home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 24

ВСТРЕЧА БРАТЬЕВ

В ночь на пятницу Питер Лонг спал совсем недолго и проснулся мрачный: он не видел во сне сада. Том так хорошо все описывал в своих письмах, что Питер ночь за ночью ухитрялся видеть сад во сне. А вчера письма не было, поэтому Питер ничего не знал о планах брата. Ему ужасно хотелось хоть во сне увидеть, что делает Том, — но сад ему так и не приснился. Вместо этого приснилась высокая серая башня, похожая на корабль, парящий над окружающей равниной. Он не понимал, что это за башня, пока не заметил на каминной доске едва различимую в тусклом свете уличного фонаря открытку из Или.

Он снова закрыл глаза, отгораживаясь от собора. Попытался сосредоточиться на Томе — что он может сейчас делать? Начал считать, чтобы снова заснуть. Он не стал считать овец, прыгающих через перелаз в изгороди, ведь в саду не было ни овец, ни перелазов. Он просто считал.

Сон подступал. В полудреме Питеру казалось, что он вот-вот отыщет и брата, и сад. Надо просто следовать за Томом… Он уже спал, но и во сне продолжал считать. Не просто одно число за другим, теперь он считал ступеньки. Питер опять не попал в сад, вместо этого он поднимался по винтовой лестнице внутри серой башни. Даже во сне мальчик почувствовал досаду — снова этот кафедральный собор в Или.

Почти три сотни ступенек до вершины башни, если быть точным — двести восемьдесят шесть. По крайней мере, именно столько насчитал Том, пока лез вверх. Он шел последним в цепочке посетителей, Хетти — прямо перед ним.

Наконец они выбрались через узкую дверцу на крышу башни и глянули вниз поверх парапета. Они выше всех! Внизу виднелся главный неф собора, а дальше — городские крыши с черными провалами труб, дымящихся по случаю мороза. Поднялся легкий ветерок, и дымки больше не устремлялись прямо вверх. Тишину нарушали только шум ветра и пыхтение поезда на станции Или.

Весь маленький городок лежал перед ними как на ладони. С одного края — замерзшая белая река, видно, как сверкает в закатном солнце лед. Дальше по течению все исчезает в вечерней дымке — и Литлпорт, и Денвер, и Кингс-Линн, и море. Оглянувшись назад, в сторону Каслфорда, Том и Хетти пришли в восторг — сколько же они сегодня пробежали на коньках.

Смотритель махнул рукой вдаль, утверждая, что видит шпили Каслфорда, а потом повел туристов на другую сторону крыши взглянуть на Питерборо. Хетти пошла вслед за ним.

Том остался смотреть на Каслфорд в одиночестве, но вдруг почувствовал, что рядом кто-то есть. Какой-то опоздавший посетитель поднялся по винтовой лестнице, вышел на крышу и встал у него за спиной. Даже не оборачиваясь, Том понял, что это Питер.

В тот самый момент Хетти обернулась посмотреть, куда делся Том. Вместо одного мальчика стояли два — оба в пижамах и очень похожие друг на друга. Второй мальчик казался таким же тонким, каким с недавнего времени стал Том — парапет просвечивал сквозь них обоих. Хетти ничего не могла понять.

— Том, ну где же сад? — недовольно спросил Питер. — Я думал, вы с Хетти сейчас в саду.

Том ответил без обиняков, потому что всем сердцем почувствовал — времени мало и с каждой минутой становится все меньше.

— Сад остался там, — он показал в направлении Каслфорда, — зато Хетти здесь.

— Где? Я ее не вижу.

Том показал пальцем, и Питер увидел, что одна-единственная посетительница на другом краю крыши смотрит в их сторону.

— Вот она, прямо напротив тебя, держит в руках коньки.

— Да ты что! — возмутился Питер. — Это не Хетти, а какая-то взрослая тетка.

Том взглянул на Хетти, словно увидел ее в первый раз, да так и остался стоять с раскрытым ртом.

— Время! — объявил смотритель. — Прошу вас, леди и джентльмены, пора спускаться!

Туристы столпились у дверцы на лестницу. Только Хетти и два мальчика не двинулись с места.

— Она же взрослая! — повторил Питер.

Хетти шагнула к ним, Питер сделался еще прозрачнее.

— Кто это? Кто это был?

И Том, не оборачиваясь, понял — Питера больше нет рядом, он истончился и исчез.

— Он был похож на тебя, — прошептала Хетти. — Как будто ненастоящий.

— Поторопитесь, леди, — позвал смотритель. Странная девушка, разговаривает сама с собой, такая молодая, а уже с головой не в порядке.

— Это был мой брат Питер, — запинаясь, объяснил Том. — Но он настоящий, как и я. Меня-то ты считаешь настоящим?

— Собираетесь попасть сегодня домой, мисс? — нетерпеливо спросил смотритель.

Хетти огляделась вокруг и вдруг заметила: солнце село, в окнах зажглись желтые огоньки, болота погрузились во мрак, изгибов реки больше не видно.


