Book: Каприз красавицы



Каприз красавицы

Каприз красавицы

Каприз красавицы

Люси Дейн

1

Итак, все сначала! Недолго продолжался период покоя... Ох, как я устал от этой парочки! Такие вот досадные мысли вертелись в голове Макса Хогана, пока он слушал нервно ходившую по его кабинету из угла в угол Патти Сайлас, первую скрипку камерного симфонического оркестра «Фриско виртуозо». Макс дирижировал этим коллективом, базировавшимся в Сан-Франциско — где, собственно, и происходил нынешний неприятный разговор, — но разъезжавшим с концертами по всему миру. А Патти в очередной раз жаловалась Максу на своего мужа Хью Сайласа, который исполнял при оркестре роль импресарио.

Проблема заключалась в том, что после некоторого перерыва Хью, судя по всему, взялся за старое: завел себе на стороне подружку. И теперь Патти вновь сходила с ума от ревности, заодно изводя и Макса — единственного человека, к которому могла обратиться за помощью или хотя бы просто пожаловаться на свои неприятности.

— Почему ты так уверена, что Хью снова завертел интрижку? — с усталым вздохом спросил Макс.

Патти остановилась и посмотрела на него.

— Думаешь, это лишь плод моего воображения?

Макс пожал плечами.

— Насколько мне известно, в последнее время за Хью не замечалось прежних грешков.

Патти прерывисто вздохнула.

— Честно говоря, я надеялась, что он окончательно образумился. Все-таки семья, ребенок... Да и вообще, сколько можно волочиться за юбками!

— Ты не ответила на мой вопрос.

— Почему я уверена, что Хью вновь увивается за какой-то бабенкой?

— Ну мы ведь об этом говорим, не так ли?

Патти кивнула, затем произнесла с очередным вздохом:

— Я была бы рада ошибиться, но... Видишь ли, как ни гнусно это может показаться со стороны... Словом, я проследила за Хью.

Подобного Макс не ожидал. Они с Патти были знакомы одиннадцать лет, из которых последние пять работали вместе. Максу прекрасно была известна история знакомства и женитьбы Патти и Хью. Не менее хорошо осведомлен он был и о несчастье этой семьи, заключавшемся в том, что Хью был не дурак гульнуть. В течение всего времени своего замужества Патти никогда не опускалась до слежки за неверным супругом, а тут вдруг почему-то прибегла к ней...

— Ты? Проследила? — Темные брови Макса сами собой удивленно поползли вверх. — Что-то на тебя не похоже.

Патти скорбно кивнула.

— Признаться, сама себя не узнаю. Не думала, что так болезненно восприму эту новость. Наверное, все дело в том, что последние года полтора Хью никак не проявлял прежних привычек. — Она со страдальческим видом потерла пальцами висок.

Макс сочувственно спросил:

— Дать таблетку? В моей аптечке найдется аспирин.

Губы Патти изогнулись в вымученной улыбке.

— Спасибо. Думаю, он не подействует. У меня уже третий день голова ноет, наверное от нервного напряжения. В этом случае мне помогает только снотворное, но сейчас для него не время, верно?

Макс машинально бросил взгляд на наручные часы — без четверти восемь. Полчаса назад закончилась репетиция, музыканты разошлись, и, воспользовавшись этим, Патти заглянула к Максу.

— Да, рановато, — согласился он, одновременно размышляя над проблемой, периодически омрачавшей жизнь всего коллектива камерного оркестра «Фриско виртуозо».

Дело в том, что, будучи человеком чрезвычайно впечатлительным, Патти не умела оставлять свои переживания за пределами концертного зала. Она не в силах была отрешиться от личной драмы, взамен все помыслы направив на работу. Настроение Патти всегда сказывалось на игре, к счастью не затрагивая уровня исполнительского мастерства, а лишь отражаясь на его эмоциональной составляющей. Но даже в этом было мало хорошего. Что касается вещей, сочиненных в минорных тональностях, еще полбеды, но когда наступал черед мажорных, то музыканты поневоле начинали мрачно переглядываться — Патти портила всю картину. «Венгерские танцы» Брамса в ее исполнении приобретали оттенок похоронных маршей, а воздушность Моцарта странным образом преобразовывалась в тяжеловесность Вагнера.

— Что значит талант, — с невеселой усмешкой сказал однажды гобоист Эндрю Глиддер. — Ведь это еще нужно суметь так сыграть концерт для скрипки с оркестром в тональности ре мажор, чтобы слезы на глаза наворачивались, будто на похоронах!

Смешного во всем этом действительно было мало, ведь Патти являлась первой скрипкой, то есть играла ведущую роль во всем исполнении. Получалось так, что от ее настроения зависел успех всего оркестра.

— Ну почему я должен мучиться из-за того, что старину Хью снова потянуло налево? — ворчал все тот же Эндрю Глиддер. — Только потому, что он приходится мужем нашей Патти? Вот еще одно доказательство в пользу моего утверждения, что музыканту вообще не следует обзаводиться семьей!

Между тем сам Эндрю не только был женат, но имел троих детей. Кроме того, он обладал настолько невозмутимым характером, что невозможно было понять, возникают ли в его семейной жизни проблемы. Если таковые и случались, то это никак не отражалось на работе.

Если бы у Патти был характер Эндрю, я забыл бы о проблемах, подумал Макс, вновь взглянув на часы. И психологический климат в коллективе значительно улучшился бы. Жаль, что подобная идея неосуществима.

Тем временем Патти возобновила хождение по комнате.

— Что самое забавное, на этот раз выбор Хью пал на девицу, которая совсем не похожа на его предыдущих пассий. Так, серенькая мышка, ничего особенного, разве что бюст у нее...

— Постой, — перебил ее Макс. — Ты что же, видела новое увлечение своего супруга?

— Об этом-то я тебе и толкую! — усмехнулась Патти.

— Интересно, — протянул Макс, в последнюю секунду сдержав ругательство. Хью, зная ревнивый характер своей жены, совсем голову потерял, если забыл об элементарной осторожности. Прикончил бы мерзавца! Он где-то куролесит, а мне приходится успокаивать Патти. И если я не сумею это сделать, в ближайший уикэнд нас ждет грандиозный провал. На субботу было назначено выступление в одном из самых престижных залов Сан-Франциско. Если к этому времени Патти не выйдет из своего состояния... — Как же ты их застала? — спросил он, лишь бы что-то сказать. В действительности его не особенно интересовали подробности похождений Хью. Гораздо больше он переживал по поводу предстоящего концерта. — Пошла следом и... что?

— Поехала, — уточнила Патти. — Мне показалось странным, что несколько дней кряду Хью уезжает куда-то в пять часов вечера. В прошлую пятницу я не выдержала и решила проверить в чем дело. Как только Хъю укатил на своем «ауди», я в чем была бросилась на улицу, поймала такси и отправилась вдогонку. Сначала у меня еще оставались сомнения, но, когда я поняла, что он едет за город, они развеялись. Хью и прежде любил назначать дамам свидания в придорожных мотелях. — Патти провела ладонью по лицу, стараясь не задеть искусно подкрашенные глаза.

— И куда тебе пришлось ехать? — спросил Макс.

Она подняла на него полный муки взгляд.

— В Сансет-Сити.

— Ого! Разве ближе мотеля не нашлось?

— На этот раз Хью нацелился не на мотель.

— Гм... разнообразия мерзавцу захотелось... — сердито пробормотал Макс.

Реакция Патти на эти слова явилась для него неожиданностью. Она вдруг подбоченилась и с чувством произнесла:

— Не называй его так! Он просто... неуравновешенный человек, не может отказать себе в некоторых вещах... И вообще, у него много недостатков... но нас с Шоном он любит!

Макс смотрел на нее и спрашивал себя, почему в своем большинстве женщины склонны оправдывать мужчин, несмотря на то что ясно видят все их пороки и душевные изъяны. Что касается Хью Сайласа, то, по глубокому убеждению Макса, тот попросту не способен любить никого, кроме себя. А женился Хью на Патти единственно из-за того, что та имела неосторожность забеременеть. Впрочем, он наверняка питал теплые чувства и к жене, и к сынишке Шону, которому недавно исполнилось семь лет. Однако эти чувства были не настолько сильны, чтобы Макс рискнул назвать их любовью. И недавно появившаяся у него, если верить Патти, женщина — далеко не первая, и уж тем более не последняя.

— Что ж, я очень рад, что ты считаешь Хью любящим мужем и отцом, — не удержался от колкости Макс.

Ему совершенно непонятно было, почему такая умная, талантливая и тонко организованная женщина, как Патти, держится за гораздо более примитивного во всех отношениях мужчину. Из Хью даже музыканта не получилось, несмотря на то, что в свое время он умудрился окончить школу искусств по классу фортепиано. Потом, за короткий период сменив несколько коллективов, Хью понял, что не в состоянии соответствовать выдвигаемым к нему требованиям, и переквалифицировался в импресарио. На этом поприще к нему неожиданно пришел успех. Собственно, благодаря своим вновь открывшимся способностям Хью и проработал столько лет в оркестре «Фриско виртуозо». Как импресарио он был неплох. Его деятельность по организации и проведению концертов устраивала Макса, зато отношение к браку раздражало. Вернее, Макс никогда не стал бы обращать внимание на амурные похождения своего импресарио, — в конце концов, кому какое дело до личной жизни другого человека! — если бы не одно маленькое «но»: Хью был мужем Патти, первой скрипки оркестра, от настроения которой зависел успех выступлений.

— Наверное, я просто до сих пор его люблю, — хмуро произнесла она.

— И поэтому все прощаешь, — негромко добавил Макс.

Патти метнула в него взгляд.

— А что, по-твоему, я должна делать? Уйти от Хью? Разрушить семью и лишить Шона отца?

Макс покачал головой.

— Я не вправе давать тебе советы в таком деле. Могу лишь сказать, что твое пасмурное настроение сказывается на работе всего коллектива. Впрочем, это для тебя не новость, верно? Патти виновато потупилась.

— Знаю, вы все страдаете из-за меня... Но что же мне делать?! Я не могу оставаться безучастной к событиям собственной жизни... В то же время даже ты, который всегда поддерживал меня, не в состоянии ничего посоветовать!

Несколько мгновений Макс пристально смотрел на нее, потом сказал:

— Не то чтобы не в состоянии, а просто считаю, что у меня нет морального права что-либо рекомендовать тебе. Но совет у меня готов, только вряд ли он тебе понравится.

— Знаю, чего вам всем хочется, — тихо произнесла Патти. — Чтобы я развелась с Хыо. Тогда вы успокоитесь. А мои чувства не в счет. И интересы моего сына тоже.

— Патти, говорю же тебе...

— Брось, — махнула она рукой. — Я в курсе того, какие разговоры ходят в коллективе. Только вы все не понимаете, что развод проблемы не решит. Ведь Хьо по-прежнему останется нашим импресарио, а я продолжу играть на скрипке. Что же изменится? Ведь все последующие романы Хью будут развиваться у меня на глазах. И настроения моего это не улучшит. — Патти пристально взглянула на Макса. — Ты понимаешь, что рано или поздно перед тобой встанет вопрос, что с кем-то из нас двоих нужно расстаться?

— Только не с тобой! — быстро произнес он.

— Значит, с Хью?

Макс поскреб в затылке.

— Вообще-то как импресарио Хью меня устраивает... Правда, в последнее время он устраивает концерты в радиусе, не большем чем двадцать миль от Сан-Франциско, что довольно странно...

— Напротив, закономерно, если учесть, что ему не хочется удаляться от Сансет-Сити, где проживает его новая пассия, — хмыкнула Патти.

Если так, то это уже прямой ущерб бизнесу, с беспокойством подумал Макс. Одно дело, когда Хью треплет нервы супруги, и совсем другое, когда из-за его личных пристрастий понижается уровень доходов оркестра.

Словно прочтя его мысли, Патти сказала:

— Вспомни, сколько концертов мы дали в Сансет-Сити за последний месяц. Два? Три? Точно, три! Не многовато ли для одного небольшого городка, причем за столь короткое время?

— М-да... — протянул он. — Есть над чем задуматься.

— Вот именно. Так что не я одна страдаю от любвеобильности Хью.

Макс встал из-за стола и подошел к окну. Некоторое время он без особого интереса рассматривал противоположную сторону улицы, затем, не оборачиваясь, произнес:

— Хорошо, что ты предлагаешь? Чувствую, у тебя припрятана какая-то карта в рукаве. Выкладывай.

Он не видел, но почувствовал, что Патти приблизилась.

— Ты ведь прекрасно знаешь, как я ценю нашу дружбу, Макс...

Он усмехнулся.

— Дорогая, я ведь сказал, что готов выслушать тебя. Так что преамбула ни к чему, можешь сразу переходить к сути дела.

За его спиной прошелестел вздох.

— Хорошо. Видишь ли, только к тебе я могу обратиться с подобной просьбой. И очень надеюсь, что ты не откажешь мне, потому что иначе даже не знаю, как мне быть...

Начало довольно пугающее, промелькнула в голове Макса хмурая мысль. Что же она задумала?

— Словом, я хочу, чтобы ты поговорил с этой женщиной, — наконец с надрывом произнесла Патти.

Макс обернулся. Ничего подобного он не ожидал.

— С любовницей Хью?!

Патти лишь прерывисто вздохнула.

— Но о чем мне с ней говорить? — удивленно спросил Макс.

Она на миг закрыла глаза, прежде чем ответить:

— Обо мне и о Шоне. Эта дрянь... В общем, она должна знать, что у Хью есть жена и сын. — Голос Патти задрожал, и она прикусила губу, явно сдерживая слезы.

— Думаешь, ей неизвестно, что Хью не холостяк? — с кривой усмешкой произнес Макс. — Как правило, мужчина в возрасте под сорок, каковым является твой Хью, обычно женат. Так что, боюсь, я не открою секрета его новой подружке.

— Пусть так! — вдруг громко воскликнула Патти. — Все равно поговори с ней. Убеди оставить Хью. Она должна понять, что это подло — забавляться с чужим мужем. В конце концов, вокруг полно свободных мужчин!

Именно таковым Хью себя и считает, мысленно усмехнулся Макс. Вслух же произнес:

— Не думаю, что в подобной беседе есть какой-то смысл. Скорее всего, новая приятельница Хью просто рассмеется мне в лицо. И вообще, как ты себе представляешь этот разговор? Я подойду к той дамочке и скажу: «Пожалуйста, прекратите встречаться с мистером Хью Сайласом, его жена недовольна вашей связью». Так, что ли?

— Да хотя бы и так! Тебе смешно, а я места себе не нахожу. Хью еще никогда не проявлял такого безразличия ко мне. Я словно перестала быть женщиной. Можешь ты понять, насколько унизительно подобное положение?

Макс подумал, что ему действительно трудно это понять, так как он принадлежит к противоположному полу, — разве что представить себе, что кто-то не рассматривает его как мужчину? Тогда да, становится довольно неприятно. И даже обидно.

— Дорогая, не переживай: может, все еще не так страшно, как ты себе вообразила, — попытался он успокоить Патти.

К сожалению, из этого мало что получилось. Наоборот, у нее задрожали слезы на глазах.

— Конечно, тебя волнует лишь одно: чтобы на концерте я была в форме. И в прекрасном расположении духа. Но ты не желаешь ничего предпринимать для того, чтобы реально помочь мне достичь душевного равновесия!

Последняя фраза задела Макса за живое.

— Ошибаешься, я готов сделать что угодно, только бы ты наконец перестала убиваться по своему ненаглядному муженьку! — воскликнул он.

— Правда? — с надеждой взглянула на него Патти. — Значит, ты встретишься с ней? С той женщиной?

— Я даже не знаю, о ком идет речь, — вздохнул Макс, испытывая такое чувство, будто сам себя загоняет в угол.

— О, не беспокойся, мне многое удалось выяснить! Ее зовут Кристин Бэрроу. Она держит салон мод в Сансет-Сити.

— Не знал, что в этом городке есть салон мод, — пробормотал Макс. — Впрочем, если там нашелся зал, пригодный для выступления оркестра, то конечно...

— Это не то, о чем ты подумал, — быстро произнесла Патти. — Просто громкое название. А в действительности обыкновенное ателье, при котором также есть магазинчик, где торгуют одеждой собственного производства, постельным бельем и всяческим рукоделием.

— Ты узнала это, проследив за Хью?

Патти кивнула.

— Позже я нарочно съездила в Сансет-Сити и зашла в ателье, чтобы посмотреть, кого Хью выбрал на этот раз.

— И?..

— Не знаю... — покачала Патти головой. — Как я уже говорила, эта женщина не производит незабываемого впечатления. Сам знаешь, Хью всегда был падок на яркую внешность, а тут ничего особенного. Даже странно...

— Гм... иногда вкусы меняются, — пробормотал Макс, которого сейчас больше интересовал вопрос, как справиться с возникшей ситуацией.

— Возможно, но мне от этого не легче. Так ты согласен?

— Взглянуть на... Как там ее?..

— Кристин Бэрроу, — раздельно повторила Патти. — Но не только взглянуть — для меня это было бы бессмысленно, — а поговорить по душам. И добиться, чтобы она оставила мою семью в покое!

Вот как? Выходит, это «бедняжка» Хью запутался в сетях коварной содержательницы салона мод! А может, все-таки наоборот? Насколько мне известно, до сих пор инициатива принадлежала именно Хью. Впрочем, всякое в жизни бывает. Как говорится, чем черт не шутит: не исключено, что Хью сам оказался жертвой ушлой бабенки. Что ж, поделом! Жаль только, что Патти переживает. Эти мысли вереницей прокатились в мозгу Макса, оставив после себя странное ощущение интереса к неизвестной особе, возможно умудрившейся добраться до неких потайных струн в обычно непробиваемом Хью Сайласе, которого в общении с женщинами интересовало только одно — то самое, от чего заботливые матери предостерегают юных дочерей.



— Хорошо, — сказал Макс, все же, несмотря ни на что, чувствуя себя последним идиотом. — Так и быть, прокачусь в Сансет-Сити. Посмотрим, что можно будет сделать. Впрочем, многого не обещаю. По-моему, вся эта затея пустое занятие. А идея твоя гроша ломаного не стоит, уж прости за прямоту. Но, как говорится, попытка не пытка.

— Расскажи еще про соломинку, за которую хватается утопающий! — угрюмо обронила Патти. — Если бы ты хоть раз побывал в моей шкуре, не говорил бы обо всем этом с такой легкостью. Измены Хью всегда настолько угнетали меня, что я как будто заболевала физически.

Порывисто шагнув вперед, Макс нежно обнял Патти и погладил по голове, словно маленькую девочку. Все-таки ему было жаль ее. Настолько, что он с удовольствием вздул бы Хью, попадись тот сейчас ему под руку.

— Ну-ну, успокойся. Постарайся выбросить всю эту мерзость из головы. Считай, что я взял решение проблемы на себя. Тебе же остается лишь ждать результата. И, надеюсь, он тебя удовлетворит. — Иначе мне действительно придется искать кому-то замену, добавил он про себя. И, боюсь, этим кем-то окажется один известный любитель эротических приключений, из-за которого мой оркестр может лишиться первой скрипки!

2

Всю дорогу Макс пребывал в скверном расположении духа. Он бы с удовольствием передал неприятное поручение другому, однако в том-то все и дело, что это было невозможно. По глубокому убеждению Патти, проблему мог решить только он. Макс же имел на сей счет иное мнение, но, к сожалению, оно никем не принималось во внимание.

Патти детально рассказала, как проехать к принадлежащему Кристин Бэрроу салону мод. Впрочем, так как других подобных заведений в Сансет-Сити не было, то данная информация представлялась Максу излишней. Тем более что салон располагался на углу выходящей прямо на городскую площадь улицы и его вывеску невозможно было не заметить. На ней красовалось одно слово — «Престиж».

Чему только не давали подобное название! — усмехнулся Макс, продолжая оставаться в салоне своего «шевроле» и держа руки на баранке. Если поднапрячься, можно вспомнить дюжину заведений или предметов, которые именуются этим словом, начиная от лака для ногтей и заканчивая каким-нибудь элитным клубом.

Ох, как ему не хотелось идти в этот салон! За всю жизнь я не оказывался в более глупом положении, хмуро размышлял он, вглядываясь сквозь стекло витрины в глубь помещения.

Видно было немного, потому что недра салона заслоняли два манекена — мужской и женский, — стоявшие на переднем плане и, по всей видимости, призванные показать потенциальным клиентам, что пошив одежды производится по двум направлениям. Искусственный мужчина был облачен в антрацитового цвета смокинг, дама — в бальное платье.

Неужели подобные вещи пользуются в Сан-сет-Сити повышенным спросом? — подумал Макс, глядя на манекены.

Позже ему стало известно, что направлений изготовления нарядов на самом деле гораздо больше, но произошло это уже после того, как он перешагнул порог салона. Тут его взгляд сразу упал на три других манекена, выстроившихся вдоль стены и олицетворявших собой мальчика в шортах, клетчатой рубашке и бейсболке, девочку в пестром летнем сарафане и таксу в непромокаемом комбинезоне ярко-желтого цвета.

То есть здесь обслуживают не только дам и джентльменов, но также детей обоих полов и даже собак, промелькнуло в голове Макса, пока он не без интереса осматривался вокруг: ему давно уже не приходилось бывать в салонах мод, рассчитанных на посетителей с непритязательным вкусом. Несколько последних лет Макс Хоган приобретал одежду исключительно от кутюр.

— Желаете что-то заказать?

Она подошла так тихо, что Макс даже не догадался о чьем-то присутствии, пока не прозвучал ее голос. Лишь тогда он обернулся.

— Э-э...

В ту же минуту выяснилось, что он не подготовился к встрече. Нужно было как-то оправдать свое присутствие в салоне мод «Престиж», а у Макса не было подходящего ответа. И быстро найти его тоже не удалось, потому что думал он совсем о другом.

Кристин Бэрроу оказалась абсолютно не такой, как ее обрисовала Патти. Определение «серенькая мышка» было для нее оскорблением. Перед Максом стояла высокая стройная девица в короткой юбке — чтобы все могли любоваться точеными длинными ногами — и с прямыми черными волосами ниже плеч. Ее глаза были редкостного василькового цвета, губы подкрашены бордовой помадой.

Именно такие, обладающие яркой внешностью девушки никогда не оставляли равнодушным Хью Сайласа.

Интересно, почему Патти решила, что Кристин Бэрроу не похожа на прежних любовниц мужа? — подумал Макс. По мне, так она лучшая представительница того типа женщин, до которых так падок Хью!

— Простите, не поняла? — сказала Кристин. У нее был резковатый, выдававший простое происхождение голос.

И это тоже в духе Хью, промелькнуло в голове Макса. Ему нравится общаться с людьми, находящимися ниже его на социальной лестнице. С дамами особенно.

Тем временем в глазах его собеседницы отразилось удивление. Так и не дождавшись внятного ответа, она вновь заговорила:

— Наверное, вы хотите, чтобы мы что-нибудь сшили вам?

Макс меньше всего этого хотел, однако придумать какой-нибудь пустяк, который мог привести его сюда, у него все никак не получалось.

— Да? — добавила она с нотками недоумения в голосе.

И неожиданно для себя Макс ответил:

— Да. — Ему показалось, что Кристин облегченно вздохнула.

— А, кажется, понимаю! Вероятно, вы еще не определились со стилем? Или не сделали окончательного выбора, верно? Ничего, это бывает. — Она улыбнулась, окинув Макса с головы до ног молниеносным профессиональным взглядом. — Мы поможем вам подыскать именно тот вариант, который полностью вас устроит. У нас есть замечательные альбомы, где изображены модели одежды, удовлетворяющие самым изысканным вкусам. Вам останется лишь выбрать, и мы выполним ваш заказ в точности. Кристин лучший модельер в округе, у нее есть клиенты даже во Фриско.

Макс едва успел подумать о том, что его собеседница как-то странно говорит о себе — в третьем лице, — как вдруг за ее спиной возникла другая девушка, чуть постарше и пониже ростом.

— Постараюсь сделать все, чтобы вы остались довольны, — произнесла она с едва заметной улыбкой на полных, красиво очерченных губах.

Именно их Макс почему-то заметил в первую очередь, потом его взгляд упал на высокую упругую грудь незнакомки.

Вернее, последовательность событий была несколько иной, а все вышеперечисленное — вторично, потому что сначала он услышал голос — низкий, грудной, насыщенный волнующими обертонами. Когда ласкающие слух звуки достигли ушей Макса, по его спине непроизвольно побежали мурашки. И лишь затем он увидел губы и грудь девушки. К этому моменту его уже охватил чувственный трепет.

Удивляясь своей реакций, Макс внимательно посмотрел на незнакомку. Ее внешность не бросалась в глаза, но при ближайшем рассмотрении обнаруживала множество нюансов. Например, грациозность осанки, изящество движений, стройность бедер, обтянутых узкой длинной белой юбкой. Густые светлые волосы девушки были уложены на затылке в незамысловатый, но элегантный узел. От карих глаз необычного медвяного оттенка будто исходило сияние.

Словно заметив во взгляде Макса вопрос, она очень естественным и спокойным жестом протянула руку для пожатия.

— Кристин Бэрроу, хозяйка этого салона. Рада, что вы заглянули к нам, мистер?..

— Макс Хоган, — машинально произнес он, беря в ладонь ее тонкие пальцы.

Кристин Бэрроу? — вертелось в его голове. Не может быть... Если она Кристин, то кто тогда эта яркая брюнетка?

— Очень приятно, мистер Хоган. Постойте... — Кристин вдруг сморщила лоб. — Макс Хоган, вы сказали? А мы с вами раньше не встречались? Нет? Гм... Мне почему-то кажется знакомым ваше имя.

Еще бы! — не без самодовольства подумал Макс. Мое имя было напечатано на афишах, которыми пестрел перед приездом оркестра весь ваш городишко.

— А это Рита Дайферт, — продолжила Кристин. — Так сказать, моя правая рука.

С Ритой Макс просто обменялся улыбкой. Он все еще не мог избавиться от ощущения некоторого несоответствия. По его мнению, Хью не должен был заинтересоваться Кристин, если рядом с той находится такая жгучая красавица, как Рита.

— Прошу сюда, — указала Кристин на кресла, окружающие невысокий овальный стол, на котором лежали толстые каталоги в тисненной золотом обложке. — Здесь вам будет удобнее рассматривать модели одежды.

— Одежды? — повторил Макс.

— Конечно, — улыбнулась Кристин. — Ведь вы должны выбрать вариант, который мы затем вам изготовим. Собственно, что вам требуется? Возможно, вы уже упоминали об этом в мое отсутствие, а сейчас, пожалуйста, повторите для меня.

Ох, дьявол, кажется, я угодил в историю! — мелькнуло в голове Макса.

— Собственно, я не собирался... — начал было Макс, ища пути к отступлению, однако договорить ему не дали.

— О, не смущайтесь! — воскликнула Кристин. — Вы вовсе не обязаны разбираться в стилях и направлениях моды. Это наша задача. И мы поможем вам определиться с выбором, Присаживайтесь вот сюда... А Рита принесет нам кофе. Или вы предпочитаете чай?

Макс задумался, но вовсе не над этим вопросом. Просто он понимал, что чаепитие затянет его пребывание в салоне «Престиж», а ему хотелось поскорее разделаться с неприятным поручением и отправиться в обратный путь. Но, взглянув на вежливо ожидавшую ответа Кристин, Макс вдруг подумал, что ничего плохого не будет, если он выпьет чашечку кофе в обществе этой миловидной молодой женщины. Кристин ничем не напоминала злую разлучницу, каковой ее описала Патти. И инициатором возникшей между Хыо и Кристин связи наверняка являлась не она. Это Хью по своей давней привычке решил приударить за скромной жительницей небольшого городка, по-видимому до конца не осознающей своего очарования.

— Пожалуй, от кофе не откажусь, — сказал он.

— Очень хорошо. — Сделав знак Рите, которая тут же удалилась в недра салона, Кристин вновь улыбнулась Максу, будто старому знакомому.

И от этой улыбки у него потеплело на душе. Он даже как будто стал меньше сердиться на себя за то, что согласился взяться за дурацкое поручение Патти. Ему все больше нравилась домашняя атмосфера маленького салона, и он начал понимать, что фигурка таксы в ярко-желтом комбинезоне не случайно стоит по соседству с манекенами, изображающими детей. Это вовсе не оттого, что здесь готовы взяться за любой заказ, только бы он принес деньги, нет! Просто тут, в Сансет-Сити, такой стиль жизни. Многие друг друга знают, помнят по именам всех членов семьи, включая не только грудных младенцев, но и собак.

Это особая уютная среда, не похожая на суетный мир большого города, с оттенком непонятной зависти подумал Макс, усаживаясь в глубокое удобное кресло и принимая из рук Кристин чашку кофе, которую та в свою очередь взяла с подноса, принесенного быстро вернувшейся Ритой.

Вскоре возле одной руки Макса возникла на столе тарелочка с печеньем домашнего изготовления и вазочка с шоколадными конфетами, а возле другой — уже раскрытый каталог мужских костюмов. Он сидел, окруженный вниманием, и чувствовал себя, как в гостях у Доры, своей бабки по материнской линии, бывшей оперной певицы, до сих пор еще, несмотря на преклонный возраст, распевающей любимые арии, особенно после бокала мартини. Дора обожала свежую выпечку и частенько сама возилась с тестом и духовкой. А уж когда ждала в гости Макса, ее кулинарный талант бил фонтаном. И сейчас он чувствовал себя почти так же, как в обществе Доры. С единственной разницей, что обе ухаживающие за ним девушки вряд ли могли бы поддержать на профессиональном уровне разговор о классической музыке.

Зато общение с ними имело иные достоинства, по крайней мере, одной из них это касалось точно. Речь шла о Кристин. Дело в том, что, принимая от нее чашку, Макс рукой вновь коснулся ее длинных тонких пальцев. Он еще не успел забыть впечатления от первого соприкосновения, произошедшего в момент рукопожатия. Но теперь ощущения оказались гораздо более сильными, чем в прошлый раз. Настолько, что Макс едва не уронил чашку. К счастью, кроме него самого этого никто не заметил. Зато он с новым интересом взглянул на Кристин. Что за странное очарование скрывается за неприметной внешностью этой девушки? Возможно, Хью не так уж не прав, отдав предпочтение ей и проигнорировав красавицу Риту?

Чем дольше Макс общался с Кристин, тем отчетливее ощущал таящуюся в ней чувственность.

Может, она все-таки заметила мою преувеличенную реакцию на прикосновение, по всем меркам считающееся самым обыкновенным? Он снова покосился на Кристин, пытаясь найти ответ, однако она выглядела абсолютно спокойной и даже невозмутимой.

— Думаю, вам требуется нечто наподобие этого, — сказала она.

Переваривая свои необычные ощущения, Макс потерял нить разговора. Недоуменно сморщив лоб, он проследил за взглядом Кристин и увидел, что она указывает на страницу раскрытого каталога.

— Вы имеете в виду?..

— Вот этот светлый костюм, — на лету подхватила Кристин его незавершенную фразу. — Взгляните-ка поближе.

Она придвинула каталог к Максу, и ему не осталось ничего иного, как склониться над разворотом альбома.

— Угу... — глубокомысленно изрек он, рассматривая изображение какого-то молодого человека в костюме цвета кофе с молоком. Макс не знал, что еще сказать. Однако и молчать было неловко. Выдержав некоторую паузу, он произнес наугад: — Полагаете, мне следует обзавестись подобным костюмом?

Кристин взглянула на него, и он вновь на несколько мгновений окунулся в золотистое сияние ее удивительных глаз.

— Непременно. Я так и подумала, что вы пришли заказать нечто подобное.

— В самом деле? — вскинул Макс бровь. — Почему?

Она едва заметно повела плечами.

— Потому что начался июнь. А летом деловому человеку трудно обойтись без легкого костюма. На важную встречу в джинсах не пойдешь, верно?

