home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 19

Охота на призраков

Часы пробили девять, когда виконт отослал Филиппа за графиней де Бриан; камердинер возвратился в ее сопровождении, и, увидев Ивейн, Сезар на несколько мгновений утратил дар речи. Мужской костюм, подогнанный по фигуре, сидел на графине так, что любой мужчина, если он не полный идиот, должен был немедленно упасть у ее ног и умолять подарить ему хотя бы улыбку. Темные бриджи обтягивали стройные ноги, жилет и короткий черный пиджак подчеркивали тонкую талию и высокую грудь. Ивейн была без шляпы, благоразумно рассудив, что она только помешает, а свои пышные каштановые волосы собрала в узел и закрепила на затылке.

– Графиня де Бриан, – произнес виконт, вновь обретя способность говорить, – я боюсь даже спрашивать, где вы рискнули появиться в таком костюме. Это почти… неприлично. А если я спрошу, и вы скажете, что выезжали в Гайд-парк, мне придется отправиться в Лондон, вызвать на дуэль и убить всех английских джентльменов, которые осмелились взглянуть на вас.

– Английские джентльмены могут спать спокойно, ваша светлость. Я рискнула кататься в этом костюме лишь в уединенном поместье своей подруги, которое находится за пределами Лондона. Если меня кто и видел, то лишь издалека, и принял за мужчину.

– Вы спасли британскую аристократию, моя дорогая. Присядьте пока. – Он продолжил свое занятие, прерванное появлением графини де Бриан: чистку пистолетов. – Филипп, что происходит в доме?

– Все, как вы сказали, капитан. Греары отужинали, и с ними господин де Лёба, о котором на кухне уже шутили, что он, дескать, уничтожает больше, чем остальные гости, вместе взятые. Сейчас все трое сидят в большой гостиной. Господин Симонен был за ужином, когда я громко жаловался на слабое здоровье – ваше и графини, – и ушел сразу после трапезы. Слуги расходятся по своим комнатам, кроме личной горничной мадемуазель де Греар и камердинера господина де Греара – эти ждут хозяев. И еще доставили почту. – Гальенн протянул Сезару письмо. – Адресовано вам.

– Полагаю, переправили сюда, оттого что пометка «срочно». Хм. – Виконт взял послание, ненадолго отвлекшись от пистолетов, и распечатал его. Начал бегло просматривать, остановился, недоверчиво покачал головой и принялся читать сначала. Стояла тишина, лишь долетал до слуха вечный шум моря да потрескивали свечи.

Сезар читал минут десять, а закончив, некоторое время сидел неподвижно. Затем сложил письмо, встал, прошел в угол и спрятал полученное послание в сундук, который и запер. Ивейн следила за виконтом любопытным взглядом.

– Ты не хочешь рассказать, что это за письмо?

– Сегодня, но чуть позже. – Сезар возвратился к пистолетам и, придирчиво осмотрев их, один протянул графине. – Ты умеешь стрелять. Возьми и спрячь.

Она не стала возражать, просто кивнула.

– Теперь мы ждем, – произнес виконт. – Филипп, ступай на балкон и наблюдай за морем; если увидишь огни – сразу скажи. Сомневаюсь, что эти люди решатся раньше полуночи, но и позже незачем – у них поджимает время.

– Что же нам пока делать? – поинтересовалась Ивейн.

– Думаю, мы можем провести эти часы за приятной беседой. Или приятно помолчать.

