Book: Бандитская Одесса. Бандиты времен стагнации



Бандитская Одесса. Бандиты времен стагнации

Виктор Рафаилович Файтельберг-Бланк

Бандитская Одесса. Бандиты времен стагнации.

Бандитская Одесса. Бандиты времен стагнации

Название: Бандитская Одесса 8. Бандиты времен стагнации

Автор: Файтельберг-Бланк Виктор Рафаилович

Год издания: 2007

Издательство: Optimum

ISBN: 966-344-126-7

Страниц: 995

Формат: fb2

Серия: Бандитская Одесса – 8

АННОТАЦИЯ

Новая книга из серии «Бандитская Одесса» повествует о криминальном мире времен Л. Брежнева и В. Андропова. Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Файтельберг-Бланк Виктор Рафаилович

Бандитская Одесса 8. Бандиты времен стагнации

Бандитская Одесса. Бандиты времен стагнации

ОБ АВТОРЕ

Бандитская Одесса. Бандиты времен стагнации

Академик Виктор Рафаилович Файтельберг-Бланк — продолжатель славной медицинской династии Рафаила Осиповича Файельберга, доктора медицинских наук, профессора, академика — родился в Одессе в 1934 году. Его мать была кандидатом медицинских наук и заведовала диагностической лабораторией в Одесском институте стоматологии.

В 1957 году он закончил лечебный факультет Одесского медицинского института; через два года стал кандидатом наук, а в возрасте 29-ти лет, в Ленинграде, на заседании Совета АН СССР и Военно-медицинской академии защитил докторскую диссертацию. С 1965 по 1969 годы заведовал кафедрой патологии Целиноградского медицинского и, параллельно, сельскохозяйственного, а затем — Одесского сельскохозяйственного института. Вел большую клиническую работу по урологии и сексопатологии.

В. Р. Файтельберг-Бланк неоднократно избирался председателем всесоюзных и республиканских научных конференций и съездов; был неизменным главным редактором всесоюзных и республиканских научных сборников. Он широко известен как видный прогрессивный ученый — и в СНГ, и в странах дальнего зарубежья. Статьи Виктора Рафаиловича, как лучшие публикации года, не раз перепечатывались в научных журналах США, Англии, Франции, Италии и других стран.

В 1979 году он выступает в защиту «опальных» и преследуемых ученых страны и становится диссидентом. Партийная номенклатура называет его «пособником Сахарова на юге Украины», изгоняет его вместе с отцом с должностей заведующих кафедрами. С этого момента профессор занимается только клинической работой, поскольку преподавание в вузе ему было запрещено «вследствие растлевающего влияния на умы молодежи». Однако студенты и ученые Одессы всячески поддерживали Виктора Рафаиловича, одновременно выражая тем самым и свой протест против коммунистического засилья.

Лишенный возможности заниматься научной деятельностью, ученый с головой окунулся в литературную работу. Еще в 70-е годы он совместно с академиком Н. И. Гуской опубликовал в молдавском книжном издательстве «Штиинца» свою первую художественную монографию о выдающемся ученом-медике прошлого века профессоре Б. В. Вериго. Эта книга из серии ЖЗЛ была переведена на румынский и французский языки. Тогда же увидели свет его работы об одесском периоде жизни и творчества И. М. Сеченова и его ученика П. А. Спиро, а также о В. К. Стефанском.

В 1998 году была издана его автобиографическая повесть «Записки сексопатолога (по извилистым путям жизни)», а вслед за ней семитомник невыдуманных криминальных историй под общим названием «Бандитская Одесса», изданный в Москве, Одессе и Симферополе, который обошел чуть ли не весь мир и продавался в Нью-Йорке, Амстердаме, Брюсселе, Париже, Риме и особенно широко в Израиле и Канаде.

Статьи и рассказы Виктора Рафаиловича публикуются также в различных печатных изданиях России и Украины — в газетах «Совершенно секретно», «Вечерняя Одесса», «Юг», «Криминальное обозрение», «Вестник региона», «Одесские известия»; в журналах — «Милиция России», «Знание — сила», «Перекресток», «Порто-франко», «Альянс», «Ночные искушения», «Время Ч» и др.

Виктор Рафаилович является президентом Одесской медико-фармацевтической ассоциации имени академика Богомольца.

В 1992 году профессору было присвоено почетное звание «Почетный гражданин России» — за излечение от бесплодия более тысячи российских граждан.

В 1997 году профессору было присвоено почетное звание «Академик естественных наук Высшей школы Украины» по Одесскому филиалу, а в 1999-м он был избран академиком Международной академии духовного единства мира, а также является председателем областного — регионального комитета партии «Мира и единства народов Украины».

Академик Файтельберг-Бланк — член Союза журналистов Украины, Редактирует медицинскую газету Южного региона Украины «Ваш доктор», а также газеты: «Криминал-экспресс», «Тет-а-тет», является членом редколлегий журналов: «Шалун» и «Ночные искушения», президентом общественной организации «Поиск», куда входят работники правоохранительных органов различных уровней и специализаций, а также врачи, психологи и фармацевты. Общество «Поиск» занимается розыском пропавших без вести граждан Одесской области (а таковых — свыше 2-х тысяч в год), а также реабилитацией жертв сексиндустрии и наркобизнеса.

Часть первая

ОГЛЯДЫВАЯСЬ В ПРОШЛОЕ

Глава I

«Как у нас в районе Молдаванки», или Герои Бабеля и реальность

Исаак Бабель — видный писатель советской эпохи. В своих произведениях талантливо показал становление советской власти в процессе революционных потрясений. Но кое-что из этого нуждается в дополнении.

Бабель писал о том, что лучше всего знал. А знал он прежде всего Одессу, где родился и где прошли его отроческие и юношеские годы. Писатель был также хорошо знаком с буденновской конармией, в которой он сражался уже будучи совершеннолетним пареньком. Кроме того, в рассказах Бабеля о жизни до- и революционной с большим мастерством и пониманием описаны быт и нравы жителей Южной Пальмиры.

Парии общества

Бабель представляет Молдаванку с ее неповторимым одесским жаргоном, которого нет больше ни в одном городе мира. Это сочный и неповторимый язык — смесь русского, молдавского, но прежде всего еврейского. Ведь на Молдаванке обитали преимущественно евреи — нищие и бесправные парии общества. Они пытались выжить сначала в дореволюционной Одессе, затем в период гайдамацкого и белого правления, а потом уже при «братишках большевиках».

Бабель беспристрастно и красочно описывает жизнь этих обездоленных людей, показывая читателю их поистине прекрасные души: заботливых родителей, подрастающих в страшной нужде детей, стремление старших в любой, самой забитой семье дать образование и специальность своим чадам. Ведь только в этом виделось спасение от произвола, нищеты, а подчас и голода.

Вместе с тем в условиях дикой нищеты в ряде одесских семей подрастали и дети, входившие в конфликт с законом. Это понятно. Изощренный и изворотливый еврейский ум, сформировавшийся в результате неблагоприятных условий, дал миру не только Спинозу, Иоффе и Канта, но и известных бандитов и воров, которые вошли в историю криминалистики благодаря особому почерку и даже «шику».

Исаак Бабель описал некоторых из них. Известно, что прототипом Бени Крика был известный одесский бандит Мишка Япончик. С присущим ему одесским юмором Бабель описывает похождения Япончика — например, организованный Мишкой пожар в городском полицейском участке, его схватку с белогвардейской контрразведкой, помощь красному подполью и т. д.

Справедливости ради надо сказать, что картина все-таки получилась неполной, так как Бабель обошел вопросы, не подлежавшие тогда разглашению. Это, например, вероломный поступок красных, расстрелявших Япончика, когда они потеряли контроль над сформированным им «революционным» отрядом из одесских ур каганов.

Комбриг с татуировкой

Не написал Исаак и о трогательной дружбе двух бандитов — Мишки Япончика и… Григория Котовского, вставших на сторону советской власти. Не указал, например, что даже веки у Котовского были татуированы. А ведь такая татуировка была только у тех, кто считался самым авторитетным среди «отрицаловки» того периода.

К сожалению, Исаак Бабель допускает много неточностей. Так, он пишет, что побег Котовского из здания одесского суда, находившегося на Приморском бульваре, организовал Япончик, в то время как в действительности Мишка в тот период еще сидел в тюрьме за убийство начальника полицейского участка на Молдаванке. А побег Котовского готовил человек, который обозначен в произведении как Фроим Грач.

Он был искусный мистификатор и изобретательный человек. Перед началом суда, якобы учитывая моросивший дождь, Фроим подогнал к зданию целых двадцать шесть пролеток, которыми управляли его ребята. Вскоре они тесно сомкнулись, создав таким образом своеобразную площадку, на которую удобно прыгать из здания.

Помощник Грача — известный одесский аферист Эмиль Люмкис — подал Котовскому условный знак. Когда спустя сорок минут зачитывался смертный приговор, могучий «Кот» свел руки, и двое державших наручники жандармов стукнулись лбами. Затем все трое, выбив окно, вывалились на крыши пролеток. Их мгновенно втиснули в одну из них, за секунду сбили кандалы с рук Котовского, а жандармов выкинули на тротуар прямо около памятника Дюку. Фаэтоны тут же разъехались в разные стороны, так что преследователи даже не успели заметить, в каком из них находится Котовский.

Но если всем известно, что Беня Крик «списан» с Мишки Япончика, то совершенно не известно, с кого писался образ «великого» еврейского бандита и наводчика Грача. Судя по Бабелю, это типичный одессит с Молдаванки с присущим ему типичным жаргоном («стань тут и слушай здесь», «я видел тебя стоять на Дерибасовской» и т. д.), наводчик и биндюжник и сам — любимец биндюжников. Кем же в действительности был Фроим Грач и кто скрывался под этой фамилией?

Способный ученик

В 1869 году в семье грузчика продуктового магазина на Сте-повой Янкеля Фишмана родился седьмой ребенок, которого нарекли Фроимом. Семья жила очень бедно: Янкель должен был заботиться не только о своей семье, но и о престарелых родителях, а еще и присматривать за парализованной сестрой супруги Евы Билинкис. В 1881 году Янкель скоропостижно умер, оставив жену с двенадцатью детьми практически без средств к существованию. На долю 12-летнего Фроима выпала тяжелая доля — помогать старшему брату, 18-летнему Нюме содержать оставшуюся без кормильца большую семью.

Уже через год Фроим хорошо усвоил, что даже самым тяжелым трудом заработать деньги на существование невозможно. Между тем мелкое воровство в магазине позволяло большой семье не только выжить, но даже и неплохо питаться. Но это продолжалось недолго.

Как-то хозяин лавки дядя Мон поймал Фроима «на горячем» и стал нещадно лупить его ремнем. В самый разгар экзекуции в магазин неожиданно зашел двухметровый Рувим Грач, известный предводитель воровского мира Молдаванки, «крышевавший» лавки и лабазы мелких еврейских торговцев.

— За что ты так сильно бьешь ребенка? — строго спросил Грач.

— Он обворовал меня, — неистово завопил Мон, продолжая еще сильнее лупцевать подростка. Тогда Рувим вырвал у него ремень, с силой оттолкнул Мона и строго сказал мальчику:

— Пошли со мной, и я обещаю научить тебя жить.

С этими словами он натянул штаны на голенькое худое тело Фроима, взял его за руку и усадил в пролетку, на которой приехал сам.

Уже через месяц способный Фроим, оставшийся жить у Грача в комнате, где и так было уже шестеро детей-воспитанников, действительно «встал на ноги». Он научился мастерски вырезать карманы у «богатеньких», воровать вещи и кошельки на пляжах в Аркадии и Отраде, делать гоп-стоп, а также выискивать богатые квартиры и наводить на них умельцев своего учителя. Кстати, все воспитанники Рувима называли себя Грачами, так же окрестил себя и Фроим Фишман (под этой фамилией он и попал на страницы произведений Исаака Бабеля). Воспитанник Рувима как губка впитывал в себя воровские и лидерские качества «гуру». В возрасте 20 лет он стал уже «фартовым» вором и организатором краж и ограблений не только в еврейском гетто — Молдаванке, но и на Фонтане, а также в центре Южной Пальмиры. О воровских делах новоявленного Грача знала полиция. На него было даже заведено досье в сыскном отделении, но Фроим Грач был острожен. Он лишний раз не высовывался и ходил лишь на те дела, в исходе которых не сомневался.

Постепенно Фроим снискал себе славу не только предводителя молдаванских блатных, но и авторитетного вора Одессы. В 1902 году после отхода от дел (по возрасту) Рувима Грача Фишман занял его место в воровской иерархии города. Он умело лавировал между блатными Пересыпи, Фонтана, Бугаевки и Слободки, избегал обострения взаимоотношений и старался лишний раз не противопоставлять силу своей банды «коллегам» из других районов Одессы.

В тот период районы города были поделены между различными бандитскими группировками. Тем не менее Фроим со своими «ребятами» не раз искусно переступал эту черту. Городовые и участковые полицейские Одессы знали возможности Грача и даже порой обращались к нему с самыми деликатными просьбами.

Так, во время приезда главы Кабинета министров России графа Витте полицмейстер города решил показать себя мастером сыска. Он попросил Фроима во время приема Витте гражданами Одессы выкрасть портмоне гостя или его часы — ведь Грач славился здесь непревзойденным искусством. И Грач согласился на «заказную кражу».

Во время встречи возле Витте собралась толпа именитых граждан, никто не заметил, как протиснувшийся к нему изысканно одетый господин с большим мастерством похитил из кармана графа золотые часы на длинной цепи. Вся «операция» заняла всего 4–5 секунд. Утром Витте обнаружил пропажу и обратился к полицмейстеру. «Какие могут быть воры в Одессе, когда я здесь полицмейстер, — гордо заявил тот. — Обещаю, что через два часа и часы, и цепь снова будут у вас».

В общем, фокус удался на славу. Правда, гость потом догадался, как все произошло, и потом с юмором описал всю эту историю в воспоминаниях.



Погромщики и защитники

Во время еврейского погрома 1905 года Мишка Япончик сидел в тюрьме, а обороной от нападения руководили студенты, большей частью русские и украинцы. К ним примыкала и еврейская самооборона, состоявшая из 114 наспех вооруженных и необученных стрельбе ремесленников, приказчиков, биндюжников и бедного люда.

Свою самооборону организовала и «отрицаловка» Молдаванки во главе с Фроимом Грачом. Это ему принадлежит идея дать отпор с помощью… похоронной процессии. Задумка была действительно блестящей.

Все началось с того, что толпа погромщиков, более 500 человек с охотничьими ружьями, ломами и кирками, направлялась на Молдаванку. Их целью был не столько грабеж (в беднейшем районе Одессы грабить было нечего). Главной задачей нападавших было «показать жидам их исконное место».

Но нападения не получилось. Взбудораженная толпа как-то не обратила внимание на проходящую мимо похоронную процессию. И напрасно. Неожиданно в 100–150 шагах от погромщиков процессия остановилась. Из гроба появился пулемет, и в погромщиков полетели пули.

Бандиты с Молдаванки не хотели крови. Они стреляли поверх голов погромщиков, и те сразу разбежались, бросив свой опасный груз. «Оборонщикам» это и было нужно. Они спокойно собрали ломы, кирки, лопаты и цепи и, погрузив их в гроб, отправились обратно.

На следующий день толпа в количестве уже свыше 1000 человек вновь отправилась на Молдаванку. В ней шли даже солдаты, специально выпущенные из казарм и вооруженные стрелковым оружием. Здесь находились и полицейские в штатском, готовые при необходимости огнем поддержать погромщиков. Куда же смотрело одесское начальство? Оно считало, что погром — это эффективный способ выпустить пар горожан и показать, что революцию затеяли «подлые евреи», а православные по-прежнему стойко стоят за веру, царя и отечество.

Начался настоящий ад. Погромщики врывались в дома, убивая встретившихся на их пути стариков, старух и детей. Они насиловали женщин, а для внешнего эффекта потрошили матрацы и подушки. В результате завязавшейся схватки двадцать семь молодых людей из еврейской самообороны оказались убитыми. Были раненые и убитые и со стороны православного студенчества, прикрывавшего фактически беззащитных жителей Молдаванки.

Осажденным помогали соседи. На воротах многих домов висели иконы, а за воротами люди спасали евреев. В эти кровавые дни медицинский факультет Одесского (Новороссийского) университета во главе с Вериго, Кадыгробовым и Лигиным организовали оперативную помощь пострадавшим, чтобы хоть таким образом облегчить их участь.

Впрочем, убитых и раненых могло быть гораздо больше, если бы не Фроим и его друзья. Они попытались спасти беззащитных людей. В шести примыкающих друг к другу двухэтажных домах на Мясоедовской забаррикадировались свыше сотни вооруженных «грачевцев». Под их прикрытием находилось свыше 300 женщин и детей. На пули погромщиков бандиты тоже отвечали прицельным огнем. Неожиданно среди погромщиков Фроим Грач заметил Степу Стрельцова — известного бандита со Слободки.

— Эй, Степа, — закричал Грач, — это я, Фроим. Слушай сюда и скажи своим хлопчикам, чтобы пешкали с Мясоедовской.

— Ты прав, Фроим, — обрадовался Степа, — а я и не знал, что ты тоже находишься здесь.

— Ты же шикарный пахан, — продолжил Фроим, — и вдруг идешь грабить нищих и своего друга.

— А кто знал, что ты здесь, — в тон ему ответил Степа. — Городовой пришел на Слободку и предложил пойти грабить жидов: это, говорит, сегодня можно.

— Так ты фраернулся, Степа, — заключил Фроим. — Грабить нищих — не в заповеди Христовой. Почему твои люди не грабят толстосума Бродского? Потому что там охрана из полицейских?

После этого диалога вожаков погромщики удалились. С тех пор Фроим стал активно обучать своих «хлопчиков» обращению с оружием и приемам рукопашного боя.

Бандит вне национальности и вне партий

Фроим Грач дружил с лихими людьми не только из Одессы, но и Бессарабии и Крыма. В его друзьях числились Григорий Котовский (имевший кличку «Кот»), а также Абу Султанов — известный предводитель внушительной банды, состоявшей преимущественно из крымских татар, горцев-чеченцев, ингушей и дагестанцев. Не менее «интернациональной» бандой было и формирование, возглавляемое Котовским. В нее входили русские, украинцы, молдаване, евреи, болгары и гагаузы. Кстати, именно Котовскому принадлежит крылатая фраза «Бандит — вне национальности».

О Фроиме Граче можно рассказывать много, настолько изощренным на выдумки, смелым и отчаянным был этот человек. Как-то, придя к богачу Бродскому, он потребовал, чтобы тот пожертвовал для пострадавших от погрома бедных евреев шесть тысяч золотых рублей. В ответ Бродский поначалу спросил, есть ли уверенность, что деньги попадут по назначению? Ответ был столь убедительным, что миллионер отдал гостю не только требуемую сумму, но и золотое кольцо с бриллиантом в придачу.

В годы революции и гражданской войны 1917–1920 гг. Фроим не примыкал ни к какой партии. Он с неодобрением относился к Мишке Япончику, вышедшему из тюрьмы и примкнувшему к большевикам (правда, ненадолго). Фроим видел, что его окружение начинает активно политизироваться. Одни бандиты примыкали к эсерам, другие — к анархистам, третьи — к большевикам. Грач видел, что во всех этих партиях возникают криминальные корни, и прямо заявлял, что вскоре страна станет управляться бандитами.

Но сам он оставался вне партий. Бандит, по его мнению, — это прежде всего человек, который требует от богатого отдать часть награбленного нуждающимся людям. На этой почве у него и с Мишкой Япончиком, и с Яковом Блюмкиным, а также левым эсером Фельдманом (убийцей Япончика) шли постоянные споры. Фроим видел, что становится старым и его вчерашние соратники уходят под знамена Япончика, руководителя Красной Армии Муравьева — проходимца и наркомана, а также других оборотней, и ничего не мог с этим поделать. Даже его сын, которого он назвал в честь своего учителя Рувимом, все-таки примкнул к Япончику. В 1924 году при ограблении сберегательной кассы возле Привоза Грач старший был ранен и по приезде в больницу скончался.

Так незаметно закончилась жизнь известного одесского вора Фроима Грача. Его сын Рувим Грач, вернувшись из «красного похода» в составе полка Мишки Япончика, стал рубщиком мяса на Привозе, совершенно «завязав» с уголовным про шлым. В 1975 году он и семья с 15-летним внуком Пиней выехали в Израиль, где уже его правнук стал бригадиром строите лей стратегических дорог.

Глава II

Пройдоха и шпион Мишка Ястреб

В один из солнечных июльских дней 1888 г. к приставу одесской полиции Лысенко явился незнакомый молодой человек. Угодливо улыбаясь, он представился Александром Вейсманом и предложил свои услуги в качестве агента сыска.

«Возьмите в филеры»

Это был известный в криминальных кругах Мишка Ястреб. В то время особой нужды в агентах не было, так как пристав занимался в основном мелкими уголовными делами, поэтому Вейсману отказали. Однако он не опустил руки, а продолжал периодически захаживать в полицейское управление, жалуясь на нужду и давая клятвенное обещание ревностно служить одесскому сыскному управлению.

Лысенко прежде не встречал столь навязчивого молодого человека и хотел избавиться от него. Такая возможность представилась очень скоро. Во время очередного визита Мишка заявил, что готов разоблачить шпионскую организацию, которая занимается продажей австрийцам русских секретных материалов. Полицейский обрадовался этой информации и тут же направил неугомонного добровольца к начальнику Одесского жандармского управления Пирамидову, так как шпионаж, дескать, — это по его линии.

Новоявленный «сыщик» не оплошал. За информацию о шпионах он потребовал приличное вознаграждение и место в жандармском управлении. У Пирамидова возник профессиональный интерес, и он пошел на предложенные условия.

Вейсман сообщил, что в гостинице «Пассаж» проживают два переодетых австрийских офицера, которые ведут переговоры с неким полковником Григорьевым о приобретении с его помощью информации о дислокации русских войск и планов крепостей.

За указанными лицами было установлено наружное наблюдение. Как ни странно, но данные, предоставленные сыщиком-дилетантом, полностью подтвердились. Как только в Одессу приехали два шпиона в форме военных писарей, всю эту компанию удалось взять с поличным. После такой удачи начальник Одесского жандармского управления полковник Пирамидов стал покровителем Вейсмана, который действительно получил работу в его управлении с очень высоким окладом. Шеф жандармов не знал главного: кем является на самом деле его новый помощник и какие цели он преследует.

На двух фронтах

Вейсман, или Мишка Ястреб был сыном содержателя одесского дома терпимости, располагавшегося по улице Кривой. Из гимназии он был исключен, как тогда говорили, «за тихое прилежание и громкое поведение». Но Мишка не пал духом — он посвятил себя изучению такого прибыльного и опасного дела, как торговля живым товаром. Вскоре Ястреб становится известен по всему Югу России и за границей как один из самых опытных дельцов в этой малопочтенной области. Статус полицейского агента открывал перед ним новые, неограниченные возможности, открыв путь на рынки Турции, Египта и других стран Ближнего Востока. Выезжая в заграничные командировки с важными поручениями, Мишка умудрялся сочетать служебные обязанности с криминальным бизнесом.

В начале своей работы Вейсман работал помощником подполковника Будзиловича в Болгарии. Но уже в 1890 году стал действовать в Софии фактически самостоятельно, подобрав штат агентов для наблюдения за русскими эмигрантами и македонцами, проживающими в Болгарии.

Так как Вейсман был малообразован, то писал доклады с помощью доктора права Шубина и болгарского журналиста Недельчева, знавшего русский язык. Впрочем, недостаток образования не мешал Ястребу хорошо разбираться во всех тонкостях политических интриг Болгарии и одновременно контролировать свой «секс-бизнес» в Одессе и добиваться успехов сразу на двух фронтах.

Так, во время македонского восстания Вейсману удалось разрешить дипломатический конфликт с Турцией, и за это он получил должность финансового агента в Министерстве внутренних дел. Хороший оклад, «левые» доходы с притона, многочисленные влиятельные знакомства с русскими эмигрантами и известными болгарскими деятелями: министрами, банкирами и другими деловыми людьми позволили Вейсману хорошо обжиться и даже приобрести приличный частный дом в центре.

Спустя некоторое время ловкий Вейсман окончательно «покорил» Будзиловича, который фактически являлся уже не его наставником, а скорее подчиненным. Будучи на короткой ноге с софийским градоначальником, в резиденции которого Вейсман проводил долгие часы (с ним дружил и австрийский посланник), Мишке удалось даже добиться нескольких аудиенций у болгарского царя. Как потом выяснилось, в то неспокойное время Вейсман находился во главе сложного механизма международного шпионажа и служил всем, кто готов был платить за информационные услуги: Сербии против Болгарии, Турции против Македонии и даже Австрии против России.

Трещина в карьере

В качестве секретаря Вейсман пригласил доктора права — эмигранта Шубина, который всячески защищал своего шефа перед русскими эмигрантами. Тем не менее у них зародились подозрения относительно нечестности Вейсмана: их почтовая корреспонденция явно кем-то просматривалась. Эмигранты обратились с жалобой к директору почты, который немедленно доложил министру. По указанию последнего в доме Вейсмана был произведен тщательный обыск. В результате выяснилось, что его хозяин — международный агент российского министерства внутренних дел. Был найден список других агентов и вскрытая почта русских эмигрантов. Параллельно выяснилось, что жена Вейсмана до своего замужества являлась хозяйкой одесского «дома терпимости». В результате в карьере Мишки Ястреба впервые появилась трещина, которая катастрофически разрасталась после того, как правительственный пост вынужден был покинуть один из поддерживавших его чиновников.

В надежде на возвращение своего статус-кво Вейсман стал вести пропаганду против нового царя Болгарии. Выдуманная им история была опубликована во всех европейских газетах и доставила много неприятностей самодержцу.

Воспользовавшись этим фактом, правительство Болгарии потребовало выдворить скандального агента из страны. Вейсман вынужден был уехать, даже не успев собрать вещи. Некоторое время он проживал в Константинополе, а затем переехал в столицу Румынии — Бухарест. Спустя некоторое время появились сведения о том, что Вейсман участвовал в македонских событиях, и румынские власти тоже «дружески» попросили его покинуть страну.

Следующим местом проживания агента стала Сербия, где он быстро вошел в политические круги. Вскоре Вейсман подружился с самим королем Александром Обреловичем и даже возглавил его личную охрану. После того как он раскрыл заговор против монарха, Ястреб был назначен начальником политической полиции с огромным содержанием. За отличную службу русский сыщик получил от короля подарок — большой бриллиант.

Сербские политики пытались собрать на Вейсмана компромат, но хитрецу в который уже раз удалось раскрыть очередной заговор против короля. За это он был награжден высоким орденом и большой суммой денег.

В один из вечеров Ястреб сообщил о готовящемся новом заговоре, в котором принимают участие офицеры, дежурившие в то время во дворце. Но убаюканный окружением король на этот раз посчитал, что Вейсман преувеличивает, и не придал информации должного внимания. В результате в ту же ночь король Александр и королева были убиты. После этой трагедии Вейсману пришлось уехать из Сербии и вернуться в Петербург.

Министр внутренних дел рекомендовал Вейсмана варшавскому полицмейстеру барону Нолькену в качестве начальника сыскной полиции, на что тот дал согласие.

Преступления и наказание

Какую именно роль играл Вейсман в деятельности варшавской полиции, никто точно не знает. Вместе с тем известно, что излюбленным занятием агента стало посещение ночных ресторанов с новым знакомым, которого называли «Ракетой» — в прошлом известным бандитом. Вообще, с приходом в варшавский сыск русского агента для хозяев ресторанов настали черные дни — Мишка постоянно устраивал им большие поборы.

Роскошная жизнь Ястреба явно не по средствам (официально он зарабатывал всего 50 рублей) и подозрительные знакомства заинтересовали прокуратуру, и ее представитель Ковалевский стал контролировать его похождения и связи. Особое внимание было обращено на историю таинственного исчезновения из Варшавы опасного преступника, который совершил кражу 40 тысяч рублей золотых. Как показало следствие, Вейсман был напрямую причастен к этому делу. За взятку в пять тысяч рублей он освободил из-под стражи подозреваемого в совершении этого преступления вора. Мало того, способствовал его бегству в Лондон и постоянно предупреждал о планах поиска. Были раскрыты и детали преступной деятельности Мишки Ястреба в Одессе.

Поняв, что ему уже не уйти от следствия, Вейсман стал добиваться разрешения на переезд в Петербург. Мишка надеялся, что со временем все «перетрется» и он снова заживет активной жизнью авантюриста. Но на этот раз у него ничего не вышло.

2 мая 1911 года Александр Вейсман был осужден Варшавской судебной палатой и заключен под стражу в камеру-одиночку петербургской тюрьмы. О дальнейшей судьбе международного шпиона, сыщика и пройдохи ничего не известно: его следы затерялись в вихре революции и гражданской войны.

Глава III

Жрицы любви

На экраны г. Одессы (телеканал «Реноме») в серии «Бандитская Одесса» вышел фильм, рассказывающий об истории проституции в Южной Пальмире. Фильм создан на основе изучения архивных материалов и современного состояния этого долговечного социального явления.

В обход запретов

Когда в XVII веке в европейских странах уже вовсю работали бордели, в Российской империи публичных домов еще не было.

Разврат в те времена юридически приравнивался к воровству и даже разбою. Он строго наказывался: пойманных сводниц и «развратных девок кабацких» пороли кнутом на площадях. Тем не менее, несмотря на домострой и религиозные запреты, блуд все-таки процветал.

В 1649 году царь Алексей Михайлович издал указ, в котором обязал городских объездчиков следить, чтобы «на улицах и в переулках продажных бродячих женщин не было». Проституция стала набирать обороты, когда в России появились большие сообщества неженатых мужчин (солдаты, матросы и чиновники).

Беспокоясь за здоровье своего воинства, Екатерина II подписала «Устав городского благочестия», где учреждался обязательный медицинский осмотр публичных женщин и оговаривалось, в каких районах города они могут осуществлять свою деятельность. Император Павел I даже даровал проституткам спецодежду — желтое платье, и с того времени этот цвет стал символом «профессии». Появившееся позже медицинское свидетельство публичной женщины стали называть «желтым билетом».



При Николае I была создана жесткая система медицинского и полицейского надзора за публичными женщинами. Осмотры «жриц любви» проводились прямо в полицейских участках, что возмущало общественность, и в 1909 году они были отменены. Освобождение крестьян указом Александра II вызвало бурный толчок к развитию капитализма. В городах появились свободные и обеспеченные люди, для увеселения которых потребовались «жрицы любви».

Бандитская Одесса. Бандиты времен стагнации

По закону содержать публичный дом могла только женщина. Жившие здесь девушки освобождались от многих бытовых проблем: им обеспечивались кров, охрана, одежда и т. д. Тем не менее перед «мамочкой» проститутки были абсолютно бесправными. Задолжав хозяйке, они фактически попадали в рабство.

К началу XX века под давлением общественного мнения число публичных домов сократилось. Наряду с этим увеличилось число женщин, которые «работали» самостоятельно. По социальному происхождению большинство проституток были из крестьян. Отправившиеся в город на заработки девушки часто не находили работы, а на вокзалах и около фабрик их отслеживали вербовщики. Часто девочек и девушек обманом увозили в город, обещая им помощь в трудоустройстве, и в конце концов «трудоустраивали».

Проституция продолжала существовать даже в период коммунистической диктатуры, хотя открыто провозглашалось, что эта социальная болезнь в обществе уже ликвидирована. Этой идеей в свое время сильно озаботился романтик революции Фидель Кастро. Он переселил проституток на один из островов Карибского бассейна и заставил их работать на сахарных плантациях. Не привыкшие к тяжелой физической работе «ночные бабочки» бежали с острова вплавь, а некоторые кончали жизнь самоубийством.

Опасный бизнес

В первые же годы после основания Одессы в городе появились «жрицы любви». Многие из них жили в селах Нерубайское, Гниляково, которые были гораздо старше Южной Пальмиры. Эти «ночные бабочки» имели семьи и даже детей, но тем не менее охотно перебирались в город и запросто ходили по домам молодых офицеров и унтеров. В архивах сохранились даже жалобы крестьян, в которых они просят Дерибаса вернуть им жен, так как «хозяйства без женщины приходят в упадок». Но градоначальник ничего не мог поделать: дамы считали себя свободными. В Новороссийском крае никогда не было крепостного права.

Архивы свидетельствуют: дюка де Ришелье тоже не обошла эта проблема. Уже на третий год своего правления он также попытался вести борьбу с проституцией. Полиция во главе с полицмейстером стала было закрывать одесские дома терпимости и предприняла попытку привлечь проституток к уголовной ответственности. И вновь ничего из этого не получилось.

Дело в том, что в своде законов Российской империи не было статьи, предусматривающей наказание за продажу своего тела. Содержать дома терпимости разрешалось официально, они находились в сфере внимания медико-санитарной части и полиции. Так что Ришелье пришлось смириться. Более того: в период создания одесского народного ополчения для борьбы с Наполеоном в 1812 году дюк лично разрешил зачислить в двухтысячный отряд 21 проститутку.

Сменивший Ришелье светлейший князь Михаил Воронцов тоже начал было гонения на «жриц любви», но это привело к подпольной, неконтролируемой проституции, что явилось причиной массового распространения сифилиса не только в Одессе, но и во всем Новороссийском крае. Конечно, дальновидный Воронцов отменил свой приказ, а затем на улицах города появился ряд благоустроенных домов терпимости, которые обслуживались врачами и находились под пристальным вниманием полиции. Когда же сменившему Воронцова графу Строганову предложили начать преследовать дома терпимости и проституток, он заявил, что не его приказы искоренят проституцию, а скорее проституция искоренит чиновников Новороссийского региона и его самого. Поэтому он увеличил налогообложение на дома терпимости и пополнил бюджет настолько, что, по его словам, «порт в прибылях не может сравниться с доходами от домов терпимости».

Работорговцы и рабыни

Особый расцвет «древнейшей профессии в Одессе начинается с 1860 года.

Тогда в городе функционировало 23 дома терпимости, где в общей сложности было зафиксировано 6304 женщины, занимавшихся продажей своего тела. Надо признать, что не все одесские проститутки были законопослушны. В архивах Одессы сохранилось немало уголовных дел, повествующих о том, как «ночные бабочки» вступали в сговор с уголовниками, грабили и даже убивали своих клиентов.

Уже начиная с правления Дерибаса появился особый вид промысла — продажа женщин в дома терпимости Турции, Египта, арабских стран и европейских стран Средиземноморья. Бывали случаи, когда торговцы живым товаром выкрадывали женщин не только из богатых купеческих, но и из аристократических семейств. В такой западне однажды оказалась, например, княгиня Вяземская, которая, видимо, поняв, что попала на невольничье судно, выбросилась за борт. Позже ее труп прибило волной к берегам Крыма, где полиция опознала молодую женщину и сообщила о трагедии в Одессу.

Похитившие княгиню бандиты, сильно рисковали. Но такой вид наживы приносил огромные доходы и считался, пожалуй, самым выгодным «бизнесом». Белые рабыни-одесситки (как правило, очень привлекательные женщины) высоко ценились в заморских борделях, но к чести полиции их все-таки часто находили и вызволяли из плена. В процессе этих нешуточных операций часто завязывались перестрелки, но на помощь спасателям приходили местные полицейские, и женщин в конце концов возвращали в Одессу.

За период 1870–1905 годов в Одессу было возвращено свыше 500 «рабынь», и полиция по праву гордилась этим. Но работорговцы постоянно совершенствовали свои методы. В Одессе появились брачные аферисты. Они женились на девушках из благовоспитанных семейств, уезжали после свадьбы в путешествие и там, за границей, выгодно сбывали своих жен в дома терпимости. Это занятие вскоре даже приобрело характер профессии, хотя и жестоко преследовалось.

На службе у разведки

Бывало же и наоборот: мужчина становился игрушкой в руках обольстительной женщины. Этим уже в советское время в профессиональных целях нередко пользовалось КГБ. За рубеж направлялись женщины, владеющие иностранными языками. Они знакомились с высокопоставленными иностранцами и таким образом добывали ценные сведения для советской разведки.

Высокопоставленной «жрицей любви» была, например, наша одесская Мата Хари, влюбившая в себя французского посла в Москве Мориса де Жана. В правление Хрущева и Брежнева работавшие на КГБ проститутки приносили ценные сведения не только от работников посольств, но и от иностранных журналистов и моряков. Они умудрялись даже удачно выходить замуж, сохраняя при этом статус разведчика. Кто бы мог, например, подумать, что жена начальника штаба тыла (работавшего у Михаила Фрунзе) старого коммуниста Иосифа Арнольди Вера тоже была на службе у госбезопасности. А другая — красавица Тамара — долгое время была «специалистом» по Японии и пользовалась огромным успехом у посла этой державы во время Великой Отечественной войны.

Отличия впечатляют

Долгое время существовал вопрос, можно ли исправить ставшую на скользкий путь женщину? Меня как специалиста-врача никто не уверит, что характер и поведение проститутки за время семейной жизни изменятся и она станет преданной супругу и семье человеком. Все это очень зыбко и шатко. Увы, но опыт российских дворян, снисходительно относившихся к проституткам и считавших, что это социальное зло можно искоренить в семье, показал, что подобные ожидания не оправдываются. Ни одна из падших и обрученных с декабристами женщин не поехала за супругом на сибирские рудники. Вместо этого они вновь вступили на путь «ночных бабочек». Только княжны Волконские да две француженки последовали за сосланными мужьями. И это объяснимо.

Факты убеждают, что проституция — это особое психическое состояние, и поведение и пристрастия женщины. Но чего она ищет? Известный западногерманский сексопатолог, наблюдая за 39 проститутками Мюнхена, пришел к выводу, что 37 из них стали «ночными бабочками» по причине поиска удовольствий и стремления к роскоши и разврату. Только две заявили, что на панель их привела нищета.

В 1985 году я и мои сотрудники провели обследование физиологического статуса проституток. 27 «жриц любви» добровольно подверглись анализу крови на гормоны и на свой гинекологический статус. Исследования показали, что в крови у испытуемых в 2,5 раза выше женских гормонов, чем мужских (женщины, как известно, имеют как женские, так и мужские гормоны), что нельзя считать нормой. Эрогенных зон у проституток тоже оказалось значительно больше. Проведенное обследование позволило также установить, что у «ночных бабочек» изменился реактивный статус центральной нервной и вегетативной систем. Теперь он резко отличается от показателей у обычных семейных и несемейных женщин.

«Табель о рангах»

Проституция имеет несколько ступеней, каждая из которых отличается своим «колоритом». Низшую ступень занимают самые дешевые и неухоженные девицы, нередко страдающие алкоголизмом и наркоманией. У многих из них целый «букет» венерических болезней, вплоть до СПИДа. Вместе с тем они наиболее контактны. Нередко обслуживают водителей-«дальнобойщиков», заботятся о них в пути, готовят пищу и за небольшую сумму готовы разделить и ложе. Надо сказать, что среди этой группы встречаются воры и убийцы, легко идущие на преступление ради денег.

В судебных архивах имеется ряд уголовных дел, когда проститутки выступали в роли наводчиц. Так, в 1993 году «жрица любви» обнаружила у «дальнобойщика» четыре тысячи долларов США, выданные фирмой для передачи поставщикам. В лесах Подмосковья фура была остановлена тремя грабителями. Шофера связали, грабители забрали деньги и вместе с подельницей скрылись в неизвестном направлении. Когда спустя восемь дней МАЗ обнаружили, связанный шофер был уже на грани гибели. Лишь два года спустя наводчица и три ее дружка оказались схвачены. За это время они успели также ограбить и обокрасть семь доверчивых водителей.

Следующим звеном в иерархии проституции являются девочки по вызову. Они размещают в газетах объявления, прозрачно намекая на свою «специализацию», и таким образом мгновенно становятся «прозрачными» для милиции и бандитов. Так, в начале 2006 года с целью ограбления была убита проститутка по кличке «Золушка». Клиент в возрасте 23 лет вначале изнасиловал, а затем задушил свою жертву за пару золотых колечек и цепочку. К чести милиции уже через четыре дня преступник был схвачен.

Труд «жриц любви» вообще довольно опасен. Они нередко становятся жертвами сексуальных маньяков, садистов и прочих извращенцев.

Хочу подчеркнуть, что спецотделы Одесской области и города занимаются профилактикой и успешно ведут борьбу с такого рода преступлениями. В выявлении сексуальных маньяков им помогают сексопатологи. Кровожадный Оноприенко был «просчитан» при участии одесских специалистов.

В более выгодном положении находятся проститутки, обслуживающие посетителей ресторанов, саун, отелей и бань. Они больше ухожены, интеллигентны, нередко знают языки. Среди них много студенток самых престижных вузов и техникумов Одессы. При откровенном разговоре почти все отвечают, что стать на этот путь их побудило желание богато жить и иметь возможность оплачивать учебу. Однако девушки умалчивают о том, что за время торговли собой у них совершенно изменилась психология, а также отношение к жизни и семье.

Впрочем, у этой категории «жриц любви» тоже имеются свои «профессиональные» трудности. Часто их вызывают к одному-двум клиентам, а тех оказывается гораздо больше. В таких случаях девушки порой получают не только психические травмы, но и побои или даже полностью утрачивают трудоспособность.

К более высокой категории проституток относятся вызывающе красивые женщины. Многие из них имеют супруга и детей, и тем не менее торгуют своим телом. Цена такой «куколки» — до 100 у. е. в час. Места их сбора — возле престижных гостиниц.

Венцом проституции являются «содержанки». Они живут обычно в отдельных комфортабельных квартирах или особняках и обслуживают элиту из числа очень богатых предпринимателей, высокопоставленных чиновников и т. д. Их мало кто знает. Эти дамы обслуживаются венерологами и сексопатологами, которые в случае необходимости вызывают к ним и других специалистов. То есть эта категория врачей является для них семейной.

Без права на протест

Большая категория «жриц любви» — «путешественницы». Они любыми путями отправляются в зарубежные страны. В первую очередь туда, где местные законы запрещают девушкам терять невинность до замужества. Речь идет прежде всего об арабских странах, Турции, реже — Средиземноморье.

В мусульманском мире с белыми рабынями обращаются жестко. Отбирают у них паспорта, могут перепродать в другой дом терпимости и т. д. Наши землячки здесь бесправны, им трудно подать весточку о себе. Чтобы разыскать их, родственники обращаются в милицию, в спецотделы МВД и СБУ.

В операциях по вызволению одесских красавиц часто принимает участие и наша добровольно-общественная организация «Поиск», состоящая из отставников правоохранительных органов. Ее председателем является ваш покорный слуга.

Недавно из Объединенных Арабских Эмиратов вернулись две 19-летние девушки. Сразу по приезде они обратились в спецотдел областного управления милиции с заявлением о том, что их обманным путем вывезли из Украины. В ОАЭ у «пленниц» забрали паспорта и вместо обещанной работы официантками в ресторане поместили в дом терпимости.

Вскоре выяснилось, что девушек действительно вывезли обманным путем. В этом нелицеприятном деле оказались замешанными бывшие работники милиции, вставшие на путь преступлений. На их совести — вывоз несовершеннолетних девочек в Словакию и другие страны. По этому поводу ведется следствие. Что же касается самой проблемы, то она имеет многолетнюю историю.

Запрета нет

Вопрос о легализации проституции в мире поднимался давно. В 1990 году парламент Нидерландов легализовал проституцию, и этот вид «промысла» стал разрешенным видом бизнеса. При этом произошло регулирование деятельности всех составляющих индустрии секса: самих женщин, их клиентов и сутенеров. Согласно указу королевы Беатрикс, представительницы древнейшей профессии получили право на все социальные льготы. В том числе — пособие по невыходу на работу, по безработице и уходу за ребенком, и даже отпуск и пенсионные выплаты. Вместе с тем новый закон обязал проституток платить налоги. И сейчас это занятие является важным источником пополнения национального бюджета. Пример, увы, оказался заразительным.

Премьер-министр Италии Сильвио Берлускони в 2002 году тоже легализировал публичные дома, и число «ночных бабочек» в Италии сразу же возросло до 70 тысяч. Несмотря на яростные протесты католической церкви, влияние которой здесь достаточно сильно, на окраине Венеции возникли даже официальные зоны проституции. Там «жрицы любви» свободно занимаются своим ремеслом все 24 часа в сутки, и их охраняет полиция.

В 2002 году частичная легализация проституции произошла в Германии, правда 70 % женщин в немецкой сексиндустрии — это уроженки Уругвая, Парагвая, Аргентины, России и Украины. Среди них немало и одесских путан.

В последние годы подобные «демократические преобразования» провели у себя эстонские власти. Изучив опыт кварталов «красных фонарей», мэрия Таллинна легализовала у себя проституцию, выделив для этой цели улицу Татари. В настоящее время здесь трудятся две тысячи «ночных бабочек».

Бороться бесполезно?

История убеждает: как бы правительство ни боролось с проституцией, полностью она не исчезает. На нее всегда был и, видимо, будет спрос. Исследователи этой проблемы в свое время оперировали такими понятиями, как «падение нравов». Но проституция, на мой взгляд, зависит все-таки совсем от других причин. Их две — физиологическая и психологическая. Физиологическая заключается в повышенной половой потребности человека, независимо от того, мужчина это или женщина. Она зависит от уровня обмена половых гормонов в организме. У проституток женских половых гормонов в 5–6 раз больше, чем у нормальных женщин. Это позволило мне как лечащему врачу еще в 1995 году устранять фригидность пациенток путем переливания крови с высоким содержанием гормонов.

Психологические причины разнообразны. Некрасивые, робкие и нерешительные мужчины — потенциальные клиенты проституток. К «жрицам любви» идут также мужчины с пониженным сексуальным тонусом, особенно неженатые. Основная их проблема заключается в боязни отказа. Проститутка, в отличие от обычных женщин, никогда не скажет мужчине «нет», и визит к ней имеет предсказуемый результат. От мужчины не требуется особых умственных способностей, так как здесь требуются только деньги.

Впрочем, размер кошелька для «жриц любви» все-таки не имеет решающего значения. Они ведь не требуют всего содержимого. А поэтому и богатые, и бедные мужчины посещают путан одинаково часто.

Бедность даже косвенно способствует развитию проституции: неимущие мужчины часто не могут позволить себе жениться или иметь достойную постоянную подругу. А поэтому отдают свободное время и деньги дому терпимости.

Напомним еще раз слова графа Строганова: «Проституция скорее искоренит нас, чем мы искореним проституцию». И он во многом прав. Можно изменить законы, оздоровить моральный климат общества, повысить жизненный уровень населения. Но раз и навсегда изменить физиологические и психологические особенности человека, доставшиеся ему по наследству, просто невозможно. Вот почему проституция всегда была и будет пользоваться спросом, несмотря на самые жестокие запреты.

Искоренить нельзя? Охота на «бабочек»

Главное заключается в том, что запрет продажной любви не искореняет, а только видоизменяет ее. Между тем здесь необходим строгий, главным образом медицинский контроль. В противном случае мы можем столкнуться с проблемой 1870–1880-х годов, когда в России вспыхнула эпидемия тяжелой венерической болезни — сифилиса, который широко распространился не только в крупных городах Российской империи, но даже и отдаленных селах. Пандемия была с большим трудом искоренена усилиями земских врачей.

Сегодня ситуация усложняется тем, что в наших условиях венерические болезни нередко лечит кто угодно, но только не профессионалы-венерологи. Вот почему сейчас в Одессе очень много запущенных и осложненных случаев, требующих пристального внимания и лечения профильными специалистами. В связи с этим мною была направлена докладная записка заведующему горздравотде-лом Одессы с предложением создать при этом учреждении специализированный хозрасчетный консультативный центр. Эту идею поддержали многие видные венерологи и сексопатологи региона.

Опыт стран Европы показывает, что доход от легальной проституции может в 4–5 раз превышать годовой бюджет. Так, например, в Голландии за проституцией следит налоговая полиция, и эта отрасль дает буквально миллиардные прибыли. Новый закон страны заставил путан платить налоги, но одновременно они получили социальную и юридическую защиту. Следует отметить, что Голландия является первопроходцем в разработке политики и программ борьбы с торговлей людьми, которым следуют потом и другие страны, в том числе и Украина.

В процессе развития сексиндустрии в нашей стране появился новый вид использования средств массовой информации. Если сто лет назад только молва передавала адреса домов терпимости и места сбора уличных проституток, то сейчас можно дать объявление в любую газету и телекомпанию. Это отчасти освобождает путан от «опеки» сутенеров, но одновременно с тем делает их «прозрачными» не только для спецотдела милиции, но и для бандитов.

Так, недавно в нашу группу «Поиск» обратилась гражданка Н. с просьбой защитить ее от вымогателей, которые регулярно врываются к ней и требуют денег. Сигнал оказался не случайным. Вскоре после вмешательства спецотдела милиции была задержана большая группа «отрицаловки», специализирующейся на «жрицах любви», буквально до нитки обиравшая их. Благодаря правоохранительным органам этому криминальному бизнесу был положен конец.

Между прочим, раньше такого вообще не могло быть. Бандитские группировки Одессы считали недостойным для себя не только «потрошить» «ночных бабочек». Они презирали сутенеров и заставляли тех рассчитываться «по-человечески» со своими подопечными. С 1995 года группировка Георгия Стоянова и особенно его помощник Шарик (вор в законе) курировал проституток. Причем так, что, когда он попал в одесский сизо, те присылали ему подарки.

Выглядит заманчиво, но…

Современные одесские проститутки подразделяются на ряд категорий, имея одну общую цель — зарабатывать деньги. «Жрицы любви» помолодели: сейчас на панели — девочки от 15 до 20 с небольшим лет. Все они (за исключением низшего звена), как правило, ухожены, хорошо одеты, имеют прекрасные прически. Элитная часть одесских проституток владеют автомашинами и квартирами. У них часто имеются свои врачи, массажисты и большой обслуживающий персонал. Некоторые имеют престижную работу в фирмах, знакомы с компьютерами. Им нередко удается выйти замуж за иностранцев.

Но факты убеждают, что далеко не всегда жизнь «интердевочек» складывается удачно. Мой приятель (в свою бытность начальник сочинского горотдела МВД) полковник милиции Анатолий Малаев рассказывал, что к нему приходят письма от бывших путан, что вышли замуж за финнов. По законам этой страны жена без разрешения супруга не может выехать за границу. Зато муж имеет право заставить свою половину сесть за трактор и обрабатывать землю. Так что путаны, обслуживавшие самые престижные гостиницы Сочи — «Жемчужину», «Приморье», «Москву» — и зарабатывающие до 300 у. е. в день, ударно трудятся за рубежом трактористками и вызволить их из такого «трудового лагеря» уже не представляется возможным.

Одесские «ночные бабочки» находятся в несколько лучшем положении, так как не пренебрегают выходить замуж за греков, итальянцев и французов невысокого материального достатка. Это позволяет им потом ударно подрабатывать на трассах. Но заработать состояние удается не всем. Так, вернувшаяся из-за границы Светлана К. рассказала, что после свадьбы с рабочим-греком она вынуждена была заниматься проституцией и даже собрала не менее 2 тысяч евро. Однако эти деньги были отняты у нее мужем и сутенером.

В лучшем положении находятся девушки, выезжающие на работу в Германию. Немцы хорошо относятся к славянкам и с готовностью берут их в увеселительные заведения, не обирая при этом. Однако правительство ФРГ, как и Франции, Италии и в некоторой степени Испании, поставило жесткие преграды для выезда милых дам за границу. Посольства жесточайшим образом контролируют выезжающих, особенно незамужних женщин, нередко отказывая им в выдаче визы.

Кстати, путаны обычно не стремятся въехать в страну нелегально.

Ведь к нелегалам за рубежом относятся с подозрением, могут посадить в тюрьму, депортировать, забрав при этом все личное имущество. Мне не раз потом встречались эти несчастные, деморализованные девицы без гроша в кармане, но зато с целым букетом сложных венерических болезней. Удивительно, что многие «белые рабыни» даже после своих злоключений потом все-таки рвались за рубеж, меняя фамилии, имена и место рождения.

Что же манит туда наших «ночных бабочек»? Они уверены, что в состоянии найти свою «нишу» за рубежом, и усиленно потом ее ищут, не особенно разбираясь в средствах. Часть путан становятся пособницами воров, наводчицами да и сами постепенно переходят на путь воровства. Совсем нередко они спиваются, становятся наркоманками и потом кончают свою жизнь под забором либо в больнице.

Что манит к ним иностранцев? По моему мнению, бывшая проститутка никогда не станет преданной женой, а также заботливой и доброй матерью. Дело в том, что психология у них совершенно иная, чем у обыкновенных женщин. Недаром психологи и сотрудницы женской колонии, на территории которой имеется Дом малютки, рассказывали автору этих строк, что только единицы из осужденных матерей-проституток навещают своих деток. Большинство остаются безразличными к своим чадам. Многие проститутки лживы и готовы ради денег пойти на любое преступление. Они испорчены не только жизненными обстоятельствами, но и циничным поведением людей, которые контактируют с ними: так называемые «мамочки» и сутенеры сами преступают закон, наживаясь на женском теле.

Исправили как могли

Во время съемок фильма об истории проституции московской телекомпанией ОРТ (который по большей части создавался в Одессе) я был приглашен в качестве ведущего и консультанта. Мы с моим коллегой Михаилом Романюком использовали новейшую аппаратуру, позволяющую записывать разговоры в любых условиях. Работа потом демонстрировалась в России, США, Канаде, Австралии, Израиле и других странах. Авторы и создатели фильма обещали показать его одесситам, но, к сожалению, так и не сдержали своего слова.

Вот почему мы и решили исправить ситуацию. По нашему с профессором П. Воробиенко совместному сценарию съемочная группа провела съемки, рассказывающие о различных сторонах жизни «жриц любви», их быте, нравах, психологии и логике поведения. В фильме также показаны способы вовлечения молодежи в проституцию, что представляет опасность для будущего нашего общества.

Работа над этой темой будет продолжаться.

Глава IV

Подделка века, или Как одесские мошенники «кинули» Лувр

Это произошло в конце XVIII — начале XIX веков, когда на волне интереса к истории увлечение коллекционированием приобрело массовый характер. Как следствие, стал массовым и спрос на разного рода древности. Изготовленным в этот период фальшивкам была уготована счастливая судьба — многие из них до сих пор украшают государственные и частные коллекции. В то время появились и первые коллекции древностей. Чуткие ко всему новому петербуржцы и одесситы не отстали от моды и начали собирать славянские раритеты.

«Тень» на Пушкина

Вместе с интересом к древностям появились и люди, которые торговали ими и определяли ценность той или иной вещи. Собиратели по большей части всегда были дилетантами, вынужденными доверять специалистам. А ведь имея дело с любителем, трудно удержаться от соблазна и не воспользоваться своим профессиональным превосходством.

Таким образом, в начале XIX века изготовление фальшивых «шедевров» стало чрезвычайно прибыльным делом. Например, появились «собственноручные» письма Ивана Грозного, дневники князя Курбского и другие. В последние годы автором этой статьи был установлен фальшивый характер документов, касающихся отношений генерал-губернатора Новороссийского края светлейшего князя графа Михаила Воронцова и Александра Пушкина. Дело в том, что изданные дневники Воронцова, в которых идет речь о взаимоотношениях жены Воронцова — графини Елизаветы Браницкой — с поэтом, являются грубой фальсификацией и не соответствуют действительности. Во время пребывания в Одессе Пушкин официально занимал чрезвычайно низкий чиновничий пост, а поэтому лично не знал Елизавету Ксаверьевну и тем более никогда не появлялся у них в доме. Подхваченная пушкинистами фальшивка, к сожалению, до сих пор является основанием для введения в заблуждение людей относительно «любовных утех» поэта.

К числу примеров подделок шедевров древности относится и знаменитая одесская афера с тиарой.

Бандитская Одесса. Бандиты времен стагнации

От плит — к золоту

Шепсель Гохман был хорошо известен в родном для него городе Одессе. Вместе с братом он прославился как «великий коммерсант», скупая буквально все, что впоследствии можно было бы с выгодой продать, — это у Гохмана отлично получалось. Работая «по мелочам», братья Гохманы скопили неплохой капитал. Но главным богатством Шепселя были все-таки приобретенные навыки, практика и знание в своей основной «профессии» — археологии.

Коммерсант быстро и успешно поставил на широкую ногу продажу простакам богатеям «археологических находок» — в основном фрагментов мраморных плит с надписями на древнегреческом языке. Но вскоре интерес коллекционеров к плитам иссяк. И тогда расчетливые братья решили заняться подделками из золота.

Для начала Гохманы тщательно изучили историю нашего края и особенности ювелирной работы разной поры. Затем они заказали специалисту кинжал и корону из золота. Когда «шедевр» был закончен, мошенники взяли в дело знакомых, которые под видом крестьян отправились к знаменитому николаевскому ювелиру Фришену.

Тот был немало удивлен, когда работяги вынули из грязной сумки золотые кинжал и корону, найденные ими якобы во время полевых работ. Пораженный увиденным, любитель древностей без колебаний купил их за десять тысяч рублей, переплатив проходимцам более чем в десять раз.

Обман, правда, обнаружился не сразу. Нарадовавшись покупке, Фришен отправился в Одессу, чтобы похвастаться ею перед друзьями. Но проведя по их совету экспертизу, он чуть не получил инфаркт: директор Одесского археологического музея, к которому обратился коллекционер, безапелляционно заявил, что это подделка. Опасаясь расследования, которое начали одесские правоохранители, братья Гохманы отправились за границу. Вскоре аферисты прибыли в Вену, но не с пустыми руками — с тиарой Сайтоферна.

Блестящая афера

«Коммерсанты» не случайно взялись за подделку тиары: из истории им было известно, что ольвийцы откупались от воинственного Сайтоферна 900 слитками чистого золота и тиарой. Но когда и этого алчному скифу показалось мало, греки вынуждены были укреплять стены своих крепостей, а не умасливать врага. Тиара Сайтоферна еще не найдена, а значит, мнимая находка сулит большие деньги.

Братья Гохманы любезно были представлены директорам Венского императорского музея Бруно Бухеру и Гуго Лейшингу. Удивленные увиденным, директора поинтересовались: как это небогатым людям удалось стать обладателями столь ценной реликвии? Братья объяснили, что вложили в это приобретение все свои деньги. Однако после нескольких часов трудных переговоров Бухер и Лейшинг (к своему счастью) были вынуждены отказаться от «заманчивого» предложения, так как заплатить запрошенную проходимцами сумму были просто не в состоянии.

Первая попытка не удалась, зато удалась вторая. Гохманы не напрасно не теряли надежды на удачу. Вскоре они нашли двух компаньонов — владельца антикварной лавки Фогеля и венского маклера Шиманского, которые согласились стать их эмиссарами в парижский Лувр. Тамошние ученые просто замерли от восторга: золотая корона действительно вызывала восхищение. Но цена — 200 000 франков — вызвала настоящий шок.

Встреча высоких договаривающих сторон состоялась в Лувре в 1896 году. По одну сторону стола сидели искусствоведы с мировыми именами во главе с директором музея господином Кемпфеном, по другую — малоизвестный антиквар Фогель и его компаньон Шиманский. Как тщательно ни рассматривали профессионалы тиару, они так и не выявили подделки — вот такими мастерами оказались «рукодельники»-одесситы. В результате реликвия была с блеском продана.

Правда, денег для расчета у знаменитого музея не было. Выручили Лувр богатые меценаты — они внесли свои средства, но при условии, что их потом вернет правительство Франции. Таким образом, братья Гохманы получили 86 тысяч франков, Шиманский и Фогель соответственно — 40 и 74 тысяч.

Это фальшивка

Практически сразу после покупки драгоценную корону выставили на всеобщее обозрение. Неприятности начались тогда, когда в Лувре появились профессор Петербургского университета А. Веселовский и известный мюнхенский историк А. Фуртвенглер. Если первый только засомневался в подлинности шедевра, то второй убедительно доказал, что тиара действительно является произведением ювелирного искусства. Но не более того.

Увы, их доводы были действительно неопровержимы. Отсутствие в фигурах античной пластики, а также сюжетное искажение (у древних греков боги ветров всегда изображались в виде мужественных атлетов, а не детей) говорили, что перед ними — подделка. Тем не менее дирекция Лувра поначалу из гордости просто не хотела прислушаться к мнению известных специалистов, чтобы не признаваться в просчете. Сомнения окончательно развеялись после появления в одной из парижских газет такого сообщения:

«Гравер Израиль Рухомовский, проживающий в Одессе по улице Успенской в доме № 36, объявляет с полной категоричностью, что именно он является творцом тиары, выполнившим заказ за две тысячи рублей в течение восьми месяцев. Он готов доказать свое авторство, если правительство Франции оплатит ему командировочные».

И правительство Франции согласилось!

В апреле 1903 года одесский ювелир Израиль Рухомовский прибыл в Париж. Ему быстро удалось доказать, что именно он является автором выставленного в Лувре творения.

Разразился страшный скандал, и тиара была немедленно спрятана в запасники музея. Сам Рухомовский не пострадал — во-первых, его творение прогремело на весь мир, а во-вторых, один американский импресарио предложил ему за кругленькую сумму турне по США, во время которого мастер подробно расскажет всем подлинную историю создания знаменитой фальшивки. Ювелир тут же согласился.

Тем временем Гохманы, Фогель и Шиманский жили как в раю, швыряя деньгами налево и направо: вездесущее правосудие так и не настигло их. Тиару же передали в Музей декоративного искусства Парижа, где она хранится и по сей день.

Глава V

Между ямой и тюрьмой

Как во всем мире, в различные периоды развития общества в нашем регионе издавна появились люди, переступившие закон.

Власти всегда стремились изолировать их от общества и в то же время создать такие условия, которые позволяли бы человеку стать на путь исправления.

Одесса как один из молодых городов Российской империи с первых дней своего существования столкнулась с проблемой криминала. Речь шла, в частности, о таком экзотическом для нашего времени преступлении, как воровство женщин из окрестных сел, убийствах на бытовой почве, а также кражах государственного и личного имущества. Благо что строительство города и порта представляли для этого широкую возможность.

Заключенных — под землю

Преступники уже существовали, а вот тюрем-то и не было. Это вынудило Дерибаса пренебречь законами Российской империи 1560 года, запрещающими содержать осужденных в глубоких ямах. По его приказу были вырыты двадцать таких ям, которые сразу же были заполнены ожидавшими следствия и получившими срок людьми. Так как финансирования на содержание преступников вообще не было предусмотрено, то Дерибас дал указание попарно заковывать их в ножные и ручные колодки и выводить в общественные места, в первую очередь, на базары, для выпрашивания милостыни у прохожих. Такой порядок, правда, просуществовал недолго.

Развитие Одессы и приток в город большого количества жителей из окрестных сел, а также из центральной полосы России вызвали значительный прирост населения, но уровень преступности заметно упал. Свою роль тут, наверное, сыграла и жесткость наказания. Сменившие Дерибаса градоначальники построили для содержавшихся под стражей и осужденных специальные помещения. Справедливости ради надо отметить, что они далеко не во всем отвечали предъявляемым требованиям и не отвечали существовавшему тогда стандарту.

Лучший «замок»

Объем и конструкция построек были далеки от «тюремного замка» (как тогда называлась тюрьма), и поэтому уже в 1815 году граф Ланжерон обратился к руководству департамента полиции с просьбой финансировать постройку такого сооружения в Одессе. «По здешнему краю много людей, которых нужно карать, но нет тюремного дома и острога», — сообщал он. Но в тот период подобные вопросы решались не сразу. Градоначальнику было указано, что «В Одессе многое не соответствует пенитенциарной науке. В частности, нет достаточного пространства для занятий трудом заключенных».

Только в 1891 году была наконец осуществлена закладка нового тюремного замка. Городская дума при активнейшей помощи известного одесского мецената Маразли выделила 15 десятин земли около Нового христианского кладбища по Люстдорфской дороге. Сооружение было спроектировано профессором архитектуры А. Томишко. Следует сказать, что на V Международном тюремном конгрессе в Париже в 1895 году одесский тюремный замок наряду с московским были отмечены как лучшие во всей Российской империи, где, кстати, функционировали 895 тюрем.

Забегая вперед, отметим, что у пенитенциарной системы в условиях СССР было много общего с царской Россией. Это объяснимо. Дело в том, что в армии, уголовном розыске и милиции послеоктябрьского переворота прошла кадровая чистка. А вот в пенитенциарной системе изменений почти не наступило, и многие из ее прежних работников спокойно трудились до 1934 года и спокойно ушли на пенсию. Мало того. Авторитет некоторых царских тюремщиков был настолько велик, что даже бывший соратник Ленина Бронштейн взял себе псевдоним Троцкий — по фамилии одного из них.

Сами себя

Сегодня лагерь — это прежде всего бюджетная организация, которая всего на 40 % обеспечивается государством. Получаемые централизованно средства идут на зарплату сотрудников, расчеты за электроэнергию, водоснабжение и тепло. На остальные же нужды, включая расходы на питание и содержание, заключенные зарабатывают сами, а это сегодня непросто. Чтобы свести концы с концами, руководителю исправительно-трудового учреждения необходимо дальновидно руководить производством. И параллельно с этим решать сугубо профессиональные проблемы: прививать трудовые навыки бывшим ворам, мошенникам и проституткам. Чем только ни приходится заниматься заключенным: шить костюмы, постельное белье, выполнять другую работу, которая позволяет выживать, и по ходу исправляться.

Одна из особенностей заключенных, отбывающих наказание в Одесской области, состоит в том, что многие из них имеют низкий уровень развития, а большинство вышли из неблагополучных семейств. Времена изменились. Сегодня психологи помогают осужденным в преодолении проблем, возникающих в результате их длительного пребывания в лагерях. Велика роль психологов в поддержке и реабилитации ВИЧ-инфицированных и наркоманов.

Вместе со всей украинской пенитенциарной системой наша региональная тоже меняет свой облик. Особенно заметные сдвиги произошли после принятия новых законов Украины, давших осужденным больше прав и свобод. Несмотря на целый ряд проблем, мы постепенно приближаемся к европейским стандартам, имеющим в основе гуманизм и сострадание к человеку.

Глава VI

По законам военного времени

Это случилось вскоре после освобождения Одессы от оккупантов. На 8-й станции Большого Фонтана сразу после боев разместилась береговая морская батарея. Начальник батареи капитан третьего ранга Алексей Иглов, видимо, очень хотел быть похожим на героя русско-турецкой войны прапорщика Щеглова. Он то и дело всматривался в морскую даль, словно ожидая высадки вражеского десанта, хотя война уже откатилась далеко отсюда и солдаты союзной фашистам Румынии беспорядочно отступали по своей территории.

Трофейные часы

Дисциплина у Иглова была железная: до 12 часов дня матросы драили пушки, которые, впрочем, и без того находились в образцовом состоянии. Выправка у батарейцев также была отличная. Среди матросов охраны особенно выделялся Семен Нащекин, прошедший фронт морской пехотинец. Он был несколько раз ранен и дослуживал последние месяцы на батарее Иглова, чтобы потом уволиться в запас и уехать в родную деревню на Винничине. Единственным богатством Семена были трофейные часы с боем, которые он носил на руке и всем показывал.

На батарею заходили загоревшие одесские мальчики со Среднего и Большого Фонтана. Они любили дядю Сеню, который подкармливал их хлебом и в оловянной кружке прямо на разведенном костре особым образом готовил мясо со шкварками, которые были излюбленным лакомством детворы. Да и кто мог не любить этого доброго и приветливого человека, которого не ожесточили ни фронт, ни гибель родных в Тростянце!

— Вот приеду домой, — говорил Нащекин, — и прямо возле ставка начну отстраивать родительский дом. Заведу хозяйство, а затем обязательно женюсь, ведь в доме должна быть хозяйка.

Предметом особых мечтаний Семена были козочки, которых он планировал развести дома. У живущей возле батареи старушки Марины было три, и Семен постоянно помогал ей, цедил молоко, косил сено, а также добровольно выгребал отходы из сарая. Служба подходила к концу, и Семен все чаще грустил, чуть ли не ежедневно отправляя письма своему единственному родственнику в Тростянец, где тот работал в обувной мастерской. Оставалась всего одна неделя до отъезда Нащекина из Одессы. Его уже не назначали в караул, но он по привычке вставал в 6 утра и убирал матросский кубрик. Он как-то весь подтянулся, стал очень худым и стройным. С любовью посматривая на часы, Семен ждал того момента, когда по приезде домой он подарит их своему племяннику, которому недавно исполнилось 16, мечтавшему поступить в медицинский институт. В мечтах Семен уже видел племянника местным врачом, работающим в Тростянце и пользующимся уважением у селян.