— Ах вот вы о чем! — рассмеялся Макс. — С этим действительно трудно спорить. — В его гардеробе было как минимум три подобных костюма.

— Я ведь знаю, о чем говорю, — в свою очередь улыбнулась Кристин.

Макс смотрел на нее и гадал, как у них с Хью сладилось дело. Кристин заинтересовалась мужем Патти или тот не устоял перед ее неброским очарованием?

Когда подобные мысли возникли в голове Макса, он вдруг испытал ощущение, очень похожее на укол ревности. Это обстоятельство изрядно удивило его. Отправляясь сюда, он меньше всего ожидал подобных эмоций. В конце концов, какое ему дело до отношений Хью и Кристин? Вернее, он, конечно, заинтересован в том, чтобы эта связь оборвалась, но исключительно из соображений сохранения спокойной обстановки в своем .оркестре. Как говорится, ничего личного.

Тем более странным показалось Максу внезапное напряжение, охватившее его в ту минуту, когда он на миг представил себе Кристин в объятиях Хью. Нет, ему, конечно, и раньше приходилось испытывать похожие чувства, но тогда дело касалось женщин, с которыми он сам находился в интимной связи. Максу вообще трудно было справляться с присущими ему замашками собственника, хотя он прекрасно отдавал себе отчет в том, что ничего хорошего в подобной черте характера нет. Сейчас же она проявилась вновь, причем самым неожиданным образом и уж совсем в неподходящий момент.

— Нравится вам этот вариант? — пробился к нему как сквозь пелену грудной голос Кристин.

Максу показалось, что эти волнующие звуки проникли в его мозг, а затем сладостной вибрацией распространились по всему телу и нашли отголосок в интимной области, между бедер. В следующую минуту у него пересохло во рту.

Пораженный своими ощущениями, он снова поднял изумленный взгляд на Кристин. Она истолковала это по-своему.

— Не нравится? Что ж... Взгляните на другую модель, вот на эту, например.

Макс механически перевел взгляд на следующий снимок, сердясь на себя за необычную неспособность контролировать эмоции.

— Ну как? Этот костюм вам больше по душе? — терпеливо спросила Кристин.

— Э-э, пожалуй... — безучастно произнес Макс.

Кристин внимательнее посмотрела на фотографию.

— Знаете, наверное, вы правы. Эта модель более элегантна, и лацканы пиджака выполнены по самой последней моде. — Она взглянула на Макса. — У вас хороший вкус.

Тот кивнул, пытаясь вернуть душевное равновесие.

— Благодарю.

— Итак, будем считать, что с фасоном мы определились, — подытожила Кристин. — Остается выбрать ткань. В этом году у нас образовалась неплохая коллекция тканей из льняных, хлопковых и смешанных волокон. Только она находится в соседнем зале. Если вы закончили пить кофе, прошу туда.



— Я... да, закончил, — пробормотал Макс, опрокидывая в рот остатки напитка.

— О, вам вовсе незачем спешить! — рассмеялась Кристин. — Более того, Рита приготовит вам еще одну чашку кофе, если желаете.

— Это займет всего пару минут, — произнесла та, поднимаясь из-за стола.

Макс повернулся к ней. Увлеченный Кристин, он и забыл о присутствии Риты!

— Нет-нет, спасибо. Кофе у вас получился на славу, но... с меня довольно и одной чашки. — Я здесь не для того, чтобы кофе распивать, добавил он про себя. Мне необходимо каким-то образом перевести разговор в нужное русло, выяснить, как далеко зашли отношения между Хью и Кристин, иначе по возвращении домой нечего будет сказать Патти.

Тем временем Кристин тоже встала.

— Если так, прошу в соседний зал.

Понимая, что делать нечего, Макс двинулся за ней следом. В дверях произошла небольшая заминка, но вовсе не из-за тесноты проема или чего-нибудь в этом роде, а потому что Кристин споткнулась, что называется, на ровном месте и едва не упала. Виноват был каблук, запутавшийся в ворсе ковра.

— Ах! — вырвалось у нее, когда она поняла, что теряет равновесие.

Этот возглас помог Максу сориентироваться. Молниеносно протянув руку, он подхватил Кристин под локоть и помешал шлепнуться на пол. Вновь обретя вертикальное положение, она подняла на Макса благодарный взгляд. При этом выражение ее лица было таким трогательно-беззащитным, что на Макса вдруг нахлынула нежность. Но не успел он опомниться от внезапного половодья эмоций, как испытал прилив желания. Ему безумно захотелось прильнуть к приоткрытым губам Кристин.

Разумеется, последствием возникновения этих жарких мыслей стала естественная мужская реакция. Ощутив ее первые признаки, Макс резко втянул воздух сквозь стиснутые зубы и произнес про себя несколько непечатных выражений. В его жизни еще не было случая, чтобы эротические желания возникали практически на пустом месте.

Что за дьявол?! — ошеломленно спрашивал себя Макс. Ведь ее даже красивой не назовешь. Чем же она меня задела?

— Спасибо, — сказала Кристин, прежде чем бросить обеспокоенный взгляд на каблук, не сломался ли. — Как я умудрилась зацепиться, не понимаю?

— Это потому, что ты не привыкла к обуви на высоком каблуке, — послышалось сзади насмешливое пояснение Риты. — Вечно носишь какие-то штиблеты!

Оглянувшись, Макс увидел, что та наблюдает за ними, упершись рукой в бок и слегка покачивая бедром. На ее ногах красовались босоножки на высоченных шпильках.

Похоже, она поняла мое состояние! — промчалась в мозгу Макса паническая мысль. Нужно поскорее убираться отсюда, пока я не оказался в еще более дурацком положении.

— Ты как всегда права, — ничуть не смутившись, ответила Кристин. Затем она с улыбкой повернулась к Максу. — Не обращайте внимания на наши колкости, мы всегда препираемся. Прошу вот к этому стенду.

Макс с неохотой отпустил ее локоть, после чего они приблизились к красиво задрапированным образцам ткани разных светлых оттенков, среди которых, впрочем, преобладал бежевый цвет.

— Выбирайте, — предложила Кристин.

Кажется, я уже сделал выбор, подумал Макс, по-прежнему испытывая сладостное томление. Счастье, что мы здесь не одни. Если бы рядом не было Риты, не знаю, чем бы все это кончилось. Вот уж не ожидал, что новая пассия Хью окажется настолько притягательной!

— Даже не знаю... — пробормотал он, только чтобы что-то сказать. На его взгляд, Кристин стояла слишком близко для того, чтобы можно было сохранять душевное равновесие.

— А вы посмотрите сюда, — сказала она, легонько поворачивая Макса лицом к зеркалу и принимаясь подносить к его груди то один отрез висящей на стенде ткани, то другой. — Так удобнее выбирать, — добавила она. — Сразу видно, подходит вам цвет или нет.

Это было уже чересчур. То есть не только не удобнее, но гораздо хуже, потому что если раньше Кристин находилась близко, то сейчас вообще подошла вплотную. От одного осознания этого Макса бросало в жар.

Вместе с тем он все больше злился на себя за неспособность обуздать собственную сексуальность. Впрочем, гнев Макса распространялся не только на него самого, но также на Хью, который в свои тридцать девять лет все никак не мог перестать бегать за юбками, на Патти с ее манерой впутывать его в свои личные и даже на Кристин Бэрроу — за необычное, но чрезвычайно действенное очарование. Кроме того, его изрядно насторожил тот факт, что, оказывается, он не всегда способен контролировать себя. Эта новость неприятно удивила Макса. Окончательно разозлившись, он резко произнес:

— Все, достаточно! Остановимся на этой ткани.

Кристин критически взглянула на отрез льняной рогожки светло-кофейного цвета.

— На этой? Что ж, для того фасона, который вы выбрали, она подходит.

— Очень хорошо, — сказал Макс.

Он надеялся, что теперь-то Кристин отодвинется и даст ему возможность вздохнуть свободнее, однако она все медлила. Поймав недоуменный взгляд Макса, она произнесла:

— А может, на этот образец еще раз посмотрите? Видите, здесь выткана такая красивая елочка... Это смесь льна и хлопка. Хорошая фактурная ткань, причем более мягкая, чем чистый лен.

3

Максу совершенно безразлично было, из какого волокна изготовлена ткань. В эту минуту он больше всего хотел обрести возможность стать самим собой. Разумеется, Кристин вовсе не обязательно было об этом знать, поэтому ему не оставалось ничего иного, как изобразить любезную улыбку. Сложностей с этим делом Макс не испытывал, так как изрядно поднаторел в использовании светских приемов: ведь по роду своей деятельности ему приходилось общаться с большим количеством людей.

Надев на лицо дежурную улыбку, он сказал:

— Считаю необходимым прислушаться к вашему мнению. Вы профессионал, вам и карты в руки. С удовольствием подчинюсь принятому вами решению.

Последняя фраза, на первый взгляд совершенно невинная, вызвала у него новый прилив желания: в ней содержался едва заметный намек на интимные отношения. По крайней мере, для Макса в его нынешнем состоянии эти слова выглядели так.

К счастью, Кристин не уловила в сказанном подспудного смысла. Она просто улыбнулась, довольная тем, что помогла посетителю определиться с выбором.

— Вижу, вы не только шьете одежду, но и занимаетесь производством гобеленов? — сказал между тем Макс, направляясь к стене, на которой висели вышивки и гобелены.

Целью этого маневра было наконец-то отодвинуться от Кристин, близкое присутствие которой плохо влияло на Макса. Однако задачи этой он не достиг, потому что Кристин тут же вновь приблизилась к нему.

— Это не мы, — вновь зазвучал ее грудной голос. — Мы лишь продаем. А изготавливают эту красоту любители, кустарным способом.

— Не хотите ли вы сказать, что это ручная работа? — искренне удивился Макс, с интересом присматриваясь к развешанным на стене шпалерам. Даже испытываемый им чувственный трепет как будто отступил.

— Разумеется, — с оттенком гордости подтвердила Кристин. — А почему вы спрашиваете?

Макс пожал плечами.

— На мой взгляд, у вас довольно низкие цены.

Кристин и Рита переглянулись.

— У нас ведь маленький городок, — вздохнула Кристин. — Достопримечательностей особых нет, туристы редкость, поэтому наши покупатели в массе своей люди местные.

— С таким товаром пора выходить на новый уровень, — заметил Макс, в котором неожиданно заговорил бизнесмен. — Вы не думали о том, чтобы открыть магазин в большом городе, скажем в том же Сан-Франциско?

Кристин вновь покосилась на Риту.

— Признаться, я только об этом и думаю, но...

Макс пристально взглянул на нее.

— Вас что-то удерживает от решительного шага?

Она тихо рассмеялась. Максу эти звуки показались волшебной музыкой.

— Удерживает? Еще бы! Знаете, какая высокая в Сан-Франциско арендная плата?

— Догадываюсь, — усмехнулся Макс, в течение нескольких лет арендующий для репетиций и выступлений своего оркестра концертный зал «Магнолия». Повисла небольшая пауза, во время которой он продолжал разглядывать выставленные на продажу вышивки и гобелены. — Это каким же терпением нужно обладать, чтобы заниматься подобным ремеслом! По-моему, адски сложная работа.

— На любителя, — сказала Кристин.

— Да, я понимаю, что кому-то подобное занятие доставляет удовольствие, но цена этих вещей все равно должна быть выше. Ведь это настоящие произведения искусства! Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, что в Сан-Франциско их бы расхватали мигом.

— Очень может быть... — задумчиво протянула Кристин. — Тем более что гобелены снова в моде.

— Вот видите! Значит, вы сможете осилить арендную плату.

— Оно-то так...

— Я понимаю, трудно решиться бросить налаженное дело и начать бизнес на новом месте, но нельзя упускать подобную возможность, — произнес Макс с горячностью, удивившей его самого. И снова он рассердился на себя. С чего это ему вдруг вздумалось уговаривать Кристин Бэрроу переехать в Сан-Франциско? Уж не для того ли, чтобы она оказалась поближе к нему? Но одновременно Кристин будет ближе и к своему любовнику Хью Сайласу, мужу Патти. Боже правый, недоставало еще стать соперником Хью! — подумал Макс.

— Вы говорите так же, как один мой знакомый из Сан-Франциско, — вдруг сказала Кристин, едва заметно подмигнув Рите.

А может, это только почудилось Максу. Как бы то ни было, он вздрогнул, получив первое подтверждение словам Патти о том, что Хью завертел интрижку с хозяйкой салона мод из Сансет-Сити.

— Вот как? — осторожно произнес он. — Кто-то советует вам то же самое?

И вновь, на этот раз уже явно, Кристин переглянулась с Ритой.

— Да, есть один человек. Каждый раз как появляется здесь, только о том и говорит. Мол, нужно расширять бизнес, начинать работать с новыми клиентами и тому подобное.

— Разве он не прав? — сказала Рита. Кристин уклончиво повела бровью.

— Прав. Только говорить проще всего. Кроме того, заниматься этим придется мне, а не ему.

— Но он обещал подыскать помещение с умеренной арендной платой, — возразила Рита.

— Да помню я, — отмахнулась Кристин. — Но это не устранит остальных проблем.

Очень интересно, промелькнуло в голове Макса. Хью пытается предстать в роли субъекта, способного решить любую проблему? Впрочем, желание создать у любовницы мнение о себе как о полезном человеке вполне понятно. Однако я очень сомневаюсь, что Хью действительно займется поиском помещения под салон мод, да еще за умеренную плату.

— Что-то заболтались мы! — спохватилась Кристин. — Мистеру Хогану вовсе незачем тратить время на выслушивание наших разговоров, — сказала она, многозначительно глядя на Риту. Затем добавила, переведя взгляд на Макса: — Простите, мистер Хоган, мы немного увлеклись. Если вы окончательно решили шить костюм из этой ткани, то давайте вернемся к столу, где я сниму с вас мерку.

Я решил шить костюм? У меня и в мыслях не было ничего подобного! А впрочем... Ну будет у меня одним костюмом больше, какая беда?

Но, когда Кристин принялась обмерять Макса с помощью портновского метра, он понял, что совершил ошибку. Сейчас она не просто находилась близко, но также прикасалась к нему. Вдобавок Кристин попросила Макса снять пиджак, что лишь усугубило его чувственное волнение. Самым острым стал момент, когда, измеряя окружность талии, Кристин завела руки за спину Макса, не только почти обняв его, но даже слегка дотронувшись грудью до торса. Ему пришлось стиснуть зубы, чтобы участившимся дыханием не выдать своего возбужденного состояния.

Наконец пытка закончилась, чему Макс, безусловно, был рад... хотя и испытывал некоторое сожаление по поводу того, что Кристин отстранилась.

— Теперь осталось назначить день примерки, — сказала она. — Завтра я займусь выкройкой, следовательно, можете заглянуть к нам через денек... Ну или когда вам будет удобно.

Изначально Макс не планировал появляться в этом салоне больше одного раза, независимо от того, удастся ли ему выполнить просьбу Патти. С него было довольно и того, что он ввязался в эту историю. Однако сейчас, когда неожиданно завертелось дело с пошивом костюма и замаячила перспектива вновь встретиться, с Кристин, Макс оказался в тупике. Разумеется, он мог отказаться от всей затеи — ведь никто не может насильно заставить его сделать заказ в этом салоне, — но стоило ему посмотреть на Кристин, такую спокойную, нежную, очаровательную, как желание снова увидеть ее вспыхивало с особой силой.

В конце концов он сдался и произнес, будто бросаясь с моста в воду:

— Через денек не смогу, а, например, в следующий понедельник у меня найдется время для визита. Как вы на это смотрите? Только учтите, мне придется ехать из Сан-Франциско.

— Понедельник меня вполне устраивает, — улыбнулась Кристин. — Впрочем, и воскресенье тоже. Если необходимо, мы работаем без выходных.

— О, из-за меня перетруждаться не стоит, — усмехнулся Макс. — Не торопитесь, работайте без спешки. А сейчас до свидания, мне пора ехать.

— До свидания, мистер Хоган. Жду вас в понедельник.

«Жду вас», вертелось в голове Макса все время, пока он шел к выходу, а затем усаживался в «шевроле». А неплохо было бы, если бы эта Кристин Бэрроу в самом деле ждала меня — меня, а не просто очередного заказчика!

Однако, тронув автомобиль с места, он решил, что ему следует как можно скорее выбросить подобные мысли из головы. Близких отношений у него с Кристин быть не может, значит, нечего понапрасну тешить себя иллюзиями. А очередной визит нужно использовать если не для разговора, который подразумевает Патти, то хотя бы для выяснения ситуации между Кристин и Хью. Как далеко зашли у них дела? Чего следует ожидать дальше?

Теперь, когда Макс узнал, как выглядит, что собой представляет и каким очарованием обладает Кристин, у него возникли опасения, что скоро эта связь не прекратится. Более того, у Хью вообще может возникнуть идея порвать с Патти и жениться на Кристин.

Может, это было бы лучшим выходом из положения, мрачно размышлял Макс, ведя машину обратно в Сан-Франциско. Разом решились бы все проблемы.

В следующую минуту он усмехнулся наивности своей последней мысли. Проблемы не только не решатся, но начнут нарастать как снежный ком. Если Хью уйдет от Патти к Кристин, Максу придется отказаться от его услуг, потому что присутствие в одном коллективе двух бывших супругов неминуемо поставит под удар весь бизнес. Возможно, подобной опасности не возникло бы, если бы речь шла, к примеру, о бригаде кровельщиков, но, когда дело касается такой тонкой, хрупкой и эмоционально нестабильной конструкции, как симфонический оркестр, ситуация становится очень шаткой. Если у одного-единственного музыканта плохое настроение, это может отразиться на качестве исполнения всего оркестра. Макс знал людей, которые, берясь за инструмент, забывали обо всех личных неприятностях. К сожалению, первая скрипка оркестра «Фриско виртуозо» Патти Сайлас не относилась к их числу. И если в день выступления перед ее носом начнет мельтешить бывший супруг, жди беды. Но не присутствовать на концерте Хью не может, потому что именно он является организатором всей работы.

В случае наихудшего развития событий нас всех ожидает кошмар, подумал Макс. Человек, заботящийся о том, чтобы у музыкального коллектива постоянно была работа, одновременно станет острым нервирующим фактором для первой скрипки оркестра, чье раздражение эту самую работу и загубит!

Иными словами, все вновь сводится к тому, что рано или поздно Максу придется выбирать, кого удалить из коллектива — Хью или Патти. Собственно, для себя он уже решил этот вопрос, руководствуясь тем соображением, что людей, обладающих способностями Хью, много, а таланты, подобные Патти, можно по пальцам перечесть. Но поиск нового импресарио потребует времени, и в течение всего переходного периода оркестр останется без выступлений.

Как всякому человеку, Максу не хотелось плохих перемен, поэтому воображаемый вариант развития событий приводил его в уныние.

Вот если бы Хью оставил Кристин...

По пути домой эта мысль не единожды возникала в голове Макса, но способа осуществления в себе не содержала. Вместе с тем Макс испытывал такое чувство, будто решение проблемы лежит на поверхности, просто его надо увидеть.

— Какой интересный мужчина! — сказала Рита, провожая взглядом удалявшийся «шевроле».

— Да, наверное, — пробормотала Кристин, в свою очередь посмотрев сквозь стекло витрины на улицу. Затем она подошла к женскому манекену и принялась поправлять надетое на него платье.

Несколько мгновений Рита наблюдала за ней, потом усмехнулась.

— Ты обладаешь удивительной способностью не обращать внимания на симпатичных парней.

— Ну и что? — так же невнимательно произнесла Кристин.

В синих глазах Риты промелькнуло удивление.

— Неужели же они настолько тебе безразличны?

— Как тебе сказать... Думаю, когда появится тот, кого принято называть единственным и неповторимым, я его непременно замечу.

— Как же! Тебя больше интересует твой бизнес, чем обустройство личной жизни.

Кристин пожала плечами.

— Возможно, ты и права.

— Возможно?! — рассмеялась Рита. — Неужели тебя не пугает перспектива остаток жизни провести в этой глуши?

Казалось, Кристин задумалась.

— Не то чтобы пугает, но я, конечно, не прочь сделать то, о чем мы только что говорили.

— Наладить личную жизнь?

— Э-э... нет, переместить салон мод в большой город. Собственно, Сан-Франциско устроил бы меня по всем статьям. Он близко, я могла бы продолжать жить в своем доме, а на работу ездить туда.

Рита сокрушенно покачала головой.

— Так и знала, что ты скажешь что-нибудь в этом роде.

— Что же здесь удивительного? В этом бизнесе вся моя жизнь. Кроме того, я считаю себя обязанной продолжать наше семейное дело. И, если получится, непременно выведу его на новый уровень, выражаясь словами Хью. Кажется, он так говорил?

— Вроде того... Только пока ты выйдешь на этот уровень, успеешь состариться. Кто тогда замуж возьмет?

— Ну... — начала было Кристин, но умолкла, не найдя достойного ответа.

— То-то же. Ведь тебе уже сейчас двадцать четыре года. Между нами говоря, возраст, приближающийся к критическому. Еще годик — и все, навесят ярлык «старая дева» и станут смотреть как на залежалый товар. Зачем же сознательно допускать подобную ситуацию? — Рита вновь покачала головой. — Нет, салон салоном, но обыкновенное женское счастье тоже не помешает. И потом, тебе еще рано всецело сосредоточиваться на бизнесе. Какие твои годы? Всего двадцать четыре. Еще вся жизнь впереди!

Кристин уставилась на Риту, недоуменно сморщив лоб.

— Ты сама-то слышишь, что говоришь?

Та усмехнулась.

— Я все говорю правильно, уж поверь! Прости, что без обиняков, но мы с тобой не первый год знакомы, так что...

— Да не о том я, — рассмеялась Кристин. — Минуту назад ты назвала меня старухой, а сейчас рассказываешь о жизни, которая вся впереди. По-моему, явное противоречие.

Однако Риту не так-то просто было смутить.

— Ничего подобного. Если бы ты внимательно слушала, сама бы все поняла.

— Знаешь, несмотря на мой преклонный возраст, у меня еще не развилось старческое слабоумие, — хохотнула Кристин. — Лучше признай, что запуталась в доводах, и на том конец. Человек не может быть одновременно старым и молодым.

— Может. Ты не понимаешь простых вещей.

— Вот как? Ну растолкуй мне, старухе.

— Тут и объяснять нечего. Для замужества ты... гм... созрела, а для бизнеса еще молода. Как видишь, ничего сложного.

— Ну если так рассуждать...

— Только так. Женщине нужно в первую очередь думать о себе. Жизнь идет, годы уходят.

Кристин поморщилась.

— Терпеть не могу банальностей!

— Называй это как хочешь, но я знаю одно: оглянуться не успеешь, как на горизонте замаячит так называемый средний возраст. Со всеми его кризисами и прочими прелестями. Вот тогда ты точно начнешь нервничать. И локти кусать. Но будет поздно.

— Ох какие ужасы ты рассказываешь, — вновь рассмеялась Кристин. — Теперь понятно, почему ты присматриваешься ко всем особям мужского пола. И флиртуешь с каждым нашим клиентом.

Рита обиженно засопела.

— Далеко не с каждым.

— Верно, с последним почему-то не флиртовала, — с оттенком удивления произнесла Кристин.

Глаза Риты блеснули.

— Потому что он не видел никого, кроме тебя!

— Не преувеличивай, — негромко обронила Кристин, опуская ресницы.

— А ты не скромничай. Я внимательно наблюдала за этим... э-э... Максом Хоганом. Он глаз с тебя не сводил. А когда ты принялась снимать с него мерку, даже в лице переменился.

— Брось, все бы тебе насмехаться, — едва заметно зардевшись, произнесла Кристин.

Однако Рита не заметила ее реакции, потому что о чем-то задумалась.

— Вот ты сказала, что тебе его имя кажется знакомым. А знаешь, и у меня возникло такое же ощущение. Только ума не приложу, где я могла слышать эту фамилию.

— Может, Хью упоминал? — сказала Кристин. — Он ведь тоже из Сан-Франциско, мало ли что...

— Не знаю, — протянула Рита. — Но ощущение очень устойчивое. Ладно, неважно. Главное, что тебе давно пора изменить отношение к мужчинам.

— Ты за меня не беспокойся, — произнесла Кристин с оттенком легкого раздражения. — Я уж как-нибудь сама о себе позабочусь.

— Дело твое, но ты упускаешь столько шансов! Взять хотя бы сегодняшний случай...

— На Макса Хогана намекаешь? — Кристин нахмурилась и двинулась к столу, словно желая показать, что ее не особенно занимает начатый Ритой разговор.

Та направилась следом.

— Не намекаю, а прямо говорю. Он только на тебя и смотрел, а ты ноль внимания. Наверное, даже не заметила, что на его руке нет обручального кольца. Надо же, какая удача: такой мужчина — и свободен!

— Не будь наивной, — буркнула Кристин. — Ты видела, какой на нем костюм? Представляешь, сколько он за него выложил? Признаться, я вообще не понимаю, почему этот Макс Хоган приехал заказывать летний костюм в Сансет-Сити, если то же самое можно сделать в Сан-Франциско, причем в фешенебельном салоне!

По лицу Риты было заметно, что над этим вопросом она не задумывалась.

— Трудно сказать. Возможно, он...

— Но не это главное, — перебила ее Кристин. — По всему видно, что Макс Хоган человек небедный и занимает в обществе гораздо более высокое положение, чем мы. А теперь скажи, только честно: может такой парень, как ты выражаешься, заинтересоваться провинциальной девушкой, которая даже яркой внешностью не обладает?

Рита вскинула на нее испуганный взгляд.

— Я никогда не называла тебя дурнушкой!

— Ну при чем здесь ты! — вздохнула Кристин. — Просто ответь на мой вопрос.

Минутку подумав, Рита сказала:

— По-моему, именно этот парень, то есть Макс Хоган, способен заинтересоваться тобой. Более того, по моим наблюдениям, уже заинтересовался. Я видела, как он...

— Достаточно! — поспешно произнесла Кристин. — Не начинай все снова. Тем более что все твои наблюдения, скорее всего, выеденного яйца не стоят.

— Почему это? — вновь обиделась Рита.

— Потому что интерес Макса Хогана ко мне существует лишь в твоем воображении.

— Ничего подобного! Это у тебя глаза будто зашорены. Или ты просто делаешь вид, что тебе все безразлично.

Кристин усмехнулась.

— А зачем мне делать вид?

— Не знаю. По моему глубокому убеждению, все девушки мечтают выйти замуж, но некоторые предпочитают об этом помалкивать.

Кристин открыла было рот, чтобы отпустить какую-нибудь колкость, но передумала. Что бы она ни произнесла, Рита наверняка истолкует это превратно.

Между тем Кристин вовсе не склонялась к тому мнению, что каждая женщина непременно должна быть замужем. И не понимала, зачем это ей, если она своими силами обеспечивает собственное существование?

Разумеется, подобное отношение к замужеству не означало, что Кристин была абсолютно безразлична к представителям сильного пола. Однако соединять судьбу с кем-то только ради возможности сказать «я замужем», по ее мнению, было глупо. Еще глупее — поставить себя в зависимость от кого-то.

И первое и второе было возможно для Кристин лишь в одном случае: если она полюбит и ее избранник ответит ей взаимностью. Иные варианты исключались.

Словом, Рита ошибалась, полагая, что Кристин не проявляет интереса к мужчинам. Даже сейчас, в эту самую минуту, она втихомолку размышляла о нынешнем странном посетителе. Пока Макс Хоган находился в салоне, Кристин была озабочена лишь одним: не показать волнения, охватившего ее в тот самый момент, когда их взгляды впервые встретились.

Она давно не испытывала подобных эмоций — пожалуй, со школьной поры, когда была влюблена в одноклассника. Сегодня же Максу Хогану удивительным образом удалось задеть потаенные струны ее души, которые отозвались пронзительно-нежной вибрацией. Прислушиваясь к ней, Кристин совершала привычные действия с портновским метром, записывала снимаемые с Макса Хогана мерки в тетрадь, а сама боялась поднять глаза, чтобы не выдать своего состояния.

Когда он покинул салон, она, с одной стороны, испытала облегчение, а с другой — чувство, очень похожее на разочарование. И стала ждать возвращения своего странного заказчика едва ли не с той самой минуты, когда его «шевроле» скрылся за углом.

— Ну скажи, хотелось бы тебе обзавестись собственной семьей? — с плохо скрываемым любопытством спросила Рита.

Сама она только об этом и мечтала, но, в отличие от Кристин, не возлагала особых надежд на любовь. Риту больше интересовало финансовое положение потенциального жениха. Брак должен строиться на прочном фундаменте, считала она, а остальное приложится.

— Не приставай с глупыми вопросами, — отрезала Кристин с необычным для нее раздражением. — Давай лучше работать. Миссис Макгвайр завтра придет на примерку, а у нас до сих пор ничего не готово...

4

Обычные дела на время отвлекли Кристин от размышлений о Максе Хогане, но, возвращаясь домой, она думала о нем.

Это было что-то новое. Как правило, голова Кристин была занята чем угодно, только не воспоминаниями о том, что сказал или сделал какой-то мужчина. Она заглядывала по дороге в расположенную неподалеку от ее дома лавку Грега Сквотчера, покупала что-нибудь вкусненькое на вечер, затем готовила на своей уютной кухне ужин и устраивалась с ним перед телевизором или книжкой. Позже ложилась спать, а утром вновь отправлялась в салон, вполне довольная своей спокойной и размеренной жизнью.

Сегодня внешне все выглядело как всегда с той лишь разницей, что погруженная в свои мысли Кристин совершенно машинально здоровалась с встречными знакомыми, а зайдя в продуктовую лавку, долго не могла сосредоточиться и вспомнить, что ей нужно купить.

По вечерам, в час пик, владельцу лавки Грегу Сквотчеру помогала жена Лиз. Прежде Кристин просто болтала с обоими о всякой всячине, но сегодня у нее было особенное настроение, поэтому она лишь произнесла пару дежурных фраз. Затем, глядя на супругов Сквотчеров, спросила себя: неужели же у меня вправду никогда не будет жизни, которую принято называть нормальной, — с семейными заботами, мужем, детьми и всем, что с этим связано?

Строго говоря, отчасти Рита права: Кристин действительно относилась к мужчинам сдержанно. И с известной долей скепсиса. Бывало, кто-нибудь из них начинал ухаживать за ней, но всякий раз она задавалась вопросом: а зачем мне это нужно? И неизменно приходила к выводу, что предполагаемый союз ничего ей не принесет. В итоге получалось следующее: чем серьезнее были намерения ухажера, тем скорее Кристин порывала с ним.

И все потому, что собственное дело обеспечивало ей независимость.

Бизнес перешел к Кристин от деда Джозефа Бэрроу — или просто Джо, — почитаемого всем женским населением Сансет-Сити дамского закройщика. В шестьдесят пять лет он отошел от дел и переехал в оставшийся после покойной жены домик южнее Сан-Диего, почти на границе с Мексикой.

— Нужно убираться отсюда, — ворчливо приговаривал дед, собирая пожитки перед отъездом. — Иначе мне покоя не дадут. То одной сшей платье, то другой юбку, то третьей шелковую пижаму... Нет, с меня довольно! Да и глаза уже не те, что в молодости.

Так Кристин осталась одна в небольшом доме, который находился недалеко от центра Сансет-Сити. Тогда ей был двадцать один год и на ее руках осталось ранее принадлежавшее деду ателье мод, которое она через пару лет переделала в салон.

А с недавних пор вокруг нее участились разговоры о расширении бизнеса. В частности, наведывавшийся из Сан-Франциско Хью Сайлас так или иначе затрагивал эту тему во время каждого своего визита, так что она поневоле загорелась подобной идеей. Да и сегодня, будто нарочно, другой обитатель Сан-Франциско, Макс Хоган, тоже начал убеждать ее перевести дело в большой город.

