home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 4

– Привет, – подошел к ней Кейд. – Вышли прогуляться?

Эйрин чуть взволнованно кивнула в ответ.

– Спасибо за фотографии, – добавил Кейд, склонившись над Амелией. – Привет, куколка. Как дела?

– Я просто подумала, что у тебя должны быть ее фотографии на твоем телефоне, чтобы показывать людям. А еще нужно распечатать некоторые из них и развесить в доме. Я займусь этим делом. И, Кейд, тут растет несколько деревьев с достаточно низкими ветками, так что можно будет сделать качели для Амелии. Ей нравится бывать на улице, и ей нравятся ее качели, которые стоят в доме, так что…

Он поднялся и посмотрел на нее, и ее сердце чуть не выскочило из груди. Эйрин взволнованно начала толкать коляску с ребенком взад-вперед. В голове зазвучали слова Люка о том, что Каллахан не из тех, с кем можно построить серьезные отношения. Но как только Кейд улыбнулся, все они вмиг исчезли.

– Ты права, – согласился он. – Не понимаю, почему я сам не додумался до этого. – Кейд посмотрел на дерево, под которым они стояли, подыскивая подходящую ветку. – Наверное, я так сильно переживал, пытаясь понять, что мне делать с этим ребенком, что идея с качелями никогда не приходила мне в…

Кейд не договорил и, обернувшись, посмотрел в глаза Эйрин. Он глубоко вздохнул, и она почувствовала, как запылали ее щеки. Эйрин наклонилась, чтобы поправить воротничок Амелии, с которым и так все было в полном порядке.

– Ты выглядишь замечательно, – чуть сиплым голосом сказал он.

Хорошо, что Эйрин не смотрела на него, иначе он заметил бы полыхнувшую в ее глазах страсть. Она снова начала поправлять одежду Амелии, что длилось всего несколько секунд, но ей показалось, что прошла целая вечность. Когда Эйрин наконец выпрямилась, Кейд махнул рукой, указывая на свою пыльную одежду и ботинки.

– Пойду приведу себя в порядок, – чуть резко бросил он. – Увидимся за ужином.

Эйрин прекрасно понимала причину внезапного ухода Каллахана. Между ними вспыхнула страсть, и Эйрин не сомневалась, что, если Кейд потеряет самообладание, она не устоит перед ним.

Набрав полные легкие воздуха, она затолкала коляску в дом.

Эйрин вспомнила, как во время собеседования Кейд попросил ее оставаться с Амелией по вечерам пятницы, чтобы он мог сходить куда-нибудь, но он ни словом не обмолвился о том, что собирается покинуть ранчо в эту пятницу.

Она достала малышку из коляски, отнесла ее в гостиную, где расстелила на полу плед, и села играть с ней. Через некоторое время в комнату вошел Кейд.

– Присоединяйся к нам, – пригласила его Эйрин.

– Не хочешь вина? Или пива?

– Я бы выпила белого вина. И пожалуйста, захвати чашку с водой для Амелии. Вдруг ей захочется пить.

Кейд кивнул и вернулся с бокалом белого вина, бутылкой холодного пива и чашкой, которую вручил Амелии. Потом он уселся на полу рядом со своей маленькой племянницей и Эйрин.

– Ты просил меня первое время не уезжать домой на выходные. Так что, если ты не против, завтра можешь помочь мне с Амелией, чтобы научиться, как самостоятельно присматривать за ней.

– Я по-прежнему боюсь до смерти. До сих пор не знаю, что с ней делать, но я наблюдаю за тобой и Мейзи.

– Кейд, я хотела кое-что спросить. – Он вопросительно посмотрел на нее, и она продолжила: – Амелия сейчас пытается подражать речи. Мне хотелось бы научить ее каким-то словам. Она будет называть тебя папой или дядей Кейдом? – Когда он открыл рот, чтобы ответить, Эйрин жестом попросила его замолчать. – Подумай хорошенько. Ты будешь растить ее и станешь папой для нее.

– Я никогда не займу место Нейта, – нахмурился Кейд. – Нейт был ее папой и останется им навсегда.

– Конечно. Я знаю это, и она тоже узнает об этом, когда чуть подрастет и начнет понимать, что к чему, но в повседневной жизни ты будешь оставаться папой для нее. Если бы ты оказался на месте своего брата, ты бы хотел, чтобы твой ребенок называл его дядей или папой? Амелия будет знать, что Нейт был ее родным отцом. Она услышит о нем от тебя и увидит его фотографии, но во многих других вещах ты будешь для нее папой, и тебе нужно решить, как она будет называть тебя.