Происки крысы

На 8-й станции в 1944 году бродили разные люди. Возвратившиеся из эвакуации люди расстраивали свои незамысловатые домики, мальчишки из окрестных мест приходили в только что открывшийся дом отдыха со звучным названием «Госторговля». Здесь же тусовалась и шпана, а также профессиональные бандиты, которые не бросали своего криминального ремесла даже во время оккупации. Один из них, худосочный Саша по кличке Крыса за хитрый оскал лица как-то привязался к Нащекину, любуясь его часами. У него и возникла мысль завладеть ими. Но как ни льнул этот проходимец к Нащекину, как ни уговаривал того продать или обменять часы, ничего не помогало. Нащекин не хотел расставаться со своим богатством, более того, он стал относиться к ним еще более бережно.

В один из дней Крыса пригласил Нащекина выпить кружку пива и потолковать.

— Если будем толковать о часах, — сразу предупредил Семен, — то из этого ничего не получится. Я забираю их домой и подарю племяннику, тем более что в письмах я уже их обещал, и он ждет.

— Нет, что ты, — стал отпираться Крыса. — Я хочу поговорить о шомполах к ружьям. Я знаю, что ты делаешь их, и хочу у тебя купить.

— Но если речь идет о шомполах, — согласился Семен, — то за кружкой пива мы договоримся.

12 октября 1944 года прямо на 8-й станции Большого Фонтана, недалеко от батареи, в лесочке, который, к сожалению, ныне уже не существует, они и встретились. Семен прилег на траву, накрыл землю чистой простыней, поставил на нее пол-литра самогонки, а бандит Крыса принес соленые огурцы, помидоры и буханку черного хлеба. В те годы это была изысканная закуска, и самогон, подкрепленный подобной закуской, производил неотразимое впечатление.

Время тянулось долго. Вначале торговались за шомпола, которые Семен принес сразу в количестве шести штук, а затем разговор зашел и о часах. Крыса вынимал деньги, давал за часы 200 рублей, но Семен был непоколебим.

— Я везу эти часы своему племяннику Шурику, — говорил он. — Парень ждет эти часы, он не видел дядю четыре года. Ты даже не представляешь, как он обрадуется.

Но подвыпивший Крыса почти не слышал слов Нащекина. Его охватил азарт. Воровская, бандитская сущность брала верх над рассудком.

Семена Нащекина любили все, от матроса-новичка до командира батареи. Он прошел фронт, был дважды ранен и контужен, награжден тремя боевыми орденами и шестью медалями. Но это не остановило Крысу, психология которого полностью соответствовала кличке. Ни слова не говоря, он вынул финку и ударил Нащекина в грудь. Нож попал прямо в сердце, и Семен сразу же упал, как подкошенный. Сняв с руки Нащекина часы, Крыса удалился.

Мертвого Нащекина нашли только через два часа после отбоя. Была вызвана милиция, и судмедэксперт зафиксировал смерть от ножевого ранения в сердце. Сослуживцы узнали, что у Нащекина пропали трофейные наручные часы с боем, которыми он очень гордился. Некоторые матросы видели Нащекина и Крысу, которого знали по танцам в доме отдыха.

В деле — дядя Ешта

В течение месяца милиция сбилась с ног в поисках Крысы. Но искал его не только одесский уголовный розыск, но и так называемая «отрицаловка», возглавляемая «дядей Ештой». Этот закоренелый преступник и вор в законе еще с довоенных времен промышлял со своей шайкой как бандит-налетчик и во время оккупации. Будучи евреем по национальности, дядя Ешта избежал участи своих соплеменников. Он продолжал воровать, грабить и убивать немцев и румын, часто при этом помогая партизанам.

Ешта и его подручные — главари бандитских групп Пионер, Жокей, Гриб и другие были тоже возмущены убийством матроса, которого многие знали и даже были осведомлены, кому предназначались трофейные часы. Крыса входил в число воров-карманников самого худшего пошиба. Но тот факт, что он лишил жизни уважаемого всеми, прошедшего фронт матроса, который к тому же на днях должен был вернуться в родную Винничину, особенно возмутил их, и Ешта дал команду искать Крысу.

Вскоре убийца был найден на чердаке дома своей любовницы в Нерубайском. Он был аккуратно «запакован» и предстал перед суровыми очами Ешты.

— Где часы? — грозно спросил Ешта».

— Вот они, — ответил Крыса, дрожащей рукой вынимая их из кармана.

— Как ты посмел убить фронтовика? Ты ведь знаешь наши законы — отнять жизнь у человека может лишь Бог, а ты перешагнул его за эти жалкие часы.

Вскоре три запряженных лошадьми фаэтона повезли бандитов и связанного Крысу на 8-ю станцию Большого Фонтана. Въехав на территорию батареи, Ешта молча последовал за дневальным к Алексею Иглову. О чем они разговаривали минут двадцать, никто не знает. Однако командир батареи сразу же выстроил всех батарейцев. Напротив стояли семеро в штатском и связанный по рукам и ногам Крыса. После этого дядя Ешта на шаг приблизился к строю.

— Нас, наверное, нельзя назвать партизанами, но мы тоже убивали румын и немцев, — сказал он. — Кроме этого, мы грабили склады и брали продовольствие, но не только себе. Мы раздавали его нуждающимся землякам-одесситам. Нас обычно называют «отрицаловкой» за отрицание законов. Однако мы гордимся тем, что мы живем по людским понятиям, которым чужда подлость. Человек по кличке Крыса не просто вор. Он подлый убийца, и наш суд будет судом по законам военного времени.

Узнав, что его приговорили к смерти, Крыса страшно испугался.

— Не губи душу, Ешта, — взмолился он. — Я обещаю всю жизнь кормить семью Нащекина.

— Семью Нащекина мы прокормим сами, — заявил Ешта, передавая командиру батареи часы убитого и в придачу к этому — большую золотую луковицу-часы с золотой цепью, бриллиантовый перстень, заколку, а также три тысячи рублей.

— Все это для племянника фронтовика, — уточнил он. — Ну а теперь твоя очередь, Крыса, получать по заслугам.

С этими словами он трижды выстрелил в Крысу и, когда тот упал, добил его.

После этого помощники Ешты завернули Крысу в одеяло и погрузили в фаэтон. Через 10 минут пролетки покинули территорию батареи.

Эту историю мне рассказал член группировки дяди Ешты — бандит по кличке Гарик. Впрочем, она полностью подтверждена и отставным капитаном 2-го ранга бывшим командиром батареи Алексеем Игловым.

Глава VII

Новое дело розыскника Барышева

С введением НЭПа жалкое существование одесситов стало улучшаться. Заброшенные фабрики и заводы возобновили свою работу. Со временем Одесский морской порт преобразовался и начал продуктивно работать.

После осмотра помещения, рабочим все стало ясно: ночью было совершенно ограбление.

«Как же так, — возмущались рабочие, — товар прибыл поздно вечером и был тут же доставлен на склад. Как же преступники узнали о его существовании и так просто смогли проникнуть на территорию порта, найти нужный склад и совершить ограбление?». Прибывшие милиционеры, разводя руками, отвечали: «Без паники, разберемся!».

Розыскники пытались найти хоть какие-то улики, но преступники сделали свое дело чисто и аккуратно.

Бандиты проникли на территорию порта около двух часов ночи. Обезоружив охранников, направились сразу к нужному помещению и, сломав ломом железный навесной замок, вынесли со склада мануфактуру в мешках. Кроме того, преступники все были в масках и рабочих перчатках и таким образом не засветились.

Во второй половине дня в губком партии вызвали председателя ЧК Заховского и начальника уголовного розыска знаменитого и неповторимого в своем деле Барышева, а также секретаря бюро губкома Хатаевича.

Опытный Барышев берет под свою личную ответственность раскрытие этого преступления.

Пока оперативники опрашивали свидетелей и искали хоть какие-то зацепки, Барышев размышлял…

Профессиональный розыскник, обладающий железной логикой и тонкой интуицией, пришел к выводу, что в преступлении замешан кто-то из рабочих, который знает грабителей. Он и дал точную информацию: сколько охранников охраняют склад, когда прибудет груз и в каком количестве, в какой склад он будет помещен и когда рабочие придут за товаром.

Он решил лично опросить всех рабочих и стал вызывать их одного за другим в свой кабинет.

Барышев задавал им различные вопросы со скрытым смыслом и как бы между прочим непосредственно интересовался, не замечают ли они какие-либо изменения в поведении своих коллег?

Когда разговор со всеми рабочими был окончен, розыскник отметил галочкой фамилии двух людей, которые вызвали у него некоторые сомнения.

Как утверждали многие рабочие, их коллеги — Керманов и Стеклов — последнее время ведут себя несколько необычно: они стали раздраженными, невнимательными и замкнутыми.

Розыскник не стал их вызывать повторно. Он по своим каналам занялся их личной жизнью — с кем живут, какие изменения в семье и какие обстоятельства ввели их в депрессию с последующим неврозом.

Когда Барышев полностью изучил жизнь Керманова, тот автоматически перестал быть подозреваемым, так как его психологическое состояние объяснялось постоянными изменами жены, о которых муж стал догадываться всего два месяца назад. А вот рабочий Стеклов, наоборот, дал розыскнику небольшой лучик надежды в раскрытии этого преступления.

Дело в том, что совсем недавно освободился из мест лишения свободы его сын, осужденный за разбой на 8 лет заключения. За это время в жизни Стеклова многое изменилось — от него сбежала жена, потом он женился на женщине, которая была младше него на 15 лет. Семейная жизнь складывалась как нельзя лучше, пока не вернулся на свободу сын…

Из-за границы прибывали различные товары, которые имели большой спрос у населения Одессы. Многие люди ждали заказанный товар неделями, так как вошедшая в моду различная импортная мануфактура мигом улетала из-под носа запоздавших покупателей.

Рабочие порта попросили свое начальство рассчитаться за месяц их работы не деньгами, а тканями и одеялами, которые прибудут теплоходом на днях из эмиратских стран, и начальство дало свое согласие.

Долгожданный груз прибыл в Одесский порт, и привезенную мануфактуру сгрузили на склад, находящийся на территории порта. Утром рабочие пришли на склад, но к их большому удивлению и разочарованию товара там не было.

Розыскник стал размышлять: Стеклов на работе характеризовался как настоящий труженик, был активным участником различных общественных мероприятий. Но как повлияло возвращение сына из мест лишения свободы на душевное состояние этого терпеливого и морально устойчивого человека? Интуиция подсказывала, что эти события как-то связаны с ограблением склада.

Барышев пригласил на разговор Стеклова и еще раз убедился, что его подозрения обоснованы, так как при малейшем упоминании о сыне Стеклов начинал нервничать и переводил разговор на другую тему.

Барышев тут же навел информацию о сыне Стеклова Андрее и выяснил, с кем Андрей встречался за время своего пребывания на свободе.

Информация оказалась интересной. У Андрея был очень разнообразный круг общения — от художников и поэтов до бомжей и попрошаек.

При опросе некоторых художников — знакомых Андрея — картина его жизни стала более ясной: он до судимости увлекался искусством, особенно живописью, но, как большинство талантливых людей в тот период, любил заниматься творчеством под кайфом. Не рассчитав свои силы и возможности, перспективный Андрей вскоре оказался в наркотической зависимости, опустился до уровня бродяги и вскоре сел за разбой. Вернувшись после отсидки домой, он сильно поссорился с отцом, так как постоянно требовал у него денег, и снова стал общаться с людьми, имеющими сомнительную репутацию. Также розыскник узнал, что Андрей часто посещает Староконный рынок.

Барышев сразу же поставил на рынке оперов в штатском и с уверенностью стал ожидать результатов. На старом базаре города торговля была в расцвете. В основном торговали частные лица в магазинах и ларьках. В глубине рынка находились старые заброшенные помещения, среди них выделялся большой ларек, весь в грязи, в котором раньше процветала торговля мануфактурой. Именно этот ларек привлек внимание милиционеров — время от времени в него входили какие-то люди и что-то выносили под одеждой.

Опера стали преследовать двух неизвестных лиц и задержали их в квартире перекупщика краденого. При обыске у мужчин под куртками обнаружили ткань, а в заброшенном ларьке — большое количество мотков импортной ткани и одеял. Стало ясно, что правоохранительные органы обнаружили товар, который был украден из склада порта. Барышев не сомневался, что один из преступников — сын Стеклова.

На допросе Андрей признался, что подслушал разговор отца с его женой и узнал, когда рабочие ждут мануфактуру и в каком складе она будет храниться.

Кроме того, когда жена спросила Стеклова не боятся ли они ограбления, он ответил, что склад будет охраняться двумя охранниками-пенсионерами. Это и толкнуло Андрея на преступление, тем более, что у него были среди знакомых и воры, и перекупщики краденого, а заброшенный ларек, где он с другими наркоманами принимал постоянную дозу опиума, — стал отличным тайником.

Собрав группу воров-наркоманов, Андрей раздал им маски на лица, сделанные из женских чулок, рабочие перчатки, и банда отправилась на дело.

После ограбления Стеклов стал подозревать, что это дело рук Андрея, но он не мог дать показания на свое дитя и продолжал обвинять себя во всех грехах сына.

«Все прошло гладко, и нас бы не поймали, если бы не ваше нездоровое любопытство о состоянии рабочих», — этими словами закончил свое признание Андрей и подписал протокол, который лично прочитали и председатель облсовета Иванов, а также секретарь бюро обкома партии Хатаевич.

ГлаваVІІІ

ОУН в оккупированной Одессе

В июле 1942 года во время немецко-румынской оккупации Одессы по предложению Степана Бандеры в наш город прибывает проводник ОУНа Богдан Олиференко. Он поселился на Слободке, сняв полностью домик с небольшим участком земли, на котором был разбит роскошный цветник и рос прекрасный фруктовый сад. Первые пятнадцать дней Богдан обживался, знакомился с соседями, но преимущественно с украинцами, интересуясь их отношением к оккупантам и к национальной «самостийной» идеи. Олиференко в беседе подчеркивал, что фашизм — это зло для порабощенных народов и особенно для украинцев, так как немцы только и делают, что смотрят, как захватить плодородные украинские земли и подмять под себя трудолюбивый украинский народ, превратить жителей в рабов «арийской» расы. Богдан отлично знал историю Украины, рассказывал окружающим, как был бы счастлив украинский народ без всех этих немцев и большевиков. Зная хорошо историю Одессы, Олиференко рассказывал, что в Причерноморье до прихода Суворова с де-Рибасом проживали преимущественно потомки запорожских казаков — украинцев по национальности. В районе Пересыпи их было свыше двухсот семей, а общее количество — 726 человек, что в пятнадцать раз превышало число жителей крепости Хаджибей и его окрестностей. Богдан увлекательно рассказывал подробности взятия турецкой крепости Хаджибей, отсутствие координации между войсками во время взятия крепости и неоценимую помощь черноморского казачества во время осады и падения крепости. Он останавливался на подробностях градостоительства Одессы, рассказывал о ближайшем помощнике графа Михаила Семеновича Воронцова — Ивана Ярошенко, который активно развивал Одессу — ее архитектуру и санитарно-эпидемиологическую службу. Близлежащие села — Усатово, Нерубайск, Гнилеково, Александровка, как и вся Одесская область были украинскими. Вскоре Олиференко сколотил возле себя группу из двадцати семи человек и начал знакомиться со студентами, работавших во время оккупации медицинского института и университета.

Вскоре группа пополнилась еще двенадцатью студентами первого и второго курса института и университета, причем пять из них были не украинцами, а русскими. Это были студенты второго курса медицинского института А. Сташков, Н. Росляков и университетские — А. Лебедев, Н. Журавлев… С. Григорьев. Члены ОУНа занимались прежде всего самообразованием, изучали литературный украинский язык и классиков украинской литературы и искусства, люто ненавидели оккупантов — немцев и румын — и готовы были к активным боевым действиям.

В декабре 1942 года в Одессу из Тростянецкого района Винницкой области в командировку прибывает молодой главный инженер сельского Капустянского сахарного завода Юрий Карасик. Он останавливается на Слободке рядом с домом, снимаемым Богданом, и они через несколько дней подружились. Карасик прибыл в Одессу с целью спасения семьи своего друга Фельдмана, которой угрожало уничтожение в гетто. Он заменил им фамилию в паспортах на Гаврилюков и от греха подальше, чтобы не выдали предатели Родины, отвез их в Одессу к своим родственникам. Юрий Карасик и его супруга Светлана надежно подгримировали евреев, превратив их лица в чисто славянские, только курчавые волосы смуглого 15-летнего Наума могли при тщательном осмотре выдать его принадлежность к семитской расе. В отличие от своей супруги Светланы Юрий Александрович Карасик был убежденным поклонником украинского языка, считая этот язык самобытным, и на работе и дома в еще предвоенные годы разговаривал на чисто литературном украинском, давая повод недоброжелателям периодически «стучать» на него в КГБ. Но он был хорошим специалистом, и руководство завода его ценило, не давая в обиду. Когда случилась поломка механизмов и завод вот-вот мог остановиться, палочка-выручалочка Карасик надежно ремонтировал механизмы, исправляя даже серьезные поломки. Кроме того, он дружил с заведующим заводской лабораторией и членом партии Фельдманом, которого очень ценили на заводе и который постоянно всех защищал и особенно своего друга Юрия Карасика, оберегая последнего от любых неприятностей, даже таких серьезных, как подозрение в националистическом уклоне. Но вот наступила война и оккупация Винницы и области прорвавшимися немецкими войсками, и все изменилось. Теперь пришла очередь Карасика спасать семью Исаака Фельдмана, который в первый день войны ушел добровольцем на фронт.

Олиференко и Карасик после взаимной проверки очень подружились и первым делом решили выпускать прокламации, обличавшие нацизм и оккупационные власти на украинском языке. Карасик в сарае своих родственников быстро смонтировал первый станок, который по частям доставили ему студенты Одесского университета, взявшие их в разрушенной университетской типографии.

Ночами Олиференко и Карасик печатали до пятисот листовок, которые члены ОУНа расклеивали на заборах и домах Слободки, Молдаванки, Пересыпи и в центре города. Появились листовки даже на дверях здания магистрата и полицейских участков.

Полицаи то и делали, что срывали и уничтожали листовки, которые были приклеены таким клеем, что их было очень трудно отодрать от деревянного забора или каменного здания. Листовки свидетельствовали, что трудовая украинская Одесса не покорилась оккупантам и призывает народ бороться против них. В тексте листовок Олиференко подчеркивал, что украинцы Одессы готовы бороться совместно с другими национальностями против поработителей и всячески обличал расизм гитлеровцев.

Вскоре в группу Олиференко вступили грек Вичикаки и Семиоти, молдаванин Гуска, болгары — Бичур, Сермеджи, Бахчи-валджи, Хавалджи и представители других национальностей многонациональной Одессы. Тогда Олиференко предложил перейти к открытой борьбе с оккупантами. Был организован вооруженный отряд Одесского ОУНа в составе восемнадцати человек. Они все были вооружены огнестрельным и холодным оружием, которое было доставлено из Ивано-Франковска, где широко распространялось бандеровское движение.

По предложению Карасика решено было связаться с большевистским подпольем и так называемыми «катакомбистами» из отряда Молодцова-Бадаева и Авдеева-Черноморского. Архивы хранят сведения о встречах Богдана с руководством большевистского подполья, но дальше разговоров, вследствие обоюдосторонней неприязни, дело не пошло. Между тем предатель — начальник наземного партизанского отряда Бойко-Федорович выдал гестапо и сигуранце (румынская контрразведка) все сведения об участниках ОУНа и их встречах с большевиками. Произошел ряд арестов и девять участников ОУНа попали в тюрьму и подвергались пыткам фашистских палачей. Но ни один из них не выдал свою организацию, и они были отпущены из тюрьмы за недостаточностью улик. Подпольщики ОУНа залегли на дно, считая, что их выдали большевики, но архивы КГБ свидетельствуют, что их, так же как и большевиков-подпольщиков, выдал архипредатель Бойко-Федорович — командир наземного подпольного отряда, член партии большевиков, переметнувшийся на сторону оккупантов. Он выдал всех оставшихся на оккупированной территории подпольщиков, в том числе и первого секретаря Одесского подпольного обкома Петровского.

Спустя пять месяцев после вынужденного безделья ОУНовцы вновь начинают проявлять себя. На стенах медицинского института, университета, стоматологического техникума, мореходного училища появляются листовки и прокламации, призывающие к борьбе с оккупантами. В листовках клеймят позором предателей профессоров Часовникова и Заивлошина, прислуживающих оккупантам. По предложению Юрия Карасика ОУНовцы вооружаются и принимают решение начать террористическую деятельность. В феврале 1943 года на Дерибасовской угол Ленина двое вооруженных ОУНовца убили трех румынских офицеров. В марте на Пересыпи был подожжен гараж и сгорело шесть грузовых автомашин. В апреле 1943 года студенты ОУНовцы обстреляли группу немецких солдат и офицеров, в результате чего погибло двое немцев. В мае этого же года был пущен под откос в районе Раздельной товарный поезд, на котором немцы отправляли в Германию зерно. Все эти террористические акты ОУНовцев и распространение листовок патриотического содержания вызывали симпатии не только националистически настроенных украинцев, которых в Одессе было немного, но и патриотов всех национальностей, борющихся в оккупированной Одессе с фашистским зверьем.

В конце 1943 года борьба с оккупантами в Одессе достигла своего апогея. Активизировались беспартийные молодежные организации, комсомольцы, гагаузские и молдавские молодежные формирования. Усилился бандитизм, и криминальные элементы Одессы, а проще сказать — профессиональные уголовники, сконцентрировавшиеся вокруг авторитетного вора — Дяди Ешты, начали производить грабежи и даже убийства оккупантов. Карасик на общем собрании ОУНовцев предлагает консолидировать все силы в борьбе с фашистами. Олиференко поддержал Карасика, и в стан к Дяде Еште был направлен связной Роман Фельдман, шустрый и смышленый мальчуган, который принес ответ от Ешты, что он готов встретиться с представителями ОУНа. Вот как вспоминает это супруга Дяди Ешты Мария Ивановна Стоянова: «Встретились они у меня дома. Мы с Ештой жили на Слободке в собственном домике, оставшемся мне от отца. Мой отец был тоже уголовник. Он в общей сложности просидел при Советах восемнадцать лет. Мы с мамой его постоянно ждали. С детства я вращалась только среди уголовников, и мои супруги, а их было трое, тоже были авторитеты их этой среды. Мой супруг — «Дядя Ешта», был известнейший человек в уголовном мире. «Отрицаловка» всегда при любой власти находится вне закона и на нелегальном положении, а во время оккупации «Дяде Еште» приходилось труднее, так как он еврей. Я хорошо помню, как к нам пришел кудрявый мальчуган и принес «ксиву», а через несколько дней у меня дома появилось двое людей, разговаривающих по-украински. Они долго беседовали с Ештой. Он мне потом сказал, что они борются с немцами и являются украинскими националистами. Ештина бригада уже в то время вовсю сотрудничала с катакомбистами против оккупантов. Совместно с ОУНовцами они захватили продовольственный румынский склад на Живаховой горе, разоружив охрану, и продукты отдали нуждающимся семьям на Пересыпи, а также взяли себе для своих нужд. Помнится, вместе со студентами ОУНовцами они убили трех немцев, конвоирующих примерно пятнадцать заключенных, которые разбежались. Кстати, это очень помогло Еште, когда пришли Советы. Ведь воры при любой власти продолжают свое ремесло. Когда Ешта в 1946 году попался, то две девушки подпольщицы-комсомолки, которых освободили Ешта и ОУНовцы, узнав об этом, просили власть смягчить приговор. Ешта вместо восьми лет получил три года».

При приближении Красной Армии к Одессе Олиференко уезжает в Ивано-Франковск, а Карасик в село Капустяны, где вновь приступает к работе в должности главного инженера сахарного завода. СМЕРШ очень быстро выявил ОУНовцев, и все они были арестованы. Гуманный советский суд приговорил их к двадцати пяти годам лагерного режима. На Карасика сыпались доносы в КГБ о его украинском националистическом уклоне, но его не дает в обиду Фельдман, вернувшийся орденоносцем с фронта, который становится парторгом завода. В 70-е годы Карасик переезжает с семьей в Одессу, где занимает пост главного инженера сахарного треста. Этот глубоко интеллигентный, мягкий человек не дожил всего пять лет до воплощения своей мечты — самостоятельности Украины, за которую он всю жизнь боролся.

Глава IX

Охота на «волков»

По закону пистолета

В конце 1930-х годов по Одессе и Одесской области прокатилась целая волна убийств, разбоев и грабежей, в ходе которых преступники без предупреждения открывали стрельбу из огнестрельного оружия. Напуганные жители Одессы боялись даже выходить на улицы и оставлять без присмотра свои квартиры. Да и в собственном доме не было спасения: люди боялись уснуть, чтобы не прозевать «шаги смерти»…

Если составить идеальный портрет преступника с характерными качествами и привычками, то перед нами предстанет человек, руководивший всем этим беспределом, при встрече с которым содрогались даже криминальные авторитеты Одессы. Речь идет об уроженце города А. Шевцове. Он был не только хладнокровен, беспощаден и злопамятен, но и остроумен, хитер и изворотлив. За его плечами была серьезная «школа». Неоднократно судимый Шевцов прошел «обучение» и серьезную практику в преступной группировке известного криминального лидера Гриневича, банда которого отличалась особым вандализмом. В 30-х годах она буквально парализовала волю жителей Южного региона, вызвав серьезную обеспокоенность правоохранительных органов, которые долгие годы безуспешно пытались обнаружить и арестовать преступников.

Бандиты были осторожны и дальновидны. Гриневич добивался, чтобы никто и никогда не узнал о существовании их группировки. Все члены банды следовали установленному правилу: ничего не знаю, ничего не слышу, ничего не помню. В результате, например, оперативники долгое время пытались решить такую головоломку: как получается, что при существовании преступной группировки, совершающей разбойные нападения по заранее хорошо обдуманному плану, никто не видел даже двух членов банды вместе в их «нерабочее время». Действительно, эти люди никогда не отдыхали вместе и даже не разговаривали друг с другом. Случайно встретившись на улицах, они делали вид, что незнакомы.

Дело в том, что все «явки» проходили на конспиративной квартире в определенные дни и в четко установленное время, где бандиты и составляли план очередного преступления.

Гриневич внимательно следил за каждым «братком», распределял преступные роли, а также занимался приобретением «спец-средств»: оружия, боеприпасов, удавок, перчаток, масок и т. п. Его «правая рука» — Шевцов являлся «мозгом» группировки. Полученный опыт пригодился ему уже как главарю преступной группировки. Шевцов наперед просчитывал всю преступную деятельность братков, следил за работой оперативников и вовремя «заметал следы», не оставляя милиционерам ни единого шанса на успех. И тогда сотрудники одесской милиции обратилась за помощью к известному розыскнику, легендарной личности — Москвичу.

«Железный» человек

Москвич обладал чрезвычайно развитой интуицией, имел большой опыт и славился среди коллег как по-настоящему железный человек. Эта слава не была случайной. Оперативник буквально поражал окружающих своими крепкими нервами, исключительно рациональным мышлением и умением выждать момент для захвата преступников.

С того дня, когда известный розыскник стал заниматься бандой Гриневича, между Москвичем и Шевцовым как бы образовалась невидимая связь, которая медленно, но уверенно затягивала петлю на шее бандита, не давая ему спокойно дышать и здраво мыслить. Это была профессиональная игра с необычайно высокой ставкой.

Москвич имел свою индивидуальную стратегию и не совсем обычные методы расследования. Уже через месяц розыскник распознал индивидуальный почерк банды Гриневича и вышел на след криминальных лиц, которые продавали ему оружие, а затем вычислил приблизительную дату очередного грабежа. В то же время Шевцов тоже не сидел сложа руки. Звериным чутьем ощущая угрозу, он подготовил себе для страховки поддельные паспорта на фамилии Ермошкина и Цимбалиста и был готов в любой момент выехать из Украины.

После разбойного нападения на зажиточную семью Линбергов банда неожиданно «засветилась»: муж умер, а жена спаслась и после лечения смогла не только описать преступников, но и даже нарисовать портреты каждого из них, так как оказалась замечательным художником. Москвич только и ждал этого. Он тут же начал «охоту на волков», хотя те продолжали жить в полной уверенности, что свидетелей не осталось.

Как-то на одной из явочных квартир шло обсуждение плана грабежа ювелирного магазина. От внимания Шевцова не ускользнуло, что один из членов банды вел себя несколько нервно. Тем не менее главарь спокойно назначил очередную дату преступления — 13 августа 1932 года.

Это преступление стало для банды Гриневича последним. Оперативная группа во главе с Москвичом дождалась в засаде, пока преступники ворвутся в магазин, а затем провела облаву, в результате которой все налетчики были задержаны и арестованы «на горячем». Но вот сюрприз: главаря среди них не оказалось. Он просто не пришел к месту, нутром почувствовав неладное.

Чутье его не подвело: Москвич был заранее уведомлен о нападении на магазин. Дело в том, что незадолго до этого был задержан один из членов банды. После того, как Москвич «обработал» задержанного преступника и пообещал ему поддержку на суде, тот согласился работать на милицию. В результате он был отпущен на сходку с мини-микрофоном под пиджаком. Итог захвата был впечатляющим: судебная коллегия приговорила всех членов банды, кроме «стукача», к смертной казни — расстрелу, а Шевцов был объявлен в международный розыск как особо опасный преступник.

Спасение… в тюрьме

Что же касается главаря, счастливо избежавшего ареста, то он по фальшивому паспорту приехал в Москву. Скитаясь по улицам большого города и прячась от каждого милиционера, Шевцов частенько вспоминал свою роскошную жизнь в Одессе, великолепие женщин этого чудного города. И чем больше он об этом думал, тем больше ненавидел Москвича, всем сердцем желая отомстить ему.

Тем временем Москвич вел усиленный розыск, также желая встретиться с ним с глазу на глаз. Сделать это оказалось не просто. Преступник постоянно заметал следы: он не сидел на месте, передвигаясь из города в город и часто проводя ночи в грязных подвалах и заброшенных канализациях. Два года скрываясь от глаз правосудия, Шевцов наконец нашел новое необычное пристанище — тюрьму. Он сознательно совершил хулиганский поступок в Херсоне, поскандалив в состоянии опьянения, за что под вымышленной фамилией Ермошкина был осужден на год тюрьмы. Находясь в местах лишения свободы, Шевцов чувствовал себя как никогда уютно и спокойно. Но и здесь он не переставал думать о своем «крестном», любимой Одессе и умоляющих глазах перепуганных жертв перед смертью, которые он вновь мечтал увидеть, как только выйдет на свободу.

Шевцов понимал: без насилия, разбоев, краж и убийств, которые оживляли его давно ставший больным рассудок, он уже не проживет. В то же время он осознавал, что игра с розыскником еще не окончена, пока 1: 0 в пользу Москвича, но он еще вернется на волю и, возможно, победа будет все-таки за ним.

Тем временем оперативник однажды проснулся в мокром поту: ему приснилось, будто осужденные преступники мучаются в смертной агонии, и среди них Шевцов с горящем факелом в руках. «Подожди, и твое время придет», — подумал Москвич. И оказался прав. Сон был вещим, он помог установить место пребывания опасного беглеца.

Глава X

Одесский аферист

В 1911 году, анализируя криминальную ситуацию в Одессе, начальник сыскного отделения полиции города полковник Кючельчен пришел к выводу, что имеющие место наглые преступления не обходятся без активного участия человека, имеющего власть, связи и, конечно же, деньги.

Досье на «сливки»

Чтобы «вычислить» его, опытный и педантичный Кючельчен изучил практически всех людей из высшего общества. Он собрал на них достаточно информации, чтобы достоверно знать привычки, слабости и даже тщательно скрываемые странные связи.

Скрупулезно обработав эту информацию, начальник сыскного отделения пришел к выводу о необходимости срочно внедрить своих людей в круг общения некоего Михайловича. Речь шла о высоком, элегантном мужчине 35 лет, который обладал изысканными манерами и утонченным вкусом, представлялся инженером и являлся объектом вожделения для многих одесских дам. Михайлович вел на зависть разнообразную жизнь: любил присутствовать на скачках, бегах, автогонках, но чаще всего все-таки его можно было увидеть в ресторанах и других увеселительных заведениях Южной Пальмиры.

Впрочем, Кючельчена насторожило вовсе не это и даже не то, что тот выдавал себя за инженера, каковым в действительности не являлся. Бросалось в глаза, что этот человек имел дело только с тщательно проверенными людьми из различных слоев общества. Окружение Михайловича даже создавало впечатление тайной секты, в которой избранные посвященные дали клятву молчания о деятельности своего предводителя.

Забегая вперед, подчеркнем, что чутье сыщика не подвело Кючельчена, и он не ошибся, подозревая в деятельности Михайловича первопричину одесских криминальных проблем.

Мало того: этот человек относится к числу наиболее знаменитых воров и аферистов, таких как Сонька-Золотая ручка и баронесса фон Штейн, сумевшая даже обокрасть помазанника божьего — императора всероссийского Николая II.

Деньги банков — в карман

«Инженер» Михайлович в некоторой степени пошел даже дальше: он умудрился за два года пребывания в Одессе прикарманить чуть ли не весь годовой бюджетный запас Российской империи. Он первым в 1902 году стал создавать банки-однодневки, которые закрывались в течение полугода. За это время в казну мошенника поступали сотни тысяч рублей от доверчивых горожан. «Преуспевающий бизнесмен» имел не один, а целых четыре таких банка, которые обогатили его более чем на 7 миллионов царских золотых рублей.

Кроме этого, в 1901 году Михайлович в совершенстве разработал ограбление престижного одесского банка. В состав сформированной им банды входили только избранные люди, прошедшие испытания на выдержку и преданность лидеру.

Ограбление расположенного в конце улицы Дерибасовской банка произошло среди белого дня — во время обеденного перерыва. Причем преступление было так четко спланировано, что прошло действительно «без шума и пыли». В результате банда Михайловича похитила средств на общую сумму 106 миллионов долларов, и причем не только российскими, но и французскими, германскими и американскими купюрами.

Наглость и самоуверенность международного афериста не знала предела: спустя три месяца после этого ограбления он нанес огромный ущерб и банку на улице Троицкой. Созданный совсем недавно, тот благодаря «заботам» Михайловича функционировал всего лишь четыре месяца, а после разбойного нападения на инкассаторов и вовсе обанкротился.

Сам факт налета не был случайным. Узнав, что новый банк обладает более совершенной охраной, Михайлович решил не ломать себе голову. В течение месяца он вел наблюдение за учреждением, тщательно изучал, когда и в какое время инкассаторы подъезжают к банку, после чего и произошло нападение. Трое инкассаторов оказались убиты на месте. Преступная группировка Михайловича похитила 3 миллиона 400 тысяч царских рублей.

Впрочем, были у Михайловича и способы «зарабатывать» деньги, не используя оружие и силовые методы, а с помощью ума, изощренности и природного обаяния. Так, в 1897 году он сменил профессию «инженера» на «агента по недвижимости». Через подставных лиц аферист умудрялся продавать большие и малые имения в Одессе и области, и притом делал это быстро и успешно. Его самая большая «сделка» до сих пор вызывает восторг у ловкачей купли-продажи: Михайлович за две недели через подставное лицо умудрился продать… чужое имение, которое славилось архитектурой, площадью и расположением, выручив при этом 6,5 миллионов царских рублей. Но речь шла не просто об уникальном здании с завидной красоты парком, расположенным на 15-й станции Большого Фонтана. Эта была дача самого… Бродского (ныне санаторий им. М. Горького).

Сыщиков — по следу

Учитывая предельную осторожность Михайловича и его недоверие к окружающим, Кючельчен решил внедрить в его «секту» своих лучших секретных агентов. Они прошли специальное обучение, владели несколькими языками и хорошо ориентировались в среде элитного общества, а главное — никому не были известны в Одессе.

Агенты познакомились е Михайловичем на ипподроме. Афериста заинтересовал интерес иностранцев (так представились ему сыщики) к одесским скачкам, и он завел с ними увлекательный разговор, переросший вскоре в знакомство.

«Иностранцы» произвели на Михайловича хорошее впечатление — богатые, интеллигентные и образованные американцы, которые желают вложить свой капитал в развитие Одесского порта, который уже тогда славился своими прибылями даже за границей. Но, после вторичной встречи с лжеинженером в ресторане Фанкони, сыщики поняли, что они еще не полностью вошли в доверие к Михайловичу, так как за ними была с его стороны организована слежка.

Тщательное соблюдение мер предосторожности дало результаты: агенты прошли проверь^, и через неделю наблюдение за ними было снято. Спустя несколько дней Михайлович приглашает сыщиков к себе домой для делового предложения. Здесь Михайлович произносит властную тираду, которая появилась потом в донесении сыщиков:

— Вы уже узнали, какими обширными связями я располагаю. Вам известно мое положение и власть, и я гарантирую вам удачное вложение денег и блестящую коммерческую карьеру. У вас будет все, что только можно пожелать. Взамен я требую самую малость — полного подчинения и никаких вопросов: приказано — сделано, — твердо произнес Михайлович и пронзительным взглядом уставился на «иностранцев».

Один из агентов попросил разрешения закурить сигару и, потупив глаза, ответил:

— Учитывая ситуацию, я согласен, тем более, что без поддержки важного лица нам ничего здесь не светит.

— Я согласен с мнением моего коллеги, — произнес и второй сыщик, крепко пожав руку Михайловичу.

Лжеинженер самодовольно улыбнулся, считая, что полностью завладел жизнью и капиталом «иностранцев», но на самом деле все было наоборот.

Михайлович стал использовать сыщиков-рабов в качестве порученцев. Благодаря этому агентам удалось узнать о том, что «инженер» использует специальную сигнализацию для связи со своими сообщниками: если угрозы не было, то на балконе его квартиры висела на веревке связка красных помидоров, а если встреча с подельниками нежелательна — овощей не было.

В сентябре 1911 года Михайлович дал указание помощникам купить… две бутылки крови. Зачем? Дело в том, что он собирался поехать на стрельбищное поле с целью испытать новый аэроплан собственной конструкции. Но, естественно, никакого аэроплана в реальности не было, а имелась убогая конструкция самого Михайловича.

Чтобы скрыть аферу, он, имитируя аварию, вымазался грязью с ног до головы, приказав сопровождающему помощнику вылить себе на голову кровь, а потом перевязать ее. Вернувшись домой, «жертва испытаний» дала указание «иностранцам», чтобы они наложили на его руки и ноги гипсовые повязки, да таким образом, чтобы те легко снимались и потом надевались. Следующая задача агентов заключалась в том, чтобы рассказать всему одесскому «бомонду», в какую страшную беду попал инженер, собственноручно испытывая работу нового аэроплана.

«Прощайте, умираю»

С утра до вечера двери квартиры, где лежал «искалеченный» испытатель, не закрывались — каждый видный деятель города считал своим долгом проведать Михайловича, принося ему искрение соболезнования и, конечно, дорогие гостинцы.

Теперь великому аферисту оставалось одно: написать письма потенциальным спонсорам, чтобы те выложили кругленькую сумму «талантливому инженеру» для постройки аэроплана «нового времени». Мало того. Он снял гипсы с рук, взял ручку и стал писать прощальные записки высокопоставленным лицам: богатому милорду из Америки, консулам европейских государств и даже одной обеспеченной даме при иностранном дворе.

В этих письмах инженер, который, дескать, потерял всякий смысл в жизни вместе со своими деньгами, предназначавшимися для усовершенствования аэроплана, решил покинуть этот свет, покончив жизнь самоубийством. В конце письма даже прилагалось личное извинение за принесенный, материальный и моральный ущерб. Последнее слово «прощайте» было даже для пущей достоверности немного размыто каплей слезы, которую Михайлович, правда, заменил простой водой.

Письма были отправлены адресатам, а Михайлович принялся скрытно и спешно собирать чемоданы.

Секретные агенты немедленно встретились с начальником сыскного отделения полиции города полковником Кючельченом и рассказали о преступном плане мнимого инженера Михайловича. Было решено принять экстренные меры, пока аферист не покинул Одессу, — арестовать его и провести обыск в квартире.

30 октября, в назначенный день «самоубийства», полицейские окружили дом, в котором проживал лжеинженер, а помощник начальника сыскного отдела Тунберг вместе с подчиненными отправился в квартиру Михайловича.

«Больной» лежал в постели и вслух читал своим друзьям исторический роман. Двери внезапно распахнулись, и в комнату вошли люди в полицейской форме. Несмотря на внезапность их появления, Михайлович не потерял присутствия духа и спокойно отложил в сторону книгу.

Таким образом лжеинженер был арестован. Обыск в его квартире продолжался двое суток. При этом были найдены многочисленные компрометирующие документы и вещи: ящик с поддельными штемпелями и печатями российских государственных и иностранных организации, десятки паспортов на различные имена, подозрительная корреспонденция и много другого. Кроме этого, полицейские обнаружили денежную массу, которая значительно превышала… годовой запас бюджета Российской империи.

Компромата было найдено так много, что в сыскном отделе пришлось даже специально выделить две комнаты для его изучения. По изъятым письмам полицейским также удалось выявить проживающего в Одессе сообщника Михайловича.

На допросах лжеинженер отвечал дерзко и нагло, заявив полицейским, что его уже четыре раза приговаривали к смертной казни, но всякий раз он умудрялся избегать этой страшной участи. Расследование преступлений одесского авантюриста набрало столь крупный масштаб, что им стали заниматься следственные органы не только Одессы, но и европейских и американских городов.

Шпион и проходимец

В результате совместных усилий удалось выяснить, что у арестованного лжеинженера отец был по происхождению болгарином и носил фамилию Стоянов, а мать — черногорка. Кстати, видимо поэтому Михайлович выступал за присоединение Македонии и Черногории к Болгарии. Имея такой «революционный» нрав, он с блеском проводил авантюрные операции во многих странах, проживая там под различными фамилиями и по разным адресам. Благодаря своему личному обаянию и тонкому знанию психологии он легко входил в доверие к богатым людям, выманивая у них капитал или ценную информацию.

Михайловичу даже удалось внедриться в тщательно законспирированную организацию революционеров-македонцев, штаб которых находился в Софии. Он тщательно следил за их решениями и влиял на действия македонцев путем перехвата их писем. Используя свой художественный талант, Михайлович умело копировал почерк и отсылал фальшивки адресатам, а подлинники… в Константинополь. За такую ценную информацию о планах революционеров «инженер» получал щедрое вознаграждение от турецкого правительства. Он удостоился должности личного агента султана, а потом даже встал во главе турецкого «черного кабинета».

Но жадная и коварная натура Михайловича брала свое, и он умудрился поднять руку даже на своего благодетеля, приняв участие в покушении на его жизнь, разумеется тоже за большое вознаграждение. На счастье султана, «шпиону» так и не удалось осуществить свой преступный план.

Однажды, несмотря на тщательную маскировку, лжеинженера все-таки узнали на пароходе Одесса — Константинополь, и он был арестован. Но удача сопутствовала аферисту, и он, подкупив охранника, смог совершить удачный побег. Два года Михайлович отсиживался укромном местечке, а потом вновь принялся за аферы. Одна из них даже вошла в историю мировой криминалистики — в ночь на 4 ноября 1910 года в Лондоне по сигналу тревоги пятеро полицейских кинулись к большому ювелирному магазину Гарриса, где в это время происходило дерзкое ограбление. В завязавшейся перестрелке трое стражей закона были убиты на месте, а двое остальных скончались в тот же день в больнице Лондона. Что же касается налетчиков, то они вместе с награбленным скрылись с места преступления.

Эта трагедия потрясла законопослушных англичан, а на поиск бандитов были мобилизованы все силовые структуры Британской империи. В ходе разработки дела сначала была выдвинута версия, что ограбление магазина — дело рук русских революционеров-анархистов. Но потом удалось установить, что преступление совершила хорошо организованная группа международного масштаба, а главарем банды является человек по кличке Петр-художник. По описаниям очевидцев стало ясно, что Петр-художник — это не кто иной, как Стоянов — Михайлович. За его поимку было установлено большое вознаграждение. Разыскивали же его буквально все: и лондонские власти, и силовые структуры, и простые граждане.

Наконец с помощью осведомителей удалось установить, что банда Петра-художника скрывается в невзрачном старом трехэтажном доме № 100 по Моль-стрит, что в восточной части Лондона, недалеко от Сити. Ночью 21 декабря была предпринята первая попытка арестовать преступников. Но члены банды открыли беспорядочную стрельбу, и полицейские вынуждены были отступить. В пять часов утра большой отряд полицейских вновь попытался ворваться в дом, но свист пуль в очередной раз заставил их остановиться.

В итоге было принято решение начать осаду здания. Для этого власти скрытно эвакуировали всех жильцов близлежащих домов, после чего тысяча полицейских и отряд шотландской гвардии окружили дом № 100, где скрывались забаррикадированные преступники. Это был настоящий бой со свистом пуль, пылью и криками, которые дополняли огонь и дым. Дом горел, но осажденные так и не сдавались. Наконец на место происшествия прибыл сам министр внутренних дел и, услышав, что преступники, дескать, вооружены пулеметами, вызвал отряд королевской конной артиллерии в составе трех орудийных расчетов. Именно артиллерийский обстрел и заставил банду в два часа дня прекратить сопротивление. По этому поводу в статье «Лондонская трагедия», напечатанной в газете «Петербургский листок» 25 декабря 1910 года, писалось следующее:

«Осажденные выдержали осаду почти трехтысячной армии полицейских в течение 10 часов».

Но больше всего поразил граждан и полицейских факт стойкой обороны. Когда пожарные проникли в дом, они обнаружили только три обгоревших трупа бандитов, засадивших себе пули в лоб в последние минуты боя. Пулеметов у преступников все-таки не было. Самое же главное заключалось в том, что среди погибших Петра-художника не обнаружили.

Вскоре Михайлович опять спокойно разгуливал на свободе, продолжая удивлять сыщиков своими изобретательными, хладнокровными и изощренными преступлениями.

Судить в России

И все же Михайлович, он же Стоянов, он же инженер и Петр-художник, был пойман российскими секретными агентами. Турция, а также Лондон настойчиво требовали выдать им арестованного, но решение властей было твердым — судить Михайловича именно в России. Здесь он совершил букет преступлений, к которым относились: мошенничество с банками-однодневками, ограбления, хладнокровные убийства, присвоение чужих денег, незаконная продажа недвижимости, подделка государственных документов, создание фиктивных фирм, изготовление фальшивых денег и многое другое.

Правосудие над мировым аферистом проходило в строгой секретности. После длительных заседаний суд приговорил преступника к бессрочной, т. е. пожизненной каторге, но удача вновь повернулась к нему лицом.

Грянула февральская революция, которая открыла двери тюрем. В результате амнистии по миру разбрелись сотни опасных уголовников. В их числе был и Михайлович. Его след затерялся в вихре гражданской войны, а может быть, он просто опять поменял свое имя. Это подтверждается тем, что многие видные криминалисты того времени наблюдали «почерк» одесского «инженера» в проведении многих выдающихся афер в США, Великобритании, Франции и даже… в Африке.

Эти преступления прекратились только в 1935 году, по всей видимости, по причине смерти человека, имя которого следовало бы вписать в число наиболее выдающихся авантюристов последних столетий.

Глава XI

Золотая лихорадка и утерянный клад

Утро, несмотря на ночную грозу, оказалось солнечным. Июльский день обещал жителям Одессы теплую погоду и хорошее настроение, но не для Розвового Александра, который проснулся с плохим предчувствием.

Он целую ночь мучался мыслью: как же он смог отступиться от своих железных правил и, соблазненный большими деньгами, согласился изготовить из золота высшей пробы браслет, жгут и печатку с бриллиантом незнакомому человеку? Эти размышление не давали самоучке-ювелиру уснуть всю ночь, а утром стало вообще худо на душе.

Действительно, плохое предчувствие Розвового имело основание — уже после обеда, прямо за тонкой работой с золотом его «накрыла» оперативная группа милиционеров.

То, чего так сильно боялся Розвовый, совершилось: к нему была послана «подсадная утка». Нарушив свои принципы, ювелир за 5 лет своей незаконной работы впервые связался с посторонним человеком, а не с постоянным проверенным клиентом.

Следствие длилось 7 месяцев, но за все это время, следователям так и не удалось узнать, кто же поставлял ювелиру драгоценный металл. Розвовый оказался настоящим «партизаном», — молчал как рыба.

Время шло. Отсидев пять лет в тюрьме, в 1954 году примерный заключенный Розвовый выходит на свободу. Отдохнув пару недель, ювелир начинает заниматься тем, что так хорошо у него выходит — изготовлением изысканных золотых изделий на заказ богатых клиентов.

В первую очередь Розвовый налаживает контакт с поставщиком золота, который, безусловно, был ему «должен», ведь подельник, с которым он работал долгое время, не назвал его имени и тот все пять лет гулял на свободе, пока ювелир «мотал свой срок». Встреча Розвового Александра и Заславского Ефима произошла в ресторане «Одесса». Разговор состоялся в дружеских и теплых тонах.

Заславский от души поблагодарил Розвового за молчание и пообещал, что в благодарность поможет ему быстро стать на ноги и наладить свой золотой бизнес. С этой целью он будет поставлять Розвовому в течение двух недель золото бесплатно, а после — по весьма заниженным ценам, пока подельник будет находиться «на мели».

С этой договоренностью преступники разошлись по домам.

Заславский Ефим Моисеевич, 1894 года рождения, коренной одессит. Специальность — ювелир, 12 лет работал на одесской ювелирной фабрике. С 1950 года занимался спекуляцией валютных ценностей в крупных размерах, а также запрещенным промыслом по поставке и переработке золота. В 1954 году, когда был арестован ювелир Розовый, Александр Заславский «упал на дно», а в 1959 году возобновил свою преступную деятельность.

Через месяц после встречи с Розвовым Заславский встречается с ним в парке им. Т. Г. Шевченко и передает ювелиру слиток золота, как и было обещано, — бесплатно.

За неделю напряженного труда Розвовый, продав изготовленные им золотые украшения, зарабатывает 1100 рублей и снова обращается к Заславскому.

При очередной встрече с подельником, Заславский передает ему 5 золотых колец весом 30–40 граммов и напоминает, что в следующий раз товар будет не бесплатно, но с хорошей скидкой. Изготовив из лома золотые женские браслеты, Розвовый в течение месяца продает их и пополняет свой личный бюджет на 890 рублей. В начале 1960 года Заславский и Розвовый заключают следующую сделку: Заславский продает Розвовому золото по умеренным ценам и Розвовый продает уже изготовленное золотое украшение Заславскому также по умеренному тарифу.

«Работа» у подельников шла налажено и четко: Розвовый изготавливал красивые индивидуальные золотые украшения, а Заславский прекрасно их сбывал, взяв в свою команду помощника-реализатора Заславскую Нехаму Моисеевну — собственную жену.

Так, в течение 1960 года семья Заславских продала 6 слитков золота, весом 800 граммов, 320 граммов лома золотых изделий, 4 золотых браслета, 10 золотых жгутов, 5 колье с драгоценными камнями, 6 золотых сережек с бриллиантами и 24 золотые брошки, заработав на этом огромное состояние. С 1959 года по ноябрь 1962 года, бизнес у Заславских и Розвового шел как нельзя лучше, но 22 ноября 1962 года Заславский узнает страшную новость: Розвового снова арестовали правоохранительные органы и идет следствие.

Опасаясь обыска, Заславские забирают из собственной квартиры все золото и накопленные преступным путем деньги и просят свою дальнюю родственницу Кордонскую Хаю — Суру Иделевну спрятать в своей квартире сумки, набитые золотом весом 3 кг, и десятками тысяч рублей.

Как и при первом аресте, Розвовый упорно скрывал имена преступников — подельников. Его осудили на 8 лет лишения свободы общего режима. Но молчание Розвового не спасло Заславских, — их сдал скупщик золота Беренштейн A. E., которого также «приняли» работники КГБ.

После ареста супруги Заславские признались в своих преступных деяниях и следователи узнали, у кого хранятся драгоценности и деньги и в каком количестве.

Прибыв с санкцией на обыск квартиры Кордонской, милиционеры обнаружили и изъяли всего лишь 200 граммов золота и 1000 рублей, что совершенно не соответствовало показаниям Заславских.

Кордонская утверждала, что Заславские попросили ее оставить на недолгое хранение сумку, так как они куда-то уезжают и не хотят оставлять сумку дома. Что находилось в сумке, она не знала до обыска и даже не подозревала о каком-то криминале.

На очной ставке с супругами Заславскими их родственница спокойно давала такие же ответы.

Следствие вскоре было закончено, и 18 марта 1963 года под председательством судьи Теслер состоялся суд.

Суд приговорил: Заславского Ефима Моисеевича к 8 годам лишения свободы, его жену — к 1 году и 6 месяцам лишения свободы, а Кордонскую Хаю — Суру Иделевну к 2 годам условного срока, но, очевидно, она на своих дальних родственников Заславских не в обиде, — ведь они ей добровольно обеспечили весьма небедную жизнь.

Глава XII

Домовые — это миф, а «домушники» — реальность

В дореволюционной России квартирные кражи считались низкопробным ремеслом, которым в основном занимались бродяги, нищие и падшие. Уважающие себя воры, преступные группировки не занимались квартирными кражами, так как в тот отдаленный период хозяева хранили свои деньги в банках, считая это наиболее надежным способом сохранения денег. Но начиная с 50–60-х годов, домушники получили в почетный ранг преступного мира. Милицейская статистика свидетельствует, что каждая вторая кража индивидуального имущества совершается из квартиры. Опытный «домушник» совершает «скок» не чаще одного-двух раз в месяц. Это объясняется серьезной подготовкой к краже.

Сначала вор выбирает «объект» благодаря наводчику, который все «слышит и видит». Хотя и самому вору порой достаточно взглянуть на входную дверь, чтобы выбрать подходящую квартиру. Конечно, квартиру с бронированными солидными дверями взять труднее, но шкурка выделки стоит.

Часто наводчики используют так называемый хоровод или «лохотрон»: расклеивают в подъездах объявления следующего содержания: «Уважаемые жильцы! 16 ноября будет проводиться дезинфекция мусоропровода от грызунов и насекомых». Далее жильцам предлагается обработать входные двери и отдушины имеющимися средствами от тараканов. 16 ноября наводчик (обычно молодая симпатичная девушка) ходит по квартирам и повторяет объявление. Такая процедура никого не удивляет: жильцы предупреждены заранее. Минутного разговора и мимолетного взгляда на дверное устройство достаточно, чтобы определить финансовое положение семьи, тип входных замков, наличие сигнализации ит. п.

Выбрав «объект», «домушник» устанавливает наблюдение. По адресным данным вычисляет номер телефона; слежка и опрос дают сведения о составе семьи, наличии домашних животных, режиме рабочего дня и т. д.

Первый способ проникнуть в квартиру — подбор ключей или отмычек, называемых в блатной среде «мальчиками». В последние годы, однако, появились замки, открыть которые с помощью отмычки и «чужих» ключей почти невозможно. Второй путь — взлом. Известны случаи, когда толстую металлическую дверь взламывали домкратом, способным поднять до пяти тонн. Им же можно разрушить и стену. Наконец, существует возможность проникновения через форточки, окна и балконную дверь. Этим промышляют «очкисты» или «форточники». Часто добычей «домушников» становится квартира, оставленная без присмотра на несколько дней или недель. Достаточно проследить за окнами в вечернее время, почтовым ящиком или показаниями электросчетчика, чтобы вычислить, есть хозяева дома или нет. Хотя профессиональных воров присутствие хозяев не смущает. Кражу, которая зовется «С добрым утром!», совершают на рассвете, когда сон хозяев особенно крепок.

Похищенные вещи воры сдают барыгам — скупщикам краденого, которые сотрудничают не только с домушниками, но и с другими похитителями частной собственности.

Квартирные воры старой закваски, в отличие от «отморозков», которые совершают вооруженные разбои, избегают осложнений и к насилию стараются не прибегать.

Кражами из государственных учреждений — магазинов, сберкасс, бухгалтерий и т. п. — занимались «шнифера» и «медвежатники». Обычно их интересовали сейфы, которые «медвежатники» открывали отмычками, а «шнифера» — путем взлома. Охотники за сейфами работали как в одиночку, так и группами. В группе «шниферов» имелись строго специализированные специалисты: по отжиму наружных дверей, сбыту похищенного, взлому денежного хранилища, стоящие на «шухере», сбытчики краденого, хозяева «малин» и др.

Сегодня профессии «шнифера» и «медвежатника» уже не считаются такими хлебными, какими они были в недалеком прошлом. Технические средства опережают их мастерство. Многие фирмы стремятся хранить наличную выручку вне офиса — в банках, специальных камерах хранения и т. п., нанимают охрану или же приобретают такие сейфы, которые фомкой или отмычкой не вскроешь. Но воры не опускают рук, обзаводятся автогеном и караулят учреждения попроще. Правда, в настоящее время каждый крупный специалист-«медвежатник» на особом учете, они являются международными ворами и сведения о них имеются в Интерполе.

Весной и летом крадут больше. В городах любимое «воровское время» с 12 до 16 часов, когда жильцы на работе. В сельской же местности дома обворовывают в основном в выходные дни и по вечерам: хозяева занимаются огородами и хозяйством.

Наши дома словно созданы для воровства. Все двери открываются внутрь — выбивать ногой очень удобно. Даже газовые трубы строители с некоторых пор прокладывают прямо под окнами на уровне второго этажа, провоцируя тем самым «домушников» проявить скрытые до поры цирковые способности. Часто встречаются воры, ранее бывшие спортсменами либо цирковыми актерами, а также монтажниками, имеющими опыт работы на высоте.

Настоящий профессионал к серьезной краже готовится несколько недель или даже месяцев. Группа поддержки обычно состоит из 3–4 человек, в нее обязательно входит наводчик — иногда ему достается чуть ли не пятая часть похищенного. Но на наводчика накладываются тяжелые и наказуемые в воровском мире за неисполнение обязанности. Так, он несет ответственность за наличие ценностей в квартире. Если наводчик «продает» квартиру двум или трем группировкам воровство ценностей квартиры не состоится, а наводчику это стоит крупной суммы, а иногда и жизни. Профессионалу желательно обнаружить в квартире приличную сумму денег, ювелирные изделия, шубы, видеотехнику, антиквариат. Воры давно смекнули, что фантазии граждан обычно хватает лишь на то, чтобы спрятать деньги в белье, под матрас, в банку с крупой, в холодильник или в платяной шкаф, а золотишко — в сервант, в чашечку от сервиза. Поэтому найти все, что нужно, для воров не проблема.

Группу стараются укомплектовать и мастером, который хорошо разбирается в современных замках и сигнализациях. Все это требуется только для хорошо защищенных квартир. Обычных граждан обворовывают с помощью банального подбора ключей, поскольку замки у нас у всех в принципе одинаковые.

Очень часто в квартиры залезают не профессионалы-воры, а наркоманы. У человека, сидящего на игле, все нравственные понятия быстро трансформируются в один глобальный вопрос: где взять денег? Почерк воров-наркоманов особый, и уголовный розыск быстро определяет их. Наркоманов вычислить и задержать не представляется особо трудным. Им всегда нужны деньги «на дозу» и они попадаются значительно быстрее, чем профессиональные воры. Еще воруют подростки, даже дети — «чтоб жить красиво». Эти метут все подчистую, чтобы сплавить потом за бесценок, «заработав» на «Макдоналдс» и на клей «Момент». Часто их привлекают надело воры-профессионалы. Иногда малолетки готовы ради воровской романтики предать собственных родителей.

Главное для воров-форточников — иметь подходящую комплекцию. Их «наводчики» — рамы. Если окна пластиковые, значит, уровень благосостояния в квартире достиг подходящей отметки.

«Воздуховодчики» работают в основном в новостройках, с их конструктивными особенностями. Злоумышленники сдвигают с места вентиляционный короб, расположенный на крыше дома, и спускают вниз, по узкой трубе, человека на веревке. Достигнув квартиры, вор видит перед собой решетку вентиляционного отверстия — ту самую, которая установлена в каждой кухне. Он практически у цели. Остается обрезать гидравлическими ножницами арматуру, на которую налеплен алебастр возле отверстия, и ногами выдавить решетку. Если это подросток и силенок у него маловато, то ему придется в этой трубе еще как следует раскачаться. Добычу вор передает наверх своим, также с помощью веревки. В основном подобные кражи совершаются на последних этажах, но теоретически возможны и на других. В домах более ранних серий вентиляционные отверстия прорублены в несущей стене, которую, понятно, не выдавишь.

Воры-«шнифера» проникают в помещения абсолютно нетрадиционными способами. Чаще всего это случается в центре города — там, где живет элита, хорошо защищающая свои квартиры. И чтобы обвести вокруг пальца искушенных жителей центра, жулику приходится потрудиться. Например, в одну из богатых квартир в центре города залезли из подвала, проломив пол. И «умыкнули» целый сейф с деньгами. В другом случае на ул. Тираспольской проломили крышу на третьем этаже, забрав и из квартиры большие ценности. Бывает, что делают проломы на нескольких этажах, одновременно грабя 3–4 квартиры.

Взломщики, или «скокари» обвешаны разными инструментами: «фомками», рычагами, мини-домкратами и отмычками. А в свободное от «работы» время повышают свою квалификацию, изучая новые конструкции дверных замков. Их не испугает никакая бронированная дверь — в их арсенале есть пневмокусачки, которые легко расправляются с металлическими деталями. Самая последняя новинка, взятая «скокарями» на вооружение: электронный набор отмычек. Воровской инструмент часто заказывают в Польше. Чтобы верно служить хозяину, он должен быть из очень хорошей стали. В Польшу направляются представители одесской «отрицаловки» для закупки инструмента. Часто в Польше, особенно в Варшаве и Кракове, делаются предварительные заказы на отмычки, выполняемые искусными мастерами.

Работают «скокари» нагло. Если раньше дверь взламывали, предварительно убедившись, что соседей нет дома, или хотя бы заклеивали жвачками или пластилином соседские дверные глазки, то теперь работают невзирая ни на что, но при этом уделяется много внимания «шухеру», на который выставляются специалисты высокого класса, умеющие во время предупредить об опасности, а также отвести подозрение от объекта.

Иногда берут на дело совсем уж шумную пилу — «болгарку», которая бронированные двери перепиливает, как фанерные. Правда, ею пользуются более осмотрительно — совсем уж слепых и глухих соседей найти трудно. В этом случае объект выбирают в только заселяющемся доме. Расчет прост: и соседи еще друг друга не знают, и ремонт делают многие — грохот стоит постоянно.

Стоит рассказать и о ворах-арендаторах. Предварительно вор узнает, где живут одинокие люди, которые, по его мнению, скопили неплохой капиталец: профессор, главбух-пенсионер, бывший директор магазина. Потом жулик звонит в квартиру этого уже немолодого человека и просит сдать ему комнату за очень солидную плату. Прижимистый хозяин, и не думавший раньше ничего сдавать, крепко задумывается. И наконец соглашается — так жулик получает ключи от квартиры. Теперь ему остается только подсмотреть, где хозяин прячет свои сбережения, и остаться дома одному. Таким путем были «поставлены» дома ряда капитанов дальнего плавания и высшего плавсостава, а также ученых, бывших работников торговли и директоров предприятий. Иногда «домушники» проводят так называемые «жмурки». Они находят обеспеченных пенсионеров, заводят с ними беседы о домовых добрых и злых. Имея возможность добраться до квартиры пенсионеров, они внимательно следят за порядком тут своих подопечных, провоцируют неясные шумы, передвижения мебели, внушают «подопечному», что у него завелся в квартире неблагополучный и сердитый домовой. Уже через ряд бесед «подопечный» начинает верить в наличие домового. Он видит его во сне и наяву, верит в него и когда лишается денег и ценностей, в заявлении в милицию указывает на вора-домового, прося в своем заявлении его разыскать. Опера часто сталкиваются с такими заявлениями пенсионеров и вскоре вычисляют квартирных воров. Правда, для оперов эта процедура сложная, так как после фартовой квартирной кражи воры залегают на дно и их трудно вычислить. В Одессе имеется большая группа сотрудников городского УГРО, руководимая такими видными специалистами, как полковники милиции А. И. Михайлюков и А. П. Карабечан, владеющими методиками раскрытия подобных преступлений. Время криминальной «романтики», видимо, подходит к концу, но воры-«домушники» остаются. Так что милиции работы хватает.

Глава XIII

Террор и Южная Пальмира

Террор — это акт насилия, направленный на устрашение широкого круга лиц, правительств и целых государств.

Мало кому известно, что один из истоков терроризма — Российская империя. Во имя торжества призрачной свободы революционеры без суда убивали мирных граждан. Их не волновали судьбы людей, которыми они жертвовали во имя революции. Но по меткому выражению Бисмарка, «революцию готовят идеалисты, делают фанатики, а плодами пользуются негодяи». Это может подтвердить история терроризма в Одессе.

В 60-х годах XIX столетия в Лондоне, Женеве, Берлине, Цюрихе появились анархисты, часто выходцы из Одессы, которые готовились к возвращению в Россию для подготовки революции. Причем одесские анархисты принимали самое деятельное участие в террористических акциях 1892–1900 гг. в США, Италии, Франции, Австро-Венгрии, Испании. Террористы воспринимали смерть как инструмент революционной пропаганды и классового устрашения правящих партий. Они сознательно шли на смерть, так как в тот период идея жертвования собой во имя революции была очень модной и восторженно воспринималась, особенно среди интеллигенции. Террористы-смертники относились преимущественно к самым низшим и недостаточно образованным слоям общества.

В 1906 году И. Покатилов из бедной одесской мещанской семьи был повешен по приговору суда за убийство директора Южнорусского общества печатного дела Кирхнера. Повешенные по приговору суда руководители террористов Одессы С. Борисов, X. Молчанский, О. Таратута происходили из бедняков, но их руководители-теоретики князь Кропоткин, Бакунин и другие были выходцами из привилегированных классов и не нуждались в деньгах. Очень часто финансирование терактов происходило за счет государств, имеющих претензии к Российской империи (Япония, Германия, Австро-Венгрия). Террористические акты анархисты нередко театрализировали. Они прятали свои лица под черными масками и упивались «романтикой смерти». По мнению идеологов терроризма, он должен был подтолкнуть народ к массовой кровавой расправе.

В Одессе и в других городах Российской империи появились террористы-безмотивники, которые убивали всех хорошо одетых людей. С помощью таких безмотивных актов террора они пытались запугать и расшатать империю. Их руководитель Леон Тарло был повешен в Одесской тюрьме по приговору суда.

Столицами терроризма в России были не Санкт-Петербург и Москва, а крупные промышленные центры на окраинах империи (Одесса, Днепропетровск, Донецк, Кривой Рог и др.).

Быстрый рост городов приводил к появлению бедных и необустроенных районов, в которых процветали злоба и зависть к сытым обитателям, что приводило к развитию терроризма, подстрекаемого и финансируемого его идеологами. Многие террористы исповедовали принцип «грабь награбленное», прикрывались цветистыми лозунгами освобождения рабочего класса. Однако террор никогда не приводил с победе.

Прийдя к власти, П. А. Столыпин объявил войну террору в России. Столыпинские «галстуки» опоясали всю Российскую империю, и хотя «тройки» Столыпина отправили на виселицу всего 6900 человек, террор в России на время прекратился. Он понимал, что без финансирования террор обречен на неудачу. Поэтому и направил свои усилия на борьбу не только с забитыми и запропагандированными деклассированными элементами, но и с вдохновляющими и финансирующими их странами, противоборствующими России (Япония, Германия, Австро-Венгрия), а также со своими богачами, дающими значительные суммы на революцию.

Так, в Украине были приговорены к смертной казни богатые помещики Лизогуб, Фролов, Неделин. После убийства Столыпина террор в России расцвел вновь с небывалой силой.

Терроризм сегодня мало чем отличается от вчерашнего. Так же рвутся бомбы и взрывчатка, так же гибнут старики и дети. У сегодняшних террористов такая же цель, как и у их предшественников, — запугать людей, правительства, расшатать устои государства, ослабить его экономику. Разве прицельные удары летчиков-смертников по торговым многоэтажкам и Пентагону в США, в результате которого погибли свыше 6 тысяч человек, не являются примером массового сегодняшнего терроризма? Разве террор в Испании, Индонезии, Таиланде, Израиле, Англии, Индии, Египте, Афганистане не затрагивает интересы и судьбы ни в чем неповинных граждан?