Можно подумать, в Сан-Франциско только и говорят о том, когда же наконец туда переедет из Сансет-Сити салон мод Кристин Бэрроу! Она тихонько рассмеялась, отпирая ключом дверь своего дома. Нет, если это и произойдет, я оставлю здесь филиал своего заведения. Кто же станет шить платья местным модницам? А наряды к свадьбам, юбилеям и иным торжествам? И потом, мои давние клиенты просто обидятся на меня, если я брошу их на произвол судьбы, сменив Сансет-Сити на Сан-Франциско.

Неожиданно Кристин будто наяву увидела фешенебельный салон мод с элегантным интерьером, огромными сверкающими витринами, манекенами, настолько искусно выполненными, что их легко спутать с живыми людьми, а также удобное, многофункциональное помещение швейного цеха. И все это находится на одной из центральных улиц Сан-Франциско. А вдруг Хью в самом деле поможет мне найти помещение с невысокой арендной платой? На миг зажмурившись, Кристин улыбнулась.

Она не слишком-то верила в подобного рода обещания, но ведь иной раз так хочется помечтать! Да и Рита тоже часто заговаривала о переезде на новое место. И как будто даже всерьез ожидала от Хью конкретных действий в этом направлении, что, по мнению Кристин, было чистым безрассудством.

Хью, несмотря на всю свою веселость и обходительность, казался ей человеком необязательным. Что-то в нем присутствовало такое, чего Кристин не могла объяснить, но угадывала инстинктивно. И это нечто не позволяло ей относиться к обещаниям Хью всерьез.

А вот Макс Хоган показался Кристин человеком совершенно иного плана. Причем и в этом случае она не знала почему. Просто интуиция подсказывала ей это.

Впрочем, в глубине души Кристин понимала, в чем тут дело: Макс Хоган представлялся ей необыкновенным человеком. Она готова была поклясться, что прежде не встречала подобных мужчин. В нем ощущалась какая-то тонкость, врожденная деликатность, отражавшаяся не только во внешности, но даже в манере двигаться, жестах, интонациях голоса.

Одно осознание того, что на свете есть такой человек, делало Кристин счастливой. Сама того не осознавая, она весь вечер улыбалась — и когда клала в холодильник приобретенные в лавке Грега Сквотчера продукты, и когда споласкивалась под душем, и когда готовила ужин.

Настроение у нее было настолько приподнятым, что она даже плеснула себе в бокал вина к ужину из початой бутылки, оставшейся с Рождества, А когда включила телевизор, ее ждал приятный сюрприз: передавали фрагменты большого сборного концерта, в котором принимало участие несколько симфонических оркестров из разных уголков мира, а также известные оперные певцы.

Словом, ужинала Кристин с таким ощущением, будто сегодня праздник. Правда, в какой-то момент — а именно когда зазвучала ее любимая ария из оперы Доницетти «Любовный напиток» — она забыла о еде.

Бывали моменты, когда эта ария вызывала слезы на глазах Кристин, однако сейчас она подействовала противоположным образом: на ее губах вновь возникла едва заметная, с оттенком грусти, улыбка, которая своей загадочностью с успехом могла бы соперничать со знаменитой улыбкой Джоконды.

Наконец ария кончилась, и, прерывисто вздохнув от переполнявших ее душу эмоций, Кристин вновь взялась за нож и вилку.

Тем временем зазвучала другая музыка, но после Доницетти ее трудно было оценить по достоинству. Кроме того, вокал здесь отсутствовал. Впрочем, первая скрипка с лихвой его заменяла. Заинтересовавшись тем, кто так виртуозно играет, Кристин вновь взглянула на экран. Однако вместо скрипача там показывали дирижера.

Не увидев желаемого, она опустила было взгляд на стоящую перед ней тарелку, но вдруг в ее мозгу возникла какая-то неясная ассоциация. На секунду замерев, Кристин попыталась разобраться, в чем тут дело, потом медленно подняла голову.

На телевизионном экране, почти во всю его ширину, было изображение лица того самого человека, который заказал сегодня в ее салоне летний костюм и о котором она думала всю вторую половину дня. Макс Хоган!

Дирижер камерного симфонического оркестра. Вот почему он показался мне таким утонченным, медленно проплыло в голове Кристин. Теперь все понятно. Конечно, если человек профессионально занимается музыкой, он поневоле будет производить подобное впечатление.

Забыв о еде, она вглядывалась в экран телевизора, ловя каждый жест Макса Хогана и словно впитывая вдохновенное выражение его лица. От ее внимания не укрылся тот факт, что он и первая скрипка — оказавшаяся миловидной стройной женщиной с буйной копной светлых волос, которые красиво разлетались при резких движениях, — будто составляют единое целое.

Заметив это, Кристин помрачнела. Творческий союз вещь серьезная. Он гораздо более прочен, чем обыкновенная интимная связь, которая тоже наверняка имеет место между Максом Хоганом и этой изящной женщиной.

Дирижер и скрипачка, вертелось в голове Кристин все время, пока играл камерный оркестр. Дирижер и скрипачка... Это совсем не то, что дирижер и закройщица.

В конце концов на ее глазах все-таки выступили слезы, только вызваны они были отнюдь не музыкой. Сквозь дрожащую влагу Кристин прочла появившуюся внизу экрана информационную строку, которая содержала два названия — исполняемого произведения и находящегося на сцене коллектива. Камерный симфонический оркестр назывался «Фриско виртуозо».

Все логично, подумала Кристин. Ведь сам Макс Хоган из Сан-Франциско, или просто Фриско, как некоторые говорят. Отсюда и наименование оркестра.

Когда музыкальное произведение завершилось и по телевизору стали показывать другой фрагмент концерта, Кристин вспомнила, что не так давно в Сансет-Сити выступал оркестр с названием, подобным тому, которое только что промелькнуло в информационной строке. Она еще хотела сходить послушать живую музыку, но какие-то дела ей помешали.

Наверное, поэтому имя Макса Хогана и показалось мне знакомым, промелькнула в ее голове догадка. Скорее всего, на афишах была напечатана какая-то информация о дирижере, а я ведь читала все подряд.

С губ Кристин слетел долгий прерывистый вздох. Только-только на горизонте замаячила надежда на что-то новое, интересное и волнующее, как тут же все кончилось.

Видно, мне самой судьбой предназначено заниматься бизнесом, а не обустройством личной жизни, подумала она, стиснув зубы. Что ж, так тому и быть. Нечего витать в облаках и строить воздушные замки. Нужно сосредоточиться на делах. Кому-то суждено растить детей, а кому-то — развивать производство... И все же жаль, что Макс Хоган витает так высоко.

Затем Кристин до глубокой ночи ломала голову над тем, что заставило Макса приехать в находящийся в Сансет-Сити салон мод и заказать костюм. Не проще ли было сделать то же самое в Сан-Франциско?

Следуя договору, в понедельник Макс отправился в Сансет-Сити. Конечно, глупо было ехать в такую даль ради примерки костюма, тем более что и необходимости в его пошиве никакой не было, — однако Макс не только не испытывал по данному поводу негативных эмоций, но его тянуло в этот городок словно магнитом.

Разумеется, он говорил себе, что едет в Сансет-Сити ради спокойствия Патти, тем более что ее поручение осталось невыполненным. Он лишь убедился в том, что она не ошиблась, Хью действительно навещает очаровательную владелицу салона мод Кристин Бэрроу. Осталось выполнить главное задание Патти — побеседовать с ней по душам.

Макс по-прежнему считал эту идею дурацкой, но сейчас она уже меньше раздражала его. Потому что он лично познакомился с ненавистной Патти особой. Это обстоятельство не только кардинально изменило взгляд Макса на проблему, но породило желание и дальше заниматься ее решением. Более того, если бы даже вдруг Патти отменила свою просьбу, он все равно отправился бы в Сансет-Сити. На встречу с Кристин.

Чем Максу нравился этот тихий уютный городок, так это тем, что здесь не возникало проблем с парковкой. Как и в прошлый раз, Макс оставил свой «шевроле» почти напротив салона мод, на противоположной стороне улицы.

Заглушив двигатель, он посмотрел на витрину, и у него промелькнула запоздалая мысль, что на самом деле ему бы следовало не с Кристин беседовать, а зазвать Хью к себе в кабинет и всыпать по первое число, чтобы если уж вздумалось волочиться за юбками, то хотя бы позаботился об осторожности! Потому что ситуация просто анекдотическая: муж едет на свидание к любовнице, а за ним следом катит на такси жена. И вся картина супружеской измены оказывается перед ней как на ладони.

Попытка разглядеть что-нибудь сквозь стекло витрины провалилась, поэтому Макс решил покинуть автомобиль и подойти поближе. Когда он пересек улицу, стало видно, что в салоне есть посетитель — судя по всему, мужчина.

В голове Макса промелькнула мысль, уж не Хью ли здесь околачивается, и он даже огляделся в поисках принадлежащего тому белого «ауди». Однако такового не обнаружилось.

Кажется, у меня начинаются галлюцинации. Макс усмехнулся. Гораздо больше его интересовало, на месте ли Кристин. С одной стороны, она не должна была отсутствовать, ведь на сегодня назначена примерка, а с другой — мало ли что... могла заболеть или просто отлучиться по делам, тем более что в салоне есть еще Рита.

Максу вдруг стало не по себе от мысли, что, приехав сюда единственно ради перспективы увидеться с Кристин, вновь оказаться в поле ее тихого очарования, услышать музыкальные звуки голоса, он будет лишен этой возможности. Его даже в пот бросило. Ощутив выступившую на лбу испарину, он подумал: боже правый, что со мной происходит? Почему я так бурно реагирую на эту девушку?

Однако, несмотря ни на какие попытки обуздать волнение, оно не покидало его. Так и не избавившись от тревоги, он толкнул дверь и перешагнул порог салона.

В ту же минуту его сердце кольнуло разочарование: в глубине помещения Рита весело беседовала с каким-то молодым мужчиной. Оба повернулись к вошедшему Максу.

— Добрый день, мистер Хоган! — радостно воскликнула она. — Как хорошо, что вы... э-э... не забыли приехать.

— Здравствуйте, — сдержанно ответил Макс. — Почему вы решили, что я могу забыть? Разве я похож на человека, нарушающего договоры?

— Нет, — замялась Рита. — Не в этом дело. Просто вы наверняка постоянно заняты или что-нибудь могло вас отвлечь, да и вообще... — Неопределенно передернув плечами, она взглянула на молодого мужчину.

Тот сразу начал прощаться и напоследок сказал:

— Ну, еще увидимся... — Он покосился на Макса и шагнул к выходу. — А сейчас не буду вам мешать.

— Покупку не забудь! — Рита взяла со стола какой-то сверток и протянула своему собеседнику.

— Ах да! — спохватился тот. — Благодарю.

Приняв из рук Риты сверток, он коротко кивнул Максу и покинул салон.

— Сейчас позову Кристин, — сказала она после его ухода, взглянув на Макса с улыбкой, которую он счел насмешливой.

Похоже, эта знойная брюнетка видит меня насквозь, промелькнуло в его мозгу. Интересно, говорила она с Кристин обо мне? И если да, то что?

— Она в рабочем помещении, — продолжала тем временем Рита. Затем, вновь слегка замявшись, добавила: — Вообще-то в это время у нас обычно бывает ланч, но для вас мы сделаем исключение.

Макс взглянул на наручные часы. Действительно, приближалось время ланча. Спеша сюда и переживая, что может не увидеться с Кристин, он как-то упустил из виду, что как всякому живому человеку ей требуется перерыв.

— Нет-нет, — быстро произнес Макс. — Для меня никаких исключений не нужно. Я...

Однако Рита лишь улыбнулась вновь и, не дослушав его, удалилась через дверь, находившуюся за ее спиной.

Оставшись в одиночестве, Макс прошелся по салону, затем остановился перед манекенами и взглянул на таксу в ярко-желтом комбинезоне. Теперь идея выставить фигурку собаки вместе показалась ему если не оригинальной, то очень удачной и абсолютно органичной. Получалось все как в жизни — люди и их домашние питомцы рядом.

Долго ждать Максу не пришлось. Через минуту появилась та, ради которой он приехал сюда.

Сегодня Кристин была в простом платье кремового цвета длиной до середины колена. Ее густые светлые волосы свободно лежали на плечах, изысканную красоту оттенял неброский макияж.

Макс улыбнулся ей как старой знакомой и был очень удивлен, когда она произнесла подчеркнуто официальным тоном:

— Здравствуйте, мистер Хоган. Сейчас Рита принесет ваш костюм, и вы сможете примерить его вот здесь. — Она кивнула на закрывавшую угол загородку из непрозрачного стекла.

Макс пристально вгляделся в ее лицо, пытаясь понять, почему с ней произошла перемена. В прошлый раз она была так же спокойна, но гораздо более дружелюбна.

— Насколько мне известно, у вас сейчас перерыв на ланч, — произнес он. — Я не хотел бы нарушать ваш привычный распорядок. К тому же примерка может подождать. У меня сегодня свободный день, я никуда не тороплюсь... и тоже не прочь перекусить.

Едва Макс успел договорить, как появилась Рита, неся на вешалке сметанные на живую нитку пиджак и брюки.

— Прошу в примерочную, — весело произнесла она на ходу, а сама не останавливаясь направилась к загороженному углу.

Макс взглянул на Кристин.

— Вот видите, все уже здесь, — сказала та. — Примерка не займет много времени и не задержит ни вас, ни меня. А затем каждый из нас будет свободен и волен делать что угодно.

— Вы... уверены? — обескураженно пробормотал Макс.

— Конечно, — спокойно ответила Кристин. — Наденьте за ширмой то, что принесла Рита, только, пожалуйста, осторожно, а когда будете готовы, позовите меня.

Не желая вступать в бессмысленный спор, Макс молча направился в примерочную, разминувшись с вышедшей оттуда Ритой. Через минуту он краем уха услышал, как та сказала Кристин:

— Дальше справишься без меня? Сбегаю в кафетерий миссис Колдуотер, пока там не разобрали мои любимые булочки с заварным кремом.

Последовала короткая пауза, затем Кристин ответила:

— Хорошо, ступай. Только ключи не забудь, потому что потом я тоже выйду.

Спустя несколько мгновений Макс услышал звук закрывшейся входной двери и понял, что остался с Кристин наедине. Она находилась в зале, а он — на отделенном стеклянной перегородкой участке, где было большое зеркало, несколько стульев и круглая вешалка на стойке. На одном из ее крючков покачивались пластмассовые плечики со сметанным костюмом.

Макс уставился на него, остро осознавая тот факт, что сейчас ему придется раздеться почти что в присутствии Кристин. Эта мысль изрядно взбудоражила его. Но еще больше — то соображение, что, когда он переоденется, Кристин войдет к нему. И тогда они окажутся не только наедине, но в небольшом замкнутом пространстве, гораздо ближе друг к другу, чем сейчас.

Из некоторого ступора его вывел шорох, донесшийся с той стороны, где находилась Кристин.

Что же я стою! — спохватился Макс, принимаясь расстегивать пиджак и брюки.

Сбросив и то и другое, он осторожно натянул новые брюки и остановился, придерживая их на себе, потому что пояс и застежка пока отсутствовали.

Очень интересно! А как же надеть пиджак? Если я отпущу брюки, они упадут... Минутку подумав, он провел языком по пересохшим из-за ощутимого чувственного волнения губам и негромко произнес:

— Кристин?

— Да? — так же тихо отозвалась она. — Вы готовы? Можно заглянуть?

— Э-э... даже не знаю, что вам сказать. У меня тут кое-какие проблемы.

— Наметка разошлась? — В голосе Кристин прозвучало беспокойство.

— Что?

— Ну, белые нитки, на которых сейчас держатся детали костюма, — пояснила она.

— А... нет. Просто на брюках отсутствует застежка, и я вынужден их придерживать, поэтому не могу надеть пиджак.

Ему показалось, что Кристин рассмеялась — настолько тихо, что он не был до конца уверен, произошло ли это на самом деле. Затем вновь прозвучал ее чарующий голос:

— Подождите, сейчас я закреплю брюки булавкой, только для этого мне нужно войти к вам. Вы готовы?

Макс вновь облизнул губы. Готов ли он?

Смотря к чему! — раздался в его мозгу ироничный голос. Если к тому, чтобы овладеть Кристин прямо в этой примерочной, то да, вполне готов. А чтобы общаться с ней, не проявляя при этом своего возбужденного состояния, не знаю, не знаю...

Макс взглянул на себя в зеркало. Как ни странно, собственный внешний вид показался ему довольно спокойным, что было удивительно, учитывая испытываемое волнение.

Пожалуй, ничего не заметно, решил он. Впрочем, все равно ничего не поделаешь. Не прятаться же мне здесь вечно.

— Да... кхм... заходите.

5

Послышались легкие шаги, и через мгновение за перегородку заглянула Кристин. При ее появлении Макса бросило в жар и ему потребовалось все самообладание, чтобы скрыть это. Но в следующую минуту стало еще хуже: Кристин шагнула вперед, ее полная грудь упруго колыхнулась под платьем, и Макса пронзил острый эротический импульс.

Она без лифчика? — промчалось в его затянутом чувственной дымкой мозгу. — А ты узнай! — тут же прозвучала едва слышная подсказка его второго «я». Смотри, застежка на платье спереди. Потяни молнию вниз, половинки наряда разойдутся, и, если лифчика нет, ты увидишь обнаженную...

Прекрати! — мысленно взмолился Макс, и без того чувствовавший себя как на иголках.

Усилием воли он заставил себя оторвать взгляд от высокой груди Кристин, верхняя часть которой виднелась в вырезе платья, и посмотрел на ее губы.

Войдя, Кристин не подняла глаз, на лицо Макса. Казалось, ее интересует только то, как на нем сидят подготовленные ею к примерке брюки. Движимая этой мыслью, она придвинулась к Максу.

Тем временем, пытаясь справиться с волнением, он смотрел на ее губы, которыми она зажала две портновские булавки с пластмассовыми шариками на тупых концах. Острием они были направлены на Макса.

Вид этих булавок и помог ему слегка изменить ход мыслей. Он вдруг подумал, что Кристин сейчас отчасти похожа на змею с высунутым раздвоенным язычком. Одно неверное движение — и последует смертельный укус.

Боже, какой я идиот! — подумал Макс. Своей дурацкой несдержанностью могу испортить все дело. Если Кристин заметит мое возбужденное состояние, то просто выгонит меня отсюда. И будет права. Что это за мужчина, который не в состоянии контролировать свои эротические реакции? Ох, уколола бы она меня булавкой, что ли! Может, хоть таким образом я избавлюсь от этого непонятного вожделения...

Словно прочтя его мысли, Кристин вынула изо рта одну булавку и протянула руки к талии Макса.

— Сейчас мы это закрепим... — невнятно пробормотала она уголком рта.

Слегка задыхаясь, он спросил:

— Можно отпустить?

— Да, отпускайте, я держу.

— А если?..

— Не волнуйтесь, брюки не упадут. Пожалуйста, стойте спокойно. Сейчас я здесь поддену... так... вот и все.

Пока Кристин возилась с брюками и булавкой, Макс стоял с поднятыми к потолку глазами и молил небеса о том, чтобы его естественные мужские реакции не проявились в самый неподходящий момент. Ведь руки Кристин находились в опасной близости от наиболее интимного участка его тела!

Вдобавок сейчас Кристин стояла так близко, что стоило Максу немного наклониться, и он мог бы коснуться губами ее макушки. Собственно, будь его воля, он бы так и поступил, однако ситуация не располагала к подобным вольностям. Поэтому ему оставалось довольствоваться лишь возможностью вдыхать ароматы чисто вымытых и все еще хранящих запах шампуня волос Кристин.

Никогда не думал, что примерка костюма может быть настолько романтической, вертелось в голове Макса. Вероятно, все зависит от портного!

Проверив все, что ей было нужно, Кристин помогла Максу облачиться в пиджак, в который был вметан только один рукав, и вновь принялась двигаться вокруг, высматривая какие-то ей одной известные детали. Продолжалось это, по ощущениям Макса, целую вечность.

Однако все рано или поздно кончается, завершилась и примерка. Кристин удалилась, оставив Макса за перегородкой переодеваться.

Когда он вышел в зал, Кристин стояла у стола, машинально переворачивая страницы каталога мод.

— Все в порядке? — произнес Макс, полагая невежливым и дальше хранить молчание.

— Имеет в виду костюм? Да, вполне.

— Очень хорошо, — глубокомысленно изрек он, не зная, что положено говорить в подобных случаях.

Кристин улыбнулась, сразу напомнив себя прежнюю, более дружелюбную.

— Для вас шить одно удовольствие.

— В самом деле? — удивленно вскинул он бровь.

Она кивнула.

— Вам еще этого не говорили? Уверяю, то же самое скажет любой модельер.

— И в чем секрет, если... — рассмеялся Макс, — это не секрет?

— Все очень просто. У вас стандартная фигура, — пояснила Кристин.

Прекрасно понимая, что она имеет в виду, он тем не менее произнес:

— Вот досада! А я-то думал, что отношусь к категории нестандартных личностей.

— В данном случае быть стандартным скорее хорошо, чем плохо.

— Почему?

— У вас идеальная мужская фигура: широкие плечи, тонкая талия, узкие бедра... — Неожиданно Кристин осеклась и заметно порозовела.

О, выходит, не один я сегодня краснею от смущения! — подумал Макс, с удовольствием отмечая реакцию, вселяющую в его сердце надежду на благоприятную перспективу развития отношений с Кристин.

Он поймал себя на последней мысли, и в его мозгу промелькнуло: боже мой, и это я, который собирался отчитывать Хью за связь с Кристин! Да мне самому впору выслушивать чьи-то нравоучения!

Косвенное воспоминание о том, что очаровательная Кристин Бэрроу регулярно встречается с другим мужчиной, заставило сердце Макса болезненно сжаться от ревности. Ведь он не только прекрасно знает упомянутого мужчину, но также понимает, что встречи того с Кристин носят отнюдь не невинный характер.

— Понятно, — протянул Макс. — Ваш комментарий многое прояснил. Что ж, рад, что не доставил вам трудов.

Некоторое время Кристин молчала, и было заметно, что она в растерянности. Не желая ставить ее в неловкое положение, Макс спросил:

— А еще примерки будут? Она встрепенулась.

— Да! Я и забыла... Хорошо, что вы напомнили. Следующая примерка через три дня. Сможете приехать?

Макс вынул бумажник, открыл и, озабоченно нахмурившись, стал изучать находившуюся там карточку с календарем.

— Если в эти дни вы заняты, примерку можно перенести на другое время, — добавила Кристин, видя его затруднение.

— Знаете что? Сейчас я не могу с определенностью сказать, будет ли у меня время приехать сюда через три дня... то есть в пятницу?

Она кивнула.

— Давайте сделаем так: вы назовете мне номер своего телефона, а я в четверг позвоню вам и скажу более определенно, стоит меня ждать или нет. Идет?

Кристин на миг задумалась, затем сказала:

— Хорошо. Я дам вам свою визитную карточку. Пожалуйста, подождите минутку. — Она направилась к стоявшему у дальней стены письменному столу, а Макс тем временем задумался, стоит ли дать ей свою визитку.

Если Хью рассказал Кристин о роде своих занятий, то, увидев мою карточку, она сразу сообразит, что мы с ее любовником связаны одним бизнесом. И у нее непременно возникнет подозрение, что я неспроста явился сюда. С другой стороны, мне все равно необходимо провести с ней эту дурацкую беседу, на которой так настаивает Патти. Так что нет смысла продолжать игру в кошки-мышки. Кстати, заодно выясню, сообщил ли Хью правду о себе.

Когда Кристин вернулась с визиткой, Макс протянул ей свою.

— Спасибо, — сказала она, читая напечатанный на карточке текст.

Однако сколько Макс ни всматривался в ее лицо, так и не понял, какие мысли возникли в ее голове при виде его визитки. Внешне Кристин осталась спокойна, никаких признаков удивления заметно не было. Это могло означать две вещи: или Хью не рассказывал о себе правды и Кристин не связывает их имена между собой, или, напротив, ей все и так известно.

Ведь за минувшие дни Хью имел неоднократную возможность встретиться с ней, подумал Макс. И, узнав, что у Кристин появился клиент из Сан-Франциско по имени Макс Хоган, мог сказать, что сотрудничает с тем. То есть со мной. Поэтому Кристин и не делает изумленного лица. Удивиться, скорее, должен был Хью. Ведь не мог он не задаться вопросом, почему мне вздумалось шить костюм именно в этом салоне, как будто в Сан-Франциско нет подобных заведений!

— Итак, жду вашего звонка, — сказала Кристин, положив визитку в одно из отделений висевшей на ее плече сумочки.

— Непременно позвоню. А сейчас, насколько я понимаю, у вас ланч?

— Да, — сдержанно ответила она.

Макс минутку помедлил. В его голове зрело решение, основывающееся на осознании того, что в ситуации, в которую его загнала ревность Патти, ему придется импровизировать, как в какой-нибудь джазовой композиции.

— Мм... я тоже не прочь перекусить, — обронил он и замер, ожидая, что скажет на это Кристин.

Та неожиданно кивнула.

— Вы упоминали об этом перед примеркой.

— Но проблема в том, что я не знаю, где в Сансет-Сити можно поесть, — вкрадчиво произнес Макс заранее приготовленную фразу.

Кристин пожала плечами.

— Да где угодно! Хоть у той же миссис Колдуотер.

— У кого? — переспросил Макс.

— В кафетерии на углу, куда отправилась Рита.

Он усмехнулся.

— Но я ведь не знаю, где находится этот угол. Это вам Сансет-Сити известен как собственные пять пальцев,..

— Угол находится... на углу. — Кристин негромко рассмеялась. — Идемте со мной, если хотите. Это рядом.

Макс потихоньку перевел дыхание. Именно на это он втайне и рассчитывал — что Кристин пригласит его с собой.

— С удовольствием.

На выходе он галантно придержал перед ней дверь.

— Благодарю, — сказала Кристин, не глядя на него.

Затем она заперла салон, и они двинулись по улице. Он лихорадочно искал тему для разговора, наконец решил спросить о местных достопримечательностях и уже открыл было рот, как вдруг Кристин произнесла:

— Все, пришли. Кафетерий миссис Колдуотер перед вами.

Опешив, Макс уставился на вывеску с надписью «Молочный бар». Сквозь чисто вымытые стекла, в которых отражалось голубое небо, были видны сидевшие за столиками люди.

— Как? Уже? — пробормотал он.

— Ведь я сказала, что это недалеко.

— М-да... Что называется, в двух шагах. Что ж, войдем? Интересно, что это за булочки с заварным кремом, о которых упоминала Рита...

Однако Кристин покачала головой.

— Я просто показала вам, где находится кафетерий, но сама сюда не пойду.

— То есть как? — удивился Макс. — Ведь вы специально вышли, чтобы поесть?

— Верно, только я делаю это не здесь.

— Ах вот оно что! А где же? Покажите, пожалуйста.

Но Кристин вновь качнула головой.

— Вам туда нельзя.

Макс удивился еще больше.

— Неужели? Вы меня заинтриговали! Что же это за место такое?

Она отвела взгляд.

— Видите ли, обычно во время перерыва я хожу домой.

Макс нахмурился. Надежда провести ланч в обществе Кристин таяла на глазах.

— Может, сегодня сделаете исключение из общего правила? — осторожно спросил он.

— Не вижу смысла, — произнесла Кристин независимым тоном.

— Почему? — Он покосился на дверь кафетерия. — Неужели здесь так невкусно кормят?

— Нет, просто мне привычнее есть дома.

И тогда, будто кто-то невидимый дернул его за язык, Макс выпалил:

— Тогда пригласите меня к себе!

Теперь уже в глазах Кристин отразилось неподдельное удивление. Затем она произнесла с оттенком едва заметного раздражения:

— Не понимаю... С какой стати?

Макс слегка замялся.

— Честно говоря, я надеялся провести ланч с вами.

Она растерянно взглянула на него.

— Со мной? Зачем это вам?

Затем, дорогая моя, что Патти уполномочила меня провести с тобой воспитательную беседу, промелькнуло в голове Макса.

Разумеется, вслух произнести этого он не мог. Нужно было срочно подыскать другой повод.

— Я... гм... — Интенсивности, с которой работал сейчас мозг Макса, мог бы позавидовать самый быстрый компьютерный процессор. Не прошло и нескольких секунд, как решение было найдено. — Вообще-то это больше нужно вам, чем мне.

Во взгляде Кристин появилось скептическое выражение.

— Я правильно вас поняла? Мне нужно, чтобы вы перекусили у меня?

— Возможно, это звучит странно и даже смешно, — повел Макс бровью, — однако суть именно такова.

Она усмехнулась.

— Допустим. Но, может, все-таки выразитесь более конкретно?

— Пожалуйста. У меня появилось для вас интересное предложение. Делового характера, — быстро добавил он, испугавшись, что его слова будут неправильно истолкованы.

По лицу Кристин скользнуло выражение любопытства.

— В самом деле? И что это за предложение? А, попалась рыбка на крючок! — не без торжества подумал Макс.

— Ну нет, на улице я это обсуждать не буду, — твердо произнес он.

Кристин машинально провела по губам языком.

— Нет?

— Об этом даже речи быть не может. Разговор серьезный, в двух словах обо всем не расскажешь. Подобные вещи принято обсуждать в спокойной обстановке, поэтому считайте, что нам нужно устроить бизнес-ланч. К тому же гораздо приятнее беседовать о делах за чашкой кофе, верно?

Кристин почувствовала, что начинает нервничать. Этот неожиданный разговор застал ее врасплох. Ей и так сегодня пришлось нелегко. Эта примерка... Оказаться в такой близости к полураздетому Максу Хогану, едва ли не в его объятиях — для этого ей потребовалось немало выдержки.

А ведь ей никоим образом нельзя было выдать себя, показать, что она начала испытывать к Максу симпатию. Кристин знала, что произойдет, если она не будет осторожна. Подобно многим другим мужчинам, попавшим в подобное положение, блистательный Макс Хоган просто воспользуется ее эмоциональной беззащитностью. Мало кто из представителей так называемого сильного пола откажется провести ночку с дамой, которая сама того желает.

С другой стороны, упоминание о каком-то деловом предложении изрядно заинтриговало Кристин. Но что может предложить ей дирижер камерного симфонического оркестра? Кстати, врученная несколько минут назад визитка подтверждала, что Макс не однофамилец того человека, которого Кристин видела по телевизору, а он сам и есть.

— Не представляю, что вы способны мне предложить, — вырвалось у нее. — Кроме того, мне не верится, что вас мог чем-то заинтересовать мой бизнес.

Еще договаривая последнюю фразу, Кристин осознавала всю глупость своих слов. Если следовать логике, то получалось, что Макса заинтересовала она сама. Но подобное предположение просто нелепо. Смешно думать, что Макс обратит внимание на неприметную жительницу Сансет-Сити, когда в его оркестре есть такая очаровательная скрипачка! С которой к тому же он видится едва ли не каждый день...

— А вот тут вы ошибаетесь, — произнес тем временем Макс. — И я надеюсь вам это доказать.

Кристин смотрела на него и думала о том, насколько далеки они друг от друга, какую разную жизнь ведут и как, наверное, различается их мировоззрение. Спрашивается, может ли быть между ними что-то общее?

Кроме пошива костюма, ничего, с внутренним вздохом ответила она на этот вопрос.

— Может, все-таки сделаете исключение и согласитесь перекусить со мной в этом кафетерии? — произнес Макс.

Кристин бросила взгляд сквозь стекло витрины на посетителей «Молочного бара». За одним из столиков сидела Рита, оживленно болтая о чем-то со своей школьной подругой Грейс Макмиллан. Обе то и дело поглядывали на стоявших перед заведением Кристин и Макса. Заметив, что Кристин смотрит на них, обе заулыбались.