– Думаю, что воспользуюсь последним твоим предложением, – сказала графиня де Бриан, затем, не снимая сапог, легла на кровать, положила рядом с собою пистолет и закрыла глаза. Через минуту она уже сладко спала, еле заметно улыбаясь. Сезар подошел и укрыл ее покрывалом, а после долго стоял, глядя на лицо, которое снилось ему вот уже три года. Сейчас оно утратило всю свою жесткость и решительность и было лицом нежной, очаровательной женщины. Когда летом пятьдесят третьего года виконт познакомился с Ивейн, первое, что та сделала, – это устроила ему словесную баталию. Она и сейчас не прочь повторить ее при случае. Но вместе с тем…

Именно в этот миг – ни раньше, ни позже – Сезар ощутил особенно остро ту простую истину, что человека любят не за что-то. Он мог любить графиню де Бриан за острый ум, за умение вести разговоры, за едкий юмор, в корне отличавшийся от его, Сезара, юмора и потому так его восхищавший. За красоту, становившуюся все ярче и очевиднее с каждым годом, – Ивейн принадлежала к тому типу женщин, которые с годами делаются только краше. За умение жить так, как ей хочется, и за такую же сильную, как и в его собственной жизни, страсть.

Но он любил Ивейн, потому что она была Ивейн. И этого всегда было и будет достаточно.

Сезар возвратился к столу и долго просидел за ним, ничего не делая, просто размышляя. По комнате гуляли сквозняки, и пламя грозило оторваться от фитилей свечей и улететь вдаль крохотными золотыми светляками. Одна свеча все-таки гасла, плакала восковыми каплями, образующими на подсвечнике длинный сложный узор. Шум моря словно бы увеличился, заполнил комнату, и только тут Сезар подумал, что почти перестал его замечать. Так звуки природы делаются частью тишины.

Пробило без четверти двенадцать (бой больших часов, стоявших внизу, в холле, слышал, казалось, весь дом), когда с балкона быстро и бесшумно вошел Филипп. Виконт поднялся ему навстречу.

– Огни, – сказал Гальенн. – Корабль неподалеку от бухты. Они посылают сигнал – две короткие вспышки, две длинные. Повторили пять раз, затем перестали.

– Видимо, им ответили из дома. – Сезар сунул пистолет за пояс и, подойдя к кровати, коснулся плеча графини де Бриан. Виконт мог бы оставить ее здесь, но она бы не простила. – Просыпайся, Ивейн.

Графиня открыла глаза, поморгала и села.

– Нам пора идти?

– Да, дорогая. Филипп только что видел сигналы с корабля.

– Боже! Это напоминает мне приключенческий роман в духе господина Дюма.

– Ты теперь тоже будешь обсуждать со мной творения господина Дюма?

– Эта милая крошка, твоя кузина, только о нем и говорит, если речь заходит о литературе. Подумывала посоветовать ей прочесть, к примеру, пьесы Мольера, чтобы она научилась несколько иному взгляду на мир. Но когда читаешь Мольера на ночь, сложно уснуть, потому что много смеешься.

– Посоветуй ей Тацита, – сказал виконт, – он прекрасно усыпляет. А если наша крошка замешана в этой истории, то нет ничего лучше «Анналов», захваченных с собою в тюремную камеру.

Еще немного выждав, они покинули комнату Сезара и осторожно спустились вниз, стараясь ступать бесшумно. В коридоре, ведущем к заветному ходу, было темно, но виконт де Моро еще издалека заметил, что тайная дверь приоткрыта. Видимо, в спешке господин Симонен со своими помощниками – а Сезар не сомневался, что действует управляющий не в одиночку, – не затворил ее как следует.

– Пойдешь за мной, – шепнул виконт Ивейн.

Та молча кивнула.

Сезар поднял повыше фонарь; блеклый круг приглушенного света запрыгал по ступеням. Через каждые несколько шагов виконт останавливался, чтобы прислушаться, не раздаются ли шаги и голоса впереди или сзади; но нет, стояла гробовая тишина, как будто здесь сроду не ступала нога человека и следующие люди появятся еще не скоро.

Все шло без приключений. У подножия лестницы, там, где начинался коридор, уводивший непосредственно к кладовым, виконт остановился и подождал, пока его спутники окажутся рядом с ним, после чего шепотом велел Филиппу:

– Будь здесь.

– Да, капитан.

– Ты же не думаешь все-таки идти в одиночку?! – прошипела Ивейн.

