home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement








2.

Король и Шут. И живые споют про мертвецов

После удачного дебюта, ох как нелегко бывает записать второй альбом. Далеко не все прошли это испытание. Тем не менее, синдром второго альбома, кажется, вообще прошел мимо «Короля и Шута». Тому есть и объяснимые причины — вторым номерным альбомом группы стал «Будь как дома, путник», который, фактически, являлся переизданием самопальной пластинки «Король и Шут». То есть получилось, что второй номерной альбом фактически стал третьим, а по наполняемости — первым. Звучание ужесточили, переписав заново. Но на этот раз — на студии ДДТ в ДК Железнодорожников.


Горшок: Это мой самый любимый альбом. Самый идейный и самый концептуальный. Там мое любимое язычество и сказки. Мы же все время хотели в этом вращаться. Не меняться, а держаться своих корней. Это очень важно. Как говорили парни из группы «Ramones»: «Главное, это оставаться верным себе до конца!».


Тогда же у «Короля и Шута» появился звукорежиссер Паша Сажинов, до сих пор работающий в группе.


Яша: Я просто дал объявление в газете, что молодая группа разыскивает звукорежиссера на постоянной основе. Позвонил Паша. Договорились встретиться. Я спросил его: «Как я тебя узнаю?». Он засмеялся: «Я очень худой, и у меня большие уши».


А Горшок был верен себе. К середине десятилетия героин засосал его с головой.

Сперва остальные члены группы тактично не обращали внимания на то, что происходит. Потом пытались как-то бороться. Но постепенно все стали отделяться от героя на героине. Все видели его ломки.


Горшок: Восемь раз от передоза была клиническая смерть. Засыпаешь смертельным сном, а потом, когда тебя откачают, злишься, что разбудили. Драться начинаешь. А после — страха никакого, он исчезает. Но когда ты более-менее трезвый, прекращаешь торчать, страшно становится. Мертвому страшно жить. А живому страшно умереть.


предыдущая глава | Король и Шут. И живые споют про мертвецов | cледующая глава