В Украине до сих пор терроризма не было. Но Крым в будущем может стать одним из источников мусульманского терроризма. Пока в Крыму татарское население малочисленно и не подвержено мусульманскому фанатизму, человеконенавистнической пропаганде. Турция давно смирилась с потерей Крыма со времен Екатерины Великой. Пропаганда самостоятельности Крыма под эгидой Турции ведется в самом зачаточном состоянии, но будоражит татар. Выселение татар из Крыма также ударило по самосознанию татарской интеллигенции, рвущейся к власти пока под знаменами борьбы с Россией, которую они обвиняют во всех своих бедах. Было бы неверным и даже опасным развивать татарский национализм в угоду противостояния русским, проживающим в Крыму. Вспомним историю. Когда запорожские казаки из разогнанной Екатериной II Запорожской Сечи устремились за Дунай, они были радушно приняты турецким султаном и расселены в турецких владениях. Они жили и на территории нынешней Одессы, но когда русские войска под командованием Суворова и Потемкина устремились к крепости Хаджибей, предшественнице Одессы, запорожские казаки, которых здесь было немало, изменили пригревшим их туркам и помогали русским под предводительством Дерибаса овладеть землями, названными впоследствии Новороссией.

Турция в настоящее время не настраивает татар против Украины и России, Правда, обстановка в Крыму может стать через 40–50 лет взрывоопасной.

Известно, что на вершинах Ай-Петри были зарегистрированы базы подготовки террористов, но быстро ликвидированы украинскими спецслужбами. Однако в Украине при неумелой национальной политике и при недостаточном заслоне против террора могут возникнуть террористические группы. Поэтому и Украина должна, с моей точки зрения, войти в федерацию стран, противодействующих террору, и ее спецподразделения активно должны участвовать в борьбе с террором.

В конце 2002 года спецслужбами СБУ совместно с милицией Одессы была обнаружена и арестована группа «комсомольцев-террористов» в количестве 11 человек. Возглавлял эту преступную группу, на счету которой несколько убийств, пятеро тяжелораненых, ограбление магазинов, ломбардов, сберегательных касс, бывший первый секретарь Одесского обкома комсомола Яковенко. Постепенно подобрав преступную группу из одесситов, москвичей и даже жителей Башкирии, прикрываясь цветистыми фразами о борьбе с олигархами и «преступным украинским правительством», эти бандиты вовлекали в свою преступную банду даже несовершеннолетних мальчиков и девочек из ПТУ, которых именовали пионерами и заставляли принимать активное участие в ограблениях. Все награбленные деньги и ценности оседали в самой преступной группировке. Архивы Одесского областного апелляционного суда свидетельствуют, что «красные бригады» принципом экспроприации экспроприаторов пользовались исключительно в своих интересах, а их призывы к революции оказались удачной приманкой для недовольных своей жизнью маргиналов. Во время судебных разбирательств пикеты протестующих коммунистов и комсомольцев выкрикивали бранные слова в адрес судей, городских властей, но тут же стихли и свернули свои знамена, когда на суде было доказано, что эта банда не идейная, а уголовная, замешанная в ряде убийств ни в чем неповинных одесситов и жителей Николаева. Примером ее деятельности является ограбление ломбарда «Локом» на проспекте Глушко. Члены банды Зинченко, Алексеев, Данилов проникли в помещение ломбарда и заставили охранника, кассира, приемщицу и ее малолетнюю внучку лечь на пол и не оказывать сопротивление грабителям, а Алексеев выстрелил из обреза в охранника и ранил его в правое бедро.

«Комсомольцы» в этой экспроприации разжились на «астрономическую» сумму в 273 грн. Завладев этими деньгами, обличители олигархов попутно ограбили приемщицу, завладев ее часами и личными деньгами.

Эта преступная банда совершала ограбления в магазинах «Світ» на ул. Космонавтов, «Консул» на ул. Королева, «Продовольственные товары» на ул. Гайдара.

Террористы прошлого и настоящего имеют самую главную цель — личное обогащение, прикрытое высокопарными фразами.

Террор, который в настоящее время набирает силу во многих странах, должен быть уничтожен, пока он не превратился в реальную угрозу миру и демократии.

Часть вторая

ЭПОХА СТАГНАЦИИ

Глава XIV

Встать, суд идет!

Уголовные дела, рассматриваемые Малиновским судом города Одессы, свидетельствуют о том, что период правления Андропова — Черненко — Горбачева характеризовался главным образом массовостью уголовных преступлений, связанных с бедностью и утратой моральных качеств строителей коммунизма. Хрущевская эпоха породила неверие народных масс в возможность окончательной победы социализма во всем мире. Несмотря на тоталитарный режим, большое количество партийных чиновников выезжало в дальнее зарубежье. Это позволило даже среднему классу познать преимущество частной собственности. Туристы набивали чемоданы товарами, доселе невиданными в СССР. Почти вся наша огромная страна была одета в куртки польского и чешского производства, в туфли и сапоги Чехословакии и Германии. В этот период появилась и безработица. Стали закрываться предприятия, люди оставались без средств к существованию. И тогда наша страна из социалистической превратилась в спекуляционную. Появился даже анекдот. На вопрос: «Где ты работаешь?» отвечали: «Я не работаю, я живу».

Участились случаи совершения краж государственного и частного имущества. Появились преступные группировки. Началась массовая преступность как мелкая, так и крупная. А самое главное — полное моральное опустошение граждан. С одной стороны, наступление Андропова на частную жизнь всех до единого граждан огромного СССР, вплоть до проверки документов в кинотеатрах, а с другой стороны, молчаливое согласие населения на действия диктатора, который так и не поднял благосостояние народа. Сколько тогда людей пострадало!

В начале 80-х годов судам Одессы было дано указание: за мелкие преступления не лишать свободы, а перевоспитывать. Таких осужденных направляли на так называемую «химию», то есть на стройки или производства страны, где они как бы перевоспитывались трудом. Но начальство «химии» на этом грело руки. Там взимали взятки с преступников в зависимости от преступления и отпускали осужденного домой.

Малиновским судом были направлены «на химию» Лещинский Г. П. за кражу имущества гражданки Ременской, Венгер И. Л. и Гордиенко А. А., занимавшиеся хищением личного имущества у несовершеннолетних, Филипповский В. К. за спекуляцию и другие. Кража госимущества каралась более жестоко. Под председательством судьи В. А. Минхсус было рассмотрено дело № 22–702 от 1985 года. Осужденный Берекет И. В. за кражу госимущества и вымогание взяток у ранее осужденных получил 8 лет лагерей. За кражи автомашин группа угонщиков во главе с Геленко С. П. получила 8 лет лагерей.

Бандитская Одесса. Бандиты времен стагнации

Судья М. Л. Ганзий выносит подсудимой Шатохиной А. А. за кражу личного имущества граждан в крупных размерах решение о взыскании 20 процентов от зарплаты в пользу государства. 10 декабря 1985 года он же рассматривает дело о краже четырех килограммов натурального кофе и определяет подсудимому Кочкину А. два года исправительных лагерей. Особенно суды карали за кражу в рабочих столовых. Как правило, слушание таких дел проходило с привлечением рабочих. Такому суду подверглась реализатор столовой № 7 СРЗ г. Ильичевска Конюхова Л. И., которая постоянно завышала цену на реализуемые продукты. Она получила два года в НТК.

Иногда некоторые обвиняемые вели себя нагло, заявляя суду, что без краж они не могут вести достойную жизнь, так как их зарплата настолько мизерная, что не позволяет оплатить проживание в квартире. Три года ИТК получила Гемерлянова Ф. Д., которая в Одесском аэропорту похитила золотую цепочку у гражданки. А за хранение и ношение огнестрельного оружия без разрешения была особая статья. Так, в 1985 году Тодоров В. В. был осужден на два года лишения свободы за хранение охотничьего ружья без разрешения. Такой же срок получил Голубенко А. Д., который вовремя не сдал найденный им пистолет, хотя он был без обоймы и с неисправным механизмом.

С 1985 по 1988 год все суды города, в том числе и Малиновский, были завалены по указанию прокуратуры делами на должностных лиц, работающих директорами магазинов и баз. Это было связано с тем, что дефицит продовольствия и промтоваров в эти годы достиг больших размеров. Система решила показать, что дефицит товаров связан главным образом с нечестными гражданами, занимающими руководящие посты в торговле. Так, 10 декабря 1985 года под председательством судьи А. П. Тюпало были осуждены к большим срокам пребывания в лагерях Евдак А. П., зав. магазином № 53 Одесского объединения «Промтовары» и Ионова Л. А., зав. секцией магазина № 56 за продажу дефицитных товаров по завышенным ценам. К длительным срокам заключения по этой же статье были приговорены Небата А. E., Грищин И. И., Мокряк И. В. и другие.

В период правления Андропова прошли громкие процессы по делу ректоров вузов. Особенно карающий меч коснулся кавказских республик, Средней Азии, Украины и Белоруссии. Одессу не миновала эта участь. Этот меч был занесен над преподавателями технологического, холодильного, сельскохозяйственного институтов за злоупотребление служебным положением и взяточничество. В этой связи выделялись люди еврейского происхождения, которые якобы злоупотребляли властью, доверенной им народом. Таким образом, искусственно нагнетался великодержавный шовинизм, направленный против малых народов.

В период с 1976 по 1978 год по всему СССР прошли массвые процессы, связанные с медицинскими вузами. На скамью подсудимых сели ректоры мединститутов Запорожья, Тернополя, Днепропетровска, Харькова, Луганска якобы за взяточничество. Так, например, против ректора Запорожского мединститута Токаренко И. И., сына донецкого шахтера-забойщика, было сфабриковано дело по взяточничеству. Когда работники органов прокуратуры и милиции пришли к ректору Ивано-Франковского мединститута, профессору, видному исследователю медицины Г. А. Бабенко, который в годы войны, удучи 24-летним молодым человеком, возглавлял крупные партизанские соединения в Донецкой области, то даже ему было трудно отбиться от наседающих чиновников правоохранительных органов. И только высокий профессионализм и честность профессора Бабенко позволили ему удержаться на своей должности. То же самое произошло и в Одесском мединституте, в то время возглавляемым потомственным медиком профессором Сергеем Ивановичем Корховым. Все эти процессы нужны были «отцам города» для того, чтобы показать свою партийную принципиальность. Даже правоохранительные органы и законодательство были поставлены на службу партийному руководству.

В архивах Малиновского райсуда имеются материалы о хулиганских случаях. Так, спортсменка Одессы И. А. Селиванова, мастер спорта по стрельбе, проявив халатность, забрала свое оружие (винтовку) из тира домой. Пришедший вечером с работы ее супруг, разгоряченный парами алкоголя, воспользовался оружием супруги и начал вести прицельную стрельбу по окнам соседнего дома. Напуганные соседи вызвали милицию. Разбушевавшийся хулиган и его супруга были отправлены в Малиновский райотдел милиции.

Уже с 1990 года появляются организованные банды преступников, которые совершают разбойные нападения. Они являлись прообразами крупных банд, захлестнувших Одессу с начала 90-х годов. Так, 30 марта 1990 года в Малиновском суде под председательством судьи А. П. Целуха слушалось на открытом судебном заседании дело Марченко Н. И., Помазанова В. В. и Ершова А. А. Подсудимые не были одесситами, а являлись жителями Таганрога, Армавира и Мариуполя. С 1979 года они нигде не работали, вступали в предварительный сговор с целью совершения разбойных нападений. В эту группировку входил водитель Гавронский В. А. с машиной ВАЗ. Преступная группа совершила разбойное нападение на улице Генерала Петрова на гражданку Горменеву и забрала ценности на сумму около 9 тысяч рублей. В апреле 1980 года они ограбили А. Л. Полыванного на сумму 7 тысяч рублей. Следствием установлено, что Марченко, находясь в местах заключения, несколько раз пытался совершить побег, в СИЗО напал на контролера В. Ф. Янчика и металлическим прутом нанес ему телесные повреждения. Будучи опытными преступниками, Марченко, Ершов и Памазанов пытались в суде отрицать свое бандитское причастие к этому делу, однако были разоблачены судебными органами. Огромный материал дела (свыше 500 страниц) свидетельствует, с какой тщательностью милиция, прокуратура и судебные органы провели разбор этого дела. Все подсудимые получили от 10 до 15 лет лишения свободы.

Анализ рассматриваемых нами дел свидетельствует о высокой принципиальности и тщательности разбора дел судьями Л. Г. Личман. М. Л. Гандзиб, А. П. Целух, А. П. Тюпало.

Часто преступники Одессы имели связи с другими преступниками из городов бывшего СССР. При рассмотрении дел цепочки тянулись в Астрахань, Мурманск, Хабаровск и даже во Владивосток. Так, 21 марта 1990 года в Малиновском суде слушалось дело Кислинского А. Ф. (старшего преподавателя инженерно-строительного института) и Бобровой И. Н. И хотя в деле фигурировали 200 банок лососевой икры, суд определил им наказание в виде штрафа с конфискацией товара. Суд, по-видимому, вынес мягкий приговор в связи с тем, что Боброва имела трех малолетних детей.

Мошенники в Одессе были всегда. Представляет интерес дело № 1–44 от 26 марта 1990 года, слушавшееся под председательством судьи Тюпало А. П., по обвинению Ничепорук А. А., Сахаровского E. Н. и Федорова Н. А., которые ранее были осуждены и бежали из ИТК г. Кирова. С 1986 по 1990 год мошенники действовали на территории Одессы и области. Они приезжали с подложными документами и получали деньги в госучреждениях. Иногда они выступали в роли инкассаторов. Но особенно интересные эпизоды, не имеющие ранее аналогов в Одессе, — это действия преступной группы в Доме мебели на площади 50-летия СССР (ныне Независимости). Один из преступников, Сахаровский, похищал с прилавка отоваренный чек на большую сумму денег, затирал на нем дырку от прокола, а другой преступник (либо Федоров, либо Нечипорук) получал товар, который он тут же браковал и получал из кассы деньги. Следователи Малиновского уголовного розыска, а также судья, ведущий дело, тщательно изучили дело и особенно отметили роль работников магазина В. И. Бондарчука, С. А. Попова, которые приняли активное участие в задержании организованной банды мошенников. Все преступники получили большие сроки тюремного заключения. Так закончилась деятельность этой банды.

Глава XV

Черная зависть

Жизнь Гришико Николая Петровича была очень тяжелая, ведь он не мог спать ночами, завидуя то соседу, то товарищу по работе, то просто незнакомому человеку в красивом дорогом костюме.

Он работал газоэлектросварщиком в Ильичевском быткомбинате и постоянно жаловался на нехватку денег. Его лучший друг, Богурский Г. Г., всячески пытался помочь Гришико, находя ему дополнительный заработок на различных предприятиях города Ильичевска. Но у Гришико «руки к работе не доходили», он хотел денег много и сразу и без особых усилий.

Когда у Богурского поломался автомобиль «Москвич», он предложил другу отремонтировать его, но не по-дружески, а за определенную плату. Гришико нехотя стал искать причину поломки и, чтобы избавиться от работы, придумал множество необходимых запчастей для ремонта автомобиля, рассчитывая, что у друга не окажется денег для покупки. Но, к большому удивлению Гришико, Богурский сказал, что снимет деньги со счета и купит нужные детали.

Гришико вернулся домой, и черная зависть не давала ему покоя. Он все гадал, какими путями его друг сумел заработать и отложить деньги, и после ночных раздумий решил завладеть деньгами лучшего друга, придумав коварный план.

На следующий день он пришел к Богурскому, еще раз сделал диагностику машине и написал на листе бумаги множество деталей и запчастей, необходимых для ремонта автомобиля, приблизительно прикинул их стоимость, в несколько раз преувеличив действительную. После он подошел к другу и показал лист-прейскурант. Богурский посмотрел список нужных автодеталей, их цену и взялся за голову, но «заботливый» товарищ успокоил его, сказав, что у него в Киеве есть хорошие знакомые, которые по дешевке продадут ему все нужные запчасти, а для поездки в столицу он возьмет автомобиль своего тестя, так как у него есть доверенность на вождение. Радостный Богурский поблагодарил друга и пригласил его остаться на ужин, за которым они обговорили все детали поездки.

На следующий день, 14 апреля 1990 года, Богурский отправился в Ильичевскую сберкассу, где снял со своего счета 800 рублей.

Утром 21 апреля 1990 года Богурский приготовил в поездку продукты, термос с ароматным кофе, необходимые вещи и терпеливо стал ждать своего друга. Гришико приехал к нему к обеду, и они поехали в сторону Киева на машине марки М-2140, хозяином которой являлся тесть Гришико, Таможейский Ю. Ф.

Следуя по трассе Одесса-Киев, на территории Таликовского района Черкасской области Гришико предложил Богурскому стать где-нибудь в тихом месте и перекусить, на что тот и согласился. Они заехали в лес, расположенный на землях колхоза им. Котовского (село Тихий Хутор) и на маленькой поляне остановились. Богурский вышел из машины и стал из дорожной сумки выкладывать приготовленные с утра бутерброды и наливать в стаканы горячий кофе. Пока Богурский занимался едой, Гришико достал из багажника машины молоток, подошел нему сзади и нанес молотком 9 ударов по голове друга. Богурский скончался на месте от открытой черепно-мозговой травмы.

Убийца собрал все разложенные продукты обратно в сумку, вынул из кармана пиджака убитого 800 рублей, а труп затащил в лесной тупик недалеко от места преступления. Гришико вернулся к машине и направился обратно в Одессу. По дороге он выбросил сумку Богурского в кювет, а термос — в водоем. Поздно вечером убийца прибыл в Одессу с 800 рублями в кармане, «запачканными кровью» убитого друга.

Время шло. Правоохранительные органы Одессы и Ильичевска разрабатывали все возможные варианты, но следствие ни к чему не приводило. Убийца спокойно гулял на свободе, не каясь в содеянном.

Безнаказанность за совершенное преступление, быстро приобретенные деньги и черная зависть к чужим успехам послужили толчком для разработки нового преступного плана.

В конце августа 1990 года в разговоре с сотрудником гор-быткомбината, оператором студии звукозаписи Козыком Ю. В., Гришико узнает, что тот собирается приобрести для себя новый грузовой автомобиль. У преступника тут же возникает злой умысел, и он придумывает историю, что его родственники, которые проживают в городе Олевске Житомирской области, якобы по льготной цене могут приобрести автомобиль, но нужной суммы у них для приобретения машины нет, и они ищут покупателя. Козык решает, что это для него отличный вариант и соглашается купить автомобиль у родственников Гришико. 5 сентября 1990 года Гришико говорит Козыку, что созвонился с родственниками и те сказали, что машина будет стоить 2000 рублей, и если эта сумма покупателю подходит, то можно уже выезжать к ним. Доверчивый покупатель соглашается с указанной ценой, хотя на самом деле у родственников Гришико имелся старый, побитый после аварии автомобиль «Москвич» и другого автотранспорта они покупать и не думали.

Перед поездкой в Олевск Козык взял с собой 16 370 рублей, из которых 13 370 рублей спрятал за подкладку своего пиджака, а во внутренний карман положил паспорт, военный билет и водительское удостоверение.

Утром 6 сентября 1990 года Гришико на том же автомобиле «Москвич» марки М-2140, № 90–18 ОД, принадлежавшем его тестю, совместно с Козыком Ю. В. выехал из города Ильичевска Одесской области в город Олевск Житомирской области.

Вечером они приехали в город Олевск к дому тети Гришико. Преступник попросил Козыка подождать его в машине, а он предупредит родственников о их визите. Гришико около дома написал записку, якобы от тети, что она с мужем уехала в Житомир на пару дней, и, даже не заходя в дом, вернулся в машину.

С огорченным видом он показал записку «от тети» Козыку и предложил поехать за родственниками в Житомир, что они и сделали.

Прибыв в Житомир поздно ночью, они уже не стали искать родственников, а остановились переночевать в гостинице. Утром 7 сентября 1990 года Гришико стал возить Козыка по возможным адресам, где проживали знакомые его тети и где она могла остановиться. Каждый раз, подъезжая к дому знакомых тети, Козык ждал в машине, пока преступник узнавал, есть ли в гостях его родственники. К обеду Гришико сказал Козыку, что он проверил все возможные места, и было бы целесообразно вернуться в Олевск и ждать родственников там.

7 сентября 1990 года, примерно в 14 часов, двигаясь по трассе Киев-Коваль по направлению к Олевску, Гришико сказал, что машина стала плохо ехать, и им необходимо остановиться, чтобы выяснить поломку. Убийца свернул в 62-й квартал Радовельского лесничества и остановился в сорока метрах от трассы в лесу.

Гришико вышел из машины, открыл капот и якобы стал выполнять ремонтные работы. Затем он попросил Козыка залезть под машину и проверить, все ли детали там исправны. Козык снял пиджак и принялся за работу.

Пока Козык находился под машиной, убийца вынул из багажника туристический топорик, специально купленный в Ильичевске, взятый им в дорогу как оружие убийства. Когда Козык вылезал из-под машины и еще не успел подняться, Гришико наступил на него ногой и стал наносить удары топориком по голове Козыка, причинив ему открытый перелом черепа. Однако раненый стал оказывать сопротивление, сумев вырваться из рук убийцы. Козык изо всех оставшихся сил стал убегать, но преступник догнал его и стал наносить удары топором по всему телу. Козык сумел выбить из рук Гришико топорик, и, пока тот побежал за орудием убийства, мужчина добежал до трассы, истекая кровью, и остановил проезжавшую мимо машину.

Гришико, увидев, что жертва скрылась, оставил в лесу машину и, забрав оставленный пиджак Козыка, с места преступления сбежал.

Козыка в тяжелом состоянии привезли в Олевскую центральную районную больницу, и, благодаря мастерству и оперативности врачей, его жизнь была спасена.

С сентября по декабрь Гришико находился в Ташкенте, где некоторое время неофициально работал в ТТУ, а с января по май 1991 года проживал в Казахстане, работая на различных предприятиях. Почти год спустя после совершения тяжелых преступлений Гришико возвращается на Украину, считая, что опасность быть задержанным правоохранительными органами миновала. Но, все еще немного опасаясь, в квартиру свою он не вернулся и с мая по сентябрь 1991 года проживал в шалаше возле города Ильичевска. Когда убийца узнал, что следствие продолжается и он объявлен в розыск, переехал в город Днепропетровск и неофициально работал в тире ДОСААФ, проживая в общежитии.

И только 22 февраля 1992 года хладнокровный преступник, который жестоко убивал своих знакомых только из чувства зависти и ради собственной наживы, был задержан органами внутренних дел.

Судебная коллегия приговорила Гришико Николая Петровича к 15 годам лишения свободы.

Глава XVI

Шайка Згамы

Згама Яков Никифорович с первых же дней своего знакомства со Скумбрием Григорием Павловичем, Кобзарем Андреем Андреевичем и Стесьмаком Иваном Ивановичем в 1958 году проявил себя как авторитет и активный лидер, взяв все под свой контроль. Згама не только организовал свою банду, но и обеспечил ее всем необходимым: оружием, «рабочей» одеждой и «блат-хатой».

Лидер бандитской группировки перед тем, как начать преступные деяния, у всех членов банды воспитывал такие качества, как собранность, хладнокровие, выдержанность, а главное — преданность их делу и полное повиновение главарю.

Узнав всех поближе, Згама, учитывая индивидуальные склонности и качества каждого, распределил соответствующие роли всем членам банды при преступных деяниях группировки. Они отличались особой сплоченностью, четкой спланированностью действий, дерзостью и наглой уверенностью в себе.

В распоряжении банды были финские ножи, кастеты, а у главаря — боевой пистолет системы «Вальтер» и 8 патронов к нему.

Бандитская шайка на протяжении февраля — июня 1958 года совершила налеты на магазины сельпо Беляевского райпотребсоюза и государственные учреждения, во время которых совершались крупные хищения государственного и общественного имущества.

Кроме того, за это время ими были совершены налеты на Беляевский народный суд, на магазин № 3, находившийся на хуторе Кагарлык, Яськовского сельпо, на магазин № 9 на хуторе Доброжалы, на магазин Петродолинского совхоза, откуда ими было похищено значительное количество товарно-материальных ценностей. Згама перед налетами тщательно планировал преступление, распределял роли между членами банды и всегда выбирал ночное время, проникая в здания путем взлома запоров и замков с применением технических средств.

В народный суд Беляевского района Одесской области бандитская группировка приникла путем пролома окна. В кабинете судебного исполнителя они вскрыли ящики стола и двери канцелярского шкафа и похитили оттуда 100 рублей государственных средств, а также сапоги, модельные туфли и охотничьи патроны, принадлежавшие работникам суда.

Бандитская Одесса. Бандиты времен стагнации

После этих действий, как и любые преступники, ненавидя правоохранительные органы, закон и правосудие, члены банды вскрыли в канцелярии народного суда шкафы и уничтожили все уголовные и гражданские дела, а в кабинетах судей сломали сейфы, разбросали судебные дела, после чего подожгли их и скрылись с места преступления.

В результате пожара, учиненного преступниками, была уничтожена вся документация судопроизводства народного суда за 1956–1957 гг, чем причинен большой ущерб не только государству, но и мирным гражданам, которые решали свои проблемы путем судебного разбирательства. Также пожаром в народном суде было повреждено имущество и само помещение суда, в общем был причинен ущерб на сумму 7022 рубля.

Совхоз «Петродолинский» пострадал от рук банды Згамы 24 июня 1958 года.

Преступники приехали в совхоз на велосипедах около 23 часов. Они прекрасно были осведомлены о том, что охранники в совхозе каждый вечер употребляли алкогольные напитки и спали, как младенцы, в сторожевой. Згама ломиком взломал окно с предохранительной железной решеткой товарно-материального склада, а затем с помощью остальных членов группировки похитил со склада пять одеял, полушубок, резиновые сапоги, 20 кг конфет.

Грабители весь товар распределили между собой и увезли на велосипедах по домам.

Совхоз понес материальный ущерб на сумму 1405 рублей.

11 марта 1958 года бандитская группировка совершила разбойное нападение на помещение Беляевского поселкового Совета депутатов трудящихся. Скумбрий подошел к охраннику поселкового Совета и, угрожая ему пистолетом, потребовал у него ключи от замка. Пожилой дедушка-охранник ответил бандиту, что ключей у него нет. Тогда к нему подбежали и другие члены банды, которые без всякой жалости к больному старенькому человеку стали зверски избивать его. Когда охранник, истекая кровью, лежал на земле, преступники обыскали его одежду, но ключей действительно у него не оказалось.

Грабители связали сторожа канатами и засунули ему в рот носовой платок, чтобы тот не кричал и не стонал от боли. Не найдя ключи от входного замка, банда от своего замысла не отказалась, и железным ломом грабители сорвали замок с двери.

В помещении сельсовета группировка похитила 855 рублей государственных средств.

Следующий разбой банда запланировала совершить 15 мая 1958 года на магазин хутора Кагарлык Яськовского сельпо.

Воспользовавшись отсутствием охраны, с применением технических средств члены банды сорвали замки на дверях магазина и пробрались в здание.

Преступники учинили полный беспорядок в магазине и похитили оттуда женские модельные туфли, два рулона дорогого материала, женские головные платки, 12 бутылок «Московской» водки, несколько банок рыбных консервов, папиросы и другие товары. Всего грабители похитили вещей на сумму 2952 рубля.

Вскоре после хищения в магазине села Кагарлык бандитская группировка наметила план ограбления магазина, находящегося на хуторе Доброжаны Васильевского сельпо Беляевского райпотребсоюза. Маленькие магазины на хуторах как нельзя лучше подходили для ограбления, так как охрана отсутствовала, а решетки на окнах и простые навесные замки не были препятствием для грабителей. Кроме того, улицы не освещались фонарями, и ночью, кроме бездомных собак, никто не ходил.

10 июня 1958 года Згама, Кобзарь, Стесьмак и Скумбрий на велосипедах приехали из села Беляевка на хутор Доброжаны к магазину. Они с помощью лома сорвали решетки на окнах, замки на дверях и без особых препятствий пробрались в зал магазина.

Преступники похитили 5 фуфаек, 5 пар женских резиновых сапог, 5 пар женских босоножек, 200 пачек папирос «Прибой», 50 пачек папирос «Север», 20 бутылок «Московской» водки, рыбные консервы.

Магазин понес ущерб от грабителей на сумму 4995 рублей. Но в этот теплый летний вечер им не повезло.

Колхозницы Пухленко Анна и Диденко Мария, задержавшись в гостях, поздно возвращались домой, проходя вблизи от магазина.

Женщины увидели, как четверо незнакомых мужчин отъезжали на велосипедах с большими сумками от магазина.

Колхозницы подождали, пока они исчезнут в темноте, и подошли к дверям магазина. Подозрения их подтвердились: замок на дверях и решетки на окнах были вскрыты — ограбление.

Женщины тут же отправились в милицейский участок и доложили об увиденном.

На следующий день, по горячим следам, банда Згамы была поймана и все ее участники престали перед судом.

Згаму Якова Никифоровича и Скумбрия Григория Павловича суд приговорил к 15 годам лишения свободы;

Кобзаря Андрея Андреевича — к 13 годам лишения свободы, а Стесьмака Ивана Ивановича — к 10 годам заключения.

Глава XVII

Охота за «Зингером»

В 1950-е годы немецкие швейные машинки «Зингер» имели большой успех не только у женщин, но и среди мужчин определенного рода занятий. Молва утверждала, что в некоторых деталях чудо-техники присутствует… платина.

Эти слухи не обошли и Одессу. Предприимчивые люди сразу же прикинули, сколько можно заработать на продаже дорогостоящего металла. Началась настоящая охота за швейными машинками, которые искали везде: на предприятиях, у частных лиц и даже у коллекционеров. В поисках принимали участие и криминальные лица, которые в погоне за наживой не гнушались ничем.

Так, в одну из таких групп вошли Юрий Гонтарь, Владимир Хвелон и другие «джентльмены удачи». Банду возглавил Георгий Платонов, который, отбывая наказание в местах лишения свободы, был наслышан о дорогостоящем «Зингере». Выйдя на свободу, он собрал друзей-преступников, чтобы сообща разработать план поиска швейных машин.

Каждый из членов группы имел свои обязанности: Гонтарь и Веремчук собирали информацию, Хвелон и Чухрий снабжали банду всем необходимым, Холодов был на побегушках. Информаторы узнали, что «Зингер» скорее всего можно найти в маленьких селах за городом, и вскоре отправились в «круиз» по Одесской области. Вернувшись в Одессу, они сообщили, что на хуторе Вишневского проживает гражданка Дячева, у которой имеется вожделенная машинка.

Собрав все необходимое для поездки — монтировки, веревку и т. д., 14 июня 1953 года преступники выехали по указанному адресу. Прибыв на хутор Вишневского, банда стала наблюдать за домом одинокой Марии Дячевой. Дождавшись, когда женщина уйдет на работу, преступники проникли в здание и стали обыскивать комнаты в надежде найти «Зингер».

Действительно, швейная машина стояла на столе в спальне хозяйки. Но, найдя ее, Гонтарь и Веремчук получили от главаря не похвалу, а смачную «оплеуху». Дело в том, что «шпионы» как следует не расслышали названия машинки и потому ошиблись: это был не «Зингер», а «Сингер».

Так как последний не представлял особой ценности, то воры, похитив из дома деньги в размере 670 рублей и телевизор, скрылись с места преступления.

Таким образом, их первая попытка потерпела крах, но не обескуражила преступников.

Спустя несколько дней информаторы сообщили, что вожделенная немецкая машинка была замечена у гражданки Ольги Прут, которая проживала в Одессе в поселке ЗОР. 21 июня банда приехала в поселок.

Проникнув в дом, когда хозяйки не было, преступники снова «обмишурились»: машинки в доме не оказалось. Тогда они похитили дамские часы, демисезонное пальто, золотые серьги и 130 рублей в качестве компенсации за очередное разочарование.

Выйдя на улицу и посовещавшись, они решили, что, возможно, человек, который рассказал о «Зингере», ошибся и машинка все-таки находится по соседству на той же улице Испанской. Проникнув в дом, где проживала гражданка Евдокия Шихранова, воры опять устроили поиск, но машинки снова не нашли. Прихватив с собой 560 рублей, банда беспрепятственно выехала из поселка. Ворованные вещи Хвелон и Чухрий реализовали на рынке, а вырученные деньги поделили между всеми членами группировки.

В начале июля преступная группировка снова направилась на хутор Вишневского, так как было предположено, что «платиновую» машинку можно найти у гражданина Андрея Бури, который являлся родственником Дячевой — первой жертвы воров. Когда хозяин покинул дом и выехал в город, бандиты, разбив окно, проникли помещение. «Зингера» не было.

Следующей жертвой «охотников» стала пенсионерка Смирнова, дом которой был также обворован через две недели. Бандиты похитили телевизор, золотые серьги, массивное золотое кольцо с камнем и деньги — 340 рублей, но машинку, ради которой они, собственно, и шли на злодеяние, не нашли.

Вскоре главарь банды решил совершить преступление один, так как присутствие целой группы могло вызвать подозрение у коменданта общежития, где проживали швеи. Пройдя в здание под видом электрика, Платонов стал поочередно заходить в комнаты: дешевые дверные замки открывались обычной шпилькой. Осмотрев более десяти помещений, преступник был вынужден уйти, так как швеи стали возвращаться домой. Но он покинул общежитие не с пустыми руками: стоимость наворованных вещей составила 2000 рублей.

Так как преступную группировку уже усиленно разыскивала милиция, то Платонов решил, что на следующее «дело» они пойдут только тогда, когда на все 100 % будут знать, где находится «Зингер». Ждать долго не пришлось. Однажды Чухрий примчался к Платонову и радостно сообщил, что точно знает, у кого есть машинка, — видел собственными глазами у родственницы своего знакомого.

В ночь на 14 августа 1953 года преступная группировка с кастетами, ножами и черными масками — чулками на голове ворвалась в квартиру гражданки Елены Ивановой. Угрожая холодным оружием, преступники стали вымогать у хозяйки швейную машину «Зингер» и деньги. Испуганная до смерти женщина указала на нишу в стене, где находился поломанный «Зингер», и старый комод, где она прятала все свои денежные сбережения — 5600 рублей. Открыв нишу, Платонов даже сначала не мог поверить, что перед ним главная цель их «охоты». Опьяненные удачей, бандиты быстро покинули дом, унеся с собой ценный «трофей» и деньги. Но радость оказалась преждевременной.

Шокированная нежданным визитом хозяйка пришла в себя и сразу вызвала милицию. При опросе соседей правоохранители узнали, что бандиты передвигаются на автомобиле «Победа» белого цвета. Преступную группировку Платонова милиционеры «накрыли» по горячим следам в районе Пересыпского моста. Бандиты были обезоружены и арестованы, а ворованные вещи изъяли.

Находясь в КПЗ, Платонов долго не мог осознать, что их задержали именно тогда, когда долгожданная «платина» была в руках и счастье находилось так близко.

Узнали ли они всю правду о «Зингере», теперь не известно. Зато ясно другое: все члены преступной «охоты» оказались осуждены на сроки от 8 до 15 лет.

Глава XVIII

Убийство Лосевой

Уже в 50-е годы в связи с относительным повышением уровня жизни советского общества по сравнению с 40-ми годами участились кражи и хищения государственного и частного имущества в более широких масштабах.

Перед нами дело от 30 мая 1958 года, которое слушалось в областном суде под председательством судьи Л. И. Щебрицкой. На скамье подсудимых — двое закоренелых преступников и их сообщница.

Одессит Владимир Тищенко в местах заключения подружился с одесситом Виктором Никитиным. Это была их не первая отсидка. Свой своего даже в зоне видит издалека. Освободившись из мест заключения, они оба прибыли в свою родную Одессу, но не с целью трудиться с полной отдачей сил на благо общества и исправиться, а наоборот. Сформировав преступную группу, они начали заниматься кражами как государственного, так и личного имущества. Работая в городском фотоателье № 1, Владимир Тищенко уговаривает Никитина совершить там кражу. В ночь на 29 ноября 1953 года компаньоны влезают в ателье № 1 и, взломав топором дверцы двух сейфов, похищают 2230 рублей. Кроме того, они забирают четыре фотообъектива и фотоаппараты «Киев», которые были реализованы Ольгой Тищенко за 80 рублей каждый. Это были большие деньги в те времена.

После удачной кражи аппетиты воров увеличились, и они решили ограбить старуху Лосеву и даже убить ее, так как она, по их мнению, имела золото. В течение месяца Владимир Тищенко старался втереться в доверие к Лосевой, и это ему удалось. После того как он познакомился с Лосевой и стал бывать у нее дома в качестве электрика, он смог изучить все подходы к квартире, месторасположение трех комнат, кухни, туалета и ванны. Ольга Тищенко знала о готовящемся покушении на Лосеву, но не выдала своих сообщников. 29 января 1954 года Тищенко и Никитин подошли к дверям квартиры Лосевой, постучали и на вопрос Лосевой: «Кто?» ответили: «От Оли». Посмотрев в глазок, Лосева открыла дверь и впустила Тищенко и Никитина в квартиру. Во время разговора Никитин обрушил на голову Лосевой несколько ударов молотком. Лосева упала на пол и стала хрипеть. «Добей ее», — распорядился Тищенко, после чего Никитин нанес Лосевой несколько ударов ножом в грудь, отчего она скончалась в страшных муках. После убийства Лосевой Тищенко и Никитин, обыскав квартиру и не найдя ничего ценного, взломали сундук, забрав из него пять отрезов различной ткани и другие вещи. Сложив вещи в чемодан квартирантки Татьяны Коханович, грабители удалились. Впоследствии в чемодане они нашли золотые серьги Коханович, одну 10-рублевую золотую монету царской чеканки и три серебряных полтинника. Об убийстве старухи Лосевой Владимир Тищенко рассказал Ольге Тищенко, которая помогла ему реализовать похищенные отрезы и вещи.

В конце апреля 1954 года Тищенко отправляется на курсы усовершенствования лаборантов-фотографов в Киев. Он срочно вызывает Никитина и договаривается о краже денег и фотоаппаратов из фотоателье № 3, где тогда работал. Для этой цели Владимир дал Никитину ключ от сейфа, который сделал по нему слепок. По сговору участники преступления решили совершить кражу в те дни, когда Тищенко будет находиться в Киеве, и на него не падет подозрение в совершении хищения. Никитин через два дня после отбытия Тищенко в Киев проникает в помещение фотографии № 3, открывает изготовленным ключом сейф и похищает деньги — 1663 рубля 40 копеек. Ольга Тищенко также знала об этой краже, но не донесла об этом органам власти.

После приезда Владимира Тищенко из Киева преступники, которые не были пойманы, полностью распоясались. У Владимира возник план ограбления сберкассы, расположенной на ул. Комсомольской. Проследив за сберкассой в тот день, когда там было много посетителей и, по наблюдению бандитов, люди преимущественно вносили деньги, а не забирали их, они 15 мая 1954 года, взломав дверь сберкассы, ночью с помощью ломиков вскрыли сейф и забрали 48 тысяч рублей, что представляло в тот период значительную сумму. Однако кража государственных денег вызвала быструю реакцию Центрального уголовного розыска Одессы. Соседи видели, как двое людей возились возле двери сберкассы, отключая сигнализацию. Они описали внешность и Тищенко, и Никитина, «пальчики» и фотографии которых находились в райотделах милиции. Через шесть часов оба бандита были задержаны на железнодорожном вокзале, где они в ресторане вместе с Ольгой распивали спиртное, собираясь уехать в Крым на отдых. Все были задержаны и доставлены в милицию. При обыске квартир Никитина и Ольги Тищенко были обнаружены украденные вещи и часть денег. Следствие выявило их причастность к ряду преступлений и к убийству Лосевой.

Суд был недолгим. Владимира Тищенко и Виктора Никитина приговорили к 25 годам лишения свободы и конфискации имущества, с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Ольгу Тищенко суд приговорил к 15 годам лишения свободы.

Глава XIX

Расхитители бензина

Автозаправочная станция № 9 Одесской нефтебазы «Главнеф-теснабсбыта» пользовалась большим успехом у шоферов автомашин в 1965 году. Хорошее обслуживание и доступные цены на бензин и солярку способствовали постоянному наплыву клиентов. Начальником автозаправочной станции был в то время Николай Кириллович Губин, а его заместителем — Яков Тимофеевич Булочник.

Можно было бы отдать должное Губину и Булочнику за отлично организованную работу и обслуживание, если бы эти люди не наживали при этом себе немалые деньги.

4 ноября 1965 года пришла проситься на работу на должность заправщика Лидия Николаевна Новикова. Так как Губин был знаком с этой женщиной и был уверен, что с ней можно сработаться, Лидия Николаевна в тот же день была зачислена на работу.

Договоренность между начальником и заправщиком было такова: женщина продает бензин и солярку за наличные деньги, которые она должна отдавать ему или Булочнику, а в конце месяца от всей прибыли она получит сверх зарплаты пятую дохода. Кроме этого, Лидия Николаевна должна была всегда выглядеть опрятно, улыбаться клиентам и наливать в баки бензин до последней капли.

2 января 1966 года Губин передал Новиковой запасные талоны, которые она должна была приложить в конце смены к своему отчету.

Неожиданно для Губина его два старых заправщика ушли с работы по личным причинам, и перед ним встала задача: срочно найти подходящий обслуживающий персонал.

Губин обратился за помощью к Булочнику и Новиковой, и вскоре нужные люди были найдены — Лидия Афанасьевна Дюди-на и Юдис Пиневис Штрамбрант, которые также продавали бензин, масло и солярку за наличные деньги, нанося таким образом большой материальный ущерб Одесской нефтебазе. В августе 1966 года компания заправщиков пополнилась — на работу был принят родственник Губина Владимир Александрович Обращенко, который не только заправлял машины, но и помогал Булочнику.

Обращенко занимался отчетностью, принимал от заправщиков не только талоны, но и наличные деньги, передавая их потом Булочнику и Губину, оставляя себе пятую часть от этих средств. Возникает вопрос: как же так легко начальник автозаправки и его компания столь массово и открыто похищали бензин и торговали им за наличные деньги?

Основными причинами такого хаоса и беспредела являлось отсутствие надлежащего контроля со стороны директора нефтебазы Илюка и главного бухгалтера Трипольской. Отчетность автозаправочной станции № 9 была построена так, что суточные отчеты сдавались бухгалтеру Цыбельской, а погашенные талоны к этим отчетам за реализованный бензин сдавались другому бухгалтеру — Хмель, в связи с чем никто из бухгалтеров не сверял отчеты с наличием талонов к ним.

Губин сразу же понял эту несовершенную систему проверки и стал наживать на этом приличные деньги, похищая в месяц приблизительно 133 литра бензина на сумму 6903 рубля. В результате 7 марта 1966 года бухгалтеру Хмель было сдано талонов на 8120 литров бензина, тогда как в отчете показатель счетчика свидетельствовал, что бензина было продано только 6120 литров. Это произошло по ошибке заправщика Штрамбранта и зама Булочника, которые полагали, что на это количество было продано бензина за наличные деньги, и к отчету приложили свои талоны. Только 10 марта Губин принял меры по возврату этих лишних талонов на 2000 литров, в чем ему помогли бухгалтеры Цыбульская и Хмель.

Вместо того, чтобы немедленно назначить ревизоров и провести ревизию на АЗС-9 и выяснить, откуда взялись лишние талоны, главный бухгалтер Трипольская разрешила Губину внести изменения в отчетные данные за 7, 8, 9, 10 марта 1966 года. При этом Губин незаконно увеличил показания счетчика с реализации бензина на 2000 литров за 7, 8, 9 марта, а за 10 марта он уменьшил показания счетчика с реализации бензина на 2000 литров.

Вместе с этим он лично переписал сопроводительную к талонам и уменьшил сдачу их с 15 000 до 13 000 литра. Булочник в этот день отправил на нефтебазу талоны на 15 000 литров. Так при содействии вышеуказанных бухгалтеров нефтебазы Губину удалось не сдать в бухгалтерию талоны на 2000 литров, хотя они подлежали оприходованию как излишек бензина на АЗС-9 еще 7 марта 1966 года.

Кроме того, Губин принял на работу в качестве уборщицы некую Колерову, которая ранее была уволена с другой автозаправочной станции за продажу бензина за наличные деньги. Колерова не только занималась уборкой, но и подменяла заправщиков, также реализуя бензин за наличку, и даже составляла и подписывала отчеты по продаже бензина, что являлось совершенно противозаконным.

Женщина, мастерица на все руки, не имела заработной платы, она довольствовалась тем, что имела от продажи бензина. Конечно, при большом желании работники нефтебазы могли заметить такую продажу бензина, масла и солярки, поскольку она осуществлялась абсолютно открыто. Но их безответственность объясняет тот факт, что директор нефтебазы Илюк и главный бухгалтер Трипольская отказались от предъявления гражданского иска расхитителям бензина, возможно, для этого у них были свои личные причины…

Судебная коллегия приговорила: Николая Кирилловича Губина к десяти годам лишения свободы, Лидию Николаевну Новикову — к трем годам, Лидию Афанасьевну Дюдину — к трем годам, Юдиса Пиневиса Штрамбранта и Наталью Борисовну Колерову — к пяти годам, Якова Тимофеевича Булочника — к семи годам лишения свободы и Владимира Александровича Обращенко — к году лишения свободы.

Глава XX

Обвороженный смертью маньяк

Дрожащими руками мать открывала своим ключом дверь квартиры, в которой жила ее единственная любимая девочка. На ее плече лежала рука женщины, которая работала вместе с Полиной в библиотеке и которая забеспокоилась из-за двухдневного отсутствия сотрудницы на работе.

«Все будет хорошо, — успокаивала она мать Полины. — Она, видно, просто заболела и никого не хотела беспокоить». Но на самом деле библиотекарь предчувствовала что-то плохое, ведь Полина была настолько ответственным работником, что никогда не позволила бы себе не явиться на работу без предупредительного звонка. Двери со скрипом открылись. «Слава Богу! Полиноч-ка, дочка, что ты лежишь, как засватанная?» — радостно произнесла мать, увидев лежащую на диване 25-летнюю девушку. Но, подойдя ближе, она упала на колени и медленно подползла к дочери, нежно касаясь лица Полины руками.

То, что увидели мать и сотрудница по работе, трудно описать словами, но их истошный крик услышал весь 9-этажный дом.

Девушка, словно живая, красиво лежала на розовом диване, ее вьющиеся волосы были аккуратно уложены и зафиксированы заколками-бабочками. Ее губы были накрашены красной помадой, зеленые глаза тщательно подведены, щеки нарумянены, а элегантное дорогое длинное платье составляла ее вечерний туалет.

Только неприятный запах в комнате и увядшая алая роза в руках Полины говорили о том, что девушка мертва уже давно. Услышав крик, в квартиру вбежали соседи, которые вызвали скорую помощь для матери, у нее начался сердечный приступ, и милицию. Как вспоминают работники Киевского райотдела милиции, приехавшие на вызов, за всю свою многолетнюю практику они никогда не видели такого извращенного убийства и такой «прекрасно обезображенный» труп. Оперативно-следственная бригада даже при поверхностном осмотре тела установила, что было совершено убийство, так как на шее погибшей присутствовали синяки, свидетельствовавшие об удушении руками. Патало-гоанатомические исследования подтвердили факт удушения жертвы и установили, что перед смертью женщина была избита, а после изнасилована.

Правоохранители даже боялись произнести вслух беспокоящий их вопрос: неужели маньяк? Неужели последуют другие жертвы?

Анализ спермы насильника и отпечатки пальцев в квартире погибшей никаких результатов не дали — убийца не числился ни в одной из милицейских картотек.

Через месяц после обнаружения трупа милиционеры поняли: в городе появился сексуальный маньяк-убийца. Подтверждением такого заключения стала очередная страшная история…

В одном из городских домов культуры была обнаружена убитая в собственной гримерной балерина. 28-летняя женщина лежала на коврике, как будто изображая раненого лебедя, в красивом пышном белоснежном костюме балерины, а на ее лицо был нанесен яркий сценический макияж, плохо скрывавший синие пятна на тоненькой шее. Сотрудники правоохранительных органов, осмотрев труп молодой красивой женщины, убедились, что дело имеют с одним и тем же убийцей: почерк был одним и тем же, следы спермы, обнаруженные на втором трупе, полностью совпадали по группе крови с найденными в первом случае. Обе жертвы были избиты, изнасилованы, а после задушены преступником.

Следователи сбились с ног, чтобы выйти хоть на какой-то след преступника, но дело практически стояло на месте. Опросив родственников, друзей и коллег убитой балерины, следователи почерпнули для себя некоторую информацию: девушка была очень способной танцовщицей, имела много знакомых. Маша делилась с ней радостью: она нашла красивого, высокого, голубоглазого парня, который вежлив, учтив и сексуален. Но была одна интересная деталь — до изнасилования и последующего убийства Маша имела интимную близость со своим новым красавцем, который имел театральное образование.

Были подняты все милицейские архивы, в паспортных столах выбирались все люди, которые имеют театральное образование и сходную внешность с преступником.

Возможно, вся эта суматоха длилась бы еще нескончаемо долго, если бы в Приморский райотдел милиции не ворвалась женщина…

Дежурный милиционер мало что понял из того, что рассказывала женщина, лицо которой явно свидетельствовало о побоях. Прибежавший на крик потерпевшей оперуполномоченный подхватил женщину и перед тем, как она потеряла сознание, услышал: «Он еще там. Дом напротив, квартира 56».

Оперативная группа среагировала мгновенно, и уже через несколько минут милиционеры ворвались в квартиру № 56, окна которой выходили прямо на здание райотдела милиции.

Молодой высокий человек, лежавший на полу в спальной комнате, только-только приходил в сознание после сильного удара по голове, из которой сочилась кровь. Преступника задержали и, оказав ему и потерпевшей женщине скорую медицинскую помощь, стали разбираться, что же произошло на самом деле. Оказывается, 31-летняя женщина, которая увлекалась поэзией, наняла по объявлению репетитора, чтобы тот научил ее искусству чтения стихов. Театральный учитель — красивый и видный молодой человек — Александр Питкалов явился к женщине в указанное время с алой розой.

Маньяк-репетитор после эмоционального чтения стихотворения А. С. Пушкина неожиданно набросился на женщину с целью изнасилования. Но, не рассчитав темперамент женщины, насильник был оглушен ударом по голове железной статуэткой, которая стояла на журнальном столике.

Когда Питкалов потерял сознание, избитая женщина тут же направилась в отделение милиции.

При обыске маленького кожаного чемодана преступника был обнаружен косметический набор, кисточки и различные заколки для волос.

Имея неопровержимые доказательства — аналогичные отпечатки пальцев и результаты анализа спермы во всех трех случаях нападения, маньяк-убийца в своих преступлениях признался следователю уже на втором допросе, объясняя, что его возбуждали не сами красивые женщины, а их мертвые тела в гриме, вечерних платьях и прическах.

Питкалова Александра суд приговорил к пожизненному заключению, жители Одессы стали спать спокойно, но не долго…

Глава XXI

По законам Кавказа

8 августа 1985 года в Одессе в девять часов вечера около больницы послышался громкий звук сирены. Медбратья выскочили на улицу с носилками и по прибытии «скорой помощи» оперативно вынесли из машины раненого человека, который все время что-то говорил, но что — никто не понимал, так как мужчина кавказской национальности изъяснялся на азербайджанском языке. Потерпевшего от ножевого ранения в грудную полость тут же положили на операционный стол. Пока врачи проводили сложную операцию, милиционеры выясняли личность раненого, — им оказался гражданин Азербайджана Гусейнов Гауй Байрамович. Этот человек не был законопослушным гражданином, он ранее задерживался и обвинялся в покупке, хранении и сбыте наркотических веществ, а также привлекался за мошенничество и спекуляцию. Такая характеристика Гауя привела оперативников к мысли, что ножевое ранение не было трагической случайностью или последствием пьяного дебоша, скорее всего — была попытка умышленного убийства.

Розыскники терпеливо ждали окончания операции, надеясь, что в скором времени потерпевший даст им ценную информацию о преступнике, но, когда врачи вышли из операционной, стало известно, что Гусейнов скончался на операционном столе от тяжелого ножевого ранения.

Гауй Байрамович Гусейнов часто приезжал в Одессу как бы на отдых — поплескаться в море, поваляться на солнышке, завести знакомства с красивыми одесситками. Но так мог подумать посторонний человек, а те люди, которые были близко знакомы с горцем, прекрасно знали, с какой целью Гауй посещает «жемчужину у моря».

Гусейнов был мотом, распутником и гулякой, и, чтобы быстро заработать много денег, занялся наркоторговлей. Он перевозил наркотики из Азербайджана в Одессу, надежно маскируя их, а после звонил своему постоянному покупателю. Продавец и покупатель встречались в условленном месте, где и проходила незаконная сделка.

Когда дело было сделано и толстые пачки денег отягощали карманы, Гусейнов начинал гулять «на всю катушку». Те деньги, которые оставались после одесских ресторанов, Гауй тратил на покупку вещей, чтобы провезти их на родину и перепродать за более высокую цену.

В тот день, когда раненый Гусейнов был доставлен в больницу, оперативники изъяли из его карманов деньги в сумме 2900 рублей, а также магнитофонную пленку, на которой была запись разговоров двух наркобаронов. (Кстати, эта пленка впоследствии таинственно исчезла из Киевского райотдела милиции). Стало ясно, что наркоторговец пострадал не в результате ограбления (так как ценности и деньги были в карманах) и не от ценной информации, записанной на пленке (так как она также была при Гусейнове). Так кто же и по какой причине лишил жизни нечестного горца?

При раскрытии этой тайны было установлено, что Гусейнов снимал в Одессе квартиру по улице Рыбачья балка, где и был найден с ножевым ранением хозяйкой указанной квартиры.

Было опрошено множество свидетелей, по показаниям которых оперативники вышли на приятеля Гауя — Эдика, который также был гражданином Азербайджана.

Эдика часто видели в компании с Гауем и только он один имел доступ в его квартиру, никого другого Гусейнов к себе в гости не приводил.

То, что один Эдик знал, где проживает его приятель, заставило розыскников поставить его первым в списке подозреваемых, ведь Гауй получил ножевое ранение у себя дома.

Были составлены фотороботы Эдика с надписью «Разыскивается!», которые были расклеены на стендах по всей Одессе.

Пока одесситы присматривались к черно-белым отпечаткам, майор милиции вместе с участковым инспектором А. И. Галыбовым отправились искать подозреваемого в Баку.

Во время полета в салоне самолета майор, сам того не ожидая, неожиданно увидел мужчину кавказской национальности, который имел потрясающее сходство с разыскиваемым Эдиком.

Тот, ничего не подозревая, направлялся в кабинку туалета, а майор быстро достал фоторобот и внимательно стал изучать его вместе с инспектором. Когда кавказец возвращался на свое место, милиционеры пришли к выводу — это он, Эдик!

Было принято решение о задержании данного гражданина. Им оказался Алиев Элыпан (Эдик) Шахверди-Оглы. При обыске у Эдика были обнаружены 2 тысячи рублей и две рубашки со следами застиранной крови. Элыпан Алиев был арестован и вскоре уже давал показания следователю. Вначале Эдик утверждал, что он не знает никакого Гусейнова, а кровь на его рубашки от уличной драки с хулиганами. Была устроена очная ставка с хозяйкой, которая узнала в Эдике приятеля Гауя и частого гостя в его квартире. Улик было собрано предостаточно, чтобы отправить Элышана Алиева на скамью подсудимых, не понимали следователи одного — мотива убийства.

Спустя две недели пребывания в КПЗ, Эдик понял, что суда ему не избежать, и решился на чистосердечное признание, надеясь, что Фемида станет к нему благодушней и скинет пару годков тюремного заключения.

Мотив убийства, по словам задержанного, был таков:

— Я знал Гауя в течение трех лет, и мы с ним крепко подружились. Я догадывался о его темных делишках, но никогда в них не участвовал… Гауй и сам этого не хотел, он считал, что дружба и совместный бизнес — понятия несовместимые. Он приезжал в Одессу и после того, как зарабатывал деньги, звонил мне. Не могу отрицать — был щедрым человеком — тратил кучу денег на наши развлечения, подарил мне дорогие часы и пару галстуков, но, как после оказалось, он был настоящим шакалом. Дело в том, что иногда я брал на дискотеку свою младшую сестренку, чтобы от учебы немного отдохнула, — она была студенткой 1-го курса медицинского института. Сама она никогда не гуляла, да и не посмела бы — воспитание у нас строгое и жесткое, вот я и делал ей такие одолжения. В последний раз, когда Гауй приехал в Одессу и мы запланировали пойти в ресторан, я предложил взять с собой мою сестру, но он отказался, мотивируя это тем, что хочет снять на вечер проститутку, а ей это видеть не надо. И только потом я узнал, что этот шакал пару раз без меня гулял с моей сестрой, соблазнял ее и ухаживал за этой дурой. За день до ссоры с Гауем ко мне пришла сестра и, рыдая, рассказала, что она отдалась этому гаду и теперь беременна от него. Сначала я был в ярости, но после подумал: а может быть, это и хорошо — Гауй женится на ней, срок беременности маленький, и никто не заметит. Деньги у него есть, и сестра будет обеспечена в жизни, но я ошибался…

Я пришел на квартиру к Гаую и все ему рассказал, но этот шакал нагло и самоуверенно ответил мне, что он не будет на ней жениться, но деньги на аборт даст. Настоящий горец так никогда не поступит. У нас законы такие: если незамужняя девушка потеряла свою девственность, она будет гонимой всем нашим народом до конца своей жизни, а отец вообще вправе ее убить.

Я пытался напомнить шакалу наши традиции, но он все равно говорил «Нет!». Зачем ему была нужна моя сестра, ему что, мало проституток?

Я должен был защитить честь моей сестры. Я схватил кухонный нож и воткнул его в сердце этого животного, а после ушел к сестре, по дороге выкинув нож в контейнер на улице.

На следующий день я пошел вместе с сестрой в больницу, где она сделала аборт, а вечером сел в самолет, где черт потянул меня в туалет сходить… а там майор…

Сестра моя останется жить в Одессе, здесь никого не интересует, женщина ты или еще девушка, я так решил.

А такие шакалы, как Гауй, вообще жить не должны.

Судебная коллегия внимательно рассмотрела уголовное дело Элыпана Алиева, но так как моральные законы строгого Кавказа от нас далеки, убийцу приговорили к 14 годам лишения свободы.

Глава XXII

Язык убийцы — его враг

В народе говорят: «Язык до Киева доведет», но в данном случае язык преступника довел его до высшей меры наказания. Все рассчитал хладнокровный убийца: время преступления и место захоронения жертвы. Несколько написанных заявлении о пропаже жены обеспечили, как ему казалось, надежное алиби. Единственное, что он не учел, — это собственную болтливость.

Сергей и Стелла прожили долгую совместную жизнь. Со стороны им могли позавидовать многие. В 1981 году они считались обеспеченными людьми. У них был свой маленький домик на Молдаванке и новенькие «Жигули». Счастье семьи — дети. Первой Стелла родила дочь, но в течение последующих шести лет ей не удавалось забеременеть. И вот наконец долгожданный ребенок — мальчик. Стелла была вне себя от счастья, но совсем иначе повел себя Сергей.

Месяцы полового воздержания привели к тому, что он начал искать утехи на стороне. Любовница Сергея была властная, расчетливая и алчная женщина. Однажды, придя к ней, Сергей сказал, что жена узнала о его измене и собирается подать на развод. В результате этого Сергею достанется машина, а Стелле с детьми — дом. И что бы он ни предпринимал, его кровное отцовское жилище останется жене. Любой суд будет на стороне матери с детьми.

Напоив водкой Сергея, обвив его шею руками, поцеловав в губы, Рита нежно проворковала: «Милый, нужно что-то делать. А вдруг она захочет еще и машину, а тебя оставит в дураках, — и как бы между прочим добавила: — Вот если бы она исчезла, все было бы по-другому. Мы были бы счастливы, я любила бы твоих детей, как своих, и все было бы замечательно».

Спустя некоторое время их разговор имел продолжение. Рита заявила, что она не может встречаться со слабохарактерным человеком. Сергей только обещает расстаться с женой, но ничего не делает. Рита сказала, что ей нужен настоящий, сильный и волевой мужчина — человек, который не только говорит, но и делает.

Это был удар по самолюбию Сергея. Радужные картинки о лучшем будущем вместе с Ритой не давали ему покоя. Длинноногая, пышногрудая, Рита была не чета Стелле, которая после родов сильно набрала в весе. В голове Сергея зрел коварный план, и он только ждал своего времени, и такое время настало.

Было раннее утро, во сне заплакал ребенок и разбудил Стеллу. Мать встала и подошла к детской кроватке. При виде ее ребенок улыбнулся и успокоился, а потом снова заплакал. Дитя хотело есть. Покормив мальчика грудью и подождав, пока он уснет, Стелла пошла на кухню готовить завтрак и собирать дочь в школу.

В это время проснулся Сергей, ночью ему опять снилась Рита. Стелла была препятствием, и он решил посоветоваться со своей матерью.

Мать Сергея ненавидела невестку, считая, что его сын достоин лучшей. Свекровь считала, что его жена провинциалка, которая окрутила его сына, родив ему дочь и сына, чтобы навсегда укрепиться в городе, а теперь еще выгоняет его из собственной квартиры. После их разговора мать одобрила план сына, и Сергей стал готовиться к преступлению. Необходимо было выбрать время и место, чтобы избавиться от жены без свидетелей, а после надежно спрятать тело. Такое место было найдено. В глубине двора, за домом, находился старый заброшенный колодец. Вода в нем была непригодна для питья. В войну из этого колодца набирали воду для хозяйственных нужд, а сейчас он был не нужен. Сверху колодец был плотно закрыт крышкой и запирался на большой ржавый замок. Со времен войны его не открывали.

Профессиональные навыки (он работал слесарем на заводе) позволили Сергею подобрать отмычку к замку. Но на убийство жены он все же не решался. Несколько месяцев он вел добропорядочный образ жизни. Помирился с женой, сказав, что никогда не изменит ей, старался на людях выглядеть заботливым отцом и мужем. Со стороны они были идеальной семейной парой. Стелла была на седьмом небе от счастья, но это счастье было призрачным. Сегодня или никогда — такая мысль занозой засела его в мозгу. И пока Стелла готовила завтрак и отправляла дочь в школу, он пошел в дальнюю комнату и стал готовиться к преступлению. Расстелив на полу целлофан и проверив орудие (длинную заточку, сделанную из отвертки), Сергей позвал жену.

Войдя в комнату, она удивилась разложенному на полу целлофану. Внезапно Сергей напал на нее сзади, зажав рот рукой, и нанес предательский удар заточкой в шею. Во все стороны брызнула кровь. В этот момент закричал полугодовалый мальчик. Не обращая внимания на его истошные крики, убийца, войдя в раж, продолжал вонзать заточку в тело жертвы. Затем, спеленав супругу в целлофан, он открыл окно, вылез во двор и огляделся — никого не было. Все прошло гладко. Стелла даже не успела закричать, позвать на помощь. Открыв замок колодца и сняв с него крышку, этот душегуб вытащил через окно сверток с телом жены, а затем потащил к колодцу. Там, привязав к ее ногам груз, сбросил труп в колодец, так же, как и орудие убийства. Затем, плотно накрыв крышкой колодец, он вновь запер замок, считая, что надежно спрятал Стеллу навсегда. Затем через окно вновь пролез в дом. Ребенок продолжал истошно кричать, как бы чувствуя, что больше никогда не увидит матери. Сергей затер кровь, которая протекла из целлофана на пол, и позвонил матери…

Когда дочь вернулась из школы, отец и бабушка объяснили ей, что мама поехала на рынок и до сих пор не возвращалась. К вечеру были сделаны звонки во все больницы, клиники, морг, даже написано заявление в милицию. Но поиск пропавшей ничего не дал. Никому и в голову не могло прийти, что муж виновен в исчезновении жены. Все жалели его — как ему тяжко будет воспитывать детей без матери. Это преступление никогда не было бы раскрыто, если бы не болтливость самого преступника. Спустя полгода после исчезновения жены Сергей загулял в баре с компанией приятелей.

Напившись, он поведал друзьям, что скоро намерен жениться. Вдруг кто-то из собутыльников задал вопрос:

— А вдруг появится Стелла, что тогда ты будешь делать?

— Не появится, — уверил Сергей. — Я ее хорошо спрятал.

Этим словам никто из собутыльников не придал значения, пропустив мимо ушей. Однако в баре случайно находился следователь городской прокуратуры. Им было возобновлено расследование, а проведенные обыски в квартире Сергея и его матери дали результаты. В доме свекрови были обнаружены драгоценные украшения, в которых якобы пропала Стелла. Улик в доме Сергея долгое время не удавалось обнаружить. Со дня исчезновения жены мать переехала к сыну, помогая ему ухаживать за детьми. Вместе они сделали ремонт: покрасили полы, переклеили обои, уничтожив таким образом следы преступления. Но оторвав плинтус в дальней комнате, под окном, милиционеры обнаружили маленькое кровавое пятно. Экспертизой было установлено, что группа крови принадлежит исчезнувшей.

Припертый неопровержимыми фактами и уликами, Сергей сознался в злодеянии, указав место, где он спрятал труп. Суд приговорил Сергея к высшей мере наказания — расстрелу.

Глава XXIII

Нелепые разговоры и страшные поступки

Солнечным июньским днем 1985 года в парке Победы с раннего утра гулял М. Л. Букреев, размышляя о тяжелой жизни и о предстоящих криках своей жены, у которой он сегодня вытащил из сумочки 220 рублей: она планировала купить сыну модный джинсовый костюм. Но деньги Букрееву нужны были для более «серьезных» целей — ему надо было выпить и хорошенько закусить.

Заботливый папаша зашел в летнее кафе, где его ждал вечно пьяный друг Степка. К обеду друзья-собутыльники пропили половину денег и отправились в другое увеселительное заведение искать милых дам. Естественно, в дешевом полуподвальном баре с ужасным освещением и отсутствием какой-либо вентиляции подвыпившие мужчины познакомились с дамами, если так можно назвать посиневших от алкоголя путан.

Распивая совместно водку, одна из женщин, которая сидела на коленях у Букреева, спросила его, женат ли он. Букреев ответил, что женат и имеет 11-летнего сына. Пьяная мадам рассмеялась и иронично сказала: «Да, я представляю, какая ужасная у тебя жена, если ты ищешь развлечений на стороне и не спешишь в ее объятия».

Букрееву немного стало не по себе и он, задумавшись, серьезно произнес: «Мария не отличается красивой внешностью и стройным станом, но ее можно назвать замечательной хозяйкой и отличной домашней экономкой. Ее устраивает порядок в доме, «домашний» муж и вся зарплата у нее в кармане. Да вот только меня это не устраивает, я не домосед, а тем более не воспитатель детей и не трудоголик. Но она мне верна и преданна». Закончив свое высказывание, Букреев поднял женщину со своих колен.

Путана, поняв, что не то ляпнула и может потерять клиента, тут же завела разговор на тему, что все бабы стервы, без исключения. Пьяный Букреев верил всему, о чем говорили давно потерявшие совесть и честь женщины, которые утверждали, что женщина с мужчиной живет ради корысти, что рано или поздно она уйдет к другому, если тот будет богат, что любая, даже самая верная жена изменяет мужу если не в реальности, так в своих ежедневных фантазиях. Одним словом, путаны добились своего. «Просвещенный» муж решил оторваться на всю катушку, а когда вернется домой — разберется с женой-стервой… Когда муж вернулся, Мария не стала кричать и читать ему мораль — жизнь научила ее: хочешь что-то выяснить — выясняй на трезвую голову или накличешь на себя лишние проблемы.

Она со слезами на глазах и болью в душе втащила пьяного мужа в спальню и усадила на кровать. Но Букреев спать не собирался, он стал выяснять, с кем это она спит в своих фантазиях, и как посмела изменить ему.

Мария пыталась что-то объяснить, но все было бесполезно: муж ее не слушал, стал орать на всю комнату и бить кулаками об стол.

На крик и стук прибежал в комнату малолетний сын и стал его просить не обижать маму. В ответ отец жестоко избил и сына, и мать, которая пыталась защитить ребенка, а после упал на кровать и сразу же заснул.

Этот скандал, а главное избиение сына, помогли Марии окончательно принять решение о разводе. 16 июня она спокойно и уверенно сообщила мужу о намерении подать заявление на развод. Обеспокоенный супруг стал просить прощения, обещать золотые горы, но вынесенный вердикт был однозначен. Тогда Букреев принялся добиваться своего привычным ему способом: криками, бранью и угрозами.

На следующий день, когда жена принялась собирать свои и сына вещи, «поддатый» муж подошел к ней сзади и спросил: «Уходишь от меня?» — «Да», — не поворачиваясь, ответила она.