Кейд стиснул челюсти и отвернулся.

– Мне до сих пор больно. Я скучаю по Нейту. И мне горько оттого, что Амелия больше никогда не увидит своих настоящих родителей.

– Я тебя понимаю, – тихо ответила Эйрин, давая ему время справиться со своими эмоциями.

Наконец Кейд тяжело вздохнул и снова повернулся к ней:

– Амелия пока не говорит, а я не думал о том, как она будет ко мне обращаться. Мне нужно время, чтобы решить.

– Делай как знаешь, но эта малышка скоро начнет говорить простые слова, и я могла бы научить ее, как называть тебя. – Эйрин улыбнулась. – Ей будет сложно произносить «дядя Кейд», и в итоге может получиться что-то вроде «дядяке» или вообще «дяке». Так что тебе придется принимать решение поскорее.

Кейд расплылся в улыбке.

– Ты не поиграешь с ней, пока я накрою на стол, чтобы мы могли поужинать? – предложила Эйрин.

Он согласно кивнул, и вскоре все трое сидели за столом.

После ужина Эйрин сказала, что идет укладывать Амелию и тоже будет ложиться спать.

– Так что увидимся утром.

– Но ты ведь не сможешь уснуть так рано. Возвращайся, и мы еще немного поболтаем. Обещаю, я останусь на этой стороне комнаты, а ты можешь оставаться вон там, и я не перейду на твою сторону.

Эйрин бросила на него удивленный взгляд из-за того, что он в открытую признал, что они пытаются избегать друг друга. Кейд не назвал причину, но они оба прекрасно понимали, что к чему.

– Эта идея не кажется мне очень хорошей, – судорожно выдохнула Эйрин.

– Эйрин, рискни. Твой брат предупредил тебя насчет меня, так что ты вряд ли ослушаешься его. К тому же он пригрозил избить меня, если я сделаю что-то недопустимое. А я, знаешь ли, не хочу лишиться его дружбы. Так что возвращайся сюда, и мы просто поговорим. Иначе я поднимусь к тебе и попытаюсь уговорить тебя вернуться. И тогда мы окажемся очень близко друг от друга.

– Какой ты хитрец, – улыбнулась она. – Ладно, я вернусь.

– Чудесно, – бросил ей вслед Кейд.

– Но я немного задержусь. Я прочитаю ей одну или две сказки. Так что не жди, что я тут же вернусь, и не приходи за мной, потому что я не оставлю ее, пока она не уснет.

– Я бы не стал мешать тебе баюкать Амелию или читать ей сказки. Я бы хотел, чтобы ты…

– Ш-ш-ш, – остановила его Эйрин, чтобы он не озвучил свои мысли. – Лучше промолчи. У нас пока получается оставаться беспристрастными. Пусть на троечку с плюсом, но получается. Не надо делать так, чтобы эта отметка понизилась.

– Троечка с плюсом? Мне казалось, я заслуживаю пятерки.

– Не испытывай судьбу, – бросила Эйрин и поспешила удалиться.

Теперь она беспокоилась не о том, как пережить эти выходные, она не знала, как ей продержаться следующие несколько часов, чтобы не оказаться в объятиях Кейда.

Эйрин твердила себе, что ей следует вести себя отстраненно и вежливо. Но как такое возможно, если ее тело начинало сходить с ума, стоило Кейду оказаться где-нибудь поблизости. После того как Адам разорвал с ней помолвку, ни один мужчина не пробуждал в ней такой страсти, как Каллахан. И это при том, что Эйрин знала, что ей не следует увлекаться человеком, которому нечего предложить ей.


Кейд вышел на крыльцо и посмотрел в сад. Теперь он не испытывал страха перед Амелией. Он не боялся брать ее на руки, не волновался о том, что может испугать ее своим звучным голосом. Не переживал о том, чем кормить ребенка, потому что этим занимались Эйрин и Мейзи.

Теперь все его тревоги были связаны с Эйрин Дорси. Люк пригрозил, что если Кейд обидит его сестру, то навсегда лишится друга в его лице.

