home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



2. Первая метаморфоза Союшкина

Туман уходил на запад.

Только голубоватая дымка стлалась над морем, создавая странную зрительную иллюзию. Водная поверхность словно бы приподнималась чуть-чуть — на полметра или на метр, — и море парило, как обычно говорят на Севере.

Стоя на мостике рядом с капитаном, я залюбовался раскрывающимся перед нами водным простором. Краски медленно менялись на глазах. Вначале море было зеленоватого оттенка, потом стали появляться синие полосы. И чем больше мы удалялись от пологих безлесных берегов, тем все гуще делалась эта синева.

Жизнь на корабле постепенно налаживалась. Под ровный гул машин проходило в кают-компании комсомольское собрание. Андрей рассказывал свободным от вахты молодым морякам о задачах экспедиции. Завхоз сиплым, сорванным голосом распекал кого-то у камбуза. Синицкий хлопотал на баке у своих приборов, и что-то втолковывал ему Вяхирев, энергично жестикулируя.

Я оглянулся на корму. Там стоял Союшкин и неотрывно смотрел на чаек, шумной оравой провожавших нашу «Пятилетку».

Интересно, о чем он думает сейчас?

Быть может, старается понять, почему мы одолели его в споре и, так сказать, влачим за собой к Земле Ветлугина?

Но ведь это так легко понять. С нами двумя он, возможно, и справился бы при поддержке Черепихина. К счастью, мы были не одни. Горой встали за гипотезу Ветлугина Афанасьев, Синицкий, Вяхирев, Тынты Куркин, Сабиров, Тюлин.

Недаром еще в начале спора Андрей внушал мне:

— Почаще оглядывайся на календарь! Он за спиной у тебя висит. Год-то какой теперь? Не тысяча девятьсот тринадцатый, а тысяча девятьсот тридцать первый! А! То-то…

Да, важно почаще оглядываться на календарь. Союшкин вряд ли оглядывался и был наказан за это.

Думаю, что они — Союшкин и Черепихин — по опереди отпаивали друг друга водой, прочтя о решении организовать поиски Земли Ветлугина. «Принимая во внимание, — было написано там, — что после исторического похода „Сибирякова“ Северный морской путь превращен в нормально действующую магистраль, и учитывая, что для облегчения проводки караванов чрезвычайно желательно было бы создать метеорологическую радиостанцию на предполагаемой Земле Ветлугина…» и так далее…

Однако Союшкин быстро оправился. В его положении нельзя было мешкать, хныкать, тянуть. Он перестроился мгновенно, повернулся на каблуках через левое плечо, будто по команде: «Кру-гом!»

Едва лишь было обнародовано решение об экспедиции, как главный противник сделался одним из самых ревностных, даже яростных, ее защитников.

— Есть! Ну конечно же, есть! — кричал он, брызжа слюной и размахивая руками. — Земля Ветлугина есть! Какие могут быть сомнения в том, что она есть?

И кое-кому это даже понравилось. Говорили, сочувственно кивая головами:

— Смотрите-ка! Осознал свои ошибки. Надрывается-то как! Переживает…

Увы, это было только мимикрией.

Давным-давно бывший наш первый ученик, когда ему слишком доставалось на переменках, ложился навзничь на пол и отбивался от противников ногами. Теперь нельзя было применить такую тактику. У Союшкина просто не оказалось другого выхода, как переметнуться на нашу сторону.

Но он перестарался. Чересчур много выступал в защиту Земли Ветлугина.

И снова припомнилось, как на уроке географии он с простертой рукой нетерпеливо подавался всем туловищем вперед, чтобы обратить на себя внимание Петра Ариановича; «Я знаю, я! Меня вызовите!»

И его вызвали. К ужасу своему, Союшкин узнал о том, что назначен в состав экспедиции, которая отправляется в высокие широты на поиски Земли Ветлугина!

Мы с Андреем испугались этого назначения еще больше, чем он. Даже собирались отвести нежелательную кандидатуру, на что имели право, так как я был назначен начальником экспедиции, а Андрей — моим заместителем по научной части. Однако Афанасьев отговорил нас:

— Пусть себе идет! Э-эх, наивные! — Он укоризненно покачал головой. — И ничего-то вы, друзья, не понимаете в жизни. Ведь это хорошо, что главный «отрицатель» будет присутствовать при открытии. И на берег его с собой непременно возьмите. «Вот, — скажете ему, — та самая Земля Ветлугина, в которую ты так долго не верил. И как она только тебя, беднягу, держит?»

Вот почему Союшкин, к нашему и собственному своему неудовольствию, очутился на борту «Пятилетки».

А сейчас, обряженный в просторный ватник и меховую шапку с висячими длинными ушами, потеряв весь свой столичный лоск и директорский апломб, он меланхолически стоял на корме и смотрел на чаек.

Те кружились подле борта, то падая к отлогой волне, то снова взмывая в воздух. Ведь это птицы-попрошайки. И голоса-то у них какие-то плаксивые, жалостные: «Подайте на пропитание, подайте!»


1. На борту «Пятилетки» | Архипелаг исчезающих островов | 3. Пристроились в кильватер