Услышав такой ответ, Букреев схватил жену за волосы и стал таскать по всей комнате. 11-летний сын подбежал к отцу и стал бить его своими кулачками по спине, умоляя оставить маму. Но отец стал избивать мальчика ударами по лицу, а после поднял его, держа за плечи, и стал бить всем его хрупким телом об стену.

Не выдержало материнское сердце…

Мария подошла к Букрееву, который увлекся избиением мальчика, и со всей ненавистью проткнула большим ножом спину своего ненормального мужа.

Букреев упал. Мария отчетливо осознавала все свои действия, но месть ее была велика: она пошла на кухню, взяла еще четыре кухонных ножа разных размеров, вернулась к раненому и стонущему мужу и хладнокровно нанесла еще четыре ранения одно за другим, оставив все ножи в теле мужа. Букреев скончался на месте. Мария погладила сына по голове, поцеловала и собрала в чемодан все его вещи: «Ты поживешь некоторое время у бабушки», — сказала мать, но сын все прекрасно понял и со слезами на глазах крепко обнял ее за шею.

На троллейбусной остановке Мария попрощалась с сыном, обещая как можно скорее вернуться, и, убедившись, что сын сел в троллейбус, который ехал на Черемушки, где проживала родная бабушка, помахала рукой и пошла совершенно в другую сторону…

16 июня в 12 часов утра в Одесское отделение милиции зашла заплаканная худощавая гражданка. Она попросилась на прием к следователю или к дежурному участковому со словами:

— Я убила своего мужа.

— Не понял, — удивленно поднял брови дежурный.

С учетом просьб организации, где работала Мария, и также всех без исключения жильцов дома суд Киевского района вынес оправдательный вердикт, и с нашей точки зрения это правильно.

Глава XXIV

Убийца с сумкой почтальона

В декабре 1970 года правоохранительные органы Одессы были обеспокоены волной преступлений, которые захлестнули город: некий человек под видом почтальона ходит по квартирам, грабит, убивает и насилует.

Пока следователи пытались выйти на след опасного преступника, участковые стали ходить по квартирам и предупреждать хозяев об опасности. Милиционеры показывали рисованный портрет злодея — симпатичный молодой парень в шапке-ушанке и с сумкой почтальона — и настойчиво советовали при малейшем подозрении сообщать в милицию.

После предупреждения граждан в милицейские участки стали поступать многочисленные звонки с заявлениями, что к ним явился тот самый бандит-почтальон, но, когда оперативники приезжали на место преступления, оказывалось, что человек с заказным письмом действительно является почтальоном. Непрерывные звонки о ложном ограблении серьезно тормозили следствие.

Бывали случаи, когда смелые жильцы сами пытались задержать злодея в собственной квартире. Так, в квартиру одного пенсионера позвонили в 3 часа дня и на вопрос: «Кто там?» ответили: «Почтальон, вам заказное письмо».

— Одну минуточку, — пенсионер оказался не робкого десятка, схватил стоявший в прихожей топорик и распахнул дверь.

Бедолага-почтальон, не подозревавший о намерениях хозяина, шагнул через порог и тут же рухнул, получив удар обухом по голове. К счастью, рука у пенсионера, видимо, дрогнула, работник почты остался жив, хотя и провел на больничной койке несколько дней.

Но нервозность милиции и страх одесситов были вполне оправданны. Зайдя в квартиру по улице Генерала Петрова, почтальон-преступник убил перочинным ножом 40-летнюю хозяйку и изнасиловал 12-летнюю дочь, а после, похитив 80 рублей, флакон «Красной Москвы» и детскую кофту, скрылся с места преступления.

Убийца совершил новое злодеяние уже через неделю на поселке Котовского. Тяжело травмировав пенсионерку, преступник похитил 130 рублей, два золотых кольца и старый приемник.

Бандитская Одесса. Бандиты времен стагнации

Правоохранители не сомневались, что преступник один и тот же: он представлялся жильцам дома почтальоном с заказным письмом. Когда бандит совершил свое шестое преступление, следователям удалось по описаниям жертв составить более четкий фоторобот преступника. Несмотря на усиленный розыск и фотороботы, которые были развешены по всей Одессе, бандит продолжал свои хладнокровные преступления. Так, в одной из квартир ему открыл дверь 13-летний подросток и, узнав в нем плохого дядю, стал сильно кричать. Убийца зарубил мальчика топором. Испугавшись, что подростка могли услышать соседи, преступник быстро покинул квартиру, но, оставшись без добычи, он отправился на соседнюю улицу, где убил топором одинокого старика. Обшарив всю квартиру, он был весьма разочарован: кроме 5 рублей и бутылки водки, взять было нечего.

В этот же день бандит посетил еще одну квартиру по улице Якира, где дверь ему открыла пятнадцатилетняя школьница. Маньяк изнасиловал девочку, а после нанес ей два удара топором в грудь. Похитив вещи жертвы и 220 рублей, «почтальон» покинул место преступления и отправился к своей сожительнице, которая была в курсе всех дел любимого и ждала от него подарков.

Преступник и довольная модными шмотками сожительница быстро собрали все необходимое, в том числе и ворованные вещи, и отправились в Краснознаменку Одесской области.

Боясь, что их могут задержать на станции, прошли пешком десять километров по шоссе Киев-Одесса и лишь потом сели в автобус.

15-летняя девочка чудом выжила благодаря своему старшему брату, который вернулся домой сразу же после ухода преступника.

Вечером этого же дня в милицию позвонила женщина и сообщила, что видела похожего на «почтальона» мужчину на выезде из города — и не одного, а с женщиной, которая несла с собой спортивную сумку.

Правоохранители обратились с просьбой ко всем водителям автобусов и частных такси вспомнить, не подбирали ли они пассажиров на трассе Киев — Одесса.

Сразу результата не было. Водители боялись, ведь за подвоз «левого» пассажира, да еще подозреваемого в совершении тяжких преступлений, можно было не только с работы вылететь, но и чего похуже получить. Однако на следующий день, рано утром, водитель автобуса Одесса — Котовск рассказал, что подвозил смуглого парня и девушку до поселка Краснознаменка.

Оперативная группа помчалась по названному адресу.

Долго вычислять преступников не пришлось, они проявили себя сами — парочка смело гуляла по местному базару в надежде сбыть краденый товар. «Почтальона» и его спутницу задержали и отправили в КПЗ.

Суд состоялся, и одесситы наконец немного узнали об убийце: «Леонид Иванович Коротков, 27 августа 1939 года рождения, уроженец города Николаева, русский, образование среднее, женат, имеет двухлетнего сына. Судим в 1954 году по Указу от 4 июня 1947 г. Приговорен к пяти годам лишения свободы условно. В 1959 году за уклонение от воинской обязанности приговорен к двум годам и шести месяцам лишения свободы. Наказание отбыто. За разбой, грабежи, насилие и убийства приговорен к смертной казни — расстрелу».

Сожительница «почтальона», которая хотя лично и не участвовала в преступлениях Короткова, но знала о его злодеяниях, была приговорена к восьми годам лишения свободы.

Глава XXV

Лоточные грабители

В начале 1985 года правоохранительные органы, государственные структуры и жители Одессы были обеспокоены тем фактом, что в городе участились кражи из киосков и буфетов. Организованные группы из 3–4 человек и отдельные лица совершали разбойные нападения по ночам на киоски, которые работали круглосуточно. Угрожая ножами или другим оружием, бандиты приказывали продавцам отдать всю выручку и собрать в сумки товар, после чего спокойно и безнаказанно скрывались в темных переулках. Страдали от грабежей и буфеты, которые закрывались в 5–6 часов вечера.

Так, в марте 1985 года была совершена попытка ограбить буфет на территории автобазы. Преступники в некоторых местах надпилили решетки на окнах и выдавили стекло, но пробраться внутрь не успели — что-то их напугало.

Данную попытку преступления стал рассматривать Киевский РОВД. Понимая, что воры могут совершить вторую попытку ограбления, руководство РОВД дало указание оперуполномоченному ОБХСС Киевского РОВД Нечипуренко в течение ночи находиться в засаде в буфете на территории базы автомобильной механизации (БАМ) Министерства обороны СССР. Сразу же после закрытия буфета Нечипуренко с пяти часов вечера дежурил вместо сторожа в надежде поймать несостоявшихся воров.

Устав от тишины и одиночества, оперуполномоченный в 11 часов вечера уснул прямо в кресле буфетчицы. Примерно в 2 часа ночи Нечипуренко разбудил шум около окна. Вскочив с кресла, милиционер зацепился за что-то ногой и с грохотом упал на пол, закричав: «Кто там?».

Но было поздно: шум прекратился и наступила полная тишина. Конечно, после происшедшего ему было не до сна.

К счастью, преступники оказались глупы и наивны. Несмотря на вопрос «кто там?» — они вернулись к буфету в три часа ночи.

Нечипуренко сразу услышал шорохи под окном и приготовился встретить ожидаемых, но непрошеных гостей. Через пятнадцать минут он услышал тяжелые шаги уже внутри помещения Нечипуренко встал за дверью, держа в руках свое табельное оружие. Не успел преступник войти в буфет, как неожиданно увидел напротив себя милиционера.

— Стоять! Руки вверх! — твердо произнес лейтенант и направил пистолет на грабителя.

Испуганный молодой мужчина тут же выбросил монтировку и фонарик, подняв руки вверх.

Нечипуренко повернул его к стене и надел наручники, приковал к батарее, а сам выбежал на улицу. Прислонившись к стене здания, стоял второй вор, который всматривался в проезжую часть: не едет ли кто. Милиционер выскочил из-за угла и мгновенно скрутил бандиту руки, надев на них наручники.

После того, как два преступника были обезврежены, Нечипуренко достал рацию и с гордостью объявил, что воры схвачены «без шума и пыли». Через двадцать минут к буфету прибыл «воронок», на котором милиционеры увезли воров в Киевское отделение милиции. При обыске у одного преступника было найдено удостоверение УВД Одесского облисполкома на имя Петра Васильевича Белого, водителя СВІТУ-2, а у другого бандита-удостоверение на имя Тихонова Юрия Сергеевича, и, кроме того, охотничий нож, монтировка, фонарик и наркотик: две папиросы, набитые коноплей. Конечно, задержанные стали говорить, что удостоверения нашли на улице, а используют они его в общественном транспорте, чтобы проезд был бесплатным.

Наличие холодного оружия и монтировки преступники объяснили так:

— Понимаете, по ночам страшно ходить, вот мы и носим с собой подобные предметы, чтобы защищать себя от всякой сволочи в случае нападения.

Второй задержанный добавил:

— Мы просто гуляли. Дело было вечером, делать было нечего, вот мы и решили посмотреть на территорию БАМа, заодно и косячек скурить, мы же, как вы понимаете, не на продажу коноплю в папиросу набили, а для себя…

Проходя мимо буфета, заметили на окне подпиленную решетку. Вот мы и подумали: а вдруг воры забрались внутрь. Мы бы их задержали. Но вместо благодарности вы нам дело шьете!

Старший следователь не выдержал невиданной наглости задержанных и тут же отправил их в КПЗ, чтобы не сорваться. Во время следствия выяснилось, что преступники — К. Н. Гынчак и П. Р. Токарчук совершали преступления неоднократно. При допросе некой Елены Николаевны Гизляр было выявлено, что ее друзья (Гынчак и Токарчук) заранее запланировали ограбление буфета на территории базы автомобильной механизации. Мало того, Гизляр призналась, что вместе с задержанными грабила киоски и лотки. На их счету около 12 ограблений, из них — четыре разбойных нападения на ночные киоски, где под угрозой охотничьего ножа продавцы отдавали деньги и товар.

При обыске ее квартиры милиционеры обнаружили и изъяли 9 блоков сигарет, 16 плиток шоколада, 7 коробок конфет, 13 бутылок водки и 15 бутылок дорогого коньяка. Учитывая чистосердечное признание E. Н. Гизляр, судебная коллегия приговорила ее к двум годам лишения свободы условно; Токарчука осудили к четырем годам лишения свободы с конфискацией имущества, а Гынчака — к 5 годам заключения, также с конфискацией личного имущества.

Глава XXVI

«Семейство Адамсов»

Когда в семье Демидовых старшему сыну Вадиму исполнилось 20 лет, а младшему Валерию — 18, родители подарили им одноэтажный домик по Черноморской дороге.

Бандитская Одесса. Бандиты времен стагнации

Их мать Тамара и отец Иван считали себя и интеллигентными людьми. Они оба имели высшее образование и старались детям дать все самое лучшее.

Родители с 1978 года стали торговать на рынках Одессы и в течение нескольких лет собрали кое-какой капитал. И вот в 1980 году они покупают особняк для сыновей, чтобы жить учились самостоятельно, да и им не мешали.

Совместная жизнь для Валеры и Вадима оказалась сложной и проблематичной. Парни имели абсолютно разные характеры, взгляды на жизнь, но оба были вспыльчивы и нервозны.

Вадим, возможно, потому что он был старше, имел серьезные планы на жизнь и пытался воплотить их в реальность. Он поступил заочно в Одесский технологический техникум, следил за чистотой в доме, любил высаживать цветы в палисаднике и встречался с девушкой по имени Галя.

Валера же был разбалован матерью, ничего не хотел делать, кроме как встречаться с друзьями и устраивать вечеринки в доме. Так как мать боялась, что сердце сыновей украдет какая-то девушка, и они станут меньше ей уделять внимания, она постоянно повторяла им: «Не спешите жениться. Семейная жизнь — это петля на шее, у вас не будет времени на личное счастье, а когда осознаете это — будет поздно».

Вадим, конечно, уважал свою мать, но в то же время был безумно влюблен в Галю, а вот младший относился к женщинам несерьезно и встречался с девушками только на одну ночь.

То, чего так боялись родители, однажды произошло: Вадим пришел к ним домой и заявил: «Я женюсь, хотите вы этого или нет». Угрозы, слезы, убеждения матери и 67-летней бабушки не помогли, и дата свадьбы была назначена.

После бракосочетания Вадима и Гали все изменилось в худшую сторону. Невестку не воспринимали ни бабушка, ни отец, ни мать, считая ее не из своего круга, ведь она родилась и выросла в семье тружеников со скудным достатком.

Галя не заслуживала такого обращения к себе — она была работящей, доброй и отзывчивой девушкой.

Молодая жена навела идеальный порядок в доме, готовила и обстирывала не только своего мужа, но и его брата, подрабатывала упаковщицей на заводе.

Валера находился под сильным влиянием матери и бабушки, которые внушали ему, что от Гали необходимо избавиться любыми способами. Тогда Валера стал терроризировать девушку: придираться к ней по всяким мелочам, оскорблять, приводить в дом наглых друзей, которых Галя должна была накормить, напоить и убрать после них.

Молодая женщина терпела унижения со стороны Валеры, считая, что она не имеет права ухудшать отношения между братьями.

Но устал смотреть на все это Вадик. Он в грубой форме пояснил брату, что если он не отстанет от его жены, то останется без денег, еды и ухода, а значит, придется вернуться жить к родителям. Также он предупредил своих родителей, чтобы не вмешивались в его личную жизнь и не настраивали против его семьи брата, так как он с Галей никогда не расстанется.

После этого предупреждения мать и бабушка поменяли тактику: они стали настраивать брата против брата! Каждый раз, когда Валера приходил в родительский дом, мать говорила: «Не будь дураком, эта голодранка Галя скоро родит тебе племянника, и жизнь твоя станет похожа на ад, да и дом придется уже делить на четверых. Избавься от брата и будешь единственным хозяином дома».

Время шло. Вадим жил своей жизнью, а Валера — своей: старший брат учился, работал и обеспечивал семью, а младший — пил, гулял и дебоширил.

3 марта 1982 года Валера посетил родителей, и разговор с ними имел трагические последствия…

Как всегда, мать и бабушка в один голос повторяли одно и тоже: «Вадим променял нас на голодранку и предал тебя. Избавься от брата и дом будет твоим».

«Накрученный» брат пришел домой, открыл бутылку крепленого вина и стал дожидаться Вадима, чтобы разобраться, кто для него важнее: он или Галя.

Уставший Вадим вернулся домой около 23 часов. Галя уже спала, но не спал Валерий.

— А я тебя жду, — со злобой в глазах сказал Валера. — Все хочу спросить, зачем ты нашу семью на эту девку променял и меня предал? Мы же жили как люди, а теперь как волк с собакой в одном доме.

Валера хотел проигнорировать разговор с подвыпившим братом, но тот схватил его за руку и стал продолжать, спровоцировав тем самым ссору между ними.

Вадим пытался доказать Валере, что это его личная жизнь, но он по-прежнему любит его, а он слепой, так как не видит, что делает с ними их родная мать.

Но младший брат его уже не слушал. Валера соскочил со стула и бросился на брата с кулаками.

Во время драки Валера схватил топор, стоявший в комнате, и нанес им несколько ударов по голове брата. Кровь брызнула фонтаном. Смерть Вадика наступила мгновенно от массивной открытой черепно-мозговой травмы. Валерий упал на колени и закричал во весь голос: «Брат! Что же я наделал! Будь проклят этот дом!».

После молниеносно встал, подбежал к столу, взял кухонный нож и полоснул им себе по венам…

Братоубийца остался живым, его спасла та самая «голодранка» Галя, которая прибежала в комнату на крик обезумевшего Валеры.

Конечно, Галя могла отомстить преступнику и вызвать «скорую помощь» немного позже, оставив убийцу истекать кровью, но она была не так воспитана.

Злополучный дом на Черноморской дороге вскоре опустел и был продан.

Старшего брата родители похоронили, а младшего им пришлось ждать целых восемь лет из мест лишения свободы.

Галя уехала жить к своим родителям, но всю свою оставшуюся жить она будет помнить своего хорошего мужа и его семейство «Адамсов».

Глава XXVII

Мелкие грызуны и киса-романтик

С начала 1950 года преступность в Одессе «стала сходить на нет».

Так говорили милицейские сводки. Если в 1946 году по статье «бандитизм» разбиралось 40, в 1947–27, в 1948–17, то в 1949 году — всего 12 дел.

Убийства с целью ограбления также резко сократились. Это была заслуга Одесского угро.

Но если количество разбоев и «мокрых дел» уменьшилось, то число разоблачений и задержаний всевозможных «расхитителей социалистической собственности» резко возросло. В 1948–1949 годах было осуждено около трех тысяч жителей Одессы. Столь высокие показатели были связаны с глобальными «чистками» в торговой сети и на промышленных объектах.

Так, «чистка» на Одесской железной дороге дала фантастическую для тех времен сумму общих хищений — 14 миллионов 300 тысяч рублей!

Воровство в более скромных масштабах стало обычным делом для Одессы. Например, группа из четырех человек во главе с начальником караула вооруженной охраны (вохр) Николаем Козловым постоянно похищала новые скаты для автомашин со складов завода «Красная гвардия». На этом же предприятии заместитель начальника караула Георгий Круглов и еще два стрелка систематически выносили с территории канистры с моторным маслом. Постоянными стали и хищения горючего со склада нефтебазы.

Сталинский режим очень строго наказывал расхитителей. Например, некий Владимир Костюченко за то, что украл буханку черного хлеба, получил семь лет. За хищение 20 килограммов комбикормов Иван Кинев «заработал» 10 лет лагерей, а Михаил Берсуцкий за вынос из цеха килограмма колбасы и 700 граммов мяса — 7 лет.

Но правосудие уже и тогда было избирательным. Так, некто Иона Салю за похищение мешка муки получил только «общественное порицание», а Леонтий Петрунин за воровство 62 килограммов муки и 12 буханок хлеба — год лишения свободы. Странно, но факт: «блат» действовал и тогда.

За присвоение «социалистической собственности» оказались за решеткой работники маслозавода, пивзавода, ликероводочного и винно-коньячного заводов, трикотажной и швейной фабрик, жиркомбината, мясокомбината и завода Черноморского морского пароходства.

Заведующий магазином «Торгмортранса» Семен Гринберг свои капиталы «ковал» путем завышения цен, пересортицы и продажи «левых» товаров, которые поставляли в торговую сеть многочисленные подпольные цеха.

Начальник отдела снабжения «Совтанкер» Иван Потосов промышлял реализацией топлива частникам, а верхушка Одесского порта — заместитель начальника, бухгалтера (раскрыта преступная группа в 7 человек) — «зарабатывала на жизнь», нелегально вывозя дефицитные товары прямо на машинах. Для отчета прикрывались фиктивными актами, поддельными требованиями и доверенностями. Эта группа производила хищения с 1947 по 1949 год. Начальник Одесского промкомбината Николай Михлин похитил пять тысяч литров спирта и три тысячи литров уксуса на сумму 220 тысяч рублей.

За июнь — июль 1949 года сотрудники Одесского уголовного розыска выявили 26 злоупотреблений в деятельности аппарата центральной ревизионной комиссии. Все эти случаи квалифицировались как должностные преступления — использование служебного положения в корыстных целях. Вот наиболее характерные «дела».

Почти весь штат торговой лавки во главе с заведующим Миляевым, председателем лавочной комиссии Карцевым, начальником торгового отдела Райгородским и инструктором Хреновым постоянно занимались «самоснабжением», получая в магазине дефицитные продукты сверх нормы. При обыске на квартирах у этих служащих были обнаружены десятки мешков с сахаром, крупой, мукой и другие продовольственные товары, полученные ими незаконно. Весь конфискованный товар пришлось вывозить на нескольких автомашинах.

Многие «работники прилавка» жили в то время по принципу: «ты — мне, я — тебе».

Продавщица Шевченко отпускала дефицитные товары некоторым билетерам цирка, которые не были прикреплены к этой лавке, а получали паек в другой. В благодарность билетеры систематически пропускали свою благодетельницу бесплатно на представления.

А сколько таких «деятелей» остались в тени? Они, как мыши по зернышку, тащили домой все, что попадалось под руку. Можно только представить, какой ущерб подобные «ловкачи» наносили государству.

Другие наживались путем обмана покупателей. В результате проверки были вскрыты факты умышленного задержания разменной монеты с определенной, предвзятой целью. Следственные органы рассматривали эти случаи как подрыв нормального денежного оборота.

Утайкой мелкой разменной монеты занимались многие кассиры лавок, столовых, кинотеатров, пляжей, городских садов, киосков, буфетов, магазинов и кондукторы трамваев. Сдачу своим клиентам они не выдавали. Большинство из них были сняты с работы и преданы суду.

Аппетиты уголовника Андрея Позднякова, он же Синявский, были посерьезнее. Раздобыв документы и значок депутата Верховного Совета УССР, он ездил по районам Одесской области и «выбивал» у местного районного руководства деньги и продукты на детские дома и помощь инвалидам. Как тут не вспомнить Остапа Бендера и его деятельность по «оказанию благотворительной помощи голодающим детям Поволжья»!

В те годы милиция постоянно боролась и с захлестнувшим Одессу самогоноварением. Причем целые районы — Слободка, Балка, Лиманчик — специализировались на этом промысле.

В 1949 году в Одессе появилась банда квартирных воров из трех «нелегалов», не имеющих прописки в городе. Ее возглавил молодой парень со звучной фамилией Огонь-Догановский. Вооружившись пистолетом, бандиты чувствовали себя достаточно вольготно. Им удалось ограбить три квартиры и десятки загулявших прохожих. Но в феврале 1950 года милицейские агенты в «блатном мире» сообщили о подготовке этой бандой нового грабежа, кстати говоря, квартиры одного из секретарей обкома КПСС Солдатова. Милиции удалось взять преступников с поличным, когда они только приступили к вскрытию двери.

Большой шум в Одессе произвела банда «гастролеров» из четырех уголовников — Олейниченко, Любарцева, Стецюры и Ярымбаша, которые приехали в Одессу из Киева, до этого совершив ряд громких ограблений в Кривом Роге и Мариуполе.

Бандитская Одесса. Бандиты времен стагнации

В январе 1950 года эти бандиты на углу Белинского и Кирова избили и обезоружили участкового уполномоченного первого отдела милиции Петра Джуматти. Через пять дней налетчики захватили такси «Победу» и, выбросив шофера, отправились на «серьезное дело». Они намеревались ограбить закусочную в районе Молдаванки на улице Разумовского. Но, подъехав к объекту и ворвавшись в него, они наткнулись на оперуполномоченного милиции Игната Федорова. В закусочной завязалась перестрелка. В неравной схватке Федоров был убит, а банда ретировалась.

Убийство милиционера явилось для Одессы неординарным событием. За это бандитам «светила вышка». Испугавшись последствий, они решили бежать из города и «залечь на дно». Но оперативникам удалось арестовать их. Двоих взяли в одесских «малинах», остальных — на станции Ясиноватая. У них были изъяты два пистолета и наган. Одесский областной суд приговорил всех бандитов к расстрелу.

Банда Кольки Медведева, он же Мельник, он же атаман по кличке Киса, орудовала еще с начала 1949 года в районе Аркадии и на Французском бульваре. Одесса в конце 40-х годов стала возрождать былую славу всесоюзного курорта, и тысячи довольно обеспеченных людей, «жаждущих солнца, и моря», устремились в наш город. Молодежная банда Кисы, состоявшая из 8 человек, в возрасте от 16 до 19 лет, грабила отдыхающих и привилегированные дачи начальства и профессуры на Французском бульваре. Так, был частично ограблен дом-дача академика В. П. Филатова, профессоров И. М. Срибнера, А. Н. Карпенко и других. На счету этой банды — несколько десятков «разбомбленных» дач и около пятидесяти ограбленных отдыхающих.

«Погорела» шайка Кисы в конце 1950 года. Тогда трое бандитов во главе со своим «атаманом» изнасиловали дочь одного из крупных начальников киевского комитета госбезопасности. Он отдыхал с семьей в привилегированном санатории имени В. П-Чкалова. После поимки Кисы выяснилась его личность. Оказывается, он был сыном номенклатурного работника Одесского обкома партии.

Эта история Кисы нашла свое романтическое продолжение. Находясь в лагере, Киса пытался несколько раз бежать, но безуспешно. Его постоянно ловили и добавляли срок. Но в 1954 году Киса все же совершил побег, добрался до Киева, нашел изнасилованную им и его подручными девушку и попросил у нее прощения. Кроме всего, попросил ее руки. Свадьба была пышной. На нее прибыли многие номенклатурные работники не только из Киева, Харькова, Одессы, но и других городов Украины. Чрез семь дней после свадьбы Киса был вновь препровожден в лагерь и через 8 месяцев освобожден по амнистии. Переехал вначале в Киев, а затем в Одессу. Однако он до конца своей жизни продолжал заниматься преступным промыслом и погиб в декабре 1978 года в перестрелке с милицией.

Так закончилась жизнь этого «интеллигентного» бандита из семьи партийного номенклатурщика.

Глава XXVIII

Бунтари в одесской тюрьме

Николай Николаевич Зубов, Николай Кириллович Малинин и Михаил Алексеевич Захаренко прошли жестокую школу жизни. Они неоднократно «заканчивали криминальный университет», будучи осужденными за разные тяжелые преступления, познали все зверские обычаи улицы, изучили и приняли для себя воровские законы, а также навсегда потеряли веру в себя, в общество и в Бога.

И вот в 1970 году Зубов, Захаренко и Малинин, имеющие одинаковые взгляды на жизнь, подружились в местах заключения. Они вместе отбывали наказание в Одесской тюрьме № 1.

Друзья-зэки опытным взглядом сразу же находили людей, кающихся в своих поступках, и с большим удовольствием давили на их слабую психику, делая их жизнь невыносимой. Кроме того, эти три человека склоняли молодых заключенных к мужеложству, пугая их физической расправой в случае отказа.

9 октября 1970 года Зубов, Малинин и Захаренко работали в тюремном цехе № 2. Перед обеденным перерывом Малинин, как всегда, пошел занимать очередь в столовой. Перед Малининым занял очередь заключенный Разбицкий, который имел более устойчивый статус в тюрьме, нежели Малинин и его друзья.

Разбицкий уже давно наблюдал за наглым поведением Малинина, Захаренко и Зубова и за частыми беспределами, которые устраивали в тюрьме эти три зэка. Малинин подошел к Разбицкому и стал возле него впритык. Разбицкий спокойно и уверенно оттолкнул его от себя и тихо сказал, что если он и его дружки не уймут свой пыл и не будут вести себя по всем установленным ворами законам, то они станут пассивными партнерами для его друзей, которые давно смотрят на них как на объект для мужеложства.

Малинин промолчал, взял обед и спокойно сел за стол. Когда обеденный перерыв закончился, а товарищи встретились в цеху, Малинин с гневом рассказал им о разговоре с Разбицким.

Захаренко и Зубов высказали явное недовольство по этому поводу, и все трое пришли к одному выводу: такое унижение нельзя прощать, а поэтому их обидчика нужно жестоко покарать.

Зубов тут же в цеху тайно от надзирателей заточил штырь, а Малинин и Захаренко приготовили молотки для намеченной цели.

Трое униженных дружков подошли к Разбицкому. Малинин попросил его повторить те слова, которые он сказал ему перед обедом в присутствии его друзей.

Разбицкий, не ожидая необдуманных действий от зэков-бунтарей, спокойно повторил все сказанное им Малинину.

Не успел Разбицкий закончить свое высказывание, как Зубов ударил его штырем в живот, а Захаренко — молотком по голове.

Разбицкий пошатнулся и упал от очередного удара молотком, находящегося в руках Малинина. Но продолжить свои преступные действия зэки не смогли, так как на место происшествия стали сбегаться другие заключенные, в том числе и друзья пострадавшего. В результате побоев Разбицкому были причинены телесные повреждения средней тяжести.

В тот же день за содеянное преступление все трое отправились в карцер на 15 суток.

24 октября 1970 года Зубов, Малинин и Захаренко, отбыв наказание в карцере, стали требовать, чтобы их поместили в одну камеру.

Зэки прекрасно понимали, что посягательство на жизнь такого заключенного, как Разбицкий, будет иметь для них плачевные последствия. Действительно, пострадавший уже ждал Зубова, Малинина и Захаренко, чтобы отомстить им. Он не выдвинул против них обвинения, уголовное дело не было открыто, но была объявлена война внутри тюрьмы между компаниями Разбицкого и Малинина.

Все три преступника стали угрожать тюремным надзирателям, что если их разместят в отдельных камерах, они обязательно кого-то убьют. По указаниям начальника тюрьмы Захаренко, Малинина и Зубова поместили в одну камеру.

Через пару дней пребывания в тюрьме зэки поняли, что им здесь не выжить, и сами стали требовать у администрации тюрьмы возбуждения уголовного дела на них и перевода в следственный корпус или же вообще перевода в другую тюрьму.

Но администрация на их просьбы не реагировала и не хотела замечать напряженную ситуацию, которая сложилась между враждующими группами зэков.

Захаренко, Малинина и Зубова преследовали люди Разбицкого везде, поджидая нужного момента, чтобы ударить финским ножичком им в грудь.

Уже через пару недель, убедившись, что уголовное дело на них не возбуждается и они остаются в этой же тюрьме, Захаренко, Малинин и Зубов придумывают другой крайний выход из сложившейся ситуации — убить заключенного-общественника, чтобы на них завели уголовное дело за убийство, перевели в следственный корпус, а затем судили и перевели в другую тюрьму для отбывания наказания.

Находясь в камере вместе, заключенные договорились между собой убить либо бригадира общественников Мореева, с которым они постоянно конфликтовали при разделе хлеба во время еды, либо заключенного по кличке Чипка — помощника бригадира, либо заключенного Ивана Гавриленко, с которым у Зубова были конфликты ранее по другим лагерям.

Заключенные-бунтари после совещания между собой решили убить того, кто первым попадется им на прогулке.

3 ноября 1970 года, когда это время настало, Зубов, Малинин и Захаренко вооружились металлическими штырями, которые специально хранили и носили при себе. Возвращаясь с прогулки, друзья-зэки увидели на первом этаже третьего корпуса бригадира Мореева — жертва была определена.

Преступники догнали его, и Зубов первым ударил бригадира штырем в шею, затем Захаренко и Малинин ударили штырем несколько раз ему в бок. Когда Мореев упал, все трое стали наносить ему удары в разные части тела. Убийцы полагали, что от ударов штырем в жизненно важные органы бригадир Мореев умрет, но, несмотря на тяжелые телесные повреждения, жертва была спасена опытными врачами.

К месту нападения стали сбегаться заключенные и работники тюрьмы.

Зубов, Малинин и Захаренко, оставив Мореева, лежащего в крови без сознания, убежали в свою камеру и забаррикадировались там.

Благодаря сильным и решительным действиям оперативных работников и контролеров тюрьмы № 1 преступники Захаренко, Малинин и Зубов были обезврежены, арестованы и отправлены в карцер.

Теперь заключенные-бунтари своего добились: против них было возбуждено уголовное дело, они предстали перед судом, были переведены в другую тюрьму, таким образом они сохранили свою ничтожную жизнь.

Суд приговорил: Николая Кирилловича Малинина к десяти годам лишения свободы; Николая Николаевича Зубова к тринадцати годам лишения свободы; Михаила Алексеевича Захаренко — к восьми годам заключения.

Глава XXIX

Фанат футбола

Молодая пара, Борис и Елена, договорилась со своими знакомыми супругами Конайко встретиться в баре «Экспресс» при ресторане «Черное море», чтобы вместе отдохнуть за бутылочкой шампанского и отпраздновать свадьбу, которая была на прошлой неделе у Конайко.

24 апреля 1983 года в 8 часов вечера Борис и Елена пришли в бар пораньше. Они сели за столик, заказали шампанское, фрукты и стали дожидаться молодоженов. Елена, зная вспыльчивый характер своего жениха, пока они одни, просила его вести себя спокойно, сдержанно и интеллигентно.

Борис пообещал ни на что не обращать внимания и посвятить этот вечер ей (сегодня он при всех собирался сделать Лене предложение). Он поцеловал невесту и сказал: «Это будет самый незабываемый вечер. Я обещаю».

Семья Конайко подсела к ним через 20 минут. Александр Конайко попросил официанта поставить на стол бутылку водки, легкую закуску и много шоколада для любимых женщин.

Через два часа начались танцы. Молодые девушки плясали вместе с Александром, ну а Борис Жиловский устал и присел за столик.

Неожиданно он обратил внимание на молодых парней, которые сидели за соседним столиком и что-то бурно обсуждали. Борис прислушался и понял: речь идет о футболе. Борис очень любил этот вид спорта, он не пропускал ни единого мачта, знал фамилии всех спортсменов и, конечно же, любил комментировать прошедшую игру. Поэтому повернулся к парням и спросил, можно ли ему присесть за их столик и поучаствовать в разговоре.

Молодые люди Храмов, Брухис, Прессера и Величко, любезно согласились, и Борис, перенесши свой стул, сел рядом с ними.

Разговор начинался безобидно: мужчины восхищались профессионализмом наших спортсменов, неудачным пенальти в прошлой игре, но, когда речь зашла о том, кто станет чемпионом мира по футболу, разгорелся горячий спор между парнями и Борисом Жиловским.

Борис, импульсивный и вспыльчивый по своему характеру, попытался во время ссоры ударить Храмова, но тот отклонился, избежав пощечины.

Александр, увидев заварушку за соседним столиком, куда подсел его знакомый, тут же подбежал к нему на помощь.

Разборки в маленьком баре начались: Храмов хотел ударить Жиловского, но упал вместе с креслом от сильного удара Конайко. Брухис ударил Конайко кулаком в живот, после чего и сам получил удар от Жиловского.

Четверо парней накинулись с кулаками на Конайко и Жиловского, которые пустили в ход стулья, стаканы и бутылки.

Бармен Экспресса» попросил официантку вызвать оперативную группу милиции. Жена Конайко и девушка Жиловского умоляли своих спутников прекратить драку и уйти домой, но те не реагировали и с особой жестокостью продолжали избивать молодых парней. Брухис и Прессер с разбитыми носами и губами выбежали из бара, оставив своих друзей. Храмов лежал на полу в луже собственной крови и умолял Конайко и Жиловского о пощаде, но те били его ногами куда ни попадя до тех пор, пока 19-летний парень не умер.

Четвертая жертва избиения — Величко, увидел, что он ничем не сможет помочь своему другу, да еще с разбитой головой, медленно стал продвигаться к выходу.

Увидев, что Храмов лежит без сознания с розовой пеной на губах, убийцы бросились догонять Величко.

Женщины хватали их заруки, чтобы остановить. Жиловский оттолкнул свою девушку, отчего она упала на стол. Новоиспеченная жена Конайко держала своего мужа двумя руками и умоляла его остановиться ради нее, но в ответ Конайко закричал, чтобы она не вмешивалась в мужские дела, затем оттолкнул ее и догнал Жиловского.

Двое атлетически сложенных мужчин вышли на улицу и увидели окровавленного парня, который в полусознательном состоянии, шатаясь, пытался скрыться от них.

Жиловский и Конайко догнали его. С одного удара Жиловского, парень камнем упал на землю. Видя, что тот находится без сознания, они не остановились, а продолжали бить его ногами. Величко остался жив только благодаря подоспевшему отряду «Беркута». Они быстро скрутили правонарушителей, хотя те сопротивлялись, и отправили их в райотдел милиции. «Скорая помощь» отвезла в больницу искалеченного Величко и мертвого Храмова.

После опроса многочисленных свидетелей картина для следователей была предельно ясна, и преступники предстали перед судом. Судебная коллегия приговорила Бориса Ивановича Жиловского и Александра Константиновича Конайко к пятнадцати годам лишения свободы.

Глава XXX

Последний стиляга Одессы

Кто такой стиляга? Так назвали (с недоброй руки одного комсомольского издания) новых модников. Они вошли в жизнь, что называется, на плечах конца 40-х годов, когда по киноэкранам гулял Тарзан.

Еще не успели любители кино опомниться от «Девушки моей мечты» — немецкого трофейного фильма, по которому даже проводились нелепые обсуждения молодежных нравов, как всех оглушил истошный рев полудикого существа.

Это было одно из первых незапланированных явлений советской действительности — увлечение трюками молодого красивого существа, влюбившегося в прелестную полуодетую (нет, никакой эротики!) девицу, чтобы затем появиться под нелепые ужимки на улицах огромного Нью-Йорка.

Такое послевоенное (и тоже трофейное!) чудище, говорят, обеспечило отечественному прокату половину годовой запланированной выручки, а главное — стало ступенькой к другим вольностям нашей жизни. Оно освободило наши нравы — в поведении на улицах, в одежде, даже в словечках молодежи, которой полюбился этакий фривольный стиль.

Конечно, поначалу было забавно видеть кривляние молодых людей, которые упорно не следовали советским образцам жизни, но еще не выработали свою житейскую манеру, достойную настоящего подражания. Удивительно ли, что такая неустойчивая мода захватила и Одессу, которая издавна славилась оригинальными формами жизни, заимствованными благодаря «тлетворному влиянию», как казенно говорилось тогда о Западе?

Одним из самых заметных стиляг был некий Эдик Баренбойм. Под влиянием пресловутого Тарзана он получил даже прозвище — Эдик-Тарзан. Парень вроде бы незамысловатого происхождения — из семьи одесских артельщиков (отец — мастер пуговичного производства), без особого образования. Державшийся скромно с девушками, он больше тянулся к спорту: вертелся на снарядах, любил плавать и бегать. Это выработало в нем своеобразный стиль поведения — он ходил, далеко выбрасывая ноги и слегка покачиваясь, внешне походил на боксера. Держался одиноко, не заводя тесных компаний. Любил опрятно одеться, носил модную прическу. Словом, в нем потенциально сидел тот тип, из которого и выработался со временем настоящий стиляга.

Чем, собственно, отличался Эдик-Тарзан, когда стал появляться в центре города и привлекать к себе внимание? Хотя бы такой выходкой, позаимствованной от того же кинематографического Тарзана: он забрался на высокое дерево на Дерибасовской и… прыгнул с него, немного побившись. Ясно, что это придало ему известности — о нем заговорили, больше со смехом. Будь он более расторопным и говорливым, это, наверное, создало бы ему громкую славу неотразимого «бендеровского» типа. Но парень довольствовался этим — прыжком по-Тарзаньи. И в этом качестве как бы застыл.

Тогда «вся Одесса» по вечерам собиралась в Центральном гастрономе, где справа от входа испытанные остряки окружали миловидную блондинку — продавщицу шампанского на разлив. Хотя там же, в соседнем отделе, продавались прекрасные грузинские вина, вроде саперави или даже хванчкары (почти, как в самой Москве!). Отсюда толпа, набравшись всего веселящего, расползалась по своим тропкам — кто мимо Гриши-Соловья из медина, кто возле Григория Брацлавского, красавца из статистов Русского театра (где остряк Маккавейский раз спросил того по поводу его длинного носа: «Кто его вам приделал?»). Кто-то держался неутомимого сплетника Юрки Владимирского, который выдавал любую новость о филармонии или закулисных делах. Там еще вертелся мрачноватый графоман Марик Бардин с потугами на «железную прозу» и даже великий шахматист Ефим Геллер — до его отъезда в столицу. Одним словом, не говоря уже про безвестную мелкоту, там было вокруг кого потолкаться допоздна, особенно если туда наведывалась уже начинавшая стажироваться на местном телевидении неподражаемая Нелли Харченко.

Ну, а Эдик-Тарзан все же отличался в этой среде, как бы шлифуя свои данные. Он еще больше покачивался при походке, еще шире раскидывал свои коричневые туфли на толстенной микропоре, вызывающе не замечая даже тех девиц, которые нагло лезли к нему. Он уже успел прославиться под пером местных фельетонистов Пиковского и Лобкова, которые не удержались и сопоставили его с откровенным спекулянтом киношными билетами по ими же придуманному прозвищу Мамбо-итальянец. Как бы в противовес этому появились прямые подражатели Эдику Баренбойму — вроде некоего Горика, тоже особенно не блиставшего остроумием, но зато точно повторяющего все повадки этого Тарзана. К тому же на тогдашних экранах увеличился поток трофейного кинопродукта, преподносившего образцы поведения на западный манер. Дошло даже до того, что в репертуаре джазовых оркестриков ресторанов «Волна» или «Красный» вовсю исполнялись броские песенки из пресловутой ленты американцев — «Судьба солдата в Америке», иначе называвшейся «Лучшие годы нашей жизни». И удивительно ли, что это отражалось на общем уровне культуры нашей молодежи? Кончилось все привлечением Тарзана к ответственности за тунеядство. Его обвинили в том, что он нигде не работает, ведет паразитический образ жизни. Тогда официальные органы пустились в такую крайность: на улице придирались к людям за ношение слишком яркой одежды или очень узких штанов, буквально орудуя там же ножницами или загоняя в отделения милиции особо нарушавших порядок. Именно за аморальный образ жизни был осужден сам Баренбойм, а также некоторые его последователи. Наказывались даже иные взрослые за то, что не умели воспитать своих детей…

Бандитская Одесса. Бандиты времен стагнации

Только в середине 50-х годов это положение стало меняться. Власти сами поняли, что загнали себя в угол, когда организовывали одно из самых массовых общественных мероприятий. Это было проведение в Москве Международного фестиваля молодежи, на который съехались молодые представители из десятков стран. Говорили, что туда были мобилизованы, кроме комсомольских организаций, резервные силы милиции и службы безопасности — свыше 20 тысяч, а по городам вроде Одессы, мимо которых должны были проезжать иностранные делегации, специально давались инструкции по части поведения молодежи, вроде обязательных выкриков: «Миру — мир!». Но можно ли было как-то удержать одесситов, особенно девушек, от выражения ярких чувств к иностранцам?!

Даже отсидевший небольшой срок Эдик-Тарзан проявил свои чувства, когда вышел в порт к судам, на которых прибыли гости из стран Ближнего Востока. Его всячески оттесняли в сторону «нужные работники», но, с другой стороны, подхлестывали окружающие девицы. Одна из них якобы отругала его за то, что стоит такой красавец, похожий на иностранца из Египта или Сирии, но никак не участвует в их торжестве. И кончилось тем, что Баренбойм был вовлечен в драку, когда с «Победы» сходили по трапу гости, которых грубо теснили оперативники: «Поскорее… к автобусам!» Неспроста он и получил удар в челюсть, пока отбивался от слишком завзятых комсомольцев… А как ему хотелось попасть в Москву вместе с многочисленными приезжими!

Не это ли и зародило в нем то желание, которое исполнилось позже. Так или иначе, Эдик-Тарзан был наказан — и жестоко. Ему не довелось больше ни прыгать с дерева, ни шаркать микропористыми туфлями по центру Одессы, ни даже прогуливаться с одной из девушек, которая раньше отругала «такого красавца, который стоит»…

Шесть лет! Это был срок, на который осудили любителя красивой жизни одессита Эдуарда Баренбойма. «Здесь ты не попрыгаешь с дерева, а будешь таскать на себе деревья…», — так поначалу успокоил новичка в зоне начальник отряда — лейтенант, под начало которого попал Тарзан. И дальше он ходил по рукам начальства — от нарядчика до бригадира, от звеньевого до «пугала» — того типа, который сам не работал, таская бревна, но умело закрывал в свою пользу наряды по количеству кубов на лесозаготовке. А когда сумел сам разобраться, кто над кем там сверху и от кого зависит свой приварок, за несговорчивость получил по скулам — да так, что долго ощущал вывороченную кем-то впотьмах челюсть…

Другое дело, что домашние, и без того намыкавшиеся с Эдиком еще в старые, «стиляжные» времена, во главе с пожилым мастером по изготовлению пуговиц, сумели найти концы у каких-то знающих кадров, чтобы похлопотать о переводе сынка в другую, более терпимую зону — «на камыши», что недалеко от Одессы, под Вилково. И там уже Тарзан кое-как дотягивал срок, пользуясь посылочками от той самой, кто раньше ругала красавца. Оказалось, она бывала в Одессе только изредка, плавая в основном на том самом судне, которое и привозило в город смуглых. Настал срок выхода на волю, и бывший стиляга совсем приклеился к Людочке, поманившей его к своему шалашу — в однокомнатную квартиру.

Говорят, тогда было не узнать чернявого парня с перекошенной скулой — бывшего прыгуна с дерева, бывшего последнего стилягу Одессы.

Впрочем, кто знает настоящие помыслы того, кто кричал по-тарзаньи?

Работа на деревообработке в мелкой артели, куда неохотно приняли бывшую знаменитость, явно не грела душу мужа той, которая бывала в море.

Однажды, видя его метания и тоску по бывшей жизни, где модно было даже прыгать с деревьев, морячка Людочка просто сказала: «Рискнем, что ли, уйдем подальше вместе?» Она предложила бежать с того судна, на котором должна была уходить в очередной рейс.

Говорят, недавно их видели в Израиле, куда заходит «Дмитрий Шостакович» на пути Одесса — Хайфа. Там, кстати, растут прекрасные деревья — пальмы.

Но их любитель, пожалуй, больше не прыгает с них.

Глава XXXI

Родственник-наводчик

11 ноября 1983 года областная судебная коллегия под председательством судьи Чистякова Ю. Г. выносила свой приговор, определяя дальнейшую судьбу четырех людей, которые соединились в одну преступную группировку и совершили разбойное нападение с целью завладения индивидуальным имуществом граждан. На скамье подсудимых находились Цигульский Игорь Валентинович, Уманец Игорь Николаевич, Саргю-нас Ярослав Александрович и Толкачев Павел Алексеевич. Все они имели одинаковые черты характера: хладнокровие, жестокость и абсолютное равнодушие к человеческой боли.

Цигульский И. В. — лидер банды, для реализации своего преступного плана в начале апреля 1983 года незаконно приобрел на окраине Одессы у неизвестного лица пистолет «ТТ» и боеприпасы к нему в большом количестве. Помимо этого, он приобрел охотничьи кинжалы, пистолеты-зажигалки, кастеты, резиновые дубинки, удавки и шапки-маски для лица. Банда решила открыто завладеть индивидуальным имуществом жителя села Кудрявка Березовского района Одесской области П.

Их выбор оказался не случайным — П. был родственником одного из членов преступной группировки Саргюнаса Я. А., который и дал «наводку» на своего богатого, как ему казалось, дядюшку.

29 апреля 1983 года, вооружившись, банда выехала из Одессы в Березовский район в село Кудрявку на машине «Москвич», принадлежавшей Толкачеву П. А. По дороге лидер группировки распределил для всех роли при совершении нападения и раздал всем холодное оружие, удавки и шапки-маски, оставив себе пистолет.

Приехав в Кудрявку, «родственничек» показал, где проживает его дядя, и преступники остановили автомобиль вблизи его дома. Дождавшись 12 часов ночи, бандиты одели маски, приготовили оружие и пошли к указанному дому, а Саргюнас остался возле машины «на шухере».

П. и его жена мирно спали в то время, когда люди в масках стали выбивать у них дверь дома. От страшного грохота хозяева проснулись, но не успели понять, что происходит, как в комнату ворвались трое незнакомых мужчин с оружием в руках.

Цигульский закричал перепуганным хозяевам: «Не двигаться» — и выстрелил в тумбу, которая стояла около кровати. Супруги П. застыли на месте, а лидер банды продолжал кричать, приказывая им отдать все деньги и ценности. Хозяин дома ответил, что денег дома не хранит, а драгоценности находятся в соседней комнате. Разозленный ответом Цигульский подошел к женщине и нанес ей удар ножом в плечо. Женщина от сильной боли стала истерически кричать.

«А теперь вспомнил где деньги лежат?» — произнес Цигульский и ударил женщину по лицу, приказывая ей замолчать. П. стал умолять бандитов не причинять им боль, просил их забрать все, что есть в доме, и уйти, продолжая утверждать, что наличные деньги дома не держит.

Уманец и Толкачев привязали раненную женщину к кровати, сняли с нее ночную сорочку и нанесли ей очередное ранение ножом в ягодицу.

Цигульский ударил рукояткой пистолета П. по голове и поволок за волосы в соседнюю комнату. Хозяин дома указал на сервант и сказал, что там находятся золотые украшения и все деньги, которые у них имеются. Цигульский открыл сервант и достал оттуда золотые серьги, две золотые цепочки, 7 золотых колец, деньги в сумме 1635 рублей.

Уманец и Толкачев начали избивать П., а после, затянув удавку на его шее, стали вымогать у него еще денег, которых, как считали бандиты, было не менее 5 тысяч долларов США.

Жизнь супругов спас громкий стук в дверь. Их квартиранты, о которых не знали преступники, вернулись домой после вечеринки у своих знакомых и стали стучать в двери, слыша непонятные крики и шум в доме.

Цигульский, Уманец и Толкачев, забрав деньги и драгоценности, с силой распахнули дверь, отчего квартиранты отлетели в сторону. Цигульский, с целью убийства нежданных свидетелей, стал стрелять, но, к счастью, все выстрелы прошли мимо ни в чем неповинных жертв. Преступники сели в машину и на большой скорости скрылись с места преступления.

Скорая помощь и милиция уже через 10 минут были на месте происшествия.

П. была спасена благодаря высокой квалификации врачей, а квартиранты — Н. и И. дали бесценную информацию правоохранительным органам. Они, проходя мимо машины, узнали сидящего за рулем родственника П. — Саргюнаса Ярослава.

Тут же по рации была передана ориентировка на бандитов патрулям ГАИ, которые начали останавливать и проверять все «Москвичи» синего цвета. Как только преступная группировка выехала на трассу «Одесса — Киев», они увидели на обочине светящийся жезл инспектора ГАИ. Лидер банды, поняв, что началась охота за ними, приказал водителю не останавливаться и увеличить скорость до предела. Послышался сигнал сирены. Милицейская машина стала преследовать «Москвич», ехавший со скоростью 130 км/ч.

После 30 километров автогонок автомобиль с преступниками уже преследовали три патрульные машины ГАИ. Одна милицейская машина обогнала «Москвич», вторая — поравнялась с машиной преступников, а третья — «сидела у них на хвосте». Будучи прижатой милицейскими машинами к обочине, машина преступников была вынуждена остановиться. Захват преступной группировки инспекторами ГАИ прошел быстро и без жертв.

Вскоре преступная группировка предстала перед судебной коллегией, которая приговорила: Цигульского Игоря Валентиновича — к 12 годам лишения свободы; Уманца Игоря Николаевича — к 10 годам лишения свободы; Толкачева Павла Алексеевича — к 9 годам лишения свободы; Саргюнаса Ярослава Александровича — к 7 годам лишения свободы.

Глава XXXII

Роковая командировка капитана Архипова

К сожалению, человек не может предсказать свою судьбу и обойти стороной неприятности, которые поджидают его на жизненном пути. Даже те люди, которые с самого детства стремятся достигнуть своей цели, воспитывая в себе храбрость, мужество, честность и целеустремленность, не застрахованы от рокового стечения обстоятельств.

Так, Архипов Владимир Александрович уже в свои неполных 20 лет славился как храбрый и мужественный военнослужащий, имел множество похвал со стороны начальства и подавал большие надежды. Прогнозы себя оправдывали, и вскоре Владимир Александрович получил звание капитана Советской Армии.

Казалось, все идет, как в сказке, — молодая красивая жена, любимая работа, уважение коллег и доброжелательное отношение начальства, крепкое здоровье. Но жизнь — не сказка, и счастливая, размеренная жизнь Архипова, увы, имела трагический конец…

22 декабря 1989 года. Разгильдяй и гуляка Дудник Петр Николаевич, недавно вышедший на свободу после трех лет пребывания в тюрьме за хулиганство и мелкое воровство, выехал из дому на машине «ВАЗ-2101», которая принадлежала его жене, в центр города Котовска. Он с самого утра стал навещать своих знакомых — однокамерников — и уже к вечеру находился в сильном алкогольном опьянении.

Несмотря на свое состояние, Дудник сел за руль автомобиля и стал кататься по городу. Выехав на проспект Свободы, пьяный водитель повернул к зданию, которое сверкало разноцветными огнями. ВАЗ остановился, и Дудник, оставив машину прямо на обочине дороги, зашел в кафе «Молодежное». Там он знакомится с Валерием Туняковым, также жителем Котовска, и заводит с ним разговор. Выпив по бокальчику холодного пива, Дудник предлагает Тунякову распить имеющуюся в его машине бутылку водки, но Туняков предложил более подходящий вариант — продолжить знакомство в квартире его приятеля А. М. Чурикова, который проживал недалеко от кафе.

Дудник забрал из машины бутылку дешевой водки, и новоиспеченные друзья пошли в гости к Чурикову. Полчаса спустя, распив спиртное, гости покинули квартиру Чурикова и разошлись: Туняков домой, а Дудник обратно в кафе «Молодежное».

Не успев зайти в кафе, Петр Дудник знакомится с солидным, высоким и красивым мужчиной в военной форме, который рассказал ему, что едет из Одессы к месту службы в город Балту, а в Котовске он проездом. Веселый и жизнерадостный Владимир Александрович Архипов быстро нашел общий язык с незнакомцем и согласился с ним выпить по бокалу пива. Дудник, который прошел свою школу жизни, стал подыгрывать военному и рассказывать всякие небылицы о том, как он служил в армии, как рос и воспитывался в семье с папой-генералом, и как они с мамой следовали за отцом по всему Советскому Союзу, переезжая из одного военного городка в другой. Доверчивый Архипов верил лживому собеседнику и, ничего не подозревая, стал рассказывать о своей жизни, упомянув также о том, что из командировочных денег он сэкономил 800 рублей, поэтому сможет привезти любимой жене подарок.

Дальнейшие события подтвердили правдивость старой мудрой поговорки: «Язык мой — враг мой», так как Дудник, узнав о деньгах, тут же составил свой коварный план. Он предложил поехать к нему домой — покушать горячих вареников, выпить водки или домашнего вина. Архипова долго уговаривать не пришлось, и через 20 минут машина Дудника остановилась у ворот маленького дома, расположенного по ул. Октябрьской.

Гостеприимный хозяин завел военного в дом и стал быстро опустошать холодильник на кухне, выставляя на стол нехитрую закуску, в то время как его жена разогревала на сковороде домашние вареники. Архипов не переставал выражать свою благодарность хозяевам и с удовольствием сел за круглый стол.

За бутылкой 60-градусного самогона общение набирало обороты, и Дудник с Архиповым с каждой рюмкой становились все ближе и роднее. Правда, жена Дудника мало понимала, о чем говорит ее муж, который продолжал рассказывать басни о своей прошлой интересной жизни, но она не вступала в разговор, так как прекрасно знала, что любое вмешательство с ее стороны будет дорого ей стоить.

Время шло, и алкоголь брал свое — Архипов опьянел, потерял координацию движений и попросил Дудника, чтобы тот помог ему выйти на улицу — подышать свежим воздухом. После того, как супруги Дудники вывели капитана во двор их дома, муж приказал жене удалиться и, что бы ни происходило, держать рот на замке.

Когда мужчины остались вдвоем. Дудник изо всей силы ударил Архипова кулаком по голове, отчего тот упал на колени и застонал от боли. Далее следовал удар за ударом — Дудник бесчеловечно избивал Владимира, который лежал на земле в лужи крови.

Когда Архипов потерял сознание, Дудник похитил его личные вещи: портмоне с деньгами, удостоверение личности офицера, хромовые офицерские сапоги, ремень, портфель-дипломат, где находились служебные и финансовые документы, очки и часы. Преступник украденные вещи спрятал в доме, а документы отдал жене, чтобы она их сожгла.

Испуганная женщина ослушалась приказа мужа и спрятала ценные бумаги в ведро с углем. Дудник вернулся к Архипову, который находился в бессознательном состоянии и несколько раз ударил его ногой. Капитан не пошевелился и не подал никаких признаков жизни. Дудник, решив, что он мертв, взял лопату, канистру бензина, загнал машину во двор и затянул тело капитана в багажник автомобиля.

Примерно в два часа ночи автомобиль «ВАЗ» направился в сторону села Косы. Недалеко от селения Дудник остановил машину около лесопосадки и вытянул из багажника Архипова, спокойно достал канистру с бензином и, собираясь облить им тело, вздрогнул от ужаса — неожиданно он услышал жалобные стоны.

На какое-то мгновение Дудник остановился, рука, держащая канистру с горючим, задрожала, ноги подкосились. Но минута слабости быстро прошла, и преступник хладнокровно и решительно облил еще живого капитана Архипова бензином, чиркнул спичкой о коробок, и красное пламя вспыхнуло. Убийца стоял и смотрел на горящего живого человека, как на простое сухое полено.

Спустя пару минут капитан Советской Армии Архипов скончался, не успев прийти в сознание.

Дудник стоял и смотрел до тех пор, пока последний огонек не погас, а потом взял лопату и присыпал черное обгорелое тело землей.

Приехав домой, убийца налил полный стакан самогона, выпил и лег спокойно спать.

Не сомкнула глаз его жена. Бедная женщина, вспоминая систематические побои мужа, его ругань и постоянные пьянки все равно не могла понять, как этот человек мог опуститься до такого — убить ни в чем не повинного человека, хладнокровно лишить его жизни?

В 6 часов утра жена Дудника отправилась в Котовский райотдел милиции, прихватив с собой спрятанные документы Архипова.

Вскоре убийца был задержан правоохранительными органами и предстал перед судом.

Две женщины присутствовали на суде. Одна, которая потеряла любимого, доброго и заботливого мужа горько плакала; другая, которая потеряла мужа-убийцу и изверга Дудника, приговоренного к расстрелу, смотрела холодно вдаль и абсолютно не жалела, что ее дорогой супруг вскоре отправится в ад, где ему и место.

Глава XXXIII

Украл, выпил, в тюрьму

12 марта 1958 года в Одессе под председательством судьи Рыбак были осуждены сразу девять человек, которые путем преступных деяний хотели пополнить свой личный капитал. Всех подсудимых связывали воедино антиморальные взгляды на жизнь, желание хорошо жить не работая, озлобленность на окружающий мир и полное отсутствие нравственности.

А дело обстояло так…

10 декабря 1957 года Зайков Константин Иванович пришел в гости к своему другу Голубовскому Николаю Сильвестровичу, который проживал вместе со своим родным братом Владимиром Сильвестровичем. После недолгих обоюдных жалоб на тяжелую жизнь и постоянную нехватку денег Зайков предлагает Голубовскому план ограбления магазина в пригородном селе Котовка. Зайков уже был осведомлен о том, что магазин, который находится далеко от Одессы, плохо охраняем и освещается всего лишь одним уличным фонарем. Братья Голубовские с легкостью соглашаются участвовать в ограблении магазина.

Во второй половине этого же дня, Зайков и Голубовский выехали автобусом в Котовку. Грабители выяснили распорядок работы магазина, систему замков, организацию охраны и вернулись в Одессу. При обсуждении плана ограбления Зайков и Голубовские принимают решение: создать банду из «надежных» лиц, которые будут принимать участие в ограблении, а в последующем и в других преступных деяниях.

Заниматься подбором «кадров» взялся Зайков. Для него это не составило большого труда, так как он знал много подходящих для этой роли «кадров», с которыми много лет проживал в соседних домах и хулиганил на улицах.

Буквально за пару дней Зайков создал преступную группу, в которую вошли уроженцы и жители Одессы: Новицкий Виктор Иванович, Вальчук Евгений Мартианович, Чабан Анатолий Михайлович, Шепеленко Борис Филиппович, Шатилов Николай Федорович и Левченко Наталья Емельяновна.

Для Новицкого, Вальчука, Чабана, Шепеленко и Левченко преступные деяния были не чужды, а скорее даже ближе к сердцу, так как они все уже были судимы и на путь истинный становиться не собирались.

На 12 декабря была назначена явка всех членов банды на квартире у Голубовских. Все вышеупомянутые лица пришли вовремя и стали обсуждать план ограбления, распределять роли и устанавливать правила общения между собой.

Было решено: Голубовские Владимир и Николай остаются дома, чтобы принять награбленное, а все остальные члены банды непосредственно участвуют в ограблении.

Шепеленко, Чабан и Новицкий должны были в течение часа найти автомобиль для реализации задуманного, и все трое отправились на поиски в город.

Зайков и Вальчук отправились на кожгалантерейную фабрику, где работал Зайков. Он показался перед рабочими, включил станок и под видом работы наточил охотничий нож, после чего незаметно с Вальчуком покинул фабрику. Как было условлено, Зайков и Вальчук пришли к месту ожидания машины.

Тем временем Шепеленко, Чабан и Новицкий около 19 часов вечера на Соборной площади, у стоянки такси, подошли к машине и предложили водителю довести их до кожгалантерейной фабрики. Ничего не подозревающий таксист согласился и поехал в указанном направлении на свою беду. Подъехав к месту, где их ожидали Зайков и Вальчук, Чабан ударом ноги сбил ногу водителя с педали газа, после чего выключил зажигание и выдернул ключ. Шепеленко и Новицкий тут же набросили сзади на водителя машины Иваненко веревочную петлю на шею. Но петля попала водителю на подбородок, и он схватил ее рукой, оттягивая от шеи, а левой рукой открыл дверь, пытаясь выйти из машины.

Подоспевшие Зайков и Вальчук схватили Иваненко за руки и перетащили на заднее сиденье автомобиля.

За руль машины сел Чабан, рядом с ним Зайков, а на заднее сиденье сели Вальчук, Новицкий и Шепеленко зажав водителя Иваненко. Банда отправилась в Котовку. Подъехав к магазину, Чабан развернул машину в сторону города и замазал грязью номерной знак. Все члены банды надели на руки перчатки, связали Иваненко веревкой и отправились к магазину, кроме Чабана, который был «на шухере», сторожил связанного таксиста и был готов сразу же «стартануть» после ограбления.

Когда попытка Зайкова сорвать замок не привела к ожидаемому результату, он выбрался на крышу подсобного помещения, проломил потолок и проник в магазин. Там он брал товары и передавал их Вальчуку и Новицкому. Все награбленное было связано в два узла и перенесено к машине.

Преступники похитили в магазине спортивные костюмы для взрослых и детей, дамское пальто, жакеты, юбки, куртки, шерстяной ковер и многое другое. Всего грабители похитили товаров на сумму 17 512 рублей. Все награбленное уложили в машину, завязали перепуганному водителю глаза и поехали в город тем же путем.

В Одессе машину покинул Шепеленко, а затем Вальчук и Новицкий, договорившись встретиться на квартире у Голубовских.

Зайков с Чабаном приехали к Голубовским и разгрузили наворованное добро в сарай.

После этого Зайков и Чабан отправились на машине к Ярмарочной площади, где развязали водителя, сняли с его глаз повязку, и за причиненные ему неудобства Зайков всунул в карман Иваненко только что сворованные из магазина часы марки «Победа» и ключи от автомобиля.

Преступники, пробежав через двор школы, вернулись в квартиру Голубовских. Там Левченко Наталья, довольная удачным ограблением, накрыла шикарный стол со всевозможными закусками и дорогой выпивкой.

После застолья Зайков отправился к себе на работу, а Чабан в приподнятом настроении пошел в клуб на танцы, чтобы познакомиться с женщиной и продолжить с ней прекрасный вечер.

13 декабря, во второй половине дня, на квартире у Голубовских собрались все участники преступления. Когда все ворованные вещи перенесли из сарая на кухню и стали их оценивать, в квартиру зашел квартирант Голубовских — Шатилов Николай. Он предложил реализовать все украденное за один день и вернуть Голубовскому 5700 рублей (в такую сумму был оценен товар), на что все согласились.

Шатилов должен был забрать краденые вещи 14 декабря, хотя Левченко Наталья настаивала перевести их немедленно, так как боялась разоблачения.

14 декабря Зайков пришел на квартиру Голубовских, чтобы помочь Шатилову перенести вещи. Преступники, дожидаясь темноты, распивали водку и были очень удивлены, когда в квартиру зашли работники милиции. Милиционеры сразу же задержали Зайкова, Голубовского и Шатилова, конфисковав весь краденый товар.

Остальные участники преступления еще некоторое время скрывались от правоохранительных органов, ночуя на полях орошения, в трубах кирпичного завода, но вскоре были обнаружены и пополнили скамью подсудимых.

Суд приговорил Чабана Анатолия Михайловича, Зайкова Константина Ивановича и Голубовского Владимира Сильвестровича к 15 годам лишения свободы; Новицкого Виктора Ивановича, Вальчука Евгения Мартиановича, Шепеленко Бориса Филипповича к 10 годам лишения свободы; Голубовского Николая Сильвестровича к 8 годам лишения свободы; Шатилова Николая Федоровича к 3 годам лишения свободы; Левченко Наталью Емельяновну к 2 годам лишения свободы.

Глава XXXIV

По законам присяги

Сине-желтый милицейский мотоцикл «Урал» двигался по улице не спеша. Старшина милиции И. Н. Громов, который управлял мотоциклом, не любовался архитектурой Одессы, а внимательно осматривал все, что доверено ему было охранять ночью.

Впереди у Громова была целая ночь дежурства и множество поставленных задач: побывать на нескольких объектах, проверить ночную службу нарядов милиции и, естественно, следить, чтобы граждане Одессы спали в тишине и спокойствии.

Кроме того, Громов знал, что сегодня поставлено на дежурство несколько молодых и еще неопытных милиционеров, за которыми надо было присмотреть.

Для своих подчиненных Иван Николаевич был не только командиром и наставником, но и старшим братом, помогая молодым в работе и вникая в проблемы личной жизни. Громов, или «терапевт», как называли его сотрудники милиции, так как он мгновенно на слух определял неисправности в моторе, чувствовал не только «железо», но и предстоящую опасность… Следуя интуиции, повернул на своем мотоцикле в сторону улицы Богатого.

В это время, в 20. 25, инспектор ГАИ заметил идущий на высокой скорости автомобиль возле Пересыпского моста, он подбежал к дороге и, подняв милицейский жезл, приказал: «Остановитесь!»

Водитель машины, продолжая ехать на бешеной скорости, никак на гаишника не прореагировал и продолжал нарушать правила дорожного движения. Инспектор подбежал к своей патрульной машине и сел за баранку.

Началась гонка.

Бандитская Одесса. Бандиты времен стагнации

Лихач все набирал скорость и всячески пытался увильнуть от преследующей машины.

Машины поравнялись на улице Богатого, и инспектор ГАИ, приоткрыв дверцу, приготовился к прыжку…

Милиционеру удалось прыгнуть на подножку фургона ГАЗ-53, но лихач резко увеличил скорость и стал вилять машиной по всей улице, отчего гаишнику не удалось удержаться.

Эта трагедия произошла глазах Громова, который выехал на своем мотоцикле прямо на участок, где проходила гонка.

Громов, у которого серьезность и обстоятельность сочетались с молодым азартом и способностью увлекаться делом до самозабвения, догнал «гонщика» и на улице Известковой поставил свой «Урал» на его пути.

… У Громова еще было несколько секунд, чтобы повернуть мотоцикл и пропустить фургон. Впрочем этих мгновений вполне хватило бы и шоферу фургона для того, чтобы понять, на что он идет.