– Вряд ли их там много. Они еще не успели перевезти груз. Скорее всего, там никого вообще нет. Хочешь остаться с Филиппом?

Она покачала головой.

– С тобой.

Сезар передал ей фонарь, а сам вытащил из-за пояса пистолет и, кивнув графине де Бриан, медленно двинулся в сторону складов. Филипп маячил за спиной надежной тенью; верный цербер никого не пропустит сюда.

Шаг за шагом – и вот уже рядом двери комнат, где контрабандисты прятали свой товар; все стоят приглашающе распахнутые. Сезар миновал их, заглядывая в помещения, однако везде было пусто. Дальше коридор расширялся, ведя в пещеру; здесь следовало проявить еще большую осторожность. И не зря: стоило виконту взглянуть на берег, как он увидел черную тень – человек, державший фонарь с точно таким же щитком, оставляющим минимум света, ждал чего-то или кого-то у кромки воды.

Здесь ничто не нарушало тишины, кроме легкого шума прибоя, а потому незнакомец услышал шаги виконта и графини де Бриан. Он резко обернулся, и Сезар пожалел, что лицо человека закрыто темным платком, только глаза сверкнули.

– Стойте неподвижно, – велел виконт, направляя пистолет на незнакомца и целясь аккурат ему в голову. – Тогда я не буду вынужден стрелять.

– Советую передумать, – голос из-под платка звучал глухо; ткань неприятно шевелилась, когда контрабандист говорил. – Иначе пожалеете.

– Снимите платок, – велел Сезар. Человек стоял неподвижно. – Снимайте, я и так знаю, что это вы.

– Вы многого не знаете, виконт де Моро, – сказал незнакомец, и даже приглушенный, его голос звучал насмешливо. – Хотя бы того, что происходит у вас за спиной.

– Сезар, – негромко позвала графиня де Бриан.

Виконт позволил себе бросить короткий взгляд назад. Ивейн все так же сжимала ручку фонаря, но не двигалась с места: рядом с нею маячил еще один человек, подошедший абсолютно бесшумно. Он держал дуло своего пистолета у виска графини де Бриан, не прикасаясь к женщине. Резкие тени от фонарей делали лицо Ивейн жестким и напряженным.

– Опустите пистолет, виконт, – велел первый контрабандист, – иначе мой человек выстрелит в вашу подругу. Сюда никто не придет, чтобы помочь вам, а если не будете делать глупостей, то останетесь в живых.

Виконт помедлил еще мгновение, а затем молча положил пистолет на камни. Стоявший позади бандит подтолкнул Ивейн, и она оказалась рядом с Сезаром. Контрабандист резким движением выдернул у нее из-за пояса пистолет.

– Прекрасно, – сказал первый человек, – отведи их вниз и запри. Быстро.

– Вам лучше сдаться сейчас, – заметил Сезар, не двигаясь с места. Но второй контрабандист подтолкнул его дулом пистолета в спину.

– Иди!

Виконт пошел. Ивейн шагала рядом, Сезар взял ее руку и сжал холодные пальцы. Контрабандист заставил их спуститься по лестнице в тот самый коридор, где находились секретные хранилища; сегодня ночью здесь было еще более сыро, под сапогами хлюпала вода. Пленников втолкнули в левую камеру, дверь захлопнулась, и виконт услышал, как опустился в петли тяжелый засов. Контрабандисты даже не сочли нужным отбирать фонарь, да и что полезного сделаешь с ним в каменном мешке? Дверь оказалась столь толстой, что шагов уходящего человека пленники не услышали.

Через минуту молчания Ивейн проговорила:

– Ты утверждал, будто знаешь, что делать, Сезар. Ты по-прежнему знаешь?

– Почти. – Виконт положил ладонь на дверь, на прохладный мореный дуб. – У Филиппа есть приказ: если мы не возвратимся в течение пяти минут, он идет за нами. А уж он с ними справится. Мы спускались сюда, поэтомуФилипп найдет нас в два счета.