Кейд прекрасно знал, что ему следует делать, но влечение к Эйрин возрастало с каждой минутой. Эта девушка была соблазнительной, красивой, забавной и умной. Убийственное сочетание, чтобы жить с ней спокойно под одной крышей. Кейду хотелось узнать ее поближе, а еще хотелось затащить ее к себе в постель. Но на кону были поставлены дружба с лучшим другом и душевное спокойствие Эйрин после того, как ей пришлось пережить столько страданий.

– Проклятье.

Кейд поднялся наверх тихонько, потому что узнал одну вещь – не стоит будить ребенка, который засыпает. Он давным-давно научился передвигаться бесшумно, поэтому на цыпочках подошел к двери, соединяющей его апартаменты с апартаментами Амалии, и открыл ее.

Небольшая настольная лампа едва освещала комнату, бросая отблески на рассыпавшиеся по плечам Эйрин рыжие волосы. Девушка прижимала к себе Амелию и баюкала ее, а по щекам текли слезы.

Кейда потрясла боль, которую она переживала, поэтому он тихонько закрыл дверь и спустился обратно в гостиную.

Ему хотелось вернуться, обнять Эйрин и утешить ее, но он не осмелился, потому что сострадание со скоростью молнии могло превратиться в желание.

Кого она оплакивала? Своего ребенка, парня, который бросил ее, или обоих? Может, она до сих пор любила своего бывшего жениха? Вряд ли тот любил ее по-настоящему, раз поступил с ней таким образом.

Кейд снова подумал о своем отце, его браках и многочисленных любовницах и в который раз поклялся себе, что никогда не женится.

Вернувшись в гостиную, он собрал игрушки Амелии и сложил плед. Потом пошел на кухню и начал убираться там. Когда он почти закончил свою работу, на пороге появилась Эйрин.

– Я как раз вовремя, – пошутила она. И если бы Кейд до этого не видел слез на ее глазах, он никогда бы не догадался, что она переживала не самые приятные минуты, когда ушла, чтобы уложить Амелию.

– Готова немного отдохнуть? Может, хочешь еще вина или посмотреть что-нибудь, или просто посидеть?

– Я выбираю просто посидеть.

– А я возьму себе другое пиво. То уже стало теплым. – Он достал из холодильника еще одну бутылку пива. – А теперь давай присядем. Мы будем сидеть в разных концах комнаты, и, если нам вдруг захочется встретиться посередине, мы представим, что там сидит твой брат.

Эйрин захохотала в ответ.

– Ты ведь знаешь, что Люк дорожит твоей дружбой.

– Но еще больше он хочет, чтобы его младшая сестра не страдала. Я не виню его. Я тоже переживал за своего сводного брата.

– Почему?

– Я думал, что Люк тебе рассказывал.

– Бог мой, ты собрал игрушки Амелии. Вижу, из тебя получится хороший отец. Просто замечательный.

– Да, я такой, – кокетливо ответил Кейд, думая совсем не об игрушках.

Эйрин заморгала, и ее глаза вспыхнули.

– А еще очень скромный, – поддела она Кейда. – Ты убрался на кухне, сложил игрушки. Очень одаренный мужчина. – Она развернулась и села в кресло-качалку. Юбка колыхнулась вокруг ног, чуть приоткрыв колени. Эйрин скрестила свои длинные ноги и, взглянув на Кейда, увидела, что он смотрит на них. Потом их глаза встретились.

– Я одаренный и во многих других вещах, – протянул он. – Ты была бы приятно удивлена.

– Вряд ли я буду сейчас добиваться того, чтобы узнать все твои таланты. Ты собирался рассказать о своем сводном брате.

Кейд пересек комнату и сел в большое кожаное кресло. Вытянув ноги на оттоманку, он откинулся на спинку кресла, думая о том, что мог бы смотреть на Эйрин всю ночь. Мягкий свет ламп выхватывал светлые прядки в ее рыжих волосах, рассыпанных по плечам. Верх ее сарафана приоткрывал начало соблазнительных округлостей ее груди. Кожа девушки была просто идеальной, ровной, гладкой и с виду очень нежной.

Кейду хотелось подойти к Эйрин, подхватить ее на руки, усадить к себе на колени и поцеловать. Но он вспомнил то, как она только что плакала наверху, прижимая к себе Амелию, которая тоже пережила в своей жизни огромную потерю.

Он не стал бы добавлять еще страданий к тому, что пришлось пережить Эйрин, поэтому он отвернулся и посмотрел в окно на освещенный сад.

