home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Дживс готовит омлет

В наше неспокойное время каждому мыслящему человеку, наверное, приходило в голову, что против теток пора принимать самые решительные меры. Я, например, давно уже считаю, что необходимо испробовать все ходы и выходы на предмет обуздания этой категории родственников. Если бы кто-нибудь пришел ко мне и сказал: «Вустер, не хотите ли вы вступить в новое общество, которое ставит своей целью пресечь деятельность теток или хотя бы держать их на коротком поводке, чтобы они не рыскали на свободе, сея повсюду хаос и разрушение?», я бы ответил: «Уилбрахам! – если бы его имя было Уилбрахам, – я с вами всем сердцем и душой, запишите меня членом-учредителем!» И при этом вспомнил бы злосчастное происшествие с моей тетушкой Далией и Фодергилловской Венерой, после которого я еще только-только прихожу в себя. Шепните мне на ухо слова: «Маршем Мэнор», и мое сердце затрепещет, как крылышки колибри.

В момент завязки этой истории, если «завязка» – правильное слово, я чувствовал, что я, насколько помню, был в наилучшей форме и в ус себе не дул. Приятно расслабившись после тридцати шести лунок гольфа и обеда в «Трутнях», я лежал на любимом вустеровском диване с кроссвордом из «Дейли Телеграф», когда раздался телефонный звонок. Было слышно, как Дживс взял трубку в прихожей. Вскоре он возник передо мной.

– Это миссис Траверс, сэр.

– Тетя Далия? Чего она хочет?

– Она не поставила меня в известность, сэр. Но по-видимому, ей крайне желательно вступить в непосредственный контакт с вами.

– То есть она хочет поговорить со мной?

– Именно так, сэр.

Теперь даже как-то странновато, что предчувствие нависшей беды не охватило меня, когда я шел к телефону. Никаких таких мистических способностей – в этом моя беда. Не подозревая, в какую переделку вскоре попаду, я был только рад случаю перекинуться словечком-другим с сестрой своего покойного отца. Как всем известно, это моя любимая и достойная тетушка в отличие от тети Агаты – настоящего вурдалака в юбке. Так уж получилось – то одно, то другое, – что нам уже довольно долго не доводилось поболтать вволю.

– Хэй-хо, почтенная прародительница! – приветствовал я тетю.

– Здорово, юное проклятие рода! – ответила она в своей сердечной манере. – Ты вполне трезв?

– Как стеклышко.

– Тогда слушай внимательно. Я сейчас в Нижнем Маршеме, это такая деревушка в Хэмпшире. Гощу здесь в усадьбе Маршем-Мэнор у Корнелии Фодергилл, романистки. Слыхал о такой?

– Только краем уха. В моем списке для чтения ее нет.

– Это потому, что ты мужчина. Она поставляет розовую водичку на потребу женскому полу.

– А-а, ясно, как жена Бинго Литтла, для вас – Рози М. Бэнкс.

– Ну да, в этом роде, но только еще душещипательней. Рози М. Бэнкс – та просто щиплет сердечные струны, а Корнелия Фодергилл хватает их двумя руками и завязывает в узел. Я пытаюсь договориться, чтобы печатать в «Будуаре» ее новый роман с продолжениями.

Я уловил суть дела. Теперь, правда, она его уже продала, но в то время, что я описываю, моя тетя еще была владельцем, то бишь владелицей, еженедельника для слабоумных дамочек под названием «Будуар элегантной дамы». Однажды я даже написал туда статью – или «дал материал», как говорим мы, старые писаки, – под названием «Что носит хорошо одетый мужчина». Как и все еженедельники, он постоянно находился, что называется, «на краю пропасти», и понятно, что животворная инъекция в виде романа с продолжениями от специалистки по розовой водичке оказалась бы весьма кстати.

– Ну и как, успешно? – поинтересовался я.

– Пока не очень. Все какие-то проволочки.

– Про что?

– …волочки, тупица!

– Она что, отвечает вам «nolle prosequi», как выражается Дживс?

– Не совсем. Она не закрывает двери для мирного урегулирования. Я же говорю – у нее тактика… этих самых… про…

– …волочек?

– Вот-вот. Она не говорит «нет», но не говорит и «да». А Том опять, как назло, строит из себя скупого рыцаря.

Имелся в виду мой дядя Томас Портарлингтон Траверс, который оплачивал счета этого, как он выражался, «Пеньюара мадам». Он богат, словно креозот – так, кажется, принято говорить, – но, подобно большинству наших состоятельных сограждан, терпеть не может раскошеливаться. Послушали бы вы, как он выражается по поводу подоходного и прогрессивного налогов.

– Он не разрешает мне дать ей больше пяти сотен фунтов, а она хочет восемь.

– Это похоже на тупик…

– Так было до сегодняшнего утра.

– И что же случилось утром?

– Кажется, обозначился просвет. У меня впечатление, что она готова уступить. Еще один толчок – и вопрос будет решен. Ты как, все еще трезв?

– Да.

– Так продержись еще до понедельника. А сейчас приезжай сюда.

– Кто, я?

– Ты, собственной персоной.

– Но зачем?

– Поможешь мне ее уломать. Употребишь все свое обаяние…

– У меня его не так уж и много.

– Ну так обойдись тем, что имеешь. Попробуй старую добрую лесть. Сыграй на струнах ее души.

Я задумался. Не нравятся мне эти свидания неизвестно с кем. А кроме того, если жизнь меня чему-то и научила, так это тому, что благоразумный человек должен держаться подальше от писателей женского пола. Хотя, конечно, если там намечалась приятная компания…

– А кто там еще будет? В смысле, из молодежи, из блестящего общества?

– Ну, молодым это общество, пожалуй, не назовешь, но блестящим – даже очень. Муж Корнелии, Эверард Фодергилл – художник, и его отец, Эдвард Фодергилл – тоже что-то в этом роде. В общем, не соскучишься. Так что пусть Дживс соберет твои пожитки, и ждем тебя в пятницу. Посиди здесь до конца недели.

– Это что, взаперти с парой художников и слезоточивой писательницей? Невелика радость…

– А тебе и не положено радоваться, – успокоила меня престарелая родственница. – Просто сделай свое дело. Да и, кстати, когда приедешь, я попрошу тебя об одном пустячке.

– Что еще за пустячок?

– Расскажу, когда увидимся. Всего лишь простенькая маленькая услуга любимой тетушке. В твоем вкусе, – сказала она и с веселым «Пока-пока!» повесила трубку.


Правильный подход | Парни в гетрах. Яйца, бобы и лепешки. Немного чьих-то чувств. Сливовый пирог (сборник) | * * *