Том и полночный сад

— Как поздно! — испуганно вскрикнула Хетти. — Нам надо торопиться!

— Нам? — переспросил смотритель. — Это вам надо бы поторопиться. А я только вас и жду.

Но Хетти уже спускалась по винтовой лестнице, и Том наступал ей на пятки. Смотритель, ворча себе под нос, запер дверь и двинулся вслед за ними.

В башне было темно как ночью. Том понимал, что в темноте Хетти еще больше тревожится — как им теперь добраться домой.

Смятение и спешка мешали Тому спокойно обдумать странное появление брата и их короткий разговор наверху башни. Каким образом мог Питер очутиться в Или? Появится ли он снова?

Нет, не появился. Питер Лонг у себя дома очнулся от дурного сна, почти кошмара. Он лежал, припоминая обрывки странного сновидения. Он считал, нагоняя сон, и досчитал до двухсот восьмидесяти шести. Потом очутился где-то очень высоко. Ему туда совсем не хочется, потому что сад невероятно далеко, но тут он видит Тома, Том ему на кого-то показывает и говорит: «Это Хетти!». Он вспомнил собственный крик: «Какая Хетти, она же взрослая, а вовсе не девочка!» Он смотрит на Тома — до того, наконец, доходит. Питер видит странное, удивленное, испуганное лицо брата.

Том и Хетти поспешно покинули собор и вернулись к реке. Конькобежцы из Или уже заканчивали катание, кажется, только они двое надевают, а не снимают коньки. Трое старичков, удобно расположившихся на берегу, так что им была видна река, сочли, что возраст и опытность дают им право обратиться к Хетти с советом. Один из них спросил, куда она собралась так поздно, и когда Хетти ответила: «В Каслфорд», все трое дружно покачали головами.

— Лед вряд ли продержится, — заявил один. — Юго-восточный ветер несет дождь и оттепель.

Легкий ветерок, начавшийся, когда Том и Хетти были на башне собора, теперь усилился. Стало гораздо теплее. Даже дующий прямо в лицо мягкий, теплый ветер показался Тому приятнее, чем мороз.

— Я слышал, выше по течению кто-то провалился под лед, — добавил второй старичок. — Он не утонул, друзья успели положить на лед лестницу и вытащить его. Там осталась полынья, и лед вокруг ненадежный, будьте осторожны. Где это случилось, Мэтью?

Первый старичок точно не знал, зато третий был уверен, что полынья очень большая, и Хетти непременно ее заметит, когда окажется рядом. Но ей, конечно, надо опасаться ненадежного льда под мостами, возле деревьев и зарослей камыша.

Первый старичок посоветовал Хетти вернуться поездом.

Хетти поблагодарила, но продолжала затягивать ремешки коньков. Том подумал, что она очень храбрая. Хетти весело попрощалась со старичками, они с серьезным видом пожелали ей удачи, а один крикнул вслед, что сегодня, на ее счастье, полнолуние. Когда они оказались вне пределов слышимости, Хетти объяснила, что на поезд от Или до Каслфорда у нее не хватит денег.

Навстречу им катили возвращающиеся домой горожане, но скоро они миновали последних и очутились в одиночестве. Пора поговорить с Хетти, хотя у нее нет охоты болтать — она скользила по льду, напрягая последние силы. Том искоса посматривал на нее, обдумывая слова Питера, да так и не заговорил.

Как предсказывал добрый старичок, взошла полная луна, окруженная ореолом. Возможно, это предвещало дождь. Луна ярко освещала путь, но почему-то дорога показалась им еще пустыннее, и лунный свет только усиливал чувство одиночества. Было очень тихо, лишь ветер шумел да лезвия коньков свистели по льду. Тишина не радовала ни Хетти, ни Тома, но ни один не произнес ни слова. В молчании скользили они в лунном свете, одни в целом мире.

Впереди на правом берегу показалось что-то темное и высокое — столб ил и ствол дерева футов шести в длину. Хетти и Том не обратили на столб особого внимания, пока он вдруг не сдвинулся с места.

Хетти вскрикнула, но не остановилась, словно не в силах замедлить бег, на повороте реки луна ярко осветила ее лицо. Человек на берегу — ибо это был человек — казался черным и неестественно высоким, потому что луна светила ему в спину. Он так внимательно всматривался, что Том догадался — незнакомец наблюдает именно за ними.

Ближе, еще ближе, почти поравнялись. Фигура на берегу снова шевельнулась, и до них донесся то ли оклик, то ли вопрос: «Мисс Хетти…»

Хетти споткнулась и налетела на Тома.

— Вы кто? — отозвалась она, но Тому показалось, что в отличие от него, она узнала голос.

Она замедлила бег и повернула к берегу.

— Это я, Барти-младший.

— О, Барти, как я рада вас видеть! — закричала Хетти, от облегчения позабыв о скромности.

Он подошел к самой кромке льда — приятный молодой человек в плаще с капюшоном и крагах.

— Куда это вы направляетесь так поздно и совсем одна, да еще на коньках?

— В Каслфорд. Оттуда на поезде или пешком. Надо же как-то попасть домой.