– Очень хорошо, если случится так, – сказала Ивейн неестественно спокойным голосом, – потому что вода поднимается.

Сезар опустил взгляд: морская вода, что едва замочила сапоги, когда контрабандист привел сюда пленников, теперь плескалась на уровне щиколоток.

– Мой дорогой виконт де Моро, – произнесла Ивейн в той неповторимой манере, которая годится не только для ехидства в светских салонах, но и для поддержания боевого духа в подобных ситуациях, – не то чтобы я не доверяла вам, но развейте мои сомнения. Разве сейчас не время прилива?

– Так и есть.

– А эта комната находится ниже уровня моря?

– И здесь ты права.

– Тогда твоему камердинеру лучше поторопиться.

Сезар прошелся вдоль стен, щупая их, но, разумеется, никакого тайного выхода здесь не имелось. Ведь это не шкатулка с секретом, а просто тайный склад, в котором прячут товары от излишне любопытных. Вода прибывала с каждой минутой, свободно вливаясь через специальные щели на уровне пола, и даже через толстую кожу сапог ощущалось, какая она холодная. Ивейн подняла заслонку в фонаре до конца, и свет плескался в мелкой зыби, дробился и плыл.

Сезар повернулся к графине де Бриан. Она ждала, что он предпримет, по-прежнему спокойно, хотя внутри у нее, наверное, все заледенело от страха. Подойдя, виконт забрал у Ивейн фонарь и поставил его повыше, под потолок, где имелся небольшой выступ. С освещенного теперь потолка одна за другой срывались яркие прохладные капли. Виконт взял Ивейн за плечи.

– Прости, что втянул тебя во все это. Но я предупреждал, что тебе лучше оставаться в доме.

– И сейчас бы ты сидел здесь один? Ни за что, милый. – Она еле заметно улыбнулась. – Это приключение, а приключения бывают опасными. И если мы здесь утонем, то лучше уж вместе.

– Вряд ли мы утонем, – заметил Сезар. – Судя по скорости, с которой поднимается вода, она заполняет камеру примерно за полчаса. Филипп выпустит нас гораздо раньше.

– Тогда и беспокоиться не о чем.

Но он видел, как посерели ее губы.

– Мы можем скрасить это время, – шепнул виконт и поцеловал Ивейн.

Они целовались долго и исступленно, так, как никогда раньше. Неизвестно, чего было больше в этом поцелуе – страха, взаимной поддержки или удовольствия. Сезар прижимал к себе Ивейн, касался ее губ, покрывал мелкими поцелуями щеки, но часть его сознания продолжала следить за обстановкой. Дубовая дверь по-прежнему оставалась закрытой. Вода поднималась.

– Это самое настоящее приключение, – выдохнула Ивейн, когда они прекратили целоваться и вновь посмотрели друг на друга. – Благородному герою осталось спасти меня.

– Если ты имеешь в виду Филиппа, то он вот-вот придет.

– А пока он не явился – не желаешь ли рассказать, кто стоит за всем этим, милый?

– О нет, не хочу портить тебе сюрприз. Я же говорил.

– Твоя вера в лучшее всегда восхищала меня. Однако если нам все же предстоит закончить свои дни в этом месте – ты расскажешь?

– Конечно… Ты умеешь плавать?

Ивейн пожала плечами.

– Немного продержусь, но не слишком долго.

Сезар посмотрел вверх. Потолок был в двух футах над его головой, если вода поднимется слишком высоко, придется держаться на плаву некоторое время. Интересно, камера заполняется вся или же под потолком останется прослойка воздуха? Если так, шансов на спасение больше. Но как долго Сезар сможет удерживаться сам и держать Ивейн, которая значительно слабее его? Как долго – в одежде, в холодной ночной воде и в темноте, так как фонарь погаснет? Здесь не на что встать, чтобы оказаться выше, можно только плавать. Как быстро начнется отлив?

И где, черт его раздери, Филипп?!


Глава 18 Виконт строит планы | Фамильное дело | Глава 20 Вода