Говорить о делах в такой обстановке было невозможно. Да и вообще, Кристин не хотелось, чтобы завсегдатаи «Молочного бара» глазели на нее с Максом Хоганом.

— Только не здесь, — поморщилась Кристин. Затем, еще минутку подумав, со вздохом произнесла: — Ладно, приглашаю вас к себе, но учтите две вещи: у меня еда простая, а перерыв на ланч короткий.

Макс лучезарно улыбнулся.

— Оба эти условия для меня приемлемы. Только подождите здесь, пожалуйста, минутку, я подгоню свой автомобиль.

Кристин хотела было возразить, но передумала. Если они с Максом отправятся к ней домой пешком, то после ланча тот поневоле должен будет проделать обратный путь в ее компании. Она же не была уверена, что захочет продлевать время общения с ним.

Вскоре перед стоявшей на тротуаре Кристин притормозил знакомый «шевроле», из которого вышел Макс Хоган. Обогнув автомобиль, он распахнул дверцу переднего пассажирского сиденья.

— Прошу!

И Кристин скользнула внутрь на глазах всех посетителей кафетерия «Молочный бар». Спустя минуту Макс присоединился к ней, вернувшись за баранку.

— Ну, указывайте дорогу.

Когда «шевроле» остановился перед домом, в котором жила Кристин, она заметила, как в некоторых соседских окнах зашевелились занавески.

Еще бы! — промелькнуло в ее голове. Нечасто тут увидишь такой шикарный автомобиль. Небось и миссис Финли, и миссис Кавер, и даже мистер Миллер гадают сейчас, кто это подкатил к моему крыльцу.

— Ничего, если я оставлю машину прямо здесь?

Сначала Кристин не поняла вопроса, но быстро сообразила, что речь идет о парковке.

— Да, конечно.

— Проблем не возникнет?

Она покачала головой.

— Не помню случая, чтобы кто-то пострадал из-за такого пустяка.

— Как у вас здесь все просто. Признаюсь, мне все больше нравится Сансет-Сити!

Кристин ничего на это не сказала. Приведя Макса в гостиную, она предложила ему присесть на диван и полистать журналы, а сама отправилась на кухню. Там разогрела замороженные отбивные, на скорую руку приготовила салат из помидоров со свежей зеленью и майонезом. Подумав, открыла банку консервированной кукурузы и положила по ложке на две тарелки в качестве гарнира. Рядом поместила горячие отбивные.

Затем перед ней встал вопрос, где накрыть стол — здесь или в гостиной? Законы гостеприимства требовали, чтобы им отдали должное, но природное упрямство Кристин настаивало на том, что она не должна расстилаться перед Максом Хоганом, пусть даже он и упомянул о каком-то деловом предложении. Ей до сих пор не верилось, что она пригласила его в свой дом, хотя осознание того факта, что в эту самую минуту он находится за стенкой, очень волновало ее. В жизни Кристин не было случая, чтобы человек, которого показывали по телевидению в качестве участника некоего общественного мероприятия — например, большого сборного концерта, как в данном случае, — вдруг оказался в ее доме.

Некоторое время она ломала голову над неожиданно возникшей проблемой, пока наконец не произнесла, глядя в потолок:

— Мистер Хоган? Не возражаете, если мы расположимся на кухне?

— Не только не возражаю, но даже настаиваю! — донеслось из гостиной. — Не нужно устраивать из-за меня суматохи.

— Тогда... — Кристин облизнула губы. — Тогда, пожалуйста, мойте руки в ванной и идите сюда.

Не нужно было приводить его к себе! — промчалось в ее голове. Все это слишком интимно. Он увидит ванную, в которой я моюсь, кухню, где готовлю еду, и вообще... Я не должна была так сильно раскрываться перед ним.

Брось, сказал ей голос ее второго «я». Не волнуйся. Все это имеет значение только для тебя. Макс же безразличен и к твоему дому, и к тебе самой. Пойми наконец: ты не вписываешься в его жизнь! Так что оставь бесплодные надежды, дорогуша, и накрывай-ка лучше на стол...

6

Подавив вздох, Кристин принялась раскладывать ножи, вилки и салфетки. Когда на кухне появился Макс, она нарезала хлеб.

— У вас уютный дом, — заметил он, с любопытством осматриваясь вокруг.

— Спасибо. Присаживайтесь вот сюда.

— Кажется, я начинаю понимать, почему вы предпочитаете ходить на ланч сюда, а не в кафе, — сказал Макс, опускаясь на стул. — Тут гораздо приятнее. — Немного помолчав, он добавил: — И еще я догадываюсь, что вы цените уединенность. Угадал?

Кристин на миг задумалась.

— Да, наверное. — Она посмотрела на Макса и тут же опустила взгляд. — Угощайтесь, пожалуйста. Как я и говорила, ничего особенного предложить не могу. Только отбивные и салат.

— Замечательно, — улыбнулся Макс, берясь за нож и вилку. — Мясо и овощи, то, что я больше всего люблю. Наверное, поэтому вы и не хотели приглашать меня к себе.

Сказано это было без всякой паузы, поэтому Кристин удивленно уставилась на него.

— Потому что вы любите мясо и овощи?

— Что? А... нет. — Макс хохотнул. — Я имел в виду вашу любовь к уединению. Вам нравится сидеть за столом в одиночестве?

Молча пожав плечами, она отрезала кусочек отбивной и отправила в рот. Макс последовал ее примеру.

— Мм... вкусно.

— Это не я готовила. Замороженный продукт. Так что не тратьте времени на комплименты.

— Потому что вам нужно поскорее вернуться в салон, — кивнул Макс. — Я помню, помню. Только вы увиливаете от ответа.

— У меня и в мыслях не было, — хмыкнула Кристин.

— Тогда скажите, приглашаете ли вы кого-нибудь к себе? Хотя бы изредка? — Спрашивая, Макс думал о Хью. Неужели тот тоже здесь бывает?

— Изредка — да, приглашаю.

— Гм, а я было подумал, что вы живете затворницей. И кто этот счастливчик, если не секрет?

Кристин прищурилась.

— Счастливчик?

— Ну... у вас, наверное, есть приятель, — негромко обронил Макс.

Повисла напряженная пауза.

— Мистер Хоган, — наконец сдержанно произнесла Кристин, — вы уверяли, что у нас будет бизнес-ланч, но до сих пор я не услышала ни единого упоминания о делах. Не заставляйте меня жалеть о том, что я привела вас сюда!

Макс внимательно посмотрел на нее. Похоже, Кристин Бэрроу умеет хранить секреты. Что ж, придется пока оставить все как есть.

Кристин же тем временем ругала себя за резкость. Ну с чего она так напустилась на человека? Скорее всего, Макс не подразумевал ничего такого. В конце концов, нужно ведь о чем-то говорить за столом.

— Э-э... я хотела сказать, что у каждого есть свои стран... то есть привычки. Вот взять, к примеру, вас.

— Меня? — удивился не ожидавший подобного поворота Макс. — Вам что-то кажется странным во мне?

Кристин сжевала очередной ломтик отбивной, заела его кусочком помидора и лишь затем произнесла:

— Как вам сказать... Вы занятой человек, живете в большом городе и в то же время почему-то любите колесить по его окрестностям. Что-то гонит вас из Сан-Франциско?

Макс едва не подавился. Он надеялся использовать этот ланч, чтобы выудить у Кристин кое-какую информацию, а получается, что этим занимается она в отношении его самого. Ловко!

Он поднял на Кристин взгляд и увидел, что она ждет ответа.

— Не то чтобы гонит... — Макс вдруг рассмеялся, восхищенный тем, как она обвела его вокруг пальца. Тем не менее сдаваться он не собирался. — Знаете, до этой минуты мне как-то не приходило в голову, что моя любовь к коротким путешествиям по окрестностям Сан-Франциско кому-то может показаться странной. — Так-то, дорогая! Я тоже не настолько прост, как можно было ожидать. Тебе хочется узнать, что привело меня в Сансет-Сити, но если я и расскажу об этом, то только когда сам того пожелаю.

Кристин слегка вздохнула — с оттенком разочарования, как показалось Максу, — затем с усмешкой произнесла:

— По-моему, я понимаю в чем дело: вами двигало подсознательное желание найти место, где пошив костюма обойдется дешевле, чем в Сан-Франциско.

Несколько мгновений Макс смотрел на нее, потом весело рассмеялся. Ему нравилось ее чувство юмора.

Улыбка Кристин тоже стала шире.

— Угадала?

— Не знаю... Но если, не дай бог, у вас не заладится нынешний бизнес, вы с успехом сможете переквалифицироваться в психологи.

— Нет уж, лучше я постараюсь не допустить того, о чем вы говорите.

Макс взмахнул в воздухе вилкой.

— Правильно! Именно об этом я и собираюсь с вами говорить.

В глазах Кристин промелькнуло тревожное выражение.

— Полагаете, моему салону что-то угрожает?

— Нет, что вы! — поспешно произнес он. — Если вашему бизнесу что-то и угрожает, как вы говорите, то только расширение.

Заметно успокоившись, Кристин вновь принялась за еду.

— Ну до этого еще далеко.

— Напрасно вы так думаете, — тут же возразил Макс. — Разумеется, нужно все хорошенько обдумать, просчитать потенциальную выгоду и только потом...

— Послушать вас, так можно поверить, что перемены ожидаются уже в следующем месяце, - усмехнулась она.

— А почему нет? При разумном подходе к решению проблемы...

— Выяснится, что она не имеет быстрого решения.

Макс откинулся на спинку стула, упершись в край столешницы руками.

— Просто удивительно... Вы хватаете идею на лету, но тут же выворачиваете ее наизнанку.

Пожав плечами, Кристин заметила:

— Я всего лишь пытаюсь не поддаваться эйфории, которая губительна во всех смыслах, а для бизнеса особенно.

— А кто здесь толкует об эйфории?

— Вы, — ничуть не смутившись, произнесла она. — Я же, напротив, стараюсь не витать в облаках, а как можно прочнее стоять на земле. По моему убеждению, только так можно добиться успеха. — На миг умолкнув, Кристин добавила: — Кстати, если это и есть подразумевавшийся деловой разговор, то вы напрасно теряете время... — она бросила взгляд на наручные часы, — и занимаете мое.

Макс отправил в рот остатки отбивной, после чего положил нож и вилку на тарелку и негромко произнес:

— Наверное, вы решили, что я совершил некоторую уловку из желания задержаться в вашем обществе? — А разве не так? Ведь именно этим ты и руководствовался, приятель! — хихикнуло его второе «я». Однако Макс проигнорировал это возмутительное, невзирая на свою правдивость, замечание. Он смотрел на Кристин, ожидая, что она скажет. Но она лишь повела бровью, в очередной раз промолчав. — Если так, то должен вас разуверить: у меня есть конкретное предложение.

Кристин недоверчиво покосилась на него.

— Не понимаю, что вы можете мне предложить? Ваш род занятий не предполагает... Словом, вы так же далеки от изготовления одежды, как я от музыки.

— Гм, неплохое сравнение, но не совсем правильное.

— Только не говорите, что в свободное от концертов и репетиций время вы занимаетесь шитьем! — усмехнулась Кристин.

Он качнул головой.

— До этого еще дело не дошло.

— В таком случае в чем неправильность моего сравнения?

— Ну... вы, надеюсь, слушаете музыку, хотя бы изредка?

Кристин сразу вспомнила о транслировавшемся по телевидению концерте с участием этого самого человека, который сейчас беседовал с ней, и слегка помрачнела.

— Да.

— Вот видите! — обрадовался Макс. — А я ношу одежду.

Кристин сморщила лоб.

— Ну и что?

— Это нас объединяет, — пояснил он.

— То, что мы оба носим одежду? — уточнила Кристин с веселыми искорками в глазах.

Впрочем, она тут же опустила ресницы, потому что в ее мозгу возникло воспоминание о недавней примерке, в частности тот момент, когда ей пришлось закреплять на Максе брюки с помощью булавки.

— Нет, то, что каждый из нас хотя бы косвенно причастен к сфере деятельности другого, — произнес он.

— По-моему, этот вывод притянут за уши. Так можно что угодно объединить.

— В данном случае... — начал было Макс, но передумал и оставил фразу незавершенной. — Ладно, оставим. Главное не это, а то, что у меня к вам действительно есть предложение.

Кристин вздохнула.

— Хоть верится с трудом, но... выкладывайте.

— Видите ли, я арендую в Сан-Франциско зал для репетиций и выступлений своего оркестра.

— Очень интересно, только ко мне это не имеет никакого отношения.

— Ошибаетесь, самое непосредственное.

— Мистер Хоган, я хоть и люблю музыку, но сама ни на чем не играю. Так что вам вряд ли могу быть полезна.

— Это я хочу быть полезным тебе, Кристин, — негромко произнес Макс. — И не называй меня мистером Хоганом, пора нам перейти на имена.

Она напряженно выпрямилась, не поднимая глаз.

— Вы так думаете?

Макс кивнул.

— И на «вы» тоже не надо.

Повисла пауза.

— Так вот, концертный зал «Магнолия», о котором я упомянул, только называется залом. В действительности это отдельное здание, в котором есть кафе, а также другие помещения, и в их числе почти пустующая в настоящее время оранжерея. В нее можно попасть как изнутри здания, так и с улицы. Зачем я рассказываю обо всем этом? — Макс на секунду умолк, желая придать больше весомости тому, что собирался произнести. — Затем, что оранжерею можно превратить в салон мод, произведя, разумеется, определенную подготовительную работу. Даже оригинально получится, если сохранить оставшиеся в том помещении растения. Среди них, кстати, есть и настоящая живая магнолия, которая вот-вот зацветет.

Кристин пристально взглянула на него, будто пытаясь понять, что за всем этим кроется.

— Вы предлагаете это мне?

— Кому же еще? Ведь речь идет о расширении твоего бизнеса.

Она деланно рассмеялась.

— К сожалению, в данный момент я не могу себе это позволить!

— Почему?

— Неужели нужно объяснять? Потому что не осилю арендной платы.

— Осилишь, — уверенно произнес Макс.

По лицу Кристин скользнуло недоуменное выражение. Она вновь внимательно вгляделась в глаза Макса в очередной попытке проникнуть в суть его замысла, затем покачала головой.

— Нет. Мне ли не знать своих финансовых возможностей!

— А нынешняя арендная плата тебе по плечу?

— Да. Но...

— Вот и будешь ежемесячно платить мне такую же сумму.

— То есть как? — опешила Кристин. — Аренда помещения в Сан-Франциско не может равняться здешней!

Макс улыбнулся.

— Там и общая площадь зала больше раза в три. Я оранжереей абсолютно не пользуюсь, но оплачиваю вместе со всем зданием. Вот мне и пришло в голову предложить тебе переехать, так сказать, под мое крыло.

Еще сегодня утром Макс не знал, что предложит это Кристин. Сейчас он сам удивлялся себе, им будто двигало что-то от него не зависящее. Возможно, особую роль сыграло острое чувственное возбуждение, охватившее его в ходе примерки костюма. Можно сказать, оно и обострило сообразительность.

Тем временем Кристин нахмурилась. Ей совершенно не понравился покровительственный тон Макса, и она все еще не могла понять, какую игру тот затеял. Кроме того, ее насторожило одно употребленное им слово.

— Переехать? — произнесла она, наморщив лоб.

— Разумеется. Об этом я тебе и говорю!

— Но у меня и в мыслях не было закрыть здешний салон. В Сансет-Сити множество моих постоянных клиентов, я не могу оставить их без привычного обслуживания. И потом, мне показалось, речь шла о расширении?

— Ну да. Я ведь и говорю: площадь оранжереи гораздо больше, чем помещение, где сейчас находится твой салон мод.

— Но это совсем не соответствует моим намерениям, — заметила Кристин. — У меня другое на уме.

Макс помрачнел.

— А мне казалось...

Он не договорил, и Кристин спросила:

— Что?

Вздохнув, Макс сказал:

— Ну... что мое предложение не так уж плохо...

— Для девушки из предместья? — подхватила она.

Макс бросил на нее пристальный взгляд.

— Почему же, для кого угодно. Хоть для меня самого, окажись я на твоем месте. — Чуть помедлив, он добавил: — Ты не обиделась на меня? Меньше всего мне хотелось как-то задеть тебя или еще что-нибудь в этом роде.

— Нет? А чего хотелось? Каков ваш интерес в том, что я перееду в Сан-Франциско?

В самом деле каков? — проплыло в голове Макса. Перебравшись во Фриско, Кристин окажется ближе к Хью, которому я сейчас невольно делаю услугу. Он подавил тяжелый вздох. М-да... не совершаю ли я ошибки? А впрочем, там видно будет...

— Что касается интереса, то он больше касается тебя. Но и себя я не забыл в этом деле.

— А! — усмехнулась Кристин. — Все-таки что-то есть?

— Не без того.

Макс решил, что нужно что-нибудь придумать, иначе его предложение не только не покажется Кристин заманчивым, но и спугнет в самом начале.

— Может, посвятите меня в свои планы, мистер Хоган? — сказала она.

— Хорошо, только мы ведь, кажется, договорились обходиться без лишних церемоний. По крайней мере, ты не возражала против этого. Повтори вопрос как следует, и я отвечу на него.

— Да пожалуйста! — Пусть не думает, что я смущаюсь, промелькнуло в мозгу Кристин. Хочет без церемоний, значит, так и будет. Однако перейти на «ты» оказалось не так-то просто. — Э-э... — начала Кристин и умолкла. Но перерыв был недолгим: ей не хотелось, чтобы Макс осознал ее затруднения. — Значит, просто повторить? Ладно... — Она откашлялась. — Может, посвятишь меня в свои планы? — выпалила она на одном дыхании.

— Молодец, уже лучше! — похвалил ее Макс с такой радостью, будто ему сообщили о крупном выигрыше в лотерею. — А расчет у меня такой: хоть и частично, но ты все же компенсируешь мне издержки по арендной плате и вдобавок бесплатно сошьешь сценические костюмы для моего оркестра. Я оплачу только стоимость ткани и труд нанятых работников. Тебе же придется производить разработку моделей и раскрой материала бесплатно. — Немного выждав, чтобы Кристин могла осмыслить сказанное, он спросил: — Ну как тебе мой план?

Она молчала, размышляя, но вовсе не над предложением, а над тем, как стремительно ворвался в ее жизнь сидящий напротив человек. Еще на прошлой неделе она знать не знала, кто такой Макс Хоган, а сегодня ей кажется, что они знакомы если не всю жизнь, то по крайней мере очень давно. И хотя здравый смысл призывал ее относиться к ситуации критически и почаще вспоминать, кем является разъезжающий по всему миру с концертами Хоган, а кем она, обитательница небольшого городка, сателлита Сан-Франциско, Кристин не могла отделаться от ощущения, что Макс питает к ней интерес особого рода. Такого, от одной мысли о котором ее бросало в трепет.

Да, она больше не скрывала от себя, что Макс произвел на нее сильное впечатление. Ей все труднее было противостоять его мужскому обаянию. И она отчетливо ощущала, как, несмотря на доводы рассудка и осознание всей разницы положений, поют струны ее души, готовой сдаться в сладостный плен любви.

Именно сейчас, в эту самую минуту, когда Макс терпеливо ждал ответа, Кристин едва ли не впервые в жизни по-настоящему почувствовала себя женщиной — и не просто, а рядом с сильным уверенным в себе мужчиной.

— Кристин? — мягко произнес Макс. Выплывая из водоворота мыслей, она медленно подняла взгляд.

— Если вы... ты ждешь ответа, то напрасно. Я не готова дать его сейчас. Твое предложение слишком неожиданно, мне нужно подумать. К тому же я опаздываю. Перерыв на ланч почти закончился, а по его окончании придет на примерку миссис Макгвайр. — Кристин поднялась из-за стола. — Прости, но я даже кофе не успею сварить...

Макс тоже встал.

— Не нужно кофе... Я и не требую мгновенного ответа. Но обещай хотя бы серьезно оценить то, что я сказал. — В его выразительных серых глазах сквозило трогательное выражение надежды.

— Хорошо, — тихо произнесла Кристин. Этот взгляд проник в самое ее сердце.

— Буду с нетерпением ждать твоего решения. — Произнеся это, Макс взглянул на часы. — Знаешь что, давай-ка я подброшу тебя до салона на своем автомобиле. Хоть здесь и недалеко, но так будет быстрее.

В его предложении был здравый смысл, однако Кристин сейчас пребывала в таком душевном состоянии, что ей хотелось поскорее остаться наедине с собой.

— Нет-нет, не хочу тебя задерживать, — быстро произнесла она, направляясь в прихожую.

Макс двинулся следом.

— А я не хочу задерживать миссис э-э... Макгвайр, пусть даже мы с ней и незнакомы.

Уже на улице Кристин в очередной раз посмотрела на часы и сама шагнула к «шевроле».

— Ладно, сдаюсь! Если Рита вернулась с ланча, то миссис Макгвайр уже переодевается в примерочной. Если — нет, ждет у входа в салон.

Путь до салона был коротким, и тем не менее Кристин успела так глубоко задуматься, что очнулась лишь когда автомобиль остановился. Сегодняшнее общение с Максом подошло к концу.

— Благодарю за ланч, было очень вкусно, — сказал он с улыбкой, но в его голосе звучали нотки грусти. — И... прости, что задержал.

— Ничего, все в порядке. — Кристин выпорхнула из «шевроле». — Спасибо, что подвез.

— Я позвоню, как договорились! — крикнул Макс, трогаясь с места.

И вместо того, чтобы поспешить внутрь салона, входная дверь которого была открыта — признак того, что Рита уже вернулась с перерыва, — Кристин остановилась. Она смотрела вслед автомобилю Макса до тех пор, пока ее не окликнула вышедшая на порог Рита.

— Ах вот ты где! Что ж ты стоишь? Миссис Макгвайр уже проявляет признаки нетерпения.

— Иду, — нехотя отозвалась Кристин, даже не шевельнувшись.

Рита проследила за ее взглядом, успев увидеть, как знакомый «шевроле» сворачивает на перекрестке на трассу, ведущую в Сан-Франциско.

— А-а, вот в чем дело! — протянула она. Потом добавила: — Мм... а вечером приедет Хью. Он звонил.

— Очень хорошо, — безучастно пробормотала Кристин. По-видимому, слова Риты не произвели на нее большого впечатления. — Просто замечательно... — Едва заметно вздохнув, она направилась в салон. — Ну где там миссис Макгвайр? Бедняжка, наверное, совсем заждалась...

7

— Ну как, ты встречался с той девицей? — Это было первое, что услышал Макс, сняв телефонную трубку и узнав голос Патти.

Ох как некстати! — вспыхнуло в его голове.

Макс только что приехал домой из Сансет-Сити, и его еще переполняли воспоминания об очаровательной, нежной Кристин, с которой ему удалось провести гораздо больше времени, чем он ожидал. Всю обратную дорогу в голове Макса то последовательно, то вразнобой прокручивались детали нынешнего дня, насыщенного событиями, которые иному наверняка показались бы мелкими, но для него имевшими большое значение. Он даже не ожидал, насколько большим оно окажется.

Сначала Макс не без некоторого смущения вспоминал, как происходила примерка нового костюма — вернее, конечно, не саму эту процедуру, в которой не содержалось ничего особенного, а собственные эротические реакции.

Теперь он имел возможность более тщательно проанализировать не только свои ощущения и переживания, но также некоторые нюансы, относившиеся к поведению Кристин. Например, вспомнил, что, войдя в примерочную, она ни разу не подняла глаз и не посмотрела ему в лицо. Ее взгляд был направлен куда угодно, только не в глаза Макса. И еще в ней ощущалась сильная напряженность, что вообще-то было странно для человека, давно занимающегося индивидуальным пошивом одежды. Так могла вести себя начинающая портниха, но не владелица салона мод, у которого, судя по всему, нет недостатка в клиентах.

Если это смущение, размышлял Макс, то в чем его причины? Не в том же, что я был, мягко говоря, не полностью одет, да еще и брюки грозили если не слететь, то разойтись по швам, потому что держались на честном слове или, как выразилась Кристин, на живой нитке. Верно, на живой, она так и норовила выползти из швов! Но разве другие клиенты из числа мужчин не предстают перед Кристин точно в таком же виде? Кроме того, у нее роман с Хью, которого я прекрасно знаю. Ему раздеться перед женщиной ничего не стоит. У него даже теория есть, что, мол, дамы падки на мужскую наготу, как бы там они не возражали против данного утверждения. И даже самые твердокаменные держатся лишь до той минуты, пока мужчина не продемонстрирует свои интимные достоинства. А там уж принципы, идейная подоплека, врожденная прохладность и тому подобные вещи летят ко всем чертям!

Макс не напрасно вспомнил об этом сейчас. Хью действительно выработал своеобразный подход к слабому полу, заключавшийся в том, что необходимо поскорее раздеться, а там уж известный процесс покатится как по рельсам.

Самое смешное, что часто методика Хью действовала. А может, это ему такие дамы попадались?

Разумеется, Макс не мог воспринимать своеобразное ноу-хау своего импресарио всерьез. Ему казалась забавной одна только мысль, что зрительное воздействие наготы способно заменить внимание, нежность, ласку. Словом, все то, что так нравится женщинам, в чем они нуждаются...

— Говорил ты с ней? — ворвался в размышления Макса голос Патти. — Уже неделя прошла!

— Здравствуй, дорогая, — сказал он.

— Что? — По всей видимости, Патти очень глубоко погрузилась в свои проблемы. Настолько, что забыла о простых правилах вежливости. — А... Да, здравствуй... Так говорил ты с этой Кристин Бэрроу или нет?

Макс вздохнул. Не только говорил, но и полностью очарован, несмотря на ее явный роман с Хью! — мог бы сказать он, но, разумеется, ответить так было невозможно. Патти этого не поняла бы, более того — сочла бы предательством.

— Я с ней встречался. — Макс произнес это с неохотой, ему было неприятно обсуждать Кристин с кем бы то ни было, тем более с Патти, которая ту ненавидела.

— И не сообщил мне! — Прозвучавшему в голосе Патти возмущению не было предела. — Ведь мы с тобой виделись на репетициях! Когда это произошло?

— Что именно? — спросил Макс, прекрасно понимая, что подразумевается под последним вопросом.

— Ох боже ты мой! — вновь раздраженно воскликнула Патти. — Ваша встреча, конечно! Что же еще?

Макс усмехнулся, втайне радуясь, что Патти не может видеть его в данный момент.

— Какую из них ты имеешь в виду?

— То есть что их было несколько?

— Да не волнуйся ты так! Всего две.

— Ну рассказывай скорее! — взмолилась Патти, изнывая от нетерпения. — Всего... Подумать только! И ты говоришь об этом так спокойно!

— Э-э... видишь ли, дело в том, что рассказывать особо нечего.

— Как! Две встречи и нечего рассказывать?

— Потому что у меня еще не было с Кристин Бэрроу такого разговора, который нужен тебе. Я просто побывал в принадлежащем ей салоне, посмотрел, послушал — словом, разведал обстановку. — Макс решил не упоминать о заказе костюма и ланче в доме Кристин. По его мнению, Патти вполне могла обойтись без подобной информации.

— И все? — Ее разочарование было безмерно. Максу показалось, что она всхлипнула.

— Дорогая, ну не нужно принимать все это так близко к сердцу! — в свою очередь воскликнул он с плохо скрытой досадой. — Никуда твой Хью от тебя не денется! Вспомни, сколько подобных историй было у него в прошлом! И ничего, он всегда возвращался к тебе. Собственно, Хью никогда от тебя и не уходил. Так что тебе совершенно не о чем беспокоиться. Понимаю, неприятно, когда...

— В эту субботу Хью снова был у нее, они кутили весь вечер, — хмуро произнесла Патти. — Пока мы играли концерт, мой муженек тоже... как бы это сказать поделикатнее... пилил скрипку, только в другом месте.

И Макс мгновенно испытал укол ревности, болезненность которого поразила его. Он даже уперся рукой в стену, на которой висел телефонный аппарат, а потом и вовсе опустился на стул.

— Откуда ты знаешь? — с запинкой слетело с его губ. А ты ликовал, что умудрился повернуть дело так, что Кристин пригласила тебя к себе! — ехидно заметил голос гнездящегося в подсознании Макса таинственного наблюдателя.

В эту минуту он вспомнил, как во время его первого визита в салон Кристин сказала: «Понедельник меня вполне устраивает. Впрочем, и воскресенье тоже». Речь шла о дне примерки.

Понедельник и воскресенье! — всплыло в мозгу Макса. О субботе она предпочла не упоминать, и не напрасно: знала, что в этот день к ней приедет Хью.

От внезапного и абсолютно иррационального чувства обиды у него перехватило дыхание и больно сжалось сердце. Разумеется, он прекрасно отдавал себе отчет в том, что Кристин ничем ему не обязана, но все же как хотелось обратного! Особенно после событий нынешнего дня...

— Откуда знаю? — мрачно усмехнулась Патти. — Нашла в кармане пиджака чек тамошнего супермаркета с перечнем покупок. Среди них фрукты, деликатесы, пирожные, две бутылки вина... По-твоему, этот набор ни о чем не говорит?

— М-да... — протянул Макс, постепенно приходя в себя.

Он вспомнил, как ему показалось странным в субботу, что задолго до начала концерта Хью лишь на минутку забежал узнать, все ли в порядке, и тут же куда-то скрылся. Поначалу Макс думал, что тот где-то в зале, однако, когда он не появился после выступления, очень удивился.

— Ты просто обязан что-то предпринять, иначе... — Патти на миг умолкла, словно ей было больно говорить, — не знаю, что со мной будет. Главное, мой сын видит, в каком я состоянии, и расспрашивает меня. А что я могу сказать? Что его папа... — Голос Патти пресекся, и в трубке наступила тишина.

Сын-то ладно, подумал Макс. В каком состоянии ты отработаешь ближайшее турне, вот вопрос!

— По-моему, ты должна взять себя в руки и жить так, будто ничего особенного не происходит, — произнес он успокоительным тоном. — А там, глядишь, все образуется само собой.

В трубке послышалось сердитое сопение.

— То есть ты отказываешься разговаривать с этой девицей? — напряженно спросила Патти.

Разговор разговору рознь, подумал Макс.

— Вспомни, дорогая, — с очередным вздохом произнес он, — по твоей просьбе я и раньше предпринимал попытки вмешаться в делишки Хью, и ничего хорошего из этого никогда не получалось. В результате вы с ним только ссорились — и все. Уверен, сейчас будет то же самое.

— Не будет! — горячо возразила Патти. — Я даже виду не подам, что мне что-то известно. Только сделай то, о чем прошу, пожалуйста! На тебя единственная моя надежда...

Макс поскреб в затылке. Горячность Патти казалась ему преувеличенной. Складывалось впечатление, что она будто впервые столкнулась с неверностью супруга.

— Признаться, я не понимаю, почему ты так всполошилась. Мне кажется, прежде похождения Хью не вызывали у тебя столь бурной реакции. Нет, ты, конечно, переживала, но в панику не впадала. А сейчас просто сама на себя не похожа.

Патти невесело рассмеялась.

— Объяснить почему?

— Ну... если не трудно...

— Понимаешь, прежде Хью интересовался женщинами гораздо сильнее, чем сейчас, но исключительно яркими красавицами. А сейчас завел связь с этой серенькой мышкой... Данное обстоятельство меня настораживает: кто знает, чего от нее следует ожидать? Да и от Хью тоже. Может, у него кризис среднего возраста или еще что-нибудь в этом роде... В подобном состоянии мужчины часто уходят из семьи и начинают, как они считают, новую жизнь. Знаю, что ты скажешь: для меня было бы благом, если бы Хью ушел. Но только для меня! Я же в первую очередь думаю о сыне. Ребенок не должен расти в неполной семье. Вот когда он достигнет хотя бы лет шестнадцати, тогда, может, я сама оставлю Хью...

— До этого еще девять лет, — негромко заметил Макс. — Выдержишь ли ты такой длительный срок?