– История моей семьи не самая хорошая. Когда папа развелся с Вероникой, Блейк был слишком маленьким, чтобы понимать, что произошло. Отец выбросил из жизни и ее, и своего сына. Наверное, Блейку был год или около того. Он совсем не помнит, чтобы отец когда-нибудь заговаривал с ним.

– Он был совсем крохой. Но как отец мог не разговаривать со своим собственным ребенком?

– По словам матери Блейка, отец был слишком зол на нее. Что бы там ни было между ними, но он полностью игнорировал своего сына. Блейк не был частью и нашей жизни тоже. В детстве мы ничего не знали о нем. И наши матери не ладили друг с другом.

– Может, опять же, из-за твоего отца?

– Не знаю.

– Он был одиноким, твой отец?

– Он был богатым, – улыбнулся Кейд. – Он тратил все свои силы на зарабатывание денег, вот что он любил по-настоящему. Деньги и власть. Он мультимиллиардер. Когда мама узнала, что у него есть любовницы, она развелась с ним. После их развода мы редко видели его, но он появлялся на наших выпускных балах и во время других важных событий.

– Даже в голове не укладывается, что отец может вести себя подобным образом, – покачала головой Эйрин. – Мне с моим папой очень повезло.

– Что правда, то правда, – кивнул Кейд. – С Блейком мы подружились в старших классах школы, стали близкими друзьями, и я ввел его в нашу семью. Но он никогда не приходил к нам, если отец был дома. Так было до недавнего времени, но благодаря Сиерре Блейк почти избавился от горечи и наконец захотел встретиться с нашим отцом. У них сейчас что-то вроде перемирия.

– Похоже, Сиерра благотворно повлияла на него.

– Да, но, к сожалению, было слишком поздно. Наш отец ничего не значит для Блейка. Наша мать, Кристалл, была рядом с нами, но ее больше заботила светская жизнь, поэтому нашим воспитанием занимались няни. Мы жили с вами в одном городе, а потом переехали в Даллас. Этим ранчо владел наш дед. Наверное, Люк тебе рассказывал.

– Я не спрашивала Люка о том, как жили его друзья.

– Ну что ж, теперь у тебя более полная картина о неприглядной жизни нашей семьи.

– Ужасно, что твой отец мог отвернуться от своего сына. Блейк был всего лишь маленьким ребенком, – вздохнула Эйрин.

– Отношения имеют огромное значение. Я не хочу лишиться дружбы твоего брата, потому что он слишком много значит для меня. Кроме того, я бы не стал обижать его младшую сестру.

Ответом послужила улыбка с ямочкой на щеке, отчего все внутри у него сжалось.

– Да и зачем тебе обижать меня? Но у тебя наверняка есть качества «плохого мальчика», которые так беспокоят Люка.

В комнате вдруг стало слишком жарко, и Эйрин посерьезнела, словно поняла, как изменилось направление их разговора.

– Упс. Кажется, я немного отвлеклась, – пошутила она. – Ты заставил меня забыть о моем брате, о его предупреждениях и о том, что я слышала о тебе. Думаю, мы поговорим о чем-нибудь другом. – Она задумалась на секунду, а потом продолжила: – Твоя ферма животноводческая?

Ты разводишь лошадей? Если честно, я мало что знаю о тебе, хоть вы с Люком давно дружите.

Он немного помолчал. Его голова кружилась от того, как быстро менялась Эйрин. Но он узнал, что она может быть соблазнительной, забавной, умеет флиртовать и ей наверняка нравится целоваться. Последний пункт взволновал его еще сильнее и заставил желать большего.

– Да, наша ферма животноводческая, – наконец выдавил он. – Но у меня есть и другие интересы в жизни. Мы с Гейбом работаем в сфере коммерческой недвижимости, но из-за Амелии я немного отошел от дел. Я предпочитаю жизнь ковбоя и живу на ранчо, поскольку могу себе позволить заниматься тем, что мне нравится больше всего.

– Мне казалось, что жизнь на ранчо очень тяжелая и работа здесь не из легких, не то что сидеть где-нибудь в офисе. Хотя ехать на работу в час пик тоже довольно опасно и стоит многих нервов.

– Да, здесь нелегко, но я получаю удовольствие от физической работы. А ты хочешь работать с детьми. Что ж, у тебя здорово получается.

