Я не могла понять, где пол, а где потолок. И только стены давали о себе знать тем, что медленно сжимались, видимо хотели меня раздавить. Как? Как такое могло произойти? Я только что потеряла маму, а теперь смотрела на любимого человека и лучшую подругу, и я прекрасно понимала, что они не в карты играли. Почему? Почему это случилось со мной? Я поверить своим глазам не могла. Может я все-таки умерла? А сейчас нахожусь в аду? Только за что? Я ведь ничего плохого не делала.

— Милая, что случилось? — заметил он мой потерянный взгляд. У него всегда хорошо получалось разбираться в моих эмоциях. И у этого козла еще совести хватает меня ласково называть? Как же я ненавижу! Я свою жизнь ненавижу! Я всех ненавижу!

— Не подходи! — резко отступила я назад и сама себе удивилась. Слезы больше не лились, а голос звучал очень уверенно. — Надеюсь, вам будет хорошо вместе! — Я развернулась и убежала. По-моему, он побежал за мной. Паша что-то кричал на ходу, но я его не слышала. В голове поселился рой из мыслей, и каждая из них жалила еще больнее, чем предыдущая.

На улице началась настоящая метель. Ветер трепал мои волосы, задувал в распахнутую куртку. Снег бил в лицо, а я все бежала и бежала, не разбирая дороги. Я не знала, сколько времени прошло, сумку я потеряла по дороге. Сама не зная как я оказалась на утесе, обычно там еще холоднее, но я не чувствовала холода, мне казалось, что внутри все замерзло.

Вообще-то я любила это место. Сюда приходила, что бы думать и решать свои еще детские проблемы. Иногда просто любовалась красотами города, ведь отсюда можно увидеть город, как на ладони.

Но перед глазами упрямо стояла картина, которую я увидела в Пашиной квартире, ноги подкосились и я упала. Я начала чувствовать снег под собой и как он пробирает до костей. На меня навалилось горе, ведь я в полной мере осознала, что мамы больше нет. Той, которая всегд