— Постараюсь. И потом, у меня есть надежда, что эта девушка последнее увлечение моего супруга. Может, потом он наконец успокоится?

— Будем надеяться, — буркнул Макс.

Повисла пауза, которую вскоре нарушила Патти.

— Ну что, выполнишь мою просьбу?

— Попытаюсь, — хмуро произнес он.

— У тебя получится. Ты ведь умница!

Кажется, я крепко застрял в этой истории, подумал Макс, повесив трубку. И дело не столько в Патти, сколько во мне самом.

Впрочем, Кристин тоже играла здесь далеко не последнюю роль. Каким-то чудом она сделала то, чего до сих пор не удавалось ни одной женщине: словно проникла под кожу Макса, вошла в плоть и кровь и подобралась к самому сердцу.

Его поражала контрастность Кристин. С одной стороны она была спокойной, уравновешенной, уверенной в себе, с другой — застенчивой, смущающейся, настороженной. Иными словами, Кристин будто сочетала в себе качества деловой дамы и девическую незащищенность.

Но что нравилось в ней Максу больше всего, так это полное отсутствие кокетства, которое сильно раздражало его в других женщинах. Теперь он понял Хью, сумевшего разглядеть за неяркой внешней оболочкой истинный бриллиант. Кроме того, Макс с прискорбием констатировал, что сам не заметил, как стал соперником собственному импресарио.

Только их ситуации в корне отличаются друг от друга. Хью имеет семью, а Макс не обременен браком или иными подобными обязательствами.

Но Кристин отдает предпочтение ему, а не тебе! — прозвучал в его голове ехидный голос.

Ну и пусть! — вдруг с какой-то даже злостью подумал Макс. Это ее дело и ее право. А мое — постараться выбросить всю эту историю из головы. Она яйца выеденного не стоит. Секрет в том, что я просто давно не был с женщиной, в противном случае никакая Кристин Бэрроу не сумела бы поддеть меня на крючок. Завтра же исправлю это положение!

Он решил позвонить своей приятельнице Элен, балерине. Время от времени они встречались и проводили вместе вечер или даже ночь — к обоюдному удовольствию.

Однако, несмотря на принятое решение, Макс продолжал думать о Кристин. Лишь недавно расставшись с ней, он уже жаждал новой встречи, и это усиливало возникшую в его сердце злость.

Нельзя сказать, чтобы подобное настроение устраивало Макса. По природе он был миролюбивым человеком, но сейчас не узнавал себя. Общение с Кристин выбило его из колеи. Самое удивительно, что все возникло практически на пустом месте. Если бы он не поддался уговорам Патти — вернее, если бы истеричность той не влияла на психологический климат в коллективе, — никакой поездки в Сансет-Сити и, следовательно, знакомства с Кристин Бэрроу не было бы и в помине. И он не метался бы сейчас по своей уютной, благоустроенной квартире, как дикий зверь в клетке.

К вечеру желание если не увидеть Кристин вновь, то хотя бы услышать ее голос достигло такой степени, что Макс спросил себя, уж не начало ли это сумасшествия.

Он вынул из бумажника полученную сегодня от Кристин визитную карточку и принялся внимательно ее изучать. Указанный номер телефона относился к салону мод. Ни домашнего, ни тем более сотового номеров не было.

Вскоре Макс поймал себя на том, что смотрит на часы. Без десяти шесть. Еще целых десять минут рабочего времени, потому что салон мод закрывается ровно в шесть.

Она еще там, зазвучал в мозгу Макса вкрадчивый голос. Набери номер и услышишь ее голос.

Но что я ей скажу? У меня нет никакого повода для звонка.

Его можно придумать. Неужели у тебя не хватит воображения? Ведь ты творческий человек. Только думай быстрее, время уходит!

Скажу, что оставил в салоне солнцезащитные очки! Правда, у меня их даже не было с собой, но какая разница? Главное спросить, не находила ли Кристин моей пропажи. Да, так и сделаю!

Уже набрав номер и услышав длинные гудки, Макс вдруг подумал, что к телефону может подойти Рита, и его заранее охватило разочарование.

Ох нет! Пусть это будет Кристин!

Однако того, что произошло в следующую минуту, он не ожидал: в трубке прозвучал мужской голос. Более того, Макс его узнал.

Хью!

Муж Патти находится в салоне Кристин и даже позволил себе ответить на телефонный звонок, как будто это является самым обыкновенным делом. В голосе Хью слышались отголоски смеха, словно тот только что шутил с кем-то и взял трубку, еще веселясь.

— Да? — произнес он. — Салон мод «Престиж», слушаю вас.

От неожиданности Макс онемел. И совершенно растерялся. Повисла пауза.

— Слушаю! — громче повторил Хью. Затем произнес, обращаясь к кому-то, кто находился в одном с ним помещении: — Не пойму, молчат... Что? Да, наверное, ошиблись.

Спустя минуту в трубке зазвучали короткие гудки. Устремив невидящий взгляд прямо перед собой, Макс нажал на кнопку отбоя.

Итак, только в субботу Хью был у Кристин и вот через день снова у нее!

Макс сжал кулаки в бессильной ярости.

В четверг он едва не проспал назначенную на десять часов утра репетицию. Виной была сумбурно проведенная накануне ночь.

Во вторник Макс не стал звонить Элен, как планировал, потому что весь день места себе не находил. Вчерашний звонок в салон Кристин совершенно выбил его из колеи. Веселый голос снявшего трубку Хью и на следующий день звучал в его ушах.

Подобных приступов ревности Макс за собой не помнил. Так сильно он никого не ревновал. А сейчас был в ярости, бегал по гостиной из угла в угол. Несколько раз останавливался, бил кулаком в стену и вновь продолжал бесплодные метания. Его бесило все и вся: Кристин, Хью, Патти, но в первую очередь он сам. Неспособность взять себя в руки представлялась ему унизительной. Кроме того, она порождала у него доселе незнакомое ему чувство беспомощности, что было уже пределом всего.

Макс помнил, что собирался позвонить Элен, однако в таком состоянии он даже общаться нормально не мог, что уж говорить об остальном.

В тот день он так и не встретился с Элен. Зато в среду все-таки созвонился с ней и она пригласила его к себе.

Но лучше бы он остался дома.

Эта встреча превратилась для него в насмешку. Элен была изящна и остроумна как всегда. И очень нежна с Максом. К сожалению, ее доброе отношение и все старания пропали даром. Он остался безучастен к ее ласкам, чем немало удивил приятельницу. Прежде такого не случалось.

Секрет же был прост: в течение всего времени, проведенного в обществе Элен, Макс думал о Кристин. Милая улыбка той, искрящиеся глаза словно застыли перед его внутренним взором, мешая сосредоточиться на женщине, которая находилась рядом. Даже когда прощаясь Элен обняла Макса и сама прильнула к его губам, он ответил лишь вежливым поцелуем. Никакой вспышки страсти, как бывало раньше, не произошло. Впервые в жизни Макс понял, что не в состоянии доставить женщине удовольствие.

Ласково отстранив Элен, он извинился, вышел в коридор и закрыл за собой дверь. На сердце у него была такая пустота, будто его выжгли изнутри, оставив вместо крови и плоти лишь черный пепел.

Оказавшись на улице, Макс поднял лицо к темному небу. Будь он собакой, завыл бы от тоски. Но и будучи человеком, поступил как преданный пес: сел в «шевроле» и поехал в Сансет-Сити.

Прекрасно осознавая все безрассудство своих действий, Макс тем не менее гнал автомобиль по ночному шоссе. Его словно тянула к Кристин какая-то неведомая сила.

Да, он понимал, что не сможет встретиться с той, к кому стремится всей душой. Ведь не ворвешься в дом к едва знакомому человеку да еще посреди ночи на одном лишь основании, что тебя заела тоска. Кроме того, Кристин наверняка уже спит, так что, даже если бы визит был возможен, Макс не стал бы ее будить. Ему просто безумно хотелось оказаться рядом. Пусть Кристин не догадывается о его присутствии — все равно. Это нужно ему, а не ей. У нее и без того все в порядке: бизнес процветает, Хью приезжает регулярно. Чего еще желать?

Зачем ей другой мужчина? — с горечью подумал Макс, проскочив на красный свет на пустом перекрестке, чего прежде никогда себе не позволял. Если бы был нужен, она не связалась бы с Хью.

Потом в его голове промелькнула мысль: а известно ли Кристин вообще о том, что Хью женат и имеет ребенка? Тот обручального кольца не носит принципиально, все еще считает себя свободным. Мог и не сообщать Кристин, что состоит, как говорится, в законном браке.

Так выходит, что Патти права и мне действительно стоит поговорить с Кристин начистоту? — спросил он себя. Не исключено, что она окажется достаточно принципиальной, чтобы разорвать связь с женатым человеком.

И тогда у тебя появится шанс, приятель! — подсказал ему знакомый голос его второго «я». Ради этого стоит рискнуть.

Макс скрипнул зубами. Разумеется, его мысли были навеяны отнюдь не желанием помочь Патти, а собственными интересами — он прекрасно отдавал себе в этом отчет, — но кому нравится выслушивать неприятную правду?

Погруженный примерно в такие раздумья, Макс въехал в пределы Сансет-Сити и покатил по безлюдным улочкам, держа курс на городскую площадь, кроме которой он здесь почти ничего не знал. Достигнув этого ориентира, он оставил «шевроле» в переулке под липами и двинулся дальше пешком.

Он прошел мимо салона мод, сейчас закрытого, без света и огней, затем достиг находящегося на углу «Молочного бара» миссис Колдуотер. В этот момент что-то зашелестело по листве. Обуреваемый своими мыслями Макс не сразу сообразил, что это дождь. Лишь когда на плечи упало несколько тяжелых капель, он переместился вправо и продолжил движение под прикрытием деревьев.

К дому Кристин Макс подошел через несколько минут.

Он не стал приближаться к крыльцу, а остался на противоположной стороне улицы, в черной тени лип, которых в этой части Сансет-Сити было множество. Ярдах в двадцати горел фонарь, но его свет не достигал того участка, где спрятался Макс.

Его взгляд был устремлен на темные окна дома напротив. Конечно, Кристин уже спала — этого и следовало ожидать. Впрочем, Макс и не рассчитывал ни на что иное. Зато произошло то, на что он не надеялся: его взбудораженные эмоции постепенно утихомирились. Гнев, волнение, тоска — все стало терять накал, а затем и вовсе улетучилось.

Он стоял среди порождаемых дождиком шорохов, смотрел на темные окна на втором этаже, где, по его расчетам, должна была находиться спальня, и испытывал блаженное состояние покоя, что казалось чудом после терзаний последних дней. В его сердце вкралась нежность к Кристин, которая, ни о чем не ведая, спокойно лежала сейчас в своей постели. У Макса же было такое чувство, будто он охраняет ее сон.

Так продолжалось некоторое время, пока внимание Макса не привлек звук быстрых шагов. По всей видимости, кто-то возвращался домой. Не желая быть замеченным, Макс вплотную приблизился к толстому стволу липы и сам словно превратился в тень.

Вскоре в неясном свете фонаря он увидел одинокую женскую фигуру в желтом непромокаемом плаще с капюшоном. Незнакомка торопливо шла по противоположной стороне улицы, стуча каблуками по мокрому тротуару и держа за петельку перевязанную шпагатом пеструю картонную коробку. Цвет ее покрытого блестящими каплями влаги плаща вызвал у Макса ассоциации с комбинезоном, надетым на манекен таксы, находящийся в принадлежащем Кристин салоне мод.

Эта мысль еще только формировалась в его сознании, как он понял, кто перед ним находится.

Кристин! Оказывается, она вовсе не лежала в уютной постельке, а только еще намеревалась туда забраться.

У Макса перехватило дыхание. Не зря он мчался сюда! В конце концов его устремления оказались вознаграждены: он увидел ту, мысли о которой не давали ему покоя третьи сутки. К счастью, она была одна. Если бы с ней находился Хью, у Макса, наверное, случился бы сердечный приступ.

Испытывая странное ощущение нереальности происходящего, он наблюдал, как Кристин поднялась по ступенькам крыльца, отперла ключом дверь и сразу скрылась за ней. Макс сделал было шаг вперед, но тут же отодвинулся на прежнюю позицию. Что он скажет ей? Как объяснит свое присутствие? Ведь у него нет никаких прав на эту девушку.

На нижнем этаже вспыхнул свет, но вскоре погас. Затем засветилось окно спальни. Макс жадно всматривался в скользящую по занавескам тень Кристин и гадал, чем она сейчас занимается. Раздевается, готовясь ко сну? Набрасывает ночную сорочку? А может... Макса бросило в жар от одной только мысли — может, Кристин предпочитает спать голой?

Выяснить это не представлялось возможным. Кроме того, через несколько минут свет погас, и теперь уже с уверенностью можно было предположить, что Кристин наконец улеглась в постель.

С губ Макса слетел медленный вздох. Чего только он не отдал бы, чтобы оказаться рядом с ней! А еще его мучило любопытство: откуда она возвращалась в столь поздний час?

Неизвестно сколько бы он еще стоял напротив дома Кристин, если бы не усилился дождь. Вскоре даже густая листва липы начала пропускать его, и это явилось для Макса сигналом, что пора вернуться в автомобиль. Он быстро преодолел расстояние до площади, забрался в «шевроле» и некоторое время сидел, не включая света. Затем провел рукой по лицу и повернул ключ зажигания. Пора отправляться в обратный путь.

Несмотря на то, что шоссе стало мокрым, Макс преодолел расстояние до Сан-Франциско очень быстро. Этому способствовало почти полное отсутствие на дороге транспорта.

Подъехав к своему дому, Макс поставил автомобиль в подземный гараж, но не зашел в лифт, чтоб подняться в квартиру, а вернулся на улицу. Неподалеку располагался круглосуточно открытый бар. Войдя туда, Макс направился к стойке, взгромоздился на высокий стул и заказал себе порцию виски со льдом и содовой.

Выпив, Макс попросил бармена повторить. Затем были еще повторы, Макс не запомнил сколько раз, но, добравшись наконец домой, мимоходом отметил, что уже около трех утра.

8

Удалившись после репетиции в свой кабинет, Макс некоторое время размышлял над дальнейшими действиями в отношении Кристин. С Хью он, к счастью, сегодня не встречался, так как тому нечего было делать на репетициях. А на вопрос Патти ответил, что пока у него не было времени съездить в Сансет-Сити для встречи с интересующей ее особой.

Прежде чем подойти к телефону, Макс долго стоял у окна, потом набрал номер, который отпечатался в его памяти, и стал напряженно ждать. Каждый длинный тягучий гудок словно гвоздем ввинчивался в его сердце. Наконец он услышал характерный звук: кто-то снял трубку.

Вот будет потеха, если это вновь окажется Хью! — промчалась в мозгу Макса окрашенная мрачным юмором мысль.

И в этот миг он услышал голос, музыкальные переливы которого не оставляли сомнений в его принадлежности Кристин.

— Салон мод «Престиж», — сказала она. — Добрый день.

— Здравствуй, — негромко произнес Макс.

Повисло молчание.

— Кристин? Это я, Макс Хоган.

— Я узнала, — наконец прозвучало в трубке. — Здравствуйте.

— Только умоляю, не переходи снова на «вы»! — воскликнул он, опасаясь отката отношений на начальную точку. — Ведь мы договорились!

Кристин тихонько рассмеялась.

— Хорошо. В таком случае — здравствуй!

От звуков ее смеха сердце Макса сладостно сжалось. Ах как ему хотелось, чтобы отныне и навсегда смех Кристин предназначался лишь ему одному!

— Звоню по поводу примерки, как мы и договаривались, — сказал он, чувствуя, что уголки его губ сами собой приподнимаются в ответной улыбке.

— Да?

— Видишь ли, дело в том, что мне придется сообщить тебе неприятную новость — по крайней мере, таковой она является для меня.

— Уже страшно, — усмехнулась Кристин. Она шутит, значит, настроение у нее хорошее, радостно отметил Макс. Рискну!

— Завтра я не смогу приехать к тебе... э-э... то есть на примерку, — быстро поправился он, хотя оговорка была сделана сознательно.

— Вот как?

Действительно ли в голосе Кристин прозвучали нотки огорчения или это ему лишь почудилось?

— Я занят практически весь день. Промежутки будут, но не настолько продолжительные, чтобы можно было успеть прокатиться в Сансет-Сити и обратно.

В трубке прошелестел едва различимый вздох.

— Что ж, если в пятницу не получается, можно встретиться в субботу.

К этому Макс подготовился.

— В субботу я тоже занят, а в воскресенье у меня концерт. В понедельник же я улетаю в Нью-Йорк.

Про концерт и вылет он сказал правду, все остальное, мягко говоря, было вымыслом. У него был небольшой план, на осуществление которого он очень надеялся.

— Значит, придется перенести примерку на следующую неделю, — констатировала Кристин.

— Нет, — с притворным вздохом сказал Макс, — не получится. Дело в том, что моему оркестру предстоит, так сказать, мини-турне. Из Нью-Йорка мы отправимся в Бостон, а оттуда в Оттаву, Монреаль и Квебек. — Он произнес это и затаил дыхание, ожидая, что скажет Кристин.

— А когда вернетесь? — спросила она.

И Макс понял, что Хью не все рассказывает ей о себе. Вопрос Кристин служил дополнительным подтверждением ее неведения относительно существования между Хью и Максом деловых связей.

— Впрочем, меня это не касается, — поспешно и чуть смущенно добавила Кристин.

Макс взволнованно провел языком по губам. Ее едва заметный конфуз тоже свидетельствовал кое о чем таком, что он посчитал своей удачей.

Неужели Кристин все-таки заинтересовалась мной? — с надеждой промелькнуло в его голове. А вслух он произнес:

— Почему же? Ведь ты вправе планировать свою работу. Вернемся мы примерно через две недели. Или несколько позже, если... э-э... нашему импресарио удастся заключить еще один договор.

Со стороны Кристин не последовало никакой реакции на слово «импресарио». Похоже, ее вообще гораздо больше интересовал пошив костюма.

— За две недели можно выполнить два таких заказа, как... гм... твой, — сдержанно заметила она.

— То есть за время моего отсутствия ты сумела бы закончить работу?

Кристин усмехнулась.

— Разумеется.

— Даже без примерки? — осторожно спросил Макс, скрестив два пальца на удачу.

Его нехитрая магическая уловка удалась.

— Нет, — протянула Кристин. — Хотя бы еще одну примерку нужно сделать. Я должна посмотреть, как сидят на тебе брюки, впору ли пояс, не топорщится ли пиджак... А без этого заканчивать пошив я не рискну.

Молодец! — мысленно похвалил ее Макс. Сама того не ведая, она шла в широко расставленные сети.

— Но мне так хотелось к возвращению получить этот костюм! — пробормотал он.

Повисла очередная пауза.

— Тогда придется выкроить время для примерки, — сказала Кристин.

Макс так и видел, как она пожимает плечами: мол, иного выхода я не нахожу.

— С этим-то у меня проблем нет... — протянул он, по-прежнему держа пальцы скрещенными.

Надо отдать Кристин должное, она сразу почувствовала подвох.

— То есть как? Только что ты говорил обратное!

Он втихомолку усмехнулся.

— Я говорил, что не смогу приехать в Сан-сет-Сити. А для примерки как таковой у меня время найдется.

Ну давай, еще немножко — и мы у цели! — произнес Макс про себя. А вслух добавил для большей убедительности:

— Я весь день проведу в арендуемом мною здании. Том самом, о котором рассказывал тебе, помнишь? Сначала репетиция, потом кое-какие дела, затем встреча с одним важным человеком. Вот перед ней у меня и появится свободный часок. Но ведь этого времени недостаточно, чтобы примчаться в Сансет-Сити, наскоро накинуть костюм и тут же умчаться обратно, верно?

— Конечно.

Соглашается! — с оттенком торжества подумал он.

Тем временем Кристин как будто задумалась. И эти несколько мгновений, перед тем как она заговорила, показались Максу едва ли не самыми напряженными в жизни. Однако первая же произнесенная ею фраза повергла его в уныние.

— Я могла бы прислать Риту... — начала Кристин, и у Макса упало сердце.

Риту! Зачем мне она? — едва не вскричал он. К счастью, у него хватило выдержки промолчать, за что он и был тут же вознагражден.

— ...но у меня правило: последнюю примерку я всегда провожу сама.

Умница! — переведя дух, подумал Макс. Кристин же продолжала рассуждать вслух:

— Но если поеду я сама, кто останется в салоне?

— Как кто? — не удержался Макс. — Разве Рита не справится?

— Дай подумать... Не могу вспомнить, какие примерки назначены на пятницу. Подожди минутку, пожалуйста, сейчас я открою журнал...

Макс закатил глаза к потолку: Кристин откровенно испытывает его терпение.

— Так, пятница... Гм, кроме миссис Макгвайр, никого нет.

— Вот видишь!

— Да, но у нее последняя примерка, которую по идее должна провести я.

— Боже правый, но не бывает ведь правил без исключений!

— Наверное... — Кристин немного помолчала. — Вообще-то для миссис Макгвайр мы шьем всего лишь летний сарафан. Думаю, Рита с этим справится.

Макс машинально вынул из кармана носовой платок и промокнул лоб.

— Значит, ты сможешь приехать ко мне?

Кристин мгновенно насторожилась.

— К тебе? Ты сказал...

— Да, да! — воскликнул Макс. — Я буду находиться в концертном зале «Магнолия». Ко мне — значит в мой рабочий кабинет. — Тут в его голове мелькнула одна мысль, и он добавил: — Кстати, заодно осмотришь оранжерею, о которой я тебе говорил. Надеюсь, это поможет тебе принять решение относительно переезда в Сан-Франциско.

— Хорошо, — с некоторой запинкой ответила Кристин. — Только не дави на меня.

Макс замер, впившись пальцами в телефонную трубку. Последняя фраза, на первый взгляд абсолютно невинная, породила в нем приступ острого эротического желания. «Не дави на меня», — сказала Кристин, и живое воображение Макса услужливо предоставило вполне завершенный образ того, как именно он мог бы надавить на нее.

Я должен обладать ею! — вспыхнуло в его мозгу. Иначе мне не избавиться от этого сексуального наваждения. Я так хочу ее, что не успокоюсь, пока она не станет принадлежать мне физически.

— Жду тебя в три часа дня, — хрипловато произнес Макс. — Не возражаешь? Хорошо, тогда записывай адрес. Встречу тебя в холле.

Все это было чистой импровизацией, если не считать того, что Макс еще накануне ночью, сидя в баре, задумал выманить Кристин из Сансет-Сити. Ему неприятно было ехать в салон мод, где Хью чувствует себя как дома. Вдобавок там запросто можно столкнуться с ним, что не принесет ничего, кроме осложнения ситуации.

Однако невозможно было пригласить Кристин в свою квартиру. Она сразу почует неладное и с ходу ответит отказом. Кроме того, подобное приглашение явилось бы своего рода уведомлением о замыслах. В этом случае терялся бы эффект неожиданности, на который Макс очень рассчитывал. Ему хотелось захватить Кристин врасплох, тогда появлялась надежда на успех.

Конечно, у себя дома Максу удобнее было бы осуществить задуманное. По крайней мере, там было уютнее, чем в «Магнолии». Однако условия игры требовали рассмотрения иных вариантов.

На войне как на войне, подумал Макс, придирчиво оглядывая свой кабинет. Хорошо, что в свое время я распорядился положить здесь этот ковер.

На следующий день, отправив домой всех уборщиц и техников и освободив таким образом для себя поле деятельности, около трех часов дня он спустился в холл, где стал ждать появления Кристин. Между делом он болтал с охранником, не столько от скуки, сколько пытаясь побороть волнение, нараставшее по мере того, как часовая стрелка приближалась к цифре «3».

Сначала Макс услышал Кристин и лишь потом увидел. Его предельно обострившийся слух уловил знакомое постукивание каблуков по асфальту, донесшееся со стороны ближайшей автобусной остановки. Макс узнал этот волшебный ритм, потому что уже слышал его недавно, скрываясь за одной из растущих напротив дома Кристин лип.

Вскоре за стеклянными дверями возник не менее знакомый силуэт: стройные бедра, тонкая талия, полная грудь. Волосы сегодня свободно лежали на плечах Кристин, и такой она нравилась Максу больше всего. В руке она держала специальный плоский кофр для перевозки костюмов, на плече висела белая сумочка. Туфли на Кристин тоже были белыми, а платье длиной чуть ниже колена — нежно-голубого цвета.

Макс поднялся с кресла и двинулся ей навстречу.

Холл был просторным, поэтому сближение заняло некоторое время, но каждое мгновение показалось Максу прекрасным, а сам процесс отчасти даже символическим. Вероятно, нечто подобное ощутила и Кристин, потому что на ее губах появилась немного смущенная улыбка. Во всяком случае, официальным выражение ее лица назвать было нельзя. А глаза... Подойдя на расстояние нескольких шагов, Макс увидел, что они искрятся радостью — не слишком явной, но все-таки радостью. И еще ему показалось, что Кристин не может разорвать возникшего между ними зрительного контакта.

— Ты приехала! — произнес Макс с оттенком восторга.

В ее удивительных золотисто-карих глазах промелькнуло удивление.

— Ведь мы договорились!

Макс негромко рассмеялся.

— Да, конечно, но у меня оставались сомнения. Тебе не хотелось оставлять салон на Риту.

Она улыбнулась.

— Ах вот ты о чем... С этим все в порядке.

— Давай мне эту штуку, — сказал Макс, кивнув на кофр. — Тяжелая, наверное.

— Не очень.

Но он все-таки взял у нее кофр, попутно отметив, что она с оттенком тревоги оглядела безлюдный холл, но, заметив приветливо кивнувшего ей охранника, как будто успокоилась.

— Тебя что-то волнует? — улыбнулся он, поднимая руку и очень естественным жестом проводя тыльной стороной ладони по щеке Кристин.

Та вскинула на него взгляд, в котором кроме удивления присутствовало еще что-то. Увидев это выражение, Макс понял, что ей не так уж неприятен его жест.

— Зачем ты это сделал? — настороженно произнесла она.

Улыбка Макса стала еще шире.

— Поверь, не из желания тебя обидеть. Кристин слегка нахмурилась.

— Предупреждаю, у нас чисто деловое свидание.

Одно то, что она сочла необходимым об этом предупредить, уже о многом говорило!

Макс мысленно поздравил себя с маленькой победой.

— Ну, прошу в мой кабинет, — сказал он, осторожно беря Кристин под локоток. — Займемся примеркой.

Зачем я сморозила эту глупость относительно сугубо делового характера нашей встречи?! — ругала себя Кристин. Как будто между нами может быть что-то иное.

Она поднималась по широкой лестнице в сопровождении отстающего на одну ступеньку Макса и остро ощущала его близкое присутствие. А то место возле локтя, к которому прикасалась его рука, казалось раскаленным. Впервые за этот день Кристин спросила себя, не совершила ли она ошибку, согласившись на это свидание.

— Сюда, — сказал Макс, кивком указывая направо.

Они находились на втором этаже, и перед ними была дверь из красивого дерева светло-орехового оттенка. Впрочем, возможно, это был настоящий орех.

Кристин поймала себя на последней мысли и поморщилась, сообразив, что размышляет о чем угодно, только бы не думать о находящемся рядом Максе.

Она и так чересчур много думала о нем за все непродолжительное время их знакомства. Даже занимаясь заказанным им костюмом, представляла, как замечательно он будет смотреться на его стройной фигуре. И осознание этого факта почему-то доставляло ей удовольствие.

А на этой неделе, начиная с понедельника, Кристин вспоминала, как они с Максом ели на кухне в ее доме. Если бы еще в воскресенье кто-то сказал ей, что такой человек, как дирижер камерного симфонического оркестра Макс Хоган, запросто сядет за ее стол, чтобы разделить с ней нехитрую трапезу, она бы просто не поверила.

Впрочем, дело было совершенно не в статусе Макса, а в его мужской притягательности. Кристин чувствовала, что в отношении его она готова отказаться от своего обычного принципа оценки представителей противоположного пола, заключавшегося в простом вопросе: а что он может мне дать?

Сейчас, едва ли не впервые в жизни, Кристин сама готова была отдать что угодно, только бы иметь возможность чаще видеться с Максом. Эти настроения подогревались еще и тем, что за минувшие дни ей несколько раз чудилось, будто он проявляет к ней чисто мужской интерес. Однако Кристин была человеком достаточно здравомыслящим, чтобы понять всю иллюзорность подобных наблюдений. На самом деле, считала она, все гораздо проще: она выдает желаемое за действительное.

И все же, когда заехавший в понедельник вечером в салон Хью сообщил, что кто-то звонил по телефону и молчал, Кристин почему-то сразу подумала о Максе. Мысль о том, что это мог быть он, казалась абсолютно невероятной — тем более, учитывая детский характер поступка, — однако... не далее как в первой половине еще не завершившегося дня состоялся их совместный ланч...

— Надеюсь, от чашки кофе ты не откажешься?

Кристин вздрогнула. Как глубоко погрузилась она в размышления! А тем временем Макс завел ее в кабинет и, кажется, о чем-то спрашивает?

— Э-э... кофе? — растерянно повторила она.

Макс кивнул.

— И даже с коньяком.

А что, пожалуй! — подумала вдруг Кристин. Возможно, алкоголь снимет напряжение и я перестану чувствовать себя деревянной куклой.

— Благодарю, капелька коньяка не помешает. Ей показалось, что Макс как-то странно посмотрел на нее. С другой стороны, не исключено, что у нее вновь разыгралось воображение.

— Садись, пожалуйста, вот в это кресло, а я сейчас вернусь. — Макс улыбнулся, сверкнув белыми зубами. — Кофе у меня готов, я на всякий случай сварил его, ожидая тебя.

Он удалился за дверь небольшого внутреннего помещения, где кроме ванны и туалета размещалось нечто наподобие крошечной кухни. Но отсутствовал Макс недолго. Вскоре он вернулся с маленьким подносом, на котором стоял стеклянный кофейник, две чашки и пузатая бутылка коньяка. Когда Макс поставил поднос на стоящий между двумя кожаными креслами столик, Кристин заметила возле бутылки пару широких округлых бокалов.

Это еще зачем? — промчалось в ее голове, однако она предпочла промолчать.

— Хозяйничай сама, ладно? — сказал Макс. — А я пока переоденусь в соседней комнате в то, что ты привезла.

Подобный вариант вполне устраивал Кристин. Она даже обрадовалась возможности немного побыть в одиночестве.

— А ты разберешься сам что к чему? — спросила она, кивнув на кофр с недошитым костюмом.

Макс пожал плечами.

— Надеюсь. Ведь в прошлый раз разобрался. — С этими словами, захватив кофр, он скрылся за дверью, ведущей в коридор.

После, его ухода Кристин вздохнула свободнее. Наполнив одну чашку горячим ароматным напитком, она взяла бутылку с намерением добавить в кофе несколько капель, но потом задумчиво посмотрела на бокалы. Идея выпить два-три глотка коньяка показалась Кристин заманчивой — ей во что бы то ни стало захотелось почувствовать себя более свободной.

В конце концов, плотно сжав губы, Кристин отвинтила крышечку и плеснула в бокал немного золотистой жидкости. Потом поднесла к носу, с наслаждением втянула приятный запах и лишь затем опрокинула содержимое в рот. Насыщенная характерным вкусом влага растеклась по ее языку и нёбу, прежде чем попасть в горло и наполнить его теплом. Кристин зажмурилась, всецело отдавшись превосходным вкусовым ощущениям.

Она сидела так довольно долго, прислушиваясь к себе и не спеша запивая коньяк кофе. Открыла глаза, лишь услышав звук шагов. Через мгновение в кабинете появился облаченный в недошитый костюм Макс. Заметив в руке Кристин бокал, он улыбнулся.

— Ну как, понравился коньяк?