— Домой попасть надо, — согласился Барти. — Давайте я вас подвезу.

Оказалось, он возвращается с ярмарки в Каслфорде на своей двуколке, а к реке свернул, чтобы проверить состояние льда. Тогда-то Том с Хетти и заметили его.

К счастью, лошадь с повозкой, невидимые с реки, оказались всего в нескольких ярдах, на другой стороне дамбы. Барти-младший помог Хетти взобраться на дамбу. Лошадка дремала в оглоблях, освещенная желтым пламенем фонарей — первый теплый свет после ламп и свечей в окнах Или. А впереди проселок сливался с главной дорогой на Каслфорд и домой.


Том и полночный сад

Все погрузились в двуколку — Барти, Хетти на другом краю сиденья, а в середине хватило места и для Тома.

— Довезу вас до Уотербич, — предложил Барти, — и посажу на поезд до Каслфорда. Простите меня за нескромный вопрос — вам хватит денег на билет? Если нет, могу одолжить.

— Вы очень добры, — чинно отвечала Хетти. — Сожалею, что из-за меня вам придется сделать крюк.

Ничего страшного, ему почти по дороге, он едет домой, на отцовскую ферму. Ухитрившись впрямую ни разу не соврать, Барти-младший дал понять, что для него это сущее удовольствие. Дальше ехали в молчании.

В Уотербич обнаружилось, что последний поезд на Каслфорд уже ушел.

— Ладно, довезу вас до Каслфорда, — радостно заявил Барти-младший.

Том заметил, что беседа пошла живее. Поговорили о погоде, о поездке. Хетти сперва стеснялась, потом заговорила посвободнее. Барти упомянул, что встретил Джеймса на ярмарке в Каслфорде, и тут Том вспомнил — Хетти упоминала об этом молодом человеке как об одном из друзей Мельбурнов. Он ходил в школу в Каслфорде вместе с ее кузенами.

Весьма естественно разговор перешел на коньки. Барти восхищался сегодняшними достижениями Хетти. Он и сам любит долгие прогулки, но редкая девушка может так много пробежать на коньках. Его мама однажды прокатила не меньше того — он помнит, как она об этом рассказывала. Когда Барти-старший за ней ухаживал, стояли такие же страшные морозы. Они вдвоем пробежали на коньках от Каслфорда до Или, потом до Литлпорта и даже еще дальше. Они мчались на коньках так долго, что девушка стала засыпать на ходу, и ей приснилось, что они с возлюбленным докатили до самого моря и скользят по гладким замерзшим волнам в дальние страны.

Хетти смеялась от души, а Барти-младший принялся мечтать, как они будут кататься на коньках и этой зимой, и следующей. Он любил коньки не меньше Хетти.

Том счел беседу малоинтересной, главным образом потому, что не мог принять в ней участия. Он сердился на Хетти — она вела себя так, будто совершенно забыла о нем или в упор его не видела, а может, и то и другое вместе. Пару раз, взмахнув рукой, она задевала его, и рука проходила насквозь. Потом, повернувшись, чтобы лучше слышать Барти-младшего, она положила руку на спинку сиденья — и прямо Тому на горло. Странное ощущение, особенно при глотании.

Наконец они добрались до станции в Каслфорде. Последний поезд еще не ушел, но надо было долго дожидаться, и Барти предложил довезти ее до самого дома. Хетти не возражала. Том был против, но как он мог спорить? Он так надеялся на пустое купе, на долгий, сокровенный, со всеми объяснениями разговор: ему надо поговорить с Хетти как можно скорее.

Двуколка тронулась. Том сидел в одиночестве, погруженный в раздумья, а эти двое со все возрастающей симпатией болтали над его головой или, вернее, сквозь него. Из темноты донесся бой часов на деревенской церкви, и Том вспомнил о Времени: он-то думал, что подчинил его, что сумел перейти из своего Времени в Вечность, чтобы счастливо жить в саду. Сад никуда не делся, но Время Хетти, между тем, обошло его, превратив саму Хетти из девочки-подружки во взрослую женщину. Питер совершенно прав.

Сквозь цоканье копыт Том прислушался к беседе — это был настоящий взрослый разговор, для него он не представлял ни малейшего интереса, а собственные мысли вгоняли в тоску. Мало-помалу мысли исчезли, и мальчик заснул. Не то чтобы он особенно устал или по позднему времени хотел спать, нет, его усыпил однообразный стук копыт. А может, странная догадка, что он больше не нужен Хетти, лишала его бодрости и живости.

Он смутно ощутил, как качнулась двуколка, огибая беленый домик, как выехала на аллею, ведущую к дому.

Взбешенная миссис Мельбурн вышла им навстречу из парадной двери. Она, как и следовало ожидать, увидела в двуколке только двоих. Но и Хетти видела рядом с собой только одного человека, и это был Барти-младший.


Глава 23 ПУТЕШЕСТВИЕ НА КОНЬКАХ | Том и полночный сад | Глава 25 ПОСЛЕДНЯЯ НАДЕЖДА