– Мне нравится детская психология. Думаю, я смогу выбрать, в какой конкретно сфере мне захочется применить свои навыки и знания. А вот моему брату не хватает экзотики, хотя инженер-эколог может работать по всему миру.

– Жаль, что в Техасе не найти замерзшей тундры, – пошутил Кейд, вызывая улыбку Эйрин.

Прошло еще некоторое время, и оказалось, что с Эйрин легко общаться, что было неудивительно, потому что в некоторых вещах она была похожа на своего брата, к тому же они выросли в одном и том же городе и ходили в ту же школу. Кейд старался придерживаться безопасных тем, помня предостережения друга, что стоило ему немалых усилий, особенно когда они с Эйрин хохотали над каким-нибудь забавным эпизодом из их общего прошлого.

Ее смех был заразительным и соблазнительным, и у Кейда каждый раз возникало желание поцеловать ее. Если честно, он все время думал о том, как бы ее поцеловать. И каждый раз ему приходилось вспоминать Люка и ее слезы, которые он увидел в детской сегодня вечером. Похоже, придется придумать себе еще какое-то дело, чтобы занять мысли чем-нибудь другим.

– Ты сказал, что хотел бы оставить вечер пятницы для себя, – сказала Эйрин. – Я не буду возражать и с радостью присмотрю за Амелией. Можешь даже пойти куда-нибудь в субботу вечером, если хочешь.

– Похоже, ты пытаешься избавиться от меня, – весело заметил Кейд.

– Может быть, – с улыбкой ответила она.

– Прямо сейчас я ни с кем не встречаюсь, так что не против остаться дома. К тому же я хочу, чтобы ты научила меня уходу за ребенком и показала, чем кормить нашу малышку.

– С удовольствием, – кивнула Эйрин. – Тебе не о чем беспокоиться. Амелия – чудесный ребенок. У нее здоровый сон, ей нравится еда, которую ей дают, и она почти всегда в хорошем настроении. Твоя племянница – счастливый и довольный жизнью ребенок, так что тебе крупно повезло. – Эйрин поднялась, и то же самое сделал Кейд. – Кажется, у нас завтра насыщенный день, так что я пойду спать. Увидимся утром. И не забывай, если тебе захочется поехать куда-нибудь завтра, я не буду возражать. В любом случае я буду здесь, с Амелией.

Кейд улыбнулся, потому что Эйрин определенно пыталась выдворить его из дома.

– Я подумаю. Мне кажется, будет лучше, если я займусь чем-нибудь, даже если я просто поеду на север или юг, запад или восток, лишь бы убраться подальше от искушения.

Эйрин кивнула, густо покраснев.

– А если тебе не захочется, тогда прокачусь я. Это будет чудесный летний вечер. Доброй ночи, Кейд, – сказала она и вышла из комнаты.

Кейд не сдвинулся с места. Ну что ж, ему придется придумать, куда выходить по вечерам в выходные дни, или найти кого-то, с кем их проводить.

Наконец он пошел к себе, чтобы переодеться. Кейд как раз снимал ботинки, когда услышал плач Амелии. Он посмотрел на закрытую дверь и подождал еще немного.

Амелия перестала плакать, но Кейд не мог сказать с уверенностью, уснула ли она или с ней была Эйрин. Он подождал еще чуть-чуть, а потом тихонько постучал в дверь.

– Входи, – послышался голос за дверью.

Когда Кейд открыл ее, он увидел Эйрин с Амелией на руках. Малышка прильнула к плечу своей няни, но, когда он вошел в комнату, повернулась и посмотрела на него.

– Наша кроха плакала?

– Наверное, она услышала, как я нахваливала ее за то, что она крепко спит, и решила доказать мне обратное, – глядя с улыбкой на ребенка, ответила Эйрин.

Малышка какое-то время смотрела на Кейда, а потом протянула к нему ручки.

Ему захотелось обнять их обеих, но вместо этого он взял на руки Амелию, которая была такой теплой и мягкой и пахла детской присыпкой.

– Что тревожит нашу малышку? – мягко спросил Кейд, сделав с ней несколько шагов по комнате.

Девочка обвила ручками его шею и прильнула к нему. Она казалась такой довольной.

Ему следовало отпустить Эйрин, укачать Амелию и уложить ее обратно в кроватку, но он не мог ничего поделать с собой. Все еще в своем зеленом сарафане, Эйрин стояла и смотрела на него. В мягком свете лампы она казалась еще соблазнительнее, чем когда-либо.