Она молча кивнула, не в силах оторвать взгляд от идеально сидящего на Максе произведения своих рук. Но и сам Макс тоже не оставил ее равнодушной. Ей показалось, что в этом костюме он стал еще притягательнее. Возможно, из-за того, что он был изготовлен ее собственными руками.

— Да, он удивительно ароматный, — наконец ответила Кристин, все еще продолжая скользить по фигуре Макса взглядом.

— Эту бутылку я привез из гастролей по Франции, — сообщил он. Затем оглядел себя. — Ну, что скажешь? На мой взгляд, все получилось замечательно, но так как мастер ты, то тебе и решать.

Кристин поставила бокал на столик и встала с кресла. Когда выпрямилась, на секунду у нее поплыла перед глазами комната, а в мозгу промелькнула догадка, что она налила себе коньяка больше, чем следовало. К счастью, эффект был мимолетным.

Приблизившись к Максу — теперь это уже не вызвало таких моральных трудностей, как полчаса назад, — Кристин медленно обошла вокруг него, слегка одергивая пиджак то тут, то там, поправляя ворот и смахивая приставшие к одному плечу нитки. Если бы в этот момент она заглянула в лицо Макса, то увидела бы, что тот блаженно зажмурился, отдаваясь ее прикосновениям, — точь-в-точь как сама она недавно, хлебнув коньяку.

Наконец Кристин сделала полный круг и остановилась, чтобы разгладить ладонями лацканы пиджака. И пока она занималась этим, Макс жадно рассматривал ее — глаза, губы, нос, скулы, подбородок... Потом вновь протянул руку, как во время встречи в холле, и погладил по волосам.

— Ты такая красивая...

Кристин вздрогнула от неожиданности, но не отпрянула, осталась на месте, лишь произнесла с едва заметной уклончивой усмешкой:

— Брось, я не питаю иллюзий относительно своей внешности.

Макс медленно покачал головой.

— По-моему, как раз питаешь, если так говоришь. Потому что ты... — Он умолк, словно от волнения у него перехватило дыхание. — Ты похожа на полевой цветок, красоту которого порой сразу не различишь, а когда присмотришься, только ахнешь — какая прелесть! У тебя такие красивые глаза... Не просто карие, а золотистые, медвяные, сияющие...

Кристин прерывисто вздохнула. Слова Макса были окрашены поэзией, но, к сожалению, далеки от реальности. Кроме того, она знала: если девушке говорят, что у нее красивые глаза, значит, все остальное оставляет желать лучшего.

Впрочем, про глаза Макс не соврал, Кристин сама считала их красивыми. Равно как и фигуру— А все остальное... Губы слишком полные, нос вздернутый, правда совсем немножко, но если присмотреться, то заметно. Грудь вообще не выдерживает никакой критики. Кристин всегда удивлялась, как при общей худощавости тела у нее мог развиться такой объемистый бюст. И хотя еще в школьные годы некоторые подружки ей завидовали, сама она, напротив, хотела бы иметь небольшую аккуратную грудь.

Но не станешь ведь рассказывать обо всем этом Максу!

А он тем временем вновь погладил ее по волосам. Потом наклонился и легонько коснулся губ.

— Мм... ты пахнешь коньяком.

Кристин замерла будто завороженная, удивляясь, как быстро Максу удалось вызвать в ее теле трепет желания.

— Нехорошо, — продолжил он с игривой улыбкой. — Воспитанным девушкам не пристало увлекаться спиртными напитками.

— Я не увле... — начала было Кристин и осеклась.

Что происходит? — вспыхнуло в ее мозгу. Что он говорит и что я отвечаю?! Она отступила на шаг и быстро произнесла:

— Послушай, не знаю, что ты вообразил, но я не из тех, кто играет в подобные игры.

Однако ее слова ничуть не смутили Макса. Чуть склонив голову набок, он откровенно любовался разволновавшейся и раскрасневшейся Кристин.

— В подобные игры? Поясни, пожалуйста, что ты имеешь в виду.

Она опешила. Уж чего-чего, а подобного поворота она не ожидала. Теперь придется выкручиваться. Но сложнее всего, как оказалось, было выдержать немного насмешливый взгляд искрящихся глаз Макса.

— Я... — Кристин провела языком по пересохшим губам, — имею в виду игры, в которые играют взрослые.

— Это не ответ, — обронил он. — Взрослые в какие только игры не играют! В азартные, например. Нельзя ли выразиться поконкретнее?

Дурацкий разговор и дурацкая ситуация! — подумала Кристин, начиная сердиться.

— Можно, — с вызовом произнесла она. — Я говорю об эротических играх!

Ее интонация рассмешила Макса.

— Ах об эротических! Чем же они не нравятся тебе?

— Я не говорила, что они мне не нравятся. Просто мне не хочется заводить такую игру с тобой!

Неожиданно Макс перестал улыбаться и прищурился. Его взгляд словно обрел вес, во всяком случае Кристин вдруг ощутила его как физическое прикосновение.

— Со мной не хочешь... — медленно произнес Макс. — А с кем хочешь? С Хью? Он больше устраивает тебя? Интересно — чем? Может, расскажешь?

Кристин удивленно уставилась на него.

Откуда он знает про существование Хью? По-моему, я никогда о нем не говорила. Наши разговоры даже близко не подходили к Хью. Ведь не могла я упомянуть о Хью и не заметить этого? Кристин принялась с лихорадочной поспешностью перебирать в голове прошлые беседы с Максом, однако ни в одной не находила упоминаний о Хью. Наконец в ее голове всплыла беседа, состоявшаяся в тот день, когда Макс впервые появился в салоне мод. Стоп, ведь мы тогда затронули тему расширения бизнеса и высокой арендной платы в большом городе, то есть ту самую, которая прежде не раз обсуждалась с Хью. Но называлось ли его имя? Не помню... А может, это Рита что-нибудь такое сказала Максу в мое отсутствие?

— Неужели нечего сказать? — нетерпеливо произнес Макс.

Кристин в свою очередь прищурилась.

— Не понимаю, почему я должна отвечать на твои вопросы? И вообще — примерка закончена. Переодевайся, давай мне костюм, и я отправлюсь домой.

— Ладно, но на последний вопрос хотя бы можешь ответить: чем Хью лучше меня?

Кристин поморщилась.

— Я ничего тебе не скажу, потому что ты не имеешь никакого представления о моих отношениях с Хью. И вообще, не впутывай его в эту историю, пожалуйста.

— Как же не... — Едва начав, Макс умолк. Продолжить — значит открыть карты, а для этого еще не пришло время. Он решил сменить тактику и поэтому миролюбиво произнес: — Хорошо, сейчас я пойду переоденусь, а потом мы спустимся в оранжерею, чтобы ты могла составить собственное мнение относительно того, можно там устроить салон мод или нет. — Он демонстративно взглянул на наручные часы, показывая, что времени у него в обрез. На самом деле это было далеко от истины. — А ты тем временем плесни себе еще коньяку, не стесняйся. — Макс лукаво улыбнулся, пустив в ход все свое обаяние. — Я ведь пошутил!

— Благодарю, — буркнула Кристин. — Мне вполне достаточно и того, что я выпила.

Ей хотелось поскорее расстаться с Максом, выйти из-под воздействия его опасного очарования. После недавнего поцелуя она поняла, что он способен сделать с ней что угодно, причем по ее собственному желанию. А оно у Кристин было даже сейчас, в эту самую минуту, когда она смотрела в лучистые серые глаза стоящего напротив Макса.

9

— Вот это и есть оранжерея, — сказал Макс, закрывая за собой дверь.

Кристин с интересом огляделась: Они находились в просторном помещении, почти пустом, если не считать нескольких кадок с землей и множества порожних цветочных горшков, стоящих прямо на мощенном плитами полу. Кристин лишь мимоходом скользнула по ним взглядом, сразу же устремив его вперед. Дальний конец зала был увенчан стеклянным куполом, и под ним еще сохранилась некоторая часть растений.

— Можно пройти туда? — спросила Кристин, оглянувшись на Макса.

— Куда угодно, — ответил он. — Осматривай все, что тебя интересует.

Она двинулась к привлекшей ее внимание части помещения. Здесь, под куполом, еще сохранился уголок зелени, по которому можно было составить мнение о том, что представляла собой оранжерея в свои лучшие дни. Тут находилась магнолия, о которой упоминал Макс, настоящее дерево, среди пышной зеленой листвы которого белели бутоны, а кое-где — распустившиеся цветы. Под магнолией была устроена миниатюрная, поросшая густой травой лужайка, которую окружали тоже покрытые цветами разных оттенков азалии, рододендроны и другие кустарники, названия которых Кристин не знала.

— Какая прелесть! — вырвалось у нее.

— Тебе правда нравится? — негромко произнес стоящий сзади Макс.

— Как может не нравиться такая красота! — Кристин вновь оглянулась на него. — А кто за всем этим ухаживает?

— В настоящее время никто. Я лишь дал поручение уборщицам поливать растения и убирать засохшие листья, сучки и тому подобный сор.

Кристин представила себе салон мод, часть которого является цветущим оазисом. Ничего подобного она никогда не встречала и даже не слышала о таком.

И клиенты в ожидании примерки могли бы пить кофе под сенью магнолии в окружении цветущих кустов! — промелькнула в мозгу Кристин соблазнительная мысль. Бьюсь об заклад, такого изысканного салона мод не найдется во всем Сан-Франциско...

Захваченная этим ярким образом, Кристин даже не сразу заметила, что Макс прикоснулся к ее талии. Лишь когда он скользнул кончиками пальцев вверх по спине, Кристин напряженно застыла. В тот же миг внутри ее тела будто разлилось тепло. Ей стало трудно дышать, и она ощутила, как сжимаются под лифчиком соски.

— Что ты... — Она собиралась сказать «делаешь», однако посреди фразы ощутила прикосновение губ к своей шее. А затем Макс легонько куснул ее. В ту же минуту Кристин охватил сильнейший чувственный трепет. И пока она отчаянно пыталась противостоять ему, Макс рывком повернул ее к себе и прильнул к губам.

Этот поцелуй невозможно было сравнить с предыдущим. По сравнению с ним тот выглядел лишь дружеским жестом. Сейчас же все было совсем иначе — гораздо более серьезно и волнующе. Под страстным напором Макса губы Кристин приоткрылись, и, сама того не ожидая, она стала отвечать на поцелуй. Но одновременно — в полном противоречии с этими своими действиями — она упиралась ладонями в грудь Макса в подсознательном желании оттолкнуть.

Но он и не подумал отпустить ее. И никакой другой мужчина на его месте не отпустил бы, ощущая пробегавшую по ее телу чувственную дрожь. Напротив, все это лишь раззадоривало его.

— Не противься, — хрипло прошептал Макс, касаясь губами рта Кристин. — И не обманывай себя, ты меня хочешь... Д твое упрямство выглядит по-детски.

Сам он тоже сгорал от желания, Кристин это чувствовала. И ей все труднее было контролировать себя. А когда Макс, поддерживая ладонью затылок, принялся покрывать частыми поцелуями ее лицо, Кристин и вовсе распрощалась со способностью владеть собой.

Все произошло слишком внезапно. Макс не оставил ей времени ни для размышлений, ни для оценки ситуации. Он просто сделал то, что, по-видимому, давно назревало между ними, ни о чем не спрашивая и ничего не говоря, кроме просьбы не противиться.

Если бы он знал, что я не в состоянии ему противиться, он бы об этом и не просил! — промелькнуло в затуманенном внезапной вспышкой страсти сознании Кристин.

Она была ошеломлена тем, как быстро охватило ее желание. Прежде такого не случалось. Во всяком случае, существовал какой-то промежуток времени между началом ласк и дальнейшим развитием событий. А тут... Фактически не успела Кристин сказать, что не намерена затевать с Максом эротическую игру, как тут же в нее и включилась.

С губ Кристин сорвался сдавленный стон — это Макс, не прекращая поцелуев, скользнул ладонями вниз и подхватил ее тяжелую упругую грудь. В следующую минуту, пронзенная новым мощным импульсом желания, Кристин потянулась к нему всем телом. Забыв обо всем на свете, она обвила его шею руками и сама подставила губы для поцелуя. Макс не замедлил накрыть их своими.

Никогда еще Кристин не испытывала такого острого возбуждения. В каком-то смысле оно даже было болезненным. Все ее чувства обострились до крайности. Она вдыхала запах одеколона и аромат разгоряченной мужской кожи, и эта смесь, пьянившая ее сильнее выпитого коньяка, пробуждала к жизни каждую клеточку тела.

В объятиях Макса Кристин казалась самой себе маленькой и хрупкой. И даже размеры собственной груди больше не волновали ее, потому что прикосновения к ней Макса доставляли ни с чем не сравнимое наслаждение. Кристин осознавала, что находится в полной его власти, более того — готова с радостью исполнить все его пожелания. Потому что такого блаженства ей еще не доводилось испытывать никогда в жизни.

Но самое главное — она жаждала большего. Это было единственным, что Кристин понимала сейчас, кроме осознания своей полной беспомощности в вопросе взятия ситуации под контроль. Она настолько не владела собой, что даже постанывала во время поцелуев, раз от разу становившихся все более продолжительными.

В какой-то момент Макс властно прижал ее к своим бедрам, она физически ощутила, какого предела достигла его страсть и окончательно утратила способность думать. Зато в ней властно заговорила женщина, и именно этим объяснялось все дальнейшее.

Сама себя не помня от прилива вожделения, Кристин принялась расстегивать пуговицы на рубашке Макса, но на полпути оставила это занятие и забралась ладонью под ткань, прижав ее к обнаженной, поросшей волосками коже. Однако продолжалось это недолго. В следующее мгновение Кристин продвинула руку дальше, остановившись на маленьком, плотно сжавшемся соске. Своеобразной наградой ей стал вырвавшийся у Макса хриплый стон, сопровождавшийся конвульсивным содроганием всего тела. И все это сделала ее ласка!

От осознания того, что она тоже имеет над Максом власть, Кристин бросило в жар. У нее закружилась голова, и все словно покачнулось перед глазами — стены, стеклянный купол, кусты, магнолия...

Кристин зажмурилась, потом почувствовала, что Макс тянет вниз молнию на спинке ее платья. Через минуту с этим было покончено. Затем он сгреб подол, одним движением стащил платье через голову Кристин и обежал ее жадным взглядом.

— Боже, какая же ты красивая!..

Странно, но в эту минуту она поверила в его искренность. И, наверное, поэтому не стала возражать, когда Макс принялся расстегивать крючки на ее бюстгальтере. Спустя несколько мгновений он подхватил ладонями обнажившиеся упругие выпуклости и стал жадно покрывать поцелуями. Потом прильнул губами к соску...

Кристин даже вскрикнула, таким острым было пронзившее ее наслаждение. Но не успело еще утихнуть Под куполом оранжереи эхо ее голоса, как она вскрикнула вновь, еще громче, потому что Макс легонько сжал сосок зубами. Так Кристин еще никто не ласкал, и она поразилась тому, какие изысканные ощущения может доставить столь несложное действие.

— Я хочу тебя, — сдавленно из-за распирающего его желания произнес Макс, подняв лицо. — А ты? Ты хочешь меня?

Кристин смотрела на него во все глаза. Из ее груди рвалось учащенное дыхание. Говорить было трудно, поэтому она лишь опустила веки.

Но Макс и без слов прекрасно все понял. Сорвав с себя пиджак, он быстро расстелил его на траве под магнолией.

— Здесь нам будет удобно... — Потом принялся стаскивать с себя рубашку и брюки.

Эта заминка способствовала возвращению к Кристин остатков здравого смысла. Она вдруг увидела себя словно со стороны — стоящей в одних трусиках и туфлях в обширном пустынном зале бывшей оранжереи рядом с поспешно освобождающимся от одежды дирижером камерного симфонического оркестра. Что-либо более странное даже трудно было себе представить.

— Макс...

Он поначалу даже не услышал ее, настолько спешил раздеться.

— Макс, так нельзя...

Он поднял голову.

— Что?

Кристин обхватила себя руками за плечи.

— Сюда могут войти.

Макс покачал головой.

— Во всем здании нет ни единого человека, кроме охранника. Но ему не позволено покидать пост.

Растерянно оглянувшись по сторонам, Кристин сказала:

— Все равно мы не должны... Пожалуй, я пойду...

В то же мгновение Макс оказался рядом с ней.

— Скажи, что это шутка! Я никуда тебя не отпущу. Слышишь? Никуда! Иди ко мне!.. — Он вновь прильнул к губам Кристин в глубоком страстном поцелуе, потом подхватил ее на руки и направился под магнолию. — Сейчас здесь только мы с тобой, солнышко... Только ты и я...

— Ты обещал! Вселил в меня надежду, что этот кошмар скоро кончится! И что я слышу? Одни отговорки и никаких результатов!

Макс даже трубку отодвинул от уха, опасаясь за судьбу барабанной перепонки.

И как с ней Хью живет? — мелькнуло в его голове. Чуть что, сразу в крик. Эмоциональность — это хорошо, но всему же есть предел.

Звонок Патти разбудил его в семь утра. Причем она прекрасно поняла, что Макс еще спит, но даже не извинилась. Просто наскоро произнесла нечто в том духе, что, мол, боялась в другое время не застать. И добавила, что вчера звонила и в «Магнолию», и домой, но все безрезультатно.

— Где ты был? — сердито спросила она, как будто имела право требовать от Макса отчета.

Он решил, что это уж слишком.

— Какая разница где? Главное с кем.

— И с кем же? — немедленно последовал новый вопрос.

— С женщиной! — Макс не собирался дерзить, но Патти сама напросилась. Кроме того, он не мог допустить, чтобы она перешагнула известную границу. В конце концов, он ей не муж. И вообще, у нее есть кого воспитывать.

Услышав про женщину, Патти и завелась. Предоставив ей возможность выговориться, Макс в свою очередь задал заранее заготовленный вопрос:

— Постой, не обвиняй меня во всех смертных грехах, дай хотя бы слово сказать. — И когда Патти от неожиданности умолкла, поспешил использовать образовавшуюся паузу: — Я тут подумал, что для серьезного разговора с Кристин Бэрроу у меня маловато аргументов. Ну приеду я к ней, скажу: «Прекратите встречаться с Хью Сайласом, он женатый человек». А она в ответ только посмеется надо мной. Мол, знать не знаю никакого Хью, и точка. При таком раскладе продолжать беседу с ней бесполезно, потому что у меня нет никаких серьезных доказательств, что эта связь существует на самом деле.

— Но я проследила, я своими глазами видела...

— Вот относительно этого у меня и возникает вопрос: что, собственно, ты видела? Пожалуйста, расскажи подробно и с самого начала.

— Не понимаю, зачем это нужно, я ведь уже рассказывала! — возмущенно произнесла Патти. — Ты мне не веришь?

Макс поморщился.

— Боже мой, при чем здесь это! Мне всего лишь нужно узнать детали.

Его в самом деле волновали подробности. После волшебного времени, проведенного вчера с Кристин, у него возникли некоторые сомнения относительно ее связи с Хью. Он убедился, что они действительно знакомы, потому что упоминание о Хью хоть и удивило Кристин, но лишь в том смысле, что об этом знает Макс. Позже она косвенным образом подтвердила знакомство с Хью, сказав, что Максу ничего не известно об их отношениях.

Брошенная ею фраза засела у того в голове. Он намеревался детальнее потолковать с Патти и выяснить, что конкретно ей известно, но утром она позвонила сама.

Один момент особенно не давал Максу покоя. Кристин вчера была восхитительна, отдавалась любви всецело, без остатка и просила еще. От ее первоначальной сдержанности не осталось и следа. Она жадно впитывала ласки, но и сама не скупилась на них. Ее губы словно источали мед, глаза были темнее ночи, а тело... такое нежное, податливое, что при воспоминании о нем Макса и сейчас охватывало вожделение. Тем более странной казалась ему связь Кристин с Хью. Судя по всему, они встречаются довольно часто, следовательно, у Кристин не должно быть недостатка в интимном общении и желания плоти должны быть удовлетворены. Но ненасытность, которую продемонстрировала она вчера, хоть и подняла Макса к вершинам восторга, все же вызывала вопросы.

Всем своим естеством он чувствовал, что что-то здесь не так. Может, Хью не спит с Кристин?

Однако эта мысль, едва возникнув в голове Макса, заставила его рассмеяться. Чтобы Хью упустил возможность уложить женщину в постель? Скорее пчелы откажутся питаться цветочным нектаром!

Впрочем, не исключено, что Кристин пока не поддалась на его уговоры, ведя какую-то свою игру. Тогда понятна причина частых поездок Хью в Сансет-Сити — просто он пока не добился своего и поэтому продолжает настойчиво готовить почву для будущего блаженства.

Получается, я его опередил? — с оттенком веселого изумления подумал Макс.

Впрочем, его сердце тут же кольнула ревность. Ведь все это лишь предположения, а как обстоят дела в действительности, еще неизвестно.

— Ты говоришь, что, когда твои подозрения достигли предела, ты поймала такси, отправилась за Хью следом и в результате очутилась в Сансет-Сити, — произнес Макс в телефонную трубку. — И что было дальше?

Патти нетерпеливо вздохнула. Ей явно непонятно было стремление Макса докопаться до мельчайших деталей.

— Хью остановил свой «ауди» напротив какого-то заведения — тогда я еще не знала, что это салон мод, — вышел и направился внутрь. Ах да! Забыла сказать... На въезде в городок он притормозил возле цветочного киоска и купил роскошный букет бордовых роз. Для меня это стало дополнительным подтверждением того, что в деле замешана женщина: такие розы Хью дарил мне, когда мы еще не были женаты. Бордовый — мой любимый цвет.

— Может, он и планировал подарить цветы тебе?

В трубке зашелестел горестный смешок.

— Как бы не так! Я и вспомнила про цветы потому, что Хью — пряча букет под полой пиджака, потому что шел небольшой дождь, — понес его в заведение, перед которым остановился.

— И что было дальше?

— Ну, я велела таксисту ждать, а сама стала следить за дверью, за которой скрылся Хью. Минут через пять он появился в сопровождении девицы в желтом дождевике с надетым на голову капюшоном и букетом роз в руках. Хью усадил свою спутницу в «ауди» и куда-то повез. — Патти прерывисто вздохнула. — Нечего и говорить, что я была в шоке. После длительного перерыва Хью вновь взялся за свое! Нашел себе пассию в предместье и развлекается. Кстати, в тот момент я и поняла, почему в последнее время мы так часто концертируем в Сансет-Сити. Думаю, после всего услышанного ты согласишься со мной, а?

Макс ответил не сразу. Упоминание о желтом дождевике болью отдалось в его сердце. В его мозгу сразу вспыхнуло воспоминание о безумном дождливом вечере — начало лета вообще выдалось на удивление сырым, моросило почти каждый день, — когда он прятался под липой, глядя на окна Кристин, пока не заметил ее саму в блестящем ярко-желтом плаще.

Выходит, это правда, вертелось в голове Макса. Кристин встречается с Хью.

Однако в следующую минуту он подумал, что это еще ничего не означает. Ну приехал к ней Хыо, ну подарил цветы — что с того? И даже то, что затем они укатили куда-то вместе, тоже ничего не означает.

— Согласишься? — повторила Патти.

— Э-э... да, — машинально ответил Макс.

С другой стороны, это может означать все, промелькнуло в его голове. Просто я прячу от себя истину, которая мне неприятна. Иными словами, веду себя трусливо, что, разумеется, не делает мне чести.

— ...Потому что мне хотелось рассмотреть ее как следует, — вдруг услышал Макс. Вернее, он все время слышал слова продолжавшей рассказ Патти, но только сейчас его мозг выделил важную фразу.

— Рассмотреть?

— Я же говорю, из-за накинутого на голову капюшона было плохо видно лицо его новой пассии, — пояснила Патти. — Пойми же, я с ума сходила, готова была рвать и метать. И мне безумно хотелось увидеть, на кого мой муженек променял меня на этот раз.

В душе Макса затеплилась надежда. Может, все-таки Патти что-то напутала? Хотя нет, Кристин ведь косвенно подтвердила свое знакомство с Хью...

— Ты что-то предприняла? — чуть охрипшим от волнения голосом спросил Макс.

Патти в очередной раз вздохнула.

— Я тебе рассказывала. Отправилась в Сансет-Сити и все выведала.

— Как же ты узнала, что Кристин Бэрроу именно та девушка, с которой завел шашни Хью? Ведь, как я понял, ты практически не знала его новую подружку в лицо?

По мнению Макса, вопрос был вполне ре: зонным, однако в трубке прозвучал смешок, правда невеселый.

— Мне, можно сказать, повезло. Я отправилась в Сансет-Сити на рейсовом автобусе, и так получилось, что к салону мод подошла, когда там был перерыв на ланч. Вернее, он уже заканчивался. Я успела лишь прочесть написанное на вывеске название, потому что в прошлый раз волнение помешало мне это сделать. Заведение именовалось «Престиж» и оказалось салоном мод. Впрочем, эта информация тебе и так давно известна, верно?

— Да-да! — нетерпеливо произнес Макс. — Что дальше?

— Дальше я прогуливалась взад-вперед по тротуару под мелким дождиком — но зонт, к счастью, у меня с собой был — и вдруг смотрю, идет эта самая особа в желтом плаще. И прямиком к дверям салона. Отперла замок своим ключом, вошла внутрь, а я почти сразу за ней. — Патти на мгновение умолкла, будто заново вспоминая тот напряженный момент. — Тут она сняла плащ, и я наконец рассмотрела ее как следует.

Повисла пауза.

— И что же? — не выдержал Макс.

— Ну ты же ведь ее видел, — пренебрежительно хмыкнула Патти. — Серая мышь. Иного сравнения мне на ум не приходит. Кроме бюста смотреть не на что, да и тот, наверное, силиконовый.

Неправда, настоящий, возразил Макс, разумеется мысленно, хотя что-то так и подзадоривало его брякнуть эти слова вслух.

Вероятно, ему просто обидно было выслушивать высокомерные и несправедливые замечания Патти в адрес Кристин. Потому что она говорила неправду — смотреть было на что. И не просто смотреть, а любоваться. Хотя, конечно, с мужской точки зрения, основным достоинством Кристин действительно являлась ее роскошная грудь. Прелестные выпуклости приятной тяжестью ложились на ладони, порождая незабываемые ощущения. А крупные, розовые, похожие на диковинные цветы соски просто сводили Макса с ума. Они словно жили своей жизнью, сжимаясь от малейшего прикосновения пальцев, губ, языка или...

Тут Макс почувствовал острый спазм в области бедер, потому что пришедшее ему на ум воспоминание было чрезвычайно эротическим.

— Тебе виднее, — сдержанно произнес он. — Я в таких деталях не разбираюсь.

Последнее было чистой воды ложью. Максу случалось ласкать женщин, у которых были силиконовые груди, и всякий раз у него возникало чувство какой-то неестественности. С Кристин ничего этого не было и в помине.

— И что, ты даже не перекинулась с ней словечком? — спросил Макс.

— Нет, мы беседовали, но лишь как покупатель и продавец. Она спросила, чем может мне помочь, а я, заметив в соседнем помещении — там подобие магазина — какие-то вышивки, сделала вид, что заинтересовалась ими. Об этом мы и говорили. Между делом я выяснила, как зовут эту девицу, сказав, что хочу порекомендовать выставленные на продажу товары своим знакомым. Ну она и назвала свое имя, попутно сообщив, что является владелицей этого салона мод.

Надежды Макса развеялись как сон. Сомнений больше не осталось: Хыо действительно встречается с Кристин. И все-таки Макса не оставляло ощущение, что их отношения какие-то странные.

— Я тебе все подробно рассказала. Теперь ты наконец побеседуешь с этой Кристин Бэрроу?

У Макса вдруг мелькнула безумная мысль сказать Патти, что в беседе нет необходимости, потому что он сам стал любовником Кристин, перегородив таким образом дорогу Хью. Хотя... почему безумная? Вполне нормальная идея. Более того, надо поставить об этом в известность Хью, тогда ему не останется ничего иного, как навсегда отказаться от притязаний на Кристин.

Может, так и сделать? — подумал Макс. Выглядит заманчиво, но сначала следует все хорошенько обдумать.

И закрепиться в роли любовника, подсказал ему ироничный голос его второго «я».

Макс провел языком по губам, заранее предвкушая этот приятный процесс. И тут же подумал о том, что послезавтра ему предстоит вместе с оркестром вылететь в Нью-Йорк, где начнется мини-турне.

Как ему не хотелось уезжать именно сейчас, когда завертелся роман с Кристин! Макс уже думал о своих отношениях с ней именно в этих рамках — как о романе. Разумеется, ему неизвестно было, как смотрит на все это сама Кристин.

После сумасшедшей вспышки страсти, заставившей их заняться любовью прямо на травке под магнолией, она настояла на скорейшем возвращении домой. Макс не хотел ее отпускать, убеждал поужинать с ним в ресторане или на худой конец заказать еду к нему домой, но на оба предложения она ответила ласковым отказом. Объяснила это тем, что ей необходимо побыть одной.

Впрочем, Максу не требовалось объяснений, он сам был изрядно ошеломлен случившимся. Не ожидал, что все окажется так... сказочно!

Нежно поцеловав Кристин, Макс предложил отвезти ее в Сансет-Сити на своем автомобиле, однако она отклонила и этот вариант. Но Макс все-таки настоял на том, чтобы проводить ее до остановки рейсового автобуса, которая находилась вблизи концертного зала «Магнолия».

Расставшись вчера вечером, они больше не общались, даже по телефону. Сейчас, говоря с Патти о Кристин, Макс почувствовал, что успел соскучиться. У него было такое ощущение, будто его плоть невидимыми путами связана с телом Кристин. Мало того — они постепенно оплетают и душу. Но этот процесс совсем не носит отрицательного характера, напротив, доставляет удовольствие.

Вообще, после вчерашней близости Макс словно ощутил дополнительную опору под ногами. Кроме того, у него возникло чувство, что, хоть они с Кристин общаются еще очень недолго, той удалось войти в его жизнь — ни больше ни меньше. И он очень хотел бы узнать, произошло ли нечто подобное в обратном смысле. То есть обрел ли какое-то значение для Кристин он сам.

Это можно было выяснить только при личном общении. К которому Макс стремился всей душой.

— Да, — пообещал он Патти, — я побеседую с Кристин Бэрроу.

10

Сидя в автобусе, следующем в направлении Сансет-Сити, Кристин всю дорогу едва заметно улыбалась — растерянно и счастливо. Отвернувшись от других пассажиров, она смотрела в окно, но не видела ничего. Перед ее внутренним взором один за другим вспыхивали полные чувственности образы. То, что произошло в оранжерее концертного зала «Магнолия», казалось ей фантастикой.

Выходит, Макс в самом деле интересуется ею, это не выдумка, не досужие домыслы и не игра воображения, как она считала до сих пор. Впрочем, ей по-прежнему не верилось, что все это реально произошло. Однако приятные отголоски дрожи в теле и ощущение тепла где-то в глубине между бедер являлись безоговорочными свидетельствами того, что все случившееся сегодня вовсе не прекрасный сон, а самая что ни на есть явь.

Сама того не замечая, Кристин поминутно облизывала постоянно пересыхающие губы. Закрывая глаза, она будто наяву ощущала уверенные, но нежные прикосновения сильных рук Макса. Еще когда тот ласкал Кристин под магнолией, ее не покидало ощущение, что у него какие-то особенные руки. Возможно, сам Макс посмеялся бы над этим, но Кристин полагала, что секрет кроется в его профессии дирижера. Не исключено, что именно она сделала руки Макса такими чувствительными... или, лучше сказать, выразительными.

И еще здесь угадывается большой опыт, подсказал кто-то сидящий в ее подсознании. Должно быть, немало женщин побывало в объятиях Макса, прежде чем он стал столь опытным любовником!