Последовал удар…

Страшный грохот, пыль и крики случайных прохожих всколыхнули улицу. Сирены скорой помощи и милицейских машин послышались через 5 минут после удара.

Работники ГАИ с трудом вытянули из машины водителя фургона и посадили в «воронок» в наручниках, а вот старшину милиции Ивана Николаевича Громова занесли на носилках к себе в машину люди в белых халатах, накрыв его белой простыней… столовой.

Прошло время.

На судебном заседании водитель-убийца смотрел на судей пустым взглядом, пытаясь понять, почему он приговорен к 15 годам лишения свободы. Естественно, находясь в страшном алкогольном опьянении, осужденный не помнил ту страшную и трагическую ночь, когда был ранен инспектор ГАИ и убит старшина милиции.

Все, кто знал Громова, до сих пор не могут говорить о нем в прошедшем времени.

Школу Громова прошли многие милиционеры-новички, которые уже и сами стали командирами. Среди его воспитанников есть и следователь, и начальник районной инспекции по делам несовершеннолетних, и работники ОБХСС и угрозыска.

Громов навсегда остался с ними как пример беззаветного служения людям, честности, доброжелательности и порядочности.

Анализируя самоотверженный поступок Громова, невольно задаешься вопросом: а нужно ли было в тот момент идти на крайний риск? Легче ли его детям от совершенного отцом подвига? Поняла ли любящая жена поступок своего мужа?

Может быть, ответ мы найдем в подписной присяге Громова: «… в случае необходимости не пощадить и самой жизни для охраны правопорядка».

Свою присягу он сдержал до конца, ведь на пути пьяного водителя могли оказаться люди!

Иван Николаевич Громов был награжден правительственной наградой посмертно.

Глава XXXV

«Гуманные» взятки

Выпускной бал — долгожданное время для школьников. В этот период взрослые дети ощущают весьма противоречивые чувства: с одной стороны — радость, а с другой — тревогу. Юноши и девушки, сдав выпускные экзамены в школе, готовятся к другим, от которых многое зависит в их дальнейшей жизни. Поступая в техникумы или в вузы, ребята робеют перед строгими, деловитыми преподавателями, которые так отличаются от привычных за столько лет учителей, часто выводящих в журнале вместо твердой четверки слабенькую пятерку.

Но, с горем пополам пройдя экзамены и поступив на 1-й курс, студенты начинают понимать, что со многими преподавателями можно решить проблему намного легче, чем со своими школьными учителями. Так, в Одесском технологическом институте им. — Ломоносова студенты, которые обучались в период с 1960-го по 1967 годы, прекрасно изучили психологию своих преподавателей и знали, «кто сколько стоит».

Анатолий Кобзарь, который после окончания школы в 1963 году решил поступить именно в этот институт, пообщавшись со знакомыми, обучавшимися в этом заведении, узнал, как можно сдать вступительные экзамены «на вернячок». Анатолий ценную информацию передал матери, и та направилась в технологический институт знакомиться с рекомендованной Зинаидой Ивановной Подобой. Зайдя в кабинет, на котором висела небольшая табличка с надписью «Кафедра высшей математики», Софья Кобзарь немного оробела — перед ней сидела видная, красивая женщина в дорогом солидном костюме.

Софья, убедившись, что это и есть Подоба Зинаида Ивановна, неуверенно стала рассказывать, с какой целью она пришла, а после спросила, может ли она и ее сын рассчитывать на поддержку с ее стороны при поступлении в институт.

Конечно, работа преподавателя — одна из самых уважаемых и гуманных профессий в мире, но, увы, с мизерной заработной платой. Мы не знаем, что именно толкнуло уважаемого ассистента кафедры высшей математики согласиться за взятку и устроить молодого парня в институт, но факт остается фактом: Зинаида Ивановна Подоба взяла от Софьи Кобзарь 400 рублей, гарантировав проходные баллы ее сыну. Как известно, существует специальная приемная комиссия, и поэтому Зинаида Ивановна не решала вопросы одна, а имела сообщников — Полякову Надежду Трофимовну, Волошину Прасковью Демьяновну и Завадскую Марию Яковлевну, которые были также преподавателями в Одесском технологическом институте и являлись членами экзаменационной комиссии. М. Я. Завадская занимала особое место среди преподавателей-взяточников, ведь она была на «короткой ноге» с самим ректором университета, который, доверяя ей и уважая свою коллегу, часто не замечал служебных нарушений с ее стороны.

Бандитская Одесса. Бандиты времен стагнации

После общения с матерью абитуриента Зинаида Ивановна зашла в кабинет, где находились Полякова, Волошина и Завадская, рассказала о просьбе Кобзарь и после их согласия помочь, тут же разделила деньги на четверых — по 100 рублей каждой. Софья Кобзарь перед экзаменами сына не только надеялась на помощь преподавателя, но и натаскивала мальчика, который заметно ковылял в точных науках.

5 августа 1966 года возле Одесского технологического института им. Ломоносова собралось очень много людей, которые были разделены на маленькие группы и находились во взбудораженном состоянии, — это был день вступительных экзаменов.

В десять утра вся присутствующая молодежь зашла в институт, оставив родителей в ожидании чуда.

Анатолию Кобзарю предстояло написать ответы по математике письменно и он робко вытянув билет, принялся за работу. Как обычно, каждому абитуриенту попадается самый «сложный» билет, и он, ломая голову, пытается вспомнить, что зазубривал. Зинаида Ивановна, которая принимала экзамены вместе с другими преподавателями, прогуливалась по аудитории, наблюдая, чтобы абитуриенты не пользовались шпаргалками. Она на мгновенье остановилась возле Кобзаря и, убедившись, что он пишет ерунду, тихо предупредила его, чтобы он остался после экзамена. Прозвучал звонок. Билеты с ответами на математические вопросы собраны, а все поступающие направились сдавать следующий экзамен.

Вскоре институт опустел, но Толя все еще находился в аудитории — он переписывал правильные ответы по его экзаменационному билету, шаблон которых любезно предоставила Полякова, а отдельную аудиторию для этой цели — Завадская. Волошина обеспечила Кобзарю отличные оценки по другим предметам. Таким образом, общими усилиями Анатолий Кобзарь числился в списках уже не как абитуриент, а как студент 1-го курса Одесского технологического института.

На следующий год организованная группа взяточников-преподавателей таким же образом устроила в институт Юлию Воловшик, мама которой «отблагодарила» учителей 500 рублями. В 1965 году ставки поднялись, и преподаватели за содеянную помощь при поступлении взяли с Ивана Каре 800 рублей за отличные оценки его сына на вступительных экзаменах. Кроме того, что с 1960-го по 1967 годы тройка преподавателей систематически «впихивала» в институт горе-абитуриентов, они в течение года помогали студентам сдавать сессию, оценивая каждый экзамен в 100 рублей. Таким образом, одни дети самостоятельно грызли гранит науки, а другие, — наслаждаясь неповторимой студенческой жизнью, имели аналогичные оценки — «4» и «5».

В 1967 году взяточничеству преподавателей наступил конец. Дело в том, что один из старых преподавателей-патриотов написал на Надежду Трофимовну Полякову, Прасковью Демьяновну Волошину, Марию Яковлевну Завадскую и Зинаиду Ивановну Подобу жалобу в Министерство высшего образования Украины, обвиняя их во взяточничестве и использовании служебного положения. Началось расследование, которое для женщин с «гуманной» профессией окончилось трагически, так же, как и для ни в чем не повинного ректора университета, который «слетел» с работы за слепую веру в порядочность профессиональных, но жадных преподавателей.

Суд, учитывая возвращение государству сумму их обогащения и откровенное признание своей вины, приговорил Полякову Надежду Трофимовну, Подобу Зинаиду Ивановну, Завадскую Марию Яковлевну и Волошину Прасковью Демьяновну к трем годам лишения свободы условно.

Глава XXXVI

Озверевший в СИЗО

Ночью, в середине апреля 1990 года, в дежурную часть милиции Беляевки Одесской области поступил звонок. Дежурный поднял трубку и услышал встревоженный голос женщины, которая сообщила, что в дом ее отсутствующих соседей пытается пробраться через окно какой-то человек в черном.

Оперативная группа среагировала мгновенно, прибыв на место происшествия через несколько минут.

Действительно, одно окно в двухэтажном особняке было разбито, а через другие окна можно было проследить за мелькающим светом фонарика. Милиционеры, выбив входную дверь, прямо на месте преступления задержали вора, который спокойно расхаживал по дому и собирал все, что имело для него ценность, в большую спортивную сумку.

Как ни странно, преступник Игорь Дмитриевич Лаута среагировал на появление милиционеров весьма своеобразно — он бросил сумку на пол, поднял вверх руки и сказал: «Как вы мне, суки, надоели», после чего, не сопротивляясь, дал надеть на себя наручники и мирно сел в милицейский «воронок». По дороге в дежурную часть Лаута стал лепетать, что он знает свои права и не позволит, чтобы «какой-то поганый мент» поднял на него руку. Только после того, как следователь поднял архив, стало понятно, почему пойманный на месте преступления вор ведет себя так нахально. Это была не первая его ходка, так как Лаута только три года назац вышел из мест лишения свободы.

Лаута быстро вошел в контакт с задержанными, которые находились в том же СИЗО, и чувствовал себя на нарах, «как король на именинах».

Спустя пару дней пребывания в СИЗО Лаута успел обозлить против себя всех охранников и представителей администрации, в результате чего между вором и правоохранителями возникали ежедневные стычки. После очередного оскорбления охранника Лауту перевели в изолятор на две недели, но одиночная камера не усмирила дерзкую натуру преступника, а наоборот, разбудила в нем дремлющего зверя…

За «дрессировку» вора взялся оперуполномоченный оперативного отдела СИЗО В. Ю. Шишко, который пытался проводить с ним профилактические беседы и научить Лауту соблюдать установленный администрацией порядок. Две недели в изоляторе пролетели, но так как преступник продолжал нарушать законы, администрация СИЗО продлила его пребывание в камере-одиночке еще на неделю.

Через три дня поведение задержанного в корне изменилось: он стал соблюдать режим, вежливо общаться с охранниками и внимательно слушать своего наставника Шишко, выполняя его требования. За отличное поведение Лаута покинул изолятор и вернулся в свою камеру. Шишко, конечно же, видел положительные изменения в поведении вора, думал, что это произошло благодаря его заслугам, но не тут-то было — Лаута просто затаился, готовясь к беспощадному нападению…

Опытный вор быстро сориентировался, кто среди заключенных имеет связь с вольным миром, и быстро нашел с ним общий язык. Заключенный М. В. Кожевников согласился помочь Лауте в его просьбе достать нож, но за определенную плату — три блока сигарет с фильтром. Через пару дней товар передали Лауте в помещении вещевой кладовой, а заказчик, в свою очередь, передал поставщику три блока «Магны».

В этот день преступник зашел в камеру с другим выражением лица: гнусная улыбка, страшная злоба в глазах, ведь он был уже при холодном оружии, изготовленном самодельным способом по типу складных охотничьих ножей с автоматически выбрасывающимся клинком. Лаута спрятал его в вещевой кладовке.

Исполняя свой преступный замысел, направленный на умышленное убийство представителей следственного изолятора, которые находились при исполнении своих служебных обязанностей.

Лаута на следующий день подошел к своему воспитателю Валерию Юрьевичу и нанес ему удар ножом в шею. Несмотря на проникающее колото-резаное ранение шеи справа, милиционер Шишко сумел выйти из кладовой и спуститься по лестнице на первый этаж третьего режимного корпуса, истекая кровью, а потом упал без сознания.

Преступник, вытерев нож тряпкой, последовал за раненым правоохранителем, но на втором этаже он столкнулся со старшим по корпусу сержантом внутренней службы В. А. Баркаром. Лаута на мгновение остановился, а после с криком Тарзана прыгнул на худощавого Баркара. От сильного удара сержант упал на пол, а преступник, продолжая издавать нечеловеческие звуки, наносил ему удары ножом в разные части тела: в легкие, шею и живот. Баркар от болевого шока и большой кровопотери потерял сознание уже через пару минут Лаута, предположив, что Баркар мертв, вынул из его исколотого, окровавленного тела нож и, перепрыгивая через ступеньки, пулей спустился на первый этаж, к выходу из третьего режимного корпуса.

Выбежав в круговой коридор, преступник ударом ноги открыл двери в кабинет заместителя дежурного, помощника начальника СИЗО. Старший лейтенант, заместитель внутренней службы В.С. Рябич в полном недоумении вскочил со стула, не ожидая увидеть перед собой озверевшего заключенного с ножом в руках, с лезвия которого капала кровь. Лаута прыжком пантеры кинулся на Рябича и нанес ему удары холодным оружием прямо в сердце. Старший лейтенант Рябич, которому недавно исполнилось 25, скончался на месте.

Убийца, оскалив зубы, выскочил из кабинета и встретился лоб в лоб со старшим сержантом внутренней службы B.C. Паркаевым в круговом коридоре. Паркаев потянулся к кобуре, где находился его служебный пистолет, но вынуть его он так и не успел, так как Лаута ударил сержанта ножом в шею, отчего тот со стоном упал на пол. Преступник нагнулся к Паркаеву, чтобы довести свой замысел до конца — убить сержанта, но, услышав крики в коридоре, вскочил и побежал на первый этаж корпуса, где лежал тяжело раненный Шишко. Убийца хотел оббежать «препятствие» на его пути, но, увидев, что милиционер шевельнулся, приблизился к нему и добил жертву, нанеся удары ножом в сердце. Шишко скончался, а хладнокровный Лаута, спасаясь от преследования, забежал на второй этаж, где его уже ждали контролеры С. В. Лютенский и С.В. Глебов. Молодые сержанты оперативно и профессионально обезоружили убийцу и отправили в камеру-одиночку ожидать сурового приговора.

В результате умышленных нападений на сотрудников внутренней службы СИЗО заключенного Лауты были убиты В. Ю.Шишко и В. С. Рябич, тяжело ранены В. А. Баркар и В. С. Паркаев, жизнь которых удалось сохранить только благодаря своевременной помощи врачей.

Лауту Игоря Дмитриевича судебной коллегией приговорили к смертной казни — расстрелу.

Глава XXXVII

Любовь до гробовой доски

Надежда Нефедова была солисткой кордебалета Одесского оперного и, как и большинство балерин, ушла на покой, когда стукнуло тридцать пять, — не всем же танцевать Джульетту в шестьдесят, как Плисецкой.

Проживала молодая пенсионерка в тридцатиметровой комнате в коммуне вместе с сыном от первого брака Андреем, всего замужем она побывала трижды, столько же раз оформляла развод.

Сорокалетний юбилей бывшая прима кордебалета решила отметить с коллегами и друзьями в ресторане «Красный». Танцевать за пять лет она не разучилась, и когда ее ангажировал на вальс находившийся в зале молоденький лейтенант, за этим танцем последовали и другие. Вскоре лейтенант пригласил ее за свой столик, где он с друзьями-выпускниками широко отмечал окончание славного Одесского артиллерийского училища.

После полуночи объединенная компания направилась догуливать к «королеве бала», 12-летнего Андрюшу разбудили и отправили досматривать сны к жившей в том же доме подруге именинницы.

Под утро гости разошлись, лейтенант же Колосов остался у хозяйки…

Через год Вадим Колосов сменил военный мундир на партикулярное платье и окончательно перебрался жить к своей любовнице. Артиллерист стал альфонсом.

Он нигде не работал, много пил, пенсии, понятно, было мало, и Надежда, не щадя уставших ног, давала частные уроки танцев во всевозможных самодеятельных танцевальных ансамблях, причем не только Одесской области. Во время ее частых отлучек ее сожитель, не стесняясь Андрея, приводил домой на ночь посторонних женщин.

Шли годы, и из стройного молодого лейтенанта Вадим Колосов превращался в обрюзгшего пропойцу с помятым лицом и опухшими глазами. Сын Надежды, между тем, становился симпатичным юношей — с прекрасной спортивной фигурой, русыми волосами, голубыми глазами.

Когда Андрею исполнилось 16 лет, его стали навещать одноклассницы — их влекло к этому хорошо воспитанному мальчику, который и в учебе был в школе среди лучших, а посему всегда мог помочь при выполнении уроков.

И как-то однажды к ним в квартиру позвонила пятнадцатилетняя школьница Вера. Андрея дома не было, ей открыл заспанный «отчим». Вадим попросил Веру войти, сказал, что «пасынок» с минуту на минуту вернется, попросил подождать. Та зашла в их комнату, Колесов закрыл за собой дверь на ключ…

Через полчаса светской беседы отставной лейтенант приступил к делу. Он властно привлек Веру к себе и потащил на софу…

Щелкнул замок, и в дверях появился Андрей. Увидев заплаканную одноклассницу с разорванной на груди кофточкой, он попытался было урезонить «отчима», но в ответ услышал площадную брань. Раздосадованный вмешательством «пасынка» лейтенант схватил с обеденного стола чугунную сковородку и стукнул ею изо всех сил Андрея по голове. Мальчик рухнул на пол…

Три недели провел Андрей в больнице, его за все это время так никто и не навестил, хотя уже прошло десять дней, как мать вернулась из поездки домой.

Надежда пыталась помирить сына с любовником, но это ей не удавалось, издевательство над ребенком продолжалось, да и самой ей часто доставалось от пьяного Колосова.

«Мама, зачем этот забулдыга тебе?» — то и дело спрашивал у нее сын.

«Я не могу без него, Андрюша, — отвечала балерина на пенсии. — Он — моя последняя любовь…».

Нефедова, дабы прокормить семью, по-прежнему была вынуждена ездить «халтурить» по районам, Вадим в ее отсутствие по-прежнему продолжал пить и водить в квартиру грязных женщин — грязных уже в прямом смысле.

Замечания живущего с ним в одной комнате «пасынка» не могли, конечно, не нервировать и так теряющего вследствие пьянства мужскую силу Колосова. Наконец в один прекрасный вечер он не выдержал и, дав для надежности Андрею пустой бутылкой по голове, выбросил его из окна. Хотя этаж был всего третий, а асфальт на тротуаре — с проплешинами, дом был дореволюционной постройки, и кинетической энергии при приземлении тела оказалось достаточно, чтобы душа его владельца вознеслась в рай…

Дабы сожителя не посадили за убийство, Нефедова поддержала выдвинутую тем версию о смерти сына. Того, мол, избили до смерти у дома какие-то пьяные хулиганы. Следствие поддержало версию, и дело быстро закрыли.

Вадим обещал ей исправиться и даже несколько суток не пил, однако поминки Андрея на 9-й день вернули все на свои места, и «сороковины» прошли буднично — пили ежедневно, крепко и от души. К гражданскому (хоть и бывшему военному) мужу теперь присоединилась и «жена».

Преподавать по специальности бывшая балерина, естественно, уже не могла (лишь в кун-фу существует «школа пьяного»), пришлось Надежде заниматься попрошайничеством и ревизией «альтфатеров». Вырученные деньги шли на водку, пьяный «муж» требовал «свежатинки», и ей самой приходилось приводить для него окрестных бомжих. Семейные драки и скандалы в доме проходили непрерывно.

«Милым ругаться — только тешиться», и после одной из бурных ночей Надежда пошла на улицу, дабы любимый мог поправить утром здоровье.

Однако ни пустых бутылок, ни граждан с полными кошельками в тот злополучный день в окрестностях не оказалось, сил тащиться вдаль не было, и Нефедова вернулась домой.

Увидев ее с пустыми руками, супруг законно рассердился и занялся воспитанием нерадивой жены. Надежда к тому времени тоже научилась драться, но ногти и зубы на мужа уже не действовали, и она, увидев на столе кухонный нож, решила изменить святым принципам карате.

Острие ножа с засохшими на лезвии крошками пробило Колесову сердце, и он мгновенно испустил дух.

Надежда решила предать останки мужа по-христиански земле, захоронив их на могиле сына, однако все бренные останки тащить туда ей было не по силам, и она после мозгового штурма решила ограничиться лишь головой.

Тем же ржавым ножом она аккуратно, словно Аннушка Берлиозу, отрезала голову Колесова и бережно положила ее в голубой засаленный клетчатый мешок.

Прохожие на улице испуганно шарахались в стороны — грязная, с всклокоченными волосами и пятнами свежей крови на одежде, женщина волокла мешок, откуда капала алая жидкость…

Суд признал бывшую балерину Одесского оперного вменяемой и присудил ей 20 лет лагерей.

Глава XXXVIII

Одесские «кидалы», или «операция «Ченч»

Эта история произошла в середине 80-х, когда доллар был по 3.50, а рубль еще не считался деревянным. Вся страна ударно трудилась на заводах, фабриках и стройках, ударными темпами приближаясь к победе мирового коммунизма. В один из летних вечеров одессит Лева вальяжно направлялся в сторону пляжа. Он был фарцовщиком — представителем малоуважаемой в официальных кругах, но весьма популярной в молодежной среде профессии — и зарабатывал неплохо. Вечерами пропадая в заведениях, где можно повстречать заграничных гостей, а днем работая в порту, Лева наладил свой специфический бизнес. Если кому-то, например, необходимо было срочно поменять, купить или продать валюту или, допустим, достать дефицитную импортную вещь, то обращались к нему, и он обычно без промедления решал подобные «вопросы».

Имея удостоверение, Лева без труда проникал на стоявшие в порту суда, где знакомился не только с экипажем, но и с иностранными туристами. Объясняясь с ними жестами и ключевыми словами, этот юный полиглот выуживал все, что было необходимо. Он даже составлял списки всего, что ему заказывали, и обеспечивал их вплоть до доставки товаров на дом. Так процветала контрабанда и фарцовка. Вместе с Левой работали несколько надежных друзей. На своих машинах они организовали передвижной валютный пункт, обменивая «зелень» на капусту, то есть доллары и марки на советские рубли.

В тот момент компаньонам требовалось срочно пополнить финансы, но как это сделать? Совершив пару заплывов, Лева распластался на берегу. Но вдруг чья-то тень закрыла солнце. Парень приподнялся и увидел мужчину арабской внешности, в майке и шортах.

— Меня зовут Хасим. Ви мне помогать, — заговорил иностранец. — Мне сказали, что ви решаете бизнес.

— Разумеется. У нас, как в Греции, все есть, — бодро ответил Лева, изо всех сил изображая дружелюбие. Он ясно чувствовал, что наклевывается что-то интересное.

— Нам би ченч: мани, доллары, — сказал араб.

— Ноу проблем, все о'кей, — ответил Лева. — Вечером в восемь в «Туристе».

В середине 80-х гостиница «Турист» в Аркадии являла собою одно из злачных мест города. Присев рядом как два закадычных приятеля, Лева и Хасим начали беседу.

— Тэн таузен долларе — начал Хасим, — покупать будут вьетнамцы.

— Хоть двадцать, ноу проблем. Могу продать по 3. 50.

— Это дорого. Давай по три. Мой бизнес — 50 копеек, — возразил Хасим.

— Нет, по 3. 50,  — настаивал Лева. Если хочешь заработать, то скажи по четыре, они больше нигде не достанут такой суммы. Да и сейчас в наличии столько нет, надо подождать пару дней.

— Не могу, завтра уезжаю.

— Ладно, сведи меня с вьетнамцами, а проценты со сделки получишь завтра, — заявил Лева.

— Мне надо увидеть Чоу Юна, — сказал Хасим.

— Куда ехать? Давай подвезу, я на колесах, — оживился собеседник.

Сев в Левину «тройку», они поехали на улицу Фрунзе. Поднявшись на 4-й этаж общежития, оказались возле одной из комнат. Хасим постучал условленным стуком, и двери открыл вьетнамец. Лева был поражен обстановкой в комнате: на 12 квадратных метрах разместилось не менее 15 человек. Причем большую часть пространства занимали сумки, баулы и ящики с различным товаром.

— Чоу Юн, — представил Хасим хозяина.

— Коля, — соврал Лева, пожав вьетнамцу руку. — Какую сумму будем брать? Десять штук зеленых или больше?

— Десять, десять, — замахал головой Чоу Юн.

— Ноу проблем, — сказал Лева. — Послезавтра я зайду сам.

Выйдя яа улицу, он пообещал Хаснму его долю — 5 тысяч рублей привести завтра утром. Однако подъехав на следующий день на перекресток улиц Воровского и Ленина, Лева, не выходя из машины и приоткрыв стекло, с трагическим выражением произнес:

— Айм сори. Ничего не получилось. Валюты нет.

— Как жалко, — сказал Хасим, — мне сегодня лететь в Алжир.

— Ну, счастливого пути, — пожелал Лева и, обдав разочарованного араба облаком дыма, уехал восвояси. В голове его уже созрел хитроумный план, и теперь нужно было подготовиться, а для этого взять в долю своих подельников, с которыми прежде уже проворачивал крупные аферы.

Это были люди не робкого десятка и дело свое знали тонко, как настоящие «кидалы». Первый из них — Чапа свободно изъяснялся на английском, югославском и польском языках, а также разбирался в электронике и радиоаппаратуре. Второй Левин кореш по прозвищу Чипполино был назван так за то, что неоднократно заставлял плакать состоятельных людей. Впрочем, ему бы подошло и другое прозвище: он мог искусно перевоплощаться и подражать различным голосам. Лева обговорил с подельниками детали предстоящей операции, а потом поехал к вьетнамцам.

Чоу Юн встретил гостя буквально с распростертыми объятиями. Лева немного расстроил его, сказав, что сразу не сможет достать валюту. Его друг, богатый араб, будет только через четыре дня, тогда, и тогда можно будет произвести ченч.

Спустя три дня подготовка к операции была завершена. На четвертый день Лева назначил встречу с вьетнамцами. Чоу Юн приехать не смог, доверив вести переговоры своему старшему сыну Ту-Фин-Чу. Вместе с ним приехали еще три человека. Карманы шорт вьетнамцев заметно оттопыривались (как потом выяснилось, каждый из них принес по десять тысяч рублей). А пока, завернув за угол, он не спеша повел свой вьетнамский квартет к подъезду, вместе с ними любуясь архитектурой старинного здания.

В парадной взору гостей предстала белоснежная мраморная лестница. Остановившись возле инкрустированной деревянной двери, Лева позвонил. Двери открыл араб в дорогом халате, но, как вы уже, наверное, догадались, это был не араб, а приятель Левы — Чипполино. Накладной парик и борода делали его совсем неузнаваемым.

Поздоровавшись, араб попросил всех зайти в квартиру. Она буквально поразила вьетнамцев своими размерами и роскошью обстановки. Это притупило бдительность вьетнамцев: они впервые видели такую роскошь. «Араб» прошел к серванту, выдвинул шкафчик и достал оттуда пачку упакованных в полиэтилен долларов. Положив их в карман халата, он присел за столик.

— Теперь вы, — сказал он Ту-Фин-Чу.

Вьетнамцы стали доставать из шорт деньги и складывать на столик. Гора денег быстро росла. Когда последняя купюра была выложена на стол, «Хасан», коверкая слова, произнес:

— Доллары они всем нужна. Но я не понимай русский деньга. Только один бумажка я покажу своей девушка.

С этими словами Чипполино вытащил с подноса десятку и вышел из комнаты. Постояв несколько минут в коридоре, он вернулся обратно. Улыбаясь, он произнес:

— Девушка сказал, что хороший бумажка, но это только один бумажка. — Затем, оглядев стол, «Хасан» сказал: — Тут есть другой бумажка, синий, красный бумажка. Девушка сказал принести их все, потому что мы немного бояться ченч. Мы знаем, что КГБ — у-у-у… — с этими словами араб поднял палец многозначительно вверх. При слове «КГБ» вьетнамцы поежились. Не давая им опомниться, Чипполино сгреб со стола на поднос все деньги и понес к выходу. Ту-Фин-Чу попытался выхватить из его рук пачку долларов со словами: «Мы тоже проверить», но посредник цыкнул на него, и тот затих в кресле.

Пройдя на кухню, Чипполино передал деньги подельнику Чапе. Тот молниеносно открыл сумку и высыпал туда рубли. Затем он вышел из квартиры и нажал кнопку входного звонка.

Раздалась оглушительная трель. Лева тут же закричал: «Спасайся, милиция!» Чипполино кинул пачку в коридор (как потом оказалось, доллары были поддельные). Ту-Фин-Чу бросился за нею и, подобрав, заметался. Входная дверь была по-прежнему закрытой. И тогда они не нашли ничего лучшего, как выпрыгнуть в окно. Прохожие были шокированы, увидев, как по водосточной трубе буквально стекают вниз и тут же пускаются наутек иностранцы. Такого забавного зрелища они никогда раньше не видели. А приятели тем временем спокойно вышли через черный ход на соседнюю улицу и уехали в поджидавшем их автомобиле.

Всех их потом поймали и судили. Но и после отсидки Лева со товарищи продолжал совершать новые «подвиги», ставившие в тупик чересчур доверчивых клиентов.

Глава XXXIX

Кормушка для спекулянтов

Статный, подтянутый мужчина, П. П. Герасименко, работал в Ильичевском торговом порту Черноморского пароходства на должности трюмного машиниста. Он по роду свой службы имел свободный доступ на иностранные суда, доставляющие грузы в Ильичевский морской порт.

Первые годы Герасименко работал машинистом честно и добросовестно, был лично отмечен начальником и часто получал премии за свой добросовестный труд, коллеги по работе любили и уважали его, так как Герасименко был душой компании, с юмором и жизнерадостными, оптимистическими взглядами на жизнь. По-видимому, уверенность, что все и всегда будет хорошо, да и молодая красивая жена, толкнули Герасименко на грешный путь.

Он прекрасно осознавал, сколько личной наживы может принести ему перепродажа контрабандного товара и как в связи с этим может круто измениться его жизнь: хороший ремонт в квартире, шикарные подарки жене и отдых по «горящим» путевкам в экзотические страны.

Так, с осени 1965 года Герасименко начинает систематически скупать у моряков иностранных судов контрабандные товары, которые он как лично, так и с помощью других «оптимистов» выносил из режимной зоны порта. Желающих приобрести дешевый, но хороший товар, а после его перепродать уже в третьи руки, было много, и вскоре Герасименко имел своих постоянных покупателей, которые, не перебирая, скупали у него весь товар по спекулятивной цене.

Видя, что дело идет на ура, Герасименко приходит к выводу, что для собственной безопасности и в то же время большей наживы, ему необходимо скупать и выносить товар «редко, но метко», и поэтому он в августе 1965 года вступает в преступный сговор с В. А. Фатеевым, работавшим вместе с ним машинистом трюмных машин, который также имел свободный доступ к иностранным судам.

Фатеев был парнем — не промах и тут же с энтузиазмом включился в дело — уговорил официанта итальянского судна «Ореолина» сотрудничать с ними. Эрнесто Фортунето и его родственник — матрос этого же судна Паломбо Доменико, являющиеся гражданами Италии, согласились привозить русским машинистам заказной контрабандный товар и, мало того, давать им товар в кредит, пока те не реализуют его по спекулятивным ценам, а после отдадут долг при очередном заходе судна в Ильичевский порт.

У напарников-машинистов забурлило дело, теперь они вдвоем выносили намного больше товара, быстрее его сбывали и заказывали итальянцам тот товар, который пользовался успехом у ильичевцев и одесситов.

Так как и Герасименко, и Фатеев были обладателями обворожительных улыбок, они вступили в новую преступную связь с матросом итальянского судна «Мария Боттильерш», а в мае 1967 года — с боцманом итальянского судна «Коклер», с которыми также договорились получать от них привозимые контрабандные товары, отпускаемые машинистам под реализацию. Вскоре одно из мечтаний Герасименко осуществилось: его двухкомнатная квартира в городе Ильичевске уже не напоминала трущобу, а блистала изысканными зеркалами, висящими на дорогих модных обоях. Современный интерьер дополняла норковая шуба жены, которая красовалась на деревянной дубовой вешалке. Фатеев также не был обделенным: он купил себе участок земли в селе Малая долина, вблизи Ильичевска и стал планировать стройку.

В общем, скупка, вывоз и перепродажа импортного контрабандного товара давали недобросовестным машинистам хорошо заработать. Для облегчения совершения контрабандно-спекулятивных операций и создания условий, способствующих беспрепятственному совершению преступления, Герасименко и Фатеев привлекают в свою преступную группу А. П. Штопуру. Новый член банды занимался скупкой контрабандного товара с иностранных судов еще с мая 1963 года.

Кроме того, товарищи-машинисты в мае — сентябре 1967 года пополняют свою банду еще группой рабочих Ильичевского морского порта. Это были В. П. Антоник, О. А. Костеш, В. С. Калинин, шофер Одесской птицефабрики С. М. Турков.

Спекуляция импортным контрабандным товаром резко набирает обороты. Несмотря на чистое выполнение своей незаконной работы, организаторы банды все же опасаются за свою свободу, и Герасименко с Фатеевым решают заполучить себе «крышу», чтобы лучше работалось и спокойней спалось.

Как известно, наличие больших денег в кармане резко повышает уверенность в себе, и, руководствуясь этими чувствами, обаятельный Герасименко идет на разговор с малознакомым милиционером водного отдела Ильичевского морского порта.

Капитан милиции И. И. Семенякин внимательно выслушал Герасименко (так как речь шла не о месячной зарплате милиционера, а о сумме в несколько раз большей) и потребовал пошагового расклада их деятельности, чтобы понять, насколько это рискованно и прибыльно.

Подробное объяснение Герасименко удовлетворило пытливость капитана, и он соглашается их «крышевать», но не один, а с напарником — лейтенантом милиции Колиным, с которым они вместе работали оперуполномоченными ОБХСС в Ильичевском водном отделе милиции в Ильичевском морском порту. Герасименко, естественно, соглашается и на напарника, и на приличную сумму, которую банда спекулянтов должна выплачивать им ежемесячно.

Милиционеры водного отдела вскоре стали обеспечивать преступной группировке свободный выход из режимной зоны порта и одновременно свои семьи — нетрудовыми доходами.

Итальянские суда, экипажи которых согласились на сотрудничество, систематически поставляли контрабандный товар русским машинистам, а те, вынося его из порта, накидывали на него 200–300 % от первоначальной стоимости и с помощью водителя птицефабрики и его машины отвозили товар в разные точки города, где его реализовывали другие члены банды. Герасименко уже мог позволить себе купить новую импортную машину, что он и сделал. Черный «Опель» стоял в приобретенном для него гараже вместе со старенькими «Жигулями», на которых Герасименко ездил только на работу, чтобы не вызывать лишних подозрений у начальства.

Капитан милиции Семенякин и лейтенант милиции Колин уже не только участвовали в вывозе товара из режимной зоны порта, но и сами реализовывали часть товара, заказ которого непосредственно делали Герасименко, а тот — матросам итальянских судов.

Если мужчины и могут сдерживать свой пыл и не выставлять на всеобщей показ «классные» новые приобретения для личного пользования, которые добросовестный рабочий не может купить за свою зарплату, то жены преступников-спекулянтов удержаться от показа мод не смогли. Модные, дорогие, стильные наряды, большое разнообразие туфель и сумочек, золотые украшения и другие модные безделушки жен преступников вызывали сильную зависть у соседей, и бросались в глаза их непосредственным начальникам Ильичевского порта.

— За какие такие средства вы так одеваетесь, милочка? — спросила как-то женщина-управдом жену Герасименко.

— Не ваше дело, бабуля, — ответила разодетая мадам и, закинув на плечо серебристую дамскую сумочку, села в машину «Опель», которую муж давал ей по выходным прокатиться.

Но управдому было до этого дело, и через пару дней поступила на Герасименко жалоба, где она излагала просьбу проверить финансовые доходы рабочего-машиниста, мол, у нее есть большие подозрения: жена не работает, а одеваются и живут далеко не на зарплату мужа.

Жалобу не только рассмотрели, но и провели уголовное расследование, и буквально через месяц клубок был раскручен: члены банды, в том числе и милиционеры, арестовывались один за другим. Суд приговорил П. П. Герасименко к семи годам лишения свободы, В. А. Фатеева — к пяти, В. П. Антоника и О. А. Костеша — к трем годам, B.C. Калинина и С. М. Туркова — к одному году исправительных работ с удержанием из их заработка ежемесячно 20 % в доход государства, А. П. Штопуру — к 5 годам лишения свободы, И. И. Семенякина — к 4 годам заключения, В. И. Колина — к 3 годам лишения свободы.

Глава XL

Место воровства изменить нельзя

У супругов Добровых был единственный сын Олег. Родители воспитывали его с любовью и заботой, учили доброте, справедливости и терпению.

Проживала семья Добровых в Одессе в благоустроенной двухкомнатной квартире и была выше среднего достатка. Отец Олега работал таксистом в таксопарке, а мать — детским врачом в районной поликлинике.

Маленький Олежка рос сильным и здоровым мальчиком, у него были большие карие глаза и удивительная родинка над губой. Родители души в нем не чаяли.

Но после шести лет как будто бы мальчика кто-то подменил — стал непослушным, дерзким и хулиганистым. Мать устала ходить к его классной руководительнице, которая вызывала ее почти каждую неделю: «Ваш сын избил мальчика…»; «Ваш Олег отрезал девочке косичку…»; «Ваш хулиган намазал мне стул клеем…» ит. п.

Уговоры матери не помогали, как и кожаный ремень отца — Олег продолжал свои хулиганские выходки, не обращая внимания ни на родителей, ни на классного руководителя, ни на строгого директора школы.

И чем больше он подрастал, тем опаснее становились его проделки.

В восьмом классе домой к Добровым пожаловал участковый и строго-настрого предупредил родителей, что если они не поставят на место своего сына, то вскоре он будет числиться на учете в детской комнате милиции, так как Олег вместе со своими малолетними дружками стал обчищать карманы пьяных мужчин, заснувших на улице.

На место Олега не поставили, и вскоре он стоял на учете в милиции.

С горем пополам родители дождались выпускного класса. Олег со слабенькими троечками закончил школу.

А мать и отец выпускника решали очень важный вопрос: что же делать с армией?

Не секрет, что работникам поликлиники можно было без каких-либо проблем достать медицинскую справочку, которая бы подтверждала, что физическое или психологическое состояние пациента не позволяет проходить службу в армии. Естественно, Елена, работая детским врачом уже многие годы, была в хороших отношениях с главврачом и могла «отмазать» сына от службы.

Но родители задумались: а нужно ли сына «отмазывать» от армии? Если он пойдет служить, то, может, образумится и станет настоящим мужчиной, ведь там дисциплина, полное послушание и физические нагрузки, а в противном случае нужно отцу брать сына под полный контроль, заканчивать вместе с ним водительские курсы и устраивать на работу в таксопарк.

Все же родительская любовь и жалость взяли верх, и они решили оставить Олега дома, под своим крылышком.

Выпускной. После торжественного вручения аттестата все выпускники пошли в ресторан, а потом — встречать рассвет. Но Олег встретил рассвет в другом месте — в вытрезвителе.

После того, как в пять часов дня родители забрали еще пьяного сына домой из милиции, отец сказал:

— В армию! И больше никаких поблажек, карманных денег, дискотек и игры в «чу» на детских площадках!

29 апреля 1983 года Олег Добров был призван в ряды Советской Армии.

Родители считали, что полгода на службе уже принесли положительные плоды для Олега, но не тут-то было…

Олег, получив несколько отпускных дней, домой не явился, а поехал в село Малый Фонтан Одесской области, где проживали его родственники. Немного посидев с родственниками, он пошел вечером гулять по селу. Идя по темным безлюдным улицам, молодой солдат заметил уличный фонарь, который освещал какое-то здание. Олег подошел ближе и увидел местный магазин. Недолго думая, он разбил фонарь, сорвал замок и проник в магазин № 6 Котовского РАИПО, откуда вынес мужские куртки, женское белье, свитера, женские кожаные пальто, зонтики и другие товары на общую сумму 5785 рубля.

К родственникам вор не возвратился, а поехал в Одессу. Рано утром, дождавшись своего знакомого, который был скупщиком краденого товара, Олег избавился от улик и явился к родителям с немаленькими деньгами.

Пройдя свое первое боевое крещение, Олег через три дня возвратился на службу.

В 1985 году «защитник» Родины, отслужив полностью срок, вернулся домой. Довольные родители устроили его на водительские курсы с целью дальнейшей работы в таксопарке.

Естественно, много денег не бывает, и Олега не устраивали выдаваемые родителями карманные деньги для развлечений. Безнаказанность за совершенную кражу полтора года назад придала Олегу уверенности, и он решается на вторичное преступление: в том же селе и в том же магазине. Прибыв в село Малый Фонтан с заранее подготовленными инструментами, Олег срывает замок на дверях магазина № 6 и похищает оттуда товаров повышенного спроса на сумму 8845 рублей. Похищенный товар сбывает тому же скупщику, который также безнаказанно продолжает свою деятельность на рынках Одессы.

Время шло, а Олег продолжал жить вне всяких подозрений со стороны правоохранителей — дело о кражах магазина № 6 в с. Малый Фонтан до сих пор не было раскрыто. Считая себя счастливчиком, Олег создает криминальную группу, куда вошли Евгений Катюхин, ранее судимый, и Владимир Шевченко со своим личным автомобилем «Жигули».

4 апреля 1986 года преступная троица около двух часов ночи прибыла в село Малый Фонтан на машине «Жигули».

Несмотря на то, что после двух ограблений директор РАИПО установил сигнализацию, преступникам снова удалось пробраться внутрь здания.

На этот раз воры вынесли намного больше товара, так как было больше жадных рук — общая стоимость похищенного составила 18 675 рублей.

На следующий день продавец магазина № 6 и его директор были просто в ужасе — третья кража, просто наваждение!

Следующее преступление троица совершила 2 апреля 1986 года в доме № 1 по улице Александра Невского в Одессе. Преступники похитили магнитофон «Филипс», джинсовые брюки, столовый набор вилок и ножей, аудиокассеты и другие вещи. Пострадавший хозяин дома Е. А. Сорока понес материальный ущерб на сумму 10 985 рублей.

Преступная группировка расслаблялась от напряженной работы особым способом — с помощью шприца с опиумом. Так, Олег Добров приобрел у неустановленного следствием лица 2 мл опия, 20 граммов маковой соломки и 1, 5 грамма конопли, но не для продажи, а для себя и своих подельников. Неизвестно, то ли удача изменила Олегу, то ли наркотик до добра не довел, то ли милиция наконец-то стала работать, но факт остается фактом: Олег был арестован 7 апреля 1986 года, а за ним и вся группа.

В этот же день было подписано чистосердечное признание Олега, и работники магазина № 6 в селе Малый Фонтан узнали, кто довел их до банкротства.

Суд приговорил Олега Леонидовича Доброва к десяти годам лишения свободы, Евгения Ивановича Катюхина — к семи годам, а Владимира Ивановича Шевченко — к пяти годам заключения.

Глава XLI

Домашний тиран

Ирина и Толик после скромной свадьбы стали проживать у родителей жены. Бескомпромиссный зять и сварливая теща поссорились уже на вторую неделю совместного проживания. Ирина находилась между двух огней всегда оставалась «крайней», так как все ссоры заканчивались словами мужа: «Да угомони ты свою мать», и матери: «Как ты можешь жить с таким человеком?», Еще хуже стало, когда Ирина забеременела, но появилась надежда, что вскоре Толику дадут комнату в общежитии и весь этот семейный ужас закончится.

На пятом месяце Ирининой беременности, супруги въехали в общежитие и по традиции устроили новоселье. Но как только разошлись гости, пьяного Толика обуяла лютая ярость. Он подошел к жене и ударил, а после швырял ее, как куклу, из угла в угол. Ирина даже не могла защищаться, она просто закрывала живот и плакала.

Конечно, на следующий день муж ничего не помнил и удивленно разглядывал синяки жены. Тогда бы и поставить точку в их отношениях — уйти к маме, спокойно родить сынишку, но наивные женские надежды — «Он изменится… такое больше не повторится…» и боязнь остаться одной рассудили иначе.

До родов муж и впрямь старался держаться, а как вернулась Ирина из роддома, все началось по-старому и систематические побои продолжались на протяжении семи лет жизни.

Сына отец ударил в первый раз (не считая того раза, когда он еще находился в утробе матери), когда ему исполнилось пять лет.

Маленький Алешка пытался защитить маму, но пострадал и очень сильно.

Жизнь для Ирины проходила в бесконечном страхе — вдруг явится с работы пьяным? Она и по душам пыталась с ним беседовать, убеждая закодироваться, но муж не считал себя алкоголиком и клялся, что сам возьмет себя в руки. А когда Толик избивал вместе с ней и сына — она обращалась к участковому: — побеседуйте вы с ним, вправьте мозги! Но толка от таких бесед не было, и все шло своим привычным чередом.

Когда Алешке было шесть лет, Ирина подала наконец на развод. Судья, ознакомившись с целой кипой актов судмедэксперта, составленных в разное время, о нанесенных жене побоях, не стал даже давать супругам месяц на раздумье и тут же принял решение о расторжении брака. Но наше законодательство не изобрело еще такого механизма, чтобы защитить жену и детей от мужа-алкоголика, пускай и бывшего.

После развода Анатолий сам ушел из общежития, но не надолго. Уже через пару недель ноги вели его к знакомой двери, а душевные раскаяния и красивые обещания дополнительно с подарками, взяли свое — Ирина оттаяла и простила своего мучителя. Они снова стали жить вместе.

Месяца два Анатолий держался. И в семью постепенно вернулись тепло и взаимная привязанность. Конечно, нельзя было сказать, что муж абсолютно не пил, но ведь и в пору их добрачной любви он частенько приходил к Ирине под хмельком. И, будучи человеком мягким, Ира не стала настаивать на предыдущем условии — закодироваться.

Жаль, что Ирина не слушала советы своей матери и старшей родной сестры: если ударил один раз, ударит второй, а «горбатого только могила исправит»…

Прощенный Толик теперь не просто бил жену, пьяный, он устраивал садистские игры — привязывал ее к стулу и метал в стенку нож, тушил об плечи окурки. Правда, протрезвев, он все так же валялся в ногах и просил о прощении, клянясь, что ничего не помнит и что зверствовал не он, а вселившийся в него дьявол по имени «водка».

Как-то вечером в семью нагрянули кумовья, и хозяйственной Ирине пришлось срочно накрывать стол. Толины 27 лет обмывали бурно, и гости разошлись по домам к часу ночи.

Ирина стелила постель, когда услышала за спиной злобное бормотанье и, оглянувшись, не заметила, как муж спрятал за спиной кухонный нож.

— Ты зачем гостей моих выгнала? — заорал Толик. — Что, жратвы пожалела и водки? Так я сейчас из тебя котлету сделаю!

— Они сами ушли, Толечка, — заплакала Ирина, — не гнала я их, они просто устали…

Но попытка разжалобить и усмирить супруга не удалась. В Ирину полетели стулья и посуда. А когда она попыталась выскочить в коридор, озверевший муж ударил Ирину в спину ножом. Вопль матери разбудил семилетнего Алешу, и мальчик пулей выскочил в коридор. Он вцепился в ногу Толику и стал слезно умолять не трогать маму.

Отфутболив сына как мяч, он еще дважды вонзил в супругу нож и добил бы ее окончательно, если бы не почувствовал удары в спину. Бросив раненую супругу, Анатолий обернулся и увидел сына, вооруженного деревянной скалкой. В это время истекающая кровью Ирина тут же выскочила в тамбур и бросилась за помощью соседей.

Из приговора областного суда:

«В тот момент, когда Бирюкова выскочила из комнаты, Бирюков, продолжая свои действия, направленные на лишение жизни двух лиц, не дав возможности малолетнему сыну выбежать из комнаты вслед за мамой, а с целью его убийства, вырвал из его рук деревянную скалку и стал наносить ему удары по голове, а затем вышеуказанным ножом нанес пять ударов в область груди и спины. В результате чего несовершеннолетнему мальчику были причинены тяжкие телесные повреждения, опасные для жизни, — пять проникающих колото-резаных ран на передней и задней поверхности грудной клетки и брюшной полости с повреждением тонкого кишечника, желудка и диафрагмы».

Наконец-то на помощь подоспел мужчина, который, увидев страшную картину, вырвал у Анатолия нож и, усмирив его несколькими ударами, потащил ребенка на первый этаж. Когда окровавленного мальчика внесли на руках в комнату вахтерши, там, на кушетке, уже бредила и металась в горячке Ирина.

К счастью матери и сына, «скорая помощь» подоспела вовремя. Несмотря на повреждение желудка, печени и селезенки, Ирину удалось спасти, правда теперь и она, и ее защитник — сын остались навсегда инвалидами.

Из приговора областного суда:

«Анализ собранных по делу доказательств свидетельствует о том, что Бирюков А. В. совершил покушение на убийство двух лиц, т. к. нанося удары жене и сыну скалкой и ножом в жизненно важные органы, он предвидел наступление их смерти, которая не наступила по независящим от него причинам, благодаря вмешательству посторонних лиц».

Через полгода, в 1998 году, когда жертвы после многочисленных операций были выписаны из больницы, состоялся суд.

Одесский областной суд приговорил Анатолия к двенадцати годам лишения свободы.

— Очень жаль, что так мало, — прошептала Ирина после суда, — но мой мальчик хотя бы успеет вырасти, а там посмотрим…

Глава XLII

Жених-оборотень

Барков Константин имел весьма привлекательную внешность — высокий, широкоплечий, с крупными чертами лица и большими пушистыми усами, которые чудно прикрывали тонкую верхнюю губу. Он действовал на многих женщин гипнотически, особенно на тех, кто не избегал хмельных застолий и любил «оторваться» от всей души.

С милыми дамами Барков знакомился в шумных барах, заводил непринужденную беседу и вскоре обвораживал их своей эрудицией и обходительностью. Костик, как представлялся женщинам Барков, также соблазнял дам красивыми сказками о его путешествиях по миру, приличной сумме в банке и маленьком деревянном домике на берегу Черного моря. Правда, рассказ о доме не был легендой, а наследством от бабушки, которая скончалась три года назад.

И когда ничего не подозревающие жертвы соглашались на предложение неотразимого красавца проводить их домой, Костик вместе со своей покладистой новой знакомой, медленно шагая по улицам Одессы, откровенно обменивались своими тайными желаниями и весело смеялись над детскими мечтами, а дойдя до дома женщины, кавалер делал предложение встретиться завтра в десять часов вечера в том же баре. Радостная дама соглашалась и с нетерпением ждала новой встречи.

Одев свой самый дорогой наряд, Мария Сергеевна (так звали первую жертву преступника), с азартом молодой девицы, бежала на свидание, но до бара она так и не дошла…

Костик, узнав маршрут женщины от дома к увеселительному заведению и выучив все глухие уголки, ждал в темном закоулке «невесту» и не с цветами, а с молотком.

Узнав по силуэту Марию Сергеевну, Костик спрятался за железную будку «Ремонт обуви», а когда женщина прошла мимо него, внезапно выпрыгнул и с силой ударил жертву по голове молотком, отчего та сразу упала на землю без сознания.

Взяв ее за ноги, преступник поволок женщину за будку, раздел и жестоко изнасиловал, после чего отправился в бар. Зайдя в заведение, он сразу же спросил бармена не искала ли его женщина с такой-то внешностью, так как он ее ждет уже около часа за столиком в конце бара. Так как заведение было наполнено людьми, бармен, естественно, не знал, сколько времени мужчина сидит за столиком.

Марию Сергеевну случайный прохожий, который искал «биотуалет», обнаружил за будкой в тяжелом состоянии. Женщину спасли, следователи начали расследование вслепую, (женщина не видела лица насильника), с надеждой, что насильник не является сексуальным маньяком, а каким-то озабоченным подростком.

Через неделю после происшествия около стадиона нашли изнасилованную женщину с проломленной головой.

Через пять дней — сразу два нападения с интервалом в два часа. Обеих потерпевших преступник бил молотком по голове, после чего зверски насиловал. Медицинская экспертиза уже не сомневалась: почерк один и тот же, а это значит, что в Одессе орудует маньяк-насильник.

Несмотря на осторожность и аккуратность преступника, однажды его едва не схватили. Проводив домой очередную женщину, с которой, как всегда, познакомился в баре, Костик назначил ей свидание и был готов на свое очередное преступление, но он не учел тогдашнюю женскую моду…

Дождавшись жертву, насильник ударил ее молотком по голове, но та, к большому его удивлению, не упала, а чуть слышно ойкнула. Женщина в шоковом состоянии страшно закричала, преступник бросился прочь. За ним погнались случайные прохожие — куда там. Насильник отличался не только исключительной дерзостью, но и резвостью племенного жеребца.

В 1991 году любая уважающая себя модница обязательно под-кладывала в прическу шиньон для пышности волос. Благодаря этой несложной конструкции женщина осталась невредима, ведь молоток насильника угодил прямо в это «гнездо».

Жертва, несмотря на то, что была ошарашена, обернулась и хорошо разглядела нападавшего — это был он, тот самый красавец-ухажер.

А на следующий день, когда с помощью везучей женщины был составлен портрет насильника и раскрыты все карты действий маньяка-соблазнителя, следователи без проблем установили его личность и место проживания.

В доме на берегу моря маньяка не было, тогда следователи решают оставить засаду из пяти милиционеров у дома и прочесать все ночные бары Одессы. В данной операции участвовали все: и участковые, и опера, и начальники отделов.

Трехчасовой поиск дал свои результаты: Костик, все такой же обаятельный, но уже без своих пышных шикарных усов, сидел мирно в баре и занимался своим делом: завоевывал очередное одинокое женское сердце, которое готово поверить любому симпатичному и разговорчивому мужчине.

Одели на маньяка наручники без криков и шума. Женщина, сидевшая за столиком, с округленными от удивления глазами, наблюдала, как ее долгожданного принца выводят в наручниках милиционеры в гражданском.

Позже, изучая личность насильника, психиатры пришли к единому мнению: психическим заболеванием не страдает, но является психопатической личностью сексуального типа. Он продолжал бы и продолжал нападения, потому что «насытиться» не мог. Его анатомические данные были действительно уникальными.

Преступник рассказал, что в неполные шестнадцать лет, когда он начал встречаться с девушками, они не вызывали у него почти никакого интереса, так как сразу же были готовы отдаться ему, а ему нравилось брать самому и силой. Кроме того, он не мог выносить женские стоны и всевозможные нежности, хотя его возбуждало все, «что движется или ползает…», и как тут не свихнуться на сексуальной почве?

Приговор был суров — 15 лет лишения свободы.

Глава XLIII

Новогодняя программа братков

По традиции бригада, а вернее ребята охранного агентства Валентина Чехлатого (всего 12 человек, не считая охраны) отмечала этот день в загородной резиденции своего босса — на затоке.

Новый год считался любимым праздником бандитского авторитета. Он встречал его почти одновременно со своим днем рождения и никогда не скупился на расходы. Тем более что специфика работы никогда не позволяла с уверенностью сказать, удастся ли встретить следующий год в добром здравии под синим небом. Бригада, подчиненная в обычные дни жестокой дисциплине, «отрывалась» в этот день по полной программе.

1986 год, 31 декабря, 18.30.

В «охотничьей» гостиной дачи, где стены были облеплены чучелами животных вперемешку с охотничьим оружием, уютно пылал большой камин. В углу стояла огромная елка, где среди игрушек были развешены пухлые пакеты с именами каждого из пирующих — новогодние денежные призы для членов банды. В центре был накрыт длинный стол, который ломился от закусок и бутылок. Во главе стола восседал хозяин дома. Перед тем как выпить первую рюмку виски, он произнес нехитрую речь: «Братва, пусть в новом году нам сопутствует удача, и пусть сдохнут все, кто мешает нам жить. Если там некоторые из вас на меня «бычатся» за что-нибудь про себя, то это зря. Вы меня знаете: я за своих любого на клочки порву. Короче, я пью за вас». Он опрокинул рюмку. Зазвенели приборы, задвигались мощные челюсти. Узколобые братки не отличались красноречием, поэтому после нескольких ответных тостов в честь бригадира выступления закончились, и дальше пошла сосредоточенная пьянка.

Через пару часов братки отправились в баню, чтобы смыть с себя первичный хмель и добавить еще. Неожиданно один из братков — «Малый» — правая рука Чехлатого предложил: «А что, давайте, братки, Деда Мороза со Снегурочкой выпишем. Они нам тут песенку споют, сказочку расскажут, а мы им подарочков надарим, особенно Снегурочке». Все дружно заржали. Чехлатый связался с охраной: «Коля, сгоняй в город, подбери там Деда Мороза и Снегурку посимпатичней..».

«Мы не обслуживаем пригород!» — эта фраза застряла у мужика в горле, когда Коля бросил на стол зеленую бумажку с изображением Франклина. «У Леночки с Валерой сейчас все расписано, — произнес распорядитель задумчиво, — но для вас сделаем». Через полчаса джип «Паджеро» пересек границу города. За спиной у немногословного Коли сидела двадцатилетняя красавица Леночка в одеянии Снегурочки и ее партнер Валера в тулупе Деда Мороза и с мешком в руках.

В 10.30 веселье было в самом разгаре. Подвыпившая братва встретила гостей криками восторга, особенно в адрес Снегурочки. Валера, он же Дед Мороз, попытался взять себя в руки, но у него это плохо получалось. 13 пьяных бандюганов захлебывались хохотом, когда он произносил свои здравицы дрожащим от страха голосом. «Налейте ему, а то он сейчас в штаны наложит!» — выдавил из себя Чехлатый. Побледневшая Снегурочка чувствовала себя не лучше под похотливыми взглядами пьяных братков. Гости быстро «оттарабанили» программу, после чего сделали робкую попытку уйти; но их усадили за стол и налили каждому по штрафной рюмке. После трех бокалов шампанского Леночка освоилась в ситуации. Ее шубка болталась на рогах у оленя, чья голова висела на стене. На другом конце стола захмелевший Валера разговорился о политике с усмехающимся братком. Новый год был отмечен целым салютом из петард. Вся компания выбралась на улицу и добрых полчаса озаряла небо яркими вспышками и сотрясала окрестности оглушительными взрывами. Потом все вернулись в дом. Выпили еще.

«Ну что, пора бы и в баньке попариться. — Чехлатый выбрался из-за стола. — Девку ко мне в сауну, а Дед Мороз пусть в русской баньке оттает». Двое мигом схватили упирающегося Валеру и поволокли его из гостиной. «Ну что, тебя тоже тащить или сама пойдешь?» Главарь взял девушку за руку и повел ее в жарко натопленную деревянную кабинку. Здесь он включил музыку:

— Теперь давай — танцуй стриптиз. Девушка не шелохнулась.

— Ну, живо!

Под взглядом сощуренных пьяных глаз профессионального убийцы Лена дрожащими пальцами начала расстегивать пуговицы на платье. Чехлатый вырвал у девушки одежду, которую она прижимала к груди, прикрывая свою наготу. Он грубо схватил ее за волосы, повалил на горячую деревянную полку и стал жестоко насиловать.

В это время несчастного Деда Мороза раздели и привязали к скамейке, оставив на нем лишь бутафорскую шапку. Братва стала всячески издеваться над ним, Валера заверещал от дикой боли, прикусив кляп и чуть не сломав при этом зубы.

Те, кто предпочел новогоднюю «игру» со Снегурочкой, ожидая своей очереди перед сауной, накачивались алкоголем. Лена плакала. Но все еще только начиналось. В кабинку зашла троица пьяных братков.

Ублюдки начали насиловать несчастную девушку. Под утро братки разбрелись по дому. Кто-то вырубился, кто-то продолжал пьянствовать. Сам Чехлатый заснул прямо за столом рядом с горкой кокаина. Лена притворилась, что потеряла сознание. Бандиты пошли набираться сил и оставили ее на некоторое время в покое. Кто-то из них забыл в предбаннике пиджак. Лена обыскала его и обнаружила в кармане мобильник. Шатаясь на залитых кровью ногах, Лена выскользнула из сауны. Набрала номер милиции. Оперативный дежурный принял вызов. Звонившая девушка сообщила об изнасиловании. Через полчаса на место выехала группа Беркута. Точного адреса Лена не знала, поэтому милиционерам пришлось еще час мотаться по окрестностям, прежде чем они вычислили место. Штурм начался не сразу. Пришлось вызвать подкрепление.

ОМОНовцы быстро нейтрализовали охрану. И через несколько минут отряд в масках и камуфляже стремительно ворвался в дом. Замелькали дубинки. ОМОНовцы, которых оторвали от праздничной бутылки, орудовали от души. Кого-то избивали прямо в бане по голому телу. Лену и Валеру отправили в больницу, а братков поставили вдоль стены на растяжку: руки на стену, ноги шире плеч. Они так и стояли еще полтора часа, пока оперативники складировали на столе целый арсенал стрелкового оружия. А потом избитых братков привезли в следственный изолятор и рассовали по камерам. И следующий Новый год они встречали в гораздо менее комфортных условиях…

Глава XLIV

В поисках компенсации…

Ни для кого не секрет, что в местах заключения существует жестокие неписаные законы. За определенные нарушения тюремной этики заключенного «опускают», т. е. насильственным путем превращают в пассивного гомосексуалиста. Чаще всего это касается «стукачей» или «крысятников», т. е. ворующих у своих.

Не избежал этой участи и заключенный Кузьмин. Но он не хотел мириться со своим положением и, даже находясь на самой низшей степени тюремной иерархии, выбирал еще более беззащитных заключенных и поступал с ними так же, как поступали с ним, что «повышало» его самооценку. Но поступки такого рода не могли поднять его авторитет среди уголовников, и тогда в ход пошли методы, которые ужаснули даже авторитетных солагерников Кузьмина. Однажды он без особой причины плеснул в лицо другому заключенному соляную кислоту, в результате чего, ни в чем не повинный перед Кузьминым зэк ослеп.

Кузьмину добавили еще пять лет. В 1992 году «опущенного» заключенного перевели отбывать наказание в вольном поселении. Как когда-то в спецшколе, где начал свою «карьеру» Кузьмин, там не было ни колючей проволоки, ни сторожевых на вышках, поэтому бежать было не страшно. Весной 1993 года Кузьмин совершил побег, хотя до полного его освобождения оставалось всего лишь два месяца. Но куда бежать?

Мать давно умерла, а квартира отошла государству. Кузьмин решает остановиться у знакомых в общежитии. Но, даже находясь на воле, Кузьмин не может сдерживать привитых в тюрьме пороков и накопившуюся злость и ненависть, тем более что на воле было намного больше возможностей выплеснуть свою агрессию на окружающих. В середине апреля 1993 года возле интерната Кузьмин встретил подростка лет тринадцати. Ему повезло: он нашел то, что искал: такого же одинокого и несчастливого, каким был он сам. Предложив мальчику полакомиться едой, он отправился с ним на ближайшую стройку, где предложил подростку заняться извращенным сексом. Оторопевший парень стал отказываться. Тогда Кузьмин, достав из кармана нож, приставляет его к горлу мальчика и добивается своего. Так состоялась первая встреча Владимира Кузьмина с Денисом Колистраповым. Колистрапов вскоре смирился со своей участью и почти два месяца проживал вместе с Кузьминым. В конце мая Кузьмин привел еще одного мальчика, с которым, с помощью угроз, совершал развратные действия. Но этому подростку удалось убежать, и он обращается в милицию. На следующий день Кузьмин был задержан.

За совращение малолетних и побег суд приговорил Кузьмина к 4 годам лишения свободы, на этот раз в колонии строгого режима. А Колистрапов вернулся в интернат.

Проведя в общей сложности 18 лет за колючей проволокой, Кузьмин в июне 1998 года выходит на свободу. Теперь как никогда он хотел взять реванш в своих отношениях с обществом, опустившим его на самое дно. Единственным человеком, с которым Кузьмина что-то связывало, был Колистрапов. Но в интернате парень больше не жил. Узнав от знакомых адрес новой квартиры, которую снимал Колистрапов, Кузьмин отправился к нему. Но Колистрапов жил не один, а с девушкой. Они даже строили планы на совместное светлое будущее. Кузьмин сразу же приказал Калистрапову расстаться с девушкой, пригрозив рассказать ей о подробностях их прошлых близких отношений. Молодому парню пришлось спровоцировать ссору, и девушка ушла. Кузьмин стал жить у Колистрапова, и все пошло по-прежнему. Но вскоре Денис сказал, что ему не нравится их физическая близость, и Кузьмин предложил сделку: Денис подчиняется ему во всем беспрекословно, а он прекращает с ним интимные отношения. Денис, не в силах противостоять воли Кузьмина, соглашается делать все, что скажет учитель: воровать, грабить, а если понадобиться — убивать, а также выполнять всю работу по дому. Кузьмин пытался создать ту самую тюремную иерархию, если в колонии ему пришлось стоять на самой нижней ступени, то теперь он будет на самом верху, завербовав неопытного парня.

Лишившись любовника, Кузьмин находил их на стороне. Колистрапов для Кузьмина был уже отработанный материал, нужно было расширять свои владения.

2 июля Кузьмин знакомится с парнем, назвавшимся Мишей. Миша признается, что ему не хватает денег, чтобы проводить время, как большинство его сверстников. Кузьмин обещает помочь мальчику с его проблемой и предлагает поехать с ним.

Прибыв на квартиру, Кузьмин угощает парня едой и пивом и просит его вступить с ним в половую близость. Миша не соглашается. Тогда Кузьмин заводит его в ванную и наносит ему два удара ножом в живот. Падая, Миша спрашивает: «За что?» Вместо ответа Кузьмин отволакивает истекающего кровью подростка в комнату и насилует. Скоро возвращается Колистрапов, который навещал своих старых друзей, и Кузьмин предлагает ему присоединиться, но тот отказывается. Тогда Кузьмин приказывает ему добить жертву.

Кузьмин выводит Мишу в коридор, Колистрапов набрасывает на его шею удавку и душит.

После того, как тело жертвы было выброшено в контейнер для мусора на одной из улиц города, Кузьмин приказывает Колистрапову спрятать нож. Он закапывает его в землю возле их дома, он впоследствии был обнаружен оперативниками. На следующий день Кузьмин объявляет Денису, что они повязаны кровью, и с этого дня Колистрапов участвует во всех криминальных делах Кузьмина: влазит через форточки в квартиры, выбранные Кузьминым для кражи, выносит и помогает сбывать краденое.

Но между набегами на квартиры Кузьмин не забывал и о главном, о патологическом…….

30 августа они встречают одинокого паренька. Познакомившись, Кузьмин, как всегда, обещает помочь парню деньгами, отвозит Пашу (так звали мальчика) на квартиру и поит водкой.

После этого он со своим учеником — Колистраповым, заводит мальчика в ванную и привязывает к водосточной трубе. Кузьмин предлагает Денису изнасиловать подростка, но ученик снова отказывается. Тогда следует приказ: убить.

Как и предыдущая жертва, мальчик был задушен. Убедившись в способности добиваться власти над подростками, Кузьмин захотел испытать себя с мужчинами. Однажды вечером в парке он встречает мужчину лет 35. Преступник подходит к нему и предлагает вступить с ним в близость. Естественно, мужик отвечает ему грубым отказом. Но убийца был готов к этому, — он ударяет мужчину ломом по голове, отчего тот скончался на месте. «Не брезгуя», Кузьмин начинает насиловать уже холодеющий труп.

Кузьмин неоднократно ловил себя на мысли: сможет ли он подчинить себе женскую плоть? В отношениях с подростками это постигалось с помощью сексуального подавления, а как это получится с женщиной, тем более что Колистрапов не раз предлагал ему познакомиться с какой-нибудь девушкой. В начале сентября на рынке Кузьмин встречается с женщиной, несущей в руках бутылку водки. Он догоняет ее и предлагает выпить водки вместе с ним. Женщина соглашается. Они заходят в заросли недалеко от рынка. Кузьмин пытается совершить с женщиной половой акт, и она не против, но у него ничего не получается. Поблизости находится металлическая труба, и преступник, воспользовавшись этим холодным оружием, убивает беззащитную женщину.

Тем временем отношения Кузьмина с Колистраповым начинают обостряться. Колистрапов больше не хочет быть зависимым, он чувствует в себе силы — уроки учителя не прошли даром. Колистрапов понимает, что учитель рано или поздно убьет и его, и он уходит из дома.

Но еще за два месяца до этого Денис познакомил Кузьмина со своим приятелем — Максимом Пономаренко. Зная, что Максим интересуется наркотиками, Кузьмин пообещал ему достать марихуану.

25 сентября 1997 года Кузьмин встретился с Максимом и, сказав, что наркотики держит дома, уговорил подростка поехать с ним на квартиру. На этот раз преступник обходится без предисловий. Закрыв двери на ключ, он берет нож и бьет им мальчика сначала в живот, а затем в грудь, после чего насилует уже мертвое тело.