– Будет лучше, если ты останешься, – попросил Кейд. – Или ты против?

– Конечно нет, – сдерживая улыбку, ответила она. – К тому же я не собиралась уходить далеко, – добавила она, взглянув на открытую дверь в свои апартаменты.

– Знаю. Я похожу с ней немного, а потом укачаю.

– Хорошо, но можешь отдать ее мне, как только захочешь, хотя она выглядит очень довольной в твоих объятиях. Понятия не имею, почему она проснулась.

– Она снова заснет, – тихо сказал Кейд. Он немного походил по комнате, а потом присел в кресло-качалку, а Эйрин расположилась в большом мягком кресле.

Через несколько минут Амелия положила ему голову на плечо.

– Скажи мне, когда она закроет глазки, – шепотом попросил он.

– Ее глаза уже закрыты. Мне кажется, она засыпает, – тихо ответила Эйрин.

Кейд укачивал ребенка еще двадцать минут, вполголоса разговаривая с Эйрин.

Когда Амелия уснула, он уложил ее в кроватку.

– Я же говорила, что она крепко спит.

– Эйрин, еще довольно рано. И я не кусаюсь. Давай спустимся вниз и перекусим чем-нибудь и еще немного поболтаем.

Она чуть удивленно посмотрела на него, но ничего не ответила.

– Я буду держать дистанцию и не буду флиртовать. Ну же, Эйрин. Все же интереснее, чем сидеть в одиночестве. К тому же мне совсем не хочется спать.

– Я соглашаюсь на твое предложение вопреки здравому смыслу. Еще довольно рано, чтобы идти в кровать, а ребенок крепко спит.

Кейд довольно улыбнулся, когда она кивнула и пошла рядом с ним. У двери они остановились и посмотрели на Амелию, которая сладко спала в своей кроватке.

Потом они набрали в кухне крекеров, сыра, воды со льдом для Эйрин и холодного пива для Кейда и разместились на крыльце под навесом.

– Иногда я выключаю здесь свет, и тогда становится достаточно темно для того, чтобы увидеть звезды.

Эйрин посматривала на планшет, но Амелия ни разу не пошевелилась с тех пор, как они вышли из детской.

– Здесь самое спокойное место на земле, – тихо сказал Кейд.

– Тебе нравится тут, не так ли?

– Да. На ранчо я люблю все, кроме бумажной работы. Но я не могу избежать ее. Нужно вести записи, чтобы не было проблем с налогами.

– Но почему бы тебе не заниматься делами ранчо постоянно?

– Я хотел открыть свое дело и заработать денег, чтобы не быть зависимым от отца.

– Кейд, ты уже становишься замечательным папой для Амелии. Ты со своим отцом – два разных человека.

– Очень надеюсь, черт подери. Но ты ведь не собираешься читать мне лекцию о том, как это замечательно – жениться и обзавестись семьей?

Эйрин тихо рассмеялась, и Кейду захотелось притянуть ее к себе.

– Это просто глупо с твоей стороны сказать, что ты никогда не женишься, потому что твой отец не мог найти счастье в браке. Ты совсем другой.

– Аминь. Хотя в моих венах течет его кровь. И я не хочу остепеняться.

– Какая жалость. Ты очень хорошо ладишь с Амелией.

– Я по-прежнему нервничаю, но уже не так сильно, как раньше. С каждым днем я чувствую все большую близость с ней. Надеюсь, ей понравится на ранчо.

– Конечно, ведь это ее дом.

– Тут ты права. Ты, наверное, будешь искать работу где-то неподалеку от дома?

– Да, но я готова к переездам.

– Чудесно. Если ты подыщешь себе что-нибудь, заедешь как-нибудь к нам повидаться?

– Не могу обещать. Амелия может не вспомнить меня, потому что она еще такая маленькая.

– Зато я буду помнить тебя, – сказал Кейд, и Эйрин рассмеялась.

Чем дольше они сидели и болтали, тем больше Кейду хотелось обнять ее и поцеловать.

Было два часа ночи, когда Эйрин наконец поднялась, чтобы идти спать.

Она потянулась, чтобы забрать свой стакан и тарелку, но Кейд остановил ее, легонько сжав ее запястье.

– Не надо… – Он хотел сказать ей, что сам уберет посуду, но, как только его пальцы коснулись ее руки, все слова тут же улетучились из его головы.