Это была первая мысль, заставившая Кристин нахмуриться. Ей почему-то сразу вспомнилась грациозная скрипачка, игравшая в составе симфонического оркестра, которым дирижировал Макс, когда по телевидению транслировали отрывки того памятного сборного концерта. Еще тогда Кристин подумала, что между этой эффектной блондинкой и Максом существует нечто большее, нежели творческий союз, а сейчас эта догадка причинила ей боль, хотя и не содержала в себе никаких доказательств.

И вновь в ее голове раздался голос подсознания. Брось, детка, не переживай из-за какой-то скрипачки. Ведь это у Макса далеко не единственная подружка, ха-ха-ха!

Кристин прикусила губу, недовольная собой и особенно направлением своих мыслей. Между ней и Максом, по сути, еще не возникло и намека на какие-либо отношения, а она уже ревновала его по поводу связей, существующих единственно в ее воображении.

Но очень скоро мысли Кристин вернулись в прежнее русло, и она вновь принялась вспоминать волнующие детали того, что произошло в заброшенной оранжерее под магнолией...

Утром Кристин спала дольше обычного, даже учитывая, что в субботу и воскресенье позволяла себе понежиться в постели.

Открыв глаза, она тут же зажмурилась, потому что к этому времени солнце успело заполнить комнату. В будние дни Кристин не видела спальню такой, потому что спускалась на первый этаж гораздо раньше, чем та наполнялась солнечным светом.

Однако сегодня Кристин жмурилась не только из-за того, что на ее лицо упали яркие лучи, но также от удовольствия. Давненько ей не доводилось просыпаться с таким замечательным настроением, пожалуй со времен детства, когда она была влюблена в целый мир. В ее голове теснились приятные воспоминания, душа пела, а тело казалось легче перышка. И все это можно было объединить одним словом — Макс. Именно он стоял у истоков нынешнего замечательного настроения Кристин.

Сбросив ночную сорочку, чтобы затем переодеться в домашние джинсы и майку, она невольно задержалась перед зеркалом. Ее взгляд скользил по отражению собственного тела, а воображение дорисовывало соблазнительные картины — как Макс подходит сзади, касается талии, затем наклоняется и начинает покрывать поцелуями плечо, шею, прикусывать мочку уха...

От этих мыслей соски Кристин медленно сжались. Глядя в глаза своему отражению, она улыбнулась, потом надела лифчик и все остальное, после чего направилась вниз умываться. Единственным неудобством этого дома было то, что ванная находилась не рядом со спальней, как общепринято, а на первом этаже.

Когда Кристин наконец перешагнула порог кухни, часы показывали без семи минут одиннадцать.

Наполняя водой чайник, она попыталась представить себе, что сейчас делает Макс. Тоже, наверное, проснулся поздно. Не исключено, что в эту самую минуту он делает то же, что и она, — собирается приготовить себе горячий напиток к завтраку: чай или кофе. Скорее кофе. А может, какао?

Кристин вдруг подумала, что совсем не знает привычек Макса. Прежде ее не особенно-то и интересовали вкусы парней, удостаивавшихся — что случалось редко и ненадолго — роли любовника. Кристин не давала себе труда вникать в вопрос, что они любят, какой завтрак предпочитают и чем привыкли его запивать. Разумеется, если ситуация того требовала, она спрашивала, что приготовить — чай или кофе, но лишь из вежливости и как правило машинально.

Вообще-то Кристин почти никогда не зазывала своих интимных приятелей к себе домой, это была ее персональная, закрытая для посторонних зона. Поэтому Макс даже не догадывался, какое исключение было сделано для него в виде приглашения на ланч в эту самую кухню, где сейчас находилась Кристин. Причем тогда они еще даже не были близки.

Они и сейчас не были близки, за исключением узкого понимания этого слова. В этом смысле да, они сблизились. Настолько, что Кристин вспыхивала страстью при каждом воспоминании о Максе.

То же произошло и сейчас. Ей показалась очень эротичной картина его утреннего пробуждения. И хотя она не знала, как выглядит Макс спозаранку, воображение подсказало ей, каким он может быть — сонным, взъерошенным и из-за этого очень милым.

Потом Кристин представила рядом с Максом себя. С каким наслаждением она обняла бы его и поцеловала, желая доброго утра!

Поставив чайник на плиту, Кристин поймала себя на том, что задумчиво смотрит на телефон. Затем в ее голове проплыло: обнять Макса я, к сожалению, не смогу, а пожелать доброго утра вполне в моих силах.

Она вновь взглянула на настенные часы. Четверть двенадцатого. Скорее всего, он уже проснулся. Только не будет ли подобный звонок чересчур самонадеянным, что ли? Да, они с Максом сказочно провели вчера время под магнолией, однако в современном мире факт физической близости еще ничего не означает. И уж конечно не дает никаких прав.

Кроме того, Кристин все еще не могла отделаться от мысли, что в каком-то смысле дирижер Макс Хоган снизошел до нее. Она допускала, что, возможно, подобные мысли являются лишь проявлением ее собственной мнительности, тем не менее они до сих пор посещали ее и с ними приходилось считаться. Что касается самого Макса, то, глядя правде в глаза, Кристин вынуждена была признать его абсолютную демократичность в отношении ее.

Была не была, позвоню! — подумала она. Только нужно правильно выбрать тон. А дальше ситуация сама подскажет, что говорить.

Сходив в прихожую за своей сумочкой, Кристин вынула из маленького отделения оставленную Максом визитку и сняла телефонную трубку.

В эту минуту прозвучал звонок.

В первое мгновение Кристин изумленно уставилась на телефонный аппарат, хотя и знала, что мелодичную трель издал не он. Кто-то нажал на кнопку дверного звонка.

Раздосадованная тем, что возникло неожиданное препятствие для ее планов, Кристин вернула трубку на место и направилась в прихожую.

Наверное, почтальон, промелькнуло в ее голове. Принес письмо от деда.

После того как однажды очередное послание потерялось по пути в Сансет-Сити, проживающий в окрестностях Сан-Диего дед Джо Бэрроу стал отправлять письма только с обратным уведомлением, на котором Кристин должна была собственноручно расписаться. Весточки не содержали ничего важного, однако для Джо это было делом принципа.

— Наша почтовая служба всегда была лучшей в мире, — заметил он как-то в телефонном разговоре с Кристин. — Таковой она должна оставаться и впредь.

Кристин заранее улыбалась, открывая дверь. Они с почтальоном Риккардо Пересом постоянно обменивались шуточками по поводу щепетильности Джо.

— Здравствуйте, Ри... — начала было Кристин, но слова замерли на ее устах.

На пороге стоял Макс.

— Ты решила вновь вернуться к официозу? — с усмешкой произнес он, окидывая Кристин жадным взглядом.

За его спиной виднелся знакомый «шевроле».

— Я... думала, что это Риккардо... — ошеломленно пробормотала Кристин. При виде Макса ее сердце забилось как сумасшедшее, голова на миг словно опустела.

— Риккардо? — медленно повторил Макс, сдвинув брови у переносицы. — Я появился не вовремя?

— Нет, что ты! — спохватилась Кристин. — Входи, пожалуйста. Риккардо — это наш почтальон. Обычно он доставляет мне письма отдела.

Макс заулыбался.

— Вот как? У тебя оживленная переписка с дедом?

— Не то чтобы оживленная... Идем сюда, в гостиную, — поманила она Макса за собой. Затем продолжила: — Но между нами всегда были теплые отношения. Мой нынешний бизнес достался мне от деда, который в свое время открыл в Сансет-Сити дамское ателье. Сейчас оно превратилось в известный тебе салон мод «Престиж».

— Твоими стараниями? — произнес Макс, останавливаясь посреди гостиной.

Кристин кивнула.

— Да. В каком-то смысле я произвела маленькую революцию. Приезжая в гости, дед сначала ворчал по поводу всех этих, как он говорил, новшеств, но потом понял, что бизнесу от них только польза, и в конце концов похвалил меня... Что?.. — произнесла она совсем другим тоном. — Что ты так смотришь?

Пока Кристин говорила, Макс в который уже раз обежал все ее тело взглядом и остановился на глазах.

— Ты такая красивая!

Она немедленно зарделась, опустила ресницы и, борясь с удушливым наплывом волнения, шепнула:

— Если ты станешь повторять эту фразу так часто, я и впрямь поверю.

Макс порывисто шагнул вперед, взял ее за плечи и легонько тряхнул.

— Я буду повторять это до тех пор, пока ты не расстанешься со своей мнительностью. — Он внимательно посмотрел ей в глаза. — У меня складывается впечатление, что ты недооцениваешь себя. Почему, можешь ответить?

— Я...

Не успела Кристин открыть рот, как Макс припал к нему губами. По ее телу тут же пробежал трепет. Она жаждала этого поцелуя с той минуты, как увидела Макса на своем крыльце. Ее губы еще немного приоткрылись, и, почувствовав прикосновение его языка к своему, она принялась отвечать на поцелуй со всей страстью, на которую была способна.

Они застыли, крепко прижавшись друг к другу и словно захмелев. Руки Кристин обвивали шею Макса, он обнимал ее за талию. Поцелуй получился продолжительным, и, пока длился, охватившее обоих вожделение стремительно нарастало. Вновь возникло то самое волшебство, которое вчера подчинило их своей власти.

Так я никогда не выясню, в чем секрет отношений Кристин и Хью, подумал Макс, однако эта мысль сразу же была вытеснена быстро заполняющим мозг туманом страсти.

Оторвавшись от губ Кристин ради глотка воздуха, Макс тут же сделал то, чего ему хотелось уже давно: уткнулся лицом в видневшуюся в глубоком вырезе майки соблазнительную ложбинку между упругими выпуклостями груди. И сразу же у него перехватило дыхание из-за острого импульса желания, пронзившего его в тот момент, когда он вдохнул упоительный аромат женской кожи. А вслед за обонянием раскрылись и остальные чувства Макса, повинуясь властному зову природы. Голова пошла у него кругом, и он еще крепче стиснул Кристин в объятиях.

В ответ из ее груди вырвался стон удовольствия. Не помня себя от прилива страсти, она обвила шею Макса руками, властно пригнула к себе его голову и сама прильнула к губам. В эту минуту в голове у нее не было ни единой мысли, кроме той, что Макс неожиданно появился в ее доме и сейчас она находится в его объятиях, где хотела бы оставаться вечно.

Когда долгий сладостный поцелуй завершился, Макс наклонился к уху Кристин и шепнул, касаясь губами мочки уха:

— Где здесь спальня? Наверху?

Она лишь кивнула, от волнения не в силах произнести ни слова. Если бы после вчерашней безумной истории они с Максом долго не увиделись, на этом в их отношениях можно было бы поставить точку. Но Макс приехал на следующий же день, Кристин даже не успела позвонить ему. И сейчас, изнывая от страсти в его объятиях, она поняла: обратного пути нет.

— Наверху, — так же шепотом подтвердила Кристин, словно бросаясь с моста в воду.

Макс взял ее лицо в ладони и несколько долгих мгновений всматривался в удивительные глаза, которые от страсти приобрели медвяный оттенок. В его взгляде застыл немой вопрос.

Еще оставались пути к отступлению. В конце концов, стоит Кристин сказать «нет» — и ничего не будет. Прекратится самая странная и восхитительная история в ее жизни.

— Да, — шепнула она. Затем добавила: — Я покажу. — И взяла Макса за руку.

Первое, что бросилось ему в глаза в спальне, это несколько гобеленов и вставленных в багет вышивок. Кристин не только продавала эти вещи в своем салоне, но и сама с удовольствием использовала для оформления собственного дома. Причем весьма удачно, потому что Макса сразу охватило ощущение какого-то особенного уюта.

Впрочем, он недолго задерживал внимание на всем этом, ведь рядом находилась та, ради которой он мчался сюда. Впрочем, уютная обстановка спальни наверняка сыграла некоторую роль, потому что у Макса невероятно возросло желание раздеть Кристин, прикоснуться к ее обнаженному телу, подхватить грудь, с удовольствием ощутить на ладонях тяжесть роскошных выпуклостей и увидеть, как сжимаются соски.

В предвкушении всего этого Макс испытал прилив распирающего тепла в области бедер, затем, не медля ни минуты, принялся с лихорадочной поспешностью раздевать Кристин. Стянул майку, расстегнул джинсы и спустил по стройным йогам. Кристин помогла ему, переступив через джинсы сначала одной ногой, затем другой.

Когда Макс снимал с нее бюстгальтер, его действия окрасились оттенком остервенения. Он едва ли не сорвал кружевную деталь дамского туалета, швырнув на ковер, поверх горки, образованной майкой и джинсами.

Проделав все это, Макс чуть отстранился, чтобы увидеть Кристин всю, и ему захотелось зажмуриться — такой красивой она ему показалась без одежды. Еще краше, чем вчера.

Это немилосердно — скрывать под тряпками такую красоту! — пронеслась в его мозгу мысль, которую вполне можно было назвать сумасшедшей.

В самом деле, не ходить же Кристин голой! Впрочем, что касается Макса, то он не отказался бы, чтобы она и впредь разгуливала перед ним нагишом. Но только перед ним одним!

В следующее мгновение он сообразил, что его разглядывание заставляет Кристин нервничать. Мысленно назвав себя кретином, Макс порывисто обнял ее, и они вновь слились в пылком поцелуе.

Но даже в эти сладостные минуты он продолжал рассуждать над стыдливостью Кристин. Смущаясь, она совсем не жеманничала, подобно многим другим женщинам, иными словами, не изображала конфуз.

Возможно, Хью бессовестно использует ее искренность и излишнюю доверчивость! — промелькнуло в голове Макса, покуда он, продолжая поцелуй, нежно исследовал великолепное тело Кристин ладонями.

Потом он уложил ее в постель и быстро сбросил одежду. После чего присоединился к Кристин, и вскоре вновь началось такое же блаженство, какое они испытали вчера в зеленом уголке заброшенной оранжереи...

Позже, задыхающиеся и покрытые испариной, они лежали рядом. И Макс снова с оттенком удивления отметил, что, как только Кристин немного пришла в себя, она сразу предприняла попытку натянуть простыню. Ей почему-то постоянно хотелось прикрыть свою наготу. Подобная целомудренность умилила Макса.

Ласково убрав с лица Кристин спутавшиеся пряди волос, он поцеловал ее в висок и негромко произнес:

— Солнышко, ты стесняешься меня?

Зардевшись, она отвела взгляд в сторону.

— Как тебе сказать...

Он вновь принялся покрывать ее висок и щеку мелкими поцелуями.

— Скажи... Я хочу понять.

Кристин ответила не сразу. Некоторое время она словно что-то взвешивала про себя, потом провела языком по чуть припухшим после жарких поцелуев губам и сказала:

— Дело не в тебе. Просто я всегда стеснялась размеров своей груди.

Эти слова настолько удивили Макса, что он даже чуть отстранился, чтобы заглянуть ей в лицо.

— В этом все дело?

Она молча кивнула.

— Но... — Начав говорить, он на миг взволнованно умолк. — Но твоя грудь... восхитительна! Она такая красивая, нежная и будто живая. Это твое достоинство, а не недостаток, уверяю тебя!

Она прерывисто вздохнула.

— Ты правда так думаешь? Потому что мне самой мой бюст доставляет одни неудобства. Не понимаю женщин, стремящихся искусственным образом увеличить грудь. По-моему, это уродливо... Гораздо красивее маленькая аккуратная грудь. Я называю такую аристократической.

С тихим смешком Макс притянул ее к себе.

— Глупышка! Сама не понимаешь, что говоришь. У тебя ведь грудь настоящая. — Он мельком отметил, что разговор стал странным образом напоминать утреннюю телефонную беседу с Патти, но поспешно отогнал это сравнение.

Ничего кроме досады оно у него не вызвало. Ему вообще никого не хотелось вмешивать в свои отношения с Кристин. — Ты не знаешь, как она прелестна, — продолжил Макс, потихоньку стягивая простыню с Кристин. — Только взгляни! Она послушно опустила взгляд на обсуждаемый предмет. Тем временем Макс принялся медленно скользить кончиком пальца по пленительным выпуклостям, переходя с одной на другую и рисуя своеобразную восьмерку. Постепенно амплитуда его движений сузилась до области, охватывающей лишь соски.

— Видишь? — хрипло шепнул он, когда те сжались в плотные столбики. — Разве не чудо?

— Макс... — простонала Кристин, которой к этому моменту уже трудно было следить за его действиями из-за стремительно нарастающего возбуждения.

Однако он настойчиво произнес:

— Смотри!

Легонько сжав сосок пальцами, Макс принялся нежно вертеть его, тем самым порождая в теле Кристин волны удовольствия. Ресницы ее опускались сами собой, но, включившись в игру, она старалась не закрывать глаза.

— Твоя грудь — источник наслаждения, — произнес Макс срывающимся горячечным шепотом. — И не только для тебя одной. Меня она сводит с ума...

— Макс! — вновь выдохнула Кристин, извиваясь и выгибаясь дугой от обилия наполнивших тело пронзительно-сладостных импульсов.

— Да? — сказал он, слегка нависая над ней. — Ты чего-то хочешь?

— Ох, Макс! — только и простонала она.

В его глазах, несмотря на сильнейшее возбуждение, промелькнула лукавая улыбка.

— Нет, так я не понимаю. Произнеси словами.

Несколько мгновений Кристин ловила воздух раскрытым ртом. Было заметно, что ей трудно говорить, однако Максу требовалось услышать то, чего он добивался.

— Я... — начала Кристин, с оттенком растерянности взглянув на него.

— Да, солнышко?

Наконец, собравшись с силами, она выговорила:

— Я хочу тебя!

Из груди Макса вырвался негромкий стон, будто одни эти слова уже доставили ему несказанное удовольствие.

— Пожалуйста! — добавила Кристин. — Я... хочу тебя сейчас же!

Теперь уже он приглушенно воскликнул:

— Ох, солнышко!

Но даже эти несколько мгновений показались ей большой задержкой. Она обвила руками плечи Макса и властно притянула его к себе. В следующую минуту они слились воедино...

— Что за странный запах? — произнес Макс, потянув носом воздух.

Это было гораздо, гораздо позже. Они успели отдышаться и отчасти успокоиться. Кристин хихикнула.

— Ты напоминаешь мне Чарли.

— Кого? — насторожился Макс, услышав мужское имя.

Этот вопрос вызвал у нее новый приступ веселья.

— Так зовут собаку моего деда. Переселившись в Сан-Диего, он завел себе золотистого ретривера.

— Благодарю, — повел бровью Макс. — И почему же я напоминаю тебе пса твоего дедушки?

— Ты принюхиваешься точно так же, как он.

— Хм... очень может быть. — Макс вновь втянул воздух. — Разве ты ничего не чувствуешь?

Кристин качнула головой.

— Нет.

— Странно... А у меня такое впечатление, будто где-то неподалеку находится раскаленный металл.

Не успел он договорить, как Кристин вскочила с постели.

— Боже мой!

— Что? — крикнул Макс, тоже вскакивая.

Но Кристин уже выбежала из спальни, и через мгновение ее босые ноги застучали по лестнице. Макс бросился следом.

11

Он догнал ее на кухне. Вбежал в тот момент, когда Кристин, схватив с плиты чайник, с грохотом поставила его в мойку и повернула кран. Пространство над раковиной сразу наполнилось шипением и паром.

Увидев на пороге Макса, Кристин с досадой всплеснула руками.

— Он был совсем новый! Я только в минувшую среду выиграла его в лотерею, которую наши местные активисты устроили ради сбора средств в пользу фонда развития муниципальной школы изобразительных искусств.

— В среду? — медленно повторил Макс, услышав в голове нечто наподобие щелчка.

Именно в этот день он как ошалелый примчался поздним вечером в Сансет-Сити лишь для того, чтобы постоять под окнами Кристин.

Так вот откуда она возвращалась так поздно! — промелькнуло в его мозгу. И вот что за коробку несла. Там находился выигранный чайник!

У Макса задним числом отлегло от сердца. Выходит, Кристин тогда ходила не на встречу с каким-нибудь мужчиной — к примеру, с тем же Хью, — а всего-навсего принимала участие в городском мероприятии.

— Не расстраивайся, — с улыбкой облегчения произнес он. — Хочешь, я подарю тебе другой чайник?

Кристин пожала плечами с. такой естественностью, будто не стояла сейчас перед Максом в чем мать родила. Плачевная судьба чайника, из которого выкипела вся вода, заставила ее на время забыть о стеснительности. Впрочем, Макс тоже не успел одеться, бросившись за ней, так что они были в одинаковом виде.

— Почему ты должен расплачиваться за мою забывчивость?

— Ну... — протянул он, — если бы я не отвлек тебя, с чайником ничего бы не случилось.

— Если бы ты... — Произнося эти короткие слова, она сообразила, что подразумевает Макс, и словно опомнилась.

Видя, что ее щеки порозовели, Макс рассмеялся. Затем спросил:

— По-видимому, ты кипятила воду, чтобы позавтракать?

Кристин кивнула, шаря глазами по кухне явно в поисках какого-нибудь полотенца, которым можно было бы прикрыть наготу. Макс заметил ее взгляд, но не подал виду, чтобы не смущать еще больше.

— Да, я как раз собиралась заварить чай... — Кристин сдернула с крючка кухонную салфетку и, хотя ее размеры были смехотворны, принялась пристраивать на уровне пупка — свисая, тряпица прикрывала пушистый треугольник между бедер.

— Знаешь что, я приглашаю тебя на ланч, — сказал Макс. При этом он изо всех сил старался не улыбаться, хотя ситуация была более чем комична: еще никогда ему не приходилось приглашать кого-то в ресторан или кафе, будучи абсолютно голым!

Правда, Макс тут же вспомнил, как около месяца назад примерно таким же образом пригласил на ужин свою приятельницу, балерину Элен. Однако то было совсем другое дело: оба они тоже были обнажены, но лежали в постели.

Сейчас же Макс беседовал с Кристин совершенно светским образом и о вещах, почти не имеющих отношения к тому, чем они только что занимались.

— Время завтрака все равно прошло, — добавил он. — Ну что, согласна? Тем более у меня должок: ты ведь уже однажды накормила меня, а я тебя еще ни разу.

Кристин вспомнила, как они ели на этой самой кухне, как она волновалась тогда и не могла поверить, что Макс Хоган, дирижер, которого показывают по телевидению, зашел к ней на ланч. Более того — сам напросился!

Впрочем, сейчас она тоже еще далеко не окончательно освоилась с мыслью, что между ними завязывается нечто такое, что с большой осторожностью можно назвать отношениями. Это удастся выяснить, лишь пообщавшись с Максом какое-то время.

— Хорошо, — улыбнулась Кристин. — С удовольствием отправлюсь с тобой в какое-нибудь заведение. А куда мы пойдем?

Вопрос поставил Макса в тупик. Он поскреб в затылке, пытаясь разрешить неожиданную проблему. Если бы речь шла о Сан-Франциско, вопроса бы не возникло. Да что там! Даже в Нью-Йорке, Лондоне, Париже, Вене, Неаполе и многих других городах мира Макс знал бы, куда отвести Кристин перекусить, но здесь был Сан-сет-Сити.

Впрочем, одно место было известно ему и здесь.

— В «Молочный бар»? — неуверенно спросил он.

Кристин на миг задумалась, потом произнесла, опустив взгляд:

— Не возражаешь, если я сначала оденусь, а потом мы обсудим, куда отправиться? Вернее, сначала я сполоснусь под душем, а уж затем... Это займет немного времени, не волнуйся.

Макс лукаво усмехнулся.

— Давай еще больше сэкономим время и отправимся в ванную вдвоем! — Но одна только мысль о совместном омовении вызвала в организме Макса такую реакцию, что он поспешно произнес: — Ох нет! Это я погорячился... Видишь, что со мной происходит? Давай-ка лучше пойдем под душ по очереди, иначе наше пребывание там затянется настолько, что ланч превратится в ужин.

Кристин посмотрела на него и быстро опустила взгляд, проглотив вертевшуюся на кончике языка фразу о том, что ее не пугает подобная перспектива. Действительно, если они с Максом отправятся в ванную вместе, мытье превратится в вещь второстепенную. А он, наверное, проголодался, бедняжка. Мужчины ведь всегда подсознательно стараются восстановить силы после физической близости.

Уклончиво улыбнувшись, Кристин сказала:

— Тогда я иду первая. А ты — через пять минут.

Она сказала Максу о существовании одного не очень шикарного, но уютного ресторанчика в трех милях от Сансет-Сити.

— Тем лучше, — усмехнулся он. — Признаться, мне сейчас совсем не хочется ничего молочного.

— В таком случае «Мечта туриста» нам подойдет. Меню там гораздо разнообразнее, чем в «Молочном баре». Только туда придется отправиться на твоем автомобиле. — Кристин взглянула на Макса вопросительно, словно ожидая возражений, однако тех не последовало.

Он лишь усмехнулся.

— Не вижу препятствий. Значит, заведение рассчитано на отдыхающих?

— Недалеко от него находится туристический кемпинг, а напротив — мотель, — пояснила она.

Макс кивнул.

— Едем!

Пока они шли к дверям ресторана, Кристин с некоторым смущением произнесла:

— Боюсь, тебе здесь не понравится.

Макс взглянул на нее сверху вниз. Отправляясь в поездку, она надела босоножки на низком каблуке и сейчас казалась очень миниатюрной и совсем юной.

— Почему?

— Ну... ты ведь наверняка привык к шикарным заведениям. Представляю, в каких ресторанах тебе доводилось бывать!

Макс пожал плечами.

— Это ровным счетом ничего не означает.

— Как же, разве можно сравнить пункт питания для туристов с фешенебельными...

— Можно, — уверенно произнес Макс, не дав ей договорить. — Я предпочитаю зайти в придорожную забегаловку с тобой, чем, скажем, в ресторан лондонского отеля «Ройял гарден» без тебя. — Наклонившись, он коснулся губами ее щеки. — Ну что, убедил я тебя?

Кристин мечтательно улыбнулась

— По-моему, ты изрядно преувеличиваешь, но... мне все равно приятно.

— Чего я и добиваюсь, — шепнул Макс.

Через минуту они перешагнули порог ресторанчика «Мечта туриста».

Здесь отсутствовал кондиционер, но, несмотря на это, ощущалась прохлада, потому что были открыты все три двери. Одна из них вела во внутренний дворик, где было много зелени, часть из которой, как и положено, росла в земле, другая же — в деревянных кадках.

— Давай устроимся там, — предложил Макс. Кристин тоже склонялась к этому мнению.

— Замечательно. — Когда они выбрали столик, она добавила: — Но напитки тут нужно заказывать самому, вон у той стойки. — Кристин кивком указала внутрь ресторана, в том направлении, откуда они только что пришли.

Макс едва заметно пожал плечами.

— Ничего не поделаешь. Тогда тебе придется подождать меня.

Спросив, чего Кристин хочется, он удалился, а она тем временем открыла меню и подвергла тщательному анализу указанный там перечень блюд. Несмотря на невысокий уровень заведения, кормили здесь вкусно и обильно. И ей хотелось, чтобы у Макса остались приятные впечатления от посещения «Мечты туриста».

Вскоре он вернулся с напитками. Кристин он принес фирменный коктейль, состоявший из смеси белого вина с несколькими фруктовыми соками, лимонным ликером и сахарным сиропом. Себе взял бутылку минеральной воды.

— Прошу, — сказал он, придвигая к Кристин бокал, в котором находилась соломинка. — Успела выбрать себе какое-нибудь блюдо?

— Спасибо, — ответила она, отпив глоток коктейля. — Я закажу себе свиную отбивную с жареным во фритюре картофелем и салат из свежей капуты с зеленью. Это мои любимые здешние блюда.

Макс опустился на стул.

— Вот как? Выходит, ты часто бываешь в этом ресторане?

Беззаботно пожав плечами, Кристин сказала:

— У нас ведь маленький городок, все друг друга знают. Кроме того, у нас любят отмечать всякого рода торжества. Прежде всего, конечно, свадьбы. Потом крестины, дни рождения, юбилеи... — Она улыбнулась. — Словом, повод находится. А этот ресторан пользуется у горожан популярностью. Несмотря на то что он придорожный, обстановка здесь домашняя, а кухня разнообразная, на любой вкус: есть и мексиканские блюда, и французские, и итальянские, а захочешь, тебе приготовят обыкновенный гамбургер. Да и принадлежит это заведение местному жителю, Питу Тернеру.

— То есть ты бываешь здесь в большой компании? — осторожно спросил Макс, любуясь ее оживленным лицом.

Их взгляды встретились, и между ними будто искра проскочила, ярко напомнив о недавно испытанном в объятиях друг друга удовольствии. Кристин опустила глаза.

— Мм... в большинстве случаев. — Из-за охватившего ее волнения ответ прозвучал с запинкой.

— То есть, как я понимаю, время от времени ты заглядываешь сюда одна? Или... — Максу безумно хотелось узнать, приводила ли она в этот ресторанчик Хью.

Кристин обезоруживающе улыбнулась.

— Одна очень редко. Только когда выезжаю куда-нибудь из Сансет-Сити.

Макс откинулся на спинку стула. Ответ был получен, но ничего не дал. Прямо спрашивать о том, с кем Кристин посещает «Мечту туриста», Максу не хотелось, это выглядело бы как допрос.

— Добрый день, — раздалось рядом. — Готовы сделать заказ?

Кристин поздоровалась с официанткой как со старой знакомой.

— Пожалуйста, Дебби, принеси мне свиную отбивную с картофелем фри и салатом, — ответила Кристин.

— А вы, мистер, что желаете? — обратилась официантка к Максу.

Тот наскоро пробежал взглядом меню, потом захлопнул его и положил на стол.

— Пожалуй, и мне принесите то же самое... отбивную и все остальное. — Когда официантка удалилась, он внимательно огляделся по сторонам. — А здесь в самом деле очень мило. Посетителей много, но никакой суеты, сутолоки...

Кристин кивнула.

— По вечерам народу еще больше, но ощущения столпотворения никогда не бывает. Потому что тут просторно, много столиков и хорошо поставлено обслуживание.

— А куда ведет вон тот выход? — спросил Макс, устремив взгляд сквозь широкий проем в глубь основного зала.

— Какой? А, там тоже дворик, но уставленный беседками, в каждой из которых может разместиться отдельная компания. Беседки сплошь увиты виноградом, благодаря чему достигается значительный эффект уединенности.

Протянув руку через стол, Макс нежно стиснул пальцы Кристин.

— Почему же мы не отправились туда? Разве нам там не было бы удобнее?

Его прикосновение заставило ее на миг замереть. Каждая минута общения с Максом была окрашена чувственностью, которая проявлялась на удивление многогранно. И всякий раз Кристин не была готова к очередному всплеску эмоций, застигавших ее врасплох. Вот и сейчас она несколько секунд сидела неподвижно, всецело отдавшись сладостным ощущениям, быстро распространяющимся по всему телу от того места, где находилась сжимающая ее руку ладонь Макса.

Наконец Кристин встрепенулась, будто стряхивая с себя чувственное наваждение, и заметила, блеснув глазами:

— Может и удобнее, только, оказавшись наедине, мы вряд смогли бы спокойно поесть.

В ответ Макс крепче стиснул ее пальцы. Он собирался что-то сказать, но тут вновь появилась официантка, на сей раз с нагруженным подносом. Вскоре перед Кристин и Максом оказались столовые приборы и тарелки, над которыми поднимался аппетитный пар.

— Только сейчас я понял, как проголодался! — с чувством произнес Макс, когда они с Кристин снова остались одни.

Она улыбнулась.

— Мужчинам требуется больше калорий.

— Потому что они их больше тратят? — подхватил Макс, лукаво прищурившись.

Тон его был веселым, однако в следующую минуту он в который уже раз испытал укол ревности. Фраза Кристин имела тот подтекст, что в постели мужчины расходуют гораздо больше сил, чем женщины. Как правило, подобное высказывание можно услышать от дамы, обладающей обширным опытом интимного общения. И, если эти слова произносит Кристин, следовательно...