Колистрапов продолжает скрываться от Кузьмина. Он все более отчетливо понимает, что тот не оставит его в покое, и даже стал сам подумывать об убийстве своего учителя, пока тот не убил его. Но, к счастью, он не успел продолжить список своих жертв, как и Кузьмин, который был схвачен правоохранителями. Но, по крайней мере, одну задачу Кузьмин выполнил: сотворил человека себе подобного, а значит — последним он точно уже не будет.

Глава XLV

Кто убил старуху?

В ночь с 30-го на 31 января 1984 года Ксения Сергеевна Главчева скончалась от нанесенных телесных повреждений. По этому факту было возбуждено уголовное дело, и перед следствием встали три основных подозреваемых:

1-й — это дочь убитой женщины — Валерия Сергеевна Пушкеева;

2-й — зять потерпевшей — Валерий Петрович Пушкеев;

3-й — внучка — Анна Валерьевна Пушкеева.

Следователь вызвал к себе всех трех подозреваемых в убийстве и начал свой допрос. Первым был приглашен в кабинет Пушкеев Валерий Петрович, который рассказал розыскнику следующее:

— Год назад я сильно поссорился со своей женой, и мы долгое время с ней не разговаривали. Когда мы осознали, что наш брак развалился и ничего общего у нас нет, кроме дочери и парализованной тещи, мы решили разойтись. Тогда между нами возникла еще одна проблема — кто уйдет из квартиры. Понимаете, товарищ следователь, я бы ушел, но я столько труда и пота вложил в эту квартирку, что не мог себе этого позволить. Я собственными руками произвел ремонт, застеклил балкон и привел в божеский вид развалившуюся мебель. Я не мог уйти. Жена же мотивировала тем, что она не может оставить свою больную парализованную мать, да и с дочкой находиться где попало она тоже не будет.

После долгих дискуссий и постоянных ссор мы решили, что разменяем нашу двухкомнатную квартиру на две однокомнатные, но в худшем районе, и будем жить отдельно. Мы дали объявления в газеты и стали ждать. Но две недели назад мы так поскандалили с женой, что она собрала вещи и ушла жить к подруге в ожидании размена квартиры. Так как со мной остались проживать больная теща и дочь, то Валерия приходила ежедневно — стирала, варила и убирала после своей матери.

Конечно, вам покажется это странным и неестественным, но Валерия ужасно ненавидела свою мать. За пять лет ее полного паралича жена устала от постоянных тещиных капризов. Хотя я прекрасно понимаю Ксению Сергеевну, она не могла двигаться, почти целыми днями находилась одна, а часто — в обгаженной постели и голодная, в такой обстановке любой человек начнет сходить с ума и требовать большего внимания.

Но ее собственная родная дочь этого не хотела понимать, она запретила мне давать теще воды, ну, чтобы она в постель не мочилась, а за капризы больной женщины, такие, как «поправь мне подушку, включи телевизор, помой мне голову», Валерия жестоко избивала ее — била разными предметами по груди и ногам. Я пытался оградить тещу от избиений, но жена мне сказала: «Если будешь вмешиваться, ухаживать за ней будешь сам». Но это же ее мать, а не моя… Ну, в общем, я стал закрывать не все глаза.

— А как относилась к бабушке внучка — ваша дочь Анна? — задал вопрос подозреваемому следователь.

— Анна? Анне, слава Богу, уже 19 лет, и она прекрасно понимает всю сложившуюся ситуацию. Когда Анна была маленькой, они с бабушкой хорошо ладили. Первые годы, когда Валерию Сергеевну парализовало, она сидела около бабушки и читала ей книги, также помогала матери ухаживать за ней. Но когда старуха стала немного ненормальной, Анна навещала ее очень редко, и больная стала полностью зависеть от своей дочери, т. е. от моей жены.

Следователь внимательно выслушал Валерия Петровича и задал ему последний вопрос:

— Так что же произошло вчера в вашей квартире? И как вы думаете, кто убил вашу тещу?

— Вопрос, конечно, сложный. Понимаете, я прожил с женой очень много лет, и когда-то мы друг друга любили. Но как бы там ни было, я не могу одобрять убийство, а значит, и не могу прикрывать человека, даже родного. Я считаю, а вернее, я уверен, что Ксению Сергеевну убила моя жена.

Дело в том, что, когда я вернулся домой с работы, Валерия находилась там, да еще в алкогольном опьянении. Она сказала, что все убрала, наварила борща и уже уходит. Как только жена вышла за дверь квартиры, я услышал крики и стоны тещи. Я зашел к ней в комнату и увидел, что Ксения Сергеевна лежит на полу лицом вниз. Я выбежал из квартиры и догнал Валерию, которая разговаривала на улице с нашей дочерью. Я сказал ей, что ее мать упала и требуется помощь. Валерия с дочерью побежали в квартиру, а я пошел в магазин купить хлеба. Когда я вернулся домой, то увидел, что теща лежит мертвая на полу в луже своей крови, а рядом валяется сломанная деревянная палка. Жены и дочери в квартире не было. Я уверен, что моя жена — Валерия Сергеевна — убила свою мать Ксению Сергеевну, а моя дочь никак не причастна к преступлению.

После того, как протокол был подписан Валерием Петровичем, в кабинет следователя была приглашена 19-летняя Анна Валерьевна. Из показаний внучки убитой:

— Мои мама и папа уже некоторое время живут отдельно — они на грани развода. Я и бабушка жили с папой в нашей квартире, а мама временно проживает у своей подруги Марьи Петровны. Папа у нас мастер по ремонту, дереву, электрике, но абсолютно не умеет готовить, не любит убирать и не любил ухаживать за больной бабушкой. Я любила свою бабушку, но в последний год я просто не могла видеть ее страдания и беспомощность. Мне было больно. Мама прекрасно понимала меня и поэтому стала убирать и ухаживать за бабушкой одна. Конечно, с больным парализованным человеком очень тяжело, и мама сильно уставала от нее, да еще и с папой проблемы возникли, одним словом — мама продолжала приходить домой и управляться по хозяйству. Вчера я встретила маму на улице около нашего дома. Мама сказала мне, что сварила кушать, убрала в квартире, постирала и дала бабушке лекарство. Неожиданно к нам подбежал папа и стал кричать, как его все достало, а особенно бабушка, которая в очередной раз свалилась с кровати и кричит на всю квартиру. Мы с мамой помчались домой, а папа куда-то ушел. Бабушка действительно лежала на полу и кричала. Я помогла маме уложить ее обратно в постель и ушла, а мама осталась в квартире, чтобы поменять бабушке обгаженную ночную рубашку. Вот и все, что я знаю. Кто избил бабушку до смерти? Я не верю, что это кто-то из моих родителей — или папа, или… — девушка расплакалась, и на этом ее допрос был закончен.

Валерия Сергеевна Пушкеева добавила к показаниям мужа и дочери немногое: когда они с дочерью уложили бабушку и дочь ушла, она поменяла больной матери ночную рубаху, дала ей успокоительное лекарство и покинула квартиру, уйдя к своей подруге. Когда вернулся ее муж и зачем он убил ее несчастную парализованную мать, она не знает.

Следует сказать, что после допроса у Валерии Сергеевны произошел тот самый нервный срыв, о котором говорила ее дочь, — женщину смогли успокоить только врачи «скорой помощи». Так кто же убил бедную старуху? Судебная экспертиза подтвердила, что Ксения Сергеевна была убита той самой сломанной палкой, удары которой пришлись в основном по груди потерпевшей.

Соседка по квартире сказала следователю, что Валерия Сергеевна не раз жаловалась ей: ее так достала мать, что она была бы рада, если бы та отправилась на тот свет, и временами она хочет ее придушить собственноручно.

После недельного расследования розыскник пришел к выводу: Ксению Сергеевну убила собственная дочь.

Валерия Сергеевна была арестована и содержалась под стражей. Через месяц была назначена дата суда, и женщина, которая просто сохла на глазах, смиренно ожидала своего приговора. Казалось, тяжелое и мрачное будущее Валерии Сергеевны было определенно ясным, но…

Невозможно передать вид и крайне растерянное состояние следователя, когда в его кабинет явился муж осужденной… Это была явка с повинной. Валерий Петрович взял лист белой бумаги и стал писать чистосердечное признание, которое заканчивалось следующим:

«Когда я вернулся из магазина в квартиру, там уже никого не было. Старуха лежала в новой рубахе на кровати и что-то причитала. Спустя десять минут, когда я собрался кушать, теща стала орать на весь дом. Я зашел к ней и попросил, чтобы она заткнулась, но она продолжала истерически кричать, она снова обгадила свою одежду и чистую постель. Я не собирался после нее убирать и сказал ей это, но она все кричала и кричала… Тогда я не выдержал, схватил палку и ударил ее. Она подняла крик еще больше. После все происходило, как в тумане, я избивал ее палкой до тех пор, пока она не замолчала. Придя в себя, я понял, что убил старуху. Мне стало страшно, я был в растерянности и поэтому решил свалить все на жену. Если честно, я еще подумывал о том, что теперь квартиру не надо менять — тещи нет в живых, а жена — за решеткой. Идеальный вариант. Когда я узнал, что у жены скоро суд, я перестал спать. Это чертова совесть просто заела меня, и вот — я признаюсь: это я убил Ксению Сергеевну, но, клянусь, это было непреднамеренно».

Учитывая тот факт, что Валерий Сергеевич пришел с чистосердечным признанием, судебная коллегия приговорила его к девяти годам лишения свободы.

Да, человеческая совесть иногда творит чудеса, но все же, как бы сложилась судьба ни в чем не повинной женщины, если бы не было явки с повинной? И сколько таких невинных людей отбывают наказание за решеткой из-за скороспелых выводов некоторых недобросовестных следователей?

Глава XLVI

Маньяк-вампир

На счету Станислава Куличкина, орудовавшего в маленьком поселке недалеко от Одессы в 1967 году, было 7 изнасилований, два убийства, а также шесть покушений на убийство.

Станислав, в свое время работавший актером местного театра, который часто гастролировал по большим городам Украины, буквально с ума сходил от редких в те годы книг — «ужастиков», из которых он более всего любил истории про вампиров и разных оборотней. Будучи человеком творческим, Станислав мечтал сыграть роль графа Дракулы, но социалистический театр в те далекие времена считал произведения Брэма Стокера буржуазным декадансом и ничего подобного на своей сцене не ставил. Тогда неудачливый актер решил воплотить свои замыслы в жизнь и преуспел на преступном поприще куда больше, нежели на театральных подмостках. 30-летний поклонник вампиризма взял из театральной костюмерной черный плащ и цилиндр, собственноручно соорудил в театральной мастерской тонкий обоюдоострый кинжал.

Будучи на гастролях в Черновцах, ненормальный актер гулял по ночному городу и выслеживал девушек, возвращавшихся с танцев, затаскивал их в парк и, слегка придушив, насиловал.

Утолив свою похоть, преступник дожидался, пока жертва придет в себя, и тут-то и начиналось самое страшное. Залепив несчастной рот кляпом, маньяк доставал из мягких ножен, пришитых к подкладке плаща, кинжал и перерезал им лямки лифчика своей жертвы. Затем делал на груди девушки крестообразные надрезы, пуская жертве кровь, и совершал с ней половой акт, одновременно занимаясь вампиризмом.

Следующей жертвой маньяка была девушка из Винницы, но к своему ритуалу преступник добавил еще один атрибут. Вне зависимости от того, как мерзавец расправлялся со своими жертвами, он оставлял на их животе своеобразную «визитную карточку» — вырезанную кинжалом латинскую букву D («Dracula»). 17-летнюю Ольгу преступник отволок в самое глухое место в сквере, где она, истекая кровью, умерла.

Очередное преступление произошло в городе Николаеве. Станислав, отыграв пьесу в местном театре, увидел свою жертву еще в зале. Девушка сидела в первом ряду и, как показалось актеру, была недовольна его игрой. Когда зрители стали расходиться, маньяк быстро надел свой «преступный» костюм и стал наблюдать с черного хода за девушкой. Девушка, распрощавшись с подругами, направилась домой, но дошла она только до здания детского сада, где и была сначала изнасилована, а после убита Станиславом.

Так, гастролируя по населенным пунктам, извращенец находил себе все новых и новых беззащитных женщин, и вскоре в милицейские участки разных городов Украины стали поступать заявления от изнасилованных девушках, чудом умудрившихся избежать участи своих предшественниц.

Первая несчастная, нашедшая в себе смелость обратиться в милицию, дала такое описание образа действий маньяка: «Он подкараулил меня на подходе к дому, затащил в подвал и, достав из кармана нож, приказал раздеваться. Затем велел… (идут описания сексуальных игрищ маньяка), а после пригрозил, что если я расскажу об этом кому-то, то он поймает меня и высосет всю мою оставшуюся кровь. А потом резанул по моей ладони ножом и стал слизывать капли крови. Я из последних сил молчала, потому что он сказал, что убьет меня, если я хотя бы пикну».

Вскоре два похожих показания дали и еще две девочки: их в полицию привели родители, от которых дети не смогли скрыть факт извращенного изнасилования, — изрезанные детские ладони, кисти рук и груди, кровавые следы говорили сами за себя.

Казалось бы, имея такие показания, только и брать садиста.

Однако особенности детской психики, пережившей стресс, сыграли дурную шутку с милицией: ни одна из девочек не смогла дать внятного описания маньяка.

К тому времени, когда на его счету числились уже 6 жертв, в нем вдруг снова проснулся актер: перед изнасилованием жертвы он царственно провозглашал: «Идите и сообщите всем о воскрешении Дракулы на земле Польши!».

Однако, как это нередко и случается, схватить изувера-артиста помогли случай, редкое мужество и… артистизм его очередной жертвы. 23-летней Анжелике — жительнице Одессы — удалось убедить напавшего на нее обладателя черного плаща и цилиндра в том, что она является настоящей мазохисткой, давно мечтавшей приобщиться к тайнам «вампирского секса».

Не побоявшись привести преступника к себе домой, девушка настолько убедила маньяка в правдивости своих слов, что он успел сделать ей… предложение «стать женой Дракулы».

На протяжении всей «ночи любви» Анжелика активно поила «польского Дракулу» его любимым напитком «Кровавая Мэри», в то время как сама незаметно сливала спиртное из своего стакана под кровать. К утру маньяк крепко заснул. Убедившись, что он спит, Анжелика обратилась в милицию, и вскоре пьяного «вампира» препроводили в наручниках в кутузку.

Во время следствия артист держался гордо, количество своих жертв не скрывал и честно сознался во всех своих похождениях. Суд, что естественно по тем временам, был закрытым, и некоторые подробности происшедшего на нем поведали лишь зарубежные радиоголоса. Дескать, маньяк в содеянном признался, но так и не раскаялся. И даже, войдя в роль Дракулы, заявил ошарашенным судьям, что «подарил всем своим жертвам вечную жизнь, о которой другие только мечтают».

Действительно ли преступник сошел с ума или же просто хотел «закосить под дурика», нам неведомо.

Во всяком случае, ему не захотели подарить «жизнь вечную» и приговорили к расстрелу. Через два дня после суда приговор был приведен в исполнение.

Глава XLVII

Завистливые души и падшие люди

Это преступление потрясло Одессу ранней осенью 1992 года. Опера, выехавшие на место преступления по сигналу соседей, обнаружили в частном доме, расположенном в Клубничном переулке, два обезображенных трупа. Тело молодой симпатичной женщины утопало в море собственной крови. Сверху на убитой лежал труп четырехлетнего мальчика, чью голову неизвестный изувер превратил в ужасную отбивную. По всему было видно, что убивали людей яростно, с каким-то извращенным удовольствием и своеобразным мясницким мастерством. В те ужасные дни одесские опера сбились с ног, разыскивая убийцу, с утра и до поздней ночи допрашивая подозреваемых в садистском преступлении. Все тщетно! И лишь в 1993 году правоохранители, давшие слово чести, что разыщут изувера, вывели его под стражей на скамью подсудимых. А дело обстояло так.

Предпринимателю Тишке, прославившемуся едва ли не на всю Украину открытием по городам фирменных магазинов, торгующих престижными часами, завидовали многие. С этого грешного чувства все и началось, точнее, с прихода на службу в головной одесский офис, который возглавлял Тишка, молодоженов Лапиных.

Елена Лапина, работавшая продавцом-консультантом, и ее муж, 25-летний Тимофей, устроившийся в эту же фирму охранником, зарабатывали очень неплохо. Тимофей Лапин пользовался уважением и полным доверием у босса: часто бывал у Тишки в гостях, иногда даже «приговаривал» с шефом бутылочку-другую коньяка по праздникам, а иногда, когда шеф случайно загуляет, охранял его покой и получал дополнительные деньги.

Бывая дома у босса, Тимофей возвращался к себе домой в подавленном состоянии: живет босс не то что он — простой охранник! Все имеет! Не только красавицу-жену, но и дом в придачу с загородной дачей и шикарной машиной. Одна завистливая мысль Тимофея порождала другую, и вскоре он просто стал ненавидеть босса и его семью. Он засыпал и просыпался с одной мыслью: «Чтоб ты сдох, буржуй проклятый!».

Естественно, размышляя таким образом, к какому выводу можно прийти? Правильно: если кто-то живет лучше, нужно его просто ограбить, а возможно и убить.

К подготовке ограбления квартиры начальника Тимофей Лапин подключил своего родного брата Александра. Старший Лапин был из выпивох с золотыми руками, а потому сделать за пару бутылок водки дубликаты ключей от квартиры Тишки оказалось для него делом нехитрым. Когда же Тимофей предложил ему еще и обворовать квартиру, Александр легко согласился. Тимофей нарисовал ему план помещения и, выбрав день, когда бизнесмен провернул очередную сделку (а значит, у семьи появилась солидная сумма!), отправил Александра на дело, заверив братца, что в момент кражи никого из домочадцев босса в квартире не будет…

Александр отправился на квартиру не с пустыми руками. Перед делом, приняв на грудь бутылку «Столичной», он прихватил с собой на всякий случай пятикилограммовый наконечник отбойного молотка — железную дубинку длиной около 15 сантиметров. Подойдя к квартире, вор достал нужный ключ и осторожно вставил его в замочную скважину. Дубликат был сделан на совесть, и вскоре Александр уже был в чужом доме. Преступник аккуратно прикрыл за собой дверь, тихонько повернулся — и тотчас столкнулся с хозяйкой, Татьяной.

И тут алкоголь сыграл с психикой преступника злую шутку. Приложив палец к губам и скверно ухмыляясь в лицо остолбеневшей женщине, Александр приказал ей: «Раздевайся и становись на колени!».

Татьяна, от неожиданности и шока потерявшая дар речи, лишь яростно замотала головой. Ее отказ превратил еще недавно тихого забулдыгу в настоящего зверя: схватив женщину за плечи, изувер что было сил ударил ее деталью от отбойного молотка по голове. Уже первый удар проломил несчастной череп, и она рухнула на пол, не издав ни звука. А разъяренный налетчик все бил и бил ее наконечником по голове, нанеся в итоге 11 ударов, 9 из которых повлекли за собой травмы, не совместимые с жизнью. И только когда руки убийцы оказались по локоть в крови, он вспомнил, с какой целью явился в квартиру Тишки. Александр бросился в гостиную. Он вспомнил, что Тимофей на своем плане указал, что в мебельную стенку встроен сейф. Но, как на беду, у входа в комнату возник четырехлетний сын Тишки Алеша, которого, по всей видимости, привлек шум, доносившийся из коридора… Душегуб вытащил мальчонку из комнаты, бросил его на труп матери и прошипел:

— Не ори, гаденыш! А то и тебе башку размозжу!

И принялся возиться со злополучным сейфом. Едва он вскрыл его дверцу, как в квартиру позвонили. Мальчик кинулся к двери, но Александра, почувствовавшего вкус крови и предстоящей наживы, уже было не остановить. Он настиг ребенка, пытавшегося открыть замок, и трижды опустил ему на голову злополучный наконечник молота. Четырехлетний малыш сразу обмяк и беззвучно свалился к ногам изувера. Дверной звонок зазвонил еще пару раз и затих, а вор вернулся в гостиную к вожделенному сейфу…

Выпитая водка, два незапланированных убийства, звонки в дверь обворовываемой квартиры — все это могло подействовать на нервы и более выносливому преступнику. А у старшего Лапина просто «съехала крыша».

Неожиданно ему стали безразличны сокровища семьи Тишки, из-за которых он и пошел на дело. Главным же теперь для него было избавиться от свидетелей. Словно не понимая, что и жена, и маленький сын Тишки давно мертвы, преступник вдруг бросился на кухню за ножом. Прихватив с собой самый большой (для разделки мяса), он принялся попеременно наносить удары в шею своим бездыханным жертвам. Нанес в общей сложности мертвым женщине и ребенку свыше пятнадцати ударов. После этого он сорвал с шеи убитой (точнее, с того, что от нее осталось) две золотые цепочки и бросился опрометью из кровавой квартиры.

Сотрудники милиции долго не могли выйти на след преступника. Идеального работника Тимофея Лапина, выступившего в роли наводчика, и его брата Александра, снова вернувшегося к мирной запойной жизни, в совершении столь дикого преступления и заподозрить не могли. И лишь спустя год оперативникам повезло. Убийца, уехав сразу же после преступления в столицу, бросил свою любовницу, с которой сожительствовал. Эта дамочка, возмущенная ветреностью своего сожителя, и явилась однажды в милицию, рассказав операм много интересного о своем приятеле.

Будучи в курсе того, что произошло в Клубничном переулке еще в 1992 году, она поделились с правоохранителями сомнением: а не имеет ли отношение Александр к событиям тех дней? Уж слишком часто он, будучи под мухой, рассказывал ей в постели о какой-то женщине, которую он забил до смерти отбойным молотком, и об убитом мальчике, снившемся ему по ночам.

Оперативники, отправились в столицу, где и повязали душегуба, работавшего к тому времени… охранником в детском саду. Изувер, воспринявший свое задержание едва ли не с облегчением, сразу сознался следователям в совершении преступления, рассказав в деталях о содеянном. А вскоре настала очередь «колоться» и его младшему брату. За подстрекательство брата к совершению преступления и за наводку Тимофей Лапин получал четыре с половиной года строгого режима. А убийца отправился за решетку на 25 лет. Однако кто вернет к жизни молодую женщину и четырехлетнего мальчика, только что начавшего жизнь? Вот такие страшные истории пылятся в архивах областного суда и свидетельствуют, что звери еще не перевелись в нашем обществе.

Глава XLVIII

Форточник

Суд Малиновского района состоялся в мае 1979 году. Жернова советского правосудия прошли мимо, даже не задев Игоря. Его осудили всего на один год условно как несовершеннолетнего, тогда как остальные члены банды получили весомые сроки заключения. Отделавшись легким испугом, он пообещал сам себе, что навсегда завяжет с криминалом, и начал заниматься спортом. А в будущем решил подумать о педагогическом институте.

Игорь был невысокого роста, сухой и жилистый, спортивного телосложения, занимался акробатикой и гимнастикой.

В это время наша страна готовилась к Олимпийским играм, которые должны были состояться в 1980 году в Москве. Поэтому молодых спортсменов отбирали особенно тщательно.

Неожиданно все мгновенно изменилось, потому что пришла записка от друзей, в которой ему намекнули, что раз он остался на воле, то его прямая обязанность не забывать братву. Ему писали, что раз он стал на путь криминала, то обратной дороги уже нет — вор остается вором, и если Игорь не выполнит возложенную на него криминальную миссию, то пощады ему от дружков не будет. Нужны были деньги, и немалые. Даже указывались сроки, когда нужно было передать их через человека, который принес записку. Но где было Игорю взять столько денег? Одолжить не у кого, оставалось только одно — продолжать воровать, ведь он панически боялся своих бывших друзей.

Он уже знал, что за групповое хищение дают больше, чем вору-одиночке, поэтому решил работать один. Если тщательно все спланировать и продумать, то попасться практически невозможно, думал он. За государственное хищение дают больше, чем за кражу у законопослушных граждан, незаконным путем приобретших средства. Тем более, что и заявлять о пропаже мало кто из них будет. Вообразив себя этаким Робин Гудом, Игорь принялся за дело.

Первую свою жертву выбирал особенно скрупулезно, взвешивая все «за» и «против. Он как-то слышал от приятеля, что у его тети есть драгоценности — вставная золотая челюсть, различные дорогие украшения (кольца, браслеты и др.) — и все это старуха прячет в подушках.

И он начал действовать. Игорь выяснил, что в частном ветхом, старом домике на Фонтане с маленьким садом, обнесенным высоким забором, старуха жила одна, без детей, но была у нее собака — восточноевропейская овчарка по кличке Байкал. Выбрав себе наблюдательный пункт — большое дерево напротив дома, пристроившись на ветке, покрытой густой листвой, с театральным биноклем, он начал изучать обстановку. Здесь хорошо просматривалась спальня старухи. Перед тем, как лечь спать, она снимала протез и оставляла его в специальном стаканчике на тумбочке возле кровати. Пронаблюдав несколько дней и ночей, бандит изучил весь ее распорядок дня: она ложилась спать довольно поздно, вставала рано, кормила собаку, а затем шла на пляж до позднего вечера. Иногда на выходные к ней приезжал сын с семьей, которую она не слишком жаловала…

Необходимо было в кратчайшие сроки нейтрализовать собаку и старуху, а затем прощупать драгоценности и деньги в подушке. Поэтому самое разумное, подумал Игорь, усыпить их. Для этого требовалось сильное снотворное, которое выдавалось только по рецепту врача. Все свои ночные отлучки Игорь объяснял дома тем, что в спортивной секции, которую он посещает, идет усиленная подготовка к Олимпиаде в юношескую сборную. Еще он стал жаловаться матери на сильное переутомление и ночи без сна. Мать повела его в поликлинику Малиновского района, где ему прописали люминал.

Осталось только выбрать момент, когда можно будет подсыпать снотворное. Из разговоров соседей он знал, что старуху зовут Светлана Николаевна, она — ветеран Великой Отечественной войны и поэтому ее взяли под опеку пионеры соседней школы. Они иногда помогают ей на огороде, убирают в комнатах, ходят за продуктами.

На подготовку ушло несколько дней. За это время он выучил несколько фраз, отрепетировал перед зеркалом каждое движение, чтобы его не заподозрили в подвохе. И вот в назначенный день робко постучал в дверь калитки. Сперва раздался злобный лай пса, а затем донесся старческий голос:

— Кто там?

— Это мы, тимуровцы, из соседней школы. Вам нужна помощь, — сказал Игорь заученную фразу.

Послышался звук открываемой калитки, щелкнула щеколда, и дверь со скрипом отворилась. На пороге появилась злая старуха — «божий одуванчик».

Одета она была в пестренькой расцветки халат, на ногах — летние тапочки. Ее подслеповатые глаза, смотревшие из-под кустистых бровей, буравили, словно рентген, изучая его с ног до головы. Наконец взгляд остановила на алом галстуке.

— Пионер, — прогнусавила старуха. — Почему один? Давненько вас не было, целое лето, забыли бабушку. Вот расскажу все вашей учительнице.

И, не дождавшись ответа, продолжила:

— Вам, молодым, бегать да прыгать, а на старых людей наплевать.

— Ведь сейчас каникулы, — смущенно попытался оправдаться Игорь.

— Знаю, что каникулы, но ты же пионер, вас чему учили? — продолжала старушка. — Пионер, в борьбе за помощь пожилым людям будь готов!

— Всегда готов! — отчеканил Игорь и машинально отдал салют.

— А как там Галина Степановна? — поинтересовалась старушка.

— Галина Степановна просила прийти вас к нам в школу 1 сентября и рассказать о войне, — это была еще одна подготовленная им ложь.

— Ну хорошо, милок, можешь зайти, только подожди, я сейчас привяжу пса.

С этими словами калитка захлопнулась перед носом у Игоря, а спустя некоторое время открылась вновь. Он прошел во двор, перед домом располагался сад, через который вела дорожка, по обеим сторонам росли фруктовые деревья и цвели разные цветы. Сад был небольшой, но запущенный: валялись листья, ветки, а также консервные банки, окурки, бутылки, рваная бумага — следы пребывания сына с семьей.

В дальнем углу сада находилась собачья конура, возле нее стоял поджарый пес.

— Байкал, свои, — прикрикнула старуха на пса.

Он мгновенно умолк и только злобно смотрел на незнакомца, оскалив свою пасть и обнажив клыки.

— А как тебя зовут? — спросила бабка. — Я что-то не слышала.

— А я и не говорил, — сказал Игорь. — Зовут меня Николай, отца моего тоже звали Коля.

— А меня — Светлана Николаевна, — затем, осмотрев свой неухоженный сад, спросила:

— Ну и как ты справишься со всем этим один? Предупреждаю, работы на сегодня много.

— Я работы не боюсь, — сказал Игорь, — может, еще подойдет Сашка. Учительница послала нас вдвоем, но у Сашки заболел живот, и он пошел домой, но если у него пройдет боль, то он придет помогать, — это была еще одна ложь.

— Ну, хорошо, Коля, можешь приступать. На сегодня нужно убрать сад, вымыть пол в комнатах, а также сходить за покупками, а то я себя что-то плохо чувствую.

Игорь снял с себя белую рубашку и галстук и остался в шортах. Затем он вытащил из заднего кармана шорт перчатки, как он пояснил, для того, чтобы не поранить руки (а также, чтобы не оставить отпечатков).

— А собака меня не укусит? — поинтересовался Игорь.

— Нет, Байкал умный пес, он кусает лишь тех, кто пытается перелезть через забор, своих он не трогает.

— А сколько ему лет?

— Уже пять.

— А чем он питается? — спросил Игорь.

— Он ест мясо, хлеб, кости, колбасу, кожуру от картошки. В общем, что ему дадут, то и ест.

— А можно мне будет покормить его?

— Если ты ему понравишься, то можно будет, но только тогда, когда все сделаешь.

Он принялся убирать сад. Старушка в это время, сидя на террасе, нацепив большие очки, читала книгу. Иногда, открываясь от книги, указывала Коле-Игорю на некоторые недоделки.

Спустя некоторое время Светлана Николаевна позвала его в дом, предложила горячего чаю с булочкой и похвалила за проделанную работу. После чаепития Игорь начал убирать в комнатах, еще он предложил вымыть окно в спальне, покрытое паутиной. Его предложение бабушка встретила с одобрением. Пока он мыл окно, хозяйка варила на кухне борщ, аромат которого распространялся по всему дому. Покончив с приготовлением еды, Светлана Николаевна послала Игоря в магазин купить хлеба, колбасы для Байкала. Она дала пять рублей и велела принести сдачу, всю до копейки. Когда Игорь пришел с покупками, он увидел, что старушка накрыла стол в гостиной, поставила на стол кастрюлю с борщом и две глубокие тарелки. Светлана Николаевна пригласила его отведать горяченького, но сначала он на кухне вымыл руки и привел себя в порядок. Возвратившись с чистыми руками, сел за стол на предложенное место и сказал:

— Светлана Николаевна, а вы руки мыли? Ведь нас учили всегда мыть руки перед едой.

Пока ее не было, он подсыпал ей в тарелку порошок люминала и быстро размешал его ложкой. После вкусного обеда, поблагодарив хозяйку, он стал собираться домой, так как было уже поздно. По дороге он покормил Байкала колбасой со снотворным. Через пару часов они заснут, тогда можно будет спокойно наведаться вновь. Ведь они проспят не меньше девяти-двенадцати часов, так как он им дал тройную дозу. Действие люминала он уже испытывал на себе. Пришел домой, чтобы остаться вне подозрений и отдохнуть.

Когда он проснулся, было 9 часов утра. Он проспал. Будильник не зазвонил. Через пару часов, а может меньше, проснутся старуха и собака, и вся игра впустую. Нужно действовать. Быстро одевшись и взяв с собой сумку и перчатки, он направился к дому старухи. Она лежала на кровати, обняв подушку, и сильно храпела. Он на цыпочках проскользнул к кровати. Вот и тумбочка, а вот и стаканчик с золотым протезом. Затем он обшарил подушку. Его рука наткнулась на что-то замотанное в тряпицу. Вытащил и обомлел: он в жизни не видел столько денег. На безымянном пальце старухи было надето массивное обручальное золотое кольцо, которое легко соскочило, не потревожив ее сна. Завладев кольцом, Игорь выскользнул из спальни и направился в комнату, надеясь еще чем-то поживиться. Пробыв в доме несколько минут и прихватив кожаную куртку, оставленную сыном старухи, а также стерев отпечатки своего вчерашнего пребывания, он вышел на крыльцо и огляделся. Байкал спал, уткнувшись мордой в лапы.

Игорь Мордаренко в назначенный срок не только отдал деньги, но и накупил подельникам сигарет и чая. Так он стал ежемесячно греть лагерь.

Уверовав в свою безнаказанность, он через пару месяцев, а точнее, 29 октября 1979 года, около 11 часов проник в еще одну квартиру, за которой наблюдал несколько дней с верхнего этажа парадной, расположенной в доме напротив. Квартира была на первом этаже. И вот когда хозяина не было дома, Игорь с помощью стамески отковырнул шпингалеты и снял стекло. С его спортивной подготовкой забраться внутрь было делом нескольких секунд. Он унес с собой деньги и вещей на общую сумму 500 рублей. Но это были не те деньги, на которые он рассчитывал. Спустя почти месяц он совершает новую кражу квартиры по ул. Королева, проникнув к потерпевшему через форточку, которую тот неосмотрительно оставил открытой. В этот раз «заработок» был посолиднее. Он похитил магнитофон «Весна», а также деньги и вещи на сумму 900 рублей.

Его передачи подельникам, а также гулянки в ресторанах не прошли незамеченными у криминального сообщества. Зона приняла решение дать ему наставника из воров, оставшихся на воле. Им стал Валентин Баландин, известный в прошлом вор-домушник. Отныне Игорь получил статус «форточника» и должен был наловчиться не только открывать окна первых этажей, но и совершенствовать свое ремесло. На Молдаванке, где подготавливали карманников и домушников, учили блатной фене и понятиям, а также открывать замки любой сложности. Взяв его под свое крыло, Валентин объяснил Игорю: если он когда-то попадется, то все надо брать на себя и ни в коем случае не выдавать подельников. Во-первых, за это дают меньший срок, а во-вторых, можно приобрести авторитет и в случае чего получать передачи.

Своеобразным экзаменом стала кража у ювелира, за которым уже вели наблюдение наводчики Валентина несколько недель. Они выяснили, что проникнуть через дверь невозможно, так как двери были бронированные и имели не только сложный замок, но и хитроумную сигнализацию. Оставалось окно на четвертом этаже пятиэтажного дома на Черемушках. Стояла середина лета, и ювелир, уходя с семьей на пляж, оставил открытой форточку. Момент нельзя было упускать. Наводчики срочно передали это Валентину, который послал за Игорем. Его спустили на канате на уровень форточки. Проникнув внутрь, Игорь довольно быстро нашел спрятанный домашний сейф. Криминальные уроки не прошли даром. Сейф был примитивным, и он быстро взломал его и опустошил. Покинул квартиру тем же путем, каким и попал в нее. Ювелир обнаружил пропажу на следующее утро, когда открыл пустой сейф.

Имея большие деньги, хочется получать от жизни больше удовольствия. Игорь пристрастился к наркотикам. «Кто попробует слезу мака, тот проплачет всю жизнь», — сказал философ Сократ. Игорь этого не понял, как и многие другие, которые становятся на путь наркомании, считая, что смогут контролировать зависимость от наркотика. Но парень ошибся, и очень скоро пожалел об этом. Он сел на иглу и попал в систему. Стал воровать, чтобы «прокормить» свои вены. Закайфовав и выйдя на улицу, он случайно встретил Валентина Баландина. В таком состоянии Валентин видел его впервые. Взглянув в узкие зрачки Игоря, он сразу все понял. Валентин по опыту знал, что наркоманы — это ненадежные, неисправимые люди, готовые ради дозы пойти на все. Поэтому приговор авторитета был таков. Отныне Игорь лишается поддержки в криминальном мире и работает один. Больше заказов и наводок со стороны людей Валентина не будет.

Игорь стал думать, что делать дальше. Необходимо было избавиться от многих ворованных вещей. Часть Игорь отдал за бесценок на рынке, а часть распродал соседям и знакомым. Магнитофон «Юпитер» и колонки он продал своему знакомому В. Б. Ковалеву, который затем перепродал его некоему Маркову. Этот магнитофон и привел Игоря впоследствии на скамью подсудимых. Марков магнитофон с колонками сдал в комиссионный магазин, где его через несколько дней опознал сын потерпевшей, явившийся с приятелем в комиссионный магазин, чтобы купить новый магнитофон. Он вызвал милицию, которая изъяла магнитофон и колонки, а также проследила цепочку, по которой магнитофон попал в комиссионку. Буквально на следующий день участковый и два оперативника позвонили в дверь квартиры Игоря.

— Кто там? Чего надо? — спросил Игорь, подойдя к двери. Глазка в двери не было, и он не мог видеть, кто пришел.

— Это жильцы снизу, мы недавно сняли квартиру, а вы нас заливаете, — возмущенным голосом ответил один из оперативников.

— Этого не может быть, — сказал Игорь. — У нас сухо. — Можете войти и убедиться. И открыл дверь.

Следствие по делу Игоря растянулось на полгода. Поверив следователю, что ему скостят срок, он чистосердечно признался в двадцати кражах, совершенных за два года.

Суд Малиновского района состоялся 15 апреля 1982 года под председательством судьи Пигуновой. Он был осужден по ст. 140 ч. 2 УК УССР. Учитывая ходатайство из спортивной секции, а также чистосердечное признание, суд приговорил Игоря Мордаренко, 1963 года рождения, к лишению свободы на четыре года и шесть месяцев в колонии строго режима. ‘Помня о наказе Валентина Баландина, Игорь все преступления взял на себя, ни словом не обмолвившись о подельниках. Затем он начал получать передачи и приобрел некий авторитет. Уже позднее, в 1991 году, он был на севере бригадиром, но это уже другая история.

Глава XLIX

Взятки с молитвой милиции

С 1980 года в районные отделы милиции города Одессы, а также прокуратуру поступали заявления от граждан, что они давали деньги неизвестным женщинам, которые втирались к ним в доверие, предлагая получение квартиры за определенную плату.

Отдельная однокомнатная квартира — 2000 рублей, а в коммуналке комната — 1000 рублей. Милиция и прокуратура долго искали мошенниц, но безуспешно. Текучка заваливала розыскников все новыми и новыми делами, особенно с отягощающими обстоятельствами и дела о мошенниках постоянно откладывались.

Но в апреле 1986 года гражданка Н. П. Шудко предложила О.Д. Аносовой передать работникам горисполкома деньги в сумме 2000 рублей в качестве взятки для получения однокомнатной квартиры. Аносова денег не имела и поэтому направилась к своему отцу в город Ялту, у которого собиралась одолжить 2000 рублей для дачи взятки. Однако отец отказал своей дочери, заявив, что он честный человек и никогда не нарушал закон. Он же посоветовал дочери не связываться с такими дельцами, преступающими закон. Однако соблазн получения квартиры был слишком велик, и О. Д. Аносова по приезде в Одессу одалживает у своей знакомой К. Г. Перелыптейн 2000 рублей и вручает их Н. П. Шудко для передачи работникам горисполкома. Аносовой показывают однокомнатную квартиру на ул. Филатова на третьем этаже, меблированную, и заявляют, что хозяева уезжают в Израиль буквально через 2–2.5 месяца и квартира будет ее. Шудко забирает паспорт якобы для прописки. Обрадованная Аносова спрашивает у Шудко, может ли она сделать за взятку еще две квартиры для своих подруг и та соглашается. Шудко привозит двух подружек Аносовой к полуразрушенному дому на Химической улице и заявляет, что пропишет их в этом доме, и после сноса дома, который произойдет через несколько месяцев, они, как положено по закону, получат новые квартиры. Здесь Шудко, в связи с определенной длительностью получения квартир, берет с подруг взятки в сумме 1000 рублей и паспорта для оформления прописки.

Большое количество взяток с более высокими суммами Шудко и ее подруга по мошенничеству С. Н. Цымбал брали деньги с лиц, проживающих в селах, других городах и даже в других республиках. Так, например, гражданин Аванес Григорян, проживавший в городе Ленинакан, как одержимый рвался в Одессу с целью создания мастерской по ремонту и изготовлению обуви. Он заплатил мошеннице Цымбал 6000 тысяч рублей. Ему ни в чем не уступил его товарищ Гарик Согомонян, решивший заняться фармацевтическим бизнесом. А вот с Гиви Цинсадзе Щудко поступила совсем не по-джентельменски, она решила расселить семью Цинсадзе в разные квартиры, забрав паспорта не только семьи Цинсадзе, но и его близких родственников, ограбив его на 12 тысяч рублей.

Мошенницы распространили свою аферу и на советскую интеллигенцию. Доценту Грибенику была предложена квартира на поселке Котовского за 1000 рублей, а затем ему была показана квартира по ул. Комсомольской за 3000 рублей, на что он охотно согласился. Даже не доезжая еврейского кладбища, мошенницы уговорили детей престарелого Фишмана вселиться на второй этаж дома, близкого к кладбищу, с него они взяли 1,5 тысячи рублей. И таких афер было свыше сорока.

Во время расследования преступных махинаций мошенниц Цымбал и Щудко прокуратурой Киевского района было установлено, что богомольная Щудко также брала взятки для получения квартир у ряда священнослужителей, а также у простых прихожан.

Следствие выявило, что в погоне за легким приобретением жилья доверчивые люди рассказывали друг другу об открывшийся им возможности быстрого решения квартирного вопроса. Более того, они друг другу одалживали деньги или недостающую их часть для вручения взяток Щудко и Цымбал. Запросами прокуратуры было установлено, что Цымбал и Щудко хранят большие суммы денег в различных банках г. Одессы и Ильичевска. Взятая под стражу Щудко, припертая к стенке опытным следователем Конанеко, созналась в преступлении, но заявляла, что является пассивной мошенницей, и, якобы, передала Цымбал 115 тысяч рублей, что было для того периода колоссальной суммой. Более того, Щудко, как это ни странно, давала расписки потерпевшим в получении наличных денег, которые, впрочем, не соответствовали истинным суммам взяток. Щудко объясняла, что 20 тысяч рублей, зависших в воздухе, объясняются тем, что она расписки не давала, а передала деньги Цымбал, между тем Цымбал не была найдена и находилась в розыске. В это время следователь прокуратуры обнаружил ряд лиц из сельских местностей, которые также давали взятки Цымбал для получения жилья в славном городе Одессе. К таким обманутым относились гражданин Скидан из Ширяевского района, Лавренов из Раздельнянского, Шкимбал и многие другие.

В отношении мошенницы Цимбал, учитывая ее опасность, был объявлен всесоюзный розыск. Но лишь в 1988 году Беляеве — ким РОВД была задержана С. Н. Цымбал. Выделенное в отдельное производство дело Цымбал начало обрастать новыми деталями и подробностями. Поразительно, что Цымбал обманным путем выманила 1,5 тысячи рублей у заместителя начальника Белгород-Днестровского райотдела милиции для получения его дочерью однокомнатной квартиры в г. Одессе, где она работала медсестрой. Старший следователь прокуратуры Раздельнянского района вручил Цымбал 2000 рублей для получения квартиры своему сыну, курсанту высшего мореходного училища, хотя все правоохранители наперебой отрицали дачу взяток. Цымбал утверждала, что взятки от правоохранителей она брала, кроме того, были обнаружены паспорта детей правоохранителей у нее дома.

Цымбал, как мошенница и авантюристка действовала совместно не только с Щудко, но и отдельно. Так, ее коронный мошеннический трюк заключался в том, что она снимала квартиры в разных участках города, а затем, выдавая их за свои, брала солидный аванс за их продажу, после чего исчезала с деньгами. В одной из таких афер фигурировал частный дом на 6-й станции Большого Фонтана, который она выдала за свой и, взяв аванс в сумме 6 тысяч рублей, попросту сбежала с деньгами. Часто она выступала посредником в продажах жилых участков и домов и, взяв задаток, благополучно исчезала. Некоторые из обманутых ею людей становились ее добровольными помощниками. Это случилось и с Аносовой, которая внесла деньги за пятерых обманутых людей, забрав часть денег себе.

Папка с делом одесских мошенниц превысила 500 страниц, которые нам удалось рассмотреть в ходе работы в Киевском архиве. Следует отметить кропотливую работу В. В. Дацюка, который тщательно и упорно шел к намеченной цели разоблачениямошен-ниц.

Суд приговорил:

Цымбал — к 10 годам, а Щудко и Аносову — к 6 годам лишения свободы. Так закончилось дело о мошенницах и обманутых ими ротозеев и доверчивых людей.

Глава L

Несостоявшийся «злодей века»

Ширяев Валерий Дмитриевич с горем пополам отслужил два года в рядах Советской Армии и, демобилизовавшись в 1956 году, вернулся к себе домой — в село Суворово Одесской области. Родители Валерия искренне надеялись, что сына научат в армии уму-разуму и он вернется со службы настоящим мужчиной. Конечно, систематически занимаясь спортом два года, Валера физически возмужал и окреп, но вот его умственный потенциал остался на прежнем, невысоком уровне. Мать и отец встретили сына как полагается — с бурным застольем и с многочисленными предложениями: куда устроиться на работу и как жить дальше.

Месяц спустя родители Валеры уже сомневались — действительно ли рады они возвращению сына со службы, так как он, проработав в колхозе неделю, был с позором уволен за беспробудное пьянство. Сев на шею отцу и матери, молодой солдат ежедневно вымаливал у них деньги на дискотеку, а если не давали, то тихонько обчищал карманы родителей.

После неоднократных разговоров отца с сыном по-мужски, глава семьи понял: уговоры, угрозы и просьбы бесполезны, и он решается на более жесткие меры — поступление денег из различных источников перекрыть, семейный капитал тщательно спрятать, чтобы не брал самовольно, пришел пьяный — спи на улице, не хочешь работать — не будешь есть.

Хотя сердце матери и обливалось кровью, она все же надеялась, что сын одумается и станет жить, как все нормальные парни их селения.

Оказавшись «без кислорода», Валерий действительно задумался, но мысли его были далеко не на верном и правильном пути…

Неизвестно, кто убедил 20-летнего парня, что он коварный, изощренный, а главное умный злодей века, но факт остается фактом: Валера решил ограбить местный банк «без шума и пыли». Как казалось свежеиспеченному преступнику, — план ограбления безупречен и его гениальности еще многие-многие годы будут завидовать профессиональные грабители.

А план был таков.

В течение трех месяцев внимательно наблюдать за работниками Суворовского государственного банка: изучить график их работы, вычислить время, когда приезжают инкассаторы за деньгами, час пик посетителей и т. п.

Следующая задача была сложнее — придумать, как можно усыпить работников милиции, дежуривших в Суворовском отделении, чтобы снять с них форменную одежду, надеть ее на себя, завладеть табельным оружием и документами.

После этого этапа гениальный злодей в милицейской форме собирался арестовать кассиров по какому-либо придуманному поводу, привести их в отделение милиции, забрать ключи от сейфа, и приковать к батареи с помощью наручников. Далее действия были менее сложны и опасны — подойти к телефону и позвонить дежурному госбанка, чтобы тот пустил его в помещение как сотрудника милиции. Когда дежурный «лох» пустит его в банк, он просто-напросто откроет ключами сейф (изъятыми у кассиров), заберет много денег и спокойно скроется с места происшествия.

О придуманном плане Валера поведал своему другу — Дементьеву Александру Михайловичу, который работал в Килие матросом в Дунайском морском пароходстве.

Валера с Александром познакомился в армии, и их одинаковые примитивные взгляды и планы на жизнь соединили парней в крепкие дружеские узы.

Дементьев признал криминальный талант Ширяева и был счастлив, что он предложил именно ему стать его подельником в этом коварном преступлении века.

12 апреля 1956 года по указанию Валеры Александр зашел в поликлинику порта Килии и заявил врачу, что он страдает бессонницей, которая мучает его уже в течение трех дней, и по этой причине он не может нормально работать, так как валится с ног.

Врач предложил больному взять отпускные на пару дней, попить лекарства, расслабляющие нервную систему, и хорошо отдохнуть, но Валера сказал, что не может позволить себе отдых, и попросил рецепт, для приобретения снотворного в аптеке. Посмотрев на уставший, «помятый» вид моряка и его красные глаза (которые были таковы не от бессонницы, а в результате тяжелого похмелья после встречи с другом), доктор вручил пациенту выписанный рецепт.

Александр вместе с Валерой, вдохновленные результатом, отправились в аптеку, где и приобрели снотворное.

Вечером друзья зашли на катер, на котором нашли другие нужные материалы: металлический стержень и крепкую веревку, срезанную с флага СССР.

Положив в спортивную сумку «вооружение» и кожаные перчатки, 14 апреля 1956 года подельники поехали в город Измаил, где их ждал непредвиденный сюрприз. На одной из улиц Дементьев неожиданно встречает девушку Ольгу, с которой встречался еще до армии.

За время, пока Валера навещал своего двоюродного брата, а Александр развлекался с Ольгой, произошли большие изменения — прийдя на вокзал, моряк категорически заявил другу, что отказывается идти с ним «на дело» и остается в Измаиле со своей девушкой. Поняв, что уговоры бессмысленны, Ширяев, поссорившись с другом, садится на автобус и прибывает в село Суворово.

Оставшись без подельника, Валера не отказывается от своего плана и начинает операцию «банк».

Чтобы усыпить сотрудников милиции, молодой злодей выбирает весьма своеобразный способ: он покупает в буфете бутылку вина, вливает туда снотворное лекарство и покупает в гастрономе 200 граммов сыра.

Вечером 16 апреля 1956 года Валера встречает на улице 12-летнего мальчика и просит его занести пакет в отделение милиции, так как там ждут, а ему срочно надо бежать домой. Доверчивый подросток соглашается и отдает бумажный пакет дежурному Суворовского РОМ МВД.

Квадратными глазами посмотрел лейтенант милиции Бичев на мальчика и стал рассматривать содержимое таинственного подарка. Удивление на лице милиционера не исчезло, а наоборот усилилось в несколько раз, когда он вынул из пакета бутылку вина, кусок сыра и записку, в которой было написано следующее: «Ванечка, милый, если ты догадаешься, откуда это, то приходи к двум часам, я буду одна!».

Думал над этими словами лейтенант долго, а после взял передачу и показал своим сотрудникам, которые долго смеялись, решив, что кто-то из друзей разыгрывает дежурного.

От души нахохотавшись, сотрудники милиции отложили пакет-сюрприз и стали продолжать свою работу, а Ширяев выдерживал время, будучи уверенным, что «менты» распивают «шаровое» вино. Валера бродил по улицам села, а после, посмотрев на часы, стрелки которых указывали на 2 часа ночи, направился в райотдел, натянув на голову маску.

Вооруженный финским ножом, металлическим стержнем и веревкой, преступник постучал в двери РОМ МВД. Помощник дежурного, старшина милиции Терзнев, как только открыл двери, сразу же получил удар по голове металлическим стержнем, от чего упал без сознания.

Дежурный Бичев, услышав шум, выбежал из кабинета и увидел лежащего на полу помощника, с которого пытается снять форму человек в маске. Бичев выхватил из кобуры пистолет и закричал: «Руки вверх!». Ширяев, с реакцией молодого солдата, молниеносно выбил пистолет из рук милиционера и стал наносить ему сильные удары по голове стержнем, от чего дежурный стал кричать от боли. Несмотря на кровоточащие раны и муки, Бичев все же сумел положить на пол преступника и обезоружить его.

С этого момента Ширяев потерял контроль над ситуацией, и продолжать операцию «банк» он мог только в мыслях, сидя в КПЗ. У задержанного Валерия милиционеры изъяли нож, металлический стержень, перчатки, веревку и листок бумаги, на котором были записаны адреса кассиров, работающих в банке, а также текст — шпаргалка разговора с охраной банка (чтобы не забыть), что, мол, сейчас в банк прийдет милиционер для контрольного осмотра.

Суд приговорил Ширяева к 25 годам лишения свободы, но он не терял веры в себя, утверждая, что если бы «менты» выпили вино, то его непревзойденный, уникальный план был бы осуществлен и талантливый злодей вошел бы в историю криминалистики.

Глава LI

Погоня «за стаканом»

16-летнему Сергею не спалось. Он крутился на кровати как юла и прислушивался, не лает ли их пес Барсик. Эта была первая суббота за все лето, когда родители не пустили сына на местную дискотеку в п. г. т. Ширяево Одесской области. Правда, его отец Константин, имел на наказание сына полное право, ведь он с утра пошел с друзьями на реку Куяльник рыбачить, а вернулся под вечер не только без рыбы, но и изрядно выпившим. Константин Иванович заставил Сергея убирать двор, но, увидев, что сын уже мало на что способен, уложил его спать.

Но не тут то было. Сергей прекрасно знал, что ребята не оставят его в беде и обязательно, втихаря зайдут за ним на дискотеку. Ровно в 10 часов вечера Сергей услышал лай Барсика, приглушенные шаги, а за ними — стук камушка в окно. Парень быстрее чем в армии оделся и присоединился к своим друзьям, выскочив из дома через запасной выход — окно в своей комнате.

Путь на дискотеку неизменно проходил через парк отдыха, где молодежь от 14 до 17 лет готовилась к танцам особым способом — распитием спиртных напитков возле общественной колонки с водой.

В 1990 году в поселке Ширяево работал всего лишь один бар, в котором собирались «вип-клиенты», поэтому молодежь находила свои «природные» точки расслабления. Сергей с компанией повернули в проулок, где у бабки-торговки купили самогон, а на закуску сорвали с дерева десяток яблок.

Возле знаменитой колонки образовалась целая очередь подростков — девочек и мальчиков, которые поочередно выпивали по «соточке» спиртного и тут же запивали прямо из колонки.

Сергей и компания, дождавшись своей очереди, распили бутылку самогона, закусывая яблоками, а после уселись на лавочке, заигрывая с девчонками, которые, прячась, курили за клубом, где проходила дискотека.

Когда ребят «развезло», Сергей предложил присоединиться к танцующим.

В два часа ночи дискотека закончилась и молодежь стала расходиться кто куда: одни домой, другие — искать приключения на свою голову.

Сергей с ребятами распрощаться не собирался, и, несмотря на то, что все пятеро еле держались на ногах, стали убивать время в темном безлюдном парке, разбивать камнями уличные фонари и не давали мирным жителям спать, распевая во весь голос: «Плачет девочка в автомате»…

К шести часам утра Сергей и компания встретили на дороге таких же «веселых» одноклассников на мотоциклах, которые сообщили, что едут в соседнее село Марьяновку, где у одного знакомого парня провожали в армию и, как обычно бывает в селах, проводы будут длиться еще минимум сутки.

— Как же нам добраться в село? Там наверняка и Маринка с Ольгой гуляют, а домой сейчас хоть не приходи — батяня убьет, — сказал Сергей.

— Да… Нам бы ЗИЛ, как у твоего старого, — молвил один из друзей, и все четверо с блеском в глазах уставились на Сергея.

— А что? Идея! Гулять так гулять, — махнул рукой Сергей, и все пулей помчались на улицу, где он жил.

Договорившись, что ребята будут ждать его на машине на повороте к реке, Сергей, сняв обувь, тихо зашел во двор.

Тишина. Родители еще спали, только Барсик, виляя хвостом, тихо поскуливал, увидев молодого хозяина.

Сергей заглянул в лобовое окно ЗИЛа и ехидно улыбнулся, — ключи на месте, да он и не сомневался, так как отец, всегда оставляет ключи зажигания в машине, а зря…

Услышав шум мотора, отец Сергея вскочил с кровати и выбежал на улицу. Сергей уже успел открыть ворота и пытался как можно быстрей выехать на задней скорости со двора. Мать тоже проснулась. Она, в спешке одеваясь, обронила на пол настольное зеркало, которое вдребезги разбилось, предвещая беду…

6. 30 утра. На соседней улице, где проживал Сергей, 26-летний Виталик стал собираться выехать в поле за сеном для скота. Жена Люба приготовила на скорую руку завтрак и стала подозрительно расспрашивать мужа, куда именно он едет и, вообще, едет ли он косить сено.

— Достала ты меня своей глупой ревностью, — гаркнул муж, но увидев свою 4-летнею дочь Машу, заулыбался и поцеловал дочку в щеку.

— Папа, папа, я с тобой, — пролепетала дочурка и вцепилась ручками за папину ногу.

Виталик стал нежно ей объяснять, что едет на работу, но Люба перебила его и сказала:

— А чего ты не хочешь дочь с собой брать? Бери, она по полю побегает, цветы нарвет.

Сергей нагнулся над дочкой и тихо произнес:

— Ну что нам делать с нашей мамой? Собирайся, поедешь с папой.

Собравшись, Виталик посадил Машу на переднее пассажирское сидение своего старенького «Москвича», положил в багажник косу и мешки и выехал на дорогу.

Подъезжая к повороту на реку Куяльник, Виталик заметил, что их на бешеной скорости догоняет грузовая машина ЗИЛ. Виталик, не раздумывая, свернул на самый край обочины и остановил машину, чтобы полностью освободить дорогу сумасшедшему ЗИЛу.

Перепуганный отец выскочил из машины и стал бежать к дочери, чтобы забрать ее, но не успел…

Грузовая машина в считанные секунды приблизилась к «Москвичу» и на скорости, с большой силой ударила легковушку сзади.

Водитель ЗИЛа Сергей от страшного удара пришел в себя и стал тормозить, но машина, толкая «Москвич», проехала еще 10 метров и только после остановилась.

Дикий рев отца маленькой Маши, которая осталась в машине, разбудил всех в округе. Люди стали выбегать со дворов и подымать страшный крик.

Виталик подбежал к своей помятой машине и вынул оттуда маленькое бездыханное тельце.

Скорая помощь в сопровождении милиции отвезла в больницу Сергея, который находился в бессознательном состоянии с многочисленными повреждениями.

Через пару часов, открыв глаза, Сергей увидел в больничной палате свою мать. Сначала он ее не узнал. Женщина была «без лица», она смотрела на сына холодными обезумевшими глазами, пытаясь увидеть в лице сына ответ на вопрос, который ее сейчас мучил:

— Зачем я тебя родила?

— Мама, — тихо произнес Сергей, а где папа?

Женщина зарыдала и упала в обморок.

Маму перенесли в другую палату, а к Сергею зашли другие посетители — следователи милиции.

В этот момент Сергей узнал страшную и непоправимую правду — он убил 4-летнюю девочку, переехал собственного отца, который пытался закрыть ворота и задавил несчастного Барсика.

Опьянение прошло, и парень стал осознавать адскую реальность — два убийства, два неописуемых горя в разных семьях, а почему? Ответ понятен, но, в тоже время, ответа — нет!

Сергея осудили к 20 годам лишения свободы.

Его мать вынужденно смирилась с убийством мужа собственным сыном и до сих пор передает сыну передачи в тюрьму, ходит на свидания.

Через два года Виталик развелся с Любой из-за ее параноидальной ревности, воспитывает дочь от другой жены, а Люба до сих пор вспоминает свои слова в тот злополучный день: «А чего ты не хочешь дочь с собой брать? Бери, она по полю побегает, цветы нарвет».

Глава LII

Араб с Петра Великого

29 июня 1989 года на улице Посмитного, во дворе дома № 22, между заброшенным гаражом и летней кухней, был обнаружен полуразложившийся женский труп, завернутый в зеленое одеяло.

Началось следствие.

Обнаружившая труп гражданка Бевз М. И., жительница дома, проявив недюжинные аналитические способности, сказала следователю:

— У меня сложилось впечатление, что убийца хорошо знает это место — ведь гараж закрыт со всех сторон. Единственный проход к нему застроен стеной соседского сарая. Я уверена, что труп сброшен с крыши гаража, для чего убийца воспользовался стоящей рядом лестницей.

Следователь стал собирать информацию о живущих поблизости людях.

Во дворе, где был обнаружен труп, проживали сплошь пенсионеры. Знающие все и обо всех бабульки поведали, что около года назад их любопытные глаза радовали лишь три молодые девушки, снимавшие квартиру у аборигенки бабы Лены.

Та сообщила следователю, что осенью 1979 года она действительно сдавала квартиру девушкам — работницам столовой, находящейся на 6-й станции Большого Фонтана. Две Марины и Жанна (так звали девушек) были веселыми и общительными, даже чересчур. К ним часто приходили гости и даже оставались у них на ночь, что, впрочем, было вполне объяснимым, ибо гостями были преимущественно иностранцы, дом которых, как известно, далеко.

Бабу Лену это обстоятельство не особо беспокоило, так как крики по ночам если и были, то приглушенные, жили девушки со всеми мирно, не ругались с соседками, платили вовремя.

Однажды зимой к девушкам наведалась милиция, после чего они с квартиры съехали. На другую ли квартиру или на казенную — бабу Лену не волновало. Все ее вещи дома были в сохранности, к тому же она «на всякий пожарный» переписала у них паспортные данные.

Благодаря этому удалось быстро найти одну из квартиранток — благо она была прописана рядом, на ул. Посмитного, дом 20 а, кв. 3. Звали ее Марина Островская.

Вот что рассказала гражданка Островская следователю:

— Я в свое время снимала квартиру по улице Педагогической вместе с Галиной Осмолович, которая предпочитала, чтобы ее называли так же, как меня, — Мариной. Хозяин квартиры вскоре нас из нее «попросил», ибо ему не понравилось, что мы устраивали там часто вечеринки с молодыми людьми.

Моего парня зовут Саша, фамилия — Бережной, он работает на заводе отделочных материалов машинистом. А вот у моей «тезки», то есть у Гали, женихом был араб по имени Мишель. С ним она познакомилась в столовой, в которой мы тогда вместе работали.

Мишель сперва говорил, что учится у нас в университете, затем сказал, что является курсантом военного училища. Не знаю, какие у них были с Галей отношения, но та утверждала, что они вскоре собираются пожениться. Мишель, мол, тот, о ком она с детства мечтала.

Когда нас выгнали с Педагогической, мы сняли квартиру на Посмитного, у бабы Лены. Та с пониманием относилась к нашей личной жизни.

Вскоре к нам приехала сестра Гали — Валя, но она также предпочитала, чтобы ее называли другим именем, Жанной. Валю выгнали из техникума, и она уже было собиралась вернуться домой, в Михайловку, но сестра предложила ей пожить немного с нами вместе. Я была не против — ведь мы с Галиной к тому времени стали, как мне казалось, настоящими подругами.

Однаш после приезда ее младшей сестры наши отношения с Галей-Мариной быстро испортились. Та стала вести себя высокомерно, заявляя, что она гораздо лучше меня, ибо у меня — простой русский парень, она же отхватила себе не кого-нибудь, а иностранца.

Словом, наши отношения зашли в тупик. К счастью, мой жених Саша предложил мне переехать к нему.

С Мариной, то бишь с Галей, я встречалась после этого несколько раз, ибо была должна ей 50 рублей и по частям отдавала долг. В один прекрасный момент я узнала, что сестры вместе уже не живут — Валя-Жанна не нашла, мол, с Мишелем общий язык и уехала в деревню к родителям.

Галя-Марина приютила у себя некую Иту, которая ранее проживала вместе с ребенком и мужем в каком-то сарае. Мишель тоже стал постоянно жить вместе с ними.

У него к тому времени начались проблемы. Из училища за частые самоволки его выгнали, он «присел» на наркотики, им стала интересоваться милиция. Хотели его выслать на историческую родину, и именно потому он стал скрываться в квартире у своей подружки.

И это все, что смогла сообщить следствию настоящая Марина о своей лже-тезке. Вернув весь долг, она, по ее словам, больше ту не видела…удобно-медицинская экспертиза установила личность убитой — это была Галина Осмолович («Марина»).

Следователю понадобилось две недели, прежде чем он нашел Иту — девушку, жившую на квартире вместе с Галиной вплоть до ее исчезновения.

После непродолжительного общения с перепуганной до смерти Итой следователь понял, что та что-то от него скрывает, чего-то, судя по ее поведению, серьезно опасаясь. Она постоянно путалась в показаниях, очень нервничала, курила сигарету за сигаретой.

По просьбе следователя прокуратура выдала ордер на обыск комнаты в общежитии, где проживала в тот момент девушка.

В результате обыска были найдены паспорт Галины Осмолович, ее диплом, трудовая книжка. И Ита быстро «раскололась».

Вот ее признательные показания:

— После того как я убежала из своей семьи, я стала проживать вместе с Мариной, то есть Галиной. Ее так называемый жених, араб по имени Мишель, боясь депортации в Турцию, где родился, жил с нами, скрываясь от правоохранительных органов. Марина, не понимая, что ее попросту используют, была без ума от своего араба, меня же предупредила, что ежели я выдам Мишеля милиции, то она меня убьет.

Я и не собиралась делать этого, но они стали, уходя, запирать меня в комнате. Мне это в скором времени надоело, и я решила принять ответные меры.

Однажды во время их отсутствия я вылезла из квартиры через окно и направилась в военное училище, где когда-то был курсантом араб. Там я рассказала, где он проживает.

Тем же путем я вернулась домой — парочка к тому времени, к счастью, еще не вернулась.

На следующий день, когда все мы были дома, к нам пожаловала милиция. Мишель, приказав мне молчать, успел спрятаться в одном шкафу, предварительно заперев Марину в другом.

Когда милиционеры вошли, я молча указала на шкаф, в котором прятался араб. Больше никого в квартире нет, сказала я, когда его вытащили из укрытия, — ведь мне было известно, что Марину ждет серьезное наказание за укрывательство.

После того как Мишеля увели, Марина выскочила из своего шкафа и накинулась на меня. Царапалась, хватала за волосы, грязно ругалась, материлась.

Я инстинктивно схватила стоящий рядом топор и ударила им Марину по голове. Та упала как подкошенная — я, сама того не желая, угодила прямо ей в висок.

Когда я пришла в себя, то поняла, что мне трудно будет доказать, что я убила подругу, защищая себя. Тогда я решила избавиться от трупа.

После недолгого размышления я пришла к выводу, что лучшего места спрятать тело, чем глухое пространство между гаражом и летней кухней, не найти — там не было ни входа, ни выхода. Я завернула труп в одеяло и выбросила его в окно. Затем вылезла сама и с помощью лестницы затащила тело на крышу гаража, а затем сбросила его вниз.

Тщательно убрав комнату, я покинула квартиру и переехала в общежитие. А вот зачем я забрала с собой документы, почему не уничтожила их — самой непонятно.

Ита, уже находясь в КПЗ, хотела было изменить свои показания, свалив всю вину на араба, однако следователь убедил ее не делать этого — ведь чистосердечное признание умаляет вину, а следовательно, и срок.

Суд приговорил Иту к 10 годам лишения свободы.

Глава LIII

Наши в Америке

Евсей Агрон, одесский еврей, был осужден на семь лет тюрьмы за убийство и контрабанду и вышел оттуда со статусом «вора». В 1971 году он верховодил большой бандой, орудовавшей в Одессе и других городах, Советского Союза. 8 октября 1975 года Агрон выезжает в Америку. В течение двух лет после прибытия в США, ему удалось собрать «бригаду» верных ему братков, и вскоре организованная банда приступила к завоеванию Брайтона.

Бригада Агрона занималась нападениями с целью грабежа, вымогательством и мошенническими операциями с социальным страхованием. Одна из американских газет писала, что в 1980-х доходы Агрона превышали 50 000 долларов в неделю. Агрон открыл свой собственный офис «Эль Карибе», откуда и терроризировал русскую эмигрантскую общину. Кроме того, он выкупил русскую газету на Брайтон-Бич «Новое русское слово», где публиковали то, что хозяин считал нужным.

Жертвами Агрона были все: русские врачи, юристы, бизнесмены, владельцы магазинов на Брайтон-Бич авеню и многие другие. Если кто-то отказывался платить банде Агрона, его беспощадно избивали у всех на глазах, главарь лично бил своих жертв большим стрекалом для скота, а если и это не помогало — убивали.

Однажды Агрон пригрозил убить дочь одного из русских эмигрантов в день ее свадьбы, если тот не выплатит ему 15 тысяч долларов.

Братки отличилась дерзостью, вспыльчивостью и жестокостью, ведь сам глава банды был задиристым, несмотря на свой солидный возраст, и любил устраивать драки в ночных клубах «Малой Одессы».

При этом Агрон отличался высоким интеллектом. В 1979 году он легко смог найти контакт с итальянской мафией, — с семьей Дженовезе, поддерживал с ними деловые отношения с помощью Мюррэй Уильсона, которого за его уникальные способности в отмывании денег ФБР называло современным Мейером Лански. Уильсон был знатоком и настоящим асом в функционировании оффшорных счетов и аккредитивов, а также сложных международных биржевых операциях. Именно Уильсон поспособствовал тому, что русско-еврейская бригада из Брайтона стала интегральной частью американской преступности, так как его покровителем был сам Венеро «Бенни-эгз» Мангано. Уильсон свел Агрона с главарями этого клана, но спустя некоторое время на Агрона стали покушаться. Когда Агрон гулял по берегу Кони-Айленда (1980 г.), на него было совершено вооруженное нападение. Появилось множество версий о причинах покушения, однако настоящую причину никто не знал, включая самого Агрона.