Кейд шумно вздохнул. Вежливые и слегка отстраненные отношения босса и его няни в мгновение ока превратились в безудержную страсть. Он посмотрел на Эйрин и увидел, что она испытывает те же чувства.

– Эйрин, – прошептал Кейд.

– О нет… – едва слышно сказала она.

– Я пытался. Целую неделю я старался избегать тебя и не обращать внимания на свои чувства. Мы оба старались. Но что плохого в том, чтобы просто поцеловаться? Я не украду твое сердце, если пару раз поцелую тебя. Мне кажется, твоему брату не хватает легкости, – продолжил он, притягивая к себе Эйрин. – Я не хочу сделать тебе больно, но мне кажется, что мы забыли, что поцелуи могут быть невинной забавой, – прошептал он, обняв ее за талию.

Она приподняла к нему свое лицо и положила ладони на его предплечья.

Он наклонился и прильнул к ее мягким губам. Потом его нежный поцелуй стал более настойчивым и страстным. Кейд крепко обхватил Эйрин за талию и притянул к себе еще ближе.

В тот же миг его страсть разгорелась с новой силой, и он понял, что слишком ошибался, когда думал, что поцелуи с Эйрин могут быть невинной забавой. Она разожгла в нем такой огонь, что он готов был целовать ее не только до самого утра, но и весь завтрашний день. Кейду хотелось заняться с ней любовью, соблазнить ее и никогда не отпускать.

Эйрин целовала его в ответ, заставляя сходить с ума от желания.

– Эйрин, – в который раз прошептал он, покрывая поцелуями ее шею и опускаясь вниз к вырезу ее сарафана. Кейд ощущал, как Эйрин обмякла в его руках, и сгорал от страсти. Он пытался сдерживаться, но каждое ее движение только сильнее воспламеняло его.

Она прижалась к нему всем телом и крепко вцепилась в него одной рукой, а другой поглаживала его затылок и страстно отвечала на его поцелуи.

У него так сильно стучало в висках, что он ничего не слышал. Эйрин слегка задвигала бедрами, и Кейд застонал. Он хотел ее, как никакую другую женщину. Как у нее получалось вытворять с ним такие вещи? Отчего ее поцелуи были настолько впечатляющими, что он едва сдерживался, чтобы не подхватить ее на руки и отнести в ближайшую спальню?

Ему следовало остановиться, но он не мог. Он хотел эту красивую женщину, которая одним поцелуем переворачивала его вселенную вверх тормашками.

Кейд не мог сдержаться и начал мягко поглаживать Эйрин по спине, а потом опустился чуть ниже, ощутив под тонкой тканью соблазнительные округлости ее ягодиц. Затем его рука скользнула вниз по ее бедру, ощутив тепло ее тела.

Эйрин тут же схватила его за запястье, а потом высвободилась из его объятий и сделала шаг назад. Она тяжело дышала.

– Кейд, мне кажется, мы допустили ошибку, – прошептала Эйрин. – Но такого больше не повторится. – Она судорожно вдохнула и смотрела на него не двигаясь. – Мы забудем то, что произошло, и не будем придавать этому значения. Иначе я не останусь здесь. Я не хочу рисковать остаться с разбитым сердцем, а ты не заинтересован в серьезных отношениях. Так что впредь больше никакого флирта и никаких поцелуев.

– Эйрин, но это всего лишь поцелуи, – возразил Кейд, но он понимал, что их поцелуи были далеко не обычными. Он встречался со многими женщинами, включая супермодель и начинающую актрису, которые были красивыми и соблазнительными и сводили с ума одним своим видом, но он совершенно не помнил их поцелуи. Тогда как сейчас он пережил настоящее откровение, которое просто потрясло его.

– Эйрин, – начал Кейд, сделав шаг к ней, но она жестом остановила его.

– Кейд, стой на месте. Я сейчас пожелаю тебе спокойной ночи и пойду к себе. Мы не войдем в дом вместе. Мы с тобой на пару минут начисто забыли про здравый смысл, но теперь вернемся к нему. Увидимся утром.

Она поспешила в дом, а Кейд стоял и думал, сможет ли она сдержать свое обещание. Он понимал, что после этих поцелуев возврата к прежним отношениям нет и быть не может.

По крайней мере, для него.


предыдущая глава | Самая смелая фантазия | Глава 5