— Это ведь общеизвестно, — сдержанно произнесла она, догадываясь, о чем подумал Макс. Ход его мыслей показался ей не очень приятным, и она поспешила что-то сказать, чтобы перебить ощущение досады, впервые возникшее за этот день, если не считать сетований по поводу сгоревшего чайника, но то было совсем другое дело. — Как бы то ни было, советую тебе приступить к еде, пока все не остыло, — заметила она как можно более непринужденно. — Кстати, если честно, я тоже изрядно проголодалась. Завтрак проспала, да и вообще...

— Я тоже еще не завтракал, — усмехнулся Макс.

Кристин искоса взглянула на него, берясь за нож и вилку.

— Тоже поздно проснулся?

— Проснулся-то я рано. Патти разбудила меня ни свет ни заря. — Макс сказал это и тут же подумал: зачем я упомянул о Патти, черт возьми?!

— Кто? — прищурилась Кристин.

— Патти, — с неохотой повторил он.

— А... кто это? — осторожно поинтересовалась Кристин. В ее голове промелькнула мысль о том, что после всего произошедшего — особенно после нынешнего утра — она поняла, что могла бы прожить с Максом всю жизнь. Пока они ехали сюда, у Кристин было время подумать, и она сообразила, почему раньше у нее возникал в отношении какого-нибудь очередного ухажера вопрос: а что тот может ей дать? Дело в том, что ни один из них не давал Кристин того, что она с лихвой получила от Макса, — возможность всецело почувствовать себя женщиной, не говоря уже о том особого рода насыщении, которое до сих пор существовало лишь в ее мечтах. С Максом она могла лишь думать, способна ли сама что-то дать взамен.

Вместе с тем Кристин остро осознавала, что ей практически ничего не известно о человеке, которого она без преувеличения могла бы назвать идеальным для себя любовником. А без этого перспективы дальнейших отношений оставались туманными.

— Патти? — вновь без всякой нужды переспросил Макс. — Это скрипачка. Первая скрипка моего оркестра.

Кристин похолодела. Первая скрипка — это та нервная грациозная женщина, светлые волосы которой так красиво взметались, когда она играла. Значит, ее зовут Патти. И она запросто будит Макса по утрам.

— Вот как? — произнесла Кристин голосом, в котором ощущалась, едва заметная дрожь. — Разве эта... мм... Патти не могла приготовить тебе завтрак?

Макс внимательно посмотрел на нее.

— Теоретически могла, но толку от этого было бы мало, потому что в тот момент Патти находилась у себя дома, а я — у себя. И мы общались по телефону. — Сам не зная зачем, он добавил: — Патти позвонила мне, чтобы... э-э... решить некоторые деловые вопросы. — Дьявол! Я как будто оправдываюсь! — в ту же минуту промелькнуло в его голове.

Он был недоволен собой, зато на Кристин его пояснение повлияло благотворно. Заметно повеселев, она вновь принялась за отбивную. Глядя на нее, Макс тоже успокоился и последовал ее примеру.

Некоторое время они молча ели. Ветерок шелестел в листве окружающей зелени, в соседней рощице щебетали птицы, из главного зала доносились обычные ресторанные шумы, звонкий женский смех и глуховатый мужской, да еще время от времени со стороны шоссе слышался звук катящего мимо автомобиля или грузовика. Сидящие в дальнем углу за столиком мужчина и женщина были заняты друг другом и на Кристин с Максом внимания не обращали.

— А здесь действительно неплохо, — с оттенком приятного удивления заметил он. Затем, скользнув взглядом по цветущим рододендронам, спросил: — Ну как, понравилось тебе вчера в оранжерее?

Кристин едва не поперхнулась. Стиснув в руках нож и вилку, она уставилась в свою тарелку, лихорадочно пытаясь сообразить, что подразумевается под этим вопросом. Через несколько мгновений, когда наплыв напряжения немного ослаб, Кристин пришла к выводу, что Максу вряд ли бы вздумалось таким легкомысленным тоном осведомляться о ее отношении к их ошеломляюще прекрасному и одновременно совершенно безумному соитию под магнолией. По всей видимости, в его вопросе не содержалось подспудного смысла.

Но все-таки она решила на всякий случай уточнить и осторожно произнесла:

— Ты имеешь в виду?..

— Наш разговор о расширении твоего бизнеса, — с ходу ответил Макс. — Теперь, когда ты своими глазами увидела оранжерею и... — Он вдруг умолк, на его лице промелькнуло странное выражение. — Постой, я только сейчас понял... Ты подумала, что... — Макс не договорил, но его глаза сделали это вместо него.

— Да, — кивнула Кристин. — Твой вопрос можно толковать двояко.

Он рассмеялся, запрокинув голову. Кристин же с улыбкой наблюдала за ним, тайком любуясь до тех пор, пока он не взглянул на нее.

— Впрочем, я действительно не прочь узнать, как ты оцениваешь... то, что между нами произошло.

В ее глазах вспыхнули искорки, но она тут же пригасила их, опустив ресницы.

— Если бы оценила негативно, сегодня не было бы... гм... продолжения.

Наступило молчание.

— Ты должна знать, — спустя некоторое время нарушил его Макс, — что для меня очень важно все происходящее между нами. Я не смотрю на это просто как на приятное времяпрепровождение, поверь. — Вновь протянув руку через столик, он завладел пальцами Кристин, а сам подумал, что ему не следовало бы говорить всего этого. Его слова могли породить в душе Кристин надежду на нечто большее, нежели обычная интимная связь двух взрослых людей. Но к большему Макс пока был не готов. — Хочу еще сказать, что довольно непросто схожусь с женщинами, — немного поразмыслив, добавил он. — Поначалу проблем с этим не было, но один случай сильно повлиял на меня. С тех пор я все тщательно взвешиваю, прежде чем начать какие-то отношения. Так что история с тобой, солнышко, скорее исключение, чем правило.

Неуверенно улыбнувшись, Кристин потихоньку высвободила руку, отрезала кусочек отбивной, но не отправила в рот, а принялась задумчиво гонять вилкой по тарелке. Она пока не поняла, как следует расценивать заявление Макса, однако ей пришла в голову идея воспользоваться тем, что он вскользь упомянул о каком-то, судя по всему, неприятном событии своей личной жизни.

— И что это был за случай, если не секрет? — негромко, будто боясь спугнуть момент, спросила Кристин.

Макс взял бокал с минеральной водой и откинулся на спинку стула.

— Вообще, я не люблю об этом вспоминать, а тем более говорить, но так и быть... Сразу скажу: история банальная. Наверняка найдется множество мужчин, в жизни которых случалось нечто подобное, но на меня все это произвело неизгладимое впечатление. Вероятно, потому что я был влюблен. — Он отпил глоток воды. — Девушку звали Элси. Мы встречались больше года, то есть очень долго по моим тогдашним понятиям. Между нами было все, что только возможно между парнем и девушкой.

12

Он на минуту умолк, глядя куда-то поверх головы Кристин.

Выдержав из вежливости паузу, она спросила:

— Сколько тебе было лет?

— Что? — По-видимому, Макс успел глубоко погрузиться в воспоминания. — Лет? Двадцать шесть. — Он усмехнулся. — Получается, вся история произошла ровно десять лет назад. Как быстро они пролетели... Тогда у меня еще не было ничего из того, что есть сейчас. Я только думал над созданием камерного симфонического оркестра, в котором отводил себе роль дирижера. Идею эту, кстати, подсказала моя бабушка Дора, бывшая оперная певица, но речь сейчас о другом. Говорю я это к тому, что в ту пору не являлся тем, что принято считать выгодным женихом. То есть Элси нужен был я сам, а не какие-то блага, связанные с моим положением. Его тогда попросту не было. — Он вновь умолк, вертя наполовину полный бокал в руке, но на этот раз Кристин терпеливо ждала, потягивая через соломинку коктейль. После довольно продолжительной паузы Макс заговорил сам: — Если бы Элси тогда не затеяла со мной нечестную игру, кто знает, может, к этому времени я давно бы был женатым человеком.

— Что же она сделала? — не удержалась Кристин.

Макс поднял на нее взгляд.

— Обманула меня. Сказала, что ждет от меня ребенка, и стала требовать, чтобы я женился на ней. — Он невесело усмехнулся. — Это было очень глупо с ее стороны. Ей бы следовало немного подождать, и я бы сам созрел для брака, но она жаждала поскорее сделать меня полностью своим. Повторяю, Элси любила меня... даже чересчур.

— Но почему ты решил, что она солгала?

Губы Макса вновь изогнулись в усмешке.

— Думаешь, у меня где-то растет ребенок?

Кристин смешалась.

— Нет, я просто...

— Ладно, не смущайся. В конце концов, подобный вопрос вполне закономерен. — Макс вновь отхлебнул воды, словно стремясь утихомирить волнение, до сих пор порождаемое воспоминаниями о давней истории. — Я проверял, первый ребенок появился у Элси только через три года после того, как мы расстались. Кроме того, я выяснил, что научила ее так поступить ее родная мать, миссис Кроули. Вероятнее всего, она же и внушила Элси мысль, что я нарочно тяну с браком. В голове мамаши и родился замечательный, как ей казалось, план. Но она просчиталась.

— Как же вся история всплыла на поверхность? — с любопытством спросила Кристин.

— Все получилось довольно просто. Я заподозрил неладное, когда Элси рассказывала мне о своей беременности: у нее бегали глаза. Я заметил это, несмотря на все волнение, вызванное неожиданной новостью. Кроме того, Элси сразу начала настаивать на необходимости срочно пожениться, пока еще у нее незаметен живот. Но говорила она как-то ненатурально, словно заученными фразами или повторяя с чужого голоса. Все вместе взятое насторожило меня. Я не дал немедленного ответа, сказал, что должен подумать. Тут же начались слезы, упреки, уговоры — словом, весь набор дамских уловок. Однако, несмотря на все, мне удалось настоять на своем. Я действительно вынужден был крепко подумать, но нашел решение. Сказал Элси, что не возражаю против женитьбы, однако сначала мы объявим полугодовую помолвку. Мое условие поставило Элси в тупик, и она ушла, видимо чтобы посовещаться с матерью. На следующий день, соответственно проинструктированная, она появилась вновь и с необычной настойчивостью принялась соблазнять меня, тем самым подтвердив мои подозрения. Я еще больше укрепился в мысли, что Элси, мягко говоря, заблуждается относительно своей беременности.

— Но разве нельзя было обратиться к врачу? — задумчиво спросила Кристин.

Макс кивнул.

— Я предлагал это неоднократно.

— И?

— Всякий раз дело кончалось слезами. Элси говорила, что стесняется идти к гинекологу, и, кроме того, ее оскорбляет мое, как она выражалась, стремление доказывать очевидное. Я же откровенно не доверял ей. Меня возмущал сам факт обмана со стороны любимой девушки. В общем, несмотря на все ухищрения Элси, за время помолвки я ни разу не лег с ней в постель. И поступил правильно, потому что именно на это была рассчитана тактика миссис Кроули — как можно скорее добиться, чтобы Элси в самом деле забеременела от меня. Но этого так и не произошло. По мере приближения даты, на которую была назначена свадьба, Элси все больше нервничала. Порой закатывала мне настоящие истерики. Словом, чтобы долго не тянуть, скажу, что в один прекрасный день я прямо спросил, куда подевалась ее беременность. Тогда же, после тягостной сцены, которую мне до сих пор больно вспоминать, мы с Элси расстались. — Макс допил минералку, поставил бокал на стол и взглянул на Кристин. — Так я до сих пор и живу холостяком.

— Понятно, — протянула она.

— А ты? — спросил Макс.

— Что?

— Не была замужем?

Кристин рассмеялась.

— Не возникало необходимости. Хотя возможность представлялась не раз.

— И ты не захотела ею воспользоваться? — с оттенком сомнения в голосе произнес Макс.

Кристин пожала плечами.

— Допускаю, что в это трудно поверить, но не все девушки мечтают выйти замуж.

— Ты — исключение из общего правила?

— Наверное.

Выдержав некоторую паузу, Макс пристально взглянул на Кристин.

— А можно я задам тебе вопрос?

— Конечно. Почему бы нет?

Макс нервно провел пальцами по волосам. Нужно было так подобрать слова, чтобы не нарушить установившегося между ними равновесия.

— Вопрос касается Хью, — осторожно произнес он.

В ее глазах промелькнуло удивление. Потом она слегка нахмурилась.

— Это Рита рассказала тебе о нем? И когда только успела... Вечно она болтает с клиентами, о чем не положено.

— Что, это такой большой секрет? — сдержанно произнес Макс, предпочтя не развеивать заблуждение Кристин.

Она недовольно поджала губы.

— Просто нашим посетителям незачем знать подробности моей или ее личной жизни.

Макс помрачнел. Значит, Хью все-таки имеет какое-то отношение к личной жизни Кристин?

— А... давно ты с ним знакома?

— С Хью? — Кристин не очень нравилась эта беседа, но после откровений Макса она в каком-то смысле считала себя обязанной ответить взаимностью. — Собственно, как он впервые появился в моем салоне, так мы и познакомились.

Ответ получился довольно расплывчатым, однако Макс удовлетворился им, потому что в действительности его интересовало другое: спит

Кристин с Хью или нет? Но спросить об этом прямо он не считал возможным.

— Значит, он нравится тебе?

— Хью? — вновь переспросила она. — Ну... он веселый, рассказывает интересные истории. — Затем Кристин скользнула пристальным взглядом по лицу Макса, пытаясь понять, что он думает. — Не понимаю, почему ты все время спрашиваешь меня о Хью? Какое он имеет отношение к нашим... хм... к тому, что происходит между нами?

Слегка обескураженный, Макс пробормотал нечто невнятное, чего Кристин не разобрала. Но, так как он больше ничего не добавил, решительно произнесла:

— Прошу тебя... мы сейчас вдвоем, у меня такое хорошее настроение, не порти его, пожалуйста!

Ее слова даже немного пристыдили Макса.

Действительно, какого черта! — подумал он. Сейчас она со мной, а все остальное пусть горит синим пламенем!

— Да-да прости! Оставим эту тему. Пока мы вместе, другие нам не нужны.

Весь этот день — а также совершенно сумасшедшую ночь — Макс провел с Кристин. В воскресенье утром уехал, потому что нужно было готовиться к вечернему выступлению. Но, если бы что-то зависело от него, он забросил бы все дела и хотя бы еще на денек остался в Сансет-Сити. К сожалению, подобное было немыслимо.

Перед концертом Макс больше всего опасался сцен со стороны Патти и даже решил сказать, что отныне Кристин его любовница, потому что он увел ее у Хью. Однако, к его величайшему облегчению, объясняться с Патти не пришлось. Хью был на месте и весь вечер не отходил от нее, будто поставил перед собой цель компенсировать прежний недостаток внимания.

Следующим утром камерный симфонический оркестр «Фриско виртуозо» в полном составе — включая импресарио Хью Сайласа — вылетел в Нью-Йорк, откуда начиналось мини-турне.

Максу оно показалось самым долгим в жизни, потому что рядом не было Кристин. И хотя он звонил ей каждый день, его не покидало ощущение, будто он напрасно теряет время, занимаясь абсолютно не нужным ему делом, когда в Сансет-Сити происходит что-то важное.

А Кристин жила словно в тумане. Машинально ходила в свой салон, механически выполняла привычную работу, беседовала с заказчиками, покупателями и Ритой, вечером с удовольствием возвращалась домой, потому что с некоторых пор ее спальня стала объектом сладостных воспоминаний. Ночи она проводила почти без сна, металась по подушке, изнывая от желания, и готова была отдать все на свете, только бы Макс сию минуту очутился рядом.

Ей было о чем подумать и кроме интимных ласк. Например, о том, что будет дальше. Судя по рассказам Макса, он довольно комфортно чувствует себя в роли холостяка. Сама Кристин тоже замуж не собиралась... до недавних пор. Однако бурный роман с Максом пошатнул не только ее привычный образ жизни, но также в значительной степени мировоззрение.

Представляя себя женой Макса Хогана, она не испытывала неловкости. Напротив, этот образ был ей приятен. Только как сделать так, чтобы Макс почувствовал то же самое?

Кажется, сама того не желая, я сворачиваю на дорожку обманщицы Элси, с горечью думала Кристин. Бедняжка Макс, все хотят его окрутить!

Впрочем, подобные мысли лишь изредка пробивались сквозь плотное марево заполнявшей ее мозг чувственности. Зато она все чаще задавала себе вопрос, не влюбилась ли в Макса? И боялась собственного ответа, потому что сейчас он уже вполне мог оказаться положительным.

Макс же ни о чем таком во время телефонных бесед не упоминал. О да, он только и делал, что рассказывал, как хочет ее! Но о любви не заговаривал ни разу...

Последний концерт оркестр «Фриско виртуозо» отыграл в Квебеке. Макс едва дождался этого дня. Душой он уже был с Кристин.

Следующим утром, едва самолет приземлился в аэропорту, Макс наскоро попрощался с музыкантами, еще раз поблагодарил всех за работу и поспешил к своему оставленному на автостоянке «шевроле». Он лишь ненадолго заехал домой, чтобы привести себя в порядок и переодеться, и почти сразу же отправился в Сансет-Сити. Ему хотелось сделать Кристин сюрприз, явившись к ланчу.

Всю дорогу Макс думал только об одном: как рассказать о своей любви, чтобы это было одновременно нежно, красиво и оригинально.

Предвкушая удивление Кристин и желая сделать сюрприз полным, он оставил автомобиль в двух десятках ярдов от салона мод и остаток пути проделал пешком. В кармане его пиджака лежала изящная коробочка с красивым золотым браслетом, который он намеревался преподнести Кристин. Поначалу-то Макс хотел купить кольцо, но передумал — Кристин могла счесть его обручальным.

Однако сюрприз поджидал самого Maкca: дверь салона оказалась запертой. Еще раз дернув на всякий случай ручку, он посмотрел на наручные часы.

— Странно, до перерыва еще четверть часа... — пробормотал он себе под нос, поворачивая голову сначала в одну сторону улицы, потом в другую. Может, они проголодались и решили отправиться перекусить пораньше? Если так, то я знаю, где искать Кристин!

Разумеется, у нее дома. Она ведь говорила, что предпочитает питаться на собственной кухне.

Делать нечего, Макс пошагал знакомым путем к известному ему дому. Вскоре впереди показалась витрина кафе «Молочный бар». Макс прошел бы мимо, но краем глаза неожиданно заметил посетительницу в платье точно такого же нежно-голубого цвета, какое было на Кристин тогда, когда она приехала к нему в Сан-Франциско и привезла костюм для примерки.

Резко замедлив шаг, Макс присмотрелся... Да ведь это Кристин и есть!

Интересно, что ее заставило изменить укоренившейся привычке? — с некоторой оторопью подумал он.

Приблизившись еще на три шага, Макс остановился. Теперь обзор был лучше, хотя и приходилось смотреть чуть наискосок.

Сомнений больше не осталось, это действительно была Кристин. Сидела за столиком и беззаботно смеялась над тем, что говорил ей какой-то мужчина.

Макс скрипнул зубами. Вот как бывает, когда хочешь сделать сюрприз!

Он осторожно приблизился еще на два шага. Кто же такой этот компаньон по столику?

В следующее мгновение Макс испытал приступ внезапной ярости в смеси с ощущением страшного унижения — потому что собеседником Кристин оказался не кто иной,— как Хью! Он как ни в чем не бывало сидел рядом с Кристин и рассказывал что-то веселое, потому что она поминутно улыбалась.

И когда только успел примчаться! — злобно подумал Макс. Наверное, из аэропорта прямиком дунул сюда. А Патти, как всегда, наврал с три короба... Вот почему перерыв на ланч в салоне начался сегодня раньше обычного.

Впрочем, Хью интересовал Макса меньше всего. Его внимание было приковано к Кристин. Он смотрел на нее и думал, что, пожалуй, впервые встретил женщину, способную с такой ловкостью жонглировать любовниками. Если бы он не застал сейчас случайно Кристин с Хью, она и дальше с успехом продолжала бы водить его за нос.

Выходит, никакого особенного секрета не существует — просто темперамента Кристин хватает на двоих партнеров.

С этой болезненной для него мыслью Макс повернулся и побрел в обратном направлении, к тому месту, где оставил свой «шевроле». Ему не оставалось ничего иного, как уехать из городка, где его никто не ждал.

Если бы Макс задержался еще на несколько мгновений, ситуация предстала бы перед ним в совершенно ином свете. Потому что не успел он отойти и на пять шагов, как за спиной Хью и Кристин появилась Рита. Вероятно, она отлучалась куда-то, потому что уверенно села за столик, который, оказывается, был накрыт на троих. Стул Риты стоял ближе к Хью, и, когда она села, он привычно обнял ее за плечи, продолжая что-то рассказывать. Через минуту он завершил свою историю, и обе девушки рассмеялись.

В Сан-Франциско Макс не поехал. Представив себе, как вернется домой и окажется в замкнутом пространстве, где стены будут давить на него, словно спрессовывая тоску и разочарование в плотную вязкую массу, он испытал приступ клаустрофобии.

Нет! — с каким-то даже страхом подумал Макс. Только не это.

Покинув пределы Сансет-Сити, он свернул на трассу, идущую вдоль побережья, и погнал по ней «шевроле» с максимально дозволенной скоростью. Но и здесь его ждала очередная шпилька, потому что путь пролегал мимо знакомого уже ресторана «Мечта туриста».

Бросив взгляд на гостеприимно распахнутые двери заведения, Макс мрачно усмехнулся. Интересно, приводила ли сюда Кристин Хью! Разумеется, приводила. Возможно, даже неоднократно. И возможно также, что с прежним своими дружками тоже здесь бывала. Не зря у нее есть тут любимые блюда.

Какая любвеобильность при внешней скромности, однако!

Он нажал на газ и понесся вперед, не видя перед собой никакой цели. Только дворники включил, потому что вновь — в который раз за текущий месяц — стал накрапывать дождик.

В конце рабочего дня «шевроле» Макса снова можно было увидеть на въезде в Сансет-Сити. Этот городок стал для него наваждением. Говорят, все дороги ведут в Рим. Персонально для Макса подобную роль с некоторых пор стал играть Сансет-Сити. Потому что в этом малоприметном городке жила девушка, в которую он имел неосторожность влюбиться.

Сейчас Макс приехал сюда, чтобы увидеть, кто выйдет из салона «Престиж», когда настанет время закрытия. Он был почти уверен, что

Хью еще здесь. Просто ему нужно было убедиться в том предположении, что сегодня Кристин поднимется в свою спальню не одна.

Макс даже особенно не скрывался. Чем скорее наступит развязка, тем лучше. Женщин нужно ловить на горячем, только так их можно вывести на чистую воду, не оставшись при этом в дураках. Уж тут у Макса имелся кое-какой опыт.

Он остановил автомобиль напротив салона, на противоположной стороне улицы, и стал ждать под мерное шарканье включенных дворников. В положенное время из дверей показалась Кристин. Хоть Макс находился достаточно далеко, он все равно сразу узнал ее, потому что на ней снова был непромокаемый ярко-желтый плащ. Следом появился — кто бы сомневался! — Хью.

Разом все и кончу, подумал Макс, решительно открывая дверцу автомобиля.

— Кристин! — резко произнес он, выпрямившись под дождем.

Она оглянулась. Легкое удивление в ее глазах при виде Макса сменилось бурной радостью. Только у него, к сожалению, ответного восторга не возникло.

— Ты! — изумленно воскликнула Кристин, машинально опуская на плечи капюшон дождевика.

И тут из дверей салона вышла... еще одна Кристин — во всяком случае, именно так воспринял Макс появление некой особы в ярко-желтом плаще, который был как две капли воды похож на тот, что находился сейчас на Кристин.

Макс заморгал.

— Старик, как ты здесь очутился? — произнес тем временем Хью.

— Мистер Хоган? — Неизвестная особа чуть сдвинула назад капюшон, и Макс с изумлением узнал в ней Риту!

В ту же минуту в его мозгу словно сложилась из разрозненных фрагментов единая картина. Он понял, кем в действительности была та увиденная Патти девушка в желтом дождевике, которой Хью подарил букет бордовых роз. Это была Рита. Позже Патти видела в таком же плаще Кристин и пришла к неверному выводу, что с ней встречается Хью. Интересно, заметила ли Патти в салоне мод манекен таксы в точно таком же комбинезоне? А в каком-нибудь подсобном помещении тут, наверное, лежит целый рулон непромокаемой ярко-желтой ткани.

Макс провел рукой по лицу, смахивая дождевые капли, и негромко, с оттенком усталости произнес:

— Всем привет.

— Не понимаю... мистер Хоган, так вы правда знакомы с Хью? Кристин, ты слышишь? Мы угадали!

— Макс и я иногда вместе играем на бильярде, — быстро произнес Хью, подмигнув тому с умоляющим видом.

Однако Максу сейчас было не до него.

— Кристин! — сказал он, раскрывая объятия. — Как я соскучился по тебе! — А когда с сияющим видом она шагнула к нему, добавил: — Пока мы были в разлуке, я понял, что люблю тебя.

— Ох, дорогой! — облегченно воскликнула она. — Я так боялась, что не услышу от тебя этих слов!

Утром, прощаясь с Кристин на крыльце ее дома, Макс произнес:

— Так вечером жду тебя. Познакомишься со всеми, будет весело... — Наклонившись, он прикоснулся к ее припухшим после бесчисленных поцелуев губам.

С ощущением этого прикосновения Кристин и отправилась в Сан-Франциско, в концертный зал «Магнолия», где участники камерного симфонического оркестра «Фриско виртуозо» отмечали успешное завершение недавнего турне. Со вчерашнего дня ее сердце пело, душа ликовала, и она чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете.

Кристин уже не нужно было искать концертный зал «Магнолия». Подойдя к знакомому зданию, она уверенно поднялась по трем широким мраморным ступеням, толкнула тяжелую стеклянную дверь, шагнула в холл... и остановилась, увидев беседующего в углу с какой-то дамой Макса. В следующее мгновение Кристин узнала ее — это была первая скрипка оркестра, грациозная светловолосая красавица Патти.

— ...Вчера его снова не было до двух ночи! — донесся до Кристин обрывок фразы, произнесенной высоким певучим голосом. — Этому пора положить конец! Можешь ты сказать что-нибудь вразумительное? Сколько еще Хью будет терзать меня?

Не успела Кристин переварить услышанное, как ее заметил Макс.

— А! Дорогая, ты уже здесь!

Патти машинально обернулась, и, встретившись с ней взглядом, Кристин вежливо улыбнулась. Однако в глазах Патти вдруг промелькнуло паническое выражение.

— Что это? Макс! Только подумай, Хью приволок ее даже сюда... Это просто ни в какие ворота... У меня нет слов... Я... я...

Макс быстро взял ее за плечи и легонько тряхнул.

— Патти, успокойся! Это я пригласил сюда Кристин, а вовсе не Хью. И напрасно ты обвиняешь меня в бездействии, я сделал все от меня зависящее. Только, боюсь, результат моих исследований тебя не утешит. Как выяснилось, твой муженек встречается вовсе не с Кристин, а с другой девушкой. Ты все напутала... Слышишь? Кристин не имеет к Хью никакого отношения. Он завел шашни с другой!

Жалобно кривя губы, Патти скользнула по воображаемой сопернице взглядом.

— Не с ней? А...

Но Макс, не слушая ее, уже шел к Кристин.

— Солнышко! Та попятилась.

— Не прикасайся ко мне! Ты шпионил за мной, верно? Теперь я понимаю, почему ты постоянно расспрашивал про Хью. Тебя вовсе не я интересовала!

— Солнышко, это не совсем так... Я...

— Ах не совсем?! — Кристин гневно засопела. — Прощайте, мистер Хоган. Мы с вами больше не увидимся. Желаю приятно повеселиться!

— Кристин! — Макс метнулся вперед, но тут же отшатнулся, потому что его едва не сшибла с ног закрывающаяся за Кристин тяжелая стеклянная дверь.

Эпилог

Пытаясь справиться со стрессом, Макс вновь начал курить. До этого он не брался за сигареты около трех лет, но тут не выдержал, обратился к испытанному средству от тоски. За курением его и застал в кабинете Хью Сайлас.

— Можно составить компанию? — Хью от табака не отказывался никогда, равно как и от прочих сомнительных удовольствий.

Макс молча кивнул.

— Собственно, я на минутку, — заметил Хью, усаживаясь в кресло и вынимая пачку сигарет и зажигалку. — Вчера был в Сансет-Сити. — Он внимательно взглянул на Макса, но никакой внешней реакции на свои слова не заметил. — Там весело, весь городок готовится к празднику сбора урожая. — Выдержав паузу, Хью продолжил: — А в салоне мод осваивают новую продукцию. Какую, говоришь? — Макс и не думал ничего спрашивать, однако Хью это не смутило. — Амуницию для младенцев! Представляешь? Всякие там распашонки, ползунки и эти... как их... впрочем, неважно. Я спрашиваю у Риты, мол, с чего вдруг такие перемены. А она в ответ: есть повод, причем, так сказать, местного значения. Макс? Слышишь меня? Не хочешь узнать, что за повод? Между прочим, тебя тоже касается. А, наконец-то голову поднял... Слушай внимательно: Рита мне по секрету сказала, что у Кристин скоро будет малыш. Мальчик. Сейчас ведь это выясняют просто, в клинике. А папаша — ты! Только можешь не беспокоиться, Рита говорит, Кристин намерена сама растить ребенка. А тебя, говорит, на порог не пустит. Так-то, старик... А все потому, что не следовало тебе в свое время совать нос в чужие дела. Понимаешь, к чему клоню? То-то! Сделай вывод на будущее...

Макс с минуту в упор рассматривал Хью. В его глазах впервые за минувшие месяцы появился блеск.

— Намерена растить сама? — медленно повторил он, поднимаясь. — Моего сына? — Макс скомкал пачку сигарет и швырнул в корзину для мусора. — Пусть даже не мечтает!

Кристин сидела за своим рабочим столом, но при виде стремительно вошедшего в салон Макса встала. Визит был совершенно неожиданным.

— Даже не мечтай! — с порога крикнул Макс. — Понятно? Даже не мечтай!

Приблизившись к Кристин, он так быстро и ловко сгреб ее в объятия, что она не успела опомниться. В следующее мгновение Макс прильнул к ее губам.

Если существуют сердитые поцелуи, то это был один из них. По его окончании Макс задыхаясь продолжил:

— Глупо из-за какой-то бессмыслицы становиться в позу оскорбленного достоинства! Да, мы познакомились при двусмысленных обстоятельствах, но ко всему дальнейшему это отношения не имеет. Я тебя люблю. У нас будет ребенок. И мы поженимся. Точка! Возражения не принимаются!

Повисла напряженная пауза.

— Что молчишь? — отрывисто спросил Макс.

Кристин скользила взглядом по его осунувшемуся лицу. Они так давно не виделись...

— У меня не возражение, а замечание.

— Ну? — с вызовом бросил он.

— На твоем месте я бы не воображала о себе так много.

— Почему это?

— Потому, — медленно произнесла Кристин, — что я люблю тебя даже больше, чем ты меня. Именно по этой причине мы, — она положила ладонь на живот, — и принимаем твое предложение.

Когда Макс понял суть сказанного, то так крепко стиснул плечи Кристин, что та пискнула. Застыв так на несколько секунд, он затем сказал без тени улыбки:

— Солнышко, я не могу без тебя!

Вместо ответа Кристин уткнулась лицом ему в грудь.

Еще несколько долгих мгновений они стояли в обнимку, будто боясь отпустить друг друга. Потом Кристин подняла взгляд, в котором плясали лукавые искорки, и тихо спросила:

— А оранжерею в «Магнолии» ты еще сдаешь?


home | my bookshelf | | Каприз красавицы |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения



Оцените эту книгу