В 1984 году было произведено второе покушение на Агрона, когда он выходил из гаража в своем доме на Оушен-Парквэй в Бруклине. Агрона ранили в лицо и шею, и с тяжелым огнестрельным ранением он был отправлен в больницу.

Хотя пули навсегда остались в его теле, он все же остался жить с искривленным лицом. После второго покушения Агрон предполагал, что заказчик — главарь конкурирующей «русской» банды Борис Гольдберг, ветеран израильской армии, который в Бруклине осуществлял торговлю наркотиками и не только… Агрон знал, что члены банды взрывали гранаты перед входами магазинов своих упрямых жертв в Калифорнии, совершали убийства в Техасе и жестоко расправлялись с драгдилерами — своими конкурентами, поэтому он не отрицал, что Гольдберг действительно назначил 25 тысяч долларов за его голову, как говорили Агрону некоторые доверенные люди. Когда Агрон назначил «стрелку» Гольдбергу в мае 1984-го, его предупредили, что здание, где они собрались, окружили союзники Гольдберга — мексиканские бандиты. Из-за этого непредвиденного обстоятельства двум врагам пришлось мириться.

4 мая 1985 г. водитель Агрона Борис Найфельд ожидал своего босса в «Линкольне», чтобы отвезти его в Манхэттен в баню в Лоуэр-Ист-Сайд. Агрон любил посещать такие места по субботам, так как только там он мог расслабиться и отдохнуть, а главное пообщаться по душам с друзьями.

Но в тот роковой день 53-летний Агрон еще находился в своей квартире, бреясь в роскошной ванной.

Фрагменты книги «Красная мафия» в переводе Светланы Шкуратовой подробно описывают трагедию того утра: «Импортная мраморная сантехника — недавнее приобретение Агрона, за которое он выложил 150 тысяч долларов, — была элегантной даже по русским стандартам. Агрон побрызгался дорогим одеколоном, надел свой мешковатый синий костюм и захватил шляпу.

В то время как большинство русских бандитов расхаживали в костюмах из акульей кожи и носили такое количество золотых украшений, что могли выступать в качестве маяков в безлунную ночь, Агрон одевался как давний житель Америки, и несведущие люди вполне могли принять его за торговца-пенсионера, отправляющегося по утренним делам.

Перед тем как выйти из квартиры, он сказал своей гражданской жене, певице кабаре Майе Розовой, что они увидятся вечером за ужином в одном из ресторанов Брайтон-Бич.

Ровно в 8.35 утра он нажал кнопку лифта.

Вдруг из-за угла коридора вышел человек в спортивном костюме и солнцезащитных очках и в упор выстрелил в Агрона. Он упал на пол, кровь разливалась ручьем по черно-белой мраморной плитке. Убийцей Агрона называли бывшего киевлянина Владислава Резника, но по чьему заказу он действовал, осталось загадкой…».

Агрон был хорошо знаком со знаменитым русским певцом М.Шуфутинским, которому он «подарил» слова будущей легендарной песни «На Колыме, где тундра и тайга кругом, среди замерзших елей и болот». Шуфутинский познакомился с Агроном во время работы в качестве аранжировщика альбома песен его жены и после их знакомства подчеркнул, что, по его мнению, это человек был умным и мудрым. «Он знал наизусть и любил немало песен, и ему нравилось, как я их пою. За «Колыму» ему отдельное спасибо».

Глава LIV

Нафталий Френкель: олигарх и агент ОГПУ

Нафталий Френкель — герои социалистического труда, генерал-лейтенант инженерно-технической службы, награжден тремя орденами Ленина… прочитав такую мини-биографию, невольно решишь, что перед тобой герой, личность с большой буквы и верный служитель отечества. Но, внимательно листая книгу его жизни, ловишь себя на вопросе: «Почему же он так ненавидел эту страну?».

Нафталий Аронович Френкель родился в Константинополе в семье турецких евреев, и по этой причине между делом любил именовать себя «сыном турецкоподданного».

Он был низкого роста, носил короткие усы щеточкой (как у Гитлера), имел глубоко посаженные глаза и мясистый толстый нос. Тонкие губы, тяжелый подбородок и маленькие руки с короткими пальчиками дополняли внешность, характерную для людей-тиранов.

Еще во время учебы в коммерческом институте Френкель решил, чем будет заниматься, и его планы реализовались — он занялся лесоторговлей. Хладнокровные расчеты, любовь к деньгам и власти воспитали в нем гениального одесского коммерсанта. В 1904 году Френкель на паях открыл свою первую фирму в Мариуполе. Подпитываемый неутомимой энергией и изобретательным умом, его бизнес стремительно пошел в гору. Вскоре Френкель монополизировал переработку древесины и стал миллионером, нажив на спекуляциях лесом огромное состояние.

Через несколько лет продуктивной работы олигарх приобрел на юге России несколько пароходов для перевозки древесины, за что стал именоваться «лесным королем» Черного моря. Естественно, что, ведя жесткую борьбу в бизнесе, «турецкоподданный» миллионер заимел множество врагов и конкурентов. Эту проблему он решил следующим способом: создал собственную газету — откровенно желтую «Копейку», с помощью которой порочил и стравливал своих ненавистников. Коммерческие дела Френкеля процветали, развивая в нем чувство собственного превосходства над окружающими: других людей он считал «жалкими человечками», которых можно использовать как угодно для достижения собственных целей. Бизнес Френкеля мог рухнуть только при чрезвычайных обстоятельствах, что и случилось, так как началась первая мировая война.

Не имея возможности продолжать свое выгодное дело, Френкель не растерялся: используя военное время, он занялся спекуляцией оружия. Как одесский миллионер и олигарх Нафталий хорошо знал криминальный мир Южной Пальмиры и был «на короткой ноге» с ворами в законе. Это позволило ему заключить и провести несколько удачных сделок с перепродажей оружия. Пополнив свое богатство за счет «грязного» бизнеса, предусмотрительный Френкель в 1916 году перевел свои капиталы в Турцию, а ровно через год переехал туда и сам.

Находясь в Константинополе, он был завербован большевистской разведкой ив 1921 году вернулся в Одессу. Это как никогда отвечало интересам Нафталия. В то время в Южной Пальмире был по-особому подходящий климат для тех, кто обладал многогранным талантом авантюриста, мошенника и коммерсанта, который был присущ Френкелю.

Во времена нэпа для него в Одессе открылись прямо-таки неограниченные возможности: под прикрытием подпольной деятельности он организовал контрабандный бизнес. Огромный капитал позволял Нафталию покупать влиятельных столичных чиновников.

Поручения ГПУ, кстати, были своеобразны. По указанию своего всесильного ведомства Френкель занялся не только спекуляцией шелкового белья, но и перепродажей золота, валюты и драгоценностей нужным людям, а самим чекистам — вне очереди. В этот период своей деятельности Френкель совершил свою первую и серьезную ошибку — по наивности он доверился такой «изменчивой», непредсказуемой и циничной конторе, какой оказалось ОГПУ.

Вскоре ситуация изменилась. В один прекрасный момент интуиция подвела агента и олигарха в одном лице. «Милость» по отношению к нему обернулась не просто неприятностью: перед ним замаячила смертная казнь.

Нафталий Френкель был арестован за спекуляцию и вскоре в одиночной камере ожидал расстрела. Но удача все же не покинула его: приговор был изменен, и вместо смертной казни он получил 10 лет лишения свободы.

Френкель был отправлен на Соловки в концлагерь, где, впрочем, его таинственные «покровители» не оставили своего протеже. Это значительно облегчало его жизнь за колючей проволокой, а купленные охранники даже способствовали всяческим капризам.

Там бывший олигарх устроился отлично: проживал в отдельном каменном домике, да еще и с правом свободного перемещения. Нелишенный таланта ведения деловых переговоров и искусства располагать к себе людей, «льготный» заключенный быстро сблизился с местным начальством и даже в лагере сумел организовать прибыльный бизнес: к тому времени там были открыты мастерские, где производились пользовавшиеся успехом в Москве товары.

Когда же в лагере началась эпидемия тифа, Френкель предложил срочно построить баню. Как потом выяснилось, во многом благодаря этому удалось погасить очаг эпидемии, и Френкель за проявленную инициативу был назначен начальником экономической части. Впрочем, Нафталия не интересовала судьба заключенных — он никогда не заходил в казармы, где проживали зэки, и даже избегал лишних разговоров с ними. Он просто боролся за власть.

Именно Френкелю принадлежит идея, как заработать денег, не имея при этом затрат. Она заключалась в использовании рабского труда заключенных. Будучи уверенным в своем «блестящем открытии», Нафталий, набравшись смелости, изложил свою мысль в письме, направленном на имя самого Сталина.

Как ни странно, но послание дошло до адресата. Сталина заинтересовало предложение Френкеля, и он изъявил желание повидаться с ним лично. Заключенного посадили на специальный самолет и отвезли к вождю. Их беседа продолжалась целых 3 часа, после чего Френкеля досрочно освободили и назначили на специально созданную должность — начальника работ Беломорстроя.

Ослабевшие от голода и изнурительного труда люди с помощью обыкновенной кувалды, лопаты, тачки и бревна для перемещения валунов делали великое дело — строили Беломор-Балтийский канал. Френкель обладал феноменальной памятью и помнил в лицо десятки тысяч заключенных, фамилию и имя каждого, его статью и срок, чем любил при случае похвастать начальству.

Он обычно появлялся на трассе с тростью в руке и часами стоял, опершись на нее, тяжелым презрительным взглядом наблюдая за работой. Если кто-то из заключенных падал от изнеможения, то его тут же расстреливали и закатывали в бетон, так как хоронить людей было некогда. Канал был выстроен в короткий срок, при этом за проявленное усердие Френкеля наградили орденом Ленина, после чего он продолжал стремительно расти.

В 1933 году Френкеля назначили начальником строительства Байкало-Амурской магистрали, для которого была создана еще одна система лагерей для заключенных — БАМЛАГ. Нафталий лично встречал каждый новый этап заключенных, причем делал это торжественно, с оркестром. Но после красивого приветствия всех прибывших… ставили на колени в снег и пересчитывали по головам, а потом гнали в лес рубить просеки.

Как руководитель Френкель был беспощаден ко всем, кто по положению находился ниже его. Он не стремился заслужить уважение, так как считал, что страх — самый эффективный метод управления людьми. Из архивных же документов следует, что цена каждого была равна жизни погибшего от холода, голода и цинги человека.

В 1937 году Френкель стал начальником специально созданного «под него» так называемого Главного управления лагерей и железнодорожного строительства («железнодорожного ГУЛАГа»). В жесточайших условиях по всей стране строились ставшие кровавыми магистрали. Сам Нафталий получил за старание очередной орден Ленина. Когда началась Великая Отечественная война, ему, к тому времени генералу инженерно-технической службы НКВД, поручили руководить русским северо-востоком.

Безупречное чувство самосохранения выручило Френкеля, позволив избежать репрессий: перед началом очередной «волны» он отошел от дел, подав прошение об отставке по состоянию здоровья.

Нафталий Френкель умер своей смертью в 1958 году в возрасте 71 года, имея три ордена Ленина и звание Героя Социалистического Труда. Но люди помнят его иным — человеком с репутацией спекулянта, политическим авантюристом, с чьей легкой руки были загублены многие и многие тысячи жизней.

Глава LV

Тайна пионервожатого

Почти все выросшие в Советском Союзе с тоской и нежностью вспоминают свое действительно счастливое детство, безмятежное прекрасное время, проведенное летом в пионерских лагерях.

Путевки туда стоили копейки (да и то обычно их оплачивали профсоюзы), находились лагеря в курортных зонах, на берегу моря или рядом с другими чистыми водоемами, поодаль от «цивилизации». Дети ходили в походы, учились общаться с природой, понимать ее (самое же слово «пионер» — синоним «первооткрыватель», «разведчик»). Помогали детям в этом пионервожатые.

Ими обычно были студенты педагогических институтов и училищ — лучшей летней практики (приятной и полезной) не придумаешь.

Так, в 1987 году в мае в один из наших пионерлагерей прибыла группа студентов-старшекурсников, чтобы заранее подготовиться в первой смене. Среди будущих педагогов был некто Иван Корин — скромный положительный юноша, который заявил начальнику лагеря, что хочет работать с детьми-сиротами. Его энтузиазм встретили с энтузиазмом и направили воспитателем в отряд, в который входили дети из малообеспеченных (неполных) семей и воспитанники интерната в возрасте от 10 до 13 лет.

В начале июня стартовала первая смена, и во время ее Корин проявил себя как истинный подвижник, отдающий себя без остатка детям, как чудесный педагог, добрый человек, талантливый массовик-затейник, прекрасный художник-фотолюбитель. А в конце августа, когда финишировала последняя, третья смена, проявилась, словно фотопленка, обратная сторона его натуры.

Помочь раскрыть подлинное нутро и сущность «педагога» помог случай.

Милиция навестила Корина в рамках проведения следствия по делу исчезновения из лагеря 11-летнего пионера Кости К. и неожиданно обнаружила в его комнате «портфолио», фотомоделями которого были мальчики отряда, позировавшие своему вожатому исключительно «ню», причем в грязной форме. Воспитатель-педагог оказался извращенцем-педофилом. В те времена это было большой редкостью.

Почему же никто из детей не пожаловался на своего вожатого? Причиной этого и стала, как выяснилось позже, пропажа их товарища по отряду.

«Фотохудожник» быстро «раскололся» и после первого же допроса с пристрастием поделился с милицией секретами своих фотосессий. Единственное, о чем он просил, дабы в деле было поменьше понятых — осмотр одних лишь фотографий вызывал у нормального человека гнев, возмущение и ненависть в адрес их творца.

Дети знали, почему пропал их товарищ — он намеревался рассказать о своем вожатом воспитателю другого отряда, а посему был «убран», попросту говоря — убит. И боясь, что с ними вожатый поступит так же, беспрекословно выполняли все его требования — родителей у них нет, пожаловаться некому. И подонок-педофил этим успешно пользовался.

Изобретательный «фотохудожник» работал как в студии, так и на пленере. На одних снимках бедные мальчики лежали полностью обнаженными на белых простынях — их лица были искажены гримасой невыносимого страдания. На других, сделанных на натуре, «ню»-фотографиях присутствовали элементы пионерской формы — алые галстуки, белые гольфы, барабанные палочки. Такие снимки делались на лесных полянках и в колхозных полях — в последнем случае голубой «импрессионист» для большей выразительности выбирал, как и Ван Гог, желтые подсолнухи.

«Кастинг» пионервожатый проводил среди приглянувшихся ему воспитанников из числа сирот. Собрав «моделей» затем вместе в укромном месте, Корин читал им сценарий будущей постановки.

Фабула была нехитрой. Сюжет развивался по классическим канонам — во время Великой Отечественной войны пионер-разведчик (что, как подчеркивал своим воспитанникам вожатый, тождественно «соленой соли») попадает в тылу у немцев в плен к врагу. Он, конечно, человек чести и, невзирая на жестокие пытки, молчит.

Не должны были выдать пионеры и самого вожатого — он ставил им все время в пример героя рассказа Л. Пантелеева «Честное слово». Особо же стойким, работавшим без дублера «актерам» «режиссер-сценарист» обещал ценные подарки и свое участие в их судьбе.

Для большей достоверности «игры» и меньшей памятливости после съемок пионервожатый натягивал одним бедным детям на голову удушающий противогаз или полиэтиленовый мешок, других заставлял дышать эфиром, третьих «клеил» с помощью «Момента», четвертых совращал посредством алкоголя.

Шли смены, менялись исполнители и декорации, но роли у жертв педофила были теми же, и они, на взгляд извращенца, вполне с ними справлялись.

Так, к удовольствию будущего дипломированного воспитателя, продолжалось до тех пор, пока среди пионеров его отряда не появился «предатель» — 11-летний Костя решил рассказать обо всем другому пионервожатому. Шла перестройка, и Корин не мог допустить, чтобы его, «отца родного», сдал новоявленный «Павлик Морозов».

Цитируем материалы следствия, признательные показания И. Корина:

«Я понял намерения Кости и решил от него избавиться. Я завел его в лес, накинул на шею веревку и стал душить до тех пор, пока он не умер… Когда утром все, кроме Кости, вышли на линейку, я поднял тревогу, что один из детдомовцев сбежал, начались массовые поиски, но я-то знал, что в скором времени его не найдут, так тело его я выбросил в заброшенный колодец и засыпал ветками и листьями деревьев. Правда, я был уверен, что доработаю все лето до конца, но, как вы знаете, в августе тело мальчика было обнаружено и мои пионеры нарушили свой обет молчания…».

Извращенца приговорили к 15 годам лишения свободы. Вер нулся ли «воспитатель» по отбытии наказания к исполнению сво их «прямых» обязанностей или исполнил их полностью с «обрат ной» стороны в «зоне», где соответствующее отношение к подоб ного рода подонкам, нам не известно.

Глава LVI

Шедевры коллекции одессита нашли в Лондоне

Шедевры искусства всегда приносили коллекционерам большое эстетическое удовольствие. Просто невозможно оценить, сколько эмоций может испытать человек при общении с эстетикой высокого уровня. Но эта же эстетика позволяет установить и цену картины или иного художественного предмета. Справедливо утверждение, что чем больше радости нам дарят произведения искусства, тем выше их стоимость. И тут возникает парадокс: удовольствие оборачивается опасностью для владельца, а порой даже тех, кто с ним связан или просто сталкивается в жизни.

Утром 23 мая 1990 года руководитель общественного фонда «Возрождение», более известный как большой одесский коллекционер, должен был не позднее восьми часов утра явиться на работу. Но в положенное время, как, впрочем, и в одиннадцать часов, его там не было, несмотря на назначенную заранее важную деловую встречу.

Такое поведение не соответствовало пунктуальности Дмитрия Ивановича К., что вызвало некоторое беспокойство у сотрудников. Долгожданный телефонный звонок раздался только после обеда. Заместитель общественного фонда «Возрождение» поднял трубку и откровенно удивился странному голосу Дмитрия Ивановича, объявившему о том, что его только что ограбили. Сотрудник немедленно сообщил в милицию, которая оперативно прибыла на квартиру. Здесь стало известно, что незадолго до восьми утра коллекционер собрал портфель и отправился было в путь, но не успел он закрыть за собой дверь, как почувствовал сильнейший удар в спину.

Дмитрий Иванович не успел опомниться, как двое крепко сложенных мужчин затолкали его обратно в квартиру, а затем стали избивать. Когда он потерял сознание, они накрыли лежавшего на полу хозяина простынями и приступили к грабежу.

Воры не спеша и аккуратно снимали со стен картины, вытаскивали из шкафов антикварные вещи, ювелирные изделия и драгоценности. Дмитрий Иванович на какое-то время пришел в себя и хотел было противостоять преступникам, но, получив рукояткой пистолета по голове, опять впал в забытье.

Лица воров были стянуты масками, однако хозяин был уверен, что налетчикам не больше 30 лет и оба они русского происхождения.

Завязав награбленное в простыни, преступники скрылись.

Поживились они хорошо: Дмитрий Иванович не просто считался одним из крупных коллекционеров. Его квартира представляла собой настоящий небольшой музей, где хранились подлинные шедевры искусства. Здесь были собраны прекрасные картины живописи XVI–XVIII веков, редкие древние иконы работы русских мастеров, богатейшая коллекция фарфора, предметы прикладного искусства и т. д. По приблизительным оценкам стоимость коллекции Дмитрия Ивановича в 90-х годах приближалась к 3 миллионам долларов. Он сразу же понял, что грабители «работают» в сфере искусства, так как они прекрасно знали, что нужно брать в первую очередь.

В тот же день по факту кражи в следственном управлении МВД было заведено уголовное дело, за работу принялись сыщики и криминалисты. Преступники действовали профессионально — отпечатков пальцев они не оставили. Слабым утешением для криминалистов были только еле различимые отпечатки обуви. В процессе расследования в первую очередь опрашивались жильцы дома, в котором проживал коллекционер. Но никто из соседей ничего подозрительного в тот день не заметил.

Сыщики прекрасно понимали, что такую богатую коллекцию сбыть в Украине невозможно, а поэтому преступники наверняка попытаются переправить раритет за границу. Поскольку работу по предотвращению нелегального вывоза антиквариата за рубеж в те годы осуществлял Комитет государственной безопасности СССР, то расследовать этот случай поручили одному из его подразделений.

Под контроль были поставлены все крупнейшие сухопутные и морские пункты пересечения границы страны. Активизировалась работа с агентурной сетью, внедренной в круг лиц, занимавшихся контрабандой произведений искусства. Были предупреждены крупнейшие искусствоведы и коллекционеры, а также поставлены под контроль все антикварные салоны и магазины крупных городов Украины. Словом, задействовали всех, кто хоть чем-то мог помочь выйти на след похищенной коллекции. Как только Дмитрий Иванович вышел из больницы, он тоже подключился к поискам: посещал антикварные магазины в надежде обнаружить что-либо из похищенного.

Отчаявшись выйти на след преступников в Украине, коллекционер отправился в Лондон — крупнейший европейский центр по легальной и нелегальной продаже ценностей. Его знакомые и коллеги в столице Великобритании прекрасно знали коллекцию Дмитрия Ивановича, многие бывали у него дома и были знакомы с шедеврами коллекции одессита.

Дмитрий Иванович и его друзья скрупулезно просматривали все новые коллекции, которые поступили в крупнейшие аукционные дома, расположенные в Лондоне. Они изучили десятки каталогов, и вскоре их настойчивость и упорство были вознаграждены потрясающей находкой. В одном из каталогов Дмитрий Иванович случайно увидел картину из своей коллекции, которая выставлялась на аукцион в ближайшее время.

К делу срочно подключилась недавно созданная в Лондоне специальная служба, которая стала отслеживать по каталогам продаваемую картину. Новой владелицей оказалась 35-летняя американка Сабина, которая, к всеобщему удивлению, искусством совсем не увлекалась. Осмотрев картину, найденную в доме Сабины, Дмитрий Иванович подтвердил, что этот шедевр действительно из его коллекции.

Перепуганная женщина тут же рассказала лондонским сыщикам, что полгода назад познакомилась с одним ценителем антиквариата, который впоследствии стал ее любовником. Мужчина переехал в Лондон десять лет назад, а до этого был гражданином Украины. Месяц назад любитель искусства появился у нее и попросил зарегистрироваться на аукционе, чтобы продать одну из его картин. Не задавая лишних вопросов, женщина согласилась. Таким образом картина и появилась в каталоге под ее именем.

На поиски таинственного любовника понадобилось три недели. Почувствовав опасность, он срочно улетел в Грецию, где некоторое время скрывался у своих знакомых. Но вскоре «игре в прятки» пришел конец: 45-летний Григорий не смог противостоять профессионализму оперативников и на третьем допросе после ареста показал дом, в котором хранилась драгоценная коллекция украинского антиквара.

Оказывается, незваные гости, которые обокрали Дмитрия Ивановича, проживали в городе Киеве и тесно сотрудничали с Григорием, который и подкинул им эту «работенку». Преступники должны были получить за нее по 100 тысяч долларов США. Однако их ожидало сильнейшее разочарование: преступный синдикат был раскрыт. Грабители и заказчик оказались за решеткой, а Дмитрий Иванович наконец-то обрел утраченную коллекцию.

Кстати, это случай послужил для него хорошим уроком. Вскоре коллекционер переехал в более безопасную квартиру, оснащенную сигнализацией и даже системой видеонаблюдения.

Часть третья

ЗАГЛЯДЫВАЯ В БУДУЩЕЕ

Глава LVII

День святого Валентина

Святой Валентин — покровитель влюбленных. Но всегда ли он оберегает любящее сердце, которое так легко обмануть?

Именно в день Святого Валентина Оксана Бурая понесла большие материальные потери и в свои молодые годы глубоко разочаровалась в любви.

А дело обстояло так. 25 августа 2002 года красивая, стройная девушка 21 года, только что получив диплом специалиста, закончив институт народного хозяйства, останавливала машину на ул. Ришельевской, направляясь домой на ул. Филатова. В остановившейся машине уже был один пассажир — симпатичный парень, лет 27, добротно одетый, с обворожительной улыбкой. По пути между Оксаной и Сергеем Латушенко завязался дружеский разговор. Их знакомство продолжилось в баре «Арлекин» на ул. Филатова. В тот вечер Оксану поразило прекрасное знание Сергеем психологии, глубокие размышления о философии и откровенные признания о чувствительной мужской натуре. Да, Оксана, не ошиблась, Сергей был психологом «по жизни», он моментально подбирал нужную тактику, учитывая тонкости девичьей натуры, выделял слабости в характере и одновременно вытягивал всю нужную информацию. Но, к сожалению, девушка это поняла слишком поздно…

Сергей проводил Оксану домой, в гости не напрашивался, хотя девушка жила одна в двухкомнатной квартире. Он договорился о встрече на завтра.

На следующий день новоиспеченный поклонник в точно указанное время нажал на кнопку звонка Оксаниной квартиры. Открыв двери, Оксана пришла в восторг от большого букета цветов лилий. «Не может быть, это же мои любимые, как ты узнал?» — восхищалась девушка. Оксана пригласила Сергея войти. Бутылка «Мартини», легкий ужин и душевная музыка способствовали рождению новых ласковых чувств.

Все складывалось как в сказке: внимание, подарки, развлечения. Этот человек казался ей не только умным, порядочным, обаятельным, интеллигентным, но и прекрасным сексуальным партнером. В общем, Оксана ему открыла и душу, и тело, доверяя и полагаясь на него во всем. Уже с первых чисел сентября Сергей, практически, переехал к Оксане.

После Нового года Оксана решила взять в кредит компьютер и пылесос. Сергей, пообещал, что к апрелю он погасит всю сумму кредита. Уже 20 января техника украшала интерьер квартиры.

Неожиданно для хозяйки квартиры 10 февраля приехали из Молдавии трое друзей Сергея. Сергей, не колеблясь, поселил товарищей во вторую комнату. Те, в свою очередь, домой не спешили, вели себя нагло и раскованно. Сергей открыл себя также с другой стороны: не один раз курил «травку», пропадал с друзьями по ночам, приходил пьяный и не в лучшем расположении духа. Оксана была терпеливым, мягким человеком… Она попросила Сергея, чтобы тот отправил друзей на родину или же определил их в другое место для проживания. Буквально через пару часов Сергей изменил свое поведение и принял позицию маленького провинившегося ребенка, пообещав, что завтра, 14 февраля, его друзья уедут в Молдавию.

Нежное касание розы, заставило Оксану проснуться. Перед ней стоял Сергей со своей обворожительной улыбкой с темно-красной розой, бутылкой шампанского и маленькой коробочкой. Парень поздравил свою девушку с днем влюбленных и вручил подарок — золотые сережки. И тогда Оксана поняла — женское счастье состоит из мелочей.

В восемь часов вечера молодая пара и гости из Молдавии вышли из дома — одни направлялись в бар, другие — на автостанцию.

Сергей и Оксана вместе с друзьями бурно отмечали праздник в баре, Сережа был очень внимателен и нежен с Оксаной, разве что после первого часа ночи его часто стал отвлекать звонками мобильный телефон. На вопрос: «Кто звонит?» он отвечал: «Старые друзья нас поздравляют».

В 5.30 утра, открыв двери квартиры, Оксана и Сергей увидели жуткую картину: голые стены, окна, пустые шкафы, одним словом — везде пусто и чисто: ни техники, ни вещей и так далее…

Началось расследование работниками милиции, которые не скрывали, что больших надежд на раскрытие кражи у них нет.

Через три дня Сергей сказал Оксане, что едет в Закарпатье проведать своих родителей и через две недели вернется. Но спустя это время любимого не было, не было его и через месяц. Тогда Оксана позвонила бабушке, у которой снимал квартиру Сергей, узнать, не знает ли она, где проживает мать Сергея. Услышанный ответ ошарашил девушку. Бабуля поведала, что Сергей приезжает в Одессу и снимает квартиру раз в полгода, в прошлом году он приезжал с женой и двухгодовалым ребенком на море, а живет он сам под Москвою. Месяц назад к ней заехал Сергей, забрав остаток вещей, которые хранились у бабушки, и уехал домой к жене. И тогда страшные мысли посетили Оксану: она же просила его оставить дубликат ключей от ее квартиры, а он сказал, что потерял их, не в тот ли злополучный день он отдал их своим друзьям? Подаренные сережки она не надела, потому что, по словам Сергея, они не соответствовали ее пестрому костюму. Вот почему всю ночь 14 февраля звонил мобильный, вот почему он не хотел идти пораньше домой, вот почему двери были не сломаны, а открыты ключами, а друзья его «уехали» именно в этот день.

По словам Оксаны Бурой, кража в ее квартире не так страшна, как кража ее сердца.

Через некоторое время Оксана узнала, что преступление, основанное на доверии молодых девушек, Сергей Латушенко совершал уже три раза с другими девушками, используя такой же метод еще до встречи с ней. Так что, милые женщины, если вам скажут на ухо «Я вас люблю!», будьте бдительны.

Глава LVIII

Преступные группировки в сфере приватизации государственного имущества

Данные статистики в Украине указывают на активное развитие и углубление приватизации государственной и кооперативной собственности. Начиная с 1991 года, по Украине приватизировано более 15 000 различных предприятий. В наибольшей степени процесс приватизации затронул предприятия торговли и общественного питания, но в значительной степени — и промышленные предприятия. Вместе с тем, и отечественный, и зарубежный опыт приватизации показывает, что этот процесс, имея позитивные цели, провоцирует рост традиционных преступлений в сфере экономики (хищения, злоупотребления служебным положением, взяточничество) и появление новых тенденций, связанных с деятельностью коммерческих структур и их взаимодействием с государственными предприятиями, банками, государственными структурами.

Рост корыстных преступлений в Украине обусловлен и такими факторами, как снижение жизненного уровня большей части населения, вызванное спадом производства, ростом инфляции, безработицы.

Экономические преступления, совершаемые в сфере приватизации, используемые преступниками способы обогащения разнообразны, но все же среди них можно выделить основные, наиболее распространенные.

1. Хищения государственного имущества, замаскированные под приватизацию, и должностные преступления (взяточничество и злоупотребление служебным положением), связанные с занижением стоимости имущества, подлежащего приватизации.

2. Массовые хищения приватизационных чеков, денежных средств и иностранной валюты вкладчиков руководителями инвестиционных фондов, банков и других коммерческих структур путем мошенничества.

Порядок приватизации государственной и муниципальной собственности регламентируется довольно значительным числом актов, принятых органами как законодательной, так и исполнительной власти.

Однаю результаты нашего изучения уголовных дел и материалов в архивах областного суда дают основание утверждать, что только уголовное законодательство является одним из тех инструментов, при помощи которых могут корректироваться процессы распада экономики.

Противоправные действия в процессе приватизации и маскировка их под законные действия не осуществляются в одиночку, поэтому происходит объединение преступных элементов с должностными лицами в организованные группы, способные к масштабным преступлениям против народа и обману государства и частных лиц.

Должностные лица являются основными участниками процесса приватизации: они имеют право распоряжаться государственным имуществом по должности, принимают участие в разработке планов приватизации, подготовке, регистрации и утверждении документов, их контроле. Уже выявлены многочисленные факты совершения ими корыстных преступлений, в частности, получения взяток и злоупотребления служебным положением, прямого хищения государственного имущества, замаскированного под приватизацию.

Приватизация государственного и муниципального имущества, деятельность коммерческих структур в сфере банковской деятельности, создание акционерных обществ открытого и закрытого типа (АО и АОЗТ), которые стали аккумулировать денежные средства юридических и физических лиц, в том числе и государственных предприятий, привело к появлению нового вида преступлений — массовых хищений денежных средств вкладчиков руководителями коммерческих структур.

Так, в течение 1994 года следственными подразделения УМВД города Одессы расследовалось свыше 20 уголовных дел этой категории, по которым проходят свыше 10 тысяч юридических лиц, в том числе и государственные предприятия, и несколько сотен тысяч граждан. Эти преступления вызвали большой общественный резонанс, и прослеживается тенденция к их росту.

Например, расследовалось уголовное дело в отношении генерального директора АОЗТ «Независимый нефтяной концерн» Мельникова А. Р. Мельников и его заместители Яров и Абалмасов в период с января по март 1994 года через сеть фондовых магазинов организовали продажу населению необеспеченных векселей этого АОЗТ, сняли со счетов полученные деньги и скрылись. Установлено 17 тысяч потерпевших, причиненный им ущерб составил около 10 миллиардов рублей.

Также расследовалось уголовное дело в отношении руководителей финансово-инвестиционной компании (ФИК) Л. E. Н. И. H., которые, обещая выплату высоких процентов по вкладам в гривнах и валюте, получили от вкладчиков — физических и юридических лиц — деньги в сумме 1,5 миллиона долларов США, похитили их и скрылись. Следует также вспомнить процветание в Одессе банков «Металлинвест», «Юкс», «Элайс» и других, обманным образом выманивших 1,5 миллиарда рублей у ни в чем не повинных одесситов, обещая им колоссальные дивиденды и оставив людей без гроша в кармане.

Многие генеральные директора больших компаний нарушают закон, обещая выплату высоких процентов по вкладам и не имея лицензии на проведение банковских операций, организовывают сбор приватизационных чеков и свободных денежных средств у гражданских и юридических лиц, похищая таким образом миллионы. Установлено более 5 тысяч потерпевших, обманутых таким путем.

Раскрываемость этого вида преступлений невысокая. Это объясняется тем обстоятельством, что владельцы таких коммерческих структур, зная о сроках массовых выплат процентов по вкладам, заранее принимают меры по изъятию денежных средств и скрываются с похищенным примерно за 10–15 дней до этого срока. Деньги ими изымаются или наличными, если сумма относительно невелика, или переводятся на счета в банках стран дальнего зарубежья, не являющихся членами Интерпола, в связи с чем становится практически невозможно проследить их дальнейшее движение. В основном деньги переводятся в банки Сингапура, Таиланда, Тайваня, ЮАР и других африканских стран. Некоторые имеют мошеннические связи с такими же нечестными людьми из Швейцарии, Монако, Люксембурга и других стран.

15 августа 1994 года одесскими правоохранительными органами возбуждено уголовное дело в отношении неустановленных следствием лиц. Эти люди, используя подложные документы на имя Котова, Алыпанцева, Лобанова, Григорьева, Федорина зарегистрировали профессиональный союз «Родина», лжепредприятия «Строймонтажинвест», «Бизнес-информ», «Транзит-техсервис» и другие, в течение июня-июля 1994 года заключили договоры с юридическими и физическими лицами на поставку товаров и оказание услуг и, получив предоплату в сумме 1 миллиард карбованцев, скрылись. Преступники до сих пор наслаждаются свободой в достатке, наверняка в зарубежных странах.

Большую опасность для государства представляют «кавказские группировки», которые с целью незаконного обогащения создают коммерческие структуры и различного рода фирмы на подставных лиц и наносят серьезный ущерб экономике страны, совершая преступления в сфере приватизации, финансово-кредитной и банковской системах, топливно-энергетическом, агропромышленном комплексах и др., расширяют контроль над наиболее прибыльными сферами легального и нелегального бизнеса. В 1998 году, по милицейским данным, в Украине насчитывалось более 230 выходцев с Кавказа, не являющихся гражданами Украины, но владеющих имуществом и финансовыми ресурсами в крупных размерах, не имея вообще никаких легальных источников доходов. Проведенной во время операции «Регион» проверкой отечественных коммерческих структур установлено, что примерно в 6,5 тысячах из них кавказцы являются хозяевами или соучредителями предприятий. Большинство из этих предприятий уклоняются от уплаты налогов, ведут себя мошеннически с другими фирмами, разоряя их, выплескивают ежемесячно значительное количество безработных, не желая платить обещанную им зарплату. Иногда некоторые недобросовестные работники правоохранительных государственных служб входят в преступный контакт с этими нечестными «окологосударственными» дельцами, принимая активное участие в ограблении «лохов».

К сожалению, попадаются в руки мошенников многие, в том числе и известные в Одессе честные люди, такие, например, как В. И. Белявский, директор крупной организации оборонного значения, который лишился своей квартиры из-за «одаренных» мошенников.

Украинское законодательство пока еще открывает широкие возможности для преступников, занимающихся таким бизнесом, обогащающим их и нечестных дельцов.

Глава LIX

Модель убивает руками «мента»

Красивая стройная модель, работающая демонстратором моделей одежды дома моды Днепропетровской фирмы «Мрия» прибыла в город Одессу в 1993 году с целью отдохнуть и повеселиться с интересными одесситами, имеющими особый взгляд на жизнь и неповторимый юмор. Кочерга Галина Николаевна имела яркую внешность и без особых усилий знакомилась с мужчинами с «толстым» кошельком для совместного времяпровождения. Когда луна сменяла солнце и на Черном море появлялась золотистая лунная дорожка, девушка покидала гостиницу и направлялась в самый знаменитый и красивый район Одессы — Аркадию.

В один из таких вечеров Галина знакомится с мужчиной кавказской национальности Гаспаряном Л. В. и весело проводит с ним время в одном из ресторанов, находящихся у берега моря на пляже «Аркадия». После шикарно накрытого стола, подвижных танцев малознакомая парочка продолжает свое знакомство, разъезжая по ночному городу на автомобиле ВАЗ — 2103, принадлежащем Гаспаряну. По разговору и щедрым угощениям кавказца Галина поняла, что у него много денег, и поэтому согласилась с ним встретиться через пару дней погулять, хотя он сам как личность ее не интересовал. Через два дня они встретились, поужинали в ресторане и снова поехали кататься по городу. Гаспарян заехал в заросшую деревьями полосу в районе «Аркадии» и стал приставать к Галине. Кочерга не относилась к категории наивных девушек и прекрасно понимала, что такие случайные встречи за счет партнера заканчиваются интимом, но решила попытаться убедить Гаспаряна оставить ее в покое. «Горячий» кавказец в грубой форме объяснил модели, что за все надо платить, и она «добровольнопринудительно» вступила с ним в половую связь.

Погулять бесплатно Галине не удалось, но она не забыла о своем поражении и затаила в душе глубокую обиду на горца.

Попов Алексей Александрович, работавший помощником дежурного Приморского РОВД города Одессы, в свои выходные дни прогуливался по пляжу «Аркадия», где и познакомился с Кочергой Галиной. Молодой милиционер увлекся красивой моделью и стал за ней ухаживать. Галина имела на Алексея свои виды и, используя все женские хитрости, быстро завоевала его любовь. Она рассказала Алексею, что ее недавно якобы изнасиловал кавказец, и предложила ему отомстить горцу, убив его, и овладеть его личным имуществом для безбедного дальнейшего их совместного проживания. Галина рассказала придуманный ею план мести, на что влюбленный милиционер, не раздумывая, согласился. Кочерга позвонила Гаспаряну и предложила ему провести с ней время. Тот обрадовался звонку, и они условились встретиться вечером на площади 10 Апреля 3 сентября 1993 года.

Попов и Кочерга в этот злополучный день встретились еще днем, употребили для храбрости спиртные напитки и вечером поехали на площадь 10 Апреля для реализации своего преступного плана. Галина вышла из машины и стала ждать в условленном месте Гаспаряна. Через некоторое время Попов увидел, что около Галины остановился автомобиль зеленого цвета ВАЗ-2103, за рулем которого сидел мужчина кавказской национальности, и к нему подсела Галина.

Действуя по плану, милиционер подъехал к театру музыкальной комедии, где в кафе сел за столик и стал дожидаться приезда Кочерги и жертвы. Через 10 минут туда прибыла ожидаемая парочка, поужинала и вышла, но через минуту Галина вернулась одна, подошла к Алексею, сказала: «Все идет по плану, действуем» и вышла на улицу. Попов Алексей поехал домой, одел милицейскую форму, взял жезл работника ГАИ и уехал в район зеленой полосы пляжа «Аркадия». Там он спрятался в кустах и стал ожидать машину. Этим временем, немного покатавшись по городу, Галина предложила Гаспаряну поехать с ней и вступить в половую связь и указала место, где их ждал Попов. Самозваный инспектор ГАИ увидел в темноте свет фар, выбежал на дорогу и жезлом стал останавливать машину. Но он ошибся, это был автомобиль ВАЗ-2109. Попов посмотрел документы у неизвестного водителя и, пожелав ему счастливого пути, стал ожидать автомобиль Гаспаряна.

Ничего не подозревавший ухажер вместе с Кочергой заехал в зеленую зону пляжа «Аркадия», где их и остановил светящимся жезлом Попов в милицейской форме. Милиционер представился водителю работником ГАИ и потребовал у него удостоверение и права, а также показать содержимое багажника. Гаспарян вышел из машины и подошел к багажнику, а Кочерга тем временем обняла сзади Попова руками и сказала ему: «Может, мы с вами договоримся, товарищ милиционер?». Это была их условная фраза — сигнал к совершению убийства.

Попов внезапно вынул из кармана охотничий нож и нанес им резкий удар в живот Гаспаряну. Раненый мужчина стал убегать вдоль проезжей части и звать на помощь. Убийца побежал за жертвой и, несмотря на то, что упал и поранил себе левую ногу, догнал Гаспаряна и нанес ему несколько ударов ножом в живот. Но кавказец поднялся на ноги и стал кричать убийце в лицо: «Убил, убил, но знай — тебя тоже убьют!». Попов ударил два раза ножом ему прямо в сердце, чтобы тот наконец замолчал, а затем стал наносить беспорядочные удары ножом в различные части тела, при этом потеряв свою служебную фуражку. Гаспарян от многочисленных ранений умер. Преступник стал обыскивать его карманы в надежде найти технический паспорт на автомобиль и водительское удостоверение, но так и не нашел. Затем он стал перетаскивать труп Гаспаряна с проезжей части в сторону строящегося туркомплекса. Попову хватило сил оттащить труп только на 1–2 метра от места убийства, а после он забрал у него из карманов две пачки купонов — 15 000 000 карбованцев и одну пачку долларов, которые были перетянуты резинкой.

Милиционер-убийца вернулся к машине, но соучастница преступления побежала к трупу, попросив Попова подождать ее. Через пару минут она вернулась, держа в руках золотую цепочку с крестиком, и огорченно сообщила, что перстень с пальца Гаспаряна снять не смогла. Модель положила цепочку и деньги убитого себе в сумочку, достала из бардачка машины бутылку шампанского, и сообщники распили ее, отметив успешную реализацию преступного замысла. Пустую бутылку они выбросили на дорогу и поехали на угнанном автомобиле в сторону пляжа «Дельфин». По дороге они остановили автомобиль, и Попов, перетянув поврежденную ногу ремнем, стал купаться в море, чтобы смыть с себя кровь убитого. Вернувшись в машину, Попов обнаружил отсутствие своей служебной фуражки, и убийцы вернулись, чтобы забрать улику.

Когда они остановились на месте преступления, преступники увидели, что к машине идут работники милиции. Кочерга сразу стала целовать Попова, изображая влюбленную парочку, которая ищет уединения, а орудие убийства положила себе в сумочку.

Милиционеры подошли к машине и увидели кровь на ноге целующегося с девушкой водителя. Они оперативно открыли дверь и вытащили Попова из машины, надев ему на руки наручники. Алексей стал кричать, что он их коллега, и показал удостоверение. Работники правоохранительных органов сняли с убийцы наручники и услышали от него объяснение, что он проводит время со своей девушкой, а ранение в ногу он получил еще днем, на работе, преследуя трех неизвестных. На вопрос, не его ли фуражка валяется на дороге, Алексей ответил утвердительно. Милиционеры отдали ему фуражку и поведали о том, что обнаружен труп мужчины. Они вместе с убийцей подошли к мертвому кавказцу. Попов посмотрел на него и сказал, что никогда его не видел. После он стал просить своих коллег отпустить его с девушкой домой, что те и сделали.

Попов вместе с Кочергой приехал к себе домой, переоделся, и они поехали на машине убитого в город Днепропетровск. Убийца не переживал, что он едет без каких-либо документов на машину, ведь милицейская солидарность и доверие друг к другу выручали его уже не один раз. Они без проблем доехали до города Кировограда, подремонтировали автомобиль на СТО-1, переночевали в дорогой комфортабельной гостинице и продолжили свой путь. В Днепропетровске Попов оставил Кочергу дома вместе с краденой машиной, которую она должна была продать за 6000 долларов, а сам вернулся в город Одессу вечером на поезде.

Тем временем прибывшая на место преступления оперативно-следственная группа обнаружила возле трупа убитого водительское удостоверение на фамилию Гаспаряна Л. В., технический талон на автомашину ВАЗ — 2103 и недалеко от трупа — бутылку от «Советского шампанского». После опроса милиционеров, которые задержали, а после отпустили Попова в вечер убийства, картина преступления стала ясна.

Влюбленного милиционера и красивую злопамятную модель вскоре арестовали работники правоохранительных органов.

Судебная коллегия приговорила Попова Алексея Александровича — к 15 годам лишения свободы, Кочергу Галину Николаевну — к 15 годам лишения свободы.

Глава LX

«Умелые» таможенники

В ноябре 1994 года житель города Ильиче века Куирич ввез в Украину автомобиль марки «Форд — Транзит» 1982 года выпуска, который находился в эксплуатации свыше 10 лет. Автомобиль не подлежал регистрации в органах ГАИ в соответствии с нормативными документами.

Куприч хотел зарегистрировать пригнанную машину, нарушая установленные правила. С этой целью он обратился к водителю Ильичевской таможни Скаковскому Дмитрию Анатольевичу с просьбой оказать ему помощь в получении на таможне удостоверения и других документов на автомобиль, которые выдает таможня, чтобы иметь право зарегистрировать машину 1982 года выпуска в органах ГАИ, обещая за оказанную помощь щедрое вознаграждение.

Скаковский пообещал помочь и обратился к своему другу Цыпкунову Николаю Алексеевичу с предложением заработать денег, используя его служебное положение. Цыпкунов Н. А. работал также на Ильичевской таможенной службе заведующим складом задержанных и конфискованных вещей. Кроме того, он имел доступ к таможенным документам и печатям. Цыпкунов, немного подумав, решился на служебное преступление. Друзья решили оформить автомобиль Куприча по подложным документам для последующей регистрации автомобиля в органах ГАИ. Начальник Ильичевской таможенной службы запретил Цыпкункову оформлять в таможенной службе автомобили, ввезенные в Украину физическими лицами, с приемом денег в виде государственной пошлины и таможенных сборов. Но именно это и собирался «провернуть» Цыпкунов, чтобы выдать нужные таможенные документы на автомобиль «Форд» Купричу.

Хозяин автомобиля отдал Скаковскому документы на машину, а тот передал их Цыпкунову.

11 ноября 1994 года Цыпкунов заполнил имеющиеся у него квитанции формы МД — 1№ 025 001, внеся в них фамилию Куприча, данные машины и ложные сведения о том, что там якобы оплачена пошлина в сумме 62 882 700 карбованцев, несмотря на то, что квитанции являлись официальным финансовым документом строгой отчетности. Кроме того, Цыпкунов заполнил ложными сведениями бланк «Удостоверение на привезенное в Украину автотранспортное средство», дающее право на регистрацию автомашины в органах ГАИ.

Заведующий складом также имел доступ на склад, где хранились личные номерные оттиски инспекторов таможни. Он воспользовался этим и поставил необходимый личный номерной оттиск инспектора «048» на официальном документе с заведомо ложными сведениями. После Цыпкунов поставил гербовую печать Ильичевской таможни в бухгалтерии.

Вся поддельная документация была готова, и Цыпкунов в этот же день передал ее Скаковскому, который эти документы отдал Купричу за вознаграждение в 62 882 карбованца.

Скаковский на следующий день зарегистрировал свою машину по фальшивым документам в органах ГАИ и уже мог спокойно на ней разъезжать.

21 февраля 1996 года сотрудники Ильичевской таможни задержали транзит, который направлялся из России в Грецию. Была выявлена большая партия контрабандного товара — сигареты и другое имущество — товар, который не был указан в декларации.

Данный груз до выяснения обстоятельств и принятия решения по существу подлежал сдаче на склад временно задержанных и конфискованных грузов, который арендовался таможней у СП «Бипа мода» в селе Александровка Одесской области. Цыпкунов Н. А. являлся заведующим этого склада и 26 февраля 1996 года принял доставленный таможней конфискованный товар, который должен был там сохраняться после пересчета.

Блоки сигарет были в большом объеме, и поэтому пересчет сигарет и марок продолжался до темноты и не был тщательным и строгим в подсчетах. Согласно акту приемки было указано, что Цыпку — нов принял 24 140 блоков сигарет общей стоимостью 102 215 000 карбованцев (102 215 гривен на сегодняшний день). Цыпкунов рассортировал сигареты по маркам и, заново их пересчитав, обнаружил, что в акт ошибочно не были включены 9 коробок дорогих сигарет, а именно 250 блоков сигарет «Ротманс», 202 блока сигарет «Данхилл», 150 блоков сигарет «Рояле», а в общем 602 блока сигарет общей стоимостью 5184 гривны 90 копеек. Естественно, от такого подарка Цыпкунов отказаться был не в силах и присвоил излишек сигарет себе, оставив их на сохранение там же на складе.

На следующий день заведующий складом о незарегистрированных сигаретах рассказал Скаковскому, и тот познакомил его с другим водителем таможни Бабленским, которого Цыпкунов стал просить, чтобы он перевез товар со склада таможни в гараж Скаковского. Водитель не только согласился перевезти сигареты со склада, но и пообещал помочь их реализовать за маленький процент вознаграждения.

В период с 27 февраля по 1 марта 1996 года Бабленский на своей машине вместе со Скаковским перевозили в темное время суток сигареты со склада таможни в гараж Скаковского. Когда все блоки сигарет уже находились в безопасном месте, Скаковский стал их реализовывать. Он сбыл их в городе Ильичевске предпринимателям Торкуновскому и Михайлевскому за сумму, эквивалентную 2150 долларов США.

Цыпкунов, имея свободный доступ в контейнер, где хранились бланки строгой отчетности, похитил 20 штук бланков, преследуя в будущем цель — использовать их для личного обогащения в случае обращения граждан с просьбой о незаконном таможенном оформлении ввезенных в Украину автотранспортных средств. В конце февраля 1996 года Цыпкунову предоставился шанс использовать краденые бланки. К нему обратились знакомые Червачев и Маяковский с просьбой оказать помощь их товарищу Антонюку, чтобы в короткие сроки выдать ему таможенные документы на ввезенный из-за рубежа автомобиль «Мерседес 308», не оплачивая официально установленные пошлины и таможенные сборы.

В тот же период к Скаковскому обратился его знакомый Ми-чалатьев. Он также просил оказать ему помощь в таможенном оформлении автомобиля «Форд — Транзит», так как официально ему было отказано, потому что в перевозных документах не проставлена печать в декларации.

Цыпкунов принялся за преступное дело и стал готовить для Антонюка и Мичалатьева, по просьбе Скаковского, оформление таможенных документов на их автомобили для дальнейшей возможности регистрации машин в органах ГАИ. Он заполнил на их фамилии бланки, поставил печать таможенной службы и внес в удостоверения ложные сведения о том, что Антонюк официально заплатил 3781 гривну таможенных сборов, а Мичалатьев — 2421 гривну и 25 копеек. Эти указанные суммы Цыпкунов в кассу вносить и не думал, он считал, что государственная казна не обнищает. Цыпкунов дал подделанные документы Антонюку за вознаграждение 211 долларов США, а Скаковский отдал Мичалатьеву, получив благодарность в сумме 1400 долларов США. Друзья-подельники поровну поделили деньги и ждали следующего обращения граждан с просьбами о помощи. Зарабатывать деньги, используя служебное положение, помешало Ильичевское ГАИ, когда Мичалатьев и Антонюк представили им фальшивые удостоверения для регистрации своих машин. Милиционеры выявили подлог документов и арестовали водителей.

Вскоре к арестованным присоединились таможенные рабочие Скаковский и Цыпкунов, которые предстали перед судом.

Цыпкунова Николая Алексеевича и Скаковского Дмитрия Анатольевича суд приговорил к 3 годам лишения свободы.

Глава LXI

Наркотики и преступность

С каждым годом наркомания и сопряженная с ней преступность возрастают в несколько раз, превышая все опасения и прогнозы аналитиков. Ученые всего мира, изучающие данную проблему, задаются одним и тем же вопросом: существует ли связь между наркотиком и преступностью? Провоцирует ли наркотик противозаконные действия? Как идентифицировать и измерить эту связь?

Мы в данной главе постараемся дать ответ по результатам наших исследований наркомании и преступности последних лет, учитывая также результаты исследований ученых разных стран.

По данным опроса жителей города Одессы, общественное мнение (85 %), считает, что употребление и продажа наркотиков является одной из главных причин преступности. Исследования, проводимые нами в архивах областного суда за последние 20 лет, показали, что четверть заключенных в тюрьму преступников совершали преступления, находясь под воздействием наркотиков. Для того, чтобы сделать определенные выводы, необходимо рассмотреть фармакологическое действие того или иного наркотика на психику наркомана и его поведение. Многие преподаватели одесских учебных заведений, родители учащихся обеспокоены тем, что в школах, училищах, университетах и других учебных заведениях почти каждый четвертый ученик курит «травку». Действительно, подрастающее современное поколение считает курение анаши, марихуаны, гашиша и других галлюциногенов или психоделических препаратов вполне нормальным и приемлемым, а такие сильные наркотики, как LSD, «экстези» (МДМА) употребляются для «расслабления» на дискотеках. В то же время в одесской тюрьме находится 70 % заключенных, которые в момент преступных действий находились под влиянием конопли, из них 50 % — воры.

Так что вполне видна связь между выкуренным «косячком» и преступными действиями. Употребление конопли особенно популярно в возрасте от 14 до 25 лет и снижается в возрасте 34 лет и выше. Известно, что коноплю впервые использовали шаманы для приведения себя в особое психическое состояние при различных обрядах. Позже она стала пользоваться врачами как лекарство при некоторых заболеваниях. Уже тогда люди ощутили «волшебный» эффект конопли. Известны три разновидности каннабиса (конопли), которые отличаются своими психоактивными свойствами. Действенность наркотика определяет наличие химического вещества «дельта 9» — тетрагидроканнабимала (ТНС), находящегося в смоле растения. На содержание ТНС влияют сорт растения, климат и состояние почвы. Гашиш содержит больше ТНС, чем марихуана, так как гашиш производится путем соскабливания смолы, вырабатываемой цветками.

Конопля обычно употребляется путем курения, чаще всего из нее скручивают «косяки» или набивают в сигареты. Действие каннабиса, как и других психоактивных веществ, зависит от многих факторов. Например, от особенностей нервной системы человека, его веса, состава крови, его настроения и ожиданий по отношению к данному наркотику, социального окружения. Действие конопли на каждого человека разное, но у всех наблюдается увеличение частоты сердечных сокращений и понижение артериального давления.

Проведенные исследования убедительно показали, что конопля непосредственно не является причиной преступной деятельности (мы не относим к этому утверждению продажу и хранение наркотиков), но используется преступниками как успокаивающее, чтобы агрессия не способствовала провалу преступного намерения. В основном это наблюдается в преступных группах, занимающихся воровством, угоном автомашин, разбоем на улицах.

Следует отметить, что конопля отрицательно влияет на психомоторную активность, на способность правильно оценивать ситуацию и придает уверенность в рискованных действиях. Правда, от нее не возникает такой сильной зависимости, когда наркоман совершает преступления ради очередной дозировки.

Многие наркоманы меняют наркологические вещества, разные по воздействию, в зависимости от местопребывания. Например, человек, предпочитающий коноплю, может употребить «экстези», если его следующим местонахождением будет дискотека.

«Экстези» стал сильно популярен среди «дискоманов», многие ночные клубы были закрыты по причине распространения и продажи этого наркотика. Приблизительная цена одного приема — 15 у. е. Этот дорогой синтетический наркотик, как ни странно, был изготовлен немцами в 1912 году как средство, сдерживаемое аппетит. С развитием в 1980 году «рэйвкультуры» наркотик приобрел популярность. Сейчас его окрестили «клубным» наркотиком, а людей, его употребляющих, — «ролингами», «качающимися», «пружинами», они могут танцевать всю ночь без перерыва, со значительными колебаниями эмоционального состояния. Происходит мышечная напряженность, непроизвольное сжимание зубов, тошнота, потливость, озноб. В больших дозах «экстези» может вызвать повышение температуры до 39 градусов, приводит к мышечным расстройствам, сердечно-сосудистым нарушениям, обезвоживанию организма, к длительным нарушениям мозговой деятельности. Наркоторговцы часто используют логотип на таблетках: мордашки, бабочки, молнии, звезды.

Более зрелые, с финансовой стабильностью люди употребляют героин (опиум), кокаин, амфетамины. Если мужчины в первую очередь предпочитают марихуану, а затем кокаин, то женщины — кокаин, а затем марихуану. Кокаин занимает второе место по употреблению среди заключенных (наши данные, а также ученых США, Англии, Франции и др.).

Кокаин — это органический наркотик, изготавливаемый из вечнозеленого кустарника коки. Кокаин обычно вдыхают через нос, курят или вводят внутривенно. Он часто сочетается с алкоголем, марихуаной, героином. Стандартная доза — это ложка, в которой находится 1 грамм разведенного кокаина.

Люди, употребляющие коку в маленьких дозах, находятся в состоянии «психологического экстаза», они чувствуют себя способными на многое, уверенными, общительными, веселыми, целеустремленными и т. п. Но как только дозы и приемы увеличиваются, человек становится раздражительным, наблюдаются галлюцинации и психоз. Частое употребление кокаина влечет за собой сильные неблагоприятные эффекты, зависящие от способа введения. Закоренелые наркоманы испытывают ужасные «ломки»: ухудшение зрения, тошнота, лихорадка, непроизвольные сокращения мышц могут привести к параличу, коме или летальному исходу. Самой страшной смесью является одновременное употребление кокаина с алкоголем, в организме эта смесь образуется в так называемый «коцетилен», который очень ядовит. Также очень опасен последствиями в употреблении «крэк», он изготавливается из кокаина и употребляется путем курения.

Прямая связь между кокаином и преступностью доказана тем, что зависимые наркоманы нуждаются в постоянной дозировке, которая дорого стоит. И эти больные люди совершают различные преступления с целью овладения чужим имуществом для покупки очередной дозы, которая им необходима.

Отчаянные наркоманы, озабоченные поиском дозы, мучались в «ломках», некоторые умирали, а многие шли на преступления. Связь между преступными действиями и опиумными наркоманами очень тесна, они в страхе перед предстоящими ломками находятся в постоянной зависимости от преступного добывания денег. Однако, по данным милицейских архивов, наркоманы, как правило, не совершают тяжких преступлений, практически исключаются преступления на сексуальной почве.

Опиумный наркотик, или проще «химия», вводится внутривенно и начинает действовать сразу, обеспечивая сильное ощущение эйфории, наступающее в течение 7–8 секунд после введения. «Химия» является депрессантом центральной нервной системы. Она вызывает помрачнение рассудка, дремотное состояние, внезапные поверхностные сны и вызывает ощущение удовлетворения собой. Люди, принимающие такие наркотики, становятся зависимыми после 5–8 доз систематического приема. Опиаты вызывают сильную физическую и психологическую зависимость, постоянную тягу к новой дозе. После определенного периода времени наркоман, как правило, увеличивает дозу, так как его организм постепенно адаптируется к наркотику и эффект уменьшается. У каждого наркомана своя доза в зависимости от длительности приема, способа приготовления и индивидуальных особенностей: у кого-то она может составлять 10 кубов, а для другого и 1 куба достаточно, чтобы умереть.

Из опиумных наркотиков героин также вызывает сильную зависимость, толкающую на преступления ради очередной дозировки.

Мы рассмотрели связь между преступлениями и наркотиками, обусловленную многочисленными фармакологическими, социальными и психологическими факторами. Однако наркотик является более всего угрозой для жизни самого наркомана, и, скорее всего, человек идет на преступление не потому, что он накурился анаши, а из совершенно других внутренних побуждений, имея предрасположенность к насилию.

Наше подробное описание действия разных наркотиков на организм является важным для распознания родителями и педагогами начальных проявлений наркомании детей и близких и своевременного пресечения употребления наркотиков.

Наркомания захватила значительную часть населения, особенно молодежи, всего мира, и в частности Украины. При дальнейшем распространении наркотиков возможна угроза для существования нации. Врачебный опыт показывает, что различные методы лечения наркоманов являются малоэффективными и вызывают только непродолжительную ремиссию. В течение ряда лет, наблюдая за различными методиками лечения наркомании, мы пришли к выводу, что для решения этой проблемы может быть применен социальный эксперимент. Имеются два пути борьбы с этим злом. Первый путь — это «голландский», когда в медицинских пунктах, находящихся в городах, совершенно бесплатно разовыми шприцами при контроле со стороны врача и по его предписанию наркоманам вводится доза очищенного наркотика-морфия или омнапона. Учитывая, что цена 1 кубика морфия стоит всего 8 копеек (рыночная цена — 10 гривен), становится понятным: даже в небогатой стране производить подобные «благотворительные» акции возможно, давая возможность наркоманам, приняв дозу, работать с отдачей своих сил и способностей, чтобы затем вернуться к очередной порции наркотика. Это, с нашей точки зрения, наиболее гуманный способ работы с наркозависимыми и исключает криминальное звено их деятельности. Кроме того, этот метод исключает наркоторговлю и преступность среди наркоманов, также эта мера эффективна при борьбе со СПИДом. В ряде стран при использовании этого метода показатель СПИДа перестал расти.

Имеется еще один эффективный метод, который нами предлагается впервые, и мы хотели бы, чтобы он нашел отклик в современной прессе. Это создание по типу лепрозориев мест нахождения наркоманов в особо контролируемых зонах. Такие, правда малопродуманные, методы изоляции наркоманов были проведены в Стокгольме и у нас, в Одесской области, в Долинском лесу. Однако эти зоны контролируются, к сожалению, не врачами, не правоохранительными органами, а просто людьми, поставившими перед собой задачу испробовать новые приемы по методу Макаренко на группе больных людей, и, следует заметить, работа с наркоманами в Долинском лесу имеет хорошие показатели. Можно было бы найти на Украине места, где наркоманы работали бы в сельском хозяйстве, на производстве и находились бы под наблюдением медицинского персонала. Это был бы, с нашей точки зрения, тот же гуманный шаг к решению наркотической проблемы в Украине.

Медико-фармацевтическая ассоциация им. Академика Богомольца уже рекомендовала «голландский» метод в городе Южном и получила полную поддержку горисполкома этого города, однако дальше этой поддержки дело не пошло. Необходимо с помощью областного совета создать такой экспериментальный центр под патронажем МФА им. Богомольца и определить правильность наших предположений и проверок. Для этого наша организация имеет полную возможность осуществить данный проект.

Глава LXII

«Вена — моя эрогенная зона»

Темно-коричневая жидкость в шприце… укол в вену… несколько секунд «оргазма» по всему телу и полная эйфория. После введения наркотика человек как бы блокируется от реальной жизни, проблемы и беспокойство больше не тревожат его чувствительную душу. Но никто не в состоянии вторгаться в глубокие интимные структуры центральной нервной системы, в так называемые центры удовольствия, не погубив свою жизнь. Употребив всего лишь пару раз наркотик, человек никогда не избавится от психологического желания повторить, а после 5–6 раз без него больше не сможет, так как возникает не только сильнейшая психологическая, но и физическая зависимость.

Наркомания. Когда слышишь это слово, возникают самые негативные ассоциации: зависимость, преступность, самоуничтожение, СПИД, наркодельцы и т. п. Это мировая проблема, с которой пытаются бороться ученые всех стран.

Мировая медицинская статистика уже в середине 90-х годов зафиксировала Украину как стоящую на первом месте в Европе по СПИДу и наркомании. Одесса как портовый город занимает по этим проблемам первое место в Украине, это волнует медиков, правоохранительные органы и органы власти.

Листая страницы истории бандитской Одессы, увидим, что Одесса всегда являлась перевалочным пунктом наркотиков. Из Турции и арабских стран наркотики ввозились на территорию царской России. Однако потребителей этого зелья было очень мало. Россию в то время захлестнул алкоголь. Наркоманы были, в основном, из интеллигентных семей — артисты, музыканты, художники, поэты. В период первой мировой войны и революции наркоманов стало настолько много, что появились первые врачи-наркологи, преимущественно психиатры. Сталинский период прошел под знаменем «СССР без наркотиков».

Наркомания считалась пережитком царизма. Но во время хрущевской оттепели о ней заговорили вновь. Начиная с 1964 года, появляются первые скупые сведения о массовом распространении наркотиков в Одессе, прежде всего в виде гашиша и морфия. Наркотик стал входить в моду у рабочей и даже школьной молодежи. Есть несколько причин «взрыва» наркомании в советском обществе на переломе 60-х — 70-х годов.

Одна из главных — это поколение, разочарованное социализмом и ожидаемым общественным прогрессом. Это безверие порождало скрытый бунт детей против «мира отцов», бунт, который иногда выливался в хулиганство, алкоголизм, наркоманию. Наркомания для некоторых стала вызовом вялому и однообразному существованию. Вместе с тем «неформальные дворовые группы», где по кругу раскуривали «план» или «ширялись по вене раствором» были некими островками воображаемой свободы от родительской опеки, от государства, законов, морали, школы… Это были островки «утопического общества», бунт против действительности, инфантильное стремление задержать детство и остаться в безумной сказке.

Еще одной причиной стал технический прогресс, который связывал молодежь с заманчивым и запретным миром западной цивилизации, с миром рока, хиппи, моды, молодежной субкультуры. Стремление к западной «красивой жизни», пропитанной культом наркотиков — «революцией сознания», калечило советское подрастающее поколение, которое не хотело видеть ничего хорошего в реально существующем мире. Отказ от реальности приводил к поискам нереального, «лучшего» мира, к разрушению сознания с помощью наркотиков.

К 1967 году наркомания в Одессе достигла таких масштабов, что бюро Одесского обкома КПСС было вынуждено вынести специальное постановление о борьбе с наркоманией в Одессе. Только за 1965 год в Одессе было задержано 273 наркомана и 12 сбытчиков наркотиков, около 600 наркоманов к этому времени уже находились на учете в лечебных учреждениях Одессы. Наркомания стала принимать отчетливо массовый и молодежный характер.

Особый «расцвет» наркомании в Одессе произошел после грандиозного землетрясения в Ташкенте. Тогда тысячи одесских парней были отправлены на «стройку века», восстановление и строительство новой столицы союзной республики.

В Средней Азии они столкнулись с систематическим потреблением легких наркотиков. Многие одесситы втянулись и приехали в Одессу уже системными наркоманами. Некоторые, наиболее предприимчивые, освоили «источники сырья и рынки сбыта» анаши и опиумного мака, получая при этом невиданные прибыли и обогащаясь на несчастье людей.

К 2004 году наркомания и сопряженная с ней преступность катастрофически выросли, превышая все опасения и прогнозы аналитиков.

Но каким путем проникают наркотики в Украину?

Первый путь — афганский, включая Пакистан, Иран и Ирак, в которых выращивают и культивируют наркотики. Во многих труднодоступных районах Афганистана население, живущее в страшной бедности, имеет почти единственное средство существования — выращивание продукции для производства наркотиков. Наркобизнесмены скупают у крестьян наркотические вещества и через труднодоступные горные тропы переправляют их в среднеазиатские страны бывшего СНГ, особенно в Таджикистан, отсюда они отправляются в Россию, Украину, Белоруссию и другие страны бывшего СССР.

Второй путь распостранения наркотиков — это миграция населения из среднеазиатских стран, входивших в бывший СССР.

Еще один малоизученный путь — это латиноамериканский. Изготовленные в этих регионах наркотики держат путь через Одессу, где очень часто задерживаются суда, особенно турецкие, греческие и итальянские, при осмотре которых спецработники обнаруживают наркотики. Одесса является как бы перевалочным пунктом ввоза и вывоза наркотиков.

Еще один — европейский путь распространения наркотиков через Одессу из Болгарии, Румынии, Польши. Эти наркоструктуры в потоке челночников проникают в Украину.

Наши родные причерноморские степи радуют своим «богатством» наркоманов — огромное количество дикорастущей конопли и мака под боком, в районе Овидиополя, Белгород-Днестровского, Колосовки…

В Одессе благотворительное общество «Поиск», президентом которого я являюсь, поставило перед собой задачу — найти, выявить и обезвредить наркодельцов и сбытчиков наркотических средств, которые являются главными виновниками роста наркомании и венерических заболеваний.

Главная проблема Одесского региона, которая вызывает значительные опасения и тревогу, — это опиумные наркоманы. Опиум — один из самых доступных сильных наркотиков, производимых из мака и изготавливаемого с добавлением химических препаратов. Многим одесситам известно «одесское Палермо», где до его разгрома в декабре 2000 года подразделением ОБНОН насчитывалось (только официально) 1087 человек наркозависимых. В «Палермо» была создана устойчивая преступная группировка наркодельцов, которые имели своих наркоманов — рабов, работающих за дозу наркотика. Это место стало одним из главных источников распространения СПИДа, так как продаваемый наркотик был зачастую заражен поваром-наркоманом и продан сотне и более наркозависимым. Также ОБНОН перекрыл точку на улице Виноградной, где наркодельцы полным ходом делали себе состояние на наркоманах, здесь был арестован знаменитый в кругах наркоманов Николай по кличке Грузин.

К числу крупнейших наркобизнесменов 80-х годов относился житель «Палермо» по кличке Рыбак. На его совести тысячи смертей молодых людей, которых он посадил на иглу. Любопытным «тяжелым» подросткам Рыбак сначала колол бесплатно — «на пробу», а уж потом стягивал с оказавшихся в «системе» три шкуры.

Очень часто такие «присаженные на иглу» подростки отбывали срок наказания за своего хозяина. Примером является дело Рудины. Когда ее наркотические средства и шприцы в большом количестве (свыше 500) были обнаружены милицией, то в тюрьму на большой сроко попал «раб» по имени Виталий.

Почти всем клиентам-наркоманам «Палермо» известен наркоделец Армянин. Свою деятельность он совершал через помощников, оставаясь таким образом «в тени». Армянин закупал концентрат опия, так называемый «малс», который доводил до определенной наркотической дозы путем добавления воды. Армянин проводил эксперименты по изучению действия дозировки на «кроликах» — людях-наркоманах, которые добровольно, боясь «ломки», бесплатно принимали наркотик. Многие трупы наркоманов, «играющих в рулетку», приходилось находить на полях орошения под Одессой.

После задержания Армянина «Палермо» резко изменилось — наркобизнес значительно стих. Армянин был главной фигурой в наркотическом «загробном» мире.

Наркобизнес передвинулся к кладбищу на окружной дороге, на пустыри, где торгуют «шприцами» цыганские дети, которые по закону не подлежат уголовной ответственности, и часто ниточка в руках оперативников обрывается.

А громкая история «отца» наркобизнеса в Одессе Бороды — Михаила Варламова — уже чистый детектив. Заслуженный пенсионер, член КПСС с 1939 года, участник войны Михаил Варламов стал главой целого преступного синдиката разносчиков — продавцов кокаина и анаши в парке Ильича и у Привоза. В группе Варламова, только по оперсводкам, числилось 17 человек.

В этом же районе создал свою шайку сбытчиков наркотиков некий Николай Остряков — Сохатый. У него уже тогда числилось до 25 сбытчиков, которые обслуживали большую часть Молдаванки и Центрального района. Сохатый наладил постоянные поставки из Дагестана и Чечни наркотического сырья. У него появилась и собственная охрана в виде двух дюжих парней из Дагестана. Сохатый впервые в Одессе провел наркотики в школы района Молдаванки, и уже на основе клиентов стал создавать региональные «школьные» банды, в которые входили 5–6 старшеклассников из каждой школы или ПТУ. Вскоре у Сохатого появились четыре «хазы», в которых круглосуточно продавали зелье, водку и малолетних проституток-наркоманок. Однако в 1972 году, когда «клиенты» подросли, один из них монтировкой размозжил голову Сохатому за отказ дать дозу в долг. Империя Сохатого распалась, просуществовав 5 лет.

Наркодельцы подключили к «промыслу» одиноких старушек-нищенок, которым на старости лет терять было нечего. Так, на Привозе были задержаны Кобзарь Мария (известная наркоманам как баба Мотя), Буданова Зинаида (Батрачка) и другие.

До 2000 года ОБНОН Одессы обнаруживал наркотические вещества, которые появились в аптеках и которые выдавались без рецептов. В связи с этим аннулировались лицензии, выданные Министерством здравоохранения Украины на право заниматься аптечным бизнесом.

Со слов начальника ОБНОНа Украины генерала Удода, в аптечном бизнесе наведен порядок по отпуску лекарств, содержащих наркотические вещества.

Наркоманы — больные люди. В тюрьмах должны сидеть сбытчики наркотиков, бизнесмены-наркодельцы, которые чувствуют себя вольготно, обладая большими деньгами. Почему в местах заключения оказываются люди, зависимые от наркотиков? Ведь они больные и нуждаются в лечении, хотя их заболевание возможно излечить лишь на определенное время. Эти люди переносят в переполненных камерах ужасные «ломки», некоторые заканчивают летальным исходом.

Также непонятно, как некоторые целители, рекламируя себя в газетах, якобы за несколько манипуляций излечивают этот тяжелый недуг, за полное излечение от которого не берется ни одна клиника США и других развитых европейских стран. Известно, что наркоманы и их родители, особенно в первой начальной стадии заболевания, надеются на чудо — на полное излечение от этого недуга с помощью якобы чудодейственных средств, но попадают в лапы шарлатанов, вымогающих деньги.

Мы обращаемся к молодежи и говорим — не пробуйте наркотики даже ради любопытства, достаточно несколько раз — и вы уже «в системе», вылезти из которой возможно только на определенный период времени, а излечиться полностью — никогда!

Врачебный опыт показывает, что различные методы лечения наркоманов являются малоэффективными и вызывают только непродолжительную ремиссию. Вспомнилась молодая пара, молодожены, муж Андрей, поддерживая своих друзей, увлекшихся наркотиками, «присел» вместе с ними. Молодая красивая жена Оксана долгое время пыталась спасти любимого мужа, который просто на глазах погибал. Но всевозможные методы лечения давали временный результат (на 2–3 недели). Когда через некоторое время мы поинтересовались у Оксаны, как обстоят их дела, девушка ответила так:

Вот теперь он один где-то бродит ночами,

Вот теперь я одна, как на небе луна,

И всего лишь цветок стал между нами —

Красный цветок, сводящий с ума.

Это отрывок из стихотворения Оксаны, написанный в день развода с Андреем.

Глава LXIII

Ночные налеты

В середине 90-х годов можно было видеть, как по переулку Чайковского тянутся пожилые люди. Сюда, в дом № 10, где располагалось общество «Мемориал», которое занималось делами бывших политзаключенных, шли те, кто пострадал в прошлом, а именно — в годы войны. Но не от своих преследователей, как было в ГУЛАГе, а от оккупантов — преимущественно немцев.

Дело в том, что после многолетних хлопот бывшего советского руководства страны, а потом и Украины, была достигнута договоренность с правительством Германии о выплате денежных пособий тем лицам, которые были угнаны гитлеровцами в период войны на предприятия и в сельскохозяйственные общины Германии. Бывшие остарбайтеры, как называли таких восточных рабочих, получили возможность возмещения от бывших врагов за свой труд.

Но в Одессе и вокруг нее — по всей бывшей Транснистрии тогда не существовало фашистского рабства — угона на принудительные работы за пределы родной земли. Правда, румынские оккупанты, воцарившиеся здесь с конца 1941-го и до весны 1944-го года, прибегали к системе трудповинности на восстановлении разрушенного хозяйства, и одесситы до сих пор помнят, как жандармы гнали их то на строительство лиманской дамбы на Пересыпи, то на уборку баррикад, воздвигнутых на улицах города, то на разборку руин жилых домов в центре. Но отсюда никого не гнали за пределы румынского владения, за исключением тех случаев, когда проводился массовый угон мужского населения вместе с отступавшими войсками. Ну, и особый разговор может быть о судьбе еврейского населения, которое было изгнано после внезапных массовых расправ с начала оккупации в район Березовки и в другие районы области и там уничтожалось.

И все же многие из остарбайтеров, живущих теперь в Одессе, получили право на компенсацию за рабский труд в нацистской Германии. Речь идет о лицах, живших за пределами Транснистрии в соседних областях (Винницкой, Херсонской или Николаевской), которые впоследствии стали жителями Одессы и других городов области. Именно они и приходили в помещение «Мемориала», где оформлялась необходимая документация на получение немецкой компенсации. Поэтому нередко можно было видеть, как здесь радостно встречались бывшие остарбайтеры, как они делились своими воспоминаниями, нередко горестными или как вместе находили на карте места своего пребывания. И уж особенно волнующими были моменты, когда такие люди получали после всех хлопот эти долгожданные деньги — в марках, переведенных на отечественные гривны!

Но тогда и начались случаи, заканчивавшиеся потерей части этих денег, а то и несчастьем для их хозяев. Начались нападения на этих людей и кражи полученных денег. Пошли ночные налеты на счастливых остарбайтеров.

Такова была история, приключившаяся с гражданкой Белоусовой, 78 лет.

Престарелая женщина, получившая свои долгожданные деньги, однажды была разбужена осторожным стуком в дверь и просьбой открыть ее, если не спит. В полусонном состоянии она открыла вежливым гостям — их было трое, не спросивших разрешения войти. Это были молодые люди, державшиеся сдержанно, пока хозяйка допытывалась, что им требуется. А потом ее наотмашь ударили.

Оторопевшая от такого обращения, она закричала и стала звать соседей, хотя те уже, наверное, спали. Не мешкая, ворвавшиеся парни потребовали у нее «бабки», и та испуганно стала спрашивать, что это такое. Не слушая больше старуху, налетчики тут же ринулись в поисках сумочки. Прихватив мелкие драгоценности, а заодно и около полутора сотен гривен, молодые люди торопливо ушли с угрозой: «Молчи, старуха!» И та еще не сразу опомнилась от происшедшего.

Налетчики! Это слово пожилая женщина впервые услышала давно — еще в юности, когда ее родители рассказывали о событиях в пору гражданской войны. Тогда в городе развелось множество налетавших, как это говорилось, на прохожих любителей чужих денег или драгоценностей, тут же бесследно исчезавших.

Пострадавшая от вечерних грабителей не сразу призналась о случившемся своим близким. Ей советовали обратиться в милицию. Белоусова не связывала это событие с получением пособия из Германии. Откуда могли узнать какие-то молодые люди о ее прошлом?

Но однажды ей встретился некто Б., в прошлом тоже угнанный к немцам и встретившийся ей в «Мемориале» при оформлении документов. Не успев, как обычно, поговорить о своем здоровье, этот бывший житель Винницкой области сразу заговорил о потерянной части денег — из тех, которые тоже получил. «Неужели и к вам приходили, — поразилась она, — странно!».

А этот остарбайтер стал уверять, что действительно начались нападения на тех, кто получает немецкие пособия за прошлое. И непонятно было — откуда стало известно каким-то молодым людям об этих пособиях и адресах тех, кто их получил. Не связаны ли они с этой организацией? Не действуют ли заодно? Да, надо бы заявить об этом в милицию!

Так решили и другие их знакомые, тоже не только побывавшие в Германии, но и пострадавшие от новых налетчиков-грабителей.

Их обнаружили не сразу.

В одном из домов на Ришельевской жил молодой человек с матерью. Он сперва учился в ремесленном училище, а когда оно закрылось, подрабатывал от случая к случаю. Но деньги уходили быстро… что делать?

Мать сначала предлагала Олегу подрабатывать на Привозе — там часто требуются на подхвате грузчики или разносчики. Они соперничали между собой, и было трудновато перехватывать у них случайную халтуру. Незавидно!

Как-то встретились с одним из «ремеслухи», тоже сидевшим на мели, просто скинулись на чекушку. Пока этот — по прозвищу Вареник — не стал перебирать варианты: то ли ловить прямо на улице приезжих, то ли рвануть подальше — в Раздельную или даже в Тирасполь…

Нет, это было неинтересно — возиться с олухами. Если бы что-то наладить постоянное, а главное — «верняк», без самодеятельности. И пока ничего не придумали, как вдруг подвернулась знакомая Вареника — Лорочка из одной комиссионки на Староконном, где часто ошивались «собачники». Один из них, Венька, сразу понравился Олегу, который давно искал напарника не из «лохов», каким явно был этот Вареник.

У этой Лорочки они сперва познакомились под магнитофон с блатными песенками. А когда в легком подпитии пошатались в рядах Староконки между «птичниками» и «лахомидниками» — продавцами барахла с рук, Венька по кличке Борзый даже удивился: «Как… Лорочка не рассказала про своего батю?» Оказывается, ее старик, которому уже под восемьдесят, часто заходит в свой «Мемориал» — в эту богадельню для бывших зеков, а там такое…

О событиях в этой конторе для старых лагерников и каких-то «арбайтеров» Венька Борзый рассказал через несколько дней. «Туда ходят не только старцы из зон — нет, совсем не блатные, а «пятьдесятвосьмые», из «болтунов», но и те, что пахали на немчуру… Ну, разве не слыхали ничего? Такой навар у людей появился… мать родная! В другой раз передам картинку — занят!»

Борзый убежал по своим делам, не забыв заскочить к Лорочке, чтобы разузнать подробно про этот «Мемориал». И Олег почуял нутром, как он признался Варенику, что здесь дело может выгореть… да! Это подтвердилось, когда через день ему домой по общему квартирному телефону позвонила сама Лорочка и срочно позвала к Веньке. Когда же с ним встретились, то и прояснилось, что к чему.

Олег потом признавался, что он чувствовал: с этим Борзым дело просто не кончится — увязнут. Вон еще в их ремеслухе был один такой же фартовый, из которого так и перло блатным… так и вышло! Но сама жизнь эта паршивая толкала на «левак» — и как тут удержаться? Ведь мать постоянно зудела на ухо: что ты себе думаешь, бездельник? И надумал!

Когда пошли на дело первый раз, то условились: без лишнего…

То есть не ломиться в дом, не хамить там и не «кусочничать». Взять только то, что попадется в руки, пусть даже мелочевка, а не только «бабки».

Но у той старухи вроде бы ничего и не было, кроме несчастных полутора сотен наличными и разной ерунды. И не приходилось даже ее припугивать, достаточно было сказать, чтобы старая молчала, как и вышло. Пока она не призналась другому — старому дураку, который поднял легкий шум. Зато потом, когда узнали про такие налеты и другие… Да, почему-то по городу пошло это словцо.

Самый опытный из них — Венька Борзый предложил повременить, чтобы улегся шумок среди старцев. Правда, Варенику было невтерпеж — этому шакалу пришлось по вкусу и то немногое, что уже взяли. Недаром говорят про фраеров, которых губит жадность… А Олегу было не по себе — ведь они не какие-нибудь там настоящие жулики! И Лорочка из комиссионки — не базарная наводчица!

Когда Венька улучил время из своей обычной суеты, чтобы позвать их на дело, Олег ощутил легкую досаду: вот действительно, словно у них своя шайка. Надо было и объяснять маме, почему он так поздно уходит из дому, а возвращается среди ночи, и вообще… Но стоило очутиться в компании с Вареником и особенно с вечно суетливым Борзым, и он ощущал какой-то лихой зуд… накрыть их, этих старых дурней, которые поймали свою «шару» — бесплатный заработок…

Пришлось стучать в незнакомую квартиру в Книжном переулке, но там захлопнули дверь перед самым носом. Венька кивнул Варенику, чтобы рванул дверь что есть силы, а Олегу — чтобы хватал хозяина, как говорится, за грудки. Так еще раньше договорились, оставив Борзому задачу лишь брать деньги или что там найдется. Но перед ними оказался довольно молодой тип, который сразу обернулся к другим в квартире: «Эй, там… грабеж!». Не было ли это липой — не брал ли на понт? Давай, деру назад!

Разозленный Венька ругнул Лорочку крепким матом — раз не предупредила, что может быть пусто. Когда на улице спохватились, что же делать дальше, то двинулись наискосок — к Привозу, чтобы просто «пощупать» случайных прохожих. И разошлись, прощаясь на ходу.

Этот промах в Книжном переулке разозлил парней. Договорились снять со стриженой Лорочки ее долю за липовую наводку, а встретились через два дня — как раз было воскресенье. Идти надо было на «верняк», как уверяла обиженная наводчица (мол, там, на краю Молдаванки, жил батькин знакомый еще по лагерю!). И надо же было еще найти приключение себе на голову!

Снова звонок, и снова неохотно открывают. Пока поясняли в чем дело зачуханной старухе, выглянула совсем молоденькая ее внучка — вот беда! И Веньку словно подменили: он стал говорить ерунду, даже хватать внучку за грудки, пока Олег не подмигнул ему, что у них дело… надо начинать! Вареник уже тянул что-то из бумажника — как видно, там были гривны, а не баксы или марки. Но хуже всего — внучка закричала… вот малая!

Тогда Венька, сильно разозлившись, повалил ее на какой-то мерзкий диван и стал задирать юбку, скрежеща зубами. Девка стала отбиваться с визгом и смехом, похожим на плач, и Олег уже готов был попятиться к дверям, но там вдруг стали стучать кулаками. Да и интересно, чем кончится у этого чванливого Веньки… не исцарапает ли его боевая внучка? Вот знать бы, какие пошли «остарбайтерки» в этой квартире… будь она неладна! И что там делает этот малый — Вареник… не пристал ли тоже к девке?

Кончилось тем, что кто-то из соседей ворвался в распахнувшуюся дверь с криком: «Милиция! Где она, мать вашу…» И Венька, подбирая свои штаны, кое-как потянулся к выходу. Но не забыл крикнуть: «Деньги!» А на улице спохватились, что среди них нет Вареника… чего доброго, его кто-то взял! И как теперь выручить, и не застрянет ли он… не заложит ли «мусорам»?! Ну ее к такой-то матери… эту подачку от немцев!

Конечно, оба с трудом добрались домой, кстати, Венька жил недалеко. Придя в себя, решили спрятать деньги, чтобы не оставалось следов, если пойманного Вареника расколют. И пришлось пока залечь на дно, пока в милиции не кинутся. И даже к Лорочке, в ее комиссионку, никто не являлся… Полный штиль, да!

Лишь через недели полторы Олег наведался туда — на Староконку. И там ему показалось, будто за ним ходил по всему базару один подозрительный тип в кепке. Не «кололся» ли Вареник, раз его прихватили? Но Олег испытал даже горделивое чувство… еще бы — стал настоящим блатнягой!

Теперь его мама могла бы успокоиться на время — ее сын носил домой деньги! Но кто знает, надолго ли хватит такого заработка?

Нет, это было все-таки рискованное дело, что называется, локш.

Прошло время, и однажды довелось повидаться с Венькой Борзым на Староконном рынке. Среди птичек и рыбок в аквариумах, среди сиамских котят, бульдогов, от каких мороз продирал по коже, а также порнографических книжек он наткнулся на Веньку, который по-прежнему куда-то спешил.

Конечно, они условились пойти на дело, как и подсказала им Лорочка. Дело было в одном доме на Пересыпи, где жил старый охотник еще с довоенных лет. Он не увлекался Староконкой, с которой якобы пришли к нему оба парня, а только вдруг сказал: «Уйдите по-хорошему… вы налетчики! Я слышал про такие номера. Канайте отседа!» У него еще сохранился выговор, какой был издавна у пересыпских жлобов, и Венька сперва удивился. А потом сказал: «Давай, отец… по-хорошему!» Тогда пересыпский охотник выхватил ружье и выстрелил.

Он стрелял из дробовика навскидку и никого не ранил из грабителей.

Но о том, что к нему приходили за немецкими деньгами, узнали его близкие. Они рассказали в милиции, какие именно два парня приходили к нему. Там же подняли письменные показания Вареника, данные им на следствии.

В результате все трое попали на суд, который присудил каждому от 5 до 15 лет, в том числе за изнасилование. Всего же были задержаны еще 5 человек — из числа покушавшихся на деньги, полученные из Германии.

Осужденный на самый малый срок Олег был через два года освобожден за примерное поведение. Но мать его к этому времени скончалась.

Самый главный преступник — Венька Борзый не дотянул там до свободы.

А Лорочка со временем стала владелицей базарного ателье.

Глава LXIV

Угонщики-убийцы

Бар-ресторан «Южный» в городе Рени Одесской области освещался многоцветными огнями, которые мигали в такт веселой «живой» музыке, под смех веселых дам и кавалеров. Именно эта обстановка привлекла Игоря Николаевича Максимовича зайти в «Южный» и поискать там партнера для веселого времяпрепровождении.

1 января 1995 года было очень холодно и снежно. Максимович зашел в бар-ресторан и сразу же для согрева выпил 100 граммов водки. Собеседника он нашел быстро. Они распили литровую бутылку водки, завязался разговор. Новый товарищ М. П. Ровенский поведал Максимовичу, что живет он в городе Южном, имеет семью и двух несовершеннолетних детей.

Он вместе с братьями Вакарчуками приехал из родного города в Рени, чтобы проведать свою сестру А. П. Стойкую и заодно отремонтировать свою машину. Еще он сообщил, что сказал своей сестре, будто уезжает сегодня к себе домой в Южный, но когда он забрал машину из ремонта и немного поездил, понял, что отремонтировали автомобиль плохо, и ему необходимо задержаться еще на денек, чтобы выяснить, почему механики не отремонтировали машину до конца.

Максимович и Ровенский немного потанцевали, а после решили покинуть увеселительное заведение, так как Максимович, коренной житель Рени, предложил гостю показать все достопримечательности их городка. Кроме того, он пообещал ему, что завтра с утра поедет вместе с ним на разборку с недобросовестными механиками.

Не обращая никакого внимания на сильный гололед и на дорожную автоинспекцию, Максимович с Ровенским на машине «ВАЗ-2108», принадлежавшей последнему, в сильном алкогольном опьянении стали разъезжать по ночному городу, превышая скорость.

В 23 часа 30 минут на улице Пролетарской возле гриль-бара пьяный шофер и его попутчик услышали непонятный стук в двигателе и остановили машину, чтобы выяснить причину.

Именно в это время проходил по улице мимо машины Александр Николаевич Бытлан. Он стал присматриваться к Максимовичу, остановился, раскинул руки и закричал: «Дружище мой! Какая встреча! Не ожидал!». Максимович подошел к нему, и они крепко обнялись.

Это была роковая для Ровенского встреча двух старых друзей в этот холодный зимний вечер. После не долгого разговора Максимович пригласил старого друга поехать с ними и продолжить веселье. Перед мужчинами встала только одна проблема — поломанная машина.

Максимович увидел вдали приближающийся свет фар автомобиля, вышел на дорогу и стал махать руками, останавливая машину «Фольксваген». И снова неожиданная встреча! Из машины вышли знакомые Максимовича — А. Г. Чекин и А.Н. Васильев.

Совместными усилиями поломка машины была устранена, и Ровенский пригласил всех присутствующих это отметить в баре-ресторане «Южный».

Естественно, упрашивать никого не пришлось, так как угощал Ровенский, и вся компания зашла в заведение. Хозяин машины на выпивку и закуску для новых друзей не скупился, заплатив за все угощение 100 долларов. Максимович и Бытлан увидели зелененькую купюру при расчете с официанткой, и именно тогда у них родилась идея завладеть оставшимися деньгами щедрого Ровенского.

Было четыре часа утра, когда вся компания вышла на улицу. Чекин и Васильев попрощались и уехали домой, а Максимович и Бытлан убедили Ровенского, что за руль ему, пьяному, садиться нельзя, и усадили на заднее сидение его машины.

Максимович сел за баранку, Бытлан на переднее сиденье и выехали из города. Увидев, что Ровенский уснул, водитель остановил машину, и вместе со старым другом они выволокли спящего на улицу, положили на землю и стали обыскивать его вещи.

Но неожиданно для грабителей Ровенский проснулся, вынул из кармана перочинный нож и стал им размахивать, пытаясь отогнать от себя лжедрузей. Максимович попытался выбить из рук жертвы холодное оружие, но в борьбе между ними Ровенский порезал указательный палец левой руки Максимовича. Разозленный Максимович решил убить Ровенского и без усилий забрать у него меховую шапку, деньги, аудиокассеты и самое дорогое — автомобиль. Он нашел в машине большой гаечный ключ, подошел к лежащему на снегу Рове некому и ударил ключом по руке. От удара нож из рук Ровенского выпал. Бытлан тут же подобрал нож и стал наносить им колото-резаные раны по всему телу жертвы, а Максимович стал с силой бить гаечным ключом ему по голове. Убийцы нанесли Ровенскому 22 колото-резаные раны и свыше 35 ударов в голову и лицо, в результате чего М. П. Ровенский скончался на месте.

Совершив умышленное убийство, преступники завладели имуществом жертвы: 100 долларов США, что по курсу национального банка в то время составляло 11 710 000 карбованцев, аудиокассетами и ондатровой шапкой.

Максимович и Бытлан затащили труп Ровенского в овраг около железнодорожного переезда, забросали его ветками и листьями, после чего сели в автомобиль убитого и скрылись с места преступления.

На следующий день был найден труп мужчины с признаками насильственной смерти: множеством ранений на теле. Правоохранительные органы поспешили на место преступления и обнаружили в кармане убитого водительские права на имя М. П. Ровенского и технический паспорт на автомобиль «ВАЗ-2108», которые убийцы в спешке забыли забрать.

Жена Ровенского позвонила в Рени сестре убитого и поинтересовалась, где запропастился ее муж. Та поведала ей, что он еще 1 февраля собирался выехать домой в город Южный.

Пока жена ждала возвращения блудного мужа, Стойкая узнала от знакомых, что на машине ее брата разъезжает какой-то незнакомый человек. Сестра, совершенно уверенная в том, что ее брат не собирался продавать машину, а хороших знакомых, которым бы он доверил вождение машины, у него в этом городе нет, тут же заявила в милицию.

Найденный труп был сразу же опознан, а угнанная машина была заявлена в розыск правоохранительными органами.

Дальнейшая судьба Максимовича и Бытлана была уже практически определена, шансов скрыться от правосудия у них не было.

5 февраля 1995 года угонщики-убийцы были пойманы и задержаны милицией.

Судебная коллегия приговорила Игоря Николаевича Максимовича к 13 годам лишения свободы; Александра Николаевича Бытлана к 14 годам лишения свободы.

Глава LXV

Леонид-киллер

Леня Еремин родился в 1971 году в городе Железногорск Тюменской области. Вскоре его семья переехала в Одессу, где проживало большое число родственников.

Сводный брат Леонида по матери Андрей Нечаев входил в банду Рустама Мамедова, который являлся по совместительству генеральным директором фирмы «Резерв». Леня с обожанием смотрел на брата и гордился им, ибо тот был уважаемым и авторитетным человеком в своем кругу. Андрей и вовлек впоследствии его в преступную среду.

После окончания школы Леонид поступил в ПТУ № 3, где получил специальность маляра-штукатура. После училища его призвали в армию, там он научился обращаться с огнестрельным оружием.

После демобилизации стрелковая подготовка продолжилась на импровизированных полигонах — у Андрея был большой арсенал огнестрельного оружия, и он брал брата за город пострелять, как бы для удовольствия. Впоследствии Леонид понял, что его исподволь готовили к новой профессии.

Согласно уставу фирма «Резерв» могла заниматься почти всем чем угодно, в том числе и аудитом. Последнее давало возможность знать финансовое положение потенциальных «дойных коров». Их фирма впоследствии и брала под свою «опеку».

Отстрел кредиторов и конкурентов был во времена «дикого капитализма» обычным явлением, и фирма для осуществления данного рода деятельности готовила полным ходом «резервистов».

Курс молодого бойца заключался не только в упражнениях по прицельной стрельбе из разного рода огнестрельного оружия, но и в тщательной физической и психологической подготовке. Футбол по уик-эндам, тренажерные залы, бассейн, пикники — сводный брат умело и незаметно готовил Леонида к «большой жизни».

В один прекрасный день Андрей заявил брату, что хватит играть в бирюльки, стрелять по воробьям и надо наконец заняться настоящим делом. На робкие возражения Леонида, что он никогда никого не убивал и вряд ли сумеет сделать это, Андрей сказал, что ничего сложного в этом деле нет: «Подойти и в упор расстрелять. С трех метров из автомата не смажешь». После небольшой паузы добавил: «Мой шеф попросил меня передать, что у тебя только две дороги: или с нами, или на кладбище».

После этого разговора Еремин лег для «профилактики» в клинику, желая там перекантоваться, и на первое задание его забрали буквально с больничной койки. 28 декабря 1994 года в больницу за Леонидом заехал на автомобиле сводный брат и отвез его за город в лесопосадку. Там он вручил ему пистолет «ТТ» с несколькими обоймами, попросил поупражняться в стрельбе по пустым бутылкам.

Убедившись, что стеклянная тара для алкоголя после выстрелов перестала быть возвратной, Нечаев повез брата на дело. Дорогой он объяснял Еремину поставленную перед ними Рустамом Мамедовым задачу. Нужно было ликвидировать Магомеда Булачева — главаря конкурирующей преступной группировки. Булачев должен был подъехать к 14.00 к своему «подопечному» торговому ларьку на Средней, и Еремин должен был встретить там «бригадира» во всеоружии. Для этого Андрей вручил ему «калаш» с полным магазином и дал куртку защитного цвета (под ней Леонид должен был прятать автомат).

Около двух пополудни Еремин стоял на противоположной к ларьку стороне улицы. К «батискафу» в указанное братом время подъехал «опель-колибри» серебристого цвета. За рулем «опеля» сидел Булачев. Леонид подбежал к машине, распахнул куртку, обнажил «калаш» и почти в упор изрешетил пулями водительскую дверцу. Магомед Булачев скончался на месте.

Еремин побежал дворами по улице Средней, на одной из площадок для сушки белья выбросил автомат, выскочил на параллельную улицу, взял машину и вскоре уже был в офисе у Рустама Мамедова. Там его поджидал сводный брат.

Андрей поздравил Леонида с дебютом, а также передал благодарность от шефа и вручил ему новогодний презент — конверт с полутора тысячами долларов.

Следующий заказ был — убрать И. Н. Новикова, авторитетного члена одной из конкурирующих банд, занимавшейся торговлей наркотиками. Нечаев передал брату «ТТ» с патронами, описал внешность подопечного и сообщил, что тот должен быть у одного дома на улице Серова, недалеко от Дома быта, где находилась «точка» сбыта.

Водитель фирмы «Резерв» Геннадий Криволапов подвез братьев к дому, в автомобиле они и решили поджидать клиента.

Новиков почему-то долго не появлялся. Нетерпеливый Нечаев пошел во двор выяснять обстановку, Еремин остался в машине.

Сводный брат долго не появлялся, а когда наконец вернулся, Леонид увидел, что тот уже под кайфом. Андрей объяснил, что не мог отказать себе в удовольствии «ширануться» напоследок с жертвой. Но теперь он должен был уехать, так как засветился перед соседями, и застрелить Новикова предстояло уже брату.

Нечаев с Криволаповым укатили, Еремин остался торчать в подворотне.

Минут через двадцать из двора вышел Новиков, его сопровождал шедший чуть позади какой-то парень. Леонид двинул навстречу.

Пистолет он держал в правой руке в кармане куртки, курок был взведен, флажок предохранителя поднят.

Когда он поравнялся с Новиковым, тот взглянул на него и, остановившись через два шага, обернулся и уже пристально стал разглядывать незнакомца. Еремин прошел чуть вперед и столкнулся с сопровождавшим Новикова парнем. Тот недоуменно уставился на него — на роль телохранителя он явно не годился.

Еремин, недолго думая, выстрелил в грудь горе-телохранителю и, стреляя на ходу, бросился за убегавшим Новиковым. Загородные тренировки не прошли даром, и беглец вскоре очутился на снегу.

Леонид подскочил к лежавшему телу и сделал для верности дополнительный выстрел в голову. После чего спокойно покинул место кровавой бойни.

Погиб, однако, не «клиент», а его охранник, Барковский. Новиков же, получив четыре огнестрельных ранения, в том числе в голову, остался жив.

После нескольких хирургических операций его уже допрашивали следственные органы. Тот подробно описал картину происшедшего и помог составить фоторобот киллера. Однако натянутая до бровей вязаная шапочка и отсутствие особых примет делали этот фоторобот малополезным для следствия. О фактических же причинах покушения Новиков, хоть и догадываясь о них, резонно не считал нужным распространяться, так что вопрос с «заказчиком» повис в воздухе. Исполнитель же лег, по совету брата, временно на дно.

Денег за топорное исполнение заказа со столь бездарным «контрольным выстрелом» Еремин, конечно, не получил, а они крайне нужны были для удовлетворения материальных потребностей его растущего духовно организма, и спустя некоторое время он решил «срубить деньжат по-легкому» — ограбить квартиру…

11 октября 1995 года около пяти вечера в дверь квартиры супругов Фесенко позвонили. Доверчивая хозяйка открыла входную дверь — на пороге стояли двое мужчин в масках. Это были Леонид и его приятель Куценко. Не дожидаясь приглашения, они ворвались в дом и набросились на хозяев. В руках у обоих были монтировки, и они тут же пустили их в ход.

Главе семьи Еремин раскроил череп, и тот скончался на месте. Его супруга получила множественные ушибы головы, однако осталась жива. Убийцы завладели 250 долларами США, золотым обручальным кольцом, пятью дамскими сумками, двумя парами мужских туфель да парой кроссовок.

Вскоре Еремину приходит от Мамедова через брата очередной заказ на ликвидацию конкурента. Однако Леонид, невзирая на возможные штрафные санкции со стороны заказчика, решил от него отказаться.

Через несколько дней он узнает о том, что его сводный брат найден зарезанным неподалеку от квартиры, где скрывался от шефа. Еремин, вне себя от гнева, сообщает жене, что застрелит сейчас Мамедова, однако та успокаивает его, убеждая, что тот и так больше года не проживет.

Слова супруги Еремина оказались провидческими — через полгода Мамедова убивают, а за членами его банды начинается настоящая охота: их потихоньку отстреливают. Леонида не трогают, так как мало кто из конкурирующих группировок знал о его существовании, ибо заказы он принимал только через брата, а тот уже никому ничего не мог сообщить. Правоохранительные органы тоже не имели на него никакого компромата, хотя после смерти Андрея его несколько дней держли в милиции, пытаясь выяснить, кто и почему убил Нечаева.

Со временем Еремин совсем успокоился, стал почти примерным семьянином, решил даже устроиться на работу. Но тут милиция ловит Куценко, и тот, боясь расстрельной статьи, сдает подельника.

Задержание киллера прошло тихо и спокойно, даже, можно сказать, буднично. Милиционеры просто пришли в квартиру, где проживал Леонид с женой и дочерью, и попросили его супругу передать отсутствующему главе семейства, чтобы тот зашел на следующий день в отделение для выяснения некоторых обстоятельств.

Законопослушный гражданин, ни о чем дурном не подозревая, явился в указанное время в райотдел. Его любезно встретили, посадили за стол и попросили ознакомиться с одним документом. То было чистосердечное признание Николая Куценко.

В дополнение к описанию обстоятельств налета на квартиру Фесенко его задушевный друг сообщил обо всех криминальных делах подельника.

Следствие по делу Леонида Еремина длилось около года. Мера наказания была адекватна делам убийцы по найму и убеждениям — расстрел.

Сейчас, увы, мы отказались от высшей меры наказания — стремление в Европу оказалось для политиканов более ценным, нежели жизни собственных граждан.

Глава LXVI

Дочь разведчика

Мобильные телефоны стали неотъемлемой частью нашей жизни, и поэтому в последние годы появился новый тип воров, которые специализируются на кражах «мобильников».

Расскажем о двух таких историях.

15 июля 2004 г. в Одессе Сергей П. посетил дискотеку в кафе «Ночная звезда» на пляже «Отрада». Здесь он познакомился с девушкой Ириной. Ирина оставила Сергею свой номер телефона, который он записал в телефонную книжку мобильника. После нескольких часов совместного общения к ним за столик подсел знакомый Ирины, назвавшийся Николаем. Парень попросил Сергея дать свой телефон на секундочку, так как надо сделать звонок другу Набрав какой-то номер, Коля попытался разговаривать, а затем громко сказал в трубку «Ничего не слышно. Перезвоните». Через пару минут Сергею объяснил, мол, его друг не может перезвонить, так как, наверное, нет денег на счету. Поэтому Коля поднимется наверх, чтобы сделать звонок, там ведь лучше ловится сигнал, а Сергей с Ириной пусть подождут внизу, и через несколько секунд он присоединится к их компании. Ни через несколько секунд, ни даже спустя полчаса Коля не появился. Ира тем временем под каким-то предлогом тоже отошла на секунду и тоже исчезла. А Сергей понял, что его просто провели мошенники.

Более наглым способом решил отнять телефон у ребенка другой преступник. И вот что из этого получилось. 10 сентября 2004 года Оксана, ученица 6-го класса одной из одесских школ, возвращалась домой. К ней подошел мужчина в пирсинге и с длинными волосами. Одет он был в потертую джинсовую безрукавку и джинсы. На ногах были кроссовки. Ни вид ему было лет 30–35. Из жилетки торчали худые руки, покрытые цветными татуировками. «Волосатик» попросил сделать звоночек не больше минуты, по неотложному делу. Он «скажет пару слов», и все. Даже оплатит разговор. И протянул девочке 2 гривны. Оксана дала мужчине свой телефон. Сделав звонок, мужчина развернулся и собрался уходить. Телефон он не спешил отдавать обратно. Оксана попросила вернуть телефон, а в ответ «волосатик» заявил: «Ты же мне его продала. Я тебе дал за него деньги». Оксана протянула ему в ответ 2 гривны и попыталась выхватить из рук свой мобильник, но тип грубо оттолкнул девочку и пустился наутек. Оксана побежала за ним. Тот заскочил в подвал, куда ребенок спускаться не решился. Девочка стояла и плакала. Мимо проходили люди, но никто не обращал на нее никакого внимания. От досады ей хотелось кусать локти. Что теперь скажет ей отец, ведь это его подарок на день рождения.

Отец, узнав о происшествии пообещал, что если Оксана будет хорошо учиться, то он купит ей новый телефон.

И вот спустя несколько недель они с отцом поехали выбирать новый телефон. Сделав покупку, отец с дочерью пошли гулять в центр Одессы. Проходя по Приморскому бульвару, Павел Иванович — отец Оксаны — рассказывал девочке о дюке де Ришелье. Вдруг Оксана начала пристально всматриваться в толпу. Отец перехватил ее взгляд. Толкнув отца она произнесла:

— Папа, вот он!

— Кто он? — переспросил отец. И увидел мужчину, одетого в кожаную жилетку и кожаные штаны. «Какой-то неформал», — подумал отец.

— Ну тот, кто украл мой телефон.

— А ты уверена?

— Да, папа. Это он. Только он постриг волосы и отпустил бородку, но я его узнаю из тысячи, еще я узнала его серьгу в ухе в виде змеи и цветную наколку «дракона» на левом предплечье.

— Ну раз ты уверена, то приступаем к работе.

Павел Иванович — отец Оксаны — в прошлом был разведчиком, занимался оперативной работой. Увлекательно рассказывал дочери занимательные детективные истории. И Оксане всегда хотелось быть похожей на папу. Они начали слежку.

А «неформал» продолжал беззаботно идти по бульвару, даже не подозревая, что за всеми его движениями следят две пары глаз. Он не спеша брел по улице, занятый своими мыслями.

Некоторое время отец с дочерью шли вместе, следя за «объектом». Затем на Дерибасовской Павел Иванович сказал дочери:

— Ты следи за ним, а я пошел за подмогой. Ни в коем случае не вступай с ним в контакт, старайся, чтобы он тебя не заметил. Неотрывно следуй за ним и обо всех его передвижениях информируй меня. Связь по мобильному телефону.

Сказав это, опытный оперативник быстро направился в ближайшее Приморское отделение милиции, а Оксана начала слежку самостоятельно. Проплутав некоторое время по центру, «неформал» зашел в магазин и пристроился к очереди. Девочка пошла за ним, по телефону сообщила отцу:

— Папа, мы зашли в Центральный гастроном. Ты где?

— Я с милицией скоро буду, продолжай наблюдение, — донеслось в ответ.

В это время «неформал» переместился за спину полной женщины, которая увлеченно болтала с продавщицей. Отработанным движением от открыл сумку, висевшую у той на плече и достал портмоне, спрятав его за пазуху, а затем закрыл сумку. Все это заняло всего несколько секунд, никто ничего не успел заметить, кроме Оксаны. По телефону она сообщила это отцу:

— Папа, он только что украл кошелек. Что делать? Может, позвать на помощь и задержать его?

— Ничего не делай, мы подъезжаем. Просто следи, — был ответ отца.

Постояв несколько секунд в очереди, «неформал» проскользнул к выходу и быстро выскочил на улицу, Оксана за ним. Вдруг он остановился и огляделся: не следит ли кто за ним. Оксана в этот момент остановилась возле журнального киоска, сделала вид, что хочет купить газету, а «неформал» тем временем спустился в подземный переход. Из подземного перехода он вышел на улицу Садовую и быстро пошел по направлению к Новому рынку. Девочка пошла следом по другой стороне улицы, не выпуская вора из вида.

Так они пришли на улицу Баранова. Оглядевшись по сторонам, «неформал» зашел во двор. Оксана поспешила за ним и заметила, в какой зашел подъезд. Но в какую квартиру четырехэтажного дома? Оксана подошла к подъезду и потянула ручку двери на себя, дверь со скрипом отворилась. Тут же ей в нос ударил сильный запах медикаментов. За дверью оказалась старая деревянная лестница, усеянная бумажками и окурками. Коридор с обшарпанными и исписанными стенами. Вдруг сзади послышались шаги. Оксана быстро прошла вперед и спряталась под лестницей.

Через маленькую трещину в лестнице она могла наблюдать за тем, кто вошел в подъезд. Это был какой-то молодой панк лет 16–17, одетый в джинсы и кожаную всю в заклепках куртку с металлическими цепями. На голове у подростка красовался выстриженный крашенный всеми цветами радуги гребень. В руке он держал банку пива. Быстро поднявшись по лестнице на второй этаж, условным стуком постучал в двери. Двери открылись, и Оксана услышала знакомый голос похитителя своего телефона. Стоя под лестницей, она слышала каждое слово.

— Чего тебе надо, Санек, — раздался голос «неформала».

— Пару «экстази» и два кубика «ширки». Вот деньги. Люди заказали, — гнусаво ответил панк.

— Держи свои «колеса». Деньги можешь оставить. А за раствором зайдешь позже. Приготовить надо.

— Ладно, буду через час. Только не подведи.

— Фирма гарантирует, не беспокойся. И смотри там, осторожно. Язык сильно не распускай, чтобы не отрезали.

Двери захлопнулись. Панк спустился вниз и ушел.

Оксана вышла из своего укрытия, и тут у нее зазвонил телефон. Отец волновался: куда она делась, и велел идти на угол Ольгиевской и Баранова:

— Мы там будем через пару минут.

Оксана вышла на перекресток. Буквально сразу подъехала серая «девятка», из которой вышел ее отец, а с ним еще трое молодых ребят спортивного телосложения: оперативники из уголовного розыска.

— Ну что, разведчица, рассказывай, — улыбнулся Павел Иванович.

И Оксана все подробно рассказала в деталях и добавила свои выводы.

— Папа, здесь в доме притон. Там продают наркотики, я сама все слышала.

— Ну, что будем делать? — спросил один из оперативников.

— Я предлагаю ворваться туда и арестовать всех сразу, — ответил другой.

— А я предлагаю вызвать дополнительную группу захвата, потому что неизвестно, сколько преступников находится в квартире и есть ли у них оружие, — сказал третий.

— А вы что думаете, Павел Иванович?

— Я предлагаю не только вызвать группу захвата, но и перехватить этого Сашу, когда он появится. Затем заставить его сделать контрольную закупку. Тогда мы сможем обвинить преступников не только в воровстве, но и в распространении наркотиков.

Так они и сделали. Подъехав на машине ко двору, они стали ждать появления малолетнего курьера. Через некоторое время панк появился. Оперативникам не составило особого труда задержать и «уговорить» его на контрольную закупку. Вручив ему деньги, предварительно переписав номера купюр, милиционеры дали парню немного прийти в себя. Наконец, на ватных ногах тот поплелся наверх. Группа захвата притаилась внизу под лестницей, где до этого пряталась Оксана.

Панк поднялся наверх и постучал условным стуком. Дверь отворилась.

— Ну что, готова? — спросил панк.

— Все о'кей. Раствор — рубинчик. Пацаны будут довольны.

Сейчас вынесу, подожди.

— Но мне надо больше, вот деньги, еще три кубика и три «колеса», — сказал панк и передал меченые деньги.

«Неформал» ушел в глубь квартиры, забыв запереть двери.

Панк остался ждать на лестничной площадке. В этот момент члены группы захвата уже поднялись и расположились по обе стороны от двери, Когда в коридоре появился «неформал», держа в руках шприц, с криками «милиция» группа захвата ворвалась в квартиру. Помимо «неформала», в квартире находились еще три человека из той же категории людей: двое мужчин и одна женщина, все они были задержаны.

Так благодаря усилиям маленькой разведчицы была раскрыта преступная группа, занимавшаяся не только воровством, но и изготовлением и распространением наркотиков.

Нельзя детей обижать!

Глава LXVII

Опасность подстерегала в пути

Залив в термос горячего черного кофе и взяв с собой пару бутербродов, супруги Кутасу выехали в дорогу на своем автомобиле ВАЗ с прицепом «Зубренок».

Кутасу Владимир и его жена Екатерина везли товар в город Одессу на продажу.

Еще перед поездкой Екатерина очень плохо спала — она предчувствовала надвигавшуюся беду, но Владимир настоял на поездке, объясняя странное беспокойство всего лишь плохим сном.

«Ехать в Одессу и не так уж долго — четыре часа, — да и в ночное время трасса пустая, приедем еще до открытия Привоза», — успокаивал Владимир беспокойную жену.

К сожалению, на этот раз женская интуиция не подвела, дорога в Одессу в ночь с 21 на 22 сентября 1995 года таила в себе большую опасность…

Темно-коричневая жидкость в шприце… укол в вену… несколько секунд «оргазма» по всему телу и полная эйфория. После введения наркотика Козюренко Владимир, Паровой Александр и Севастьянов Владимир как бы блокировались от реальной жизни, проблемы и беспокойство больше не тревожили их «чувствительные души». Получив очередную дозу опиума, друзья-наркоманы ощутили новый прилив сил и, не опасаясь ГАИ, выехали на автомобиле из села Настасиевка Николаевского района Одесской области.

Козюренко и Севастьянов на машине ВАЗ под управлением Парового выехали на трассу Киев — Одесса в поисках новых приключений.

На 68-м километре дороги наркоманы увидели на обочине «поезд» мигающих огоньков. Подъехав ближе, они разглядели остановившийся автомобиль ВАЗ с прицепом.

Сбросив скорость, они медленно проехали мимо машины, внимательно рассматривая, кто за рулем и сколько пассажиров. Ничего не подозревая, супруги Кутасу пили ароматный кофе с бутербродами, размышляя о планах наступившего дня.

Проехав метров 300, Козюренко, Севастьянов и Паровой остановились. Их ледяные взгляды скрестились, в них можно было прочитать одно и то же: на пустой дороге потенциальные жертвы.

Увидев, что в машине двое, а прицеп накрыт брезентом, который свидетельствовал о том, что там находится товар, — наркоманы без обсуждений решили завладеть и автомобилем, и личным имуществом граждан.

Достав из бардачка в машине пистолет «Макаров», Паровой проверил наличие патрона в патроннике, снял с предохранителя и передал оружие Козюренко.

Подождав, пока по автотрассе проедет колона грузовых автомобилей, Паровой развернул машину и подъехал к стоявшему на обочине автомобилю.

Козюренко и Севастьянов покинули машину, а Паровой стал их ожидать.

Увидев машину, которая остановилась около них метрах в ста, Екатерина стала нервничать и попросила мужа скорее завести машину и уехать с этого глухого места.

Кутасу Владимир обернулся и увидел, что к машине приближаются двое неизвестных лиц.

Владимир бросил на пол недопитый стакан кофе и стал нервно заводить автомобиль, успокаивая жену и себя, что у приближавшихся к ним мужчин, наверное, закончился бензин. Услышав звук мотора, Козюренко и Севастьянов быстро подбежали к машине с разных сторон.

Козюренко со стороны водителя рукояткой пистолета выбил окно в двери автомобиля, а после выстрелил два раза в живот водителю. Екатерина стала истерически кричать и пытаться открыть дверь, но это было невозможно, так как Севастьянов с силой облокотился на дверцу с улицы. Кутасу Владимир замертво упал на руль, и громкий, непрерывный звук сигнала заставил черных воронов взлететь над деревьями. Козюренко подошел к Севастьянову, передал ему пистолет, затем вернулся к водителю, открыл дверь и откинул голову Кутасу с руля на сиденье, после чего наступила гробовая тишина.

Елена уже не кричала. Молодая красивая женщина упала на колени своего мужа — она умерла от огневого ранения прямо в сердце, которое хладнокровно произвел из пистолета Севастьянов.

Убийцы вытащили мертвое тело Елены Кутасу и бросили в овраг, а тело Владимира Кутасу оставили на земле прямо около машины. Козюренко сел за руль автомобиля и стал заводить, но мотор постоянно прерывал свою работу, так как в машине было установлено противоугонное устройство — прерыватель электрической цепи замка зажигания.

Поняв, что автомобиль им не угнать, преступники вернулись за советом к Паровому.

Паровой, услышав такую неприятную новость, сказал своим подельникам, чтобы они вернулись в машину убитых, стерли тряпочкой все свои отпечатки пальцев и немедленно возвращались, так как светает и движение на дороге становится все более активным.

Убийцы вернулись на место преступления, тщательно стерли все отпечатки пальцев, прихватили кошелек с деньгами убитых и вернулись к Паровому. Машина с наркоманами-убийцами набрала скорость и скрылась в сумерках.

Больше года правоохранительные органы раскрывали это ужасное преступление на дороге, но справедливость восторжествовала — преступники были обнаружены и арестованы.

30 апреля 1999 года над Козюренко Владимиром Анатольевичем и Севастьяновым Владимиром Алексеевичем состоялся суд под председательством судьи А. П. Бабия, а над Поповым суд состоялся немного позже, так как его дело было выделено в отдельное производство.

Суд приговорил Козюренко В. А. к 15 годам лишения свободы; Севастьянова В. А. к 12 годам лишения свободы.

Глава LXVIII

Вместо выкупа — тюрьма

Людмила Николаевна Онегова больших целей в своей жизни никогда не ставила. Школу закончила с одними тройками, поступала в техникум да провалилась на экзаменах, работала разнорабочей где придется. Правда, характер у нее был боевой и жесткий, она никогда не отличалась добрым и мягким нравом, женские, материнские качества ей были чужды, да и интеллектом не блистала.

В 1991 году она стала сожительствовать с Игорем Демчешко, но тот, узнав ее поближе, долго с ней не задержался и уже через два месяца объявил Людмиле, что уходит от нее. Обиженная женщина сожгла ему ночью машину «Жигули».

Оставшись опять одна, Людмила временно поселилась в квартире по ул. Клушина в г. Измаиле Одесской области. Она подрабатывала дворником и уборщицей, но денег постоянно катастрофически не хватало, тем более что она любила «погулять» и частенько выпивала.

16 марта 1992 года Онегова сидела дома и смотрела детективный сериал, заканчивая в одиночку уже вторую бутылку вина. Сюжет фильма, алкогольное опьянение и нехватка денег поспособствовали тому, что Людмила Николаевна решает выкрасть чужого ребенка и получить за него выкуп.

Особого плана она не разрабатывала. В 18.30 пошла во двор школы № 9, расположенной вблизи от ее дома, и стала наблюдать, как на площадке играют девочки. Потом она громко стала звать одну из них. Олеся Булавашская, которая ее ранее никогда не знала, подошла к Людмиле и спросила, в чем дело. Незнакомая женщина стала рассказывать Олесе, что она знакомая ее родителей, которые попали в нелепую ситуацию и сейчас находятся в милиции. Перепуганная девочка спросила, что с ними случилось, но Людмила ответила, что сама еще толком ничего не знает, но родители попросили ее, чтобы дочь ждала их у нее дома.

Когда они зашли в квартиру, Людмила заперла все внутренние замки, посадила девочку на кровать и стала объяснять ей, что на самом деле родителей ее не знает, она ее просто похитила, и если та хочет вернуться домой живой и невредимой, то следует написать записку родителям.

Олеся Булавашская ответила, что не собирается что-либо писать родителям. Тогда Онегова ударила девочку по лицу, принесла листок бумаги и ручку и стала кричать, чтобы та немедленно написала родным письмо, сообщая, что ее похитили и за возврат домой дочери им нужно заплатить 40 тысяч рублей.

Девочка начала плакать и говорить, что у родителей нет таких денег и ничего писать она не будет. Похитительница стала бить девочку по лицу, заставляя ее написать письмо. Но Олеся, вытирая рукавом кровь, которая сочилась из разбитого носа, продолжала отказываться писать записку с таким содержанием, несмотря на уговоры, просьбы и побои.

Поняв, что избиением она не заставит написать родителям записку с требованием выкупа, Людмила решила напоить малолетнюю девочку и попробовать ее уговорить в состоянии сильного опьянения. Она пошла на кухню, принесла оттуда бутыль самогона и стала уговаривать Олесю выпить с ней, обещая, что если она с ней выпьет, то спокойно уйдет домой.

Олеся с большим трудом заставила себя выпить полный граненый стакан самогона. Уже через 10 минут ребенок находился в сильном алкогольном опьянении. Преступница с новыми надеждами стала уговаривать девочку написать записку, но Олеся снова отказала ей в этой просьбе. Тогда Людмила снова начала ее бить, но девочка стала истерически плакать, кричать и звать на помощь. Поняв, что от девочки она ничего не добьется и 40 тысяч рублей ей не видать, Людмила силой открыла рот девочки и залила в нее еще примерно 100 г самогона.

Олеся, находясь в сильном алкогольном опьянении, уже мало что понимая, замолчала и легла на кровать. Людмила, опасаясь быть задержанной, решает убить девочку. Чтобы отвести подозрение, что убийцей была женщина, она решает лишить девочку девственности механическим путем, имитировав таким образом изнасилование.

Она использовала беспомощное состояние девочки и лишила ее девственности, вызвав обширные разрывы тканей и передней стенки прямой кишки, причинив ей этим особо тяжкие мучения и нестерпимую боль.

Преступница выпила для храбрости еще 150 г самогона и приступила к завершению своей цели.

Она взяла толстый кусок ткани и стала с силой прижимать его к лицу девочки, до тех пор, пока Олеся Булавашская не умерла от удушья.

Убедившись, что девочка мертва, убийца завернула тело в ткань, которой душила жертву, вынесла из квартиры и выбросила в мусорный контейнер, находившийся недалеко от ее дома.

Женщину-убийцу правоохранительные органы задержали и арестовали уже через пару дней.

На судебном заседании Онегова, чтобы облегчить наказание за содеянное преступление, стала придумывать всякие небылицы. Она утверждала, что после того, как сожгла машину своего бывшего сожителя, к ней спустя какое-то время подошел незнакомый человек, как бы посланный от сожителя, и представился ей Олегом. Олег сказал, что она должна за сожженную машину 40 тысяч рублей, но так как у нее денег не было, он стал приводить к ней в квартиру похищенных незнакомых ей малолетних мальчиков, чтобы брать за них выкуп у родителей, но она их жалела и отпускала домой.

Олег стал угрожать ей расправой и сказал, что дает ей всего лишь два дня, чтобы погасить долг. Поэтому, плакалась Людмила, ей просто пришлось выкрасть девочку, так как другого выхода у нее не было. Когда девочка не захотела писать записку матери, чтобы та заплатила за нее выкуп в сумме 40 тысяч рублей, Олег напоил и изнасиловал ребенка, а после, не реагируя на просьбы задержанной ничего с ней не делать, удушил куском ткани.

Олег якобы стал угрожать ей смертью, если она не будет хранить молчание, и поэтому ей пришлось замотать мертвую Олесю в ткань, вынести из квартиры и выбросить в мусорный контейнер.

Но расследование правоохранительных органов установило, что никакого Олега не было вообще, ее бывший сожитель денег с нее не требовал, так как думал, что пожар возник из-за замыкания электропроводки.

Судебно-медицинская экспертиза показала, что имитация изнасилования была проведена механическом путем.

В общем, заключение было таково: подсудимая хотела добыть денег и, не достигнув желаемого, убила жертву, пытаясь укрыться от закона.

Судебная коллегия приговорила Людмилу Николаевну Онегову к 15 годам лишения свободы.

Глава LXIX

Последствия заключения

Еще будучи кандидатом медицинских наук, я заинтересовался проблемами психологических и физиологических изменений людей, которые находились разные сроки в местах лишения свободы. Доктору А. А.Сурилову, который был пытливым врачом и работал в исправительной колонии строгого режима, мною было поручено изучить некоторые поведенческие реакции людей находящихся в зоне, осужденных на разные сроки заключения по разным статьям. В результате многочисленных исследований с применением новейших электрофизиологических методик были установлены пограничные состояния, явления психопатии у осужденных людей. Причем эти психопатические качества, приобретенные еще на свободе, и привели их на скамью подсудимых. Они не «заработали» психопатию в местах лишения свободы, а попали в зону уже с психопатией. Было доказано, что некоторые поведенческие механизмы и реакции испытуемых зависели от их морального состояния, уровня функционирования нервной системы в данный конкретный момент в условиях зоны. Были выявлены также факты слабости интеллекта у большинства испытуемых. Но на этих исследованиях мы не остановились и продолжали изучать психологические и поведенческие реакции заключенных.

Исследования последствий жизни в тюрьме и в колониях, которые проводились путем анализа известных нам конкретных случаев, позволили сделать вывод, что для многих людей, лишение свободы оказывается слишком жестоким, унизительным и разрушительным жизненным испытанием. Исследование обитателей одесских тюрем показало, что 29 % осужденных страдают психозами, тяжелой депрессией, тревожно-мнительным состоянием и социальной отчужденностью. Реакция на заключение у разных людей бывает самой разнообразной. Некоторые реагируют на заключение серьезными эмоциональными и психическими расстройствами. Однако количество таких людей значительно меньше, чем нами вначале предполагалось (всего 12 %).

В начальный период пребывания в тюрьме большинство заключенных переживают заметные эмоциональные расстройства и испытывают трудности с адаптацией. У многих первоначально наблюдаются признаки тяжелой или умеренной депрессии, поскольку своими запретами, лишениями и ограничениями тюрьма резко меняет образ жизни человека. Но эта первичная реакция у большинства заключенных вскоре проходит, так как они приспосабливаются к своему окружению и тюремному существованию. Кроме того, возраст заключенных устойчиво влияет на их адаптацию, а также склонность к нарушениям порядка: молодые заключенные гораздо чаще нарушают тюремную дисциплину, чем заключенные старшего возраста.

Было обнаружено, что реакция зэков на тюремную жизнь изменяется со временем. В начале срока заключения наблюдается высокая напряженность и нервозность, затем следует период снижения нервной активности, а затем снова рост в конце срока заключения, так как ожидание выхода на свободу увеличивает бессонницу и переживание за будущее вне зоны. Это относится прежде всего к той категории заключенных, которые отбывают длительные сроки заключения.

Мы также изучали влияние скученности в тюрьмах на психологию заключенных и их здоровье. Количество заключенных, находящихся в камерах, в настоящее время достигает критической черты. Переполнение тюрем и изоляторов временного содержания является причиной повышенной заболеваемости, особенно нервной системы и вспышек туберкулеза, а также социально неадекватного поведения и эмоциональных расстройств. Следует заметить, что количество нарушений дисциплины среди заключенных прямо пропорционально возрастает по мере увеличения плотности содержания людей. Это приводит к значительному усилению отрицательных психологических, физических и физиологических реакций (стресс, головные боли, высокое кровяное давление, сердечно-сосудистые заболевания) заключенных.

Мы установили, что реакция заключенных на чрезмерную скученность зависит также от их социально-экономического и образовательного уровня, а также от опыта пребывания в тюрьмах или изоляторах временного содержания. Так, чем выше социально-экономический и образовательный уровень, тем труднее проходит адаптация такого человека и тем ниже приспособляемость к скученности. Возможно, многие представители низшего жизненного уровня на воле привыкли жить в стесненных условиях и поэтому более терпимы к вторжениям в их личную жизнь. Оказалось, что предшествующий опыт заключения, как правило, отрицательно влияет на приспособление к переполненным камерам, такие заключенные больше испытывают трудностей и неудобств, чем те, кто попадает в тюрьму впервые. Возможно, это происходит потому, что преступники с тюремным прошлым часть своих сроков отбывали в камерах-одиночках или в менее переполненных камерах. Нами было установлено, что мужчины и женщины одинаково реагируют на скученность, не различаются в этом и люди разных национальностей.

С одной стороны, скученность снижает ощущение контроля над социальным окружением, с другой — теснота препятствует заключенным в достижениях каких-либо целей, ограничивает свободу и личное пространство, а также в переполненных камерах гораздо больше суеты, шума, грязи, столкновений и чрезмерного возбуждения. Мы установили, что скученность является причиной многих проблем во время отбывания заключения.

Изоляция заключенных часто бывает для них губительной. Работники исправительных учреждений опасаются возможных самоубийств, особенно в изоляторах краткосрочного содержания. Количество самоубийств в таких изоляторах существенно выше, чем в тюрьмах длительного пребывания. В целом по Украине самоубийство является основной причиной смерти в изоляторах краткосрочного содержания, хотя в некоторых городских изоляторах больше заключенных умирают от СПИДа.

Самоубийство в заключении обычно совершается молодыми, не состоящими в браке мужчинами, в меньшей степени женщинами.

В целом, однако, исследования показывают, что если изоляция кратковременна, то большинство людей способны ее хорошо переносить и даже приспосабливаются к ней.

Особенного внимания заслуживает такая проблема, как заключение наркоманов в общие камеры. Наркоманы — больные люди. В тюрьмах, с нашей точки зрения, должны сидеть сбытчики наркотиков, бизнесмены-наркодельцы, которые, к сожалению, чувствуют себя вольготно, обладая большими деньгами. Нам непонятно, почему в местах заключения оказываются люди, зависимые от наркотиков? Ведь они больные и нуждаются в лечении, хотя их заболевание невозможно излечить. Эти люди переносят в переполненных камерах ужасные «ломки», которые заканчиваются подчас смертельным исходом.

Одна из главных задач исправительных мер, по нашему мнению, состоит в том, чтобы не допустить незаконного, преступного поведения заключенных во время изоляции их от общества. Однако перед нами стоял важный вопрос, можем ли мы рассчитывать на исправление преступника, когда он выйдет на свободу? Анализ тысячи уголовных дел показал, что это зависит от самого человека и от его расположенности к антиморальному поведению. К сожалению, бывшие преступники зачастую не могут найти подходящую работу на воле, а безработица может стать одной из главных причин, толкающих их на совершение повторных преступлений. По нашим данным, уровень безработицы в Украине среди бывших заключенных в три раза превышает средний уровень безработицы среди всего населения. Большинство бывших зэков не могут применить приобретенные на зоне трудовые навыки на свободе.

К тому же уровень рецидивизма среди безработных в четыре раза выше, чем среди бывших преступников, имеющих полноценную работу. Конечно, возможно, что преступники, которые склоны к продолжению преступного образа жизни, просто не хотят найти работу из своих личных побуждений, однако трудно игнорировать их утверждения, что их не берут на работу.

Конечно, ни один предприниматель, ни одна фирма не хочет рисковать, принимая на работу бывшего заключенного, но не боятся ли они, что отвергнутый человек с криминальным прошлым может посетить их владения ночью?

К вышедшему из зоны бывшему заключенному необходимо относиться по-человечески. Бывшему заключенному нельзя внушать, что он неисправимый человек, отверженный обществом. Наоборот, следует постоянно напоминать ему, что окружающие к нему люди относятся доброжелательно, с пониманием его состояния. Тогда этот человек может сделать что-либо хорошее для окружающих его людей. Например, в 1996 году группа воров залезла на склад большого продуктового магазина, где сторожем работал бывший вор, отсидевший в тюрьме, Г. Назаров. К нему и директор, и продавцы относились с пониманием, разрешали брать по оптовым ценам пищевые товары. Назаров оказал сопротивление ворам, был тяжело ранен и скончался в больнице скорой помощи, защищая имущество доверившихся ему людей.

Наоборот, сторожа С. Гаврилова на судостроительном заводе, устроенного по рекомендации милиции, заместитель директора по хозяйственной части постоянно упрекал, что он неисправим. В один из дней 1997 года Гаврилов, напившись, нанес три удара ножом в живот хозяйственнику. Суд приговорил его к 12 годам лишения свободы, и он полностью понес наказание.

Общество обязано помнить, что вышедший на свободу зэк — это прежде всего человек, уже наказанный за свои противоправные действия. Но вышедший на волю, он такой же полноправный член общества, ничем не отличающейся от законопослушных окружающих его людей. Ему следует постоянно разъяснять, что он имеет полное право и возможность стать достойным в окружающем его законопослушном обществе. Если же бывшему заключенному напоминать о его прошлой жизни, заставлять его гордиться своим уголовным прошлым, то он в конце концов может организовать шайку из себе подобных и вновь увлечься блатной романтикой. Можно рекомендовать привлечение психологической службы для регулирования поведенческих реакций бывших заключенных. Следует создавать психологические, реабилитационные центры на крупных предприятиях, привлекать к этой работе молодежные организации.

Глава LXX

Вещий сон

Мария Павловна Полоз проснулась ночью от кошмарного сна. Ее лоб покрылся холодным потом, а перед глазами стояла страшная картина: ее маленькие любимые внуки бежали по полю, где паслось много коров. За ними бежала их мать и истерически кричала: «бегите, сыночки, бегите».

Все поле покрылось туманом и пылью. Послышался странный гул, и земля стала сотрясаться и со страшной силой треснула, как путина, образуя глубокие широкие щели.

Крик матери прекратился, и через туман было видно, как бегущая мать провалилась в бездонную яму, а затем сыновья одним за другим провалились в земные щели.

Гул прекратился, видимость стала ясна и прозрачна. Земля стала ровной, и на поле остались только одни коровы среди пожелтевшей травы…

Мария Павловна встала с постели и уже до утра не могла уснуть. Она не была слишком суеверной женщиной, но все же открыла маленькую книжку с названием «Сонник» и дрожащим голосом прочла: коровы — смерть, землетрясение — страшное потрясение, судебная тяжба.

Уходя утром на работу, взволнованная сном старушка разбудила дочь и попросила ее не гулять сегодня с сыновьями в парке и быть очень осмотрительной и осторожной, не покидая детей одних даже в доме.

Сонная дочь, ничего не понимая, успокоила мать, и Мария Павловна с неспокойной душой отправилась на работу.

Наталья, дочь Марии Павловны и одинокая мать двоих детей, приготовила завтрак и разбудила своих маленьких сыновей. После они стали складывать конструктор, читать книги и играть.

В общем, 12 августа 1995 года началось как обычный день для Натальи, 8-летнего Илюши и 2-летнего Константина, которые проживали в частном доме на поселке Кото веко го г. Одессы. Но кто мог предположить, что судьба матери и ее сыновей зависела в этот день от молодой девушки, которая проживала в другом конце города Одессы и была Наталье абсолютно незнакома…

12 августа 1995 года, г. Одесса, ул. Радостная, дом № 24. Екатерина Платонова, пропив со своим сожителем всю ночь, в очередной раз поругалась с ним.

Сожитель — вечно недовольный парень — вновь стал «воспитывать» 19-летнею Катю и упрекать ее в малейших провинностях. Катя была также «не подарочком» и на упреки сожителя отвечала резко и грубо, за что и получила от него очередную пощечину.

«Я не буду этого терпеть», — крикнула подвыпившая девушка и стала судорожно собирать в сумочку свою косметику.

Катя выскочила из квартиры и поехала к подруге, которая проживала на поселке Кото веко го.

Эта нелепая пьяная ссора между Екатериной и ее сожителем фатально изменила жизнь семьи Полоз.

Приехав на поселок Котовского, Катя была огорчена, так как подруги не оказалось дома.

Пройдя вдоль по улице, Катя увидела лавочку около симпатичного маленького дома и решила присесть и отдохнуть. Алкогольное опьянение и бессонная ночь сделали свое дело, и Катя уснула на лавке.

«Девушка, с вами все в порядке?», — услышала через дремоту Катя. Она открыла глаза и увидела перед собой женщину, которая трясла ее за плечо.

Катя начала приходить в себя, поднялась с лавки и, поправив грязные волосы, ответила женщине: «Все нормально,